# Проводник

Роман Юрьевич Павлов

Проводник - специалист, благодаря которому мы можем видеться с умершими родственниками и друзьями во сне. Однажды Проводнику поступил необычный заказ...

- Кто заказчик? - Проводник с ленцой подкидывал в руке камешек отвлекающего заклятья и разглядывал ярко-зелёные, расшитые золотом, с лихо загнутыми носками древнерусские сафьяновые сапоги. Это была единственная деталь облика Посредника, которую можно было рассмотреть. Все остальное было скрыто за густой, как на старых телевизорах, завесой помех-снежинок.


- Объединённый заказ Православной церкви, Российского правительства и Союза Славянских аллодов, - в воздухе, примерно в метре от предполагаемой головы Посредника, возникло три сложносплетённых герольдических символа, принадлежавших поименованным организациям.


- Смертные и духи совместно? - удивился Проводник и приложил указательный палец к каждому из символов. Те покрылись перламутровым глянцем и исчезли, что засвидетельствовало их подлинность. - Вряд ли это будет простая работа.


- Именно поэтому я обратился к тебе, моему лучшему специалисту, - голоса посредников по определению лишены эмоций, но в этот раз Проводнику послышалась лёгкая ирония.


- Объект?


- Гагарин Юрий Алексеевич, первый космонавт Земли.


Камешек выпал из застывшей руки и с хрустом раскололся. Возникли три точные копии Проводника. Копии смущённо переглядывались и топтались на месте, так как посредственно исполненное заклинаньице не сумело обнаружить какой-либо опасности для вызывателя. Впрочем, опасности и в самом деле не было.


- Космонавт? - Проводник раздражённо отпихнул болванов-клонов в сторону. - Да они в таких высях обретаются, куда и не всякий ангел залетит! Срок-то хоть какой?


- Трое земных суток. Если точнее, то семьдесят пять часов, семнадцать минут и двадцать секунд.


- С чего такая точность? - недовольно буркнул Проводник. Он дёрнул первого клона за мочку левого уха, и тот исчез. Два оставшихся решили, что это игра, и со смешками пытались уклониться от цепких пальцев вызывателя.


- Пуск космического корабля с Байконура, - пояснил Посредник, с нечеловеческой плавностью и ловкостью уворачиваясь от прыгающего и машущего руками последнего клона. - Объект должен оказаться на Земле не позднее 6:45:00 утра по Западно-Казахскому времени. Сам пуск назначен на 7:45. И советую вам подать жалобу в Гильдию заклинателей на производителя этого камня. Клоны не должны вести себя как идиоты даже в отсутствие цели.


- Обязательно подам, - согласился Проводник, молниеносным движением хватая левое ухо идиота и отправляя его в небытие вслед за его менее удачливыми собратьями. - И возврат потраченных средств потребую. Кстати о средствах...


- Тройная оплата, - сразу же объявил Проводник. - А также полное обеспечение магией и вооружением по вашему выбору. Только для моего лучшего специалиста.


В воздухе возник свиток. Он просто крутился вокруг своей оси, словно не понимая, зачем он здесь. Проводник положил руку на рукоять кинжала и многозначительно кашлянул. Свиток тут же развернулся. Проводник пробежался по тексту. Имена заказчиков были заретушированы, но в случае опасных заданий это было почти нормой. Главное же - трёхкратная оплата - было на месте!


- Договор! - стараясь не выказать царящее в душе ликование, согласился Проводник.


- Договор, - эхом откликнулся Посредник, и свиток исчез.


То, что он продешевил, и мог смело запрашивать и пятикратную оплату Проводник понял через несколько часов после заключения Договора, когда оказался у входа на склад магических артефактов, оружия и сопутствующего оснащения. И это явно был не один из тех казённых складов, на которые обычно пускали Проводников: с тёмно-зелёными, облущенными, в подтёках стенами и грудами второсортного хлама на массивных полках в три ряда. О нет, это был Тайный Арсенал в Славгороде, на верхнем этаже одного из самых больших и красивых теремов Пресветлого Чертога. На массивной дубовой двери, оббитой заговорённым серебром и златом, висела строгая табличка, гласившая следующее: "Совсверхсекретно. Вход только для добрых богов славянского пантеона, старейшин ССА, верховных волхвов, верховного воеводы Дядьки Черномора, Бабы-Яги, Хранителя Арсенала и лиц с уровнем допуска ССС". Проводник решил, что он, по всей видимости, относился именно к последней категории, по крайней мере пресловутый Хранитель, с недоверием оглядев его через смотровую щель и убедившись в подлинности голографической пайцзы-пропуска на шее пробурчал что-то вроде: "То же мне лицо, скорее рожа, или даже морда". Но дверь всё-таки открыл.


Шагнув через порог, Проводник оказался в сказке, причём в самом её конце, когда все загадки разгаданы, уроки выполнены, злодеи побеждены, и остаётся только жить-поживать да добра наживать. Его, этого самого добра, было здесь немеряно, и нажито оно явно было не одним поколением героев. Бесконечные наклонные стеллажи с холодным оружием всех видов, эпох и материалов - от костяных и каменных ножей до кавалерийских шашек; дальнобойное оружие в изящных деревянных рамках, висящее на искусно расписанных батальными сценами стенах - от рогатых луков в кожаных чехлах-сагайдаках до АК-12 в полном обвесе. Почти все образцы источали волшебное сияние того или иного цвета, некоторые слегка подрагивали, предвкушая добрую драку и обещая потенциальному хозяину верную службу. Слева, вдоль высоких арочных окон, стояли резные торговые лотки, в каждом отделении блестели россыпи свёрнутых в сверкающие самоцветы заклятий. С перекладин над лотками свисали гроздьями амулеты, обереги, бусы, кольца и прочая волшебная бижутерия.


