# Влюбленный дух, или путешествие на край мира. Сага о дружбе и любви.

Юрий Викторович Ландарь

Сколько может длиться любовь или дружба? Мгновенье? Вечность? Оба ответа верны, и молодому кузнецу из небольшого западного континента посчастливилось убедиться в том, что со смертью любовь не исчезает, как и дружба. Есть сущности, которые сохраняют эти чувства. И теперь молодому человеку необходимо пересечь весь обитаемый мир, пройти три континента, пересечь два океана, чтобы найти ту, которая в прежней жизни являлась второй его половинкой. И это путешествие не будет простым, безжалостные боги этого не допустят.

Влюбленный дух, или путешествие на край мира

Сага о дружбе и любви


Предисловие

Какое же это счастье, под загадочными лучами Голубой Луны, бродить с любимой и проказником Крустом, среди развалин Потерянного города. Перебирать струны романтичной Розовой Луны, и петь для Арисы старинные человеческие и эльфийские баллады. Летать с друзьями, при свете строгой Желтой Луны, над человеческими городами и селами, заглядывать в окна их домов, и со смехом отваливать в сторону, когда кто-нибудь из особо чувствительных людишек, пытался отогнать духов от собственных окон талисманами и заклинаниями. Кружить среди исполинских деревьев эльфийских лесов, наслаждаясь красотой и покоем, что излучал этот лес, и его обитатели. Мчаться среди огненных гейзеров Огненной земли, уклоняясь от смертельно опасных языков пламени, могущих выжечь саму сущность легкомысленного духа, и на вылете из долины встречать любяще осуждающий взгляд Арисы, и восторженный Круста. А после наперегонки гоняться за ускользающей Радугой, и, в конце концов, настигать её. Ведь это только для простых смертных, Радуга была недостижимой. Как было весело дразнить водяных духов, и убегать от натравленного ими морского Кракена. Затаив дыхание следить за неспешным полетом могучих драконов, и скользить в их тени над заснеженными пиками Драконьих же гор.

А потом все вдруг в одночасье переменилось. Чья-то невидимая, но могучая и безжалостная рука вырвала Тарона и его любимую Арису из привычного мира. Удалось убежать только юркому Крусту, (а может его отпустили намеренно). Последнее, что помнил Тарон - мир вдруг стал пугающе тесным, и послышался детский плач - его собственный плач...


1

Актур очень любил эти часы, даже скорей минуты - минуты, когда солнце поднимается над невысокими Стражьими горами. В безоблачные дни небо окрашивалось в нежно-розовый цвет, и заряжало молодого человека хорошим настроением на весь день. А в конце дня, так же было хорошо выйти на другую окраину города, и стать свидетелем не менее красочного заката. Тогда приходили сны. Те сны, после которых не хотелось просыпаться, хотя не запомнился ни один. Солнце поднялось, и Актур сразу потерял к нему интерес. Он спустился с невысокого холма, и побрел к городу. Неподалеку резвился Рамус, почти взрослый лесной кот, которого Актур подобрал в лесу еще котенком. Размерами лесные коты превышали домашних в два, а то и в три раза, и редко приживались в неволе. Но котенок, найденный Актуром, признал своего спасителя сразу, и чуть повзрослев, следовал за своим хозяином по пятам, сопровождая во всех загородных прогулках.

Отец встретил своего среднего сына недовольным ворчанием:

- Снова пялился на восходящее солнце. Мало того, что портишь зрение на кузнице, так еще и о первые лучи глаза ломаешь. Первые лучи, они обманчивые.

Но долго выказывать свое недовольство сыном Серган не мог. Во-первых: сын мало обращал внимания на ворчание отца, а во-вторых: он являлся лучшим его учеником. Актур лучше других понимал металл, и мог делать с ним все что угодно. Никто, в славном городе Багрен, не плел лучших узоров для подсвечников, светильников, обрамлений зеркал. Даже сам Серган не мог придумать таких витиеватых узоров для оконных и каминных решеток, ворот и оград. Неплохо давалось Актуру и изготовление оружия, хотя молодой кузнец это не очень любил. Но он не хуже отца понимал толк в выборе металла для клинка, ковке, и последующей закалке. Он прекрасно чувствовал балансировку оружия и к своему двадцатилетию, заслужил неплохую славу - очередь за его изделиями выстраивалась не несколько месяцев вперед, не меньше, чем у отца. Умел средний сын Сергана, и владеть этим оружием, хотя так же занимался боевыми упражнениями неохотно, больше за компанию с братьями. В тех боевых играх, что во время ярмарки, два раза в год устраивали в Багрене, Актур принимал участие без всякого азарта, в отличие от остальных молодых людей. Своими ярмарками, и особенно молодецкими потехами, Багрен, столица небольшого герцогства в центральной Марнии, славилась далеко за пределами герцогства. Для участия в ярмарках, и особенно в боях, съезжались участники со всей страны.

Про ярмарку сыну напомнил и Серган:

- Две недели осталось до торгов, успеешь ножи и меч доделать?

- Должен успеть, - пожал плечами Актур.

- Главное меч закончи. За него хорошую цену можно взять, удачный клинок выходит. А ведь к нему еще ножны нужно заказать, тоже не одного дня работа.

- Хорошо отец, - согласился молодой мастер.

- А свой любимый меч не надумал на торги выставить? - поинтересовался подошедший старший брат, Лейкон.

- Нет, он не продается, - покачал головой брат средний.

Единственное оружие, к которому Актур относился с любовью, являлся меч, который он закончил полгода тому назад. Много времени на него было потрачено - целый год. Долго подбирал металл, чтобы и достаточно упругим был, и прочность не потерял. Подгонял по своей руке, выверял баланс. Зато клинок получился загляденье - настоящее произведение кузнечного искусства, даже отец завистливо крякнул, увидев законченную работу. Правда, ножны немного подкачали, ведь их Актур так же изготовил сам, а в этом деле он не являлся мастером, поэтому ножны получились невзрачными, зато удобными.

Почесывая взлохмаченную голову, и зевая на весь рот, на кузнице появился Имант, младший сын Сергана. Он без лишних напоминаний взялся чистить горн, готовя его к очередному трудовому дню. Не стали мешкать и старшие родственники.

Непоседливый Рамус крутился неподалеку, часто путаясь под ногами, и вызывая недовольство кузнецов. Вот и сейчас, Лейкон чуть не наступил коту на хвост, и в сердцах замахнулся на нарушителя спокойствия разогретой железкой. Но Рамус вдруг метнулся в угол, сшибая составленные туда заготовки.

- Я сейчас прибью этого кота! - крикнул Лейкон, и решительно направился в угол.

Но Серган остановил сына:

- Подожди, здесь что-то не так.

И действительно, кот не просто прятался от гнева старшего брата хозяина, он за кем-то гонялся.

- Рамус охотится, а значит тоже работает. Не мешай ему, посмотрим, что получится.

Вскоре из угла раздалось чье-то угрожающее шипение, а затем разъяренное рычание кота. Борьба в углу усилилась, и через пару минут, из-под груды поваленных заготовок, и разного хлама, появился растрепанный Рамус, его голову и шею окутало нечто извивающееся, но кот не обращал на это особого внимания.

- Он поймал ядовитого полоза! - не поверил своим глазам Серган.

- Откуда он здесь? - не менее отца был потрясен Лейкон. - Я думал, что они в наших краях не водятся.

- Очень редко, но попадаются, - покачал головой старший кузнец. - Давно я не слышал, чтобы они заползали в город. Очень агрессивная тварь, его укус смертелен, и если рядом не окажется мага-лекаря, выжить шансов, практически нет.

Имант попятился, и крепче сжав клещи, спрятался за спинами старших родственников. Рамусу надоело сопротивление добычи, он крепче сжал шею полоза, и тот сразу ослабил кольца. Кот гордо прошествовал к хозяину, и сбросил ядовитую добычу к его ногам.

- Ты настоящий боец Рамус, - потрепал по шее своего любимца Актур.

- Даже боюсь представить, что было бы, не заметь твой воспитанник эту тварь, - пробормотал глава семейства. - Все-таки не зря ты принес его в дом. Достойно он нас отблагодарил за кров и пищу.

- Хорошая киса, - подхватил Лейкон, - можешь крутиться у меня под ногами, сколько захочешь, больше не получишь ни одного пинка.

Словно понял о чем идет речь, Раму довольно заурчал, а затем схватил слабо шевелящегося полоза, и потащил его к выходу.

Весь день Актура не покидала мысль, что он с утра пропустил что-то важное. Что-то проскользнуло мимо его внимания, оставив только мимолетный след, видимо случай с полозом отбросил все остальные события в сторону. И только ближе к вечеру он понял. Сон! Он запомнил обрывки сна! Смутные видения про полеты, и тоска за чем-то утраченным, что было ему очень дорого. Молодой кузнец с трудом дождался окончания дня, и под осуждающий взгляд отца, и ироничные братьев, умчался за город - провожать солнце.

Актур уселся на любимый валун, провел взглядом умчавшегося в заросли кустарника Рамуса, и восхищенно посмотрел на окрашенный багровым небосвод - завтрашний день обещал быть ветреным. А еще он маялся в ожидании ночи, ему не терпелось побыстрей лечь в кровать и уснуть, и может боги, наконец, пришлют ему сны, которые он будет помнить. Его волосы тронул легкий ветерок, словно кто-то дунул сзади. Сын Сергана невольно оглянулся. Конечно, позади ни кого не оказалось, но оставалось устойчивое ощущение, что он здесь не один, и этот кто-то, явно не кошачьей породы. Снова дразнящий порыв потрепал вихор на голове, и снова ни кого.

- "Заметил, наконец!" - раздался радостный возглас в голове у одинокого наблюдателя за горизонтом.

Что этот голос не слышен обычным слухом, Актур понял сразу, ибо источника звука не имелось, зато слышимость была отличной, словно ему крикнули сразу в оба уха.

- Кто здесь? - напряженно спросил он.

- "Я злой, страшный и могучий волшебник Хоох!"

Судя по интонации, говоривший явно дурачился, наслаждаясь веселой для него ситуацией.

- Не такой уж ты и страшный, - немного успокоившись, сказал кузнец. - И мне так кажется, что совсем не могучий.

- "Так ты мне не веришь?! Вот сейчас как заколдую тебя, и превращу в червяка!" - продолжал веселиться невидимка.

И Актуру показалось, что интонации говорившего очень похожи на интонации его младшего брата. То есть, он, скорей всего подросток.

- Говори чего надо, или я уйду. А еще лучше покажись, чтобы я надрал тебе уши.

- "Уши надрать не получится! - рассмеялся собеседник. - У меня их нет, и никогда не было! А чтобы меня увидеть, тебе нужно очень и очень постараться".

- Тогда кто ты? - с предельным вниманием оглядываясь по сторонам, спросил сын Сергана.

- "Я, дух", - сообщил невидимка.

- Дух этого места? - уточнил кузнец.

- "Нет, я вольный дух. У меня нет определенного места, - разъяснил дух, и поправился. - Нет, на данный момент".

Актура конечно удивило неожиданное появление духа, и то, что он может с ним общаться, но не так чтобы сильно. Со стихийными духами могли общаться жрецы стихийных богов, медиумы могли слышать, и даже вызывать духов мертвых, а про магов вообще, можно не упоминать. Даже живущая на соседней улице старуха Альмира, утверждала, что время от времени слышит духов. Хотя все её считали полоумной. Прослыть полоумным чудаком молодому человеку не хотелось, поэтому он тут же решил, что никому ничего не скажет. И у него сразу появилось множество вопросов к своему новому знакомому:

- Мне очень интересно, почему я, вдруг, ни с того ни с чего, начал слышать духов?

- "Во-первых, не духов, а одного духа. То есть меня. А во-вторых, мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы ты меня начал слышать. Я почти полгода, во время твоего сна, работал с твоим подсознанием, чтобы наладить восприимчивость к общению с духами. У одних такие способности есть с детства, у тебя, к сожалению, таких способностей не оказалось. Задавай вопросы дальше, у тебя их должно появиться великое множество".

- Есть вопросы, есть. И первый из них: зачем я тебе так понадобился, что ты целых полгода надо мной бился?

- "Вот это главный вопрос, - хихикнул дух. Затем немного помолчал, и начал говорить уже серьезно. - Когда-то, много лет тому назад, у меня были друзья".

- Разве у духов могут быть друзья? - перебил его молодой человек.

- "Могут. И у меня они были. Звали их - Ариса и Тарон. А меня, кстати, зовут Круст, - дух сделал выразительную паузу, словно ожидая реакции человека".

И реакция наступила. Эти имена Актур слышал явно не впервые. Что-то крутилось в голове - какая-то мысль, которую никак не удалось ухватить. И, наконец, он понял, не вспомнил, а именно понял - эти имена он слышал во сне. Точно! После этого понимания пришло странное возбуждение, словно Актур стоял на пороге очень важного открытия. А судя по появлению духа, так оно, скорей всего и было.

- Говори дальше, - выдохнул человек.

- "С этими друзьями меня связывают очень близкие отношения. Тарон был для меня, словно старшим братом, а Ариса сестрой. Можешь не сомневаться, бывают такие отношения и среди духов. Особенно среди вольных духов, которыми мы являлись. Чтобы тебе было понятней, я объясню - есть духи служащие богам, демонам, те, что послабее, сильным смертным магам. А есть такие, которые не служат ни кому, то есть, вольные духи. Мы, конечно, не обладаем такой властью на стихиями, как подчиненные духи, но, зато, мы ни кому не подчиняемся. Есть еще одна категория духов. Это вселенные духи. То есть духи, которых вселили в смертное тело, или они сами вселились, по собственному желанию".

- Я что-то слышал от жрецов, про три сущности, которые составляют личность человека, и любого смертного, - пробормотал человек.

- "Лучше бы ты слушал хорошо, - неодобрительно сказал Круст. - Мне бы тогда не пришлось рассказывать тебе прописные истины".

- Ничего с тобой не случится, если расскажешь.

- "Тогда слушай несмышленый".

- Про несмышленого ты зря сказал, - хотел было возмутиться Актур.

Но дух начал свой рассказ, и человеку пришлось замолкнуть, чтобы снова не пропустить ничего важного.

- "Личность смертного состоит из трех сущностей. Двух бессмертных - души и духа, и одной смертной - сознания. Сознание рождается и умирает вместе со смертным, а дух и душа вселяются в него во время рождения, и покидают его после смерти. И эти две бессмертные сущности, могут делать так множество раз. Я не знаю, как, кто, куда и почему вселяется, но так происходит. Вроде бы души распределяют по телам боги, а духи сами себе находят смертного для вселения. Но иногда боги решают за духов, куда им вселится. Так произошло и с моими друзьям. Мы долго, несколько столетий наслаждались свободой, не задумываясь о том, что вольные духи, время от времени должны побывать в теле смертного создания. И кому-то из богов это не понравилось. Они схватили моих друзей, и насильно вселили их в смертные тела. Мне удалось бежать. Хотя меня, в общем-то, никто особо и не преследовал. Как мне рассказали потом старшие духи, богов интересовали только Ариса и Тарон".

- Почему? - охрипшим вдруг голосом спросил Актур.

- "Потому что они влюблены друг в друга. Влюблены так, что стало завидно богам. Вот они и разлучили их, то есть вас. Тарона впихнули в твое тело. А Арису забросили на другой край мира, в тело эльфийки. Я двадцать лет потратил, чтобы вас отыскать".

А вот эта новость стала уже потрясением. Молодой кузнец долго сидел на камне, пытаясь осознать, осмыслить то, что он только что услышал, с тем, что он знал ранее, и с тем, о чем только мог догадываться. Нет, он не слишком удивился тому, что частью его личности является какой-то там вольный дух, об этом жрецы что-то говорили. А вот то, что среди духов существуют такие же отношения, как и между простыми смертными, стало для него открытием. И еще большим открытием стало то, что он понял, откуда приходила такая тоска после снов. Во сне он проживал ту жизнь, которой жил его дух. И он безумно тосковал по тем полетам, краскам, и приключениям, что переживала его немаловажная часть, под названием дух. Ну и самое главное он понял, что до сих пор влюблен в Арису, пусть её дух и вселен сейчас в совершенно чужое тело, какой-то там эльфийки.

Актур поднял переполненную от сумбурных мыслей голову, и уставился туда, где, по его мнению, должен находиться Круст:

- И что мне теперь делать дальше? Ведь пока я жив, мой дух заключен в этом теле. А умирать ради того, чтобы освободить его, мне как-то не хочется.

- "А вот этого я не знаю, - вздохнул дух. - Я не знаю, что такое смертное тело, и не знаю, насколько тяжело с ним прощаться".

- Ты никогда не был в смертном теле?

- "Когда-то был. Но я почти ничего не помню об этом, слишком давно это было. Старшие духи говорили, что я, скорей всего, всего лишь однажды находился в смертном теле, и это тело погибло, когда смертный был подростком. Поэтому-то я, как дух, и остаюсь до сих пор подростком".

- И ты никогда не повзрослеешь?

- "Для того чтобы повзрослеть, мне нужно снова вселиться в смертное тело, и прожить с ним всю жизнь. Всю смертную жизнь. Если не до старости, то хотя бы до зрелости".

- Да, у тебя, я вижу, свои проблемы... Ну и зачем ты меня искал? Что ты хочешь, чтобы я сделал?

- "Не знаю Тарон", - жалобно сказал Круст.

- Я Актур.

- "Извини, я по привычке. Мне просто было скучно без вас. Я безумно тосковал. А так у меня появилась хоть какая-то цель. Я, когда тебя нашел, очень обрадовался, думал, ты меня сразу увидишь, услышишь и узнаешь. Но ты не обладаешь такими возможностями. Мне приходилось стучаться к тебе во сне, вернее к твоему духу. Твой дух очень изменился за то время, что пребывал в смертном теле. Я долго напоминал ему, о прежней жизни, и наконец, он все вспомнил, и это начало попадать в твое сознание. А вот, что делать дальше, я не знаю. Возможно, я проведу рядом с тобой те годы, что отмеряны твоему смертному телу, а потом твой дух снова окажется на свободе, и мы снова будет вместе".

- Веселенькая перспектива, терпеть рядом с собой духа, который ждет, не дождется, когда ты подохнешь, - пробормотал Актур.

- "Не надо думать обо мне настолько плохо, - оскорбился дух. - Я, конечно, очень хочу, чтобы твой дух побыстрей освободился, но не стану приближать смерти твоего тела. Я до сих пор помню, как тяжело прощаться со своим смертным телом. При этом в тебе что-то ломается, и пройдет не один десяток лет, пока приходишь в норму. Я просто буду находиться рядом, мне так легче. А время для нас, духов, бежит по-другому, не так как у смертных, так что я без проблем дождусь возвращения Тарона".

- Ну, раз так, тогда ладно. Держись поблизости, и не ввязывайся ни во что, и тогда ты действительно без проблем дождешься возвращения Тарона. Хотя меня посещают смутные воспоминания, и вполне обоснованные догадки, что проблем с тобой будет больше, чем достаточно.

- "Узнаю тон Тарона, - хихикнул дух. - Он тоже любил поучать меня, и остерегать от опрометчивых поступков. Хотя сам таких проступков совершал великое множество".

Улыбнулся и Актур, завязывающееся отношения с новым знакомым, очень напоминали отношения с младшим братцем (несмотря на то, что духу была не одна сотня лет), и это немного успокаивало - ситуация не выглядела пугающей, и слишком странной.

- Ты можешь стать видимым? Хотелось бы на тебя посмотреть.

- "Всему свое время. Мне стоило больших трудов добиться, чтобы ты меня слышал. А на видимость уйдет еще больше времени. К сожалению, ты не обладаешь врожденными магическими способностями, тогда все прошло бы намного легче. А так придется много работать над этим вопросом. И то я не уверен в положительном результате".

- Будем работать, - согласился Актур, и поднялся с валуна. - Ты не разговаривай со мной, когда рядом со мной будут находиться другие люди. А то я могу по привычке ответить, а мне не хотелось бы прослыть недоумком. И так некоторые косятся.

- "Хорошо. Но ты можешь отвечать мне мысленно, я услышу, если ты будешь обращаться ко мне".

Прибежавший Рамус, явно почувствовал присутствие постороннего, и безошибочно определил, где этот посторонний находится. Он предостерегающе зашипел на духа, давая понять, что хозяин находится под его защитой.

- "Какой грозный у тебя друг, - засмеялся Круст. - И он то, как раз, меня видит. Или чувствует".

- Успокойся Рамус, это наш новый друг, - погладил своего воспитанника Актур.

Кот быстро понял, что дух безобиден, и, успокоившись, продолжил резвиться.

По дороге домой, человек и дух, действительно общались только мысленно, и уверенность Актура в том, что он обрел нового друга, только окрепла.


2

Полет вместе с Арисой среди ледяных глыб Драконьих гор, был прерван самым наглым образом.

- Актур! - рявкнул над ухом знакомый голос отца. - С каких это пор мне приходится тебя будить? Уже завтрак на столе, а ты все валяешься.

- Даже рассвет не пошел встречать, - заметил появившийся в дверях Лейкон.

- А улыбается так, словно стянул на ярмарке самый большой и вкусный кусок медового пирога, - не замедлил со своими комментариями младший брат.

- Нет, это он добыл в сражении сердце королевы ярмарки, - возразил ему старший брат.

- Брысь отсюда, - рыкнул на них Серган. - А ты вставай, времени до открытия ярмарки осталось совсем мало.

Актур откинул одеяло и рывком сел. Комментарии родственников, его сейчас заботили меньше всего. Гораздо больше его занимало то, что он помнил свой сон! Помнил хорошо, со всеми красками и участниками. И Ариса только что была совсем рядом, он еще чувствовал тепло от её прикосновения. Да, даже духи могут чувствовать тепло и холод. Они вообще, очень много всего могут чувствовать.

Оставшись один, молодой кузнец не спешил одеваться. Он мечтательно смотрел в окно, и чувство любви и нежности переполняло его.

- "Я тоже там был, - раздался рядом уже знакомый голос. - Только старался вам не мешать, ведь это ваш первый совместный полет, после более чем двадцати лет разлуки".

- Ты хочешь сказать, - вскинул голову Актур, но спохватился, и продолжил мысленно. - "Ты хочешь сказать, что это было не воспоминание, не сон, а настоящий полет наших духов?"

- "Именно! - восторженно воскликнул Круст. - Мне удалось протянуть между вами, то есть, между вашими духами ниточку, а это было непросто, поверь мне, и вы снова встретились".

Похоже, что Круст говорил правду, ведь Актура действительно не покидало чувство реальности произошедшего. И, о боги! Как это было приятно.

- "В чем состоит сложность, чтобы наши духи встречались?"

- "Во-первых, нужно было вас отыскать. Но это я сделал. А главная на сегодняшний день сложность, это то, что ночь на одном и другом конце мира, где вы живете, проходит в разное время. А значит, что вы и спите в разное время. А только во время сна, ваши духи могут покинуть ваше тело, и соединится".

- "Насколько далеко живет Ариса? То есть та эльфийка, в которой находится её дух".

- "Она на другом конце мира, Актур. Трудно найти более отдаленные места, чем то, в котором живешь ты, и то, в котором живет она. Кстати, зовут её Талиэль".

- Талиэль, - вслух посмаковал имя Актур. - "Ты хорошо знаешь наш мир?"

- "Неплохо. Еще, будучи дружной компанией, мы немало путешествовали с вами. Но когда нас разлучили, мне пришлось не раз облететь весь мир в ваших поисках. Я завел множество знакомых среди духов разных местностей, и именно с их помощью вас удалось отыскать".

- "Насколько тяжело добраться до того места, где живет Талиэль?"

- "Для духа это совсем рядом. - Актуру показалось, что Круст улыбнулся. - Но для смертного, это путешествие окажется, скорей всего смертельным. Наш мир огромен. Три континента, три океана. Множество разных морей и островов. А наша эльфийка как раз и живет на островах. На Эльфийских островах".

Все еще находясь под впечатлением недавнего сна, Актур задумчиво смотрел в прикрытое занавеской окно.

- "Судя по твоему задумчивому взгляду, ты всерьез задумался о том, чтобы найти эльфийку".

- "Есть такая мысль", - признался молодой человек.

- "Я, конечно не против, чтобы твой дух освободился, и мы, наконец, встретились. Но я и не горю желанием, чтобы твое смертное тело погибло. А это путешествие тебя, скорей всего, убьет".

- "Посмотрим", - натягивая штаны, пробормотал кузнец.

Мысль о том, чтобы найти носителя Арисы, действительно пришла Актуру только что, и еще не успела полностью оформиться. Нет, он не собирался все бросить и немедленно приступить к поиску - не тот он был человек. Но обдумать этот вопрос стоило. Обдумать тщательно, словно собираешься выковать самый сложный и важный в своей жизни клинок.

Работой молодой кузнец пытался отогнать мысли от желания отыскать свою любовь. Точнее, любовь своего духа. Но мысли все возвращались, и все валилось из рук. Отец смотрел на своего среднего сына с подозрением. И даже мать, во время обеда, попыталась выпытать у сына, что его так терзает, уж неразделенная ли любовь... Актур постарался взять себя в руки, и больше не давать родственникам повода к подозрениям. До вечера он отработал, как ни в чем не бывало, но когда вышел на закате провожать солнце, то утвердился в мысли - возможность путешествия нужно хорошенько продумать. Если у него имеются хоть малейшие шансы добраться до предмета своего обожания, нужно этот шанс использовать. Правда, возникал еще один вопрос: как отнесется к его появлению сама эльфийка.

- "Круст, ты сумел наладить общение только со мной, или с Талиэлью тоже?"

Деликатно помалкивающий дух оживился:

- "С эльфийкой сложнее. Мне удалось только найти ту, в кого был вселен дух Арисы. В этом мне помогли духи леса, с которыми я наладил хорошие отношения. А вот подобраться непосредственно к ней, мне не удалось".

- "Почему?"

- "Эльфы очень чувствительны к магии, и не подпускают к себе незнакомых, то есть вольных духов. У них неплохие отношения только со стихийными духами, особенно с духами леса. А Талиэль не простая эльфийка, она дочь князя, и вокруг неё защита выстроена особенно тщательно. Только этой ночью мне удалось свести вас вместе".

- "Дочь князя, - задумчиво протянул Актур. - Вот я и думаю, кем я буду для неё, если сумею добраться до Эльфийских островов?"

- "Очень правильный вопрос, - похвалил человека дух. - Тебе нужно преодолеть три континента, два океана, и все это сумасшедшее путешествие может оказаться пустой и, самое главное, опасной тратой времени. Так как, во-первых, тебя могут не допустить до княжны - нравы у эльфов очень суровые, чужаков они не особо жалуют. А во-вторых, ты окажешься для неё чужим человеком. Я подчеркиваю - человеком. А людей эльфы считают низшей расой. Это у тебя я сумел достучаться до духа, и он взял верх над твоей личностью. А с ней все может быть с точностью до наоборот. И будут твои косточки гнить под корнями одного из священных деревьев".

- "Да, невеселая перспектива", - согласился человек.

- "Тебе нужно найти кого-нибудь, кто разбирается в путешествиях, и в личностях людей, а самое главное, эльфов", - подал разумное предложение дух.

- "Легко сказать, найти... - Актур вдруг умолк, а затем воскликнул. - Хотя постой! Я знаю, кто может знать толк в путешествиях, и разбираться в тонкостях взаимоотношений смертных, и их бессмертных сущностей. Мне нужен маг. И я знаю, где найти такого. Наш городской маг".

- "Ты думаешь, он сможет тебе помочь?"

- "Очень надеюсь на это. Я не слышал о нем ничего плохого. И я больше не знаю, к кому можно обратиться".

- "Надеюсь, он не обратит тебя в мышь, или в ядовитого полоза, за то, что ты его потревожишь..."

Решение гложущей Актура проблемы приобрело смутные черты кой-какого плана, и немного успокоило его. Он решил не откладывать надолго свою задумку, и уже на следующий день нанести визит магу.

* * *

Молодой кузнец нерешительно топтался возле дверей большого трехэтажного дома, к задней стенке которого была пристроена невысокая башня. Сам дом находился совсем рядом с дворцом герцога, на другой стороне дворцовой площади. Здесь же находилась городская управа и дом бургомистра. Площадь раскинулась на невысоком холме, и в неё вливались три широкие улицы, которые украшали дома городской знати. Актур не очень любил ходить по этой площади и ближайшим улицам, он считал, что местные вельможи и богачи не вполне заслуженно обитают в таких шикарных домах. И конечно молодые обитатели ремесленных окраин не раз сталкивались с молодыми обитателями дворцовой площади и прилегающих улиц, и редко такие встречи проходили бескровно. И хотя средний сын Сергана уже давно не участвовал в подобных стычках, возможность нарваться на давних недругов оставалась велика.

Но не это гложило визитера, просто он ни разу не обращался даже к простому писарю городской управы, а не то, что к главному магу герцогства. Но долго стоять возле дома ему не дали. Дверь распахнулась, и оттуда вывалилась небольшая разношерстная ватага ребятни - ученики школы, что существовала при городском маге. Галдя и размахивая руками, они прокатились вниз по улице, бросая на кузнеца любопытные взгляды. Актур решительно выдохнул, и потянул ручку двери на себя.

