# Лики смерти

Макс Каменски

Отрывок из романа Пути Миров. Вихрь пламени. Книга 2. https://www.litres.ru/book/maks-kamenski-32075850/puti-mirov-kniga-2-vihr-plameni-68620434/?lfrom=762597005&ref_offer=1&ref_key=a7754449be47a8881ac208f0391072bbccb225d1d00af9e0a3da4ea26efd1cdb

Лики смерти


***

Дождь молотил по тенту как сумасшедший. Ветер рвал и метал, пытаясь сорвать эту хилую крышу, наспех натянутую между хлипкими деревьями. Маленький ребенок кричал, а его мать трясла его на руках и причитала, не зная, как его успокоить. Ребенок умирал.

Далин знал это. Он уже видел и чувствовал, как медленно, но верно костлявая рука смерти пробирается к еще маленькой и неокрепшей душе младенца, чтобы схватить и выдернуть её из смертной плоти. Его уход был лишь вопрос времени.

Но смерть пришла не только за малышом. Она уже ласкала другое дитя, на десяток лет старше, лежавшее на коленях отца. Бледный, весь покрытый потом мальчик уже второй день не приходил в себя. Его родитель, смахивая скупые слёзы, гладил ребенка по холодному влажному лбу и тихо повторял молитвы своим богам.

Но боги давно покинули земли Шиванны. Далин почувствовал это еще оказавшись на границе Истангара и Шиванны. Сладкое зловоние смерти нельзя было перепутать ни с чем. Оно манило и притягивало бывшего некроманта словно мёд для пчел. Хватило бы только сил, чтобы дойти и впитать в себя её мощь.

Младенец рыдал и исходил в крике. Он не знал, что такое смерть. Не знал, что такое и жизнь. Его маленькое тело подавало мозгу тревожные сигналы, и не знавшее ни языка, ни смыслов существо использовало природную способность - подавать голос. Просить и умолять о помощи.


Далин лежал напротив несчастной семьи у едва тлевшего костра. Их вместе накрыла буря на тракте на юго-востоке Шиванны. Так уж случилось, что они встретились на пути, и хмурые небеса решили устроить свои разборки, заклокотав и заискрив молниями, а затем обрушившись ливнем. Это явно не понравилось владыкам воздуха, и они закрутились в гневном танце, сгибая деревья и срывая с них листву. У мужчины, имени которого Далин не знал, был с собой старый торговый тент. Такими обычно накрывали товары в тележках. Ничего умнее, чем быстро растянуть его между ближайшими к дороге деревьями, у него и Далина в голове не родилось. Немного спасало от воды, хотя ветер пронизывал до ниток и тушил огонь. Использовать же магию Далин пока что опасался...


Ребенок орал. В тон ему завывала буря. Все это страшно действовало на нервы, которых за последние месяцы осталось не так уж много у бывшего Хранителя Круга Фатума.


Все прошедшее до этой сомнительной встречи с нечастным семейством время Далин был в бегах. Он давно забыл, что такое постель, теплая корчма и хорошая кружка эля. С тех пор, как молодой лев покончил с властью Круга над землями Фатума, ни одному из Хранителей не было покоя - их преследовали и убивали без каких-либо разговоров.

Что тут говорить: скажи кто Далину об этом пару лет назад, он бы рассмеялся такому глупцу в лицо. Кто? Ильден сможет победить Круг? Это разжиревшее и обрюзгшее королевство, погрязшее в бесконечных сварах? Которое веками кормило Круг материалом для новых "изделий"? Куда там! Карта территории этой страны уже вся была исчерчена на планах Круга для завоевания и постепенного освоения новых земель в целях увеличения рабочего материала. Но... то, что случилось, то случилось. Далин уже устал бесконечно прокручивать в голове все события, анализировать причины и связи. Он был настолько потрясен, как легко, практически играючи, принц, а ныне уже кесарь разнес в пух и прах годами настраивавшуюся Хранителями машину. К этому привело множество факторов и, наверное, стоило все же признать, что одним из них была близорукость Верховных лидеров. Они слишком уверовали в том, что подготовленные для переработки материалы лишились всякой воли и не будут представлять угрозу. А для войны с живыми хватит только изделий...


Младенец зашелся в продолжительном, полном отчаяния и обиды крике. Мать ребенка разрыдалась вместе с ним. В ближайшее время смерть заберет его... Вне всяких сомнений. Мальчик же постарше пока дышал ровно и судя по его ауре, он еще цеплялся за жизнь. Далин видел это. Как и то, что полагаться на такие изделия, какие содержал в своем войске Круг, было неразумно.


Среди основной части войска были обычные зомби, иногда составленные из скелетизированных останков эманты. За редким исключением среди бойцов были наделенные некоторой магией гомункулусы. Но не более. Далин давно выражал мысли о том, что нужно использовать последние наработки и пополнить армию изделиями куда более серьезных боевых и магических качеств. Но Верховные лидеры с ним не соглашались. Для этого требовалось использовать почти весь рабочий материал, а это могло серьезно повредить экономике. В этом, кстати, Далин проблем не видел. Зомбированные изделия не хуже могли обрабатывать поля и работать на шахтах. Он лично возглавлял многолетнее исследование в этом вопросе и защищал его в Консилиуме Прозревших. Но... Верховые лидеры похвалили его и отложили прогрессивные идеи и ценные наработки в сторону.

Но даже если учесть эти промахи лидеров, все же молодому ильденцу очень повезло. Даже как-то слишком. Некоторые из старших Хранителей поговаривали о вмешательствах неких особых сил и по разговорам пытались выйти на контакт с ними, но... все было тщетно. Наоборот, вмешались те, которых давно считали угасшими.

Это были монахи Пустошей. Многие века, даже еще до начала времен Династий, монахи чурались любых контактов. Все попытки найти их и хотя бы переговорить закончились ничем. Их попросту не нашли ни в одном исследовательском походе. Изучая многоходовые пещеры в известняках, что располагались в Пустошах, экспедиции находили признаки жизнедеятельности этих существ, но их было так мало, что в итоге был сделан вывод о фактическом вымирании специфического населения в Пустошах. Запасов еды вообще не было найдено. А на известняке не росло ничего съедобного. Ну и кого было опасаться? Разве что признаков, в которых никто не верил, естественно.

И каково же было удивление всех без исключения Хранителей, когда к армии принца присоединились десятки возникших из ниоткуда монахов со своей плохо изученной, известной лишь по древним легендам магией духа. Защищаться от неё никто особо не умел, в общем... и тут был очень серьезный прокол, который вбил очередной гвоздь в дело погибели Круга.


Несчастный малыш замолчал. Причем его крики и плач оборвались резко, кажется даже воздух застыл в маленьких легких. Мать, завыла и завизжала, принялась гладить ребенка, причитать, что-то требовать от мужа. Тот лишь мычал в ответ и с ужасом смотрел на младенца. Далин же видел, как последние истоки жизни покидали тело, чтобы превратить этот маленький комочек тела в материал, с которым пепельноволосый, осунувшийся, в темноте больше походивший на обтянутый кожей скелет попутчик этого несчастного семейства работал всю жизнь.


Да, таких как Далин было принято называть некромантами, прислужниками тьмы, нелюдью. Живые почти всех рас ненавидели подобных Далину, преследовали, убивали. В этом смысле Фатум, конечно, мог предоставить всем мастерам заслуженный их умению приют. Мог когда-то. Теперь же таких мест практически не осталось.

Но Далин не был за это в обиде на людей. Более того, он в принципе не испытывал к ним ненависти. В сущности же он сам был из их рода, хотя эманации темного искусства, конечно, несколько видоизменили составлявшую его материю. Но Далин в первую очередь оставался ученым. Он не имел права испытывать негативные чувства к тем, кто просто не понимал его рода занятий и не обладал знаниями, которых коснулся Далин. А они были очень просты: все живое - это не более чем временно немертвое. Все известные разумные расы слепо пытаются верить в некие души, в загробную жизнь и все прочее, но ни одни серьезные исследования ничего такого не подтвердили во всяком случае в вопросе сохранения личности после прекращения функционирования так называемой телесной оболочки. Хранители же Круга с древности были убеждены в обратном: нет никакого разделения на душу или оболочку. После прекращения определенного цикла, которое принято называть жизнью, материя преобразуется в нечто иное, вступая в вечный круговорот веществ и энергий. Соответственно, личности за пределами материального объекта не существует. Тогда к чему придавать особе значение этой самой личности? Это раз. А во-вторых: раз уж очень хочется сохранить цикл жизни у этого временно немертвого тела и сохранить локализацию личности во времени и пространстве нужно научиться контролировать саму неживую материю и даже время и условия превращения живой материи в мертвую. Впрочем, последнее интересовало узкий круг Хранителей - больше этим занимаются целители, хотя многим кажется, что они используют магию света. Ха-ха! Гкхм... Ну да ладно. В общем, Далин как и большинство круга больше занимался все же уже мертвой материей и искусством её инициации в дееспособные изделия. Впрочем, жизнь он тоже мог в контролировать, но только по-своему.


