# Воспоминания женщин "афганок" - 3

Ольга Анатольена Корниенко

ГАЗЕТА "БРЕСТСКИЙ ВЕСТНИК" (13.02.2025)

ШУРАВИ-ХАНУМ


Так советских девушек и женщин, служащих в Афганистане, называли жители той никем не покоренной страны.


15 февраля, в день вывода советских войск из Афганистана, пройдут памятные мероприятия, посвященные окончанию "афганской войны". Ветераны боевых действий, выполнявшие свой интернациональный долг в Демократической Республике Афганистан с 1979 по 1989 годы, соберутся у памятников и обелисков воинам-афганцам. Давно поседевшие мужчины будут поминать своих погибших товарищей, делиться воспоминаниями боевой молодости периода "афганского излома" и благодарить мудрых отцов-командиров, что уберегли их от беды. А некоторые в сотый раз выскажут слова признательности докторам, совершившим невозможное в полевых условиях, и медсестричкам, что, несмотря ни на что, смогли вытащить из лап смерти и выходить, и вернуть живым и почти невредимым родителям, женам, детям...


О женщинах на той войне почти не говорят. Меж тем они там были. Вольнонаемные и военнослужащие - медицинские работницы, шифровальщицы, переводчицы, связистки, делопроизводители, учетчицы, товароведы, кладовщицы, повара, официантки, горничные, прачки, продавцы. Бойцы невидимого фронта, у которых была своя война. С женским лицом.


До сих пор нет точных данных, сколько всего женщин за годы Афганской войны там побывало. Известно лишь точно, что 1350 из них были награждены орденами и медалями, а более 50 вернулись домой в цинковых гробах. Кто-то погиб при обстреле колонны или в результате теракта, кто-то подорвался на мине. Были и те, кто спас чужую мальчишескую жизнь ценой своей, и те, кто умер от заражения, сдавая кровь для раненых, и от тяжелых болезней. Большинству посчастливилось выжить.


Медсестре первого хирургического отделения Брестской городской больницы скорой помощи Наталье Наваи суждено было вернуться невредимой из страны моджахедов. В ноябре 1979 года, в самом начале того военного конфликта, ее, 20-летнюю медсестру урологического отделения, прямо из операционной вызвали в штаб гражданской обороны города Душанбе, где на тот момент жила семья Натальи. Там сообщили, что в медсанбат ограниченного контингента советских войск в Афганистане нужны были операционные сестры. Времени на сборы почти не было, как и возможности попрощаться с родными. За документами и вещами домой к родителям девушки отправили солдатика, который передал им письмо от Натальи.


Отказаться от командировки Наталье - комсоргу больницы, кандидату в члены партии КПСС - даже мысли не было. "Родина сказала - надо, комсомол ответил - есть!" - этот лозунг в те времена был не пустыми словами, а идеологией и жизненным кредо молодых людей великой страны. Как должное восприняли известие и родные героини публикации. И шестеро молоденьких медсестер, старшей из которых было 26 лет, из больниц Душанбе направили в служебную командировку в соседнюю страну. В узбекском военном городке Термез, что на границе с Афганистаном, приняли военную присягу, получили ЦУ, сделали необходимые прививки. Погрузившись в "таблетки" - медицинские уазики, - отправились через ту самую речку Пяндж, отделявшую Советский Союз от Афганистана, в неизвестность. В целях безопасности передвигались лежа на полу машины и почти без остановок.


Соседняя, но такая чужая горная страна встретила горным холодом и опасностью. Медсанбат находился на территории военного аэропорта в Кундузе. Это считалось безопасным местом, если можно говорить о безопасности в постоянно воюющей стране. Условия были спартанскими. Жилые комнаты, операционные, амбулатории и стационар располагались в брезентовых палатках с буржуйками. Туалет, куда первое время ходили только в сопровождении часового, - на улице. Оснащение части было хорошим, кормили вкусно и сытно. Комбат по фамилии Руденко относился к девочкам по-отечески, оберегал и обеспечивал всем необходимым. Летчики привозили гостинцы и весточки из дома.

Жили по уставу. С утра - общее построение, зарядка, доведение приказов, потом прием пищи, подготовка операционных, ручная стирка и дезинфекция хлоркой перевязочного материала и окровавленных простыней. Девушки носили не по размеру огромные ватные штаны, которые, чтобы не спадали, подвязывали бинтиками, и такие же ватные телогрейки. Спали в спальных мешках, под армейскими одеялами и всегда одетыми, чтобы в случае необходимости быстро заступить на службу в операционную.


Первые раненые повергли молоденьких медсестричек в состояние шока. Но, подавив эмоции и собравшись с духом, надо было работать, помогать спасать жизни. Со временем человек ко всему привыкает. Привыкла к виду изуродованных войной тел и к тому, что при ранениях все внутренние органы смещаются и непонятно, где что, и Наталья. Ловко справлялась со своей работой. Но никак не могла привыкнуть смотреть в полные отчаяния глаза своих ровесников, лишившихся ног, рук, ставшими в 20 лет беспомощными инвалидами. И сдерживая слезы, бодрящим тоном утешала их, говорила, что всё образуется.


Многое невозможно забыть. На всю жизнь медсестра запомнила двухметрового парня, который как маленький мальчик плакал над телом своего погибшего брата-близнеца. Позже правительство СССР постановило не отправлять на войну двойняшек, близнецов и единственных сыновей.


Потом пришла весна, которая в горах особенно прекрасна. Но за всей этой красотой таилась опасность, ведь по негласному военному закону с таянием снега в горах начинаются активные боевые действия. Наталья восхищалась врачами, которые в полевых условиях по осколкам собирали развороченную снарядом челюсть молодого парня, и военными медиками-Кулибиными, которые из подручных средств изготавливали аналоги аппарата Елизарова и адаптировали их к тем или иным ранениям. Многому училась. При нехватке - сдавали кровь для раненных. "И всё время хотела спать, - вспоминает героиня. - Мы себе не принадлежали, спали столько, сколько в тебе не нуждались. А еще больше - хотела жить". И после нескончаемой работы, уставшая и обессиленная, всё равно бежала смотреть на приехавших артистов, на концерты и фильмы, и даже сама учувствовала в самодеятельности.


Весну сменило знойное лето. При 40-градусной жаре в палатке оперблока как в сауне: дышать нечем. Чтобы сам медперсонал не терял сознание во время операции, поднимали полы палатки для циркуляции воздуха. Занимались ранеными и заболевшими, проводили плановые медосмотры. В отдельной палате оперировали афганских военнослужащих, иногда принимали местных женщин. А еще детей. До сих пор у Натальи перед глазами хищный, волчий взгляд афганского подростка, способного этим взглядом уничтожить всё вокруг. За свои 13 лет он принес столько горя, что его под особой охраной везли на суд в Кабул.


Наталья Наваи прослужила в Афганистане девять месяцев, а вернувшись в Душанбе, уволилась из рядов ВС, продолжила работать медсестрой. В 1993 году вместе с мужем и двумя детьми переехала в Брест. Ее коллеги даже не догадываются, что она была в Афганистане. Женщина не распространяется об этом, скромно считая, что говорить надо о военнослужащих, которые участвовали в боевых действиях и совершали подвиги. Но разве не заслуживает внимания и уважения женщина, которая в 20 лет спасала жизни, выхаживая раненых, сдавая для них свою кровь или просто подбадривая добрым словом, ласковым взглядом и улыбкой? Как и тысячи других советских женщин, прошедших через Афган...

Автор:Ирина ФЕДОРОВА


Фото автора и из архива Натальи НАВАИ


Ссылка: https://bvn.by/2025/02/13/shuravi-hanum/


БЕЛЬСКАЯ ЦЕНТРАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА (11.02.2025)

АФГАНИСТАН ГЛАЗАМИ ЖЕНЩИНЫ


15 февраля 1989 года последний советский воин покинул территорию ДРА.