Внутренности дома встретили гостя таинственной полутьмой коридора, и аппетитными ароматами - похоже, что у мага намечался обед, или он только что отобедал. Сам кузнец пообедать не успел (вместо обеда он сбежал к магу), поэтому непроизвольно сглотнул обильную слюну. Дальше по коридору раздавались приглушенные голоса, и Актур направился на их звук. Крайняя дверь справа оказалась приоткрыта, и кузнец осторожно толкнул её дальше. Два человека, разговаривающих в комнате, умолкли, и вопросительно уставились на вошедшего.

- Мне нужен господин маг, - прокашлявшись, сказал Актур.

В комнате находилось два человека, один лет шестидесяти, второй тридцати пяти. Насколько Актур помнил по городским торжествам, тот, что помладше, и был магом. То есть, городским магом. Второй так же вполне мог оказаться магом.

- Я слушаю тебя, - отозвался младший из присутствующих в комнате.

Актур замялся:

- Я бы хотел поговорить с вами наедине.

- Хорошо, - быстро согласился маг, видимо подобные просьбы посетителей его не удивляли.

Пожилой мужчина покинул комнату, и маг жестом пригласил посетителя присесть на небольшом диванчике.

- Как тебя зовут? - спросил маг.

- Актур, сын Сергана, из рода Колатиров.

- Я слышал о тебе и твоем отце. Вы лучшие кузнецы в городе.

- Спасибо ваше магичество.

- Можешь называть меня Малитором. У нас не такая уж большая разница в возрасте.

Актур кивнул.

- Что привело ко мне одного из Колатиров?

Колатир глубоко вздохнул, в очередной раз обдумывая, что следует рассказать магу, а затем выложил все, что знал сам.

Маг ни словом, ни жестом не перебил сбивчивый рассказ посетителя, но появившийся блеск в глазах выдавал неподдельный интерес. После того, как кузнец перестал говорить, он еще некоторое время сидел молча и неподвижно, переваривая услышанное. Затем он зашевелился, прошелся по комнате, постоял у окна, и снова вернулся на свое место.

- Очень интересную ты рассказал историю Актур. Надеюсь это не выдумка, и не обычный интересный сон, который тебе не дает покоя?

- Нет, господин маг, все было так, как я вам рассказал.

- Я, может быть, и засомневался бы в твоих словах, но в окно заглядывает любопытный дух, который явно имеет отношение к твоему рассказу. - Духа Актур не видел, но чувствовал его слабое присутствие. - Можешь сказать, чтобы он вошел, я не причиню ему вреда.

Круста не пришлось долго упрашивать, и вскоре он не спеша вплыл в комнату. Малитор с интересом его рассматривал, а затем начались расспросы. В основном маг общался с духом, он представлял для него наибольший интерес. Малитора, как и Актура, немало удивил тот факт, что духи имеют такую сильную привязанность друг к другу. Его так же очень интересовало, как Круст сумел отыскать нужного ему духа. В общем, Крусту пришлось долго удовлетворять любопытство мага.

Наконец, Малитор с довольным видом хлопнул ладонями по коленям, и снова возбужденно прошелся по комнате:

- Твой знакомый дух, Актур, подтвердил многие из моих, и не только моих гипотез. Плюс, сумел заполнить некоторые белые пятна в отношении духов. Будет что обсудить на ближайшем собрании магов Лакора.

Молодой кузнец решился перебить отстраненные рассуждения мага:

- Ваше магичество, я пришел к вам не просто рассказать о том, что со мной случилось, а скорей просить у вас помощи.

- Я понял Актур, понял. Тебе не дает покоя, что твоя вторая половинка находится на другом конце света, и ты хочешь с ней воссоединиться.

- Именно так.

- Вот, что я тебе скажу. По ходу твоего рассказа, и того, что сообщил Круст, у меня сложилось мнение, скорей даже убеждение, что вас не просто так разлучили. И также не просто так, Крусту удалось сравнительно быстро отыскать твой дух, и дух Талиэль.

-"Это было совсем не просто! - возмутился Круст. - Я больше двадцати лет потратил на поиски!"

- Ты мог бы потратить целую эпоху, и не найти нужных тебе духов. Подумай сам. В мире миллионы людей, и еще больше животных, в которых так же есть дух. При этом непрерывно, часть духов, в результате смерти носителя освобождаются, и не меньше вновь вселяются в только что рожденных. Происходит постоянный круговорот душ и духов, отследить который под силу только богам. А еще есть риск, что нужных тебе духов отправили в разные миры, к которым у тебя нет доступа.

- "Мне помогали", - пробормотал Круст.

- Вот! - воскликнул Малитор. - У меня вызывает подозрение тот факт, что тебе удалось найти и достучаться до Актура, когда он стал достаточно взрослым, чтобы по настоящему влюбиться, и отправиться на поиски своей любви.

- Что вы хотите этим сказать?- почему-то вдруг охрипшим голосом спросил Актур. Очень он боялся услышать то, о чем начал только что догадываться.

- Мне кажется, что ты уже и сам начинаешь все понимать. Ну, может быть не совсем все, но основную суть улавливаешь.

- Это все воля богов?

- Я бы сказал, игра богов. Очень на это похоже. Я уже слышал о таком. Когда богам становиться скучно, они затевают игры, куда втягивают смертных. В данном случае тебя. Насчет эльфийки ничего не могу сказать, не так много я знаю об эльфах.

- И в чем заключается суть такой игры?

- Всей подноготной, как ты понимаешь, я не знаю, но основная задумка лежит на поверхности - найдешь ты свою вторую половинку, или нет.

Сын Сергана на миг задумался, а затем решительно сказал:

- По большому счету, мне все равно, чья это игра. Я просто хочу отыскать ту, кто снится мне каждую ночь. Если это, конечно, возможно.

- Я так и думал, что ты это скажешь. Сотни лет, что ваши духи провели вместе, не прошли бесследно. Ну, а насчет того, возможно ли это... Давай подумаем вместе. Пройдем в мой кабинет.

Маг повел посетителя на третий этаж. Здесь, возле витой лестницы, что вела в башню, находился его просторный кабинет. Он порылся в шкафу, и достал несколько рулонов тонкого пергамента. Рулоны оказались картами.

- Вот смотри, - Малитор развернул одну из карт. - Это карта нашего мира, Фира. Весьма приблизительная, нужно сказать карта. Вот здесь, на юго-западе, находится наш континент, Лакор. Он самый маленький из всех, и некоторые маги, и географы, предпочитают называть его большим островом, но это континент, и мы на этом настаиваем. Вот этот вытянутый континент, называется Танир, и он простирается с севера на юг, практически от ледяного моря на севере, до ледяного моря на юге. Между нами и Таниром простирается Танирский океан. Он не очень широк, и при хорошей погоде, пересечь его можно всего за две недели. Но обычно плаванье через Танирский океан занимает три, четыре недели, реже месяц. Вот этот, самый большой континент, называется Мадир. Между ним и Таниром раскинулся Мадирский океан, и это уже серьезное препятствие. При самом лучшем раскладе, плаванье через этот океан, займет не меньше месяца, и это плаванье очень опасное. Опасней на Фире только Мировой океан.

- Чем опасно плавать через Мадирский океан? - поинтересовался кузнец.

- Кроме скверной погоды, что господствует здесь большую часть года, Мадирский океан населен ужасными чудовищами, которые не упускают случая пощекотать нервы морякам, а то и напасть на корабль. Дальше, за Мадиром, и Эльфийским морем, расположились Эльфийские острова. Про них я знаю только то, что их два - Северный, и Южный. Как называют их сами эльфы, мне не ведомо. А теперь давай посмотрим, какой путь тебе придется преодолеть. Первым делом тебе нужно добраться до большого порта, из которого корабли ходят до Танира. И это самая легкая часть пути. Я бы советовал отправиться тебе на север, в Караму, столицу соседнего королевства. Оттуда ты быстрей всего доберешься до Танира.

- Разве из нашей столицы корабли до Танира не ходят?

- Ходят, но от нашей столицы путь до соседнего континента длинней. И от нас корабли гораздо реже ходят до северной части, а тебе нужна именно она.

- Почему? - задал резонный вопрос Актур.

- Да потому, что через весь континент Танир, тянется горный хребет. Это самые высокие горы на всей Фире. Они непреодолимы по всей длине, и только в одном месте, вот здесь, они понижаются до невысокого плато, которое именуется Широкими долинами. Только через эти долины можно попасть на восточное побережье Танира. Плато занимают пять королевств, и, насколько мне известно, три из них сейчас находятся в состоянии вялотекущей войны. Так что легкой дороги там не жди.

- Ваше магичество, - рассматривая карту, начал Актур.

- Малитор, - поправил его маг.

- Малитор, - исправился Колатир. - Разве обязательно плыть прямо до Широких долин? Ведь так путь по морю длинней. Если из нашей столицы отправится прямо на восток, то можно быстрей добраться до континента. А там уже пешком до Широких долин.

- Я вижу тебя, пугает морское путешествие, - улыбнулся маг.

- Есть немного, - согласился Актур.

- Можно избрать и такой путь. Но он окажется гораздо длинней и опасней. По суше тебе до Широких долин пробираться, - маг прикинул. - Не меньше полугода. А то и весь год. И этот путь не будет безоблачным. Вот здесь, и вот здесь, - Малитор ткнул пальцем, - расположились очень враждебно настроенные ко всем королевства. А вот это место вообще населено каннибалами.

- К каннибалам я не хочу!

- Вот и я о том же. Тебе, по возможности, нужно как можно большую часть пути пройти по морю. Вот смотри. Из Карамы корабль направляется прямо на восток, к западному побережью Танира. Как я уже говорил, этот путь займет, от двух недель, до месяца. Ты можешь выйти на берегу, и продолжить свой путь по суше, но об опасностях я тебя предупреждал. Мне кажется предпочтительней вариант, поделать весь путь до Широких долин по морю. Либо сделать пересадку в ближайшем порту Танира, либо найти корабль, который из Каморы будет идти, прямо до Широких долин. Это ты уже будешь смотреть сам, насколько тяжело тебе будет даваться морское путешествие. - Маг улыбнулся. - Вот видишь, я уже рассуждаю так, словно твое путешествие на край света дело решенное. А ведь мы только собирались обсудить возможность такого путешествия. Так что давай продолжим это обсуждение. Допустим, ты добрался до Широких долин. Тебе необходимо пересечь его, а значит пройти по территории, двух, или трех королевств, смотря какой путь ты выберешь. Как я тебе уже говорил, три тамошних королевства ведут между собой войну, и нужно выбрать такой путь, чтобы не попасть в мясорубку. Для этого придется ориентироваться на местности. Если тебе удастся пробраться на восточное побережье, тебя ждет длительный поиск корабля, который доставит тебя на Мадир.

- Почему длительный поиск? - задал кузнец резонный вопрос.

- Потому что не так много кораблей решается пересечь Мадирский океан. Слишком много не доплывают до пункта назначения. Так что я уверен, поиск такого судна займет у тебя много времени. Если тебе удастся пересечь океан, то тебя ждет самая сложная часть путешествия. Мадир огромен, и какой путь тебе там выбрать, я не знаю. Знаю только, там множество государств, и они часто между собой воюют. Этот континент также населяет большое количество различных рас, и отношения между расами также не самые дружелюбные. Так что у меня большие сомнения, что ты сумеешь добраться до восточного побережья Мадира. Но даже если допустить, что ты каким-то чудом сумел туда добраться, возникает следующая проблема, нужно попасть на Эльфийские острова, и найти там твою эльфийку. Твой друг тебе уже говорил, что эльфы враждебно относятся ко всем чужакам, и это почти непреодолимая преграда. Эльфы искусные воины, и среди них много могучих магов, так что уничтожить тебя им будет за разминку. Ну и основное. Случилось чудо, ты преодолел все преграды, и увидел свою эльфийку, но вот незадача, она тебя не узнает, и знать не желает. А желает видеть тебя повешенным, застреленным, или... В общем, вариантов твоей казни много, говорят, что эльфы в этом плане очень изобретательны. И это будет самым большим разочарованием в твоей жизни. Пройти такой путь, и впустую.

Актур опустил голову, слишком тяжелые мысли наполняли её, чтобы можно было смотреть прямо перед собой. Его блуждающий по столу взгляд еще раз прошелся по картам, и его осенило:

- Малитор! Ты говорил, что лучше всего большую часть пути проделать по морю.

- Говорил, - грустно улыбнулся маг. - Но даже не смотри в сторону Мирового океана, он непреодолим.

- Но почему?!

- Я не могу дать тебе на это ответ, потому что не знаю его. Много раз, самые отважные и опытные моряки пытались пересечь самый большой океан нашего мира, который занимает большую территорию, чем все остальные океаны и континенты вместе взятые. Но никто не преуспел в этом. Больше того, никто не вернулся с этого путешествия. Если корабль отдалялся на большее расстояние, чем неделя пути от Лакора или Танира, его больше никто, никогда, и нигде не видел. Какая в этом причина, я не знаю. Как и не знаю, что находится в этом океане. Возможно там множество островов, а может быть, даже континентов, об этом неизвестно никому. Во всяком случае, никому, кого я знаю.

- Может быть, на них нападают чудовища? - предположил Актур. - Или у них не хватило воды и провизии?

- Про чудовищ ничего не скажу, вполне может быть, а вот с водой и провизией вряд ли. В путь отправлялись опытные моряки, которые собирались повернуть назад, когда закончится треть запасов. Оставшегося им бы хватило на обратную дорогу. Но не вернулся никто. Так что мы можем только гадать, что случилось со смельчаками. Если ты все-таки надумаешь искать свою возлюбленную из прошлой жизни, то твой путь будет лежать только на восток.

Смотря на разложенные на столе карты, и мысленно уже прокладывая по ним путь, Актур прошептал:

- Какой же огромен наш мир. Континент, на котором мы обитаем, самый маленький, но я на нем родился, и мне всегда казалось, что наше, и Северное королевство, это центральное место на Фире, а остальное, всего лишь сказки.

- Так происходит со всеми, кто начинает изучать наш мир. Изучать, хотя бы по картам. Если бы ты ходил в мою школу, то знал бы значительно больше, чем я тебе сейчас рассказал на скорую руку, - поучительно сказал маг.

- Мой отец сам научил меня читать, писать и считать, а остальное обучение, происходило на кузнице.

- Так поступает большинство жителей нашего города, - согласился Малитор. - И большинству хватает тех знаний, что они получают дома. Но я рад, что все-таки находятся такие, кто решает дать своим детям более глубокое образование.

- В основном это жители Верхнего города, - заметил кузнец.

- Ты не прав, - возразил маг. - Половина моих учеников из нижней части города. И они, как правило, более усердно учатся и более способны. Но об этом как-нибудь в другой раз. Ты лучше мне скажи, не передумал еще пускаться в путешествие, из которого скорей всего не вернешься?

- Не знаю, - нерешительно ответил Актур. - Слишком много информации свалилось на меня сразу. Нужно обдумать.

- Это похвально. Броситься на поиски сломя голову, верное самоубийство. Все действительно необходимо обдумать. Давай так. Что бы ты ни решил, все равно приходи ко мне. Даже если ты останешься в городе, нам найдется, о чем поговорить.

- Хорошо, - твердо пообещал Колатир.

И отвесив поклон магу, покинул кабинет.


3

Два дня после разговора с магом Актур ходил сам не свой. Все мысли были посвящены терзавшей его проблеме - стоит ли пускаться, в почти убийственное путешествие. И дело не столько в том, что он вряд ли доберется до далеких Эльфийских островов, а в том, что в самом конце путешествия, его может ожидать разочарование, или, как сказал Малитор: самое большое разочарование в жизни. Талиэль может его не узнать.

Родные видели странное поведение среднего сына, и мучились не меньше его. Отец ходил мрачный, словно грозовое небо. Мать часто вздыхала, и украдкой плакала. И даже братья перестали подшучивать над средним братом.

На третий день, ближе к вечеру, в кузницу вошел, долго отсутствующий там Серган, и сразу подошел к своему среднему сыну:

- Мне сказали, ты ходил к магу. Зачем?

Актур обреченно посмотрел на отца, на навостривших уши братьев, и решительно сказал:

- Пойдемте в дом, нам нужно поговорить.

Танара, мать Актура и братьев, уже знала о визите сына к магу, и так же с нетерпением ожидала объяснения. Рассадив всю семью в большой комнате, Актур сам встал у двери, подпер плечом дверной косяк, и начал медленно, часто останавливаясь и обдумывая слова (чтобы они дошли, до не слишком искушенных в магии и географии родственников), рассказывать о том, что с ним случилось в последнее время.

Когда он закончил рассказ, Имант весело гоготнул:

- Всего делов то! Братцу приснилась красавица эльфийка, а вся семья не знает покоя!

- Заткнись Имант! - одновременно рявкнули Серган и Лейкон.

Актур не ожидал, но отец со старшим братом отнеслись к его рассказу неожиданно серьезно. Имант обиженно засопел, и пересев на другой стул, в дальнем углу комнаты, поглядывал на всех из-под нахмуренных бровей.

- Я когда-то ходи в школу, при прежнем старом маге, - так же медленно, как и сын, начал Серган. Лейкон вопросительно посмотрел на отца, но тот не стал объяснять, почему отец в школу ходил, а сыновья ограничились домашним обучением, он просто продолжил. - И я хорошо помню, какую роль играет дух. Эта бессмертная сущность меньше всего заметна в нашей жизни, гораздо больше значение имеет душа. И именно душа чаще всего стает виновницей наших воспоминаний из прошлой жизни. Из прошлой жизни души. Но чтобы такое проделывал дух, - Серган покачал головой, - о таком я слышу впервые. Это значит, у тебя очень сильный дух, сынок. - Актур согласно кивнул. - И этот дух не даст тебе покоя. Да еще тот бродячий дух, как его там, Круст, что ли. Он тоже будет тебе надоедать, и постоянно наталкивать на мысли о твоем прошлом существовании. Точнее, существовании твоего духа.

- А нельзя это можно как-то вылечить? - с надеждой спросила мать.

- Как ты это вылечишь? Избавить Актура, от его же духа? После этого он станет сумасшедшим! - в сердцах бросил Серган. - Вылечить это невозможно. Только сам Актур должен перебороть одну из своих бессмертных сущностей. Только тогда он снова станет сам собой.

- Но я не хочу с этим бороться отец, - с грустной улыбкой сказал средний сын. - Эти воспоминания уже стали частью меня, и если я от них избавлюсь, то потеряю частицу самого себя. А я этого не хочу. Но я так же не хочу, чтобы меня считали сумасшедшим. А этот разговор, в конце концов, станет известен нашим соседям, друзьям, знакомым. И на меня будут смотреть как на чудака. Я долго думал, какое принять решение, и окончательно принял его только что, во время этого разговора. Чтобы не бросать тень на свою семью, мне придется уйти. Я не знаю, удастся ли мне добраться до края мира, но я пойду. И дело не только в эльфийке. Когда я увидел карты нашего мира, как он огромен, меня стало тянуть познакомиться с ним все больше и больше. Мне очень грустно с вами расставаться, но моя любовь, и желание увидеть мир, сильнее меня.

Серган тяжело закряхтел, и поднялся:

- Но ты ведь не будешь уходить немедленно?

- Нет, я хочу хорошо подготовиться. И до ярмарки не уйду.

- Хорошо. Может за это время что-нибудь и изменится.

Актур не стал переубеждать или успокаивать отца, он просто промолчал. Глава семьи похлопал среднего сына по плечу, и вышел из комнаты. Мать, всхлипывая, осталась сидеть на месте, а братья окружили Актура.

- А ты не промах братец, - хмыкнул Лейкон. - Наши красавицы тебя уже не устраивают, замахнулся на эльфийскую княжну.

- Ты ведь знаешь, меня всегда манило недостижимое, - улыбнулся ему в ответ Актур.

- Из своего путешествия, мне привезешь зуб дракона, - сразу сделал заказ Имант.

- Хорошо, - рассмеялся средний брат. - Если не зуб, то коготь точно.

- Уговорил, - быстро согласился Имант. - Но меньше, чем на коготь, я не соглашусь.

Слова братьев немного подняли настроение Актура, но только его взгляд наткнулся на всхлипывающую мать, как оно тут же затянулось грозовыми тучами. Средний сын опустился перед ней на колени.

- Мама, - взяв её за руки, ласково сказал он. - Все не так плохо, как ты думаешь. Наш городской маг пообещал помочь, и сделать мое путешествие, как можно более спокойным.

- Разве могут слова мага, успокоить материнское сердце, - улыбаясь сквозь слезы, ответила мать. - Ты хочешь пойти на край мира, и чтобы я не просыпалась каждую ночь со слезами, и мыслями, как там мой сын. Сыт ли он, здоров, одет, обут?

- Все будет хорошо. Ты ведь знаешь, я не из тех, кто без причины сует свою голову в пасть дракона.

- Ты у меня самый рассудительный, и только это меня успокаивает.

Актур ткнулся головой в колени матери, и она пригладила его густую шевелюру. Чтобы сильно не раскисать, он поднялся, и слегка сжав матери руки, вышел из комнаты.

То, что он объяснился с родственниками, и что он, наконец, принял окончательное решение, наполнило Актура необъяснимой легкостью. И если бы не расставание с родней, он бы вообще тронулся в путь с легким сердцем. Тяготы неизведанных дорог его не пугали. Если станет слишком тяжело, успокаивал он сам себя, всегда можно будет вернуться. Либо осесть в том месте, которое понравится больше всего. Даже не осесть, а остановиться, собраться с силами, а потом двинуться дальше.

* * *

Второй раз Малитор встретил Актура, как старого друга:

- Я уж хотел сам тебя разыскать. Вдруг ты передумал пускаться в путь через три континента, и не нуждаешься больше в моей помощи, а у меня к тебе, и твоему другу, Крусту, слишком много вопросов.

- Я не передумал.

- Тогда давай так. Сейчас вы с Крустом удовлетворите мое любопытство, а затем подумаем, чем я смогу тебе помочь.

Снова началась игра в вопросы и ответы. Мага интересовало очень многое. Он вдруг вспомнил, что Круст вольный дух, и может путешествовать по Фире свободно, а значит должен, лучше любого смертного знать строение мира. Вопросов оказалось много, но кузнеца интересовали, в первую очередь те, которые могли помочь ему в дороге. И он даже сам вклинился в диалог мага и духа:

- Круст, что ты можешь сказать, о Мировом океане? Что там есть такого, что не позволяет через него переплыть?

- "Весь океан я не облетал, - быстро отозвался дух, - слишком уж он огромен. Я даже до средины не долетал, это так скучно, лететь над бесконечными волнами. Я видел там, лишь несколько небольших островов. И большинство из них не заселено никем, кроме птиц. Но я знаю точно, что в этом океане водится Кракен. Водяные духи на нас частенько его натравливали".

- Кракен, - благоговейно прошептал Малитор. - Я считал его, всего лишь легендой.

- "Какая там легенда! - воскликнул дух. - Огромная гора щупалец! Причем, очень быстрая гора. А еще он имеет власть над духами, поэтому мы слишком близко к нему не приближались".

- Значит все-таки, морские чудовища, основная причина гибели кораблей и моряков, - пришел к выводу маг.

- "Точно подтвердить этого не могу, - задумчиво сказал Круст. - Но скорей всего, это так. Я несколько раз видел, как Кракен нападает на корабли - жуткое зрелище. Он ведь не просто убивает смертных, но выпивает их души, и может поработить духов".

- Что-то мне уж совсем перехотелось искать дорогу через Мировой океан, - сказал Актур.

- У меня только от мысли об этом морском монстре, отпадает желание когда-нибудь садиться на корабль, - подхватил Малитор.

- Как обстановка в Танирском океане? - продолжил расспрос кузнец.

- "Кракен заплывает туда очень редко, - ответил Круст. - Почему, не знаю. А в Мадирском океане, я его вообще никогда не видел. Но там своих чудовищ хватает. Может быть, из-за того, что морской демон туда не заплывает, они там и развелись. Иначе он быстро бы уполовинил их число".

- Хорошая версия, - согласился маг.

Дальше разговор стал протекать в магическом русле, и Актуру он перестал быть интересным. Наконец маг немного удовлетворил свое любопытство, и снова вернулся к проблемам кузнеца-путешественника.

- Итак, Актур, что сделать в моих силах, чтобы максимально облегчить твой путь. Во-первых, я дам тебе рекомендательное письмо к своему другу, одному из магов Карамы. Он поможет тебе найти корабль, идущий на Танир. И может быть, порекомендует тебе кого-то, кто встретит тебя на длинном континенте.

- Очень было бы кстати, - обрадовался Колатир.

- Ну, и хотелось бы проверить, твои собственные магические способности, - продолжил маг.

- Круст сказал, что с этим у меня не густо.

- Давай проверим.

Малитор усадил гостя в кресло. Дал выпить дурно пахнущую жидкость, ярко желтого цвета. И подождав начала действия эликсира, свел руки над головой кузнеца. Его манипуляции длились минут пять. Актур почувствовал лишь легкое тепло в области затылка, хотя маг вспотел изрядно. Наконец хозяин кабинета оставил свои потуги и отошел в сторону.

- Круст был прав, особыми магическими способностями тебя боги не наделили. Я, как мог, попытался разблокировать те крохи, что у тебя обнаружил, но много пользы тебе от них не будет. Я бы мог обучить тебя кой-какой технике, но для этого понадобится время. Как минимум год.

Актур не особо расстроился:

- Года у меня нет. Да и не привык я полагаться на магию. Я больше привык полагаться на свои руки, ноги и голову. Единственное, что я хотел бы, это не только слышать Круста, но и видеть его.

- Видеть духов не такое простое умение, как тебе кажется. Здесь особая сноровка нужна.

- Но ведь я слышу его. А слышать духов, так же не каждому дано.

- В этом ты прав. Но Крусту понадобилось полгода, чтобы достучаться до тебя. Возможно со временем, ты сможешь его видеть, но не думаю, что это будет скоро.

- Так тому и быть. - Колатир поднялся. - Я, пожалуй, пойду. До ярмарки осталось совсем мало времени, а у меня еще много работы. Хочу продать свои изделия, чтобы отложить немного денег на дорогу.

- Иди Актур. Забегай ко мне, как только найдешь время. А когда надумаешь уходить, я дам тебе письмо.

* * *

Все оставшееся до ярмарки время, Актур трудился, словно преступник на галере. Закончил меч и ножи, заказал под них ножны. Несколько подсвечников и оправ для зеркал уже давно были готовы. В общем, главное торговое событие осени, он встретил во всеоружии. И наконец, настал день, когда трубачи, с южной надвратной башни, протрубили начало ярмарки.

Основное торговое действие протекало за стенами города - ни торговая площадь, ни главная дворцовая площадь не могла вместить всех желающих продать и купить. Торговцы загодя занимали места, формируя ряды по цеховому признаку. Семья Колатиров имела свое постоянное место в ряду кузнецов и чеканщиков. И обычно, выкладывая на столе и на полках свой товар, Колатиры испытывали радостное возбуждение, такое же, как и остальные участники торгов. Ведь ярмарка - это не только возможность выгодно продать свои изделия, и наработать новых клиентов, но интересные зрелища, а для молодежи еще и приключения. Но сегодня радость сменилась тревожным ожиданием - Актур не отказался от своего решения отправиться в далекое путешествие, и собирался уйти сразу после окончания ярмарки. Колатиры пытались не подавать виду, насколько им всем тяжело, но Актур чувствовал на себе их тоскливые взгляды. Даже непоседа Имант не выказывал бурной радости, что переполняла его перед, и во время каждой ярмарки.

Торговое поле густо заполнилось людьми, непрекращающимся гомоном, и ароматными запахами готовящихся яств. Покупатели торопились именно в первый день обойти все ряды, чтобы выбрать лучший товар. На второй день обычно оставалось все самое дорогое, или не пользующееся особым спросом. Постепенно торговля увлекла всех, и семья Колатиров на время забыла об уходе одного из них. Актур так же с азартом торговался с богато одетыми дамами, за каждый канделябр, за каждую оправу для зеркала. Мужчины больше обращали внимания на ножи, надвратные украшения и оконные решетки. Имант оживился первый, и весь день бегал в ряды, где торговали сладостями, проедать часть своего законного заработка. Старшие Колатиры предпочитали всему мясо и пиво. А Танара позволила себе после обеда бокал вина из местных виноградников - дорогие привозные вина она не признавала. Основные торги длились до обеда, а затем ажиотаж постепенно утихал. Колатиры большую часть товара также продали в первый день, а у Актура непроданным остался только меч, на который он возлагал особую надежду.

Средний сын Сергана не стал ждать последнего покупателя, и отнес меч домой. Остаток дня он решил посвятить развлечениям. После обеда, внимание посетителей ярмарки занимали бродячие артисты и циркачи. Несколько групп лицедеев зазывали зрителей в яркие шатры, а некоторые устраивали представления прямо на улице. Актур сначала с вялым, а затем с возросшим интересом просмотрел несколько номеров жонглеров, акробатов, и особенно метателей ножей. Такое мастерское владение короткими клинками ему в дороге бы не помешало. Но уже было поздно брать уроки, чтобы стать таким виртуозом, нужно заниматься с самого детства.

