# Мальчик индиго

Владислав Краних

- Чего тебе?

Мой вид охраннику не нравится. А что такого? Обычный камуфляж, обычные десантные ботинки, и лицо у меня симпатичное, между прочим, как с рекламы элитной мужской парфюмерии. Может, ширина плеч не устраивает? Ну извиняй, спортом занимаюсь.

- Не твое дело, - в тон отвечаю я, перепрыгиваю через турникет и отправляюсь по своим делам.

И что, он погнался следом? Даже с места не сдвинулся. Интересно, а зачем тогда школе охранник? Обязательно спрошу у директора, я же к нему иду. Вернее, к ней. У нас равноправие, то есть засилие женщин.

- Чего тебе?

Это уже дама-секретарь. А ей почему не нравлюсь?! Я молодой, симпатичный. Стройный. Зеленоглазый! И прическа у меня идеальная - брит налысо.

- Не твое дело.

Я прав в обоих смыслах - и что тыкаю, и что не ее дело. К девятикласснику следует обращаться на вы, - как-никак у меня паспорт в кармане - чтоб получить ответную вежливость. И направляюсь я не к ней, а к директрисе. Хотя табличка на двери утверждает, что там директор.

- Подождите в приемной.

Так, директрисе тоже не нравлюсь. Да почему?! Мы еще незнакомы, это предвзятость!

- Время приема посетителей соответствует, очереди нет, - вежливо щерюсь я и пододвигаю стул. - Я на пару минут. Вот.

Немолодая женщина в затруднении смотрит на документы.

- Буду у вас учиться, - радостно сообщаю я.

Директриса почему-то не разделяет моей радости.

- Молодой человек! - звучит возмущенное за спиной. - Выйдите немедленно!

О, прогресс, уже на вы.

- Не распоряжайтесь в чужом кабинете, - ответствую не оборачиваясь.

- По месту жительства, - решает директриса и смотрит недовольно на секретаршу.

Я молча подсовываю справку с места жительства. Она вообще-то не требуется, у меня есть прописка в паспорте, но знаю я эти бюрократические закорючки. Директриса смотрит на справку, неуловимо морщится - я прописан на Короткова, 13, а это бывшая рабочая общага, здание с очень неоднозначной репутацией.

- Личное дело с прежнего места учебы где?

- На руки ученикам не выдается, пересылается по запросу школы, - напоминаю я. - Уж вам-то прекрасно известно.

- Ну не знаю, не знаю... А почему сам?

Все она знает. Но я ей не нравлюсь.

- Потому что паспорт имею. А тетка на работе. Сегодня рабочий день, если кто не заметил, а на такую ерунду, как поступление в школу, отгул не дают. Еще причины поищете, чтоб взятку получить, или мне сразу к Заманскому идти, к Михаилу Адамовичу на прием?

Директриса еле заметно усмехается. Ее смешит моя мальчишеская самоуверенность. Заманский - из городского департамента образования. Попасть к нему на прием намного сложнее, чем прорваться к директору школы. Она это знает. Но знает также, что по имени-отчеству просто так не называют. И не каждый его знает, кстати.

- Как учишься?

- Как научите.

И снова ей что-то не нравится в ответе. Но придраться больше не к чему, и имя Михаила Адамовича уже прозвучало. Она наконец раскрывает мои документы. Ее глаза недоуменно расширяются.

- Турсун-заде, - вежливо говорю я. - Мойша Адольфович. Сокращенно - МАТ. Да, это я.

Директриса в затруднении разглядывает мою абсолютно нордическую, очень симпатичную, между прочим, физиономию.

- Ты это специально, да? - наконец выдает она.

Я смотрю на нее, как на слабоумную. Конечно, специально. Конечно, не я.

- Обычно имя ребенку подбирают родители, никак не наоборот! - укоризненно напоминаю я. - Ну, я первого сентября приду? Мне в какой класс, в "Г", разумеется?

Разумеется, я не ошибаюсь. Г - оно везде г, не ошибешься.

Я сижу перед ней и улыбаюсь, как кретин, как будто не подозреваю о своем "счастливом" школьном будущем. Чурка, еврей и фашист одновременно по фамилии-имени-отчеству, тупой нацик по одежде и прическе, смазливый киногерой, гроза девичьих сердец и конкурент местных казанов по физиономии. Ох и веселая жизнь предстоит.

Директриса медленно подписывает мое заявление.

- Охранника уберите! - советую на прощание. - Мешает в школу ходить.

Абзац.

