# Сотрудничество с Преисподней

Габриэль С Тимар

Последнее, что Джордж Пайк помнил о своей жизни на Земле, были: загорелое, стройное, голое тело Линн, звук пистолетного выстрела, дырка от пули в деревянной панели и его собственная кровь на белом коврике рядом с чёрным полотенцем. Вновь обретя сознание, он обнаружил, что его приглашают в Третье Измерение, где ему предстоит определиться с выбором новой карьеры, квартиры и даже тела. Джордж подписывает контракт с ООО Преисподняя, делая выбор между просто плохим и очень плохим.

Перевод с английского В.А.Яцко/Translation from English by V.A.Yatsko.

Перевод романа Габриэля Тимара (Gabriel Timar http://www.gabor-timar.com). Английский оригинал - на сайте журнала Bewildering Stories http://www.bewilderingstories.com/issue344/hades1.1.html Публикуется с согласия автора.


Посвящается Муки: моему вдохновению, моей любви, моей жизни.


## Глава 1


Последнее, что я помню о своей жизни на Земле, были: загорелое, стройное, голое тело Линн, звук пистолетного выстрела, дырка от пули в деревянной панели и моя собственная кровь на белом коврике рядом с чёрным полотенцем.


Я постепенно начал погружаться в забытьё. Но какая-то часть моего тела или сознания, - не знаю какая, - продолжала бороться. Была ли это рефлексивная реакция мышц или нервной системы? Или непроизвольная реакция сознания? Или, может быть, это моя бессмертная душа упорно цеплялась за свою оболочку? Не знаю, и вряд ли кто знает.


Я полностью сосредоточился на борьбе за возвращение сознания и добился некоторого успеха; ко мне стали возвращаться смутные, неясные ощущения. Я постарался закрепить успех и ни о чём не думать, поскольку знал, что даже малейшее лишнее усилие вызовет падение в яму забытья, из которой, как я был уверен, нет дороги назад.


Как спортсмен обходит сопреников, делая финишный рывок, я сделал последнее мощное усилие и очутился по ту сторону забытья. Острый луч белого света внезапно прорезал поле моего восприятия. Я почувствовал сильную боль, которая, к счастью, быстро прошла.


Неясные ощущения и существование на грани бытия сменились калейдоскопом ярких красок. Не было уже никакой необходимости за что-то бороться, чему-то сопротивляться. Моя измученная душа расслабилась. Хотя я точно знал, что я мёртв, я почувствовал странное удовлетворение.


Постепенно яркие резкие очертания сменились пастельными тонами, и меня укутал мягкий зелёный свет. Ко мне вернулся разум, я снова мог думать и мыслить!


Неожиданно я почувствовал чьё-то присутствие; кто-то пытался заговорить со мной. Не знаю, была ли это голосовая или телепатическая связь, но я отчётливо воспринимал передаваемую информацию.


Во время моей жизни на Земле я был весьма неравнодушен к женщинам. По-видимому, я остался таким и после смерти, поскольку ясно ощутил присутствие женской особи, которая пыталась вступить со мной в контакт. По-правде говоря, мне стало немного жутко.


"Добро пожаловать в Третье Измерение, мистер Пайк",- женский голос звучал так, как будто бы это стюардесса приветствует пассажиров на борту самолёта.


У меня было далеко не радостное настроение, но она приняла это как само собой разумеющееся.


"Сэр, для Вас наступил момент истины", - продолжала она. "Ваша бессмертная душа была оценена в сто шестьдесят бертонов, и вам предстоит решить, как распорядится ей в дальнейшем. Несколько компаний готовы предложить Вам свои услуги".


"Она, наверное, имеет ввиду Судный День, - подумал я. Кто-то должен решить, куда меня отправить - на Небеса или в Ад".


"Не вполне так, - твёрдо заявила она - Вы и только Вы один должны принять решение. Души оцененные в сто или менее бертонов представляют управляющие компании, которые выбирает Комитет в соответствии с тем мировоззрением, которое было присуще данной душе во время жизни в первом измерении. Такие души не имеют права выбора, хотя в дальнейшем они могут обратиться в Коммерческий Комитет с просьбой о пересмотре дела. Что же касается душ с высокой стоимостью, они должны сделать выбор сами "


"Она должно быть шутит, - решил я - Издевается, гнида. Что меня зря учили в школе и в церкви, что после смерти человека оценивают по его добрым делам и грехам?"


"Я здесь представляю Коммерческий Комитет, мистер Пайк, - донеслось до меня сообщение моей собеседницы. - И моя задача состоит в том, чтобы убедиться, что Вы приняли решение по собственной воле без давления извне, к которому иногда прибегают нечистые на руку управляющие компании"


"Очень мило с Вашей стороны, - ответил я. - Не сообщите ли, из чего, собственно, я могу выбирать?"


"Я могу сообщить названия компаний, описать их мировоззренческие установки в соответствии с терминологией, принятой в первом измерении, а также дать краткую характеристику каждой из них. Вы получите достаточно информации о принципах работы компаний, чтобы самостоятельно принять решение. Имейте также ввиду, что, независимо от того, в пользу какой компании Вы сделаете выбор, Вы получите поощрение."


"Бог ты мой, - проворчал я, - да это те же самые чёртовы выборы!"


"Совершенно верно, мистер Пайк, - немедленно последовал ответ, - это и есть выборы."


"Прекрасно, - сказал я, чувствуя себя несколько ошеломлённым. - Огласите, пожалуйста, весь список кандидатов".


"Итак, начнём. Крайне левые позиции занимает компания "ООО Красная Звезда". Это группа , борющаяся за равноправие на основе принципа "от каждого по способностям - каждому по труду"


"То есть то же самое, что и марксистские партии на Земле, - заметил я. Проехали... "


"Следующая в списке - корпорация "Нирвана", - продолжила моя дама. - они в основном занимаются релаксацией, медитацией и очень редко какой-нибудь практической работой."


"Никогда не любил медитировать. Проехали..."


"Следующая - "Небеса АО"."


"Очень интересно, - не удержался я. - Давайте-ка поподробней."


"Этой компанией интересуются большинство землян, - ответила она. - У неё наиболее обширная рекламная сеть в первом измерении. Однако, "Небеса АО" - достаточно догматичная компания со строгими моральными принципами. Наиболее важными качествами души они считают глубокую веру, дисциплину, послушание. Творческие способности для них - не самое главное".


"Звучит не очень-то привлекательно, - заметил я. - Я никогда не отличался дисциплинированностью и всегда ценил творческие способности. Что касается моей веры..."


"Да или нет, мистер Пайк?" - прервала она.


"Пока что я говорю "нет", оставляя за собой право вернуться к обсуждению этой компании позже", - ответил я.


"Очень хорошо, - вздохнула она. - Следующая компания - "ООО Преисподняя". В ней поощряются дискуссии, споры и наиболее важным качеством души считаются творческие способности.


"Ну да, как либералы, - сказал я. - Звучит привлекательно. Что-нибудь ещё осталось?"


""АО Седьмое Небо" занимает крайне правые позиции, - продолжила она. - Эта компания привлекает души с крайне консервативными взглядами. Она предъявляет высокие требования к дисциплине и проповедует неприятие других управляющих компаний."


"Нет, это не для меня, - сделал я вывод. - Ещё что-нибудь?"


"Я перечислила основные компании, - сказала она. - Если Вам не понравилась ни одна из них, есть также несколько небольших специализированных фирм. Должна отметить, что все они являются дочерними фирмами основных компаний и предназначены для того, чтобы удовлетворить потребности некоторых особых душ. Вы можете потребовать, чтобы я их Вам представила, но для этого нужно будет дополнительно провести ещё одну выборную сессию. Каково Ваше решение?"


"Не так-то просто его принять, дорогуша, - заметил я. - Если бы я, под влиянием минуты, выбрал "Небеса АО", то моим постоянным спутником стала бы душа достопочтенного Отца Голдинга. И навряд ли меня бы надолго хватило. Он бы не позволил мне предаваться приятным воспоминаниям о том, что я выделывал с хорошенькой киской на заднем сидении машины. Мы бы только и делали, что рассуждали о церковных делах да благотворительности; и подумать не смей о хорошей попойке. Так как я не отличаюсь дисциплиной, мне претит коммунизм, и мне не нравится медитировать, то по принципу исключения, единственным местом, к которому я мог бы приткнуться, остаётся "ООО Преисподняя".


"Итак, Ваш выбор - "ООО Преисподняя"?"- спросила она.


"Боюсь, что так," - ответил я со вздохом.


"Спасибо, мистер Пайк. Вы приняли решение как и подобает свободной душе."


Я почувствовал, как будто передо мной с громким стуком захлопнулась стальная дверь, после чего вновь вернулся калейдоскоп красок. На этот раз вместо пастельных преобладали глубокие темные тона, и мне было очень приятно. Если бы я захотел, я мог бы над чем-нибудь поразмышлять, но у меня не было никакого желания напрягать свои умственные способности.


* * *


Я совершенно потерял чувство времени. Прошёл может быть день, может минута, а может и столетие, когда внезапно багровый всплеск вытеснил все остальные цвета, и я снова почувствовал, как ко мне обращается особа женского пола. По-видимому, и в третьем измерении я пользовался успехом у женщин.


Я чувствовал, что она не относится к тому деловому типу, который представляла предыдущая собеседница. Это была живая девушка, искрящаяся энергией, как будто бы её из простого бухгалтера повысили до управляющего банком.


"Меня зовут Арабелла, мистер Пайк, - заговорила она. - Руководство "ООО Преисподняя" поручило мне поздравить Вас с логически-обоснованным, честным и правильным выбором".


"На самом деле, у меня не было выбора, дорогуша, - ответил я. Возможно, я проголосовал от имени тех несчастных душ, которые я оставил после себя на Земле.


"Это был логически-обоснованный выбор, - продолжала она. - Если Вам интересно, Ваша аргументация очень похожа на ту, которую приводили некоторые из великих душ, которые поступили к нам с Земли".


"К примеру?".


"О, очень необычные души, например, душа Юлия Цезаря, которым, как мне известно, Вы восхищаетесь".


"Да, - пробормотал я. - Он мне всегда нравился. Цезарь - пример руководителя-профессионала высокого уровня, близкого к совершенству. Он допустил лишь одну грубую ошибку - положился на уважение к традициям и на то, что никто не нарушит правило "никакого оружия в Сенате". И это стоило ему жизни. В этом смысле я от него отличаюсь. Мне начихать на традиции, поскольку от них одни неприятности. А что ещё ты обо мне знаешь, Арабелла?"


"Я мало чего не знаю о Вас, мистер Пайк, - ответила она. - Мне известны все Ваши тайные желания, а также многие вещи, о которых Вы забыли или хотели бы забыть".


"К примеру?" - спросил я недоверчиво.


"Я не люблю, когда мои слова ставят под сомнение, мистер Пайк," холодно ответила она. - Я могу обидеться, и это может иметь самые неприятные последствия".


"Прошу прощения, - сказал я. - Поскольку существо я беззащитное, я уступаю и молчу в тряпочку"


В голосе Арабеллы послышалось раздражение: 'Нет, мистер Пайк, и не думайте ни о каких уступках. Ваше бренное тело может быть мертво, но Ваша душа свободна и принадлежит Вам. У Вас осталась возможность мыслить и творить, и никто не может отнять её у Вас. В 'ООО Преисподняя', по специальному распоряжению руководства, мы никогда никому не просто так не уступаем'.


'Вы меня, кажется, дразните?' - спросил я.


'Вы меня, кажется, разыгрываете?' - парировала она.


'Естественно, разыгрываю,' - ответил я. 'Ты, может быть, дочка самого дьявола, но я то уж точно - лучший из юристов в этом зачуханном третьем измерении. И если мне удастся тебя разыграть , это будет первое очко в мою пользу'.


'Мне бы следовало ожидать от Вас что-то подобное,' - проговорила она смиренным тоном. - Меня об этом предупреждали. Вы также невыносимы, как и Юлий; он постоянно дурачиться и пытается меня разыграть'.


'И часто ему это удаётся?'


'Не Ваше дело,' - резко ответила она.


Я подумал, что где бы я не очутился, рядом всегда появлялась очаровательная, темпераментная дамочка с невыносимым характером. Такие-то как раз мне и нравятся.


'Хватит, не будем больше тратить времени, - продолжала она, 'меня сюда прислал босс, он хочет встретится с Вами'.


'Не так то это будет просто. Моё тело осталось в первом измерении, и я ощущаю себя абсолютно голым'


'Это нетрудно исправить, - сказала она. - Мне поручили сообщить, что наша компания хочет предложить Вам работу юридического советника со стандартной оплатой по разряду П.5 и приличными дополнительными бонусами. Как вы относитесь к этому предложению?'


'Что ж, крошка, - ответил я с видимым спокойствием, с трудом сдерживая бурную радость. - Будучи существом скромным и даже робким, не осмелюсь спросить в какой валюте мне будут платить, и на каких условиях. Но мне досмерти осточертело пялиться на дурацкие калейдоскопы, и я склонен серьёзно отнестись к этому предложению'.


'Совершенно правильно, - сказала она. - Впрочем, это лишь приглашение на собеседование, а не официальное предложение компании.'


'Понятно, - ответил я. 'Чем займёмся дальше?'


'В первую очередь вам нужно обрести тело", - ответила она.


Чем дальше, тем становилось всё интереснее. Если мне не изменяла память, я погиб на Земле при невыясненных обстоятельствах. Моё тело должны были бы кремировать или похоронить, а душу судить и отправить в Рай или Ад. И вот, вместо всего этого, мне предлагают новое тело и работу в 'ООО Преисподняя' Ltd. Мне было жутковато, но и интересно.


'И какое тело я могу получить?' - спросил я.


'Любое на Ваш выбор, - последовал ответ . - Меня уполномочили предложить Вам тело класса Б'.


'И как я буду выглядеть?'


'Видите ли, мистер Пайк, у Вас всё ещё земные представления о жизни, теле и душе. Поэтому планета Мамона, наша штаб-квартира, будет Вам казаться Землёй. Не советую Вам выбирать тело не земного типа, такое как андромедианское или валерианское, оно Вам явно не понравится.

'Кое-кто утверждает, что планета Мамона на самом деле не существует, что это одна иллюзия. А некоторые даже считают, что всё третье измерение - одна иллюзия. Не могу точно судить, но то, что я лично вижу, похоже на мою родную планету Сириус. Уверена, что и вы будете воспринимать третье измерение как Землю'.


'Весьма занимательно, - заметил я. - вы когда-нибудь видели Землю?'


'Много раз, - ответила она. - На мой взгляд, люди выглядят неприятно и ведут себя грубо. Хотя Земля всегда была нашим основным поставщиком, и большую часть душ мы получаем оттуда'.


'Никогда бы не подумал, что большинство людей отправляется прямиков в э...Преисподнюю.


'Перейдём к делу. - прервала мои размышления Арабелла. - Какое именно тело Вам бы хотелось приобрести?'


'Было бы неплохо что-нибудь похожее на старое, но с меньшим слоем жира в районе талии'.


'Прекрасно. Старое тело минус десть фунтов жира'.


'Лучше пятнадцать, если это вас не затруднит', - кротко заметил я.


'Окей,' - последовал ответ. - Нужны ли Вам какие-то специальные физические характеристики, физико-моторные рефлексы или другие встроенные функции?'


'Никогда не задумывался об этом. Но поскольку вы предложили, было бы неплохо иметь хорошую кручёную подачу с правой'.


'Хорошо. Ещё что-нибудь?'


'Поскольку я настоящий канадец, мне бы хотелось уметь говорить на двух языках, - сказал я. - Можете вы научить моё тело говорить на французском?'


'Никаких проблем, мистер Пайк, - ответила Арабелла. - Парижский или квебекский вариант?'


'Само собой разумеется - парижский!' - оскорбился я.


'Хорошо, - кивнула Арабелла. - Вы будете говорить на двух языках.'


'Отлично!- воскликнул я. - Теперь я смогу работать в правительственных учреждениях и даже стюардом на рейсах Эр Канада'.


'Уверена, что Вам это не понадобится, - продолжала она. - Как насчёт половых органов?'


Я смутился. Конечно, всё это сильно смахивало на покупку нового тела в универмаге, но обсуждать половые органы было как то не очень прилично. 'Думаю, что сгодится и старый орган, - сказал я в замешательстве. - Впрочем, Арабелла, вам, как женщине, виднее'.


'Вы ошибаетесь, мистер Пайк. - твёрдо заявила она. - Во-первых, у меня нет никакого желания прыгать к вам в постель. И вообще младшему персоналу, к которому я отношусь, запрещено вступать во внеслужебные отношения с руководящими работниками. Во-вторых, я отношу себя к тем немногочисленным особам женского пола, которым нравятся маленькие размеры. Итак, что насчёт гениталий?'


'Ладно, - пробурчал я, - оставьте всё как есть'.


'Как вам угодно,- согласилась она. - Никаких изменений половых органов. Как насчёт одежды и других личных вещей?'


'Полагаю, у меня был вполне сносный гардероб на Земле, - ответил я. Хотя мне всегда хотелось замшевый костюм светло- зелёного цвета'


'Подобрать подходящую по цвету рубашку, галстук, туфли?'


'Само собой'.


'Какую предпочитаете машину?'


'Сойдёт мой старый Понтиак-Фиеро, - ответил я. - Никогда особенно не интересовался машинами. Машина существует только для того, чтобы доставить меня из точки А в точку Б'.


'Хорошо,' - сказала он. - Какое жилище вам бы хотелось иметь?'


'Сгодится обычная холостяцкая квартира, - сказал я. - Можно обойтись без телевизора, но желательно, чтобы там была аудио система и записи классической музыки. Ну и, конечно же, - доступ к Интернету'.


'Никаких проблем, мистер Пайк. Вы очень не привередливы, - ответила она. - Странно: Вас устраивает всё, что у Вас было в земной жизни, но тем не мене Вы покончили жизнь самоубийством. С какой стати Вам было стрелять в себя?'


В жизни бывают ситуации, когда лучше не отвечать на вопросы.


'Вы же сказали, что всё обо мне знаете. Почему бы вам не посмотреть свою базу данных? Там наверняка найдётся ответ'.


'Я это уже сделала. Но компьютер выдает достаточно противоречивую информацию. Полицейский, занимавшийся расследованием, инспектор Крис Бейли, утверждает, что вас убили, в то время как коронер настаивает на самоубийстве. Мы не знаем, что произошло на самом деле'.


'От меня вы это никогда не узнаете, Арабелла", - сказал я, тщательно пытаясь скрыть тот факт, что и сам не имел представления, как я умер.


