# Нимфа возвращается в море

Дуглас Ламсден

Нимфа возвращается в море:


Нуарный городской фантастический роман


Автор:


Дуглас Ламсден


Книги из этой серии


Александр Саутерленд, П.И.


Книга первая: Тролль заходит в бар


Книга вторая: Ведьма входит в мой офис


Книга третья: Ведьма восстает из бездны


Книга четвертая: Ночная сова проскальзывает в закусочную


(Отдельная новелла): Кинжал демона


Книга пятая: Нимфа возвращается в море


Глава первая


“Это не ты. Это я”, - сказала она. Мы оба знали, что это неправда, но с ее стороны было мило принять удар.


В первый раз, когда я увидел ее, я отсиживался в угловой кабинке в Lefty's, фешенебельном ночном клубе в центре города, празднуя завершение успешного дела в компании превосходного авалонского виски. Я допивал четвертый бокал, когда она появилась у моего столика с подносом для сигарет на поясе над парой сигарет, которые никак не желали затухать.


“Сигара? Сигарета? Марихуана?” Ее голос скользнул по моему лицу, как атласные простыни.


Я почти никогда не курю, но она прошла весь путь до того темного угла комнаты, чтобы предложить свой товар, и только каблук заставил бы такую куклу, как она, разочарованно уйти. Или, может быть, дело было в том, как блестели ее темные глаза в полумраке заведения. Может быть, я просто был пьян и одинок. Какова бы ни была причина, я поймал себя на том, что спрашиваю: “Какую сигару вы бы порекомендовали?”


Она выгнула брови и секунду или две оценивающе смотрела на меня. Она улыбнулась улыбкой, которая осветила темный угол комнаты, как прожектор, достала сигару со своего подноса и показала ее мне. “Это из Губао. Листья вымачивают в роме, сушат на тропическом солнце в течение месяца и скручивают вручную босоногими крестьянскими девушками, отобранными за их чистоту и красоту. ”


Я не смог сдержать улыбки. “Конечно, это так. Я возьму одну из них, если ты зажжешь ее для меня”.


Ее собственная улыбка стала шире, ямочки на щеках стали еще глубже. “Конечно, сэр”. Поднеся сигару к губам, она быстро покрутила ее, чтобы увлажнить кончик, прежде чем ловко отрезать его двухлопастным ножом для резки сигар. Вернув сигару в рот, она взяла с подноса серебряную зажигалку, опытной рукой открыла крышку и щелчком большого пальца с первой попытки вызвала пламя. Раскурив сигару, она переложила ее из своих губ в мои. Я почувствовал, как теплая кровь прилила к моим щекам. Это было самое близкое к поцелую событие за последние месяцы.


“Как тебе это нравится?” - спросила она.


Я выпускаю прохладный дым из своего рта, и перед моим лицом образуется облачко. “Я впечатлен. Сигарой и тем, как ты с ней обращаешься”.


Ее глаза встретились с моими, и я почувствовал покалывание внизу живота.


“Как долго ты здесь работаешь?” Я спросил ее.


“Шесть или семь месяцев назад. У меня была сумасшедшая идея, что я певица, и я пришла на прослушивание. Они целую минуту терпели мое выступление и предложили мне работу продавщицы сигарет ”.


“Тебе нравится?”


“Я встречаю интересных людей”.


“Я уверен, что интереснее, чем я”.


Она перевела взгляд с моего лица на грудь и обратно. “Я не знаю об этом. Вы, возможно, удивитесь, узнав, что я нахожу интересным”.


Если она рассчитывала на большие чаевые, то ей это удалось. “Чем ты занималась до того, как приземлилась здесь?”


“Немного того, немного этого. Ничего такого, о чем я бы говорил на первом свидании. А как насчет тебя? Чем ты занимаешься? Подожди. Дай угадаю ”. Она нахмурилась, глядя мне в глаза. “Ты выглядишь не слишком респектабельно. Ты грабитель банка?”


Я усмехнулся. “Не совсем. По крайней мере, пока. Возможно, я займусь этим, если настанут трудные времена. Нет, я частный детектив ”.


Она кивнула. “Как я уже сказал, не слишком респектабельно”.


“Могло быть хуже”, - сказал я, затягиваясь сигарой. “Я мог бы стать юристом”.


Она хихикнула. “Юристы никогда не пьют здесь в одиночку. Они встречаются с клиентами, оплачивают счета, а затем выставляют счет бедолагам за выпивку. С процентами ”.


Четыре бокала хорошего авалонского сделали меня пуленепробиваемым, поэтому я выпустил сигарный дым в воздух и спросил, как ее зовут.


Непослушная прядь иссиня-черных волос упала ей на щеку, и она поправила ее на место. “Мои родители назвали меня Холидей. Друзья зовут меня Холли”.


“Мои родители назвали меня Александром. Друзья зовут меня Алекс”.


“Мы друзья, Александр?”


Я пожал плечами. “Пока нет, но я работаю над этим. Вот что я тебе скажу, Холли. Если ты позволишь мне угостить тебя выпивкой, я обещаю не выставлять тебе счет позже”. Я поднес сигару к губам и заглянул в ее темные глаза.


Холли прикусила нижнюю губу и долго рассматривала меня. Затем она улыбнулась ослепительной улыбкой, обнажившей потрясающий набор зубов. “У меня перерыв”. Она указала на мой бокал. “Закажи мне один из этих”. Она наклонила ко мне голову, словно посвящая меня в свои тайны, и непослушная прядь волос упала ей на щеку. “Но только одно, Александр. У меня такое чувство, что рядом с тобой мне нужно держать себя в руках. ” Она встала, и прядь волос упала ей на губы. “Дай мне минутку, чтобы убрать этот поднос, и я присоединюсь к тебе”.


Следующие три месяца были великолепными. Месяц после этого был не таким замечательным. Через две недели после этого мы запивали обжаренных во фритюре кальмаров бутылкой хорошего ржаного виски, когда она сказала мне, что все кончено и что это был не я, а она. Но я знал лучше. Холли была милой девушкой на пикнике в парке. Я дал ей все, чего, по моему мнению, она должна была хотеть. Она бросила меня из чувства самосохранения. Это была единственная разумная игра, которая у нее была.


***


Три месяца спустя я сидел в своем беловатом махровом халате, уставившись на страницу утренней газеты, и мои мысли были заняты воспоминанием о волосах Холли, разметавшихся по подушке, как перья ворона, когда она спала. Меня вырвало из моих горько-сладких воспоминаний то, что нечто со страницы газеты тыкало палкой в мое подсознание, пытаясь привлечь мое внимание. Образ черной перистой мягкости ускользнул, когда мой взгляд сфокусировался на знакомом псевдониме: десятидюймовый.


Новостной день выдался неспешным. Главные сюжеты были сосредоточены на последствиях более сильных, чем обычно, апрельских ливней, которые обрушивались на Йерба-Сити последние три дня. Затопленные улицы вызвали серьезную пробку в центре города, а нескольким домам в рабочих кварталах был нанесен некоторый ущерб. На фотографии на первой странице был изображен ребенок, толкающий маленькую деревянную парусную лодку на затопленный перекресток в районе Портер, рабочем районе, где я жил. Так случилось, что я проходил мимо этого перекрестка, когда был сделан снимок. Я остановился посмотреть, как они разыгрывают мероприятие. Репортеры в дождевиках затыкали канализацию старыми газетами, пока перекресток не оказался достаточно глубоко под водой. Затем они вручили какому-то местному ребенку игрушечную лодку, направили его в лужу и заставили опуститься на колени, чтобы вода казалась по грудь. После этого они перекрыли стоки. Потребовалось около двух минут, чтобы лужа воды исчезла.


Меня больше заинтересовала история внизу пятой страницы. Статья была длиной всего в два абзаца и не содержала подписи. Рано утром во вторник в переулке за офисным зданием в районе Южного рынка было обнаружено тело молодой женщины. Женщина была адаро, человекоподобным видом амфибий из южных вод Нихонского океана. Взрослые мужчины адаро могли затащить корабль средних размеров на океанские глубины, и у них была репутация свирепых и агрессивных. Самки адаро, которых некоторые невежливо называют “нимфами”, выделяли сильный феромон, который как мужчины, так и женщины находили сексуально стимулирующим. В результате большинство респектабельных людей относились к адаро с подозрением или опасениями. Согласно статье, полиция заподозрила нечестную игру в смерти этого конкретного адаро, получившего тяжелые телесные повреждения, и они искали заинтересованное лицо: мужчину, известного как Тин-Дюйм. В статье говорилось, что Тен-Инч, как говорили, был членом Northsiders, известной уличной банды в Плэсид-Пойнт. Далее в статье отмечалось, что Northsiders и их главные конкуренты, картель Клеймор, за последние несколько лет участвовали в ряде междоусобиц, и, хотя в статье прямо об этом не говорилось, подразумевалось, что неназванный Адаро стал жертвой этого неконтролируемого бандитизма.


Десятидюймовый. Это имя преследовало меня в снах. Хладнокровный убийца. Сколько времени прошло с тех пор, как мы чуть не забили друг друга до смерти кулаками и ногами в одной из самых жестоких драк в моей жизни, а потом выпили за здоровье друг друга бутылками пива в его кроватке? Два года? Нет, уже почти три. В газете говорилось, что он был членом Northsiders. Когда я его знал, он был боссом банды — он называл ее "племенем". Так ли это было до сих пор? Природа его положения была такова, что он всегда подвергался вызовам со стороны крутых, жестоких молодых головорезов, и сколько ему сейчас было бы лет тридцать пять? Тридцать шесть? Может быть, старше. Был ли он все еще главным? Если бы это было не так, если бы его свергли с трона, я сомневался, что он все еще был бы связан с бандой. Не в его характере было добровольно подчиняться чьей-либо власти. С другой стороны, он, очевидно, был все еще жив, а главари банд не стремились уходить на пенсию. Зная Тен-Инча, если он все еще брыкался, то, скорее всего, все еще отдавал приказы. Тем не менее, три года - это большой срок для пожилого уличного преступника. И за ним охотились копы? Три года назад его было бы легко найти. Интересно, во что он вляпался.


Я сложил газету и бросил ее в корзину для мусора. У меня не было причин впутываться во что-либо, с чем был связан Ten-Inch. Моя жизнь и так была полна. Виски, которое я плеснул в свою чашку "Джо ", плохо справлялось с моим утренним похмельем - результатом вечеринки, которую я устроил для себя накануне вечером перед телевизором с пятой порцией самогона из круглосуточного магазина. Говорят, не стоит пить в одиночку, но меня мучила жажда, и мне не хотелось делиться. Спустя три винтажных ночных фильма я почти прикончил бутылку, и если бы не моя магически усиленная способность к исцелению, я, вероятно, все еще отсыпался бы. Черт возьми, я мог бы не пережить эту ночь. Как бы то ни было, сверло, сверлящее мой мозг, когда я проснулся, заставило меня поклясться бросить пить навсегда. Быстрый глоток из оставшейся бутылки положил конец этой бессмыслице, но я все еще не был готов встретить новый день.


Намазав арахисовое масло на поджаренную вафлю, я взяла газету из корзины для мусора, разгладила ее на столе и вернулась к статье о мертвой женщине из адаро. Кое-что в этой статье меня обеспокоило. Я перечитал ее еще раз. Тело женщины было найдено в районе Южного рынка. Это было примерно в двух милях к северу от моего дома. Полиция искала Тен-Инча, “члена” банды Northsiders, которая действовала в Плэсид-Пойнт, еще примерно в четырех милях к северо-западу.


Четыре мили - это не так уж далеко, как летает ворона. Но для такого главаря банды, как Тин-Инч, Южный рынок, возможно, был на обратной стороне Луны. Его территорией была часть Плэсид-Пойнт, одного из крупных районов Йерба-Сити. Район, расположенный на оконечности полуострова, представлял собой разросшееся лоскутное одеяло из жилых домов рабочего класса, индустриальных парков, торговых центров и верфей. Здесь был свой собственный деловой район, отдельный от остальной части Йерба-Сити, состоящий из ветшающих офисных зданий, дешевых закусочных и непропорционально большого количества ломбардов, тату-салонов и баров. Поселение адаро, где самки адаро были размещены в качестве “охраняемого вида” после того, как они были переселены из Нихонского океана и зарегистрированы Бюро по делам Адаро, располагалось у воды в восточной части района, сразу за оживленным паромным портом. Тен-Инч был заметной фигурой в Плэсид-Пойнт, важной персоной. Принц улиц. На Южном рынке, крупном деловом центре и туристическом центре, Десятидюймовка была бы просто еще одним куском рабочего хлама. Как и я. И теперь его разыскивают по всему городу в связи с убийством, совершенным на фешенебельном Южном рынке? Что-то не сходилось.


Десятидюймовый. "Обитатели Севера". Плэсид Пойнт. Образы проносились в моем пропитанном алкоголем мозгу. Старый рыбак, который был больше, чем казался, в конце заброшенного пирса, его леска в воде, старое пустое ведро у его ног. Лодка контрабандистов глубокой ночью. Летят пули, и люди в цветах банды падают на разбитый асфальт. Кракен, молодой лорд Адаро, выпрыгивает из воды. Образ женщины из адаро, Лины Водоплавающей, в бушующий шторм с крошечным пистолетом в руке всплыл в моей голове и засел там, как потрепанная черно-белая фотография. Мои мысли переместились к ее сестре Миле, бедной обреченной Миле, которая зашла в мою ванную, чтобы принять душ, улыбнулась мне через плечо, призывая меня что-то почувствовать. Это воспоминание было стерто и заменено четким образом Стоунхаммера, его глаза тролля светятся красным, он держит острие ножа для колки льда на расстоянии волоска от моего глазного яблока.


Меня охватил приступ дрожи, когда трезвость пронзила мой мозг, как шарикоподшипники от самодельного взрывного устройства. Я скомкал газету. Съев половину вафли и допив остатки кофе, я оставила остатки завтрака на столе на потом и схватила шляпу и пальто. Я был в настроении прокатиться через весь город.


***


Шел непрерывный дождь, и я почувствовал запах соли в ветре, дующем с Нихонского океана, когда шел через квартал, чтобы забрать свою машину в автомастерской Джованни, где я ее припарковал. Джио увидел, что я выхожу из его кабинета, и помахал мне, приглашая присоединиться к нему. Я почувствовал, что он был не один, и когда я добрался до его кабинета, то обнаружил его младшую дочь Джемму, сидящую за его столом и тасующую необычную колоду игральных карт. Я быстро взглянул на карты. Они были больше и красочнее, чем те, которые мы использовали на наших покерных вечерах. Оборотные стороны карточек были ярко-желтыми и со всех четырех сторон обрамлены реалистичными изображениями деревянных шестов, на которых растут темно-зеленые листья. Волшебный гул, исходящий от палубы, слегка коснулся моего внутреннего слуха, как еле слышная музыкальная нота.


Джио подбородком указал на свою дочь. “Посмотри, кого сегодня рано отправили домой из школы. Из-за дождя засорился водопровод”.


Джемма улыбнулась мне. “На полу в ванной дерьмо!”


Джио впился взглядом в девушку. “Джемма! Следи за своим языком! Кто научил тебя так разговаривать?”


Все еще глядя на меня, Джемма театрально закатила глаза в сторону своего отца и указала на него большим пальцем. “А ты как думаешь?”


“Да? Тогда смотри, или я тебя, блядь, пристегну!” Он поднял тыльную сторону ладони, угрожая отвесить пощечину, в которую никто в комнате ни на секунду не верил, по крайней мере, до тех пор, пока Джио был трезв и надеялся остаться женатым на матери Джеммы.


Джемма сделала глубокий вдох и выдохнула через нос. “Да, папочка”. Она искоса взглянула на меня и одарила лукавой усмешкой.


Джио смиренно пожал плечами. “Дети. Что ты собираешься делать”. Он кивнул в сторону своей дочери. “Привет, Алекс. Я хочу, чтобы ты кое-что увидела. Джемма, покажи мистеру Саутерленду, что ты можешь делать со своими картами. ”


Джемма улыбнулась мне, обнажив ряд белых зубов, ограниченных хромированными брекетами. Сколько ей сейчас — одиннадцать? Нет, я вспомнила, как Джио рассказывал мне пару месяцев назад, что она отпраздновала свой двенадцатый день рождения. Ребенок быстро рос. Я улыбнулся в ответ Джемме, которая любила машины так же сильно, как ее старик и старший брат Антонио. Сколько лет было ему сейчас? Шестнадцать? Скоро ему придется отбывать положенный срок на государственной службе, возможно, в армии. Эта мысль заставила меня вздрогнуть. Парень, вероятно, окажется в зоне боевых действий в Пограничье. Несмотря на все усилия правительства Толаники, слухи о том, что повелитель Драконов Кетц-Алкват пытается произвести на свет потомство, распространились по всему Интернету. Говорили, что другие Повелители Драконов были в настоящей панике при мысли о двух могущественных Повелителях Драконов в одном царстве. Лорд Манку из Куско удвоил свои силы в Пограничье, а лорд Кетц в отместку удвоил свои собственные силы. И теперь Антонио, который только начал сбривать персиковый пушок со своего детского личика, должен был оказаться в центре всего этого? Через год или два ему предстояло обменять свой скейтборд на автоматическую винтовку. Это казалось невозможным.


Яйца господни! Куда уходит время? Со взрослыми вы этого не замечали, но с детьми вы могли видеть, как годы проносятся прямо у вас на глазах. Я не завидовал родителям, которые, как я представлял, должны чувствовать себя на шаг ближе к могиле каждый раз, когда их ребенок перерастает пару штанов или заменяет молочный зуб постоянным. Ты оборачиваешься, а они накладывают макияж, получают водительские права и таскают выпивку из кладовки. Снова оборачиваешься, и они дают тебе на руки своих собственных детей и называют тебя дедушкой! Нет, я подумал, что лучший способ не состариться - это избегать общества детей, поскольку они отказывались оставаться детьми дольше, чем на несколько дней, часов или минут.


“Я собираюсь стать ведьмой”, - сказала мне Джемма. “У меня талант играть в карты. Я могу предсказывать судьбу. Хочешь, я предсказаю твою?”


Я повернулась к Джио, чья улыбка не могла полностью скрыть панику в его глазах. “Что это?” Я спросила его.


“Они проверяли ее в школе. Одна из ее учительниц, миссис Келии, говорит, что у Джеммы талант. По ее словам, большой. Она собирается тренировать Джемму. Думаю, я должен был предвидеть это. У нее всегда был талант находить вещи, которые остальные из нас положили не на свое место. И она всегда умела предсказывать события до того, как они произойдут. Эй, это может оказаться очень кстати! ”


“Я мог бы стать частным детективом, как вы, мистер Саутерленд!” Джемма сияла, глядя на меня.


“Я уверен, ты можешь найти лучший способ использовать свой талант, чем этот”, - сказал я. “Что-нибудь, что принесет настоящие деньги”.


Джио подтолкнул меня локтем. “Я продолжаю говорить ей, что она может использовать свое колдовство, чтобы найти богатого мужа”.


Джемма закатила глаза. “О, папочка. Это так скучно”. Она оглянулась на меня, небрежно перемешивая свою колоду. “Давайте, мистер Саутерленд. Позвольте мне предсказать вашу судьбу.”


Я улыбнулся ей. “Звучит забавно. Но я должен быть кое-где в данный момент. В другой раз, хорошо?”


В ответ она разложила карты веером по столу рубашкой вверх. “Только быстро. Выберите карту. Любую карту. Вытащите ее из других карт, но не смотрите на нее. Положите его лицевой стороной вниз на стол. ”


Я посмотрел на Джио, который пожал плечами. Повернувшись обратно к Джемме, я сказал. “Хорошо. Впрочем, только один”.


Я вытащил карту из середины колоды. Джемма сложила оставшиеся карты вместе и отложила их стопкой в сторону. Она сосредоточила серьезный взгляд на обратной стороне карточки, которую я нарисовал. Через несколько секунд она закрыла глаза и положила руку на карточку. Подождав еще секунду, она открыла глаза и щелчком перевернула карточку. Размашистым движением отдернув руку, она уставилась на карточку.


Нарисованная от руки иллюстрация на открытке была достаточно безобидной: струи дождя, льющиеся на бурные океанские волны из впечатляющего набора серых грозовых облаков. С точки зрения качества, это был рисунок, который вы, скорее всего, найдете в комиксе, чем в художественной галерее. Однако моя реакция на рисунок была бурной. В тот момент, когда я увидел его, я почувствовал, как волосы у меня на затылке встали дыбом, как будто я прошел через поле статического электричества. Откуда-то издалека я почувствовал, как Кугуар, мое духовное животное, зашевелился и принюхался к воздуху, любопытный и настороженный.


“Это шторм”, - провозгласила Джемма.


Джио украдкой подмигнул мне. “Так ты говоришь, мистер Саутерленд застрянет под дождем? В такой день, как сегодня, это было бы несложно”.


“Это значит нечто большее, папа!”


“Как ты думаешь, что это значит?” Я спросил Джемму.


Девушка подумала об этом и пожала плечами. “На самом деле это может означать многое. Хотя я не думаю, что это хорошая открытка. Но я все еще новичок в этом. Вероятно, мне следует спросить миссис Келии. ”


Я протянул руку. “Могу я на это посмотреть?”


Джемма на мгновение заколебалась, а затем протянула мне карточку. Я осмотрела одну сторону, затем другую, прислушиваясь к гулу в ушах. “Я мало что знаю о колдовстве, но я определенно чувствую, что здесь что-то работает”. Я вернул ей карточку. “Мне было бы интересно услышать, что скажет ваш учитель”.


Глаза Джеммы расширились. “Может быть, я смогу позвонить ей”.


Джио сжал ее плечо. “Мистер Саутерленд должен уйти, Джемма. Ты сможешь поговорить с миссис Келии позже ”.


“Но, папочка”, - пожаловалась Джемма. “Это может быть важно”.


Джио улыбнулся ей. “Перевернуть картинку с ливнем в дождливый день не кажется мне таким уж большим делом”. Для меня, - сказал он, - “Хотя довольно точное изображение. Надеюсь, у вас есть зонтик. ”


“У меня есть симпатичная. Жаль, что я оставила ее дома”. По какой-то причине прогулка под дождем казалась хорошей идеей, когда я выходила из дома. Прошел такой слабый дождь, и я надеялся, что он прекратится через три дня. Теперь я начал сомневаться.


Джемма изучила карточку. “Я не знаю, мистер Саутерленд. Эти карточки не игрушки. Вы что-то почувствовали, когда я перевернул их, и я тоже что-то почувствовал. Я думаю, эта открытка говорит тебе о чем-то большем, чем дождь. Она посмотрела на меня с серьезным выражением на лице двенадцатилетней девочки.


Я кивнул ей, надеясь, что это прозвучит обнадеживающе. “Я думаю, ты права. У тебя настоящий талант, и в этих карточках есть настоящая магия”.


Джио нахмурился. “Ты думаешь, они опасны?”


Я пожал плечами. “Магия всегда сопряжена с риском, даже когда ты знаешь, что делаешь. Я могу чувствовать некоторые вещи, недоступные большинству людей”.


“Потому что ты элементалист?” Спросил Джио.


“Да, и по другим причинам. Но я не ведьма. У меня нет такого таланта. Хотя у Джеммы он есть, я уверена в этом ”. Я повернулась к девушке. “Джемма, тебе нужно быть осторожной с магией. Не пытайся слишком сильно использовать свой талант, пока не получишь некоторую подготовку. Хорошо?”


Джемма кивнула, ее лицо оставалось серьезным. “Так говорит миссис Келии”.


“Ты слушаешь своего учителя, парень”.


“Я буду”.


“Хорошо”.


Губы Джеммы растягиваются в улыбке. “Как только я узнаю больше об этой открытке, я тебе скажу, хорошо?”


Я пристально посмотрела на нее. “Ты позволишь своей учительнице помочь тебе, верно? Ничего не предпринимай, пока не поговоришь с ней, хорошо?”


Глаза Джеммы расширились, пока я не уставился в два глубоких омута цвета невинности. “Я не буду, мистер Саутерленд. Клянусь”.


OceanofPDF.com

Глава вторая


Несмотря на дождь, движение в городе было не хуже обычного, когда я вытаскивал зверомобиль со стоянки Джио, и я смог добраться до Плэсид-Пойнт лишь за чуть большее время и со значительно меньшим количеством пота, чем я мог бы добраться до него при хорошей пробежке без препятствий. Возможно. Прошло много времени с тех пор, как я зашнуровывала кроссовки и ходила по тротуару, и, хотя я избегала подходить к весам, я подозревала, что за последние пару месяцев набрала несколько фунтов. С тех пор, как Холли перешла на более зеленые пастбища. Возможно, это просто совпадение. У меня скрутило живот, и я стиснула зубы, борясь с внезапным приступом тошноты. Воздух в зверомобиле внезапно стал душным, и я протянул руку, чтобы вытереть капли пота с шеи. Моя рука провела по щетине на небритом лице. Я понял, что это больше, чем щетина. Сколько времени прошло с тех пор, как я брился? Три дня? Четыре? Возможно, прошло по крайней мере столько же времени с тех пор, как я принимал душ. Я быстро понюхала в районе подмышки и пожала плечами. Не то чтобы у меня были какие-то неотложные причины убираться в последнее время. Я не подходил к другому живому разумному существу на расстояние плевка по крайней мере неделю. Интересно, что со мной происходило? Я действительно позволил себе расслабиться. Я вздохнул, чувствуя себя старым. Тридцать один идет к пятидесяти.


Я приоткрыл окно и выпрямился на своем сиденье. “Пылающие яйца Алквата”, - пробормотал я себе под нос. Это продолжалось достаточно долго. Пришло время перестать хандрить, как жалкий недотепа средних лет, и начать приводить себя в боевую форму.


"Первым делом завтра", - подумал я, откручивая крышку со своей фляжки с виски и опрокидывая в себя глоток ржаного.


Я медленно пробирался по улицам делового района Плэсид Пойнт, не понимая, что я здесь делаю. Не то чтобы мне было где быть. В тот момент я был, как говорится, “между делом”. На самом деле, я не работал ни над одним делом с ..., ну..., с Холли. Несомненно, еще одно совпадение. Частное расследование - это не совсем постоянная работа, особенно когда работаешь в одиночку. Иногда меня заваливают большим количеством предложений, чем я могу обработать, и мне приходится перебрасывать хороших потенциальных клиентов моим конкурентам. В других случаях с zippo могут проходить недели, как навязанный и нежеланный отпуск. Честно говоря, я отказался от пары возможностей, потому что не думал, что они того стоят. К концу прошлого года я получил несколько высокооплачиваемых работ, и в последнее время мне не хотелось подглядывать в замочные скважины, чтобы выяснить, не строит ли из себя обезьяну лучшая половина какого-нибудь бездельника, или следить за сыном какой-нибудь раздражительной дамы, чтобы выяснить, кто продает ему нелицензионный минет. Это была работа, за которую я бы взялся десять лет назад, когда только начинал. Теперь я был более состоявшимся, и мне больше не так сильно нужны были деньги. По крайней мере, я так не думал. Я не мог вспомнить, когда в последний раз проверял свой банковский счет. Но ни один из моих чеков не отскочил, поэтому я решил, что со мной все в порядке.


Думаю, мне не стоило удивляться, когда я выглянул в окно и обнаружил, что проезжаю мимо закрытого ставнями магазина того, что раньше было магазином ювелирных изделий и новинок "Наутилус", заведением, которое принадлежало порядочному человеку по фамилии Кроуфорд. Он был хорошим приятелем, я думаю, моим лучшим другом, пока Агентство расследований Лорда не заставило его принять порошок. Почти год назад я получил от него загадочное текстовое сообщение, в котором говорилось, что он на некоторое время покидает Королевство Толаника, но он не смог сказать мне, куда направляется, и попросил меня не выяснять это. ему в ответ, спрашивая, все ли с ним в порядке, и он ответил, что да, и все. С тех пор я ничего о нем не слышала. Я написала Конечно, я пыталась выяснить, что происходит, но пока у меня ничего не получалось. Я говорила себе, что он способен позаботиться о себе, но у меня было плохое предчувствие на этот счет. Ни одно из Семи Королевств не было защищено от ЛИА, собственных сил безопасности Повелителя Драконов Кетц-Алквата, и если эти ублюдки догонят его, они смогут стереть его с лица земли, как будто его никогда и не существовало. Я не собирался прекращать расспросы, но я также не хотел рисковать разоблачением его, если он все еще был жив и скрывался. Я изо всех сил старался смотреть на ситуацию с позитивной стороны, но это было нелегко.


Я покинул деловой район и направился к северному побережью. Дождь перешел в легкую морось, но движение без видимой причины было затруднено, и потребовалось более получаса, чтобы преодолеть двенадцать кварталов до Фремонт-стрит, которая тянулась вдоль северной оконечности залива. Большая часть транспорта направлялась на запад по Фримонт-стрит к новому современному пирсу Плэсид-Пойнт. Я повернул направо и проехал мимо заброшенного первоначального пирса Плэсид Пойнт, высматривая заведение под названием "Таверна Медузы", которое служило базой "Нортсайдеров", когда я был там в последний раз. Для сбора племени было немного рановато, но я подумал, что, по крайней мере, заеду и посмотрю, работает ли еще это место.


Это было не так. Даже когда я в последний раз видел заведение, "Медуза" казалась заброшенной. Это было ветхое деревянное строение, расположенное у дороги через грязную парковку. Здание долгое время терпело поражение в битве с солеными ветрами, наносящими песок с побережья. Закрытые ставнями окна не позволяли свету проникать внутрь, и единственным внешним украшением была маленькая резная деревянная фигурка, в которой, возможно, можно было узнать мифическую Медузу со змееволосыми волосами. Но теперь, когда я загнал зверомобиль на пустую стоянку, меня встретили только почерневшие руины бывшей штаб-квартиры Northsiders. Жалкое старое заведение сгорело дотла.


Я припарковался возле развалин здания и ступил в грязный пепел и щебень, стараясь избегать битого стекла и ржавых гвоздей. Я не знал, что ищу. Здание находилось в состоянии, близком к разрушению, еще до того, как пожар прикончил его. Все, что осталось от крыши и стен, было разбросано у моих ног. Столы и стулья превратились в пепел. Барная стойка обрушилась, частично скрыв под собой обгоревшие металлические приспособления для раздачи напитков, раковины, холодильные установки, кеги из нержавеющей стали и пивные банки. Я проложил путь сквозь обломки к тому месту, где раньше стоял бильярдный стол, и не нашел ничего, кроме кусков почерневших потолочных балок.


Я улыбнулся, вспомнив, как компания соседских ребятишек бросила несколько украденных бильярдных шаров в огонь в мусорном контейнере, чтобы посмотреть, расплавятся ли они. Взрывы, последовавшие в результате, были впечатляющими, хотя один из детей потерял глаз, когда его кружка была обожжена горящей смолой и пластиком. После этого, конечно, мы все назвали его “Патч”. Позже он был застрелен кассиром при попытке ограбления винного магазина. Я думаю, ему было тринадцать. Для детей. Удивительно, что кто-то вообще доживает до детства.


Я направился в помещение, которое раньше было офисом Тин-Инча. Среди обугленных останков я заметил чугунный сейф. К сожалению, дверь была открыта, и все, что находилось внутри, было либо разграблено, либо сожжено. Я покопался в обломках, но не нашел ничего интересного. Если я надеялся найти подсказки о судьбе "Медузы" или нынешнем местонахождении Десятидюймовки, мне не повезло.


Однако, когда я собирался покинуть руины, что-то начало меня беспокоить. Я что-то упустил? Я стоял посреди обломков и медленно делал триста шестьдесят оборотов, пытаясь понять, что привлекло внимание моего подсознания. Все, что я мог видеть, были мокрые руины старого ветхого здания, основательно пострадавшего от пожара и залитого дождем. Не уцелела даже изоляция из стекловолокна, что означало, что пламя было довольно сильным. Был ли пожар результатом взрыва, возможно, в лаборатории по производству наркотиков? Я так не думал. Если бы Northsiders готовили метамфетамин, они не были бы настолько глупы, чтобы делать это в своей штаб-квартире. И, в любом случае, все стены рухнули внутрь, что свидетельствует о том, что огонь долгое время горел внутри плохо вентилируемого здания. Высокая температура и густой дым высосали кислород из здания, снизив давление воздуха и создав условия для обратного потока, когда наружный воздух нашел трещины в горящих стенах и устремился внутрь, заполняя вакуум. Подверглись ли Нортсайдеры нападению? Возможно, на них напал картель Клеймор. Или копы. Вероятным было либо то, либо другое. Или, что столь же вероятно, причиной пожара могло стать короткое замыкание в электропроводке. Или выброшенная сигарета. Самое удивительное во всем этом было то, что старое здание простояло так долго.


Что-то о рухнувших стенах. Я прошел к задней части здания и переступил через сгоревшие обломки. Прямо за стенами росла кустарниковая щетка. Фактически, в нескольких дюймах от стен. Даже во влажном утреннем воздухе кусты были серыми и ломкими, что типично для растительности, произрастающей на песчаной почве так близко к берегу. Я наклонился, чтобы отломить ветку, и она легко отломилась. Я попытался вырвать куст с корнями из земли, но они крепко держались даже во влажной почве. В такой почве, как эта, корни должны были быть глубокими, а это означало, что кустарник находился там долгое время. Вероятно, годы.


Так почему же ни одна из этих кистей не была опалена? Я внимательно осмотрел нарост. Я не эксперт, но мне все это показалось совершенно здоровым, не тронутым чрезмерным нагревом. Я не знал, как давно сгорела "Медуза ", но я стоял в этом заведении два с половиной года назад, так что с тех пор должно было пройти какое-то время. Если бы кисть обуглилась, она бы уже восстановилась? Я не был уверен. Однако, на мой, по общему признанию, нетренированный взгляд, мне показалось, что ад, достаточно горячий, чтобы разрушить "Медузу", каким-то образом не затронул сухие заросли рядом со зданием.


Возможно, это было ерундой, но меня это беспокоило. Мне нужно было выяснить, когда произошел пожар, и спросить эксперта о вероятности того, что кусты снаружи горящего здания остались невредимыми во время пожара.


К тому времени, как я добрался до зверомобиля, легкая морось снова превратилась в непрекращающийся дождь. Я выехал с пустой стоянки с включенными дворниками и направился к квартире, которая была последним известным адресом Тин-Инча. Я все еще не знал, почему искал десятидюймовку, но подумал, что, может быть, разберусь с этим по пути. Может быть, я просто хотел подумать о чем-то другом, кроме девушки с волосами цвета воронова крыла и сияющими глазами, которая не ждала бы, когда я зайду к ней позже с обжаренными во фритюре кальмарами и бутылкой ржаного виски.


***


Темно-зеленый фургон четырехлетней давности для любителей футбола с зашторенными окнами, припаркованный через дорогу от квартиры, где я побывал три года назад, сообщил мне, что главарь банды все еще живет там. Поскольку полиция искала Тен-Инча, я знал, что они будут держать его жилище под наблюдением, а невзрачный служебный фургон — не настолько броский и не настолько потрепанный, чтобы привлекать внимание, — был типичным транспортным средством, которое полиция любила использовать для слежки. Мало того, что двум вялым джентльменам на переднем сиденье фургона был хорошо виден жилой дом Тин-Инча, но окурки, усеявшие улицу за передними окнами с обеих сторон автомобиля, указывали на то, что они наблюдали за этим местом в течение нескольких часов.


Я проехал мимо фургона и обдумал свой следующий шаг. Копы задержали бы Тен-Инча, если бы он был дома, так что он, вероятно, скрывался. Им пришлось оставить там команду на тот случай, если он по какой-то причине попытается улизнуть домой или пришлет кого-нибудь забрать что-нибудь для него. Копы, находящиеся в засаде, были бы скучающими и беспечными, полностью осознавая, насколько маловероятно появление Десятидюймовки, зная, что они зря тратят время. Я припарковался за квартал от жилого дома, вне поля зрения группы наблюдения, и заглушил двигатель.


Я не знал, живет ли Тин-Инч по-прежнему по тому же адресу, или ожидал застать его дома в ожидании полицейских, если таковые появятся, но мне показалось хорошей идеей проверить это место. В любом случае, у меня не было другого места, где можно было бы побывать, или каких-либо идей получше о том, где найти старого гангстера. Хотя полицейские были признаком того, что я пришел в нужное место, их присутствие там было проблемой. Я хотел проникнуть внутрь здания, не привлекая их внимания. С минуту обдумывая ситуацию, я вызвал в уме символ, приоткрыл окно и стал ждать.


Двадцать минут спустя порыв ветра ворвался в мое окно и завис в воздухе передо мной, вращаясь, как двухдюймовый торнадо, и разбрасывая капли дождевой воды во все стороны. Я вытер туман с глаз и сказал: “Привет, Смоки”.


В ответ раздался шипящий шепот: “Привет, АЛЕКССССС. Как зззз получается?”


“Тузы. Ты готов приступить к работе?”


Мой любимый крошечный элементаль воздуха запрыгнул мне на плечо. “Смоки готов служить”.


“Хорошо. Я надеялся, что дождь прекратится, но, похоже, он не прекратится. Но я не думаю, что дождь тебя сильно беспокоит ”.


“Посмотрим, на что способен Смоки”. Прежде чем я успела это остановить, элементаль выскочил через отверстие в окне под дождь. В следующую секунду она вылетела обратно в окно и выпустила тонкую струю воды мне в лицо. Ледяная вода скатилась по моей щеке и попала внутрь пальто.


Это должен был быть один из таких дней. Неважно, что все "эксперты” утверждали, что элементалы не должны обладать независимым мышлением, эмоциями или остроумием. Проработав с элементалями всю свою жизнь, я понял, что это не так. У Смоки определенно было чувство юмора. К сожалению, не слишком утонченное, но кто я такой, чтобы указывать духу воздуха, что он должен считать смешным? Я вздохнул и вытер лицо носовым платком. “Это очень умно, Смоки. Больше так не делай, пока я тебя не попрошу”.


“Смоки любит воду при ветре”.


“Это здорово. Алексу это не так нравится, как тебе. Жаль, что я не догадалась захватить зонтик ”.


Я, конечно, мог бы просто пойти домой. Это было бы разумно. Но я уже доехал до Плэсид-Пойнт, а многоквартирный дом Тин-Инча был прямо за углом. Моя мама всегда говорила мне, что у меня не хватит ума прятаться от дождя, и в тот момент я не мог с ней спорить. Я низко надвинул поля шляпы на лоб и, выходя из машины, велел Смоки держаться у меня на плече.


Я засунул руки в карманы и завернул за угол, пока не оказался в поле зрения фургона наблюдения без опознавательных знаков. Я указал на него Смоки и сказал элементалю следить за мужчинами, сидящими внутри. “Если кто-нибудь из них выйдет из машины, немедленно сообщите мне”.


Смоки нырнул в туман и исчез из поля зрения. Почти невидимый даже вблизи, я знал, что двое полицейских не смогут заметить духа воздуха, наблюдающего за ними сверху.


С командой слежки, которая теперь находилась под моим личным наблюдением, я обошел квартал и изучил многоквартирный дом со всех сторон. Это было узкое трехэтажное строение с четырьмя квартирами на каждом этаже. Попасть в отдельные помещения можно было только изнутри здания, войдя через парадную дверь, которая не только находилась под наблюдением, но и была заперта на засов. Я вспомнил, что квартира Ten-Inch находилась на втором этаже в передней части здания с окном, выходящим на улицу. Там также было окно на боковой стороне здания, вне поля зрения наблюдающих копов, но проникнуть в квартиру через это окно было бы непрактично, если вообще возможно. Проникнуть в квартиру Тин-Инча незамеченной средь бела дня было непросто.


Кроуфорд мог бы это сделать. Он был крысой-оборотнем, оборотнем, который мог превращаться более чем в сотню крыс. Крысам не составляет труда находить лазейки в старые здания, подобные этому, о чем, я уверен, нынешние жильцы уже знали. Затем был Хуай Чиво, древнее костлявое козлоподобное существо, которое когда-то было могущественным колдуном, а теперь обитало в моей прачечной. Чиво обладал каким-то магическим навыком, который позволял ему безнаказанно игнорировать замки и открывать двери, как будто они горели желанием провести его внутрь. Он также был безумным, скорее зверем, чем человеком, и его почти невозможно было контролировать, не говоря уже о том, что правительство разыскивало его для изучения и утилизации. О том, чтобы вернуться ко мне домой и привезти его обратно, чтобы он помог мне, не могло быть и речи. Я? Все, что я мог делать, это вызывать и командовать маленькими воздушными элементалями, такими как Смоки. Я мог бы завести Смоки внутрь, но он не смог бы отпереть входную дверь и впустить меня. Я изучал здание, пытаясь найти способ забраться на крышу, и отступил на несколько шагов назад, чтобы лучше рассмотреть здание.


Стоя на улице с онемевшим от ветра и дождя лицом, я задавался вопросом, стоит ли затраченных усилий попасть в квартиру Тин-Инча, даже если я смогу найти вход внутрь, что было сомнительно. Десятидюймовый почти наверняка находился где-то в другом месте, и шансы найти какой-либо намек на его местонахождение в его квартире были невелики. Полиция наверняка уже обыскала это место. Я покачала головой, и вода перелилась через поля моей фетровой шляпы. Дождь теперь лил гораздо сильнее. Мама была права насчет меня.


Я уже собирался забыть обо всем и вернуться в убежище зверомобиля, когда остановился как вкопанный и уставился на многоквартирный дом. Что-то царапнуло мое сознание, как крошечное покалывание кошачьего коготка на моей шее. Тогда я “увидел” это так, что мое зрение на самом деле не уловило: искажение воздуха над крышей здания, намек на яркость, как будто бледный солнечный свет пробивается сквозь темные дождевые тучи. Только искажение шло не сверху; скорее, казалось, что оно исходит из точки прямо над боковым окном квартиры Тин-Инча.


Девятью месяцами ранее, прошлым летом, я был отправлен на духовный поиск компьютерным волшебником по имени Блуждающий в облаках, который впоследствии стал моим хорошим другом. Во время квеста я столкнулся с Кугуаром, который стал моим духовным животным. Даже спустя девять месяцев я все еще толком не понимал, как все это работает, но Кугуар иногда давал мне озарения, а также внезапные всплески животной силы. С момента моей первой встречи я начал воспринимать окружающий мир немного иначе, чем раньше. Цвета стали ярче, предметы - четче очерчены. И я почувствовал то, чего не мог раньше, свидетельства магии, например, и места, где наше земное царство в той или иной степени пересекалось с ... другими местами. Эти места было трудно описать, но все знали, что они существуют и что вещи иногда проходят через них или исчезают в них. Самым известным из этих мест был Ад. Шесть тысяч лет назад Повелители Драконов вышли из Ада, приведя с собой троллей, гномов и карлиц. Бессмертные Повелители Драконов победили эльфов, бывших хозяев мира, и основали Семь Королевств, которыми они правили с тех пор. Эльфы были уничтожены. Полностью, согласно официальным отчетам, но это, как и многое из того, что говорит нам правительство, было всего лишь тем, что вы могли бы назвать “политическим посланием”. Или “чушью собачьей”, если использовать более красочный и полезный термин.


То, что я увидел или каким-то образом ощутил над окном Десятидюймовки, вероятно, не было порталом в ад, но это было что-то неземное. Что-то сверхъестественное. Возможно, это ничего не значило, возможно, просто остатки магического заклинания. Но нахождение его в такой близости от последнего места, где я видела Десятидюймовку, поразило меня не просто совпадением. Я хотел подобраться поближе.


Пронзительный шипящий шепот прозвучал у меня над ухом: “Мужчины в автомобилях идут сюда сейчас!”


Яйца Алквата! Как долго я стоял под дождем, таращась на ту квартиру? Должно быть, я каким-то образом привлек внимание группы наблюдения. Я повернулся, чтобы поспешить обратно к зверомобилю, и увидел черно-белую полицейскую машину, направляющуюся по улице в моем направлении, с мигающим красным огоньком на крыше. Просто чтобы убедиться, что я получил сообщение, сирена завыла на пару секунд, прежде чем ее выключили.


Я остановился как вкопанный и мысленно отдал команду. “Смоки! Не показывайся этим людям, но следуй за мной, куда бы я ни пошел, пока я не прикажу иначе. Понял?”


“Смоки добился своего!” Элементаль исчез под дождем.


Громкий крик разорвал ветер. “Полиция! Стоять, придурок!”


Тремя годами ранее эльф продемонстрировал мне, что на самом деле он не является представителем вымершего вида, и он воткнул мне в лоб магический кристалл, чтобы усилить мое осознание. Мои пять чувств сыграли свою роль, но это было нечто большее. Теперь я мог ”видеть", не используя глаза, даже в кромешной темноте, что оказалось удобным для парня моей профессии. Благодаря магии эльфа мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что двое полицейских в штатском, которые охраняли заведение Тин-Инча, теперь рысцой приближаются ко мне с пистолетами наготове. Я вытянула руки по швам и медленно повернулась к ним лицом.


“Здравствуйте, джентльмены”, - сказал я. “Что это за железо?”


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава третья


“Встань на колени и заведи руки за голову!” У кричавшего полицейского была бочкообразная грудь и гладкое детское личико, которое, казалось, никогда не царапалось бритвой, хотя старые шрамы, покрывавшие обе его щеки, свидетельствовали о том, что он был не новичком в насилии. Если бы он играл в мальчишеской группе, он был бы настоящим сердцеедом среди своих фанаток-подростков. Однако в данный момент его красивое лицо было искажено до гротескной карикатуры на уличного хулигана из-за искривленных губ и выпученных глаз. У меня это не сработало. Он слишком старался. Он сразу же мне не понравился.


К этому времени полицейская машина затормозила позади меня, и появились двое патрульных в форме с оружием наготове. Теперь в мою сторону были направлены четыре обогревателя.


“На коленях?” Спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. “В такую погоду? Это действительно необходимо?”


Я должен был предвидеть это, но у меня было плохое утро. Когда я бросил быстрый взгляд через плечо на офицеров в форме, бык в штатском со шрамом на детском лице приблизился ко мне со скоростью кошки и впечатал кулак мне в солнечное сплетение. Это был короткий удар отбойного молотка без лишних движений, за которым стояла пара сотен фунтов крепких мышечных волокон. Дыхание со свистом покинуло мои легкие, и я уже стояла на четвереньках, прежде чем почувствовала удар. Несколько неприятных секунд я пыталась вдохнуть, но безуспешно.


“Руки за голову, придурок!” Моя голова была набита ватой, а крик Лица со шрамом звучал так, словно доносился со дна колодца.


Я был почти готов снова вздохнуть, когда Лицо со шрамом нанес удар ногой в живот, который угрожал выплеснуть полупереваренную вафлю и выпивку из моего пищевода.


“Я сказал тебе заложить руки за голову!”


В сложившихся обстоятельствах это показалось мне необоснованной просьбой.


Пухлый полицейский постарше рядом с ним был более благоразумен. Направив обогреватель на меня, он удержал рукой своего взволнованного партнера. “Сейчас, сейчас, Модок. Все в порядке. Это не он.” Повысив голос на копов позади меня, он крикнул: “Расслабьтесь, ребята. Сохраняйте хладнокровие. Это не он ”.


Ни один из копов не опустил глаз, но один из разумных, очевидно, главный в команде, присел на корточки, пока его лицо не оказалось на одном уровне с моим. “Как вы думаете, сэр, вы сможете стоять?”


“Дай мне секунду”, - выдавила я.


Я сделал столь необходимый вдох, встал и отряхнул грязь с пальто.


“Мы собираемся вас обыскать”, - сказал рассудительный полицейский. “Вы не возражаете, не так ли?”


Я пожал плечами. “Конечно, продолжай. Я не собираюсь брать с собой оружие”.


Пожилой полицейский отправил своего легковозбудимого друга оказать честь, и тот не был нежным. Что-то в быке со шрамами на гладких щеках раздражало меня. Я не могла понять, в чем дело, но это было что-то особенное, если не считать того факта, что он уложил меня одним ударом, пнул, когда я лежала, и ощупывал меня, как полицейский из отдела нравов, обыскивающий уличную проститутку. У меня бывало и похуже, и я принял это без жалоб. Все было быстро и эффективно, и он ничего не нашел при мне, кроме моего бумажника, который вытащил из заднего кармана и открыл.


“Здесь написано, что он Александр Саутерленд. У него здесь есть звонок, который говорит, что он частный детектив ”. Он сказал это так, словно застукал меня пинающей ребенка, и его лицо не стало менее красным, когда он уставился на меня сузившимися глазами. Я подумала, что у него проблемы с гневом. Я сам был немного зол, но сдержался.


Пухлый полицейский переваривал эту информацию, поглаживая одной рукой свою короткую седую бороду с задумчивым видом. “Мистер Саутерленд, я арестовываю вас за переход пешеходного перехода ”. Он указал на полицейских из черно-белого. “Эти люди отвезут вас обратно в участок”.


“Переходил проезжую часть!” Рявкнул я, немного кипя от злости. “Ты не можешь быть серьезным”.


Полицейский поправил очки и обратился ко мне в доброй, но твердой манере мудрого отца в телевизионном ситкоме, мягко отчитывающего своего своенравного сына. “Мы поймали вас, когда вы шли посреди улицы, мистер Саутерленд. Вы представляли опасность для всех проезжающих автомобилистов и для вас самих. Особенно из-за дождя, мешающего видимости водителя ”.


“Огненные яйца Господа, офицер. Что бы вы сделали, если бы у меня был пистолет? Застрелите меня?”


Он улыбнулся, но я могла сказать, что он не это имел в виду. “Мы с напарником не офицеры. Мы детективы, и вы будете обращаться к нам соответственно. И, да, пристрелить тебя было бы разумно ”. Улыбка сменилась хмурым взглядом, когда он глубоко вдохнул через нос. “Я чувствую запах выпивки? Как вам не стыдно, сэр. Похоже, мне тоже придется влепить вам пощечину за пьянство в общественном месте. Продолжайте с этими мужчинами, мистер Саутерленд. Никому из нас не нравится стоять под таким дождем. ”


***


Копы в форме отвезли меня в участок в Плэсид-Пойнт, где у меня сняли отпечатки пальцев, отобрали бумажник, телефон и ключи и отвели в камеру предварительного заключения. Двое пьяниц отсыпались на единственной скамейке в камере, их ритмичное сопение дополняло храп, достаточно громкий, чтобы от оборванного карлика, свернувшегося калачиком в углу, отслаивалась краска. Пятеро других обитателей, все люди, ссутулились или сидели у стен. Они мельком взглянули на меня, когда я вошла в камеру, прежде чем снова сосредоточить свое внимание на носках своих ботинок.


Я прислонился к незанятой части стены и попытался не задохнуться от запаха несвежей выпивки, свежего пердежа, немытой плоти и легкого привкуса отбеливателя. Я не очень общительный парень по натуре, но после нескольких минут, когда вокруг не было ничего, кроме храпа, сопения и кашля, я начал скучать по звукам голосов. Я повернулся к своему соседу, унылому типу, едва вышедшему из подросткового возраста, с немытыми прядями влажных черных волос, прилипших к щекам и свисающих на спину, и спросил: “Тяжелая ночка, приятель?”


Молодой человек переступил с ноги на ногу, но не поднял глаз. “Можно и так сказать”, - пробормотал он.


Это было открытие, поэтому я решил посмотреть, к чему это приведет. Может быть, я смог бы завести друга. “Они схватили меня за переход улицы”, - сказал я своему новому приятелю, опустив другое обвинение. “Это серьезное преступление в этих краях?”


Он слегка улыбнулся на это и искоса взглянул на меня. “Ты не местный, не так ли?”


“Я живу в районе Портер”.


Он хмыкнул. “Повезло”.


“Как же так? Носильщик не совсем Галиндо. Мы такой же рабочий класс, как Плэсид-Пойнт ”.


Мой приятель покачал головой и слегка выпрямился. “Ты ни хрена не представляешь”.


“Это так? Может быть, ты сможешь просветить меня”.


Растрепанный молодой человек оглядел меня с ног до головы, как будто пытался решить, может ли мне доверять. “Переходил улицу. Хм. Местонахождение?”


“Я был на Спрюс-стрит, недалеко от Миллера”.


Он кивнул. “Жилой район, верно?”


“Да. Рядом с жилым домом”.


“Вы переходите улицу, не пользуясь пешеходным переходом?”


“На самом деле, я стоял на улице в нескольких футах от тротуара. Я пытался что-нибудь рассмотреть”.


Мой новый приятель улыбнулся. “Тогда тебе крышка”.


“Серьезно? Они так серьезно относятся к нарушениям при ходьбе?”


Лицо моего приятеля посуровело. “Послушай, чувак. Здешние законы чертовски безумны. Копы хватают тебя за всякое мелкое дерьмо. Бродяжничество, праздношатание, незаконное проникновение на чужую территорию .... Переход улиц - одно из их любимых занятий. Во многих здешних кварталах даже нет тротуаров, поэтому единственный способ добраться куда-либо пешком - это пройти через чей-то двор, что является незаконным проникновением, или по улице, на которой, черт возьми, переходят проезжую часть ”.


Я несколько мгновений обдумывал то, что он мне рассказывал, прежде чем спросить: “Во что ты ввязался?”


Он нахмурился. “Проезжал гребаный знак "Стоп". Так говорят. Или, может быть, он не подал сигнал для правого поворота. В прошлый раз это было за езду со сломанной задней фарой. Забавно. Гребаный задний фонарь был в порядке до того, как сукин сын коп остановил меня. Этот мудак разбил его своим фонариком. Я наблюдал, как он это делал. Затем он написал мне об этом. ”


“Ни хрена себе?”


“Ни хрена себе. Яйца Алквата, чувак! Ты, блядь, не можешь проехать через этот город без того, чтобы тебя за что-нибудь не прищучили”.


“Я проезжал здесь много раз. Никто никогда не останавливал меня”.


Он снова оглядел меня с ног до головы, изучая мой кожаный плащ. “На какой машине ты ездишь?”


Я колебался. “Ничего особенного”. Зверомобиль требовал много объяснений, если я вообще собирался туда идти.


“Дорого?”


“Это ... грандиозно. Да, я думаю, это на высшем уровне”.


Мой приятель кивнул. “Обычно они не связываются с теми, кто выглядит так, будто может позволить себе гребаного адвоката”.


Это напомнило мне, что полиция задолжала мне телефонный звонок.


Джентльмен, забившийся в угол камеры, слушал наш разговор и решил вмешаться. “Они схватили меня за нарушение общественного порядка. Я собирался переходить улицу, когда машина проехала на запрещающий сигнал светофора и чуть не врезалась в меня. Я накричал на него и запустил в него птицей, когда он проезжал мимо. Следующее, что я помню, как какой-то нетерпеливый полицейский надевает на меня наручники и заталкивает на заднее сиденье патрульной машины. Они хотели повесить на меня двойку, только я еще не пил. Я направлялся в бар, когда они схватили меня за руку. Поэтому они удовлетворились нарушением общественного порядка ”.


К этому времени другие кружки в комнате, по крайней мере, те, кто не спал, проявляли признаки интереса, кряхтя, шаркая ногами и кивая.


“Они схватили меня за то, что я слонялся без дела”, - произнес чей-то голос.


“Переход улиц”, - сказал другой. Он посмотрел на меня с полуулыбкой и кивнул, как будто признавая, что мы принадлежим к одному клубу.


Мой длинноволосый приятель повернулся ко мне. “Вот что они делают. Они ловят тебя за ерунду и влепляют тебе гребаный штраф. Большой. Больше, чем большинство из нас может позволить себе заплатить. Он оглядел комнату. “Я прав?”


Все вокруг кивают. Бормотание ’Гребаный Э“ и ”Это верно".


Мой приятель продолжил. “Затем они уведомляют тебя о явке. Дата назначена через пару месяцев. И закон гласит, что ты должен явиться лично, в этот день и в указанное время. Затем они, блядь, взимают проценты с вашего штрафа. И вы также не можете заплатить досрочно, чтобы избежать гребаных процентов. Нет другого способа заплатить, кроме как лично, наличными и по расписанию. ”


“И если ты не явишься или у тебя нет с собой денег, то это еще один штраф”, - подхватил один из мужчин в камере. “И это больше, чем оригинальное ”Файн"".


“И скоро появится еще одно уведомление”. Это от гнома, которого разбудил нарастающий шум.


“А если ты не можешь заплатить, тебя сажают в тюрьму на месяц”, - пропищал новый голос. “Удачи тебе сохранить свою работу после этого!”


“И все это время интерес к вашему штрафу продолжает расти”, - добавил другой.


Гном встал. “Я сидел в тюрьме за неуплату штрафа по одному делу, когда подошла дата моего судебного заседания по уплате штрафа по другому. Естественно, я не смог прийти на это свидание, потому что был в гребаном заведении. Так что меня оштрафовали еще на один штраф за неявку! Разве это справедливо? ”


Снова ворчание.


“Это гребаный рэкет!” Мой новый приятель не то чтобы кричал, но старался изо всех сил. “Это основной источник дохода для города. Они обвиняют тебя в чем угодно, а затем максимально затрудняют выплату штрафа. Затем они начисляют проценты, и штрафы продолжают расти. У меня на рассмотрении пять чертовых билетов, и я не могу оплатить ни один из них! И с каждым месяцем, когда я не плачу, долг становится все больше. Меня, блядь, уволили с работы, потому что мне пришлось взять гребаный выходной, чтобы предстать перед судом. Они собираются конфисковать мою гребаную машину, но это даже не оплатит гребаные проценты с того, что я должен. Я чертовски облажался’ чувак. Я чертовски облажался ”. Он покачал головой и сел на пол, его энергия иссякла.


“Как долго это продолжается?” Я спросил.


Мой приятель застонал. “Сколько я себя помню. Но по-настоящему плохо стало только в прошлом году. Ближе к концу прошлого лета ”.


“Все верно”, - сказал один из моих сокамерников. “Именно тогда копы начали привлекать людей ко всякому мелкому дерьму. И именно тогда они сделали так, что вам пришлось платить штрафы лично. Раньше, когда у вас был билет, вы могли отправить чек по почте или зайти Онлайн и списать его со своей кредитной карты. Больше нет. И удачи в попытках найти кого-нибудь, кто заберет ваши деньги. Большую часть времени за прилавком открыто только одно окошко и стоит гребаная очередь, чтобы попасть туда. И только в определенное время суток. Дело в том, что они не хотят, чтобы вы платили вовремя. Они хотят взимать плату за просрочку платежа и проценты. Получите несколько цитат, добавьте гонорары, и следующее, что вы узнаете, это больше, чем вы, блядь, можете себе позволить! ”


По всей камере раздалось подтверждающее ворчание.


“Они лишили права собственности мой дом, когда я не смог оплатить штрафы”, - проворчал один мужчина.


“Я потерял свой дом на прошлой неделе”, - пожаловался гном. “Полностью выплатил свой долг, но прошлой ночью меня схватили за то, что я спал в переулке. Полагаю, за это будет большой штраф. Больше, чем я когда-либо смогу заплатить. Думаю, для меня это тюрьма. По крайней мере, у меня будет крыша над головой. ”


К этому времени все проснулись, и ворчание переросло в устойчивое гудение, похожее на жужжание рассерженных шершней. Громкий стук в дверь возвестил о прибытии одного из головорезов из участка. “Потише там!”


Мы все уставились через зарешеченное окно на полицейского с другой стороны. Я узнал в нем Модока, придурка с детским лицом, который унизил меня ранее днем.


При виде его лица у меня встали дыбом волосы на голове, а вместе с ними и кровяное давление. “Эй, Модок!” Я закричала на него. “Как долго ты планируешь держать меня здесь?”


“Заткни свою гребаную дыру, соколик!” Возвращение с дождя не сделало детектива дружелюбнее.


“Когда мне позвонят?” - Спросила я.


“Отвали!”


Я бы настаивал на этом вопросе, но этот придурок не стал ждать, чтобы это услышать.


“Это чушь собачья”, - пробормотала я.


Мой длинноволосый приятель ухмыльнулся мне с пола. “Добро пожаловать в Плэсид-Пойнт. Не забудь закрыть ворота на выходе. Обязательно посетите наш веб-сайт и оцените свое пребывание. ”


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава четвертая


Пятнадцать минут спустя они перевели меня в парилку и оставили там размышлять о моем затруднительном положении. Я отметил, что комната была достаточно похожа на комнаты для допросов, с которыми я был знаком в штаб-квартире полицейского управления города Йерба в центре города. Без сомнения, они были везде одинаковыми: голые стены, металлический стол, прикрепленный к центру цементного пола, неудобные складные стулья, одностороннее стекло, камера, которую вы не должны были замечать в углу потолка. Единственная голая лампочка, свисающая с потолка, освещала центр комнаты резким желтым светом и оставляла углы комнаты в тени. Выцветшие серые пятна на полу и стенах напоминали о том, что допросы могут стать жесткими, если копы захотят этого, что они часто и делали. По дизайну в комнате было слишком тепло и вызывало клаустрофобию для комфорта. Я взглянул на единственное вентиляционное отверстие в потолке и заметил малейшее искажение, которое говорило мне, что Смоки все еще присматривает за мной. Я проверил цепь, проходящую через металлические петли под столешницей к наручникам на запястьях, и стал ждать, чего от меня хотят копы из Плэсид-Пойнт.


После того, как я попотел добрых полчаса, дверь в комнату открылась, и внутрь вошли два детектива из фургона наблюдения. Модок прислонил свое массивное тело к стене и уставился на меня убийственным взглядом. Я не приняла это на свой счет. На самом деле, я была польщена. Он изо всех сил старался казаться крутым ради меня, но у него это не получалось, даже после того, как он обошелся со мной грубо ранее. Не с его веснушчатым детским лицом. Не помогло и то, что шрамы на его щеках были менее заметны в полумраке комнаты для допросов, чем снаружи. И снова при виде него я почувствовала внутреннюю реакцию, словно мной двигал какой-то животный инстинкт. Судя по выражению его лица и вздувшимся венам на шее, он испытывал ко мне нечто подобное. Происходило что-то, чего я не могла до конца понять, что-то помимо реакции на мое недавнее унижение. Что-то первобытное. Мое сердце заколотилось в груди, и я взяла под контроль свое дыхание, чтобы замедлить его.


Другой детектив сел напротив меня и снял шляпу, обнажив пепельно-серые волосы, которые отступили на три четверти от его макушки, напомнив мне пустынный пляж во время отлива. Он пододвинул бумажный стаканчик с моей стороны стола.


“Ты, наверное, хочешь пить”, - сказал он мне, улыбаясь. “Я подумал, что ты, возможно, захочешь немного воды”.


Я оторвал свое внимание от Модока и понюхал чашку. “Что, кофе нет?”


“Поверь мне, вода лучше”.


Я поднял скованные руки, и цепь, натягиваясь, царапнула нижнюю часть стола. “Думаешь, ты можешь что-нибудь с этим сделать?”


“Я мог бы. Зависит от того, насколько вы готовы сотрудничать”. Он почесал мягкие седые бакенбарды на подбородке.


Я обнаружил, что цепочка провисла ровно настолько, чтобы я мог поднять чашку и поднести ее к губам, если немного наклонюсь над столом. Вода была теплой и на вкус напоминала металл, но погружаться было приятно.


“Я детектив Симс”, - сказал мне мой благодетель. Он собирался стать “хорошим полицейским”.


Я кивнула в сторону его партнера, который не сводил с меня глаз. “Как зовут твоего бычка?” Я спросила.


Детектив с детским лицом не пошевелился, но его глаза превратились в щелочки. Он собирался стать “плохим полицейским”.


Симс улыбнулся. “Этот приятный парень - детектив Модок”.


“Он немного молод для детектива, не так ли? Сколько ему, шестнадцать?”


Глаза Модока расширились, но детектив постарше усмехнулся. “Он милашка, не так ли? Другим полицейским приходится прятать от него своих дочерей. Но он старше, чем выглядит. Ты можешь поверить, что он провел шесть месяцев в поисково-уничтожающем подразделении спецназа? Он повернулся к своему напарнику. “Скажи джентльмену, скольких повстанцев Куско ты убил в Пограничье”.


Модок сдвинул свою фетровую шляпу на затылок, и копна густых волос медового цвета упала ему на лоб. “Двадцать семь с лезвиями. Четырнадцать моими руками. По крайней мере, еще три или четыре дюжины с различными видами огнестрельного оружия. Может быть, больше. Через некоторое время я перестала считать. Он впился в меня взглядом.


Симс снова повернулся ко мне. “И он вернулся в провинцию без единой царапины на своем хорошеньком личике. Ты можешь в это поверить?”


“Скольких он убил с тех пор, как вернулся?”


Симс провел рукой по заросшему щетиной подбородку. “Ты не захочешь этого знать. У нас есть к тебе несколько вопросов. Ответь на них честно, и можешь идти своей дорогой. Звучит справедливо?”


“Конечно”, - сказал я. “За кого ты меня принял, когда обрушился на меня со всем этим железом?”


Модок оказался на мне почти прежде, чем я осознал, что он пошевелился. От его пощечины у меня лязгнули зубы и голова дернулась в сторону. “Мы будем задавать гребаные вопросы, придурок!”


У меня защекотало в челюсти, и я выпустила кровавую слюну на цементный пол. Где-то глубоко внутри себя я почувствовала неслышимую вибрацию, звук, недоступный человеческому слуху. Кислый кошачий запах достиг моих ноздрей, и я почувствовал присутствие Кугуара, моего духовного животного, оседлавшего гребень моей растущей ярости. Я встретилась взглядом с Модоком, и мне показалось, что он тоже что-то почувствовал. Его нос дернулся, и я услышала, как он резко втянул воздух.


Симс полуобернулся в сторону своего партнера. “Ну, ну, Модок. Вопрос джентльмена правомерен”. Модок мгновение поколебался, прежде чем вернуться на свое место у стены. Его взгляд ни разу не дрогнул, а губы чуть растянулись в напряженной, холодной улыбке.


Симс снова повернулся ко мне. “Как вы, вероятно, догадались, мы следили за опасным преступником, который, как мы полагали, мог находиться в этом районе. Вы с ним примерно одного роста и телосложения, и из-за дождя было трудно четко различить ваши черты, поэтому мы решили не рисковать. Приносим извинения, если напугали вас. Надеюсь, никто не пострадал? ”


Я подавил свой гнев. “Это был мучительный опыт, но мне удается преодолеть страх”.


“Хорошо. Хотя мой партнер прав. Мы справимся со всеми этими неприятностями намного быстрее, если вы предоставите задавать вопросы нам ”.


“Прекрасно. Может быть, я смогу сэкономить тебе немного времени. Я переходил улицу. Я признаю это. Ты поймал меня честно. Если вы дадите мне знать, где и когда я смогу оплатить штраф, я обещаю позаботиться об этом. ”


Симс снял очки и начал протирать их носовым платком по одной линзе за раз. “Это хорошее начало, мистер Саутерленд. Вы - Александр Саутерленд, верно?”


“Это я”.


“И вы лицензированный частный детектив?”


“Я есмь”.


Симс снова водрузил очки на нос. “Дело в том, Алекс, могу я называть тебя Алексом?”


“Все мои друзья так делают”.


“У тебя много друзей?”


“Немного. Не так много”.


Симс кивнул, как будто я поделился с ним ценной информацией. “Хммм. Это интересно. Дело в том, Алекс, что есть еще проблема пьянства в общественных местах. Мы поймали тебя, когда ты блуждал в пробке ...


“Извините, детектив Симс”, - перебил я. “Когда вы меня арестовали, на улице не было никакого движения. И я не бродил. Я стоял там, любуясь этим многоквартирным домом ”.


Модок двинулся вперед, но Симс остановил его, подняв руку, и его младший партнер откинулся к стене с настоящим фырканьем, словно лев в клетке. Симс сложил руки на столе и встретился со мной взглядом. “И все же, Алекс, ты был посреди улицы, недалеко от перекрестка. В любой момент из-за угла могла выехать машина, и у нас произошел бы инцидент. Особенно из-за дождя, ограничивающего видимость. В том положении, в котором ты находился, ты представлял опасность для себя и для других ”. Он поднял руку, как будто я собиралась прервать его. “И, Алекс, ты явно был пьян”.


“Был ли я? Меня никогда не испытывали”.


“Я почувствовал запах спиртного в твоем дыхании. Это все, что нам нужно для проверки”.


“Правда? Я не думаю, что это подтвердится в суде”.


Губы Симса приоткрылись, и его улыбка стала шире. “У вас явно нет опыта работы с судебной системой Плэсид-Пойнт. Поверьте мне. Мои показания подтвердятся. Мы осудим вас за пьянство в общественном месте или, учитывая ситуацию, за пьянство и нарушение общественного порядка. В Плэсид-Пойнте это серьезное дело. Долгое время этот район имел репутацию суровой части Йерба-Сити. Особенно после того, как они закрыли старый пирс. Мы потеряли много туристов, когда они это сделали. Многие предприятия закрылись. И, конечно же, поселение Адаро находится на окраине нашего района. Это район с высоким уровнем преступности, и много плохого дерьма выливалось из канализации в наши лучшие кварталы. И в деловой сектор тоже. Незаконные наркотики, деятельность банд, нелицензионная проституция .... Ну, вы поняли картину. Но затем, полтора года назад, жители округа избрали новый совет, группу представителей закона и порядка, которым было поручено убирать улицы. Сделайте Плэсид-Пойнт приятным местом, где можно жить и посещать снова. Департаменту было поручено жестко бороться с преступностью. Не только с крупными преступлениями, но и с мелкими. Идея в том, что мы не оставляем безнаказанным ни одно нарушение. Мы не сможем навести порядок в округе, если будем закрывать глаза на мелкое дерьмо и позволять ему тлеть и разлагаться в большую кашу. Поэтому, когда мы видим явно пьяного мужчину, устраивающего беспорядки посреди людной улицы, мы не можем позволить себе относиться к этому небрежно. Мы должны принять немедленные меры ”.


Симс откинулся на спинку сиденья и положил руку на живот. “Ты не из этого района, Алекс, но производишь впечатление в основном порядочного человека. Однако вам, возможно, захочется сократить потребление алкоголя. Пусть сегодняшний небольшой эпизод послужит вам уроком. Делайте то, что мы делали. Прекратите разгильдяйство в своей собственной жизни, пока оно не вышло из-под контроля и не переросло в более серьезную проблему. Сегодня это переход улиц и пьянство в общественных местах. Кто знает, что будет завтра, если ты дашь себе волю. ”


Мне пришлось отдать его Симсу. Конечно, он был покровительственным маленьким засранцем, и мне хотелось стереть улыбку с его пухлой физиономии, но я должен был восхищаться тем, как он излучал спокойствие и уверенную властность. Я задавался вопросом, какова его реальная должность в департаменте. Со своей седой бородой, лысеющей головой, очками и мягким широким животом он больше походил на страхового агента, чем на уличного полицейского. Или банковский менеджер. Несмотря на его непринужденное, обманчивое обаяние, я определил его как ответственного человека, уверенного в своей роли ключевого звена в механизме района Плэсид-Пойнт по изъятию мелочи из карманов его жителей и любых посетителей, которые случайно попали в его ловушки. Я не сомневался, что немалая часть этих изменений попала в карманы детектива Симса.


Чего Симс не знал, так это того, что у меня был козырь в рукаве, тесное сотрудничество с опытным рупором, чья способность искажать правовую систему в свою пользу соответствовала только его обширным досье на личные привычки и историю каждого важного правительственного чиновника в округе. Я сомневался, что в тридцати административных округах Йерба-Сити есть судья, на которого Робинсон Любанк, адвокат, не имел права давить или который не был ему чем-то обязан. Симс мог думать, что он полностью использовал меня в своих интересах, и я был уверен, что он хотел от меня большего, чем взнос в казну своего округа, но я был так же уверен, что Любэнк сможет освободить меня из лап юридического вымогательства Placid Point и любых других неприятностей, с которыми я столкнусь. Я также знал, что любая помощь от Любэнка обойдется дорого. Коррумпированный долбоеб был не из тех, кто позволял чему-то вроде дружбы и устойчивых деловых отношений стоять между ним и тем количеством бабла, которое он мог выжать из ситуации. Я планировал оставить его про запас на крайний случай.


Я наклонился вперед и изобразил смиренный вздох. “Хорошо, детектив. Вы сказали, что у вас есть ко мне несколько вопросов. Спрашивайте. Я готов ответить ”.


Прежде чем Симс успел приступить к допросу, дверь парилки открылась, и самый толстый тролль, которого я когда-либо видел, вразвалку вошел в комнату, опираясь на трость, слегка повернувшись боком, чтобы протиснуться в дверной проем. Свирепый взгляд Модока превратился в закатывание глаз, и Симс посмотрел на новоприбывшего с терпеливой улыбкой.


“Кто это здесь?” Тонкий тенор тролля был неожиданным для существа с его габаритами.


“Он никто, капитан. Просто бродяга, которого мы подобрали возле квартиры Тин-Инча”.


“Знает ли он, где находится Десятидюймовка?”


“Я так не думаю, сэр. Но он переходил улицу, не говоря уже о том, что был пьян и вел беспорядочный образ жизни, поэтому мы подумали, что нам лучше задержать его, пока он не натворил бед и не помешал нашему наблюдению ”.


Тролль нахмурился. “Ну, если он не знает, где Десятидюймовка, обработай его как можно быстрее и возвращайся на улицу. Мы не хотим пропустить Тен-Инча, если он вернется в свою квартиру. ”


Улыбка Симса не сходила с лица. “Не волнуйтесь, капитан. У нас там сейчас две машины, которые прикрывают это место”.


Тролль кивнул. “Ну, хорошо. Но вы двое возвращайтесь туда сами, как только сможете. Десятидюймовка - наш первоочередной приоритет ”.


“Конечно, капитан. У нас всего несколько вопросов к этому джентльмену”.


После того, как тролль протиснулся к выходу из комнаты для допросов, Симс мельком взглянул на Модока, который качал головой с выражением, по-видимому, отвращения, прежде чем снова переключить свое внимание на меня. “Это был капитан Флинтук. Он отвечает за наше расследование”.


Я услышал короткий презрительный смешок, пробившийся сквозь ухмылку Модока.


Симс одарил меня отеческой улыбкой, мало чем отличающейся от той, которую он использовал с капитаном Флинтуком. “Нам лучше заняться этим, мистер Саутерленд”. Детектив наклонился вперед и положил руки на стол. “Что вы делали сегодня на Миллер-стрит?”


Я мог бы остановить их, но не видел в этом смысла. “Я искал десятидюймовку, как и ты”.


Симс не сбился с ритма. “Какие ассоциации у вас вызывает десятидюймовка?”


“Мы познакомились пару лет назад. Сегодня утром я увидела его имя в газете, и мне стало любопытно ”.


Симс нахмурился. “Тебе стало любопытно? Не хочешь уточнить?”


На самом деле, я этого не сделала, отчасти потому, что сама точно не знала, почему решила отправиться на его поиски. Однако я не хотел признаваться в этом копам, поэтому выпалил первое, что пришло мне в голову. “Звучало так, будто у него проблемы, а я в данный момент не работаю ни над какими делами. Я подумала, может быть, он захочет нанять меня ”.


Симс поднял брови. “В самом деле? Для чего, по-твоему, он мог захотеть тебя нанять?”


“Я частный детектив. Я подумала, что он, возможно, захочет, чтобы я провела расследование”.


“Расследовать? Ты имеешь в виду мертвую нимфу?”


Я кивнул. “Конечно. Согласно газетам, вы, ребята, искали его. Там об этом не сказано, но я предполагаю, вы думаете, что он причастен к смерти девушки. Может быть, вы думаете, что это сделал он. Черт возьми, может быть, он действительно это сделал. Но если он этого не делал, то, возможно, он захочет узнать, кто это сделал, чтобы оправдаться. ”


“Ах”. Симс протянул руку и поправил очки. “И вот тут-то ты и вступаешь в игру. Ты думаешь, он наймет тебя, чтобы выяснить, кто возглавил "даму Адаро". Итак, вы пошли проверить его квартиру под дождем, чтобы посмотреть, дома ли он. ”


Я пожал плечами. “Попробовать стоило”. Чем больше я уточнял, тем лучше казалась мне идея.


Симс погладил бороду и на мгновение задумался. “Что ж, Алекс, я должен сказать, что нахожу это немного странным. Вы знали, что мы искали его, и что мы еще не нашли его. Вы думали, может быть, мы забыли постучать в его дверь? ”


“Я предполагал, что вы уже проверили его квартиру”.


“Так что же заставило тебя подумать, что он будет дома, когда ты придешь его искать?”


“Я полагал, что это рискованный шаг. Но я подумал, что кто-то из его друзей может быть поблизости, и, возможно, кто-то из них скажет мне, где он”. Кто-то из его друзей? Я крутился вокруг да около, но для меня это звучало достаточно разумно.


“Хм. Понятно”. Симс еще раз погладил бороду. “А ты видел кого-нибудь из его друзей?”


“У меня не было шанса. Меня арестовали”.


Симс улыбнулся, обнажив зубы. “Вы должны поблагодарить нас. Мы не только спасли вас от дождя, но и избавили от множества неприятностей. Мы опросили всех в том здании. Никто из них не знает, где прячется Десятидюймовка. И прежде чем вы спросите, да, мы уверены. Наш допрос был тщательным. ”


“Держу пари. Твой бульдожонок убил кого-нибудь из них своими руками?” Я оглянулась на Модока, который все еще стоял, прислонившись к стене. Он встретил мой взгляд натянутой улыбкой.


“В этом не было необходимости”, - сказал Симс. “Не в этот раз. Мы знаем личность каждого члена банды Десятидюймового. "Северяне", но, полагаю, вы это уже знали. На самом деле, двое из них действительно живут в многоквартирном доме Тин-Инча. Кстати, они очень опасные молодые люди. Но, как и Ten-Inch, их сейчас нет дома. Тебе повезло, что их там не было и они не застукали тебя за вынюхиванием. Возможно, им это не очень понравилось. ”


“Я уверен, что был в безопасности. Детектив Модок был рядом, чтобы не допустить ухудшения ситуации ”.


Симс снял очки и подышал на линзы, чтобы запотеть. Он энергично протер каждую линзу своим носовым платком. Закончив, он поднес их к свету, чтобы уловить оставшиеся пятна. Удовлетворенный, он надел их обратно и перегнулся через стол.


“Когда ты в последний раз видел Десятидюймовку?” он спросил меня.


“Как я тебе и говорил, пару лет назад. Может быть, три”.


“Вообще-то, ты сказал, что вы встречались пару лет назад”.


“А я?”


“Да. Ты это сделал. У меня хорошая память на детали. Ты с тех пор с ним общался?”


“Нет”.


“Ты уверен в этом?”


“Ага”.


“Он не связался с тобой и не отправил тебя обратно в его квартиру, чтобы забрать что-нибудь для него?”


“Нет”.


“Или чтобы проверить, по-прежнему ли полиция следит за его домом?”


“Нет”.


“Ты просто решил прогуляться под дождем, чтобы посмотреть, не ошивается ли поблизости кто-нибудь из его друзей?”


“Ну, может быть, я подумал, что мог бы проникнуть в его квартиру, чтобы посмотреть, смогу ли я найти какой-нибудь намек на то, куда он мог пойти”.


Улыбка появилась и исчезла с лица Симса. “Взлом и проникновение запрещены законом, Алекс”.


“Хорошо, что ты меня остановил. В последнее время дела идут медленно. Я не могу позволить себе слишком много твоих цитат ”.


Симс вздохнул. “Я думаю, ты говоришь мне правду. Я ценю твое сотрудничество, Алекс, хотя мой партнер, возможно, немного разочарован тем, что нам не понадобилось, чтобы он вытягивал это из тебя”.


Модок шагнул вперед и потер руку о кулак. “Ты уверен в этом? Откуда нам знать, что Десятидюймовый не послал этого гребаного полукровку к нему домой, чтобы тот что-нибудь для него купил?" Может быть, у него припрятаны какие-нибудь бабки или обогреватели под половицами. Дай мне пять минут поговорить с этим ублюдком, просто чтобы убедиться ”.


Симс со стоном поднялся со своего места и потер колено. “В этом нет необходимости. Даже если Тен-Инч отправил его в его квартиру, он не попал внутрь. ”


Модок не был удовлетворен. “Он все еще может знать, где находится Десятидюймовка”.


Симс повернулся ко мне. “А ты? Нет, я не думаю, что ты знаешь. В любом случае, ты не собираешься смотреть "Десятидюймовку” в ближайшее время ".


Это привлекло мое внимание. “О чем ты говоришь?”


“Мы собираемся задержать тебя здесь еще ненадолго, Алекс”.


“Почему? За переход пешеходного перехода?”


“Ты все время забываешь буквы D и D. Но нет, есть кое-что еще. Когда мы тебя привезли, мы проверили тебя на компьютере, был ли ты в нашей системе. Оказалось, что да, но когда мы открыли ваш файл, он был помечен. ”


Я был законно озадачен. “Помечен? Что вы имеете в виду?”


“Это означает, что мы не можем получить доступ к информации в вашем файле. Но там было уведомление. От нас потребовали позвонить по указанному номеру и сообщить человеку, который ответил на звонок, что вы у нас под стражей. Этот человек сказал нам задержать вас до дальнейшего уведомления. ”


“Какой человек?”


Симс развел руками по швам и пожал плечами. “Я не знаю. Я предполагаю, что это представитель какого-то правительственного учреждения. Возможно, мэрии. Или губернатора. Возможно, это доходит до самого верха. Кто знает, Алекс. Вполне возможно, что ты попал в поле зрения Агентства расследований Лорда. Не хотел бы я быть на твоем месте, если это правда. Но ты ведь знаешь, что говорят? Дождя никогда не бывает, но он льет. И, насколько я помню, вода лилась как из ведра. ”


ЛИА? Ну, разве это не здорово. Пылающие яйца лорда Алквата!


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава пятая


Они заперли меня в пустой камере с двухъярусной койкой и дали мне на ланч сэндвич с мясом (я не стал расспрашивать о деталях) и чашку тепловатого кофе. Смоки незаметно последовал за мной. Я слышал о высокоуровневом охранном оборудовании, способном обнаруживать элементалей или даже предотвращать их проникновение в здания или комнаты без приглашения, но такая система была слишком дорогой для полицейского участка вроде Плэсид-Пойнт. Эти системы требовали изрядного количества магических чар, а такого рода мощная магия стоит серьезных денег. Даже главное полицейское управление в центре Йерба-Сити не могло позволить себе ничего столь изысканного.


Я отправил Смоки присмотреть за симами. Я сказал элементалю, чтобы он особенно прислушивался к любому упоминанию Десятидюймовки. Большинство элементалей способны запоминать и повторять подслушанные разговоры, и Смоки удавалось это лучше, чем большинству. Я не знал, как долго они собирались держать меня под арестом, но надеялся использовать это время, чтобы получить зацепку о том, где я могу найти босса ’Северян", когда наконец выберусь.


Оставшись один, я лег на нижнюю койку, закрыл глаза и вызвал в воображении образ водопада на поляне в джунглях, на которую я забрел, когда служил в Пограничье. Это было мирное место, которое армейский психотерапевт научил меня вызывать по желанию из своей памяти во время стресса. Это также было место, где я иногда мог связаться с Кугуаром, при условии, что дух был готов появиться. Возможно, он и был моим духовным животным, но это не означало, что я могла командовать им так же, как воздушными элементалями небольшого или среднего размера. Лучшее, что я могла сделать, - это быть восприимчивой к его присутствию и надеяться на лучшее.


Я что-то почувствовал в Модоке, и мне показалось, что он тоже что-то почувствовал во мне. Каждый раз, когда я видел его, я испытывал глубокое и иррациональное чувство ненависти к этому человеку. Дело было не только в том, что он прикасался ко мне. Все в этом парне бесило меня, и я не знала почему. Очевидно, это чувство было взаимным. Это было так, как будто у нас была инстинктивная враждебность друг к другу. Я обнаружила, что наслаждаюсь возможностью встретиться с ним лицом к лицу. Конечно, он был неестественно быстр, и его удары были по-настоящему сильными. Но он застал меня врасплох, ударив кулаком на улице, и я была привязана в парилке. Лежа на тюремной койке, я жаждал матча-реванша с несносным панком. У меня хватило присутствия духа задаться вопросом, почему. Я почувствовал присутствие Кугуара в парилке и надеялся, что он придет ко мне и предложит немного просветления. К сожалению, непредсказуемый дух отказался появляться. Животные-духи. Однажды мне сказали, что они в основном хороши для того, чтобы забивать нам головы загадками и смеяться над нашими попытками их разгадать. Я заснул, тщетно ожидая появления своей. Если мне и снились какие-то сны, я их не запомнил.


Так получилось, что я недолго оставался взаперти. Прошло не более часа, Симс открыл мою камеру и встал у входа.


“У вас посетитель”, - сказал он мне.


Я сел на своей койке. “Кто?”


“Он не сказал”.


“Он сказал тебе, кто его послал?”


“Он производит впечатление немногословного человека”.


“Что, если я не захочу идти с ним?”


Симс улыбнулся. “Я полагаю, ты мог бы вырубить его и убежать”.


Я встал. “Спасибо. Я подумаю об этом”.


Невысокий, крепко сложенный мужчина средних лет в черном костюме и темных очках с запахом ждал меня в вестибюле. Я никогда не видела его раньше, и он приветствовал меня лишь коротким кивком. Портье вернул мне мои вещи, и я убедился, что ничего не пропало. Я обдумывал, что делать со Смоки. У меня не было возможности послушать отчет элементаля, и я решил оставить его с Симсом еще на некоторое время.


Повернувшись к мужчине в костюме, я указала на дверь. “Пойдем?” Не говоря ни слова, мужчина открыл дверь и жестом пригласил меня проходить перед ним под дождь.


Оказавшись на улице, мужчина подвел меня к дорогому роскошному седану и открыл дверцу на заднем сиденье. Я скользнула внутрь, а мужчина занял свое место за рулем. Он выехал со стоянки полицейского участка и влился в пробку.


“Куда мы направляемся?” Спросила я. Мужчина взглянул на меня в зеркало заднего вида, но не ответил.


"Отлично", - подумала я. Я все равно не чувствовала себя особенно общительной. Я сморщила нос и шмыгнула носом. Что мне было нужно после половины дня, проведенного в полицейском участке, так это горячий душ. Я откинулся на спинку стула и стал смотреть, как небо обрушивается дождем на город за моим окном.


Куда бы мы ни направлялись, мужчина в черном костюме, казалось, не спешил туда. Он вел машину хаотично под проливным дождем, часто меняя полосу движения и совершая несколько резких поворотов, многие из которых были совершены без предупреждения и без особого внимания к нашему собственному благополучию. Еще до того, как он резко прибавил скорость, чтобы проехать на красный свет, заставляя другие машины на перекрестке уходить от опасности, я поняла, что мой молчаливый водитель пытался убедиться, что за нами нет слежки. Бесполезно, подумал я про себя. Любой приличный элементалист мог бы использовать духа воздуха, такого как Смоки, чтобы следить за нами. И мой водитель никогда не смог бы ускользнуть от того, кто использовал чары для отслеживания наших передвижений, независимо от того, сколько светофоров он проехал или водителей напугал. Я держал эти мысли при себе. Если он собирался доставить нас туда, куда мы направлялись, целыми и невредимыми, моему водителю нужно было следить за дорогой.


Я испытал более чем небольшое облегчение, когда водитель загнал машину в трехэтажный гараж всего в нескольких кварталах от полицейского участка и поднял ее на верхний этаж. Остановившись позади небольшого автомобиля эконом-класса, он повернулся ко мне и сказал: “Выходи отсюда”, - это были первые слова, которые я от него услышала. Я выскользнул из седана, и водитель продолжил движение к выходу, оставив меня изучать экономичный автомобиль передо мной.


Я узнал машину. Я тоже узнал фигуру, вылезающую из машины: гном ростом четыре фута, в нелепом зеленом клетчатом костюме с самым заметным в мире шиньоном, ненадежно торчащим между его большими круглыми гномьими ушами. Гном вытащил изо рта сигару и выпустил облако дыма в мою сторону. “Яйца Алквата, Саутерленд. Я чертовски устал вытаскивать тебя из тюремных камер. ”


Я приподнял фетровую шляпу и вытер пот с волос, прежде чем снова надеть шляпу. “Оставь меня в следующий раз, Любанк. Обед был бесплатным, а кофе - неплохим”.


***


“Позвольте мне прояснить ситуацию”. Мы сидели в кабинете Любанка, и я подливал себе кофе, добавив пару рюмок ржаного из бутылки, которую он достал из ящика своего стола. “У вас есть флажки в моих файлах в базе данных полиции?”


“Умно, правда?” Любанк был явно доволен собой. “Каждый раз, когда они извлекают ваш файл, он блокируется, и они получают уведомление позвонить по номеру для получения дальнейших инструкций. Номер поступает на мой автоответчик, и операторам даны инструкции отвечать, не называя моего имени или любого другого имени, и переадресовывать звонок на личный мобильный Грейси. Она берет трубку оттуда. Эти копы, наверное, подумали, что мы - гребаная ЛИЯ! Он поднял за меня чашку, прежде чем сделать глоток.


Женщина с приятными формами, с милым девичьим лицом и уложенными светлыми волосами выпустила струйку дыма от своей сигареты в воздух над моей головой. Она сидела на углу стола Любанка, скрестив пухлые ножки и свесив их с бортика. “Мы устроили все это несколько месяцев назад из-за того, что у тебя вечно были неприятности с копами. Это была моя идея. Я уверен, что рад, что это сработало, сладкая. Мне ненавистна мысль о том, что твое хорошенькое личико будут бить в этих спортивных костюмах. ”


“Спасибо, Грейси”, - сказал я. “Это все часть повседневной работы. Но как ты смогла проникнуть в компьютерную систему полиции так, чтобы они об этом не знали?”


Алые губы Грейси растянулись в сияющей улыбке. “Прогулки помогли мне. Она настоящая волшебница, когда дело доходит до информационных систем ”.


“Она была в этом замешана?” Я покачал головой.


“Конечно, милая! Ты знаешь, как сильно она заботится о тебе. Кстати, тебе нужно ей позвонить. Когда ты видел ее в последний раз?”


“Пару недель назад я принес ей в магазин немного ланча”.


“Больше месяца назад, детка. Вчера она спрашивала меня о тебе. Тебе следует заходить и видеться с ней почаще. Клянусь! Вы двое такие отшельники! Вам никогда не бывает весело. Вам обоим нужно чаще бывать на свежем воздухе. ”


“Посмотри, кто говорит, Грейси. Когда ты в последний раз выходила в город со своим сварливым маленьким муженьком?”


Грейси с улыбкой обратилась к Любанку, сидящему за столом напротив нее. “Этот милый маленький парень и я развлекаемся как можем прямо здесь, в офисе. Не так ли, милый?” Она выпустила немного дыма в его сторону.


Любанк улыбнулся в ответ Грейси, а затем нахмурился. “Черт возьми, Грейси! Этот придурок не хочет слышать кровавых подробностей нашей личной жизни между гномами и людьми. Ты же знаешь, каким безумно ревнивым он становится. ”


Я с трудом проглотил глоток кофе, изо всех сил стараясь им не подавиться. “Может быть, в другой раз. Прямо сейчас я хочу услышать, сколько ваш муж берет с меня за манипуляции с базой данных полицейского управления. Знаете, я никогда об этом не просил. ”


Любанк указал на меня своей кофейной чашкой. “Это предусмотрено нашим контрактом”.


“Что это за чертовщина!”


“Это описано в разделе ‘Защита клиента’. Скажи ему, Грейси ”.


Грейси оглянулась на меня через плечо и захлопала глазами. “Как твой адвокат, Робби имеет право защитить тебя от необоснованных преследований со стороны полиции. Он считает, что за тобой нужен особо тщательный уход”.


“Держу пари. Для него это просто еще один способ обескровить меня”.


Губы Грейси надулись. “О, милая. За тобой действительно нужен уход. Посмотрите, сколько раз Робби приходилось вытаскивать вас из лап полиции.”


“И сколько раз он добавлял несколько тысяч к счету, который, по его словам, я ему должен”.


Любанк рассмеялся. “Это всего лишь деньги, неблагодарный скряга. Кроме того, я бы сделал это по доброте душевной, но Грейси хочет новое жемчужное ожерелье”.


Грейси снова повернулась к мужу. “Мои старые начинают желтеть”.


“Понимаете, что я имею в виду?” Закричал Любанк. “Яйца господни! Никогда не женись, Саутерленд. Ты, блядь, проживешь дольше!”


