# Продолжаю "завидовать" мадам Васильевой

Лариса Анатольевна Львова

Ну что, "позавидуем" ещё немного мадам Васильевой? Первый урок усвоен (да-да, я помню, как десять лет назад восторженным тролликом явилась на Самиздат и стала учиться у "зубров", не подозревая что иные из них - всего-навсего бурёнки с платочком в копыте, шлеёй под хвостом и партбилетом в сейфе). После откровенно никакущей "Татки" буду обращать внимание на то, как может отразиться словоупотребление в мозгах читателя. Представьте себе, меня это вообще не заботило - ну есть же значение слова, зафиксированное в словаре, чем тут заморачиваться? Оказалось, есть чем. И второй урок из попытки разобрать практически неразбираемое - не всё, чем течёт мозг, можно представить читателю. Эхм...

Однако возник вопрос: как на конкурсе "Свободное творчество", очень хорошем и многими любимом мероприятии, выходили в финал вещи, подобные "Красной дорожке"? (Для себя я буду называть текст просто Половиком, так как он ни на что, по моему мнению не годен, кроме как вытереть об него ноги) Почему авторы, чьи тексты были на голову, а то и на пять, выше Половика, протащили это... нечто в финал? Что застило им глаза, отбило литературный вкус, побудило выдвинуть графомань в ряды вполне художественных произведений?

И ведь были же голоса, которые пытались обратить внимание на наготу "королевы", и не только от участников. Хрен знает почему к ним не прислушались. Наверное, решили, что критиковать "русско-народно-чуйствительное" писево себе дороже.

Рассмотрим же его, ибо завидуем мы мадам или как?,.

Девки били остервенело и злобно. Алька попыталась закрыть лицо, не успела, и от полученного удара сугроб окрасился алыми брызгами. "Забьют ведь, твари", - похолодев, девушка съежилась, свернулась в комочек, зачем-то считая наносимые по ребрам пинки.

Снова избыточность высказывания - "остервенело и злобно". Понимаете, от какого слова образовалось "остервенело"? Так зачем ещё "злобно"? Тут же употребление слова вне значения, ибо "окраситься" - пропитаться краской, приобрести цвет. Ещё я нашла, кажется, в Викисловаре, значение "запачкаться". Но забодай меня Татка, не вижу связи между глаголами приобрести цвет, пропитаться и запачкаться. Героиня "холодеет" во время избиения. Было дело, в детстве выпала удача поучаствовать в коллективной драке между районами. После первого же удара в табло из-за мощной волны адреналина притупилась чувствительность, а всякие прогнозы ушли на задний план. Героиня же лежит жертвенной Таткой и холодеет себе от предчувствий. Отчего так? Автор не знает подростков? Не, ему позарез нужно вызвать у читателя сочувствие. И как это сделать без аднаногой Татки? Подсчитывание ударов - это вообще за гранью жизненной правды. Если только это не нужно героине для обращения в полицию и юристов.

Далее словоупотребление вообще спляшет канкан:

- Сдурели, идиотки? - ворвался в оглохшие от собственного стона Алькины уши суровый мужской голос.

Пардон, но если глохнешь от своего стона, то это не стон вовсе. Это вопль такой мощи, что барабанные перепонки не выдерживают.

Канкан - просто ничто по сравнению со следующим лексическим пароксизмом:

Алька шмыгнула, запихивая истерику глубоко в средостение.

Средостение (mediastinum) -- комплекс органов, расположенных между правой и левой плевральными полостями

Увы, не могу "моргнуть" автору сочетание просторечия и термина в авторской речи. Сама люблю пользоваться таким приёмом, когда хочу похохмить в тексте. Но ведь не поугорать решил автор, описывая состояние избитого подростка? Возникает вопрос: а если неглубоко запихнуть, так сказать, поверхностно, то это не вызовет сочувствия читателя? Может, для более полного слияния чувств автора и читателей стоило указать, в какую часть средостения была запихнута истерика: верхнее и нижнее, переднее, среднее или заднее.

И всё же придётся моргнуть автору "папиков", хоть так называют не чужих мужей, а возрастных состоятельных мужчин, имеющих молодых жён или содержанок. Ну откуда знать автору такие подробности?

Кого как, а меня корёжит, когда мадам Васильева вдруг начинает живописать при помощи СХВ: "И тогда радио взорвалось новостями". Пусть спаситель девушки просто включил радио - это ведь так плоско, нехудожественно. Но всё-таки метафора обязывает показать "взрыв", подобный объявлению войны или, на крайний случай, самоотводу президента страны. Нет. Обычные новости. Так на кой чёрт вам, мадам Васильева, эта метафора? На хрена Татке баян?

Короче, дальше фильтровать этот языковой пердимонокль себе дороже.

