# День отъезда, день приезда...

Лев Светлаков

День отъезда, день приезда...

Командировка в незнакомый город событие всегда волнительное. От нее ждешь новых ярких встреч с людьми, незабываемых впечатлений от увиденного впервые, новых жизненных обстоятельств в которые можно попасть. В долгой жизни Свиблову приходилось часто бывать в командировках длительных и коротких, в больших и малых городах Советского Союза. Сегодняшним сорокалетним молодым людям и не снилась командировочная романтика 80-х годов. Она далека от курортных романов, где действия могут развиваться не торопливо в спокойной обстановке без цейтнота и форс мажорных обстоятельств. В командировке время ограничено несколькими безумными днями, часы и минуты спрессованы, когда днем необходимо выполнить производственное задание, а вечером успеть посмотреть новый для себя город, его достопримечательности, осмыслить, впитать в себя увиденное и не упустить своего шанса, если повезет на увлекательное приключение. Скорее всего единственное и неповторимое в твоей жизни событие. События разворачиваются стремительно. Действия пишутся набело, причем на "форсаже", как сказал бы пилот сверхзвукового истребителя. Это настоящее сафари, где понятия охотник и добыча становятся расплывчатыми. И уже не так важно победитель ты или побежденный. Главное, что ты участник увлекательного приключения.

Когда отправляешься в командировку, то уже при посадке в вагон скорого поезда становишься другим человеком. По паспорту ты тот же Иван Петрович и в руках тот же видавший виды портфельчик со сменой белья, и костюмчик у тебя из Мосторга, а на самом деле ты уже другой человек. Ты - "командированный". Существовала в советское время целая армия особенных людей близких по духу и совсем не похожих на тех, кто едет отдыхать на курорт. По своей сути это сплошь в душе авантюристы, искатели приключений, вставшие порой добровольно на путь сомнительных дел в надежде на случайный успех и дел порой опасных по своей природе и на грани фола.


Поселили комиссию в лучшую гостиницу. Гостиница "Московская" находилась на Большой Садовой улице. Задача руководства Института состояла в том, чтобы плотно опекать всех членов Комиссии и в первую очередь её Председателя.

В Ассоциации выделялась своей молодостью и привлекательностью Ольга, которая была профсоюзным лидером.

В Москве Свиблова напутствовал в командировку Начальник отдела, где трудилась Ольга. Он хмуро подчеркнул, что в командировку отправляется в первый раз и оберегай от возможных напастей самую красивую девушку Ассоциации. Правда не поведал, как следует беречь девушку мужику в расцвете сил.

Мрачный Лик Начальника будет постоянно преследовать Свиблова в командировке, мешая дышать в самые неподходящие моменты командировочной жизни.

Запомнилась Свиблову первая "пятиминутка", которую он провел в Ростове. Кабинет небольшой. Три члена комиссии расположились напротив своего начальника. Прямо перед глазами Свиблова невинные глаза Ольги. Ясные очи совершают некие движения. Они глядят на кончик носа. Потом бросают взор в левый угол потолка. Снова на кончик носа и невинный взор брошен в правый угол потолка. И, наконец, прямо в глаза Свиблова. И так на протяжении всего совещания. Тогда-то Свиблов впервые рассмотрел близко от себя лик Мадонны. Так про себя он стал величать Ольгу.

Откровенного заигрывания с собой Свиблов не допускал даже в мыслях. Скорей всего этот милый прием обращения на себя внимания использован интуитивно. Одно ясно, что Ольгин покой нарушен, коль она волновалась, отводя свой взор от мужских глаз, смотрящих на нее с интересом.

- Приехали! Этого только не хватало влюбиться с первого взгляда в свою подчиненную с двумя ребятишками и молодым мужем,- подумал с тоской Свиблов.

В первый день, расставив свою малочисленную команду по рабочим местам, Свиблов отправился к директору института. С ним согласовали вопросы, связанные с проверкой в институте Мероприятий. Обговорили культурно - развлекательную программу.

Обедали все вместе в отдельном помещении заводской столовой, где был накрыт стол как в лучших домах. После обеда все разошлись по рабочим местам, а Свиблов решил на городском транспорте поехать в гостиницу и осмотреть тамошние окрестности.

