# 4 Кто открыл портал времени?

Владимир Шершень-Можин

Глава четвёртая


Поль безмолвствовал, как и положено роботу, безучастно ожидая указания. Антуану очень захотелось пнуть его, но он подумал, что если эмансипация зашла слишком далеко, то можно получить и в ответ. Интересная бы вышла картина: тузящие друг друга человек и биологический робот. Хотя, для человека явно проигрышная. Этот субъект не просто крепкий парень, но ещё и боли не чувствует, и уязвимых мест, попаданием в которые можно вызвать шок, у него нет. Впрочем, по поводу отсутствия таких мест, Антуан бы завидовать Полю не стал. Он хотел было окликнуть мохнатого и повторить вопрос, но не успел.

Отчаянно запищали приборы, предупреждая об атаке. И тотчас аппарат швырнуло в сторону, изображение на экранах метнулось, подобно строениям вдоль трассы в окнах мчащегося автомобиля. Поль усидел, а Антуана выбросило из кресла, протащило по полу и приложило головой о переборку. На какое-то время он отключился и второго толчка не ощутил. Пришёл в себя от третьего: удар последовал сверху и леталку швырнуло вниз, отчего всё незакрепленное в кабине - а такового, кроме самого Антуана, было только его сумка и автомат - подбросило к потолку, и смачно приложило к полу. Поль что-то проскрипел, но покидать место пилота не стал: оторваться от управления сейчас не было возможности. Антуан справился сам - дополз до кресла и включил магнитные зажимы. Расшибся он крепко, но от увечий спасли куртка и мягкая обивка кабины.

Повезло в том, что били по ним ракетами, которые при попадании просто отбрасывали обезвешенный аппарат в сторону и взрывались где-то в стороне. Лучевое оружие их противник не применял. Причина была ясна - и здесь испытывали нехватку энергии.

- Давай в портал, - прохрипел Антуан, понимая, что в покое их не оставят. А если повредят аппарат, то пешком уже не выбраться. Поль поднял леталку и юркнул в сияющее кольцо, всё время маячившее рядом.

И тотчас разошлось пространство, обозначились горизонты и грязновато-серый ландшафт приобрёл темно-зелёный окрас. Под ними раскинулся хвойный лес. Чуть в стороне тускло поблёскивало то ли озерцо, то ли болото. И снова неприятный гулкий зуд ударил по ушам: здесь их тоже держали на прицеле, но пока не стреляли. Поль бросил аппарат вниз, завис в метре от поверхности и мягко приткнул его на полянке возле какого-то куцего строеньица - то ли полуземлянки, то ли увязшей в земле баньки.

- Иди вперёд, - сказал он по-французски. - В меня будут стрелять. Тебя, может, пожалеют. - Шутник, однако. Но ясно было, о чём он. Бэров на Земле не жалуют. Для землян не бывает хороших или плохих бэров. Слово это - синоним слова "враг". Антуан с трудом выбрался из кресла, морщась от боли, поковылял к люку. Кроме ощущения физической боли, его угнетали переживания. Он корил себя за то, что оплошал, подобно необстрелянному новобранцу. Бэр успел зафиксироваться, хотя ему это, в силу физиологии, если так можно назвать принципы его жизнедеятельности, особенно и не надо. И вот и чувствует себя вполне сносно, а сам Антуан, случись контакт, не способен даже оказать сопротивления.

- Автомат оставь, - велел Поль. Он легко перевёл себя в положение старшего. В тех случаях, когда требовали обстоятельства, этот в обычных условиях добросовестно выполнявший роль ординарца субъект, свободно и не комплексуя брал на себя управление. В спину велел: "Говори с ними по-русски".

Антуан выбрался наружу. Никого вокруг видно не было. Именно, не было видно. Но сам он, понятно, был не только на виду, но и на прицеле. Не устоял, придерживаясь за корпус опустился на траву. Через некоторое время из приоткрытой двери с оружием наизготовку вышел человек в камуфляже. Лицо ему показалось Антуану знакомым, но присмотреться не смог: взгляд упорно отказывался фокусироваться. Не делая попытки встать, проговорил:

- Я Антуан Д'Ампьер служащий ФОРСИС, - должность и звание назвать постеснялся: очень уж жалко он сейчас выглядел для генеральского статуса. - Нас двое. В кабине мой товарищ. Он бэр. И позвал, - Поль!

Наверное, Поль появился в проёме люка, потому что человек поднял ствол автомата. Подождал, пока Поль спустится вниз и по собственной инициативе повернётся лицом к леталке, положив руки на обшивку корпуса.

