# Спасение

Игорь Андреевич Каменский

История любви на фоне разрушенного мира.

Удар, поворот. Удар, поворот. Удар, ещё удар, ещё, ещё. Это мой город.

Четыре трупа мутантов валялись на земле, а Грей вытирал окровавленные ножи. Счастье, что тварей было не так много, не пришлось переводить драгоценные патроны. Патрон. В пистолете осталась всего одна чертова пуля. Как говорят крутые парни в боевиках, поднимая глаза на бесконечный тяжелый дождь: "хватит, чтобы застрелиться". И эта пуля предназначалась как раз для...

СТОП. Хватит. Ты ещё не знаешь этого наверняка, Грей. Перестань думать об этом, перестань, перестань, перестань!

Грей поднял лапу одной из тварей и осмотрел её длинные когти. Чистые, заточенные, мяса и крови не видно. Скорее всего, животное голодало уже несколько дней, что объясняло их вялость. В городе никого. Даже эти существа почти оставили его. А что, если и она оставила...

Грей находился на маленьком скверике недалеко от своего дома. И естественно, на пути к его бывшему жилищу образовался завал. "Наверняка за пару часов до моего появления", ухмыльнулся Грей. На горизонте чисто, можно немного поработать. Стена упала и рассыпалась на несколько частей. Повсюду торчала арматура, доски и трубы. Обнажившееся чрево дома выглядело разграбленным и пустым. Так оно и было, вероятно. Грей поднял первый камень и отшвырнул в сторону. Если расчистить путь между штырями, то можно протиснуться, сняв снаряжение. Завал поддавался, так что он поставил тяжелый походный рюкзак на землю и принялся разбирать обвалившиеся стены.

***

- Диана, меня зачислили в эвакуационную группу. Ровно через три часа я буду рядом с тобой. Я заберу тебя. Ты слышишь меня?

- Да... - всхлип, - Да, слышу, милый. Я в порядке.

- Хорошо. Все будет хорошо.

- Я лю... - помехи и белый шум.

- Твою мать! Гребаная связь. Сержант, мы готовы лететь?

- Беги. Вертолет уже ждет.

- Спасибо.

Грей со всех ног побежал к махине вертолета и занял место за пулеметом. Привычно осмотрел его, проверил, хорошо ли закреплен, свободно ли вращается. Все было в порядке. Солдат ехал домой с этой бойни. Кошмар заканчивался, он летел домой, к ней.

***

Завал понемногу поддавался. Расчистив половину, Грей позволил себе сделать короткий привал. Он открыл рюкзак и достал бутылку воды, отвинтил крышечку и немного отхлебнул. Затем достал маленькую фотокарточку. Длинные рыжие волосы, голубые глаза. Сердце привычно сжал страх. Каждая, даже малейшая мысль о ней отдавалась холодом в сердце. Маленькая ледяная рука всегда была наготове, чтобы сжать бедный орган в тиски. Грей так и не научился обманывать себя или контролировать эти ощущения. Она была мертва. Он гнался за призраками.

В такие моменты он вспоминал, что фото не передаёт и половины красоты запечатленного на ней человека. И желание эту красоту вновь увидеть толкнуло Грея работать дальше.

***

- Твою мать, перегруппироваться!

Вокруг все плыло, двоилось и звенело.

- Мы попали в ад?

- Заткнись, Грей, бери чертову пушку!

Грей схватил приклад протянутой ему штурмовой винтовки и круто развернулся. Слишком круто, голова отдалась яркой симфонией всех болевых удовольствий этого мира. Вертолет рухнул прямо в торговый центр, пробив третий этаж. То, что их сбило, явно звало подкрепления, которые двигались к маленькой группке бойцов с совсем немаленькой скоростью.

- Стив - разведка, Сержант и Миша по центру, Грей - замыкаешь. Пошли, пошли! - рычал Марк.

Четверо стали быстро спускаться по лестнице. Из-под обломков вертолета удалось спасти почти все: медикаменты, оружие, патроны. Но не пилота. И не помощника - Марк был смертельно ранен. Огромный штырь торчал из его груди, но то ли рану прижгло раскаленным железом, то ли работал болевой шок - Марк был в полной боевой готовности и занял позицию, выставив наперевес свою тяжелую снайперскую винтовку. Чудовищно огромную в его тонких, но жилистых руках. Он не вынес бы даже метра по этой проклятой лестнице, если бы они попытались его вытащить... Но он все ещё был жив, он все ещё сжимал свое верное оружие.

