# Серое воспоминание

Аноним Ютта

Лучше грохнуться на виду у всех со стула, чем молчать во всё горло, незаметно скатываясь с крыши.

У самой большой любви и

у самой большой ненависти в жизни

есть одна общая черта.

И та и другая кончаются,

одновременно.


Конец декабря. Дни не идут, плывут.

Дни не успевают просохнуть.

Чёрная земля, заквашенная листьями,

особенно в саду, кажется грязной.

Земля устала.


"Мне нравится Серёжка Воробьёв, он же Серый, он же Воробей.

Он - "самый, самый, самый" из мультика про льва и львицу.

Он самый, самый, но он не снег.

Он лев, а я люблю снег.

Магнитофон, джинсы "мадэ им от туда",

прогулки в темноте, - это Серый.

Он совсем не белый.

Я отказалась поздравлять его с днём рождения у него дома,

а он в ответ: найди себе тупого тормоза, пусть он тебя в кино сводит.

Надо будет, по совету бабки, представить себе

как он ковыряется в носу и ест козявки и чужие тоже.


Серёжа красивый, как новый год, как место,

где находится оркестр в театре, а я люблю снег.

Немой, чистый, холодный.

Снег - это балет.

Снег - это всегда небо."


Эту запись в дневнике восьмиклассница Нюша оставила на кануне Нового Года.

А год спустя перечитала, перечеркнула .

Написала два слова "балет Щелкунчик" и дату,

и пометку на полях: "найти сказку про Щелкунчика".


Пройдёт двенадцать лет,

и рядом с датой будет красоваться рисунок:

чёрная курица со скрученной набок головой.

Кровь из клюва,

застывшая в трёх прозрачный каплях размоет под собой чернила, слова, строки.

Только справа, в нижнем углу страницы останется снег и

стихотворение бисерными буковками.


"Метель укрывает улицу

и прохожего,

в самом её начале;

и без того похожего

на чёрную курицу

с белыми крыльями

за плечами"