# Рыбье

Ирина Александровна Клеандрова

Белым звоном трусит, дождь осколков кромсает кожу:

видно там, в небеси, осерчав, бьёт посуду боже.

Волны бликов на чёрном, кружение снежных сов...

В душной, тёмной гостиной - ни звука, лишь хрип часов,

не способных пойти - и допить эту ночь до дна.

(Муть в квадрате окна.

Восковая луна.

Стена.

Тенью сожранный шкаф и замшелого кресла глыба -

по дорожке луча серебрится узор из роз...

Ты застыл у стены перед зеркалом в полный рост,

до хребта ошалев, как попавшая в невод рыба,

из хрустальных глубин унесённая рыбаком -

сбив в борьбе плавники, пыльный воздух хватая ртом,

задыхаясь мольбой о потерянном рыбьем рае.)

Твой мучитель смеётся, низвергнув тебя из вод.

Звёзды жалят, играя. Луна затыкает рот,

придвигая к ногам разогретую сковородку.

Поднимаешь глаза.

И за взгляд - ножевой, короткий -

ловишь топкую гладь и мерцающее лицо,

влажный блеск чешуи, трепет жабер поверх одежды...

Растеряв все слова, плохо помня, что было прежде -

зазеркальная тьма слишком алчна и глубока -

понимаешь, что в этом аду не найти надежды:

ни за тающий миг, ни за будущие века.

(Не смотри

в лунный холод стекла,

не дыши, пока

отражённый двойник

золотые глаза не смежит -

создавая твой мир,

смертный сон отдавая в дар.)

Ты его продолжение.

Лучший его кошмар.