# Двое в небе + стюардесса

Ася Котляр

2 мужские, 2 женские роли. Проблема женского одиночества актуальна во все времена. Героиня пьесы, деловая, привлекательная женщина, в самолёте знакомится с мужчиной. И, конечно, она с удовольствием продолжила бы воздушное знакомство, если бы он оказался свободным, а она не боялась бы вылезти из своего имиджа сильной, независимой женщины. Они прекрасно проводят время, но им докучает незадачливая стюардесса и не совсем трезвый пассажир... Сумеет ли Ева разглядеть истинное чувство, именуемое "любовью", или ей так и придётся остаться одинокой? Постановки: Театр "Дети понедельника", г. Сортавала, республика Карелия. Режиссер А. Ладысев.

А.КОТЛЯР

asia.kotliar@mail.ru

ДВОЕ В НЕБЕ + СТЮАРДЕССА

ТРОГАТЕЛЬНАЯ КОМЕДИЯ


Действующие лица:

Ира - бортпроводница, 25 лет

Юлик (Юлиан)- мужчина, 45-50 лет

Ева (Женевьева) - женщина, 45-50 лет

Егор - молодой мужчина 30-35 лет

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Салон самолёта. На сцене три самолётных кресла. Можно на заднике изобразить дверь, откуда появляются бортпроводники. Иллюминаторы нарисованы и подвешаны на троссах. Можно салон самолёта сделать условно, верёвками. Голос: 'Пассажиров, следующих рейсом ? 3, по маршруту Москва - Калининград, просим пройти на регистрацию...' Стюардесса проверяет и поправляет кресла. В салон входит красивая женщина лет сорока пяти. Это Ева. Она смотрит в билет, проходит к креслу, удобно усаживается. Через какое-то время появляется Юлик. Он тоже смотрит в билет, проходит к креслу, садится рядом с Евой. Оглядывается. Ева смотрит на него с интересом. Появляется Ира. Она становится на авансцене спиной к зрителям.

И р а. Дамы и господа! Мы выполняем полёт на самолёте Ту-134. Предлагаем Вам ознакомиться с аварийно-спасательным оборудовании самолёта. На нашем самолёте имеется шесть аварийных выходов в передней, средней и хвостовой частях самолёта. Все выходы обозначены электронными табло и оснащены надувными трапами. Направление к выходу указывает световая дорожка на полу. Запомните ближайший к вам выход. Каждое кресло оснащено ремнями безопасности, которыми должны пользоваться все пассажиры. Застегните ремень и затяните его по вашему размеру. Кислородная маска находится в спинке впереди стоящего кресла. В случае разгерметизации кабины маска выбрасывается автоматически. При появлении маски потяните её на себя, плотно прижмите её к носу и рту. Если вы путешествуете с ребёнком, наденьте маску сначала себе, затем ребёнку. Инструкция по безопасности расположена в кармане впереди стоящего кресла. Прочтите её внимательно. Дамы и господа! Убедительно просим вас воздержаться от использования электронных устройств на время взлёта и набора высоты. Просим Вас приготовиться к взлёту. Пристегните ремни безопасности, спинку кресла приведите в вертикальное положение, закройте откидной столик. Наш экипаж желает вам приятного полёта.

Звук взлетающего самолёта. Ира несёт поднос с конфетами. Спотыкаясь, она высыпает все конфеты на Юлика.

Ю л и к (вскрикивает от неожиданности). Девушка! Вы что себе позволяете?

И р а. Простите, я сегодня такая неловкая. Я сейчас соберу конфеты. Ещё раз извините меня.

Ю л и к. И как это вас, таких неловких, берут в бортпроводницы, не понимаю. Должен же отбор быть какой-то, в конце концов. Собирайте свои конфеты и побыстрее.

Ира принесла щётку, смела конфеты в ведро.

И р а. Ещё раз извините меня. (Поворачивается и щёткой задевает лицо Юлика. Он возмущён. Ева улыбается.)

Е в а. Не берите в голову. В полётах всё бывает. Я довольно часто летаю.

Ю л и к. Да, да. Я, видимо, не так часто, как вы. Простите, как Вас зовут?

Е в а. Женевьева. Можно просто Ева.

Ю л и к. Какое удивительное у вас имя. А я Юлиан. Можно запросто - Юлик.

Е в а. Вот и познакомились. Сейчас напитки принесут.

Ира везёт тележку с напитками.

И р а. Что пить будем?

Юлик улыбнулся Еве очаровательной улыбкой.

Ю л и к (обращается к Еве). А давайте по пятьдесят грамм за знакомство?

Е в а. А давайте! Коньячок, если можно.

Ира с улыбкой наливает по пятьдесят грамм коньяка и на подносе подаёт Юлику. Но в тот самый момент, когда Юлик готов принять поднос, Ира теряет равновесие и выливает коньяк на Юлика. Юлик взбешён.

Ю л и к. Вы что наделали? Мои брюки! Вы нагло испортили мои брюки!

И р а (растерялась). Извините, пожалуйста! Если вы будете так любезны и снимите брюки, я попробую привести их в порядок до конца полёта!

Ю л и к. А мне как сидеть прикажете?

И р а. В семейных трусах. Я надеюсь у вас под брюками есть семейные трусы?

Ю л и к. А это не Ваше дело! Идите, я уж сам как-нибудь!

Ира уходит.

Е в а. Она и впрямь какая-то уж очень неловкая. Может новенькая? Ну да ладно! У меня есть салфеточки, давайте я вам помогу.