'Ваша бывшая жена считает, что Вы погибли при странных обстоятельствах, и это не Вы нажали на курок пистолета. Во всём этом трудно разобраться'.


'Джо-Энн всегда было со странностями, - ответил я. - В конце концов, если я уже здесь, какое это имеет значение?'


'Да, конечно, мистер Пайк, - сказала он равнодушно. - Пора приступить к перемещению Вашей души в новое тело. Вы готовы?'


Хотя я никогда не отличался смелостью, мысль о перемещении души почему-то меня совсем не испугала.


'Всегда готов, Арабелла!'


'В этой процедуре нет ничего особенного, продолжала она, - Приятного в ней мало, но можно постараться сделать её как можно менее болезненной. В соответствии с законом, каждая компания, управляющая душами, должна иметь свой собственный операционный торговый знак. Наш знак - буква 'О'. Когда начнется процесс перемещения души, в поле Вашего восприятия появится, и будет оставаться до завершения процедуры, буква 'О'. Если Вы сосредоточите все свои мысли на букве 'O' и не будете отвлекаться, перемещение пройдет быстро и безболезненно. В противном случае оно может занять много времени и проходить с осложнениями'.


'Предположим, мне вдруг расхочется перемещаться. Могу я остановить процесс?'


'Маловероятно, но вы можете его серьёзно осложнить. Если вы сосредоточитесь на торговом знаке другой управляющей компании, процедура будет проходить трудно, долго и болезненно. Некоторые компании, послабее нашей, могут в этом случае остановить процедуру. 'Небеса АО', например, может отказаться от перемещения, если вы окажете упорное сопротивление '.


'Какой у них торговый знак?'


'Их знак - буква Х, у 'Нирваны' - буква M, у 'Седьмого неба' - С, и у 'Красной Звезды' - К.

Мистер Пайк, время идет, а ведь Вас ждет босс. Не пора ли приступить к перемещению?'


'Поехали! - ответил я. - В следующий раз увидимся, когда у меня уже будет тело'.


Постепенно я перестал ощущать присутствие Арабеллы, и снова вернулся калейдоскоп красок. Появилось странное ощущение одиночества, но надежда вновь обрести тело придала мне сил. Краски калейдоскопа начали вращаться, образовывая водоворот и высасывая из меня все мысли. Я почувствовал, что превращаюсь в растение.


'Не расслабляйся, - сказал я сам себе, - сосредоточься на букве O...'


Вращение красок в калейдоскопе становилось всё стремительней. В поле моего восприятия появилась масса багрового цвета, которая пульсировала, явно пытаясь принять форму овала.


'Сосредоточься, Джордж, сосредоточься,' - внушал я себе.


Фон овала стал темнеть, а цвет самой фигуры становиться светлее. В конце концов овал превратился в белую фигуру на черном фоне, украшенную орнаментом из багровых линий.


'Буква 'O', буква 'O'. - Я прилагал такие усилия, что всё моё существо содрогалось.


Внутренняя часть фигуры стала однотонной и в поле моего восприятия появилась буква 'O' на чёрном фоне. Но я всё ещё не мог позволить себе расслабиться. Резкий, неприятный луч белого света прорезал поле моего восприятия, и, внезапно, вместо фигуры появилась знакомая картина с морским пейзажем. Я полностью расслабился и обнаружил вокруг себя знакомую обстановку.


Комната, в которой я находился, представляла собой сочетание спальни и гостиной моей старой квартиры; на стене висела картина Джо-Энн с изображением Португальской Бухты. Я лежал голый посреди большой кровати. И у меня снова было тело!


## Глава 2


Не знаю точно, что чувствует приговоренный к повешению, получая помилование и свободу, но скорее всего, я чувствовал то же самое, обретя новое тело в третьем измерении. Когда прошел шок реинкарнации, я попробовал пошевелить большими пальцами ног. Они сгибались. Все конечности были на своих местах. И все они функционировали.


Я медленно встал, неуверенной походкой подошёл к шкафу и открыл дверь. Почему-то я был уверен, что на внутренней стороне двери висит зеркало. Я стал внимательно рассматривать себя.


Старина Джордж Пайк снова был среди живых! У меня было то же самое тело, за исключением нескольких складок вокруг талии. Приятной неожиданностью был прекрасный загар.


Меня переполняла радость: я - снова живой... живой... живой...


Я не чувствовал никакой необходимости в одежде, и, в чём мать родила, принялся обследовать новое, и в тоже время такое знакомое, жилище. Многие из тех вещей, к которым я привык во время своей земной жизни, оказались на своих местах. Словно в трансе, я открыл маленький холодильник в баре и взял сифон с содовой водой. Бутылка кампари стояла там же, где я её оставил в прошлый раз, рядом с бутылкой реми-мартена. Через несколько секунд я уже с наслаждением потягивал коктейль из кампари с содовой. Здорово все-таки снова обрести тело...


Можно написать оды, восхваляя радость бытия, чувство внутренней умиротворённости и чистую совесть, но все это и в подмётки не годится тому наслаждению, которое получаешь от сочетания кампари с красивой женщиной. Но чтобы получить это наслаждение, нужно иметь тело. Просуществовав без него некоторое время, я впервые осознал, как небрежно относился к нему раньше.


Мои размышления прервал резкий звук телефонного звонка. Я не торопясь подошёл к столу, и, сняв трубку, сказал, чётко выговаривая, каждый слог: 'Резиденция Джорджа Пайка'.


'Здравствуйте, мистер Пайк. Говорит Арабелла. Поздравляю с возвращением к жизни!'


'Да, здорово снова стать живым, - ответил я. - Жизнь - прекрасна!'


'Рада это слышать, - сказала она. Судя по интонации, она была чем-то недовольна. - Предлагаю Вам набросить какую-нибудь одежду и встретиться со мной в холле через пятнадцать минут'.


'Что? - вскричал я. Откуда вам известно, что я - голый?'


'Когда люди обретают новое тело, они обычно некоторое время ходят голые. И, как правило, у них появляется желание выпить спиртное и заняться сексом'.


'Я - не исключение,- ответил я. - Жаль, что вас здесь нет'.


'Даже если бы это не было запрещено, моё присутствие не имело бы никакого смысла. Органы нового тела должны разработаться, разогреться, а для нормального функционирования некоторых желез понадобится адаптационный период в несколько часов'.


'Уж не хотите ли вы сказать...'


'Именно это я и хочу сказать, мистер Пайк. Заниматься сексом Вы в настоящий момент не способны. - В её голосе послышалось явная ирония. - Будьте любезны, поторопитесь. Я не люблю ждать'.


'Хорошо, Арабелла. Буду через десять минут'.


Я повесил трубку и подошел к шкафу, чтобы рассмотреть как следует мой новый гардероб и выбрать прикид, подходящий к данному случаю. К моему удивлению я не обнаружил ни одной зимней вещи. Оставив дверь шкафа открытой, я подошел к окну. Отдёрнув шторы, я обнаружил, что оно выходит на бульвар, усаженный пальмами; по другую сторону бульвара виднелся песчаный пляж и ярко голубое море.


'Должны быть здесь никогда не бывает зимы' - сделал я вывод.


Вернувшись к шкафу, я, не раздумывая, выбрал желто-коричневый костюм, светло-зелёную рубашку, подходящий по цвету галстук, легкие замшевые туфли и быстро оделся. Мой любимый мускусный одеколон был на месте. На письменном столе лежал мой бумажник с водительскими правами, ключи от квартиры, немного денег и надушенные визитные карточки.


Думаю, у каждого адвоката должны быть надушенные визитки. Это дополнительное средство оказать воздействие на чувства клиентов и врагов. Например, белую карточку с тисненными золотыми буквами и запахом лилии я использовал, когда представлял интересы одной дамы в бракоразводном процессе; красную карточку с запахом древесного угля - когда занимался делами, связанными со штрафами или штрафными санкциями по страховым случаям. Карточкой с рыжеватым отливом и запахом бензина, смешанного с карболовой кислотой, я пользовался, когда вел дела автомобилистов.


Машинальным, почти автоматическим жестом я выдвинул верхний ящик комода и достал свой неприкосновенный запас. Это была маленькая папка с купюрой в сто долларов и карточкой Американ Экспресс. Запасшись всем необходимым, я бросил прощальный взгляд в зеркало и вышел из квартиры. Я отметил, что жил в квартире 2808 на 28 этаже.


Как только я вышел из лифта, очутившись в просторном холле, ко мне подошла симпатичная темноволосая девушка. На ней была клетчатая шотландская мини юбка и голубая водолазка. Для своих четырех футов и одиннадцати с половиной дюймов она была неплохо сложена. Она посмотрела снизу вверх на мою фигуру ростом в шесть футов и два дюйма, протянула руку и решительно заявила: 'Меня зовут Арабелла, мистер Пайк. Добро пожаловать в третье измерение'.


'Рад вас видеть", - ответил я несколько растерянно, так как в этот момент понял, чем объясняются её странные предпочтения в отношении мужчин, о которых она говорила во время одной из предыдущих бесед.


Её маленькая ручка была твердой, а пожатие - сильным. Мы поедем в моей машине, если не возражаете, заявила она. - Вечером я привезу Вас обратно'.


Я утвердительно кинул головой.


Мы вышли на улицу, и приятный, тёплый сухой воздух благотворно подействовал на мои чувства. Я стал разглядывать окрестности. Мой дом был построен в елизаветинском стиле, точно также, как и изящное здание, в котором я проживал на доброй старой Земле. Машин на улице было немного, а море - абсолютно спокойно.


'Волны обычно поднимаются к полудню, - сказала Арабелла. - Вы занимаетесь серфингом, мистер Пайк?'


'Нет, - ответил я. - Вода возле побережья Ньюфаундленда слишком холодная. Только играю в теннис и бридж. Я слишком молод, чтобы играть в гольф, слишком ленив для того, чтобы заниматься охотой или рыбалкой, и я не мазохист, чтобы измываться над собой в тренажёрном зале. Поддерживаю форму, ухаживая за девушками'.


Она улыбнулась и открыла дверцу своего Мини-Купера.


Мне было тесно в маленькой машинке. Коленями я доставал до подбородка и никак не мог нормально натянуть ремень безопасности. Не думал, что он мне понадобится, но мало ли что...


Арабелла заняла место за рулём и завела машину. Выехав с парковки, мы влились в поток транспорта. Как только мы выехали на шоссе, идущее в нужном направлении, Арабелла яростно вдавила в пол педаль газа. Мини взвизгнул, пулей рванул вперед, и меня отбросило на спинку сиденья. Законы физики на планете Мамона явно действовали также, как и на Земле.


Через несколько секунд мы уже неслись по бульвару, вдоль морского побережья на скорости около семидесяти миль в час. Арабелла казалась полностью поглощённой процессом вождения. Я молчал, так как боялся её отвлекать: в её руках была сохранность моего нового тела. Любая машина, пытающаяся нас обогнать или хотя бы ехать вровень, рассматривалась как враг. Несчастных водителей таких машин Арабелла окатывала злобным взглядом и безжалостно подрезала. Нас сопровождали выкрики, стоны, визг покрышек и не совсем приличные жесты.


Хотя моя новая жизнь и тело подвергались постоянной опасности, я не упустил случая как следует рассмотреть свою спутницу. Арабелла была прекрасным образцом работника, начинающего карьеру. Её маленькие груди казались упругими; стройные ноги были украшены золотой цепью, которая подчёркивала красоту лодыжек. Она выглядела очень неплохо. По правде говоря, она была до неприличия красива.


Обгоняя всех подряд, мы неслись, практически летели по автостраде. Внезапно, не обращая внимания на окружающие машины, она переключилась на вторую скорость и нажала на тормоз. Мини вылетел в правую полосу, и его стало заносить; еще до того, как я вышел из состояния шока, ей каким-то образом удалось справиться с управлением, и мы уже неслись к выезду с автострады.


У меня появилось непреодолимое желание закрыть глаза и так и ехать до конца, но гордость не позволила мне это сделать. Мимо пронеслось несколько дорожных указателей, и вскоре нас поглотил туннель.


Первые признаки благоразумия появились у Арабеллы, когда мы въехали в подземный гараж. Она всё ещё ехала слишком быстро, но Мини уже не заносило, он твердо стоял на дороге всеми четырьмя колёсами. Она припарковалась, сверилась с часами и объявила: 'Тринадцать минут, двадцать три и девять десятых секунды. Это новый рекорд'.


'Тебе не следовало бы устанавливать его со мной в качестве пассажира, - выдохнул я. - Мне не хотелось бы заниматься ремонтом нового тела после столь непродолжительного использования. Кстати, на него есть какая-нибудь гарантия?'


'Разумеется, - усмехнулась она, - один год или двадцать тысяч миль, в зависимости от того, что кончится раньше. Но гарантия не распространяется на зубы, волосы и половые органы'.


* * *


Мы вошли в лифт и взлетели на двадцатый этаж. Здание выглядело как обычный офисный небоскрёб, каких много в Северной Америке. Лифт остановился, и мы вышли; прямо напротив была простая дубовая дверь с серебряной цифрой 'один'.


'Это мой офис, мистер Пайк', - сказала Арабелла странным приглушенным голосом. Как только мы вошли в здание, она стала не похожей на себя. Весь её задор куда-то исчез, она стала казаться намного хладнокровней и расчетливей.


По моей спине побежали мурашки. Изменившееся поведение Арабеллы, да и само здание внушали какой-то ужас. Могу поклясться, во всём этом было что-то сверхъестественное.


Мы вошли в офис. Помещение выглядело вполне заурядно и было похоже на обычную секретарскую какой-нибудь большой корпорации на Земле. Необычным было сочетание красок. Стены, мебель и ковер переливались багровыми, красными, чёрными и серебряными цветами, которые были подобраны с большим вкусом. Среди всего выделялась огромная, пышно украшенная, отделанная серебром дверь, ведущая в святая святых - кабинет босса.


'Присядьте, мистер Пайк, - сказала Арабелла. - Я сообщу боссу, что вы приехали. Она скрылась за серебряной дверью.


Я сел; поджилки мои тряслись. Мне было не по себе, так как никогда раньше я не проходил собеседование для приема на работу в крупную компанию. Я никогда до этого момента не смущался в присутствии тех руководителей компаний, с которыми встречался: это всегда случалось во время судебных процессов, где они выступали ответчиками. Я вел себя с профессиональной уверенностью и выполнял свою работу, как мне кажется, неплохо. Но предстоящая сегодня встреча не имела ничего общего с предыдущими: я понимал, что на кону не только работа, но сама жизнь!


Я посмотрел на серебряную дверь, и мне показалось, что на ней появилась цитата из Данте: Lasciate ogni speranza. - Оставь надежду всяк сюда входящий. На моей спине выступил холодный пот. Я потряс головой и снова взглянул на дверь. На ней ничего не было. Может у меня начались галлюцинации? Или было что-то не в порядке с моим новым телом? Я встал и потянулся, разминая конечности.


'Какого чёрта!' с возмущением сказал я самому себе. - Я был мертв и готов к уходу в небытие. И вот, вместо этого, я сижу здесь с совершенно новым телом и, очевидно, что мои способности пользуются спросом. Даже если это мероприятие - грубая подстава, всё равно это лучше, чем жарится в аду, где я сейчас и должен был бы находиться.


Я решил отбросить все неприятные мысли. 'Что бы ни случилось, - продолжал я размышлять, - всё к лучшему. Мне известно, что значит быть мёртвым. Кто бы они ни были, и чтобы не собирались со мной сделать, им не удастся меня запугать, будь я самым отъявленным трусом.


При этой мысли я успокоился и снова сел. Я знал, что смогу проявить все свои интеллектуальные и деловые способности. Если у меня будет малейший шанс, я смогу выкарабкаться из любого затруднительного положения.


Серебряная дверь открылась и появилась Арабелла. Она подошла ко мне и сказала: 'Сэр, мистер Люцифер готов принять Вас'.


'Буду рад с ним встретиться, - ответил я, натянуто улыбаясь и стараясь не показать, что, услышав имя босса, чуть не потерял голову от страха. Я подмигнул Арабелле, на дрожащих ногах подошел к двери, уцепился за ручку и, продолжая улыбаться, ровным голосом сказал: 'Если босс предложит мне выпить, я надеюсь, дорогуша, что это будет кампари, наполовину смешанное с содовой и с большим количеством льда...'


Я сделал глубокий вдох и открыл дверь.


## Глава 3


Мои опасения, связанные с именем босса оказались совершенно беспочвенными; Люцифер совершенно обманул мои ожидания. Я предполагал увидеть рога, копыта, хвост, вилы, но я грубо ошибся. Передо мной был типичный администратор с Уолл-стрит, среднего сложения, в костюме в тонкую полоску и с галстуком выпускника колледжа.


Также как и дверь кабинета Люцифера, его черный стол с серебряной столешницей казался совершенно безвкусным, хотя и отлично гармонировал с обстановкой. Рядом со столом стоял компьютер со множеством тумблеров, шкал, переключателей и микрофоном, смахивающий на аппаратуру для аудио записи.


Я поневоле задержал взгляд на этой технике. Он, должно быть, заметил мой интерес к своим игрушкам, и, после стандартного обмена приветствиями, заметил: 'Не беспокойтесь, мистер Пайк. Это устройство не предназначено для того, чтобы регулировать степень мучений несчастных душ. Это - пульт голосового управления моего нового супер-компьютера. Он неплохо справляется с обычной работой, но иногда мне необходимы специальные функции. Поскольку система распознавания речи недостаточно совершенна, мне приходится использовать дополнительные аппаратные средства.


'Уверен, что они отлично работают', - заметил я.


'Именно так', - бросил он небрежно. 'Могу предположить, что вас мучили страшные видения, как это обычно бывает с теми жителями Земли, которые впервые посещают мой офис.'


'Например, надпись на двери кабинета,' - уточнил я.


'Да,' - улыбнулся Люцифер. - Никакой надписи на самом деле нет; она возникает из глубин подсознания. Это - результат многовековой зловредной пропаганды. Некоторые посетители, войдя в офис, чувствуют запах серы и даже жар, исходящий от языков пламени'.


'Любопытно,' - заметил я.


'Да, но из-за недостатка времени я должен сразу ввести вас в курс дела, не отвлекаясь на общие описания' - продолжал Люцифер. - Нам срочно нужен специалист вашего профиля. В этой связи я кратко изложу суть проблемы. Обычно я уделяю специалистам всего несколько минут'.


'Только для того, чтобы они освоились с новой обстановкой', - заметил я.