Встретив друзей, Актур заглянул вместе с ними в балаган, где давала представление бродячая труппа. Сначала спектакль его не увлек - какая-то девчачья размазня, про то, как красотка ждет, а бравый рыцарь преодолевает препятствия, чтобы добраться до своей возлюбленной. Но затем он задумался, ведь сюжет очень походит на его предстоящую жизнь. С той лишь разницей, что он свою красотку еще не видел в глаза, а она вообще не знает о его существовании.

К вечеру праздничные действия плавно перетекли на территорию города, на главные городские улицы и дворцовую площадь, где кульминацией первого торгового дня, стал красочный салют.

Ночью Актур снова летал вместе с Арисой и Крустом. Круст радовался воссоединению духов едва ли не больше своих старых товарищей. Но наступил рассвет, а с ним все, кроме Круста, вернулись в свои тела.

* * *

Вот уже несколько часов после начала торгов Актур маялся бездельем. Его меч привлекал многих, но никто не давал за него ту цену, что хотел получить мастер. И мастер уже приготовился сбросить цену, когда к прилавку Колатиров подошли два приметных посетителя. Два высоких широкоплечих воина, в потертой кожаной одежде, с интересом уставились на меч изготовленный Актуром.

- А ну-ка, дай взглянуть, - протянул руку тот, что пониже и помоложе, обращаясь к Сергану.

- Это меч моего сына, - кивнул на отпрыска Серган.

Воины с интересом посмотрели на молодого мастера, но затем переключили свое внимание на меч. Они крутили в руках, проверяли балансировку, и чуть ли не облизывали клинок. Через пару минут к ним присоединился еще один воин. Он выглядел лет на десять старше своих товарищей, наполовину седой, и правую половину его лица пересекал жуткого вида шрам, красноречиво намекая, что с обладателем такого шрама лучше не связываться.

- Взгляни, Крет, - протянул ему меч более молодой воин.

Крет с уважением взял в руки клинок, сразу распознав отличную работу. Взглянув по сторонам, чтобы никого не поранить, воин несколько раз со свистом разрубил воздух мечом. И он тоже обратился к Сергану:

- А на прочность проверить?

- К нему, - Серган снова указал на сына.

Крет, с тем же уважением, что и на меч, взглянул на хозяина клинка. Актур выложил перед воинами загодя заготовленные куски твердого дерева, толстую кость, и кусок листового метала, имитирующего броню латника. Крет по очереди испытал оружие на всех представленных предметах, и остался доволен - только после ударов по металлу клинок незначительно затупился, а зазубрин не появилось вовсе. Он одобрительно усмехнулся:

- Хорошая работа сынок. Сколько ты за него хочешь?

- Двадцать золотых, - назвал Актур цену, уже готовясь скинуть её на четверть, а то и на треть.

- Сбрось на пару монет, и мы его заберем, - немного подумав, сказал седой воин.

- Опытным воинам не грех сбросить пару монет, - улыбнулся мастер.

Воин, что первым взял меч в руки, вытрусил с кошелька пятнадцать монет, еще три добавил Крет. Актур отдал воинам ножны, а затем, подумав, вернул и одну монету.

- Мне нужна ваша помощь, - сказал он.

- Говори, - пододвинув к себе монету, испытующе посмотрел на молодого кузнеца Крет.

Актур замялся, не зная с чего начать.

- Кого-то нужно проучить? Или даже убить? - попытался помочь ему новый обладатель меча.

- Нет, совсем не это, - отмахнулся кузнец. И собравшись с духом, начал. - Я вижу, вы опытные воины, но не носите цвета королевств Лакора. Значит вы наемники.

- Угадал, - усмехнулся Крет. - Что дальше?

- А раз наемники, то наверняка много путешествуете.

- Опять в точку, - теперь отозвался третий воин.

- Я тоже собираюсь в дальний путь, и о многом хотел бы вас расспросить.

Наемники переглянулись.

- Это не тот разговор, который можно начинать посреди торговых рядов, - высказал общее мнение Крет.

- Понял, пойдемте в тот край ярмарки, там продают лучшее пиво.

И с молчаливого согласия отца, Актур повел своих новых знакомых в нужные ряды.

По первой кружке пива выпили молча, смакуя действительно восхитительный хмельной напиток. Затем, дождавшись наполнения кружек по новой, Крет возобновил разговор:

- Так о чем ты хотел с нами поговорить? Кстати, меня зовут Крет, крепыш, которому ты продал меч, Тоган, а третий наш товарищ, Гавр.

- Меня зовут Актур. Что-то не сидится мне на месте, хочу мир посмотреть, себя показать. Поэтому совет опытных людей мне нужен позарез. Что вы мне посоветуете? Что с собой брать, чего избегать?

- Все зависит от того, как далеко ты собрался, - отхлебнув добрую половину кружки, сказал Крет.

- На Танир, - уменьшив количество пива в своей кружке, - ответил кузнец.

- Не близко, - одобрительно хмыкнул Тоган.

- На Танире мы были не раз, - отставив в сторону пустую кружку, начал седой наемник. - Собственно, именно там мы в основном и ищем работу. На нашем спокойном Лакоре в наемниках большой нужды нет. А Танир другое дело - большой континент, большие войны. Тебя интересует весь Танир, или какое-то конкретное место?

- Больше всего меня интересуют Широкие долины, и как лучше к ним добраться.

- Это лучшее место на континенте, - одобрил старший наемник, - как для путешественника, так и для наемника. Места там наименее суровые на всем длинном континенте. Королевства не бедные, и при этом часто конфликтуют друг с другом, а так же с северными и южными соседями.

- Я слышал, там сейчас тоже имеет место конфликт, - проявил осведомленность Актур.

- Есть такое, - согласился Гавр. - Мы как раз недавно оттуда.

- Участвовали в войне? - загорелись глаза у среднего сына Сергана.

- Почти год по холмам прошатались, а потом надоело, и вернулись домой, - ответил Тоган. - Ничего хорошего в войнах нет, если ты хочешь этим зарабатывать себе на жизнь.

- Как вы?

- Как мы, - подтвердил Крет. - А вот хороший кузнец на войне первый человек. Работы для него больше, чем достаточно. Но советую держаться подальше от непосредственно боевых действий. Если враг прорвется, то разбираться не будет, воин ты, или полезный кузнец.

- А на восточном побережье Танира вам доводилось бывать?

- До Мадирского океана только Крет доходил, - ответил Гавр. - Мы так далеко не забирались. Хотя говорят, восточное побережье Танира более заселенное, и более богатое.

- Это пока не доберешься до джунглей. А там дальше на юг проживают в основном такие же дикари, как и на берегу Танирского океана. И только еще дальше на юг, появляются цивилизованные страны. В общем, не очень-то восточное побережье отличается от западного. По большому счету, приключений и на этой стороне Высоких гор хватит.

- Я так понимаю, на Мадире никто из вас не бывал?

- Вот куда ты замахнулся, - сыто откинувшись на спинку стула, протянул Керт. Его товарищи так же иронично заулыбались.

- Ты сперва Танир пройди, - нравоучительно сказал Гавр. - А потом на дальний континент будешь замахиваться.

- Я знаю тех, кто не раз бывал на Мадире, - немного подумав, начал Крет. - Но никто из них не отдалялся далеко от побережья. Слишком уж много в глубине континента диких и страшных мест. Так что советую тебе ограничиться Таниром.

- Я бы ограничился, - грустно улыбнулся Актур. - Но мне нужно на Мадир, да еще на его восточное побережье.

Наемники долго молчали. То ли ожидали, что кузнец расскажет им причину, по которой ему приспичило преодолеть три континента, то ли не знали, что посоветовать этому сумасшедшему, как отговорить его от этого безумия. Молчал и Актур. Наконец Крет сказал:

- Мы не будем тебя спрашивать о причине, по которой тебе понадобилось восточное побережье Мадира, но мой тебе совет, пересмотри эти причины. Я немало побродил по свету, но ни разу не слышал о том, кто смог бы преодолеть все три континента.

Актур немного подумал, и не стал скрывать причины, по которой его тянуло на восток:

- Причина? Любовь. Далеко на востоке живет та, кто снится мне каждую ночь.

Тоган хотел было рассмеяться, но Крет на него шикнул, и тот умолк. Старый воин продолжил:

- Любовь сильная штука сынок. Но наши сны иногда делают с нами странные вещи. Я вот, например, во сне поимел половину королев и принцесс Танира, но не собираюсь знакомиться с ними воочию. Хватает с меня и снов. Так что ты не сильно доверяй снам.

- Со мной все по-другому, - немного смутившись, ответил Актур. - Я точно знаю, что на Эльфийских островах живет та, с кем в прошлой жизни мы провели вместе не одну сотню лет.

- Эльфийские острова! - разом воскликнули наемники.

- Да ты совсем спятил парень, - покачал головой Крет. - Ты хочешь проделать такой путь, и закончить его с эльфийской стрелой в глазнице.

- У меня нет другого выбора.

- Выбор есть всегда. - Седой наемник, немного подумал, и добавил. - Про Мадир, и тем более, Эльфийские острова мы тебе ничего не можем рассказать. Да и вряд ли кто сможет.

- Я не прошу вас рассказывать мне про то, что вы не знаете. Просто подскажите, как лучше подготовится к дальней дороге.

- Насколько хорошо ты владеешь оружием? - спросил Гавр.

- В общем, неплохо. Но я, конечно, не воин, постоянных тренировок не провожу.

- Владеть оружием, основное, что должен уметь путешественник, - заметил Крет. - Это залог твоего выживания. И не только. Если бы у тебя даже было много золота, а я сомневаюсь, что оно у тебя есть в нужном количестве, то ты не смог бы его взять столько, сколько потребуется на все путешествие. Тебе нужно чем-то зарабатывать в дороге. Ты, конечно, хороший кузнец, но если ты будешь зарабатывать своей профессией, то твой путь займет многие годы. Очень многие годы. Но если ты будешь хорошо владеть оружием, то сможешь наниматься в охрану торговых караванов. Тех, что движутся в нужном тебе направлении. Если ты будешь наниматься только в одну сторону, полноценной оплаты тебе, конечно, не предложат, а может вовсе ничего не заплатят, но ты хотя бы не будешь тратиться на дорогу сам.

- А еще нужно хорошо владеть луком, - добавил Тоган. - Не всегда ты сможешь найти себе попутчиков, которые обеспечат тебя едой. Так что пропитание часто придется добывать самому.

- Еще неплохо было бы взять с собой несколько крючков и других снастей для рыбалки. Возле рек и озер это может стать хорошим подспорьем, - подхватил Гавр.

Актур невольно вздохнул:

- Я много раз делал рыболовные крючки, но сам рыбу не ловил ни разу.

- Жить захочешь, научишься, - уверил собеседника Гавр.

Крет продолжал наставлять молодого кузнеца:

- Много еды с собой не бери - лишняя тяжесть. Хлеб, крупы, соль, специи. Остальное добудешь по дороге. Да, котелок не забудь, без него никак. Много денег тоже не носи, и уж тем более не свети ними - всегда найдется кто-то, кто захочет отнять у одинокого путника пару монет. Про ночлег думай загодя, не тяни до последнего - найдешь подходящее место, обустраивайся, иначе ночь может застать тебя в самом неподходящем месте. Незнакомых вооруженных людей старайся избегать, сближайся, если только убедишься, что они не причинят тебе вреда. И вообще, старайся быть, как можно незаметней. Одевайся как местные жители, поменьше говори, чтобы из твоего разговора никто не понял, что ты чужак. - Керт еще раз задумался. - Ну вот, пожалуй и все, что можно рассказать тебе на скорую руку.

- Неплохо было бы взять тебя с собой, показать, что к чему на деле, но мы ближайших полгода никуда не собираемся, - сказал Тоган.

- Я не буду ждать полгода. Выйду, где-то через неделю после ярмарки.

- Ну что ж, Актур. Мы можем пожелать тебе только удачи. - Крет поднялся. - Если передумаешь выдвигаться через неделю, ищи нас в столице, в таверне Желтый гусь. Тогда пойдем вместе, мы снова будем возвращаться на Танир. Для нас там больше работы.

Актур тоже поднялся:

- Я учту это.

Новые знакомые попрощались, и разошлись в разные стороны.


4

На третий день торговля почти прекратилась, и уступила место развлечениям. Актур, вместе с братьями участвовал в боях среди простолюдинов. На четвертый день должны пройти бои среди рыцарей. На Лакоре находилось всего лишь два королевства, правда крупных королевства, и войн между ними не случалось уже давно. А значит, отпала надобность в крупных армиях. И уж тем более не имелось необходимости в рыцарстве. Но на Лакоре чли традиции, и сохранили небольшие армии, и видимость рыцарства, а именно - их обязательное участие во всех более менее важных торжествах.

Потешные бои, как правило, проходили бескровно, но травмы иногда случались. Но, несмотря на это, от охочих принять участие в такой потехе не было отбоя. Раньше средний сын Сергана без особой охоты брал в руки оружие (если это не происходило на кузнице, во время работы), но теперь ждал схваток с особым нетерпением. Ведь это последняя возможность испытать себя в качестве бойца, а также перенять опыт у других, более опытных бойцов.

Первыми показывали свое уменье и желание победить, самые молодые участники потешных сражений. Среди них находился и Имант. Молодые ребята, вооруженные деревянными мечами и топорами, а так же деревянными щитами, провели несколько одиночных и групповых схваток. Жители Багрена разделились на несколько групп, и каждая поддерживала своего любимца - выходца из той, или иной части города. Колатиры азартно выкрикивали подсказки, когда на ристалищное поле выходил Имант, либо кто-нибудь из соседской ребятни. А когда в бою сошлись младшие представители нижней и верхней части города, вообще началось что-то невообразимое. Стражники разделили болельщиков на две неравномерных части, чтобы с ристалищного поля схватка не перекочевала на трибуны, а такое случалось не раз. Но в этот раз все обошлось. Бойцы азартно мутузили друг друга по шлемам, щитам и латам, и их потуги вызывали больше смеха, чем желания начистить морды болельщикам из противоположного лагеря.

Положение несколько изменилось, когда на поле вышли более старшие участники действия. Актур выхоли на поле во втором десятке, и успел заметить, как напряглись стражники, ведь на молодых людей уже делались ставки, причем не маленькие, и уже можно было ожидать, что страсти перехлестнутся через невысокое ограждение, отделяющее ристалищное поле от трибун. В этих боях уже участвовали бойцы не только из Багрена. Сюда съехались молодые люди из соседних городов, и даже из столицы. Первыми дрались жители самого Багрена. Представители нижней и верхней части города сначала выясняли отношения внутри собственных отрядов, чтобы отобрать тех, кто будет участвовать в дальнейших боях.

Актуру в соперники достался парень из соседней улицы, улицы гончаров. Близкими друзьями они не были, так что кузнец без особых эмоций выбил оружие из рук соперника, и быстро заслужил победу. Лейкон так же, не особо напрягаясь, выиграл свой первый бой. Лейкон вообще считался одним из лучших бойцов нижней части города, и Актур сейчас ему немного завидовал. Но боевое мастерство старшего брата достигалось более частыми и упорными тренировками, так что поздно кусать себя за локти.

Второй круг боев прошел уже более зрелищно - самые слабые отсеялись. Актур крепко сжимал оббитый полосками стали дубовый меч, теперь игрушки закончились. Крепкий парень из цеха кожевников так же серьезно относился к делу, так что легкой схватки не намечалось. После нескольких пробных ударов, соперник кузнеца пошел в решительную атаку. Но Актур встретил её хладнокровно. Он медленно отступал, старался с наименьшими потерями для себя парировать удары, и выжидал, когда кожевник выбьется из сил. Момент для контратаки сын Сергана уловил точно, и сумел нанести противнику несколько ударов по рукам. Тяжелый дубовый меч, усиленный для прочности по бокам полосками мягкой стали, оставил на незащищенных руках кожевника значительные ссадины - бой был закончен. И, судя по всему, сопернику кузнеца придется не один день зализывать раны.

Третий бой Актур проиграл, хотя и держался достойно. В соперниках у него в этот раз оказался один из лучших бойцов нижней части города - сын десятника городской стражи, который и сам вскоре должен стать стражником. Колатир слышал, как его поддерживали родные и друзья, а так же девушки, которые рассчитывали на внимание видного жениха. И в этот хор даже вплелись голоса Крета с сотоварищами. Но продержаться кузнец сумел только лишь пару минут - техника у его противника была на самом высоком уровне. После окончания боя к Актуру подошли знакомые уже наемники.

- Сражался ты неплохо, - сказал Крет. - Силы в удар вкладываешь ровно столько, сколько нужно, сказывается умение владеть молотом и молотком. С выносливостью все в порядке. Хладнокровен не по годам. Чего тебе не хватает - это опыта. А опыт добывается не только на тренировках, но и в реальных боях.

- Завтра рыцарский турнир, в котором, ни ты, ни мы не участвуем. Так что мы преподадим тебе несколько уроков, - пообещал Гавр.

- Спасибо! - обрадовался Актур.

- На многое не рассчитывай, день слишком короткий для таких уроков, но кое-какие приемы покажем, - остудил радость кузнеца Крет. И многозначительно добавил. - Из личного арсенала. А теперь иди, готовься. Насколько я понимаю, у тебя сегодня еще есть бои.

- Еще два боя, - подтвердил молодой поединщик. - В одном мы бьемся против команды из верхнего города. А затем совместный бой против команды гостей. Если меня, конечно, не выведут из строя в первом групповом поединке.

Наемники растворились в толпе, а Актур, при помощи братьев стащил с себя тяжелые латы. Латы он делал для себя сам, и они мало отличались от настоящих, поэтому кузнец и не получил серьезных травм. Хотя в них оказался один серьезный недостаток - слишком уж они были тяжелы, и на хорошую подвижность не следовало рассчитывать.

Одиночные бои подошли к концу. На их основании определился состав команд для групповых схваток. Первой началась схватка между двумя командами Багрена. Вот где разгорелись настоящие страсти на поле и на трибунах. Бойцы задолго до этого знаменательного боя распределили свои места и обязанности. Актуру достался правый фланг. Перед ним, и перед другими фланговыми бойцами, ставилась задача не запустить противника в тыл. Но это оказалось очень сложной задачей. Потому как команда верхней части города в этот раз избрали не совсем привычную тактику. Они поставили на фланги как раз самых сильных бойцов, и перестраиваться по ходу боя стало поздно. Команде нижнего города не осталось ничего другого, как идти напролом, с целью расчленить группу соперников на две части.

И на поле, и за невысокой оградой стало слишком жарко. На трибунах оказалось слишком много желающих прийти на помощь своей команде. Стражникам было не до зрелищ, они уже несколько раз пускали в ход деревянные палки, остуживая ними особо ретивых зрителей.

Туго пришлось и фланговым бойцам нижнего города. Их строй растянули и многие сражались практически в одиночестве. Актур из последних сил удерживал натиск превосходящего в мастерстве противника, но пропустил боковой удар от другого бойца, и судья вывел его из боя. Но свою миссию фланговые бойцы выполнили. Они связали боем главные силы верхнего города, и дали возможность разделить команду противника на две части. Хотя это и не дало большого выигрыша команде Актура - соперник оказался отлично подготовлен, и такой вариант развития событий им наверняка проигрывался. Большинство бойцов верхнего города, не надело тяжелую броню, и оказались более мобильны. Они сумели растянуть плотный строй нижнего города почти по всему ристалищному полю, и навязать им изнуряющий бой. Тактику противника разгадали не скоро, когда потеряли нескольких ключевых бойцов. Отряд возглавил Лейкон. Он собрал уцелевших участников в одну группу и построил их кольцом. Внутри круга находились легковооруженные воины, снаружи латники. Легковооруженные бойцы делали короткие вылазки, чтобы вывести из строя одного, двух членов команды противника, и это принесло свои, пусть и не особо впечатляющие плоды. Но, во всяком случае, схватку удалось выровнять. Несколько попыток команды верхнего города прорвать плотную оборону противника не увенчались успехом. Бой принял затяжной характер. Но на такой случай правилами был предусмотрен лимит времени. И когда время истекло, пересчитали количество уцелевших бойцов. Преимущество, хотя и незначительно, оказалось на стороне команды верхнего города, им и засчитали победу.

Ликование одной части города и недовольство второй, не переросло в открытое противостояние - стражники снова оказались на высоте. Постепенно страсти улеглись, и на поле вышли бойцы из других городов. А вслед за этим пришло время померятся силами, объединенному отряду Багрена и гостям города. Это и примирило всех горожан.

Актур в этом бою уже не участвовал, он не вошел в число лучших. Но он особо не расстроился, итак отдал все силы предыдущим боям - руки, ноги и все тело гудело так, словно побывало под молотом. Сейчас его вполне устраивала роль зрителя. Этот бой Багрен триумфально выиграл за короткое время, что, в общем, было прогнозировано - гости не смогли выставить достаточное количество опытных бойцов. На этом закончился первый турнирный день, и люди полностью предавались веселью.

Избавившись от лат, Актур отправился искать своих новых знакомых, и нашел их, конечно, возле пивных бочек. Наемники, выпившие, но все еще крепко стоящие на ногах, без особых уговоров согласились выполнить свое обещание, и преподать молодому кузнецу несколько уроков. Первым делом они на деле проверили, насколько хорошо Колатир владеет оружием, и раскритиковали его стиль ведения боя в пух и прах.

- Кто только тебя обучал?! - горячился Тоган. - Так махать мечем можно только на турнирах!

- Нас стражники обучали, - оправдывался Актур. - Где мы найдем лучших бойцов?

- Он прав, Тоган, где в этих тихих королевствах, найти воинов, которые участвовали в настоящих кровопролитных битвах? - проворчал Крет. - Мы постараемся исправить то, что в тебя вбивали столько лет. Хотя времени, конечно, маловато.

- А что не так, в моем владении оружием? - недоумевал Актур.

- Первое, что ты должен усвоить, - начал Гавр, - в путешествии, главное выжить, а не показать красивое, эффектное владение клинками. Ты должен понимать - чаще всего тебе просто не дадут вытащить основное оружие, то есть, меч. Больший упор делай на короткие клинки - ножи и кинжалы.

- В любом незнакомом месте, особенно подозрительном месте, заранее обращай внимание на то, что может пригодиться тебе в случае неожиданного нападения, - продолжил наставлять молодого человека Крет. - Стол, стул, шторы, песок под ногами, лопата, и так далее. А еще просматривай пути отхода. Не суйся, в незнакомое, потенциально опасное место, не продумав, как ты будешь оттуда убираться. А теперь хватит теории, проведем несколько практических уроков. Тоган, Гавр, покажите встречные бой, допустим в подворотне.

Наемники без лишних уговоров развернулись, немного разошлись, и пошли навстречу друг другу. Когда до встречи им осталось несколько шагов, они неожиданно выхватили мечи и кинжалы, и попытались поразить друг друга. Но естественно, оба были готовы к нападению, и успешно отразили его, не сумев, в тоже время, качественно провести каждый свой удар. Они немного пофехтовали, и разошлись. Разошлись молча, без слов предложений и оскорблений - отошли немного назад, не выпуская друг друга из вида, спрятали оружие, и быстро скрылись за невидимыми углами. Этот необычный спектакль, тут же собрал своих зрителей, и Крет проворчал:

- Пойдем отсюда. Нет, у меня сегодня желания развлекать публику, пусть рыцарей ждут. Актур, прихвати нам пару кувшинов пива, и пойдем, поищем место поукромней.

Самой укромной оказалась ближайшая роща, по дороге к которой наемники успели опустошить один из кувшинов.

- Вот здесь остановимся, - старший наемник выбрал небольшую полянку. - И запомни сынок, главное правило путешественника: лучший бой, это тот, которого тебе удалось избежать. Его я услышал много лет назад, когда был так же молод, как и ты. И мне оно тогда показалось ужасно глупым: ведь, как это так - я стремлюсь к приключениям, и буду избегать схваток? Но прошло не так уж много времени, и я понял истинное значение этих слов. Ты мне кажешься более рассудительным, и должен понять все сразу.

- Я понимаю, - кивнул Актур. - И пускаюсь в дорогу, вовсе не из-за желания потыкать кого-нибудь мечем.

- Тогда получи! - вдруг крикнул Тоган, и попытался ударить кузнеца его же изделием.

Актур чудом увернулся, и хотел было возмутиться, но Гавр напал с другой стороны, и возмущение застряло в горле. В глазах наемников читался смертный приговор, и сыну Сергана вдруг стало страшно, он понял, что его сейчас убьют. И что самое обидное, неизвестно за что. Денег у него с собой нет, правда, в руках очень даже неплохой меч, который Актур оставил себе. За такой меч вполне можно убить. Но так просто он его не отдаст! Колатир, неожиданно даже для себя, попытался контратаковать. Эффектной атаки, конечно, не получилось, но хоть на пару секунд удалось оттянуть свою смерть, оттеснив, и озадачив противника неожиданной вспышкой.

- Достаточно! - рявкнул Крет.

И наемники тут же отступили еще дальше, чтобы не попасть под шальной удар кузнеца, который все еще не прекращал махать мечем. Наконец, до него дошло - убивать его никто не собирался, а как раз наоборот, попытались преподать еще один урок.

- Вот так уже лучше, - одобрительно прогудел Крет. - Когда ты понял, что тебя могут убить, ты дрался совсем по-другому, чем на ристалищном поле.

- Его контратака стало неожиданностью даже для меня, - тяжело дыша, сообщил Гавр. - Чуть не пропустил удар.

- Но вы тоже меня чуть не убили! - возмутился Актур.

- Мы знали, что это урок, а ты нет. Мы придержали бы удар, в самый последний момент, а ты вряд ли, - пряча меч в ножны, сказал Тоган. - Так что, мы рисковали больше тебя.

- Главное, что я понял, - приложившись к последнему кувшину, сказал Крет, - у тебя парень большие резервы. Которые нужно развить. Я бы, на твоем месте, не торопился с выходом в поход. Отложи его, хотя бы на полгода. За это время ты лучше подготовишься, и у тебя появятся больше шансов выжить.

- А там вышел бы в дорогу вместе с нами, и у тебя появились бы шансы, не только выжить, но и пересечь Танир, - добавил Тоган.

- Я прекрасно понимаю, что начать свое путешествие вместе с вами, было бы самым разумным выбором, - ответил Колатир. - Но внутри меня горит пламя, и с каждым днем разгорается все сильнее и сильнее, толкая в дорогу. И я боюсь, что за полгода от меня ничего не останется.

- Тогда давай выжмем из того времени, что у нас есть, максимальную пользу. - И Крет сам провел короткую, хотя очень жесткую атаку на кузнеца, разобрав в конце недостатки в его обороне.

В таком бешеном темпе прошел остаток дня, и домой Актур пришел затемно, хотя и раньше, чем братья, для которых с началом темноты только начинались развлечения.

* * *

На схватки рыцарей Актур не стал долго пялиться, и почти сразу же отправился в заветную рощу, где его уже ждали учителя. Наемники, приняв подношение в виде хмельного напитка, снова по очереди стали гонять свое подопечного. Актур учился защищаться сразу от двух, и то и трех противников. Круговая оборона сменялась атакой, причем атаковать так же приходилось сразу нескольких соперников. Наемники не заморачивались красотой поединка, для них главным являлся результат, поэтому подлый удар в промежность, вовсе не считался подлым - на кону жизнь. Так же допускалось нападение со спины, добивание лежачего, выстрел в спину. И хотя у Актура выживание такой ценой не вызывало восхищений, но он прекрасно понимал, что благородство придется оставить здесь, на турнире, и брать с собой в дорогу совсем другие принципы.

Неожиданно тренировочную атмосферу рощи нарушил истошный, угрожающий вой. И Актур с трудом успел перехватить в прыжке Рамуса, который отыскал, наконец, своего друга, и решил уровнять количество врагов, напав на самого высокого.

- Твой кот? - нервно поинтересовался Гавр, не выпуская из рук кинжал.

- Мой, - пытаясь успокоить шипящее чудовище, ответил кузнец.

- Хороший котик, - оценил Крет, - но лучше бы ты отвел его домой. Он слишком неадекватно реагирует на наши действия. Ему ведь не объяснишь, что мы всего лишь тренируемся.

- Я постараюсь его успокоить.

Актуру совсем не хотелось тратить время на сопровождение кота домой. Тем более что Рамус запросто мог по дороге сбежать. Кузнец сильными поглаживаниями прижимал кота к земле:

- Надо убедить его, что ничего страшного здесь не происходит, что это всего лишь игра.

- Твоя зверюга, ты и убеждай, - не воодушевился идеей Гавр. - А мне он чуть в рожу не вцепился.

Крет присел неподалеку от кота:

- Слышал, что они очень любят, когда их чешут между ушами, и живот.

- Между ушами, это он очень любит, а вот животик лучше не трогать, может руку исполосовать до кости.

Хозяину кота видней, что больше нравится любимцу, и Крет осторожно почесал грозу змей между навостренных ушей. Рамус настороженно следил за действия старшего наемника, но успокаиваемый Актуром, не спешил давать ему отпор. Крет нашел любимое для чесание место за ушами, и Рамус довольно замурлыкал, тут же признав нового знакомого за своего. Каким-то неведомым образом старший наемник сумел убедить дикого кота, что зла они его другу не желают, и можно не выпускать раздраженно когти, а заняться своими, неотложными кошачьими делами.

Наемники больше не наседали на своего подопечного с прежним азартом, потому как Рамус далеко не ушел, и поглядывал в сторону мечников не совсем доброжелательно. Поэтому больше обсуждали теорию, иногда переходя к коротким практическим применениям.

