# Коматозники

Юрий Васюк

ВАСЮК ЮРИЙ


2017


+380 96 747 3900


uncommon1313@gmail.com


КОМАТОЗНИКИ


Сатирически-ироническая моно-комедия


Действующие лица


СКОЛЬЗКАЯ Антонина Викторовна - депутат


ВЗЯТКО Андрей Петрович - судья


ОТЕЦ МАФУСАИЛ - священник


ВАЛЕРКА - бездомный


ЕГОРОВНА - техперсонал


Место действия - реанимационная.


СЦЕНА ПЕРВАЯ


В реанимационной комнате полумрак. На кушетках, под белыми простынями лежат Антонина Викторовна СКОЛЬЗКАЯ, ОТЕЦ МАФУСАИЛ и Андрей Петрович ВЗЯТКО. Скользкая одета в деловой костюм, Взятко - в мантии судьи, Отец Мафусаил - в рясе.

Скользкая поднимается, раскрывается.

СКОЛЬЗКАЯ: Что за ёжкин кот?! (Оглядывается) Где это я? И что все это значит?


Скользкая слезает с кушетки, оглядывается вокруг и подходит к кушетке, на которой лежит Взятко. Поднимает простыню.

СКОЛЬЗКАЯ: О, Андрей Петрович... Андрей Петрович! Пьяный, что ли?! Эй!

ВЗЯТКО: (сквозь сон) Не брал... Эти руки ничего не брали... Не мое... Подбросили...!!

СКОЛЬЗКАЯ: Да, просыпайтесь уже, говорю! ФСБ!


Перепуганный Взятко просыпается, протягивает руки для ареста. С испугом оглядывается, смотрит на Скользкую.

ВЗЯТКО: Ой, что это?? Где это я?

СКОЛЬЗКАЯ: Наконец-то... А кто ж его знает, куда это мы попали. Вы нормально?

ВЗЯТКО: (прячет руки за спину) Фух! Взбрелось же такое... (лукаво улыбается Скользкий) Ой, Антонина Викторовна, как я рад вас видеть! А-то мне такое приснилось... (сплевывает) Будто меня те долбаные федералы схватили...

СКОЛЬЗКАЯ: Да, не вспоминайте уже хотя бы о федералах. Сама их не люблю.


Взятко слезает с кушетки, осматривается. Мгновение любуется Скользкой.

ВЗЯТКО: Ой, а где это мы?? Что это за место? (испуганно) Неужели действительно схватили?!! (кладет руку на сердце)

СКОЛЬЗКАЯ: Да, вот пождите, не каркайте.

ВЗЯТКО: Куда ж мы попали, Антонина Викторовна? (оглядывается) Как-то тут моторошно.

СКОЛЬЗКАЯ: Так я и сама не знаю. Очнулась и ничего не могу понять. Думала, вы что-то знаете.

ВЗЯТКО: (оглядывается) А двери здесь есть?

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, так вот же и ищу, где эти двери. Ни окон, ни дверей...

ВЗЯТКО: (в зал) Полный зал людей... (Скользкой) Это как-то на морг смахивает... Вы не находите, Антонита Викторовна?

СКОЛЬЗКАЯ: Сплюньте! Что вы, Андрей Петрович!


Взятко сплевывает.

Скользкая и Взятко замечают кушетку, на которой лежит Отец Мафусаил.

ВЗЯТКО: Ой, глядите. Еще кто-то лежит. Точно, как в морге.


Скользкая и Взятко настороженно оглядываются и смотрят друг на друга. Взятко улыбается Скользкой. Скользкая тяжело вздыхает, закатывая глаза.

СКОЛЬЗКАЯ: Кто бы это там еще мог быть?

ВЗЯТКО: Посмотрим скорее... И надо быть осторожными. Вдруг какой-то инспектор-федерал...

СКОЛЬЗКАЯ: Хватит вам уже о федералах, Андрей Петрович. Еще здесь инспекторов не хватало.


Скользкая пропускает Взятко вперед.

СКОЛЬЗКАЯ: Давайте, Андрей Петрович. Просим... Вы же мужчина как-никак.

ВЗЯТКО: Нет, Антонина Викторовна. Я - настоящий мужчина. Поэтому - даму вперед. Да и статус у вас выше, чем у меня. (Любезно улыбается и пропускает Скользкую вперед) Поэтому...

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, у вас тоже иммунитет кое-какой имеется, храбрый вы мой друг. Так что... (пропускает Взятко)

ВЗЯТКО: Давайте тогда вместе.


Взятко и Скользкая берутся за руки и подходят к укрытому простыней Отцу Мафусаилу. Хотят осторожно поднять простыню, но Отец Мафусаил вдруг чихает и встает, сбрасывает с себя простыню.

Скользкая и Взятко испуганно убегают и прячутся за кушеткой.

СКОЛЬЗКАЯ: Ох, Господи помилуй!

ВЗЯТКО: Так и до инфаркта можно довести...

СКОЛЬЗКАЯ: Ой, да перестаньте уже дрожать, как осиновый лист. А-то из-за вас и я начинаю бояться. Не боись. (Глаза у Скользкой зажигаются) Это же Отец Мафусаил.

ВЗЯТКО: Так и сам вижу, что Отец Мафусаил.


Отец Мафусаил оглядывается.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Господи прости! Свят-свят-свят. (Крестится)


Скользкая и Взятко идут к Отцу Мафусаилу.

СКОЛЬЗКАЯ: (игриво) Приветствую вас, святой отец! Рады вас видеть.

ВЗЯТКО: А-то мы уже подумали, что какой-то инспектор-федерал лежал на вашей кушетке... Благословите, Отче.


Отец Мафусаил благословляет Скользкую и Взятко.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Я уж подумал, что помер. Где это мы?

СКОЛЬЗКАЯ: Сплюньте. Не доведи Господи... Не пугайте так. Мы ж, вот, выясняем, Отче.

ВЗЯТКО: Проснулись, и ничего не можем понять.


Отец Мафусаел встает с кушетки.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Так, надо хорошенько осмотреться. Неужели здесь дверей нету? Раз мы как-то сюда попали, то не через стену же?! Должна же быть дверь.


Все обходят помещение. Осматриваются.

ВЗЯТКО: Это какая-то шутка, наверное?

СКОЛЬЗКАЯ: Да, не нойте, вот, господин судья. Святой отец сказал, что должны быть двери. То ж ищите внимательнее.

ВЗЯТКО: Где ж их искать-то?! Везде уж обошли.

СКОЛЬЗКАЯ: Отче, а дверей-то и нет.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Сам вижу. Только что-то очень-то все подозрительно и странно... Не находите, друзья мои?

ВЗЯТКО: Как-то мне страшновато. Последний раз я так боялся, когда в соседнем кабинете задерживали одного моего коллегу. Я тогда подумал, что это за мной... Чуть в штаны не наложил... Хорошо, что тогда пронесло... То есть, пронесло, что не схватили, а не о то, о чем вы подумали...

СКОЛЬЗКАЯ: Хватит вам о "пронесло", Андрей Петрович. Я тоже не в восторге от нашего положения.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Может это шутка? Сегодня какое число?

СКОЛЬЗКАЯ: Не первые апреля, не надейтесь, Отче.

ВЗЯТКО: Давайте вспоминать, что было до того, как мы сюда попали...