1


Классная руководительница оглядывает меня сверху донизу, потом в обратном порядке. Что, и ей не нравлюсь? Да почему?! Я ж гарный хлопец!

- В рабочих сапогах в школу не ходят, - замечает она.

- Берегу ноги, - признаюсь я. - В берцах пинаться безопасно.

- У нас в школе не дерутся! - правильно понимает она.

- Будут! - уверяю я жизнерадостно. - Чтоб новичка, еврея, чурку, неформала и к тому же красавчика не били? Так не бывает.

Учительницу мое веселье настораживает еще больше.

- Приноси сменную обувь.

- Не на что купить, - сообщаю я, и это правда.

- Да что вы говорите? Как телефоны покупать...

- Телефона нет, - вставляю я.

- ...дорогие сигареты брать каждый день...

- Не курю, - сообщаю я абсолютную правду.

- ... так деньги находите! - заключает классная руководительница раздраженно и ведет меня в класс.

- У нас новый ученик! - сообщает она с порога. - Турсун-заде, Мойша Адольфович.

Тридцать человек замирают, затем грохочет смех. Называется - поставила на место. Ай, как нехорошо, а еще взрослый человек, педагог.

- Надеюсь, вы подружитесь, - заключает классная руководительница с милой улыбкой. - А то наш Мойша уже приготовился к драке, в рабочих сапогах пришел.

Я улыбчиво разглядываю смеющихся парней, они меня, и шум сходит на нет. Как-то непохож я на тех, над кем можно смеяться. Ну извиняйте, спортом занимаюсь.

Свободное место - в конце класса. Стол еле держится. Стул... легонько толкаю ногой, и хлипкая конструкция складывается.

- Вернусь через пару минут, - предупреждаю безмолвную молоденькую учительницу и выхожу.

Приемная открыта. Хороший стул там есть, дамы-секретаря нет. Ну а если б даже и была? Возвращаюсь, извиняюсь - я вежливый, между прочим, когда со мной вежливы - и тихонько устраиваюсь.

Из учебных принадлежностей у меня - тетради и авторучка. Мало, но обычно этого хватает. Так, что тут у нас? Вслушиваюсь сквозь легкий гул - ага, химия. В начале года - металлы. Скучные азы - положение в периодической таблице, классификации, свойства. Что дальше? Основные соединения, реакции, линейка Бекетова... Делаю вывод, что в основном это знаю, и отключаюсь. Впрочем, не скучаю, у меня же есть тетрадь и авторучка. И мозги.

- Миша, почему без учебника?

Учительница. Надо же, как тихо подошла. Маленько увлекся. Это нехорошо. А если б убийца вот так незаметно подошел? Как полгода назад, а? Поспешно делаю выводы, зарубаю на носу и мотаю на ус. Отвлекаться - нельзя! А то убьют. С подозрением смотрю на учительницу. Она с недоумением смотрит на мою раскрытую тетрадь. Там - формулы, специальные значки, записи на иностранных языках, подстрочники и много чего еще. Рабочая тетрадь, в общем. Аккуратно закрываю у нее перед носом и укоризненно покачиваю пальцем. Подглядывать - нехорошо, разве не знали? Шпионам можно, их работа, остальным нет. Учительница в затруднении.

- Мне не нужен учебник, - говорю доверительно. - Скажите, что я обязан знать, я это отвечу, и каждый займется своим делом. М-м? И - Мойша, не Михаил, хорошо? Обычное еврейское имя, легко запомнить.

Учительнице мое предложение почему-то не нравится, и она уходит. Я раскрываю тетрадь. Так на чем я остановился? Ага...

На перемене я оказываюсь у выхода из класса быстрее всех и перекрываю его. Народ смотрит недовольно, но больше недоуменно. Ничего, сейчас поймут.

- Тут кто-то ржал над моим именем, - не спеша сообщаю я. - Кому не понравилось?

Ответ задерживается, меня пока что оценивают. Ну и зря, перемена-то короткая, времени мало. Отлипаю от косяка - бамс! Не так уж мне нужны чьи-то признания, я прекрасно запомнил, кто скалился гнуснее всех, и теперь он ошалело трясет головой. Ребята задумчиво смотрят на берцы и не спешат вмешиваться, разве что с любопытством следят за состоянием главного весельчака. Тому плохо, и придет он в себя к звонку, не раньше. То, что доктор прописал.

- Мойша - распространенное еврейское имя, - тихо сообщаю народу. - Означает - вышедший из воды либо, по апокрифам, идущий по водам. Легко запомнить, удобно произносить. Хай живе русско-еврейская дружба, м-м?