Далин, издалека наблюдавший за суетой несчастных родителей, незаметно для них скрестил руки на спиной, прошептал заклятье и, ухватив ускользавшие из младенца последние истоки жизни, вырвал и буквально вонзил их в лежавшего на коленях мальчика. В ту же секунду младенец окончательно перестал дышать, а мальчик открыл глаза и сел. Родители замерли. Крик застыл у матери в горле, вой бури заглушил тихий вздох обрадовавшегося отца.


Да, Далин забрал сейчас часть жизни одного, чтобы дать шанс другому еще не мертвому созданию продлить свой цикл. Мальчик не стал зомби, не подвергся порче - просто некроманты очень даже могли управлять жизненными потоками, именно на нем строились и процедуры инициации. Да, в сущности, некроманты пытались сами создать свою версию жизни. Но без умения взаимодействовать с теми силами, что предопределяли существование живого, ремесло Хранителей Круга не существовало.


Пока безутешные родители метались в ужасе от потери одного ребенка и радости от неожиданного выздоровления другого, буря стихла, дождь прекратился. Далин быстро поднялся и незаметно покинул импровизированное убежище. Использование им искусства без всякого сомнения не останется без внимания его преследователей. Нужно скорее уходить вглубь этой сладко смердящей множеством материала земли. Очень скоро Далин найдет чем угостить его загонщиков. Пора раздать пару долгов.


***

Протяжный, злобный вой раздался над темными верхушками леса. Тихая ночь зазвенела от трепета.

- Мама, мамочка! Мне так страшно, мне так страшно, - цепляясь за рваную кофту женщины повторяла девочка. Вся чумазая, босоногая... личико малышки осунулось, животик распух от голода.

- Мне тоже, доченька, тоже, - шептала несчастная мама и смотрела на застывших у наваленных в кучу телег мужчин. Трое её братьев и пожилой старик-отец так бегло соорудили барикаду. С дубинами и топорами в руках. Они тряслись не хуже женщин за своими спинами, вглядываясь в ночную мглу, едва разгоняемую тусклой луной. Их настигли у самой кромки леса. А ведь они почти выбрались. Почти.

Жуткий вой в очередной раз возвестил о приближении ходячих. Женщина не справилась со страхом и затряслась всем телом, захлебываясь в рыданиях. Её дочка завизжала, не понимая, что делать, не распознавая причин поведения родных... Малышка явилась всего четыре года назад под небосвод Шиванны. Если б она только знала, какая назавидная доля выпала всем, кто населял эти места. Многострадальная земля смердела от ужаса и смерти, и люди в ней доживали свои последние дни. Потому что теперь на смену разбойникам, безумным магам и прочей нечисти пришли те, кто пал жертвой десятилетий войн и разрухи - как нередко предсказывалось, мертые восстали из могил и теперь не собирались давать права жить другим.

Из-за кустов стали появляться первые ходячие. Это были обычные, полуразложившиеся трупы, недавно вылезшие из могил - с большинством из которых можно было справиться и обычным оружием. Даже любой крестьянин, не обделенный силой, мог хорошенько отделать такого. Они, конечно, внушали страх, но не такой, с которым нельзя было справиться. Да и ходили они обычно без всяких звуков - только топали или шаркали по земле.

Люди же боялись тех, кто обычно шел следом за могильными трупами: нес зачарованные доспехи на костях, у кого мертвая плоть была превращена во что-то ужасное - из частей разных тел были сшиты кровяные големы, к другим мертвецам были приделаны крылья, и теперь они могли пикировать живым на головы. Были и те, у кого вместо рук выросли огромные когтистые лапы, а ноги вывернулись и стали как кузнечиков - они могли прыгать на дальние расстояния и разрывать свои жертвы в клочья. Все эти твари как раз могли и визжать, и плеваться ядовитой кислотой, и убивать живых прочим ужасающим колдунством. Обычно гады ждали, когда толпы мертвяков свяжут людей боем, и затем нападали на сражавшихся, не оставляя им шансов. А перед смертью люди обычно видели их ужасные, горящие кровавым пламенем глаза.

Жалкие горстки выживших жителей Шиванны пытались собираться вместе для защиты своих импровизированных жилищ - местные называли их колониями - представлячих собой лачуги, обнесенные редким частоколом или невысоким рвом. И поначалу им удывалось выживать, когда после разрушения Аскарона и последовавших катаклизмов с бесчинствами чуть ли не самого настоящего варлока, неожиданно наступило затишье и какое-то время колонистам худо-бедно защищались от разрозненных банд оголодавших наемников и разбойников, а также о порожденной магией мелкой нечисти. Но последние несколько месяцев снова стало худо - мертвецы повсеместно восставали из могил и постепенно... превращались во всех этих ужасных тварей.

То тут, то там переставали гореть очаги во вновь выстроенных колониях. Обычно это происходило по ночам - старики говорили, что именно ночью темные твари всегда больше всего опасны. Поэтому нередко, когда в соседнюю колонию отправлялись что-то продать из лишнего или купить, но находили только разоренные дома и множество крови. Трупов же не оставалось - их уносили с собой.

Так, наверное, было бы и с этими сельчанами, когда вокруг них в Черной долине одна за другой пропали пять колоний. Отец семейства решил не ждать, когда за ними придут следующими, погрузил все, что нажили за последние нелегкие годы, и отправился прочь. Их провожали мрачными взглядами, полными страха и сомнений. На первой же остановке ночью вся семья слышала вопли, раздававшиеся со стороны покинутой колонии. Глава семьи оказался прав. Но то, что за ними пойдут преследователи, как-то не подумал...

- Мамочка!

Первому подошедшему зомби один из братьев снес голову молодецким ударом дубины. Второго поднял на вилы отец семьи. Третий мертвяк умудрился ловко уклониться от удара топора и цепануть самого молодого из братьев за бедро - тот вскрикнул и повалился на землю. Его тут же ухватила за ногу одна из ползучих тварей - вроде как половина туловища человека, но без глаз и с огромным языком, обрамленным рядом острых зубов. Но полакомиться добычей ей не повезло - третий брат с молодецкого размаха снес половину головы мертвяку.

Отец семейства орудовал рогатиной да так ловко, что уложил трех, пока братья расправились с четырьмя на троих. Батьке-то в бою приходилось бывать не один раз, даром что никогда сапог не носил и лямку не тянул. Таков уж был суровый мир Шиванны - либо колдуны войну затеют, либо разбойники порядки свои строят, либо уже на худой конец мертвецы из могил вылазят. Поэтому обычному пахарю волей не волей приходилось драться. И лучше, чем подручных средств из сарая, было точно не сыскать.

Пока в атаку шли обычные мертвяки, людям удавалось держать оборону, хотя один из братьев получил буквально следом вторую рану уже более серьезную в бок и отполз в сторону, шипя и отплевываясь в попытках перевязать рану кусками собственной рубахи. Другие трое были чуть более ловкими и обходились пока без ран... Пока.

Издав очередной замогильный вой с макушки ближайшего дерева за спину сражавшимся крестьянам спикировал первый монстр. Напоминая смесь человека и летучей мыши, тварь имела ко всему прочему очень острые шипы, торчавшие из предплечий - ими она отлично орудовала, рубя и коля широким размахом. Это самое мертвяк попытался провернуть с отцом сражавшегося семейства. Но батька все же не даром топтал эту землю последние пятьдесят лет. Только услышав, как зашелестели крылья мертвяка за спиной, старый крестьянин чуть ли не ничком упал на землю, пропуская над собой убийственный размашистый удар. Пользуясь тем, что тварь по инерции от собственного удара немного отклонилась в сторону, отец семейства невероятно резво вскочил на ноги и оказался сбоку от летучего гада - рогатина вошла аккурат под ребра твари, миновав защитный покров крыла. Мертвяк заголосил и дернулся, вырвав оружие из рук крестьянина и повалившись вместе с ним в землю. Умереть так просто гадина не могла, но орать от боли словно живая и трепыхаться на земле - очень даже.

Вслед за летуном из леса выпрыгнули "кузнечики" или гули. Размахивая своими чудовищно острыми когтями, они могли разорвать человека на куски чуть ли не в полете. Но в этот раз им не повезло - парни сумели среагировать на атаку и даже угостили одну прямо в темя, а другую в затылок хорошими ударами. Один из гулей упал на землю и больше не поднялся.

