# Лечея, гл. 15

Веда Корнилова

Нам все же удалось встретить мужа Искры до того, как началось рассмотрение его дела. Еще на подходе к зданию суда я заметила отца Новицы, той безголовой особы, которая сейчас сидит в монастырской тюрьме, и из-за которой в их семье и пошли все неприятности. Рядом с ним стоял высокий молодой человек, которого можно назвать настоящим красавцем - вьющиеся светлые волосы, правильные черты лица, голубые глаза... Понятно, это Любим, муж Искры. Надо сказать, что Милан, маленький сын его и Искры, очень похож на своего отца - тоже вырастет очень привлекательным человеком. Что ж, теперь мне понятно, отчего богатый торговец выбрал этого красавца себе в будущие зятья - похоже, надеялся, говоря грубо, хотя бы внешне улучшить породу. Ну, а кроме того рассчитывал и на то, что в браке с его дочкой хоть кто-то из детей этой пары уродится не только красивым, но и здоровым: мол, наследственность - это дело такое, что можно ожидать чего угодно, в том числе и рождения здоровых наследников, или хотя бы одного...

Немного в стороне стояла Искра, но мужчины к ней не подходили, и если отец Новицы старательно делал вид, что невестки рядом нет, и он ее в упор не замечает, то Любим явно чувствовал себя не в своей тарелке, то и дело бросая растерянные взгляды на жену. Похоже, будь на то его воля, он бы сию же минуту ушел отсюда, причем вместе с Искрой, только вот отец, стоящий рядом, не позволит ему это сделать. Впрочем, мне уже давно стало понятно, что здесь все решения принимает только глава семейства.

Мне следовало поторапливаться, потому как, судя по времени, вот-вот должны были начаться заседания по судебным делам. Я подошла к Любиму и произнесла:

- Мне надо с тобой поговорить.

- Что?.. - растерялся тот.

- А ты что тут делаешь?.. - не скрывая неприязни, поинтересовался у меня папаша молодого красавца. - Все беды в нашем доме с тебя начались, а ты для чего-то еще и сюда пришла!

- Ну, предположим, не с меня, а с того, что натворила ваша дочка.

- Шла б ты отсюда, а?.. - скрипнул зубами папаша. - Пока я добрый, но могу и разозлиться.

- Ты повежливей на поворотах... - посоветовал Вячко, стоящий рядом со мной. - А не то ты мне, мужик, совсем не нравишься.

- Ты крутишься возле этой ведьмы, вот и крутись дальше, а к нам не лезь!.. - только что не огрызнулся тот в ответ.

- Вот что... - подняла я руку. - Вы бы, уважаемый, повежливей относились к моему спутнику, ведь это он спас вашу дочь, когда ее ухажер решил с ней расправиться... Впрочем, сейчас не до ненужных перебранок. Любим, мне нужно с тобой поговорить.

- Нечего с ним разговаривать... - перебил меня папаша.

- Это уж позвольте мне решать. Любим, отойдем на пару шагов.

- Он будет здесь стоять!.. - рыкнул мужик.

- Хорошо, можно поговорить и при вас. Любим, поверь мне - ты совершаешь ошибку. Тебе ни в коем случае не стоит разводиться, вернись к жене и сыну.

- Чего?! - только что не рявкнул папаша. - Это что, Искра, что ли, надоумила тебя такое сказать? Никак, заплатила тебе хорошо, наняла, чтоб мужа не потерять? А еще ноет, что мы ее выгнали без единой монеты за душой, и как дальше жить - не знает! Как видно невестушка, почти что бывшая, не хочет брошенкой оставаться?

- Зачем вы так... - всхлипнула девушка. - У нас же с Любимом хорошая семья была! Да и сынишка у нас такой славный! Как он без отца жить будет?

- Что, на жалость решила надавить? Мне лучше знать, какая семья нужна моему сыну. Не ты первая, Искра, и не ты последняя, кто разводится, тем более что ты сама во всем виновата, а потому твое приданое у нас останется, как возмещение за то, что ты натворила.

- Я ничего плохого не делала, в отличие от Новицы... - голос у Искры чуть дрожал.

- Цыц, в препирательства она еще вступать будет! Мне дочку надо от тюрьмы спасти, и ради этого мы пойдем на все - на то и дана семья, чтоб друг за друга стоять. В отличие от тебя, Любим это понимает, и с моим решением не спорит. Он сестру любит и родителей почитает, их решениям не прекословит. Сейчас мой сын разведется, и надеюсь, что больше ты с ним не встретишься, а не то я за себя не отвечаю, ясно? И чтоб отныне близко к нашему дому подходить не смела, поняла?

- Вы и сами понимаете, что во всей этой истории виновата только ваша дочь, но предпочитаете свалить вину на другого человека... - я старалась говорить спокойно. - Любим, подумай сам: ну разведешься ты с женой, женишься на другой, которая вряд ли тебе нравится, получите вы деньги, ради которых ты сейчас семью потеряешь, а что потом? Ты об этом задумайся.