Достаёт из сумочки одноразовые платочки и тщательно просушивает брюки Юлику.

Ю л и к. Какие у вас красивые руки! Простите, вы замужем? Да-да, понимаю, что это банальный вопрос и если не хотите, не отвечайте.

Е в а. Да нет, я не делаю из этого тайну. Я была замужем. Трижды. Дело в том, что я не создана для семейной жизни. Я - бизнесвумен. Работа, встречи, переговоры, договора... Кухня, пелёнки, распашонки - как-то не получилось. Но я не жалею. Я привыкла к жизни в самолётах и нахожу удовольствие даже в небе. Здесь я хотя бы почитать могу. Кстати, вы изучили инструкцию?

Ю л и к. А что, она может как-то пригодиться, если самолёт, не дай Б-г, потерпит крушение? Вы хоть раз встречали человека, который воспользовался спасательным жилетом ?

Е в а. Я - нет. Не встречала. Но, может быть, истории всё же известны случаи.

Ю л и к. И я не встречал. Где, они сказали, маски кислородные? Вываливаются автоматически... А вдруг не вывалятся?

Е в а. Вывалятся. Всё проверено. Не переживайте. Расскажите о себе, Юлик!

Г о л о с И р ы. Дамы и господа! С вами будет говорить командир корабля Игорь Матвеев.

Г о л о с к о м а н д и р а. Здравствуйте дамы и господа! Наш полёт проходит на высоте 10 000 метров. За бортом температура воздуха аж минус 64 градуса по Цельсию. Вот так холодно! Посмотрите в иллюминаторы. Когда мы пролетаем над этим местом, каждый пассажир может увидеть что-то интересное, необычное и прекрасное для себя! Через двадцать минут вам подадут закуску и вы сможете насладиться прекрасным видом из иллюминатора и вкусной едой. Желаю вам приятного полёта!

Ю л и к. Какое нестандартное обращение, вам не показалось?

Е в а. Да! Когда я лечу этим рейсом, Матвеев, командир, всегда шутит. Эдакий небесный шалунишка! Но посмотрите! Вы видите это чудо?

Юлиан нагнулся к иллюминатору, практически лёг на Еву.

Ю л и к. Да! Радуга! Круглая! Первый раз вижу. Ой простите, я тут на вас прилёг.

Е в а. Ничего страшного. А вот и наша стюардесса. Осторожнее. Она разносит еду, я даже порекомендовала бы вам поменяться со мной местами...

Ю л и к. Да ничего страшного. Всё что могла, она на меня уже выкинула и вылила.

Е в а (смеётся). Только кофе не просите, пожалуйста. Брызги от вылитого на Вас кофе могут испортить мой костюм.

Ира подаёт им поднос с едой. Юлик раскрывает свой и обнаруживает, что он без еды. На подносе лежат только одноразовые приборы. Он нажимает кнопку вызова стюардессы. Ира подходит.

И р а. Я вас слушаю!

Ю л и к (показывает на пустой поднос). Это что?

И р а (с удивлением). Я могу уже забрать?

Ю л и к. Позвольте, что значит ваше 'уже'? Я ЕЩЁ ничего не ел!

И р а. Простите, я не поняла.

Ю л и к. Где моя еда, я вас спрашиваю?

И р а. Не знаю. Съели так быстро? Вы намекаете на то, что её было слишком мало, но это стандартные порции и я...

Ю л и к. Вы что, держите меня за идиота? Здесь не было никакой еды!

И р а. Это исключено. Вы хотите дополнительную порцию? Я могу вам принести, если кто-то откажется от еды.

Ю л и к. Да не хочу я дополнительную порцию! Я хочу свою, законную порцию, за которую я заплатил, покупая билет на этот ваш самолёт! Моя соседка может подтвердить, что никакой пищи здесь и в помине не было!

Е в а. Девушка, простите, как вас зовут?

И р а. Ирина.

Е в а (очень жёстко). Так вот, Ирочка, разрешите я вас так буду называть. Мой сосед действительно получил поднос без еды. Будьте любезны, принесите Юлику другой поднос.

И р а. Извините. Я сейчас принесу (Подчёркнуто вежливо.) Юлику другой поднос.

Ира уходит.

Е в а. Ну вот и всё. Не нужно возмущаться. Нужно требовать то, что вам положено по закону. Всегда и везде. Кто такая эта стюардесса? Девчёнка, которая знает парочку языков и ничего больше делать не умеет. Вся её заслуга в том, что она является счастливой обладательницей двух стройных ножек и очаровательной задницы, на которую пялятся все мужики в самолёте.

Юлик поперхнулся и закашлялся. Ева практично, кулачком, постучала по его спине. Кашель прошёл.

Е в а. Обслуга, хоть и очень симпатичная. Да не смотрите на меня так! Я делю людей на две категории: хозяева и те, кто на них работает. И если ты не в одной - значит обязательно в другой категории. Вы чем занимаетесь? А хотите отгадаю ? Судя по вашему костюму и обуви, у вас приличное дело. Вы твёрдо стоите на ногах и вероятно женаты. Жена ваша - эдакая кастрюлька, которой в жизни нечем больше заняться, как обстирывать вас и гладить вам рубашки. Детей у вас нет, судя по вашему недовольству, когда эта растяпа облила вас коньячком. Я права?

Ю л и к. Относительно. А почему у вас нет детей?

Е в а. У меня есть работа. Работа - мой муж, мой любовник, мой ребёнок, моё хобби...