- Хочу Меч-кладенец, Перунов лук, кольцо Симаргла, скатерть-самобранку... - Проводник важно загибал пальцы, как вдруг почувствовал, что его кулак попал в железные тиски.


Тощий с виду Хранитель оказался чудовищно силён, а ладонь у него была размером с блин.


- Охолонь, рожа. В Дальнюю Схоронку только в личном присутствии Главы Старейшин или с бриллиантовой пайцзой. У тебя золотая. Так что бери десять предметов из общей залы и проваливай.


Проводник не стал спорить с обладателем огромных стальных кулаков. После недолгих колебаний он взял кинжал Олега Вещего, самый короткий из луков Ивана-Царевича, заговорённый против демонов АК-12, пистолет Лебедева ПЛ-15, способный разить врагов во плоти, отводящий глаза тёмным сущностям оберег, обжигающий демонов талисман, и четыре кристалла своего любимого отвлекающего заклятья. Скрипя зубами, Хранитель выдал колчан со стрелами и по три магазина к автомату и пистолету - расходные материалы в общий учёт не шли.


- Это, - Проводник обернулся на пороге, сбрасывая с себя выталкивающую руку Хранителя. - Вы же помните Кодекс Проводника? В случае объединённого заказа, я имею право оставить себе в вечное пользование любые три неизрасходованных предмета?


- Ишь ты, а с виду не острей дубины, - удивился Хранитель, - Ну, оставляй коли положено. Вот за это вас Проводников и не любят, паря.


- Зато вас, Хранителей, все просто обожают, - бесстрашно ответил Проводник. Разумеется, уже после того, как массивная дверь с грохотом закрылась.


В девяносто пяти случаях из ста, работа Проводника - провести новопреставленную душу в сон кого-нибудь из родных и близких на третий, девятый, сороковой дни, на полгода, год и на каждую последующую годовщину до десятой. Оплачивают - и не сказать, чтобы щедро - эти путешествия власти или просто жители аллода, в который новопреставленный попадает после смерти. Четыре из пяти оставшихся случаев - опять-таки, проведение души в сны живых родственников и близких, но уже по её собственному желанию в произвольное время. В таком разе платит уже сам клиент, а для этого ему нужно обзавестись добром или связями, а это сделать в духовном мире не проще, чем в физическом. И наконец, один случай из ста - заказы необычные, связанные не с родственными отношениями, а с политикой. Усопший гениальный учёный помогает во сне своему живому коллеге сделать невероятное открытие. Основатель династии или государства пирует во сне с непутёвым наследником и подталкивает его к тому или иному важному решению.


- Нет, можно было смело и десять ставок просить, - вздохнул Проводник, глядя как верховный волхв Катигорошек сигает вниз с вершины Мирового Древа.


Катигорошек был сильнейшим из волхвов Славянских аллодов. Только он мог за считанные секунды доставить далёкого от святости Проводника на высшую точку Прави, самого светлого из Славянских аллодов. Этим он сэкономил исполнителю уникального заказа многие часы пути.


Проводник сжал правую руку, и связующая Нить немедленно отозвалась волной тепла. Нить была невидимой, едва ощутимой, недоступной ни для кого, кроме Проводников. Она соединяла живого человека с душой, которая должна явиться тому во сне. Нить наделяла Проводников безошибочным чувством направления - как у птиц, черепах, лососей и других животных, она также усиливала их, защищала от многих заклинаний и проклятий, и давала возможность проникать сквозь границу аллода. Последнее, даже несмотря на помощь Нити, было крайне болезненным.


Вздохнув, Проводник прыгнул вверх и заскользил вдоль Нити, но не успел он ощутить первый, самый яркий восторг полёта, как расшибся о стену, отделяющую Правь от пустоты. Он постоянно убеждал себя, что с каждым разом становится всё проще, всё быстрее, всё менее болезненно, и что он вообще вырубится и ничего не почувствует. Он врал. Не становилось. Каждый раз было также больно, как и в самый первый. Чудовищная сила вдавила его в невидимую стену, превратила в лепёшку, потом в лужицу, потом в тонкую плёнку. И он не вырубился.


Для любого другого существа положение растёкшейся по стене плёнки, в которой не было ничего, кроме боли, было бы окончательным приговором. Но не для Проводника. Нить потянула его вверх. Он распался на мельчайшие частицы и просочился сквозь границу, словно через сито. Оказавшись снаружи, частицы слились воедино.


- Тяжела доля проводника, - простонал он традиционную для своего цеха фразу и огляделся.


Перед взором его простиралась во все стороны Пустота. Не чёрная с оттенком гниющей плоти, как в Нижних мирах, не равнодушно-серая, как в Срединном слое, но вдохновенно-светлая. Трудно было сказать, какого цвета была эта пустота - то-ли ласкового золотистого, то-ли звеняще серебристого, то-ли торжественного перламутрового. Здесь всегда играла музыка, которую невозможно услышать, как ни прислушивайся - та самая музыка сфер, что напевал Творец в самый первый день Творения. Проводник зажмурился от удовольствия и раскинул руки. Впитывать блаженную атмосферу было вдвойне приятно после крайне мучительного прохождения границы. Сам Проводник в этих краях не бывал, но слышал байки от бывалых коллег. Оказалось - не преувеличивали коллеги, скорее даже преуменьшали.