- А ты в наши семейные дела не лезь, поняла?.. - папаша стал выходить из себя. - Сами разберемся, без чужих советов. Чтоб ты знала - у нас уже и дата новой свадьбы назначена, и гости на праздник уже приглашены, так что не суй нос в чужие дела, сами все решим.

- Любим, разве ты сам не понимаешь?.. - продолжала я, не обращая внимания рассерженного мужчину. - Хоть о своем сыне вспомни, которого бросаешь! Тебя, по сути, продают и покупают, но ты подумай вот о чем: деньги, которые вам пообещали, уйдут быстро, а с новой женой тебе придется всю жизнь рядом находиться. Стоит ли это того, чтоб ломать свою жизнь и оставлять сына?

Молодой человек за все это время не произнес ни слова, лишь стоял, опустив голову - судя по всему, он и сам не был в восторге от всего происходящего, но перечить отцу не смел. Я только хотела продолжить разговор, но в этот момент из дверей суда показался мужчина, и громко произнес:

- Заседание суда начинается. Проходите, кто первый в очереди.

- Идем... - бросил папаша Любиму. - Ну, чего стоишь?

Однако молодой человек не двигался с места - тут и без лишних слов ясно, что ему не хотелось идти в суд, и отец это понял.

- Нам твою сестру надо спасать, а ты еще раздумываешь? Может, эту бабу решил послушать? Никак против семьи решил пойти? Или ты делаешь, что я тебе велел, или прокляну!

Вздохнув, Любим, не поднимая глаз от земли, покорно отправился (вернее, побрел) вслед за отцом, а вслед за ними, вытирая слезы, последовала Искра. Когда они скрылись за дверями суда, Вячко повернулся ко мне.

- Похоже, мужик держит всю свою семейку в кулаке, и никто ему возразить не смеет.

- Так и есть.

- Разведутся?

- Думаю, да.

Долго ждать не пришлось: не прошло и четверти часа, как из дверей почти что выбежала Искра. Судя по ее заплаканному лицу, все ясно без долгих объяснений - развод состоялся. Мне осталось только взять Искру за руку и кивнуть Вячко:

- Пошли. Надо ее домой отвести.

- А как же...

- Лично у меня желания видеть тех двоих нет, тем более что ничего нового от них мы не услышим.

Когда мы немного отошли от суда, Искра повернулась ко мне.

- Ты ведь могла заставить Любима остаться со мной! Почему это не сделала?

- Человек должен сам выбирать свою судьбу и нести ответственность за свои поступки - это основное, чему меня учили. Попытаться объяснить человеку, то он поступает неверно - это одно, но вмешиваться и магически подталкивать его к какому-то решению - это совсем другое.

- Любим так ничего в суде и не сказал... - прошептала Искра. - Он только кивал головой...

- Я попыталась отговорить твоего мужа от неверного решения, но он не рискнул пойти против своего отца, хотя было видно, что разводиться с тобой ему не хочется... - мне только и оставалось, что по-настоящему досадовать. - Я понимаю: в их семье так заведено, что отец - это непререкаемый авторитет, и все обязаны его слушаться, но в то же самое время у Любима уже есть своя семья, о которой он должен заботиться, и растить своего сына. Если уж на то пошло, то давай вспомним то, о чем говорят церковники. Знаешь, от Матфея есть святое благовествование, где сказано: "Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью; так что они уже не двое, а одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает". Увы, но это не ваш случай.

- Просто Любим не может ослушаться отца.

- А своей головой он думать не пробовал? Очень, знаешь ли, полезное занятие.

- Я так надеялась, что Любим все же пойдет против воли отца.

- Тут мне тебя порадовать нечем.

- Когда Любим только стал за мной ухаживать... - Искра горько улыбнулась. - Я просто не верила, что такой красивый парень может обратить на меня внимание, но он был таким милым и добрым, внимательным... Потом его отец к нам пришел, сказал, что его сын влюблен в меня, и ни о какой другой невесте даже думать не хочет. Сказал, что если мы с моей матерью желаем, чтоб наша с Любимом свадьба состоялась, то у меня должно быть хорошее приданое - только в этом случае он даст свое согласие на брак. А у меня как раз дедушка умер, оставил нам с матерью в деревне ферму, дом и сыроварню. Тетя, сестра моей мамы, отдала нам все свои сбережения, да и после кончины отца у нас кое-какие средства остались, брат матери нам денег подкинул... В общем, всего этого хватило мне на очень даже неплохое приданое, хотя отец Любима кривился - мол, могли бы куда лучше невесту отыскать, ну да ладно, согласен и на то, что есть... Теперь я осталась и без мужа, и, можно сказать, без монеты за душой, потому как еще до брака было условлено и подписано у стряпчего, что, дескать, если случится такое, что мы разведемся, то мое приданое в любом случае остается в семье мужа... Сейчас я бы так не проступила, но тогда влюбленная была, глупая, на все была согласна, лишь бы с Любимом быть...