Когда наши войска вводились в ДРА, то это преподносилось как выполнение интернационального долга. А позже выяснилось, что мы оккупанты на чужой земле и вообще Афганистан для нас является ошибкой истории. Но как же дорого обошлась эта "ошибка" тем, кто вместо сыновей получил бумажку с известием, что сын погиб или пропал без вести. А сколько молодых парней вернулись оттуда инвалидами. Ничем не окупить скорбь и слезы матерей и отцов, родных.


Об Афганистане я знаю не понаслышке, более трех лет пришлось отбыть на этой войне. Для рядового состава срок службы исчислялся в полтора года, предварительно обучались в учебной части на территории бывшего СССР. Офицеры, прапорщики и сверхсрочники служили по два года и более (по желанию).


Женщин-медиков направляли в ДРА по приказу и добровольно. Я в то время работала в Ленинграде медсестрой в больнице и училась на третьем курсе института имени П. Ф. Лесгафта. В нашей больнице объявили, что срочно требуются две медсестры в Афганистан. Я решила испытать судьбу и дала согласие поехать, поначалу на два года.


С попутчицей Людмилой (она ехала туда в качестве продавщицы) сели в поезд Ленинград - Ташкент. Через двое суток были на месте. По адресу разыскали пересыльный пункт. Поселили нас в полуподвальное помещение с нарами. Мне указали место наверху.


Визу оформили быстро. Буквально через день грузовым самолетом нас переправили в столицу Афганистана - город Кабул. Над горами в самолете было очень холодно, мы это испытали на себе. Сидеть пришлось на своих вещах, так как скамейки были только лишь по бокам вдоль самолета. На воздушных пробках подкидывало так, что у многих вытряхивалось содержимое желудков. Это был международный рейс. И вот мы высадились на чужую, забытую богом землю. Нашему взору открылась необычная картина: на фоне голубого неба нагромоздились горы с белоснежными вершинами. На земле же снега совсем не было, хотя стояла зима. Сопровождающий провел нас до второго пересыльного пункта, где мы прошли перерегистрацию и временно расселились по комнатам. Отсюда каждый получал конкретное место работы (для гражданских) и место службы (для военнослужащих). Я получила направление в медсанбат в г. Баграм, до которого долетели самолетом, а далее шли пешком по афганской степи. Ноги утопали в песчаной пыли, лишь верблюжья колючка встречалась на нашем пути. Из ближайшего кишлака доносились крики ослов. Возле кишлака виднелись виноградные плантации. Солдаты шли молча. Их было человек сто пятьдесят. О чем они думали? Все ли вернулись живыми? Мы минули несколько наших частей, огражденных колючей проволокой. Со стороны дороги была видна заградительная стена из лампочек и тоже с колючей проволокой. По углам частей стояли вышки, сделанные из досок. На вышках стояли наши часовые с оружием. Все это походило на тюрьму.


В медсанбате, как и в других частях, жили в модулях, которые представляли собой сборные домики из блоков и были похожи на удлиненные сараи. Буквально все привозилось из СССР. В голой степи строили модули, проводили водопроводы, построили свою электростанцию, сделали уплотненные дороги с зелеными насаждениями. Ива прекрасно приживалась на той земле, украшая наш быт. В углу медсанбата располагался морг. Отдельно были построены столовая, кухня, баня. И так в каждой нашей части в нескольких городах Афганистана (сколько же средств потрачено на эту ненужную войну!)


Расскажу о климате. В ДРА жарко и сухо летом, часто дуют ветры-афганцы. Иногда ветер был настолько сильный, что приходилось передвигаться спиной вперед. Из- за песчано-пыльной завесы ничего не видно. Пыль с песком проникала всюду. Зимой выпадал снежок, но лежал всего неделю, температура опускалась до минус 7 градусов. Зато летом термометры показывали свыше плюс 40 градусов. Такой климат благоприятен для размножения болезнетворных микробов. Инфекционные заболевания процветали и у местного населения, и в нашей армии. Кроме инфекционных заболеваний, молодое здоровое поколение зарабатывало себе гастриты, язвы, энтероколиты и другие болезни, у многих разрушались зубы.


Питались мы в столовой. Готовили и разносили пищу солдаты-официанты. Мне запомнился один обед вскоре по приезде. Передо мной поставили первое блюдо - щи, а на поверхности плавали три крупные нательные вши. В столовой народу было много. Я сразу же отнесла эту тарелку. Такие "сюрпризы" аппетита не прибавляли. В ветреные дни хлеб в столовой скрипел на зубах от мелких песчинок. А столы не успевали протирать от пыли. Однажды в столовую подвезли тушу буйвола со штампом 1947 года. Оказывается, нас кормили замороженными тушами из северных ледников. Запасники мяса обновляли.


Первые две недели я работала дежурной медсестрой в госпитальном взводе, а затем перевели на должность старшей медсестры. Работы было очень много. В отделении не было ни санитарок, ни уборщиц, ни сестры-хозяйки. Все выполняли выздоравливающие больные, поэтому нужен был глаз да глаз. У дежурных сестер тоже работы хватало, часто приходилось разворачивать дополнительные койки для легкораненых. Раскладушки ставили в коридоре, а иногда и палатку рядом с отделением. Раненых в наш МСБ везли бронированной техникой (БТР, БМП, танками), а из гор вывозили санитарными вертолетами. Причем, часто везли ночью под прикрытием темноты. По видимой цели душманы обрушивали шквал огня.


Дополнительной нагрузкой для старшей сестры всегда было снятие электрокардиограмм. И мне вручили электрокардиографы. Вот тут и пришлось воочию увидеть результаты войны. Для снятия ЭКГ меня приглашали в реанимацию, в хирургию, в приемное отделение. Многие умирали от минно-взрывных травм и других ранений. В отделениях часто слышались крики, стоны. По мере необходимости основную массу раненых эвакуировали в госпитали бывшего Союза. На весь Афганистан было всего четыре наших медсанбата.


Местному населению мы тоже не отказывали в медицинской помощи. Они могли попасть на прием к нашим врачам два раза в неделю. В госпитальном взводе прошел курс лечения губернатор Гарванской провинции. И раненым афганцам оказывали помощь, затем переводили их в свои госпитали.


Для спасения жизни раненых кровь брали у нас, часто путем прямого переливания. С Blll - отрицательным резус-фактором нас в МСБ было всего четыре человека. Кровь мы сдавали по очереди, иногда она подходила через два месяца. И мы уже знали, кто будет следующий. Помнится, меня вызвали в операционную, в которой оперировали нашего раненого солдата. У него было идентичная с моей группа крови. У меня взяли больше 450 граммов крови. На время я потеряла сознание. Такое случалось со многими донорами по причине жаркого климата, недостаточно полноценного сбалансированного питания (да и 450 граммов было многовато, так как ранее я сдавала по 250- 300 граммов крови).


Через колючую проволоку по соседству с нашей частью находился инфекционный госпиталь. Условия для больных в нем были ужасные. Например, в отделении с заболеванием гепатитами на одно койко-место приходилось по пять солдат. Спали там по очереди (двое спят, а трое сидят на полу возле койки). Для многих единственным лечением было питье отвара верблюжьей колючки. Отвар наливался в большие баки в коридоре. Не хватало ни лекарств, ни систем для переливаний. Прием пищи осуществляли в несколько смен, так как тарелок, ложек, кружек недоставало. Тогда сотнями эвакуировали больных в Ташкентский госпиталь. Причем, больных с разными инфекциями (брюшной тиф, малярия, гепатит и другие) везли в одном грузовом самолете. Были больные, у которых одновременно присутствовали три страшные инфекции - малярия, брюшной тиф и гепатит. Сочетание этих инфекций называли "букетом".