Ю л и к. Да, да, я забыл... Но ведь время неумолимо и вы не становитесь моложе. Когда-нибудь вам захочется всё это кому-то оставить, сесть дома, закутаться в тёплый плед и чтоб кто-нибудь, милый и родной, подал вам чашку горячего чая...

Е в а. Вполне возможно. У меня есть любимые племянники и два молодых любовника.

Ю л и к. Я, вообще-то, не ханжа, но два, по моему, многовато...

Подходит Ира с подносом.

И р а. Пожалуйста! И если вам вдруг станет плохо, после еды, вот вам сразу и пакетик. Уходит.

Ю л и к (всполошился). Нет вы слышали? Что она имела в виду? Зачем мне этот пакетик?

Е в а (смеётся). Вам же сказали - на всякий случай. Вдруг она вам что-то подсыпала?

Ю л и к. Вам смешно, а я просто взбешён.

Юлик нажимает кнопку вызова стюардессы. Ира подходит. Вежливо улыбается.

И р а. Вам уже плохо? Ещё пакетик? Ваша соседка не пострадала?

Ю л и к. Вы что себе позволяете? Принесите мне другой поднос - этот я есть отказываюсь.

И р а. Какая жалость! Этот последний. Но если вы не будете - я заберу...

Ю л и к. Как ваша фамилия? Когда мы прилетим, я не поленюсь, схожу в вашу контору и напишу на вас жалобу! Вас близко нельзя к пассажирам подпускать.

И р а. Моя фамилия Северова. Зовут Ирина. Я могу идти? Вы у меня не единственный пассажир, как видите!

Ю л и к: Идите. Мне не очень приятно видеть вашу.... Ира поворачивается задом... Юлик молча провожает взглядом Иру.

Е в а. Ну вот и вы туда же: голодными глазами провожаете симпатичную попку этой молоденькой хамки. Кушайте, остынет! Скажите мне, Юлик, почему мужчины вашего возраста так падки на молоденьких девочек? Это, чтобы подольше оставаться в тонусе? Молодость себе продлеваете?

Ю л и к. Кто бы говорил, Ева! У вас два молодых любовника! Выбрали бы себе семидесятилетнего старичка и чувствовали бы себя ребёнком при нём. Так нет же! Вы мальчиков себе в любовники берёте потому, что существует так называемый материнский инстинкт. И в вас, моя милая, есть потребность прижать кого-нибудь к груди, что вполне законно. Так что, ни вам судить!

Е в а: Ой. Какой вы, однако!.. Я лучше почитаю, пожалуй.

Достаёт книгу, читает. Юлик открывает пакет, кушает. Поглядывает на соседку. Ева делает вид, что не замечает. Юлик отрывается от еды.

Ю л и к. Ева, простите меня великодушно. Вообще-то, я женщин не оскорбляю... Просто разозлился на неё, а сорвался на вас.

Е в а. И вы меня простите. Я обычно так не реагирую.

Ю л и к. Мир?

Е в а. Мир. Но, во многом вы правы... Не хватает мне чего-то в жизни. Пресытилась. Сначала ни о чём не думаешь - зарабатываешь, зарабатываешь... Потом опять не думаешь ни о чём - тратишь... Потом опять не думаешь - развлекаешься. Потом , когда понимаешь, что купить можешь буквально всё, на что глаз падает, начинаешь искать то - не знаешь что... Помните в сказке: поди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что... И вот только тогда начинаешь думать. А уже поздно, оказывается. Опоздала ребёнка родить, семьи нет, только и остаётся, что работа, но уже не ради денег или удовольствия. Просто больше ничего в жизни нет...

Ю л и к. Нам, мужикам, проще. Нам хоть в шестьдесят - родить, хоть в семьдесят -семью. Вот вы когда-нибудь задумывались над тем, что такое 'стареть вместе'? Идут двое: он - старый, почти лысый, толстый, и всё-таки он - мужик. И она - старая, почти лысая, толстая - и уже не женщина. Она - привычка, никому не нужная привычка, от которой избавиться практически невозможно.

Е в а. Скажите, Юлик, а как насчёт любовниц? У вас есть любовница? Ну не стесняйтесь, откровенничайте. Нет ничего лучше, чем изливать душу временным попутчикам во время путешествия. Так как? Есть или нет?

Ю л и к. Нет. Любовницы у меня нет. Но была. Потом она женой стала.

Е в а. А жена куда делась?

Ю л и к. Мы расстались.

Е в а. И осталась она старая, толстая, почти лысая и уже в таком возрасте, когда кого - либо найти большая проблема. Сколько вам лет?

Ю л и к. Сорок девять. И ей столько же. Мы сидели за одной партой. Тискались в коридорах школы, поступили в один институт. Поженились автоматически, когда она забеременела. Но она не родила...

Е в а. Детей у вас больше не было ?

Ю л и к. Детей у нас не было. После выкидыша она так и не смогла забеременеть. Банальная история: он хотел детей, и ничто не спасло их брак.

Е в а. А разве дети брак спасают? Не смешите меня. Сколько их, брошенных папашами голодранцев, бегает по этой земле? На мой неискушённый взгляд, дети усугубляют ситуацию. Вот представьте себе. Поженились двое. Ну, или сошлись, живут, как сейчас модно говорить, в гражданском браке. Друг к другу ещё не привыкли, а тут им на голову раз! Третий сваливается. Вы думаете, им проще становится?

