# Дедам...

Кондратий Сергеев

... Это стихотворение написалось во время прогулок с тогда ещё совсем недавно родившимся младшим сыном по бугристым берегам реки Воронеж неподалёку от нашего дома. А тут как-то вспомнилось...

8 марта 1944 года под Витебском погиб мой дед, Чумаченко Иван Петрович, командир орудийного расчёта. Похоронка пришла на станцию Литовка Хабаровского края, где тогда жила семья - бабушка моя Марья Васильевна (Царство ей Небесное!..) с шестью оставшимися у неё детьми. На Дальний Восток с Нижнего Дона бабушка с дедом перебрались в конце 30-х. Добирались долго, так что моя мама (вторая их дочь) родилась по дороге - в деревне Белоградовка Северо-Казахстанской области. ("От колхозов драпали..." - подшучивал над маминой роднёй отец, выходец из кержацкого рода Кондратьевых с реки Керженец, что в лесах нижегородского Заволжья, там ещё неподалёку озеро Светлояр с сокровенным Китежем...)

В войну и на Дальнем Востоке жизнь была не сахар. Крепко помогал Марии с детьми её отец - мой прадед - Тараканов Василий Михайлович. Разбили огород: кукуруза, тыквы... Откуда-то издалека привёз первые в округе два улья пчёл. Пол-лета мастерил лыжи - настоящие, таёжные, а по снегу подался куда-то за обступавшие кругом сопки... Когда вернулся, выдохнул дочери: "Ну, Маруся - живём!.. - Нашёл речку..." В те времена рыбы в сибирских речушках было немеряно, снаряжались всем семейством, всей роднёй - и приносили кто сколько мог донести - и старые, и малые... Да...

Моя 85-летняя матушка по сей день любит горделиво вставить в разговор: "А вот какой у меня-а дедушка был!.. Каждое утро придёт, станет на пороге (жили-то рядом) и басит: здоровэньки булы!.. А потом ладонью отрёт иней с бороды и усов - и целует нас, вешающихся к нему на шею внучат..."...


Дедам


* * *


(Балки правобережного плацдарма)


...мысью по древу...


Здесь, раскорячившись, ползут по рыжей глине


то ль вверх, то ль вниз осины и дубы...


Как запрокинешься: густая сетка линий -


ветвей корявых


жизни и судьбы.


А вниз упрёшься сокрушённым взглядом:


под бурых листьев траурным ковром


судьба и почва,


будто снова рядом -


как в сорок первом, как в сорок втором...


Но вдруг - откуда?.. - белка-непоседа


скользит сквозь хлам,


взлетая по стволам...


И из немыслимой бескрылости победа


сочится в сердце с кровью пополам.