- Господин генерал? - в голосе человека в камуфляже прозвучало радостное удивление. Без сомнения он узнал Антуана. Не дожидаясь ответа велел, - Пусть бэр ляжет на землю лицом вниз. Сейчас тут будет людно, как бы стрельба не случилась. - Антуан перевёл распоряжение на французский. Поль неторопливо улёгся.

- Он лояльный. Это мой товарищ. Не надо его бояться. Где мы?

- База А-12... Вы у нас были. Летом. С проверкой.

- Вот куда нас занесло... Вспомнил. Вы командир спецназа Григ. Так ведь? А Крот не вышел? - вдруг неожиданно для себя спросил он.

Собеседник встрепенулся.

- Он был с вами?

- Нет, - покачал головой Антуан, - он ушёл раньше... - и лёг рядом с Полем. Положив голову ему на плечо. Не столько из-за слабости, сколько потому, что в туманящемся сознании росло беспокойство, вызванное словами Грига: "А вдруг и в самом деле не разберутся?..." Потому, чувствуя, что сознание может в любой момент угаснуть, сказал Григу: "Он всюду должен быть со мной... Обещайте!"

- Конечно, товарищ генерал. Всё будет нормально.

Антуан ещё успел улыбнуться в ответ на непривычное обращение "товарищ" и отключился...


***


Антуана и Поля, вывезли на медицинской леталке и поместили в одноместной палате медизолятора базы. Поначалу бэра намеривались изолировать по-настоящему - в подвале во владениях у Белобородько. Но француз резко запротестовал, и ему уступили. В палате установили вторую кровать. Принесли её аж вшестером: желающих поглазеть на настоящего бэра было значительно больше, но места, чтобы пристроиться к ноше, всем добровольным носильщикам не хватило.

В тот же день спецсообщение ушло в Москву - в штаб Российского департамента ФОРСИС. Там, после некоторого замешательства, сделали запрос в Парижское подразделение организации. И снова возникла заминка: французы медлили с ответом. Перед ними встала дилемма: то ли отказаться от своего сотрудника, то ли признаться в том, что провели операцию внедрения без согласования с руководством Европейского центра ФОРСИС. Ни то, ни другое было невозможно. Чтобы потянуть время, они сообщили, что высылают представителей, которые должна будут установить личность человека, называющего себя Антуаном Д'Ампьером, пропавшем без вести несколько месяцев назад во время испытания подводного аппарата специального назначения. Французы намекнули, что среди версий исчезновения, кроме несчастного случая в результате аварии рассматривалась и версия похищения инакими, чьи действия в том районе были в момент инцидента весьма активными.

Из Москвы же утром следующего дня прилетели представители, которым поручено было участвовать в разборе происшедшего. Они навестили Антуана, выразили приличествующие моменту пожелания, но опроса задержанных до прибытия иностранных коллег вести не стали. Однако справки о нём навели - запросили выписки из личного дела во французском ФОРСИС, взяли показания у местных служащих. Выходило так, что Антуан Д'Ампьер - Антуан Д'Ампьер и есть. Что подтверждалось присланными фотоизображениями и показаниями служащих базы А-12.

Состояние здоровья французского генерала особых опасений у врачей не вызывало, и оценивалось ими, в пределах средней тяжести. Сотрясение головного мозга - это было серьёзно, а ушибы - не переломы. В конце концов это привычная составляющая жизни спецназовца. Даже пребывающего в генеральском статусе, тем более, если этот статус почётно-бутафорский и предполагает не кабинетную деятельность.

В первый же день - сразу после медицинского осмотра - в палату к Антуану пришёл Седых. Один. Представился. С интересом взглянув на Поля, присел на табурет рядом с кроватью, улыбнулся вежливо-сдержанно. Поинтересовался самочувствием. Участливо выслушав стандартный ответ, продолжил вкрадчиво:

- Мы сообщили о вашем прибытии в центральный департамент ФОРСИС. Они обещали выслать представителя. До его прибытия мы не будем вести деловых переговоров. За исключением некоторых частностей. Для центра ваше появление у нас стало неожиданностью. Вы понимаете, существуют определённые условности...

- Понимаю... Меня можно обвинить в незаконном въезде в страну, поскольку в паспорте нет отметки о пересечении границы. - усмехнулся Антуан. - Да и паспорта нет. Как и прочих документов, подтверждающих мою личность. А у него, - он кивнул в сторону Поля, - их вообще никогда не водилось.