Ю л и к. Вообще-то, ребёнок, как правило, объединяет двух любящих людей, неважно в каком браке они живут. Но если чувств нет, а остаются одни обязанности, то да, я с Вами согласен, брак даёт трещину и, как правило, распадается.

Е в а. Уходит, заметьте, как правило же, мужчина.

Ю л и к. Ну да... Все мужики - сволочи, вы это хотите сказать?

Е в а. А вы против?

Ю л и к (засмеялся). Нет. Я не против. Но мы - милые и любящие сволочи. Правда ведь? А насчёт детей, которые спасают или не спасают брак... Они всё-равно остаются детьми, если, конечно папашка, как вы изволили выразиться, - мужик. А если нет, тут уж ему всё равно: детей бросать, родителей ли, вообще близких...

Е в а. А вы кто?

Ю л и к. В каком смысле?

Е в а. Мужик или не мужик?

Ю л и к. Не знаю... Я сделал больно женщине, которая меня когда-то любила. Но поступил честно по отношению к женщине, которую полюбил я...

Е в а. Всё с вами ясно, Юлик. Вы - сволочной мужик.

Юлик и Ева рассмеялись.

Г о л о с. Дамы и господа. С вами говорит командир корабля Игорь Матвеев. Наш самолёт ненадолго попадает в зону турбулентности. Просим пристегнуть ремни безопасности и сохранять спокойствие. А ещё можете загадать желание. Обязательно сбудется. Проверено.

Ю л и к. Приколист...

Е в а. Загадывайте желание. Сейчас тряска начнётся.

Ира приносит конфеты. Она протягивает поднос, Юлик шарахается. Ева берёт конфеты. Одну медленно разворачивает и засовывает в рот Юлику. В этот миг самолёт вздрагивает и Ира, не удержав равновесие падает на Юлика вместе с конфетами. Конфеты рассыпаются теперь на Еву. Ева возмущена. Она поправляет причёску, скидывая конфеты. Ира встаёт, одёргивается.

И р а. Извините пожалуйста.

Ю л и к. Да нет, ничего.

Е в а. Как это ничего, милочка? Вы что пьяны?

И р а. Нет, конечно. Мы попали в зону турбулентности. Это ненадолго.

Самолёт трясёт и Ира вновь падает на Юлика.

Е в а. Ну это слишком. Быстренько поднимайтесь и чтоб духу вашего тут не было. Мы ещё от земли не оторвались, а вы уже были в этой самой зоне, как мне показалось.

Ира встаёт. Улыбается Юлику и уходит. Юлик смущён.

Е в а. Я где-то читала, что бортпроводников проверяют в кабинете отоларинголога. Обследуемый садится в кресло, а врач всего лишь три раза вращает кресло вокруг оси, наблюдая при этом за положением тела будущего бортпроводника. Если голова клонится в сторону, значит, у соискателя серьезные нарушения в работе вестибулярного аппарата: такого кандидата направляют на дообследование. У этой, точно, не всё в порядке... А вы не больно расстроились, как мне показалось.

Ю л и к (выходит из задумчивости). Простите, Ева, что вы сказали?

Е в а (вздохнула) Бедные ваши жёны... Бедные...

Ю л и к. Сейчас перестанет трясти. Ой что-то мне плохо. Где пакет?

Е в а. Вы же его отдали вместе с коробкой.

Юлик нажимает кнопку. Вытаскивает кислородную маску. Цепляет её на себя. Приходит Ира.

И р а. Вы зачем маску вытащили?

Ю л и к. Мне плохо. Нужен кислород!

Ира снимает с него маску, даёт пакет.

Юлик зло смотрит на Иру. Комкает пакет и отдаёт ей обратно.

И р а. Извините, меня зовут. Если что, спасательные жилеты находятся под сиденьями, но от тошноты они не спасают.

Ирина уходит. Самолёт перестаёт трясти, Юлик отряхивается. Ева кладёт ему голову на плечо.

Е в а. Я посплю немного?

Ю л и к. Поспите...

Ева закрывает глаза. Юлик боится пошелохнуться. Оглядывается. Подходит Ира. Зло смотрит на Юлика и спящую Еву.

И р а (громко). Кофе, чай, соки... Что будете пить?

Ева вздрагивает, поднимая голову.

Е в а. Зачем так орать? (Обращается к Юлику.) Ты что будешь, дорогой?

У Юлика округляются глаза.

Ю л и к. К-к-кофе... Только осторожно, пожалуйста.

Е в а. Мне тоже. Со сливками.

Ира с улыбкой профессионально наливает кофе и подаёт Юлику и Еве. Не уходит.

Е в а. Идите, милочка.

И р а. Может минералочку? Сок?

Е в а (зло). Спасибо! Идите!

Ира уходит.

Ю л и к. Мы перешли на ты?

Е в а. А ты возражаешь?

Ю л и к. Да нет... Не возражаю... А почему 'дорогой'?

Е в а. Для этой дурочки. Пусть не лезет. По-моему, она специально приходит сюда, чтобы нам напакостить.

Ю л и к. А зачем ей это нужно, как вы думаете?

Е в а. Просто так. Вы ей не нравитесь. А мне нравитесь. Ей это тоже не нравится. Вроде бы и дела то никакого ей до нас не должно быть, так нет же. Психология обслуги.

Ю л и к. А...

Е в а. А вы мне действительно нравитесь. Как хорошо, что третьего с нами нет, неправда ли?

Ю л и к (неуверенно). Правда, наверное... Но у нас с вами ничего не может быть. У вас любовники, а у меня жена. Молодая, заметьте. Вторая. Последняя, я надеюсь.