Что касается завшивленности, то это был бич. Во время боевых действий ребятам приходилось спать на камнях под открытым небом и неделями не возвращаться на базу. Они стелили нижнее белье на камни и сверху били камнями, затем, вытряхнув, одевались. С боевых действий ребята возвращались оборванными, грязными. Иногда одежда висела клочьями, так как нередко с гор приходилось в прямом смысле слова сползать.


Несмотря на сложную обстановку, экстремальные условия, гибель товарищей, все же присутствовала "дедовщина". Свои своих били нещадно. От издевательств некоторые шли на самоубийство. В отделения поступали ребята с переломами челюстей, со сбитой надкостницей голени. Один солдат прожил под полом восемь месяцев. Его считали без вести пропавшим. Осенью, когда настали холода, он, заболевший^ пневмонией, истощенный, обессиленный, обросший, выполз из подпола и потерял сознание. Его уложили на носилки и отнесли в отделение. При нормальном росте вес его не достигал 40 килограммов. В нем еле теплилась жизнь. Оказалось, что питался он по ночам на помойках. Он был эвакуирован в Союз. От перенесенных страданий его психика вряд ли когда поправится.


Приезжали к нам и артисты. Дважды с концертами был Иосиф Кобзон. В 345-ом десантном полку выступала группа артистов в составе Валерия Леонтьева, Александры Яковлевой и артистов, снимавшихся в кинофильме "А зори здесь тихие"... Экспромтом мы пригласили женщин на чашку кофе. Артисты расспрашивали нас о жизни в ДРА, рассказывали о себе. Концерты и встречи с артистами незабываемы, особенно на чужой земле.


* * *


Из Кабула мы возвращались с медикаментами и спешили добраться до наступления сумерек. Наш БТР раскалился на солнцепеке, так как целый день стояла невыносимая жара. По шоссейной дороге минули Теплый Стан и выскочили на равнинную местность. Отъехав семнадцать километров от тамошней станции, мы вынуждены были остановиться, т. к. преградили путь вооруженные солдаты. То были наши постовые. Нам сообщили, что на данной трассе наступил комендантский час и дальше следовать запрещено. Мы были вынуждены съехать с дороги в сторону и остаться тут же на ночлег. Поначалу все шло нормально, нас пригласили на пост поужинать. Тогда я первый раз увидела окопы и то, как наши ребята жили под землей в маленьких землянках. Окопы были широкие и разветвлялись в разные стороны. Одни вели к землянкам, другие к танку. Танк был вкопан в землю так, что над поверхностью возвышалась лишь башня со стволом. Сверху он прикрывался маскировочной сеткой. А кругом был ровный ландшафт. Для ночлега мне выделили маленькую землянку. Но уснуть не удалось. Наверху разгорелся бой. Я слышала грохот какой-то техники, крики, стрельбу из автоматов. В голову лезли мысли одна страшней другой. Я сидела под землей и чувствовала, как сужается жизненное пространство. Утром услышала стук в дверь - принесли завтрак.


* * *


Не хочу драматизировать, но были дни, когда за сутки поступало до 150 раненых и надо было всех обработать. Особая тяжесть ложилась на хирургов, анестезиологов и сестер реанимации и хирургии, у некоторых из медперсонала наблюдались психозы. В таком состоянии Антонина из нашего отделения рвала свои прекрасные волосы и билась головой о батарею. У Лены из реанимации также наступил психоз. Подавленное состояние проходило не сразу, как будто что-то вырывали из души. Лена после Афганистана закончила медицинский институт и сейчас работает врачом.


* * *


Можно долго описывать все, что было пережито нами на той бессмысленной афганской войне.


Л. КАШОВА. г. Белый.


От редакции: Любовь Петровна Кашова единственная в районе женщина, принимавшая участие в войне в Афганистане и награжденная медалью "За боевые заслуги".

Ссылка: https://belyj.tverlib.ru/afganistan-glazami-zhenshchiny


МЕДИЦИНСКИЙ ВЕСТНИК (14.02.2025)

НАТАЛЬЯ КОЖЕВНИКОВА: "В АФГАНИСТАНЕ Я НЕ ДУМАЛА О ВОЙНЕ, ОЩУТИЛА И ПОНЯЛА ВСЕ НАМНОГО ПОЗЖЕ"


Операционная медсестра операционного отделения Наталья Кожевникова работает в больнице скорой медицинской помощи Минска уже 37 лет. Но до ГКБСМП у нее была другая работа и даже, пожалуй, другая жизнь - в Афганистане, в медсанбате под городом Баграмом. А до этого Наталья Федоровна несколько лет была медицинской сестрой в одной из столичных клиник.

'В семнадцать я уже была медсестрой'


- В 14 лет вряд ли можно знать, кем хочешь быть, - размышляет Наталья Федоровна. - Могу, не кривя душой, сказать, что в медицинское училище направила меня мама, очень ей хотелось видеть дочку в белом халате. После восьмого класса она и привезла меня в Минск, в медучилище ? 2. А сама мама была учительницей, жили мы в Березинском районе, в деревне Старые Приборки.


В то время профессию медсестры девчонки получали за 3 года 10 месяцев, так что уже в 17 лет Наталья работала в городской гинекологической больнице ? 8 Минска, где задержалась на 7 лет.


- К работе я привыкла, все было нормально, но тянуло меня мир посмотреть, романтики какой-то хотелось, - вспоминает моя собеседница. - Я знала медиков, которые уезжали работать в Йемен, была тогда такая волна - набирали специалистов через Министерство здравоохранения. Вот и решила - поеду, интересно же! Собрала документы, но незадолго до отъезда познакомилась с женщиной, которая лежала в нашей больнице. Мы разговорились, я рассказала, что в Йемен собралась, а она работала в военкомате. В общем, уже через две недели я оказалась в Афганистане, документы ведь были готовы.

'Ехала просто работать'


О том, что происходит в Афганистане, молодая медсестра знала мало, в ее окружении об этом практически не говорили, информации было совсем немного, масштаб происходящего девушка практически не представляла.


Оказалась белоруска в медсанбате в городе Баграме, километрах в 40 от Кабула, работала на посту в хирургическом отделении. Вспоминает, что у всех или почти у всех пациентов были минно-взрывные ранения, лежали ребята с оторванными руками, ногами. Самых тяжелых на БТР переправляли в госпиталь, в Кабул, остальных выхаживали сами. Правда, бывало и такое, что тех, кого удавалось выходить, кто возвращался в строй, позже находили убитыми, с отрезанными ушами, носами...


- "Я ехала просто работать, о войне не думала. Но и потом какого-то особенного шока у меня не случилось - надо было работать, и я работала. Контракт был на два года, но отработала 11 месяцев, поскольку начался вывод советских войск из Афганистана".


Медсанбат, кстати, за время работы там Натальи Федоровны не обстреливали, хотя и перестрелки, и взрывы слышали нередко. Говорили, медиков не трогают потому, что врачи и медсестры помогают местным жителям, принимают их у себя, при необходимости приезжают к пациентам-афганцам сами. Так, Наталья Кожевникова с еще одной медсестрой однажды приняли роды у молоденькой местной жительницы - родился мальчик, все прошло хорошо, ребенка сразу же нарядили в красивый, расшитый традиционный наряд. Моя собеседница говорит, что ни образ жизни афганцев, ни их обычаи ее сильно не удивили: во-первых, тем, кто уезжал туда на работу, читали лекции о стране и народе, его традициях; во-вторых, белоруска быстро поняла, что это "просто люди, такие же, как мы".


Запомнились девушке и жара, и частые пыльные бури, когда пыль стоит стеной, а только что развешанное белье приходится сразу же перестирывать. Вспоминает она и праздники, когда сами для себя устраивали самодеятельные концерты, свое 25-летие, которое "с размахом" отметила в Афганистане, как приезжали советские артисты, рассказывает, что там, в Баграме, даже в бассейн и баню можно было сходить. И, конечно, помнит, как уезжала оттуда в декабре 1988 года: первый БТР, в котором ехали вольнонаемные сотрудники, взорвался на мине. Наталья была во втором... Оставшиеся в живых пешком вернулись в Баграм, уехали позже, домой летели через Ташкент, где, к слову, "срочную" служил брат Натальи Кожевниковой.


