# Они вырастут!

Дженни Виллерс

Отвечая на вопрос о сексуальном насилии в стенах детских домов, школ-интернатов, приютов, Павел Астахов заявил, что "оно уже не так актуально". "Там уже нет сексуального насилия, там бытовое насилие - рукоприкладство, унижение." ГДЕ ПРАВДА?

Страшная правда. Все больше и больше сообщений о том, что в детских домах старшие насилуют младших, причем младшие со временем перестают воспринимать это как нечто плохое. Насилие становится основой их полового воспитания. Выстраивается страшная схема, при которой половой акт обязательно сопряжен с физической и моральной болью. Наряду с побоями и прочими "прелестями" детдомовской жизни они выносят из стен домов "доброй государственной опеки" извращенные умы. Причем следует также отметить, что превалируют однополые связи. То есть не просто ломается представление об отношении полов, а вкладывается и воспитывается извращенное, перекошенное представление, которое побороть в последствии очень и очень сложно, фактически невозможно.

А что же в этот момент делают взрослые, обязанные следить за порядком в учреждениях, где содержаться дети, оставшиеся без родительского попечения? А они стараются не замечать таких фактов, укрывать их и прятаться за общими фразами. Попробуем понять почему?

Халатность или денежные потоки. Любой детский дом - это государственное учреждение. Следовательно, и денежные потоки поступают из вышеуказанного источника. При таком раскладе любой скандал, недоделки или ЧП безусловно плохо влияют на объем этих потоков. Главной целью становится не содержание детей и подростков в приемлемых (я уже не говорю о хороших) условиях жизни, а сохранение своей репутации. Причем чем безупречнее детский дом, тем больше он получает на одного ребенка. Вот, к примеру, на содержание одного воспитанника московского детского дома в 2009 году полагалось 480 тысяч рублей в год (цифра усредненная). Сделаем простые вычисления, значит в день на одного ребенка положено: 480 000/365 = 1315,00 рублей. На каждого ребенка выделяются деньги на одежду, питание, учебные и игровые материалы, постельное белье и даже на карманные расходы, которые они должны получать под роспись. Какое широкое поле для деятельности. Вот и получается, что не замечать проблем, гораздо выгоднее, чем бороться с ними. Жалобу ребенка легко назвать выдумкой и повернуться к незащищенному спиной. Администрации детских домов, в которых происходят такие вот вещи, как правило, так и делают. А обрати внимание, и ребенка могут перевести - это минус доход, как минимум.

Преступление и наказание? Есть и еще одна возможная причина. ЧП в детском доме - это повод для проверки оного. А наряду с попустительством в уходе и воспитании детей-сирот зачастую есть факты хищения денег, выдачи ненадлежащего рациона питания и прочие и прочие, что может быть выявлено в процессе проверки. Так зачем подставлять себя, если можно просто не замечать? В крайнем случае, если каким-то образом информация дойдет до проверяющих органов, то с отдельным человеком всегда проще договориться, чем если делу придадут огласку и "на пороге" появится комиссия.

Безусловно, возможно есть и другие причины, но далее рассматривать и искать их я не вижу смысла, так как и перечисленных вполне достаточно.

Детская неожиданность. Однако это не все. Такое "сексуальное воспитание? может дать свои плоды гораздо раньше, чем ребенок вырастет. И это касается не только психологического состояния пострадавшего, это касается усыновления. Как правило, детей усыновляют семьи, в которых уже есть свои дети. Ребенок с извращенной половой ориентацией может стать источником неверной информации для младших. А если ребенок уже достаточно большой, то и насильником. Система работает просто, я был слабым - меня использовали, я стал сильным - буду использовать тех, кто теперь слабее. Сама мысль о возможности появления такой беды вызовет ужас у приемных родителей. Столкнувшись с проблемой, они, скорее всего, не будут знать как себя вести и вполне могут проявить агрессию, что еще усугубит положение. Такого ребенка вернут обратно в детский дом, чтобы обезопасить своих детей. И такие вот возвраты могут произойти не один и не два раза, а у ребенка будет формироваться или комплекс неполноценности, или явная агрессия. А ведь когда-нибудь воспитание в школах-интернатах закончится и с чем тогда этот искалеченный во всех планах подросток восемнадцати лет выйдет в мир? Страшно подумать.

Может быть, ребенку повезет, и приемные родители найдут в себе силы медленно, тяжело исправлять его. Смогут ли они - это уже другой вопрос, но в период, пока все это будет проходить, на других детей времени будем гораздо меньше. Это приведет к ссорам, обидам, вспышкам агрессии в семье. Вот в этот то момент и придут доблестные органы опеки и попечительства, чтобы проверить "семейную идиллию". Никто не даст гарантии, что после проверки ребенка не вернут в детский дом, более того, никто не даст гарантии, что не отнимут еще кого-нибудь у этой семьи. Чтобы избежать всего вышеизложенного, родителям надо быть настоявшими психологами, одной любовью тут не обойтись.

Выжигание души. Ну, вот в заключении добрались и до самого ребенка, пострадавшего или страдающего от физического насилия, сексуальных домогательств, халатности ответственных работников и беспомощности взрослых. И без того хлебнувший горя малыш после первого своего "сексуального урока" превращается в забитого зверька. Приступы панического страха, апатия, истерики или сильная заторможенность, последствия глубокой психологической травмы. И это при условии того, что ребенок просто боится рассказать взрослым о своей беде. Вымученное признание оказывается безответным, а порой, находящегося в глубокой депрессии и шоке, ребенка еще и обвиняют в клевете. Осознав, что мир вокруг него живет по звериным законам, он начинает их изучать и приспосабливаться. А "уроки" старших воспитанников не прекращаются. Сопротивляется малыш с каждым разом все меньше и постепенно привыкает. Вся его жизнь теперь все больше сводится к инстинктам: есть, пить, бояться, убегать, подчиняться... В какой-то момент он осознает свое место в этом жутком обществе. Слом уже произошел, больше ломать такого ребенка не придется. Дети гораздо быстрее адаптируются к новым условиям - это заложено в них природой для выживания. А между тем с каждым годом ребенок растет, меняя статус жертвы на насильника, потому что он уже принял навязанную систему. Теперь он уже выбирает жертву, он принуждает, он бьет, он насилует, отыгрываясь за годы унижений и страданий. Потому что "нет более страшного господина, чем бывший раб!" Заканчивается обучение, новый готовый человек выходит в мир современного общества из мира детского дома, школы-интерната. Только вот человек ли он уже или зверь? Не захочет ли он применить систему, которую впитал в себя за долгие годы на практике в вашем дворе, в вашем доме, на вас? Вам страшно? И мне тоже страшно. Да, вы правы, после нескольких жертв его поймают и посадят. Но не лучше ли остановить эту страшную цепочку событий еще в самом ее начале?


Пара статей о страшной правде:http://www.facts.kiev.ua

http://www.arsvest.ru