# Сталинградские сны. Том 6. Безмерность

Андрей Геннадиевич Демидов

Морозный рассвет перед всеобщим наступлением Волховского фронта Мерецкова 13 января 1942 года... Из труб блиндажей оккупантов выскакивают золотистые искорки. Фрицам холодно, и они шуруют печи до красного накала. Утро солнечное, словно солнце радуется будущему очищению русской земли от разной подлой нечисти. Но над Волховом висит морозный туман. Под утро во всех советских ротах прошли митинги... И вот 9:00... Взлетела красная ракета. Тишину распорол ужасающий грохот залпа "Катюш". Началась артподготовка. На позиции фрицев обрушился шквал артогня. С закрытых и открытых позиций прямой наводкой били 45 и 76-миллиметровые пушки полковой артиллерии, с закрытых - дивизионные и армейские 122-миллиметровые гаубицы "Матушки", 152-миллиметровые гаубицы-пушки "Емели" и 203-миллиметровые Б-5 "Кувалды Сталина" из полков Резерва Верховного Главнокомандования. Штурмовики Ил-2 из 175-го штурмового авиаполк Валивахина и 218-го штурмового авиаполка Сапогова, а также бомбардировщики Пе-2 из бомбардировочных авиаполков ВВС Волховского фронта начали бомбить и штурмовать позиции Лаукса и Книза. Под мощные раскаты канонады передний край обороны укрыла густая пелена дыма.

Андрей Геннадиевич Демидов


Сталинградские сны

роман-летопись

Том VI. Безмерность


Вставайте, люди русские,

На славный бой, на смертный бой.

Вставайте, люди вольные,

За нашу землю честную!


Живым бойцам почёт и честь,

А мёртвым - слава вечная.

За отчий дом, за русский край

Вставайте, люди русские!


Кантата 'Александр Невский', ор. 78

С. С. Прокофьев, В. А. Луговской


Оглавление

Предисловие

## Глава 1. Спасти Ленинград. 2-я Ударная армия Клыкова


## Глава 2. Сокрушение 'Волховского вала' фон Лееба


## Глава 3. Так спасали Ленинград


## Глава 4. Прорыв конницы к Ленинграду в начале 1942 года


## Глава 5. Горячий снег февраля


## Глава 6. Кавалерия и лыжники в тылах группы армий 'Север'


## Глава 7. Группа армий 'Север' с переломанным хребтом


## Глава 8. Красная Горка под Любанью. Прорыв в невозможное


## Глава 9. Приказ Ворошилова: 'Снарядов не жалеть!'


## Глава 10. Дикий зверь фон Кюхлер и хитрый рязанец Мерецков


## Глава 11. Ранняя весна на Волховском фронте


## Глава 12. Посвящение 700-летию разгрома немецких рыцарей на Чудском озере


## Глава 13. 'Долина смерти' на Волхове


## Глава 14. Предательство как фактор побед


## Глава 15. Майская битва в 'Волховском рукаве'


## Глава 16. Как Wehrmacht наступал со скоростью строительства железной дороги


## Глава 17. 2-я Ударная армия умирает, но не сдаётся!


## Глава 18. Малая 'дорога жизни'. Прорыв в бессмертие


## Глава 19. О тех, кто не дал убить ленинградцев


## Глава 20. Бессмертие 2-й Ударной армии и предательство Власова


Послесловие


## Глава 1. Спасти Ленинград. 2-я Ударная армия Клыкова


Мысли всех советских людей и руководителей Советского государства так или иначе сходились на необходимости как можно скорее спасти Ленинград, его жителей, окружённые войска и флот! Ведь каждый день осады - это смерть советских людей, русских, славян! Сам город изначально находился в весьма уязвимом положении. Таким его построил Пётр I - в глухом северном болотистом краю вдали от сельскохозяйственных районов. Для снабжения населения города в 1941 году требовалось 1 500 000 килограмм продовольствия в сутки.

Именно поэтому 28 июня 1941 года, когда лютый враг наступал ещё в Прибалтике, большевики начали эвакуацию населения из Ленинграда. С этого дня началась эвакуация детей в Тихвин. В Тихвине большевики и местный Совет дополнительно открыли многочисленные детские сады. Дошкольные учреждения разместили в школах, избах-читальнях, красных уголках, правлениях колхозов. За короткое время прибыло более 3400 детей разных возрастов. Их обустройством занималась 'тройка' - заведующий отделом образования исполкома, секретарь райкома комсомола и заведующий райздравотделом исполкома. Совет обеспечивал эвакуированных детей медобслуживанием, педагогическими кадрами, питанием.

3 июля из Ленинграда в Тихвин пришла телеграмма: 'Обеспечьте встречу и размещение 1500 детей ясельного возраста'. Помещения подготовили, но как доставить малышей из вагонов на место? В грузовые машины или автобусы их не посадишь. Легковых машин не хватит - поезд не может долго стоять под разгрузкой. В Райкоме большевиков решили нести детей со станции по адресам на руках.

Поезд с малышами прибывал ровно в полночь. За полчаса до прихода эшелона тихвинцы заполнили всю привокзальную площадь и платформу. Собралась огромная, молчаливая, серьёзная толпа. Пришли рабочие и служащие, железнодорожники с жёнами, комсомольцы и пионеры, пришли все неравнодушные. Всем миром. Комендант вокзала сообщил, что поезд опаздывает на два часа и прибудет в 2:00. Задержка из-за бомбёжки.

- Мы будем ждать! - раздались десятки голосов.

Прошёл час, другой, третий. Эшелона нет. Срочно пропускали воинские эшелоны на фронт. Ночь сменилась рассветом. Люди устали, но не расходились. Лишь в 7:00 прибыл поезд с ребятишками. Вскоре длинной вереницей по городу растянулась необычная колонна. Сотни и сотни людей с детьми на руках. Тихвинцы бережно несли на руках спящих малышей. На руках через весь город. Так спасали Ленинград!

До 29 августа по железной дороге эвакуировали через город 1 475 000 беженцев из западных районов СССР, 169 000 ленинградских рабочих и служащих с семьями, более 220 000 ленинградских женщин с двумя и более детьми, а также около 320 000 ленинградцев других категорий. Но вывезти полностью город или создать огромные запасы продовольствия большевики не успевали - капиталисты не шутки шутили, а вероломно вломились уничтожать и закабалять, и их механизированные многомиллионные орды устремились к городу с юго-запада и севера. Теперь только от большевиков зависело - будет спасена многонациональная страна и её народы вообще, и город Ленинград от расистов, фашистов, капиталистов, или нет.

К началу осады Ленинград не имел достаточных полевых оборонительных сооружений. Основные усилия сосредотачивались для создания Лужского рубежа обороны. Отступление до черты города никогда не планировалось. Впоследствии ослабленное голодом население просто не смогло их быстро построить. Войска Ленинградского фронта из-за недоедания находились не в лучшем состоянии. Недостаток снарядов не позволял надеяться на прорыв осады изнутри и даже на отражение мощного штурма, начни его гитлеровцы по подобию одного из штурмов Севастополя. Без внешней поддержки город мог пасть.

Борьба за спасение Ленинграда снаружи велась с самого первого дня осады - с 8 сентября 1941 года. Очередное наступление для прорыва осады планировалось в конце 1941 года одновременно с контрнаступлением под Москвой. Для наступления на выручку Ленинграду через Волхов срочно создали Волховский фронт Мерецкова.

Мерецков - главный герой предстоящей эпической битвы на Волкове сам лично храбрый. За Гражданскую войну, будучи на командных должностях, пять ранений! Сто раз под смертью ходил. Коммунист. Военная академия имени Фрунзе. Обучение вопросам подготовки войск в демократической буржуазной Германии. Большой опыт на крупных командных должностях уровня армии и округа. В качестве военного советника 'Петрович' участник Гражданской войны в Испании против коалиции фашистских сил. Шестое ранение. Затем заместитель начальника Генштаба и начальник Ленинградского военного округа. Пользовался большим уважением в армии и партии. По причине ранений Сталин просил его сидеть, когда другие, приветствуя вождя, вставали. Силами своей 7-й армии во время 3,5-месячного Финского похода Мерецков прорвал 'линию Маннергейма', что послужило причиной краха всей обороны Финляндии несмотря на поддержку её коалицией капиталистических государств. До начала 1941 года Мерецков начальник Генштба РККА. Мозг армии. Готовил план мобилизации. После вероломного нападения гитлеровцев представитель Ставки на Ленинградском фронте.

Утром 23 июня 1941 года Мерецков получил предписание вылететь из Ленинграда в Москву. Прилетев в Москву и едва войдя в свой кабинет, Мерецков по звонку выехал в Кремль. В приёмной Сталина его арестовали по подозрению в сотрудничестве с вражеской разведкой и военно-фашистской организацией Тухачевского. Шла чистка армии от контрреволюционных, троцкистских элементов и шпионов, способствовавших неудачам начала войны. Доверяй, но проверяй! Бережёного бог бережёт! Проверяли всех военачальников, на кого имелись хоть какие-то зацепки. Мерецков находился под следствием во внутренней тюрьме Лубянки. Только в конце первой недели сентября 1941 года он оказался дома по указанию 'особого характера' данного следственным органам руководством страны. После освобождения из-под следствия, Мерецкову поручили очень важное дело - остановить финских фашистов. Он остановил их быстро: Теперь ему доверили новое сверхважное дело - спасать Ленинград.

Мерецков выглядел толстоватым, хотя ему едва перевалило за сорок. Выпуклый, высокий лоб. Плотно сжатые, припухлые губы, круглые с лёгким прищуром холодновато-голубые глаза. Прямой в суждениях и делах. Всегда называл вещи своими именами. Суров:

В состав фронта Мерецкова Ставка Верховного Главнокомандования включила новое ударное соединение - сформированную первоначально из жителей Мордовии, Чувашии и русских Поволжья 2-ю Ударную армию Соколова. Районы призывников всё степные, люди к лесам, болотам не привычные. Но кто вообще к чему привычен на войне?

Из-за развёртывания большого числа новых соединений, ранений, гибели, плена многих хорошо подготовленных военачальников, для уровня корпус - армия - фронт не хватало военачальников, имеющих достаточную квалификацию, но главное - политическую надёжность. По этой причине первым командующим 2-й Ударной армии Ставка ВГК назначила бывшего начальника Главного управления Погранвойск НКВД Соколова, получившего некоторый фронтовой опыт в октябре-ноябре при обороне Москвы в качестве начштаба 26-й армии. Но Соколов, конечно, не обладал знаниями и опытом крупного общевойскового командира и качествами, нужными для эффективного руководства армией в сложных условиях. Если бы Wehrmacht продолжал рассыпаться, то куда не шло, но он, к великому горю всё-таки устоял:

Соколов лично храбрый, больше пограничник с собаками и шашками, а не комфронта с авиацией, танками, артиллерией, химвойсками, разведкой и сложным тылом. В Красную Армию пошёл добровольцем в 17 лет. Воевать с дашнаками, басмачами, бандеровцами, литовскими националистами у него получалось хорошо. Брался за дело горячо, давал любые обещания. Пытался даже писать приказы в духе Суворова: 'Холода не бояться, бабами рязанскими не наряжаться, быть молодцами и морозу не поддаваться! Уши и руки растирай снегом!' Тогда вся Красная Армия находилась под очарованием славы генералиссимуса Суворова, его харизмы, подвигов, воспетых в художественном фильме 'Суворов' студии 'Мосфильм'. Премьера этого фильма состоялась как раз в начале 1941 года. Но на практике в масштабе фронта у Соколова мало что получалось по-суворовски...

Ленинградская область - изрядная русская земля. Древняя. Здесь глубоко вдаются в сушу воды Финского залива. Площадь области - 85,3 тысяч квадратных километров - примерно площадь Австрии. Вдвое больше площадей таких стран как Дания, Швейцария или Нидерланды. Есть места, куда столетиями не ступала нога человека. Климат переходный от континентального к морскому с резкими колебаниями от холода к теплу. Из-за обилия осадков и повышенной влажности, многие участки заболочены, очень много родников, ручьёв и рек. Отсюда - плодородные почвы и пастбища, тонны грибов и ягод, великолепные и многообразные леса - сосны, ели, берёзы и осины. Кое-где ива, липа, дуб. Это строительный материал, топливо, ценный возобновляемый ресурс на продажу. На холмах и равнинах с сухими песчаными почвами, на каменистых участках, покрытых брусничником, белыми мхами и вереском, на торфяных болотах, всюду растёт сосна. Почти 1,5 миллиона гектаров сосновых боров. У Волхова больше растёт ель. В центральных, южных и юго-западных районах преобладают березняки.

Тот, кто бывал в тех местах древней Северной Руси, тот видел бескрайние величественные леса и большие озёра, бесконечные топи и болота, допотопные деревни и затерянные в дремучих чащах древние хутора. Очень мало дорог и вообще направлений, пригодных для действий больших масс войск.

Самые крупные реки - Нева, Свирь, Волхов и Вуокса. Они протекают по древним долинам, в которых когда-то бурлили талые воды огромных ледников. Нева - гигантская, Вуокса то напоминает цепочку озёр с тихими заводями, то порожистая и быстрая; Волхов, соединяющий озера Ладожское и Ильмень, прямолинеен; Свирь полноводна.

Река Волхов, на которой обосновались предки многих русских фамилий, когда-то являлась частью торговых путей 'из варяг в греки' и 'из варяг в хазары'. В районе деревни Гудалово у Чудово на берегу попадается керамика бронзового века.

Великолепна и величественна природа ладожских берегов - бескрайние просторы и тёмные, похожие на средневековые замки, отвесные скалы, огромные замшелые валуны, таинственный лес с могучими елями, подступающий вплотную к каменистому берегу, красноствольные сосны на высоких песчаных холмах:

Кажется невероятным, противоестественным, что этот типично русский бор, эти сосны и ели, кусты бузины и можжевельника, эти приречные луга, русский снег, - всё это 'под немцем'. Всеми фибрами души ощущается: враг повсюду, вражина рядом. Будто мощное поле иноземного гнёта - на подобии магнитного, пронизывает землю и воздух. Будто каждая пядь земли, каждое дерево и каждая веточка тяготятся неволей и просят их освободить:

Ленинград осаждала и оккупировала часть одноимённой области, а также Новгородскую область, банда фашистских убийц из группы армий 'Север' фон Лееба: 16-я и 18-я полевые армии Буша и фон Кюхлера. Каждая армия численностью с советский фронт. Всего около 400 000 солдат и офицеров разных национальностей: немцы, австрийцы, чехи, поляки, испанцы, голландцы, бельгийцы, эстонцы, латыши, финны, русские и нерусские добровольные помощники 'хиви'. Они имели примерно 100 000 орудий и миномётов, 300 000 пулемётов, 580 танков и штурмовых орудий производства разных стран, 2200 единиц прочей бронетехники. Другая часть нелюдей, желающая смерти ленинградцев, красноармейцев и балтфлотцев, Карельская армия капиталистической республики Финляндия - 40 000 солдат и офицеров президента Маннергейма - кровавого белогвардейца, бывшего генерала бывшего российского императора Николая II. Колчака расстреляли, Деникин, Врангель писали мемуары. Но Маннергейм, по приказам которого белофинские фрайкоры и военные массово убивали финских и русских красных, включая женщин и детей во время Гражданкой войны в Финляндии, а потом людей на советской земле, - снова пришёл убивать коммунистов, русских, славян во славу капитализма!

Всю эту массу войск, зарывшуюся в землю на нескольких линиях обороны, дополняла армада из 350 современных боевых самолётов 1-го воздушного флота Luftwaffe Келлера, а также 300 транспортных и других самолётов. Это всё уже успели наработать европейские производители для компенсации потерь фашистов в небе Ленинграда. Разномастная орда финских ВВС насчитывала 400 боевых и прочих самолётов итальянского, шведского, немецкого, французского, английского, американского, голландского и собственного производства, в том числе с американскими и английскими двигателями Pratt & Whitney R-1535 Twin Wasp Junior и Bristol Mercury VIII.