Народ пока безмолвствует. Освобождаю проход. Тут же материализуется классная руководительница.

- Все в порядке, Михаил?

- Не Михаил, а Мойша! - невинно поправляет какая-то девчонка из-за спин. - Простое еврейское имя. Легко запомнить, удобно произносить. Означает "вышедший из воды", то есть утопленник.

Пролетает легкий смех. Надо же, запомнили и уже передразнивают. И кличку прилепили, не самую плохую из возможных, между прочим. Мне это нравится, и я благосклонно киваю.

- Начинаем дружить! - заверяю учительницу. - Делаем первый, самый важный шаг.

Учительница с недоверием оглядывает массовку.

- Смотри, не роняй честь класса, у нас собраны лучшие! - предостерегает она на всякий случай и убывает.

Соображаю. Ага, в этой школе для конспирации принята обратная литерация классов - лицейский для избранных спрятан под "Г". То есть мои однокласники - лучшие?!

Абзац.


2

Второй урок - тоже химия. А почему? Или преподавателей не хватает, или кое-кто расписание не умеет составлять. Ай как нехорошо. Преподавательница явно не знает, что делать, для нее сдвоенный урок тоже полная неожиданность. С отчаяния вызывает меня к доске. С отчаяния и чтоб не наглел. А я что? Я ученик, сказали - пошел. Показал расположение металлов в периодической таблице, рассказал об основных свойствах, обусловленных их расположением, немножко пробежался по электронным орбиталям, покосился - слушает. И класс слушает, оценивает. Продолжать, что ли? Перечислил распространенные классификации металлов. Слушают? Ну...записал основные реакции переходных металлов, покосился. Какая-то странная реакция. Похожа на отупение, но не оно. На всякий случай перешел на легкий, так называемый научно-популярный, стиль изложения, рассказал, почему никель называли "дьявольской медью", незаметно перескочил на никелевые сплавы, с них на жаропрочность, ползучесть при высоких температурах и технологические проблемы изготовления сопел ракетных двигателей. Покосился - слушают! Интересно, в лицейском классе нормой ответ в пол-урока длиной? Тогда я крепко недооценил уровень одноклассников! Заканчиваю со звонком на теме никель-рениевых сплавов и их слабом теоретическом обосновании. Смотрю с надеждой: теперь-то достаточно?!

- У вас слишком обширные знания по теме, - слабым голосом говорит учительница. - И не по теме. Слишком. В девятом классе столько не надо.

- Так остановили бы! - возмущаюсь я. - Моргнули бы глазочком, нетрудно!

- Вас сложно остановить.

Учительница чуть ли не раскланивается и удаляется нетвердой походкой. Опа! Она перешла на "вы" и, похоже, готова именовать по имени-отчеству! Я не хотел. Честно! Откуда мне знать, сколько и чего положено отвечать в лицейском классе, я в нем никогда не учился! Я вообще в школе не учился!

Абзац.

3

Следующий урок - иностранный язык. Английский, естественно, как будто других интересных вариантов нет. Лично меня в этом году интригует испанский и его производные, но - кто я такой, чтоб ставить условия? Ученик-новичок, сказали идти на английский - взял под козырек и пошел. Достал рабочую тетрадь, вздохнул и, чтоб снять возможные претензии, заговорил с учительницей на языке ее специализации. Объяснил, мол, скажите, что надо знать, я это продемонстрирую, и разойдемся миром. Учительница меня почему-то не поняла. Я что, не на том языке говорю? Ну, не оксфордский вариант, ямайский диалект, но она ведь учительница, профессионал как бы! Пришлось вспоминать, как оно говорится для шестилеток и слабоумных, и артикуляцию почетче, почетче. Тогда дошло, только непонятно, какой вариант сработал - для слабоумных или для шестилеток. А, какая разница? Я удовлетворенно улыбнулся, воткнулся в рабочую тетрадь, и окружающее перестало для меня существовать. Кто превращал сухие подстрочники в божественные созвучия песен, тот меня поймет. Не знаю, что уж там подумала учительница, но с вопросами ко мне не подходила. И то хлеб.

На перемене соученики помчались в школьную столовую. Я тоже заглянул, содрогнулся и сдал назад. Вот я б еще в очередях толкался. Девятый класс как-никак, взрослый, самоуважение в наличии.

В коридоре меня наконец поймали. Долго что-то раскачиваются местные авторитеты.

