# Семь бед и Макбет

Рене Римских

В процессе.

Семь бед и Макбет


Пьеса для чтения про себя и про других в семи бездействиях


Бездействующие лица:

Макбет - шотландский полководец.

Банко - тоже шотландский полководец, только не Макбет, а Банко (Э. Ионеско в своей версии "Макбета" совершенно справедливо заметил, что когда Макбет и Банко не вместе, они либо гоняются друг за другом, либо ищут один другого).

Дункан - шотландский король (популярностью не пользуется, поэтому в списке занимает почетное, но все-таки третье место).

Малкольм - сын Дункана.

Дональбайн - тоже сын Дункана (но это не точно).

Леди Макбет - как ни странно, жена Макбета (к непреходящему удивлению самого Макбета).

Росс - дворянин для новостей и бесед.

Макдуф - дворянин для конфликтов и сражений.

Сивард-1 - английский полководец.

Сивард-2 - сиквел... то есть, простите, сын Сиварда-1.

Ведьма-1, ведьма-2, ведьма-3 - три женщины, которые, напротив, не связаны между собой никаким родством, кроме духовного (а впрочем, все возможно).

Сейтон - офицер при Макбете.

Дезертир.

Старик.

Врач.


Также упоминаются, но лиц не показывают:

Флинс - сын Банко.

Леди Макдуф - жена Макдуфа (ну, это было просто).

Дети Макдуфа и его супруги (количество зависит от фантазии читателя, однако должно быть не менее трех, см. правовое определение многодетной семьи).

Геката - исконно кельтская богиня.

Массовка разного рода занятий.


Бездействия (не) совершаются в Шотландии и Англии. Все совпадения с реальными людьми и событиями случайны, все внутренние (и внешние) рифмы - нет.


Бездействие первое


Пустынная местность. Входят ведьма-1, ведьма-2, ведьма-3.


Ведьма-1 (торжественно). Когда средь молний, в дождь и гром мы вновь увидимся втроем?

Ведьма-2. Только не во вторник, ладно? У меня запись к врачу.

Ведьма-3. И не в пятницу! На работе завал, не хочу на выходные оставлять.

Ведьма-2. Да, я в пятницу тоже не смогу, мама приедет с инспекцией!

Ведьма-3. Кстати, сегодня мне надо вернуться до полуночи, завтра вставать рано.

Ведьма-1. Вечно одно и то же! Было б нас больше трех - мы бы вообще не собрались никогда.

Ведьма-2. Что поделать, не у всех гибкий график.

Ведьма-3. А я живу далеко, два часа на дорогу в один конец вынь да положь.

Ведьма-2. И транспорт ходит как попало.

Ведьма-1. Ну давайте я вам такси оплачу!

Ведьма-3. Да кто в такую глушь по бездорожью поедет? На ночь глядя?

Ведьма-2. И связь здесь не ловит почти.

Ведьма-3 (озабоченно). Твои волноваться-то не будут?

Ведьма-2. Будут, конечно, куда денутся.

Ведьма-3. Чего доброго, решат, что тебя убили... и съели...

Ведьма-2. Смеешься? Они боятся, что это я кого-нибудь убью и съем! Или не съем.

Ведьма-3. Страшно, вырубай!

Ведьма-2. Страшно, что убью или что съем?

Ведьма-3 (истерично). Что не съешь!

Ведьма-2. А ты держись ко мне поближе на обратном пути, не бросай, так сказать, подругу в еде.

Ведьма-3 (с благодарностью). И даже едой в подругу бросать не стану!

Ведьма-1. Я вам не мешаю?

Ведьма-2. Нет-нет, все в порядке.

Ведьма-3. Мы всегда тебе рады!

Ведьма-1. Поиронизируй мне тут.

Ведьма-3. Вот тут?

Ведьма-1 (ядовито). Ага, где галочка.

Ведьма-2. А по-моему, это стриж... или сапсан...

Ведьма-3 (не слишком уверенно). Поезда не летают!

Ведьма-2. Авгуресса, что ли?

Ведьма-3. Огуресса!

Ведьма-1. Черт бы побрал вас с вашими ауспициями! Столько времени зря потеряли! Где сбор?

Ведьма-3. Э-э-э, в вереске?

Ведьма-1. Да, в нем. Ведь мы условились давно!

Ведьма-2. Подождите, я на карте отмечу, чтобы не заблудиться, как в прошлый раз!

Ведьма-1. Мурлычет кот, зовет...

Ведьма-3. Иду!

Ведьма-1 и ведьма-2 (хором). Куда?!

Ведьма-3. Ну котик же... зовет... Кто его вообще из переноски выпустил? Вы в своем уме?

Ведьма-2. Мы-то в уме, а вот ты - без ума.

Ведьма-1. Смотри, останешься на старости лет с сорока кошками.

Ведьма-3. Так-то сорок кошек - меньшая из бед.

Ведьма-2. Лучше сорок кошек, чем один Макбет?

Ведьма-1 (с досадой). Не успели! Вспомнишь Макбета - вот он и... это...


Входят Макбет и Банко.


Макбет (меланхолично). Прекрасней и страшней не помню дня.

Банко. Почему не помнишь прекрасней - понимаю: слава, триумф, личный героизм, все дела. А страшного-то что? Мы победили, тебя за проявленную доблесть король наверняка наградит особо...

Макбет. Домой опаздываю.

Банко. Ну и?

Макбет. Нельзя опаздывать.

Банко. Жена отдохнуть не даст, подробный отчет затребует? Поехали тогда ко мне!

Макбет. Нельзя к тебе ехать.

Банко. Что, благоверная запретила? Друг мой, да не жалеешь ли ты, что женился?

Макбет. Нельзя жалеть.

Банко. Бьет она тебя там, что ли?

Макбет (краснея). Неправда, я сам упал!

Банко. В собственных глазах?

Макбет (меланхолично). В собственных глазах - давным-давно.

Банко. Эх, бери с меня пример, покуда жив! Попробовала бы моя мне что-нибудь запретить...

Макбет. Ты же вдовец.

Банко. Вот именно!

Макбет (неубедительно). Просто у нас сложный период, любая пара через это проходит...

Банко. Ну-ну. Мое дело - предложить, твое - придумать отговорку. Давай хоть номер кризисного центра скину? Ну так, на всякий случай?

Макбет. Ты что! Она, если узнает, сразу со мной разведется! А кому я потом буду нужен?

Банко. Храбрый полководец во цвете лет, двоюродный брат короля? Действительно!

Макбет (меланхолично). Вот видишь. Она красивая, умная, образованная, а я?

Банко. Да что с твоей самооценкой, приятель? Ну же, взгляни на себя трезвым взглядом!

Макбет. Знаешь, сколько у нее поклонников было?

Банко. Касаемо трезвого взгляда я малость погорячился, конечно, ведь глаза мы с тобой залили изрядно. Но не слезами же!

Макбет. Поверить не могу, что она предпочла меня. Она, воплощенное совершенство, - и вдруг меня.

Банко. Тоже мне совершенство! С друзьями видеться не дает, гостей приводить не разрешает, еле на войну отпустила, и то - чтобы к ночи дома был...

Макбет. Ты не понимаешь, она просто обо мне заботится! Разве может быть иначе? И в совершенстве ее ты напрасно сомневаешься. Она как с улицы в замок придет - разувается, прежде чем за стол сесть - руки моет и антисептиком обрабатывает, не то что некоторые. И вообще, бьет - значит любит!

Банко. А ты ее?

Макбет. Это другое!

Банко. Нет, это то же самое!

Макбет. Твою покойную жену спросить бы.

Банко (жестко). Она меня не любила. И сына не любила - ох не любила мальчишку! И слуг. И арендаторов. Живность нашу - и ту не любила, ни собак, ни лошадей, даже в ответ. А безответная любовь, я тебе скажу, страшная сила!

Макбет (меланхолично). Ага, страшная масса, помноженная на страшное ускорение.

Банко. Этакая силища кого угодно в гроб сведет, на том свете суда за избыток любви дожидаться. Страшного!

Макбет (с отсутствующим видом). Если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое...

Банко. Может, оно и правильней было - детей по расчету женить, едва в возраст войдут, чтобы никаких потом любовей между супругами! Раньше, по крайности, в семьях мир царил, покой, тишь да гладь, а теперь что? Тьфу!

Макбет (с отсутствующим видом). Мы теряем все, что было создано предками, мы теряем...

Банко. Славный ты собеседник, старина, говорил бы с тобой и говорил! (Замечает трех ведьм.) Так-так, а это что у нас тут за сборище? На рожу вроде бабы, только бородатые почему-то.

Ведьма-1. На себя посмотри, бодинегативщик.

Ведьма-2. Это гирсутизм называется, невежественный ты лукист.

Ведьма-3. А не трансфоб ли ты ненароком?

Банко (с невольным уважением). Слова-то какие все ученые!

Макбет. В душе не ведаю, кто вы, но добрый вечер.

Ведьма-1. И тебе, Гламисский тан!

Ведьма-2. И тебе, Кавдорский тан!

Ведьма-3. И тебе, король в грядущем!

