# Димка

К Андерсен Кей

Рассказ участвовал в СК-12. Фанфик по книге М.и С.Дяченко "Армагед-дом"

Пусти зайца-молодца в Малые Воротца, небо красненько, травка черненька, злая глефа на пороге, уноси, зайчишка, ноги, лиска, мишка, воробей, ну-ка спрячемся скорей (Армагед-дом)


"Тептов", - бесстрастно объявил механический голос, и автобус остановился возле ГОшного КПП. Выходя, Димка обернулся - глупо, он уже давно трясся по неровной дороге в одиночку. Привычно махнув водителю, "Бывай, дядь Коль", он шагнул к посту, на ходу доставая пропуск.

Ещё пару лет назад на Тептовской - а по-настоящему на Опытной ихтиологической станции в бухте Тептовская - так вот, на Тептовской гэошного штаба не было и в помине. А семь лет назад, Димка помнил, автобус приезжал битком, люди ехали издалека, везли детей посмотреть "как дальфины из воды прыгают и под музыку танцуют". Дети выросли, мрыга стала ближе. Погода тоже подвела: ещё вчера палило солнце, и вдруг похолодало, даром, что август на дворе.

С моря веяло сыростью. Штормило. Спускаясь вниз по склону, Димка залюбовался волнами, перекатывающимися через баррикаду в бухту. Это тоже гэошники придумали, баррикаду. Сколько ему было, лет пять? Приехали угрюмые люди, пригнали баржи с песком, так вместе с песком их и затопили, перекрыв узкий водяной перешеек. Это была сенсация, внутри бухты поймали целую дюжину дальфинов. Отца тогда поздравляли, даже медаль вручили. Димке конфет перепало... Это, выходит, дальфины тут уже больше десяти лет болтаются. Больше полжизни...

- Димка! - из подсобки вынырнул отец, скрутил в объятиях, - Поступил?

- Ага. - После школы Димка подался на ихтиолога.

- Как дома?

- Вон, пирогов напекли, полный рюкзак. Ждут.

- Приехали уже?

- Девчонки-то? Да, на днях. Смену в лагере укоротили, говорят, из-за мрыги. А маман сказала, им ещё год учиться, пусть настраиваются.

- Значит, и к нам не отпустит, - задумчиво протянул отец, - а я соскучился. Ну, придется побыстрее тут закончить.

Лена и Алина были на полтора года младше, и Димка до сих пор как-то по-детски считал их "мелкими". Он и сам соскучился, пары дней, выпавших им на общение, оказалось катастрофически мало. Раньше, до гэошников, они приезжали на Тептовскую все вместе, ныряли с отцом среди дальфинов, плавали, цепляясь за огромный спинной плавник. А вокруг плыла музыка.

Музыка... Она была в Димкиной жизни всегда, и всегда вместе с дальфинами. Отец ещё в первый свой цикл обнаружил, что дальфины любят музыку. Ну то есть слухи об этом ходили давно, но отцу удалось заманить дальфинов в бухту. В новом цикле он изобрел ультразвуковой транслятор, переработал под него несколько композиций, защитил диплом о влиянии музыки на поведение дальфинов и получил грант на дальнейшие исследования. Дальфины и правда приплывали, и после нескольких лет тренировок отец начал устраивать в бухте представления. Для зрителей играла музыка, для дальфинов - ультразвук, огромные звери то выпрыгивали из воды, то синхронно ныряли, ударяя по поверхности хвостами, то принимались кружить у самой поверхности, рисуя волнами замысловатые узоры. В Димкиной памяти отец стоял, выпрямившись во весь рост, в лодке, а вокруг вскипала вода, и два дальфина поднимали лодку и под громовой финал буквально выносили на берег. Димка тоже выступал, когда подрос, катаясь на широких черных, чуть шероховатых спинах. Это была игра, для них всех - и дальфинов тоже - это была игра.

На тринадцатый год цикла игра закончилась. Во время особенно злого шторма один из дальфинов выбросился на баррикаду.


- Олег Михалыч, вас в штабе ищут, - Пока Димка предавался воспоминаниям, они дошли до столового корпуса.

- Спасибо, Свет, уже иду. До ужина далеко, будь добра, покорми хлопца с дороги.

- Привет, - Димка улыбнулся и шагнул внутрь.