СКОЛЬЗКАЯ: Как "что было"?! Мы же на именинах ваших гуляли...

ВЗЯТКО: Точно! Помню. Отец Мафусаил еще так набадяжился, что оросил все клумбы у террасы.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (растерянно) Полноте, господин судья. У меня почки больные. Неужели вам неведомо ощущение хвори? (Крестится)

ВЗЯТКО: Так вы коньячком так почки промывали?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (уверенно) Именно так. И не как иначе. Это такая терапия. Новая методика лечения. Экспериментальная.

СКОЛЬЗКАЯ: Берите на заметку, Андрей Петрович... И не наговаривайте так на Отца Мафусаила.

ВЗЯТКО: Разве у меня язык повернется такое наговаривать на святого отца... То значит, отмечали мои именины?

СКОЛЬЗКАЯ: Именно. А потом мы втроем собирались в ночной клуб.

ВЗЯТКО: Мы?!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: В пост?! Побойтесь Бога, голубушка!

СКОЛЬЗКАЯ: Так ваша же идея была, Отец Мафусаил. Или забыли, Отче?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Ой. А мне вроде то всё вы затеяли...

ВЗЯТКО: Точно! (Напряженно вспоминает) Отец Мафусаил еще говорил: "суйте коньяк и сало в пакеты, и поедем телок снимать"...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (смущенно) Свят, Свят, Свят! (Крестится)

СКОЛЬЗКАЯ: Было, было. Я сама помню. (Игриво журит пальцем) Ох, вы ж и шалун, Святой Отец.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (смущенно) Точно, бес попутал...

ВЗЯТКО: Да, да. Что-то припоминаю... Ехали как машиной помню...

СКОЛЬЗКАЯ: ...Вроде что-то под машину попало...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Действительно, было такое... Или наехали на что-то...?

ВЗЯТКО: Вот видите!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: А с клумбами вы, думаю, погорячились...

СКОЛЬЗКАЯ: Так, было, было... Сама же собственными глазами видела...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (смущенно) Ой, как неудобно получилось. (Крестится)

ВЗЯТКО: Точно!

СКОЛЬЗКАЯ: А дальше - провал...

ВЗЯТКО: И я не помню. Как будто вырубило. Вы помните, отче?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Нет. Вышибло из памяти... (Взятко) Помню, как вы благословение просили...


Заходит Егоровна со шваброй и ведром. На ней серый халат, на руках резиновые перчатки. Все на мгновение цепенеют и смотрят на Егоровну, которая выкручивает тряпку и начинает мыть пол.

ВЗЯТКО: Фух, ну, слава Богу! Мы спасены.

ОТЕЦ МАУСАИЛ: Люди... Хвала всевышнему. Спасены.

СКОЛЬЗКАЯ: Мои поздравления, друзья. (Егоровне) Здравствуйте, а вы кто?

ЕГОРОВНА: Я?! А вы не видите, что ли? Ослепли после удара?

СКОЛЬЗКАЯ: Вижу, но что-то не понимаю.

ЕГОРОВНА: Амнезия?

ВЗЯТКО: Антонина Викторовна, подождите. (Егоровне) Уважаемая, здравствуйте. А вы кто? И не подскажете, что это за место такое?

ЕГОРОВНА: Нет, ну вы нормальные люди? Я - Егоровна.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Слава Богу! (друзьям) Егоровна она... (Егоровне) А где это мы, дочь моя?

ЕГОРОВНА: Вообще-то, вы не мой отец. Мой отец - ОН... (показывает вверх) А вы - в коме.

ВЗЯТКО: (облегченно) Фух, ну, слава Богу. (друзьям) Мы в коме, друзья... (мгновение в растерянности) (испуганно) Как "в коме"??

ЕГОРОВНА: А вот так. (моет пол, бубнит) Коматозники вы...


Взятко хватается за сердце.


ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Подождите, друзья. Что-то я не пойму. Мы в коме?

СКОЛЬЗКАЯ: Я тоже услышала, что в коме. Может это очередная шутка какая-то? Так же, как с дверью. (оглядывается в поисках двери)

ЕГОРОВНА: Какая там шутка. Вы попали в аварию и теперь лежите в коме. Что ж тут не понятного-то?

ВЗЯТКО: Ой, погодьте... Я кажется припоминаю. Мы вроде ехали...

СКОЛЬЗКАЯ: ...Во что-то таранились... (Взятко) Вы еще кричали Отцу Мафусаилу: дави его, дави!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Что-то по капоту ударило... И машину понесло в кювет.

ВЗЯТКО: Точно! Ой! (Держится за сердце) Мамочки...

ЕГОРОВНА: Да, именно так и было. Вы попали в аварию, и теперь в коме и ждете на аудиенцию... Скоро все и решится.


Взятко, Отец Мафусаил и Скользкая на мгновение цепенеют.

СКОЛЬЗКАЯ: Неужели мы...??

ЕГОРОВНА: Да, да. Именно здесь...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Боже сохрани, какой ужас! (складывает ладони возле груди))

ЕГОРОВНА: Не подлизывайтесь теперь к Богу. Раньше надо было думать.

ВЗЯТКО: И что же теперь будет?

ЕГОРОВНА: Или к ангелам в рай... или в... ад... Ну, туда, к чертям, горячим чанам и смоле... В зависимости от того, как вы жили земной жизнью.

ВЗЯТКО: В ад??

ЕГОРОВНА: Ага. Как раз туда... (показывает в левую сторону)


Егоровна забирает швабру, ведро и уходит.

Взятко, Скользкая и Отец Мафусаил испуганно смотрят друг на друга.

СКОЛЬЗКАЯ: (оглядывается) Ой, а где это она делась? Эй, Егоровна!! Вернитесь, я сказала!

ВЗЯТКО: Как появилась неожиданно, так же и исчезла.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Как же это так??

СКОЛЬЗКАЯ: Да, прорвемся как-то. (достает из кармана пачку сигарет и хочет закурить) Нам не впервой. Если уж я на выборах по округу прорвалась, то и здесь все будет хорошо.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (забирает сигареты у Скользкой) Перестаньте, Антонина Викторовна. Нашли место для курилки.

ВЗЯТКО: Да, правильно, Антонина Викторовна. Вам нужно только в рай. Ничего вам в аду делать.

СКОЛЬЗКАЯ: Конечно. Я только на рай и рассчитываю. У меня же и иммунитет есть. Удостоверение депутатское. Вот... (достает депутатское удостоверение)

ВЗЯТКО: Да, этот корешок настоящий помогайчик. Вот бы и мне такой...

СКОЛЬЗКАЯ: А-то. Он мне раньше все двери открывал. Надеюсь, и в этот раз в рай откроет. Ну, если уж избиратели поверили, то и ОН должен поверить...

ВЗЯТКО: Вы столько добра сделали при жизни, Антонина Викторовна. Вам только одна дорога - в рай. Такие люди, как вы, Антонина Викторовна... (Взятко подходит к Скользкой, и поправляет ей волосы, нежно, с любовью смотрит в лицо) ...заслужили своими поступками тепленькое место среди ангелов.

СКОЛЬЗКАЯ: (осторожно отстраняется от Взятко) Надеюсь. Ваши слова, Андрей Петрович, да ЕМУ в уши...

