СЛУЧАЙ НА ОХОТЕ
(рассказ старого холостяка)
...Все спрашивают меня, отчего я не женился? Вроде столько лет исполнилось. Случай один из головы не идет. Может, имеет он отношение к моей неженитьбе, а может, и нет. И что это было - сам не знаю.
Был я тогда на охоте - лет двадцать тому уж прошло - сманили друзья на уток. Да и сманивать-то особо не надо было, намекнули только: собираемся мол... а я уж тут как тут, при полной охотничьей амуниции. Люблю я это дело, что поделаешь.
Поехали недалеконько, верст... то бишь километров, пятьдесят от города всего будет. Но места утиные, надежные. Уток здесь не по одной брали.
На вечерней зорьке нам в тот день постоять не удалось - и приехали поздненько, и хату для ночлега решили поначалу отыскать - на две ночи ведь прибыли, не на одну. Основательней останавливаться надо было, приготовиться как следует.
А утром, чуть светать, все уже на ногах. Позавтракали, чем Бог послал, собрались - и пошли на озера.
Собачка только у одного из нас была - спаниелька, кобелек Удар - у Гриши Пустовойтова... Да и не об ней речь - просто вспомнил я ее чего-то, к слову пришлось. Будь у меня собака - стрелял бы, не осторожничал: в воду упадет утка - собачка и принесет. А так выбирать приходилось, чтоб ближе к берегу ее положить, а то и вовсе на берег. Ну, это уж когда есть время выбрать...
Разбрелись мы по своим местам - кому какое выпало, как уговорились, по жребию. Хоть и знают все, что по кустам стрелять не гоже, а все же к чужому месту лучше не ходить - ну-ка не удержится кто, да и бахнет по утке, а за уткой - человек...
Стою я, смотрю на окрестную природу. Как она пробуждается, как зевает, как потягивается... Были мы здесь, и не раз были, а вот привлекает она мое внимание и ничего с этим поделать нельзя, а можно только смотреть и любоваться. И как туман над водой колышется, полосой тянется над камышами, и как круги по воде расходятся. А то рыба вдруг плеснется, или лягушка полусонная проскачет. Или птица мелкая завозится - все как внове. Тишина. Капли росы по травинкам скользят.
Слышу - бахнуло вдалеке. Сперва один раз, а за ним - другой. Ну, думаю, началось. Скоро и моя очередь подойдет.
Поднял я ружье поудобнее, жду, глядь - летит что-то и крыльями машет. Прямо на меня. То ли утка, то ли селезень - не понять. Видно, спугнуло его первыми-то выстрелами.
Подобрался я весь, изготовился. Но не стреляю: нарочно подождал немного, пока птица над берегом полетит - это чтобы в воду-то не упала, кто за ней тогда полезет? Самому придется, а вода холодная... - поднял ружьишко и бабахнул... Темновато еще было, да и туман. Поэтому бил почти что наудачу, для того и ударил сразу из двух стволов - это чтобы наверняка попасть, не промазать. Обидно первый выстрел в туманное молоко пускать. И не потому, что "как начнешь, так и..." А не люблю я мазать. Не для того на охоту хожу.
Точно вскрик какой раздался впереди, вроде как "Ай!"... и гляжу - падает моя утка в кусты, шагах в тридцати от меня, а может, чуть и подале, в траву густую, в камыш. Перехватил я ружье в левую руку и полез искать первую свою на сегодня утку.
Иду, камыш раздвигаю, ищу. Иду и приговариваю: "Первая - дай Бог, не последняя".
А там местами - то низкая трава растет и кочки, а то опять камыш. Вроде и заметил я точно место падения, а все не найду его никак. Начал уже кругами ходить. "Вот ведь напасть, - думаю, - обманное место какое, уж под ногами хлюпает, а все ничего не видать. Неужель подранил, да скрылась?"
Вдруг камыш передо мной расступился, проплешина травяная открылась и лежит на ней что-то белесое...
"Ну, - обрадовался я, думаю, - утка". А что же еще? Во что стрелял, в то и попал. Других-то выстрелов, кроме моих, не было.
Подошел поближе, смотрю и глазам своим не верю. В ногах слабость какая-то появилась и волосы под шапкой шевелиться начали. Медленно так, но уверенно.
Смотрю - лежит на траве мальчишечка... младенчик совсем. Кудрявенький. Тельце розовое-розовое, пухленькое. И вся левая сторона у него моей мелкой дробью разворочена. И что-то беленькое из-под него торчит...
Я присмотрелся... батюшки! Крыло такое, навроде лебединого, только маленькое и перышки на нем вразброс.
Бросился я к нему, перевернул - а он тепленький еще, пальцы я в крови измазал, - и точно: два крыла у него из спинки растут. Да что ж это такое? Кого же это я убил-то, а? Положил я его обратно, на личико его еще раз посмотрел: глазки у него открыты, но уже застыли, хоть и васильковые еще, а ротик сильно болью перекошенный.
Не смог я больше на озере оставаться - ушел. Да и то сказать, что испугался я. Кого убил, почему, как?
А как шел назад через камыши, то лук маленький на кусте нашел и еще колчан со стрелами. Бечевочки парчовые с обеих сторон к колчану привязаны - видно, тоже дробью перебило. Положил я все это себе в сумку - и ходу. Бегом, не оглядываясь.
- Ну что? - спрашивали меня ребята потом, - не нашел утку?
- Нет, - отвечаю, - куда там! Чуть не утоп. Еле удержался. Трясина там сплошная... Испуганный я видно очень был, потому они так и подумали, что чуть в болото не провалился.
И больше я стрелять тогда уже не мог. Ни в тот день, ни на следующий. Не помню уж, чем оправдывался. А скорее и не оправдывался, а уехал - и все дела.
И вообще на охоту после этого случая больше никогда не ходил, и ружье продал, и припасы все. И как увижу где утку летящую - всё кажется мне, что не утка это сейчас над лугом летит, а опять он...
А лук и стрелы я сохранил. Бечеву сшил аккуратно ниткой, на стенку повесил. Посмотрю когда на них - и вспоминаю тот случай. И такая непонятная тоска с тех пор во мне поселилась... Все будто жду чего-то, а чего - и сам не знаю.