"Конечно, работа в Афганистане научила меня многому, и не только в профессиональном плане, - говорит Наталья Федоровна, - я смогла лучше понимать людей, прочувствовала, насколько быстротечна жизнь".


"Мама, помню, говорила мне: "У тебя или голова в кустах, или грудь в крестах", - улыбается Наталья Федоровна, рассматривая свои награды. - Я за работу в Афганистане, еще находясь там, получила медаль "За трудовое отличие" и медаль от благодарного афганского народа. есть еще юбилейные медали, к годовщинам вывода советских войск, звание почетного донора..."


"Экстремальных ситуаций не боюсь"


Согласно контракту Наталья Кожевникова могла еще работать где-то за границей, но осталась дома, через пару месяцев после возвращения устроилась в столичную больницу скорой медицинской помощи, где трудится и сегодня. Говорит, что не боится экстремальных ситуаций, на другой работе заскучала бы. Здесь, в операционном отделении БСМП, она, разумеется, видит много тяжело травмированных людей, некоторых запоминает навсегда, как, например, раненых после взрыва в метро в 2011-м. Или девочку, которая стояла на балконе, а тот обвалился, - ее, к счастью, спасли. Да, работа в операционном отделении - не сказка, но и счастливых моментов дарит немало.


Живет Наталья Кожевникова в доме, который построили для воинов-интернационалистов, ей всегда есть с кем поговорить о том, что видели, как служили и работали в Афганистане. День памяти, день вывода советских войск - 15 февраля - она считает одним из главных праздников в своей жизни.


- Мне и сейчас снятся сны, что мне предлагают поехать в Афганистан, и я опять соглашаюсь, опять работаю в Баграме, - говорит моя собеседница. - Думаю, что, если бы ситуация повторилась когда-нибудь, я и правда поехала бы вновь туда работать. Все-таки там было что-то такое, что меня очень впечатлило: и жизнь в особых условиях, и человеческие отношения - сразу видно, кто чего стоит.

Марина Хидджаз, 'МВ'. Фото Татьяны Русакович, 'МВ', и из личного архива Н. Кожевниковой


Ссылка: https://medvestnik.by/sestrinskoe-delo/natalya-kozhevnikova-v-afganistane-ya-ne-dumala-o-vojne-oshchutila-i-ponyala-vse-namnogo-pozzhe


ГОРОДСКАЯ БОЛЬНИЦА 9 (15.02.2025)


15 февраля отмечается День памяти о россиянах, исполнявших служебный долг за пределами Отечества.


36 лет назад завершился вывод советских войск из Афганистана. Памятная дата установлена в этот день, чтобы напомнить о людях, проявивших мужество и самоотверженность в непростой период боевых действий.


И сегодня мы хотим рассказать о таком человеке, ветеране войны в Афганистане - медицинской сестре Лене Жеренковой.


Ее история началась в далекой Белоруссии, откуда Лена Вацлавовна родом. Там она закончила Гроднинское медицинское училище, по распределению работала в психоневрологической больнице города Жодишки, затем в хирургическом отделении районной больницы города Лида.


Но молодой девушке хотелось чего-то большего. И она направилась в местный военкомат в надежде поработать в ГДР или Венгрии. Вопреки ожиданиям, ей предложили на выбор Афганистан и Монголию. Долго не думала - выбрала Афганистан. И с 1985 по 1987 г. служила в центральном военном госпитале г. Кабул.


Насколько страшна война Лена Вацлавовна поняла сразу, попав в аэропорту под обстрел. При этом опасность исходила не только от вооружённых людей, но и самой природы. Во время службы ей довелось пережить сильное землетрясение.


- Земля качалась, общежитие трещало. Землетрясение показало, что сила природы может быть столь же разрушительной, как и человек, - вспоминает медсестра.


Работали с врачами из Московского центра хирургии им. А.В. Вишневского. Дежурить приходилось сутками без отдыха, в госпиталь поступало очень много солдат с тяжелыми гнойными ранами. Один из них и покорил сердце молодой медсестры.


После его выздоровления, под охраной и в сопровождении бронетранспортера они уже ехали в посольство на регистрацию.


По окончании службы в 1988 году молодая семья переехала на родину мужа. Так Лена Вацлавовна оказалась в Омске. И почти 40 лет работает в городской больнице ? 9.


История таких людей вдохновляет и напоминает о цене мира и стабильности. Важно уважать, помнить и сохранять память об этом для будущих поколений.

Ссылка: https://vk.com/wall-205205168_1370


КПБ ИМЕНИ Н.Н. СОЛОДНИКОВА (15.02.2025)

"АФГАНИСТАН БОЛЬЮ ОТЗЫВАЕТСЯ В МОЕЙ ДУШЕ"


"Афганистан болью отзывается в моей душе" - эти слова Антонины Петровны Зиминой, старшего фельдшера скорой психиатрической помощи, которая работала в нашем учреждении с 2004 по 2017 год, словно отражают сложный и многогранный путь, который она прошла в своей жизни и профессиональной деятельности.


В 1980 году Антонина Петровна окончила Тарское медицинское училище ? 2, получив специальность 'Лечебное дело'. С этого времени она начала свой путь в медицине, работая фельдшером в Тарской участковой больнице. С юных лет Антонина Петровна отличалась активностью, целеустремленностью и стремлением к профессиональному росту. В поисках новых возможностей, Антонина Петровна переехала в город Фрунзе (ныне Бишкек), где на протяжении четырех лет работала на городской подстанции скорой помощи в кардиологической бригаде. Эта работа стала для неё не просто профессией, а настоящей любовью, которая определила её дальнейшую судьбу. В условиях постоянной динамики и стресса, она приобрела бесценный опыт, который впоследствии стал основой её профессионального роста.


Когда война в Демократической Республике Афганистан продолжалась уже несколько лет, Антонина Петровна приняла решение отправиться в Кабул. Это был смелый шаг, который не каждый бы осмелился сделать. На вопрос, что побудило её к такому решению, она отвечает: 'Не могла поступить иначе... Да и работа секретарём комсомольской организации работников скорой помощи обязывала...'. Этот ответ говорит о её чувстве ответственности и долга перед страной и коллегами, что в конечном итоге определило её путь.


С 1 февраля 1984 года по 1 февраля 1986 года Антонина Петровна работала в Центральном инфекционном госпитале Кабула в должности старшей медицинской сестры 5 инфекционного отделения. В условиях войны, где каждый день приносил новые вызовы, она и её коллеги боролись за жизни советских солдат и офицеров. Эти годы были полны стресса и напряжения, когда порой приходилось забывать о сне и отдыхе. 'Приходилось ежедневно сражаться за жизни, на грани физических и моральных сил, но помогала дружба, сплоченность, взаимовыручка', - вспоминает она. Эти слова отражают не только её личный опыт, но и общий дух солидарности, который объединял всех, кто находился на передовой.


Несмотря на то что с тех пор прошло более четверти века, воспоминания о военных годах по-прежнему вызывают у неё душевную боль. Каждый раз, когда она вспоминает о тех страшных днях, ей становится тяжело на душе. Война оставила глубокий след не только на её жизни, но и на жизни многих других людей, с которыми она работала и сражалась плечом к плечу. Антонина Петровна считает, что все, кто прошел через эти испытания, могут понять её чувства и переживания.