- Чего вырядился? - неприветливо осведомился старшеклассник, к моему великому удивлению, один, обычно такие по-одному не ходят.

-Не твое дело, - последовал привычный и справедливый ответ.

Действительно ведь не его дело. Старшеклассник считал иначе, будучи на полголовы выше. Даже попробовал властно положить руку на плечо, потом как бы случайно наступить на ногу, но наткнулся на насмешливый взгляд, оценил ширину плеч, уверенный вид - и не рискнул. Ну извиняй, спортом занимаюсь. Таким, который навыки в зубодробительстве развивает, ага.

- В нашей школе нацикам не место, - неожиданно разумно предупредил старшеклассник.

- Не твое дело, - внятно сообщил я и, о чудо, старшеклассник понял и отвалил.

Следующий урок - алгебра, но я на него не пошел, а пошел к директрисе в кабинет. Кто я такой, чтоб противиться? Сказали идти - взял под козырек. Директриса посмотрела задумчиво, развернула ко мне монитор и кивнула, мол, полюбуйся и прокомментируй. Я печально просмотрел сцену в классе. Ракурс неудобный, но то, что я кого-то бью, видно. Как же я не заметил камеру в классе? Невнимательность до добра не доведет. Я еще раз зарубаю умную мысль на носу, наматываю на ус и отливаю в бронзе. И вопросительно поднимаю брови.

- Я послушала ваши ответы на химии и английском, - неожиданно говорит директриса. - Молодой человек, вы кто?

Директриса мне нравится. Как она догадалась, что следует обращаться на "вы"?

- Мальчик индиго, - со вздохом признаюсь я.

Директриса смотрит вопросительно.

- Вы не задумывались, что происходит с юными гениями, когда они взрослеют? - спрашиваю я. - Ну, которые в три года музыку пишут, считают, как суперкомпьютеры, все такое?

- Задумывалась, - к моему удивлению, отвечает директриса. - И даже видела. Регулярно поступают к нам в специализированные классы и взрослеют у меня на глазах. Они...

Директриса неопределенно поводит рукой. Что значит - воспитанная, не умеет материться. Но и языком не вполне владеет, чтоб передавать экспрессивные оценки без матов.

- Экстравагантность на грани нормы? - понимающе улыбаюсь я. - Проблемы в связях с внешним миром? Неуживчивость, психические деривации, слабая физическая подготовка, житейская ограниченность? Так вот, я - один из немногих, кто избежал подводных камней раннего развития и продолжаю развиваться дальше теми же темпами. Мальчик индиго, честь имею.

Я привстаю и на полном серьезе склоняю голову в старорежимном офицерском приветствии. Ну, люблю я показной милитаризм, извиняйте.

- Домашнее обучение? - уточняет директриса.

- Папахен устроил, - вздыхаю я. - Когда задолбался школьные проблемы разгребать.

- То есть школьных документов не будет?

- Почему не будет? - удивляюсь я. - Папахен подошел к знакомой, оформили как надо.

- За взятку? - усмехается директриса, припомнив мои намеки.

- Хуже! - серьезно возражаю я. - Знакомая папахена - прирожденная лохушка, все ей пользуются. Даже взятку стребовать не умеет, за спасибо на подлог документов идет!

- Не стоит неуважительно отзываться об отце, - замечает директриса, думая о чем-то другом, видимо, прикидывая, а не лохушка ли она сама - ну, в моих глазах.

- Да он мне не родной! - легко машу рукой я и, предупреждая нравоучения, продолжаю:

- И не воспитатель. Домашних учителей нанял и умотал. Он больше в Лондоне.

- К нам с мамой переехал?

- Не! - снова машу рукой я. - Мамахен меня к тетке сплавила. Тоже задолбалась, наверно.

Директриса смотрит непроницаемо. В ее голове тяжело укладывается мысль, что мать может выгнать сына, но она молчит, потому что явно навидалась в школе всякого, и гораздо более худшего.

- Да мамахен тоже не родная! - оправдываю я родню. - Бывшая топ-модель, типа певица, все такое, ну, вы понимаете? Она лет на пять всего-то старше меня, с чего б ей меня любить, как сына?

- Вот из семьи олигархов у нас пока что учеников не было, - невольно улыбается директриса, зараженная моей беспечностью.

- Ольга Михайловна, я не доставлю вам неприятностей, - серьезно говорю я. - Я специально пришел в школу в таком виде, чтоб спровоцировать дураков и быстренько пройти акклиматизацию. Я управлюсь за неделю, обещаю. Через неделю вы меня не отличите в толпе!