'Совершенно верно, - ответил он. - Это необходимо для поддержания духа корпоративной солидарности. Но к вам это не относится. Поскольку мы не можем медлить, я вкратце расскажу о стоящих пред вами задачах и проведу предварительный инструктаж. Более подробный инструктаж проведут сотрудники группы, которая занимается этой проблемой. Вам предстоит выполнить важное поручение, от которого зависит судьба всей корпорации. Разумеется, если вы согласитесь работать с нами на тех условиях, котоорые я предложу'.


'Я, конечно, оценю оказанную мне честь, - сказал я, - но не вполне понимаю, почему именно на меня решили возложить такую важную миссию. У Вас, наверняка, есть под рукой не раз проверенные, опытные сотрудники. Конечно же, они заслуживают большего доверия, чем какой-то новичок'.


'Вы нам вполне подходите, мистер Пайк, ответил он. - Мы ценим пытливые, творческие души. Вас не должны беспокоить мотивы и причины, по которым вы были выбраны. Уверен, что вы согласитесь с моим предложением. Кстати, как мне вас называть? '


''Джордж'' вполне сойдёт'', - ответил я.


''Окей, Джордж. Можешь называть меня Люци, и прейдем на ''ты''.


Я кивнул в знак согласия.


'Итак, Джордж, устраивайся поудобней, заказывай свой любимый напиток и приготовься меня внимательно выслушать.'


'Я уже готов', - ответил я.


'Нет не готов, - резко возразил Люци, - Не надо мне демонстрировать шаблоны земного этикета. Я жду от тебя максимального внимания и концентрации. Ты сможешь сконцентрироваться, только если будешь чувствовать себя непринужденно'.


'Но, Сэр...'


'И не надо назвать меня сэром', - прервал он. - Просто расслабь тело и мысленно сосредоточься, как будто на кону твоя жизнь. И ни о чем не беспокойся, всё будет в порядке'.


Его метод заставлять людей чувствовать себя непринуждённо был странным, но эффективным. Я быстро перебрал возможные варианты. Я мог повести себя как хорошо воспитанный, дисциплинированный профессионал, как меня и учили на юридическом факультете и в семье. Я мог притвориться, изобразив предельное внимание. Или я мог повести себя естественно, с присущим мне обаянием и непринуждённостью. Я выбрал последний вариант как самый лёгкий.


'Что ж, Люци', ответил я. Ты -начальник, тебе виднее'.


Я ослабил галстук, сбросил туфли, положил ноги на журнальный столик, откинулся на кресло и почувствовал себя очень уютно.


'Вот так-то лучше, Джордж. Если хочешь выпить, можешь заказать - под крышкой подлокотника есть микрофон'.


'Я сделаю этого немного попозже, Люци, - ответил я. Делу время, потехе час. Давай приступим'.


'Как угодно, - сказал он, улыбнувшись. - Сначала я опишу положение дел на сегодняшний момент, включая физиологические и психологические аспекты. Затем перейду к деталям твоего задания. Прошу меня не перебивать, пока я не разрешу задавать вопросы. Все понятно?'


'Да, - ответил я. - Я готов'. Я бросил на него пристальный испытующий взгляд, каким я обычно смотрел на свидетелей другой стороны во время судебного процесса.


'Уверен, что тебе было не по себе, когда ты услышал моё имя и название компании, - начал он. - Что не удивительно, учитывая влияние западной культуры.


'Я не был рождён Люцифером. Мне пришлось взять это имя относительно недавно, для того, акцентировать различие между мной и моим основным конкурентом. Этот негодяй принял имя Г. Бог и переименовал свою фирму 'ООО Распорядители душ ГСТ' в 'АО Небеса'. Он застал нас врасплох и сумел оттяпать приличную долю нашего традиционного рынка.


'Поскольку наиболее качественные души мы получаем с Земли, нам также пришлось переименовать компанию из 'ООО Радуга Распорядителей Душ' в 'Преисподнюю'. Соответственно и я сменил имя Пьер на Люцифер'.


'Так ли это было необходимо?', - спросил я.


'Да, - резко бросил Люци, явно раздражённый тем, что я его прервал. - Благодаря этому поступающие высококачественные души, такие как ты, могут легко определить различия между ООО Небеса и нашей компанией.

Смена имени была необходима, так как у нашей компании было много общего с ООО Небеса. Многие не проводили между двумя компаниями никаких различий, считая, что соотношение между ними такое же, как между демократами и республиканцами в США, или между либералами и консерваторами в твоей стране.

Как видишь, у меня нет вил, хвоста или копыт. По происхождению я такой же землянин, как и ты. В Первом Измерении я был инженером. Хотя я был талантлив и сделал много изобретений, моё имя кануло в лету.

Моё настоящее имя - Горуф, и среди многих других вещёй я изобрёл колесо. В третьем измерении я принял более современное имя Пьер. У тебя есть вопросы?'


'На данный момент нет', - ответил я. Хотя мне показалось, что объяснение причин смены имён было слегка затянуто.


'Как ты, должно быть, заметил,' - продолжал Люци, - жизнь и смерть не имеют такого большого значения, которое им придают люди в Первом измерении. Смерть - это всего лишь отделение души от тела. В момент отделения душа автоматически перемещается во Второе Измерение, где она может существовать без тела. Затем дриарды собирают блуждающие души и перемещают их в Третье Измерение'.


'Кто такие дриарды?' - спросил я.


'Их можно назвать странниками измерений', - ответил Люци. Но они сами настаивают, чтобы их называли дриардами. Я бы никогда не стал спорить с ними, так как они очень вспыльчивы. Если их обидеть они запросто переместят тебя во Второе Измерение и оставят блуждать там на несколько месяцев. А кроме них никто не способен перемещаться между измерениями. Во Втором Измерении они хватают души, помещают в контейнер и уносят. Очень просто, не так ли?


Мне так не показалось, но я утвердительно кивнул головой.


'Тебе наверняка кажется, что ты знаешь, что такое душа, но я должен тебя разочаровать. Никто этого не знает. Если бы мы знали, мы бы организовали производство душ, и не было бы никакой необходимости бороться с чертовыми конкурентами за их приобретение. Возможно, самое лучшее определение, которое можно дать душе - это возможность размышлять и творить'.


Он глубоко вздохнул и продолжал: 'Очевидно, нет ничего ценнее этих качеств. Поэтому на развитых планетах третьего измерения денежным стандартом является душа. Все банки должны обеспечивать валюту запасами душ, которые способны размышлять и творить.


'Душа - это что-то вроде золотого стандарта в старые добрые времена на Земле. Отсутствие денежных стандартов приводит к финансовому и нравственному хаосу, который царил на Земле в последние годы твоей жизни. Вопросы есть?'


'Ничего существенного, - ответил я. - Пока всё достаточно просто и понятно'.


'Прекрасно, - сказал он и продолжил: - Наш бизнес заключается в приобретении душ, которые выступают в качестве денежного стандарта. Управление душами подобно золотодобыче, хотя есть одна существенная особенность. Каждая душа уникальна. Обычные души похожи на золотой песок. Управляющие компании отбирают их в соответствии со своим имиджем, репутацией и мировоззренческими принципами.

За редкие самородки, такие как ты, идёт ожесточённая борьба. Такие души должны самостоятельно и осознано сделать выбор компании, с которой они будут сотрудничать. У нас есть центральное хранилище, где содержаться такие особые души. Иногда мы сами их используем, а иногда сдаем в аренду за приличную плату. Вопросы есть?'


'Да, один появился. Как я полагаю, не стоило больших трудов снабдить меня новым телом. Почему бы не организовать производство таких искусственных тел и выращивание в них высококачественных душ?'


Он улыбнулся. 'Если бы всё было так просто, мы бы давно это сделали. Проблема в том, что новую душу могут произвести только два, естественным образом появившиеся на свет, мыслящих существа. Производство душ во втором или третьем измерениях невозможно. Мы проводим исследования в этом направлении, но пока без видимых успехов'.


'Как ты считаешь, когда-нибудь это удастся сделать?'


'Нет,' - твердо ответил Люци. - это тоже самое, что и алхимия'.


'Занятно. А как насчёт детей из пробирки?'


'Это работает только в Первом Измерении. У твоего нынешнего тела есть все половые функции, но они позволяют только получать удовольствие от секса. Размножение во Втором или Третьем Измерениях невозможно. Соответственно, мы вынуждены оставить этот процесс на усмотрение Матери-Природы в Первом Измерении. Мы можем её подталкивать то там, то здесь, но мы не можем контролировать.


'Кроме того, души при рождении мало что стоят. Они начинают развиваться с началом зрелости и приобретают ценность после того, как у них появляется способность размышлять и творить. Требуется не менее тридцати лет сознательных усилий, чтобы душа в Первом измерении приобрела денежную ценность. Это понятно, Джордж?'


'Понятно, Люци, - ответил я серьёзно. - Но должен сказать, что такой подход к душе меня обескураживает и огорчает'.


'Да, этот так, когда слышишь об этом в первый раз, согласился Люци. 'Я тоже был потрясён. Но через некоторое время понимаешь, что это вполне логически-обоснованный подход.


'Мышление и творчество требуют энергии. Вспомни школьные уроки физики, на которых рассказывали о законе сохранения энергии. Энергия не может исчезнуть, она видоизменяется и переходит из одного состояния в другое. Если исходить из представления о том, что душа - сгусток энергии, то нетрудно принять мой подход. Уверен, что, в конце концов, ты к этому придешь'.


'Я его принимаю, - ответил я, - поскольку не в моих силах что-либо изменить. Такой подход к душе, совершенно не соответствует тому, чему меня учили, и что мне внушали на протяжении сорока с лишним лет'.


'Совершенно правильно, - продолжал Люци. - Как ты, вероятно, заметил, после твоей смерти твоей душой завладели дриарды. В этот момент ты предпринимал отчаянные попытки вернуться к жизни. Затем они оценили твою душу. Ты, скорее всего этого не заметил, потому что оценка проводится мгновенно. После того, как души получают оценку, дриады помещают их в транспортный контейнер и доставляют в приемный покой. Перемещение сопровождается резким лучом белого цвета и резкой болью. Дриарды - удивительные существа. Только они могут перемещаться из одного измерения в другое, контролировать транспортную систему и выполнять все перевозки.'


'Понятно', - сказал я, хотя, на самом деле, мало что понимал.


'В приемном покое, - продолжал Люци, - представители Коммерческого Комитета распределяют души по соответствующим банковским ячейкам. Они проводят собеседование с теми душами, стоимость которых более ста бертонов и определяют компанию, с которой те хотели бы сотрудничать. Затем души возвращаются в свои ячейки и остаются там, пока в них не появится необходимость. Вопросы есть?'


'Нет, ответил я, - но, думаю, пора что-нибудь выпить. Не так-то просто всё это усвоить всухую'.


'Хорошо, - сказал он. - Это, действительно, не такие простые вещи, которые можно понять, не промочив горло'.


Он развернулся, взял студийный микрофон и сказал: 'Ари, дорогая, принеси нам что-нибудь выпить. И покрепче, чем обычно. Тебе известно, что нравится Джорджу?'


'Да,' - непонятно откуда послышался голос Арабеллы.


Люци повернулся назад: 'Продолжай, Джордж, ты хотел что-то сказать'.


'То, что ты рассказал - просто и логично, - сказал я. - Проблема в том, что это противоречит вековым устоям и традициям. Не так-то просто признать, что нам промывали мозги и дурачили на протяжении целых столетий'.


'Промывание мозгов в Первом Измерении регулярно практикуется некоторыми управляющими компаниями, - сказал Люци. Мы стараемся этим не заниматься, потому что, в конечном счёте, это бесполезно. Промывание мозгов может подействовать на простые души с оценкой 1.0 или 1.5. У качественных душ всегда остаются сомнения, и они все равно попадают к нам. Вот почему мы не прибегаем ни к промыванию мозгов, ни к подкупу'.


Вошла Арабелла, неся серебряный поднос, на котором стоял мой камапари и сингапурский слинг для Люци. Люци кивнул секретарше, которая неслышно удалилась.


'Так что насчёт подкупа?' - спросил я.


'Управлять поведением людей в Первом измерении можно с помощью промывки мозгов, подкупа, или террора, - продолжил он. - Промывка мозгов и подкуп действуют достаточно непродолжительное время.

Если вы подкупаете людей, выполняете все их желания, обеспечиваете материальными благами они, в конечном счёте, получат всё, что хотят, пресытятся, и больше их подкупать будет невозможно. Наступит момент, когда они пожелают получить что-то совершенно фантастическое, и вы потеряете над ними контроль.

Типичный пример - твоя родная страна. Ваши политики на протяжении десятилетий подкупали избирателей, так что те полностью пресытились. Твоя страна, также как и многие из так называемых западных демократий, или уже вышли из-под контроля, или выйдут в скором времени'.


'Любопытно,' - заметил я.


'Но и промывка мозгов не лучше,' - продолжал он. - Общество с насильственно насаждаемой идеологией развивается крайне медленно, как, например, Европа в Средние Века. Массы могут следовать за идеологическим лидером, но только до тех пор, пока не появится другой лидер, предлагающий более привлекательную идеологию, и тогда века идеологической обработки пойдут насмарку.

На Земле промывка мозгов практиковалась в рамках ряда религий и оказалась безуспешной. Единственный эффективный способ управления - террор. На протяжении всей вашей истории только те лидеры, которые прибегали к террору, могли сохранить власть.

'Правительства некоторых стран, применявшие тоталитарные методы, оказались недостаточно последовательны. У них не хватило духа поддерживать необходимый уровень террористической активности. Они попытались реформировать свою деятельность и скатились к подкупу и промыванию мозгов. В результате они исчезли с лица земли. Инки, египтяне, Китайская, Римская, Британская империи остались на свалке истории; Америка вскоре последует за ними'.


'А как насчёт России, бывшего Советского Союза?' - поинтересовался я.


'Там был порядок, до тех пор, пока жесткой рукой правил Сталин. Как только власть ослабила хватку и попыталась заигрывать с людьми, она потеряла силу'.


'Как бы это ни было грустно, вынужден с тобой согласиться", - сказал я. - Но все-таки печально, что всем будущим правительствам придётся применять тоталитарные методы'.


'Не обязательно, - заявил Люци, - страху есть альтернатива - взаимопонимание. Для того, чтобы оно появилось, нужно хорошо развитое, высокообразованное, дисциплинированное общество. На твоей планете оно сформируется через несколько сотен лет, если до этого люди сами себя не истребят.

Однако, мы здесь не для того, чтобы обсуждать методы управления людьми. Мы отклонились от нашей основной темы. Можно мне продолжить?'


'Конечно, - сказал я. - Ты же начальник'.


'Планет - поставщиков душ не так много, и основные компании более или менее официально поделили весь рынок между собой. Если брать основных поставщиков, то более тридцати процентов душ мы получаем с Сириуса. Кастор бы делим пятьдесят на пятьдесят с Красной Звездой. Андромеда, Бардос и Валерия - наиболее крупные поставщики душ низкого и среднего качества; они также распределены между управляющими компаниями приблизительно в равных долях. Источники душ высокого качества, такие как Первая Система, Лиссия, Кворус, разделены поровну между нами и Небесами. Многие годы основные компании делили между собой Землю Один - ещё один источник высококачественных душ. Однако в последнее время наша прибыль стала расти, и мы стали получать оттуда больше восьмидесяти пяти процентов душ. Практически, мы стали почти монополистами'.


'Это то место, где я жил?'- поинтересовался я.


'И да, и нет, - ответил Люци. - Там жил Джордж Пайк, но он женился на богатой женщине, вдове адвоката и так и не развился до твоего уровня. Его душу оценили в восемьдесят бертонов, и она попала в Нирвану. На самом деле, ты с Земли Два.


'Земля Два, - задумчиво сказал я, - я видел телевизионный сериал с таким названием. Весьма оригинальное произведение. Между ними есть что-то общее?'


'Абсолютно ничего, - ответил он. - Земля Один опережает Землю Два на тридцать лет по уровню технологического развития. Быстрое развитие, скорее всего, и послужило причиной войны, разразившейся на Земле Два. Во всём остальном две Земли - планеты близнецы с идентичной историей и социально-экономическим развитием'.


'Разве такое возможно?' - спросил я.


'Вероятность зарождения разумной жизни гуманоидного типа очень мала и зависит от наличия одних и тех же условий, пояснил Люци. - Она возможна на планетах со сходной флорой, фауной, климатом и даже периодом внешнего воздействия. Вполне правдоподобно, что и история таких планет совпадает'.


'Поразительно,' - серьёзно сказал я.


Люци бросил на меня недовольный взгляд и продолжил: 'Долгое время мы и не подозревали о существовании Земли Два, так как души, поступающие оттуда ничем не отличались от душ, поступающих с Земли Один. Наконец дриарды выяснили в чем дело и обнаружили Землю Два на противоположной стороне галактики. Выяснилось, что у неё такая же гиперболическая орбита, как и у других планет-поставщиков душ. Последовавшие за открытием Земли Два события напоминали Калифорнийскую Золотую Лихорадку. Компании бросились в драку за неё. Наши позиции были предпочтительнее, и мы могли бы захватить сто процентов рынка, поскольку мы использовали методы, которые уже обеспечили наш успех на Земле Один. Однако, кто-то из наших недоброжелателей решил незаконно прервать естественное течение дел и лишить нас почти всех доходов'.


'И вы ничего не смогли сделать? ' - спросил я.


'К сожалению, нет, - сказал Люци. - Оказалось слишком поздно. Они развязали ядерную войну на Земле Один, и нам пришлось обналичить большинство наших инвестиций. Конечно, наша ликвидность возросла, но после войны поставки душ практически прекратились. Осталось не более пятисот-шестисот тысяч дееспособных единиц. Они переименовали свою планету в Хомус, что означает "пепел" на одном из их древних языков'.


'И вы никак не могли предотвратить войну?' - спросил я.


'Было слишком поздно, когда мы поняли, что необходимо было вмешаться. Вообще, вмешательство в дела других измерений является незаконным. Во время войны, как мы позже установили, наши конкуренты каким-то образом изменили орбиту Земли Один так, что её в конце концов должно поглотить Солнце. Как поставщик душ она уже не представляет никакого интереса.


'Вначале наши эксперты и учёные с Хомуса думали, что орбита изменилась из-за ядерной войны. Но когда мы более тщательно проанализировали все данные, то поняли, что это было сделано намеренно. Сейчас я понимаю зачем. Им срочно нужны были деньги, и они решили получить наличность, пока полностью не потеряли рынок'.


'Можно ли подать иск в суд?' - спросил я.


'К сожалению, нет, - продолжал он. - У нас нет достаточного количества улик. Впрочем, хомусианцы тоже поняли, что их планета обречена. Поскольку они хотят спастись, им нужно найти другую планету. Мы их снабдили технологией постройки космических кораблей, чтобы они могли пуститься в путь в поисках нового дома.