Е в а. Ну это там, на Земле. А здесь, в небе, мы совсем одни. Давайте представим себе, что мы с вами совсем одни в самолёте. Двое в небе...

Ю л и к. Плюс стюардесса....

Е в а. Я - первая женщина. Ева. Вы - Адам. Или Юлик. Неважно. А Адам с Евой, как мне кажется, были на 'ты'.

Ю л и к. Современная интерпретация 'Божественной комедии' Данте. Адам и Ева в самолёте. На 'ты'. Где искуситель?

В этот момент на пустое кресло присаживается молодой выпивший мужчина.

Е г о р. Разрешите присесть? Не доползу до места. Ноги не держат. Тур... Тур... Тур...

Ю л и к (с облегчением). булентность. Но она, вроде бы, уже закончилась.

Е г о р. Я тут ваш разговор подслушал, случайно. Насчёт змея... Можно мне с вами поиграть?

Е в а (зло). Шли бы вы на своё место, молодой человек.

Е г о р. Не, ну я немножко поиграю и пойду, ладно?

Ю л и к. Ну почему же, Евочка, пусть посидит!

Е г о р. Вы такой добрый, Адам, такой сердечный! А вы и вправду Ева? А почему вы в одежде? Ева, насколько я помню, ходила по райскому саду обнажённая. И длинные чудесные волосы прикрывали её... Обворожительное тело, пряча его от взгляда всякой... Нечисти. Вы знаете, Адам, там, в райском саду, кто только не водился! А Ева, зараза, только вылупилась из гнезда, простите, из ребра, сразу же все языки понимать стала... Вот вы, Ева, язык птиц понимаете?

Е в а. Понимаю. И сейчас я тебе чирикну кое-что на ухо!

Наклоняется к Егору через Юлика.

Е в а (очень тихо). Пошёл вон!

Е г о р. Ни фига. Ева была женщина целомудренная, но голая. Раздевайся.

Ева нажимает кнопку вызова стюардессы. Ира подходит.

Е в а. Проводите, пожалуйста, этого голубка на его место. Он пьян.

И р а (обращается к Егору). Пройдите, пожалуйста, на своё место.

Е г о р. Какая прелесть! (Обращается к Юлику.) Нет, ты видел её глаза? Я уже не говорю про остальное! (Руками показал формы.)

Ю л и к. Слушай, искуситель, иди себе на своё место. От греха подальше.

Е г о р. Ладно, я буду смирно сидеть в вашем райском саду. Адам, между прочим был сердобольным и мягким человеком. Он бы пустил путника погреться...

И р а. И, всё-таки, я прошу вас, пересядьте на своё место.

Е г о р. Чуть позже. Здесь до туалета ближе. Но вы не переживайте, сладенькая... Я тут ненадолго. Искушу этих двоих и пойду себе с Б-гом.

Зазвенел вызов бортпроводника. Ира ушла.

Е г о р. Да... Мешают пассажиры бортпроводникам наслаждаться собственным осознанием величественности воздушной работы. Они ведь летают... А мы так... Дурью маемся.

Ева отвернулась к иллюминатору. Юлик замолчал.

Е г о р. Не, я в молчанку играть не подписывался. Ещё лететь и лететь. Ева. Вот ты мне скажи..те, зачем вам нужен этот стареющий калиф на час? Вы ему глазки строите, строите, а он как девственник неуклюжий - не реагирует на проявления вашей, так сказать, симпатии... Эй, Адам, глянь, какая роскошная баба рядом сидит! Ты не смотри, что я пьяный... Я в красоте разбираюсь. Достоинства вижу...

Ю л и к. Послушайте. Мы так мило беседовали, пока вас тут не сидело... Туалет освободился, очереди нет, так что...(Посмотрел на часы.) До конца полёта ещё успеете...

Е г о р. Слушайте, а вы, случайно, не знаете куда смывается вода в туалете? Как в поезде? Не вы представляете, летим мы над... Ну каким-нибудь поместьем Аглицкой королевы. А там пирушка на улице. Бар... Барбикю называется. Ну, это когда шашлыки на улице жарят.

Е в а. Мы знаем, что такое барбикю.

Е г о р. А тут наш самолёт летит, крыльями машет. А я пописать пошёл или ещё лучше... А королева подходит к министру и говорит ему: 'Не испробуете ли вы, господин министр наш десертик!' И тут я нажимаю педаль...

Е в а. Кому, как ты думаешь, интересно тебя слушать?

Е г о р. Тебе, то есть, Вам, уж точно неинтересно. А что вам вообще интересно? Чем дышите, многоуважаемая Ева? На чём мы остановились?

Ю л и к. На райских яблочках.

Е г о р. Да?.. Выпить хочется... Как вспоминаю тот момент, когда Ева уговаривала Адама куснуть, всё, думаю: никогда не женюсь. А он, Адам, послушный сначала был. Господь, говорит, сказал не жрать яблочки с дерева познания добра и этого, как его...

Ю л и к. Зла. А к чему вы всё это нам тут рассказываете?

Е г о р. А, так, страшилки на ночь... А вот ты, Ева... Ты не женщина... Ты монстр, Ева.

Ю л и к. Почему она монстр?

Е г о р. А вы посмотрите на неё. Кого она в жизни своей любила, А? Кого приголубила? Всё ради денег.

Е в а. Пошёл вон, я тебе сказала...

Е г о р. А я и пойду. Где тут дверь открывается? Сейчас открою...