Буш, фон Кюхлер, Маннергейм - палачи русского народа, славянства. Жестокие, расчётливые негодяи, нелюди, возглавлявшие орду убийц, которые именовались Wehrmacht, SS, Puolustusvoimat. Под руководством палачей славянства, по прямым приказам генерала фон Рокеса - командующего тыловым районом группы армий 'Север', передовой отряд капиталистов с октября 1941 года вёл геноцид населения на древних русских землях вокруг Ленинграда согласно плану 'Ost'. Здесь, между внутренним и внешним кольцами блокады Ленинграда, расисты создавали 'буферную зону', повально истребляя русских, угоняя их на работы в Германию, Прибалтику, Финляндию. Зачищенную от русских территорию предполагалось заселить немцами, прибалтам, финнами, голландцами. Всё это делалось под рассказы о 'Большом терроре' в СССР, колхозном рабстве, голоде, подавления свобод:

Первые жертвы расистов - это все хоть чем-то примечательные русские, прежде всего коммунисты, активисты, партизаны, окруженцы, их семьи, дети. Только в Новгородской области подлецы убили свыше 15 000 мирных жителей, угнали в неволю более 166 000 горожан и селян, 86 000 военнопленных.

Вокруг Новгорода, в Батецком и прилегающих районах геноцид согласно плану 'Ost' проводился под общим руководством командующего XXXVIII армейским корпусом 16-й полевой армии группы армий 'Север' и начальника его тылового штаба. Не с большевиками пришли бороться капиталисты на Русь - они пришли извести русских под корень, извести славян вообще.

Эти богатые места - лакомый кусочек для оккупантов. Они всегда давали стабильный доход. Земля - чернозём высшей пробы. Топливо, торф, отличный песок для стеклянного производства, питьевая вода родников. Луга для скота сверхпроизводительные. Пасеки - тучные. Рыбы полно. Грибов и ягод - несчётно. Белые ночи для растений компенсируют недостаток солнечных дней. Характер населения покладистый, терпеливый. Поэтому и стремились помещики-рабовладельцы сидеть здесь веками. Например, Мусины-Пушкины имели владения на Новгородской земле вплоть до ХХ века.

Что ждёт здесь русских под пятой капиталистов стало понятно сразу. Во время эвакуации на восток проклятые асы Геринга разбомбили баржу, на открытой палубе которой находились около 600 женщин и детей. Нелюди всё прекрасно видели. Но нет! Убили всех! После захвата Новгорода солдаты капиталистов убили 800 пациентов Колмовской психиатрической больницы, которых не успели эвакуировать. Медиков, которые отказались покинуть своих несчастных подопечных, убили тоже. Так начался геноцид:

Одно из мест у Новгорода, выбранное расистами для массовых убийств русских, деревня Жестяная Горка на железной дороге Ленинград - Новгород. Здесь размещался опорный пункт тайной полевой полиции SD. Расстрельную команду привезли из Латвии. Она состояла из бывших солдат и офицеров бывшей буржуазной армии Латвии, которую после воссоединения Латвии с СССР влили в Красную Армию. После вероломного нападения 22 июня прибалтийские военнослужащие массово перешли к фашистам, открыв фронт на Вильнюс, Ригу, Таллин и Ленинград, а затем стали служить Гитлеру.

В Железной Горке 4 ямы. В одной яме 521 русский, среди них 113 женщин и 188 детей. Схваченных перед убийством пытали и истязали. Женщин капиталистические подлецы расстреливали и кололи штыками, кинжалами. Детей, среди которых было 50 малышей до 5 лет, забивали прикладами. Убивали беременных. Кидали живых на трупы в яму. Всё в духе триколорных белогвардейских палачей и интервентов. При этом над войсками Красной Армии разбрасывали лживые листовки, вроде листовки 295L: 'Бойцы и командиры! Близок конец кремлёвской шайки! Близок конец второму крепостному праву! Близок конец ненужной народу войны! Мы положили конец колхозному рабству! Свободный труд на своей земле - вот что ждёт вас в освобождённых от большевизма областях! Бойцы и командиры! Сталину безразлична ваша судьба - ему нужно удержать в своих руках власть над вами. Ваша сдача в плен спасёт вас от голода и холода, сохранит ваши жизни и ускорит освобождение вашего народа. Наш враг - кровавая сталинская власть! Вы ненавидите коммунизм как ВРАГА СВОБОДНОГО КРЕСТЬЯНИНА! Мы боремся против него как врага свободной Европы! У нас и у вас одна цель - СМЕРТЬ БОЛЬШЕВИЗМУ! Кончайте ненужную войну, переходите к нам! Мы гарантируем вам возвращение на освобождённую родину! ВАС ЖДЁТ ТАМ СЧАСТЛИВЫЙ РАДОСТНЫЙ ТРУД НА ОСВОБОЖДЁННОЙ ЗЕМЛЕ! Прочти, передай, расскажи другим!' Нетрудно себе представить, что ожидало ленинградцев, ворвись эти убийцы в город:

1/4 населения потеряла Новгородская область - древняя земля Руси. Похожее проделывали финские фашисты в Карелии. Геноцид. Там всё русское население капиталисты согнали в концлагеря. Премьер Финляндии Рюти провёл новую границу Финляндии по реке Неве, Ладожскому озеру, далее - южнее Вологды и до Урала. Финны переименовали Петрозаводск в Яанислунну, а Олонец - в Аунуксенлинну. Подлец Маннергейм согласился на переименование Ленинграда в Неваллинну. Лидер социал-демократической партии Финляндии Таннер - член правительства считал, что Ленинград следует стереть с лица земли.

Когда Геббельс придумывал вместе с чеченским нацистом, фашистом и расистом Авторхановым, перебежчиком из Советского Союза, 'Большой террор' Сталина 1936 года с миллионами жертв, он не сообразил, что для этого Сталину пришлось бы не 'секретные тройки НКВД' учреждать, а задействовать всё НКВД и всю Красную Армию, как задействовали теперь при истреблении подобного количества русских весь Wehrmacht и SS. Однако Геббельс с Авторхановым запустили байку про 'секретный' глобальный террор в СССР и белогвардейско-эмигрантская триколорная пресса радостно понесла эту клевету по всему свету.

Советские люди понимали - оккупированную родную землю следовало как можно скорее освободить! Первым крупным успешным звеном в цепи попыток снятия осады Ленинграда стало крупное советское наступление в конце декабря 1941 года, которое закончилось разгромом I армейского и XXXIX моторизованных корпусов группы армий 'Север' на востоке Ленинградской области под Тихвином. Окружить и уничтожить войска фон Лееба, замыкающие кольцо окружения Ленинграда на стыке с войсками финнов, не удалось, но уничтожить значительную часть его войск, разблокировать железную дорогу через Тихвин к Ладожскому озеру - получилось. Это наступление прошло одновременно с разгромом фашистов под Москвой.

А ведь до этого ситуацию для Ленинграда европейские подлецы создали более, чем критическую и Государственный Комитет Обороны уже начал строить 130-километровую железную дорогу Подборовье - Ладожское озеро в обход захваченного подлецами Тихвина. Всё трудоспособное население, женщины, старики, школьники вышли тогда на помощь военным строителям. В лютый мороз люди фактически бесплатно работали почти круглые сутки: корчевали пни, ручными пилами валили лес, настилали гати через топи и болота, строили переправы через реки. По всей трассе стучали топоры, кирки, ломы, лопаты. Бригады врезались в болотный грунт и дремучий лес, убирали с пути валуны. Две недели днём и ночью шло строительство дороги к голодающим Ленинграда. 6 декабря по ней двинулись первые автомашины с грузом, и как раз в этот момент Красная Армия нанесла сокрушающий удар под Тихвином и надобность в этой дороге, к счастью, отпала. Появилась возможность проложить военную автомобильную дорогу ВАД No.101 - 'Дорогу жизни' в Ленинград через Ладожское озеро, сделать блокаду неполной. 'Flaschenhals' 'бутылочное горло' называли капиталистические мерзавцы эту дорогу и полосу земли на восточном берегу Ладожского озера, позволяющую перебрасывать к Ленинграду грузы. Они изо всех сил старались закупорить 'Flaschenhals' и убить этим 4 000 000 ленинградцев.

Но нет таких преград, которые не могли бы взять большевики! Государственный Комитет Обороны и его председатель Сталин организовали по льду Ладожского озера, разделяющего немецкие и финские войска, непрерывный поток в Ленинград грузовиков с продовольствием, медикаментами, топливом, техникой, боеприпасами. После схода льда, планировалось строительство трубопровода для горючего по дну Ладожского озера и кабельных линий.

Обратными рейсами по 'Дороге жизни' вывозили женщин, детей, стариков, раненых и больных, продукцию военных заводов. Выдачу хлеба в городе удалось повысить до 350 граммов хлеба в день рабочим, 200 граммов служащим, детям и другим иждивенцам. Это кроме прочих продуктов, продаваемых по карточкам. Всё равно это очень мало! Довести норму завоза до 1 000 000 килограммов продовольствия в сутки пока не удавалось. В войсках на передовой внутри блокадного кольца выдавали 600 граммов хлеба, а с начала февраля 1942 года по 800 граммов хлеба в день кроме других продуктов и водки.

Ленинград благодаря разгрому захватчиков под Тихвином в декабре 1941 года устоял. Удалось спасти миллионы людей! Но европейские убийцы старались вовсю и продолжали своё чёрное дело по уничтожению советских людей, славян, русских.

В январе 1942 года ленинградцы из-за немецких, финских бомбёжек и артобстрелов 'Дороги жизни' недополучили 57 процентов от нормы мяса, 65 процентов от нормы масла и маргарина, 50 процентов сахара. Родители-ленинградцы не повинны, что их дети умирали от дистрофии. Это сделали капиталисты. Но сознание невиновности не избавляло взрослых от моральных страданий. Матери и бабушки отдавали свои пайки хлеба и другие продукты, полученные по карточкам, малышам, и сами погибали от истощения. Быстро росло число детей, потерявших родителей.

Советская власть принимала экстренные меры по спасению детей: с января в блокадном Ленинграде открылись дополнительные детские дома, принявшие 30 000 детей-сирот. Нормы снабжения детских домов в один из самых тяжёлых периодов блокады поддерживали на одного ребёнка в месяц на уровне: мясо - 1,5 килограмм, масла, маргарина - 1 килограмм, яйцо куриное - 15 штук, сахар - 1,5 килограмма, чай - 10 грамм, кофе - 30 грамм, крупа и макароны - 2,2 килограмма, хлеб пшеничный - 9 килограмм, мука пшеничная - 0,5 килограмма, сухофрукты - 200 грамм, мука картофельная - 150 грамм. Детей обеспечивали многоразовыми химическими грелками. Взрослые отдавали им всё, что могли и не могли. Это стало подвигом самопожертвования! Настоящим подвигом!

В специальных столовых дополнительным питанием обеспечивались студенты, высококвалифицированные рабочие, учёные и творческие работники. Руководителям высокого уровня, работающим круглосуточно в состоянии неимоверного физического и нервного напряжения, тоже полагалось усиленное питание, но, конечно же, не баранина, не ветчина, куры, колбаса, икра, балык, сыр, пирожки, какао, кофе, портвейн, коньяк к обеду и ужину в неограниченном количестве, как рисовала гитлеровская и триколорная эмигрантская пропаганда 'пир большевиков, комиссаров и евреев во время чумы'. Всего-то лишь при получении каши в столовой у руководителей, и у главы осаждённого города Жданова, из продовольственной карточки не вырывали крупяные талоны, и они могли получить крупу ещё в магазине, если она имелась в продаже! Вот и весь 'пир во время чумы' руководства большевиков! В столовой хлеб им так же, как и всем прочим, выдавали в обмен на карточки, а второе блюдо - за мясной талон! Другой вопрос, что перебоев с отовариванием карточек у высшего руководства не имелось, не меняли им баранину на холодец, масло сливочное на подсолнечное, положенные макароны не заменяли просом. Вот и весь 'пир'!

Уравнители: Неужели можно всерьёз считать, что директор завода, руководитель, генерал и так далее, должны жить как рабочие на стройке или, тем более, как дворники? Не трудно понять, что если подметальщик стружек в цеху на заводе будет получать столько же, сколько и директор, то директоров никаких не будет, и все с мётлами в руках будут коммунизм строить. Надо ли объяснять, что умственный труд намного сложнее и тяжелее для человека, чем физический? Одинаковые доходы за разный труд - это разве социальная справедливость?!

А ещё труженики со всей страны и товарищ Сталин лично слали в посылках ленинградцам и лично члену Политбюро ЦК товарищу Жданову свои личные лимоны, армянский коньяк, конфеты, чёрную икру и другие дефицитные продукты, которые продолжала производить советская страна. Вот и весь 'пир'! Работники Владивостокского порта, например, обратившись к трудящимся края, к празднику нового 1942 года собрали для ленинградцев за свой счёт 43 вагона подарков, большая часть из которых - ценные сорта рыбы, крабы, красная икра, кедровые орехи, солёные грибы! Круглосуточно автоколонны и грузовые самолёты перевозили эти продовольственные посылки... Как могли подкармливали ленинградцев советские люди, отрывая от себя. Все понимали, что ленинградцы своей стойкостью удерживают и не пускают на восток огромную группировку вооружённых до зубов европейских убийц, капиталистических живодёров. Ленинградцы сражались не только за свой город - они сражались и умирали за всю свою страну! Они сражались за Родину!

В это же время Wehrmacht силами своего отдела пропаганды OKW/WPr. полковника фон Венделя, его VI отделения 'Активная пропаганда' полковника Мартина и подконтрольных ему армейских структур, вёл расистскую, фашистскую, человеконенавистническую пропаганду, никак не соответствующую цивилизованной маске армии, просто 'выполняющей приказы'. На головы советских бойцов сыпалась густая разноцветная и разномастная ложь о том, как счастливо живут освобождённые от большевистских ценностей и власти жидов русские люди в тылу оккупантов после реставрации капитализма. На самом деле это капиталистическое дно человеческих ценностей, вероломно вломившись, испепеляя, убивая, порабощая, вещало от свободе, хлебе и счастье:

Замыслы гитлеровцев, финнов, испанцев, голландцев, бельгийцев, латышей, других подлецов и их заморских кукловодов - международных капиталистических банкиров, относительно ленинградцев, защищавших их войск и флота, в случае неудачи захвата города штурмом, вынашивались сатанинские, человеконенавистнические, в духе убийства голодом и бомбами: полностью перекрыть поступление продовольствия, отгородить Ленинград колючей проволокой и минными полями, пытающихся вырваться - расстреливать! Бомбить, обстреливать, жечь Ленинград с дистанции огня дивизионной и полковой артиллерии до полного уничтожения! Если ленинградцы решат сдаться - капитуляцию не принимать!

То, что ждало людей в случае захвата города, слуги капитализма не стесняясь демонстрировали своими зверствами в оккупированных пригородах Ленинграда. Эти районы не являлись сельскохозяйственными. Их жителей гитлеровцы обрекли на гибель. Смертность в пригородах оказалась вдвое выше, чем в блокадном городе! План 'Ost' в действии!

Именно это ждало ленинградцев, славян, русских, - полное вымирание от голода! Военные преступления изначально включались европейскими капиталистами в свои обычаи войны против советских рабочих и крестьян, против славян и русских. Wehrmacht - армия преступников.

Страна и партия большевиков-сталинцев не могли спокойно видеть, как ленинградцы питаются в основном только хлебом, как с каждым днём растёт число сирот и больных от истощения, помочь которым уже не могли ни стационары, ни специальные столовые, как осуществляется уничтожение самой главной ценности Советского Союза - советских людей!