Н-да... - подумалось мне, бывший свекор Искры все заранее просчитал. Ничего не скажешь, продуманный человек, только вот как бы эти расчеты ему, в конечном счете, боком не вышли.

Когда мы дошли до дома, где жила Искра, она повернулась к нам и бледно улыбнулась.

- Спасибо, что проводили..

Кажется, бедняжка держится из последних сил - что ни говори, но своего мужа она очень любила, и все еще не может принять то, что отныне они не вместе. К воротам уже спешила мать Искры, которая, глянув на заплаканное лицо дочери, все поняла, и только вздохнула. Понимаю ее: среди простых людей все еще принято считать, что развод пятном ложится на репутацию женщины (дескать, с хорошими женами мужья не разводятся), и потому после расторжения брака почти все разведенные женщины так и остаются одинокими до конца жизни. А уж если, ко всему прочему, и денег за душой у бедняжки нет, то жить ей придется, отказывая себе в очень и очень многом.

- Вот что, Искра... - заговорила я. - Мы, конечно, сейчас уйдем, но перед этим я хочу посмотреть твое будущее. Раньше это сделать я не могла, потому как было неизвестно, какое решение примет твой муж, и как дальше сложится ваша судьба. Теперь же ваши дороги разошлись, так что...

- Вряд ли меня ждет хоть что-то хорошее...

Через несколько минут, сидя в комнате Искры, я бросила руны. Хм, интересно... Протянула над ними свои ладони, прочитала заклинание, снова собрала руны и снова их бросила. Надо же, не ожидала...

- Ну, что там?.. - спросила Искра. - Вернется ко мне Любим, или нет?

- В твоей будущей жизни я его не вижу, а в остальном... Знаешь, очень скоро ты познакомишься с человеком, за которого выйдешь замуж.

- Никто мне не нужен!

- Мы все говорим подобное в минуты отчаяния... Так вот, этот человек, твой будущий муж, окажется старше тебя чуть ли не вдвое, и он, конечно, совсем не так красив, как Любим, но зато богат. Как я поняла, у него несколько лет назад умер маленький сын, а потом скончалась и жена, и с той поры этот человек одинок. Когда он впервые увидит твоего сына Милана, то в первое мгновение подумает, что внешне этот ребенок удивительно напоминает его умершего сына, и мужчина более не захочет с ним расставаться - решит, что это судьба возвращает ему потерянного малыша. Ты ему тоже очень понравишься, так что жди ухаживаний, подарков, а потом и предложения руки и сердца. Отказываться не советую - это твой шанс на спокойную и обеспеченную жизнь, а еще ты приобретешь по-настоящему любящего супруга. Не скажу, что ты будешь испытывать к нему такую же любовь, как к бывшему мужу, но ты станешь его уважать, и испытывать к этому человеку самые теплые чувства. А еще ты уедешь отсюда в другой город, туда, где живет твой будущий муж. Кстати, дети у вас с ним тоже будут, только вот Милана он все равно будет любить даже больше, чем своих родных детей.

- А Любим...

- Лучше будет, если ты хотя бы постараешься его забыть, ведь он вас, по-сути, предал, пусть даже не по своей воле, а по требованию отца. Конечно, у тебя в любом случае останется куча горьких воспоминаний и боль от предательства, которая даже с годами не проходит и не забывается, но с этим поневоле придется жить.

- Спасибо...

- Не за что. Если что - обращайся, всегда буду рада помочь хоть чем-то.

Не скажу, что молодая женщина пришла в себя после случившегося, но уверена, что на душе у нее явно стало чуть легче.

- Ну, и куда мы сейчас?.. - поинтересовался Вячко, когда мы покинули дом Искры.

- То есть как это - куда?.. - даже удивилась я. - Все туда же, в лавку. День еще не закончился, так что там нас наверняка поджидают посетители, причем у каждого неотложное дело.

- Я б, конечно, предпочел в другое место пойти, где повеселей... - хмыкнул Вячко.

- Ничего, Мей тебе обязательно веселье обеспечит... - пообещала я. - Как придем в лавку, так и пойдет развлечение. Ей сегодня из дальней деревни лечебные травы должны привезти, а этот сборщик, он хоть травы и верно сушит, но потом их почему-то всегда вместе складывает, хотя Мей постоянно просит его так не делать. Так что до конца дня будете эти травы вдвоем с Мей разбирать, и уверена, что скучать вам не придется.

- Ох, и почему это я такой хороший, когда все вокруг такие злые и бессердечные?.. - горестно произнес Вячко.

- Только ради уравновешивания добра и зла... - пояснила я. - Пошли, тебя ожидает увлекательное занятие.

- Это я уже понял...

В лавке нас, и верно, ждали уже двое посетителей, причем оба были весьма недовольны тем, что нам пришлось их ждать. Быстро разобралась с ними, и уже хотела, было, присоединиться к Мей и Вячко - лечебных трав, и верно, сегодня привезли много, но Мей извиняющимся тоном произнесла:

- Мира, у меня к тебе опять просьба будет...