Е в а. Я тебя прошу, Юлик, отведи его в туалет. А то и, правда, дверь начнёт искать.

Ю л и к. Вставай, давай. Пойдём я тебя до туалета доведу.

Юлик довёл Егора до туалета. Сам вернулся на место.

Ю л и к. Там стюард. Посадит. Ева... Вы плачете? Что такое? Что случилось? Он Вас обидел? Бред пьяный.

Е в а (смотрит на себя в зеркальце). Да так, пустяки. Соринка в глаз попала. В саду это бывает. Что он понимает, щенок. Деньги, деньги... Почему они во мне все видят только деньги? Я женщина, ты понимаешь? Ты мне веришь? Я красивая и успешная женщина. Что со мной не так? А? Я тебе нравлюсь? Скажи, только честно. Или я тебе тоже монстром кажусь?

Ира подходит с газетами и журналами.

И р а. Хотите почитать? Газеты, журналы, женские журналы...

Е в а. Господи! Да уйдёте вы отсюда или нет?

И р а. Если вы успели заметить, я здесь работаю. Так что читать будем? Я бы вам посоветовала 'Здоровье'. Там про нервные расстройства у женщин иногда пишут.

Ю л и к. А про верность женскую пишут, как вы думаете? Давайте 'Здоровье'. Почитаем с удовольствием. Правда Евочка?

Е в а. Давайте и идите уже. Вас пассажиры ждут.

Ира уходит.

Е в а. Вот смотрю я на неё и думаю: стюардессы должны быть красивыми по определению. Бортпроводница - лицо компании, привлекательному лицу, как утверждают психологи, доверить жизнь гораздо легче. Эта, конечно, красавица, но ей я бы свою жизнь не доверила, а ты?

Ю л и к. А я...

На кресло плюхается Егор.

Е г о р. А вот и я! А вы меня уже не ждали? (Берёт журнал 'Здоровье'.) Это ты, Ева, про здоровье своё узнать хочешь? Я тебе и так всё расскажу: своей смертью не умрёшь. Зарежет тебя молодой любовник. И тебе, Адам, скажу: и ты не умрёшь своей смертью. Разобьёшься в самолёте. Тебе летать нельзя.

Ю л и к. Типун тебе на язык.

Е в а. И ты не умрёшь своей смертью. Дай только на землю прилететь.

Е г о р. Воркуйте, голубки. А я вздремну малость. Если вы не возражаете.

Закрыл глаза. Юлик и Ева переглянулись. Ева ткнула Егора. Тот не пошевелился. Посидели минуту молча.

Е в а. Вот гад. Всё настроение испортил.

Ю л и к. У меня такое чувство, что вы его знаете.

Е в а. Знаю, конечно. Это один из моих бойфрендов, так сказать. Егорка. Я и не знала, что он со мной летит. Напился, дурак. Он, вообще-то, не пьёт. Не знаю, что на него нашло.

Ю л и к. Это он с горя. Любит.

Е в а. Не смеши меня. Я его в два раза старше.

Ю л и к. Любит, ревнует и страдает. Неужели не понятно? Слушай, а зачем тебе два любовника?

Е в а. Для надёжности. Страховка от одиночества. Они же молодые оба. Любовь ещё быть может... А что я? Я привязываюсь. Потом страдаю. А так уйдёт один, второй останется. Или нет. Один бросит меня, а второго я, чтоб отыграться.

Ю л и к. А у тебя на все случаи в жизни страховка имеется?

Е в а (пристально смотрит в глаза Юлику). Нет. От любви и смерти никто не застрахован. (Придвигает своё лицо к лицу Юлика. Егор резко открывает глаза.)

Е г о р. Я что-то пропустил?

Ю л и к. Самое интересное.

Е г о р. Расскажешь потом... (Засыпает.)

Ю л и к. А ты ревнуешь его? Ну, вдруг, молодая и красивая рядом замаячит?..

Е в а. Ревную, конечно. Я же не каменная. Привыкаю к человеку. А он, вишь, какой красавчик. Иногда думаю, была б я лет на двадцать помоложе, да с теперешним умом и положением в обществе. Я бы... Ух... Да ладно. Теперь-то чего.

Ира привозит тележку с напитками. Она расстроена. Ева отодвинулась от Юлика. Ира молча наливает стакан томатного сока и подаёт Юлику. Тот покорно берёт. Ира наливает второй стакан и подаёт Еве.

Е в а. Кто вам сказал, что я буду это пить?

И р а. Извините. (Отдаёт второй стакан Юлику и молча уходит.)

Юлик пьёт сок.

Г о л о с И р ы. Дамы и господа! Если среди вас есть врачи, проследуйте, пожалуйста в хвостовую часть самолёта, для оказания помощи пассажирке. Женщина рожает.

Е в а. Кому-то плохо. Вы куда?

Ю л и к. Я - туда. Я врач. Не скучайте.

Юлик уходит. Егор открывает глаза.

Е г о р. Где Адам?

Е в а. Егор, ты как здесь оказался?

Е г о р. Следил за тобой.

Е в а. А напился зачем?

Е г о р. Для конспирации...

Е в а. Дурак. Я же работать еду.

Е г о р. Я видел, как ты работаешь. В самолёте всё, оказывается, можно успеть. Скажи, кто я для тебя? Зачем я тебе?

Е в а. Давай здесь, в небе, мы не будем выяснять отношения. Ты молод, не поймёшь.

Е г о р. Да я молод, но это ведь не порок? А он понравился тебе, этот Адам...

Е в а. Не Адам, а Юлик.

