# На троих

О Феникс

Своим тихим и нежным голоском Алёнушка молвит: "А вот не надо было пить, козлы". И всё-таки эта помощница, обитающая в смартфоне, берётся выполнить фантастически трудное задание - вернуть из небытия моих новых товарищей. Ну, пусть попытается, хуже не будет. А сам я запишу пока, для надёжности памяти, как же приключилась такая ситуёвина.

Во время моей воскресной прогулки по городу случилась ужасная подмена: вместо радостного начала весны - сварливость поздней осени. От сырости-то я защитился, натянув "гондон", удачно купленный незадолго до этого (кстати, модный дождевик оказался удобным, его прозрачный воздухопроницаемый цилиндр, в который полностью входит голова, не мешает обзору, не цепляет всё вокруг, не выворачивается на ветру, а плащ до пят надёжно прикрывает остальное). Но посеревшая улица... Хотел уже вернуться в свою берлогу, и вдруг увидел необычную вывеску: "На троих". Ага, отсылает к давнему, полузабытому. Я нацелил на вывеску смартфон, поймал круть-код и получил уточнения. Вот их суть.

Советский лидер Хрущёв, по воле которого многочисленные забегаловки перестали продавать горячительные напитки в разлив, нечаянно породил весьма популярное действо: люди покупали в магазине поллитровку водки на троих и распивали где попало, закусывая в основном разговорами. Встретившееся мне кафе возродило народную традицию на новом уровне, здесь главное - общение, столь важное при нашей отчуждённости, здесь вообще всё облагорожено. И оказалось, что мы имеем ценное культурное наследие. Точнее, окультуренное наследие, что ещё ценнее. Скинуться на троих по-прежнему недорого, поскольку доплатит город, который надеется благодаря этому снизить психическую напряжённость и повысить производительность... Хм!

Войдя, попал я в окружение голографических картин, которые объёмно показали, что общение втроём бывает удачным даже без выпивки (во всяком случае, видимой): три девицы под окном; три охотника на привале; трое в лодке, не считая собаки; трое на скамейке в Ялте, не считая войны и мира. Ну, понятно, с явной выпивкой будет наверняка! Воодушевлённые посетители, оставив "гондоны" между правой девицей и левым охотником, мыли руки между лодкой и скамейкой, после чего сбивались в тройки (мужские, женские, микс), а те исчезали за дверью между правым охотником и лодкой. Но двое посреди холла представляли собой вопиющую незавершённость - и, судя по их тоскливо ищущим взглядам, уже давно. Эти мужички были мелкими, однако напрягали, потому что у одного из них шёл грубый косой шрам через всё лицо, захватывая веко, нос и губы. А вдруг - бандюки?.. Для меня это преграда? Ну-у... Здесь не тёмная подворотня, а я не худосочная дамочка. И должно быть что-то интересное от обладателя шрама.

Новая тройка, рождённая с задержкой, рванула навёрстывать упущенное. И попала, как мне представилось, в коробку с круглым тортом, который уже порезали на сотню треугольных долей. Но в этих долях не коварная сладость, а благодатное общение. Мы зашли в свободную треугольную кабинку и сели за треугольный столик. Сервировка на троих, в центре трехгранная четвертинка красного, на этикетке крупно - "На троих" и "На здоровье!" (ясно, вино сухое). Мужички, скептически оценив напиток и дозу, заказали лёгкие закуски, я последовал примеру.

Центральному на столе - первейшее наше внимание. Но нет, мы не выдули бутылочку разом, а культурно ополовинили для знакомства. Обладатель внушительного шрама - Ваня, а второй - Вася. Вино в бокале на тонкой ножке отсвечивало тёмным рубином, за терпкостью ощутил я тонкие привкусы, однако не отдался им, поскольку главное в окультуренном наследии - общение. Узнал, что встретились Ваня и Вася впервые. Сразу признали друг в друге почтальона в отставке. Как? Да не проблема для намётанного глаза: компактность и жилистость тела, неприметность (до появления шрама, конечно), а под свежим налётом пенсионной расслабленности - внимание охранной системы и напряжённость пружины. Такое и позволяет быстро заметить охотника за письмами, защититься или спрятаться, лететь багажным отделением, ехать не внутри вагона, терпеть сухой паёк и мокрый памперс, покрыть большое расстояние и, невзирая на изнурённость и даже раны, доставить то, что клиенты не хотят отправлять через дырявый Интернет.

После второй сухой половинки я спросил у Вани о происхождении шрама.

- Ох... - поёжился он. - Вот в такую же погоду прятался на крыше поез...

Брякнуло сообщение ему. Глянув, Ваня быстро отписался.

- Такое дело... - сказал смущённо нам и поднялся. - Простите, надо идти.

- Ты чё? - выпучился на него Вася. - В кои веки компашка. Ломаешь на полуслове. Погоди чуток!

- Времени только дойти. Коллега не может выйти на дежурство. Ну, мы как-нибудь в другой...

- А проводим! - возник я. - По дороге продолжишь.

И вскоре мы выпали из тепла и света в холодную сырую сумрачность.