- Опять у кого-то из твоей родни проблемы?

- У дочери моей соседки... Вернее это бывшая соседка, сейчас она живет в другом месте, но мы иногда встречаемся.

- И что у нее стряслось?

- Она тебе сама скажет.

- Дочь соседки, говоришь... К ней идти придется?

- Она к тебе сама в конце дня подойдет. Да, ее звать Лета.

- Поняла.

Ближе к вечеру к нам в лавку, и верно, пришла молодая женщина, которая хоть и старалась улыбаться, но было видно, что она очень расстроена, да еще и теряется в моем присутствии. Похоже, дело в очередной раз касается любовной истории. Как выяснилось чуть позже, я не особо ошиблась в своих предположениях, история оказалась довольно-таки обычной, пусть и не очень приятной.

Как рассказала Лета, у нее была подруга по имени Янута (сейчас, правда, это уже бывшая подруга). С детства дружили, казалось, были не-разлей вода, всегда вместе, общие интересы, тайны и увлечения, да и жили по соседству. Обе выросли, и Лета вышла замуж, сына родила, да вот только ее семейная жизнь очень быстро закончилась - однажды ее муж неудачно споткнулся на улице и упал, ударившись виском о придорожный камень. Осталась Лета молодой вдовой, растила сына и ни о каких ухажерах даже не думала.

И надо же такому случиться, что через какое-то время на их улице появился новый жилец - довольно симпатичный молодой человек купил тут себе небольшой дом. Если же принять во внимание, что новый сосед внешне был недурен, да еще и холост, то становится понятно, что он привлек к себе внимание едва ли не всех одиноких женщин, живущих по соседству. Янута же (которая все еще была не замужем), увидев нового жителя, решила, что судьба ей, наконец-то, улыбнулась, тем более что этот человек пришелся ей по сердцу. С той поры у Януты было только одно занятие - она делала все, чтоб привлечь к себе внимание нового соседа, и вначале казалось, что это ей удалось, но чуть позже выяснилось, что объект страсти Януты к ней совершенно равнодушен. Более того - она его даже раздражает. Причина проста: Янута оказалась совсем не в его вкусе, да к тому же была излишне прилипчива - можно сказать, прохода не давала так понравившемуся ей парню.

Немногим позже окружающим стало известно, что молодой человек уже достаточно давно оказывает знаки внимания Лете, и даже пытается за ней ухаживать, и его ничуть не смущает то, что она вдова и что у нее есть маленький ребенок. Естественно, Януте (которая в мыслях уже нарисовала себе счастливую семейную жизнь с молодым соседом) подобное совсем не понравилось, и она ясно дала понять подруге, чтоб та не становилась у нее на пути - мол, этот парень мне нравится, а потому не вздумай соваться промеж нас, а иначе пожалеешь!.. Можно сказать, что именно тогда между подругами пробежала черная кошка.

По словам Леты, она ни о чем таком и не думала, от попыток ухаживаний уклонялась, но от помощи по хозяйству, которую ей то и дело предлагал сосед, она не отказывалась - что ни говори, но надо то что-либо приколотить, то забор поправить, то дрова сложить... Да мало ли дел найдется для крепких мужских рук в доме одинокой женщины! Маленький сынишка Леты от молодого человека почти не отходил, постоянно спрашивал у матери, когда тот дядя снова придет к ним в гости, да и кавалер к парнишке хорошо относился... И как-то так само собой получилось, что молодые люди поняли - вместе им хорошо, а раз так, то почему бы не вступить в брак? Правда, Лета опасалась, что окружающие без восторга воспримут их союз, но надеялась, что особо обсуждать молодоженов не будут. Свадьбу сыграли скромную, никого, кроме родных, на нее не пригласили, и стали, как говорится, жить-поживать, да добра наживать.

Вот тогда-то и началось то, что подсказывало Лете ее предчувствие. На симпатичного соседа поглядывали многие кумушки, и известие о том, что он уже выбрал себе жену, для многих явилось самым настоящим разочарованием - надо же, вдова, с ребенком, и такого парня себе отхватила! Непорядок! Мы же ничуть не хуже, да еще и без детей, а он почему-то Лету выбрал... Странно. А может, тут не обошлось без приворота? Пожалуй, если вдуматься, то так оно и окажется на самом деле... Естественно, разговоры и сплетни покатились одной нечистой волной, расползаясь по округе, а некоторые не стеснялись и Лете в глаза говорить гадости. В общем, у людей появилась тема для разговоров, которую обсуждали все.