Спуск вниз был тяжелым, каждая ступенька напоминала о себе подгибающимися коленями, но Грей быстро приходил в форму. Сверху громыхнул выстрел винтовки, тяжелая гильза покатилась наперегонки с отрядом по лестнице. Грей ощутил непреодолимое желание оказаться внизу раньше её и чуть не грохнулся на спину Михаила. У Марка не было семьи, не было детей, у него были только его товарищи. Братья. И если он и мог чем-то помочь в своем положении, то он делал это, пуская гильзы одну за другой в бодрый марш вниз по лестнице.

Черт возьми, даже мы его покинули, и все, что у него есть - это пули и отчаяние.

- Сержант, автомобиль снова в поле видимости. Путь чист, у нас есть примерно пара минут до того, как эти твари начнут штурм.

Снаружи что-то оглушительно грохнуло, запахло паленым. Марк был безупречным снайпером. Марк Стальные Руки. Могло бы и прижиться.

- Грей, вниз, обрушь подступы, насколько возможно.

5 секунд на приказ. 10 секунд на прибытие в точку назначения. 5 секунд на оценку ситуации. 15 секунд на распаковку взрывчатки, по три секунды на установку каждой. 5 секунд отбежать и ровно одна - нажать на триггер.

Глухо бухнул взрыв, и часть потолка, не сдерживаемая более колоннами, обвалилась вниз, придавив первого мутанта, добравшегося до выживших.

Сверху громыхнул ещё один выстрел.

***

Завал был расчищен, движение возобновлено. Эти улицы Грей знал как свои пять пальцев. Что самое важное, не только горизонтально. Завалы и трещины он обходил по пожарным лестницам, балкончикам и крышам. Физическая нагрузка отвлекала его от мыслей, губительных мыслей. Диана ушла. Диана мертва. Диана стала одной из них. Диана была единственным смыслом его существования. Ради неё он двигался вперед и жил, дышал, боролся. Что он найдет, когда откроет дверь своей квартиры? Кого он там найдет? Ради чего ему жить дальше?

***

Стихли выстрелы наверху. Грей едва не поскользнулся на гильзах. Твари обожали скалолазание и без проблем вскарабкались на третий этаж. Сержант и Стив пали жертвами гранатного дождя. Мутанты были достаточно умны, чтобы понимать, зачем нужны все эти игрушки, оставленные солдатами наверху, у вертолета. Слишком тяжелые, чтобы забрать их, слишком удобные, чтобы убить всех.

Но подобные наблюдения Грей сделал потом, в ходе двух недель своего путешествия. Сейчас же, когда он и Миша ехали на такой чудовищной ценой вырученной машине, его голову занимали погибшие братья. Такие бессмысленные смерти. Все могло быть иначе, но все не иначе, все так, как оно идет. Миша сидел сзади. Могучий русский вырезал своим не менее внушительным тесаком дыру в крыше и поливал свинцом тех, кто попадался им на пути. Но времени скорбеть не было. Времени вообще не было. Прежде чем уехать, они должны были дать небольшой круг по городу. Здесь могли остаться выжившие, ещё более беззащитные, чем они сами.

***

Кто бы ни спровоцировал все это, он постарался на славу. Полуразумные (или полоумные) мутанты, пожары, радиация и... зомби. Не ожившие мертвецы, но люди с отключенным мозгом. Они были безумны, первобытно безумны. Никогда не знаешь, что один такой может выкинуть. Они вели себя как животные, ели, что под руку попадется, дрались с собой, боялись огня, держались стаями. Одна такая была прямо под Греем. Это были люди, лишившиеся рассудка, опустившиеся до уровня инстинктов. Опасных и агрессивных. Грей не мог убивать их, они были слишком люди, поэтому пытался аккуратно, не делая лишнего шума, проползти по маленькому карнизу. Но, как всегда бывает, карниз с треском поехал вниз и свалился вместе со своим обитателем.

Трех зомби раздавило, остальные, в неожиданной панике разбежались в стороны, не заметив своего гостя. Грей подождал, пока они скроются за поворотом, и пошел к своей двери.

***

Они находились в подземном убежище, неприступном для тварей. Стальные двери выдерживали волну от взрыва ядерной бомбы. Здесь они нашли источник радиосигнала о помощи. Пришлось повозиться с автобусом, стоявшим в километре от подземелья, но теперь всё было готово к отбытию.

- Миша, нам нельзя разделяться! Вспомни, кого мы нашли в городе в тот раз!

Вечно угрюмый русский обернулся к Грею и продемонстрировал первую на его памяти улыбку. Слишком короткую, чтобы отпечататься в памяти, но яркую и добрую.