Вернувшись домой, Антонина Петровна продолжила свою карьеру, став старшей медицинской сестрой в хирургическом отделении. С 2004 года она работала старшим фельдшером в скорой психиатрической помощи БУЗОО "КПБ им.Н.Н. Солодникова". Антонина Петровна активно делилась своими знаниями и опытом с молодыми специалистами, передавая им не только медицинские навыки, но и важные жизненные уроки, которые она приобрела в Афганистане. Её история - это не только рассказ о профессиональных достижениях, но и пример стойкости духа и умения оставаться человеком в самых сложных ситуациях.


Антонина Петровна - яркий пример того, как трудная судьба и сложные испытания могут закалить характер и сделать человека сильнее. Она продолжает делиться своим опытом и воспоминаниями, чтобы напоминать окружающим о важности человечности, взаимопомощи и поддержки в самые трудные времена. Её жизнь - это свидетельство того, что даже в условиях войны, где царит страх и неопределенность, можно найти светлые моменты, основанные на дружбе и взаимопонимании. Каждый её день наполнен заботой о других, и эта забота, возможно, является тем самым лекарством, которое помогает ей справляться с болью, оставленной войной.


История Антонины Петровны Зиминой - это не только личная трагедия, но и символ стойкости и мужества, которые присущи многим, кто прошел через войну. Её слова о том, что "Афганистан болит в моей душе", служат напоминанием о том, что даже спустя годы, память о войне и её последствиях продолжает жить в сердцах тех, кто был там.

Ссылка: https://vk.com/wall-217623140_2462


КПБ ИМЕНИ Н.Н. СОЛОДНИКОВА (15.02.2025)

"ВОСПОМИНАНИЯ ОБ АФГАНИСТАНЕ"


Сегодня хотелось рассказать ещё об одном удивительном человеке - Нине Семёновне Гусевой, медицинской сестре, которая поделилась с нами своим опытом, полученным в Афганистане.


Нина Семёновна Гусева - личность, оставившая неизгладимый след в истории Омской областной клинической психиатрической больницы имени Н.Н. Солодникова. Её история - это не просто биография медицинской сестры с сорокалетним стажем, это пример исключительной выдержки, самоотверженности и глубокого человеколюбия, проявившихся как в мирной жизни, так и в условиях экстремальной ситуации войны в Афганистане.


Выпускница Омского медицинского училища ?3 (1975 год), Нина Семёновна с 1976 года работала палатной медицинской сестрой в 7-м психиатрическом отделении больницы. Её профессионализм и человеческое тепло уже тогда были отмечены коллегами. Однако судьба преподнесла ей испытание, которое закалило её характер и еще ярче проявило её лучшие качества.


В 1981 году, когда весть о советско-афганской войне достигла Омска, Нина Семёновна приняла решение отправиться в Афганистан. Это решение, отмеченное сдержанностью в её рассказах ('Так в жизни сложилось'), на самом деле являлось проявлением редкой гражданской ответственности и сострадания. Не каждый способен оставить привычный образ жизни и отправиться в "горячую точку", рискуя собственной жизнью, чтобы помогать раненным и больным. Её патриотизм не был пафосным декларированием, а выражался в конкретных поступках, в ежедневном труде в условиях, далеких от комфортных.


Два года (июнь 1981 - август 1983) она прослужила в Центральном военном госпитале в Кабуле. Представьте себе обстановку: нескончаемый поток раненых, ограниченные ресурсы, постоянное напряжение. Десять психиатрических коек, двадцать неврологических - это лишь малая часть нагрузки на медицинский персонал госпиталя. Война оставляла глубокие психологические травмы у солдат, и Нине Семёновне приходилось сталкиваться не только с физическими ранениями, но и с тяжелыми психическими состояниями, требующими особой тактичности и профессионализма. Работа в таких условиях требовала не только медицинских знаний и навыков, но и колоссальной моральной силы, умения находить подход к каждому пациенту, удерживать равновесие между выполнением долга и собственной человеческой реакцией на ужасы войны.


Воспоминания о том периоде, спустя десятилетия, полны тяжелых чувств: страшного напряжения, нечеловеческой усталости, постоянного морального давления. Однако Нина Семёновна вспоминает не только о трудностях. Она рассказывает о коллективе, о взаимовыручке, о сплоченности и дружбе, которые помогли выстоять в невыносимых условиях. В госпитале, несмотря на ужасы войны, находилось место для праздников. Медики организовывали концерты, встречи Нового года, дарили радость себе и своим пациентам - маленькие проблески света в кромешной тьме войны. Эти моменты, созданные общими усилиями, стали символом надежды и человеческого единства в условиях немыслимых трудностей. Эта способность находить позитив в безвыходных ситуациях является свидетельством удивительной силы духа Нины Семёновны.


Возвращение на Родину не означало для неё завершения служения. Нина Семёновна вернулась в Омскую областную клиническую психиатрическую больницу и продолжила свою работу. Сорок лет - это огромный срок, полный самоотверженного труда и сострадания. За эти годы она стала не просто медицинской сестрой, а настоящим символом преданности профессии и человечности. Её опыт, её знания, её уникальное умение общаться с пациентами - всё это бесценный вклад в медицину и в жизнь каждого, кто соприкоснулся с ней. Её скромность и нежелание выставлять напоказ свои заслуги лишь подчеркивают величие её поступков.


История Нины Семёновны Гусевой - это пример истинного героизма, пример того, как человеческое сострадание и профессионализм могут побеждать даже в самых сложных обстоятельствах. Её жизнь - вдохновляющий пример для будущих поколений медицинских работников. Она - живой символ мужества, сострадания и преданности своему делу. Именно такие люди заслуживают самых высоких похвал и благодарности.

Ссылка: https://vk.com/wall-217623140_2463


КПБ ИМЕНИ Н.Н. СОЛОДНИКОВА (15.02.2025)

"ИСПЫТАНИЕ АФГАНИСТАНОМ"


Сегодня, 15 февраля 2025 года, в день вывода советских войск из Афганистана, мы с особым трепетом хотим рассказать про нашу медицинскую сестру Рашитову Асию Садыковну. В те суровые годы войны она с полной самоотдачей выполняла свою работу, оказывая помощь раненым.


Рашитова Асия Садыковна поделилась с нами своими воспоминаниями о времени, проведенном в Афганистане, и о том, как она пришла в медицину.


"Июнь 1973 года стал для меня началом новой главы жизни. Я, совсем ещё неопытная медсестра, приступила к работе в туберкулёзном отделении областной клинической психиатрической больнице. Первые месяцы были невероятно сложными. Теоретические знания, полученные в медицинском училище, резко контрастировали с реальностью работы с пациентами, каждый из которых нуждался в индивидуальном подходе и особом внимании. Диагнозы, лекарственные препараты, особенности поведения - всё это требовало глубокого понимания и быстрой реакции. Чувство собственной некомпетентности давило, и я не раз сомневалась в своем выборе".


Однако, счастье улыбнулось мне - коллектив отделения оказался невероятно дружным и поддерживающим. Майя Федоровна Шиманская, Анна Семеновна Школина, Александра Михайловна Подлестная, Валентина Илларионовна Артамонова - их терпение, доброжелательность и готовность делиться опытом стали для меня бесценными. Надежда Михайловна Ларькова, заведующая отделением, и Вера Алексеевна Ловягина, старшая медсестра, создавали атмосферу взаимопомощи и профессионального роста. Они не только объясняли тонкости работы, но и делились личными историями, помогая мне понять сложности психиатрии не только с медицинской, но и с гуманитарной точки зрения. Я училась распознавать тончайшие нюансы состояния пациентов, овладевала навыками психологической поддержки, и постепенно уверенность в себе возросла. Благодаря им, я не просто освоила профессию, но полюбила её.