- Здорово, студент, - Светка тряхнула косичками, устанавливая на плиту ковшик, - как оно во взрослой жизни?

- Ууу, да, я теперь большой, а ты, малявка, должна меня слушаться!

- Вот ещё! - "малявка" была всего на год младше, - я экстерном сдала, и в город поеду.

- Ого!

- Ого, - она поставила перед Димкой тарелку с вареной картошкой, - вот, молодая уже. Ещё сосиски сейчас сварятся.

- Сосиски? А рыба?

Ленка как-то зло сверкнула глазами:

- А нет больше рыбы. Всё сожрали ваши твари.

- В смысле?

- "Миха-алыч, заводи шарманку! Миха-алыч", - передразнила она кого-то из гэошников, - задолбали. Дальфинов вокруг больше, чем рыбы. Валить надо, пока от голода не сдохли.

- Так плохо?

- Нет, Дим, плохо было год назад. И два года назад. А сейчас... Сейчас кто из Тептовских остался - мрыгу ждут, чтобы их переселили. Вот так сейчас.

Светка шмыгнула носом и суетливо вскочила из-за стола, побежала доставать сосиски.

Дальше сидели молча. Даже домашние димкины пироги не смогли помочь. Что тут скажешь? В Тептове, небольшом поселении возле глубокой бухты, жили рыбаки. Свежайшую тептовскую рыбу в городе уважали. Многие перебирались в Тептов на лето, поближе к морю и морским деликатесам. Светка была из коренных, у нее даже собственная лодка имелась. А теперь она поедет в город - город, который сходит с ума перед каждой мрыгой.

Снаружи зашумели. "Миха-алыч!.." Шарманкой гэошники прозвали ретранслятор.

Димка распахнул окно, пригляделся. В бухте танцевали дальфины. Если этот безумный хоровод с угрожающими шлепками хвостом по воде можно назвать танцем. В море, за баррикадой, тоже было неспокойно, но разобрать на таком расстоянии не получалось.

"Михалыч, включай уже, чего ты копаешься!"

"Да включил, - откуда-то из пультовой крикнул отец, - пофиг им."

"Другую, значит, заводи!"

"Сам заводи, раз всё знаешь!"

Рисунок хоровода менялся, но успокаиваться дальфины не собирались.

- Что за ерунда? - Димка покачал головой. Последние пару лет дальфины стали вести себя непредсказуемо. Бросались на лодки - пришлось запретить судоходство в бухте. Теперь ещё и музыка, их любимая музыка, не помогала. - Что за ерунда, - повторил Димка вполголоса.

- Мрыгу чуют. В ворота не пролезут, вот и бесятся. Ещё и те, в море которые, зовут их как будто. Все звери как звери, а эти... Проклятые что ли.


Вечером отец сам начал разговор. Впрочем, какой уж там разговор, монолог скорее. Видно, давно уже хотел высказаться - да не гэошникам же о дальфинах рассказывать. Димка слушал - о том, что музыка на дальфинов уже почти не действует, о том, что они по несколько суток могут вот так кружить по бухте, о том, что снова начали прыгать на баррикаду, - и понимал, что отец уже очень устал. Это лето его вымотало окончательно. Димка ещё помнил увлеченного ученого, теперь перед ним сидел человек, чьи научные выводы не выдержали испытания реальностью, человек, мечтающий поскорее законсервировать станцию и уехать, бросить всё.

Удерживало одно. Покровительство ГО давало надежду на включение в условленные списки. Получить право на эвакуацию, пройти в ворота в числе первых - вот ради чего стоит напрячься, стоит ещё немного потерпеть. Последний год остался, уже даже меньше года...


Светка уехала через три дня, на послеобеденном автобусе. Даже не попрощалась, хотя с чего бы ей прощаться, не так уж они и дружны были. А всё-таки жаль, хорошая девчонка была, надёжная. Вот бы встретиться после мрыги...

Светка уехала, и Тептовская база стала чуть более чужой. На кухне теперь заправляла Ирина Васильевна, сухонькая старушка на восьмом десятке. Она немного подволакивала ногу, неспешно гремела кастрюльками и готовила почти домашние супы, но Димке всё это было не то.

- Васильна, чего тебе эта суета, поезжай в город, к воротам поближе, - смеялись гэошники.

- Тююю, что я, милые, ворот не видела? Хватит уже на мой век, насмотрелась, - она незлобиво отмахивалась, замешивая тесто на пироги.