Вначале настроение было приподнятое, а потом вдруг одолела тоска. Помимо своей воли захотелось за углом встретить Ольгу, которая радостно выйдет к нему навстречу и они пойдут рука об руку гулять среди шумной южной толпы, затерявшись в ней.

Но за тем углом оказался Соборный переулок, по которому Свиблов дошел до Собора Рождества Пресвятой Богородицы. Узнав о том, что Собор копия Московского Храма Христа Спасителя, на месте которого в Москве плавательный бассейн, Свиблов искренне порадовался за ростовчан, имеющих такой величественный Собор. Погуляв немного, отправился в гостиницу.

Свиблова поселили в одноместном номере. Он не стал искать встречи со своими коллегами и прилег отдохнуть после прогулок. После некоторых раздумий пришел к выводу, что банально запал на Ольгу.

Но тут же, по привычке начальников, переложить вину на других, обвинил во всем Начальника Ольги с его провокационным напутствием беречь самую красивую девушку Ассоциации. Промолчал бы тот умник и гулял бы Свиблов спокойно по тенистым улицам Ростова или смотрел в номере телевизор.

Терял голову Свиблов трижды и все три раза женился. Бог любит Троицу. Стало быть, лимит законных свадеб исчерпан. Свиблов хоть и некрещенный ко всему, что связано с Создателем относится уважительно.

В России, если верить Императору Александру Первому, живут не как в Европе по законам, а живут по пословицам и поговоркам. Свиблов человек русский и живет по тем правилам, где живет.

Существует правило, что "Клин выбивают клином", значит, надо находиться как можно дольше с Ольгой. Глядишь, надоест видеть её лик, который будет мельтешить перед глазами и он станет спокойно засыпать на гостиничной кровати без сомнительных сновидений.

На следующий день после очередной пятиминутки Свиблов собрал своих людей кроме представителя Агропрома и предупредил, что обед сегодня будет организован в пионерском лагере на берегу Дона, и чтобы никто далеко не отходил от телефона. Главный бухгалтер института развлекала на своей даче подопечную из Агропрома. У них оказалось общее увлечение, выращивание гладиолусов. Этих гладиолусов у Главбуха института оказалось на даче видимо - невидимо. Представитель Агропрома оказалась занятой любимым делом на весь период командировки.

Командировка Свиблова становилась все интересней.

Не хватало, для полного счастья женской ласки думал Свиблов, а мысли возвращались к милому лику.

На микроавтобусе отправились на Левый берег Дона, где располагались дома отдыха и пионерские лагеря Ростовских предприятий. Сопровождал команду москвичей веселый казак начальник одной из мастерских Николай Ильич, который по дороге рассказывал анекдоты, чтобы московские гости не скучали. Свиблов всю дорогу не сводил глаз с Ольги и строил планы на вечер.

В отдельно стоящем помещении с чудесным видом на широкий Дон, где сновали катера, белоснежные яхты и перекликались огромные грузовые суда, был накрыт богатый стол и ожидал гостей Главный инженер Владимир Николаевич. Свиблов удобно устроился напротив Ольги пил сухое вино и смотрел на Ольгу, будто в первый раз очарованный и околдованный ею. Стол ломился от мясных и рыбных закусок, которыми славится Дон. Август, а это значит море фруктов и овощей. Над Доном стояла необыкновенная жара и потому пили исключительно сухие вина местного производства.

Свиблов поднимал свой бокал с вином, смотрел на Ольгу и его губы шептали, чтобы она одна могла по губам понять: "За Вас дорогая Мадонна пью замечательное вино любви!" Не мог Свиблов оказывать видимые знаки внимания своей подчиненной при всем честном народе. Не положено.

Всё приятное имеет конец. Подошло время заканчивать трапезу и нашей кампании. Лихой донской казак довез гостей до гостиницы и распрощался. Виктор поспешил отправиться в гостиницу, понимая, что он третий лишний. Наконец сбылась мечта Свиблова, и он остался наедине с ненаглядной Мадонной. Не теряя времени, пока Ольга не попрощалась, пригласил её вечером в ресторан, чтобы познакомиться поближе.

В тот же миг появился перед глазами Свиблова хмурый лик Начальника Ольги с милицейской дубинкой в руках и свистком во рту, который готов был издать предупредительную трель в адрес Свиблова.

- Сгинь, нечистая сила,- сделав фигуру из трех пальцев, прошептал Свиблов. Хмурый лик исчез.