Однако больше всех была разочарована Янута - для нее свадьба подруги оказалась крушением всех надежд, а ведь она в отношении молодого соседа уже строила для себя далеко идущие планы - даже их будущим детям имена придумала, и вдруг такое крушение всех надежд! Естественно, что отныне ни о какой женской дружбе не могло быть и речи. Как и водится, согласно вредной женской натуре, проигравшая решила отомстить бывшей подруге, тем более что в таких случаях особо церемониться не стоит, а потому Янута стала главным источником сплетен и грязных россказней про Лету. Мол, а что такого, мы же с ней подруги, я знаю ее с детства, и такого о ней и ее прошлом могу рассказать, что вы не поверите!.. И ведь такое выдумывала, что люди только ахали и за голову хватали - дескать, да, мы раньше и подумать о ней такое не могла, а она вон, оказывается, какая!.. Вроде после свадьбы и времени уже прошло немало, надо бы утихомириться, а сплетни все не утихают, потому как Янута все никак остановиться не может, выдумывает все новые и новые гадости. Если так пойдет и дальше, то Лете скоро на улице показаться будет нельзя - на нее все уже и без того пальцем тыкают, скоро освистывать начнут и ворота дегтем мазать...

- У меня в последнее время не жизнь, а ужас... - всхлипывала молодая женщина. - Хоть в другой город переезжай, и мы об этом уже начинаем подумывать. Только беда в том, что через какое-то время сплетни и туда доберутся, и там про нас начнут судачить... Неужто так и придется ездить с места на место?

- Не расстраивайся... - улыбнулась я. - Твоей беде помочь легко. Прежде всего, тебе нужно собрать немного куриных костей, но если их будет побольше, то тоже неплохо. Затем скорми эти самые кости бродячим собакам, приговаривая при этом... Вот тебе бумага и карандаш, записывай.

- Да, слушаю.

- "Вы, собаки, не брешите, не лайте, нашу любовь не осуждайте. Кости грызите, а нас (тут надо назвать ваши имена) не судите, не рядите. Слово мое крепко! Да будет так!".

- Спасибо. Это все?

- Да. Учти, что сплетни и слухи сразу не прекратятся, а начнут утихать постепенно, и через не очень долгое время вообще сойдут на нет.

- Ну, если немного, то потерпим... - кивнула головой женщина. - Спасибо вам.

- Вам совет да любовь.

Женщина ушла, Мей повернулась ко мне.

- Через седмицу схожу к бывшей соседке, узнаю, как дела у ее дочки обстоят. Надеюсь, у нее в семье все утрясется.

- Я тоже на это рассчитываю...

- Ну что, закрываемся?.. - поинтересовался Вячко. - Мира, как насчет посещения трактира с пирогами?

- Против них ничего не имею.

- Вот и хорошо... - кивнул головой Вячко. - Тогда пошли.

В том трактирчике мы уже привычно просидели до поздней ночи. Пироги, как всегда, были выше всяких похвал, морс из ягод невероятно вкусный, в самом трактире было шумно и весело, так что я не заметила, как прошло время. Когда же мы вышли на улицу, то было уже темно. Да, что-то мы сегодня засиделись.

Вечер был тихий и теплый, завтра у нас в городе намечается небольшой праздник, так что народу на улицах хватает - с утра можно не торопиться на работу, а значит, сегодня можно гулять подольше. Вот и мы с Вячко не торопясь шли по улице, только меня удивляло, что Вячко как-то односложно отвечает на мои вопросы, да и держится словно чуть насторожено.

- Вячко, ты что оглядываешься? Кого-то ищешь?

- А тебе не кажется, будто за нами кто-то следит?

- Нет, вроде ничего такого не заметила и не ощущаю ничего похожего. Может, это тебе показалось?

- Все может быть.

- И давно у тебя возникло такое ощущение?

- Да как только мы из лавки вышли. Вначале решил, что мне это кажется, тем более что на тебя смотрят многие - ты же у нас местная достопримечательность, так сказать.

- Тронута твоей оценкой.

- Что есть, то есть... Потом, через какое-то время, взгляд пропал, и вот будто снова появился. Сейчас темно и вокруг многолюдно, так что трудно понять, кто смотрит, и где находится тот человек, но такое впечатление, что он глядят нам в спину. Сегодня хороший вечер, народу на улицах много, и потому не могу сказать со всей определенностью, кажется это мне, или нет.

- Думаешь, грабители?

- Трудно сказать что-то определенное, хотя такая ночь для карманников - это мечта. Полно гуляющих, все расслаблены, темно...

- Что предлагаешь?

- Думаю, нам сегодня не стоит совершать долгие прогулки. Лучше отправиться домой.

- Как скажешь.

Лично я ничего подозрительного не чувствую, и в такой чудесный вечер (вернее, ночь, удивительно теплая, тихая и просто-таки располагающая к хорошему настроению) я бы и сама не прочь пройтись по улицам, чтоб просто прогуляться, но решила не спорить с Вячко. Если уж на то пошло, то может быть, и верно, лучше сегодня пораньше лечь спать - это горожане завтра гуляют, а нам с Мей все равно надо лавку открывать, так что можно и отдохнуть подольше. Тем не менее, от слов Вячко мне стало чуть не по себе, и это неспокойное состояние исчезло лишь после того, как я оказалась в своем доме. По дороге никто к нам не подходил, с разговорами не приставал, а еще я заметила, что на улицах Вячко выбирал самые освещенные и малолюдные места. Возможно, моему спутнику просто что-то почудилось, а может, и верно, на нас просто посмотрел человек с недобрым взглядом - такое тоже случается. Ну, а чтоб не думать ни о чем плохом и окончательно успокоиться, я сразу же отправилась спать - что ни говори, а утро вечера мудренее.