ВЗЯТКО: Именно так и будет. Вот, попомните мои слова. (Игриво) Я, как судья, приговариваю вас на место в раю... (ищет в карманах под мантией) Где ж это подевался мой молоточек?

СКОЛЬЗКАЯ: Ой, да перестаньте, Андрей Петрович. Такой уже я человек хороший... Тут и добавить нечего. Хоть и не скромно, но зато правда.

ВЗЯТКО: А о пожертвованиях ваших в церковь, так нечего и говорить. Такая у вас щедрая душечка...

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, я такая. Дай Бог мне здоровьица. А вы чего молчите, Отец Мафусаил?? Или вы думаете, что вам в раю места не будет?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Надеюсь на милость Божию...

СКОЛЬЗКАЯ: И не сомневайся... (игриво, не громко) Давай уже на "ты", Мафусаил...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Как вам удобно, Антонина Викторовна.

СКОЛЬЗКАЯ: Прочь сомнения, Мафусаил, что тебе не найдется местечка в раю. Такого, как ты, человека негоже обижать.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Я тоже надеюсь на это.

СКОЛЬЗКАЯ: Ты ж сам посланник Бога на земле. Ты же столько благих дел сделал за свою каденцию...

ВЗЯТКО: Может, в своем приходе??

СКОЛЬЗКАЯ: Именно так. Спасибо, Андрей Петрович...


Взятко довольно улыбается Скользкой.

СКОЛЬЗКАЯ: Все грехи людские на себя брал. Так теперь что, за чужие грехи в пекле должен нести кару??


Скользкая подходит к Отцу Мафусаилу, игриво заглядывает ему в глаза и касается его волос на голове, чтобы поправить. Видно, что Скользкая очень возбуждена.

СКОЛЬЗКАЯ: Нет, Мафусаил, я тебя здесь не оставлю. Заберу с собой в рай. (Достает свое депутатское удостоверение) Вот, прорвемся.


Отец Мафусаил осторожно отстраняется от Скользкой.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Спасибо, спасибо за предложение, Антонина Викторовна. Мне очень приятно это слышать. Я тоже надеюсь, что нам всем найдется местечко в раю.

ВЗЯТКО: Э-э-э... (что-то хочет сказать)

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, именно всем. Мы своими поступками все заслужили быть в раю.


Скользкая с нежностью смотрит на отца Мафусаила, любуется им.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Антонина Викторовна, я... (переводит внимание на Взятко) Да и ваше место тоже не в аду, Андрей Петрович... Негоже честному судье в аду томиться да сковородки горячие лизать. Нам всем только одна дорога - в рай.

ВЗЯТКО: (облегченно вздыхает) Да, я с вами согласен, Святой Отец. Вы сильно правы.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Вы же столько приговоров мудрых вынесли. Все ж для людей работали, не щадя ни сил ни времени своего... День и ночь о людях и думали.

СКОЛЬЗКАЯ: Как и все мы, обратите внимание, друзья мои.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, да, Антонина Викторовна. Как все мы на грешной земле. Господин судья обязательно попадет в рай. Ведь иначе будет несправедливо.

ВЗЯТКО: (взволнованно) А если нет?


Отец Мафусаил подходит к Взятко, с нежностью заглядывает ему в глаза и нежно, с любовью поправляет ему волосы на голове.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (не очень громко, улыбаясь) Не бойся, Андрюша, голубчик мой. Я замолвлю за тебя словечко...

ВЗЯТКО: Ой, спасибо, отче. Я буду надеяться на вас.


Скользкая громко чихает. Отец Мафусаил вздрагивает, перестает улыбаться и настороженно оглядывается. Убирает руку с волос Взятко. Протягивает руку Взятко, которую тот целует и прижимается к ней лбом. Отец Мафусаил благословляет Взятко.

СКОЛЬЗКАЯ: Наше место в раю, друзья мои. И не как иначе.

ВЗЯТКО: Несомненно. Вы же, госпожа депутатка, столько хороших дел для людей сделали. Все только об избирателях и думали.

СКОЛЬЗКАЯ: Да. Я все свободное время о своем электорате думала, думаю и буду думать. Обещала, обещаю и буду обещать... (Отцу Мафусаилу) Да и вы, отче, словно настоящий архангел Мафусаил, на земле служили хорошим людям. Все же только об электорат... (запинается) Бр-р-р! О прихожанах только и думали.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Давайте не будем забывать и об Андрее Петровиче. Господин судья тоже только о людях думал и все делал во имя справедливости.

ВЗЯТКО: Да, было когда-то дело... Надеюсь, ОН вспомнит тот случай...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Настоящий госслужащий.

ВЗЯТКО: Это у меня в крови.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Вот видите. Так что, ничего нам здесь волноваться...


Заходит Егоровна с влажной тряпкой. Начинает протирать кушетки.

СКОЛЬЗКАЯ: О, снова Егоровна. Спасибо, спасибо, дорогая. Как вы хорошо протирайте. У вас это отлично получается.

ЕГОРОВНА: Да, я все делаю на совесть. Работа у меня такая. А вы как тут? Не скучаете?

СКОЛЬЗКАЯ: Не скучаем, не унываем!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Нам некогда скучать. Молимся.

ЕГОРОВНА: Да, это правильное решение. Но... уже поздно. Если почки отказали, то Боржоми уже не поможет...

ВЗЯТКО: О чем это она?

СКОЛЬЗКАЯ: О том, что вашим почкам, Андрей Петрович, уже ничего не поможет. Так, Мафусаил?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Не беспокойтесь, Андрей Петрович. Все у нас будет хорошо.

ВЗЯТКО: Ой, я так волнуюсь. Словно на допросе у следователя.

СКОЛЬЗКАЯ: Да будет вам уже о допросах! Не беспокойтесь.

ВЗЯТКО: Вам легко говорить. У вас корешок.

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, бывает...


Сверху начинает падать свет. Все с раскрытыми ртами смотрят вверх на свет.

ЕГОРОВНА: (глядя вверх) Да... Да... Ага... Как скажете...


Свет исчезает. Все смотрят на Егоровну.

СКОЛЬЗКАЯ: Что это было, Егоровна?

ЕГОРОВНА: Вот, ц.у. получила от НЕГО.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: И что же вам говорит ОН?

ВЗЯТКО: (взволнованно) Я так волнуюсь. В рай??

ЕГОРОВНА: Ага. В рай.


Все облегченно вздыхают и радуются. Взятко лезет обниматься к Скользкой, Скользкая отстраняется и заиграет к Отцу Мафусаилу. Отец Мафусаил довольно улыбается и тычет руку Взятко, чтобы тот поцеловал. Взятко целует руку Отца Мафусаила, Скользкая, глядя на это, тоже целует руку Отца Мафусаила и прикладывается лбом.

СКОЛЬЗКАЯ: Вот видите. Видите. А что я говорила?

ВЗЯТКО: Да. Таким, как мы место только в раю.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Хвала Всевышнему! Истину говорите, дети мои.

СКОЛЬЗКАЯ: Нас нужно только в рай. Иначе... Пропадут там без нас все, в раю том...

ВЗЯТКО: И не говорите, Антонина Викторовна. Ваша правда. Там, небось, уже заждались таких хороших людей и таких первоклассных специалистов, как мы...