Но успех был кратковременным - из леса вышли кровяные големы, выпрыгнули очередные гули. Один из братьев неловко оступился, подвернув ногу и ближайший к нему летун неуловимо быстрым движением проткнул его живот шипом. Парень заорал и завалился на землю - отец, добивший тем временем своего врага, хотел было броситься к своему ребенку, но... к нему уже подскочил "кузнечик", и отцу пришлось увидеть самое страшное, что может только себе представить родитель. Но это не заставило старика остолбенеть. Увы, это было не первое дитя, которое он терял в этой проклятой земле, но он хотел бы, чтоб точно было последнее. Еще на ногах стоял один его средний сын и младший, раненный, лежал на земле. Нужно сделать хоть что-то... Но!

Старика сбил с ног очередной гуль. Чудом не задев его когтями, монстр все же вышиб из отца семейства весь дух и отшвырнул далеко в сторону от телег. Кровавые круги побежали перед глазами, все помутнело... Батя попытался встать, но буквально тут же рухнул - голова кружилась, хотелось рвать. Кажется, вот и всё...

- Мамочка!

- Доченька, все. Мы погибаем!

Наверное, так и случилось бы, как обычно и происходит во множестве подобных ситуаций. Сколько таких простых семей сгинуло в проклятом крае Шиванны? Но... в этот раз кое-что было по-другому. Неожиданно как для крестьян, так и окруживших их ходячих окутал ослепительный свет. Он продолжался считанные мгновения, но их хватило, чтобы окружившие людей мертвяки превратились в пепел. Люди же неожиданно почувствовали, что могли бы сейчас вспахать несколько полей и ни разу не устать. А раны! Раны все затянулись, не осталось даже шрамов...

Удивленный отец поднялся, осматривая себя, затем ища глазами своих детей. Все троя стояли рядом с друг с другом и недоуменно переглядывались.

- Мамочка, смотри! - вдруг воскликнула девочка, оторвавшись от матери, которая прижала её к себе в секунду отчаяния. Мать посмотрела туда, куда указывал ребенок. Отец с братьями поглядели туда же.

Чуть в стороне от телеги неподвижно стояла невысокая фигура, одетая в чудные мешковатые одежды. От гладкой лысины отсвечивала луна, а на ушах и носу - украшения разных металлов. В руках неизвестный держал длинную палку, превышавшую его рост на целый локоть. Этот некто стоял, словно был высечен из камня, и, казалось, не дышал. Когда отец семейства уже хотел что-то сказать ему, то округу снова огласил ужасающий вой. Из леса и из крон деревьев выпрыгнули и гули, и летуны, и зашагали кровавые големы, следом за ними ходячие и какие-то невиданные шестирукие монстры в два раза выше кровавых големов - все они бросились на стоявшего в совершенном спокойствии незнакомца. Он даже не отреагировал на замогильные вои и визги.

Но стоило подойти одному из мертвяков ближе, чем на пару метров к застывшей фигуре, как недвижный пришелец вдруг неуловимо быстро крутанул палкой над головой и кинулся на встречу первому противнику с такой скоростью, что обычный взгляд человека просто не поспевал за ним. Незнакомец, казалось, вспыхнул подобно пламени и молнией метался среди врагов, разя их налево и направо палкой, которая в миг превращалась то в меч, то в алебарду, то в секиру. Она сама по себе то удлинялась, то уменьшалась, разделялась на три или четыре колена, соединенных цепью, а затем снова превращалась в обычную палку - неизвестный человек менял её облик и предназначение в зависимости от нужды в ту или иную секунду.

Вот он ударил первого монстра палкой промеж глаз и тот загорелся, в следующий миг палка-меч отразила выпад шипа летуна, следом рубанула его наискось, превратившись в глефу, а затем отразила в виде двуручного меча уже выпад гуля, от чего того повело немного вправо - палка превратилась в копье и тут же проткнуло врага насквозь, выйдя из затылка. Уже в следующий миг палка-алебарда с резким свистом отрубила голову возвысившегося над человеком кровавого голема, а уже затем, вылетев из рук чародея и разделившись на четыре соединенных цепью меча, принялась парировать удары шестирукого гиганта. В это время сам пылающий пламенем неизвестный, голыми руками ломал кости и разрывал на части летунов и гулей - от удара ребром ладони напрочь отлетала голова или конечность, кулак пробивал тела насквозь, а удар с разворота разделял врагов пополам. Когда почти всех врагов колдун-молния перебил руками, он приказал своему оружию вернуться в прежний вид, крутанул его над головой, затем подлетел в воздух, словно имел крылья, вятянулся в струну так, будто сам превратился в наконечник копья, и обрушился гиганту на голову. Последовала вспышка, и тело шестирукого гиганта исчезло - на его месте снова застыло фигура бритого на лысо человека. Теперь, когда улеглись все всполохи и вспышки, люди смогли разглядеть неизвестного - это был человек, облаченный в монашеские одежды южан. О таких слышали в Шиванне, но не видели много веков.

- Монах Пустошей, - вырвалось у отца семейства. Он слышал об этом еще от своего прадеда. Он часто любил рассказывать о великом исходе племен.

Человек ожил, беззвучно ступая по земле, подошел к старику. Теперь можно было разглядеть его точеные, гладкие скулы, узкий рот и тонкие губы. На лице застыло полное спокойствие, но глаза смотрели сосредоточено и внимательно. И они, кажется, заглянули старику в душу.

Вдруг изумленную всем произошедшим ночную тишину пронзил детский голос:

- Вы пришли спасти нас? - спросила девочка. Мать в тот ж миг ахнула, испугавшись смелости дочери.

Монах перевел взгляд на девочку и сдержано улыбнулся:

- Да, я пришел принести вам Солнце, - сказал его добрый, мягкий голос.

Девочка бросилась матери в объятия.

- Мамочка, мы живем!


***

Строй эмантов покачнулся и медленно пополз в сторону занявших позиции на высоте людей. Одетые в ржавые доспехи и тряпье скелеты были прекрасным расходным материалом в битве. Поддержание в них "жизни" стоило не очень много силы, а страха на людей нагоняли они изрядно. Хотя, конечно, страшнее встретить одного такого среди ночи в чулане, четь видеть целый строй оживленных костяков, неспешно бредущих на вал с частоколом. Тем более, если у тебя есть ружья и пушки, не говоря и о стрелах и арбалетах. Именно их люди использовали в первую очередь, запалив из всех доступных им стволов по эмантам. Не прошло и пары минут как центр наступавшего войска мертвых превратился в груду битых костей. Да, конечно, с каждым боем противник все больше и больше улучшал своё оснащение.

Впрочем, Далин не переживал. Толпы скелетов не очень дорого стоили ему. Пока люди тратили время и снаряды на бесполезные костяшки, с флангов к ним поступали ходячие посвежее - у таких и мышцы еще остались, и зачатки разума. Подобные обычно очень даже здорово связывали людей боем, прежде чем приходила пора действовать куда более интересным изделиям.

Коротко взмахнув рукой, Далин послал мысленный импульс сотне летунов подняться в воздух и обрушиться на тыл врага. Пока эманты и зомби окружат высоту и достигнут первой линии частокола, нужно вселить неразбериху. А затем в бой отправятся вторая и третьи сотни летунов. С земли же их поддержат кровяные гиганты с гулями. Следом на десерт Далин приготовил людям кое-что интересное...


Да, за последние полгода беглый некромант достиг очень многого. Земля Шиванны и впрямь оказалась очень благодатной почтой для активного развития искусства. Материала было хоть отбавляй, не говоря уже о залежах темной энергии.

Целый фонтан такой силы Далин вычислил и нашел буквально по наитию - не потребовать даже применять магический поиск. Воздух был так и пропитан темными эманациями, поэтому оставалось только довериться чутью, и все должно было получиться. Так и оказалось - Далин набрел на заброшенный, полуразвалившийся замок то ли бывшего мага, то ли просто безумца. Судя по завалившим всю местность вокруг этих руин костям, прежнего владельца выкурили не без труда. И он отчаянно сопротивлялся, не чураясь ни гекатомб, ни зачатков искусства. Грубых, правда, судя по оставшемуся эху заклятий, но все же. Главное, было то, что он смог накопить достаточно темной силы, которую не успел, судя по всему, израсходовать. И её было вполне достаточно для начала.

