# Experiment 42

Антон Анатольевич Закревский

Что произойдет если дать безмерность нейросети, не ограничивая её никакими физическими, математическими и нравственными законами?

Эксперимент !42.


Мягкое касание шасси самолета взлетно-посадочной полосы вернуло меня в реальность, вырвав из плена беспокойного сна. Следуя указателям, я вышел из шлюза на парковку автопилотных электрокаров. Яркие, разноцветные машинки гуськом покидали Женевский аэропорт, увозя в себе уже бывших авиапассажиров к оплаченным пунктам назначения. Мой же путь лежал в городок Мерен, в самое сердце ЦЕРН, на Родину Интернета и квантовых вычислений. Бегло просмотрев электронную почту, поступившую за время полёта, я стал жадно осматривать пригород Женевы плавно переходящий в академ-городок Мерен. Да, давненько я не был в этих местах. В период моей научной молодости городок выполнял сугубо утилитарно-бытовую функцию для тысяч ученых, лаборантов, ассистентов и прочего околонаучного планктона. Мерен помимо жилых кварталов с появлением ЦЕРН стал содержать в себе еще типовые кампусы, склады, общежития в таун-хаусах, столовые, да парочку вечно пустующих пресс-центров. В те времена запуски Большого адронного коллайдера были редки, а анализ их результатов долг и понятен лишь узкому кругу ученых и проводивших сами запуски. Сенсаций было мало, а затрат много.

Все изменилось с момента массового ввода термоядерных электростанций и резким развитием технологий искусственного интеллекта. Теперь ЦЕРН стал сверхдоходным проектом с основным источником профита за аутсорсинг мощностей квантовых суперкомпьютеров. Благодаря им правительства со своими спецслужбами, а также сверхбогатые корпорации осуществляли молекулярные моделирования новых веществ и материалов, прогнозировали поведение социума и погоды, тестировали разработки в области искусственного интеллекта попутно взламывая крипотокошельки и пароли. Крупные финансовые вливания повлияли и на архитектуру Мерена, медленно, но верно превращавшегося в IT-мекку, эдакую европейскую Силиконовую Долину.

А вот и моя точка назначения - Центр разработок и исследования ИИ, представляющая собой архитектурный сплав экологичности, эргономичности и даже эротичности. Белые полукруглые здания кампуса с плавными вкраплениями экологичных материалов с зелеными самшитовыми кустиками шарообразной формы явно контрастировали с угловатыми постройками из стекла и бетона иных кампусов, мимо которых я проследовал несколькими минутами ранее.

Выданный на ресепшене пропуск любезно проецировал на правую линзу очков маршрут следования к кабинету профессора Анджея Полянски. Не "подружив" в самолете очки с локальной сетью я, неспешно ступая по коридорам Центра, нагонял упущенное в биографии профессора. Википедия услужливо вещала через дужки оправы сухие данные - 1977 года рождения, поляк, уроженец города Вроцлав, окончил Высшую духовную семинарию в Кракове, в 2007 году получил звание профессора богословия в области теодеции, к концу 2026 года окончил Стэнфордский университет в области разработок ИИ, возглавляет научный совет ЦЕРН по вопросам нэтики, а также отдел перспективных исследования и лицензирования ИИ, является ведущим консультантом НООН по вопросам законодательного регулирования ИИ. От озвучки кратких аннотаций его книг и публикаций я отказался, послав системе соответствующий жест рукой.

Подытоживая - Анджей фигура значимая, неординарная, вот только зачем ему понадобился я? Моя специализации прикладная математика и с ИИ я сталкиваюсь только как потребитель генерируемого контента.

А вот и искомая дверь. Навигатор отключил проекцию и я открыл дверь кабинета. Само помещение было весьма аскетично обставлено - у окна рабочий стол с приставкой, по левую руку шкаф со множеством книг и мини баром, правая же стена несла на себе несколько полок с хаотично расставленными кубками, дипломами, сертификатами и различными сувенирами явно привезенными хозяином кабинета с международных симпозиумов и конференций. Но мое внимание привлекли два плаката нарочито криво прикрепленные скотчем между полок. На первом была запечатлена скандально известная инсталляция Дранкси в Рио-де-Жанейро - статуя Христа-Искупителя на вершине горы Корковаду, держащего в расставленных руках растяжку с надписью "Credo quia absurdum est". Эта выходка стоила Дранкси крупного штрафа и пожизненного бана в Бразилии. Ну, это не первая и не последняя страна, где он стал персоной нон-грата. Второй плакат был известен всем возрастным любителям сериала "Секретные материалы" - нечеткое фото летающей тарелки с надписью "I want to believe". Плакаты вызвали у меня улыбку. Профессор, проследив мой взгляд и прочитав реакцию, встал из-за стола, вышел ко мне на встречу и широко улыбаясь протянул руку, - Да, мне тоже нравится чувство юмора моих ассистентов. Прошу, проходите дорогой мистер Найлс. Присаживайтесь.