Ольга не возражала. Общество пожилой болтливой соседки из Агропрома ей совсем не хотелось разделять целый вечер. А тут элегантный начальник приглашает даму на рандеву. Грех отказать потом сама себе не простишь, думалось Ольге, находящейся под впечатлением солнечных даров Дона.

Свиблову было не ведомо, какой инструктаж провел в Москве с Ольгой ее грозный Начальник, который скрепя сердцем отпустил первую красавицу в бандитский Ростов. Сам Свиблов посвящать Ольгу не стал в те оскорбительные для джентльмена напутствия, которые были даны ее Начальником. Это ж надо Льву поручить оберегать красавицу Ольгу эту трепетную лань от кого? Ото Льва!

В назначенный час Ольга появилась в холле, где ее поджидал Свиблов. Находящиеся в холле мужчины замерли при виде плывущей навстречу Свиблову не Мадонны, а... королевы Шантеклера. Свиблов не верил своим глазам, что эта молодая особа направляется к нему. Но тут же решительно пошел навстречу и подхватил под руку, давая понять мужикам: "Не тронь чужое!" А сверху ироничный голос:

- А сам, Свиблов, что позволяешь?

- Сам приставлен оберегать. Сгинь, - грубо отмахнулся Свиблов и повел сокровище в ресторан.

Через двадцать шагов вход в ресторан. Бородатый швейцар открыл дверь и склонился в поклоне. Стройная Ольга резко отличалась от смуглых чернобровых и черноглазых казачек, на которых любые одежды казались, малы размером.

Пока проходили через зал к свободному столику посетители вертели головами за любопытной парочкой. Молодая стройная как березка женщина и зажигательный мужчина с седыми висками и черной шевелюрой. Огнеопасно.

По делу выпивки Свиблов считался мастером в своем родном институте. Он четко усвоил основное правило пития правильного. Никогда нельзя пить на понижение градуса спиртных напитков. Категорически не может настоящий боец пить водку, потом перейти на крепленое вино и закончить "Жигулевским". Банальная пьянка!

Поэтому помня, что закончили веселье на Левом берегу Дона сухим вином, Свиблов заказал бутылку сухого Шампанского и двести граммов армянского коньяка. Легкая закуска на усмотрение официанта. Они были сыты угощением на пионерской поляне. Королева Шантеклера не возражала опьяненная успехом, который произвел её внешний вид на ростовскую публику. Это нормально. Любой женщине приятно, когда на неё обращают внимание.

Парочка появилась в ресторане во - время. Оркестр расселся по местам и первое, что они заиграли, был "Левый берег Дона". Свиблов и Ольга были поражены таким совпадением. Они три часа назад отдыхали на этом Левом берегу, где их прекрасно принимали гостеприимные хозяева. Это совпадение оказалось трогательно, и Свиблов решил без церемоний переходить на "ты".

- Оленька представляешь, какая прелесть этот оркестр. Играет чудесную песню о Ростове. Впервые слышу такие доходчивые слова о городе. За этот город надо выпить ты не возражаешь?

- Я не возражаю, Лев Григорьевич и с удовольствием поддерживаю Ваш оригинальный тост,- подняла фужер шампанского Ольга и мило заулыбалась. В голосе её была ирония.

- Вот и ладушки сразу нашли взаимопонимание, и твоя очаровательная улыбка вселяет Надежду,- добавил Свиблов, не обращая внимания на иронию.

Он выпил бокал до дна и сразу стал разливать шампанское, чтобы тотчас предложить выпить по второму бокалу за Надежду.

Свиблов заметил, что Ольга не обращает внимания на то, что он обратился к ней на "ты" и продолжала общаться официально. Это насторожило. Стал вспоминать, где и чем успел не угодить этой "тонкой натуре". Ничего в голову не приходило. Отношения были ровные и вполне можно перейти на доверительные отношения. В конце концов, это дело хозяйское он сделал первый шаг, а дальше пусть будет, как будет. Важно, что она сегодня с ним и чувствует себя спокойно и уверенно в его обществе.

Солист оркестра профессионально исполнял песню о своем городе:

Левый, левый, левый берег Дона:

Пляжи, чайки, плесы у затона,

Рядом, рядом омуты и мели,

Мы до них добраться не умели.

