# Живой труп ( часть 1) глава 15

Алексей Некрасов

## Глава 15

Несколько раз Александр отсчитывал и прятал в карман то пять, то четыре тысячи. Наконец, тяжело вздохнув, вернул все деньги на место. Выходя из кабинки, с усмешкой подумал, что столь напряженная нравственная борьба происходила на фоне общественного туалета.

У ближнего к выходу писсуара пристроился человек в широком пальто и сдвинутой на глаза кепи. Лицо его нельзя было разглядеть, но в сознание вдруг вспыхнула тревожная лампа. Тренировки памяти не прошли даром. Именно такое пальто и кепи было на собеседнике швейцара из "Лондон-клуба". И вряд ли этот тип мог оказаться здесь случайно!

Делая вид, что поправляет одежду, Александр задержался на несколько секунд. Человек у писсуара продолжал стоять, не меняя позы. Стараясь держаться ближе к кабинкам, Александр пошел к выходу. Когда незнакомец метнулся к нему, успел отскочить и защититься саквояжем. Скользнув по пластмассовой крышке, лезвие ножа ушло в сторону. Дальше сработали рефлексы. Продолжая орудовать импровизированным щитом, он блокировал руку, и нанес короткий нокаутирующий в челюсть. Нападавший отлетел назад, наткнулся на кафельную плитку и сполз на пол. Добив его ударом ботинка, Александр кинулся вверх по лестнице. По дороге сшиб с ног торговца кокаином, который, в ответ успел только возмущенно пискнуть. Через минуту, Александр уже входил в подземку. В голове вертелось:

" Это предупреждение свыше! Если бы подался соблазну и присвоил часть денег, все могло закончиться хуже."


У Николаевского вокзала было многолюдно. Жители подмосковных городов, крестьяне, мелкие торговцы-коробейники толкались у пригородных касс. Благородная публика спешила на дневной рейс скоростного поезда до Петрограда. Двери вокзала, находясь в постоянном движении, кого-то впускали и выпускали. Перед входом, плохо одетый молодой парень, протянув шапку, что-то пытался объяснить проходящим мимо людям. Оказавшись рядом, Александр услышал, что тот просит хотя бы десять копеек, заплатить за ночлежку. Говорит, что простудил спину и не может больше ночевать на улице, а еще очень хочет вымыться и сварить себе горячую пищу. В отличие от профессиональных нищих парень не упоминал в каждой фразе Спасителя, и сбивчивый монолог мало походил на их заученные скороговорки. А люди, никак не реагируя, шли мимо.

Увидев, как в шапку падают пятьдесят копеек, парень от растерянности даже не успел поблагодарить. А Александр, уже заходя в вокзал, подумал, что мог бы дать гораздо больше. Но что-то мешало вернуться обратно. Увлекаемый толпой, он прошел вокзал и спустился по ступенькам к камерам хранения для состоятельных клиентов. В отличие от общего зала, здесь можно было хранить вещи целый месяц, и охрана не подпускала случайную публику. Заплатив рубль, Александр нашел свободную ячейку. Отставив там саквояж, записал номер. В качестве первых двух цифр выбрал день своего рождения, второй парой стала дата рождения супруги.

Когда вернулся на площадь, нищего у дверей вокзала уже не было. Но в мыслях Александр невольно ставил себя на его место. Все книжные призывы к борьбе за справедливость подействовали меньше, чем одна единственное сцена человеческого отчаяния. А доводы сытых умников, что нынешнее устройство общества лучше всего способствует прогрессу, вызывали теперь только отвращение. И Александр уже чувствовал себя не случайным попутчиком, а искренним адептом новой веры.

Рахимов ждал в машине на пересечении Цветного с Колобковским переулком. Узнав об успехах, вынес устную благодарность. По некоторым фразам Александр догадался, что деньги в разных концах города снимали еще несколько человек и его результат далеко не самый худший. В голове даже промелькнула ехидная мысль, что некоторые товарищи по борьбе не смогли победить искушение. А вот подвиги в общественном туалете патрон охарактеризовал, как следствие непрофессиональной работы. Севшего на хвост уголовника надо было заметить заранее. И все же было видно, что Рахимов доволен.

-Не зря, товарищ Феникс, я в тебя верил! - подытожил он, записывая шифр и номер ячейки. Потом сообщил, что эти цифры будут знать только они двое. Деньги получают статус неприкосновенного запаса их низового партийного звена, и Александр назначается его хранителем. Уже прощаясь, он выдал пять сотенных купюр. Заявив, что это премия, а заодно и средства на приобретение спецодежды, которая скоро понадобится для следующих заданий.

Распрощавшись с Рахимовым, Александр по дороге домой зашел в продуктовую лавку. Чувствуя угрызения совести, заказал кусок ветчины и бутылку "Смирновской". Стыдно было опять нарушать пост, но после пережитого стресса организм властно требовал жирной пищи и алкоголя.

В подъезде консьержка, передала ключи и сообщила, что родственники изволили уехать. В опустевшей гостиной он обнаружил неприбранные кровати. На кухне в мойке дожидалась стопка грязных тарелок и висело амбре табачного послевкусия. Распахнув окно, Александр начал наводить порядок. Когда с кухней было закончено, вернулся в гостиную, снял белье и затолкал его в стиральный шкаф. Саму стирку отложил на завтра. Наступало время вечерних новостей, и очень хотелось провести его на диване перед дальновизором с бутербродом и рюмкой водки.

Самой первой и главной новостью стало сенсационное ограбление Имперского банка. Ведущий и репортеры на местах рассказывали, что компьютерным медвежатникам удалось взломать новую систему, объединившую Петроград с московскими филиалами банка, и перевести на счета подставных лиц около ста пятидесяти тысяч рублей. Несмотря на оперативные меры полиции, большая часть этой суммы была украдена. По нанесенному ущербу преступление било все предыдущие рекорды, а по способу исполнения являлось новаторским для отечественной криминальной практики. То, что случалось пока только в Европе и Североамериканских штатах, пришло, наконец, в Россию.