- Тут недалеко, можно потерпеть, и метро там для вас, - успокаивал Ваня (в основном, конечно, меня).

- А чего терпеть? - удивился Вася. - Надо правильно добавить, тогда потеплеет, посветлеет, вообще получшеет. - И жестом фокусника предъявил нам три бутылочки водки, похожие на пробирки (такие покупают, если хотят надёжнее контролировать дозу). - Между прочим, бесплатные. Это бонус мне как охраннику алкомаркета. А ты кем сейчас?

- Ночным сторожем в институте.

- Ну, можно позволить эту малость! К утру выветрится. А на всякий пожарный... Скажешь, протирал чегой-то. У меня забавно было. Выскочил из мониторной, воришку прищучить. Пока менты ехали, подвалил админ, учуял запашок от меня. Ну, я брякнул, что в булочной соблазняют искусственным запахом хлеба, а я даю натуральное. Он хмыкнул и отстал.

- Ин-сти-ту-ут! - рубил Ваня воздух ребром ладони. - Нет, добавлять не буду.

- Па-а-думаешь! - надулся Вася. - Кстати, чтобы без травмы, надо хорошо прятаться. Вот площадь. - показал он мне вперёд. - Закрой глаза, на счёте десять ищи.

Я смотрел на дереве, в мусорном баке, даже в тележке с мороженым. Нету! Вася победно возник из бака, элегантно стряхнув какую-то гадость.

Ваня впал в задумчивость. Вскоре остановился.

- Подождите здесь, чтоб не под камеры.

И скрылся за углом. А мы в недоумении стояли у торца здания, под мокрыми голыми ветвями, возле тёмных окон в решётках. Засветилось окно на третьем этаже. Открылось. Выглянул Ваня, стрельнул глазами туда-сюда. Затем спустил сиденье на верёвке через блок. Мы вознеслись. Я увидел... боже ты мой... чёрный гроб! Ваня потянул вверх крышку на боковых петлях. Изнутри всё было выстлано красным пластиком, на котором перемежались дырочки и пузырьки.

- Студенты, как они говорят, сбацали телепортацию, - объяснял Ваня. - Вместе с с ребятами двух вузов другого города, не расслышал какого. Из тех, куда был безвиз, потом сплыл, и вот опять. Готовые порталы были закрыты, теперь открыты. Завтра визиты с двух сторон. По-тихому, чтобы совместить полезное с приятным. Приятное - это маленький, зато бесплатный туризм. Мы успеем проскочить! Слышал, на той стороне тепло, природа в соку. Время там сильно меньше. Значит, светло сейчас. Приятно погулять... Ну что, поддерживаю компанию? То-то! На всякий случай - подкожные паспорта в порядке? Хорошо. Где тут таблеточки? Вот! Под язык. От неприятных ощущений. А чтобы нам уместиться, снимаем до белья... Ну, сойдёт, будем спортсменами. Смартфоны тоже оставим. Теперь посредине ляжет большой, мы бочком.

Так взял в оборот, что наша тройка бац - и в "гробу"! Крышка захлопнулась. Неживой голос приказал замереть. Призрачный свет. Мигание, писки. Голос известил: "Готово". Запахло... водкой. Крышка откинулась, в "гробу" высветились многочисленные носики пипеток, спрятанных в гнёздах. За окном солнце.

- Как протащил водку, в жопе, что ли? - рассердился Ваня. - И успел присосаться!

- Чё, какая жопа, вы бы побрезговали. Когда почтальоном был, то да. Так легче утаить, когда при отправке на маршрут искали неположенное. Тогда и понравилась эта бутылочка, удобна. Сейчас просто в руках, незаметно. Думал, вдруг на природе решим оторваться по полной. Нет, не присасывался! Куда-то делись.

- Вылезаем. - сказал Ваня. - Э, зачем вцепился в меня? - это он мне.

- Что такое? Это же ты тащишь меня.

Оказалось, что мои соседи по "гробу" приросли ко мне боками!

- Как такое могло? - спросил Ваня у потолка. - На студентов не грешу, они сплошь отличники. Мы могли что-то сами. Малая доза слабого вина? Пустяк, тело всё равно делает немного алкоголя. Запах водки... А ведь биопринтер, в котором мы, не может делать стекло! Водка появилась тут свободной. Смачивала наши возникающие тела. Спирт неплохой растворитель. Вот и слиплись. Да, отрываемся по полной!..

- Мы напечатаны? - недоверчиво спросил я.

- Ну да.

- Значит, на старте был...

- Биосканер.

- Что же получается? Тут и там должно быть по сканеру и принтеру. Оригинал человека остаётся на старте, передаётся копия. На принимающей стороне печать. Здесь человек получит что-то новое, станет несколько иным. Снова оцифровка, изменённый остаётся, отправляется копия. Снова печать. В итоге из одного человека получится три, причём на первой стороне - и стартовый, и финальный. Проблема, однако! А что же будет с тремя нашими тройками, две из которых уродские?

