# "Альбом.." и другие

Евгения Ламонина

Переписка с Густовым Дмитрием в ответ на его Ты никогда не знала правды обо мне

Е.Л.

Альбом, исписанный недетскими стихами,

Откроет девица нетвердою рукой,

Невольно мыслями в грядущее порхая

И разгадать желая, кто такой

Создатель этих текстов сокровенных,

Чем он живет, куда стремится он,

И может ли она себе позволить пленной

Стать в нем, и с ним, и для него.

Читая тонкие, затейливые строчки,

Она мечтает, образы творя,

И в паузы межстрочных многоточий

Вставляет новые слова... Возможно, зря...

Дописан он и заново прочитан.

Но кем он стал, придуманный герой?

Она искала счастья и защиты.

Но кто же получился он такой?


Д.Г.

Извечный девичий обман,

Который сами сотворяют:

Весь кровоточащий от ран,

Кого всенощно охраняют,

Кого, себя отдавши всю,

Боготворят и ненавидят,

И видят в нём всю жизнь свою,

Но счастья своего не видят.

И проклинают лишь за то,

Что полюбили миг веселья,

Что дал прекрасный стих его,

Что вывел он рукой с похмелья.


Е.Л.

Что есть обман и почему

Его так часто сердце жаждет?

Случайный взгляд - венец всему,

Его душа впитает жадно,

Построит замки на песке,

И образ выдолбит на теле,

Поверит в журавля в руке

И в счастье на одной постели.

Уже придумано давно

Как сына будут звать и дочку

Какие шторы на окно

Повесят в доме... С новой строчки

Прописана судьба двоих

Решеньем одного обмана.

Взгляд отведен, закончен стих,

На сердце заживает рана.


Д.Г.

Что есть обман и почему

На сердце заживает рана?..

Когда уже конец всему,

Когда от тяжести обмана

Расколота судьба двоих,

А сердце мести ищет жадно...

Порою свет увидит стих

И на душе тогда отрадно.

Ведь словно сталью на песке

Ум изливает желчи строчки...

И что, что шрамы на руке...

Угрюмость сына, слёзы дочки...

Но всё продумано давно,

Ещё тогда в одной постели...

И хочется шагнуть в окно,

И ломота до смерти в теле...


Вдруг схлопнется весь мир вокруг...

Жене - мужчины, мужу - дамы...

И сердце выпорхнет из рук.

И ран уж нет... остались шрамы.


Е.Л.

Весь этот ужас от того,

Что, не знакома с компромиссом,

Мечтая мелочью и рисом

Обсыпанной пред алтарем,

Стоять с ним за руку вдвоем,

Не замечает ничего


Она. (Она важнее в паре.

Не в смысле беглости ума

Или логических цепочек,

Но в отношениях межстрочных

Она продвинута весьма.

Вот это больно и ударит...)


Самокаприз, самообман.

Прочтя в стихах витиеватых

Рассветы, томные закаты,

Забыла, что есть проза дня.

Что раны давние саднят.

А тот, кто рядом - океан,


Его от 'а' до 'я' прочесть

Лишь время сможет. Время есть.


Д.Г.

Души без сердца не прочесть

Ведь сердце видит лучше ока,

Но лишь любя всего, как есть,

Не поверх глядя, а глубоко.

А, коли время есть, читай.

Начни, пожалуй, от истока,

Где потаённый отчий край,

И где всё малое высоко.

Пройдись по малым ручейкам,

Что по песку в траве струились.

Их слишком много тут и там,

Но ручейки однажды слились

Сначала в маленький поток,

Потом уже в поток поболе.

Так за игрой идёт урок,

Чтобы быть самим собой на воле,

Чтоб покатиться в ширине,

Вбирая малые притоки,

И кое что хранить на дне,

В водоворотах, что глубоки.

И, проходя среди озёр,

Бежать болот (кто ж без изъяна),

Познать и славу и позор.

И горечь слёз воды лимана.