В начале 1942 года Сталин, как Верховный Главнокомандующий, оказался в тяжелейшем положении: требовалось одновременно отбросить гитлеровцев как можно дальше от Москвы, снять осаду Ленинград, не допустить занятия Севастополя, освободить Крым и Донбасс. Собранные советские резервы уже нанесли завоевателям сокрушающий удар на решающем направлении: в битве под Москвой. Ещё раньше войска Тимошенко освободили Ростов-на-Дону и разгромленная группа армий 'Юг' фон Рундштедта бежала к Миусу. Враг к Кавказу не прошёл. Одновременно в тяжёлых условиях состоялось победоносное контрнаступление войск Мерецкова под Тихвином, чтобы не дать гитлеровцам выйти на реку Свирь и соединиться с финской армией. Войска Тимошенко вели успешное наступление на Донбасс и Харьков. Там Wehrmacht тоже сполна испил чашу страданий и поражений. Несмотря на эти крупные успехи, Wehrmacht всё ещё являлся огромной механизированной ордой, состоящей на содержании всей Европы при поддержке американских капиталистов, и снять осаду с Ленинграда без привлечения значительных сил с других фронтов и крупных резервов казалось невозможным.

Состояние обороны Ленинграда в январе 1942 года неудовлетворительное. Должной системы оборонительных сооружений на Южных подступах к Ленинграду нет. Моральное и физическое состояние войск из-за недоедания низкое. В городе голод. Истощённое население не могло принимать участие в строительстве оборонительных сооружений. Острая нехватка боеприпасов не позволяла подавлять в должной мере артиллерию убийц. Без помощи извне, без наступления извне, способного потрясти до основания всю группу армий 'Север', город мог не выдержать штурма на подобии севастопольского.

Потери первых месяцев войны при стратегическом отступлении Красной Армии, сокращение военного производства и десятков миллионов рабочих рук в связи с утратой территории, нарушение производственных связей, перебазирование промышленности из западных и южных районов на восток привели к тому, что создаваемые в конце 1941 года новые советские воинские соединения и части оказались без оптимального количества артиллерии, миномётов, танков и других важных средств борьбы, способных сразу переломить ход вооружённой борьбы.

Промышленность Советского Союза из-за проблем эвакуации в июне-декабре 1941 года смогла восполнять в первый месяц 1942 года потери действующей армии в стрелковом вооружении лишь на 30 процентов, в артиллерии на 57, в танках на 27 и в боевых самолётах на 55 процентов. Остальное вооружение для действующей армии изымались со складов, у войск на Дальнем Востоке и в Иране, у войск на границе с Турцией, во внутренних округах. Поставки от союзников шли в час по чайной ложке и по принципу 'на тебе боже что нам не гоже'.

Больше помог братский китайский народ, его коммунистическая партия Мао Дзедуна, которые уже 23 июня 1941 года заявили о своей поддержке СССР и желании помочь тем, что свяжут японскую армию так, что бы те и думать забыли о нападении на СССР. Та оно и случись. Китайская Красная Армия, вооружённая в основном вилами и косами, имея одну винтовку на десятерых, дала японцам такой бой, что те отказались от нападения на СССР одновременно с Гитлером. Это позволило снять с Дальнего востока часть дивизий под Москву, использовать вооружение и боеприпасы Дальневосточного фронта, использовать мобпотенциал этого региона.

С окончанием эвакуации и началом производства на новых площадках, в первые месяцы 1942 года новое оружие и боеприпасы пошли на фронт во всё возрастающих количествах. Гитлеровские убийцы, которых снабжали оружием арсеналы почти всех европейских стран и почти вся европейская промышленность, никуда не эвакуированная, подобных затруднений не испытывали. Имея в начале войны значительное отставание в получении снарядов и мин, Wehrmacht к концу первой военной зимы догнал по этому показателю Красную Армию. Но и то, только за счёт того, что Ставка ВГК и Генштаб РККА резервировали половину снарядов для будущих больших весенних наступательных операций.

Красная Армия с осени 1941 года применяла сокращённые штаты для формирования стрелковых дивизий. Это облегчало снабжение и управление войсками. Вместо 14 тысяч - 11 тысяч. Дивизии стали получать почти вполовину меньше артиллерии, которую теперь начали разумно сосредотачивать в отдельных артиллерийских частях Резерва Главного Командования для массированного применения. Пехота получала уменьшенное количество противотанковой артиллерии - её тоже стали сосредотачивать в отдельных противотанковых частях для размещения на участках возможного прорыва танковых сил врага, а не распылять по второстепенным направлениям. Стрелковые полки получили больше отличных миномётов, которые давали преимущество даже над полковой артиллерий гитлеровцев.

Обучение сократилось, поскольку для формирования массово поступали уже имевшие фронтовой опыт бойцы и командиры из переформированных или расформированных частей, после госпиталей. До 1/3 численности новых дивизий составляли ветераны предыдущих боёв. Основные принципы при комплектовании резервов Красной Армии отныне - 'меньше бойцов - больше командиров' и 'меньше людей - больше оружия'. Минусом по-прежнему оставалось отсутствие самоходной артиллерии.

Для упрощения снабжения и управления Ставка ВГК отказалась от формирования стрелковых, моторизованных, танковых корпусов, моторизованных, танковых дивизий. Вместо них создавались более мобильные соединения: стрелковые, танковые бригады, отдельные танковые батальоны, с уменьшенным количеством спецчастей по принципу 'больше танков и пехоты - меньше обоза'.

В состав любой советской общевойсковой армии теперь входило до 10-15 различных боевых соединений без объединения в корпуса. Это упрощало управление, поскольку устранялись инстанции корпуса, уменьшалась потребность в снабжении, уменьшалось количество тыловых служб, едоков, 'не боевых' военнослужащих, гражданских специалистов. Советские общевойсковые армии уменьшились примерно до численности корпусов, которые использовал Wehrmacht, а советские фронты - примерно до численности полевых армий, которыми оперировал Wehrmacht:

Артиллерийское наступление, с блеском применённое Коневым под Ельней и Ерёменко под Витебском в 1941 году, ещё не использовалось широко и не предусматривалось Боевым Уставом пехоты. Взаимодействие внутри подразделений, частей, соединений, между пехотой, артиллерией и танками - всё ещё далеки от идеала. Эти недостатки только предстояло изжить, научиться воевать ещё лучше - только от победы к победе...

Войска Волховского фронта Мерецкова буквально рвались в бой, без оперативной паузы и должной подготовки продолжая декабрьское наступление 1941 года под Тихвином. Святая миссия - освободить Ленинград, спасти от голодной смерти миллионы человек! Мифологический подвиг! Полководец, соверши он такое в январе 1942 года, сделался бы мировой знаменитостью и вечным народным героем!

На карте продолжение наступления без всяких пауз выглядело вполне осуществимо. Здесь Волхов, шоссе, железная дорога, там - Любань. Неподалёку от неё, рукой подать - 54-я армия Федюнинского из состава Ленинградского фронта.

Перед Мерецковым рубеж обороны группы армий 'Север' - 'Волховский вал', который возник 16 декабря, когда Гитлер, уступая 'настойчивым просьбам' фон Лееба, разрешил остаткам войск 16-й полевой армии Буша отойти за Волхов и занять рубеж вдоль берега, железной дороги и шоссе, идущих с севера на юг поперёк оси советского наступления. Просьбы фон Лееба - результат разгрома его войск на правобережье. В полной панике и истерике гитлеровцы в конце 1941 года бросились создавать на западном берегу Волхова оборонительную линию в духе Первой Мировой войны.

Паника и истерика имели веские основания - дела у завоевателей шли из рук вон плохо. Wehrmacht потерял под Тихвином почти полностью 8 отборных дивизий, в том числе 8-ю и 12-ю танковую и 19-ю и 20-ю механизированные, имевшие до разгрома в общей сложности 350 танков и 400 единиц другой бронетехники. Разгромлена масса частей усиления из той же полевой армии. В 11-й пехотной дивизии, участнице завоевания Польши и Франции, осталось всего 800 человек боевого состава - меньше батальона! Вот только через месяц в этой дивизии убийц уже 6000, примчавшихся на всех парах из Европы.

То же самое с 21-й пехотной дивизией. Уничтожена. Остатки - около 900 человек. Но к 30 декабря она уже насчитывает 4200 головорезов. Капиталисты с бешеной скоростью гнали на фронт всё новые колонны и эшелоны пушечного мяса, накачивая им разгромленный Wehrmacht. Пошли в бой и европейские наёмники.

До фиаско под Тихвином убийца Буш имел категорический приказ Гитлера: 'Обойти Ладожское озеро с востока и соединится с финнами VI армейского корпуса генерала Талвела на реке Свирь, чтобы закрыть ледовую дорогу через Ладожское озеро'. На кону жизнь 2,5 миллионов ленинградцев. Но 'вдруг' вместо встречи с финскими 'товарищами по оружию' Буша огрёб позорный разгром своей 140-тысячной орды, окружение в опорных пунктах в населённых пунктах Падрила, Влоя, Оломна, Большая Вишера частей 291, 254, 126-й пехотных дивизий, почти полное уничтожение 11 и 21-й пехотных дивизий, разгром и бегство остатков танковых и механизированных полчищ. Кроме боевых соединений оказались уничтожены 8 дорожных батальонов, 4 батальона военно-строительной 'Организации Тодта', 15 батальонных колонн снабжения, 8 полевых госпиталей, 35 различных частей штаба тыла армии, 5 автоколонн Национал-социалистического мотокорпуса NSKK. Также при разгроме немецко-фашистских войск под Тихвином удалось убить более 2000 'хиви' и предателей из числа вспомогательной полиции.

Члены транспортных бригад NSKK на Восточном фронте - это более 15 000 человек при 5000 грузовиках. Они не входили в структуру сухопутной армии, но следовали за группами армий, обеспечивая транспортную поддержку и пополнение войск, широко участвуя в грабеже по плану 'Ost' и истреблении населения. Члены NSKK носили гражданскую одежду либо серо-голубую форму Luftwaffe и коричневую 'чешскую' форму 'Организации Тодта'.

Типичная картина тех дней на пути наступающих советских войск вроде той, что наблюдали воины 88-го артполка дивизии Брагина у деревни Шума и станции Войбокало: гитлеровцы отступили, дома при отступлении подожгли. До этого они 'облагородили' землю своими большими кладбищами. У села Шум длинными линиями аккуратно расставлены более 500 белых берёзовых крестов. В середине большой крест - выше всех остальных и сделан из солидной толстой берёзы. Тут закопан офицер высокого звания. На каждом кресте, у всех с одной стороны - на запад, очень аккуратно выжжено по-немецки: 'Фриц', 'Ганс', 'Карл' и так далее. Адреса, фамилии. Неподалёку другое кладбище - уже тысяча крестов. В подвалах домов штабели замёрзших немецких трупов. Не озаботились генералы по-людски похоронить немцев 2-го сорта, серую солдатскую скотину. Не приняла душегубов русская земля, сделав мёрзлым камнем. А вокруг домов и по сторонам дороги уже просто занесённые снегом убитые фашисты. Из-под снега торчат ноги, голова или рука:

Лежат брошенные как мусор немцы, австрийцы, чехи, поляки. Все в каких-то оборванных тряпках. Примёрзшие к ногам сапоги смотрят в упор: на подмётках очень много кованых гвоздей с толстыми шляпками. Через эти гвозди ноги подмораживало в момент. На короткие голенища сапог спущены брюки из серого сукна. И кладбища себе не завоевали! Только яму в земле:

Эти скотомогильники европейского мороженого мяса у села Шум, Жихарево и станции Войбокало - боевая работа в том числе 447-й зенитного батальона, прикрывавшего станцию от налётов с воздуха. Разбив себе лоб у города Волхов, подлецы пытались пробиться к финнам через Войбокало. Они намеревались захватить запасы продовольствия в Новой Ладоге, перерезать пути его доставки в Ленинград, отрезать город от Волховской гидроэлектростанции - первой из плана Ленина ГОЭРЛО по электрификации России, соединиться с войсками финских фашистов на реке Свирь, что привело бы к полному окружению и уничтожению Ленинграда, и одновременно войск 54-й армии Федюнинского.

Первый внезапный удар у Войбокало двух пехотных батальонов и танков подлецов приняли зенитчики. Спасти Ленинград! Геро-зенитчики выкатили орудия на прямую наводку. Положив в древнюю русскую землю батальон своей пехоты, фашисты ввели в бой артиллерию и миномёты. На помощь зенитчикам пришли полки тяжёлой артиллерии. Потом 10 дней здесь работала советская артиллерийская молотилка, сбивая с колосьев фашистских подразделений зёрна мерзлых трупов или искалеченных осколками завоевателей.

Советские части и подразделены прямо с марша вступали в бой, не успев накопить силы, подтянуть боеприпасы, артиллерию, наладить связь с соседями, а нередко и со своими штабами, которые запаздывали, теряя управление. Здесь и один мог оказаться в поле воин! Красноармеец Помещик из 311-й стрелковой дивизии расстрелял в упор из противотанкового ружья два танка. Старший лейтенант комсомолец Мельников со своим экипажем Т-34 из 122-й танковой бригады в бою под Войбокало уничтожил три танка с десантом подлецов. Получил смертельную рану. Когда в районе деревни Жупкино в прорыв пошли 14 лёгких немецких танков Pz.Kpfw.II и батальон пехоты, им навстречу ринулся из резерва 16-й танковой бригады тяжёлый танк КВ-1 лейтенанта Мартынова. Когда фашисты вышли с просеки на опушку леса, лейтенант открыл огонь. Результат 10-минутного боя: 5 подбитых и 3 брошенных Pz.Kpfw.II. Трофеи перекрасили и взяли на вооружение. Так спасали Ленинград! Бывали моменты, когда остервенелые фашисты, наглотавшиеся шнапса и наркотика 'Pervitin', и советские герои, ведомые любовью к Родине, смешивались, кололи друг друга и расстреливали в упор. Потом стычка мгновенно стихала и уцелевшие разбегались, раненые расползлись в стороны:

В Земцах и Братовище встала насмерть 6-я отдельная бригада морской пехоты. Сформированная из моряков Балтфлота, курсантов Учебного отряда Балтфлота и Военно-Медицинского училища в Кронштадте, по-старому из юнкеров, из моряков Ленинградского флотского полуэкипажа, бригада уже имела богатый боевой опыт. Покинувшим Ленинград морякам пришлось оставить на западном берегу Ладожского озера у маяка Осиновецкий всю артиллерию, кухни, автомашины и прочее. Корабли на Ладоге имелись лишь малого тоннажа, и они подняли только живую силу со стрелковым оружием, пулемёты и миномёты. Дули крутые северные ветры. Грянули шторма... По озеру гуляли огромные волны. Погода будто вошла в союз с врагами. Она не пускала моряков на восточный берег озера, где в них крайне нуждались и требовалось защитить пути снабжения Ленинграда и склады продовольствия. Подлецы бомбили места сосредоточения войск. Ударили морозы, у берега появился лёд. В районе Леднево неподалеку от Кобоны причалов не имелось, и моряки высаживались прямо в ледяную воду и шугу: 'Спасти Ленинград!' Измотанные штормом, мокрые, моряки по морозу совершили марш-бросок. Местные жители отдавали воинам-мученикам кто что мог - полотенце, платок, тёплую тряпку обмотать лицо, чтобы не обморозиться. На всех, конечно, не хватило:

Гитлеровцы из 21-й пехотной дивизии думали, что перед ними обычная стрелковая часть. Но вдруг на них выкатилась волна рослой молодёжи в матросской одежде, бушлатах, командиры в чёрных регланах, у всех устрашающие самозарядные СВТ с плоскими штыками-ножами, ППШ, крики 'полундра!'. Подлецы растерялись. Дальше пошло такое, что и рассказать нельзя. Даже простреленные насквозь моряки бежали со штыками наперевес. Такая их вела ненависть к врагу! У подлецов после первой атаки моряков 1/2 батальона выбыло: В плен их никто не брал кроме случая, когда уж очень настаивал начальник Особого Отдела бригады. Потом у Заречья моряки недели маскхалаты... Всеми владело одно: 'Спасти Ленинград!'

3 декабря 1941 года от Войбокало началось советское контрнаступление. 17 декабря перешли в наступление войска Волховского фронта Мерецкова, стрелковые части и танки, переброшенные с Синявинского участка, а также 80-я стрелковая дивизия Брыгина из Ораниенбаума. Из Ленинграда Северная особая авиагруппа Гражданского воздушного фронта перебросила под Тихвин 44-ю стрелковую дивизию. Эта дивизия формировалась из разных частей 1,2,3 дивизий народных ополченцев, частей 142-стрелковой дивизии, 21-й дивизии НКВД, и обладала очень высоким боевым духом. Советские войска вклинились в оборону оккупантов, применяя обходный маневр. Вышли в тыл у селения Бабино. Затем занялись истреблением окружённых под Войбокало. Вот тут и обнаружились эти кладбища - склады немецкого мороженого мяса. Кто на Русь с мечом придёт, от меча и погибнет!

