# Плеск

Наталья Калинина

К нам, Одиссей богоравный, великая слава ахеян,

К нам с кораблём подойди; сладкопением сирен насладися.

Здесь ни один не проходит со своим кораблём мореходец,

Сердцеусладного пенья на нашем лугу не послушав,

Кто же нас слышал, тот в дом возвращается, много сведав:

Знаем мы всё, что на лоне земли многодарной творится.


- О, какая превосходная мысль проснулась сегодня одновременно со мной!

Дженни внутри просто-таки заёрзала от восторга, а струны возбуждения забряцали, оглашая, казалось, всю Вселенную звоном медных тарелок! На небе всё ещё сияла подёрнутая дымкой луна, дьявольски просвечивая сквозь высокие, предвещающие хорошую погоду облака.

- Каким образом совратить сегодня Хозяина? Кажется, он будет особенно занят этим утром. А мне-то что, я - хочу, и это главное! Надо подумать и остановиться на чём-то безотказном! Но нет, ведь я, помнится, должна бояться гнева и вспышек возможной ярости. От него можно и по заднице схлопотать!

При воспоминании о недавней экзекуции в подвале аэропорта по спине поползли сладостные мурашки, а бёдра оросила влага щемящего желания.

- Но я... как же я?..

Не давая себе опомниться, моментально подскочила в кровати, отбросила прочь одеяло и ринулась к клавиатуре. Тонкие пальцы мгновенно пустились в пляс по пластмассовой доске, отщёлкивая сценарий предстоящей встречи. По мере набора текста нервно перебирала под компьютерным столиком ногами и, судорожно облизываясь, то и дело вытирала вспотевшие ладони о ночную рубашку. Какое там одеться! Ни о каком отрыве от производства не могло быть и речи!

Так-так! Внешний вид... Надо хорошенечко просканировать гардероб, в нём накопилось столько потрясающих нарядов, радовавших Господина прошлые ночи. Так хочется быть для Майкла единственной, неповторимой, в общем, самой-самой красивой, желанной. Не просто той, что со вкусом и прекрасно одета, а той, с которой всё это великолепие захочется не снять, нет, а сдёрнуть и содрать! Тут главное - не спешить, а чётко, шаг за шагом, расчерчивая в уме тактику и стратегию, увязать с будущим образом.

- Но кем хочу предстать? Вот чёрт, никак не могу определиться!

На мгновение лицо Джейн омрачила хмурая гримаса, но в следующую секунду глаза осветила задорная усмешка, а уголки рта, тронутые утренней свежестью, растянулись в лукавой улыбке. Стаккато по клавишам вывело образ этакой сирены - поющей, завлекающей, зазывающей на скалы проплывающий мимо корабль со стоящим, вернее, со встающим на мостике капитаном, с единственной целью - погубить, утопить в бушующих волнах страсти, околдовать, заставить забыться, закружить, заворожить, сбить с толку!


О Лаэртид, многохитростный муж Одиссей благородный!


Судорожный всхлип предвкушения. С головой погрузилась в воображаемый шкаф.

- Однозначно тон наряда должен быть синим, - тоненьким голоском пропел художник во мне.

- Да-да, и не забудь о стратегических точках, - тут же пробасил тактик.


Прежде всего, ты увидишь сирен; неизбежною чарой ловят они

подходящих к ним близко людей мореходных.

Кто, по незнанью, к тем двум чародейкам приблизясь,

их сладкий голос услышит,

Тому ни жены, ни детей малолетних

в доме своём никогда не утешить желанным возвратом.


Извлекла на свет Божий будущее облачение. Разглядывая одежду и так, и эдак, любуясь то издали, то поднося к себе, улыбалась, предвкушая сладость эгоистичной выходки. Аккуратно натянула на руку тонкий капрон чулок, представляя его шероховатое прикосновение к возлюбленному в самый пикантный момент.

- И кто же это нам внушил мысль о том, что на морских девах было хотя бы что-то?

С чувством наслаждения и блаженства раскатала по ногам чулки тёмно-телесного цвета.

- Так, а это что такое? - спросила у самой себя. - Господи, откуда тут подобное? Не иначе, снова магия!

Сказала и потянула за нечто голубое, длинное и тонкое. Вскоре грубая наощупь нить стала ворохом рыбацкой сети, которая даже сохранила запах моря. С минуту помолчала, прикидывая, от чего Майкла не удержала бы даже мачта собственной шхуны. Перевела взгляд с одежды на увесистую охапку в руках. Моментально стянула с себя полупрозрачную ночную рубашку. Тонкой струйкой сетка просочилась сквозь пальцы, и в следующее мгновение взметнулась по стройным ногам к бёдрам.

- Увы, Одиссей мой, деревянный столб в центре палубы на этот раз тебе не поможет, впрочем, как и тот воск, что залепил уши презренным друзьям-аргонавтам. Божественное тело твоё, растерзанное и расцарапанное, будет лежать у подножья скалы, на том самом острове!

Чуть пританцовывая под воображаемую мелодию, подошла к зеркалу. Азартный огонёк любителя выигрывать в карих глазах и немного загадочная усмешка - всё это отразило полированное стекло. Вдела в уши серьги с крупными сапфирами. Перстень с точно таким же украсил палец правой руки. Один глянец отразил блеск другого.

На краю прикроватного столика посверкивал гранями огромный бриллиант. Камень словно дышал, его поверхность то и дело пронзал огненный сполох. Сквозь золотую петельку у самого края была продета тонкая цепочка причудливого плетения. Чуть наклонившись, поймала отражение в зеркале. Озорно улыбнулась сама себе прежде, нежели почувствовала в руке тяжесть амулета. Опоясалась им, защёлкнув драгоценный замочек. Тёмно-голубая сеть разбивала тело на отдельные квадраты, а жёлтая металлическая змейка проглядывала в ячейках рыбацкой снасти. Кожаные туфли на ногах завершили образ.


Тонкое магическое лезвие надвое распороло материю времени одним точным касанием острой стали. Во мгновение ока всё было окутано плотной тьмой, включая ту, что стояла в ожидании предстоящего. Окружающий мрак издавал хлюпающие, чавкающие звуки, и вязкое пространство начало потихоньку всасывать в себя женский силуэт с болотной неотвратимостью. Загадочное свечение потустороннего мира открыло взгляду едва заметную тропинку, которая тянулась к абсолютно невозможному и невероятному. Осторожно ступая по ней, почувствовала резкий переход от холодной реальности к жаркой фантазии, от сегодняшней действительности к чёрт знает какой, от яви к таинственному бреду.

Непродолжительное путешествие по тёмному безвременью завершили яркая вспышка солнца, шум морского прибоя и порыв солоноватого ветра.