- Ну, думаю до этого обвинения бюрократический формализм не дойдёт... Тем более, что с установлением личности всё нормально. Мы-то вас хорошо знаем.

- Это вы так думаете. А ваше начальство может быть совсем другого мнения. А вдруг внешность изменена? Вдруг я, - он кивнул в сторону Поля, - совсем не я, а что-то вроде моего товарища?

- Думаю, это всё учитывается и со временем будет установлено. - отвечал уклончиво Седых, скосившись на Поля. Его он старался не выпускать из поля зрения, но бэр, вдруг, словно нарочно, переместился за спину майора.

- Поль, - окликнул его Антуан по-французски, - вернись на место и не дури! - Извините, господин майор, я попросил моего товарища подойти к нам, потому что, возможно, и к нему у вас могут возникнуть вопросы.

- Не думаю, что до приезда представителя центрального департамента они возникнут. - холодно отвечал Седых, которому манипуляции Поля пришлись не по нраву. - Мне бы просто хотелось узнать у вас, господин Д'Ампьер вы были там... - он сделал кивок в сторону окна, - в служебной командировке или же оказались на территории инаких в силу случайных обстоятельств.

- На этот вопрос я пока не могу вам ответить. Давайте дождёмся представителя ФОРСИС.

- Понятно. Хорошо. Выздоравливайте.

- Из Франции по моему поводу ничего не было? Я имею в виду личные контакты...

- Только официальная переписка. Но мы можем сделать именной вызов. С кем бы вы желали переговорить?

- Я? Мне казалось, что такое желание должно было возникнуть у моих коллег. Ну что ж, подождём их звонка.

Когда Седых, аккуратно, в два приёма надев свою шикарную фуражку, ушёл, Антуан зыркнув на Поля, спросил:

- Ну и чего ты ... - тут бы подошло слово "выпендривался", но на французском достойного эквивалента ему Антуан не нашёл, и закончил, - из себя изображал?

- Он спесив. Надо было ему создать неуют.

- Ишь ты - надо было! Зачем? Куда девался присущий тебе рациональный подход? Неуют! Он тебе скорее неуют создаст. Ты хочешь посидеть в камере?

- Мне это не страшно. Нет разницы где находиться.

Вот и поговори с таким. Как его защищать, если он сам постоянно подставляется? Да и сил на разговоры не было. Вдруг вернулась вроде бы немного утихшая головная боль. Антуан завозился, стараясь улечься поудобней, чтобы попытаться заснуть. Но место не находилось и сон не шёл. А вопросы не отступали. Те самые вопросы, которые завтра-послезавтра ему станут задавать визитёры различных уровней. Это не просто так - прорваться "оттуда" на летательном аппарате неземного происхождения да ещё в компании с иноземным биологическим роботом. Который явно у себя на уме. Ну вопрос с роботом, в конце концов, будет снят. Наш это робот. Перевербованный и перевоспитанный. Эксперимент по "очеловечиванию" внесён в план работы отдела, есть отчёты, да и многие в курсе происходящего. А вот леталка... Как убедительно и связно объяснить, почему он оказался в ней, куда летел и с какой целью? Действительно, много в той истории, которую он готов изложить строгим спрашивателям, такого, во что он сам, будь в составе этой комиссии, не очень бы поверил.

На самом деле подозрительно всё это. А здесь он оказался каким образом? Как ему удалось пройти закрытый для всех портал? Снова в силу стечения обстоятельств? Туда - случайно, оттуда - случайно. Подозрительно много случайностей в расчёте на одного человека. Допустим, генерал Дюпон внесёт ясность по этому вопросу. Выяснится, что проник он Туда в результате запланированного акта. А оттуда тоже запланированно? Кем? Тут уж Дюпон не помощник. И открывается простор для подозрений. На кого вы работаете, генерал? Но самое обидное заключалось в том, что и сам Антуан понятия не имел, кто и почему открыл им проход во времени, кто обстрелял во время перехода... Вряд ли это были одни и те же. Прекрасный повод заподозрить, что он перевербован противником. Да плюс ко всему и злоключение в так называемом родовом замке. Там он, кажется, кого-то покалечил. Или даже убил?

- Не переживай. Разберутся. - вдруг подал голос Поль. - Ты принёс много информации. И я тоже имею им сообщить сведенья. Если твоих не хватит.

- Информация... Вот если бы. Помнишь, Пацюк говорил о подарке? О контейнере со сведениями... Это было бы сейчас в тему...

- Не успел подарить. Ты очень быстро ушёл.