- Васильна, а с чем у тебя пироги будут?

- Была бы рыба - были б с рыбой.

- А дальфины - рыба?

- Тьфу на тебя!

- Ах-хаха-ха!


Дальфины - не рыба, это Димка знал точно. Дальфины - звери, но звери какие-то неправильные. Яйца откладывают где-то в глубине, в мрыгу из них вылупляются глефы и лезут на сушу жрать... От этой мысли Димка всегда содрогался. Как такие звери вообще появиться могли, ни на что не похожие?

Когда Димка был маленьким, он часто спрашивал об этом отца. Потом перестал - неуютно было смотреть, как отец заученно улыбается: "никто до конца не знает, мрыга же." На мрыгу списывали подозрительно многое, и дальфины не были исключением. Куда деваются взрослые дальфины? Гибнут в мрыгу. Откуда берутся глефы? Из яиц, наверное, но в мрыгу уже не до наблюдений. Как глефы превращаются в дальфинов? Никто не видел - мрыга...


Конец августа выдался на редкость непогодным. С самого димкиного приезда зарядили шторма, и дальфины в бухте были предоставлены сами себе. С приходом осени установилось затишье, холодные ночи и солнечные дни - последние перед затяжным прыжком в зиму.

В один из таких дней в комнаты, которые занимали Димка с отцом, постучался Сергей - полковник Сергей Пестов, начальник ГО на Тептовской. Спокойный и доброжелательный на вид, с аккуратно подстриженными усиками и серыми внимательными глазами, он слыл здесь человеком скорее хорошим, хоть и не юморным, и даже закрывал глаза на приклеившееся к нему прозвище "Полкан".

- Олег Михайлович, отдыхаете?

Отец потянулся за пультом, выключил телевизор:

- А, Сергей, заходи.

Особого приглашения полковнику Пестову, впрочем, и не требовалось. Устроившись за столом, плеснул себе в стакан воды из стоявшей тут же бутыли.

- Олег Михайлович, тут дело такое... - он отодвинул стакан в сторону, - Можете вы дальфинов к берегу подманить?

- Ну.

- Так, чтобы всех разом? Да чтобы они постояли на мелководье?

Отец хмыкнул:

- А вот это уже непростая задача.

- Так простых и не держим, Михалыч.

- Тааак, дай подумать тогда. Положим, в лучшие годы они такой фокус на раз делали. Как там сейчас, - отец кивнул в сторону бухты, - утихарились?

От Димки не укрылся понимающий взгляд полковника. Ну конечно, ученый-дальфинист спрашивает, как там его дальфины.

- Отдыхают. Укачало их знатно, похоже.

- Ну да... Значит так, недельку потренируемся, и будет тебе фокус. Только рыбу подгоняй.

- Рыба только завтра. В шторм тебе никто не ловил.

- Значит, завтра и начнем. Что у нас там с приливами? - отец рассеянно потянулся к компьютеру.


Голодные дальфины музыку вспомнили быстро, словно и не они недавно как безумные скакали по всей бухте. Вот хоровод, вот прыжки, вот поворот на месте - и вот, наконец, одиннадцать ртов синхронно высовываются из воды у самого берега. Каждому по огромному ведру свежей рыбы. Прилив помогает сытым зверям сняться с мели и вернуться на глубину.

Димка дежурил с отцом у "шарманки". Отсюда, из пультовой, был лучший вид на бухту и на всё представление. И на одиннадцать грузчиков на причале, опрокидывающих в открытые пасти по тяжеленному ведру с рыбой. Так себе работенка. Хорошо, что Полкан нашел на это дело своих людей, Димка уж лучше тут, шарманку заводить будет.

Полкан пару раз заглядывал на пультовую, одобрительно кивал: "красиво работают, Михалыч, прям как надо". И отец расцветал: "дааа, молодцы зверушки, всё вспомнили".

Не понятно только Димке было, кому вдруг надо стало. Пестов не отвечал.


С утра туманило. Димка вышел на пробежку, но в белом молоке бежать было неприятно, и он, зябко сунув руки под мышки, быстрым шагом двинулся по привычным дорожкам. Со стороны КПП донёсся звук мотора, а вскоре из тумана вынырнул черный автомобиль. "Нездешний," - отметил про себя Димка.