К радости Далина, замок не оказался покинутым. Некоторые отчаянные сорвиголовы решили, что нет ничего лучше, чем укрыться в старых руинах, где их не станут искать. Под дырявой крышей приют себе нашли два десятка крепких рубак, чья молодая и горячая кровь очень бы пригодилась Далину для начала подготовки материала. Поэтому Хранитель не стал спешить, собрав в округе нужное количество силы, поднял из земли несколько десятков эмантов, приказав им вооружиться гнившим в земле оружием, и под покровом ночи атаковать засевших в замке разбойников.

Парни, надо отдать им должное, трухнули только вначале: парочка завизжала подобно девицам и бросилась наутек со своего поста. Однако среди них были и другие, куда менее робкого десятка, и встретили оживших скелетов в ножи и мечи. Тем более их боевой дух стал выше, когда они увидели, коль легко справляться с мертвяками - Далин делал эмантов на скорую руку, не сильно утруждаясь в их качестве. Тем более что Хранителю было достаточно отвлечь рубак, ему не нужна была их смерть.

Использовав оставшуюся часть собранной силы, Далин, скрывшись за одним из осколков стен, сначала проверил нет ли среди жителей руин магов, и, убедившись в том, что отчаянные ребята были вооружены только железом и безобидными зачарованным побрякушками, принялся творить заклинание забвения - с помощью него на всем пространстве замка и рядом с ним все живое временно потеряет сознание и погрузится в беспамятство. Магия действовала небыстро, поэтому пришлось принести в жертву всех поднятых эмантов до единого. К тому моменту, когда потерявшие всего трех убитыми вояки огласили округу радостным победным кличем, заклятие было готово - рубаки даже не успели ойкнуть, как мир перед их глазами потемнел и они безвольно рухнули на камни. Двое упали так неудачно, что получили смертельное повреждение мозга и скорее всего скончались бы в ближайшие дни. Их жизненную силу Далин собрал быстро и без лишних приготовлений. А тела вместе с еще тремя заколотыми эмантами, пойдут в общий строй.

Связав живых, но беспомощных бандюг, Далин на время оставил их и принялся готовиться к ритуалу. Для этого сначала требовать обезопасить свою новую мастерскую от посторонних, окружив себя сигнальными и защитными заклинаниями, расставив парочку патрулей эмантов. Далин мог видеть глазами любого своего изделия, поэтому если кто-то или что-то попытается взаимодействовать с оживленными, Далин в миг сможет оценить обстановку "глазами" мертвецов.

Обезопасив себя несколькими куполами защитных заклинания, Хранитель принялся готовить жертвенные столы и напитывать орудия пыток высасывающими заклятьями. Помимо всего прочего их необходимо было снабдить контрольными чарами. Дело в том, что для целей получения максимальной жизненной силы из тела жертвы необходимо, чтобы она получала как можно более страшную боль, но сразу же не умирала, в том числе от шока. Для этого, естественно, требовалось причинять не смертельные раны, во всяком случае до финального акта, который Хранители издревле называли "Истечение Души", что, конечно, не выдерживало никакой терминологической критики. Важно было также контролировать некоторые процессы в живом организме, что не всегда требовалось делать мастеру непосредственно - для этого были давно разработаны "помощники", которые блокировали выработку некоторых веществ в живых организмах или запускали в нужный момент отдельные процессы, тем самым не позволяли жертве умереть от шока или излишней потери крови, неожиданной остановки сердца.

В общем, когда надежно связанные их же собственными ремнями и веревками, для верности усиленными магией, жертвы проснулись, у Далина все было готово, чтобы из имеющегося материала получить как можно больше жизненной энергии. Причем часть её, так сказать, неосязаемого свойства, впитают в себя жертвенные камни, расставленные у изголовья жертвенных столов, созданных Далином из наиболее плоских и длинных кусков крепостных стен, а другая часть энергии стечет вместе с кровью в сосуды из-под вина и мехи, которых у господ разбойников оказалось в избытке. Ребята явно давно обосновались в замке. Впрочем, Далин терпеть не мог алкоголь, поэтому ему больше подошла бы обычная вода, которой в их запасах нашлось немного. Все остальное пойло было нещадно вылито в местный отстойник.

Конечно же пришедшие в себя пленники сначала угрожали и кляли Хранителя на чем свет стоит, но стоило ему начать заниматься делом, их бравады постепенно сменились криками ужаса, а вместе с воплями лежавшего на жертвенном столе они все вместе сплелись в невероятно волнующую симфонию смерти. Именно её Далин обожал слушать при работе с материалом и все самые лучшие работы написал именно под её чарующим воздействием.

Надо сказать, что, видимо, длительное воздержание от настоящей работы настолько заставило Далина соскучиться, что он занимался экзекуцией пленников почти трое суток без сна. Выделяемая умирающими сила настолько опьяняла Хранителя, что ему был не нужен ни отдых, ни еда. Далин специально разместил пленников рядом с жертвенными столами, чтобы они видели все, что происходило с каждым из них от начала до конца. При этом у всех срабатывал давно выявленный психопатический механизм - живые, видя смерть, отчаянно старались верить, что с ними такое обязательно не случиться. Один из древних мастеров искусства, назвал это фундаментальной точкой экзистенции. Сама суть жизни не позволяет существующим пережить и осознать смерть, потому что за её гранью заканчивается любое познание. Поэтому-то в любой живой мозг встроено экранирование мыслей о смерти - в отсутствие патологий любой организм, имеющий сознание, сводит любые размышления и чувства об этом либо к простому отрицанию, либо к безосновательным мыслям, что "всё будет хорошо" или вообще довольствуется невнятным комком трудно осознаваемых эмоций. В общем, те, кто еще не оказался на столе, продолжали активно верить, что им-то удастся избежать такой же участи, вот-вот сейчас произойдет нечто, что их спасет, что это все просто жуткий сон... Все эти мысли разжигали энергии в живых организмах и желание жить, что в свою очередь способствовало увеличению количества получаемой энергии.

Когда последний пленник испустил дух, Далин набрал достаточно силы, чтобы приступить к постепенному претворению своего плана. Какого? Ну конечно же идеи по возрождению изучения и преподавания искусства, как это делалось на землях Круга. Необходимо было обезопасить вновь обретенные территории, сформировать инфраструктуру и начать работу с материалом. И главным образом было необходимо не допустить одну из основных ошибок прежнего Круга - убрать живых с подконтрольных территорий.

К сожалению, объяснять живым существам суть искусства и его цели было лишено всякого смысла, ведь редко, кто мог действительно касаться темной силы и стать Хранителем, и большая часть могла послужить в ремесле Хранителей только в качестве материала. А исполнение последней роли было связано с необходимостью пресечь жизнедеятельность своего организма. На это, конечно, живые редко соглашались. Хотя были и такие. Их манила мысль о смерти и её неизведанных границах, особенно в смеси эротических и извращенных фантазий человеческого воображения. Для таких Круг создал специальные Дома боли и получал весьма качественный материал.

Но после событий в Фатуме Далин твердо решил, что на первых порах ему необходимо очистить перспективные владения вновь созданного Круга от всех потенциальных угроз в виде живых. А их в Шиванне оказалось немало. Несмотря на страшные разорения, люди копошились в этой пропитанной смертью земле, страдали, но все же постепенно справлялись со всеми обрушившимися на них несчастьями и выстраивали жилища, налаживали хозяйство. Этому, без сомнения, нужно было помещать. Конечно, при такой стратегии возникнут перебои с получением свежего материала, но часть его можно было заморозить, для чего Далин нашел в подземных винных погребах своего замка достаточно места, другую часть можно будет закупить у пиратов и прочих разбойников. Но в пределах владений нового Круга следовало все разумные экзистенции пресечь.

Наметив все эти планы еще с первым шагом на земли Шиванны, Далин энергично приступил к претворению поставленных задач в жизнь. Тем более, что преследователи должны были скоро проявиться, и требовалось успеть как можно быстрее обезопасить себя и заготовить достаточное количество материала для возможной затяжной битвы.

Сначала Далин с помощью простейших изделий уничтожил все ближайшие к замку недопоселения людей. Оттуда поступили первые материалы для заморозки, которые, правда, были быстро использованы Далином для создания гулей и летунов. С помощью последних Далин стал уже нападать на более укрепленные селения и гонять случайных поселенцев и путников по лесам и болотам Шиванны.

Люди, надо дать им должное, несмотря на отсутствие серьезного оружия и магов среди них, отчаянно сражались. Конечно, практически во всех атаках изделий они в итоге терпели поражение, но защищали себя и свои семьи мужественно, хотя и боялись мертвецов до дрожи. Естественно, с их уст неслись проклятья в адрес некого черного властелина, варлока и прочих демонов. Почти все без исключения были убеждены, что армия мертвых пришла, чтобы завоевать мир живых и многострадальной Шиванне выпала жуткая доля стать первой на пути мёртвых орд завоевателей.