Внезапно, 25 декабря 1979 года, мир изменился. Начало советской афганской войны стало переломным моментом не только для геополитики, но и для моей жизни. Девять лет кровавых столкновений, тысячи жертв - эта война оставила неизгладимый след в истории. Задачей советских войск, включая медицинский персонал, была охрана правительственных объектов и стратегически важных районов. В то время многие мои коллеги, отважные женщины-медсёстры, уже отправились в Афганистан. Они лечили раненых, рискуя собственной жизнью, подвергаясь постоянной опасности. Я долго думала, должна ли и я принять участие в этой войне. Не страх, а глубокое чувство долга, желание помочь, и стремление испытать себя в экстремальных условиях, побудили меня написать заявление в военкомат. Прошло около года, прежде чем мне дали разрешение на выезд.


В Афганистане я работала в единственном на всю страну инфекционном госпитале, расположенном на окраине Кабула неподалеку от военного аэродрома. Госпиталь представлял собой довольно большой комплекс, включающий в себя административно-жилую зону и 10 инфекционных отделений, в одном из которых я отработала в должности старшей медицинской сестры 2 года (1984-1986гг.). Здания были стандартными для того времени, но климат Афганистана, жаркое лето и холодная зима, накладывали свой отпечаток. Оборудование было не всегда современным, часто приходилось использовать импровизированные средства. Нехватка медикаментов была ощутимой проблемой, и мы были вынуждены быть изобретательными в лечении.


В госпитале царила специфическая атмосфера. Мы, медицинский персонал, состояли как из советских граждан, так и из местных врачей и медсестер, обученных советскими специалистами. Язык, культура, религия - всё это было весьма различным, но общая цель - спасение жизней - объединяла нас.


Мы лечили больных с различными инфекционными заболеваниями, от простых ОРВИ до тяжелых форм туберкулеза и гепатитов. Условия были спартанскими: простые палаты, часто переполненные, ограниченное количество персонала. Кроме непосредственно медицинской работы, были и другие сложности. Постоянная угроза нападений моджахедов, нестабильная политическая ситуация, трудности с обеспечением питанием и водой - все это делало работу ещё более напряженной и опасной. Мы жили в общежитии, обставленном скромно, но благодаря дружной атмосфере и взаимоподдержке мы чувствовали себя как одна семья. Вечера мы проводили за чтением, обсуждениями профессиональных вопросов, и просто общаясь.


Вспоминая ту жизнь, я понимаю, что это был огромный жизненный опыт, проверка на прочность, и несмотря на все трудности, я горжусь своей работой в Афганистане. Этот опыт научил меня ценить жизнь, быть сильнее и всегда быть готовой к любым испытаниям".


Рашитова Асия Садыковна награждена: Памятной медалью '15 лет вывода Советских войск из ДРА'. Комитетом по делам воинов-интернационалистов при совете Глав Правительств Государств-участников Содружества - 2004 году и Почетной грамотой МЗ РФ в связи с 25-летием вывода советских войск из Афганистана -2014 году

Ссылка: https://vk.com/wall-217623140_2461


ГАЗЕТА "ВПЕРЕД" (23.02.2025)

"СЛУЖАЩАЯ СОВЕТСКОЙ АРМИИ"


Людмила Иванова родилась в Троицке, окончила местное медучилище - тогда так назывался медицинский колледж. Ей было 23 года, когда она пришла в военкомат и сказала: "Хочу поехать туда!", что означало в Афганистан.


...Афганистан встретил палящим солнцем, рыжим песком и тем, что до сих пор называется адом. Она, хирургическая сестра, попала в самое пекло.


- Наш медицинский батальон базировался рядом с аэродромом в поселке Кундуз, - поделилась Людмила Александровна . - Годы моего нахождения там - 1983-85. Знали, что шла война, знали что гибнут наши ребята...Бывало так, что еще вчера мы виделись с человеком, а сегодня его не стало. Было очень много тяжелых моментов, которые до сих пор волнуют душу.


Дома у Людмилы оставалась мама. Она не знала, в какую командировку уехала дочь. Когда Людмила прибыла в отпуск, мать, глядя грустным глазами, спросила: "Что, обратно туда поедешь?"


- Да. А как иначе?, - продолжила Людмила Александровна. - Я знала, что моя помощь необходима, что "мои" врачи меня ждут... Это не передать словами: приходит авиационный борт, и мы все ждем, все знаем, что сейчас нам доставят ребят - молодых, красивых, но зачастую сильно покалеченных... Мы все их "вытягивали", спасали, как могли.... До сих пор ком в горле стоит... Я, когда вернулась домой, была в депрессии. Да и вообще, вспоминать Афган не сильно хочется, потому что это действительно тяжело.


Вернувшись домой, Людмила Иванова устроилась в больницу, где проработала до 2020 года. Профессиональный опыт, умение организовать коллег позволили ей возглавить сестринскую службу в хирургическом отделении.


- Эти два года, проведенные в Афганистане, - самые серьезные в моей жизни, - сказала Людмила Александровна. - А представляете: так получилось, что мои ближайшие родственники побывали в "горячих точках". Племянники - сыновья двоюродного брата, спрашивают: "Теть Люда, а как вы это все перенесли?" А вот так - с силой воли.


Людмила Александровна Иванова имеет звание "Ветеран боевых действий".

Ксения ИВАНОВА.


Фото предоставлено Л. Ивановой


Ссылка: https://74vpered.ru/novosti/sotsium/12017-sluzhashchaya-sovetskoj-armii/


"ZORKANEWS.BY" НОВОСТИ УЗЕНСКОГО РАЙОНА (14.02.2025)

"О СЛУЖБЕ В АФГАНИСТАНЕ ВСПОМИНАЕТ ЖИТЕЛЬНИЦА УЗДЫ"


Рана афганской войны еще долго не заживет. За 10 лет активной фазы вооруженного конфликта потери со стороны СССР составили более 15 тыс. человек. Когда говорят об Афганистане, чаще всего вспоминают тех героев, которые всегда на виду: летчиков, десантников, пограничников, спецназ, мотострелков. То есть солдат и офицеров, которые сражались, совершали подвиги, описываемые в наградных листах, получали государственные награды. И это заслуженно, но...


Редко кто вспоминает о вольнонаемных медицинских работниках, волею судьбы оказавшихся в этом знойном пекле. Среди стонов раненых, в операционных палатках и малярийных модулях, под обстрелом душманов - среди всей этой другой жизни, которую они никогда не знали и не видели в Москве, Ленинграде, Минске, Бресте, других городах родного Советского Союза.


Фельдшер-лаборант Алла Адамчевская увидела афганскую войну своими глазами в 22 года. За время пребывания в этой чужой стране не произвела ни одного выстрела по врагу, но смогла помочь многим. Афганистан отпечатался на ее судьбе солнечным ожогом, но так и не сломал ее, а подарил семью.

- Расскажите про свою жизнь до службы в Афганистане.


- Родилась я в семье военных. Папа по службе был отправлен в Барановичи. Там семья прожила 7 лет. Затем мы переехали в Германию, а потом вернулись в Беларусь, в Станьково. Там я закончила школу и поступила в медицинское училище, так как в институт не прошла по конкурсу. На работу попала в столичную поликлинику. В те годы медики были военнообязанными. И в 1984 году мне предложили командировку в Афганистан.


- Не испугались отправляться в такую горячую точку? Как отреагировали родители?


- В каждой семье обсуждалась эта тема: как справляются наши солдаты, кто их лечит. Я выросла в семье военных. Поэтому было бы странно, если бы я струсила. Я до сих пор помню слова мамы: 'Ты взрослая, у тебя своя голова на плечах. Я конечно против, но делай так, как считаешь нужным'. Для меня это была легкая авантюра. Предложили военную службу по специальности, попала в военную часть 47 419. Убедили, что там мы будем временно, что обязательно вернемся обратно. Переживала за мать, боялась, что мой патриотический поступок может сократить годы ее жизни, но отправилась в неизвестность.


- Помните свои первые дни в горячей точке?