Они построили космический флот, и были вне себя от радости, когда один из их кораблей обнаружил Землю Два. Но их радость длилась не долго. Проанализировав данные, полученные со спутников, они поняли, что и орбита Земли Два влечёт её к солнцу'


'Чёрт побери, - заметил я, - вы можете потерять и этот рынок'.


'Да, - кивнул Люцифер, - но дело ещё не зашло далеко и орбиту ещё возможно скорректировать. Мы сделали все расчёты и передали их хомусианцам. Они могут исправить ситуацию, потому что достигли высокого уровня технологического развития. Им нужно построить на Луне стартовую площадку для ракет с двигателями малой тяги, запустить их в определённый момент и скорректировать орбиту. Если это удастся сделать, мы можем и дальше рассчитывать на Землю два как поставщика душ'.


'Так в чём же проблема?' - спросил я.


'Кое-кто, кого мы хорошо знаем, не желает, чтобы хомусианцам это удалось. Эта группировка сделает всё возможное, чтобы расстроить их планы. Твоя задача состоит в том, чтобы помочь хомусианцам использовать их шанс скорректировать орбиту'.


'Каким образом?'


'Сейчас объясню. Проблема в том, что агент конкурентов проник в Высший Совет Хомуса и убедил их погрузить всё население на космические корабли и напасть на Землю Два. Поскольку у них намного более совершенное оружие, им не составит труда покорить Землю и заставить землян построить ракетную площадку'.


'Что же тут плохого?'


'В принципе - ничего. Но очень важно не упустить время, оставшееся для коррекции орбиты. Чем больше пройдет времени, тем большая потребуется мощность. А для покорения Земли потребуется длительное время. Разгромить регулярную армию можно и за несколько минут, но для подавления подпольного сопротивления могут понадобиться годы. Наш суперкомпьютер вычислил, что вероятность успеха составляет менее пятидесяти процентов. Но если удастся убедить лидеров Земли перейти к сотрудничеству, не прибегая к военным действиям, то вероятность возрастает до девяноста пяти процентов. На Хомусе об этом знают, но они не доверяют политикам Земли. Вот здесь ты и должен проявить свои способности'.


'С какой целью?'


'Во время своей жизни в Первом Измерении, - здесь Люци пристально взглянул на меня, - ты доказал, что можешь оказывать влияние на Президентов США и России. Возможно, тебе удастся провести переговоры с этими парнями более успешно, чем кому-либо из хомусианцев'.


Я задумался. Да, действительно, я мог убедить Президента США Голдсуорта сделать почти все, что я хотел. Благодаря случайному стечению обстоятельств у меня в рукаве оказался козырный туз: я застукал его с моей женой в достаточно пикантной ситуации и заснял их встречу на видео. К тому времени наш, так называемый гражданский брак, уже распался.

Позднее с помощью этого компромата я заставил его выдвинуть обвинения против одной из крупных корпораций за незаконное захоронение опасных для жизни отходов. Он не хотел этого делать, так как руководство корпорации обещало щедро профинансировать его избирательную компанию. Но ему пришлось это сделать. В США человек, уличённый в адюльтере, не только не выиграет никакие выборы, но даже не сможет пройти конкурсный отбор на должность ассенизатора! Это случилось достаточно давно, ещё до его первого срока в Сенате, но мой компромат все ещё был достаточно веским аргументом.

Я был уверен, что он пойдёт на выборы на второй президентский срок, и, в случае необходимости, я снова смогу прибегнуть к шантажу. Копия видеозаписи была спрятана в надёжном месте.


С русским, Ильёй Камаровым, дело обстояло не так просто, но я был уверен, что смогу шантажировать и его. До того как стать президентом, Илья работал в КГБ и одно время выполнял задание в одной из маленьких африканских стран в качестве советника местного диктатора по вопросам безопасности. В его обязанности входил надзор за Двенадцатой Провинцией - тюрьмой, в которой содержали политзаключённых, диссидентов и противников режима.

В те дни я преподавал в местном университете, который располагался поблизости от этой тюрьмы, в качестве волонтёра ООН. По неизвестным причинам меня арестовали, бросили в тюрьму и обработали по полной программе, положенной диссидентам. Илья лично допросил меня Ilya и, в момент душевного просветления, решил меня отпустить. На следующий же день меня эвакуировали из страны с другим персоналам ООН.

Несколько лет спустя я встретил в Канаде Абдула, моего соседа по камере и одного из лидеров повстанцев. Я был удивлён , что ему удалось выжить. Он сказал мне, что его жизнь в опасности так как Илья в любой момент может подослать наёмного убийцу.


'Почему?' - спросил я.


'Никто не знает, что я был посредником между ним и ЦРУ. Он регулярно продавал ЦРУ секретную информацию. Даже американцы не знали, от кого я получал материалы. А сейчас Илье известно, что я живу в Ньюфаундленде'.


'У тебя есть какие-нибудь доказательства? '- спросил я.


'У меня их более чем достаточно. Документы, подтверждающие перевод денег американцами на его счёт в швейцарском банке, а также копии секретных сведений, которые он мне передавал. Некоторые из них до сих пор не утратили своего значения. Я составил их список, - он передал мне пакет с документами. - Ты же юрист, можешь ты что-нибудь предпринять, чтобы обеспечить мою безопасность?'


'Сделаю всё, что в моих силах, - пообещал я'.


Я сделал несколько копий всех документов и спрятал их в разных местах. Затем сообщил Илье о документах и предупредил, что если что-то случится с моим приятелем, то они попадут в средства массовой информации. Он уверил меня в своих дружеских чувствах ко мне и пообещал не трогать моего друга. Позднее, во время избирательной компании, он позиционировал себя как сильного, мужественного лидера, проводящего антиамериканскую политику. Это сработало, и он стал Президентом.

Документы, находившиеся в моем распоряжении, могли подорвать репутацию Ильи и его популярность среди избирателей в России. Я воспользовался ими только один раз, когда попытался освободить из русской тюрьмы одного молодого британского журналиста. И мне удалось это сделать.


Хотя и стал шантажистом, я испытывал глубокое презрение к шантажистам, - почти такое же, как к политикам. Я придерживался очень низкого мнения об их умственных способностях. Я был уверен, что мне удастся успешно провести приговоры с обоими президентами, не прибегая к шантажу. Компрометирующие материалы были самым крайним средством, к которому я мог прибегнуть в безнадежной ситуации.


Воспоминания об этих событиях моей земной жизни заняли не больше секунды. Я улыбнулся, взглянул Люци прямо в глаза и сказал ровным голосом: 'Я с радостью возьмусь за это дело, Люци. И уверен, что справлюсь с ним'.


'Мы не ошиблись в выборе, - сказал он спокойно. - Можешь считать себя зачисленным в штат. Обычно адаптация к новым условиям занимает несколько дней и проходит весьма приятно. Если хочешь, после возвращения можешь пройти полный курс. У тебя есть вопросы?


'Вопросов множество, - ответил я, - но они могут подождать до тех пор, пока я не справлюсь со своим заданием. Дело не терпит отлагательств, под угрозой само наше существование. Мне нравится моё новое тело, и я не хочу его потерять. Я не хочу снова пялиться на калейдоскопы и должен быть уверен, что нам удастся исправить положение дел. Постараюсь сделать всё, что в моих силах. Где и когда я должен приступить к работе?'


'Ты не хочешь ознакомиться с условиями контракта?' - спросил он.


'Это несущественно, - заявил я. Наверняка у вас есть стандартный текст контракта и на данном этапе нецелесообразно тратить время на обсуждение его условий. Арабелла сообщила, что я буду работать по разряду П.5, и меня это вполне устраивает. Мне не хотелось бы снова смотреть калейдоскопы, и меня ждёт интересная работа. Повторяю, когда мне приступать?'


'Это не так просто, как ты думаешь, - ответил Люци. - Нам ещё предстоит найти лазейки, чтобы назначить тебя руководителем переговоров с хомусианцами'.


'А в чём проблема? - удивился я. Наверняка, у тебя достаточно связей, чтобы сделать это'.


'Нет, Джордж, - ответил он, тяжело вздохнув. - Как я уже говорил, мы не можем непосредственно вмешиваться в жизнь планет-поставщиков душ в Первом Измерении: так гласят правила Коммерческого Комитета'.


'Но ты же сказал, что кто-то уже вмешивался в дела Земли Один и Земли Два. Что правила этого самого Комитета для кого-то не писаны?'


'Видишь ли, Джордж, - улыбнулся Люси, - это то же самое, что внутренняя торговля акциями. Все знают, что она абсолютно незаконна, но все ей занимаются. Кого-то ловят за руку, а кого-то нет. Если ты умеешь заметать следы, все в порядке'.


'То есть, если я тебя правильно понял, все, что я буду делать, может оказаться незаконным?'


Люци кивнул и заметил: 'Ты отказываешься от дела? '


'Нет, черт побери!' - ответил я с раздражением, - любой нормальный человек совершал в своей жизни что-то противозаконное. Не зря говорят: кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Я не буду трястись от страха из-за того, что мне предстоит сделать что-то противозаконное. Во-первых, им нужно меня поймать и предоставить доказательства. Не так-то это будет просто, между прочим. Если меня поймают, я всегда могу сослаться на незнание законов, так как это моё первое правонарушение. Скорее всего, мне удастся отделаться условным сроком или административным арестом'


'Приятно иметь дело с юристом, - заметил Люци. - Поднимись наверх в пентхаус, Джордж, перекуси как следует и через час возвращайся. Я приглашу остальных участников проекта, и мы разработаем план действий'.


Я кивнул, надел туфли, затянул галстук и покинул святая святых мистера Люцифера.


* * *


Арабелла сидела за своим столом. Когда вышел, она посмотрела на меня и спросила: 'Как все прошло?'


'Я не буду больше смотреть калейдоскопы. Я работаю на твоего босса.'


'Ни сколько не сомневалась, что ты примешь его предложение. Ты идёшь в кафе?'


'А ты откуда знаешь?'


'С новым телом нужно постоянно есть в течение первых пяти часов. Постарайся съесть как можно более калорийный обед: салат, мясо, побольше фруктов и торт. Не забывай про вино или коньяк. А ещё лучше - спроси Дженни и скажи, что ты от меня. Она позаботится о тебе'.


Я поблагодарил Арабеллу и вышел из офиса. Поскольку Люци упомянул пентхаус, я направился к лифту. На одной из клавиш на стене лифта было написано: 'Кафе Пентхаус.'


## Глава 4


Как и обещала Арабелла, Дженни хорошо обо мне позаботилась. Я начал с салата оливье, за которым последовали: уха по-венгерски, солидный кусок мяса с отварным картофелем, грибы и красное вино. Обед завершили киви и венский торт. Завершающим ударом по диете, которой я придерживался на Земле, были кофе эспрессо и коньяк реми-мартен.


Интересно, что когда я вернулся в офис Люци, я не ощущал ни тяжести в животе, ни действия алкоголя. Я был в здравом уме и хорошей физической форме.


Когда я вошёл в офис, Арабелла сразу же указала на серебряную дверь. 'Заходи, - сказала она. - Тебя уже ждут'.


Не останавливаясь, я кивнул и направился в святая святых, где за большим столом, установленным посреди комнаты, сидело двое. Один из них был похожий на меня здоровяк, по всей видимости, находившийся в великолепной форме. На обоих была форменная одежда клерков с Уолл Стрит: тёмные костюмы, белые рубашки, галстуки выпускников колледжа.


'Джордж, старина, - сердечно сказал Люци, - познакомься с остальными членами команды. - Это - Аттила, гунн.' Он указал на здоровяка.


Аттила был меньше меня ростом, но тяжелее. Чёрные волосы и глубокий загар делали его похожим на футболиста; он был больше похож на спортсмена, чем на человека умственного труда. Мы обменялись рукопожатиями; пожатие Аттилы было твёрдым. В уголках его глаз таилась улыбка.


'Рад познакомиться с тобой, Джордж, - сказал он. - Всегда восхищался людьми, которые могут одерживать победы, не прибегая к физической силе'.


'Взаимно,' - пробормотал я.


'А этот господин, - сказал Люци, указывая на второго, достаточно заурядно выглядящего, парня, - один из твоих кумиров - политик номер один на Земле, Ник Макиавелли'.


'Приятно быть чьим-то кумиром, - сказал Ник, и мы обменялись рукопожатиями.


'Садитесь, джентльмены, - сказал Люци, принимая на себя бразды правления. - Устраивайтесь поудобней'.


Мы заняли свои места и Люци продолжил: 'Как вы знаете, Джордж будет нашим неофициальным представителем на переговорах с хомусианцами. Ник возьмет на себя политические вопросы, а Аттила займется военными, транспортными проблемами, а также разработкой общей стратегии и тактики. Ник, было бы неплохо, если бы ты ознакомил нас с последними событиями'.


Макиавелли открыл крышку ноутбука и включил компьютер. Взглянув на экран, он начал: 'Высший Совет Хомуса проголосовал за проведение переговоров. Решение было принято незначительным большинством голосов, соответственно, на его реализацию было выделено небольшое количество средств. Посол, уполномоченный для проведения переговоров, вылетел на старом, специально переоборудованном космическом крейсере Нимрод. Он покинул Хомус несколько месяцев назад. Кораблю осталось лететь до Земли четыре месяца'.


'Ты уже рассчитал график движения?' - поинтересовался Люци.


'Если мне позволят закончить анализ, - недовольно сказал Ник, - я расскажу и о графике'.


'Извини', - виновато сказал Люци.


'Хомусианцы сейчас строят свой основной военный флот, - пояснил Ник. Анализ, проведённый Атиллой, показывает, что последний космический корабль будет закончен через два месяца. Некоторые из их кораблей уже находятся на пути к Земле. Первый вылетел неделю назад; остальные отправятся, как только будут построены. По моим предположениям последний из них покинет Хомус через три месяца. Это гравитационно-плазменные корабли; их скорость не выше их скорость не выше, чем скорость корабля посла. Флот достигнет Земли через шесть месяцев. Таким образом, весь флот соберётся на орбите Земли через восемь месяцев'.


'Спасибо, Ник, - сказал Люци. 'Сколько времени останется у посла до прибытия основного флота?'


'Если наши подсчёты правильны, у него будет от шести недель до двух месяцев, чтобы заключить соглашение о сотрудничестве с лидерами Земли. Если переговоры не будут закончены ко времени прибытия основного флота, хомусианцы могут начать стрелять'.


'Времени слишком мало. Можем мы повысить скорость Нимрода?'- спросил Люци.


'Можем, - ответил Аттила. - Если оборудовать Нимрод нуль-инерционным двигателем, он долетит до Земли за несколько минут. Даже если бы у него был нейтронный двигатель, ему бы понадобилось около недели'.


'Что нам следует сделать?' - поинтересовался Люци.


'Следует отвести Нимрод в сухой док', - неуверенно предложил Атилла.


'Не пойдёт,' - Люци отрицательно покачал головой, - они слишком отстали в технологическом плане. Кроме того, инерционный двигатель обойдётся очень дорого. Можем мы доставить на Нимрод нейтронный двигатель, чтобы они установили его, не прерывая полёта?'


'Технически это возможно, - ответил Аттила, - но займёт много времени. Нам нужно будет собирать двигатель в Первом Измерении, что повлечёт за собой множество организационных и финансовых проблем.

Не обойдётся и без технических трудностей: размеры силового агрегата придётся подгонять под размеры корпуса Нимрода. Не менее двух месяцев, а то и больше, уйдёт только на проектирование. Установка оборудования займет не меньше времени. Мы не получим никакого выигрыша во времени, разве что пару недель. Кроме того, нам придётся переместить целый штат сотрудников в Первое Измерение, что существенно повысит вероятность обнаружения нашего вмешательства'.


'Тогда лучше забыть о том, чтобы выкроить послу больше времени для переговоров", - заметил Люци.


'Из-за нехватки времени Джорджу нужно будет провести переговоры с позиций силы и постараться убедить представителей Земли в военном превосходстве хомусианцев', - сделал вывод Ник.


'Я посмотрю на месте, что можно сделать, - ответил я. - Не могу точно сказать, как они отреагируют на демонстрацию силы'.


'Хорошо, - продолжил Люци. - Как ты считаешь, Аттила, у Нимрода достаточно мощное вооружение, чтобы произвести впечатление на лидеров Земли?'


'Думаю, да, - ответил Аттила. - Он оборудован лазерными пушками, нейтронными торпедами с ядерными боеголовками и несколькими небольшими биологическими бомбами. Это внушительное вооружение, которое должно произвести впечатление на землян'.


'Прекрасно, - сказал Люци. - Остаётся одна проблема: как нам ввести Джорджа в состав делегации на переговорах?'


'Это будет непросто. Я поговорю вечером с нашей дриардой, и просчитаю возможные варианты. - сказал Макиавелли. - Завтра рано утром предоставлю тебе подробный доклад. '


'Отлично, -сказал Люци. - Тебе нужна помощь других специалистов?'


'Да, - ответил Ник. - Мне нужен специалист из службы внешних связей для того, чтобы установить контакты с нашими агентами...'


'Лекси Белл - в твоём распоряжении, - сказал Люци.- Ещё кто-нибудь нужен?'


'Лекси подойдёт, - сказал Макиавелли. - Мне также понадобится хороший инженер'.


'У тебя есть из кого выбирать. В крайнем случае, я сам могу подключиться'.


'Мне нужен Федерико Капрони. Люблю работать с итальянцами: мы хорошо понимаем друг друга'.


'Можешь брать Капрони, - констатировал Люци. - Ещё что-нибудь нужно?'


'Нет. Назначь, пожалуйста, заседание на завтра, на семь утра.'


'Кто поговорит с Джеммой - ты или я?' - спросил Люци.


'Ты всегда слишком беспокоишься из-за дриарды, Люци, - ответил Ник. - Не волнуйся, я сам с ней поговорю. Как известно, её услуги обходятся дешевле, чем услуги других дриард'


Люци назначил заседание на следующий день, на семь утра; Аттила и Макиавелли ушли, и я снова остался с ним наедине.


'Есть вопросы, Джордж?' - поинтересовался Люци.


'Только один, - ответил я. - Если мне удастся попасть в состав делегации, как далеко будут простираться мои полномочия?'


'Пока трудно сказать, - ответил Люци. - Мы идём на определённый риск. Если переговоры затянутся, а ты начнешь приобретать публичную известность, тебя могут решить просканировать. Тогда правда выплывет наружу, и нас поймают с поличным'.


'Что ты имеешь ввиду?'