Оставляет ведро, Егоровна идет к выходу.

ЕГОРОВНА: (почти у выхода) Но... Сказал, что место в раю только для одного... Для остальных грешников места только в аду.


Егоровна уходит.

Все на мгновение цепенеют. Смотрят на ведро.

СКОЛЬЗКАЯ: Это только я услышала, что для грешников места в аду??

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Я тоже услышал, что место в раю вакантно только одно.

ВЗЯТКО: Ой, Господи! Что же теперь будет-то?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Как-то получилось не по-людски.

СКОЛЬЗКАЯ: Неожиданно. М-да-а-а...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: И кому же то одно место в раю полагается?

ВЗЯТКО: Сказала же, что грешникам - в ад.

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, это точно не я. (Достает свое депутатское удостоверение)

ВЗЯТКО: Ой, как интересно. За корочку решили спрятаться, Антонина Викторовна?

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, отчего же нет? Она меня всегда раньше выручала.

ВЗЯТКО: Только, то было раньше, Антонина Викторовна. Здесь ваши корочки не катят.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Я тоже так думаю. Поэтому, надеюсь, что ОН рассудит.

СКОЛЬЗКАЯ: Во всяком случае, я напомню ЕМУ об этом. (тычет свое удостоверение)

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Оставьте. Не теряйте времени.

СКОЛЬЗКАЯ: А часом, не вы ли претендуете на то одно место в раю, святой отец??

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Может это и не скромно, но вы догадливая, Антонина Викторовна.

СКОЛЬЗКАЯ: Тогда думаю, что вам это не светит, отче.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Чего бы это? Я жил праведно. Не грешил... (покашливает)

ВЗЯТКО: Да-а-а?!? То-то я и гляжу, как вы сало уплетали в пост...

СКОЛЬЗКАЯ: Точно! Да еще и коньячок цедили сквозь соломинку...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Чисто для здоровья. По новой методике. В газете "Бабушка" вычитал.

ВЗЯТКО: Ага, "Бабушка". Расскажите. Сами проповеди о пользе поста прихожанам читали, а за спинкой колбаску прятали...

СКОЛЬЗКАЯ: Ещё бы. После каждого моего пожертвования вас на новых машинах видели, отче. (тычет вверх) ОН, думаю, видел...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, ОН видел... И видел, из чьих карманов вы те пожертвования вытаскивали... Так, Антонина Викторовна? Все ОН видел.

ВЗЯТКО: Значит, как я заметил, вам ничего не светит в раю. Поэтому...

СКОЛЬЗКАЯ: Погодьте, погодьте, господин судья. Так вы думаете...?

ВЗЯТКО: Не скромно, но я уверен... Это место в раю именно для меня.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Скромность - не ваше кредо, сын мой. Но... Кажется мне, что вы себя слишком переоцениваете.

ВЗЯТКО: Ну, я жил скромно... (причмокивает)

СКОЛЬЗКАЯ: (Отцу Мафусаил) Нет, Мафусаил, ты только глянь на него! (Взятко) Вот, скотиняка! (заворачивает на пальцах) Имение на 150 соток в центре столицы, землица в элитном районе... Продолжать, господин судья?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Не на зарплату ли госслужащего?

ВЗЯТКО: (растерянно) Так..., то жена у меня бизнесвумен. Вот! (причмокивает)

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Конечно, а как же, сын мой. Та молодая дочь Божья, с коллагеновыми губами и силиконовыми сиськами, которую вы подцепили за сто долларов в ночном клубе, когда мой скромный юбилей отмечали... Настоящая бизнесвумен...

ВЗЯТКО: На конгрессе я её подцепил... И все на неё переоформлено.

СКОЛЬЗКАЯ: А как же... Все они, скотиняки, только по конгрессам каждый вечер и шныряют. Значит... Вывод один: в рай попаду только я.

ВЗЯТКО: А может и я.

СКОЛЬЗКАЯ: У меня иммунитет. (Тычет всем свое удостоверение) Вот!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Глядите, госпожа депутатка, чтобы импичмента вам не было.

СКОЛЬЗКАЯ: Мафусаил, перестань...

ВЗЯТКО: Я все еще надеюсь...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ Я тоже молюсь... (смотрит на всех по очереди)...за свою праведную душеньку.


Заходит Егоровна. За ней неопрятный Валерка.

ВАЛЕРКА: Сюда??

ЕГОРОВНА: Да, сюда. Чего ж в предбаннике сидеть-то?!

ВАЛЕРКА: Ну, я услышал, какие здесь уважаемые и значимые люди ждут, поэтому и не решился заходить.

ЕГОРОВНА: Вот тутачки все и ждите.

СКОЛЬЗКАЯ: (глядя на Валерку) А это еще что за такое?!


Все оглядывают Валерку.

ВЗЯТКО: Как от него воняет!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Сын Божий, ты кто такой?

ВАЛЕРКА: Валерка.

СКОЛЬЗКАЯ: (Егоровне) Слушай, Егоровна, ты точно уверена, что только один из нас попадет в рай?

ЕГОРОВНА: За кого вы меня принимаете??

ВЗЯТКО: Ну, судя по одежде, за санитарку или уборщицу...

СКОЛЬЗКАЯ: Техробка? Угадали?

ЕГОРОВНА: Вы здесь не очень-то умничайте. Я шуток не люблю.


Сверху падает свет. Все задирают головы и смотрят на свет.

СКОЛЬЗКАЯ: Давай, Егоровна, говори мне, куда там в рай? Туда или туда? (Показывает в разные стороны)

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Помолчите, госпожа депутатка. Не видите, что ОН на связи.

СКОЛЬЗКАЯ: (Егоровне) Что там ОН говорит? Переводите?

ЕГОРОВНА: (глядя вверх) Ага... Так... Ладно, передам...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Что там? Мне с вещами и в рай?

ВЗЯТКО: Да, вот полноте вам, Святой Отец, не гоните лошадей. Я уже готов. Куда в рай?

СКОЛЬЗКАЯ: Может мы все... в рай?


Егоровна смотрит на всех по очереди.

ЕГОРОВНА: Сказал, только один из вас.

СКОЛЬЗКАЯ: (Взятко и Отцу Мафусаилу)(вздыхая) Один из нас.

ЕГОРОВНА: Нет. (Показывает на всех) Один из вас.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (на Валерку) А он-то тут при чем?!

СКОЛЬЗКАЯ: Погодьте-погодьте. То теперь получается, что шансы у нас уменьшились?

ЕГОРОВНА: Слушайте, не морочьте мне голову. Как сказал, так и передаю.

ВЗЯТКО: (Валерке) Да кто ты вообще такой?? (Скользкой и Отцу Мафусаилу) Не обращайте на него внимания. Таким, как он точно не в рай... Завоняет там всё... Так что...

СКОЛЬЗКАЯ: Кто ты такой, Валерка?

ЕГОРОВНА: (смеется) Ну, вы даете! Вот коматозники... Сами же его машиной сбили, а теперь еще и спрашивают.


Смеющаяся Егоровна забирает ведро и уходит. Все на мгновение цепенеют.

СКОЛЬЗКАЯ: Вот, черт!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Не ругайтесь, Антонина Викторовна. Вы же на аудиенции у НЕГО.