Грейси покачала головой. “О, Робби. Не говори ему этого. Разве ты не видишь, каким одиноким он был последние несколько месяцев?” Повернувшись ко мне, Грейси раздавила окурок в пепельнице. "Мне было так жаль, что у тебя с Холли ничего не получилось. Но тебе пора взять себя в руки и вернуться на сцену свиданий. Мне неприятно это говорить, Алекс, но ты не становишься моложе. Тебе нужна женщина в твоей жизни. Я бы вызвалась добровольно, но ... Она кивнула в сторону Любанка: “Робби не может обойтись без меня. Его практика развалится, если я разделю свое время между вами двумя. И, прости, что говорю это, детка, но, пока мы с тобой хотели бы устроить бал вместе ....” Она сделала паузу и наклонилась ко мне, щедро обнажив декольте для моего удовольствия, прежде чем продолжить. “Он зарабатывает гораздо больше денег, чем ты. Жемчужные ожерелья не падают с деревьев, ты же знаешь. Она хихикнула.


Я оторвал взгляд от сочных попок жены моего адвоката и сделал еще глоток кофе. Повернувшись к Любанку, я спросил: “Где ты нашел этого водителя?" В этом черном костюме и темных очках я был уверен, что это ЛИЯ. ”


“Ты имеешь в виду Луано? Он мой клиент. Я снял с него обвинение в крупной краже. Он был водителем при побеге из банка. Я убедил присяжных, что его наняли отвезти группу джасперов в центр города и обратно, но он понятия не имел, что они были там для совершения ограбления. Мне пришлось поделиться некоторыми его впечатлениями от ограбления с несколькими присяжными, чтобы помочь им взглянуть на дело по-моему, но все обошлось. Время от времени я отправляю его на работу, чтобы он мог отработать свой долг. ”


“Он водит как маньяк. Ты сказал ему убедиться, что за ним нет хвоста?”


“Ни хрена себе. Какой в этом был бы смысл? Те копы думали, что тебя забрала LIA. Они ни за что на свете не захотят связываться с этими ублюдками! Сомневаюсь, что они когда-нибудь ожидают увидеть тебя снова. ”


“Ну, ваш мужчина вел машину так, словно копы висели у него на бампере, и он пытался от них избавиться”.


Любанк рассмеялся. “Яйца господни! Луано немного возбудим. Однако хороший человек. Сохранял ли он хладнокровие в полицейском участке? Я сказал ему сохранять невозмутимое выражение лица, изображать скуку и говорить как можно меньше. ”


“Я бы сказал, что он следовал вашим инструкциям в точности. Я слышал, как он произнес всего три слова за все время, пока я был с ним ”.


“Хорошо! Я знал, что могу на него рассчитывать. Ты у него в долгу. Грейси, возьми все, что ты сняла со счета Луано, и запиши это плюс десять процентов на счет любовника. Таким образом, мы все в расчете. ”


Я покачал головой. “Почему, когда мы все в расчете, я оказываюсь на мели, а ты зарабатываешь деньги?”


Лицо Любанка озарилось довольной улыбкой. “Потому что я гений, а ты гребаный идиот”.


Я фыркнула. “Мне следует нанять другого адвоката”.


Любанк откинулся на спинку своего офисного кресла и поднес сигару к губам. “Если бы у вас был другой адвокат ...” - Он сделал паузу, достаточную для того, чтобы затянуться сигарой и выпустить облако дыма к потолку, “ "вы бы до сих пор прохлаждались в камере полицейского участка Плэсид-Пойнт”.


Я не мог с этим поспорить. Не то чтобы я не хотел. У нас с Любэнком было небольшое деловое соглашение. Я проводил для него расследование, а он выступал моим адвокатом. Мы выставляли друг другу счета за наши услуги, но, независимо от того, сколько дел я вела от его имени, я всегда была на отрицательной стороне баланса. Конечно, отчасти это было связано с тем, что мой бизнес слишком часто ставил меня в затруднительное положение перед различными юридическими органами и я нуждался в умелом, хотя и дорогом, выразителе своей воли, чтобы сохранить мою свободу. Но у Любанка был способ гарантировать, что такой болван, как я, всегда будет у него в долгу. Я не сопротивлялся. Мне нужен был умный оператор вроде Любанка на моей стороне, но двуличный сукин сын был надежен, как гремучая змея. Однако, пока он считал меня постоянным источником дохода, он не собирался набрасываться на меня. Он мог немного обмануть меня, но не собирался рисковать потерять меня как клиента. Кроме того, я нравился Грейси, а Грейси была единственным человеком в этом мире, которого Любанк любил больше денег.


У Любанка были другие дела, о которых нужно было заботиться, другие клиенты, толстосумы и политики, которых нужно было обирать, льстить и угрожать, и он выгнал меня из своего офиса. Грейси проводила меня до входной двери, взяв за руку и прижав меня ближе, чем необходимо. Она жестоко поддразнивала, но я не возражал. Я знал, что она была предана своему мужу, и она знала, что я знал. Однако это не помешало мне получить несколько острых ощущений от моих визитов в офис Любанка.


Вместо того, чтобы отстраниться от меня, когда мы подошли к двери, Грейси привлекла меня к себе и крепко обняла. Она потянулась, пока ее губы не оказались в дюйме от моего уха, и прошептала: “Кэлл витает в облаках, болван. Она скучает по тебе”.


Я положил руки на плечи Грейси. Она ослабила хватку, и я отступил на несколько дюймов, чтобы встретиться с ней взглядом. “Я зайду, когда смогу. Но мы не предмет внимания, а она слишком поглощена своей работой, чтобы кого-то упустить ”.


Лицо Грейси было серьезным. “Она слишком много работает. Ей нелегко передвигаться в этом кресле, и она недостаточно старается вести светскую жизнь. Я знаю, что у нее есть… ограничения… когда дело доходит до интимных отношений, но это не значит, что она не получает удовольствия от того, что время от времени к ней на чашечку кофе заходит невероятно красивый мужчина. ”


Я изобразил на лице притворно-оскорбленное выражение. “Грубый красавец? Что ж, я думаю, мужчине с такой рожей, как у меня, лучше принять любой комплимент, который он может получить. ”


Грейси похлопала меня по щеке. “Может, ты и не кумир дневных представлений, милая, но ты и не такая плохая”.


Я закатила глаза. “Ну и дела, спасибо, красотка”.


Грейси открыла дверь. “Я серьезно, Алекс. Позвони ей. Принеси ей ланч. Или, еще лучше, пригласи ее на ужин”.


“Я повел ее в клуб ”Голд Кост"".


“Это было несколько месяцев назад. Она сказала мне, что отлично провела время. Тебе следует повторить это ”.


Я хмыкнул. “Это место - дворец. Я не смог бы себе этого позволить, если бы мне не дали бесплатный пропуск. В последнее время дела идут медленно, и ваш муж хочет, чтобы я платил ему что-то каждый месяц. И, кроме того ...” Я опустил взгляд на свои туфли. “После этого я встретил Холли”.


Грейси положила руку мне на локоть. “На случай, если ты не заметила, милая, Холли больше нет в кадре. В любом случае, Walks не ищет таких отношений ни с тобой, ни с кем-либо еще. Но она твой друг, и ты избегал ее.”


Я собирался возразить, но вместо этого просто вздохнул. “Хорошо, Грейси. Я пойду к ней. Ты права. Холли ушла. Кроуфорд ушел. Они забрали Троя. Полагаю, в последнее время мне не очень хочется встречаться с людьми. Я тоже пропускаю вечера покера. Я поднял глаза, чтобы встретиться со взглядом Грейси.


Она погладила меня по щеке и улыбнулась. “Тебе нужно выбираться из той дыры, в которую ты попал. О тебе заботится гораздо больше людей, чем ты думаешь. Не превращайся в одного из этих эксцентричных отшельников. Не пока ты еще молод. Тебе это не идет.” Она игриво шлепнула меня по лицу. “И постарайся не попасть в тюрьму, ублюдок! Я до смерти перепугался, когда услышал, что они посадили тебя под замок. И из всех мест именно в Плэсид-Пойнт! Робби тоже был расстроен. ”


“Роб был расстроен?”


Грейси улыбнулась, и луч света озарил прокуренную комнату. “Конечно, был, ты, большой болван! Малыш не хочет, чтобы ты это знала, но ты ему тоже небезразлична. Она оглянулась через плечо на внутренний офис Любанка. “Но не говори ему, что я так сказала. Ему, знаете ли, нужно поддерживать имидж. ”


“Да? Тогда скажи ему, чтобы он перестал изводить меня, пока я не смогу открыть еще немного бизнеса. В последнее время я едва плачу за квартиру ”.


Грейси хихикнула. “Не забывай, кто ведет здесь бухгалтерию, приятель. Робби никогда не проверяет. Он думает, что я обескровливаю тебя. Но помни, у меня есть доступ к твоим финансовым записям. Я никогда не выставляю тебе счет больше, чем ты можешь себе позволить. Она подмигнула. “И если тебе когда-нибудь понадобится немного дополнительных денег, чтобы сводить кого-то особенного в такое место, как Gold Coast Club, просто позвони мне по моему личному телефону ”.


Я не знала, что сказать. “ Спасибо, Грейси, ” выдавила я.


Она снова наклонилась к моему уху. “Ты будешь у меня в долгу, милый. Думаю, мне бы хотелось, чтобы у меня в долгу был такой большой сильный мужчина, как ты”.


Я взял такси до "бистмобиля", все еще припаркованного возле квартиры Тин-Инча. Первое, что я заметил, когда увидел свою машину, было то, что кто-то увеличил мощность всех четырех моих колпаков. Я проверил, нет ли полицейских машин, но не увидел ни одной. “Цифры”, - пробормотал я себе под нос. По крайней мере, воры проделали хорошую чистую работу. После тщательного осмотра я пришел к выводу, что зверомобиль не получил дополнительных повреждений, и у меня не возникло проблем, когда я вел его домой.


После того, как я принял душ, должным образом накормил замороженной пиццей, приготовленной в микроволновке, и удобно устроился за своим столом с чашкой горячего черного кофе, щедро сдобренного ржаным хлебом, я затронул ту часть своего разума, которой обладают только элементалисты, и послал вызов Смоуки. Пришло время выяснить, чем занимался детектив Симс весь день в Плэсид-Пойнт.


OceanofPDF.com

Глава шестая


Моя кофейная чашка была пуста к тому времени, когда Смоки просочился сквозь щель моей плохо заклеенной входной двери, оставляя за собой след от дождевой воды в моем кабинете и разбрасывая тонкую дымку холодных капель мне в лицо. На самом деле это было немного освежающе. Я был близок к тому, чтобы задремать.


Хорошо обученные элементалы, такие как Смоки, похожи на магнитофоны. Я несколько раз использовал Смоки для прослушивания разговоров, и навыки крошечного элементаля в качестве имитатора улучшились с практикой. Смоки мог не только детально воспроизвести звуки, которые слышал, но и сносно воспроизвести уникальные нюансы голоса человека. В шипящей интерпретации Смоки разговоров Симса я мог четко отличить роль детектива в них от роли того, с кем он разговаривал.


Чего элементал, даже такой талантливый, как Смоки, не мог сделать, так это проанализировать разговор и выделить важные моменты. Смоки провел несколько часов с Симсом, и мне придется прослушать все это полностью, чтобы узнать что-нибудь полезное. Я налил себе еще одну чашку "пьянящего джо" и откинулся на спинку стула, чтобы все это осмыслить.


Большая часть этого была такой скучной, какой я и представлял. Множество рутинных офисных процедур: поиск файлов, печатание писем и отчетов, просмотр списков дежурных с капитаном Флинтуком и так далее. Разрозненные разговоры о делах, не связанных со смертью "адаро " и интересом департамента к Ten-Inch: детективов послали разнять семейный спор между безработным мужем и его женой-домоседкой; патрульные задержали беспризорника, подозреваемого в вандализме в тату-салоне на Карлотта Драйв сразу после полуночи в понедельник утром.; двое головорезов в капюшонах, ограбивших круглосуточный магазин на Фремонт-стрит в прошлую пятницу вечером, до сих пор не опознаны. Одна сторона телефонного разговора между Симсом и его женой: остатки куриного рагу на ужин были в порядке вещей, и он собирался заменить оторванную сетку на окне спальни в следующую субботу днем.


Но кое-что из того, что сообщил Смоки, заставило меня сесть и принять к сведению. Как и предполагал Любанк, Симс и Модок считали, что теперь я в надежных руках LIA, и им это не нравилось. Я сказал Симсу, что в последнее время не общался с Десятидюймовым, и он сказал, что верит мне. Он солгал. На самом деле, он был убежден, что у меня какая-то тесная связь с Десятидюймовым, и надеялся, что сможет использовать меня, чтобы вывести его на главаря банды. Когда он обнаружил, что мое досье было помечено, он пришел к выводу, что я был каким-то агентом LIA. Возможно, информатором. Возможно, даже агентом под прикрытием. Это вызвало у меня хороший смешок. Он был взбешен, когда его заставили передать меня человеку, который, как он думал, был из Агентства расследований Лорда.


Отчет Смоки подтвердил то, что я подозревал: Модок ненавидел меня так же сильно и так же иррационально, как я ненавидел его. Младший детектив не объяснил Симсу враждебность, которую он испытывал ко мне, и Симс не спрашивал его об этом, но яд в голосе молодого полицейского, когда он говорил со своим напарником обо мне, был очевиден в рассказе Смоки.


“В следующий раз, когда ты поместишь меня и этого ублюдка в одну комнату, - прошипел Смоки искаженной, но узнаваемой версией голоса Модока, “ я разорву ему живот и съем его сердце!”


"Нет, если я увижу тебя первым", - подумала я про себя и почувствовала, как мое сердце забилось быстрее от такой перспективы.


Симс разговаривал по телефону, когда я звонил Смоки, чтобы тот прекратил слежку и доложил мне. Смоки, конечно, слышал только часть разговора, но это возбудило мое любопытство. По словам Смоки, Симс говорил более низким, чем обычно, голосом, почти шепотом, как будто не хотел, чтобы его подслушали.


Симс: “Привет. ... Все в порядке, офис в данный момент практически пуст. ... Нет. Ничего. … Эй, мы смотрим, но я не ожидаю многого. Этим утром Флинтук приказал мне и Модоку следить за его квартирой на двух патрульных машинах. Это была твоя идея? … Я так не думал. ... Вот что я ему сказал! Тин-Инч знает, что мы его ищем. Вряд ли он заявится, вальсируя, в собственную квартиру. … Да, нам нужно быть уверенными, но одной патрульной машины было бы достаточно. Мы с Модоком должны были осмотреть поселение, допросить некоторых его известных сообщников. Мы детективы, черт возьми! Это было нецелевое использование ресурсов, но вы же знаете Флинтука. ... Конечно, он делает то, что ему говорят. Но он идиот. Ты должен быть осторожен с тем, что говоришь ему. ... Я не знаю. Модок думает, что он уехал из города, и, возможно, он прав. ... Я согласен. Это было бы к лучшему. ... Кстати, мы подобрали этого персонажа возле квартиры Тен-Инча. Рядовой по имени Саутерленд. Он говорит, что искал Тен-Инча. Ты его знаешь? ... Саутерленд. Имя Александр. ... Нет? Ты уверен? Его файлы помечены, и его подобрал какой-то хорошо одетый тип, который кричал "Лиа". ... Ни хрена? Что ж, это странно. Я думаю, нам придется найти этого придурка и забрать его обратно. … Я бы об этом не беспокоился. Он сказал, что пытается наладить кое-какой бизнес. Он прочитал в газете, что мы разыскиваем Тен-Инча как человека, интересующегося другим бизнесом. … Правильно, мертвая нимфа. В общем, этот придурок сказал нам, что знал Тен-Инча пару лет назад и надеялся, что тот наймет его, чтобы очистить свое имя, или что-то в этом роде. ... Ну, я думал, что это Лиа, но, возможно, он говорил правду. … Да, хорошо. Мы разыщем его и заберем снова. Без проблем. ... Конечно. Но, как я уже сказал, я думаю, что того гангстера давно нет. Он не настолько глуп, чтобы ошиваться поблизости теперь, когда знает, что каждый полицейский в Йерба-Сити ищет его, но если мы наткнемся на него, ты узнаешь первым. ... Модок? Не беспокойся о нем. Он делает то, что я ему говорю. ... Конечно, ему бы это понравилось. ... [Смешок] Да, он кровожадный ублюдок. ... Конечно, как всегда. Мы скормим тело акулам, и никто ничего не узнает. … Да. ... Верно. ... Понял. ... Ублюдок ”. Последнее слово было произнесено невнятно, и я предположил, что оно прозвучало после того, как звонок был отключен.


После того, как Смоки закончил свой отчет, я освободил его от задания и отправил восвояси, без сомнения, погреться в дымке стропил в Minotaur Lounge, любимом пристанище элементаля. У меня тоже, если уж на то пошло. Я посмотрела на время. Был достаточно ранний вечер, чтобы я могла обогнать толпу, собирающуюся поздно вечером в середине недели. Выглянув в окно, я увидел, что дождь перешел в морось, и решил прогуляться до заведения и обдумать то, что услышал от Смоки, за тарелкой жареных кальмаров и чашкой горячего кофе с кайфом.


Пока я шел восемь кварталов от здания, которое служило мне и офисом, и квартирой, к теплу "Минотавр Лаунж ", отгораживаясь от ливня старым зонтиком, который ветер пытался вырвать у меня из рук, обходя лужи, которые могли быть просто водными элементалями, поджидающими, чтобы схватить и держать меня под водой, пока дыхание не покинет мое тело, слушая шум транспорта на мокрых улицах и вдыхая холодный, пропитанный дождем городской воздух, я перебирал в памяти все, что сказал Смоуки. подслушано.


Мне стало интересно, с кем Симс разговаривал в конце отчета Смоки. Это звучало как контакт в Агентстве расследований Лорда. Меня не удивило, что у LIA был кто-то из участка Плэсид Пойнт на побегушках. Всегда было хорошей идеей предположить, что Лиа—ЛИА — была повсюду. Звучало так, будто они отдавали приказы капитану Флинтуку и использовали симов, чтобы доносить на него за его спиной. Типичный двурушник Леи, покрывающий все основания. Также звучало так, что Симс и Модок были вовлечены в множество сомнительных действий, либо по указанию LIA, либо самостоятельно. Что-то, что включало превращение их целей в корм для акул. У меня похолодело в животе при этой мысли. Внезапно я почувствовала себя очень счастливой, что выбралась из камеры предварительного заключения полиции Плэсид-Пойнт.


Я размышлял о связи между полицейскими Плэсид-Пойнт и LIA, когда мне в голову пришла другая возможность. Что, если Симс вообще не разговаривал с LIA? Мог ли неизвестный контакт Симса быть из синдиката Хэтфилдов? Хэтфилды были самой могущественной криминальной семьей в Йерба-Сити, и я знал, что у них в кармане много копов. Йерба-Сити был процветающим муниципалитетом, местом, где вы могли найти все, что могло помочь вам в течение дня — или ночи, — при условии, что у вас были деньги. Поскольку каждая торговля в городе регулировалась, лицензировалась и облагалась налогами городским правительством, а также провинцией Кайчан и Королевством Толаника, те так называемые “второстепенные” товары и услуги, которые добавляли остроты жизни и делали ее интересной, как правило, были дорогими. Можно было бы доказать, что выпивка, наркотики, азартные игры и экзотические чувственные развлечения были так же необходимы для хорошей жизни, как еда и кров, но это ни к чему. Легальные версии этих статей обойдутся вам в серьезную сумму. Вот тут-то и появился преступный мир, и Хэтфилды были главарями преступного мира города.


Типичный представитель рабочего класса не может позволить себе постоянный запас элитного авалонского виски или импортного игристого вина с самых известных виноградников мира, но люди собираются выпить. Итак, преступный мир поставляет достаточно нелицензионного самогона, чтобы каждый мог мариноваться по самые жабры так часто, как ему захочется. Вы хотите восхитительно кайфовать от кокаина или героина премиум-класса, регулируемого правительством? Нет проблем. Просто заплатите авторизованному продавцу. Но если вам не хватает серьезных денег, также легко доступны "дешевый удар" и "скаг массового производства", при условии, что вы готовы пожертвовать качеством и рисковать загрязнениями, которые могут сделать вас слепым, невменяемым или мертвым. Находятся ли высококлассные казино, арены и трассы за пределами вашего ценового диапазона? Без проблем. Ставки за пределами площадки, подпольные букмекерские конторы и лотереи по соседству удовлетворяют ваши желания получить легкие деньги. Вы чувствуете тот зуд, который может поцарапать только профессиональная секс-работница, но у вас нет ни царапины для законного эскорта или компаньонки? Подпольная секс-торговля рассчитана на любой бюджет и предлагает широкий спектр возможностей, большинство из которых желательны, некоторые — например, обман, болезни и внезапная смерть — не так уж велики.


В Йерба-Сити Синдикат Хэтфилда позаботился обо всех ваших нелицензионных и незаконных потребностях и желаниях. Технически говоря, Хэтфилды действовали в тени города, но они никогда не были дальше, чем в шаге от света. Муниципальные власти их не беспокоили, особенно после того, как избранный ими мужчина — Монтавиус Харви — был назначен мэром. Некоторые люди утверждали, что Кец-Алкват, сам Повелитель Драконов, контролировал подземные миры всех крупных городов Толаники, включая Йерба-Сити, но я не знал, что делать с этой идеей. все же я бы не стал отрицать, что старый лорд Кетц контролирует как законный, так и и незаконный бизнес, который ведется в его королевстве. Экономическая деятельность королевства в целом представляла собой масштабную операцию, которую бессмертный, неубиваемый стофутовый огнедышащий летающий мастер магии, несомненно, был бы способен поддерживать. И все знали, что Повелители Драконов любили свое золото. С одной стороны, Хэтфилды, работавшие вне закона, и Агентство расследований Лорда, подчинявшееся непосредственно лорду Кетцу, казалось, достаточно часто преследовали разные цели, чтобы заставить меня усомниться, могут ли они быть частью одной команды. С другой стороны, такой большой аппарат, как правительство Толаникана Повелителя Драконов, не мог не вызывать междоусобного соперничества. Политика. От всего этого у меня закружилась голова, и я старался думать об этом как можно меньше времени.


Мои собственные отношения с семьей Хэтфилд были сложными. Они предлагали мне участвовать в их операции. Они не раз пытались убить меня. Холли часто говорила мне, что я во всем вижу пальцы Хэтфилдов и что они делают меня параноиком. Я сказал ей, что это не паранойя, если они действительно хотят меня заполучить. Она назвала меня сумасшедшим, и я ответил: “Это я, сестра: сумасшедший, чувак, сумасшедший!” Мы хорошо провели с этим время, и на какое-то время ‘сумасшедший, чувак, сумасшедший’ стал для нас чем-то вроде шутки. Я бы сказал что-нибудь о Хэтфилдах, а она покачала бы головой и сказала: “С Ума сойти, чувак, с ума сойти”.


Когда Хэтфилды действительно пришли за мной, я не сказал ей об этом. Я думал, что защищаю ее. Оказалось, что я отгонял ее. Ну что ж, живи и учись, верно? Верно.


Если Симс работал на Хэтфилдов, то Хэтфилды не только искали Тен-Инча, но и хотели его смерти. И мои поиски Десятидюймовки могут снова свести меня лицом к лицу с повелителями преступного мира Йерба-Сити. Часть меня приветствовала эту идею. Возможно, Холли была права. Может быть, я действительно был сумасшедшим.


И это привело меня к вопросу, который беспокоил меня больше всего, а именно: действительно ли я хотел найти Десятидюймового? Почему? Никто меня об этом не просил. Никто не платил мне за то, чтобы я его нашел. Я сказал Симсу, что ищу Десятидюймового в надежде, что он сможет нанять меня, чтобы очистить свое имя. Я должен был что-то сказать Симсу, и это было первое, что пришло в голову. Была ли в этом доля правды? Возможно. Часть моего мозга иногда работала отдельно от всего остального, и я часто отправлялся в поездку, чтобы посмотреть, куда это меня приведет. Однако больше всего на свете мне было просто любопытно. Любопытство было для меня серьезным делом. Это было частью того, что сделало меня тем, кем я был. Я знал, что любопытство было одной из причин, побудивших меня стать частным детективом, это было большой частью моего успеха, то, что придавало мне драйва и решимости довести сложное дело до конца. Я также был убежден, что любопытство однажды убьет меня. В тот вечер, когда я брился и принимал душ в дальней угловой кабинке "Минотавр Лаунж", прихлебывая кофе с соком и размышляя, что заставило меня быть замешанным в смерти неизвестного адаро, полицейских поисках главаря банды и возможной встрече с подпольными мастерами моего прекрасного города, я подумал, не приближается ли этот день.


Сумасшедший, чувак, сумасшедший.


***


Когда я возвращался домой из "Минотавра", сосредоточившись на том, чтобы идти по прямой и обходить лужи, образовавшиеся там, где дождевая вода вылилась из канавы на дорожку, меня поразил внезапный приступ головокружения, как будто тротуар под моими ногами внезапно накренился в одну сторону. Я покачнулся и удержался, прежде чем упасть на бордюр, но это было недалеко.


Шикарно, подумал я про себя. Мне не следовало брать это в дорогу. Я огляделся, чтобы посмотреть, не получает ли кто-нибудь удовольствия, наблюдая за мной, очередным бродягой, бредущим ночью домой. Я поднял лицо к небу, глубоко вдохнул промытый дождем воздух и двинулся в том направлении, которое, как я надеялся, было правильным.


Я находился в опасной близости от улицы, когда машина налетела на выбоину и залила меня водой, которой хватило бы на небольшой бассейн.


“Пылающие яйца Алквата!” Я закричал. “Черт!”


День был испорчен с самого начала и никак не хотел заканчиваться. Я стряхнула воду со шляпы и пальто, чувствуя более чем легкую жалость к себе.


“Трахни меня”, - пробормотал я себе под нос. Я начал лекцию, предназначенную только для моих ушей. “В этом никто не виноват, кроме тебя, крутой парень. Когда ты сегодня начал пить — примерно в восемь утра? Ты тащишь свою задницу в Плэсид-Пойнт без всякого плана, ищешь десятидюймовку без всякой причины .... Ты позволил полицейскому избить себя .... Ты тупой ублюдок! Последнюю часть я произнес достаточно громко, чтобы осознать, что бормочу в ночи, как старый пьяница. Я не уловил очевидного смысла. Вместо этого я продолжал болтать о коррумпированных копах и преступных семьях преступного мира. В конце концов, я начал думать о Холли. Я не хотел говорить о ней, поэтому заткнулся.


На меня накатила очередная волна головокружения, и на этот раз я не удержалась на ногах. Лежа лицом вниз на мокром тротуаре, я почувствовала странный трепет в животе. У меня перехватило горло, и я почувствовала жжение в глазах. Когда я почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы, я подавила их и заставила себя подняться на ноги. Чувство тщетности, которое поднималось во мне, сменилось гневом. Я не бездельник, сказал я себе. У меня был тяжелый день, и я слишком много выпил сегодня вечером, вот и все. Я переживу это. Мой отец был пьяницей, но я нет. Я чего-то добился. У меня и раньше были тяжелые дни. Я могу постоять за себя. Мне нужно избавиться от этого настроения и вернуться домой. Со мной все будет в порядке.


Пока я продавал себя на этой чепухе, я осознал, что я не один. На тротуаре передо мной стоял мужчина, молча рассматривая меня. Ночь внезапно наполнилась густым туманом, и даже с моим обостренным сознанием я не могла разглядеть его черты. Адреналин хлынул в мою кровь, и я приготовилась защищаться. Однако мужчина не двинулся с места, чтобы напасть на меня. На самом деле, он вообще не двигался.


Мускул за мускулом я позволил себе расслабиться. “Извините, мистер”, - сказал я. “Я не заметил, как вы подошли. Я немного перебрал с выпивкой, и ты как бы подкрался ко мне незаметно. ”


Мужчина по-прежнему не двигался, но туман между нами начал понемногу рассеиваться, пока детали его лица не стали более различимыми. Он выглядел смутно знакомым: темные глаза, горящие яростью убийцы, постоянный хмурый взгляд, бритая голова, черная борода с проседью .... Борода на правой стороне лица мужчины была клочковатой. Я присмотрелся к ней повнимательнее и увидел, что ей трудно приживаться к глубокому шраму, протянувшемуся от щеки до подбородка.


Именно шрам пробудил мои воспоминания. Когда я видела его в последний раз, его волосы уже начали редеть, но они не были сбриты. Тогда у него тоже не было бороды. Но в том, как он держался, нельзя было ошибиться, как боец, который никогда не ожидал проиграть битву. “Десятидюймовый?” - Десятидюймовый? - пролепетала я, у меня перехватило дыхание. “Это ты?”


Фигура переминалась с ноги на ногу, но ничего не говорила.


“Десятидюймовый? Я искал тебя”.


Взгляд фигуры медленно скользнул от моего лица к моим ногам и снова обратно к моему лицу. Его рот скривился в хмурой гримасе. Его голова слегка покачалась из стороны в сторону в знак неодобрения. Он опустил глаза и отвернулся от меня, его голова все еще медленно покачивалась из стороны в сторону.


“Десятидюймовый?”


Хотя его ноги не двигались, фигура быстро удалялась от меня, как будто кто-то тянул его за веревку, и через несколько секунд он исчез в тумане.


Я уставился на то место, где в последний раз видел фигуру. Туман рассеялся, превратившись в полупрозрачные клочья, а затем ночь стала ясной. Десятидюймовый, если это тот, кого я действительно видел, исчез.


Мой зонтик лежал на тротуаре, и по мне лил непрерывный дождь. Была ли вся встреча с Десятидюймовым пьяной галлюцинацией? Это казалось достаточно реальным, но потом я догадался, что именно так должна выглядеть пьяная галлюцинация. "Огненные яйца Господа", - подумал я про себя. Дальше по моему телу ползали полчища насекомых, мышей и змей. Это то, что происходило после того, как тебе перевалило за тридцать? Казалось, что я выпил не так уж много. Я вздохнул. Может быть, пришло время бросить и найти новый порок. Например, что, спросил я себя — героин? Я улыбнулся этой идее. Шансы на это велики. Может быть, я бы просто начал разбавлять свой виски. Моя улыбка стала шире. Шансов на это еще меньше.


Я подобрал свой зонтик с тротуара и прошел остаток пути домой целеустремленным шагом. Теперь я не шатался, и у меня больше не было приступов головокружения. К счастью, никакие призраки не встали у меня на пути. Дойдя до входной двери, я заметила что-то неуместное на крыльце. Я наклонилась, чтобы рассмотреть гладкий изогнутый хромированный предмет, гадая, что это значит. Я взял его в руки и внимательнее рассмотрел нацарапанные на поверхности печатные буквы: "КИСИКИСИ". Я долго изучал персонажей, прежде чем открыть входную дверь и принести в свой офис один из четырех украденных колпаков зверомобиля.


OceanofPDF.com

Глава седьмая


Первая встреча Холли с Чиво прошла достаточно хорошо, если не считать той части, где он пытался убить и съесть ее. Я заранее подготовил Холли, заверив ее, что смогу защитить ее, если ситуация выйдет из-под контроля.


“У нас с ним договоренность”, - сказал я Холли. “Пока я кормлю его, он не пытается убить меня во сне”.


“Чем ты его кормишь?” - спросила она меня.


“Йонак. Я покупаю это в мясном магазине на углу рынка”.


“Йонак? Это то, что едят тролли, верно? Разве это не просто сырое мясо?”


“В значительной степени. Пропитанный кровью с какой-то приправой, о которой я не хочу знать ”.


“Фу! Что это за мясо?”


“Я не спрашиваю. Вероятно, все, что окажется под рукой”.


“И это существо — Хуай Чиво? Ему нравится это пойло?”


“Он думает, что это здорово. Особенно когда оно простояло на открытом воздухе полдня ”.


“Опять гадость! Разве это не пахнет?”


“Еще бы. И Чиво тоже. Но у меня в прачечной есть элементаль, который двадцать четыре часа в сутки выкачивает плохой воздух из комнаты через окно. Тоже неплохо. У меня в комнате есть небольшой домашний тренажерный зал. Я беру тяжелую сумку и таскаю с собой несколько гантелей всякий раз, когда мне хочется. Итак, это своего рода соревнование между мной и Чиво, кто сильнее пахнет. У Сифона — так я назвала элементаля — тяжелая работа. Мне повезло, что он готов продолжать это делать. ”


“Он не возражает?”


“Оно. У элементалей нет пола. Оно кажется достаточно счастливым. Я пытался освободить его от службы, но оно не уходит. Элементалы имеют тенденцию привязываться к местам, и Сифон привязался к моей прачечной. ”


“Тебе повезло”.


Мы вернулись ко мне поздно вечером, примерно в то время, когда Чиво обычно просыпался и ел, прежде чем исчезнуть в ночи. Мой план состоял в том, чтобы познакомить Холли с этим существом и позволить ей зачерпнуть немного йонака в его миску с едой. Сначала я вошла в прачечную и обнаружила, что Чиво все еще свернулся калачиком в своей постели. Сифон был почти невидим, но тихий свистящий звук подсказал мне, что элементаль взялась за дело. Холли сморщила нос. В комнате пахло не так уж плохо, но, возможно, я к этому привык.


“Чиво!” Позвала я нежным голосом.


Существо подняло свою козлиную голову, и его глаза приоткрылись.


“Я привел кое-кого сюда, чтобы повидаться с тобой. Она моя подруга, так что будь с ней поласковее. Хорошо?”


Чиво пару раз моргнул и зевнул.


Я позвал Холли в комнату. “Холли, познакомься—”


Без предупреждения Чиво спрыгнул с кровати и встал на задние лапы, шипы вдоль позвоночника вытянулись по стойке "смирно", голый крысиный хвост застыл за спиной. Он пристально посмотрел на Холли, его красные глаза светились собственным внутренним светом. Холли застонала и упала на колени. Чиво опустил голову и приготовился проткнуть ее своими длинными смертоносными рогами.


Я встал между ними. “Нет, Чиво!” Я закричал.


Глаза Чиво встретились с моими, и волна тошноты прокатилась по мне.


“Прекрати это прямо сейчас, Чиво!”


Тошнота утихла, и после долгой паузы Чиво опустил глаза.


“Пригнись, Чиво”.


Существо опустилось на все четвереньки.


“Сидеть!”


Чиво поднял голову и сердито посмотрел на меня, но больше не двинулся с места.


“Ладно, не садись. Но веди себя прилично! Холли - наша гостья”.


Я помог Холли подняться на ноги. Ее лицо побледнело. Я держал ее за руку, чтобы поддержать. “Ты в порядке?”


“Я… Думаю, да. Что случилось? Я думал, меня стошнит!”


“Это был Чиво. Он оглушает свою жертву, вызывая у нее тошноту, прежде чем напасть. Старайся не смотреть ему в глаза ”.


“Он ведь не собирается делать это снова, не так ли?”


Я бросил на Чиво угрожающий взгляд. “Нет, это не он”. Я выдерживал этот взгляд, пока Чиво не опустил голову и не отвернулся.


Холли перевела взгляд с Чиво на меня. “Почему тебя не тошнит, когда он смотрит на тебя?”


“У меня иммунитет. В основном. Не то чтобы он иногда не пытался”. Я уставилась на существо, но оно стояло, опустив голову, и не смотрело мне в глаза.


Холли принюхалась к воздуху и повернулась к полке в стене над сушилкой. “Это йонак? Дать ему немного?”


“Конечно. Зачерпни это вон в ту миску”.


Холли, сморщив нос и прерывисто дыша, наполнила блюдо прогорклыми помоями. Чиво с интересом наблюдал за ней.


“Попробуй приблизиться к нему с миской”, - сказал я ей. “Осторожно и медленно. Не смотри ему в глаза, но и не отступай. Если он попытается что-нибудь предпринять, я оторву ему рога и использую их, чтобы вырезать его сердце. Ты меня слушаешь, Чиво?”


Холли сделала неуверенный шаг к существу и заставила себя улыбнуться. “Красивый мальчик, Чиво”, - проворковала она, как будто существо было младенцем. “Какой ты красивый мальчик”.


Чиво фыркнул и попытался поймать ее взгляд своим убийственным взглядом.


“Я не думаю, что он купился на лесть”, - сказала я.


Холли бросила на меня быстрый взгляд. “На тебя это действует, не так ли?” Повернувшись обратно к Чиво, она продолжила ворковать с ним. “О, но он такой хороший красивый мальчик”.


Когда Холли пододвинула к нему блюдо с едой, Чиво опустил глаза, обратив внимание на йонака. Его нос дернулся, а рот приоткрылся. Холли поставила перед ним миску, и он подозрительно понюхал ее. Бросив последний быстрый взгляд на Холли, Чиво сунул морду в миску и начал поглощать содержимое, не обращая внимания на остальной мир.


Мы подождали, пока Чиво вычистит блюдо, и слизывали тонким языком последние пропитанные кровью остатки. Очевидно, решив оставить нас в живых, насытившееся существо выскользнуло из комнаты, прошло по коридору и через заднюю дверь в переулок, даже не взглянув в нашу сторону.


“Грубо”, - сказала я. “Он мог бы поблагодарить тебя”.


Холли уставилась на пустую миску. “Он меня не съел. Это вся благодарность, которая мне нужна”.


Я вывел ее из прачечной, прошел через свой кабинет и поднялся по лестнице в свою квартиру.


***


Чиво сидел на полу перед моим столом, когда я вышел из-под дождя в свой кабинет. Когда он увидел меня, он подошел ко мне на четвереньках и понюхал колпак от колеса, который я несла внутри. Придя к выводу, что это несъедобно, он прошел мимо меня к двери, сел на корточки и оглянулся на меня через плечо.


“Я продолжаю говорить тебе, приятель. Холли не вернется”.


Чиво бросил последний взгляд на дверь и поднялся на ноги. Он пересек комнату, фыркнул, проходя мимо меня, и исчез через заднюю дверь в коридоре. Дверь за ним захлопнулась. Секундой позже я услышала, как захлопнулась дверь, ведущая в переулок.


“Неважно”, - пробормотала я. Он не стал ждать, пока я покормлю его. Я надеялась, что все соседские кошки и собаки были надежно заперты в помещениях. Я решила, что еноты и опоссумы были честной добычей.


Как только я сел за свой стол, я хорошенько осмотрел колпак колеса. Я не сомневался, что колпак "хромированной луны" слетел с моей машины и что кто-то отправил мне сообщение. Мой зверомобиль был не единственным автомобилем на дороге с такими колпаками, но совпадение было слишком сильным. Поверхность была чисто отполирована, и царапины резко выделялись в свете моей настольной лампы. КИСИКИСИ. Слово было мне незнакомо. Кто-то пытался отправить мне сообщение? Я нигде не нашла других пометок на колпаке колеса. Достав телефон, я быстро поискала в Интернете. КИСИКИСИ ничего мне не дал. Эти буквы что-то обозначали? Я не могла даже предположить, что бы это ни было. Какое бы сообщение кто-то ни пытался мне отправить, оно было ужасно непрозрачным.


Я смотрел на колпак не зрением, а иными чувствами, опираясь на осознание, данное мне эльфом, и на другой вид зрения, данный мне моим духовным животным. Я почувствовал запах хрома. Отраженный свет лампы танцевал передо мной, когда я наклонял изогнутый предмет то в одну, то в другую сторону. Я нащупал магию. Я не обнаружил ничего необычного.


Я думал о том, что знал. Кто-то, кто узнал мою машину, забрал колпаки. Один из колпаков появился у меня на пороге с цепочкой букв на поверхности, где я мог его ясно видеть. Три других колпака все еще были где-то там. Кто бы ни разместил это фото возле моего офиса, он знал, что я его найду, а это означало, что этот кто-то знал, где я нахожусь. Я нашел колпак после моей странной встречи с Десятидюймовым, предполагая, что это не было галлюцинацией. Я сделал свои собственные выводы. Была ли моя ”встреча" с ним реальной или каким-то видением, Тин-Инч хотел, чтобы я его нашел, а КИСИКИСИ был своего рода зацепкой, которая привела бы меня к нему. Я не знал, сделал ли я правильный вывод. У меня не было причин полагать, что сделал. Но это был вывод, который я хотел сделать, поэтому я его сделал. Буквы должны были что-то значить. Я решил, что они означают, что у меня есть дело. "Тин-Инч" нанял меня, чтобы я нашел его.


Я бы побеспокоился о деталях вроде контрактов и гонораров позже.


Пришло время идти на работу, и я знал, с чего хочу начать. Полиция разыскивала Тен-Инча в связи с женщиной из адаро, которая была найдена мертвой на Южном рынке, недалеко от того места, где я жил. Мне нужно было узнать все, что я мог, об этой женщине, о том, как и почему она была убита. Возможно, я наткнулся бы на что-то или кого-то по имени Кисикиси, или аббревиатуру, состоящую из этих букв. Я бы начал с поиска места преступления. Я хорошо знал район Южного рынка. Мои утренние пробежки часто приводили меня через квартал Портер и далее по улицам и переулкам Южного рынка. По крайней мере, так было, когда я убегал. До того, как Холли бросила меня.


Я проверил время и с удивлением обнаружил, что было значительно больше двух часов ночи. Я просидел в "Минотавре" дольше, чем думал. Как долго я пил? О чем я думал? Это был долгий, насыщенный событиями день. Неужели только этим утром я прочитал статью о женщине Адаро и поисках десятидюймовки? С тех пор я стоял под дождем у квартиры главаря банды, меня забирали копы, допрашивали и сажали в лед. Любэнк спас меня, и я провел остаток дня, слушая отчет Смоки. Затем я отправился в "Минотавр", чтобы разобраться во всем этом, как хороший детектив.


Верно. За исключением того, что я провел большую часть вечера, хандря из-за Холли за пивом и шот. Ел ли я что-нибудь, кроме жареных кальмаров? Что-нибудь, кроме кальмаров в баре? Я покачал головой. Была ли это моей нынешней жизнью? Шел ли я по тому же пути, что и мой отец? Забытые воспоминания о нем, лежащем в постели, дрожащем и сотрясающемся, вторглись в мое сознание. Страдал ли он галлюцинациями? Я не мог вспомнить ни одного эпизода, но, возможно, они с матерью скрывали их от меня. После возвращения из Пограничья мне нравилось пить в одиночестве в людных местах, но я сказал себе, что это хобби, способ наблюдать за остальным миром на расстоянии, слушать и учиться, оттачивая свои навыки наблюдения и обостряя свой ум. Я не думал о себе как о соковыжималке. Неужели я все это время обманывал себя? Может быть, все это было не более чем предлогом побыть одиноким и невмешанным, быть оцепенелым и нетронутым.


Но теперь все казалось по-другому. Конечно, милая девушка решила, что не хочет быть частью моей жизни. Кто мог ее винить? Она поступила правильно. И, ладно, я был немного подавлен всем этим. Это была нормальная реакция на то, что меня бросили, не так ли? Разве они не пишут песни и стихи о таких вещах? Об этом снимают целые фильмы, верно? Так почему бы мне не утопить свои печали в соседнем баре, если мне так захотелось? Так ведь поступают люди, не так ли?


"Пылающие яйца Господа". Кем это сделало меня, кроме как еще одним бедолагой, пытающимся выбросить женщину из головы потоком алкоголя. Таким ли я был сейчас? Кульминационный момент старейшего в мире анекдота? Тебя бросили, Саутерленд. Бу-бу-бу. Пришло время слезть с барного стула и заняться своей жизнью.


Ночь была ошеломляющим пятном фонового бормотания, размытых цветов, липких стаканов и столешниц, острых покалываний в мягких тканях на задней стенке горла и в носовых ходах, а также прогорклого запаха моего собственного пота, несвежего пива и несвежего виски, но видение (если это то, что это было) Десятидюймовки прояснило мою голову. При мысли о простынях, подушках и сне меня затошнило. К черту это! Я с громким стоном поднялся со стула, схватил зонтик и вышел за дверь. Может быть, я был не в настроении для пробежки, но двухмильная прогулка до Южного рынка под непрекращающимся всю ночь ливнем показалась мне самой замечательной идеей, которая пришла мне в голову за последние месяцы. Или самой нелепой? Возможно, и то, и другое. В тот момент мне было просто все равно.


***


Несколько мгновений спустя я вернулся в дом и налил немного ржаного виски в походную фляжку. "Чтобы не замерзнуть", - сказал я себе, выходя за дверь.


***


"Возвращаясь в штормовую ночь", мне потребовалось больше часа, чтобы добраться до Южного рыночного переулка, который газета назвала местом, где во вторник утром был обнаружен "адаро". Вероятно, ее убили в переулке или бросили там поздно вечером в понедельник, а это означало, что с места преступления прошло более сорока восьми часов. Переулок был длиной в квартал, и копы сняли ленту, обозначавшую место происшествия, как только закончили с ней, поэтому точное место, где было найдено тело, не было очевидным. Не то чтобы это имело значение. Даже если копы упустили из виду пару ценных улик, шансы найти что-нибудь полезное были высоки, особенно учитывая, что пару дней подряд шел непрерывный дождь. Но я был там. Я медленно шел по аллее, проливной дождь барабанил по моему зонтику, темнота была почти полной, мои чувства, усиленные магией эльфов и духо-животных, были в состоянии повышенной готовности, мои ожидания были близки к нулю. Несмотря на мой пессимизм, я чувствовал себя более живым, чем за последние недели. Я был на расследовании, верно? Санкционировано какой-то тарабарщиной, нацарапанной на колпаке колеса. Место преступления казалось логичным местом для начала, даже если я закончил с пустыми руками.


Офисные здания выстроились по обе стороны переулка, и мне не потребовалось много времени, чтобы заметить фигуру, спрятавшуюся в углублении черного хода. Пожилая дама, которая, вероятно, была не такой старой, какой казалась, сидела, укрывшись от дождя, завернувшись в старое одеяло, которое казалось слишком тонким, чтобы дать ей что-то большее, чем иллюзию тепла. Большая собака со спутанной шерстью, пахнущая как ... ну ... мокрая собака, свернулась калачиком рядом с ней и смотрела на меня с выражением глубокого подозрения, когда я приблизился.


Я остановился в центре переулка, примерно в десяти футах от этой пары, и позволил дождю поливать меня. С ее губ свисал окурок самодельной сигары, и я узнал исходящий от него запах, уносимый дождем. Это был уникальный аромат. Запах напомнил мне старые горелые носки, но я знал, что он исходит от листьев лаврового дерева, произрастающего в горах Бахпууо в провинции Лакота, и что он приправлен кинникинником, приготовленным из масла толокнянки и других веществ, о которых я не знал. Я знал только одного человека, который курил это ужасное дерьмо.


“Извините”, - окликнул я старушку. “С вами там все в порядке?”


Она уставилась на меня тусклыми глазами, затянулась окурком сигары и ничего не сказала. Собака не двигалась.


“У меня есть фляжка”, - сказал я и медленно полез в карман, чтобы достать ее. “Виски”. Я показал ей фляжку.


Ее взгляд остановился на фляжке, и она вынула сигару изо рта.


“Тебе не нужно ничего для этого делать”, - сказал я ей. “У меня всего пара вопросов. Если ты не возражаешь”.


Она облизнула губы. Рука в перчатке без пальцев вынырнула из-под одеяла и жестом подозвала меня к себе. Я приближался к ней по одному осторожному шагу за раз, осознавая, что собачий защитник старой дамы становится все более напряженным. Но дама положила руку между плечами собаки, и та заметно расслабилась.


Подойдя достаточно близко, я протянул фляжку женщине, но она выхватила ее у меня, как будто боялась, что я передумаю. Она открутила крышку и, не сводя с меня глаз, залпом выпила рюмку, не моргнув глазом, как будто это была вода, а не ржаное пиво с выдержкой. Она задержала на мне взгляд на мгновение или два и сделала еще пару глотков, на этот раз медленнее. С явной неохотой она протянула руку, чтобы вернуть мне фляжку.


“Придержи это пока”, - сказал я ей, и она без возражений вытащила сигарету обратно. Она сунула окурок сигары обратно в рот и вопросительно посмотрела на меня.


“Вы были здесь пару дней назад, когда полиция обнаружила тело?”


Женщина покачала головой. “Я ничего не знаю о теле. Хотелось бы, чтобы этот дождь прекратился”. Она сделала последнюю затяжку от окурка сигары и раздавила его о тротуар. Посмотрев на меня, она добавила. “Ты мокрый”.


“Да. Скажи, где ты нашел эту сигару?”


“Я этого не крал”.


“Я знаю. Ты нашел окурок где-то в этом переулке, верно?”


“Так точно, мистер. Он лежал вон там на земле. Вокруг никого не было. Он был мокрый, но я его зажег”. Она улыбнулась своей сообразительности и кивком указала на место дальше по переулку. “Половину сигары! Сегодня мой счастливый день. Сначала сигару, а потом немного выпивки. Пусть наступят хорошие времена!” Ее рот открылся, и она выдавила единственный смешок, который прозвучал как карканье рассерженной вороны. За этим последовал приступ влажного кашля, который сотрясал тело пожилой дамы до такой степени, что я подумал, что она разорвется на куски. Закончив, она шумно шмыгнула носом и выплюнула жирную на вид каплю под дождь. Она прислонилась спиной к дверному проему, вытерла нос тыльной стороной руки в полуперчатке и проглотила еще одну порцию ржаного хлеба, прежде чем бросить настороженный взгляд в мою сторону. “Вы уверены, что вам ничего не нужно от меня за выпивку, мистер? Вы попытаетесь воспользоваться мной, и Хантер разорвет вас на куски”.


“Я в порядке. Значит, вы ничего не знаете о женщине, которая была убита здесь на днях?”


“Убит, говоришь? Здесь?”


“Где-то в этом переулке”.


“Я ни хрена об этом не знаю, мистер. Это Божья правда. Вода прибивает к этому дверному проему”.


“С тобой все будет в порядке?”


“Конечно, мистер”. Она протянула мне фляжку. “Это помогает”. Она допила остатки виски, испустив долгий удовлетворенный вздох, когда закончила. Затем она поднесла фляжку к открытому рту и попыталась вытрясти оставшиеся капли.


”Беру свои слова обратно", - сказал я. Она опрокинула больше половины пинты.


“Конечно, мистер. Ты в порядке. Заходи в любое время. Возможно, в следующий раз я даже отсосу тебе”. Она натянула одеяло до шеи, прижалась спиной к дверному проему и закрыла глаза. Ее собака положила голову ей на ноги, все еще наблюдая за мной.


“Я буду иметь это в виду”, - пробормотала я. Через несколько секунд из глубины груди женщины донесся густой, звучный храп, который эхом разносился по ночи, как раскаты далекого грома.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава восьмая


Следующий час я провел, рыская по переулку в поисках улик, которые, как я знал, вряд ли найду. Хотя я был совершенно уверен, что нашел место, где было обнаружено тело адаро, я не нашел ничего, что указывало бы на то, как она умерла или кто ее убил. Но окурок сигары, который курила пожилая дама в дверях, подсказал мне, к кому мне нужно обратиться за дополнительной информацией, при условии, что он готов ее мне предоставить. Я вернулся домой довольный тем, что сделал за ночь все, что мог.


Я проснулся с восходом солнца после добрых трех с половиной часов безмятежного сна. После горячего душа и холодного завтрака я позвонил по номеру, доступ к которому, насколько я знал, был только у меня. Когда сообщение перешло на голосовую почту, я оставил сообщение: “Позвони мне, придурок”.


Предполагая, что “засранцу” потребуется некоторое время, чтобы перезвонить мне, я сделал еще один звонок на чуть более доступный частный номер. Ожидая, что придется оставить еще одно сообщение, я был удивлен, когда знакомый женский голос ответил после второго гудка.


“Саутерленд?” Детектив Лорел Калама, казалось, была удивлена моим звонком.


Я ссутулился в кресле и вытянул ноги под столом. “У тебя усталый вид. Ты достаточно хорошо спишь?”


“Я только что вернулся со встречи и еще не допил третью чашку кофе. В чем дело? Ты кого-нибудь убил?”


“Не я. Я звоню по поводу женщины Адаро, которую вы, ребята, нашли на днях утром”.


Калама немного помолчал, прежде чем спросить: “А что насчет нее?”


“У меня есть вопросы, если у вас есть время”.


“О, конечно, липучка. Это мирный город. Нам, членам убойного отдела, нечего делать, кроме как сидеть без дела, надеясь, что любопытные частные лица вроде вас позвонят нам поболтать ". День пролетает незаметно. ”


“В газете что-то говорилось о нечестной игре. Вы работаете над этим делом?”


“Этот? Наххх. Это слишком высокого уровня для нас, городских копов. Ворвались взрослые и отобрали его у нас ”.


Я этого боялся. “Значит, это у ЛИА?”


Калама фыркнул. “Мы слышали об этом от них”.


“Вы хотите сказать, что это Лиа нашла тело?” Я знал, как близко к сердцу Калама воспринял это, когда LIA взяла на себя юрисдикцию по делу об убийстве в Йерба-Сити. “Почему это их дело, а не ваше?”


Я услышал вздох Каламы. “Это адаро. Это делает это вопросом реальности”.


После того, как Повелители Драконов начали войну за захват контроля над Южным Нихонесом у земноводных адаро, которые доминировали в этих водах до того, как люди выползли из деревьев, выживших женщин-адаро выгнали из их разрушенных бомбежками домов на берегу океана и согнали в поселения в нескольких из Семи Королевств, включая одно в Плэсид-Пойнт. Они были объявлены ”охраняемым видом“ и содержались под ”защитной опекой" в качестве первого шага к их ассимиляции в более крупное сообщество. Жизнь в поселении не была идеальной, и некоторые адаро попадали в город, как правило, в рамках секс-бизнеса. Мужчины адаро, или “баксы”, которые не могли долго жить на суше, были выслежены военно-морскими силами и подвергнуты процессу, который представители правительства назвали “умиротворением”, а адаросы - ”геноцидом". Хотя я не знаю, много ли их поймали. Самцы адаро могут бесконечно выживать в самых глубоких уголках океана, в местах, куда не могут заходить даже самки адаро, не говоря уже об их охотниках. Наблюдения адаро мужского пола были чрезвычайно редкими. В своей жизни я встречала только одного мужчину Адаро, и он показался мне достаточно приличным болваном. Может быть, больше мускулов, чем мозгов, но благородный. И он спас мне жизнь, что сделало его настоящей героиней в моей книге.


“Я понимаю, что поселениями адаро управляют королевства”, - сказал я. “Но разве мертвый адаро в центре Йерба-Сити не является делом местной полиции?”


“Обычно”. Калама немного помолчал, прежде чем продолжить. “При обычных обстоятельствах Лиа передает дела, связанные с адаросом, нам. Должно быть, это дело как-то отличается”.


Когда детектив не стала вдаваться в подробности, я подсказал ей. “По-другому? Каким образом?”


Я почти слышал, как Калама пожимает плечами. “Не знаю. В любом случае, я не то чтобы не занят полудюжиной других дел”.


Я уставился в окно на серость за окном. Дождь прекратился, и от тротуара поднимался густой туман. Когда я ничего не ответил, Калама спросил: “Почему ты звонишь мне по поводу этого Адаро, липучка?”


“Она связана с расследованием, над которым я работаю”, - сказал я. Это была не совсем ложь. Я работал над расследованием, даже если меня не нанимали для этого ни в каком общепринятом смысле.


“Это верно? Что ты знаешь об этой девушке?”


“Ничего, кроме того, что я прочитал в газете”, - признался я.


“Ваш клиент вам ничего о ней не рассказывал?”


“Пока нет”. Я пожалел о словах, как только они слетели с моих губ.


“Пока нет? Что это значит?”


Я колебался. Я не хотел признаваться Каламе, что у меня не было законного права расследовать смерть адаро, и что я просто чесался, потому что в данный момент мне нечем было заняться в своей жизни. “Это долгая история”, - сказал я наконец.


“Вы знаете ее имя? Или что она делала в центре города?”


“Нет. Я надеялся, что вы сможете мне рассказать”.


“Это какой-то твой клиент. Ты хочешь сказать, что ничего не знаешь об этой нимфе? Совсем ничего?”


“Например, что?”


“Хм”. В голосе Каламы прозвучал скептицизм. “Пока давайте предположим, что вы не лжете единственному сотруднику полицейского управления города Йерба, который не потащил бы вас в комнату для допросов только за то, что вы спросили об этом конкретном деле. Это означает, что вы расследуете смерть человека, о котором ничего не знаете. Совсем ничего. Даже ее имени. И поскольку ваш клиент не предоставит вам никакой важной информации, вы надеетесь получить ее от меня, детектива отдела по расследованию убийств, хотя прекрасно знаете, что копы не делятся информацией о текущих делах с широкой общественностью. ”


“Когда ты так говоришь, это действительно звучит немного безумно”, - признался я.


“Дай угадаю, липучка. У тебя нет клиента. Никто не нанимал тебя расследовать эту мертвую нимфу. Ты прочитал об этом в газете, и тебе стало любопытно. Тебе не к кому обратиться за информацией о жертве, поэтому ты пытаешься вытянуть это из меня, потому что мы пару раз работали вместе, и потому что мы с мужем приглашали тебя в дом на барбекю. Можно подвести итог? ”


“У меня есть клиент. Просто у меня еще не было возможности поговорить с ним об этом деле”.


“О? И почему это?”


“Ну ...” Я прочистила горло, прежде чем продолжить. “Он пропал, и я еще не нашла его”. Как только я это сказала, я пожалела, что сделала это. Это прозвучало неубедительно даже для меня, и я почувствовала, как у меня потеплели уши, а кровь прилила к щекам. Я чувствовала себя двенадцатилетней девочкой, пытающейся объяснить маме, почему я прогуляла школу в тот день.


“Ты в порядке, липучка? В твоих словах мало смысла”.


Я пытался прийти в себя. “Согласно статье, которую я прочитал, полиция ищет Десятидюймового”.


“Верно. Бандит, который помог тебе убить Грэма”.


“Я не убивал Грэма”.


“Уверен, что нет. Когда ты в последний раз смотрел ”Десятидюймовку"?"


“Нет, с той ночи на пирсе”. Если не считать возможных пьяных галлюцинаций, но я не хотел вдаваться в это прямо сейчас. Этот разговор и так оказался достаточно неудобным. Я определенно был не в своей тарелке. Мне следовало бы вздремнуть еще пару часов, прежде чем звонить детективу.


“Но сейчас ты его ищешь?” Спросил Калама.


“Это я”, - сказал я. “Это ты?”


Я услышал вздох Каламы. “В духе сотрудничества Leea передала эту часть своего расследования смерти адаро полиции Нью-Йорка. Мы должны задержать субъекта живым, если это вообще возможно, и удерживать его до проведения расследования. Фактически, всем департаментам предлагается сделать поиск указанного подозреваемого приоритетным. Мы все очень взволнованы этим ”. Тон детектива, сочащийся сарказмом, противоречил ее словам. “Чертова ЛИЯ думает, что они управляют этим отделом ”.


Я сочувственно хихикнул. “Они думают, что управляют всем. Возможно, они правы”.


Калама фыркнул. “Хм! Зачем ты ищешь Десятидюймового? Ты хочешь сказать, что он твой пропавший клиент?”


“Когда я найду его, он собирается нанять меня, чтобы выяснить, кто убил адаро”.


“О, правда!” Калама звучал более чем скептически. “И зачем ему это делать? Вы двое все еще дружны?”


“Мы никогда не были близки. Некоторое время назад мы выпили несколько кружек пива, вот и все ”.


“Другими словами, ты снова убегаешь необдуманно. Зная вас, вы прочитали об убийстве нимфы, ваше любопытство взяло верх над вами, и теперь вы ищете кого-то, кто заплатит вам за то, чтобы найти того, кого вы все равно ищете. ”


Я поколебался секунду или две, прежде чем признать: “Возможно”.


“Верно. Удачи, липучка. Тебя тоже ищут копы и, возможно, несколько агентов LIA. Постарайся держаться подальше от перекрестного огня ”.


Калама отключила звонок, и я вздохнула. Я пожалела, что позвонила Каламе, и задалась вопросом, сколько ее уважения я потеряла из-за своей слабой попытки выудить у нее информацию. Детектив отдела по расследованию убийств был одним из самых умных людей, которых я знал, и, безусловно, одним из самых проницательных профессионалов правоохранительных органов, с которыми я когда-либо сталкивался. Однако, несмотря на мои промахи, я узнал пару вещей, о которых раньше не знал. LIA обнаружила тело и скрыла его от полиции. Это было необычно. И они отправили всю полицию Нью-Йорка на поиски Десятидюймовки. В какую переделку вляпался главарь банды? Почему ЛИА так стремилась найти его? И какая возможная причина могла быть у меня, чтобы ввязываться в роман, который явно был намного серьезнее, чем я думал, когда прочитал одноразовую статью о мертвой нимфе внизу пятой страницы моей местной газеты?


Я достал из ящика стола полупустую бутылку ржаного виски. Я с тоской уставился на нее. Было рано. Еще даже не было девяти часов. В последнее время я слишком усердно пил соус. Возможно, пришло время начать сокращать расходы и приводить себя в форму. Я ущипнул жировую складку, которая, казалось, выползла из ниоткуда за последние несколько недель и окружила мой живот. У меня не было запланировано ничего конкретного на оставшуюся часть утра, и мне пришла в голову блестящая идея потратить час на то, чтобы постучать по самодельному тяжелому мешку в моей прачечной. Я был необычайно доволен своим внезапным решением лучше заботиться о своем здоровье. Я был так доволен, что ограничился всего двумя глотками из бутылки. Я продержалась с сумкой целых десять минут, прежде чем пойти в душ. Ладно, может, и пять. Подайте на меня в суд.


Когда я вышла из душа, я заметила сообщение с незнакомым номером. Текст состоял из сообщения из четырех символов: “10 вечера”. “10” означало восемь. Заглавная “М” была кодом, указывающим мне, где встретиться. Я проверил время и был удивлен, увидев, что моя “тренировка”, какой бы она ни была, закончилась задолго до обеда. Вспомнив свой разговор с Грейси, я решил позаботиться об обязанности, которой слишком долго пренебрегал.


Сняв трубку, я набрал номер, который был у меня на быстром наборе. Усталый женский голос ответил после третьего гудка. “Это ты, Джек?”


“Может быть. Разве мы все для тебя не Джеки?”


“Есть валеты, и есть валеты. Чего ты хотел, Джек? Я думал, ты умер”.


“Забавно. Я был занят”.


“Ты хандрил”.


“Да, ну, может быть. Немного. Подумал, что мог бы привезти тебе что-нибудь из Хуасянь на вынос, если ты не против”.


“Ну разве ты не рыцарь в сияющих доспехах. Конечно, заходи. Если ты не против посмотреть, как я работаю”.


“Я не буду мешать?”


Я слышал, как она затягивалась сигаретой, которая, как я знал, свисала из уголка ее рта. “Ничего интересного”, - сказала она мне. “Просто оптимизирую кое-какой код. Я могу заняться этим, пока мы обедаем. Эй, можешь сделать мне одолжение? У меня закончился кофе. Я три дня процеживал воду через один и тот же осадок, и он слабее, чем у голодной мыши. Можешь купить немного по дороге? Немного восточноганских бобов, которые я люблю. О, и принеси мне еще пинту сливок. И кварту самогона. Подойдет любая марка. ”


“Горький кофе, сладкие сливки и дешевый виски. Понял”.


Я схватил шляпу и направился навстречу позднему утру.


***


Мы с Холли составляли список покупок, когда толаниканский бог завладел моей рукой и использовал ее, чтобы написать мне сообщение. Холли предложила приготовить мне особенное рагу из устриц, если я куплю необходимые ей ингредиенты. Я дочитал “Паприку” до середины, когда моя ручка начала выводить буквы крупным дрожащим почерком, который был не моим. Закончив, я бросил ручку и прочитал то, что написала моя рука.:


папрФРОНТ ДЕКСА ХОКТОРНА В ЭПИЗОДЕ 9 " ТОНИХГТ ТРОЯ "


Холли заглядывала мне через плечо, пока диктовала свой список, а теперь уставилась на меня широко раскрытыми глазами. “Что все это это значит?”


“Это означает, что дислексия Тандерберда улучшается”.


“Что?”


“Это долгая история. Вы, вероятно, захотите позировать для нее”.


Как только Холли удобно устроилась, я объяснил ей, как встретил Троя, десятилетнего бездомного тролля, который был воплощением Тандерберда, чрезвычайно могущественного толаниканского духа. Другой могущественный дух, известный как Ночная Сова, похитил Тандерберда из провинции Лакота и привез его в город Йерба, где, благодаря появлению миниатюрного воина-нирумби по имени Ральф, Тандерберд освободился и создал новую личность, молодого тролля с серьезным случаем экспрессивной афазии, из-за которой ему было трудно говорить. Кугуар, мое духовное животное, назвала его “мальчиком, который говорит задом наперед”, легендарной фигурой из древних народных сказок коренных жителей Толаники, и велела мне беречь его. С некоторой помощью Ральфа, Кроуфорда и меня "Тандерберд" смог одолеть "Ночную сову". По пути мы с Троем сблизились, и я даже подумывала об усыновлении мальчика. Из этого ничего не вышло. Ральф убедил меня, что мальчику нужно вернуться в Лакоту, где его можно было бы обучить полностью выполнять свою роль Тандерберда. Мне это не понравилось, но я знал, что Ральф прав.


Холли не была так уверена. “Был ли у Троя выбор в этом вопросе?” она спросила.


“Он ребенок. Детям не дано делать выбор”.


“Я не понимаю. У него есть семья в Лакоте?”


“В некотором смысле. Мальчика, которого мы называем Трой, не существовало, пока его не создал Тандерберд. Ральф сказал мне, что Тандерберд обычно проявляется в ребенке во время его рождения, но это была своего рода чрезвычайная ситуация. Он спешил, поэтому просто вызвал в воображении десятилетнюю Трою на месте. Но в Лакоте есть люди, которые происходят от очень древнего племени. У некоторых из этих людей из племени есть работа, я не знаю точно, как это сказать ... по ‘обслуживанию’ Тандерберда. Частично это включает в себя обучение ‘нового’ Тандерберда всякий раз, когда он обновляется. Я не знаю. Ральф все мне объяснил, но многое прошло мимо моей головы. В любом случае, эти люди позаботятся о Трои лучше, чем я когда-либо мог ”.


“Но как насчет того, что написано?”


Я усмехнулся над этим. “Да, это странно. Это называется автоматическое письмо, и, должен признать, оно немного пугает меня. Когда он хочет поговорить со мной, он берет мою руку и пишет записку. Можно подумать, он просто снимает трубку. Но от старых привычек, я полагаю, трудно избавиться, а он очень древний духом. ”


В этот момент Холли налила себе выпить и залпом осушила его. “Ты ведешь странную жизнь, детка. Что, если у тебя случайно не окажется ручки, когда… этот дух — Тандерберд — когда он хочет отправить тебе письмо?”


“Когда это случилось в первый раз, я нацарапал сообщение на стене своим ключом”.


Холли поежилась. “Фу! Напомни мне держаться подальше от тебя, когда у тебя в руках нож. Он часто с тобой разговаривает?”


“Нет. Ты же знаешь, какие дети. Они никогда не звонят. Они никогда не пишут ”.


Холли указала на мой список покупок. “Что это за посылка? Предполагается, что это Хоторн? Отель?”


“Ага. Похоже, мне нужно кое-что забрать там в девять часов”.


“Почему?”


Она должна была спросить. Я не мог винить ее. Мы стали очень близки за короткий промежуток времени. Ужин, который она хотела приготовить для меня, был приурочен к нашей месячной годовщине, тридцати дням с того вечера, когда мы встретились в ее клубе. Это был настоящий вечер. Мы оказались у нее дома после того, как она ушла на ночь, и, не теряя времени, познакомились поближе. Гораздо лучше. Я пригласил ее позавтракать после того, как мы вышли подышать свежим воздухом на следующее утро. Прошло тридцать дней, а мы все еще вели себя как пара одурманенных подростков и наслаждались каждой минутой.


Но были вещи, о которых я не хотел ей говорить. Не мог ей сказать. Кое-что о старом эльфе и о схеме, в которую он втянул меня за последние пару лет. Возможно, нам следовало поговорить обо всем этом, но мы так и не поговорили. Я сказал себе, что ей лучше не знать, что для нее будет безопаснее, если она останется в неведении. Как и большинство людей, Холли слышала сказки о злобных эльфах, которые пировали за счет своенравных детей, истории, которые родители рассказывали своим детям, чтобы запугать их и заставить повиноваться. Она также читала страшилки и смотрела зловещие фильмы о кровососущих эльфийских монстрах, которые по ночам бродят по улицам, охотясь на слабых и неосторожных. Но это были всего лишь фантазии, и Холли, как и большинство людей, верила, что эльфы были древним видом, давным-давно истребленным Повелителями Драконов и их союзниками-троллями.


Я не хотел, чтобы Холли знала, что я встретил эльфа и что я перед ним в большом долгу. Дар эльфа магического чутья не только не раз спасал мне жизнь, но и каким-то непонятным для меня образом вмешивался, когда ведьмин яд оставлял меня на пороге смерти. После того, как он помог ведьме вернуть меня обратно, я никогда не была до конца уверена, была ли я спасена от смерти, или я буквально умерла и каким-то образом была возрождена. В любом случае, теперь я был вовлечен, более или менее против своей воли, в план эльфа по свержению Повелителей Драконов, включая нашего собственного лорда Кетц-Алквата. Ральф был частью этого плана. Как и Трой, и я знала, что его сообщение мне о посылке, которую я должна была забрать в отеле "Хоторн", тоже было частью этого. Это был долгосрочный план, и я не был посвящен ни в одну из важных деталей. Моя роль в этом грандиозном заговоре была небольшой, но часто это могло быть неудобно, не говоря уже об опасности. Давайте посмотрим правде в глаза: повелителям Драконов было нелегко сдаться. Что касается меня, то мне было все равно, так или иначе. Я не имел ничего особенного против Повелителей Драконов. Они никогда особо не беспокоили меня, по крайней мере, напрямую. Но если старый лорд Кетц когда-нибудь узнает, что я участвовал в заговоре против него, моя жизнь не будет стоить и ломаного гроша. И что еще хуже, эльф был в сговоре с синдикатом Хэтфилдов, повелителями подземного мира. Что означало, что я тоже был в сговоре, хотя я изо всех сил старался держать их на расстоянии вытянутой руки, когда это было возможно. Конечно, все было сложно, и я не хотел, чтобы Холли что-то понимала во всем этом. Я убедил себя, что чем меньше она будет знать, тем лучше для нее.


Я должен был знать, что никакие хорошие отношения не выдержат секретов, подобных тем, которые хранил я. Возможно, я действительно это знал. Когда она сказала мне, что все кончено, не могу сказать, что был удивлен. Учитывая все обстоятельства, возможно, это было к лучшему. Безопаснее для Холли, удобнее для меня. Но от этого не стало меньше больно, когда она ушла от меня навсегда.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава девятая


Я прибыл в непритязательную, почти неприметную мастерскую главного компьютерного мастера Йерба-Сити в половине первого с сумкой, полной Huaxian, и вошел без стука. Блуждающая в облаках, в бесформенном фланелевом платье, в котором она, вероятно, спала, казалось, была прикована к инвалидному креслу за компьютером. Я знал, что у нее была маленькая квартирка, примыкающая к магазину. Я также знал, что она использовала его не более чем для сна. В то утро она выглядела так, словно ее не было в квартире всю ночь. Ее неподвижные глаза были остекленевшими и тусклыми. На кончике сигареты, торчащей у нее изо рта, над небольшой кучкой пепла на столешнице ненадежно свисал дюйм пепла. Двигались только ее пухлые пальцы, слишком быстрые, чтобы уследить невооруженным глазом, когда она стучала по клавиатуре.


Она говорила, не поднимая глаз. “Я в ударе, Джек. Будь ягненком и приготовь кофе, ладно? Еда пахнет великолепно. К тому времени, как кофе будет готов, я буду готов есть ”.


“Тянуть всю ночь?”


Уокс не потрудился ответить.


Я ставлю картонные контейнеры с едой Хуасянь на ее рабочий стол рядом с компьютером. “Грейси передает привет. Она говорит, что мы оба пара отшельников и что нам нужно чаще бывать на улице”.


Компьютерный волшебник продолжала печатать, ее глаза по-прежнему были прикованы к экрану. “Выбирайся чаще? Куда мне прикажешь идти? Танцевать? Тело ниже пояса бесполезно. Однажды ты поднял меня на танцполе. Мне не нужно заставлять тебя проходить через это снова. ”


“Это было весело”.


“Угу”, - рассеянно пробормотала она. Она печатала так и не замедлившись.


“Грейси также говорит, что я пренебрегал тобой. Прости”.


“Джек?” Компьютерный волшебник по-прежнему не поднимал глаз.


“Прогулки?”


“Заткнись на хрен и сделай мне кофе. Я осушил свою последнюю чашку несколько часов назад и собираюсь пожевать гущу. И не поскупись на сливки ”.


Пока она продолжала печатать, я прошел мимо коробок с подержанным электронным оборудованием к столу, где Уокс держала свою кофемолку и кофейник. После того, как я закончил перемалывать зерна, мое внимание привлекло ... нечто странное. Какое-то ощущение. Шум? Нет, это было больше похоже на прекращение почти неслышимого фонового звука. Как когда воздух, который весь день тихо струился из вентиляционного отверстия кондиционера, внезапно перестает поступать. Или, может быть, это было больше похоже на беззвучный взрыв глубоко в затылке. Что бы это ни было, ощущение показалось мне каким-то знакомым, хотя я не могла понять, что это было. Что-то в комнате.... Я прекратила то, что делала, и закрыла глаза. В своем воображении я вызвал мысленные образы символов, связав их вместе в определенный узор. Когда я открыла глаза, я увидела мир элементалей воздуха, наложенный на тусклый свет магазина Walks's. Я видел, как воздух плывет по комнате, увлекая за собой пылинки вялыми потоками. Я осмотрел комнату от одной стороны до другой.


Там! Под потолком над головой и позади Гуляет крошечный элементаль воздуха, который больше не двигается сам по себе, дрейфуя вместе с пылинками. Крошечный дух, сферический пузырек размером не больше кофейного зерна, осознав, что я его заметил, метнулся к входной двери магазина. Инстинктивно я сформировал в своем сознании символ и выкрикнул команду: “Стой!” Элементаль замедлился, но я чувствовал, что он сопротивляется моей воле. Я переориентировался, но в следующую секунду почувствовал, что моя связь со стихией оборвалась. В одно мгновение дух вылетел через незаметный шов в дверном проеме и потерялся для внешнего мира.


Уокс перестал печатать. “Что случилось? Почему ты кричишь?”


Я вздохнул. “Элементаль воздуха. Я думаю, он был под чьим-то контролем. Либо так, либо он был сильнее, чем казался. Он сбежал ”.


Глаза компьютерного волшебника сузились. “Элементаль? Здесь?”


“Оно наблюдало за твоей работой. У него был хороший обзор твоего экрана”.


Ходит, нахмурившись, раздавив сигарету в пепельнице, уже заполненной окурками. Она протянула руку назад и перекинула конец длинной черной косы через плечо на колени. “Оно не могло увидеть ничего важного. Я просто подтягивала кое-какие программы для клиента. Рутинное дерьмо. Ничего особенного ”. Она рассеянно погладила свою косу.


Я покачал головой. “Неизвестно, как долго элементаль наблюдал за тобой. Ты работал над чем-нибудь необычным или чувствительным за последние несколько дней? Или недель?”


Морщины на лбу компьютерного волшебника стали глубже. “О боже”.


“Что?”


Уокс нажала несколько клавиш и щелкнула компьютерной мышью. Она покачала головой. “Может быть много чего. Я был занят некоторое время, и кое-что из этого дерьма очень деликатно. ”


“Что-нибудь конкретное?”


Она несколько секунд обдумывала вопрос, пропуская косу сквозь пальцы. “Трудно сказать. Это будет зависеть от того, кого это заинтересует”.


Я обдумал проблему. “Вы работали сегодня над чем-нибудь, что могло бы вызвать проблемы?”


Уокс покачала головой. “Я так не думаю. Как я уже сказал, обычная ерунда. Страховая компания обновляет свое программное обеспечение, и новый код, который они разработали, довольно неуклюжий. Они наняли меня, чтобы я сделал это более эффективным. Но в этом нет ничего, что могло бы заинтересовать кого-либо за пределами ИТ-отдела компании. Я первым делом взялся за это сегодня утром и как раз заканчивал. Это единственное, над чем я сегодня работал. ”


Я выдохнул. “Тот, кто послал элементаля, вероятно, следит за тобой в поисках чего-то определенного. Они, вероятно, наблюдали за тобой несколько дней. Должно быть, у них еще нет ответов, которые они хотят, иначе вы бы все еще не были под наблюдением. Думаю, я прогнал их жучка, прежде чем он обнаружил что-нибудь полезное. ”


Компьютерный волшебник перекинула косу через плечо и постучала по крышке своего рабочего стола. “Это нехорошо. Важные люди приходят ко мне, потому что доверяют, что я сохраню их дерьмо в тайне. У меня здесь есть всевозможное снаряжение, защищающее от нежелательных вторжений, как электронных, так и магических. И от элементалей тоже. Ни один элементаль не должен был проникнуть в мою систему безопасности. ”


“Эта была крошечной. И очень тихой. Ее почти невозможно было обнаружить ”.


На круглом лице Уолкса появилась натянутая улыбка. “Вы это заметили”.


“Я в порядке”.


“Я знаю”.


“Действительно хорошо”.


“Я знаю”.


Я встретился взглядом с темными глазами компьютерного волшебника. “Тот, кто послал этого элементаля, лучше”.


Уокс перестал улыбаться. “У вас есть какие-нибудь предположения, кто это отправил?”


Я покачал головой. “Нет. Многие элементалисты лучше меня. Но я предполагаю, что все они работают на влиятельных людей ”.


“Или правительственные учреждения?”


Я кивнул. “Это тоже возможно”.


Уокс уставилась на экран своего компьютера, как будто искала в его глубинах личность незваного гостя. Через несколько мгновений она подняла глаза и встретилась со мной взглядом. “Привет, Джек. Ты же не думаешь...”


Я снова посмотрела в темные глаза компьютерного волшебника. “Вещь, которую ты припрятал?”


Ходит, опустив глаза. “Яйца господни”, - пробормотала она себе под нос.


Я подумал, что у Лорда и впрямь яйца набекрень. Формула овеществляющего агента Альфа. Вещество, необходимое толаниканскому Повелителю Драконов, чтобы обзавестись новым маленьким союзником-драконом. Формула, которая была уничтожена и, несмотря на все усилия инженерных умов по всему миру, так и не была воспроизведена. Формула, которая только ходит, и я знал, что она все еще существует где-то в самых глубоких скрытых тайниках духовного царства Облака.


“Вы не обращались к нему в последнее время, не так ли?” Я спросил.


Уокс открыл контейнер с жареной на сковороде уткой со специями и рисом. “Я не прикасался к ней с тех пор, как спрятал. Думаешь, мне стоит заглянуть туда и убедиться, что она все еще там?”


“Нет. Это безопасно, верно?”


“Более безопасного места быть не может”. Используя палочки для еды, компьютерный волшебник зачерпнул небольшой кусочек утки. “Ммм. Это вкусно!”


“Тогда оставь это. Если кто-то смотрит, ты не хочешь показывать им дорогу”.


Ходит нахмурившись. “Пока ты не прогнал этого элементаля, я и мечтать не мог, что кто-то может вот так заглядывать ко мне”. Она полезла в ящик картотечного шкафа и вытащила устройство, в котором я узнал высококачественный портативный детектор насекомых. “Хочешь помочь мне осмотреть это место?”


Я кивнул. “Звучит как отличная идея”.


“Я проверю, нет ли электронного наблюдения. Ты проверь, нет ли духов-шпионов”.


Я мысленно вызвал в воображении соответствующие символы и начал сосредотачиваться на них. “Я могу определить любых элементалей воздуха, которые могут быть в комнате, “ сказал я, - но я не использую землю, воду или огонь”.


“Все в порядке, Джек. Делай, что можешь”. Уокс начала медленно размахивать детектором "жучков" над своим столом, сосредоточившись на электроприборах, электронном оборудовании и других местах, где можно найти подслушивающее устройство или миниатюрную камеру.


Я прошелся по мастерской, исследуя каждый уголок. Я смог заметить крошечного элементаля воздуха с расстояния нескольких ярдов и был уверен в своей способности обнаружить любых других похожих духов, которые могли бродить поблизости. Я также искал физические свидетельства присутствия других типов элементалей: комки грязи, маленькие лужицы воды, необычные источники тепла. Я искал аномалии, которые могли бы указывать на присутствие магии или потусторонних порталов, хотя я знал, что Уоки-токи будут более чувствительны к присутствию сверхъестественного, чем я. Тем не менее, я хотел быть тщательным. Магазин был небольшим, и после двадцати минут осмотра я был готов объявить, что в помещении чисто.


То есть о жуках. Опустившись на колени в дальнем углу магазина, я подняла с пола древнюю треснувшую кофейную кружку и понюхала ее. Судя по размеру отложений плесени внутри чашки, я заключила, что ею не пользовались несколько месяцев. “Эй, Уокс!” Крикнула я через всю комнату. “Как часто в вашем магазине убирают?”


“У кого есть время убираться?” - последовал ответ.


“У вас нет службы?”


“Я не хочу, чтобы кто-то копался в моих вещах”.


Я встала и выбросила кружку в ближайшую корзину для бумаг. “Я выхожу пустой. Ты что-нибудь нашел?”


Уокс, которая прокатилась из одного конца магазина в другой, вернулась на свое место за рабочим столом. “Не-а, Джек. Я не беру в руки ничего электронного или волшебного. Дух Облака уверяет меня, что мне ничто не угрожает. Вся моя охрана на месте и работает. Я думаю, у нас все в порядке. Давай поедим, пока еда не остыла. ”


Я пододвинул стул к другой стороне рабочего стола от компьютерного техника и открыл упаковку яичных рулетов. “Ты спрашивал Духа Облака о элементале, которого я выгнал отсюда?”


“Она озадачена этим. Она говорит, что изучает это”.


“Она озадачена? Звучит не очень хорошо”. Я откусила половину яичного рулета, который теперь был намного менее теплым, чем когда я его покупала.


“Духи воздуха не должны были проскользнуть мимо нее. Она сама дух воздуха, примерно такой же могущественный, как они. Хорошая новость в том, что она должна быть в состоянии довольно легко его выследить. Возможно, нам удастся выяснить, кто это отправил. ”


Я задавался этим вопросом. Облачный Дух был для "Прогулок по облакам" чем-то большим, чем просто дух-проводник. Связь между ними была старше и сильнее, чем отношения между Кугуаром и мной. Уокс была чем-то вроде жрицы Духа Облака, который дал ей ряд сверхъестественных даров и защиту в обмен на ее службу. И ее ноги. Но если элементал смог проникнуть в это защищенное пространство незамеченным и следить за компьютерным волшебником неопределенное время, он также мог бы избежать попыток Духа Облака найти его. Подвергать сомнению способности могущественного духа с ее преданной квазижрицей не показалось мне разумным поступком, поэтому я промолчала и откусила еще яичный рулет.


Мы запивали остатки "Хуасянь" крепким ганским кофе, когда раздался стук во входную дверь. Мы с Уоксом посмотрели друг на друга. Бизнес компьютерного волшебника не был указан ни в каких справочниках, и у ее входной двери не было никаких знаков или пометок любого рода. Ее деятельность обслуживала эксклюзивную клиентуру. Мало кто мог позволить себе ее услуги, и она соглашалась работать с еще меньшим количеством клиентов. Новые клиенты приходили к ней только по рекомендации.


“Ты кого-нибудь ждешь?” - Спросила я.


“Неа. Скорее всего, ничего особенного. Возможно, амбициозный адвокат. Просто не обращай на это внимания ”.


Стук повторился, и когда дверная ручка повернулась, я встала, чтобы встретить того, кто мог войти. В животе у меня образовался лед, когда я увидела, кто это был.


“Детектив Модок”. Я подавил рычание.


Глаза детектива с детским личиком впились в меня, когда он улыбнулся. “Приятно было встретить тебя здесь, пипер. Давно не виделись”.


“Недостаточно долго. Что ты здесь делаешь?”


Взгляд Модока скользил по магазину Клауда, пока он медленно пробирался внутрь. “Случайно оказался по соседству и подумал, что стоит подумать о покупке нового компьютера”.


Ходит и говорит над своей кофейной чашкой. “Тогда вы обратились не по адресу. Я не продаю компьютеры, мистер”.


“Это детектив. Детектив Модок. Из участка Плэсид Пойнт”.


Уокерс поставила чашку и указала налево. “Плэсид Пойнт в той стороне, детектив. Примерно в двух кварталах вниз по улице. Это Нихониз Хайтс. Вы находитесь вне своей юрисдикции. ”


“В наших двух департаментах нет привередливости. В конце концов, мы все являемся частью полиции большого города Йерба ”. Он кивнул в мою сторону. “Вчера этот человек сбежал из-под нашей опеки, и мне было поручено вернуть его. Но у вас нет причин вмешиваться ”.


Он повернулся ко мне. “Пойдем тихо, Саутерленд. Мы можем сделать это легким путем, а можем и трудным. В любом случае, ты пойдешь со мной, но мне бы не хотелось, чтобы мы в процессе испортили магазин этой милой женщины-калеки.”


Жар поднялся от моей шеи к щекам, и я почувствовала, как кровь прилила к вискам. “Почему бы нам не выйти на улицу, Модок”.


У "Блуждающих в облаках" были другие идеи. “Никто никуда ничего не забирает”, - сказала она. Взгляд Модока переместился в ее сторону, и я обернулась, чтобы увидеть компьютерного волшебника, наставляющего обрез на детектива. “Убирайтесь из моего магазина, мистер, или этот "калека’ уронит вас на месте”.


Если Модок и был встревожен, увидев дуло дробовика, он этого не показал. “Вы планируете застрелить полицейского, мэм? Я бы не советовал. Наша правоохранительная система недоброжелательно относится к убийцам полицейских, и ваше кресло не вызовет у вас никакого сочувствия. ”


Уокерс опустил ствол дробовика на несколько дюймов. “Может быть, я выну тебе колени, и ты найдешь себе собственный стул”.


Глаза Модока сузились, а губы сжались. “Мэм, опустите пистолет, пока у вас не возникли настоящие неприятности”.


Уокс поднял ствол так, что он был направлен Модоку в лицо. “Не, забудь о коленях. Думаю, вместо этого я просто разнесу твою гребаную башку”.


Глаза Модока обрели разум. “Ты позволишь даме-калеке сражаться за тебя? Ты больший слабак, чем я думал, Саутерленд”.


“Это ее магазин”, - сказал я. “Насколько я понимаю, она защищает его от незваного гостя. Так или иначе, это не мое дело”.


Детектив секунду пристально смотрел на меня, прежде чем выдохнуть. “В другой раз, Саутерленд”. Он повернулся спиной к направленному в его сторону рассеивающему оружию и, не торопясь, вышел за дверь.


Уокс опустил дробовик. “Он был груб”.


“Эта штука заряжена?” Я спросил.


Она нахмурилась, глядя на меня. “Конечно, он заряжен. Я бы не смог причинить большого вреда, если бы это было не так, не так ли?”


“Ты бы действительно нажал на курок?”


Ее лицо расслабилось. “Я женщина-инвалид, живущая одна в захудалом районе, Джек. Если бы он подошел на шаг ближе, я бы разрядила оба ствола в его красивое лицо. Тогда я бы попросил тебя забрать тело и выбросить его в мусорное ведро на заднем дворе. И тогда я бы перезарядил свой пистолет для следующего ублюдка, который пришел в мой магазин без приглашения и назвал меня калекой ”.


“Ты думаешь, он красивый?”


Она улыбнулась. “Если бы он не был таким придурком, я бы позволила ему поцеловать меня”.


“Ха. А я-то за тебя волновался”.


Ходит нахмурившись. “На твоем месте я бы больше беспокоился о спасении твоей собственной шкуры. Он пришел сюда ради тебя, а не за мной. И я не думаю, что ты ему сильно нравишься. Что ты с ним вообще сделала?”


“Ничего. Он и его напарник, старший детектив по имени Симс, подобрали меня вчера за переход улицы”.


“Ты издеваешься надо мной”.


“Нет”. Я рассказал ей о мертвом Адаро и Десятидюймовом, и о том, как меня схватили копы возле квартиры гангстера. Я также рассказал ей о том, как Любанк освободил меня из-под стражи.


Когда я закончил, Уокс покачала головой. “Так как же он узнал, что ты здесь?”


“Хороший вопрос. Интересно, это как-то связано с тем элементалем, которого я спугнул ”.


Ходит нахмурившись. “Возможно. Но зачем копам Плэсид-Пойнта держать меня под наблюдением?”


Я пожал плечами. Для меня это тоже не имело никакого смысла.


Уокс посмотрела на свой дробовик. “В любом случае, мне нужно хорошенько поговорить с Духом Облака. Предполагается, что она обеспечивает безопасность этого места”. Она посмотрела на меня. “А пока тебе нужно остерегаться этого придурка-копа. То, как он смотрел на тебя, не имело никакого отношения к полицейским делам. Здесь происходит что-то личное ”.


Это был хороший довод. Я попыталась отмахнуться от него, но перспектива постоянно быть настороже от безмятежного городского полицейского со стояком для меня была чем-то таким, к чему я не могла позволить себе относиться легкомысленно. Я открыла свой собственный контейнер с уткой со специями и рисом, к которому еще не притрагивалась. Я уставилась на него на мгновение и вместо этого потянулась за бутылкой ржаного пива, которую принесла с собой. Я плеснул немного в свой чуть теплый кофе и сделал большой глоток. Горький кофе и дешевый виски. Бывало и похуже.


OceanofPDF.com

Глава десятая


Когда Холли впервые увидела Задиру, она излучала похоть. Было ли это по отношению ко мне или к могущественному элементалю воздуха, вряд ли имело значение. Она была мгновенно очарована не только первобытной силой стихии, но и моей способностью вызывать ее и командовать ею. Я объяснил ей, что Задира взял на себя роль моего личного опекуна и защитника и что он всегда был под рукой, когда я звонил.


Она зачарованно смотрела на двенадцатифутовую динамо-машину бурлящей ярости. “Она прекрасна”, - наконец произнесла Холли.


“Это”, - напомнил я ей. “У элементалей нет пола, помнишь? И почему ты думаешь, что это ”она"?"


“Посмотри на эту неприкрытую турбулентность”, - ответила она. “Это именно то, что я чувствую внутри себя все время”.


Я отстранился и критически оглядел ее. Даже в состоянии эйфории она казалась достаточно спокойной. “Это не заметно”, - сказал я.


“Это то, что делают женщины”, - сказала она мне. “В нас столько энергии. Но когда мы маленькие девочки, нам говорят сидеть тихо и вести себя как леди. Когда мы растем, нам говорят, что агрессивное поведение не подобает леди. Позвольте мужчине высказаться первым. Поддержите. Не выставляйте его напоказ. Не соревнуйтесь с ним. Не ставьте его в неловкое положение. Поэтому мы держим всю нашу агрессию под контролем, а всю нашу энергию - в бутылках. И когда мы больше не можем держать это внутри, когда мы взрываемся, тогда нас называют истеричками. Говорят, у нас был инг-бинг, истерика. Или что мы сошли с ума. ”


“Думаю, я останусь мужчиной. Это не так сложно”.


Она повернулась ко мне с ироничной усмешкой. “Ты так думаешь? Ты делаешь то же самое, ты знаешь. Со своими эмоциями. Особенно со своими более нежными эмоциями. Ты такой замкнутый. Ты держишь все внутри. Ты ведешь себя так, словно у тебя вообще нет эмоций. ”


“У меня есть эмоции”, - запротестовала я.


“Я знаю, что любишь, дорогая. Тебе просто не нравится, когда они это показывают”.


“Ты хочешь, чтобы я плакал?”


“Конечно, я бы так и сделал, если бы тебе захотелось”.


“Мне никогда этого не хотелось”.


