# Рецензия. Тадер Орди. "дорога забытого знания".

Олег Павлович Фурсин

Опубликовать рецензии к произведениям наших коллег, написанные нами в разное время, мы решили по ряду причин. Во-первых, это тоже наш труд, и труд нешуточный. Прочесть работу, вычитать ее, суметь понять автора (порой так, как сам автор себя не понимает!), а потом написать по этому поводу если не художественный, то близкий к художественному, текст, - поверьте, это сложно. Стараясь не перехвалить, но и не затравить, не обидеть того, кто пытался тебе что-то сказать, не убить в нем желание работать для таких людей, как ты, неблагодарных и порой необоснованно злых...

Тадер Орди.

"Дорога забытого знания".


Я взрослый человек, думаю, что литератор, и я в общем-то знаю, как пишутся рецензии...

А если бы и не знал, то есть проверенный метод. Набрал в яндексе "как писать рецензии", - и просмотрел все, что умные люди придумали по этому поводу. Про раскрытие сюжета и его оригинальность, про соответствие жанру, смысл названия, про особенности композиции, про мастерство автора в изображении героев. Словом, есть над чем поработать. И сотрясти воздух (виртуальное пространство интернета) набором слов, огранив их предварительно названием: "Рецензия на произведение "Дорога забытого знания" автора Тадер Орди". Как-то так...

Но всю эту пятидневную неделю, когда я, отрываясь от собственной литературной работы, и от каждодневной работы, которая дает кусок хлеба и крышу над головой, в транспорте, дома с чашкой чая "листал" электронные страницы на сайте "Мастерская писателя", ловил себя на на мысли, что не хочу всего этого. Хочу откликнуться на работу, меня заинтересовавшую и увлекшую, хочу написать рецензию, поддержав понравившегося мне автора, но иначе, чем принято, ну хоть чуть-чуть иначе...

И неотвязным лейтмотивом, пока я читал, звучали мне с детства любимые строки. "Рассказывают, что повелитель правоверных Харун ар-Рашид однажды ночью испытывал сильное беспокойство. И сказал он своему везирю Джафару ибн Яхье Бармакиду: "Я сегодня ночью не сплю, и моя грудь стеснилась, и я не знаю, что делать". А его евнух, Масрур, стоял перед ним, и он засмеялся. И халиф спросил его: "Чему ты смеешься? Смеешься ли ты из презрения ко мне, или потому, что ты одержимый?" И Масрур отвечал: "О повелитель правоверных..." И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи"...

Орди Тадер, несомненно, - из них, из Шахразад, женщин-рассказчиц, сказочниц, с умом и талантом, и я даже не улыбаюсь, я вовсе не шучу, поверьте, когда пишу эти строки...

Позвольте выразить свое восхищение тем, как легко и ненатужно течет ее речь, как она плавна, естественна, легка.

Как замысловат сюжет: совершенство арабской вязи, манеры сплетения событий. Вне всякого сомнения, и эта деталь, и та, и еще вот эта: они не просто так, они сейчас закрутят интригу так, что я, быть может, не усну, и прочту еще главу, еще, пока не разрешится новый виток событий...

Кто-то из рецензентов заметил, что не нужно так много дорог и народов, и я возмутился: как так?! Я, человек, который люблю дорогу, и не далее как" вчера" ( не по своей воле!) вернулся с последней, двухлетней протяженности, я-то знаю, как мне это нужно! Я хочу перестука колес, и песен в пути, и рук женщины, что обовьются вокруг моей шеи в короткое мгновение, когда можно отдохнуть и забыться. Мне это нужно: многоцветье народов и их обычаев, и я свидетель, что только так оно бывает: короткое знакомство, и сразу: либо друг, либо враг, и благодарная память о том, как был добр друг, и гневная - о том, как был повержен враг. Разве вся жизнь - не дорога? Разве жизнь не стоит того, чтоб поговорить о ней? Нет, не мешайте сказительнице Орди писать о том, что она, судя по всему, хорошо знает и любит. Другой вот так не расскажет. И вы лишитесь

возможности оказаться в замкнутом пространстве дыры в земле наедине с самим собой и с козою... кандидатура козы, обреченной на общение с вами, а потом принесенной в жертву, просто восхитила меня! Ну кто, кроме Орди, расскажет такое? И кто сумеет столкнуть вас с такой убедительностью с самим собою: вначале в дыре, о которой вы в принципе не мечтали, потом

в месте, куда принесет ресурс, и куда вы тайно стремились вместе с Кори всю дорогу, и вот теперь постойте, спросите себя вместе с нею: а зачем?

Мне лично впервые стало трудно с моей Шахразадой вовсе не там, где она отрывочно вводит в свой странный мир. Там мне показалось, что это нормально: представьте себе человека со стертой памятью, начинающего все с самого начала. С абсолютного нуля, с собственного - и чужого при этом! - имени... Как-то нет вопросов, почему так отрывочен этот мир, так медленно познается, глава за главой, загадка за загадкой. Читатель - он здесь такой же новичок, как и героиня, и пусть он постепенно "вползает" в тематику. Иначе пространное описание мира, выдуманного автором, утопит читателя в количестве приведенных сведений при потере в остроте сюжета,

это неизбежно.

Но вот когда пришел в работу Орди Институт, и техническое образование автора позволило решать ему уравнения со многими вводными и переменными, или как их там, я заскучал... Но Орди в этом неповинна. Я - гуманитарий, историк, но не математик! И комплекс собственного несовершенства зашкалил. Впрочем, я получил частичную сатисфакцию. Я вполне утешился сценой у реки, можно сказать, сам подержал Кори на руках и подбрасывал в воздух... жаль, что моя ундина бросила меня на полпути ради некоей высшей цели.

Нет, я вполне понимаю, как талантливы женщины, и знаю, что они могут, в принципе, прожить без нас. И что у них тоже могут быть цели и задачи, отличные от тех, что есть у нас. И я отпустил бы... только знаю, что счастья это не принесло бы. Так оно и случилось, собственно. Странно, как изменился мир за последние лет двадцать. Стало не модно быть утешением мужским, пусть и героиней, но предельно любящей и нежной, и в этом героичной; если и берущей в руки меч, то только из мужских рук выпущенный - по причине ранения или смерти... Я не призываю никого из дам к "тургеневскому" прошлому, не спрашиваю, "Где ты, Мисюсь?", тем более - в этом жанре. Но как хотелось бы, чтоб в жизни и в литературе вы нашли, наконец, себя, в наших объятиях, и никуда не бежали потом. Это правильно, что

бы не говорили об этом любители новых ценностей. Я восхищаюсь другими женскими образами, я в этом старомоден и отстал, по-видимому. Недавно перечитывал поэму "Русские женщины" Некрасова, был покорен снова Екатериной Трубецкой, как в юности. Абсолютная свобода -

совсем не счастье для женщины, это беда (подумавши, добавлю, что и для мужчины). Но Дени думает так, как думает; Кори поступает так, как поступает, потому что Орди ТАК выстроила образ... Есть ли в работе недостатки, при том, что написано грамотно, и сведены в основном концы с концами, причины со следствиями? Конечно, есть. Но пусть об этом остальном пишут другие рецензенты. Я убаюкан красотой и цельностью повествования, я грезил в пути, и я вижу правоту финала. Мне было хорошо в этой дороге, интересно. Я видел, как это "сделано", но мне не стало скучно. Спасибо, Орди.