Директриса недоверчиво качает головой.

- В нашей школе очень сильные национальные общины, - намекает она. - Они не жалуют националистов... помимо себя самих. И в их среде найдутся очень сильные спортсмены. Лучше смени образ. Во избежание.

- Я управлюсь за неделю! - клятвенно прижимаю я руки к груди. - Иначе оно растянется на полгода, мне времени жалко, честно!

Ну не говорить же ей, что у меня просто нет другой одежды. Папахен наказал очень изобретательно, это он умеет, на конкурентах и компаньонах навыки оттачивал.

Выхожу из кабинета просветленный. Мне дарована неделя. Директриса - умная женщина, она мне нравится. Лохушка, правда, но тут ничего не поделаешь. Лохушка - диагноз на всю жизнь, это еще мой предыдущий папахен установил, а он в таких вопросах эксперт.

Задумчиво выхожу за школьную ограду. Неделя. За неделю надо решить вопрос с деньгами. Как-то. Обратиться к тетке? Самый простой вариант, но не вижу причин придумывать сложный. Значит, к тетке. Я прописан на Короткова, 13, но это не значит, что тетка живет там же. Да и не тетка она вообще-то, хотя это к делу не относится. Пока что не относится. Главное - у нее деньги есть. А те, у кого имеются денежки, живут или в центре, или за городом, в Золотом Бору. Я разворачиваюсь к центру.

Они подловили меня на подходе. Но я не зря зарубал на носу, наматывал на ус и все такое насчет внимательности, поэтому машина не сбивает меня, а только окатывает грязью из лужи. Распахиваются дверцы - я сую руку в папку с тетрадями. Выскакивает бугай на голову выше меня, целенаправленно прет наперехват. Раздается хлопок, и бугая сносит на машину, на лице красное пятно. Второй хлопок, матерный вопль из салона, и машина, вихляясь, едет до ближайшего столба. Все, снаряженных стволов больше нет. За спиной раздается непроизвольный ох. Резко разворачиваюсь. Две девицы из моего класса стоят и таращатся на тело на асфальте. Это вместо того чтоб бежать. Смелые, уважаю. Или тормознутые, тогда наоборот.

- Ты их убил? - лепечет одна. - А чем?

Вот это любопытство! Уважаю, вот честно - уважаю! Но дура.

Достаю из папки трубку, развинчиваю, клапана выкидываю в одну сторону, стволы в другую.

-Уже ничем, - сообщаю я и мило улыбаюсь.

Девицы по-прежнему в неадеквате. Догадываюсь обозреть сцену со стороны. М-да. Две фифы в мажорной упаковке, я перед ними в униформе, кровавое тело за спиной, и грязь с живота течет на тротуар. Абзац!


4


Тело на дороге заворочалось и село, ощупывая лицо. И из битой машины доносятся отзвуки жизнедеятельности. Сейчас ругаться начнут, а оно мне надо? Я и сам знаю, что резиновым шаром по роже - больно. Ну извиняйте, кроме самодельной пневматики, ничего не успел смастерить.

- Чего встали? - намекаю фифам. - Свидетельницами в полицию захотели?

Они не хотят, я тоже, и мы расходимся, не обменявшись телефонами, то есть быстро.

Я не сомневаюсь в принадлежности нападавших. Они от дяди, того, который по первому папахену. Я ему славно на финансовую мозоль наступил, хочет вернуть утраченное. О, или от другого дяди, по второй мамахен! Этому я ни на что не наступал, он сам хочет мне наступить, потому что считает беззащитным. Хотя... последняя мамахен тоже поглядывала как-то мстительно. С ней я просто характерами не сошелся. Да я ни с кем характерами не схожусь, ничего удивительного. В общем, они в любом случае от моей родни. Нормально так, обычные будни олигархов. А кто на меня еще может бойцов службы безопасности науськивать, ну не шпана же школьная. Только свои.

Отбился - здорово, но от денег меня классно отсекли. К тетке не подойти, банковские карты заблокированы, тут папахен расстарался. Где взять денег, не вопрос, они у меня есть. Вопрос - как до них добраться.

Топаю по грязным тротуарам к Короткова, 13, и соображаю так и этак. Получается, что надо вскрывать заначки. Рановато, заначки вообще-то для кризисов предназначены. Значит, он самый и наступил.