Макбет. Эти люди, которых вы перечислили, они сейчас здесь, с нами в одной сцене?

Ведьма-1. В одной голове. Причем не в моей.

Ведьма-2. И не в моей.

Ведьма-3. И не в моей!

Макбет (меланхолично). Я понял - это намек, я все ловлю на лету.

Банко. Ох, простите мне мои солдатские манеры! Сдается мне, компания ваша...

Ведьма-2. Наша компания не сдается!

Ведьма-3. Особенно тебе.

Ведьма-1. Не потянешь ты аренду, тан бесштанный.

Банко. Ну не сдается и не сдается, подумаешь. Сдалась она мне, в самом-то деле! А все-таки непростые вы женщины, вот что я скажу.

Ведьма-1. Еще бы! Homo sapiens sapiens как-никак.

Ведьма-2. Домен - эукариоты, царство - животные, тип - хордовые, класс - млекопитающие.

Ведьма-3. Отряд - приматы, семейство - гоминиды, род - люди. Миллионы лет эволюции...

Банко. Не понял.

Ведьма-3. И все без толку.

Банко. Опять не понял.

Ведьма-1. Ладно, дадим тебе задачку полегче, без звездочки и трех волхвов. Ты ниже, чем Макбет, однако выше.

Банко. Все равно не понял.

Макбет. Кажется, она намекает, что тебе бы подошву потоньше и каблук покороче.

Банко. Да это единственные сапоги были, которые мне по размеру подошли...

Ведьма-2. Не больно счастлив, но стократ счастливей.

Банко. В точку! Не больно - вот и счастлив! А будь у меня такая жена, как у Макбета, я бы в день свадьбы повесился.

Макбет. Будь моя жена твоей, она бы тебя живым из петли вынула.

Банко (схватившись за сердце). Господи, ну не пугай ты так, приятель, я же всего-навсего закаленный в сражениях вояка!

Ведьма-3. Ты не король...

Банко. Спасибо, держи в курсе.

Ведьма-3. Но предок королей!

Банко. Но-но-но, это что еще за вздор? У Дункана дочерей на выданье нет, одни сыновья, у меня тоже сын, как же они породнятся?

Макбет (меланхолично). Долго ли законы о браке переписать.

Банко. Боже упаси!

Макбет. Разве ты не хочешь, чтобы Флинс стал королем?

Банко. Главное, чтобы не королевой.

Макбет (меланхолично). Сильнейшая фигура, между прочим. Идет куда захочет, берет что пожелает, видит цель - не видит препятствий.

Банко. Тебе легко говорить, геймер! Детей-то своих нет...

Макбет. Усыновлю.

Банко. И у Флинса не будет!

Макбет. Усыновит.

Банко. Сам сперва попробуй, король в грядущем!

Макбет. Король в грядущем - это Артур, стыдно не знать.

Банко (с усмешкой). Сменишь имя.

Макбет. И он был корнец, не гэл.

Банко (с усмешкой). Сменишь гражданство.

Макбет (с отчетливым хрустом раскусив подвох). Все-все, квиты! И что за радость гадать понапрасну? Проще у гадальщиц выпытать, каким таким образом твои потомки королевскую власть обретут.

Ведьма-1 (дернув веком). Выпытать?!

Банко. Водой, огнем и добрым словом.

Ведьма-1. Добро - во зле, как зло - в добре...

Ведьма-2. Яйцо - в утке, утка - в зайце! (Исчезает.)

Ведьма-3. Меркурий во втором доме, а вам отрежут голову! (Исчезает.)

Банко. Нам? Мне и Макбету?

Ведьма-1. Обоим!

Макбет. Обоям-то за какие грехи?

Ведьма-1 (в сторону). Да что ж ты будешь делать, опять телепорт заклинило...

Банко. А кто именно? Игиловцы?

Ведьма-1. Нет, ваши хорошие знакомые, соотечественники, легендарные личности.

Банко. Уф, тогда ладно, уговорили. Лучше пусть дома, в приятной компании, чем где-нибудь в подворотне...

Ведьма-1. Макбет! Ты это... Ты заходи, если что! (Исчезает, оставляя после себя многочисленные артефакты сжатия.)

Банко. Зря мы тех грибов наелись, похоже.

Макбет. А все ты - будем как берсерки, будем как берсерки!

Банко. Ничего, в следующий раз белену по старинке пожуем.

Макбет (меланхолично). Щиты уже пожевали, до сих пор занозы во рту.


Бездействие второе


Лагерь около Фореста. Входит дезертир.


Дезертир. Вам, наверное, интересно, как я оказался в такой ситуации? Спросите лучше, откуда у меня эти шрамы... (Вынимает из ножен кинжал.) Я никогда не бывал ранен в спину, никогда! Начальство полагает это признаком отчаянной храбрости, но скажу вам по секрету... (Наносит себе кинжалом легкий удар в грудь.) Поделюсь, что называется, лайфхаком... (Проводит лезвием по бедру, неглубоко вспарывая кожу вместе с одеждой.) Вас не будут судить за членовредительство, если вы повредите себе что-нибудь другое! Вот такая вот дыра... (Острием прокалывает щеку.) В законах дыра, а вы о чем подумали? (Ложится на землю, достает бинокль.) Теперь давайте глянем, что там у слабаков, которых пугает зрелище собственной крови... Хотя кровь не вода, конечно: она липнет к пальцам, застревает под ногтями и плохо отстирывается. (Прикладывает бинокль к глазам.) Ну и мерзость! Отвратительно! Не оторваться! Глядел бы и глядел! Одно слово - театр! Начальство говорит - военных действий, а я считаю, что самый натуральный гран-гиньоль. (Опускает бинокль.) Налево пойдешь - кровь-кишки-ПТСР найдешь, направо пойдешь - гроб-гроб-кладбище-смерть-ни-за-грош. Прямо пойдешь - крест в награду получишь. Красивый, каменный... Нет, останемся-ка мы на месте, пока от нас самих мокрого места не оставили. Целее не будем, но цель оправдывает средства: что там меня покромсают, что здесь, да только я это сделаю с чувством, с толком, с расстановкой знаков препинания, а враг - в суете и спешке, без души... максимум - с душком. Как говорится, хочешь сделать что-нибудь на совесть - сделай своими руками. (Снова смотрит в бинокль.) Каково, а? Они так боятся вида собственной крови, что без затей проливают чужую. (Опускает бинокль.) Хотя чужая не хуже липнет к пальцам и застревает под ногтями, а отстирывается - не лучше. Если нет разницы, то зачем? Зачем вы льете как не в себя, спросил донор у реципиента во время полевой трансфузии... Вот почему женщины на войне бесполезны как сама война. (Пауза.) Вообще-то я не пацифист, это друзья пацифизм одобряли, а я рядом стоял. Они теперь в первых рядах сражаются - ради мира во всем мире, конечно. Так и кричат, замахиваясь мечом на противника: "Ступай с миром!" - только забывают прибавить: "В мир иной!" Потом, если выживут, будут пить антифриз за здоровье и перорально пользовать обозных шлюх во славу девственности. Хотя в обозе разные девицы попадаются, надобно заметить. Знавал я одну - много наших к ней в койку полегло, узниками постельного режима кончило... (Вздыхает.) Ее любимчик-рядовой - вернее, рядовой любимчик, - мнил себя львом, но даже на Толстого не тянул, несмотря на впечатляющую толщину. Врач у нас вежливый, слова грубого не скажет, все по-научному: морбидность, мортидо, модернизм, а я так думаю, что морда - она и морда и есть. Ни разу не львиная, кстати. Львы, если кто не в теме, обезьян в три горла жрут, за себя и за львицу, а в нашем отряде отборных приматов его самого до костей обглодали, чтобы кости со скуки перемывать... (Прислушивается.) Однако тут становится жарко, даром что я весь оледенел... при допущенье этого убийства... и жизнь передо мной заслонена... Тьфу ты, не моя реплика! Опять текст перепутан, ну кто так верстает? (Нарочито откашливается.) Однако что правда, то правда: воображаемые страхи ни в какое сравнение не идут с действительными. Черт бы побрал этот холод! А я ведь с минуты на минуту окажусь прямо в пекле... Но что-то меня это обстоятельство совсем не греет. Так недолго и адским привратником заделаться: по мою душу стучат, а я знай отпираюсь. Ладно, заложим хорошую мину в плохую игру. (Бодрым тоном.) Мы ведем прямой репортаж из эпицентра исторических событий, и сейчас я покажу, откуда на Шотландию готовилось нападение! (Откладывает бинокль, поскольку необходимости в нем больше нет.) Слышите? Сцепились в точности как кельты с германцами! Подбородки ощетинились, шерсть одежная дыбом, наши кричат: "Miamha! Miamha!" - а эхо в ответ: "Ну и как это произносится? Вы нормальные вообще? Где транскрипция?" (Сквозь зубы.) Катились бы к чертям - но нет, всё ко мне норовят подкатить... Никакого понятия о личном пространстве! (Вновь бодрым тоном.) Прервемся ненадолго, пока нас не прервали... (Отползает на несколько шагов, оберегая порезанное бедро.) Вставать я не рискну, однако стендап вам обеспечу, кроме шуток. Прибегает Тит Пуллон к Юлию Цезарю и говорит: "Они на деревьях, командир! Чертовы галлы!" А Цезарь ему: "Знаю. И не чертовы, а чернильные!" (Пристально вглядывается в пространство.) Опасный момент, шотландский нападающий выходит один на один с норвежцем! Удар! Еще удар! Да, таких побоев этот норвежец сроду не получал, зуб даю - его собственный, выбитый! А спонсор нашего показа - кузницы Лохабера! Покупайте доспехи в Лохабере и участвуйте в розыгрыше военных трофеев! Победитель будет прав, проигравший - просто жив, для всех остальных - скидка десять процентов по промокоду "сдохни или умри". Мы скоро вернемся, не переключайтесь! (С беспокойством ощупывает мокрое пятно на груди.) Однако для поверхностной раны она чересчур разболелась... (Сворачивает в клубок и затихает.)