Ладно, оставим в покое дефектное словоупотребление. Перейдём к деталям. Сначала о той, что имеет символическое значение, повторяется рефреном, связывает идею с другими элементами текста. К красной дорожке. Почему к ней так прикипела Алькина мамаша? Не к красивой светской жизни, не к наслаждению жизнью богемы, не к дорогим нарядам, машинам, магазинам, прочим вещам, олицетворяющим для некоторых счастье и смысл бытия. Так манят лучи известности или славы? Сокровенное для проститутки зрелище абсолютно не мотивировано, ибо не объяснено. Мадам Васильева вообще не любитель что-либо пояснять. Это есть в её голове, ибо! И всё. Далее сказано, что Милка отгородится дорожкой от матери и дочери, будет постоянно смотреть телепередачи. Но пардон, мероприятия с дорожками случаются не каждый день, и даже не месяц. И не все их транслируют. Что же смотрит Милка? Видак, наверное, время-то послеперестроечное.

Согласна, это мелочь. Но из такого мелочного "вранья" состоят все тексты мадам. Милка надевает платье, прыгая на одной ноге. Шта?! Джинсы можно надеть, прыгая на одной ноге. Тапки, в конце концов. Но платье-то?

Ступая, как по красной дорожке, Милка спускается по лестнице навстречу дочери. А эта деталь для чего? Символ падения Милки? Так он как на корове седло, ибо уже сказано, что дама - проститутка.

Дочь отправляет мамочку по красной дорожке. И снова вопрос: почему именно к Милкиной мечте? Женщина с неё и не пыталась соскочить. Создаётся впечатление, что мадам Васильева решила: чем больше раз отослать читателя к названию, тем лучше. Но количество не всегда переходит в качество, и вместо сквозного мотива читателям сунут под нос Половик. Просто половик нехудожественного мышления, ограниченного видения мира, графоманства, одним словом.

Ограниченность - основное свойство и образной системы. На конкурсе обращали внимание на жуткую тенденциозность, непроработанность, граничащую с логическими дырами, в каждом из её элементов. Характеры однобоки: бабка - пожизненная терпила, туповатая и невнимательная к своему ребёнку - Милке; сама Милка - странноватая проститутка, мечтающая о славе. Её отношением к семье напоминает клиническую картину циклотимии, а в целом образ вполне сгодится на роль паразита. Такая же паразитка Алька, только что ласковая и послушная, с дитём на руках. А так вылитая Милка-мать: одинокая, без царя в голове, знакомящаяся с жизнью с приобретения полового опыта. Не случайно финальная сцена отзеркаливает Алькины воспоминания в экспозиции.

Про совершенно косой и недостоверный образ Юрия много было сказано. Но почему ни в одних рассуждениях зрелых и умных людей не упомянуто о соответствующей статье? Почему ни бабка-терпила, ни опытная проститутка ни разу не подумали о том, что Альке предстоит воспитывать, обучать ребёнка, а это только за счёт стрёкота машинки нереально сделать? Где хоть слово настоящей заботы о малыше? Где ну полслова о том, что Альке самой нужно становиться кем-то? Не, это в планы автора не входило. Требовалось выжать сочувствие, хайпануть на драме, а там трава не расти - финал за счёт "русско-народно-чуйственного" обеспечен.

Незнание матчасти в текстах мадам тотальное. Вот институт развалился, бабка начинает воспитывать дочь, зарабатывая шитьём. Наверное, у автора были знакомые, на основании опыта которых создавалась эта часть текста. Но и у меня была подруга, имевшая талант и усердие прирабатывать шитьём при муже, который обеспечивал семью. Потом она ушла с работы, набрала заказов, которые съели всё её время и, наконец, иссякли. Ибо хлынул поток продукции из Польши, Турции, Китая - гораздо более дешёвых и разнообразных вещей. Пришло время необходимости закупать ткани и потом продавать изделия на рынке. И всё равно через три-четыре года это становилось убыточным. Да что там, прогорали даже ООО на базе бывших "ателье мод". Швейные фабрики обанкрочивались. Я помню время, когда на самом деле было выгодно шить на себя - это 1988-91 год. Потом стало неактуально. Менее время- и трудозатратно стало купить готовое. Так что нужно было автору придумать что-нибудь более реальное для заработков бабки.

Бабкино долготерпеливое подвижничество и доброта выглядят этаким лубком в духе евангельских историй. Да и ладно, будь её образ не картонным и не преподносись он на блюде общественного идеала. Слить "непротивлением злу" свою жизнь в унитаз, вырастить новую паразитку - ну такая себе заслуга.

И вновь вернусь к вопросу: как могли петь дифирамбы этой графомани, тащить в финал насквозь дефектное повествование?