Е г о р. Какая разница? А чем он лучше меня?

Е в а. Всё просто: он мужик, а ты - юнец безусый. Я ещё не знала, что он врач. Я когда мужика-врача вижу - готова отдаться ему тут же, на месте. Эта профессия делает мужиков недосягаемыми для нас, женщин... Вот ты кто? Менеджер. Что такое менеджер - подай, принеси, устрой, заплати... Что в тебе, кроме тела твоего, есть привлекательного, для такой женщины, как я?

Е г о р. Чувства. Менеджеры тоже, как это ни странно, могут любить.

Е в а (громко рассмеялась). Не смеши меня, пупсик! О каких таких чувствах ты тут лапочешь? А представь себе, что я бедна, как церковная мышь, и когда ты раздеваешь меня, на мне нет белья за пятьсот евро, и кожа моя не настолько упруга, поскольку нет этих бесконечных фитнесс-клубов, втираний, оздоровительных кислородных коктейлей... Какие чувства, мне сорок пять лет, а тебе двадцать семь.

Е г о р. А глаза?

Е в а. Ты видел глаза женщины, которая вынуждена зарабатывать крохи и кормить семью? У меня подруга школьная, учительница. Одна воспитывает дочь. Ты её глаза видел, когда у неё день зарплаты? Если бы не я, она бы с голоду пухла, а дочь в проститутки бы пошла, поскольку молодым хочется иметь всё и сразу .

Е г о р. Тоже мне, облагодетельствовала. Уборщицей твоя Маринка у тебя в офисе работает, а ночью тетрадки проверяет.

Е в а. Я ей работу дала. И вообще, не твоё это дело.

Е г о р. Ну да, ну да... Моё дело - тебя в постели развлекать. Счастье, хоть ты не платишь мне за это. Не нуждаюсь, слава Богу. Сволочь ты, Евка. Неужели ты думаешь, что я не нашёл бы себе молодую и красивую деваху, если бы захотел? Сто штук в день, поверь. Так нет, я трачу свои молодые годы для того, чтобы тебя, старуху, ублажить...

Ева с размаху бьёт его по щеке. Потом по второй.

Е г о р. Да люблю я тебя, понимаешь? Просто люблю. И мне жаль тебя, Евка, потому что ты ни любить, ни верить не умеешь. Всё продаёшь и покупаешь. И мужик этот тебе даром не нужен, но ты ставишь цель и идёшь к ней упорно... И чем тяжелее тебе её достигнуть, тем прикольнее. Только тут тебе, дорогая моя Евка, не обломится, вот увидишь. Адам этот не про тебя. Он тёплый. А ты - Ева. Ева и тогда использовала Адама, и сейчас, спустя столько тысячелетий, ничего не изменилось. Скушай яблочко, дорогая, может быть, и ты чувствовать научишься. А я пошёл... На своё место... Место, Егорка, место... Искать... Нюхать...

Егор, покачиваясь ушёл, посылая Еве воздушные поцелуи. Ева сидит расстроенная. Подходит Ира.

И р а. Вам плохо?

Е в а. Всё в порядке.Что там у вас случилось? Где мой сосед?

И р а. Роды принимает. Там женщина рожает, преждевременные роды. А он гинеколог, как раз.

Е в а. Вот это да... Принесите мне коньяк пожалуйста.

И р а. Да, конечно.

Ира приносит коньяк. Ева выпивает залпом.

Е в а. Спасибо. Постойте... Скажите, у вас часто женщины в самолётах рожают?

И р а. У меня впервые, а вообще бывает.

Раздаётся плач новорожденного ребёнка. Раздались громкие аплодисменты в самолёте.

И р а. Я побегу. Извините.

Ева закрыла лицо руками. Пришёл Юлик довольный и счастливый. Сел. Ева подняла на него глаза. В них уважение, почитание.

Е в а. Ну?...

Ю л и к. Девочка. И ты не представляешь себе, но родители хотят назвать назвать её Евой... Потому, что в небе родилась.

Е в а. Ты, правда, гинеколог?

Ю л и к. Акушер-гинеколог.

Е в а. Вот это да! Чужих детей принимаешь, а своих не завёл! Несправедливо!

Ю л и к. Да уж. Ребёнок - благословение Б-гом союза мужчины и женщины. Зачатие - это не физиологический процесс, а, скорее, духовный, понимаешь?

Е в а. Ты рассуждаешь, как священнослужитель, а не как врач. А как же с искуственным прерыванием беременности, с абортами?

Ю л и к. На мне греха нет. Я за всю свою врачебную практику ни одного аборта не сделал. Ну, по показаниям - это понятно. Если, скажем, беременность угрожает жизни женщины - тоже понятно. А чтобы просто прервать - это не по моей части.

Е в а. Врёшь ты всё. Так не бывает.

Ю л и к. Бывает. Это как себя поставишь: есть врачи, которые да, делают аборты. Я, например, не делаю. Ко мне и не обращаются, так как знают, что не бделаю. Всё просто.

Е в а. А я сделала... Б-г меня и наказал - больше не дал детей. А, может, если бы мне тогда попался такой вот Адам, как ты, может и я бы оставила... Отговорить не кому было.

Юлик приобнял Еву. Она прильнула к Юлику. В этот момент подошла Ира. Она посмотрела на Еву с Юликом. Ева отстранилась. Юлик смутился.

И р а. Не смущайтесь, пожалуйста, в полёте ещё и не то случается. Может пледики для удобства принести?