- Такие факты из биографии не забыть. После нашего климата жаркий Афганистан казался пеклом. Это уже потом привыкаешь к палящему солнцу. Мне приходилось часто сопровождать тяжелораненых и больных в Кабульский госпиталь. На санитарных машинах с вооруженной охраной передвигались по чужой земле. А в госпитале было еще жарче. Раненых туда доставляли вертолетами с мест всех боев. Мне даже пришлось стоять у операционного стола. Солдаты часто болели. В основном это был брюшной тиф, холера, малярия. Болезни, про которые в СССР мы только в книгах читали.


- Ваше самое жуткое воспоминание об Афганистане?


- Я честно скажу, что все два года были жуткими. Ведь мы видели смерть каждый день. Каждый день кто-то умирал. Помню, когда подходила к концу моя командировка и я собиралась домой, ко мне подошел молодой солдатик из нашей части и попросил передать в Беларусь подарки для мамы и родных. В ночь они собирались в разведку. Парень не успевал собрать посылку, поэтому решили, что по возвращении он напишет адрес и я все передам. А через пару часов пришла информация, что наш отряд попал под обстрел. Когда тела привезли на базу, то среди погибших был этот солдат... Я до сих пор помню, как развивалась копна его волос на ветру. И вместо подарков семья получила груз 200. А сколько их я видела своими глазами, когда их загружали для отправки в Союз! Это было молчаливое последнее прощание с теми, кому ничем уже не поможешь. Не каждый мужчина справлялся с этим, так что же говорить про нас, молодых девушек. Мое сердце сжималось от боли, когда видела молодых искалеченных солдат. Ранения были тяжелыми, страшными, особенно огнестрельные. Место, где выходила пуля, как правило, было разорвано, деформировано. Шок, слезы градом, в горле ком. Медики делали все, что нужно, ради спасения жизни раненого, и он благодарил за эту жизнь грустной улыбкой.


- Есть ли теплые воспоминания о годах службы?


- Были не только страшные моменты того времени, были и обычные - человеческие. Ходили в гости, отмечали дни рождения и праздники. Иногда нас выпускали за пределы военной части. Получив разрешение от начальника дивизии, выходили под расписку. Самое важное, что подарил мне Афганистан, - мужа. Ведь именно там я встретила своего Сашу. Помню, как на вертолете меня доставили в очередную точку. Я спускаюсь по лестнице вниз, а там душман. Так испугалась, что полезла обратно, а вертолетчики кричат, чтобы я спускалась. И только когда я услышала русскую речь, успокоилась. Это был мой Саша. Уже потом я узнала, что наши солдаты переодевались, когда выходили в разведку. После задания мы с медсестрами ждали, когда освободится баня, чтобы помыться. И я опять увидела его. Такого загорелого, черноволосого было сложно не отметить. Красавчик! Завязалось знакомство. 1 апреля мы познакомились, а 15 июня уже поженились. Свадьбой это было сложно назвать, но я была в платье. Даже в голове не укладывается, как удалось его найти. Мы расписались, и он отправился на задание. Служил Саша в спецназе. Ребята выполняли самые сложные боевые задания. Но у меня даже мысли не закрадывалось, что он не вернется. Я знала, что все будет хорошо. Он вернулся в конце августа, а в октябре он провожал меня в Союз. Встретились мы уже спустя 6 месяцев. Он был тяжело ранен, но я узнала не сразу. А когда он написал из Кабульского госпиталя я поняла, что ранение серьезное. Ведь туда направляли тяжелых пациентов.


- Вы смотрите кино про Афган? Насколько близко к правде?


- Первые фильмы, которые сняли про Афган смотрели вместе с мужем. Война - это само по себе страшно. Была, видела. В фильмах много неправды. А вот '9-ю роту' в свое время долго обсуждали, хотя там много режиссерского вымысла. А вообще, лучшие фильмы про Афган - документальные, где идет рассказ от первого лица. Но это понятно только тем, кто это прошел. Очень хочется, чтобы наше подрастающее поколение знало об ужасах войны только из фильмов. Мы с мужем и детям не особо рассказывали о тех годах. Но сын и дочь знали, что мы прошли службу в Афгане. Поэтому современные фильмы больше выдумка, чем реальность. Слушайте ветеранов, говорите с ветеранами.


- 'Афганский синдром' вошел в медицинские справочники. Известно, что в СССР возвращались люди с искалеченной психикой.


- У меня тоже была ломка. Совсем перестала спать. Все прислушивалась, не стреляют ли. Все ребята, вернувшись из Афгана, это почувствовали. Мы просто не вписывались в эту новую реальность, часто враждебную, агрессивную. Мужу тоже пришлось нелегко, когда после тяжелого ранения он вернулся домой. Все, кто возвращался в Союз, были другими. Но вместе нам было проще, ведь я понимала, как поддержать мужа, что нужно сказать. Многие не справлялись с этим и начинали пить. И я не осуждаю их.


- А как сложилась ваша жизнь после Афганистана?


- Муж продолжил работу по военной линии. Сначала мы жили в Минске, затем мужа по службе перевели в Воложин, а потом в Узду. Саша работал начальником военкомата, а я 20 лет отдала работе на санстанции. У мужа много наград за годы службы в Афганистане, которые бережно храню. У нас родились прекрасные дочь и сын. После службы и вывода войск из Афганистана мы часто встречались с военными товарищами. Эти встречи стали традиционными. Со многими мы общаемся и теперь. Совсем недавно моего Саши не стало. После смерти мужа они меня очень поддерживали и поддерживают. Помогли пережить эту утрату. Прожили мы с Сашей 37 лет. За это время стали одним целым. И его уход стал для меня огромной трагедией. И только поддержка семьи и его боевых друзей скрасили боль утраты. Я и сейчас продолжаю трудиться в студенческой поликлинике. После 4 часов приема люблю побыть дома в тишине. Свободное время провожу за разгадыванием кроссвордов и вязанием. Вспоминаю, как любили готовить вдвоем с мужем. Сейчас себе готовлю не так охотно. Часто вижусь с детьми и внуками. Живу свою обычную жизнь, ведь после службы в Афганистане совсем иначе ощущаешь ее вкус.

Ссылка: https://zorkanews.by/14022025/o-sluzhbe-v-afganistane-vspominaet-zhitelnicza-uzdy/


"Qostanai.Media" (14.02.2025)

"Для служившей в Афганистане Веры Яцына спустя годы память словно рана, приносит боль"


Ветераны Афганского конфликта, спустя годы, вновь и вновь проживают военные события.В истории боевых действий в Афганистане у женщин своя, особая глава. В числе сотни призванных из Карасуского района ребят, которые исполняли интернациональный долг в стране гор, есть единственная представительница противоположного, совершенно не слабого пола. Она отправилась на войну по зову своего чуткого сердца.


ПАТРИОТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ


"- Может в силу возраста, но я не помню, чтобы нас откровенно зомбировали патриотизмом, хотя работа в идеологическом направлении в стране однозначно шла по всем фронтам. Теперь я это понимаю. Книги, школьная литература, фильмы, конечно, оказывали на нас влияние. Лично на меня огромное впечатление произвела 'Молодая гвардия'. Эти ребята были для меня примером мужества. И когда в начале 80-ых стали открыто говорить об афганском конфликте и заходил разговор о воевавших в Афганистане молоденьких советских солдатах, то на ассоциативном уровне на память сразу приходили молодогвардейцы, сражавшиеся в подполье. Для меня они все были героями. Случалось, я размышляла, представляла себя на их месте, пыталась разобраться в себе, мне очень хотелось испытать на прочность свои качества, силу характера и воли. Но то, что судьба предоставит мне такую возможность, и не помышляла, - откровенно говорит ветеран Афганской войны Вера Яцына, в девичестве Власенко".


ПОЗДРАВЛЕНИЕ ИЗ АФГАНА


Оно и стало призывным для 20-летней Веры Власенко, которая вернулась после окончания Рудненского медицинского училища в родительский дом в родном совхозе 'Тюнтюгурский'.