На этой высоте заканчивались аллоды, в которых обитали те, кто при рождении был облечён во плоть. Помимо Прави, где-то здесь обретались Седьмое небо, Элизиум, поля Иалу и прочие райские уголки, как широко известные и густонаселённые, так и безвестные, в которых жили пророки безымянных религий и горстка их последователей. Чуть выше этих мест лежал Пояс битв - место, где парили и где сражались самые могущественные духовные сущности. Светлые летали за счёт силы добра, щедро наполнявшего их крылья. Тёмные сновали здесь за счёт запаса энергии, созданной из страданий несчастных грешников в нижних мирах. Пояс битв, за которым простираются уж и вовсе неведомые пространства - то ли тьма внешняя, то ли изначальное ничто, то ли тропинка к дому Творца - для людей не место. Только величайшие из пророков и святых, которых на пальцах обеих рук пересчитать можно, способны парить здесь и давать отпор великим демонам.


И, как выяснилось уже в двадцатом веке, на это же способны космонавты. Проводники старались сюда не соваться. Тем более, что первые годы посмертия космонавты проводили в аллодах. Потом местный "космос" и "звёзды" начинали манить их с непреодолимой силой, а летать они и при жизни умели, и получше иного ангела.


Проводник открыл глаза, сжал Нить и рванул в путь. Через несколько минут скольжения вдоль Нити вверх на небывалой доселе скорости он пересёк условную границу Пояса битв. Условную, но вполне различимую: музыка сфер стала гораздо громче и торжественней, не слышать её было невозможно, она притягивала к себе сознание, вытесняла мысли прочь; тело охватила сладостная дрожь, в которую оно отчаянно захотело окунуться и раствориться без остатка. Проводник поднёс к глазам левую руку - верхние фаланги пальцев стали размытыми, словно он смотрел на них сквозь мутное стекло. Он напрягся изо всех сил, стиснул Нить так, что она вонзилась в правую ладонь. Боль принесла облегчение - музыка стихла, отодвинулась на задний план, кончики пальцев вернулись на место. Теперь Проводнику стало понятно, почему здесь не место людям - они растворятся в величественном сиянии здешнего света, станут мельчайшей нотой грандиозной музыки.


Не успел Проводник воздохнуть с облегчением, как увидел двух демонов, падающих на него на огромной скорости: две чёрные, обильно покрытые тускло светящимися гнило-зелёными прожилками кометы. Позади них тянулись километровые грязно-дымные шлейфы, а впереди катились волны тошнотворного запаха разложения. Оказавшись рядом с намеченной жертвой, они мгновенно остановились, во всю ширь распахнув крылья.


Проводник множество раз встречал демонов - нижние миры кишели ими, как земля червями, да и в Срединном слое их немало шныряло, строя козни и охотясь за глупцами. Но здесь был совсем другой вид демонов, даже не вид, а семейство или целый отряд, если прибегать к терминам биологии. Ростом они были около десяти метров, а размах крыльев достигал метров тридцати, не меньше. И крылья их были не кожистые, как у простых демонов, а сплетённые из густых текущих потоков антрацитовой тьмы, среди которых ползали отвратительные тёмно-зелёные разлагающиеся черви - концентрированные эманации горя и страданий, собранные в нижних мирах. Исполинские, словно вырезанные из чёрного дерева фигуры блестели глянцем и источали подавляющую волю мощь и грозное величие, свойственное старшим ангелам, пусть и павшим.


Проводник замер в трепете и благоговении, его глаза увлажнились, ноздри забыли о вони и ощутили аромат райских цветов, правая рука почти отпустила Нить. Он начал медленно опускаться на колени. И тут грудь пронзила острая боль - активировался волховской амулет истинного обличья. В нос шибанула вонь гниения. На теле демона проявились жуткие, местами до самых костей язвы; по коже ползали мелкие плоские твари жёлто-бурого цвета, похожие на хищные лишайники, они оставляли дымящиеся следы. Но страшнее всего изменилось лицо: прекрасный одухотворённый лик превратился в изъеденное тысячелетней проказой грязно-ржавое пятно неопределённой формы, на котором не было и следа носа, щёк, ушей или рта, и с трудом можно было отыскать два мелких красных глазка, один из которых съехал вверх и влево, а второй оказался почти на месте правого уха. Оглянувшись на второго демона, Проводник увидел ту же картину.


Падшие ощутили омерзение и отвращение, охватившее их жертву. Они дёрнулись, словно от удара. Оглушительно закричав - голос напоминал хруст костей и визг циркулярной пилы - они бросились на Проводника. В их руках возникли тёмные двуручные мечи, длиной едва ли не больше, чем сами демоны. Проводник уклонился от первого удара и выхватил из-за спины автомат Калашникова. Не переставая маневрировать, он разрядил весь рожок противодемонических пуль в лицо первому демону. На десятой пуле разлетелась на осколки подвижная бронированная маска; на двадцатой из месива, заменявшего сущности лицо, брызнула тёмно-зелёная густая кровь; на двадцать пятой вокруг головы демона вспыхнуло тёмно-коричневое облачко - осколки костей; последние три пули вышибли уроду левый, точнее верхний глаз. Крылья демона обвисли, и он рухнул вниз, кувыркаясь на лету. Его напарника это не испугало. Коротким ударом гарды он вышиб из руки Проводника автомат, схватил врага за горло левой рукой, а правой замахнулся мечом, чтобы отсечь ему голову. Вонь стала настолько невыносимой, что Проводник, скорее всего, развоплотился бы от неё даже раньше, чем меч снёс бы ему голову. Тут сработал обжигающий талисман - левая рука павшего загорелась ярко-золотым пламенем с мелкими, искрящимися зубчиками. Демон взвизгнул и отпустил Проводника, тот пригнулся и меч пронёсся над самыми его волосами. Пока враг тушил пламя, черпая тёмную энергию из червей на крыльях, Проводник подскочил вверх, крутанул кистью, делая из Нити петлю и набросил её на шею крылатого гиганта. Кривые когти демона напрасно раздирали его собственную шею - он не мог схватить Нить. Проводник молниеносно выхватил из-за пояса кинжал Олега Вещего, вонзил демону в шею с тыльной стороны, в основание черепа. Зачарованное оружие могучего русского воина сделало своё дело - тело тёмного обмякло, крылья опустились, кошмарные черви посыпались с них, переспелыми плодами.