Входят Дункан, Малкольм, Дональбайн.


Дункан (тронув дезертира за плечо). Ты почему не сражаешься, любезный?

Дезертир. А-а-а, кто здесь?! (Вскакивает на ноги, но сразу падает перед королем на оба колена от слабости.)

Дункан. Ну-ну, к чему эти изъявления преданности при всем честном народе? (Вполголоса.) Сейчас не время, давай минут через двадцать, когда остальные разойдутся.

Дезертир. В-виноват?..

Дункан (подмигивая). Мы с тобой тоже разойдемся как следует, обещаю, но есть нюанс.

Дезертир. Н-нюанс?!

Малкольм. Да я его помню! Это он вчера выкрал меня из плена!

Дональбайн. Тебя - из плена, твоего коня - из конюшни, а твой кошелек - из кармана.

Дезертир (потупившись). Увлекся, с кем не бывает. Спрячь за высоким забором Малкольма - выкраду вместе с забором! И с кошельком...

Малкольм. Ну что ты, полно... Я недостоин... Я не заслужил... Не надо...

Дезертир. Все-все, умолкаю.

Малкольм. Что значит - умолкаю? Не останавливайся, продолжай!

Дональбайн. Ага, конечно, выкрадет он. Выкрадет, чтобы продать подороже. И хорошо, если не на черном рынке.

Малкольм. А чем тебе черный рынок не угодил? Расист, что ли? Black markets matter!

Дональбайн. Тобой еще даже не торгуют, а ты уже торгуешься.

Дункан (с умилением). Мой сынок за словом в карман не полезет!

Дезертир (про себя). За кошельком, я надеюсь, тоже...

Дональбайн. Спасибо, пап.

Дункан. Спасибо? Малкольм, мальчик мой, кто это? Как он здесь оказался? Я его не знаю!

Дональбайн. Меня вообще-то Дональбайн зовут.

Дункан. Лично я не звал.

Малкольм. Я звал!

Дункан. Тогда ладно, пусть остается, потом, будет время, познакомишь нас. (Дезертиру.) А ты, я вижу, человек достойный. Не последний ведь идиот?

Дезертир. Обижаете, государь, - первый!

Дункан. Отлично! Поведай своему королю, какой постановкой нас побаловал театр военных действий.

Дезертир. Ну, тут показывать надо... Лучше подождите, пока официальное видео выложат...

Дункан. А вдруг не выложат?

Дезертир. Значит, выложат неофициальное... Жанры - ангст, драма, повседневность, предупреждения - психологические травмы у зрителей, насилие над каноном, смерть здравого смысла и логики...

Дункан. Детям до шестнадцати боевых ранений вход воспрещен?

Дезертир. Бесспорно...

Дункан (подмигивая). Не зарекайся, на войне всякое случается.

Малкольм. Какая хоть пьеса была? "Буря"? "Все хорошо, что хорошо кончается"? "Мера за меру"?

Дезертир. Я ко второму акту пришел...

Дональбайн. "Комедия ошибок"? "Бесплодные усилия любви"?

Малкольм. Ошибок? Любви? Ты что за ересь несешь про вооруженное столкновение?

Дональбайн. "Как вам это понравится"?

Дезертир (про себя). Мне это совсем не нравится...

Малкольм. Мне тоже! Брат, объяснись. Мне ты можешь довериться, ведь я всегда был и буду на твоей стороне. Мы как-никак семья! Человек человеку волк, но кровные узы святы и нерушимы! Скажи честно, ты... пацифист?

Дональбайн. От пацифиста слышу!

Малкольм (задетый за живое). Ну нет!

Дональбайн (злорадно). Пацифиста ответ!

Малкольм. Ох уж твои шуточки для тех, у кого давление за триста...

Дональбайн. Покажись специалисту!

Малкольм. На кой бы мне черт?

Дональбайн. Пацифиста отчет!

Дункан. Довольно!

Дональбайн (запальчиво). Пацифистам не больно! (Спохватывается.) Зря я это сказал...

Дункан. Малкольм, мальчик мой, воспитанием твои друзья похвастаться явно не могут. Боюсь, они плохо на тебя влияют!

Малкольм. Они? На меня? Это я на них плохо влияю! (Вполголоса.) Так плохо, что они моему влиянию нисколько не поддаются... (С упреком.) Ты совершенно в меня не веришь, отец!

Дункан. Если я перестану в тебя верить - ты исчезнешь.

Малкольм (осторожно). Это солипсизм? Это ведь солипсизм, верно?

Дональбайн. Это королевская власть. Привыкай, бери пример с меня.

Малкольм. Отец к тебе несправедлив...

Дональбайн. Порой мне кажется, будто меня в детстве подменили.

Малкольм. Все зло от рекастов!

Дункан. Тихо! Беззвучный режим! (Дезертиру.) А ты, любезный, изложи суть в общих чертах, своими словами.

Дезертир. Klaatu barada nikto...

Дункан. Это чужие слова! Говори как по писаному в школьном сочинении.

Дезертир. В школьном сочинении?..

Дункан. Ну да. Знаешь, что такое сочинение?

Дезертир. Знаю ли я? Да я его написал! На пять баллов!

Малкольм. Ого!

Дезертир. Из ста...

Дункан. Неважно! Кстати, почему ты, говоришь, пришел ко второму акту?

Дезертир. Мест не было... Ужасная давка... Макдональд, кретин топографический, воевал не в ту сторону и другим диван развернуть не давал...

Дункан. Смелее, смелее! Больше подробностей, чтобы кровь в жилах сворачивалась!

Дезертир (про себя). Не помешало бы... Льет и льет, как из ведра с отходами класса Б...

Дункан. А то с гемостатиками у нас, я слышал, туго. Поэтому не жалей красок! Сгущай, растворяй, выпаривай, лишь бы жгло не хуже каленого железа с кипящим вином!

Дезертир. Ничего себе диета...

Дункан. Самое оно для выздоравливающего организма! Какой, по-твоему, отбор проходят воины, прежде чем пополнить королевскую армию?

Дезертир. Судя по всему - естественный...

Дункан. Именно! А для тех, кто отбор не прошел, предусмотрен утешительный приз.

Дезертир. Премия Дарвина?

Дункан. И дар вина тоже. Рассказывай!

Дезертир. Это был сучий кошмар...

Малкольм. Наверное, все-таки сущий?

Дезертир. Пожалуй, что и ссущий... Шум, вонь, грязь, а в грязи - тела моих товарищей, павших в неравной битве...

Малкольм (с чувством). О боже! Сколько страданий пришлось вам испытать!

Дезертир. В неравной битве с виски, но можете не сомневаться - страдали мы жестоко...

Дональбайн. Хорошие солдаты на дороге не валяются, но с нашими, похоже, еще не то бывает.

Дункан. Я, кажется, запретил крепкие напитки на марше.

Дезертир. А мы не на марше, государь, мы на лестничной клетке...

Дункан. Клетка по вам определенно плачет. За неповиновение!

Дезертир. Государь, у нас не было выбора! Норвежцы стеной окружили лагерь, все наши вылазки за провиантом ни к чему не приводили и никуда не вели. Сначала у нас кончился эль... Потом сидр... Потом морат...

Дональбайн. А как насчет воды?

Дезертир. Хоть залейся! Но нам было как-то не до мытья...

Дункан. К черту лирические отступления, давай эпические! Что было дальше?

Дезертир. Наконец мы проломили норвежскую стену и встретили противника в чистом поле. Чистейшем! Ни соринки! Пока норвежцы снега на сапогах не натащили и мусора не набросали, свиньи... Забыли, что не у себя в родном хлеву... Подумали, что свинство им даром пройдет... Тут-то Макбет и обрушился на вражеское войско...

Дункан. Узнаю двоюродного брата!

Малкольм (с чувством). Ох, он храбрец, каких поискать!

Дункан. Нет, я про другое. Представь себе, мальчик мой, он никого к себе в замок в уличной обуви не пускает, даже меня, своего короля! Ноги вытри, руки помой, маску надень, хотя бы о карнавале никакой речи не шло. Тот еще аккуратист! И жена ему под стать - сама руки в чистоте держит, следов оставлять не любит...

