# 04. Древние

Натан Хистад

Теос ждут тебя. Только тогда остановится Раскручивание.

Натан Хистад

ДРЕВНИЕ

Выжившие - 4

Очень любительский перевод


Перевод с английского - kostikoff


Глава первая


Я вышел из пещеры и тут же порыв ветра ударил в меня так, что я сорвался и заскользил вниз по обледенелой поверхности, выкрикивая предупреждение Слейту, тот только собрался высунуть нос из пещеры. Мы ожидали увидеть заснеженные горные вершины, так что в скафандр встроили небольшие ледорубы, и вот теперь я их поспешно задействовал и пытался ими зацепиться за плотный снег. Получилось. Я лежал на спине и единственное, что удерживало меня от падения дальше, в неизвестность – небольшой ледоруб, встроенный в рукав скафандра, воткнутый в заснеженный склон.


– Нужна помощь, босс? – услышал в наушнике шлема голос Слейта.


Порыв холодного воздуха обдал меня, когда я попробовал оглянуться, чтобы посмотреть, как далеко успел укатиться. Примерно двадцать футов: дальше, чем думал.


– Брось веревку.


Секундой позже услышал, как что-то упало рядом, свободной рукой нащупал и ухватился за тонкий, прочный шнур, обмотал вокруг ладони. Напрягся, когда Слейт плавными движениями начал тянуть меня наверх, а я заскользил на спине обратно к дыре пещеры, из которой только что так неудачно выбрался. Увидел, как из пещеры выглядывает голова Слейта в шлеме скафандра, словно сошедшего из игры EVA.


Он втащил меня в пещеру, я сел, тяжело дыша.


– Ребята, если закончили играть, у нас есть работа, – сказала Мэри, наконец, появляясь из глубины тоннеля, ведущего к порталу этого мира. Она старалась все записывать, поэтому немного отстала от нас и, кажется, не заметила моего внезапного злоключения.


– Само собой. Мы уже закончили валять дурака, – сказал я, пытаясь отдышаться. Надо быть немного осторожней, сначала проводить предварительную разведку.


– Что мы знаем об этом мире? – спросила она.


– Мы знаем, что здесь холодно, как на Северном полюсе, и ветер дует со скоростью пятьдесят миль в час, – ответил Слейт. – Пещера на полпути вниз по склону горы и со всех сторон нас окружают только лед и мрак.


Он пришел к такому выводу всего лишь высунув голову секунд на десять, когда бросал веревку.


– Это может оказаться та самая планета, которую мы так долго искали. Тут столько льда, что можно опоить с десяток измученных жаждой миров. – Я, наконец, оторвался от стены, сердцебиение утихло, придя в норму.


– Возьмем образцы и поговорим с остальными. У меня хорошее предчувствие, – сказала Мэри, активировав шипы на ботинках. Дюймовые металлические лезвия вышли наружу, Мэри пошла к выходу. Почему я раньше о них не вспомнил?


Увидел, что ботинки Слейта тоже ощетинились шипами и уже сам постучал краями подошв друг о друга, почувствовав, как множество коротких лезвий выступают наружу. Только после этого снова рискнул подойти к выходу.


– Давайте посмотрим, сможем ли идти в тех условиях. Если что, воспользуемся ранцами. – Подхватив реактивный ранец, я закинул его на спину, как рюкзак, застегнул ремень на поясе и, наконец, снова вышел из пещеры в этот холодный мир.


– Рано или поздно мы найдем подходящую планету для бхлат, как обещали, – сказала жена.


Жена. До сих пор в это не верится, хотя мы женаты уже почти год.


– Обвяжитесь страховочным тросом. Я иду первым.


Как только обвязались, я взял инициативу в свои руки, и повел наш маленький отряд к выходу из пещеры На этот раз я был готов и к ветру, и к скользкой поверхности. Оглянувшись, увидел, что и с остальными все хорошо. Двинулись вперед, бороздя снег как ледокол лед.


Потребовалась секунда, чтобы сориентироваться, что оказалось непросто во время шторма. Насколько хватало глаз, везде белым-бело. В качестве ландшафта вершины гор и небольшие долины между ними, ну и плюс небольшое количество информации, которым мы располагали об этом мире. В ней говорилось, что условия на этой маленькой планете везде одинаковые.


Благодаря скафандру мне было тепло, в то время как показания прибора, укрепленного на рукаве говорили, что за бортом минус сорок пять по Цельсию. Не хочется оставаться тут надолго. Поверхность твердая, лед залегает бог знает на какую глубину, ветер не дает снегу прилипнуть к земле, а чистый лед такой прозрачный, что я вижу сквозь него на несколько футов.


Шипы ботинок впивались в лед, отбрасывая в сторону осколки, пока мы спускались по склону горы.


– Подождите-ка минутку, парни, я хочу взять образец. – Мэри, шедшая позади нас, опустилась на колени, достала из рюкзака миниатюрную дрель. Пока она занималась изъятием образца, я осмотрел горизонт в поисках хоть какого-нибудь прогала в буре, но ничего не увидел. Ничего удивительного, в полученных сведениях об этом и говорилось, мол, шторма тут бушуют почти бесконечно.


Сквозь шлем услышал, как завизжала дрель, вскоре Мэри поднялась с цилиндриком льда. Упаковав образец, она положила его в морозильную камеру, которую нес Слейт.


Мы спустились примерно с полумилю к долине, я с нетерпением ждал возможности получить там образцы и двигаться дальше. У нас уже были показания о состоянии атмосферы, я сомневался, что на этой планете есть хоть какая-то жизнь. Хотелось уже вернуться, передать этот камень бхлат в надежде, что это как раз то, что им нужно. Местное светило находилось от планеты далеко, так что мы прогуливались в сумерках, которые тут можно считать днем в разгаре. Света достаточно, чтобы освещать планету, но недостаточно, чтобы подарить ему нужное количество тепла.


К подножию горы спустились без проблем, хотя это заняло больше времени, чем мы рассчитывали. Несколько раз я порывался запустить реактивный ранец, но, в конце концов, мы сумели спуститься так и не воспользовавшись им. В атмосфере он тратил топлива больше, в космосе же при минимальном количестве энергии позволял передвигаться на большие расстояния, если только времени свободного навалом.


Под конец первого этапа пути я столкнулся со стеной высотой около пяти футов. Это был чистый лед, с виду точно такой, как кубики в стакане со скотчем. Я вгляделся в него, но ничего не увидел.


– Как думаешь, пройти эту штуку? – спросил я, поглядев на Слейта. Тот только головой покачал:


– Взорву.


Всегда готовый солдат снял с плеча импульсную винтовку. Я поспешил отступить за его спину. Мэри встала рядом со мной.


Слейт нажал на спусковой крючок, красный луч вонзился в ледяную глыбу. Слейт не прерывал луч до тех пор, пока в ледяной глыбе не образовалась дыра размером с маленькую дверь.


Мэри тут же подалась вперед, просунула голову в образовавшуюся дыру.


– Тут небольшой обрывчик. Чуть дальше утес. Я бы сказала, что мы пройдем какое-то расстояние, а потом используем реактивный ранец, чтобы забраться обратно. В нем должно быть достаточно энергии для этого. – Она начала протискиваться в отверстие глубиной в четыре фута, да так, что нам осталось смотреть только на ощетинившиеся шипами подошвы ботинок.


– Поосторожней! – воскликнул я, но было уже слишком поздно. Через наушник я услышал, как она коротко и испуганно ругнулась и в тот же миг подошвы ботинок исчезли в дыре.


– Мэри! – закричал я, готовясь к рывку веревки, как только трос натянется, но этого не произошло. Слейт слегка дернулся, потом быстро вытащил веревку и мы увидели, что карабин сломан.


– Мэри! – снова закричал я, и нырнул в дыру, почувствовав, как Слейт схватил меня за ноги. Я увидел, как Мэри скользит по крутой ледяной горке. Она не шевелилась.


– Мэри! Ответь! – закричал я, но ответа не последовало.


Недолго думая, я включил реактивный ранец. За спиной появился слабый голубоватый свет. Воспользовавшись рычагами управления, я поднялся, увлекая за собой Слейта. Он повис, держась за мои ноги, но не издал ни крика, ни жалобы. Мы поднялись над ледяной стеной. Потом я спустился к тому месту, где остановилось неподвижное тело Мэри.


– Вон она! – крикнул Слейт, но я и так видел Мэри. Спустился слишком быстро, едва не потеряв контроль над управлением ранцем. Приземлились мы в десяти футах от лежащей Мэри. Поверхность была ровной. Я отцепился от Слейта, подбежал к ней, спотыкаясь.


Да мне было все равно. Только Мэри имела значение.


– Мэри, – прошептал я. Она лежала неподвижно, лицом вниз. С облегчением увидел, что ни одна из ее частей тела не вывернута неестественно. Перевернул, увидел сквозь щиток шлема закрытые глаза. Взял руку, пытаясь проверить пульс. Пульс был, а вот и у самой Мэри вдруг затрепетали ресницы, а потом она открыла глаза.


– Дин? – слабо спросила она.


Сердце чуть не разорвалось от облегчения.


– Можешь пошевелить пальцами? – спросил я и Мэри исполнила просьбу. – А на ногах? – Увидел, как зашевелились ее ботинки. Мэри кивнула, а я увидел ссадину на лбу. В остальном с ней было все в порядке.


– Ударилась головой. Со мной все в порядке. – Она села, я взял ее за руку, поддерживая на всякий случай. Мэри огляделась, я тоже. Отсюда простирался совсем другой вид. Мы находились в долине, растянувшейся на несколько миль между двумя цепями гор. – У нас все еще есть дело, которое нужно сделать.


– Тебе нужен перерыв. Ты чуть не погибла, – сказал я, но она уже вынимала из рюкзака дрель для взятия проб.


Подошел Слейт. Я видел, как он ушел, как только убедился, что с Мэри все в порядке.


– Вон в той стороне, – он кивнул вниз по долине, – в ярдах ста ветер стихает. Можно попробовать отправить туда зонды.


Отковырнув образец льда, Мэри подняла его, чтобы посмотреть сквозь него на облачное небо, потом бросила Слейту, тот ловко поймал ледышку.


– Помоги подняться. – Мэри протянула руку. Оказавшись на ногах, чуть пошатнулась. Я обнял ее за плечи и так, в обнимку мы двинулись за Слейтом. Ветер пронизывал нас насквозь, каждый следующий шаг становился труднее, чем должен быть.


Чем дальше шли, тем склон становился все более горизонтальней. Слейт остановился, поднял руку, говоря без слов, чтобы мы тоже остановились.


– Вот здесь ветер тише. Можем попробовать запустить зонды. – Он снял с плеча рюкзак, вытащил небольшой сверток. Дернул за шнур, и вот перед нами крошечное убежище, в котором можно уместиться и втроем, хоть и в тесноте.


Этой палаткой мы пользовались в одном из предыдущих миров. Вспомнил, как истекали потом, прячась от комаров размером с летучую мышь. Я такое не скоро забуду. На этот раз была мысль взять две палатки, но с командой из трех человек пришлось расставлять приоритеты, так что обошлись только одной.


Я сбросил рюкзак, довольно потянулся, освободившись от тяжести, вытащил из рюкзака беспилотники.


В нашем распоряжении их три, в каждом по сотне зондов. Мы запускали их, сбрасывая зонды по мере необходимости. Они записывали кучу полезных данных, давая нам информации о мире намного больше, чем владели привратники.


– Подключаемся, – сказал я и мы подсоединили каждый свою консоль к одному из беспилотников.


– Готово, – сказала Мэри. Огоньки ее беспилотника загорелись зеленым.


– Готово. – У Слэйта цвет оказался желтым.


– Готово. – Мой излучал мягкое фиолетовое свечение, говоря, что готов ринуться в бой.


Оставив большую часть припасов снаружи, мы забрались в палатку, радуясь, что оказались подальше от снега и ветра. А я вдобавок порадовался тому, что наши скафандры были не громоздкими, вроде старых скафандров НАСА. Мы прошли долгий путь, и с каждым разом наши технологии только совершенствовались. Клэр вернулась на Нью-Сперо, начав работать с командой над каким-то проектом, который, по ее словам, изменит правила игры. Мне уже не терпелось посмотреть, что у них получилось.


Мы втроем еле уместились в палатке, но свободного места между нами оказалось достаточно, чтобы туда уместить планшет, экран которого разделился на три части, показывая изображения с камер беспилотников. Прямо сейчас, когда беспилотники еще не взлетели, мы видели только размытые белые изображения.


– Все, настроил, взлетаю, – сказал Слейт и мы увидели на ожившую картинку на части экрана планшета.


Вскоре ожили и остальные, как только взлетели наши с Мэри беспилотники. Ветер швырял их из стороны в сторону, но аппараты были созданы для полетов в любых погодных условиях и успешно продвигались сквозь ветер и снегопад. Каждый из нас выбрал маршрут движения, так продолжалось в каждом мире, который мы посетили. Я, честно сказать, не верил, что на стольких планетах не окажется никаких признаков жизни. Но конкретно здесь была вода, а значит, может обнаружится и жизнь, пусть даже примитивная.


Мэри обратила наше внимание на картинку с ее беспилотника. Я краем глаза глянул, стараясь не упустить свой. Беспилотник Мэри поднялся высоко в небо, я увидел на востоке разрыв в буре. Мэри дала команду на сброс пары зондов и повела беспилотник дальше.


Мой летел на юг и, чем дальше он летел, тем дела становились все хуже и хуже. Облака стали темнее, извергая крупные снежные хлопья, засыпая нетронутый снежный пейзаж еще больше. Я сбрасывал зонды каждые две-три минуты, они постоянно передавали информацию на планшет, одновременно сохраняя копию и в миникомпьютере скафандра.


– Становится теплее, – сказала Мэри, имея в виду местность, где сейчас пролетал ее беспилотник.


Я взглянул на картинку с беспилотника Слейта, она один в один походила на картинку с моего. Он направлялся на северо-запад, в то время как мой продирался на юго-запад. А возвращаться они должны были немного по другой траектории. В результате у нас должно будем оказаться более-менее хорошее представление о рельефе местности.


Походу, в этом мире джекпот сорвала Мэри, потому как наши со Слейтом беспилотники угрожали не дать нам никаких визуальных картинок во время шторма, а ее показывал яркое небо и льдисто-голубую поверхность.


– Красиво как, – тихо сказал здоровяк и кхмыкнул, будто смутился, сказав что-то не то.


– Ага. – Мэри жмякнула на кнопку, выпуская еще один зонд. Индикатор температуры показал минус двадцать градусов по Цельсию, что значительно отличалось от наших минус сорока восьми.


Мы со Слейтом продолжали записывать все, что могли, но именно данные с беспилотника Мэри вызывали у нас особый интерес. Ледяные холмы вздымались и танцевали на равнинной местности, словно танцуя. Горы, в которых сквозь бурю продирались наши со Слейтом беспилотники, давно скрылись за горизонтом. От ледяной поверхности отражался солнечный свет. Подумалось: неплохо было бы достать пару коньков, прихватить с собой младшего Дина и отправиться сюда в захватывающее приключение.


– Пожалуй, дам команду на возвращение беспилотника, – сказал я.


– Я тоже, – кивнул Слейт.


Послал нужную команду, теперь беспилотник вернется на базу на автопилоте.


– А вот это что? – спросил я, на сей раз полностью сосредоточившись на четкой картинке с беспилотника Мэри. Я увидел быстрый отблеск света, отразившийся от чего-то.


– Кусок земли без льда, наверное, – сказала Мэри.


– Можешь подлететь ближе? – спросил Сейт.


– Не знаю, что вы там, увидели, парни, но… – Мэри замолчала, когда беспилотник подлетел поближе, челюсть отвисла в изумлении.


Мы все вместе увидели это. Первый признак другой цивилизации. Вряд ли кто-то видел его тут до нас, потому что он бросался в глаза, как распухший палец. Изо льда торчал кусок металла. Судя по данным, полученным с беспилотника, размером он чуть больше десяти футов в высоту и вдвое длиннее.


– Что это? – спросила Мэри, но в ответ получила тишину. Никто из нас не знал.


– Подлети к нему как можно ближе, – сказал я, еле совладав с волнением в голосе.


– Подожди секунду, – сказал Слейт, пристальнее вглядываясь в картинку.


– Что там? – выпалил я, но он уже почти заслонил изображение.


– Ближе, и вот сюда. – Его палец в перчатке указал на левую часть экрана. Мэри не спорила, следуя его указаниям.


– Вот это ничего себе! – воскликнули мы одновременно.


– Это символ, – радостно завизжала Мэри и, придвинувшись ко мне, крепко обняла.


Что это за символ, я не знал, но он явно из той же категории, что значки из портала. Знак ли это, что его нужно найти в портале и следовать туда, куда он приведет?


– Тут еще кое-что есть, – сказала Мэри, сбросив зонд к металлическому символу. – Так я и думала. Тут тепло. Наверное, что-то скрывается под поверхностью.


– И как ты об этом узнала? – с неподдельным любопытством поинтересовался я.


– Смотри. – Она увеличила картинку. – Там, где металл пробивается сквозь лед, небольшие лужицы воды.


Пока беспилотник висел над находкой, я попытался вспомнить скрытые карты порталов, которые Карим мне доверил. Сарлун хотел знать, пришлось рассказать об обещании умирающему дельтра. Сарлун тогда изрядно расстроился, но не стал давить на меня.


– Это может быть один из запертых миров. Все и не упомнишь. – Слейт с Мэри знали об их существовании, но мы еще ни одну из таких планет не посещали. Я хотел вообще держаться от них как можно дальше, если это возможно.


– Присмотрись к символу, – Слейт провел пальцем по изображению. Я прищурился, чтобы увидеть то, что видит он, но ничего не увидел. – Земля вогнута по периметру знака. Думаю, под ним что-то есть.


– Но сказать точно невозможно. Как далеко это место? – спросил я. Мэри, сверившись с показаниями приборов, ответила:


– По прямой одиннадцать миль. – В ее голосе звучала энергия, которая не проявлялась с тех пор, как Сарлун показал нам первые признаки существования теос. Она буквально чувствовала что мы вот-вот столкнемся с тайной, которую она может разгадать.


– Тогда кому-то придется вернуться и пригнать сюда ровер. – Мы с Мэри одновременно посмотрели на Слейта.


Глава вторая


Ровер ехал медленно, но гораздо быстрее, чем если б мы продирались пешком. Пришлось обогнуть гору, чтобы спуститься в долину, распростершуюся справа. Зато, как только преодолеем это препятствие, следующие девять миль будем ехать почти с комфортом.


– Как думаете, что мы нашли? – спросил я, ожидая услышать любые предположения.


Руки под перчатками скафандра зачесались. Мы в скафандрах уже несколько часов, но вот чтобы снять шлем и глубоко вздохнуть чистого воздуха, не могло быть и речи: в этом мире результат вряд ли будет хорошим.


– Может даже, ничего особенного, но тут явно кто-то побывал и оставил сообщение. Это место стоит посетить, – сказала Мэри. Мы с ней сидели на скамейке позади Слейта, занявшего единственное сиденье для водителя. За нашими же спинами расположился крытый кузов, туда мы сложили все свои припасы.


Шины у ровера большие, шипованные, как раз для такой поездки, но колеса все равно иногда пробуксовывали, особенно когда Слейт взбирался по крутому склону. Дважды ровер соскальзывал вниз, приходилось искать другой путь. И все же, путешествие закончилось раньше, чем успели опомниться. Мы подъехали к нужной точке как раз, когда верхний край местного светила скрылся за горизонтом. Я посмотрел на термометр – температура быстро падала.


Я спрыгнул с ровера первым и тут же увидел беспилотник. Оставить его здесь было проще, чем ждать, пока он прилетит обратно. Отправимся отсюда, тогда и заберем. Я присел, намереваясь поднять его и отнести к роверу, когда мимо, издавая непонятный звук, пролетел Слейт. Он подбежал к ледяному выступу.


– Босс, ты только посмотри!


Символ, замеченный нами с помощью беспилотника, оказался даже выше, чем я рассчитывал, ориентируясь на картинку с экрана. Самая верхняя точка высилась надо льдом футов на двадцать.


Бросив заниматься беспилотником, я подошел к Слейту. Он медленно провел рукой в перчатке скафандра по матово-черному материалу. По бокам выгравированы символы – бороздки глубиной в четверть дюйма. Издали они казались мелким узором, а вот вблизи я сходу обнаружил около пяти символов, повторяющихся снова и снова. По рукам пробежали мурашки, волосы на шее встали дыбом, словно подтверждая тревожное чувство.


– Теос, – сказала Мэри, хотя у нас не было этому никаких доказательств.


– Кто знает, – прошептал я.


Слейт снимал артефакт с помощью наручной камеры: видео мы изучим попозже.


– Кто бы ни оставил эту штуку, оставил он ее на виду.


– Да, но если не знать о порталах, то смысла в этом нет. Тут либо обычным делом, когда такую штуку оставляют где ни попадя, либо это сообщение для привратников, – сказал я.


Наконец, вспомнил, зачем мы вообще тут появились. Я посмотрел вниз, туда, где металл выступал из земли. Кристально чистый лед, а на стыке с металлом и вовсе подтаивает, превращаясь в воду. Я присел на колено, вгляделся и увидел за толщей льда что-то непонятное, но привлекающее внимание.


– Тут что-то есть, – громко крикнул я, да так, что у самого уши заболели. Мэри со Слейтом оказались рядом мгновенно. Судя по всему, они ничего не увидели.


– Похоже, нам предстоит кое-что раскопать, босс, – с волнением в голосе сказал Слейт. – Я готов.


– И чем копать собрался? – Я взглянул на него, ожидая, что здоровяк достанет из кузова ровера лопату.


– Как насчет вот того? – Он покрепче обхватил винтовку. Что ж, раньше она помогала пробиться сквозь лед, почему не сейчас?


Я кивнул, поднялся. Мы с Мэри отошли подальше. Я заметил, что она слегка пошатывается.


– Как голова?


– Настолько хорошо, насколько можно ожидать, – ответила она. – Чувство такое, как будто не в своей тарелке, но ни за что на свете не пропущу такое. Целый год я за ними гонялась, надеялась, что наши пути пересекутся, и вот, наконец, есть шанс узнать, где они находятся.


Слейт выстрелил, выставив малую мощность. Сделал первый разрез, потом еще три, сделав прямоугольник, потом начал разрезать лед внутри квадрата линиями от одного края к другому до тех пор, пока лед не превратился в маленькие квадратики.


– Насколько глубоко? – спросил я.


Слейт пожал плечами, присел и вытащил наружу ледяной брус. Вышло примерно на три фута в длину.


– Примерно вот так.


Мы с Мэри присоединились к нему, помогая вытаскивать разрезанный на брусья лед.


– Теперь ту штуковину лучше видно. – Мэри включила мощный фонарик на рукаве скафандра и направила луч вниз. Я разглядел большой твердый темный предмет.


Мы с Мэри достали свои винтовки, распределили участки. Слейт спрыгнул в пробуравленный колодец, им же проделанный, и начал вгрызаться глубже. Повторив процесс раза три, он позвал нас, чтобы показать находку. Он прорубился сквозь десятифутовый слой льда и достиг металлической поверхности.


– Как думаете, насколько большая эта штуковина? – спросил я, пытаясь разглядеть в ночной темноте хоть что-нибудь. Свет от фар ровера хоть и направлен на место раскопок, но создавал больше бликов, что не давало как следует рассмотреть находку.


– Не могу сказать. Давайте продолжим. – Слейт тут же начал рубить лед на соседнем участке, расширяя колодец.


В этом духе мы работали где-то около часа и вскоре добрались до участка, начинавшемуся в десяти футах слева от символа, замороженного во льду. Размерами он был где-то тридцать футов в ширину и двадцать в длину.


– Наверное, крыша, – предположила Мэри, усаживаясь на колени. – Если так, нужно попробовать найти вход, либо откапывать эту штуковину целиком.


Слейт уселся на пол.


– Если кто не заметил, – сказал он, – мы здесь уже несколько часов. Мой скафандр нуждается в подзарядке.


Я съежился, поняв, что и мой скафандр в любую минуту может разрядиться.


Мэри, пока мы со Слейтом отдыхали, прислонившись к ледяной стене, ползала в поисках… чего-нибудь.


– Парни, – вдруг воскликнула она возбужденным голосом. Я чуть было не забеспокоился, может, все же, сильно ударилась тогда головой.


– Что там у тебя? – Я быстро встал, поскользнулся, чуть было не грохнувшись, но устоял.


Она посмотрела на меня и ее губ расплылись в широкой улыбке.


– Я нашла!


Я присмотрелся, поначалу ничего не увидел, лишь когда Мэри показала пальцем, увидел на гладкой поверхности четкую трещину. Проследил за ней, понял, что это не просто трещина, а небольшой прямоугольник, выделяющийся на основной поверхности.


– Слейт, тащи монтировку! – крикнул я. Здоровяк появился через минуту.


Я показал на трещинку, Слейт тут же вставил в нее плоский конец монтировки, поднажал и, к нашему удивлению, крышка приподнялась. Дальняя сторона оказалась на петлях. Слейт поднатужился, приподнял люк и откинул его.


– Ты первый, – сказал я здоровяку, но он даже не улыбнулся. Нахмурившись, уставился в темноту проема.


Мэри присела, посветила фонариком в отверстие. Там оказалось пусто. Пол всего в десяти футах. Мэри наклонилась еще, буквально исчезая внутри, чтобы рассмотреть получше, что там, но я схватил ее и вытащил обратно.


– Уже забыла, что произошло в прошлый раз? Между прочим, это случилось сегодня. Ты могла погибнуть. Дай-ка лучше я.


Мэри сделала приглашающий жест, мол, прошу вас, сударь. Я опустился на колени.


– Слейт, подстрахуй.


Здоровяк обхватил ручищами мои ноги, я тут же просунул в отверстие руки и голову. Судя по хватке Слейта я сейчас в полной безопасности.


Включил фонарик, его успела вручить мне Мэри, обвел помещение лучом света. Смотреть тут было не на что. Пусто. И выглядело точно так же, как снаружи: гладким и черным.


– Тут ничего нет. Зачем на безжизненной планете вдруг оказалась пустая инопланетная коробка? – сказал я, готовый уже выбираться обратно, но тут почувствовал вибрацию и, прежде, чем сообразил, что происходит, затряслось все помещение, словно мы оказались в эпицентре землетрясения.


– Слейт, держи меня! – закричал я, но было уже поздно.


Инопланетная коробка заходила ходуном, уронив Слейта, тот перестал держать меня и я полетел в дыру. Я попытался вывернуться, чтобы не приземлиться на голову. Основной удар пришелся на плечи.


Дрожь тут же прекратилась, а я лежал, стараясь не шевелиться.


– Дин! – тревожно крикнула сверху Мэри. Я застонал, давая им понять, что со мной все в порядке, потом сел и с помощью фонарика осмотрел помещение. Пустое. И копаться в ней – пустая трата времени.


– Здесь пусто! – крикнул я. – Скиньте веревку, что ли, вытащите меня. – Я поднялся, прошел по периметру помещения. На стенах различил такие же символы, как снаружи. Убедился, что нашлемная камера включена и работает, продолжил обход, ведя перчаткой скафандра по гладкой поверхности стены. Что означают эти символы? Ух, как хочется сравнить их с теми, что находятся в портале, а то и с символами скрытых миров. Возможно, найдутся рабочие. А может, и вовсе имеют какое-то отношение к Теос, которых стремится найти Мэри?


Сверху упал конец веревки. Я устремился к нему, но тут кое-что заметил краем глаза. Помещение было общим, без внутренних стен и примерно футах в пятнадцати от люка, лежал небольшой предмет.


– Кое-что нашел, – сказал я, вызвав шквал комментариев. Впрочем, все их проигнорировал, подошел к находке, присел, стараясь рассмотреть, что это, прежде чем брать в руки. Это оказался небольшой квадратный камешек, шесть на шесть дюймов. Зеленый камешек показался мне знакомым. Похожий находился в кулоне, который подарила мне Джанин, и которое я ношу по сей день.


– Что там? – прозвучал в наушнике голос Мэри.


Я повертел находку в ладони, увидел символ, такой же, какой привлек наше внимание там, наверху. На остальных гранях, включая маленькие боковые, тоже обнаружился такой же символ, но только меньше размером. В остальном камень выглядел обычно. Знакомо, но отличающийся от артефакта, который Сарлун назвал реликвией Теос. Они нашли его год назад и теперь ломают голову, пытаясь понять, что он делает.


– Все, я поднимаюсь, – сказал я, засунув камешек в маленький футляр, прикрепленный к скафандру. Осмотрев напоследок помещение, чтобы убедиться, что ничего не пропустил, что найденный камень – это все, что в нем находилось, я подошел к веревке.


Не успел прицепить ее к поясу, как вокруг меня раздался треск, словно лед, в котором погребено это помещение, вдруг начал двигаться, угрожая раздавить все, что в нем находится.


– Вытаскивайте меня! – закричал я, почувствовав, как накатывает приступ клаустрофобии.


За пояс сильно дернуло, я покрепче ухватился за веревку, давая Слейту вытянуть меня. Вскоре я уже вылезал наружу, а угрожающий треск вокруг нас становился все громче.


– Лед трескается! Нужно уходить! – сказал Слейт.


Я отвязал веревку и бросился к роверу следом за ним и Мэри. Покидали в кузов припасы, запрыгнули сами. Земля задрожала. Слейт рванул с места. Ровер заскользил по гладкой поверхности льда, уезжая прочь. Я оглянулся, увидел, что мы забыли фонарик, то лежал, освещая боковую сторону выпирающего изо льда металлического символа. Мгновение спустя до нас донесся скрежещущий звук и наша находка погрузилась под лед целиком.


Слейт остановил ровер, когда отъехал примерно на полумилю. Отсюда мы не смогли рассмотреть ни символа, ни ямы, которая должна была образоваться на том месте. Планета поглотила инопланетный артефакт целиком, не оставив на этом месте ничего.


– Что это было? – спросила Мэри.


– Думаю, это как-то связано с вот этой штуковиной. – Трясущейся рукой я вытащил из футляра зеленый камешек. Сейчас тот слегка светился.


Глава третья


– Почему мы не отправились прямиком на Шиммали? – спросила Мэри. Она до сих пор сердилась на меня, расхаживала по гостиной, как медведь в клетке. А я не хотел отвечать, потому что уже три раза это делал.


Вслед за ней по пятам, гавкая, гонялась Мэгги. Она была не единственной, кого тревожило поведение Мэри.


Та остановилась, и я почувствовал, как пронзительный взгляд прожигает в затылке дыру.


– Хорошо, хорошо, утром первым делом отправимся туда. У нас через пару дней встреча с привратниками, я думал, это может подождать.


– Но…


– Давай не будем ссориться и согласимся, что это важно. Я устал и хочу, чтобы ты прошла хоть какое-нибудь обследование. Удар головой о камень мог не пройти бесследно. – Вот из меня и вырвалась настоящая причина. Я услышал, как вздохнула Мэри. Потом она положила ладони мне на плечи.


– Почему ты сразу не сказал мне об этом? – мягко спросила она.


– Потому что ты упрямая и сказала, что с тобой все в порядке.


– Может, ты и прав. – Она чмокнула меня в макушку, а я взял ее ладонь, все еще лежащую на моем плече, в свою.


– Ясен день, – улыбнулся я. – А чего это ты вдруг разволновалась из-за всего этого?


– Из-за этого? – чуть возмущенно вскинулась Мэри. – Мы говорим о поиске исчезнувшей инопланетной расы. А вдруг, это те самые боги из древних легенд.


– Ты ведь сама в это не веришь, да? В то, что это боги.


Она ушла на кухню и вскоре оттуда донесся запах лимонного чая. Потом она появилась передо мной, поставила на кофейный столик чашку с дымящимся напитком. Я одними губами сказал «спасибо». Мэри уселась напротив, поджала ноги и охватила ладонями горячую кружку. Волосы упали на лицо, когда она склонилась над чашкой. А потом, когда снова взглянула на меня, я почувствовал себя юношей, влюбленным в первый раз.


– Я не знаю, чему верить, – сказала она. – Хочешь сказать, что наша находка – не подсказка, оставленная для привратников?


Я взял кружку, слегка подул на чай, потом немного отхлебнул. На колени забралась Мэгги, и я, чтобы не пролить на нее горячее, отхлебнул еще.


– Возможно, ты права. Непонятное помещение, похожее на некий символ со спрятанным внутри зеленым камнем. Каковы шансы, что его кто-нибудь найдет, особенно в забытом ледяном мире?


– Именно. Когда ты подобрал артефакт, это место самоуничтожилось.


– Между прочим, чуть было не вместе с нами, – напомнил я. – Не уверен, что мне нравится их тактика.


– В том-то и дело. Только достойным удалось бы сбежать с артефактом. У нас в руках предмет – ключ к разгадке местонахождения Теос. Я в этом уверена. – Она отпила немного чая и я почувствовал, что и меня охватывает волнение.


Что, если мы их найдем? Что тогда? Спросим, зачем они построили порталы? Или почему сбежали, покинув вселенную? Несмотря на все разговоры, что я слышал целый год, ни у кого не было ничего, кроме слухов и предположений. Мы понятия не имели, как они выглядят и где их видели последний раз.


– Мы заключили соглашение с Бхлат. Как думаешь, привратники согласятся отдать им ледяной мир после нашего открытия? – спросил я. Мне интересно было мнение жены.


– Не уверена. Как думаешь, там могут быть еще какие-нибудь артефакты? – поинтересовалась Мэри.


– Понятия не имею, но интуиция подсказывает, что это все, что там было.


– Думаю, наша находка подойдет к артефакту, который есть у Сарлуна, – наконец, произнесла она. Я ждал, может она добавит еще что-нибудь.


– Тоже так думаю. – При мысли о последствиях участился пульс. Если поместим найденный камень в предмет, который находится у Сарлуна, что произойдет? Мы ж ничего не знаем, а это может оказаться оружием. Может, Теос создали тайные порталы во все миры, чтобы тайно проникать в них, а то и вовсе захватывать. – После События и вторжения бхлат трудно доверять хоть кому-то.


– Ты ведь доверяешь Сарлуну и Суме. И сейчас мы с тобой часть группы существ, о которых несколько лет назад не имели понятия, – сказала Мэри, напомнив о нашей первой встрече с привратниками. Было представлено десять миров, каждый из которых сильно отличался от других. Тогда Сарлун забыл сказать, что один из них сделан из газа, и я прошел сквозь него, нарушив сразу несколько правил.


– Да, они наверняка заслужили наше доверие, а мы заслужили их. Теос, с другой стороны, не сделали для этого ничего. И вообще, если за старым трюком «спрятанный в ящике зеленый камень» стоят они, получается, что они покушались на меня, так что бей первым.


Мэри усмехнулась, занялась чаем. Было видно, что ее клонит ко сну, а это явный признак усталости. Я тоже устал, и горячий чай, смешанный с тихим посапыванием кокер-спаниеля, убаюкивал меня.


– Давай ложиться спать, завтра узнаем больше, – предложила Мэри.


– Сейчас приду.


Я пошевелился, Мэгги тут же встрепенулась, спрыгнула с колен и рванула к входной двери, прикоснулась к ней левой лапой, давая понять, что ее нужно выпустить.


Было уже поздно, небо темное и зловещее. Сквозь облака просвечивают несколько звезд. Подумалось, на месте ли сейчас некоторые из них, или же давно нет, и только свет от них до сих пор виден отсюда. Возможно, именно это мы сейчас и наблюдаем относительно Теос: их следы спустя долгое время после исчезновения, как свет давно умершей звезды на небе.


Сделав свои нехитрые дела, Мэгги легкой трусцой отправилась прямиком в спальню. Вскоре мы все втроем лежали в кровати, а в голове все еще крутились вопросы, на которые не было ответов.


***


– Где остальные? – спросил я у Сарлуна, когда мы зашли в его кабинет на Шиммале.


Худой инопланетянин дернул носом и посмотрел на меня.


– Сегодня здесь только мы.


– Разве не нужно, чтобы и остальные услышали то, что мы хотим сказать? – спросила Мэри.


Сарлун что-то прочирикал в ответ и, когда переводчик не перевел его слова, он постучал по устройству, лежащему на столе.


– Ну что, заработал? – громко сказал он и, убедившись, что прибор начал произносить слова на другом языке, сказал: – Они вряд ли успели бы прибыть в такой короткий срок.


Я хотел было спросить подробности, но подумал, что раз он захотел прежде лично побеседовать с нами, значит, у него была веская причина.


– У вас есть что сказать о ледяном мире? – спросил он, наклонясь вперед, показывая этим, что его это очень интересует.


– Да, – кивнула Мэри, – мы нашли артефакт.


Я протянул электронную карту памяти со скинутыми на нее подробностями для его проекта картографии миров с имеющимися порталами.


Сарлун сунул карту в устройство и на стене кабинета, на которую до этого транслировалась картинка с произведениями искусства, появились кадры с видеокамеры беспилотников. Картинки с моего беспилотника и беспилотника Слейта я на карту не записал, там не было ничего интересного, кроме льда, снега и ветра.


А видео с беспилотника Мэри мы чуть подредактировали, вырезав большую часть полета, так что на стене буквально сразу появилась поляна с вмороженным в лет инородной металлической штуковиной. Сарлун подался вперед, словно желая лучше рассмотреть картинку. Сверху металлическая штуковина была похожа на некий символ.


– Потрясающе, – донеслось из переводчика. – Я не узнаю его. Он из… – Сарлун не договорил. Он знал, что у меня есть доступ к скрытой части базы, хранящейся в кристалах порталов, той самой, которую Карим с единомышленниками упорно старались скрыть от всех навсегда. Сарлун никогда не расспрашивал меня об этом, но я знал, что любопытство гложет его изнутри


– Я такого никогда раньше не видел, – сказал я.


– Думаю, это их мир, – сказала Мэри. – Это должен быть их мир.


– В смысле, мир Теос? – уточнил Сарлун. – Не обязательно, но возможно.


На экране появились мелкие символы, нанесенные на стены большой металлической штуковины. Слейт постарался на славу, сняв все подробно. По всему экрану, через каждые несколько футов, находились косые, искривленные черточки, обозначающие пять других портальных миров. Я распознал только три, видел их в порталах, но не было возможности проверить те, что заблокировали Теос. Видимо, у них были веские причины, закрыть от доступа часть планет. При обычных обстоятельствах отсутствие доступа, скажем, в родной мир бхлат было бы отличным делом.


От волнения кончик носа Сарлуна поднялся вверх. Он взял планшет, начал на нем что-то листать.


– Вот, смотри, значок слева, – сказал он, указывая на четыре прямоугольника, расположенные перед маленьким кругом. – Это ни что иное, как Атррон. Я там был… однажды. Помню, каким впечатляющим показалось это место. Конечно, все это должно быть связано с Теос. – От самого Сарлуна исходила волнительное щебетание, и только переводчик переводил ровно и без затей.


Мы обсудили два других мира, о которых знал Сарлун. Но, поскольку он сам там никогда не был, он не мог сказать больше того, что находилось в базе привратников.


На стене поплыли кадры, снятые с вездехода. Сарлун аж привстал, когда отрытая нами металлическая штуковина скрылась во льду.


– Что вы там нашли? – спросил он.


– С чего ты взял, что мы там что-то нашли? – спросила Мэри и в ее глазах мелькнул хитрый огонек.


– Потому что это единственная причина, по которой ваша находка была поглощена льдом. Кто-то прошел тест. – Сарлун было сел обратно в кресло, но тут же вскочил и подошел к стене, на котором демонстрировалась запись.


– Зачем вообще нужен тест? Чего они хотят? – поинтересовался я.


– Теос были самой разумной расой из когда-либо существовавших, но у них был также ненасытный аппетит к головоломкам и испытаниям.


– Прошли столетия с тех пор, как их видели, а сейчас мы находим ключ к разгадке. С какой целью? – Мэри нервно потерла ладони и начала крутить кольцо на пальце, размышляя над этой проблемой.


– Если строить догадки, – ответил Сарлун, – я бы сказал, что они хотят, чтобы их нашли.


– Зачем?


– А вот этого я не могу сказать.


Я достал из сумки найденный камень.


– Может, эта штука что-нибудь подскажет?


Черные глаза Сарлуна расширились, узкий рот несколько раз открылся и закрылся прежде, чем он издал первый звук.


– Это недостающая часть.


– Не уверен, но кажется вероятным, – сказал я.


– Идите за мной, мне нужен свежий взгляд. – Сарлун вышел из кабинета, мы с Мэри последовали за ним, вышли в коридор, оформленный в том же стиле, что и белоснежный кабинет.


Время от времени встречали других шиммали, улыбались, с кем-то здоровались, а с парочкой и вовсе обменялись любезностями. При первой встрече казалось, что у них твердый панцирь, но, чем больше общались, узнавали друг друга, они смягчались и теперь относились к нам как к равным.


– Куда ты нас ведешь? – спросила Мэри, когда свет стал тусклее, а стены, казалось, потеряли свой блеск.


Сарлун не ответил, только жестом пригласил следовать за ним, и вскоре мы оказались напротив серой стальной двери. Сарлун набрал код на клавиатуре с незнакомыми символами, дверь открылась.


– То, что вы сейчас увидите, не должно выйти за пределы этой комнаты. Договорились?


Такой выбор слов застал меня врасплох, но я подыграл. Н-да уж, автоматический переводчик до сих пор производил на меня неизгладимое впечатление.


– Согласны, – сказал я, Мэри только кивнула. Не успел Сарлун отвернуться, как она посмотрела на меня, сделав удивленный вид.


Сарлун закрыл дверь, на потолке зажглась яркая лампочка.


– Добро пожаловать в хранилище с моей коллекцией.


Глазам потребовалась секунда, чтобы привыкнуть к яркому свету. Я увидел ряды стеллажей, заполненных странными на вид предметами. Протяжно присвистнул, не совсем понимая, на что именно смотрю, но, все равно, изрядно впечатленный.


Мэри шагнула между стеллажей. Сарлун остался на месте, наблюдая, как мы осматриваем комнату. Это было большое помещение, наверное, около двух тысяч квадратных футов, потолки в пятнадцати футах. Между стеллажами ярда три минимум, каждый стеллаж около двенадцати футов в длину и восьми в высоту. Я шел вслед за Мэри мимо первого ряда и видел десятки каменных предметов. Некоторые похожи на грубые инструменты, чаши, кубки, молотки. Подобные экспонаты можно увидеть в музее естественной истории.


– Откуда это все? – спросил я, пытаясь взять в руки камень, похожий на ложку с длинной ручкой, но активировался силовой щит синего цвета, не давший пальцам прикоснуться к экспонату, да еще вызвавший легкое покалывание в пальцах.


– Это из самого первого мира, в котором я побывал, – ответил Сарлун. – Я был тогда еще молод, всего тридцать лет. – Интересно, в нашем исчислении это сколько будет? – Транлок 4. Планета пережила вымирание. Мы были не уверены, что с ними случилось, но когда я туда попал, этими предметами пользовались самые продвинутые существа. Нам показалось, что в этой стадии они находились целые столетия, без какой либо эволюции. Довольно уникальная история. – Сарлун задумчиво смотрел на полки.


Я невольно улыбнулся, разглядывая примитивную утварь, похожую на ту, какой пользовались первобытные люди на Земле.


– А что на счет этого? – спросила Мэри, успевшая зайти в соседний ряд. Я поспешил туда же, посмотреть, что она там обнаружила. Она показывала на замысловатый шлем, ассиметричный, но красивый.


– Шлем из мира Лооргов. Они завоевывали всех, не жалея никого. Войска их предводителя Пло вели битвы в каждом регионе, и после каждой победы Пло забирал кости самого главного военачальника. Этот шлем сделан из костей сорока семи из них. – Сказал Сарлун, по всему видно, весьма довольный собой.


– А у тебя он откуда? – поинтересовался я.


– Один из нас оказался свидетелем восстания против Пло. Его обезглавили на поле боя, и в этом хаосе удалось подобрать шлем.


С каждой минутой шиммалианцы вызывали у меня все больший интерес.


– Ну и когда мы будем готовы посетить обитаемую планету? – спросила Мэри. До сих по он отправлял нас в миры без разумной жизни.


– Когда остальные привратники скажут, что вы готовы, – ответил Сарлун. Мэри посмотрела на меня и закатила глаза.


– А ты? Что ты думаешь? Мы готовы? – спросил я.


Какое-то время он смотрел на меня оценивающе. Ни одна клеточка его тела не дрогнула.


– Да.


Меня охватило облегчение, смешанное с тревогой. Ведь до сих пор мы не посещали миры, изобилующие жизнью, чужой культурой и политикой. До сих пор, по сути, мы отправлялись в походы по планетам, населенным, в лучшем случае, дикой флорой и фауной. Я не возражал. После таких походов мы возвращались домой и радовались проделанной работе, не задаваясь вопросом, насколько негативно повлияли на чужую расу и не изменили ли вектор ее развития.


Я уже побывал как минимум на дюжине планет, каждая из которых кардинально отличалась от предыдущей. Что принесет следующая?


Сарлун прошел мимо, целеустремленно направляясь в дальний конец помещения, где заканчивались стеллажи с древними артефактами. Набрал какой-то шифр на панели управления последнего ряда полок, там вспыхнул и погас синий огонек. Сарлун кончиком пальца прикоснулся к черной коробке и та разделилась пополам, обнажив предмет того же цвета, как найденный мной камень. Такую штуку я видел только на картинках, но теперь мог бы сказать, что мой камешек принадлежит этой штуковине.


Штуковина была немного шире моего камня, и выглядела как подставка для него. Из краев торчали четыре зубца, образуя этакую подставку, на которую можно положить мой камень. Я облизал губы, почувствовав, как от волнения пересохло в горле. Я огляделся в поисках воды, но ничего не увидел.


Рядом уже стояла Мэри и мы вдвоем рассматривали представленный артефакт. Сарлун улыбнулся и протянул руку. Без малейшего колебания я вытащил найденный на ледяной планете камень из рюкзака и положил его на толстую ладонь.


Когда Сарлун поднес камень к подставке, оба драгоценных камешка засветились зеленым светом. Я почувствовал, как камень на груди нагрелся, как в ночь События. Я вытащил его – он и впрямь ярко горел.


Мэри огляделась, как будто ожидая, что все вокруг вот-вот начнут взлетать в небо. Некоторые страхи не рассеялись до сих пор. Я увидел, как она быстро проверила, на месте ли кольцо Боба, висит ли оно на цепочке на шее. Она не надевает его уже несколько лет.


– Все в порядке, – заверил я ее.


– Как интересно, – прочирикал Сарлун.


– Еще бы. Эти камни использовались в тщательно продуманном плане Краски. Выходит, они точно такие же, как те, что, по твоим словам, служат подсказками, оставленными Теос. Что, если это запасной план наших заклятых друзей? А если Краски на самом деле не исчезли? Кто-нибудь проверял их родной мир? – На моем лбу аж капли пота выступили, стоило задуматься, насколько сложна вся эта история на самом деле.


Сарлун не ответил, и я расценил его молчание как подтверждение. Показалось, что он пытался разобраться в этом деле.


– Мы не проверяли, – наконец, сказал он, – не видели в этом необходимости. Особенно сейчас, когда твоего мира больше нет.


– Земли больше нет, но Нью-Сперо процветает. – Я содрогнулся, представив, как на наш новый мир спускаются огромные черные корабли. Нельзя допустить, чтобы такое случилось.


– Как бы там ни было, их мир захватили бхлат, – сказала Мэри. – Они бежали от них.


– Мы точно это знаем? Или верим словам гибрида-предателя? – Я произнес эти слова с большей долей яда, чем намеревался.


– Разберемся и с этим, а пока давайте посмотрим, что у нас здесь. – Сарлун аккуратно положил мой камень на артефакт, покоящийся на полке. До времени они светились, но как только соприкоснулись, оба потускнели. Сарлун взглянул на меня, и окончательно положил новоприобретенный камень на подставку.


Глава четвертая


Ничего не произошло.


– Я не на такое рассчитывала. – Судя по выражению лица, Мэри явно была разочарована.


– Камень кубической формы, у него шесть граней, – сказал я, взял камень и, повернув его так, чтобы грань с самым большим символом была обращена вверх, к небу, снова опустил его на подставку.


Помещение озарилось зеленым светом, да таким ярким, что я испугался даже, не взорвались ли мы сами. Мы словно очутились в другом месте, где целую вечность царил яркий зеленый цвет.


– Дин! – крикнул Сарлун, но переводчик не выразил эмоций. Я взял камень и приподнял его. Уровень освещенности помещения тут же снизился, я снова смог разглядеть фигуры Сарлуна и Мэри рядом с собой.


Чем дальше я относил от подставки камень, тем яркость уменьшалась. С минуту мы молчали, все наше внимание было сосредоточено на полке с артефактами.


Над верхней гранью принесенного мной камня появилась тень символа, высеченного на самом камне. Она парил над ним, достигнув четырех футов в поперечнике. Мы, на всякий случай, отошли от стеллажа.


– Видел когда-нибудь что-нибудь подобное? – спросила у привратника шиммали Мэри.


Он что-то прочирикал невнятное, на своем языке, чего переводчик не смог уловить. Либо произнесено было слишком для него тихо, либо что-то нецензурное.


Тут тень снова пришла в движение, на этот раз принимая человеческую форму. Она парила в воздухе, ноги утопали в камне. Тень не стала плотнее, но растянулась еще больше, пока мы не увидели тонкие ноги, длинный торс и руки, опускавшиеся ниже колен. Голова повернулась к нам, да так, словно оценивающе рассматривала нас.


Волоски на руках ощетинились. Все походило на какой-то фильм ужасов, только транслирующийся из камня, который я таскал при себе целых два дня. И он был у меня дома!


– Здрасьте! – сказал я, не в силах скрыть дрожь в голосе. Голова тени с дымчато-серым лицом повернулась ко мне и замерла. У нее не было лица, не было глаз, так что я не мог сказать, смотрит ли она прямо на меня или мимо.


Сарлун нажал кнопку на переводчике и зачирикал на своем языке. Похоже, выключил переводчик, потому что на английском не было произнесено ни слова.


– Что ты делаешь? – спросил я. Однако, как много мы не знаем о Сарлуне и вообще о шиммали.


Сарлун не ответил. Он опустился на одно колено перед тенью. Он продолжал говорить, а мы с Мэри слышали только трель, похожую на красивую птичью песню.


Все это время тень молчала, но, как только Сарлун закончил говорить, ответила. Сарлун успел включить переводчик как раз в этот момент. Тень говорила на чистом шиммальском, а устройство переводило на английский.


– Кто идет?


– Оно разговаривает? – удивленно прошептала Мэри. Тень еле двигалась, голова поворачивалась из стороны в сторону, по очереди рассматривая нас.


Я заметил, что движения время от времени повторяются.


– Как закольцованная запись, – тихо сказал я. – На самом деле это же ведь запись, да?


– Нет, – Сарлун покачал головой. – Это Древний.


– Кто идет? – тень повторила вопрос.


Сарлун выпрямился, выпятил грудь и громко произнес:


– Сарлун Шим, главный привратник порталов Теос.


Потом посмотрел на нас и жестом предложил говорить. Мэри кивнула, мол, давай первый. Я кхмыкнул и сказал:


– Дин Паркер, бухгалтер и привратник, родом с Земли, а совсем недавно с Нью-Сперо. – Надеюсь, должность бухгалтера произвела впечатление на давно умершее существо из тени.


– Мэри Лафон… – Начала Мэри, но тут же поправилась: – Мэри Паркер. – Я ей раньше говорил, что не хочу оказывать никакого давления, чтобы она меняла фамилию, но она призналась, что хочет этого. – Капитан военно-воздушных сил, привратник с Земли и, совсем недавно, еще и с Нью-Сперо.


Я подмигнул ей, радуясь, что она тоже использовала старый титул.


Нам не пришлось ждать долго, пока тень заговорит.


– Кто вызвал меня сюда?


– Технически, мы все. У Сарлуна была подставка, а мы принесли камень. – Слова Мэри были переведены автоматическим переводчиком в щебетание и чириканье шиммали.


– Кто из ваз вызвал меня? – снова спросила тень.


– Дин Паркер, – сказа Сарлун и у меня тут же встали волосы дыбом на затылке.