Наконец-то Свиблов на законных основаниях получил доступ, к телу Ольги пригласив на медленный танец. Свиблов прижал послушное тело в пределах приличия, когда вино в крови еще не загорелось пожаром. Танцевала Ольга великолепно. Тело дамы казалось невесомым и послушным любому движению кавалера. На всякий случай на одной руке Свиблов держал зажатую в кулак фигу, если вдруг появится надоедавший ему лик. Лик не появился.

- Браво Оленька, замечательно танцуешь. Век бы не выпускал из своих рук,- заговорило шампанское в крови кавалера.

- Спасибо, Лев Григорьевич просто Вы умело ведете даму,- ответила Ольга, мило улыбаясь, пропустив мимо ушей слова о руках.

Свиблов вспомнил, что дома хранились материалы о совместимости имен женских и мужских. И там Ольга и Лев были приведены как наиболее совместимые по жизни имена. Знакомых по имени Оля у него не случилось ни в школе, ни в институте, ни на работе, ни в одной из многочисленных командировок. И вот тебе подарок на закате дня! Что хочешь с этим подарком то и делай.

Про совместимость имен рассказывать Ольге Свиблов не стал. Это был бы перебор. Под воздействием шампанского, а потом коньяка язык у Свиблова развязался, и он поведал Ольге некоторые подробности своей биографии, связанные с семейным положением. В ответ получил информацию о том, как две случайные встречи на улице привели её к замужеству и рождению двух славных дочек. Отношения были выяснены.

В Ростове делалось все интересней!

В перерыве, когда оркестр уходил на отдых ставили пластинки с песнями Газманова, который был популярен в Москве накануне приближающихся революционных событий. Появился новый буревестник революции.

Полем, полем, полем свежий ветер пролетел,

В поле свежий ветер я давно его хотел...

Под лихую музыку Газманова Ольга и Свиблов отплясывали нечто напоминающее рок-н ролл и были вполне довольны друг другом. Свиблов на седьмом небе. Рядом женщина, которая его очаровала, армянский коньяк и доброжелательные люди вокруг, что еще нужно командированному мужику?

Однако шампанское и коньяк закончились, оркестр последний раз сыграл "Левый берег Дона". Пора приходить в чувство. Вернуться с седьмого неба на землю и отправляться в холодную люлю на радость начальнику Ольги. Соседка Ольги может начать волноваться. Когда Ольга уходила, та еще не пришла в номер и веселилась на даче. На прощанье Свиблов не удержался и поцеловал Ольгу назло нечистой силе, крутившейся вокруг них.

Новый день начался по обычной схеме. Пятиминутка, отчет о проделанной работе и вперед на трудовые подвиги. В этот день по согласованному плану с директором института команду Свиблова будет принимать в обед на своей даче Главный инженер Владимир Николаевич.

Виктор после вчерашнего приема на Левом берегу Дона где-то по крупному " добавил на грудь" это чувствовалось по многим признакам. Мужик на воле и решил оторваться по-черному. Пусть гуляет. На его отчете это не отразится, потому, как отчет за него уже сделан специалистами института, и Свиблов с отчетом ознакомился, так же как и с отчетом, сделанным для Ольги.

Готов и отпечатан Акт, согласно которому Институт получает самостоятельность распоряжаться своими доходами. Осталось Акт завизировать членам Комиссии и подписать Свиблову.

Но об пока знают только два человека директор и Свиблов. В институте царит рабочая обстановка. Нет хождений по коридорам. Отсутствуют курильщики в местах для курения. На каждом этаже здания вывешено объявление: "Внимание! В институте работает Московская Комиссия".

На микроавтобусе с лихим донским казаком Николаем Ильичом команда Свиблова на этот раз в полном составе вместе с Представителем Агропрома отправилась на дачу Главного инженера. Дом выглядел внушительно. В саду между клумбами с яркими цветами проложены узкие дорожки из плитки, а вместо газонной травы высажен серебристый густой и стелющийся мох. Всю эту красоту создала жена, у которой две руки и обе правые похвастался способностями супруги Владимир Николаевич.

Ставший традиционным богатый стол в саду под раскидистой яблоней с изобилием вина закусок и анекдотов от Николая Ильича про Ростов-папу и Одессу - маму.