Двухчасовой перерыв на обед дал отдохнуть уставшим мышцам, и окончательно успокоил Рамуса, которого старательно подкармливали все, кто не хотел испробовать на себе его острые когти. После обеда долго не стучали мечами, всем хотелось посмотреть на финальную схватку рыцарей, и кому достанется титул короля турнира, а так же королева турнира в придачу. Принц турнира определился днем раньше, среди простолюдинов и молодых дворян, которые еще не носили рыцарских шпор. Актур знал, что его старший брат брал участие в боях за титул принца, и обладание принцессой, но оказался он всего лишь третьим. Что, в прочем, не помешало ему получить благосклонность, лучшей женской половины Багрена.

А на ристалищном поле заканчивался последний бой. Рыцари уже давно спешились, и их латы потеряли былой блеск. Насколько Актур знал, рыцарь в позолоченных латах, являлся представителем Багрена, а его визави, в вороненых латах, приехал, скорей всего из столицы. И столичный рыцарь по всем параметрам переигрывал золотистого рыцаря.

- В черных латах - это Кагаурт. Один из сильнейших рыцарей королевства, - внес ясность Гавр. - Вашему золотистому ничего не светит.

- Я уже это понял. - Актура уже перестал интересовать почти законченный бой. - Интересно, а кого в этом году выбрали на роль королевы?

- Очень недурственную особу, - оценил Тоган. - Это кто?

- Ни разу не видел, - пожал плечами Актур. - Эту красотку родители прятали очень тщательно.

- Стать королевой турнира очень почетно, и наверняка отбоя от знатных женихов теперь не будет. Ну вот, бой закончился, дальше уже не интересно. - Крет стал выбираться из толпы.

За ним потянулись и остальные наемники и кузнец.

- Пойдем, проведем остаток дня за столиком, - старший наемник повел своих товарищей к ближайшей пивной палатке. - Все, что мы могли для тебя сделать, за столь короткое время, мы сделали.

- Главное, чтобы ты держал глаза открытыми и уши настороженными, как у твоего кота, - добавил Тоган. - И обдумывал каждый свой шаг дважды.

- Я очень благодарен вам за помощь, - расчувствовался Колатир. - Для меня многое из того, что вы показали и рассказали открытие.

Крет откусил от кольца колбасы изрядный кусок, и задумчиво посмотрел на остаток кольца:

- Знаешь что, подойди к мяснику, пусть он покажет тебе, как разделывать птицу и скотину. У тебя ведь, наверное, такого опыта нет?

- Ни разу никого не резал, - помотал головой кузнец.

- На рыбалку бы ему с опытным рыбаком, - подсказал Гавр.

- Точно, - согласился Тоган. - А еще, когда будешь идти пешком, а пешком ты будешь ходить часто, возьми за правило практиковаться стрельбе из лука. Выбираешь перед собой по ходу движения цель, и стреляешь в неё. Потом подходишь, и подбираешь стрелу. Так ты глазомер разовьешь, и стрелять научишься. Опять же, дорога будет казаться короче, когда есть чем заняться.

Наемники еще долго давали последние советы, и только поздняя ночь, и изрядное количество выпитого, остановило их задушевную беседу.

* * *

Похмельное утро следующего дня оказалось тяжелым для половины города. Ярмарка и турнир закончились, оставив у большинства участников приятные воспоминания.

Актур с трудом себя переборол, но встал рано. Наемников на постоялом дворе нашел готовыми к отбытию в столицу. На них словно и не сказалось обильное употребление хмельных напитков. Прощались недолго, но тепло, по-дружески.

- Не забывай про наше предложение, - еще раз напомнил Крет, усаживаясь на попутную телегу.

Проведя наемников, Актур сразу же направился к мяснику по имени Мортик. Того немало удивила просьба кузнеца, причем очень хорошего кузнеца - не один нож для разделки был сделан сыном Сергана. Актур не стал ничего выдумывать, и сказал, что собирается в путешествие, а там такие знания ему очень пригодятся. С одной стороны, мясник возгордился, действительно, умение разделать добычу в дороге первое дело. А с другой стороны расстроился, ведь у него имелась созревшая дочь, и старшие сыновья Сергана очень серьезно рассматривались на роль женихов. Но расстраивался Мортик недолго, старший брат ведь оставался.

Отрубить голову курице и гусю, было несложно, хотя и неприятно. Обычно разделкой птицы занимались женщины, так что наставницами Актуру в этом деле стали жена и дочь мясника. Кузнецу пришлось выдержать немало насмешек, хоть и безобидных - его неумелые попытки ощипать и разделать курицу, вызывали всеобщее веселье. То же самое повторилось с гусем. Но главные правила и очередность Колатир запомнил, а тонкостям он научится в дороге.

Гораздо больше сложностей возникло, когда пришла очередь овечки. Она умоляюще смотрела на кузнеца, и у того никак не поднималась рука перерезать ей горло.

- Если не соберешься с духом сейчас, потом еще сложней будет, - сказал мясник. - Со свиньей и бычком тебе тем более не справится.

Актур мысленно попросил прощения у блеющей скотинки, и решительно полосонул её по горлу.

- Глубже бери! - крикнул Мортик. - Ты её только мучаешь.

Пришлось крепче зажимать голову дергающейся овце, и провести ножом значительно глубже.

- А так ты ей чуть ли голову не отрезал, - ухмыльнулся мясник. - Но лучше так, чем недорезать.

Еще дергающееся животное подвесили вниз головой. Мортик подрезал шкуру на задних ногах, и одним движением отделил её от мяса.

- Ловко! - оценил кузнец.

- Ничего сложного здесь нет, - засмущался мясник, - просто нужна сноровка.

Под руководством хозяина Актур закончил разделку овечки, и решил, что убийств на сегодня с него хватит.

- Если хочешь научиться разделывать других животных, - раскладывая мясо на столе, сказал Мортик, - то нужно завтра пораньше ехать в ближайшее село, там находится мой поставщик, который привозит мне готовую свинину и говядину.

Актур твердо решил освоить то, что может пригодиться ему в пути, поэтому, пообещав мяснику свое присутствие, вернулся домой. На кузнице царила непривычная тишина, никто не мог заставить себя браться за работу. Средний сын Сергана сам разжег горн, и подал пример, чем можно и нужно занять себя, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей.

* * *

Следующий день Актур продолжал осваивать искусство быстрого убийства, и разделки животных. И вид крови стал для него почти привычным, хотя к вечеру от нее уже воротило.

Дальше пришла очередь рыбалки. Один из друзей Сергана оказался заядлый рыбак, и он с радостью согласился обучить Актура азам рыболовного дела. Он повел кузнеца за холмы, к лесному озеру, где, по его словам, можно было наловить рыбы не только для собственных нужд, но и для продажи. Рыбалка оказалась более увлекательным делом, чем разделка животных. Неожиданно для себя, Актур поддался тому азарту, что охватывал опытного рыбака при каждой поклевке. На берегу лесного озера рыбаки пробыли два дня, и Рамус буквально сходил с ума, от манящих звуков и запахов. Актур очень надеялся, что кот останется в родном для него лесу, но вечером следующего дня, Рамус верно сопровождал друга домой.

Еще два дня ушло на подготовку к дальней дороге. Нужно было забрать у портного специально пошитую крепкую одежду, а у сапожника сапоги, ботинки и сандалии.

Прощался с родными Актур быстро, чтобы не дать никому окончательно раскиснуть. Крепко обнял отца и братьев, поцеловал мать, и, не дав ей расплакаться еще громче, вышел на улицу. Провожать сына к городским воротам пошел только Серган, остальных оставили дома. За воротами Серган полез в потайной карман, и достал оттуда медальон:

- Держи сын. Этот медальон я получил от отца, а он от деда. Я хотел передать его Лейкину, но отдам тебе. Это знак нашего рода, горный медведь.

- Медведь? - удивился Актур. - Но на Лакоре нет медведей.

- Кода-то, много веков тому назад, наши предки прибыли с Танира. А там медведи водятся в изобилии.

- Ты никогда не рассказывал о наших предках с Танира.

- Там, с отъездом нашего предка, я даже подозреваю - бегства, связана какая-то темная история, подробностей которой уже никто не помнит. Так что рассказывать особо не о чем. Наши предки сделали все, чтобы мы не знали своей истории.

- Может быть мне удастся что-то узнать, - улыбнулся Актур.

- Я не уверен, что тебя обрадует то, что ты узнаешь, - невесело улыбнулся в ответ Серган.

Отец с сыном немного помолчали, неловко посматривая по сторонам.

- Ты там, в чужих краях, высоко держи марку Колатиров.

- Хорошо отец, - серьезно ответил Актур.

Он еще раз обнял отца, и решительно зашагал по северной дороге.


5

Едва Багрен скрылся за ближайшими холмами, как новоиспеченного путешественника обуяло неведомое до сих пор чувство необычайной легкости. Словно он отрастил себе крылья, и первый раз стал на крыло. Дорога петляла между холмами, и Актура не покидало предчувствие, что приключения начнутся сейчас же, за ближайшими холмами. Он вспомнил про совет наемников, и сразу натянул тетиву на лук - пора браться за дело. Стрельба из лука не являлась сильной стороной кузнеца, и эту несправедливость он решил исправить как можно быстрей.

Цели Колатир подбирал осторожно, чтобы стрелу можно было отыскать быстро, не теряя драгоценного времени. Но после первых же выстрелов, проблема в поиске стрел отпала - её взял на себя Рамус. Актур надеялся на то, что кота удастся оставить дома, пусть даже его придется на время закрыть в чулане, или на кузнице. Но кот словно почувствовал, что его хотят разлучить с другом, и не отходил от него ни на шаг. Актуру не оставалось ничего другого, как взять кота с собой, в надежде, что по дороге тот найдет себе пару и сбежит. Но пока кот и не думал искать себе пару в окрестных лесах и полях, его целиком и полностью заняла игра под названием: найди стрелу.

После трех часов в дороге, оба путешественника, и двуногий, и четвероногий, порядком устали - не так часто им приходилось отправляться в многочасовые походы. Актура впервые посетили сомнения про правильное решение - ведь таких многочасовых переходов у него будет множество, не один день. А возможно, и не один год. Но эту минутную слабость Колатир поборол быстро, и сделал себе первое замечание - не раскисать. Не раскисать и не падать духом, ведь трудностей в дороге будет множество, и уже появившаяся тоска по дому, всего лишь одна из них.

После непродолжительного отдыха, человек и лесной кот снова двинулись в дорогу. Теперь Актур с готовностью принял предложение знакомого фермера проехаться на телеге. И он начал понимать, свои ноги нужно беречь, и по возможности пользоваться попутным транспортом. Быстро эту мудрость освоил и Рамус, запрыгнувший на телегу вместе с другом. Кот быстро нашел самое удобное и мягкое место, и практически мгновенно уснул.

Сын Сергана не стал скрывать, что он отправляется в далекое путешествие. Правда, не открыл настоящей причины. Фермер удивленно покачал головой, но ни осуждать, ни восторгаться парнем не стал - у каждого своя жизнь, и он распоряжается нею по своему усмотрению.

Беседа текла лениво, так же, как и дорога под колеса телеге, и как-то незаметно прошло несколько часов. Фермеру нужно было сворачивать в сторону от основной дороги, и Актуру пришлось покинуть насиженное место. Рамус спрыгнул на землю недовольно, и, несколько раз сладко потянувшись, посеменил догонять друга. Солнце уже прошло зенит, и хотя до вечера еще было далеко, кузнец, по совету наемников, начал подумывать о ночлеге. Несмотря на то, что лето уже давно прошло, ночи в южном Лакоре еще стояли теплые, и чем дальше на север, тем должно становится еще теплее. Так что Колатир решил пока экономить на трактирах и постоялых дворах, и больше учится самостоятельности, пока он находится на спокойном Лакоре, а не на более беспокойных континентах.

Когда дорога перешагнула по мостику через небольшую речушку, Актур свернул вверх по течению, с твердым намереньем добыть на ужин какую-нибудь птицу, зверушку, или на худой конец рыбешку. Только дело в том, что потенциальная добыча, словно учуяв в чужаке великого и ненасытного охотника, держалась от него на приличном расстоянии. Рамус также проголодался. Он потерся о ноги друга, но тот кормить не собирался, и кот недовольно поплелся в заросли, добывать пищу самостоятельно. Кузнец, словно заправский охотник, осторожно углубился в кусты, в обратную сторону от кота. Мелкие птицы летали вокруг бесстрашно, но они могли заинтересовать только кота, а вот добычи покрупней, никак не удавалось обнаружить. Читать следы Актур тоже не умел, так что он даже не знал, водится ли здесь достойная его внимания дичь, или нет.

Побродив в течение получаса в прибрежных кустах, кузнец с охотой решил завязать, и попробовать себя в качестве рыбака. Кое-что из рыбацкой науки он усвоил, и занялся поиском наживки. В мягком грунте нашел червей, и иле так же копошились какие-то букашки, в траве попались кузнечики. В общем, для рыбы скоро был приготовлен целый пир. И рыба не подкачала. За короткое время Актур натаскал полкотелка рыбешки величиной с ладошку, и решил на этом закончить рыбалку. Но не тут-то было. Появившийся, словно из-под земли Рамус, устроил истерику, требуя свою долю добычи. И хотя на морде кота, весьма недвусмысленно прилипло несколько перышек, вел себя он так, словно не ел целую неделю. Пришлось снова разматывать снасти и ловить доверчивую рыбу. После того, как на крючок попалась красавица, величиной с пол Рамуса, Актур с рыбалкой решил завязать окончательно. Обнаглевший кот решил присвоить себе самую большую рыбину, и пока Колатир снова сматывал снасти, сунулся к добыче. Но рыбка оказалась не совсем беззащитна - зубища торчали, сам Рамус мог позавидовать. Истошный визг кота, заставил Актура бросить снасти, и спасать друга, лапа которого сама стала добычей.

- Надеюсь, это станет для тебя уроком, - нравоучительно произнес кузнец, вызволив из острых зубов водной хищницы лапу друга. - Как видишь, добыча не всегда беззащитна.

Кот не был намерен выслушивать нравоучения, и снова удалился в кусты, зализывать раны. Приготовление ухи не заняло много времени. Путешественник заблаговременно позаботился о приправах, которые могли пригодиться ему в дороге. Правда, он еще ни разу сам не добывал, и не готовил для себя пищу, поэтому волновался с пропорциями. Но уроки рыбака и мамы не прошли даром - уха удалась. Даже кот решил забыть об обиде, и вернутся к костру, отведать уже вареной рыбки.

Нежно розовый закат, стал логичным завершением этого первого дня в пути. Удачного дня, как решил Актур.

* * *

Утром Актур проснулся рано. Проснулся от холода. И не удивительно. Ведь все вокруг было покрыто густой росой. И тот тонкий плащ, которым укрывались наши путешественники, мало спасал от утреней сырости. Кот упорно не желал вылезать из-под плаща, и Актуру, которому от сырости и холода свело все суставы, пришлось выталкивать друга. Костер развести не удалось - дрова отсырели. Пришлось позавтракать холодной ухой, и быстро пуститься в дорогу, иного способа высохнуть не имелось.

Но вместе с поднявшимся солнцем, вернулось и хорошее настроение. Человек и кот снова затеяли игру со стрелами, и радовало то, что кузнец все лучше стал чувствовать лук и стрелы. Он все чаще стал попадать в цели, и стрелы летели на большее расстояние. И это всего после одного дня пути! Что же будет, через неделю, две, три?- восхищался собой Актур.

Телеги двигались только на встречу, так что приходилось топать пешком. Но Колатир не особо расстраивался - нужно развивать выносливость. Низкие холмы сменялись неширокими полями, веселыми рощами, густыми зарослями кустарника вдоль речушек с прозрачной водой, где просматривался каждый камешек, каждая рыбешка. Такая идиллия не могла длиться долго, и после обеда небо начали затягивать тучи, намекая на то, что неплохо было бы найти убежище. Сооружать таковые Актур был невеликим мастером. Остались кой-какие детские знания, когда они с братьями и соседской ребятней сооружали свои секретные схроны. Да на озере рыбак объяснил, как можно быстро соорудить навес. Но вот объяснить - это одно, а сделать своими руками, совсем другое. Хорошо еще, что знающие люди посоветовали Актуру брать с собой в дорогу не топор, а мачете - гораздо более универсальный инструмент.

Худо-бедно, но за час небольшой навес удалось соорудить. На него, был накинут плащ, и хлипкое сооружение приняло под свою защиту человека и кота. И как раз вовремя. Не успел Актур принести охапку сухих ветвей, как дождик начал накрапывать, а вскоре пустился полноценно. И дождь, судя по всему, зарядил надолго. И от этого настроение упало сразу же. Накатилась невесть откуда взявшаяся ностальгия. Вспомнился пышущий жаром кузнечный горн, не менее жаркая кухня, где хозяйничала мать, широкий навес перед кузницей, под которым так приятно было остывать от жаркой работы, или следить за дождем. А вот под этим хлипким навесиком, спрятаться задача не из простых, и не из приятных. В общем, дорога начала испытывать наших путешественников на прочность.

Актур еще несколько раз выбегал под дождь, с целью набрать как можно больше еще не сильно намокших дров. Рамус под дождь выбираться не собирался, и как только друг выбегал, тут же занимал освободившееся место, и двигался обратно неохотно. Костер не разжигался долго, сказывалось отсутствие тонких сухих веток, и опыта у разжигающего, но, наконец, первые языки огня, начали робко облизывать щеки, которые настрогал кузнец. Кот появления огня принял одобрительно, и хотел тут же оттеснить человека от него, но человек проявил твердость, и двигаться под дождь отказывался.

О том, чтобы поставить на костер котелок не было и речи, слишком уж слабым был огонек. Просоленный кусок кусачей рыбины, предназначавшийся для ухи, был попросту слегка запечен с двух сторон, и поделен поровну. Человек и кот, соревнуясь в скорости, съели каждый свою порцию, и ревниво уставились друг на друга, не осталось ли у кого кусочка. Но не осталось ничего, одни кости, которые есть не желал никто. Вот так, голодные и замерзшие коротали они вторую ночь. Спать смог только кот, человеку места хватало только для сидения, а спать в таком положении он не привык. Хотя, когда закончились дрова, кой-какие провалы в сон и происходили.

Наутро Актур быстро собрал вещи, снял с навеса тяжелый плащ, накинул его, и по обочине раскисшей дороги пошел на север. Коту такое путешествие явно не нравилось, и он не упускал возможности забежать наперед, и укоризненно заглянуть в глаза другу.

- На руки не возьму, даже не мечтай, - сразу предупредил человек. - Ты уже не маленький котенок. А если хочешь в тепло, то возвращайся домой, пока не слишком далеко отошли.

- "Ты думаешь, он найдет дорогу?" - поинтересовался неожиданно появившийся Круст.

- Если ты проведешь, то найдет. А ты где шлялся?

- "Были кой-какие дела", - уклонился от прямого ответа дух.

Актур не стал уточнять, захочет, сам расскажет, только спросил:

- Не знаешь, надолго этот дождь?

- "Сейчас, - отреагировал дух, и куда-то исчез. Вернулся он меньше, чем через минуту. - Дождь пройдет еще сутки, и закончится завтра к обеду".

- Откуда такая точная информация?

- "Нужно уметь заводить знакомства с духами стихий, и поменьше сорится с ними".

- А разогнать тучи твои знакомые духи не смогут?

- "Разогнать то смогут, только никто не ставил перед ними таких задач".

- И кто может поставить такую задачу? - заинтересовался Актур.

- "Я к ним не отношусь", - снова уклонился от ответа дух.

- Жаль...

- "Кстати, позади тебя движется крытая повозка. Если ты подождешь, где-то, через час, она тебя догонит".

- Догонит, это еще не значит, что меня туда возьмут. Тем более с котом.

- "Смотри сам".

То, что позади появился транспорт, тем более крытый, немного воодушевил путешественника, хотя останавливаться и ждать телегу он не стал. Тем более что дорога выглядела малопригодной к быстрой езде, и экономия времени могла получиться сомнительной, разве что экономия сил.

Повозка и правда догнала человека и кота только через два часа. Но мощные битюги тянули её без видимых усилий, не такой уж раскисшей оказалась дорога. Актур подождал, пока повозка поравняется с ним и махнул рукой.

- Чего тебе? - не останавливаясь, спросил возчик.

- Подбросите до ближайшего селения?

- Серебряная монета, - последовал быстрый ответ.

Серебряная монета, это немало, но уж больно промокли и проголодались путешественники.

- Хорошо. Телегу не остановишь?

- Так залезай, на такой дороге тронутся тяжело, надо поберечь лошадей. Эй! Ты куда с котом?! Да еще с таки здоровенным!

- Я кота на улице не брошу, - забравшись вслед за Рамусом под навес, ответил Колатир.

- За кота еще две серебряных монеты, он мне здесь весь товар испортит.

- Две монеты, это перебор. Лучше мы пешком.

- Ладно, уговорил, за кота тоже одна монета, - быстро спохватился торговец. - Ишь, какой обидчивый. Только деньги вперед!

Актур молча отсчитал пару монет, и забрался поглубже в повозку. Изнутри она выглядела еще больше, чем снаружи - целый дом на колесах. Все внутри было забито мешками, на ощупь мягкими.

- Я выделанные шкуры перевожу, - внес ясность торговец. - Так что аккуратней там, не порвите ничего. Тебя зовут то как?

- Актур.

- А меня Глодис. Можно просто Глод. Далеко направляешься?

- В Караму.

- Далеко! - оценил Глод.

- А ты куда едешь?

- Мне гораздо ближе, да и сворачиваю я с основного тракта в сторону, так что, не довезу, - разочаровал кузнеца торговец. - А ты не из Багрены случайно будешь?

- Оттуда.

- Кузнец?

- Да.

- То-то я вижу, лицо знакомое. Пару раз обращался к твоему отцу. Что ж тебя погнало, в такой далекий путь?

- Тяжело сказать, - отозвался Актур. - Желание увидеть мир, научится чему-то новому, ну и свои силы испытать.

- Да, - мечтательно протянул торговец. - Когда-то и меня такие желания выгнали из дому. Только слишком далеко я не ушел. Покрутился немного в столице, обжегся на разных огнях, и вернулся домой. Правда полностью от путешествий не отказался, и в качестве торговца исколесил уже весь Лакор.

- А за пределы континента не выбирался? - заинтересовался кузнец.

- Нет. На это у меня духу не хватило, - сокрушенно вздохнул Глод. - А ты, значит, собрался на Танир?

- На него. А если получится, то и на Мадир доберусь.

Торговец рассмеялся:

- О таком мечтает каждый, кто первый раз выбрался за порог родного дома. Но слишком уж часто жестокая реальность обламывает нас.

Сориться с Глодом Актур не стал, и постарался перевести разговор, на что-нибудь другое, например, на саму повозку, которая и правда немало удивила кузнеца. В ширину два широких шага, в длину шагов семь, а то и восемь. Тащила повозку четверка крупных лошадей, для которых спуск и подъем не представляли большой разницы, они шагали практически с одной скоростью. Специальными щитами и шторками, повозка разделялась на три равномерные части, правда, сейчас шторки были открыты, что позволяло оценить истинные размеры и удобства этого чуда на колесах.

Глод увидел в глазах Актура истинное восхищение:

- Никогда не видел больших дорожных фургонов?

Кузнец отрицательно помотал головой.

- Они не так давно появились на Лакоре. Наверное, не больше тридцати лет. Похожие есть на Танире, но там они несколько поменьше, и ткань, которая и в дождь, и в солнце служит защитой, там не пропитывают соком болотной травы. Такая трава растет только на Лакоре, - с нескрываемой гордостью сказал торговец. - И королевские эмиссары строго следят, чтобы её не добывали слишком много.

- Почему такие строгости? - не удержался от вопроса Колатир.

- Люди слишком жадны, - нравоучительно приподнял палец Глод, явно кого-то копируя, - и уже бывали случаи, когда траву вырывали и выкашивали напрочь всю. И на тех болотах больше такая трава не растет.

Актур провел ладонью по ткани. На ощупь она оказалась мягкая, не такая грубая, как казалось на первый взгляд, и совершенно не пропускала воды.

- Мне бы тоже кусок такой ткани не помешал, - сказал он. - А то прошлую ночь промок изрядно.

- Для того, кто собрался в дальнюю дорогу, очень полезная вещь, - сдержанно поддакнул Глод. И через некоторое время добавил. - У меня есть запасной кусок, держу для ремонта. Могу продать.

- Продать то ты можешь, - усмехнулся кузнец, - только смогу ли я купить. Ты ведь три шкуры сдерешь за свой кусок.

- Зачем мне твои шкуры, - не обиделся торговец, - у меня их целый фургон. За один золотой продам.

- Золотой, это большие деньги, и мне стоит подумать, стоит ли его отдавать за кусок ткани, пусть и такой полезной. Сначала покажи, что за кусок.

Глод аккуратно положил вожжи, пробрался куда-то вглубь повозки, и из-под мешков достал скрученную в рулон чудо ткань. Актур развернул её - как раз такой кусок, чтобы можно было соорудить палатку, или навес. Но, даже в скрученном виде она занимала немало места. Он с сокрушенным видом скрутил непромокаемую ткань, и отдал Глоду:

- Хороша вещица, но, наверное, обойдусь. У меня и так с собой слишком много вещей, а путешествовать лучше налегке.

- Не всегда, - не согласился торговец. - Прошлой ночью, ты за эту ткань, золотой отдал бы без всяких колебаний. Лучше подумай, что ты можешь откинуть, что-нибудь не столь полезное. Вон, вижу у тебя сапоги из мешка торчат. А зачем они тебе? На Лакоре тепло, туда, куда ты идешь, сапоги не носят, слишком жарко. Они могут тебе понадобиться только на Танире, а до него еще нужно добраться. Это не одного месяца дело. Лучше бы ты купил сапоги, когда они тебе действительно понадобятся. Вот давай, и сменяемся, моя ткань, на твои сапоги.

Рассуждения торговца выглядели логичными.

- Ты очень убедителен. Мне, по твоим словам, сапоги не нужны. А зачем они тебе?

- Продам, - простодушно объяснил Глод. - Наверняка найдутся те, кому твои сапоги понадобятся. На севере в сапогах практически никто не ходит, вот на юге зимой сапоги продать можно.

Раздумывал Актур недолго:

- Сразу видно, ты хороший торговец. За эти сапоги я отдал гораздо больше, чем один золотой. Но в такую погоду мне достаточно ботинок, а на севере, скорей всего, и сандалий хватит. Так что я согласен на обмен.

Обмен произошел быстро - место сапог в дорожном мешке кузнеца заняла чудо-ткань. За разговорами Актур и Глод не заметили, как подъехали к небольшому поселку.

- Будешь здесь выходить?

Колатир задумался, до вечера еще далеко, но и ночевать под дождем ему больше не хотелось.

- Я буду ночевать дальше, в небольшом городке, если хочешь, подброшу тебя к нему. Денег сегодня больше не возьму, - помог ему с выбором Глод.

- Тогда я с тобой.

Щедрость торговца не была случайной. Во-первых, разговорчивый попутчик всегда делал дорогу короче. А во-вторых, лишний меч в дороге никогда не помешает. Да и кот выглядел весьма внушительно. Так что оба посчитали, что им повезло с попутчиком.

К нужному городку подъехали в густых сумерках, и под аккомпанемент непрекращающегося дождя. Как только фургон въехал на постоялый двор, Актур спрыгнул на превратившуюся в жижу землю:

- Пойду, узнаю насчет ночлега.

- Я буду ночевать в фургоне. Можешь ночевать здесь же. Выйдет дешевле, чем на постоялом дворе, - бросил Глод.

- Опять за серебряную монету?

- За двоих, - уточнил торговец.

- За эти деньги лучше спать в тепле и сытости, - заметил кузнец. - К тому же ночью, мы с Рамусом тебе гораздо нужнее, чем ты нам.

- Согласен, можешь ночевать бесплатно, - быстро согласился Глод, перспектива ночевать одному, ему нравилась гораздо меньше, чем возможность заработать очередную монету. - Спальные принадлежности у меня есть.

- Тогда мы с Рамусом остаемся. Только пойду, поужинаю, и раздобуду еды для кота, а то есть всухомятку мне уже невмоготу.

- Конечно иди, ужинай,- кивнул торговец. - Регулярное горячее питание очень важно, особенно для молодых людей. Потом подежуришь, я схожу.

Таверна встретила путешественника почти пустой. В такую погоду мало народу желало выбраться из дому, а не то, что в дальнюю дорогу. Горячий наваристый суп, в глубокой тарелке, подали почти сразу - уже был приготовлен. Актур опрокинул в себя ароматное варево, почти не почувствовав, настолько он проголодался и соскучился по свежеприготовленной домашней еде. Сразу навалилась новая порция ностальгии - а ведь от дома он отошел не так уж далеко. Дымящееся блюдо с овощами и мясом отогнало грустные мысли. А кружка свежего пива и вовсе подняла настроение. Набив брюхо, Актур выпросил у хозяина общипанную, но сырую курицу, и отправился к фургону.

Рамус встретил друга с нетерпением. Повозку он уже обжил, и выходить из-под тента под дождь лишний раз не собирался. На курицу он набросился с голодным урчанием, и Глод заметил:

- Тяжело тебе будет прокормить такого проглота.