Ю л и к. Да, пожалуй! (Обращается к Еве). Ты не замёрзла, дорогая?

Е в а (с удивлением посмотрела на Юлика). Нет.

Ю л и к. Как там молодая мама?

И р а. С ней муж и медсестра. Если что, вас позовут.

Ю л и к. Идите, милая. И пледик не забудьте. И коньячок. А то ведь мне, по вашей милости, (Показывает на брюки.) так и не удалось выпить.

Ира уходит, через минуту возвращается, почти швыряет плед в Юлика и подаёт ему полный одноразовый стаканчик коньяка.

Ю л и к. О! Нам тут на двоих хватит.

Ира уходит.

Е в а. А она милая.

Ю л и к. Кто?

Е в а. Стюардесса эта. Интересно, а замуж они выходят?

Ю л и к. А почему нет?

Е в а. Ну, если бы я была мужиком, очень бы подумала, прежде чем жениться на стюардессе. Ты же слышал, у них тут всякое случается. Пледик зачем? Тут тепло.

Ю л и к. Сам не знаю. Тебя накрыть. Не дует от иллюминатора? Всё же шестьдесят четыре градуса ниже нуля...

Е в а. Пожалуй, да. Накрой меня, пожалуйста...

Юлик заботливо накрывает Еву. Ева закрывает глаза.

Е в а. Двое в небе... Почти в раю... Мне хорошо с тобой. Надёжно... Как обрести небо там, внизу, не подскажешь? Ты должен знать, поскольку профессия у тебя такая: стоишь у самых истоков. Принимаешь человека в этот мир... Даже здесь, в небе.. Может быть ты - Он? (Показывает вверх пальцем.)

Ю л и к. Я - это, всего-навсего, я. И ни на что не претендую. Я просто выполняю свою миссию. ОН ставит перед человеком определённую цель и ты всю жизнь живёшь, пытаясь постичь её. И если тебе это удаётся, ты становишься подобным Ему. Сказано же в писании: 'И сотворил Он человека по образу и подобию своему...'

Е в а. А может мы встретимся там, на Земле?

Ю л и к. Может... Только зачем? У меня жена, которую я люблю, у тебя два... Не проще ли каждому идти своей дорогой?

Е в а. В каждой дороге есть то, чего не хватает другой дороге. Мне будет тебя не хватать, Адам...

Г о л о с. Дамы и господа. Наш полёт подходит к концу. Пристегните ремни безопасности и приведите кресла в вертикальное положение.

Ира принесла конфеты. Молча предложила их Юлику и Еве. Ушла.

Е в а. Даже странно - не рассыпала конфеты, не упала, не разлила. Вот что значит практика... Сейчас самолёт коснётся земли и все будут аплодировать... Мне очень нравится этот момент. Есть в этом то, чего мне не хватает в жизни: искренняя радость...

Самолёт выполнил посадку. Раздались аплодисменты. Ева стала собираться.

Е в а. Вы идёте?

Ю л и к. Мы опять перешли на 'Вы'... Я после вас. Мне нужно осмотреть и проводить роженицу. Видите, скорая подъехала. Счастливо вам, Ева!

Е в а. Спасибо, Юлик. За всё. Пойду, подберу своего мальчика... А может и он не врёт, как думаете? Может стоит рискнуть?

Ю л и к. Конечно стоит. Вы ещё и ребёнка родить успеете.

Е в а. Не смешите меня. До встречи... Возьмите визитку, на всякий случай.

Ю л и к. Спасибо. До свидания..

Ева уходит. Юлик садится в кресло. Задумчиво смотрит на журнал 'Здоровье'

Подходит Ира.

И р а. Читать будете?

Ю л и к. Нет. Возьмите.

Ира берёт журнал и со всех сил бьёт Юлика по голове. По щекам. Юлик вскакивает, пытаясь успокоить девушку.

И р а. Скотина, сволочь, ты испортил мне весь полёт! Два часа выкинутых из жизни! Ненавижу! Ненавижу!

Юлик закрывает ей рот поцелуем. Она обмякла в его руках, успокоилась... Поцелуй длился долго.

И р а. Зачем ты полетел? Ну сколько можно ревновать меня? Неужели ты не понимаешь, что никто мне кроме тебя не нужен?

Ю л и к. Я просто хотел убедиться, что в небе ты в безопасности... Я с ума схожу, когда ты в воздухе. И, потом, я здесь пригодился. Я люблю тебя, Ирка. Очень люблю. Как мальчишка.

И р а. Я ревновала. Ты специально с ней флиртовал?

Ю л и к. Нет. Я не флиртовал. Нормальная женщина, может быть ещё будет счастлива... Поехали, Ириша, у меня для тебя сюрприз.

И р а. У меня для тебя тоже...

Обнимаются, выходят...

Занавес.

Телефонный звонок.

Г о л о с Е в ы. Юлик, по-моему, мне пора.

Ю л и к. Сколько?

Г о л о с Е в ы. Каждые три минуты. Ой... Быстрее, я всё таки старая... Юлик.... Ой... Егор, что стоишь как идиот... Уберите его, он сейчас в обморок упадёт... Ой, Юлик, помоги!.. Отпустило. Отпустило, говорю! Как там Ирка?

Ю л и к. Тоже пока ничего. Вот-вот!

Г о л о с Е в ы. Юлик! Помоги! Помогите!

Ю л и к. Я уже рядом с палатой. Сейчас начнём. Держись, Евка! Я с тобой!

К О Н Е Ц !


2012-2014. Клайпеда