После возвращения состоялась прогулка по городу. Осмотрен внешний вид Собора, который оказался недалеко от гостиницы. Свиблов предложил всей кампанией вечером посидеть в ресторане, чтобы закрепить приятные впечатления, оставшиеся от увлекательной для москвичей командировки.

Вечером в ресторане Ольга появилась в новом наряде и была в нем неотразима. Свиблов танцевал с Ольгой под " Левый берег Дона" и Газмановского "Есаула". Оставив деньги за ресторан, они решили уйти раньше, чтобы погулять в парке.

Конец августа и южные сумерки быстро сменились тёмной ночью. Парк оказался совершенно безлюден по причине отсутствия освещения. Это оказалось на руку влюбленной парочке. Можно спокойно целоваться на лавочке, не боясь смутить посетителей парка. Ну а дерева они и не такое видели. Стволы тополей побелели, а листья кленов покраснели. Легко догадаться, что происходило под кронами ночной порой.

Гуляя по аллеям наткнулись в глубине парка на эстраду, где днем проходили концерты. Свиблов решил выступить в роли солиста и развлечь Ольгу. Легко запрыгнул на деревянную эстраду. Ольга осталась в первом ряду зрителей. Свиблов не пел до этого больше десяти лет и забыл слова многих песен, которые знал. Пел столько куплетов, сколько помнил и переходил на следующую песню. Это был Окуджава и Городницкий, Визбор и Высоцкий, Кукин и Галич пел все, что приходило в подвыпившую голову.

Ольга в честь, которой давал Свиблов концерт, оставалась довольна и громко хлопала в ладоши. Вначале боялся, что на громкий голос набегут зрители со всего парка или заглянет милиционер. Но кроме них в темном парке никого не оказалось.

Утомившись, Свиблов пригласил на эстраду Ольгу, чтобы спеть романсы на два голоса. Она с готовностью согласилась, не заставляя себя упрашивать. Спели "Гори, гори моя звезда", "Ночь тиха, под луной...".

Он запомнил, что было необыкновенно хорошо. Такое с ним первый раз в жизни. Старинный парк. Пустынные аллеи. Эстрада и на ней одна возлюбленная пара поет русские романсы. Расскажешь, не поверится, но они действительно оказались вдвоем в таинственно молчащем парке, где не слышно шума городского только звенящая в ушах тишина и лишь легкое дыхание любимого человека.

Нарушителей спокойствия, кроме них в парке не оказалось. Парочка довольная выступлением на подмостках Ростовской эстрады отправилась в гостиницу. Время позднее и "лучшая подруга" Ольги, конечно, не спала. Она сидела у телевизора и злилась на веселящуюся, а может быть находящуюся в номерах Ольгу.

Огромный лик Начальника Ольги с дубинкой в руках вырос перед Свибловым. Но он назло врагам и строгим ликам крепко прижал к сердцу и поцеловал Ольгу и только потом обессиленный побрел в свой номер.

Утром в торжественной обстановке в кабинете директора Свиблов подписал Акт о хозяйственной независимости Института.

Комиссия проверила выполнение всех мероприятий необходимых для перехода на хозрасчет и полную самоокупаемость. На этом миссия завершена

Свиблов договорился, чтобы подали автобус после обеда, и вся команда отправилась на рынок закупать дары солнечного Дона.

Время в дороге до Москвы прошло незаметно за разговорами. Свиблов и Ольга уединились в ресторане и мирно беседовали. Было хорошо. О том, что предстоит разлука, говорить не хотелось.

В Москве на вокзале Ольгу встретил муж, которого вскользь увидел Свиблов. Альянс долговременный, подумал Свиблов. В нем один любит, а другой позволяет себя любить, а это хорошая основа для семейной жизни.

Закончился последний день командировки. День приезда, день отъезда промелькнули как один незабываемый день в их жизни.

Эпилог

Через два месяца Свиблов вернется в родной проектный институт. У него обнаружится потребность писать стихи. Это произошло неожиданно. Продолжалось недолго и так же внезапно прошло.

Оплакав, отгрустив, уходит бабье лето

Не одарив спасительным теплом,

А надо ли печалиться об этом,

Коль в жизни нашей всё предрешено.


Храню на сердце робкую надежду,

Чтобы однажды передать тебе

В своей душе оставшуюся нежность,

Что сохранилась в горькой маете.


6