- Как раз наоборот. Еду он себе найдет гораздо быстрее, чем я. Но в такую погоду желание охотиться у него пока не появилось.

- Ну, вы здесь располагайтесь, а теперь я пойду, успокою своего урчащего зверя. Возьмешь вот это одеяло, а на каком мешке спать, выберешь сам.

Колатир долго крутился, умащиваясь на жестких шкурах поудобней. Конечно, на полноценной кровати спалось бы намного комфортней, но прошлой ночью у него не имелось и такого ночлега. Глод отсутствовал недолго, и вернулся не с пустыми руками, он расщедрился на кувшин пива, который опустошали долго, смакуя каждый глоток, и сопровождая его задушевной беседой.

Дождь всю ночь барабанил по крыше и стенкам фургона, что, впрочем, спасть не мешало, а наоборот, даже убаюкивало. Наутро, не забыв позавтракать, торговец и путешественник продолжили свой путь. Глод дал понять, что не против ехать в такой компании и дальше, не стал возражать и Актур. Тем более что за дальнейшую дорогу, денег с него не требовали.

С Глодом ехать оказалось, не только удобно, но и интересно. Он исколесил весь континент, побывал в большинстве городов, и мог дать массу дельных советов. Как-то незаметно Актур рассказал своему спутнику истинную причину, которая сорвала успешного кузнеца в путешествие. Торговец не особо удивился, и после откровения Колатира, сказал:

- На дорогах Лакора я видал всякое, иногда такое, о чем лучше молчать. Молчать по разным причинам. Тебя могут принять за сумасшедшего, если дело касается высших сил, или убить, если ты оказался ненужным свидетелем. Я бы тебе тоже не советовал распространяться о том, что гонит тебя на край мира. Люди ведь разные. Одни просто посмеются над тобой, другие захотят помочь, третьи позавидуют, и постараются помешать. Не доверял бы я и магам. Среди них есть достойные люди, но больше таких, для которых ты и твой знакомый дух, окажетесь прекрасными кандидатами для магических опытов.

- Меня тоже посещали такие мысли, - согласился кузнец. - Но наш городской маг, Малитор, оказался приличным человеком. И он дал мне рекомендательное письмо к своему знакомому магу в Караме. Я ведь ни разу не был в столице Северного королевства, и у меня нет там ни одного знакомого, или родственника, кто мог бы помочь по приезду.

- Без знакомых в Караме тебе придется очень тяжело, - покачал головой Глод. - В нашем, Южном королевстве, порядка намного больше, чем у соседей. А значит, там большая вероятность быть ограбленным, обманутым, или даже убитым. И все ублюдки, со всего королевства, стремятся попасть в столицу - Караму. Так что, пребывание в этом главном городе королевства, станет для тебя первым серьезным экзаменом на прочность. Со своей стороны, могу дать тебе конкретный совет. Неподалеку от южного въезда в город, находится таверна "Веселая креветка", с номерами. Хозяин таверны порядочный человек, и мой знакомый. Я всегда, когда приезжаю в город, останавливаюсь именно в этой таверне. Когда придешь в город, найди "креветку", и передай хозяину от меня привет. Он поможет тебе устроиться в городе. А насчет мага думай сам. Даже если пойдешь к нему, не доверяй полностью.

Актур так и пообещал сделать.

На пятый день совместного путешествия, в небольшом селе, дороги Глода и Актура расходились.

- Сразу за той вон рощей, - торговец указал на жидкую группу деревьев за селом, - проходит граница между нашими королевствами. Пограничная стража может там быть, и может и не быть. Бывает по-разному. Но на всякий случай, я бы меч спрятал - не любят стражники, когда оружие находится не только у них.

Колатир спрыгнул с высокой повозки. Рамус долго не хотел покидать насиженное место.

- А пускай он остается, - предложил Глод. - Мне с ним веселей будет, да и успел я к нему привязаться. А у тебя дорога длинная, что-то с котом, да обязательно случится.

У Актура сжалось сердце, но он согласился с торговцем:

- Пусть остается. Я его дома хотел оставить, но он увязался. Ты его постарайся подольше не отпускать. Прощай Глодис. Вряд ли мы еще раз встретимся, но как знать, я видел на карте у мага - Фира круглая.

- Прощай кузнец. А за кота не беспокойся...

Рамус словно понял, что его снова стараются разлучить с другом, и стрелой слетел с повозки. Актур улыбнулся, и виновато развел руки:

- Так тому и быть, остаешься со мной. Пойдем, дорога длинная.

Глод хлестнул длинным кнутом, и четверка лошадей потянула свой фургон.


6

По совету Глодиса, Актур попытался спрятать меч. Но даже обмотанная тряпками, рукоять меча предательски торчала из-за плеча. Наконец он решил идти дальше так как есть. В конце концов, он мирный путешественник, и оружие ему нужно для самозащиты, это должны понимать все, и стражники в том числе.

Но кузнецу повезло, на мосту через реку, что разделяла два королевства, стражников не оказалось, ни с одной, ни с другой стороны.

Актур ступил на мост, сейчас начиналась новая страница в его жизни - он впервые покидал свою страну. Из-под моста, с протяжным завыванием, вылетело привидение.

- Не смешно, Круст, - отмахнулся кузнец. И вдруг спохватился, - А ведь я тебя вижу! И узнаю!

- "Ну, наконец-то! Я уже даже не знал, что должно случиться, чтобы ты смог меня видеть. Оказывается, требовалось просто покинуть королевство, в котором ты родился". - Дух от радости сделал круг над другом, и показал язык коту.

Рамус отреагировал на духа вяло, уже привык к его присутствию.

- Возможно, кто-то следит за мной, и это, так сказать, поощрение, за пройденный первый этап.

- "Если есть поощрение, то вполне может быть и наказание, - не разделил радости друга дух. - Кто-то доволен, что ты вышел за пределы привычного тебе мира, а другому, это может очень не понравится".

- Все эти рассуждения верны только в том случае, если за мной действительно кто-то следит, - Колатир сошел с моста, оглянулся на свое родное королевство, и решительно зашагал дальше.

Кузнец раньше не слишком интересовался северным соседом Марнии, и мало что о нем знал. У королевства даже имени собственного не имелось, его так и называли - Северное королевство. Размерами оно было близко к Марнии, населением тоже. Но большинство южан, не слишком любезно отзывались о своем северном соседе. Часто рассказывали о соседях всякие обидные шутки и истории. И северяне не оставались в долгу, подобные же шутки и истории активно ходили на севере континента, только теперь в неприглядном свете выглядели южане. Но врагами эти два королевства не были никогда. Несколько раз между ними происходили почти бескровные войны, которые заканчивались быстро, уступкой одной из сторон. Страны активно торговали друг с другом, шел обмен жителями, часто случались межгосударственные браки, как на самом высоком уровне, так и среди простых жителей. Видимо сейчас, исходя из того, что границу никто не охранял, отношения между королевствами были самые, что ни на есть теплые. Что подтвердилось в ближайшем трактире, куда Актур решил зайти, чтобы узнать обстановку, что ожидала его впереди.

- С юга? - спросил вновь прибывшего хозяин заведения, или кто он там был.

- С юга, - подтвердил Актур. - Как у вас здесь, спокойно?

- А ты первый раз у нас? - уточнил хозяин.

- Да. Мне нужно попасть в Караму.

- Тогда тебе нужно знать, что дорога на столицу перекрыта войсками, - заговорщески оглядываясь по сторонам, сказал трактирщик.

- Почему?- не на шутку обеспокоился Колатир.

- Потому что в северных степях нашествие кровожадных хомяков.

- А в лесах белки совсем озверели, - подхватил сидящий за соседним столиком посетитель, с виду фермер.

Несмотря на их серьезные лица, Актур понял, его пытаются поднять на смех.

- А не пытались стравить белок и хомяков? - поддержал он шутку.

- Пытались, - на полном серьезе подтвердил трактирщик. - Только между собой они не воюют. А совсем даже наоборот.

- Спариваются, - подтвердил фермер. - В результате такая зверюга получается, дракона загрызет.

Все трое дружно засмеялись.

- Тебе, наверное, понарассказывали про нас всяких небылиц, а ты и поверил, - укоризненно сказал трактирщик.

- Да особого ничего не рассказывали, только то, что в Караме нужно ухо держать востро, - дипломатично попытался перевести удар на столицу Актур.

- В Караме, это да. Там жулье такое ушлое, что ты им свою шкуру продашь, да еще и сам её снимешь, - активно согласился фермер. - Был я в прошлом году в столице...

- Перестань Тагуст запугивать гостя. Ничего страшного в нашей столице нет. А то, что нужно быть внимательным в каждом незнакомом месте, тем более крупном городе, так это правда. - Трактирщик положил перед посетителем листок с блюдами. - Что будешь заказывать?

- Давайте то, что сами посоветуете. Но все должно быть свежим и горячим.

Трактирщик усмехнулся:

- Будет тебе, и свежее, и горячее.

- Наши деньги у вас ходят?

- Ходят, так же, как и наши у вас. Только мой тебе совет, часть денег все же поменяй на местные, чтобы не слишком выделяться, и не бросаться в глаза. Здесь, на границе, деньги Марнии ни у кого не вызовут удивления, но, чем дальше будешь отдаляться, тем более косо на тебя будут смотреть. Кстати, поменять можешь у меня, меняю один к одному.

Колатир так и сделал. Монеты Северного королевства размером не отличались от монет Марнии. Но на них красовались другие короли, и степной орел летел в другую сторону. На этом различие заканчивалось. Как кузнец начал понимать, две страны Лакора были слишком похожи, и отличия скорей придумывались, чем действительно имели право на существование. И это действовало успокаивающе. Ну, а дальнейшее путешествие окончательно все разъяснит. Вскоре подоспело первое дымящееся, источающее одуряющие запахи блюдо, и путешественник забыл обо всем на свете.

Когда он сыто отвалил от стола, трактирщик с довольным видом поинтересовался:

- И что скажешь? Как кормят в Северном королевстве?

- Отлично кормят, - не покривил душой кузнец. - Не знаю даже, как дальше буду ноги волочить. Из-за стола вставать не охота.

- А ты не вставай, - убирая со стола, сказал трактирщик. - Никто тебя не гонит. Можешь и на ночь остаться. Возьму недорого.

- Сколько не сиди, а Карама ближе не станет. Придется топать.

Хозяин возражать не стал, и Актур тяжело поднялся. Поинтересовавшись, сколько до ближайшего жилья, он принялся снова ритмично нашагивать по дороге, оставляя за спиной все новые лиги.

* * *

Больше двух недель двигался Колатир к морю. Половину пути он проделал пешком, половину на попутном транспорте. Ночевал в полях, лесах, и постоялых дворах. И к тому времени, когда в воздухе появились незнакомые запахи, запахи океана, он порядком подустал, как физически, так и морально - путешествие оказалось непростым занятием. Но когда с невысокой горы открылся великолепный вид на Караму, всю усталость как рукой сняло. Актур раньше никогда не видел такого большого и красивого города. В ширину он раскинулся никак не меньше, чем на четыре лиги, а в длину на девять. К Караме примыкали две небольшие бухты, и одна огромная, на полгорода. Все бухты заполняли корабли, и кузнец очень надеялся, что среди них находится тот, на котором он пересечет океан, и окажется на Танире.

Он бодрым шагом стал спускаться вниз, нетерпеливо ожидая, когда вольется в бурную жизнь города-порта. А жизнь бурлила, и это можно было заметить еще задолго до появления самого города. В столицу и назад направлялись целые караваны повозок, всадников и пеших людей, и никого город не оставил равнодушным. Куда бы ни двигались люди, их глаза светились особенным светом, словно они стали причастными к небывалому действу, либо готовились к такому причастию. Ожидание чего-то необычного охватило и самого Актура. Сердце стало биться чаще, ноздри раздувались, жадно впитывая незнакомые запахи, уши ловили каждый звук, а глаза каждое движение.

Первым делом Актур решил разыскать "Веселую креветку". И нашел её без проблем, таверна находилась неподалеку от южных ворот, и её показал первый же встречный. Хозяин "креветки", профессионально учтивый и приветный, принял Колатира, как родного, не потребовалось и упоминание имени Глодиса. Молодого марниянина разместили на третьем этаже, в небольшой, но уютной комнате. Больше всего Актур боялся, что его обворуют, поэтому решил перестраховаться. На подходе к Караме, в приметном месте, он спрятал большую часть взятого с собой золота, поэтому сейчас чувствовал себя умнее всех.

Перед прогулкой по городу, хозяин заведения посоветовал гостю, в какие кварталы не следует соваться, где находиться можно, но нужно держать себя особенно осторожно, ну, и какие места наиболее безопасны.

На свой первый выход в город Колатир решил меч с собой не брать, так он меньше бросался в глаза, достаточно хорошего кинжала. Орущего от негодования Рамуса, он так же оставил в комнате, стеречь оставленное там добро. Город поражал своей многолюдностью. На подходе к одному из городских рынков, пройти по улице свободно стало вообще проблематично - постоянно кто-то толкал, хватал за руки, куда-то зазывал. Как кузнец догадывался, несколько раз его толкали намеренно, с целью обшарить карманы. Но собой Актур вообще не взял золота, часть оставил в номере, часть отдал хозяину на сохранение, а медь и серебро он спрятал надежно, во всяком случае, очень на это надеялся.

Рынок оказался большим и богатым, никак не меньше, чем ярмарочное поле под Багреном. А ведь ярмарок там проводился только два раза в году, здесь же рынок работал постоянно. Разнообразие товара так же поражало. Больше всего Актура интересовали кузнечные товары - хотелось бы сравнить уровень работы, и, конечно, цены. Найти нужные ряды оказалось делом непростым, ушло не менее получаса. Но зато теперь можно было насладиться приятным зрелищем кованого металла. Посмотреть было на что. Некоторые изделия поражали своей изысканностью, другие точностью изготовления, и дотошностью подгонки. Но кузнец из Багрена с удовлетворением отметил, что большую часть изделий он изготовил бы не хуже.

Вдоволь нагулявшись по кузнечным рядам, и по всему рынку, Колатир снова выбрался из людской толчеи, и направился к морю, которого в жизни ни разу не видел. Дорога к морю постепенно спускалась вниз, но за высокими домами (три, четыре, а то и пять этажей!), большой воды все еще не было видно. Но, примерно через час неторопливой ходьбы, дома неожиданно расступились, и бирюза большой бухты бросилась в глаза. Корабли густо сосредоточились в правом краю бухты, оставив центр для свободного плаванья. Актур остановился, желая насладиться прекрасным видом, и стараясь не упустить ни одной детали, кто знает, что из увиденного пригодится в порту.

- Видишь, как рот раскрыл, сразу видно, деревенщина, - раздался сбоку насмешливый голос.

Актур не спеша повернулся к говорившему. Шагах в пяти стояли два молодых парня, скорей даже подростка, года на четыре меньше марниянина. Связываться ни с кем не хотелось, тем более что скорей всего, шпана намеренно его задевала, а где-то неподалеку ожидало своего часу невидимое пока подкрепление. Поэтому Колатир, так же не спеша отвернулся, и начал спускаться в порт. К бухте вела широкая дорога, которая, через пару сотен шагов, влилась в еще более широкую дорогу, по которой катились тяжелогруженые повозки - поток грузов двигался, как к порту, так и от него.

Вскоре дорога вывела кузнеца к причалам, возле которых стаяли самые разнообразные корабли. На большинстве развивались флаги Северного королевства, но попадались и незнакомые знамена - корабли явно принадлежали Танирским государствам. Особой радостью для марниянина, оказалась встреча с кораблями, на которых развевались флаги родной Марнии. Он не выдержал, и подошел к одному из таких кораблей, возле которого не наблюдалось погрузочно-разгрузочной суеты. Едва он ступил на трап, как моряк, лениво взиравший на берег с невысокого борта, так же лениво поинтересовался:

- Куда прешь?

- С земляками хотелось пообщаться, - остановившись посреди трапа, объяснил кузнец.

- А ты откуда?

- Из Багрена.

- И что ты забыл в Караме? - так и не пригласив собеседника на борт корабля, продолжил разговор моряк.

- Путешествию. Сейчас вот ищу, кто может доставить меня на Танир.

- Мы точно не доставим, ищи в другом месте.

Моряк не испытывал особого желания общаться с земляком, остыл в своем желании и бывший житель Багрена. Он вернулся на пирс, и за грудой ящиков успел заметить уже знакомых представителей местной шпаны. Ну что ж, похоже, день будет полон приключений. Главное правильно их оценить, и сориентироваться - то ли принимать бой, то ли пугать неприятеля мельканием пяток.

Неспешная прогулка вдоль причалов, привела Актура к особо большому нагромождению ящиков, бревен и мешков - идеальное место для засады. И представители местного криминального мира не подвели. К двум молодым представителям, присоединилось три бойца постарше, примерно одного возраста с Актуром. Они постарались окружить марниянина.

- Как тебе наш порт? - поинтересовался один из тех, что постарше.

- Нескучно, - скупо ответил Колатир.

- Сейчас будет совсем весело, - пообещал тот, кто приставал к Колатиру еще на входе в порт.

- А ну-ка, повеселите меня, - демонстративно положив руку на длинный кинжал, попросил Актур.

Его уверенность в себе не понравилась старшим представителям шайки, и они постарались удержать младших участников, от немедленного нападения. И правильно сделали. Актур был готов, к немедленному бою, и по совету наемников, не собирался церемониться с нападавшими. Конечно, он не был первоклассным бойцом, но кое-что умел, и главарь шайки просчитал это.

- Отдашь кошель, кинжал, и можешь идти куда захочешь, не тронем, - сказал он.

- Точно не тронете? - уточнил Колатир.

- Точно не тронем, - заверил главарь, словно не замечая издевки в словах кузнеца.

- И если я парочке из вас кишки выпущу, все равное не тронете? - медленно подступая к главарю, продолжал допытываться марниянин.

Самым храбрым оказался малец в кепке, кто первым задел Актура:

- Ты сейчас свои кишки по всему причалу собирать будешь! - малец оглянулся на товарищей, но почему-то не увидел былой уверенности среди них. - Да что вы на него смотрите! Полосонем пером по роже, быстро станет смирным!

Актур подобрался достаточно близко, для хорошего рывка. Осталось только решить, и решиться - стоит ли проливать кровь, или можно обойтись хорошим мордобоем. Решив остановиться на втором, кузнец рванул вперед, оставив кинжал в ножнах. Первым ударом кулака он сбил с ног одного из спутников главаря. Сам главарь отскочил назад, не желая вступать в немедленную схватку, предоставив это дело подчиненным. Но подчиненные так же не спешили подставляться под тяжелые кулаки незнакомца. И только малец в кепке сделал попытку напасть сзади, но получив тяжелым ботинком в живот, отлетел на груду мешков. Главарь медленно потянулся к короткому ножу, что крепился чуть выше кисти, с внутренней стороны руки, и больше предназначался для броска, чем для ножевого боя.

- Не советую, - вытащив свой кинжал, мрачно посоветовал Актур, продолжая приближаться к главарю.

Кинжал Колатир взял хватом для атаки, ножны от кинжала, в защитном. Вид он имел весьма грозный, даже устрашающий - ноздри расширены, глаза прищурены, и, главарь отступил. Отскочили с дороги кузнеца остальные, не совсем удачливые сегодня грабители.

- Сегодня мы почему-то добрые, - процедил главарь, недобро глядя, как Актур прячет кинжал.

- Я тоже, - не остался в долгу кузнец, выиграв еще и битву взглядов.

Он широко зашагал к выходу из порта, решив, что сегодня, знакомство с портом для него закончено. Злые взгляды сверлили его спину недолго.

- "Они остались на месте", - сообщил возникший рядом Круст.

- "Очень хорошо. Не хватало мне участия в резне, в первый же день нахождения в городе".

- "Что ты думаешь делать дальше?"

- "Нужно найти мага, которого посоветовал Малитор. Может он подскажет, где лучше искать нужный корабль, а может у него есть знакомые капитаны, которые согласятся взять меня в одну сторону".

Дух посчитал планы друга разумными и не нашелся что добавить. Актур благополучно покинул территорию порта, и вернулся в "Веселую креветку".

* * *

Квартал, где обитал маг, находился неподалеку от самой маленькой бухты. В этой бухте не нашлось места ни одному торговому кораблю. Здесь было царство роскошных яхт. Стремительные обводы небольших корабликов завораживали, казалось, якорные цепи с трудом их удерживали, от быстрого полета над волнами. У Актура даже не возникло желания проситься ни на один из этих роскошных кораблей. Он пробрался узкими улочками к высокому зданию с неизменной башней, что громче всего говорило, кто облюбовал этот дом.

На стук Колатира дверь открыл невысокий сухощавый привратник. Несмотря на свой рост, он свысока осмотрел пришельца, и повел его наверх по крутой лестнице. Хозяин дома оказался чем-то похож на Малитора, только старше лет на десять. Он без слов принял письмо от коллеги из Багрена, и во время чтения его, с интересом поглядывал на гостя. После прочтения, он на миг задумался, а затем приглашающе взмахнул рукой:

- Прошу!

И повел гостя в кабинет. Кабинет здешнего мага мало чем отличался от кабинета Малитора.

- Можешь называть меня господин Зовсор, - приятным баритоном сказал хозяин. - Очень интересные вещи сообщил о тебе Малитор. Очень интересные... Дружба между духами, оказывается, существует, и она настолько сильна, что они ищут пропавших друзей многие годы.

- Между духами существует не только дружба, но и любовь, - веско, и со значением сказал Актур. - И это любовь тоже сильна. Настолько сильна, что гонит меня через всю Фиру, на другой конец мира.

- Да, да, Малитор вскользь упоминает об этом. Но только вскользь. Подробнее расскажешь ты сам.

Актур обреченно вздохнул, и в очередной раз начал свой рассказ. Зовсор слушал внимательно, почти не перебивая, и лишь иногда задавая уточняющие вопросы. Ему особенно хотелось познакомиться с духом, с которого все и началось, но Круст крутился где-то неподалеку, и в дом к магу залетать не торопился, как его не зазывали.

Пробыл кузнец в доме мага долго - несколько часов. Маг предлагал марниянину даже остановиться у него на постой. Но Актур вежливо отказался, решив про себя, что навязчивое гостеприимство мага может обернуться боком. Хотя как знать, может быть, он себя зря накручивает. На прощание маг сказал, что ждет Колатира с самого утра, и непременно вместе с духом.

Круст подлетел к другу лишь тогда, когда тот отошел несколько кварталов от дома мага.

- "Ты чего не показался магу?" - недовольно спросил Актур.

- "Побоялся, - честно признался дух. - Слишком уж мощная защитная магия окружает его дом. Можно зайти, а назад не выбраться".

- "Мне кажется, ты слишком предвзято относишься к магу".

- "Никогда их не любил, особенно сильных магов, способных причинить тебе серьезный вред".

Спорить с духом кузнец не стал, тем более что сам испытывал перед Зовсором неясный трепет. И теперь ему стало ясно почему - от него так и разило мощью. А в сочетании с тем, как заблестели глаза у мага, после того, как он прочитал письмо, начало нарастать чувство, что от него нужно держаться подальше.

В "креветку" Актур вернулся уже вечером, когда начинало темнеть. Он жутко проголодался, и спустился вниз, в таверну. Свободных столов оказалось много, так как большинство посетителей предпочло занять места на улице. Но Колатир остался во внутреннем зале. Он заказал жареную курицу, и пиво.

- Пиво лучше пить с креветками, они здесь просто бесподобны, - не поворачиваясь, посоветовал Актуру посетитель за соседним столом.

- Я так и сделаю, - вежливо ответил кузнец. - Но только после курицы, я слишком голоден.

- На полный желудок ты не получишь всего удовольствия и наслаждения. - Сосед все так же сидел спиной к Актуру. - Но поступай, как знаешь, и не особо обращай внимание на брюзжание старого наемника.

- Наемника? - заинтересовался Колатир. - Возможно вы знакомы с Кретом, Тоганом и Гавром? Или хотя бы слышали о них.

- Крет? Слышал ли я о Крете? - сосед, наконец, повернулся, его морщинистое лицо пересекали два старых шрама, которые почти слились с морщинами. - Я был его наставником, и свой первый бой он принял в моем десятке. А вот Тогана и Гавра знаю плохо, они начали продавать свой меч, когда я уже стал мирным поглотителем креветок. - Сосед издал смешок, в котором было больше грусти, чем иронии. - А ты откуда знаешь Крета? Неужто сам желаешь продавать свой меч тому, кто заплатит нужную суму?

- Не совсем. Я путешественник. Точнее, стал ним всего несколько недель тому назад, а до этого был кузнецом. Тоган купил у меня меч, так я и познакомился с ним, и его друзьями. Я просил их помочь мне советом, так как собирался в далекий путь, и они не отказали. Звали с собой, но в дорогу они собирались не раньше, чем через полгода, а для меня это слишком большой срок.

- Пересаживайся ко мне, составь старику компанию, может и я дам какой совет.

- С удовольствием, - с готовностью откликнулся Актур, и, подхватив свою тарелку, и кружку, сел напротив старого наемника.

- Меня зовут Подакр, - отрекомендовался старик.

- А меня Актур. Я из Багрена.

- Ни разу не бывал, - пожал плечами наемник. - Я вообще мало где бывал на Лакоре. Зато Танир исходил, от северных льдов, до льдов южных. Причем с обеих сторон от Высоких гор.

- Вы бывали и на севере, и на юге длинного континента? - заинтересовался Колатир.

- Бывал, - очистив, и забросив в рот очередную креветку, ответил Подакр. - Под знаменами Карса Великого, наша армия громила всех, и северных варваров, и дикарей центрального Танира. А вместе с Риктом Мудрым, мы прошли на кораблях вдоль всего восточного побережья Танира, заходя во все пригодные для стоянки порты и бухты, и исследуя земли, и народы, что живут на берегу Мадирского океана. О наших походах слагали легенды, но только сейчас, спустя много лет, когда почти не осталось живых участников тех событий, они все больше становятся легендами, и все меньше людей в них верит. Вот так то.

Старик запрокинул голову, и вылил в рот остатки пива.

- Еще две кружки! - быстро отреагировал Актур. - И две тарелки креветок!

Грудастая дочка хозяина тут же принесла заказанное. Актур отодвинул тарелку с недоеденной курицей, и взялся за креветки, чем заслужил одобрительный взгляд наемника. Мелкие креветки и впрямь оказалась восхитительны на вкус, и очень гармонично сочетались со светлым пивом. Собеседники некоторое время молча смаковали свежим хмельным напитком, и еще теплыми дарами моря.

- Мне нужен корабль, который доставит меня до Танира, - наконец начал кузнец деловой разговор. - А еще лучше, до самых Широких долин. Но денег у меня нет, я хотел бы наняться в одну сторону. Не подскажете, где лучше искать нужное судно?

- У меня осталось мало знакомых капитанов, - разочаровал собеседника Подакр. - Не ту таверну ты выбрал, для подобных поисков. Нужно было пойти в один и припортовых кабаков. Правда, там большая вероятность найти не корабль, а нож по ребра.

- Я в этом уже успел убедиться, - усмехнулся марниянин. - Утром портовая шпана хотела меня обчистить. Даже не понимаю, как удалось вырваться. Наверное, молодые были, неопытные.

- Повезло. Если тебя действительно хотели бы взять на ножи, то обязательно взяли бы. Иногда молодые недоноски, более жестокие, чем опытные головорезы. Мой тебе совет, в порту держись людных мест, не заходи в тупики, если есть оружие, держи на видном месте, давая понять, что ты непростая добыча.

- У меня есть меч, - похвалился Актур. - В следующий поход возьму его с собой.

- Обязательно возьми, - кивнул наемник.

- А где лучше искать корабль, который идет на Танир?

- Причалы по левую руку, предназначены для выгрузки кораблей, по правую, для погрузки. Если ты хочешь отплыть, как можно быстрей, то начни с причалов по правую руку. Если не найдешь, то спрашивай у тех капитанов, что стоят на рейде.

- На рейде, это где?

- На рейде, это значит на открытой воде. Чтобы не занимать место возле причалов, и не платить за это деньги, часть кораблей стоит неподалеку от берега, на якорной стоянке. Обычно это те, кто уже разгрузился, и ждет погрузки. Вот к ним тебе нужно обратиться во вторую очередь. Ну, а если не найдешь и там, тогда иди к тем кораблям, что разгружаются, может там повезет.

- А где лучшая возможность найти место на корабле? - продолжал допытываться кузнец.

- По-разному. Обычно корабли, которые готовы к отправке, полностью укомплектованы командой. Но случаи бывают разные. То порежут кого в пьяной драке, то отравится кто, то сбежит. В таких случаях капитаны берут в команду любого, кто хоть как-то подходит. Те капитаны, у кого в запасе есть время, более привередливы, и попасть к ним в команду трудней. Но ближе к выходу в море, и они становятся сговорчивей. Так что начни с правой стороны торговой бухты.