Дезертир. С Макбетом ратные труды делил Банко, и победа была близка... Но увы, норвежский король применил чит-код и двинул на них нетронутые силы ирландцев...

Дональбайн. Которые технически - те же шотландцы, только остановившиеся.

Малкольм. В развитии?

Дональбайн. Нет, в Ирландии.

Малкольм. Оно и видно. Чего их к нам вдруг понесло? Сидели бы уж там, где сели...

Дональбайн. Там, где сели, долго не просидишь.

Малкольм. Там, где сели осели.

Дональбайн. Вариант, ага. Но они, должно быть, решили наверстать упущенное. Догнать и перегнать пятилетку.

Малкольм (задумчиво). Пятилетку перегнать несложно. Особенно когда тебе - двадцать.

Дональбайн. А в три года?

Малкольм. Экстернат получается...

Дональбайн (мрачно). Скорее экстерминат.

Дункан. И что же, Макбет и Банко испугались?

Дезертир. Ага, испугались! Как орел - воробья, или удав - кролика, или мангуст - мангустина...

Дункан. Похоже, что не очень.

Дезертир. Или чиновник - взятки, или педофил - беспризорного ребенка, или ребенок - беспризорной игрушки...

Дункан. Я понял, понял твою мысль!

Дезертир. Или вирус - антибиотика, или бессонница - кофеина, или возбуждение - оргазма, или... Простите, о чем я говорил?..

Дункан (с искренним сочувствием). Бедняга совсем плох от ран. Эй, врачи! Добейте сего симулянта по рации!

Дезертир (в панике). П-простите?!

Дункан (терпеливо). Повторяю по слогам: добейтесь его симультанной операции. Помощь не за горами, любезный! Тебя без промедления доставят в госпиталь.

Дезертир. Но у меня стрим... подписчики...

Дункан. И вылечат!


Входит Росс.


Росс. Шок-сенсация, господа! Мы победили!

Дункан. Как у тебя горят глаза!

Росс. Да это ветром надуло, пока я к вам с новостями по пустоши шел.

Дункан. Не лги своему королю! Ты плакал от радости, тряпка!

Росс. Как будто что-то плохое. Между прочим, норвежцы потеряли убитыми половину своего войска, причем каждого второго наповал сразил Макбет.

Малкольм (болезненно сглотнув). Я сейчас и сам сражен, хотя с Макбетом не сражался...

Дональбайн. Вообрази, что стало с теми, кто сражался не с Макбетом, а против него!

Дункан. Как ты сказал, Росс? Каждого второго? Мой двоюродный брат?

Росс. Сказал ртом, но могу подтвердить свои слова письменно.

Дональбайн. А ты не преувеличиваешь, почтенный тан?

Росс. Я грамотный! И огамом владею, и футарком, и в латинской раскладке ориентируюсь на зависть, в отличие от.

Дональбайн. Рад за тебя, но меня больше волнуют потери. Не многовато ли?

Росс. Искусству считать меня тоже обучили... (Недобро.) Равно как и сводить счеты.

Дональбайн. Считать и я умею... Например, в данный момент я считаю, что нам совершенно незачем считаться талантами, поскольку я неизбежно просчитаюсь...

Росс (смягчившись). А что, в сущности, тебя смущает в моих цифрах? Макбет спешил домой к жене, когда свежие силы норвежского короля отказались его пропустить: нельзя, мол, оккупированная территория, посещения запрещены. Исход был немного предсказуем.

Дональбайн. Летален то есть, если по-научному.

Малкольм. Почему им не предложили сдаться?

Росс. Макбет сказал, что сдачи не надо.

Малкольм. Или, я не знаю, отступить...

Росс. Банко предлагал. Увещевал как умел: "Бегите, глупцы!"

Дункан. А они?

Росс. Ноль эмоций. Не понимают по-гэльски.

Дункан. Зато с языковыми сертификатами небось поголовно, стобалльники!

Росс. Сертификат в могилу не заберешь...

Дункан. А придется! Ну Макбет, удружил! Сдачи не надо! Его бы щедрость - да в мирное русло! Он хоть подумал, где мы этих стобалльников хоронить будем?

Росс. Вот и Свенон интересуется. У него весь флот потоплен, который норвежское войско сюда переправил.

Дункан (с подозрением). Тоже Макбет постарался?

Росс. Почему сразу Макбет? Это шторм налетел некстати, пока они с Банко избиением младенцев занимались.

Малкольм (вполголоса). Пятилетку, значит, в три года...

Дональбайн. Мы без конца проклинаем погоду, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить: кто уложил половину вражеского войска?

Малкольм. Типичное самоубийство, как по учебнику.

Дункан. Ладно, будем решать проблемы по мере их по... могите, все пошло не по плану! Росс, передай норвежскому королю наш ответ: убитых мы позволим предать земле не раньше, чем Свенон выплатит десять тысяч долларов компенсации.

Малкольм. Может быть, контрибуции?

Дункан. Правильно, и десять тысяч долларов контрибуции. Наличными.

Росс (деловито). Карты не принимать?

Дункан. Зачем нам норвежские карты? Шотландскую бы для начала нарисовать...

Малкольм. А что такое "доллары"?

Дункан. Понятия не имею. Видишь, как удобно? Учись, мальчик мой, пока я на коне!

Росс. Что передать Макбету и Банко, государь?

Дункан. Передай, что я им... что я их... что они у меня... Хотя нет, этого не передавай, а то возрастной рейтинг у нас в NC-столько-не-живут улетит. Просто передай пару ласковых.

Росс. Горностай и хорек сгодятся?

Дункан (со вздохом). Сгодятся. Только голубиной почтой их не шли, не дойдет.

Малкольм. До Банко не дойдет в любом случае...

Росс. Больше никаких поручений, государь?

Дункан. Хм, дай подумать... Ах да! Поедешь обратно - захвати, будь добр, картошку по-деревенски, наггетсы и среднюю колу навынос.

Росс. Сколько порций?

Дункан. Три - для меня и для моих сыновей, которых я люблю одинаково: славного первенца, драгоценного наследника, принца Камберлендского Малкольма и этого, как его там, второго.

Дональбайн. Принц Камберлендский преградил мне путь. Не оттолкнуть и не перешагнуть...

Росс. Вот это поворот!

Дункан. От ворот! Дональбайн! Ты от кого таких стихов набрался?

Малкольм. Казалось бы, брат в своем репертуаре, но что за роль он сейчас играет?

Дональбайн (в недоумении). Ну рифма и рифма, мы же не на уроке математики, чтобы она от логарифмов нас отвлекала. Малкольм, ты оглох? Шаг в сторону, дай пройти! Встал, понимаете ли, столбом и стоит...

Дункан. Не трамвай, отъедешь!

Дональбайн. Наверное, все-таки объеду?

Дункан. Уж сколько раз твердили миру: пешеход, будь внимателен! Не переходи на красный дорогу наследному принцу, у него приоритет!

Малкольм. Куда ты вдруг заторопился-то ни с того ни с сего?

Дональбайн. У нас тут, между прочим, умер бог...

Малкольм. Час от часу не легче! У всех братья как братья, в крайнем случае - как сестры, а мой - то пацифист, то диссоциалист, теперь вот ницшеанец, голова кругом от его прононсов!

Дональбайн (ледяным тоном). Умер бог весть кто. (Кивает на дезертира, подающего первые признаки агонии.)

Дункан. Мы похороним его как героя, которым он, несомненно, и был!

Дональбайн (с недоверием). Как героя?

Дункан. Второстепенного, разумеется. (Вполголоса.) Эх, плакал наш с ним уговор на вечер! А впрочем, быстро поднятое умершим не считается...

Малкольм. Некромантия какая-то.

Дункан. Правильно говорить "некромантика", мой мальчик.

Дезертир (подавая последние призраки жизни). Как я вас всех ненавижу...


Бездействие третье


Ноувернесс. Перед замком Макбета. Входит леди Макбет с письмом в руках.