Посреди ночи меня разбудил громкий шум - такое впечатление, будто за стеной что-то грохочет - кажется, упала лавка, а затем раздался звук разбиваемой посуды. Неужели в дом кто-то забрался? Похоже на то... Судя по звукам, в соседней комнате происходит если не сражение, то что-то очень похожее. Вскочила с кровати, но в этот миг за стеной кто-то закричал, раздался звон разбиваемого стекла... Да что там творится?

На всякий случай не стала подавать голос, а встала с кровати и приоткрыла дверь. Правда, в ту же секунду дверь вновь с грохотом захлопнулась, и Вячко крикнул:

- Сиди там, и не выходи!

А голос у Вячко сейчас такой, что и не хочешь, а послушаешься. Вновь что-то загрохотало, донесся короткий крик, чье-то тяжелое дыхание... В следующий миг чуть скрипнула входная дверь, кто-то сбежал по крыльцу и все стихло. Пожалуй, мне можно выходить.

То, что творилось за пределами моей комнаты, можно назвать коротко - жуткий бардак. Перевернутая скамья, сломанный стул, разбитая посуда, сорванные с окошка занавески... Посреди этого разгрома стоял Вячко, держась рукой за бок, и его светлая рубаха была залита кровью.

- Вячко!.. - ахнула я. - Ты ранен? Что произошло?

- Ты зачем из комнаты вышла?.. - только что не прикрикнул на меня парень. Таким сердитым и жестким я его еще не видела - передо мной словно стоит другой человек. - Я ж тебе велел там сидеть, и не высовываться!

- Так вроде все тихо.

- Вот именно что "вроде".

- Ты так и не ответил, что произошло.

- А разве не ясно? Похоже, кто-то намеревался придти к нам в гости, причем с оружием, и, как понимаешь, отнюдь не с лучшими намерениями.

- И кто это мог быть?.. - растерялась я.

- Знал бы - сказал!.. - только что не огрызнулся Вячко. - Мне вчера следовало быть повнимательней, а не то расслабился я что-то в этом спокойном городке, хватку потерял. И вот результат. Хорошо еще, что решил не спать - уж очень меня тот непонятный взгляд встревожил.

- И как он сумел проникнуть в наш дом?

- При должной сноровке и умении можно все. И время хорошо выбрал - так называемый "час волка", как раз перед рассветом, когда человек, за которым охотятся, становится, скажем так, чуть невнимательней, что ли, немного расслабляется...

Тоже мне, нашел кому объяснять, что такое час волка! Что представляет из себя "час волка" - это нам объясняли еще в школе магии, так как при необходимоси этим временем следует пользоваться для выполнения своих задач. Час волка - это время между двумя и четырьмя часами утра (правда, некоторые профессора продлевали время до пяти часов), и считается, что именно в это время просыпается всякая нечисть и темные силы. Да-да, кое-какая нечисть обретает силы как раз в это время. Например, именно в этот период времени оборотни обращаются в волков и начинают свою охоту - в подобное сложно поверить (ведь принято считать, что оборотни входят в силу после полуночи), но дело обстоит именно так. Что же касается обычных людей, то в этот отрезок времени у спящего человека сердце начинает биться медленней, скорость кровоснабжения чуть замедляется, притупляется слух и чуть расслабляется нервная система - идеальное время для нападения.

- Этот человек вряд ли маг - подобное я почувствовала еще бы вчера вечером.

- А я и не говорил, что он маг - скорее всего, мы имеем дело с наемным убийцей. Правда, он рассчитывал, что в это время мы уже спим, а потому был не очень острожен: под его ногами скрипнула ступенька, да и бесшумно открыть окно он не смог - как я понял, они здесь вообще не открываются, их выбивать надо. Ну, а когда незваный гость все же пробрался в дом, то я его здесь уже поджидал. Ну, что могу сказать по своим ощущениям? Боевой мужик, сдаваться не хотел, да и драться умеет. Плохо, что взять его не сумел - сумел уйти, хоть к тому времени был ранен... И руку я ему сломал...

- Ты тоже ранен, так что показывай мне свою рану.

- Да там ерунда, царапина, все заживет, как на собаке.

- А я говорю - показывай рану! Из твоей, так называемой царапины кровь уже весь край рубахи залила. Так что хватит упираться, делай то, что тебе говорят.

- Ага, вначале рубаху сними, потом что-нибудь другое, затем живот покажи, а следом еще что-либо попросишь продемонстрировать, или может тебе что другое в голову придет. А я парень стеснительный, отказать не смогу...