- Добро пожаловать в ... домой, - хмыкнул победитель, снимая Нить и демон камнем рухнул вниз.


Радость от грандиозной победы умножилась на восторг от пребывания в неомрачённом тьмой царстве света, и волна эйфории захлестнула Проводника с головой. Чувствуя себя воином, равным Перуну или даже архангелу Михаилу, Проводник закричал "Ура!" и устремился вверх, скользя по Нити.


Радоваться ему довелось недолго. И пары минут не прошло, как на горизонте появился целый рой чёрных точек. Проводник остро пожалел, что остался без автомата. Впрочем, ему пришлось разрядить рожок в лицо демону в упор, так что на дальней дистанции это современное оружие было бы бесполезным. Но ведь было ещё и несовременное. Проводник, не прекращая полёт, сорвал с плеча лук Ивана-царевича, двумя пальцами зажал стрелу и натянул тетиву. С виду оружие было простеньким - не сверкало золотом и самоцветами, не поражало изысканностью и сложностью форм. Но это было боевое, а не парадное оружие, и несмотря на малый размер, у него была чудовищная сила натяжения, многократно превосходящая таковую у всех луков, которые Проводник когда-либо держал в руках. Когда он прицелился в одного из демонов покрупнее, к этому моменту превратившихся из точек в кляксы, серебристый наконечник стрелы загорелся хищным алым цветом. Издав тонкие мелодичный звон, стрела сорвалась с тетивы и через долю секунды угодила в цель. Избранный демон не лишился жизненных сил, начав падение на дно миров, и тем более не развоплотился, но скорость его упала в разы, и полёт стал слегка дёрганым. Проводник широко, от души улыбнулся - результат далеко превзошёл его ожидания. За минуту он расстрелял весь боезапас. В итоге трое-четверо самых мелких противников пали, а ещё трое позорно сбежали. Но остальные шестеро разъярились так, что тёмная энергия изливалась из них водопадами, отбрасывая тени до самого горизонта и стремительно погружая пространство в сумрак. Среди оставшихся врагов был настоящий титан с четырьмя крыльями, вдвое превосходящий по росту обычных падших ангелов - архидемон, один из генералов Сатаны. Он сохранился гораздо лучше своих меньших собратьев, и выглядел примерно как труп трёхмесячной давности, хранившийся в земле без гроба. Черви на его гигантских чёрных крыльях были размером с человека и кожу имели приятных для глаза цветов от светло-бежевого до коричневого.


Проводник, нисколько не стыдясь, бросился наутёк. Но демоны сразу же его догнали. Генерал взмахнул гигантским мечом и - что до сих пор считалось невозможным - ударил по Нити. Нить являлась смесью эмоций, воспоминаний и скрепляющей пустоты, по сути абстрактным понятием, а не объектом. Но архидемон, похоже, об этом не знал. Проводник почувствовал себя, как канатаходец в разгар представления, по канату которого сначала ударили огромным молотом, а потом пустили ток. К счастью, сорваться с Нити и упасть Проводник не мог, но и способность лететь вверх временно утратил.


Проводник стукнул по карману с кристаллами кулаком, активировав все четыре отвлекающих заклятья. Около него тут же возникло восемь точных его копий. Затем он приложил большой палец к отводящему нечистой силе глаз оберегу, висевшему на груди.


Отвлекающие заклятья с секретного славгородского склада отличались от тех, с которыми привык иметь дело Проводник, как спортивная машина отличается от трёхколёсного велосипеда. Эти копии обладали отличными боевыми качествами, хорошей живучестью и острым умом - последнее подтверждалось отборной бранью, которую псевдопроводники обрушили на демонов. Каждая пара копий выбрала себе по противнику и насела на него, размахивая кинжалами и без труда уклоняясь от выпадов демонических мечей. Пока тёмные пытались разобраться в ситуации, невидимый Проводник проверенным ударом кинжала Олега Вещего в основание черепа отправил оказавшегося рядом противника в долгое путешествие в преисподнюю. Но искатель Гагарина не обманывался - демоны довольно быстро справятся с копиями, а потом обнаружат его при помощи магии. Поэтому он дал дёру.


Точнее попытался дать. Как только он рванул в сторону, почувствовал удар током, от которого споткнулся, и услышал пронзительный металлический скрип. Архидемон держал Нить антрацитовой латной перчаткой и презрительно усмехался безгубым клыкастым ртом. Нить искрила, и с каждой гаснущей искрой Проводник ощущал, как тает его жизненная сила. Бросив взгляд на поля боя, он обнаружил, что почти все копии были уничтожены. Он скакнул вниз изо всех сил, но один из демонов схватил его за ногу. Из глаз тёмного расходились тёмно-фиолетовые волны - какое-то заклятье, сделавшее незадачливого беглеца видимым.


Павшие ангелы не убили его мгновенно. Они медленно окружили его. Невыносимый смрад сделал пространство плотным, словно желе. Красные несимметричные глазки демонов, их сгнившие бесформенные лица, их полуразложившиеся фигуры источали мерзкое возбуждение от предстоящих пленнику пыток и мучений. Безумно хихикая, твари тыкали жертву когтями.