В боях только за Войбокало захватчики потеряли убитыми 5000 солдат и офицеров, 18 000 ранеными, больными, обмороженными и пленными. Трофеи советских войск 21 танк, 55 орудий, 91 пулемёт, 39 миномётов, 250 винтовок и автоматов, 102 автомашины, 100 мотоциклов и велосипедов, 85 000 патронов, 4000 снарядов, 70 ящиков мин, 500 гранат и многое другое. Отступая, подлецы как всегда бросили аккуратные штабели своих замороженных трупов, которые не успели вывезти или похоронить. Подвалы, дома, огороды освобождаемых населённых пунктов оказались забыты штабелями немецкого, австрийского, чешского, польского мороженого мяса.

С кладбищами фашистов всё оказалось совсем не так просто. Когда части 92-й стрелковой дивизии Ларичева освободили Будогощь, они обнаружили у здания школы длинные шеренги стандартных берёзовых крестов с касками-кастрюлями - гитлеровское кладбище. А ведь это только умершие в госпитале! Такова цена их побед на этом маленьком участке фронта! Кладбище на многие тысячи фашистов площадью около двух гектар. Всё в крестах! Так вот... Сделали контрольное вскрытие могил, и под 8 крестами нашли массовое захоронение солдат и офицеров - в каждом около 100 человек в три ряда. Вот и получалось , что под любым крестом с именем 'Ганс' или 'Фриц' могли оказаться десятки трупов:

В кризисный момент 18 декабря 1941 года 18-я полевая армия фон Кюхлера получила всего 1 эшелон снабжения вместо 17 требуемых. Не озаботились капиталисты с кормёжкой своих головорезов. И это при том, что 'новый порядок' капиталистов грабил Вострую Европу как гунны Атиллы, даже своих союзников - Румынию, Венгрию, Финляндию и Италию... Венгр - житель страны, являвшейся в прошлом житницей Европы, мог есть в день только 150 граммов хлеба, а румынский крестьянин - оставить у себя лишь 60 килограммов кукурузы на едока в год. Район Плоешти с его нефтяными месторождениями являлся когда-то румынскими. Теперь он стал гитлеровским. Из шерсти румынских и венгерских баранов когда-то делали полушубки для румын и венгров - теперь выделывали дублёные шкуры для эсэсовцев.

Когда закончилась возможность наваливаться на советские войска тушей с массой трофейной бронетехники, собранной со всей Европы, с массой европейского снаряжения, пользуясь инициативой после вероломного нападения, оказалось, что воевать на равных Wehrmacht не готов - он сильно проигрывает в количестве и качестве артиллерии, автоматического стрелкового оружия, в количестве боеприпасов, качестве танков, количестве обученного командирского состава всех уровней, военной медицине, моральном настрое войск. Следствие - огромные потери, катастрофа и бегство в 1941 году из-под Ростова-на-Дону, Москвы и Тихвина.

Фашисты под Тихвином смазали пятки салом и бежали на 120 километров за Волхов. Бросили обозы, автомашины, оружие, раненых, окружённых. Например, 61-й артполк 61-й пехотной дивизии, прибывшей из Франции под самый занавес сражения, бросил все свои французские орудия и другие материальные средства, все свои 'дикие' французские танки и зенитки. Дивизия окопалась на Волхове вообще без артиллерии. Все дороги от Тихвина до Волхова оказались завалены уничтоженной техникой, вооружением из различных европейских стран, тряпьём, трупами в мышиных шинелях и касках-кастрюлях.

Подлецов разными способами заставляли драпать по морозу налегке. Так после тройного комбинированного последовательного удара штурмовиков, бомбардировщиков, ночных бомбардировщиков ВВС Волховского фронта в месте схождения двух дорог в лесисто-болотистой местности, по которым бежал от угрозы окружения под Тихвином XXXIX моторизованный корпус Шмидта, оказались уничтожены 200 грузовиков со всеми тылами 12-й танковой дивизии. Здесь оккупанты бросили 29 подбитых ранее танков, которые так и не успели восстановить. Кстати, потерянными в бою они не считались. Их списали в непогодные к ремонту, как это всегда практиковал Wehrmacht.

В 18-й моторизованной дивизии Хёрляйна не осталось не то, что танков, бронемашин, бронетранспортёров и прочей бронетехники, но и грузовиков не осталось, и даже конных повозок. Из 11 000 подлецов Хёрляйна, дошедших до Тихвина, обратно к Волхову добежало только 741 - штаб, офицеры, их обслуга, фельджандармы, заградотряд из унтер-офицеров и членов NSDAP, зондеркоманда айнзацгруппы. Командир дивизии Хёрляйн вовремя 'заболел' и сбежал на самолёте в фатерланд.

Образцово действовали советские ВВС. За период контрнаступления под Тихвином сбито в воздухе 134 стервятника Геринга и уничтожено на аэродромах ещё 164 самолётов разных типов! Итого 298. Вот так и воевал Гитлер и его Wehrmacht в России после исчерпания форы, полученной при вероломном нападении на не отмобилизованную Красную Армию и мирную страну с мирной промышленностью - только и умели, что заваливать немецким и австрийским мясом, когда тухлым, когда мороженым, да грудами своей разбитой и сожжённой техники!

Но ведь что натворили! Лишь один месяц находился Тихвин под властью фашистов, подонков рода человеческого - передового отряда капитализма. Но за этот короткий срок они уничтожили 400 жилых домов, 36 зданий, занимаемых учреждениями и школами, все промышленные предприятия, почту, радиоузел, кинотеатр, краеведческий музей, все библиотеки. Тихвинский монастырь превратили в застенок, где расправлялись с мирным населением. Так практически по всем населённым пунктам и промышленным предприятиям районам. Дотла сожгли посёлок при заводе 'Коминтерн', в котором до оккупации проживало более 5000 жителей. Из 87 двухэтажных домов посёлка не уцелело ни одного. Фашисты разрушили там здания всех учреждений: План 'Ost' в действии:

К великому сожалению при бегстве негодяи нашли и время убивать всё подвернувшееся под руку население, как учили их сумасшедшие капиталисты. Жуткое зрелище предстало перед советскими воинами по дороге к Волхову. Wehrmacht озверел: солдатня грабила и выгоняла жителей из ещё сохранившихся домов, жгла постройки, минировала каждую тропу. В подвал одного из домов фашисты загнали 50 военнопленных и взорвали дом. Все люди погибли. Подвал другого дома битком набили стариками, женщинами и детьми. Заперли двери и подожгли дом. Красноармейцы, войдя в деревню, спасли от верной гибели 600 человек! Ночью наступающие советские войска видели перед собой до самого горизонта зарево пожарищ.

Если ехать по дороге от Новой Деревни в деревню Кузьминское, там есть место, где стояла деревня Курландское. Оккупанты и переводчик Налючской волости собрали на две повозки 78-летнюю Купцову из деревни Пожалеево, 70-летнюю Малышеву из деревни Кневицы, троих от 3-7-летних мальчиков Жуковых и их мать из деревни Замошка Кневицкого сельсовета Лычковского района. Под видом подвоза их в свой тыл, довезли до холодного амбара. Там всех, кроме Жуковой заперли, подпёрли двери жердями, сказал, что нужно ждать следующей подводы, а сами облили двери амбара бензином, бросили в оконце двери гранату и подожгли стены. Пожилые женщины и дети сгорели заживо на глазах Жуковой. В деревне Дубовицы солдатня сжигала дома колхозников. Когда солдаты облили доску горючей жидкостью, подожгли и поставил её к дому старухи, она схватила доску и оттащила. За это её застрелили и бросили в огонь. Подобное произошло и в деревне Никольское.

В старую усадьбу в километре от станции Пола, где пришедшие подлецы до этого убили холодом, лишив тёплых вещей и продовольствия, 200 инвалидов, они согнали 400 человек колхозников с малолетними детьми из Полавского, Лученского, Городокского и Дворецкого сельсоветов. Людей разместили в неотапливаемых помещениях. Там также находились в нечеловеческих условиях оставшиеся в живых 100 инвалидов. Ночью, отступая под ударами Красной Армии, солдаты по приказу своих подлецов-начальников подожгли все постройки. В огне, под обвалами зданий и в снегу на морозе в 150-200 метрах от пожарищ погибли инвалиды и свыше 150 советских граждан с детьми. Как писали капиталисты в своих листовках? ':Наш враг - кровавая сталинская власть! Вы ненавидите коммунизм как ВРАГА СВОБОДНОГО КРЕСТЬЯНИНА! Мы боремся против него как врага свободной Европы! У нас и у вас одна цель - СМЕРТЬ БОЛЬШЕВИЗМУ! Кончайте ненужную войну, переходите к нам! Мы гарантируем вам возвращение на освобождённую родину! ВАС ЖДЁТ ТАМ СЧАСТЛИВЫЙ РАДОСТНЫЙ ТРУД НА ОСВОБОЖДЁННОЙ ЗЕМЛЕ!..' Вот он - радостный труд при капиталистах на освобождённой земле:

В деревнях Дубовицы и Маслены посланцы капитализма при отступлении обнаружили укрывшееся в лесных землянках население. Солдаты выгнали людей из землянок. 60 мужчин погнали к Селищенским казармам на берегу Волхова. Там их подвергли жестоким пыткам, а потом расстреляли. Женщин заставили идти в свой тыл через Волхов. 8 женщин и подростков расстреляли за то, что те пытались вернулись в деревню за хлебом. В деревне Бор сожгли заживо 14 семей. План 'Ost':

Солдаты капиталистической армии полностью уничтожили деревню Никитино на самом берегу Волхова, чтобы её не могли использовать освободители. Сожгли деревню Русса - 51 дом, Змейско - 146 домов, Ситно - 45 домов, Дубовик - 81 дом, Горка - 31 дом, Старая Быстрица - 56 домов, Новая Быстрица - 38 домов, Высокое - 74 дома. И так далее.

Когда 23 декабря солдатня выгоняла на мороз советских людей с детьми из Высокого, они за отказ уходить раздели до гола и заморозили насмерть мастера-рисовальщика по фарфору Гиричева. 58-летнюю Анисимову облили бензином и сожгли живьём. Так же убили 70-летнюю Антонову. ':Мы гарантируем вам возвращение на освобождённую родину! ВАС ЖДЁТ ТАМ СЧАСТЛИВЫЙ РАДОСТНЫЙ ТРУД НА ОСВОБОЖДЁННОЙ ЗЕМЛЕ!..' Так воевал Wehrmacht - сборище подлых выродков, организация военных преступников.

Понято почему, впервые столкнувшись с варварством капитализма, советская молодёжь почувствовала всё то ценное и большое, что добыли народы России 24 года тому назад. Сын пастуха руководил электростанцией и читал Гегеля. Для него смысл жизни это добро, красота и правда. Как он должен смотреть на капиталистов, которые превратили философию в справочник по скотоводству, для которых нормальное существование это злоба, уродство, ложь? С каким омерзением советские бойцы и командиры слушали рассказы немецких пленных, кретинов, рассказывавших, что у них 'социализм' и что они приспособили для работы вместо лошадей поляков или французов!

Паника из-за краха под Тихвином в штабе фон Лееба воцарилась полнейшая. 25 декабря 1941 года гитлеровцы в бросили в бой для спасения своей пехоты даже ядро будущей танковой дивизии - только что сформированный 203-й танковый полк из 140 танков и 80 единиц другой бронетехники. Но всё как мёртвому припарки. Через два недели танковый полк оказался разгромлен, бросив 86 подбитых, уничтоженных, неисправных танков немецкого производства, а также всю сверхштатную французскую бронетехнику. И это при том, что наступающий под Тихвином советский Волховский фронт имел людей всего в 1,3 раза больше, чем фашисты, а по авиации, танкам, бронетехнике, грузовикам вообще сильно проигрывал.

Теперь Волховский фронт Мерецкова готовился к наступлению на запад для снятия осады Ленинграда уже как победитель в битве за Тихвин. Цель наступления - во взаимодействии с наступлением Ленинградского фронта выйти на шоссе Тосно - Сиверская и перекрыть пути снабжения оккупантов из Луги на Ящеру. При этом командующий группой армий 'Север' фон Лееб терял 18-ю армию фон Кюхлера. Появлялась возможность снять осаду с Ленинград. План имел много 'но', однако под Тихвином ведь получилось!

Капиталистические подлецы тем временем выкачивали ресурсы из всей Европы и быстро восстанавливали боеспособность своих орд. Не будь поддержки всего капиталистического интернационала, вряд ли Wehrmacht восстановился так быстро после череды разгромов 1941 года. 'Немцы' - говорили о враге советские бойцы и командиры на фронте. 'Немецко-фашистские войска' - более точно говорили вожди большевиков. То есть войска и немецкие, и фашистские. Ведь кроме немецких войск на стороне Гитлера оказались почти все европейские фашистские или фашиствующие государства, дававшие ему солдат, оружие, ресурсы, политическую, финансовую поддержку. Не знали пока о гигантском объёме международной помощи Германскому рейху в Советском Союзе. Надеялись на лучшее. Надеялись закончить войну в 1942 году. Ведь глаз боятся, а руки делают!

Пока что к 'Волховскому валу' OKW ещё при отступлении от Тихвина срочно перебросило из Франции усиленные 81-ю и 215-ю пехотные дивизии, укомплектованные материальной частью с французских складов, оторвало от задач уничтожения славянского населения в России 285-ю охранную дивизию фон Плотто и отборную SS Polizei-Division. Для убийства коммунистов, русских, славян прибыла в конце прошлого года из Испании 'голубая дивизия' из 18 000 наёмников. Ещё при перевозке из Франции пехотные дивизии потеряли 10 процентов личного состава обмороженными, поскольку во Франции их валенками и тулупами не укомплектовали, и как вести себя в морозы не обучили. У испанцев последовали массовые, редкие в истории военной медицины Испании обморожения стоп:

Видя как быстро Wehrmacht восстанавливает разбитые дивизии, Ставка ВГК торопила Мерецкова, хотя требовался ещё месяц на подготовку наступления на запад через Волхов, поскольку войска Волховского фронта сильно вымотались в недавних боях за Тихвин. Боеприпасов осталось 1/4, более 1/2 штатной численности дивизий больны, обморожены, ранены или убиты. Русские ведь не из глины и палок, они тоже страдали от низких температур, имелись обморожения, вирусные и бактериальные заболевания, вызванные переохлаждением. Завшивленный Wehrmacht оставил после себя больное тифом местное население и пленных. От него стали заражаться и красноармейцы.

Лишь свежая 2-я Ударная армия Соколова насчитывала 49 000 человек - примерно численность армейского корпуса, которыми оперировал Wehrmacht. У только что сформированной армии Соколова имелся некомплект автоматического оружия, танков, снарядов, прицелов для орудий, телефонного кабеля, радиостанций, грузовиков, тёплой одежды, но не критический, в пределах допустимого. Зато личный состав получал как в гвардейских частях 1,5 оклада. До декабря 2-я Ударная армия имела две стрелковые и две кавалерийские дивизии и назвалась 26-я резервная. Предназначалась она для контрнаступления под Москвой. Но в боях не участвовала - группу армий 'Центр' разгромили без неё.

Армия Соколова - почти исключительно русские. 20 процентов украинцы. 15 процентов - татары и башкиры. Плохо подготовленных и слабо мотивированных кавказцев и среднеазиатов из южных республик Советского Союза очень мало. Характер русских людей во многом и определил принципы и 'рисунок' тактических приёмов при ведении боёв 2-й Ударной армии: невероятная стойкость, отвага, изобретательность, игнорирование лишений, неприемлемость плена. Бойцы и командиры в основном прекрасно по-зимнему экипированы: ватные брюки, телогрейка, шинель, шапка-ушанка. У большинства - маскхалаты, валенки. На общем фоне выделялись кремово-белые полушубки, в которых щеголяли некоторые командиры и девушки из медико-санитарной службы.

