# Изумруд

Антон Вольф

Посвещается моей любимой и единственной жене...


Изумруд.


Первая ночь.


Она звонко рассмеялась.

- Ты человек?

- Я.

- Видишь ли, - она устроилась по удобнее в кресле, - Люди это не совсем то, что ты себе представляешь. Даже скажем совсем не то.

Я внимательно посмотрел ей в глаза. В ответ лёгкая усмешка тронула её губы.

- Я обещал тебя выслушать спокойно и не перебивая, - я улыбнулся её в ответ, - Так, что я уже в седле так сказать, и весь во внимание.

- Так вот, мой дорогой собеседник, тебе приходилось читать Библию?

Я ожидал всего, но обсуждение религиозных тем в час ночи как-то не входило в мои планы. Однако слово есть слово.

- А то как же, конечно читал. Вон в в каждой приличной гостинице на ночном столике лежит Библия.

- Нет, это лежит Новый Завет, а я тебя спрашиваю о Начале или как вы это называете Ветхий Завет.

- Ну, читал я и Ветхий Завет. И о том что Бог сотворил Землю за шесть дней ещё помню.

- Ну что ж, тогда давай почитаем ещё раз и вместе, - она открыла лежавшую у неё на коленях книгу.

Я готов поклясться, что секунду назад там ничего не было. Или всё-таки было? Книга небольшая легко могла уместиться в кармане джинсовой куртки.

- Как звали первого человека сотворённого Всевышним по образу и подобию? - она подняла на меня свой взгляд.

- Адам, - я начал тонуть в её зелёных глазах.

Вместо ответа она начала негромко читать.

- И сказал Всевышний: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

Её голос начал приобретать своего рода торжественность.

- И сотворил Всевышний человека по образу Своему, по образу сотворил его; мужчину и женщину сотворил их.

На некую секунду мне привидилась черноволосая красавица встававшая из морской пены.

- И благословил их Всевышний, и сказал им Всевышний: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле.

Она резко закрыла книгу. Наваждение пропало.

- Ну так как звали первых сотворённых Всевышним?

- Мужчина и женщина, - ответил я как на уроке в первом классе.

Она усмехнулась.

- Погоди, - я попытался протестовать, - Здесь речь идёт о Адаме, и Еве созданной из ребра его, просто это как бы аллегория.

- Аллегория? - переспросила она открыв книгу на новой странице.

Интересно как ей это удаётся?

- Вот происхождение неба и земли, при сотворении их, в то время, когда Всевышний создал землю и небо, и всякий полевой кустарник, которого еще не было на земле, и всякую полевую траву, которая еще не росла, ибо Всевышний не посылал дождя на землю, и не было человека для возделывания земли, но пар поднимался с земли и орошал все лице земли.

Передо мной мгновенно появилась картинка чёрной рыхлой бороздны свежевспаханного поля.

- И создал Всевышний человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою, - последние слова она произнесла свистящим шёпотом.

У неё в руках вдруг вместо книги возникла огромная чёрная роза, и по комнате поплыл нежный розовый аромат...

***

Предрассветный сумрак разорвала звонкая трель будильника. Привычным резким движением "прихлопнув" утреннее пение механического свистуна я, мотая головой, подался в ванную.

"Снится что-то последнее время всякая чертовщина, хоть ты к психиатору иди,"- подумал бросая в лицо пригоршни ледяной воды.

Теперь поставим кофе и завершим утренний ритуал просыпания привычной сигаретой. На кухонной плите уже зашипел кофейник когда я подался обратно в комнату за пачкой сигрет. Я включил свет и замер. На журнальном столике лежала огромная чёрная роза из моего сна...


Вторая ночь.


- Ну хорошо. Допустим, что создал Всевышний Адама из прах земного, - начал я примиренческим тоном, - Допустим, что Адам вовсе не человек в том понятии о котором говоришь ты. Допустим, что Адам не создан по подобию Всевышнего, но он создан-то он Самим Творцом? И значит в каждом его творении есть Искра Божия?

- Да, дорогой. Ты позволишь мне так тебя называть?

Я машинально кивнул головой.

- В каждом творении есть Его искра. Но ты забываешь, что в мире существует чёткое предназначение и разделение. Адам и Ева были предназначены для жизни в Эдеме, но не для изменения, а уж тем более подчинения себе Эдемского Сада, - её ресницы на секунду дрогнули. Или же мне это только показалось?

- Осталось только найти где он Эдeмский Сад, - в моём голосе появились нотки сомнения.

- Всему своё время, - она вдруг мягко улыбнулась.

- Да, да - усмехнулся я, - и ещё Адама найти с Евой, изгнаных из этого самого места. Там наверное всё заросло чертополохом без надлежащего ухода.

Пламя свечи на мгновение дрогнуло.