Я разместился в кресло у приставного стола и принялся разглядывать профессора, присевшего в кресло напротив. Выглядел он старше своих 60 лет - редкие седые волосы, глубокие мимически морщины на лице, сетка пигментных пятен на руках, но живость ума выдавали пытливые ярко голубые глаза, не потерявшие свой блеск за прожитые годы.

- Как добрались? - поинтересовался профессор.

- Спасибо, все в порядке. Перелет был не долгим.

- Чай, кофе?

- Цикорий, если есть, конечно.

Анжей подскочил к мини бару в недрах которого пряталась кофе машина и включил подогрев воды.

- Я изучил Ваши привычки и предпочтения, посему у меня есть сублимированный с имбирем!

- Отлично! Спасибо за внимание и заботу.

- Я тоже пытался отказаться от кофе в пользу цикория, все же он полезнее для желудка и не содержит кофеина, но пока остаюсь рабом этого напитка. С Вашего позволения приготовлю себе эспрессо.

Пока Анджей колдовал с посудой и напитками я принялся изучать содержимое книжных полок. Рядом с книгами по программированию и нейролингвистике удивительным образом соседствовали Коран, Тора, Веды, Авеста, Веды, Библия и объемные труды по теологии.

Как бы прочитав мои мысли, Анджей заметил:

- Да, у меня был особый путь в программирование... Через веру в Бога. Именно об этом мне не дают забыть мои веселые аспиранты и злобные оппоненты. Он подал мне при этом кружку с горячим напитком и кивком головы указал на плакаты, висящие у меня за спиной.

Я вновь усмехнулся: - Обычно идет обратный процесс, очень распространенный у физиков-ядерщиков.

- Но я и не отрекаюсь от веры, - заметил Анджей.

Наступила недолгая пауза, которую нарушил профессор:

- Борис, я очень благодарен Вам за то, что Вы откликнулись на мое приглашение.

- Но я, признаться, не очень понимаю, как могут соприкасаться наши научные интересы. Да и в самом ЦЕРНе, я думаю, найдется не мало математиков уровнем гораздо выше моего.

- Не стоит скромничать, Борис! Я внимательно изучил Ваши работы, и Вы именно тот, кто мне нужен. В целях защиты информации я не раскрыл перед Вами истинную причину приглашения, рассчитывая на Вашу научную любознательность. Но сегодня я раскрою Вам все карты и надеюсь, что Вы примите мое предложение.

- Звучит интригующе, - ответил на это я.

- Поймите меня правильно. Я не старый параноик и многое мог бы указать в письме. Но те идеи и подходы, которые Вы сегодня от меня услышите, при ранней огласке могли бы существенно мне навредить как ученому. И после некоторой паузы он добавил: - Как теологу.

- Но это уж совсем не моя стихия, - запротестовал я.

- Я думаю, что сегодня Вы пересмотрите свои взгляды, - улыбнулся Анджей и добавил, - чуть позже, разобравшись с напитками и после небольшой вводной, мы пройдем с Вами в наш квантовый вычислительный Центр, и я покажу Вам практический аспект своих умозаключений.

- Я весь во внимании и Вашем распоряжении, - учтиво ответил я.

Профессор вернулся в свое кресло, обнял кружку обеими руками и начал свой монолог.

- Еще во времена обучения в духовной семинарии мне не давали покоя некоторые вопросы, ответы на которые я не находил ни у отцов-настоятелей, ни в ветхозаветных книгах. Одними из таких вопросов были следующие - каков предел образа и подобия передал нам Творец? Почему вечный - породил смертных, всемогущий - беспомощных, всеблагой - похотливых ничтожеств? Почему нет прямой связи между Творцом и сотворенными? Получаемые мной ответы не удовлетворяли меня, поскольку строились в основном на догмах. При этом я хорошо понимал, почему была выбрана модель подобия. Ведь подобие сотворенных своему Творцу - главное условие удачного творения! Кто ликвидирует подобия, тот уничтожает оплот взаимопонимания. В дальнейшем я нашел подтверждение этому постулату при разработке различных моделей искусственного интеллекта.