– Очень хорошо, – сказала тень и все мы замерли, ожидая продолжения.


– Это было неприятно, – шепнул я, обращаясь к Мэри, но в этот миг тень быстро двинулась в мою сторону. Прежде чем я успел пригнуться или убежать, она проникла в мою душу.


***


Я стоял на утесе в тысяче футов над глубоким синим океаном. Даже с такой высоты слышал плеск огромных волн о скалистые выступы внизу. В небе висит желтая звезда, слишком близкая, чтобы быть Солнцем и слишком бледная, чтобы быть Проксимой.


Я попытался вспомнить, как здесь оказался. Но не смог. Я тут один? Медленно огляделся и никого больше не увидел. Меня окружала вода. Кусочек суши, на котором я стоял, был едва ли в сотню футов. Я прошел его с одного края до другого. Невероятно крутой и высокий утес. Похоже, надо начинать бояться.


При обычных обстоятельствах я уже был бы в ужасе только от того, что нахожусь на такой высоте, от того, что вокруг, куда ни кинь взгляд только вода до горизонта, угрожающая раздавить меня. Но это была рациональная часть сознания. Сейчас она утверждала, что не надо ничего бояться. Значит, я умер?


Ущипнул себя за предплечье и почувствовал острую боль. Потом осмотрел себя, обнаружил, что одет в бедую форму привратника, подогнанную по размеру на человеческое тело. Когда переодеться-то успел?


– Дин Паркер, – раздался голос за спиной. Я тут же обернулся, но там никого не было. – Дин Паркер. Ты заслужил право на поиск. – Английский говорившего был четким, но говорил он как говорил бы компьютерный синтезатор речи.


На этот раз обернувшись, я увидел контур фигуры, она двигалась свободно, не привязанная к камню. На меня нахлынули воспоминания о мире льда, о том, как я складываю два артефакта вместе, добившись того, что от них начал исходить странный туман.


– Не понял. На какой такой поиск? – спросил я, уверенный, что знаю ответ, но хочу услышать его от этой странной штуковины.


– Теос.


– Почему вы исчезли?


Прошла секунда, и мне показалось, что голова контура повернулась в сторону, всматриваясь в бесконечный океан. Эта штуковина очень похожа на человеческий образ.


– Это тебе предстоит выяснить.


– И в конце я найду вас?


Еще пауза. Я все еще был уверен, что разговариваю с некоей умной записью.


– Да.


– Тогда к чему все эти игры? Почему просто не сказать, где вы? – спросил я.


– Только достойные могут искать нас. Только Истинный сможет найти нас.


Я кхмыкнул, пару секунд наблюдая, как шевелится контур человеческой фигуры, заволоченый темным туманом


– Сколько Истинных находили тебя раньше?


– На протяжении веков многие искали нас. Мы никогда не встречали Истинного.


А вот это уже тревожно. Я вспомнил слова Карима о том, что я особенный. Измени вселенную. Эти его предсмертные слова прилипли ко мне, как клей.


Подождал, пока тень заговорит снова, но, похоже, она запрограммирована на ответы на вопросы.


– Как мне вас найти? – спросил я.


– Ты должен следовать пути.


– Какого пути?


– У тебя есть инструмент. Пользуйся картой.


– Картой? – Интересно, что это значит? Наверное, это относится к символам на карте. – Какого порядка придерживаться?


– Порядок установлен. Все части будут следовать друг за другом.


Ответ не определенный, но ясный. Ну, я понял, поэтому решил попытать счастья для большей определенности.


– С какого месте советуешь начать?


– С самого низа.


– Что там? – Почему-то рассчитывал услышать в ответ какую-нибудь непонятную двусмысленность.


– Лес знаний.


– Что ты можешь сказать о нем? – Еще одна попытка.


– Лес знаний.


Я попробовал еще пару раз уточнить, но в ответ получал одно и то же. Внезапно пришло осознание, что мое посещение этого островка заканчивается.


– Я Истинный? – спросил, чувствуя, как даже в этом странном месте по спине вниз потекла капля пота. Это все от нервов.


– Со временем выяснится.


Я хотел было задать еще вопрос, но он оборвал меня:


– Теос ждут тебя. Только тогда остановится раскручивание.


– Что за раскручивание? – Но тень начала рассеиваться, превращаясь из легкого человекеообразного облака в символ Теос – вертикальную линию, которую пересекали три горизонтальные линии. Она хлынула в мою сторону, вошла в меня, а когда я раскрыл глаза, увидел, как надо мной склонились Мэри и Сарлун.


– Дин! Дин! – Мэри трясла меня, а в ее прекрасных глазах я увидел панику.


– Я в порядке, – кашлянул я. – Водички бы.


Сарлун бросился куда-то и вскоре появился с тремя бутылками с кристально-голубой жидкостью. Я выхватил у него одну бутылку и залпом осушил ее всю. Вода показалось мягкой и слегка сладковатой на вкус.


Опустошив бутылку, я поставил ее на полку с артефактами, они больше не светились. Казались мертвыми, как камень.


– Что только что произошло, черт возьми? – серьезным тоном спросила Мэри.


– На что было похоже? – поинтересовался я – мне в самом деле было интересно, я исчезал отсюда или только разум покинул тело.


– Ты стоял, как зомби. Эта штука пронзила тебя и ты перестал реагировать вообще ни на что. – Слова вырывались из Мэри подобно водопаду. Вода… почему-то снова захотелось пить. Наверное, это как-то связано с тем, что призрак бога тысячелетней давности вторгся в мой личный мир.


– Как долго меня не было?


Сарлун отпил немного воды из бутылки: хоботок при этом вошел в горлышко. Потом сказал:


– Недолго, но достаточно, чтобы Мэри забеспокоилась. – Он взглянул мне в глаза и добавил: – Чтобы мы оба забеспокоились.


Мне этот парень начинал нравиться еще больше.


– Дин, прекращай. Что случилось? – потребовала Мэри.


– Я был где-то. Сначала даже не помнил, где должен быть. Оказался на острове размером с эту комнату в тысяче футов над океаном, надо мной висела желтая звезда. Я не волновался, не испугался, просто был там и все. А потом там появилась эта штуковина.


– Штуковина? – уточнил Сарлун.


– Ну да, фигура из принесенного мной камня. Долговязая такая тень. Не думаю, что там и впрямь кто-то был, скорее всего запись, отпечаток давно вымершей расы.


– Древние выжили, – радостно защебетал Сарлун. – Они прячутся. Они не исчезли.


– Ты говоришь: «помидор», а я говорю: «мертвый». Чистейшая семантика. – Шиммали не понял, но прежде, чем успел спросить, я продолжил: – В любом случае, я выяснил, что мне дали разрешение на поиск Теос.


– Да! – Мэри широко улыбнулась и захлопала в ладоши.


– Это хорошая новость, – сказал Сарлун и его тонкие губы сами собой расплылись в улыбке.


– Привратники будут довольны? – спросил я.


– Они не должны знать. – Улыбку с лица Сарлуна смело в один момент.


– Почему? – озадачился я. – Разве мы не команда? Профсоюз? Гильдия, или что там еще?


– Есть вещи, которые я бы не доверил никому из них. Даже такая информация о Теос стоит больше, чем ты можешь себе представить. Она стоит больше, чем ваши жизни… больше, чем целые миры. Если станет известно, что у нас есть эти артефакты, – он кивнул в сторону двух артефактов из зеленого камня, – мы очень быстро можем оказаться мертвы.


– Не знал, что тут все настолько серьезно, – сказал я и посмотрел на Мэри, веселось у нее сошла на нет. – Уверена, что желание заняться поиском еще не пропало?


– Думаешь, кто-то из привратников способен причинить вред кому-то из своих? – спросила она у Сарлуна.


– Не знаю. Но иногда язык не сдерживается, особенно в кругу семьи и друзей. Я не могу рисковать, – ответил Сарлун.


– Что там тебе еще сказали, Дин? – спросила Мэри.


– Что нужно идти по пути и пользоваться картой.


– Какой такой картой? – озадачилась она.


Я взял зеленый куб, ощутив его тяжесть. Снова связал свою судьбу с чем-то большим, чем я сам. Внутри все сжалось, как тогда, в Перу, когда я мчал по узкой петляющей дороге на машине несколько лет назад.


Провел пальцем по грани с самым большим символом, в который всего несколько минут назад превратилась тень.


– Мы уже установили, что каждый из этих символов – целый мир. Тут есть символы, соответствующие значкам в базе портала. Поищу и остальные, но у меня есть зацепка.


Мэри и Сарлун навострили уши, желая услышать, что это за зацепка такая.


Я повернул куб и показал ими грань, которая была нижней, когда камень лежал на подставке.


– Начнем вот с него.


Глава пятая


– Вы серьезно намереваетесь заняться этим делом? – Магнус пыхнул сигарой. По двору бегал его сын, Дин, гоняя мяч с другими детьми, мальчиком и девочкой. Они кричали, смеялись. Приятно слышать детский смех здесь, на Нью-Сперо, в приятный солнечный полдень. Жизнь имеет свойство возрождаться, несмотря ни на что.


– Именно так, черт побери, – сказал Слейт, потягивая пиво. По воздуху разнесся аромат жареной говядины, он ударил мне в нос, заставив желудок заурчать от голода. Магнус с Натальей устроили вечеринку по случаю скорого рождения ребенка. Женщины собрались на терассе, воркуя о чем-то своем, пытаясь успокоить нервную от близких родов русскую женщину. Было предложение провести вечеринку у нас, но обычай есть обычай, хотя Нат, казалось, совершенно не радовало такое внимание.


– Даже не верится, что у вас скоро проявится еще один ребенок, Маг. Вы к такому готовы? – спросил я, поглядев на террасу. Там увидел Мэри, одетую в зеленое платье-макси в цветочек. Ветер трепал его, развевая ткань. Волосы от ветра тоже колыхались. Мне захотелось взять ее за руку и увести отсюда, оказаться где-нибудь наедине прежде, чем отправимся на Атррон.


Она заметила, что я наблюдаю за ней с полянки для барбекю, и помахала мне ладошкой. Похоже, ей в голову пришла та же мысль, что и мне.


– Нет, но я в свое время не был готов спасать мир от злобных пришельцев, так что, думаю, справлюсь с маленькой Мэри, – сказал он.


Пиво так и прыснуло изо рта, как из разбрызгивателя, настолько неожиданной оказалась новость.


– Мэри? Ты же не серьезно? Назвать детей Дином и Мэри? Это не просто странно, это безумие! Они же брат и сестра. – Слова вылетали с такой молниеносной быстротой, что Магнус со Слейтом истерически захохотали.


– Какой же ты забавный, – сказал немного успокоившийся Магнус, а Слейт одобряюще хлопнул его по спине. – Мы даже не знаем, мальчик это будет или девочка. – Он взялся за бургеры: убедившись в их готовности, переложил на тарелку. – Но вернемся к твоему секретному заданию. К этим, как их, Теос. Ты уверен, что сможешь найти их?


Я приложил палец к губам, призывая к молчанию.


– Я же рассказывал тебе то, что слышал от Сарлуна. Даже не произноси этого названия, пока все не закончится.


– А что, подозреваешь, что кто-то из гостей с этим сможет что-то сделать? К примеру, Билли, ортопед из Терраны-один? – Магнус кивнул в стороны мужчины, перебрасывающемуся фрисби с еще одним гостем. – Или, наверное, Триша, местный парикмахер? – Магнус кивнул в сторону веранды, где женщины распаковывали подарки.


Все казалось таким нормальным и обыденным, но я нутром чувствовал, что земная традиция вроде празднования предстоящего рождения ребенка на Нью-Сперо неуместна.


– Как бы там ни было, кого бы ты ни считал не подозрительным, сплетни могут стать нашим злейшим врагом. Видел бы ты лицо Сарлуна, когда он говорил, что целые планеты могут пострадать, если окажутся на пути даже таких незначительных с виду вещей, как артефакты, которые он прячет. Последнее, что я хочу – это чтобы пострадала Сума и ее планета.


– Извини, – кивнул Магнус, – не думал, что здесь все так серьезно. Наверное, – он легонько хлопнул Слейта по руке, – я немного завидую, что в путешествие отправляется этот щенок, а не я.


Как по команде, к нам подбежали три собаки. Те, кто помоложе, значительно опередили Кэри, тот с возрастом становился все медлительнее. Показалось, что я только вчера взял его с собой в длительное путешествие, и вот он уже старик.


Я нагнулся и почесал его макушку, потом погладил по спине. Он плюхнулся на спину, требуя, чтобы его погладили по животу и я, конечно же, выполнил просьбу.


– Не возражаешь, если Мэгги несколько дней поживет у тебя? Надеюсь, что меньше. – Не знаю, сколько времени займет наша миссия и успеем ли вернуться на Нью-Сперо до того, как доберемся до второй позиции на карте, предложенным найденным в ледяном мире зеленым артефактом.


– Мы будем только рады. Она, гляжу, соскучилась по общению с остальными. Ну, все, ужин готов.


Магнус и Слейт подхватили тарелки, доверху наполненные мясом, всяким, от сосисок с тофу до жареной курицы под острым соусом и старых добрых домашних бургеров. У меня потекли слюнки не хуже, чем у Кэри. Я поплелся вслед за ребятами, надеясь, как и Кэри, что что-нибудь упадет с тарелки, а я подхвачу.


На террасе сдвинули вместе три столика для пикника, мы расселись за ними, получилось в тесноте, да не в обиде. В центре застолья стояли кувшинчики с вином и ведерки со льдом, в которых охлаждалось пиво. Магнус и Слейт ловко расставили тарелки, я пару раз заглянул в дом, принес из холодильника картофельный салат и «Цезарь», тоже салат. Ну и какое барбекю может считаться полноценным без фруктового желе?


Дамы присоединились к нам и мы, наконец, расселись за столом.


– Дети! Пора за стол! – крикнул Магнус, на что со стороны детей донеслись одобрительные возгласы. Подбежал маленький Дин, колени измазаны зеленым, от травы. – Давай живо, умойся, а то мама нас убьет, если увидит, что ты кушаешь грязными руками.


Я услышал его шепот, потом увидел, как маленький Дин отдал честь и убежал в дом.


– Надо же, – улыбнулся Слейт, – отдал честь. Какой хороший мальчик.


– Он часто бывает со мной на базе и видит, как люди делают это. Он очень хочет быть похожим на них. При этом они носят военную форму, а что может быть круче для четырехлетки?


Магнус налил стакан воды, кинул туда несколько кубиков льда из ведерка и передал Наталье.


– Спасибо, – устало улыбнулась та.


– Прекрасно выглядишь, Нат, – сказал я, когда на соседний стул приземлилась Мэри.


– Только чувствую себя не так прекрасно, больше измотанной, – сказала она.


– Хотела бы я виглядеть себя так же, как ты, – сказала Мэри, обняв подругу, – хотя я ни разу не беременна, в отличие от тебя.


– А должна бы. Почему бы тебе не оставить скакать по планетам ради каких-то там возвышенных целей и не завести ребенка? Мы могли бы проводить время вместе, пока малыши спят, – улыбнулась Наталья.


– Мы подумаем над этим, – улыбнулась в ответ Мэри и налила себе в бокал вина. – Возможно, когда закончим эту миссию, мы с Дином серьезно об этом задумаемся. – Теперь она смотрела прямо на меня, в солнечных очках я видел свое отражение и не мог понять, серьезно она сейчас или просто успокаивает Наталью.


Магнус ухмыльнулся и толкнул меня локтем. Я пожал плечами:


– Она здесь главная.


Рядом со Слейтом, сидевшим напротив, появилась молодая симпатичная девушка. Она застенчиво улыбнулась здоровяку махнула ладошкой Мэри и Наталье.


– Еще раз спасибо за приглашение. Было приятно.


– Всегда пожалуйста, Дениз, – ответила Наталья и кивнула, указывая на стул рядом со Слейтом: – Присаживайся с нами.


– Не возражаешь? – спросила та у здоровяка. Тот взглянул на девушку, задержав взгляд чуть дольше, чем было необходимо.


– Никак нет, мэм. Пожалуйста, – встрепенулся он, вызвав у Магнуса легкий смешок.


– Тс-с, – прошептал я, вспомнив, как Слейт открылся мне как-то, поведав о страхе умереть до того, как заведет семью, что было под вопросом, потому как короткая его жизнь наполнена жаждой мести и раскаяния. Я любил этого парня как младшего брата и желал ему только счастья.


Слейт и Дениз начали тихо переговариваться, не замечая никого.


– Где кетчуп? – спросила Мэри.


Мы прекрасно провели вечер с друзьями. Только вот все это время в моих мыслях витала тень Теос. Теос ждут тебя. Только тогда остановится раскручивание.


***


– Все взяли, что нужно? – в третий раз спросил Магнус.


Мы находились в помещении, но Магнус все равно нацепил солнцезащитные очки-авиаторы. Понятно, что накануне он выпил немного больше, чем было нужно. Да почти все мы выпили немного больше, хотя мы с Мэри и ушли пораньше, оставив Слейта увлеченно беседовать с Дениз под светом лампы на террасе.


– Если возьмем что-нибудь еще, нам понадобится мул, – сказала Мэри, складывая в рюкзак веревку.


– О Лесе Знаний Сарлун не слышал, но знает о какой-то религиозной секте, живущей в тамошнем лесу примерно в часе езды на скутере. Попробуем сначала добраться туда, – сказал я. На той планете обнаружилось много форм жизни, и мы о них мало что знали. Информации Сарлуна хватило в лучшем случае на начало путешествия. Зато он поделился дополнением в переводчик диалектом, на котором разговаривали в том мире.


Мы находились в Терране-пять. Скутеры Магнус уже отправил к пещерам, где находился портал. Единственно, жаль, не было возможности заехать к Джеймсу и Изабель, но я пообещал себе, что как только вернемся, так сразу к ним.


Магнус проводил нас к посадочной площадке. На нее опустился челнок, из которого, не успел открыться трап, выскочила блондинка, за которой появилось еще одно знакомое лицо. Надо же, Ник начал отращивать бороду. Я невольно провел ладонью по своему подбородку, раздумывая, а не начать ли тоже ее отращивать.


– Как я рада, что застала вас, – взволнованно воскликнула Клэр.


В утреннее небо поднималось красное солнце: денек на Нью-Сперо обещал быть жарким. В такой день лучше сидеть на крылечке и играться с собакой, а не отправляться куда-то в неизвестность.


– Рада вас видеть, – сказала Мэри. – Жаль, вас не было на вечеринке вчера.


– Она нас не отпустила, хотела успеть все закончить, – подмигнув, пожаловался Ник. – А так я бы не отказался с вами посидеть.


– Еще успеем, – заверил я его.


– Чем-то хотите порадовать? – поинтересовался заинтригованный Слейт. Он любил всякие приспособления, а Клэр постоянно нас радовала новыми удивительными устройствами, которые изобретала, пользуясь инопланетными технологиями, которые мы постоянно таскали домой.


Клэр тут же вытащила из рюкзака что-то серебристое.


– Маскировочные костюмы ценные, в принципе, но громоздкие и не на сто процентов надежные. А вот эту штуку нужно положить на землю и… Будет лучше, если я покажу.


Клэр нажала кнопку и положила серебристую прямоугольную штуковину у своих ног. Луч света взметнулся вверх, а когда исчез, исчезла и Клэр. Я видел челнок, на котором она прилетела, позади нее, и Ника целиком.


Установилась тишина, нарушаемая только чириканьем птиц. На Нью-Сперо привезли множество птиц и зверей, организовав футуристический Ноев ковчег, построенный до того, как Землю окончательно уничтожили.


– И как это у тебя получилось? – спросила Мэри обходя место, где должна была находиться Клэр. Я последовал за ней, но, с какого бы ракурса мы не смотрели, самой Клэр так и не увидели.


– Круто, правда? – раздался ее голос.


Я вытянул руку и почувствовал, как она во что-то уперлась. Во что-то живое.


– Эй! Смотри, за что хватаешься! – С этими словами иллюзия исчезла и перед нами снова появилась Клэр собственной персоной.


Мэри присела, взяла изобретение Клэр в руки.


– Может пригодится, – сказала она.


– Я использовала некоторые наработки шиммали и идею маскировки нашего корабля. Она просто отображает картинку которую вы бы видели, если бы я тут не стояла. Конечно, как показал Дин, физически присутствовать вы не перестаете. С вами можно столкнуться, прикоснуться. – Клэр показала Мэри, на какие кнопки нужно нажимать в случае чего.


Следующие несколько минут она показывала Мэри другие свои изобретения. Мы их все взяли с собой, разместив по рюкзакам.


Обнявшись с Клэр и Ником на прощание, загрузили все на борт шаттла. Мне захотелось избавиться от теплой куртки, потому как успел вспотеть.


Слейт забрался на борт первым, заняв заднее сиденье, Мэри заняла кресло пилота, а я устроился рядом с ней. Полет к пещерам вышел быстрым и не оставил времени на беспокойство. Кондиционеры в салоне помогли мне не сопреть от жары.


С помощью обзорного экрана я посмотрел на удалявшуюся Террану-пять. Город разросся, стал в два раза больше. Все из-за нового притока людей, эвакуированных с Земли. Нью-Сперо перестал быть тем местом, каким мы его застали полтора года, но оставался таким же замечательным и процветающим.


Города получили энергию и позитивный настрой, в который можно легко погрузиться. Многие люди здесь получили не просто второй шанс, они получили третий шанс, и мало кто воспринимал это как должное.


Бывало, мы прогуливались по центру Терраны-один, и я забывал, что мы находимся не на Земле. Первым шагом к исцелению было почувствовать себя комфортно, и мы, люди, делали огромные шаги в этом направлении.


Не успели взлететь, как уже начали приземляться. Местность не успела пока покрыться снегом, сезон еще не подошел. У пещер были установили камеры и прожекторы, чтобы вовремя видеть и отгонять ящеров, те временами наведывались к пещерам. Но уже долгое время охрана Терраны-пять не замечала следов их присутствия.


Мы быстро перетащили припасы ко входу в пещеру. Слейт на всякий случай запустил сирену, чтобы отпугнуть ящеров, мало ли, вдруг кто проскользнул к пещерам, минуя камеры видеонаблюдения.


Прошли знакомой тропкой и оказались в знакомом помещении. Отсюда мы уже не один раз отправлялись в путешествия. Скутеры уже стояли тут, как и обещал Магнус. Мы прикрепили к ним рюкзаки.


Рядом со скутерами аккуратно уложены в пакет скафандры, похожие на те, что из игры EVA. Сарлун говорил, что состав воздуха в том мире, в принципе, схож с земным и пригоден для дыхания, но кто знает, что произошло за тридцать лет с тех пор, как нога последнего привратника ступала на Атррон.


Слейт попросил Мэри помочь ему со шлемом, потом помог с тем же ей и мне. Вот теперь мы готовы к путешествию так, как никогда.


Иероглифы на стенах активизировались, я всмотрелся в них, представляя, что каждый из них уникален, каждый из них особенный.


Мэри уже распоряжалась у стола, просматривая значки на центральном камне.


– Нашла, – воскликнула она.


Я глубоко вздохнул, все еще рассматривая стену пещеры. Что мы собирались найти и в чем смысл погони за давно исчезнувшей расой? На мгновение задумался, а не послать ли ее подальше, эту погоню. Слейт смотрел на меня, понимая, что я испытываю беспокойство.


– Мы должны, – сказал он и его тихие слова эхом донеслись из наушника шлема.


– Давай, Дин. Пора, – сказала Мэри.


– Что ж, давайте найдем наших богов, – сказал я, и Мэри стукнула пальцем по иконке.


Глава шестая


– Сарлуну стоило бы дать нам более точное направление, – сказала Мэри, пытаясь считать показания с электронной карты, пока мы ехали.


Мы притормозили, ветер перестал сильно бить в лицо.


Ландшафт в этом мире оказался самым уникальным из тех, что я до сих пор видел. Пологие холмы покрывала высокая фиолетовая трава, высокие желтые деревья тянулись к небу. Я никогда не видел таких величественных деревьев, хотя приходилось как-то прогуливаться в парке в Калифорнии, полностью состоящем из секвой. Сила тяжести на Атрроне была меньше земной или на Нью-Сперо, где-то ближе к Марсу.


– Смотрите, – воскликнул Слейт, указав на густую линию деревьев, к которой мы подлетали.


До сих пор я думал, что желтые деревья большие, но сейчас увидел деревья вдвое выше, возвышающиеся над кронами желтых деревьев. Их было с дюжину или около того. Огромные ветви покрыты оранжевыми листьями, создававшими иллюзию солнца, висящего в небе над ними. Вид потрясающий.


– Думаю, мы нашли Лес Знаний, – сказал я, пока остальные восхищенно любовались зрелищем.


Вскоре мы подлетели к опушке леса. Темно-фиолетовая трава, чем ближе к лесу, тем становилась все светлее и реже.


– Я больше не вижу тех деревьев, – сказал я. Высоченные гиганты с оранжевыми листьями скрылись под пологом леса.


– Вон, смотри, – сказала Мэри, указывая на просвет в ветвях над нами. Приглядевшись, я увидел верхушку солнечного дерева. Значит, мы на правильном пути.


Я старался не думать, что мы там обнаружим, когда доберемся. Вместо этого глубоко вздохнув, начал наслаждаться путешествием по далекому миру. Сарлун, когда делился с нами информацией, показал, на каком расстоянии находится этот мир от нашего, там даже пришлось изрядно уменьшить масштаб. Даже с нынешними корабельными движками нам потребуются столетия, чтобы добраться сюда.


Каждый раз ступая в новый мир, пусть даже с помощью портала, мы оказывались первыми людьми, которые сделали это. Интересно, Нил Армстронг, когда ступил на лунную пыль, ощущал те же эмоции, что и я?


Высоко на ветке дерева с желтой кроной сидела большая птица, при этом, как показалось, крылья ее были меньше, чем можно было ожидать. Похоже, на этой планете с низкой гравитацией им не нужен очень уж большой размах крыльев. А еще птица была темно-серой, из-за чего выделялась в красочном и ярком пейзаже, как больной палец. Она сидела и наблюдала за нами.


Увидев одну, я заметил десятки других птиц на деревьях. Их головы на тонких шеях поворачивались, провожая нас взглядом.


– Жизнь, – сказала Мэри и на этом все.


Жизнь – это хороший знак.


Сарлун рассказывал, что на Атрроне есть места, похожие на города, но они где-то далеко и находятся на стадии доиндустриального развития. Были дни, когда я тосковал по простой жизни, а потом вспоминал о средней продолжительности жизни и что при такой простой жизни даже зубная боль порой приводила к смерти. Если бы пришлось выбирать, я бы выбрал нынешнее, пусть сто раз затруднительное, положение.


Откуда-то выскочили и побежали рядом с нами несколько существ, но быстро отстали. Разглядеть я их не успел, зафиксировав только темные пятна.


Мэри, мчавшая впереди всех, через десять минут сбавила скорость и остановилась.


– Похоже на чье-то жилище, – сказал Слейт.


Перед нами стояла приземистая хижина, сложенная из бревен, швы замазаны глиной кремового цвета. Из грубо сколоченной трубы валил дым, давая понять, что дом обитаем.


По примеру Мэри, я слез со скутера, взял импульсную винтовку. Жутко не хочется ей пользоваться, но ведь понятия не имеем, с чем предстоит столкнуться. Слейт пошел первым, взгляд под прозрачным забралом шлема жесткий, сосредоточенный. Коротко махнул рукой, мы с Мэри рассредоточились: она вправо, я влево. А Слейт отправился ко входу напрямик.


Когда подошли к домику поближе, оказалось, что он не такой маленький, как мне показалось издали. Несколько деревьев в сотню футов высотой рядом с хижиной искажали перспективу.


Включил автоматический переводчик в надежде, что язык, впихнутый в него Сарлуном, будет нужным.


– Приветствую, – громко сказал Слейт. Я съежился от недружелюбного тона. А в переводе это прозвучало как смесь храпа медведя и ревущего осла.


Мы с Мэри обошли домик, готовые поддержать Слейта по необходимости. За деревянной дверью послышался шорох, как будто кто-то тащил мешок с картошкой по гравийной дорожке. Потом донеслись тихие слова:


– Кто пришел? – прозвучал в наушнике перевод.


Слейт чуть отступил. Дверь в дом открылась и оттуда вышла фигура. Я не видел все в подробностях, но увидел, удивленное лицо Слейта.


Я чуть отступил и увидел, наконец, что его так озадачило. Существо, стоявшее перед ним, было ростом не меньше десяти футов, руки длинные и тонкие, а ноги не толще ладоней. Темно-серого цвета, густые пряди волос росли на руках, ногах и тазу, знать, перед нами существо мужского пола. В остальном он был безволосым. Голова, как и тело, узкая, длинная. Маленькие фиолетовые глаза по очереди осмотрели нас.


– Кто пришел? – повторил он вопрос.


– Э-э-э… – замялся Слейт.


– Дин Паркер из Нью-Сперо, – сказал я и автоматический переводчик тут же перевел слова на местный гортанный язык. Высоченный инопланетянин оценивающе посмотрел на меня, как на что-то удивительное. Тонкая рука потянулась к моему шлему, три пальца в форме карандаша оказались в нескольких дюймах от прозрачного забрала шлема. Один из пальцев задел шлем, но инопланетянин тут же переключился на подошедшую сзади Мэри.


– Кто пришел? – снова спросил он, на этот раз обращаясь уже к ней.


– Мэри Паркер из Нью-Сперо, – спокойно произнесла она.


Он протянул руку к ней и на этот раз длинная ладонь легла на шлем, а сам инопланетянин всмотрелся в Мэри. Та не отвела взгляда: получился эдакий межзвездный поединок взглядов. В конце концов он убрал руку и снова посмотрел на Слейта..


– Кто пришел?


– Зик Кэмпбелл из Нью-Сперо. – На этот раз Слейт обрел дар речи и даже подтянулся, но по-прежнему доставал только до груди хозяина хижины.


По ходу, удовлетворившись, услышав наши имена, он обогнул Слейта и пошел прочь от домика. Каждое его движение было неспешным, расчетливым, как у осторожного оленя на лугу полном хищников. Мне стало не по себе.


– Думаю, надо идти за ним, – сказал я и пошел вслед за аборигеном. Кости натягивали его кожу при каждом движении.


Каждый шаг казался странным: низкая гравитация заставляла меня каждый раз, как отрывал ногу от земли, слегка подпрыгивать.


Чем дальше продвигались вперед, тем толще становились стволы деревьев, а потом я увидел еще несколько хижин. И каждый раз, как приближались к одной из них, абориген издавал что-то наподобие то ли боевого клича, то ли приветствия, я так и не понял, а автоматический переводчик тоже молчал.


В первый раз, когда из хижины выбрался еще один абориген, я чуть было не схватился за винтовку.


Прошло полчаса, а мы все шли. Перед нами шагали уже пара десятков аборигенов. Шли они в единой, неповторимой манере.


– Как думаете, они могут идти быстрее? – отключив переводчик, поинтересовался Слейт.


– Куда-то спешишь? – отреагировала Мэри. – Смотри, как тут здорово. А сколько птиц собралось, или кто они там есть на самом деле. – Она показала на верхушки деревьев. Я даже не присматривался, увидев там разнообразие жизни, правда, не такой яркой окраски, как сам лес. Их внимательные глаза следили за всем, что происходило на лесной подстилке внизу.


– Там их, наверное, сотни, – сказал я. Гигант передо мной остановился, осмотрел местность, после чего продолжил идти вперед.


Местность вокруг неуловимо изменилась, а потом превратилась в поляну шириной в сотню футов.


– Смотрите, – сказала Мэри. Мы со Слейтом осмотрелись и обнаружили, что находимся посреди огромных деревьев с оранжевыми кронами, которые мы видели подъезжая к лесу. Ветки начинались где-то на высоте в пятьдесят футов и тянулись, казалось, на целую милю. От одного вида этих голиафов вблизи у меня закружилась голова.


Здесь было чисто, никакого лесного мусора, который можно ожидать в любом лесу. Трава густая, пурпурная. Меня охватило желание скинуть обувку и пройтись по ней босиком, как это делали аборигены. Я уже чувствовал прикосновение травинок к коже. Когда я был ребенком, часто бегал босиком по двору, за что мама постоянно меня ругала, мол, не дай бог наступишь на осколок стекла.


Аборигены дошли до центр поляны, встали бок о бок полукругом, лицом к нам.


– Думаю, они хотят поговорить, – сказала Мэри и сделала несколько шагов к ним.


Я же отметил, как по разному они выглядят. Разного роста, и, хотя волосяной покров был у всех, но у каждого свой, разный формой и цветом. Интересно, сколько перед нами мужчин, сколько женщин. А может, у них нет полового разделения, или оно не такое, как привычно нам. В общем, стоит этот вопрос оставить на усмотрение экспертов, а сейчас я хотел узнать, что и известно о Теос.


Тот абориген, которого мы встретили первым, сделал шаг вперед и заговорил. Он стал лидером аборигенов, поскольку первым вступил с нами в контакт. В принципе, логично.


– Зачем вы здесь? – перевел автоматический переводчик.


Мэри и Слейт молчали. Они решили, что, поскольку Теос выделили меня, мне и вести теперь со всеми переговоры. Наверное, та тень каким-то образом наложила на меня отпечаток.


– Мы ищем Теос. Они послали нас сюда, – сказал я. Прежде, чем автоматический переводчик закончил переводить, я заметил, как некоторые из аборигенов стали переминаться с ноги на ногу, то ли гневно, то ли озадаченно.


– Боги, которых ты ищешь? – спросил абориген.


– Да. Они сказали, что нужно сначала прийти сюда. Что здесь будет следующая подсказка.


Он наклонил голову на бок, на мгновение напомнив мне Кэрри.


– Значит, время пришло.


Я ждал продолжения, но все, что услышал, так только перешептывания местных жителей.


– Время для чего? – громко спросила Мэри.


– Мы остались здесь. Тысячи и тысячи циклов звездного неба назад. Они просили нас ждать. Ждать тех, кто ищет. – Его глаза засияли от волнения. – Мы ждали. Никто не приходил. Создатели не вернулись. Мы ждем ищущих. Никто не приходил, но мы продолжаем ждать.


Сердце наполнилось сочувствием к ним. Они выглядели такими печальными и усталыми, от них остались лишь кожа да кости, они все это время ждали, живя в хижинах на опушке Леса Знаний, когда появится хоть кто-нибудь.


– Они просили вас остаться здесь и ждать?


– Да. Поэтому мы ждем.


Я отключил переводчик, посмотрел на Мэри и Слейта и сказал:


– У этих Теос хватает наглости. Убеждают инопланетян, что они их создатели и убеждают остаться здесь бог знает на сколько. На столетия? На тысячи лет?


– Может, Теос и впрямь создали их, Дин, – сказала Мэри. Я начал беспокоиться, что ее увлечение древней расой зашло слишком далеко.


– Ты же на самом деле не веришь в это, ведь так? – спросил я, стараясь, чтобы это не прозвучало обвиняюще. Не сработало.


– И что это должно означать? Ты ведь видел, на что они способны. Тень тысячелетней давности переносит твой разум в другое измерение, чтобы рассказать, как их найти. А что скажешь насчет Краски? Разве они не создали гибридов? Кто сказал, что это не было игрой в бога?


– Ты права, – вздохнул я. – Извини за поспешный вывод.


Я снова включил переводчик и обратился к аборигенам.


– Мы хотим закончить с этой историей. Если решим продолжить поиски, вы будете свободны? – спросил я. Аборигены как-то подтянулись даже, воодушевленные словом «свобода».


– Мы будем свободны.


– Кто-нибудь приходил до нас с поиском? – поинтересовался я.


Лидер аборигенов снова наклонил головы, потом оглядел своих людей и ответил:


– Только вы.


Это меня ошеломило. Пульс участился, на лбу проступил пот, я почувствовал, как тревога, которую до сих пор успешно подавлял, снова поднимается на поверхность. Это что получается, мы первые нашли ключ к разгадке? Возможность, что я могу оказаться Истинным, взволновал и обеспокоил меня. Дни, которые мы с Мэри провели на Нью-Сперо, живя простой жизнью, будучи частью сообщества, были прекрасны, но мысль о том, что мы вот-вот найдем Теос и поймем вселенную в метафизическом смысле, были слишком уж большой наградой. Но найти их было нужно. Мне нужно было найти их.


– Что у вас есть для нас?


– В звезде найди ответ, – сказал абориген.


– В звезде? Что это значит? – забеспокоился Слейт. – Если нужно отправляться в космос, то мы не готовы. В системе две звезды, но даже на одну мы не попадем. А может, ее нужно взорвать?


Автоматический переводчик переводил его слова. Аборигены непонимающе глядели на него, как на диковинку.


– Слейт, ты всегда сразу ищешь, что взорвать, да? – вздохнула Мэри и здоровяк кивнул.


– Взрывать забавно. Признайся, такой взрыв впечатлит и тебя, – сказал он, от чего Мэри захохотала.


– Какую звезду они имели в виду? – отсмеявшись, спросила она у великана, но ответа не получила. – Стало быть, вы не знаете. Ладно, в звезде, значит. Есть ли тут где дерево в форме звезды или какой-нибудь символ, может, вырезанный в камне?


Она подошла к гигантскому стволу ближайшего дерева, не меньше сорока футов в обхвате, провела рукой по коре, потом подняла голову. Я проследил за ее взглядом, когда она задержалась на оранжевом шаре из листьев там, наверху где верхушки деревьев переплетались между собой.


– Звезда, Дин, – сказала Мэри. – Тебе не кажется, что эти кроны очень уж похожи на солнце?


– Я так и подумал, когда увидел это еще издалека, – сказал я.


Мэри улыбнулась.


– Думаю, мы нашли нашу звезду.


Глава седьмая


Аборигены, как один, взглянули наверх и в них как будто что-то поменялось, словно они поняли, наконец, секрет древней загадки, которую уже несколько столетий не могли разгадать. Этакий эффект «Ах вон оно что».


– В звезде мы найдем ответ, – сказали они все хором.


– Ух! Аж холодок по спине прошел, – сказала Мэри.


– Отличная догадка, – сказал я. – Теперь вопрос добраться до вершины.


– Принесу снаряжение, – сказал Слейт и умчался туда, откуда мы пришли.


Аборигены с любопытством наблюдали за нами.


– Не волнуйтесь, он вернется. Мы только разгадаем вашу загадку и вы сможете продолжать жить своей жизнью, – сказал я. – Когда-нибудь бывали в городах?


– Городах? – непонимающе повторил абориген, которого мы встретили первым.


– Большие поселения, где живут такие же, как вы, – пояснила Мэри.


– Мы тебя не понимаем.


– Похоже, – сказал я, – они уже давно не общались с соплеменниками. Должно быть, Теос об этом позаботились.


Вообще, факт, что они смогли заставить группу живых разумных существ стоять на страже неизвестно чего, ждать неизвестно кого, меня изрядно разозлило.


– Когда все это закончится, мы вам покажем.


Кажется, это их успокоило. А через пару минут до нас донесся звук приближающегося скутера.


Слейт оставил скутер на опушке деревьев с оранжевыми кронами, взял два рюкзака, подошел.


– При такой силе тяжести подняться туда будет несложно, – сказал он.


– Кто пойдет? Кто останется? – спросил я.


– Давай ты и Слейт. Он прикроет тебя. А я посмотрю, что смогу еще вытянуть у этих ребят, – она кивнула на группу из двух десятков аборигенов, с интересом наблюдавших за нами.


Слейт протянул мне рюкзак. Он оказался легче обычного. Я закинул его за спину, закрепил застежками к скафандру.


– Будь осторожен, – сказала Мэри. Мне захотелось ее поцеловать прежде, чем отправиться ближе к небу. Я наклонился, коснулся забралом шлема ее забрало. Самый интимный момент, который сейчас и здесь я мог с ней разделить.


– Люблю тебя. Скоро увидимся, – тихо сказал я. А когда оторвался от Мэри, увидел, что аборигены подошли к нам ближе, чрезвычайно заинтересованные тем, что мы делали. – Все в порядке, она моя жена.


По толпе аборигенов тихо пронесся ропот, повторяющий слово в переводе так, словно оно для них ничего не значило.


Слейт ждать не стал, включил движок ранца. Я тоже включил, оторвался от земли и медленно отправился вслед за ним, к оранжевой кроне высоко над нами.


Как только ноги оторвались от земли, я почувствовал прилив адреналина. Начал догонять Слейта, а дальше мы поднимались с одинаковой скоростью, расположившись на расстоянии десяти футов друг от друга. По мере того, как мы поднимались, Мэри и аборигены становились все меньше и меньше, превращаясь в отдаленные пятнышки.


Кроны деревьев становились все ближе и ближе. Я на пару секунд погрузился в ощущение возможности полета, как супергерой. Но оно быстро исчезло, как только услышал странный шум, донесшийся сразу со всех сторон.


– Слейт, что за фигня происходит? – спросил я, когда какофония звуков окружила нас, забивая все, даже, кажется, звук из наушника шлема.


– Только не пугайся, – напряженно ответил тот.


– Что такое?


– Помнишь тех птичек?


– Ну, да.


– Ну так они тут, и привели с собой своих друзей.


Вот теперь я рассмотрел их. Показалось, что их тысячи и они плотной толпой направляются к нам со всех сторон.


– Выглядит не очень хорошо, – сказал я.


– Продолжай подниматься. А я… Помнишь трюк, который я проделал, когда мы только прилетели на Нью-Сперо?


Помню, конечно же. Слейт украл корабль и на нем отвлек внимание экипажа базы, позволив нам сбежать.


– Опасно, – предупредил я, но было слишком поздно. Он уже изменил траекторию, отправившись скорее в бок, чем вверх.


– Постараюсь как можно быстрее, – воскликнул я и дал чуть больше тяги, устремляясь к верхушке крон деревьев, как летучая мышь. Оранжевый потолок набросился на меня, через секунду я уже пролетал мимо огромных веток.


Осмотревшись, нашел Слейта, тот уже превратился в пятнышко, за которым гналась густая стая птицеподобных существ. Но некоторые летели в мою сторону. Не зная, куда лететь и что делать, я продолжил подниматься к верхушке своеобразного солнца, состоящего из крон нескольких гигантских деревьев.


Притормозил, потом вовсе завис. Издалека доносился сводящий с ума гомон орды стаи птиц.


– Что у вас там происходит? – спросила Мэри. Ее голос прозвучал в наушнике кристально чисто, как будто она находилась рядом.


– Ничего такого, всего лишь пара тысяч птиц гоняются за Слейтом. Слейт, что у тебя там?


– Обычное безумие, – закричал Слейт. – Ты что-нибудь нашел?


– Пока нет, – сказал я и тут увидел несколько переплетенных ветвей надо мной, образующих своеобразную платформу. – Подожди-ка, кое что есть.


Подлетел к платформе, встал на нее. Она приняла мой вес без малейшего скрипа.


В центре платформы размером десять на десять дюймов стояла оранжевая, как будто бы хрустальная, шкатулка. Я присел, протянул к ней руку и из нее тут же повалил знакомый дым. В воздухе над шкатулкой появился символ Теос, такой же, как висел над найденным мной камешком. Только подумалось, когда же он примет человекообразный облик, дым тут же это сделал.


– Приветствую искатель, – услышал я. – Ты Истинный?


Такое ощущение, что в отростке черного тумана, обозначающим голову, появились глаза и они уставились на меня.


Решающий момент, но сейчас я знал, что нужно делать.


– Я Истинный. Будь добр, позволь мне перейти к следующему этапу. Я буду следовать пути, пока не найду тех, кого ищу – Теос. – С каждым словом мое сердце билось все сильнее.


Тень парила над шкатулкой и от нее не доносилось ни звука.


– Дин? – услышал напряженный голос Слейта. – Есть шанс, что за мной перестанут гоняться стаи птиц и я, наконец, вернусь на землю?


Прежде, чем я ответил, снова заговорила тень.


– Добро пожаловать, Истинный. Ты выполнил первое задание. В шкатулке указан путь. Поблагодари жителей Атррона за службу. Они будут вознаграждены, как им и обещали.


Тень расплылась, превратившись в символ Теос, после чего убралась в шкатулку, из которой до этого появилась. Оранжевая шкатулка казалась цельной, без крышки, но, когда туман рассеялся, она засветилась, образуя ровную линию вдоль верхней четверти. А когда исчез и свет, стало ясно, что у шкатулки есть нормальная крышка, которую можно открыть.


Я собрался было именно так и сделать, когда услышал зов Слейта. Подхватил шкатулку, сунул в кармашек скафандра, и спрыгнул с платформы. Пришлось включить движок, потому что падал медленнее, чем хотелось бы.


– Слейт!!!


– Дин! – взволнованно крикнула Мэри. – Догони его!


– Эти проклятые твари повредили движок, – прохрипел Слейт.


Я его уже видел, он падал, так что опрометью бросился к нему.


Серые крылатые то ли птицы, то ли кто еще, теперь окружили и меня со всех сторон. Попытался пролететь сквозь них, сбил нескольких шлемом, потому как летел вниз головой, чтоб быстрее добраться до Слейта, пока он не налетел на что-нибудь.


– Руки вытяни! – крикнул я, приблизившись. Еще немного, и он врежется в толстую ветку. – Давай!


Слейт сделал как я сказал.


Я развернул нас, чтобы оказаться внизу и усилил тягу движка. Слейт врезался в меня, шлем в шлем, обхватил руками тело. Движок моего скафандра потрудился на славу, наше падение замедлилось.


– Держись! – прохрипел я. Слейт не спорил. Я же скорректировал траекторию, едва не задев ветку. Мы продолжали падать, но уже медленнее. До земли оставалось около сорока ярдов, а птички, все, как одна, остановились не покидая границы кроны деревьев, как будто их там удерживало силовое поле.


Я как-то взял управление в свои руки, замедлил скорость падения. Земля неслась навстречу. Слейт повис на мне, обхватив руками талию. Первым земли коснулся он. Долю секунды спустя настала моя очередь. Я не удержался на ногах, упал и покатился, потом замер, лежа на животе.


– Слейт? – Я перевернулся, сел и увидел, что здоровяк лежит на спине.


– Черт возьми, босс, у тебя получилось! – сказал он. Я увидел, как он трясется от истерического смеха.


– Вы там где? – раздался в наушнике тревожный голос Мэри.


– Недалеко. За парой деревьев от вас. С нами все в порядке, если что, – сказал я и засмеялся вместе со Слейтом. Это было заразительно. Когда появилась Мэри в сопровождении долговязых аборигенов, мы уже хохотали так, что слезы из глаз посыпались, скрывая ужас весельем. Мы выполнили задание, у меня в руках есть шкатулка, и мы остались живы.


– Ну, достал артефакт? – Убедившись, что мы не пострадали, Мэри сразу перешла к делу.


Я вытащил шкатулку из оранжевого камня. Квадратная, размером в восемь дюймов, помещается на ладони.


Подошли ближе и аборигены.


– Дело сделано, – сказал тот, с кем мы познакомились, так сказать, первым в этом мире. – Теперь нужно его посадить, чтобы получить знания.


– И что это значит? – озадачился я и поднялся.


Никто не ответил. Аборигены просто развернулись все, как один, к нам спиной и пошли прочь, словно ожидали, что мы последуем за ними.


– Посадить вот это? – Я открыл шкатулку и мы все втроем с любопытством заглянули внутрь.


Внутри увидели зернышко, как будто из металла.


– Само зернышко, получается, в металлической оболочке заключено? – озадачено сказал Слейт, постучав по нему пальцем.


– Не уверен. Как думаете, что получится, если посадить стальное семя? – спросил я.


– Давай выясним. – Мэри бросила на зернышко последний взгляд и отправилась вслед за аборигенами. Они еще не успели скрыться из глаз, шли медленно.


Через пару минут мы оказались на опушке гигантских деревьев с оранжевыми кронами.


Здесь аборигены и остановились, встав полукругом. Лидер аборигенов указал на землю. Еще недавно этот участок ничем не отличался от соседних, а сейчас тут уже была вырыта лунка шириной дюймов в шесть и глубиной в три.


Я пожал плечами, достал из шкатулки зернышко, еще раз его осмотрел. Гладкое, приплюснутое, с линиями, прорезанными по поверхности. Не уверен, что это сработает, ведь держу в руках семя не органического происхождения.


Бросил зернышко в лунку и, когда ничего не произошло, посмотрел на аборигенов, те отступили на пару шагов.


– У кого-нибудь есть вода? – немного шутливо спросил я, но тут под ногами задрожала земля.


– Дин! – воскликнула Мэри.


– Что? Вернулись птицы? – встрепенулся я, глянув на небо.


– Пригнись! – закричала Мэри, оттаскивая меня от ямы.


Из земли с безумной скоростью вырвались серебристые ростки. Мы с Мэри отчаянно рванули подальше, пытаясь не попасть в безумство роста чего бы это ни было.


Оказавшись подальше, я, наконец, оглянулся, увидел, какую форму оно принимает: дерево. Металлическое дерево, возвышающееся между дюжины других деревьев. Оно продолжало расти и вскоре мы перестали видеть его вершину, скрывшуюся между оранжевых листьев.


– Это было… неожиданно, – сказал Слейт.


Аборигены опустились на колени и завыли что-то на своем грубом языке. Переводчик разобрал только несколько слов, но не понятно, то ли они были в восторге, то ли в отчаянии. Я не разобрал. В мешанине непонятных слов услышал только слова «бог», «щедрость», «небеса».


– Это еще не все, – тихо сказала Мэри и подошла к стволу, вымахавшему не меньше пятидесяти футов в поперечнике. – Тут дверь.


Сердце бешено заколотилось, когда мы со Слейтом подошли к ней. В стволе засветились очертания, похожее на дверь. Я протянул руку, ожидая наткнуться на твердую поверхность, но вместо этого ладонь в перчатке прошла сквозь.


Мэри тут же, не колеблясь, шагнула вперед, прежде чем я успел крикнуть, что это, вообще-то, опасно. Слейт вытянул руку и скрылся, последовав за Мэри. Мгновение спустя его голова высунулась обратно.


– Чисто, – сказал он.


Я оглянулся. Аборигены наблюдали за нами с явным интересом, но так и не сдвинулись с места, продолжая стоять на коленях.


Я вошел.


Глава восьмая


Слегка приглушенный свет, освещавший пол и стены, вел к центру ствола, к кругу из синих, похожих на драгоценные, камней. Мэри с энтузиазмом осматривала их в поисках каких-то ответов. Я подошел к ней, слыша в шлеме только свое быстрое, нервное дыхание.


Слейт обошел помещение по периметру, которое внутри выглядело больше, чем снаружи. Хотя стены образовывали круг, имитируя древесную кору изнутри, правда, состоящего из металла.


– Здесь не на что смотреть, – в конце концов, вывел вердикт он.


– Должно быть, все затеяно ради вот этого, – сказала Мэри, уставившись на камни. Она даже опустилась на колени, пытаясь рассмотреть их поближе. И тогда я увидел неясные символы между ними.


– Мэри, смотри не на камни, а между ними. Они светятся, так что трудно разглядеть то, что спрятано за ними. – Я различил пять символов, точно такие же, как на камне кубической формы, найденном в ледяном мире.


– Ты прав. Символы. Вот Атррон, – сказала она, показав пальцем на нужный символ. И, как только она это сделала, символы засветились ярче, а потом исчезли, не оставив никаких следов, как будто на полу ничего и не было. Пол зашипел, из него появилась тень.


Мэри отшатнулась и упала на спину. Я протянул ей руку, помогая встать, но сам не отрывал взгляда от тени Теос.


– Ты выполнил задание.


– Черт побери, – воскликнул Слейт. – Так и знал, что мы все правильно сделали.


– Почему это место называется Лесом Знаний. У местных жителей, похоже, нет никаких передовых технологий. – Не уверен, что у древнего призрака найдется для меня ответ.


– Знания – это больше, чем просто технологии.


Ответ меня сильно задел. Но он прав. А ведь в самом деле, разве это технологии научили нас любить? Разве благодаря технологиям мы существуем, дышим, чувствуем запах цветов?


– Какими знаниями обладают местные жители? – спросила Мэри.


– Жители Атррона не умирают.


– Что значит, не умирают? – Слейт подошел ближе и нахмурился.


– Они – изначальные формы, которые мы поместили здесь, чтобы охранять Лес. – Призрачная фигура слегка пошевелилась, голова покачалась из стороны в сторону, имитируя реакцию на диалог.