“Да, ты любишь, дорогая. Часто. Впрочем, ты такой же, как большинство мужчин. Даже хуже. Ты все время пытаешься быть таким жестким. Ты не доверяешь эмоциям. Ты думаешь, они только для женщин и неженок. ”


“Мужчинам нехорошо поддаваться эмоциям”, - объяснила я ей самым рассудительным тоном. “Это делает их опасными. Когда мой отец поддавался эмоциям, нам с мамой приходилось прятаться в ванной. Конечно, тогда он обычно был пьян. Потом, когда он отсыпался, моя мама спешила убрать все разбитое стекло и сломанную мебель, чтобы он снова не разозлился, когда выйдет и увидит это ”.


Холли смотрела на меня с интересом, как ученый, изучающий новый вид насекомых. “Кто самый эмоциональный мужчина, которого ты знаешь?” Она спросила меня.


Я задумался над вопросом. “Лубанк, я полагаю. Большую часть времени он зол как шершень”.


“Хммм .... Вы когда-нибудь замечали, что, когда вы думаете об эмоциях у мужчин, единственное, о чем вы говорите, - это гнев?" Ты думаешь, это потому, что гнев - единственная эмоция, которую твой отец когда-либо выражал по отношению к тебе? Может быть, именно поэтому ты боишься показывать свои эмоции. Гнев - единственная эмоция, с которой ты знаком. ”


Я помню, как я рассердился на это. “Я не боюсь показывать свои эмоции”.


Она улыбнулась этому. “А ты нет?”


Я с трудом удержался от ответа, перевел дыхание и обратил свое внимание на Задиру, сдерживаемую бурю, нарушающую спокойный полдень, как разрыв в ткани вселенной. “Знаете ли вы, что Задира может генерировать достаточно энергии ветра в непосредственной близости, чтобы перевернуть небольшой автомобиль?" Однажды я увидел в Интернете фотографию пластиковой соломинки, которую торнадо вбил в дерево, как гвоздь.”


Через мгновение я почувствовал нежную руку на своем плече. Холли опустила ее так, что схватила меня за руку выше локтя. “Покажи мне!”


Когда я повернул голову и увидел ее лицо, оно озарилось сиянием, которое показалось мне похотью.


“Хорошо”, - сказал я, улыбаясь. “Пойдем, опрокинем что-нибудь.


***


После того, как Уокс поела, ей не терпелось вернуться к работе. Я доставил неприятности к ее порогу и чувствовал себя виноватым из-за этого, но знание того, что она могла позаботиться о себе, заставило меня почувствовать себя немного лучше, предоставив ее самой себе и продолжая свой день. У меня была назначена встреча на восемь часов на старом пирсе Плэсид Пойнт с опасным маленьким человеком, и я хотел немного поработать, пока есть такая возможность.


Вернувшись домой, я попытался найти какую-нибудь информацию о Модоке. Простой поиск в Интернете не дал ничего полезного о детективе Лайонеле Модоке. Последние три года он работал в участке Плэсид-Пойнт, но я не нашел никакой информации о том, где он был до этого. Казалось, что он вообще не появлялся в социальных сетях, что могло показаться странным для молодого симпатичного полицейского, но и неслыханным это не было. Я недостаточно хорошо знал Модока, чтобы знать, как он проводит свободное время, но он не произвел на меня впечатления человека, который много времени печатает на компьютере.


Я также искал информацию о симсах и обнаружил, что детектив Сэмюэл Симс приезжал в Плэсид-Пойнт только прошлым летом. Он перевелся из города Юма в провинции Юма, где работал детективом в отделе особых преступлений. Дальнейшие исследования показали, что Симс пробыл в Юме недолго, всего несколько месяцев, и что он служил в необычно большом количестве департаментов в западной Толанике, часто всего несколько недель и никогда более трех лет. Я искал объяснения его частым переводам: разногласия, понижения в звании, что-нибудь, что могло бы указывать на конфликтное поведение по отношению к его коллегам-полицейским или начальству. Я ничего не нашел. На самом деле, на каждой из своих остановок он носил звание детектива или старшего детектива. Я удивилась этому, но прежде чем я смогла углубиться в свои исследования, меня прервал рингтон моего телефона.


Дочь Джио, Джемма, сказала мне, что у нее есть дополнительная информация о карте шторма, которая должна была представлять мое состояние.


“Я поговорила со своей учительницей”, - сказала она мне. “Она говорит, чтобы я не волновалась. В эти дни эту карточку часто читают”.


“Имеет смысл”, - сказал я. “На улице идет довольно сильный дождь, и, похоже, он не прекратится в ближайшее время”.


“Верно”, - согласилась она. “Но....”


“Что-то большее?”


Ее голос звучал неуверенно. “Да. Я имею в виду, может быть. Помнишь, когда ты был здесь раньше, ты взял карточку и некоторое время держал ее, разглядывая? Ну, когда ты это делал, ты оставил немного своего масла для кожи на карточке, и, что ж, я смог использовать это для более детального прочтения. Надеюсь, ты не возражаешь. ” В ее последнем поспешном комментарии я услышал извинение в ее голосе. “Миссис Келии говорит, что неэтично брать у людей такие материалы, как волосы, ногти или кожный жир, без их ведома”.


“Все в порядке”, - сказал я. “Хотя тебе следовало сначала спросить у меня разрешения”.


“Я знаю. Мне жаль. Но я хотел убедиться, что карты не пытались тебя о чем-то предупредить ”.


“И?”


“И, ну ...” Джемма заколебалась, как будто не знала, как продолжить. “Ну, я имею в виду, я не уверена, но, я имею в виду, у меня плохое предчувствие”.


“Джемма? Твой папа знает, что ты разговариваешь со мной?”


Я услышал, как она судорожно вздохнула. “Я ему не говорила. Ты ведь не скажешь ему, правда? Я имею в виду, я только что закончила читать и подумала, что должна позвонить тебе прямо сейчас ”.


Мне не понравилось, как это звучит. Может, Джемма и была ребенком, но я не сомневался, что у нее был дар ведьмы. “Хорошо. Что ты нашел?”


Голос Джеммы стал серьезным, и ее нерешительность исчезла, когда ее слова долетали до меня слишком быстро, чтобы я могла уследить. “Шторм необычный. За этим стоит потустороннее влияние. Мощное. С Запада. Или Юго-запада. В любом случае, это связано с Нихонским океаном. Но шторм опасен. И не только для всех, но и для тебя в частности. Я вижу… Я вижу смерть. Для тебя. Не наверняка. Но возможно. Это ... это зависит от ... от других вещей. ” У нее перехватило дыхание. “Извините, мистер Саутерленд. Многое мне непонятно. Но вы должны быть осторожны. Карты говорят, что вам угрожает опасность от кого-то, кто, как вы думаете, на вашей стороне. По крайней мере, я думаю, что они так говорят. Я могу ошибаться. Так что ... так что будьте осторожны, мистер Саутерленд. Остерегайся неожиданного предательства. Предательство во время сильного шторма. Я пока не очень хорош в этом, но это то, что я вижу. Хорошо? ”


Я постарался придать своему голосу улыбку. “Не волнуйся, Джемма. Я всегда осторожен. Но сейчас я буду еще осторожнее. Спасибо тебе”.


“Ты ведь не скажешь папе, правда? Он сказал мне, что я не должна пользоваться этими карточками без присмотра учителя”.


“Я не скажу твоему отцу, но он прав. Больше не используй карточки без присмотра учителя. Ты сам сказал, что эти карточки - не игрушки. Плохие вещи случаются с людьми, которые используют их без надлежащей подготовки. Ты меня слышишь?”


“Да, мистер Саутерленд. Я слышу вас. И я обещаю”.


“Ты обещал раньше. На этот раз ты должен быть действительно серьезен”.


“Я знаю. И я делаю. Я больше не буду читать без своего учителя ”.


Мы еще немного поболтали, и я отключился. Предупреждения Джеммы были слишком расплывчатыми, чтобы действовать в соответствии с ними, и я не могла подозревать всех, кого я знала, в том, что они имеют на меня зуб, но я бы постаралась быть особенно осторожной и не доверять людям во время этого шторма. Это было бы несложно. Я и в лучшие времена не был склонен доверять слишком многим людям.


Я решил собраться с мыслями на вторую половину дня и проветрить голову, ударив кулаком по тяжелой сумке в моей прачечной. На этот раз я продержался добрых пятнадцать минут и был доволен собой, когда пошел в душ. Я знал, что был далек от идеальной формы, но пятнадцать минут - это лучше, чем пять или даже десять. Когда я вытерся и оделся, я отпраздновал это парой глотков из своей фляжки — но всего парой! После этого пришло время готовиться к поездке в Плэсид-Пойнт, что в основном означало поджарить чизбургер на ужин и убедиться, что моя фляжка наполнена.


***


Я прибыл на парковку заброшенного пирса в восемь пятнадцать. Где-то за толстым слоем облаков солнце стояло низко на западе неба. Шел небольшой дождь, и ветерок, дувший с океана, был тяжелым от холодной морской воды. Я не знал, пользоваться ли зонтиком, чтобы защититься от дождя, падающего сверху, или от океанских брызг, летящих мне в лицо, поэтому я сказал “к черту” и оставил его в зверомобиле. Я низко надвинул шляпу на лоб, глубоко засунул руки в карманы плаща и направился через стоянку к пирсу.


Даже с моим магически усиленным восприятием темная фигура, похожая на пень, на дальнем конце пирса была практически неразличима в тумане, пока я не оказался почти на ней. Даже тогда все, что я мог видеть, - это светящийся кончик сигары, торчащий из-под капюшона толстого серого пальто. Из глубины капюшона раздался голос, звучащий так, словно он исходил от двенадцатилетнего подростка, постоянно курящего сигарету: “Ты опоздал”.


“Я тоже мокрый. Ты мог бы выбрать место для встречи получше. И ночь получше”.


“Это место безопасно. Мы узнаем о любом приближении задолго до того, как они смогут приблизиться, и я уже проверил пирс на наличие устройств наблюдения. И в Йерба-Сити нет лучших ночей. Как ты живешь в этой дыре? Я не имел удовольствия провести теплый вечер с тех пор, как уехал из Лакоты. ”


“Я думал, в Лакоте всегда холодно”.


“Конечно, но холодно комфортно. Много нетронутого сухого снега и чистого горного воздуха. И холодно только зимой ”. Плечи пальто приподнялись на дюйм и снова опустились. “Ладно, осень и зима. И ранняя весна”. Кончик сигары на мгновение засветился красным, и из-под колпака повалил дым, когда голос возобновил говорить. “Здесь холодно, как утопиться в соленой ледяной воде. У меня мороз пробирает до костей. И это круглый год ”.


Я уставился на воина-нирумби, который был меньше половины моего роста. “Чего ты хочешь, Ральф? Ты привел меня сюда не для того, чтобы я жаловался на погоду”.


“Я ною не из-за гребаной погоды. Я ною из-за гребаного климата. Это две разные вещи, тупица. Я привел тебя сюда, потому что ты оставила мне сообщение. Чего ты хочешь?”


“Ты мог бы перезвонить мне”.


“Телефонные звонки небезопасны”.


Мой нос дернулся от запаха толокнянки кинникинник, исходящего от сигары Ральфа. “Это про стиффа Адаро, которого вы, ребята, нашли в переулке на Южном рынке пару дней назад”.


“Что заставляет тебя думать, что я имею к этому какое-то отношение?”


“Прошлой ночью я прогулялся по тому переулку. Я нашел бездомную старушку, которая курила огрызок домашней сигары, пахнущий падалью недельной давности. Она сказала, что нашла это на земле в нескольких ярдах от того места, где было найдено тело адаро. Тебе не следует быть таким беспечным, Ральф. Никто за пределами гор Бахпууо не курит этот скунс по собственному желанию. ”


И снова плечи пальто слегка приподнялись и опустились. “Это приобретенный вкус”.


“Что ты там делал?”


“Курение”. Еще одно зловонное облако поднялось с капота "нирумби".


“Что более важно, когда ты был там?”


“Как ты думаешь, когда? Яйца Алквата, ты думаешь, я брожу по переулкам в свободное время, чтобы развлечься?" Я был там в половине девятого утра во вторник, убирая тело нимфы с улицы до того, как Джо К. Публика начала собираться на работу. Нельзя, чтобы они начинали свой день с того, что спотыкались о какую-то гребаную аварию на дороге. Такие вещи расстраивают людей ”.


“Как вы узнали, что там было тело?”


“Кто-то пробежал по нему. Я не знаю кто. Возможно, торговец наркотиками с чувством гражданского долга. Возможно, убийца. Кто знает? В любом случае, он — по крайней мере, я думаю, что это был он — попытался сообщить о теле в Бюро по делам Адаро, но, естественно, они были закрыты на ночь. Он получил запись, на которой был указан номер, по которому можно позвонить в случае чрезвычайной ситуации. Так получилось, что это номер телефонной линии LIA. Он позвонил нашему оператору — ЛИА никогда не спит - и меня уведомили о звонке. Я отправился на разведку. ”


Я нахмурился. “Почему они позвонили тебе? Это был просто мертвый адаро. Почему бы не уведомить местную полицию и не позволить им разобраться с этим?”


“Это был адаро. Адаро - это бизнес королевства”.


“С каких это пор простое убийство адаро риэлма стало бизнесом?”


“Кто сказал, что ее убили?”


“В газете говорилось о нечестной игре, и вы только что предположили, что убийца, возможно, был тем, кто позвонил вам по наводке ”.


“Я это сказал? Ха! Я становлюсь беспечным на старости лет”.


“Ты не старый. И ты уклоняешься от моего вопроса. Почему LIA заинтересовалась этим Адаро?”


Ральф попытался затянуться дурно пахнущей травкой, но его сигара погасла. Он достал откуда-то из кармана пальто спичку, чиркнул ею о деревянные перила — настоящий трюк в сырую погоду — и потратил время, чтобы снова зажечь сигару, прежде чем ответить мне. К тому времени, как он это сделал, из-под его капюшона валили клубы дыма. “Эта нимфа особенная. Согласно нашему анонимному звонку, у нее не было вытатуированного регистрационного номера на запястье. Естественно, это привлекло наше внимание. Первое, что я сделал, когда добрался до тела, это проверил ее запястье. Звонивший был прав. Татуировки нет. Поэтому я вызвал команду, чтобы обезопасить место преступления и завладеть телом. ”


Я уставился на нирумби. В его голосе не было и следа беспокойства, и теперь он попыхивал сигарой, как будто ему было наплевать на весь мир.


“Вы подождали, пока не увидели тело, прежде чем вызывать команду?”


“Это верно”.


“Итак, ваши люди уведомили вас о том, что какой-то неизвестный обнаружил мертвого незарегистрированного адаро, и вы отправились на разведку в одиночку?”


“Ага”.


Я наблюдал, как дым от сигары нирумби воина уносится прочь от него, подхватывается бризом и уносится по всей длине пирса к пристани. Дождь прекратился, но редкие капли воды все еще стекали с полей моей промокшей фетровой шляпы. Я смахнула ледяную влагу с глаз и с лица.


Я присел на корточки, чтобы заглянуть Ральфу в глаза из-под капюшона его пальто. После того, как очередное облачко от его сигары растворилось в ночи, я спросил: “Ты убил ее?”


Ральф издал хриплый смешок. “Не будь идиотом, Саутерленд”.


Я уставилась на его капюшон, пытаясь прочесть в его диких глазах. “Это был бы не первый человек, которого ты казнил за ЛИА”.


Ральф шумно фыркнул и выплюнул каплю кинникинника на деревянную платформу у меня между ног. “Позволь мне кое-что тебе сказать. С этой нимфой жестоко обошлись. Ты знаешь, что это не в моем стиле. Так что прекрати оскорблять меня, или я сломаю твой гребаный нос. Еще раз. ”


“Вы говорите, что получили анонимный звонок. Вы говорите, что вас уведомили об этом, и вы отправились на расследование самостоятельно, прежде чем вызвать следственную группу. Откуда мне знать, что ты не убил ее сам и затем не вызвал команду? ”


Ральф вынул сигару из зубов и указал ею на меня. “Ты знаешь, потому что я тебе говорю”.


“Это должно что-то значить?”


Ральф ухмыльнулся и вернул сигару в рот. “Я думаю, тебе просто придется довериться мне”.


“И зачем мне это делать?”


“Подумай об этом, болван. Ты узнал о нимфе из статьи в газете, верно? Ты думаешь, газета узнала бы что-нибудь о ней, если бы я выписал ей штраф?”


Я подумал об этом. Это был хороший довод. Возможно, не убедительный, но достаточный, чтобы заставить меня усомниться в идее, на которую я с самого начала особо не рассчитывал. Я кивнул и снова встал. “Я должен был спросить”.


Ральф вздохнул. “Полагаю, у тебя получилось. Но я не охладил пыл этой нимфы”.


“Ты знаешь, кто это сделал?”


Капюшон покачался из стороны в сторону. “Пока нет”.


“Это была не ЛИА?”


Сначала Ральф ничего не сказал. Он сделал последнюю затяжку сигарой и бросил окурок через перила в воду. “Я не знаю. Ты знаешь, как это бывает. Слишком много больших начальников. Мы, подчиненные, разделены на множество фракций .... Предполагается, что агентство должно знать все, верно? Но мы не можем уследить даже за самими собой ”.


“Вы начальник отдела, не так ли?”


“Я не начальник отдела, я начальник отдела. Насколько я знаю, у нас в Йерба-Сити пять начальников отделов. И кто знает, перед кем они на самом деле отчитываются. Я нисколько не сомневаюсь, что некоторые из моих подчиненных докладывают о каждом моем гребаном шаге кому-то еще в агентстве. Хочешь знать, откуда я это знаю? Потому что у меня есть агенты в других отделах, которые докладывают о своем начальстве мне! Это большая гребаная банка с червями. Он выдохнул. “Итак, отвечая на твой вопрос, кто знает? Лиа, возможно, устранила ее. Но я должен задать тот же вопрос, что и вам: зачем кому-то из LIA оставлять после себя труп, о который кто-то может споткнуться? Кажется более вероятным, что кто-то оставил там тело, чтобы мы его нашли. В любом случае, теперь тело у меня, и мои люди смотрят на него. Но все, что они обнаружат, попадет наверх. Ты можешь, блядь, на это рассчитывать ”.


Я почувствовал прилив, самый высокий, какой я когда-либо видел, перекатывающийся через сваи старого шаткого пирса, долгий, неумолимый штурм сооружения, который однажды обрушит его в воду. “Как газеты узнали о теле?”


“Как ты думаешь? Я, конечно, слил им это. Контролируемая утечка ”.


“Зачем ты это сделал?”


“Десятидюймовый. Агентство поручило полиции разыскивать его. Я хотел, чтобы он знал об этом ”.


Я нахмурился, глядя на нирумби. “Почему?”


“Потому что я не хочу, чтобы его поймали. Ни полиция, ни LIA. Единственный, кого я хочу найти Десятидюймовым, - это я. Или ты ”.


“Почему?”


“Потому что кто-то очень высокопоставленный в LIA хочет расспросить его о чем-то. А я не хочу, чтобы они это делали ”.


“Расспросить его? О чем?”


Ральф пристально посмотрел на меня из-под капюшона. “Они хотят спросить его о Глазу Тауфатахи”.


Дождь больше не шел, и вечерний воздух, хотя и холодный и влажный, стал удивительно спокойным. Ральф все еще смотрел на меня, пытаясь прочесть выражение моего лица. Некоторые люди утверждали, что могут распознать ложь, наблюдая за глазами человека. Согласно теории, глаза правши, пытающейся получить доступ к памяти, будут смотреть влево. Но если вместо этого взгляд метнулся вправо, этот человек собирался солгать. Для левши все было наоборот, так что левша, который собирался солгать, смотрел налево. Я был правшой. Я позволил своим глазам переместиться влево.


“Око Тауфатахи"? Никогда не слышал об этом, ” солгал я.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава одиннадцатая


Посылка, которую я получил в "Хоторне" много месяцев назад, представляла собой прямоугольную картонную коробку, завернутую в обычную коричневую бумагу, с моим именем, напечатанным сверху жирными заглавными буквами. Я открыл посылку в машине. Внутри коробки я нашла красный драгоценный камень размером и формой с яйцо, один конец которого больше другого, и послание для меня, написанное на листке с надписью Hawthorne Hotel stancy. Послание, написанное изящным каллиграфическим почерком, было достаточно прямым: “Мистер Саутерленд. Вложенный в конверт предмет известен как Око Тауфатахи. Без промедления положите это в рот. Никому не говори об этом ”. За короткой запиской следовал странный абстрактный символ, состоящий из переплетающихся петель. Возможно, это была подпись, написанная незнакомым мне почерком. Или это могли быть какие-то случайные каракули.


Заметив, что обратная сторона блокнота была пустой, я дважды перечитал сообщение. У меня не было возможности прочитать это в третий раз, потому что бумага вспыхнула ярко-оранжевым пламенем, которое мгновенно исчезло, оставив после себя резкий запах, который я не смог идентифицировать: слегка горьковатый, но не неприятный.


Я не знал, что со всем этим делать. "Око Тауфатахи"? Название мне ничего не говорило. Я сделал мысленную пометку поискать в Интернете, как только вернусь в свой офис. Я взял драгоценный камень и рассмотрел его: красный ... точной огранки .... Он выглядел ценным. Я подумал, что это может быть рубин, но для меня любой красный драгоценный камень выглядел бы как рубин. Кроуфорд мог бы рассказать мне, что это было, но я понятия не имела, увижу ли я его когда-нибудь снова. Что касается того, чтобы положить его в рот, я сразу же отказался от этой идеи, и не только потому, что камень был достаточно большим, чтобы заткнуть мне рот кляпом. Я уже собирался вернуть драгоценный камень в шкатулку, когда почувствовал слабую вибрацию и ощущение тепла, исходящее от камня. Он казался каким-то живым, и я знала, что он наполнен неземной энергией. В то же время я уловила запах кошки и ощутила присутствие Кугуара в своем сознании. Он ничего не сказал, но я почувствовала желание, почти голод, попробовать драгоценный камень на вкус.


Какое-то время я сопротивлялся, но сдался. В конце концов, если я не мог доверять своему духовному животному… что ж, на самом деле я не был уверен, что могу доверять Кугуару. Я, конечно, не понимала, кто он такой и какие именно отношения нас связывали. Но Кугуар пока не причинил мне никакого вреда, и он был полезен в нескольких случаях. Я поднес драгоценный камень ко рту и коснулся его языком. Ничего не произошло. "Какого черта", - подумал я. Закрыв глаза и собравшись с духом, я сунул камень в рот.


Я ничего не почувствовал… . Я пощупал языком внутреннюю часть своего рта. Он ничего не коснулся и не почувствовал вкуса. Драгоценного камня там просто больше не было.


“Хм”, - проворчала я, открывая глаза. Мир не казался мне каким-либо другим. Я не почувствовала и следа магической силы, которую обнаружила в драгоценном камне. Кугуар тоже исчез. Это было так, как если бы я передала драгоценный камень своему духовному животному, а оно убежало с ним. Возможно, он собирался заложить его.


Вернувшись в офис, я поискал в Интернете ”Око Тауфатахи" и обнаружил очень мало. Я наткнулся на упоминания о подпольных культах жителей нихонских островов, посвященных различным неземным духам. Название “Тауфатахи” или “Тауфа" несколько раз всплывало в этих ссылках, но с небольшими подробностями. Не упоминался глаз, драгоценный камень или артефакт яйцевидной формы. Когда я закончил свое исследование, я был уверен лишь в нескольких вещах. Тауфа или Тауфатахи был могущественным духом моря, которому поклонялись жители Южных Нихонских островов до прихода Повелителей Драконов. Истории о нем противоречили друг другу, но все они сходились во мнении, что он был гордым и патерналистским человеком, который защищал свой народ. Возможно, иногда даже чересчур защищал. Как и в случае со многими духами, правившими до появления Повелителя Драконов, были предприняты сознательные усилия, чтобы стереть любые сведения о Тауфе из исторических записей. Эта попытка не увенчалась полным успехом: островитяне поддерживали память о Тауфа'тахи в непризнанной субкультуре, которую Повелители Драконов так и не смогли полностью подавить.


Тем не менее, я пришел к выводу, что "Повелители" были достаточно успешными. После двух часов непрерывных и по большей части бесплодных исследований я решил, что с меня хватит.


Той ночью мне приснился край темных лесов и песчаных пляжей, омываемых нежными океанскими волнами. Сверху светила четверть луны, окруженная яркими звездами, а в ночном небе порхали стаи фруктовых летучих мышей. Человеческие фигуры появлялись в уголках моего зрения только для того, чтобы исчезнуть, когда я поворачивался, чтобы получше их рассмотреть. Мне пришло в голову, что я должен был чувствовать разочарование от этих мимолетных видений, но в моем мозгу распространилось оцепенение, и меня охватило чувство мира и умиротворения.


Позже, когда Холли спросила меня о посылке, я сказал ей, что, должно быть, произошла путаница. В "Хоторне" не было ничего, что я мог бы забрать.


***


“Ты лжешь, Саутерленд”, - обвинил Ральф.


“Конечно, да”, - признался я. “Но как ты узнал?”


“Потому что ты делаешь эту штуку с глазами наоборот, пытаясь заставить меня думать, что ты говоришь правду. Но я знаю, что ты знаешь, как это должно работать, поэтому я делаю вывод, противоположный тому, что говорят мне твои глаза. ” Его рот растянулся в ухмылке, обнажив острые колючки. “Дело в том, тупица, что теория о движении глаз на самом деле недостаточно надежна, чтобы быть полезной. Это сугубо любительский труд, и тебе действительно следует знать лучше ”.


“Правда?” Удивленно спросила я. “Это не работает?”


Ральф вытащил руку из кармана и помахал ладонью в жесте “может быть, да, может быть, нет”. “Не намного чаще, чем в половине случаев. В лучшем случае шестьдесят-сорок”.


“Ха. Ты не говоришь”.


“В любом случае, я уже слышал от эльфа, что он отправил Око тебе на хранение”.


Я искоса взглянул на этого ублюдка, и он усмехнулся.


“Я полагаю, ты спрятал это где-нибудь в надежном месте?” он спросил меня.


“Да. Я это проглотил”.


Ральф покачал головой. “Очень смешно”.


“В любом случае”, - сказал я, возвращая нас в нужное русло. “Какое отношение все это имеет к десятидюймовке?”


Улыбка сошла с лица Ральфа, и он натянул капюшон, словно пытаясь глубже спрятать лицо в нем. “В агентстве есть люди из высшего руководства, которые подозревают, что Тин-Инч наложил лапы на Глаз. Та незарегистрированная нимфа, которую мы нашли .... Мы слышали, что она проникла в поселение несколько недель назад. Может быть, несколько месяцев назад. Как бы то ни было, дошли слухи, что она искала особый заколдованный предмет: Глаз Тауфатахи, священной штуковины с Южных Нихонских островов. "Глаз" появился раньше "Повелителей драконов” и, предположительно, обладает каким-то действительно мощным влиянием. "


Я нахмурился, глядя на нирумби. “Что ты имеешь в виду?”


“Черт меня побери, если я знаю. Некоторые люди думают, что Око было уничтожено давным-давно. Или что это просто легенда и его вообще никогда не существовало ". Но другие говорят, что это настоящий артефакт, какой-то драгоценный камень, наделенный смертоносными магическими свойствами. ”


“Что это должно было сделать, превратить тебя в жабу?”


“Из того, что я слышал, она вызывает морских чудовищ и вызывает смертоносные наводнения”.


Я хмыкнул. “Хм. Наводнение не похоже на то, что нам нужно в данный момент”.


Ральф пожал плечами. “Да, что-то подобное было бы удобнее во время засухи. Но говорят, что Око может вызвать наводнения, достаточно сильные, чтобы смыть острова Южного моря”.


Я обдумал историю Ральфа. “Итак, если этот Адаро искал Глаз, что заставляет ЛИА думать, что он у Десятидюймового?”


Ральф вынул руку из кармана и потянулся, чтобы почесать подбородок. “Говорят, Тен-Инч работал с ней. Они заключили что-то вроде сделки. Старый главарь банды был в проигрыше, и, я думаю, он думал, что легендарный зачарованный артефакт поможет ему вернуться. ”


Я посмотрела на Ральфа, ища его глаза в глубине капюшона. “Что ты имеешь в виду, он был в ауте?”


“Вы не слышали? Хэтфилды пытаются взять под контроль банды в поселении Адаро”.


“Хэтфилды? Зачем?”


“За деньги, конечно. Вот почему Хэтфилды идут на все. Поселение - огромный источник наркотиков и шлюх. Оружие тоже ”.


“Пылающие шары Лорда”. Я медленно выдохнула, который сгустился в облако тумана и уплыл от меня. “Эльф работает с Хэтфилдами, не так ли?”


Нирумби был немного повернут от меня, и я не могла видеть его лица под капюшоном, но слышала хмурость в его голосе. “Хэтфилды передали эльфу часть своих лабораторий по производству наркотиков, и они обеспечивают эльфа рабочими и охраной для его проекта. Но этот бизнес в поселении не имеет к этому никакого отношения ”.


“Дай угадаю. "Десятидюймовому" не нравится идея нанимать корпоративного спонсора ”.


Ральф смотрел на океан на западе, где заходящее солнце виднелось лишь в виде бледного отблеска в низко нависшем слое грозовых облаков. “Насколько я слышал, Ten-Inch категорически против продажи Синдикату, и они угрожают избавиться от него, если он этого не сделает. Возможно, даже если он это сделает. Вы слышали, что старая штаб-квартира банды сгорела дотла? ”


“Медуза. Вчера утром я видел, что осталось от этого места”.


“Похоже, Хэтфилды пытались запугать северян. Пытались настроить их против своего лидера. Теперь они обосновались в новом месте, в каком-то притоне в поселении ”. Ральф фыркнул. “Судя по тому, что я слышал, улучшений не много”.


Я пытался осмыслить то, что услышал до сих пор. “Итак, этот адаро выходит из Нихонеса в поисках Ока Тауфатахи. Она встречает Тен-Инча, которого Хэтфилды прижали к себе, и они приходят к соглашению. И теперь адаро мертв — убит - и Тен-Инч развеян по ветру. Мог ли Десятидюймовый убить ее?”


Ральф поколебался, затем кивнул. “Это возможно. Я видел тело. Кто-то хорошенько поработал над ней перед смертью”. Нирумби посмотрела на меня. “Кроме того, наш судмедэксперт обнаружил у нее сперму”.


“Черт”, - выдохнул я. “Ее изнасиловали?”


“Синяки и раны, нанесенные при защите, предполагают, что это так. Либо это, либо у нее был очень грубый секс по обоюдному согласию. Но она была адаро. Мужчины теряют рассудок рядом с этими нимфами. Я ставлю на изнасилование. ”


Я покачал головой. “Но это значит, что ты знаешь, кто это сделал, верно? Или узнаешь, как только придут результаты анализа ДНК спермы?”


Ральф скрестил руки на груди. “Судебно-медицинский эксперт отправил образцы в лабораторию с курьером. Образцы туда так и не попали”.


Я нахмурился. “Что ты имеешь в виду?”


Ральф вздохнул. “Их перехватил кто-то с ... верхнего этажа. Люди, которые не хотят, чтобы я был в курсе”.


Мои плечи поникли, когда я выдохнула через нос. “Пылающие яйца Господа”.


“Точно”.


Мне потребовалось немного времени, чтобы обдумать эту информацию в уме. “Но ты думаешь, это сделал Десятидюймовый?”


Нирумби покачал головой. “Я этого не говорил. Я просто сказал, что это возможно. Возможно, он и нимфа поссорились. Но ты знаешь Десятидюймового лучше, чем я. Набросился бы он с кулаками на женщину? Изнасиловал бы он ее?”


Я обдумывал возможности. Что я на самом деле знал о Десятидюймовом? “Он мог бы грубо обойтись с женщиной, если бы считал, что этого требуют обстоятельства. Но изнасилование?” Я пожал плечами. “Я не знаю. Я этого не понимаю. Мы не были приятелями, и я не проводила с ним много времени. Тем не менее, я думаю, что немного понимала его. Кем он был и все такое. Избиение женщины - это не то, что он сделал бы без веской причины. Десятидюймовый, которого я помню, был настоящим крутым парнем, воином. Ему не нужно было грубо обращаться с женщиной, чтобы доказать себе или кому-либо еще, какой он большой мужчина. Он также был человеком с высокой степенью самоконтроля. Я не могу видеть в нем насильника. Убийца, да. Насильник? Это меня удивило бы. Но это было три года назад. Он не был образцовым гражданином. Возможно, он не совсем в своем уме. Война .... Все мы оставляем частичку своего рассудка, когда возвращаемся домой. Некоторым больше, чем другим. Я покачала головой. “Я не знаю, через что он прошел с тех пор, как я видела его в последний раз. Тогда он не был стабилен. Я не знаю, каким человеком он мог бы быть сегодня. ”


Ральф не ответил, и я посмотрела на него сверху вниз. “Что ты знаешь о нем? Вы когда-нибудь сталкивались с ним?”


Ральф покачал головой. “Мы никогда не встречались лицом к лицу. Я читал отчеты о нем, которые подготовило агентство. Он награжденный ветеран войны в Пограничье. Он был главарем банды вне закона с репутацией человека, склонного к насилию и крайней жестокости. Я много о нем знаю. Но я его совсем не знаю.”


Я усмехнулся. “Забавно. Если бы вы двое когда-нибудь встретились, у меня такое чувство, что вы бы прекрасно поняли друг друга ”. Я вспомнил кое-что, что Ральф сказал ранее. “Почему ты не хочешь, чтобы ЛИА расспросила Тен-Инча о Глазу?”


Капюшон Ральфа откинулся на несколько дюймов, когда он посмотрел на меня, и я хорошо рассмотрела решительное выражение его лица. “Эльф послал тебе Око, потому что не хочет, чтобы кто-либо, и меньше всего ЛИА, знал об этом. У него есть свои причины. Если у Ten-Inch есть какая-либо информация о дингусе, я хочу найти его до того, как у агентства появится шанс допросить его. ”


Я заглянул под капюшон нирумби в поисках его глаз, двух темных точек, полностью окруженных белым. “А если ты найдешь его?”


“Тогда я выясню, знает ли он что-нибудь о Глазу”.


“А если он вернется?”


Выражение лица Ральфа не изменилось. “Если он знает что-нибудь о Глазу, что могло бы пригодиться ЛИА, мне, вероятно, придется убить его”.


“И ты хочешь, чтобы я помог тебе найти его?”


“Ага”.


“Значит, ты можешь убить его?”


“При необходимости”.


“Мне кажется, это немного чересчур”, - сказал я.


“Если агентство заполучит в свои руки the Eye, вы узнаете, что на самом деле означает экстрим. Можете ли вы представить LIA, способную вызывать крупные наводнения? Или вызывать морских чудовищ? Можете ли вы представить лорда Кетца с такой властью? ”


“Он уже не может этого сделать?” Я спросил. “Говорят, он может практически все”.


“Не верьте пропаганде. Он не всемогущ”.


“Конечно. Он правит шесть тысяч лет, потому что он котенок. Все считают его очаровательным ”.


Это вызвало у Ральфа смешок. “Давайте посмотрим, как найти Десятидюймовку”.


Я поднял руку ладонью наружу. “Не так быстро. Если вы хотите, чтобы я нашел для вас десятидюймовку, вам придется нанять меня ”.


Ральф так быстро повернул голову, что я подумала, он получит удар хлыстом. “Что?!”


“Стандартные тарифы плюс расходы. Я пришлю вам контракт по электронной почте на подпись”.


“Ты что, с ума сошел?”


“Я профессионал. Если вам нужны мои услуги, вам придется заплатить за них, как и всем остальным”.


Ральф шагнул в мою сторону. “Ты уже ищешь его! Яйца Алквата! Почему я должен платить тебе за то, что ты все равно собираешься делать?”


“Конечно, я собираюсь его найти. Но если вы хотите, чтобы я сказал вам, где он, когда я его найду, вам придется нанять меня ”.


“Чушь собачья!”


Я пожал плечами. “Ты всегда можешь получить информацию от своих приятелей в LIA. О, подожди минутку. Они решили не вводить тебя в курс дела”.


“Не прикидывайся милым, Саутерленд. Я агент ”эльфа", и ты у эльфа в долгу".


“Пошел эльф на хуй. И ты тоже пошел на хуй, Ральф, за то, что разыграл эту карту. Так что, возможно, я в долгу перед эльфом. Возможно, он раз или два спас мне жизнь. Но я устал быть его мальчиком на побегушках. Если ему что-то от меня нужно, пусть придет поговорить со мной как мужчина с мужчиной и скажет, чего он хочет и почему он этого хочет. Тогда мы сможем договориться. И если мне не понравится эта работа, я скажу ему, куда он может ее засунуть ”.


“Так не бывает, Саутерленд. Он эльф!” Ральф зашипел на меня. “Ему семь тысяч лет, сила природы. Он может раздавить тебя одной мыслью и выпить твою кровь, когда закончит. ”


“Да? Что ж, если он такой чертовски крутой, пусть сам делает свою грязную работу. В следующий раз, когда будешь с ним разговаривать, скажи ему, чтобы он сам нашел Десятидюймового ”.


Ральф глубоко вздохнул. Когда он заговорил снова, его голос был спокойным и рассудительным. “Саутерленд. Ты должен смотреть на картину в целом. Эльфы пытаются освободить мир от власти Повелителей Драконов. ”


“Это так? Почему меня это должно волновать? Я ничего не имею против Повелителей драконов. Кого эльфы собираются поставить на их место? Самих себя? Что заставляет кого-то думать, что нам было бы лучше под властью эльфов? Босс - это гребаный босс. Видел одного, видел их всех. Лучше те, кого мы знаем, чем те, кто стремится их заменить. ”


“Сейчас ты просто упрямишься. Нравится тебе это или нет, мы находимся в центре борьбы за власть между Повелителями Драконов и эльфами. В подобном противостоянии никто не может оставаться нейтральным. В какой-то момент вам придется выбрать сторону. ”


“У меня есть сторона. Это называется ‘моя сторона", и мне это очень нравится. Я аполитичен, что означает, что я работаю ради денег, а не из веры в правое дело ”.


“Будь благоразумен, Саутерленд. В чем здесь проблема? Это потому, что я сказал, что мне, возможно, придется убить твоего приятеля? До этого, вероятно, даже не дойдет. Только если так будет лучше для всех нас. Но, может быть, мы сможем заключить сделку. Если ты думаешь, что лучший способ действий - оставить Десятидюймового в живых, я готов выслушать ”.


“Вы готовы заплатить по моим расценкам?”


“Пылающий член Алквата!” Ральф начал говорить что-то еще, но остановился. Наконец, его плечи поникли. “Трахни меня. Трахни меня боком”. Он вздохнул. “Хорошо. Но никаких бумажных следов. Строго по соглашению о рукопожатии. И не пытайся сказать мне, что я ни хрена не гожусь для этого! Я человек слова. Договорились?”


Я встретилась с его глазами в глубине капюшона и удерживала их несколько секунд. “Ты не убьешь его, пока я не разрешу”.


Ральф еще мгновение смотрел на меня, прежде чем кивнуть. “Я могу с этим жить”, - сказал он и протянул огромную мозолистую руку.


Я протянул свою руку. “Договорились”.


Миниатюрный воин-нирумби сжал мою руку достаточно крепко, чтобы показать, что он может раздавить ее, как виноградину, если ему захочется. “Ты упрямый ублюдок, Саутерленд. Но я придумаю, как заставить агентство возместить мне расходы. Потребуется некоторая творческая документация, но, думаю, я смогу с этим справиться. И чтобы показать свою добрую волю, я собираюсь выплатить тебе аванс. Он разжал хватку и шагнул к концу пирса. “Не наличными. Вместо этого я собираюсь помочь вам найти Десятидюймовку. ”


“Какого рода помощь?” Я спросил.


В ответ Ральф по-кошачьи одним прыжком взобрался на пропитанные дождем перила, так что теперь он смотрел на Нихонский океан. Приложив два пальца ко рту, он издал пронзительный свист.


В следующее мгновение из океана вырвалась огромная воронка воды и перехлестнула через перила. Я сделал несколько шагов назад, чтобы меня не смыло с края пирса, но все равно умудрился промокнуть во время потопа. Я вытирал соленую воду с лица промокшим рукавом плаща, пока в глазах не прояснилось. Когда я снова смог видеть, я уставился на фигуру, возвышающуюся надо мной. Ростом почти с тролля, но шире в плечах и груди, с копной золотистых волос, свисающих ниже плеч, темно-синими глазами, жабрами по бокам шеи, мускулистый с головы до ног, одетый только в океанскую воду, стекающую с его бронзовой кожи, и серебристую чешую, покрывающую ноги и нижнюю часть живота, был молодым мужчиной адаро.


Губы адаро растянулись в широкой улыбке, когда он уставился на меня сверху вниз. “Привет, придурок. Ты грууб-грурр промокший!”


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава двенадцатая


“Кракен?” Я посмотрела на громадное морское существо.


“Это мое имя. Не носи его”.


Я покачал головой. В молодом Адаро по-прежнему было больше мускулов, чем мозгов. Я оглядел его. Он вырос с тех пор, как я видел его в последний раз. Не намного выше, но более рельефный физически. Он был развивающимся подростком. Сейчас он больше походил на завершенного взрослого. “Давно не виделись, малыш”, - сказал я ему.


Улыбка на лице Кракена стала шире. “Мы с тобой отправимся на поиски Десятидюймовки”.


Ральф вернулся на платформу, стоя напротив Кракена и меня. Мы были интересным трио. Макушка головы нирумби едва доставала мне до колен. Не наклоняя головы, мои глаза были на уровне груди адаро. Адаро мог наступить нирумби на голову, не сбиваясь с шага.


Я бросила взгляд на Ральфа, прежде чем поднять глаза на "адаро". “Ты знаешь, где он?”


Кракен покачал головой. Грива мокрых светлых волос, обрамляющая его широкое лицо, напомнила мне льва в дождливый день. “Мы собираемся заставить жителей Севера сказать нам, где он”.


“Конечно, мы”. Я снова повернулась к Ральфу. Я собиралась свернуть себе шею, пытаясь заговорить с ними обоими одновременно, поэтому остановилась на нирумби. “Пылающие яйца Лорда ". Это твой план? Я несу это тяжелое постановление в штаб-квартиру банды и избиваю нескольких бандитов, пока они не заговорят? Я добавляю к нашей сделке плату за вредный исход ”.


Ральф промок так же, как и я, и он откинул мокрый капюшон, обнажив огромную голову-луковицу с изогнутыми бровями и курносым носом. “Я подумал, что ты можешь быть хорошим полицейским-плохим-полицейским. Ты можешь быть хорошим полицейским. Парень может быть твоим вышедшим из-под контроля силовиком ”.


Я посмотрел на Кракена. “Ты хочешь сразиться с целой уличной бандой?”


Улыбка адаро исчезла. “Мы собираемся найти боррглупа-боррбла, который убил Каноа. Она была квурлплап.”


“Что?” Я повернулась к Ральфу. “Каноа? Это...”


Ральф кивнул. “Нимфа из переулка". Верно. Послушай, Саутерленд. Я не волен делать все, что мне нужно. Если кто-то из LIA ударил ее, то я должен следить за своей задницей. Мне нужен независимый человек, который сделает всю работу. Ты все равно уже ищешь гангстера, верно?” Он указал подбородком на Кракена. “Мы просто хотим тебе помочь”.


“Мы?”


“Я, Кракен и эльф”.


Я нахмурился. “Потому что эльф не хочет, чтобы Око попало в руки ЛИА?”


Лицо Ральфа окаменело. “Это верно. И он также не хочет информации, которая могла бы привести к местонахождению Глаза, упавшего на чешуйчатые колени Повелителя Драконов. Возможно, вам наплевать на ‘дело эльфов’, как вы выразились. Но вы действительно думаете, что ваша жизнь улучшится, если лорд Кетц заполучит в свои когти устройство, способное топить острова? ”


Я снова повернулся к Кракену, мой взгляд задержался на его правой руке, на которой не хватало пальца. Я вспомнил тролля, который откусил его. Я поднял взгляд и посмотрел в глаза Адаро баксу. “Что тебе от этого, малыш? Почему ты хочешь найти Десятидюймовку?”


Лицо большого адаро напряглось. “Я хочу знать, что случилось с Каноа. Она была квурлплап. Десятидюймовка мне расскажет ”.


“Что?”


Кракен открыл рот, поколебался и покачал головой. “Я не знаю твоего слова”.


Я выдыхаю. “Ладно, забудь об этом пока”.


Лицо Кракена просветлело. “Десятидюймовый скажет тебе, когда мы его найдем”.


Я нахмурился. “Я не знаю, малыш. Может, ты и большая шишка в океане, но здесь, на суше, ты буквально не в своей тарелке. Может, мне стоит сделать это самому ”.


Губы Кракена растянулись в неуверенной улыбке. “Ты и я собираемся найти Десятидюймового. Он собирается рассказать мне, что случилось с Каноа”.


Я повернулся к Ральфу и обнаружил, что он смотрит на меня, все еще оскалив зубы. “Возьми Кракена, Саутерленд. Не будь идиотом. Он может привести вас в новое место встречи северян. Это ваш лучший выбор для поиска их пропавшего босса. Вы никогда не попадете туда самостоятельно. ”


Кракен начал расхаживать по комнате. “Пойдем, найдем Десятидюймового. Мы заставим северян сказать нам, где он”.


Я не сводил глаз с Ральфа. Он планировал это с самого начала, и я знал, что он не позволит мне работать одному. “Хорошо, молодец. Хочешь быть полезным? Сделай что-нибудь, чтобы убрать копов с моего пути. У меня на заднице несколько жестких цифр из клуба "Плэсид Пойнт". Ни одному из нас не принесет пользы, если они первыми найдут Десятидюймового и сдадут его полиции. ”


Ральф открыл рот, чтобы ответить, но Кракен оборвал его. “Копы ищут Десятидюймового? Почему?”


Я взглянул на серьезное лицо Кракена. “Они думают, что он мог убить Каноа”.


Кракен уставился на меня сверху вниз. “Десятидюймовый не убивал Каноа. Копы грууб-грурр тупые!”


“Почему ты так говоришь?”


Кракен фыркнул, издав странный звук, похожий на чихающую трубу, и из его носа и жабр брызнула вода. “Десятидюймовый помогал Каноа. Он защищал ее. Он был ее другом!”


Я покачала головой. “Если он защищал ее в ночь, когда она умерла, его может оказаться труднее найти, чем я надеялась”.


Кракен начал что-то говорить, но резко замолчал, когда на его лице отразилось замешательство.


Заговорил Ральф. “Он должен был защищать ее. Тот, кто убил Каноа, мог убить и Десятидюймового ”.


Глаза Кракена расширились. “Десятидюймовый мертв?”


“Он пропал”, - сказала я. “Но я не думаю, что он мертв”.


Ральф поднял на меня глаза. “Почему нет?”


“Потому что я думаю, что этот сукин сын украл мои колпаки”.


Я рассказал Ральфу о колпаках на колесах и о том, как один из них появился у меня на пороге. Кракен кивнул, но замешательство не сошло с его лица. Он пожал плечами, когда я рассказала ему о КИСИКИСИ. Наконец, адаро спросил: “Что, ты сказала, украла Десятидюймовка?”


Я подавил желание закатить глаза. “Мои колпаки”. Когда вопросительный взгляд Кракена не изменился, я добавил: “Это металлические покрытия на автомобильных шинах. Ты помнишь мою машину, не так ли?”


На Кракена снизошло озарение, и его лицо озарила улыбка. “Тот большой блестящий? Это круто, чувак, круто! Ты позволил мне посидеть в нем, когда мы ходили в ”Медузу"".


Это напомнило мне о моем последнем посещении старой забегаловки. “Точно, "Медузы". Ты знаешь, что с ней случилось?”


Кракен кивнул. “Оно сгорело дотла. Северяне там больше не встречаются. Вот почему мы должны отправиться в поселение ”.


“Кракен, ты раньше тусовался с Нортсайдерами. Ты когда-нибудь был в их новом месте?” Я спросил его.


Взгляд Кракена упал на его ноги. “Нет. Я с ними больше не общаюсь. С тех пор, как умерла Мила. В любом случае, они мне сейчас не нравятся. Они заставляют женщин адаро совершать плохие поступки. ”


Я бросаю взгляд на Ральфа, прежде чем снова поворачиваюсь к Кракену. “Я слышал, что Нортсайдеры занимаются проституцией в Адаро”.


Кракен кивнул. Его глаза встретились с моими, и они посуровели. “Я собираюсь заставить их остановиться. Это неправильно”.


Я снова повернулся к Ральфу. “Эта Каноа была проституткой?”


Ральф почесал подбородок когтистыми пальцами. “Я не знаю наверняка, но я так не думаю”.


Кракен закончил говорить. “Давай, придурок! Пойдем, заставим северян сказать нам, где Тен-Инч. И тогда Тен-Инч сможет сказать нам, кто убил Каноа”.


Я посмотрела на Ральфа и выдохнула. Я снова посмотрела на Кракена. Я не думала, что смогу провести остаток ночи, переводя голову с одного на другого. “Ладно, здоровяк. Ты и я. Пойдем нанесем небольшой визит вежливости жителям Севера. Я уверен, они будут рады нас видеть ”.


***


“Круто!” Кракен воскликнул.


Заметив зверомобиль на пустынной стоянке, он подбежал к нему и обнял капот, как будто приветствовал давно потерянную возлюбленную. Оглянувшись на меня, он крикнул: “Давай! Поехали!”


Я оглядел его с головы до ног, наблюдая, как морская вода стекает с его обнаженного тела. “У тебя что, нет никакой одежды?” Я спросил его.


Его единственным ответом было подбежать к пассажирской двери и дернуть ручку, которая была заперта. Снова оглянувшись на меня, он махнул мне в сторону машины. “Пошли!”


Я вздохнула, смиряясь с промокшим автомобильным сиденьем и ковровым покрытием.


В машине Кракен таращился на огоньки на приборной панели широко раскрытыми глазами и ртом. Он протянул руку, чтобы ткнуть пальцем в каждую витрину, как будто прикосновение к ним могло наполнить его каким-то тайным откровением. Он повернулся к самому сиденью, с благоговением проводя руками по обивке, как будто никогда не прикасался к коже. Он снова повернулся, чтобы посмотреть, как мир проносится за окнами.


“Сделай так, чтобы это продолжалось быстрее!” он умолял.


“Извини, приятель. У нас ограничение скорости”.


Кракен начал колотить по приборной панели своими тяжелыми руками. “Быстрее!” - потребовал он.


Я бросила на него взгляд, намереваясь сказать, чтобы он расслабился, когда меня накрыла волна легкой тошноты, когда темнота за моим лобовым стеклом внезапно начала кружиться и мерцать. “Что за черт!” - Воскликнула я, нажимая на тормоз.


Машина позади меня с визгом остановилась, и водитель нажал на клаксон.


Кракен повернулся ко мне, его глаза расширились. “Почему—”


Любой вопрос, который Кракен собирался мне задать, был прерван грохотом предмета, упавшего на капот зверомобиля. Мы с Кракеном рефлекторно подняли руки, и я, кажется, выкрикнула что-то бессвязное. Я моргнула и отметила, что искажение, которое я видела в ночном воздухе, прекратилось. Я также видел, что упало на мою машину.


Кракен все еще смотрел на меня. “Что случилось?” Он повернулся, чтобы посмотреть через лобовое стекло. “На нас напали?”


Вместо ответа я выключил зажигание зверомобиля и, помедлив секунду, чтобы взять себя в руки, вышел из машины. Когда я забрался обратно, в руках у меня был металлический диск, который я достал из капота. Я протянул его Кракену, чтобы тот посмотрел.


Глаза адаро сузились, когда он изучал это. “Это ... это .... Напомни, как ты это назвал?”


“Это колпак на колесах”, - сказал я ему. “Это один из колпаков, которые Десятидюймовка сняла с моей машины”.


“Десятидюймовый там?” Кракен потянулся к ручке своей двери, но я остановил его.


“Я так не думаю”, - сказал я ему. Я был почти уверен, что колпак на колесе упал или был выброшен через портал откуда-то издалека. Вопрос был в том, “Почему?” Я провела кончиками пальцев по плавному изгибу втулки.


“На поверхности написано послание”, - сказал я.


Глаза Кракена сузились. “Ты уверен? Я ничего не вижу, а в темноте я вижу намного лучше, чем человек, даже когда выхожу из воды”.


“Я чувствую, как это отпечаталось на поверхности”. По правде говоря, царапины были слабыми, и сообщение было бы незаметно в темноте для большинства людей, но мое обостренное сознание, работающее через осязание и зрение, позволило мне расшифровать короткое сообщение, которое было слегка отпечатано на металлической поверхности.


“О чем там говорится?”


Я нахмурился. “Я не уверен. LEITI LA’AKA?” Я произнес все буквы. “Я не знаю, что это значит”.


Кракен улыбнулся. “Это имя”.


Я повернулась, чтобы посмотреть на него. “Ты кого-нибудь знаешь?”


Адаро покачал головой. “Я ее не знаю”.


“Она женщина?”


Улыбка Кракена стала шире. “Сейчас она такая. Но когда она родилась, она была мальчиком. Вот что означает часть Лейти в ее имени. Но я не знаю Лейти Лаака.”


“Так она трансгендер?”


“Я не знаю этого слова. Оно означает девочку, родившуюся мальчиком?”


“Достаточно близко”.


“Тогда она трансгендер. Лейти живут на островах. Они...” Он запнулся. “Как ты говоришь? Люди, которые контролируют духов?”


“Элементалисты?”


Кракен покачал головой. “Нет. Все адаро контролируют груурблуурблов, которых вы называете элементалями воды. Лейти контролируют ... разных духов. Духи, которые приходят ... отсюда. Этот мир. Но глубоко внутри него. ” Он взмахнул рукой, охватывая все свое окружение. “ Они живут в вещах. Растения, деревья, животные, люди, скалы, здания, штормы .... Все, ” закончил он.


“Хм. Она адаро?”


Кракен издал одно из своих трубных фырканий, разбрызгивая воду с рыбным запахом по всему переднему сиденью автомобиля. “Люди могут менять свои ... Как бы это сказать? Кем они хотят быть - мужчиной или женщиной?”


“Неважно”, - сказал я.


Кракен пожал плечами. “Среди адаро такое изменение невозможно. Мужчины и женщины Адаро очень разные, еще более разные, чем люди. Адаро-самцы намного крупнее и сильнее адаро-самок. Но адаро-самки могут дышать вне воды так же хорошо, как и в воде. Мы, мужчины, становимся слабыми, когда слишком долго находимся вне воды. Мужчины Адаро могут плавать глубже, чем женщины ”. Он лукаво улыбнулся мне. “Вот так мы и убегаем от них. Мы проводим наши встречи в глубине, где женщины не могут вмешиваться. Он отвернулся и уставился в ночь за окном машины. “Мы отличаемся и в других отношениях. Мужчина из адаро никогда не смог бы стать женщиной, даже если бы захотел. Это невозможно ”.


Я изучал колпак, ощупывая каждую его деталь, чтобы увидеть, смогу ли я обнаружить какие-либо другие послания. “Я не думаю, что это было случайностью, что это попало ко мне сюда. Мы направлялись в поселение адаро. Может быть, именно там мы найдем этого Лейти Лаака. ”


Рот Кракена открылся, а глаза сузились. Такое выражение появлялось на его лице всякий раз, когда он пытался глубоко задуматься, что никогда не было естественным для этого большого парня. Через несколько мгновений он моргнул и спросил: “Как ты думаешь, она знает, где находится Десятидюймовка?”


“Я не знаю. Может быть. Давай найдем ее и спросим”.


Глаза Кракена снова сузились. “Как мы ее найдем?”


“Я следователь. Предоставь это мне. Но сначала о главном. Мне нужно, чтобы ты показал мне, где встречаются северяне ”.


Лицо адаро озарилось. “Я могу это сделать. Они встречаются в баре, похожем на "Медузу", только не таком крутом”.


“Ты был там?”


Глаза Кракена опустились. “Не внутри. Я видел это снаружи. Мне это не нравится. Это не крутое место. Не такое, как у Медузы ”.


"Медуза" была классной? "Медуза", которую я помнил, нуждалась бы в радикальном обновлении, чтобы считаться свалкой. “Как называется это новое место?”


Кракен тщательно выговаривал слова: “Ведро с каплями”.


“Звучит ужасно”, - сказал я.


Кракен нахмурился. “Мне это не нравится. Это плохое место”.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава тринадцатая


Кракен мог бы описывать все поселение Адаро, особенно все, что находится к югу от Фремонт-стрит, вдали от океана. Отделение военно-морского флота Толаники, работающее под руководством Бюро по делам Адаро, зарегистрировало женщин-адаро и передало их сообществу. Первоначально поселение предоставляло скромное, но достаточное жилье, а также продукты питания, воду, электроэнергию и услуги по утилизации отходов, все это было создано военно-морским флотом Толаниканы и контролировалось начальником по вооружению военно-морского флота, или MAs. Однако со временем количество женщин адаро, согнанных в поселение, превысило существующую инфраструктуру, и правительство Толаниканы нашло для военно-морского флота занятия поважнее, чем расширять и улучшать его. Поскольку поселение неизбежно превращалось в перенаселенный внутренний город, ответом военно-морского флота было сдерживание проблемы, а не ее устранение.


Поселение, возможно, и портило городской пейзаж, но оно было жизненно важным центром местной торговли, особенно тех видов сделок, которые чаще всего совершались под покровом темноты. Когда в эту пятницу вечером мы ехали по Фремонт-стрит в поселок, движение было остановлено на всех четырех полосах, и Кракена все больше раздражало наше медленное продвижение.


“Обойди этих придурков!” потребовал он.


“Я не могу их объехать. Дорога забита машинами”.


“Тогда убирайся с дороги!”


“Я не могу свернуть с дороги, не проехав мимо этих домов”. Южная сторона поселения за последние несколько лет быстро превратилась в трущобы. Я указал на постройки, выстроившиеся вдоль Фремонт-стрит справа от меня, на самом деле немногим больше, чем наспех сколоченные плиты из фанеры, полосы листового металла и висячие ткани, которые служили жилыми помещениями для жителей поселка. В некоторых местах люди стояли так близко к улице, что Кракен не смог бы открыть пассажирскую дверь зверомобиля, не врезавшись им в стену одного из самодельных сооружений.


Кракен с отвращением сморщил нос. “Сбейте их с ног. Они уродливы. Наших женщин нельзя заставлять жить в таких местах. Их место в океане вместе с нами, мужчинами ”.


“Может, и так, приятель. Но ты знаешь, как это работает”. Он так и сделал, и ему это не понравилось. Женщинам Адаро разрешалось заходить в воду в безопасной, патрулируемой бухте недалеко от поселения, но им не разрешалось выходить в открытое море из-за сложной подводной системы стен и сетей. Представители BAA и военно-морского флота ясно дали понять, что любая татуированная женщина-адаро, пойманная в водах за пределами бухты, подлежит казни на месте. “Кроме того, - заметил я, - не все люди, живущие здесь, адаро”.


Кракен кивнул, зная, что женщины адаро в поселении делили пространство с людьми и другими людьми, у которых либо не было средств, либо они были слишком социально дезадаптированы, чтобы жить в других частях города. Многие из этих жителей были наркоманами, которым было удобно жить в непосредственной близости от безудержной торговли дешевыми наркотиками в поселении. Многие были мошенниками, бездельниками, уличными отбросами или просто неудачниками, искавшими убежища в хаосе трущоб. Слишком много ветеранов войн Повелителя Драконов с помутившимися мозгами или преследуемых воспоминаниями о пережитом искали душевного покоя в этих ветхих убежищах. Многие из их соседей в остальном были респектабельными работающими гражданами, которые предпочли сэкономить кучу денег, живя в нищете, а не платить высокую арендную плату, взимаемую законными арендодателями и фирмами по управлению недвижимостью. Официально поселение было подразделением в районе Плэсид Пойнт, четко обозначенным на картах, выпущенных Комиссией по городскому планированию Йерба. На самом деле поселение Адаро представляло собой отдельную маленькую вселенную, отделенную от остального города, а также от самого Королевства Толаника невидимыми границами, более прочными, чем бетонные стены и колючая проволока. Когда чужаки проникали в поселение, они оставляли законы и социальные условности основного мира позади, иногда ровно на столько, чтобы совершить незаконную сделку или провести одну-две ночи в поисках декадентских острых ощущений, а иногда в поисках нового начала жизни, которая приняла неправильный оборот.


Кракен повернулся ко мне, сверкая глазами. Он издал серию булькающих звуков на своем родном языке, прежде чем перейти на то, что он назвал “человеческим”. “К черту это! Давай прогуляемся.”


“Я не могу просто бросить машину. Придержи коней, здоровяк. Как далеко нам нужно пройти, чтобы добраться до ведра с каплями?”


“Мы скоро будем там, если побежим”.


Это помогло лишь незначительно. “Ты голый Адаро бак”, - указал я. МАС застрелит тебя на месте, если поймает на открытом месте”.


“Пусть попробуют”.


“Просто сядь поудобнее и расскажи мне, как туда добраться”.


“Это туда”. Кракен указал за переднюю часть машины и немного вправо.


Отлично, подумал я. Ведро с каплями было в трущобах. “Отлично. Я поверну на следующем светофоре. Движение должно быть меньше, когда мы съедем с главной дороги ”.


Кракен скрестил руки на груди и откинулся на спинку сиденья, гигантский принц океанских глубин с надутыми губами. Я подавила покровительственную улыбку и не сводила глаз с дороги.


Пять минут спустя я свернул с Фремонта направо на дорогу без полосы движения, которая продолжала сворачивать направо к ветхим домам, пока я не обнаружил, что углубляюсь в трущобы в направлении, прямо противоположном тому, куда я хотел идти.


“Ты идешь не в ту сторону!” - сообщил мне Кракен без всякой необходимости.


“Не проблема. Следующий поворот налево”.


“Тебе нужно идти туда”, - сказал мне Кракен несколько минут спустя, указывая на север. По крайней мере, я думал, что он указывал на север. Что означало, что теперь я направлялся на восток. Или в восточном направлении. По правде говоря, я начал терять чувство направления.


Я повернул налево, но было недостаточно влево. “Туда! Туда!” Кракен указывал в направлении, куда, казалось, не хотела идти ни одна дорога.


“Я работаю над этим”, - сказал я ему.


Я увидел впереди поворот налево, но когда я добрался туда, где, как мне показалось, я его видел, я обнаружил, что на самом деле он был немного дальше.


Кракен поерзал на стуле и оглянулся через плечо. “Не сюда”, - раздраженно крикнул он. “Подожди. Мне показалось, я видел там поворот”. Затем: “Нет, я думаю, что нет”.


“Я поверну налево”, - сказал я ему. “Это вернет нас в том направлении, в котором мы хотим идти”.


Но мы не проехали ни одного поворота налево, а дорога, по которой я ехал, сворачивала направо. “Там, наверху”, - сказал я Кракену.


Кракен уставился в окно. “Куда?”


“Прямо по курсу. Там я поверну”.


Но когда я добрался до перекрестка, который, как я видел, приближался, я увидел, что дорога продолжалась только прямо или направо. Или так оно и было? Когда я моргнула и снова посмотрела назад, казалось, из ниоткуда возник поворот налево. Взвизгнув шинами, я пересекла полосу встречного движения и свернула на дорогу, которую заметила.


Кракен издал звук, похожий на нечто среднее между вздохом и хрипом удушья. “Чувак!” - пробормотал он. Я взглянул на адаро, на его лице снова появилось растерянное выражение. Он пожал плечами. “Я не знаю, как ты это сделал”.


Я посмотрел вперед, на дорогу, и выругался. Она сворачивала вправо, уводя меня дальше в неправильном направлении, к южной части поселения, подальше от океана. Я почувствовал слабое пронзительное гудение в затылке, и мне стало трудно сосредоточиться. Что-то потустороннее спустилось ночью, как туман, и дорога продолжала петлять так, как я не ожидала. “Это безумное место”, - пробормотала я. “Это гребаный лабиринт”.


Десять минут спустя я пожалел, что вообще выключил Fremont. Я был безнадежно потерян, а Кракен, сердито смотревший в боковое окно, демонстративно отказывался разговаривать со мной или даже признавать мое существование. Улица, по которой я шел, была такой узкой, что я обнаружил, что пробираюсь между неосвещенными лачугами, выстроившимися вдоль проспекта не более чем в двух ярдах по обе стороны от зверомобиля. Я знал, что нахожусь где-то в трущобах, которые доминировали на южной окраине поселения, и сильно подозревал, что меня направили туда неестественные силы. Я остановил машину и уставился на Кракена, ожидая, когда он обернется.


Наконец он это сделал, уставившись на меня полуприкрытыми глазами.


“В какой стороне бар?” Я спросил его.


Он продолжал свирепо смотреть. Я указала налево, более или менее наугад. “Туда?”


“Я. Не. Знаю”. Кракен вздохнул. “Я не знаю. Океан вон там”. Он указал на заднюю часть машины. Я не знаю, откуда здесь Капающее ведро. ”


Я тоже не знал, но я знал, что Фремонт находится между нашим нынешним положением и берегом. Как только я вернулся на Фримонт, я был уверен, что мы сможем найти "Ведро с каплями", даже если мне придется терпеть пробки бампер к бамперу в компании нетерпеливого адаро бака, чтобы добраться туда. “Нам нужно вернуться другим путем. Но мне нужно найти место, где развернуться”. Я направил зверомобиль вперед.


Я продвинулся не более чем на пятьдесят ярдов, когда достиг места, слишком узкого, чтобы крупногабаритная машина могла продолжать движение вперед. Я включил заднюю передачу и повернулся, чтобы посмотреть в заднее окно. Темные фигуры в еще более темных куртках и повязках на головах тащили кусок колючей проволоки по улице за моей машиной. Я повернулась, чтобы посмотреть вперед. Дюжина бандитов в капюшонах и повязках на головах вышли из лачуг по обе стороны дороги и встали в свете моих фар. Мы с Кракеном были окружены.


Кракен выпустил из рук адаро бурбла и начал открывать дверь.


Я успокаивающе кладу руку ему на плечо. “Оставайся на месте. Позволь мне разобраться с этим”.


Огромный зверомобиль был оружием сам по себе, и в сложившихся обстоятельствах я чувствовал, что оставаться внутри - лучший вариант для нас обоих. Однако у Кракена были другие идеи. Адаро сбросил мою руку со своей и выскользнул из машины. Я обреченно вздохнула. Я подумала, что лучше всего выступить единым фронтом. Я заглушил двигатель, открыл свою дверь и вышел навстречу музыке.


Даже не оборачиваясь, я знал, что стою посреди восемнадцати членов уличной банды. Цвет повязок и эмблемы на куртках подсказали мне, что я попал в засаду картеля Клеймор, хорошо известной в городе банды с филиалами по всей провинции Кайчан. Я задавался вопросом, во что я ввязался. Восемнадцати из них, казалось, было слишком много для простого ограбления.


“Классный автомобиль, сука”. Голос раздался из центра группы перед зверомобилем. “Кажется, я видел его раньше”.


Я вгляделся в источник голоса и обнаружил, что смотрю на темноволосого капюшона с фиолетовыми крыльями, вытатуированными на лице под глазами. Я узнал эти татуировки.


“Ягуар? Это ты?” Когда я в последний раз натыкался на подразделение картеля Клеймор в Плэсид-Пойнт, Ягуар возглавлял их.


Капюшон улыбнулся. “Ты помнишь меня, сука. Я чертовски польщен”.


“Ты всадил пулю мне в ногу. Я вряд ли это забуду”.


“Ты помнишь всех, кто стрелял в тебя, Саутерленд?”


“Только те, кто не промахнулся”.


Улыбка Ягуара показалась мне неподдельным весельем. Он повернулся, чтобы посмотреть на Адаро бакса с другой стороны машины. “А ты, должно быть, Кракен. Мы никогда не встречались, но я много слышал о тебе, брудда. ”


Единственной реакцией Кракена было мотать головой из стороны в сторону, чтобы расслабить мышцы шеи и плеч. Треск, с которым кости вставали на место, был зловещим, и атмосфера на улице сгустилась от напряжения.


Последнее, чего я хотел, это драки. Даже имея на своей стороне легендарного морского дьявола, я не был доволен шансами, пока мы были на суше. В сложившихся обстоятельствах разговор показался мне лучшим вариантом, поэтому я решил попробовать. “В чем дело, Ягуар? Ограбление? Ты не можешь забрать машину”.


“Как ты собираешься остановить нас, сучка? У нас достаточно огневой мощи, чтобы уничтожить большого человека, а ты, похоже, не будешь большой проблемой”.


Я вытянул руки по швам. “Нам не нужно драться. Я безоружен. Кракен тоже, но, думаю, ты и сам это видишь ”.


Ягуар уставился на живот Кракена и усмехнулся. “Безоружный? Я ни хрена об этом не знаю. Этот его гребаный жезл кажется мне смертоносным оружием! Некоторые из присутствующих тоже хохотнули, а кто-то присвистнул, как будто удивленный.


Порыв ветра за моей спиной обдал улицу холодным дождем. “Здесь холодно, Ягуар. Скажи мне, чего ты хочешь, чтобы мы могли сделать то, что собираемся”.


Улыбка Ягуара исчезла, и остальные посмотрели в его сторону, чтобы посмотреть, как он собирается все разыграть. “Ты вторгаешься на территорию Клеймора, брудда. Обычно это означает, что мы берем с вас плату в качестве пошлины. Может быть, мы даже возьмем эту гребаную военную штурмовую машину, если решим, что хотим от вас именно этого. И мы хорошенько оттрахаем тебя, если ты решишь доставить нам гребаные неприятности. Он повернулся к Кракену. “Мы могли бы получить большие деньги, передав "Адаро" военно-морскому флоту. Я слышал, они хотят разрезать тебя на куски и выяснить, из чего ты сделана. ” Он повернулся ко мне и махнул рукой, отпуская. “Но мы не об этом. В любом случае, вы здесь по приглашению. ”


Я нахмурился. “По приглашению? Что это значит?”


Улыбка Ягуара вернулась. Ему нравилось улыбаться. Это была непринужденная улыбка, улыбка человека, стоящего у руля. Он протянул руки, указывая на других членов Картеля. “Мы - встречающий комитет, брудда. Мы здесь, чтобы убедиться, что ты нашел правильный дом”.


Я взглянул на Кракена и увидел, как на его лице появилось обычное растерянное выражение. Я был так же сбит с толку, как и он. Я снова повернулся к Ягуару. “Мы не искали дом. Мы пытались добраться до бара. Это поселение - чертов лабиринт. Должно быть, я свернул не туда. Я указал назад. “Фремонт в той стороне, верно?" Именно туда я и отправлюсь, как только разверну свою машину. ”


Ягуар покачал головой. “Сегодня вечером для тебя нет баров, брудда, но, возможно, внутри тебя ждет выпивка. Мы тебя ждали. Лейти сказал нам, что ты придешь. Она тоже ждет тебя. Вас обоих. ”


“Лейти?”


“Leiti La’aka. Мои мальчики проводят тебя к ней. Следуй за мной. ”


У меня в затылке защекотало при упоминании Лейти Лаака. “А как же машина?” - Спросила я.


“Не беспокойся о машине, брудда. Пошли.” Он направился налево.


“Это будет безопасно?”


“Безопасно? Конечно, конечно. Безопаснее, чем трахаться. Не волнуйтесь. Мы отнесемся к этому по-настоящему хорошо. Не так ли, мальчики?” Проходя мимо них, он обменялся веселыми взглядами с другими членами своей банды. Кто-то из бандитов усмехнулся, и я услышал “Да, черт возьми!” откуда-то позади меня.


Я не пошевелился. “Держу пари, что так и будет. Тем более, что у меня есть собственная система безопасности”.


Ягуар остановился. “Что ты говоришь’ черт возьми!”


Я вызвал в уме символ, и через несколько секунд на улице усилился ветер. Вдалеке послышался рев, который становился все громче по мере того, как воронка искажения, около дюжины футов в длину и темнее ночи, быстро спускалась сверху, пока не остановилась в нескольких футах над крышей зверомобиля, вращаясь подобно миниатюрному торнадо. Грязь и обломки разлетелись по улице во все стороны, и все бандиты в изумлении отступили назад. Даже Кракен отступил на шаг, его глаза расширились, как блюдца. Несколько "темных капюшонов " произвели гэта. Верно. Как будто маленькая летающая зацепка все исправит.


Я прислонился к своей машине, придерживая шляпу. “Привет, крутой”.


Из яростно вращающегося смерча донесся воющий стон глубже полуночи. “Привет, Алекс. Чем могу быть вам полезен?”


Я похлопал по крыше зверомобиля. “Если кто-нибудь, кроме меня, подойдет к этой машине достаточно близко, чтобы дотронуться до нее, причините ему боль. Понятно?”


“Этот понимает”.


Повернувшись к Ягуару, я сказал: “Хорошо, поехали”.


Все охранники обходили зверомобиль стороной, когда мы выезжали с улицы вслед за "Ягуаром".


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com


Глава четырнадцатая


Наш эскорт увел нас с Кракеном с улицы в лабиринт наспех возведенных строений разного размера и качества - от крепкого трехэтажного многоквартирного здания, которое было бы уместно в некоторых рабочих районах города, до залатанных лачуг и пристроек, которые, похоже, не переживут еще один сильный ливень. Во время последнего из них, похоже, несколько рухнули. Острый аромат перца и других специй соперничал с гнилостным зловонием гниющей рыбы и зловонным запахом старого мусора, неочищенных сточных вод и слишком большого количества немытых тел. Пока мы пробирались по грязным немощеным переулкам трущобного города, дикие глаза смотрели на нас через окна, некоторые из которых были закрыты стеклом, пластиком или тканью, некоторые - просто дырами в стенах. Я заметил, что большинство глаз были человеческими. Многие принадлежали адаро, а несколько оставшихся принадлежали карликам, гномам и даже случайному троллю. Никто не вышел из своих жилищ, чтобы противостоять бандитам Картеля или гиганту адаро баку, хотя я подозревал, что ситуация была бы совсем иной, будь я один.


Кракену не потребовалось много времени, чтобы проявить признаки разочарования. “Сколько еще?” он пробормотал, ни к кому конкретно не обращаясь. Я заметил, как он хмуро посмотрел на пару вороватых глаз, прежде чем они скрылись за трещиной в стене деревянного сарая.


“В чем дело, Кракен?” Ягуар насмешливо улыбнулся большому адаро. “Эта часть города немного сурова для тебя?”


В ответ Кракен нанес удар босой ногой по гофрированной металлической стене, которая угрожала обрушить импровизированное убежище в грязь. Из хижины донесся сдавленный женский крик, но его тут же оборвали.


“Эй, придурок!” Ягуар подошел к Кракену, пока тот не оказался в нескольких дюймах от адаро, голова к груди. “В этих лачугах живут люди! Тебе это может не понравиться, но эти лачуги - дома людей ”. Главарь банды ткнул пальцем в грудь большого адаро. “Сегодня вечером ты гость в этом районе. Веди себя соответственно!”


Я должен был признать, что в тот момент почувствовал нечто вроде восхищения Ягуаром. Кракен был не самым уравновешенным существом в округе, и у него хватило силы раздавить гангстера, как букашку, но это не помешало Ягуару противостоять более крупному человеку от имени людей, которые, несомненно, были неспособны защитить себя.


“Это плохое место”, - пробормотал Кракен.


“Это не тебе решать”, - сказал ему Ягуар. Двое метнули друг в друга яростные взгляды, и я увидел, как гангстеры Ягуара полезли в карманы.


Я вложил сталь в свой голос и перекрыл шум проливного дождя. “Подождите, ребята. Отойдите, Кракен. Мы здесь не для этого ”.


Все еще не сводя глаз с Ягуара, Кракен открыл рот, чтобы что-то сказать, но Ягуар внезапно отвернулся от него, его внимание привлекло что-то позади адаро. Он указал на деревянную хижину с окнами, заклеенными газетами, на другой стороне переулка. “Что за черт!” Заорал Ягуар. Повернувшись к одному из своих людей, он сказал: “Позаботься об этом”.


Я обернулся, чтобы посмотреть на то, что отвлекло Ягуара, и заметил серебристый овал, нарисованный аэрозолем на стене хижины под окном. Пока я наблюдал, один из гангстеров достал из кармана пальто собственный баллончик и покрыл овал золотой краской из баллончика.


Я кивнул Ягуару. “Конкурирующая банда?”


Ягуар фыркнул. “Не-а. Просто какое-то глупое дерьмо Адаро. Это ерунда. Да ладно. Мы хотим доставить вас двоих в Лейти, пока этот гребаный морской слизняк не разнес всю округу к чертовой матери ”.


Наша пятнадцатиминутная экскурсия по тому, что, как я надеялся, было худшим в поселении адаро, заняла, по ощущениям, половину ночи. "Ягуар" остановился возле добротной деревянной лачуги с крышей из листового металла. При нашем появлении дверь открылась, и Ягуар жестом пригласил меня пройти. Кракен, который почти не разговаривал с тех пор, как оставил зверомобиль, сопровождал меня. Я задавалась вопросом, как долго ему будет комфортно находиться вне океана. Отметив, что его дыхание не было затруднено, я пришел к выводу, что пока с ним все будет в порядке. Физически, во всяком случае. Его глаза были холодными, а губы неодобрительно скривились.


“Сохраняй хладнокровие, приятель”, - пробормотал я ему. Я увидел, как его руки сжались в кулаки.


“Это плохое место”, - пробормотал он в ответ.


Ягуар ждал за дверью хижины. “Идите внутрь”, - сказал он. “Вы оба. Лейти Лаака ожидает вас. Я оставляю здесь троих моих мальчиков. Они проводят вас обратно к вашей машине, когда вы закончите. ”


“Ты не зайдешь?” - Спросила я.


“Ни хрена себе. У меня есть дела поважнее. Возможно, увидимся позже”.


“Правда? Почему?”


Главарь банды улыбнулся. “Поговори с лейти. Тогда посмотрим”. Он повернулся к Кракену и оглядел его с ног до головы. Все еще улыбаясь, он покачал головой. “Черт возьми, чувак”. Он усмехнулся, прежде чем собрать свою команду и уйти.


Кракен посмотрел на меня сверху вниз. “В чем его проблема?”


“Я думаю, ты ему нравишься”, - сказала я.


Кракен фыркнул. “Грууб-грурр человечишка. Он мне не нравится”.


Я кивнул в сторону открытой двери. “Пойдем, познакомимся с Лейти”.


Я переступил порог и оказался в удивительно уютном помещении. Стены были оклеены светло-голубыми обоями, а на полированном деревянном полу лежал ковер, достаточно большой, чтобы заполнить всю комнату. Интерьер лачуги был освещен двумя коптящими масляными лампами, стоявшими на деревянном журнальном столике в центре комнаты. По одну сторону стола в мягком кресле, обтянутом тканью, с нашитыми на подлокотники кожаными заплатками сидела огромная женщина. Поднять ее с этого кресла было непросто. Густые волнистые волосы, черные, но обильно тронутые сединой, выбились из-под разноцветного головного платка и рассыпались по ее широким плечам. От уголков ее карих глаз расходились глубокие морщинки, а веки были окрашены в цвет аметистов. Ее загорелые щеки были круглыми с ямочками, а губы покрыты черным лаком, который заставлял их блестеть в тусклом свете. Бретельки-спагетти на ее свободном платье с глубоким вырезом открывали сложную сеть ярких черных переплетающихся полос, которые были вытатуированы на каждой видимой части ее объемного тела от шеи и ниже. Неземная энергия пульсировала в этих чернильных полосах, как неон в стеклянных трубках, гудя со звуком, который я не могла расслышать, но который заставлял вибрировать мои задние зубы.


Стройная адаро женского пола, вероятно, еще не вышедшая из подросткового возраста, стояла рядом с креслом и смотрела на Кракена широко раскрытыми бледно-голубыми глазами. Ее темно-синие волосы до пояса частично скрывали жабры по обе стороны шеи, а серебристые перчатки прикрывали вытатуированный регистрационный номер на запястье. На ней было одно из тех свободных платьев островитянок в цветочек, которое оставляло одно плечо обнаженным - то, что подходит южным нигхонцам, но не очень подходит холодной ночью в Йерба-Сити. Я старался не пялиться.


Когда мы вошли, крупная женщина осталась сидеть и указала на диван по другую сторону стола. “Пожалуйста, входите и устраивайтесь поудобнее”, - сказала она успокаивающим контральто с легким акцентом, достаточно громко, чтобы быть услышанной за стуком дождя по крыше из листового металла. “Я Лейти Лаака. Эта юная леди - моя ученица, Таити. Добро пожаловать в мое скромное жилище. Я рад, что вам удалось найти меня без лишних сложностей. Кто-нибудь из вас хочет чего-нибудь выпить? У меня есть ром, пиво и вода, как соленая, так и фильтрованная. ”


Я пересел на диван. “Я бы выпил пива”, - сказал я, имея в виду именно это.


“Вода”, - сказал Кракен.


Лейти повернулся к молодой женщине адаро. “Таити, пожалуйста, принеси пива и морской воды для наших гостей. Спасибо тебе, дорогая.” Не говоря ни слова, адаро исчез за занавешенной тканью дверью в соседнюю комнату.


Как только мы все расселись, Лейти посмотрел на меня с удивленным выражением лица. “Вы, должно быть, совсем сбиты с толку, мистер Саутерленд. Мне нужно было поговорить с вами, и я признаюсь, что приложил немало усилий, чтобы привести вас сюда. Надеюсь, вы простите за вторжение. Обещаю, что оно того стоило. ”


Я взглянул на Кракена, который с удивлением смотрел вслед девушке адаро. Повернувшись обратно к Лейти, я спросил: “Что вы имели в виду, когда сказали, что направили меня сюда?”


Она кивнула. “Это не то, что я могу легко объяснить, и я бы не хотел утомлять вас множеством технических подробностей. Прежде всего позвольте мне сказать, что я ничего не сделал с вами напрямую. Ваши умы не были затронуты, так что вам не нужно беспокоиться об этом. Мое влияние на духов природы в некоторых частях поселения сильно. Манипулируя определенными аспектами этих духов, я сделал так, что некоторые места на вашем маршруте показались желанными, а другие трудноуловимыми ”. Она посмотрела прямо на меня и улыбнулась. “Мне пришлось труднее, чем я ожидал. Тебя было нелегко обмануть. Вы упорно сворачивали на улицы, которые должны были быть скрыты, и я был вынужден перенаправить вас. Я приношу извинения за разочарование, которое это, должно быть, вызвало. В конце концов, вы оказались там, где вам нужно было быть. Я надеюсь, Ягуар и его люди вели себя хорошо. Им пришлось ждать вас немного дольше, чем мы ожидали, а активные молодые люди так легко теряют терпение ”.


Молодой адаро—Таити — принес наши напитки и поставил их на стол в центре комнаты. Она поставила перед Лейти деревянную чашу, наполовину наполненную незнакомой мне коричневой жидкостью. От жидкости исходил резкий аромат, который, хотя и был знаком, я не могла определить.


Когда Таити приблизился, я уловил сильный мускусный аромат и почувствовал легкое возбуждение, глядя на то, как тонкая ткань платья стройной молодой женщины облегает контуры ее бедер. Я напомнил себе, что самки адаро естественным образом выделяют большую дозу феромонов - эволюционное следствие происхождения от вида, у которого самок было в десять раз больше, чем самцов, и только самые привлекательные из женщин получили возможность стать матерями. Я также напомнил себе, что девушка была ненамного моложе меня вдвое. Я мысленно дал себе пощечину и загнал свое либидо обратно в пещеру, где прятал его с тех пор, как в последний раз видел Холли. Улыбка девушки, однако, была направлена не на меня, а скорее на Кракена, который один раз понюхал воздух и посмотрел на нее, неодобрительно нахмурившись. Глаза Таити сузились, как будто ее упрекнули, и она быстро отступила, чтобы встать рядом с Лейти.


Я взял стакан пива, которое, к моему ужасу, было подогрето до комнатной температуры. Посмотрев через стол на хозяина, я сказал: “Знаешь, ты мог бы просто позвонить мне”.


Лицо Лейти Ла'ака напряглось. “LIA отслеживает телефонные частоты, мистер Саутерленд. Вы, конечно, знаете это”.


Я отхлебнул теплого пива, которое оказалось на удивление освежающим. “Так я продолжаю слышать. Я думаю, люди преувеличивают способность правительства вмешиваться в нашу жизнь. Звонки по мобильному телефону достаточно безопасны ”.


Губы Лейти растянулись в снисходительной улыбке. “Как скажешь”, - сказала она. Она взяла свою чашу обеими руками и отпила жидкости.


На диване рядом со мной Кракен начал проявлять беспокойство. Он поерзал на стуле, допил большую часть воды и вздохнул. “Что мы здесь делаем, придурок?” Он поставил свой бокал на стол и снова поерзал в кресле.


Я откинулся на спинку дивана, пытаясь продемонстрировать Кракену, насколько расслабленным я чувствовал себя в нашей нынешней ситуации. “Все в порядке, приятель. Мы немного отвлеклись. Такие вещи случаются”.


Кракен был против. “А как насчет Десятидюймовки? Мы собирались заставить жителей Севера сказать нам, где находится Десятидюймовка”.


“Мы сделаем это”, - заверил я его. “Сначала мы собираемся выяснить, почему лейти послали за нами. Мы здесь ненадолго”. Я повернулся обратно к лейти. “Не так ли, Лейти Лаака?”


“Это зависит от обстоятельств”, - ответил Лейти. “Лично у меня впереди вся ночь. Но твой друг Адаро молод, а, как я указывал ранее, молодые люди склонны становиться нетерпеливыми”. Она отпила еще из своего бокала. “Давайте сразу к делу. Вы двое собираетесь встретиться с северянами в "Капающем ведре". Я хочу, чтобы вы взяли с собой моего ученика ”.


Я собирался спросить Лейти, откуда она это узнала. Однако, прежде чем я успел открыть рот, Кракен взорвался. “Нет! Этот бар - неподходящее место для квурлплапа.”


Я быстро повернулась к Кракену. “Ради чего?” Это было то же самое слово, которое он использовал, говоря о Каноа? Я так и думал, но мне было трудно понять какой-либо смысл языка адаро, в котором каждое слово звучало как газы, поднимающиеся на поверхность в луже горячего масла.


Глаза Кракена не отрывались от юной девушки Адаро. “квурлплап. Она .... Я не знаю, как это сказать”.


“Она жрица”, - сказал Лейти. “Это чрезмерное упрощение для слова, которое невозможно перевести должным образом, но оно достаточно близко. Давайте просто скажем, что она почитаемая фигура среди адаро. ”


Возвращаясь к Кракену, я спросил: “Ты ее знаешь?”


Кракен продолжал рассматривать молодую женщину с неодобрительным выражением, в котором не было и намека на благоговение. “Я никогда не видел ее раньше. Но я знаю, что она квурлплап. Его губы скривились в хмурой гримасе. “Она не может пойти в бар. Она просто блюгблорская девчонка. ”


Если я был удивлен, что Кракен смог распознать в безобидной на вид девушке адаро жрицу, я был совершенно сбит с толку, когда Лейти Лаака ответил мускулистому и импозантному адаро баку коротким резким бормотанием на его родном языке. Кракен откинулся на спинку дивана, как будто его ударили кулаком.


“Будь на своем месте, дурак! Ты же знаешь, что так нельзя разговаривать с квурлплап, независимо от ее возраста. И, в любом случае, она не намного моложе тебя, маленький сопляк. Квурлплап будет делать все, что ей заблагорассудится, и вы сделаете все возможное, чтобы помочь ей. ” Лейти поймала свирепые голубые глаза гиганта адаро своими темными немигающими и уставилась на него сверху вниз.


Несколько долгих мгновений лицо Кракена искажали противоречивые эмоции, прежде чем на нем появилось выражение капитуляции. Он ссутулил плечи и, опустив глаза, кивнул. “Я прошу прощения, Лейти”, - пробормотал он. “Я сделаю, как ты говоришь”.


Взгляд Лейти смягчился, и она повернулась ко мне с доброжелательной улыбкой. “Мистер Саутерленд, ты, конечно, не обязан отдавать Таити жителям Севера, но я надеюсь, что ты все равно это сделаешь. Уверяю тебя, что с ними она будет в полной безопасности. ”


Я ставлю свой бокал на стол. “Позволь мне прояснить, Лейти Лаака. Ты потратила неземную энергию, чтобы остановить меня, как такси, чтобы я отвез твою ... жрицу".… в бар?”


Черные губы Лейти растянулись в широкой улыбке. “Я полагаю, когда вы так упрощаете, это звучит несколько чрезмерно, не так ли. И все же, в этом, по сути, суть всего этого. Хотя я бы сказал, что ваш автомобиль больше похож на роскошный городской автомобиль, чем на такси. ”


“Может быть, и так, но я собираюсь взыскать с вас плату за ущерб, нанесенный ”хабкапом"".


Лейти Ла'ака наклонила голову и нахмурилась. “Простите? Вы сказали ‘колпак на колесах”?"


Я посмотрел на озадаченное выражение лица Лейти. “Ты не бросал колпак с твоим именем на капот моей машины через портал в небе?”


“Я определенно этого не делала”. Ее взгляд скользнул от меня к воображаемой точке за моим плечом. “Это очень любопытно. Весьма любопытно”. Она снова сфокусировала свои глаза на моих. “Колпак на колесах? И на нем было написано мое имя?”


“Запечатленный на поверхности”. Я на мгновение задумался об этом. “Возможно, я не был бы так готов позволить Ягуару и его банде привести меня сюда, если бы не получил вашу визитную карточку”.


Из горла Лейти вырвался смешок. “Это была не моя визитная карточка. У меня нет привычки сбрасывать колпаки с колес с неба. Или что-нибудь еще, если уж на то пошло. ”


Я почесал подбородок и кивнул. “Хорошо, допустим, я тебе верю. Тем не менее, Лейти Лаака, я не обслуживаю пассажиров. Я частный детектив ”.


“Я в курсе этого, мистер Саутерленд. Вы ищете Тин-Инча, главаря банды Northsiders. Таити никоим образом не помешает вашим поискам ”.


“Ты знал, что я иду в "Мокрое ведро”, прежде чем переступить порог твоей двери?"


“Конечно. Так же, как я знаю, что вы вернетесь в поселение завтра, если сможете, чтобы продолжить свое расследование ”.


“Как?”


“Я многое знаю, мистер Саутерленд. Я лейти. Вы знаете, что это значит?”


Я пожал плечами. “Я никогда не слышал о Лейтис до сегодняшнего вечера. Ты родился мужчиной?”


Улыбка Лейти Лаака подчеркнула ямочки на ее щеках. “Нет. Может, я и родилась с мужскими чертами, но я всегда была женщиной ”.


“Я так понимаю, это не вся история”. Я кивнул ей подбородком. “Я чувствую магию в этих чернилах”.


Лицо Лейти Ла'ака стало еще более серьезным. “Да, я прикасаюсь к ману и воспринимаю тапу этого места с помощью этих священных татуировок, и через них я общаюсь со многими из отуа, детьми Тауфулифонуа и Хавеа Лолофонуа. Лейти обучены этим искусствам. Улыбка вернулась на ее лицо. “Таити помогает мне. Это великий сосуд ману ”.


Верно. Я почувствовал, как мой мозг отключается от внезапной перегрузки незнакомо звучащими слогами. “Ты должна извинить меня, Лейти, но я мало что расслышал. Я просто соглашусь с тем, что у тебя тяжеловесное моджо. Ты говоришь, что Таити помогает тебе. Но она не лейти, верно? ”


Лейти Ла'ака усмехнулась. “Боже мой, нет. Она адаро. Среди адаро нет лейти. Это чисто человеческое свойство”.


“Кракен говорит мне, что адарос не может быть трансгендером”.


Лейти Лаака слегка улыбнулась Кракену, мрачно сидевшему рядом со мной, и глаза Лейти, казалось, блеснули в дымчатом свете комнаты. “Кто может сказать?” Она снова повернулась ко мне. “Но нет. У мужчин Адаро не хватает мозгов быть женщинами”.


“Эй!” Кракен запротестовал.


“Расслабься, дорогая”, - успокаивал Лейти. “Вы, Адаро бакс, сильны, как быки, и это самое главное, верно?” Она быстро подмигнула мне.


“Мы сильнее быков”! Кракен поправил ее.


“Совершенно верно, дорогая”.


Я не был так молод, как Кракен или большинство бандитов Картеля, но я чувствовал, что мое собственное терпение начинает иссякать. “Что вы можете сказать мне о Десятидюймовке? Ты знаешь, где он?”