'Дело обстоит следующим образом, - пояснил Люци. - Вмешательство в дела других измерений абсолютно незаконно. Если тебя просканируют, то сразу определят, что душа связана с телом искусственно, и что ты - наш агент'.


'И тогда нас оштрафуют, а меня бросят в тюрьму или сделают что-нибудь не менее приятное', - закончил я мысль Люци.


Он утвердительно кивнул головой: 'Твоя миссия будет выполнена, и ты должен будешь исчезнуть, как только лидеры Земли согласятся приступить к строительству ракетных площадок, и ты будешь уверен, что они сдержат своё обещание'.


'Понятно' - ответил я.


'Что ж, Джордж,- сказал он, - на сегодня хватит. Тебе ещё нужно освоиться с новым миром и размять новое тело'.


'Этим я и собираюсь заняться', - сказал я.


'Ари подготовила для тебя обзорную экскурсию, - продолжил он. - Мисс Клео, один из младших офицеров нашей службы безопасности, будет сопровождать тебя в поездке по городу Мамону. Она ждёт в приёмной'.


Я встал и посмотрел ему в глаза: 'Спасибо, Люци, спасибо за всё. Здорово снова быть живым'.


'Не благодари меня, Джордж, - ответил он. - Просто выполни свою работу. Если бы не твои особые качества, пришлось бы тебе смотреть бесконечные калейдоскопы. Я - бизнесмен, а не альтруист'.


'Да уж, - ответил я, - мне известна твоя репутация на Земле'.


'А я не хуже знаю твою репутацию, - подмигнул он мне. Клео - классная девушка. Постарайся как следует расслабиться: это будет полезно твоему новому телу'.


Я усмехнулся, сделал прощальный жест рукой и вышел из кабинета.


* * *


Люци не обманул. Позднее я обнаружил, что он почти всегда говорил правду. Как и хороший юрист, он лгал только в случае крайней необходимости, когда этого нельзя было избежать.


При одном взгляде на Клео захватывало дух, и даже мои часы ролекс сбились с ритма. Она была высокой, загорелой блондинкой с чрезвычайно красивой фигурой и голубыми глазами; при взгляде издалека она казалась скандинавской богиней. Но когда я подошёл поближе, пожал её руку и посмотрел в глубокие голубые глаза, то сделал вывод, что она не из Скандинавии. Для скандинавки у неё был слишком живой темперамент.


У меня был достаточно большой опыт общения с дамами из северных стран; по сути дела, мои друзья считали меня экспертом по части финских и шведских женщин. Я не раз убеждался, что в постели они ведут себя как полено. Срытого пламени, струящегося из глаз Клео, хватило бы, чтобы отопить небольшой полярный город. И я сделал для себя вывод, что если она и не скандинавка, то уж точно - богиня.

После обмена приветствиями мы решили осмотреть город и закончить день ужином с шампанским в одном из лучших ресторанов. Что будет дальше, не обсуждалось, но у меня уже был готов план действий.


## Глава 5


В роскошном Кадиллаке Клео мы ехали по улицам Мамона. Сказать, что это было увлекательно - мало что сказать. На улицах не было ни детей, ни стариков, ни нищих.

Странно, но вся техника, которую мне удалось заметить, была такая же, как и на Земле до моей смерти.

Мне стало интересно, кто выполняет ручную мало оплачиваемую работу на станциях технического обслуживания, в магазинах, и других местах. Когда я спросил Клео, она охотно пояснила: 'В развитом обществе, таком как наше, для выполнения ручных работ требуется много людей. Так как Президент и правительственный комитет управляют страной на основе взаимного согласия, у нас нет проблем с преступностью, мошенничеством, недисциплинированностью. Как правило, менеджеры отбирают из хранилищ наиболее подходящие души и предлагают им снова обрести тело, вернуться к жизни, работать. И многие отказываются'.


'В самом деле? - заметил я. - Трудно представить, что кому-то может нравиться смотреть бесконечные калейдоскопы'.


Клео пристально посмотрела на меня и улыбнулась: 'Мне лично не нравилось, хотя моя душа и была оценена всего в сорок бертонов. Я приняла предложение работать официанткой, но мне удалось скопить немного средств и зарегистрироваться в Коммерческом Комитете как СУД. С тех пор я занимаюсь тем, чем хочу'.


'Что такое СУД?'


'Самоуправляемая душа, - пояснила Клео. Это означает, что по завершении жизненного цикла на заработанные средства можно купить новое тело для перемещения и найти новую работу. Таким образом, СУД должна иметь навыки и профессиональные знания, которые пользуются спросом на рынке.

Когда тело изнашивается, и душа отделяется от него, она автоматически помещается на зелёную линию. Это общественный транспорт, который используется для перемещения душ в третьем измерении. Такое перемещение можно назвать смертью.

Души с торговым знаком 'СУД' не отправляются в хранилище смотреть калейдоскопы, а помещаются прямо в новое тело. Поскольку ты сам распоряжаешься своей душой, ты можешь самостоятельно выбрать новую работу'.


'Любопытно, - серьёзно сказал я. - А как долго длится жизненный цикл?'


'Это зависит от типа тела, - она пожала плечами. - Тем, кто выполняет низкооплачиваемые работы, предоставляют дешёвые тела класса В или Г, которые изнашиваются за тридцать лет. Наиболее качественные тела могут прослужить около семидесяти лет'.


'У тебя, наверняка, высококачественное тело', - сказал я, достаточно глупо ухмыльнувшись.


'Нет, сказала она, - отнюдь нет. Я не могу себе этого позволить в этом жизненном цикле. Внешность Софи Лорен или Шварценеггера может быть как у дешёвого тела, так и у самого дорогого. Дело не во внешности, а в продолжительности службы тела. В следующем жизненном цикле, если дела пойдут неплохо, я смогу приобрести более качественное тело'.


'Если вы можете приобретать такие прекрасные тела, - спросил я, - почему же я не видел никого с внешностью голливудских звёзд?'


'Это давно не в моде, - ответила она. - Любая душа среднего возраста понимает, что главное не внешность. Важна не упаковка, а то, что внутри'.


'Верно', - кивнул я в знак согласия.


'Ты сейчас находишься в гораздо более лучшем положении, чем когда-то была я, - продолжила она. - Любой профессиональный контракт, в том числе и твой, предусматривает предоставление ваучера на одно бесплатное перемещение на зелёную линию и тело класса Б после первого жизненного цикла'.


'Перемещение на зелёную линию и поездка общественным транспортом на самом деле означают смерть, не так ли?' -спросил я.


'Да, - ответила Клео. - И что из этого?'


'Да ничего, - я махнул рукой. - Просто уточняю значение фраз'.


Мне не хотелось разговаривать. Я был поглощён созерцанием прекрасного тела Клео. Возможно, оно было среднего качества, если иметь ввиду продолжительность жизни, но выглядело оно чертовски хорошо. По сути дела это была самая желанная женщина из всех тех, которых я встречал за сорок с лишним лет.


Мы ехали по кольцевой дороге - что-то вроде главной городской магистрали, - направляясь к смотровой площадке чтобы полюбоваться закатом. Клео уже пристраивалась в правый ряд и начала снижать скорость, когда на панели управления замигал голубой огонёк. Не моргнув глазом, Клео неожиданно надавила на газ; тяжелый седан накренился и рванулся вперед.


'По-моему ты проехала мимо поворота к смотровой площадке' - заметил я.


'Извини, Джордж, у нас проблема', - ответила она.


'Что ещё за проблема?' - поинтересовался я.


'Пожалуйста, не волнуйся Джордж, - ответила она, - и позволь мне разобраться самой. Возможно, ничего особенного не случилось, но в наши дни нужно быть осторожным'.


Она опустила подлокотник, находившийся между сиденьем водителя и пассажира, и откинула крышку, под которой оказались несколько клавиш и небольшой экран. Очевидно, это был бортовой компьютер и беспроводная гарнитура.


'Я должна засечь его, - прошептала она, обращаясь к самой себе. - Джордж, помоги мне, пожалуйста. В подлокотнике твоего сиденья - система экстренной связи. Пока я разбираюсь с этим номером, установи связь с моим боссом. Просто открой крышку подлокотника'. Она продолжала возиться с компьютером.


Я потянул крышку и увидел ещё один ряд клавиш. Я с удивлением посмотрел на них: казалось, что они не из этого мира.


'Нажми на клавишу SEC, пожалуйста', - продолжала она.


С трудом найдя нужную клавишу, я нажал на неё. Почти тот час же салон машины наполнился мужским голосом: 'Говорит K1, Каспер. Какие-нибудь проблемы, Клео?'


'Не могу точно сказать, - ответила она, - мой R2M утверждает, что за нами следит другая машина. Это не наша машина, у нас я таких никогда не видела. Мне удалось заснять её номерной знак с помощью визора.'


'Немедленно передавай, чёрт бы его побрал', - последовал ответ.


Клео защёлкала выключателями и клавишами, и взглянув на меня, сказала: 'У нас могут быть неприятности'.


Включилось радиосвязь, и голос Каспера заглушил рёв двигателя.


'Всё понятно, это Геркулес и его брат Ификл, парочка тяжеловесов. Они - наёмники, которые занимаются перемещениями с помощью мобильного СТТ. Кто там с тобой?'


'Джордж Пайк', ответила Клео.


'О, только не это, - простонал Каспер. Если с ним что-то случится, шеф меня закопает. Где вы сейчас находитесь?'


'Мы на кольцевой дороге. Только что проехали смотровую площадку Санди Пойнт. Если точно ...- на четвёртом километре'.


'Хорошо, Клео, - сказал Каспер, - постарайся держаться от них на приличном расстоянии. Я сейчас же высылаю инспектора Коммерческого Комитета для проверки СТТ. Мобильные перемещения незаконны. Если Геркулес начнёт вас догонять, сразу же отправляй Пайка на зелёную линию'.


'Принято, - отрывисто сказала Клео. - Мистер Каспер, пожалуйста, попросите инспектора поторопиться. Мне ещё не приходилось никого отправлять на зелёную линию, и я не уверена, что смогу это сделать'.


'Чёртовы новички, - пробурчал Каспер. - Клео, узнай, сможет ли он сам себя отправить на зелёную линию'.


'Хорошо, я спрошу его. Не отключайся'.


До меня уже дошел основной смысл сказанного. Я был нужен какому-то плохому парню, у которого был какой-то незаконный мобильный СТТ. И они хотели прикончить меня, чтобы я ему не достался.

Они намеревались убить моё новое прекрасное тело! Это было просто преступно. Я не собирался позволить уничтожить такое замечательное тело. Ведь другого у меня не было, но зато были планы как его использовать для более близкого знакомства с ещё одним прекрасным телом - телом Клео. Нужно было каким-то образом пресечь весь этот вздор.


'Ты всё слышал, - сказала Клео. - Как, сможешь ты сам это сделать?'


'Почему бы и нет?' - сказал я, сохраняя видимое хладнокровие, хотя у меня тряслись все поджилки.


'Вы слышали, что он сказал, мистер Каспер', - с облегчением сказала Клео.


'Хорошо, прекрасно, - донесся нетерпеливый голос Каспера. Мистер Пайк, Я - Каспер, шеф службы безопасности АО Преисподняя. Мне нужно проинструктировать вас. Вы меня слышите?'


'Конечно', - сказал я сквозь зубы.


'Хорошо, - продолжил он. - Итак, слушайте внимательно. На бедре Клео закреплён пистолет. Достаньте его'.


Искать пистолет под юбкой Клео оказалось увлекательным занятием. Мои пальцы задержались там дольше, чем было нужно, ощупывая гладкое теплое тело. Каспер, похоже, не вытерпел: 'От тебя, Пайк, не требуется проводить полный обыск или разогреть её, чтобы покувыркаться на коврике из шкуры белого медведя. Просто достань чёртов пистолет'.


'Он у меня, - ответил я. - Хоть полный обыск и откладывается, я могу сделать исчерпывающий доклад о температуре и состоянии её тела'.


'Молчать! - прорычал Каспер. - Ты умеешь обращаться с оружием?'


'Конечно,' - ответил я и посмотрел на маленький плоский вальтер. Он точь-в-точь походил на пистолет, который у меня был на Земле.


'Окей, - продолжил он уже несколько спокойней, - если возникнут проблемы, с которыми Клео не сможет справиться, она прикажет тебе застрелится. Ты должен будешь это сделать. И смотри не промахнись. Ни в коем случае не позволяй захватить себя живым, и смотри, чтобы вас не обогнала эта коричневая машина. Они вышибут твою душу из тела, и ты снова попадёшь в калейдоскоп. В конце концов, мы тебя оттуда вытащим, но будет уже поздно. Как, хватит духа это сделать? '


'Можешь не беспокоится, приятель, - заверил я. - В чем в чем, а в самоубийствах я поднаторел как следует.'


'Хорошо', - с облегчением вздохнул Каспер и спросил: 'Тебе не страшно?'


'Ни в малейшей степени', - ответил я. К этому времени у меня от страха свело живот, а во рту появился металлический привкус. Я знал, что это - первые признаки паники.


Я сделал глубокий вдох и продолжил ровным голосом: 'Дело мастера боится. Если мне придётся пристрелить себя, позаботьтесь, чтобы мне приготовили аналогичное новое тело. И проследите, чтобы все железы были как следует разогреты'.


'Не беспокойся, Пайк, - усмехнулся Каспер. - Можешь мне доверять. Клео, оставайся на связи'.


Я обычно начинаю беспокоиться, когда кто-то уверяет меня, что ему можно доверять. Ситуация напоминала бы фарс, если бы не была столь плачевной. Я сидел в машине с самой желанной женщиной в галактике, но даже не мог с ней нормально поговорить, так как нас слышала половина планеты. Я не мог к ней притронуться, чтобы не отвлекать от управления машиной и не попасть в аварию. Мне приказали покончить самоубийством при малейшем признаке опасности, и даже в том случае, если нас обгонит какая-то коричневая машина.

А ведь у меня были определённые виды на Клео, и она, похоже, была настроена благосклонно по отношению ко мне. 'Чёрт, побери, - подумал я, - вот же она сидит здесь рядом, без трусиков, готовая выполнить все мои желания, и, тем не мене, она может в любой момент приказать мне застрелиться. Это же полный идиотизм!'


Я решил повысить вероятность того, что сегодня ночью обниму Клео. Конечно, мои планы шли намного дальше простых объятий, но искусство обольщения предполагает определённую последовательность действий.


Я попытался нащупать под сиденьем регулятор наклона, и вскоре мне удалось откинуть спинку назад.


'Что это ты делаешь?' - прошипела Клео.


'Ничего особенного, дорогая, - сказал я. - Когда я стрелялся в последний раз, я делал это сидя. И это было очень неприятно. Могу предположить что это, также как и много другое, лучше проделывать в лежачем положении'.


'Хм, хм, очень интересно, - сказала Клео. - Но ты запачкаешь обивку салона'.


Извиваясь всем телом, я перебрался на заднее сиденье и сел прямо позади Клео. Вытащив пистолет, я осмотрел его: семь пуль было в магазине и одна - в стволе. 'Это хорошо', - подумал я. Я раздумывал над тем, как подороже продать свою жизнь, когда голос Клео вернул меня к реальности.


'Мистер Каспер, - сказала она спокойным голосом, - они догоняют нас и идут на обгон'.


'Не позволяй им это сделать, - отрубил Каспер. - В задней части машины у них может быть пушка с паралитическим газом. Если они обгонят вас, скажи Пайку, чтобы перемещался на зелёную линию'.

'

Понятно,' - ответила Клео.


Она вдавила педаль газа в пол, и мы рванулись вперёд. Затем она протянула руку под панель управления, и я услышал щелчок.


'Это высокоскоростной турбо-наддув. Мы им ещё покажем, - бросила она со злостью. - Я не собираюсь ждать, пока у тебя снова разогреются железы'.


Кадиллак чуть ли не взлетел, оставив коричневый седан с нехорошим номером позади. Похоже, неожиданный ход Клео застал Геркулеса врасплох. Она защёлкала переключателями на пульте управления.


'Мистер Каспер, - спокойно сказала она, - бортовой компьютер показывает, что, чтобы я ни делала, Геркулес настигнет нас не позже, чем на тридцать восьмом километре. Это в полушаге от въезда в Морнингсайд'.


'Не годится, Клео, - послышался голос Каспера. - Инспектор ждет вас в Морнингсайде. Вам нужно продержаться до него'.


'Не получится, - ответила Клео; её пальцы выстукивали сонаты на клавиатуре компьютера. - Если я включу гидроинжектор, мы сможем продержаться до тридцать восьмого километра плюс четыреста метров'.


'Не годится, - ответил Каспер. - До Морнингсайда останется ещё пара сотен метров'.


'Тогда сделаем так, - сказала она. - Как только они поравняются с нами, я скажу Джорджу, чтобы он перемещался на зелёную линию'.


'Окей - сказал Каспер. - Что бы ни произошло, я гарантирую, что инспектор будет на месте. И было бы хорошо, если бы вам удалось сотворить чудо'.


'Постараюсь, но я не волшебница. - Не поворачивая головы, она продолжала: - Ты всё слышал, Джордж?'


'Да, - выдавил я из себя, - когда мне это сделать?'


'Как только они поравняются с нами'.


'Хорошо, дорогая. Не волнуйся и постарайся выжать из машины всё, что можно. Потом мы все равно встретимся'.


'Нисколько не сомневаюсь', - сказала она. Я был уверен, что она улыбнулась.


Я бросил быстрый взгляд на коричневый седан. Он был метрах в пятидесяти от нас и быстро приближался. Я сказал Клео: 'Как ты думаешь, сколько у меня осталось времени?'


Она щелкнула пальцем по клавише.


'Три минуты двадцать секунд, с учетом той минуты, которую можно выиграть за счёт гидроинжектора. После этого двигатель сгорит и полностью выйдет из строя'.


Когда мимо промелькнул столбик с указателем тридцать второго километра, мой мозг переключился на повышенную передачу.


'Хорошо, Клео, - сказал я, - врубай свой гидроинжектор, как только я скажу 'Сейчас', но ни секундой раньше'.


'Окей,' - ответила она.


'Что там происходит, Пайк? Что ты затеваешь?' - закричал Каспер. - Ты что, струсил?'


Я взглянул на свой ролекс. У меня была уйма времени: только что промелькнул столбик тридцать третьего километра.


'Ещё одно слово, Каспер, - рявкнул я, - и я выброшу пистолет в окно. Заткнись, и проследи, чтобы инспектор смог перехватить наших противников'.


'Какого...'


'Молчать!' - воскликнул я. 'Это моя кожа, моё тело, моя душа. И я распоряжусь ими так, как считаю нужным. Усёк?'