А я думал, что они живут здесь, поколение за поколением, передают потомкам знание, что, мол, нужно ждать. Но если тень Теос права, каждый абориген этого леса прожил несколько тысяч лет Учитывая обстоятельства, считаю, они неплохо справились.


– Как у них это получилось?


– Вы этим так же одарены. – Его ответ прозвучал, как само собой разумеющееся, как будто это общеизвестно.


Меня передернуло. Мысль о расе существ, вот так, в легкую, дающих тебе бесконечную жизнь, напугала меня до чертиков. Неудивительно, что Сарлун был так осторожен, пытаясь, чтобы никто не узнал, куда мы направляемся. И без того в секретности был смысл, но сейчас он приобрел более глобальный масштаб.


Я открыл было рот, чтобы задать следующий вопрос, но у тени была своя программа.


– Ты выполнил задачу.


– А что с местными? Что с ними теперь будет? – спросила Мэри, явно обеспокоенная судьбой вечноживущей расы.


На дальней стене появился экран, демонстрирующий планету Атррон из космоса. Я узнал ее, потому как изучал по файлам и сейчас отчетливо разглядел желтый континент в восточном полушарии. Изображение увеличилось, показав нам города, расположенные концентрическими кругами. В каждом городе стоят внешние высотные здания в количестве двенадцать штук, напоминавшие деревья с оранжевыми кронами. А в центре – здание-дерево побольше, видимо, предвещая то, что должно было произойти. Поразительно и жутковато.


– Они присоединятся к братьям. Воссоединятся, как герои, и будут купаться в лучах славы.


Картинка приблизилась еще, увеличивая масштаб. Я увидел длинный караван кораблей, двигавшийся к острову, на котором росли настоящие деревья с оранжевой кроной.


Поняв, что с аборигенами все будет в порядке после стольких лет службы, Мэри задала следующий вопрос, как раз интересовавший всех нас:


– Ну и что дальше?


Сверху раздался шум, и из темноты, где я думал, есть потолок, но, похоже, ошибался, спустился большой ящик. Похоже, потолка тут нет. Ящик, а точнее, шкатулка, только большая, инкрустированная драгоценными камнями, опустилась на пол за пределами круга, в пределах которых до сих пор в тусклом свете болталась тень Теос.


– Я посмотрю, босс, – сказал Слейт, присел у ящика и открыл крышку. Внутри мы увидели три шлема.


– И что с этим делать? – озадаченно спросил я.


– Плыть, – ответила тень и, прежде, чем я успел промолвить хоть одно слово, она приняла символ Теос и растворилась в полу.


– Плыть? – не менее озадаченно переспросил Слейт, взяв один шлем. – Я не очень хороший пловец.


– Так, может, вернемся тогда к порталу и поищем следующее место? – Я вдруг почувствовал, что очень устал. Попробую убедить ребят вернуться на Нью-Сперо, передохнуть денек-два, а потом уже продолжить путешествие.


Мэри тоже взяла шлем, за ней и я. Он оказался на удивление легким. Отправился к выходу.


– Я хочу продолжать, – заявила Мэри.


– Босс. – Слейт ткнул меня локтем, обращая внимание на ящик. Синие драгоценные камни, установленные по периметру ящика, засветились ярче, а потом мощный луч света вырвался из пола и, достигнув верхушки дерева, исчез за пределы нашего зрения.


Мэри, покрепче сжав шлем в руке, шагнула к лучу. Я попытался схватить ее, но пальцы только скользнули по лямке рюкзака. Мэри вошла в луч света и в мгновение ока ее унесло вверх. Я моргнуть не успел, как она исчезла.


– Мэри! – закричал я вслед, но было слишком поздно. – Похоже, остается только один выход. – Ноги уже сами несли меня к лучу света.


– Босс, мы ведь понятия не имеем, куда нас занесет, – предупредил Слейт, но я уже вошел в луч.


Я стал невесомым и летел гораздо быстрее, чем с помощью тягового ранца. Поднял голову и готов поклясться, что увидел подошвы ботинок скафандра Мэри, прежде чем влетел в круг голубого света.


Когда пролетел и его, все внезапно изменилось. Я начал падать. Меня вертело, земля стремительно приближалась и, как раз в тот момент, когда я приготовился удариться о землю, распрощавшись с жизнью, как пушечное ядро вошел в воду и начал погружаться. Вот оно что, это не земля, а вода.


Как только погрузился в воду, от неожиданности выпустил шлем. Судорожно вдохнул и задержал дыхание и только тогда понял: я ж в скафандре, надежном и непроницаемом. Хотя он слишком тяжелый для воды. Я боролся, пытался выплыть на поверхность, но уставшие руки и брыкающиеся ноги не набирали достаточного импульса, чтобы поднять меня.


Я тонул.


– Дин, ответь, – в наушнике скафандра раздался голос Мэри.


– Малышка, с тобой все в порядке? – спросил я.


– В порядке. Я выбралась на пляж. Ты сам где? – Я услышал в ее голосе легкую панику, но понял, что она, как и я, пытается сохранять спокойствие.


– Пляж? Я упал в воду и ничего не заметил. Я вообще с трудом различаю, где верх, где низ.


– А вот я твой значок на своем радаре вижу.


– Что за шум? – раздался новый голос в наушнике. А я тем временем быстро уходил ко дну.


– Слейт, я тебя вижу, – громко крикнула Мэри, уже не только по связи. – Плыви на мой голос.


– А я тону, – сказал я. – Скафандр слишком тяжелый.


– Сбрось ботинки, – хрипло посоветовал Слейт и я понял, что именно это он, скорее всего, и делает.


Я тут же принялся за дело, поняв, что он прав: ботинки – самая тяжелая часть скафандра. Сбросил один, за ним второй, секунду понаблюдал, как они тонут. Даже немного забеспокоился, ведь они понадобятся позже, если не погибну, а если погибну, то это уже не будет иметь значения.


– Все, снял! – воскликнул я и, не давая себе расслабиться, начал понемногу всплывать на поверхность. Когда вынырнул, инстинктивно сделал глубокий вдох. Опять же, рефлекс – кислорода в скафандре хватает. Неподалеку увидел шлем, предоставленный нам древними Теос, схватил его.


Осмотрелся, но ничего, кроме воды не увидел, и только под руководством Мэри нашел, в какую сторону нужно плыть. Вскоре ноги наткнулись на дно. Длинный листья морских растений прикоснулись к пяткам. Я тут же вспомнил то существо, которое утащило меня под воду в озере, и поспешил к берегу с черным песком. Там увидел Мэри и Слейта. Мэри ринулась навстречу, встретила на полпути. Помогла выбраться из воды, а оказавшись на пляже, я, уставший до предела, рухнул на песок.


– Интересный аттракцион. Может, повторим? – попытался пошутить я, закрыв глаза. – Мэри, будь добра в следующий раз не так быстро разогревать движки и не бросаться вслепую в световые лучи Теос. – Я медленно открыл глаза и не спеша осмотрелся. Если бы я не был в космическом скафандре, разработанным давно вымершей расой, подумал бы, что вернулся на Землю и сижу на пляже где-нибудь на Гавайях.


Небо ясное, голубое, может, немного светлее, чем мы привыкли видеть дома. Дом. Пришлось напомнить самому себе, что Земля больше не наш дом. В небе танцевали небольшие облачка, вдали ярко светилась темно-желтая звезда.


– Воздух пригоден для дыхания, – сказала Мэри и я услышал характерное короткое шипение отсоединяемого шлема.


Сев, я увидел, что Слейт последовал ее примеру. Мэри сняла резинку с хвостика и тряхнула головой, морской бриз тут же начал развевать ее волосы.


– Судя по тому, что ни один из вас не умер от невидимого вируса, передаваемого воздушно-капельным путем, пожалуй, присоединюсь к вам. В этой штуке у меня уже почти развилась клаустрофобия. – Я отстегнул шлем, снял его и положил рядом со шлемом Теос. Их шлем оказался меньше и тоньше, словно вторая кожа. И чуть не прозрачный.


В воздухе стоял немного странный запах, словно кто-то пытался создать привычный человеку воздух с запахом океана, но чуток промахнулся.


– Давайте разобьем лагерь на ночь и подумаем что нужно делать, – сказала Мэри, взяв инициативу в свои руки. Что ж, я этому только рад. Она и близко не выглядела измученной настолько, насколько чувствовал это я.


– Припасы… – начал Слейт, но прервался и сказал другое: – Похоже, мы потеряли пару рюкзаков и скутеры. Давайте посмотрим, с чем остались.


Мы вывернули карманы, вытащили все из оставшегося рюкзака. Досадно, что не догадался прихватить с собой что-нибудь еще, прежде чем ринуться в световой луч. Словно прочитав мысли, Мэри извинилась:


– Ну, извини. Мне нужно было увидеть, что там, тем более, что они пока не сделали нам ничего плохого.


– Я бы так не сказал. Попытка закопать в лед тот ящик в ледяном мире, вместе со мной, после этого попытка сбросить нас в океан… Я бы расценивал это, как попытку причинить вред.


Я вылез, наконец, из скафандра, наслаждаясь солнечными лучами и легким бризом, обдувающим пропотевший комбинезон.


– И каждый раз все заканчивалось благополучно. – Мэри, похоже, решила принять их сторону. Разубеждать ее не хотелось. Она слишком увлеклась этим приключением, стремилась побыстрее сделать следующий шаг.


– Вот, что у нас есть, – сказал Слейт, закончив инвентаризацию. – Семь энергетических батончиков, три импульсных ружья, два галлона воды, десять таблеток йода, релокатор, новое устройство Клэр для маскировки и кое-что по мелочи. А да, еще ножи.


– А палатка? – спросила Мэри. Слейт расстегнул второе отделение рюкзака.


– Знаешь, то, что я в нашей компании самый большой, не значит, что из меня можно превращать во вьючного мула. – Он скосил взгляд в мою сторону и улыбнулся.


– Это не потому что ты большой, – сказал я, давясь смехом, – а потому, что ты среди нас самый молодой. Так что переставай жаловаться и ставь палатку.


Слейт только головой покачал.


А я поднялся и мы с Мэри пошли вглубь острова в поисках чего-нибудь похожего на дрова для костра.


– Кажется, ты расстроился. Из-за меня? – после пары минут молчаливой прогулки сказала Мэри.


– Я просто беспокоюсь о тебе. Эта миссия мне кажется глупой затеей. Похоже на некую манипуляцию со стороны исчезнувшей инопланетной расы. В чем смысл вообще? Мы с тобой реально хотим вечной жизни? Нам с тобой реально нужно что-то большее, чем кровать, щенок и участок земли, чтобы быть счастливыми? – Я спрашивал, но точно знал, что она не согласится со мной. Что то, что у нас сейчас дома, ей сейчас мало.


– Чтобы быть счастливыми, нам с тобой всего этого еще как достаточно, но мы можем остановить Раскручивание, о котором нам рассказали. И потом, вот сейчас мы помогли стражам Атррона. Может, придется помочь и другим, пока будем добираться до цели.


У меня аж кровь вскипела при мысли о том, каким самомнением обладали Теос, решившие устроить такую сложную игру.


– А если бы мы не пришли, они ждали бы до сих пор, – продолжала Мэри. – Ждали бы еще, может, тысячу лет, потому что Теос оказались настолько самонадеянны, что заставили целую расу ждать сигнала.


При этих словах я начал понемногу остывать.


– Насколько я понимаю, – сказал я, – Раскручивание, это куча дезинформации, призванная манипулировать нами, заставляя им подыгрывать.


– Ты же знаешь, что это не так, Дин.


Я задумался и понял, что она права.


– Знаю. Просто хочу сказать, ты, кажется, им безоговорочно доверяешь, хотя мы ни разу их вживую не видели. Мы даже не знаем, будут ли они в конечной точке нашего путешествия.


Мэри взяла меня за руку, приблизилась и страстно поцеловала. От не не свежо пахло, но я ответил на поцелуй, страстно, не желая, чтобы он прекращался.


– Я буду осторожнее, – пообещала она.


Какое-то время спустя мы вернулись в лагерь с охапками сухих веток, собранных недалеко от опушки. Не так много, как хотелось бы, но, учитывая обстоятельства, жаловаться не приходилось. По крайней мере, у нас будет костер.


– Как раз вовремя, – сказал он.


Он сидел, созерцая океан в нескольких ярдах от лагеря, расположившемся на небольшой возвышенности недалеко от пляжа. Скудные пожитки спрятал в палатке. Казалось, что никакой прилив нам не грозит, поскольку не было никаких признаков того, что вода может подниматься так высоко.


– Мы не увидели ни одного зверька, – сказал я,бросая на землю охапку веток.


Солнце клонилось к закату, далекий шар отражался в большой воде.


– Я рассчитывал вернуться домой между… – Слейт на секунду замолчал, подыскивая слово, – …заданиями.


– Я тоже. По крайней мере думал, что будет возможность вернуться домой.


Я соорудил из мелких веточек этакий вигвам, разломал несколько веток покрупнее. Деревья казались знакомыми, но в то же время какими-то другими, чуждыми. Кора зеленоватая, а зеленые листья имели форму звездочек. Когда солнце почти скрылось за горизонтом, костер уже разгорелся, дрова потрескивали от жара, а пламя испускало искорки.


– А чего бы сейчас тебе хотелось, если бы попал домой? Кажется, когда ты отправляешься в очередное путешествие, ты становишься счастливее, – поинтересовалась Мэри, передавая нам по батончику и я пожалел, что не удалось прихватить с собой никакой настоящей еды.


– Увидеть Дениз. – Слейт смущенно отвел взгляд.


– Это та, с кем ты флиртовал на вечеринке у Магнуса? – Вопрос прозвучал как-то снисходительно даже для меня, но я этого честно не хотел. Я искренне радовался, что у Слейта кто-то появился. – Похоже, вы поладили.


– Она замечательная. Мы проговорили всю ночь. Я так уже не общался… скажем так, давно так не общался.


Огонь мерцал, тени плясали на его невозмутимом лице в слабом сумеречном свете.


– Расскажи о ней, – попросила Мэри. – Глядишь, ее история поможет нам отвлечься на время от нашей миссии, да и полезной окажется.


Слейт замялся в неуверенности, стоит ли делиться интимными подробностями, но, посмотрев на нас, пожал плечами и начал рассказывать.


– Она из западной Канады. Выросла в прерии. Когда появились корабли, она все еще училась в школе, старшие классы. – Он взял бутылку с водой, отпил. – Она попала на тридцатый корабль.


– Один из самых удачливых, – сказал я.


Слейт кивнул.


– Можно и так сказать. Но на этом корабле она потеряла бабушку с дедушкой и отца. Дениз была одной из немногих, кого поместили в анабиоз, так что попрощаться с ними у нее не было возможности. В себя она пришла, когда корабли уже возвращались к Земле. Как и многие.


– Наверное, это было ужасно. – Мэри охватила руками колени.


– Она была не в себе какое-то время. Переехала на Нью-Сперо, когда предложили. Согласилась сразу. Мама ее до сих пор жива и живет с ней. Судя по всему, должна быть красивой женщиной.


– А чем она занимается? Дениз, в смысле, – спросил я. Казалось таким обыденным спрашивать, чем занимается человек, как будто профессия как-то определяет, кто он и что пережил. Но интересоваться занятием по прежнему наша вторая натура и выглядит простой вежливостью, вроде разговора о погоде.


– Она – полицейский. Стала полицейским после событий на Земле. Руководит участком в Терране-один. Не уверен, что это теперь именно так называется, но вы меня поняли.


– Я бы и не догадалась, – сказала Мэри. – Она показалась такой…


– Какой? Милой? Симпатичной? Похожей на кого-то из знакомых, кто может надрать задницу и при необходимости взять на себя ответственность? – немного взвинтился Слейт, у него даже щеки покраснели.


– Ладно, попала впросак. Буду знать в следующий раз. – Мэри поворошила тонкой веткой угольки. – Значит, она тебе нравится?


– Я тебе первоклассник, что ли? – снова вздыбился Слейт но потом остыл и признался: – Да, нравится.


Мы с Мэри засмеялись, Слейт запустил в меня маленьким камешком, не больно попав по ноге.


Спать не ложились еще пару часов, пытаясь расслабиться после напряженного дня, обсудили план действий завтрашнего дня. Единственное, что мы знали наверняка: дела редко идут так, как их планируешь.


Глава девятая


Завибрировал наручный будильник, значит, пора вставать. Я ткнул Мэри локтем, та недовольно заворчала:


– Да проснулась я, проснулась. Слейт, подъем! – Через мгновение вскочила: – А где Слейт?


На секунду паника охватила и меня, но логическая часть сознания взяла верх.


– Может, уже проснулся и оставляет автограф на черном песке.


Я расстегнул молнию палатки и высунул наружу нос, он сразу почуял запах пляжа. Выбравшись из палатки, я выпрямился, разминая ноги и спину, осмотрелся в поисках Слейта.


– Не вижу его, – сказал я и ко мне снова вернулось беспокойство.


– Может, осматривает местность? – спросила из палатки Мэри. Меньше чем через минуту она появилась, уже в комбинезоне, каштановые волосы собраны в тугой конский хвост.


Я покачал головой.


– Что-то тут не так.


Я пошел вдоль пляжа, жалея потерю ботинок – мелкие острые камни впивались в пятки. С собой прихватил устройство перемещения, не желая оставлять его без присмотра. Прежде, чем отправиться в путь, сохранил координаты лагеря в устройстве.


Ушел не далеко, когда на черном песке увидел следы ботинок, ведущие к воде. Знать, Слейт вышел прогуляться. Я последовал по следам, таща за собой Мэри. Следы вывели с песка на землю перед деревьями. Скоро с шага перешел на бег. Внезапно следы исчезли.


– Дальше следов нет, – сказал я, высматривая хоть какие-нибудь другие признаки присутствия поблизости Слейта.


– Смотри, что это? – сказала Мэри, указывая на красное пятно на камне размером не больше десятицентовой монеты.


– Кровь, – почему-то шепотом сказал я.


– Слейт! – Тут же громко позвала Мэри, я тоже начал звать здоровяка. Через минуту Мэри сказала тише: – Сбегаю, принесу оружие. – И убежала в сторону лагеря.


Я ждал ее, чувствуя себя бесполезным. Пока стоял, оглядывался, пытаясь понять, куда занесло Слейта.


В нескольких ярдах слева на темно-красной земле рос обширный кусок высокой тонкой травы. Подойдя к границе этого куска, я увидел след из примятой травы, ведущей к опушке леса. Как только появилась Мэри, я махнул ей рукой, подзывая к себе.


– Похоже, его кто-то похитил. Твою ж дивизию. Почему мы не были осторожны? – Я прямо разозлился из-за такой оплошности. И ведь даже самого Слейта не беспокоила возможность того, что местные жители окажутся враждебными.


– А что мы могли сделать? Теперь же остается найти нашего друга, пока не стало слишком поздно. – Мэри протянула импульсную винтовку, я схватил ее и отправился по следу, оставленному в высокой траве.


Сейчас я чувствовал себя уязвимым, без доспехов и обуви. К тому же очень не нравилось, что пришлось оставить снаряжение на пляже без присмотра. Но выбора не было, так что руки в ноги и бегом выручать Слейта.


Когда заросли высокой травы кончились, мы выскочили в открытое поле и, чем дальше продвигались, тем больше начинали болеть пятки. Без обувки-то.


– Смотри, дым, – сказала Мэри, показав на поднимающуюся к светло-голубому небу тонкую струйку дыма вдалеке.


– Нет дыма без…


Похоже, огонь полыхал в паре мыль отсюда и, похоже, не решался идти через поле. Мы же пошли к нему и вскоре я обнаружил, что после каменистого пляжа и жесткой лесной подстилки, трава дает моим пяткам отдохнуть. Примерно через милю мы подошли к опушке очередного леса. Мэри перешла на шаг, а потом и вовсе присела у ствола одного из деревьев. Местность между нами и источником дыма была неровной.


– Вижу часового на шесть часов, – сказала она. Я осторожно осмотрелся, увидел фигуру, расхаживающую взад и вперед. А потом увидел еще как минимум пятерых.


– Они нас увидят.


Мэри прицелилась в них из винтовки, но стрелять не стала, всего лишь хотела через оптику рассмотреть местных поближе.


– Они красивые, – полным благоговения голосом сказала она.


– Слейта видишь?


Она немного перенастроила прицел, слегка сдвинулась в сторону.


– Вижу чуть дальше деревню. Похоже, его отнесли туда. Что будем делать? Возможностей у нас не так много, а дозорные, скорее всего, у них повсюду, если мы решим как-то пробраться к ним в деревню.


Обсудили план проникновения, но результат не понравился никому.


– Он бы сделал все, чтобы спасти нас. Может, они к нам даже не настроены враждебно, – сказал я, но вспомнив кровь на пляже, как-то усомнился в собственных словах. Но нужно говорить убедительно, чтобы Мэри позволила мне сыграть свою роль в предстоящем спектакле. Я, собственно, всегда готов сыграть роль приманки, если при этом Мэри будет в безопасности.


– Если что пойдет не так, – продолжил я, – возвращайся в лагерь и заверши миссию. В этом мире тоже где-то есть портал, просто нужно его найти. – Взял Мэри за руки, посмотрел ей в глаза. Этот мир был из того числа, что не входили в список регулярно доступных порталов. Много лет назад Теос спрятали его, заблокировав ход сюда потому, что это было слишком опасно, либо здесь обитало что-то особенно мерзкое. Надеюсь, что ни одна из этих причин не всплывет наружу.


– Все будет в порядке, – кивнула Мэри. – Я скоро вернусь. – Она развернулась и отправилась обратно к лагерю.


Как только она скрылась из виду, я закинул винтовку за спину и пошел к деревне, изо всех сил стараясь держаться дружелюбным. Я старался выглядеть туристом, который не осознает, что идет по темному и смертельно опасному переулку.


Потребовалось две минуты, чтобы привлечь внимание одного из аборигенов. Они подошли и остановились на некотором расстоянии. Отсюда их уже можно было хорошо рассмотреть. Это были женщины. Все. Длинные ноги в обтягивающих леггинсах, сделанных, похоже, из кожи животного. На шее ожерелье с черными камешками, одета в мешковатую рубашку, перетянутую поясом, за который заткнуто грубо выточенные ножи.


Смотрела она на меня подозрительно прищурившись, но даже так я заметил, насколько она красива, права была Мэри. Волосы густого зеленого цвета, хоть и похожи больше на водоросли, придавали ей дополнительный шарм. Она смотрела на меня, ножи оставались при этом за поясом. Интересно, это хороший признак или наоборот?


Я уже собрался заговорить, пытаясь уверить аборигенов в своем дружелюбии, но тут сильный удар обрушился на меня сзади и в глазах у меня все потемнело.


***


– Дин? Ты как там?


Я услышал голос, говоривший, вроде, на английском. С трудом открыл глаза. В затылке пульсировало, я перевернулся, вроде стало полегче.


– Слейт?


– Как тебя поймали? – спросил здоровяк.


– Так же, как и тебя, когда этого не ожидал. – Я мысленно отругал себя за глупость. Я ожидал, что меня отведут в деревню, но пока несколько девиц меня отвлекало, я не услышал и не увидел, как кто-то подкрался сзади. Классика. Я к этому должен быть готов, но оказалось, что не готов.


– Где Мэри?


– Я ее отослал обратно в лагерь. У нас был план. – Я сел, обыскал себя. Прибора для перемещения не нашел. Он исчез. – Вот, черт!


Я огляделся. Мы находились в бревенчатой хижине с маленьким окошком с одной стороны. Поднялся, пошатнулся от приступа боли в голове, оперся о стену, чтобы не упасть.


– Смотреть тут не на что, – сказал Слейт.


Окошко небольшое, не больше восьми дюймов и два фута шириной. Не пролезть. Через него я увидел бродивших неподалеку деревенских жителей, занимающихся, судя по всему, повседневными делами. Вот мужчина несет зеленую плетеную корзину, набитую шкурками животных, за ним следуют две маленькие девочки, они играют друг с другом, сражаясь палками, как на мечах.


– Как думаешь, Теос так и задумывали, чтобы мы здесь оказались? – спросил я.


Слейт сидел на земле, прислонившись спиной к стене. Лицо мрачное. Под носом струйка запекшейся крови.


– Не думаю. Тень говорила что-то о том, что нужно плавать и выдал нам маски. Думаю, для этого нам нужно погрузиться в воду. А мы сейчас определенно не в океане.


И то правда. Задержка непредвиденная и черт его знает теперь, как нам из нее выкручиваться. Теперь оставалось надеяться на то, что Мэри догадается, что что-то пошло не так и попытается помочь выбраться нам отсюда. Потому что план бы в том, чтобы меня схватили, разместили вместе со Слейтом, а отсюда мы бы перенеслись в лагерь, где и нашли бы Мэри. А если он не сработает, то ей придется прийти сюда уже с оружием в руках.


Но это уже как последнее средство. Самое последнее. Ведь же ж… люди казались такими нормальными, такими… человечными. Я чуть было не рассмеялся от такой мысли, мол, быть человеком – это нормально. Подозреваю, сотни, если не тысячи представителей других рас по всей вселенной мне на эту идею возразили бы.


– Нужно выбираться отсюда и выполнять миссию. Надеть эти чертовы маски и… – Я не знал, что должно быть дальше. Слова той тени были слишком расплывчатыми и общими.


– Мы что-нибудь придумаем, босс. Мы всегда что-нибудь придумываем.


Слова Слейта немного меня успокоили. До сих пор мы находили способ решить стоящие перед нами головоломки. Но будет ли это продолжаться вечно? В конце концов, часто даже лучшие из лучших сдаются.


Я стоял у окна, наблюдал. Боль в голове начала понемногу проходить. Еще пятка болела, я приподнял левую ногу, вытащил из пятки занозу. Сразу полегчало.


Заметил, что от большого здания в центре деревни в нашу сторону идет группа вооруженных женщин. Шли по широкой улице, по которой и на машине проехать можно, хотя никаких транспортных средств я тут пока не заметил.


– У нас гости, – сказал я и Слейт, застонав, поднялся. – Они тебя что, побили?


– Чутка. Наверное, я задел одну из них. Ей даже больно не было.


– Ей?


– А ты думал, я не ударю инопланетянку, если она попытается меня схватить? Тогда ты меня плохо знаешь. Я, видишь ли, весьма прогрессивный человек. – Он говорил это с улыбкой, но та быстро исчезла. Никак вспомнил мой взгляд, когда застрелил Мэй? Такое вряд ли забудешь.


– Все в порядке, Слейт, просто я заметил тенденцию, характерную для этих существ. Оружие носят женщины. Они тут, походу, самые выносливые.


– Ха, согласен. Та, кто заехала мне по носу, весила едва вдвое меньше меня, но ударила так, что и Тайсон позавидовал бы. Думаю, этот бой и Наталья проиграла бы.


Загремел замок, открылись широкие ворота, в сарай вошли четыре зеленоволосых дамочки.


Мы со Слейтом прижались к дальней стене, всего в нескольких ярдах от них. Дамочки в открытую поигрывали ножами. Я побледнел, сердце застучало, как барабан при мысли, что они вот-вот перережут нам глотки, снимут шкурки в качестве трофея и освежуют.


Та, кто выглядела среди них главной, подошла к нам ближе, взяла мое лицо в ладонь. Три сильных пальца сжали щеку и выверенным движением повернули мою голову из стороны в сторону. Всмотрелась в мою шею.


Я тоже посмотрел на ее шею. Линии, которые я сначала принял за татуировку, на самом деле были разрезами, каждый из них слегка приподнимался, открывая зеленоватую плоть, когда происходил вдох-выдох. Напомнило жабры у рыб. Но я так же видел, как поднимается и опускается ее грудь под мешковатым топом, значит, дышит вполне нормальными легкими.


Она что-то сказала. Я впервые услышал местный говор так близко. Это был чистый звук, почти пение. Узкие глаза прищурились еще больше, когда она приблизилась еще и открыла рот. Я увидел мелкие зубы и мне, почему-то в этот момент, подумалось о лососе.


Все указывало на то, что они живут в воде. Вот только почему они оказались на суше? Эволюция? Похоже, тут произошло что-то гораздо серьезнее, иначе у них бы уже не было жабр.


Она сказала что-то еще, потом отпустила меня и занялась Слейтом. Она коснулась пальцем его губ и здоровяк тут же оскалился, зарычав.


– Слейт, легче. Мы ведь хотим выбраться отсюда?


– Как скажешь, босс. – Рот он закрыл, но напряженный взгляд так и впился в зеленоволосую женщину перед ним.


Остальные остались стоять у ворот, а та, что осматривала нас, вдруг взяла нас за руки и потащила к выходу. Просто взяла и потащила, уверенная, что мы не будем сопротивляться и последуем за ней.


– Почему они не свяжут нам руки? – тихо спросил Слейт.


– Наверное, определили в нас мужчин, – сказал я.


– Не понял.


– А сам не видишь? В этом мире женщины носят звериные шкуры и надирают всем задницы в стиле Зены. А мужики послушные. Мэри тут понравится. – Я чуть было не рассмеялся, но вовремя заткнулся, потому что мы далеко не были в безопасности.


– Вот и славно. Может, еще есть надежда. Можно напасть, отобрать ножи…


– Давай пока придерживаться мирной тактики. Мэри за нами обязательно придет.


Мы вышли наружу. Налетел легкий ветерок, даря облегчение после сидения в душном сарае. Деревня была необычной: вдоль широкой дороги стояли хижины, местные работали в огородах или садах, расположенных за домами, но, заметив нас, идущих в сопровождении охраны, бросали все, выходили на улицу и шли вслед за нами. Дети таращили глаза, раскрыв от волнения рты, демонстрируя острые зубы.


Однажды я споткнулся и чуть было не упал, но женщина рядом успела подхватить меня и отпустила только когда я твердо встал на ноги.


И так мы шли, собирая жителей деревни, все дальше и дальше, пока не добрались до окраины деревни, где бушевал высокий костер. Похоже, именно он и был тем источником дыма, который мы заметили.


Поляна, на которой горел костер, имела форму большого круга, напомнив мне поляну на Атрроне. Невысокие толстые деревья образовывали границу, больше напоминая Лес Знаний на том же Атрроне.


– Здесь все пропиталось их духом, – прошептал я. Слейт только кивнул. Я не решился упомянуть вслух о Теос, потому что не знал, как местные отреагируют на это.


Костер полыхал в центре поляны, из него столбом валил густой дым. Нас заставили встать на колени, весьма настойчиво, но обошлось без оскорблений. Нам хотели что-то показать. Мы со Слейтом стояли лицом к огню, в стороне от любопытных деревенских. Я затылком чувствовал взгляд каждого из них, пока смотрел на пламя.


Одна из конвоиров встала между нами и костром, взяла чашу у пожилой седовласой женщины. Та была согнута, от старости, но в глазах по-прежнему светилась страсть, а на поясе висели ножи. Чашу поднесли к моему лицу так быстро, что брызги тепловатой жидкости попали мне на лоб.


– Думаю, они хотят, чтобы ты это выпил, – сказал Слейт.


– Спасибо. Как насчет попробовать первым? – беззлобно огрызнулся я только ради того, чтобы разрядить обстановку. Если бы нас хотели убить, могли сделать это сколько угодно раз, причем не на глазах всей деревни. Ну, я на это надеялся.


Взял чашу, та оказалась из дерева, поднес ко рту. Мысленно помолился, втянул немного жидкости в себя. Почувствовал, как она попала на язык, ощутил горький приступ. Поскольку я не упал, Слейт сделал следующий глоток.


Что-то было не так. Перед глазами все поплыло, рот словно онемел.


– Сл...т, – попытался произнести имя напарника, но он уже смотрел на меня с паникой в глазах.


Сзади к нам подошла женщина, положила ладони на головы, повернула их так, чтобы мы смотрели только на костер. Весело плясал дым, я даже уже забыл про горький напиток. Вместо этого сосредоточился на мерцающем пламени и лице, появившемся в нем.


Глава десятая


– Дин Паркер, – донесся голос от огненного лица. – Ты справился со вторым испытанием. – Огненное лицо было очень похоже на те очертания, которые мы видели у теней Теос.


– Что нужно делать дальше? – спросил я, хотя губы не шевелились.


– Возьми карту и следуй по ней до деревни.


– Что за карта? Это ты вытащил целый народ из-под воды, чтобы они привели нас сюда?


– Не понимаю. На суше нет людей. Карта рядом со мной, – лицо шевельнулось.


– Мы у них в плену, – начал я, но вспомнил, что тень Теос, а здесь лицо из огня, не более чем заранее записанное сообщение. Понятия не имею, как оно попало в костер. Наверное, местные считают его своим богом. Представить не могу, как лицо из дыма и огня может быть для местных чем-либо другим.


– Иди по тропе в деревню, – снова заговорил голос, прежде чем исчезнуть.


Во рту пересохло, губы слиплись. Я тряхнул головой, пытаясь выбросить из нее мимолетные воспоминания о напитке.


– Слейт? – позвал я и повернул голову, когда неведомое оцепенение немного ослабло. Он все еще смотрел на огонь.


– Я тут. Цель в воде, – с трудом выговорил здоровяк.


– Ага, ладно. А то я подумал, что у меня галлюцинации. – Я посмотрел внутрь кострища и заметил зеленый отблеск. Еле увидел, потому что он был завален пеплом. Вот и артефакт Теос, создающий впечатление лица в огне. Похоже, местные поддерживают огонь в качестве подношения ему. Хотелось сказать, что поклоняются они не богу, а всего лишь устаревшей технологии, но нет у меня возможности, чтобы они поняли меня. Пока не появится Мэри.


Вернулась женщина, на этот раз с широкой улыбкой на лице и, кажется, с неподдельной радостью. Мы вытащили их бога из скорлупы, и местные, похоже, этому радовались. Она помогла мне подняться на ноги, и все вокруг радостно захлопали в ладоши.


Это произошло так быстро, что я не успел никого остановить. Две женщины оказались между мной и костром. Одна из них в трехпалой руке держала устройство для перемещения. Она его разглядывала, щупала, на что-то нажимала, а другая, прижавшись вплотную, с любопытством заглядывала ей через плечо. Я попытался крикнуть, чтобы поосторожнее, но было уже поздно. Местный народ все еще приветствовал своего бога, когда палец женщины с прибором попал-таки на нужную кнопку.


Обе растворились в воздухе.


Быстрее, чем я мог себе представить, мне и Слейту приставили клинки к горлу.


– Это были не мы. Мы тут ни при чем! – крикнул я, точно зная, что они не поймут.


Похоже, наша похитительница поняла интонацию, потом у что она заметно расслабилась, но холодная острая сталь от горла не убралась, больше того, по коже потекла струйка теплой крови.


Под ногами поднялся фонтанчик пыли. Мэри! Мой взгляд заметался из стороны в сторону, насколько мог, не шевеля головой, но так и не смог увидеть жену. Еще один фонтан пыли, на этот раз справа от Слейта. Деревенские начали паниковать.


Я услышал голос автоматического переводчика, тот произнес фразу на местном диалекте. Значит, Мэри где-то рядом. Она где-то пряталась. Женщины рядом с нами оглядывались, но никого не видели. Одна из них подошла почти вплотную к костру, убедиться, что с ними разговаривает не их бог.


Та, что приставила нож к моему горлу, что-то крикнула в ответ. Мелодичный голос напряженнее, чем раньше. Мэри ответила ей, но голоса самой Мэри я не расслышал. Острие ножа немного отдалилось от горла, я осторожно с облегчением вздохнул. Взглянул на Слейта, увидел сжатую в кулак ладонь. Здоровяк готовился атаковать. Я покачал головой. Слейт недовольно отвел взгляд.


Женщины отошли от нас, пошли к другой стороне костра, оттуда голос и доносился. Мы со Слейтом поднялись с колен, при этом мои заскрипели от напряжения. Мэри появилась из ниоткуда, прямо у кромки леса, на открытом пространстве. Облачена в скафандр, словно сошедший из игры EVA, держит в руках импульсную винтовку наготове, готовая атаковать в случае чего.


Женщины остановились как вкопанные, впечатленные таким внезапным появлением. Даже на расстоянии, кажется, они признали в ней женщину. Могущественную женщину, умеющую дырявить землю на расстоянии, умеющую появляться из ниоткуда, владеющую оружием и, к тому же, говорящую на их языке. Наверное, решили, что это она забрала тех двух девиц.


Они встали на колени. Остальные жители деревни сделали то же самое.


Мэри подняла маскировочное устройство, подаренное нам Клэр, прицепила к ремешку на ноге. Пригодилось устройство. И целеустремленно направилась к нам, держа винтовку наготове на случай, если кто-нибудь решится на какую-нибудь глупость.


– Привет, мальчики, – сказала она, отключив переводчик. – Нужна помощь? – Она наслаждалась моментом.


– Я бы сказал, что мы прекрасно справлялись сами, – с кривой усмешкой сказал Слейт.


– Не сомневаюсь. – Мэри провела пальцем по порезу у меня на шее. – Извини, что не появилась раньше, просто увидела тень Теос в огне и решила не мешать.


Главная воительница из местных подошла к нам чуть ближе. Ее темно-зеленые волосы блестели на солнце. Она что-то сказала, Мэри поспешно включила переводчик.


– Повторите, пожалуйста, – попросила она и женщина повторила:


– Кто вы?


– Гости, – лаконично ответила Мэри и спросила: – Что вы можете рассказать на о воде?


– О воде?


– Да, об океане. – Мэри опустила ружье.


– Аквадомум.


Интересно – переводчик превратил это слово в нечто похожее на латынь. Подумалось, не воспользовалась ли программа простым способом передать неизвестное слово наиболее близким значением.


– Идите за мной, – сказала женщина, развернулась и пошла прочь.


Две вооруженные кинжалами напарницы последовали за нами на почтительном расстоянии. Прошли мимо зевак. Они почти все до сих пор стояли на коленях, а кто-то при этом смотрел на нас, пытаясь понять, кто же мы такие.


Подошли к одной из хижин, вошли внутрь. Оказались в небольшой комнате со столом посреди. Женщина сделала приглашающий жест, приглашая сесть. Комната показалась мне уютной, с запахом дерева, резким, но приятным.


Она что-то сказала, обратившись к кому-то, оставшемуся невидимым в другой комнате. Вскоре принесли поднос с орехами, ягодами и деревянными кружками, наполненными какой-то темной жидкостью.


– Босс, я не хочу больше ничего пить из их ассортимента. Особенно после последнего раза, – сказал Слейт.


Мэри сняла шлем, оставив наушник, обеспечивающий как связь, так и перевод, в ухе. Взяла одну кружку и протянула хозяйке. Та взяла кружку, сделала глоток. Мэри взяла вторую кружку и тоже глотнула.


– Парни, очень вкусный напиток. На вкус как цветок.


Я с подозрением попробовал и обнаружил, что Мэри права.


– Как тебя зовут? – спросила Мэри у хозяйки.


– Акулин, – гордо представилась та.


– Я Мэри. А это вот Дин, а вон тот здоровяк – Слейт.


– Они твои работники? – спросила Акулин и я чуть было не рассмеялся, а Слейт только еще больше нахмурился.


– Ну, я заставляю Дина делать по дому много чего, но… – Мэри замолчала, потому что Акулин непонимающе уставилась на нее. – Нет, не работники. Мы все равны.


– Но они не вынашивают яйца.


– Это правда. А что ты хотела нам показать? – сменила тему Мэри.


Акулин достала прозрачное устройство, размером с сотовый телефон. В деревенской хижине оно выглядело несколько неуместно.


– Думаю, – торжественно произнесла она, – это для вас. Давным-давно мой народ, Апоп, был изгнан из нашего дома. Мать моих матерей передала нам истории своих матерей. Мы знаем, что раньше жили в Аквадомуме. Пришли Пика и вытеснили нас оттуда. Попав на берег, мы выяснили, что можем выжить не только в воде, но и в воздушной атмосфере.


Я глотнул еще немного освежающего напитка. Вкусный, однако. Акулин, тем временем, продолжала:


– Мы пытались вернуться, пытались одолеть их, но каждый раз терпели неудачу. Семрок все еще в их руках. Мы должны были защищать его, так говорится в наших писаниях, но у нас это не получилось.


Семрок, похоже, должен быть именно тем семенем в этом мире, который Теос спрятали для своей игры в прятки с пространством и временем. А тут, получается, пришла какой-то другой народ и украл дом у этих вот существ, завладев и семенем по пути. Похоже, здесь нам предстоит решить больше задач, чем в Атрроне. Собственно, как я и думал, с каждым уровнем сложность будет только увеличиваться.


Мэри взяла прозрачное устройство, осмотрела его со всех сторон. Постучала по нему пальцем, и оно засветилось. На небольшой плоской поверхности образовался какой-то рисунок.


– Парни, смотрите. Вот пляж. А вот тайник, который мы должны найти и который, похоже, новые хозяева океана уже распотрошили.


Мы со Слейтом нависли над ней. Масштаб карты начал уменьшаться, в конце концов мы увидели мигающую красную точку. Я указал на нее.


– По крайней мере, знаем теперь, куда держать путь, – сказал Слейт. – Мэри, спроси, что такое Пика и откуда они взялись.


Мэри спросила, переводчик тут же перевел ее слова. Акулин сжала челюсти и гневно нахмурила брови.


– Они пришли из морских глубин. Это злые существа и забрали с собой многих из тех, кого мы любим. Если вы пойдете на семроком, вы погибнете.


– Как они выглядят? У них есть оружие? – спросила Мэри.


– Оружие? У них рога и зубы. – Акулин резко развернулась, прошла в другую часть комнаты и достала книгу в кожаном переплете. Пролистала несколько страниц и положила книгу перед Мэри. На темно-серой бумаге мы увидели несколько четких выгравированных рисунков. Изображенные существа были похожи на рыб с двумя расположенными вдоль рогами на голове. А еще у них были огромные пасти, как у акул.


– И мы что, на полном серьезе полезем туда, под воду, к этим тварям, чтобы достать семя? Что-то неохота, – сказал Слейт. – Под водой импульсные винтовки работать не будут. И что нам тогда остается? Пырять их ножом?


Ни для кого не секрет, что он не любит плавать, но выбора у нас не было. Это был наш единственный выход, разве только обшарить всю планету в поисках портала, что равно поиску иголке в стоге сена.


– Мы что-нибудь придумаем, – сказала Мэри и обратилась к Акулин: – У вас есть копья? Есть что-нибудь, что можно использовать против этих тварей?


Акулина кивнула.


– Умеете дышать под водой? – продолжила Мэри и женщина снова кивнула. – Проводник найдется? И, если мы заберем семрок, Пика уйдут?


Акулин уставилась на Мэри, в ее глазах появился блеск.


– Вы поможете вернуть наш дом?


– Постараемся, – ответил я. – Покажете дорогу?


Она сказала, что да.


Снаружи послышался шум и вот в дом ворвались те две женщины, которые исчезли на глазах у всех с помощью прибора перемещения. Они что-то бурно обсуждали между собой.


– Успокойтесь, – Акулин подняла руку, призывая их к молчанию.


– Эта штука переместила нас на пляж. Боги на стороне чужаков, – сказала та, что пониже ростом.


– Может, и так. Они хотят помочь нам вернуть семрок.


Прибывшая парочка с сомнением посмотрела на нас. Я протянул руку. Одна из женщин нерешительно отдала мне переместитель.


– Это подарок бога? – спросила она.


Вообще-то подарок Карима, он был замечательным инженером.


– Нет, не бога, это подарок хорошего друга.


– Не будем терять времени, Акулин, – сказала Мэри, беря ситуацию в свои руки. – Дай нам копья и давайте вернем вам ваш дом.


В сложившихся обстоятельствах местные скорее последуют ее словам, чем моим.


– Пойдемте со мной, – сказала зеленоволосая женщина.


Глава одиннадцатая


Вода оказалась прохладной, но я быстро к ней привык. Маска, которую нам выдали на Атрроне, села идеально, как будто была сшита специально для меня. Я видел, как маска сидела на Слейте: к голове прилегает плотно, создает идеальную герметичность.


А вот рации оставили от скафандров. Сами же скафандры оставили в палатке на берегу, там, Акулин обещала, не щадя жизни, их будут охранять ее люди. Вместо скафандров мы облачились в местную одежду. Шорты мне достались теснее, чем хотелось бы, но я с интересом рассматривал купальник Мэри. На предплечье она прикрепила прибор с картой, а мы со Слейтом вооружились восьмифутовыми копьями. Акулин, плывущая в океане, выглядела бесстрашной, как русалка-воительница, ее тонкая одежда служила надежной защитой от холода.


Мы со Слейтом стояли в воде, на песчаном дне, я по шею. Слейт тоже с интересом наблюдал за нашим гидом, потом посмотрел на меня и подмигнул.


Я на секунду выключил микрофон, чтобы никто больше не слышал меня.


– Сосредоточься, Слейт. Ты только что познакомился со смертельно-опасной рыбой-инопланетянкой и уже строишь ей глазки.


– Как по мне, она не похожа на рыбу. Не беспокойся, я просто ненавижу плавать, так что мне нужно отвлечься, чтобы не думать об этом. – Слейт погрузился в воду полностью. Я вслед за ним, успев восхититься масками. Никаких баллонов с воздухом, а дышится свободно. Принцип работы мне не понятен, но это дар расы, подобной богам. После нескольких панических вдохов я привык к этому.


– Погнали. Сначала заглянем в ящик, оставленный Теос, не осталось там чего для нас, – сказала Мэри, подплыв ближе, а потом ушла глубже. Я на миг вынырнул, последний раз окинул глазом берег, а потом поплыл вслед за ребятами.


Пока погружались в глубину, я успел рассмотреть местную фауну: множество мелких разноцветных рыбок. Я не лучший пловец в мире, но в легкой одежде, да еще без ботинок от скафандра, погружение вслед за Акулиной, несшейся впереди, было интересным.


Мэри чуть развернулась, посмотрела на меня сквозь маску. Ее распущенные волосы свободно развевались в воде. Она широко улыбалась. Эх, как бы хорошо сейчас заняться дайвингом где-нибудь в кратере Молокаи на Мауи, а не нестись выполнять очередную опасную миссию.


По мере того, как продвигались все дальше, дно океана становилось все глубже и глубже. В какой-то момент черт дернул посмотреть наверх и я чуть было не ослеп. Солнечный свет проникал и сюда, на глубину, отбрасывая широкие тени под нами.


– Цель прямо впереди, – произнесла Мэри по связи. Я оглянулся, как там Слейт, не отстает ли. Его массивное тело было всего в нескольких ярдах от меня. Он показал большой палец, знать, все нормально. Похоже, наше нынешнее путешествие ему тоже начает нравиться. Как же хочется надеяться, что у нас получится добраться до цели и убраться отсюда, не столкнувшись со смертельно опасными Пика.


Если верить рассказу Акулин, ее народ вытеснили отсюда три поколения назад, и никто не возвращался в город уже много лет. Может, Пика давно ушли оттуда, так что нам остается только добраться до дна, забрать то, за чем пришли и убраться, позволив народу Акулин снова вернуться в океан.


Разговаривать с ней под водой у нас не получалось, но она использовала вполне понятные жесты. Вот показала рукой вниз и быстро спустилась к белому песку дна. Стайка маленьких розовых рыбок разлетелась в разные стороны.


Перед заплывом она рассказала, что в детстве часто бывала у пустого ящика, чувствовала связь с ним, которую больше нигде не ощущала. Она слушала бабушкины рассказы о том, какова была их жизнь в подводном городе и мечтала вернуть его своему народу. И еще сказала, что сейчас пришло ее время. Ее путь привел к этому моменту и она не собирается его упускать.


Акулин с легкостью нашла нужное на океанском дне. Смахнула с люка песок, потянула его и голубой свет отразился от ее лица, прежде чем она устремилась внутрь, перед этим жестом пригласив Мэри следовать за собой. Я пропустил Слейта вперед, сам осмотрелся, убедился, что поблизости нет никакой угрозы, и нырнул в небольшой люк.


Помещение, в котором мы оказались, было примерно такого же размера, как в ледяном мире. И стены его выложены голубыми камнями. Они тускло светились, освещая пространство. Мы обследовали его весь и очень быстро поняли, что внутри ничего нет. Наверное, именно здесь и находилась шкатулка с тенью Теос, которая сейчас находится посреди кострища в деревне.


– Здесь ничего нет. Подчистую обчистили. Теос, похоже, не рассчитывали на такое, – сказал я, направляясь к выходу.


Выбрался наружу, потом из коробки выбрались Мэри со Слейтом. Акулин на немного задержалась, оставаясь наедине со своими мыслями. Зеленые волосы развевались вокруг головы. Она сейчас выглядела прям сказочным персонажем.


– Интересно, что Теос приготовили для нас в этом мире, если не ожидали, что всем этим местом завладеют Пика, – сказала Мэри. – Или, может, именно они и послали их, чтобы разрушить жизнь местного народа и сделать нашу миссию сложнее.


– Кто знает. Кажется у них там, на суше, все в порядке, – сказал Слейт.


– Ну а как бы тебе понравилось, если б тебя насильно забрали из дома и перевезли куда-нибудь, без возможности вернуться? – спросил я и тут же почувствовал себя дураком. Да потому что именно это и произошло с каждым землянином. Нью-Сперо стал нашим домом, но мы вряд ли забудем Землю такой, какой она была. На сердце вдруг стало тяжело от этой потери. – Не отвечай на этот вопрос. Извини.


– Ничего не меняется, босс. Мы приходим, оцениваем ситуацию, надираем засранцам задницы, если это необходимо, забираем семя и уходим в другой мир. И становимся на шаг ближе к завершению квеста.


– Согласна с Зиком, – сказала Мэри и Слейт бросил на нее взгляд, откровенно интересующийся, мол, серьезно… Зик?


Акулин промчалась мимо нас так быстро перебирая ногами, словно нацелилась стать олимпийской чемпионкой. Махнула нам рукой, чтобы мы следовали за ней, и мы последовали, направляясь глубже в океан, дальше от берега.


***


На карте расстояние не казалось таким уж большим, но час спустя мы все еще плыли все дальше и дальше в глубины океана, опускаясь все ниже и ниже, по мере того, как опускалось дно. Подумал о том, сколько миль уже проплыли и содрогнулся при мысли, сколько придется плыть обратно. Хорошо, что я прихватил с собой устройство для перемещения, на всякий случай, если окажется, что он станет нашим единственным вариантом.


Акулин и не думала замедляться, хотя двигалась не на максимальной для нее скорости, все ради того, чтобы мы не отставали. Еще на берегу я обратил внимание, что у нее и ее народа присутствуют перепонки между пальцами на руках и ногах.


В какой-то момент она, все же, остановилась. Когда мы подплыли к ней, она показала куда-то вперед, и только присмотревшись внимательно, я разглядел что-то похожее на каменную стену.


– Похоже, добрались до их города, – сказал я.


Акулин поплыла немного в другую сторону, к скальному выступу недалеко от городской стены.


– Сначала предварительная разведка, – сказала Мэри, – чтобы не бросаться очертя голову в неизвестное. Хорошая стратегия.


Скалистая стена уходила вниз на несколько сотен ярдов, упираясь в океанское дно и уходила ввысь, возможно даже, прорывала толщу воды и выходила на поверхность. Вся поверхность украшена разноцветными ракушками, а бесчисленные рыбешки перемещались вокруг скалы, заплывая в трещины и углубления. Я увидел несколько стаек, проделывающих все это синхронно. Красота.


Мы спрятались за небольшим рифовым полуостровом. Я действовал осторожно, чтобы не наступить на него и не порезаться. Одной рукой зацепился о край, давая телу передышку. Слейт сделал то же самое.


– Думаю, дома пора начать занятия акваэробикой. Отличная тренировка получится, – сказал он, а я в ответ засмеялся.


– Наконец-то у тебя появляются домашние дела, о которых ты всегда мечтал.


Слейт помрачнел, как будто словосочетание «домашние дела» было ему не знакомо. Скорее всего, он никогда не думал, что доживет до такого возраста, потому никогда и не задумывался об этом. Если я буду его и дальше втягивать в такие безумные приключения, он, возможно, так и не доживет до старости, когда можно просто сидеть в кресле-качалке и наблюдать, как во дворе играют внуки.


