# "Богатырь"

Болеслава Варфоломеевна Кираева

Как маленькому мальчику называть интересную часть своего тела?

До чего же непонятливы эти мальчишки! Или чересчур серьёзны. Я же пошутила, понимаете вы - по-шу-ти-ла насчёт этого самого. Ну, потом скажу. А они восприняли это всерьёз. Мало того - усовершенствовали, и теперь в это играют почти все. Вот-вот дойдёт до взрослых, начнут искать виновных, пороть ремнём - меня и выдадут. Я, выходит, одна во всём виновата. Они с радостью этим занимались, я и не смотрела... ну, почти, а повесят всё на меня? Анатомия их, а отвечать - мне? Справедливо это, да?

Я вот всё сейчас вам тут расскажу, чтобы вы поняли, что я тут ни при чём совершенно. Ну, ляпнула что-то не то, так чего же девчонку глупую слушать? Парни потешаются над женской логикой, а тут, на тебе - последовали.

Дело происходило летом на нашем сельском пляже. Я загорала. Вообще, я вошла в возраст, когда больше хочется загорать, чем плавать. Вода, видите ли, скрывает, а солнце - высвечивает тело. По одной голове в купальной шапочке меня можно легко спутать с другими девчонками, особенно если голова молчит. А вот тело и молчит если, то само за себя говорит.

Загорание - это прекрасный повод перейти на бикини. А то мама всё говорит, мол, рано тебе, дочка, да рано. Нет, мне в "мешок" влезать поздно! Тело для "мешка", а бикини для тела - есть разница? Подруги вон давно уже перешли.

И вот лежу я в отспоренном у мамы бикини под яркими лучами, позы принимая небрежные, и всё стараюсь украдкой сдвинуть какую-нибудь сторону какого-нибудь треугольника, из коих бикини составлено - понятно, кнутри. Кожи ещё чтоб хоть на палец обнажить, дать загореть. Очень нехороши эти белые пятна на "шоколадной" коже. Будешь где-нибудь переодеваться - будут коситься. Мол, целомудренничала, перестраховывалась. Главное, масштаб целомудрия до обидного виден всем, в лице этих девственных пятен... Получается, что как бы дважды голая в этих местах.

Приотодвигала, как бы почёсываясь и забывая поправлять опосля. О взглядах со сторон не забываю, под ними тоже как бы загораешь. Лицо, во всяком случае, краснеет дополнительно.

От плавания совсем не отказываюсь, но больше учусь не спеша вставать и, покачивая нарочно бёдрами, идти к воде. Ну, и из воды выходить, усердно как бы оправляя как бы прилипший купальник. Нет, липнет он и взаправду, но если просто поправить, это будет неэффектно и неженственно. А мне надо и так, и так. Целая наука это, если самой овладевать.

Если я уж выросла из безоглядного купания в "мешке", то мой братец, понятно, младший, сейчас на пике этих детских забав. В ватаге таких же мальцов всё время носится по пляжу, перепрыгивая через лежачих, потом беготня переносится в воду - сажёнками, крики, визг, бульканье, брызги аж до меня долетают. Иногда прибегает посидеть на песке возле сестрицы, "отметиться" и передохнуть. Но только втянешься с ним в разговор, как ему уже пора.

Ничего бы и не случилось такого, но мальцы обожали плавать сажёнками... ну хорошо, хорошо - вольным стилем взапуски. Более чем вольным, добавлю, размашистым. А вот судейство этих соревнований было не на уровне. Даже и без секундомера, а просто кто приплывёт раньше, кто позже.

- Ничья, - часто с разочарованием говорил Вадик, присаживаясь возле меня. Мальцы, они даже просудить толком не могут. Не догадаются нагнуться и зырить вдоль линии финиша, а сверху-то глядя и не всегда поймёшь, кто первый, тем более, это тебе не бортик бассейна. Впрочем, очень может статься, что судить ставят самых слабеньких (сильные состязаются), и те элементарно боятся. А может, кого и поколотили уже за присуждение проигрыша... Но присудить отставшему победу - это уж слишком, вот и цепляются судьишки в коротких штанишках за спасительное слово "ничья".