Из открытого окна ему вдруг махнул Пестов:

- Привет, Дим, давай на пультовую, быстренько.

Машина покатила дальше. Если Полкан сказал "быстренько", значит надо поторопиться. Парень ещё больше нахохлился и зашагал к пультовой.

У входа Димка задержался, пытаясь разглядеть незнакомую модель. Что за птица пожаловала? Пестов как чувствовал - приоткрыл дверь, кивнул, заходи, мол.

В полутьме пультовой Димка все же разглядел гостя - генерал ГО - и тихонько сглотнул. Отца не было, конечно, за ним ещё не успели послать, наверное.

- Вот, Дмитрий Олегович - надежда дальфинологии в новом цикле, - представил Димку Пестов, покровительственно потрепав за плечо.

- Здравствуйте, - выдавил из себя Димка.

Генерал кивнул.

- Ну что, Дим, заводи свой транслятор.

- Сейчас? - происходящее было странно, очень странно.

- Сейчас, конечно. Пусть станцуют.

- А рыба? - без отца включать транслятор было неправильно, и Димка уже сомневался, что за отцом кого-то посылали вообще.

- Рыба готова уже, ребята ждут.

Внизу на причале смутно угадывались одиннадцать фигур.

- Так туман же, - туман, надо сказать постепенно редел. Из-за косы уже выглядывали солнечные лучи. - Погодите, но сейчас отлив.

- Дим, у нас нет времени ждать - дел полно. Давай запускай шарманку, да мы дальше поедем.

Димка вздохнул. Как-то странно так, без предупреждения. Но у генерала, наверное, и правда весь день расписан... Он включил компьютер, провел ладонью по пульту управления, проверяя настройки. Поехали.

Первое вступление - начало тихое, словно отзвуки волн; затем громкость нарастает, мелодия уже зовёт, захватывая внимание. Второе вступление - более активное, немного торжественное, как подготовка к чему-то более важному. А теперь хоровод - надо убедиться, что все дальфины пришли. У хоровода нет четкого времени, следующая мелодия в листе запускается вручную.

Димка сощурился, считая дальфинов. Сбился. Время идёт, черные плавники послушно кружат напротив причала. В тумане никак не разглядеть Меченого - у него надорванный плавник, от него проще всего было считать. Дальше тянуть нельзя, но вроде все на месте, все одиннадцать. Димка выдохнул, запуская танец.

Программа прошла на одном дыхании. Дальфины отработали привычные движения и замерли на местах с разинутыми ртами.

- Браво, - генерал церемонно захлопал в ладоши.

Димка, краснея, обернулся на голос, а потому не видел, как одиннадцать человек на причале вскинули ружья. Выстрелы грохнули как один.

- Идеальное выступление, - генерал пожал онемевшему Димке руку и направился к автомобилю, - благодарю.

Димка слышал, как хлопнула дверь, как удалялся звук мотора... И не мог поверить в произошедшее.

- Почему? - мысли, наконец, сложились в шёпот.

- Так надо, - полковник Пестов все ещё стоял рядом.

- Какого?!.. - в проёме двери появился запыхавшийся отец. - Какого тут происходит, а?!

- Олег Михайлович, так надо.

- Что вы тут устроили?!

- Па... Я не...

- Помолчи! - отец подскочил к Пестову. - Как вы посмели!

Завязалась некрасивая борьба. Пестов немного отступал, пытаясь урезонить отца. Отец то бросался на полковника с кулаками, то в слепой ярости норовил разломать всё, до чего можно дотянуться. Не выдержав, Димка выбежал наружу.

На причале суетились люди, откуда-то появились моторки, небо уже заполонили вездесущие, всезнающие чайки... От причала по бухте расползалось пурпурно-красное пятно.

Димка не помнил, как добрался до комнат, и не знал, сколько времени просидел на диване, глядя в пол перед собой. Скрипнула дверь, на пороге появился отец, помятый и притихший, прошел на кухню и, достав из шкафчика поллитровку, приложился на пару глотков. Убрав бутыль на место, сел с Димкой рядом.

- Это я, - Димка тут же оказался в спиртовом облаке, - я сам виноват, наверное... Так хотел всё закончить уже.

- Па, прости, я не...

- Ничего. Дим, это ничего... Им всё одно в мрыгу умирать.

- Я не знал, что они будут стрелять, я не хотел...