Но радость в устье испытать,

Замедлить бег свой на просторе

И первый раз ликуя впасть,

Излив себя впервые в море.

Собою море напоить,

И пронеся себя сквозь это,

Мир отразить и вдохновить

Собой влюблённого поэта.

И стать великим... что же в том,

Ужель такое морю странно?

Но море склонится потом,

Познав величье океана,

Отдав себя всего навек,

Чтоб океаном быть без срока,

Чтоб омывать волною брег,

Но тишь блюсти на дне глубоко.

Потом... читай уже сама...

Про дикий шторм и волн беспечность,

Про континенты, острова...

Да, время есть... за Летой - вечность.


Е.Л.

Пусть ручейки сольются в реки,

Стремясь к далеким берегам...

Заметить трудно в человеке

Его приближенность к богам.

За суетой течений быстрых

За повседневной суетой

Он спрятан словно Монте Кристо,

Ведя свой бесполезный бой,

Играя бурями и штормом,

Не замечая силы волн,

Субстанцией калеча форму

Сквозь плач души и сердца вой.

Дорогой терпкой к океану,

Собрав всю муть лесных болот,

порогов злость, тоску лиманов,

Отчаяний водоворот,

Окажется он на просторе.

Сиянье звезд и тишина.

И в глубине, сиянью вторя,

Проснется новая волна.


Д.Г.

Я разбил ещё не все пороги,

Не со всех болот собрал я муть,

Есть ещё куда стремить мне ноги,

Чтобы эти ноги протянуть.

Каждому дана своя Голгофа,

Бесполезный бой почти незрим,

Создаём подобье Саваофа,

Но осанну дьяволу творим.

Сердца вой и плачь души неслышны

В ежедневной суматохе дел.

Но услышим песню горькой тризны

Как достигнем истинный предел.

А потом уж прямо за порогом

Миг придёт - настанет тишина,

И склонившись с трепетом пред Богом...

Всех накроет новая волна.


Е.Л.

Я не верю, что только пред Богом

Человек прояснит свою суть.

Есть же те, кто аскезою строгой

Себе к свету очистили путь.

И других повели за собою

К небесам, своей миссии в такт,

Став для них, в своём роде, судьбою

В этом мире, до тризны. Ведь так?

Да и в этом ли дело? Рождаясь,

Только здесь, лишь на этой земле,

Получаем мы бренное тело,

Чтобы руки измазать в золе,

Разжигая костер для семейства,

Чтобы боль испытать, полюбив,

Чтобы самое трудное действо

Превратить в душетрогальный стих.

Быть песчинкой в бескрайней пустыне

И слезинкой в огромных морях,

Но творить так же прежде, как ныне

То, что жизнью зовется не зря.


Д.Г.

Аскеза вовсе не причём,

Ведь не она дарует милость.

Ни то, что следуешь во всём,

Ни то, что всё не получилось...

Не результат всех дел благих,

Не благодушия порывы,

А только дело рук твоих,

Что мы вершим пока что живы.

И честный отче может пасть,

И в рай войдёт в былом блудница...

И ни смирение, ни страсть...

Не, в чём посыл, не, что случиться.

Лишь дело собственно само.

Ведь всех стихов прекрасных строки

В итоге попросту ничто,

Тогда, когда настанут сроки.

Не за стихи держать ответ,

И не, к чему мечту стремили,

Победы были или нет...

Но лишь, как собственно мы жили.


Е.Л.

Лишь то, как человек живет,

Как в промежутке, что имеет

Столь многогранные параметры

И столько переменных неизвестных,

Он суть свою определяет,

Решая уникальную задачу...

Лишь способ, коим можно провести

Тот краткой срок, отмерянный не нами...

И укрощенье плоти здесь, и оргии с развратом,

Наука, мудрость ищущая в цифрах,

Завоевания и мира, и друг друга,

И в вере верность, и в аду смиренье...

Лишь способ, путь, пусть даже дао...


Определит, а был ли смысл в рожденьи.