"- Это был конец 1984-го, я уже год как работала в сфере здравоохранения Карасуского района: начинала с ФАПа в Суйгенсае, продолжила работать во врачебной амбулатории центрального села. В тот день я собиралась на новогодний вечер в клуб и в суете, в круговороте наряд-причёска-макияж мельком увидела на телевизионном экране девушку в белом хирургическом халате на фоне гор. Стоя у палатки, она передавала привет и пожелания с наступающим Новым годом соотечественникам. Это были поздравления гражданам СССР из Афганистана. Увиденное не выходило у меня из головы все праздничные дни, и едва наступили будни я рванула в райцентр в военкомат, - вспоминает Вера Григорьевна".


В военном комиссариате хрупкое юное создание с не девичьим напором долго отговаривали, предлагая для контрактной работы другие страны, но девушка была непоколебима. Она оставила заявление и уехала. По словам нашей героини, какое-то время ждала, срывалась к телефону, встречала почту, но потом успокоилась, просто приняла молчание за отказ и продолжила работать.


"- Я была на работе, когда мне позвонили из военкомата. Прошёл год с момента моего визита к военному комиссару, потому звонок был как гром среди ясного неба. На сборы и бумажное урегулирование дали 24 часа. После звонка на машине 'скорой помощи', не сказав ничего никому, я помчалась в Карасу, чтобы уладить 'отделкадровые' дела. Когда вечером на рейсовом автобусе вернулась в совхоз, во дворе дома меня уже встречали подруги и родители, все, конечно, в слезах, о вызове в посёлке стало известно быстро. Наверное, хорошо, что не дали времени на раздумье, потому что страх всё-таки накрыл, но это было уже по прибытию в аэропорт Кустаная. О чём думала? В голове: 'Что же я натворила?' и надежда, что всё будет не так страшно. Как оказалось, там на много страшней и тяжелей - и физически, и морально, - не скрывает подробностей ветеран боевых действий".


В тот день, 23 января 1986 года, на борту самолёта, следовавшего курсом на Ташкент, четыре пассажира летели на войну, все - женщины...


ВОЕННЫЙ ГОСПИТАЛЬ


"- Меня, двух медработников из Кустаная и медсестру из Джетыгары 1 февраля после пребывания в пересыльном пункте в Узбекистане отправили в Афганистан, оттуда раскидали по разным точкам. Местом моей службы стал 704-й военный госпиталь 40-й общевойсковой армии Туркестанского военного округа в Шинданте, в/ч пп 94131. Это был многопрофильный госпиталь за колючей проволокой. Штат госпиталя был большим: на хирургическое, терапевтическое и четыре инфекционных отделений - десятки офицеров-врачей, пара сотен сестёр и санитарок. Ранения, ожоги, обморожения и инфекционные заболевания - это то, с чем сталкивались ежедневно. Днём стоял невыносимый зной до +50, ночью температура воздуха резко падала, это достаточно экстремально для человека. Отсюда пневмония, простудные заболевания, бойцы заболевали пачками. Даже в летнюю жару в горах было до -30, потому ребята обмораживались, потом долго лечились, - продолжает Вера Григорьевна".


Молоденькую медсестру из Карасуского района распределили в одно из инфекционных отделений.


"- Нагрузка была колоссальная, случалось разворачивали до 300 коек, и это только в одном отделении, солдаты в зависимости от сезона болели всеми видами инфекций - и гепатитом, и паротитом, и брюшным тифом, и малярией, причём очень тяжёлыми формами. Виной всему была война, а на войне, как известно, бойцы и болезни в одну ногу идут. В полевых условиях практически невозможно соблюдать санитарные нормы, хотя медицинские профилактические группы работали везде, - рассказывает медработник со стажем Вера Яцына".


ПОТРЯСЕНИЯ


"- Все здания - госпиталь, баня, кухня, морг были сборными, модульными. За колючую проволоку, за территорию части через пост женскому медицинскому персоналу самостоятельно выходить не разрешалась. Служба в основном проходила на территории госпиталей, здесь была наша война, наша битва за молодые жизни. Здесь мы испытывали потрясения на каждом шагу, рыдали навзрыд от беспомощности и душевной боли, от сострадания к незнакомым матерям, чьи дети погибали у нас на глазах, от жалости к женщинам-медикам, которые оставили свои семьи в Союзе и очень скучали по ним, работая на разрыв. Я вспоминаю случай, когда я впервые побывала в морге нашей воинской части. Туда ходила с подругой, у которой погиб на задании любимый парень. Ему до демобилизации оставалось совсем немного, подходил срок завершения контракта и у неё... Ребята любили друг друга, хотели пожениться... Страшная картина... Там цинковые запаянные гробы стояли в несколько рядов, в каждом - мои ровесники, солдатики до 20 лет. Эту боль, отчаяние, обиду за оборвавшиеся жизни ребят не передать. Я долго не могла отойти... Мои воспоминания - это вечная рана, такое забыть и вспомнить без слёз невозможно... - с горечью в голосе говорит Вера Григорьевна. - Даже когда вернулась из Афганистана, долгое время не могла спокойно относиться к мирным радостям и обыденностям, казалось это не правильно, ведь там уходили из жизни совсем дети, ребята, не знавшие жизни. Много времени прошло, пока я приняла эту реальность..."


ДРУЖБА


"- На войне она, наверное, самая настоящая. Здесь вообще всё неподдельное - и взаимоотношения, и переживания, и любовь, и сочувствие. В нашем коллективе я была самая молодая, со мной работали и взрослые женщины, и медсёстры среднего возраста, мы всегда друг друга выручали, поддерживали, жалели, давали возможность отдохнуть, поспать, ведь было очень тяжело - раненые и больные шли беспрестанным потоком. Медсёстры крутились как белки в колесо, это была не работа, это была война, круглосуточная... Перевязки, уколы, капельницы... И всё это до бесконечности, сутками не спали, благодаря молодости держались, наверное. Конечно, в таких условиях люди очень сближаются. Во время моего контракта служили в основном москвичи и ленинградцы, медсёстры из Куйбышева, из Казахстана была только одна девушка, алматинка, мы по возвращению долго с ними переписывались, продолжаем и сейчас через соцсети общаться, - делится Вера Яцына".


НАГРАДЫ


- Все медали для меня дороги, в них впаян поминутно мой каждый день в 'горячей точке'. А это 2 года и 3 месяца, причём опасность подстерегала всех на каждом шагу, и любой день мог стать последним. Я была свидетелем огромного количества таких трагедий, война жестока, она не щадит никого, ей не свойственны жалость и сострадание. И человеку нужно немало времени, чтобы в мирной жизни перестать жить по законам войны... Да, пугающая философия, но через это проходят все, кто воевал и видел войну своими глазами, кто слышал её, пережил обстрелы и взрывы, гибель людей, нечеловеческие условия проживания, постоянные опасения и тоску по родным и близким. След она оставляет на всю оставшуюся жизнь. На себе проверено... - подытожила ветеран войны в Афганистане".


36 ЛЕТ СПУСТЯ


Сегодня Вера Григорьевна продолжает трудиться по специальности: последние 20 лет она занимает должность старшей медицинской сестры Костанайской районной больницы. Здесь она человек авторитетный, уважение к которому сложилось не только из признания профессионализма и компетентности, но и из восхищения её боевыми заслугами и личными качествами. А в семье она - мужественная бабушка и мама-герой, заботливая супруга и отличная хозяйка. 15 февраля Вера Яцына соберётся вместе с близкими её чуткому сердцу людьми, чтобы вновь отметить этот радостный и одновременно скорбный день памяти, ставший для нашей героини священным.

Ссылка: https://www.qostanai.media/dlja-sluzhivshej-v-afganistane-very-jacyna-spustja-gody-pamjat-slovno-rana-prinosit-bol/