Далина забавляли эти разговоры. С помощью оживленных птиц и летучих мышей он вел активную разведку всех намеченных к завоеванию земель, и постоянно подслушивал все, что мог. И надо сказать, домыслы и предположения будущего материала заставляли Хранителя премерзко хихать в кулак.

Завоевание мира! Смерть всем живым! Черный властелин! Ха! Люди издревле все так и ждут, когда же их мирку наступит окончательный конец и так активно надеяться на неких героев, что этому всему естественно помешают. Н-да. Нет, Далину мир был не нужен. От слова совсем. Никого он не собирался завоевывать и уж тем более навязывать свою волю. Ему было необходимо безопасная лаборатория для работы с материалом. Да, для этого требовалось несколько потеснить владения живых, но для них бортоваться с соседями - обычное дело. Чем, собственно, действия Далина отличается от территориальных претензий соседних королей или лордов? Тотальная анигиляция населения на захватываемых землях нередко была привычным для них средством создания линии безопасности.

Понятное дело, что отношение к мертвецам связано в том числе с тем, что жизнь в них поддерживается тьмой - той стороной силы, что люди привыкли считать "плохой", "злой" и т.д. Они были правы лишь отчасти. С точки зрения последних исследований всё сущее является овеществленной формой Духа. Что это в точности пока что все работы на эту тему однозначно сказать не смогли. Это и вселенская сила, и материя, и некий набор запрограммированной логики, и просто сами изначальные идеи пространства и времени. В самом упрощенной подходе Духом называют некое движение, энергею. Более мифологическим даже является представление о Духе как о дыхании некого Бога, Творца или даже его сущности, через которую он выдохнул из самого себя, создав все известное сущее.

Однако о Духе известно, что в определенной, не установленной по причинам и времени точке произошло преломление этой самой силы, в результате которой образовалась дихотомия всего сущего - биполярность всех известных нам предметов и состояний. Возникла жизнь и нежизнь, вверх и низ, правильное и неправильное, любовь и ненависть. По сути, это преломление сделало возможным существование явлений и их смесь, оформление ничто во что-то, появление протяженности и последовательности. Эти два основных преломления получили со временем названия света и тьмы. В свою очередь преломления их совокупностей создали силы стихий, управляющиие материей, а в зависимости от способа взаимодействии их с тьмой или светом, могла возникнуть как гармония, которая порождала природу и то, что называлось живыми организмами, так и хаос. Причем как свет, так и тьма могли и уничтожать, и созидать. Свет мог выжигать, либо дарить жизнь. Тьма могла высасывать жизнь, либо перераспределять её между материей, а иногда и вовсе создавать совсем свою особую... жизнедеятельность из материи. Именно последние два проявления силы тьмы составляло то, что Древние Хранители назвали искусством.

Свет и природа весьма привлекательны, без всякого сомнения, для любого живого существа. Далин в самом начале своего пути знакомства с силой, проявлял неплохие зачатки светлого мага. Но... его всегда смущало, что сама идея жизни несколько ограничена. Она вроде как дает действовать, созидать, но сама по себе остается импотентна. Нельзя из жизни сотворить нечто еще. Более того, обычно все живое стремится к самобытности и не терпит контроля. А это... далеко не всегда вписывается в идею ремесла, когда все сотворенное должно иметь возможность контроля создателем. Все эти обстоятельства совсем не устраивали Далина. А вот тьма... тьма давала возможность вершить из податливого и доступного материала все, что было в фантазии Далина.

Но разве это было возможно объяснить существам, которые не понимали, что они делали на этом свете в проекции повседневности? Инстинкты, программы... все, чему они следовали. В сущности, имитировали жизнь, чем были ею.

За несколько месяцев с помощью свежего, а также имевшегося в достатке в земле Шиваны Далин материала смог уничтожить почти все человеческие поселения к северу от руин Аскарона вплоть до предгорий Непреступных хребтов. В пещерах же этих последних Далин столкнулся с... некоторым наследием варлока, который, судя по оставленным им следам, совсем оказался не сказкой и некоторое время оттачивал своё мастерство на севере Шиванны, а затем перебрался за горы. За собой он оставил несколько своих хаотических аберраций и эманаций - с ними пришлось некоторое время повозиться, но Далин уничтожил все наиболее явные угрозы, завалил пещеры и горные тропы. Конечно, формально себе он путь отступления тоже закрыл, кроме разве что дороги к городу Руф - самой восточной точке владений Лунного королевства. Но лучше оставить варлока там, за горами, чем все же получить его в гости. По остаточным обрывкам заклятий, которыми баловался этот самый варлок, противник из него был очень могущественный. Почему нельзя было с ним вступить в союз? Потому что хаос не терпит какой-либо формы порядка. А искусство - это пускай неживой, но очень даже подконтрольный порядок и гармония. В своем смысле.

Защитив тылы, Далин приступил к расширению свои владений к востоку от руин Аскарона, столкнувшись уже не с разрозненными группами людей, а с подобией организованного сопротивления. Во всяком случае у противника появились командиры и даже какое-то оружие, хотя и ржавое. Однако ничего путного у врага не получилось - воинство Далина шаг за шагом зачистило наскоро созданные противником укрепленные районы и вышло к границам Истангара, захватив важные для дальнейшего обеспечения жизнедеятельности Круга гавани.

Более-менее обезопасив свои владения, Хранитель приступил к созданию своей экономики. Конечно же он больше не собирался использовать труд людей. Теперь он был свободен в претворении в жизнь своих планов и наработок. Создав нужное количество зомби и задав им необходимую программу действий, Далин получил практически идеальных работников, которые не нуждались в отдыхе, хотя и требовали некоторое внимания. Все же их тела были сделаны из разрушающихся со временем органических материалов, поэтому батраков требовалось иногда чинить и заменять. Пока что в отсутствии помощников Далину приходилось это делать самому, что отнимало множество времени. Но... это пока что. Тем более что буквально за какой-то месяц он смог наладить добычу руды на заброшенных шахтах и даже запустить печи для выплавки стали. Конечно, ковать добротное оружие его изделия пока что не могли - требовалось уйма работы и настройки, чтобы сделать из них толковых оружейников, но наконечники для копий и стрел, примитивные клинки, больше похожие на заточенные плоские куски стали, они могли делать. Этого было достаточно, чтобы вооружать эмантов и простых ходячих. Все же основной ударной силой были изделия, тела которых были самостоятельным оружием.

В принципе, с добычей необходимых ресурсов изделия справлялись. Возникли, конечно, некоторые проблемы с обеспечение продовольствием. К сожалению, изделия все же носили на себе миазмы смерти, что плохо сказывалось на качестве продуктов, поэтому пришлось очень хорошо потрудиться и обратиться в том числе к стихийной магии, чтобы на работу отправились чистые от инфекций и опасных бактерий гомункулусы. Со временем их нужно будет доработать, но продовольствие сейчас в основном требовалось самому Далину, а когда появятся будущие подмастерья, уже будут иметься некоторые заготовки и созданы новые изделия.

Пока Далин отошел от активной экспансии и занимался хозяйственными делами, ситуация на границах его быстро возникшего царства поменялась. Доселе разобщенные группы людей либо защищались, либо убегали. Во всяком случае все последние месяцы. Однако стоило Далину остановить натиск и вынужденно дать живым передышку, как к югу от Аскарона на его замерших в ожидании изделий напрямую напали и фактически перебили, технично отойдя на прежние позиции. Это случилось раз, затем два. Потери составили почти три сотни изделий разного качества. Инсургенты пользовались только холодным и огнестрельным оружием, никакой магии, но продуманность и организованность нападений сразу навлекли подозрения Далина, что действиями врага руководили известные уже Далину "знакомые" из Земель Солнца, как нынче принято их именовать.

Проблема была еще в том, что почувствовать или засечь магию Духа чародею, никогда не использовавшему эту силу, было невозможно. Это была особая сторона силы, которую никто в известном мире не изучал, кроме Монахов Пустошей, а также шаманов Династий. Говорят, что еще в доисторический период, о котором не осталось практически никаких свидетельств, самоучки шаманы только и пользовались магией Духа. Но что-то они нахимичили с ней к западу от нынешних земель Шиванны и сотворили нечто, что прогнало далеко на запад Лаурона все народы, жившие к югу от Неприступных гор. Места эти называются Землями Черных Волхвов. На тех территориях осталась лишь горстка выживших, с годами снова заселившие покинутые основными племенами земли. Время их правления как раз принято называть Династиями. Ну и были те, кто спрятался в Пустошах. Некоторые Хранители считали, что это были как раз потомки учинивших катаклизм колдунов, изменивших течение истории всего Лаурона. Фактически, события в землях волхвов стали толчком к великому переселению огромных орд, уничтоживших прогрессивную Лурецию и отбросивших народы запада на многие века в прошлое, не говоря уже о всех горестях, которые пришлось пережить самим согнанным со своих территорий племенам. Магия Духа была очень опасной игрушкой и требовала особого внимания.