Лейти сложила руки на своих широких коленях. “Десятидюймовый - человек большой силы духа, но ограниченного видения. Он железной рукой правит маленьким племенем. Он ценит независимость своего племени и борется за то, чтобы так оно и оставалось ”. Она пожала плечами. “Не все в его племени разделяют его стремление к независимости. Синдикат Хэтфилдов ослепил их обещаниями увеличения власти и денег. Ten-Inch изо всех сил пытается удержать их вместе, противостоя попыткам Синдиката захватить их власть. Что касается того, где он сейчас, я не уверен. Он пропал ранее на этой неделе и был спрятан от меня. ”


“Спрятанный от тебя? Кто мог это сделать?”


“Десятидюймового коснулся великий дух”. Лейти Лаака на секунду закрыла глаза, прежде чем снова открыть их, чтобы встретиться со мной взглядом. “У меня есть веские основания полагать, что это был Мауи-Кисикиси”.


OceanofPDF.com

Глава пятнадцатая


Мне удалось сохранить невозмутимое выражение лица, но это было нелегко. “Кто?”


“Кисикиси - младший сын или брат Мауи-Мотуа, или Старого Мауи, самого почитаемого из духов острова. Учитывая кровосмесительную природу духов, Кисикиси может быть и его сыном, и братом. Несмотря на это, Кисикиси - могущественный дух, но ненадежный. ” Она нахмурилась. “На самом деле, он в некотором роде обманщик и настоящий ублюдок. Это так похоже на него - вмешаться в драку и сбежать с призом ”. Она ухмыльнулась мне. “Это также было бы в его духе - сбросить колпак с неба на твою машину”.


Дым от масляных ламп висел в комнате, как туман, наползающий с Нихонеса. Я посмотрел сквозь дымку на Лейти. “Я вижу. Фактически, колпак на колесе с вашим именем был вторым, который я получил. Первый я получил вчера поздно вечером. На нем было написано имя Кисикиси. ”


Ухмылка Лейти Ла'ака стала шире, а морщинки в уголках ее глаз углубились. “Вы видите? Он представлялся. Дерзкий маленький ублюдок”.


“И, похоже, он хотел, чтобы я познакомился с тобой”. Я вспомнил сверхъестественное присутствие, которое я обнаружил возле квартиры Тин-Инча, прежде чем копы схватили меня на улице. Я задавался вопросом, помогал ли этот Мауи-Кисикиси Десятидюймовому или использовал его в своих целях. Мой собственный опыт общения с неземными духами не давал мне особых оснований доверять им. Будучи потусторонними, они обладали потусторонним мышлением. Но это была проблема Тин-Инча. Моей работой было найти его.


Лейти протянула руку и приложила палец к губам. “Хм. ДА. Я верю, что Кисикиси хотел, чтобы мы встретились. Теперь я еще больше убежден, что вам нужно рассказать о Таити жителям Севера ”.


Когда крупная женщина отпила еще из своего бокала, я вспомнила, где уже ощущала этот уникальный аромат. Это был горьковатый запах, который я почувствовал, когда простыня из отеля "Хоторн" вспыхнула пламенем и исчезла.


“Что это за напиток?” Я спросил Лейти.


Она опустила чашу и одарила меня веселой улыбкой. “Это называется кава”, - сказала она мне. “Хочешь немного? У него приятные свойства”. Она протянула мне чашу через стол.


Я должен был признать, что мне было любопытно. “Приятно? Что вы имеете в виду?”


“Это снотворное. Для большинства людей оно обладает мягким успокаивающим эффектом. Пейте его в достаточном количестве, и оно расширит ваш кругозор ”.


“Это галлюциноген?”


“Это может быть”.


“Как тебе на вкус?”


“Большинству людей он кажется горьким. Это что-то вроде приобретенного вкуса, как кофе, но как только вы к нему привыкнете, вы не сможете насытиться ”.


“Не пей это”, - раздался предупреждающий голос.


Я повернулся к Кракену. “Почему бы и нет?”


Кракен нахмурился. “Это для ведьм”.


Лейти Лаака издал насмешливый звук. “Ооо, пу. Не слушайте его, мистер Саутерленд. Это правда, что кава используется в церемониях и как основа для различных зелий, но я уверяю вас, что кава в этой чаше совершенно безвредна в небольших количествах. Среди моего народа вежливо, когда гости делят чашу кавы со своими хозяевами. ”


Кракен все еще хмурился. “Я не буду это пить. Я не хочу превращаться в илистую рыбу”.


Лейти закатила глаза, глядя на адаро. “Да будет тебе известно, что илистые рыбы считаются священными во многих частях мира”. Она повернулась ко мне. “А как насчет вас, мистер Саутерленд. Вы достаточно храбры, чтобы рискнуть воспользоваться моим гостеприимством? Известно, что кава вносит ясность в беспокойный разум ”.


Я не хотел быть грубым, и мне всегда не помешало бы немного ясности, поэтому я наклонился вперед и потянулся за миской. “Я попробую”.


Кава была горькой, но ведь и черный кофе тоже. По крайней мере, кофе я люблю пить. Я решила, что смогу привыкнуть к нему, если представится такая возможность. “Неплохо”, - сказал я.


Мрачная улыбка лейти коснулась ее фиолетовых глаз. “Однажды вернитесь в мой скромный дом, мистер Саутерленд, и я дам вам достаточно, чтобы сделать из вас настоящего островитянина”.


“Звучит интригующе. Итак, когда я превращусь в священную илистую рыбу?”


Единственным ответом Лейти была загадочная улыбка.


После того, как она забрала у меня чашу, Лейти Лаака снова сосредоточила внимание на Кракене в дымной дымке. “Кракен, мужчины адаро редко навещают нас здесь, на суше, а если и навещают, то ненадолго. Я чувствую, у тебя есть вопрос, на который ты хотел бы, чтобы я ответил, прежде чем ты уйдешь”.


Кракен поставил свой бокал на стол. “Ты знаешь, кто убил Каноа?”


Глаза Лейти опустились. “К сожалению, я не знаю, а мне бы очень хотелось”. Она снова подняла глаза. “Возможно, вы и мистер Саутерленд узнаете. Если да, я хотел бы услышать об этом. ”


“Может быть, вы сможете помочь”, - сказал я. “Что вы можете рассказать мне о ней?”


“Так получилось, что у меня есть кое-какая информация, которая могла бы вам пригодиться”. Она снова сложила руки, готовясь начать рассказ. “Каноа тайно проник в поселение со стороны океана два месяца назад. Ей каким-то образом удалось избежать встречи с властями, и она никогда не была зарегистрирована.”


“Это часто случается?” - Спросила я.


Глаза лейти блеснули. “Итак, почему свободная женщина адаро захотела покинуть море ради несвободной жизни на суше?”


Я пожал плечами. “Саботаж? Шпионаж? Люди в Интернете утверждают, что террористы адаро организовались в поселении”.


“Так я слышал”. Тон Лейти подсказал мне, что она думает о таких необоснованных обвинениях. “Каноа не был террористом, поверьте мне. У этих сторонников теории заговора в Интернете нет воображения. История Каноа на самом деле интереснее. Она была очень почитаемым человеком в сообществе адаро, служанкой морского духа Тауфа'тахи. Она утверждала, что у нее есть послание от него. Многие адаро называли ее пророком. ”


“Leiti!”


Все взгляды обратились к ученице Лейти Лаака, которая с тревогой смотрела на Лейти.


Лейти успокаивающе положила руку на плечо своей помощницы. “Все в порядке, Таити. Каноа была не совсем сдержанной. Все в поселке знали о ней ”.


“Адарос знали”, - уточнил Таити, взглянув в мою сторону. “Но власти поселения не знали”.


“Пожалуйста, дорогая. Каноа, возможно, была пророком, или она, возможно, была неуравновешенной молодой женщиной. Если последнее, то не имеет значения, знает ли мистер Саутерленд, что она делала в поселении. Если первое, то ему нужно знать. Все знают. ”


Таити явно не была убеждена, но кивнула и промолчала.


Лейти Лаака снова обратила свое внимание на меня. “Каноа бродил по поселению, рассказывая всем, кто был готов слушать, что на Йерба-Сити надвигается великая катастрофа”.


“Что за катастрофа?”


“Штормы. Наводнения. Приливные волны. Это было до того, как начался дождь, так что вы можете догадаться, что люди говорят о ней сейчас. По словам Каноа, весь полуостров будет погребен под водой гневом Тауфа'тахи, который, опять же по словам Каноа, был возмущен агрессией королевства Толаникан и хочет помочь адаро вернуть себе Нихонский океан. Он разрушит город Йерба и освободит женщин адаро. Каноа поощрял адаро сопротивляться их человеческим угнетателям в поселении и бежать в море. ”


Я взглянула на Кракена, который фыркнул. “По-моему, звучит заманчиво”, - сказал он. “Но наши женщины постоянно распространяют подобные истории. С тех пор, как Повелители драконов разрушили наши дома, эти сумасшедшие женщины плавают повсюду, утверждая, что наши духи-хранители собираются уничтожить людей. Умные люди их не слушают. ”


Я застал Таити, пристально смотрящей на Кракена. Она застукала меня, когда я ловил ее, и попыталась придать своему лицу выражение. Однако слишком поздно. Я знал правду: Лейти Лаака могла быть настроена скептически, но ее ученица была верующей.


Я? У меня был непредвзятый взгляд. Я посмотрел на Кракена. “Дождь шел несколько дней. Некоторые улицы затоплены”.


Кракен снова фыркнул. “Земля остается землей. Я не могу проплыть через твой город, придурок”.


“Большинство адаро в поселении так же скептически отнеслись к пророчеству Каноа, как и ты, Кракен”, - сказала Лейти Лаака. “Для них это слишком много, чтобы в это поверить. Каноа пытался убедить адаросов, что настало время для массового побега. Она сказала им, что они не переживут надвигающуюся катастрофу, если не окажутся в безопасности в глубинах Нихонеса, когда шторм достигнет своего пика. ”


Я изучал Лейти, пока она самым женственным образом промокала уголки своих покрытых лаком губ бумажной салфеткой. Я не мог не думать об обстоятельствах ее рождения. Я искал в ней что-нибудь мужественное, но не смог обнаружить ничего конкретного. Мне пришло в голову, что для этого не было причин.


Лейти Лаака ждала, что я расспрошу ее подробнее о Каноа, что я и сделал. “Кое-что меня озадачивает. Вы говорите, что Каноа поощрял адаро сопротивляться своим угнетателям-людям и бежать в море. Но поселение - это не тюрьма. Адаро могут свободно приходить и уходить. Если им здесь не нравится, почему они не уезжают? Не все адаро живут в поселении. ”


Ответил Таити. “Все не так просто, мистер Саутерленд. Согласно вашему правительству, мы находимся под защитой, пока не сможем ассимилироваться в вашей культуре. Но это ложь. На самом деле мы заложники в войне между Повелителями Драконов и нашими людьми, которые знают, что наши жизни подвергнутся большому риску, если они решат начать вторжение. Да, любая из нас, женщин, может уехать из поселения, но куда мы собираемся податься? Мы можем жить на суше, но наш дом - океан, и нам не нравится находиться слишком далеко от него. Вы видели адаро в городе, но они там не процветают. Возможно, поселение и не окружено стенами, но с нами обращаются как с преступниками, куда бы мы ни пошли. ” Она сняла перчатку, чтобы показать мне вытатуированные у нее на запястье цифры. “Мы зарегистрированы в правительстве. Этот номер означает, что к нашим записям могут получить доступ любые правоохранительные органы королевства. Не многие работодатели возьмут нас на работу. Если вы увидите адаро в городе, первое, о чем вы подумаете, это о работнице секс-бизнеса. И вы, вероятно, будете правы. ”


“Тогда почему бы тебе не уплыть? Я знаю, что военно-морской флот патрулирует воды за пределами поселения и что они могут законно казнить любого адаро с татуировкой, которого найдут, но что мешает вам отправиться пешком вверх или вниз по побережью и сбежать оттуда?”


Таити подняла брови. “Ты не знаешь?”


Я уставился на нее и ничего не сказал.


Лейти Лаака ввела меня в курс дела. “Адаро не просто наносят татуировки при регистрации. Военно-морской флот также вводит им под кожу устройство слежения ”.


Для меня это было новостью. “Ты уверен в этом? Почему я никогда об этом не слышал?”


Лейти пожал плечами. “Правительство Повелителя драконов полно секретов. Они не видят никаких причин разглашать этот ”.


“Хорошо”. Я не пытался скрыть свой скептицизм.


Лейти Лаака продолжила. “Цифры, вытатуированные на запястьях адаро, на самом деле являются просто удобным визуальным указанием на то, что адаро зарегистрированы. Устройство слежения включено постоянно, оно питается от собственных электрических импульсов "адаро". Всякий раз, когда "адаро" покидает сушу, правительство знает об этом и отправляет судно на перехват. Сигнал слежения также передает регистрационный номер адаро, поэтому они знают местоположение любого конкретного адаро в любое конкретное время. Они также знают, где они были. ”


Таити кивнул. “Правительству не нужны решетки, чтобы делать нас заключенными”.


Лейти взглянула на своего ученика, прежде чем снова посмотреть на меня. “Но это не настоящая причина, по которой адаро не спасаются бегством. Каноа переживала очень трудные времена, будоража сердца жителей поселения. Ее высмеивали. Произошло несколько неприятных инцидентов. Ей пришлось прибегнуть к услугам Десятидюймовки для защиты. Возможно, вас удивит, насколько неохотно большинство адаро покидают поселение, какими бы несвободными они ни были. ”


“Правда? Я бы подумал, что адаро были бы счастливы сбежать из этой дыры”.


Лакированные губы Лейти растянулись в улыбке, которая не коснулась ямочек на щеках. “Не будьте столь субъективны, мистер Саутерленд. Дом - это то, что вы из него делаете. Возможно, вы не сочтете поселение привлекательным местом, но в нем есть свое очарование. ”


Я покачал головой, и лейти продолжил. “Многие адаро живут здесь уже много лет. Они освоились”.


“Разве они не скучают по океану?”


“Конечно! Но есть моменты из их прежней жизни, по которым они не так сильно скучают ”.


Таити уставился на Лейти, и удивление, должно быть, отразилось на моем лице. Мне нужно было поработать над этим, прежде чем снова играть в покер.


Лейти Ла'ака бросил взгляд на Кракена. “Спроси своего большого друга-мужчину о жизни женщин адаро в их родных общинах”.


Я поднял глаза на Кракена и обнаружил на его лице обычное растерянное выражение. “Что она имеет в виду?” Я спросил.


“Я не знаю”. Он сердито посмотрел на Лейти. “Она что-то бормочет”.


Глаза Лейти весело прищурились. “Я не хочу вдаваться в гендерную динамику жизни адаро. Возможно, Таити захочет просветить вас по пути к жителям Севера. Пока давайте просто скажем, что многие женщины адаро чувствуют себя более раскрепощенными за пределами своих родных общин — даже в пределах этого контролируемого поселения — чем когда-либо прежде. Я верю, что со временем женщины адаро найдут свою новую жизнь на прибрежной земле более полноценной, чем их прежнюю жизнь в море, где мужчины адаро доминировали над ними, эксплуатировали их и регулярно подвергались насилию. ”


Глаза Кракена вспыхнули. “Это неправда!” - проревел он.


Улыбка Лейти стала шире, а ямочки на щеках углубились. “Так говорит представитель патриархата адаро”.


На лице Кракена снова появилось озадаченное выражение. “Ха?”


“Не бери в голову, дорогая”, - сказала Лейти. Она снова повернулась ко мне. “Каноа был довольно страстным, хотя, на мой взгляд, и безрассудным. Она была продуктом тысячелетней культурной обусловленности, и от этого трудно избавиться. Что касается ее так называемого пророчества, я говорил с ней много раз. Она была замечательной женщиной. Довольно страстная и уверенная в себе. Она была похожа на королеву времен, предшествовавших появлению Повелителей Драконов. Я убежден, что она действительно верила в свое послание. Но Кракен прав. Такого рода пророчества распространялись десятилетиями. Даже столетиями. Я верю, что этот дождь - всего лишь дождь. ”


Лейти, казалось, погрузилась в размышления, и я позволил тишине затянуться на несколько мгновений, прежде чем нарушить ее. Я бросил взгляд на Таити, осознавая, что она наблюдала за мной уже некоторое время. Я ощущал ее аромат, мягкость ее губ и изгибы, которые не могло скрыть ее свободное платье. В моей голове росло подозрение, и я хотел его проверить. “Ты говоришь, Десятидюймовый защищал ее. Это не похоже на Десятидюймового, которого я знаю. Она соблазнила его?”


Глаза Лейти Лаака сфокусировались на моих. “В какой-то степени, возможно. Но они никогда не вступали в сексуальные отношения”.


Я улыбнулся половиной рта. “Откуда ты это знаешь?”


Выражение лица Лейти оставалось серьезным. “Потому что Каноа была квуурлплап — жрицей. И квурлплапы все девственницы. ”


Я не мог удержаться, чтобы не бросить взгляд на Таити, которая закусила губу и смотрела на меня, как девушка, сопоставляющая свои обязанности с желаниями сердца.


Лейти Лаака продолжает. “Если квурлплап теряет девственность, она также теряет свои связи с ману и Отуа, древними духами Нихонского океана. Но даже не вступая в сексуальные отношения с мужчиной, квурлплап обладает огромной силой убеждения. Даже невыполнимое обещание секса может быть очень мощным оружием. Особенно для адаро. ” Ее взгляд опустился на мои колени. “ Но ты уже знаешь это.


Я посмотрела вниз и сразу почувствовала покалывание на щеках, а кровь бросилась в голову. Незаметно для себя, мое тело отреагировало на мощный аромат гормонов, исходящий от молодой женщины адаро. Я внезапно почувствовал, как адреналин разливается по моей крови, как колотится мое сердце и учащается дыхание. Я посмотрел на Таити, губы которой были приоткрыты так, что мне захотелось разнести в щепки деревянный кофейный столик между нами.


Я заставил себя снова повернуться к Лейти и медленно вздохнуть. “Тебе это нравится?” Я спросил ее.


“У меня мало жизненного пространства, а ты довольно долго находился в обществе молодой, желанной женщины адаро. Многие мужчины почувствовали бы себя в вашей ситуации настолько неуютно, что им пришлось бы выйти на улицу подышать свежим воздухом. Или принять холодный душ. У вас замечательная сила воли, мистер Саутерленд, - сказала она с раздражающей усмешкой на лице, - но, как и у большинства мужчин, какая-то часть вас, кажется, обладает собственной волей ”.


Я не мог удержаться, чтобы не бросить взгляд на обнаженного Адаро на диване рядом со мной. Кракен казался невыносимо расслабленным в сложившихся обстоятельствах и ухмылялся мне. “Люди. Вы не можете контролировать свои члены. ”


Я подумывал о том, чтобы вылить воду из стакана Кракена себе на голову — или на колени, — но вместо этого сделал большой глоток пива и подумал о мертвых адаро в переулках.


“Вы знаете, куда направлялась Каноа, когда покинула поселение в понедельник вечером?” Я спросил Лейти.


Она опустила глаза. “Я - нет. Как только она покинула поселение, я потерял с ней всякую связь”.


Я медленно вздохнул. “Лейти Лаака, я должен тебе кое-что сказать. Мне сказали, что существует большая вероятность того, что Каноа была изнасилована в ночь убийства”.


Я почувствовала, как Кракен рядом со мной напрягся. Я посмотрела в его сторону. Его зубы были стиснуты, и я чувствовала жар, исходящий от его тела, но он молчал. Не требовалось магически усиленного сознания, чтобы почувствовать его сдерживаемую ярость. Мне бы не хотелось оказаться на том конце провода, когда он был готов выпустить ее.


Через несколько мгновений Лейти подняла глаза. Ее лицо было невозмутимым, и я почувствовал, как сильно она старается сохранить это выражение. Но она не смогла сдержать слез, которые выступили из уголков обоих глаз и потекли по щекам. “У меня мало власти за пределами моей территории. ‘Моя "территория", как сказал бы Ягуар ”. Она прочистила комок в горле и протянула руку с салфеткой, чтобы вытереть слезы. “Я пытался выяснить причину ее исчезновения, но безуспешно. Возможно, вам повезет больше”.


“Я просто пытаюсь найти Десятидюймового. Может быть, он сможет рассказать мне что-нибудь о том, почему Каноа покидал поселение, когда я найду его ”.


Лейти кивнул. “Я тоже хотел бы услышать, что Тин-Инч может сказать в свое оправдание. Если он был с ней, когда она ... когда она умерла, ему есть за что отчитаться. Я использовал все свои ресурсы, чтобы попытаться найти его, но я не думаю, что он в поселении или в Плэсид Пойнт, если уж на то пошло. Я уверен, что знал бы, если бы он был. ” Она повернулась в сторону Таити. “Помоги мне подняться, дорогая”. С помощью адаро Лейти поднялась со стула на ноги. “Мистер Саутерленд". Саутерленд, я полагаю, что отнял у тебя достаточно времени. Таити может привести вас прямо к Ведру с каплями, и с ее помощью вы сможете добраться до него не более чем за десять минут, при условии, что на вас ничего не упадет с неба. ” Она позволила себе легкую усмешку, но я не почувствовал уверенности.


Мы с Кракеном поднялись с дивана, и я кивнул в сторону Таити. “Что мне прикажешь с ней делать, когда я доставлю ее туда?”


“Совсем ничего, моя дорогая. Совсем ничего. Все, о чем я прошу, это провести ее через дверь ”. Лейти перевела взгляд на Кракена. “Вы должны справиться с этим без труда”.


Кракен бросил взгляд на Таити, прежде чем снова повернуться к Лейти и кивнуть. “Я сделаю это”, - сказал он без энтузиазма. “Но ей не следует туда идти. Это плохое место для нее. Плохое место для квурлплапа. Он нахмурился. “Это плохое место для любого”.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава шестнадцатая


Перед нашим отъездом Таити обернула тканую циновку вокруг талии поверх платья. “Это называется таовала”, - объяснила Лейти Лаака. “Наши люди надевают его по официальным случаям”.


“Это официальное мероприятие?” Спросил я. “Может быть, нам стоит подобрать галстук для Кракена”.


Он вызвал мимолетную улыбку Таити и Лейти Лаака и хмурый взгляд Кракена.


“Картель Клеймор вступил в переговоры с Нортсайдерами по поводу этого дела в Хэтфилде”, - пояснил Leiti. “Обе стороны попросили моей помощи. Таити привезет от меня подарок жителям Севера. Она подмигнула. “Я хотел бы знать, кто руководит бандой в отсутствие Тин-Инча и что он думает о синдикате Хэтфилда”.


“А вы уверены, что не подвергаете Таити какой-либо опасности?”


“Она будет в безопасности. Она гораздо более способная молодая женщина, чем вы о ней думаете ”. Лейти вручил Таити спиральную раковину с ярко-розовой внутренней частью, которая практически светилась. Таити осторожно положила раковину в кожаный футляр для переноски размером и формой напоминающий шляпную коробку, и перекинула футляр через плечо. Две женщины коротко обнялись, и Таити проводила Кракена и меня до двери.


Трое гангстеров, которых Ягуар оставил возле дома Лейти, сопроводили нас обратно к зверомобилю, и сам Ягуар ждал нас, когда мы добрались туда.


“Чертовски вовремя, сучка”, - сказал он, когда мы подошли к нему. Он взглянул на Задиру, который все еще парил над моей машиной. “Я познакомился с твоей сторожевой собакой. Однако он мало разговаривает.”


“Это. У элементалей нет пола. И это не собака”. Я повернулся к элементалю. “Крутой парень. Кто-нибудь трогал машину?”


“Нееет”. - раздался звучный баритон.


“Тебе обязательно было причинять кому-нибудь боль?”


“Нееет”.


“В таком случае я освобождаю тебя от службы. Спасибо”.


Не сказав больше ни слова, элементаль растворился в ночи.


Ягуар наблюдал за ней, пока она не исчезла. Он покачал головой. “Черт. Жаль, что у меня нет такой. Если бы не он, тебя бы здесь сейчас не было, брудда. Этот ублюдок спас твою жалкую задницу той ночью на пирсе. ”


“Это была просто рана в ногу. Это было не так серьезно”.


“Я целился не в твою ногу, сука, и я не промахиваюсь по тому, во что целюсь. Я не рассчитывал, что гребаный торнадо изменит траекторию моего выстрела”. Он повернулся ко мне. “Вы пили что-нибудь из кавы Лейти?”


“Я попробовал”.


Он ухмыльнулся. “Постарайся не засыпать, моя брудда. Кава и вождение не сочетаются”.


“Это была просто ласточка”, - сказал я. “Думаю, я справлюсь”.


“Знаменитые последние слова, ублюдок”. Он указал глазами на Таити. “Ты думаешь, что сможешь справиться с ней, брудда?”


Я пожал плечами. “Не с чем разбираться. Я просто транспорт”.


Ягуар оглядел меня с ног до головы. “Хм. Удачи с этим. Не облажайся”.


Таити и Кракен сели в машину, но я остался, чтобы перекинуться парой слов с Ягуаром. “В чем дело?” Я спросил его. “Лейти сказал мне, что ведутся какие-то переговоры. Ты лидер Картеля. Почему ты не участвуешь в этом сегодня вечером?”


Гангстер улыбнулся. “Тебе не о чем беспокоиться, брудда. Просто отведи девушку внутрь и никого не зли. Остальное позаботится само о себе ”.


“Да? Что тебе от этого? Ты думаешь продать свою банду Хэтфилдам?”


Губы Ягуара скривились в хмурой гримасе, которая коснулась крыла, вытатуированного под его левым глазом. “Хэтфилды - гребаные забияки, как и северяне”. Он покачал головой. “Гребаные северяне. Им лучше надеяться, что Тен-Инч вылезет из той дыры, в которой он прячется. Без него они дерьмо. Меньше, чем дерьмо ”.


“Я думал, вы с Десятидюймовым ненавидите друг друга”.


Хмурый взгляд Ягуара сменился натянутой улыбкой. “Конечно, брудда. Я ненавижу этого ублюдка. Но я отдаю ему должное. Этот ублюдок взял кучку ничтожеств-подонков и разделил с ними территорию. Территория небольшая, всего несколько дерьмовых кварталов, которые больше никому не были нужны, но он позаботился о том, чтобы они ее удержали. Я тоже сделал все возможное, чтобы забрать это у него, просто чтобы дать моим мальчикам возможность пошевелиться. Черт возьми, у нас была кровавая баня! Гребаному Десятидюймовому все равно, скольких своих людей он потеряет, пока они сражаются за него. Этот ублюдок сумасшедший, чувак! Он самый кровожадный сукин сын, которого я когда-либо видел ”.


“Есть идеи, что с ним случилось?”


“Хэтфилды случились с ним, брудда. Это мое предположение”.


“Ты что-нибудь слышал о нем в последнее время?”


"Ягуар" замолчал, и я не думал, что он собирается отвечать. Но как раз в тот момент, когда я собирался сдаться и сесть в машину, он заговорил. “Чертов Хэтфилдс. Они думают, что они крупная рыба, потому что питаются за счет этого города, но Картель больше, чем город. Мы все, блядь, на Кайчане. Мы больше, чем гребаные Хэтфилды. Мы правим улицами Ацтлана и Города Ангелов, и это только вопрос времени, когда мы будем править и улицами Йерба-Сити ”. Он повернулся ко мне и улыбнулся. “Скоро, моя брудда. Скоро. Дерьмо происходит! Он подмигнул и повернулся к нашим трем сопровождающим. “Пошли, бруддас. Мы закончили”.


***


У Холли был выходной, и мы наслаждались коктейлями с ромом в клубе в центре города, который не принадлежал Левти. Я был в своем лучшем (и единственном) костюме и самом темном галстуке. Холли придавала маленькому черному платью, которое она купила в магазине, вид, как будто оно было позаимствовано у одной из лучших моделей подиума города. На сцене известный комик заводил толпу, унижая пьяных хулиганов своим пакетом с потрясающими шутками. Трое джасперов, потягивающих джин с тоником в дальнем конце зала, рядом со столиком, за которым сидели мы с Холли, находили свои собственные подшучивания над ребрами гораздо более забавными, чем что-либо исходящее от профессионала на сцене, а их вырванное из контекста хихиканье вызывало недовольство у соседних посетителей, пришедших насладиться шоу в шатре. Мы с Холли потягивали напитки и старались не обращать внимания ни на кого, кроме друг друга.


У нас был не самый приятный момент.


“Тебе не нужно защищать меня, Алекс”. Холли посмотрела на меня поверх своего бокала с коктейлем. “Ты не можешь делать то, что делаю я, не зная, как позаботиться о себе”.


Я поставил свой стакан на подставку и секунду смотрел на него, прежде чем встретиться взглядом с темными глазами Холли. “Я просто говорю, что отбиваться от ухаживаний богатых пьяных развратников в три раза старше тебя - неподходящий способ для молодой леди проводить вечера”.


“Мне нравится моя работа. Платят хорошо, а чаевые отличные. Ну и что с того, что мне приходится слегка приоткрывать бедра и улыбаться кучке свежих чудаков, чтобы заработать свои бабки. Это совершенно безвредно — и это хорошие бабки! Держу пари, что в прошлом месяце я заработал больше денег, чем ты. ”


Я отвел взгляд. За последние несколько недель у меня было мало дел, и нам пришлось разделить плату за покрытие расходов, чтобы попасть в клуб той ночью. “Деньги не главное”, - сказал я. “Это небезопасно. То, что случилось с Эллой, может случиться и с тобой”.


“С Эллой все в порядке. Нет ничего хуже, чем разбитая губа. Она крепкая девчонка, поверь мне. В любом случае, ей следовало бы знать лучше, прежде чем пытаться прекратить подобную ссору. Господи боже мой, она курит, а не вышибала! Вы никогда не поймаете меня в разгар такой перепалки ”.


Я уставился на свой бокал, вспомнив, что не особенно люблю ромовые коктейли, и пожалев, что это не чистый виски. “Мне не нравится, как эти волки лапают тебя за задницу. Это неправильно.”


Холли закатила глаза. “Дорогая, это ничего не значит. Все это часть аттракциона. "Левти" собирает их каждую ночь. Сколько из них продолжало бы возвращаться, если бы мы, девочки, не разгуливали в этих откровенных костюмах и не поощряли их немного шалить. В любом случае, я позволяю так прикасаться ко мне только крупным дельцам. Любой другой получит шпилькой в верхнюю часть ноги ”.


Один из джасперов громко рассмеялся посреди одной из шуток комикса, и лица с неодобрительным выражением повернулись в его сторону.


Я покрутил стакан на подставке, не поднимая его. “На чай. Ты знаешь, кем это делает тебя, не так ли?”


Мне не нужно было видеть свирепый взгляд Холли, чтобы понять, что я зашел слишком далеко. “Назови меня шлюхой, и я выплесну этот напиток тебе в лицо”.


“Прости. Я не это имел в виду”. Я поднял глаза от своего бокала. “Я знаю, как работает игра, и я знаю, что ты никогда бы не позволил ей выйти из-под контроля. Это просто… Я имею в виду… разве вы не могли бы зарабатывать столько же денег, сидя за пишущей машинкой? Секретарши неплохо зарабатывают. ”


Холли отодвинулась от меня и уставилась на меня широко раскрытыми глазами. “О, Алекс. Иногда ты бываешь таким засранцем. Ты хочешь, чтобы я была чьей-нибудь девушкой в пятницу? Сидеть за письменным столом и печатать контракты по десять часов в день? Сидеть на коленях у босса и писать под диктовку в перерывах между приготовлением ему кофе? ”


“Не все боссы такие”. Я знал, что не должен тявкать, но не мог остановиться.


Холли невесело улыбнулась и покачала головой. “Тебе достаточно понравилось то, что я делала в ту ночь, когда мы встретились”.


“Это было по-другому”. Я мысленно поморщился, произнося это.


Глаза Холли не отрывались от меня, когда она медленно поднесла бокал к губам и сделала глоток. Я быстро отпил из своего и заметил, что джасперы смотрят в мою сторону и перешептываются друг с другом.


Сдаться и снова извиниться было бы отличной идеей. Именно это я намеревался сделать, когда открыл рот. Вместо этого вышло: “Почему бы тебе не пойти работать ко мне? Мне бы хотелось, чтобы кто-нибудь отвечал на мои телефонные звонки и просматривал информацию на компьютере, и я бы даже сам готовил себе кофе. Ты все равно могла бы сидеть у меня на коленях, пока я пишу под диктовку. ” Я улыбнулся, почему-то полагая, что последнее покажется ей забавным.


Лицо Холли напряглось, и я слишком поздно поняла, что мне нужно оставить комедию профессионалам, таким, как тот, что на сцене. Он громко смеялся. Я? Я уже собирался попасться на крючок.


Холли наклонилась ко мне, чтобы ей не пришлось кричать. “Теперь послушай меня, бастер. Я работала в ночном клубе, когда мы встретились, и это было не потому, что я искала какого-то сильного мужчину, который подхватил бы меня и увез от всего этого. Я говорила тебе, что мне нравится моя работа. Мне это нравилось до того, как я встретил тебя, и нравится сейчас. Это весело. Это захватывающе. Мне нравится атмосфера. Мне нравится, когда люди вокруг меня хорошо проводят время. Мне даже нравится, когда люди становятся немного шумными после выпивки. И хочешь знать кое-что еще? Мне нравится, когда они смотрят на меня. Я привлекательная дама, бастер. И если ты не можешь с этим справиться .... ”


“Привет, леди. Этот бродяга тебя беспокоит?”


Я поднял глаза и увидел, что один из джасперов за нашим столиком разговаривает с моей девушкой. Двое джентльменов, с которыми он пил, сдерживали смешки, наблюдая за происходящим через два столика от нас.


Холли подняла глаза на "джаспер". “Это не шоу на сцене, милый. Проваливай”.


Я поставила свой бокал на подставку и одарила голубчика своим самым свирепым взглядом. Он проигнорировал это.


“Не будь такой, детка. Держу пари со своими приятелями вон там, что ты позволишь мне угостить тебя выпивкой. Давай. Позволь мне угостить тебя выпивкой, хорошо? Что в этом плохого? Он продемонстрировал набор чопперов, которые не могли бы быть ярче, даже если бы он покрыл их белым кремом для обуви.


Холли сделала глоток из своего бокала. “У меня есть выпить, дорогая. И ты выпила больше, чем следовало”. Она поставила бокал на стол. Она также взяла со стола свою сумочку и положила ее на колени.


Я решил, что пришло время вмешаться. “Возвращайся к своим друзьям и скажи им, что ты проиграл пари, чемпион. Возвращайся, пока у тебя еще есть зубы”.


Джаспер проигнорировал меня, что показалось мне грубым. Продолжая работать над Холли, он сказал: “Вы красивая леди. Но вам следует чаще улыбаться”.


Холли повернулась к нему с бесстрастным лицом. “Тебе следовало бы поменьше глупить”.


Джаспер нахмурился. “Ха? Я не понимаю”.


Холли кивнула. “Я знаю, дорогая. Сократи свои потери и смирись”.


Джаспер понимал этот язык. “Эй. Не будь таким. Почему ты хочешь выставить меня в плохом свете перед моими друзьями?”


Голос Холли оставался ровным. “О, я сомневаюсь, что тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтобы выглядеть плохо. Для тебя это просто естественно”.


Лицо джаспера покраснело под безупречно подстриженной шевелюрой, и он сердито посмотрел на Холли с угрозой в глазах. “Не будьте такой сукой, леди. Я был добр к тебе. Но когда мои приятели вынесут мусор .... Он указал на меня. “Мы не будем такими милыми”. Он положил руку на плечо Холли и сжал. “Теперь, почему бы тебе и—”


Этого было достаточно для нас обоих. Я вскочил со своего места, но Холли двинулась первой. Ее рука метнулась из-под стола, и тонкая струйка жидкости из баллончика в ее руке попала прямо в глаза джасперу. Как горячий нож сквозь масло, острый аромат перца прорезался сквозь аромат коктейля, наполнивший комнату. Ни одна из струй не попала в мою сторону, но из моих глаз потекли слезы, давая мне малейший намек на воздействие спрея на ее потенциального поклонника.


Джаспер отпустил плечо Холли и вцепился когтями в лицо, визжа, как свинья на бойне. Двое членов его команды поддержки решили, что это их сигнал броситься в драку. Я оттолкнул лапочку от Холли, и стол, на который он упал, рухнул под его весом, разлив напитки по полу и разбросав кричащих посетителей. Собутыльники Влюбленного направлялись в мою сторону, и я повернулся к ним лицом. Сделав шаг вправо, чтобы обойти их с фланга и увести подальше от Холли, я нырнул под разваливающийся барак слева и парировал резкий удар левой чуть южнее отростка джентльмена. Он столкнулся со своим партнером, когда опускался на колени. Я развернулась, чтобы сразиться лицом к лицу со вторым членом команды поддержки loverboy, но прежде чем я смогла приблизиться к нему, он с криком отвернулся от меня, каблук туфли Холли врезался в мягкую ткань его щеки.


Я удивленно повернулся к Холли. Она пожала плечами и указала на мужчину, которого ударила. “Ну? Ты собираешься вернуть мне туфлю, или мне придется идти домой босиком?”


Мне стоило хорошей месячной зарплаты не дать копам доставить нас с Холли в участок. Позже тем же вечером я от всего сердца извинился перед Холли. Она позволила мне повисеть на волоске добрый час, прежде чем снять с крючка.


Позже она приблизила губы к моему уху и прошептала: “Я говорила тебе, что смогу защитить себя”.


“Я больше никогда не буду с тобой спорить”, - прошептал я в ответ. Из моего горла вырвался стон, когда она наклонилась и взяла меня за руку.


“Хорошо. После того, как мы встанем с постели, ты угощаешь меня завтраком и ведешь за новой парой туфель”.


***


В зверомобиле было достаточно места на переднем сиденье, чтобы с комфортом разместить трех троллей, но я решил посадить Кракена на заднее сиденье, чтобы Таити мог сидеть достаточно далеко от меня, чтобы наши тела случайно не соприкасались во время поворотов. Я чувствовал, что отлично справляюсь со своими низменными побуждениями, но я остро ощущал ее запах и хотел сохранять голову как можно более ясной. Не помогло и то, что успокаивающее действие кавы начало разрушать мои тщательно подавляемые запреты. Я едва успел сделать глоток; Я содрогнулся, представив, на что способна миска этого напитка. Я взглянул на Таити, и мне показалось, что прекрасный адаро смотрит на меня коровьими глазами, как влюбленный подросток. "Проклятая кава", - подумал я и заставил себя сосредоточиться на вождении.


Дождь усилился, и движение транспорта замедлилось до ползания, чтобы приспособиться к нему. Пока Таити вел меня извилистым маршрутом к "Ведру с каплями", я пытался представить, что нас ждет, когда мы туда доберемся.


“Ты бывал в этом заведении раньше?” - Спросил я.


“Нет. Это будет мой первый раз”.


“Это плохое место”, - вмешался Кракен из-за моей спины. Его лицо осунулось, когда он ссутулился на просторном заднем сиденье, и у меня сложилось отчетливое впечатление, что после нашего утомительного путешествия по запутанным закоулкам поселения зверомобиль потерял большую часть своего волшебного очарования.


Я оглянулся через плечо на Кракена. “Что в этом такого плохого?”


“У меня от этого болят глаза. И пахнет как пврррп-ух”.


Таити поднесла руку к губам, подавляя смех. Впервые я заметил, что по обе стороны носа у нее россыпь веснушек. Я снова перевел взгляд на дорогу и сделал долгий, медленный вдох.


“На следующем перекрестке поверни налево”, - проинструктировал меня Таити.


“Понял”. Я бросил на нее быстрый взгляд. “Я знаю, что Лейти заверил меня, что ты будешь в безопасности. Но ты понимаешь, во что ввязываешься? ”Нортсайдеры" - это не совсем кружок шитья. "


Не глядя на нее, я почувствовал, что адаро улыбается в мою сторону. “Со мной все будет в порядке. Не беспокойся о северянах. Они знают, что лучше не расстраивать Лейти. И вообще, я не шью.”


Поворот налево вывел меня на узкую грязную немощеную улицу. Мой зверомобиль был единственной машиной в поле зрения. “Ты уверен, что это дорога к "Капающему ведру”?"


“Это короткий путь”.


Я пристально посмотрел на нее. “При всем моем уважении к лейти, но северяне не совсем известны своим уважением к власти”.


Я услышал громкое фырканье позади себя и почувствовал брызги морской воды на затылке. “Они должны быть довольно глупыми, чтобы разозлить лейти”, - сказал Кракен.


У меня не было ответа на это, поэтому я ничего не сказал.


Таити указал вперед. “Это прямо там. Мы заходим сзади. Вам придется обогнуть, чтобы попасть вперед ”.


Сквозь проливной дождь я увидел двухэтажное здание из гофрированного металла без окон. Четыре маленьких, потрепанных на вид трейлера выстроились в ряд позади здания, образуя короткий переулок. Я миновал трейлеры и медленно поехал по аллее в сторону улицы, уделяя время изучению как трейлеров, так и самого здания.


С задней стороны здания вела только одна дверь. Когда я проезжал мимо, дверь открылась, и появились две фигуры. Первой была коренастая баба с грязными обесцвеченными светлыми локонами, чей обширный голый живот выступал поверх пары блестящих золотистых шорт, предназначенных для человека вдвое меньшего роста. Очевидно, что она взяла свою футболку в детском отделе местного магазина одежды со скидкой, и, столь же очевидно, что под ней ничего не было, вероятно, из-за нехватки места. Мальчик, едва достигший подросткового возраста, одетый в цвета Northsiders, немного неуверенно вышел вслед за девушкой за дверь и прошел мимо мусорного контейнера. Когда я проходил мимо них, баба повела парня через переулок в один из трейлеров.


Я направил зверомобиль к передней части бара, где наткнулся на коллекцию мотоциклов и мускулкаров, беспорядочно припаркованных на полузасыпанной грязной стоянке. Я нашел местечко подальше от скопления машин возле улицы, где, при необходимости, я мог бы быстро уехать.


Припарковав машину, я повернулся к двум своим пассажирам. “Когда мы подойдем к двери, позвольте мне говорить”. Таити и Кракен кивнули в знак согласия.


Фасад здания выглядел почти так же, как и задняя часть: без окон и с одной дверью. На нем не было никаких опознавательных знаков, если не считать железного ведра оловянного цвета размером с галлон, висящего на металлическом крюке, вмонтированном в стену. Дождь падал в ведро и снова вытекал через проржавевшую дыру в боку ведра у самого дна, причем из ведра не столько капало, сколько мочилось на парковку.


Пивобрюхий придурок, стоявший у двери, возможно, вдохновленный ведром, тоже мочился на стоянку. Его более высокий и долговязый партнер прислонился к двери, обхватив руками грудь в тщетной попытке согреться от холода. Оба были в плащах с капюшонами, хотя плащ Бирбелли был распахнут, чтобы облегчить мочеиспускание. Он выпрямился и застегнул молнию, когда увидел приближающихся Таити, Кракена и меня. Его напарник смотрел на нас сонными глазами из-под капюшона.


Я был впереди, единственный, у кого был зонтик, но Бирбелли полностью проигнорировал меня. Я наблюдал, как он окинул Таити беглым взглядом, его рот растянулся в плотоядной ухмылке, а затем его глаза расширились от чего-то похожего на шок, когда он получил порцию Кракена. Он либо знал Кракена, либо никогда раньше не видел адаро бака во плоти.


Я приподнял шляпу перед швейцарами. “Добрый вечер, господа. Вечеринка на троих. У нас, кажется, заказан столик”.


Пивбелли оторвал взгляд от Кракена и встретился со мной взглядом, как будто я вынырнул из норы в земле. “Что ты говоришь, черт возьми!” От него несло несвежим пивом.


Прежде чем я успел еще раз порадовать головорезов своим остроумием и обаянием, Кракен изменил правила игры. “Мы ищем Десятидюймового”, - объявил он. “Впустите нас”.


Вот и все, что ты оставил разговор со мной.


Пивбелли резко повернул голову в сторону Кракена и сунул руку в карман пальто, вероятно, потянувшись за дубинкой. Но долговязый бандит, прислонившийся к двери, не пошевелился, разве что поднял глаза. “Привет, Кракен”, - протянул он. “Я бы спросил тебя, как обстоят дела, но, думаю, мы все и сами это достаточно ясно видим”.


Кракен остановился как вкопанный, на его лице появилось слишком знакомое выражение замешательства. Головорез выпрямился и откинул капюшон, обнажив худощавое лицо, отмеченное впечатляющими усами, закрученными в руль. “Мы не можем впустить тебя сегодня вечером, здоровяк”, - сказал он. “Частная вечеринка. Только члены племени и гости. Вы никогда официально не были участником, и мы не видели вас с тех пор, как умерла Мила ”. Он слегка покачал головой. “Это была настоящая трагедия. Многие из нас здесь все еще помнят ее. Она была воином. ”


Кракен моргнул. - Ты знал Милу? - спросил я.


“Конечно”, - сказал бандит. “Я тебя тоже помню. "Объятия Милы". Тебе следовало продолжать приходить после этого. Ты знаешь, тебе всегда были рады. Десятидюймовый принял бы тебя в племя, если бы ты этого хотела. ”


Я изучал характерные усы ушастика. “Подожди. Я тебя помню. Какой-то доктор ...”


На лице бандита появилась грустная усмешка, и мне показалось, что он выглядел немного смущенным. “Доктор Смерть. Я был ребенком, когда позволил себе так обращаться. Тогда это звучало круто. Но теперь я обращаюсь просто к Доктору. Он посмотрел на меня проницательным взглядом. “Ты тот парень, который уложил Десятидюймового, не так ли?" Сержант, верно?”


“Александр Саутерленд”, - сказал я. “Мои сержантские дни были давным-давно”.


Док кивнул. “Тин-Инч много говорил о тебе после той ночи. Ты по-прежнему единственный известный мне мужчина, который когда-либо побеждал его в честном бою. Я до сих пор не понимаю, как тебе это удалось. ”


Я вспомнил окровавленный труп Квапо, свисающий со стропил "Медузы", когда Десятидюймовый избил меня до полусмерти. “Лаки панч”, - сказал я.


“Привет!” Бирбелли, который становился все более и более взволнованным, когда его глаза сузились, глядя на Доктора и меня, пока мы разговаривали, решил прервать нашу маленькую вечеринку ностальгии. Он вытащил сок из кармана и протянул его Кракену и мне, позволив свинцовой гирьке качаться взад-вперед на рукоятке, как маятнику. “Вы, болваны, слышали этого человека. Сегодня вечером заведение закрыто для широкой публики. Забирай маленькую женщину с собой и проваливай! ”


“Убери эту игрушку, Палач”, - протянул Док. “Ты не смог бы причинить этим вреда ни одному из них”.


Пивной живот, или Палач, нахмурился. “Это ты говоришь. Давай выясним, такая ли мягкая голова у гребаного мальчика—рыбы, как у него ...”


Это все, что он успел сделать. С внезапностью гремучей змеи рука Кракена метнулась в сторону. Адаро вырвал дубинку из кулака бандита и тем же движением перекинул свинцовую гирю обратно через плечо в дальний конец парковки, где она с лязгом ударилась о борт припаркованного темно-синего тестостеронового автомобиля.


Мы с Доком некоторое время смотрели на Кракена с молчаливым уважением, но терпение Таити лопнуло. Она вклинилась между мной и Кракеном, быстрым движением головы отстранила Палача с открытым ртом и повернулась к Доку. “Меня зовут Таити Уайтшелл. Я представляю Лейти Лаака. Вы знакомы с ней?”


Док кивнул. “Конечно. Факалейти”.


Палач, пытаясь вернуть себе лицо, подошел к своей напарнице в дверях. “Она та толстая ведьма из трущоб, верно?”


Таити проигнорировал его и продолжил разговаривать с Доком. “Лейти послали меня поговорить с Десятидюймовым, предполагая, что он все еще вождь северян. Если это больше не так, то я хотел бы поговорить с тем, кто сменил его на этом посту. ”


Палач расправил плечи и тщетно попытался натянуть штаны на живот. “Смотри, сладкие щечки. Как я тебе уже говорил, мы закрыты. Если ведьма хочет поговорить с нашим боссом, скажи ей, чтобы она позвонила и договорилась о встрече. Пойми намек, леди. Скажи своим головорезам, что пора идти домой. ” Он повернул голову и рыгнул, прикрыв рот тыльной стороной ладони.


Док на долгое мгновение закрыл глаза и слегка покачал головой. “Палач, пойди скажи Доману, что у него скоро будут гости. Скажите ему, что Кракен и Сержант здесь, и они привели представителя Лейти, чтобы поговорить с ним. Он узнает, кто они. ”


“Но—”


“Просто сделай это”. Док похлопал Палача по плечу.


Палач надул щеки и одарил нас троих стальным взглядом. “К черту это”, - сказал он. С рычанием головорез вонзил молниеносный выстрел в живот Кракена, его кулак врезался в живот большого адаро с таким звуком, что его можно было услышать за квартал.


С таким же успехом он мог пробить кирпичную стену. Кракен даже не вздохнул. Пока бандит в шоке смотрел на него, массивный адаро одной рукой отшвырнул Палача в сторону, швырнув его лицом в собственную, все еще дымящуюся лужу мочи. Через секунду упавший палука со стоном поднялся на колени, вытер грязь с глаз и сплюнул в грязь. Он попытался встать, передумал и подполз к стене бара, чтобы сесть.


Док повернулся к Таити и вздохнул. “Мне жаль Палача. Он может показаться мудаком, но как только ты узнаешь его получше, ты поймешь, что он действительно мудак ”.


“Послушайте, Док”, - сказал я. “Двое моих друзей, может быть, и дома в такую погоду, но я бы действительно хотел укрыться от дождя и выпить”. Я повернулся и посмотрел прямо на Кракена. “Мы не ищем неприятностей”.


Док подергал себя за кончик уса. “Десятидюймовки вы здесь не найдете, и напитки вам не очень понравятся. Кроме того, я не могу обещать, что Доман захочет потратить время на разговор с кем-либо из вас. Но я был бы не против посидеть здесь с сержантом. Я попрошу кого-нибудь еще немного постоять здесь под дождем с Палачом. Вы трое можете войти как мои гости. Но я заставлю вас выполнить обещание ‘без проблем ’.


Он открыл дверь, и в дождливую ночь донесся гул бормочущих голосов. “После тебя”.


Я сложил зонтик и посторонился, пропуская Таити. Когда мы с Кракеном последовали за ней внутрь, я услышал, как большой адаро хрюкнул.


“Что-то не так?” Спросила я, взглянув в его сторону.


Верхняя губа Кракена скривилась. “Это плохое место”, - пробормотал он.


“Ты не дождешься от меня никаких возражений, здоровяк”, - сказал я.


Вместе мы переступили порог и попали в ведро с каплями.


OceanofPDF.com

Глава семнадцатая


Я часто посещал свои погружения. Я думал, что "Таверна Медузы" будет самым непривлекательным баром, который я когда-либо видел в своей жизни. Я ошибался.


Войти в ведро с каплями было все равно что попасть в кошмар сумасшедшего художника. Первое, что меня поразило, - это вонь. Однажды я наблюдал, как команда морских спасателей вытаскивала морского льва из бухты, где он выбросился на берег несколькими днями ранее и погиб. Газы, из-за которых она раздулась вдвое, недавно выделились, когда стервятники вспороли ей брюхо, и зловоние мертвого морского существа до той ночи было самым отвратительным запахом, с которым я когда-либо сталкивался. Больше нет. Соедините запахи необработанной блевотины, мочи сотни кошек, груды дохлой рыбы недельной давности, самых глубоких недр самой немытой канализации города и цистерн с испорченным пивом, и у вас получится нечто, пахнущее духами по сравнению с тем, что находится внутри ведра с каплями. Сделав над собой усилие, я сдержал желчь, которая поднималась по моим трубкам.


Пол заведения был покрыт шестидюймовым слоем грязных панцирей креветок и арахисовой шелухи. Я содрогнулся при мысли, насколько хуже пахло бы в этом месте, если бы шелуха не впитала хотя бы часть вони. Дождь просочился через потолок в нескольких местах, пропитав ракушки и шелуху. Единственный свет в баре отбрасывали беспорядочно расставленные масляные лампы. Чугунные столы и скамейки были хаотично разбросаны по полу, и около тридцати гангстеров и их прихлебателей сидели, стояли, облокотившись или лежали среди них. Ряд металлических ящиков высотой около четырех футов был сдвинут вместе в дальнем конце зала, образовав импровизированную барную стойку. Трафаретные этикетки на ящиках идентифицировали их как “Собственность военно-морских сил Толаники”. Изможденная человеческая женщина за ящиками раздавала посетителям бара алюминиевые банки теплого пива без опознавательных знаков в обмен на пачки бумажных денег и кучи монет, которые она бросала в пластиковый пакет для мусора. Пиво пахло так, словно его варили в ржавой ванне, а на полу валялось множество выброшенных банок. Я не заметил следов присутствия других напитков.


Еда? Да, в "Ведерке с каплями" подавали еду: груды креветок, обжаренных во фритюре почти в кашицу в чанах с черным растительным маслом, которое, как я подозревал, не меняли с тех пор, как бар впервые открыл свои двери. Помимо креветок, сырой арахис был навален поперек ящиков и на каждом из столов, не говоря уже о пустых раковинах на полу. Креветки и арахис, по-видимому, были бесплатными.


Я добрался до Таити. “Как тебя не тошнит от этого запаха?”


Она взглянула на меня краем глаза. “Адаро фильтруют и обрабатывают запахи иначе, чем люди. Мы лучше приспособлены к переносу неприятных запахов”.


Кракен весело ухмыльнулся в мою сторону. “Люди. Такие нежные. Такие слабые”.


Док повернулся к нам. “Подождите здесь. Я должен найти кого-нибудь посторожить дверь”.


Таити оглядел зал. Головорезы в форме банды кучками сидели за столами. Большинство гангстеров были мужчинами. Трое определенно были женщинами, а четвертая могла быть одной из них или обеими. Горстке головорезов на вид было за тридцать, остальным - либо за двадцать, либо от начала до середины подросткового возраста. Обязательная служба в Королевстве Толаника лишила членов банды в возрасте от восемнадцати до двадцати одного года. У нескольких головорезов, включая одну из девушек, на коленях сидели женщины, джой герлз в слишком обтягивающих футболках и шортах, на обнаженной коже были татуировки в виде цветов и птиц, следы от уколов на руках, лица были покрыты косметикой, чтобы скрыть шрамы от прыщей и другие признаки износа. Двое гангстеров растянулись на полу, один из них лежал в луже свежей рвоты. Пока я наблюдал, один из головорезов, крутой парень со сломанным носом и ногами размером со стволы деревьев, перекинул хихикающую джой Герл через плечо, обошел импровизированный бар и вышел через заднюю дверь.


Таити и Кракен были единственными нелюдьми в этом месте. Я не был удивлен. Несмотря на то, что бар находился в поселке, женщина адаро в этой толпе, скорее всего, спровоцировала бы беспорядки. Та, с кем я вошла, уже была предметом множества мрачных взглядов, и болтовня, в которую мы попали, когда впервые переступили порог, стихла почти до тишины, поскольку все больше и больше глаз обращалось в нашу сторону.


“Как ты думаешь, кто из них главный?” - Спросила меня Таити вполголоса.


Я заметил бандита постарше, сидевшего спиной к стене справа от входа на настоящем стуле, а не на скамейке. Его куртка была снята и висела на спинке стула, обнажая наплечную кобуру с девятимиллиметровым боевым патроном. Он пересчитывал пачку банкнот, в то время как подросток, сидевший на скамейке с противоположной стороны стола, наблюдал за ним. Мускулистый Бруно в обтягивающей майке стоял рядом с ним, сверкая мускулами, и наблюдал за Кракеном и мной из-под надвинутого на лоб капюшона. Я кивнула в сторону сидящей фигуры. “Это мог быть он. Давайте спросим. ”


При нашем приближении бандит постарше поднял голову, впервые увидев нас. Он поднял палец, давая нам понять, что ему нужна минутка, и мы подождали, пока он закончит подсчитывать тесто. Задание выполнено, он кивнул, вручил молодому бандиту пару банкнот из верхней пачки и положил оставшуюся пачку в металлический кассовый ящик. “Отличная работа, Мясо”, - сказал он the banger. “Твое первое пиво за мой счет”.’


Покончив с мясом, бандит постарше встал и окинул нас троих критическим взглядом. Он улыбнулся Таити, и я заметил, что два его нижних передних зуба были увенчаны золотыми коронками. “Я знаю тебя. Ты ученица Лейти Лаака”.


“Да. Я Таити Уайтшелл. Я здесь как ее представитель. Я надеялся найти Тин-Инча здесь сегодня вечером ”.


“Я Доман, глава администрации Ten-Inch. К сожалению, Ten-Inch недоступен. Я бы предложил тебе выпить, но не думаю, что такой классной хрупкой особе, как ты, понравится то, что мы можем предложить. ”


На лице Таити появилась едва заметная улыбка. “В любом случае, спасибо, мистер Доман”.


“Пожалуйста, просто Доман”. Он пожал плечами. “Они называют меня так, потому что я занимаюсь деньгами”.


Я думаю, Таити хотела застонать, но подавила стон. “Понятно. Тогда это Доман”. Она поставила свою сумку на стол. “Я хотел бы обсудить некоторые важные вопросы, но, прежде чем мы начнем, я кое-что принес для вас. Лейти Лаака хотела бы преподнести жителям Севера подарок”. Она открыла футляр и достала оттуда раковину. “Она надеялась, что это улучшит атмосферу вашего конференц-зала”.


В тускло освещенном баре морская раковина, отражая свет масляных ламп, поблескивала, как оранжево-розовый драгоценный камень. Доман уставился на раковину, поднял глаза на Таити и снова опустил взгляд на раковину, прежде чем разразиться изумленным смехом. “Атмосфера нашего конференц-зала?” - выдавил он между смешками. “Черт возьми, да! Этому месту не помешало бы немного блеска, я прав?” Он вытер уголок глаза и тепло улыбнулся Таити. “Черт. Эта раковина слишком красива для этой помойки, но мы с благодарностью примем подарок Лейти и всю добрую волю, которая с ней связана. Большое вам спасибо. ”


Он оглядел комнату. “Кихи!” Двадцатилетняя женщина, закутанная в джой герл, как в пальто, обернулась и посмотрела через плечо на Домана, который сделал ей знак присоединиться к нам. Кихи с некоторым трудом высвободилась из объятий своего спутника и прошла через комнату, волоча ноги по заплесневелым ракушкам и шелухе.


Доман взял раковину со стола. “Положи это в безопасное место. Туда, где каждый сможет это увидеть, но где никто не сможет к ней прикоснуться. Поняла?”


Киахи забрала раковину у Домана, как будто она была сделана из мыльных пузырей. “Это красиво”, - сказала она. “Но здесь, с этими гребаными животными, это долго не продержится”.


Взгляд Домана посуровел. “Распространите информацию. Любой, кто нарушит это, ответит передо мной”.


Киахи вздохнул. “Не волнуйся. Я что-нибудь придумаю”.


После того, как Киахи взял раковину, Доман повернулся обратно к Таити. “Давайте перейдем к делу. Пожалуйста, присаживайтесь”. Он указал на скамейку, недавно занятую Мясом.


Прежде чем сесть, Таити повернулся ко мне. “Я хочу поблагодарить вас за то, что привели меня сюда, мистер Саутерленд. Я знаю, что у вас с Кракеном есть другие дела. Я найду тебя, когда мы с Доманом закончим разговор. ”


“Ты уверен, что тебе не страшно оставаться наедине с этой кружкой?”


“Я представитель Лейти. Я уверен, Доман уважает это, уверяю вас, я в полной безопасности ”.


Я посмотрел на Кракена, который, казалось, разрывался между выполнением своего долга перед жрицей и желанием размозжить несколько голов, пока кто-нибудь не скажет ему, как найти Десятидюймовку. “Все в порядке, Кракен. Ты можешь присмотреть за ней, пока мы поговорим с кем-нибудь из жителей Севера. ”


Кракен задумчиво нахмурился, обдумывая свой выбор. Через мгновение он кивнул. “Да. Давай мы с тобой найдем Десятидюймовку”.


Как только Таити и Доман сели, болтовня в заведении снова возобновилась. Я оглядел толпу в поисках Дока. Несколько глаз были устремлены на Кракена, который выделялся как, ну, как обнаженная семифутовая башня из мускулов и чешуи, но никто, казалось, не был склонен противостоять ему. Адаро мог быть врагом королевства, но это мало что значило для завсегдатаев "Капающего ведра".


Я заметил Дока за пустым столиком с банкой пива в руках, и он помахал нам рукой. Пробираясь через зал, мы с Кракеном перешагнули через тело, распростертое на покрытом ракушками полу. Я мог сказать, что тело не было мертвым, потому что оно издавало достаточно громкий храп бензопилы, чтобы его было слышно за общим шумом.


“Добро пожаловать в ”Капающее ведро", - сказал Док, когда мы присоединились к нему. “Кто-нибудь из вас хочет пива?”


Кракен фыркнул, из его жабр брызнула вода.


Капюшон вытер влагу с глаз и улыбнулся. “Я приму это как отказ”. Посмотрев на меня, он сказал: “Как насчет тебя, сержант? Не хочешь рискнуть ослепнуть?”


“Спасибо. Я пас. Так вот куда вы переехали после того, как ”Медуза" сгорела дотла".


Док поджал губы и пожал плечами. “Настоящая помойка, не так ли? Не то чтобы ”Медуза" была чем-то особенным, но я скучаю по ней ".


“Как долго вы, ребята, здесь?”


Док подумал об этом. “Давайте посмотрим .... "Медуза" загорелась около шести месяцев назад. "Тин-Инч" купил это место сразу после этого. Мы прогнали всех старых клиентов и превратили это место в нашу ШТАБ-квартиру. ”Его нос сморщился, и он оглядел заведение, как будто видел его впервые. “С тех пор все немного пошло наперекосяк, но я уверен, что на днях мы это починим”.


Я услышал жужжание у себя в ухе и отмахнулся от роя мошек, гадая, что за экосистема процветает в этом слое арахисовой шелухи, панцирей креветок, использованных пивных банок, блевотины и мочи у меня под ногами. “К чему спешка?”


“Верно”. Док оперся предплечьями о стол и наклонился, чтобы говорить без крика. “Как ты думаешь, что там происходит?” спросил он, указывая на стол, за которым Доман и Таити были поглощены дискуссией.


Я задал ему этот вопрос в ответ. “Что ты думаешь?”


“Нимфа - девушка Лейти Лаака, верно? Поговаривают, что Лейти пытается объединить уличные банды, которые действуют в поселении, чтобы попытаться помешать вмешательству синдиката Хэтфилда. ”


“Есть ли шанс, что это произойдет?”


“Немного”. Док сделал глоток пива, не поперхнувшись. Думаю, он к этому привык. “Между Нортсайдерами и картелем Клеймор слишком много вражды. Кроме того, все знают, что Картель дружит с лейти. Они получат все преимущества в любой сделке, которую она предложит, и мы не собираемся соглашаться ни на что, что делает нас ответственными перед гребаным картелем. Его губы скривились в плотоядной усмешке. “Некоторые люди думают, что Ягуар трахает ее. Они говорят, что она дала ему какой-то напиток, который превратил его в ее личную секс-игрушку ”. Он посмотрел на меня через стол. “Вы встречались с лейти?”


“Да”.


“Она дала тебе выпить?”


Я подумал о каве Лейти. “Всего лишь глоток”.


Я проигнорировал ухмылку гангстера. “Как ты думаешь, что сказал бы Десятидюймовый о союзе с Картелем?”


Док издал резкий смешок. “Десятидюймовый? Он бы сказал Лейти, чтобы она шла нахуй. Он бы сказал: ‘К черту Картель!’ Затем он обрушивал волну за волной северян на Хэтфилды, пока никто из нас, включая его самого, не остался на ногах. И тогда мы все были бы мертвы, а Хэтфилды контролировали бы нашу территорию. ”


“Это то, чего ты хочешь?”


Док вздохнул. “Чего я хочу, так это большой кучи бабла, пары аппетитных дам, которые позволят мне оставить большую его часть себе, и время от времени хорошенько поразвлечься, без того, чтобы такая крутая организация, как Синдикат Хэтфилда, проталкивалась локтями и портила хорошее дело”. Он прервал свои мысли громкой продолжительной отрыжкой. “Но это не имеет значения, не так ли? Все знают, что Хэтфилды приближаются. Вопрос только в том, противостоять им или отойти в сторону. Если мы им противостоим, нам крышка. А если мы отойдем в сторону? Он пожал плечами. “Мы трахаемся по-другому”.


“Так почему бы не объединиться с Картелем? Они крупная организация. Это может дать тебе шанс ”.


“Нас все равно бы трахнули”. Док отхлебнул из банки пива. “У Картеля есть отделения во многих городах, но они связаны только названием и цветом. По сути, Картель здесь, в Йерба-Сити, - это просто еще одна уличная банда, как и мы. Мы из низшей лиги. Синдикат Хэтфилда - высшая лига. Он вздохнул. “Это не значит, что некоторым здешним тупицам это неинтересно. Но если вы спросите большинство людей в этой комнате, они скажут вам, что предпочли бы сражаться и умереть как воины, чем перевернуться с ног на голову и жить как собаки. С Картелем или без него, мы будем сражаться. Мы можем, по крайней мере, пустить Хэтфилдам кровь, прежде чем умрем. Это то, что скажет нам Десятидюймовый, если он еще жив ”.


“Ты думаешь, он жив?”


Плечи Дока поникли. “Я хочу. Я не знаю. И, может быть, лучше, если он этого не сделает”.


“Что вы имеете в виду?”


Глаза капюшона загорелись. “Я был там той ночью. В ночь, когда ты снял ”Тен-Дюйм даун"".


“Это были вы? Я не помню”.


“Я не удивлен. Я был одним из лиц в толпе. ”Тен-Инч" держал тебя в ежовых рукавицах, но как раз в тот момент, когда мы все подумали, что ты, блядь, еле держишься на ногах .... " Он покачал головой. “Черт возьми, чувак, никто из нас этого не предвидел. Десятидюймовый вылетел, как долбаный фонарь, и мы думали, ты его прикончишь ". Но ты этого не сделала. Он сделал паузу, уставившись на меня. “Я почти жалею, что ты этого не сделала. После той ночи все пошло наперекосяк ”.


“Как же так?”


Док наклонил голову и уставился в потолок, думая о том, что хотел сказать. Через несколько мгновений он опустил глаза и встретился со мной взглядом. “Тен-Инч думал о северянах как о своих детях, и он видел себя суровым, но справедливым папочкой, которого у него, вероятно, никогда не было для себя. Он был старше и жестче любого из нас. Черт возьми, он был круче любой из нас троих, вместе взятых.” Он отхлебнул пива и поставил банку на стол, скривив лицо, как будто впервые попробовал горькую жижу. “А потом он лежал без сознания на полу со сломанным крылом, а ты стояла над ним. Никто из нас не думал, что мы это увидим. Но однажды мы все же увидели это ...”


Док покачал головой. “После этого все было по-другому. Он обычно говорил нам, что мы собираемся что-то сделать, и мы сделаем это, не задавая вопросов. У нас был район, и это была наша территория. Точка. Мы владели им, и он был гребаным боссом всего этого. Он не терпел, чтобы кто-то копался на его территории. Все по соседству платили нам за защиту, а они покупали только наше дерьмо. Любой, кто переходил нам дорогу, платил сполна, и, черт возьми, у нас не было двух вариантов ”.


Док смахнул со стола арахисовую скорлупу. “Когда мы увидели его разбитым на полу, у нас как будто открылись глаза и солнце пробилось сквозь туман ”. Он улыбнулся и указал на свою голову. “Мы начали думать. ‘Почему мы выходим на улицу и продаем эти дешевые наркотики, оружие и женщин, и проводим наши идиотские лотереи, и получаем’ дерьмо за наши проблемы’? ‘Почему мы возлагаем ответственность за убийство на этого парня? Что они сделали?’ ‘Почему мы стреляем с помощью койотов, или стробоскопов, или Картеля, защищающего эту улицу?" Почему бы нам не взять это? Все, что он нам сказал сделать, теперь мы хотели знать почему. Раньше все было не так, и ему это ни капельки не нравилось. Обстановка накалилась, и становилось все хуже и хуже. У нас были проблемы с набором персонала. Десятидюймовый начал выглядеть постаревшим. Некоторые из его людей оспаривали у него лидерство. Док улыбнулся. “Они все проиграли. Черт возьми, Тен-Инч был стар, но все равно оставался самым крутым ублюдком в племени. ”


Док замолчал. “Когда Хэтфилды впервые обратились к нему?” Я спросил.


Док еще больше перегнулся через стол и понизил голос. “Это было в конце прошлого года, может быть, семь или восемь месяцев назад. Они пришли ко всем нам. Члены семьи Хэтфилд, высокопоставленные друзья, некоторые из их торпед .... Они набросились на нас со всех сторон, громко разговаривая и выкладывая бабки. "Тен-Инч" заставил нас править районом. Нам казалось, что это большой район, но Хэтфилды заставили нас увидеть, насколько он мал. Мы ничего не получили за это, кроме права распоряжаться своим маленьким участком территории. Хэтфилды сказали, что мы могли бы стать частью чего-то большего. Мы бы по-прежнему занимались рэкетом, но мы бы занимались им для синдиката Хэтфилд и при их поддержке. Мы бы катались в тесте. У нас была бы любая киска, какую мы хотели. Ты же знаешь, как обстоят дела у Хэтфилдов. У них есть все, чувак!”


“Но Десятидюймовый сказал ”нет"?"


“Десятидюймовый сказал, блядь, нет. У Хэтфилдов не было ничего, что он хотел. Он сказал: ‘Мы гребаные северяне, и мы свободны!’ Он был таким упрямым. Не было ничего, что никто не мог бы сказать с десятидюймовой точностью. Когда-либо. ”


“Что случилось?”


Док вздохнул. “Десятидюймовый думал, что он наш папочка. Но племя больше не хотело быть его детьми. Потом "Медуза" сгорела дотла. Сначала мы не знали, как это произошло, но после этого Десятидюймовка стала казаться слабой. Некоторые из нас начали думать, что нам было бы лучше под шляпными полями. Босс есть босс, верно? И Хэтфилды могли дать нам больше. Я думал, что племя просто распадется. ”


“Но этого не произошло”.


“Нет. Большинство из нас по-прежнему верны Десятидюймовым, особенно мы, старшие члены племени. Но среди новых участников было много недовольных, и некоторые из старших участников ... ” он многозначительно посмотрел в сторону Домана, - начали переосмысливать статус-кво, если вы понимаете, о чем я говорю. Затем, на прошлой неделе, Хэтфилды сообщили нам об этом. ‘Экстренное собрание северян в "Капающем ведре".’ Мы пришли, но Десятидюймовки там не было. Это было в понедельник. С тех пор мы его не видели.”


Я отмахнулся от мошек у себя перед носом: “И Доман взял верх?”


Док еще больше понизил голос. С моим обостренным сознанием я понимал, что он говорит, но сомневаюсь, что Кракен мог расслышать его из-за шума. “Он говорит, что будет держать оборону, пока Десятидюймовый не вернется, но он лживый ублюдок. Возможно, мне не следовало говорить тебе этого, но я знаю, что Тен-Инч уважал тебя, и это имеет большое значение для меня. Я не доверяю этому сукиному сыну Доману. Он всегда считал, что "Нортсайдеры" должны быть не столько семьей, сколько бизнесом. Я был бы удивлен, если бы у него уже не было какой-то сделки с Хэтфилдами. Что бы ни случилось с Десятидюймовкой, я думаю, Доман знал, что это произойдет. Возможно, он даже был в этом замешан. Если Лейти действительно пытается не допустить Хэтфилдов в поселение, вы должны убедиться, что она это знает. ”


Я кивнул. “Я скажу ей. Я хотел бы поговорить с Доманом как-нибудь, когда он будет вдали от банды”.


Док думал об этом. “У него есть дом где-то в поселении. Сам я там никогда не был, поэтому не могу точно сказать, где это, но это недалеко от рыночной площади. Он там заправляет рэкетом. Он использует команду Адаро, чтобы ловить на крючок посторонних, которые приходят за покупками. Команда заманивает их к себе на то, что, по их мнению, станет лучшим временем в их жизни, и Доман пожимает им руку. Он платит властям, чтобы те закрывали на это глаза. Это дерьмовая авантюра, сугубо мужицкая перемена. Я думаю, он делает это больше ради удовольствия, чем ради бабла. ”


Мучной червь, появившийся, казалось бы, из ниоткуда, пробирался по столешнице, и я смахнул его тыльной стороной руки. На стол упала тень. Я поднял глаза и увидел грязного Палача и двух других головорезов, нависших надо мной и Кракеном. У них были суровые выражения лиц и затылки в кулаках. Два гата были направлены на Кракена. Другой был направлен на меня.


“Какого хрена вы двое делаете в нашем штабе?” Судя по дыханию, Палач подкрепил свою храбрость банкой-другой домашнего напитка и казался достаточно пьяным, чтобы быть опасным.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава восемнадцатая


“Это круто, Палач”. Док одарил своего бывшего партнера добродушной улыбкой. “Эти двое мужчин - старые друзья Ten-Inch”.


“Правильно?” Глаза Палача не отрывались от моих. “Тебе не следовало впускать их. Они отвратительные аутсайдеры, так что выведи их наружу”.


Кракен поднялся на ноги, что положило конец любым шансам на мирное завершение этой встречи. Вместе с ним поднялись два гата, каждый из которых целился в массивную грудь адаро. Их было двадцать два, которые вряд ли убили бы большое морское существо сразу, но был шанс, что они могли нанести некоторый ущерб.


Я кладу руку на плечо Кракена. “Все в порядке, Кракен. Эти придурки просто издеваются над нами”.


Кракен стряхнул мою руку. “Мне не нравится, когда со мной трахаются”. Его губы скривились в усмешке.


Прежде чем кто-либо успел пошевелиться, тяжелый воздух прорезал голос. “Прекратите это сию же минуту!” Я взглянул через плечо Палача и увидел, что Таити поднялась на ноги и направляется в нашу сторону.


“Опустите эти дурацкие пистолеты, пока кто-нибудь не пострадал!” Таити закричал.


По лицу Палача медленно растянулась улыбка. Гангстер отошел от меня на шаг и включил обогреватель на Таити. “Отвали, маленькая сучка”, - сказал он, его голос был полон презрения. “Я не подчиняюсь приказам гребаных юбок”.


Кракен приготовился к прыжку, но Таити поймала его взгляд и покачала головой. Ее голубые глаза блеснули в свете лампы, когда она снова перевела их на Палача. “Я еще раз вежливо прошу тебя, пожалуйста, опусти пистолет. Больше просить не буду”.


Палач опустил пистолет. Когда я приготовился вскочить со стула, Палач вскрикнул от неожиданности и повернул голову влево. Я увидел, как его глаза расширились от страха, прежде чем его голова повернулась вправо, и он прицелился в двух своих товарищей, которые рефлекторно отвели оружие от Кракена и нацелили его на Палача. Руки Кракена взметнулись так быстро, что я не успел разглядеть, когда он схватил каждого из боевиков за головы и столкнул их вместе с треском, от которого сотрясся воздух. Двое боевиков рухнули на пол, как будто их кости отделились от тел.


Палач закричал. “Нет, не надо!” Он замахал рукой на что-то, что мог видеть только он. Он упал на колени и захныкал: “Мама? Нет, пожалуйста. Я не это имел в виду. Я не ... Гангстер медленно поворачивал пистолет, пока тот не был направлен ему в висок. “Нет ... пожалуйста ... не надо”. По щекам его текли слезы. “Пожалуйста ...”


“Все в порядке, Томми”. Голос Таити звучал успокаивающе. “Я решил, что ты можешь жить. Положи пистолет на пол и иди, сядь в угол”.


Палач громко закричал, раздираемый рыданиями. “Спасибо тебе, мама. Спасибо .... Обещаю, я буду хорошим. Спасибо. ” Он прополз через комнату, штаны сползли с бедер, обнажив поношенные трусы и трещину на заднице, пистолет остался на полу. Он издавал тихие хныкающие звуки всю дорогу до угла бара, где сел лицом в сторону от остальной части зала, и жалобно всхлипывал.


Все взгляды были прикованы к Таити, когда она осматривала комнату, встречаясь взглядами со всеми. С довольной улыбкой она повернулась к явно потрясенному Доману. “Давайте закончим с этим. Я думаю, мы сделали все возможное для нашей первой встречи. ”


***


Никто из нас не произнес ни слова, пока я оттаскивал зверомобиль от ведра, с которого капала вода. Местами улицы были затоплены, и даже включенные дворники не справлялись с интенсивностью проливного дождя. Дворники показывали мне дорогу вспышками, очищая лобовое стекло за доли секунды до того, как капли дождя снова покрывали его. Закоулки кратчайшего пути на Таити не освещались огнями, и даже с моим магически усиленным сознанием мне пришлось отпустить педаль и двигаться осторожно.


Я продолжал бросать косые взгляды на Таити, который, не двигаясь, смотрел прямо перед собой. Через некоторое время я спросил: “Что ты сделал с тем гангстером?”


Таити на мгновение закрыла глаза и вздохнула, прежде чем повернуться ко мне. “Я прикоснулся к тапу, открыл двери воспоминаниям, которые он подавлял, и раздул пламя страхов и сожалений, связанных с этими воспоминаниями. Это не то, чем я люблю заниматься, но я подумал, что это необходимо. ”


“Твоя цель была не такой точной”, - сказал я. “На секунду, пока этот бандит сходил с ума, я почувствовал себя точно так же, как в первый раз, когда патрулировал джунгли в Пограничье. Я даже чувствовал запах коры деревьев капок. Мне захотелось выкопать яму и прыгнуть в нее. ”


Лицо Таити вытянулось. “Мне очень жаль. Каждый тапу непостоянен, и над моим контролем нужно поработать. Лейти научил меня, но мне еще многому предстоит научиться.”


Я взглянул в зеркало заднего вида на Кракена, который сидел на заднем сиденье с угрюмым выражением лица. “А как насчет тебя, здоровяк? Ты что-нибудь почувствовал?”


“Я не хочу об этом говорить”, - проворчал Кракен. “Мы не нашли Десятидюймовку”.


“Это правда”, - сказал я. “Но я кое-чему научился у Дока. Доман, вероятно, работает с Хэтфилдами, и он может знать, что случилось с Десятидюймовкой. Возможно, он даже имел к этому какое-то отношение. Если я смогу застать его наедине, я узнаю ”.


Кракен выпрямился. “Давайте вернемся и возьмем его сейчас же!”


“Полегче, чемпион. Нам нужно вернуть Таити домой. Доман не все время проводит со своей бандой. Завтра я выясню, где он останавливается, когда не с ними ”.


“Мы пойдем оба”, - настаивал Кракен.


“Извини, приятель. Это будет дневная работа”.


Кракен хотел возразить, но знал, что у него нет аргументов. Красться по поселению после наступления темноты в машине с затемненными окнами - это одно, но он был врагом королевства, и начальник военно-морского флота застрелил бы его на улице, если бы поймал разгуливающим средь бела дня. Он откинулся на спинку стула, размышляя. Он выглядел так, словно ему нужно было выпить, что, вероятно, означало, что он хотел покинуть сушу и окунуться в океан. Мне определенно нужно было выпить. Я подумал о фляжке в кармане пальто, но решил подождать, пока не верну Таити Лейти Лаака. Дорога сужалась, и я знал, что нам недалеко идти.


Я припарковался там же, где парковался раньше, в том месте, где дорога сужалась, пока меня не зажало. На этот раз никто из членов картеля Клейморов не вышел поприветствовать нас, и мы втроем пошли по темным извилистым переулкам трущоб к лачуге Лейти. Мой зонтик был почти бесполезен против силы шторма, и я промокла насквозь через несколько минут после того, как вышла из зверомобиля. Я скрывала свое горе, зная, что дождь никак не повлиял на адарос. В окружающих зданиях не горел свет. Голосов я тоже не слышал. Если не считать шума дождя, барабанящего по деревянным и металлическим крышам, в поселке было тихо, как в городе-призраке. Я почти мог поверить, что окрестности были эвакуированы после того, как мы ушли в "Мокрое ведро". Я списываю это на поздний час, далеко за полночь, но до рассвета еще несколько часов.


Когда мы добрались до места назначения, я обнаружил настоящую причину сверхъестественной тишины: дом Лейти Лаака был кишмя кишит полицейскими.


***


Таити подошла к первому попавшемуся полицейскому в форме. “Что это значит? С лейти все в порядке?”


Коп направил фонарик на "адаро". “Кто ты?” Тонкая ткань платья Таити прилипла к коже из-за дождя, и взгляд полицейского был прикован к ее груди.


“Я живу здесь. Я помощница Лейти Лаака. Где она?”


Полицейский ответил, не отводя глаз. “Вы не можете войти. Это место преступления. Подождите! Это ...?” Глаза полицейского расширились, когда он направил свой фонарь на Кракена. “Бак!” - крикнул он. Он потянулся за пистолетом.


Инстинкты, отточенные годами боевой подготовки, заменили сознательные мысли, и прежде чем я осознал, что действую, я крепко схватил полицейского за запястье как раз в тот момент, когда он вытаскивал оружие из кобуры. Другой рукой я двигал ствол его пистолета вверх и назад, пока он не выскользнул из его пальцев. Я встал за спиной полицейского, обхватил его рукой за шею и сжал.


Направив пистолет полицейского в воздух, я крикнул в дождливую ночь. “Никому не нервничать. Хорошо? Держите руки подальше от своих осколков, и никто не пострадает. Может быть, мы все выпьем пива, когда все это закончится. ”


Четверо быков в штатском полицейском плаще уставились на меня, ошеломленные и неподвижные. Я знала, что это ненадолго.


“Кто здесь главный?” - Спросил я.


Прежде чем я успел получить ответ, Кракен направился к входной двери лачуги, как будто это место принадлежало ему. Один из быков встал у него на пути, что, как мне показалось, было плохим решением с его стороны еще до того, как Кракен схватил полицейского сзади за воротник и без видимых усилий подбросил его в воздух. Он рухнул в грязь в паре десятков ярдов выше по улице.


Двое других полицейских застыли как вкопанные, но третий коп вытащил свое огнестрельное оружие, направил его на Кракена и крикнул: “Достаточно далеко, человек-рыба! Стой на месте!”


Кракен повернулся к полицейскому и ухмыльнулся. Держа свой револьвер направленным в небо, я сказал. “Уберите эту штуку, офицер. Вы не сможете ранить его этим дробовиком. Ты просто сведешь его с ума. Итак, кто здесь главный?”


Коп держал обогреватель направленным на Кракена, но не решался сделать что-либо, что могло бы разозлить самца Адаро. “Кто хочет знать?”


Я указал подбородком на Таити. “Это Таити. Она живет здесь. Где Лейти Лаака?”


Из хижины Лейти вышли двое мужчин. Один из них направил мне в лицо фонарик, и знакомый голос крикнул: “Что, черт возьми, здесь происходит?”


Я прикрыла глаза от яркого света. “Детектив Симс? Это ты?”


Дородный детектив поправил очки и прищурился за оправой. “Саутерленд? Что ты здесь делаешь? Что ты делаешь с этим офицером? И что этот козел с тобой делает?”


Рядом с ним Модок начал теребить свои пальцы, отчего суставчики хрустнули один за другим. На его лице под холодными глазами появилась улыбка. Думаю, он был рад меня видеть.


Таити встала передо мной. “Я Таити Уайтшелл, детектив. Я живу здесь с Лейти Лаака. Где она? Что здесь произошло?”


Я отпустил полицейского, которого душил, и он, пошатываясь, подошел к Симсу, который положил руку ему на плечо. “Все в порядке, офицер. Дальше я сам”. Он повысил голос, чтобы его услышали другие копы. “Если этот адаро бак пошевелится, пристрелите его. То же самое с этой рожей”. Он повернулся и свирепо посмотрел на меня. “Я собираюсь позвонить в полицию”.


Симс достал свой телефон, но Таити положил руку ему на плечо. “Где Лейти Лаака? С ней все в порядке?”


Симс повернулся к ней, и его лицо немного смягчилось. “Произошел инцидент, мэм”.


Таити отпустила руку детектива и приложила ладонь к лицу. “С ней все в порядке?”


“Боюсь, что нет, мэм. Она мертва”.


Сдавленный вскрик вырвался из горла Таити. “Она внутри? Дай мне на нее посмотреть!”


“Я не могу этого сделать, мэм. Мы выведем ее через минуту”.


“Впусти меня! Это мой дом! Я хочу увидеть Лейти!” Таити попыталась протиснуться мимо детектива, который заключил ее в медвежьи объятия, чтобы удержать.


Это было слишком для Кракена. Он оттолкнул ближайшего полицейского со своего пути и поднял Симса в воздух, прежде чем кто-либо успел отреагировать. Мобильный детектива пролетел по воздуху. Таити побежал к хижине.


Модок крикнул: “Не стреляй! Ты попадешь в симов!”


Я протянул руку и схватил Кракена за руку. “Отпусти его, Кракен. Ты делаешь только хуже”.


Из хижины донесся крик.


Кракен сбросил симов на грязную улицу и помчался к хижине. Раздались выстрелы, но я не мог сказать, попал ли кто-нибудь в адаро, который даже не сбросил скорость. Я побежал за ним.


Внутри хижины Таити стоял на коленях рядом с телом Лейти Лаака, которое распростерлось на полу лицом вверх. Одна из ног Лейти была поджата под остальную часть тела в неестественной позе. Я шагнул к Лейти и заглянул в ее глаза, которые все еще были широко открыты. Они были тусклыми, невидящими. С того места, где я стоял, я не мог видеть никаких отметин на ее теле, никаких признаков того, что ей каким-либо образом причинили вред. Тем не менее, было очевидно, что Лейти мертва.


Кракен осторожно оттащил Таити от "Лейти". По задней поверхности его ноги из отверстия в верхней части бедра стекала струйка крови, но он, казалось, этого не замечал. Другие копы заполнили хижину, но сейчас никто не стрелял.


Что-то в Лейти казалось… неправильным. Что-то помимо того факта, что она была мертва. Сначала я не мог понять, что именно, но внезапно это стало очевидно. Симс стоял рядом со мной, и я собирался попросить у него объяснений, но Модок оттолкнул меня от себя. “Вернись на улицу, придурок. Это место преступления”.


Таити отвернулся от Кракена и накричал на Модока. “Оставь его в покое! Он мой гость”. В данных обстоятельствах это не имело особого смысла, но в состоянии стресса люди говорят странные вещи.


Модок схватил Таити за руку. “Вам тоже нужно выйти на улицу, мэм”.


“Отпусти ее, человечишка”. Голос Кракена сочился угрозой.


Модок отпустил Таити и ударил кулаком в живот Кракена. Удар был нанесен всей тяжестью его тела, и бетонная плита разлетелась бы вдребезги. Это был второй удар твердым телом, нанесенный Кракену той ночью, и этот был нанесен с гораздо большей силой, чем первый. Единственной реакцией Кракена было оторвать детектива от пола за оба плеча. По пути наверх Модок схватил адаро за горло обеими руками и начал сжимать его изо всех сил. Его грудь и плечи раздулись, когда он уперся большими пальцами в шею большого адаро. Губы Кракена приоткрылись, обнажив полный рот акульих зубов. Он начал рычать.


Четверо полицейских в форме подняли оружие.


“Отпусти его, Кракен!” Я закричал.


Кракен либо не слышал меня, либо ему было все равно. Он перестал рычать и начал притягивать шею Модока к своему широко открытому рту. Копы заняли позицию, чтобы залить свинцом "адаро", не задев детектива. У меня было меньше секунды на действия.


Деревянная миска для кавы стояла на кофейном столике. Я схватил ее одной рукой и тем же движением разбил о голову Кракена. Кава пролетела через комнату. Удар, конечно, не причинил вреда адаро. Я не думал, что это повредит — его череп был тверже живота, — но это отвлекло его внимание от Модока. Кракен развернулся ко мне, оттолкнув детектива от себя. Модок врезался в одного из полицейских, и пистолет полицейского выстрелил с треском, который прозвучал как взрыв бомбы в маленькой переполненной комнате. Кракен, с дикими глазами и оскаленными зубами, потянулся ко мне обеими руками. Я отступил за пределы его досягаемости и столкнулся с одним из других полицейских. Должно быть, он обо что-то споткнулся, потому что его рука обвилась вокруг моей талии, и следующее, что я осознала, мы оба растянулись на полу.


Кракен взревел и приготовился напасть на меня, когда Таити встал между нами и сильно ударил Кракена прямо по отбивным. К моему удивлению, это остановило здоровяка.


“Что с тобой такое!” Таити закричал.


Кракен открыл рот, чтобы ответить, но Таити оборвал его. “Лейти Лаака мертва, ты… ты… ты тупой груурл-брааплорп! ” Все, что Кракен собирался сказать, замерло у него на губах, и он опустил голову, как собака, застигнутая за поеданием воскресного жаркого.


Симс, невозмутимый суматохой, оглядел комнату. “Не могли бы все, пожалуйста, успокоиться и начать вести себя как профессионалы? Прекратите размахивать этими газетами, пока кто-нибудь из вас не пострадал. Кстати, этот выстрел в кого-нибудь попал? ”


Мы все посмотрели друг на друга и убедились, что никто не истекал кровью, кроме Кракена, и это было от пули, которую он получил ранее. Я заметил, что дождь просачивается через дыру в потолке, и указал. “Похоже, пострадал только дом”.


Я поднялся на ноги. “Что здесь произошло, Симс?”


Симс снял очки и начал протирать их сухим носовым платком. “Дело полиции, мистер Саутерленд”.


Я указал большим пальцем на Таити. “Она имеет право знать”.


Симс надел очки и повернулся к Таити. Он мгновение изучал ее, прежде чем кивнуть. “Очень хорошо. Нашему оператору в участке позвонили и сообщили, что Лейти Лаака мертва. Лейти - важный человек в поселении. Меня позвали домой. Я мечтал о солнечном свете и красивых молодых дамах, питающих слабость к авторитетным фигурам среднего возраста с седеющими бородами и залысинами. Я заставил себя встать с кровати, и вот мы здесь. ”


“Как она умерла?” - Спросила я. “ Убита?”


Симс поправил очки. “Не могу сказать. Мы не нашли никаких следов этого. Крови нет. Ран нет. Следов борьбы нет. Возможно, у нее был сердечный приступ ”.


Таити покачала головой. “У лейти не было сердечного приступа. Кто-то убил ее”.


Симс приподнял брови и слегка улыбнулся. “О? И откуда ты это знаешь, моя дорогая?”


Я тоже это знал. “Татуировки лейти”.


Симс повернулся ко мне. “Какие татуировки?”


“Точно, - сказал я. “Они ушли”.


***


Симс хотел отвезти тело в участок для вскрытия. На Таити этого не было.


“Я должен подготовить ее тело и отнести его на берег, откуда Хавеа Хикулео отвезет ее в Пулоту, страну мертвых. Там она будет жить все время с другой достопочтенной Лейтис. ”


“Возможно, ее убили”, - возразил Симс. “Мы должны выяснить, как она умерла”.


Таити продолжал смотреть на тело Лейти. “Я знаю, как она умерла”.


Глаза детектива расширились. “О? Не могли бы вы просветить меня?”


“Ее убили. Это все, что имеет значение”.


Симс успокаивающе положил руку на плечо адаро. “Если кто-то убил ее, разве ты не хочешь знать, кто это сделал?”


Таити обратилась к детективу. “Когда она доберется до Пулоту, она расскажет Хикулэ'о, что произошло. Хикулэ'о решит, необходимы ли дальнейшие действия для наведения порядка в ману этого места.”


Симс сжал плечо Таити. “Конечно, мисс. Я не знаю о муму или Хавви Хикаяйху, но юрисдикция здесь принадлежит мне. Это дело полиции. Вы можете забрать тело, как только мы с ним закончим, а затем отправить его в Половилл или куда вы пожелаете ”.


“Нет!” Таити оттолкнула руку Симса. “Я запрещаю тебе разрезать ее. Лейти должна отправиться в Пулоту в целости и сохранности”.


Симс нахмурился. “Вы запрещаете? Мисс, вы забыли, кто здесь главный”. Он повернулся к другим полицейским. “Вперед, ребята. Отвезите тело в участок”.