'Хорошо', - покорно согласился Каспер.


'Клео, ты готова?' - спросил я.


Она кивнула. Я опустил окно, и снял вальтер с предохранителя. Коричневый седан был всего в нескольких метрах от нас. Я посмотрел на него. На переднем сиденье было двое парней, а на заднем ещё двое возились с каким-то громоздким оборудованием.


'Клео, - отрывисто сказал я, - сделай электронное фото этой машины, если можешь'.


'Готово,' - сразу же ответила она.


'Не позволяй его никому удалять, чтобы ни случилось. Это важная улика'.


Когда передние колёса коричневого седана поравнялись с моим окном, я прицелился и послал две пули в переднее колесо и ещё три в лобовое стекло.


'Сейчас включай гидроинжектор, Клео', - закричал я.


Хотя мои пули, не оставив ни малейшего следа, отскочили от бронированного лобового стекла и были спокойно поглощены пуленепробиваемым колесом, коричневый седан замедлил ход и начал отставать. Нам явно удалось оторваться. Мы практически летели по шоссе; промелькнул столбик тридцать восьмого километра.


'Кажется, нам удалось уйти', - заметила Клео, в то время как небольшая зелёная машина вклинилась между нами и коричневым седаном, который ехал всё медленнее и, наконец, остановился.


Мы также начали быстро терять скорость, но, похоже, опасность миновала. Я вздохнул с огромным облегчением: моему новому телу теперь ничто не угрожало.


'Мы спаслись, - объявила Клео. - Как тебе это удалось?'


'Элементарно, моя дорогая, - ответил я. - Я в них выстрелил'.


'Это не объяснение, - сказала она. - Вальтер - оружие, предназначенное только для поражения живых целей; у них была бронированная машина, и ты не мог причинить им никакого вреда. Я это знаю, Каспер это знает, и Геркулес наверняка об этом знал'.


'Ты забыла упомянуть меня, - ответил я, - я тоже об этом знал'.


'Так почему же ты стрелял?'


'Просто я поставил себя на его место и предположил, что он хороший профессионал и знает, что я тоже не дурак. Иначе, зачем бы ему было за мной гнаться. Он понимал, что нам известно, кто он такой, и что я могу застрелиться, чтобы не дать ему выполнить, то, что он задумал. Это было для нас самым простым выходом из положения'.


'Если это действительно было самым простым выходом, почему ты им не воспользовался?' - спросила Клео.


'Это причинило бы мне некоторые неудобства, - я пожал плечами. - Кроме того, я точно знал, что нужно делать. Возможно, тебе неизвестно, но я считаюсь специалистом во всем, что касается психологии людей, и я не сомневался, что мой план сработает'.


Говоря это, я лихорадочно старался придумать более или менее складное объяснение своему поведению.


Клео посмотрела на меня с неприкрытым восхищением.


'Объясняю, милая Клео, - продолжил я, - будем исходить из того, что Геркулес понимал, что моя пукалака не сможет причинить ему никакого вреда. В таком случае он должен был спросить себя, с какой стати я стал стрелять. Как опытный злоумышленник, он должен был предположить, что я каким-то образом переделал свой пистолет, например, снабдил пули магнитными зарядами, которые, попав в колесо, готовы были взорваться в любой момент.

Выстрелы в лобовое стекло было только предупреждением. Поскольку он был охотником, а не жертвой, он мог позволить себе не рисковать. Он просто прекратил преследование, потому что оказался в опасности. На его месте я бы сделал тоже самое'.


'Думаю, что кроме тебя никто бы не смог до такого додуматься, - сказала Клео. - Ты такой умный'. Она бросила на меня ещё один восхищённый взгляд и улыбнулась так, что у меня участился пульс.


К этому времени из двигателя пошёл дым, он начал кашлять и окончательно заглох.


'Это Люци, Джордж, - из интеркома послышался знакомый голос. Поздравляю, ты очень хорошо знаком с психологией преступников. Но зачем тебе было ввязываться в эту переделку? Не проще ли было просто переместиться на зелёную линию?'


Я улыбнулся. У меня было такое же чувство, какое появляется, когда моего клиента, нарушившего закон, оправдывают из-за процессуальных нарушений. Моя аргументация кажется всем убедительной и заранее хорошо подготовленной, хотя на самом деле я придумываю объяснение на ходу, с испуга. Это была грандиозная мистификация, которую проглотили все, включая Геркулеса. На самом деле я был просто не уверен, что не струшу и смогу застрелиться.

Я понял, что у меня появилась уникальная возможность заработать хорошую репутацию, репутацию несгибаемого, не боящегося идти на риск героя, что-то вроде гибрида Джеймса Бонда и Пери Мейсона. Я перешёл на французский, надеясь, что Клео не поймёт то, что я говорю.


'Дело в том, Люци,' - пояснил я, тщательно подбирая слова и следя за интонацией, чтобы быть как можно более убедительным, - что мне претила мысль о перемещении на зелёную линию или путешествии на чёртовом общественном транспорте. Кроме того у меня были планы в отношении некоторой молодой дамы, которая прекрасно водит машину и не имеет привычки носить нижнее бельё. А твоя секретарша предупредила меня, что новому телу нужно несколько часов, для того, чтобы разработались железы, и можно было начать заниматься постельными упражнениями'.


'Понятно, Джордж, - усмехнулся Люци. - Ты только что помог мне выиграть пари. Каспер проиграл мне ящик сингапурского слинга. Я бился об заклад, что тебе удастся выпутаться из переделки, не перемещаясь на зелёную линию'.


'Отложи для меня одну бутылку, - сказал я. - До завтра, Люци'


'D'accord, Джордж, - сказал Люци и перешёл на английский. - Клео, дорогая, пожалуйста, отвези мистера Пайка домой. Там вполне безопасно. Припаркуй машину на стоянке для гостей и оставь ключи в замке. Мистер Роллс заберёт её и сразу же отправит в ремонт. Он оставит тебе другую машину, на этот раз Линкольн, на том же месте. Думаю, сейчас не время продолжать экскурсию. Просто расскажи мистеру Пайку, всё, что ему нужно знать о городе Мамон'.


'С удовольствием, мистер Люцифер, - почтительно ответила Клео. - Если он голоден, мы сможем заказать обед в Шотландской Таверне. Она как раз за углом. Не беспокойтесь о нём. Я позабочусь о его безопасности. В конце концов, я - профессионал.


'Нисколько не сомневаюсь, Клео. Готов за это поручиться!', - ответил Люци и отключился.


Поскольку я всё ещё был здоров и полон сил, я был уверен, что Клео не знает французского....


Оставшаяся часть дня была посвящена краткому описанию города Мамона, а также инструктажу, что можно, а что нельзя делать. И то и другое, к счастью, не заняло много времени.


Что касается практической части моего посвящения, то я получил возможность досконально исследовать наиболее интимные части прекрасного тела Клео. Несмотря на то, что на разминку у меня было относительно немного времени, мое новое тело проявило себя с самой лучшей стороны.


Уверен, что необходимость в адаптационном разминочном периоде такой же миф, как и необходимость разминки перед теннисным матчем. Неутомимые губы и пальчики Клео могли размять не только железы живого человека; думаю, прикосновение её рук могло оживить даже бронзовую статую мужского пола.


## Глава 6


Моё новое тело оказалось точной копией старого и прекрасно функционировало во время весьма увлекательной постельной гимнастики. Я спал как убитый и даже не заметил, как ушла Клео. И только лёгкий запах её духов, исходящий от подушки, напомнил мне о бурных событиях прошлой ночи.

Я быстро, но аккуратно оделся, поскольку внешний вид играет важную роль в профессии юриста. Как обычно, я немного задержался перед зеркалом и остался доволен: я излучал уверенность в себе.


Хотя я никогда не любил быстро ездить, мне без труда удалось побить рекорд Арабеллы, и поездка оказалась намного спокойней. Не было никаких сомнений, что это удалось сделать благодаря правильному планированию маршрута и превосходству машин американского производства. Я получил удовольствие от вождения машины, хотя и ехал немного быстрее, чем всегда.


Ровно в семь часов, как будто бы в свой собственный офис, я уверенно вошёл в святая святых Люци. Вся команда в лице Аттилы и Николо была на месте. Судя по их довольному виду, им удалось решить основные проблемы, связанные с моей миссией.


'Привет, Джордж, - приветствовал меня Люци. - Вижу, что вчерашнее небольшое приключение на тебе никак не сказалось. Ты выглядишь превосходно'.


Я пробормотал в ответ нечто невразумительное, как в старое доброе время, когда я во время судебного процесса делал для прессы заявление, которое можно было интерпретировать бог знает как. Я сел, ослабил галстук, положил ноги на столик и разразился стандартной улыбкой, к которой прибегал, выступая перед присяжными во время безнадёжно проигранного процесса.


'Перейдем к текущим вопросам, - начал Люци. - Ник, не мог бы ты сообщить нам, в каком состоянии работа над проектом?'


Макиавелли открыл крышку ноутбука и приступил к презентации: 'Я провел оперативный анализ проекта 'Земля Два' и сделал достаточно интересные выводы. Твоя основная цель, Джордж, - убедить руководителей землян в неблагоприятном изменении орбиты планеты. Хотя это потребует некоторых усилий, тебе наверняка удастся это сделать, использовав неопровержимые научные данные.

Самая трудная часть твоей миссия - установление контактов с лидерами Земли. Чтобы ни случилось, нужно сделать это, избегая лишней шумихи. Лучше всего - уговорить землян пойти на сотрудничество с хомусианцами, чтобы скорректировать орбиту их планеты'.


'Мне нужно будет разработать простой, но эффективный план', - заметил я.


'Совершенно верно, - ответил Ник. - И здесь мы тебе не можем ничем помочь'.


'Понятно', - ответил я.


'Дело в том, что коррекция орбиты потребует строительства ракетной площадки на Луне, - пояснил Ник. - Анализ современного финансового состояния ведущих индустриальных держав показывает, что сделать это будет непросто, но возможно'.


'Сделаю, всё, что смогу', - буркнул я.


'Ни в коем случае не пытайся убедить лидеров Земли принять эмигрантов с Хомуса и предоставить им территории для проживания, - продолжил он. - Оставь это хомусианским политикам. Им тоже нужно дать возможность проявить свои профессиональные способности'.


'Обещаю не затрагивать проблемы эмиграции и территориальных претензий'.


'В заключение, - сказал Ник, напоминая председателя коллегии присяжных, оглашающего вердикт, - могу сообщить, что я загрузил данные Джорджа и его персональный профиль в наш суперкомпьютер, который показал, что если нам удастся внедрить Джорджа как представителя хомусианцев на переговорах, вероятность успеха составит 77.45 процента. Если вместо него мы используем кого-то другого из нашего персонала, то в лучшем случае вероятность составит 62.28 процента. Вопросы есть?'


Глаза всех присутствующих обратились на меня. Я пожал плечами: 'Мне начинает нравиться твой компьютер. Наконец хоть кто-то оценил по достоинству мои таланты. В данный момент у меня нет вопросов, Ник'.


'Прекрасно, - продолжил он. Остаётся главная проблема - внедрение Джорджа в качестве представителя хомусианцев на переговорах с землянами. Это не так легко сделать, как вы понимаете'.


'А кому сейчас легко? ' - со вздохом спросил Люци.


'Давайте рассмотрим возможные варианты, - продолжил Макиавелли, бросив на Люци неодобрительный взгляд. - Командир Нимрода, капитан Рудольф фон Варди - один из наиболее заслуженных офицеров хомусианского флота: отважный, бесстрашный солдат, опытный звездолётчик. 'Меня смущает только одно: его психологическое состояние. Во время Великой Войны он был тяжело ранен и долгое время находился на санаторном лечении. Когда наш агент ознакомился с его историей болезни, он обнаружил, что его ранение сказалось в большей степени на психологическом, а не физическом состоянии. И это его первый полёт за последние пять лет'.


'Это не имеет значения, - встрял Люци. - Его задача - просто выполнить перевозку'.


Ник пристально посмотрел на него: 'Я бы попросил не прерывать меня, пока я не закончу. На борту корабля находится посол, назначенный правящим комитетом. Это - Энн Форест, блестящий молодой юрист. Наш человек на корабле, судовой врач, утверждает, что её поведение в последнее время странным образом изменилось, и она закрутила головокружительный роман с капитаном'.


'Что ж тут странного, - заметил я, - они просто нравятся друг другу. Два молодых, энергичных, здоровых человека, что им ещё остаётся делать'.


'Тебе тоже лучше помолчать и воздержаться от замечаний, пока я не закончу, - заявил Ник. - По нашим данным Мисс Форест - утончённая, замкнутая девушка. Ходили слухи, что она - лесбиянка. А сейчас она ведёт себя как уличная девка, курит сигары и пьёт как матрос. Хотя это и строго запрещено, мы проели её сканирование и обнаружили, что связь между её душой и телом искусственна. Короче говоря, душа, находящаяся в её теле, принадлежит не ей, а парню, которого мы знаем под именем Иван. Он уже доставил нам уйму неприятностей при работе над другими проектами. Если он будет руководить переговорами, они наверняка с треском провалятся.

В случае провала переговоров капитан фон Варди начнет стрелять и заработает ещё несколько военных наград. Наш анализ ситуации показывает, что внедрение Джорджа не простая задача. Более того, она очень сложная'.


'Не могу согласиться, - твердо заявил Люци. - Джемма может подыскать в Первом Измерении тело для Джорджа и посадить его на небольшой корабль с нейтронным двигателем. Он догонит Нимрод и предъявит поддельные документы, подтверждающие, что Президент Хомуса послал его на замену мисс Форест. Всё это будет несложно сделать за пару дней'.


'Нет, - возразил я. - Это слишком просто. Кто бы ни обитал в теле мисс Форест, он сразу поймет, кем послана замена. Очевидно, что она пользуется влиянием на капитана. Мне придётся либо провести остаток пути в карцере, либо отправится в путешествовать общественным транспортом. И нам опять нужно будет решать ту же самую проблему'.


'Джордж прав, - вмешался Аттила. - Я тоже считаю, что такой план не сработает'.


'А что если послать Джордж на замену капитана под предлогом того, что фон Варди произвели в адмиралы, или что-нибудь в этом роде?'- предложил Ник.


'Это не намного лучше, - спокойно сказал я. - Любое изменение обычного распорядка на корабле может быть опасным. Иван сразу же обнаружит крота и, независимо от моих полномочий, отправит меня на общественный транспорт. Уверен, что мы можем выработать более реальное решение, позволяющее предупредить нападение Ивана на меня. Кроме того, я не имею ни малейшего представления об управлении космическим кораблём'.


'Ты можешь научиться', - вмешался Аттила.


Я бросил на него недовольный взгляд и спокойно продолжил: 'Мне кажется первый вариант и то лучше. Во всяком случае, у меня будут какие-то шансы'.


'А если вышибить из тела мисс Форест душу, и вместо неё внедрить душу Джорджа? - спросил Ник. - Конечно, это незаконно, но кого это интересует? Джемме не составит труда это сделать, тем более, что Нимрод находится недалеко от её базы'.


Я онемел от ужаса. Тот факт, что мне придётся превратиться в женщину, меня просто шокировал. К счастью, до того, как я успел что-то сказать, на помощь пришёл Люци.


'Уверен, что это не сработает. Без длительной подготовки Джордж не сможет сыграть роль женщины. Не забывайте, что это его первое задание, и у него совсем нет опыта. И что вы будете делать с душой Ивана? Кроме того, если любовная связь прекратиться, то наш капитан может впасть в депрессию. Навряд ли отвергнутый любовник загорится желанием помгать своей бывшей возлюбленной. Согласно нашим данным капитан вообще не сторонник переговоров. Он настроен сначала воевать, а потом вести переговоры'.


'Постойте, - прервал Ник, - а что если внедрить душу Джорджа в тело капитана?'


'Не намного лучше, сказал Люци. - Как только они займутся сексом, Иван поймёт, что Джордж - не капитан и - чао - Джордж отправляется путешествовать общественным транспортом. Нет, это тоже не годится'.


'Но это - меньшее из двух зол, - сказал я. - Если я буду капитаном, у меня будет возможность арестовать мисс Форест и по-быстрому определить её в карцер или устроить ей несчастный случай. Единственная проблема в том, что я не имею представления о работе капитана космического корабля'.


'Это - не проблема, - сказал Аттила. Во-первых, мозг капитана сохранит в латентном виде все свои способности даже после обмена душами. Для их активации мы составим интенсивную обучающую программу, поместим тебя в специальную камеру, из которой через пятнадцать секунд ты выйдешь со всеми знаниями, которыми должен обладать капитан звездолёта. Некоторое время назад я таким же способом обучился ядерной телеметрии и могу сказать, что в этом нет ничего сложного'.


Предложение Аттилы показалось мне привлекательным. Единственное, что меня смущало, была возможная необходимость применить силу по отношению к мисс Форест, т.е. к Ивану. Силовые действия никогда не были моей сильной стороной, хотя одно время я играл в хоккей и даже заслужил репутацию громилы. Но на поле у хоккеиста нет выбора: либо ты сбиваешь противника, либо он сбивает тебя. Такие трусы как я предпочитают сами атаковать, а не быть атакованными, потому что получается не так больно.


'Согласен сесть в вашу камеру, - сказал я. - Похоже, это единственный выход из положения'.


Наступила минутная тишина, которую прервал Люцифер: 'Итак, что вы об этом думаете, ребята?'


'Если Джордж считает, что это сработает, то я - за, - сказал Ник. - В конце концов, именно он будет выполнять задание'.

'Как вы оба знаете, - сказал Аттила, - я всегда считал, что окончательное решение должен принимать оперативный работник'.


'Хорошо, - сказал Люци , глубоко вздохнув. - Аттила, подготовь записи, необходимые для обучения, включая сведения о коррекции орбиты. Не забудь проверить, что Джордж получит все данные о современных технологиях, в том числе о нейтронных и инерционных двигателях. Я не хочу, чтобы Джордж возвращался в камеру.


Люци повернулся ко мне: 'После посещения обучающей камеры тебе понадобиться около часа интенсивной физической нагрузки. Чем бы ты хотел заняться?'


'Как насчёт Клео?' - поинтересовался я.


'Я имел ввиду другой вид нагрузки, - сказал Люци, слегка улыбнувшись. - Обычные физические упражнения вроде бега или аэробики'.


'В таком случае я бы предпочёл теннис',- понуро согласился я.


