# Лабиринт (прода)

Мария Александровна Кириченко

Прода к Лабиринту. Выкладываю пятое испытание

Стартовая комната отличалась от всех прочих помещений наличием кованного сундука с дизайном под старину. Вот только команда Юнджи не стала брать с собой очки с треснувшим стеклом и розовую резиновую хрюшку.


- Знатная издевка, не правда ли? - проворковал Юнджи, не прекращая улыбаться. Столь радужному настроению впору было позавидовать.


- Зря не взяли, - ответил генерал, - здесь нет случайных предметов.


- Снова Воля Вселенной, генерал? - усмехнулась американка.


- Тебе пригодился фонарик? - вопросом на вопрос ответил цзы"дариец.


- А свирш как применил сладкую розовую пастилу? - не унималась Джейн.


- А у вас есть еда? - встрепенулся толстяк, - Цзы"Наола, брат, не дай умереть с голоду. С начала шоу не ел, не пил. Пастила в шариках или одним куском? Отсыпь чуток.


- Нет, - коротко ответил цзы"дариец, пряча в карман резиновую игрушку из сундука, - Лабиринт длинный, кто знает, где она может понадобиться.


- Ну очки-то зачем? - взмолился Юнджи, - мне и своих хватает, а других нуждающихся среди нас нет. Или ты собираешься засыпать кому-нибудь в глотку битое стекло?


- Надень их, - сказал генерал, протягивая толстяку очки.


Юнджи безразлично пожал плечами и, сняв свои очки, нацепил на нос разбитые.


- Ничего не изменилось, только на твоей роже появились трещины.


- Когда стекло разбивают, - медленно проговорил Цзы"Наола, - трещины идут паутиной от места удара. А здесь совсем другой, куда более сложный рисунок.


- Баланду мне на ужин, да ты гений! - восхищенно завопил Юнджи, - карта-не карта, а схема-то уж точно!


- Вот только не говорите мне, что это схема безопасного маршрута и без неё мы никак не пройдем какое-нибудь испытание, - недовольно пробурчала Джейн.


Юнджи открыл рот, чтобы ответить, да так и замер, смотря сквозь очки в пустоту. От виска вниз скатилась капелька пота.


- Игра "Всезнайка"? - догадалась Мара.


- Да, - бесцветным голосом ответил Юнджи, снял очки и отер со лба пот, - теперь уж они точно не пригодятся.


- Хозяин говорить бросить очки здесь, - заговорил гнарош, - Себас, Линдси и Ромео слушать хозяина, идти в комнату с красивым полом. Много думать. Ходить и снова много думать. Сложно, тяжело, больно. Пола нет, Линдси нет, Ромео нет. Хозяин ошибаться. Хозяин глупый. Бхарат-ка умный. Себас хотеть жить. Себас служить бхарат-ка.


Договорив, гнарош подошел к цзы"дарийцу, встал на одно колено и положил четыре руки на пол.


- Что это значит? - тихо спросила Джейн у Мары.


- Клятва верности гнароша своему командиру, - так же тихо ответила Мара, уже не чувствуя той лютой неприязни к американке, которая была всего полчаса назад. Вот они уже стоят рядом и перешептываются, как подружки.


Цзы"Наола перевел взгляд с коленопреклоненного гнароша на Юнджи. Оранжевый комбинезон обитателя карцера промок от пота на шее и подмышках. Глаза лихорадочно блестели, а мягкие руки, не знавшие ни меча, ни топора сжались на древке гарпуна с управляющим ошейником. Толстяк по-прежнему избегал прикасаться голыми руками к предмету, побывавшему в растворяющей органику жидкости. Это казалось невероятным, но Юнджи молчал и Цзы"Наоле совсем не хотелось произносить речь.


- Я не приму твоей клятвы, воин, - слова давались низвергнутому генералу-предателю с большим трудом, тревожа еще не зажившие раны, - мое имя покрыто позором. Я больше не бхарат-ка.


- Бхарат-ка до смерти бхарат-ка, - проскрипел гнарош.