СКОЛЬЗКАЯ: Извините, вырвалось. Больше не буду.

ВЗЯТКО: А, я понял. То мы тогда в этого дурноватого Валерку таранились... Так вот что то был тогда за удар.


Взятко, Скользкая и Отец Мафусаил обходят Валерку и рассматривают его.


ВАЛЕРКА: Чего это вы на меня так говорите? Чего же это я дурноватый?

СКОЛЬЗКАЯ: Молчи, морда. Если бы не ты, мы б сюда не попали. Скотиняка!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Не ругайтесь, Антонина Викторовна. Мы же не на трибуне в парламенте выступаете.


Скользкая ладонью хлопает себе по губам.

СКОЛЬЗКАЯ: Вырвалось... Это все нервы.

ВЗЯТКО: Из-за него в аварию попали. Вот непруха. (Отцу Мафусаил) Выходит, Отец Мафусаил, так, как вы были за рулем, то сбили его именно вы. Значит вина на вас. Поэтому...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Э-э-э, стопэ! Не смотрите на меня так. Я тут ни при чем. (Скользкой) Вы же, Антонина Викторовна, все время мешали мне рулить.

СКОЛЬЗКАЯ: Я?!?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, именно вы. Забыли?

СКОЛЬЗКАЯ: Разве?!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: А кто мне под рясу лез и щекотал?

СКОЛЬЗКАЯ: Так... Это у вас рубашка из штанов вылезла. А так, как руки у вас были заняты, я вам решила помочь... (лукаво подмигивает)


Скользкая подходит к Отцу Мафусаила и лезет ему под рясу, чтобы заправить рубашку.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (отстраняется) Полноте, полноте, Антонина Викторовна. Вы уже раз помогли. Оставь, раба божия.


Отец Мафусаил тычет в лицо Скользкой свою руку. Скользкая целует руку и касается руки лбом. Отец Мафусаил крестит Скользкую.

ВЗЯТКО: Фух, хорошо, что я тихонечко рядом сидел. Значит в рай все-таки мне.

СКОЛЬЗКАЯ: А как же, Андрей Петрович. Рядом он сидел... Автомобильчик-то на вас записан.

ВЗЯТКО: На жене. Мне же, как госслужащему, не купить такую ??дорогую вещь на зарплату...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Так вы же, Андрей Петрович, мне горланили: дави его, дави!

ВЗЯТКО: Я?!?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, именно вы... Спаси, Господи..., мою душеньку.

СКОЛЬЗКАЯ: (Взятко) Значит, виноваты вы, Андрей Петрович... Подстрекали же.


Отец Мафусаил подходит к растерянному Взятко и нежно гладит его по волосам. Взятко озадачен.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Ну, ну, не печалься, Андрюшенька, голубчик мой... Не так уже в аду и страшно...

ВЗЯТКО: (дрожащим голосом) Не хочу в ад. Я в рай хочу!!


Скользкая громко чихает. Отец Мафусаил вздрагивает, настороженно оглядывается и убирает руку с волос Взятко, протягивает ему руку для поцелуя. Взятко целует руку Отца Мафусаила и прижимается к ней лбом. Отец Мафусаил крестит Взятко.

ВАЛЕРКА: Так может...?

СКОЛЬЗКАЯ: Тебя никто не спрашивает, скотиняка! Ой... (хлопает себя по губам)

ВЗЯТКО: Подождите! Я, кажется, придумал! Мы спасены.

СКОЛЬЗКАЯ, ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Спасены??

ВЗЯТКО: Именно! (тычет в Валерку) Он сам бросился под машину...

СКОЛЬЗКАЯ, ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Сам??

ВЗЯТКО: Сам! Точно! Знаю я таких аферистов, что под колеса бросаются, а потом требуют денег. Был у меня когда-то случай. Один такой хитрец бросился на пешеходном переходе под колеса автомобиля трезвого заместителя прокурора, который сам вел автомобиль.

СКОЛЬЗКАЯ: Да вы что??

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Какой кошмар!!

ВЗЯТКО: Представляете! Так мало того, что бросился под колеса, так ещё и пятьдесят метров путался под колесами и мешал автомобилю ехать нормально, подвергая опасности такого важного и необходимого обществу человека!

СКОЛЬЗКАЯ: Ужас!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Вот ведь какие люди алчные к деньгам бывают. Под колеса сами бросаются.

ВЗЯТКО: Заместитель прокурора спиртного на дух не переносит. Был трезвым, как стеклышко. А то, что из авто спиртным штырило, так это ж от лекарства, что он принимал...

СКОЛЬЗКАЯ: Сердце прихватило! Знаем такое дело...

ВЗЯТКО: Точно! А на него ещё хотели повесить вождение в нетрезвом виде... Хорошо, что дело ко мне попало! Я того негодяя наказал по всей строгости закона! Будет знать, как под колеса бросаться! (на Валерку) Всё из-за таких, как он!

СКОЛЬЗКАЯ: (Валерке) Ох, ты ж...! (Хлопает себя по губам)

ВАЛЕРКА: Да, я не виноват!

ВЗЯТКО: Виноват-виноват. Где мой молоточек? (ищет в кармане) (Скользкой) Антонина Викторовна, вы не видели мой молоточек?

СКОЛЬЗКАЯ: Нет, не видела. (оглядывается)

ВЗЯТКО: Наверное, кто-то стырил. Вот народ! Всё бы только красть.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Что-то у тебя, сын мой, лицо знакомое... А я тебя нигде не встречал раньше?

СКОЛЬЗКАЯ: Так, на капоте нашем, видимо?

ВАЛЕРКА: Я к вам в церковь ходил милостыню просить...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Точно! Вспомнил.

ВАЛЕРКА: А вы меня все прогоняли, и погреться зимой в лютый мороз не пускали.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Я?!

СКОЛЬЗКАЯ: Ох, как же не стыдно, Святой Отец...?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Он что-то напутал.

ВАЛЕРКА: Так и было. Именно вы меня чуть кадилом не пришибли.

СКОЛЬЗКАЯ: Ай-я-яй! (журит Отца Мафусаила пальцем) Неужели он о тебе, Мафусаил?

ВЗЯТКО: Святой отец...!

СКОЛЬЗКАЯ: А не нашего ли мэра это брат?

ВАЛЕРКА: Так и есть. Мы родные братья.

ВЗЯТКО: Ого. И до чего ж ты докатился, оборванец? Не стыдно тебе за такую жизнь? Брата своего, нашего любимого мера, позоришь только.

ВАЛЕРКА: Стыдно. А что делать? Так меня ж мой брат после смерти родителей наших обобрал до нитки и на улицу выбросил когда-то, как собачку беспризорную...

СКОЛЬЗКАЯ: Давайте не впутывать сюда господина мэра. Знаю я его. Хороший человек. Имела с ним дела на выборах - помог мне выиграть по округу. То такого ??хорошего человека еще надо поискать.

ВЗЯТКО: Точно. Мы с ним часто пересекались в земельных вопросах. Такой благодарный человек, я вам скажу!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: И приход наш помог отремонтировать. Уж такого набожного человека, как наш мэр, ещё поди поищи!

ВАЛЕРКА: (Взятко) А вы ещё тогда рассматривали моё дело в суде и лишили меня отцовского наследства. Поэтому я на улице и оказался...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (Взятко) Ай, Андрюша, как же ты так?