Перед отправкой в ссылку меня дочиста обобрали, очень на меня папахен осерчал. Решил, что я к его нынешней жене подкатываю. На самом деле это она ко мне, но от перестановки слагаемых в сумме все равно выперли в Усть-Урюпинск с минимальным комплектом одежды в разбитую комнату бывшей рабочей общаги. На минимальное денежное довольствие, равное прожиточному минимуму, и то пересылаемое не мне, а якобы тетке. На прожиточный минимум! Они меня со свету сжить вознамерились, не иначе! Что характерно, было б за что. Жена его подкатывала безрезультатно, и вовсе не с интимными предложениями, а с насквозь своекорыстными. И все равно - бац, и в Усть-Урюпинск. Последний мой папахен крут во гневе и с головой не дружен, как с бизнесом управляется, непонятно.

Нет, в таком виде даже по Усть-Урюпинску ходить западло, вон как прохожие поглядывают. Со вздохом отрываю от одежды пару-другую пуговиц и ищу ломбард. Золото - оно и в Усть-Урюпинске золото, а пуговицы папахен не догадался проверить на фальшивость. Контрабандист хренов, привык работать под покровительством, от практики далек. А я с нее начинал.

Ломбардов в городе - прорва. Чем голодней население, тем жирней ломбарды, давно известно. Общение с любителями процветать на бедах людских, то есть моих, прошло очень тяжело. Они бы еще с доплатой золото принимали! Мироеды. Вот доберусь до них, как до дядиного бизнеса добрался, заплачут. Или бойцов подошлют. Ничего, убойной пневматики накрутить - дело пары вечеров. Я и со снайперкой могу, но когда-то начинал именно с самоделок и еще не забыл, как оно делается.

К вечеру я стал похож на человека. А вечером у меня спорт. Ну люблю я это дело, и жизнь иногда помогает сохранить, вот как полгода назад. Мне бы еще спортзал найти. Бег бегом, но и рожи бить надо, а это только в спортзале. А не будешь бить - навык утратится. Вопрос, есть ли здесь вообще такой спортзал? Мне ведь именно рожи бить надо, а не на кулаках отжиматься.

Ночью я зарабатываю деньги. Вообще-то в Усть-Урюпинске страшная безработица и неприкрытая нищета, как и по всей стране, в магазинах половина покупателей в долг берет, но меня это не касается. Я - редкий специалист. И у меня теперь компьютер есть. Он, конечно, у многих есть, только у меня к нему голова прилагается. А в ней - знания. Я же - мальчик-индиго, гений с младенчества, и все еще расту.

Я успел заработать немножко и заработал бы больше, только в общежитии вырубили электричество, а аккумулятор я на всякий случай решил не тратить. Заначка - вещь полезная, сегодня убедился, да и раньше приходилось.

Нет, это разве двадцать первый век?! В центре страны, в немаленьком городе - регулярные обесточки целых районов! Абзац!

5

Как можно молодому человеку заработать деньги в стране, пораженной массовой безработицей? В общем случае никак, но я исключение, потому что умный. Физический труд я отбросил сразу, потому что там безработица и конкуренция, а я конкуренции не люблю, я привык быть исключительным. Умственный труд в нашей стране я отбросил вторым шагом. И не потому, что не люблю и умственный труд. Не любил бы, не был бы умным. Но в нашей стране в сфере умственного труда или не платят, или платят издевательские копейки, да и не особо он востребован, этот умственный труд. Как, собственно, и умники. И тогда остается что? Правильно, работать умственно, но за границей. Компьютер это позволяет... ну, действительно умным позволяет, вот как мне.

Среди прочего я зарабатываю деньги книгоиздательством. Очень выгодный бизнес, между прочим. Для меня - выгодный, если быть точным, так-то книгоиздатели разоряются в массовом порядке, видеокультура и сетевые пираты давят последних могикан печатного слова, как клопов. Хм. Я в некотором роде тоже пират и тоже их давлю. Хм. А что они ведут себя, как клопы?!