Цзы"Наола закрыл глаза, до крови прикусив кулак. Физическая боль всегда помогала, возвращая назад из черной бездны вины, которую невозможно искупить. Он был уверен, что победил этого монстра, заключил с ним выгодную сделку. Почему же опять настолько невыносимо жить?


- Ты свободен, воин. Встань!


Плечи гнароша дернулись. Нехотя, будто поднимания непосильную ношу, Себас поднялся.


- Себас не достоин. Себас понимать.


- Вечные проблемы с этими отступниками, - хрипло проговорил Юнджи, надевая свои очки обратно и облизывая пересохшие губы, - вы были бы отличной парой. Генерал Смерти и мятежник-смертник. Но не срослось. Мда. Забыл, четырехрукий, кому жизнью обязан?


- Нет, хозяин, - скрипуче ответил гнарош, не поднимая головы.


- То-то же, - сказал Юнджи, пригрозив гнарошу пальцем.


Джейн смотрела на разыгравшуюся сцену с легким недоумением. Вроде бы страдания цзы"дарийца доставляли удовольствие, но сути произошедшего она так и не поняла. Все эти воинские ритуалы и условности интересны только самим воякам, а сторонний наблюдатель видит только несмешную клоунаду с большой долей пафоса и ненужного трагизма.


- Если здесь больше ничего полезного нет, то предлагаю продолжить прохождение Лабиринта, - сказала американка, пытаясь вернуть мужчин в реальность.


- С удовольствием, моя сладкая, - как ни в чем не бывало ответил Юнджи, - дорога нам теперь осталась одна, через дверь справа от твоей аппетитной попки. Там снова длинный-предлинный коридор, а за ним развилка. Без разницы, какую комнату выбрать. Обе ведут в одно и то же место. Идем?


Смит аж передернуло от его приторности. Нашел подружку, как же. Она не Мара какая-нибудь, чтобы млеть от любых ухаживаний. Принимать подобные знаки внимания - себя не уважать.


- Я хотела бы сразу прояснить один момент, - строго заговорила Джейн, - я Вам не сладкая, не булочка и даже не блондиночка! Обращайтесь ко мне миссис Смит.


- Замужняя значит, - перебил Юнджи, - хотел бы сказать жаль, да не буду. Дрянной у тебя муж, раз уж ты здесь.


Джейн открыла рот, чтобы разразиться гневной отповедью, но вовремя уловила насмешливые искорки в глазах толстяка. Такого не переспоришь. Ты ему слово - он тебе десять. Поэтому Смит лишь сердито поджала губы и отвернулась.


- Муж Джейн умер, - тихо сказала Мара.


- Тем лучше, - широко улыбнулся толстяк, поправив на носу очки, - идем, идем! Время!


Группа, теперь уже из шести участников, дружно прошла через дверь в еще один каменный коридор Лабиринта, однообразный до ломоты в зубах. Плоская поверхность стен лишь изредка разбавлялась неровностями, но в целом была крайне скучной. Гнарош шел еще медленнее свирша, все так же не поднимая головы. Цзы'Наола ушел вперед и не оглядывался, так что Мара могла посылать ненавидящие взгляды его прямой спине, не опасаясь, что генерал заметит. Юнджи будто приклеился к Джейн, не замолкая ни на секунду. Вещал о своих коммерческих подвигах и травил байки про тюремную жизнь. Смит начала понимать свирша, как никогда раньше. Желание убить назойливого спутника сродни наркотику - привыкание возникает после первой дозы.

Словесный поток из уст толстяка прервался лишь тогда, когда они дошли до весьма своеобразной инсталляции в стенной нише. Шесть движущихся деревянных марионеток на ниточках. Ни лиц, ни волос, ни одежды. Только отполированные до блеска деревянные детали - голова, руки и ноги, присоединенные к телу шарнирами. Первая марионетка явно куда-то бежала, потеряв по дороге обе руки. Вторая сидела без головы и рук. Танцевальные па третьей могли бы выглядеть грациозно, если бы не отсутствие ноги. У четвертой руки-ноги были на месте, а сама она лежала на боку в позе эмбриона. Пятая и шестая увлеченно отрывали друг у друга руки.