Акулин махнула нам рукой, привлекая внимание. Показала на отверстие в каменной стене ярдах в пятидесяти от нас. Внутри него что-то двигалось.


Мы наблюдали за происходящим, выглядывая буквально одним глазом из-за угла, как из отверстия показался один из из Пика. Сначала он высунул морду, и я содрогнулся от той мощи, которую он таил в себе. А когда он появился полностью, у меня возникло желание схватить всю свою команду и перенести всех нас обратно на берег. Эта тварюга была огромной, раза в два больше бычьей акулы, а темно-синий цвет казался странным, я ведь ожидал увидеть приглушенно-серый, как у больших морских существ с Земли.


На лице Акулин отразилось отчаяние, быстро сменившееся гневом. Эти монстры убивали ее предков и изгнали их из родного дома. Она хотела отомстить. Понятия не имею, сможет ли группа из четырех человек, фактически безоружных, если не считать копий, справиться с таким монстром и спасти ее народ.


– Нам всего лишь нужно семя, – сказала Мэри и в ее словах сквозила уверенность. – Они уйдут, как только оно окажется у нас. Поверьте, именно это и держит их тут.


– Таков план, – сказал Слейт. Он напряженно наблюдал, как Пика не спеша плавает вдоль стены в поисках пищи. Двигается медленно, подкрадывается к жертве бесшумно, и вот, сильно вильнув хвостом, бросается вперед, раскрыв пасть и заглатывая зазевавшуюся стайку рыб. Несколько счастливчиков отброшены в стороны, а смертоносное чудовище тем временем проглатывает остальных, превратившихся в еду.


Мы молча наблюдали за тем, как чудовище проглотило еще несколько стаек рыб. В конце концов оно неторопливо вернулось в дыру в городской стене. Подождали еще несколько минут, потом Акулин сорвалась с места и поплыла к городу предков. Она не была в нем с тех пор, как была подростком, порой идя против воли матери, как поступил бы любой бунтующий подросток. Она говорила, что никогда не была внутри, но из рассказов знает, где находится семрок. В центре города на песке есть кольцо из светящихся камней. Зернышко должно находится прямо в центре. Акулин знает только то, что рассказывают в детских сказках, но верит, что оно все еще лежит там и ожидает, когда его оттуда заберут.


По ее рассказу, последний раз за ним отправился отряд из десяти воинов, а вернулся только один.


Раз в поколение проводится попытка достать семрок, надеясь, что Пика исчезнут.


Мэри поплыла вслед за Акулин. Я покрепче сжал древко копья, жалея, что нет при себе оружия помощнее. К левой ноге прикреплен нож, но идея встретиться лицом к морде с одним из тех монстров мне не особенно нравилась. Ведь они не просто огромные, они обладают тем преимуществом, что живут в воде. Вот если с ними сражаться, к примеру, в лесу, тогда шансы были бы выше.


– Двигай, босс. – Слейт оттолкнулся от меня и в несколько лягушачьих движений отдалился на приличное расстояние, оставив меня одного держаться за риф.


Это было лишь второе испытание из пяти, и я уже начал сомневаться, а нужно ли вообще искать Теос. Но, попытавшись отбросить сомнения, поплыл догонять друзей.


– Смотрите, – сказала Мэри, заглядывая в дыру в каменной стене. Мы находились примерно в двадцати ярдах от нее.


Я подплыл к Мэри, всмотрелся в открывающийся пейзаж за городской стеной. Зрелище вышло потрясающим. Колонны из полированного камня поддерживали крыши и стены на открытом пространстве, а дальше виднелись жилые дома. Увидел и площади, засаженные разноцветными растениями. Уже представил, как морские люди народа Акулин плывут мимо домов и строений, наблюдают за тем, как во дворах и на площадях играют дети.


Сейчас тут мрачновато, голо, цвета приглушились, стоило только остановить фантазию. Теперь я видел город таким, каким он был сейчас на самом деле. Безжизненный город, чью душу отняли у многих поколений. Город зарос буйной океанской растительностью, и лишь немногие рыбы отваживались заплывать за его границу, рискуя быть съеденными обитающими в нем хищниками.


Солнечный свет еле доходил до дна, отражаясь от верхних зданий. Получалось, что на дне город не больше полумили в поперечнике, зато был высоким. В нем могло поместиться сотни, а то и тысячи жителей.


Нет, все-таки местным не место на суше. Рядом со мной плыла Акулин, я увидел как расширились от удивления ее глаза. Сейчас она выглядела такой живой и здоровой, что я понял: мы не можем потерпеть неудачу.


– Там, – Слейт показал вниз, где не спеша нарезала круги одна из гигантских тварей. И тут я увидел то, чего мне не хватало – камни. Они тускло светились вдоль стен города придавая им зловещий вид, но никак не функциональный, как планировалось изначально. Взгляд последовал за ними вниз, к центру, но свет был слишком тусклым, а дно океана слишком мутным.


Мы продолжали наблюдать и вскоре увидели еще двух, как минимум, крупных тварюг, а значит, первоначальный план придется немного доработать.


Глава двенадцатая


– Не думаю, что мне следует отсиживаться в тылу. Ее раса считает женщин сильным полом, так что как хочешь, а мне нужно быть рядом с ней, пока будем добираться до семрока. – Мэри говорила тихо, но я все равно слышал в каждом слове энтузиазм.


– Ты видела, какого размера эти твари? Если у кого и есть хоть какой-то шанс с ними посоперничать, так только у Слейта, – я ткнул большим пальцем за спину на человека, находящегося у меня за спиной.


– Может, он и лучше подготовлен, но сейчас мы под водой. Понятия не имею, как это будет выглядеть здесь.


– Народ, вы в курсе, что я здесь? – сказал Слейт и продолжил: – Босс, позволь им сделать дело. Лично я уже научился играть роль приманки. Давай за мной, я покажу, как это делается.


Ну да, на Атрроне он с этой ролью справился хорошо, настолько, что чуть было не погиб, когда одна из птичек протаранила рюкзак с двигателем. Но я не стал об этом напоминать.


– Ладно. Но только примите во внимание мое возражение.


От возражения, если честно, будет мало толку, если кто-нибудь из нас погибнет.


Мэри отстегнула от бедра маскировочное устройство и активировала его. Перед тем, как ломануться сюда, мы провели испытание с ним в воде и устройство показало себя на удивление хорошо. Если бы Клэр только видела это, она бы от счастья завизжала. Мэри ткнула в панель управления пальцем, снова нацепила его на бедро, замерцала и исчезла. Я еле различал лишь неопределенную размытость по контуру, когда она проплыла мимо. Но когда не двигалась, разглядеть хоть что-то было невозможно.


– Не идеально, но все лучше альтернативы, – сказала Мэри и Акулин, в удивлении раскрыв рот, уставилась на то место, где должна быть Мэри. Наверное, до сих пор находится под впечатлением от нашего «волшебства».


Мэри выключила устройство и снова стала видна всем.


– Мы видели только трех тварей, – сказал я. – Мы со Слейтом попробуем увести их к поверхности океана, как можно дальше. А там заберемся на выступающий из под воды риф и будем надеяться, что они не станут изображать дельфинов и не выпрыгнут из воды, чтобы съесть нас. Вот, возьми, – я передал Мэри релокатор с предварительно внесенными координатами, находящимися за пределами стены, окружающей подводный город.


– А как насчет вас? – спросила Мэри.


– О нас не беспокойся. У вас задачка посложнее.


– Ладно. Значит, наша с Акулин задача – добраться до семрока, который расположен в центре города на дне.


– А дальше? – поинтересовался Слейт.


– Выясним потом. Оставайтесь на связи, там, глядишь, поймем. – Я постучал по наушнику. Акулин из наших жестов поняла, что еще немного, и у нее будет возможность вернуть город своему народу, отвернулась, нахмурилась. Мэри положила руку на плечо нашего проводника.


– С нами все будет в порядке, – сказала она. Перевода этих слов не прозвучало.


Я подплыл к Мэри, коснулся пальцами ее прозрачной маски.


– Будь осторожна.


– Ты тоже, – сказала она в ответ, прижалась к моей маске своей, а потом отплыла к Акулин.


Взяла ее за руку и активировала маскировочное устройство. В мгновение ока обе исчезли.


Слейт отправился в город над стеной, я вслед за ним. Три Пикас, которых мы засекли раньше, находились ниже, но увидели нас, так что нужно двигаться быстро, чтобы опередить этих умелых пловцов и успеть выбраться на поверхность.


– Понеслась, – сказал я, проплывая мимо городских строений.


Вода здесь казалась теплее, как будто сверху светило солнце, а город сохранял это тепло. Я быстро работал ногами, доводя до предела. Маска Теос каким-то образом позволяла нормально дышать, хотя как она работает, кто знает.


Несмотря на напряженное состояние, я заметил, насколько здесь тихо и пустынно. Вода оказалась прозрачнее, различные подводные растения цеплялись за стены строений и тянулись к солнечному свету. Ноги запротестовали, но я продолжал подниматься.


– Они нас догоняют, – крикнул я Слейту, тот в ответ только коснулся рукой моей ноги.


– Мэри, что там у вас? – тяжело дыша спросил я.


– Мы почти на самом дне. Две твари преследуют вас, но одна осталась. Мы двигаемся медленно, чтобы оставаться незамеченными. – Голос Мэри был тихим, как у церковной мыши. Я едва разбирал, что она говорила.


Я оглянулся и увидел, как за нами на всех парах несутся два Пикас.


– Твою ж!


Слейт не просто догнал меня. Со словами: «Поторопись!» он обогнал меня, уносясь вверх. Поверхность была уже вот она, перед нами. Скала поднималась ввысь, вырываясь на воздух, как закругленная башня древнего замка. Солнечный свет здесь намного ярче, чуть не слепил.


Собрав оставшиеся силы, я продолжал подниматься вверх и вот руки вырвались из воды, я почувствовал теплый ветерок. Ухватился за камень, кряхтя, подтянулся. Над водой появилась голова Слейта, он тоже схватился за какой-то выступ, подтянулся. Я попытался тоже залезть, но правая ладонь соскользнула, порезавшись. Слейт, уже забравшийся на выступ, схватил меня за запястье и потянул вверх, как раз когда один из Пикас проплыл там, где я только что был, щелкнул челюстями.


Несколько капель крови булькнули в воду, оба Пикас на них не обратили никакого внимания и не пытались вынырнуть на чистый воздух, чтобы достать нас. Слейт ткнул пару раз в воду копьем.


– Что-то с этими тварями не так, – сказал он, наблюдая за огромными тварями, нарезающими круги рядом.


– Да, они огромные и сумасшедшие! – отчаянно крикнул я.


– Что там у вас происходит? – тихим голосом поинтересовалась Мэри.


– Мы наверху. Двое тварюг сторожат нам, а Слейт пытается выколоть им глаза. У вас что-нибудь получилось?


На мгновение повисла тишина, потом Мэри снова тихо, еле слышно, заговорила:


– Мы близко. Здесь темно. Единственный источник света – камни, но свет очень тусклый. Неподалеку Пикас, но сейчас его не видно. – Она снова замолчала.


Прошла минута, я прислонился к нагретому солнцем камню спиной, пытаясь отдышаться.


– Похоже, семрок находится на открытом пространстве точно в центре города, – снова тихо заговорила Мэри. – Там круглое кольцо из камней, очень похожее на железное дерево, что выросло на Атрроне. Как нам его активировать?


– Забери семя, тогда и узнаем, – сказал я.


– Босс, зацени, – воскликнул Слей и пару раз продырявил копьем воду. Второй удар задел неосторожно подплывшего к поверхности моря Пикас. Ожидая быстрого возмездия или того, что Слейт не успеет выдернуть копье и тварюга утащит здоровяка в море, я схватил Слейта за плечи. Но все, что я увидел, была вспышка синего цвета. Такое ощущение, что морская тварь была ничем иным, как голограммой.


– Мэри, похоже, наши приятели не настоящие, – сказал я в микрофон.


– В смысле?


– Копье Слейта проходит прямо сквозь них. Думаю, это всего лишь программа, предназначенная для отпугивания посторонних.


– Тогда как погибали люди Акулин? Что заставило их сбежать? Ты же сам видел, как эта тварюга проглатывала рыб, – посыпались возражения.


– Ты права, но я настаиваю, что они ненастоящие. Я тут умудрился порезаться, кровь попала в воду, но им хоть бы что. Будьте осторожны, но я думаю, что они безвредны.


– В таком случае, я пошла, – решительно сказала Мэри.


Слейт, наконец, перестал тыкать копье в монстров, прислонил его к каменной стене.


– Босс, тут что-то есть, – сказал он и начал карабкаться по стене. От нечего делать, я последовал за ним. Наблюдать дальше за голографическими монстрами смысла не было.


– Что там? – поинтересовался я.


Круглая стена превращалась в ступени лестницы, ведущие наверх, как на индейских пирамидах. Слейт начал забираться по одной лестнице, я по другой, и вскоре мы с ним достигли вершины.


Тут обнаружили ямку, очень похожую на ту, в которую бросили семя на Атрроне.


– Похоже, мы обнаружили наш сад, – сказал Слейт, улыбаясь, как школьник, задумавший розыгрыш над учителем.


– Мэри, семя у вас? – спросил я.


– Я у коробки, открываю крышку. Все, оно у меня… Боже мой! Он тут! – крикнула она и мое сердце чуть не разорвалось. От этого панического крика в ее голосе по спине пробежали мурашки от страха.


– Мэри!


Она не ответила, но я расслышал приглушенное дыхание, потом крик:


– Акулин! Берегись!


Слова были резкими, они резали слух. Слейт, казалось, готов был ринуться в воду прямо отсюда, но я схватил его за руку, удерживая.


– Ты же говорил, что они ненастоящие.


– А ты говорил, что наоборот, – возразил здоровяк. – Может, одна из них как раз настоящая, а остальные голограммы.


У меня внутри все похолодело. Я должен чем-то помочь женщинам.


– Мэри, воспользуйся релокатором, – сказал я в микрофон.


– Он схватил ее за ногу, – Мэри была близка к истерике, я слышал это по голосу.


– Так освободи ее и убирайтесь к черту оттуда!


Мэри что-то проворчала. Похоже, готовилась воспользоваться копьем, чтобы проткнуть чудовище.


– Поняла, – зло сказала она, а все остальное для меня оказалось неразборчиво.


Все стихло, а я дошел до такой степени, что больше не мог ждать. Сделал шаг, оказавшись у края площадки и нырнул в воду. Когда я нырнул, ближайший Пикас бросился на меня раскрыв пасть, а я, даже не закрывая глаз, ринулся прямиком туда и проплыл сквозь чудовище, ощущая вокруг себя ничего, кроме воды. Что ж, Слейт оказался прав.


Я заставил уставшие ноги работать так, как никогда раньше. Через несколько секунд уже был над городской стеной.


– Дин, – позвала Мэри.


– Где ты? – Я начал оглядываться, пытаясь найти Мэри и Акулин.


– Я выбралась. Воспользовалась релокатором. Акулин не очень хорошо.


Вот только теперь я увидел темно-красные пятна в воде в нескольких ярдах. Мэри держала воительницу в руках, нога последней была неестественно вывернута и изрядно погрызена.


– Нужно поднять ее наверх, – сказал я и спросил: – Семя у тебя?


Мэри разжала ладонь, показывая семя. Копья у нее не было, похоже, застряло в боку Пикас.


– Давай-ка, я возьму Акулин.


Мэри подхватила мое копье, и поплыла в арьергарде, высматривая оставшегося Пикас.


– Он все еще в деревне. Если догадается, куда мы отправились, будет здесь в мгновение ока, – говорила Мэри, не отрывая взгляда от пустоты под нами.


Акулин пыталась помогать плыть, только из-за этого больше страдала от боли. Даже не верится, но она так и не потеряла сознания, потому что насколько больно ей было, без труда читалось на лице.


– Я рядом, расслабься, – сказал я, зная, что она меня не поймет.


Сверху появился готовый к драке Слейт.


– Все целы? – спросил он, увидев всех нас хотя бы живыми. – Босс, дай-ка я помогу. – Он протянул руку к зеленоволосой аборигенке, но та вдруг вскрикнула, изо рта вырвался рой мельчайших пузырьков воздуха, и указала вниз.


В нашу сторону мчался Пикас. Пока что он был всего лишь маленькой точкой, но с каждой секундой приближался и становился больше и грознее.


– Ходу! Ходу-ходу-ходу! – закричала Мэри.


Акулин вдруг выхватила копье из рук Слейта и другой рукой решительно оттолкнула меня. Я подчинился, и она поплыла прочь от нас. В ее взгляде были печаль и принятие судьбы.


– Не-ет! – закричала Мэри и бросилась к ней.


– Разве ты не поняла? – Я успел схватить Мэри за локоть и удержать, чтобы она не бросилась вслед за Акулин. – Она спасает нас, дает шанс убраться отсюда. Так давайте же убираться.


Я не оглядывался, отказываясь принимать факт, что враг все еще у нас на хвосте. А от решительности, с которой она смотрела на меня, перед тем, как рвануть к заклятому врагу своего народа, меня аж передернуло. Если она погибнет, то станет героем, мы об этом позаботимся.


Слейт первым вынырнул у скалы, забрался на камень и протянул руку, готовый помочь нам выбраться из воды. Мэри попыталась было обойти голографии смертельно опасных чудовищ, но быстро сдалась, увидев, как я проплываю сквозь них. На выступе мы оказались быстро и тут же полезли к верхней платформе.


– Ты заслужила, Мэри, – сказал я, отдуваясь от быстрого восхождения.


Мэри раскрыла ладонь, на которой уместился семрок размером с семечко авокадо, постояла мгновение. Грудь тяжело вздымалась и опускалась. Вода падая с нее, образовала под ней целую лужу, пытавшуюся по ступенькам убежать обратно в море. Я увидел, как кожа Мэри покрылась пупырышками: это от прохладного ветерка, обдувавшего нас. Я так любил эту женщину, что хотел прямо сейчас подойти к ней и прижать к себе крепко-крепко. Но для этого у нас еще будет время. Сейчас у нас была миссия, которую необходимо выполнить.


– Акулин, это для тебя, – тихо сказала Мэри и опустила семрок в отверстие. Они идеально подошли друг к другу.


Глава тринадцатая


Пирамида затряслась. Перепрыгивая сразу несколько ступенек, Мэри оказалась рядом со мной и Слейтом. Из верхней платформы вырвался мощный луч света, окутав нас, принеся с собой покалывание чужой энергии. Луч устремился вверх, синий свет едва выделялся на фоне ясного неба.


– Смотрите, ребят, – сказал Слейт, выводя нас из задумчивости. В отличие от нас он смотрел на воду, та сияла тем же голубым светом. – Похоже, семя проросло в воду.


В этом был какой-то странный смысл.


Голографические твари исчезли. Когда мы прыгнули обратно в воду, она показалась чуть теплее и комфортнее. Драгоценные камни, встроенные в стены, сияли ярче. Мы погружались все глубже, и чем дальше, тем больше мое тело ощущало прилив сил.


– Прям чем дальше, тем больше бодрячком, – сказал я и Слейт со мной согласился.


Мэри вдруг оторвалась от нас, промчалась мимо городской стены, направляясь вглубь города.


– Осторожнее, возможно, Пикас все еще там, – крикнул я ей вслед.


Мы со Слейтом тоже прибавили ходу, пытаясь догнать ее, а когда догнали, уже на дне, увидели, что она держит на руках изувеченное тело Акулин.


– Она жива, – сказала Мэри.


Но мое внимание привлекла прозрачная шкатулка, освещенная камнями. Сама по себе открылась крышка и из нее в воду вылились темные чернила. Это облако приняло форму символа Теос, а потом начало превращаться в долговязый человеческий силуэт.


Кажется, оно почувствовало боль Акулин. Камни, образующие круг, внутри которого стояла шкатулка, ярко вспыхнули, вода при этом заметно потеплела. Тень изогнулась и устремилась к умирающей женщине.


От камней поползли струйки голубого света, они искрили при соприкосновении, но, в конце концов, слились все вместе и тоже устремились к Акулин. Сейчас я рассмотрел больше ран. Из рта сочилась кровь, из жабр тоже вытекала красная жидкость. Голубой свет достиг раненую, проник ей в нос и распространился по всему телу.


Мы со Слейтом с расстояния в несколько ярдов с благоговейным трепетом наблюдали как сами собой заживают раны Акулин, как восстанавливается ее изуродованное, умирающее тело. Вот остановилось кровотечение, затянулась рана на ноге, а кожа стала приобретать нормальный нежно-коричневый оттенок. Все это время Мэри держала Акулин на руках и не отпускала.


Глаза Акулин распахнулись и испуганно расширились, когда она увидела окутывающий ее свет. Она попыталась вырваться, но тут увидела Мэри и успокоилась, наконец, поняв, что ей помогают, а не нападают.


Мэри медленно разжала руки и Акулин отплыла от нее, остановилась и стала разглядывать себя, удивляясь исчезновению ран, полученных от Пикас, пока пыталась задержать чудовище и дать нам время выполнить миссию. По ее виду можно было сказать, что у нее прямо сейчас появилось множество вопросов, но, как только она увидела тень Теос, маячившую рядом с нами, тут же про все забыла. Опустилась на дно и встала на одно колено, заметно расстроившись, что мы к ней не присоединились.


– Похоже, мы прошли тест, – сказал Слейт.


– Похожее на то… – начал я, но тут меня прервал голос Теос. Причем его голос я услышал через наушник.


– Вы выполнили задание. – Та же фраза, что и раньше, тем же голосом.


– Пикас ушли? – спросила Мэри.


– Ушли, – с ноткой торжественности произнесла тень.


– Народ Акулин может безопасно вернуться домой? – спросил я и бросил взгляд на нашего проводника. Та не слышала ни слова из разговора.


– Сейчас это безопасно.


– Зачем нужно было разрушать их мир? – спросила Мэри.


– Чтобы бросить вам вызов. Уверены, что готовы к следующему испытанию?


Поскольку это была всего лишь запись, отвечать было не обязательно. Никто из нас и не ответил.


– Добро пожаловать в следующее испытание, – произнесла тень.


Дно задрожало, под шкатулкой, из которой исходила тень Теос, начал осыпаться песок, открывая помещение, освещенное ярким голубым светом.


– Мы что, так просто туда и пойдем? У нас же нет никакого оружия. – С этими словами Слейт подхватил со дна лежащее копье и крутанул им. В воде это получилось не очень ловко.


Мэри и Слейт посмотрели на меня, как будто ожидая совета. Ну раз и впрямь жаждут узнать, что я думаю, я не стал сдерживаться.


– Давайте посмотрим, что там делается. Нам ведь выдали маски, чтобы мы могли дышать под водой. Думаю, и сейчас выдадут необходимые инструменты, чтобы пережить следующее испытание. Да и исцеление предлагают, на случай, если поранимся где. Помогли же сейчас. – Я не хотел оставаться здесь ни минуты. Я вдруг, здесь, в паре сотен ярдов под водой, дыша через непроницаемую маску, почувствовал себя неважно. Мне стало слишком тяжело, стало казаться, что на меня давит вся тяжесть океана, и я не хотел ничего так больше, как сбежать отсюда.


– Я с Дином. Давайте продолжать. – От Мэри я нечто подобного и ожидал. Она с энтузиазмом взялась разгадывать загадку пропавших Теос. Слейт только пожал плечами, но копье не отпустил.


– Ладно, Теос, мы готовы, – громко сказал я, обращаясь к волнующейся в воде черной тени. – Что дальше?


Та слегка пошевелилась, прежде чем заговорить, опять же, в наушниках.


– Дальше – темнота.


– Темнота? – Слейт придвинулся к тени ближе, как будто не расслышал.


– Принесите им свет. Покончите с тьмой. Только тогда сможете двигаться дальше.


– Кому нужно принести свет? – спросила Мэри, но тень Теос не ответила. Грубая человекообразная фигура сложилась в символ Теос, а потом втянулась обратно в прозрачную шкатулку.


– Звучит вроде как просто. Давайте уже отправляться в следующий мир, найдем их проклятый выключатель и покончим с этим. – В устах Слейта задание звучало предельно просто. Вот только каждый из нас знал, что так просто там не будет.


Все это время Акулин смотрела на нас с широко открытым от удивления ртом. Мэри взяла ее за руку, помогла подняться, но Акулин быстро затрясла головой, показывая на шкатулку, в которой скрылась черная тень.


– Тебе не нужно на нее молиться, – Мэри попыталась знаками объяснить аборигенке, что все уже закончилось, окончательно. Та закивала, словно все поняла.


Хозяйка моря вгляделась в даль. Я проследил за ее взглядом. Город, казалось, чуть посветлел, в него стали заплывать косяки рыб. Жаль, что не можем остаться и посмотреть на лица жителей Апопа, когда они тут окажутся.


– Дин, верни ее на берег. Она устала и осталась без сил. А потом возвращайся и мы продолжим путешествие, – сказала Мэри.


Я улыбнулся и протянул Акулин руку. Та отстранилась было, но я достал релокатор. Тогда она протянула руку и позволила мне взяться за нее. Она коротко коснулась руки Мэри, бросив на нее взгляд, которого раньше мы у нее не замечали. Радость.


Мэри обняла ее. Поначалу Акулин стояла выпрямившись, руки по швам, с отсутствующим выражением лица, но потом повторила действия Мэри и обняла ее в ответ.


– Ладно, я скоро вернусь, – сказал я.


Слейт подмигнул мне, а я запустил релокатор. Меня окружил знакомый гул, и вот мы уже стоим на пляже. Солнце уже опустилось к горизонту. Ноги подкосились от внезапно свалившейся на них тяжести. Вот тебе и на, целебные воды моря не избавили меня от усталости.


Две подруги Акулин ждали нас у палатки и, как только мы появились, они тут же испуганно вскочили, хватаясь за ножи. Но узнав нас, чуть расслабились, на их лицах отразилось облегчение. Я включил переводчик.


– Мы можем вернуться в Аквадомум! – воскликнула Акулин, воздев руки к небесам.


А дальше все трое загомонили с такой скоростью, что я не разобрал ни слова, так что подошел к рюкзакам, наполненным скудными пайками, уложил в них пожитки, туда же поместились две импульсные винтовки, а третья поместилась бы, если б не комбинезоны.


Жаль расставаться с палаткой, но для нее места не хватило. У Мэри устройство маскировки, у меня релокатор, так что руки заняты, а у Слейта – копье. Да уж. Представив, как он носится в темноте, размахивая копьем, пытаясь поразить противника, я чуть было не рассмеялся.


Посмотрел, как три женщины танцуют от радости на песке, свыкаясь с мыслью, что уже вот-вот вернутся в деревню с хорошими новостями, я решил не надоедать им прощаниями и просто активировал релокатор, радуясь, что помог здешнему народу обрести свой дом.


В мгновение ока я снова оказался на дне океана. Не спрашивая, Слейт схватил рюкзак и отправился к дыре на дне. Уронил в нее сумку, та быстро скрылась с глаз, Слейт же тут же последовал за ней.


– Там все в порядке? – с толикой беспокойства спросила Мэри. Все-таки у нее доброе сердце.


– Более чем. Она в восторге. Тебе не кажется, что Теос немножечко того… с ними не все в порядке?


– Мы ведь точно не знаем, они ли натравили Пикас на народ Акулин, – чуть оскорбилась Мэри.


– Да ладно. Тень почти напрямую в этом призналась. А голограммы? Хочешь сказать, удобная местная технология Пикас?


– Может, ты и прав, но ведь они должны убедиться, что тот, кто их найдет, достоин их.


Мне не понравился энтузиазм Мэри, когда она это говорила.


– Ну а по-твоему, мы достойны? – спросил я только для того, чтобы посмотреть, что она ответит.


– Скоро узнаем. – Она развернулась, чтобы нырнуть в помещение, где нас уже ждал Слейт, но я схватил ее за руку, останавливая.


– Мэри, я ведь серьезно. Они манипулируют нашими жизнями. Они думают, что могут делать все, что угодно. Ты правда думаешь, что мы должны найти их? Может, стоит вернуться домой и пусть они остаются там, где прячутся?


– Ты же знаешь, что мы не можем, – разозлилась Мэри. – Они тебе напрямую сказали, что ты им нужен. Истинный, помнишь?


– А если нет?


– Может, и нет. Мы не узнаем, пока со всем этим не закончим. А как насчет той тревожной штуки под названием «Раскручивание»? Если это не похоже на то, что нам нужно остановить, то я даже не знаю, что нам нужно сделать. Ты ведь спасал человечество не для того, чтобы смотреть, как его у нас опять отнимают? – Ее страсть была очевидна, за это я ее и любил. Однако сегодняшнее поведение казалось не характерным для нее, так что я забеспокоился.


– Ладно. Я доверяю твоей интуиции, Мэри. Даже когда моя подсказывает, что пора остановиться, найти портал и возвращаться домой. Давай не будем отступать.


Она улыбнулась, кивнула, и головой вниз скрылась в помещении под дном. Я последовал за ней в помещение, освещенное большим количеством синих камней.


– Вы в курсе, что я все слышал, народ? – спросил Слейт.


Он показал на четыре угла комнаты, в них расположились колонны. Знать, мы оказались в другом портале, больше похожем на те, к которым привыкли, чем металлическое дерево, выросшее на Атрроне.


Посреди комнаты висел экран и на нем высвечивался всего один знак. Третий символ нашей кубической карты, найденной в ледяном мире. Слейт держал в руках длинную шкатулку, до сих пор не открытую.


– Из воды в темноту, – сказал я и прикоснулся пальцем к знаку на экране. Вспыхнул белый свет, а затем наступила темнота.


Глава четырнадцатая


Я нащупал рюкзак, который тащил Слейт, тот тут же отдал его мне. Положив его на холодный пол, я нащупал светодиодную лампу на комбинезоне, который надевали под скафандр. Мысленно поблагодарил Клэр и ее команду за такое мудрое и дальновидное решение.


Это оказался комбинезон Мэри и я отдал его ей. Мы все промокли насквозь, с нас не просто вода капала, а ручьем текла на черную глинистую землю. Вокруг уже изрядная лужица образовалась. Так что я отошел чуть в сторону, чтобы переодеться в свой комбинезон. А когда переоделся, включил фонарик, находившийся на груди справа, что позволяло лучу следить за движением тела.


– Странновато как-то, – сказал Слейт. Он включил фонарик своего комбинезона, но до сих пор не переоделся, так что стоял почти голым в небольшой пещере, в которой мы оказались.


– Переодеться не желаешь? – спросил я, тот в ответ хохотнул, но ничего не ответил. Вместо этого одним движением натянул комбинезон и застегнул молнию впереди.


– Вот, так лучше. – сказал он и снял маску.


– Слейт! Подожди! – крикнула Мэри, но поздно, Слейт уже вдохнул воздух полной грудью


– Все нормально. Слегка густовато. Затхло. Но воздух прекрасный.


– Откуда ты знаешь? Тебе когда-нибудь рассказывали о вирусах, передаваемых воздушно-капельным путем? – сердито спросила Мэри.


Свою маску я тоже решил снять, за что получил от жены сердитый взгляд.


– У нас ведь нет приборов для проверки качества воздуха. Не думаю, что Теос позволили нам зайти так далеко, чтобы мы погибли от вирусов в воздухе.


Мэри пожала плечами и, немного поколебавшись, тоже сняла маску. Я сложил все три в рюкзак и достал импульсные винтовки. Надеюсь, они нам не понадобятся.


– Давайте посмотрим, куда мы попали.


Стали осматриваться. Выходило, попали куда-то под землю, что, в принципе, обычное место для портала перехода. Теос всегда прятали порталы перехода. Вот только в центре пещеры не было стола, что говорило о том, что наше путешествие сюда – путешествие в один конец.


Выбраться отсюда у нас не было никакой возможности, по крайней мере, с того места, где мы сейчас находились. Но в нескольких ярдах обнаружился какой-то проем.


– Думаю, нужно идти туда. – Я застегнул молнию комбинезона до конца, передал Слейту импульсную винтовку. Другую взяла Мэри, оставив меня ни с чем. Ну, пока что я был не против.


– Ничего не забыли? – спросил Слейт, глядя на шкатулку, лежавшую на полу. Подводный подарок Теос переместился сюда с нами.


Мы стояли вокруг шкатулки и ждали, пока Слейт окажет честь открыть ее, поскольку именно он принес ее сюда.


Шкатулка размером четыре фута в длину, крышка открылась легко. Внутри лежало оружие, очень похожее на лук, а рядом две пары защитных очков.


– Только двое? – разочарованно спросил я, не решаясь прикоснуться к чему бы то ни было.


Мэри нагнулась и взяла лук, сделанный из металла. На нем, недалеко от центра, обнаружилось несколько кнопок. Ради интереса Мэри нажала на одну из них. Тут же в тишине пещеры раздалось тихое жужжание. Из одного конца лука к другому протянулась белая, светящаяся струна. Похоже, тетива, сделана из энергии.


Мэри взяла лук одной рукой за рукоять в центре, а пальцами другой коснулась тетивы и тут же отдернула руку, как будто обожглась, но тут же схватила пальцами тетиву снова и провела по ней вверх-вниз без каких-либо неприятных последствий


– Офигенно! – сказал Слейт и спросил: - А где стрелы? – Он заглянул в шкатулку в поисках стрел.


Мэри нажала на соседнюю кнопку и стрела тут же появилась, с жужжанием хвостом зацепившись за тетиву. Мэри расплылась в широкой улыбке, взявшись за стрелу.


– Может, стоит подождать, пока окажемся в пещере чуть больше, чем моя детская комната? – спросил я, но было уже поздно. Мэри развернулась и выпустила стрелу. Та устремилась вперед и воткнулась в стену в нескольких ярдах от меня, где вспыхнула и погасла.


– Какой грандиозный пшик, – с разочарованием во взгляде сказала она.


– Пойдем. Поиграем с луком позже, – сказал я.


– Очки кому достанутся? – поинтересовался Слейт.


Я отдал оба Слейту.


– Соломинки вытянем позже.


Здоровяк спрятал очки в карманы.


Коридор, по которому мы шли, был узким. Широкие плечи Слейта закрывали любую точку обзора, так что посмотреть, что делается там, впереди, не выходило. Импульсную винтовку он держал наготове. Вторая досталась, все-таки, мне, а Мэри вооружилась луком и прикрывала тыл. Стены, пол и потолок коридора были из одного твердого материала, похожего на черную глину. А еще я уловил странный запах. Потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, что это такое.


Это было когда я был еще ребенком и оказался в летнем лагере, еще на Земле. Мы устроили на открытом воздухе парилку, то есть развели костер, покидали в него камни, а потом, когда они разогрелись, стали поливать их водой. Пар создавал эффект сауны. Так вот, затхлый, теплый запах камня вызвал в моей памяти именно это воспоминание.


– Кому-нибудь еще знаком этот запах? – спросил я.


– Не уверен. Что-то знакомое. – Слейт развернулся боком, поглядел на меня. Только сейчас я понял, что проход сужается. – Знаешь, босс, если коридор станет еще уже, я начну нервничать. Я большой и очень не люблю тесноты.


– Я знаю, Слейт. Все будет хорошо.


Точно знать я этого не мог, так что если он и впрямь застрянет, у нас не будет другого выхода, кроме как двигать обратно, к пустой комнате. А если попытаемся прорваться наружу каким-то другим способом, вся махина земли и камня над нами может обрушиться на нас. В общем, ни один из вариантов мне не нравился. На шее Слейта выступили капли пота, наверное, он тоже об этом подумал.


Коридор продолжал постепенно сужаться еще некоторое время, а потом я заметил, что стены раздвигаются, а потолок с каждым шагом становится выше. Слейт глубоко, с облегчением, вздохнул и расслабился.


А потом коридор закончился. Мы оказались перед лестницей, вырезанной в стене и ведущей круто вверх. Без всяких слов, Слейт взялся руками за ступеньки, поставил ногу на нижнюю опору и полез вверх, только винтовка захлопала по спине.


– После вас, – пригласил я Мэри, пропуская ее мимо себя. Она улыбнулась и начала подниматься. Бросив последний взгляд назад, в темноту, я последовал за ними.


Когда мы, наконец, добрались до верха, с меня градом лил пот. Я часто останавливался и вытирал пот со лба рукавом, надеясь, что пот не попадет в глаза. Светодиоды на груди освещали только лестницу и стену, так что, если смотреть вверх, я видел только все ту же лестницу, освещаемую фонариками комбинезонов Мэри и Слейта. Каждый раз, когда смотрел вверх, пот попадал в глаза и начинал щипать их.


Чем выше забирались, тем становилось все теплее, как будто мы лезли прямиком в ад. Как только про это подумалось, по разгоряченному телу пробежала дрожь. Много вариантов мест было, где мы могли бы оказаться, но ад вряд ли был пунктом нашего назначения в этом походе.


– Все, мы залезли, – крикнул сверху Слейт и мои ноги и руки, уставшие до невозможности, сделали все возможное, чтобы закончить восхождение.


Фонарик Слейта исчез, за ним выбралась из колодца Мэри. Когда я добрался до края, Слейт схватил меня за руку, чтоб я не сверзился вниз, и помог выбраться. Взял рюкзак, положил его на землю. Я откатился от колодца и улегся навзничь, глубоко задышал, восстанавливая дыхание. Когда мы последний раз спали? А ели?


Как будто прочитав мои мысли, Мэри отыскала в своем рюкзаке воду, дала сначала мне. Я глотнул пару раз и отдал бутылку обратно ей. Съел половину энергетического батончика. А потом стали обсуждать, что нам известно о нашем положении на данный момент. Выяснилось, что не так уж и много. Сон для нас становился роскошью, которую мы не могли себе позволить. А это означает, что близок тот момент, когда мы начнем совершать ошибки.


– Похоже, мы попали внутрь очень большой пещеры, – сказал Слейт. – Я нигде не вижу стен.


Лучик его фонарика, впрочем, как и наши с Мэри, бил недалеко. Фонарик предназначался для использования вблизи, а не на далекие расстояния.


– Не знаю. Не слышу эха. – Хотелось бы проверить теорию, но закричать я не решился. Это наверняка привлечет к нам нежелательное внимание.


– Ты прав. – Мэри поднялась и пошла от нас прочь.


– Далеко не уходи, – предупредил я, но она либо не услышала меня, либо не обратила внимания. – Дерьмо, – вздохнул я и начал подниматься. – Двинули, Слейт.


– Как скажешь, босс.


Он без возражений подхватил рюкзак и мы поплелись к точке света, исходящей от Мэри.


– Чувствуете запах? – громко спросила она, чтобы мы услышали.


Я принюхался и уловил слабый запах тухлых яиц.


– Пахнет, как носки у брательника, – пошутил Слейт.


– Запах становится сильнее. И еще, гляньте туда, – сказала Мэри, когда мы подошли к ней. Она показала туда, где из-за выступа исходило темно-оранжевое свечение.


Мы пошли к этому тусклому свету. По мере приближения запах становился все сильнее, едкий запах серы, от которого на глаза наворачивались слезы. И дышать становилось тоже чем дальше, тем труднее.


– Нужно остановиться, – сказал я, но Мэри продолжала идти. Слейт похлопал меня по плечу, я закашлялся, почувствовав жжение в груди.


– Это лава! – крикнула Мэри. – Мы рядом с вулканом. Или прямо на нем.


– На нем? – удивился Слейт.


– Посмотрите наверх.


Я уставился на Мэри, а потом посмотрел наверх, на потолок пещеры. Вот только никакого потолка там не было. Сейчас, в тусклом сиянии лавы это было отчетливо видно. Вдалеке виднелось несколько мерцающих огоньков.


– Мы снаружи, – удивленно сказал я. Но вокруг так темно. – Что там сказали Теос?


– Остановить тьму, насколько помню, – ответил Слейт.


– Принесите им свет. Покончите с тьмой, – сказала, вернувшись к нам, Мэри. – Только тогда сможете двигаться дальше. Так они сказали.


– Кому «им»? – спросил я, наперед зная, что ответа на этот вопрос у нас нет.


– Это и нужно выяснить. Но у меня такое чувство, что «они» находятся явно не рядом с вулканом. Давайте пойдем в другую сторону. – Мэри полностью взяла инициативу в свои руки.


– Когда-нибудь видели такую темную ночь? – спросил я сразу у всех.


– Никогда, – ответил Слейт. – Помню, как во время войны оказался посреди пустыни. На сотни миль вокруг ни одной мало-мальской деревушки и облака были такими густыми, что несколько дней солнца не было видать. Ночи были такими, что и атеист начал бы молиться. Вот сейчас нечто похожее. – Слейт тревожно оглядывался по сторонам.


– Давай-ка попробуем воспользоваться очками, – предложил я.


Слейт достал одну пару, я надел их, закрепив резинкой на голове. Очки плотно прилегли к лицу, так же, как дыхательная маска.


Потребовалось некоторое время, чтобы разглядеть окружающее.


– Выключите фонарики, – попросил я. Мэри и Слейт выполнили просьбу, оставив нас в кромешной темноте. И вот только тогда очки заработали, осветив людей зеленым светом, примерно как в приборе ночного видения. Глаза Слейта и Мэри казались темными, а кожа воспринималась бледно-зеленой.


– Дай-ка и я попробую, – загорелся Слейт и надел вторую пару. Я отчетливо увидел облегчение на его лице, когда он обрел способность видеть окружающее.


– Жаль, у нас только две пары, – сказала Мэри.


Земля была темной, плоской и голой. Я не видел ничего, кроме камней, куда бы ни посмотрел.


– Можешь пользоваться моими. – Я уже собрался было снять очки, но Мэри перебила:


– Все нормально. Показывай дорогу давай, а я погляжу в них попозже. – Мэри улыбнулась, и я протянул ей руку, почувствовав, как ее ладонь сжала мою. Я прильнул к ней и поцеловал в губы, на которых все еще ощущался солоноватый привкус пота и энергетического батончика. Потом прошептал кое-что ей на ухо.


– Я тоже люблю тебя, Дин Паркер, – ответила она, похлопав меня свободной ладонью по груди. – Только не приведи меня к обрыву.


– Прямо сейчас я готов привести тебя домой.


Мы пошли прочь от лавы и вулкана. С каждым шагом невыносимый запах рассеивался все сильнее.


Глава пятнадцатая


– Нужно найти место для лагеря. – Я остановился, оглядел бесплодную пустошь на предмет укрытия. Шагаем уже несколько часов, и в глубине души я все ждал, что вот-вот взойдет солнце, вокруг станет светло. Но ничего не менялось. В этом темном мире царила вечная темнота.


Болели ноги, а материал комбинезона совсем не берег стопы от камней и мусора. Мэри со Слейтом пока что не жаловались, так что и мне оставалось только засунуть все свои жалобы куда-нибудь поглубже.


Стопы покрылись какой-то серой пленкой. Мы решили, что это вулканический пепел. Прошли мимо нескольких древовидных растений, но они оказались напрочь мертвы без каких-либо признаков жизни. Этот мир наводил тоску.


Принесите им свет. Эта фраза крутилась в голове, в конце концов я даже придумал какую-то мелодию под нее. Интересно, остальные слышат, как я тут развлекаюсь? Но они не подавали вида. Вот и хорошо.


– Уже на нервы действует, – зло сказала Мэри. Она все еще держалась за меня, позволяя вести себя, поскольку не видела ничего вокруг. Она сказала, что зрение адаптировалось ровно настолько, чтобы видеть меня и Слейта в виде каких-то сгустков, а землю немного в другом оттенке черного.


– Это как будто я оказалась в погребе в доме, где жили бабушка с дедушкой, – поделилась как-то она. – Она хранила в нем разные закрутки, консервы и говорила, что там не должно быть света. Никаких окон и дверь всегда закрыта на замок. Помню, как-то играли с двоюродным братом в прятки, и я спряталась там. Я ничего не могла разглядеть, даже после того, как долго-долго вглядывалась в темноту.


– Сколько тебе тогда было? – спросил Слейт.


– Шесть, наверное. После того случая я больше никогда не подходила к подвалу. Дедушка тогда сказал, что прибил на дверь какие-то уплотнители, которые не пропускали ни лучика света.


Мы продолжали идти и радовались, что в нашем арсенале обнаружилось несколько историй, отвлекших нас от монотонного путешествия. Я продолжал искать, где можно остановиться, и уже начал беспокоиться, что никогда не найдем в этом мире то, что ищем. Волновался за то, что скоро закончатся и без того скудные запасы еды и воды, до того, как придумаем, как разрулить создавшуюся ситуацию.


– Кто-нибудь еще это чувствует? – спросил я.


– Что именно? – спросил Слейт.


– Отчаяние. – Я решил быть с ними честным. – Необходимость обдумывать каждый свой шаг. Я лично уже теряю контроль над ситуацией, а прошло всего лишь пару часов.


– Я тоже это чувствую, – тихо сказала Мэри.


– И я, – тоже тихо сказал Слейт. – Давайте уже остановимся, хоть ненадолго. Вроде бы недалеко есть местечко, где можно укрыться. – Он показал на скалистый выступ и несколько высоких засохших деревьев справа от нас. Все лучше, чем находиться на открытом пространстве.


Вскоре мы уже разложили наши скудные пожитки. Слейт достал со дня рюкзака брезент и соорудил крышу. Хоть дождя не было и вряд ли он тут бывает, но с неба падает пепел, так что мы предпочли, чтобы он падал не на нас, пока спим.


Сняли очки, включили светодиодные фонарики на комбинезонах, чтобы Мэри хоть немного отдохнула от кромешной темноты. А я, когда снял очки ночного видения, прям почувствовал, как в мозгах рассеялся туман.


Мы с Мэри потратили минут десять, разбирая с помощью складного ножа, который выдал Слейт, засохшее дерево и соорудили из него костер.


– Хорошо, что кое у кого хватило ума прихватить нож и зажигалку, – сказал я. – А нам нужно избавляться от привычки оставлять в каждом мире припасы, а то к тому времени, как доберемся до Теос, останемся голышом.


Думал, что хоть кто-нибудь хотя бы усмехнется, но эти двое со смертельно серьезным видом продолжали работать. Когда с укрытием закончили, Слейт поджег костер, а я негромко воскликнул: «Ура!», когда дерево загорелось и от костра в небо устремился дым, а огонь начал лизать сухое дерево. Так приятно находиться рядом с навесом и смотреть на огонь костра. Я даже соображать начал немного лучше.


– Наверное, мы уже зашли слишком далеко.


– Имеешь в виду приход в этот мир или то, что мы здесь далеко ушли? – спросила Мэри и оба варианта оказались прямо в точку.


– Вряд ли Теос заставили нас топать пешком часы, не говоря о днях, чтобы достичь цели, как считаете?


– На Атрроне цель была достаточно далеко, но у нас были скутеры. Откуда бы им знать, что мы придем, а приедем? – Слейт лениво ворошил костер, поленья там теперь весело потрескивали.


Я как-то не подумал об этом.


– Ну, будь мы даже пешком, оранжевый шар крон деревьев все равно увидели бы. А здесь ничего такого не видим. Здесь должна быть какая-то подсказка. Боюсь, мы ее пропустили.


– Может ты и прав, босс, – сказал Слейт. – Так что, будем возвращаться?


Мэри покачала головой. Приятно снова увидеть их, пусть даже при свете костра. Мэри выглядела уставшей и я попытался представить, что мы вернулись домой, на Нью-Сперо, сидим у камина. Я чуть было не стал оглядываться в поисках Мэгги и вдруг понял, что скучаю по этой собачке. Она так щедро дарила нам свою любовь, а я только и делаю, что постоянно оставляю ее. Утешает лишь то, что она остается со своей семьей. С Кэри.


Эмоции чуть не захлестнули меня, я отвернулся, украдкой вытирая слезы. Да что ж такое? Это место задело меня больше, чем хотелось бы.


– Давайте на сегодня закончим и разберемся со всеми вопросами утром. Или что там будет, – предложила Мэри.


– Я подежурю первым, – сказал Слейт, – а вы идите, отдыхайте.


– Думаешь, тут нужно дежурить? – спросил я.


– В странном, мрачном, чуждом мире, который питается твоей неуверенностью и сводит тебя с ума? Да, я бы сказал, что дежурство тут не помешает. К тому же я сейчас немного взвинчен. Я разбужу тебя через несколько часов, босс, и ты меня сменишь.


С этим я согласился, так что мы с Мэри отправились под навес.


– Мне здесь не нравится, – сказала она после того, как мы улеглись, использовав рюкзак вместо подушки.


– Мне тоже. Но как проснемся, у нас будет свежая голова. Люблю тебя. – Я быстро поцеловал ее и почувствовал, как она обняла меня рукой и ногой, как это обычно бывает, когда мы засыпаем. Не успел опомниться, как ее дыхание стало медленным и глубоким. Так что я тоже позволил усталости унести меня в сон.


***


Я резко сел, насторожившись. Мэри тоже встрепенулась.


– Что такое? – В ее голосе сквозила паника.


– Не знаю. Тише. – Я напряг слух, пытаясь снова услышать разбудивший меня звук. Надеюсь, это был всего лишь сон.


Услышал, как Слейт возится у костра. Единственным звуком, который я слышал, было тихое потрескивание тлеющих бревен.


– Наверное, тебе что-то приснилось, – сказала Мэри, пытаясь меня снова уложить.


– Наверное, ты… – Я не успел договорить, как вдалеке раздался пронзительный крик.


– Что, черт возьми, это было? – тихо спросила Мэри, выползая из-под укрытия. Я вылез вслед за ней и увидел крепко сжимающего импульсную винтовку Слейта, озирающегося по окрестностям и готового палить буквально во все. Я подхватил свою винтовку, а Мэри вытащила подаренный Теос лук, активируя струну нажатием кнопки.


Отблеск костра плясал у палатки, а мы стояли неподвижно, как статуи, ожидая повторения звука или каких-либо признаков движения. И вот снова донесся неприятный крик, на этот раз, показалось, что с другой стороны.


– Нас окружают, – как ни в чем не бывало сказал Слейт.


Я услышал приближающийся шелестящий звук, покрепче сжал винтовку, приготовился стрелять. Прозвучал еще один визг, но гораздо дальше, чем доносившийся шум. Слейт, вроде как, был начеку, осматривая окрестности, но, в том числе и из-за костра, далеко видеть мы не могли. Словно в этом мире любой свет канет в небытие.


Еще один источник шума. На этот раз шаги, похожие на стук подошв сапог по асфальту.


– Приближается, – тихо сказал я.


Шаги остановились за пределами видимости отблесков костра.


– Чего ты хочешь? – громко спросила Мэри, зная, что кто бы там ни был, он ее не поймет.


Но неожиданно до нас донеслись слова, явно на незнакомом языке, состоящем из чириканья и щелчков. Переводчик, валявшийся среди вещей, вдруг захрипел, словно решая, что сказать. Надо же, а я думал, он выключен. Все, что смог разобрать, было: « Свет… Выключите свет».


– Свет? – спросил Слейт и тут в уши ударил еще один громкий и пронзительный крик. На этот раз, что бы это ни было, оно находилось ближе.


– Не думаю, что опасность стоит ждать оттуда. – Я кивнул в сторону источника слов. – Он хочет, чтобы мы потушили костер. Похоже, он притягивает существо с пронзительным криком.


– Черт, наверное, ты прав.


И мы о Слейтом бросились тушить пожар, раскидывая золу и ветки в сторону, пытаясь затоптать огонь. Не хочется тратить воду для этого, так что провозились чуть дольше, чем хотелось бы. За это время я услышал еще несколько отдельных слов в переводе, причем слова «свет» и «хорошо» встречались чаще.


В уши ударил еще один вопль загадочного существа, и на этот раз я съежился от его свирепости. Очень не хочется встречаться с тем, кто издает такой крик.


Когда не осталось ничего, кроме нескольких очень тусклых угольков, я услышал приближающиеся шаги. Нацепил очки, снова вскинул винтовку, на этот раз вспотевшими руками. Когда зрение адаптировалось к зеленоватой обстановке, я чуть было не упал навзничь, увидев перед собой аборигена. Тот был выше шести футов ростом, с плоского лица на меня смотрело множество широко раскрытых глаз. Там, где у нас, людей, находится нос, у него были только щели, чуть ниже еще одна щель пошире вместо рта. Абориген был безволосым, а когда я его осмотрел всего, оказалось, что у него целых шесть ног.