Подробностей ничейного судейства я не знала, зато хорошо видела, как страдает братишка (да и другие мальчики тоже). В самом деле, плыл, напрягаясь и выкладываясь, с огромным желанием победить - и вот, на тебе, словно и не плыл вовсе. Ничья! При победе хотя бы победитель радуется, а здесь оба носы повесили. Ей-ей, лучше даже проиграть, тут можно надеяться на завтрашний реванш, да и перед собой совесть чиста - плыл, как мог, но соперник оказался быстрее. А при ничье грызёт червь сомнения - может, упустил где случай поднажать, а то бы вырвался вперёд, ведь совсем чуть-чуть не хватило.

Ну, я как могу ободряю Вадика, но иногда мне кажется, что он злоупотребляет моим сочувствием. И потом, получается какой-то "День сурка": ничья, ничья, ничья... А ему, небось, кажется, что "День сурка" как раз у меня: загар, загар, загар... Да, но всё глубже, шоколаднее, шире, внушительнее...

И вот сегодня опять:

- Ничья...

Вчера на это я сказала не без раздражения:

- Ну чего ты мне жалуешься? В конце концов, переплавайте под другим судейством!

Конечно, разве ж девочка (хотя я девушка уже почти) может понять мужские страсти?

- Ты что?! Мы ж все измочалены, языки на плечах. Это ты со своим брассом можешь хоть часами плавать, а мы выкладываемся!

Не знаю, не знаю... Через пять минут смотрю - они опять носятся. Если из принципа не хочешь, то так и скажи родной сестре.

Поэтому сегодня я сказала иначе:

- Ну, устройте условное двоеборье. Если сплавали вничью, поборитесь на песке или там рука на руку. Вот победа кому и выйдет.

Я-то пытаюсь разнообразить, а вот маленький мужчина - нет. Снова пошли охи да ахи о потерянных силах, о выложенности досуха, о ногах, на которых едва держишься. Прямо выжатый лимон к финишу приплыл, а не человек. Куда тут бороться?

Меня всё это порядком разозлило. Сегодня поблизости от меня не лежали подружки, я отдыхала от болтовни, настроение такое умиротворённое, солнце, почти до сосков поднятые треуголки бикини (и никто не ворчит и откровенно не пялится)... А тут этот тип со своей задол... надоевшей ничьёй - и советов слушать не хочет, вот в чём беда.

Захотелось аж рявкнуть. Примерно так:

- Не умеешь побеждать - бросай жребий. Монетку на, кинь, если так уж нужен победитель.

Но тут же сдала назад. Вспомнила, как недавно не могла выбрать, надеть ли платье или топик с джинсами. Это тоже признак взросления, считаю, девочкой проблем не испытывала. И тут Вадик возьми и встрянь:

- Галь, брось жребий. Чего мучиться? Монетка нужна?

Ещё будет меня учить в модах разбираться! Его разве дело? Я ответила ехидно:

- Монета без надобности. Завяжи мне глаза, подставь попу, можешь дёргаться. Если попаду по левой ягодице, надену вот это, а если по правой - то вон то.

Ну, он мигом перестал настаивать на своём совете, вышел из комнаты, пятясь. И вот теперь я забоялась, что братишка может мне моё ехидство вернуть - тем более что лежала я как раз на животе и трусы были приспущены чуть ли не до самого анала. Можно было и по мясу лупить, на весь пляж звук. Не знаю, кто бы в этом случае стал у них победителем, я бы точно оказалась проигравшей.

Тем более что завязки лифчика я развязала и распустила, так что вскочить и погнаться не могла сразу. А неотвеченный удар по... ну, по этой самой... по репутации... нет, лучше не шутить.

Я со злостью взглянула на Вадика и вдруг заметила, что у него не в порядке плавки. Приспущены и топорщатся снизу. Небось, не подтянул, вылазя из воды. Чай, не девушка, которая ещё и не выйдя на берег, ещё ноги по колено в воде, а её купальник уже одёрнут, расправлен и в полном порядке.