“Нет!” Таити закричала на полицейских. “Вы не можете!” Она повернулась к Кракену, который стоял со мной у двери, наблюдая за разворачивающимся спором. “Кракен! Остановите их!”


“Ну вот, опять”, - пробормотала я, ни к кому конкретно не обращаясь. Я бросилась за Кракеном, но была недостаточно быстра. Высокий адаро одним длинным шагом достиг тела Лейти, расталкивая всех на своем пути. Четверо полицейских и два медика оказались прижатыми к стенам лачуги, которые сотрясались, как во время землетрясения. Модок запрыгнул Кракену на спину и сомкнул руки на шее адаро удушающим захватом. Двое полицейских достали пистолеты и направили их на дерущихся.


Я полез в карман пальто за пистолетом, который отобрал у полицейского, и выстрелил в потолок. Все повернулись в мою сторону. Я обхватил Симса рукой и приставил жезл к его виску. “Улавливаете картину, ребята?”


Все замерли. “Модок!” - Крикнул я. “Слезайте с "адаро". Остальные, опустите оружие. Итак.” Когда никто не пошевелился, я прикоснулся к голове Симса дулом пистолета, которое было достаточно горячим, чтобы оставить след. “Вы скажите им, детектив”.


Симс поморщился. “Ой! Яйца Алквата, кто-нибудь, пристрелите этого ублюдка!”


Это был не тот ответ, на который я надеялся.


Возможно, тогда все пошло наперекосяк, но на моей стороне был свирепый гигант Адаро. Кракен сорвал Модока со спины и швырнул его в полицейского, направив обогреватель. Модок и коп повалились кучей. Он схватил двух других копов, которые размахивали дубинками, и ударил их в потолок из гофрированного металла, прежде чем отпустить и позволить им упасть на пол. В комнату начала заливаться вода. Я заметил другого полицейского с железом в руке и повернулся в его сторону, поставив Симса между нами. “Не делай этого!” Я закричал. Полицейский поднял обе руки в воздух, сдаваясь, но удержал предмет.


Симс обхватил обеими руками мою вытянутую руку, прижался губами к моему бицепсу и сильно прикусил. Он застал меня врасплох, и я выпустила пистолет из пальцев. Внезапно трое полицейских, Модок и два быка в синем, замахнулись автоматами и взяли меня на прицел. Я сдержал их, поставив симов на линию их огня.


Губы Модока приоткрылись, и он показал мне зубастую улыбку, которая, несомненно, ослепляла каждого подростка, которого он когда-либо встречал. Он повернулся и выстрелил Кракену в живот. Таити прижала руки ко рту и закричала. Кракен согнулся пополам, рыча как зверь, но удержался на ногах. Двое других полицейских перевели прицел на пошатывающегося Адаро.


Вот тогда-то и рухнул потолок.


***


Пятнадцать минут спустя медики ухаживали за ранеными полицейскими возле руин лачуги Лейти, прикрывая их от дождя, насколько это было в их силах. Таити был поблизости, пытаясь исследовать пулевое отверстие в животе Кракена.


“Оставь меня в покое, я в порядке”, - запротестовал Кракен сквозь стиснутые зубы. Но кровь сочилась из дыры в его животе и из серебристой чешуйчатой лапы.


Таити посмотрела на меня с тревогой. “Мы должны доставить его к океану”.


Кракен мягко оттолкнул ее от себя. “Я принесу Лейти”. Он пронесся мимо полицейских и вошел в рухнувшую хижину, алые струйки тянулись за ним по грязной земле.


Прежде чем кто-либо успел его остановить, Кракен вновь появился из-под обломков с пухлым телом Лейти Ла'ака, перекинутым через плечо, как мокрый мешок с мукой. Никто не был в настроении вставать у него на пути. Вдалеке я услышал вой сирен, вроде тех, что используются МАС.


“Мы уходим”, - сказал я Симсу, который взглянул на меня и кивнул, прежде чем снова переключить свое внимание на раненых полицейских.


Модок с повязкой на голове крикнул мне вслед. “Это еще не конец, придурок. Скоро увидимся”.


“Меня будет нетрудно найти”, - сказал я ему.


OceanofPDF.com

Глава девятнадцатая


Когда мы умчались от разрушенной лачуги Лейти Лаака, дождь начал стихать. К тому времени, как мы добрались до Фремонт-стрит, он совсем прекратился, хотя небо оставалось угрожающим. Таити привел меня к тихому участку пустынного пляжа немного к западу от поселения. Как только мы припарковались, Кракен, отказываясь от любых предложений помощи, решительно вошел в полосу прибоя и исчез в грохочущих волнах.


“Теперь с ним все будет в порядке”, - сказал мне Таити. “Океан исцелит его”.


“Ты уверен? Это не могло вернуть ему палец, который он потерял”.


“От раны может остаться шрам. Он, вероятно, будет гордиться этим”. Губы Таити поджались, и она издала булькающий звук.


“Хочешь повторить это со мной?” - Спросила я.


Она ухмыльнулась мне. “Неточный перевод? Я сказал: ‘Глупый мальчишка’. Более буквальный перевод может вас шокировать ”.


“Я сомневаюсь в этом. Даже от такой милой молодой девушки, как ты, это не исходит”. Я кивнула в сторону океана. “Он тебе нравится, не так ли”.


Таити скорчила кислую мину. “Возможно. Но я квуурлплап, жрица, так что.... В любом случае, у меня нет желания соревноваться с другими женщинами за его внимание. Она посмотрела на меня влажными глазами. “Ты поможешь мне с Лейти?”


Я перенес тяжелое тело Лейти Ла'ака из зверомобиля на берег и растянул его на песке. “Что будет дальше?” Прохрипел я, задыхаясь от напряжения.


“Ее заберут на остров Пулоту, в царство мертвых. Лейти была послушницей Хавеа Хикулео, правительницы Пулоту, и ей там будут рады. Хикулэ'о будет недовольна, если Лейти не окажется на пляже, когда за ней придут гребцы. Вот почему я не мог позволить полиции оставить тело. Ты действительно не хочешь расстраивать Хикулэ'о. Особенно сейчас. ”


“Что вы имеете в виду?”


Таити нахмурилась. “Я сейчас не совсем в ее благосклонности”. Она втянула воздух и покачала головой, словно стряхивая дурной сон. “Я останусь, пока за ней не придут. Спасибо за твою помощь сегодня вечером. Если мы больше не увидимся, я хочу, чтобы ты знал, что я рад, что встретил тебя. Ты кажешься порядочным человеком. Для мужчины.”


Я поднял брови и улыбнулся ей. “Тебе не нравятся мужчины?”


Она улыбнулась в ответ и откинула волосы с одного плеча. “Прости, что-то не так получилось. Ничего личного. Просто я не так часто общаюсь с мужчинами. Так происходит с большинством женщин адаро, особенно с теми, кто все еще в воде. У нас все иначе, чем у людей. ”


“Потому что женщин адаро намного больше, чем мужчин?”


“В основном, да. На протяжении всей нашей истории высшим стремлением большинства женщин было стать женой, но, как вы сказали, нас больше, чем мужчин, поэтому существует большая конкуренция за тех немногих мужчин, которые доступны. Лишь небольшой процент женщин адаро становятся женами. ”


“А остальным не повезло?”


Таити скрестила руки на груди и уставилась на песок. “Многие наши женщины чувствуют то же самое”. Она нацарапала носком ботинка восьмерку на мокром песке. “Но быть замужем за мужчиной нелегко. Наши мужчины сильны, и когда дело доходит до их жен, они чрезвычайно заботливы ”.


Она посмотрела на меня. “Ты должен кое-что понять об адаросе. В океане много опасностей. На протяжении всего нашего существования нас защищали две вещи: сильный дух природы и сила наших мужчин. Сила и свирепость высоко ценятся в наших мужчинах. По-другому и быть не может, если мы хотим выжить как вид. Нашим обществом всегда управляли физически сильные мужчины, и наши обычаи поощряют мужчин быть сильными и защищать других ”.


Она наступила ногой на восьмерку и стерла ее. “Наше общество предоставило сильным мужчинам множество привилегий. Принято, что мужчина — даже женатый мужчина — может вступать в интимные отношения со столькими женщинами, сколько в его силах, при условии, что женщины не состоят в браке. Но ожидается, что жены должны быть верны своим мужьям, уважать свое место не только как лидеры и защитники наших сообществ, но и как лидеры и защитники своих семей. Для жены большой позор иметь отношения с мужчиной, за которым она не замужем. Это неуважение. ”


“Должно быть, это здорово для мужчин”, - сказал я. “Но это кажется несправедливым по отношению к женщинам”.


Губы Таити скривились в кривой улыбке. “Вы думаете, люди чем-то отличаются? Я достаточно общался с вами, чтобы знать, что у мужчин-людей и адаро очень схожие представления о супружеских отношениях”.


Я не мог с этим поспорить, да и не пытался. Иногда я достаточно умен, чтобы держать язык за зубами.


“Кроме того”, - продолжил Таити. “В нашем обществе мужчина может расстаться со своей женой по своему усмотрению и выбрать себе в жены другую, даже если у него уже есть дети. Женщина не имеет такого права. Женщине, освобожденной от брачных уз, не разрешается повторно выходить замуж. ”


“Это грубо. Может ли разведенная жена дурачиться с одинокими мужчинами?”


“Конечно, нет! В нашем обществе женщине, которая была замужем, запрещено вступать в интимные отношения с любым мужчиной, кроме своего мужа, несмотря ни на что, даже если он развелся с ней или умер ”.


“Значит, разведенным и овдовевшим женщинам не повезло?”


“Таков наш путь”.


“А как насчет одиноких мужчин, таких как Кракен?”


Она снова поджала губы. “Хотя женатые мужчины имеют много привилегий, предполагается, что неженатые мужчины должны подождать, пока они женятся, прежде чем вступать в сексуальные отношения с женщинами, и им запрещено вступать в отношения с женами других мужчин. По крайней мере, так и должно быть. На практике наши мальчики и мужчины имеют право делать все, что им может сойти с рук. ”


Я переработал это. “Честно говоря, это тоже очень похоже на жизнь среди людей. Хотя на практике соблюдение правил, вероятно, намного слабее среди людей, чем то, что вы описываете. И, конечно же, разведенные и овдовевшие женщины могут снова выйти замуж.”


Лицо Таити посуровело. “Люди бесстыдны! Откуда вы вообще знаете, какие дети законнорожденные, а какие нет? Так много ваших детей рождены вне уз брака. Для меня непостижимо, как вы вообще поддерживаете такое количество внебрачных детей. Бастарды Адаро занимают низкое положение в нашем обществе. Мужчины, рожденные вне законных союзов, не заслуживают уважения. Женщинам незаконного рождения не разрешается выходить замуж за мужчин законного происхождения. Иногда это случается, но так не должно быть. И не должно. Это не наш путь. ”


Я вспомнил Лину Водоплавающую птицу и ее сестру Милу. “Женщины адаро, которых я встречал, жили совсем не так, как вы мне рассказывали”.


Таити нахмурился. “Я знаю, что вы, люди, думаете о нас. Вы называете нас ‘нимфами’ и рассматриваете как сосуды для снятия вашего сексуального напряжения ”.


“Эй, не все мужчины такие”, - запротестовала я.


“Это ваша защита? Человеческие мужчины невиновны, потому что некоторые из них невиновны? И насколько вы невиновны, мистер Саутерленд? Что первое, что приходит тебе в голову, когда ты видишь женщину адаро? Ты думаешь, я не вижу, о чем ты думаешь, когда смотришь на меня? Даже сейчас, стоя над трупом друга, которого я хорошо знал и которым восхищался? Скажи мне, что ты никогда не называл ни одну из нас, женщин адаро, ”нимфами’!


Я вскинул руки, сдаваясь. “Уже все в порядке. Но не смотри на меня! Рядом с тобой я был идеальным джентльменом. И, честно говоря, нам, мужчинам, нелегко. Вы знаете, какой эффект вы, девочки, производите на нас. ”


“Девочки? Вы считаете меня ребенком?”


“Нет!” Я запротестовала. “Я имею в виду, конечно, ты молода, но ты настоящая женщина. Я просто говорю, что женщины адаро ..., Я имею в виду, это хорошо известный факт, что ..., но я не обязан говорить тебе, верно?” Я не хотел продолжать. Я хотел залезть в яму, которую копал, и похоронить себя заживо.


Естественно, Таити не собиралась мне этого позволять. “Сильный мужчина контролирует себя”. Она скривила верхнюю губу. “К сожалению, человеческие мужчины не сильны”.


“Послушай, Таити. Я не собираюсь с тобой спорить. Все, что я хочу сказать, это то, что, по-моему, некоторым женщинам из племени адаро, которых я встречал, было бы некомфортно жить в рамках жестких социальных условностей, которые ты описал. Я знал, в частности, одну пару, которая была довольно свободолюбивой. ”


Таити вздохнул. “Жизнь на суше не пошла нам на пользу. Слишком многие из нас переняли распущенные человеческие ценности. Изгнать их из нашего традиционного общества было ужасным преступлением. Это разрушило наш образ жизни!”


“Неужели иметь больше свобод - это так ужасно?”


“Это не наш путь”. Лицо Таити покраснело, когда она посмотрела на меня. “Было бы намного лучше, если бы женщины поселения вернулись в море, как того хотел Каноа”.


Я указал на тело у наших ног. “Она не думала, что адаро так уж горячо переживали из-за отъезда”.


Глаза Таити вспыхнули. “Лейти была великой женщиной. Но она была не адаро. Она знала нас не так хорошо, как думала ”.


Я пожал плечами. “Я полагаю, мы все продукты нашей собственной культуры. Я не знаю много человеческих женщин, которые охотно поменялись бы жизнями с женщинами вашего общества, по крайней мере, не так, как вы это описали. Никакого секса вне брака? Никаких повторных браков после развода? Даже Повелитель Драконов не смог бы навязать правила вашего общества большинству женщин, которых я знаю. ”


Таити взглянула на ревущий прибой и немного расслабила плечи. “Если я буду честен, мистер Саутерленд, я должен признать, что в нашем обществе меньше добродетельных женщин, чем я показывал. Скандальное поведение среди нас ... не редкость ”.


Я одарил ее ухмылкой. “Скандальное поведение, да? Я полагаю, поскольку женщин адаро намного больше, чем мужчин, многие женщины должны найти себя в отношениях с другими женщинами ”.


Таити кивнула. “Да. Но в этом нет ничего скандального. Однополые отношения среди незамужних женщин обычны и вполне приемлемы. Многие из них перерастают в официальную связь на всю жизнь с теми же преимуществами, что и брак, хотя и с меньшим статусом. То же самое и с нашими мужчинами. Они проводят много времени, тренируясь и сражаясь вместе. Вполне естественно, что они тоже построили близкие отношения друг с другом. ”


Я думал об этом. “Разве это не оставляет еще меньше мужчин в качестве подходящих мужей для женщин?”


“Вовсе нет. Почти каждый мужчина женится, даже если только для того, чтобы завести детей ”.


“Но разве это не оставляет большинство ваших женщин незамужними на всю жизнь? Какую жизнь они ведут без мужей?”


Таити пожала плечами. “Продуктивные". У них, конечно, нет того же статуса, что и у замужних женщин, но они выполняют многие жизненно важные роли в наших сообществах. Большую часть нашей пищи собирают и перерабатывают незамужние женщины или женщины в женских парах. Они выполняют большую часть обслуживания и домашней работы. Они ведут большой бизнес. И женщина всегда может подать заявку на ... на священство, как вы бы это назвали. Как и я.”


“Вас много?”


На это она слегка усмехнулась. “Я не знаю, скольких вы назвали бы "много", но да, я полагаю, что есть. Это хороший способ избежать жизни с мужчиной”. Она хихикнула, и на мгновение она больше походила на молодую человеческую девушку, чем на серьезную жрицу адаро. “Знаешь, они обычно не такие послушные, как Кракен”.


Я хмыкнул на это. “Ты считаешь Кракена послушным? Он кажется отличным парнем, но я видел, как сегодня вечером он проломил черепа двум гангстерам и впечатал двух полицейских в металлический потолок. ”


Ее улыбка стала немного шире. “Не многие из наших мужчин оставили бы в живых кого-либо из этих полицейских. Да и тебя тоже, если уж на то пошло. Когда наши мужчины приходят в боевое настроение, их трудно контролировать. ”


“Ты остановил его”, - указала я. “И ты вдвое меньше его”.


Лицо Таити стало серьезным, и ее голубые глаза встретились с моими. Я почувствовал, что проваливаюсь в них. “В самый разгар всего этого, - сказала она, - когда Кракен приближался к тебе? Он убил бы тебя, если бы меня там не было. ”


“И вы отрезвили его одной пощечиной?”


“Да. Я квурлплап”.


“По крайней мере, ты не загнала его в угол”.


Она отвела от меня взгляд.


“Извините”, - сказал я. “Думаю, это было бестактно с моей стороны”.


Таити вздохнул. “Все в порядке. Я такой, какой есть. Некоторые из сил, которыми я обладаю, ... ужасают даже меня. Но мои навыки ничто по сравнению с тем, что мог сделать Лейти. Тот молодой человек, с которым мне пришлось иметь дело, поправится. Если бы Лейти была там, она могла бы вызвать кайту, то, что вы могли бы назвать призраком. Эти кайту внушают страх даже при взгляде. От прикосновения кайту кровь леденеет в жилах, а крик сводит с ума. Есть причина, по которой Лейти боятся. Лейти Лаака, возможно, казалась доброй пожилой женщиной, но она обладала невероятной силой. ”


“И все же кто-то убил ее”.


“Да”. Таити посмотрел вниз на тело Лейти.


Лейти Лаака обладала невероятной силой. Что это говорит о том, кто ее убил? Я не хотел думать об этом.


“Что вы имели в виду, когда сказали, что знаете, как был убит лейти?”


Таити ответила не сразу. Через несколько мгновений она покачала головой. “Я пока не хочу говорить об этом”.


“Хорошо”.


Таити повернулся ко мне и улыбнулся. “После того, что ты видел сегодня вечером, ты, должно быть, думаешь, что я монстр”.


Я встретился с ней взглядом и ответил на ее улыбку своей. “Вовсе нет. А если бы и видел, я бы так не сказал ”.


Ее улыбка погасла, и она задумалась. “Я рада это слышать. В каком-то смысле я и есть монстр. Раньше я им не была. До начала обучения я был обычным ребенком. Но знания, те знания, которые я получил, меняют тебя. Квурлплапы могут творить чудовищные вещи. Мы повелеваем древними духами, духами старше адароса, и не все они дружелюбны. Мы вступаемся за этих духов, чтобы защитить наш народ, и на нас возложена большая ответственность. И иногда это означает совершать поступки, которые другие могли бы счесть злыми. Например, то, что я сделала с тем молодым человеком сегодня вечером. Это казалось злым поступком, но действительно ли это злой поступок, если я делаю это, чтобы защитить других? Он мог бы сделать что-нибудь ужасное с тобой и Кракеном, если бы я его не остановил. ”


“Он мог бы”, - согласился я. “И я все еще цел, благодаря тебе. Это делает тебя подходящим персонажем в моей книге ”.


“Однажды я стану таким же могущественным, как лейти. Может быть, и больше. Иногда я задаюсь вопросом, каким человеком я буду, когда смогу призвать кайту и приказать им завладеть телами живых. Или лишить человека его ману и оставить его жить пустой жизнью без удачи и надежды. Хватит ли у меня воли жить простой жизнью, как это делала Лейти Лаака, или я соблазнюсь своими способностями и буду жить эгоистичной жизнью, забыв, что я слуга своего народа, и решив служить только себе? Особенно теперь, когда ее больше нет здесь, чтобы учить и сдерживать меня. ”


Я покачал головой. “На эти вопросы тебе придется ответить самому со временем. Но ты молод. Ты их решишь”.


Отсутствующий взгляд покинул ее глаза, и она улыбнулась мне. “Как ты думаешь, сколько мне лет?”


“Я не могу сказать. Я не знаю, сколько лет адаро”.


“Почти так же, как это делают люди, пока нам не исполнится сорок или около того лет. Затем мы остаемся физически неизменными в течение многих лет ”.


“В таком случае я бы сказал, что тебе было около девяноста”.


Она игриво похлопала меня кулачком по плечу. “Не говори глупостей. Мне двадцать лет”.


“Правда? Ты выглядишь на четырнадцать”.


“Я не хочу!”


“Да, это так. Я чувствую себя твоей нянькой”.


“Значит, я теперь ребенок?”


Я оглядел ее с головы до ног, чувствуя, что дождь стекает по ее обнаженному плечу. “Ну, ладно, ты не ребенок. Ребенок не смог бы помешать Кракену разорвать меня на части”.


Губы Таити приоткрылись, обнажив кончики ее острых зубов. “Кракен - маленький мальчик, но он достаточно умен, чтобы знать, как вести себя с квурлплапом. Даже тот, кто все еще проходит обучение ”.


В глазах Таити появился странный блеск, и я с неохотой оторвал от нее взгляд. Океан казался серым и холодным после взгляда в эти глаза. “Думаю, я обязан тебе жизнью. Спасибо”.


“Не за что. Но у меня был скрытый мотив”.


“О? И что это?” Я внезапно забеспокоился.


Она улыбнулась, и ее нос сморщился так, что у меня екнуло сердце. “Мне нужно было, чтобы ты помогла мне доставить Лейти сюда. Почему? Как ты думаешь, что я имел в виду?”


Я слушал, как волны разбиваются в темноте. “Это было важно?”


Таити улыбнулась мне еще на секунду, прежде чем обратить свой взгляд на набегающие волны. “Больше, чем ты можешь себе представить”.


Я собирался расспросить ее подробнее, но меня отвлекло движение на воде. Я указал. “Это то, что я думаю?”


Таити вгляделся в океан. “Куда? Я ничего не вижу”.


“Это какой-то корабль. Маленький”. Я сосредоточился на объекте. “Не корабль — каноэ! Двое мужчин гребут на веслах. Они слишком малы, чтобы быть адаро. Они, должно быть, люди. ”


“Они идут за Лейти”. Я слышал, как бьется сердце Таити, и она изо всех сил пыталась успокоить дыхание. “Они из Пулоту”.


“Что такое Пулоту?” Я спросил. “Вы упоминали об этом, но я никогда не слышал об этом раньше”.


“Это остров, но он не в этом мире. Это земля мертвых. Именно туда они заберут Лейти”.


Я стоял рядом с Таити, как завороженный, пока двое гребцов вели свое каноэ по коварным волнам гораздо быстрее и легче, чем я думал, это возможно. Когда они подплыли к берегу, гребцы выскользнули из каноэ и потащили его вверх по пляжу, пока не достигли тела Лейти. Мужчины были людьми, широкоплечими и крепко сложенными, каждый был одет только в травяную юбку, напоминающую ту, что до сих пор носила таовала Таити. Прежде чем я осознал, что это произошло, рука Таити оказалась в моей. Я бросил на нее быстрый взгляд, но ее внимание было приковано к двум гребцам, которые, не говоря ни слова, легко подняли Лейти и бережно поместили ее в каноэ. Когда тело было на месте, двое мужчин стояли по обе стороны от каноэ, опустив головы. Голова Таити тоже была опущена, и мне показалось правильным опустить свою, что я и сделал. По холодному влажному воздуху разлилось тепло, и на мгновение нам показалось, что мы все перенеслись в тропики. Я услышал незнакомые звуки — крики птиц, рычание зверей и журчание реки — и я знал, что эти звуки доносятся не с кайчанского пляжа.


Примерно через минуту двое мужчин одновременно подняли головы. Тропические звуки сменились грохотом волн, а тропическое тепло - холодом Йерба-Сити. Гребцы, даже не взглянув ни на Таити, ни на меня, втащили каноэ в прибой. Рука Таити все еще была в моей, когда мы смотрели, как каноэ с телом Лейти Лаака исчезает в темноте, и еще несколько минут после этого мы продолжали смотреть на бурлящую черную воду и слушать аритмичный шум прибоя.


Через некоторое время мое дыхание стало тяжелым, а голова легкой. Таити, должно быть, что-то заметила, потому что с извинением убрала руку. Ветерок упер ей волосы в глаза, и она протянула руку, чтобы убрать их. “Я буду скучать по Лейти”, - сказала она.


“Тебе есть куда пойти?”


“У меня есть несколько друзей, которые живут недалеко от маркетплейса. Я могу пожить у них некоторое время”.


“Подвезти?” - Спросила я.


Она улыбнулась мне, но покачала головой. “Спасибо за вашу помощь сегодня вечером. Вам не нужно было вмешиваться, и я ценю все, что вы для меня сделали. Я собираюсь проведать Кракена и убедиться, что с ним все в порядке. После этого я сам найду дорогу обратно в поселение. ”


“По крайней мере, дай мне свой номер. Я тебе позвоню”.


Она взяла мобильный телефон у своего таовалы, и мы ввели номера друг друга в наши списки контактов. Затем она обняла меня и поцеловала в щеку, отчего у меня снова закружилась голова. Мы попрощались, и я смотрел, как она уходит и исчезает в волнах.


По дороге домой ветер стих, и облака на раннем утреннем небе разошлись. Припарковав зверомобиль у Джио, я поднял голову и уставился на яркую четверть луны, похожую на ту, которую я видел во сне ночью после исследования Тауфа'тахи несколькими месяцами ранее. Она была окружена множеством мерцающих звезд. Сегодня потопа не будет, подумал я про себя. Вот и все для пророчеств.


Я был в сотне ярдов от своего дома, когда заметил хромированный колпак на колесах, прислоненный к моей входной двери. Я ускорил шаг, осматривая улицу по мере приближения к зданию, пытаясь обнаружить слежку. Если кто-то и наблюдал за мной, я этого не заметил. Добравшись до своего крыльца, я поднял колпак и занес его внутрь, прежде чем осмотреть. Оказавшись в своем кабинете, я вытер его насухо и изучил поверхность. Я смотрел на это несколько секунд, моргнул и уставился еще немного. На поверхности, словно кончиком иглы, было выгравировано единственное слово: САННИ.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава двадцатая


Я проснулся от смеха детектива Каламы.


“Ухммравха ...”, - выдавил я. Я попробовал снова. “Что? Ухм...”


“Проснись, липучка! Ты разговариваешь во сне”.


Я перевернулась в постели, чтобы не вытирать слюни, которые скопились на моей подушке и стекали по подбородку. Мой телефон упал на простыни, и я вернула его на место, прижав к лицу. “Это ты, детектив? Я что-то сказал?”


“Ты точно была. К сожалению для тебя, я замужняя женщина, а ты не в моем вкусе. Нам действительно нужно назначить тебе свидание ”.


“Яйца лорда”.


“Это не то, о чем ты просил секунду назад”.


“Вздрогни, Калама. Что ты хочешь?”


“Что ты предлагаешь, болван? И ты уверен, что ты в достаточно хорошей форме, чтобы это сделать?”


“Кай знает, что ты так разговариваешь с незнакомыми мужчинами?”


“Ты бы слышал, как я с ним разговариваю!”


“Да, ладно, пропустим это”. Я заставила себя зевнуть, пока это не взяло верх и не стало реальностью. “Извините, детектив, но вы разбудили меня от крепкого сна, и мне нужно заняться кое-какими срочными делами”.


“Не смей тащить меня в ванную! Перезвони мне, когда закончишь. Но поторопись. Это важно ”.


Пять минут спустя, как следует вооружившись чашкой кофе, приправленного ржаным хлебом, я набрала быстрый номер мобильного детектива из своего офиса. “О'кей, детектив, я вернулась и почти проснулась. В чем дело? И не говори того, что, я знаю, ты хочешь сказать. ”


Голос Каламы стал невинным. “Я понятия не имею, что ты хочешь этим сказать, липучка”.


“Верно. Кстати, который час?” Я молча отхлебнула кофе и поморщилась. Возможно, я немного поскользнулась, когда добавляла ржаной.


“Восьмидесятый". Я хотел первым делом застать тебя. Сегодня утром пришло кое-что интересное из участка Плэсид-Пойнт. Прошлой ночью или рано утром была убита известная женщина по имени Лейти Лаака, и среди лиц, заинтересованных в этом деле, частный сыщик по имени Александр Саутерленд. Нас попросили найти его и забрать. ”


“Копы из Плэсид-Пойнта сами за мной не придут?”


“У них не хватает людей, а вы живете в нашей юрисдикции. Кроме того, на месте происшествия был замечен адаро бак, и они помогают МАС его искать. Хочешь рассказать мне, что происходит сейчас, или мне послать кого-нибудь привести тебя сюда?”


Я вздохнул и выпрямился в кресле, собираясь с мыслями. “Прошлой ночью я разговаривал с Лейти относительно моего расследования”.


“В поисках десятидюймовки”.


“Правильно”.


“Уже нашли его?”


“Пока нет”.


“Продолжение”.


От глотка кофе я закашлялся, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки. “Извините”, - сказал я. “На чем я остановился?”


“Прошлой ночью вы разговаривали с Лейти Лаака”.


“Верно. Итак, я взял ученика Лейти, молодого адаро по имени Таити Уайтшелл, с собой в ”Ведро с каплями".


“Яйца господни, липучка!” - вмешался Калама. “Это последнее место, куда ты хочешь пойти на свидание, если пытаешься произвести на нее впечатление”.


Я потер глаза. “Это было не свидание, и я не пытался произвести на нее впечатление. Она была там в качестве представителя Leiti на каких-то переговорах с исполняющим обязанности главы Northsiders. ”


“Человек по имени Доман”?


“Правильно”.


“И какое отношение эти переговоры имеют к тебе?”


Я вздохнул. “Ничего. Я пошел туда, чтобы поспрашивать о десятидюймовке. В любом случае, потом мы возвращаемся к Лейти. Когда мы добираемся туда, мы обнаруживаем, что лачуга полна полицейских, а Лейти лежит на полу мертвый. Убит.”


Калама ждала продолжения, и когда я ничего ей не предложил, она спросила: “Как ее убили?”


Я пожал плечами, хотя она и не могла этого видеть. “Не понимаю”.


“Тогда откуда вы знаете, что она была убита?”


Я открыл рот, закрыл его, снова открыл и спросил: “Что вы знаете о покойной Лейти Лаака?”


“Я знаю о Лейти. По сути, они ведьмы. Может быть, не на уровне мадам Куапа, но и не мошенницы, которые разводят туристов на пристанях. Определенно реальная вещь. Лейти Лаака должна была быть сильной. Она была уважаемым человеком в поселении адаро. Она разрешала споры между жителями и выступала связующим звеном между чиновниками поселения и членами сообщества. Во многих отношениях она была неофициальным мэром поселения Адаро. Ее смерть вызовет много неприятностей, особенно если будет установлено, что ее смерть была убийством. Итак, говори, Саутерленд. Что заставляет тебя думать, что ее убили?”


“Лейти была покрыта татуировками, и через эти чернила текло много магии. Вы правы, когда говорите, что она, вероятно, не была в весовой категории мадам Куапа. Куапа сама по себе в одной лиге. Но я не думаю, что Лейти Лаака была так уж далека от истины. В любом случае, когда я увидел ее на полу, ее татуировок не было.”


“Исчезли? Вы хотите сказать, что их убрали?”


“Они просто ушли. И волшебство тоже”.


“Хм! И ты уверен в этом?”


“Я. Я работаю над теорией, что кто-то убил ее, чтобы лишить ее магии ”.


Калама, вероятно, была самым умным детективом, которого я когда-либо встречал, и я почти слышал, как она обдумывает последствия. “Возможно, ее не убивали. Возможно, магия просто покинула ее, когда она умерла. Побочный эффект ”.


“Это возможно”, - признал я. “Но Таити, ученица Лейти, пришла к выводу, что ее убили, и мне кажется, она должна была знать. Она также говорит, что знает, как это было сделано, но не говорит об этом. Тем не менее, я думаю, мы не должны исключать естественную смерть, основываясь только на ее словах. Я поговорю об этом с экспертом ”.


“Ты ничего подобного не сделаешь, липучка”, - сказал мне Калама. “Ты заинтересованное лицо в этом деле. Это значит, что ты не можешь его расследовать. Ты все испортишь”.


Я сделал паузу, чтобы сделать здоровый глоток кофе, который теперь готовился более гладко. “Единственная причина, по которой я представляю интерес, заключается в том, что я забрал тело с места преступления”.


“Ты что?” Калама не верил своим ушам. “Объяснись, Саутерленд!”


“Таити настаивал на том, что Лейти нужно было доставить в океан, чтобы ее можно было унести в какое-то место под названием Пулоту. Таити говорит, что это земля мертвых. Итак, после того, как крыша хижины рухнула, Кракен — так зовут бака Адаро - схватил тело, и я отвез нас всех на пляж.”


“Подожди! Подожди секунду!” Калама предприняла несколько попыток разобраться со всем, что я только что вывалил на нее. “Пулоту? Страна... Подожди! Вы сказали "Кракен"? Что он там делал?”


“Кракен помогал мне искать Десятидюймовку. Он ходил со мной в "Лейти" и в ”Капающее ведро".


“И он был с тобой, когда ты вернулась в дом Лейти Лаака?”


“Больше похоже на лачугу, на самом деле, но да, это так”.


“Что там насчет обрушения крыши?”


“Ну...”


“Саутерленд? Не замалчивай сейчас!”


“У нас с Кракеном произошла небольшая стычка с так называемым "лучшим" из Плейсид-Пойнта. На месте происшествия была пара отличных детективов, Симс и Модок. Модок наложил лапу на Таити, и Кракену это не понравилось. Ситуация вышла из-под контроля. ”


“И крыша рухнула”, - сказал Калама, заканчивая отредактированное мной изложение событий.


“Ну, шел довольно сильный дождь, и "Хижина Лейти" не совсем соответствовала правилам”.


“Хм”. Калама казался менее чем удовлетворенным. “Давайте вернемся к этому позже. Симс, да. Согласно the wire, детектив Симс арестовал вас в среду утром”.


“За переход улиц". В Плэсид-Пойнте большая проблема с переходами улиц ”.


“Я так слышал. В отчете также говорится, что вы были пьяны и хулиганили”.


“Предположительно. Меня никогда не проверяли”.


“Рановато для того, чтобы напиваться, не так ли?”


“Я не обливался”, - настаивал я. “Шел дождь. У меня была пара ремней безопасности, чтобы прогнать холод”.


“Угу”.


Я ставлю чашку с кофе на стол, немного в стороне. “Я сокращаю расходы”.


“Конечно, это так, липучка”, - скептически сказал Калама. “И вовремя”.


“Что это должно означать?”


Калама вернул разговор — точнее, допрос — в нужное русло. “Итак, вы с Кракеном и этой нимфой, Таити, отвезли труп в океан. Что ты сделал, выбросил его?”


“Нет, я не выбрасывал его, детектив. Двое эмиссаров из Пулоту подплыли к берегу во время прилива и забрали тело с собой”.


“Понятно. Значит, ты его выбросил”.


“Я серьезно, детектив. Я наблюдал, как гребцы уносили "Лейти" в ночь. Они бы тебе понравились. Смуглый, красивый, без рубашек, с рельефными мускулами ...”


Когда Калама не ответил, я сказал: “Давай, детектив. Это было не более странно, чем пес-тень, вселившийся в ту ведьму. Или ведьма из бездны. На самом деле все было довольно достойно. ”


Калама вздохнул. “Как скажешь, липучка. В итоге тело исчезло. Я полагаю, навсегда?”


“Это безопасная ставка”.


“Члены Плесид-Пойнт знают, что с ней случилось?”


“Нет. Вероятно, поэтому я представляю интерес”.


“Что ты собираешься им сказать?”


“Правда. Я уверен, они поймут”. Я потянулся за кофе и сделал глоток. Я не хотел, чтобы он остыл.


Калама фыркнул. “Конечно, так и будет. Смотри, липучка. Остерегайся симов и Модоков. Ходят слухи, что они в розыске. Либо с ЛИА, либо с Хэтфилдами, либо с обоими. Симс умен, но у него свои проблемы. Модок - настоящая работа. Подозреваемые поселяются в том полицейском участке и больше оттуда не выписываются. Как тебе удалось выбраться? ”


“Мне помогли”.


“Дай угадаю — Любанк?”


“Возможно”.


“Остерегайся и его тоже. Держу пари, ты уже задолжал ему свои сбережения”.


“У нас с ним договоренность”.


“Правильно. Ты делаешь работу, а он получает деньги”.


“Обычно”, - призналась я. Я потянулась за кофе, но чашка была пустой.


“Ладно, липучка. Мой совет - не высовывайся какое-то время. Не позволяй персонажам снова затащить тебя в один из своих спортивных костюмов. Держись подальше от Модока. Держитесь подальше от поселения Адаро. И никогда, никогда больше не ступайте ногой в Ведро с каплями, особенно с кавалером. ”


“Конечно, мам. И я обещаю тоже есть овощи”.


“Пошел ты, Саутерленд. Если попадешь в беду, не жди от меня никакой помощи. У нас с Каем билеты в оперу на сегодняшний вечер”.


“Опера”?


“Развлечение для респектабельных людей, липучка. Тебе бы это не понравилось”.


“Без сомнения”.


“Еще кое-что, прежде чем я уйду. Эта белошелка с Таити? Она тоже внесена в список подозреваемых”.


“И что?”


“Возможно, она замешана в каком-то движении сопротивления в поселении. Морская полиция положила на нее глаз ”.


“Кто мог бы винить ее?” Я подумал, знали ли на Таити, что она попала в поле зрения Военно-морской службы уголовных расследований.


“Береги себя, липучка”.


Детектив отключился.


***


На завтрак я запил кусок вчерашней пиццы стаканом апельсинового сока вместо бутылки пива, потому что в апельсинах много витамина С и потому что я сократил потребление алкоголя. Я почувствовал себя довольно хорошо по этому поводу. Заправленный и увлажненный, я решил отправиться на пробежку, чего не делал неделями. Накинув толстовку без рукавов и кроссовки, я приготовился выйти на тротуар.


Зловещие тучи низко нависли над небом, и воздух был густым от капель, но ночью дождь прекратился. Я слушал, как проезжающие машины шлепают по все еще мокрым улицам, с задних шин стекает вода, пока скользил по тротуару, объезжая случайные лужи. Я ускорил шаг, вырабатывая тепло, чтобы бороться с холодным бризом, который хотел загнать меня обратно в дом. Я восхищался легкостью своей походки, удивляясь, почему я отказывал себе в удовольствии пробежаться, и думал, что ничуть не потерял форму или выносливость с тех пор, как тренировался в последний раз. Я ускорил шаг еще на одну ступеньку, проезжая мимо витрин магазинов, баров и домов рабочего класса в районе Портер, бросая “доброе утро" встречным пешеходам и “налево” пешеходам, которых я догонял и обгонял сзади. Я был непобедим, но, зная, что это моя первая пробежка после долгого перерыва, я решил сделать ее короткой, может быть, четыре мили, максимум пять.


В миле от дома я сгорбился, уперся руками в колени, жадно втягивал холодный воздух и пытался не блевать. Мой желудок сжался, как кулак, пытаясь побороть кислотный ожог от апельсинового сока, а остатки пиццы прокладывали себе путь по кишечнику, как вязкая лава. Выждав несколько минут, чтобы отдышаться, я медленно побрел обратно тем же путем, каким пришел, сетуя на то, что оставил свой телефон дома и не смог вызвать такси.


На полпути домой я достаточно оправился, чтобы задуматься, смогу ли я пробежать остаток пути трусцой, если не буду давить. Как только я закончил убеждать себя попробовать, я услышал знакомый голос, зовущий меня из дорогого бежевого внедорожника, припаркованного вдоль улицы.


“Извините, сэр! Вы выглядите как человек, которого не помешало бы подвезти”.


Я остановился рядом с машиной и посмотрел в открытое окно на водителя, крупного мускулистого мужчину лет двадцати с небольшим. “Вы предлагаете мне машину?”


“Конечно, нет, сэр. Вы так вспотели? Мадам была бы в ярости, если бы я пустил вас в ее машину в вашем нынешнем состоянии”.


Коди, личный помощник мадам Куапа, самой могущественной ведьмы в западной Толанике, ухмылялся мне от уха до уха. Один взгляд на его костюм автомобилиста, и я не смог удержаться от ответной улыбки. Он смотрел на меня сквозь винтажные очки-авиаторы в черной оправе, а кашемировый шарф, дважды обернутый вокруг его шеи, был выкрашен в неоново-розовый цвет, такой яркий, что почти светился. На нем не было рубашки под застегнутым жилетом из черной кожи, который обнажал безволосую грудь, почти такую же широкую, как у тролля. Его длинные черные волосы были собраны сзади в конский хвост, а на макушке красовался черный кожаный котелок.


“Что ты делаешь здесь, в Портере, Коди?” Я спросил. “Обитаешь в трущобах?”


“Вообще-то, жду тебя. Мадам сказала мне, что ты будешь здесь примерно в это время”. Он оглядел меня с ног до головы. “Она не говорила мне, что ты будешь выглядеть так, словно тебя утащила кошка”.


Я рассмеялся. “Кот” Коди - мистер Вискерс — был четырехсотфунтовой мантикорой, львоподобным существом с орлиными крыльями, хвостом скорпиона и когтями, способными разрывать сталь. “Не может быть, чтобы все было так плохо. У меня все еще целы конечности”.


“Что случилось? Твой пиммобиль наконец сломался?”


“С мобильным зверем все в порядке. Я вышел на пробежку”.


“Что ты делал, двадцать миль?”


“Пошел ты, Коди”.


Ухмылка Коди стала шире. “Нет, пока ты не приведешь себя в порядок. У меня есть стандарты”.


Я покачал головой, сдаваясь. “Возможно, я позволил себе немного потерять форму за последние пару месяцев. Я пытаюсь это исправить”.


“Молодец! Но не пытайся сделать слишком много слишком быстро. Мужчина твоего возраста должен относиться к этому с легкостью ”.


“Умник! Я всего на несколько лет старше тебя”.


Коди кивнул. “Конечно, так и есть. Но не забывай, мы определенно находимся по разные стороны тридцатки ”.


Я вздохнул. “Чего хочет от меня мадам Куапа?”


Ухмылка Коди исчезла, и он сделал паузу, прежде чем заговорить. “Она говорит, что у тебя неприятности. Или скоро будут. У меня есть кое-что, что она хочет, чтобы я тебе передал”.


Коди открыл бардачок и вытащил пинтовую фляжку из полированного серебра. “Вот. Возьми это. Мадам говорит, что вам следует выпить это в конце дня, когда вы ложитесь спать. Он предупреждающе поднял палец. “Но не раньше, чем вы будете готовы ко сну. Это впечатляет. ”


Я взял фляжку и с подозрением посмотрел на нее. “Она серьезно? Пить ее зелья для меня не очень хорошо”.


Коди закатил глаза. “Значит, она пару раз пыталась тебя убить. Не будь таким ребенком”.


Я снял пробку с фляжки и понюхал содержимое. “Это кава?” Я спросил.


Лицо Коди просияло. “Превосходно, сэр! На самом деле это кава. И еще несколько ингредиентов, о которых вы, вероятно, не захотите знать. Мадам говорит, что это укрепит вас перед грядущим. ”


Я прищурилась, глядя на Коди. “Что будет дальше? У вас есть какие-нибудь подробности, или мадам Куапа хочет приберечь их для сюрприза?”


“Она просила передать тебе, что надвигается шторм. И когда шторм будет в самом разгаре, кто-нибудь попытается тебя убить”. Он указал на серебряную фляжку. “Мы надеемся, что кава поможет тебе выжить”. Его глаза расширились. “О, чуть не забыл. Когда будешь пить каву сегодня вечером, обязательно оставь глоток на потом”.


“На потом? Что вы имеете в виду?”


Коди прикусил губу. “Я не совсем уверен. Мадам говорит, что тебе понадобится последний глоток, чтобы активировать защиту кавы, когда она тебе понадобится”. Он улыбнулся. “Я думаю, ты поймешь, когда это произойдет, когда придет время”.


“Потрясающе. Будем надеяться, что это не внезапное нападение. Я не думаю, что она сказала тебе, кто собирается попытаться убить меня ”.


Коди покачал головой. “Она не сказала. Ты знаешь, как это работает. Если она расскажет вам слишком много, ваша реакция на ее предупреждения заставит вас вести себя так, что увеличит вашу опасность, а не уменьшит ее. Вы должны делать то, что советует мадам, и позволить этому разыграться. ”


“Ну, разве это не великолепно”.


Коди рассмеялся. “Я уверен, что все будет хорошо, сэр. Мадам считает, что у вас хорошие шансы выжить”.


‘Хороший’ шанс? Насколько хороший?”


Коди покачал головой, внезапно посерьезнев. “Это все, что она мне сказала, сэр”. Он поднял глаза, чтобы встретиться с моими. “Честно говоря, она, кажется, немного расстроена всем этим. Но я предпочитаю быть оптимистом. Она сказала "хороший шанс". Это лучше, чем ”плохой шанс", верно?"


“Чудесно”.


Улыбка Коди вернулась. “Не унывайте, сэр. Вы доказали, что в прошлом были находчивым человеком, и вы еще не полностью пережили свой расцвет ”. Он критически посмотрел на меня. “Я надеюсь”.


“Ну и дела, спасибо”.


“Не за что, сэр. Я скажу мадам, что нашел вас здоровым”.


Коди завел внедорожник, и, когда он влился в пробку, пошел дождь. Сильный. Отлично, подумал я. Могло ли это утро быть еще хуже? Я запрокинул голову и открыл рот, чтобы поймать языком капли дождя.


А потом я выплюнул ее на тротуар. Дождевая вода была соленой. Не тот соленый вкус, который вы ощущаете в тумане, который регулярно опускается над полуостровом, а мягкий, который позволяет понять, что вы живете на побережье. Нет, это был сильный солоноватый привкус морской воды. Это было так, как если бы сам Нихонский океан поднялся в воздух и обрушился дождем на город.


Я трусцой возвращался к себе домой, думая о пророчествах и мстительных духах.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава двадцать первая


Лейти Лаака сказала мне, что я вернусь в поселение на следующий день, чтобы продолжить свое расследование, и кто я такой, чтобы спорить с Лейти? В любом случае, я хотел попытаться найти Домана, и мне нужно было начать с рынка Адаро. У меня был план, и он требовал, чтобы я надел свою самую чистую рубашку и лучший галстук. Как только я оделся соответствующим образом, я схватил пальто и шляпу и приготовился к выходу. Перед этим я пристегнул наплечную кобуру и достал из ящика стола заряженный тридцать восьмой револьвер. Даже днем поселение Адаро было опасным районом, особенно когда пара копов Плейсид Пойнт хотели запереть меня в комнате для допросов. Кроме того, убийца разгуливал на свободе. Возможно, не один. Неземные духи тоже витали в воздухе, и пули не помогли бы мне против них. Тем не менее, я находил некоторое утешение в тяжести железа, прижатого к моей груди.


Я собирался оставить свою фляжку с виски дома, но в последнюю секунду наполнил ее и сунул в наружный карман пальто. Как и револьвер, она успокаивала меня. Мне не нужно было пить из него. Я всегда мог использовать его, чтобы ударить кого-нибудь по голове.


***


“Черт! Бутылка пуста, и я забыла взять новую”. Улыбка Холли была покорной. “Прости, детка. Но не волнуйся, я не оставлю тебя в подвешенном состоянии”. Ее улыбка стала озорной, когда она просунула руку под простыни и обвела меня пальцами.


“Тебе обязательно принимать это каждый раз?” Спросил я ее хриплым голосом.


“Так оно и работает, дорогая. Чайная ложка после игры удерживает ребенка на расстоянии”.


После этого, в душе, я спросил ее: “Кстати, где ты берешь все это?”


“Зелье? Кузина Эллы - ведьма. Она снабжает всех девушек в клубе, и мы даем ей немного сверх положенного из наших чаевых. Повернись, и я вымою тебе голову. ”


“Это безопасно?”


“Ты боишься, что я попаду мылом тебе в глаза?”


“Я имею в виду зелье, умник”.


Ее тело прижималось к моему заду, когда она втирала шампунь в мои волосы. “Конечно, это безопасно. К тому же эффективно. Я ведь еще не забеременела от тебя, не так ли? И Господь свидетель, мы подвергали это испытанию ”. Она хихикнула.


“Я не сомневаюсь, что это работает”, - сказал я. “Но как насчет побочных эффектов?”


Она продолжала втирать мыло в мою кожу головы. “Все в порядке. У меня немного пересыхает во рту, но пара глотков помогает”.


“Тебе следует быть осторожной”, - сказал я ей. “Эти зелья могут быть вредны для твоей матки. Магия не исчезает полностью, и со временем она накапливается. Если вы будете использовать эти зелья слишком долго, они могут лишить вас возможности завести ребенка, когда вы захотите его позже. Вот почему вы можете не использовать их время от времени. Вы знаете, если пользовались ими какое-то время. ”


Я почувствовал, что пальцы Холли перестали двигаться, и она убрала их с моей головы. “Где ты все это услышал?”


Я повернулся к ней лицом. “Я не знаю. Это просто кое-что, что я подобрал”.


“В самом деле”. Она отодвинулась от меня на полшага назад, насколько могла отойти, не врезавшись в стену душевой кабинки. “Ты слышала это от врача?”


“Э-э, нет, я так не думаю”.


“От женщины?”


“Нет”.


“Понятно”. Все веселье исчезло с лица Холли. “Итак, основываясь на том, что ты, вероятно, слышал от своих невежественных армейских приятелей, когда был подростком, ты думаешь, что можешь дать мне медицинский совет по поводу моей репродуктивной системы?”


“Нет, конечно, нет. Просто я не думаю, что эти зелья так безопасны, как о них говорят. Я сталкивался с некоторыми из этих ведьм. Многие из них - подделки. Откуда вы знаете, что сестра Эллы, или кузина, или кто там еще?… откуда вы знаете, что она не занимается каким-нибудь рэкетом?”


“Ты думаешь, что знаешь о моей матке больше, чем я?”


“Что? Нет, я этого не говорил. Я просто говорю—”


“Я знаю, о чем ты говоришь”. Она повернулась и вышла из душа.


“Эй, а как насчет моего шампуня?”


“Такой умный мужчина, как ты, может сам сообразить, как вымыть голову”. Она схватила полотенце с вешалки и начала вытираться.


“Эй, в чем дело, детка? Я просто беспокоился о тебе, вот и все. Если ты говоришь, что зелье безопасно, значит, оно безопасно. И если ты говоришь, что должен принимать это каждый раз, что ж, я думаю, ты должен знать. ” Холли уже вышла из ванной, и душ внезапно стал последним местом, где я хотел быть. Я сполоснула волосы так, словно пыталась установить рекорд скорости.


Выйдя из душа, я завернулся в полотенце и поспешил в спальню, где Холли одевалась. “Куда ты идешь?” Я спросил. “Тебе не обязательно быть на работе еще час, не так ли?”


“Я подумала, что приду пораньше и возьму что-нибудь выпить”. Она достала блузку из шкафа. “Если только ты не хочешь поговорить со мной о моих пристрастиях к выпивке”.


“В твоих пристрастиях к алкоголю нет ничего плохого”.


“Спасибо. Я, безусловно, рад это слышать”.


“Холли”, - начал я.


“Потому что, если я когда-нибудь начну пить слишком много или не те напитки, я хочу, чтобы ты дал мне знать”.


“Холли, что здесь происходит? Я что-то упускаю?”


Холли застегнула блузку. “Чего-то не хватает? Как ты могла что-то упустить? Ты все знаешь, не так ли? Ты знаешь о моих женских качествах больше, чем я ”.


“Я никогда этого не говорил. Я никогда не имел в виду ничего подобного”.


Холли остановилась на середине фразы. “Нет. Конечно, ты этого не делал. Но ты мужчина, а я всего лишь женщина. Женщина с половыми органами, о которых ты знаешь больше, чем я, хотя я прожил с ними всю свою жизнь, а ты знаком с ними лишь с перерывами в течение нескольких месяцев. ”


“Откуда все это берется? Я просто пытаюсь позаботиться о тебе”.


Глаза Холли сказали мне, что она думает о моей самозваной роли опекуна.


Я протянул ладонь. “Ладно, забудь, что я это сказал. Я знаю, что тебе не нужна моя забота о тебе, и это не то, что я имел в виду. Мне было любопытно узнать о зелье, вот и все. Я просто хотел убедиться .... Я остановился, потому что больше не был уверен, в чем именно я хотел убедиться.


Холли была там, чтобы сказать мне. “Ты хотел убедиться, что я знаю, что делаю. Поскольку женская забота - это не то, о чем ты на самом деле ничего не знаешь, но, поскольку ты мужчина, ты думаешь, что знаешь обо всем больше, чем может знать любая женщина. ” Она протиснулась мимо меня к шкафу, чтобы достать обувь, и я почувствовал себя так, словно меня обдало холодным ветерком.


“Не убегай. Давай поговорим об этом”.


“Как насчет того, чтобы мы этого не делали”. Она взяла пару туфель, изучила их и поставила обратно.


“Я не хочу, чтобы ты сходил с ума”.


“Как бы ты хотела, чтобы я ушла?” Она остановила свой выбор на другой паре туфель и отнесла их с собой на туалетный столик.


“Я совсем не хочу, чтобы ты уходил. Тебе обязательно сегодня работать? Почему бы мне вместо этого не пригласить тебя куда-нибудь поужинать?”


Она бросила на меня взгляд, от которого у меня мороз пробежал по коже. “Ты думаешь, это все исправит? Для вас это может сработать, но если я прогуляю работу, в клубе сегодня вечером не хватит девушки с сигаретами, и я, вероятно, потеряю работу ”.


“Ну и что? Это дерьмовая работа. Ты работаешь всю ночь и приходишь домой измотанным. Если бы ты работал на меня, ты зарабатывал бы столько же денег, и тебе не приходилось бы так чертовски много работать. Знаешь, ты мог бы мне пригодиться. Ты мог бы стать моей правой рукой. ”


Холли швырнула туфли, которые держала в руке, на пол. “Я не гребаный придаток! Если ты еще не заметил, я цельный человек! Ты хочешь, чтобы я бросил свою работу, чтобы стать частью твоей? Что ж, у меня есть своя жизнь, бастер, и моя ”дерьмовая" работа - ее часть. " Она сунула ноги в туфли и встала, чтобы уйти.


“Послушай, Холли”, - сказал я. “Если бы ты просто успокоилась—”


Холли резко развернулась, и выражение ее лица заставило меня отступить на шаг.


“Вы только что сказали мне успокоиться? Позвольте мне сказать вам кое-что, мистер. Я успокоюсь, когда мне захочется успокоиться, и не тебе указывать мне, что я должна чувствовать. Во-первых, у тебя нет такой власти надо мной только потому, что между нами может быть что-то хорошее. Во-вторых, ты недостаточно квалифицирован, чтобы знать, что я должна чувствовать, точно так же, как ты недостаточно квалифицирован, чтобы рассказывать мне о вещах, о которых мужчина ничего не знает. Она сделала шаг ко мне и подняла палец. “Теперь я собираюсь пойти на работу, где буду мило улыбаться избалованным богатым мужчинам и их еще более избалованным женам, которые будут смотреть на меня свысока с чем-то недобрым в глазах, или своим молодым кавалерам, которые будут отгонять меня своими жадными ухмылками, как будто я пытаюсь украсть деньги из их карманов. я очарую, лишу этих самонадеянных старых козлов их неправедно нажитого имущества и уйду от них с широкой улыбкой на лице, зная, что я не дал им ничего, что не мог бы позволить себе потерять, и оставил с достаточным количеством их денег, чтобы заплатить за квартиру и подарить мне несколько приятных моментов. И я буду наслаждаться каждой гребаной минутой этого. Это моя работа, и она мне очень нравится, но это всего лишь работа. Я буду мириться на своей работе с тем, с чем не стану мириться, когда дело дойдет до тебя! Для этих богатых стариков я ничто, кроме дружелюбной улыбки, симпатичных ягодиц и небольшого разреза между грудями, ровно настолько, чтобы их соки потекли рекой и продолжали возвращаться. Они могут думать обо мне все, что захотят. Они думают, что обращаются со мной правильно, потому что дают мне большие чаевые, когда я продаю им сигару по завышенной цене. Но вы должны уважать меня, мистер, если хотите, чтобы я была с вами. То, как ты правильно относишься ко мне, - это слушать меня, когда я говорю с тобой, и позволять мне чувствовать то, что я хочу чувствовать, столько, сколько я хочу это чувствовать. Мои чувства не в твоей власти контролировать. И ты не долженкогда-нибудь пытайся указывать мне, как ухаживать за своим телом. Это мое тело, не твое ”. Она приложила палец к моим губам. “Не говори мне ничего прямо сейчас. Ни единого гребаного слова, если знаешь, что для тебя лучше. Я знаю, ты хочешь исправить этот беспорядок, но, поверь мне, все, что ты сейчас скажешь, сделает только хуже. Итак, в начале всего этого, если бы вы предложили участвовать в наших противозачаточных и вызвались время от времени надевать резинку, весь этот разговор мог бы пойти в другом направлении. Но ты этого не сделал. Вместо этого ты взвалил всю ношу на меня, а затем поставил под сомнение мой выбор, как будто это не то, с чем мне приходилось сталкиваться долгое время. Ты вел себя так, словно был экспертом, а я не знал ничего лучшего. Сейчас ты, наверное, сожалеешь, и я, возможно, приму твои извинения позже. Но не сейчас. ” Она опустила палец и взяла дорожный чемодан, в котором лежала ее рабочая одежда. “Ты можешь остаться здесь на ночь, если хочешь. Если тебя здесь не будет, когда я вернусь, я пойму”.


В тот вечер она ни разу не повысила голос, когда произносила свою пьесу, но каждое слово было ударом под дых. Я, конечно, был там, когда она вернулась, и мы помирились. После этого я попытался притвориться, что ссоры никогда не было, что, конечно, было совершенно неправильным способом справиться с ней. Холли оставалась со мной четыре с половиной месяца, и это были самые длительные интимные отношения с женщиной, которые у меня когда-либо были. В конце концов, я думаю, что получил от Холли несколько ценных уроков о женщинах и о себе. Но этого было слишком мало и слишком поздно, и к концу Холли совсем выбилась из сил. И, возможно, я вообще ничему толком не научился.


***


По дороге в Плэсид-Пойнт я включил в машине радио, надеясь услышать что-нибудь о необычном ливне с соленой водой. Я не удивился, когда в выпусках новостей об этом ничего не упоминалось. Я предположил, что здесь замешана какая-то заслуживающая внимания сверхъестественная сила, которая, безусловно, заслуживает освещения в прессе, но новостные сюжеты нельзя было показывать публике, пока они не пройдут государственную цензуру, и соответствующие агентства, вероятно, все еще решали, какой оборот придать этому тревожному событию. Без сомнения, они ждали вестей от самого лорда Кетца, а бессмертный дракон не был известен тем, что принимал поспешные решения. Я не сомневался, что к настоящему времени интернет будет заполнен теориями о соленом дожде, но любая полезная информация будет погребена под горой неосведомленных мнений, дезинформации и невежественных домыслов. Особой помощи я бы там не получил.


Помимо подконтрольных правительству СМИ и ненадежного Интернета, у меня были и другие, менее доступные источники информации. Молодая обучающаяся ведьма, предсказывающая мое будущее, показала мне карту шторма. Самая могущественная ведьма, которую я когда-либо встречал, предупредила меня о надвигающемся шторме. Ведьма другого типа рассказала мне о жрице адаро, вышедшей из моря с пророческим предупреждением о штормах, мстительном духе и смертоносном потопе. Я начал поиски "Десятидюймовки" по наитию, и мои поиски привели меня в эпицентр шторма. Входя в поселение, я надеялся, что ответы, в которых я нуждался, будут ждать меня там.


Я припарковал зверомобиль возле открытого рынка, недалеко от центра поселения, и раскрыл зонтик. Адаро не носят зонтики под дождем, но доброжелательные джентльмены из верхнего города носят. У меня был план. Возможно, не очень продуманный план, но, тем не менее, план. Я поправил галстук и направился на рынок.


Открытые рынки были новинкой в Йерба-Сити. В Уаксиатауне был один, но он был открыт только летом, в разгар туристического сезона. В определенные дни недели по всему городу на несколько часов были открыты другие рынки. Рынок в поселении Адаро был открыт от восхода до заката, семь дней в неделю, каждый день в году, в дождь или в ясную погоду, и он никогда не переставал открывать свои киоски для публики со дня своего открытия. В поселке не работали продуктовые сети, поэтому основным источником продовольствия для населения был открытый рынок.


Как и большая часть поселения, рыночная площадь возникла спонтанно, по нескольку независимых киосков за раз, без центрального плана. Когда рынок начал расти, жители Адаро учредили местный комитет по надзору за работой рынков. Рыночный комитет установил арендную плату за выставочные площади и налоги с продажи товаров, и под наблюдением комитета рынок начал поглощать квартал за кварталом собственности поселения, пока не превратился в одно из важнейших учреждений поселения. Почти все жители Адаро часто посещали рыночную площадь. Кроме того, людей, троллей, гномов и карлиц — большинство из них из—за пределов поселения - можно было встретить за прилавками или покупающими припасы на рынке в светлое время суток. За короткое время открытый рынок стал бьющимся сердцем местного сообщества адаро.


Движение автотранспорта на территории рынка было запрещено, и в часы пик в большинстве дней шумные и разношерстные толпы покупателей переходили плечом к плечу от киоска к киоску. Однако из-за дождя, когда я вошла на территорию, толпы было немного, и почти все покупатели были адаро. Я заметил группу адаро, разглядывающих рыбу, разложенную по корытам в одном из самых больших киосков на рынке, и направился в том направлении.


Подойдя ближе, я заметил ребенка адаро, который стоял возле киоска и наблюдал за владельцем киоска, как ястреб. На ней было бесцветное порванное платье, которое висело на ее костлявых плечах, как тряпки на бельевой веревке. Когда владелец магазина был занят с покупателем, ребенок бросился вперед и сорвал с лотка целую тилапию без чешуи. Когда девушка отодвинулась от киоска, она вонзила свои острые зубы в бок сырой рыбы и издала громкий чавкающий звук. Мой желудок скрутило, и я пожелала, чтобы это было спокойно. Разные обычаи у разных разумных видов, напомнила я себе. Я предположил, что у девушки была бы похожая реакция, если бы она смотрела, как я ем разогретую в микроволновке вафлю с арахисовым маслом и шоколадным сиропом. И у нас обоих была бы одинаковая реакция, если бы мы смотрели, как тролли едят йонака. На самом деле, будь у меня выбор, я бы откусил от сырой тилапии, прежде чем попробовать йонак.


Я сделал несколько глубоких вдохов, чтобы привыкнуть к запаху разлагающейся рыбы, и начал расспрашивать адаро, выстроившихся в очередь у киоска, знает ли кто-нибудь из них человека по имени Тен-Инч. Если кто-то из них и знал, то не захотел признаться мне в этом, даже после того, как я показал пачку банкнот и помахал ими перед глазами. Я перешел к другим стендам, а также ко всем другим местам, где толпились посетители рынка. Я расспросил десятки женщин адаро о Ten-Inch, убедившись, что все оценили мой денежный поток, и в ответ получил вежливые извинения, грубые оскорбления, бесполезные советы, холодные плечи и несколько деловых предложений, которые я с сожалением отклонил. После более чем двух часов безостановочных блужданий и бесплодных расспросов под безжалостным дождем я вернулся в рыбный киоск, откуда начал, промокший до нитки, со стертыми ногами и разочарованный.


Моя экскурсия по рыночной площади была поучительной. Я видел других детей, похожих на тилапийного вора: одни цеплялись за подолы платьев своих матерей, другие бродили поодиночке или небольшими группами, как стаи енотов. Их кожа казалась неестественно бледной, а у некоторых были раздутые животы, какие бывают у людей, которые съели не слишком много, а слишком мало. Возле киоска, где продавались свежие водоросли, я заметил молодую женщину, которая держала ребенка за руку, похожую на палку, и обе они голодными глазами смотрели на мешки с водорослями. Я подошел к женщине и спросил, могу ли я купить пакетик водорослей для ее маленькой девочки. Женщина с тревогой посмотрела на меня, прежде чем подхватить ребенка и убежать, как будто я пригрозил отобрать девочку у нее. Я повнимательнее присмотрелся к проходящим по рынку адаро и понял, что на самом деле меньше половины из них что-либо покупают. Остальные либо искали объедки в мусорных баках или на земле, воровали еду, когда никто не видел, или с тоской разглядывали выставленные товары. Я бродил по трущобам в южной части поселения и проезжал по улицам, запруженным худыми, плохо одетыми адаро. Во время предыдущей поездки по поселению я видел тощих молодых проституток адаро со следами от гусениц на руках, которые приставали к мужчинам из-за пределов поселения, когда те проезжали мимо на своих блестящих машинах. Я знал, что бедность была проблемой в перенаселенном поселке. Я читал об этом в газетах и видел репортажи по телевизору. Но каким-то образом в то дождливое утро, прогуливаясь по рыночной площади и наблюдая, как многие жители пялятся на прилавки с едой, которую у них не было средств добыть, кроме как воровством, меня впервые поразило, насколько отчаянно бедны многие адаро в поселении на самом деле. Если это и означало быть “охраняемым видом”, я задавался вопросом, от чего наше правительство защищало их. Опасности переедания? Проклятие процветания? Упадок?


Когда я интересовался "Десятидюймовкой ", мое внимание привлекла адаро, которая выглядела лет на двадцать с небольшим, обращавшаяся с речью к прохожим с угла улицы. Сначала мое внимание привлекли ее волосы, вернее, их отсутствие. У каждой женщины адаро, которую я когда-либо видел, были густые роскошные волны темно-синих волос, и в то утро я видел множество адаро с длинными мокрыми волосами, прилипшими к плечам и спинам из-за дождя. Однако у нескольких женщин, которых я встретил тем утром, волосы были коротко подстрижены и щеголяли голубыми ежиками. Я отметил, что большинство этих женщин были молоды, вероятно, подростками или чуть старше двадцати, хотя я должен был признать, что был плохим судьей, когда дело доходило до определения возраста адарос. Женщина на углу так недавно побрила голову, что ее скальп казался голубоватым бильярдным шаром. Она кричала на других адаро на их собственном бормочущем языке, которого я, конечно, не понимала. Каким бы ни было ее послание, оно, казалось, не дошло до большинства женщин на рынке. Одна адаро постарше остановилась, чтобы поспорить с ней несколько минут, прежде чем покачать головой и уйти. Большинство проходило мимо нее, как будто ее там не было.


Мне стало любопытно, и я подошел к женщине. “Извините. Не хочу показаться грубым, но могу я спросить вас, что вы пытаетесь сказать этим людям?”


Она бросила на меня быстрый взгляд, и ее глаза забегали по сторонам, проверяя, один ли я. “Ты полицейский?” Она спросила меня.


Я поднимаю свободную руку ладонью наружу. “Нет, и я тоже не из Военно-морского флота. Мне просто любопытно”.


Она оглядела меня с головы до ног, от макушки зонтика до носков туфель, прежде чем устроиться у меня на груди, как будто знала, что у меня жара.


“Меня зовут Алекс”, - сказала я, стараясь казаться дружелюбной.


Она подняла голову, чтобы заглянуть мне в глаза. “Они зовут меня Пайпер. Если бы я хотел, чтобы вы знали, что я говорил своим друзьям из адаро, я бы сказал это по-человечески ”.


Я кивнул. “Хорошо, я понял. Как я уже сказал, мне было просто любопытно”.


Она нахмурилась. “Ты уверен, что ты не коп? Ты выглядишь как коп, и у тебя под пальто пистолет”.


“Я частный детектив”, - признался я. “Я ищу парня. Возможно, вы его знаете. Идет на десять дюймов. За ним охотятся настоящие копы, и я пытаюсь найти его раньше, чем это сделают они. ”


Пайпер склонила голову набок. “За него назначена награда?”


“Насколько я знаю, нет. Он мой старый друг. Я пытаюсь уберечь его от неприятностей ”.


При этом она издала что-то вроде кашляющего звука. “Слишком поздно для этого. Он босс северян. От этих парней нет ничего, кроме неприятностей ”.


“Ты знаешь, где он?” Я спросил.


Она покачала головой. “Я его не знаю. Я знаю только о нем. Но из того, что я слышала, я надеюсь, что он ушел навсегда ”.


“Почему? Что ты слышал?”


Она мгновение смотрела на меня, прежде чем ответить, взвешивая свои слова. “Предполагалось, что он кого-то защищает, но он не очень хорошо справлялся с этим. Ее убили ”.


“Ты говоришь о Каноа?”


Глаза Пайпер расширились. “Я не знаю никого с таким именем, и я не знаю, где Десятидюймовка. Мне нужно идти”. И, вот так, Пайпер исчезла.


"Еще один тупик", - подумал я и пошел попытать счастья со следующим человеком, которого увидел.


Вернувшись к киоску с тилапией, с которого я начал, я обнаружил трех подростков адаро, смеющихся и разговаривающих на своем собственном булькающем языке. Казалось, их не интересовали товары на киосках. Как и все женщины Адаро, эти трое были великолепны, и мне пришлось сдержаться, чтобы не уставиться на результат того, что дождь прижимает тонкую ткань их платьев к коже. Помог запах гниющей рыбы из киоска.


Но кое-что еще привлекло мое внимание к этим трем юным леди. Как и Пайпер, все эти девушки подстригли волосы до самых макушек. Модный тренд? Или своего рода протест? Возможно, и то и другое.


Подойдя к девушкам и вмешавшись в их разговор, я начал повторять ту же самую торговую скороговорку, которую повторял десятки раз за последний час. “Извините, дамы. Меня зовут Алекс, и я частный детектив. Вы не возражаете, если я задам вам несколько вопросов? Я показал пачку счетов. “Я могу сделать так, чтобы это стоило вашего времени”.


Вблизи я понял, что из-за бритых голов девушки казались немного моложе, чем они, вероятно, были на самом деле. По моему первоначальному предположению, им было около двенадцати, но теперь я думал, что пятнадцати или шестнадцати. Хмурые выражения на их лицах дают мне понять, что они думают о незнакомых мужчинах, сующих им деньги. Та, которая, казалось, была их лидером, выпрямилась передо мной и уперла кулаки в бедра. “Мы кажемся вам проститутками, мистер?”


“Нет, мэм. Вы кажетесь прекрасными добропорядочными молодыми гражданами”.


Три девушки понимающе ухмыльнулись друг другу, а та, что заговорила, плюнула мне под ноги. “Я думаю, он полицейский”.


“Нет, мэм”, - сказал я. “Я частный детектив. Я работаю независимо от полиции”.


Она провела рукой по синей щетине на голове. “Я не люблю полицейских”.


Я улыбнулся. “Они мне тоже не нравятся. Коп выбил мне один зуб”.


Она посмотрела на меня со скептицизмом. “О да?” - бросила она мне вызов. “Который из них?”


Я оттянула нижнюю губу и показала щель в задней части рта. “Ааа”, - сказала я.


“Это сделал полицейский?”


“Ага. Тролль”.


Ее губы скривились, когда она обдумывала мой рассказ. Она посмотрела на своих друзей, которые кивнули ей, затем снова повернулась ко мне. “Хм. Ладно, задавай вопрос”.


“Вы слышали о человеке, который называет себя Десятидюймовым?”


Женщина искоса посмотрела на меня. “Да, мы знаем десятидюймовый”. Она ухмыльнулась двум своим друзьям. “Хотя, скорее, четырехдюймовый”.


Все три женщины захихикали.


“Да ладно тебе”, - запротестовала одна из женщин. “Уже по меньшей мере шесть”.


“Может быть, пять”, - сказала третья, держа ладони перед собой, чтобы указать соответствующую длину. Я отметил, что она была единственной из троих в перчатках, которые доходили далеко до запястий.


“Ну, я не знаю, что вы двое с ним сделали, - сказал первый адаро, “ но для меня вы оставили всего четыре дюйма!”


Я подождал, пока утихнет смех, прежде чем спросить: “Ты знаешь, где я могу его найти?”


Первая адаро изучала меня, ее голубые глаза были яркими и понимающими. “Напомни, кем ты себя назвала?”


“Алекс. Алекс Саутерленд”.


“Ты придурок?”


“Частный детектив”.


Она продолжала изучать меня. “Откуда у тебя столько денег?”


Я пожал плечами. “У меня есть кое-что припрятанное”.


Адаро смотрела мне в лоб, и мне казалось, что она заглядывает мне в мозг. Я почувствовал интеллект в ее глазах и понял, что с ней нужно быть осторожным. Я пытался привлечь внимание команды адаро, которая охотилась за Доманом, и начал думать, что нашел их. Мой план состоял в том, чтобы позволить им выманить меня и отвезти к Доману для съемок, но теперь я не думал, что все пойдет именно так.


Адаро повернулась к своим спутникам, и все трое, казалось, пришли к молчаливому согласию.


Повернувшись ко мне, адаро спросил: “Ты боец?”


“Я служил в армии много лет назад”.


Она кивнула. “Ты умеешь пользоваться пистолетом, который у тебя под пальто, или это просто для вида?”


Я мысленно вздохнул про себя. Неужели все на рынке видят, что я вооружен? “Я могу использовать это, если понадобится”.


“Ты собираешься использовать это на десятидюймовом экране?”


“Я и не планирую. Я хочу выяснить, что с ним случилось. Посмотреть, не нужна ли ему какая-нибудь помощь ”.


“Вы его друг?”


“Не совсем”.


“Они, почему ты хочешь ему помочь?”


“Потому что я думаю, что ему это нужно”.


Адаро не сводила с меня глаз, слизывая кончиком языка дождевую воду с губ. “Если ты убьешь кого-нибудь для нас, мы расскажем тебе, как найти Десятидюймового”.


OceanofPDF.com

Глава двадцать вторая


Я уставился на адаро, пытаясь понять, говорит ли она серьезно.


“Ты хочешь, чтобы я кого-нибудь убил”, - сказал я.


Она ответила на мой взгляд, не дрогнув. “Это верно”.


“Почему?”


“Потому что он гребаный хулиган. Он пытался изнасиловать Корал”.


“Кто такая Корал?”


Адаро указала на одну из своих подруг, ту, что без перчаток. “Это Корал. Она моя младшая сестра. А это Сэнди, и ты можешь называть меня Санни ”.


Солнечно. Мое сердце пропустило удар, и мне потребовалась секунда, чтобы успокоиться. “Из-за твоего характера?” - Спросила я.


Санни уперла кулаки в бедра. “Что, черт возьми, это должно значить?”


“Ничего”. Я повернулся к Корал. “Санни говорит правду? Этот придурок пытался тебя изнасиловать?”


Санни оборвала сестру, прежде чем та успела заговорить. “Корал не хочет об этом говорить. Если ты надерешь задницу этому ублюдку, мы расскажем тебе, как найти Десятидюймового. Если ты не хочешь этим заниматься, тогда отвали. ”


“Этого парня зовут Доман?”


Губы Санни медленно растягиваются в понимающей усмешке. “Я знала, что ты пытаешься использовать нас, чтобы добраться до Домана. Как ты узнал о нашем рэкете?”


Я пожал плечами. “Я частный детектив, помнишь?”


Она ухмыльнулась мне. “Что ж, я надеюсь, что ты круче, чем умен. Ты действительно думаешь, что мог кого-то одурачить, расхаживая с важным видом, как гребаный павлин, и демонстрируя свои бабки? Это соглашение. Если ты когда-нибудь действительно захочешь найти здесь маленьких девочек, перестань умничать и просто поспрашивай. ”


“Я буду иметь это в виду. Итак, каков план?”


Хищные улыбки появились на лицах всех трех адаро. “Все просто”, - сказала Санни. “Мы отведем тебя к Доману, и ты застрелишь его. Мы забираем все, что у него есть, а затем рассказываем вам, как найти Десятидюймовку.”


“Звучит слишком просто. Доман один?”


Санни пожал плечами. “Обычно с ним пара его парней. Но ты застанешь их врасплох. Просто войди и начинай стрелять во все, что движется. Бывшему солдату проще простого. Корал и Сэнди энергично закивали, выражая свое одобрение.


Это звучало как хороший способ покончить с собой, но я пожал плечами и пошел дальше. В конце концов, “САННИ” было именем, нацарапанным на колпаке колеса, оставленном у моей двери. Была ли этого достаточной причиной? Лейти Лаака верил, что Кисикиси, могущественный, но озорной дух, был тем, кто бросал сообщения на моем пути. Он помогал мне или издевался надо мной? Есть только один способ выяснить. “Хорошо. Куда мы направляемся?”


“Мы тебе покажем”, - сказала Санни. “Следуй за нами”.


Санни и ее команда вывели меня с рыночной площади в направлении океана. Они разговаривали между собой на своем языке, Санни впереди, Корал и Сэнди по обе стороны от меня. Я чувствовала себя точно заключенной, которую ведут на расстрел, и держала все свои чувства в напряжении. Наиболее вероятным сценарием, как мне казалось, было то, что женщины намеревались выдать меня Доману. Либо это, либо Санни действительно имела зуб на Домана. Возможно, он действительно пытался изнасиловать ее сестру. Возможно, она надеялась, что Доман и я застрелим друг друга, а она и ее приятели будут там, чтобы обыскать тела. Было очевидно, что никто из адаро не прятал огнестрельное оружие под мокрой тканью, прилипшей к их телам из-за дождя, но я не собирался их недооценивать. Однако, вопреки тому, что они могли подумать, у меня не было намерения убивать Домана, если только он не вынудит меня к этому. Как только Санни поняла, что я не собираюсь соглашаться с ее планами, мне пришлось прикрывать спину. По правде говоря, я был в ударе. Почему бы и нет? На моей стороне был дух трикстера, верно? Я поднял воротник, защищаясь от дождя, освободил руки и поплелся по рыночной площади с Санни и ее маленькой бандой жуликов.


Когда мы шли, то наткнулись на другой "адаро", который приближался к нам с другого конца улицы. Приближаясь, она не подняла глаз, но когда приблизилась, подняла руку в своеобразном приветствии, сложив пальцы в круг. Трое моих спутников подняли руки и ответили на приветствие своими.


Я полуобернулся к Сэнди, адаро в перчатках. “Что это было?”


Ответила Санни. “Не твое собачье дело, человек”.


Мы продолжили идти. В конце улицы мы повернули направо и подошли к киоску, где продавался напиток со вкусом кавы. Мои спутники приблизились, и я подумал, что они собираются остановиться, чтобы купить выпивку. Вместо этого они зашли за киоск и легонько похлопали по серебристому овалу, нарисованному аэрозолем на задней стенке киоска. Это было то же самое изображение, которое Ягуар приказал закрасить по дороге к хижине Лейти прошлой ночью. Я поймал взгляд Санни в мою сторону, когда мы шли дальше, но ничего не сказал.


Через полчаса ходьбы Санни остановилась у входа в переулок и указала вниз по улице на небольшую сборную хижину военного образца из гофрированной стали с деревянной дверью. Все адаро повернулись ко мне.


“Там живет Доман”, - сказала она мне. “Он, наверное, пьян. Обычно в это время дня он такой”.


“Как мы должны это разыграть?”


“Я пойду первым, взяв тебя под руку. Он подумает, что я убедил тебя, что привел тебя сюда для веселья и игр. Обычно мы так и играем. Корал и Сэнди подойдут к нам сзади. Я постучу в дверь и уйду с дороги. Доман ничего не заподозрит. У него будет пистолет, но он его не достанет. Когда он откроет дверь, начинайте бросать свинец. ”


Мы все улыбались, когда подходили к хижине, рука Санни была в моей, в другой я держал зонтик. Когда мы подошли к двери, Санни отпустила мою руку и трижды постучала. “Эй!” - крикнула она. “Это я. Открой!” Она нырнула с дороги и присоединилась к своим друзьям позади меня. Я полез в карман за пистолетом. Даже если я не собирался врываться с оружием наперевес, я хотел быть готовым ко всему.


Дверь открылась. Не оборачиваясь, я знал, что Санни, Корал и Сэнди спешат обратно тем же путем, каким мы пришли. Я уставился на фигуру в дверном проеме, и моя рука с пистолетом опустилась.


“Привет, Десятидюймовка”, - сказал я. “Я искал тебя”.


***


Тен-Дюйм смотрел сквозь меня, как будто меня там не было, выражение его лица было пустым, как будто он спал. Или мертв. Сверхъестественная энергия, исходящая от его тела, вызывала покалывание на моей коже и заставляла волосы вставать дыбом. Воздух вокруг меня похолодел. Постепенно его глаза сфокусировались, а губы растянулись в натянутой улыбке, когда он, казалось, увидел меня впервые. “Сержант”, - сказал он. “Тебе захочется укрыться от дождя”. Он отошел от двери, чтобы дать мне место войти. Как только я вошел в хижину, дверь за мной захлопнулась сама по себе.


Хижина, построенная из переработанных пластиковых отходов, была той же стандартной военной частью, которую я видел тысячу раз за годы службы. Его эффективный дизайн позволил гостиной, обеденной зоне, кухне, спальне и душевой уместиться на уютном пространстве в две тысячи кубических футов. Мускулистый Бруно, которого я видела стоящим рядом с Доманом у ведра с капающей водой накануне вечером, лежал на полу в гостиной, его тело обмякло, ноги вывернуты под неудобными углами. Девятимиллиметровый стержень лежал на полу рядом с его рукой, и горячий запах пороха наполнил комнату. Рот бруно был широко открыт в беззвучном крике, его глаза были устремлены в бесконечную пустоту.


Я перевел взгляд с тела на Тен-Инча, который парил рядом с ним и молча наблюдал за мной. “Ты убил его?” Я спросил.


“В некотором роде”. Десятидюймовый казался рассеянным, почти скучающим. Он указал на дверь в душевую, которая приоткрылась. “Доман там”.


Я пересек комнату и толкнул дверь, но что-то загораживало ее. Я навалился на нее всем весом и почувствовал, как что-то тяжелое скользнуло по полу. Я еще раз прислонился к двери и смог просунуть голову, чтобы заглянуть внутрь. Тело Домана лежало, свернувшись калачиком, на полу крошечной душевой, который был залит кровью. Я насчитал шесть кухонных ножей, по рукоять воткнутых в спину Домана.


Десятидюймовый невозмутимо стоял там, где я его оставила.


“Ты тоже это делал?”


“Да”, - протянул он. “Это было необходимо”.


“Я понимаю. И что теперь. Обязательно ли будет убивать меня?”


Брови Тин-Инча удивленно взлетели вверх, это был первый намек на оживление, который я от него увидела. “Что? Конечно, нет”. Он покачал головой, как будто его только что ударили по часам, и он пытался прийти в себя. “Извините. Вам, должно быть, все это кажется странным.” Казалось, жизнь вернулась к его лицу, которое озарилось приветливым выражением. “Рад видеть вас, сержант. Хотел бы я, чтобы обстоятельства сложились иначе”.


Я уставился на него. “Что здесь произошло, Десятидюймовый?”


Старый главарь банды взглянул на бруно и вздохнул. “Этот был напуган до смерти. Я имею в виду буквально. Возможно, у него было больное сердце. Я всегда говорил этому придурку, что стероиды и метамфетамин не сочетаются.” Он отвернулся от тела и повернулся ко мне. “Послушай, сержант. Тебе лучше сесть. Мне нужно рассказать тебе кое-что из дерьма, и кое-что из этого будет трудно понять. Черт возьми, я и сам не все понимаю.”


Как только мы сели, он набрал в грудь воздуха и выдохнул. “Позвольте мне начать с того, что на самом деле меня здесь нет”.


“Ты хочешь повторить это со мной еще раз?”


В ответ он наклонился ко мне и протянул руку для пожатия. После недолгого колебания я потянулась, чтобы пожать его руку — и не встретила ничего, кроме воздуха. Кровь застыла у меня в жилах, и я начала дрожать. Облачко тумана вырвалось у меня изо рта, когда я выдохнул. Я откинулся на спинку стула и уставился на Тен-Инча глазами, которые, должно быть, были огромными, как блюдца.


“Сделай вдох, сержант”. Он указал на тело бруно. “Лось всыпал немного свинца, но таблетки прошли прямо сквозь меня. Затем он попытался заключить меня в медвежьи объятия.” Он пристально посмотрел на меня. “Я бы не рекомендовал этого. Тот холод, который ты почувствовала, когда попыталась пожать мне руку? Это был просто вкус. У него получилось в полную силу. В любом случае, ты намного выносливее, чем был он. Ты будешь в порядке через несколько минут. Я думаю. Честно говоря, я в этом новичок. ”


Я воспользовался моментом, чтобы успокоить биение своего сердца, используя упражнения, которым научился в армии. Когда мне это удалось, я спросил: “Кто ты?”


“Мы называем это хау, моим бестелесным духом”.


“Кто называет это ... как?”


“А хау. Моя семья родом с Южных Нихонских островов. Всех нас, детей, учили, что у каждого человека есть два духа: дух, который остается с телом, и дух, называемый хау, который может существовать отдельно от тела. Я всегда думал, что это чушь собачья. Похоже, я ошибался. ”


“Ты призрак?” Спросил я. “Ты мертв?”


“Я жив, но мое тело где-то в другом месте. Не спрашивай меня где, потому что я, блядь, не знаю. Для меня многое неясно. Некоторые из моих кратковременных воспоминаний туманны, как будто я сплю или что-то в этом роде. Думаю, у меня сильное сотрясение мозга. ”


“Что последнее, что ты помнишь?”


“Мне надрали задницу. Кто-то очень сильно меня облажал”.


“Вы не знаете, кто? Звучит так, будто вам не помешал бы частный детектив”.


Тен—Инч — или кем он там был - откинулся на спинку дивана, больше похожий на дерзкого старого уличного бандита, которого я помнил. Меня лишь немного беспокоило, что диванные подушки не поддавались иллюзии его тела. “Я видел, как ты гуляла под дождем прошлой ночью”, - сказал он, его губы сжались в гримасу. “Ты был чертовски обосран. Я знал, что ты искал меня, но, увидев, в каком ты был состоянии, я не знал, хочу ли, чтобы ты меня нашел. Ты не был похож на чемпиона, который избил меня как суку на глазах у моей семьи. Знаешь, это стоило мне немалого авторитета. Сейчас ты выглядишь немного лучше, но, думаю, я мог бы взять тебя с собой, если бы мы попробовали еще раз. ”


Я улыбнулся. “Мне повезло. Ты всегда будешь чемпионом, детка”.


Тин-Дюйм покачал головой. “Не-а, чувак. Может, ты и вытащил это из своей задницы и застал меня врасплох, но победа есть победа. В любом случае, я старею. С каждым днем становится все труднее держать мою семью в узде. А теперь гребаные Хэтфилды пытаются захватить нас. Я не знаю, чувак. Если я выживу, мне, возможно, придется уйти на пенсию. Это заставляет меня задуматься, сколько еще я хочу прожить ”.


Мертвящий холод, который я почувствовала, когда моя рука прошла сквозь его руку, уменьшался, но на смену ему приходил дискомфорт, который я испытывала из-за того, какое направление принимал наш разговор. “Привет, чувак”, - сказала я. “Ты хочешь выяснить, кто на тебя напал, верно?”


Выражение лица Тин-Инча стало холодным. “Это то, что поддерживает меня”.


“Это был Доман? Ты поэтому здесь?”


Тен-Инч повернул голову в сторону душевой. “Я думал, что это могло быть. Думаю, я ошибался на этот счет”.


“Но ты все равно убил его”.


Глаза старого гангстера вспыхнули. “Этот ублюдок думал, что украдет мое племя и продаст его гребаному синдикату Хэтфилдов, пока я был временно нездоров. Я не мог этого допустить. ”


“Может быть, он думал, что ты мертв”.


“Ему следовало подождать, чтобы увидеть тело”.


“Откуда вы знаете, что он занял это место? Прошлой ночью он представился вашим начальником штаба”.


В ответ Тен-Дюйм вытянул руку в сторону и поднял ладонь. Что-то полетело в нее со стороны столовой. Я вздрогнула, и мои глаза непроизвольно моргнули. Придя в себя, я несколько секунд смотрел на предмет в протянутой руке Десятидюймовки, прежде чем узнал в нем раковину, которую Таити положил в ведро с каплями.


“Лейти Лаака доставил это в нашу штаб-квартиру в качестве подарка лидеру северян”, - сказал Тин-Инч. “Это я, пока кто-нибудь не убедит меня в обратном. Доман взял его и принес сюда, в свой дом. Украв подарок лейти, он лишил меня должности лидера племени. Меня послали сюда, чтобы забрать его. ”


“Что значит ‘тебя послали’? Кто тебя послал?”


“Мой духовный наставник. Мауи-Кисикиси”.


“Кисикиси? Это он присылал мне колпаки от колес?” Когда Десятидюймовый вопросительно посмотрел на меня, я сказал: “Пока не обращай на это внимания. Возможно, вам стоит начать с самого начала.”


Тен-Инч кивнул. “Все начинается с особой нимфы по имени Каноа, дохлятины дождя и чего-то под названием Око Тауфа'тахи”.


Он рассказал мне, как Каноа вышел из моря во время ливня и начал рассказывать всем адаро в поселении, что морской дух, Тауфа'тахи, собирается утопить Йерба-Сити в океане. “Он зол на Повелителей Драконов за объявление войны адаро и за принуждение женщин адаро к поселению”.


Но еще более могущественный дух, Хавеа Хикуле'о, был недоволен операцией Тауфа'тахи, и она послала Мауи-Кисикиси остановить его. Кисикиси украл Глаз Тауфатахи у его хранительницы, жрицы Каноа, и отнес его в город Йерба. Каноа была вынуждена покинуть океан, найти его и вернуть на законное место. “Она знала, что это было в Йерба-Сити”, - сказал Тин-Инч. “Но она не знала где. Она думала, что это может быть где-то в поселении. Когда она встретила меня, она поняла, что меня выбрал Кисикиси, и обвинила меня в том, что я где-то спрятал эту чертову штуку. Я сказал ей, что это чушь собачья, и подумал, что она мне поверила. ”


Тин-Инч сделал паузу, вспоминая. “Когда я впервые встретил Канао, я понял, что она особенная леди. Она меня покорила, сержант. Ты же знаешь, как это бывает с адарос. Я достаточно общался с ними, поэтому думал, что у меня гребаный иммунитет, но Каноа была чем-то другим. Она была красива, конечно, как и большинство из них, но дело было не в этом. В ней было что-то такое, словно ее коснулся дух. Хотя я никогда с ней не связывался. Между нами все было по-другому. И, в любом случае, она была жрицей, и все мы, островитяне, знаем об этом. Это было бы все равно, что связываться со своей сестрой. ”


“Я никогда не знал, что ты островитянин”, - сказал я.


“Фелети Лату”.


“Простите?”


“Это имя мне дали при рождении. Фелети Лату. Я переехал на материк, когда был ребенком. В армии меня стали называть Десятидюймовым, когда впервые увидели во всей красе в общественном душе. ”


“Верно. Ты рассказывал мне о Каноа?”


Тин-Инч улыбнулся. “Верно, так и было. Кажется, мой разум хочет блуждать. Возможно, я менее жив, чем думал. В любом случае, как я уже сказал, она жрица. То, что адаро называют квуурлплап.” Десятидюймовый" удивил меня, произнеся это слово точно так, как я слышал его от Таити, Кракена и Лейти Лаака.


“И она тоже не просто какая-то жрица”, - продолжил Тен-Инч. “Она была важной дамой среди адаро в своем родном мире, избранной самим Тауфа'тахи, чтобы присматривать за своим Глазом, в котором много маны морского духа. Каноа пользовалась уважением в своем сообществе. Но здесь, на суше, она не пользовалась таким же уважением, даже от адаро. Люди здесь не слушали ее так, как слушали бы, если бы все они все еще были в своих старых домах в океане. Когда она сказала им, что Тауфа'тахи вызывает шторм, который разрушит поселение, они ей не поверили. Когда она попыталась заставить их вернуться в океан, они воспротивились ей. Ей начали угрожать, поэтому она попросила меня защитить ее. Возможно, она просто хотела держать меня рядом с собой, потому что думала, что я смогу привести ее к Глазу. В любом случае, я защитил ее от угроз. Оберегал. А взамен она выставила меня дураком.”