Леди Макбет. Еще строчку - и пойду мыть руки. (Читает письмо.) "Они повстречались мне в час торжества, и я убедился достовернейшим образом, что слухи о сезонной распродаже были правдивы. Это я почел нужным сообщить тебе, дорогая соучастница..." Соучастница? Макбет, ты же не творец, зачем ты вечно творишь всякую дичь? У нас лес под боком, дичи в нем сколько угодно! Все мужчины одинаковы! Вот и Макбет того же пола ягода - гоняется за славой, нимало не беспокоясь о том, какая слава пойдет о нас по миру и не пойдем ли с этой славой в конце концов по миру мы. Заклинали меня подружки самыми страшными заклятиями: оставайся с нами в монастыре, будем анатомировать мертвые языки и вивисецировать живые, заниматься любовью к ближнему по добровольному информированному согласию, партеногенез исследовать на практике, руки опять же мыть... Но отец бы все равно настоял на своем. Черт бы побрал старого змея! На словах он тираннозавр, а на деле - заурядный тиран. Выйди, говорит, за Макбета и войди в дом как положено, замужней женщиной, долго еще ему на тебя глазами недоеного быка смотреть? Или, говорит, ты мне не дочь. Тоже мне, бином Ньютона! Тут и дедукции не надо! Устами обманутых глаголет истина... Не будь отец так схож во сне с Дунканом, я бы! И руки вымою. (Возвращается к письму.) "...дорогая соучастница моего супружества, дабы ты не лишилась своей доли радости и обзавелась шопером повнушительней". Соучастница супружества, скажите на милость! Какой слог - в самый раз для протокола! Однако про шопер - речь не мальчика, но законного мужа... (Делает огамическую зарубку на пальце.) Что там дальше? Руки бы вымыть, и немедленно, сколько можно ждать! Гигиена прежде всего. Но Макбет любит вскрываться под занавес, да так, чтобы кровь всем непричастным на голову пала, а я не желаю пребывать в неизвестности. С него станется учинить что-нибудь из ряда вон, пока я не вижу, и сообщить в письме постмортем, то есть постфактум. Неделю назад, воспользовавшись тем, что я дольше обычного мыла руки, он угнал соседское стадо, сжег соседский замок, рассчитал соседских арендаторов на первый-второй, а в довершение всех подвигов перебежал перекресток на запрещающий сигнал черного кота, что вообще ни в какие рамки не лезет. И даже руки не сразу вымыл! Теперь три ведьмы грозят нам страшным судом за испорченный ритуал, профанацию и оскорбление религиозных чувств, но когда это Макбет вникал в домашние заботы? Ему подавай беззаботную дичь! (Читает письмо.) "В остальном ничего нового: пророчества, сновидения, знаки ("Крутой подъем", "Опасный поворот", "Скользкая дорога") - все по заведенной традиции, а потому не стану утомлять тебя подробным перечнем, каковой свидетельствовал бы в лучшем случае о чрезмерной щепетильности, а в худшем - о редкостном занудстве. Три вещие девы, обнаруженные нами в верещатнике, предрекли мне, сверх всякого вероятия, диссоциативное расстройство идентичности и посоветовали наблюдаться у них..." Ну здравствуйте! Расстройство! Единственное расстройство, которое у него бывает, - желудочное. Мыл бы руки почаще... (Хмуро.) Хотя кое-какая менталочка Макбету не повредит - "не-в-растения" называется. Чтобы вещие верески и верещащих дев лишний раз не навещал... (Читает письмо.) "Насчет ужина распорядился, с собаками поохотился, распустившихся слуг приструнил, нераспустившихся оставил дозревать, окрестных бродяг переловил и вывесил на воротах в назидание, запасы мыла и антисептика пополнил. Прошу, не скучай без меня, моя несравненная, ибо я готов вдвое страдать от разлуки, только бы твоя душа пребывала в мире". Вот ведь лис лизучий! Хочешь мира - захвати! Но нет, ему больше нравится воевать, чем завоевывать! А воюет он так, что лишь чудом не провоевывается до нитки между ушами. Попробуй вдохнови такого мужа на что-нибудь дельное, не говоря уже о предельном! Повышение Макбета не прельщает, его, видите ли, природа ростом не обделила, выше незачем. Спасибо, что руки мыть удосуживается! Но едва речь заходит о решительных поступках... Ты ближе всех стоишь к трону - чего проще? Займи его, пока никто не смотрит, а потом на голубом глазу уверяй, что всегда здесь сидел! Пусть Дункан себе другое место ищет... Но куда там! (Передразнивает.) "Что ты, дорогая, как можно, это же не по правилам, в горячие стулья играют совсем по-другому!" Не скучай, вы подумайте! Наши руки не для скуки, а для мытья! (Читает письмо.) "Надеюсь, ты сохранишь эту весточку у своего сердца, так же как я храню все твои послания, будь то список покупок или росчерк пера, изобличающий качество свежих чернил..." Однако! Теперь понятно, почему Макбет слывет в войсках неуязвимым. Столько бумаги на груди носить - любой меч застрянет! А что касается его сочинения... О том, как он провел день, но не меня... (Сминает листок в кулаке.) У сердца не у сердца, однако сохраню, куда денусь. Зима на дворе как-никак, лопух мимоходом не сорвешь. Но это подождет, главное сейчас - наконец-то вымыть руки!


Входят Дункан, Дональбайн, Малкольм, Банко, Макдуф.


Дункан (не замечая леди Макбет). Приятно расположен этот замок - ни дорог поблизости, ни жилья!

Дональбайн. Ни Интернета...

Малкольм (не замечая леди Макбет). Эко-френдли! Зиро-вейст! Ресайклинг!

Дональбайн. Конь, стул, сорок два...

Дункан (в восторге). Наверняка нулевой уровень выбросов!

Дональбайн. Это точно. Что-что, а мусор здесь отродясь не выбрасывали...

Малкольм. А какие трещины в стенах, какие пробоины в крыше! Можно смотреть на звезды всю ночь напролом, то есть напролет!

Дональбайн. Ага, хоть на пролом смотри, хоть на пролет...

Дункан. Три стены в трещинах, а четвертой нет вовсе, очень современно!

Банко (не замечая леди Макбет). Король у нас необычайно зоркий.

Дункан. Более того - дальнозоркий!

Макдуф (не замечая леди Макбет). Может быть, дальновидный?

Дункан. Не мне судить, далеко ли меня видно. (Малкольму.) Чувствуешь запах, сынок?

Малкольм. Да, кажется... Коровий навоз, компостная куча и выгребная яма, верно?

Дункан. Это свежий воздух, мой мальчик! Ничто другое в мире не пахнет так.

Дональбайн. И слава богу...

Дункан (увлеченно). Я люблю запах свежего воздуха поутру. Однажды мы штурмовали неприступную крепость, двенадцать часов подряд. И когда все закончилось, я вошел в нее. Там уже никого не было, крепость покинули много веков назад, но запах! Весь холм им пропитался. Это был запах...

Малкольм. Культурного слоя?

Дональбайн. Скорее бескультурного...

Дункан. Запах нашего славного прошлого!

Макдуф (дипломатично). У каждого прошлого запах особый.

Банко. Одни только деньги не пахнут никак!

Дональбайн. И деньгами здесь тоже не пахнет, если на то пошло...

Малкольм (запальчиво, на одном дыхании). Много ты понимаешь в антиконсьюмеризме и дауншифтинге!

Дональбайн. Твое счастье, братец, что язык у тебя без костей, не то сломал бы.

Банко. Есть в человеке еще кое-какая штуковина без костей, но сломать можно. Ни на что не намекаю, просто факт.

Дональбайн. Злые вы все, уеду от вас в Фор!

Малкольм. В Фор - и без меня?

Макдуф. А почему не в Файф?

Малкольм. Говоришь прямо как отец.

Макдуф. Я и есть отец. Многодетный!

Малкольм. Все отцы одинаковы. Вот, полюбуйтесь! (Дункану.) Пап, мне надо тебе кое в чем признаться.

Дункан. Я внимательно слушаю, сынок.

Малкольм. Мы вчера с друзьями ориентацию измеряли, и это, ну, короче... (Мнется как лён.) У меня четыре балла по шкале Кинси!

Дункан. А почему не пять?

Малкольм. Ну что, убедились?

Дункан. Мальчик мой, ты же мой сын! Какой пример ты подаешь молодежи? Наследный принц должен быть на высоте!

Малкольм. Но у меня самая высокая оценка, у других результат намного меньше!

Дункан. Другие дети меня не интересуют!

Дональбайн. Заметно...

Дункан. Это кто сейчас сказал?

Малкольм (торопливо). Эхо, наверное. Просторы-то тут какие...

Банко. Свободная планировка, ландшафт-студия! Все по последнему слову моды: солнечные батареи, лунные кондиционеры, пшеница без глютена, овощи без ГМО, коровы без мяса...

Дональбайн. Гости без ума.

Малкольм. От кого?

Дункан (заметив леди Макбет). От хозяйки, разумеется! (С широчайшей, как мышца спины, улыбкой.) До чего мила, до чего обходительна!

Леди Макбет (мрачно). Вы кто такие? Я вас не знаю. Идите к черту!

Дункан. И манеры безупречные! Ничуть не изменилась после замужества!

Леди Макбет. Кто о чем, а король об изменах.

Банко. Не понял.

Дункан. Ни в чем не погрешила против себя!

Леди Макбет. Даже на исповеди похвастаться нечем.

Банко. Опять не понял.

Леди Макбет (прищурившись). Нет, ну это бан...

Макдуф. Ши?

Дункан. Джо?

Малкольм. Гладеш?

Леди Макбет. Ко!

Дональбайн. Мат?

Леди Макбет. И шах.

Малкольм. А я думал, мы в виселицу играем...

Леди Макбет (мрачно). Виселица у нас тоже есть. Повеселимся, непо-бейби?

Дональбайн. Не побей что?

Малкольм (болезненно сглотнув). Благодарю, но, пожалуй, нет. Поберегу горло, мне еще пить сегодня.

Дональбайн. Может быть, петь?

Малкольм. А это смотря сколько выпить.

Макдуф. Глава семьи в отлучке, хозяйка перед нами, а дети где?