Напоминало человека-паука, вроде кентавра, где верхняя часть – человеческое тело, а нижняя – паучья. Очень неприятное зрелище. Я рассказал об этом Мэри и Слейту. Мэри тут же встала рядом со мной, позаимствовав у Слейта очки. Еще она прихватила переводчик.


– Чей это крик? – спросила она и переводчик перевел ее вопрос в щелчки и чириканье. Глаза существа расширились, и оно что-то чирикнуло в ответ.


– Темнота, – перевел переводчик, а потом: – Идемте.


Он развернулся, а мы начали поспешно собирать вещи. За это время над равниной разнеслось еще несколько пронзительных криков, так что мы справились в рекордно короткие сроки. Все признаки сонливости исчезли из замутненного сознания и сейчас я больше всего на свете хотел найти портал и вернуться на Нью-Сперо.


– Босс, – тихо сказа Слейт мне на ухо, чтобы его не услышала Мэри. Его левая рука сжала мое плечо. – Оставайся рядом. Я не люблю темноту.


– Хорошо.


Абориген двигался проворно, а вот мы наоборот, с трудом, хотя старались от него не отставать. Слейт несколько раз спотыкался, но я поддерживал его, не давая упасть.


– Куда это он нас ведет? – спросил здоровяк.


Мэри повторила его вопрос, переводчик перевел. Ответ был коротким и приятным:


– Туда, где безопасно.


– Безопасно от чего? – уточнила Мэри.


В ответ получил серию быстрых щелчков, с которыми переводчик не справился.


– Вот и название той твари, которая так пронзительно кричит, – сказал Слейт.


– Наверное, было бы лучше нам этого не знать, – буркнул я.


Пока тащились в темноте, я начал потеть, а ноги покрылись толстым слоем черного пепла.


– Почему у меня такое чувство, что мы узнаем об этом раньше, чем закроем вопрос с Теос в этом мире? – спросила Мэри, не ожидая ответа. Хотелось бы надеяться, что она ошибается, но должен признать, что внутренне был с ней согласен.


Я не видел далеко, потому что дальность очков, своеобразных приборов ночного видения, была ограничена, а пепел сыпался на нас непрерывным потоком, что еще больше ухудшало видимость.


Раздался еще один пронзительный, неприятный и громкий крик, на этот раз позади и гораздо ближе, чем раньше.


– Босс, мне это не нравится.


Я посмотрел на здоровяка, тот напряженно осматривался, пытаясь разглядеть в округе хоть что-нибудь. Обычно он был тверд, как скала, и непогрешим, так что было неприятно видеть его боящимся чего-то. Я уже собрался было снять очки и отдать их Слейту, когда шестиногий абориген остановился как вкопанный, повернулся к нам и что-то чирикнул.


– Тихо, – донеслось из динамика переводчика.


Мы остановились, стараясь не издавать ни звука, разве что кроме тревожного дыхания. Через некоторое время абориген снова повернулся и зашагал дальше, не сказав ни слова, наверное, уверенный, что мы последуем за ним.


Я кинул взгляд дальше, мимо него и пришлось приложить усилие, чтобы не вскрикнуть. Я увидел сотни глаз, уставившихся на нас издали.


– Надеюсь, это его друзья, – дрожащим голосом сказал я.


Мне никогда не нравились пауки. Даже когда я был маленьким и во мне бурлило любопытство, я их боялся. Я вырос на ферме и осенью в сараях и амбарах появлялось немало крупных пауков-жемчужников, плетущих паутины где только ни где. Отец как-то пытался объяснить их ценность для экосистемы, но я видел только маленьких пушистых монстров. А сейчас лицезрел огромных, пусть и не пушистых, монстров с лицами, и их было много. И ладно бы так, только и сзади к нам подбиралась еще большая угроза. Оставалось либо сразиться с ордой инопланетных пауков, либо попытать счастья в темноте с пронзительно вопящим дьяволом, которого мы пока что еще не видели.


– Слейт, что думаешь об этом? – прошептал я и обернулся,чтобы услышать его ответ. Вот только Слейта на месте не было.


– Слейт! – крикнул я и тут же услышал из темноты громкий, пронзительный крик.


– Где он? – встревожилась Мэри, готовя лук к стрельбе.


Прежде, чем подумалось, что это плохая идея, я рванул туда, откуда мы пришли, держа винтовку наготове, готовый стрелять во все, что не было Слейтом.


– Слейт! – снова крикнул я, но ответа не получил.


– Дин, сюда! – позвала Мэри. Она находилась чуть правее.


Я подбежал к ней и увидел лежащую на земле импульсную винтовку. Поднял ее. Вот-вот грозило накатить отчаяние, ведь это я привел его сюда, но силой воли выбросил эту мысль из головы. Мы его найдем.


Наш новый шестиногий друг поспешил к нам.


– Идем! Идем! – затараторил переводчик.


Снова раздался пронзительный крик монстра, на этот раз издалека. И на этот раз в его лапах находился Слейт.


Глава шестнадцатая


– Прям как в гнезде.


Мы сидели в темноте подземных туннелей гостеприимных хозяев, в небольшом помещении. Пришли сюда, следуя за, если верить переводчику, Раанна – так назывались паукообразные аборигены. Возможно, это просто перевод такой плохой, но приятно думать об этой расе хотя бы так, а не как о паукообразных монстрах.


– Нужно отправляться искать Слейта, – сказала Мэри. Я думал, кстати, так же.


– Чего они ждут? – спросил я в четвертый, если не пятый, раз. Десятки Раанна сновали по темным, как смоль, коридорам. Существа десятками входили и выходили в большой зал, где находились мы с Мэри.


Мэри держала меня за руку, что в нашей нынешней ситуации казалось неуместным, но в то же время успокаивало. Мы оба были не в своей тарелке из-за потери Слейта, но Раанна заверили, что смогут нам помочь.


– Я уже устал сидеть здесь. – Я встал и окликнул группу людей-пауков, когда те проходили мимо. – Извините! Секундочку! – Переводчик перевел мои слова на их чириканье и щелчки. Двое Раанна остановились, посмотрели в нашу сторону и продолжили идти по своим делам. Я облокотился спиной о стену и сполз вниз, к Мэри. Оставалось только ждать.


Прошло еще несколько минут, как в помещение вошли шестеро Раанна и пригласили нас следовать за собой. Должно быть, они догадались, что с помощью очков мы видим в темноте. Или решили, что у нас такие глаза? Круглые и выпуклые? Посчитали нас за насекомоподобных, какими являются сами. Может, поэтому и помогают. Честно говоря, я был настолько поглощен странностями всего этого приключения, что распознавать, что там считают аборигены, было лень. К тому же они тоже носили что-то вроде очков.


– Ваши глаза. Вы тоже носите очки? – поинтересовался я.


– Чтобы видеть в темноте, – ответил один из шестерки. – Когда-то мы жили наверху.


У отвечавшего был большой шрам через все лицо и закачивающийся аж на груди. Сейчас я смог хорошенько их рассмотреть и попытаться понять биологию. Шесть ног, волосатые и тонкие, как у паука, а верхняя очень похожа на человеческую. Из плеч растут две руки, а у того, с большим шрамом, отсутствует кисть левой руки.


– Это они так сделали? – я кивнул на его руку.


– Да. Мы сражаемся. Никогда не побеждаем.


– Вы знаете, куда утащили нашего друга? – спросила Мэри и из переводчика отразилась сложная вязь щелчков и чириканья.


– Да. Гнездо. Вулкан.


– Вулкан – гнездо? – изумился я. – Получается, эта штуковина живет там, вызывает извержение, создает облака пепла, постоянно окутывая ими мир или только этот регион темным покровом?


Я обращался к Мэри, но переводчик все это перевел и Раанна затараторили все вместе:


– Да. Да. Когда-то было светло. А теперь мертво. Только тьма.


– Поэтому вы и живете здесь, внизу? – Мы с Мэри смотрели на существ снизу вверх, потому что ростом они превосходили нас.


– Прячемся. Оно убивает. Его привлекает свет. Если где свет, оно его находит. Убивает.


Их язык, даже в переводе, выходил несколько косноязычным, но мысль легко улавливалась.


– Значит, оно создает темноту в этом мире и если кто использует свет, оно находит его и убивает. – В моей голове начал сформировываться план.


– Думаешь о том же, о чем и я? – спросила Мэри.


– Есть только один способ, но нам нужна их помощь. – Я снова взглянул на группу Раанна, стоявшей перед нами. Я был уверен, что если Слейт до сих пор жив, мы сможем его спасти. – Покажете, где находится это гнездо?


Шестеро аборигенов, образовали круг между собой и начали совещаться. Их разговор напоминал совещание футбольной команды. Потом круг разорвался и вперед вышел Шрам.


– Мы помогаем, – сказал он.


***


Туннельная система оказалась слишком запутанной. Но в ней жили тысячи и тысячи Раанна, занимавшие небольшие комнатки, почти кельи. Жизнь шла своим чередом. Шрам показал нам огромную пещеру, где выращивались грибы, что несколько разнообразило скудный рацион аборигенов. Разговорить кого-либо из Раанна было сложно, во взгляде каждого я видел тоску, особенно когда тот или иной абориген вспоминал жизнь на поверхности, с сияющим на небе солнце, бросающего лучи на пышно цветущий ландшафт.


А сейчас там все мертво, покрыто пеплом и отравлено. И при всех этих делах, мы прибыли сюда, чтобы им помочь. Как там сказали Теос? «Принесите им свет. Покончите с тьмой. Только тогда сможете двигаться дальше».


– Принесите им свет, – шептал я, пока мы шли по темным, словно смоль, коридорам. – Покончите с тьмой.


– Принесите им свет, – тихо повторила Мэри.


Шрам, как я уже окрестил Раанну со шрамом, поскольку ни один паукообразных не представился, привел нас в небольшую комнату, расположенную отдельно от остальных помещений. Вход закрыт этаким полупрозрачным покрывалом и, когда я дотронулся до него, оно оказалось липким. В очках ночного видения эта штуковина светилась тускло-зеленым светом. Меня обогнал Шрам и распорол материю острым когтем.


– Это же паутина, – сказала Мэри и, похоже, она оказалась права. Натяжение паутины ослабло, Шрам откинул обе ее части в стороны, после чего понятым жестом пригласил нам пройти внутрь.


Я нерешительно шагнул в темную комнату, затянутую вполне знакомой теперь паутиной. Казалось, сбываются мои детские кошмары. Хотя в целом чувствовал некоторую отстраненность, как будто вся гонка за Теос была не более чем игрой. Пришлось напомнить самому себе, что тут никакая не игра, тут все более чем всерьез. Если погибну я, или, не дай бог, Мэри или Слейт, нам конец. Что говорится, все, гейм овер, конец игры. Не будет никакого возрождения к моменту сохранения. Для нас все просто исчезнет.


Вслед за нами в комнату вошел Шрам, оставив остальных Раанна охранять проход. У меня создалось стойкое ощущение, что сейчас нам покажут то, что предназначено только для избранных.


– Раан, – донесся от переводчика перевод щебетания Шрама. Тот пересек комнату и постучал по стене. А переводчик снова перевел: – Не смотреть.


– Не смотреть? – переспросила Мэри, не совсем понимая, что от нас хотят. Шрам снова повторил, что сказал и снял со своего лица маску. Вот так вот, они тоже все в масках ходят, с помощью которых видят в темноте, а без них, как и мы, такие же слепые.


– Очки. Он хочет, чтобы мы сняли очки, – сказал я и тут же сделал это, почувствовав, что во мне поднимается легкая паника, потому что я не мог даже разглядеть поднесенную к лицу ладонь.


– Готово, – сказала Мэри и Шрам снова правой рукой постучал по стене, где внезапно тускло засветился экран. Но даже этого тусклого света хватило, чтобы заставить меня прищуриться.


– Здесь есть такая техника? – Я шагнул ближе и увидел встроенную в стену клавиатуру. Мало этого, она тут оказалась не одна, как и не один экран.


На том экране, который включил Шрам, появилась иконка, похожая на паутину, потом она сменилась зеленым экраном с черными непонятными надписями. Язык аборигенов, ясно. Шрам что-то быстро набрал на клавиатуре, на экране быстро появлялись непонятные надписи.


А потом экран начал показывать картинки пышного и очень красивого мира. Раанна оказались чернокожими, в отличие от сегодняшних бледных потомков, обитающих под землей. На экране они выглядели счастливыми, занимаясь всеми теми делами, которыми занимаются, скажем, колонисты на Нью-Сперо, то есть обрабатывая сельхозугодья, общаясь между собой или даже плавая в озере. Странно было видеть людей-пауков в воде, но на некоторых кадрах он резвились, раскачиваясь на лианах у водопада. Если бы я все еще не был бы под впечатлением того, как Шрам справляется с передовой технологией, то впечатлился бы от следующего видео, снятого в тот момент, когда внезапно взорвался вулкан и начал извергать в этот мир яд. Мы увидели несколько коротких видео по мере того, как на землю падало все больше и больше пепла. А потом солнце скрылось из виду. Мы увидели бесчисленные тела Раанна, разбросанные то тут, то там, покрытые пеплом. Становилось все темнее, последние кадры были сняты в режиме ночной съемки.


– Боже милостивый, – прошептала Мэри и крепко сжала мою ладонь.


Я решил, что все, наконец, закончилось но тут появился последний ролик. Я видел многочисленные лесные пожары, горели и поля. Оператор, снимавший этот ролик, запечатлел всю печаль и ужас. Видео было со звуком, так что мы услышали вой такой же ужасающий, как у существа, похитившего Слейта. Мы в ужасе наблюдали за столпотворением, которое в панике образовали уцелевшие Раанна.


Кадры последнего ролика были дрожащими, видно, что и оператор был в панике, но суть мы уловили. Сотни Раанна были разорваны на части чем-то, что было всего лишь черной тенью на экране.


Шрам остановил видео, когда крики жителей планеты смешались с воем темного зверя в худшем оркестре во вселенной. Все смолкло. Я подошел к остановленному кадру. Мэри шагнула вперед вместе со мной, крепко держась за руку.


– Вот, – сказал я, указав на угол экрана. Там над очередной жертвой, широко раскинув крылья, парило темное существо. Получается, оно может летать.


– Летучая мышь? – неуверенно сказала Мэри.


– Возможно. Они ведут ночной образ жизни. А может, мотылек. Этих тянет к свету, и это чудовище тоже притягивает свет, – предположил я. Но что бы это ни было, по спине пробежал холодок. Этот визг и широкие темные крылья. Словно оживший кадр из фильма ужасов, которому мы должны противостоять. И я ждал этого с нетерпением.


– Наш друг жив? – с непроницаемым лицом спросила Мэри у Шрама.


– Убивать только в припадок безумия. Охота уносит добыча гнездо.


– Приятно слышать. Значит, высока вероятность того, что Слейт жив. Нам нужно поторопиться. – Я посмотрел на Шрама. – Нам понадобится ваша помощь.


На его лице, освещаемом последним кадром с экрана, промелькнули эмоции.


– Мы помогаем.


– Что у вас есть, чтобы развести огонь? – спросила Мэри. Наш план зависел от нескольких факторов, и это был один из них.


Шрам выглядел испуганным, но стоял твердо.


– Огонь. – Слово прозвучало быстро, и даже в тоне я уловил нерешительность. Он отдал несколько команд существам, дежурившим в коридоре. Те прыснули во все стороны, видимо, готовясь к предстоящему бою. Казалось, они настолько устали скрываться, что с радостью помогут нам покончить со своим бедственным положением. Для них это была не просто миссия по спасению нашего друга, а спасение целой расы угнетенных существ.


В голове мелькнуло, что Атрроны были вынуждены столетиями стоять на страже, ожидая того, кто прибудет и окажется достойным выполнения задания Теос. Их ведь тоже угнетали, пусть не напрямую. Древняя раса манипулировала ими, заставив выполнять их приказ.


Или вот народ Акулин вынужден был даже выбраться на сушу из-за Пикас. И теперь вот Раанна вынуждены жить под землей, под постоянной угрозой смерти, если воспользуются хоть малейшим источником света. С каждым испытанием становилось все хуже, и, хоть я и сознавал, что сейчас делаю, но старался не думать о следующем шаге.


– Давай, Дин. Пора вернуть Слейта.


Глава семнадцатая


Раанна, отправившиеся с нами, были повидавшими виды ветеранами. У кого-то отсутствовали конечности, у кого-то страшного вида шрамы, или не такие страшные, но несколько. После просмотра видео, где чудовище убивает жителей этого мира, мне еще больше захотелось покончить с ним, особенно после встречи с теми, кто противостоял ему и выжил, чтобы рассказать об этом другим.


– Знаю, что эта штуковина не очень себя показала при первом испытании, – сказала Мэри, крепко сжимая в руках лук, – но зачем-то же нам ее дали? Наверняка это оружие – наше средство для уничтожения мотылька.


Название «мотылек» успело прицепиться к чудовищу, и по другому оно уже никак не называлось. Название, каким наделили его Раанна, не переводилось, хотя подозреваю, что это должно быть что-то вроде «дьявол», ну или нечто похожее с тем же смыслом. Мы же решили дать ему меньше возможностей, назвав его в честь безобидного ночного насекомого.


– Когда придет время, мы его убьем. Сейчас же нам нужен Слейт.


Мэри хотела, чтобы мы разделились, используя тактику приманки, когда один из нас выманивает его из гнезда.


– Он разозлится, когда поймет, что мы задумали, – продолжил я. – И я не хочу, чтобы ты была в одиночестве, когда он взбесится.


Мэри кивнула. Ее лицо через очки ночного видения стало чуть светлее, может, даже бледнее, по сравнению с тем, каким было, когда мы прибыли в покрытый пеплом мир. Интересно, как далеко распространяется это пепельное облако. Неужели весь мир покрыт им? А если, к примеру, попасть на другой континент, обнаружим там другую группу Раанна, за которыми будет охотиться другой мотылек?


Мы шли тихо и осторожно. Вулкан, находящийся хоть и вдалеке, но был виден даже сквозь густой слой пепла, падающий с неба. Десятка бойцов Раанна шли с нашей скоростью, хотя на шести ногах могли передвигаться гораздо быстрее. И при всех этих делах, если им трудно спастись от мотылька, какие шансы тогда у нас, двуногих?


С каждой минутой становилось все жарче. Комбинезон прилип к груди и спине, пот тек по лбу ручьем. Сейчас очки не только давали возможность видеть все вокруг, но и защищали глаза от пота, чему я был благодарен.


– Готов многое отдать за кружку холодного пива и горячий душ прямо сейчас, – сказал я.


– Согласна на теплое пиво и холодный душ, – сказала Мэри и ее улыбка немного рассеяла мое напряжение. Я улыбнулся в ответ.


– Ну, мы, хотя бы, сейчас вместе. Я ожидал, что первый год нашей совместной жизни будет не совсем нормальным. Но если сейчас наш медовый месяц, на что будет похоже вся остальная наша жизнь?


– Надеюсь, она будет поспокойнее. Можем вернуться на Шиммали… Помнишь тот водопад?


Его я помнил хорошо. Это было лучшее, самое романтичное и расслабляющее время в моей жизни.


– Больше, чем помню. Когда все закончится, мы туда вернемся. Обещаю.


– Я тебе напомню.


Шрам поднял руку и указал налево. Там как раз находилась поляна, по которой мы уходили прочь от вулкана. И сейчас, зная, какой хищник тут обитает, даже не верилось, что мы шли так открыто, да еще с включенными фонариками. Как же он нас не заметил тогда? Наверное, спал, а может, охотился за какой-нибудь другой добычей.


Мы свернули налево и, показалось, что шли в этом направлении целую вечность, прежде чем достигли дальней стороны вулкана. Надеюсь, Шрам и его отряд знают, куда идут, но чем дольше мы ждем, тем меньше шансов у Слейта выжить.


Зик Кэмпбелл мне как младший брат. Магнус, скажем, крепкий, как гвоздь, и неистовый лучший друг, а Слейт потише, более вдумчив, у него больше преданности, чем у любого из тех, кого я когда-либо знал. Не знаю, чем обязан ему такой преданностью, но он все равно ее проявлял.


Убийство Мэй я ему простил, хоть это и случилось всего два года тому назад и я пока еще слишком часто, когда закрывал глаза, видел этот образ. Но виню во всем не Слейта, нет. Виню в этом Мэй… или Джанин. Знаю, что его терзает чувство вины за то, что пришлось ее убить, особенно когда он узнал о ее особой связи со мной. И мне просто необходимо добраться до Слейта, чтобы еще раз заверить, что он ни в чем не виноват.


Земля стала скользкой от пепла, запах серы и расплавленной лавы усилился, воздух сгустился. Шрам подвел нас к склону вулкана и остановился у трещины в черном камне, круто уходившую вверх на сотню футов. Он указал на трещину.


– Вот. Гнездо.


Щель оказалась достаточно широкой, чтобы в нее мог пролезть Раанна, но никто из них, похоже, не торопился этого делать.


– Вы будете готовы? – спросила у Шрама Мэри.


– Да. Вы стрелять, – ответил тот и весь его отряд рассыпался в линию, достав оружие, похожее на пистолеты. Раанна оказались развитой расой, правда, еще не достигшей ни космических полетов, ни импульсного оружия. То оружие, которым они вооружены, походило на оружие Гражданской войны, только больших размером.


– Похоже, остались только мы, малышка, – сказал я и первым шагнул к щели. Сейчас мы на другой стороне вулкана, противоположной той, где вышли из одностороннего транспортера Теос. Пробираться по щели оказалось не так то просто. Было много ответвлений. Шрам нарисовал некоторое подобие карты, но на ней не было видно изменения высот. Да, собственно, не было почти ничего, кроме линии с указанием пути, ведущего к месту рядом с вытекающей лавой, где обитал мотылек.


– Поверни здесь, – сказала Мэри, прикоснувшись к моему левому плечу.


Хорошей новостью было то, что мотылек слишком большой, чтобы пролезть в эти туннели, так что пока мы в них, встречи с ним можно не опасаться.


– Они разожгут огонь в любой момент. – Я шел в напряжении, ожидая в любой момент услышать противный крик мотылька, когда тот засечет огонь больших костров.


Мы шли, а тревоги все не было и не было. Даже когда, если верить карте, мы почти выбрались из туннелей, крика мотылька все еще не было.


А нужно, чтобы план сработал, иначе придется столкнуться с мотыльком прямо здесь и сейчас. Действовать спонтанно – не лучшее решение.


Стены пещеры черные и гладкие, похожие на древние лавовые трубы на Гавайях, когда я там был в отпуске много лет назад. Они изгибались все сильнее, пока мы пробирались по ним и, в конце концов, добрались до выхода. И по-прежнему, никаких признаков отсутствия мотылька.


– Может, он вылетел бесшумно, – тихо, почти касаясь губами моего уха, с надеждой в голосе, сказала Мэри.


Я стоял неподвижно, чувствуя, как она прижимается ко мне всем телом. Прикосновение руки к плечу и близость казались интимными, особенно в нашем весьма затруднительном положении. Я знал, что она не хочет пробуждать во мне чувства, но вдруг показалось, что я слишком опекаю ее, настолько, что чуть было не попросил отдать лук мне. Я готов рискнуть собой, лишь бы Мэри оставалась целой и невредимой.


– Что? Ты что-то увидел?


– Нет. Ничего.


Сквозь очки ночного видения я видел большую пещеру, окутанную ярко-зеленым светом.


– Ты на секунду застыл, – сказала Мэри.


– Всего лишь взволновался. Посмотри вон туда. – Я сдвинул очки на лоб, чтобы получше рассмотреть пещеру. Большая ее часть была покрыта плотным слоем темноты, но где-то справа различалось оранжевое свечение текущей лавы. Дышать становилось все сложнее, жаль, нет шлемов от скафандров или каких-нибудь масок, подобных тем, что Слейт с Сумой нашли как-то на заброшенной планете.


– Мы уже близко. Ну-ка, пропусти меня.


Мэри вышла из туннеля первой и двинулась в темноту. Я пошел вслед. Надевать очки не стал, пусть глаза привыкают к тусклому свечению от лавы.


Пещера, в которой мы оказались, служила этаким фойе для пары других пещер. Мы подошли ко входу в ближайшую из них, находившуюся рядом с расплавленной лавой, и сразу поняли, что попали куда надо. Мы находились в гнезде. Из ям поднимался пар и уходил в открытое жерло вулкана. Из оранжевой ямы доносились булькающие звуки, шипение, когда лава под давлением фонтанировала и вырывалась наружу, превращаясь в пепел, который дождем падал на землю, засыпая округу в добрых сотнях километрах вокруг, если не дальше.


Как будто того и ждали, мы услышали, как в пещерах что-то зашуршало. А потом раздался громкий и противный вой. Мотылек слетел с гнезда на стене, где мы его даже не увидели. Нам повезло, что он нас не заметил, иначе нам пришел бы конец, не успели бы мы этого осознать. Пещера с лавовой ямой была достаточно большой, чтобы мотыльку хватило места расправить огромные крылья и пару раз ими махнуть. Не прекращая кричать, он круто взял вверх и вылетел наружу прямо через жерло.


При виде этого существа у меня в жилах застыла кровь, даже в этой огненно-жаркой пещере. С меня градом катил пот, каждый миллиметр меня был мокрым, хоть выжимай. Я вытер ладонь о ткань комбинезона, чтобы держать винтовку более-менее сухой ладонью. Мэри старалась выглядеть бодрячком, она была гораздо более собранной, чем я. Сосредоточенной.


– Слейт! – громко позвала она. Здоровяка нигде не было видно. Я забрался туда, откуда стартовал мотылек, понимая, что здесь это чудовище могло быть не одно. Шрам клялся, что оно одно, но после трюков, с которыми мы столкнулись в стычке с Пикас, нужно было убедиться самому.


– Слейт! – закричал я, обыскивая нишу. На полу валялись какие-то куски. Принюхавшись, я понял, что это, скорее всего, гниющее мясо. Постарался не смотреть на него, постарался не думать, откуда это мясо взялось. В дальнем углу ниши увидел что-то белое, свисающее с потолка.


Подскочив к ним, понял, что это коконы. Неужели в них зарождаются очередные мотыльки? И через какое-то время оттуда выберутся несколько смертоносных крылатых тварей?


– Слейт! – продолжала звать Мэри. – Дин, Шрам клялся, что он должен быть в этом гнезде.


Я скосил взгляд на гниющее мясо, не готовый признать, что в этой куче может быть и часть нашего друга.


В десяти ярдах от меня один из коконов начал раскачиваться.


– Мэри! – крикнул я и кивнул на раскачивающийся кокон. – Похоже, это Слейт!


Дышать становилось все труднее, каждый вздох все сильнее обжигал легкие.


Мэри подбежала к кокону, я сразу за ней.


– Слейт! – крикнула она. Часть кокона деформировалась, как будто оттуда что-то пыталось вырваться наружу. – Сейчас, потерпи, мы тебя вытащим оттуда.


Я достал из ножен на ноге нож, подаренный Акулин и воткнул его в кокон. Он был липким и пах плесенью. Жижа из разреза хлынула на руку, испачкав ее до локтя. В пещеру в бежал Раанна, в его порывистых движениях была заметна паника. Он издал серию щелчков и свистков, переводчик Мэри уловил из значение. Мотылек возвращался.


Я сунул руку в разрез и дотронулся пальцами до Слейта. В этот момент со стороны жерла донесся сердитый крик огромного мотылька.


– Вытаскивай его! – крикнула Мэри, расправляя лук, подаренный Теос, в боевое положение.


Я расширил щель и уже двумя руками наполовину вытащил Слейта из кокона. Тот был слаб, на грани потери сознания, покрыт слизью. Голой рукой я вытер его лицо, потом шлепнул по щеке, не так сильно, чтобы причинить боль, но достаточно чувствительно, чтобы вывести его из заторможенного состояния.


Я начал вытаскивать его дальше. Ноги Слейта зацепились за кокон и мы оба, в результате, повалились на пол. Весь вес Слейта обрушился на меня, выбив воздух из легких. Здоровяк зашевелился, сполз в сторону, еле слышно пробормотав что-то вроде извинений.


– Забей и радуйся, что живой, – прохрипел я и глубоко вдохнул горячий воздух. Закашлялся, попытался подняться на ноги.


– Вот и давай сохраним ему жизнь. – Мэри сделала движение, от которого появилась уже вставленная в тетиву энергетическая стрела.


Оружия у Слейта не было, так что я повел его к расщелине, из которой мы сюда попали. Там уже ждал Раанна, который поможет ему выбраться.


– Я могу помочь, – прохрипел здоровяк, но тут же споткнулся и упал на колено.


– В следующий раз ты будешь спасать меня, – сказал я и приготовился стрелять в чудовище из импульсной винтовки. Отошел от Мэри достаточно, чтобы не попасть под ее выстрелы. Моя задача – отвлечь мотылька, поскольку был уверен, что выстрелы импульсной винтовки вряд ли причинят ему вред, а грохнуть его могут только стрелы из лука Мэри.


Вот тень рухнула вниз. Я быстро провел ладонью по комбинезону, чтобы та была как можно суше, и схватился за рукоятку винтовки, положил палец на спусковой крючок. Раздался визг чудовища, но он не заглушил удары моего сердца, бухавшего так, что отдавалось в ушах и перекрывало крик мотылька.


И вот он появился собственной персоной, мчась головой вниз. Только я понадеялся, что он ухнется прямиком в лаву, как чудовище резко сменило траекторию и направилось прямиком к нам. За секунду до того, как я дал несколько коротких очередей, все замедлилось. Я увидел его морду, и оно оказалось похоже на морду из фильма ужасов. Из нижней челюсти вырастали клыки, выдававшиеся вперед как у какой-нибудь летучей мыши скрещенной с бульдогом.


Маленькие глазки заметались между мной, коконом и Мэри, словно он решал, с кем разобраться в первую очередь. И он выбрал Мэри.


Я начал неистово жать на спусковой крючок, так, что заболел указательный палец. Красные лучи устремились к монстру. Нужно его по другому назвать, потому что вот это летающее чудовище не имеет ничего общего с порхающим на тоненьких крыльях насекомым. Это монстр с пятнадцатифутовым размахом крыльев и склонный к злости.


Лучи от моей винтовки в цель попадали, но казалось, никого ущерба не причиняли, разве что трещали и разлетались в стороны тонкими голубыми молниями.


– Будьте вы прокляты, Теос! – закричал я.


Монстр, казалось, передумал, повернул морду в мою сторону. В этот момент Мэри выпустила стрелу. Затаив дыхание, я смотрел, как стрела мчится к монстру, взявшему курс в мою сторону. Стрела преодолела энергетический щит и задела крыло. Белая вспышка озарила пещеру.


Мотылек закричал от боли и упал на пол, скользя по нему левым крылом пытаясь затормозить.


– Стреляй еще! – крикнул я, одновременно обстреливая в монстра из винтовки, разнося лавовый камень в клочья вокруг чудовища.


Он поднялся на ноги, заполняя почти все пространство пещеры. Каждый вдох казался мне последним, грудь тяжело вздымалась, я пятился назад, прочь от неуклюжего мотылька. Он метнул в мою сторону крыло, заканчивающееся когтем, но я вовремя отпрыгнул в сторону и продолжал нарезать круги, пытаясь отвлечь его достаточно, чтобы стрела Мэри нашла себе цель.


И вот мотылек вдруг выпрямился, выгибая спину. За ним вспыхнула белая вспышка. Это выстрелила Мэри. Вой боли, вырвавшийся из его пасти теперь, видимо, будет преследовать меня до самой смерти. Теплая гнилая слюна вылетела из его пасти и попала мне в лицо. Я быстро смахнул ее и продолжал обстреливать монстра.


Снова крик. На этот раз Мэри попала ему в голову. Стрелы попадали в цель и рассеивались, распространяя энергию по мотыльку. Я беспрерывно обстреливал монстра, от чего тот медленно, но верно отступал назад, к яме с лавой.


Тут ко мне присоединилась Мэри с очередной энергетической стрелой в луке. Стрела устремилась к чудовищу. Мотылек пронзительно кричал, попытался замахать уже почти бесполезными крыльями, удерживая равновесие.


Стрела попала ему в волосатую грудь. Глаза мотылька закрылись и он навзничь упал в колодец с лавой. В отчаянной попытке удержаться, он бросился в нашу сторону, но было уже поздно, равновесие было потеряно. Лапы скользнули с выступа, сила тяжести взяла свое. Еще немного и мы видели только передние лапы с выпущенными когтями, впивающимися в лавовую породу, оставляя глубокие царапины по мере того, как того тащило вниз.


Я шагнул ближе к краю, готовый покончить со всем этим. Мэри вложила в тетиву очередную стрелу, прицелилась в голову монстра. Тот в отчаянии метался из стороны в сторону.


Поднимающийся из ямы дым, пепел и жар угрожали захлестнуть меня. Мэри выпустила стрелу, та попала мотыльку прямо между глаз-бусинок. Белая вспышка, насквозь пронзившая существо. Лапы обмякли. Я, ради любопытства, выглянул в яму, наблюдая, как падает мотылек.


– Дин, берегись! – крикнула Мэри, но было слишком поздно. Когтистая лапа взметнулась так быстро, что у меня не было ни шанса вовремя отпрянуть. Пол ушел из-под ног и я начал падать.


Глава восемнадцатая


Бывают моменты, когда тело реагирует быстрее, чем требуется мозгу, чтобы осознать происходящее. Вот сейчас был как раз один из таких случаев. Разум еще был в замешательстве, а руки уже вцепились в каменный выступ. Я посмотрел вниз, увидел, как мотылек, упав с пятидесятифутовой высоты сгорает в лаве. Кажется, там в этот момент вспыхнуло белым светом, вулкан содрогнулся, чуть было не сбросив меня вслед за чудовищем. Вскоре из лавы торчало только часть крыла мотылька, а потом и вовсе ничего. Он сгорел целиком и полностью.


Мэри пыталась схватить меня за руку, но ладони были слишком потными и скользкими. Вулкан снова содрогнулся и я почувствовал, как ладони соскальзывают с ненадежной опоры. Над краем ямы появились Слейт и Шрам. Но я уже падал.


Вот-вот нырну на раскаленную лаву. Я увидел, как от ужаса расширились глаза Мэри. В эти последние мгновения я попытался сказать ей, что люблю ее, но слова вырвались хриплым кашлем.


Я закрыл глаза, готовясь к неизбежному, но этого не произошло. Что-то вцепилось за талию, крепко обхватило, удерживая в двадцати ярдах над бурлящей лавой. Вулкан был в ярости. Лава вскипела, небольшая искра попала на комбинезон, я почувствовал, как начинаю гореть.


Прежде, чем понял, что произошло, меня подняли, подальше от бурлящей лавы. Я открыл глаза и увидел, что меня опутывает толстая паутина. А потом меня вытащили из ямы, я лежал лицом вниз и видел, как меняется бурлящая лава. Она затвердевала по мере того, как белые вспышки распространялись по ней.


Сильные руки подхватили меня и оттащили подальше от края. Теперь я лежал на спине и смотрел на Шрама, Слейта и Мэри.


– Я думала, что уже потеряла тебя, Дин. – По покрытому пеплом лицу Мэри текли слезы.


– Что случилось?


– Шрам отстрелил несколько нитей из… – Слейт резко замолчал, смущенно улыбаясь. – Ну, в общем, не важно.


– Спасибо, Шрам, – сказал я, и когда переводчик перевел это на местный, он сказал, что нужно отсюда уходить, чем быстрее, тем лучше.


Вулкан менялся, лава булькала все сильнее. Все вокруг казалось неспокойным, а это значит, что нужно побыстрее сматываться. Теперь, когда я был на ногах, мы отправились к трещине в стене гнезда и стали уходить тем же путем, которым пришли. На нас сыпалась пыль и пепел. Тут я моргнул, вспомнив ужас на морде мотылька, и еще кое-что.


– Подождите-ка! В каждом мире был приз. Семя…


Мэри прижалась к стене, когда позади нее обрушился кусок скалы. Мы со Слейтом оказались на другой стороне обвала.


– Он должен быть в гнезде, – сказал Слейт, тут же развернувшись.


– Слишком опасно! – крикнула Мэри. – Гнездо разваливается на части.


– Мы быстро! Уходите! – крикнул в ответ я, когда туннель снова затрясся.


Шрам выделил кусок паутины, смотал ее в моток и кинул мне. Я повесил моток на плечо.


Слейт устремился в темноту, я за ним, в последний раз оглянувшись и взглянув в глаза Мэри.


– Уходите! – крикнул я в последний раз.


Мэри нехотя развернулась и стала уходить. Я же догнал Слейта.


– Пропусти-ка, – сказал я ему и протиснулся вперед. Он положил ладонь мне на плечо, как когда мы уходили от вулкана. Сейчас, когда лава понемногу затихала, неприятный запах становился менее навязчивым. Я снял очки, потому что пещера хорошо освещалась жерлом вулкана.


– Где оно может быть? – спросил Слейт, ковыряя ногой кучи пепла.


– Надеюсь, не здесь. – Ногой я пнул кучу пепла. Кстати, сыпавшего сверху пепла сейчас было меньше и тряска существенно уменьшилась, а в пещеру, заметил, хоть и немножко, но стало пробиваться чуть больше света. – Похоже, облако пепла рассеивается.


– Это хорошо, – Слейт добрался до той части пещеры, где не так давно висел, упакованный в кокон, остановился перед ним, разорванным и опустошенным, некоторое время на него смотрел, а потом набросился, сорвал и откинул в сторону. За ним мы обнаружили кокон поменьше, и он висел у потолка. – Не дотянуться.


Я представил, как забираюсь на плечи здоровяка, словно ребенок на отцовскую спину на летнем параде. Не самая лучшая идея, ведь Слейт пока слаб, и может не выдержать даже моего веса.


– Веревка, – вдруг вспомнил я и снял с плеча моток веревки, сделанный из паутины Шрама, нашел на полу кость, привязал ее к одному концу веревки. С потолка и стен все еще падали мелке камешки. – Ну, будем надеяться, что идея сработает.


Достал из кармана релокатор. Как же не подумал о нем раньше? Одна из настроек в его памяти – местность недалеко от вулкана, примерно там, куда мы прибыли в этот мир.


Слейт взял веревку и начал с удивительной ловкостью раскручивать привязанную кость, а потом запустил ее вверх. Утяжеленный костью конец веревки обвился вокруг небольшого кокона, но не смог закрепиться и со стуком упал на пол. Слейт раскрутил и запустил кость еще раз, еще и еще. Но пока безуспешно. Он был бледен, в перерывах между бросками ему приходилось отдыхать, прислонившись спиной к стене. Он слишком долго находился в коконе и его силы истощились почти до конца.


– Давай, я попробую, – сказал я.


В здоровяке словно взыграла какая-то соревновательная натура, и его следующий бросок пришелся на верхнюю часть висящего кокона. Слейт слегка улыбнулся, потянул веревку вниз. И вот кокон оторвался от каменистого потолка и с глухим стуком упал на пол.


Внутри него что-то зашевелилось.


– Босс, давай, – сказал Слейт, жестом подзывая меня подойти ближе.


– Что, черт возьми, у него внутри? Он слишком маленький… – И тут меня осенило. Что обычно находится внутри коконов? Гусеницы или личинки какие. Я отдал винтовку Слейту. – Чуть что – стреляй.


Я сделал разрез. Из него потекла такая же липкая жидкость, как из кокона, в котором находился Слейт, но запах оказался гораздо сильнее и вонючее, как будто то, что находилось внутри, находилось там уже долгое время. Внутри кокона извивалась многоногая личинка фута в три длиной. Это существо вскоре должно было стать еще одним мотыльком. Кожа ее казалась прозрачной и изнутри исходил фиолетовый свет.


– Нет уж, дружище, – сказал Слейт, с силой опуская на личинку приклад импульсного ружья. – Нельзя допустить, чтобы нашим новым друзьям причиняли вред другие злодеи-мотыльки.


Когда тошнотворный запах погибшей личинки немного приутих, я достал нож, свернул голову личинки и вырезал семечко. Оно тускло засветилось, когда я обхватил его рукой.


– Наверное, это одна из самых отвратительных вещей, которые мне приходилось когда-либо делать, – сказал я, подумав о умирающих Краски на корабле, когда мы с Магнусом занесли туда калентрек. Что ж, теперь в этот список добавилось вскрывание гигантской личинки и вырезание из нее светящегося семени. Сколько будет еще таких моментов, думать не хотелось.


Семечко завибрировало в ладони и я растерянно заозирался, не зная, куда его день. Подошел к яме с лавой, выглянул из-за выступа, увидел когтистую лапу, торчащую из застывшей лавы. Научно доказано, что расплавленная лава не может застывать так быстро, особенно без внешнего воздействия. Что-то сомневаюсь, что здесь было какое-то внешнее воздействие.


– Нам здесь больше нечего делать. – Я засунул зернышко в карман, положил ладонь на плечо Слейта, достал релокатор и запустил его.


***


Сквозь рассеивающиеся тучи пепла пробивались лучи местного солнца, которого раньше не было видно. Раанна радостно прогуливались то тут, то там, наконец, избавившись от опостылевших очков ночного видения. Они уже начали работать над восстановлением разрушенного города, а мы увидели еще больше свидетельств развитого общества, когда из невесть откуда взялся транспорт и строительная техника. Город состоял в основном из небольших зданий и оказался намного больше, чем я ожидал.


Огромную часть жизни Раанна составляло сельское хозяйство. Было приятно узнать, что у них есть ученые, врачи и учителя. В этих многоногих существах было нечто гораздо большее, чем простое сходство с маленькими земными пауками.


Вулкан вдалеке уменьшался в размерах, по мере того, как рушились внешние стены. Скоро на том месте, где было гнездо мотылька, не останется ничего, кроме груды черного камня, и для местного населения эта глава будет закончена.


Шрам стоял рядом и смотрел туда же, куда и я. Он широко улыбнулся, на лице появилось странное выражение, он что-то сказал. Ну, и без переводчика было понятно, что это «Спасибо».


– Всегда пожалуйста, – сказал я.


Ко мне подошла Мэри. После хорошего ночного сна она выглядела хорошо отдохнувшей. Раанна приютили нас, накормили грибами и напоили водой. Нам это было необходимо, после всего этого я почувствовал себя новым человеком.


– Думаю, мы знаем, что делать с семенем. Есть одно место, там когда-то давно нашли мотылька. Он был в светящемся коконе, и они наблюдали за ним, хотели убедиться, что хрупкая оболочка не пострадает. – Мэри помахала Слейту, тот помогал Раанна расчищать завалы у парадного входа одного из зданий. – На стенах пещеры были символы, но с тех пор, как наступила тьма, никто в то место не наведывался.


– И где же оно? – поинтересовался подошедший Слейт. Он восстановился и излучал кучу энергии.


– Нам покажут, как только мы этого пожелаем.


Я осмотрелся вокруг, порадовался, что маленькие Раанна снова могут играть. А вот на Теос мой гнев только усилился. Они играли с жизнями и не думаю, что это можно оправдать пусть даже благими намерениями. Сейчас я хотел добраться до них, как никогда. Они должны выслушать все, что я о них думаю, хотят они того или нет.


– Хотел бы узнать об этом народе побольше, – сказал я, а Слейт уже отправился помогать с упавшим высохшим деревом.


Наверное, Мэри понадобилась вся ее выдержка, чтобы скрыть раздражение. Это было видно по лицу. Она хотела уйти отсюда как можно скорее.


– Мы уже так близки к цели. – Она говорила тихо, чтобы слышал только я. – Нам осталось только два… – Она сделала паузу, подыскивая подходящее слово. – Испытания. – Слово прозвучало более дружелюбно, нежели если бы его сейчас сказал я.


Я опасался, что не смогу выиграть в этой гонке.


– Шрам, приятно было познакомиться. – Я подождал, пока переводчик переведет мои слова на незнакомый язык. А он внимательно слушал. – Если смогу, постараюсь вскоре вернуться.


Его губы сжались. Не уверен, что это означает, то ли надеется, что видит нас в последний раз, то ли наоборот.


– Герои. Благодарность. – Он легко хлопнул меня рукой по спине и снова улыбнулся.


– Мы готовы отправиться на место, где был найден кокон, – сказала Мэри, и улыбка Шрама мгновенно исчезла.


Он отдал несколько распоряжений, а мы приготовились уходить.


К нам подъехала машина на солнечных батареях. Выглядела она хорошенько потрепанной. Судя по всему, существенная часть технологий Раанна основана на солнце. Неудивительно, что они, как пещерные люди, жили под землей. У них не было возможности пользоваться техникой, потому что не было солнечной энергии.


Машина была широкой, в передней части руль, на корме плоская площадка с перилами. Визуально походила на лодку. В нее-то мы и забрались.


Массивные колеса катились по покрытой пеплом земле. Вот интересно, сколько теперь времени потребуется, чтобы изменился пейзаж? Возможно, с появлением солнца и отсутствием облаков из вулканического пепла, сюда вернется нормальная погода, а дождь смоет воспоминания о времени, проведенном в темноте. Надеюсь, так и будет.


Мэри устроилась на носу машины, ветер развевал ее каштановые локоны. Я подошел к ней, стараясь удержаться на ногах, поскольку машина хоть и ехала не так чтобы быстро, но качало изрядно. Вдали на горизонте появился небольшой горный хребет – по словам Шрама, наша цель.


– Я люблю тебя, Дин, – не оборачиваясь, сказала Мэри.


– Я тебя тоже люблю. – Я обнял ее. – Извини за запах. Пришлось по локти залезть в еще один кокон, чтобы задавить личинку. Похоже, что-то осталось на мне.


– Это меня волнует меньше всего. – Она не стала распространяться о своих мыслях, а я не спрашивал. Я просто стоял, обнимал ее, и смотрел, как по ясному голубому небу несутся тонкие белые облака.


Ехали больше получаса, с каждой минутой горный хребет становился все выше. В кокой-то момент машина резко остановилась. Мне пришлось схватиться за поручень, чтобы не вылететь. Водитель Раанна шибко сильно нажал на тормоз. Прошло много времени, как кто-либо из них последний раз садился за руль.


Слейт валялся на скамейке, отдыхая от разбора завалов в городе, но быстро поднялся когда машина остановилась. Мы втроем выбрались из машины, спустившись по ступенькам на корме.


– Шрам, идешь с нами? – спросила Мэри, когда увидела, что и Раанна тоже выбрался из машины вслед за нами.


– Остаться. Проклятье, – сказал он и протянул мне карту, нацарапанную на сером листе бумаги. – Вот. – Пальцем указал на большой крест


– Спасибо за помощь, – сказал я, глядя на Шрама снизу вверх. При ярком дневном свете его шрамы казались еще более уродливыми.


– Спасибо, – сказал он в последний раз, забрался в машину. Та дала задний ход, развернулась и уехала. А мы втроем стояли и смотрели, как нас оставляют одних в далеком-далеком мире, рядом с местом, где вылупилась гроза этого мира, мотылек, чуть не разрушивший жизни жителей.


– Думаю, нас предоставили самим себе, – сказал Слейт. В одной руке он держал рюкзак, в другой – импульсную винтовку. Мэри до сих пор была вооружена энергетическим луком. Когда я предложил взять у Слейта рюкзак, он сделал вид, словно не услышал меня.


Карта вывела нас в долину между двумя горами. Пепла здесь было немеряно, а пустынный пейзаж производил удручающее впечатление. Следуя карте, мы добрались до центра долины, который на карте был отмечен крестиком. Слева открывался вход в отвесную скалу.


– Эти парни никак не могут обойтись без пещер, обрывов и ям, – сказал я.


– В этом есть определенный стиль, – сказала Мэри.


Вход в пещеру выглядел как своеобразная арка. Мы вошли в нее, я вытащил из кармана семя, добытое из личинки мотылька. На ощупь оно было теплым. Где-то здесь мотылек и зародился.


Мы прошли три испытания, и теперь нам предстояло заключительное. Когда я вошел в пещеру, почувствовал знакомое присутствие, оставленное Теос. После нескольких раз общения с тенью Теос, мои чувства начали улавливать их сущность. Интересно, Мэри и Слейт чувствуют то же? Но, судя по выражению их лиц, нет, не чувствуют. Так что же, получается, я тот самый легендарный Истинный? Смогу ли обнаружить опасность и спасти вселенную от этого мистического Раскручивания, о котором мы ничего не знаем?


– Туда, - сказала Мэри, указывая на угол, где в скальной стене был высечен камень в форме кокона. В его центре вырезано углубление, идеальное, чтобы в него поместилось овальное семечко размером с ладонь.


Без малейших проволочек я поместил семечко в нужное углубление и стал ждать, что произойдет дальше. Как и ожидалось, из камня появился черный туман. Вот эта их театральность меня уже порядком утомила. Мэри по прежнему смотрела на него с благоговением, а Слейт только сильно хмурился. Думаю, ему все это надоело, как и мне.


После короткой паузы туман принял форму символа Теос, а потом превратился в человеческий силуэт.


– Вы выполнили задание, – произнес знакомый голос. На этот я раз я решил ничего не говорить. О чем говорить с программой? Так что ждал, когда тень заговорит сама. – Добро пожаловать на четвертое задание. Прежде, чем приступить к нему, вам нужно надеть скафандры.


– Какие такие скафандры? – спросила Мэри, оглядывая пропахшую плесенью пещеру. Нигде поблизости не было видно скрытых помещений или на худой конец ящиков.


Из стены под вырезанным каменным коконом выдвинулся прямоугольный каменный ящик. В нем лежали три скафандра.


– Откуда они знали, что нас будет трое? – спросил Слейт, озадаченно уставившись на нас с Мэри и не глядя в сторону Теос. Но единственным, кто ответил, была тень.


– Скафандров три, потому что вас трое. Если бы пришел один, то и скафандр был бы один.


Такую логику ни один из нас не смог поставить под сомнение, так что мы расхватали скафандры. Они оказались тоньше прежних. Вместо шлемов была маска, вроде той, что мы использовали под водой, только эти покрывали голову целиком прозрачным, эластичным материалом.


– Куда на этот раз нас отправляют? В космос? – усмехнулся я, но ответа не получил.


– Соедини три части. Приземлитесь. Финал будет за вами.


– Что за три части? – спросил я, надеясь получить хоть какую-нибудь дополнительную информацию, но не получил ничего.


Туманная фигура рассеялась, на этот раз превратившись в воронку шириной с размах руки. За ней появилась чернота с вкраплениями света. Возможно, это были звезды.


– Пора переодеваться, – сказал Слейт, схватив из стопки один из скафандров. Когда он его надел, оказалось, что скафандр великоват, но тут же все подравнялось, и он стал сидеть на Слейте, как сшитый на заказ. Технологии, благодаря которым знание своего размера осталось в прошлом. Мэри тоже начала облачаться в скафандр. Я присоединился к ним, почувствовав, как материал скафандра сужается, идеально принимая мои формы, прежде, чем успеваю застегнуть застежки.


– Сначала надеть наушник и микрофон, – сказал я, вставляя переговорное устройство в ухо. Слейт тоже это сделал, а потом надел последнюю деталь скафандра – шлем-маску.


Она подошла по размеру, плотно обхватив голову. Кислородных баллонов не видно, но этой технологии я уже доверял. Подобная маска работала под водой, так что должна сработать и в космическом вакууме. Теос не завели бы нас так далеко только для того, чтобы позволить нам умереть.


Мэри закончила переодеваться и вот мы, втроем, стоим у зияющей дыры. У нас со Слейтом за спиной импульсные винтовки, у Мэри – лук. В руках Слейта рюкзак с немногими оставшимися у нас вещами. Релокатор в кармане скафандра.


– «Соединить три части. Приземлиться». Как думаете, что имеется в виду? – спросила Мэри, глядя через дыру в открытый космос. Как то не по себе становилось от такого вида, как будто мы были во сне.


– Узнаю старых, загадочных Теос. Кто знает? – ответил я.


– Ну так что, пошли, что ли? – сказал Слейт, протягивая руку к воронке. – На этот раз все по другому.


Он прав. Каждое семя вело себя по разному. Высокое стальное дерево на Атрроне, исцеление Акулин, а сейчас вот какой-то нереальный пространственный разлом, ведущий в космос.


– Да, ощущения совсем другие. Чем скорее отправимся туда, тем скорее вернемся домой. – Я шагнул к разлому первым. Почувствовал, как что-то напрягло мое тело, когда остановился в шаге от него. Оглянулся, улыбнулся Мэри, поднял ногу и шагнул в разлом.