'Хорошо,' - заявил Люци, - съезди домой, переоденься, возьми свою ракетку. Можешь не спешить, для настройки аппаратуры понадобится не меньше часа. Возвращайся после ленча в половине второго. К этому времени Аттила подготовит записи, а Ник позаботится о теннисном корте и подыщет партнера. Когда вернёшься сразу проходи в кабинет B52 на пятом уровне цокольного этажа. Приступайте к работе, ребята!'


Он встал, показывая, что пора прощаться.


Мы дружно вышли из кабинета. Арабелла была занята за компьютером и даже не взглянула в нашу сторону, когда мы проходили мимо неё.


'Я покажу, где находится B52, - сказал Ник, когда мы вошли в лифт. - Этот кабинет не так просто найти'.


Спуск на лифте походил на свободное падение. По моей спине заструился холодный пот, и я надеялся, что попутчики не заметили, как мне было страшно. Я падал в чрево планеты Мамон в сопровождении двух идолов с каменными лицами...


Ник первым прервал молчание: 'Не нравится мне B52'.


'Мне тоже, - спокойно сказал Аттила. - Надеюсь, они вытащили из проектора дохлого таракана'.


Ник усмехнулся: 'Представь себе, Джордж, мы готовили одну дамочку для диверсионной работы на Поллуксе. Мы закачали в неё всю информацию. Под конец Аттила говорит: 'Сейчас мы покажем тебе людей, против которых ты будешь работать'. Затем включает проектор. С экрана на нас смотрит огромный, мерзкий таракан. Я рассмеялся, а дамочка взвизгнула и вылетела из кабинета как ракета, потерявшая управление. И мы уже не смогли убедить её вернуться. Пришлось посылать дублёра'.


Смилостивившийся лифт стал постепенно замедлять ход. Мы вышли и оказались в лабиринте коридоров. Я так и не понял, зачем они поехали со мной. Стены были испещрены указателями, по которым найти B52 не составляло труда.


В кабинете B52 делать было абсолютно нечего. Он оказался обычной маленькой комнатой с круглым столом и удобными креслами. Я осмотрелся, пробормотал что-то невразумительное, попрощался и вышел.


## Глава 7


Всё время по дороге домой я размышлял об этической стороне своей миссии.

Выглядела она довольно неприглядно. По сути дела, я представлял собой проклятую душу, которую посылали на Землю убедить её лидеров совершить нечто, благодаря чему другие души погубят себя. Отец Голдинг назвал бы меня исчадием ада, самим архи-дъяволом. Но был ли я им на самом деле? Я не мог однозначно ответить на этот вопрос.

Я вспомнил свою последнюю исповедь. Я рассказал Отцу Голдингу о том, что проделывал с малюткой Мэри Дули, и что она проделывала со мной.


'Сын мой, - возгласил мой духовник, - если ты не изменишь своего образа жизни, ты никогда не сможешь попасть на Небеса. Прочитай Отче Наш сто раз во искупление своих грехов. И мне нужно будет направить Мисс Дули на путь истинный. Какой у неё номер телефона?'


Я так до сих пор и не исполнил наложенную им епитимью. Я не сомневался, какой будет его реакция, если он узнает о том, что я собирался сделать со своей родной планетой. Он просто упал бы в обморок.


Я подъехал к своему дому, припарковался, вошел в лифт, поднялся на двадцать восьмой этаж, открыл дверь и прошел в комнату.


'Здравствуй, Джордж', - послышался нежный женский голос со стороны кухни.


Я резко обернулся, оказавшись лицом к лицу с незнакомой, но очаровательной маленькой блондиночкой, которая стояла в дверях кухни. Кроме большого черного махрового полотенца на ней ничего не было. Я обалдел.


'Я - твой ангел-хранитель, Джордж, - продолжала она. - У меня к тебе предложение'.


Как видно, она не собиралась тратить время на предварительные церемонии. Я быстро пришел в себя и решил разыграть роль крутого парня-мачо - тип мужчин, который я всегда презирал. Я сказал: 'Такие милашки как ты могут предлагать что угодно, при условии, что обсуждение предложений заканчивается вон там', - я указал на кровать.


'Если ты на этом настаиваешь, Джордж, - сказала она, - я согласна. Как тебе удобней? Сначала обсуждение, потом постель?'


'Делу - время, потехе - час, - заявил я. - Излагай своё предложение'.


Она слегка удивилась, но спокойно присела на край моей кровати. Я упал в кресло. 'Давай, крошка, приступай'.


'Хорошо, Джордж, - сказала она, положив ногу на ногу. - Постараюсь быть краткой. Мой клиент не хочет, чтобы ты вмешивался в конфликт меду Землей и Хомусом. Он готов выплатить тебе двадцать тысяч душ, если ты откажешься от своей миссии'.


'Крошка, - ответил я. - Очень мило со стороны твоего клиента делать мне такие предложения. Но я здесь не так давно и не имею представления о том, сколько стоят двадцать тысяч душ'.


Она была готова к вопросу и быстро ответила: 'О, очень много. Квартиру, такую как эта, можно снять на год за одну тысячу душ. Минимальная зарплата менеджера - около трёх тысяч в год. Итак, что ты скажешь?'


Я спокойно встал, подошел к шкафу, вытащил и положил на кресло теннисную форму. Затем пристально посмотрел на неё.


'А сейчас - потеха, милашка', - сказал я и стал раздеваться.


'Так каков твой ответ?' - спросила она.


'Через минуту узнаешь', - ответил я, снимая последнее, что на мне было.


Наглядная демонстрация возбужденного состояния моего тела вызвала в ней ответную реакцию. 'Давай, Джордж, - хрипло сказала она, отбросив полотенце. - Давай, я хочу тебя'.


'Но я не хочу тебя, - резко бросил я. - Всегда презирал шлюх, особенно таких тупых. Ты также холодна, как морозилка в моём холодильнике. Кого ты хочешь надуть? Ты не имеешь представления ни о том, как обольщать, ни о том, как подкупать людей. Прикройся-ка своим дурацким полотенцем и скажи мне кто ты и что ты на самом деле хочешь'.


Я отвернулся и начал надевать теннисную форму, внимательно следя за ней через зеркало. Она набросила на себя полотенце и уставилась в потолок. Закончив одеваться, я снова повернулся к ней.


'Итак, - приступил, я, - что ты можешь рассказать о себе и своих намерениях?'


'Моё имя не имеет значения, - сказала она с тем достоинством, на которое может быть способна женщина, прикрытая одним полотенцем. - Всё, что я хочу - это чтобы ты отказался от своей миссии и забрал двадцать пять тысяч душ, которые предлагает мой клиент'.


'Кто твой клиент?'


'Ты, конечно, не поверишь, но я этого не знаю',- ответила она.


'Это странно, - согласился я. - Как ты здесь оказалась?'


'Ты мне опять не поверишь, - сказала она, - но и этого я не знаю'.


'Тогда расскажи мне о том, что знаешь'.


'Я знаю очень мало', - печально сказала.


'Хорошо, - мне становилось её жалко. - Даже то немногое, что тебе известно, может оказаться очень важным'.


'Я расскажу тебе, при условии, что ты возьмешь двадцать пять тысяч за прекращение твоей миссии'.


'Крошка, - сказал я посуровевшим голосом, - твой папа, наверное, был лыжником: у тебя в мозгу не больше двух извилин. Почему бы тебе не одеться и не отправиться домой?'


Она расплакалась: 'Потому что его у меня нет, и я даже не знаю где он. Это просто ужасно.'


Я не в силах противостоять плачущим женщинам. Я попытался внушить себе быть безжалостным, но безуспешно. Я почувствовал, что слабею. Внезапно меня озарило. Кто бы её ни прислал, он знал обо мне всё. И я понял, что этот человек должен был нас прослушивать. Я надеялся, что видеонаблюдения не было. Я посмотрел на неё - она всё ещё всхлипывала.


Я встал, подошел к тумбочке, взял блокнот и написал:


Я _____, проживающая в _____, возражаю против того, чтобы мою душу переместили из принадлежащего мне в данный момент тела.


Дата: _____ Подпись: _____ Свидетель: _____


Взяв блокнот, я подошел к кровати, сел и повернул её лицом ко мне. Её прекрасные глубокие синие глаза были полны слёз. Я прижал палец к своим губам, а затем указал на лист блокнота. Девушка прочитала текст и испуганно посмотрела на меня. Я улыбнулся, прижал палец к своим губам и указал сначала на мои уши, потом на потолок, затем обратно на блокнот и протянул ей ручку.


Она наконец поняла, что я имел ввиду и кивнула. Не колеблясь, она вписала имя Эстер Джэксон из Монреаля и подписала документ. Я засвидетельствовал подпись и положил блокнот в карман.


Я снова прижал палец к губам, а её плечо к своей груди. 'Это было прекрасно, дорогая, - сказал я. Но сейчас мне нужно идти играть в теннис. Меня ждёт партнёр, и я не могу отменить матч, но через несколько часов я вернусь. Приготовь себе что-нибудь поесть; в холодильнике полно всяких продуктов'.


'Ты действительно вернёшься, Джордж?'


'Конечно, не сомневайся, - ответил я. - Неужели ты думаешь, что мужчина в здравом уме бросит такую девушку как ты, которая, к тому же предлагает почти тридцать тысяч? Нет, дорогая, я вернусь. Смотри, не уходи'.


'Хорошо, - ответила она. - Я тебя провожу'.


Она встала, набросила полотенце и пошла к двери. Я обнял её и нежно поцеловал. Затем вытащил блокнот и быстро нацарапал: 'Никого не впускай, если он не назовет марку коньяка в моём баре. Нас прослушивают!'


Она кивнула. Я стремительно вышел из квартиры.


* * *


Уверен, что мне удалось установить новый рекорд скорости во время поездки к офису. Я пулей влетел в лифт, а затем в кабинет B52. Аттила и Ник были уже там и стучали по клавишам своих ноутбуков. Ник поднял голову и заметил: 'Что-то ты рановато'.


Я упал в кресло, извлёк из подлокотника бутылку бренди и сделал не слабый глоток.


Аттила улыбнулся: 'Тебе больше нельзя пить пред началом обучения, ни в коем случае. Тебе ясно, Джордж?'


Я кивнул и прикончил бутылку одним мощным глотком.


'Вы не поверите, ребята', - сказал я и поведал о событиях, связанных с Эстер Джексон.


Когда я показал записку с её подписью, Аттила нахмурился и быстро нажал специальную кнопку на клавиатуре. Комнату сразу же наполнилась незнакомым голосом: 'Говорит Мельхиор, К2. Какая у вас проблема?'


'Это Аттила, - голос гунна звучал так, словно он командовал армией. - Произошло серьёзное нарушение внутренней безопасности. Объявляю желтый уровень тревоги'.


'Принято, - последовал ответ. - Вступил в силу желтый уровень тревоги. Включите все каналы экстренной связи. Я отключаюсь'.


'И что дальше?' - спросил я.


'Что касается тебя, Джордж, - то ничего особенного, - ответил Ник. - Просто напиши на листке бумаги название коньяка в твоём баре, положи его в конверт, запечатай его и отдай мне. Я передам его людям из службы безопасности. Они позаботятся о мисс Джексон'.


'Пусть твои гориллы не вздумают к ней и притрагиваться, - резко бросил я, - у меня на неё большие виды'.


'Твоей малышке, не причинят никакого вреда, Джордж, - улыбаясь сказал Аттила. - мы её только нейтрализуем. Она будет там, где ты её оставил, вместе с чёрным полотенцем и прочими причиндалами. А тебе уже пора в обучающую камеру ''


'Слушай Аттила, - сказал я, - я тебе серьёзно говорю: не вздумай нейтрализовывать мисс Джексон и оставь её в покое. Пошли пару охранников для наблюдения за зданием. Проследи, чтобы она не покидала квартиру. Она не представляет для нас никакой угрозы. Позднее я расскажу о своих планах на неё'.


'Хорошо, Джордж, - сказал он, тяжело вздохнув. - Мы оставим её в покое, если ты так хочешь. Интересно, какие у тебя на неё виды, кроме как покувыркаться в постели?'


'Пока еще точно не знаю, Аттила. Смогу сказать что-то более определённое только после того как допрошу её как следует. Но можешь не сомневаться, что её участие существенно повышает шансы на успех моей миссии'.


'Никогда бы не подумал', - сказал Аттила. - Может, хотя бы намекнешь каким образом?'


'Нет, - твёрдо заявил я. - Где эта ваша чёртова камера?'


## Глава 8


Аттила провёл меня в обучающую камеру, которая оказалась маленьким помещением, соединявшимся с кабинетом B52. По своему оснащению она напоминала кабинет стоматолога, и я вздохнул с облегчением, увидев, что на тележке возле кресла нет знакомых пыточных инструментов.


В помещении находились парень в белом халате, очевидно доктор, медсестра, и подозрительно выглядевший тип - дежурный инженер. Они, как видно, поджидали меня, так как при моём появлении на их лицах появилась одна и та же издевательская усмешка. Аттила познакомил нас и указал на кресло. 'Присаживайся, Джордж, присаживайся, - сказал он, с улыбкой до ушей. - Это кресло - сосредоточие всех университетских знаний'.


'Что-то здесь не похоже на кабинет декана Тейлора', - поворчал я, усаживаясь в удобное, отделанное кожей кресло. Тейлор был деканом гуманитарного факультета в Мемориальном университете, когда я там учился. Я был его любимчиком. Он всегда был уверен, что у меня большое будущее. Что ж, человеку свойственно ошибаться....


Медсестра достала две чёрных пластиковых ленты с маленькими серебристыми точками с внутренней стороны. 'Это - сенсоры, мистер Пайк, - сказала она. - Один из них мы оденем на левое запястье, а другой - на ваше правое колено; они вас никак не стеснят'.


'С помощью этих сенсоров мы будем отслеживать ваши физиологические и психологические реакции. Полученные данные мы загрузим в наш суперкомпьютер, и он вычислит скорость передачи знаний, соответствующую способностям вашего мозга. А сейчас, возьмитесь, пожалуйста за платиновые ручки на подлокотниках и мы начнём передачу данных. Процедура не очень приятная, но займет не очень много времени'.


Обычно, когда я сажусь в кресло дантиста, я становлюсь почти невменяемым от страха. На этот раз я чувствовал то же самое. Я почти онемел от страха и еле нашёл в себе силы кивнуть в знак согласия. Медсестра приладила сенсоры и заметила с широкой улыбкой: 'Держитесь, мистер Пайк. Это не больнее, чем удаление зуба'.


Не следовало бы ей это говорить. Неожиданно я почувствовал резь в животе и встал. Мне срочно нужно было в туалет.


Когда я озвучил своё желание, Аттила улыбнулся. - Сядь, Джордж. Я знаю, что ты чувствуешь. Это пройдет, как только ты сядешь в кресло, точно так же, как проходит зубная боль, когда ты садишься в кресло дантиста. Садись и берись за ручки'.


'А что если я не вытерплю?' - слабым голосом спросил я.


'Если ты обделаешься, Джордж, я лично тебя помою, - резко бросил Аттила. - Садись же, берись за ручки и не вякай'.


Совершенно безвольно, как ягнёнок, предназначенный для заклания, я сел и взялся за ручки.


'Держитесь крепче, мистер Пайк, - сказал медсестра. Не отпускайте ни в коем случае, чтобы ни случилось'.


Я кивнул. Уголком глаза я наблюдал, как доктор смотрел на циферблаты и индикаторы. Он переключил несколько тумблеров, повернулся к медсестре и сказал: 'Он - непростой клиент, Фло, но одного кубика будет достаточно'.


Затем он обернулся к инженеру и заявил: 'Он в твоём распоряжении, Нобель'.


Инженер повернулся ко мне и снова издевательски усмехнулся. 'Поехали!' - сказал он и врубил главный выключатель.


Я почувствовал ощутимый удар током и вцепился в платиновые ручки так, как будто от них зависела моя жизнь. В доли секунды перед моим внутренним взором промелькнули картины всей моей жизни на Земле. Они были кристально-прозрачными, быстрыми, как удар молнии и детальными. Затем на несколько секунд наступила полная темнота и, и всё закончилось. Хотя процесс закончился быстро, моя голова была как в тумане.


'Расслабьтесь, все закончилось', - донесся, как будто бы из потустороннего мира, голос медсестры. Казалось, что она находится от меня на расстоянии нескольких световых лет.


'Я поставлю вам укол адреналина', - продолжила она. Я почти не ощутил как в вену моей левой руки вонзается шприц для подкожных инъекций. У меня было впечатление, что мир вокруг меня замедлил движение, как это бывает при замедленном повторе голевого момента футбольного матча.


'Давай, Джордж, давай, вставай. Пошел...', - доносились до меня команды Аттилы. Я их выполнял машинально, почти ничего не осознавая. Что произошло дальше, я не помню.


Следующее отчётливое воспоминание - прекрасный травяной теннисный корт, на котором я обмениваюсь мощными подачами с каким-то парнем. Моя кручёная правая неотразима. Постепенно моя голова прояснилась и я начал получать удовольствие от игры.


'Окей, - сказал парень, явно профессионал. - Ещё несколько подач и на сегодня хватит'.


Я кивнул, собрал мячи, с переменным успехом запустил несколько свечек, после чего партнёр сделал знак, что игра закончена. Когда мы обменялись рукопожатиями, он заметил:


'Очень неплохо, мистер Пайк, но в следующий раз мне бы хотелось, чтобы вы были внимательны с самого начала'.


Хотя мне сильно хотелось врезать ему, я сдержал себя и, широко улыбнувшись, искренне пообещал, что в следующий раз сыграю лучше.


Аттила сидел возле корта и потягивал пиво. 'Ты смотришься очень неплохо. Когда вернёшься, присоединяйся к нашей команде; ты нам подходишь. Мы играем два раза в неделю'.


Мы вернулись в B52, где меня ждал Ник с двумя мужчинами с военной выправкой.


'Привет, капитан, - с усмешкой сказал Ник. - Ну как всё прошло?'


К этому времени я полностью восстановился и чувствовал себя на все сто. Тем не менее, я не был бы настоящим уроженцем Ньюфаундленда, если бы упустил случай поворчать и на что-то пожаловаться.


'Это было неприятно, очень неприятно', - сдержанно буркнул я. Затем я упал в ближайшее кресло и достал бутылку пива из подлокотника. Перед тем как её открыть я вопросительно взглянул на Аттилу, который подмигнул мне и сказал: 'Всё в порядке, продолжай, Ник'.


'Пока вы развлекались, произошли кое-какие события, - начал Ник. - Ситуация развивается непредсказуемо. Фирма столкнулась с серьёзной проблемой из-за утечки информации. Кое-кто сливал информацию о миссии Джорджа нашим конкурентам.