- Ничего, Дим, ты не виноват. Слышишь, ты не при чем. Это я, я хотел. Но не так же!


Пестов пришел на третий день. Постучался как ни в чем не бывало:

- Олег Михайлович?

- Проваливай, - отец был не то, чтобы пьян, но пустая бутылка на столе и отросшая щетина на щеках выглядели достаточно красноречиво.

Пестов, тем не менее, привычно уселся за стол, сдвинув бутылку к стене.

- Я тебе сказал, проваливай. И мясо из бухты убери, смердит же.

- Как осмотр закончим, сразу и уберем. Вы, Олег Михайлович, не интересуетесь?

- Нечего там копаться. Что я, дальфинов не видел?

- Да? А сколько из ваших дальфинов были самками, знаете? И если они не покидали бухту, то где теперь их кладки, а?

- Твою ж...! - сунув ноги в дежурные сапоги и схватив с крючка куртку, отец заспешил к воде, к выложенным в ряд гигантским тушам.

Пестов посмотрел ему вслед, повертел в руках пустую бутылку и, снова отставив ее в сторону, плеснул в стакан воды.

- Ты всё сделал правильно, Дим. Они отложили яйца, больше они нам не нужны. Только подумай, ещё никому не удавалось заполучить их яйца. Может быть, мы увидим, как вылупляются глефы. Может быть, мы поймём, как их можно остановить.


Ныряли все. Как одержимые, сменяя друг друга, день за днём они прочесывали бухту. Подъем - завтрак - в воду - обед - в воду - ужин - спать. Полдня на отдых и всё сначала. Иногда Димке мерещилось, что он сам превращается в дальфина: черный гидрокостюм прирастает как вторая кожа, и попадись ему на пути рыба - слопает не задумываясь.

Время шло, дни слились в один сплошной поток, а результата всё не было. Полкан мрачнел и злился. Отец что-то кричал в ответ. И все снова ныряли, потому что четыре самки где-то всё-таки спрятали свои кладки.

"Не в землю же они их закопали!" - в сердцах крикнул отец во время очередной перепалки. И осекся. Почему, собственно, не в землю?


Приближалась зима, море посерело до какого-то свинцового оттенка, зачастили шторма. Глядя из окна пультовой на штурмующие берег волны, Димка думал о городе. Как там, уже ввели комендантский час? Димка думал о сестрах, но вспоминалась почему-то Светка. Как-то она устроилась в городе? Надо было дать ей адрес, мать бы помогла.

Отец с полковником заключили перемирие, пытаясь придумать способ отыскать кладки. Рабочих идей, впрочем, было немного. Поэтому как только шторм стихал - все снова ныряли.

Димка вспоминал, где кружили дальфины, сам покружил, примеряясь, и начал опускаться на глубину. Выходит, они били хвостами, чтобы быстрее уйти на дно. Что они там делали? Нору не выкопать - нечем. Максимум можно расковырять носом углубление. А если наоборот? Может, они закапывали кладку? Тогда нужно искать не норы, а наоборот...


Первую кладку нашли только весной. Одно яйцо отец выпросил себе и аккуратно вскрыл - маленькая глефа оказалась уже совсем не маленькой, готовой вылупиться. Остальное Пестов, мельком взглянув на глефу, увез в город.

Вернулся полковник лишь через две недели и, поймав Димку на улице, сунул ему в руку два маленьких кулона на цепочках: "молодец, Дим, заслужил". Отец, увидев кулоны, выдохнул, и побежал к Пестову узнать, что там насчёт жены и дочерей. Увы, им место в условленном списке не досталось. Но вроде бы пока их можно будет взять с собой.


Вишни зацвели дружно, словно и нет никакого конца цикла. Ирина Васильевна выходила из кухни и оглядывалась на покрытые цветами склоны, качая головой: "Красота-то какая!"

Тептов эвакуировали в город, люди, наконец, добились своего. Будут встречать мрыгу в лагере временного размещения. Интересно, те, кто раньше уехали - не жалеют теперь?

Димка гулял вдоль берега бухты, вдыхая разом потеплевший воздух. Вообще-то ему надо быть в универе, но с этими дальфинами всё пошло наперекосяк. Год потерян, Светка засмеет теперь. Светка... Поступила ли куда или работу нашла? Да какую ещё работу в последний год?!