- Хватит болтать, делай, что тебе говорят!

Рана на боку у Вячко, к счастью, оказалась неглубокой, хотя кровоточила довольно сильно. Я промыла рану, затворила кровь, а потом еще настроила на то, чтоб она быстро зарубцевалась, и чтоб здоровье Вячко пошло на поправку. Еще и повязку на рану наложила: магия магией, но чистая повязка на ране еще никому не навредила.

Естественно, о том, чтоб снова лечь спать - такого у нас и в помыслах не было. Конечно, одного супостата Вячко прогнал, но нет никакой уверенности том, что этот человек действовал не в одиночку, а раз так, то лишняя предосторожность еще никому не помешала.

Едва наступило утро, как мы с Вячко уже находились в здании Святой инквизиции, вернее в кабинете отца Петра. Надо сказать, что он встретил нас без особой радости, и молча выслушал рассказ о том, что произошло ночью.

- Упустили злодея, значит... - сделал он вывод. - Искать его, судя по всему, придется нам, а с приметами супостата, скажем так, небогато. Высокий, небольшая борода сломана правая рука... Маловато.

- Чем богаты... - проворчал Вячко.

- Я, признаюсь, ожидал от вас большего... Госпожа Изок, оставьте нас ненадолго, мне надо перекинуться несколькими словами с вашим спутником.

В коридоре я пробыла а всего несколько минут, когда меня вновь позвали в кабинет отца Петра.

- Госпожа Изок, я прошу вас быть более внимательной к окружающим... - проговорил отец Петр. - В мире много зла, и потому при возникновении малейших подозрений обращайтесь к нам. Считайте, что это приказ. Вам спутник также предупрежден. А за сим...

- Можно задать вам вопрос?.. - перебила я инквизитора.

- Слушаю вас.

- Дело вот в чем. Новица, та девица, которую Вячко спас на рынке и которая...

- Я помню.

- Если я правильно поняла, то по ее делу вскоре должен состояться суд. Меня очень интересует ваше мнение о дальнейшей судьбе этой девицы.

- Чем вызван этот интерес?

- Не буду скрывать: отец Новицы делает все, чтоб вызволить дочь. Он даже заставил своего сына развестись с женой и вступить в брак с другой особой, лишь бы получить деньги на освобождение дочери. Я общалась с бывшей женой этого молодого человека, и она очень горюет из-за расставания с мужем...

- Н-да, один грех ведет за собой другие... - отец Петр чуть нахмурился. - Эта грешница по имени Новица успела совершить немало богомерзких дел, и я даже не беру в расчет ее недостойное поведение. Куда хуже другое: со своим ухажером эта глупая особа занималась тем, что подкидывала подклады всем своим родственникам и знакомым, к кому испытывала неприязненные чувства, и к тем, кто был более успешен и удачлив. Только доказанных случаев выявлено около десятка... Сами понимаете: без наказания подобное нельзя оставлять ни в коем случае, дабы ни у кого не возникло желания повторять ее богопротивные поступки. Я не судья по ее делу, но если вам хочется знать мое мнение по этому вопросу... Деньги Святая инквизиция возьмет, тем более что они пойдут на благо церкви. Что же касается этой грешницы, то, возможно, ей удастся избежать каторги или монастырской тюрьмы, но это не значит, что она останется безнаказанной. Свои грехи надо отмаливать, чтоб в будущем иметь возможность если не очистить свою душу, то хотя бы снять с нее самые тяжкие проступки. Итак, наш разговор закончен.

- Молитесь за меня... - сказала я привычную фразу, и в ответ отец Петр осенил меня крестным знамением, после чего мы с Вячко покинули кабинет.

Лишь оказавшись на улице, я спросила у Вячко:

- Не знаю, правильно я поняла слова насчет будущего Новицы или нет...

- Да что там не понять, все проще некуда... - отозвался тот. - Папаша напрасно рассчитывает, что дочка после суда над ней вновь окажется дома, среди любящей семьи - на такое инквизиция никогда не пойдет, тем более что девица обвиняется по весьма суровой статье. Если папаша хорошо заплатит, то тюрьмы или каторги девица все же избежит, но зато ее ждет монастырь с весьма строгим уставом. Есть такие, которые немного чем отличаются от тюрьмы, так что нашей общей знакомой, если она там окажется, придется ой как несладко, тем более что за неповиновение или дерзость монахини устраивают такую жизнь ослушницам, что у тех раз и навсегда пропадает желание показывать свой характер или выказывать несогласие.

- А если папаша начнет возмущаться? Мол, я деньги заплатил, так что дочку выпускайте!..

- А разве ему кто-то и что-то пообещал? Сомневаюсь. Намекнуть намекнули, но не более того. Мало ли что и кому в голову придет, а если что неправильно понял, то сам виноват.

- То есть можно сказать, что Любим напрасно согласился на такую жертву, как расставание с женой и сыном? Да и женитьба на другой ничего не решит?