Каноа пришла в квартиру Тен-Инча, что она делала раньше неоднократно. Но на этот раз она что-то сделала с Тен-Инчем, что-то, что он не мог описать. “Это было как под действием наркотика, только хуже. После этого я мало что помню. Кто-то еще зашел и начал расспрашивать меня о Глазу. Мне нечего было сказать по этому поводу. После этого я помню боль. Кто-то выбил из меня все дерьмо. Наверное, пытаясь заставить меня заговорить. А потом .... ”


А потом он оказался при смерти в каком-то незнакомом месте. С ним был Кисикиси. “Он выглядит как обычный островитянин, одетый в один из тех старомодных килтов из лавалавы, которые, как вы видите, надевают для туристов. Но он говорит со мной через мой разум. И он говорит о тебе. Он сказал мне, что ты ищешь меня, и что, когда я буду готов, ты найдешь меня. И тогда мы сразимся с Тауфа'тахи. ”


“Мы должны сражаться с морским духом, пытающимся утопить Йерба-Сити?”


Мрачная улыбка исказила лицо Десятидюймового, и его глаза посуровели. “Это война, сержант. Война между духами, почитаемыми моим народом. Черт возьми, да, я собираюсь сражаться. И Кисикиси говорит, что ты будешь сражаться бок о бок со мной ”.


Это был тот Десятидюймовик, которого я запомнил. Воин, неуместный в мире миролюбивых мирных жителей. Таким людям, как он, приходилось сражаться, чтобы чувствовать себя живыми. Разговоры о войне оживили глаза его хау, его бестелесной тени. Призрак оживал у меня на глазах.


“Я больше не солдат, Десятидюймовый. Я не знаю духов, о которых ты говоришь, и я не участвую в их битве. Скажи своему духовному наставнику, что я собираюсь отказаться ”.


“Мы не всегда сами распоряжаемся своими жизнями, сержант. Тауфа'тахи принес вам войну. Ваш единственный выбор - дать отпор или умереть ”.


“Я обнаружил, что, когда кто-то говорит мне, что у меня есть два варианта, есть третий, о котором они мне не говорят”.


Десятидюймовый улыбнулся. “Йерба-Сити вот-вот окажется погребенным под океаном, сержант. Кисикиси говорит, что ты можешь помочь мне кое-что с этим сделать. Я не вижу здесь третьего варианта. ”


“Что, по его словам, я могу сделать?”


Улыбка исчезла с лица Тин-Инча. “В этом проблема с духами. Они склонны говорить намеками и загадками”.


“Я слышу тебя громко и ясно, чемпион. У меня есть собственный дух-проводник. Кугуар”.


“Ни хрена себе? Когда это случилось?”


“Около года назад. Я отправился на поиски духа. Это был не совсем добровольный поступок с моей стороны ”.


Тен-Инч махнул рукой в мою сторону. “Ты понимаешь, что я говорю о том, что ты не можешь распоряжаться своей жизнью?”


Я не мог с ним спорить. “Послушай. Я попытаюсь выяснить, кто тебя избил. Но я не собираюсь брать на себя никаких обязательств сверх этого ”.


Тин-Инч кивнул. “Это не должно быть сложно. Просто найди Каноа и заставь ее заговорить ”.


У меня перехватило дыхание. “Ты не знаешь?”


Десятидюймовка уставилась на меня.


“Каноа мертв. Убит. Возможно, и изнасилован. В ту же ночь, когда ты исчез ”.


Тогда мне пришло в голову, что я не видел, как дышит Десятидюймовый. Сейчас он тоже не дышал. Никто из нас ничего не сказал, пока я ждал, пока он осмыслит эту информацию. Мне было интересно, сам ли Тин-Инч убил Каноа, но сейчас я так не думал. Он был слишком явно потрясен новостью. Когда он заговорил, его голос был полон желания насилия. “Выясни, кто это сделал, сержант. Она предала меня, и, возможно, я бы сам заморозил ее за это. Я бы дал ей шанс объясниться, но я бы без колебаний положил ей конец, если бы мне не понравилось ее оправдание. Но она была жрицей. Тот, кто ее изнасиловал, отнял у нее это. Этому нет оправдания. Нет. Вы правы, сержант. Мне нужны ваши профессиональные услуги. Найди, кто это сделал, и скажи мне. Я позабочусь об остальном ”.


Я кивнул. “Договорились”.


Тьма, сквозь которую мои чувства не могли проникнуть, сгущалась в воздухе вокруг Тен-Инча, поглощая цвета и формы, пока все, что я мог видеть, это самого Тен-Инча, все еще держащего в руке раковину. Он начал уменьшаться, как будто уносился от меня вдаль. Темнота рассеялась, и я остался один в хижине с двумя мертвыми телами.


Я поднялся на ноги и вышел через парадную дверь под дождь.


OceanofPDF.com

Глава двадцать третья


Когда я выходил из хижины, я заметил Санни и ее команду, которые болтались в узком переулке чуть выше по проспекту, безуспешно пытаясь быть незаметными. Когда они увидели меня, они побежали по переулку и исчезли. Я не придал им особого значения.


Я проверил свой телефон и нашел сообщение от Ральфа. Текст состоял из одного вопросительного знака - способ Ральфа сообщить мне, что ему нужен отчет о проделанной работе. Я отправил сообщение: “Кое-что получил. Следите за обновлениями ”. Лаконично, но, по крайней мере, я выписал все слова по буквам и расставил знаки препинания.


Я также получил голосовое сообщение от “Прогулок в облаках": "Позвони мне, когда сможешь, Джек. Я думаю, у нас проблема”.


Я нажал на вызов, и Уокс ответил после четырех гудков. “Где ты, Джек?”


“Прогулка под дождем по поселению Адаро”.


“Это не похоже на мое представление о хорошем времяпрепровождении”.


“Ты понятия не имеешь. Но я должен идти туда, куда ведет меня моя работа”.


“Рад, что работаю в помещении. В любом случае, когда ты сможешь оторваться от того, чем занимаешься, и прийти сюда?”


Я колебался. Я хотел побольше узнать о Каноа, и мне пришло в голову, что Таити, возможно, сможет мне помочь. Я не знал, где она остановилась теперь, когда Лейти был мертв, и я хотел выяснить. Но Уокс никогда раньше не просил меня о помощи. “Это как-то связано с сам-знаешь-чем?”


Уокс ответил коротким смешком. “Сами-знаете-что? Это какой-то модный профессиональный код, которым вы, частные детективы, пользуетесь?”


“Только хорошие”.


“Верно. Может, это и ерунда, но мне нужно поговорить с тобой об этом. Не по телефону. Телефоны небезопасны ”.


“Все продолжают мне это говорить”.


“Это потому, что это правда. Когда ты сможешь быть здесь?”


“Я ухожу прямо сейчас. Дай мне сорок пять минут или около того”.


“Это сработает. Но не торопись. Как я уже сказал, это может оказаться ерундой ”.


“Приготовь кофе. Я приеду, как только смогу”.


Мы разъединились, и я стряхнул дождевую воду с полей своей шляпы, направляясь на рынок. Казалось, что чашка дымящегося ганского кофе Walks in Cloud станет лучшей частью моего дня.


Ориентироваться в этой части поселения было не так сложно, как в лабиринте, в котором жила и умерла покойная Лейти Лаака, и я без проблем нашел дорогу на рынок. Была середина дня, и на главной улице рынка было немного больше народу, чем когда я уходила с него. Я даже видел нескольких людей с холщовыми сумками в руках, которые, несмотря на дождь, покупали рыбу, фрукты и овощи по бросовым ценам поселения. Я прошел мимо киоска, где продавались шикарные кожаные перчатки, подходящие для сокрытия регистрационных татуировок, и направился в сторону зверомобиля.


Симс и Модок ждали меня прямо за территорией рынка. Санни, Корал и Сэнди были с ними.


“Это он!” Санни указывала на меня, ее лицо исказилось от гнева. “Это тот, кто пытался изнасиловать мою сестру!”


Модок посмотрел на меня с холодной улыбкой на лице.


Симс снял очки и попытался вытереть их носовым платком. “Так, так, так, мистер Саутерленд. Это немного серьезнее, чем переход улицы. Даже серьезнее, чем "пьяница и хулиган". Я помещаю вас под арест. Я советую вам войти тихо, хотя мой партнер хотел бы, чтобы вы попытались сбежать. Выбор за вами. Что это будет?”


Я вошел тихо, хотя что-то внутри меня жаждало возможности нанести несколько синяков на хорошенькое личико Модока. "Не то время, не то место", - сказал я себе. Я почти не сомневался, что в ближайшем будущем наступят лучшие времена.


Детективы оставили Санни, Сэнди и предположительно оскверненный Коралл позади и, отобрав у меня пистолет и сковав запястья за спиной наручниками, погрузили меня на заднее сиденье машины без опознавательных знаков. “Разве ты не хочешь пригласить драгоценных маленьких ангелочков, чтобы они сделали заявление?” Я спросил Симса.


“В этом нет необходимости”, - ответил детектив. “Мы получили от них то, что нам было нужно”.


Модок, который был за рулем, зарычал на меня в зеркало заднего вида. “В чем дело, Саутерленд? Ты не можешь найти киску в центре города? Тебе нужно отправиться в трущобы поселка, чтобы отвлечься? ”


Я встретилась с ним взглядом в зеркале. “Я слышала, у твоей матери здесь неподалеку есть дом. Они сказали, что она отсосет мне за глоток виски”.


Шины завизжали, когда Модок нажал на тормоз. Выражение его раскрасневшегося лица было искажено яростью, когда он резко повернул голову, чтобы посмотреть на меня через перегородку для заключенных, отделяющую заднюю часть машины от передней. Симс положил руку Модоку на плечо. “Не здесь, Модок. У тебя будет достаточно времени, чтобы повеселиться с ним позже”.


***


Они не отвезли меня обратно в участок. Вместо этого мы заехали на пустую парковку перед небольшим одноэтажным офисным зданием, которое выглядело совершенно новым и, казалось, пустовало. Рядом со зданием находилось строение без опознавательных знаков размером с гараж на одну машину, без окон и с толстыми металлическими стенами. Оно выглядело как огромное хранилище. Тяжелые железные пилоны поднимали здание примерно на два фута над землей, а широкий пластиковый шланг тянулся из-под свода в отверстие в боковой стене офисного здания. Похожий шланг спускался с потолка хранилища и возвращался обратно через то же отверстие в здании.


В сопровождении Модока, следовавшего за мной по пятам, Симс подвел меня по металлическим ступенькам к входной двери хранилища, которую он открыл, набрав номер на клавиатуре и уставившись в сканер сетчатки глаза. Когда дверь открылась, Модок втолкнул меня внутрь и последовал за мной внутрь. Симс вошел последним и закрыл за собой дверь. Я услышал, как со скрежетом задвигается солидный засов.


Внутри хранилище имело вид типичной камеры для допросов, за исключением одностороннего зеркала и камеры. Два неудобных металлических стула стояли по обе стороны стального стола, привинченного к полу. Персонажи сняли с меня манжеты и пальто, и Модок указал, что я должен сесть на один из стульев. Как только я сел, персонажи приковали меня наручниками к короткой цепи, свисающей с нижней стороны стола. Цепь была достаточно ослаблена, чтобы я мог откинуться на спинку стула, но я не смог бы стоять, не пригнувшись. Симс занял место на противоположной стороне стола и смыл дождевую воду со своей бороды, в то время как Модок прислонился к стене лицом ко мне, скрестив руки на груди, его губы растянулись в ухмылке.


"Пылающие яйца Лорда", - подумал я. Ну вот, опять. Можно подумать, я уже привык к полицейским допросам. Я пережил множество из них. Но факт был в том, что я начинал немного уставать от них. Меня тошнило.


Симс снял очки и насухо протер их носовым платком. Он снова водрузил их на нос и посмотрел на меня с приятным выражением лица. “Это специальное подразделение для допросов в нашем участке. Это совершенно новое, мистер Саутерленд. Вы имеете честь быть нашим первым гостем. ”


Он ждал, что я отвечу, но мне нечего было сказать. Я наклонила голову и обратила внимание на вентиляционное отверстие в полу под столом.


Симс увидел, куда я смотрю, и кивнул. “Эта комната запечатана, мистер Саутерленд. Воздух подается через это вентиляционное отверстие. Вон там, на потолке ...” Он указал. “Это вытяжное отверстие. Воздух поступает из компрессора и увлажнителя в соседнем здании, а выхлопные газы охлаждаются, повторно насыщаются кислородом и перерабатываются. Мне сказали, что это стопроцентно закрытая система. Сам пластиковый трубопровод усилен гибкой стальной лентой. Ураган его не повредит ”.


Симс наклонился вперед. “Держу пари, вы можете догадаться, почему я вам это рассказываю”. Когда я не ответила, он продолжил. “Мы узнали о вас немного больше с тех пор, как вы в последний раз были у нас под стражей, мистер Саутерленд. Например, мы узнали, что вы элементалист воздуха. Мне сказали, что ты можешь вызывать элементалей воздуха и командовать ими, которые создают ветра силы торнадо. Впечатляет! ”


“Возможно, это небольшое преувеличение”, - сказал я. “В основном я просто вызываю маленьких человечков”.


“Да?” Симс поправил очки. “Что ж, будь что будет. Как только эта дверь закроется, эта комната будет защищена от элементалей любого вида, независимо от того, насколько она большая или маленькая. Эти стены сделаны из титановой стали толщиной в фут. Единственный воздух, который попадает внутрь или выходит наружу, проходит через эти шланги, а сами шланги герметичны. Кстати, они также водонепроницаемы. Ты можешь призывать все, что захочешь, но ни один элементаль не сможет проникнуть в эту комнату.” Он усмехнулся. “И никаких юристов, также, или их водителей”.


Я демонстративно оглядел комнату. “Это место, должно быть, стоило немалых денег. Я не знал, что вы, копы Плэсид-Пойнт, так хорошо финансируетесь”. Я посмотрел через стол на Симса. “Я думаю, здесь пригодится твоя связь с ЛИЕЙ”.


Симс натянуто улыбнулся, но в остальном продолжал, как будто я ничего не говорила. “Это был ловкий трюк, который ваш адвокат провернул с нами, но он не знает, что вы здесь. Как и все остальные. Единственный способ уйти отсюда целым и невредимым, мистер Саутерленд, - это правдиво отвечать на наши вопросы, ничего не утаивая. Только когда я буду удовлетворен тем, что услышал все, что вы можете нам рассказать, вам будет позволено уйти. Надеюсь, вы сможете передвигаться самостоятельно, хотя .... ” Он тихо усмехнулся. “Моему партнеру, возможно, есть что сказать по этому поводу, особенно после той шутки о его матери”. Он покачал головой. “Не то чтобы Модок был особенно близок со своей матерью, но это было чрезвычайно грубо сказать представителю закона. Это было неуважительно. И Модок, и я оба требуем, чтобы вы проявили к нам уважение, подобающее людям в нашем положении. ”


Модок вытащил из кармана рулон скотча, оторвал большую полоску и зубами оторвал ее от рулона. Он начал обматывать скотчем костяшки пальцев.


Я отправил повестку Задире. Симс считал, что его новенькая комната для допросов герметична и защищена от элементалей, но это не помешало мне проверить его теорию.


Симс поправил очки, которые, судя по складкам, образовавшимся на переносице, несомненно, натирали кожу детектива настолько, что причиняли ему легкий дискомфорт. Я подбородком кивнула в сторону детектива. “Сколько времени прошло с тех пор, как вы покупали новые?”


Симс перестал вертеть в руках очки. “Что ты сказал?”


Я подняла палец, отчего моя цепочка с шумом заскребла по краю стола, и указала ему в лицо. “Твои очки. Эти твои оправы были в моде примерно двадцать пять лет назад. Полагаю, тогда ты была намного худее. Из-за увеличения веса твой нос стал шире, вот почему подушечки жмут сильнее, чем следовало. Это бифокальные очки, не так ли? Я заметил, что ты носишь их каждый час, даже когда читаешь. Вы, вероятно, настолько привыкли к ощущению подушечек, впивающихся в ноздри, что не осознаете, как часто играете с этими предметами, чтобы снять раздражение. Вам действительно следует их переоборудовать. ”


Симс снял очки и осмотрел их. Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, его зрачки были расширены и слегка расфокусированы. “С моими очками все в порядке, мистер Саутерленд”.


Я пожал плечами. “Просто пытаюсь помочь”.


Симс нахмурился и выпрямился в кресле. “Единственный человек, о помощи которому вам следует подумать, - это вы сами”.


Я откинулся на спинку стула так далеко, как только мог, тайком проверяя наручники и цепь, приковывающую меня к столу. К сожалению, они казались слишком надежными.


Симс водрузил очки на нос, его лицо микроскопически поморщилось.


Я решил сменить тему. “Итак, вы выяснили, кто убил Лейти Ла'аку?”


Симс скучающе улыбнулся. “Я еще не решил, списать ли это на несчастный случай или обвинить вас в убийстве”.


“Я!” Я воскликнул, как будто в ужасе. “Мы оба знаем, что меня там не было, когда она это покупала”.


Симс поднял брови. “Вы так говорите, как будто это что-то меняет”.


“Разве ты не хочешь раскрыть преступление?” - Спросила я, сама невинность.


С губ детектива сорвался смешок. “Яйца господни! У кого есть время на раскрытие преступлений?”


“Разве это не твоя работа?”


“Господи, нет! Моя работа - следить за тем, чтобы документы были должным образом заполнены и подшиты. Если назвать это несчастным случаем, дело закончится вполне удовлетворительно. Никакой суеты, никакой неразберихи. Но повесив убийство на тебя, можно было бы убить двух зайцев одним выстрелом. Это положило бы конец расследованию ее смерти и дало бы мне повод, который мне нужен, чтобы заставить тебя исчезнуть из моей жизни раз и навсегда ”. Он быстрым кивком указал на своего партнера. “Я уже знаю, какой вариант предпочел бы Модок”.


“Я и не подозревал, что стал для тебя такой проблемой. Я имею в виду, мы только что встретились, верно? Возможно, у нас было не самое лучшее начало. Честно говоря, это в основном на тебе, но я признаю, что, возможно, я разделяю часть ответственности. В будущем я постараюсь работать лучше. ” Я одарила детектива своей самой обезоруживающей улыбкой, той, которую использую, когда говорю обезумевшей клиентке, что ее муж вполне мог говорить правду, когда утверждал, что слишком много выпил той ночью на конференции digital information tech и сразу лег спать, вместо того чтобы сначала позвонить домой и проверить, как там дела, как он обещал.


“С тобой будет намного меньше проблем, если ты ответишь на мои вопросы честно и правдиво, без всякой чуши”.


“Конечно, детектив”, - сказал я. “Именно поэтому я здесь, не так ли?”


Сузив на меня глаза, Симс вытащил ручку и блокнот из кармана куртки и начал допрос. “Ты рыскал по рынку, спрашивая о десятидюймовке. Ты что-нибудь выяснил?”


“А как же Санни и ее сестра?” - Спросила я.


Симс нахмурился. “Что?”


“Разве ты не привел меня сюда, потому что меня обвинили в изнасиловании?”


Хмурый взгляд детектива исчез, когда он отмахнулся от моего вопроса. “О, не беспокойся об этом. Если бы Корал насиловали так часто, как утверждает Санни, она бы не смогла ходить. Это просто шутка, которую они пускают в ход, когда им становится скучно. Мы не воспринимаем ее всерьез ”.


“Что, если ее когда-нибудь действительно действительно изнасиловали?”


Симс пожал плечами. “Полагаю, это всегда возможно. Но ее зубы и ногти не просто для показухи”.


Я обернулась, чтобы посмотреть, как дела у Модока. Ухмылка на его лице стала глубже, а нос слегка дернулся, напомнив мне кота, крадущегося за мышью. Что-то привлекло мое внимание. Шрамы, которые я видела на его лице, когда он в последний раз надевал на меня парилку, исчезли. Я осмотрела его лицо в поисках следов макияжа, но кожа была чистой. Шрамы, которые были там раньше, исчезли без следа. По меньшей мере, любопытно.


“Вы не ответили на мой вопрос, мистер Саутерленд. Если вы этого не сделаете, я сделаю вывод, что мои методы допроса не сработали. Затем настанет очередь Модока задавать вопросы ”. Улыбка Симса была искренней, как обещание политика. “Его методы немного экстремальны, но в целом эффективны”.


Ноздри Модока раздулись, когда он сделал вдох. Я мысленно ощущал, как Задира снаружи комнаты для допросов пытается пробиться внутрь, но похожая на свод камера была слишком хорошо построена, чтобы дух большого воздуха мог одолеть его силой. Я также вызвал дюжину элементалей поменьше и мысленно приказал им войти в здание рядом со хранилищем и поискать путь к воздушным шлангам. По словам Симса, система фильтрации воздуха была герметичной, но за годы работы с элементалями воздуха я нашел несколько мест, куда они в конце концов не смогли бы проникнуть. Правительственные бюрократы почти всегда заключали контракты с теми, кто предлагал самую низкую цену, и я полагал, что где-нибудь найдется пара трещин. Я только надеялся, что у меня не закончится время до того, как кто-нибудь из элементалов найдет его.


Я повернулся и посмотрел Модоку прямо в лицо. “Десятидюймовый? Это должно быть, что бы ты сказал, Модок, о вас четверых?”


Модок со злобной улыбкой на лице оттолкнулся от стены. “Это будет весело”, - сообщил он мне.


“Подожди”, - сказал я. “Я просто разыгрываю тебя. Ты хочешь знать, где сейчас Десятидюймовый? Я могу тебе сказать. На самом деле, я недавно разговаривал с ним. Между прочим, он действительно взбешен. ”


Глаза Модока вспыхнули, но Симс удержал его за предплечье. “Подожди секунду, Модок”. Симс повернулся ко мне. “Ты знаешь, где он?" Расскажи мне. ” Он положил ручку в блокнот.


“Конечно, я позвоню”, - сказал я. “Как только ты позволишь мне позвонить моему адвокату. Ты сделаешь это, и у меня будет некоторая уверенность, что я выйду отсюда живым. Вот тогда я начинаю говорить. ”


Симс оторвался от своего блокнота и уставился на меня. “Прекрати играть в игры, Саутерленд”.


“Это не игра, Симс. Я знаю счет. Если я скажу тебе, где Десятидюймовка, ты натравишь на меня свою ручную обезьяну ". Не то чтобы я был бы не против, если бы у меня были развязаны руки, но я думаю, Модок предпочитает, когда шансы складываются в его пользу. Я звоню своему адвокату, я скажу вам, где найти Десятидюймового. Клянусь сердцем. Как вы сказали, без суеты, без суматохи. ”


“Я привлекаю тебя за изнасилование и убийство, Саутерленд”. Я заметил, что Симс опустил "мистера". “Либо ты говоришь мне то, что я хочу знать, либо Модок выбивает это из тебя. Ты отдашь это мне сейчас и выйдешь на свободу. Модок получит это от тебя, и тебе предъявят оба обвинения. И, ” он улыбнулся. “ Модок скормит тебя акулам. В моих отчетах ты значишься как ‘исчезнувший в море при попытке к бегству’. Два пути, Саутерленд: мой путь или путь Модока. Твой выбор. Но какой бы способ вы ни выбрали, я получу десятидюймовый. ”


“Я не знаю, Симс. Модок, скорее всего, убьет меня прежде, чем я заговорю. Он не производит впечатления парня с большим самоконтролем. Ты натравливаешь его на меня и теряешь десять дюймов. Я предполагаю, что кто-то очень хочет, чтобы ты его нашла. Кого-то по имени Лиа. Я твоя лучшая надежда, но ты теряешь эту возможность в ту минуту, когда Модок дотрагивается до меня пальцем. Ты говоришь, что у меня есть два пути. Я говорю, что у тебя есть два пути. Вы позволяете мне позвонить моему адвокату, вы получаете информацию. Вы натравливаете Модока на меня, вам придется сказать своему надзирателю LIA, что вы облажались. ”


Я откинулся на спинку стула, сложив руки на коленях, зная, что Задира налетел на камеру для допросов с силой торнадо. Не то чтобы ему удалось сдвинуть тяжелый свод. Все, что я мог чувствовать, были самые слабые вибрации. Я мысленно приказал могущественному элементалю направить себя на воздушные шланги, ведущие в хранилище и из него. Симс утверждал, что шланги выдержат ураганный ветер, но попробовать стоило.


Говорят, что на переговорах, после того как ты изложил все наилучшим образом, лучшее, что ты можешь сделать, это держать рот на замке и ждать, пока потенциальный покупатель уступит. Я замолчал и ждал.


Все пошло не так, как я бы предпочел.


Симс положил блокнот и ручку на стол. “Модок”, - сказал он, не сводя с меня глаз. “Пусть этот человек скажет мне, где найти Десятидюймовку. Но я не хочу, чтобы он следил за нами, пока не сдастся, ты меня понимаешь? Оставь его в живых, пока он не даст тебе адрес. Как только мы это проверим, он весь твой ”.


Детское личико Модока просияло, как у ребенка, получившего новый велосипед, из-за которого он неделями доставал родителей. Его руки сжались в кулаки, костяшки пальцев выпирали из-под скотча. Он быстро шагнул в мою сторону.


Я дождался точного момента и выбросил ногу из-под стола, угодив каблуком Модоку прямо в колено. Я вложил в удар все, что у меня было, и моя цель была идеальной. К сожалению, стул, на котором я сидел, отъехал на пару дюймов от скользкого металлического пола, что уменьшило удар. Модок удовлетворенно вскрикнул. Он пошатнулся и чуть не рухнул. Но, хотя я остановил его натиск, здоровяк устоял на ногах.


“Твою мать!” Визг Модока эхом разнесся по обитой сталью комнате.


Детектив с дикими глазами и лицом цвета крови бросился на меня. Я соскользнула со стула, намереваясь спрыгнуть под стол, но из-за ремней я стала неуклюжей, и мне не удалось опуститься так низко, как было нужно. Модок нанес мне удар наотмашь в висок, от которого у меня закружилась голова. Перед глазами замелькали искры света, а к горлу подступил глоток кофе. Мои мышцы внезапно отказались работать, и я обнаружил, что растянулся на полу с поднятыми вверх руками, удерживаемыми ремнями на запястьях.


Руки, схватившие меня за волосы, притянули меня обратно к стулу. Модок нацелился нанести прямой удар в область моего поцелуя, но я блокировала его своим скованным запястьем. Детектив взвыл и отодвигал мой стул от стола до тех пор, пока цепь не ослабла. Мои наручники держали мои руки вытянутыми передо мной, оставляя меня беспомощной использовать их для самозащиты. Я целился в Модока обеими ногами, но он был готов к ним, и я ничего не мог противопоставить им. Сильный удар кроликом пришелся мне за ухом, и я подумал, что моя голова слетит с шеи.


Я вызвал в воображении образ водопада в джунглях. “Кугуар? Немного помочь?” Слабый кошачий запах проник в мои чувства, и зрение прояснилось.


Это означало, что я отчетливо видел заклеенные кулаки, которые били меня по лицу, каждый удар следовал за следующим в быстрой последовательности, ударяя по костям моей головы, как кувалды. Модок держал меня прикованной к стулу, а ремни, удерживающие меня прикрепленной к неподвижному стальному столу, были туго натянуты. Как я ни старался, я не мог найти рычаг, необходимый мне, чтобы подтянуться вперед и дать моим рукам простор для действий. "Кугуар", должно быть, блокировал передачу боли от моих нервных окончаний к мозгу, потому что все, что я мог чувствовать, была тупая пульсация, как мать всех похмельев. Однако я слишком хорошо осознавал ущерб, который наносили эти удары. У меня шатались зубы, и я был почти уверен, что у меня раздроблен нос. Я надеялся, что челюсть тоже не сломана. Я полагал, что это будет только вопросом времени. Мне надрали задницу.


После того, что казалось часами, но, вероятно, прошло всего пару минут, Симс положил этому конец. “Не убивайте его! Нам нужно местоположение Десятидюймовки”.


Надирание задниц прекратилось, и я посмотрела на Модока распухшими, почти закрытыми глазами. Пластырь на его руках был испачкан кровью — моей, конечно, — и он потирал костяшки пальцев ладонями, чтобы успокоить их. "Хорошо", - подумала я. Я надеялся, что он сломал несколько из них о мой череп.


“Вы готовы сказать мне, где находится Десятидюймовка, мистер Саутерленд?”


Как мило. "Мистер’ вернулся.


Я повернул голову к Симсу и кивнул. “Хорошо”. Я застонал. Было больно дышать, не говоря уже о разговоре. “Я расскажу тебе. Ты готов?”


“Секундочку”. Симс взял со стола ручку и блокнот. “Продолжай”.


“Хорошо. Хорошо. Запиши это”. Я сделала глубокий хриплый вдох, прежде чем заговорить. “Он остановился в доме, где ты живешь. Это эффективно, если ты видишь Кей, почему о тебе. Угол Кисс-стрит и Моей задницы-авеню. ”


Симс швырнул блокнот на стол. “Пылающий член Алквата, Саутерленд! Ты хочешь умереть? У тебя какой-то комплекс самоубийцы?”


Модок нахмурился. “Он не знает, где Десятидюймовый. Он издевается над нами”. Он ударил меня окровавленным кулаком в челюсть. Даже если бы натянутая цепь не мешала мне поднять руки, я не думаю, что смогла бы это остановить. У меня не было сил.


Моя голова свесилась набок, шея не могла ее поддерживать. Сквозь полуприкрытые глаза я увидела крошечное пятно перед своим лицом. Я моргнула, думая, что мои глаза, возможно, повреждены. Я вздрогнула при мысли, что, возможно, слепну. Я отвела взгляд от пятна, но оно не сдвинулось, когда я посмотрела на него. Я закрыла глаза и открыла их. Пятно все еще было там. Я почувствовал слабый проблеск надежды.


“Он прав, Саутерленд?” Спросил Симс. “Ты солгал о разговоре с Десятидюймовым?”


“Я говорил правду. Я разговаривал с ним, и я знаю, где он сейчас”. Мой голос звучал невнятно, когда я выдавливал слова сквозь стиснутые зубы. “Но тебе придется найти кого-нибудь покруче этого красавчика, чтобы вытянуть это из меня. Санни бьет сильнее, чем он”.


За это я получил еще три сокрушительных удара от кулаков Модока, похожих на отбойный молоток. Красная слюна потекла из уголка моего рта на пол. Я закончил. Если бы не Кугуар, я была бы без сознания. Или хуже. Я задавалась вопросом, как долго мой духовный наставник смог бы поддерживать во мне жизнь, не говоря уже о бодрствовании. Но мне нужно было продержаться еще немного. Мне просто нужно было еще немного времени.


В отчаянии я поискал пятно, которое видел. Оно все еще было там, плавало перед моим лицом, мерцая в воздухе не более чем на полдюйма высотой. Оно кружилось и разбрасывало крошечные капельки воды, которые обжигали, когда попадали мне на губы.


Я провел языком по губам и почувствовал вкус соли. Надежда коснулась моего разума, как кончик перышка. Один из вызванных мною крошечных элементалей воздуха проник в предположительно герметичную систему фильтрации и, пробравшись в хранилище, швырнул мне в лицо капли соленой дождевой воды. Я попытался послать мысленную команду элементалю, но мои мозги были слишком затуманены кулаками Модока, чтобы я мог установить связь. Мне пришлось бы попытаться поговорить с каплей разумного воздуха вслух.


Симс кричал на меня, но я проигнорировал его, сосредоточившись вместо этого на кружащейся капле воздуха. “Возвращайся тем же путем, каким пришел”, - пробормотала я, пытаясь выговаривать слова языком, который казался воздушным шариком. “Найди большого духа. Покажи ему, как попасть в эту комнату”.


“Что он говорит?” Требовательно спросил Симс. “Он дает нам адрес?”


“Не-а”. Модок дал мне сэндвич с костяшками, от которого у меня во рту пересохло. “Он сошел с ума”. Еще один удар пришелся мне в висок, и в затылке прогремел беззвучный взрыв. Пума или не пума, я не собирался выдерживать еще слишком много таких ударов.


“Прекрати это!” Голос Симса звучал так, словно доносился со дна глубокого колодца. Басовый барабан отбивал медленный, неровный ритм в моей голове, и я больше не мог видеть стен комнаты.


“Хватит, Модок”, - послышался голос. Чей это был голос? Какого-то придурка. Какого-то гребаного придурка.


“Разве ты не видишь, что с него хватит?” О ком говорил этот тип? Он говорил обо мне? Я был мертв?


“Скажи мне, где Десятидюймовый, Саутерленд. Даже не думай о смерти, пока не отдашь Десятидюймовый!”


По мере того, как в комнате вокруг меня становилось все темнее, я услышал отдаленный пронзительный шум, доносящийся из глубины воздухозаборника под столом, пронзительный визг, слабый, но более настойчивый, чем устойчивый гул, производимый воздухом, выходящим через вентиляционное отверстие для циркуляции внутри камеры. Это был звук тонкой струи сжатого воздуха, выходящей из крошечного отверстия в воздушном шаре. Я позволила своему телу обмякнуть, пока не соскользнула со стула под стол. Я наклонился к вентиляционному отверстию, ориентируясь на отдаленный визг. Через несколько мгновений воздух, поднимающийся из вентиляционного отверстия, начал меняться, становясь более плотным, пока не превратился в серый вихрь, разбрасывающий во все стороны крупные капли морской воды. Ледяная вода ударила мне в лицо и немного разогнала туман, который угрожал захлестнуть мои чувства. Сосредоточившись на том, чтобы оставаться в сознании, я сделала вдох и с хрипотцой в голосе прокричала во вращающуюся воронку со всей силой, на какую была способна: “Крутая!” Я указала на Модока, который пытался вытащить меня из-под стола. “В атаку!”


У меня перехватило дыхание. Откуда-то доносились звуки боли. Сгущающаяся темнота ворвалась в мою голову, и я ничего не видел и не слышал.


OceanofPDF.com

Глава двадцать четвертая


Я проснулся в темноте от звука ревущего ветра. Я лежал на холодном металлическом полу или, может быть, на крыше автобуса, который меня переехал. У меня кружилась голова, и я был слишком слаб, чтобы пошевелиться. Или открыть глаза. Или дышать. Я хотел вернуться туда, где я был, но я не мог вспомнить, где это было, и что-то подсказывало мне, что это не то место, куда я хотел бы возвращаться в любом случае. Глаза все еще были закрыты, но мои чувства, усиленные эльфийской магией, говорили мне, что я не могу стоять, не ударившись головой о нижнюю часть стола, поэтому я каталась по полу, пока не выбралась на поверхность.


Когда кружение в моей голове улеглось до такой степени, что я подумала, что смогу стоять, не падая, я открыла глаза и заставила себя подняться на ноги. Я осознала ряд вещей. Сначала яростно вращающийся серый смерч, заполнивший угол комнаты, завис над распростертым телом неподвижного мужчины. Во-вторых, комната была заполнена другими, гораздо меньшими вихрями, может быть, парой дюжин или около того, каждый из которых парил на месте в воздухе, словно чего-то ожидая. В-третьих, мои руки были свободны, и что-то подсказывало мне, что так быть не должно. В-четвертых, на столе в центре комнаты лежал колпак от колеса автомобиля.


На меня нахлынули воспоминания. Тело на полу принадлежало Модоку. Дверь в комнату была широко открыта, и детектива Симса нигде не было видно. Наручники, которые были на моих запястьях, лежали на полу. Они все еще были закрыты, а цепь, приковывавшая их к столу, была разорвана надвое, центральные звенья растянуты и сломаны. Быстро оценив ситуацию, я отпустил всех элементалов в комнате, кроме Задиры. Я все еще не мог посылать мысленные команды, и мне потребовалось три попытки, чтобы произнести слова, не давясь ими. Моя голова казалась одним гигантским обнаженным нервным окончанием, и от того, что я заговорил, по моим челюстям и внутренним ушам пробежали молнии. Я содрогнулся, представив, как должно выглядеть мое лицо. Ну, с самого начала это было не так уж и красиво, напомнила я себе. Возможно, новый роман был бы не так уж плох.


После того, как я приказал Задире отойти и подождать в другом углу комнаты, я наклонился, чтобы осмотреть Модока. Первое, что я заметил, была ручка Симса, глубоко воткнутая в левый глаз Модока. Недостаточно глубоко, чтобы проткнуть его мозг, заключила я. Жаль. Лицо Модока было изуродовано так же сильно, как и мое, и я с извращенным удовлетворением отметила, что он больше не выглядит таким красивым. Это вызвало бы улыбку на моем лице, если бы боль от растягивания губ не помешала ей сформироваться.


Он не был мертв, но стоял на пороге. Его тело было неподвижно, как мертвое, но я слышала медленное неглубокое сердцебиение и едва уловимый намек на бульканье глубоко в легких. Когда я прислушался повнимательнее, то услышал скрежет его стиснутых зубов, как будто ему было очень больно и он ничего не мог с этим поделать. Я рассмотрел несколько вариантов. Несмотря на то, что он явно страдал и, вероятно, умирал, я совсем не испытывала к нему сочувствия. Вместо этого вид его, лежащего там, беспомощного и страдающего, пробудил сильную ненависть где-то глубоко внутри меня. Я все еще понятия не имела, почему он так подействовал на меня, но моя реакция на то, что я увидела его на краю великой пропасти, заставила меня разрываться между двумя надеждами. Во-первых, что он ужасно страдал и что он будет продолжать страдать, пока не умрет смертью тысячи кусочков. Во-вторых, что он каким-то образом выживет, и что мы встретимся снова, и что я убью его медленно и мучительно.


С усилием я отбросила свои иррациональные чувства и встала. Повернувшись к Задире, я спросила: “Что случилось с другим мужчиной, который был в этой комнате?”


Из вихря донесся стон. “Человек открывает дверь и проходит”.


Ладно, я сам это понял. “Он пострадал?”


“Этот не знает”.


Получение информации от элементалей было непростым делом. “Из его тела текла кровь?”


“Да-а-а”.


Хорошо, подумал я. Пухлый хорек не остался невредимым.


На мгновение забыв о симсах, я обратил свое внимание на самый неуместный предмет в комнате - знакомый на вид автофургон на столе. Теперь, когда я сосредоточился на нем, я почувствовал вибрацию и легкость воздуха, которые свидетельствовали о действии чего-то потустороннего.


“Крутой, кто принес эту штуку в эту комнату?”


“Этот не знает”.


“Как она сюда попала?”


“Оно упало с воздуха”.


Конечно, так и было. Кисикиси не хотел мешать Модоку избить меня до смерти, но у него не возникло проблем с тем, чтобы передать мне еще одно загадочное сообщение. “И больше никого не было в этой комнате?”


“Нееет”.


Я указал на разорванную цепь. “Как это разорвалось?”


“Этот не знает”.


“Я его сломал?”


“Нееет”.


Освободил ли меня Кисикиси? Может быть, я все-таки должен быть ему немного благодарен.


Допрос большого элементаля ничем не помог от головной боли, и, в любом случае, у меня почти закончились вопросы. “Ладно, Крутой. Ты можешь идти. И спасибо тебе, приятель. Ты спас мой бекон. ”


Вращающаяся воронка слегка наклонилась в мою сторону. “Крутой счастлив служить Алексу”. Элементаль исчез за открытой дверью.


Оставшись наедине с почти мертвым Модоком, я взял колпак со стола и принялся изучать его. Оно соответствовало трем другим, которые я уже нашел, и, как и у них, на внешней поверхности было нацарапано послание. Я прочитал сообщение, и волосы у меня на затылке встали дыбом. На поверхности колпака были нацарапаны три заглавные буквы и знак препинания: " БЕГИ!"


В этот момент внутренность комнаты озарилась белым светом, у которого, казалось, не было источника. Что-то упало с потолка комнаты и сморщенным комочком упало на тело Модока, частично накрыв его. Еще помощь от Кисикиси? Моей первой мыслью было, что это ковер или, может быть, тяжелое одеяло. При втором взгляде оказалось, что покрывало представляет собой шкуру животного, хотя я не смогла сразу определить, какого именно. Я принюхалась, и запах разлагающейся плоти ударил мне в ноздри. Я сделал шаг к шкуре животного и резко остановился, когда она зашевелилась сама по себе и начала расползаться по телу Модока. Модок принял сидячее положение, и шкура впиталась в его одежду и кожу. Лицо Модока начало менять форму. Линия его подбородка удлинилась, а нос превратился в морду. Его рот открылся, обнажив заостренные зубы, и его единственный функционирующий глаз уставился на меня, как лазер. Пока я с ужасом наблюдал, существо, которое было Модоком, протянуло руку и обхватило ручку, торчащую у него из глаза. Он выдернул его и отбросил в сторону. Густая темная масса хлынула из его глазницы и заскользила по лицу, как расплавленный камень. От детектива исходила потусторонняя энергия, жужжащая и потрескивающая, как электрический ток между контрольными зубцами электрошокера.


Возможно, в конце концов, это была не работа Кисикиси.


Я опустил глаза на надпись на колпаке, который все еще держал в руке. "БЕГИ!" "Хороший совет", - подумал я, когда Модок, или кем бы он ни стал, медленно поднялся на ноги. Лучший совет, который я получал за многие годы. Я повернулся и, спотыкаясь, вышел за дверь.


***


Непрекращающийся дождь промочил асфальт, когда я перешел на мучительную пробежку через парковку, удаляясь от камеры для допросов. Я не видел никаких признаков Симса, и машина, на которой он привез меня в пустой офисный комплекс, исчезла. Учитывая сцену внутри хранилища, когда я пришел в себя, я не мог винить детектива за то, что он не задержался. Когда я добрался до улицы, я оглянулся через плечо и заметил существо, которое было Модоком, выходящим из хранилища в сотне ярдов позади меня. Рычание вырвалось откуда-то из глубины моей груди. Импульс, порожденный жгучей животной ненавистью, всплыл на поверхность моих мыслей: стоять и сражаться! Я обдумывал эту идею, может быть, полминуты, прежде чем решил подождать, пока не приду в лучшую форму, прежде чем с головой окунуться в конфронтацию с чем-то, чего я не понимал.


Я бежал, но надеялся, что далеко бежать не придется. Я уже хватал ртом воздух, а голова кружилась так сильно, что я едва держался на ногах. Я рискнула еще раз оглянуться в ту сторону, откуда пришла, и увидела Модока, стоящего на краю парковки и наблюдающего за мной. Он, похоже, тоже был не в том состоянии, чтобы бегать пешком. Какой бы ни была магия, присутствовавшая в шкуре этого животного, очевидно, потребовалось некоторое время, чтобы оживить его. Я надеялась, что сочетание моего духовного животного и эльфийской магии во мне сработает быстрее, но я не собиралась рисковать. Такси стояло у бара в квартале впереди меня, и я быстрым шагом направился к нему.


Когда я добрался до такси, задняя дверь была заперта. Таксист опустил стекло и, не глядя прямо на меня, крикнул: “У меня занято”.


“Я никого не вижу”, - сказал я.


“Он в баре. Он выйдет через секунду”.


Я подошел к окну водителя и наклонился достаточно низко, чтобы он мог хорошенько рассмотреть мое лицо. Его глаза расширились при виде этого.


“Я ранен. Мне нужно в больницу”, - сказал я ему.


“Не в этом выпуске, приятель. Я попрошу диспетчера прислать сюда еще один ”.


“Придурок, который сделал это со мной, хочет довести дело до конца”.


“Это твоя проблема”.


Я проверил свои карманы и обнаружил, что детективы не забрали у меня ничего, кроме пистолета, и что мой телефон и бумажник все еще были со мной. Я достал из бумажника кредитную карточку и показал ее таксисту. “Двойная плата за проезд. Тройная, если включить свет”.


Его взгляд переместился с моей карточки на мое лицо и снова обратно на карточку. “Хорошо, садись. Постарайся не испачкать кровью сиденье”.


Когда я сидел в такси, таксист спросил: “В какой больнице?”


“Не обращай внимания на больницу”, - сказал я ему. “Отвези меня в поселение Адаро. Моя машина припаркована там”.


Таксист обернулся и посмотрел на меня через плечо. “Ты уверен в этом, приятель?”


“Я уверен. Просто доставь меня туда побыстрее”.


Он пожал плечами и вдавил акселератор.


Я оглянулся и увидел, как Модок, примерно в тридцати ярдах позади меня, остановился и свирепо уставился на меня через заднее стекло. Позволив себе короткую улыбку, я откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза и прислушался к стуку крови в висках. Вопросы теснились в моем мозгу, сталкиваясь плечами и локтями друг с другом, соревнуясь за мое внимание.


Кем или чем был Модок? Он определенно был больше, чем казался. Был ли он человеком? В чем была причина нашего взаимного антагонизма? Это казалось инстинктивным и выходящим за рамки всякого разума. Что стояло за этим?


Мои глаза распахнулись. Прогулки в облаках! Я сказал ей, что увижу ее через сорок пять минут. Как давно это было? Я проверил время и с удивлением обнаружил, что все еще была середина дня, а я опаздывал всего на полчаса. Я нашел свой телефон и набрал ее имя в списке контактов.


“Ты опоздал, Джек”


“Я знаю. Многое произошло. Ты в порядке?”


“Конечно. Ты уже в пути?”


Мне пришлось подумать об этом. Я был измотан, но мое тело исцелялось. Потребуется некоторое время, возможно, несколько дней или даже недель, чтобы вернуться к нормальной жизни, но до тех пор, пока я не буду пытаться поднимать что-либо тяжелое или позволять избивать себя почти до смерти еще месяц или около того, я, вероятно, справлюсь. “Я смогу быть там через час. Я надеюсь”.


“Ты в порядке, Джек? У тебя немного усталый голос”.


“Со мной все будет в порядке. Э-э ... У вас случайно нет в магазине аптечки первой помощи? Или просто дезинфицирующего средства и нескольких бинтов?”


“Черт, Джек. Что ты натворил на этот раз?”


“Мое лицо несколько раз подставлялось под чьи-то кулаки. Думаю, больше всего пострадал нос. Или, может быть, челюсть. Или рот. Трудно сказать ”.


“Яйца господни! Ты уверен, что тебе не нужен врач?”


“Зачем? Моя собственная магия исцеления поможет мне больше, чем смог бы врач. Я просто хочу убедиться, что самые серьезные порезы были обработаны ”.


Она выдохнула. “Хорошо, Джек. Приезжай сюда как можно скорее. Но будь осторожен”.


Мы отключились. Это был долгий день. У меня раскалывалась голова, и я устала. Я откинулась на спинку сиденья и снова закрыла глаза. Внезапно я больше не сидел в такси, разъезжающем по дождливым улицам Йерба-Сити. Я не помнил, как открыл глаза, но мое внимание привлекла яркая полная луна в чистом ночном небе над линией деревьев, ветви которых покачивались на ветру. Воздух был не холодным и промозглым, а насыщенным теплой тропической влагой. Неподалеку я услышала низкий рев водопада. Я вдохнула и уловила слабый кошачий запах.


Голос Кугуара заполнил мою пульсирующую голову. “Будь осторожна, он говорит с ветром”, - предупредило мое духовное животное, называя меня именем, которое он дал мне, когда мы связались. “Тот, кого ты называешь Модоком, замышляет твою смерть”.


Я сосредоточился, проигнорировал боль и обнаружил, что могу мысленно произносить слова. “Ни хрена себе. Кто он?”


“Твой враг”.


“Спасибо. Я вроде как понял. Ты можешь быть более конкретным?”


“Он перевертыш”.


“Перевертыш? Разве это не какая-то ведьма-оборотень?”


Я услышал рычание у себя в голове.


“В какое животное он превращается?” Я спросил.


Снова рычание. Пауза. Наконец: “Пума”.


“Модок превращается в пуму?”


“Частично. Он одержим духом единого”.


“Подожди. Разве ты не дух пумы?”


Я выдержала паузу, прежде чем услышать: “Это сложно. Он одержим воспоминаниями обо мне”.


“Серьезно?”


Я “услышал” звук с большим количеством слогов, множеством гласных и несколькими гортанными остановками. ”


“Эм, простите?”


“Так его зовут”.


“Кто такой Модок?”


“Это то, как он себя называет”.


Пульсация в моей голове не исчезла и, фактически, была сильнее, чем когда-либо. “Как насчет того, чтобы мы просто придерживались Модока”. Я почувствовала слабость. Столкнувшись с неожиданной поездкой в тропики после жестокого избиения, я испытывал некоторые проблемы с ориентацией. Я не мог сказать, было ли у меня видение или я был серьезно контужен. Возможно, и то, и другое.


Воздух передо мной замерцал, и появился Кугуар, опустив голову и неровно помахивая хвостом из стороны в сторону. Его глаза встретились с моими.


Я глубоко вздохнул и произнес вслух. “Почему он хочет меня убить? И почему он вызвал у меня желание обхватить его шею пальцами и сжимать до тех пор, пока его голова не выскочит наружу, еще до того, как он начал использовать мою голову в качестве боксерской груши?”


Кугуар заговорил вслух. “Однажды, давным-давно, я выбрала его одним из своих. Я придала ему много сил и многому научила его. Он взял мои подарки и пошел по тропинкам, которые я не выбирала для него. Я выразила свое недовольство его выбором, и он отверг меня. Сила в нем возросла. Он не проявил ко мне никакого уважения. Я отвергла его и ушла, но оставила часть себя позади ”.


“Память о тебе?”


“Да. Но ... еще”.


Я решил оставить все как есть.


Кугуар сделал паузу, и я ждала. Я научилась не торопить своего духовного наставника, когда он был в настроении поговорить со мной.


Кугуар опустился на землю и лизнул лапу толстым языком. Его голос снова заполнил мою голову. “Тот, кого вы называете Модоком, изучал множество запретных искусств. Он выслеживал и охотился на старого кугуара, который был мне дорог. Он убил его и забрал его шкуру. Он научился использовать дух пумы, принимать сущность его материальной формы и природных свойств, и он стал существом страха. ”


“Подожди”, - перебила я. “Когда все это произошло? Сколько ему лет? На вид ему не больше двадцати пяти”.


“Он во много раз больше, Говорит с ветром. Много лет прошло с тех пор, как я видел его в последний раз. Он далеко путешествовал. Теперь он здесь ”.


Я подумал об этом. “Хорошо. Но что он имеет против меня?”


“Он видит меня в тебе. Он ненавидит меня. Он ненавидит тебя, потому что я твой проводник. Твоя шерсть встает дыбом, когда ты в его присутствии, потому что ты чувствуешь ненависть, которую он испытывает к тебе и ко мне. И еще потому, что вы соперники за одну территорию. Он опасен. Ты ранил его, но перевертыши быстро исцеляются. Быстрее, чем ты. Исцеление - один из их даров. Убивать - другой. ”


В голове у меня продолжало стучать. “Ты хочешь сказать, что этот город недостаточно велик для нас двоих? Ты же на самом деле так не говоришь, не так ли? Потому что это просто глупо”.


“Ты его соперник, Говорящий с ветром. Он твой соперник”.


“Все хотят, чтобы я участвовал в их войне. Ну и нахуй это. Я скажу ему, что территория полностью его. Я не веду войны за территорию ”.


Кугуар уставился на меня, и я скорее почувствовала, чем увидела, что-то, что мой мозг интерпретировал как улыбку. Прозвучал голос Кугуара: “Но я люблю, малышка. И вы тоже должны это сделать. ”


“Подожди”, - запротестовала я. “Это не входит в нашу сделку”.


Кугуар встал, и его хвост поднялся, как боевое знамя. “Ты выступишь против того, кого ты называешь Модоком”.


“Разве я не имею права голоса в этом? Что, если я откажусь?”


Кугуар повернулся, показывая мне свой зад. Я услышала его голос в своем сознании. “Ты не сделаешь этого, Говорящий с ветром. Ты хочешь этого. Он причинил тебе боль. Он разозлил тебя. Ты жаждешь мести.”


Я не мог с этим поспорить. Когда большой кот зашагал прочь, запах тропического бриза сменился застоялыми парами бензина и горящего масла, рев водопада - шорохом шин по мокрому асфальту, а ясное ночное небо - салоном такси, водитель которого с любопытством разглядывал меня в зеркало заднего вида.


“Ты там в порядке, приятель? Я думаю, ты разговаривал во сне”.


“Я в порядке. Сколько еще?”


“Еще пара кварталов, но движение становится интенсивным”.


Я смотрела в окно на падающий дождь. Тин-Инч сказал мне, что я не всегда распоряжаюсь своей жизнью. Нравилось мне это или нет, но я был в эпицентре войны между двумя духами Южных морей, и от исхода зависела судьба Йерба-Сити. В то же время я, очевидно, был втянут в борьбу за власть между ведьмой-оборотнем и его бывшей наставницей, и с этим я тоже ничего не мог поделать. Я знал, что должен был быть расстроен таким поворотом событий, но что-то глубоко внутри меня было ... ну ...… приятно. Я хотел снова сразиться с Модоком, желательно со свободными руками. Модок был убийцей. По словам Кугуара, он занимался этим очень долго. И теперь он был на моей территории. Я не сомневалась, что он пытался убить меня в хранилище для допросов и хотел довести дело до конца. Его не волновало, знала я, где находится Десятидюймовка, или нет. Если быть честным с самим собой, перспектива навсегда остановить этого сукина сына казалась мне довольно приятной. Это выходило за рамки мести, хотя сейчас это было частью всего. Но я возненавидела его в тот момент, когда впервые столкнулась с ним возле квартиры Тин-Инча. Откуда взялся этот гнев? Кугуар манипулировал мной? Я так не чувствовала. Это было что-то более глубокое, и это было знакомо, как старый друг. Это было похоже на мои собственные природные инстинкты, на ту же любовь к дракам, которую я испытывал, когда рос по соседству. Те же инстинкты я принес с собой в армию. Тот же воинственный дух, который распознали и сформировали мои армейские инструкторы, отправив меня в специальную школу подготовки, прежде чем направить против повстанцев Куско в Пограничье. Я был рад, что Модок ненавидел меня. Я была рада, что он пытался меня убить. Это было то, в чем я нуждалась. Его ненависть заставила меня почувствовать себя живой так, как я не чувствовала с тех пор, как ... с Холли. Я не был уверен, что это говорит обо мне, но я был более чем готов отложить размышления об этом на потом. Или никогда.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава двадцать пятая


“Не снимай пальто, Джек. Ты приглашаешь меня на свидание”.


Когда я пришел в ее мастерскую, Уокерс была уже одета для дождя, и она задержала меня в прихожей только для того, чтобы взять зонтик, прежде чем дождаться, пока я вывезу ее за дверь.


“Пошли. Дальше по кварталу направо. Когда-нибудь были в баре Шарки?”


Я раскрыл зонтик и поднял его над нашими головами. “Должно быть, я пропустил этот”.


“Ничего особенного, но это рядом, и там нет лестницы”.


“Я подумал, что мог бы привести в порядок лицо, прежде чем мы куда-нибудь пойдем”.


Она бросила на меня быстрый взгляд. “Хорошо. Возьми мокрое полотенце и смой кровь. У меня нет бинтов, но не думаю, что они тебе понадобятся. У тебя не течет кровь, и тебе идут синяки.” Она более внимательно изучила мое лицо. “Хм. Кто-то действительно над тобой поработал. Там что-нибудь сломано?”


“Да, но со мной все будет в порядке. Хорошо, что я наполнен эльфийской магией. Дай мне неделю, и я снова буду таким, как прежде”.


“Тебе повезло. Просто низко надвинь поля шляпы, чтобы никого не напугать по дороге в Sharky's ”.


После того, как я проводил кресло Уолкса через квартал, я спросил: “Зачем мы идем в бар?”


“Мы там кое с кем встречаемся”.


“Кто?”


Уокерс оглянулась на меня через плечо с солнечной улыбкой на лице. “Капитан Флинтук из полицейского управления Плэсид-Пойнт. Он говорит, что вы встретились, и ему не терпится увидеть вас снова ”.


Я остановился. “Простите?”


Уокс усмехнулась, закуривая сигарету. “Божьи яйца, Саутерленд. У тебя проблемы с копами? Если бы я не знал тебя лучше, я бы сказал, что ты ведешь себя как разыскиваемый преступник. ”


“Я упоминал, что болван, который сегодня изменил мне лицо, был одним из детективов Флинтука?”


“Ты этого не сделал”. Она вздохнула. “Но я не удивлена. Капитан сказал мне, что пара его копов искали тебя, и, как я понимаю, они не принимали близко к сердцу твои интересы. Давай, Джек. Мы почти на месте. Капитан говорит, что все объяснит. ”


Мы добрались до "Шарки" вовремя, чтобы опередить обеденный ажиотаж, если таковой вообще был в заведении. Внутри заведения было темно, но найти капитана участка Плэсид-Пойнт оказалось несложно. Флинтук, более семи футов ростом, с животом размером с небольшого кита, сидел в задней части бара на укрепленной скамье, специально сделанной для троллей. Его трость лежала рядом с ним на скамье, а на столе перед ним стоял все еще полный кубок красного вина размером с кварту. Либо Флинтук только что получил пополнение, либо он ждал нашего прибытия, прежде чем приступить к делу. Тролль обратил на меня свои блестящие красные глаза и помахал нам, приглашая присоединиться к нему. Я подтолкнул Уолкса в его сторону, остановившись возле бара, чтобы сказать бармену, что нам с леди понадобится черный кофе.


“Простите, что не встаю”, - сказал нам Флинтук, когда мы подошли к его столику. “У меня подкашиваются колени из-за этого ливня”.


“Я тебя не огорчу”, - сказал Уокс, похлопав по боку ее инвалидного кресла.


Я остался стоять. “Если ты здесь, чтобы пихнуть меня локтем, позволь напомнить тебе, что это Нихониз Хайтс, а не Плэсид Пойнт. Ты за пределами своего участка”.


Флинтук отмахнулся от моего протеста. “Как будто это имело значение. Но расслабьтесь, мистер Саутерленд. Сбросьте груз. Я здесь не для того, чтобы арестовывать вас. Я здесь, чтобы помочь тебе, хотя и не уверен, что много смогу сделать ”. Он грустно покачал головой. Кожа на его сером лице была сплошь обвисшей, а челюсти отвисали, придавая его безволосой голове вид комка мокрой глины. Тролли обычно живут более чем в два раза дольше людей, а этот, похоже, был стар даже для своего народа. Я удивился, что он все еще служит в полиции.


Подходит и тянет меня за рукав пальто. “Садись, Алекс. У капитана есть для нас кое-какая информация”.


Я сел в кресло напротив Флинтука и положил свою промокшую фетровую шляпу на край стола как раз в тот момент, когда бармен принес нам кофе. Я обхватил руками кофейную кружку, чтобы согреть их. “Кто-нибудь хочет рассказать мне, что происходит?” - Спросила я.


В ответ Флинтук обратил свои пылающие красные глаза на мое лицо. “Модок сделал это с тобой?”


“Тебе следовало бы увидеть его”, - парировала я.


Флинтук позволил своему лазерному взгляду задержаться на мне на несколько мгновений. “Смогу ли я?” он спросил.


“Он все еще жив, если это то, о чем ты спрашиваешь”.


“Хм. Жаль. Я надеялся, что ты убил его”.


Это был не тот ответ, которого я ожидал, хотя, возможно, мне не стоило удивляться. “Вы его не видели?” Я спросил.


“Нет, но я только что ушел от Симса. Он был ... расстроен. Что бы ты ни сделал, это действительно потрясло его, не то чтобы он мне много рассказывал ”. Толстые красные губы Флинтука скривились в сердитой гримасе. “Должен признать, было приятно видеть, как этот напыщенный крысиный ублюдок был сбит с толку. Он думает, что ты убил его партнера ”.


Я внимательно посмотрел на капитана, прежде чем заговорить. “Кажется, вы не очень-то любите детективов, которые на вас работают”.


Лицо Флинтука выглядело так, словно ему в рот залетел жук. “Работай на меня. Хорошо.” Он закрыл глаза и вздохнул. “Может, я и капитан, мистер Саутерленд, но, боюсь, у меня нет большого авторитета в участке Плэсид Пойнт. Больше нет ”.


“Вы хотите сказать, что здесь заправляет Симс?” Я подозревал это еще со времен своего пребывания там.


Но Флинтук покачал головой. “Нет, мистер Саутерленд. Хотя у него, вероятно, больше влияния в участке, чем у меня. Но он просто выполняет приказы, как и я ”.


Я кивнула. “Он ЛИА, верно?”


Флинтук опустил взгляд на стол. “Насквозь”.


“Я так и думал. Я знаю, что они присутствуют повсюду, но...”


“Нашим отделом руководит LIA, мистер Саутерленд. Мы все получаем приказы от кого-то, называющего себя мистером Уайтом. Я думаю, что это человек. Я разговаривал с ним по телефону, но никогда его не видел. Полицейские просто делают то, что он нам говорит, как послушные маленькие обезьянки ”.


“Это грубо, капитан. Но зачем вы нам все это рассказываете?”


Флинтук обратил свой взор на Уокса. “Потому что ЛИА верит, что у тебя есть то, чего они очень сильно хотят”.


Тролль повернулся ко мне. “Что касается вас, мистер Саутерленд .... Они хотят заставить вас исчезнуть. Навсегда. Но сначала они хотят, чтобы ты сказал им, где найти Десятидюймовку.”


Я выдохнул и солгал. “Все думают, что я знаю, где Тен-Инч. Я не видел его почти три года”.


Флинтук вздохнул. “Это прискорбно. Они знают, что вы искали его, и подозревают, что вы либо нашли его, либо знаете, где он прячется. Если они не подумают, что у вас есть информация о его местонахождении или какой-либо способ ее получить, они удалят вас из кадра. ”


Уокерс положил руку мне на локоть. “Капитан звонил мне ранее. Он сказал, что LIA наблюдает за моим офисом. Они выставили людей в здании через улицу ”. Выражение ее глаз подсказало мне, что она не сказала Флинтхуку, почему ЛИА может заинтересоваться ею.


Я оглядел Флинтука с ног до головы, от бородавок на его близко посаженных заостренных ушах и обвисшего лица до выпуклых складок жира, свисающих с его пояса. “Откуда ты все это знаешь?”


Флинтук несколько мгновений молчал, размышляя. Наконец, он потянулся к своему бокалу с вином огромной четырехпалой рукой и сделал глоток. Он поставил книгу обратно на стол и покорно вздохнул. “Я был спокойным полицейским в Пойнт-Пойнт долгое время, дольше, чем кто-либо из вас был жив. Мне нравится быть полицейским, по крайней мере, раньше нравилось. Работа полицейского заставляла меня чувствовать себя полезным. Я служил обществу, и это было приятно. Когда-то давным-давно Плэсид-Пойнт был тихим районом. Когда я был в ударе, я тусовался с владельцами магазинов, питался бесплатно в ресторанах, заказывал напитки за счет заведения .... Важным днем для меня было прервать игру в кости на задворках или не допустить обналичивания карманов туристов на Старом пирсе Плэсид Пойнт. Но я также предотвратил несколько ограблений. Я арестовал нескольких плохих людей и убрал их с улицы. Я помогал сохранять спокойствие в Плэсид-Пойнт. Помог сделать его приятным местом для жизни. И, в конце концов, я поднялся по служебной лестнице: от уличного полицейского до детектива, лейтенанта и как раз тогда, когда закрыли старый пирс, до капитана. Для меня это был день гордости. ”


Тролль покачал головой и сделал еще один глоток вина. “Но район изменился, когда закрыли пирс. Туристы перестали приезжать, а предприятия закрылись. Люди начали покупать дешевое нелегальное дерьмо на черном рынке. Сформировались банды, которые начали продавать наркотики, номера телефонов и женщин. Преступность возросла и стала более жестокой. Открылось поселение Адаро, и ситуация быстро ухудшилась. Затем появилось LIA. Начали посылать нас за целями или говорить нам не обращать внимания, когда определенные люди оказывались мертвыми или исчезали. Мистер Уайт стал моим основным контактом с Leea. В конце концов я понял, что работаю на него, и только на него. Преступность в Плэсид-Пойнт возросла. Из приятного места для воспитания семьи он превратился в криминальную выгребную яму. И все это под моим присмотром. Но это больше не было нашей главной заботой. Мы перестали быть местным полицейским управлением и стали филиалом Агентства расследований Господа. ”


Капитан приближался к определенной точке, и я позволил ему дойти до нее в своем собственном темпе. Он двумя большими глотками допил остатки вина, примерно пинту, прежде чем продолжить. “Симы появились прошлым летом. Я не знаю, является ли Симс действующим агентом LIA или он просто находится под их контролем, но с того момента, как он переступил порог участка, он начал управлять отделом так, словно он его владелец. Он подчиняется непосредственно мистеру Уайту, что делает меня не более чем номинальным руководителем. ”


Флинтук обратил свои сияющие глаза прямо на меня. “Я не глуп, мистер Саутерленд, хотя многие люди, похоже, так и думают. Я знаю, что лучше не связываться с ЛИА, но у меня есть глаза и уши. Симс проявляет большой интерес к прогулкам в магазине Клауда. Я думаю, его послали сюда присматривать за этим. Я знаю, что он держит это под наблюдением, хотя технически это не в нашей юрисдикции. Всякий раз, когда я спрашиваю его об этом, он говорит мне обсудить это с мистером Уайтом. Ублюдок. Он даже не притворяется, что я должен быть его начальником в отделе. ”


Я подозревал, что Симс - это Лиа, поскольку изучил историю его работы. Все эти переводы и так мало времени в одном месте... это не было типичным резюме для полицейского без каких-либо черных точек в его послужном списке. Однако это имело больше смысла, если он устранял неполадки в LIA. Я изучал тролля. “Какова ваша точка зрения на все это, капитан? Зачем вы нам все это рассказываете?”


Флинтук устремил на меня свои пылающие глаза. “Мне это надоело, мистер Саутерленд. Я снова хочу быть капитаном. Настоящим. Я не марионетка LIA. Этот ливень затопляет мой город. Людям на моем участке нужна помощь из полицейского управления. Мы должны служить нашему обществу. Но из-за LIA весь мой отдел тратит время на дела LIA. Ищу лидера уличной банды, который, возможно, был или не был причастен к убийству какой-то нимфы? Почему? Это даже не наше дело. LIA забрала это из наших рук. Но мы должны бросить все и делать всю их работу за них. И прекратится ли круглосуточная слежка за компьютерным специалистом за пределами нашей юрисдикции, пока все остальные свободные руки заняты поисками какого-то мелкого гангстера? Ни за что в жизни! Это тоже работа LIA, поэтому она продолжается днем и ночью, используя наших офицеров. Это неправильно. Раньше я гордился тем, что был капитаном участка Плэсид Пойнт, но прошло много времени с тех пор, как я чувствовал себя таковым. Мне стыдно за то, кем я стал, мистер Саутерленд. И я хочу что-нибудь с этим сделать. ”


Капитан полиции с чувством общественного долга. Ха! Ну, почему бы и нет? Полицейскому так же, как и всем остальным, требовалась самооценка.


Я кивнул Флинтхуку, приглашая его продолжать.


“Итак. В любом случае. Во вторник утром мне звонит мистер Уайт. Мы должны бросить все и искать Тен-Инча в связи с убийством нимфы Адаро. Он угрожает тем, что случится со мной, если мы быстро его не найдем. ”


Флинтук кивнул в мою сторону. “На следующий день Симс и Модок забирают тебя и теряют. Они ничего не говорят мне о тебе, кроме того, что тебя подобрала LIA, что я нахожу любопытным, поскольку Симс, казалось, был удивлен этим. ” Он усмехнулся. “Я слышал, вы со своим адвокатом быстро его раскусили. Очень ловко! В любом случае, вчера утром Симсу позвонили ”.


Флинтук откинулся на спинку сиденья и улыбнулся, как кот, только что разделавшийся с канарейкой. “Пару месяцев назад я нанял ведьму-технаря, чтобы она перемонтировала телефон Сима, чтобы я мог прослушивать его звонки так, чтобы он об этом не знал”. Он повернулся с улыбкой к Уоксу. “Никто из твоей лиги, конечно. Я не могу позволить себе такого, как ты. Но он был достаточно компетентен. С тех пор я прослушиваю звонки Сима всякий раз, когда у меня появляется такая возможность. В любом случае, этот звонок от мистера Уайта. Их наблюдение засекло тебя ... ” Флинтук кивнул мне: “в ее магазине…”Флинтхук указал, что ходит в облаках “, и кто-то должен немедленно отправиться туда и забрать вас для допроса, чоп-чоп! Симс вешает трубку и звонит Модоку. ”


Флинтук перевел взгляд на меня, чтобы убедиться, что я улавливаю картину. Я улавливал, и я кивнул.


Но Флинтхук не закончил. “Еще кое-что, Саутерленд”. Он наклонился ко мне через стол. “Модок грязный. Он был у синдиката Хэтфилдов в кармане с тех пор, как он впервые появился. Возможно, они даже договорились поместить его сюда. По правде говоря, я не могу придумать никакой другой причины, по которой такой грубиян, как он, мог бы когда-либо стать полицейским. Все в участке знают, что в нем есть что-то неестественное. Он урод, но обычно делает все, что ему говорят Симы. Во всяком случае, большую часть времени. Хорошо, потому что этот дикарь не уважает меня, это точно ”.


Мой мозг заработал с перегрузкой, устанавливая связи, складывая кусочки воедино. Модок работал на Хэтфилдов? Конечно. Некоторые вещи начинали обретать смысл.


Бармен, наконец, подошел к нашему столику, и мы подождали, пока он заберет стаканы. Закончив, он ушел, не спросив никого из нас, хотим ли мы еще.


Когда бармен отошел за пределы слышимости, Флинтук продолжил говорить. “Ранее сегодня Симс и Модок направились к двери. Я спрашиваю их, куда они направляются, и на этот раз получаю ответ. Вас заметили в поселении, и они собираются вас забрать. После того, как они уезжают, я решаю позвонить в Walks in Cloud. Я не знаю, связана ли она с этим десятидюймовым делом, но я знаю, что ты был у нее в офисе на днях, когда Модок напал на тебя, и что LIA следит за вами обоими. Я хотел предупредить вас, чтобы вы были осторожны. Я не знаю, что происходит, и я не знаю, что я мог бы с этим поделать, если бы знал. Я просто капитан местного участка, вот и все. Я не в курсе общей картины. Но ЛИА хочет тебя, Саутерленд, и они шпионят за "Прогулками в облаках". И меня чертовски тошнит от того, что мной помыкают, как будто я ничего не значу. Если разговор с вами двумя разрушит планы LIA в отношении вас, то я верю, что я что-то сделал ... что-то еще.… Я не знаю. Может быть, хорошо? Я не знаю. Может быть, просто разрушительный. Я соглашусь и на это. ”


Капитан Флинтук тяжело опустился на свою скамью, выглядя измученным.


***


Вернувшись в мастерскую Walk's in Cloud, я настоял на том, чтобы просканировать ее на предмет элементалей.


“Выруби себя, Джек. Но Облачный Дух все предусмотрел. Однажды они прокрались мимо нас, но больше этого не повторится ”. Она подкатила к своей кофеварке и начала готовить свежую порцию природного нектара. “Знаешь”, - крикнула она. “Я не понимаю. Элементаль воздуха? Что Лиа могла бы извлечь из этого? Что она увидит? Я же никуда не хожу, и она не сможет понять, что я делаю на компьютере, верно?”


“Я не понимаю, как. Это могло бы прослушивать ваши телефонные звонки или сообщать кому-нибудь, если у вас будут посетители ”.


Уокс на мгновение задумался. “Я не могу вспомнить ни одного из моих недавних телефонных разговоров, которые могли бы заинтересовать LIA. И единственный посетитель, на которого они отреагировали, - это вы ”.


“В этом нет особого смысла”, - признал я. “Но у них есть копы из Плейсид Пойнт, которые круглосуточно следят за вашим магазином. Они должны что-то хотеть. Я бы почувствовал себя лучше, если бы мы оба хорошенько осмотрелись. ”


Пока варился кофе, я искал элементалей, а Уокс проверил ее сканеры безопасности.


Пока мы проводили инспекцию, Странствующая по облакам остановилась с задумчивым выражением на лице. “Привет, Джек. Ты можешь видеть глазами элементаля?”


“У элементалей на самом деле нет глаз”.


“Перестань быть техническим. Ты видишь то, что видит элементаль? Или слышишь то, что слышит он?”


“Нет, я не могу. Если я хочу знать, какую информацию они получили, я должен перезвонить им и получить от них отчет ”.


“Это верно для всех элементалистов?”


“Да, насколько я знаю. Я имею в виду, я один из самых могущественных элементалистов, которых я знаю, благодаря эльфу. После того, как он засунул этот кристалл мне в лоб, я смог напрямую контактировать с элементалями, не рисуя иероглифов. Я не знаю никого другого, кто мог бы работать без видимых иероглифов. Недавно я научился телепатически общаться с элементалями. Я думаю, Кугуар может иметь к этому какое-то отношение. Но я не могу видеть или слышать то, что элементалы испытывают напрямую. ” Я сделал паузу. “Это было бы очень кстати, если бы я мог”.


Ходящие в облаках нахмурились. “Что, если это мог сделать кто-то другой? Ты говорил мне, что другие элементалисты могущественнее тебя”.


Я несколько мгновений думал об этом. “Я полагаю, это возможно. Но я никогда не слышал о подобном случае. Это кажется маловероятным ”.


“Хммм .... Если ты так говоришь”.


Я пожал плечами и сосредоточился на поиске угроз безопасности.


Как только я убедилась, что за нами никто не наблюдает и не подслушивает, я расслабилась и наполнила две кружки горячим кофе. Передавая кружку Уолксу, я спросил: “Как ты думаешь, LIA знает, что мы сохранили копию формулы RAA, или ты думаешь, они просто догадываются?”


Компьютерный волшебник сделала глоток из своей кружки, прежде чем ответить. “Я думал об этом. Я не думаю, что они знают. Я не понимаю, как они могли. Но они, вероятно, догадались, что я сделал копию. Я имею в виду, что я бы подумал так, будь я на их месте. С моей стороны это логично ”.


“Значит, они, вероятно, прослушивали ваш магазин, чтобы выяснить наверняка”.


Она пожала плечами. “Или их может заинтересовать один из других моих проектов. У меня много важных клиентов, ты знаешь, и я занимаюсь множеством деликатных дел. LIA могло искать у меня множество причин. И даже если они думают, что у меня есть формула RAA, они никак не могли найти ее, наблюдая за моей работой. Как только я убрал это на хранение, я забыл о нем. Я никогда не обращался к нему снова, поэтому я никогда не давал им ничего посмотреть. ”


“Откуда ты знаешь, что она все еще там?”


“А почему бы и нет?”


“Есть ли какой-нибудь способ проверить, чтобы никто об этом не знал?”


“Конечно, я мог бы. Но я не собираюсь. Забудь об этом, Алекс. Это безопасно. Поверь мне ”. Она обошла свой рабочий стол, пока не села рядом со мной. “И в любом случае, что, если LIA каким-то образом удалось украсть файл. Есть ли какая-то причина, по которой нас это должно волновать?”


Я думал об этом. “Лорд Кетц использовал бы это, чтобы высиживать яйцо и стать младшим лордом Кетцем”.


Ходит, пожав плечами. “Ну и что?”


Когда я не ответил, Уокс положил руку мне на колено. “Единственная причина, по которой вы помешали LIA получить эту формулу, в первую очередь, потому, что они этого хотели, а они вам не нравятся. Ты планировал уничтожить это. Ты знаешь, мы все еще могли. Тогда тебе больше никогда не пришлось бы беспокоиться об этом. Ты хочешь, чтобы я? Просто скажи слово. ”


Я отхлебнула кофе, не чувствуя вкуса, наслаждаясь его теплом на своих разбитых губах и в горле. “Честно говоря, я не уверена, чего хочу. Но я должен признать, что мне нравится иметь то, чего ЛИА не хочет, чтобы я имел. Ты прав. Я ненавижу этих ублюдков. Если их бесит соблюдение этой формулы, тогда я полностью за. Но не в том случае, если это подвергает тебя какой-либо опасности. Как ты думаешь, нам следует стереть это? ”


Уокс усмехнулся, глубокий хриплый звук вырвался из легких заядлого курильщика. “Ты меня знаешь. Я технарь. Я ненавижу уничтожать данные. Это все равно что уничтожать искусство. И эта формула RAA чертовски гениальна! ”


Я улыбнулся ей. “Тогда давай оставим это. Кто знает, может, когда-нибудь это пригодится. Я не знаю как, но это возможно”.


Уокс кивнула, но выражение ее лица было задумчивым. “Знаешь, у нас есть другой вариант. Мы могли бы обнародовать формулу для публики”.


“Хм? Зачем нам это делать?”


Она пожала плечами. “Почему бы и нет? Это процесс оживления мертвых клеток. Подумайте о потенциале чего-то подобного. ” Она убрала руку с моего колена и похлопала по своему неподвижному бедру, лежащему на сиденье ее инвалидного кресла. “Эта формула могла бы принести много пользы ”.


“Я думал, что твое состояние было скорее результатом сделки, которую ты заключил с Духом Облака, чем какой-либо физической причины”.


“Это так, но я думаю не о себе. Многие люди с ограниченными возможностями хотели бы иметь возможность ходить. ”Овеществляющий агент Альфа" может дать им некоторую надежду ".


“Скорее всего, повелители драконов вооружили бы его. Лорд Кетц хочет этого, чтобы он мог сделать маленького помощника-дракона. Кетц-Алкват и сын. Если все семь Повелителей Драконов завладеют им, мы можем получить целое новое поколение драконов. И не забывайте, парень, который придумал формулу, думал, что ее невозможно будет использовать из-за огромного количества энергии, необходимой для того, чтобы заставить ее работать. Лорд Кетц собирался высосать силу из духа, который практически является богом. Мне неприятно думать, что сделали бы другие Повелители Драконов, чтобы активировать формулу. Или для чего они это использовали. ”


На лице Уокса появилась хитрая улыбка. “Все это может случиться, а может, и нет. А может, это излечит от паралича. Кто знает? У тебя было то, чего не было ни у кого другого. ЛИА пытала тебя, а Ночная Сова пыталась убить тебя, чтобы отнять это у тебя. Теперь ты цепляешься за это назло. Признай это. Ты упрям. ”


“Я не упрямый”.


Улыбка Уолкса стала шире. “Как скажешь, Джек”.


Я поерзал на стуле, пытаясь устроиться поудобнее. “Ты всегда можешь выпустить формулу самостоятельно, если захочешь”.


Компьютерный волшебник покачала головой. “Это было бы крайне непрофессионально с моей стороны. Я бы никогда не сделала ничего подобного без вашего разрешения. Вы доверили мне эти данные. Насколько я понимаю, это принадлежит тебе. Я могу посоветовать тебе, что делать, но, в конце концов, это твое решение. ”


“Мм. Хорошо, я подумаю об этом. Давай поговорим об этом в другой раз. У меня был долгий день”.


Уокерс снова положила руку мне на колено и изучающе посмотрела на мое лицо. “Тебя сегодня избили. Как ты себя чувствуешь?”


“Я в порядке”.


“Ты не в порядке, Джек. Тебе разбили лицо. Расскажи мне об этом ”.


“Рассказывать особо нечего. Очень плохой человек приковал мои запястья к столу и ушиб костяшки пальцев о мою голову, в то время как Кугуар притуплял боль и поддерживал меня в сознании ”.


“И человек, который сделал это с тобой, - тот полицейский, от которого я убежал отсюда со своим дробовиком?”


“Ага. Детектив Модок из полицейского управления Плэсид-Пойнт. Также состоит на жалованье у синдиката Хэтфилд. Также выполняет поручения LIA и угрожает невинным компьютерным техникам. Кугуар говорит мне, что он один из его избранных, который отвернулся от него и стал перевертышем. ”


Глаза Уокса расширились. “Черт! Это плохо, Алекс. Это действительно плохо. Жаль, что я не нажал на курок ”.


“Кажется, мы с ним испытываем какую-то инстинктивную ненависть друг к другу”. Я улыбнулась сквозь стиснутые зубы. “Я с нетерпением жду встречи с ним снова”.


“Капитан Флинтук услышал, что вы убили его”.


Я хмыкнул. “Не-а. Единственное, что я смог сделать, это натравить на него Крутого парня. Крутой здорово надрал ему задницу, но это его не убило. Я потерял сознание и пропустил большую часть. Пока я был в отключке, кто-то освободил меня от цепей, приковывающих меня к столу, но я не уверен, кто. Возможно, это был дух по имени Мауи-Кисикиси. ”


Уокс улыбнулся при этих словах. “Кисси, кисси?”


Я не смог удержаться от смешка. “Это долгая история. Хочешь послушать?”


“Да, Джек. Но сначала я хочу кое-что сделать”.


Рука Уолкса переместилась с моего колена на пряжку ремня.


Все мое тело напряглось. “Что ты делаешь?”


Она подняла глаза, чтобы встретиться с моими, и расстегнула мой ремень. “На что это похоже, Джек?” Она расстегнула пуговицу на моих брюках и ширинку.


“Я думал, ты сказал, что был мертв ниже пояса”.


Ее лицо стало серьезным. “Верно. Но я жива до пояса. В последнее время тебе было тяжело, и ты так напряжен, что готов выпрыгнуть из собственной кожи. ”Тебе это нужно, Говорящий с ветром". Она протянула руку и нежно коснулась моего избитого лица пальцами. “Тебе это нужно. И знаешь что? Мне это тоже нужно ”.


***


Позже, после того, как вызванное мной такси подъехало и припарковалось перед магазином, я повернулась к Уолксу, который подкатил к двери, чтобы проводить меня. Я прочистил горло, не совсем понимая, что хотел сказать. “Смотри, Гуляет.... Я ... я имею в виду—”


Она подняла палец, чтобы прервать меня. “Все в порядке, Джек. Тебе не нужно ничего говорить”. Ее улыбка была приятной и искренней. “Тебе не нужно говорить ни слова”. Без предупреждения она хлопнула меня по заднице ладонью. “Увидимся, когда увидимся, красотка. А теперь убирайся отсюда! Мне нужно работать”.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава Двадцать шестая


Вернувшись в зверомобиль, я подумывал вернуться в поселение, чтобы поискать Таити, но вместо этого решил вернуться домой на вечер. Это был долгий день, и мне нужна была ночь, чтобы восстановить силы.


Движение в Йерба-Сити в пятницу вечером и в лучшие времена было беспорядочным, а непрекращающийся шторм остановил его почти до полной неподвижности. Как давний житель города, я знал, как обойти самые загруженные районы города, но в эту ночь даже мои проверенные альтернативные маршруты были "остановка и уход". Что еще хуже, я не ел несколько часов и был достаточно голоден, чтобы проглотить мантикору. К счастью, где бы вы ни оказались в Йерба-Сити, вы всегда будете рядом с приличным заведением, где можно перекусить. Я заметил стерильно выглядящий гриль-бар в жилом торговом комплексе и вывел зверомобиль из потока машин на парковку.


Для соседнего заведения B & G был не так уж плох. Строители, школьные учителя и ландшафтные дизайнеры столпились в обеденной зоне, и приятный аромат острого соуса барбекю, горячего кофе и холодного пива наполнил воздух. Я нашел место в баре между смуглолицым мужланом средних лет, макающим обжаренные во фритюре креветки в чашку с коктейльным соусом, и дерзкой дамой, потягивающей пиво с мрачным выражением лица человека, который только что ушел от своего пьяного мужа. Оба моих соседа украдкой взглянули на синяки у меня на лице и изо всех сил старались притвориться, что меня там не было. Это сделало их моими любимыми компаньонами за ужином, и я знал, что мы прекрасно поладим.


Даже с целительными способностями, дарованными мне магией хрустального осколка, который эльф поместил в мой передний мозг, я решил, что мне нужно много топлива, если я хочу скорейшего выздоровления. Я заказал сэндвич с говядиной, приготовленный на гриле, со всеми гарнирами в рулете на закваске, картофельный салат и пиво объемом двадцать унций. При таком питании я рассчитывал вылечиться от малярии. Я сказал бармену, что сижу на диете и должен следить за тем, чтобы в говядине было хотя бы немного больше мяса, чем жира.


Вдоль стены над баром тянулись телевизионные экраны, каждый из которых был настроен на свою станцию. Звук был приглушен на всех экранах, кроме одного, который был настроен на баскетбольный матч. Экран передо мной показывал выпуск новостей без звука, но по видеоклипам и графике я мог в значительной степени понять, что происходит. В новостях, конечно, рассказывали о необычной погоде, и я видел сцены наводнения, которые, вероятно, не были инсценированы. Город Йерба расположен на сорока восьми названных холмах, и на кадрах видно, как мутная вода стекает по асфальтированным склонам. Стремительные потоки затопили припаркованные машины, и движение остановилось. На другом кадре волны разбиваются о пирсы, затопляют пляжи и даже прибивают ко дворам дорогих прибрежных особняков. Мне было интересно, как поживают рабочие кварталы вдоль побережья, но, насколько известно нашим телеканалам, это новости только тогда, когда они затрагивают богатых.


В выпуске новостей был показан ведущий, и после того, как он немного помолчал, я посмотрел отрывок о проливных дождях и повышении уровня воды вдоль береговой линии того, что, как я думал, было поселением Адаро в Плэсид-Пойнт. Когда на экране появилось изображение, идентифицирующее местоположение как поселение адаро в гавани Аматэрасу в Нихоне, я выпрямился и обратил внимание.


По мере продолжения выпуска новостей я понял, что, помимо Нихона, сильный шторм, который мы пережили в городе Йерба, также обрушился на Южную провинцию Кайчан недалеко от Энджел-Сити, порт Кальяо в Куско, город Гади на юго-востоке Ньюнгары и портовый город Шен Ху в империи Хуасянь в устье реки Дацзян, в каждом регионе расположено поселение адаро. Не то чтобы я не верил в совпадения, и любая штормовая активность на побережье Нихонского океана неизбежно повлияла бы на сообщества адаро в королевствах Толаника, Куско, Нихон, Нюнгара и Хуася, но я не мог не думать о предупреждениях Каноа о гневе Тауфа'тахи.


Я ехал домой из отеля типа "Постель и завтрак", гадая, насколько серьезным станет этот шторм. Я никогда не тратил много времени на беспокойство о погоде, потому что какой в этом смысл. Она сделает то, что сделает. Но если этот шторм действительно был порождением могущественного и гневного духа природы, возможно, кто-то мог вмешаться, чтобы успокоить этого духа. Возможно, кто-то вроде жрицы адаро. Поиски Таити приобрели новую актуальность. Возможно, если бы она знала, что я проглотил Око Тауфа'тахи, которое, по словам Ральфа, обладало какой-то властью над штормами, она бы знала, что с ним делать, при условии, конечно, что я смогу его вернуть.


Но это была проблема для другого дня, и я решил, что городу просто придется пережить еще одну ночь без моей помощи. Я был побежден.


Я добрался до дома без происшествий и, убедившись, что в тарелке Чиво осталось немного йонака — почти протухшего, как он любил, — поднялся наверх, чтобы завалиться спать. Откидывая покрывало, я заметил серебряную фляжку рядом со своей кроватью и вспомнил предупреждение Коди. Я снял крышку, глубоко вздохнул и выплеснул содержимое. В последнюю секунду я вспомнил оставить глоток во фляжке на потом. Я подождал несколько мгновений, чтобы понять, собираются ли ко мне в гости говорящие змеи или моя голова вот-вот взорвется. С зельями мадам Куапа вы никогда бы не догадались. Когда сразу ничего не произошло, я забрался в постель. Сон овладел мной прежде, чем я заметил его приближение.


Той ночью мне снились яркие сны, но, как это обычно бывает со снами, после пробуждения я помнил только фрагменты. В основном я помнил, как заклеенные скотчем кулаки били меня по лицу, снова и снова. Во сне мои руки были свободны, но кулаки пролетали прямо сквозь них, как будто их там не было. Больше, чем боль, меня охватило разочарование от того, что я не в силах остановить удары. В какой-то момент я поднял глаза, и на меня набросился не Модок, а мой отец. Я увидел его глаза, мертвые, как у акулы, и почувствовал запах виски в его дыхании. До меня донесся аромат тропиков, и я привел свои чувства в состояние повышенной готовности, прислушиваясь к звукам шагов вражеских солдат. Я нашел углубление у основания дерева и заполз в него, надеясь, что никто не увидит меня, пока не закончится бой. Я выглянул из-за дерева и обнаружил, что Тен-Инч смотрит мне в глаза, скривив рот в выражении неодобрения. Он покачал головой и исчез в темноте. Над верхушками деревьев появилась луна. Я сидел у водопада рядом с Кугуаром. Я услышал его голос, говорящий: “Месть”. “Месть глупа”, - ответила я, но он ушел. С темного неба лил дождь, и все вокруг меня тоже было темным. Я не ощущала ничего, кроме дождя и вкуса соленой воды на губах, ни людей, ни движения, ни городских огней. Неподалеку я услышал грохот огромной волны, и стена воды устремилась в мою сторону. Я карабкался по внезапно появившимся скалам, поднимаясь над набегающим прибоем, но вода продолжала подниматься, пока меня не унесло. Я слышал голос старого эльфа, который говорил мне, что я одновременно капля воды в океане и сам океан, но эта идея не принесла мне облегчения, и все, чего я хотел, - это найти сушу. Прогулки по облакам" смотрел на меня снизу вверх и в мои глаза. Мы были в ее магазине. Я поцеловал ее в лоб, и ее голова скользнула вниз по моей груди к животу. Холли наблюдала за мной из другого конца комнаты, которая теперь стала ее спальней. “Я просто хочу, чтобы ты меня услышал”, - сказала она. “Я делаю слышу тебя”, - запротестовал я. “Тогда что я тебе только что сказал?” - спросила она. Я хотел ответить, но не мог вспомнить, о чем мы говорили. Шел дождь, и Десятидюймовый смотрел на меня сквозь проливной дождь. Он что-то держал в руке, лист, сложенный в форме акулы. Я хотел спросить его, что это было, но был слишком слаб, чтобы открыть рот. Я попытался пошевелиться, но мои конечности не слушались. Жизнь покидала мое тело. Я почувствовал, что мое сознание угасает, угасает .... “Нет”, - пробормотал я себе под нос. Кровь стучала у меня в висках, и все вокруг меня потемнело. Эльф стоял в конце Старого пирса Норт-Пойнт, его удочка свисала с перил. Мое сердце продолжало бешено колотиться. Голова эльфа в капюшоне внезапно повернулась в мою сторону. “Проснись”, - скомандовал он.


Я проснулся. Моя наволочка и простыни промокли, предположительно от пота, хотя я помнил солоноватый вкус дождя во сне. Мое сердце колотилось в груди так, словно я бежала домой после десятикилометрового забега. Я не могла пошевелить ни единым мускулом и боялась закрыть глаза. Мне потребовалось добрых пять минут, прежде чем я смог скатиться с кровати. Усилия истощили меня, и я едва добрался до ванной, прежде чем начал выплескивать содержимое своего желудка в унитаз с сильными позывами.


"Зелье", - подумал я про себя. Неужели я только что потерял защиту мадам Куапа? Я свесил голову над унитазом. "Зелья". По крайней мере, она не пыталась меня убить. Я надеялся.


***


Я почувствовал себя лучше, когда мой желудок опустел, но теперь, после ушедшего зелья, во мне образовалась пустота, которую хотелось заполнить. Я позаботился об этом, приготовив плотный завтрак, состоящий из двух поджаренных вафель, намазанных арахисовым маслом, посыпанных нарезанными бананами и политых кленовым сиропом, запивая все это двумя чашками черного кофе, горячего, как расплавленная сталь. Когда я закончил, я спустился вниз в свой офис, чувствуя себя живым и готовым бросить вызов перевертышам, повелителям бурь, преступным синдикатам и LIA. Возможно, часть зелья мадам Куапа все-таки попала в мой организм. Я надеялся на это. Мне нужна была любая помощь, которую я мог получить.


Я знала, что Ральф ждет от меня весточки, поэтому отправила ему текстовое сообщение с просьбой о встрече. Я получила немедленный ответ с просьбой прийти на пирс в тот вечер. Меня это вполне устроило.


В мои планы на день входило съездить в поселение Адаро и найти Таити. Перед отъездом я включил телевизор, чтобы посмотреть, что происходит со штормом. Новости были не из приятных. Ночью дожди продолжались без остановки и вызвали серьезные наводнения по всему городу. Несколько улиц были перекрыты, в том числе одна из главных артерий в центре города. Оползни разрушили несколько домов недалеко от побережья, а особняк, принадлежащий известной спортивной звезде на пенсии, оказался под угрозой того, что его смоет в море. Член городского совета с мрачным лицом, выступавший в качестве гостя в местном новостном шоу, заявил, что дальнейшее наводнение ввергнет Йерба-Сити в экономическую катастрофу, на восстановление которой могут уйти годы, если не десятилетия.