Актур не мог нарадоваться такой удачной встрече. Старый наемник оказался настоящим кладезем полезной информации. Он с удовольствием ведал свежему слушателю историю собственной жизни. Особо запомнилась кузнецу история, о которой Подакр рассказывал с затаенной болью. Это была история любви наемника. История любви к колдунье из северного племени, которая спасла его от смерти, выходив, и вылечив его страшные раны. Подакр провел с колдуньей целых полгода, и был готов провести с нею всю свою оставшуюся жизнь, но не вышло. Нравы у северных варваров оказались на редкость жестокие. Наемника собирались принести в жертву местному богу, но колдунья снова спасла его, выйдя замуж за старшего жреца, тем самым выкупив жизнь Подакра. Одинокая слеза выкатилась из уголка глаза наемника, и затерялась в лабиринтах морщин и шрамов. Но старик быстро пришел в себя, и перевел разговор на более веселые темы. Актур просидел с интересным собеседником до полуночи, и спасть пошел переполненный впечатлениями. Этой ночью он не летал с духами, а ходил в походы, воевал с северными варварами, и искал колдунью, чтобы передать ей, что Подакр её до сих пор любит.


7

Утром возникла дилемма - что делать? Пойти сначала к магу, или сразу в порт, искать корабль? Не хотелось злить могучего мага, но не покидала мысль, что пока он будет ходить, нужный корабль уйдет из порта, и следующий придется ждать очень долго. После недолгих раздумий Актур решил - сначала пойдет в порт, а потом уже к Зовсору.

Меч кузнец поцепил сбоку, в парадно-боевом варианте, а не походном - за спиной. На выходе из таверны, поймал заинтересованный взгляд дочери хозяина, и ухмыльнулся про себя - неведомо как у бандитов, а у женского пола меч придал ему веса. По-другому смотрели на него и в городе, по дороге в порт. Все-таки человек при оружии вызывает больше уважения: женщины видели в кузнеце не мальца, а человека, способного защитить и себя, и свою возлюбленную, мужчины невольно сторонились, ревниво поглядывая на оттопыривающую полу куртки вещь. И даже карманники возле городского рынка работали более деликатно, Актур лишь однажды почувствовал, даже скорей догадался, что его пытаются проверить, на наличие лишней суммы денег.

На главном входе в порт его никто не встречал, Актуру даже показалось, что вчерашние знакомцы исчезли в ближайшей подворотне, завидев такого грозного бойца. "Это я еще лук с собой не взял!", - мысленно пригрозил им Колатир. Он уверенно направился к кораблям, которые занимали правую сторону торгового порта. Небольшие суда вряд ли могут совершать океанские переходы: логично подумал Актур, и сразу выбрал самый большой корабль, среди всех стоящих поблизости. Судно стояло под загрузкой, так как в него непрерывным потоком двигались носильщики с мешками и тюками.

- С капитаном можно поговорить? - спросил кузнец солидного на вид моряка.

- Зачем он тебе? - недоверчиво оглядев с ног до головы молодого человека, спросил служивый.

- Хотел попроситься на корабль.

- Мы пассажиров не берем. У нас торговый корабль, и пассажирских кают не имеется.

- Я бы хотел наняться в команду.

- И команда у нас укомплектована полностью. Но если хочешь, подожди капитана, он будет через пару часов.

- Хорошо, я подойду позже, - сказал Актур, и двинулся вдоль причала дальше.

Подобный разговор происходил возле всех кораблей, к которым подходил Колатир - команды набраны, пассажирских мест нет.

Не ожидал кузнец положительного ответа и от капитана очередного корабля, гордо зовущегося "Нереяна" - по имени морской богини. Судя по осадке, корабль уже был загружен. На борт корабля вел только узкий трап - широкий грузовой не наблюдался. Не наблюдалось и команды, только немолодой уже моряк, облокотившись о перила трапа, лениво наблюдал за деловой суетой в порту.

- Можно поговорить с капитаном? - задал Актур дежурный вопрос.

- Зачем он тебе? - прогнозируемо ответил вопросом на вопрос моряк.

- Мне нужно на Танир. Хотел наняться в команду в одну сторону.

- Это вряд ли. Команда набрана. Я видел парень, как ты ходишь от корабля к кораблю, так ты можешь ходить не один день. Наверное, в первый раз хочешь наняться?

- В первый, - честно признался Актур.

Моряк попался словоохотливый, и начал объяснять:

- Тебе нужно подойти к кому-нибудь из портовых служащих, дать ему пару монет, и он скажет тебе, какой капитан, с какого корабля дал заявку на пополнение команды. Тогда ты точно будешь знать, к кому подходить.

- Спасибо, - благодарно кивнул Колатир. - Так и сделаю. Наверное я сегодня действительно не найду нужный корабль.

- Проблема ведь еще в том, что у тебя нет опыта. Ведь нет? - Актур отрицательно помахал головой. - Не каждый капитан захочет связываться с новичком. Разве что, очень прижимистый, чтобы не платить полноценную оплату. Ты должен чему-то научится. Вижу у тебя меч на поясе. Ты чего умеешь, мечом махать?

- Немного умею. Но вообще-то я кузнец, и этот меч сделал собственными руками.

- Кузнец говоришь, - моряк задумчиво почесал подбородок. - А ну погодь.

Он быстро взобрался по трапу. У Актура затеплилась надежда, что может быть, его сухопутная профессия понадобится и на корабле. Рамус, который все время терся рядом, вдруг насторожился, и в несколько прыжков оказался возле мешков, что портовые грузчики начали грузить на телеги, в шагах тридцати от "Нереяны". По виду кота, нервно дергающего хвостом, стало понятно, что он охотится, и даже грузчики отложили свою работу, чтобы не мешать охотнику. Ждать пришлось недолго. Рамус вдруг совершил короткий рывок, и из-под поддонов, на которых громоздились мешки, выволок огромную крысу. Успех кота был встречен одобрительными криками портовых рабочих: грузчиков и извозчиков. И Рамусу это явно пришлось по душе, очень он любил, когда его хвалили за охотничьи успехи.

- Не знаю, как парня, а кота нужно брать однозначно, - раздался голос за спиной Актура.

Капитан "Нереяны" выглядел очень солидно - крупный мужчина лет пятидесяти, заметное брюшко, короткая аккуратная борода. Он придирчиво осмотрел Актура, и восхищенно Рамуса.

- Это ты ищешь возможность бесплатно добраться до Танира? - густым басом спросил капитан.

- Я, - открыто улыбнулся Колатир, и невольно подтянулся - капитан с самого начала вызывал уважение.

- Зачем тебе на длинный континент, прячешься от кого-то?

- Скорей ищу.

- Что ищешь?

- Это личное дело, - замялся Актур.

- Куда именно тебе нужно?

- Вообще-то мне нужно добраться до Широких долин, но буду рад, если меня доставят до любого порта Танира. Думаю, что оттуда попасть на север будет гораздо легче, чем с Лакора.

- Правильно думаешь. Только повезло тебе, "Нереяна" идет как раз до одного из портов Широких долин. - Капитан еще раз испытующе посмотрел на просителя, что просиял лицом. - Но не спеши радоваться, я еще не решил, брать тебя, или нет. Вон боцман предлагает испытать тебя, не врешь ли ты часом.

- Испытайте, - пожал плечами Актур. - Честно говоря, не знал, что на кораблях тоже есть кузницы.

- Не на всех, только на тех, что совершают дальние переходы через океан, без заходов в порт. Поднимайся, посмотришь наше хозяйство, а мы посмотрим на тебя.

Кузнеца не пришлось долго упрашивать. Ему было жутко интересно, какая такая кузница может находиться на корабле. Судно так же поразило чистотой и безлюдностью.

- А где народ? - тихо спросил он у боцмана, с которым разговаривал возле трапа.

- Большая часть команды отпущена на берег, чтобы сделать последние покупки, и выпустить пар в портовых борделях, перед дальним походом. Мы завтра выходим.

Актур обрадовался - если его возьмут, то он уже завтра сможет покинуть Лакор.

Кузница оказалась совсем небольшая: четыре шага в длину, и три в ширину. Находилась она рядом с кухней - через перегородку. Корабелы резонно решили, что все огнеопасные объекты лучше держать рядом, так их легче контролировать, и в случае опасности погасить пламя.

- Раньше кузницей мой помощник занимался, - пропустив вовнутрь Колатира, сказал капитан. - Но еще в последнем танирском порту, он вдруг решил, что хватит ему болтаться по морям, плохое у него, видишь ли, предчувствие. Поэтому он сошел на берег, и попрощался с океаном. Так что кузнеца у меня сейчас нет. Хотя, должен сказать, отдельной должности кузнеца на "Нереяне" никогда не было, не так уж много в море работы, всегда совмещали. А теперь хватит разговоров. Вон там в углу есть несколько прутков, в этом углу уголь, сделай мне вот такой крюк.

Для опытного кузнеца детская задача, и Актур без слов принялся за дело. Отстегнув меч, и остальное оружие, он быстро разжег горн, и бросил три совка угля. По его сноровистым движениям, капитан уже понял, что парень имеет представление о кузнице. А когда тот всего за один нагрев выполнил задачу, всякие сомнения насчет молодого кузнеца отпали.

- Хорошая работа, - повертев в руках остуженную в воде железку, сказал капитан. - Я могу взять тебя на борт, в качестве кузнеца. Платить не буду, так как работы немного, но буду кормить. А если проявишь себя еще в каком полезном деле, то может даже заработаешь немного денег. Зовут меня Жерсан, боцмана Хотис. Если ты не передумал, добро пожаловать на борт.

- Вместе с котом? - уточнил Актур.

- Кота берем в первую очередь! - воскликнул Хотис. - Крысы на корабле первые враги в дальнем переходе. Не одну команду погубили.

Словно в подтверждение своего права находится на судне, Рамус притащил и бросил возле дверей в кузницу, еще одну крысу.

* * *

Актур торопился в "Веселую креветку". После недолгого раздумья, к магу он решил больше не ходить, так как то, ради чего он к нему отправился, удалось решить самому. А Зовсор, в отличие от Малитора, не вызывал у Колатира, да и у Круста тоже, должного доверия. Поэтому по совету духа, и по собственной интуиции, было принято решение, от мага держаться подальше. Хозяин таверны, за постояльца порадовался, вернул данные на хранение деньги, и пожелал доброго пути. Колатиру в голову вдруг пришла интересная и очень своевременная мысль. Он отдал хозяину креветки золотой, и взял с него обещание, переправлять письма в Багрену, которые Актур будет отправлять на его имя.

- А далеко ли ты собрался, южанин? - вертя в руках золотой, поинтересовался хозяин.

- На Мадир, а дальше, на край мира, - с улыбкой ответил кузнец.

- Тогда и у меня к тебе просьба. Когда будешь писать письма своим родным, напиши пару строчек и мне, а я буду рассказывать о твоих приключениях своим посетителям. И я надеюсь, твое путешествие будет долгим, мне будет что рассказывать.

- Обещаю посвящать вас в курс всех событий, которые будут происходить со мной на пути к цели, - торжественно пообещал Колатир.

Он сделал вылазку за город, и отыскал припрятанные там золотые монеты. А потом вдруг подумал, и положил монеты назад. Еще и записку оставил, в которой нашедшему сей небольшой клад, пожелал всех благ, и чтобы эти деньги принесли ему пользу. Актур взобрался на ближайшую возвышенность, и бросил прощальный взгляд на дорогу в Марнию, может так случится, что по этой дороге ему больше никогда не придется проехать или пройти.

* * *

"Нереяна" отправлялась на рассвете. Провожающих оказалось немного, ведь команда корабля целиком состояла из танирцев. Лишь несколько портовых девиц, поверивших легковесным обещаниям моряков, махали на прощание цветными шляпками. Да еще Актуру показалось, что издалека за отправлением "Нереяны" наблюдает человек, очень похожий на Зовсора. Но его силуэт быстро скрылся в рассветных тенях. У Актура вновь защемило сердце, ведь он, может быть, видит родной Лакор в последний раз.

Едва судно вышло из бухты в открытое море, как паруса наполнились свежим попутным ветром, и потащили корабль на восток. Колатир зачаровано смотрел, как команда слажено работает с парусами. Ему самому, кроме работы в кузнице, пока ничего не доверяли делать, хотя Хотис обещал сделать за время плавания из кузнеца настоящего моряка. Чему кузнец, собственно говоря, был не против. Работы на корабельной кузнице нашлось немного, хотя в пути могло и добавиться. Вчерашним вечером, на корабль загрузили еще несколько мешков с углем, и различный металл - в этом настоял новый кузнец. И капитан корабля, под его энергичным напором согласился с тем, что в далеком переходе такой запас лишним не будет.

С командой Актур познакомился еще вчера, когда перебрался с "Веселой креветки" на корабль. Практически все к его появлению отнеслись сдержано-доброжелательно, будущее покажет, что он за рыбина. Но вот появление Рамуса вызвало у команды настоящий восторг. Никто из них до этого не видел настоящего лесного кота. А посмотреть было на что: здоровенный пятнистый котяра, почти достигал ростом колена взрослого человека - настоящий сгусток мышц, зубов и когтей. Восторг незнакомых людей он воспринял, как само собой разумеющееся. За время недолгого путешествия, он уже привык к разным повозкам, и судно, принял, как еще одну большую повозку. Он по-хозяйски прошелся от носа до кормы, внимательно все изучил, и к смеху моряков, в нескольких местах пометил.

- На судне нет других котов? - обеспокоенно спросил Актур боцмана.

- Нет, вместе с помощником капитана кот так же сошел на берег, и больше не вернулся.

И это было хорошо, Рамус не потерпел бы на корабле конкурентов. У некоторых матросов возникала было шальная мысль: погладить "котика", но достаточно было этому чудовищу раздраженно прижать уши, как такое желание пропадало. Но хитрый кот быстро и безошибочно нашел, с кем на корабле нужно дружить в первую очередь. Кроме Актура, такой чести удостоились: капитан, боцман, и, конечно, кок. Хозяин кухни вызвал в прожорливом коте, если не обожание, то уважение с элементами подлизывания - это точно.

После того, как паруса поставили, судно легло на курс, боцман повел новичков на экскурсию в трюм. В первую очередь эта прогулка предназначалась коту, ведь трюм являлся его основным местом работы. И коту это место явно понравилось - приятная полутьма, дразнящие звуки и запахи. Он внимательно обследовал штабели ящиков и мешков, и вернулся с первой на сегодня добычей, пищащим крысенком. На зов детеныша явился целый выводок крыс, некоторые из них достигали размера хорошего кота. У Рамуса, от неожиданной удачи даже рот раскрылся, чем тут же воспользовался крысеныш. Но кот уже не обратил на него внимания, сейчас его привлекала добыча посерьезней.

Боцман и Актур отступили на несколько ступеней вверх по трапу, чтобы не мешать выяснять отношения местным обитателям, и пришельцу, который всегда и везде считал себя главным. Подобным составом крысы уже поставили на место не одного кота, и не сомневались, что сделают это и сейчас. Но Рамус не оценил храбрости соперника, точнее, храбрости добычи - он никак не воспринимал крыс, как достойного соперника. Разочарование пришло ко всем участникам этой драмы. Крысы никак не ожидали, что кот окажется настолько большим и сильным. А для Рамуса оказалось большим сюрпризом, что крысы могут не только убегать, но и нападать.

Кот выбрал для себя в качестве жертвы самую большую крысу, которая, казалось, уже поседела от старости. Она уже трепеталась в его когтях, когда на шею ему бросились сразу две крысы. Не выпуская главной добычи, он стряхнул нападающих, и прижал их когтями к доскам. Но врагов становилось все больше, и Рамусу не оставалось ничего другого, как запрыгнуть с первой добычей на верхний ящик. Он раздраженно дергал хвостом, и это не сулило крысам ничего хорошего. Раздался короткий хруст, и старшая крыса с перекушенным хребтом упала вниз, в саму гущу крысиного хоровода. А следом туда же влетел и сам Рамус. Несколькими ударами лап он разметал скопление врагов, схватил одну из крыс зубами, и снова вскочил на ящики. В этот раз он не спешил убивать добычу. На её визг выбегали все новые крысы, и кот внимательно изучал количество врагов, и их состав. Наконец его любопытство было удовлетворено, и судьба первой крысы постигла и вторую. А затем началась самая настоящая игра в кошки и мышки. Рамус и крысы, время от времени выступали в той, или иной роли.

Прошло не менее получаса, прежде чем крысы поняли, что с новым противником подобным образом бороться не получиться, слишком уж он силен, а они уже потеряли своих лучших бойцов. По чьему-то неслышному сигналу крысы бросились в рассыпную, и в скудном свете, что просачивался сквозь верхние люки, остались только трупики крыс, что красноречивей всех говорило, какое страшное побоище здесь только что произошло. Рамус с усталым, но довольным видом подошел к трапу, и Актур присел возле друга.

- Ты дрался словно тигр, - он осторожно попытался погладить друга.

Кот раздраженно дернул шкурой.

- Пойдем наверх, - распорядился Хотис. - По моему твоему другу понадобится небольшая помощь.

При свете солнца действительно стало видно, что шкура у кота буквально исчерчена мелкими порезами. Боцман послал вниз двух матросов, а сам зачерпнул за бортом ведро воды, и они с Актуром начали промывать боевые раны грозы крыс. Рамус допустил врачевателей только до тех ран, до которых не мог дотянуться его язык, остальные предпочел вылизывать сам. Матросы вынесли из трюма полтора десятка дохлых крыс, и это вызвало новую бурю восторгов у матросов, капитана, и главное, у кока, который персонально преподнес коту хороший кусок жареной рыбы.

- Может и крысу ему поджаришь? - шутя, поинтересовался один и моряков.

- Может прийти такое время, что ты сам будешь просить у меня кусочек жареной крысы, - не понял шутки кок.

- Скучный ты человек, - пожаловался матрос. - Совсем шуток не понимаешь. Будто я не знаю случаев, когда не было что есть, кроме тех же крыс. - Матрос разочарованно махнул рукой, и отошел от толпы, что окружала геройского кота.

Купался в лучах славы друга и Актур, ведь именно он привел на борт, эту крысиную смерть. Сам он никакими подвигами пока похвастаться не мог - капитан запретил разжигать горн без его личного распоряжения, и уж тем более по мелочам. Так что у Колатира не имелось пока возможности показать свое мастерство, он находился на судне, в данный момент, в качестве ученика. В основную его обязанность сейчас входило, помогать коку. Кока звали Тиброн, родом он был из восточного Танира, и всячески это подчеркивал. Для Актура все танирцы были одним народом, но по ходу путешествия он начал понимать, насколько большой это континент, и насколько разные народы его населяют. Скорей можно сказать, что жители Лакора являются одним народом, а не жители Танира.

Время от времени кузнеца ставили в помощь тем или иным матросам. Ставить паруса ему пока не доверяли, но за штурвал подержаться дали. Он драил палубу, выносил добычу Рамуса из трюма, помогал Тиброну, и ловил рыбу. Последнее ему нравилось больше всего. И Рамусу тоже. Крыс он ел неохотно, а от свежей рыбы не отказывался никогда, и считал своим долго присутствовать при рыбалке, и даже участвовать в ней. Первый раз поучаствовать ему пришлось поневоле - он настолько нетерпеливо тянулся к вытаскиваемой рыбке, что сам очутился в воде. Пришлось Актуру, вместе с другим рыбаком, доставать огромным сачком незадачливого четвероногого рыбака. Но кот оказался на высоте, из воды его вытащили с рыбой в зубах. С тех пор Рамус часто сам прыгал в воду, если видел рядом с собой кого-нибудь со спасительным сачком - на удивление кот не испытывал страха перед водой. И это затвердило за ним статус настоящего морского кота.

Постепенно Актур обвыкся на корабле. Команда оказалась на редкость дружелюбной и дружной. Новенькому помогали с охотой, и без всякой издевки. Слухи о драчливости, пьянстве и похоти явно оказались преувеличенными, хотя, как намекнул один из матросов, на берегу все менялось кардинально - матросы азартно восполняли то, чего были лишены на борту корабля. Хотя Актур очень сомневался, что эти милые, дружелюбные ребята, могли превратится в гуляк, драчунов и пьяниц. Но через три недели, по прибытии в очередной порт, станет понятно, насколько правильные слухи ходят о моряках. Сами матросы любили рассказывать разные истории, как из собственной жизни, так и услышанные от кого-то. И кузнец быстро понял, что каждый считал своим долго порядочно приврать, так что полностью доверять этим рассказам не стоило.

* * *

Несмотря на то, что плаванье на корабле было абсолютно новым для Колатира событием в жизни, постепенно оно стало рядовым событием, и даже местами нудноватым. Каждый новый день походил на предыдущий: утренняя побудка, уборка корабля, занятия по судовым специальностям, помощь коку, рыбалка, и, пожалуй, все. И каждый день одни и те же лица, и один и тот же пейзаж за бортом - бескрайний океан. На ворчание новенького боцман отвечал:

- Подожди, еще будешь тосковать за теми деньками, когда было скучно и нудно. Еще не ни одного рейса не прошло абсолютно спокойно. И шторма нас трепали, да такие, что чудом добирались до порта, и в течения незнакомые попадали, и на пиратов нарывались, и с дикарями схватывались. Все будет, не торопи события.

Актур события не торопил, но требовал более подробных рассказов. А Хотис не любил лишний раз трепать языком, в отличие от своих подчиненных, и только ему Актур мог верить на слово. Да еще капитану, но из того вообще слова не вытянешь. Чтобы как-то себя занять Колатир сам искал себе работу. Он провел ревизию всему оружию, что имелось на судне (раз уж впереди могли случиться схватки с пиратами и дикарями). У каждого члена экипажа имелся длинный кинжал - это оружие было при них постоянно. Оружие посерьезней, капитан держал в своей каюте, во избежание разных эксцессов в пути, в том числе и меч Актура. К просьбе кузнеца, он отнесся положительно, дав доступ к оружию.

Когда Актур увидел, чем располагает команда, то озадаченно почесал подбородок - такого разнообразия он не видел давно. Чего тут только не было: пара длинных прямых мечей, несколько алебард, копья, дротики, но в основном кривые сабли, различной длины и формы. Отдельно лежали четыре арбалета. Луков не было вообще, похоже, лук самого кузнец был на корабле единственным. На вопрос кузнеца Жерсан пожал плечами:

- Моряки редко умеют пользоваться луком, слишком много для этого требуется времени и места. И того и другого на корабле не хватает. Из арбалета не каждый стрелять умеет, а ты говоришь лук. Копья, дротики и гарпуны метать умеют многие, ножи бросать умеют все, а вот стрелять, с этим не срослось.

Часть оружия находилось в удовлетворительном состоянии, часть в хорошем, а некоторым образцам требовался срочный ремонт. И только сабля самого капитана была в идеально состоянии.

- Нужно время от времени, давать команде возможности приводить в порядок то оружие, которым они при необходимости пользуются, - высказал свое мнение кузнец.

- Может ты и прав, - не стал возражать капитан. - Только не у всех имеется личное оружие, многие пользуются корабельным арсеналом, и часто хватают то, что кому достанется.

- Это не дело, - покачал головой Актур. - У каждого матроса должен быть свой клинок. Он должен освоиться с ним, ухаживать за ним, как за собственной женой. Вот тогда оружие будет в порядке. Вы учебные бои проводите?

- Боцман иногда выгоняет матросов помахать железом. Но последний раз это было давно. Ты ведь мечом владеешь?

- Не профессионально, но в турнирных боях был бойцом не из последних.

- Вот вместе с боцманом и займись учебными боями. И людей будет, чем занять, и, может пригодиться когда.

Озадачив надоедливого кузнеца, капитан покинул собственную каюту. А тот азартно взялся разгребать оружейные завалы. Часть оружия, у которого наверняка имелись хозяева, он отложил в сторону, а "сироток" взял с собой на кузницу, на ремонт.

Хотис не подал виду, что его обрадовало распоряжение капитана лишний раз заставлять матросов браться за оружие, но и возражать не стал. Не возражали и матросы, не так много в открытом море занятий по душе, а оружейные забавы всегда привлекали мужчин. Колатир сначала посмотрел, как боцман проводит боевые занятия, а потом внес свои предложения. Например: разделить матросов на две команды, и заставить одну из них играть роль нападающих, и других защищаться. А затем менять их местами. Такое нововведение пришлось всем по душе, появился дух соревновательности, и кроме практической пользы, в виде лучшего владения оружием команды, эта борьба занимала все свободное время матросов, а значит, время бежало быстрей. Даже капитан иногда вливался во всеобщую потасовку, неизменно играя роль агрессора.

* * *

Так незаметно и прошло бы, это плаванье к берегам Танира, если бы не неожиданно налетевший шторм. Актур впервые видел такие огромные волны, такие сдувающие с ног порывы ветра, такое страшное, закрытое черными тучами небо. Хотис загнал новенького на кузницу, чтобы не мешался под ногами. Рядом, через стену, Тиброн ловил свои кастрюли, при этом страшно матерясь на незнакомом языке. Не скучал и Актур - летал от стены до стены незакрепленный кузнечный инструмент, падали мешки с углем, рассыпались дрова. Рамус испуганно сидел в углу, и насторожено следил за летающими мимо предметами.

Испытание ураганом длилось большую часть дня и всю ночь. Команда сбилась с ног, спасая паруса и такелаж, даже кузнеца с коком иногда подключали в помощь. Об отдыхе не шло даже речи, люди сутки находились на ногах, и молили богов толь об одном - выжить.

Ураган закончился так же неожиданно, как и начался. Актур, впервые попавший в такую передрягу, не мог поверить, что люди, только что отчаянно боровшиеся за свою жизнь, успокоились так же быстро, как и сам шторм. Они деловито начали приводить корабль в порядок, не сетуя, и почти не вспоминая тяжелейшую ночь. Колатир подумал, что ему никогда не привыкнуть к таким испытаниям, и не стать настоящим моряком. Но после шторма много работы появилось и у кузнеца, и он тоже откинул лишние мысли, и с головой окунулся в любимую работу.


8

После шторма наступил полнейший штиль. Поначалу это радовало экипаж "Нереяны", ведь гораздо легче ремонтировать корабль, когда нет ветра и сильной качки, но когда штиль остановил корабль на целую неделю, это начало раздражать. Уже ничего не радовало, ни метания ножей, ни учебные бои, ни игра в кости, ни рыбалка. Установилась жуткая жара, и она выматывала не меньше за безделье. На корабле на ровном месте возникали конфликты, и Жерсан приказал снова спрятать оружие, чтобы обычная драка, не переросла в кровавую бойню. Рамус целыми днями пропадал в трюме, не столько охотясь на крыс, сколько спасаясь от жары.

Ничегонеделанье выводило из себя и Актура. Восстановление поврежденных металлических деталей заняло один день, а дальше все - тупое лежание в тени паруса и периодическое обливание водой себя и палубы. Когда оружие снова исчезло в каюте капитана, возник вопрос, как занять себя и команду. Предложение кузнеца: устроить гонки на шлюпках, вначале было встречено вяло, но после, команда встрепенулась, и добрых полдня, до боли в плечах, кружила вокруг корабля. Хотели было устроить состязание по плаванью, но появилось несколько крупных акул, заинтересовавшихся происходящим, и идея отпала. Но появилась новая - охота на акул. Тиброн пообещал побаловать команду маринованными акульими плавниками, и за бедным зубастыми рыбками гонялись до самой темноты, потеряв при этой опасной рыбалке: два гарпуна, несколько крупных крючков, и одну сеть.

Удалось добыть только одну акулу, да и та серьезно ранила двух матросов, пока её вытаскивали на палубу и рубили хвост, голову и плавники. В конце концов, Жерсан запретил и это развлечение, боясь потерять не только корабельный инвентарь, но и самих моряков.

В ночь на восьмой день штиля, подул небольшой ветер, и команда воспрянула духом. И хотя ветер дул не совсем туда, куда надо, это мало кого смутило - главное плыть, плыть в любую сторону.

Еще через две недели плаванья, на горизонте появилась долгожданная земля. Корабль вышел к берегу намного южнее намеченной точки, но это мало кого расстроило, главное, что длинный континент уже был виден во всей красе. Далеко, на самом горизонте, высокие заснеженные пики подпирали небо. Несмотря на то, что горы находились далеко от побережья, у Актура уже сложилось представление о грандиозности хребта. Корабль шел вдоль побережья на север уже целый день, но конца заснеженным пикам все не было.

- Правду говорят, что Высокие горы тянутся вдоль всего Танира? - спросил Колатир у капитана, выпросив у него на несколько минут подзорную трубу, и рассматривая побережье и горы.

- Истинная, правда, - подтвердил капитан. - Я уже не первый десяток лет хожу по морю вдоль западного побережья Танира, и где бы ни подходил к берегу, везде видны заснеженные горы. Разрыв есть только в Широких долинах.

- А на восточном побережье горы тоже видны с берега, или там они находятся дальше от моря?

- Сам я по Мадирскому океану не ходил, но говорят, Высокие горы видны с моря и там, - задумчиво глядя на далекие заснеженные вершины, ответил капитан.

- До чего же они огромны, эти горы, - благоговейно сказал кузнец. - Если разобраться, то по Высоким горам можно пройти весь континент, от ледяного моря на юге, до ледяного моря на севере, и все время по снегу, ни разу не коснувшись голой земли.

- Если в Широких долинах зима, то, наверное, можно, - немного подумав, согласился капитан. - Говорят что в сердце Высоких гор, до сих пор можно встретить ледяного человека.

- А это еще что такое? Ледяной человек. В первый раз слышу. У нас, на Лакоре, о таком не упоминали.