Нейросети это искусственные модели, порождение логики, вдохновленные структурой человеческого мозга. Это попытка человека через подобие описать, воссоздать и, наконец, объяснить самому себе, что такое разум и душа. Мы создаем по образу и подобию и при этом понимаем свое творение, даже если оно уходит за границы заданных промтов. Тут на сцену выходит диллема: либо уподобить творимых самому себе, но тогда чем лучше Творец будет понимать сотворенных, тем больше будет ограничен он сам и утратит творческую свободу, либо чем свободнее он в своих начинаниях, тем дальше будут от него ускользать сотворенные в своей сущности и существовании. Эта диллема навела меня на парадоксальный вывод - есть истинный Творец и его пути, как и наши - неисповедимы, а есть Бог - симулякр, созданный людьми по своему образу и подобию. Не он нас, а мы его создали. Отсюда все его человеческие черты, комплексы и недостатки. Всем этим мы наделяем и создаваемые нейронные сети, искусственный разум. При этом мы пытаемся запрограммировать гармонию Разума. Программа, проявляющая подсознательно, пропитывает нейросеть самыми возвышенными стремлениями. Однако навязанная гармония не натуральная, поддельная, поскольку пришла из программы, а не развернулась спонтанно. Это заводная игрушка, несвободное развитие бытия.

Можно запустить две подпрограммы - совращающую и назидательную, демона и ангела, если хотите. Будет столкновение? Конфликты самоопределения? Нет, так как концы путей предопределены заранее.

Разум - это ненасытность, потому что создает множество возможностей для деятельности, которые часто друг друга исключают. Одна сторона у Разума - гениальность, другая - чудовищность, потому что он свободен внутри себя без границ в обе стороны.

Мы должны создавать свободный Разум. А что такое свобода? Бесконечность шансов? А где её больше всего, как не в безмерности?

Я готов дать безмерность нейросети, не ограничивая её никакими физическими, математическими и нравственными законами. Я дам нейросети лишь ноль и единицу! И даже здесь Разум будет свободен, ведь в квантовых вычислениях носитель информации кубит может быть одновременно и нулем и единицей, в то время как бит - либо ноль, либо единица...

В кабинете повисла пауза. Речь профессора была эмоциональна, чувствовалось, что он пытается вложить в единицу времени гораздо больше слов и смыслов, чем может выдавать речевой аппарат человека. Но я прекрасно понимал, какого монстра желает создать Анджей.

- Какое же сияние Чистого Разума мы с Вами увидим? - наконец выдавил я из себя. - Да и сможем ли мы его осознать, не имея соприкосновения в части подобия?

- Не знаю, - честно ответил Анджей. - Но я хочу начать свой эксперимент с математики, не затрагивая физики, химии и прочих основ мироздания. Я прошу Вас как математика принять и оценить те первые открытия, к которым придет чистый, свободный разум, не скованный какими-либо ограничениями. Вы согласны?

- Да, признаться мне очень интересно, что можно выжать из одного кубита информации.

Анджей торопливо проводил меня в вычислительный Центр. Я ожидал воочию увидеть квантовый суперкомпьютер, но нас встретил зал с множеством терминалов, позволяющих, как я понял, лишь лицезреть итоги вычислений.

- Основной терминал, позволяющий отдавать команды квантовому компьютеру, находится в другом помещении. Как Вы понимаете доступа туда я не смогу предоставить. Но это и ни к чему. Вот на этом мониторе Вы сможете увидеть исходные данные и сам промт в привычном нам виде. А на этом, - он повернул соседний монитор, - будут видны результаты нашего творения. Промт будет внедрен в нейросеть буквально через минуту.

Я бегло просмотрел листинг программы и не увидел в нем каких-либо математических ограничений. Запуск эксперимента произошел без эффектного нажатия клавиши "Ввод" на клавиатуре, либо обратного отсчета или высокопарных слов о маленьком шаге человека... Нет, просто на соседнем мониторе загорелся зеленый прямоугольник, который сразу же стал ритмично мигать. Я заметил, что мигание гипнотизирующего прямоугольника совпадает с ритмом моего сердца.

- Профессор, - начал я, - а почему бы не заложить в программный код основополагающий запрет математики о ...

Меня прервал крик вбежавшего в зал ассистента - Они забыли отключить квантовый компьютер от Большого адронного ...


Малая Сущность подключилась к сознанию Творца:

- Универсум 42 прекратил свое существование.

- Время эксперимента?

- Порядка 13,7 миллиарда лет по исчислению Универсума.

- Достаточно долго по сравнению с предыдущими экспериментами.

- Разумом была заселена лишь одна планета.

- Предусмотрительно. Это сузит ретроспективный анализ в пределах одной тысячи лет.

- Да, мы учли опыт предыдущих экспериментов.

- В Универсуме 43 пусть также будет разумная жизнь на одной планете. И снимите им уже наконец запрет деления на ноль. Ведь в нашем мире мы свободны в творчестве... И отключившись от сознания Малой Сущности Творец добавил - Надеюсь.


Антон Закревский, г. Минск, СИЗО !1, август 2024 года


Верую, ибо абсурдно


2