Пришло время четвертого испытания.


Глава девятнадцатая


Они исчезли. Никого нигде не было видно.


– Мэри? Слейт?


В наушнике воцарилась тишина. Ну и куда их занесло? Они ведь шли прямо за мной.


Ну и, раз уж на то пошло, где оказался я сам? От того, что моих спутников не оказалось рядом, я разволновался настолько, что не замечал ничего вкруг. А оказался я внутри какого-то помещения. Стены холодные, металлические, выкрашены серебристой краской с синей линией, проходящей по всему периметру помещения на уровне пояса. И еще, я парил в двух футах от пола. Стало быть, я либо на планете без гравитации, либо в космосе.


– Мэри? – снова позвал я и готов поклясться, что услышал что-то едва уловимое, прежде чем наступила тишина.


Я разрывался между желанием выяснить, где нахожусь, и желанием остаться на месте в надежде, что вот-вот здесь появятся остальные. В итоге решил подождать пять минут, заодно осмотреть место, где оказался. Комната была пустой, по меньшей мере двадцать футов в высоту и тридцать в длину и ширину. Замахал руками, понемногу приближаясь к потолку, оттолкнулся от него, отправившись к выходу.


Когда никто не появился, а я убедился, что в этом холодном помещении ничего полезного не найду, стал искать способ открыть дверь. Как только прикоснулся к ней, ожил экран и при нажатии на одну из кнопок, дверь открылась. Попытался убедить себя, что просто угадал, учитывая, что текст на незнакомом языке, но, поскольку вариантов там было всего два, кто его знает.


Почувствовав себя глупо из-за того, что не подумал об этом раньше, вытащил из-за спины импульсную винтовку, крепко сжал ее. Ощущение ребристой рукоятки и цевья успокоило меня. Успокоило, несмотря на то, что я оказался в одиночестве на пустом и жутком корабле, или станции, или что это вообще за штуковина?


Грохот открывшейся двери произвел больше шума, чем я ожидал. Было похоже на грохот мчащегося поезда теплым летним утром: так у нас на ферме грохотало по воскресеньям перед восходом солнца, доводя петухов до исступления задолго до того, как им предстояло будить округу по настоящему.


Я протиснулся в дверной проем, увидел, что синяя полоска идет по стенам и здесь, уходя вдаль по узкому коридору. Где-то на полпути вниз по коридору обнаружился иллюминатор. Никаких дверей между мной и им не было, а значит, меньше вероятность какой-либо засады. Нужно всего лишь контролировать, что происходит дальше по коридору, не заботясь о тыле.


Почувствовав себя лучше, я оттолкнулся рукой от одной стены, а ногой от другой, чтобы не упасть. Коридор всего четыре фута в ширину, что позволяло лететь вперед, не касаясь ни пола, ни потолка.


Когда иллюминатор оказался близко, я перестал отталкиваться, позволив себе не спеша подплыть к нему. Там увидел выступ и тут же ухватился за него, прекратив полет. Вид из иллюминатора оказался просто ошеломляющим. Вдалеке виднелись крутящиеся в пространстве гигантские булыжники, между ними разбросаны части больших космических кораблей. Все это летало на орбите планеты, которая с этой точки обзора выглядела как сине-зеленая вода. Далеко позади нее висела туманная желтая звезда, похожая на теннисный мяч, которым вот-вот ударом ракетки сделают подачу. Звезда заливала всю картинку ярким светом. Повторюсь, вид обалденный.


Я находился в длинном коридоре, какой-то космической станции, на орбите планеты, на которой не было ничего, кроме воды.


Такой мир был весьма ценным. Вспомнилась сделка с Бхлат, подумалось, стоит вычислить координаты этого мира, когда все закончится. Вода решит их проблемы на сотни лет вперед, а может и навсегда.


Вот только сначала вопрос должен пройти через совет привратников, чтобы убедиться, что здесь нет разумной жизни, потому как для многих из нас это камень преткновения. Для Мэри, к примеру, важна любая жизнь. А вот для CR-3 из системы PPSD1, мира полусинтетических андроидов, этот термин означает совсем другое.


Да где же Мэри и Слейт? Жутко хочется разделить такой момент с Мэри, чтобы вместе. Преисполненный решимости найти их, я оттолкнулся от стены и поплыл дальше, на этот раз быстрее, пока не натолкнулся на дверь в другом конце коридора.


Воспользовался кнопкой на экране у двери и услышал еще один громкий скрип, пока давно не использовавшаяся металлическая плита отодвигалась в сторону. Я оказался на краю огромного ангара, в котором на полу стояли маленькие кораблики. Такой вид понравился бы даже ярому перфекционисту.


Я подошел к первому же кораблю и удивился его небольшому размеру. Личное судно, это ясно, но чье? Спереди заострено, и дальше расширяется, как пирамида. Прошел посмотреть, как выглядит корма, там увидел двигатели, не больше моей головы. Четыре штуки, расположенные по одному в каждом углу.


Корабли черные. Представил такой флот в космосе, скрывающийся в темной дали. Стоят ряд за рядом. Прикинул, что их в ангаре было около двухсот. Впечатляюще.


Хотелось бы знать, что здесь произошло. Этот мир был уничтожен астероидом, обрушившимся на планету? А может, несколько массивных каменных глыб обрушились на мир внизу, чем привели его в катастрофическое состояние, от чего его затопило океаном. О таких вещах больше знала Мэри, и мне не терпелось чтобы она поскорее об этом рассказала.


Что там сказал Теос? Соединить три части. Если гадать, а больше пока ничего не остается, значит каждый из нас должен что-то получить. Нас разъединили, чтобы каждый смог что-то получить, а потом все это объединить и доставить в мир, на орбите которого мы сейчас находимся. Приземлиться.


Выходит, так оно и должно быть. Приятно осознавать, что Мэри и Слейт где-то рядом. Наверняка они сейчас размышляют над той же проблемой. Мэри наверняка уже обо всем догадалась и пытается решить задачку, а Слейт, без сомнения, прикидывает, сможет ли вписаться в один из таких вот этих. Если сможет, это будет забавное зрелище.


Теперь задание превратилось в настоящее испытание, соревнование между друзьями. Мне предстояло найти свою часть… чего-то, что нужно найти, и быть в нужном месте, ожидая друзей.


С вновь обретенной энергией я обыскал огромный ангар. Отправился к ближайшему углу и пошел вдоль периметра, надеясь увидеть что-нибудь необычное. К сожалению, тут все было необычным.


Ангар был хорошо освещен: орбитальную станцию все еще питал некий источник энергии. Похоже, это какая-то станция, перерабатывающая солнечную энергию, поскольку звезда щедро рассылает на плавающие обломки вокруг станции, свои лучи.


Медленные, размеренные шаги привели меня в дальний угол ангара, я повернулся, чтобы направиться в другому выходу из ангара – большим воротам. Сначала подумал, что через эти ворота вылетают наружу кораблики, но присмотревшись, увидел на потолки разделительную линию, идущую почти по всему потолку. Судя по всему, это и есть ворота, через которые кораблики вылетают в космос и через которые залетают сюда.


Стало быть, ворота, рядом с которыми я оказался, ведут куда-то еще. Прежде чем открыть их, я решил осмотреть ангар целиком. Прошел мимо ворот, не обращая на них внимания. Но только прошел, увидел встроенные в стену экран среднего размера. Остановился. Он меня заинтересовал.


Стоило прикоснуться к экрану пальцем, как он ожил. На экране появились странные надписи, выполненные в виде завитушек. Попытался вникнуть в их смысл. Поскольку у меня не было ничего, чтобы перевести надписи, с переводом вышло туговато, но рядом с надписями были мелкие иконки.


Слева внизу увидел изображение, которое могло быть только одним из кораблей-пирамид, а рядом надпись. Я не удержался, ткнул на иконку. Ангар слегка завибрировал.


– Дин, перестань быть таким беспечным, – упрекнул я самого себя.


Сверху загрохотало. Подняв глаза, я увидел, как две огромные потолочные плиты раздвигаются, словно массивные двери. А за ними нависла чернота космоса. Я увидел голубое мерцание между крышей и космосом. Уф, значит, некая загадочная пока энергия помешает мне и всему содержимому станции улететь в космос прямо сейчас.


Я нажал на эту же кнопку. С облегчением увидел, как створки начали закрываться. Меньше всего хочется доверять силовому полю разрушенной инопланетной станции. Не желая активировать что-либо еще, к примеру, систему самоуничтожения, я оставил компьютер в покое и отправился к воротам, пространство за которыми еще не исследовал.


Нажав на кнопку на экране двери, я попал в следующее помещение, намного меньше ангара. Собственно, выглядело это помещение как офис с четырьмя рабочими местами. И отсюда было еще три выхода. Принялся разглядывать содержимое столов. Каждый из них одновременно являлся и экраном, каждый показывал какие-то таблицы, графики. Меня заинтересовал тот, над которым зависла трехмерная карта. На ней я увидел планету, две луны на орбите и большую космическую станцию. Местное солнце находилось дальше, а между этой планетой и солнцем еще две планеты, причем каждая где-то в стороне, как будто их ход демонстрировался в реальном времени. Одна из них приближалась к перигелию и находилась к звезде ближе, чем хотелось бы.


До сих пор бывало, когда закрываю глаза, в памяти всплывают воспоминания, как пришлось побывать в открытом космосе в непосредственной вблизи от земного солнца, пытаясь спасти обреченные на гибель корабли, полные людей. Не тот момент, который люблю вспоминать, но вот он нахлынул, как будто это происходило наяву. Я даже почувствовал жар солнца и натяжение привязанного ко мне каната. Я крепко зажмурил глаза, а когда открыл их, момент уже прошел. Я снова видел перед собой только карту.


Меня заинтересовало три вещи. Первая, на карте не было обломков астероидов. Значит, вывели ее сюда до того, как был нанесен ущерб. Вторая – на планете были видны континенты и острова, в отличии от водного мира, который можно наблюдать непосредственно, если выглянуть в иллюминатор. И третье, на карте не было никаких признаков космической станции, что показалось мне интригующим.


Я уселся на жесткий железный стул. Кто бы ни проектировал рабочие места, он больше заботился о функциональности, нежели об удобстве. На встроенном в столешницу мониторе шириной фута в два, я увидел несколько кнопок. После недолгих проб и ошибок, наконец, картографическая система начала загружать обновленные данные. Сначала появились линии, вибрирующие туда-сюда по мере того, как датчики фиксировали близлежащие объекты.


Через несколько минут картинка начала приобретать тот вид, который был на самом деле, хотя некоторые цвета показались мне неправильными. Когда я смотрел на плавающие на орбите скалы двадцать минут назад, они показались мне светло-серыми, хотя на изображении они были темными.


А вот что шокировало, так исчезновение обеих лун. Сначала подумал, это оттого, что обе луны спрятались за планетой. Но нет, объяснение лежало на поверхности: что-то прилетело и уничтожило оба спутника. Их обломки неизбежно посыпались дождем на планету, что в сочетании с цунами и мощными приливами привело к появлению водного мира.


– И кто же с тобой все это проделал? – спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.


Это была очередная безумная игра Теос, или они воспользовались моментом и подстроили все так, чтобы все это выглядело как сцена, которую я мысленно выстроил? Было ли все это реально вообще? В любом случае, цель у меня оставалась все та же. Закончить миссию и вернуться домой. Все, чего я хочу, так это оказаться на рассвете у себя дома на Нью-Сперо, чтобы подбежала Мэгги, лизнула лицо. Мы с Мэри говорили уже о том, что нужно увеличить нашу семью, и когда все закончится, я собирался снова поднять эту тему. Потому что Мэри последний год была так поглощена исследованием миров в качестве привратника, что не уверен, упоминала ли она о детях хотя бы раз за все это время. А теперь мы оба оказались вовлечены в поиски Теос, погружаясь все глубже и глубже во Вселенную. И чем глубже закапывались, тем труднее было выбраться из этой ямы.


Я увеличил картинку, отыскивая станцию, на которой оказался. Похоже, это был один из больших более менее уцелевших фрагментов. Слейт и Мэри вполне могли оказаться на любом другом, может даже вместе. Возможно, первоначальный план Теос состоял в том, чтобы разослать нас в разные части станции, но сейчас, когда она распалась на части, задание становилось намного интереснее.


Соедините три части. Что бы это значило? Что именно нужно соединять? Я еще раз посмотрел на карту, то увеличивая, то уменьшая масштаб обломков станции. И тогда слова Теос обрели смысл. Среди множества обломков станции, три части были очень похожи. С эстетической точки зрения, станция должна состоять из множества частей, которые делали бы ее симметричной. Я предполагал, что изначально она была круглой. Наиболее функциональное решение, особенно если учитывать гравитацию и долгосрочную устойчивость на орбите.


Теос это было не нужно. Они были настолько продвинуты, что могли выбирать любую форму, какую хотели. Здесь они выбрали форму символа своего мира. И вот теперь, когда я увидел все три части, я просто не мог этого не заметить. Сложенные вместе, они образовывали символ с тремя горизонтальными линиями, соединенными посередине. Я оказался либо на верхней, либо на нижней части, зависит от перспективы. Две другие части были рядом, и именно там должны находиться Мэри и Слейт.


И вот теперь вопрос: как вообще возможно соединить эти самые три части?


Глава двадцадцатая


Когда я четко представил цель, пришло время подумать, как выполнить задание. У нас в наличии три секции станции. Каждый из нас, предположительно, находится на одной из них. Взглянув на карту, я мысленно поместил Мэри на ближайший ко мне кусок, а Слейта – в дальнюю от меня часть, та крутилась на другой стороне парочки огромных частей одной из лун.


Нужно связаться с ними. А пока обследовал оборудование на других столах, убедился, что между секциями есть канал связи, вот только бы еще понять, как этим оборудованием пользоваться.


– Мэри. Слейт. Ответьте. – Статика. – Если вы меня слышите, я, кажется, знаю, что нужно делать. Каждый из нас находится внутри отсека космической станции. Нам нужно собрать их воедино. Конечным результатом должна стать целая станция в форме символа Теос.


Ответа не было. Что ж, придется искать другой способ донести до них сообщение.


Сначала посмотрел, что находится за левой дверью. Как и ожидал, там расположился небольшой кабинет с большим количеством экранов. Я уже немного изучил расположение той части станции, в которой находился, благодаря объемной голографической карте. Ангар был центральной частью, а коридоры располагались симметрично. Все это напоминало букву Т. Посмотрел, что находится за другой дверью и обнаружил коридор, очень похожий на тот, первый.


Отталкиваясь от стен, как раньше, я поплыл по нему, причем сейчас на длинном отрезке показал лучшее время. Остановился у иллюминатора, вид из которого должен быть прямо противоположным тому, что наблюдал из другого коридора. Так и вышло: планету со звездой я уже не увидел, зато увидел другие части станции. Прищурился, пытаясь найти иллюминатор в ближайшей части.


Эта часть должна быть средней. А потом я, наконец, увидел квадратный иллюминатор, очень похожий на тот, из которого сам выглядывал. Вот мелькнула тень – кто-то пролетел мимо него? Хорошо бы, чтобы это была Мэри. Мысль о том, что я только что увидел, как она проплавает мимо иллюминатора, наполнила меня необходимым приливом адреналина.


Как же хочется, чтобы она вернулась, поглядела в иллюминатор и увидела, как я ей машу, но она не вернулась. Вокруг ее части станции болталось еще больше лунных обломков. Некоторые из них были громадными, другие небольшими, похожими на гальку, камнями, собранными в небольшие облака. Свет от звезды отбрасывал от них тени на борт станции. Что ж, надо двигать дальше.


Когда добрался до двери на другом конце коридора, активировал экран на ней и жмякнул кнопку открыть. Но, увидев, что находится за ней, сразу замахал руками, пытаясь поскорее убраться отсюда подальше. Сердце застучало, ведь я увидел помещение с начисто снесенной противоположной стеной. Повезло, что меня не утянуло в тот же миг. Только потом догадался, что силовое поле закрывало и эту дыру.


В нерешительности я, все-таки, ухватился за дверной косяк и втянул свое тело в помещение без стены. Кабинет вроде того, где я изучал карту, разве что в этой отсутствует целая стена. Причем неровности разлома свидетельствовали о разрушении, которые нанесли разлетающиеся в момент катастрофы куски лун. Попытался успокоить бешено колотящееся сердце, но вид открытого космоса всего в нескольких футах от меня приводил в ужас. Несмотря на то, что я уже переживал парение в открытом космосе, это по прежнему вызывало у меня панику.


Увидел висевший на стене планшет, подплыл к нему. Он включился прежде, чем я к нему прикоснулся.


– Интересно, – пробормотал я скорее чтобы как-то разрушить чувство одиночества на заброшенной станции, чем для чего-то еще. – Раз он включился сам по себе, значит, так и задумано. Стало быть, он хочет, чтобы на него обратили внимание. – Я взялся за планшет и снял его с крепления.


– Ди… где… наход… – раздалась в наушнике череда слов, заставив меня вздрогнуть так, что планшет вырвался из рук. Но, вместо того, чтоб упасть, он стал плавать рядом со мной.


– Мэри! – крикнул я. – Нужно соединить куски станции. Каждый из нас находится на одной из трех ее частей. Нужно соединить из вместе. – Я взмолился, чтобы Мэри услышала меня, но ответа не было. Я говорил еще две или три минуты, потом подождал ответа, но связи больше не было.


Что ж, тогда пришлось сосредоточиться на текущей задаче. Подхватил планшет, чтобы тот не уплыл далеко. На экране тут же появился синий знак Теос. Если бы раньше, разглядывая карту, я не догадался, что к чему, то это была бы надежная подсказка.


Знак Теос закружился, превращаясь в законченную картину того, как станция должна выглядеть на самом деле. Ну, мое предположение оказалось верным. Был только один способ добиться этого, так что я всенепременно собирался проверить свою теорию. Схватив планшет покрепче, я вылетел обратно в коридор и помчался, что есть сил, обратно, бросив взгляд, пролетая мимо иллюминатора, на ту часть, где находилась Мэри. Сейчас все было, как в тумане, а я продолжал мчаться, быстро приближаясь к ангару.


Вскоре снова оказался в огромном ангаре, а там добрался до мастерской, где хранились корабельные запчасти и расходники. Отсюда любой механик мог добраться до любого уголка ангара за минуту, а то и меньше, если поторопится. В это помещение я не заходил, но проплывая мимо, видел в центре то, что мне сейчас нужно. В глубине мастерской стояли полки, заваленные всяким разным, но мое внимание привлек трос на крюке. И как-то для мастерской это место показалось мне слишком чистым, что заставило в который раз поднять вопрос: эта станция использовалась хоть когда-нибудь или служила Теос всего лишь испытательным полигоном для тех, кто их вздумает искать.


Проверил трос на прочность. Не знаю, из какого материала он сделан, но показалось, что он похож на те, которые мы крепили к кубическим кораблям Краски, не давая тем упасть на Солнце во время События. Я забрал три троса. Размотав один, измерил, оказалось, что длиной он около ста ярдов. Два других такие же. Ну, хочется надеяться, что задумка сработает. Теперь их надо как-то прикрепить к моему куску станции. Идея выхода в открытый космос мне не нравилась, но это было необходимо. При этой мысли пульс участился, по лицу потекли капли пота. Прозрачная маска начала запотевать, но тут сработала встроенная система фильтрации, выпустив немного прохладного кислорода, рассеивая конденсат. У меня все получится.


Для начала нужно покинуть станцию. Как мне думается, это можно сделать двумя способами: из помещения без стены, где я обнаружил планшет, и из люка в ангаре, через который вылетали и залетали небольшие кораблики, заполнившие ангар. Голубое свечение должно быть сдерживающим полем, что значит защиту от смертоносного космического вакуума, но должно позволять любому объекту проходить сквозь него.


На концах тросов были зажимы, а значит, прикрепить их к крюку или поручню снаружи у меня получится. Недолго думая, обвязался концом одного из тросов на талии, и взвалил все это хозяйство на плечо. Пересек ангар, лавируя между десятками кораблей-пирамид, подплыл к экрану, служившему панелью управления для ангара. На этот раз я специально нажал на ту кнопку, которая давала команду на открытие верхнего люка. Станция слегка завибрировала, большие плиты на потолке начали раздвигаться, открывая взору открытый космос.


Всеми доступными способами я постарался встать ногами на пол, и как только это получилось, присел и изо всех сил оттолкнулся, взмывая к потолку. Вытянул руки, понимая, что промахнулся ровно настолько, чтобы впасть в панику. Если не смогу зацепиться, то вылечу со станции, и как только преодолею защитный барьер, не будет у меня больше никакой возможности остановиться.


Я начал размахивать руками чтобы хоть как-то скорректировать траекторию полета. Летел достаточно медленно, что психологически намного хуже, потому как было больше времени подумать о последствиях, если не уцеплюсь за край. Когда крыша ангара оказалась близко, я перевернулся всем телом так, чтобы видеть все, что происходит впереди, втянул руки над головой, так что даже пальцы стали как струнка.


Цепкие пальцы стукнулись о край раздвинутых ворот, ища, за что ухватиться. Из-за инерции ноги поплыли дальше, пересекли энергетический барьер. По ногам прошелся слабый разряд, скорее щекоча его. Ничего серьезного. Тело изогнулось, дыхание стало частым и прерывистым, пока я изо всех сил старался удержаться. Я пытался втащить свою нижнюю половину тела обратно внутрь станции и застыл на минуту, пытаясь успокоиться.


Застыв в таком положении, я осмотрелся в поисках чего-нибудь, за что можно закрепить трос. Быстро нашел ручку от створки ворот, закрепил конец троса и потянул его, чтобы убедиться, что закрепка прочная. Трижды проверив, надежно ли обвязался другим концом, посмотрел наверх, отыскивая взглядом ближайший кусок станции, который должен стать центральной частью, когда все три будут соединены друг с другом.


Не могу сказать, как далеко тот кусок от меня находится, но показалось, что гораздо дальше, чем смогу дотянуться даже с помощью этих жалких тросов, даже если удастся правильно рассчитать траекторию. Уверен, что смогу найти там место, куда закрепить второй конец, но вся хитрость заключается в том, чтобы потом захватить их с помощью вон тех корабликов, стоящих в ангаре.


– Побеспокоишься об этом потом, – сказал я сам себе.


Убедился, что импульсная винтовка надежно закреплена на спине, пару раз наклонил голову из стороны в сторону, давая мозгу возможность быстро перезагрузиться. У меня все получится. Оказаться в открытом космосе я сейчас не боялся. Потому что скоро вернусь домой, и все это останется позади.


Не совсем уверенный в этом, я глубоко вдохнул и выдохнул через странную маску-фильтр, разработанную компаний Теос и прошел сквозь защитный барьер, Снова ощутив слабое энергетическое покалывание.


И вот я за пределами станции, на внешней ее стороне. В скафандр встроен автоматический регулятор температуры, так что я даже не замечал космического холода, так же, как не замечал, когда бродил по коридорам станции. Надеюсь, у них так же есть защита от радиации. Насколько знаю, как раз вот сейчас я подвергаюсь сильному радиационному облучению.


Сосредоточился, отодвинув беспокойство на задний план. Когда одной ногой коснулся внешней обивки станции, она буквально прилипла к поверхности. Ух ты, что-то новенькое.


– Встроенный в подошвы магнит. Круто. – Я поставил на поверхность станции вторую ногу и та тоже прилипла. Приложив небольшое усилие, поднял левую ногу, преодолевая магнитную тягу, передвинул ее вперед. Потом повторил. Учился ходить, как малыш. Вскоре появилась система, так что я зашагал по внешней стороне станции, как человек, выполняющий задание.


Борт станции тянулся довольно далеко, но я, все-таки добрался до края, где и решил закрепить конец одного из тросов. Прежде, чем двигаться дальше, улучил минутку, чтобы осмотреться. С этого своеобразного наблюдательного пункта прямо на меня смотрела планета-океан. Я на мгновение застыл, наблюдая за мягкими белыми облаками, кружащимися в танце.


А потом внимательно всмотрелся во вторую часть станции и готов поклясться что заметил кого-то в иллюминаторе. С такого расстояния невозможно разглядеть ничего, кроме темного силуэта.


– Мэри. Слейт. Ответьте. – Нужно дать шанс.


– Дин? – раздался женский голос так кристально чисто, как будто находился рядом.


– Мэри? Слава богу. – Я весь напрягся, услышав голос жены.


– Где ты? – спросила она. Ее голос от волнения дрогнул. Я представил, как ее глаза наполняются слезами, подбородок слегка дрожит, как это всегда бывает, когда эмоции настигают ее врасплох.


– Я снаружи.


– Снаружи? Ты на планете? – чуть не криком отозвалась Мэри.


– Нет. Я на борту разрушенной космической станции. На той, которая дальше от звезды. А ты на какой?


Пауза. Внутри у меня все сжалось, я, было, решил, что прервалась связь. Только собрался повторить вопрос, как она ответила:


– Получается, я в средней. Кажется, я тебя вижу. – В ее голосе снова зазвучало волнение.


– Догадываешься, что нам нужно сделать? – спросил я в надежде, что соображалка у нее сработает.


– Восстановить станцию? – она спросила так, что отвечать не нужно было. – И как думаешь это проделать?


– Сначала ты, – сказал я. Любопытно, до чего она додумалась.


– Я собиралась подождать, пока Слейт сообразит и сделает все за нас, – сказала она и рассмеялась. Кажется, она давно так не смеялась. Да и у меня челюсть от смеха чуть не заболела.


– Хороший план. – Теперь я ее видел в иллюминаторе коридора. Она помахала мне. Я помахал в ответ. С такого расстояния я, наверное, кажусь маленьким, а рука – словно черточка.


– Серьезно? На самом деле я хотела завести один из кораблей и попытаться найти тебя. А какой у тебя план?


– Сейчас вот закрепляю тросы на борту, чтобы потом подхватить их другим корабликом, тут в ангаре несколько видел, и с его помощью подтащить секцию к твоей. Ну а там останется как-то соединить их вместе. С той позиции, на которой я сейчас нахожусь, вижу, как они будут выглядеть вместе.


Углы секции ангара выступали в форме буквы V, а вся площадь выступала примерно на ярд. Я увидел это, когда осматривал станцию с края. А вот какая секция будет верхней, а какая нижней, тут значения не имело. Символ Теос хоть как переворачивай, одно и то же получается.


– Мне нравится твой план. Ты же уже знаешь, как управлять катерами? – спросила Мэри.


– Я был слишком занят для учебы, – рассмеялся я. – Дай угадаю, ты уже знаешь, как это делается?


– Лучший чертов пилот в системе. Правда, там, на планшете, я нашла обучающее видео.


– Это ты так шутишь? Я так далеко не продвинулся. – Вообще-то, все это время был занят тем, чтобы добраться сюда, так что времени искать в планшете какие-то секреты у меня не было. Ну, значит, ей повезло больше.


– Почему мы не можем связаться со Слейтом? – спросила Мэри.


– Думаю, что-то блокирует связь, когда все внутри станции. А может, он слишком далеко. Не могу сказать наверняка.


– Может, мне тоже выйти наружу и попытаться связаться с ним?


Я на мгновение задумался.


– Давай-ка я сначала закреплю тросы, а потом подумаем над этим. – Прикрепив конец очередного троса, я медленно обошел периметр, следя, чтобы хотя бы одна нога постоянно была примагничена к борту.


– Дин? – нерешительно позвала Мэри, как будто хотела задать какой-то вопрос, но не задала.


– Слушаю тебя. – Я закрепил второй конец троса на другом углу. Образовалась петля, за которую можно зацепиться. Напомнило проволоку на обратной стороне картины. Теперь осталось прикрепить гвоздь к основанию корабля-пирамиды, ну или как назвала их Мэри, катера.


– Мы ведь со всем справимся? – энергии у Мэри, кажется, поубавилось. Взволнованная, с широко раскрытыми глазами, готовая ко всему Мэри, уступила место себе же, только уставшей и расстроенной. Мои чувства были где-то рядом.


– Непременно. Посмотри, как далеко мы продвинулись в… неважно, в чем. Два дня? – Честно сказать, я понятия не имел, сколько нас нет на Нью-Сперо.


– Это место… изоляция… я задумалась. Я не смогу жить без тебя. Когда не смогла связаться с тобой…


– Я знаю, малышка. Мы всегда вместе. И во всем. Не только в этой безумной миссии, но и в жизни. Я стоял и смотрел на кусок станции, внутри которой находилась Мэри, и жалел, что не могу прямо сейчас быть рядом с ней, чтобы обнять, поцеловать, погладить ее волосы и ощущать, как ее дыхание ласкает мою щеку.


– Прости, что втянула тебя в это. Не знаю, что на меня нашло. Я была так взволнована, но сейчас я хочу быть дома. В нашем домике недалеко от Терраны-Один. Я скучаю по нему.


Обычно Мэри не настолько откровенна в своих чувствах. Я знаю, что она меня любит, но никто никогда не смог бы назвать ее сентиментальной.


– Я тоже. Скоро мы вернемся домой, сможем расслабиться. Знаю, мы друг другу всегда такое говорим, но на этот раз я серьезно. Скажем Сарлуну и остальным привратникам, что нам нужен перерыв.


– А как же раскручивание?


– А что с ним? Когда вообще было записано это сообщение? Тысячу лет назад? Или больше? – Я отправился обратно к воротам в ангар.


– Может, это как раз объясняет опустошение внешних миров, которое ты видел? Скажем, мир, где вы со Слейтом встретили Суму, мог быть эвакуирован как раз из-за раскручивания.


– Они могли уйти по разным причинам. Спекуляции не помогут нам вернуться домой. А я хочу вернуться. Поможешь мне управиться с одной из этих штуковин?


Воспользовавшись первым тросом, я еще раз прошел сквозь энергетическое поле и оказался внутри станции.


– Могу. Тащи свой кусок этого хлама сюда, соединим наши части. Насколько знаю Слейта, он наверняка уже решил задачку и занимается вопросом ее исполнения.


У края открытых ворот в ангар я отстегнул от себя трос и начал потихоньку спускаться ногами вперед. Пришло время изучить, как работают корабли-пирамиды и улетать отсюда.


– Все, сейчас со мной пропадет связь, – предупредил я.


– Дин… – голос Мэри слегка дрожал.


– Что еще? – немного в нетерпении спросил я.


– Мы не одни. Только что появился корабль.


Глава двадцадцать первая


Корабль, про который говорила Мэри, отсюда выглядел не больше точки. Удивляюсь, как она вообще его рассмотрела из иллюминатора. Но она была права.


Тем временем я забрался в один из кораблей-пирамид. Мэри быстро объяснила, как вызвать нужную инструкцию на планшете, и через десять минут я уже почувствовал себя несколько уверенней, что мог бы долететь на из пункта А в пункт Б. Сложнее с проверкой тросов, выдержат ли они, ну и, собственно, подцепить их.


– Так что, – спросила Мэри, – притворимся, будто не увидели его?


Она была обеспокоена нежданным гостем.


– Ну, это могут быть и не они. – Не нужно было уточнять, кто такие «они». – А может, и они. Но у нас последнее задание. Давай выполним его и двинемся дальше.


– На кубе до их знака – пять других. Нам сказали, нужно идти последовательно.


Мне удалось поднять корабль-пирамиду со стоянки, и теперь я парил в ангаре, примериваясь, как бы вылететь наружу. В результате ударился бортом катера об открытую воротину.


– Ч-черт! – выругался я чуть громче, чем следовало бы. Поскольку створки ангара все еще были открыты, мы с Мэри все еще могли общаться. А вот от Слейта до сих пор не было никаких вестей.


– Что там у тебя?


– Да так.


Сосредоточившись, я все-таки, вывел катер из станции. Очень непривычное управление. Мне несколько раз приходилось управлять посадочными модулями на Нью-Сперо, но управление этим корабликом было ни близко, ни рядом.


В кабине корабля я почти лежал на спине, вокруг ни одного иллюминатора. Перед лицом большой экран, на котором отображались все виды корабля снаружи. Вид спереди сосредоточен на обзорном экране спереди, а с боков и сзади – на экранах по краям. Поначалу это сбивало с толку, но, когда привыкнешь, что происходит быстро, понимаешь, что расположение экранов весьма эффективно. Элементы управления, правда, находились в странном месте, так что стало даже интересно, какова биология настоящих пользователей этих маленьких корабликов.


Руки чуть не свело судорогой, пока я регулировал двигатели и направление движения, причем пришлось проделать это с каждым двигателем отдельно, на противоположных сторонах кабины. Едва удалось не втемяшиться в крышу ангара, когда подводил корабль к провисшему тросу. Почувствовал, как корабль потянул за трос, когда я подхватил его посадочными опорами, но потом тот соскользнул.


– Первая попытка прошла неудачно. Вопрос: зачем повторять? – Вопрос был задан в шутливом тоне.


– Хороший вопрос. Казалось разумным раньше, но теперь, когда ты задался этим вопросом… – Мэри замолчала, не договорив.


Я развернулся и попробовал еще раз. После семи неудачных попыток я был готов сдаться.


– Еще раз, – спокойно сказала Мэри.


Я закрыл глаза, глубоко вдохнул, медленно выдохнул, приводя нервы в порядок. Трос провис, как тросик на обратной стороне картины. На этот раз я зацепил его носом кораблика, позволив проскользнуть под собой. Корабль вздрогнул, когда трос туго натянулся.


– Сработало! – воскликнул я, преждевременно разволновавшись. Еще не понятно, хватит ли сил у мелкого кораблика на то, чтобы сдвинуть этот кусок станции с места. Если бы я попробовал сделать это голыми руками, я бы просто уплыл, а станция осталась бы на месте. Но двигатели работали, корабль потянул трос, а тот потянул за собой станцию. – Сработало!


Я летел предельно медленно, потому как если хоть чуть-чуть разогнаться, остановиться у цели будет чертовски сложной задачей. Так что летел медленно, не спеша, с каждой секундой все обильней и обильней потея в тесной кабине.


– Потише, Дин. – Мэри несколько раз повторила эту фразу. Скоро через обзорный экран я увидел ее, стоящую на борту своей части станции, одетую в тонкий, но защищающий от всех невзгод, скафандр. Она не забыла привязаться к станции на случай, если что-то пойдет не так.


Мой кусок станции двигался со скоростью черепахи. Вскоре я выключил двигатели корабля, позволив инерции нести нас к цели. Нужно было выровнять борта, чтобы и у моего куска, и у куска Мэри сошлись края. Ее часть служила вилкой, моя – розеткой. Нужно было просто точно рассчитать время.


– Дин, не хочу тебя пугать, но наши новые друзья приближаются. – Мэри говорила спокойно, словно и впрямь не хотела пугать.


– Приближаются к нам? – Я посмотрел на экраны, проверяя вид сбоку и спереди. Ни на одном не увидел приближающийся корабль. Он пока еще находился вне пределов видимости прибором моего кораблика. Катера не были оснащены датчиками дальнего действия, но у них было оружие, о котором в кратком руководстве ничего не говорилось.


– Вроде как да, но, похоже, решили лететь в обход. Они пока еще достаточно далеко.


– Но достаточно близко, чтобы мы их видели. Ближе, чем хотелось бы.


– Не беспокойся об этом. Пока сосредоточься на своей задаче. Тебе нужно развернуться на несколько градусов. Учти, мы делаем все на глаз, так что придерживайся плана.


А план основывался на навыке моего мозга составлять пространственные карты, что не вселяло в меня уверенности. Но выбора не было. Либо разобьем обе части станции и тогда останемся здесь навсегда без еды и воды, ожидая, пока не подлетят наши новые друзья и не уничтожат нас, либо состыкуем обе части воедино и продолжим работать с куском, на котором застрял Слейт, после чего начнем думать, как выбираться отсюда.


В нужный момент я чуть наклонил джойстик управления влево, что выдало желаемый результат: моя часть станции столкнулась с частью станции, на которой была Мэри. Мэри вскрикнула.


– Ты там как? – спросил я.


– Я в порядке. От неожиданности чуть не упала. Но части соединились! – воскликнула она.


На боковом обзорном экране я увидел ее.


Обе части станции слились воедино. Магниты сработали, когда они оказались в паре футов друг от друга. Моя часть станции натянула трос, который я зацепил за свой корабль, так что его тоже потянуло назад.


Мне было все равно. Я сделал это! Соединил две части космической станции. Теперь оставалось присоединить часть, на которой находился Слейт.


– Не хочу прерывать нашу радость но гости направляются к Слейту, – сказала Мэри.


Я снова взялся за рычаги, подвигал кораблем так, что трос, наконец, свалился, а я осторожно подлетел поближе к Мэри, стараясь держаться подальше, чтобы моя неумелость не угрожала ее безопасности.


– Давай-ка заводи свой корабль, полетим туда.


Мэри уже шла к входу внутрь ангара, не успел я закончить говорить.


Я направил корабль-пирамиду к третьей части станции, который должен был завершить нашу головоломку. Летел медленно, чтобы Мэри успела догнать меня.


– Слейт! – Я попробовал связаться со здоровяком.


– Дин? – Услышал я его голос, когда подлетел поближе к его части станции.


– Ты там как, Слейт?


– Нормально. Здесь нет ничего, что могло бы причинить мне вред. Кроме скуки, разве что.


– К тебе летит корабль…


– Что за корабль? – прервал он меня.


Я увеличил изображение на обзорном экране и увидел пиксельную версию гостей. Размерами, похоже, корабль с гостями был меньше наших, сделанных на основе кораблей Краски, с торчащими «усиками» спереди и сзади, напоминая насекомое. Я такие корабли раньше уже видел.


– Может показаться безумием, но, похоже, это один из кораблей инсектоидов. Помнишь, мы видели такой на планете, куда сбежали Лесл и Терренс?


В тот раз экипаж того корабля так и не вышел с нами на связь. Эти ребята не особенно желали общаться с людьми.


После слухов как люди обращались с гибридами оно и понятно. Я не думал, что когда-нибудь увижу их снова. И вот, в какой-то отдаленной части галактики, появился один из их кораблей. Нутром чуял, что они прилетели нам помочь, но разум говорил обратное.


– Слейт, у тебя ангар открыт? – спросил я, наблюдая, как корабль инсектоидов завис у борта станции.


– Да. Я уже собирался сбежать отсюда на ваши поиски. Я разгадал задачу, нам нужно…


– Соединить части, мы знаем. Две уже соединены.


В наушнике раздался смех. Я представил его глупую улыбку.


– Ну а как же еще. Дин и Мэри снова за свое. Давайте, помогите мне и будем убираться отсюда.


– Ты ничего не забыл? – Я смотрел на корабль чужаков, тот парил над бортом станции. Чего они ждут? Хотят поговорить?


– А, эти? Что будем делать? Я всегда был из тех, кто сначала стреляет. – Голос Слейта зазвучал напряженно и неуверенно.


– Давай попробуем связаться с ними, – сказал я, но было уже поздно. – Слейт! Закрой ангар!


Две фигуры отделились от корабля и с помощью реактивных ранцев полетели прямиком к открытым воротам ангара.


– Я сейчас, босс.


– Поздно, Слейт. – Услышал я голос Мэри. – Оставь их открытыми.


Тут же увидел, как мимо меня пронесся другой корабль-пирамида, прямиком к защитному полю, сквозь который только что просочились две чужие фигуры. Корабль Мэри задрал нос прежде, чем нырнуть в открытые двери ангара.


– Поосторожнее, Мэри, – крикнул я, но она уже исчезла. Я судорожно вдохнул и погнался за ней. Замедлил ход корабля, размышляя, не стоит ли кому-то остаться здесь и последить за их судном. Понятия не имею, как пользоваться оружием на этой штуке, так что все решилось само собой, нужно помогать на станции. Стрелять из импульсной винтовки я умею.


– Они здесь, – сказал Слейт, когда я уже опускал корабль в ангар, наблюдая на обзорном экране мерцание энергетического поля. Корабль влетел в ангар слишком быстро. Я нацелился на ближайшее свободное пространство и корабль буквально упал на пол между двумя другими такими же кораблями. В спешке я забыл впустить шасси.


При приземлении я ударился о приборы головой, а в наушнике услышал крики Мэри и Слейта. Когда открылся люк наружу, услышал звуки стрельбы из импульсной винтовки.


– Где они? – спросил я, вскакивая наружу и пригибаясь к полу. Снял со спины винтовку и приготовился сразить любого захватчика.


– Мы у контрольной панели. Мэри чуть не задела одного из них своим кораблем, – сказал Слейт.


Я посмотрел поверх кораблей и увидел поврежденные импульсными выстрелами стены над ними.


Оранжевый луч пролетел над головой, заставив меня откатиться за один из многочисленных кораблей-пирамид, выстроившихся у ряд на полу ангара.


– Слейт, парень, сейчас самое время отвлечь врага, – сказал я, и здоровяк тут же открыл огонь, дав мне возможность перебежать на их сторону ангара.


Слейт и Мэри были здесь. Сердце буквально растаяло, когда я увидел жену целой и невредимой. Ничего сейчас не хочется сильнее, как вытащить ее отсюда как можно дальше, но сначала нужно помешать интексоидам убить нас. Мэри поймала мой взгляд, улыбнулась, а потом выстрелила из лука, с которым так и не рассталась, в дальнюю сторону ангара. Энергетическая стрела вонзилась в стену, сверкнув вспышкой света.


На мгновение в ангаре воцарилась тишина. Никаких разговоров, никаких выстрелов, только тишина. Я слышал только прерывистое дыхание.


Слейт поднял дуло винтовки и, пригнувшись, побежал вдоль стены. Мэри сорвалась с места и побежала в другую сторону. Я последовал за ней. Подошвы ботинок лязгали по полу, оставалось только надеяться, что мы не выдаем своего местоположения. Над нами пронесся оранжевый луч.


Еще один импульсный выстрел, после чего в ухе через динамик связи раздался тихий голос Слейта:


– Босс, одного я поймал. Второй увернулся. Он направляется к вам.


Мэри остановилась и присела на одно колено. Она наполовину укрылась за каким-то ящиком, стоявшим в углу. Мы находились недалеко от входа в коридор. Вот в поле зрения попал инсектоид. Увидев нас, он остановился и выпрямился. Вместо того, чтобы стрелять, он бросился к коридору.


– Черт! – выругалась Мэри и бросилась за ним.


– Осторожнее! – крикнул я, опасаясь, что она попадет в засаду. Но вместо этого, подбежав, увидел лежащего лицом вниз на металлическом решетчатом полу инсектоида. Он не успел добежать. Только сейчас понял, что внутри станции есть гравитация.


Мэри стояла над противником, приготовившись выпустить стрелу, направленную на чужака, если что-то пойдет не так.


– Подожди, – попросил я, и закинув ружье за спину, сел рядом с поверженным противником на колени, отметив, что это и впрямь представитель той же расы, что и те, кого мы видели, когда прибыли вслед за гибридами в мир Карима.


Я перевернул его на спину, снял жесткий шлем, обнажив жвала и антенны, украшенные разноцветными узорами. На меня уставилось множество маленьких, черных глаз. Существо попыталось поднять руку, но безуспешно, она упала, отозвавшись резким стуком в тихом коридоре.


– Зачем ты здесь? – спросил я, внезапно лишившись сил настолько, что не сказал, а прошептал.


– Теос, – произнес металлический голос на нашем языке.


Я схватил инсектоида за шиворот и приподнял, кажется, на целый фут.


– Что с ними?


– Не… – противник умирал, его слова были едва слышны.


Мне нужно было услышать, зачем они тут оказались.


– Как вы нас нашли? Что «Не…»?


– Не будите… – противник закашлял: странный звук, похожий на стрекот сверчка и человеческое кряхтение. – … их. – Для пущего эффекта он слабо сжал мою руку.


Я осторожно опустил его обратно на пол.


Вот, значит, как. Они хотели нас предупредить?


– Не будить их?


Инсектоид дернулся и затих.


– Он мертв, Дин, – сказала Мэри.


К нам подошел Слейт, крепко сжимая в руках винтовку.


– Возможно, вслед за этими сюда придут и другие. Корабль, не забыли?


Сказать честно, я уже забыл.


– Я нашел систему видеонаблюдения. – Слейт отправился к коридору.


Я же последний раз посмотрел на лежащее на полу тело. Они пришли предупредить нас о Теос. Только почему пришли с оружием в руках? И если они знают наш язык, почему не заговорили первыми? Разве что только решили убедиться в том, что мы не доберемся до Теос самым простым способом – убив нас. В этом случае никто не узнает, что произошло. Все наши знакомые решат, что мы погибли во время поисков древней расы.


Мэри не сводила глаз с ворот ангара. Я тем временем нашел панель управления, нажал на уже знакомую кнопку. Ворота начали закрываться, отрезая нас от корабля инсектоидов.


– Сюда, – позвал нас Слейт, скрываясь в коридоре со служебными помещениями. Мы с Мэри нашли его около экранов, Слейт переключал камеры, высматривая корабль пришельцев-инсектоидов. – Его нигде нет, – тревожно сказал он. – Что, черт возьми, здесь происходит?


– Они пришли предупредить нас. Это был десант, – глядя на экраны, сказала Мэри.


– Но зачем оставлять их? – я, все же, был сбит с толку всем происходящим.


– Жаль, у них уже не спросишь. – Мэри резко развернулась и вышла из комнаты. Я выскочил вслед за ней. Мы подошли к тому пришельцу, которого первым завалил Слейт. Он тоже явно был мертв.


– Давай покончим со всем этим и поскорее уберемся отсюда. Все веселье похода, которое мы испытывали до сих пор, для меня прошло, – сказала Мэри.


– Веселье? – завелся я. Сарказм так и сочился из меня. – Точно, до сих пор и впрямь было очень весело.


Глава двадцадцать вторая


Как мы и предполагали, часть станции, в которой оказался Слейт, оказалась нижней, как я ее назвал, частью станции. Здесь уцелел в рабочем состоянии гравитационный привод, как и небольшие двигатели. С их помощью мы долетели до уже объединенной части. Нам понадобился час, чтобы собрать пазл до конца.


– Отличная работа, Мэри, – сказал Слейт, сидевший в кресле рядом с ней. Мэри же управляла огромной частью станции в форме буквы Т с помощью широкого пульта управления.


Когда последняя часть соединилась с остальными, станция задрожала, тусклый свет стал ярче, стоило только автоматике заработать в полную силу.


– И что теперь? – спросила Мэри.


Думаю, мы все ожидали какого-то грандиозного успеха, но в итоге остались сидеть в полной тишине.


– «Приземлиться», так было сказано. Тогда финал будет за нами. – Я взял планшет, тот от вибрации чуть было не свалился на пол. На экране виднелась планета: водная планета, вокруг которой вращалась станция. Картинка оживилась: планета начала увеличиваться и продолжала увеличиваться до тех пор, пока не появилось маленькое пятнышко суши. Вскоре остров занял большую часть экрана, а внизу появились координаты.


– Думаю, мы только что получили ответ на твой вопрос. – Слейт резко встал, так, что стул с громким скрипом отъехал назад.


– Разве? – недоверчиво осведомился я. – Нам нужно доставить туда станцию или прилететь на пирамидальных корабликах?


Мэри задумчиво поиграла пальцами по пульту управления.


– Остров не выглядит достаточно большим для станции.


Что верно, то верно. Вообще, картинка обманчивая, потому что вокруг не было ничего, кроме воды, но, если присмотреться повнимательнее, становилось очевидно, что остров не очень большой.


– Тогда воспользуемся маленькими кораблями.


***


Я летел курсом к скалистой громаде и, когда подлетел ближе, наконец, узнал ее. Тот самый остров, куда меня закинуло при первой встрече с тенью Теос из зала с коллекцией артефактов Сарлуна. С такого расстояния я не мог ошибиться.


На обзорном экране видел, что Слейт и Мэри уже приземлились. Ну, пилоты из них намного лучше меня. Наконец, приземлился и я, на этот раз не забыв выпустить шасси.


Нажал на кнопку, внешний люк открылся. Меня обдул легкий ветерок. Больше всего на свете захотелось снять маску и глубоко вдохнуть. Но пока я не мог этого сделать. Зато весьма поразился тому, насколько знакомым показалось ощущение, когда я тогда стоял на высоте тысячи футов над разбивающимися внизу о камень волнами. Прошло всего несколько дней с тех пор, как я был здесь, но тогда все происходило в моем воображении. Я ожидал, что на этот раз ощущения будут более прочными, более реальными, но не тут то было. Все выглядело точно так же.


– Дин, это… – повернулась ко мне Мэри.


– Тот самый остров, – кивнул я, не дослушав вопроса. Было странно видеть ее и Слейта в скафандрах при таком солнечном свете. Маски отражали солнечные лучи, в них, как в зеркале, виднелось небо, море и остров.


Мэри кивнула. Мы втроем подошли к краю, устремив взгляды к горизонту. Синий океан простирался во всех направлениях до самого горизонта и дальше, вызывая меня чувство одиночества.


Должно быть, оно и было. Путешествие подходило к концу, как и предупреждала тень Теос, ну или настаивала, смотря как посмотреть на этот вопрос. Я лично был готов к тому, что все вот-вот закончится. Поникшие плечи Слейта говорили, что он со мной согласен. И вообще пришел сюда с нами, чтобы нас защитить.


– Как тут красиво, – сказала Мэри. Хоть пребывание на острове и вызвало у меня ряд эмоций, но не могу с ней не согласиться.


Даже с такого расстояния я увидел, как под водой что-то движется. Показал остальным. Огромная черная туша, длиннее любого океанского существа на Земле. Хвост существа вырвался из воды и с плеском опустился обратно, подняв тучу брызг.


– Какой же он большой, – сказал Слейт и шагнул вперед, чтобы лучше разглядеть морского зверя. Я схватил его за руку, Слейт, наконец, отошел от края. Тут чуть что, запросто поскользнешься и сверзнешься вниз, а с такой высоты это верная смерть. И если не погибнешь при падении, то бьющиеся о скалу волны довершат дело.


– Ну и что дальше? – спросил я. Словно в ответ на вопрос, прямо в центре острова земля стала осыпаться.


– Надеюсь, это сейчас закончится. – В голосе Мэри послышалась паника.


И вновь, как по команде, осыпь прекратилась, обнажив высеченную в камне лестницу, уходящую вниз меж больших замшелых валунов.


– Сначала дамы, – сказал Слейт, широко улыбнувшись.


– Вот уж нет. Как думаешь, зачем мы привели сюда тебя, Зик? Пушечное мясо. Так ведь, Дин? – ответила Мэри, подмигнув мне.


– Дай дорогу молодым? Как раз тот случай, – поддакнул я, за что получил легкий тычок в плечо от Слейта.


– Ну да, ну да, большим людям всегда приходится идти первыми, – все еще широко улыбаясь, Слейт повернулся к пролому и шагнул к лестнице. – Эй, народ, там, внизу, есть свет.


– Мэри, – тихо сказал я, – что бы ни случилось, давай стараться держаться вместе. Очень уж хочется вернуться домой.


Она посмотрела на меня. В ее глазах появилась влага.


– Дин, думаю, я готова.


– Готова к чему?


– К семье, о которой мы говорили. Все это путешествие что-то во мне открыло. Не знаю, почему я стремилась ввязаться в него. Возможно, чувствовала, что нужно выкрикнуть напоследок некое подобие «Ура!», прежде чем стать матерью.


Я взял ее за руку, но соприкосновения перчаток оказалось недостаточно, чтобы соединить нас так, как я хотел.


– Понимаю. Мы через многое прошли. Через болезненное, волнующее и полезное. Я тоже готов. – Сердце прямо таки прыгало в груди. Я представил, как мы пускаем мыльные пузыри на заднем дворе, а рядом на одеялке лежит маленький ребенок. Мэгги гоняется за мыльными пузырями, ребенок тоже протягивает руки, пытаясь их поймать. И все заканчивается тем, что мы все катаемся по траве.


– Тогда давай покончим с этим, – сказала Мэри, шагнув на первую ступеньку лестницы.


– Ребят, – сказал Слейт, обернувшись к нам, стукнул пальцем по шлему там, где под шлемом находилось ухо. – Вы бы не забыли, что я слышу все, что вы говорите?


Я даже не смог заставить себя смутиться.


– Ты свой. Это входит в твои обязанности.


Бросив последний взгляд на небо, я стал спускаться вниз, готовый к последнему испытанию.