- Он мой, - от баса архидемона воздух вибрировал и темнел ещё сильнее, демоны поменьше брызнули в стороны, словно испуганные воробьи, - Оставь надежду на развоплощение, ибо я сожру тебя, и ты станешь очередным червём, живущим на моих крыльях...


В огромной лапе чудовища Проводник поместился практически целиком, только голова и ступни торчали снаружи. Он закрыл глаза и постарался отстроиться от всепроникающего гласа генерала Сатаны и не слушать его обиды на людей, на предателей-светлых, на Бога и всё мироздание. Проводник не сомневался, что архидемон в силах выполнить обещание и обеспечить ему настолько кошмарную вечность, услышав о которой даже разнесчастнейшие грешники из самых нижних миров благословили бы свою долю. Лучше бы его развоплотили. Тогда он по крайней мере разгадал бы самую страшную тайну духовного мира - есть ли смерть после смерти? О том, что ждёт душу после развоплощения, в бесчисленных аллодах ходило столь же бесчисленное количество теорий.


Погружение в философские глубины прервал крайне болезненный тычок корявого ногтя в лоб - таким образом архидемон решил подкрепить тезисы своей обвинительной речи.


- У меня же не будет слуха, когда я стану червём? - решил заткнуть поток красноречия Проводник. - Трудно, знаешь ли, придумать пытку ужаснее, чем слушать твой бессмысленный пафос...


Падший в ответ поиграл пальцами, сминая жертву и окатывая её волнами душедробительной боли. Проводник с ужасом почувствовал, что его ноги слипаются и вдавливаются друг в друга, и то же самое происходит с руками и туловищем. Он превращался в червя!


"Эх, ангела бы сюда! - накатила тоскливая мысль. - Хоть хранителя, хоть воителя, хоть какого-то".


Последний безумный всплеск надежды заставил Проводника отчаянно крутить головой. Нет, кругом царил всё тот же невыносимо смердящий полумрак.


- Спасения восхотел? - злорадно воодушевился архидемон и даже прервал процесс черветворения. - В самый последний миг, как в ваших глупых сказках? Воистину, у низших существ чувства довлеют над разумом, и...


Над плечом у генерала сатаны возникла крошечная светлая точка. Проводник решил, что у него галлюцинации, что было бы неудивительно в данных обстоятельствах. Он изо всех сил зажмурился, а потом открыл глаза. Точка превратилась в сверкающее пятно, в котором угадывались правильные геометрические формы - круг в центре и ещё четыре примыкающих к нему с разных сторон круга. Очертания становились всё более чёткими и через мгновение пятно превратилась в такое, что Проводник забыл о боли, о вони, и даже о навевающих смертную тоску речах тёмного.


К ним на преодолевающей все мыслимые пределы скорости неслась сотканная из ярчайшего золотого света советская ракета "Восток"! Архидемон почуял, что изменение поведения жертвы - не уловка, и сзади приближается какая-то опасность. Отпустив Проводника, тёмный с неуловимой для глаз скоростью скакнул на сотню метров вперёд, так чтобы между опасностью и ним оказались все остальные демоны, и выставил перед собой меч.


Нестерпимая, словно от тысячи солнц разом, вспышка света затопила всё вокруг. Ракета, свободная от гравитационных оков физического мира, вильнула, обходя оторопевших демонов, и ударила золотым наконечником точно в сердце генерала Сатаны. Тёмный замер. Волна ослепляющего жара разошлась от его груди по всему телу. Безгубый рот скривился в совершенно неуместной ухмылке, а потом падший взорвался, и тысячи мелких чёрных осколков разлетелись во все стороны. Ближайшему к центру взрыва демону оторвало таким осколком голову, после чего он растаял в воздухе, как струя дыма на ветру. Второй получил столько сквозных ранений, что упал вниз. Остальные успели среагировать. Они закрылись от осколков крыльями, а после прохода взрывной волны бросились кто куда, не оглядываясь.


Проводник решил было, что ему тоже пришёл конец. Но Нить, освободившаяся от цепких лап архидемона, закрыла его щитом.


- Сработало! - раздался позади Проводника приятный, очень довольный мужской голос. - Давно хотел ракетой это воронье накрыть, да всё подобраться не мог.


Проводник попробовал пошевелиться и испытал ни с чем несравнимое облегчение - его руки и ноги полноценно работали. Он оглянулся, но в глаза ударил такой яркий свет, что пришлось зажмуриться и закрыть лицо рукой.


- Простите, - спаситель явно смутился. - Всё, можете открыть глаза.


Возле Проводника парил, смущённо улыбаясь, Юрий Гагарин. На нём был светло-коричневый мундир советского военного лётчика, на груди справа красовалась Звезда Героя Советского Союза, слева - знак "лётчик-космонавт СССР". Кожа прославленного героя источала золотое сияние, яркость которого стремительно падала. Через мгновение он уже выглядел как обычный обитатель высших или даже средних аллодов. Только глаза были такого чистого небесного цвета, какого не встретишь даже у святых старцев или древних богов.


- Вы за мной товарищ?


К Проводнику ещё не вернулся дар речи, поэтому он просто кивнул, пожимая протянутую руку.


- Давненько я не видел никого из вашего цеха, с тех самых пор, как переехал сюда. Кому же я понадобился? Я был абсолютно уверен, что все мои родственники и друзья давно умерли.


- Видимо не все, - наконец справился со смущением Проводник. - Приготовьтесь, Юрий Алексеевич, сейчас мы с вами перенесёмся в сон живого человека. Ну, вы знаете...


