# История Великой Мести. Книга 1

Екатерина Думитровна Кара

1 часть рассказывает о слиянии судеб двух совершенно разных чародеев - один был сослан в Град Ссыльных за преступление Закона Иррационального, а другой родился и жил в этом городе и даже не догадывался о том, что все, к чему он привык - несправедливо и неправильно. Первый - Коля Сахаров, который вынужден мириться с негуманными законами правительства Града Ссыльных, а уроженец этого места - Евгений Нери-Розаль, наследник аристократического рода, который не готов простить жестокость общества и обиды, нанесенные ему.

## Глава 2 Наедине со сновидением


В тесной уютной кухоньке царили теплые запахи теста, грибов и чего-то неопределенного, но свойственного любому домашнему блюду. Оля напялила на маленькую смуглую ручку огромную штопаную прихватку и потянула за дверцу духовки - изо всех щелей повалил густой седой пар, и вмиг усилился аромат румяных изделий из парижской булочной.


Через некоторое время в общей комнате, которую все называли гостиной, расположился на широком диване Коля со своим ноутбуком, на крышке которого пестрели стикеры и приклеенные вырезки из комиксов. Устроившись в углу, парень установил ноутбук на кофейном столике, прямо на старых пожухлых газетах, повествующих о давних событиях.


- Как думаешь, - обратился Коля к сестре. - я смогу найти что-нибудь о своем сне?


- Ты рехнулся? - Оля с громким стуком поставила перед Колей большую кружку чая, на поверхности которого плавали две дольки лимона. - Никто не скажет ничего дельного. Конечно, кроме дешевых шарлатанов, слушать которых - пустая трата времени.


- Ну не все же шарлатаны! - недовольно буркнул парень и щелкнул по клавиатуре.


Коля вперил взгляд в монитор, излучающий тусклый голубой свет, и сцепил пальцы в замок, задумавшись. Ему было просто необходима информация, он чувствовал голод на секреты. Коле, как и многим, кому удалось спастись и остаться в своей обители, вскоре эта дорогая обитель опостылела, и тяга к неизвестному была схожа с тягой заядлого алкоголика к терпкому и резкому запаху спирта. Коля долго глядел в одну точку, пытаясь придумать действенный и безопасный способ узнать о Граде Ссыльных, о чарах, об историях ссыльных и - главное - о сне, о знамении, сокрытом в образе таинственного юноши...


- Мне кажется, что скоро произойдет что-то ужасное. - признался парень, когда Оля водрузила на стол блюдо с жульеном в тесте, более похожим на грибной пирог.


- Да ладно тебе! Это что, из-за сна?


- Ну да. Мне никогда не снились люди, причем так отчетливо прорисованные лица...


- А там только одно лицо было - этот парнишка?


- Нет, еще девочка. Одеты они были странно. - заметил Коля и потянулся за вилкой, протягиваемой ему Олей.


- Они говорили? Может, дело в их диалоге?


- Я наизусть не помню, но ничего особенного.


Оля проглотила шампиньон, недолго подержала вилку во рту и наконец выдала, положив прибор на тарелку:


- Как же они были одеты?


- Ка-жет-ся... - Коля говорил по слогам, медленно выдавливая слова. - Девочка была в черном платьице с большим белым воротником с кружевами. Она протягивала ручки, будто хотела оттолкнуть юношу, и он...он был в черной водолазке и клетчатых брюках ниже колен. Он вроде малышке рану обрабатывал, а потом... - парень сглотнул и вцепился пальцами в ручку кружки. - а потом он поднял глаза, и в тот миг его взгляд был очень... странным. Этот взгляд был полон горя и страха.


- Ага. - подытожила Оля. - Вы пересеклись взглядами, и-и-и...


- И все. Он прошептал что-то губами, и я проснулся.


- Ну, ты не переживай из-за этой бредятины, сон как сон.


- Но я чувствую, что что-то не так! Что-то произойдет, что-то обязательно произойдет!...


- Успокойся. Даже если этот сон и значит что-то...в чем я очень сомневаюсь, - добавила Оля тише и искоса взглянула на Колю, ожидая реакции. - то ты можешь обратиться к толкователю снов. Много здесь таких, причем близко. Хоть в соседнем районе - сразу наткнешься.


Коля остолбенел, пораженно выпучив глаза. Вилка задрожала в ослабшей хватке пальцев и вскоре выскользнула из руки, звонко ударившись о край фарфоровой тарелки. Парень не отрывал глаз от сестры, которая преспокойно глотала горячий чай, прищурив глаза.


- Не надо так смотреть на меня. - наконец процедила Оля. - Я все равно тебя никуда не отпущу. Это слишком опасно, тебя может вычислить Коллектор из Града Ссыльных. Он вечно рыщет здесь...