Ступеньки уходили вниз спиралью, мы спускались долго. Через каждые несколько метров в стены были вмурованы светящиеся кристаллы, что позволяло нам видеть, куда идем. Шли молча. Было не до разговоров. Прошло, должно быть, минут пять, прежде чем лестница кончилась, а мы оказались в помещении.


– И что это, черт побери, такое? – спросил Слейт, не спеша пересекая абсолютно пустое пространство, где только у дальней стены стояли три кресла. Мне они напомнили кресла в кабинете стоматолога, где спинки откидываются на все сто восемьдесят градусов. Само помещение высечено в скале, как и винтовая лестница.


Вслед за Слейтом к креслам подошли и мы с Мэри. Каждый к своему. Материал оказался странный, шелковистый, но в то же время жесткий.


– Ну, кто рискнет первым? – спросила Мэри.


– Рискнет чем? – спросил я, тыкнув в кресло пальцем. Палец продавил материал, а когда я убрал руку, материал медленно вернулся на место.


Вместо ответа Мэри запрыгнула на кресло, откинулась на спинку.


– Вроде как удобно, – сказала она. – Я бы не отказалась вздремнуть. – Улыбнувшись, она закрыла глаза, а потом вдруг с испуганным видом открыла их, издала сдавленный крик. Все ее тело на мгновение напряглось и, окончательно расслабившись, безжизненно упало на кресло, как марионетка, забытая кукловодом.


– Мэри! – вскрикнул я, схватил ее за руку. Ладони в перчатках, что у нее, что у меня, так что я понятия не имел, жива ли она вообще. И тут заметил капельку крови на сером материале под головой Мэри.


– Слейт, посмотри сюда.


Слейт опустился на колени с другой стороны и уставился на то же, на что и я: тонкий проводок, входящий в затылок Мэри.


– Проклятые Теос, – выругался Слейт. – Что же нам делать?


Ее грудь медленно поднималась и опускалась, дыхание слабое, но стабильное.


– Думаю, с ней все в порядке, – сказал я. – Должно быть, это и есть последняя часть нашего путешествия. Нужно подключиться, чтобы узнать.


– Уверен, что это хорошая идея, босс?


– Я ни в чем не уверен. – Я покачал головой. – Но не оставлять же ее справляться с испытанием в одиночку. А вот ты останешься и будешь охранять наши тела.


Слейт выглядел измотанным, но взялся за импульсную винтовку и занял место между креслами и лестницей.


– Мне не нравится, как это звучит, но я для вас, ребята, сделаю что угодно. Возвращайтесь скорее.


Я сжал напоследок ладонь Мэри, подошел к соседнему креслу. Ощупал тыльную сторону шлема, нащупал там небольшое отверстие. Вот значит как. Значит, они все запланировали. Скафандр сделали специально для этого. И для последнего испытания тоже. Последней главы перед тем, как мы узнаем местоположение их родного мира. Можно любить Теос, можно их ненавидеть, но мы уже чертовски близко к тому, чтобы их найти.


– Закончи с этим, босс, – сказал Слейт и кивнул в сторону неподвижного тела моей жены. – Приведи ее обратно.


– Так и собираюсь. Надеюсь, мы скоро вернемся.


Не думаю, что Теос причинят нам какой-то вред, пока будем прохлаждаться в креслах, но уверенным ни в чем быть нельзя.


Мысль о том, что вот-вот меня треснут по затылку и я потеряю сознание, совершенно не возбуждала. Руки дрожали, ноги почти не двигались, пока забирался в кресло. Бросив последний взгляд на Мэри, откинулся назад.


Я ожидал внезапного удара, но оно все равно оно застало меня врасплох. Я громко вскрикнул и последнее, что увидел – встревоженное лицо Слейта, перевернутое вверх ногами.


Глава двадцадцать третья


Радиоведущий низким голосом что-то непрерывно говорил. Я открыл глаза, пытаясь найти источник звука. Кинул взгляд на электронные часы, они высвечивали семь утра. Проспал! Так, стоп! Куда проспал? Что-то тут не так. Охваченный паникой, я вскочил, мне стало слишком жарко под одеялом. Сбросив его, я огляделся и узнал комнату в старом доме на Земле.


Нащупал цепочку от светильника, стоящего на прикроватной тумбочке, дернул. Зажегся свет. Дешевая подделка под лампу от Тиффани, Джанин нашла его на какой-то гаражной распродаже и даже назвала покупку «выгодной сделкой года». Воспоминания нахлынули на меня, когда я попытался осмыслить то, что увидел.


Свет просачивался сквозь жалюзи, отбрасывая полосатую тень на стену. Ну и где я? Встряхнул головой, пытаясь привнести ясность в голову, но там пока затуманено.


«Никто пока не может ничего сказать по поводу кораблей, но мы ожидаем скорого выступления президента с заявлением. Пожалуйста, не паникуйте», – говорил тем временем голос Ролли Армстронга с легкой дрожью в голосе.


Корабли? В голове тут же промелькнули образы огромного черного корабля, нависшего над Нью-Йорком и нескольких небольших, изящных серебристых кораблей, висящих над моим городком. Краски! В запутанном сознании всплыло множество недостающих деталей, отчего перед глазами все поплыло. Я откинулся назад, закрыв лицо подушкой, чтобы унять головную боль.


В конце концов, она стала затихать, а я понял, что все происходящее не совсем по-настоящему. Однажды я уже прожил этот день. Стало быть, меня послали сюда, чтобы я что-то сделал, вот только еще знать бы, что именно. Дыхание успокоилось, стресс покинул напряженные мышцы, резкая головная боль превратилась в тупую пульсацию.


Я встал, нащупал тапочки, точно зная, где они лежат. Почти не открывая глаз, прошел в ванную, умылся. Отражение в зеркале застало меня врасплох. Я выглядел моложе. Это был я из прошлого. Настоящий я на несколько лет старше, в волосах прибавилось седины, морщины стали глубже. Мэри называет их морщинами от смеха, но мне кажется, что прошло много времени с тех пор, как я смеялся в последний раз.


Мэри! В голове, как стопка снимков поралоида, падающая с неба, пронеслись образы ее прекрасного лица. Первый раз я ее увидел, когда она постучала в окно джипа сразу после того, как серебристый корабль чуть не до смерти напугал нас с Рэем. Я видел, как она пилотировала один из этих кораблей, когда мы спасали человечества от гибели на Солнце. А вот появился ее образ в великолепном платье на свадьбе Магнуса и Натальи, потом появился образ, когда мы прятались от дождя в мире Карима. Волосы мокрые, бледная кожа покрылась мелкими пупырышками, когда легкий ветерок задувал в наше жалкое убежище. Потом наша свадьба и она вся такая красивая, в белом. Все эти картинки появлялись и исчезали.


Она где-то здесь, я точно знаю. Вот, значит, что у меня за миссия.


Воодушевившись, я натянул штаны, удивившись, как точно воссоздана сцена. Джинсы сидели на мне точно так же, как тогда, четко подходя по всем параметрам. Накинув поверх майки клетчатую рубашку с короткими рукавами, я вышел из дома. Дверь закрывать не стал, пошел босиком по подъездной дорожке. Как и думал, увидел Сьюзен, а рядом с ней Кэрри.


При виде маленького пса, мое сердце растаяло. Кэрри подбежал, я опустился на колени, погладил его, на этот раз как будто давно не видел. Раньше никогда его так не гладил. Сьюзен поглядела на нас, улыбнулась и спросила:


– Дин, как думаешь, что это такое?


Я знал, что она скажет именно так. Это было некое упреждающее дежавю.


Поначалу я ничего не ответил, просто встал, подошел и обнял ее. Я сказал, что все будет хорошо. Для нее это будет не так, но если я могу сделать ее последний день на Земле немного лучше, то почему бы и не сделать. Кэрри гавкнул, когда я обнял ее, гавкнул, когда отпустил. Сьюзен смотрела на меня заплаканными глазами. Одними губами она произнесла: «Спасибо» и снова начала смотреть на зависшие над городком корабли.


Я оставил ее. Тяжесть того, что надвигалось на Землю, придавила меня так, что подогнулись ноги в коленях. Я не хотел переживать этого снова. Однажды уже все это пережил, а теперь предстояло увидеть, как все это снова повторится.


– Будь вы прокляты! – закричал я, войдя обратно в дом. Теос. Вот кто проделал это со мной. Я вспомнил все предыдущие задания. Как смеют эти самодовольные ублюдки так поступать с нами?


Если я их когда-нибудь найду… Упал на диван, запустил пальцы в волосы. Не знаю, что тогда. Просто хочется покончить со всем этим и вернуться к Мэри и Слейту, в свою реальную жизнь. Гнев испарился. Он мне все равно не помог бы.


– Не будем терять времени, – сказал я вслух, хватая ключи. На этот раз надел туфли и выскочил из дома, завел старый грузовичок. Приятно снова сесть за руль. По некоторых вещам скучаешь, когда их нет рядом. Земли тоже не было, поэтому стоит прямо сейчас насладиться всем, чем возможно, пока выполняю миссию. За возможность снова побывать на Земле, спасибо, конечно. На Земле до того, как всех ее жителей сначала похитили, а потом изгнали, навсегда изменив наши пути.


Из всех миров, в которых я побывал, ни один не шел ни в какое сравнение с моим домом, и именно в нем я оказался. Теперь необходимо добраться до Мэри и понять, что все это означает.


Проехал мимо той же церкви, как тогда, много лет назад, но на этот раз, когда увидел Стива, не остановился. На этот раз я продолжил ехать, не теряя времени для светской беседы. Кстати, ведь я так и не узнал, выжил тогда Стив или нет. Я так много не знал. Когда вернусь на Нью-Сперо, пожалуй, стоит всем этим заняться.


Нужно восстановить связь со своей старой жизнью, чтобы завершить новую. Я относился к ним как к отдельным сущностям, но обе сделали меня тем, кто я есть. Жизнь не обязательно делить на до и после. Это всего лишь моя жизнь.


На этот раз я свернул в другую сторону, минуя скопление машин на главной улице. Где-то там остался Джеймс один на один против громадного хулигана. Я молча пожелал старому другу всего наилучшего и направился к складу. Прошло немного времени, прежде чем кулон с зеленым камнем оказался у меня на шее. Если все происходящее и впрямь повторение того дня, теперь меня не отправят на какой-нибудь громадный кубический корабль вместе со всеми.


Что же делать дальше? Я чуть не врезался в оставленную посреди дороги машину, когда в голову пришла идея. Свернул на обочину, припарковался. В той машине посреди улицы увидел рыдающую девочку-подростка.


Достал из кармана сотовый, набрал номер справочной.


– Мэри Лафонтен из Вашингтона, пожалуйста.


– Мэри Лафонтен в списках нет, сэр.


– Как насчет Боба или Роберта Лафонтен?


– Подождите пожалуйста, соединяю.


Послышались гудки, стало быть, стационарная линия все еще работает. Мэри не изменяла имя в счете, а я надеялся, что она все еще дома.


– Алло? – донесся очень знакомый голос.


– Мэри, это я, – сказал я, почувствовав облегчение.


– Дин? – удивилась она и на глаза у меня навернулись слезы. Я не был уверен, что дозвонюсь до настоящей Мэри, думал, что она застряла в своей версии того дня.


– Это я!


Она рассмеялась, но не спокойным, веселым смехом, а таким, когда ты счастлив настолько, что смех сливается с плачем, создавая идеальный, согревающий душу звук, с которым ни с кем не хочется делиться.


– Я была в растерянности. Как они это сделали?


– Не знаю. Нам нужно встретиться. Как быстро можем это сделать?


– Дороги нынче ужасные, но забиты пока не так сильно. Я сейчас же сажусь в машину. Давай встретимся за пределами Филадельфии.


Она назвала маленький городок, о котором я никогда не слышал. Он располагался близко к федеральной трассе, но на случай, если движение там будет слишком плотным, в него можно попасть и по менее оживленной дороге.


– Странно все это, правда? – спросил я. Через телефонную трубку услышал, как она завела машину, потом звук изменился, когда включилась громкая связь.


– Весьма странно. Я скучаю по тебе, а ведь прошло не больше часа с тех пор, как последний раз тебя видела. Находиться в этом месте так странно. Сколько бы мы ни говорили о нашей прежней жизни, я гораздо счастливее сейчас, с тобой.


Я переключил скорость, развернул грузовик. На мобильнике включил громкую связь, но, поскольку в грузовике блютуза не было, пришлось просто увеличить громкость и поставить его вверх дном в подстаканник.


– Мэри, с кем мы имеем дело? Что за раса смогла отправить нас обратно на Землю? Все, что мы видели до сих пор, буквально кричит о том, что они руководят процессом прямо из их проклятой могилы. Причем в буквальном смысле. Как они смогли отправить нас конкретно в это время?


Несколько мгновений с той стороны доносилась тишина, я даже забеспокоился, потянулся к телефону убедиться, не прервалась ли связь.


– Кажется, я знаю, – сказала, наконец, она. – Они не знали, куда посылают нас. Похоже, их программа просканировала наше сознание и отправила нас в самый травмирующий, судьбоносный день в нашей жизни.


– А цель?


– Этого я не знаю. Может, просто хотят посмотреть, как мы с этим справимся. Думаю, что в какой-то момент придет сообщение или появится подсказка. Ведь они нам их давали каждый раз.


Я услышал, как на том конце провода кто-то просигналил.


– У тебя там все в порядке? – спросил я, повысив голос, чтобы Мэри смогла расслышать меня сквозь шум.


– Я и забыла, какими придурками могут быть люди. Какой-то парень только что врезался в другую машину и теперь там настоящая рукопашная схватка. Неужели все так и происходило?


Во многих случаях даже хуже. Ужасные истории о том, что происходило в тот день на Земле, а потом на кораблях, запомнились мне на всю жизнь. Вспомнил рассказы о том, какие ужасные вещи люди делали друг с другом. Я тогда неделю не выходил их гостиничного номера после возвращения и серьезно сожалел о том, что спас их всех. В глубине души думал, что вселенной, наверное, было бы намного лучше без нас. В тот момент Мэри уговаривала меня, рассказывая хорошие истории, напоминая о бесчисленных героических и самоотверженных поступках, совершенных сотнями и даже тысячами людей.


– Дин? – позвала Мэри и я понял, что так ей и не ответил. Сердце снова бешено заколотилось, подавленная травма того времени пыталась вырваться на поверхность. Взял бутылку с водой, сделал несколько глотков и решил еще немного потерпеть боль.


– Люди сильней, чем когда-либо, и это может статься напоминанием. Но мы больше не те, кто были тогда. Возможно, это урок нам.


– Надеюсь, что так. Ты мне рассказывай, как далеко успел продвинуться. Я собираюсь выехать из города с другой стороны и двинуть в объезд, а то тут неспокойно. Ты от Филадельфии дальше, но при таком раскладе будешь там первым.


Может, и так. Придется объезжать крупные города, но в хороший день она все равно опережала меня на час. Правда, сегодня для поездок не самый удачный день.


– Позвоню тебе через час, если ничего не случится.


– Хочу тебя побыстрее увидеть, малыш, – сказала Мэри.


– Созвонимся.


Связь прервалась. Я посмотрел на запад, ловя солнечные блики на серебристом борту корабля, зависшего над моим городком. По спине побежали мурашки. Я встряхнулся и сосредоточился на дороге. Мне предстояла трудная поездка.


Глава двадцадцать четвертая


В закусочной пока еще горел свет. Походу, единственное заведение в городе, открытое для посетителей. Мэри припарковала автомобиль рядом с моим. На ее лбу я увидел морщинки беспокойства.


Как она и предполагала, я ее опередил на час, но факт оставался фактом: мы, наконец, встретились, пусть даже и в прошлом.


– Даже не верится, что на самом деле нас здесь нет, что наши тела находятся внутри скалы посреди бескрайнего океана, – сказала Мэри, устроившись на пассажирском сиденье моего грузовика. Она с легкостью избавилась от внедорожника, на котором приехала, сказала, что это машина Боба и что предпочитает оставить его здесь. Я не возражал.


– Где бы мы ни находились, но мое тело говорит, что нужно чем-нибудь перекусить. – Я даже удивился тому, как сильно проголодался.


Через грязь на дверном стекле еле виднелась надпись: «Завтрак целый день». У входа припаркована еще одна машина. Когда я толкнул дверь зазвенели колокольчики. Придержал дверь, давая возможность Мэри войти внутрь первой. Внутренний инстинкт подсказывал, что при входе в незнакомое помещение неплохо бы иметь при себе оружие. Увидев улыбающуюся пожилую пару, я постарался отогнать это чувство.


– У вас открыто? – спросила у них Мэри, потому как тут больше никого не было.


– Семь дней в неделю, – улыбнулся мужчина, продемонстрировал отсутствие зуба на верхней челюсти.


– Даже сегодня? – уточнил я.


– Даже сегодня, – кивнула женщина невысокого роста. Похоже, его жена. Она наблюдала за нами из-за больших очков, украшенных стразами.


Мы прошли дальше, заняли столик у окна. Из потрескивающих динамиков звучала музыка из пятидесятых, а запах напомнил атмосферу любой из забегаловок, в которых я когда-либо побывал. Это было приятно.


– Что у вас в меню? – спросил я, чувствуя, как заурчало в животе. Начал перебирать приправы, повертел солонку и перечницу, прежде чем в руки попал маленький пакетик с джемом.


Женщина уже несла к столику кофейник и кружки. Пока она разливала кофе, я прочитал на бейджике ее имя – «Эстер». Имя было написано большими буквами.


– Поскольку сегодня здесь только мы с Кливом, можем приготовить яичницу с нарезкой. Как насчет кусочка бекона?


– Звучит здорово, – ответила Мэри. Клив тут же развернулся и отправился в кухню.


– Как они собираются с нами общаться? – Я положил телефон на столешницу из старой пластмассы, сделанную под дерево. – Я все еще жду сообщения от Теос с инструкциями.


Глотнул кофе и даже не поверил, насколько вкусным он оказался. На Нью-Сперо было много удобств, но найти хорошие, обжаренные по старинке зерна почти невозможно. Появилось много мелких плантаций и каждая обзавелась своей обжарочной машиной. Спрос на кофе был всегда, независимо от обстоятельств.


Мэри, наконец, тоже взялась за кружку, закрыла глаза, вдохнула пар, исходящий из чашки, потом глотнула.


– Потрясающе. Но, отвечая на твой вопрос, я подумала о том же. Почему бы и не через сотовый. Кто знает, на что они способны? У них есть человек-туман, он нам говорит, что нужно делать. Возможно, здесь способ общения отличается от уже привычного.


Я улыбнулся, услышав, как она обозначила того, кого я мысленно окрестил человеком-тенью. Но человек-туман тоже ничего.


– Надеюсь, нам не придется его долго ждать. На самом деле я не хочу оставаться здесь дольше, чем необходимо.


Мэри задумалась.


– В чем дело? – спросил я.


Она открыла было рот, но ничего не сказала, вместо этого спряталась за чашкой с кофе.


– Разве Рэй живет не в Питтсбурге? – наконец, спросила она.


От ее вопроса у меня перехватило дыхание. До сих пор я даже не вспоминал об остальных. Магнус и Наталья тоже где-то здесь. Поскольку они знали к этому моменту немного больше нас, наверняка начали уже свое путешествие в Южную Америку.


– Там, – тихо сказал я. На улице тем временем начал моросить дождь, капли с легким стуком падали на подоконник. – Мэри, думаю, мне нужно его увидеть.


– Не уверена… – начала Мэри, но тут к нам подошли Эстер и Клив. Они принесли тарелки с яичницей, поставили их на стол, да так, что чуть было не уронили. Я взглянул на блюдо: яичница и нарезка лежали на тарелке горой, пожалуй, это была худшей подачей заказа, даже для захудалой закусочной в маленьком городке.


Они не уходили, чем привлекли мое внимание. Я посмотрел на них и, когда встретился взглядом с Кливом, от неожиданности откинулся на спинку стула. В его глазах клубился черный туман, вытекая наружу и рассеиваясь в воздухе. Взгляд Эстер ничем не отличался от взгляда мужа.


– Кто вы? – спросил я, жестом успокаивая Мэри, та, показалось, готова была наброситься на них с ножом для масла.


– Мы Теос, – хором произнесла пожилая пара.


– Почему здесь? Почему на этот раз не так, как раньше?


– Вы выбрали это место, не мы. – Они по прежнему говорили одновременно, хотя и не совсем синхронно, так что слышалось что-то вроде эха.


– Каким же образом?


– Мы запрограммировали прибор так, чтобы он привел вас к самому знаменательному дню вашей жизни. Мы не ожидали, что два существа выберут одно и то же время и место. Это… любопытно. – Туман продолжал плясать в глазах пожилой пары.


– Что мы должны сделать? Как провести день События? – от этого слова у меня коже пробежал холодок, потому что в жизни любого землянина было только одно Событие – травмирующая встреча с Краски и Дельтра. Даже драка с Бхлат и потеря Земли не повлияли на нас так сильно, по крайней мере, психологически. Люди стали более выносливыми, а с другой, мы стали более заботливой и любящей расой.


– Вы должны уступить своему самому большому страху. Изменить свои поступки.


Эстер и Клив стояли бок о бок, она на целую голову ниже его. На мгновение я задумался, пережили ли они Событие. Скорее всего, нет. При этой мысли у меня защемило сердце.


– Чего же мы больше всего боимся? – спросила Мэри, и Клив с Эстер одновременно пожали плечами, так по человечески.


– Это можете знать только вы. Взгляните в лицо страху и преодолейте его. Наш дом станет доступным для вас. – С этими словами оба повернулись и ушли, оставив нас наедине с вовсе неаппетитным завтраком и темой для размышления.


– Вот и все, Дин. Последний этап. – Мэри вяло подцепила кусок яичницы, посыпала на него немного перца и отправила в рот. Я улыбнулся тому, как она хорошо восприняла происходящее и решил тоже немного пожевать.


– Взглянуть в лицо своим страхам. В тот самый день из всех существующих. Это может означать только одно. – Я выплеснул на нарезку кетчуп и только этот хлюпающий звук раздался в тишине, установившейся во всем ресторане.


– Что же? – поинтересовалась Мэри.


– Нам придется позволить им телепортировать нас наверх.


Мэри едва успела отхлебнуть кофе и теперь весь он оказался разбрызган на столе.


– Невозможно! – вскрикнула она. – Извини. – Уже тоном потише. – Не уверена, что смогу. – Свободной рукой она взяла прядь волос и начала наматывать волосы на палец, избегая смотреть мне в глаза.


– Ведь тут же все нереально. Чего нам бояться? Вернее, чего мы боялись тогда?


Мэри с сомнением посмотрела на меня.


– Я боялась всего этого, но приходилось быть храброй, когда это было нужно. Мы были настолько заняты и увлечены, что времени беспокоиться о том, что будет, если потерпим неудачу, у нас не было. Подвести человечество… Думаю, это мой самый большой страх.


Она правильно сказала.


– Думаю, это оно и есть. Мы должны позволить им телепортировать нас. В этом случае мы разве выиграем? Нет, мы проиграем.


– А как же остальные? – спросила Мэри, имея в виду Магнуса, Наталью и даже Рэя.


– Интересно, что бы произошло? Мы ведь раньше эту тему не обсуждали. Остановили бы они все это? Тилон наверняка убедил бы их, хотя Магнус наверняка перестрелял бы всех и выключил эту штуку. А Рэй… – продолжать я не стал. Я скучаю по нему. Я знал его всего несколько дней, но он был из тех парней, с которыми можно скорешиться. Я чувствовал, что подвел и его.


– Мы об этом никогда не узнаем.


– Мэри, если мы хотим сделать это, нужно найти Рэя. Нужно все исправить и предупредить его.


Отложив вилку, Мэри протянула руку и положила ладонь на мою ладонь.


– Согласна.


– Согласна? – Я думал, что она начнет возражать против того, чтобы провести последний день в поисках нашего старого друга.


– Да. Тебя это сильно беспокоит. – Она, показалось, хотела сказать что-то еще, наверно про то, что мне пришлось бороться с ним вплоть до того, что выстрелил из пистолета и убил его. Но не стала ничего говорить.


– Тогда пойдем, найдем его. – Я вытащил бумажник и бросил на стол двадцатку. Эстер и Клив из подсобки не появились, но это не имело значения. Все равно все это нереально.


Звякнул колокольчик, возвещая о нашем уходе. Мы пошли к моему грузовичку. Небо затянули темные тучи, нависшие над Филадельфией.


– Знаешь его адрес? – спросила Мэри, и я покачал головой. – Ладно, сейчас через справочную узнаем. – Мэри достала сотовый, как раз когда начался проливной дождь.


Она набрала три цифры и через мгновение произнесла:


– Рэй Джонс, Питтсбург. – Посмотрела на меня и одними губами произнесла: – Там три Рэя Джонса.


– Наш работал в «Стальном доме». Попробуй.


Раздобыв номер, Мэри набрала нужный номер. Пошел вызов, быстро сменившийся инструкциями системы голосовых сообщений. Когда появилась возможность, Мэри набрала добавочный трехзначный номер.


Пошел вызов, и после пары гудков грубый голос ответил:


– Алло?


Рэй произнес это в форме удивленного вопроса, как будто сама мысль, что ему в такой день, день вторжения, может кто-то позвонить, была абсурдной. В принципе, он прав.


– Рэй? – сказал я и сердце бешено заколотилось в груди.


– Кто это? – спросил он и в его голосе сквозило нетерпение.


– Рэй, ты меня не знаешь, пока не знаешь, но… – Не уверен, как это выразить. Эх, надо было продумать разговор до звонка. – Нам нужно с тобой встретиться. У нас тоже есть зеленые камни. Мы друзья.


Некоторое время мы слышали только его дыхание. Потом он спросил:


– Откуда мне знать, можно вам верить или нет?


– Ты не знаешь. Я Дин Паркер, рядом со мной Мэри Лафонтен. – Я произнес ее старую фамилию не задумываясь, и Мэри, похоже, не заметила этого. – Мы этот день однажды уже прожили. Мы видели, как весь мир погрузили на огромные корабли у отправили к Солнцу. Мы путешествовали вместе с тобой в Перу, там и остановили вторжение. – Тут я замолк. В горле появился комок. - Мы были как братья.


– Это типа какого-то розыгрыша, что ли? Я не знаю никаких Дина и Мэри. Почему вы думаете, что можешь просто так позвонить мне и нести всякую ахинею?


– Это кажется безумием, но ты сам знаешь, что это правда. Кейт знала об этом, так ведь?


Теперь он разозлился.


– Никогда не произноси этого имени! Ты меня слышишь? Такие, как ты, не должны так о ней отзываться!


Я даже отшатнулся от выплеснутой ядовитости, но попытался взглянуть на этот звонок с его точки зрения.


– Кейт знала мою жену, Рэй. Она была на моей свадьбе. Джанин Паркер. – Подождал, пока до него дойдет, и когда он заговорил, злость в голосе исчезла.


– Извини за резкий тон. – На этот раз его голос звучал сдавлено. – Что происходит, Дин?


– Встретимся на семьдесят шестой, Рэй. Тебе нужно отправляться прямо сейчас. У нас мало времени. Они заберут всех меньше чем через шесть часов. – Я старался говорить уверенно.


– Я ведь не могу просто так сорваться с места.


– Ты должен, Рэй. Поверь. Иначе потом об этом пожалеешь. Сделай это ради Кейт. – Я возненавидел себя за то, что пришлось использовать это имя в качестве приманки.


– Я еду прямо сейчас, – наконец, сказал он. – Джип уже заведен. Скажи мне одну вещь, Дин. Если вы, как ты говоришь, уже прошли через все это, скажи, у нас все будет хорошо? Мы выживем?


– Выживем. Люди выживут, Рэй, – встряла Мэри. Рассказав ему о его неминуемой гибели, мы ничем ему не поможем, хотя в этой реальности такой исход уже маловероятен. Мы уже начали изменять ее. Это мой шанс вернуть то, что я ношу с собой уже много лет.


– Хорошо. У меня есть твой номер. Будем поддерживать связь. – И, прежде чем закончить разговор, он добавил: – Дин, Мэри… спасибо за звонок. До этого момента я чувствовал себя одиноким.


Я почувствовал, что его намерения уже изменились. Испуганный человек, который сделал то, что, по его мнению, должен был сделать, чтобы спасти семью, изменил точку зрения на ситуацию. Теперь он знал, что человечество выживет и сможет сосредоточиться на помощи правильно стороне.


– Может, достаточно уже этого? – спросила Мэри, когда связь прервалась.


– Мне нужно его увидеть, – покачал головой я.


Мэри слегка улыбнулась.


– Что еще мы должны сделать? У нас есть несколько часов, прежде чем позволим Краски телепортировать нас на свои корабли.


Глава двадцадцать пятая


Небо по прежнему было заволочено тучами, где-то сверкали молнии, вдалеке грохотал гром. Радио в машине мы выключили, Мэри вывела на экран своего сотового карту, чтобы найти наименее загруженные участки пригородных магистралей. Можно сказать, мы добились некоторого успеха, преодолев половину пути, когда часы показали половину шестого. Джеймс вылетел из моей гостиной в семь, так что на встречу и разговор с Рэем у нас оставалось полтора часа.


В конце концов встали на стоянке грузовиков на семьдесят втором шоссе, куда доехали по объездной дороге. Я порадовался нашей удаче, увидев огромное количество медленно движущихся по шоссе машин. Рэй прислушался к нашему совету и тоже ехал второстепенными и объездными дорогами. В последнем сообщении говорилось, что он уже всего в нескольких минутах езды от нас.


Я вылез из машины, увидел выключенную табличку «Открыто» на заправке. Воспользовавшись моментом, посетил туалет, тот оказался незаперт. Свет там тоже был выключен. Подпер дверь, используя деревяшку, нашедшуюся тут же, зашел внутрь. Тут же увидел более молодого себя в зеркале. Да, в этот день я был моложе, но и, если вспомнить о том этапе жизни, грустнее.


Тогда я был одинок и подавлен. Проводил свои дни в одиночестве, разбираясь с финансами других людей и деловыми квитанциями. Я никогда по-настоящему не понимал, что значит жить, пока не наступил этот день. Когда встретил Рэя, потом Мэри, Магнуса с Натальей. Их жизнелюбие и авантюрная натура увлекли меня так далеко от моей скорлупы, что даже сложно вспомнить то время, когда я эту самую скорлупу носил, как защитный плащ.


Очень захотелось поменять вот это отражение на то, которым обладаю на самом деле, с седыми волосами, морщинами. На настоящего меня, кем я был вынужден стать и кем мне нравилось быть. Раньше я скрывал свои страхи за шутками, теперь шутил, потому что был радостным.


– Дин, он приехал, – крикнула Мэри от грузовика.


Вытерев руки бумажным полотенцем, я вышел на улицу. Увидел, как к грузовику подъезжает джип. Из него вылез Рэй и скептическим взглядом осмотрел нас. У меня же при его виде навернулись слезы. Когда я видел его последний раз, он говорил мне, какой я хороший друг, а в это время из него текла кровь. Не обращая внимания на то, что он там о нас думает, я подошел к нему и от души обнял.


– Ух ты, приятель! – воскликнул Рэй. Похоже, он решил, что я спятил. – Я и не знал, что мы такие друзья. – Он слегка и осторожно обнял меня в ответ. Это меня слегка расстроило. Наконец, я отступил на шаг, вытер выступившие в уголках глаз слезы. Подошла Мэри и тоже обняла его.


– Ну и что все это означает? – спросил он. Одет в черную толстовку «Стилерс» с капюшоном. Я чуть было не рассмеялся, настолько он был в этот момент тем самым Рэем.


– Давай поговорим. – Я кивнул в сторону заправки, там стояло несколько столиков, мы заняли один из них. Рэй уселся на одной стороне, мы с Мэри напротив. – Все сложно, Рэй. Мы здесь ненадолго. Даже не уверены, реально все это или плод воображения давно вымершей расы. В любом случае, мне нужно было тебя увидеть.


– Что именно с нами происходит?


Я посмотрел на телефон. У нас было чуть больше часа до того, как Краски заберут нас. На шее до сих пор висел кулон, но я тут же снял его и положил перед собой. Рэй удивленно приподнял бровь, но ничего не сказал. Мэри сняла цепочку с кольцом и положила ее рядом с кулоном, улыбнулась, бросив нервный взгляд в мою сторону.


– Это долгая история и рассказывать о ней нелегко, – сказал я. Рэй махнул ладонью универсальным жестом, мол, приступай, не теряй времени.


Я рассказал ему все. О том, как к нему пришли, попытавшись убедить, что прибор должен быть выключен. На другой чаше весов была безопасность его семьи. Рэй при этом отвел взгляд и я подумал, что к нему уже приходили. Да, наверняка.


Дождь на улице перестал полоскать, превратившись в мелкий моросящий. Солнце выглянуло из-за туч, высокие деревья отбросили тени на парковку.


– Слишком много для восприятия. Что мне делать с этими новыми знаниями? Вы пойдете со мной? Я вообще настоящий? В смысле, вот эта версия меня, она настоящая? – Рассказ Рэй воспринял хорошо. Лучше, чем я ожидал.


– Мы не знаем, – ответила Мэри.


Все это время, пока я рассказывал, она была довольно молчалива, только изредка вставляла комментарии, как это происходило с ее точки зрения. Последний этап нашего путешествия к Мачу Пикчу Рэй и Мэри провели на пару, меня там не было. В это время я как раз знакомился с Магнусом и Натальей после того, как пытался отвлечь корабль пришельцев от остальных.


– И вы позволите им забрать себя к ним на корабль? – спросил Рэй кивнув в сторону украшений с зелеными камнями.


– Предполагается, что в этот день нам необходимо столкнуться с нашим самым большим страхом. Судя по всему, наш самый большой страх – это победа Краски. У нас нет другого выбора. – В общем-то я понимал, что на самом деле мы с Мэри лежим в креслах, похожих на кресло дантиста, где-то далеко отсюда, но от мысли, что вот-вот мы окажемся в тесном корабле среди миллиардов других людей, у меня начало скручивать живот.


– Что ж. – Рэй пожал плечами. – Я же собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы остановить вторжение, если в моей версии реальности есть хоть что-то реальное. Это я вам обещаю. И мне жаль, что все так произошло. – Он снова отвел глаза. Я хотел сказать, что все нормально, потому что мы, в конце концов, победили. Рэй оказался одной из многих жертв События, и с тех пор я скучаю по нему каждый день.


– Пора. – Мэри встала, вышла наружу и устремила взгляд на улицу, наблюдая, как сумерки сменяют облачный день.


Мы с Рэем последовали за ней. Даже в воздухе что-то изменилось, в нем струился электрический ток, посылая дрожь по всему телу.


– Рэй, я должен тебе кое-что сказать. Я впрямь скучал по тебе все это время. Уверен, будь все хоть чуть по другому, мы стали бы близкими друзьями на всю жизнь. Если эта реальность хоть немного настоящая, я верю, ты сможешь остановить вторжение. Помни, что я тебе рассказал. Теперь ты знаешь, кому и чему ты можно доверять.


Ладони вспотели только от одной мысли о том, что меня вот-вот начнет затягивать наверх зеленый луч.


В первый раз, когда из дома начало уносить Джеймса, зеленый луч оттолкнул меня, как только я попытался ухватить приятеля за ноги. На этот раз рядом со мной была Мэри, любовь всей моей жизни. Она посмотрела на меня, грустно улыбнулась и обняла Рэя. Потом обнял его и я. Он только похлопал меня по спине.


– Похоже, вы славные ребята, Дин. Увидимся на той стороне. – Он отошел на пару шагов.


Мы все промокли под дождем, но никто, кажется, этого не замечал. Время пришло.


Неподалеку ударила молния, раскат грома прокатился по шоссе. Раздавались сердитые гудки автомобилей, пытаясь пробиться в плотном потоке машин, но с минуты на минуту это уже не будет иметь значения.


Рэй продолжал отходить, наблюдая за нами в ожидании большого шоу. И не разочаровался. Зеленые лучи упали на землю как раз в тот момент, когда еще одна молния прочертила дугу в темнеющем небе. Сердце бешено забилось в груди, я схватил Мэри за руку и притянул к себе, прижимая. Мы оба насквозь промокли, она дрожала. Не уверен, от холода или от страха.


Наши тела тесно прижались друг у другу.


– Мы почти добрались до них. До Теос. – Мэри произнесла название их расы с благоговением, мне же захотелось проклясть их за то, что они заставили нас пережить этот день заново. Вместо этого я улыбнулся и поцеловал ее. В этот момент лучи пришельцев нашли нас и оторвали от земли.


Я чуть отстранился от Мэри, чтобы увидеть, как тысячи тонких лучей зеленого света, как булавочные иголки, каскадом падают на дорогу и окрестности, как тысячи людей поднимаются в воздух и устремляются к небу. Чем выше поднимались, тем больше лучей становилось видно. В конце концов направление полета изменилось, мы полетели почти горизонтально земле в направлении одного из гигантских транспортных судов. Это было отвратительно и прекрасно одновременно. Мэри крепко держалась за меня, так что страх прошел. Я поднял взгляд, увидел над нами огромный куб. С этой точки обзора транспортный корабль Краски казался еще более устрашающим.


Я слышал крики тысяч людей, которых, как и нас, тянуло к судну. Ужас был ощутим.


Нас тащило к дну корабля, но прежде, чем успели влететь в борт, зеленый свет сменился белым сиянием. Я ожидал, что очнусь в кресле, в пещере маленького островка посреди безбрежного океана. Вместо этого меня встретило настоящее столпотворение.


– Дин! – крикнула Мэри, когда сотни людей внезапно оказались в темном тесном помещении рядом с нами. Ее оттеснили от меня, но я быстро протиснулся к ней, схватил ее за протянутую ладонь и притянул к себе.


Так и держал ее около себя, пока незнакомые люди паниковали, кричали и плакали. Вот зачем мы оказались здесь: чтобы увидеть Событие с другой стороны. Нас не было на кораблях в первые дни, когда Краски схватили всех землян, и вот теперь мы стали свидетелями всего происходящего. Я пытался отвлечься от ужаса, творящегося передо мной, но, хоть и знал, что по настоящему нас тут нет, не смог этого сделать. Сердце бешено колотилось, когда сквозь пол, стены и потолок в помещении появлялись люди, еще и еще. Каждый раз при белой вспышке, в помещении появлялась очередная партия людей.


– Что происходит? – спросил мужчина рядом со мной. Он был голым, мыльная пена все еще прилипала к мокрым волосам.


Заплакал ребенок, я увидел, что его держит на руках отец, аж с сердца отлегло. Было множество историй, когда младенцы оказывались на кораблях вдали от родителей. Этому повезло. На мгновение задумался, а повезло ли? Может, мужчина ему вовсе не отец.


– С вами все будет в порядке, – спокойным голосом сказал я. Не уверен, что в этакой какофонии, царившей вокруг, мужчина услышал меня. Снял куртку, отдал ее голому мужчине, тот вырвал ее из рук, обернул вокруг бедер, даже спасибо не сказал.


Я читал о первых мгновениях, когда все население планеты было поднято на корабли Краски. Видел фильмы, снятые специально, слушал телеинтервью, но ничто не подготовило меня к этому ощущению. Воздух спертый, из-за этого было трудно дышать. Казалось, страх каждого здесь находящегося выходит с потом наружу и наполняет помещение.


Вместе с Мэри стал пробираться сквозь толпу. Когда, наконец, мы добрались до стены с выходом, я оказался насквозь мокрый от пота, слез и бог знает чего еще. Встали здесь и стали наблюдать за самым мрачным моментом всей земной истории.


Мы все через многое прошли, и теперь я по достоинству оценил, что на самом деле пришлось пережить тем, кто выжил.


– Отойдите от меня! – закричала женщина неподалеку, отталкивая мужчину, стоявшего рядом с ней. – Салли! Салли!


– Почему бы вам не отвалить, леди? – С другой стороны дородный мужчина пытался отобрать у пожилой женщины бутылку с водой. Женщина смотрела на него поверх очков, как учительница на непослушного ребенка.


– Отстаньте от меня и следите за манерами. – Женщина попыталась оттолкнуть мужчину, а я начал протискиваться сквозь обнимавшую пару, чтобы помочь.


Положил ладонь на потную грудь мужчины, и его удивленный взгляд убийственно пронзил меня.


– Какого черта ты лезешь? Мне нужна вода, больше чем ей. У меня больное сердце! – Он сплюнул, а я быстрым движением стер ладонью пот с лица.


– Успокойтесь! – громко сказал я. Несколько человек замерли и прислушались. В помещении воцарилась относительная тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием и всхлипыванием.


Я огляделся. На меня смотрели бесчисленные глаза, покрасневшие, испуганные.


– Все будет хорошо, – громко сказала Мэри, она уже была рядом со мной, взяв инициативу в свои руки. – Мы не знаем, что происходит, но сейчас мы оказались вместе. Сейчас мы – сообщество, и разве позволим нашей человечности разрушиться из-за них? – Она подняла вверх палец, как будто указывая на вторгшихся инопланетян. – Давайте соберем все, что у нас есть и что может оказаться полезным. Вода, еда, лекарства… – Она бросила взгляд на мужчину с ребенком. – Молоко. Соберем инструменты. Я хочу видеть добровольцев, которые разнесут информацию в другие помещения. Найдутся такие?


Худая, как жердь, девушка подняла руку. Одета она в укороченные джинсовые шорты и футболку с изображением какой-то рок-группы.


– Какие еще помещения?


Мэри не сразу ответила, видимо, подбирала слова так, чтобы люди не догадались, что мы знаем немного больше, чем они. Это было опасно.


– Видели, каких размеров их корабли? Нас ведь в них телепортировали.


В ответ несколько кивков и одобрительных возгласов.


– Судя по всему, на этом корабле должно быть тысячи, если не больше, таких помещений.


Со всех концов посыпались вопросы. Ну, люди, хотя бы, сосредоточились и начали работать сообща, а не каждый сам за себя. «Что они собираются с нами делать?», «Мы умерли?», «Что мы можем сделать?», и, наконец:


– Чем я могу помочь? – Вопрос задал маленький мальчик не старше двенадцати в пижаме с эмблемой баскетбольного клуба «Севенти Сиксерс» из Филадельфии.


– Нужно найти врачей, медсестер, санитаров скорой помощи, всех, кто может помочь больным и раненым. Сейчас нам нужно работать, как одна команда, – сказал я. Тут же из толпы показалась невысокая женщина в медицинском халате, она сказала, что работает медсестрой в доме престарелых.


Помещение было тускло освещено и имело точно такую же планировку, как то, где оказались мы с Магнусом в первый раз, когда останавливали корабли, несущиеся к Солнцу.


Люди начали самоорганизовываться, кто-то отправлялся в другие помещения, передавая им нашу задумку.


Мы пробыли в корабле недолго, но затхлый запах страха почти выветрился. Люди отвлеклись, у них появилась цель.


Интересно, сколько из них сейчас живет на Нью-Сперо? Пересекался ли я когда-нибудь хоть с кем-то из них.


Мне нравилось, как Мэри управлялась с этой обезумевшей от горя толпой, лучше, кстати, чем получилось бы у меня. Прежде, чем задумался, как долго нам предстоит пробыть здесь, по венам хлынула энергия, в сознании замерцал силуэт тени, а потом я исчез с корабля Краски.


Открыл глаза, прищурился, защищая их от яркого света, но света как раз таки и не было, только тускло освещенная пещера с приближающейся расплывчатой фигурой. Поднял руки, защищаясь и моргнул, когда силуэт вдруг обрел четкие очертания.


– Слейт? – удивился я. Я все еще лежал, вдруг затылок пронзило адской болью, так что я вскрикнул. Это провод вышел из головы. Я тут же сел, ладонь потянулась к больному месту. Слейт похлопал меня по спине, что-то успокаивающе сказал, но я не расслышал нм одного слова.


– Мэри!


Я посмотрел на ее неподвижное тело в кресле рядом со мной. На дрожащих ногах, спотыкаясь, подошел к ней, и тут она открыла глаза, зрачки расширились.


– Мэри, все в порядке. Мы вернулись. Провод сейчас… – Меня прервал ее вскрик. Я успел заметить, как тонкий провод, в три восьмых дюйма, исчезает в спинке кресла.


Мэри осталась лежать, но ладонь, как атакующая кобра, метнулась вперед и схватила меня за запястье.


– Я это видела.


– Что видела? Корабль? Ты это имеешь в виду? – Я постарался высвободиться из ее крепкой хватки.


Мэри покачала головой и села, свесив вниз ноги.


– Я видела их родную планету. Я знаю, как туда добраться.


А вот я не видел ничего, кроме неясного силуэта Теос.


– Подождите-ка, что, черт возьми, здесь происходит? Вас не было минут пять, – сказал Слейт.


– Где же они? – Я проигнорировал здоровяка.


– Нужно использовать камни, чтобы добраться до края галактики, ну или как можно ближе к нему. Там нас ждет корабль, на нем нужно лететь к пустому миру.


– Откуда ты это знаешь? – Я обеспокоился выражением ее взгляда. Весьма тревожный.


– Они мне все показали до того, как я пришла в себя. Их мир выглядит потрясающе. Ландшафт буквально усеян драгоценными камнями, а их самих найдем внутри кристаллической горы. Я знаю, как туда добраться. – Мэри легонько постучала себя по виску. – Все это здесь.


– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – голос Слейта превратился в низкое рычание.


Мы быстро ему объяснили все, он выслушал нас с напряженным вниманием. Описание ужаса на громадном кубическом корабле Краски вызвало у нас, всех троих, весьма неприятные ощущения.


– Тяжеловато вам там пришлось, – пробормотал впечатленный Слейт. – Ну а как нам отсюда выбираться?


Словно в ответ каменная стена с противоположной от лестницы стороны раздвинулась. За ней оказалась стандартная портальная пещера: четыре колонны с большим камнем в центре. Над ним, с помощью древней магнитной технологии, парила прозрачная столешница. Мы, втроем, вошли в открывшееся помещение. Подошвы ботинок застучали по твердому металлическому полу.


Мэри быстро оказалась у стола и начала перелистывать изображения со значками в поисках того, который ей показали в промежуток между исчезновением с корабля и приходом в себя здесь, в пещере.


– Какой нам нужен? – спросил я.


– Вот этот, – сказала она.


– Подожди. – Я еле успел закрыть иконку ладонью. – Почему бы нам сначала не вернуться домой? Перекусить, отдохнуть, принять горячий душ…


– Нам нужно идти, – убежденно сказала Мэри.


Я посмотрел на Слейта, тот хмуро смотрел на мою жену.


– Не знаю, как ты, но я согласен с Дином. Почему бы нам сначала хоть немного не отдохнуть? А потом, со свежими силами, снова в бой. – Слейт явно был на моей стороне, но это, похоже, Мэри совершенно не устраивало.


Страшный вид Мэри-зомби исчез, когда она посмотрела на меня. Сейчас ее глаза были влажными, и она одарила меня милой улыбкой.


– Мы уже через многое прошли Дин. Полет на корабле займет почти неделю. Там и отдохнем.


– А что есть будем? – возразил Слейт, перехватив вопрос прямо из моих уст.


– Мир, в который мы отправляемся, изобилует растительностью. Я знаю, что там съедобно, а что нет.


Я скептически посмотрел на жену.


– Они тебе поведали много подробностей, смотрю, за те тридцать секунд, что ты провела без сознания после меня.


Мэри кивнула.


– Дин, так или иначе, а я иду туда. Мы должны найти их. Ты же знаешь, что мы обязаны остановить раскручивание.


– Да что это за чертово раскручивание такое? Мы ж ничего об этом не знаем. Может, угроза давно миновала. Теос исчезли тысячи лет назад, а сейчас мы попросту волнуемся о пустяках.


– Оно реально, – Мэри покачала головой. – Я видела.


– Конечно, видела, – успокаивающе сказал Слейт, делая шаг вперед. Он собрался еще что-то сказать, но Мэри ткнула-таки пальцем в значок. У меня не было никакой возможности остановить ее. Пещеру залил свет, и я снова понятия не имел, где открою глаза на этот раз.


Глава двадцадцать шестая


Мы со Слейтом еле поспевали за торопливыми шагами Мэри. Та, ни слова не говоря, выскочила из помещения с порталом и шла по целому ряду коридоров, выстроенных когда-то инопланетной расой. Казалось, она знает, куда идти. Вскоре мы оказались в красочном ангаре, в нем стояло несколько космических кораблей. Мэри провела ладонью по борту одного из них.


– Наш – вот этот, – сказала она, ненадолго остановившись, чтобы оценить его. Она улыбалась.


– Именно этот? – спросил я, одобрительно хмыкнув. Гладкий, зеленого цвета, на корме большие двигатели, расположенные один за другим, а не бок о бок. Судя по миниатюрному размеру, рассчитан на небольшую команду, каковой, собственно, мы и были. Я решил отбросить все страхи и сомнения, связанные с последней частью нашей экспедиции и отдать все бразды правления Мэри.


Если все пойдет по плану, уже через неделю мы разбудим Теос. Даже Слейт улыбался, разглядывая маленький корабль.


– Уверена, что этот мир пуст? Куда они подевались?


– Мне этого не сказали. Мне сказали, что тут нас будет ждать корабль. – Мэри развернулась и открыла дверь из ангара, ведущую наружу. Меня тут же обдало жаром, я мгновенно вспотел, но включились встроенные в скафандр регуляторы температуры и вскоре я охладился до приемлемого уровня.


Вышел из ангара, ступил на густую зеленую траву. Повсюду, куда ни кинь взгляд, растут кусты, деревья. Здания, возведенные поблизости, покрыты зеленым мхом, некоторые разрушены почти до основания, изнутри их растут деревья с уже толстыми стволами. Вспомнился мир, где впервые встретились с Сумой, подумал, сколько же сейчас пустует некогда развитых миров. Куда подевались их жители? Болезни? Войны?


Пришлось немного пробежаться, чтобы поспеть за Мэри.


В ярко-голубом небе висели две крупные звезды. Я посмотрел в противоположную сторону, увидел бледный полумесяц над горизонтом.


– Сюда, – сказала Мэри и подошла к статуе футом в двадцать высотой, наполовину вросшую в землю статую. Сделана в виде существа с несколькими конечностями, короткими ногами и головой лишь вдвое меньше туловища. Левая его часть лежала на земле в виде обломков. От созерцания этой странной статуи меня отвлек зов Мэри.


Прошли по улице с трехэтажными зданиями из металла, потом вошли в рощицу. Темные, тяжелые плоды отягощали ветви деревьев, Мэри сорвала несколько из них.


– Мы точно знаем, что они съедобны? – Слейт подцепил один из плодов и тот со звоном упал на землю. Похоже, спелых плодов тут уйма.


– Мне сказали, что да. – Мэри взялась за маску и сняла ее с лица, глубоко вдохнула, посмотрела на меня и улыбнулась. – Воздух отличный, не волнуйтесь.


– Черт возьми, Мэри, когда ты научишься быть осторожной? Откуда ты знаешь их мотивы? Тысячу лет назад все здесь могло быть прекрасным, но за это время многое могло измениться, особенно, если она не заселена. – Мне было неприятно видеть, как она, не подумав, делает поспешные выводы. На нее совсем не похоже.


– Мир, предоставленные растениям – самый безопасный. Снимайте маски, поешьте чего-нибудь, у всех нас уже давно во рту даже маковой росинки не было. – С этими словами она сорвала с ветки фрукт размером с кулак, понюхала его, вытерла о скафандр и откусила. Темную кожицу выплюнула, а вот в мякоть впилась с удовольствием. Я даже не пытался отговорить ее от этого. В животе заурчало, напоминая, что отвратительная яичница в той закусочной, была, все же, ненастоящей.


Маска легко соскользнула с лица, стоило только дотронуться до нее. Я глубоко вдохнул. Это было потрясающе. Сочные тропические запахи вызвали у меня чувство эйфории, я потянулся за ближайшим спелым фруктом. Слейт тоже снял маску. Мэри засмеялась, схватила еще один плод и вскоре мы уже сидели среди деревьев, наслаждаясь местным деликатесом.


Мэри знала, какие брать не стоило, а какие съедобны. Казалось, Теос загрузили в ее мозг кучу информации, пока она была подключена к креслу в той пещере. Интересно, что еще они туда внедрили? Она по-прежнему выглядела как Мэри, но что-то было не так. Теперь придется за ней внимательно следить.