Я лениво подняла с песка руку, чтобы ткнуть ему в живот и сказать нечто пренебрежительно-уничижительное. И тут меня словно чёрт за язык дёрнул. Я ляпнула совсем другое, хотя и про то же место.

Надо сказать, что с некоторых пор родители стали упорно не называть по имени то, что скрывалось у Вадьки под трусами. Смешно, ещё совсем недавно я помогала его купать и сажать на горшок, и никаких молчков не было, хотя и не по-взрослому называли. А тут - ну никак, обходят молчанием, да и всё тут. И моей анатомии при нём не касаются. Даже безобидное слово "лифчик" и то звучит чуть ли не шёпотом.

Как-то братишка подбежал ко мне, надев новые плавки, и ждёт, чтобы я ими восхитилась. Я и говорю:

- Снаружи - просто блеск, а вот внутри чего? - В смысле, подкладка белая или того же цвета.

- А внутри у меня там "богатырь", - и пальчиком контуры оглаживает.

Надо же! "Богатырь"! Ну погоди, я тебе это припомню как-нибудь. И вот это время пришло.

Тычу "туда" и говорю:

- Если у тебя нет сил, чтобы побороть всего соперника, то побори его "богатыря" хотя бы. Сдюжишь?

Побледнел, мямлит, подтягивает плавки.

- Как же я его поборю? Людей ведь кладут на обе лопатки, а тут...

- А ты положи его на живот. Я имею в виду - на живот хозяина, концом к пупку. Не стаскивая плавок, не запуская под них руки, а только перебирая пальцами и нажимая снаружи. Тут сил много и не надо, надеюсь.

- А разве так можно? - шепчет.

- А раз нельзя, ну и ходи со своей ничьёй как с бедой и ко мне не вяжись!

И отвернулась.

В задний проход приятно навевал ветерок...

Вот только это и сказала, больше ничего. Не уговаривала попробовать, не подначивала, нецензурных слов не употребляла. Пошутила, отвязался чтоб.

Не могла и подумать, что буквально воспримет.

В тот день я вскоре пошла купаться, а по выходе из воды ушла с пляжа. События стали разворачиваться на второй или третий день.

Прибегает Вадик весёлый:

- Победа, Галька! Запустить в тебя галькой? Спорим, в трусы попаду!

- А ну тебя!

А вот притащился понурый:

- Продул нынче...

- Ты не горюй, - переворачиваюсь я с живота на спину и вдруг замолкаю на полуслове. Мальчишеские плавки топорщатся, и всё за то, что его "богатырь" в предсказанном мною положении, на животе. Хмурю брови:

- Это ещё что такое?

- Это ничего, Галечка, - мальчик быстро суёт руки в плавки, даже не отворачиваясь, шур-шур, и снова всё шишкой в промежности. - Это случайно, ну, задралось.

- За-драл-ся, - говорю раздельно.

- Ну, задрался, - не хочет он спорить.

- "Богатырь", - настаиваю.

- Ну... вроде.

- Ага! Боролись на "богатырях"?

- Да ты же сама велела.

- Кто? Я?!

- А вчера чего говорила?

Я аж покраснела. Шутила же! Даже и не знала, можно ли эту штуку положить на живот. Просто так ляпнула, надо же предложить что-то вместо "лопаток". А что "велела" - так это вообще на его совести.

В общем, я замяла тему, потому что предупреждать, чтобы никому не говорил - гиблое дело, обязательно разболтает. А так увидит, что я не стесняюсь своего авторства, лишнего сотрясения воздуха и не будет. А если что и всплывёт случайно... что ж, я главное действующее лицо настоящим именем не называла, меня просто неправильно поняли. Я-то имела в виду, что настоящие богатыри даже после изнуряющего плавания смогут собрать силы и побороться на суше.

Но как же они всё-таки воплотили мой совет? К счастью, у папы без спросу можно позаимствовать морской бинокль, он в шкафу, не видно, что нет на месте. То есть не видно постоянно, лежит ли он там, только если лезть специально. А когда опираешься на локти, зыря вдаль, спина всё равно же загорает, верно?