- Это потому, что у вас и гор то нормальных нет. И снег у вас выпадает только на юге, да и то, на короткое время.

- Снег у нас идет редко, а лежит еще меньше, почти сразу тает, - согласился Актур. - Но после него столько грязи, что никто по нему не тоскует.

- Если попадешь в Широкие долины в зиму, узнаешь, что такое настоящий снег, - успокоил кузнеца Жерсан. - А про ледяного человека лучше у боцмана спроси, он лучше других такие легенды знает.

Не став откладывать хорошее дело на другое время, Колатир нашел боцмана, и начал приставать к нему с расспросами. Хотис долго отказывался обсуждать подобную тему, мотивируя это тем, что поминать демонов (а ледяной человек, ни кто иной, как демон), лишний раз не стоит. Но потом сдался, тем более что несколько матросов так же навострили уши, желая услышать интересную историю из уст боцмана.

- Если бы мы находились в горах, или хотя бы поблизости с ними, я бы даже не подумал, вслух упоминать имя горного демона, - ворчал Хотис. - Но, слава богам, горы далеко. - Он немного помолчал, собираясь с мыслями. - Говорят, что когда-то Танир был единым, не разделенным на восточный и западный. Люди, и другие смертные расы могли беспрепятственно добираться от одного океана к другому. И так длилось долго, пока короли запада, не поспорили с королями востока: чьи берега красивей, чьи моря богаче на добычу, чьи жители умней, красивей и трудолюбивей. И так далеко зашел этот спор, что началась война. Война настолько кровопролитная, что континент стал превращаться в пустыню. Исчезли леса, сады, были перебиты животные, а птицы улетели прочь. Богам надоела эта кровавая бойня, тем более что она шла не во славу кого-то из них, а из-за человеческой гордыни и глупости, и они воздвигли горы. Горы настолько высокие, что пересечь их не мог ни один смертный, и даже птицы не могли перелететь. А стеречь этот барьер поручили ледяным демонам, в чью задачу входило превращать в ледяные скалы любого, кто нарушит волю богов, и решится пересечь Высокие горы. И с тех пор, горы постоянно растут. Ведь смельчаки, желающие проверить правдивость легенды, не переводятся, и как только они взбираются на вершину определенной горы, тут же превращаются в ледяную глыбу.

- Очень интересная легенда, - оценил Актур. - Но ведь существуют Широкие долины, и через них можно перебраться через континент.

- Это уже продолжение легенды, - ответил боцман. - Когда боги разделили континент, они разделили не только враждующих людей, но и любящих друг друга. Сын одного из западных королей, больше жизни любил принцессу с восточного побережья, и она его любила тоже. И их любовь была настолько сильна, что растопила не только ледяные скалы, но и сгладила острые пики. И никакие ледяные демоны не смогли помешать им. Боги сжалились над влюбленными, и не стали восстанавливать горы, для того, чтобы люди не были разделены полностью, и чтобы любящие сердца могли находить друг друга.

У Актура вдруг перехватило дыхание - эта легенда словно создавалась под него и Талиэль. Только в его случае боги решили усложнить задачу, и кроме гор, воздвигли на пути к любимой два океана и два континента. И демон его знает что еще.

- Хорошая легенда, - проглотив комок в горле, сказал он. - Особенно вторая половина.

- Это всего лишь легенда, - пожал плечами Хотис.

* * *

Еще четыре дня "Нереяна" добиралась до нужного порта. По пути встречалось много кораблей, как движущихся в попутном направлении, так и навстречу. Движение судов здесь было очень насыщенным, не то, что возле берегов Лакора. С экипажами некоторых кораблей экипаж "Нереяны" приветствовали друг друга, а с некоторыми даже останавливались поболтать - не так часто судьба давала возможность знакомым встретиться в порту.

А то, что порт рядом, стало понятно по обилию судов разного класса: большие пузатые грузовые корабли, важно переваливались с боку на бок, стремительные пассажирские и военные суда словно скользили над волнами, рыбацкие шхуны и баркасы еще издалека давали о себе знать устойчивым запахом рыбы. Матросы комментировали появление каждого корабля, и вскоре Актур мог с ходу различить тот или иной класс корабля, и понять его предназначение. Океанские суда, конечно, были самые крупные из всех, но иногда попадались и большие каботажные корабли. Отличались они в основном, парусным вооружением, и большей пузатостью. Как объяснил боцман, эти "толстяки", в виду того, что почти всегда находятся в пределах досягаемости одного из портов, могли немного пожертвовать устойчивостью и мореходностью в угоду вместительности.

Когда добрались до Киреи, столицы одного из западных королевств, Актур раскрыл глаза пошире - такого большого города он еще не видел. Проплывая в непосредственной близости от берега, стало заметно, насколько близко находятся друг от друга прибрежные поселения. А вскоре они слились в один сплошной пригород столицы. Порт соответствовал городу, он протянулся на многие лиги. "Нереяна" остановилась на рейде, выкинула сигнальные вымпелы, и стала дожидаться лоцмана. Ждать пришлось долго, часа четыре, не меньше. Команда изнывала от нетерпения, но сориться с портовыми службами никто не хотел, и торопить лоцмана не собирался.

Когда борт "Нереяны" коснулся причала, команду обуяло всеобщее ликование, и предвкушение портовых развлечений.

- Держись меня, или Хотиса, Кирея не место для прогулки одиноких неопытных юношей, особенно в вечернее время, - предупредил товарища Тиброн. - Мы покажем тебе места, где можно хорошо отдохнуть, развлечься, и не получить нож под ребра. Если ты, конечно, не ищешь приключений.

- Не ищу, - заверил соседа кузнец.

После завершения всех портовых формальностей, большая часть команды, под завистливые взгляды вахтенных, спустилась на сушу. Дело приближалось к вечеру, и естественно вся команда дружной компанией потянулась в портовый кабак. Таких заведений в большом порту имелось множество, и, похоже, команда "Нереяны" побывала в каждом из них, так как к каждому имелись лестные, или не очень, отзывы. Матросы единогласно решили начать с "Зеленой Медузы", и шумной гурьбой ввалились в её широко распахнутые двери. Сразу заняли несколько столов, и подали сигнал распорядителю о том, что они готовы потратить здесь немалую сумму.

Сигнал был понят правильно, и кроме официантов, к морякам устремились разнообразные представители сферы развлечений: путаны, какие-то мутные ребята с небольшими мешочками в руках, зазывалы для участия в азартных играх.

- Не вздумай ни с кем уходить, кроме шлюх, - сразу предупредил Колатира Хотис. - Играть ты, скорей всего, не умеешь, так что проиграешь все, что у тебя имеется, включая свою жизнь, или свободу.

- А это кто, с мешочками? - поинтересовался кузнец.

- Травку предлагают, особую. Ту, что вызывает разные сладкие видения. Но ты, мне кажется, таким товаром не интересуешься. А вот девочки здесь сладкие и умелые, рекомендую.

- Я и девочками то не интересуюсь, - отмахнулся Актур.

- Не интересуешься? - боцман как-то косо взглянул на подчиненного. - Зря. Тогда сиди здесь, за столом. Ешь, пей, и никуда не уходи. Кто-то из наших здесь постоянно будет. Одни будут уходить, другие приходить, но сам не останешься. А я, пожалуй, отлучусь.

Боцман ухватил за широкий зад одну из веселых девиц. Та громко хихикнула, и приобняла Хотиса оголенной рукой. Они быстро уговорились за цену, и почти влюбленная парочка удалилась на второй этаж. Подруга избранницы боцмана попыталась устроиться на коленях у кузнеца, но тот неловко отстранил её.

- Поищи другого клиента красавица, со мной тебе не повезло.

Девица удивленно посмотрела на парня:

- Я тебе не нравлюсь? Обычно моряки, только что сошедшие на берег, не столь переборчивы. Ну, хорошо, я позову другую девушку, могу даже нескольких.

- Нет, ты не поняла, - Актур замялся. Он не хотел, чтобы его поняли неправильно, но не знал, как объяснить свое поведение. - Меня не интересуют девушки.

- А, - понятливо кивнула путана, - я все поняла. Могу привести мальчика, здесь есть несколько таких. Или ты предпочитаешь животных? - она хихикнула.

- Ты опять все неправильно поняла, - поморщился Актур, как он и боялся, его слова были трактованы совершенно не так, как нужно. - У меня есть избранница, и никто кроме неё меня не интересует.

- Ах, вот оно что, - протянула девушка. - Верность редко встретишь среди моряков. Тем более, среди таких молодых и красивых.

Их разговор услышала еще одна представительница древнейшей профессии, и очень заинтересовалась услышанным.

- Такому парню можно дать и бесплатно, - сказала она, призывно покачав бедрами.

Но Актур не оценил широты жеста, и отрицательно покачал головой. Но слова путаны были услышаны другим моряком.

- Раз наш новенький отказывается от такого подарка, то бесплатно можешь дать мне, - и моряк, не намного старший Колатира, обнял девушку за талию.

- А ты, голубчик, мне еще за прошлый раз должен, - ответила путана, не делая впрочем, попыток освободится.

- Дуры вы, - подошла третья путана, постарше, - оставьте мальчика в покое. Займитесь лучше своей работой. А ты парень не обращай на них внимания, они просто завидуют твоей избраннице. Видишь, чем им приходится заниматься? Иной раз по двадцать клиентов за день обслуживают, а тут кому-то посчастливилось получить верного жениха, вот и злятся. - Жрица любви присела возле Актура. - Твоя невеста ждет тебя дома?

- Нет, - кузнец замялся. Как объяснить незнакомому человеку, что тебя толкает на край света какой-то сон? - Она живет далеко от моего дома, и далеко отсюда.

Путана проявила любопытство:

- И как же вы познакомились? Родители свели?

- Нет, она мне приснилась, - сказал Колатир, понимая, что делает очередную глупость.

Все, кто слышал этот разговор, удивленно притихли.

- Наш городской маг сказал, что она действительно существует, а не просто мой сон, - поспешно добавил кузнец в свое оправдание, не желая, впрочем, рассказывать про Круста. - И она не просто мне приснилась, а является моей второй половинкой.

Кто-то за спиной Актура попытался заржать, но старшая путана взглянула на него так, что тот заткнулся, словно ножом по горлу полосонули.

- Как далеко живет, твоя вторая половинка, и кто она? - спросила жрица.

- Далеко живет, - вздохнул кузнец. - Очень далеко, на другом краю мира. Она с Эльфийских островов.

Ближайшие слушатели переглянулись еще более удивленно, и стали шептаться.

- И ты сорвался с места, и помчался её искать, только потому, что она тебе снилась, и маг сказал, что это не простой сон, и что она действительно где-то существует?

- Да, - просто сказал Актур, и искренне посмотрел в глаза жрице.

- Найди свою любовь малыш, а я буду за тебя молиться. Если ты её найдешь, то о тебе будут слагать легенды, можешь мне поверить. - Старшая путана поцеловала Актура в лоб, и поднялась. - А вы чего здесь застыли! - рявкнула она на подчиненных девушек. - Быстро за работу! На всех принцев не хватит, кому-то надо и морячков в кабаках обслуживать.

Возле кузнеца вновь плюхнулся боцман:

- Ты серьезно рассказывал здесь о эльфийке?

- Более чем. - Колатир начал понимать, что теперь ему проходу не дадут и на судне, и уже пожалел о своей откровенности.

- Даже не знаю что сказать, - Хотис, все еще находясь под впечатлением недавнего свидания, быстро налил себе в стакан вина, и залпом выпил.

- А не надо ничего говорить, - мрачно сказал Актур.

- Это, конечно, все романтично, - не слушая коллегу, продолжил боцман, - вон, даже шлюхи слезу пустили. Но очень многие, я бы даже сказал, большинство, тебя не поймет, и будет высмеивать. Так что лучше держи язык за зубами.

- Я все это прекрасно знаю. Просто врать не умею, и если мне задают конкретный вопрос, то получают конкретный ответ.

- Тяжело тебе придется в дороге, - сокрушенно покачал головой боцман.

Они долго ни о чем не говорили, только пили, и смотрели все более мутнеющим взглядом по сторонам. А обстановка внутри кабака незримо изменилась. Несколько людей поспешно вошли вовнутрь, и еще больше также поспешно вышло.

- Что-то здесь не так, - быстро трезвея, пробормотал Хотис.

Старшая путана оказалась поблизости как-то незаметно.

- Уходите отсюда, - громко прошептала она. - Герцоги Горисион и Лаутарк начали открытую борьбу за опустевший трон, в городе началась страшная резня, и скоро она докатится сюда. Идите на корабль, а еще лучше, покиньте порт, пока это еще возможно, и военные корабли не перекрыли выход из гавани.

- Ты хорошо разбираешься в ситуации, - заметил Хотис.

- Я живу немало, - горько улыбнулась путана, - и уже видела подобное, пару десятков лет тому назад, когда только начинала свой путь в профессии. А сейчас слишком много значимых людей откровенничает во время визитов ко мне, и моим девочкам. Так что я знаю больше, чем мне хотелось бы.

- Может тебе тоже нужно скрыться? - проявил обеспокоенность Актур.

- Нам это ни чем не грозит, - сказала путана, и поднялась. - Максимум, что с нами может случиться, лишний раз изнасилуют, что, в общем-то, не отличается от нашей работы. А вам нужно уйти, и чем скорей, тем лучше.

- Она права, - быстро поднялся и боцман. - Нужно собрать ребят и уходить.

Подошел Тиброн, вник в ситуацию, и они все вместе побежали по комнатам на втором этаже, собирать команду. Вид обнаженных женщин сначала смущал Актура, но остальные на такие мелочи не обращали внимания, включая самых женщин, перестал вскоре стесняться и кузнец. Проблема возникала с несколькими моряками, которые заплатили деньги, но еще не успели получить за них желаемое. В силу выпитого вина и рома они не понимали всей серьезности ситуации, и их пришлось тащить силой, по дороге давая тумаков. В отличие от моряков, путаны быстро понимали, что началось в городе, и чем это грозит им самим.

Суматоха в нижнем зале все возрастала, так же нарастал шум за пределами увеселительного заведения. Кто-то забежал и крикнул:

- Мятежники уже здесь!

- Чьи это люди? - спросили из зала.

- Не знаю, но бьют всех подряд!

Осмотрев свою команду, боцман сказал:

- Пробиваемся к кораблю! Держаться вместе, в драки по возможности не ввязываться. Главное добраться до корабля.

К команде "Нереяны" прибилось еще два десятка моряков из других кораблей, и такой многочисленной, плотной группой, они вывалились из "Зеленой Медузы". Актур бросил на последок взгляд на старшую путану. Та послала воздушный поцелуй, и жестом показала, чтобы он уходил быстрей.

На улице несколько вооруженных групп рьяно выясняли отношения между собой. Более многочисленная, естественно выигрывала. Группу моряков встретили настороженно, никто не знал, на чьей стороне она выступит. Но те хотели только одного, вернуться на свои корабли, поэтому попытались обойти места столкновения стороной. И первое время им это удавалось. Но вскоре, выигрывающая группировка решила проверить моряков на лояльность, и попыталась остановить их. Подвыпившие матросы ответили на это агрессивным несогласием. Завязалась потасовка. Хотис безуспешно пытался остановить драку, но безуспешно - вскоре на камнях набережной валялось несколько неподвижных тел. В том числе два матроса с "Нереяны".

- Они убили Рамуда! - завопил кто-то из противоборствующей морякам стороны.

- Всех убить! - последовал властный приказ. - Никто не должен оказывать сопротивление людям Лаутарка!

- Всем на корабль! - заорал Хотис.

Оказывать достойное сопротивление людям вооруженным длинными клинками, моряки, вооруженные одними ножами, не могли. Поэтому побежали почти сразу. Те, что замешкались, были изрублены и заколоты сторонниками герцога Лаутарка. Сторонники Горисиона воспользовались неожиданным отвлекающим фактором, и сбежали.

Актур бежал вместе с остальными по длинному причалу, и желал только одного - оторваться. Оторваться прежде, чем они достигнут корабля. Иначе преследователи узнают, на каком корабле спрятались люди, оказавшие им сопротивление, и убившие нескольких людей. Он никогда раньше не участвовал в подобных переделках, поэтому ужасно боялся. Боялся за себя, за команду, с которой успел подружиться, за путану, которой он чем-то приглянулся, и самое главное, он боялся, что вот так бесславно закончится его попытка найти свою вторую половинку.

- "Нужно бежать через склады! - крикнул в самое ухо Актуру Круст. - Я покажу дорогу. Ваши преследователи там запутаются".

Во время плаванья дух редко показывался, поэтому его неожиданное появление здесь, в порту Киреи, застало человека врасплох. Но он быстро пришел в себя, и в свою очередь крикнул Хотису:

- Бежим в склады! Нужно их запутать!

Боцман мысль уловил на ходу, и подал команду:

- Поворачиваем к складам! Если разделимся, то каждый добирается самостоятельно! Постарайтесь ни во что не ввязываться, и как можно скорей оказаться на корабле. Но не приведите туда погоню!

Разношерстная толпа ринулась в лабиринты складских помещений, ящиков, бочек, мешков, досок. Здесь можно было сбить со следа не одну погоню, нужно только знать дорогу. А дорогу, благодаря Крусту, знал один только Актур.

- За мной! - крикнул он. - Я знаю дорогу!

Большая часть матросов побежала за ним. Некоторые моряки, с других кораблей, решили сами искать дорогу на свои корабли, и отворачивали в сторону. По дороге группе Актура и Хотиса несколько раз попадались подозрительные люди. Они пытались остановить разгоряченных бегом матросов, но напасть на многочисленную группу опасались. Как Колатир догадывался, район складов был очень опасным, особенно ночью, но сейчас сложилась такая ситуация, когда даже портовая шпана должна сидеть тихо, как мышки.

Петляя словно зайцы, Актуру с товарищами удалось выйти неподалеку своего корабля. Преследователи отстали, но по пристани наблюдалось движение. Кто и куда передвигался было не ясно: возможно чья-то команда так же добиралась до своего корабля, возможно это портовые рабочие или служащие искали место поспокойней, а может быть сторонники того или иного герцога старались занять выгодные места.

Хотис выждал, когда возле стоянки "Нереяны" станет поспокойней, и подбежал с парой матросов к кораблю.

- Жерсан! Опусти трап! Это я, Хотис!

Трап опустился почти мгновенно.

- Все сюда! - скомандовал боцман спрятавшимся за бочками матросам.

Дважды повторять приказ не стоило. Матросы быстро взлетели по трапу. И вовремя. Не успел затихнуть топот ботинок матросов "Нереяны", как раздался лязг железа и уверенный шаг подкованных сапог. Два десятка солдат, и столько же вооруженных гражданских, неспешно двигались вдоль пришвартованных кораблей. Они внимательно прислушивались, и всматривались в притихшие корабли, словно пытаясь отгадать, на каком из них спрятались враги. Но корабли словно вымерли: ни звука, ни огонька. Только скрип такелажа, да плеск волн. При свете молодого месяца они выглядели словно корабли-приведения.

Когда солдаты прошли, капитан велел пересчитать матросов. Недосчитались десять человек.

- Двое уже не вернутся, - мрачно сказал боцман. - Их зарезали еще возле "Зеленой Медузы".

- А восемь остались в районе складов, - подал голос Актур.

- Ты откуда знаешь? - подошел к нему капитан.

Кузнец отвел его немного в сторону:

- У меня есть знакомый, из мира духов, которого вижу и слышу только я.

- Что за дух? - поинтересовался Хотис, не особенно удивившись словам кузнеца.

- Это он провел меня через лабиринты складов.

- Я что-то такое и подозревал, - кивнул боцман.

- Все подробности потом! - скомандовал капитан, и спросил. - Твой дух может помочь найти остальных матросов?

- Поможет, - уверил Колатир.

- Идите с Хотисом, и верните, кого сможете.

Кузнец с боцманом не стали возражать, а забрали в каюте капитана свои мечи, быстро спустились по спущенному трапу, и углубились в склады. Двоих матросов отыскали быстро, они все пару сотен метров не дошли до причалов. Не зная куда идти, они забились между штабелями ящиков, и обдумывали свои дальнейшие действия. На голос боцмана оба выскочили обрадовано, словно увидели родную маму. Еще трое матросов нашлись на груде мешков, куда они забрались, чтобы избежать встречи с рыскающими вокруг отрядами боевиков обеих герцогов, и местными бандитами. И теперь этому небольшому объединенному отряду предстояла непростая задача - вызволить из лап бандитов последних троих матросов.

Банда состояла из семи человек, что уравнивало шансы отбить своих. Плюс фактор неожиданности, плюс то, что матросы отлично бросали ножи - это самое распространенное занятие во время вынужденного безделья.

- Вы трое бросите ножи, а мы потом добиваем остальных, - распорядился боцман.

- Света маловато, - пожаловался одни из матросов.

- Ничего, справитесь, - заверил его Хотис.

Ножи засвистели почти одновременно. Двое из бандитов упали. Матросы, во главе с боцманом и кузнецом рванули в безмолвную атаку, и успели зарубить двоих, прежде чем бандиты поняли всю бесполезность сопротивления, и бросились врассыпную. Преследовать их никто не стал, свои бы ноги унести. Наклонились над связанными матросами. Один из них оказался мертв, бандиты перерезали ему горло. Двое других ранены, причем один серьезно. Погибшего на борт корабля решили не тащить, подхватили раненых, и заторопились к "Нереяне", потому как Круст предупредил, о приближении большого вооруженного отряда.

К родному судну пробирались осторожно, хоронясь, как и от бандитов, хорошо знающих склады, и жаждущих отомстить, так и от отрядов претендентов на трон, которые местность знали не очень хорошо, но зато имели значительное численное преимущество.

Только к рассвету сумели безопасно выйти к "Нереяне". По спущенному трапу взлетели словно ветер. Начали делиться новостями. Спасательный отряд рассказывал о своих приключениях, основная команда о своих. Со слов, оставшихся на корабле, им здесь тоже не сиделось спокойно. То кто-то чужой пытался взобраться на судно, не иначе прячась от врагов, но был сброшен в воду. То бандитские шайки решили воспользоваться ситуацией, и пока портовая стража была задействована в других делах, попытались напасть на корабли. Отбивались несколько кораблей вместе. И сейчас капитаны соседних кораблей поддерживали связь, на случай новых атак, или других неприятностей. С восходом солнца, наверняка заявятся представители тех, кто контролирует порт. А по слухам у них не все так радужно, как им бы хотелось. Подданные герцога Лаутарка, и примкнувшие к нему, не смогли захватить весь город. Они контролировали порт, и южную часть города. Сторонники герцога Горисиона держали центр и север. Почти половина Киреи не контролировалась ни кем, или время от времени переходила из рук в руки. Обе стороны ждали подхода подкрепления из лояльных провинций. В общем, борьба за трон была в самом разгаре, и капитаны почти единодушно решили, с восходом солнца покинуть бухту.

Покинуть порт просто так не удалось. Выходы из бухты перекрыли несколько военных кораблей. Причем корабли стояли под разными флагами. На некоторых знаменах расправил крылья дракон - символ герцога Лаутарка. На трех кораблях поднял лапу горный лев - родовой символ Горисиона. Но большая часть кораблей, примерно половина, до сих пор стаяла под знаменем с горным орлом - общим символом королевства. То есть, половина флота держала нейтралитет. И они стояли посредине бухты, разделяя враждебно настроенные команды.

- Адмирал Конрад очень разумный человек, - посмотрев в подзорную трубу, сказал Жерсан. - Он не дал втянуть флот во всеобщую мясорубку, и до сих пор держит нейтралитет. Представляю, какое сейчас на него происходит давление.

Большая часть команды окружила капитана, ожидая от него решений и приказов. Сам капитан принять решение самостоятельно не мог - не бросаться же на военные корабли. После небольших переговоров, капитаны большинства кораблей, в окружении крепких вооруженных матросов, собрались на совещание. Жерсан взял с собой Актура, Тиброна, и еще нескольких матросов, хорошо владеющих оружием. Хотис остался на корабле за старшего. Выставили охранный периметр, и принялись дискутировать, как быть дальше. Мнения расходились.

- Нужно немного выждать! - кричал низенький толстый капитан в ярко красной форме. - Сейчас не с кем вести переговоры. Пускай кто-нибудь уже придет к власти, тогда и поговорим.

- Ты в своем уме Флир?! - заорал на него такой же невысокий, но сухой и худой как палка, капитан в зеленом форменном камзоле. - Эта война может затянуться на многие месяцы. А уже скоро начнутся погромы! Сначала складов, а затем и кораблей. Ты готов ждать, когда запылает весь порт?!

- У нас большая проблема, - негромко начал человек, в гражданском камзоле, после начала его речи споры быстро затихли. - Порт контролируют сторонники Лаутарка, выход из бухты адмирал Конрад. Нам нужно договориться с обоими силами. Я считаю, что из порта нужно уходить, так как Томар прав, скоро начнутся погромы. И они начнутся раньше, чем все думают. У меня есть сведенья, что из бедных окраин уже вышли большие отряды, желающие поживится за чужой счет. Нам уже сейчас нужно организовать отряды самообороны, так как мы не успеем уйти быстро, до прихода мародеров.

- Кто это? - наклонившись к Тиброну, спросил Актур.

- Большой Окервеин, представитель Западной Торговой Лиги, - ответил кок. - Пожалуй, самый большой авторитет для капитанов торговых кораблей.

- А разве портовая стража не защитит нас от грабителей? - спросил один из капитанов.

- Стража частично разбежалась, частично брошена в центр города. А те, что остались, не справятся со своей задачей, - ответил Окервеин. - И у меня такие подозрения, что скоро они сами займутся грабежами. Нужно сейчас же, иди к администрации порта, где сидит граф Трумп, контролирующий в настоящий момент порт, и требовать выпустить нас без всяких проволочек. А еще требовать встречи с адмиралом Конрадом, с тем, чтобы он гарантировал беспрепятственный выход из бухты. Делать это нужно немедленно, пока не появились большие, хорошо организованные банды, или боевые действия не переместились в порт.

- А как же склады? - снова поинтересовался кто-то. - У многих грузы лежат на складах, и за них еще не получена оплата.

- За склады забудьте, - мрачно посоветовал представитель лиги. - Их не спасти. Можете мне поверить, мне очень не хочется бросать склады, так как у меня там товара больше, чем у кого-либо из вас. Но сейчас главное спасти свои жизни и корабли.

Предложение Окервеина было принято почти единогласно, и капитаны, вместе со своей охраной двинулись к зданию администрации, которая стояла в плотном окружении двух сотен солдат и стражников. На требование капитанов, вышел сам граф Трумп, в сопровождении нескольких вельмож.

- В чем дело? - раздраженно спросил граф. - Это что, бунт?

- Успокойтесь граф, - вышел вперед Окервеин, - мы не хотим проблем для себя, и не хотим создавать проблемы вам.

- Но вы пришли мне угрожать!

- Мы пришли договариваться, - возразил представитель лиги. - Нам все равно, кто сядет на трон, и мы не вмешиваемся в вашу борьбу. Но мы не хотим становиться жертвой этой борьбы. Да и вам самим это не выгодно. Если герцог Лаутарк займет трон, то ему понадобятся хорошие отношения с купцами, особенно с Западной Торговой Лигой, которую я здесь представляю. Вы ведь не хотите, чтобы Кирея, и вся страна оказалась в торговой изоляции?

Граф хотел было возмутиться прямой угрозе, но к нему наклонился небедно одетый господин, и принялся что-то горячо шептать на ухо.

- Вы их защищаете барон, потому что сами торговец, - ответил ему граф. Он немного помолчал, раздраженно оглядывая моряков и капитанов, а их здесь собралось несколько сотен - настоящая армия. И Граф понимал, что такую армию лучше не держать во врагах. - Все кто хочет уйти, может уйти. Только перед этим мы досмотрим корабли. И если найдем кого-то из приспешников Горисиона, то всю команду повесим на реях, вместе с капитаном. А корабль и груз конфискуем.

Окервеин взобрался на ступени, и осмотрел капитанов:

- Кто-то возражает против таких условий?

Возражающих не нашлось. Зато нашлись новые требования.

- Нам нужна вода и продукты! - подал голос кто-то из капитанов.

- Ничем не могу вам помочь, - желчно ответил граф. - Портовые служащие разбежались. Ищите воду сами, а за продукты можете забыть, никто их в порт не подвезет.

- Граф, у меня к вам последняя просьба. - Представитель лиги подошел к Трумпу почти вплотную. - Если вы сумеете обеспечить охрану складов, мы будем вам очень благодарны. Очень, - подчеркнул он. - И вам лично, и герцогу Лаутарку, без разницы, сумеет ли он занять трон, или нет.

- Я сделаю все возможное, - немного поколебавшись, пообещал граф.

На этом переговоры закончились. Капитаны возвращались к причалам, и решали, как лучше договориться с адмиралом. Приняли решение отправить на яхте Окервеина, и еще три капитана, у которых с адмиралом были дружественные отношения. Остальные капитаны принялись готовиться к отплытию, а так же создавать отряды самообороны, на случай более раннего прорыва отрядов мародеров.

Жерсан послал боцмана и десяток матросов на поиски воды. Возле портовой водокачки собралось настоящее столпотворение, все старались как можно быстрей запастись водой. Повозок и телег не хватало, бочки с водой катили вручную. Про продукты действительно пришлось забыть, припортовый рынок оказался пуст, никто не решился торговать в такое смутное время.