Как же выкручиваюсь я? Не тайна, все равно за мной никто не сумеет повторить. Я, во-первых, работаю за границей, где авторские права хоть как-то блюдут, во-вторых, для своего издательства я же являюсь единственным и неповторимым автором, а также корректором, редактором, художником, дизайнером и всеми прочими потребителями дохода. Я все делаю сам, потому что гений. Конечно, не один я такой хитрый, и до меня возникали издательства из одного человека, но я один такой умный, в результате мои книги востребованы, а их - не очень. А все потому, что я издаю гениальные книги. Где я их беру? Ну не пишу, еще чего не хватало, на глупости у меня времени нет. Я их перевожу. И забываю указать авторов в выходных данных, поэтому по ошибке книги считаются моими. Очень удобно при дележке дохода, на один вообще делить приятно. Как меня не поймали? А как меня поймать? Кто их знает в мире вообще, этих русских авторов, кроме их самих? А сами авторы про мой плагиат сроду не узнают, потому что я перевожу с русского на европейские языки, публикую книги под другими названиями и при переводе вольно обращаюсь с сюжетом, именами героев, композицией, языковыми средствами и прочими авторскими инструментами. В общем, с чем только я вольно не обращаюсь. В результате книги не узнать. Да русские авторы книги на других языках и не читают в силу слабой языковой подготовки, куда им меня ловить. Что смешно, иногда изданные мной книги переводят обратно на русский. И никто еще из авторов свою книгу не опознал. При таком переводе, да еще двойном, и я бы свою книгу не опознал. Так что мой бизнес цветет и процветает, на Амазоне и подобных площадках, и приносит мне приличные суммы. И заодно тешит самолюбие. Какое в литературном мире последнее самое яркое явление? Вот именно, "русский Золушка", настоящий бум книг, созданных сумрачным, непознаваемым гением русского народа. Так вот, это я его создал. Кто-то скажет - процветаю на воровстве, по литературному - на плагиате. Ну и пусть говорят. Попробовали бы сами. Но сразу предупреждаю - лучше не пробовать, воровать тоже надо уметь. Я, кстати, сам у авторов не ворую, для этого сетевые пираты есть. А уж я у них.

Как делать востребованные книги? Тоже не секрет. Для начала нужно владеть иностранными языками не хуже родного, а родным блестяще. Не владеете? Ну извиняйте, за границей языки надо было осваивать, местные словечки и языковые примочки впитывать, а не на пляже валяться свиной тушей, как, к примеру, мой второй папахен. А потом обижается, что я ему бизнес зажимаю. Далее - надо иметь талант переводчика. Думаете, при наличии электронных переводчиков любой сможет? Ну, попробуйте перевести знаменитое есенинское "неуютная жидкая лунность" - адекватно перевести, сохраняя дух эпохи и сочность языка - а я на вас посмотрю. Никак? Ну, тогда извиняйте. Я-то могу без проблем. Остальное просто, действительно просто. Новое литературное течение "русский Золушка" подкупает в том числе именно простотой. Как я его создал? Да без проблем, просто обработал горы масс-литературы: боевики, книги про попаданцев, женские романы, фэнтези всех сортов и видов, триллеры-мистику-хрень-дребедень - выбрал оттуда самые примитивные моменты, сплавил воедино да пересказал откровенно, только и всего. Получился стиль "русский Золушка", Откровенный, как русский мат, отражающий простые мечты простого русского человека, так отражающий, что западный читатель трясется в экстатическом ужасе и читает, читает. А как не трястись, если главный герой нашего времени через раз планирует устроить Англии армагеддец, мило и простодушно, или танковые колонны через Северную Америку прогнать, да не от нечего делать, а во имя исторической справедливости, как он ее, справедливость, своим простым умом понимает?

Главного героя нашего времени, то бишь ГГ всех моих, скажем обтекаемо, обработок, азартно исследуют литературоведы всего мира и все не могут понять, ну сумрачный русский гений, как к нему подступиться, а на самом деле там все просто. Гнусный он тип, этот Герой нашего времени, только и всего. Чего там понимать?

Для начала - он молод. Это - обязательное условие, про старика читать не будут. Мне могут возразить, что в "русский Золушка", который на родине вообще-то называется альтернативкой или попаданчеством, полно персонажей, которые, прожив долгий и содержательный срок, попадали в другой мир, в другое время и в другое тело, чтоб там реализовать свои преимущества перед аборигенами за счет наработок прежней жизни. Взять того же Арсеньева, Кононюка (или Королюка? Вечно их путаю, не могли псевдонимы поярче выбрать, фантасты хреновы!), Метельского того же - их герои частенько по происхождению старики, разве не так? Ну, возразить-то можно, особенно авторам, только, кроме возражений, неплохо бы героям и психику старческую прописать. Хотя бы эскизно. Ан нет, все герои щеголяют молодежной лексикой, привычками и физиологическими реакциями - и, кстати, такие же придурки. Можно бы отбрехаться, мол, не умеют авторы прописывать, не владеют ремеслом. Отбрехаться можно, а факт стереть нельзя. По факту же герой нашего времени - молод. Со всеми недостатками, свойственными молодости, и без благоприобретенной житейской мудрости, каковая должна бы иметься по определению, но что-то я ее не нашел. Что у Метельского герой молодой придурок, что у Кононюка - или Королюка?! - что у прочих. Я не критикую, господи упаси, просто отмечаю: герой - молодой придурок. Таким и выставляю в переводе, откровенно, прямым текстом. И читателям нравится моя откровенность!