– Что-то не так, Дин? – она заметила, что я на нее смотрю. По подбородку течет сок, так что вместо ответа я просто вытер его с ее подбородка.


– Ничего, – ответил я и обратился к здоровяку: – Слейт, ты как? Наелся?


Он разлегся и уставился на небо.


– Как тут здорово, – сказал он.


– Правда? – спросила Мэри.


– Ну да. Вот я, лежу на спине, смотрю на облака. Уже и не помню, когда последний раз вот так смотрел наслаждался свежим воздухом. Приятно поесть и расслабиться, не ожидать сюрпризов.


– У нас не так много времени. – Мэри поднялась. – Наслаждайся, пока можешь.


– Подожди, – запротестовал я. – Может, сделаем небольшой перерыв? Разве Теос куда-то исчезнут? – Если я прав, то вряд ли их взволнует, появись мы на денек позже.


Мэри хмуро посмотрела на меня, но через мгновение хмурый взгляд дрогнул и пропал.


– Ты прав. У нас есть еда, и корабль с койками. Давайте соберем еды и посмотрим, удастся ли завести эту штуку.


– Подходит, – сказал Слейт, даже не собираясь вставать. Вместо этого он сорвал былинку, сунул в рот.


Я с неохотой поднялся, стряхнул со скафандра остатки трапезы. Подошла Мэри и чмокнула меня в щеку, только после этого кинула быстрый взгляд на Слейта, который изо всех сил старался нас не замечать.


Я утащил Мэри за собой, завел за дерево, скрываясь от здоровяка и впился в ее губы, теплые, сладкие и слегка липкие.


– За что это? – спросила она, прежде чем снова впиться в меня поцелуем, на этот раз он продолжался дольше.


К очередному перерыву я собрался с мыслями и ответил:


– За то, что решаешь мои проблемы. За то, что завела нас так далеко, и за то, что ты потрясающий человек. Без твоей энергии и сосредоточенности мы до сюда не добрались бы.


Ее глаза наполнились слезами, чего я никак не ожидал.


– Дин, ты лучший. Не могу дождаться, когда найдем, наконец, этих Теос, подтвердим, что ты Истинный. И ты спасешь вселенную от этой проклятой угрозы.


Ее слова напомнили мне, зачем мы здесь на самом деле. Большую часть этого квеста я воспринимал как игру, но если галактика и впрямь окажется под угрозой, мне придется ее спасать, а я не уверен, что захочу взваливать такой груз на свои плечи. Конечно, сделаю то, что должен, но эта идея мне совершенно не нравилась.


– Босс, вы там наигрались уже в поцелуйчики? – Слейт с каждым днем все больше вылезал из своего панциря, но, похоже, вряд ли когда прекратит называть меня боссом.


– Зик Кэмпбел, однажды ты сам получишь статус жениха, у тебя появится подружка, и ты сможешь ее хоть зацеловать. – Мэри сорвала ярко-красную ягоду с ближайшего куста и бросила ее в здоровяка. Тот легко увернулся.


– Сначала доставь меня домой. Тогда я подумаю о свидании с Дениз, если она к этому времени во мне не разочаруется. – Он пнул ближайший камешек, из-за чего стал похож на подростка-переростка.


– Как она сможет устоять перед таким здоровяком? – притворно удивилась Мэри.


– Ну да, ну да. Давайте уже соберем еды и осмотрим наш новый дом на несколько дней, – проворчал Слейт, меняя тему.


***


Мэри легонько потрясла меня за плечо. Я протестующе застонал, приоткрыл глаза и перевернулся на другой бок.


– Давай еще поспим немного.


– Мы и так проспали девять часов. Пора отправляться.


Каюта была тесной. Две койки расположились по обе ее стороны, одна досталась нам с Мэри, и мы смогли выспаться, даже в подобных условиях. Слейт разлегся лицом вниз на соседней койке и посапывал, свесив босые пятки с края. Какая бы раса ни обитала на этой планете, судя по кораблю, она были не очень высокой. Слейт накануне пару раз ударился о низкие дверные проемы, так что ходил после этого в постоянном напряжении. Предстоящая неделя на борту этого корабля выйдет у него весьма мрачной.


– Уверена, что справишься с этой штукой? – снова спросил я у Мэри. Вчера перед сном она сказала мне «да», но я хотел, чтобы она подтвердила свою уверенность.


– Дин. – Она положила мне на грудь ладонь. – У нас все будет хорошо. Они уже близко.


– Ну раз ты так говоришь… Когда отправляемся?


– Сейчас самое подходящее время.


Она уже успела облачиться в комбинезон, который мы постоянно носили под скафандром. Я с кряхтением сел, взял свой, надел, и только потом принялся будить Слейта. Он что-то буркнул, махнул рукой, чуть меня не задев, но, когда я вышел в коридор, услышал, что он поднялся.


На борту все было миниатюрным. Потолки низкие настолько, что волосы касались их, а стены коридора настолько узкие, что даже мне приходилось преодолевать его чуть боком.


Мэри отрегулировала состав воздуха до нужного нам и, разобравшись, наконец, со сложным механизмом душевой, мы устроились. Кроме спальных кают и душевой на корабле были только коридор и мостик. Никаких лишних помещений. Но нашли что-то вроде холодильника в задней части корабля, и именно туда сложили фрукты, ягоды и орехи, собранные в пышно цветущем мире, который собирались вот-вот покинуть.


– Когда-нибудь нам стоит сюда вернуться, на каникулы. То немногое, что мы увидели, выглядит потрясающе. Наталья с детьми, думаю, с удовольствием порезвится на здешних холмах, – сказал я. Интересно, когда Нат придет срок рожать? Удивительно, чего стоило Магнусу удержаться от путешествия с нами. Но вот когда мы вернемся, он обязательно расспросит меня о каждой мелочи. Он предупредил, что будет переживать все мои приключения, как свои, хоть и косвенно.


Надеюсь, когда-нибудь мне тоже удастся вот так вот пережить косвенно чьи-нибудь приключения.


– Двигатели завелись.


Гудящая вибрация сотрясла кораблик. Ангар был открыт сверху. Тоже вопрос: там всегда открыто, или потолка тут вообще никогда не было. Судя по виду помещения, покидали его в спешке.


Мостик был маленьким, как и все остальное. Перед пультом управления привинчена обычная скамья из белого пластика. Усевшись на нее, Мэри начала стукать по кнопкам пульта управления, как профи.


– Как много информации они влили в твою голову? – спросил я, встав у нее за спиной.


Мэри пожала плечами.


– Думаю, все, что нужно было знать. – Она провела пальцем по пульту управления снизу вверх, желтая полоска света повторила ее движение. Корабль медленно поднялся в воздух.


Мэри снова нажала что-то на консоли, появился обзорный экран, не больше моего старого телевизора с плоским экраном, но он позволил нам увидеть, что происходит за пределами корабля. На судне не было иллюминаторов, только камеры, позволяющие увидеть окружающую обстановку. Мэри утверждала, что даже в этом не было необходимости. Я поверил ей на слово.


Неуклюже поднялся на мостик Слейт, встал рядом, закинул в рот орешек и протянул ладонь мне, в которой лежала еще горсть. Я покачал головой, наблюдая, как корабль с нами на борту поднимается в небо. Зеленый пейзаж простирался на многие мили. Холмы вздымались и опадали, как волны огромного океана.


– Готовы? – спросила Мэри, когда корабль, содрогнувшись, вышел из атмосферы в темноты открытого космоса.


– Готовы.


Нас ждали Теос.


Глава двадцадцать седьмая


Полет, как и ожидалось, прошел без происшествий. По моим меркам получалось что хорошо.


– Прибыли. – Дрожь в голосе Мэри подсказала, что она нервничает. Всю эту неделю нам не оставалось ничего больше, как только рассуждать, что обнаружим, когда прилетим. И, как ни старались не поднимать эту тему, все разговоры всегда именно этим и заканчивались.


Теос ничего не рассказали Мэри о своем доме, только выдали образ хрустальной горы, чтобы мы знали, что искать.


Она выключила сверхсветовой двигатель и, когда корабль замедлился до внутрисистемной скорости, звезды превратились в неподвижные точки в космосе. Перед нами висела планета, маня подлететь ближе и посмотреть на нее.


Отсюда она выглядела ледяной планетой, примерно такой же, как та, на которой мы обнаружили артефакт. Но чем ближе подлетали к ней, тем больше убеждались, что это не так. Вокруг планеты вращался маленький серый спутник, являя собой разительный контраст между скучностью и красотой.


– Держитесь, – предупредила Мэри, когда корабль вошел в атмосферу. Гравитация на нас действовала по полной программе, но корабельные инерционные амортизаторы превращали ее всего лишь в легкую тряску.


– Ух ты, – выдохнул Слейт, стоявший рядом, и я был вынужден с ним согласиться.


Местность выглядела красочной, как витрина в магазине камней и самоцветов на Мэдисон-авеню – туда пару раз водила меня Джанин. Я даже сейчас помню выражение ее лица, как она с вожделением смотрела на дорогие камешки. Но каждый раз мы уходили оттуда с пустыми руками.


Мэри снижала корабль, ведя его к покрытому оранжевыми камнями участку земли. Когда подлетели ближе, я рассмотрел отдельные горы, состоящие из сверкающих камней. Между холмами, тоже из драгоценных камней, текла широкая река, а когда оказались рядом с ними, то в полной мере осознали, насколько велики эти горы.


– Удивительно. – Мэри еще снизила скорость и повела корабль ниже, стараясь держаться подальше от выступающих пиков и склонов.


– Такое ощущение, что мы уменьшились и я сейчас смотрю на экспонат в музее кристаллов, – сказал я.


– Может, посадим корабль и осмотримся? – предложил Слейт.


– Нам не сюда, – Мэри, сидевшая на месте пилота, яростно покачала головой. – На картинке, которую мне показали, кристаллы были синими. Светло-синими. Нужно найти этот участок.


– Должно быть не слишком сложно. Цвета можно различить и с десяти тысяч футов. – Я положил ладонь на ее плечо, Мэри оглянулась и широко улыбнулась.


– Так и сделаем, Дин. – Корабль начал набирать высоту, направляясь к огромным оранжевым хребтам.


С этого ракурса местное солнце излучало ослепительный белый свет, а лимонно-зеленые кристаллы внизу, на поверхности планеты, танцевали разнообразием света и красок. Мы не спеша летели, не выходя из атмосферы, проплывая мимо различных ландшафтов. Каждый цвет представлял собой область с отличными от других типами кристаллов и их расположением. Некоторые были приземистыми, жались к земле, видно что весьма массивные структуры. Другие, вроде белых кристаллов, поднимались высоко в небо, их верхушки были тонкими и длинными, напоминая ветви деревьев осенью, после того, как скинут листву.


Мы пролетели достаточно большое расстояние, но за один раз смогли увидеть не так уж и много.


Прошел час, пошел к закату второй, но никаких признаков синей области, которую, по словам Мэри, нам и предстояло найти, все никак не было.


– А что, если ее тут нет? – спросила она таким тоном, что я понял, прежний энтузиазм из нее выветривается ударными темпами.


Я наблюдал за проплывающей под нами кроваво-красной горой, пока корабль мчался по уже сумеречному небу. От затылка и до кончиков пальцев пробежался холодок, настолько близко от вершины мы пролетели. Я закрыл глаза и увидел тень Теос, как в тот первый раз, когда она заговорила со мной наедине, в виртуальной версии острова, где недавно были.


Ведь я был Истиным. И мне предстояло помочь Теос остановить раскручивание. Спина выпрямилась, все сомнения и тревоги последних дней улетучились из головы, как змея сбрасывает кожу. Сегодняшний я совершенно другой, в отличии от прежней версии себя. Эта версия была слабой, постоянно озабоченной тем, что принесет будущее, и никогда не живущей настоящим, где жизнь на самом деле кипит.


Буквально на глазах красные кристаллы становились темно-фиолетовыми, а потом светло-фиолетовыми. Их формы и оттенки напомнили мне о кубиках желе.


Вспомнились последние несколько лет. Все, что мы сделали, все, что сделал я. Почему до сих пор у меня в голове стоит блок? Если необходимо, я и вселенную спасу. Мэри, кажется, почувствовала во мне перемену, спина выпрямилась.


– Это здесь, – сказал я после долгого молчания. Слова прозвучали слишком громко, Слейт аж поднял голову, словно я его вывел из какого-то оцепенения. – Это здесь. – Слова сами собой сорвались с губ.


– Как думаешь, на что они похожи? – спросил Слейт.


– Хороший вопрос, – ответила Мэри. – Я не знаю.


– Наверное, какая-нибудь разновидность того теневого силуэта, что появлялся из артефактов, – предположил я.


– Не обязательно, – после небольшой паузы сказал Слейт. – Может, они просто использовали форму, которую мы смогли бы понять и распознать, чтобы чувствовать себя не так напряженно.


По телу снова пробежал холодок, не очень приятный. Присутствие, которое я заметил, когда в первый раз увидел тень в хранилище Сарлуна, исходящего из куба, который мы ему принесли. Оно исчезло так быстро, что я не придал этому значения. Я тогда был озабочен немного другими вещами.


– Может, ты и прав, – сказала Мэри. – Когда тень Теос показывала мне корабль и рассказывала, как добраться до планеты, она выглядела так же, как и прошлые фигуры из тени.


– В любом случае, мы скоро все узнаем, – сказал я, чувствуя, как бешено заколотилось сердце.


Мэри оглянулась и, проследив за моим указующим пальцем, посмотрела на обзорный экран. Наконец, она увидела, что за пару мгновений до этого увидел я: светло-голубой кристаллический рай.


Мэри тут же уткнулась в пульт управления, сбросила тягу на двигатели и скорректировала курс, чтобы корабль полетел к нужному месту.


– Вот и все. – Ее слова прозвучали не более чем прерывистым вздохом.


Я чуть сдвинулся в сторону, чтобы и Слейт все видел. Это было не похоже ни на что, что я когда-либо видел. Голубые кристаллы слились вместе, образовав гору в виде пирамиды. Она была такой высокой, что ее вершину закрывали облака. Слева от пирамиды раскинулось огромное озеро, в нем отражались впечатляющие цвета, когда последние лучи местного солнца пробегали по пейзажу.


– А это что такое? – спросил я, ткнув пальцем в экран.


– Где? – спросила Мэри.


– Да вот, перед горой.


Она нажала пару кнопок, картинка на обзорном экране увеличилась.


– Вот же. – Я снова ткнул пальцем в экран.


Следуя повелению Мэри, картинка чуть сдвинулась, и мы увидели ту самую фигуру, которую я мельком заметил.


– Вот же ж, – прошептал Слейт. – Это же их символ.


Это бы тот же самый символ, который мы видели на ледяной планете, тот же самый символ, который видели на нижней грани артефакта, вынесенного оттуда. Тот же самый символ, в который превратилась космическая станция, когда мы ее собрали воедино. Символ Теос. Казалось, он вырезан в кристалле, покрывающем землю, а образовавшуюся яму заполнила вода, из-за чего и выделялась из окружающего пейзажа.


– Снижаемся, – сказала Мэри, уменьшила масштаб картинки и через некоторое время посадила корабль недалеко от горы. Что делать дальше мы не знали, но, скорее всего, для начала стоило бы осмотреть символ.


– Уверена, что здешним воздухом можно дышать? – спросил я, хотя до этого Мэри, пока мы летели сюда, столько раз заверяла, что да, можем, что я давно сбился со счета.


Она кивнула в ответ, не тратя слова впустую. Корабль, когда коснулся земли, слегка накренился.


– Извините. Я просто радуюсь, что, наконец, попала сюда.


Слейт уже вытаскивал импульсную винтовку.


– Отличная идея, – сказал я.


Мы облачились в подаренные Теос скафандры, только шлемы оставили. Ткань плотно прилегала к телу, после недельного пребывания только в эластичном комбинезоне это было слегка непривычно. Ну, в любом случае мы будем в тепле и под защитой.


Я взял вторую импульсную винтовку, Мэри вооружилась луком, и только тогда мы отправились к выходу с корабля. Мэри сошла с трапа первой. Ее быстрые шаги сопровождали более осторожные шаги Слейта, спускавшегося по металлическим решетчатым ступеням. Я последним осторожно сошел со ступеньки на голубую кристаллическую поверхность.


Воздух был свежим. Учитывая, что нигде вокруг не видно никакой растительности, это было удивительно.


– Как думаете, как глубоко вросли кристаллы? – спросил я.


– До самого ядра, – сказала Мэри. Она стояла чуть в стороне от нас со Слейтом, ее взгляд был прикован к огромному выступу примерно в миле от нас.


– Там, где есть вода, есть и жизнь, – сказал Слейт, очень удачно использовав старую мудрость. Но была ли эта жизнь Теос?


– Идем. Уже темнеет, а мы не знаем, что нас ждет в темноте.


Мэри раздала нам круглые, плоские фонарики, мы их прикрепили к воротникам. Фонарики Мэри нашла на корабле, мы его за неделю обшарили вдоль и поперек. Мой зажегся сразу, как только я его прикрепил. Слейт включил свой и тут же отрегулировал луч на более узкий и сфокусированный.


– Готово, – сказал он и снял с плеча импульсную винтовку.


Мы стояли на утесе, перед нами возвышалась гора, а у ее подножия виднелся символ Теос. Наличие утеса заставило нас двигаться только в одном направлении. Кристаллическая поверхность была твердой и гораздо менее скользкой, чем я себе представлял Но вот если пойдет дождь, ходить тут будет попросту невозможно.


– Смотрите под ноги, – предупредил Слейт. – Повсюду разбросаны мелкие камни.


По мере того, как все сильнее темнело, разглядеть их становилось все труднее. Я старался не смотреть по сторонам, сосредоточившись на тропе перед собой.


Мэри поскользнулась первой, но Слейт успел подхватить ее прежде, чем она упала, при этом что-то проворчав.


– Спасибо, Зик, – сказала Мэри.


Пологий склон скоро закончился, мы оказались у подножия кристаллической горы.


– Несколько минут, и мы у символа. – Слейт оперся рукой на кристаллическую стену, но тут с другой стороны что-то шевельнулось, показавшись тенью сквозь густую светло-голубую субстанцию. Он отдернул руку и мы, все втроем, направили на это место лучи фонариков.


В ответ на нас уставилась дюжина широко раскрытых глаз, каждый размером в чайное блюдце.


Глава двадцадцать восьмая


Мы со Слейтом отскочили, направили на кристалл дула импульсных винтовок, готовые стрелять в любую секунду. Мимо нас прошла Мэри, обогнула камень, он оказался всего в три фута. Когда она зашла за него, мы увидели, что ее фигура занимает всю поверхность плоского кристалла. Он действовал как увеличительное стекло.


– Какой милый, – донеслось оттуда.


Я опустил дуло винтовки и последовал за Слейтом на ту сторону. Там Мэри уже присела и мило ворковала над существом размером с ладонь. А его глаза оказались размером всего в десятицентовик, ну и сам он напоминал помесь геккона и котенка. Кристалл ведь не прям плоский-плоский, а потому на нас на той стороне смотрели отражения одного и того же оригинала.


– Думаю, оружие нам тут не понадобится, – сказала Мэри, в упор смотря на винтовку в моих руках, дуло которой было направлено на маленького зверька.


– Это уже мне решать, – сказал я, не убирая винтовки.


– Думаешь, этот карапуз способен причинить нам вред? – подняла бровь Мэри. Она сидела на корточках прямо перед зверюшкой, тот с недоумением смотрел на Мэри. У него не хватало здравого смысла испугаться.


– А если это и есть Теос? – с легкой усмешкой спросил Слейт.


– Хотя я в этом сильно сомневаюсь но откуда нам знать? – Я присел перед зверюшкой и воркующим голосом, прямо как у Мэри, спросил: – Ты Теос?


Мэри легонько ткнула меня локтем в бок. Зверек резво сорвался с места и рванул в сторону.


– Видишь? Ты его испугал, – сказал Слейт.


– Пошли за ним. – Мэри поднялась и почти побежала за маленьким зверьком, то улепетывало во все четыре, пусть и маленькие, ноги. Его кожа не была покрыта ни шерстью, ни чешуей, скорее напоминала серую шкуру броненосца.


– Мэри, подожди! Зачем тратить время, гоняясь за этим паршивцем? – спросил я, бросаясь за ней.


– Потому что он может привести нас к Теос. Я увидела искру разума в глазах этого парнишки.


Так или иначе, он бежал в том же направлении, что нужно было нам, поэтому я заткнулся и дальше бежал молча.


Бежать по наклонной кристаллической поверхности было трудно. Остановились прямо перед вырезанным символом Теос, он оказался намного больше, чем я думал. Маленькое существо уселось на его краю, посмотрело на свое отражение в воде, потом рвануло по краю и в направлении к голубой кристаллической горе.


Я присел на краю символа, провел рукой, затянутой в перчатку скафандра по краю. Угол гладкий. Интересно, насколько тут глубоко?


– Не думаю, что нам сюда, – сказал я и, кивнув на расположившуюся в миле от нас кристаллическую вершину, добавил: – Нам туда.


Она напомнила мне крепость любимого супер-героя из детства, но, прежде, чем я смог поделиться этим с остальными, обнаружил, что те уже снова бегут, преследуя маленького зверька, несшегося именно туда, куда нужно было и нам.


Хоть мне и удавалось последние два года оставаться в хорошей физической форме, через несколько минут я почувствовал жжение в бедрах. Бег по неровной твердой поверхности потребовал больше сил и сноровки, чем требовалось, когда я вместе с Мэри нарезал утренние круги дома по окрестным полям. Тогда еще Мэгги носилась за нами по пятам, заодно лая на облака в небе.


Слейт бежал легко, Мэри от него отставала. Я догнал ее как раз когда начал меняться пейзаж. Уже темнело, и наши маленькие фонарики не давали достаточно света, чтобы безопасно продолжать бег. Как будто почувствовав, наш маленький проводник, размером с пинту, тоже притормозил. За двадцать ярдов от нас он приостановился и оглянулся, проверяя, следуем ли мы за ним.


Сфокусированный луч от фонарика Слейта отразился от его глаз зеленым светом.


– Смотрите, – сказал он, направив луч фонарика вверх.


Мы стояли у подножия огромной горы, состоящей из кристаллов. Из земли вырастали гроздья разноцветных кристаллов, словно лес искривленных каменных деревьев. Лучи фонариков отбрасывали странные тени по всему ландшафту, и мне стало не по себе. Чем ближе мы подходили к горной стене, тем гуще становились гроздья.


– Нам обязательно искать вход в пещеру? – спросил Слейт, заранее зная, что ответа не будет.


– Они нас ждут, – с ноткой благоговения в голосе сказала Мэри.


Она права. Зверек стоял, дожидаясь нас, и его широко раскрытые глаза звали нас следовать за ним. Мы подчинились зову и через пару минут уже стояли у стены пирамиды. Я прислонился к ней, обратив внимание на замысловатое строение кристаллических камней, симметрично вырастающих из земли. Когда заканчивался внешний, находящийся за ним кристалл поднимался выше, а следующий еще выше, образуя слишком пологий склон, чтобы на него можно было взобраться без оборудования и навыков.


Изменился сам воздух. Только тут я заметил, что окрестности гудят, словно камни живые, а молекулы в них движутся в ритмичном внутреннем танце. Мое тело гудело вместе с окружающим миром. В небе проплывали облака, так быстро, что я не поверил, что это может быть естественным явлением.


– Кто-нибудь еще это почувствовал? – спросил я.


Мы все посмотрели на небо. Лучи фонариков не позволяли рассмотреть ничего, кроме темного покрова ночи и облаков.


– Они знают, что мы здесь, – прошептала Мэри.


Обдав холодом щеку, подул ветерок. Подумалось, что он вот-вот утихнет, но он наоборот, усилился, а с неба еще и посыпался дождь.


– Замечательно, – процедил Слейт, вытирая ладонью в перчатке лицо. – Нужно где-нибудь укрыться.


– Они гонят нас дальше. Здесь мы теряем время, – сказал я, уверенный в своих словах.


Мэри посмотрела наверх, капли дождя стекали по ее лицу, текли по шее, стекая под скафандр.


– Мэри. – Я нежно коснулся ее руки, она перестала смотреть на небо, вместо этого взволнованно взглянула на меня.


– Дин, мы на месте. Это все реально! – взвизгнула она и понеслась к зверьку, терпеливо ожидающего, пока мы последуем за ним вдоль стены пирамиды


В небе вспыхнула яркая молния, на долю секунды осветив всю долину. Мгновение спустя раздался оглушительный раскат грома. Я закрыл уши ладонями, Слейт сделал то же самое.


– Это было близко, – сказал я. – Побежали.


И бросился в сторону, где скрылась от света фонарика Мэри.


– После вас, босс, – буркнул Слейт, поднимая винтовку.


Я на мгновение остановился, взглянул на небо, где в это время сверкнула еще одна молния. На этот раз заметил кое-что еще.


– Корабль! – крикнул я.


Мэри подняла голову и тоже его увидела.


– Тот же самый, что напал на станцию. Как они нас нашли и что хотят? – спросила она.


И то правда. Корабль маленький, похожий на шершня, с усиками, показывающими на принадлежность корабля расе насекомоподобных.


– Они опоздали. Нужно продолжать, – сказал я.


Слейту, похоже, не терпелось прикончить их, но с такого расстояния он даже в корабль не попадет. Но даже если и да, вряд ли винтовочный выстрел причинит ему хоть какой-то вред.


Мы пробежали вдоль подножия горы еще пару минут, пока дождь не превратился в ливень и каждый шаг по гладкой поверхности не превратился в угрозу подвернуть лодыжку, а то еще чего похуже. Я вовремя заметил, что Мэри остановилась. Заскользил, разбрызгивая в сторону воду, и едва не сбил ее с ног.


– Туда, – сказала она, указывая на достаточно большое отверстие, чтобы в него мог протиснуться человек.


Я собрался было ответить, но порыв ветра швырнул в рот поток дождя. Сплюнув едкую воду, я направился к пещере.


– Должны пробраться, – буркнул я и полез первым.


Понятия не имею, что ожидал там увидеть, но, судя по безрассудному поведению Мэри, не хотел, чтобы первой в пещере оказалась она. Она и не спорила, а я просунул в квадратное отверстие, находящееся в трех футах от земли, ногу. Потом нырнул внутрь сам.


Оказавшись внутри, первым делом поднял импульсную винтовку, и повел дулом по сторонам, сопровождая его светом фонарика, нет ли поблизости угрозы. Я оказался в узком туннеле, луч отражался от стен, пола и потолка, прыгал по туннелю, создавая полосу света.


– Заходите, – крикнул я остальным.


Внутри было сухо, разве что только подо мной образовалась мокрая лужица.


В проем скользнула гибкая фигурка Мэри, вслед за ней с трудом протиснулся Слейт. Он протянул руку, и я помог ему пролезть.


– Хорошо, что я промок. Если б не дождь, вряд ли пролез. – Он снова вытер лицо и огляделся, после чего, напоследок, выглянул наружу.


– Где наш проводник? – спросила Мэри, высматривая зверька, благодаря которому мы здесь и оказались.


– Унесся по коридору, – ответил я.


Слейт посветил туда фонариком, и мы увидели зеленые глаза зверька, издали смотревшего на нас в ответ. Внутри лучи фонариков давали нам лучшую видимость, чем снаружи. Вскоре мы снова отправились вслед за коротконогим проводником, который то ли вел нас куда-то, то ли просто убегал.


Измени вселенную. Пока мы пробирались сквозь пещеру в кристалле, в голове звучали предсмертные слова Карима. Энергия вибрировала во всем моем теле и даже в душе. Со дня События у меня не раз возникало ощущение, что я попадаю в определенные ситуации не спроста, и сегодняшний случай ничем от тех не отличается. Я должен быть здесь и сейчас.


Внутри, под кусками цельных кристаллов, стоящих вплотную друг к другу, образующих пирамидальную гору, находились скопления кристаллов поменьше. Здесь они служили стенами и колоннами, опускаясь сверху или поднимаясь снизу, этакие сверкающие сталагмиты и сталактиты. По мере того, как мы все глубже проникали в сердце горы, нам приходилось быть все более осторожными, чтобы не задеть их и не пораниться об острые края. Все вокруг было ярко-голубым, как послеполуденное летнее небо на Среднем Западе.


– Мы все еще игнорируем факт, что на планете объявились жукообразные? – спросил я у Мэри, когда та замедлила шаг, увидев, в свою очередь, что зверек-проводник тоже перешел от бега на шаг.


– Они хотят найти Теос. Я не знаю, откуда у них такая информация, что они нашли этот мир, но вряд ли они тут за тем же, чем и мы. Мы их не знаем и не можем им доверять. Сарлун говорил, что он мало о них что знает, кроме того, что они чрезвычайно религиозны.


Тут Мэри права. Мы о них мало что знаем. И они на нас напали всего неделю назад, со стрельбой, не боясь погибнуть, что двое из них и сделали. Не думаю, что они нам это простят.


– Они не успеют найти Теос первыми, – мрачно сказал Слейт. Эхо отразило последние два слова.


– Уверен? – спросил я, но Слейт не ответил.


На этот раз он оказался впереди, и когда мы с Мэри подошли к нему, увидели, что он стоит у входа в широкую пещеру со сводчатым потолком, состоящим из кристаллов. Голубой камень мягко светился, каждый квадратный дюйм пещеры был освещен.


Мэри взяла меня под руку. Я почувствовал, как ее вес давит на меня, крепко прижал ее к себе. Мы находились в святая святых древней расы, так что мои колени тоже ослабли. К тому же пол вибрировал так, что это было заметно всем.


– Это они, – сказала Мэри, наконец, отпустив мою руку.


Пол к центру пещеры углублялся, в кристалле были вырезаны узкие ступени. Интересно, эта пещера образовалась внутри горы естественным образом, или же все здесь создано при вмешательстве могущественной расы существ.


– Где они? – спросил я.


Вышел из коридора в саму пещеру. В двадцати ярдах от нас возвышалось своеобразное сиденье, превращающее пещеру в этакий тронный зал. Но трон был пуст. Вся пещера была пустой.


Маленький зверек с широко раскрытыми глазами застыл в центре пещеры, а потом метнулся прочь, мимо наших ног, туда, откуда мы пришли. Похоже, он посчитал, что выполнил свою задачу.


Мэри прошла в центр, туда, где только что сидел наш четвероногий проводник, огляделась, ища какой-нибудь признак присутствия хоть кого-нибудь, кроме нас.


– Здесь пусто! Сукины дети! Пусто! – вдруг закричала она и в отчаянии потрясла кулаками над головой. – Мы зашли так далеко! Слишком далеко!


Я же был спокоен, даже испытал некоторое облегчение от того, что тут никого нет. Больше всего на свете я хотел вернуться домой, и чтобы больше никаких разговоров о Теос. Сейчас я больше не хотел думать ни о каком другом испытании, ни о Событии, ни о проклятых порталах. Я был готов выбросить свое звание привратника в мусорное ведро, только чтобы создать вместе с Мэри семью. Пришло время. Нам слишком много задолжали.


Слейт выглядел измученным, но его лицо было непроницаемым.


Я подошел к Мэри, она опустилась на пол, по щекам потекли слезы.


– Их здесь нет.


Я опустился рядом с ней, чмокнул в макушку, еще не высохшую от дождя.


– Все в порядке. Мы знали, что их сообщения могли изрядно устареть. Знали, что они могли исчезнуть окончательно.


– Я никогда в это не верила. Я рассчитывала, что они будут здесь. – С каждой секундой голос Мэри звучал все спокойнее.


– Босс, – сказал Слейт, быстро подходя к нам, – что это?


Его голос звучал напряженно. Я оторвал взгляд от Мэри вовремя, чтобы увидеть, как из-под кристаллического пола поднимается черный туман и проникает в рот Мэри, а потом и в мой тоже.


Глава двадцадцать девятая


В Огайо было скучно. Я уже мечтал пойти в школу, потому что летние дни замедляют темп жизни. Друзья разъехались на каникулы, я остался один и мне нечем было заняться, кроме как помогать по дому отцу и вместе с мамой пропалывать грядки. Она терпеть не могла, когда я, вместо того, чтобы выкопать сорняк вместе с корнем, пытался его выдернуть.


В любом случае, мне было все равно. Я просто хотел закончить домашние дела и уйти за сарай под вяз, открыть книжку и продолжить читать. Я с головой уходил в классическую научную фантастику. Честно говоря, автора или название книги назвать не могу, но там были роботы, инопланетяне и какие-то межгалактические битвы. В этом даже был некоторый налет романтики, который для четырнадцатилетнего пацана был чуждым и в то же время волнующим.


Мама улыбнулась, спросила, не хочу ли я попить. На моем прыщавом лбу выступили капельки пота и я заставил себя улыбнуться в ответ. Сказал, что с удовольствием. Лимонад пришелся бы как нельзя кстати. Скрипнув коленками, мама встала и оставила меня одного греться на солнце, среди сотен издевающихся надо мной сорняков, растущих на огороде. Маму я любил. Постоянно наблюдал, как усердно она работает, и это заставляло и меня стараться не отставать, хотя возиться на огороде откровенно не хотелось. Но я возился, без жалоб, ради нее.


Когда она подходила к крыльцу дома, я поднялся, сделав перерыв. Время для прополки никуда не денется, а вот размять начавшую болеть спину стоит, потому как ломило ее уже хорошо.


Закрыл глаза. Перед глазами забегали черные точки. Когда я снова открыл глаза, перед собой увидел расплывчатую черную фигуру. Меня охватил страх, по спине пробежал холодок, я чуть не закричал, зовя маму.


Но меня что-то удержало. Темная фигура превратилась в нечто, будто сошедшее из одной из моих книг. А потом образовался человеческий силуэт, похожий на меня. Я протянул правую руку, левая рука силуэта тут же повторила движение. Как в зеркале.


– Кто ты? – спросил я.


Первую секунду я подумал, что темный силуэт скопирует мой голос и слова, но он заговорил тихим, низким голосом:


– Я – жизнь. Или смерть.


Я все еще был напуган, но в глубине души понимал, что это не по-настоящему. Это была галлюцинация от слишком долгого пребывания на жаре. Папа называет это тепловым ударом и всегда предупреждает чтобы я не налегал на воду. Я оглянулся в поисках мамы, но та была все еще в доме.


Снова уставился на темную фигуру, та поворачивала голову, копируя мои движения.


– Чего ты хочешь?


– Ты Истинный? – спросила фигура.


Что за странный вопрос? Не знаю, как на него ответить. А вот слово показалось знакомым. Истинный. Я попробовал произнести его вслух и у меня отяжелел язык, когда я трижды произнес его: «Истинный».


– Ты Истинный? – снова спросила фигура.


– Я не знаю, что это такое. – Я покачал головой. – Хотя, возможно, так и есть.


В книжках иногда были загадки, и я не хотел сбрасывать со счетов возможность приключений, даже если они останутся только в моей голове. – Что нужно делать Истинному?


– Истинный – это все или ничего. Истинный несет тьму туда, где есть свет.


Я поежился под лучами полуденного солнца. Тьма. Я увидел себя в темном силуэте, повторяющим мои движения, и почувствовал тошноту. Я не был Истинным. Фигура передо мной была порочной. Плохой. Ужасной.


Злой.


Как только слово всплыло в голове, я тихо произнес его.


– Зла нет. Только равновесие. Ты не Истинный. Ты слишком слаб. Уходи.


Я упал навзничь, придавив большой помидор. Перед глазами все поплыло, в ноздри ударил тяжелый запах грязи. Я попытался подняться, сказать призрачной темной фигуре, чтоб та исчезла, но она и так уже исчезла. Надо мной склонилась мама и на ее лице было написано беспокойство.


– Дин? – позвал мужской голос, а мама трясла меня за плечи.


– Я в порядке, мам, просто тепловой удар, – сказал я, все еще валяясь на спине.


– О чем ты говоришь, черт побери, Дин? – спросил голос Слейта.


Я моргнул, избавляясь от размытости в глазах, и увидел здоровяка-приятеля, склонившегося надо мной.


– Что случилось? – спросил я, пытаясь вспомнить, что только что видел. Маму, сорняки… Я все еще ощущал запах земли.


Мэри лежала рядом, без сознания. Я сел, наклонился над ней. Глаза закрыты, но дышала она нормально.


– Как долго меня не было? – спросил я, удивившись, что на Слейте произошедшее никак не отразилось. – Тебя тоже здесь не было?


– В смысле, не было? Нет, эта черная гадость проникла только в тебя и Мэри и ты был без сознания всего минуту, а потом очнулся, – сказал Слейт.


Тут глаза Мэри широко распахнулись, она глубоко вдохнула, как утопающий, только что вынырнувший из воды.


– Мэри, ты как? – спросил я.


Поначалу она не ответила. Посмотрела на меня, дотронулась ладонью до моей небритой щеки. Глаза наполнились слезами, она грустно улыбнулась, прежде, чем выражение лица изменилось. Она грубо оттолкнула меня, поднялась на ноги. Движения были скованными, неуверенными. Мэри, которая мгновение назад смотрела мне в глаза, исчезла.


– Мэри, что случилось? – спросил я, сделав к ней шаг. И наткнулся на невидимый энергический щит, окружавший ее. Он оттолкнул меня назад на несколько шагов.


– Мэри… – произнес чужой голос из ее уст. Это был не ее голос.


– Мэри! Вернись! – закричал я, снова устремляясь к ней, но с болью вспомнил, что приблизится не смогу. В памяти всплыла фигура напротив меня в мамином саду.


Зло.


Я сделал к ней еще шаг, но тут рядом оказался Слейт, схватил меня за руку. Я попробовал оттолкнуть его, но он держал крепко.


– Босс, это не она. Что-то от нее осталось внутри, но это не она. Давай с ним поговорим. Объяснимся. Возможно, он не хотят причинять никому вреда.


Но они уже причинили. Я чувствовал это всем своим существом. Он хотят причинить много вреда.


– Чего ты хочешь от Мэри? – закричал я.


Существо в теле Мэри стояло в нескольких футах от меня. Я заметил слабые клубы тумана, окутывающие все ее тело.


– Я тебе ничего не должен.


– Ты провел нас через ад и вернул обратно, а теперь забрал мою жену? Я бы сказал, что еще как должен. Теос, вроде, считаются хорошей расой.


Глаза Мэри сузились, не успел я произнести название древней расы.


– Теос были слабы. Они не могли стать могущественными. Вместо этого они ополчились на нас.


Вот так, это не Теос. Я осмотрел пещеру, понимая, что нас хорошо одурачили.


– Этого не может быть. Символ. Ледяная планета. Испытания. Тень Теос, наконец…


Существо засмеялось, издав низкий горловой звук, которого раньше Мэри не издавала.


– Стал бы кто искать нас, если бы знал, что найдет Искиос.


Никогда раньше не слышал про эту расу. Интересно, как это поможет моему делу?


– Почему? – Я проигнорировал наживку. – Какая цель?


– Мы находимся здесь бесчисленное количество местных лет. Сотни ваших жизней. Но оно того стоило.


Слейт поднял винтовку. При виде того, как он направил дуло в сторону Мэри, мне захотелось его ударить. Но я только положил руку на винтовку, чуть опуская дуло. Слейт не сопротивлялся.


– Стоило? В смысле? – Я собирал информацию по крупицам и пытался тянуть время. Из сложившейся неприятной ситуации должен быть какой-то выход.


– Мэри. Испытания были не для слабаков. Только настоящий Истинный мог пройти так далеко. Дин… – Тут существо замолкло. Мэри склонила голову набок, словно любопытный щенок. – Ты нас заинтриговал. Мы могли бы взять тебя, и тогда ты стал бы Истинным.


– Тогда возьми меня вместо нее! – Я без колебаний выкрикнул эти слова.


– Поздно. – Мэри медленно покачала головой из стороны в сторону. – Теперь она – это мы. Мы – это она. Она – Истинный. Ее сердце бьется дважды.


– К черту все! Ты сказал, что из меня получится хороший сосуд. Возьми меня. Я – Герой Земли. Я спас мир. Я привратник! – Я кричал. Слезы текли по лицу. Наконец, немного спокойнее, сказал: – Я убийца Краски и я обмениваю целые планеты. – И только после того, как все это выпалил, уловил смысл произнесенной им фразы. Ее сердце бьется дважды.


– Да. Мы знаем. Но там, где ты сомневаешься, Мэри принимает решения и реагирует. Она сильнее тебя. Она – Истинная. Еще у нее есть потомство. Это приятный сюрприз.


Я оцепенел. Мэри беременна. Еще немного и у нас будет настоящая семья. Все это обрушилось на меня, посмотрел на Мэри, понимая, что она себя не контролирует.


– Ты лжешь!


– Мне нет необходимости ничего тебе объяснять. Я знаю правду. Уходи.


– Босс. – Между нами встал Слейт. – Думаю, все пошло не так, как ты хотел. Нужно отступить. – Он посмотрел на существо в теле Мэри и спросил: – Где Теос?


Губы Мэри скривились от отвращения.


– Они тоже где-то залегли и выжидают. Чтобы изолировать нас, они многим пожертвовали. У Вселенной есть две стороны. Противоборствующие силы. Мы и есть эти силы.


Аж руки задрожали, пока смотрел, как Мэри произносит эти слова чужим голосом.


– Инь и янь, – прошептал я. – Черное и белое.


Мэри беременна. Мне захотелось упасть на колени и умолять это существо взять себя вместо нее.


Существо снова рассмеялось, на этот раз громче, чем в прошлый раз.


– Да, так и есть. У нас больше нет на тебя времени. У нас много дел. Пора заканчивать.


– Что за дела? – спросил я, чувствуя, что конец близок. Но мне все равно нужно знать.


– Тебе этого не нужно знать. – Мэри повернулась к нам спиной. Я шагнул вперед, протянул руку, ощутив энергетическое поле.


– Мэри, не делай этого. Ты можешь с ними бороться. Так нужно. Ты сильная. У нас вот-вот будет семья. Ты ведь сильнее меня, - взмолился я.


Слейт смотрел на происходящее с мрачной решимостью. Он готов был драться, но знал, что это ни к чему хорошему не приведет. Я хотел сказать ему, чтобы он бежал, спасался, но он не отходил от меня ни на шаг.


Мэри подняла голову. Черная энергия сверкнула на кончиках ее пальцев, как темная молния. Она стояла с прямой спиной, отвернувшись от нас, неподвижная. Слейт встал между нами, решив защищать меня даже сейчас.


Вдруг по пещере разнесся гулкий удар, и с потолка упал осколок кристалла размером с человека. Упал он рядом с Мэри, разбившись на несколько частей. Она отшатнулась в сторону, она упала на пол.


Я посмотрел на вход в пещеру и увидел двух насекомободобных пришельцев. В руках обоих пистолеты.


– Искиос нельзя освобождать! – сказал один из них с помощью переводчика и снова выстрелил в потолок.


Не вставая, Мэри махнула рукой. Черный туман пулей метнулся к выходу, ударив обоих пришельцев в грудь. Темная паутина мгновенно покрыла их тела, и с хлопком оба исчезли. От них не осталось и следа.


С потолка посыпались куски кристаллов, они преодолевали энергетический барьер, установленный Искиос. Кристаллы. Ну, конечно же. Они обладают силой, похожей на те зеленые камешки, которые помогли нам остаться на Земле, когда остальное человечество лучами забрали на корабли Краски.


Камни продолжали падать, и Мэри уже была засыпана ими. Я рванул к ней, ожидая, что щит остановит меня и сейчас, но этого не произошло. Я отбросил в сторону пару больших осколков, пытаясь найти жену под обломками. Слейт пришел мне на помощь. В конце концов, мы откопали ее грудь, потом лицо. Оно было красным от крови. Тут Мэри открыла глаза и увидела меня.


– Дин?


– Мэри! Сейчас мы вытащим тебя!


Ее тело было погребено под осколками.


– Дин, я не могу с ними бороться. Я люблю тебя.


Я дотронулся до ее лица и увидел, как ее глаза затуманиваются черным.


– Я тоже тебя люблю.


Ее рука вынырнула из-под осколков синих кристаллов.


– Я отправляю вас домой! – закричала она голосом Искиос. Я почувствовал, как что-то тянет меня от нее. Меня утягивало все дальше, как и Слейта.


– Мэри! – закричал я, но было поздно. Я видел, как осколки кристаллов сползают с ее тела, как она встает, а покалеченное тело восстанавливается. Она смотрела на нас холодным, расчетливым взглядом, пока мы улетали, поднимаясь к потолку. Мы со Слейтом потеряли плотность. Я пытался что-то сказать Слейту, позвать его, но из этого ничего не вышло.


Все погрузилось во тьму.


Глава тридцатая


– Дин, тебе нужно поесть, – сказал чей-то голос. Я его не узнал. Разные тревожные голоса звучали вокруг меня постоянно, пока я сидел в своей спальне, а это же больше суток. Или уже двое? Не знаю.


Не помню, как мы со Слейтом оказались на лужайке перед моим домом на Нью-Сперо. Сначала я хотел просто уединиться, чтобы обдумать план. Но чем дольше лежал, тем труднее было заставить себя пошевелиться.


– Босс! – раздался голос Слейта. – Если ты не выйдешь оттуда, я выломаю дверь и вытащу тебя оттуда силком.


Я подумал, что это он так, шутит, но, вообще-то, он прав.


Однако боль от произошедшего была невыносима. Мэри ушла, а внутри нее был ребенок. Я повернулся носом к стенке и укрылся одеялом. Я лежал на подушке, на которой обычно спала Мэри, вдыхал еще не выветрившийся запах шампуня с медом и лимоном, исходящий от наволочки.


В комнате было затхло и темно, так что первым делом я раздвинул темные шторы, чтобы посмотреть, что делается на улице. Солнце взошло уже высоко и ярко светило. Утро в полном разгаре. Вида сочной зеленой травы и листьев на заднем дворе было достаточно, чтобы заставить меня открыть дверь. Хватит прятаться от того факта, что Мэри похитили какие-то злобные ублюдки, называющие себя Искиос. Пора с этим что-то делать.


Я открыл дверь. За ней увидел Магнуса и Наталью, Слейта, Изабель и Джеймса. Все они смотрели на меня с тревогой. Изабель бросилась ко мне, обняла, утешая так, как только может утешить сестренка.


Слейт успел вымыться, побриться, переодеться. В общем, выглядел странно после последних дней приключений, когда мы буквально не вылезали из комбинезона и скафандров.


Гавкнула собака, за ней другая. Головой о колени потерся Кэри, потом уступил место Мэгги и остальным. Те, виляя хвостами, увивались между ног, гавкали, мол, рады тебя видеть. Я присел на корточки, погладил каждого, чувствуя благодарность за их любовь и привязанность, за то, что они по своему пытались утешить меня.


– Мне так жаль, Дин, – сказала Изабель.


– Мы с этим разберемся, приятель, помяни мое слово. – Ладонь Магнуса легла мне на плечо. – Мы ее найдем и вернем домой.


Я провел ладонью по лицу, ощутив недельную щетину. В общем, нужно срочно принять душ и поесть. И мне нужна Мэри.


– Так и будет, черт возьми. – Я почувствовал запах с кухни. Глянув туда, увидел горку остывающих блинов. И разбросанные повсюду грязные тарелки.


– Перекуси что-нибудь, – сказала Наталья. Только сейчас я заметил, что у нее нет живота.


– Ты сама как? Все в порядке? – спросил я у нее.


Она кивнула и улыбнулась, несмотря на мрачное настроение, царившее в доме. Вместе с потерей одной жизни приобрели другую. Вот только Мэри еще не потеряна. До этого еще далеко.


– Патрис. Мы зовем ее Пэтти, – сказала Наталья и в ее глазах появилась слезинка.


– Прекрасное имя. Не могу дождаться, когда с ней познакомлюсь.


Я пробрался сквозь толпу, добрался до кухонного стола, схватил блин, пока остальные обсуждали произошедшее и что можно в этой связи предпринять.


– Мы не знаем, где находится та планета, – сказала Слейт, – но знаем, кто об этом знает.


– Кто же? – спросил Магнус.


– Инсектоиды, – ответил Слейт, хрустнув костяшками пальцев. – Они дважды застигли нас врасплох и были полны решимости помешать нам освободить Искиос. Они – ключ ко всему.


– И как же нам их найти? – спросил Джеймс. Когда он сидел рядом с нами и обсуждал наши безумные приключения, казалось, что столкнулись два противоположных мира.


– Это легче легкого, – сказал я. – В мире, заселенном гибридами. Мы их там видели дважды. Так что Лесли и Террренс смогут нам помочь добраться до них.


– Смогут ли? – с сомнением спросила Наталья.


Я задумался и решил, что не уверен в этом. Но нужно было сделать более серьезное лицо.


– Им придется.


Так или иначе, а придется. Между мной и поиском жены ничто встать не может.


– Когда отправляемся? – спросил Магнус.


Я свернул еще один блин, откусил.


– Завтра. Сначала мне нужно кое с кем встретиться.


Время, проведенное в одиночестве в комнате, пошло мне на пользу. У меня было время освоиться в новой реальности и решить, как поступить.


– С кем же? – спросил Слейт.


– С Сарлуном. Он должен знать больше, чем говорит. Привратники хранят секреты.


***


Мэри стояла на вершине кристаллической пирамиды. Дин был не прав, эта гора скрывала не пещеру с троном, это было кладбище. Высокомерные Теос думали, что жертвуя собой, они спасают вселенную, но они даже не подозревали, что Искиос никогда бы этого не допустили. Они успели запустить в действие план по поиску физического сосуда, подобного тем, что были у них отняты врагом.


Миллионы тел были похоронены на Лаинне, мире кристаллов, только тогда это был почти мертвый мир со скудной атмосферой и маленькой гравитацией. Энергия Искиос создала то, что было здесь сейчас – камни, поднимающиеся из павших Искиос. Мэри была впечатлена результатом и гордилась им. Лаинна была тем местом, где тысячелетия назад началось их путешествие, а Теос думали, что именно здесь все и закончилось. Они сильно ошибались.


Мэри наблюдала, как над далекими кристаллическими вершинами, каждая из которых вмещала тысячи ее собратьев, поднимается звезда. Теперь они восстанут, чтобы выплатить последний долг. Их судьба была предрешена бессчетное количество веков назад, и каждый знал свое предназначение. Наконец, для них всех наступила развязка.


Мэри знала все это, потому что теперь она была Искиос, одной из Древних. Когда первые лучи света упали на нее, она воздела руки к небесам. В ней заструилась Сила. Она улыбнулась, и бесполезные человечески слезы потекли по ее щекам. Черный туман поднимался от земли, от кристаллов. Каждый погребенный Искиос освобождался из места упокоения и объединялся с остальными, образуя бурлящий вихрь энергии и превосходства.


Различные цвета кристаллов сливались с огромным облаком клубящегося тумана, пигмент камней только усиливал влияния образующегося вихря.


Мэри почувствовала, что весь мир сосредоточился в ее теле. Ее семья снова была с ней. Черная энергия струилась сквозь нее, туман оседал на ее одежде и волосах, когда она оторвалась от пирамиды из кристаллов и поднялась в воздух. Она взлетала все выше и выше. Когда она вышла в черноту космоса, ее окружил атмосферный пузырь. Сосуду для жизни требовался кислород, и Искиос ни за что не допустят, чтобы сосуду был причинен какой-либо вред.


Мэри впервые почувствовала, как в ней зародилась жизнь. Плод, который создали она и ее супруг, был сильным. Это прибавляло сил и ей. Мэри понимала важность этого. Она была Истинной. Она и ее ребенок вместе были Истинным.


Она поднималась все выше и выше, с каждой минутой Лаинна становилась все меньше и меньше. Водоворот черного тумана поднимался вместе с ней, становясь все больше, пока мир внизу не стал бесцветным. Каждый кристалл был лишен какого-либо оттенка. Там, где раньше расцветало буйство красок, сейчас осталось бесцветие и однообразие.


Вихрь вращался быстро. Когда он пролетал мимо спутника Лианны, Мэри увидела, как огромный шар раскололся на несколько больших кусков, которые, в свою очередь раскалывались на куски поменьше, пока полностью не поглотились вихрем, бушующим перед ней. Это было пугающее и великолепное зрелище.


Мэри широко улыбнулась. Да. Она была Истинной. Обладательницей Силы Раскручивания.


Конец четвертой книги.

Продолжение в книге - Теос