# Стекло

Артём Николаевич Костин

Артём Костин.

"Стекло".

Через маленькое окошко, в кладовку, проникал свет. Он падал в центр небольшого помещения, всё остальное пространство которого, занимала темнота. Но и в тёмных углах угадывались очертания неких предметов, коими являлись инструменты и старые вещи.

Вещи эти напоминали бедняг, попавших в дом престарелых - свой век они отжили и никто не хотел тратить своё личное время на продление их существования, и потому, было решено отречься от них. Но чувство ностальгии и мысль: "а вдруг понадобятся?" не позволили полностью воплотить задуманное, и быт прошлого окунулся в пелену, порождённую пылью.

Но находилось в этом сарае кое-что ещё.

Жизнь.

Новая, ещё не окрепшая и, бесспорно, прекрасная.

Бабочка.

Только что выбравшаяся из кокона, будто скинувшая с себя тёплое одеяло, она облетала малую территорию, обучаясь новым возможностям. Давались навыки нелегко, и потрясающему созданию требовалось огромное количество сил и совсем немного времени.

Без внимания бабочки не остался свет.

Он манил её, зазывал к себе.

Вот, куда нужно лететь. Там будущее, смысл её рождения.

Полетела.

Набралась сил и полетела. А в полёте видела неописуемую красоту. Зелёные краски внизу и голубые наверху. Такие манящие.

Ещё немножко.

Раз. И удар.

Что это?

Ещё раз.

Она начала порхать крыльями и стремиться вперёд. Но ничего не получалось.

Вот она зелёная трава, а вот - и голубое небо. Цветы на любой вкус. Вот лето.

Туда, к нему. К своей мечте.

Так отчего же у неё не получается? Почему она не может покинуть тёмный и грязный квадрат? Почему не может оказаться среди красок?

Ещё раз. Взмахи крыльев. Проползти чуть выше, в сторону. Взмах. Вперёд.

Нет.

Лето по-прежнему было где-то впереди. Яркое и доброе. А сзади, тайком, на неё поглядывали дряхлые вещи. И пустота. Холодная такая.

Не знала бабочка, что выбраться из заточения ей мешает окно. Такое тонкое, хрупкое стекло. Преграда, которой практически нет.

Не знала бабочка и того, что выход был совсем рядом. Вон там, чуть выше, слева. Щель между рамой и прилегающей к ней доской. Легко можно выбраться.

Но бабочка не понимала. Не была в состоянии понять.

Так и пыталась она ещё много раз вперёд пролететь. То со всей силы, то легко, словно падая. А лето так, там и находилось. Жило само по себе. И жизни этой радовалось.

Отчаялась совсем бабочка.

За что? Ведь я же родилась! Мечта у меня есть! Я жить хочу, а не засохнуть во мраке! И вот же солнце светит, лучами всё своими озаряет. Другие бабочки летают, и я хочу. За что мне это стекло? В чём смысл?

И умирала бабочка глядя на свою мечту. Такую близкую, но недоступную для неё.

Много дней так прошло. Пока в кладовку не вошёл ребёнок. Дверь распахнулась, и в помещении стало больше света. Зажмурились с непривычки бабушки, да дедушки бытовые. Непривычно им было. Даже неприятно.

Маленький мальчик, видимо, был послан отцом за каким-то инструментом. Он нашёл необходимое, но отвлёкся, услышав биение крыльев несчастной о стекло.

Залюбовался.

Красивая.

Но жалко ему стало маленькое существо. Что за несправедливость? Нельзя тут находиться. Ей свобода нужна.

Надо помочь. Главное - поймать.

Мальчик залез на стоящий под окном сундук, заполненный старой одеждой, и дотянулся рукой до бабочки. Взял за крылья.

Она сопротивлялась. Пыталась высвободиться, но мальчуган держал крепко.

Спустившись на землю, ребёнок вышел на улицу. И аккуратно так, с замиранием сердца разжал пальцы.

Бабочка полетела.

И счастью не было предела.

Она там, где мечтала оказаться. Она часть мира, часть лета. Кончились страдания. Позади паника и страх. Впереди - свободный полёт.

Не ощущается холод - а согревает солнце.

Нет отчаявшихся и смирившихся - а есть живые.

И те, кто борется за жизнь.

И она стала частью жизни.

И она начала жить.