- Нет человека - нет проблем. Так услышал. Понял, что первый сканер ещё и внедряет специальные коды, чтобы оригинал и копия разрушились, когда надо. Для того и обезболивающее под язык. Оригиналу даётся мало времени, а копии - чтобы дотянула до второго сканера. Всё распадётся до мельчайшего, которое всосётся через отверстия в сканерах и вернётся в систему. Принтеры же игнорируют разрушительный код. Так что наша тройка будет в одном экземпляре. А в каком виде... То науке неизвестно. Поживём, увидим. Между прочим, время здесь пошло. Слышал, его точно хватит до Эйнштейна на другом берегу и назад.

Мы, хотя не с первого раза, вылезли. Увидев крем от солнца, любезно приготовленный принимающей стороной, намазались им как могли. Нашли сиденье с верёвкой и намучились при спуске (хорошо хоть, этаж второй). Наконец, оказались под раскидистой магнолией, которая утыкана белыми бутонами, возникшими раньше листьев. За нашей тройной спиной была краснокирпичная стена, подёрнутая тёмно-зелёным плющом. Впереди - мост. Добирались до него тяжело. Вася и Ваня висели на мне с двух сторон, колени мои подгибались. Я опустился на четвереньки, спутники - вынужденно тоже, и вот тогда дело пошло лучше.

На мосту проезжавшие мимо нас вопили про монстра или про авангард марсианских захватчиков. И давили на газ. Мы учли это, свернув после моста не на людную асфальтовую дорожку, а на вьющуюся по берегу пустую тропу, прикрытую ивами. Прорези в зелёной завесе показывали то голубое небо, то салатовую заводь с уточками, то белые паруса на просторе. По контрасту с этой благостью вспомнилось начатое Ваней: как он в лихую погоду ехал на вагоне. Я не успел попросить его, чтобы продолжил, потому что тропа оказалась не такой уж пустой. На неё выходили из воды гуси. Они разорались, увидев чудище. Самый большой раскинул крылья, потянулся вверх и стал ещё больше. Зашипел и набежал, щипля везде, где доставал. Хотя не больно было (спасибо таблеточке), но обидно. Мы с трудом оторвались.

- Вот он! - Вася выбросил вперёд руку, указывая на каменного Эйнштейна среди воздушно-розовых сакур.

При этом и с Васиных пальцев слетели розовые лепестки. Э, не лепестки - ногти! Вася удивлённо смотрел на открывшиеся раны (похоже, безболезненные). Затем быстро развернул нас и принудил пуститься рысцой. Мы спотыкались, врезались в деревья, падали - и снова вперёд. То есть, назад. Гусак добавил, от обиды в глазах посерело. Впрочем, затянулся серым и жгучий глаз небесный. Однако мы всё равно взмокли, пот смешался с кремом от загара, на эту гадость липли перья, листья, кусочки земли. На мосту ближняя полоса сразу опустела. Впереди я заметил указатели съезда на нашу сторону: MIT и Harvard University. От Васи отрывались кожные лоскуты, затем кусочки мяса. Тройка перешли в галоп, а позади трепыхался красный шлейф. Когда подтягивались на этаж, с Васиной стороны сыпались кости. Внутрь попали мы с Ваней. Увы, теперь уже он оставлял кроваво-грязные ошмётки. Однако мой напарник находил силы говорить.

- Значит, не только код от студентов. Ещё лишний алкоголь, годами, он ослаблял внутри. Вася так пил, что развалился первым. Я прикладывался после работы. Вижу, ты уцелеешь. Хорошо бы вернулся сюда. Почистить. Потом уже совсем к себе. Тоже почистить. И в окно, захватив наше всё. Наверное, это меньшее из зол.

Ваня дотянул до сканера - частично... А принтер только меня выдал. Я осмотрел и ощупал себя. Всё на месте! Хотя кожа на боках в небольших рубцах. Очень кстати оказалась душевая. Я смывал липкий слой, печально думая о порушенной компании. Так и не услышал от Вани. Да и Вася послушал бы, у нас же на троих. А что, если?.. Я не справлюсь. Алёна!

У смартфонной помощницы интеллект, конечно, не очень. Её сила - искать, контачить, склонять к нужному. Поэтому я дал ей задание: определив локацию здешнего биосканера, организовать мощный натиск на исходный наш файл, чтобы очистить от алкоголя. На всякий случай - от всего алкоголя (природный позже появится в телах). Чистый файл передать на здешний биопринтер.

И вот Алёна сообщает мне: всё складывается как надо, даже крутые хакеры подключились, хотя удивляются, что участвуют в акции против алкоголя. А я завершаю запись, для которой использовал немного памяти смартфона.

Пошлю сообщение самому себе. С этой записью. Положу смартфон у здешнего принтера. И отдамся сканеру. Кстати, в нём как будто никого не было. Чего не скажешь о принтере, в котором я намазюкал. Ну, ладно, протру быстренько, чтобы тройка не испачкалась.

Всё, в сканер! Надо бы для верности еще таблеточку. Не видно её... Некогда! На той стороне наведу порядок, ведь рассыпалось до незаметного только наше, а была ещё принесённая снаружи грязь. Затем буду отвлекаться от тамошнего сканера. Наконец, настанет время для... отрыва.