# Часть четвёртая

Игорь Николаевич Макаров

XIII

XIII


Монголы пришли в начале лета, стали лагерем на реке Усе в неудобном для того месте. Позади лагеря протекала речка, слева возвышалась гора, которая, чуть изгибаясь, шла к лагерю примерно в сорок пять градусов. Всадник по ней бы не поднялся, а спуститься мог, только пеший, да и то рискуя упасть на осыпях. Правда, вдоль реки у этой горы, лежала довольно широкая полоса, по которой можно было проехать с десятку всадников в ряд, но гора была довольно длинная, и наступающего противника можно было удержать малыми силами. Перед лагерем была широкая долина, поросшая кустарником, заболоченная и имеющая довольно много стариц, за ней возвышались увалы ограничивающие её. Самая большая старица, делая большую дугу, поворачивала к горе и там терялась. Монголы построили свой лагерь за этой старицей. Обнесли его рвом и обгородили частоколом. По старице вырубили весь кустарник на противоположной от лагеря стороне, а на своей стороне в таких же кустах, сделали непроходимый завал. Там, где не было кустов, поставили частокол. Частокол поставили или сделали непроходимые завалы и в тех местах, где не было старицы. Завалы сделали и по песчаной полосе, а по склону набили острые колья, кроме всего прочего построили небольшое укрепление на неприступной вершине горы. Было ясно, что они собираются воевать долго, даже в окружении. Для такого масштабного мероприятия у Мунке-батора было мало воинов, потому он послал гонцов ко всем местным тайши и чайзанам, не забыв и кыштымов, перетягивая их на свою сторону. Он прекрасно знал, что мятежный Кадан может выставить войск вдвое больше, чем он, но костяк его войска был приведён им из Синей орды и многое повидал и пережил в столкновениях с железным хромцом. Это были опытные бойцы, некоторые помнили ещё битву на Кондурачи и верили в своего командира. Это компенсировало то, что Великий хан не пополнил его тумен новыми бойцами, благодаря придворным интригам его приближенных бегов, которые жаждали избавиться от известного, по крайней мере в войсках, конкурента, отправляя его на выполнение заведомо провального мероприятия. Облегчало задачу то, что он родился в Кыргызе и его считали здесь своим и даже гордились, а приобрести много врагов среди влиятельных людей Кадан уже сумел за это время.