Я уже собирался выключить телевизор, когда ведущий новостей объявил, что в поселении Адаро в Плэсид-Пойнт развивается история. В эфире появилась дерзкая молодая женщина в модном прозрачном пластиковом плаще, ведущая прямой репортаж с рынка в поселении Адаро, который еще не открылся. С ней была Пайпер, адаро, которую я видел кричащей на покупателей накануне утром, она чопорно стояла перед камерой, пока дождь стекал по ее бритой голове.


Репортер представил Пайпер, назвав ее участницей "Дочерей Тауфатахи", движения сопротивления адаро, целью которого было освободить ”узников" поселения и вернуть их в их дома в Нихонском океане. Репортер повернулась к своей гостье, и я ожидал, что она спросит Пайпер подробнее о движении и его целях. Вместо этого ее первым вопросом было: “Почему ты отрезала все свои прекрасные голубые волосы?”


Я застонал от безвкусицы вопроса, но он оказался уместным. Пайпер повернулась к камере, и оператор увеличил изображение ее лица крупным планом, когда она отвечала: “Мы побрили головы в память о пророке Каноа, который поднялся из вод, чтобы объявить, что морской дух Тауфа'тахи разгневан на народ Повелителей Драконов за их неспровоцированную войну против народов адаро и за принудительную миграцию женщин адаро в несвободные поселения. Тауфа'тахи собирается уничтожить Йерба-Сити и все другие города, незаконно удерживающие женщин адаро против их воли. ”


Репортер попыталась отобрать микрофон, но адаро вырвал его у нее. “Тауфатахи собирается затопить эти города и утянуть их в океан. Перед тем, как Каноа была жестоко убита, она сказала всем женщинам адаро освободиться от цепей своих угнетателей и вернуться в океан до того, как разрушение городов будет завершено. Будьте осторожны! Разрушение Йерба-Сити продолжается. Каждая капля дождя, падающая на город, - это пуля, выпущенная сверху морским духом Тауфа'тахи. Жители Йерба-Сити, ваше время истекло! У меня есть послание для всех адаро, которые смотрят эту трансляцию: приготовьтесь к возвращению в наши дома на Нихонезе. Время близко! И у меня тоже есть послание для наших мужчин из Адаро. Будьте готовы к переменам. ”


Когда репортер забрала свой микрофон и вернула трансляцию ведущему, Пайпер подняла руку в приветствии из согнутых пальцев, которое, как я видел, Санни и ее команда используют, чтобы приветствовать других молодых адаро с бритыми головами.


Ведущий новостей извинился за содержание репортажа, посмеявшись над ним как над следствием прямого эфира, и нашел время заверить всех своих слушателей, что им не грозит никакая реальная опасность и что у повелителя Драконов Кетц-Алквата все под контролем, под чем, как я предположил, он подразумевал погоду. Я покачал головой и выключил телевизор.


Согласно Ten-Inch, я был участником войны против Тауфа'тахи. Каноа верил, что у Десятидюймовки был глаз Тауфа'тахи, магический предмет, который, как считалось, обладал способностью вызывать наводнения и морских чудовищ. Каноа ошибался. У Десятидюймовки не было Глаза: был у меня. Кисикиси украл его, и он оказался у меня. Где-то. Возможно, в моем желудке, хотя мне казалось, что объект такого размера оказал бы на меня физическое воздействие каким-то неблагоприятным образом, если бы он оказался в моих внутренностях. Я отбросил эту мысль. Это был волшебный предмет, и мое обладание им тоже было волшебным. Это было не то, что я собирался понять.


Но, может быть, Таити знала, и, может быть, она знала, как использовать это, чтобы остановить шторм Тауфа'тахи. Кисикиси подталкивал меня в ее сторону, не так ли? Он направил меня к Лейти Лаака, бросив на моем пути колпак с ее именем, и он послал Тен-Инча, или его хау, сказать мне, что его война против духа бури приближается ко мне, и, нравится мне это или нет, я должен сыграть в ней какую-то роль. По логике вещей, Ключом должен был быть Глаз Тауфа'тахи. Иначе, почему я?


Я набрал номер Таити, но он попал на голосовую почту. Я оставил ей сообщение, в котором сообщил, что направляюсь на рынок Адаро, и попросил позвонить мне или встретиться там.


Ведя зверомобиль по затопленным улицам города, я все меньше и меньше убеждался, что вера репортера новостей в лорда Кетца имеет какие-то основания. Несколько улиц были перекрыты, и движение на них было затруднено, поскольку автомобили медленно продвигались по извилистой серии объездов группами полицейских в тяжелых плащах с яркими фонарями. Я задавался вопросом, борется ли кто-нибудь на улицах с преступностью. Ограбления должны были стать опорой для любого жокея, готового бросить вызов погоде. Я старался держаться подальше от центра города, стараясь избегать самых загруженных улиц города. Я увидел вереницу машин, застрявших в глубокой луже воды, заполняющей перекресток у подножия холма. Я проехал мимо мест, где несколько автомобилей сломали крылья. В одном из них два водителя вышли из своих машин и под проливным дождем бросали друг в друга копны сена с разворота. Я вышел из дома вскоре после завтрака, и было почти обеденное время, когда я нашел место для парковки на окраине поселения адаро.


Выйдя из машины, я воспользовался моментом, чтобы понаблюдать за пеленами дождя, проносящимися над городом из-за почти штормового ветра. Порыв ветра угрожал вырвать у меня из рук зонтик, и мне пришлось прижать шляпу к голове, чтобы она не улетела в дождливую темноту. Решив, что ни зонт, ни моя шляпа никак не спасут меня от сухости, я бросила их в машину и заперла внутри. Подняв воротник и кутаясь в плащ, я направился к центру поселения.


Таити мне не перезвонила. Она сказала мне, что остановится у друзей недалеко от маркетплейса, и я направлялся в том направлении. Поселение было не таким уж большим, и все в сообществе адаро знали Лейти, поэтому я предположил, что один из продавцов адаро или покупателей на рынке сможет сказать мне, где скрывался ее бывший ученик после смерти Лейти. Возможно, я бы даже нашел саму Таити в одном из киосков, собирающую кое-какие припасы взамен того, что она потеряла, когда рухнула хижина Лейти.


Только добравшись до рынка, я по-настоящему осознал, насколько серьезными стали последствия шторма. Рынок не открылся и, похоже, не собирался открываться. Киоски были безлюдными, и никого не было видно. Большие участки улицы были под водой, а некоторые лужи были глубиной более фута. Я пнул себя (в переносном смысле) за то, что не надел непромокаемые ботинки, хотя и знал, что у меня их нет.


Разочарованный и разбитый вдребезги, я достал телефон и снова набрал номер Таити, но мой звонок снова перешел на голосовую почту. Я убрал телефон и уставился на проливной дождь, размышляя, что делать дальше.


Я почувствовал быстрое движение позади себя и вовремя обернулся, чтобы удержать напирающую Санни.


“Что, черт возьми, ты делаешь?” Я закричал, а затем откинул голову назад, чтобы она не поцарапала мне лицо ногтями без перчаток.


Она зашипела на меня, как кошка. Я заметил Корал и Сэнди, которые окружали меня с обеих сторон, приближаясь медленными, обдуманными шагами.


“Все вы, остановитесь. Я не хочу причинять вам боль”.


Теперь все трое шипели, открыв рты, обнажая острые зубы, способные вырывать куски мясистой плоти из моего горла. Санни напряглась, готовая прыгнуть, но с меня было достаточно. Я ударил ее по лицу тыльной стороной ладони достаточно сильно, чтобы остановить на полпути. Она отступила на шаг и потерла подбородок, свирепо глядя на меня.


“Ты убил Домана”, - взвизгнула она.


“Нет, я этого не делал”.


“Да, ты это сделал. Мы видели его. Ты ударил его ножом в спину и оставил там”.


“Это был не я. Ну, ладно, я оставил его там. Но я его не убивал ”.


Санни продолжала смотреть на меня, ее глаза сузились, лицо исказилось от ненависти. “Если ты его не убивал, то кто это сделал?” Корал и Сэнди сомкнулись в нескольких футах от меня.


“А тебе какое дело?” - Спросила я.


“Доман был нашим партнером”, - прошипела Сэнди справа от меня.


“Доман позаботился о нас”, - прошипела Корал слева от меня.


Я не сводил глаз с Санни. “И теперь ты задаешься вопросом, как ты собираешься вести свой маленький бизнес без него?”


“Сейчас он нам для этого не нужен. Мы убираемся к чертовой матери из поселения, пока Тауфа'тахи не утянул его в океан. Доман собирался провести нас мимо морской полиции ”.


Я немного расслабился и улыбнулся Санни. “Что, если я это сделаю?”


Плечи Санни разжались. “Вытащить нас из поселения? Ты можешь это сделать?”


“Конечно, я смогу”. Я вкладываю в свой голос побольше уверенности. “Давай поговорим об этом, хорошо? Как насчет того, чтобы пойти вон под тот навес, чтобы я мог укрыться от дождя? ”


Санни неуверенно посмотрела на своих спутников.


“Давай”, - сказал я. “Может быть, ты сможешь мне помочь. Ты поможешь мне, а я помогу тебе. Это намного разумнее, чем устраивать драки на улице, как животные, тебе не кажется?”


Санни пожала плечами. “Хорошо. Но если ты мне лжешь, мы вырвет тебе живот и съедим печень”.


“Лучше пусть это будет моим сердцем. В последнее время я слишком часто мариную печень”.


Санни улыбнулась своей зубастой улыбкой. “Хорошо, твое сердце. Если ты лжешь, мы съедим твое сердце”.


“Договорились”, - сказал я.


OceanofPDF.com

Глава Двадцать седьмая


Мы собрались под навесом уличного кафе, которое было закрыто из-за шторма. Здание защищало от ветра, а навес не давал дождю лупить мне по голове, но вода с улицы заливала тротуар и пропитывала мои кожаные ботинки. Туфли обошлись мне в неплохие деньги, но я собиралась заменить их, как только погода испортится. Если это произойдет. Судя по тому, что мне говорили люди, я собирался помочь этому случиться.


Я поймал на себе пристальный взгляд Санни. “Что случилось с твоим лицом?” - спросила она, демонстрируя, как мне показалось, явное отсутствие такта.


Я ответил ей пристальным взглядом. “Я порезался, когда брился”.


“Модок сделал это с тобой?”


“Что ты думаешь?”


У нее хватило такта опустить глаза. “Это была не моя вина. Мне пришлось сдать тебя, хотя ты ничего не делал. Он заставил меня ”.


“Что он сделал - предложил тебе леденец на палочке?”


Санни проигнорировала мой выпад. “Он хотел знать, куда мы тебя отвезли. Мы должны были сказать ему. Он полицейский”.


“Вы всегда сотрудничаете с копами?”


Санни обхватила себя руками за грудь и сжала, как будто ее сердце угрожало вырваться из груди. “Мы должны были сказать ему. Он… он ...”


“Он изнасиловал меня”, - вставила Корал.


Я удержалась от того, чтобы закатить глаза. “Конечно, закатил. Тебе кто-нибудь говорил, что эта затея надоедает?”


Глаза Санни встретились с моими, ее лицо напряглось. “Он действительно изнасиловал мою сестру, придурок! Пару лет назад. Корал была всего лишь ребенком, и он причинил ей сильную боль. Мы не смогли его остановить. Сэнди еще не вылез из океана, и были только Корал и я. Этот урод превратился в какое-то животное и изнасиловал мою сестру, и я не смог его остановить. Я не лгу!”


Я посмотрел ей в лицо, полное вызова и подавляемой ярости, и кивнул. “Я верю тебе. И мне жаль”.


Санни вытерла глаза и энергично покачала головой, пытаясь прогнать свое горе. Она прищурилась, глядя на меня, призывая меня проявить жалость к ней или ее сестре, давая понять, что любая попытка сделать это будет нежелательной. “Если бы я знала, что Доман мертв, - процедила она сквозь стиснутые зубы, - я бы сказала Модоку, что ты убил его. Мы узнали об этом только после того, как они забрали тебя. Когда вы все ушли, мы вернулись и нашли его и Муса. Ты лгал, когда говорил, что не делал этого? Мы видели, как ты вошел, и больше никто не входил, пока ты не вышел. ”


“Дверь открыли не Доман и не Мус. Вы его не видели?”


Санни и ее друзья посмотрели друг на друга с непонимающим выражением лица.


“Меня впустил Десятидюймовый”.


Глаза Санни расширились. “Ни за что на свете. Он мертв!”


“Я так не думаю”, - сказал я. “Ты знаешь, что такое хау?”


“О, черт!” Санни выдохнула. Она повернулась к своим друзьям, которые тоже смотрели на нее расширенными глазами в безмолвном общении. Санни снова повернулась ко мне. “Ты с ним разговаривал?”


“Да. Он сказал мне, что Каноа пришла к нему домой в прошлый понедельник вечером и накачала его наркотиками или наложила на него какую-то порчу. Затем она впустила кого-то, чтобы тот его поколотил ”.


Лицо Санни посуровело. “Каноа бы так не поступил!”


“Это то, что мне сказал Десятидюймовый. Хочешь с ним поспорить, будь моим гостем ”.


Санни покачала головой. “Нет. Она ... она...”


“Смотри. Я знаю, что означают твои короткие стрижки и твое маленькое приветствие”. Я изобразил букву "о’ скрюченными пальцами. “Я знаю о дочерях Тауфа'тахи и о том, что Каноа вдохновил тебя сбежать в Нихонес. Кстати, тебе нужно хорошенько подумать об этом. Военно-морской флот казнит зарегистрированных нимф адаро, которых они находят на свободе в океане. А если вы в перчатках, они решат, что вы прикрываете регистрационную татуировку. Кроме того, я слышал, что они вживляют тебе под кожу устройства слежения, когда делают тебе эти татуировки. Когда они найдут тебя, то сначала застрелят, а потом будут задавать вопросы. В любом случае, я знаю, как ты относишься к Каноа. Но она думала, что у Десятидюймового есть то, что она ищет. Что-то важное для нее. И она думала, что он скрывает это от нее. Итак, она нашла кого-то, кто попытался выбить это из него. Но она ошибалась. У него этого не было. ”


Корал и Сэнди уставились друг на друга с мрачными выражениямилиц. Но Санни отказалась принять мою историю. “Ты лжешь! Каноа была пророком. Она собиралась позаботиться о нас. Она ...”


Корал положила руку на плечо Санни, останавливая ее. “Я думаю, он говорит правду, бруурбруур. Мы знаем, что Каноа что-то искал. Помнишь? Она хотела, чтобы мы сообщили ей, если услышим что-нибудь о Глазу Тауфа'тахи. ” Корал подняла кулак в приветствии буквой "о", и мне пришло в голову, что буква "о" должна была обозначать Глаз.


Санни набросилась на нее. “Я, блядь, это знаю, но она"… Десятидюймовый помогал ей! Она бы не… Она была не такой.” Но сопротивление покинуло ее, и она остановилась. Корал обняла сестру, а Санни положила голову ей на плечо, закрыв глаза.


Сэнди повернулась ко мне. “Ты действительно видел хау Тен-Инча?”


“Я это сделал”.


Сэнди положила руку на плечо Санни. “Нам нужно отвести его к ней”.


Солнышко кивнула, все еще держа голову на плече Корал. Она открыла глаза и подняла их, чтобы встретиться с моими. “Мы собираемся отвести тебя кое к кому”.


“Кто?” Я спросил.


Санни мягко отстранилась от сестры и выпрямилась. “Ты знаешь Лейти Лаака?”


“Я встретил ее”, - сказал я. “Но она мертва”.


Санни кивнула. “У нее был ученик. На самом деле, скорее ассистент”.


“Таити”.


“Правильно. Мы собираемся показать тебе ее. Она и лейти знали Каноа. Таити - это квурлплап. A… um….”


“Жрица”, - дополнил я.


Санни кивнула. “Да. Думаю, достаточно близко. В любом случае, она знает о хаусе, кайтусе и подобном дерьме. Если вы действительно видели хау Тен-Инча, то вам нужно с ней поговорить. ”


Я улыбнулся. “Это та, ради кого я приехал в поселение. Я пытался дозвониться до нее, но не могу дозвониться. Ты знаешь, где она сейчас?”


“Думаю, да”, - сказала Солнышко. “Пойдем. Мы тебе покажем. Но тогда ты должен провести нас мимо придурков из Военно-морского флота и вывести из поселения. Кто бы ни рассказал вам об этих устройствах слежения, они были правы. Мы не должны этого делать, но все мы, адаро, знаем о них. ”


Я кивнул. “Я знаю нескольких людей, которые могут тебя вытащить. Один из них - человек из адаро по имени Кракен. Слышал о нем?”


Санни и Корал посмотрели на Сэнди, которая покраснела и отвела взгляд.


Санни улыбнулась. “Мы знаем, кто он. Сэнди влюблена в него”.


“Я не такая!” Сэнди запротестовала.


“Да, это ты. И теперь он собирается унести тебя в морские глубины”.


“Заткнись!”


Я закатил глаза. Кракену это должно было понравиться. Я надеялся. Позаботиться о следящих устройствах — если они действительно существовали — будет непросто, но у меня были кое-какие идеи на этот счет. И чем больше я думал об этом, тем более вероятным казалось, что у правительства найдется способ найти адаро, которые вошли в океан из-за пределов поселения. Таити был прав: адаро были пленниками. У меня похолодело в груди, когда я подумал об этом. Я поймал себя на том, что сочувствую коварной Санни и ее маленькой банде преступников. Несмотря на то, что они натравили на меня полицию, я у них в долгу. Благодаря им я узнал, что Модок был тем, кто работал над Ten-Inch , и что он изнасиловал и убил Каноа.


***


"Солнечное трио", как я привыкла называть трех уличных мальчишек, повело меня на запад от рыночной площади навстречу ветру. "Адарос" подставлялся водяным порывам и двигался без особых проблем. Я, с другой стороны, будучи большим неуклюжим человеком, дышащим воздухом, боролся со штормом на каждом шагу. Последнее, что я хотел делать, это продолжать разговор, но мне нужно было кое-что узнать.


Я догнал Санни и наклонился к ней, чтобы она могла слышать меня сквозь вой ветра. “Откуда вы трое знаете Кракена?”


Санни улыбнулась. “На самом деле мы его не знаем. Но мы видели его пару раз, когда он пробирался сюда ночью. Сэнди хочет от него ребенка ”.


“Заткнись!” Закричала Сэнди. “Я не хочу!”


“Так ты никогда его не встречала?” - Спросила я.


Санни покачала головой. “Ты его знаешь?”


“Мы тусовались”.


Троица смотрела на меня с чем-то похожим на тоску. Сэнди практически таяла. “Правда?” Она колебалась. “Какой он?”


“Держу пари, он гребаный придурок”, - вмешалась Санни.


Сэнди была ошеломлена. “Нет, это не он!”


“Откуда тебе знать?” Насмешливо спросила Санни.


Сэнди посмотрела на меня с надеждой в глазах. “Он не такой, не так ли?”


“Он нормальный парень”, - предположила я.


Сэнди с триумфом повернулась к Санни. “Видишь? Я же говорила тебе!”


Санни сурово закатила глаза на своего друга. “Как будто он собирается смотреть на такого тощего панка, как ты. Такой мечтательный чувак, как он, мог заполучить любую девушку, какую захочет”.


“Его последней девушкой была уличная панкерша”, - сказал я для Сэнди. “Она была членом Northsiders. Она умерла пару лет назад”.


У Сэнди опустился подбородок. “Ооооо. Как грустно. И с тех пор у него не было девушки?”


“Насколько я знаю, нет”.


Лицо Санни скривилось от отвращения. “Ты гребаный идиот, Сэнди”.


“Если все пойдет хорошо, я вас познакомлю”, - сказал я. Сэнди улыбнулась, погрузившись в сон с участием симпатичного океанского принца. Санни бросила в мою сторону злобный взгляд. Это была та реакция, к которой я стремился.


После этого мы прошли в тишине еще один квартал, прежде чем остановиться у длинного цементного сооружения, похожего на коробку, отходящего от улицы. За исключением большого серебристого яйцевидного овала, нанесенного аэрозольной краской в форме яйца на двойных дверях, опознавательных знаков на здании не было. С некрашеными внешними стенами и маленькими затемненными окнами здание выглядело безобидным и анонимным.


Санни указала на здание: “Вот где она сейчас остановилась. Она пришла сюда вчера утром”.


“Что это за место?” Я спросил.


Санни улыбнулась, показав мне зубы. “Я не знаю, что это было раньше. Военно-морской флот поставил это там и бросил. Но теперь это зал собраний дочерей Тауфа'тахи. Таити достала для нас здание. Теперь, когда Каноа мертв, она лидер нашего движения. Она собирается вытащить нас из поселения и вернуть в океан, где нам самое место ”.


Я кивнул, вспомнив свой разговор с Таити на пляже прошлой ночью, когда молодая жрица адаро стояла в темноте, дождь стекал с ее обнаженного плеча, ветер развевал волосы, и говорила мне: “Было бы намного лучше, если бы женщины поселения вернулись к морю, как того хотел Каноа”. Лейти Лаака думала иначе. Знала ли она, что ее ученица возглавляет движение, пытающееся осуществить это? Я не мог сказать, но подумал, что было бы интересно узнать.


Я заметил Солнечную Троицу, уставившуюся на меня дикими глазами и оскалившую зубы, когда дверь в здание открылась и появились три фигуры. Я узнал в них капюшоны, которые Ягуар оставил возле хижины Лейти после того, как проводил нас с Кракеном до ее двери. Все трое держали гаты по бокам, концы которых были направлены в землю. У того, что был впереди, на шее висел медный медальон на кожаном ремешке. Они стояли за дверью, пытаясь выглядеть непринужденно, и ждали, когда я сделаю первый шаг.


Я повернулся к Санни. “Таити там?”


Она кивнула.


“Тогда пойдем к ней”.


Не дожидаясь объявления, я направился ко входу в здание. Я остановился, когда дошел до трех гангстеров, и отвел руки от боков. “Вы хотите меня обыскать?”


Они так и сделали. Тот, что с медальоном, вызвал у меня восторг, но я не подумала взять с собой железо, когда выходила из дома тем утром. Убедившись, что я чист, гангстеры проводили меня в здание. Солнечное трио последовало за мной через дверь.


Конференц-зал был достаточно большим, чтобы провести скромный свадебный прием или панихиду. Пара дюжин наматрасников, выглядевших так, словно их привезли со склада военно-морского флота, были выстроены в ряд, отходящий от входа слева. Молодые адаро с бритыми головами и мрачными выражениями лиц сидели на половине подушек, некоторые делились кусочками сырой рыбы и вели разговоры шепотом. Одна из них лежала на спине и смотрела в потолок, и когда я подошел ближе, то узнал в ней Пайпер. Ее яркие глаза теперь были вялыми, как и у всех остальных. Пайпер и остальные выглядели так, словно их двигатели работали без остановки несколько дней и, наконец, закончился бензин. Меня поразило, насколько все они были молоды. Пайпер, похоже, была единственной среди них более чем на год или два старше Санни и ее команды.


Я посмотрел мимо адароса в дальний конец зала, где Таити лежал ничком, лицом вниз, на голом матрасе. Ее обнаженное тело было покрыто с головы до ног черными чернилами в виде полос и символов, которые напомнили мне о том, что я видел на коже Лейти Лаака, когда она была жива. Некоторые выглядели идентично, и я знал, что двумя ночами ранее татуировок на коже Таити не было. От неземной энергии, струящейся по этим нарисованным полоскам, у меня задние зубы завибрировали точно так же, как от магии знаков Leiti. Я огляделась в поисках оборудования для нанесения татуировок, но ничего не увидела. Ягуар, также обнаженный, лежал на втором матрасе в нескольких футах от Таити. Его тело блестело от пота и покрылось волдырями, как будто он провел слишком много часов под лампой с сильным нагревом. Похоже, он был без сознания или, возможно, просто спал.


Таити повернулась на бок и приподнялась на локте. Передняя часть ее тела была так же испачкана чернилами, как и спина. Она встретила мой взгляд мечтательной улыбкой. Из коридора донесся ее голос: “Входи, Алекс. Ты как раз вовремя”.


Дюжина пар глаз провожала меня, когда я проходила мимо "адарос", мои мокрые туфли хлюпали и скрипели по скользкой поверхности цементного пола. “К чему я как раз вовремя?” - Спросила я, дойдя до конца зала.


Таити закрыла глаза и глубоко вздохнула. “Можно сказать, что это мое совершеннолетие. Или моя реализация”. Она открыла глаза и посмотрела в мои. “Духи сочли нужным передать мне соглашения, которые они заключили с Лейти Лаака. Теперь у меня есть все силы Лейти и многое другое”. Она приподнялась и села, скрестив ноги, на коврик. “Я чувствую себя ... потрясающе!”


Я указала подбородком на Ягуара. “А что насчет него?”


“Хм? Бедный Ягуар. Он перенес небольшую боль, но через несколько дней поправится ”.


“Он был частью твоего… как ты выразилась? Самореализации?”


Таити подняла руки в воздух и потянулась. Я хотел отвести взгляд, но, ну, может быть, на самом деле я этого не сделал. Она опустила руки и коснулась ногтем обнаженного участка кожи над левой грудью. Я зачарованно наблюдал, как она проколола кожу и провела ногтем по верхней части груди до вытатуированного символа над верхней частью грудины. Черные чернила потекли с абстрактного символа и заполнили линию, которую она выгравировала на своей коже. Она смотрела остекленевшими глазами в никуда, улыбаясь, грудь вздымалась, когда она наполняла легкие удовлетворенным вздохом.


Атмосфера в зале была напряженной. Я обернулась и встретила тупые молчаливые взгляды дюжины адаро, сидевших вдоль стены. Потусторонняя энергия потрескивала над их головами, как шаровые молнии, которые я не мог ни видеть, ни слышать, но они, казалось, этого не замечали. Моя кожа напряглась, когда на руках, ногах и шее образовались мурашки озноба. От моего пальто и из-за воротника поднимался пар, когда дождевая вода и пот испарялись в воздух. Адарос смотрели мимо меня и ничего не предпринимали.


Я отвернулся от адаро, чтобы посмотреть, что происходит с Солнечной троицей и капотами Ягуара. Все они смотрели на Таити, охваченные благоговением перед чем-то, находящимся за пределами их опыта. Я обратил свое внимание на Ягуара, чье бессознательное тело вибрировало, как двигатель плохо настроенного гоночного автомобиля. Его глаза были закрыты, но лицо исказилось в агонии.


“Таити!” Я закричал. “Ты уверен, что с ним все в порядке?”


Таити вздохнул. “С ним все в порядке. Он просто вымотан. Мы занимались этим полтора дня без отдыха и сна. Но это последнее. Дело сделано. Смотри. ” Она вытянула левую руку ладонью вверх, давая мне возможность хорошенько рассмотреть цифры, вытатуированные у нее на запястье. Пока я смотрел, цифры поблекли и исчезли, оставив после себя безымянную плоть. Она улыбнулась мне. “Ты видишь? Теперь я свободная нимфа, что означает, что я официально являюсь вражеским комбатантом. ”


Она посмотрела на гангстеров и указала на Ягуара. “Найди, чем его накрыть. Дай ему воды, когда он проснется. Он тоже будет голоден, но не давай ему есть слишком много. Она огляделась вокруг, пока ее взгляд не упал на платье, лежащее на полу неподалеку. Она надела его через голову, встала, сделала шаг ко мне и пошатнулась. У всех в комнате перехватило дыхание.


Я подхватил ее на руки и удержал прежде, чем она успела упасть. От энергии в комнате у меня на голове встали дыбом волосы. Таити посмотрела на меня сияющими глазами. “Ты можешь чувствовать их, не так ли? Духи воздуха, земли и моря. Разве это не чудесно?”


“Да. Я чувствую их. Я чувствую их слишком сильно”.


“Пожалуйста, извините меня”, - сказала она. “Я не спала две ночи. Мне нужно выспаться и освежиться”. Я опустил ее на матрас, и она перекатилась на него.


Когда я собирался встать, она схватила меня за руку. “Подожди. Мне нужно с тобой поговорить. Но… позже. Ты придешь вечером, когда я отдохну?”


“Конечно”, - сказал я, потому что мне тоже нужно было поговорить с ней. У меня были вопросы, которые нужно было задать, и чем скорее, тем лучше. Но сейчас было явно не время.


Таити закрыла глаза и заснула через несколько секунд.


Я обратился к гангстерам картеля. “Ягуару нужен врач. Прямо сейчас”.


Один из них пожал плечами. “Таити говорит, что с ним все в порядке”.


“Он не в порядке. Он умрет, если вы не доставите его к врачу. А еще лучше - к ведьме ”.


“Пошел ты”. Капюшон скрестил руки на груди и отвернулся от меня.


“Как долго он в таком состоянии?” Спросила я.


Капюшон уставился в потолок. “Пару дней”.


Я посмотрел на всех троих бандитов. “Что она с ним делала?”


Никто не встретился со мной взглядом. Никто не ответил.


Я подошел к Ягуару и осмотрел его кожу. “Были ли у него татуировки, когда он попал сюда?”


Капюшон с медальоном переступил с ноги на ногу и опустил глаза.


Я схватила его за руку. “Неужели он?”


Капюшон сбил меня с толку. “Да. И что?”


“И кто-то их снял, верно? Вот почему его кожа так выглядит?”


“Она забрала их у него”, - сказал он. “Своей магией”.


Я посмотрел на Ягуара и понял. “Отведите его к врачу! Он умрет, если вы этого не сделаете. Посмотрите на него!”


Гангстер с медальоном так и сделал, и его глаза расширились от того, что он увидел. Но он покачал головой. “Это не твое дело, чувак”.


Сдавшись, я повернулась к Санни. “Вы трое можете присмотреть за Таити? С ней все будет в порядке, как только она проснется, но ей нужен кто-то, кто останется с ней”. Я посмотрел на других адаро, большинство из которых последовали примеру Таити и свернулись калачиком на своих наматрасниках.


Санни нахмурилась, глядя на меня. “Куда ты направляешься?”


“У меня есть дела. Я вернусь позже. Возможно, через несколько часов. Я доверяю тебе и твоим друзьям присматривать за происходящим, пока я не вернусь. ” Я указал на гангстеров. “Попытайтесь убедить этих идиотов отвезти своего босса в больницу. Может быть, они прислушаются к тебе.”


Санни казалась удивленной. “Ты доверяешь мне?”


Я кивнул. “Да. Возможно, мне не следовало бы, но я делаю это. По крайней мере, в тебе есть немного жизни”. Я указал на других адаро. “Я так понимаю, все они являются частью этого движения за побег из поселения?”


Лицо Санни стало напряженным. “Мы дочери Тауфатахи”.


“Посмотри, сможет ли твоя команда найти им немного еды. Они выглядят голодными”.


Санни выглядела так, словно хотела возразить, но не могла подобрать слов. Я ушел, прежде чем она успела.


Дойдя до Пайпер, я остановился. “Помнишь меня?” - Спросила я.


Она встретилась со мной взглядом и выпрямилась. “Ты мужчина с рынка”.


“Ты в порядке?”


“Конечно. Просто немного устал. И встревожен. Надвигается шторм. Мы все возвращаемся домой ”.


Я кивнул. “Удачи тебе. Могу я задать тебе вопрос?”


Пайпер оглядела меня с ног до головы. “Ты можешь спрашивать. Я не могу обещать, что отвечу”.


Я указал на других адаро. “Я видел вас сегодня по телевизору. Что вы имели в виду, когда сказали мужчинам адаро готовиться к переменам?”


Она вздохнула. “Я уверена, от вашего внимания не ускользнуло, что я самый старый адаро в этом зале. Причина, по которой большинство этих юных леди хотят вернуться к океану, заключается в том, что они могут познакомиться с молодыми мужчинами адаро. У них очень романтизированное представление о том, какие мужчины адаро. ”


“А ты?”


Она сжала челюсть, и в ее глазах появился блеск. “Меня перевели в поселение почти три года назад, сразу после того, как мой муж был убит, а мой дом разрушен. Когда я приехала сюда, я ненавидела людей. Все люди. Но я недолго оставалась в поселении. Я хотела посмотреть, как живут люди. Так получилось, что большую часть времени я проводила в городе среди человеческих женщин. Женщины-профессионалки. ”


Я кивнула. “Секс-работники?”


Она покачала головой. “Адвокаты, врачи, учителя, владельцы бизнеса, кадровый армейский офицер, CPA ....”


“О”.


“У меня было много поучительных бесед с ними о нереализованном потенциале женщин как в человеческом обществе, так и в обществе адаро. Я думала о том, как должна измениться роль женщин адаро, чтобы наши нации стали сильнее ”. Она посмотрела на меня. “Каноа хотела, чтобы мы вернулись в наши дома, потому что она верила, что жизнь на суше изменила нас. Она права. Нам пришлось измениться, чтобы приспособиться к нашей новой ситуации. Но она хотела, чтобы мы вернулись к нашему старому образу жизни, к жизни под властью мужчин. Таити с ней согласна. На лице Пайпер появилась натянутая улыбка. “Но у некоторых из нас, включая тех, кто сегодня здесь моложе, на уме нечто иное. Наши старые пути привели нашу цивилизацию на грань разрушения. Наши мужчины тысячелетиями не сталкивались с новыми идеями, но некоторые из нас, женщин, кое-чему научились, живя на суше. Нам, женщинам, пора встать, взять на себя ответственность и привнести в нашу культуру новые идеи, идеи, которые нам нужны, если мы собираемся выжить. Это все, что я имел в виду ”.


Она отвела взгляд, давая понять, что закончила со мной разговаривать. Я поблагодарил ее и вышел из зала.


Вернувшись под дождь, я достал телефон и набрал личный номер мобильного капитана Флинтука, который он дал мне в Sharky's накануне. Сказав ему, что мне нужно, я позвонила в "Прогулки в облаках" и сказала, что зайду. Я дала ей понять, чего я от нее хочу. Мы немного поспорили, но в конце концов она смирилась. Пока я ехал домой, я позвонил в третий раз, на этот раз детективу Каламе. У нее был выходной, но она была более чем счастлива поработать немного сверхурочно, как только я рассказал ей, чем занимаюсь.


После того, как мы с детективом разъединились, я сделала последний звонок. Как раз в тот момент, когда я думала, что звонок перейдет на голосовую почту, трубку снял Роб Любанк.


“Чего ты хочешь, Саутерленд! Сегодня суббота! Грейси не пустила меня в офис, потому что улицы затоплены. Она заставляет меня взять гребаный выходной на весь день, чтобы мы могли посмотреть этот дерьмовый женский роман, который она так хотела посмотреть. Я ничего об этом не знаю, но я уже знаю гребаный сюжет. Эта симпатичная молодая дама влюблена в какого-то красивого богатого мудака, который никчемный ублюдок. И этот другой бедняга, которого она знала всю свою жизнь, сын местного аптекаря, или продавца скобяной лавки, или еще какого-то дерьма, влюблен в нее, но он слишком ебанутый слабак, чтобы сказать ей об этом. Они друзья, и в этом она похожа на Джейка, но он обычный придурок, не богатый и не красивый, как другой придурок. И в конце концов, богатый засранец подло обращается с невинной юной леди, и она обнаруживает, что гребаный пиздюк в конце концов именно тот мужчина, который ей нужен, и они оба счастливы как моллюски, предвкушая, как вырастят дюжину сопляков без денег. Глупая дама. Она не должна недооценивать себя! Она настоящая красавица, по крайней мере, когда снимает очки, расчесывает волосы и надевает платье, которое подчеркивает ее привлекательность и немного больше демонстрирует ее ягодицы. Она должна стремиться к гребаному золоту! Но нет, она, блядь, довольствуется посредственностью, а мы должны радоваться тупому кудахтанью. И я должен смотреть это дерьмо? Это убивает меня! Говорю тебе, я чувствую, как у меня сжимаются яйца! Скажи мне, что тебя арестовали. Мне нужен предлог, чтобы убраться отсюда, пока мой член не сморщился и не отвалился! ”


Я сказал Любанку, чего хочу. Он возражал. Я настаивал. Когда он сдался, я понял, что он придумал, как превратить то, что я хотел, в деньги. Дорога по затопленным улицам обратно в Портер была долгой, но к тому времени, как я добрался до участка Джио, мы разобрались с деталями.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава двадцать восьмая


Я не знал, что Холли будет ждать меня в моем офисе, когда я, пошатываясь, вошел в свою парадную дверь с пулей в груди. Известный бизнесмен нанял меня, чтобы я выяснил, кто продавал дизайнерские конфеты "брейн" его пятнадцатилетней дочери, и мое расследование привело меня к грязному рэкету, связанному с незаконной перепродажей легальных галлюциногенов несовершеннолетним потребителям в одном из самых фешенебельных жилых районов Йерба-Сити. Когда я обнаружил, что за всей операцией стоит синдикат Хэтфилда, я не удивился. К сожалению, Хэтфилды каким-то образом засекли меня и послали одну из своих торпед, чтобы уничтожить.


Пуля попала мне в сердце, но ущерб, нанесенный легкому, пробил бы штраф любому, чье тело не было укреплено эльфийской магией. Как бы то ни было, мне понадобится неделя постельного режима, прежде чем выйти на ринг с соперником в тяжелом весе. Или попытаться прогуляться по кварталу. Но я решил, что со мной все будет в порядке, пока у меня не закончатся бутерброды с арахисовым маслом, замороженная пицца и виски.


У Холли была другая точка зрения. Ей хватило одного взгляда на мою забрызганную кровью грудь, и она хотела отвезти меня в отделение неотложной помощи. Я не хотел рассказывать ей, как эльф использовал свою магию, чтобы улучшить осознание моим телом собственной внутренней работы, позволив ему заживлять травмы практически в мгновение ока. Я боялся, что она сочтет меня сумасшедшим, чувак, сумасшедшим. Я подумал, что для нее будет лучше продолжать верить, что эльфы существуют только в фильмах о монстрах и страшилках. И я, конечно же, не хотел говорить ей, что был вовлечен в безумный заговор эльфа, направленный на прекращение правления Повелителей Драконов. К моей чести, я пытался защитить ее. Я подумал, что ей будет безопаснее, если она не будет знать об эльфах и их тайных заговорах. Поэтому я солгал. Я сказал ей, что армия использовала экспериментальные магически усиленные препараты, чтобы увеличить способность моего организма заживлять раны. Почему-то эта история казалась менее сложной и более правдоподобной.


Возможно, я ошибался. “Ты думаешь, я поверю в эту чушь?” - спросила она. “Даже если бы это было правдой, ты все равно можешь умереть, верно?”


Я должен был признать, что мог. Например, я, вероятно, не пережил бы пули, разорвавшей мне сердце. Но, напомнил я ей, пуля прошла мимо моего сердца.


“Но у тебя дырка в легком!” - указала она.


Я должен был признать, что и в этом она была права, но я разумно объяснил, что у меня есть другое легкое, и оно справится с работой, пока не заживет первое, при условии, что я не буду слишком напрягать его.


“Вы врач?” - спросила она меня.


Я не знал, почему она спросила меня об этом, потому что, как я спокойно указал, она и так знала, что это не так. Но, как я объяснил, я знал о том, как работает мое тело, больше, чем любой врач.


“Я вызываю скорую помощь”, - сказала она мне.


Я объяснил, что это плохая идея, потому что я собирался сказать Чиво, чтобы она съела любого, кто попытается войти в нашу парадную дверь. А потом я потащился вверх по лестнице, упав всего один раз, и добрался почти до спальни, прежде чем рухнул без чувств.


По крайней мере, я помню это таким. Я услышал версию истории Холли после того, как проснулся в больничной палате и обнаружил, что она сидит у моей кровати. Насколько она помнит, мои ответы на ее предложения не были ни разумными, ни высказанными в спокойной, зрелой манере. По ее словам, я повысил голос настолько громко, насколько позволяло мое единственное работающее легкое, и набросился на нее с грубыми выражениями и словесными оскорблениями. Я оскорбил ее интеллект, оттолкнул, когда она попыталась осмотреть мою рану, и в какой-то момент нашего обсуждения запустил в стену полным кофейником кофе. И, кстати, доктор сказал ей, что я чуть не погиб, пытаясь добраться до своей спальни без посторонней помощи.


“Я пыталась помочь тебе, “ сказала она мне, - а ты в ответ разозлился на меня”.


Мне было искренне жаль, и я сказал ей об этом. “Но, - продолжил я, - честно говоря, мне было очень больно. Я знал, что пуля меня не убьет, но это не означало, что она не причинила боли. ”


“Эта пуля, вероятно, убила бы тебя, если бы я не вызвала скорую помощь”, - сказала она.


“Я знаю. Ты права. Я должен был позволить тебе вызвать скорую”.


“Хорошо, что я все равно назвал это ". Но настоящая проблема не в этом, Алекс ”.


“Я сказал ‘Прости’. Чего ты еще хочешь?”


“Видишь?” Челюсть Холли сжалась, а глаза затуманились. “Вот оно. Ты не понимаешь. Когда я увидел, как ты входишь в дверь в окровавленной рубашке, я испугался. Я действительно испугался, Алекс. Я думал, ты умрешь. Я люблю тебя, и я думал, что ты умрешь прямо здесь и сейчас! Мне было страшно, и я хотел помочь тебе. Попробуй представить, что я чувствовал. Сможешь? Это то, на что ты способна? Проникнуть в мою голову, увидеть ситуацию моими глазами? Я была влюбленной женщиной, а из твоей груди лилась кровь. Ты едва могла стоять. Можете ли вы представить это с моей точки зрения?”


Я ничего не сказал, и она вытерла слезу из уголка глаза. “Я не думаю, что ты сможешь. Твоей реакцией на меня, девушку, которая любит тебя и заботится о тебе, было разозлиться. Я понимаю. Тебе было больно. Но твоей реакцией на любую эмоциональную ситуацию является гнев. Похоже, гнев - единственная эмоция, которую ты знаешь. Она прищурилась. “Признай это. Ты начинаешь злиться, не так ли?”


“Я не сержусь”, - процедила я сквозь стиснутые зубы.


Она продолжала смотреть мне в глаза. Я выдохнул. “Хорошо, я понимаю твою точку зрения. У меня вспыльчивый характер. Но большую часть времени я держу его под контролем. Я никогда тебя не бил, верно?”


Ее лицо вытянулось. “Это твой бар? Пока ты меня не бьешь, ты думаешь, все в порядке?” Она взяла мою руку обеими руками, наклонилась и поцеловала меня в лоб. “Все в порядке, Алекс. Я знаю, кто ты, и все в порядке. Я люблю тебя, и я не из тех головокружительных дам, которые думают, что могут превратить мужчину в того, кем он не хочет быть. ”


“Дело не в том, что я не хочу стать лучше”, - начал я.


Она прервала меня с улыбкой. “Ты уже хороший человек, Алекс. Кстати, доктор говорит, что с тобой все будет в порядке. Он поражен тем, как быстро ты оправляешься от того, что, по его словам, было действительно серьезной раной. Он сказал, что тебе нужен покой, много листовых зеленых овощей и много безалкогольной жидкости. ” Она тихо рассмеялась. “Я сказала ему, что ты встанешь через день или два, будешь есть кальмаров, обжаренных во фритюре, и пить кофе с добавлением специй”.


Оказывается, ее оценка была недалека от истины.


Пять вечеров спустя мы с Холли сидели в кабинке "Черного Минотавра", запивая кальмары в панировке ржаными хлопьями. В тот вечер ей было что мне рассказать. Она сказала мне, что я тот, кто я есть, и именно таким я должен быть. Она сказала мне, что я хороший человек, щедрый мужчина. Что я купил ей красивые платья и туфли. Что я водил ее туда, куда она хотела пойти, и показывал мне, как она хотела проводить время. Что я всегда извинялся, когда думал, что она хочет извинений. Она сказала, что это не моя вина, что я не мог дать ей то, чего она действительно хотела от меня, что я не мог впустить ее внутрь и отдать ей то, что было в моем сердце. Жизненно важные части меня, мои самые грубые эмоции были заперты в коробке и похоронены так глубоко, как она сказала, что я не мог до них дотянуться. Единственной эмоцией, которая когда-либо вырывалась из этого запертого ящика, был гнев, и я всегда быстро загонял ее туда, откуда она взялась, всякий раз, когда она всплывала на поверхность. Она сказала мне, что подавленный гнев в моем сердце был жизненно важной частью меня, частью того, что делало меня хорошим в моей работе. Это было то, что побудило меня выступить против несправедливости, противостоять безнравственности и упрямо продолжать идти вперед, когда становилось трудно. Она не хотела отнимать это у меня. Это был тот, кем я был, и это был тот, кем я хотел быть, и это было нормально. Но, по ее словам, такому мужчине, как я, нужна в жизни стойкая, поддерживающая женщина, которая залатает своего мужчину, когда он вернется домой окровавленный, и не будет задавать слишком много вопросов, ухаживая за ним. Она не была таким человеком и никогда не могла им быть. Она была из тех леди, которые не спали всю ночь, беспокоясь обо мне, когда я отсутствовал до рассвета, и которые трещали по швам, когда я возвращался домой с пулевым ранением. Она сказала мне, что была веселой девушкой, которой нравилось наряжаться, гулять по городу и устраивать бал, и что единственное, о чем она хотела беспокоиться, так это о том, подходящая ли у нее обувь для этого случая. Она не хотела менять меня, сказала она мне, но и не хотела, чтобы я изменил ее. Она сказала, что любила меня, но сказала, что все кончено и что это был не я, а она. Я был тем, кем я был, и она не могла быть той женщиной, которая была мне нужна в моей жизни.


Сказав свою фразу, она встала и вышла из ресторана. Но прежде чем сделать это, она оплатила счет. Она настояла на этом, и, хотя это меня немного разозлило, я сдался, чтобы доказать ей, что я не упрямый. Она была милой девушкой, пикник в парке. Я дал ей все, чего, по моему мнению, она должна была хотеть, но я не мог дать ей того, в чем она на самом деле нуждалась. Она сказала мне, что это не моя вина, но она была щедрой. Правда заключалась в том, что я сделал невозможным для нее быть со мной, не став тем, кем она не хотела быть. Она бросила меня из чувства самосохранения. Это была единственная разумная игра, которая у нее была.


***


Я нашел Джио в его кабинете с Джеммой. Механик набросился прямо на меня, когда я вошел. “Что, черт возьми, случилось с твоими колпаками?”


Я стряхнула воду с зонтика и поставила его возле двери. “Кто-то их украл”.


“Черт возьми! Где ты припарковался?”


“Плэсид Пойнт”.


Джио покачал головой. “Не самое подходящее место, чтобы оставлять машину без присмотра. Особенно твою. Этот кричащий ублюдок - маяк для воров”.


“Я рассчитываю, что его размеры отпугнут панков”.


“Чертовы яйца Лорда, Алекс. Типичного наркомана потянет на это чудовище, как мотылька на пламя. На эти колпаки можно купить много конфет для носа ”.


“Я думаю, у парня, который их украл, на уме что-то другое. Он разыгрывает надо мной какую-то шутку”.


Механик поднял брови, отчего на его лысой голове пролегла рябь морщин. “А! Не обычный вор?”


“Не этот парень, нет”.


Джио вытер пот с лица жирной красной тряпкой. “Но ничего такого, с чем ты не смог бы справиться, верно?”


“Пока все хорошо”.


“Ха! Что ж, надеюсь, ты получишь эти кепки обратно. Зверомобиль без них уже не тот. Заменить их будет непросто ”.


Джемма сидела за столом своего отца и смотрела на меня. “Это какой-то фингал, мистер Саутерленд. Вы дрались?”


Я улыбнулась и дотронулась до щеки. “Что, это? Не-а, я упала с лестницы”.


“Ты был пьян?”


“Джемма!” Крикнул Джио. “Это было грубо. Извинись перед мистером Саутерлендом прямо сейчас”.


“Мне жаль, мистер Саутерленд”.


“Все в порядке, Джемма. Я заслужил это за то, что солгал тебе. На самом деле я не падал с лестницы”.


Глаза Джеммы расширились. “Так вы действительно подрались?”


Непрошеным всплыло воспоминание о том, как Модок вытаскивал ручку из своего глаза. “Тебе стоит посмотреть на другого парня”.


Лицо Джеммы стало серьезным. “Это был оборотень? Потому что я вчера прочитала о тебе. Не волнуйся, миссис Келии была со мной. Карты сказали, что вам помешает оборотень. ”


“Он не был оборотнем”, - сказала я. “Но он был своего рода оборотнем”.


Джемма кивнула. “На самом деле, миссис Келии сказала, что карта может означать многое. Но она сказала, что вам нужно остерегаться оборотня. Очень плохой. Я сказал "оборотень", потому что это была карта оборотня, но миссис Келии говорит, что вы не должны понимать карты буквально. Но иногда ты должен понимать карты буквально. Так вот почему я подумал, что ты подрался с оборотнем. ”


Я потер челюсть. “Он был сильнее оборотня. Жаль, что ее предупреждение немного запоздало ”.


“Прости. Я должен был позвонить тебе”. Выражение ее двенадцатилетнего лица было душераздирающим.


“Все в порядке”, - заверил я ее. “Все получилось хорошо”.


Джемма вздернула подбородок и сжала челюсти. “Позволь мне прочитать тебе прямо сейчас”.


“Ix-нет”, - сказал Джио. “Не без твоего учителя”.


“Но, папочка!” Джемма запротестовала. “Карты говорили, что мистер Саутерленд близок к завершению чего-то важного, но все может пойти по-другому. Миссис Келии сказала, что шторм может быть буквальным штормом, как тот, который у нас сейчас, или каким-то другим серьезным бедствием. Она повернулась ко мне. “Я вовремя не предупредил тебя об оборотне. Позволь мне убедиться, что там больше нет ничего, о чем я должен тебя предупредить”.


Джио покачал головой. “Миссис Келии говорит—”


“Я могу это сделать, папочка. И ... и карты говорят мне, что я должен”.


“Джемма ...”


Его дочь уперла руки в бока и нахмурилась. “Ты бы позволила мне сделать это, если бы я была мальчиком! Ты позволяешь Антонио делать все, что он хочет”.


Джио открыл рот, чтобы заговорить, но передумал, что он собирается сказать.


Джемма посмотрела на своего отца с выражением, которое маленькие девочки использовали в отношении своих отцов с незапамятных времен. “Пожалуйста, папочка? Пожалуйста?”


Глаза Джио сузились. “В ту минуту, когда ты почувствуешь какую-либо беду ....”


“Спасибо, папочка!” Джемма начала тасовать карты.


***


Было уже далеко за закатом, когда я наконец добрался до пирса Плэсид Пойнт. Я задержался у себя дома достаточно надолго, чтобы съесть пару сэндвичей с арахисовым маслом и бананом и запить их половиной кофейника кофе. После этого мне нужно было уладить пару дел перед встречей с Ральфом. Шторм затруднил поездку к пирсу. Все меньше водителей были готовы рисковать из-за непогоды, но те, кто это делал, были осторожны, то есть ехали медленно. Все большее число улиц теперь были перекрыты из-за наводнения. В довершение всего в некоторых частях города отключилось электричество, что означало прекращение работы сигнальных огней на нескольких оживленных перекрестках. Я слушал сводки о дорожном движении по радио и пытался избежать худших из проблем, но слишком часто избегать одной означало сталкиваться с другими. Я пытался расслабиться и плыть по течению, то есть всякий раз, когда находил течение.


Ральф ждал меня на парковке у пирса, его коренастое тело примостилось на мягком сиденье потрепанного фургона, который привез его в Йерба-Сити из провинции Лакота прошлым летом. Фургон был направлен в сторону въезда на стоянку. Я притормозила рядом с ним, лицом к океану, окна со стороны водителя были в нескольких футах друг от друга.


Каждый из нас опустил окна. “Ты не хочешь прогуляться до конца пирса?” Я спросил его.


Ральф уставился на меня через окно из-под своего пальто с капюшоном. “Ты издеваешься надо мной? Эти волны смоют это в море!”


Я посмотрел на пирс и увидел, как накатывающая волна разбивается о него, высоко поднимая брызги в воздух и заливая дорожку океанской водой. “Прекрасно”, - сказал я. “Мы можем поговорить здесь”.


“Что у тебя есть на десятидюймовку?” Спросил Ральф.


“Я видел его вчера утром. Или, скорее, я видел его призрак”.


Глаза Ральфа расширились. “О чем ты говоришь? Он мертв?”


“Я не уверен. Вероятно, нет. Я видел его хау. Его духовную форму или что-то в этом роде. Моя рука прошла прямо сквозь него, но он мог заставлять предметы в комнате двигаться. ”


“Что, например, заставлять двери открываться и закрываться?”


“И вонзает кухонные ножи в чью-то спину”.


“Он это сделал?”


Я кивнул. “Он искал того, кто напал на него, и пытал его. Каноа была убеждена, что у него глаз Тауфа'тахи, и скрывала это от нее, поэтому она подставила его. Пошла с ним в его квартиру и накачала его наркотиками или избила. Возможно, и тем, и другим. Затем кто-то вошел и попытался заставить его отдать Глаз. Я думаю, ему было очень больно, но Мауи-Кисикиси спас его прежде, чем его смогли убить. Он не знал, что случилось с Каноа, пока я ему не рассказала, но, похоже, тот, кто пытал Десятидюймового, также изнасиловал и убил Каноа. Тен-Инч подумал, что это мог быть его начальник штаба, парень по имени Доман. Вот кому всадили ножи в спину. Доман воспользовался отсутствием Тин-Инча, чтобы пробиться на вершину "Нортсайдеров". Затем он собирался продать банду Хэтфилдам. Десятидюймовому это не понравилось, но он говорит, что Доман не тот, кто набросился на него. ”


Ральф воспринял все это и закурил одну из своих сигар. “Но ты думаешь, Десятидюймовый все еще жив? Физически, я имею в виду?”


“Я думаю, да. Кисикиси где-то прячет его, вероятно, не на этой земле. И единственное, что Ten-Inch знает о "Глазу Тауфа'тахи ", это то, что Каноа думал, что он у него, и был готов переспать с ним, чтобы найти его. ”


Ральф вздохнул. “Итак, вы хотите сказать, что у меня нет причин убивать его”.


“Это то, что я тебе говорю”.


“Ты бы не стал мне лгать, не так ли?”


Я уставилась на него и не потрудилась ответить.


Ральф глубже закутался в капюшон и думал об этом, пока я слушала, как дождь барабанит по крыше зверомобиля. Наконец, он щелкнул сигарой в ночь и увидел, как искры оседают на асфальт. “Ладно, хорошая работа. Даже если Десятидюймовый жив, ЛИА больше не проявляет к нему интереса. Дайте мне знать, сколько я вам должен, и я пришлю курьера в ваш офис с деньгами. ”


“Подожди”, - сказал я. “Мне нужно поговорить с тобой еще кое о чем”.


“Да? Давай побыстрее. Дома меня ждет теплый огонь и большая миска йонака”.


“Мне нужно поговорить с эльфом”.


“Так поговори с ним”.


“У меня нет никакой возможности связаться с ним. Ты это знаешь”.


“Это твоя проблема”.


“Давай, Ральф. Мне нужно, чтобы ты ему кое-что дал. Он этого захочет”.


Ральф бросил на меня взгляд. “Ты пробовала отправить ему сообщение через "Тандерберд”?"


“Э-э-э. Слишком много ударов и промахов. Я никогда не знаю, сработает это или нет, и это важно ”.


Ральф вздохнул. “Что заставляет тебя думать, что у меня прямая линия с эльфом?”


“Я знаю, что хочешь ". Я не знаю, почему он предпочел поговорить с тобой, а не со мной, но я знаю, что так оно и есть ”.


Короткий смешок, похожий на лай морского льва, донесся из капюшона Ральфа. “Хорошо, хорошо. Я передам сообщение эльфу. Однако я не могу гарантировать, что он заговорит с вами. Это зависит от него. ”


Я откинулся на спинку сиденья и стал смотреть, как волны накатывают на пирс. Если бы прилив поднялся еще выше, волны хлынули бы на парковку. Я повернулся к Ральфу, который ждал меня. “Почему эльф охотнее разговаривает с тобой, чем со мной? Это не может быть из-за твоего жизнерадостного характера. Разве я давала ему какие-либо основания не доверять мне?”


Ральф стянул с головы капюшон и почесал челюсть. “Может быть, он знает меня дольше. Может быть, это потому, что я не так сильно хочу помочь ему, как ты. Может быть, это потому, что ты человек, а я нирумби. ”


“Что он имеет против людей?”


Ральф ногтем вытащил из зубов кусочек недокуренного лаврового листа. “Эльфы - это силы природы, Саутерленд. Мы, нирумби, тоже естественная часть этого мира. Он искоса взглянул на меня. “Вы, люди, не так близки к природе, как мы ”.


Я был настроен скептически. “Вы хотите сказать, что люди противоестественны?”


Ральф уставился на дождь, стекающий по его лобовому стеклу. “Не совсем. Я имею в виду, что люди были созданы естественными энергиями этой планеты, такими же, как и мы. Но вы, люди, отделили себя от природы. Я думаю, что старина Кетц и другие порожденные Адом Повелители Драконов приложили к этому немало усилий. Под их правлением подданные-люди повернулись спиной к природе. ” Он высунулся в окно и указал на огни города. “Посмотрите на места, которые вы построили для себя. Ты когда-нибудь задумывался о том, насколько, блядь, неестественны города? Он помолчал в раздумье еще несколько секунд, прежде чем продолжить. “Согласно историям, которые рассказывают мои соплеменники, нирумби были своего рода якорем для человеческих племен, живущих в горах Бахпууо, до того, как появился лорд Кетц и забрал все себе. Мы напомнили людям, откуда они пришли. Но связи между нирумби и человеческими племенами распались после появления Кетца, и вы, люди, потеряли свою естественную связь с этим миром. Вот почему у вас с эльфом так много проблем с общением. Он - земная природная сила, а ты городской парень ”. Он ухмыльнулся мне. “Вот почему он предпочел поговорить со мной. Потому что, как и он, я гребаная сила природы.”


Я покачал головой. “Если ты так говоришь”.


Ральф усмехнулся. “Кроме того ...” Его ухмылка стала шире. “Не думаю, что он считает тебя такой уж умной”.


Я искоса взглянула на Ральфа. “Хм. Что ж, возможно, он прав насчет этого. Если бы у меня была хоть капля настоящих мозгов, я бы сейчас сидел в баре и пил ”стрелялки", а не сидел в своей машине морозной дождливой ночью, слушая, как ты треплешься о природе. "


Ральф рассмеялся и натянул капюшон обратно на голову. “Да, что ж, в этом ты прав. Передай мне свое сообщение, и я позабочусь, чтобы эльф его получил”.


Я достал из кармана флешку и протянул ее Ральфу. “Это для него”.


Ральф взглянул на диск, не взяв его. “Что на нем?”


“Это формула для овеществления агента Альфа. Передайте ему это с моими наилучшими пожеланиями ”.


OceanofPDF.com

Глава двадцать девятая


Ральф выхватил флешку у меня из рук. “Ты сукин сын. Ты сказал мне, что не делал копии”.


“Я этого не делал. Это сделал кто-то другой”.


Ральф усмехнулся. “Не говори мне. Витает в облаках, верно?”


Когда я ничего не сказала, он продолжил. “Я так и думал. Я пытался установить на ее место несколько жучков, чтобы выяснить наверняка, но ее охрана надежна”.


“Команда ЛИА держит ее под наблюдением. Это одна из ваших?”


Ральф покачал головой. “Нет, но я знаю об этом. Они зря тратят время. Дух Облака пристально следит за твоей девушкой. Агентство не могло попасть туда, не привлекая к себе ни хрена внимания. Это не стоит затраченных усилий. ”


“Я заметил элементаля воздуха, которого они использовали, чтобы следить за прогулками”.


Ральф наклонил голову, и я увидела, как сморщился его курносый нос. “Элементаль воздуха? Не-а, эти джо ничего подобного не используют. Один из них потихоньку докладывает мне. Он бы сказал мне, если бы они использовали элементаля. ”


“Я видел это. Крошечное, не больше дождевой капли”.


Ральф пожал плечами. “Ну, это была не одна из наших. Может быть, она просто забрела в магазин сама по себе”.


“Она вылетела за дверь, когда я ее заметил”.


“Может быть, ты спугнул его своей уродливой рожей”.


“Я приказал этому остановиться, но оно не остановилось”.


“Может быть, ты не так хорош, как тебе кажется”.


Я начал спорить, но остановился. Был ли прав Ральф? Элементаль просто зашел в магазин? Дух Облака не остановил его. Было ли это потому, что она была слишком маленькой и незначительной, чтобы дух мог ее обнаружить, или потому, что маленький элементаль не представлял угрозы? Я вспомнил, как был поражен, когда обнаружил крошечного воздушного духа, парящего над рабочим столом Walks in Cloud . Я искал угрозу безопасности. Возможно, все, что я видел, было невинной полуразумной каплей воздуха.


Я на это не купился. “Знаете ли вы кого-нибудь, кто способен воспринимать сенсорную информацию непосредственно через элементаля? Видеть и слышать то, что видит и слышит он?”


“Конечно”, - сказал Ральф. “Эльф может это сделать”.


“Неужели?”


“Все эльфы могут это делать. Это то, с чем они рождаются”.


“Я этого не знал”.


Ральф хмыкнул. “Неудивительно. Ты не настолько умен”.


“Можете ли вы назвать какую-либо причину, по которой эльф мог шпионить за "Прогулками по облакам”?"


“Кто знает? Эльф рассказывает мне не все. Просто больше, чем он рассказывает тебе. Но где-то там есть и другие эльфы ”.


Я кивнул. “Ты не знаешь, кто-нибудь еще может это сделать?”


“Людей нет”, - сказал Ральф.


“А как насчет нелюдей?”


“Что ж ....” Ральф нахмурился. “А вот и Повелители драконов”.


Это заставило меня похолодеть. Огненные яйца Господа. Мысль о том, что сам старина Кетц может иметь прямой интерес к "Прогулкам по облакам"…. Я не мог смириться с этим. Несмотря на его неопровержимое существование в мире, в котором я просыпался каждое утро, мне было трудно воспринимать лорда Кец-Алквата как нечто большее, чем отдаленную, даже трансцендентную реальность. Мысль о том, что он может напрямую вмешаться в мою жизнь или в жизнь кого-то, с кем я была близка, выбивала из колеи.


Я взглянула на Ральфа, который изучал флешку, которую я ему дала, как будто это была шахматная фигура, волшебным образом вернувшаяся на доску в середине игры. Я прервал его интриги и вернул его внимание к таинственному элементалу. “Зачем эльфу - или Повелителю Драконов — подбрасывать элементаля в магазин "Прогулки в облаке"? Что они надеялись найти?”


“Хм?” Ральф поднял глаза. “Я не знаю. Но что заставляет тебя думать, что элементаль шпионил за "Странствующими по облакам”?"


“А?”


“Я сомневаюсь, что элементаль воздуха мог скрываться от Духа Облака сколь угодно долго, каким бы маленьким он ни был. Более вероятно, что он следил за вами и вошел в магазин одновременно с вами ”.


“Подожди. Ты думаешь, кто-то использовал элементаля, чтобы следить за мной?”


Ральф пожал плечами. “Почему бы и нет? Знаешь, ты довольно сомнительный персонаж. Ты уже довольно давно суешь свой нос туда, где ему не место, и знаешь много такого, чего знать не следует. ”


Я открыла рот, чтобы ответить, но обнаружила, что мне нечего сказать. Я почувствовала покалывание в затылке, как будто большие темные фигуры подкрадывались ко мне сзади. Дикие мысли ворвались в мой мозг, и я чуть было не повернула голову, чтобы посмотреть, но сумела сдержаться, когда поняла, насколько маловероятно, что Невозмутимый коп Пойнт, или агент LIA, или эльф, или сам лорд Кетц будут сидеть на заднем сиденье зверомобиля и ждать подходящего момента для нападения. На мгновение я вздрогнул и медленно покачал головой. Сумасшедший, чувак, сумасшедший.


Я услышал, как Ральф что-то сказал. “Извините, еще раз, что это было?”


“Я спросил, зачем ты даешь мне эту флешку?”


Я заставил себя вернуться к своим нынешним обстоятельствам. “Я не отдам это тебе. Я отдаю это эльфу”.


“Не будь умником. Почему ты отдаешь это эльфу?”


Я выдыхаю. “Уокс думает, что я скрывал это только из упрямства. Никто не просил меня об этом так, чтобы это меня устраивало. Возможно, она права. Когда она спросила меня, почему я цепляюсь за это, я не смог дать ей вразумительного ответа, за исключением того, что думал, что придерживаюсь LIA. ”


Ральф отрывисто рассмеялся. “Не самая худшая причина”.


“Уокс хотела показать это миру. Она думает, что, возможно, это может вылечить паралич ”.


Глаза Ральфа расширились. “Скажи ей, чтобы она этого не делала. Что-то подобное может спровоцировать Повелителей Драконов на всемирную войну из-за источников энергии, достаточно больших, чтобы активировать ее ”.


“Ну, я не знаю об этом. Но я не хочу, чтобы это попало к Повелителям Драконов ”.


Ральф удивленно отстранился от меня. “Что это? Это тот аполитичный Александр Саутерленд, о котором я слышал? Когда ты успел стать таким радикалом с дикими глазами?”


“Это не так”, - настаивал я. “Я просто не уверен, что Повелители Драконов наилучшим образом использовали бы что-то вроде RAA. Я не хочу видеть, как они превращают это в оружие”.


На лице Ральфа появилась улыбка. “Прекрасно. Будь по-твоему”.


Тема разговора вызывала у меня дискомфорт, и я решил сменить ее. “Эй, я хочу спросить тебя кое о чем, Ральф. ВМС вводят устройства слежения в адаро, когда делают им татуировки? ”


Ральф склонил голову набок. “Официально? Нет. Военно-морской флот не снабжает "нимф адаро" устройствами слежения, привязанными к их регистрационным номерам. Эти устройства не посылают предупреждения военно-морским трекерам всякий раз, когда они входят в воду, что позволяет военно-морскому флоту посылать поисково-уничтожающие суда для перехвата адаро и казни их на месте, если они откажутся сотрудничать, вернувшись с ними на сушу. Правительства Семи королевств не верят, что эти устройства являются лучшей альтернативой, чем возведение стен вокруг поселений, чтобы нимфы не сбежали в океан. Это ответ на ваш вопрос? Хорошо. Никогда не спрашивай об этом снова, особенно в присутствии агента LIA, который на самом деле не является двойным агентом, работающим на эльфа, пытающегося свергнуть правительство. ”


Я кивнул и сел, когда заметил фигуру, выступающую из поднимающихся волн.


Ральф заметил мою реакцию. “Что это?” Он высунулся из окна и посмотрел через плечо. “Это ...?”


“Да. Это Кракен”.


Большой адаро помахал нам рукой и вприпрыжку побежал под дождем в нашу сторону.


“Привет, ребята”, - позвал Кракен, когда он приблизился. “Что трясет?”


“Кракен”, - признала я. “Я рада тебя видеть. Хочешь пойти со мной в поселение?”


Ральф бросил на меня вопросительный взгляд.


“Возможно”, - сказал Кракен. “Почему?”


“Я хочу познакомить вас с парнем, который изнасиловал и убил Каноа”.


Кракен нахмурился, и у Ральфа отвисла челюсть.


“Вы знаете, кто убил нимфу?” Спросил Ральф, когда его челюсть восстановилась. “Кто это сделал?”


“Полицейский по имени Модок. Он изнасиловал и убил ее после того, как выбил дерьмо из Десятидюймовки. И сегодня вечером мы пригвоздим его задницу к стене ”.


***


Кракену было трудно поверить, что Каноа мог создать Ten-Inch, настаивая на том, что квуурлплап никогда бы не повел себя недостойно. Я простил его, потому что он был молод, но парню еще многому предстояло научиться. Его возражения были похоронены его яростью после того, как я дошел до той части истории, где Модок напал на жрицу адаро.


“Почему ты думаешь, что это был Модок?” Ральф спросил меня.


“Впервые я подумал о нем из-за шрамов на его лице”, - сказал я. “Когда я впервые увидел их, я подумал, что они остались от какой-то давней встречи. Они почти зажили, а прошло всего пару дней с тех пор, как Каноа подвергся нападению и был убит. Но когда я снова увидел Модока два дня спустя, шрамов уже не было. Как будто их никогда и не было. Я поняла, что у него такие же способности к исцелению, как у меня, но лучше. Это означает, что шрамы, которые я видела, были не от старой драки, а от недавней. Я подумала, не получил ли он их от Каноа. ”


Ральф сунул в рот еще одну сигару, и я подождала, пока он прикурит, прежде чем продолжить. После того, как он выпустил струйку дыма и кивнул мне, я продолжила. “Затем я услышал от его капитана, капитана Флинтука, что Модок был растением Хэтфилда. Хэтфилды пытались привлечь к своей службе банды Плэсид-Пойнт, но "Тен-Инч" не шел на поводу. В то же время Каноа был разочарован ”Десятидюймовым", потому что он не хотел отдавать "Глаз Тауфа'тахи". "


“Которого у него не было”, - отметил Ральф.


“Верно. Но Каноа была убеждена, что он это сделал, потому что знала, что его выбрала Кисикиси. И Каноа знала, что Кисикиси изначально украл Глаз и отправил его кому-то в Йерба-Сити. Каноа сложила два и два. К сожалению, она получила неправильный ответ. ”


Кракен выглядел смущенным. “Уже четыре, не так ли?”


Мы с Ральфом оба несколько мгновений смотрели на него, прежде чем я продолжил. “Итак, Каноа решила попросить кого-нибудь помочь ей получить глаз от Десятидюймовки. Я не знаю, как она и Модок сошлись, но он был более чем счастлив помочь Каноа привлечь к себе внимание, одновременно устраняя серьезное препятствие на пути плана синдиката Хэтфилда по установлению контроля над уличными бандами. ”


Лицо Кракена просветлело. “Десятидюймовый". Хэтфилдам пришлось избавиться от Десятидюймового, потому что он не позволил им захватить ”Северян".


Ральф посмотрел на меня и кивнул, его глаза заблестели. “Парень понимает”.


Я продолжал. “Но Десятидюймовый промолчал, и прежде чем Модок смог его прикончить, Кисикиси куда-то его увел”.


Кракен понимающе кивнул. “Вероятно, в Колоа”.


Я удивленно посмотрела на него. “Колоа?”


“Это остров, который существует в этом мире лишь частично. Там он живет”.


Мне понравилось. Когда дело дошло до могущественных духов Южных морей, парнишка был гораздо более глубокомысленным, чем я.


“Модок был разочарован”, - продолжила я. “Каноа, вероятно, тоже. Может быть, они поссорились, я не знаю. Возможно, Модок просто слишком долго находился в непосредственной близости от женщины из адаро. Это была эмоциональная ситуация. В любом случае, Модок - жестокий засранец, плохо контролирующий свои порывы даже в лучшие времена. Он нападает и насилует Каноа. Мы все знаем, что женщина адаро может защитить себя. И она это сделала. Она оставила шрам на лице Модока. Но я узнал, что Модок уже насиловал адаро раньше. ”


Вмешался Ральф. “Когда это было?”


“Пару лет назад. Она была маленькой, ребенком. Не такой сильной, как Каноа. Но это говорит нам, что это за человек и на что он способен ”.


Кракен в ярости издавал резкие гортанные лающие звуки, которые разносились в ночи. Стая пеликанов, пробудившись ото сна, поднялась в воздух и улетела от нас.


“И еще кое-что”, - сказала я, вглядываясь в лицо Ральфа под капюшоном. “Модок - перевертыш”.


Ральф выпустил струйку дыма. “Черт”. Он уставился на меня в ответ. “Какого рода?”


“Пума”.


“Пума? Ты имеешь в виду, как ...” Ральф знал о моем духовном наставнике, так же как я знал, что его духовным наставником был Барсук. “Черт возьми”, - заключил он.


Кракен согласился пойти со мной в поселение. Он никогда не слышал о перевертышах, но однажды дрался с троллем, так что ему было все равно.


Ральф пожелал нам удачи. “Мне нужно разобраться с другим делом”, - сказал он мне, пряча флешку, которую я ему дала, под пальто. “Не стоит недооценивать этого перевертыша. Эти твари крепче старых сапог, и их почти невозможно убить. У вас двоих вместе не будет ни единого шанса, если вы не сможете содрать с него кожу ”.


Я моргнула. “Что сказать?”


“Он не настоящий оборотень”, - объяснил Ральф. “Его сила в том, что он носит шкуру, снятую с пумы, которую он выследил и убил в качестве жертвы духу темной природы. В данном случае это шкура пумы. Шкура становится его частью, поэтому вы не можете просто схватить ее и сдернуть. Сначала вам нужно каким-то образом отделить шкуру от него. Это может сделать шаман или знахарь, если вы случайно знаете такого. Вы можете связаться с мадам Куапа? ”


Я вздохнул. “Думаю, я мог бы попробовать. Но она не совсем в моем распоряжении. Кроме того, она уже дала мне кое-что, и я не горю желанием требовать от нее большего. Честно говоря, я боюсь ее гораздо больше, чем перевертыша. Но я позвоню Коди. Как насчет тебя? В твоем распоряжении есть какие-нибудь знахари?”


“Не в этих краях”.


“Это очень плохо”.


Ральф бросил на меня обеспокоенный взгляд. “У тебя есть план?”


Я кивнул в сторону Кракена, который что-то бормотал себе под нос. “Я подумал, что натравлю на него мальчишку”.


Выражение лица Ральфа не изменилось.


“У меня был пистолет, но пара детективов из Плейсид-Пойнт отобрали его у меня”.


Ральф медленно покачал головой. “Было приятно познакомиться с вами. По крайней мере, мне не придется платить вам за то, что вы нашли Десятидюймовку”.


***


После того, как Ральф уехал, я сказала Кракену, что заберу его через час. Прежде чем выехать со стоянки, я позвонила в резиденцию мадам Куапа. Коди, конечно, ответил. Мадам Куапа была печально известна тем, что избегала телефонов, что не имело никакого отношения к ее занятиям колдовством, а скорее к ее нежеланию общаться с людьми, если только это не было на ее собственных строгих условиях, что обычно означало "лицом к лицу".


“Коди. Это Алекс”. Мне пришлось кричать, чтобы меня услышали сквозь стук дождя по крыше зверомобиля.


“Сэр! Надеюсь, все идет хорошо? Вы выпили зелье?”


“Прошлой ночью. Мне приснилось несколько странных снов. Боюсь, что большую часть из них я, возможно, выблевал сегодня утром ”.


“Не беспокойтесь, сэр. Этого следовало ожидать. Одна из трав в зелье была сильным рвотным средством. Ваш организм необходимо было очистить от определенных примесей, чтобы максимально повысить эффективность зелья. Эта ваша диета. Вам действительно следует подумать о более здоровом питании. ”


Я поднес руку ко лбу и ущипнул себя за переносицу. “Понятно. Ты думаешь, что, возможно, хотел предупредить меня об этом?”


“О, в этом не было необходимости, сэр. Я не хотел вас беспокоить”.


“Отлично”.


“Без проблем. Просто думаю о вас, сэр”.


По крайней мере, у него хватило такта не рассмеяться вслух, но я все равно уловила нотку ухмылки в его голосе. При всей его преданности своей роли правой руки самой могущественной ведьмы в западной Толанике, если не во всем королевстве, Коди обладал свободным и иногда раздражающе беззаботным характером, который часто противоречил тяжести его обязанностей.


“Коди? Мы не увидим повторения этого опыта, не так ли? Рвотное средство сделало свое дело?”


“Да, сэр. Все неприятности, которые вы испытаете с этого момента, будут полностью вашими собственными ”.


“Приятно слышать. Мадам может подойти к телефону?”


“Боюсь, что нет, сэр. Ей нездоровится”.


“Понятно. Когда она будет свободна?”


“Если повезет, через два дня. Она вовлечена в довольно напряженные переговоры с отвратительным духом, которого я бы не хотел называть вслух из-за ... мм ... последствий такой оговорки. Могу я быть чем-то полезен, сэр?”


“Я надеюсь на это. Что ты знаешь о перевертышах?”


“Достаточно, чтобы избегать их любой ценой, сэр”.


“Этот корабль отчалил”. Я вздохнул. “Очень вероятно, что сегодня я столкнусь с одной из них лицом к лицу”.


“Мне жаль это слышать, сэр. Ненавижу приносить плохие вести, но вам, скорее всего, пиздец ”.


“Спасибо за вотум доверия”.


“Извините, сэр. Просто они довольно смертоносны, очень агрессивны, и их почти невозможно убить ”.


“Почти невозможно?”


“Ну да. Убить можно все. Но перевертыша чрезвычайно трудно убить. Особенно в наши дни ”.


Я застонала. “Я смогла ранить его, но он быстро исцеляется”.


“Да. Так все и началось. С исцеления. В старые времена некоторые представители племен хотели стать целителями. Похвальная цель. Но эти люди были гордыми и амбициозными. Они хотели использовать методы исцеления, которые были запрещены традициями их племени.”


“Какие методы?”


“Темные". Методы, которые включали кровавые жертвоприношения опасным духам. В своем высокомерии эти потенциальные целители заключали тайные сделки с этими духами и получали целительную силу, большую, чем у более традиционных племенных целителей. Они были изгнаны из своих племен. В дикой местности они слились с духами животных, которых выследили и убили, чтобы стать сильнее. По мере того, как они набирали силу, многие из них забыли о своих первоначальных благожелательных намерениях и начали служить самим себе, а не своему племени. Они стали смертоносными созданиями ночи. ”


“Тайные сделки с опасными духами в обмен на великую силу? Звучит знакомо”.


Коди немного помолчал, прежде чем ответить. “Точка зрения принята. Мадам прекрасно осознает, что ей приходится балансировать во время большей части своей работы. Требуется уникальная личность и непреодолимая сила воли, чтобы повелевать духами, с которыми ей приходится иметь дело, и сдерживать саму себя, чтобы избежать соблазнов власти, которой она обладает. Она была бы очень злым созданием, если бы когда-нибудь поддалась этим искушениям. Отчасти поэтому она нанимает меня ”.


“Вы оба пугаете меня до смерти, вы знаете”.


“Сэр! Когда это я давал вам повод опасаться меня?”


“Конечно. Мы просто забудем о том, как твой домашний кот-переросток напал на меня сзади, а затем посадил себе на спину, чтобы он мог прокатить меня по городскому пейзажу в центре города ”.


“Волнующе, не правда ли? Мистер Вискерс всегда доступен, если вы захотите попробовать еще раз”.


“Неважно. Послушай, Коди. Мне нужно знать, как остановить одного из этих перевертышей. Ты говоришь, это возможно?”


“Я верю в то, что я сказал, сэр, что это почти imвозможно. Раньше было проще. Нож или пуля, покрытые порошком из коры белого ясеня, могут ослабить их настолько, что с них снимут кожу. Но со временем перевертыши усовершенствовали свое колдовство. Теперь требуется немного больше. Дух какого животного слился с этим перевертышем, о котором идет речь? ”


“Пума”.


Коди на мгновение замолчал. “Ты сказал, пума?”


“Да”.


“Разве ты не ...?”


“Да. Кугуар - мое духовное животное. Когда-то он тоже был духовным животным этого перевертыша, но они поссорились ”.


“Что ж, сэр, возможно, вам повезло. Помните, я говорил, что требуется нечто большее, чем порошок белого пепла, чтобы ослабить перевертыша?" Второй ингредиент - высушенная моча животного, которое ассоциируется с перевертышем. В данном случае пумы. ”


“Итак, все, что мне нужно, - это порошок из коры ясеня и немного мочи пумы?”


“Белый ясень”, - поправил меня Коди. “Ты можешь найти его в любой приличной лавке травника”.


“А кошачья моча?”


“Моча пумы, сэр. Сушеная моча пумы”.


“Значит, все, что мне нужно сделать, это загнать заблудившуюся пуму?”


“Нет, сэр. Кугуар - ваше духовное животное. Это оказало влияние на большую часть химии вашего собственного тела ”.


“Подожди! Ты что говоришь?”


“Да, сэр. Достаточное количество вашей собственной мочи должно сработать. Пара кружек пива помогут набрать достаточное количество ”.


Я был на полпути к дому, но Коди поднял еще несколько проблем, особенно касающихся методов инъекции. Казалось, что технология перевертышей улучшилась со временем, и ни ножи, ни пули не могли пробить перевертыша, должным образом защищенного шкурой его духовного животного. Единственная причина, по которой Задира смог воткнуть ручку Модоку в глаз, заключалась в том, что на нем в то время не было шкуры пумы. Но Коди заверил меня, что если бы я мог раздобыть немного легкодоступного порошка белой золы и прокипятить достаточно своей мочи, чтобы остался приятный осадок, богатый минералами, я был бы на пути к приготовлению зелья, которое могло бы причинить Модоку серьезные неудобства, если бы я нашел способ убедить его проглотить его. Для меня это звучало неуверенно, но это было начало.


Я нашел порошок белого пепла в магазине в деловом районе Плэсид Пойнт, недалеко от того места, где Кроуфорд продавал свои украшения и новинки. Мне было интересно, как поживает этот чудаковатый маленький лопух, где бы он ни был, и увижу ли я его снова. Я надеялась на это. Я скучала по тому, что мы делились чизболлами и виски. Я даже скучал по его нелепым фетровым шляпам.


Женщина, которая управляла магазином травников, разрешила мне пописать в чашку у себя в туалете. Она даже вскипятила ее для меня и смешала остаток с порошком золы и небольшим количеством физиологического раствора. Она казалась умной леди, достаточно сообразительной, чтобы понять, для чего мне нужна эта смесь. Она сказала мне, что у меня достаточно средств, чтобы остановить атакующего быка, или что бы я там ни искал, при условии, что я найду способ ввести это в кровоток твари. Я сказал ей, что у меня есть план на этот счет. Она покачала головой, заставила меня заплатить наличными и пожелала удачи.


OceanofPDF.com

Глава тридцатая


На обратном пути к пирсу внедорожник передо мной внезапно вильнул влево и резко остановился поперек двух полос движения посреди перекрестка. Я нажимаю на тормоза как раз вовремя, чтобы увидеть, как стена грязи скользит по поперечной улице и дальше через перекресток, сметая внедорожник и толкая его по дороге. Неровная вспышка ослепительного света озарила ночное небо над океаном. Четырьмя секундами позже раздался раскат грома, что означало, что взрыв молнии расколол небо менее чем в миле от нас. Дождь продолжал заливать улицы, а ветер, дувший со стороны Южного Нихонеса, превратился в устойчивый шторм. Я и раньше видел штормы, но ничего подобного этому не случалось с тех пор, как я там жил. Ночное небо озаряли далекие молнии. Ничто в этом шторме не казалось естественным.


Почти через два часа после того, как я покинул Kraken, я вернулся на парковку, чтобы забрать его. Я припарковала машину как можно ближе к пляжу, и мне пришлось подождать всего пару минут, пока он не вынырнет из волн. Я удивилась, как он узнал, что я там. Я знал, что у него есть способность общаться с морскими существами. Возможно, он оставил песчаного краба, чтобы тот предупредил его в ту минуту, когда я появлюсь.


“Ты опоздал, придурок”, - сообщил мне Кракен после того, как скользнул своим мокрым обнаженным телом на пассажирское сиденье.


“Шторм перекрыл улицы”, - объяснил я.


Он покачал головой. “Я не знаю, что это значит. Твоя машина крутая, но то, как ты ею пользуешься, глупо. У вас слишком много дурацких правил, вроде того, которое гласит, что вы должны стоять позади других машин в ряду. Вы должны иметь возможность объезжать их, а не за ними. Кроме того, ваша машина большая. Вам должно быть позволено убирать с дороги машины поменьше. ”


“Я поговорю об этом с мэром. Послушай меня, Кракен. Этот шторм превращается в катастрофу, и единственное, на что ты можешь рассчитывать во время катастрофы, - это значительный рост уличной преступности, особенно с наступлением темноты. Животные собираются выйти и начать мародерствовать, и копы не сильно отстанут. В поселении будет до хрена МАс—морских копов, — и они будут счастливы попытаться поймать или застрелить любого адаро бакса, который им случайно попадется. Это означает, что вам нужно держаться подальше от посторонних глаз. Держите окна закрытыми. Они затемнены, и вас никто не увидит. Когда мы доберемся туда, куда направляемся, зайди внутрь и оставайся внутри, пока мы не уйдем. Понял?”


Кракен кивнул. “Понял. Мы идем в "Капающее ведро”?"


“Нет. Мы собираемся увидеть нескольких адаро, которые называют себя дочерьми Тауфа'тахи. Там будут Таити. Также, возможно, некоторые члены картеля Клеймор ”.


Глаза Кракена загорелись. “Мы собираемся сражаться с ними?”


“Я так не думаю. Надеюсь, что нет. Но после того, как мы доберемся туда, если все пойдет по плану, мы встретимся с детективом Модоком. Ты помнишь его?”


Глаза Кракена сузились, и его рука опустилась на шрам на животе. “Он выстрелил в меня! И он ранил Каноа!”


“Это верно”.


Глаза адаро впились в мою голову. “Мы собираемся драться с ним?”


Я повернулась, чтобы встретиться с ним взглядом. “Мы уверены”.


Кракен улыбнулся. “Хорошо! Поехали”.


***


Удивительно, но мы въехали в поселок без происшествий. Шторм убедил людей провести эту субботнюю ночь подальше от дорог, и движение было небольшим. Поселение находилось всего в миле или около того от пирса, и, к счастью, по пути я не столкнулся ни с какими оползнями.


Внутри поселения мы проехали на несколько миль в час, но я держал скорость значительно ниже предельной, а Кракен оставался за тонированными стеклами. Я добрался до зала собраний, где около двух дюжин адаро - вдвое больше, чем я видел ранее — небольшими группами стояли снаружи во время шторма, болтая друг с другом на ветру и дожде, как люди на летнем барбекю. Я видел, как Пайпер разговаривала с тремя адаро, которые кивали в ответ на все, что она им говорила. Покрытые перьями жабры по обе стороны шей адаро, обнаженные после того, как они побрили головы, служили напоминанием о том, что эти молодые женщины не были людьми. Однако это не уменьшило их привлекательности. Я пытался игнорировать тот факт, что на них почти ничего не было надето и что падающий дождь творил чудесные вещи с тем немногим, что их прикрывало. Убедившись, что на побережье нет копов и других представителей власти, я достал телефон и позвонил Флинтуку.


“Мы здесь и на месте”, - сказал я ему, когда он ответил.


“Подтверждаю”, - ответил он. “Модок здесь, как вы и хотели. Я объявил ‘всем выйти на палубу’ из-за шторма. Должен вам сказать, он в отвратительном настроении. ”


“Хорошо. Я тоже. Скажи ему, что МАС заметили Десятидюймовку в зале собраний "Дочери Тауфа'тахи", о котором я тебе рассказывал раньше. Скажи ему, что я тоже там. Это должно его мотивировать. ”


“Да .... Ты уверен насчет этого?”


“Я уверен. А как насчет тебя? Ты готов довести дело до конца? Еще не поздно отступить ”.


“Ты шутишь? Я с нетерпением жду этого. Самое время нам здесь все встряхнуть”.


“Рад это слышать. А как насчет Симса? Он тоже там?”


“Ага. Мне придется отправить его с Модоком. Они партнеры, и было бы неправильно, если бы я попытался отправить одного без другого ”.


“Понятно. Спасибо, капитан”.


“Я очень надеюсь, что ты знаешь, что делаешь”.


“Ты и я оба”. Мы попрощались и пожелали удачи, и я отключил звонок.


Мы с Кракеном направились прямиком ко входу, и нимфы адаро с голубыми глазами и гладкой бронзовой кожей, практически светящейся в темноте, последовали за нами внутрь. Когда мы входили в дверь, за нами тянулись лужи воды. Таити заметил нас с другого конца коридора и лучезарно улыбнулся. Солнечное Трио было с ней, наблюдая за Кракеном и мной, когда мы приближались. Глаза Сэнди расширились, а лицо побледнело при виде Кракена, и она, казалось, была близка к обмороку. Двое бандитов из картеля Клеймор стояли немного в стороне от Таити с угрюмыми выражениями лиц и руками, сложенными на груди. На полу позади них, скрестив ноги, сидел третий преступник Картеля рядом с распростертым телом Ягуара, который лежал с закрытыми глазами на наматраснике, плотно завернувшись в тонкое одеяло. У меня немного отлегло от сердца, когда я смотрела, как поднимается и опускается его грудь. Ягуар висел там. Я все еще думал, что его место в больнице, но я ничего ему не был должен, и это был не мой выбор.


Я повернулась к Санни. “Девочки, вы в порядке?”


Санни пожала плечами. “Конечно”. Она указала на капюшоны. “Эти идиоты пытались приставать к нам, и мы сказали им отвалить. Теперь они взбешены ”.


Я посмотрел на Сэнди, чьи глаза не отрывались от Кракена с тех пор, как мы вошли в зал. Ее губы приоткрылись в задумчивой улыбке. “А как насчет тебя, Сэнди? С тобой все в порядке?”


Сэнди продолжала смотреть на Кракена. “Уххх...”


Санни хлопнула ее по плечу. “Прекрати, Сэнди! Ты отвратительна”.


Кракен проигнорировал их обоих, хмуро оглядывая зал. Я знал, что, будь у него выбор, он предпочел бы оказаться в шторме, чем запертым в этой цементной коробке, но он согласился поступить по-моему, а это означало ждать Модока в холле.


Таити смотрел на меня с выражением удовлетворенной безмятежности. “Я рад, что вы вернулись. Вы оба. Не правда ли, чудесная ночь?”


Мне захотелось влепить ей пощечину. “Этот шторм вышел из-под контроля”, - сказал я ей. “Весь гребаный город затопляет”.


Таити был невозмутим. “Да. Тауфа'тахи пришли. Мы, адаро, скоро будем свободны ”.


“И .... Тебя это устраивает?” Я попыталась подавить растущий гнев. Срыв с места ничего не решал.


Ее глаза, казалось, потеряли фокус, когда она смотрела в никуда поверх моей головы. “Каноа сказал нам, что должно было произойти. Этот город будет разрушен”.


“То же самое случится с поселением и всеми его жителями, если мы не заберем вас всех отсюда. Все думают, что это просто сильный шторм, и с вами все будет в порядке, как только дождь прекратится. Но если то, что ты мне рассказывал, правда, а я начинаю в это верить, то даже вы, адаро, подвергаетесь риску, находясь на суше. Будете ли вы в безопасности в воде?”


Глаза Таити сфокусировались на мне. “Как только мы заберемся достаточно глубоко, да”.


“Как ты думаешь, сколько у тебя времени?” Я нажал.


“Я думаю, через несколько часов. Шторм достигнет своего пика на рассвете. К тому времени нам нужно быть глубоко в океане ”.


“Как ты планируешь провести всех мимо патрулей ВМС?”


Таити пожал плечами. “Тауфа'тахи позаботится о кораблях. Шторм уничтожит их. Нам нужно только подождать еще немного ”.


“Город будет разрушен, военные корабли будут уничтожены .... Вы, кажется, ужасно легкомысленно относитесь ко всем этим разрушениям ”.


Она продолжала улыбаться, но ничего не сказала.


Меня начинало расстраивать ее бесцеремонное отношение. “Ты жрица. Ты ничего не можешь сделать, чтобы остановить этого персонажа Тауфа'тахи?”


Она наклонила голову. “Например?”


“Я не знаю”. Я указал на ее новые татуировки. “Разве ты не говорила, что получила все силы Лейти? Ты не можешь наложить какой-нибудь удар и замедлить его? Или отговорить его от этого?”


“Зачем мне это делать?”


“В этом городе живет миллион человек”, - напомнил я ей, немного повысив голос, чтобы она поняла, о чем речь.


Ее улыбка исчезла, а глаза стали ледяными. “И каждый из них - враг адаро. Они стояли в стороне и ничего не делали, когда нас выгнали из наших домов и согнали в поселения, как сардины. Они не все умрут. Но я не буду плакать о тех, кто умрет ”.


Я изучал ее лицо и увидел в нем то, чего не видел, когда она держала меня за руку и смотрела, как гребцы уводят Лейти Лааку в море. Ее подбородок снова напрягся. Напряженность в ее взгляде, направленном куда-то мимо меня. В ее улыбке был намек на ухмылку. Ее губы были приоткрыты ровно настолько, чтобы обнажить кончики зубов. Она казалась выше, чем раньше, и расправляла плечи так, что ее грудь выпячивалась. Мой взгляд упал на ее татуировки, которые больше не казались черными чернилами, а бесцветными трещинами, которые подпитывал свет в комнате. У меня внезапно возникло впечатление, что если я протяну палец, чтобы коснуться одной из этих татуировок, мой палец не коснется кожи, а утонет в пустоте.