- Дорогой, Адама с Евой никто ни откуда не изгонял, - в зелёных глазах собеседницы вспыхнула и пропала еле заметная звёздочка-искорка.

- Ну как же, - усмехнулся я, - у тебя Библия, там всё изложено довольно просто. Змей дал Еве откушать яблочка. После чего она согрешила с Адамом, и за это эти двое были изгнаны из Эдема навечно.

Она звонко рассмеялась.

-Дорогой, как же ты ошибаешься в своих оценках, - она положила ладонь на кожаный переплёт книги. Затем коротким плавным движением перевернула страницы.

- Кстати, а кто такой этот подлый Змий угостивший бедную Еву яблочком? Он-то откуда взялся?

- Видишь ли, - она поправила прядь волос, - Змей - это придумано сынами Адама. На самом деле это был человек...

В моём мозгу блеснула разгадка...

-Созданный по образу и подобию, - торопливо закончил я фразу перебив мою собеседницу.

- Да, - совершенно серьёзным тоном повторила она и продолжила, - Человек решивший померяться силой с Создателем... Только для этого ему необходимо было согласие другого человека. Женщины, тоже созданной Творцом. Но она на отрез отказалась.

Мне показалось что пламя свечи резко вздрогнуло как при сквозьняке и на потолке заплясал причудливый хоровод теней.

- Поэтому, - она бросила на меня короткий взгляд, - Он и пришёл в Эдемский Сад. Ева тоже по сути женское начало. Только всё должно было быть осознанно и добровольно. Потому Он и дал Еве то, что вы называете плодом с древа познание добра и зла. Однако тут вышел просчёт. Ева сразу поняла чего от неё хотят. Поняла и поступила так как и должна была поступить. Она отдала часть плодa тому кто ей был ближе всех на свете - Адаму. И...

Пламя свечи сново вздрогнуло.

- И за это их изгнали из Рая, - дополнил я.

Она рассмеялась смехом тысячами серебряных колокольчиков.

- Ну, нет же, дорогой! Создатель никогда не выгонял их из Эдемского Сада! Они ушли сами.

- Ушли сами? Это как?

- А так как уходят из родительского дома повзрослевшие дети... Творец, сказал обратившись к ним, что Адам будет доставать пропитание в поте лица своего, а Ева будет рожать детей в боли... Но они ответили, что хотят построить свой мир... И они всеравно ушли. Правда не далеко. Устроились сразу за воротами Эдемского Сада. Одно время даже забегали в него, прячась от дождя. Ты знаешь, дорогой, что в Эдемском Саду не идут дожди...

- А потом, - с некоторым внутренним восхищением спросил я.

- А потом, Адам построил хижину и накрыл её пальмовыми листьями и Ева положила на пол связанную ей из сухого тростника толстую циновку...

Перед моим взором на мгновение промелькнуло видение двоих силуэтов в пляшущем пламени огня горевшего в самодельном каменном очаге. Белый крыша сложенная из длинных пальмовых листьев перевязанных в нескольких местах древесной лианой и ощущение полного покоя и умировотворённости...

- А потом - она на мгновение улыбнулась, - Адам возделывал землю, У него росло всё. Не зря же он кровь Земли, а Ева рожала ему детей....

Она снова улыбнулась.

- Я помню, как мы в троём пили чай из розы заваренной в глиняной плошке, а у наших ног играли первые дети Адама и Евы...

- Ты сказала о Змее, но это придумано люд..,- я на мгновение осёкся, - сынами Адама. А каково его настоящее имя? Как называли этого человека-Змея на самом деле? И Адам с Евой это их настоящие имена даденные Творцом?

Oна плавным движением остановила мой поток вопросов.

- Имя обозначает сущность и несёт в себе сущность. Настоящее Имя знают только Создатель и Люди. Настоящее Имя это Власть. И достаточно только знать настоящее Имя..., - она мягко улыбнулась, как возле её руки, лежавшей на подлокотнике кресла, внезапно из темноты поднялась звериная морда и блеснули зелёным светом глаза настоящей чёрной пантеры.

Она положила руку на голову здоровенной кошки, которая в свою очередь широко зевнула обнажив на мгновение великолепные белоснежные клыки.

- Видишь дорогой, что значит знать Настоящее Имя.

Пантера не сводила с меня своих изумрудных глаз.

- Тебе не нужно знать его настоящее имя. Это тебе ни к чему... Хава- жизнь. Так звали ту которую вы называете Ева...


Третья ночь.

- У Создателя была только одна заповедь . Заповедь Любви... Всё остальное было придумано и дописано сыновьями Адама. Творцу нет дела до того, что вы употребляете в пищу, как вы одеваетесь и куда ходите молиться. Это всё придумано вами, сыны Адама и дочери Евы... Ваши храмы где вы неверящие в Любовь пытаетесь её заменить Верой в Надежду. У Творца только одна заповедь, - снова повторила она.