Еще одна непременная особенность героя нашего времени - у него закавыка с женщинами. Несмотря на то, что молод. Скажете, фи, как грубо. А что это, как не закавыка, если герой что ни книга пользуется услугами проституток, подставных женщин, присланных для утехи дев, да еще и по нескольку штук зараз, и с удовольствием пользуется, хвастается этим, гордится даже? Кто-то из почитателей может сказать - мужчинам положено. А я и не спорю, боже упаси. Вот только - каким именно мужчинам? Если по моим, гения, наблюдениям, то только тем, у кого закавыка с женщинами. Все прочие, например, я, предпочитают взаимность. Еще одна примета закавыки - герои безропотно допускают хлестание себя по мордасам, по уважительным причинам и надуманным, без разницы. Допускают, как будто это само собой разумеется. Мне скажут - такое бывает. Да бывает, кто ж спорит, еще и не то бывает. Но у большинства мужчин нормальная реакция - дать в ответ, и эта нормальная реакция аж светится в глазах, таким не очень-то похлещешь по мордасам, тут как бы самой не огрести. Весовые категории, между прочим, не очень совместимы, мужик даст раза, и развалится женщина на запчасти, и это соображение влияет в жизни на взаимоотношения, еще как влияет. Так что - закавыка, к доктору не ходи. И еще одна примета есть: нынешние герои нашего времени выбирают себе спутницу-подругу-пару по сложному набору критериев, тем не менее называемому очень просто. Вот элитные проститутки так выглядят. Ну и что это, как не закавыка? Вам бы хотелось дарить свое сердце (и свои средства, между прочим) шикарной дамочке, у которой баксы в глазах горят? Мой первый папахен, например, таким дарил, как вспомню, так вздрогну, хорошо, что я не от него. Но его хотя бы извиняет возраст, у семидесятилетнего богатого урода других вариантов нет, а Главного Героя ничего не извиняет, даже то, что он придурок. Так что - закавыка, и не спорьте.

Еще Герой нашего времени - и моих переводов - не умеет ничего делать. Вообще ничего. Читатели, а то и авторы, могут возразить, мол, поклеп, вот же про ГГ написано, что крутой спецназовец, а тут - что инженер, а вон там вообще супер-пупер, Черный Мех, гениальный мастер-рукодельник! Ну, возразить можно, а подтвердить нечем. Неумелость героев нашего времени изо всех щелей лезет, а авторы даже не замечают. Якобы крутые спецназовцы у них спотыкаются, роняют оружие, отвлекаются на болтовню - ну не смешно ли? Скажут - любой может ошибиться. Ага-ага. Вы видели спотыкающихся канатоходцев? Я - нет, потому что они - профессионалы. Или, к примеру, строители. Если б они спотыкались, как крутые Герои нашего времени, летали б со стен каждый день и давно бы вывелись как вид. А Главный Герой нашего времени не выводится, наоборот, лихо строит домны в средневековье, реактивные самолеты в России тридцатых, но в основном оружие - как можно больше суперсовременного, смертоубийственного оружия! При этом не подозревая о сложностях создания любого производства. Поклеп? Тогда попробуйте поставить хоть какое-нибудь производство с нуля, хоть производство тротуарной плитки. Именно с нуля. Я, например, пробовал. Проблемы? То-то и оно.

Еще Герой нашего времени любит награды. Без ордена ему жизнь не в радость, а без звания Героя - нет, трижды Героя! - вообще не удалась. А я что? Я ничего, я просто перенимаю работающий прием. У Конюшевского Главный Герой в наградах по задницу, у всех его последователей тоже - и моему Герою нашего времени ордена хоть на спину вешай.

И скопидомничает Главный Герой, как будто рассудком тронулся на почве накопительства. После каждой эпической битвы ништяки собирает и от того дикое удовольствие получает, как будто смысл жизни обрел. И ворует Главный Герой охотно, не забывая приговаривать о честности, и роскошь обожает, сражаясь за счастье народное... И читателям это нравится! Ну, значит, и мой Герой таков же, только без прикрас и обмана: вор и любитель роскошной жизни.

Последнее, что пришло в голову перед сном: что, ну что хорошего находят читатели в этом Говнюке?! Абзац.