Всенародный любимец Юрий Гагарин весело, от всей души смеялся. Так смеяться умел только он, и все, кто был рядом моментально заражались его искренностью, силой, светом, верой в человека. А когда ты силён, искренен, светел и веришь в человека - тебе не может быть плохо, и ты не можешь не смеяться. Смеялись разновозрастные учителя в строгих костюмах и платьях, с огромными букетами роз, гвоздик, ромашек в руках. Смеялись старшеклассники - сияющие молодые люди в элегантной школьной форме, будущие строители прекрасной новой жизни. Смеялись ученики средних и младших классов, враги скуки, уныния и невежества, дети великой страны. Но громче и веселее всех смеялась первоклассница Олечка. Она ехала на плече самого первого в человеческой истории человека, покорившего космос. Левой рукой она обнимала Юрия Гагарина за шею, а правой самозабвенно звонила в школьный колокольчик, и ласковый ветер играл кружевами её огромного белоснежного банта.


Но даже самый счастливый сон рано или поздно кончается. Проводник и космонавт оказались на Земле. Они стояли в тесной спаленке чудом сохранившегося в Самаре хрущёвского дома и смотрели на спящую хозяйку. Ольге Владимировне, заслуженной учительнице, было больше ста тридцати лет. От неё исходило неразличимое почти для всех смертных, но ясно видимое для духов жемчужное свечение. Это говорило о том, что свою вечность она проведёт в самых высших, самых светлых аллодах. На стенах были развешаны фотографии памятных событий - ученики, муж, дети, внуки, правнуки. Самая большая фотография находилась в центре, и не смотря на тесноту, прочие изображения держались от неё на почтительном расстоянии. Она была чёрно-белая, в дорогой картинной рамке. И на ней молодой советский космонавт нёс на плече счастливую первоклассницу с большим бантом и с колокольчиком в руке.


Юрий Гагарин положил ладонь поверх плеча старушки, та улыбнулась сквозь сон и засветилась ещё ярче.


- Ничего не бойся, моя дорогая Олечка, - тихо сказал космонавт. - Однажды я посажу тебя на плечо, и покажу тебе самые прекрасные места нашего мира, обещаю.


Вообще-то, устроить путешествие по райским аллодам невозможно. Но Проводник ни секунды не сомневался - если Юрий Гагарин пообещал, он сделает.


В комнате возник серебристый портал. Из него один за другим вышли трое: старейшина Миродуб в ниспадающих зелёных одеяниях, святой Сергий Радонежский в скромной чёрной рясе, и молодой человек лет тридцати в деловом тёмно-сером костюме. Первые два были духами, третий - смертным, посвящённым, то есть человеком, обладающим магическим даром и умеющим им пользоваться. В 21-м веке таких людей было ничтожно мало и российскому правительству очень повезло иметь одного из них в своих рядах. Проводник почему-то был уверен, что смертных будет представлять один из ныне живущих великих старцев Православной Церкви, который выступит одновременно и от имени правительства. Впрочем, это не имело никакого значения для выполнения договора.


Кстати, о насущном. Пока Юрий Гагарин знакомился с гостями, Проводник уставился на часы. Старый, ещё советский электронный будильник, стоявший на тумбочке, показывал 4:44:55 по Москве. Среди проводников ходила легенда, что однажды один из посредников появился секунд через десять позже наступления установленного времени. Это был абсолютный рекорд.


- Один, - с надеждой прошептал Проводник, когда на часах сменилась минута, - дв...


Два не наступило. Рядом с серебристым порталом возник другой, весь покрытый "снежком" помех, которые хорошо знакомы любителям телеэфира советских времён. От плоскости нового портала отделилась расплывчатая фигура, заретушированная теми же хаотично скачущими чёрно-серо-белыми точками. И только в самом низу из-под завесы выглядывали уже знакомые Проводнику ярко-зелёные, вышитые золотом сафьяновые сапоги.


Ну и ладно, ему и так будет что рассказать при встрече с коллегами. Обойдёмся и без рекордных задержек.


В воздухе возник свиток Договора. Он повернулся текстом к Сергию Радонежскому и тот легонько прикоснулся пальцем к нижней части листа. То же самое проделали и Дубомир с чиновником.


- Заказчики подтвердили выполнение договора. Теперь исполнитель может ознакомиться со скрытой частью, - пробубнил Посредник.


- Что ещё за... - начал было возмущаться Проводник.


Договор развернулся к нему, согнулся, распрямился, а потом встряхнулся - документ проделывал всё это весьма неохотно, как показалось Проводнику - и из нижней грани выкатилась небольшая приписка с написанной сухим канцелярским языком фразой.


- По решению заказчиков и согласованию с Посредником, ввиду чрезвычайной сложности заказа, в случае выполнения оного выдать Проводнику премию в размере ста стандартных ставок, - прочитал Проводник.


Премии были светлой легендой мира проводников. Каждый из них мог поделиться историей о том, что знавал одного парня, который то-ли сам получил премию, то-ли слышал о данном факте от очень надёжного источника. Проводник раскрыл было рот, чтобы по старой русской традиции разразиться радостной матерной тирадой, но вовремя вспомнил, что в их компании дама, пусть и спящая. Переполненный эмоциями и не доверяя своему языку, он просто пожал руки заказчикам, а Посредника вежливо пнул по носку сапога, ибо ничего лучше придумать не смог.


Заказчики ещё раз поблагодарили исполнителя, а потом шагнули в свой серебристый портал. Гагарин потрепал Проводника по плечу, рассмеялся и последовал за ними. Почти сразу же исчез и Посредник.