Далин в итоге отложил свои хозяйские дела и приступил к обычной уже для него разведке вражеских территорий с помощью модифицированных птиц и животных. Однако его изделия прошли не больше пары сотен метров от примерной границы владений нового Круга, как стали терять силу и разрушаться по неизвестным Далину причинам. Так Хранитель потерял не меньше двух десятков своих разведчиков.

Тогда Далин двинул вперед свои легионы. В отличие от животных-мертвецов эти изделия все же были больше экранированы от силового воздействия и просто так "приказать им умереть" никто не мог. Хотя попытался - точно также на первых же шагах Далин почувствовал, что некто сделал попытку оборвать силовые линии, державшие "нежизнь" в его изделиях, но не смог. Это, конечно, радовало и тревожило одновременно. У Далина появился соперник, владевший силой, а не просто люди.

Живые же встретили наступавших мертвецов организованно и в штыки. Бои развернулись практически в километре от прежней границы. Изделия продвигались с большим трудом, постоянно наталкиваясь на укрепленные насыпи с частоколом, наскоро восстановленные форты чуть ли не времен Династий и сторожевые башни. Конечно, серьезно окопаться противник не успел, поэтому как таковые укрепления сильной защиты не предоставляли, но потери Далина возросли - он трудился днями и ночами, направляя на "фронт" новые партии своих подопечных.

В итоге люди все же не сдержали натиска и начали отступать, откатываясь к юго-востоку. Неся потери, они фактически давали новый материал для войск Далина, который так разошелся, что довел численность своей армии практически до двадцати тысяч, десять тысяч из которых вели наступление, а другие были распределены по другим границам. Это, конечно, была сила. Фатум со своими живыми помощниками потратил бы гораздо больше времени на формирование такой армии. Не в последнюю очередь из-за необходимости проводить множество всяческих бюрократических процедур. Далин же был один и решал все сам. Быстро и эффективно. Нужно будет учесть это при построении нового Круга.

Однако, выкладываясь на производстве изделий, Далин не мог помочь им отдельной магией - наложить порчу, болезни или задушить темными эманациями. На это не хватало сил. Несмотря на то, что Далин в последних боясь приказал захватить энное количество материала живыми, чтобы из их крови выкачать как можно больше силы, очень многое приходилось на изготовку новых ходячих и поддержание в строю работников. Пускай примитивное, но все же оружие требовалось для войны. И с каждым днем все больше.

После месяца упорных боев Далин все же вытеснил все остатки живых к границам Истангара. В общем-то, оставалось добить их, и вся Шиванна раскинулась бы у ног Хранителя, после чего можно было закрепить границы и сделать передышку. Возможно, слух об удачливых действиях живого Хранителя привел бы к мастерской Далина последователей в ближайшие недели... Далин так и не нашел другого более удобного места, чем первоначальный замок, который оброс множеством складов и процедурных, в которых работала целая армия зомби-помощников.

Фактически все время завоевания Шиванны Далин не покидал своей лаборатории, только раз отправившись на север к Непреступным хребтам, чтобы изучить оставленные варлоком заклинания. А так Хранителю хватало информации, получаемой глазами его птиц-разведчиков и самих ходячих. Свою же волю он передавал войскам напрямую каждому ходячему по общему силовому каналу. Ошибку Круга в том, чтобы разбивать свои армии на "десятки", управляемые контролерами, Далин решил не повторять. Все это, конечно, невероятно высасывало силы, но нужно было пойти на некоторые жертвы, чтобы дальше немного отдохнуть. Но не сейчас. Требовалось добить остатки сопротивления и лучше все проконтролировать, вдруг объявятся монахи - тут изделия вряд ли справятся. Далин пока что не успел сделать таких, которые могли бы пользоваться силой. Это требовало очень много внимания и сил. Поэтому к очередному бою, в котором была задействована чуть ли не вся наступающая армия мертвых, Далин решил присоединиться лично.


Когда высота была уже надежно окружена, Далин отправил второй и третий отряд летунов в центр укрепления врага. Там уже занялись пожары среди палаток и фуража - первый направленный в бой строй летунов очень удачно справился с поставленной задачей, внеся хаос и сумятицу в тыл противника. Сейчас её еще добавиться - бороться с летучими войсками обычным оружием очень неудобно.

Убедившись, что враг надежно скован, Хранитель приказал выдвигаться кровавым големам и гулям. Они должны были прорвать оборону и окончательно завершить разгром неприятеля.

Повинуясь мысленному приказу, облепившие вал зомби и эманты расступились, образуя корридор для ударного отряда. Мимо них на полной скорости проскочили несколько сот гулей, а следом, неспешно шагая, проследовали почти пять десятков гигантов. Чудовищная сила, надо сказать.

Люди, которые держали периметр крепости, встретили новую угрозу залпами пушек и ружей. Несколько удачных попаданий проделали немалые бреши в рядах мчавшихся во весь опор гулей и уложили, наверное, не меньше пяти големов. Но этого было недостаточно.

Разогнавшись с приличной скоростью, несмотря на понесенные потери, гули легким прыжком перемахнули через острые колья, которыми был утыкан вал, и врубились в ряды людей, устроив им кровавую баню. Подошедшие вслед за гулями големы, разметали колья и вал на пути своего следования, и присоединились к феерии смерти. В образовавшуюся брешь хлынули эманты и ходячие. Поражение людей стало только вопросом времени. В принципе, не требовалось даже задействовать особый сюрприз, который Хранитель заготовил врагу на случай осложнения.

Далин кивнул собственным мыслям и послал приказ своему модифицированному коню. Стоило возвращаться в мастерскую для решения множества хозяйственные задач. Все же нужно было переоснастить своё воинство, а для этого требовалось создать нормальных мастеровых, а также...

Запели рога. Далин сначала даже не поверил: ему подумалось, что это некое эхо его воспоминаний ложной тревогой отозвалось в сознании. Но при втором и третьем сигнале, его тощее тело забило дрожью. Этот звук он запомнил на всю свою жизнь и не спутал бы ни с чем. Это были Мстители - банды, сформированные мальчишкой кесарем в Землях Солнца, чтобы уничтожать всё, что принадлежало Кругу. И вместе с Мстителями всегда шли... монахи.

Далин тут же поднял в воздух своих разведчиков с усиленными силовыми связами, но не успели они взлететь, как сразу все попадали, лишенные сил. Проклятье! Модифицированные создания все равно были куда меньше защищены от аур, чем уже призванные мертвецы! Оставалось смотреть только глазами ходячих. И Далин видел.

С восточных холмов в направлении окруженной войсками мёртвых катилась черно-серая волна. Над головами легко одетых воинов, несших в руках щиты и копья, реяли знаки Земель Солнца и Королевства Ильден. С флангов их прикрывала конница, которая постепенно отправилась вперед, натягивая тетивы луков. Стандартная тактика - мобильные застрельщики максимально проредят ряды противника, прежде чем пехота вступит с ним в бой. Угнаться за такой кавалерией было практически невозможно - она убегала, стоило только приблизиться.

Далин безусловно отдал приказ своим резервам идти на перерез возникшему противнику, но их оставалось не так много. Хотя гули могли составить неплохую конкуренцию всадникам с луками, большая их была скована боем на высоте. Поначалу успешно разнесшие вал големы увязли в тесной борьбе, в которой получали множество ран, забиравших их силу. В итоге быстро растеряв поддерживающую в них жизнь эссенцию големы рухнули на землю кровавыми кусками мяса все до единого. Ходячие же двигались слишком медленно.

Конечно, Хранитель предполагал встречу со своими давними врагами, но не здесь и сейчас. Он провел максимально тщательную разведку ближайшей к месту боя территории и не выявил присутствие врага. Сражение шло не больше полдня, чтобы враг успел так быстро прибыть... Ах! Может быть монахи нашли очередные Путевые Врата в окрестностях? Но их Далин также не отыскал... Все же где-то были допущены просчеты.

Когда основные силы, осаждавшие высоту, медленно развенулись навстречу противнику, Мстители фактически уже смели направленные на их перехват резервы. Подошедшая пехота, несмотря на своё легкое вооружение, закалилась в боях с Кругом и хорошо знала, как действовать против мертвецов, которых ни гулями, ни големами было не напугать... Даже шестирукие гомункулусы-гиганты их не могли остановить. Что ж, пора было задействовать "подарок".