СКОЛЬЗКАЯ: (Взятко) Андрей Петрович... Не стыдно вам?

ВАЛЕРКА: (Скользкой) А к вам я ходил на прием помощи и защиты просить от самоуправства брата моего и подкупленного судьи... А вы со своей секретаршей меня гнали в спину из приемной...


Взятко и Отец Мафусаил смотрят на Валерку, потом на Скользкую.

Валерка опускает печальные глаза.

ВЗЯТКО: Врет!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Точно врет!

СКОЛЬЗКАЯ: Ещё как врет! (Валерке) Ох, ты ж... (хлопает себя по губам) (Взятко и Отцу Мафусаилу) Исходя из всего перечисленного, теперь мы знаем, кто во всем виноват. (тычет в Валерку) Вот, Валерка. Сам под машину бросился, скотиняка, а нас теперь за это наказать хотят... Вот какая несправедливость-то!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: ОН все увидит.

ВЗЯТКО: Будем надеяться.

СКОЛЬЗКАЯ: И не сомневайтесь.


Валерка идет в сторону, садится на пол и с грустью опускает голову.

СКОЛЬЗКАЯ: Выходит, Валерка нам не конкурент. С одним разобрались.

ВЗЯТКО: Слушайте, но место все равно только одно на троих...

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да. Вот напасть...

ВЗЯТКО: (тихо) А давайте ЕМУ взятку подсунем...?

СКОЛЬЗКАЯ: Да вы что?! Серьезно?

ВЗЯТКО: Ну, раньше же всегда можно было так решить любые вопросы. Попробовать можно.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Побойтесь Бога.

ВЗЯТКО: Боюсь. А что делать?!

СКОЛЬЗКАЯ: Не паникуй, Мафусаил. Попробовать можно... А там, как карта ляжет...

ВЗЯТКО: Да, да. Госпожа депутатка говорит дело. Спрос не бьет в нос. Может прикупим себе по теплому местечку в раю...

СКОЛЬЗКАЯ: А может Валерке заплатить, пусть за всех нас в ад сходить?

ВЗЯТКО: Валерка, тебе деньги нужны?

ВАЛЕРКА: Деньги?? Здесь?!?


Заходит Егоровна с тряпкой.

СКОЛЬЗКАЯ: О, Егоровна. Ну, наконец-то. А-то мы уже волноваться начали.

ЕГОРОВНА: Ну, как вы тут?

ВЗЯТКО: Ждем-с.

СКОЛЬЗКАЯ: (Отцу Мафусаилу) Благословите, отче!


Отец Мафусаил благословляет Скользкую.


СКОЛЬЗКАЯ: (решительно выдыхает) Фух! Ну, я пошла... Пожелайте мне удачи, друзья.

ВЗЯТКО: Удачи.


Отец Мафусаил крестит Скользкую.

Скользкая решительно подходит к Егоровне.

СКОЛЬЗКАЯ: Слушай, Егоровна, тут такое дело...

ЕГОРОВНА: Что там ещё? (Показывает вправо) Рай туда...


Слышно церковное пение. Все мгновение слушают и наслаждаются.


ЕГОРОВНА: (показывает влево) Туда - в ад... Чугуны, смола, сковородки...


Слышна музыка в стиле "хэви мэтал". Все вздрагивают.

СКОЛЬЗКАЯ: Нет, Егоровна! Не хотим мы в ад. Тут такое дело... (достает из кармана конверт) (не громко) ...может как-то договориться можно, чтобы не в ад? (насторожено оглядывается) Ну, это от меня лично... благодарность за то, что вы тут хорошо прибрали у нас...


Егоровна смеется.

СКОЛЬЗКАЯ: Мало?!? А какие сейчас у НЕГО расценки?!

ВЗЯТКО: Ах, вот вы как, Антонина Викторовна?! За себя только думаете? (Отцу Мафусаилу) Благословите, святой отец...


Отец Мафусаил слегка улыбается и благословляет Взятко, на мгновение задерживая руку на его челе.


СКОЛЬЗКАЯ: Извините, но здесь уже каждый сам за себя.


Взятко спешит к Егоровне, оставляя Отца Мафусаила немного поодаль.


ВЗЯТКО: Слушайте, Егоровна, у меня тоже денежки есть. (Достает из-под мантии конверт)

ЕГОРОВНА: У госслужащего?!

ВЗЯТКО: У меня жена бизнесвумен. Все на ней записано. Но немного и у меня имеется, конечно... Заначка на черный день, можно так сказать.


Отец Мафусаил растерянно оглядывается и смотрит на Взятко и Скользкую.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Ах, вот вы как?? Как вам не стыдно, друзья! Только о себе и думаете...


Отец Мафусаил крестится и спешит к Егоровной, отталкивая Взятко.


ВЗЯТКО: Не толкайтесь! Я первый.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (толкает Взятко) Я занимал! (Егоровне) Слушай, дочка моя... Я, конечно, не такой богатый, как они...

ЕГОРОВНА: Ну, куда же вам... Сейчас же кризис, прихожане не так много подают... Санкции, как-никак.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Но у меня есть небольшой свечной заводик, то ж и я имею немного деньжат... (достает из-под рясы конверт)

ЕГОРОВНА: Ой, насмешили. Да вас ад всех ждет...!!


Играет музыка "Хэви мэтал". Все вздрагивают.

СКОЛЬЗКАЯ: Зачем же ад?? Я не хочу в ад!

ВЗЯТКО: Только не в ад! Друзья, ну, почему ж сразу ад?!

СКОЛЬЗКАЯ: Я тоже не понимаю, чего она к нам со своим адом прицепилась?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: За что нас-то?


Егоровна уходит. Все на мгновение остаются на своих местах.

ВЗЯТКО: Подождите, подождите! Егоровна! Не уходите!

СКОЛЬЗКАЯ: Опять исчезла.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Какой еще ад?? Я еще так молод, чтобы в ад.

ВЗЯТКО: И я не хочу в ад.

СКОЛЬЗКАЯ: М-да-а-а...(Отцу Мафусаилу) Это вам не "Мурку" на именинах горланить с монашками...

ВЗЯТКО: Пусть, вон, Валерка в ад идет. Он заслужил.

СКОЛЬЗКАЯ: Да, Валерка. Ты, нищий, постоянно одежду с веревок снимал...

ВАЛЕРКА: Так, это для того, чтобы от холода не замерзнуть...

ВЗЯТКО: Бродяжничал и еду воровал! Вор!

ВАЛЕРКА: Так то, чтобы с голоду не помереть...

ВЗЯТКО: Ой, попали мы... (глубоко дышит)

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, я спокойна. (Достает удостоверение депутата) Надежда не умерла ещё.

ВЗЯТКО: Спрячьте. Оно вас здесь не спасет.

СКОЛЬЗКАЯ: Попытка - не пытка. А вдруг? Еще не все потеряно.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Как же "не все потеряно", когда сказали, что нам в ад...?


Заходит Егоровна с бумажкой. Взятко, Скользкая и Отец Мафусаил спешат к Егоровне.

СКОЛЬЗКАЯ: Слушай, Егоровна, может ты как-то подсобишь?

ЕГОРОВНА: Как именно?

