# Монархия

Андрей Маторин

"Прекрасный летний день!", - подумал я проснувшись и глядя на набережную из окна квартиры своих знакомых. "Купаться!", - возникла отчётливая мысль.

После завтрака мы все трое были на невском пляже. Давно я тут не был. Мужские раздевалки находились почему-то ниже уровня земли и в них нужно было пролезать через узкий люк прямо в песке. Я оценил идею, спускаясь по отвесной "лестнице", являвшейся просто металлическими скобами вделанными в стену: "это так спортивно - работают все группы мышц", - подумал я.

Раздевшись догола, мы вылезли на пляж, купались и загорали. Была мысль затащить вниз каких-нибудь девушек, но вокруг не замечалось никакой заинтересованности - купание проходило как-то вяло. Вдруг я увидел что не все люди на пляже голые - некоторые были в плавках. "А не надеть ли мне плавки?", - подумал я, - эта часть тела замерзает прежде всего, поэтому её и прикрывают, а вовсе не из стыда", - озарила меня гениальная мысль. Ветерок на пляже был действительно прохладный - "всё-таки не юг", - думал я, идя к люку в песке.

Спустившись в раздевалку и одев плавки я подумал: "а не пойти ли мне домой? два дня уже не был, да и аппетит разыгрался после купания, а ведь уже почти вечер". Вылезши из люка я пошёл на остановку автобуса.

В автобусе симпатичная девушка, сев рядом, начала говорить мне какую-то чепуху. Автобус шёл почему-то очень медленно. Невский опять был перекрыт дворянской конницей и я вышел из автобуса и пошёл пешком. У одного из дворцов, придворный поэт упрашивал вельможу дать ему ещё один день, чтобы завершить стихотворение, с которым он не укладывался в назначенный срок. Мне было жаль поэта, к тому же это был мой знакомый, но и некоторое злорадство говорило: "нужно было думать с кем связываться".


- Привет, сестра, - сказал я, наконец-то открывая дверь своей квартиры, - как дела?

- Слушай, тут такое произошло, - ответила сестра рассмеявшись, - к нам сегодня ночью, по ошибке, забрёл царь - видимо перепутал этаж. Нёс пьяный бред и приставал, но его покусала наша собака и он, угомонившись, завалился спать в твоей комнате. Утром исчез, а к обеду пришли его слуги, забрали и пристрелили нашу собаку, а нам передали бумагу, в которой сообщается что отныне мы за свою квартиру должны платить ежемесячную аренду на имя Запавшиной - той, что живёт этажом выше. Видимо правду говорили о том, что она царская любовница.


"Ну и история", - подумал я, ложась на диван в своей комнате, - на этом диване, в этой комнате, сегодня спал царь! А теперь вот лежу я".


"Ну и скотина же этот царь! - думал я, постепенно раздражаясь, - вломился в дом, приставал к дамам, наблевал, а потом ещё убил нашу собаку и обложил нас налогом".

"Достала уже эта монархия!".