- Можно сказать и так. Ну, и кого ему винить? С отца спроса нет, окончательное решение принимал сам. Впрочем, меня это уже не интересует.

- А я парню сочувствую.

- В этом он пусть со своим папашей разбирается.

- Слушай, а о чем ты с отцом Петром говорил?

- О разном... - уклонился от прямого ответа Вячко. - Но ничего хорошего в его словах не было. Скажем так, я получил что-то вроде выволочки. Так, об этом поговорили и забыли. Куда мы сейчас - в лавку?

- А может, порядок в доме наведем после ночного происшествия? Там сейчас кое-что выкидывать надо, новые стекла вставлять...

Порядок в доме навели быстро, так что уже во второй половине дня я снова стала в лавке принимать посетителей. Народу хватало: откуда-то всем стало известно, что дом лечеи пытались ограбить, и теперь людей интересовали подробности случившегося, так что через какое-то время я уже стала мечтать о том, чтоб день закончился как можно быстрее, и это несмотря на то, что Мей отгоняла излишне любопытных людей. Что ж, можно не сомневаться в том, что уже к вечеру по городу разойдутся самые невероятные слухи о нашем ночном происшествии. Ох, беда...

Наконец день подошел к концу, и я надеялась, что сегодня более никто к нам не заглянет.

- Пожалуй, на сегодня посетителей хватит... - сказала я, но тут опять звякнул колокольчик над дверями, и в лавку вошла женщина, судя по одежде - крестьянка. Трудно сказать, сколько ей лет - вроде молодая, но уж очень много морщин.

- Мы закрываемся... - сказала Мей, но посетительница умоляюще сложила руки.

- Пожалуйста, выслушайте меня! Я наслышана о вас и специально в этот город приехала, чтоб вы мне помогли.

Конечно, можно было бы попросить женщину придти завтра, но уж раз она приехала сюда издалека... Ладно, можно немного и задержаться.

- Ладно... - вздохнула я. - Что у вас стряслось.

Женщина, путаясь и всхлипывая, сказала, что ее звать Добрица и ей двадцать пять лет. Живет в дальнем селении, все еще не замужем, хотя за ней дают неплохое приданое. Недавно к ней посватался мужчина из соседней деревни, свадьбу собираются сыграть по осени, и, казалось бы, все хорошо, только вот сестры ее жениха относятся к Добрице так, что хуже и некуда. Обзывают старухой и твердят, что их брат мог бы найти себе жену лучше и красивей, чем эта морщинистая бабка... Тот вначале на такие разговоры сестер внимания не обращал, даже одергивал их - мол, не ваше это дело!, но капля камень точит, и в последнее время жених, на радость своим сестрам, стал словно удаляться от Добрицы, и это все замечают. Если и дальше ничего не изменится, то жених вполне может разорвать помолвку. Впрочем, к этому дело уже идет...

- Что ты от меня хочешь?.. - спросила я. - Сразу предупреждаю - приворотами не занимаюсь.

- Не надо приворотов... - замотала голой та. - Мне бы от морщин избавиться... Это можно сделать?

В чем-то я ее понимаю - морщин у нее, и верно, много - и на лице, и на шее, да и кожа дряблая. Ей двадцать пять, но я бы ей столько никогда не дала - такие морщины только после шестидесяти бывают, потому женщина и смотрится старше своих лет.

- Протяни ко мне свои руки, посмотрю, в чем тут дело...

Так, ничего плохого у женщины нет, ни порчи, ни сглаза, и ничего похожего. Судя по всему, морщины - это просто особенность ее организма. И своего жениха она любит, раз решилась ко мне приехать. Сейчас Добрица смотрит на меня с такой надеждой во взоре, что отказать ей нет никакой возможности. Что ж, попытаюсь.

- Скажи, там, где ты живешь, есть болото?

- А то как же!

- Жабы там водятся?

- Конечно, куда же без них?!

- Видишь ли, есть один рецепт по избавлению от морщин, только он довольно своеобразный.

- Я на любой согласна!

- Тогда запоминай. Возьми чистый белый лист бумаги, приложи его к морщинам, и, проглаживая их через бумагу, нужно негромко сказать сорок четыре раза... Вот тебе бумага и карандаш, пиши.

- Пишу.

- "Сойди, душевная боль, хворь и скорбь, на бумагу". Записала?

- Да.

- Потом нужно отнести эту бумагу на болота, туда, где водятся жабы. Там постели бумагу на камень, и оставь два пирога с рыбой для жабы. Она придет, поест, и возьмет себе морщины.

- Все?

- Не совсем. Когда будешь уходить с болота, то не вздумай оглянуться, хотя будешь слышать позади себя непонятный шум. Если сделаешь все так, как я тебе сказала, то с внешностью у тебя все наладится.

- Спасибо!

- Пока не за что.

Глядя на то, как Добрица, улыбаясь, покидает нашу лавку, я от всей души надеялась на то, что в ее жизни все будет хорошо.