ВВС Волховского фронта - 2-й гвардейский истребительный, 513, 283, 434, 515, 185, 239-й истребительные, 313, 218-й штурмовые, 128, 225-й ближне-бомбардировочные авиаполки, 116-я разведывательная и 120-я связная эскадрильи. Командир ВВС генерал-майор авиации Журавлёв, лично храбрый, очень опытный авиатор и организатор боевой работы крупных авиасоединений. ВВС Волховского фронта имели на вооружении истребители МиГ-3, ЛаГГ-3, Як-1, И-16, штурмовики Ил-2, бомбардировщики Пе-2, многоцелевые самолёты-бипланы У-2, По-2. Бипланы могли днём и ночью снабжать войска, доставлять делегатов связи, раненых, а ночью бомбить врага. В основном все соединения кадровые, в боях с первого дня войны, пройдя через пополнение, переучивание на новую матчасть и переформирования. Всего к началу наступления - 211 самолётов, из них 71 истребитель, 19 штурмовиков, 6 бомбардировщиков. В полосе фронта пока только 10 аэродромов, что вдвое меньше необходимого, остальные строились. Основные узлы базирования: Ефимовский, Боровичский, Хвойнинский. Для усиления ВВС Волховского фронта Ставка ВГК передавала 2 из 10 своих Резервных авиагрупп, каждая которых по силе значительно превосходила авиацию Волховского фронта.

Костяк отважных и умелых авиаторов Волховского фронта имел богатый опыт, сажаясь с первых дней войны. Только в боях за Тихвин уничтожено 298 самолётов врага. При контрнаступлении под Тихвином авиация Журавлёва применялась массированно. Особенно эффективно авиаторы действовали по автоколоннам. Группами по 3-4 штурмовика, а ночью по 3-4 лёгких бомбардировщика, кроме уничтожения целей, они вынуждали легко одетых гитлеровцев покидать тёплые машины, разбегаться в стороны и часами отлёживаться в снегу на морозе в 30-35 градусов Цельсия. После применения такой тактики 'с голым задом на мороз' все госпитали оккупантов в Чудове и Любани быстро заполнились обмороженным фашистским мясом.

Авиаторы Журавлёва кроме исключительно высоких боевых навыков, являлись ещё и героями. Примеры несчётны. В боях за Тихвин штурман эскадрильи 225-го ближнебомбардировочного авиаполка большевик лейтенант Ковшаров 99 раз водил своих товарищей на успешное уничтожение танков, автомашин, артиллерии и живой силы! Только за 12 ноября они уничтожили 8 танков, 5 цистерн с горючим и 20 автомашин! В конце ноября самолёт Ковшарова подбили зенитки. После вынужденной посадки в районе Ругуй за линией фронта, Ковшаров вместе со стрелком-радистом без пищи прошёл через зимние леса и болота 60 километрах к линии фронта. Через несколько дней после перехода линии фронта он снова повёл своих лётчиков в бой. Сталинские соколы воевали воистину по-суворовски - не числом, а умением!

На Волхове, как и под Тихвином, даже с учётом необходимости противодействовать массе финской авиации, ВВС Волховского фронта перед началом наступления имели в воздухе превосходство в качественном и количественном отношении. Такие герои как Ковшаров, кроме того, дополняли количество качеством. В связи с огромными потерями в самолётах и лётчиках, Luftwaffe перебросило из-под Ленинграда под Москву VIII авиакорпус, поскольку там в небе уже не осталось стервятников Геринга. Довоевались! Это облегчало дело.

За вторую половину декабря 1941 года ВВС Волховского фронта совершили 362 самолёто-вылетов, а Luftwaffe в ответ только 85. Всего 1-й Воздушный флот Келлера имел на тот момент 115 боеготовых самолётов. Куда делись воздушные армады Геринга? Но Келлер не грустил - вся Европа делала узлы, детали, агрегаты для боевых самолётов Luftwaffe. В Германии, Франции и Чехии их собирали в самолёты. Убийца женщин и детей не сомневался, что к весне у него под Ленинградом будет минимум 500 самолётов.

А пока ВВС Волховского фронта творили что хотели. Шла плановая боевая работа. Бесчисленные части и учреждения снабжения разбитых орд оккупантов забивали дороги и населённые пункты на западном берегу Волхова. Эти скопления регулярно подвергались опустошительным бомбовым ударам и штурмовкам. Особое внимания аэродромам. Очередной внезапный налёт на один из аэродромов Luftwaffe состоялся 2 января. Девятка Пе-2 бомбила аэродром Сиверская в 80 километрах южнее Ленинграда. Попадания по ремонтным ангарам и стоянкам самолётов. Уничтожено 6 истребителей Messerschmitt Bf 109 и 4 бомбардировщика Ju 88, а также 20 грузовиков, 3 зенитки. Серьёзно повреждены ещё 8 истребителей и 6 бомбардировщиков. Убито и ранено более 50 человек лётно-технического состава. 'Хиви' не в счёт. В III авиагруппе JG 54 'Grunherz' убит один лётчик, ранено 10.

Время торопило. Захватчики каждый день укрепляли 'Волховский вал', переформировывали разбитые дивизии, пригоняли на фронт массу пушечного мяса на место уничтоженного. Из-за попытки выиграть время, в такой операции как снятие осады Ленинграда при наличии сильного, организованного, мотивированного, озверелого врага, малочисленным войскам Волховского фронта, к большому сожалению, пришлось иметь оперативное построение в один эшелон без сильных фронтовых резервов и танковых подвижных групп для развития прорыва. Насыщенность боевых порядков частей и соединений танками - всего 3-4 танка на километр фронта. При этом плотность артиллерии - значительная.

Артиллерия 2-й Ударной армии помимо артполков дивизий и бригад располагала артполками Резерва Верховного Главнокомандования: 18, 172, 442, 839-й артполки РГК, 31-й гвардейский полк реактивных миномётов 'Катюша' и звукометрическая батарея. 18-й артполк РГК состоял из 2 дивизионов уникальных советских 152-миллиметровых пушек-гаубиц. 172-й артполк РГК имел 2 дивизиона 152-миллиметровых пушек-гаубиц и 122-миллиметровых гаубиц. 442-й артполк РГК - 2 дивизиона 152-миллиметровых пушек-гаубиц и 122-миллиметровых гаубиц. 839-й артполк РГК - 2 дивизиона 122-миллиметровых гаубиц и дивизион пушек-гаубиц. 31-й гвардейский полк реактивных миномётов РГК имел три дивизиона, в каждом по 3 батареи, в каждой батарее по 4 установки 'Катюша' из 16 направляющих, а также взвод подвоза боеприпасов, взводы разведка и управления.

Армия имела начальника артиллерии, которому подчинялись все артполки РГК и звукометрические батареи. В каждой дивизии имелся начальник артиллерии, которому подчинялся артполк дивизии и миномётные дивизионы; он также мог влиять на действия миномётных дивизионов стрелковых полков дивизии. Начарт армии мог в свою очередь давать указания начальникам артиллерии дивизий. Таким образом имелась возможность широко маневрировать огнём, массировать его и использовать как таран в наступлении и щит в обороне.

Как правильно сказал Верховный Главнокомандующий Сталин на заседании, посвящённом 24-летию Великой Октябрьской революции: 'Другая причина временных неудач нашей армии состоит в недостатке у нас танков и отчасти авиации. В современной войне очень трудно бороться пехоте без танков и без достаточного авиационного прикрытия с воздуха. Наша авиация по качеству превосходит немецкую авиацию, а наши славные лётчики покрыли себя славой бесстрашных бойцов. Но самолётов у нас пока ещё меньше, чем у немцев. Наши танки по качеству превосходят немецкие танки, а наши славные танкисты и артиллеристы не раз обращали в бегство хваленые немецкие войска с их многочисленными танками. Но танков у нас всё же в несколько раз меньше, чем у немцев. В этом секрет временных успехов немецкой армии. Нельзя сказать, что наша танковая промышленность работает плохо и подаёт нашему фронту мало танков. Но немцы вырабатывают гораздо больше танков, ибо они имеют теперь в своем распоряжении не только свою танковую промышленность, но и промышленность Чехословакии, Бельгии, Голландии, Франции. Без этого обстоятельства Красная Армия давно разбила бы немецкую армию, которая не идёт в бой без танков и не выдерживает удара наших частей, если у неё нет превосходства в танках. Существует только одно средство, необходимое для того, чтобы свести к нулю превосходство немцев в танках и тем коренным образом улучшить положение нашей армии. Оно, это средство, состоит не только в том, чтобы увеличить в несколько раз производство танков в нашей стране, но также и в том, чтобы резко увеличить производство противотанковых самолётов, противотанковых ружей и орудий, противотанковых гранат и миномётов, строить побольше противотанковых рвов и всякого рода других препятствий. В этом теперь задача...'

Все эти обстоятельства не могли не сказаться и на ходе наступления с целью снятия осады с Ленинграда. Wehrmacht при прорыве обороны полагался на массированное применение танков и авиации. Красная Армия - прежде всего на массированное применение артиллерии. Волховский фронт Мерецкова обладал артиллерией в достатке.

Гитлеровские 16-я и 18-я полевые армии Буша и фон Кюхлера, противостоящие Мерецкову на пути к Ленинграду, каждая численно равнялась Волховскому фронту. Гитлеровцы понимали, что Сталин и его товарищи по Государственному комитету обороны: Ворошилов, Будённый, Молотов, Тимошенко, Василевский, Жуков, Булганин, Шапошников, Антонов, Кузнецов во что бы то ни стало попытаются спасти людей в Ленинграде. Ведь в декабре в Ленинграде погибло от последствий голода, вызванного вторжением капиталистов в СССР - 50 000 человек. Столько в городе до войны умирало в год! Вот результат вскармливания Гитлера и NSDAP капиталом США, Британской и Французской колониальных империй, коронованными титулованными особами, результат английских кредитов и американских вложения в военную машину Германии, результат Мюнхенского сговора, 'Сидячей войны', предательства Польши, перемирия Франции с Германией:

С точки зрения военных потерь 50 000 погибших - это, с учётом раненых, как бы 20 полностью уничтоженных дивизий! Такое могло произойти только в результате какого-нибудь огромного сражения, вроде обороны Севастополя или битвы за Смоленск. А здесь в месяц от голода! Такая она - самая жестокая и самая кровопролитная война в истории человечества - война советского народа против немецко-фашистских захватчиков.

Конечно, в такой ситуации Ставка ВГК, Политбюро ЦК, Наркомат Обороны требовали от Красной Армии максимального, предельного напряжения сил для того, чтобы спасти Ленинград. Почему? Потому что они большевики.

Понимая это, гитлеровцы сосредоточили на направлении предполагаемого прорыва через Волхов войск Мерецкова, в полководческих талантах которого они уже убедились, сильную оборонительную группировку из 13 пехотных, 2 моторизованных и 2 танковых дивизий, дивизии SS, множества частей усиления, а также финских, эстонских, латышских частей и подразделений, легионов наёмников SS из Бельгии, Голландии, Норвегии, 18-тысячной 'голубой' дивизии наёмников из Испании. В резерве - XXXIX моторизованный корпус, спешно пополняемый после разгрома при отступлении от Тихвина. В глубине обороны у Луги - 285-я охранная дивизия барона фон Плотто.

Дивизии, которые подвергались ранее разгрому, спешно пополнялись. Количество танков 12-й танковых дивизий возросло с 30 до 101. Сформированный во Франции 203-й танковый полк, потерявший в декабрьских боях много своих машин, насчитывал теперь 141 танк: 108 средних Pz.Kpfw.III, 20 'тяжёлых' Pz.Kpfw.IV. Полк имел также 87 единиц другой штатной и 'дикой' бронетехники французского производства: танки, бронемашины, подвозчики снарядов, эвакуационные машины, танкетки. Вся эта боевая техника стала арматурой обороны 'Волховского вала'.

Европейских капиталистов очень манила советская территория, ископаемые, рабы. Драться за отобранное чужое добро они собирались озверело - по-капиталистически. О предстоящих планах Мерецкова фашисты знали. Агентурная, авиа и радиоразведка Abwehr докладывали о подходе советских резервов перед фронтом 126-й и правого фланга 215-й пехотных дивизий Лаукса и Книза в районе Селищ - напротив левого фланга 16-й полевой армии Буша. Подлецы точно определили место главного удара - фронт дивизии Лаукса и правый фланг дивизии Книза. Ставке ВГК следовало торопиться, поскольку 'Волховский вал' укреплялся ежечасно, а недобитый Wehrmacht рос как раковая опухоль.

Ограбившие Европу фашисты, засевшие за Волховом, имели гораздо больше, чем советские войска, автомобилей, массу средств механизации для строительства оборонительных сооружений и дорог, выстроенную систему связи. Они применяли рабский труд местного населения и военнопленных. Коменданты давали задания старостам деревень, старосты посылали людей очищать дороги от снега, пилить дрова, работать на железной дороге, строить ДЗОТы и рыть траншеи. Только жители деревень с ижорской и латышской национальностью не использовали на каторжном труде - их депортировали в Эстонию, а затем в Финляндию. Из деревеньки Кунесть на рытьё окопов, строительство дороги для танков выгнали даже детей. Здесь же работали военнопленные из лагеря на Тигоде, которые там содержались в земляных норах.

Мирное население между 1-й полосой обороны по Волхову и 2-й полосой обороны по шоссе и железной дороге Чудово - Новгород подлецы депортировали. Везде поставили щиты с предупреждением на немецком и русском языках, что за появление между Волховом и шоссе Чудово - Новгород - расстрел. За две недели Wehrmacht убил здесь за нарушение запретных линий и за сочувствие большевикам, при депортации более 150 мирных жителей. В деревне Вылеги солдаты капиталистов замучили жителя Загущина - они отрезали ему половые органы, переломали руки, разбили голову, вырезали на спине ремни. Так Wehrmacht воевал за освобождение русского народа от палачей НКВД и тирана Сталина!

В деревне Шевелёво двухлетнему ребёнку из семьи Федотова солдаты капиталистов выкололи глаза, поддели на штык. Подержав так, дали истечь кровью. Остальных членов семьи убили из винтовок. Всех жителей в мороз и метель пешком погнали к Мясному Бору. Тех, кто не успел собрать пожитки в указанный срок - более 70 человек, в том числе 17 малолетних детей - убили. Так Wehrmacht воевал за освобождение русского народа от палачей НКВД и тирана Сталина! Тех, кого не убили в своих домах, ждала 'дорога смерти'. Не все измученные, голодные старики, взрослые и дети смогли дойти пунктов назначения. Многие оставались в лесу и погибали. На глазах идущих замёрзла семья фронтовика Петрова: жена Татьяна, 7-летний Боря, 4-летний Женя, 2-летний Коля. После убийств и пыток солдатня капиталистов разграбила дома, забрав всё, от швейных машинок до половиков. Так Wehrmacht воевал за освобождение русского народа от палачей НКВД и тирана Сталина! Подлецы, военные преступники, психопаты.

Так подлецы построили вдоль Волхова глубоко эшелонированную оборону, настоящий 'Волховский вал'. 1-я линия - батальонные узлы сопротивления и множество запасных позиций. 2-я - опорные пункты, которые защищали узлы дорог, дефиле между болотами, подступы к населённым пунктам. 1-я и 2-я линии обороны связывались между собой отсечными позициями, служащими для ограничения зоны прорыва, а также большим количеством временных ледовых дорог, построенных рабским трудом местного населения - песчаные насыпи, залитые водой. Отсечные, то есть поперечные к фронту позиции, занимали подвижные группы автоматчиков, пулемётчики и расчёты противотанковых ружей. Вдоль дорог действовала бронетехника. Основную массу инженерных сооружений и заграждений фашисты сосредоточили у Волхова. Каждый узел сопротивления и опорный пункт имел ДЗОТы, тёплые блиндажи, пулемётные площадки, артиллерийские позиции, и усиливался противотанковыми и противопехотными заграждениями, рвами, надолбами, завалами, дерево-земляными валами и заборами, колючей проволокой, минными полями. Мерзлая земля сооружений имела в морозы прочность бетона. Сооружения маскировались, действовала звуковая и световая сигнализация, наблюдательные посты. Всё в духе заключительного этапа Первой Мировой войны на Западном фронте. Эти рубежи всю позднюю осень и начало зимы строили строительные части, 'организация Тодта' и колонны NSKK, согнанное сюда население, военнопленные. Между линиями обороны - ручьи Больший и Малый Иглино, речушки Дыменка, Полисть. Большие болота оставляли для движения наступающих войск лишь неширокие дефиле. Просеки заминированы, перегорожены завалами. И куда только подевался 'Blitzkrieg'? Где марширующий победоносный Wehrmacht? Забился в норы и ямы в Волховских болотах? А с чего бы так?