У самой линии прибоя чайки дербанили какую-то добычу. Рыба что ли? Разогнав крикливых тварей, Димка присвистнул: глефа. Маленькая, размером с кошку, почти как у отца в яйце. Поморщившись, Димка подцепил трупик палкой и понес на базу.


Ещё месяц море выносило на берег мертвых глеф разного размера. Самая большая была похожа на колесо от грузовика. Снова начали нырять, но живую глефу добыть так и не удалось.

За пределами бухты глеф вроде бы не находили. Отец сказал, что походу в бухте они от голода сдохли. Знать бы ещё, что они жрут там, в открытом море. Это ж надо за полгода из котенка до такой громадины отожраться. Ну допустим, поначалу они и друг друга пожрать могли - были на некоторых следы, похожие на укусы других глеф. Но дальше... Загадка. И дальфины в море исчезли, все как один.


Наступил и прошёл май. Отцвели сады, пересохли весенние ручьи, солнце сожгло молодую траву. Димка по привычке бегал к морю с аквалангом, но ничего стоящего не попадалось, бухта была мертва.

База как-то незаметно опустела. Разъехались гэошные ныряльщики, один за другим свинтили в город дальфинологи, увезя с собой недорезанные трупики глеф. Даже на КПП теперь вместо гэошников сидели двое тептовских стариков, играли в шашки, но все больше вздыхали о молодости.

Прямо на трассе, ведущей в город, разместили вертолеты. Отец - Димка чувствовал - надеялся, что это для эвакуации. Но скорее всё же глеф стрелять. Не верят, что в бухте их нет.


В столовой они ужинали втроём - отец, Димка и Ирина Васильевна, по-семейному. Полкан с остатками гэошников с обеда был на вертолетах - тренировочные стрельбы отрабатывали.

Окна были распахнуты, но воздух был одинаково горячий внутри и снаружи. В этом густом от жары воздухе стрекотал вертолет, заходя на посадку. Вскоре двигатель замолк.

- Гля, какая тишина, - прошептал отец.

- Чего шепчешь, Олежек?

- Тихо так, говорю, - отец помолчал, - даже птиц не слышно.

- Ааа. Распугали всё зверьё вертолетами. Воробьи вон с утра не выдержали, значит, и улетели.

- С утра? А кошак наш где?

- Рыжий-то? Загулял, видать, молоко нетронуто стоит.

- Тааак.

По одному этому "тааак" Димка понял: начинается. Небо над морем ещё было пронзительно-голубым, а с другой стороны вид закрывала гора.

- Давай, Дим - велик, сумка и к вертолетчикам.

- Ага, - Димка уже был на ногах, выскочил на улицу.

Разрезая жаркий воздух синхронным свистом вертолеты взмыли вверх, показавшись на миг над кручей, чтобы развернуться и уйти в сторону города.

- Отбой, - хрипло скомандовал отец, глядя на свой кулон. Димка тоже потянулся за пазуху.

Кулоны не включились. Полкан обманул - их эвакуация не планировалась.

- Сгоняй на КПП чтоль, дедов позови.

Любое действие лучше, чем ничего. Красные всполохи на небе уже можно было разглядеть с восточной стороны.

Сторожа неспешно доедали ужин, увлечённые игрой.

- Чегой-то, Дим, ты такой всполошенный?

- Началось же, - выдавил из себя Димка.

- Так а чего ты тут с нами вошкаешься?

- А чего делать, - Димка пожал плечами, - бежать некуда уже.

- Идём, Андреич, - старики поднялись. - Батя твой где?

- В столовой.

- У Васильевны, значит. Ну и правильно, - кивнул Андреич, - пузырь-то взять?

- А давай.


Когда они добрались до столового корпуса, красное зарево расползлось уже на полнеба, и земля временами ощутимо подрагивала.

Отец где-то достал бинокль и теперь всматривался в море.

- Здорово, Васильна.

- А ты, Андреич, не с пустыми руками, смотрю.

- Ну. Прям как на свидание.

Старики засмеялись. Опустив бинокль, отец обернулся на звук и замер, глядя куда-то поверх голов. Димка проследил его взгляд - на дороге, ведущей к КПП, той самой, по которой он только что бегал туда-сюда, переливались радужной пленкой Ворота. Ну, не Ворота, а так, дверь скорее, если судить по размерам. Но размеры уже никого не волновали. - Нам не поверят, - выдохнул себе под нос Димка.