Когда Мстители сцепились с основным войском Далина, завязнув в позиционной битве, роща от востоку от их левого фланга неожиданно ожила - деревья зашатались, ветки разлетелись в сторону и в месте с брызнувшей подобно каплям воды листвой на поле битвы выскочили костяные чудовища. Гентрозавры - десятиметровые твари, составленные из кусков различного рода животных, с огромным количеством конечностей, голов, клыков и когтей. Их было всего пятеро, но врубившись в ряды живых, они принялись сеять смерть да так кроваво, что со стороны можно было подумать, словно людей бросили в самую настоящую машину-мясорубку. Над полем в воздухе поднялось кровавое марево.

Наверное, это решило бы исход битвы, поскольку строй Мстителей пошатнулся. Однако последовало несколько вспышек, после которых рядом с гнетрозавтрами возникли небольшие фигурки в балахонах. Произведя быстрые пасы руками, они обрушили на костяных чудовищ сгустки неясной Далину магии, и твари на глазах рассыпались во прах. За считанные мгновения детище Далина было уничтожено. Те временем с вала раздались залпы, замолчавшие после атаки големов, и Мстители под звук рогов с удвоенной силой обрушились на воинство мёртвых. Вместе с ними в бой шли монахи, сверкавшие молниями среди рядов ходячих и подобно бури сметавшие мертвых с поля боя.

Далину все стало ясно. Вскочив на своего коня, он помчался прочь в сторону своей мастерской, отдав мысленный приказ своей армии начать отступление. Надежды на то, что изделиям удастся спастись, у него не было. Быть может, какую-то часть враги просто не добьют, устав от боя. Спасение этой части армии уже не занимало мысли скакавшего прочь Далина - требовалось срочно задействовать новые силы, чтобы удержать завоеванное. Прошедшая битва стала поворотной точкой в маленькой истории нового Круга. Над Хранителем повисла жуткая угроза поражения. И время работало против него.


***

Онгун описав пируэт в затяжном обратном сальто, легко приземлился на ноги, тут же пригнулся, пропуская над собой убийственный удар клешни костяного чудовища, следом перекатился, оказавшись у монстра за спиной, и ударом своего посоха, в который вложил немалый заряд силы, раздвоил тело мертвяка напополам. Подскочившие к монаху гули в считанные мгновения были нещадно испепелены вспышкой света, в которой на миг исчезла сухенькая фигура Онгуна. Спрыгнувший с дерева летун разрушился во прах еще не долетев до земли. Кровавый голем, вылезший из-под руин обрушившейся башни, получил кулаком в грудь и тут же превратился в ревущий факел. Прикончив следом пару ходячих скелетов, Онгун огляделся. Поле битвы, поддетое легкой дымкой от нескольких пожаров, занявшихся в наскоро сооруженной врагом крепости, постепенно прояснялось, и без лишней проверки было понятно, что очередная победа осталась за Мстителями.

Враг окопался в руинах древнего города-крепости Шиванны - Остгаре и пытался удержать их как свой последний оплот на юге бывшей страны. Задействовав гомункулусов, темный маг достаточно быстро соорудил целый форт для своих тварей, которых обучил стрелять из луков и арбалетов и даже отстреливаться из катапульт снарядами, начиненными всяческой отравой. Но ничто не могло остановить воинство Духа. Братья снесли стены крепости, не имевшие чар, за считанные мгновения, а затем первыми ворвались в толпы нежити. Когда подошли основные массы пехоты, скованные боем с монахами ходячие уже не смогли удержать сопротивления. Однако Общность лишилась одного из своих братьев... Такое, увы, за последние два месяца случалось уже пять раз. Хотя враг терпел поражения, но все же огрызался.

К Онгуну подошел сотник Эрил.

- Мы зачистили крепость. Нашли пленников. Пара еще живы, - отчеканил Эрил.

Монах кивнул и отвернулся от сотника. Тот тут же развернулся и ушел, зная, что монахи были немногословны. Если бы что-то Онгун хотел, он бы сказал сразу. Монах же принялся бродить по полю битвы, разглядывая тела уничтоженных мертвецов. Многие из них были привычными, но даже у таких была свежевыкованная броня, стрелковое вооружение и более гармоничное исполнение их "мертвецких" тел. Хотя вместе с качеством уменьшалось и количество бойцов врага. Это уже были не те орды, которые темный маг бросал в бой после поражения у Лесистых холмов, когда Мстители наконец-то раскрылись и уничтожили большое войско мёртвых. После этой битвы в течение всего пары недель некромант пытался вернуть себе инициативу, производя контратаки с армиями не меньшей численности. Но все они были уничтожены и отброшены на север, а армия Мстителей принялась продвигаться вперед, хотя медленнее, чем хотелось - приходилось зачищать множественные гарнизоны и обходить разного рода ловушки, полные убийственных заклятий и даже целые эпидемии. В одном из разрушенных сараев темный маг оставил мехи с вином, в которых были палочки чумы. Если бы не один из братьев поблизости, армия Мстителей могли бы очень быстро уменьшиться.

Конечно, можно было атаковать некроманта гораздо раньше, чем было сделано. Еще когда он остановил своё продвижение у Аскарона. Но Общность решила, что требуется в первую очередь мобилизовать ресурсы самой Шиванны на войну с нежитью, а не играть в героев. Будущей провинцией было необходимо управлять и заботиться о ней. Кто же может сделать это лучше, чем те, кто пережил все ужасы и отвоевал свою родину? Наместник Дарио пока что показывал себя с самой лучше стороны в этом вопросе.

Поэтому некоторое время Братья Общности потратили на то, чтобы консолидировать разрозненные группы жителей Шиванны, объяснить им, почему им необходимо объединиться в сложившихся условиях, а также начать готовиться к войне. Не меньше времени пришлось потратить на то, чтобы временно репатриировать нонкомбатантов - детей, стариков, не тренированных женщин. Делалось это, конечно, не только из соображений безопасности будущих жителей Шиванны. Но и для того, чтобы лишить темного мага так называемого материала.

Не меньше проблем возникло с вооружением вновь создаваемого ополчения. Силы Мстителей были не безграничны, в связи с этим требовалось, чтобы и создаваемые братьями силы защитников Шиванны тоже могли оказывать достойное сопротивление силам некроманта. Благо, что на тот момент он тратил всю свою энергию на создание ходячих. Было бы их несколько, простому ополчению пришлось бы в разы хуже, чем в сражениях с не обладавшими силой мертвецами.

То, что это был только один маг, братья поняли уже давно. Это прекрасно читалось в авторстве всех заклятий, которые даровали мертвецам "нежизнь". Разница поделок разных членов так называемого "Круга" сильно контрастировала с единым рисунком магии, которой были созданы ходячие. И надо сказать, она отличалась плавностью всех связей, филигранностью настройки. Не удивительно, ведь бежавшим в Шиванну темным магом был Далин Делосколо - один из главных руководителей исследовательских программ Круга. Это был чрезвычайно искусный и мастеровитый некромант, не ставший Верховным лидером только потому, что чурался политики и интриг. Далина всегда интересовало только темное "искусство" и не более того. А заниматься различного рода взаимоотношениями с коллегами ему не очень нравилось. Хотя он очень часто предлагал Кругу новейшие наработки, которые могли помочь Кругу в решении его хозяйственных задач. А также спасти Круг в последней его войне. Но агенты Общности, давно внедренные в руководство Фатума, активно мешали всем подобным инициативам. Круг был давно приговорен - Планом ему было предначертано исчезнуть.

Нет, Общность была далека от представлений о "плохих" некромантах, сущем зле и тому подобном. Идеи Общности лежали за границами добра и зла, которые являлись разными сторонами одного и то же Духа.

Все в мире должно было подчиняться Плану - идее, начертанной в самом Духе. Всё сущее от самой маленький пылинки до целых миров должны были следовать ей. Она нигде не была записана, уж тем более в качестве пророчеств или каких-то скрижалей, у неё не было никаких "служителей" или "толкователей", своей церкви, последователей... Нет, были только те, кто в древнейшие времена смог не только прикоснуться к силе Духа, но и прочитать его. С тех самых пор они осознали свою роль в Плане и научились понимать его и передавать умение его слышать. Они образовали Общность - тех, кто слышал и понимал одно и то же, а также знал, как им действовать.

Почему должно? Потому что в этом есть сама суть существования. Тот самый смысл, который так активно ищут все разумные существа, но никак не могут найти. Увы, далеко не все могут не только прикоснуться к Духу, но и понять его. Ведь изначальная идея не состояла из слов или символов, она сама заключалась в смыслах и создавала смыслы. Поэтому "услышать" Дух и понять его можно было только истинным своим я, в основе которого также лежит частичка идеи. Ведь мы понимаем многое не словами, но смыслами.