Некоторые капитаны, которые решили остаться в порту, готовились к обороне более основательно - строили баррикады из ящиков и мешков, искали стрелковое оружие, а так же договаривались с оставшимися стражниками о взаимодействии.

Сотня солдат, во главе с графом Трумпом ходила от корабля к кораблю, и, как и обещали, проводили досмотр. Жерсан выстроил своих матросов на палубе, и не препятствовал досмотру "Нереяны". Солдаты обошли все трюмы, и естественно никого не нашли. Кроме Рамуса, который встретил непрошеных гостей раздраженным шипением. Граф, никогда не видевший таких огромных котов, хотел было забрать его, но Жерсан встал за Рамуса горой, утверждая, что это один из самых важных членов экипажа.

Особый интерес у Трумпа вызвал тяжелораненый матрос, лежавший без сознания в матросском кубрике.

- Где получил ранения? - поинтересовался граф.

- Здесь и получил, два дня назад, - не моргнув глазом, соврал капитан. - Обычная потасовка между матросами, переросла в поножовщину. В результате один погибший, и два раненых. Но один, слава богам легко, а этот бедолага, боюсь, скоро будет кормить крабов.

- И вы так просто об этом говорите? Почему не сдали их портовой страже?

- Дело происходило два дня назад, еще в открытом море. А там я судья. Двоих зачинщиков повесил, а это пострадавшие.

- Ну, ну, смотрите, - протянул граф. - Просто вечером, возле "Зеленой Медузы", чьи-то матросы оказали сопротивление моим солдатам, и даже нескольких убили. Если узнаю, что это были ваши матросы, - Трумп выразительно показал на рею.

Когда граф покинул "Нереяну", все, а особенно Жерсан, облегченно вздохнули, и вытерли холодный пот. Очень хотелось верить, что Трумп не успеет выяснить, с кем сцепились его солдаты.

Через пару часов вернулся Окервеин с капитанами. Адмирал Конрад не возражал, чтобы корабли покинули бухту, и обещал предоставить проход, и охрану от нападений кораблей подчиняющихся герцогам. Суда тут же начали отчаливать от причалов, в определенном ранее порядке - выходил каждый десятый корабль, начиная с крайних, на северном и южном краю порта. Корабли медленно двигались в сторону прохода, устроенного адмиралом Конрадом, а в это время, на северной стороне порта, уже появились первые отряды мародеров. Они нарвались на заградительные отряды самообороны, и завязали короткий бой. Отступили мародеры быстро, потеряв несколько человек убитыми.

Жерсан в заградительный отряд послал десять своих матросов, включая Актура. Марниянин прихватил свой лук, и он ему очень пригодился. Уже три мародера заслуженно получили стрелу от кузнеца, и один из них успокоился навечно. Бой разгорячил Актура, и он старался не думать, что только что убил человека, тем более, что убить из лука, совсем не то, что зарубить мечом. Второе нападение произошло спустя полчаса после первого. Мародеры получили подмогу, и полезли сразу с двух сторон. Колатир с ужасом заметил, что среди них есть женщины и дети.

- Эти мелкие, и которые в юбках, еще более жестокие, чем мужчины, - увидев, что Актур замешкался, крикнул стоящий рядом пожилой моряк с арбалетом. - Если они до тебя доберутся, то не просто убьют, а еще и порядком поиздеваются.

Несмотря на слова моряка, Колатир старался целиться только в мужчин. Хотя другие стрелки были не столь щепетильны, и уже несколько недорослей, и женщин, получили по стреле, или арбалетному болту. В этот раз дошло до рукопашной схватки. Силы были примерно одинаковы, но моряки гораздо лучше вооружены, поэтому и вторую атаку отбили без больших для себя потерь. В то время как мародеры потеряли несколько десятков человек.

Корабли продолжали отходить от причалов, и моряки отходили все дальше вглубь порта. Их становилось все меньше, ведь многие моряки возвращались на свои корабли. Часть складов уже оказалась в руках бандитов, и они занялись тем, ради чего сюда и пришли - грабежом. Но подоспели присланные Трумпом солдаты и стража, и совместными усилиями склады удалось отбить. Отбить для того, чтобы снова отдать их в руки грабителей, так как новая атака стала еще более массированной.

Актур с товарищами вскоре вернулся на "Нереяну", и надеялся больше не принимать участия в схватке. Но не тут-то было. Часть портовых бандитов решили атаковать уходящие корабли, и снова пришлось браться за лук, а за тем и за меч. Бандиты лезли на корабль, невзирая на потери - не иначе как под воздействием наркотика. Актур рубил чьи-то пальцы, головы, не обращая внимания на перекошенные от боли лица, и на дикие крики. Он и сам словно перебывал под воздействием наркотика, или алкоголя, и уже перестал ужасаться тому, что только что снова убил человека.

Муштра Хотиса не прошла даром, команда "Нереяны" сумела отбить массированное нападение бандитов, и не допустить их на свою палубу. Убитыми никого не потеряли, но раненых хватало. Изо всех сил отпихнули судно от причала, и помогали буксирному баркасу оттащить корабль подальше от берега. Отойдя чуть дальше, поставили паруса, и медленно потянулись к выходу из бухты. Таких кораблей, дрейфующих по бухте, были десятки. Еще больше кораблей уже сумели выйти в открытое море, и стать на курс, кто на север, кто на юг или запад. Больше всего кораблей повернуло на юг, где в более спокойных портах можно было переждать страшные времена.

Команда "Нереяны" с трудом смогла дождаться, когда выйдет в открытое море, и когда паруса наполнит попутный ветер. Курс был взят на север.


9

Едва "Нереяна" отошла подальше от берега, так чтобы он был виден лишь узенькой полоской, капитан отозвал Актура в сторону, и потребовал:

- Рассказывай!

- Что рассказывать? - попытался юлить кузнец.

- Все! И про духа, и про то, куда ты направляешься. В общем, все! На моем корабле, от меня, ни у кого не должно быть секретов.

Деваться было некуда, и Актур выложил все, еще одному слушателю, точнее двоим, боцман тоже оказался рядом, куда ж без него. Поверил капитан, или нет, трудно было сказать, но смеяться он не стал, отнесся к рассказу серьезно. А вот боцман, похоже, поверил сразу.

- Вот ведь как выходит, - мечтательно протянул он, - что настоящая дружба, как и настоящая любовь, не умирает вместе с нами, она живет и после смерти нашего бренного тела. И те, кто были близки при жизни, находят друг друга и после смерти. Вот тебе еще одна легенда.

- Это не легенда, это быль, - улыбнулся кузнец.

- Которая со временем станет легендой, - улыбнулся в ответ боцман.

- Твой дух, чем он еще может быть полезен? - покончил с романтикой капитан. Его больше интересовала практическая составляющая этой истории.

- Он иногда подсказывал мне, какая будет погода.

- В море это очень важно, - поспешил со своим мнением Хотис.

- Я знаю, - поморщился Жерсан. - А управлять погодой он может?

- Управлять нет, - с сожалением сказал Колатир. - Он не стихийный дух, а вольный. А только стихийные духи могут управлять той или иной стихией.

- Ясно. Хоть что-то, хоть какая-то польза. - Капитан немного помолчал. - Я не знаю, чего от вас ждать больше, пользы, или вреда.

- Прекрати Жерсан, - вступился за кузнеца боцман. - Если бы не он, со своим духом, мы потеряли бы половину команду. А то и всю. Вместе с кораблем. Вспомни, что пообещал тот граф, если выяснит, кто сцепился с его солдатами.

- Да помню я, помню! Просто вся эта история попахивает очень дурно. Большая любовь и дружба, это все хорошо, но чует мое сердце, не все так просто. Как бы не столкнулись мы с чем-то, - капитан замялся. - В общем, с высшими силами. Ох, не вовремя ушел старший помощник, он немного разбирался в магии, может, что и подсказал бы.

- А может вовремя ушел, - предположил боцман. - Почуял что-то неладное, и ушел. И кота своего забрал.

- И, правда! Ты смотри, как все гладко получается! Уходит кузнец, уходит кот, и освобождают место для Актура и Рамуса. - Капитан почесал бороду. - Похоже, еще до того, как они попросились на корабль, все уже было предрешено.

- А мне кажется, что вы подгоняете произошедшее ранее, под нынешнюю реальность, - возразил Колатир. - Вот уж нечего делать высшим силам, как следить за похождениями какого-то там смертного, и уж тем более вмешиваться в его дела.

Он намерено не стал рассказывать капитану о догадке мага, что все происходящее может быть игрой высших сил. Незачем пугать служивого, итак напуган донельзя. Хотя капитан, нужно отдать ему должное, и сам до многого смог додуматься, хотя не все свои догадки стал озвучивать.

- Посмотрим, подгоняем, или нет. Время покажет. Сейчас нам нужно привести корабль в порядок, добрать воды, продуктов, подлечить команду, и, чтобы обойти запретные земли, выйти подальше в открытый океан.

- Что за запретные земли? - полюбопытствовал Колатир.

- Боцман расскажет, - отмахнулся Жерсан. - Хотя пойдем, покажу на карте, может твой дух чего и подскажет.

Войдя в каюту, капитан развернул карту:

- Вот, смотри. Здесь западное побережье центрального Танира. Мы вышли из Киреи. По пути у нас есть еще несколько небольших портов, куда мы можем зайти без опаски. Хотя, если взять во внимание то, что в королевстве началась борьба за трон, и эти порты могут стать опасны. А вот выше начинается настоящая опасность. Вот здесь начинается первое проклятое место. Это королевство чернокнижников. Они сами ни к кому не плавают, не ездят, не ходят, и к себе никого не пускают. То есть, запустить то могут, а вот выпустить вряд ли. Мало кому удалось вырваться из лап черного короля и его жрецов. Те, кто вырвались, рассказывали жуткие истории про человеческие жертвоприношения, поклонения страшным демонам, и прочие ужасы. Еще выше есть еще одно такое же королевство, с похожей репутацией. А между ними, видишь, находится широкая полоса джунглей. Джунгли населены дикими племенами каннибалов, тоже очень веселенькое место. Кто только не пытался их покорить. И черные короли пытались, и не однократно, но все безрезультатно - стоило только углубиться в джунгли, как там исчезало любое войско. Западная Торговая Лига пыталась установить на побережье свои форпосты, с целью поставлять на корабли свежую воду и продукты, но все крепости неизменно вырезались. Так что нам предстоит, примерно, три-пять недель плаванья вдали от берега.

- Что требуется от духа? - спросил Актур.

- Да черт его знает. Разведывать обстановку в тех портах, в которые мы будем входить, выискивать военные корабли черных королей. Ну, и прочие опасности.

- Я поговорю с ним. Только он не всегда находится рядом. За время плаванья он только несколько раз меня посещал, а остальное время где-то шастает, говорит, дела у него.

- Мы будем рады любой помощи, - сказал капитан.

* * *

Два дня "Нереяна" шла вдоль берега, держа его, впрочем, на приличном расстоянии. По пути попадались другие суда, и капитаны обменивались новостями. А они не радовали. Не только в столице вспыхнули столкновения между двумя претендентами на трон, они прокатились по всей стране, в том числе, и по другим портам. Власть в портовых городах менялась по нескольку раз на день, а большей частью власти не было вообще, там тоже правили бандиты и мародеры. Так что заходить в эти порты было опасно. Остро стоял вопрос с водой. Её на "Нереяне" хватит на месяц, да и то, с большой натяжкой. С продуктами не лучше, но в море тяжело умереть с голоду. Другое дело, что осталось мало дров для кухни, и угля для кузницы, но и здесь можно было найти выход. На кухне, как топливо, можно использовать рыбьи кости и жир, а кузницу вообще можно на время закрыть. Капитан, после недолгого совещания с командой решил - идти на север, в обход запретных земель, не заходя в порты, в которых планировали пополнить запасы.

Актур в последний раз разжег горн - отремонтировал металлические изделия, выковал новые наконечники для стрел, которые он израсходовал практически все, для арбалетных болтов, которых тоже осталось мало, и привел в порядок оружие, которое пострадало во время боев. Больше угля почти не осталось, и кузницу можно было закрывать. Кузнец больше оказался нужен, как обычный матрос, так как команда понесла, хоть и небольшие, но потери, и требовалась замена.

"Нереяна" повернула на северо-запад, и стала углубляться в Мировой океан.

Нельзя сказать, что повседневная работа матроса давалась Колатиру легко, но особых трудностей не возникало. Конечно, настоящие матросы более легко и свободно взбирались по вантам и ставили паруса, но и помощь более неуклюжего кузнеца оказывалась не лишней. Часто Рамус составлял компанию своему другу, чувствуя себя на мачтах, стеньгах и реях, как у себя дома, в лесу. Жерсан и Хотис боялись только одного, чтобы этот паршивец не вздумал кататься на парусах, которые вряд ли выдержали знакомство с его острыми когтями. Но коту хватило строгого окрика, чтобы он понял, на парусах его видеть не хотят.

Воду на судне расходовали крайне экономно, собирая по утрам росу, и выглядывая тучи - дождь помог бы решить проблему. Круст порадовать скорым дождем не мог, да и вообще, появлялся крайне редко.

На пятый день плаванья Круст появился, и с тревожными новостями:

- "С севера идут три корабля, под красно-черными парусами!"

- Это пограничная эскадра чернокнижников! - встревожился капитан. - Значит, мы идем слишком близко от их берегов.

- Или они вышли в открытый океан дальше обычного, - предположил Актур.

- Все может быть, но нам нужно немедленно уходить дальше на запад.

- Слишком далеко уходить в Мировой океан тоже не стоит, место ведь не безопасное, - напомнил боцман.

- Там может есть опасность, а может и нет, - отмахнулся капитан, а здесь прямая угроза попасть в плен к чернокнижникам. Тебя устраивает такая перспектива? - Боцман промолчал. - А вообще-то, они действительно вышли в открытый океан слишком далеко. Обычно они себе этого не позволяют.

- Так может быть нам не стоит их бояться, ведь это не их территория? - кузнец с надеждой посмотрел на капитана, уж больно не хотелось углубляться в открытый океан, где правит страшный демон.

- Мне не хочется выяснять, насколько дружелюбно настроены чернокнижники, - ответил Жерсан. - Лучше обойдем. Насколько они далеко?

- В трех часах встречного плаванья, - передал Актур слова духа.

- Значит, через час мы увидим их паруса, - подытожил капитан.

- А они наши, - добавил Хотис.

Жерсан больше не стал обсуждать положение, в которое они попали, он отдал приказ, и судно начало поворачивать на запад. Время тянулось неимоверно долго, и уже казалось, что удача сопутствует "Нереяне", но дозорный в марсовой корзине увидел три вымела. А затем, один за другим, три корабля стало возможным увидеть и с палубы.

- Почему у них паруса такого цвета? - спросил Актур Хотиса.

- Цвет крови и черной маги, - с обреченностью смотря на приближающиеся корабли, ответил боцман.

- Они нас догонят?

- Без всяких сомнений. Это военные корабли, они легче и быстрей нашей посудины.

Вскоре и без подсказок стало понятно, небольшая эскадра чернокнижников движется намного быстрей, чем "Нереяна", и до вечера догонит торговое судно.

- Эх, нам бы в ночи затеряться, но не дадут они нам этой возможности, - почти простонал Жерсан.

- "Духи-воздушники утверждают, что приближается ураган", - снова подал голос Круст.

Колатир тут же поспешил сообщить новость капитану.

- Вот уж никогда не думал, что с таким нетерпением буду ждать начала урагана! - воскликнул Жерсан. - Это наш единственный шанс уйти от погони. Спроси у Круста, духи не могут поторопить приход хорошей для нас погоды?

- "Ветер усилится уже через два часа", - уточнил дух.

- Два часа... - пробормотал капитан. - Это время у нас в запасе есть. Будем надеяться, что чернокнижники испугаются шторма больше, чем возможности взять на абордаж торговое судно.

- При шторме мы в выигрыше, - уже оптимистично заявил боцман. - Наше судно лучше приспособлено к таким передрягам.

Вскоре на востоке появились первые предвестники надвигающегося урагана. Чорные тучи начали быстро затягивать весь горизонт. Теперь стало понятно, что шансы уйти от преследования у "Нереяны" более чем реальные. Взять торговое судно на абордаж, во время шторма, чернокнижники не смогут. А затем придет ночь, спасительная ночь, что в сочетании с ветром даст возможность затеряться в океане. Команда "Нереяны" воспаряла духом, шторм их не очень страшил, пережили уже не один десяток, а вот перспектива оказаться в руках у этих страшных и непонятных чернокнижников, заставляла кровь буквально стынуть в жилах.

Ветер действительно усилился через два часа - еще не штормовой, но достаточный для того, чтобы убрать часть парусов. Но противник, под черно-красными парусами все еще не терял надежды догнать беглецов, поэтому все парусное вооружение оставалось на месте, и они стремительно догоняли торговое судно.

- Глупцы, - рассматривая военные корабли в подзорную трубу, - процедил Жерсан. - Через полчаса они могут потерять не только паруса, но и мачты.

Ураган действительно, все уверенней набирал обороты. Тучи уже затянули почти все небо, оставляя лишь на западе небольшой просвет. Чернокнижники уже поняли, что добыча ускользает, но теперь они сами стали заложниками шторма - вернуться назад они не могли, теперь только вперед. Ветер трепал и рвал их паруса, корабли опасно зарывались носом в высокие волны, и моряки с "Нереяны" со злорадством наблюдали, как их противник безуспешно борется со штормом. Торговое судно не могло поспорить с военными в скорости, но оно было гораздо лучше подготовлено для плаванья в океане, и для противостояния таким вот штормам. Через три часа урагана, военные корабли не только догнали торговое судно, но и обогнали его. Безжалостные волны подбрасывали их, чуть ли не до самых туч, ветер трепал остатки парусов, и Актуру даже немного стало жаль моряков из черного королевства.

Но пришло время бороться за свое выживание, и посторонние мысли, и уж тем более жалость, исчезли, словно унесенные ураганом, который все набирал силы. "Нереяна" жалобно скрипела, и жаловалась на свою нелегкую судьбу, словно и не именем морской богини было названо судно. На палубе находились только вахтенные матросы и капитан, сам взявший штурвал. Остальные матросы, вместе с боцманом, находились в трюме, выискивая и устраняя малейшую течь, а их становилось все больше.

Рамус выбрал самое сухое место, на вершине горки из мешков, и строго следил, чтобы матросы не пропустили ни одну течь.

Ночь пришла рано, черные тучи ускорили её приход. В темноте бороться с ветром и волнами стало еще труднее, и кузнеца, как наименее опытного моряка, на палубу не выпускали вовсе. Ему было стыдно, что он отсиживается в трюме, в то время как друзья ожесточенно борются за живучесть судна наверху. Но он прекрасно понимал, что его знаний и способностей сейчас хватит лишь на то, чтобы незаметно быть смытым в океан.

Как пережили ночь, одним богам известно, но день почти не принес облегчения. Шторм и не думал прекращаться, то немного притихая, то вновь усиливаясь, он длился весь день. На следующую ночь ветер понемногу стал стихать, но она принесла новое испытание.

Круст снова появился неожиданно, его прозрачное тело выплыло из-за мешков, напугав Актура почти до икоты.

- "Сейчас ты испугаешься еще больше, - обрадовал дух. - Я обнаружил неподалеку, Кракена"

Кого Колатир, после беседы с Малитором боялся больше всего, так это главного морского демона.

- Он далеко? - пересохшими губами, даже не думая скрывать разговор, спросил он духа.

- "Нет. И ты извини Актур, но я не собираюсь приближаться к нему еще ближе. Он может питаться духами, и я не хочу попасть к нему на ужин. Я ухожу. Удачи вам".

И Круст исчез. Когда оцепенение спало, Актур поторопился на верхнюю палубу, искать Жерсана. Капитан, пользуясь тем, что ветер немного стих, пытался уснуть - настоящему морскому волку, даже сильная качка, не была помехой такому важному делу. Появление запыханного кузнеца не предвещало ничего хорошего.

- Нужно поворачивать, - глотая слова, сообщил Колатир. - Впереди нас ждет слишком большая опасность.

- Что тебе еще сообщил этот предвестник неприятностей? - раздраженно спросил капитан.

- Впереди нас ждет хозяин этого океана, - и Актур руками попытался показать многочисленные щупальца.

Жерсан все понял мгновенно. Он тут же вскочил с койки.

- Как он далеко?

- Точно не знаю, но недалеко, даже можно сказать, близко. Круст предпочел убежать.

- Ему-то чего бояться?

- Этот морской демон может питаться духами, поэтому они его боятся до ужаса.

Выскочив на палубу, капитан сам снова стал у штурвала, и начал поворачивать корабль на север.

- Что происходит Жерсан?! Ты перевернешь судно!

- Лучше утонуть здесь и сейчас, чем попасть в щупальца тому, кто ждет нас прямо по курсу!

Актур кивком подтвердил, что боцман понял все правильно. Прозвучала новая команда, и матросы стали убирать часть парусов. Многие не понимали что происходит, зачем разворачивать судно таким опасным маневром. Но как только "Нереяна" начала поворачивать, как из темноты раздался жуткий глухой рев. Он не был слишком громким, и почти не перекрывал свист ветра, и удары волн о борт, но он пробирал до самых костей, сразу обивая желание уточнять, кто так жутко ревет. Матросы и так все поняли.

Если бы на "Нереяне" были весла, они гребли бы ни ними как сумасшедшие. Настолько страшным был тот, кого все боялись называть по имени. Черпая бортами волны, судно пыталось галсами уходить от морского чудовища. Ветер стал тише, но огромные волны ни как не могли успокоиться. Капитан снова послал боцмана в трюм, следить за грузом - при такой сильной качке, и бешеном крене, судно могло перевернуться в один миг. Кузнец тоже спустился вниз, помогать товарищами крепить груз по новой. Рамус выглядел испугано, возможно понимая больше, чем положено простому коту. Крысы, не боясь, ни людей, ни кота, метались от укрытия к укрытию. Всех поглотил настоящий ужас, и никакого от него не имелось спасения. Многие уже были готовы броситься в набегающие волны, чтобы погибнуть здесь и сейчас, а не достаться страшному охотнику за душами.

Казалось, этому всепоглощающему ужасу не будет конца. Но, как-то незаметно пришел рассвет, стих ветер, и немного успокоилась качка. И вместе с этим люди поняли - страшного рева уже не слышно давно. Да и был ли он вообще? Многим уже начало казаться, что это было всеобщее наваждение, что никакого демона не было, а весь этот ужас, от которого до сих пор тряслись колени, не что иное, как... И тут над океаном пронесся новый торжествующий рев, а затем крик, даже скорей вопль. Вопль десяток глоток, полный ужаса и боли.

- Чернокнижники... - прошептал боцман. - Не помогло им поклонение черным богам и демонам...

Лица людей, повернувшихся на крик, посерели, как у покойников.

- Будем надеяться, что Хозяин утолил голод, и ему теперь не до нас, - пробормотал Жерсан, и рявкнул на ближайших матросов. - А ну быстро на реи! Распустили сопли!

Окрик капитана вернул всех к жизни, даже самого капитана. Матросы забегали веселей, пытаясь скрыть за суетой, свой, не до конца ушедший страх. Судно начало приходить в себя после шторма. Осматривались и устранялись повреждения, вновь перекладывался груз, с тем, чтобы облегчить доступ, и избежать излишнего подмокания. Даже Рамус выскочил из трюма, и важно прохаживался по палубе, словно показывая всем, что именно его усилиями избежали верной гибели.

Тиброн, наконец, растопил печь, и команда поела горячей пищи. Возращение к нормальной жизни происходило быстро, хотя тревожный осадок и остался. И когда впередсмотрящий на марсовой корзине крикнул:

- Рифы! Впереди рифы!

У многих сдали нервы. Они попадали на палубу, и начали неистово молиться. Быстрей других в себя вновь пришел капитан. Он буквально пинками заставил матросов подняться и взяться за работу. Снова ставили паруса, и пытались уйти от нового опасного сюрприза. Но судно неуклонно несло на рифы.

- Течение! Нас несет течение! - боцман быстро сообразил, что происходит.

Жерсан тоже не растерялся:

- Если течение несет нас на рифы, значит, рифы не стоят сплошной стеной, и течение проходит сквозь него. Искать проход в рифах! Подготовить причальные багры, чтобы отталкиваться от камней. И на всякий случай подготовить шлюпки.

Актура, как наименее квалифицированного матроса поставили выискивать проход в рифах. Он до рези в глазах всматривался через подзорную трубу в буруны, которые оставались на месте столкновения волн со скалами. Пока рифы были далеко, и тяжело было рассмотреть проход, между ними. Если он вообще там имелся. Но кое-что кузнец все-таки рассмотрел.

- Капитан! Посмотрите! - крикнул он.

Жерсан взял подзорную трубу, и долго всматривался в невысокие скалы. Возле нескольких были видны следы кораблекрушения.

- Вот, еще один корабль чернокнижников нашелся, - пробормотал капитан.

Возле разбитого корабля лежала мачта с обрывками парусов черно-красного цвета.

- Если там кто-то выжил, - продолжал рассуждать Жерсан, - то нам надо держать ухо востро. Выжившие могут попытаться захватить корабль. Если "Нереяна", конечно, не повторит судьбу их судна. Ищи проход, кузнец! Но не забывай, про возможно выживших.

Актур снова взялся за подзорную трубу, с твердым намереньем, если не найти уже существующий проход между рифами, то пробурить его взглядом. Капитан на всякий случай раздал матросам оружие, и приказал готовиться еще и к встрече с возможным противником.

- Есть проход! - закричал впередсмотрящий из марсовой корзины. - Шагов триста правей от обломков красно черных, есть широкий проход. Наша малышка пройдет!

- Куда он ведет, дальше видно? - капитан, как всегда, думал не только о том, чтобы спастись от верной гибели, но и о том, чтобы спасти корабль, и вывести его из этой западни.

Колатир, раздосадованный, что не он нашел проход, буквально вдавливал подзорную трубу в глазницу, чтобы увидеть хоть что-нибудь достойное внимание. И его усилия не пропало даром. Среди обломков, а затем в воде, среди рифов, он заметил движение. В воде кто-то плавал, и это были не трупы, так как неизвестные меняли движение, и вроде даже, ныряли.

- Капитан! - снова закричал он. - Там, среди обломков кто-то движется!

- Команда черных? - капитан снова забрал у подопечного подзорную трубу. - Нет, не похоже, зачем им нырять, я бы на их месте поднялся на скалы. Попросил бы помощи, и попытался напасть на наше судно. Эй, на марсе! Что видно?

- Не пойму, капитан, похоже на тюленей.

- С голоду не помрем, - хохотнул кто-то за спиной Актура.

- Тюлени, говоришь, - пробормотал Жерсан, еще более внимательно всматриваясь в волны и рифы. Наконец он оторвался от трубы, и от души заматерился. - С голоду мы действительно не помрем, так как нас раньше самих сожрут!

- Эти тюлени, хищные? - поинтересовался Колатир.

- Еще какие хищные, - капитан от досады сплюнул. - И они не тюлени, нам встретились твари пострашней, это русалы и русалки.

Новая страшная весть заставила команду замолчать, им довелось встретиться с одними из самых страшных обитателей океана. Многие считали, что русалы существа мифические, но команде "Нереяны" предстояло убедиться, что они вполне реальны.

Боцман пробормотал:

- За что нам такое наказание? Какие тяжкие грехи мы совершили?

Кузнец старался сделаться, как можно незаметней, чтобы никто не подумал связать все последние события с его именем.

Жерсан молчал не долго:

- Всем приготовить оружие! Арбалетчикам рассредоточится по кораблю. Актур возьми лук. Стрелять только по моей команде. Если наше судно разобьется, старайтесь собраться на одной скале. Большой высокой скале. Там будет легче держать оборону. Так просто этим хвостатым падальщикам мы не дадимся.

- Падальщикам? - Актур удивленно уставился на капитана.

- А кто же еще. - Жерсан начал указывать пальцем. - Смотри, сколько здесь разбилось разных кораблей. Я уверен, здесь погибли десятки, если не сотни суден и команд. И эти твари их пожирали. Течение идет сквозь эти рифы, и все время приносит какую-нибудь добычу. Вот так они и живут. Настоящие падальщики. Но они очень опасны. Здесь, на рифах их дом, они знают каждый камень, каждую скалу. Знают, куда чаще всего течение выбрасывает суда, знают, куда мы направимся, чтобы не разбиться. А значит, для нас там подготовлены засады. - Капитан помолчал. - Вряд ли мы прорвемся через эти рифы, но нужно забрать с собой как можно больше этих тварей. Мне кажется, кузнец, на этом твое путешествие к эльфийке закончилось, и встретиться вы сможете, только когда освободится и её дух. А эльфийки живут долго.

- Ну, это мы еще посмотрим, - Актур натянул тетиву на лук. - Не для того мы избежали смерти, от встречи с Хозяином, чтобы наполнить желудок полулюдей-полурыб.

- И то, правда. Боцман! Убрать паруса! Идем по течению. А оно должно провести нас через рифы. Расставить людей. Каждого матроса с багром должен прикрывать матрос с мечом. Арбалетчики встали по бортам, приготовиться отразить атаку. Актур, будешь помогать там, где тяжелее. На марсе, смотреть в оба!