СКОЛЬЗКАЯ: Ну, поговоришь с НИМ. Может ОН передумает и нас в рай всех пропустит?

ВЗЯТКО: Ну, может как-то...? (Показывает конверт) Десять процентов себе возьмешь. По таксе. Мало??

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, было бы неплохо, Егоровна...

ЕГОРОВНА: А за что вас туда? Что вы сделали, чтобы в рай попасть?

СКОЛЬЗКАЯ: Я?! Ну, вы даете! Я... (задумывается на мгновение) Пожертвования в приход отца Мафусаила сдавала. Скажите, Святой Отец!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, было, было дело...

ЕГОРОВНА: А где же вы эти деньги брали на пожертвования? Зарплату свою депутатскую отдавали?

СКОЛЬЗКАЯ: Так... То...

ЕГОРОВНА: Бюджетные народные деньги распиливали... Деньги, которые должны были идти на лекарства для онкобольных и детей?

СКОЛЬЗКАЯ: Ага. А вы откуда знаете? Ой!


Скользкая запинается, не знает, что сказать.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Так может меня? В рай...?

ЕГОРОВНА: А вы, Отче, точно заслужили?

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Я старался. Для людей все делал.

ЕГОРОВНА: Больных поститься наставляли, а сами колбасы ели и коньячком в ночных клубах в пост запивали? А за пожертвования от прихожан себе каждый месяц автомобили да часы меняли?


Отец Мафусаил что-то хочет сказать, но не может, запинается и на пальцах что-то показывает.

ВЗЯТКО: (довольно) Ой, ну, хвала небесам. Значит в рай - мне... (Отцу Мафусаилу) Благословите, святой отец...


Растерянный Отец Мафусаил благословляет Взятко.

ВЗЯТКО: (Скользкой и Отцу Мафусаилу) Ну, друзья, не поминайте лихом... (чувственно) Я буду о вас вспоминать...


Довольный Взятко направляется в правую сторону. Отец Мафусаил и Скользкая обескуражено переглядываются.

СКОЛЬЗКАЯ: (Отцу Мафусаилу) Зачем ты его благословил, Мафусаил??


Взятко возле правых кулис останавливается и оглядывается.


ВЗЯТКО: Ну, где тут врата рая-то??

ЕГОРОВНА: А вы куда собрались? Тоже без греха?

ВЗЯТКО: Ну, наверное, да... Раз им нельзя, то только я и претендент на то одно место в раю.

ЕГОРОВНА: Так вы здесь выходит самый честный и праведный?!

ВЗЯТКО: А разве нет?! (оглядывается по сторонам) Скажите, друзья.

СКОЛЬЗКАЯ: Надо бы у жены вашей, наверное, спросить... У неё записано.

ЕГОРОВНА: Вы, господин судья, в чью собственность земли государственные передавали?


Взятко тычет на Скользкую.

ЕГОРОВНА: А приговоры как выносили? Справедливо ли за откаты?

ВЗЯТКО: Ну... (чавкает, не знает что ответить)

ЕГОРОВНА: Да таким, как вы, век в аду жариться без права на амнистию.


Взятко хватается за сердце.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Что с вами, Андрей Петрович?

СКОЛЬЗКАЯ: Неужели "пронесло", Андрей Петрович...? (Принюхивается)

ВЗЯТКО: Что-то сердце прихватило!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Да, какое там у вас сердце...? Мы и так уже почти померли.

ЕГОРОВНА: Так что, придется платить за грехи, которые при жизни натворили.

СКОЛЬЗКАЯ: (тычет конверт) Может, как-то договоримся? Вам пятнадцать процентов со сделки.


Отец Мафусаил отталкивает Скользкую и суёт ей свой конверт.


СКОЛЬЗКАЯ: Не толкайся, Мафусаил.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: За мной будешь. Я занимал!


Егоровна идет к Валерке. Протягивает ему бумажку.

ЕГОРОВНА: Вот, держи.

ВАЛЕРКА: Что это?

ЕГОРОВНА: Пропуск в рай.

ВАЛЕРКА: В рай? Мне??

ЕГОРОВНА: Да. Отмучился ты в своем аду на этой грешной земле. Теперь уже точно в рай... (показывает в правую сторону)

ВАЛЕРКА: Дай вам Бог здоровья...

СКОЛЬЗКАЯ: Погодьте! Вот это нежданчик... Что ж это получается-то? Этот бомж в рай, а нас - в ад?

ЕГОРОВНА: Именно так.

ВЗЯТКО: Но, это же не справедливо!

ЕГОРОВНА: Отчего же, господин судья?

ВЗЯТКО: Потому что он тоже вор!

ЕГОРОВНА: Как и вы?!

СКОЛЬЗКАЯ: А как же! Воровал.

ЕГОРОВНА: Крал?!

СКОЛЬЗКАЯ: Да, было же...

ЕГОРОВНА: А вы для чего воровали?? Или вы от голода, как он, умирали? Или вы в морозы, как он, замерзали? Все вам мало было! И себе, и детям, и родственникам до четвертого колена наворовали и все вам мало!

СКОЛЬЗКАЯ: Ой, перестаньте. А как же мой иммунитет?

ЕГОРОВНА: Вы думаете, он вас здесь спасет?

СКОЛЬЗКАЯ: (Отцу Мафусаилу) (решительно) Благослови, Мафусаил!

Отец Мафусаил благословляет Скользкую.

Скользкая решительно выдыхает и идет к Валерке.

СКОЛЬЗКАЯ: Слушай, дорогой Валерий. А может, ты мне эту бумажку отдашь? Я хорошо заплачу. (Показывает конверт) У меня деньги есть.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: От же ж... хитрая. Как тут верить депутатам?? Знал бы - не благословлял...

ВЗЯТКО: (Отцу Мафусаилу) Меня, меня благословите, отче!


Отец Мафусаил с улыбкой благословляет Взятко.

Взятко тоже спешит к Валерке.

ВЗЯТКО: Нет, Валерчик! Не слушай ее. (отталкивает Скользкую) Я знаю, что ты умный парень. Давай я у тебя куплю этот пропуск?

СКОЛЬЗКАЯ: (отталкивает Взятко) Нет, у меня статус выше. И денег больше. Да и даму вперед нужно пропускать... (Валерке) Продай мне.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (растерянно) Да что ж такое-то??


Отец Мафусаил крестится, подбирает рясу и спешит к Валерке.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Не слушай их, сын мой! (расталкивает Взятко и Скользкую) Лучше мне! (тычет Валерке конверт)

ВЗЯТКО: Не толкайтесь, святой отец!

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (Взятко) За мной будешь. Я занимал.

СКОЛЬЗАЯ: Говорил, что хворь у него, а сам... Чуть с ног не сбил.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (Скользкой) Я занимал!

ЕГОРОВНА: Вот смешные люди. Или вы думаете, что вы все то наворованное у людей с собой можете забрать?


Отец Мафусаил падает перед растерянным Валеркой ним на колени, и тычет ему свой конверт.

Взятко падает на колени перед Валеркой, тычет ему конверт. Скользкая тоже падает на колени и тычет Валерке свой конверт.

Скользкая, Отец Мафусаил и Взятко достают с конвертов чистые листочки бумаги и тычут Валерке.