“Таити?” Я поднял руку, чтобы привлечь ее внимание. “Ты в порядке?”


Она моргнула, и напряжение, казалось, покинуло ее тело. “Извините за прямоту, мистер Саутерленд. Дело не в том, что я хочу видеть больше смерти и разрушений. Я увидел достаточно, чтобы хватило на всю жизнь. Я просто хочу, чтобы мой народ был свободен, и единственное место, где мы можем быть по-настоящему свободными, - это океан ”.


Я указал на адаро в холле, сгрудившихся в замкнутом пространстве, которое могло бы с комфортом вместить в пять раз больше их. “Не похоже, что многие из ваших людей так уж стремятся уехать”.


Таити на мгновение напрягся, но постарался расслабиться. “Ты говоришь как Лейти Лаака. Она думала, что для адароса будет лучше принять тот факт, что мы покоренный народ, и ассимилироваться с жителями суши. Но она никогда по-настоящему не понимала нас. Она жила среди адаро, и мы ее уважали, но она не была адаро. Она ввела в заблуждение многих адаро, заставив их поверить, что Повелитель Драконов в конечном итоге отменит наш статус так называемого "охраняемого вида" и позволит нам переходить с моря на сушу как свободным людям. Эти женщины быстро отвергли предупреждения Каноа о надвигающемся шторме и все еще верят, что шторм придет и уйдет, оставив поселение нетронутым. И некоторые из слабовольных женщин в поселении просто сдались и смирились со своей жизнью. Они стали самодовольными и не имеют желания что-либо менять, даже к лучшему. В этом тоже отчасти виноваты лейти. У нее был высокий статус, и более слабые среди нас могли бы прислушаться к ней, если бы она призвала их сопротивляться их угнетению. ” Она вздохнула, и на ее губах появилась самоуничижительная улыбка. “Может быть, я смог бы связаться с ними, если бы у меня было больше времени. Или, может быть, Каноа могла бы изменить их мнение, если бы ее не изнасиловали и она не потеряла связь с духами. Или если бы она была сильнее и решила жить дальше без своих связей ”. Ее глаза опустились, и она медленно покачала головой, прежде чем снова напрячься и поднять глаза, чтобы встретиться со мной взглядом. “Но сильные молодые женщины, присутствующие здесь с нами сегодня вечером, готовы бросить вызов жителям суши и вернуться в океан со мной. Нас может быть немного, но наше количество не имеет значения. Шторм уже здесь, и, как их kwuurlplup Я несу ответственность за то, чтобы привести их в безопасное место. ”


Мое сердце пропустило удар при ее словах, и внезапный холодок пробежал по моим венам. Я старался дышать неглубоко и сохранять невозмутимое выражение лица, как будто только что набрал стрит-флеш и не хотел показывать карты другим игрокам.


“Хорошо. Тогда каков твой план? Ты просто собираешься прорваться мимо толаниканского флота в океан?”


“Мы собираемся быть немного хитрее. Мы подождем, пока шторм немного усилится, чтобы МАС были менее склонны нас останавливать. Если кто-то из них проявит излишний энтузиазм, что ж, у меня есть способы отвлечь их. ” Она постучала себя вытянутым пальцем по виску.


Я слегка вздрогнул, вспомнив, что она сделала с капюшоном в Ведре с Каплями, как оставила его хныкать, зовя свою мать. “И вы рассчитываете, что шторм не позволит военно-морскому флоту перехватить вас, когда вы окажетесь в воде?”


“Угу”.


“А как насчет устройств слежения? В конце концов, все уляжется, и они выследят тебя”.


Таити нахмурилась. “Это проблема. Как только я воссоединю нас с нашими мужчинами, мы сможем работать вместе, чтобы найти решение ”. Она просияла. “Может быть, Кракен поможет нам найти больше наших людей в глубоких водах. Кажется, он может захотеть ”.


Я проследил за ее взглядом и увидел Кракена, смешавшегося с девочками адаро, среди которых было Солнечное Трио. Он продолжал протягивать руку и гладить мягкий голубой пушок на их выбритых головах, получая в ответ шлепки и хихиканье. Судя по широко раскрытым глазам и глуповатым выражениям лиц, Сэнди собиралась составить конкуренцию. Я подумал, что ей лучше привыкнуть к этому. Конкуренция среди женщин адаро была встроена в их социальную систему и, возможно, в их ДНК.


“Послушай, Таити. Возможно, у меня есть идея получше. Но это зависит от того, что мы предпримем что-нибудь с этим штормом, прежде чем он затопит город. Ты уверен, что не можешь позвонить этому Тауфа'тахи и сказать ему, чтобы он отвалил? ”


Она покачала головой. “Для этого слишком поздно. Ты кажешься порядочным человеком, Алекс. Ты мне нравишься, правда. Но ваши Повелители Драконов обрушили на вас этот шторм, когда решили начать войну с адаросами, и пути назад нет. Хотите мой совет? Покиньте город до рассвета. ”


Я хотел сказать ей, что шторм на нас обрушили Тауфа'тахи, а не Повелители Драконов, но я знал, что это глупый спор. Повелители Драконов начали войну против адаросов, чтобы отобрать у них контроль над Нихонским океаном. Они заключили женщин адаро под “защитную стражу”, не для того, как они утверждали, чтобы ассимилировать их, но, как объяснила Таити, когда я впервые увидел ее, чтобы помешать мужчинам адаро перейти в наступление. У меня не было причин сомневаться в том, что она была права. В этом было слишком много смысла. Но это был акт жестокости и несправедливости, злодеяние против невинных людей. Шторм Тауфа'тахи был не более чем ответным ударом.


К сожалению, шторм, вызванный духом, угрожал жизням людей, единственным преступлением которых было неповиновение своему правителю. Возможно, в глазах Тауфа'тахи этого было достаточно. Возможно, этого было достаточно для Таити и других адаро. Но какой выбор был у нас, обычных людей, живущих под властью Повелителей Драконов? Кто мы такие, чтобы противостоять Повелителям Драконов? Почему мы должны растрачивать свои жизни в суицидальной попытке исправить зло, когда у нас не было никаких шансов на успех?


Но я знал ответ на этот вопрос. Сила Повелителей Драконов и наша собственная слабость не были оправданием. Мы должны противостоять повелителям драконов, потому что поступить иначе означало капитуляцию перед несправедливым правителем и принятие несправедливых действий этого правителя. Сказать "нет" этому правителю было то же самое, что сказать "да". Да, продолжайте и уничтожьте сложное общество, более древнее, чем человеческая раса. Да, относитесь ко всему разумному виду так, как если бы они были животными. Да, окружают своих женщин и держат их в заложницах за хорошее поведение их мужчин. Да, зарегистрируйте их и обозначьте морских нимф как низших по отношению к людям, троллям, гномам, карликам и другим разумным видам — даже пресноводным нимфам, — потому что наши правители решили отобрать у них дома ради собственной выгоды. Да, делай все, что хочешь, — неважно, насколько несправедливо, - потому что сила творит добро, а остальные из нас слишком слабы и апатичны, чтобы остановить тебя. Да, мы будем любить тебя безоговорочно. Да, наша любовь к вам больше, чем наше собственное самоуважение. И пусть ЛИА удалит из нашей среды любого, кто считает иначе.


Встать и сражаться? Верно. Легко сказать. Возвышенные чувства, конечно, но не очень практичные для обычных Джо и Джейн. У большинства людей хватает проблем, просто пытающихся выжить. Заработать достаточно денег, чтобы обеспечить им крышу над головой, накормить стол и, возможно, завести семью. Занять твердую позицию, когда в глубине души вы знаете, что у вас нет шансов на успех? Где в этом доля правды? Это игра для простаков, игра для идеалистов и мечтателей. Это игра, которой я избегал всю свою жизнь. Но, стоя в тот вечер в том зале и споря с Таити, я знал, что это была единственная игра в городе, и любой, кто не играл в нее изо всех сил, несмотря на невероятные шансы, уже проиграл.


Несколько мгновений я наблюдал за адаро в зале собраний, собравшимися вокруг Кракена. Он явно наслаждался вниманием, которое уделяла ему группа светлоглазых девушек, собравшихся в холле в отчаянной попытке вернуть себе свободу, даже если некоторые или все они будут убиты при попытке. Я изучал их лица и не видел ни слез, ни страха, пока они обменивались скороговоркой с Кракеном и перебрасывались ею друг с другом. Интересно, знали ли они, насколько маловероятно, что у них получится. Я задавался вопросом, многие ли из них будут еще живы, когда взойдет солнце.


Я думал о том, что я мог бы сделать, чтобы увеличить их шансы. Без моего собственного намерения или каких-либо усилий с моей стороны я оказался в положении, когда я мог бы повлиять на ход игры. Возможно, никто бы этого не заметил, но мне было дано немного влияния на то дерьмо, которое творилось вокруг меня. Я видел несправедливость, и у меня были средства что-то с этим сделать. Я могу потерпеть неудачу. Попытка могла стоить мне жизни. Но у меня был шанс спасти жизни этих двух десятков ничтожных адаро. Даже если бы мне это удалось, этого было бы недостаточно, чтобы покончить с несправедливостью, по крайней мере, в долгосрочной перспективе. Но бездействие сделало бы меня таким же несправедливым, как Повелители Драконов. Я не думал, что смогу с этим жить.


А что будет после сегодняшней ночи? Если все пойдет хорошо и я доживу до утра? Что тогда? Нравится мне это или нет, я был частью широкого долгосрочного плана по свержению Повелителей Драконов. Это был не мой план, и я даже не был уверен, что это правильно. Я совсем не был уверен, что людям будет лучше под властью эльфов, чем драконов. Все, что я знал, это то, что режим, готовый сделать то, что он делал с адаро, был несправедливым. Не спрашивая моего одобрения, эльф дал мне немного власти и роль в плане свержения Повелителей Драконов, устранения несправедливого режима. Всего лишь крошечная роль в более масштабном движении, не более. Но если я вообще мог что—то сделать, чтобы нанести удар — даже пощечину - чудовищной несправедливости, то я был обязан вложить в эту пощечину вес всего своего тела и сделать так, чтобы она обжигала.


“Послушай, Таити”, - сказал я через некоторое время. “Может быть, ты сможешь забрать отсюда этих детей, а может быть, и нет. Я видел, на что ты способен, и теперь, я думаю, ты можешь сделать еще больше. Но если мы сможем остановить этот шторм, я смогу безопасно вывезти их всех из поселения. Никто не пострадает. И после того, как они будут в безопасности, я смогу что-нибудь сделать с их татуировками и устройствами слежения. Как только мы позаботимся об этом, останется только незаметно доставить их в океан. Кракен постоянно перемещается с моря на сушу. Он может привести их всех в безопасное место. Но прежде чем мы сможем сделать что-либо из этого, мы должны остановить этот шторм. ”


Я подумал, что это была красноречивая речь, но я видел, что Таити ни на что из этого не купилась. Ее решение было принято. “Ты не понимаешь, Алекс”, - сказала она. “Я больше не маленькая девочка, которую ты видел машущей на прощание Лейти. Теперь я нечто большее. Я знаю, у тебя добрые намерения, но ты человек. Мы, адаро, справимся и без тебя. Мне не нужна твоя помощь. Я не хочу ее. Я верну этих молодых женщин в их дома. И наши угнетатели пострадают ”.


“Я не могу позволить тебе сделать это, Таити. Ты не подходишь для этой работы”.


Она удивленно подняла брови. “Конечно, рада. Теперь у меня есть все силы Лейти и даже больше. Ты понятия не имеешь, на что я способна”.


“Думаю, да, Таити. Думаю, я точно знаю, на что ты способен”.


Она нахмурилась, и я увидел, как тень сомнения затуманила ее голубые глаза. “Что ты говоришь?”


“Я знаю, что ты сделал, Таити. Я знаю, что это ты убил Каноа”.


Глаза Таити расширились, и она открыла рот, чтобы ответить. Прежде чем она успела что-либо сказать, входная дверь открылась, и в холл вышагнуло чудовище.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава тридцать первая


У монстра была пародия на детское личико Модока. Линия подбородка была длиннее, а в открытой пасти виднелся набор зубов плотоядного животного, способных вспороть вареную кожу. Он был выше, толще, и руки, свисавшие из рукавов его плаща с капюшоном, доставали до голеней. Когти, торчащие из его пальцев, выглядели достаточно сильными и острыми, чтобы одним взмахом срезать человеку голову с шеи. Под плащом его голые ноги были покрыты густой шерстью, а из пальцев босых ступней торчали смертоносного вида когти. Он уставился на меня единственным желтым глазом с расширенным зрачком. Уродливый желто-зеленый налет покрывал глазницу на том месте, где должен был быть его второй глаз.


Детектив Симс вошел в комнату следом за ним и остановился прямо в дверном проеме.


Когда монстр добрался до центра зала, ближайшие к нему адарос прижались к стене и освободили ему достаточно места. Кракен озадаченно смотрел на монстра, пытаясь понять смысл того, что он видел. Я полагал, что до него достаточно скоро дойдет.


Голос, исходящий от монстра, принадлежал Модоку, но со звериным рычанием. “Полиция”. Он указал в мою сторону. “Все отойдите от этого человека”.


Таити не дрогнул. “Зачем, офицер?”


Монстр поднял длинную руку и показал полицейский звонок. “Это детектив, мэм. Детектив Модок, помните? Этот человек арестован”.


“Для чего?” Я спросил. “Переходил улицу?”


“За нападение на представителя закона и побег из-под стражи. И за все остальное, что мы сможем придумать по дороге в участок”.


“Ты планируешь взять меня к себе?”


Челюсти монстра расплываются в улыбке, обнажая еще больше зубов. “О, я беру тебя в плен, придурок. Так или иначе”. Он направился мимо адароса в мою сторону. Я заметил, что Симс задержался у двери, и удивился, почему он предоставил своему партнеру действовать самостоятельно.


Я остался там, где был. “Пока ты здесь, перевертыш, почему бы тебе не объяснить этим юным леди, почему ты напал на Каноа и изнасиловал его”.


Адаро вздохнули. Модок замедлил шаг и оглядел комнату, казалось, впервые заметив адаро. Он остановился, когда его взгляд упал на Кракена, чье угрожающее выражение лица говорило о том, что он понял, кем на самом деле был перевертыш.


Модок набросился на адаро, сгрудившихся у стены, и они отскочили на несколько шагов. Он повернулся ко мне и крикнул: “Я ее не насиловал. Она приставала ко мне. Я дал ей то, что она хотела ”.


“Это не то, чего она хотела. Она хотела, чтобы ты заставил Десятидюймового отказаться от Глаза Тауфа'тахи. Это должно было быть легко. Она приготовила для тебя десятидюймового мужчину, чтобы он не мог сопротивляться. Именно такими тебе нравятся твои жертвы, не так ли. Скованными, одурманенными наркотиками или околдованными. Но вы все равно не смогли заставить его говорить. Большой плохой Модок не смог выполнить работу. А потом он сбежал. Бьюсь об заклад, Каноа был этому не рад. Бьюсь об заклад, она сказала тебе кое-что, что тебе не понравилось. Как она тебя назвала? Некомпетентный? Неудачник? Слабак?”


Модок облизнул губы и ухмыльнулся. “Она была всего лишь шлюхой, как и все эти маленькие нимфы. Она что-то сделала с моим разумом, чтобы возбудить меня, поэтому я трахнул эту сучку именно так, как она хотела, и оставил ее стонать. ”


“Если она этого хотела, почему оставила шрам на твоем хорошеньком личике? Мне кажется, она сопротивлялась ”.


“Да, она боролась со мной. Со мной был Джейк. Мне нравится, когда они дерутся”. Он протянул руку и потер свой покрытый струпьями глаз. “Никто не может долго причинять мне боль. Даже это заживет”.


“Нет, перевертыш. Никто не может причинить тебе вреда. Но ты можешь причинить им боль, не так ли? Ты можешь причинить им сильную боль”.


Он покачал головой. “Я не причинил вреда этой сучке. Я дал ей то, что она хотела, и оставил желать большего ”.


“Ты ее не убивал?”


“Что? Конечно, нет. Зачем мне это?” Он снова ухмыльнулся. “Я думаю, она была влюблена в меня”.


Это было слишком для Таити. “Она была квуурлплап — жрицей! И она была пророком! Ты отнял у нее все это, когда надругался над ней, ублюдок!”


Крик Кракена, подобный лопанию гигантских пузырей, эхом разнесся по залу. “Боррглуп-боррбл! Я убью тебя!” Он бросился на Модока.


Перевертыш встретил его атаку, схватив Кракена за запястья и удерживая их, демонстрируя удивительную силу. Однако, каким бы сильным он ни был, адаро оказался сильнее, и он начал ставить Модока на колени. Перевертыш внезапно упал на спину, ударил Кракена ногами в живот и качнулся назад, перевернув адаро кубарем. Девушки в зале закричали, когда Кракен шлепнулся на цементный пол.


Кракен вскочил на ноги, не пострадав. Он бросился на перевертыша, но Модок был слишком быстр для него. Капюшон перевертыша откинулся, и его длинные руки взметнулись одна за другой с такой скоростью, что я не успел уследить за ними. Он отступил назад как раз вовремя, чтобы избежать хватки Кракена. Через мгновение из глубоких царапин, пересекающих грудь Кракена, начала капать кровь.


Кракен снова сделал выпад, и на этот раз перевертыш увернулся от цепких рук адаро. Он развернулся на каблуках и выбросил ногу, поймав Кракена за колено и сбив адаро с ног. Все молодые женщины побежали в конец зала и столпились возле Таити.


Модок бросился на упавшего Кракена, но Кракен поймал его и отшвырнул в сторону. Проворный перевертыш приземлился на ноги и дважды сильно пнул Кракена в ребра. Кракен хрюкнул, но сумел подняться на ноги. Он попытался перейти в наступление, нанося молниеносный удар за ударом, но перевертыш с легкостью уклонялся от них. Модок начал изображать лодку, делая ложные выпады то в одну, то в другую сторону, замахиваясь кулаками, которые безвредно пролетали над его плечами и мимо ушей. Челюсти перевертыша растянулись в чудовищной улыбке, когда он насмехался над тщетностью атаки своего противника. Он предпринял собственную атаку, нанеся Кракену пощечину, прежде чем отступить от контрудара адаро.


“Ты слишком медлителен, рыбий мальчик!” Модок насмехался. “Ты не можешь прикоснуться ко мне”. Он уклонился от удара и выпустил кровь из основания шеи Кракена ударом своей длинной правой руки, отчего Кракен отшатнулся на нетвердых ногах. Модок цеплялся и двигался, и более крупный и сильный Кракен не мог приблизиться к нему. Если большой адаро в ближайшее время не доберется до Модока, кошкоподобный перевертыш разрежет его на куски.


У потолка зала над центром комнаты появилось пятно кромешной тьмы, и с него на пол упала фигура. Десятидюймовый — во плоти — держа раковину в одной руке, приземлился на ноги, согнув колени, чтобы смягчить удар. Он осторожно положил ракушку на один из наматрасников, выстроенных в ряд у стены, и повернулся лицом к Модоку.


“Эй! Придурок! Помнишь меня?” Десятидюймовый атаковал, пригнулся и нанес Модоку идеальный удар в полете, от которого голова перевертыша ударилась о цементный пол.


Такой удар по голове причинил бы мне боль. Очень сильную. Вероятно, он вырубил бы меня окончательно и вызвал головную боль на неделю. Модок, не растерявшись, оттолкнулся на десять дюймов и с рычанием вскочил на ноги.


Для меня пришло время действовать.


“Смоки!” Я позвал. “Как мы и договаривались. Сделай это сейчас!”


Крошечное темное пятнышко, незамеченное в темном углу под потолком зала, устремилось к перевертышу. Модок никогда не предвидел этого, но когда элементаль залез под его плащ и погрузился в задницу перевертыша, он почувствовал это.


“Что за черт!” Модок вскочил с земли и схватился за свои ягодицы обеими руками. Он уставился на меня и издал рычащее шипение.


Кракен и Десятидюймовый уставились на меня, открыв рты. Я поднял руку. “Подожди”, - сказал я.


Шипение Модока превратилось в удивленный визг, и он упал на одно колено. Его глаза сузились, а свирепый взгляд сменился вопросительным хмурым выражением. Смесь белого пепла и мочи, которую Смоуки применил, как суппозиторий, быстро проникала через слизистую оболочку кишечника перевертыша в его кровоток. Руки Модока укоротились, а челюсть отвисла, когда он начал уменьшаться в размерах. На его лице и задней части шеи появились складки кожи.


“Кракен!” - Крикнула я. “Сейчас!” Я надеялась, что он помнит, что я сказала ему сделать, когда мы ехали в конференц-зал.


Он так и сделал. Возможно, он был немного медлителен в большинстве вопросов, но когда дело доходило до драки, он был остер как стеклышко. Когда Модок начал подниматься с колен, Кракен набросился на него, откинул капюшон и схватил за отвисшую кожу на затылке перевертыша. Могущественный адаро дернул изо всех сил и сдернул шкуру животного - пуму — с тела Модока и из заднего кармана его плаща. Кракен мгновение рассматривал шкурку, сморщил нос и швырнул ее в мою сторону через весь коридор. Я поймал ее в воздухе и сунул под мышку.


Лицо Модока затопил страх, когда он обнаружил, что смотрит на ухмыляющегося Десятидюймовика.


“Время расплаты, ублюдок”, - сказал Тин-Инч. Кулак гангстера был размытым пятном, когда он врезался Модоку в челюсть, отчего у него закружилась голова. Глаза Модока закатились, а тело обмякло, когда он упал на пол.


Тен-Инч потер костяшки пальцев. “Хм. Слишком просто”. Он начал пинать Модока под ребра, но в последнюю минуту остановил себя. “Оно того не стоит”, - заключил он. Он повернулся к Кракену и окинул его оценивающим взглядом. “Кракен”, - сказал он. “Давно не виделись. Поддерживаешь форму?”


Кракен кивнул старому гангстеру. “Привет, Десятидюймовый. Мы с Придурком искали тебя”.


Когда они снова познакомились, я вызвал Смоки, поблагодарил элементаля за хорошую грязную работу и освободил его от службы. Он умчался, и я закружился над Таити. “У нас не так много времени. Говорить. После того, как Каноа была изнасилована, она пришла посмотреть на Лейти. Не так ли?”


Таити уставился на меня. “Что? Я....”


“Не прикидывайся дурочкой". Ее изнасиловали — надругались — и это было абсолютно худшее, что могло с ней случиться. Она была жрицей и даже больше. Она была хранительницей Ока Тауфа'тахи. Но все это требовало от нее быть девственницей, и теперь у нее это отняли. У нее ничего не осталось. Итак, она приехала на Лейти Лаака. Чего она хотела, Таити? Чего она хотела, чтобы лейти сделали?”


Взгляд Таити смягчился. “Она хотела, чтобы Лейти лишил ее жизни. Ты прав. Она пришла повидаться с Лейти Лаака. Она рассказала нам, что произошло, но не сказала, кто это сделал. Я думаю, ей было стыдно. Мы подумали, что это был десятидюймовый снимок, особенно после того, как он исчез той же ночью ”. Она повернулась и, прищурившись, посмотрела на лежащего без сознания Модока. “Но это был он? Он тот самый?”


“Он тот самый”. Я взглянул на сестру Санни, Корал. “Каноа был не первым адаро, которого он изнасиловал”.


Таити продолжала смотреть на Модока, изучая его: “После того, как он сделал то, что сделал с Каноа, она потеряла все. Она хотела умереть ”.


“Но Лейти не стала бы этого делать, не так ли”.


Таити перевела свой прищуренный взгляд на меня. “Нет. Она не была адаро. Она не поняла ”.


“Итак, ты сделал это”.


Таити отвел взгляд, но не ответил.


“Как?” Я спросил.


Она оглянулась на меня. “Разве это имеет значение? Она ушла с миром. Я сделал то, что она хотела. Нужно быть квурлплапом, чтобы понять. Поверьте мне, это был акт милосердия. ”


Я поколебался, но кивнул и велел ей продолжать.


“Когда это было сделано, лейти совершили ритуал, чтобы захватить хау Каноа и отправить его Пулоту, но Хавеа Хикулео отвергла свое хау, потому что она служила Тауфа'тахи. Это было несправедливо. ”


“Что случилось с хау Каноа?”


Таити опустила глаза. “Есть вещи, о которых нам не суждено знать”.


Я кивнул, соглашаясь с этим. “Что ты сделал с телом Каноа?”


Таити бросил взгляд на Ягуара, все еще без сознания, но легко дышащего на коврике под бдительными взглядами гангстеров Картеля. “Он должен был выбросить это в океан”.


“Кажется немного бессердечным”.


Таити склонила ко мне голову. “Почему? Ее хау была освобождена, а ее тело осквернено. Позволить океану вернуть тело было лучшим, что мы могли для этого сделать. Но, он! Она бросила на Ягуара злобный косой взгляд. “Вместо этого он отвез ее в город. Он утверждает, что его вынудил Кисикиси ”.


“И это был он?”


Хмурый вид Таити исчез. “Возможно”, - согласилась она. “Это то, что сделал бы Кисикиси. Ему нельзя доверять”. Она нахмурилась. “Я думаю, Кисикиси хотела, чтобы тело привлекло внимание городских властей”. На ее лице появилась хитрая усмешка. “Вот как ты оказался вовлечен во все это, верно?”


Я думал об этом. “Думаю, да”.


“Я мог бы никогда не узнать, кто сделал это с Каноа, если бы ты не узнал. Настоящая причина, по которой Лейти Лаака отправила меня к северянам, заключалась в том, чтобы выяснить, знают ли они, где находится Десятидюймовка. Но с самого начала было очевидно, что они не знали. ”


Я услышал стон и обернулся, чтобы посмотреть, что происходит дальше по коридору. Модок начал приходить в себя. Кракен и Десятидюймовый стояли над ним, готовые вмешаться, если он решит проявить агрессивность, но Модок казался мне побежденным.


Осознав, что забыл о старшем партнере Модока, я посмотрел в сторону входной двери, где стоял Симс. Любопытно, что его там больше не было. Я предположил, что он решил осуществить стратегический отход. Умный ход с его стороны.


Пока я наблюдал, двери распахнулись, и команда офицеров полиции ЮКЖД выскочила из шторма в холл, шлепая по лужам на входе. Детектив Калама, едва узнаваемая в своем тяжелом дождевике, вошла последней и закрыла двери. Она остановилась на пороге и оглядела комнату, оценивая обстановку. Она увидела меня и направилась в мою сторону, остановившись, чтобы полюбоваться на головореза средних лет с мертвым взглядом и обнаженного семифутового адаро бака, который стоял над телом жалкого одноглазого молодого человека на полу, потирая фиолетовый синяк, образовавшийся на его распухшей челюсти. Калама перевела взгляд с Модока на Тен-Инча и задержала его на Кракене, который пожал плечами. Она посмотрела в мою сторону, и я помахал ей рукой.


Калама подала знак двум своим офицерам. “Не спускайте глаз с этих троих”, - сказала она им. “Не позволяйте никому из них уйти”. Она ткнула большим пальцем в сторону Кракена. “Если этот болван попытается куда-нибудь уйти, пристрели его. Используй все свои пули”.


Дойдя до конца зала, Калама включила зуммер, вызывая Таити, адаро и бандитов картеля. “Я детектив Калама, полиция Нью-Йорка”. Она повернулась ко мне. “Надеюсь, все будет хорошо, липучка. Этот шторм разрывает город на части. Мне потребовалась вечность, чтобы добраться сюда”.


“Я мог бы использовать тебя раньше, но на самом деле ты как раз вовремя”.


Она кивнула в сторону Модока. “Почему детектив из Плейсид-Пойнт лежит на полу, а главарь банды и враг Королевства стоят над ним так, словно они нанесли ему побои?”


Я бросил быстрый взгляд на Таити, прежде чем вернуться к Каламе. “Модок изнасиловал и убил Каноа, даму из племени адаро, которую ЛИА подобрала на Южном рынке несколько дней назад”.


Калама поморщился. “Это сделал Модок? Ты уверен?”


“Он плохой полицейский. Он еще и перевертыш”. Я показал шкуру пумы. “Вот его шкура”.


“Это кожа пумы?”


“Да. Модок не может менять облик без этого. Он пытается вызвать ее прямо сейчас, но он был ослаблен зельем, и Кугуар, мой духовный наставник, скрывает это от него. Проблема в том, что действие зелья скоро закончится. Когда это произойдет, он сможет вернуть себе свою шкуру, и в этот момент он, вероятно, начнет убивать множество людей, начиная с меня ”.


Калама поджала губы и кивнула. “Есть какой-нибудь способ остановить его?”


“Да. Кугуар собирается уничтожить кожу. Но сначала я хотел сообщить вам, что происходит ”.


Я положил шкуру на пол у своих ног. “Возможно, вам всем захочется немного отойти”, - предупредил я.


Присутствие Кугуара наполнило мои чувства, и я дала духу полную власть над моим телом. Повинуясь воле Кугуара, я опустилась на колени и положила ладони на шкуру. Волна горячей энергии прошла через мои руки к ладоням, и шкура вспыхнула пламенем.


Модок закричал, скорее от потери, чем от боли. По собственной воле я встала и сделала шаг назад от пламени, которое длилось всего несколько секунд. Когда пламя погасло, от шкуры не осталось ничего, кроме пепла. Я повернулась, чтобы посмотреть на Модока, который лежал ничком на полу, закрыв лицо руками и рыдая.


“Думаю, теперь он уйдет тихо”, - сказал я Каламе.


Калама нахмурился. “Вы говорите, что он изнасиловал и убил нимфу Адаро? У вас есть какие-либо доказательства?”


“Вам придется спросить ЛИА. Но ранее сегодня вечером он признался капитану Флинтуку. Капитан уже написал заявление и готов дать показания. Я знаю, что Модок тоже рассказал об этом своему партнеру, детективу Симсу, хотя я не знаю, захочет ли Симс сотрудничать. Он был здесь раньше, но улизнул как раз перед вашим приходом. Кстати, его зовут ЛИЯ. Может быть, ты сможешь это как-нибудь использовать. ”


“Ты был занят, липучка. Мне нужно от тебя полное заявление. Завтра, хорошо?” Выражение ее лица сказало мне, что у меня не было другого выбора, кроме как согласиться, что я и сделал.


“Я расскажу тебе всю историю утром”, - пообещал я.


Калама кивнула, и ее глаза сузились. “Что подводит нас к вопросу о двух твоих друзьях”.


“Десятидюймовый и Кракен? Почему они тебя интересуют?”


“Не будь гребаным умником, Саутерленд. Ты не хуже меня знаешь, что Десятидюймовый разыскивается LIA как лицо, заинтересованное в убийстве Каноа”.


“Он тебе больше не нужен. Ты знаешь, что он этого не делал, и у тебя есть показания капитана полиции о том, что это сделал Модок. Разве этого недостаточно? Почему бы не позволить ЛИА беспокоиться о десятидюймовке? ”


Калама обдумывал это всего секунду, прежде чем резко кивнуть. “Хорошо. Но я не могу просто игнорировать Адаро бака в комнате”.


“Вашим офицерам будет нелегко справиться с ним. Некоторые из них могут пострадать, пытаясь это сделать. И, кроме того, он действительно неплохой парень ”.


“Черт возьми, Саутерленд — он вражеский комбатант! Я обязан передать его военно-морскому флоту. Невыполнение этого требования может стоить мне работы ”.


Я набрала в грудь воздуха и выдохнула. “Я знаю. Я надеялась держать его подальше от твоих глаз, пока ты не заберешь Модока. Сейчас будет немного сложнее, но вы должны быть в состоянии сохранить свою работу. Возможно, вам придется немного повозиться. Извините за это. Но у вас хороший послужной список. Боже правый, ты лучший детектив из отдела по расследованию убийств, который у них есть. Я думаю, с тобой все будет в порядке. ”


Калама нахмурился. “О чем ты говоришь, липучка? Если ты планируешь какую-то шутку ...”


Я обернулся, чтобы посмотреть в конец коридора. “Кракен?” Я позвал. “Время для плана Б.”


Рот Кракена сложился в круг, и он нахмурился, пытаясь вспомнить план Б. Через несколько мгновений лицо его просветлело. “О—о-о груурблуурбл!” Он поднял большой палец и широко улыбнулся мне. “Понял!”


Одна из луж воды, образовавшаяся сразу за входной дверью, поднялась волной и потекла по полу к Кракену. Когда до него оставалось еще несколько футов, Кракен прыгнул в сторону бурлящей воды. Офицеры "Каламы" открыли огонь по "адаро", но их застали со спущенными штанами, и их пули разлетелись в разные стороны. В следующую секунду Кракен головой вперед исчез в волне, которая изменила направление и ворвалась через дверной проем в штормовую ночь. Двери были открыты, впуская ветер и дождь.


Калама прищурилась, глядя на меня. “Это был план Б?”


Я пожал плечами. “Он сбежал на водной стихии. Большой. Вы или ваши офицеры ничего не могли поделать. Я уверен, что ваше начальство поймет ”.


Калама покачала головой. “Пламенный член Господа, липучка. Восемь часов. Гребаное утро. Я собираюсь получить полное заявление. Если ты не придешь вовремя, я объявлю тебя в розыск с приказом стрелять на поражение. Ты меня понял?”


“Громко и четко, детектив”. Я отдал ей воинское приветствие. Небрежно, но я думаю, она подавила усмешку, когда повернулась и приказала своим офицерам надеть наручники на Модока. Конечно, это могло быть выдачей желаемого за действительное с моей стороны.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава тридцать вторая


Когда Калама и ее офицеры ушли, адаро разбились на небольшие группы и начали готовиться к своему великому побегу в море. Вместо того, чтобы присоединиться к ним, Санни и ее команда остались в конце зала и обменялись парой шуток с бандитами из Картеля. Казалось, они стали откровенно дружелюбны. Я проигнорировал их. Тин-Дюйм поднял раковину с того места, где он ее оставил, и отнес в конец зала. Он искал, куда бы его положить, прежде чем, наконец, отдать Санни и сказать ей присматривать за ним. Санни изучила раковину, восхищенная ее красотой, и заверила Десятидюймовку, что сохранит ее в безопасности.


Таити спросил меня, почему я не выдал ее полиции. “Ты сказал тому детективу, что Модок убил Каноа. Ты знал, что это неправда”.


“Модок чуть не убил ее, когда изнасиловал. Она умерла по его вине. И, в любом случае, мне все еще нужна твоя помощь, чтобы остановить этот шторм”, - сказал я ей.


Она скрестила руки на груди. “Я уже говорила тебе. Я ничего не могу поделать. А если бы и могла, я бы этого не делала”. Она указала на входную дверь. “Это поселение - преступление против адароса. Тауфа'тахи собирается положить этому конец ”.


“Этот шторм похоронит весь город. Погибнут невинные люди”. Я встретился с ней взглядом. “Ты не можешь этого хотеть”.


Она отвела взгляд. “Никто не невиновен, Алекс”.


“Нет? А как насчет тебя? Ты кворб… квууб… гребаная жрица, верно? Разве ты не должна быть чистой и невинной?”


Она повернулась ко мне с суровым выражением лица. “Ты расстроен из-за того, что я сделал с Каноа. Я объяснил это тебе. Я сделал то, что она хотела. Это было необходимо ”.


Я удержал ее взгляд. “А Лейти Лаака? Ее тоже нужно было убивать?”


Ее глаза расширились от удивления. “Что? Ты хочешь сказать, что я убил лейти? Это смешно!”


“Прекрати это, Таити. Это не мог быть никто другой. Ты был единственным, кто хотел ее смерти ”.


Она рассмеялась, и это был смех такой же фальшивый, как золотой зуб мошенника. “Я не мог убить Лейти. Я был с тобой в том ужасном баре, когда она умерла ”.


“Ты убил ее, все верно. Возможно, она умерла не от твоей руки, но ты тот, кто это сделал. Это не было похоже на помощь Каноа в совершении самоубийства. Это было хладнокровное убийство, и ты устроил его ”.


Тен-Инч и Санни наблюдали за мной, Тен-Инч с каменным лицом, Санни со смесью неуверенности и любопытства.


Таити покачала головой. “Вы ведете себя глупо, мистер Саутерленд. Зачем мне было так поступать?”


“О, я понял почему. Это просто. Лейти Ла'ака уважали все в поселении, включая жителей Севера, несмотря на то, что на нее работал картель Клейморов. Все адаро прислушались к ней. Но когда появился Каноа и предупредил их, что великий дух вызывает шторм, и призвал их вернуться в океан, лейти не согласились. Она не одобряла то, как мужчины адаро доминируют в ваших сообществах и используют свою силу, чтобы заставить женщин играть подчиненную роль, даже несмотря на то, что женщин больше, чем мужчин. Она думала, что адаросу было бы лучше научиться жить с людьми на суше. Но вы не согласились с лейти. Вы не верите, что ваше общество должно изменить свои вековые способы ведения дел. Вы подумали, что у Каноа была правильная идея. И вы подумали, что адаро в поселении охотнее последовали бы совету Каноа, если бы Лейти не было рядом, чтобы сказать им обратное. ”


Таити покачала головой. “Нет. Ты ошибаешься. Женщины Адаро могут сами принимать решения”.


“Возможно. Но ты же на самом деле в это не веришь, не так ли? Ты думал, что они придавали слишком большое значение тому, что им говорил лейти. И она даже не была адаро ”.


“Ты сумасшедший! Лейти была моей наставницей. Я любил ее как собственную мать!”


“Возможно, ты и понимал”, - сказал я. “Но ты не думал, что она понимает адарос. Ты говорил мне это не раз. Но есть еще кое-что. Она была могущественной ведьмой. По-своему жрица, способная общаться с великими духами. Она была послушницей Хавеа Хикулео, правительницы Пулоту, и могущественного духа. Ты мне это говорил. Но Хавеа Хикуле'о не одобряет то, что Тауфа'тахи делает со своим штормом. Ты сказал мне, что не пользуешься благосклонностью Хикуле'о. Лейти Ла'ака не знал этого, но ты послушник Тауфа'тахи, не так ли. Ты не обязан отвечать. Я вижу это по твоему лицу. Вы одобряете то, что он делает с этим городом, не так ли? И в борьбе между двумя великими духами Лейти Лаака была на одной стороне, а вы - на другой. ”


Тогда я увидел гордость на лице Таити. В вздернутом подбородке. В том, как она расправила плечи и выпрямилась. В ее довольной улыбке. “Я предложил свою жизнь и служение Тауфа'тахи. Мы тайно оформили наше соглашение после того, как я встретил Каноа. Тауфа'тахи борется за свободу адаро, и я помогу ему всем, чем смогу. Он на стороне справедливости. ”


“Возможно, так и есть. Я не собираюсь с вами спорить. Я не могу оправдать то, что Повелители Драконов сделали с вашим народом. Но ваше убийство Лейти Лаака не было актом войны или возмездия. В конце концов, вы убили ее за ее силу. Татуировки выдают вас. Я почувствовал магию в татуировках Лейти, и магия исчезла вместе с татуировками, когда ее убили. Признаю, я не эксперт в магии, но в последнее время я многое о ней узнал. У магии есть подпись. Я прямо сейчас чувствую магию в твоих татуировках, у себя на висках, у основания челюсти и на задних зубах. И многое из магии, которую я чувствую в тебе, похоже на магию, которую я почувствовал в Лейти. Даже некоторые из твоих татуировок идентичны. У нее больше нет магии, а у тебя она есть. Ты забрал это у нее. ”


Таити вздохнул. “Алекс. Я был с тобой, когда она умерла. Я ничего у нее не брал. Я начал делать эти татуировки только вчера ”.


“Это верно”, - согласился я. “Тауфа'тахи помог тебе снять татуировки с человека, которого ты убедил убить лейти”. Я указал на Ягуара. “Магия Лейти пала на него, когда он убил ее. Я уверен, что он расскажет нам все об этом, как только придет в сознание ”.


Улыбка Таити была холодной.


“Но ты же не собираешься позволить ему прийти в сознание”, - сказал я. Теперь бандиты из Картеля слушали. “Когда он убил Лейти Лааку, татуировки покинули ее тело и покрыли тело Ягуара”. Я полуобернулся к бандитам Картеля. Я хотел убедиться, что они слушают. “Многие тайны разгадываются, следуя за деньгами. Это случай следования магии. Ягуар нес магию Лейти для вас, пока вы не смогли забрать ее у него. Эти ожоги на его теле. Это то, что осталось позади, когда Тауфа'тахи передал вам магию Лейти. Для него это был болезненный процесс. Ты сам говорил мне, что он страдал. Ты не думал, что он переживет это. Но ты недооценил, насколько он вынослив. Возможно, он еще выживет, если мы сможем доставить его в больницу с ведьмой в штате. ”


Заговорил один из бандитов. “Это правда, Таити? Ты пытался убить Ягуара?”


Таити оглянулась через плечо на бандитов. “Не слушай его. Он не знает, о чем говорит. Ты знаешь, что мы с Ягуаром друзья”.


Я почесал подбородок. “Единственное, чего я не могу понять, это как Ягуар смог убить лейти, особенно не оставив на ней следов”.


“Она отдала это Ягуару”. Заговорил Тен-Инч. Он стоял в нескольких футах от Таити и держал что-то в руке. Это был сухой лист, но он был свернут в подобие чего-то, что я не смог сразу разобрать. Тен-Инч повернул руку, давая мне лучше рассмотреть лист, и я увидел, что он напоминает акулу. Он почему-то показался мне знакомым, но я не мог понять почему.


На лице Таити отразился шок. “Отдай мне это!” - потребовала она. Она потянулась за листом, но Десятидюймовый отдернул его вне пределов ее досягаемости.


“Что это?” Я спросил.


“Кисикиси назвал это тауфа'анга. Он сказал, что последователи Тауфы использовали это для защиты. Но это также можно использовать для убийства. Вы показываете это кому-то, и он умирает. Кисикиси забрал его у Ягуара после того, как использовал на "Лейти". Держу пари, у Таити случился припадок, когда она узнала, что у Ягуара его больше нет. Но она не знала, что Ягуар был выбран Кисикиси, как и я. Это одна из причин, по которой мы так часто ссорились друг с другом. Кисикиси любит хорошее соперничество. Я бы не советовал смотреть на эту штуку. Кисикиси говорит, что она может высосать жизнь практически из любого человека. ”


“Ты идиот!” Таити закричал. “Ты не понимаешь, что делаешь с этим. Отдай это мне!”


Десятидюймовый держал лист над головой одной рукой, а другой защищался от Таити. “Она дала одно из них Ягуару и сказала ему пойти посмотреть на Лейти. Они, вероятно, выпили немного кавы. Затем он вылил одну из них на нее. Любой может использовать это, если знает как. Таити, должно быть, научил Ягуара, что делать. ”


“Подожди минутку”, - сказал я. “Ягуар убил лейти листом?”


“Волшебный лист”, - подтвердил Тен-Инч. “Чертовски крутой волшебный лист”.


Тогда меня поразило, почему лист показался мне знакомым. Лист в форме акулы приснился мне под воздействием зелья кавы мадам Куапа. Я вспомнила лист в руке Десятидюймовки, высасывающий мою жизненную энергию. Я посмотрела прямо на лист, и остальная часть комнаты начала исчезать, как это было в моем сне. На меня начала наваливаться огромная усталость, и я почувствовал, что начинаю терять сознание.


Десятидюймовый засунул лист себе под пальто, и я почувствовала, как в голове прояснилось, а кровь прилила к вискам.


“Отдай мне тауфа'ангу!” Таити вцепился в кожаное пальто Десятидюймовки, пытаясь залезть внутрь.


Десятидюймовый удержал ее. “Отойдите, леди. Я не хочу причинять вам боль, но я не выше этого ”.


Таити отступил от Тен-Инча на шаг и начал вглядываться в его глаза, которые внезапно расширились.


Я знал, что будет дальше. “Не делай этого, Таити!” Я закричал.


Тен-Инч резко вдохнул и поднял руку перед лицом, как будто отражал невидимую атаку.


“Ты сука!”


Голова Таити закружилась от внезапного крика одного из бандитов Картеля, который наставил на нее тяжелый пистолет.


“Ты пытался убить Ягуара!”


“Заткнись, идиот—”


Выстрел из пистолета был неожиданно громким и эхом разнесся по залу. Адарос закричали, и я рефлекторно отпрянула назад. Таити повернулась лицом к капюшону, как ни в чем не бывало. На ней не было никаких признаков того, что ее продырявили свинцом, хотя выстрел был произведен всего в нескольких футах от нее и никак не мог промахнуться.


Раздался второй выстрел, и Таити даже не вздрогнула. Таити прищурилась, глядя на капюшон, который взвизгнул и выронил пистолет. Он поднял обе руки, чтобы защититься от чего-то, что мог видеть только он, и опустился на колени.


Я протянул руку и схватил Таити за плечи. “Прекратите все это дерьмо!” Я закричал. “Все вы!” Я развернул Таити лицом к себе. “У тебя нет на это времени, Таити. Ты забыл, зачем ты здесь? Шторм выходит из-под контроля. Тебе нужно подумать об этих молодых женщинах ”.


Она моргнула и кивнула. “Да. Да, ты прав. Все остальное не имеет значения”.


Я продолжал сжимать плечи жрицы. “Я спрашиваю тебя еще раз, Таити. Ты можешь что-нибудь сделать, чтобы остановить этот шторм? Хоть что-нибудь?”


Она обхватила руками мои запястья, и я позволил ей снять их с плеч. “Нет. Здесь шторм. Даже если бы я захотел, я ничего не могу с этим поделать ”.


Десятидюймовый, оправившийся от легкого помрачения рассудка Таити, издал свист, привлекающий внимание, и мы с Таити обернулись, чтобы посмотреть на него.


“Каноа сказала мне, что то, что она ищет, может остановить шторм”, - сказал он. “То, что, как она думала, я от нее прячу. Око Тауфа'тахи”.


У Таити отвисла челюсть. “Око сделало бы шторм сильнее. С помощью Ока Тауфатахи мог бы похоронить все побережье Толаникана!”


Тен-Дюйм встретился с ней взглядом, что, учитывая его представление о том, на что способна жрица, было невероятно смелым поступком с его стороны, подумала я. “Каноа сказал мне, что Око может контролировать шторм”, - сказал он ей. “Оно может усилить шторм или утихомирить его”.


Таити обдумал эту информацию и вздохнул. “Ну, это вряд ли имеет значение. У нас этого нет”.


Десятидюймовый кивнул мне подбородком. “Это правда, сержант? Кисикиси рассказал мне, что он сделал с Глазом. Он говорит, что отдал это кому-то, кто отправил это кому-то еще. У тебя есть какие-нибудь идеи по этому поводу, которыми ты хотел бы поделиться? ”


“Алекс?” Глаза Таити сияли, когда она посмотрела на меня. “Ты знаешь, где находится Глаз?”


Я одарил ее самым невинным взглядом. “Не в данный момент”, - сказал я. Технически, я не лгал.


Она продолжала смотреть, и у меня от напряжения заболела голова. Ее глаза загорелись. “У тебя это есть! У тебя глаз!”


Я пыталась отрицать это. “Я не ...” У меня сжалось горло. Мне очень захотелось закашляться, но я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Я упала на одно колено и открыла рот так широко, как только могла, пытаясь силой открыть проход. Десятидюймовый, увидев, что происходит, метнулся ко мне за спину и обхватил руками мою талию. Он уперся кулаком мне в живот, накрыл его другой рукой и с силой втянул внутрь и вверх. Я почувствовала, как что-то скользнуло вверх от моего горла и изо рта. Я судорожно вздохнула и посмотрела вниз на рубиново-красный драгоценный камень яйцевидной формы, лежащий на полу передо мной.


Прежде чем кто-либо успел ее остановить, Таити наклонилась, подняла с пола Глаз Тауфа'тахи и поднесла его к свету. “Вот он — Глаз!”


Я попытался позвать ее по имени, но смог лишь хрипло прохрипеть. Я прочистил горло и попробовал снова. “Таити. Ты можешь использовать это, чтобы утихомирить шторм”.


Глаза Таити были дикими, когда она обратила их на меня.


“У меня есть способ вытащить твоих людей отсюда. Но ты должен успокоить шторм”.


Она перевела взгляд с меня на Глаза, но ничего не сказала.


“Ты должен доверять мне”. Я обвел рукой зал. “Посмотри на своих людей, Таити. Они хотят вернуться домой. Я могу это устроить. Ко мне приедет водитель с автобусом. Я могу вывезти всех из поселения. Я могу договориться с профессионалами, чтобы они удалили их татуировки и устройства слежения. И тогда я смогу безопасно вывести их всех в океан. Мне просто нужно, чтобы ты использовал "Око", чтобы остановить этот шторм, прежде чем он затопит город. Поверь мне, Таити. Мы сможем сделать это вместе ”.


Таити повернулась к другим адаро, которые все наблюдали за ней, гадая, что она будет делать. Она снова повернулась ко мне. “Доверять тебе? Человек? Мне не нужна твоя помощь, чтобы освободить моих людей. Им не нужен человек, чтобы вести их к свободе. Я могу сделать это без твоей помощи. Отойди! ”


Таити поднял глаз, взяв его за более узкий конец и подняв более широкий конец вверх. За стенами зала заседаний прогремел гром. Мощный порыв ветра заставил двери здания захлопнуться, а стены застонали. Комнату наполнили вздохи и крики.


Я вскочил на ноги. “Таити! Что ты делаешь? Это безумие!”


Десятидюймовый был быстрее. Он бросился к жрице адаро, но остановился, словно наткнувшись на стену. Он развернулся и нырнул на пол, как будто поблизости разорвалась бомба. Я увидел, как Солнечное Трио съежилось и поползло к стене. Гангстеры Картеля стояли на четвереньках.


Таити поднял "Око" повыше к небу. Раскат грома прозвучал так близко, что я подумала, что он, должно быть, ударил по крыше конференц-зала. Волосы у меня на шее встали дыбом. Я попытался крикнуть, но это прозвучало как сдавленная мольба: “Таити?”


Я сделал шаг к жрице и оказался в джунглях, лунный свет пробивался сквозь похожие на лезвия листья деревьев тагуа, нависающих над головой. Краем глаза я увидела фигуру, но когда я повернула голову, чтобы лучше рассмотреть, фигура исчезла. Холодный ужас поселился у меня в животе. Я почувствовал движение краем глаза, но когда я обернулся, чтобы посмотреть, что это было, там ничего не было. Я почувствовал, как на меня давит потустороннее присутствие, и понял, что от этого никуда не деться. Гнетущая тишина наполнила воздух, предвещая приход смерти. Тишину разорвал грохот пулеметной очереди, и я уже собирался упасть на палубу, когда увидел, что на самом деле стою не на поляне в джунглях, а на цементном полу внутри зала. Передо мной стоял Таити, все еще держа красный драгоценный камень. “Таити”, - выдохнула я. “Прекрати это”.


Таити уставилась на меня с растерянным выражением лица. Она исчезла, и я оказался в переулке, который знал по соседству со своим детством. Мне было восемь лет. Меня окружили дети постарше. Они по очереди пинали меня, и я стояла на коленях. Подросток с мертвыми глазами и холодной ухмылкой сделал шаг ко мне, подняв ногу. Я собралась с духом. Во рту появился смутный привкус кавы.


Я был в зале заседаний. Десятидюймовый лежал ничком рядом со мной, выкрикивая эпитеты в адрес мужчин, которых там не было. Бандиты Картеля хныкали. Санни и ее команда кричали, и я услышал крики поблизости. Я сделал шаг в сторону Таити.


Она увидела, что я приближаюсь. Меня окружила тьма, тьма без стен. До меня донесся шепот, и я повернула голову, пытаясь найти источник голоса.


Шепот превратился в вопль: “Ты сказал, что поможешь мне”. Я обернулась, но увидела только темноту.


В темноте передо мной возник призрачный силуэт.


“Посмотри, что ты со мной сделал”. Силуэт превратился в фигуру мужчины, молодого человека с лицом ребенка. Но это лицо было изуродовано почти до неузнаваемости. Один глаз был закрыт и распух. Нос был разбит, превратившись в бесформенные руины, из обеих ноздрей текла кровь. У него было оторвано ухо сбоку головы, и из оставленной им трещины сочилась густая кровь. Одну сторону опухшего лица молодого человека покрывал фиолетово-черный синяк, а в отвисшем рту виднелись сколы и сломанные зубы.


Именно повязка на голове "Северян", удерживающая длинные, густые, вьющиеся черные волосы, подсказала мне, кем был этот молодой человек. “Я не делал этого с тобой, Куапо. Ты сделал это с собой. Я дал тебе шанс сбежать после того, как ты сдал свою банду копам. Но ты пытался уговорить Тин-Инча дать тебе еще один шанс. Это была твоя вина, малыш. Не я. ”


Куапо медленно поднял руку и обвиняюще указал на меня пальцем. “Тебе не следовало пытаться помочь мне. Ты только сделал хуже”.


Я сказал себе, что с кем бы я ни разговаривал, на самом деле это был не Куапо, чье мертвое и изуродованное тело я в последний раз видел свисающим со стропил в таверне Медузы. В глубине души я знал, что Таити призвал кайту, привидение. Холод распространился по моей груди и заморозил легкие. Когда я заговорила, мне показалось, что мое горло утыкано бритвенными лезвиями. “С тобой все было бы в порядке, если бы ты просто поехал на том автобусе”, - прохрипела я дрожащим голосом. “Тебе следовало послушать меня”.


“Почему ты думал, что сможешь спасти меня? Ты никого не можешь спасти. Ты даже себя не можешь спасти ”. Призрак Куапо растаял, превратился в дым, его обвиняющий палец исчез последним.


Дым изменился, и я обнаружил, что смотрю на парящую фигуру женщины с рыжевато-русыми волосами, карими глазами и россыпью веснушек на щеках и носу. Она была там, ясная как день в окружающей темноте, и я мог видеть сквозь нее пустоту за ее спиной.


Она смотрела мимо меня, как слепая. Ее лицо было восковым и бескровным, лицом трупа. Моя кровь заледенела, и волна паники охватила мой разум. Я замерзла до смерти. Я подавила крик, рвущийся из моей груди. “Синди?” Ее имя превратилось в пар, когда слетело с моих онемевших губ.


Женщина посмотрела мне прямо в глаза и отшатнулась, как будто увидела что-то ужасное. Она подняла руки, защищаясь от ударов. Ее губы скривились, и она издала пронзительный визг, от которого мне захотелось заткнуть уши.


“Синди! Что это? Что ты видишь?” Хотел ли я знать? Синди Шиппер была жива, когда я видел ее в последний раз. Это был кайту? Означало ли это, что Синди мертва?


“Синди! Где ты? Ты не можешь быть мертва! Ты не можешь!”


Ее крик перешел в маниакальный смех, и от этого смеха мой желудок сковало льдом. “Я не могу?” - спросила она насмешливо. “Что ты сделал, чтобы этого не случилось?" Где ты был, когда я нуждался в тебе? Ты говорил себе, что заботишься обо мне, что поможешь мне, если мне это понадобится, но ты даже не попытался. Ты забыл обо мне. ”


“Я… Я не знала,… Я...” Кожа на лице Синди покраснела и покрылась волдырями. Языки пламени взметнулись над ее волосами. Она вскрикнула от боли, и мое сердце сжалось от этого звука. Ее покрытая волдырями кожа почернела и облезла с лица, а внезапный запах обугленной плоти вызвал сильную волну тошноты, которая заставила мои внутренности сжаться, как кулак. Я закрыл глаза, и у меня закружилась голова. Мое сознание начало ускользать через заднюю дверь, и я хотел отпустить его. Внезапно тошнотворный запах паленого мяса сменился резким привкусом кавы. Мой желудок успокоился, а в голове прояснилось. Когда я открыл глаза, Синди уже не было.


Все исчезло. Меня окружала бесцветная тьма, даже не черная. Все мое тело онемело, а язык распух и заполнил рот. Я чувствовал, что падаю, бесконечно падаю, с каждой секундой набирая скорость. У меня было отчетливое ощущение высоты и, особенно, падения, но я не видел в темноте ничего, что могло бы дать хоть какую-то ориентацию. Я разгонялся с невероятной скоростью, стремительно падая сквозь пустоту навстречу неизбежной внезапной смерти. Я снова почувствовал горький привкус кавы во рту. Я протянул руку ...


Я коснулся руки Таити. “Таити!” Я закричал. “Прекрати это!”


Пораженная, Таити отстранилась от моего прикосновения. “Я не знаю, как ты сопротивляешься мне”, - сказала она. “Мне жаль, что приходится так поступать с тобой. Но ты не оставляешь мне выбора.”


Она оттолкнула меня от себя и показала мне что-то. Это был лист, сложенный в форме акулы, который показал мне Тен-Инч. Чертовски обалденный волшебный лист. Тауфа'анга. Я попыталась отвести взгляд, но моя голова не двигалась. Я попыталась закрыть глаза, но они были закрыты. Я попытался отойти, но обнаружил, что стою на одном колене. Комната вокруг меня затуманилась и начала исчезать. Я слышал, как замедляется ритм моего сердца.… медленнее ... медленнее с каждым ударом. Мои глаза были сосредоточены на листе, и мои мысли исчезли вместе с окружающей комнатой. Я почувствовал, что немею.


Я почувствовал прикосновение чего-то твердого и холодного к моей руке. Отчаянно желая хоть каких-то ощущений, я схватил предмет. Слабый вкус кавы пришел ко мне, как воспоминание. Я вспомнил, как Коди рассказывал мне что-то ... что-то о спасении ласточки ....


Едва способный думать, я скорее почувствовал, чем ощутил, как моя рука вытаскивает что-то из кармана пальто. Я почувствовал, как мое сердце снова забилось, и обнаружил, что могу двигать глазами. Посмотрев вниз, я увидел у себя в руке серебряную фляжку. Я глубоко вздохнул, сорвал пробку с фляжки, поднес ее ко рту и опрокинул в горло последний глоток зелья мадам Куапа.


Я сразу же начал кашлять, и по мере того, как я кашлял, мой разум прояснялся, пока я полностью не проснулся, проснулся так, как может быть пробужден только человек, чье сознание волшебным образом улучшено эльфийской магией и колдовством. Я услышал, как у Таити перехватило дыхание. Ее рука, державшая лист, дернулась, и она сделала быстрый шаг назад. Я выбил листок у нее из рук и наблюдал, как он, порхая, падает на пол.


Рядом со мной застонал Тен-Инч. Таити повернулась, чтобы посмотреть на него, и я схватил ее за руку, обеими руками удерживая Глаз. Она поднесла другую руку к Глазу, и мы подрались из-за этого. Я был крупнее "адаро", но что бы Таити ни сделало со мной, я был слаб, как котенок. Ее хватка двумя руками за Глаз была твердой, и она была полна решимости. Она оттолкнулась и попала мне чуть ниже колена. Боль пронзила мою ногу, и моя хватка на Глазу ослабла, позволив Таити втянуть драгоценность в свое туловище.


Снаружи зала прогремел гром, один удар за другим быстро сменяли друг друга. Двойная дверь в передней части зала с грохотом обрушилась внутрь и раскололась. Мощный порыв ветра ворвался в комнату. Таити сложили пополам над Глазом, обхватив его обеими руками, спрятав драгоценный камень себе в живот. Я схватил ее за запястья, намереваясь вырвать драгоценность из ее рук, но не смог дотянуться до нее.


“Отпусти!” Закричал Таити. “Отпусти—”


Тен-Дюйм поднялся на ноги позади жрицы. Он обхватил ее руками за шею, схватил за подбородок и дернул. Шея Таити сломалась с треском, который показался мне громче раскатов грома.


OceanofPDF.com


OceanofPDF.com

Глава тридцать третья


Тело Таити лежало, распластавшись, у моих ног. Мне хотелось закричать на Тен-Инча. Мне хотелось ударить его по лицу. Мне захотелось оторвать ему голову от плеч и разбить о стену. Но прежде чем я успела что-либо сделать, я увидела затравленный взгляд в его глазах и подергивание уголка рта. Это было лицо сильного мужчины, пробудившегося от кошмара, который потряс его до глубины души. Я услышала хныкающие звуки вокруг себя и, обернувшись, увидела Санни, Корал и Сэнди, обнимающих друг друга, по их щекам текли слезы. Головорез из картеля, стрелявший по Таити, вскочил на ноги и отбежал в угол комнаты, где упал на четвереньки, и его начало рвать. Два других капюшона свернулись в позу эмбриона на полу, тяжело дыша. Я выглянул в зал и увидел две дюжины адаро с посиневшими скальпами, которые вытирали слезы с глаз или громко рыдали, давая волю слезам. Пайпер растянулась на мокром полу, уставившись в потолок ввалившимися глазами.


За пределами зала заседаний продолжала бушевать буря. Безостановочно трещали молнии, ветер выл, как хор демонов, а дождевая вода лилась в зал через открытую дверь.


Я опустился на колени рядом с неподвижной фигурой Таити и подобрал Глаз с пола, куда он упал.


Десятидюймовый уставился на меня сверху вниз. “Ты можешь что-нибудь с этим сделать?”


Жар от драгоценного камня обжег мою руку, заставив меня уронить его на пол. Сильный гул магии, от которого вибрировали кости в моей голове, угрожал расшатать зубы.


“Нам нужен практик”, - сказал я. “Сильный. В этой штуке дохрена энергии, но я понятия не имею, как ее контролировать. Я, блядь, даже прикоснуться к нему не могу ”.


Когда потусторонняя энергия драгоценного камня потрясла мой череп, откуда-то поблизости до меня донесся звук бегущей воды, похожий на журчание фонтана. Я повернулся на звук и увидел Санни, стоящую у стены с широко раскрытыми голубыми глазами и округлившимся ртом. Рядом с ней из раковины, которую принес с собой Тин-Инч, текла вода и собиралась в лужицу у ног Санни. Корал и Сэнди отпрянули от нее. Через несколько мгновений губы Санни сложились в улыбку.


Она вышла из бассейна и провела руками по бокам к бедрам. Ее глаза закрылись, когда она вздохнула. “Такая стройная”, - выдохнула она. “Такая молодая. Я мог бы к этому привыкнуть. ”


Ее глаза открылись, и она шагнула в мою сторону. Когда она приблизилась, ее глаза сузились, когда она заметила что-то на полу. “Не мог бы кто-нибудь из вас что-нибудь с этим сделать? Мне пришлось покинуть свое тело, чтобы оно не утянуло меня в бездну, и я все еще чувствую, как оно пытается завершить начатое. ”


Я проследил за ее взглядом и увидел тауфа'ангу, лежащую на полу. Я вскинул голову. “Leiti? Это ты?”


“Ага. Ну, по крайней мере, мое хау. Это все, что осталось. Но это всегда было самой реальной частью меня. Кто-нибудь из вас, джентльмены, будет любезен и наступит на эту штуку? Это мерзость. ”


Десятидюймовый оказал честь, растоптав лист и раздавив его каблуком. Для верности он поднял его и разорвал в клочья.


“Спасибо тебе, Десятидюймовка”. Голос звучал как у Санни, но ритм и интонация ее слов принадлежали Лейти Лаака. “Удивительно, что можно сделать с листьями кокоса, не так ли? Я не думал, что на Таити хватит духу сделать тауфа'ангу, которую может использовать кто-то без таланта”. Она взглянула на Ягуара, который все еще был без сознания. “Я могу только думать, что она, должно быть, заразилась от самого Тауфа'тахи. Это моя собственная вина. Я никогда не подозревал, до какой степени она попалась ему на крючок. ”


“Leiti?” Я попытался взглянуть глазами Санни, чтобы найти в ней какие-нибудь видимые свидетельства хау Лейти, но это было не в моих навыках. “Ты можешь остановить этот шторм?”


Она обратила свое внимание на Глаз Тауфа'тахи и изучала его несколько секунд, прежде чем наклониться, чтобы поднять. Она выпрямилась и проницательным взглядом осмотрела рубиново-красный драгоценный камень. По крайней мере, это не обжигало ей руки. Я полагаю, это был обнадеживающий знак.


Пробормотав несколько фраз, которые я не расслышал из-за раскатов грома и завывания ветра, она оторвала взгляд от драгоценности. “Этот маленький сукин сын полон энергии. Ее сила тоже растет. Боюсь, что для любой из этих девушек может быть слишком поздно спасаться в океане. Их будет швырять и раздавливать паводковыми водами и штормовыми приливами, прежде чем они смогут достичь воды, достаточно глубокой и спокойной, чтобы проплыть по ней. ”


“Но можешь ли ты связаться с Глазом?” - Спросила я. “ Если можешь, то, думаю, я знаю, как ты можешь использовать это, чтобы остановить шторм. Сегодня утром молодая ведьма прочитала для меня. На последней карте, которую она открыла, был драгоценный камень. Он не был похож на этот, но она сказала, что это не важно. Она сказала мне, что драгоценный камень на открытке символизирует сильную природную энергию, изливающуюся в мир. Но карта была перевернута — и, по ее словам, это означало, что драгоценный камень забирал эту энергию прочь из нашего мира ”.


Я указал на драгоценный камень. “Таити держал Глаз толстым концом кверху. Я думаю, если держать его узким концом кверху и делать свое моджо ...”


Лейти сосредоточился на драгоценности глазами Санни. “Да ... да, это может сработать. Но это не могло быть так просто, не так ли?” Она держала драгоценный камень подальше от своего тела узкой стороной вверх.


Мы ждали. Продолжал греметь гром. Буря продолжала бушевать. На лице Санни появилось хмурое выражение Лейти Лаака. Мы подождали еще немного. Наконец, Лейти опустила камень и уставилась на него, закусив губу.


Она несколько долгих мгновений смотрела на драгоценный камень.


“Leiti?” Я спросил.


“Заткнись!” Она не сводила глаз с камня.


Прошли секунды. Секунды превратились в минуту. Шторм продолжал бушевать. Вода хлынула через дверной проем и залила наматрасники на полу. Я услышал, как разбилось окно. Никто не осмеливался пошевелиться. Я думал, что в любой момент паводковые воды сорвут зал собраний с его фундамента и отправят нас всех кувыркаться по городу, как корабль, попавший в приливную волну. Мой план состоял в том, чтобы посадить адаро в автобус и вывезти их из поселения, пока власти будут заняты со штормом. У меня был водитель, и у меня были гарантии, что профессионалы будут под рукой, чтобы удалить татуировки и устройства слежения с "адаро". Тогда Кракен смог бы незаметно вывезти адарос из города в океан. Но я недооценил Таити, не осознал глубины ее амбиций. Пока я не вернулся в зал собраний, я не знал, что она приказала убить Лейти Ла'аку и приобрела все ее заклинания и связи с духами, или что она стала существом Тауфа'тахи. Как только она завладела Глазом Тауфа'тахи, она использовала его, чтобы усилить шторм, пока он полностью не вышел из-под контроля. Я не думаю, что ей приходило в голову, что из-за ее действий последователи адаро не могли сбежать в океан. Ее рассудок был ошеломлен приобретением слишком большого количества новой силы за слишком короткое время. На Таити отнеслись к этому как к свежему отряду сапог в их первую ночь в приграничной забегаловке. Многие из них тоже напились до полусмерти.


Мои мысли резко оборвались, когда я заметил улыбку, медленно расплывающуюся по лицу Санни. “О, Тауфатахи”, - пробормотала она. “Ты хитрая маленькая акула”.


Она медленно повернулась, осматривая комнату. “Отойди”, - сказала она. Она поднесла Глаз к лицу узкой стороной вверх и пробормотала несколько слов. Она повернулась, встретилась со мной взглядом, открыла рот так широко, как только могла, и проглотила драгоценный камень.


***


Небо все еще было затянуто облаками, когда я помогал адаро загружать их вещи в микроавтобус. Было тесно, но нам удалось втиснуть внутрь все двадцать четыре человека.


“Ты в порядке, Луано?” Я спросил.


“Думаю, да. Дороги разбиты, но у меня не должно возникнуть никаких проблем, как только мы вывезем этих девушек из поселка. Любанк попросил меня занести несколько кружек после того, как мы въехали. Это довольно сложные цифры, и я полагаю, что они будут слишком заняты, чтобы заботиться о пробках, выезжающих из этого района ”. Луано щелкнул пальцами. “О, это напомнило мне. Любанк просил передать вам, что он вкладывает деньги, которые ему пришлось заплатить этим головорезам, чтобы они отвлекли вас от работы. Он сказал, что ты не будешь возражать, потому что, и это его точные слова: "Саутерленд знает, что у всех добрых дел есть гребаная цена ’.


Я покачал головой. Я должен был догадаться, что зубило найдет способ получить солидную прибыль за то, что помог мне тайно вывезти невинных адаро из поселения и вернуть их в их дома в океане. Я сомневался, что он платил хоть десять центов тем, кого послал разгромить поселение и занять MAS работой. Если бы я знал Любанка, эти головорезы отрабатывали долги, которые задолжали ему за то, что он спас их от тюрьмы. В его отчете о расходах было бы показано, что он выплачивал им зарплату, и он выставил бы мне счет за потраченное время. Он также брал с меня немалые деньги за то, что я находил людей, которые удаляли татуировки и устройства слежения с адаро. Для Любанка благое дело было не чем иным, как возможностью заработать деньги. Не то чтобы я возражал. Я собирался передать счет Любанка Ральфу, а Ральф найдет способ получить компенсацию от LIA. Я не могу лгать: знание того, что Лиа в конечном итоге не будет финансировать всю мою операцию, заставляло меня чувствовать себя довольно хорошо, даже если Любанк был единственным, кто в конце концов действительно собирался заработать какие-то деньги. И, по крайней мере, люди, которых он мне подбирал, были надежными. “Ладно”, - сказала я. “Лучше идти. И спасибо, Луано. За это и за то, что вытащил меня из полицейского участка в Плэсид-Пойнт ”.


Луано подмигнул. “Конечно, босс. Если вам когда-нибудь снова понадобится водитель, найдите меня”.


Когда автобус скрылся из виду, я повернулся к Санни, которая вместе с Корал и Сэнди предпочла остаться. Санни держала ракушку рядом с собой.


“Ты в порядке, Санни?” - Спросила я.


Она кивнула. Дождь почти прекратился, и она вытерла с глаз мелкую морось.


“Ты уверен, что не хотел пойти с ними?”


Она пожала плечами. “Лейти Лаака поможет мне стать квурлплап”.


“Мы собираемся помочь ей”, - сказала Корал, и Сэнди кивнула.


Я заглянул в глаза Санни, пытаясь разглядеть, что может скрываться внутри. “Лейти все еще там?”


Санни склонила голову набок. “Не сейчас. Она говорит, что придет, когда мне это понадобится. И мы можем поговорить друг с другом. Это безумие, но она потрясающая!”


“Да”, - согласился я. “Отчасти да. Ты знаешь, что она сделала, чтобы остановить шторм?”


Санни нахмурилась. “Не совсем. Она сказала, что это как-то связано с изменением полярного направления".… полярное что-то.


“Полярности?”


Санни пожала плечами. “Возможно. Также что-то о произнесении некоторых заклинаний задом наперед или наизнанку. Что-то в этом роде. Кроме того, у Хавеа Хикулео теперь есть глаз. Я не понимаю всего — пока! Но я пойму ”. Ее глаза сузились, а лицо озарилось коварной улыбкой. “И когда я пойму — берегись!” Она обратилась к Корал и Сэнди. “Копы будут заняты всю ночь, преследуя мародеров и устраняя последствия наводнения. Пойдем повеселимся!”


Солнечная Троица умчалась в ночь, вопя на бегу. "Яйца господни", - подумал я. Я надеялся, что Лейти знала, во что ввязывается.


Я вернулся в зал заседаний и обнаружил Тин-Инча, который стоял на коленях возле тела Таити. Бандиты из Картеля уже увезли Ягуара, надеюсь, в больницу, и больше никого не было в коридоре, теперь заполненном грязью, брошенными наматрасниками и недоеденными остатками сырой рыбы. Десятидюймовый поднял на меня глаза, когда я приблизился.


“Я не жалею, что убил ее, сержант. Она была солдатом Тауфатахи, и ее нужно было остановить. Это был акт войны ”.


“Сражения находят тебя, Десятидюймовый. Но, похоже, это закончилось”.


Тен-Инч продолжал смотреть на тело Таити. “Будут и другие. Война идет всегда”. Он поднялся на ноги. “Но сейчас нам нужно убрать павших с поля боя. Я собираюсь отнести ее тело на пляж и ждать, пока эмиссары из Пулоту заберут его. Ты пойдешь со мной?”


Я кивнул. “Да. Я знаю это место. Моя машина снаружи. Мы можем ею воспользоваться”.


На лице Тен-Инча появилась легкая усмешка. “Ты все еще водишь этот пиммобиль?”


“Я называю это зверомобилем”.


Тен-Инч усмехнулся. “Уверен, что знаешь”.


Мы завернули Таити в мокрое одеяло, которое оставили дома, и, когда мы выносили ее из зала, она оказалась на удивление тяжелой. Мы были на полпути к моей машине, когда температура резко упала, и ледяной ветер пробрал меня до костей.


Мы остановились. Мы с Десятидюймовым уставились друг на друга, и я уверен, что мы оба подумали об одном и том же. Неужели шторм вернулся? Налетел порыв ветра, и с неба посыпались ледяные шарики размером с мрамор. Не говоря ни слова, мы ссутулились от невыносимого холода, пронзающего наши сердца, как острые как бритва ножи, и быстро зашагали к моей машине.


Мы прошли всего несколько шагов, когда с мокрой земли поднялась тень, темнее ночи. Над нами нависла тень, и из темноты я услышал треск и лязг, которые вызвали видения ломающихся ветвей деревьев и бряцающих цепей. Эти звуки были заглушены протяжным стоном, из-за которого мы с Тин-Инчем позволили телу Таити выскользнуть из наших онемевших пальцев и упасть на землю. Я почувствовал, как у меня опустошается кишечник, и изо всех сил старался держать себя в руках.


Тень сгущалась сама по себе, пока мы не уставились на фигуру в форме человека. Мелькающие черты лица, глаз, нос, рот, шевелюра появлялись и исчезали, кусочки за раз, пока не встали на место, и я смог различить полупрозрачный образ полностью сформировавшегося человека — нет, не человека, — а женщины адаро. Она так и не стала полностью твердой, и я мог смотреть сквозь нее и различать размытые очертания зверомобиля, припаркованного позади нее. По мере того, как она становилась все более заметной для нас, порывы ветра стихали и лед перестал падать, хотя неземная прохлада в воздухе сохранялась.


Из-за стучащих зубов мне было трудно говорить, и это было прекрасно, потому что я не знал, что сказать. Но Десятидюймовому удалось пробиться сквозь оцепенение и выдавить вопрос из одного слова: “Каноа?”


Рот кайту не двигался, но звук голоса адаро доносился из самого морозного воздуха, и слова заставили меня упасть на колени: “Помоги мне”.


Как Десятидюймовому удалось удержаться на ногах и заговорить с призраком, я никогда не узнаю. Он был более жестким человеком, чем я.


“Я не могу”, - прошипел Десятидюймовый сквозь стиснутые зубы.


“Помоги мне”, - повторил Каноа.


Десятидюймовка вдохнула морозный воздух. “Расскажи мне, как”.


В ответ кайту издал стон, жалобный звук, наполненный таким одиночеством и тоской, что я был вынужден закрыть уши руками.


“Отправьте меня в Тауфатахи”, - причитал кайту.


Тин-Дюйм заставил себя сделать еще один вдох. “Я не знаю как”.


За этим последовал еще один стон, и я подумала, что меня сейчас стошнит.


“Тогда отправь меня в Пулоту”, - потребовал кайту.


Тин-Дюйм повернулся ко мне, в его глазах был вопрос. Я могла только покачать головой.


Десятидюймовый, казалось, набрался сил, и его голос зазвучал четче, когда он заговорил. “Хикулэ'о отвергла тебя, Каноа”.


Воздух наполнил еще один стон, но силы покинули его. Я втянула воздух, потрясла головой, чтобы прояснить ее, и сумела подняться на ноги.


Слова кайту наполнили воздух. “Тогда убей меня”.


Тен-Инч уставился на призрачную фигуру Каноа. “Ты уже мертв”.


Рот призрака открылся, и из него вырвался тихий стон. Это был стон кого-то смертельно раненного, но все еще живого. Каноа заговорил, и его слова охладили меня не так, как ледяной воздух. “Для меня смерти нет”.


Каноа подняла лицо к Тен-Инчу и протянула ему руку. Ее жалобный голос звучал почти нормально. “Я одна, Тен-Инч. Такая одинокая. Мне некуда идти. Пожалуйста, Десятидюймовый. Пожалуйста, помоги мне. Пойдем со мной, Десятидюймовый. Пожалуйста, приди и будь со мной. У меня никого нет. Ничего. Я не хочу быть одна. Пожалуйста, пойдем, побудь со мной.”


Я был ошеломлен. Хотя слова были обращены не ко мне, я чувствовал их притяжение, их принуждение. Мой голос застрял у меня в горле. Я беспомощно наблюдал, как Десятидюймовый опустил глаза, чтобы посмотреть на призрачную руку Каноа.


Десятидюймовый вскинул голову так, что уставился прямо в глаза призраку. “Пошла ты, сука. Ты предала меня. Убирайся нахуй с моего лица”.


Внезапный порыв ветра, налетевший на нас, сбил нас с ног и угрожал намертво заморозить. Я думал, что разобьюсь, когда упаду на землю. Оглушительный визг наполнил воздух, становясь все громче, пока не растаял в ночи. Когда я открыл глаза, кайту исчез, оставив после себя такое глубокое чувство потери и безнадежной заброшенности, что я думал, что умру от этого. Образ Каноа, жрицы адаро, которая когда-то была уважаемой хранительницей артефакта морского духа, которая рисковала всем, чтобы вернуть его, когда он был украден, которая была изнасилована и лишена всего, что придавало смысл ее жизни, и которая, в результате, была отвергнута всеми и оставлена скитаться в одиночестве, потерянная, без цели, запечатлелся в моем мозгу. Слезы хлынули из моих глаз и застыли на щеках. Я уткнулась лицом в воротник пальто, чтобы Десятидюймовка их не увидела.


OceanofPDF.com


Эпилог


Модок так и не добрался до полицейского участка в центре города. Никто не заметил, когда он потерял сознание на заднем сиденье патрульной машины. Шторм затопил большинство главных улиц и отключил электричество на больших участках города, а из-за того, что большинство светофоров не горело, движение было более беспорядочным, чем обычно, даже при меньшем количестве машин на дороге. Копам потребовалось больше часа, чтобы добраться из поселка в полицейский участок. К тому времени, когда они переключили свое внимание с передвижения по разбитым штормом улицам на проверку состояния своего пленника, Модок был мертв.


Я не мог быть уверен, но у меня было, как мне казалось, довольно хорошее представление о том, что могло его убить. После того, как Кугуар уничтожил его шкуру, Модок потерял большую часть своей магической способности к исцелению. Он все еще был в процессе залатывания своей последней серьезной раны, нанесенной ручкой, пронзившей его глаз, когда он потерял способность к исцелению. Возможно, она все-таки пронзила его мозг. Я испытал чувство глубокого, хотя и несколько виноватого удовлетворения при мысли, что, возможно, был тем, кто прикончил его.


Я серьезно отнесся к угрозам Каламы и прибыл в участок на пятнадцать минут раньше. Калама почти не спала и была в сварливом настроении, когда присоединилась ко мне в комнате для допросов, чтобы взять у меня показания. Я дал ей полный и точный отчет о моих поисках Десятидюймовки и смертях Каноа и Лейти Лаака. Ну, возможно, не совсем полный и, возможно, не совсем точный. Я придерживался истории о том, что Модок изнасиловал и убил Каноа. Я полагал, что никто не скажет иначе, и, кроме того, насколько я был обеспокоен, Каноа умерла, потому что Модок изнасиловал ее. Зачем все усложнять? Я рассказал Каламе, как Таити использовал Ягуара, чтобы убить Лейти Лаака. Насколько я знал, Ягуар все еще жив и подтвердит мой рассказ. Я опустил часть о Десятидюймовом, свернувшем шею Таити. Десятидюймовому не нужны были обострения. Он помог спасти город. Мы все у него в долгу.


Калама знала, что я умолчал о какой—то важной информации в своем рассказе — она была слишком резка, чтобы этого не делать, - но она не стала настаивать на этом, и я знал, что она была разумно удовлетворена моей версией событий. Она сказала мне, что ей придется подтвердить мою историю с Таити, прежде чем она сможет закрыть дело.


“Если она расскажет мне другую историю, мне придется вернуть тебя обратно”, - сказал мне Калама. Я сказал ей, что меня это устраивает. Я не сказал ей, что она больше никогда не увидит Таити.


Мы с Тен-Дюйм отнесли тело Таити на тот же пляж, куда мы с ней отправили Лейти Лааку по пути в Пулоту. Мы положили ее тело на песок и стали ждать гребцов. Через несколько минут после нашего прибытия к нам присоединился Кракен, поднявшись из океанских волн. Мы втроем ждали несколько часов. Никто не пришел за ней.


На рассвете Десятидюймовый бросил камешек в уходящий прилив. “Хавеа Хикулео знает, как затаить обиду”.


“Что теперь будет с Таити?” - Спросил я. У Десятидюймовки не было ответа.


“Я отнесу ее тело своим старейшинам”, - заявил Кракен. “Она была квурлплап. Мы отнесем ее в глубокие воды и проведем похоронный ритуал”.


Так я и понял, что копы никогда не найдут Таити. Куда бы она ни отправилась, она была вне их досягаемости.


***


Симс так и не вернулся на станцию Плэсид Пойнт. Мы с Блуждающими по облакам присоединились к капитану Флинтуку в Sharky's, и он рассказал нам, как участок был вывернут наизнанку.


“Они подарили мне золотой парашют”. Флинтук отхлебнул красного вина из своего бокала. “Досрочный выход на пенсию, золотые часы — ну, во всяком случае, позолоченные — и неплохая солидная пенсия. Все, что я должен был сделать взамен, это подписать несколько соглашений не говорить об участии ЛИИ на станции, что означает, что у нас не будет этого разговора ”.


“Как ты думаешь, что случилось с симсами?” Я спросил.


Недавно вышедший в отставку капитан Флинтук покрутил вино в своем кубке. “О, я уверен, что он где-нибудь объявится. LIA переведет его в другой участок, и он представит свои методы зарабатывания денег. Вы были бы удивлены, узнав, сколько бабла Лиа загребает на цитатах о переходах улиц. ”


“Они все еще наблюдают за моим офисом через дорогу?” Спросили Ходящие в облаках.


Флинтук пожал плечами. “Понятия не имею. Но мистер Уайт, похоже, исчез, так что, возможно, и нет. Я так и не узнал, что они искали ”.


Я взглянул на Уокс, которая выпустила дым к потолку и раздавила сигарету в пепельнице. “Меня беспокоит, что они наблюдали”, - сказала она. “Пока я не услышу обратного, я собираюсь предположить, что они все еще там. Но, возможно, мне придется что-то с этим делать ”.


Флинтук поднял руку. “Что бы ты ни планировал, не говори мне об этом. Я покончил с ЛИА и их планами. Я тоже покончил с Плэсид Пойнт. Это место превратилось в настоящую дыру, особенно учитывая всю ту ерунду, которая творится в поселении адаро. Теперь, когда погода прояснилась, я собираюсь купить себе маленькую лодку и провести остаток своей жизни, вытаскивая рыбу из залива. ”


Я пожелал ему удачи.


***


Согласно новостным сообщениям, более сорока адаро исчезли из поселения в ночь страшного шторма, но, благодаря ранее существовавшей секретной программе слежения Военно-морского флота, все они были либо возвращены, либо, в некоторых редких случаях, казнены.


Вот и все о правдивости официальных новостных агентств.


В течение следующих нескольких месяцев военно-морской флот провел масштабную реконструкцию поселения. Все поселение было огорожено стальной сеткой и колючей проволокой. Без предупреждения прибыла тяжелая техника и расчистила трущобы. Все адаро, живущие в трущобах, были переселены в собственно поселение. Все неадаро остались бездомными в городе. Фремонт-стрит была перенаправлена через недавно расчищенную территорию, и были построены три новые дороги, ведущие из Фремонта через недавно установленные военно-морские контрольно-пропускные пункты в поселение. Стены и сети, отделяющие бухту поселения от открытого моря, были укреплены, а морское патрулирование у побережья было усилено. Не объявляя о своих намерениях, военно-морской флот фактически превратил поселение в тюрьму.


Киоски на рыночной площади оставались открытыми на протяжении всего переходного периода, но они приобрели новый вид. Военно-морской флот заключил контракт на все предприятие с синдикатом Хэтфилда, который объединил разрозненную группу торговцев в единую операцию. Члены семьи Хэтфилд оспаривали обвинение в том, что они ввязались в это законное деловое предприятие, чтобы обеспечить плацдарм для расширения незаконного рэкета, которым они занимались в тени поселения, но никто не воспринял их опровержения всерьез. Картель Клейморов оставался заметным присутствием в поселении, но на улицах ходили слухи, что банда теперь работает там в качестве субподрядчиков для Хэтфилдов.


Жители Севера исчезли из поселения после того, как таинственным образом сгорело "Капающее ведро". Сначала "Медуза", затем "Ведро". Я почувствовал закономерность, которую, возможно, стоило бы исследовать, если бы я мог заработать на этом немного денег.


***


Нанятым Любанком специалистам потребовалась целая неделя, чтобы успешно удалить чернила и устройства слежения с двух десятков адаро, желающих освободиться от своего статуса ”охраняемого вида". Я не спрашивал, где Любанк нашел татуировщиков или где он нашел головорезов, которые занимали командный пункт военно-морского флота, пока Луано изгонял адаро из поселения. Я был уверен, что ни одно из них нельзя найти в законном бизнесе или с помощью незащищенной поисковой системы в Интернете. Я боялся, что MAS вмешается в нашу операцию до того, как все адаро будут вылечены, но военно-морской флот оказался занят другими, более насущными проблемами. Поселение пережило сильнейший шторм и было почти разрушено сильными ветрами и приливами, не говоря уже о чрезмерном вандализме и мародерстве. Возникший хаос заставил военно-морской флот быть слишком занятым, чтобы беспокоиться о поиске автобуса с адаро, сбежавших с места происшествия.


Мне стало интересно, как Кракен ладит с нимфами адаро, которых он повел в глубины. "Возможно, он на грани создания себе милого маленького гарема", - подумала я. Конечно, он также мог принести большие неприятности в секретные цитадели адаро. Пайпер и ее единомышленники-реформаторы были полны решимости серьезно встряхнуть ситуацию историями о своем опыте общения с человеческими женщинами. Эти бедные баксы Адаро. После тысячелетий поддержания социальной структуры, в которой мужское меньшинство доминировало над подавляющим женским большинством, сохранение этой несправедливой структуры перед лицом новых идей с суши было непростой задачей.


***


Я был в квартале от "Левти", на мне был свежий лосьон после бритья и мой лучший костюм, в одной руке я держал полдюжины роз на длинных стеблях. Был субботний вечер, и другие гуляки, ожидавшие на пешеходном переходе зеленого сигнала светофора, бросали в мою сторону косые взгляды и веселые ухмылки. Желтое такси, слишком быстро повернувшее направо, врезалось в лужу у обочины, но это была небольшая лужица, дожди, наконец, прекратились несколькими днями ранее, и брызги не долетели до моих новых кожаных туфель. Я нервничал и надеялся, что этого не видно, но, на всякий случай, я смотрел прямо перед собой и заставил себя выровнять дыхание.


Я напомнил себе, что не собирался просить Холли отвезти меня обратно. Я собирался подарить ей розы и сказать, что, хотя мы оба ушли, я все еще думал о ней время от времени, не было никаких обид, и я надеялся, что у нее все хорошо. Я сидел в тихой кабинке и наслаждался шоу. Напомни, что это было? О, да. Какая-то группа, которая должна была быть хорошей. Я бы выпил пару стаканчиков, может быть, купил сигару у Холли или у одной из других продавщиц сигарет и улизнул около полуночи, когда становилось жарко.


Загорелся зеленый, но я решил подождать и включить следующий. Я не спешил. Ночь была приятной. Может быть, немного влажной после недавнего шторма, который почти затопил город. Моя ладонь, в которой я держал розы, была мокрой от пота. Я переложил цветы в другую руку и потянул вспотевшую руку за отворот пальто. Мне следовало надеть перчатки, но у меня не было ни одной хорошей, а на обувь я потратила слишком много.


Загорелся красный свет, и вокруг меня собралась новая толпа гуляк, которые искоса поглядывали на меня и ухмылялись. Мне стало интересно, как отреагировала бы Холли, когда увидела меня. Подошла бы она сразу к моему столику с широкой улыбкой на лице и спросила, почему я так долго? Села бы она со мной, позволила бы мне угостить ее выпивкой?


Рассердилась бы она на меня за вторжение на ее территорию? Сказала бы она мне, пожалуйста, уйти и оставить ее в покое? Прислала бы она вышибалу к моему столику, чтобы облегчить мой уход?


Стала бы она притворяться, что вообще меня не видит, и посылать ко мне одну из других девушек?


Когда загорелся зеленый, я не пошевелился. Проклятые яйца Господни, какого хрена я делал? Я перевел взгляд на неоновую вывеску "Левша" на другой стороне улицы над входом в шикарное заведение. Дверь открылась, и в ночь полилась оркестровая музыка. Я внимательно прислушался и услышал субботним вечером звуки веселых голосов и радостного смеха. Сумасшедший, чувак, сумасшедший.


Гулкое эхо ударило в меня, как стена. Я развернулась на каблуках и пошла прочь. Дойдя до мусорного бака, я бросила розы внутрь. Я надвинул поля фетровой шляпы на лоб, засунул руки в карманы и пошел мимо магазинов, ресторанов, офисных зданий, баров и квартир в центре Йерба-Сити в одном определенном направлении, только подальше от "Левти". И Холли.


Я обманывал себя. Отношения с такими женщинами, как Холли, не входили в планы такого болвана, как я. Лосьон после бритья и розы на длинных стеблях? Им не было места в моем мире, мире частного детектива в грязном городе. Мир переулков и дешевых мотелей, жирных кальмаров, горького кофе и слишком большого количества дешевой выпивки. Мир ведьм, смертоносных оборотней, неряшливых юристов с темными связями и потусторонних духов, жаждущих крови. Мир охоты на мелких дельцов, продающих наркотики ученикам начальной школы из зажиточных кварталов, дешевых хулиганов и наемных убийц, жадных мужчин и еще более жадных женщин, смерти от рук копов и друзей. Кто приводит порядочную леди в подобный мир, заставляет ее ждать до раннего утра, гадая, той ли это ночью, когда мужчина, которого она любит, наконец натыкается на кусок свинца со своим именем на нем, или на это призрачное существо из другого мира с билетом в один конец в страну мертвых? Только эгоистичный подонок мог заставить даму пережить такое горе.


Я думал о "Прогулках по облакам", о том, что было между нами. Два одиноких профессионала, хорошо выполняющих свою работу, не связанных друг с другом ничем особенным. Никаких иллюзий любви или глупых мечтаний о вечном счастье. На самом деле даже никакой похоти. Просто взаимное уважение к частной жизни друг друга, общая признательность за чашечку хорошего кофе и удобная дружба, которая может перерасти во что-то другое, когда нам это понадобится. Такими были отношения для такого мужчины, как я.


Я прошел еще немного, слушая, как шины взбивают грязь, а остатки дождевой влаги все еще оседают на асфальте. Я прошел мимо других пешеходов, не глядя им в глаза, вместо этого глядя на зарево огней, проникающее на улицы и за их пределы. Я завернул за угол и вдохнул аромат ростбифа, жареной курицы и кофе, доносящийся из дверей высококлассной закусочной. Я продолжал идти и услышал настойчивый визг горящей резины и рев клаксонов, сопровождаемый криками и проклятиями. Я услышал далекий крик, топот бегущих ног, женский крик: “Кто-нибудь, остановите этого человека!” Я проходил мимо группы молодых людей на углу, которые в совершенной гармонии пели прекрасную песню без инструментов, и бросил купюру в перевернутую шляпу у их ног.


Я прошел немного дальше и остановился. До полуночи оставалось еще пару часов. Я достал телефон и позвонил Уокс, но попал на ее голосовую почту. Я не оставил сообщения. Я возобновил прогулку в поисках бара. Найдя его, я зашел внутрь.


Конец