Главные опорные пункты подлецов - Трегубово, Спасская Полисть, Мостки, Любино Поле, Мясной Бор располагались на возвышенных местах за реками и ручьями. Ключевые позиции Спасская Полисть и Мясной Бор. Эти опорные пункты располагались на железной дороге Чудово - Новгород, перешитой под европейскую колею и шоссе, параллельной железной дороге. По железной дороге к этим опорным пунктам подходили поезда, здесь курсировали артиллерийские поезда - составы из платформ, на которых устанавливались колёсные пушки, пулемёты на тумбах, тяжёлые французские танки. Эти поезда могли вести очень плотный огонь. Попадая под прицел советской артиллерии, они спешно отходили в безопасное место.

Пространство перед передним краем, между опорными пунктами и 2-й линией обороны подлецы местами заминировали, заполнили препятствиями из колючей проволоки, завалами, фугасами, пристреляли артиллерией и пулемётами, зарыли там в землю танки: французские, немецкие, чешские. Крутые западные берега Волхова полили водой, превратив в неприступные ледяные горы. Вокруг населённых пунктов 2-метровые снежные валы, облитые водой, с амбразурами.

Мост через Волхов к деревне Коломно подлецы заминировали, мост в Городок взорвали и простреливали пулемётным огнём. Со стороны Маслино мост тоже взорвали. Никогда прежде Wehrmacht не строил таких мощных долговременных полос обороны на пути Красной Армии, как к концу 1941 года на Волхове. Советским воинам предстояло наступать на такую оборону при незначительном перевесе в численности, при малом количестве танков в 30-градусные морозы по снегу толщиной до 1,5 метра!

Красной Армии за 6 первых месяцев Великой Отечественной войны ещё не приходилось сталкиваться с задачей штурма таких мощных укреплений. Все предыдущие многочисленные советские контрудары и контрнаступления чаще всего проходили в ситуации, когда Wehrmacht не подготовился как следует к обороне и его боевые построения походили более на колонны. Этим и достигалось их эффективное истребление захватчиков при контрударах первых месяцев войны. Под Москвой Wehrmacht оказался под атакой в процессе своего же наступления. Здесь же предстало штурмовать насыщенную оборону немцев в духе Первой Мировой войны.

Сталин, Ворошилов и другие члены ГКО торопили командующего 2-й Ударной армии Соколова. В Ленинграде от голода умирали старики, женщины и дети! Подлецы-капиталисты своей осадой создали ситуацию, когда недоедание вело к катастрофическому росту смертности. Игнорировать этот факт безнравственно! Ленинградцев нужно спасать! Максимум - снять осаду. Минимум - максимально обезопасить ледовую 'Дорогу жизни' и построить к ней железную дорогу от Войбокало! Wehrmacht же, считая, что гибели в месяц от голода 50 000 ленинградцев недостаточно, силами XXXVIII армейского корпуса фон Чаппюи из 18-й полевой армии военного преступника фон Кюхлера, планировал ударом через Ладожское озеро на Кокорево перерезать 'Дорогу жизни'. Директива фон Кюхлера No.5013/41 от 25 декабря предусматривала подготовку движения танков по льду, использование корпусом двух дивизий подкрепления.

Не только голод в Ленинграде звал советских воинов вперёд. Wehrmacht у Чудово создал концлагеря и занялся истреблением русского, славянского населения. Самые крупные фабрики смерти капиталистов работали в совхозе 'Коммунар' у деревни Сябреницы и в селе Оскуй. Военнопленных и гражданских держали там под открытым небом, на скотном дворе, в полуразрушенной церкви. Тёплую одежду отобрали, и несчастных выгоняли на оборонные работы в лохмотьях и босиком в любую погоду. Работать заставляли с 6 утра до 9 вечера, выдавая 200 граммов хлеба и немного баланды из древесной муки - калорийность для угасания за две недели. Могли не кормить по нескольку дней. У людей необратимо разбухали кишечники и рубцевались желудки. Ежедневно издевательства, изнуряющие, бесчеловечные условия и расстрелы. За день до 50 трупов фашистские прислужники 'хиви' скидывали в глубокие траншеи. Картины ужаса, от одного воспоминания о которых стынет кровь в жилах и зреет лютая ненависть к капиталистам.

Старший политрук Горшенин, бежавший из плена, рассказал об этих лагерях в газете 'Красная звезда' 16 октября 1941 года: 'В каждой клетушке свинарника 25-30 человек. Наши люди тонут в нечистотах, умирают медленной голодной смертью. Хлеба им не дают ни крошки. Лишь через день полагается немного крупы с холодной водой. Каждую минуту пленным угрожал расстрел. Средневековые пытки ничто по сравнению с мучениями, которым подвергают людей фашистские людоеды. Попавшему в плен раненому лейтенанту эти убийцы тупым ножом вырезали на лбу крест, до ушей разрезали рот, выкололи глаза, потом зарезали'. Ямы-могилы в совхозе 'Коммунар' и на станции Чудово II - 12 рвов длиною каждый 50 метров, шириною 4 метра и глубиной 3 метра. В сторону реки Кересть едва поднимающийся над общим уровнем земли холм. Под ним яма размером 20 метров длиной, 6 шириной и 4 глубиною, наполненная трупами. Здесь навечно легли вместе военнопленные, местные жители: мужчины, женщины, дети:

Такие лагеря Wehrmacht создал в тылу каждой своей полевой армии. В Новгороде в тылу 16-й полевой армии Буша лагеря смерти организовал генерал Герцог, кроме того он распилил памятник 'Тысячелетие России', ободрал купола Софийского собора на сувениры. Подлецы-капиталисты уничтожали русский народ, славян по плану 'Ost'. Как тут русским не идти на подвиг, не превозмочь себя и свою судьбу? Сатанинское отродье постоянно усиливало оборону. Следовало торопиться с наступлением, идти на риск даже при неполной готовности.

Подготовка к наступлению шла тяжело. Зима выдалась аномально морозной и снежной. Метели заносили немногочисленные дороги. Перегруппировка для наступления через Волхов отягощалась тем, что на правобережье Волхова, на участке в 27 километров от станции Гряды до станции Красненка, оказались разобраны и вывезены железнодорожные пути, а мосты подорваны. На остальных участках вывезен один главный путь и на 1/2 разобраны станционные пути. Ремонт путей на освобождённых от фашистов участках проходил в трудных условиях. Разрушения сильные, а материалов для ремонта мало. Полотно железной дороги и станционные пути повсеместно заносило снегом. Сил и средств для расчистки не доставало.

Для нужд наступления предстало перевезти к рубежу Волхова в сжатые сроки 300 эшелонов - 20 000 вагонов. Переброска войск и грузов осложнялась тем, что в этом районе все дороги шли с востока и юго-востока к Ленинграду и никаких переходов между ними не имелось. Такое положение не позволяло маневрировать подвозом с одного фланга фронта Мерецкова на другой. При отсутствии рокад перевозки, например, с левого крыла фронта на правое, могли производиться только кружным путём через станции Бологое, Сонково, Овинище. На практике это означало, что путь от Малой Вишеры до Будогощи, расстояние по прямой линии между которыми 80 километров, превращался в пробег по железной дороге длинной в 706 километров через Бологое, Сонково. При движении на этих участках, обслуживающих также Северо-Западный и Калининский фронты, возникала задержка поездов на 3-4 суток. То же происходило при маневре на железнодорожную линию Тихвин - Волховстрой.

В довершении ко всем бедам добавилась нехватка угла. После захвата капиталистами Донбасса, железная дорога лишилась качественного антрацита. Другие добывающие мощности, работающие на промышленность вооружений, тоже не получалось использовать в полной мере. Добыча угля уменьшилась вдвое от довоенного. Часть северных железных дорог перешли на дровяное топливо. Это потребовало изыскать людей для заготовки дров, внеплановой чистки колосников, погрузки дров. Уменьшились в 4 раза перегоны, увеличилось время и частота загрузки топлива. При этом объёмы перевозок по железным дорогам выросли по сравнению с довоенными 5 раз. Если сравнивать с отсталой Российской империей, то за 7 дней железные дороги СССР выполняли такой объём перевозок, на который в начале Первой мировой войны железным дорогам Российской империи Николая II требовалось 2,5 месяца.

Органы военных сообщений фронта, железнодорожные войска в срочном порядке приступили к восстановлению, дострою, строительству новых дорог и рокадных переходов Любытино - Неболчи, Тихвин - Будогощь, Подборовье - Кабожа чтобы связать по кратчайшим путям три главнейшие железнодорожные коммуникации фронта: Тихвин - Волховстрой, Кабожа - Будогощь и Окуловка - Малая Вишера. Успешного наступления без этого не видать. Воины-железнодорожники не отдыхали по нескольку суток.

Luftwaffe проводило налёты, стараясь разрушениями создавать пробки на дорогах в наиболее узких местах, и затем наносить бомбёжками максимальный ущерб в местах наибольшей концентрации вагонов. Для исключения простоев и скопления эшелонов на крупных узлах, которые подвергались частым ударам, железнодорожные войска срочно строили обходы в районах Волховстрой, Тихвин, Будогощь, Неболчи.

Чтобы Волховский фронт получил возможность пропускать по всем направлениям до 18 пар поездов в сутки весом до 1000 тонн при длине до 75 нормальных вагонов с паровозами серии 'Э', на многих железнодорожных участках срочно расширялось путевое хозяйство станций, строились тупики, годные для отстоя транспортов и размещения складов. По железным дорогам производились также ложные перевозки для того, чтобы скрыть перевозки действительные и создать ложное представление о значении и направлениях перевозок. В конце 1941 года в полосе Волховского фонда проводили по 3 ложных эшелона в сутки. Эти меры в значительной степени ввели Abwehr в заблуждение.

Ради спасения Ленинграда люди не жалели себя. Вот встанет поезд, отдаст машинист жезл дежурному по станции, и тут же вместе с помощником ткнутся лицами в грязные подлокотники окошек. Охватит их тревожная дрёма. Опустится кочегар как убитый у горячей топки. Не курит, не говорит, спит с открытыми глазами на грязном лице. Выйдет с жезлом в руке дежурный по станции, постоит, глядя на убитого усталым сном машиниста, на облепивших состав 'тружениц тыла', вздохнёт и виновато скажет:

- Поехали!

Люди проявляли немыслимое мужество и хладнокровие. Расцепляли горящие вагоны, тушили пожары, не уходили при бомбёжках, гибли наравне с бойцами при обстрелах и бомбёжках у линии фронта. Многое делали женщины и юные девушки, выполняя не только изнурительную, но и очень опасную работу: сцепщицы, кондукторши. Голова у голодной, измученной работой девушки, кормившей семью на паёк рабочего, могла оказаться при маневрах между буферами: она поднимала и крутила тяжёлую стяжку, в ледяные ветры ехала на тормозной площадке кондуктором. Женщины составляли половину персонала.

Несмотря на титанические усилия дорожников, полностью решить вопросы дорожного обеспечения перегруппировки не удалось. В ряде случаев войскам приходилось выгружаться в необорудованных местах, в глухомани, и идти в свой район сосредоточения по бездорожью. Но они знали ради чего это делают. 'Смерть фашистским оккупантам! Спасти Ленинград!' Войска двигались в районы сосредоточения чаще всего в пешем строю с великим трудом прокладывая каналы и траншеи в огромных снежных пластах. Днём пути расчищали, а ночью снег снова всё заносил. Войска часто сами поддерживали пути в проезжем состоянии, затрачивая на это массу сил и времени. Подвоз шёл гужевым транспортом. Дороги только-только строились. Старую дорогу на участке Малая Вишера - Папоротное - Александровское использовали сразу три армии. Возникали пробки, перебои с продовольствием.

Ночи стояли тёмно-синие, ясные. Где-то далеко-далеко в небесной вышине мерцали звёзды. Кругом белым-бело. Снег: От колонн, идущих со станций разгрузки к назначенным районам, падают длинные тени. Рокот тягачей, тракторов, стрекот тысяч грузовиков и мотоциклов. Белый пар дыханий людей и лошадей, запах дизельного выхлопа: Длинная зимняя ночь тоже помеха. Закат солнца уже около 16:30, а восход только около 9:00...

Штаб тыла, интендантское, автодорожное, военно-санитарное управления, отделы военных сообщений ВОСО, снабжения горючим, военно-ветеринарный и многие другие отделы и службы штаба Волховского фронта делали всё возможное и невозможное, но перегруппировка к назначенному сроку не завершилась. Войска страдали также от многопредметности снаряжения. Для одних только носимых боеприпасов выдавалось две патронные сумки, один-два патронташа, две гранатные сумки. Каждый из этих предметов имел отдельное крепление на поясном ремне или на ремне через плечо. При движении бойца - короткий бег, падение, переползание, эти вещи перемещались со спины на живот, создавая серьёзные затруднения. Многие предметы снаряжения переделывались в войсках, другие - в мастерских интендантского управления фронта и армии.

Боец в обычной ситуации носил на себе 19 предметов снаряжения, начиная с плащ-палатки, стального шлема, фляги, котелка, различных чехлов, ремней, сумок, противогаза и кончая химической грелки, кружкой и ложкой. Вес - 7,2 килограммов. Предметов обмундирования, начиная с головного убора и кончая сапогами или валенками, у него имелось: летом - 10 при весе 9,7 килограммов, зимой - 17 при весе 12,4 килограммов. Вес положенного запаса продовольствия - 1,6 килограмм, но зачастую выдавали сухой паёк на двое суток - более 2 килограмм. Вес носимого бойцом стрелкового оружия - винтовка, патроны, гранаты - 7,5 килограмм, но в ряде частей запас патронов всегда увеличивали по сравнению с нормой, и общий вес вооружения доходил до 10 килограмм. Таким образом, общий вес носимых предметов, продовольствия и вооружения у стрелка составлял летом до 28 килограмм, зимой до 30 килограмм... Идти со всем этим в 30-градусный мороз десятки километров, пробиваясь через снега - это что-то из разряда героического перехода Суворова через Альпы:

В целом командование справлялось с вопросами питания. В хорошем смысла выделялся первоклассный питательный пункт в Новой Вишера, где располагался штаб фронта, госпитали, станции, принимающие воинские эшелоны. Столовая там таких исполинских размеров, что за дощатые столы-настилы одновременно садился сразу весь прибывший эшелон. Всё добротно. Столешницы из хорошо выструганных и плотно пригнанных досок, бачки и половники, на красноармейском наречии - 'разводящие', ёмкие и надраены до блеска. Обед из двух блюд отменный. К концу обеда слышатся разговоры:

- Как в ресторане 'Урал'!

- Надо бы благодарность в книжку тиснуть...

- Ещё лучше: покачать на руках 'зава' столовой...

Раздаётся команда: 'Встать! Выходи строиться!' К столовой уже идут на смену другие маршевые батальоны.

Истребители авиаполков ВВС Волховского фронта Журавлёва патрулировали в воздухе, дежурили на аэродромах, обеспечивая прикрытие выгрузки войск в районах Тихвин, Большой Двор, Тальцы, Неболчи, Большая Вишера и сосредоточение их на рубеже Волхова. Велась воздушная разведка в районах Чудово, Любань, Тосно.