А если лежать на спине, то можно сделать "мостик", как мне братишка однажды показывал, мол, ни за что не дожму его на обе лопатки. Запрокинуть голову назад, чтоб глаза назад и смотрели, и поднести к ним бинокль... Нет, это и трудно, и со стороны странно смотрится. Буду подглядывать обычным способом.

Так вот, чем мальчики глупые занимаются. Сперва плавают взапуски. Но не всегда, порой сразу с борьбы и начинают, словно на воде уже ничья была.

Борьба особого рода, пляжная. По приёмам похожа на вольную, то есть можно давать подножки, неожиданные тычки, захватывать ноги руками. Но цель другая. Надо, чтобы плавки соперника коснулись песка. "Чистой" считается подсечка врасплох, когда мальчик прямо садится на попу, где стоял. Бывают и свои "мосты", с них приходится дожимать, кладя на обе... ягодицы.

Конечно, специально уменьшать плавки запрещено. В каких плаваешь, какие с тебя в воде не спадают, в тех и выходи на песок, без хитростей всяких. Может, для того вперёд и плавают, чтобы проверить амуницию, тут даже ничья полезна.

Ничьих в такой "песочной" борьбе не бывает, разве что долго могут возиться друг с дружкой. Однажды я видела курьёзную ситуацию: атакуемый, чтоб удержаться на ногах, глубоко отступил ногой. Так противник не стал его толкать с этой неустойчивой позиции, а взял и дожал за плечи до почти что "шпагата". Песок ведь, ноги не закрепишь, будут разъезжаться, вспарывать, как миленькие.

А тот парень силу свою показал. Толкнуть-то всякий смог бы. А плавки в промежности - тоже плавки, песка-то коснулись.

После чьей-то победы начинается самое интересное. Побеждённый ложится на спину, ноги вместе, руки раскинуты. Победитель садится ему на грудь лицом к ногам, врывается в песок, как может, своими ногами и растопыривает руки. Нижний поднимает руки, пропускает их через подмышки верхнего и крепко берётся за его ключицы. И командует:

- Пошли!

Вот тут всё и начинается. Верхний делает, прямо как я сказала... пошутила, в общем, а нижний, напрягая бицепсы, пытается его повалить на себя. Затылок от песка отрывать он не должен, и если спина верхнего коснётся его носа, лба или подбородка, то защита победила.

В случае "лёгкой" борьбы победа присуждается нижнему. Но, если мальцы настроились биться не на шутку, они после выигрыша защиты меняются ролями, и возятся, пока у кого-то "богатырь" не ляжет концом к пупку, не прижмётся к животу под плавками.

Их, кстати, между раундами можно только подтягивать, берясь за поясок по бокам, не спуская, не прыгая и никаким другим образом не меняя достигнутого расположения.

Однажды я видела, как лихо борется мой брат сверху. Он сомкнул пальцы на обеих руках и с силой поддел через материю с обеих сторон, такая "всплыла" трубочка. Потом с силой нажал на корень, под материей так и прыгнуло, образовался холмик. И Вадик стал вершину этого холмика тянуть на себя, к пупку, "дожимать". Но тут его самого дожали, уложили спиной на лоб. Его очередь стала подставляться, а я на это принципиально в бинокль не зырю. Только глазами невооружёнными, и то не постоянно. Мне надо только знать, кто выиграл. Другие - другое дело, как их истязают можно и полюбопытствовать. Хотя всякое пикантное зрелище рано или поздно приедается.

Вот и судите сами, какие ко мне могут быть претензии, если кто кого пережмёт так, что не скроешь, если врача вызывать придётся. Я бы, хоть кто мне скажи, что можно бороться, скажем, на бюстах, ни за что бы не стала... Хм, а это идея! Надо подбросить старшим, у кого уже настоящие груди, только над техникой подумать, над правилами. И если они не будут (а они точно не будут), то моя непричастность очевидной станет. Провокации нет, если люди сами не желают провоцироваться.