Проводник задумался. По закону, он мог провести на Земле время до следующей ночи. Он сам и его коллеги пользовались этим правом очень редко. Родных и близких, даже если таковые ещё жили здесь, проводники не помнили - издержки профессии, то же касалось и родных мест. Земная архитектура не могла впечатлить духа, посетившего множество самых разных аллодов, где гениальные архитекторы могли воплощать свои самые смелые фантазии. Побродить рядом с живыми? Пробуждает невыполнимые желания и неизменно навевает тоску.


Но в этот раз, после всего пережитого им, Проводник был не против слегка потосковать. К тому же было интересно, что там такого запускают с Байконура, что достали из запределья самого Гагарина. Золотистый портал моргнул в последний перед исчезновением, третий раз. Проводник дёрнулся вперёд и, в полупадении, таки успел перенестись.


Вывалился он на центральных рядах гигантского, на порядок больше спортивного стадиона, амфитеатра. Пол и лестницы между рядами были выполнены из белого с золотистыми прожилками мрамора, сидения - они были без спинок - представляли из себя ряды густой шелковистой травки, мягче драгоценных персидских ковров. Все ряды от самых нижних и до самых верхних были битком набиты людьми всех возрастов, одетых в летнюю одежду приятных светлых тонов. Навскидку, их было не меньше миллиона. Они оживлённо беседовали, жестикулировали, смеялись, задумчиво разглядывали космический корабль. По верхнему краю амфитеатр опоясывал пятидесятиметровой высоты голографический экран потрясающей яркости, на котором отображалась информация об экипаже и корабле, о выдающихся учёных и рабочих-передовиках, участвовавших в его создании, о Минкосмосе и организациях-смежниках, и прочая и прочая. Внизу, на "сцене", посыпанной вымытым до блеска красноватым гранитным щебнем, высился белоснежный конус. Его кончик достигал верхнего ряда амфитеатра, взлетевшего над землёй на двести метров, а диаметр основания равнялся пятидесяти метрам. Взглянув на динамичные видеоролики на экране Проводник узнал, что гигантская конструкция приводится в движение фотонными двигателями. Что конус - на самом деле оболочка, которая доставит на околоземную орбиту собственно корабль - перевёрнутое веретено, которое своим длинным острым "стержнем" вспорет физическое пространство. Что в экипаже корабля всего пятнадцать человек. И что называется корабль не иначе как "Гагарин".


Рядом с порталом, по левую сторону от лестницы, Проводник обнаружил с десяток свободных мест, вот только космонавта и его спутников там не было. Проводник пожал плечами и пошёл к кораблю. До старта оставалось ещё немало времени, так что он мог осмотреть чудо отечественной техники вблизи. И даже изнутри.


Приближаясь к сцене, Проводник отметил какой-то посторонний звук - едва слышные хлопки. Звук становился всё сильнее и подозрительно напоминал перестрелку. Но так как никто из окружающих не обращал на это внимания, Проводник решил, что так надо - работает двигатель или ещё что-то. Он понял, что ошибся, или был прав изначально, когда из белоснежной стены конусы вывалился тёмный дух - офицер СС в полевой форме с автоматом "Шмайссер" в руках. Дух упал на землю и замер в нелепой позе, точь-в-точь как игрушечный солдатик на подставке. Из его груди торчала, искрясь и быстро тускнея, серебристая молния размером с кинжал - излюбленное оружие славянских волхвов. Поверженный эсэсовец начал медленно погружаться в землю, а Проводник с разбегу скаканул внутрь конуса.


В отличие от волхвов, святых, волшебников, космонавтов и многих других, свободно проникать сквозь материальные препятствия он не умел. Так что прохождение сквозь стену для него было мини-версией преодоления границы аллода - менее болезненным и более быстрым процессом, с сохранением человеческой формы. К счастью, стенка корабля-оболочки была не больше двух сантиметров толщиной, так что уже через мгновение Проводник ввалился внутрь. Дно конуса было разделено на шесть секций металлическими перегородками, которые у стенок резко загибались вверх, играя роль рёбер жесткости, в центре же они впадали в купол высотой в три метра, а диаметром в десять, скрывающий фотонный двигатель. Из центра купола рос мощный столб, заканчивающийся разлапистым гнездом, в котором покоился низ корабля-веретена.


Аккуратно выглянув из-за перегородки, Проводник оценил диспозицию.


На полу, в различных позах, застыло с десяток поверженных эсэсовцев: некоторых было видно почти целиком, другие уже наполовину утонули в металлической поверхности. Ещё десять парующих тьмой фашистов обступило лежащих на полу связанных посвящённого, волхва и Сергия, держа их на прицеле автоматов. Но главная битва продолжалась чуть в стороне.


Гагарин сияющей золотой мухой летал вокруг гигантского архидемона и наносил ему удар за ударом - в корпус, в шею, в торс, в локоть. Архидемон явно не поспевал за космонавтом, он вертелся на месте и впустую махал гигантским мечом. Проводник повнимательнее присмотрелся к противнику Гагарина, и с изумлением узнал того самого генерала Сатаны, которого космонавт поразил не так давно среди ослепительной пустоты, где не смолкает музыка сфер!


Тем временем космонавт отлетел от врага подальше, развернулся и, с каждым мигом сияя всё ярче, рванулся к падшему, на лету замахиваясь во всю ширь. С оглушительным криком "Ура", солнцеподобная фигура столкнулась с чёрным титаном, удар кулака поразил врага точно в центр лба. Оглушительно взревевшего демона отбросило к стенке конуса, при этом его спину выгнуло назад почти под прямым углом. Почти у самой стены он сумел остановиться и разогнулся. На огромном лбу, высотой с человека, появилась золотистая трещина. Демон бросил меч, упал на колени и прижал ладони к лицу...


А потом оглушительно засмеялся и встал во весь рост. Трещина мгновенно затянулась, свет погас.