366-я 'томская' стрелковая дивизия Буланова шла к Волхову январскими днями и ночами от станции разгрузки в пешем строю. За городскими окраинами открывались необъятные просторы. Темнеющие вдали лесные массивы, весёлые березовые рощи, уходящие вдаль до самого горизонта, укрытые толстым пологом снега поля, полузанесённые деревни со старинными церквушками и длинными приземистыми коровниками и свинарниками, погребённые под сугробами сельские погосты...

Сразу за Малой Вишерой на протяжении двух-трёх километров то слева, то справа, то по обе стороны от дорог замаскированные под деревьями штабеля ящиков, мешков, тюков прессованного сена, бочек, саней, волокуш и всякого прочего добра. Это продовольствие, боеприпасы, фураж, транспортные средства, сгруженные с эшелонов, ждали отправки в дивизии и бригады 2-й Ударной армии. Вдоль штабелей расхаживали утопающие в овчинных тулупах часовые.

В низинах, речных поймах высились стога сена, по дорогам степенно расхаживали вороны, с горок катались на санках дети, рядом с ними носились дворняжки, женщины несли на коромыслах вёдра с водой, полоскали в стылых прорубях бельё, колхозники везли из лесу дрова, подвозили скотине сено и силос...

Кажется, на этих русских просторах царят мир и спокойствие, и нет такой злой силы, которая смогла бы нарушить их. Но это иллюзия. Так кажется, если наблюдать издали, со стороны. На самом деле сельчане живут в постоянной и большой тревоге. В каждую деревню уже пришли похоронки, в любой день письмоносец может принести новые. На селе это чувство тревоги за судьбу фронтовиков даёт себя знать намного сильнее, чем в городе. Здесь все знают друг друга и каждую смерть оплакивают всей деревней. Ушедших мужчин заменяют женщины и подростки. Это они теперь кормят города, многомиллионную армию, всю страну:

От мокрых артиллерийских и обозных лошадей валил пар, и они еле тащили тяжёлые сани и орудия. Шерсть покрывал иней. Обессиленных лошадей, которые плакали как дети, с сожалением пристреливали. На 10-15-минутных привалах бойцы в запорошенных снегом шинелях и ушанках падали от усталости прямо в снег и, несмотря на мороз, тут же засыпали. Их поднимали с трудом. Но чудо-богатыри успели к сроку. Настоящая гвардия! Перед наступлением 'булановцев' ждала горячая пища и возможность отогреться в палатках, оборудованных печками-бочками. Никто, конечно, не ждал, что на передовой будет ресторан и пружинный матрас и подушки с наволочками: Страшная война с чудовищной тушей шести европейских армий требовала нечеловеческого напряжения, сверхконцентрации всех умений и талантов, огромных жертв. Ничего похожего на парады, довоенные учения. По-другому на победу можно и не рассчитывать:

Из-за бездорожья, сильных морозов, глубоких снежных заносов, изношенности и недостатка тягачей и тракторов перегруппировка артиллерии Волховского фронта и её сосредоточение в новых районах срывались. Заменять колёсный транспорт на санный приходилось практически на ходу. Артиллерия выходила в назначенные районы с 10-дневным опозданием. Для неё приходилось прокладывать просеки и копать в снегу тоннели. Отстали тыловые подразделения с боеприпасами.

Новые артиллерийские части фронта формировалось в сжатые сроки. Их личный состав не имел боевого опыта. А впереди не маневры, а тяжёлая борьба с подлым, вооружённым до зубов врагом. В подразделениях, конечно, имелись бывалые красноармейцы, имевшие жизненный опыт. Они подсказывали, как вырыть окопы в глубоком снегу, устроить шалаши, места и для отдыха, укрытие от ветра, как в них развести малые костры. Химические грелки - отличная вещь, конечно, но сухие дрова важнее. Особенно для растопки. Хорошо подходят сухие ольшины. Они ломкие, с ними легко можно справиться даже без топора. Сухая ольха горит почти бездымным пламенем, не стреляет, что очень важно для маскировки.

Ольхи в Поволховии тьма. Тут и деревни так называют: Ольховка, Ольховские Хутора, Заолешье, Ольховская Лядина... Иногда встречаются ольховые кладбища: ветви уже обломались, а голые стволы торчат. Если такую ольшину обеими руками сильно встряхнуть, ствол распадается, и вниз сыплются готовые полешки. Набирай охапку и неси... Хорошо подходит для костров еловый ветровал, сосновый, берёзовый и всяческий бурелом... Но тут нужен топор. Если приходится рубить молодняк, следует брать тот, у кого много заросших старых трещин, заячьих погрызов, наростов, искривлений, толстая и шершавая кора. В таких сосенках и ёлочках смолы намного больше обычного, а березки богаче дёгтем...

Этого в уставах нет. Это то, что вождь мирового пролетариата Ленин называл 'творчество масс'. Все без исключения - красноармейцы, младшие и средние командиры - работали круглые сутки. Грунт промёрз до метра. Много сил требовалось, чтобы одними лопатами и ломами вырыть укрытия! Обнаружились немалые способности в оборудовании землянок, изготовлении из остатков разбитой вражеской техники печек, защитных щитков, навесов, съёмных укрытий.

Особая забота об укрытиях для лошадей. Человек при обстреле хоть на землю ляжет, а лошадь не уложишь: По уставу лошадиная тяга должна находиться не далее 250 метров от орудий, но война задавала совсем другие правила.

При подготовке к наступлению артиллерию Волховского фронта вооружили новыми телефонными пластмассовыми аппаратами TAT-Ф, разработанными в 1940 году. Эти лёгкие полевые телефоны-трубки могли подключаться к двухпроводной проводной полевой линии ПТФ-7 держать голосовую связь на расстоянии до 15 километров. При подключении к телеграфному кабелю ПТГ-19 дальность возрастала до 30 километров. Этого более чем хватало не только для разведчиков и связистов наблюдательных пунктов, находившихся в боевых порядках пехоты, но и для связи с вышестоящими штабами. Артиллеристы готовили исходные данные для стрельбы по огневым точкам, командным и наблюдательным пунктам - всему, что подлежало уничтожению огнём орудий.

Ставка назначила к командующему 2-й Ударной армии Соколову своего представителя Мехлиса - лично храброго, сурового, мнительного, целеустремлённого до фанатизма и негибкого приверженца крайних мнений. Кипучая энергия этого неутомимого коммуниста-еврея 'одна нога здесь, другая там' приносила иногда даже отрицательные результаты: 'поспешишь - людей насмешишь'. Но пламенный большевик Мехлис творил чудеса. Так узнав о том, что часть на фронте новые орудия разукомплектованы, лишены оптических приборов и средств связи, Мехлис сообщил об этом напрямую Сталину. Тот срочно направил к Мерецкову командующего артиллерией Красной Армии Воронова лично с несколькими вагонами недостающего оборудования - прицелам, стереотрубами, биноклями, радиостанциями и так далее.

Соколов имел превосходство в артиллерии над врагом в 1,6 раза в количестве, при этом в качестве советская артиллерия по ряду показателей значительно превосходила гитлеровскую, что обычно сказывалась на высоких потерях завоевателей. Однако фашисты имели в 1,5 раза больше противотанковых пушек, в 2 раза больше орудий крупного калибра. Кроме того, к началу наступления артиллерия Соколова подошла не вся. Таким образом решающего превосходства в артиллерии Соколову достигнуть не удалось.

Для прорыва обороны и последующего наступали армия Соколова получила 3 боекомплекта, хотя требовала 5. Но ведь за спиной Красной Армии не стояла вся Европа, как за спиной Гитлера! Остальные боеприпасы Ставка ВГК планировала доставить уже в ходе наступления.

Перебои в обеспечении боеприпасами и материальными средствами до некоторой степени объяснялись существовавшей в войсках ещё довоенной системой подвоза 'на себя'. Начиная с низового уровня войска сами получали необходимые боеприпасы в указанных им местах и в согласованном количестве. В обороне такая система работала неплохо, но когда войска наступали, эта система себя не оправдывала, стесняла подвижность. Назревал переход на новую систему подвоза 'от себя'. Ответственность за подвоз при такой системе возлагалась на более старшего начальника: за организацию подвоза от армии к дивизиям - на начальника тыла армии, от дивизионных до полковых складов - на начальника тыла дивизий и так далее. Доставка от станций снабжения - армейских складов к войскам - на дивизионные обменные пункты осуществлялась бы армейским транспортом. И так далее. Хозяйка кормит курицу, а та цыплят. Но такую перестройку только предстояло произвести. Следовало также решительно бороться с бесхозяйственным расходованием материальных и техсредств, не допускать нарушений, привлекать расхитителей к суровой ответственности:

Авиация фронта тоже испытывала трудности в снабжении и находилась при перебазировании в условиях крайне сжатых сроков. Для железнодорожных перевозок в интересах ВВС Волховского фронта потребовалось 525 вагонов из них 26 вагонов горюче-смазочных материалов и 65 цистерн бензина. На подготовку к нанесению бомбовых ударов имелось только 7 дней. Но в Ленинграде от болезней и голода умирали советские дети: Разве можно ждать?

2-я Ударная армия дополнительно получила 2 танковых батальона, 3 дивизиона 'Катюш', артполк и 6 лыжных батальонов. Соколову следовало атаковать 'Волховский вал' фон Кюхлера через неделю после наступления нового 1942 года, спустя 7 месяцев после вероломного нападения полчищ Великогерманского рейха на первую в мире рабоче-крестьянскую державу. И куда только подевался 'Blitzkrieg'? Где марширующий победоносный Wehrmacht? Забился в страхе в норы в волховских болотах за 'Волховским валом'. А чего так-то? Кто его туда загнал как строго шакала?

Советский Союз выстоял в 1941 году безо всякой помощи извне и теперь вот сам наступал почти на всех фронтах, а со дня вероломного нападения капиталистических полчищ, по-другому не скажешь, ведь один Wehrmacht насчитывал более 8 миллионов человек, прошло всего 7 месяцев. Мощная 2-я Ударная армия неожиданно материализовалась у Волхова на месте ослабленной 52-й общевойсковой армии. Пока фон Лееб и фон Кюхлер по приказу Гитлера представляли планы наступления для захвата или западного, или восточного побережья Ладожского озера для того, чтобы перерезать 'Дорогу жизни', Ставке ВГК, Сталину удалось нарушить сатанинские планы капиталистов по убийству голодом 2,5 миллионов человек в Ленинграде. В невероятно сжатые сроки и при чрезвычайно тяжёлых погодных условиях удалось подготовить мощное наступление.

Вот оно, поле будущей битвы: На другом берегу между Волховом и проходящими параллельно ему шоссе и железной дорогой Новгород - Чудово полоса леса и кустарник шириной 15 километров. Западнее железной дороги равнина Волховских болот - вторая по размеру заболоченная местность Европы после болот Припятских. Только отдельные возвышенности виднелись со стороны Волхова: высоты у Дымно, напротив которых на восточном берегу находились высоты у Борки. Как самая большая возвышенность, - высоты юго-восточнее Чудово у бывшего имения кабинет-секретаря Екатерины II Державина и монастырь в Званке. У Спасской Полисти большой аэродром. Через этот аэродром к мосту через Волхов у Селищ шла дорога с булыжным покрытием. Деревни на шоссе Чудово - Новгород, ставшие опорными пунктами 2-й линии обороны 'Волховского вала', находились на длинной древней песчаной ледниковой дюне западнее речушки Полисть. Она после слияния с речкой Глушицей впадала в Кересть. Железная дорога на высокой насыпи проходила примерно в 200 метрах западнее Мостков, Спасской Полисти и других деревень на линии шоссе, а сразу за железной дорогой начинались дремучие леса с огромные болотами и трясинами: Апалевский Мох, Грядовский Мох, Михайловский Мох и другие. От деревни Мостки до Волхова - 8 километров. Южнее Мостков в 1,5 километрах Любино Поле, в 3,5 километрах южнее деревня Мясной Бор. Спасская Полисть в 5,5 километрах севернее Мостков.

Перед советскими войсками 'Волховский вал': тысячи ДЗОТов блиндажей на отделение пехоты, блиндажей командирских и складских, тысячи огневых точек для лёгких и тяжёлых пулемётов, миномётов, противотанковых орудий и лёгких пехотных орудий. Вкопанные танки, зенитные самоходки и другая бронетехника. Проволочные заграждения, минные поля из мин-растяжек до 30 метров в глубину. За ними железная дорога, станции, мощённые булыжником шоссе, склады группы армий 'Север', резервы, позиции гаубиц, зениток, бронепоезда, аэродромы, строительные, транспортные, охранные части.

В центре позиции 'Волховского вала', южнее 61-й пехотной дивизии, 215-я баден-вюртембергская пехотная дивизия Книза. Её сформировали ранее для обороны 'Атлантический вала' во Франции. Теперь вот 'Волховский вал'. Из обычных пехотных дивизий она самая сильная, поскольку имеет в 1,5-2 раза больше пулемётов и различных видов тяжёлого вооружения, чем любая другая пехотная дивизия. За спиной Книза железнодорожные станции Чудово, Трегубово, Спасская Полисть, частично асфальтированное, частично мощёное брусчаткой шоссе Чудово - Новгород. Это давало Книзу возможность бесперебойно получать боеприпасы и пополнение вне зависимости от погодных условий. В отличии от 61-й пехотной дивизии, подлецы Книза ещё не получали от Красной Армии сильных ударов и выглядели весьма свежим, хотя их уже трепали небольшие советские авангарды, переправившиеся на западный берег.

На западном берегу от Улькова до Ямно деревни располагались на высотах на расстоянии несколько сот метров от реки параллельно Волхову. Здесь главные узлы 1-й линии обороны. На некотором расстоянии от них на запад начинался 'большой лес', занимающий всё пространство до 2-й линии обороны на шоссе. Открытые места неплохо просматривались с восточного берега и способствовали господству советской артиллерии. Только Коломно имела на юго-восток и юг лесную кулису, в которой прятались мощный укрепрайон захватчиков. Перед участком 435-го пехотного полка дивизии Книза много 'мёртвых зон', дававших возможность незаметно пробраться со стороны Волхова. Это 'ахиллесова пята'. Всю местность покрывал снег высотой до 1,5 метров. Оккупанты устраивали из снега снего-ледяные валы, затрудняющие просмотр путей подвоза и служащие огневыми позициями. За валами временные 'зимники' - дороги из замороженной насыпи.

Справа 126-я рейнско-вестфальская пехотная дивизия Лаухса из 16-й полевой армии Буша. Справа налево пехотные полки дивизии Лаухса располагались так: 424-й Хоппе, 422-й барона фон дер Гольца, 426-й Шмидта. В резерве 126-й разведбатальон. Порядок расположения дивизионов 126-го артполка фон Врисберга справа налево: II, I, III. 126-й сапёрный батальон у Крутика. Штаб дивизии и обозы в Долгово, штаб артполка в Некохово. Кроме этих соединений, здесь расположились стройбатальоны 'Организации Тодта', транспортные части национал-социалистического корпуса NSKK, части корпусного и армейского подчинения, зенитные части Luftwaffe, отряды 'хиви'.

Стык между этими пехотными дивизиями 1-й линии Книза и Лаукса чуть позади уступом прикрывала 20-я моторизованная дивизия и части 12-й танковой дивизии, II танковый батальон 203-го танкового полка, имеющий более 80 различных танков и около 45 единиц другой бронетехники. У Мясного Бора 6-я танковая рота имела 11 средних танков Pz.Kpfw.III, а также 2 лёгких Pz.Kpfw.II и прочую бронетехнику. Кроме них 2-ю линию обороны составляли боевые группы различных других частей армий 'Север' и зенитных подразделений Luftwaffe. В общей сложности около 10 батальонов. Ближе к Новгороду, справа дивизии Лаукса располагалась 250-я испанская 'голубая' пехотная дивизия Грандеса:

В период подготовки 49-тысячной 2-й Ударной армии к наступлению, с момента перехода КП армии в район сосредоточения, радиосвязь работала только на приём. В целях маскировки на месте старого КП оставили радиостанцию, которая работала по ранее действовавшим радиоданным и отвечала на вызовы раций фронта по заранее составленному расписанию, а также производила поверку радиосвязи с радиостанциями соседних армий, остававшихся до последнего момента на старых местах дислокации. Радиосвязь на передачу разрешили в сетях артиллерии, армейских, дивизионных и других радиосетях. Гитлеровцы внимательно следили за радиосвязью. В день, предшествующий наступлению, передатчик имитирующий штаб Волховского фронта, выдал в эфир открытым текстом приказ перейти к обороне. Дезинформация.