СКОЛЬЗКАЯ, ВЗЯТКО, ОТЕЦ МАФУСАИЛ: (наперебой) Продай...!! Продай мне...!! Продай, Валерчик!!

ВАЛЕРКА: Встаньте, пожалуйста! Не нужно.


Валерка пытается поднимать всех с колен.


ЕГОРОВНА: (в зал) Смешные люди... Пропуск же именной! (Валерке) Давай, Валерка. Счастливого пути.

ВАЛЕРКА: Мне аж неудобно как-то. (Взятко, Скользкой и Отцу Мафусаилу) Простите меня...


Слышится боже5ственное песнопение

Валерка идет в правую сторону. Отец Мафусаил крестит вслед Валерку.

Скользкая, Взятко и етец Мафусаил стоят на коленях и грустно смотрят вслед за Валеркой. Скользкая порывается его догонять, но Отец Мафусаил ее останавливает.

Валерка уходит.

Скользкая замечает, что в руке у неё чистые листки бумаги.

СКОЛЬЗКАЯ: Ой, а деньги где мои?

ЕГОРОВНА: Здесь то место, где за деньги ничего не купишь...

Отец Мафусаил, а следом Скользкая и Взятко спешат к Егоровне.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Мы все поняли... Все! Простите нас!! (Смотрит вверх) Отче! Дайте еще один шанс.

СКОЛЬЗКАЯ: Мы каемся! Каемся! Не хотим в пекло...!

ВЗЯТКО: Не хотим в котел...!


Сверху падает свет. Все смотрят на свет.

ЕГОРОВНА: (вверх) Да..., ага... Что?!? Это точно?? Еще раз повторите... Ну, хорошо. Ваша воля.

ВЗЯТКО: Что там, Егоровна?? Переводите.

СКОЛЬЗКАЯ: Что там?

ЕГОРОВНА: Дает вам шанс исправиться. Возвращает вас в сознание. Поживете еще на земле.

СКОЛЬЗКАЯ: Ты не ослышалась? Уверенна??

ЕГОРОВНА: Я не глухая пока.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Фух, Слава Богу!!

ВЗЯТКО: Хвала небесам! Аж попустило. (Облегченно выдыхает)

СКОЛЬЗКАЯ: Так, нас не в ад??

ЕГОРОВНА: Я бы вас всех туда и отправила, будь моя воля. Но у НЕГО другие планы относительно вас.

СКОЛЬЗКАЯ: Я знала! Я верила, что все будет хорошо! (Целует свое удостоверение)

ЕГОРОВНА: Только вы понимаете, что это был последний шанс?

ВЗЯТКО: Да, да, конечно. Как же ж тут не понять-то?!

ЕГОРОВНА: Больше такого шанса искупить свои грехи не будет.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Мы все поняли. Да, друзья?

СКОЛЬЗКАЯ: Да. Все поняли. (Толкает Взятко) Понял? Или у жены спросим?

ВЗЯТКО: Более такого не повторится. ...Завтра же в церковь. Все раздать... Все машины распродать... Нуждающимся помочь...

ЕГОРОВНА: Главное - приговоры справедливые. Это же работа ваша, как-никак.

ВЗЯТКО: Клянусь! Клянусь своим молоточком!

СКОЛЬЗКАЯ: Да. Хорошо, что ОН такой милосердный... Только справедливые законы буду в комитеты подавать. Никаких серых схем... Никаких откатов и рейдерства.

ЕГОРОВНА: Так и надо. (Отцу Мафусаилу) И вы там, глядите, живите по заветах божьих, которые же сами и пропагандируете.

ОТЕЦ МАФУСАИЛ: Так и буду делать.

ЕГОРОВНА: Тогда, занимайте свои кушетки. Быстрее.


Скользкая, Взятко и Отец Мафусаил спешно ложатся на свои кушетки и полностью укрывается простынями. Егоровна подходит ко всем по очереди и поправляет простыни.

ЕГОРОВНА: (в зал) Ну, этим дал шанс. А сколько еще таких "праведников"... Ого!


Сверху падает свет. Егоровна становится под свет.

ЕГОРОВНА: (смотрит вверх) Да, Отче наш. Я уже тут все... Нет, нет. Сейчас уже бегу в другую палату. А кто там? (Возбужденно) Прокурор и мэр...?! Да вы шо?? Тогда спешу, еще пыль там не всю протерла...


Егоровна хватает свою тряпку и бежит прочь.

С правой стороны кулис спокойной походкой выходит Валерка. Смотрит на героев, что лежать на кушетку и тяжело вздыхает.

ВАЛЕРКА: Ох, как же утомляет работа с такими... (кивает на кушетки). Надеюсь, усвоили урок. (Смотрит в сторону, куда пошла Егоровна) Ну, а теперь в соседнюю палату... С теми ещё работы и работы...


Валерка решительно выдыхает и уверенно шагает следом за Егоровной.

На кушетках начинают еле шевелиться Скользкая, Взятко и Отец Мафусаил.

Заходит Егоровна в чистом белом халате, в марлевой маске и со стетоскопом. Подходит к Скользкой и проверяет ей пульс. Взятко тянет руку и что-то хочет сказать, но не может. Отец Мафусаил тоже что-то стонет и еле-еле подает признаки жизни.

ЕГОРОВНА: О, мои хорошие, уже пришли в себя? Это хорошо... (громко) Валерий Валерьевич, зайдите на минутку!!


В палату заходит Валерка в белоснежной форме доктора, со стетоскопом.

ВАЛЕРКА: Что здесь, Любовь Егоровна?

ЕГОРОВНА: Пришли в себя.

ВАЛЕРКА: Все сразу?!

ЕГОРОВНА: Да. Это какое-то чудо!

ВАЛЕРКА: Действительно, похоже на чудо. Значит, будут жить. (к лежащим на кушетках) Лежите, лежите, мои хорошие. Вам сейчас нужен покой, как никогда.

ЕГОРОВНА: А что я говорила, Валерий Валериевич? Рано еще таким людям умирать. У них еще дела не все завершены.

ВАЛЕРКА: Ваша правда, Любовь Егоровна. Пойдемте-ка, голубушка, в ординаторскую. Надо скорректировать дальнейшее лечение и реабилитацию больных. (к лежащим на кушетках) Сейчас сестричка сделает все необходимые манипуляции. Кости целы - скоро будете, как новенькие.


Валерка подбадривает Скользкую, проверяет ей пульс. Скользкая с удивлением смотрит на Валерку и что-то негромко стонет, пытается что-то сказать Взятко и Отцу Мафусаилу, при этом тыкая на Валерку пальцем.

ВАЛЕРКА: Держитесь, голубушка. Все будет хорошо... Отдыхайте. (Егоровне) Пойдемте.

ЕГОРОВНА: Еще в соседнюю надо зайти.

ВАЛЕРКА: Да, да, пойдемте. Там тоже коматозники.

ЕГОРОВНА: В открытый бассейн провода упали и всех током долбонуло. Сейчас между жизнью и смертью находятся...

ВАЛЕРКА: Это вам не шхухры-мухры! Надеюсь, и с теми все будет хорошо, и они скоро очнутся...


Валерка и Егоровна идут прочь.


В ЗАТЕМНЕНИЕ


КОНЕЦ


ЮРИЙ ВАСЮК uncommon1313@gmail.com КОМАТОЗНИКИ


1