# Письмо Хмельницкого в Москву

Владислав Александрович Казарцев

Преславный Царь Московский

наш государь и добродей

С призрения Божьего себе мы помышляли

чтобы послати к вам от сих своих людей

поклон отдати и не бысть в печали

Но Бог одарил нас посланцев всех твоих

до пана Киселя и в наше войско

и нашей веры старожитной Греческой мотив

ты нам принес по дружески, по свойски

Мы в силу вольности своей в беде

с безбожных ариев покоя не имеем

Творец Исус Христос помог нам во труде:

войска пришед на нас мы бить умеем

Копали яму всё под нас, под Сечь

попались сами: оба войска пали

трёх гетманов у них с сенаторами впредь

где Жёлтая Вода живьем достали

А было много их,

наместник Шембербек

и сын пана Краковски с войском

козаки посекли так много человек

что лошади не шли по трупам польским

Сам гетман, пан Краковский взят в полон

и человек при нем блаженный и убогий

вот Мартин Калиновский он

се под Коосунем был разгромлен на дороге

Усе войско их разбито

их имали Крымчаки

что служат нам от Крымского царя

Но земли наши - власть давно забыта

и будто пусто в них, а это зря!

Желаем мы тебя - ты православный

христианский Царь

Ты тот, кого послал Господь для нас

Приди, приди же к нам!

Коль ляхи наступать начнут то, Государь!

Ты войском с севера, мы с юга

в клещи их

и будем бить по головам!

Написано с Черкес

1648 месяца июня

в день тягостный восьмой

и милостью небес

Богдан Хмельницкий с войском

Запорожским

с Желтых вод, с Корсуня

Сие послание с Белорусского письма

доставлено к Царю

в Москву во Кремль город

и бью челом и правду говорю

Хмельницкий верен Вам

и Сечь верна

се князь и княжество его

младое, как и он,

его правитель молод

И не стареет он, и не стареет Русь

Две части в целое соединяться, знаю!

В Союз. Как в грамоте Хмельницкого-

В Союз!

О сем и пишет он. Сего желает

И Бело- МалоРоссия и Сечь

А не Париж, не Вена, не Варшава

наш этот мир, нам всем его беречь

от иноземцев гадких и лукавых

Царь помолчал и молвил: На коней!

Быть по сему, сей план Богоугоден!

Сквозь череду кровавых старых дней

Он ведал все о счастье, о народе

***