Леди Макбет (мрачно). Какие дети?

Макдуф. Ну как это какие, ваши с мужем! Вы сколько уже в браке, месяц? Пора подумать о пополнении, противоестественная убыль населения сама себя не компенсирует! Один ребенок не ребенок, два ребенка - полребенка, три ребенка - целый ребенок!

Малкольм. Человеческая многоножка, ты ли это?

Дональбайн. Доктор Франкенштейн, перелогиньтесь!

Дункан. Хорошо сказано, Макдуф! Значит, статус многодетной семьи я с вас снимаю? Не забудь вернуть пособие в казну.

Макдуф. То есть к Макбету с женой претензий нет, государь? Почему они не выполняют свой супружеский долг перед вами?

Дункан (порядком растерявшись). Не настолько они задолжали, чтобы прямо передо мной...

Леди Макбет. Слово "контрацепция" вам о чем-нибудь говорит?

Макдуф (осторожно). Прекрасное имя. Дам своей младшенькой.

Банко. Мне, мне говорит!

Дональбайн (с сомнением). Да ладно?

Банко. Я об этом научную статью читал! Как же ее название... Ах да, вот! "Контрацепция образа Лауры в творчестве Петрарки".

Малкольм. И что там, что там?

Дональбайн. Ну же, Банко, не томи, рассказывай!

Малкольм. С маргиналиями и иллюстрациями!

Дональбайн. Не упуская ни единой детали!

Дункан. Ребята, не стоит вскрывать эту тему. Вы молодые, шутливые, вам все легко. Это не то. Это не обозные шлюхи и даже не пенитенциалий Бурхарда. Сюда лучше не лезть. Серьезно, любой из вас будет жалеть. Закройте тему и забудьте, что тут обсуждалось. Я вполне понимаю, что тем самым вызову дополнительный интерес, но хочу сразу предостеречь пытливых - стоп. Остальные просто не найдут.

Малкольм. Ну пап...

Дункан. Мое упущение, каюсь! Все никак руки не доходили побеседовать с вами о плотской любви.

Банко. Плоская любовь - лжетеория, я об этом статью читал!

Малкольм. Научную?

Банко. Нет, уголовную. Про изготовление и оборот порнографических материалов.

Дункан. Как же быстро растут дети! Особенно чужие...

Дональбайн. А это многое объясняет.

Дункан. Но, может быть, еще не слишком поздно для откровения?

Макдуф. Иоанн Богослов вошел в чат.

Дональбайн. Так-то время детское, но если неграфично, в общих чертах...

Малкольм. Мы к твоим услугам, отец! Что бы ты хотел узнать о плотской любви?

Дункан. Уж точно не причины чужой бездетности.

Макдуф. Причина одна: Макбет с женой - прочойсеры клятые.

Леди Макбет (хладнокровно). От копролайфера слышу.

Дональбайн (Малкольму). О чем это они, полиглот?

Малкольм (Дональбайну). Ругаются. Непереводимый английский фольклор.

Макдуф. Живете оба только для себя!

Леди Макбет (хладнокровно). А для кого должны-то? Для тебя, что ли, отец-героин?

Дункан. Для меня! Я ваш король, если вы вдруг не в курсе! (На секунду задумывается.) Ведь правда? Правда? Я король?

Макдуф. Такой же король, как я - Кавдорский тан.

Банко. Не понял. Мне казалось, что ты тан Файфа...

Макдуф. Вот именно!

Дункан. Макдуф, не начинай. Кавдор я тебе не отдам.

Макдуф. Даже в ипотеку? По программе для молодых семей?

Дункан. Без обид, но вы с женой не проходите по возрасту.

Макдуф. Мы просто выглядим старше! Житие-то сейчас тяжкое... Особенно когда трудишься на благо рождаемости, не покладая... э-э-э... орудий труда!

Леди Макбет. Демографическим взрывом нам угрожаешь? Немедленно положи орудие труда на рождаемость и без резких движений займись чем-нибудь другим.

Банко. Труд - это важно. Труд из обезьяны человека сделал!

Макдуф. Терпение и труд все перетрут!

Малкольм (Дональбайну, с беспокойством). Ну вот, а говорили, что не сотрется...

Дональбайн (Малкольму, ободряющим тоном). Не переживай, ты у нас будущий король, трудиться за тебя станут твои подданные!

Малкольм (покосившись на отца). А это многое объясняет.

Дункан. Сам посуди, Макдуф, ну какой из тебя наместник? Будешь вечно отпрашиваться, больничные брать, сокращенный день потребуешь и прочие привилегии. Разве это работа? Лучше пусть Кавдором заведует Макбет. Он человек исполнительный, бездетный...

Макдуф. Государь, имей совесть! Мне семью кормить!

Леди Макбет. Корми шестью, не переломишься. Королевство вас рожать не просило!

Дункан. Слышишь, Макдуф? Леди плохого не посоветует! Еда - не проблема, макарошки всегда стоят одинаково. А жена твоя может грудью кормить, например, как ВОЗ в Женеве завещала.

Банко. ВОЗ и ныне там!

Макдуф. Подростков тоже грудью?

Леди Макбет. Дал бог подростков - даст и манки горстку!

Макдуф. Да как ты смеешь использовать против меня мои собственные заклинания?

Дункан. Кто вообще кормит подростков, что за новомодное баловство? Меня в их годы на войне убили, и ничего, нормальным человеком вырос!

Малкольм. Убили?

Дункан. Дважды! И что, я хоть раз пожаловался? Пенсию по потере кормильца попросил?

Макдуф. Так, с меня довольно. (Уходит.)

Леди Макбет. Соцзащита дальше по коридору.

Дункан. До чего мила, до чего обходительна!

Банко. Десятой дорогой ее обходить...

Дункан. Будь у меня в свое время такая невеста, я бы, наверно, и не женился никогда.

Леди Макбет (мрачно). А я бы замуж не вышла.

Дункан (с умилением). Узнаю, узнаю прежнюю скромницу!

Банко. Зато Макбета не узнать стало, бедолагу. Весь день как в воду опущенный сражался - и как в воду глядел!

Леди Макбет. Он сам виноват - нырял в неположенном месте, ударился головой о камень, пошел ко дну...

Дональбайн. А дна нет.

Малкольм (поежившись). В таком случае откуда сейчас постучали?

Банко. Почему-то на войне с ним все в порядке было. Ни тебе утонуть, ни на лестнице поскользнуться, ни дверью пальцы прищемить...

Леди Макбет. Это где же вы на войне двери и лестницы нашли?

Банко. Похоже, по первому пункту возражений нет?

Леди Макбет. Я вопрос задала! Ну?

Банко (отступая на шаг). Лестницы осадные!

Леди Макбет. А двери?

Банко (пятясь). А двери мы с собой принесли!

Леди Макбет. Зачем?

Банко (пятясь). Чтобы вы, леди, вопрос задали...

Леди Макбет. Кругом обман! (Сжав кулаки, надвигается на Банко.) Живо отвечай, где был мой муж на самом деле!

Банко. Честное слово, леди, спросите кого угодно! (Падает и лихорадочно отползает на безопасное расстояние.) Короля, его сыновей - все подтвердят, что на войне! (Дункану.) Государь, на помощь! Спасите! Гибну!

Дункан (нерешительно). Да это она так играет... (Для верности ретируется за спины сыновей.)

Банко (с дрожью во всем теле). Хорошенькие игры! Кто-нибудь, уймите ее! Уймите! Иначе я за себя не отвечаю!

Дункан (окрепшим голосом). Свою жену заведешь и будешь указывать! В таком возрасте ей ничего запрещать нельзя! Хороших людей женщины по земле не валяют! Меня она почему-то не трогает!

Банко. Тебя вообще ничего не трогает, сухарь тыловой...

Леди Макбет. Если вы действительно были на войне, почему Макбет не с вами?

Малкольм. Он так спешил домой, что обогнал нас!

Дональбайн. Хотя мы ехали верхом, а он шел пешком.

Дункан. Так спешил, что даже спешился!

Леди Макбет (прищурившись). Обогнал, говорите?

Дункан. Долго ли мимо собственного замка промахнуться по бездорожью?


Входит Макбет.


Макбет (пытаясь отдышаться). Дорогая... Только не бей...

Леди Макбет (с интонацией, предвещающей неминуемую грозу). И тебе доброго вечера, муженек. Где твой конь?

Макбет. Увели на штрафстоянку, дорогая. За неправильную парковку. Я бежал со всех ног...

Леди Макбет. И опоздал.

Макбет. Потому что меня задержали!

Леди Макбет. Неотложные дела, разумеется?

Макбет. Нет, конная полиция. За превышение скорости.

Леди Макбет. Ты меня очень, очень разочаровал.

Макбет. Прости, дорогая! Чем мне загладить свою вину?

Леди Макбет. Ступай в замок и подумай о своем поведении. Сразу после того, как вымоешь руки.

Макбет. Да, дорогая!

Леди Макбет. Спать ляжешь без ужина. Ты наказан!

Макбет (на грани слез). Я больше не буду, дорогая...