Служба безопасности поймала предателя. Сейчас его допрашивают. Очевидно конкуренты провели анализ и пришли к выводу, что при участии Джорджа мы имеем высокие шансы скорректировать орбиту. Попытка Геркулеса использовать мисс Джексон свидетельствует об этом.

Уверен, что они поставили в известность Ивана. При первом удобном случае он отправит Джорджа на общественный транспорт. Таким образом, его миссия обречена на провал. Нам следует отменить операцию и разработать новый план.'


'Не думаю, - ответил я. - Может вы позволите мне допросить мисс Джексон, перед тем как принимать необдуманные решения? Что мы вообще о ней знаем?'


'Не так много, - сказал Ник. - Она - часть схемы, которую обычно использует ООО Небеса. Они выбирают душу со средними способностями, оцененными в шестьдесят-семьдесят баллов, которая имеет опыт деятельности в определённой области, которой они в данный момент интересуются. У мисс Джексон, должно быть, был солидный опыт по части совращения и подкупа.


'Скорее всего, они заверили её, что она попадёт в рай, если убедит тебя отказаться от своей миссии. Ей сообщили только то, что необходимо было знать; затем её снабдили телом, которое, наверняка, очень похоже на прежнее, установили в пупок микрофон величиной с булавочную головку и поместили в твою квартиру.


Когда ты будешь готов, мы поедем к тебе, заберём её и отвезём обратно в офис Небес. Хотя это мало что даст, мы возбудим дело о промышленном шпионаже. Это обычная практика в таких случаях; она помогает бороться с нечестной игрой'.


'Николо, - прямо сказал я. - Большей глупости трудно придумать. В лице мисс Джексон судьба - или высшие силы, если вы в них верите - предоставила нам решение всех проблем. С её помощью мы сможем без особого риска заменить посла'.


'Это каким образом?' - резко бросил Ник.


'Долго объяснять, - сказал я. - Просто помоги мне немного и через два часа тебе всё станет ясно. Если тебе не понравится, можешь отменять операцию'.


'Что ж, справедливо', - согласился Ник.


'Джордж, - заметил Аттила, - Мне рассказывали о твоих блестящих способностях. Однако, я знаю, что от гения до сумасшедшего - один шаг. Не кажется ли тебе, что на этот раз ты зашёл слишком далеко?'


'Аттила, - серьёзно ответил я, - ты - первоклассный военачальник, смелый, мужественный офицер; однако, когда дело касается хитрости, коварства, двойной грязной игры, от тебя никакого толка, ты - ноль без палочки. Я - твоя полная противоположность: я - канадский адвокат'.


Аттила криво улыбнулся: 'Может быть, однако и мне в моей первой жизни приходилось прибегать к хитрости, подлости, коварству'.


'Вполне возможно, - ответил я, - но ты не занимался этим постоянно: у тебя ведь не было юридической практики. Как бы то ни было, перед тем как продолжить, я бы хотел кое-что выяснить. Как насчёт этих ребят? - я указал на двух парней в форменной одежде. - Могу я говорить в их присутствии?'


'Конечно, - улыбнулся Аттила. - Это - господа Мельхиор и Бальтазар из нашей Службы безопасности. Они - коллеги твоего друга Каспера. Ты можешь говорить в их присутствии'.


'Хорошо, Аттила, - продолжил я. - Тебя, честного, прямого солдата, моё предложение может шокировать. Кроме непосредственного противостояния с противником, мечей и кавалерии есть и другие методы борьбы'.


Аттила постучал по клавишам ноутбука и задумчиво сказал: 'Да уж, наверное. Нейтронные бомбы, биологическое оружие, лазерные пушки и другие средства массового уничтожения. Всё изменилось; старые добрые времена прошли, и даже мечи вышли из употребления .Люди сегодня не имеют представление о том, какое это удовольствие слышать, как хрустят кости противника после доброго удара. Мы живём в непростое время. Извини, Джордж, продолжай, пожалуйста '.


'Итак, - продолжил я, - можете вы заблокировать встроенный в пупок микрофон?'


'Нет, - сказал Мельхиор, - но мы можем сделать лучше. Я могу показать, как его оттуда вытащить'.


'Великолепно, - вздохнул я с облегчением, - а можно будет потом поставить его обратно?'


'Зачем тебе это?' - спросил он.


'В соответствии с моим планом сначала нужно извлечь микрофон из пупка мисс Джексон, - пояснил я. - Затем мы поместим его в звуконепроницаемую камеру. Потом я постараюсь убедить её пойти на сотрудничество с нами. Когда (но не если) я уговорю её, мы снова установим микрофон, и я соглашусь взять тридцать тысяч душ в обмен на прекращение миссии.

Сразу после этого мы инсценируем несчастный случай, в результате которого и я и она попадём в реанимацию в состоянии комы. Наши тела будут находится там, пока я не выполню задание.

Всё, что вам нужно делать - не выводить нас из состояния комы. Затем вы перемещаете меня в тело капитана Ван Варди, а души мисс Джексон и Ивана меняете местами. Благодаря этому документу - я показал записку с подписью Эстер - вы сможете держать Ивана в теле мисс Джексон до тех пор, пока мы не вернёмся. Всё просто, не так ли?'


'Неплохо, Джордж, - отметил Ник. - Я всё записал, мы загрузим эти данные в компьютер, и он подсчитает шансы на успех.'


'Ну уж нет, - бросил я, - не надо никаких компьютеров. Нельзя доверять никому, кроме вас двоих, Люци и этих двух парней. Нельзя отдавать запись никому, кроме Люци'.


Аттила улыбнулся: 'Мы не такие дураки, как ты думаешь. При желтом уровне тревоги никто не может покинуть здание, а все контакты с внешним миром заблокированы. Только Люци может отменить жёлтую тревогу'.


Как по мановению волшебной палочки открылась дверь, и вошёл Люци в сопровождении двух крепких парней, его телохранителей. 'Не надо вставать, ребята, сидите', - сказал он


Он прошёл к одному из свободных кресел и сел. 'Я слышал твой план, Джордж, - сказал он. - У него есть перспектива. У меня только один вопрос: для чего нужна мисс Джексон? Почему бы тебе не взять опытную оперативницу?'


'Очевидно, что наши противники, кто бы они ни были, будут ожидать сообщения от мисс Джексон, - пояснил я. - Если они узнают, что она попала в аварию, то это их не особенно встревожит. Тем более, если им станет известно, что я также нахожусь в реанимации.

'А когда они поймут, что дело нечисто, будет уже поздно. Они не смогут вернуть её назад, поскольку есть документальное подтверждение того, что она против перемещения из своего тела.

Мы заблокируем Ивана в теле Эстер, соответственно он не сможет ничего сообщить своим хозяевам. Если наши противники не полные идиоты, то они, в конце концов, поймут, что мы их облапошили, но у меня всё равно будет в запасе несколько дней, чтобы спокойно выполнять задание'.


'План хороший, - сказал Люци. - Плохо, что его невозможно осуществить'.


'Почему?', - обиженно спросил я.


'Джордж, - пояснил Люци, - для осуществления твоего плана мы должны заблокировать пупочный микрофон. Насколько мне известно, это невозможно. Дело в том, что мы сами разрабатывали микрофоны, которые сейчас используют Небеса. Мы позволили им выкрасть материалы на стадии проектирования, а как только они закончили разработку, сами выкрали эти материалы. Так получается дешевле. В пупочном микрофоне есть защитное приспособление: он настраивается на ритм сердца клиента. Как только его вытаскивают, звуки биения сердца перестают поступать на пульт оператора, и тот понимает, что кто-то контролирует оборудование'.


В ответ из меня непроизвольно вырвался следующий текст: 'Это - не проблема, Люци. Можно просто записать сердечный ритм, загрузить в резонатор Суслова-Уоткинса, синхронизировать с электронным стетоскопом, замкнуть в цепь и сердцебиение будет сымитировано.

Нужно просто уложить объект в кровать, подождать, пока частота пульса понизится примерно до 60, чтобы оператор думал, что она легла спать. Затем настроить уровень громкости и высоту тона, загрузить данные в стетоскоп, прикрепить его к микрофону и вытащить его. Пока резонатор работает, всё будет в порядке'.


'Снимаю своё возражение, Джордж, - сказал Люци. - Если ты ещё придумаешь, как установить микрофон обратно, твой план может сработать'.


Я улыбнулся: 'Возвратить микрофон ещё легче. Синхронизируйте ритм сердца с резонатором и установите микрофон обратно'.


'Ни черта себе, - сказал Люци, поворачиваясь к Аттиле. - Что за программу вы загрузили в этого парня?'


'Кроме всего прочего мы дали ему инженерную подготовку. Я выбрал электронику, поскольку мой плеер отдаёт концы, и нужно, чтобы кто-то его починил. Уверен, что Джордж сделает это бесплатно; сами знаете, какие сейчас заламывают цены за ремонт электроники...


Я почувствовал себя оскорблённым. Мне удалось найти выход не благодаря своим блестящим способностям, а благодаря хорошей подготовке и знаниям.


'Всё в порядке, - сказал Люци. - Джордж, спустись на девятый уровень. Он четырьмя уровнями ниже того, где мы сейчас находимся. Обратись к заведующему лабораторией, мистеру Попову, и он снабдит тебя всем необходимым снаряжением'.


'Постой, Люци, - вмешался Ник. - У нас может появиться ещё одна проблема'.


'Что ты имеешь ввиду?' - с вызовом спросил я.


'Посмотрим на дело с другой стороны, - продолжил Ник. - Наша дриарда, Джемма - новичок. Её ещё не приходилось переносить через второе измерение две души одновременно. Насколько мне известно, она ещё ни разу не занималась принудительным перемещением. А Иван ведь будет сопротивляться. Он не будет безучастно смотреть, как его душу вышибают из тела'.


'Она должна будет это сделать, - не колеблясь, заявил Люци. Способность выполнить принудительное перемещение - одно из основных требований квалификационного экзамена, который сдают все вольнонаёмные дриарды. Если бы она не могла это сделать, он до сих пор работала бы на общественном транспорте'.


'Ладно, хорошо, - уступил Ник. - Но сможет ли она сделать это достаточно быстро, чтобы Иван не успел никого предупредить?'


'На испытаниях она показывала лучшие за последние несколько десятилетий результаты по времени', - вмешался в спор Аттила.


'Одно дело тесты и совсем другое - реальная операция, - не согласился Ник. - Ты-то уж должен об этом знать'.


'Вот что, ребята, а почему бы нам не спросить её об этом? - заявил Люци. - В конце концов, она должна дать гарантии, что работа будет выполнена. Если она посчитает, что не сможет справиться, мы всегда можем обратиться к Олу. Уж он-то всё сделает как надо'.


'Мне бы спалось спокойнее, если бы делом занимался Олу, - подтвердил Ник. - Но у нас контракт с Джеммой'.


'Понятно, - сказал Люци и повернулся к одному охранников. - Мельхиор, в настоящее время для ООО Преисподняя Джордж представляет не меньшую ценность, чем я. Ты должен стать его тенью. Если будет малейшая возможность того, что его схватят наши конкуренты, ты немедленно должен будешь отправить его на зелёную линию. Сразу же. Понятно?'


'Так точно', - ответил Мельхиор.


'Спасибо за работу, ребята, - сказал Люци. - Продолжайте в том же духе'. Он встал и вышел.


'Мне придётся нанести визит мистеру Попову', - сказал я.


'Да, - откликнулся Ник. - Он - человек со странностями. Пьёт еле теплый чай из своего самовара. Не могу понять, зачем ему это. У него достаточно высокая должность, чтобы позволить себе что-нибудь более приличное, например, стакан лёгкого белого вина...'.


'У тебя, Ник, всегда были трудности с восприятием других культур и традиций, - заметил Аттила. - Ты даже нашей дриарде не доверяешь'.


'Кстати, ребята, - вмешался я, - вы бы мне, наконец, объяснили, кто такие дриарды'.


'Ты много хочешь, Джордж, - ответил Аттила. - На самом деле, никто точно не знает, кто они такие. О них ходит много слухов и домыслов'.


'Можешь ты мне рассказать о них хотя бы вкратце? Ничего страшного, если информация будет неполной. У меня хватит ума самому заполнить пробелы'.


'Интересно, что ты об этом спрашиваешь, Джордж, - заметил Ник. - Аттила как раз хочет стать дриардом. Он может распространяться о них часами'.


'У меня нет часов, - сказал я. - Я располагаю несколькими минутами; меня ждёт мистер Попов. Поскольку от дриард зависит выполнение моего задания, мне хочется хоть что-нибудь о них узнать'.


'Попов никуда не денется, - сказал Аттила. - Он будет ждать тебя. Самое доступное объяснение того, кто такие дриарды можно найти в достаточно спорном очерке ученого и философа Марандона Афонийского. Он родился в Первой Системе, а сейчас является независимым исследователем. В очерке он приводит некоторые факты, но они не являются бесспорными и заслуживающими безусловного доверия'.


'Для меня достаточно и косвенных фактов', - ответил я.


'Тогда, может, мне удастся убедить тебя, - улыбнулся Аттила. - Как бы то ни было, Марандон утверждает, что в прошлом не было перемещений между измерениями. Когда кто-нибудь умирал в Первом Измерении, его душа отлетала во Второе Измерение и оставалась в Преисподней.

Там только немногие наиболее высокоразвитые души могли общаться между собой. Со временем во Втором Измерении накопилось большое количество творческой энергии. Подобно цепной реакции какое-то количество высокоразвитых душ стали сливаться воедино. Это напоминало Большой Взрыв, который, как считают некоторые земные учёные, привёл к образованию вселенной'.


'Это подтверждается фактами?', - спросил я.


'Есть свидетельства того, что много тысячелетий назад во Втором Измерении были выбросы психической энергии, - продолжил Аттила. 'Прямых доказательств нет, но на некоторых планетах во Втором Измерении произошли изменения, которые и описывает Марандон.

В последнее дриарды предоставили дополнительные данные, но это только усилило взражения скептиков. О Большом Взрыве ты можешь прочитать в целом ряде работ.

В результате большие сгустки творческой энергии соединились в блоки, эквивалентные душам в четыре или пять тысяч бертонов. Они очень быстро создали себе тела, которые могут функционировать в Первом, Втором и Третьем Измерениях. Эти сложные души и называются дриардами'.


'Это подтверждается фактами?' - требовательно спросил я.


'Ты можешь попросить у нашей дриарды, Джеммы, разрешения просканировать её,- пожал плечами Аттила. - И убедишься, что её душа стоит более четырёх тысяч бертонов!'


'Я так и сделаю, как только встречусь с ней', - ответил я.


'В те времена в Третьем Измерении царила неразбериха, - продолжил Аттила. Отсутствовали цивилизованность, взаимопонимание, а уровень творческой активности сводился к нулю. Дриарды переместили некоторые души из Второго Измерения в Третье. Они почти сразу стабилизировали ситуацию в Третьем Измерении.

Способность размышлять и творить стала мерилом всего сущего. Начали создаваться культурные слои, ставящие пред собой различные цели. Дриарды создавали тела для душ, которые они перемещали в Третье Измерение, будучи уверенными, что таким образом решают все проблемы. Они продолжали перемещать души из Второго Измерения. Вскоре они обнаружили, что Третье Измеренеи быстро расширяется и требуется всё больше творческой энергии'.


'Пока мне всё понятно', - заметил я.


'Единственная проблема, - продолжил Аттила, - заключалась в том, что в Третьем Измерении люди не могут давать потомство.'


'И поэтому дриарды продолжали перемещать души из Второго Измерения', - закончил я за него.


'Это всё, что я могу рассказать за такое короткое время, - со вздохом сказал Аттила. - Мы можем продолжить после твоего возвращения с задания'.


'Непременно, - сказал я, улыбнувшись. - Я до сих пор не имею представления, кто такие драрды, но я хотя бы знаю, чем они занимаются'.


'Как и большинство из нас', - сказал Ник, завершая разговор.


* * *


Мы решили, что если мне удастся договориться с мисс Джексон, то я приглашу её поужинать в ресторан. Когда мы будем возвращаться, Служба безопасности Преисподней устроит нам автокатастрофу. Мы возьмём такси возле ресторана, и машина будет уже подготовлена к аварии. Водителем будет профессиональный каскадёр, работающий в Службе безопасности Преисподней. Когда я отошлю Мельхиора назад в офис и скажу, что 'шоу продолжается', это будет означать, что такси, больница, дриарда и команда, которая занимается перемещением, - всё будет готово к началу операции.


Я попрощался с Аттилой и Ником и направился на нижние уровни; Мельхиор следовал за мной по пятам. На пути в лабораторию нам пришлось пройти через пять различных постов охраны. Если бы не Мельхиор, мне бы, наверняка, понадобилось несколько часов, чтобы преодолеть расстояние в сотню метров.


Попов оказался парнем что надо. Хотя я его лицо показалось мне знакомым, я не мог точно вспомнить, чем он занимался на Земле. Когда мы вошли, он встал, и мы обменялись рукопожатиями, как старые друзья.


Я сел; Попов, как и предполагал Ник, сразу же налил из самовара, стоящего на столике, превосходного русского чая с лимоном. Чай был приятным на вкус; мне вообще нравится русский чай.


'Рад видеть вас, мистер Пайк, - начал он. - Почти всё оборудование, необходимое вам, уже готово,- он указал на небольшую чёрную коробочку. - Мой ассистент заканчивает сборку устройства для автоматической замены микрофона'.


'Вы работаете очень оперативно', заметил я.


'Вовсе нет, - улыбнулся Попов. - Когда изобретаешь какое-нибудь устройство для промышленного шпионажа, как, например, мой пупочный микрофон, то первое что нужно сделать - исследовать возможности для его нейтрализации. Только так можно определить его надёжность. С того момента, когда обнаруживается способ контроля за устройством, приходится перепроверять информацию, поступающую через него'.


'Неплохая политика, сказал я. - У вас хорошая логика, вам следовало бы работать адвокатом'.


'Техникой заниматься легче, - ответил он. - Кстати, мои источники, работающие в параллельной, конкурирующей с нами, лаборатории, утверждают, что им ещё не удалось найти стопроцентно надёжный способ нейтрализации пупочного микрофона'.


'Звучит обнадёживающе', - ответил я.


'Мой помощник, должно быть, закончил сборку', - сказал Попов и встал.


Он проводил меня в мастерскую. Когда я огляделся, я был поражён. Несмотря на всю мою техническую подготовку, я не смог припомнить ничего подобного. Лаборатория Попова, вероятно, была в своём роде совершенством.


Его помощник уже подготовил устройство и собирался объяснить, как оно работает, но в этом не было необходимости. Мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что всё в порядке.


Мы попрощались с Поповым и направились ко мне домой.


Продолжение следует