- Да я в курсе, что когда два чародея из разных родов встречаются, их энергетика смешивается, происходит сингулярность, и на месте выскакивает какая-нибудь левая аномалия. Знаю я! - отмахнулся Коля. - Наверное, поэтому чародеи в человеческом - т.е. нашем - мире очень редко заявляются на массовые собрания, да и в свет нечасто выходят. Наверное, таких прямо на точках возникновения сингулярности Коллектор и ловит.


Оля пронзила брата проницательным взглядом, ухмыльнулась и отряхнула серый шерстяной свитер от крошек.


- Запомни, братец, одну важную вещь. - она оперлась локтем о колено и согнулась почти пополам, изображая грузного блатного (получалось это довольно комично из-за низкого роста, серого шерстяного свитера, фартучка в цветочек и апельсиновой макси-юбки в белый горошек). - Не лезь туда, откуда не сможешь выпутаться. Не дразни песика, если он может... - Оля полоснула пальцем по шее, тряхнув белокурой головкой. - перегрызть тебе горло.


- Под "песиком" ты имеешь в виду Коллектора?


В ответ Оля промычала что-то, покачав головой.


- Я и не собирался никуда лезть. Спортивный интерес.


- Ага, ага. И никаких грешных помыслов. - с презрительным недоверием девушка расплылась в улыбке и пригрозила брату пальцем. - Смотри у меня, спортсмен, много не интересуйся!


На этой ноте оба замолчали. Оля отправилась на кухню, чтобы проверить яичницу, а Коля спешно вбил в поисковик "сонники", но не нашел ничего стоящего. Никому не снятся незнакомые парни.


Коля захлопнул ноутбук и, цыкнув языком, посмотрел на сестру, хлопотавшую над яичницей. Вдруг телефон на комоде завел какую-то песню, напоминавшую саундтрек из одной из многочисленных французских комедий.


- Господи, ну и кому я понадобилась? - проворчала Оля в негодовании, вытерла руки о фартук и поплелась отвечать.


Она взяла телефон, усмехнулась, стукнула по кнопке "ответить" и, развязно пошатнувшись, оперлась о комод, скрестила ноги и крикнула в телефон.


- Слушаю, Анатолий Алексеевич!


Коля зажал губы ладонью, чтобы не засмеяться.


- Что, Анатолий Алексеевич? - с издевкой хохотнула Оля и после пропела: - Не расслышала, Анатолий А-ле-ксе-е-вич!


- Хорош придуриваться! - заорал голос старшего в телефоне.


- Прошу прощения, Анатолий Алексеевич! По какой причине звоните в столь ранний час, Анатолий Алексеевич?


- Папка!...пап-ка!


Коля взглянул на комод и заметил совсем близко к локтю сестры пухлую папку броского мандаринового цвета.


- Оль, во! - парень указал на искомый предмет.


- Ах вот как! Анатолий Алексеевич, неужто вы по глупости своей пред долгой дорогой до института в несколько станций метро с тремя пересадками, собирая вещи, забыли папку с черновыми работами?


Толик прокричал что-то в трубку, добавил что-то неразборчивым тоном просящего, и лицо Оли исказилось от негодования.


- Толи-и-ик! - взвыла она. - Ну какая дура поедет в институт брата с утра пораньше, чтобы отдать какую-то дурацкую папку?!


Судя по выражению лица Оли, Толик умело уверил ее в том, что только она сама подходит на роль этой самой "дуры".


- Ладно. Тогда за мелкого не ручаюсь.


Коля поперхнулся чаем и уставился на сестру.


- Все, давай. Жди. - Оля брякнула телефоном по поверхности комода и с горечью возвестила: - Наш старший брат - полнейший идиот.


- И не сомневался.


- Ладно, придется тащиться в институт. Яичница и остатки пирога в открытом доступе на кухне. Будешь сидеть в ноуте - конфискую.


- Ой, напугала!


- Я тебя еще напугаю! - Оля пригрозила брату пальцем.


- Ну поиграю на гитаре, пересмотрю сценарии из театралки. Что мне, заняться нечем?


- Смотри мне...


Оля положила папку в рюкзак и скрылась в прихожей...


Третий раз за день хлопнула дверь.


Коля беспорядочно дергал струны, и те разными голосами тут же звонко откликались. Экран ноутбука давно погас, на улице валил снег, и лишь редкие возгласы родной гитары выводили парня из транса, вызванного давящей тишиной.


Коля в последний раз ударил по струнам, зевнув, обнял гитару и завалился набок, закрыв глаза.

Юноша из сна уже не волновал, тревога растаяла в пыли дремы, и Коля постепенно уснул...или потерял сознание.