- Найди её и возвращайся сюда. Здесь есть выжившие, а завтра мы уезжаем. Я могу за себя постоять, я сам доберусь до аптеки и найду медикаменты. Эвакуировать всех нужно завтра же, ты меня понял? Если ты пойдешь со мной, то ты не успеешь за Дианой. А ждать нас никто не будет, мутанты уже прочухали, что мы здесь. Ты сам это все понимаешь. Чем дольше мы говорим, тем ближе к рассвету. Иди сейчас же.

Грей молча пожал его руку выше запястья. Развернулся и сел в машину. Люди говорили, что город заброшен, что все, кто мог оттуда выбраться, уже выбрались. Все стало понятно уже на подступах. Но Грей не мог повернуть. Он должен был увидеть все своими глазами. Он не для этого преодолел чертовы тысячи километров, не для этого две недели выживал и помогал тем, кто не мог выжить без него. Его двигала цель и только эта цель помогла ему справиться. Цель была и у Миши. Он хотел спасти всех до единого, наивная душа. Но он с Греем до сих пор работал лишь вместе. Например, когда на Михаила в прошлую вылазку в город напал огромный мутировавший медведь. Сейчас они со смехом вспоминают, как тогда Миша матерился, и как страшно было Грею. Безумцы, смеются над смертью. Миша был невероятно силен, но медведь мог запросто разорвать его. Несмотря на рев и маты, напарники сработали как единое целое. Русский понял все, как только увидел винтовку в руках Грея и позволил себе ослабить хватку ровно на долю секунды, чтобы создание ровно эту долю падало прямо вниз на него, не дергаясь в стороны. Грохнул выстрел, ствол винтовки пошел вверх и чуть вправо, а голова чудовища прошла клыками в сантиметре от головы человека и воткнулась в землю. Грею было страшно расставаться со своим другом, но выхода не было. Но в то же время он знал, что никто их не остановит.

***

"Когда все началось, я у меня была только ты. И это хорошо. Я должен заботиться только о тебе. Хорошо, что мы повременили с детьми. В какой-то мере... хорошо, что кроме друг друга у нас никого нет." Даже сейчас, после всего пережитого, Грей не мог говорить о умерших родителях спокойно. Особенно наедине с собой. "Пожалуйста, скажи мне, что ты..."

Не обращая внимания на дикое биение сердца, он распахнул дверь своей квартиры, вошел внутрь, метнулся влево и пригнулся у двери, выставив пистолет вперед. В темноте глухо щелкнул предохранитель. Пусто. Ни шороха. Грей громко свистнул. Нет ответа. Он убрал оружие за пояс и бегом рванул в комнаты.

- Диана!

Нет ответа. Привычная уже ледяная рука, внезапно прибавила в размерах, схватилась за сердце. Будто бы желая одновременно довести до инфаркта и предотвратить его. Грей обыскал все комнаты, но никого не было. Он устало опустился на стул. Нет записки. Нет еды в холодильнике, почти никаких припасов. Нет одежды, пригодной для путешествий.

Грей вдруг дико расхохотался. Громко, не прячась. Успокоившись, перевел взгляд на руки, измазанные пылью и засохшей кровью. На одежду, знавшую лучшие годы. На зеркало, в котором отражался кто-то невыносимо мрачный, грязный и чужой ему. Встал, протянул руку, вытащил газовую лампу, с удовлетворением зажег, отнес в ванную, пустил воду (гидросистемы с 2030 года перевели на полную автономию). Снял рюкзак, вытащил пистолет, задумчиво приставил ко лбу. Палец лёг на спусковой крючок, напрягся, а затем Грей положил пистолет на стол. Скинул с себя одежду и забрался в душ.

Наслаждение.

Мыслей не было. Была лишь пустота. Сердце не кололо. Будет колоть, когда он поймет, что не сможет жить, пока не узнает, что с ней.

Грей включил душ на полную, не жалея. Он не слышал, как к нему медленно подошла на пружинящих ногах темная фигура с его пистолетом наперевес. Не услышал щелчка предохранителя. Не услышал, как предательски скрипнула под её ногами плитка, сошедшая со своего места, и не увидел, как фигура сжалась и прикусила губу. Она медленно подняла швабру свободной рукой и отогнула занавеску душа.

Грей рванул вперед и заломил фигуре руку. К счастью, та не успела даже сжать пальцы - пистолет вывалился из рук прежде, чем её мозг понял, что произошло. Грей переступил через бортик ванной и прижал женщину к зеркалу. В нем отражались он, все ещё грязный и измученный, её рыжие волосы и голубые глаза. В коридоре за дверью виднелся взявшийся из ниоткуда походный мешок, заполненный едой.

Его усталый голос был полон радости.

- Диана.