Леди Макбет. Неделя домашнего ареста, никаких соцсетей, а деньги на булавки я тебе урезаю вдвое. И попробуй у меня не вымыть руки...

Банко (поднимаясь на ноги и отряхиваясь). Ну и ну! Руки мыть и воду пить - теперь я видел все.

Макбет. У нас гости? (С нескрываемым облегчением.) Что же вы на пороге стоите? Добро пожаловать в замок!

Леди Макбет. Я бы охотно сопроводила вас, как то подобает радушной хозяйке, но по внезапному стечению обстоятельств вынуждена безотлагательно побеседовать с мужем без лишних глаз и ушей.

Дункан (слегка побледнев). Поверьте мне, леди, у вашего мужа нет лишних глаз и ушей!

Леди Макбет. Что ж, тогда мы с ним тихо-иномирно побеседуем под розой.

Дункан. Но для роз не сезон, и нам бы хотелось...

Банко (перебивая). Не извольте беспокоиться, леди, мы справимся без вашей помощи, я помню дорогу! (Подталкивает Дункана с сыновьями к воротам замка.) Не утруждайтесь заботами о нас, леди, сосредоточьте свои силы на муже!

Дункан. Надеюсь, леди, что супруг ваш пребудет после беседы в добром здравии.

Малкольм. И в добром здравии прибудет на пир!

Леди Макбет. Это вряд ли. Макбет наказан.

Дональбайн. Ну пожалуйста... Ради праздника!

Леди Макбет. Посмотрим, как он будет себя вести.

Банко (скороговоркой). Не смеем вам мешать, милые бранятся - только тешатся! Зачем выносить ссоры из избы? Бей Рипли, чтобы Чужие боялись! Муж и жена - одна сатана, а мы как-никак добрые христиане! (Дункану с сыновьями.) Идемте, да побыстрее, пока она не догоняет! За мной, за мной, не отставать! И не оглядываться!

Макбет (меланхолично). Друг, называется...

Леди Макбет. Руки вымойте! Не то хуже будет!

Дункан. Нам хуже?

Леди Макбет. Макбету!

Банко. Ничего, он взрослый человек, знал, на ком женится! Сам дурак виноват! Спровоцировал! Главное - сохранить семью!

Макбет (меланхолично). А разговоров-то было...


Банко, Дункан, Малкольм и Дональбайн уходят.


Макбет. Дорогая, только не по лицу...

Леди Макбет. Успеется. На сегодня я умываю руки.

Макбет (с нескрываемым облегчением). Чудесная новость, дорогая!

Леди Макбет. Не с грязными же руками мне твоим воспитанием заниматься, лгунишка?

Макбет. Но я вправду был на войне, дорогая!

Леди Макбет. Само собой. А я - жена Кавдорского тана.

Макбет. Это газлайтинг, дорогая?

Леди Макбет. Понабрался англицизмов на войнах своих, скоро родной язык забудешь. Скот-с.

Макбет. Мой родной язык - гэльский, а не скотс, дорогая!

Леди Макбет. Какая разница? Ты и его забудешь не сегодня-завтра.

Макбет. С тобой я забываю все на свете, дорогая!

Леди Макбет. Все на свете? (Тянется погладить Макбета по щеке.) Нехорошо. Ну что ж, по голове больше бить не буду, обещаю.

Макбет (прилагая зримые усилия, чтобы не отшатнуться). Между нами говоря, как тебе это понравится, дорогая? Макдуф осмелился к нам не явиться!

Леди Макбет. А ты его приглашал?

Макбет. Я никого не приглашал!

Леди Макбет. Незваный гость хуже германца...

Макбет. Хоть бы предупредили!

Леди Макбет. Нормальные люди к чаю бы что-нибудь принесли, а друзья твои - грязи в замок натаскали.

Макбет. Что? Грязи? Дорогая, неужели ты не попросила их переобуться?

Леди Макбет. Я слабая, беззащитная женщина, что им мои просьбы? (Всхлипывает.) Король! С двумя прицепами... тьфу ты, принцами! (Всхлипывает.) Банко этот твой... Он же весь в грязи был, ты что, не заметил? (Всхлипывает.) Свинья! В таком состоянии - перед знатной дамой! На ногах едва стоит! (Всхлипывает.) Пьяный! А руки, руки? Мне их вид глаза из впадин вырывает!

Макбет. Немытые?

Леди Макбет. Океана не хватит их отмыть!

Макбет. И не переобулся?

Леди Макбет. Никто не переобулся!

Макбет. Макбет убивать!

Леди Макбет (деловито). Значит, решено: Дункан умрет сегодня ночью.

Макбет. Да, дорогая!

Леди Макбет. И Банко.

Макбет. Кто я такой, чтобы спорить с тобой, дорогая?

Леди Макбет. И Макдуф. Он нанес нам жесточайшее оскорбление...

Макбет. Макдуф в первую очередь! Как он посмел не явиться?

Леди Макбет. Вообще-то он пришел, но...

Макбет. Как он посмел явиться без приглашения?

Леди Макбет. Скажи спасибо, что без детей!

Макбет. Детей нам только недостает.

Леди Макбет. Его методичка, ага. Он, мол, плодится и колосится на благо королевства, а мы живем в свое удовольствие, хотя удовольствие в могилу не заберешь...

Макбет. Можно подумать, детей заберешь!

Леди Макбет. Почему нет? Пусть дети умрут с ним вместе. Было бы сущим беззаконием оставить их без отца! Патриархат у нас или что?

Макбет. Ты совершенно права, дорогая!

Леди Макбет. И жену его убей. Мы же не органы опеки, чтобы детей с родителями разлучать?

Макбет. Бесчеловечная практика, дорогая! Но не волнуйся, я лично прослежу за их воссоединением в гробу!

Леди Макбет. Тогда не теряй времени даром.

Макбет. Готов на все, что можно человеку. Кто сможет больше - тот сверхчеловек!

Леди Макбет. Ах ты мой ницшеанец комнатный! Помнишь, где лежат ножи? Как говорится, глубже засадишь - раньше сядешь.

Макбет (с подозрением). В каком смысле?

Леди Макбет. Сядешь на трон, глупенький. Кого, по-твоему, выберут новым королем?


Бездействие четвертое


Ноувернесс. Неподалеку от замка Макбета. Входят старик и Росс.


Старик. Мне семьдесят годов.

Росс. Я бы не дал.

Старик (приосанившись). Видел бы ты меня лет этак в двадцать!

Росс. Все равно бы не дал, извини.

Старик. Понимаю, не осуждаю. Просто поддерживаю разговор.

Росс. Погоды нынче в Шотландии дивные.

Старик (оживленно). Лучше не скажешь! Пожар, наводнение, лавина, пробудившиеся вулканы, тектонический сдвиг по фазе...

Росс. Да ты что?

Старик. Голод и засуха, малый ледниковый период, вспышка сверхновой, смена полюсов...

Росс. Опять? Недавно же меняли! Никакого сладу не стало со страховыми, страх один!

Старик. С неба упала кинозвезда, и третья часть вод сделалась абсентом, и люди, отведав его, тоже упали...

Росс. С неба?

Старик. Для начала - с ног.

Росс. Замертво?

Старик. По большому счету вусмерть. Мертвецы не мертвецы, а нахлебались мертвецки. Не застали уже ни четырех всадников на содомокатах, ни блудницу на роботе-пылесосе, ни зверя багряного - гиену огненную...

Росс. Светопреставление какое-то!

Старик. Оно самое. Со светомузыкой! Я своими ушами ангельский канон слышал.

Росс. Правильно говорить "английский", дед.

Старик. Ну, может, и английский. В языках не разбираюсь, предпочитаю пирог с нефритовыми...

Росс. Жезлами?!

Старик. Почками. В пирогах, правду молвить, тоже недостатка не было: аккурат между массовыми беспорядками и вторым происшествием подавали, после показательных казней.

Росс. Каким еще происшествием?

Старик. Да на воде. Полный провал нашей миссии!

Росс. На поприще дипломатии?

Старик. Нет, под лед.

Росс. Как же я все пропустил?

Старик. И это только в замке!

Росс. Ах вот оно что. Праздник, значит, по случаю победы?

Старик. Если твоя вечеринка не похожа на это, даже не вздумай меня приглашать.

Росс. Умеет Макбет, когда захочет...

Старик. Умеет что?

Росс. Зажечь.

Старик (глубокомысленно). This is fine.

Росс. А говорил, что в языках не разбираешься. Наверняка и канон твой ангельский на самом деле фанон!

Старик. Дедушка старый, ему все равно.

Росс (после паузы). В минувший вторник, веришь ли, я видел, как заклевала сокола сова.

Старик (оживленно). Это что! Сегодня лошади Дункана, взбесившись, выломали дверь конюшни и ускакали, все окрест круша!

Росс. Часовню тоже они?

Старик. Нет, это после нас будет, в четырнадцатом веке. А лошади друг друга перегрызли!

Росс. Серьезно?

Старик. Так в новостях передавали. Хотя чует мое сердце, не обошлось тут без инфоцыган, которые всем табором на пир припожаловали с вебинарами своими и тренингами.