Последовали Духа не были какой-то сектой или церковью. Дух слышали все одинаково. После обретения связи с его гласом не были нужны настоятели или учителя - как только младший брат смог услышать План, он будет понимать его, как и все старшие братья. Поэтому после момента Прозрения все братья находятся в Общности, совершенно четко и точно понимая, что им нужно делать.

И Планом было предначертано уничтожение Круга. Об этом братья знали еще в день, когда первые некроманты захватили власть в одном из осколков империи Династий. И да, должны были быть выстраданы все эти века насилия над живыми, которых лишали существования, использовали их материю для экспериментов, чтобы через боль и страдания родился народ, готовый к новому созиданию. И так во всем - чтобы возник штиль, должна пройти буря, чтобы вросли плоды, почву необходимо возделать. И не важно, помогали бы Плану братья Общности или другие, кто мог бы слушать План. В общем-то, Дух действует через всех, даже тех, кто не Прозрел, но сделать то или иное действия, думая, что хочет сам, а на самом деле это было предначертано Планом. Братья же стараются сделать так, чтобы претворение идеи шло как можно более ровно и без лишних задержек. Бессмысленные смерти и задержки, которые все равно случаются из-за интерференции сил, на которые распадается Дух, нужно зачищать и невилировать. Этим, собственно, и занимается Общность. И один из последних сбежавших Хранителей Круга был тем самым гноем, который следовало выдавить.

Бродя по полю битвы и размышляя, Онгун не заметил, как спустились сумерки. В вечерних тенях перед монахом возникла фигура брата Сидо. Посмотрел друг на друга, они в целом поняли основное, что хотели сказать друг другу. Но План все же не был столь детальным. Он мог гласить, что нужно было двигаться к точке, которая лежала впереди, но как дойти до неё - прямо или по диагонали необходимо было решать в материальном мире с учетом всех ограничений, которые накладывала материя.

- Маг собирает силы, - сказал брат Сидо.

Онгун кивнул. Он пришел к тому же выводу, осмотрев останки войск врага. Большая их часть носили в себе признаки наскоро заделанных прорех и быстрого восстановления, несмотря на все улучшения в техники заклинаний. Далин явно бросил эти отряды на заслон, чтобы выиграть время.

- Что с шахтами? - спросил Онгун.

- Пришла весть, что все они захвачены. Маг лишился поставок руды, - коротко ответил Сидо.

Хорошо. Что ж, теперь темному магу останется только север страны.

- Аскарон укреплен?

- Нет. Туда он побоялся сунуться.

Онгун кивнул. Пришествие варлока План не предусматривал. Кто, откуда и для чего явился в этот мир, пока что предстояло выяснить. Возможно, это была очередная помеха или просто очередной шум миров.

- То есть он у себя в замке?

- Мастерской, - ответил Сидо и краешки его губ слегка дернулись, будто в легкой улыбке. Онгун посмотрел на него без всяких эмоций. Братья редко использовали выражение простых реакций организма на своем лице, только если это требовало коммуникации с теми, кто не был частью Общности.

- Тогда мы его там окружим и уничтожим.

- Я прикажу всадникам провести разведку боем, - сказал Сидо. Это не было вопросом и не было предложением. Это было результатом общей оценки Плана.

- Отправляйся с ними. Не нужно нести лишние потери, - хотя все братья слушали План одинаково, но любая организация общностей требует иерархии. Поэтому были страшие и младшие братья. Сугубо ситуативно - это определялось братьями в каждом случае индивидуально, в зависимости от того, кто больше в чем разбирался.

- Когда ты прибудешь с остальными силами?

- Думаю, в течение трех дней мы зачистим подступы к мастерской.

Сидо кивнул и растворился во мраке. Онгун остался бродить по полю. Кое-что все же он хотел осмыслить.


***

Строй шестируких гигантов растворился в облаке белого ничто, возникшего из-ниоткуда. Оно просто сформировалось над ними и опустилось, а когда исчезло - на месте шагавших почти сотни изделий осталась... просто земля. Следом погибли сотни гуль, а также эмантов. Бороться против магии Духа было чрезвычайно сложно.


Далин ответил тем, что обрушил потоки удушливых миазмов на левый фланг наступавшего противника. Безусловно, там был один из монахов, но Далин вложил в заклинание достаточно сил, чтобы магу пришлось закрыться самому, чтобы не погибнуть - люди же принялись раздирать свои глотки, сходя с ума от ужасной вонищи, рвоты и убийственных газов. На правый фланг же Далин отправил почти тысячу летунов. С ними у монахов получалось справляться не так просто - Хранитель приказывал пикировать на врага и тут же подниматься в воздух. Конечно, враги использовали различные заклятья и для летающих врагов, но все равно не так успешно. Ведь основная сила магов Пустошей была в ближнем бою. Эти бритоголовые молчаливые ребята наполняли свои тела силой Духа и использовали его как оружие, легко разрушая ударами своих рук тела изделий. А уж что они вытворяли ногами - Далин порой удивлялся зачем они еще ко всему прочему используют посохи, если они могут устраивать настоящие вихри смерти, просто вытворяя кульбиты своими ногами.

В центре противника Далин сосредоточил всех Гентрозавров, каких успел сделать. Они рвали и метали врага, но не были так сильны против монахов - те постепенно уничтожали одного за другим. Остальные ходячие, а также гомункулусы, вспомогательные изделия и прочие ждали противника уже на разросшейся на пару километров территории мастерской. Среди лабиринтов зданий, подземных гротов и множества других помещений и приспособлений еще многие храбрецы найдут свой конец.


Все так, наверное, должно было быть, как спланировал Далин. Но что было на самом деле Хранитель знать наверняка не мог. Он посмотрел только начало битвы, а затем распределил роли между своими "двойниками" - несколькими особо удачными гомункуласами, содержавшими частички его жизненных сил и поспешил прочь. На некоторое время все собранные в единый кулак изделия удержат монахов и их последователей, что даст возможность Далину... сбежать.

Да, увы. После битвы у Лесистых холмов, как её прозвали господа-противники, Далину хватило еще пары сражений, чтобы понять - в одиночку он не сможет противостоять своим врагам. К сожалению, новый Круг погиб, не успел как следует развиться. А жаль - почва была просто великолепной для возделывания, а к каким успехам Далин успел прийти, используя свои наработки в отношении рабочей силы... Некоторые его "кузнецы" создавали изделия очень неплохого качества. Далин надеялся, что монахи оценят их в последнем бою. Очень оценят.

Но... все усилия Далин направил на то, чтобы как можно дольше удерживать своих противников и создать мощную армию, которая не даст преследователем быстро продвигаться на север. А также на создание огромной цепи ловушек на всем пути к северу Шиванны - монахи потеряют не один день, пробиваясь через сложную сеть заклятий, которые Далин заботливо для них оставил.

Потому что позволить поймать себя Хранитель не мог - теперь, после таких успехов в работе с материалом, ему требовалось найти новое место, чтобы закрепиться. Скорее всего это не будет столь же масштабным, даже лучше, чтобы оно было как можно более тихим и незаметным. Но главное избежать пленения или тем более гибели. Искусство не должно сгинуть - оно должно развиваться!

Поэтому вперед - на север. За горы.


***

- Сбежал? - коротко спросил брат Сидо стоявшего на дымящихся руинах замка Онгуна. Одежда мастера была в нескольких местах разорвана и обожжена, все левое плечо покрывала кровь. Вокруг в бывшей Мастерской некроманта пылали пожары, слышались стоны и крики людей. Остатки мертвецов темного мага все еще оказывали сопротивление.

Онгун не ответил. Сидо сам все прекрасно знал.

- Все это было большим спектаклем перед нами, пока он заметал следы и задерживал нас.

- Скольких братьев мы потеряли? - после некоторого молчания спросил Онгун.

- Еще пятерых. Всего мы потеряли почти десять братьев за эту кампанию.

- И даже не уничтожили одного единственного темного мага.

- Все так, как должно быть, - сказал Онгун.

- Мы потеряли практически все ополчение. Мертвых так много, что их хоронить придется несколько суток.

- Что ж, это окончательная цена свободы этой земли, - безразлично сказал Онгун.

Сидо промолчал.

- Нужно на рассвете отправляться на север. Магу больше некуда идти, кроме как в сторону города Руф - сказал Онгун после некоторого размышления.

Сидо кивнул и ушел прочь. Онгун остался один. Наедине с Планом.