- Я с мечом в руке охранял престол Всевышнего на заре времён. Я прошёл мириады битв с самыми могущественными порождениями Вселенной. Я стоял по левую руку от Восставшего во время штурма Небес и вёл за собой сонмы ангелов. Я помню Изначальный хаос и Первозданный свет. Я прожил больше эпох, чем ты дней. Неужели ты, жалкий червь, на самом деле думал, что можешь сразить меня?


Гагарин растерялся под напором генерала тьмы. Фашисты воспользовались этим и слаженно открыли по нему огонь. Мелкие сгустки тьмы из шмайссеров обрушились на тело космонавта. Они не пробивали его насквозь, но каждая пуля оставляла после себя пятнышко серости, уничтожала золотистый свет. Чем меньше оставалось свечения, тем ниже опускался Гагарин. Наконец он опомнился, рванулся ввысь, но было уже поздно. Он не смог взлететь, а только подпрыгнул на пару метров, а потом рухнул на пол. Его тут же связали и бросили к остальным пленникам.


Проводник в отчаянии сполз вниз по перегородке. Как он мог помочь товарищам? Здесь, на Земле, у него не было Нити под рукой. Нечего было и думать незаметно напасть на одного из фашистов и отобрать автомат. Лучшие пехотинцы тьмы изрешетят его раньше, чем он перепрыгнет через перегородку...


Архидемон снова рассмеялся. Он в два шага приблизился к центральной колонне.


- Вы, презренные амёбы-переростки, вознамерились сбежать от нас под небеса иной звезды? Туда, где не будет прежнего рая и прежнего ада? - с каждым словом архидемон становился ниже ростом и плотнее, материальнее на вид. - Ваши грехи и ваше зло - то, что питает нас, даёт нам силы сражаться. Вы - наши вечные рабы, и вам никогда не избавиться от нас!


К концу речи он съёжился до трёх метров и полностью облёкся во плоть. Он подпрыгнул и стал энергично работать крыльями, подняв тучу невесть откуда взявшейся пыли. Взлетать было явно труднее, чем в бестелесной форме, но архидемон не сдавался. Он поднялся до гнезда, на котором покоился межзвездный корабль и прочно встал на одном из выдающихся вбок лепестков. Он приложил плашмя к стенке свой меч, и тот приклеился. Падший любовно погладил своё оружие, а потом плюнул на него и меч превратился в компактную бомбу.


- По праву священной мести, я испепелю нечестивый корабль за несколько секунд до гиперперехода.


- Месть, - донёсся с пола хриплый голос Сергия, - это не очищение, а удвоение греха. И наказание за неё вдвое тяжелее.


- И кто меня накажет? - рассмеялся демон. - Ты, святоша? Или ...


Проводник наконец понял, что именно упирается ему в бок, мешая сидеть. ПЛ-15, то есть пистолет Лебедева, чья разработка началась в 2015-м году. Тот самый, который предназначен для поражения врагов во плоти.


Быстрым змеиным движением Проводник вскочил и прицелился в падшего. Пули вырывались из дула с почти автоматной частотой и ложились кучно - в голову. Каша из гнилой крови, мозгов и костей обильным чёрно-коричневым слоем покрыла корпус корабля. Падший поднёс к лицу дёргающуюся правую руку, но схватил лишь воздух, ибо заговорённые пули снесли голову начисто. Продолжив движение, демон прикоснулся к торчащему из шеи позвоночнику. Он зачем-то охватил кость, и после этого наконец рухнул.


Озверевшие от потери командира фашисты открыли огонь по пленникам, но их пули наткнулись на слегка светящуюся белым прозрачную преграду. Проводник услышал тихую охранительную молитву Сергия Радонежского. Взлетел, наливаясь золотым светом Гагарин, раскидав ближних к нему нацистов. Дубомир перекатился на спину, с него спали разрезанные искрящейся молнией путы, которой он тут же поразил самого рослого из солдат тьмы. Волшебник-смертный превратил свою верёвку в несколько ядовитейших кобр и натравил их на врагов. Сергий же бросил молитву, выудил откуда-то короткую дубинку и принялся охаживать супостатов.


Через несколько секунд бой с нацистами был закончен.


Пятеро победителей сгрудились вокруг тела архидемона. Тот медленно терял объёмность и цвета, превращаясь в плоскую бесцветную картинку самого себя, и вскоре от него осталась только блеклая серая тень. Сергий закрыл глаза и взмолился. В его груди, где у смертных находится сердце, вспыхнул святой огонь. Тень с тихим шелестом начала складываться внутрь себя. Когда фигура превратилась в чёрную линию, святой перекрестил её. Линия с печальным мелодичным звоном, напомнившим Проводнику музыку сфер из Пояса Битв, втянулась в одну точку, которая тут же исчезла.


- Теперь точно всё, - вздохнул Дубомир. - Мало кому довелось видеть смерть архангела, пусть и падшего.


Пятеро товарищей вернулись на трибуны, на специально зарезервированные для духов места, которые Проводник заметил при появлении.


Миллиона человек хором вели обратный отсчёт. Когда корабль взлетел, зрителей обуял такой бурный восторг, какой не снился ни одному футбольному стадиону.


- Интересно, - задумчиво произнёс Проводник, глядя как белая точка исчезает в голубой выси. - там, в новом мире, духам понадобятся мои услуги?


- Думаю, что на одном из следующих межзвёздных рейсов мы сможем найти место для бесплотного пассажира, который сможет проверить это, - посвящённый положил руку на плечо Проводнику.

- Пусть будет два места, - твёрдо сказал Гагарин и улыбнулся широко и искренне, как умел улыбаться только он.