Росс. По саморазвитию?

Старик. Не мы сомов завивали, не нам и развивать. Инфоцыгане, чтоб их! Ненавижу инфоцыган! Так бы и записался на все их курсы!

Росс (после паузы). Как полагаешь, Макбет успел подняться?

Старик. Куда там! Зажечь он умеет, спору нет, да только под утро у него уже факел из рук валился, не говоря о некоторых других... предметах.

Росс. Каких предметах?

Старик. Предметах беседы. Весьма внушительных, надо заметить, а не заметить нельзя! Точнее, внушающих.

Росс. Внушающих уважение?

Старик. Кому - уважение, а кому - другое что.

Росс. Не уверен, что хочу знать подробности.

Старик (глубокомысленно). Sapienti sat.

Росс. Lingua latina non verpa canina est!

Старик. Приятно встретить человека высокой культуры. Ты сам-то разве не застал вот это все? Или поздно на пир пришел?

Росс. Очень даже рано - все спали еще, после круговой чаши толком не протрезвев.

Старик. В таких потемках не вдруг сообразишь, рано или поздно. А трезветь - и вовсе без толку!

Росс. Прогневали мы небо, дед, когда часы на зимнее время переводить отказались.

Старик. Против естества потемки эти, вот что я тебе скажу.

Росс. Да вроде бы вполне по сезону - зимнее солнцестояние как-никак.

Старик. Ни зги ни разглядеть, а потом начинается: "Тебя как звать-то, милашка? Меня Иэн! - А меня Вилли!"

Росс. Вильгельмина, значит?

Старик. Ну почти. Покороче малость. Вильгельм.

Росс. Господи боже...

Старик. Каков ублюдок, а? Завоеватель!

Росс. Я слов не нахожу...

Старик. Во-во, и я не нашел! Ни в какие ведь ворота не лезет - германца не на погост, а в гости зазвать!

Росс. Тебя, дед, только этнический вопрос смущает?

Старик. Что ты, не подумай, я же это не в упрек, я человек прогрессивный, у меня даже друзья-германцы есть!

Росс. Охотно верю.

Старик. Ну ладно, были. В юности, молодо-зелено. Пока мы их в очередной заварушке не поубивали.

Росс. Это друзей-то?

Старик. Самых натуральных! Всех поубивали до единого, кого и по два раза. А потом они нас.

Росс. Тоже поубивали?

Старик. Без всякой жалости!

Росс. По два раза?

Старик. Победителей не судят. (Роняет ностальгическую слезу.) "Тебе я дал бы, враг мой. Подходи! И проклят будь, кто крикнет: "Пощади!"

Росс. Никто, конечно же, не крикнул...


Входит Макдуф.


Макдуф. Чего на улице мерзнете?

Росс (про себя). Кто бы мне самому объяснил...

Старик. Погоды нынче в Шотландии дивные.

Росс. Какие новости, приятель?

Макдуф (пожимая плечами). Да ничего особенного. Переменная облачность, снег, двенадцать градусов...

Старик. Вино, что ли?

Макдуф. Минус двенадцать градусов!

Старик. Ясно, вино не в то горло попало.

Макдуф. Гололед, местами заморозки до минус пятнадцати, Дункан вон скоропостижно скончался...

Росс. От переохлаждения?

Макдуф. И от переизбытка железа в организме.

Росс. С ферритином переборщил под горячую руку?

Макдуф. Ага, интракардиально, в кинжальной форме. Была рука горячая, а стала как у вас.

Старик (глубокомысленно). Холодное оружие - оно на то и холодное.

Росс. Что-то здесь не сходится...

Макдуф (пожимая плечами). Врач утверждает, что запущенную анемию лечат именно так.

Росс. Ударными дозами?

Макдуф. Скорее дозированными ударами. Экспертное злоключение оформил, все честь по чести.

Старик. То-то вид у Дункана на пиру был убитый!

Росс. А ты, дед, смешной.

Старик (с достоинством). На том сижу.

Макдуф. Может быть, стоишь?

Старик. Какие мои годы...

Макдуф. Тебя, дед, надо думать, последним убьют.

Старик. А?

Макдуф. Дункан смешным не был, и где он теперь?

Старик. На небесах, вестимо?

Макдуф. Вообще-то в могиле, но мне нравится твой оптимизм.

Росс. Один несмешной труп - совпадение!

Макдуф. Зато два - уже серия.

Росс. Я контракт на полнометражку подписывал...

Старик. А?

Макдуф. Б! Не при детях будь сказано.

Росс (со знанием дела). Б - значит, Банко?

Макдуф. Собственной персоной. Его вместе с Дунканом... того.

Росс. Этого?

Макдуф. Того, этого - всего понемногу, в закрытом гробу хоронить будут.

Старик (глубокомысленно). Хорошие люди завсегда первыми мрут.

Макдуф. Вот и мне со вчерашнего дня нездоровится.

Росс. В каком месте?

Макдуф. В замке Макбета! Съезжу, пожалуй, на воды, переменю обстановку...

Росс. Тут везде воды, мы на острове живем!

Макдуф. Тогда на суши. Малкольм в Англию переселился, он мне дорогу оплакивает и гостиницу.

Росс. Наверное, оплачивает?

Макдуф. А я что сказал? Цены - они как дети...

Росс. Вызывают ужас и отвращение?

Макдуф. Давай без пропаганды.

Старик. И никакого на них укорота.

Макдуф. Ах да, чуть не забыл! Король у нас, если что, новый, исправьте ваши ссылки.

Росс. Дункан, упокой Господь его душу, сроду никого не ссылал и ни на что не ссылался.

Макдуф. Великий человек был! Press F to pay respects.

Росс (осторожно). Здоровья погибшим.

Старик. Потрачено! А король теперь кто? Макбет?

Макдуф. Ну не ты же.

Старик. И не ты.

Росс. И не я, вот ведь за невезение...

Макдуф. Опаздывай дальше, мистер пунктуальность!

Росс. А Малкольм и Дональбайн? Что насчет них?

Макдуф. Эти двое единодушно за демократию.

Старик (глубокомысленно). А демократия небось против...

Макдуф. С языка снял, дед.

Старик. Виноват, в пироге волос попался!

Росс. Против них обоих?

Макдуф. Ага, чтобы без лишних усобиц.

Старик (глубокомысленно). Брат за брата - за основу взято!

Макдуф. Ауф.

Старик. Видерзейн.

Макдуф. Ловите германца!

Старик. Чья бы корова мычала, а овца в волчьей шкуре молчала.

Росс. Так что там с сыновьями Дункана?

Макдуф. Признаны иноагентами и выписаны из шотландцев. Уплыли по реке на льдине...

Росс (со знанием дела). В деревню, к тетке, в глушь, в Лондиний?

Макдуф. Малкольм - да.

Росс. А Дональбайн?

Макдуф. А Дональбайн сюда случайно попал, его ты удали.

Росс. С этим он меня опередил.

Старик. А?

Росс. Сам удалился в изгнание.

Старик. Дункан при жизни не зря твердил: "Малкольм у меня удался хоть куда, вот и ты, Дональбайн, удались! Хоть куда!"

Макдуф. Великий человек был. Как жег, как пепелил!

Старик. Зажечь и Макбет умеет...

Макдуф. Сердца подданных любовью?

Старик. Кому - сердца, а кому - что другое.

Макдуф. То-то у меня земля под ногами горит. Ладно, народ, не скучайте без меня, спишемся на досуге. В интересные времена живем - не ровен час, войдем в историю!

Росс (с тоской). Кто войдет, а кто влипнет мухой. Прямо в янтарь...

Старик. Или не в янтарь.

Росс (с тоской). Археологам без разницы.

Макдуф. Тебе-то почем знать?

Росс. А я сам своего рода археолог - люблю до истины докопаться, чтобы понять, где собака зарыта. Что жене твоей передать, переметная ты птица?

Старик (глубокомысленно). Макдуф не птица, Англия не заграница, перегрин не перегной! Хотя оное - в среднем зеленое...

Макдуф. Всего доброго, хорошего настроения!

Росс. Хорошее настроение детей не накормит! На что твоя семья жить будет, пока ты за рубежом отсиживаешься?

Старик (глубокомысленно). Лучше отсиживаться за рубежом, чем сидеть на родине...

Макдуф. Денег нет, но вы держитесь!

Росс. Я тебя по айпи вычислю!

Макдуф. Ничего не знаю, был в сети десять минут назад. (Быстрыми шагами покидает не на шутку разыгравшуюся сцену.)

Старик. По-английски ушел, стервец.

Росс. И пришел по-английски, поганец.

Старик. Не поприветствовав?

Росс. Проблем нам на пустом месте создав!

Старик (глубокомысленно). Свято место пусто не бывает.

Росс. Ой, все. Дед, будь здоров.

Старик. И ты гляди не помри.

Росс. Постараюсь, куда денусь, но ничего не обещаю.

Старик. Чего вдруг?

Росс. Макбет власть распробует - загадки загадывать будет: "Мятежников в печь или голову с плеч?"

Старик. Мятежников с плеч - и голову в печь. Два раза!