- А если я тебе надоем? Старые игрушки обычно выбрасывают.

- Tit deviens responsable pour tpujows. De се que tit as apprivoise. Человек всегда в ответе за тех кого приручил, - в её глазах мгновенно вспыхнули и погасли зелёные искры.

- Антуан де Сент-Экзюпери, - мои губы прошептали это сами собой, и в мозгу наступило некоторое прояснение, - Он что тоже был твоим ночным собеседником?

- Да. Но только собеседником, не спутником.

- Почему же он не стал твоим спутником?

- На это - печаль тронула её лицо, - У него были свои причины.

- И потому погиб?

- Он погиб потому, что был благороднее и честнее остальных, - тихо произнесла она, - Он не захотел прятаться за моей спиной.

- Значит ты выбираешь благородных и честных как породистых собак выбирают на собачьей выставке? - кровь начала шуметь у меня в ушах.

- Ну зачем же так категорично.

- А как иначе? Мы сыновья и дочери Адама и Евы. Мы не созданы по подобию божьему. Мы не люди, значит мы где-то между собаками и лошадьми? - в моём голосе появились злые нотки.

В комнате на мгновение воцарилась звенящая тишина.

- Видишь ли дорогой, во всём есть проявление воли Всевышнего. В той или иной степени. Всё создано им и с его позволения, - она мягко улыбнулась, - В тебе тоже есть Его искра. А что касается места ... То часто пёс намного благороднее его хозяина. Это всё софистика, дорогой.

Она встряхнула копной чёрных волос.

- Скажи мне, - мне показалось что в её голосе возникла некая нотка грусти , - тебя не пугает Вечность?

- Вечность? - я на мгновение опешил, - Нет не пугает.

- Ты просто не знаешь что это такое. То чего ты не знаешь, не вызывает у тебя страха. Тебе это кажется забавным.

Мне показалось, что весь внешний мир сейчас сжался до размеров нашей комнаты и струи липкой темноты стремительным течением заполняли углы этой комнаты. И единственное, что останавливала этот чёрный поток - пламя горящей свечи...

- Я создана по образу и подобию, и потому я живу вечно! - тихо произнесла она и в её глазах отразился огонь, - Ты не знаешь что-такое Вечность. Единственное с чем мы не можем спорить в этом мире. Единственное чему мы не можем бросить вызов... Ты не знаешь что-такое Одиночество... Ты не знаешь что такое Любовь... Мы видим как изменяется мир. Как уходят наши друзья и любимые... Это вызывает у нас сожаление... потому что мы Люди.

Темнота стремительно начала отступать и на мгновение мне показалось что комната осветилась нестерпимо-яркой вспышкой белого света. Я растворился в пространстве... я был одновременно всем и ни чем. Я чувствовал нестерпимый зной пустыни, и я был этим зноем и этой пустынией. Xолод вечного льда на несокрушимых горных вершинах, и я был холодом, льдом и горными вершинами. Aбсолютную пустоту окружающей тьмы и тяжёлое сердцебиение планеты, и я был этим абсолютным холодом и тяжёлыми ударами сердца. Я брёл по бескрайним просторам, падал в бездну океана, растворялся в воздухе и проливался каплями дождя. Я был огромным гранитным валуном в стремительно наступающем рассвете и одновременно утренней росой на этом валуне... И вдруг я услышал Песню. Нарастающую и нестерпимую. Песню Любви... Любви к жизни...


Послесловие.


- Дорогой, смотри-ка что я нашла, - она вынырнула из недр огромного дубового шкафа появившегося в моём доме недели полторы назад после ночного происшествия. У неё на ладони лежала искусно инкрустированная коробочка чёрного дерева.

- Думала, что потерялась, - она мягко улыбнулась.

Я осторожно открыл крышечку. На чёрном бархате брызнули жёлто-зелёным цветом невероятно тонкой работы золотые серьги с великолепными изумрудами.

- Подарок одного римлянина, - и заметив в моих глазах немой вопрос, добавила, - который влюбился в меня без памяти, и чтобы доказать мне свою любовь взял и сжёг Рим... Как ты смотришь на то, что бы я их одела сегодня на званый ужин у твоих друзей?

Я осторожно закрыл коробочку.

- Мне кажется, дорогая, что эти изумруды сейчас как бы не в моде. Они, как бы это сказать, - я на секунду замолчал подыскивая нужное слово, - антиквариат. И к тому же они не подходят к твоим глазам.

- Ах, дорогой,- она одарила меня вглядом старшей сестры, - ничегошечки вы не понимаете. Это не антиквариат, это - винтаж. А он в моде всегда...

Где-то через полчаса я осторожно заглянул в комнату, где черноволосая красавица подбирала цвет глаз под старинные серьги с изумрудами...