Настало 7 января 1942 года: Вчера 30-градусные морозы отпустили. Сегодня оттепель - всего 6-8 градусов ниже нуля. Всю ночь шёл густой снег. Белоснежный сказочный мир. Последние минуты перед атакой... Бойцы и командиры родной Красной Армии! Голодающие дети блокадного Ленинграда протягивают к вам свои исхудалые руки! Обессиленные женщины взывают к вам! Старики молят о спасении! Весь советский народ просит освободить осаждённый Ленинград! Верховный Главнокомандующий товарищ Сталин даёт вам приказ: 'Вперёд!':

Особо ощутима тишина этого морозного солнечного утра и как бы застывшего леса. Кажется, будто им передалось напряжение бойцов, сдерживаемая, незримая энергия. И вот утреннюю тишину разорвали артиллерийские залпы. Лес вдоль восточного берега Волхова заговорил десятками орудий. Дали залпы и тотчас снялись с позиций дивизионы 'Катюш'. Грохот артиллерии сливался с протяжным низким гулом моторов: над рекой появились советские самолёты. Сотни снарядов, мин, бомб начали перепахивать передний край обороны. Но этот гул не смог заглушить мощного 'ура', с которым пошла в атаку пехота 2-й Ударной армии и войск Волховского фронта. Невзирая на большие потери от артогня и авиации, фашисты отбивались озверело.

Большинство ДЗОТов 'Волховского вала' построены по принципу полукапониров и капониров. Полукапонир стрелял в бок, во фланг наступающим через реку в одну сторону. Капонир в обе стороны. Эти типы ДЗОТов имели боковые стенки, защищающие их амбразуры от огня из мёртвых зон. Для того, чтобы попасть снарядом в такую амбразуру, следовало находиться прямо перед ней сбоку от ДЗОТа. Каждый ДЗОТ прикрывал соседний и впереди стоящий. Мороз превратил землю ДЗОТов в бетон. С такой системой укреплений Красная Армия имела дело при прорыве 'Линии Маннергейма' во время 3,5-месячного Финского похода Красной Армии. Система капониров широко применяла Красная Армия и сама. Такие ДЗОТы разрушались с трудом. Но умеючи и ведьму бьют. Требовалось или прямое попадание в амбразуру из 'сорокопяток' 53-К или 'полковушек' 52-П-353, либо попадания в снего-земляную рубашку сооружения снарядами 'Матушек' МЛ-30, 'Ерём' МЛ-20, 'Кувалд Сталина' Б-4. Также имелась возможность заставить гарнизон прекратить огонь, прицельно обстреливая амбразуру из станкового пулемёта 'Максим', ДШК, противотанковых ружей, зениток, танков. Хорошо справлялись с ДЗОТами бомбардировщики и штурмовики.

ВВС Волховского фронта выполнили 254 самолёто-вылета на бомбёжку, штурмовку укреплений и тылов оккупантов, а также прикрытие своих войск.

Форсировать Волхов удалось только севернее Пертечно, где наносился вспомогательный удар. Там два батальона из 305-й 'московской' стрелковой дивизии Угорича, состоящей из добровольцев Коминтерновского района Москвы, а также мобилизованных Калининской области, захватили два плацдарма. Для кого-то это первый бой. Вот идущий впереди красноармеец, кажется он с Малой Бронной, неловко поскользнулся, упал и не может встать.

- Серёжка! - трясёт его за плечо товарищ, тоже москвич с Моховой улицы. - Ранен?

Сбрасывает варежки, ощупывает лицо и каску друга. Жужжат пули. Расстёгивает шинель, ватник и, добравшись до гимнастёрки, натыкается руками на тёплое и липкое. Кровь! Парень с Моховой растерялся. Как перевязывать раненого бинтом с помощью индивидуального пакета, он теоретически, конечно, знал. Но на его голову сразу свалилось слишком сложное испытание. 30-градусный мороз, темно, на Серёже уйма одежды. Как подступиться? Пока будет копаться, рота может пойти дальше, и он на неопределённое время останется с раненым один на один. Стал звать на помощь. Рана оказалась смертельной:

Фон Кюхлер погнал на этот плацдарм полк пехоты, который весь полёг под шквальным огнём советской артиллерии, прикрывавший плацдарм с другого берега.

В этот день советские воины показали высокую боевую выучку. Младший лейтенант Бурлак из 1218-го полка 288-й стрелковой дивизии Платова при отражении контратаки резервов гитлеровцев у Грузино, сначала остроумно расставил миномёты своего подразделения в домах и вёл огонь через окна, затем, заметив обходной маневр врага, работая один за погибший расчёт миномёта, убил 40 гитлеровцев.

Плацдарм на западном берегу захватил также батальон 378-й стрелковой дивизии Дорофеева. Эта элитная по своим боевым качествам дивизия формировалась в Ачинске, Минусинске и Абакане Красноярского края из военнообязанных Минусинского, Курагинского, Каратузского, Ермаковского, Усинского районов и Хакасской автономной области. Командиры - из выпускников Ачинского, Киевского и Таллинского военно-пехотных училищ, эвакуированных в Сибирь. Вечером, из-за сильного огня не подавленной артиллерии фашистов, под прикрытием снегопада батальон отошёл на свой берег. Дорофеев не стал напрасно жертвовать людьми.

На следующий день Дорофеев снова переправил на западный берег батальон старшего лейтенанта Соколова, который при поддержке 10 танков Т-34 и Т-60 захватил опорный пункт восточнее Лезино. Фашисты бросились в контратаку, но потеряв более 150 человек убитыми, отбить свой опорный пункт не смогли.

Всё это происходило у соседей 2-й Ударной армии Соколова - в полосе армий Яковлева и Галанина. Соколову атакующие действия пришлось прекратить из-за неожиданно сильного сопротивления. Соколов не смог ввести в бой на главном направлении свою лучшую 267-ю стрелковую дивизию Антюфеева, сформированную из военнообязанных жителей Белгородской области и Воронежа. Для поддержки дивизии Антюфеева предполагалось выдвинуть три полка всесокрушающих 152-миллиметровых гаубиц-пушек МЛ-20 'Емеля' из Резерва Верховного Главнокомандования. Однако эта мощная артиллерийская группировка всё ещё размещалась на позициях, не имела разведанных целей и потому не смогла вести огонь до вечера.

Во время атак 7 января за сутки армия Соколова без достижения результата потеряла 2100 человек убитыми, ранеными, обмороженными - примерно 50 убитых и 300 раненых на пехотную бригаду. ВВС Волховского фронта выполнили 254 самолёто-вылета на бомбёжку, штурмовку укреплений и тылов оккупантов, а также прикрытие своих войск. Лётчики вместе с артиллерией и атакующей пехотой уничтожили 56 ДЗОТов, 19 пулемётных точек, 16 различных артиллерийских орудий, 20 миномётов, 2 танка, 16 грузовиков с грузами, 3 склада боеприпасов, убито более 800 оккупантов, около 2000 ранено и обморожено.

2-я Ударная армия представляла собой по довоенным меркам и по меркам, которые использовал Wehrmacht - усиленный корпус с бригадной структурой, усиленной лыжными батальонами. Части 2-й Ударной армии ещё не участвовали в боях, более того, кроме лыжников, все остальные части состояли из жителей степных районов. Тем не менее, уроженцы Сталино и Ворошиловграда, Сталинграда и Воронежа, шли в бой храбро и отважно, упорно оборонялись и настойчиво наступали, быстро учились воевать в лесах и болотах. В бой они вступили практически с ходу, не успев толком отдохнуть и организовать разведку, подтянуть боеприпасы и наладить взаимодействие между частями.

Но Ленинград: Город ждал снятия осады. От голода в нём в январе умирало до 7000 человек ежедневно - целая стрелковая бригада по фронтовым меркам. За два дня - дивизия. А если капиталисты перережут 'Дорогу жизни', то умрут все 2,5 миллиона, а также 400 000 бойцов и командиров Ленинградского фронта и Балтфлота. Так много или мало - 50 убитых и 300 раненых на пехотную бригаду за сутки жестоких боёв?

Война - не прогулка на природе и не охотничьи утехи. Недостатков хватало. Они вскрылись даже в тактической подготовке. До этого Красная Армия полгода вела активную оборону и штурм укреплённых полос не практиковался. Войска прошлым летом и осенью имели дело с наспех созданной обороной оккупантов, которая легко прорывалась. Ближний бой в траншеях и ходах сообщения отрабатывался слабо. Часто продвижение вперёд заканчивалось взятием первой траншеи и этим достигалась победа. Теперь всё обстояло иначе - оккупанты возвели оборонительную полосу в духе Первой Мировой войны на Западном фронте, как в битве на Марне 1914 года или битве за Верден 1916 года.

Теперь следовало по суворовскому принципу строить в тылу специальные городки, воспроизводящие опорные пункты и оборону подлого врага. В этих городках проводить многочисленные учения стрелковых подразделений и частей, усиленных артиллерией, танками и сапёрами. В штабах полков, дивизий с командным составом регулярно вести занятия на картах, организовывать командно-штабные игры, проводить различные сборы, охватывая все стороны подготовки войск к прорыву обороны. Но это только предстояло сделать, чтобы воевать от победы к победе. А спустя 7 месяцев после вероломного нападения:

Несмотря на требования Ставки Верховного Главнокомандования о массированном применении артиллерии, она равномерно распределялась по фронту вместо создания на участках прорыва необходимой плотности. Система артиллерийского наступления в войсках применялась не всегда. Новый Боевой Устав пехоты ещё только разрабатывался, и советская пехота по Боевому Уставу 1938 года шла в атаку зачастую после того, как смолкала артподготовка. Не всегда огонь крупнокалиберной артиллерии сопровождал пехоту и она имела в атаке пока только свою батальонную и полковую артиллерию - 'полковушки', 'сорокопятки', миномёты. При возросшей мощи обороны напрашивалось сопровождение атак пехоты более крупными калибрами. Это делалось пока по почину отдельных командиров. Советские военачальники, вроде Ерёменко и Конева, уже вовсю и успешно применяли артиллерийское наступление с лета-осени 1941 года, но многое здесь зависело от норм расхода снарядов и наличия самой артиллерии. С этим у Соколова получился провал. Артиллерия, не успев как следует выйти на позиции и произвести пристрелку, не смогла подавить вражеские огневые средства, разбить ДЗОТы. К тому же на позиции из-за заваленных снегом дорог подвезли только 1/4 комплекта...

Из-за тяжёлых погодных условий имелась недостача продовольствия, горючего, запчастей, фуража, маскхалатов. Некоторые новые штабные работники не располагали нужным опытом для крупного наступления в экстремальных условиях. Полевые госпитали только разворачивались, задерживая порой раненых в медсанбатах. Однако в целом система эвакуация в лечебные учреждения уже имела стройный и отлаженный вид, эвакуация проходила в максимально короткие сроки. Своей самоотверженной работой военные медики добились того, что 65 процентов раненых поступали на полковые пункты медпомощи не позже 3-х часов, другие 25 процентов не позже 6 часов. На поле боя получили первую помощь санинструкторов 70 процентов раненых. 46,5 процентов раненых выносили с поля боя санитары-носильщики, 35 процентов - сами войска, 28,5 выходили сами.

Быстрый вынос с поля боя, своевременная эвакуация, утепление транспорта, химические грелки, питательно-обогревательные пункты существенно снизили количество обмороженных. В январе при 30-градусных морозах их всего 6 процентов от общего числа больных и раненых - вдвое меньше, чем в войсках оккупантов.

Большинство хирургических операций осуществлялось под местным обезболиванием, хирургическая помощь оказывалась как можно ближе к месту сражения. Во всех полевых госпиталях внедрён очень рациональный операционно-перевязочный блок из четырёх палаток. На Волховском фронте оперировали многие лучшие хирурги страны: Либов, Шилтов, Блюмин, Чечулин. Главный хирург фронта профессор Вишневский ввёл помощь раненым на основе системы этапного лечения с эвакуацией по назначению. Он сам успешно осуществлял сложнейшие операции в госпиталях первой линии. Всё шире теперь применялось переливание крови. В начале года число переливаний составляло 10 на 100 раненых. Сотни литров крови и её заменителей доставлялись ежедневно санитарными самолётами из тыла.

В армиях и госпитальных базах фронта организовали терапевтические госпитали. Работа терапевтов профессора Молчанова - автора нового раздела военной медицины - болезни у раненых, снизила заболеваемость, особенно острыми заболеваниями. Свыше 94 процентов всех больных возвращались в строй. Проводимые профилактические мероприятия почти исключили инфекции, прежде всего тифа, которым Wehrmacht щедро наградил оккупированную территорию.

Для предупреждения эпидемических заболеваний части фронта имели бани, дезкамеры, прачечные установки. Опыт применения разработанной в дезинфекционно-инструкторском отряде фронта бани по системе Василевского, Главсанупр РККА распространило для всей Красной Армии. Число острых инфекционных заболевания оставалось низким. Случаи сыпного тифа единичны.

Неудачный штурм 'Волховского вала' группы армий 'Север' 7 января войсками Соколова тем более огорчал, что в этот же день 11-я армия генерал-лейтенанта Морозова из состава Северо-Западного фронта успешно взломала оборону группы армий 'Север' и развивала наступление на Старую Руссу в 50 километрах в тылу оккупантов.

На следующий день 8 января 267-я стрелковая дивизия Антюфеева провела локальную атаку, уничтожила часть ДЗОТов перед собой и зацепилась за западный берег. Антюфеев сам лично храбрый. До революции унтер-офицер - разведчик. В Красную Армию пошёл добровольцем в Гражданскую войну и воевал на разных фронтах. Далее его карьера и учёба до получения должности комдива связана с войсковой разведкой. Воевал с японцами на Халхин-Голе. С начала войны участвовал как заместитель комдива в обороне Молдавии и обороне Одессы.

Огневые позиции трёхбатарейного дивизиона 122-миллиметровых гаубиц образца 1938 года М-30 на конной тяге из дивизии Антюфеева располагались в 1,5 километрах восточнее села Городок на западной берегу Волхова. Артиллерийские наблюдатели пункт в боевых порядках пехоты на восточном берегу Волхова. Главная ударная сила любой советской стрелковой дивизии - не стрелковые батальоны, как при царе-горохе, а полковая и дивизионная артиллерия.

Гаубицу М-30 красноармейцы называли 'Матушкой'. Лучше неё уже ничего не могло быть. Успели сделать это чудо, слава тебе, товарищ Сталин! Дивизионные гаубицы 'Матушка' стреляли на дистанцию до 11,8 километра, делая до 6 выстрелов в минуту. При необходимости расчёт из 8 человек мог вручную переместить гаубицу на поле боя. Wehrmacht выставлял против 'Матушки' архаичное 150-миллиметровое дивизионное орудие sIG 33 со скорострельностью всего 2-3 выстрела в минуту и смехотворно малой дальностью стрельбы в 4,7 километров! Это в 2,5 раза меньше, чем у 'Матушки'!

Что там дивизионные гаубицы! Советские 'полковушки' - 76-миллиметровые полковые пушки образца 1927 года стреляли дальше немецкой дивизионной гаубицы sIG 33. 'Полковушки', их ещё бойцы ласково называли 'курносыми', имели дальность стрельбы 5,9 километров! Даже советские 120-миллиметровые полковые миномёты ПМ-38 били как и 'полковушки' на 5,9 километров!

Полковые же пушки, которые имел Wehrmacht в дивизиях - 75-миллиметровые leIG 18 стреляли на смехотворно малую дистанцию в 3,5 километра, что в 1,7 раза меньше, чем у 'полковушки' и ПМ-38 и сопоставимо с дальностью стрельбы советского 82-миллиметрового батальонного миномёта БМ-37. Это же как нужно не любить своих немецких солдат, чтобы отправить их в бой против передовой Красной Амии с архаичным металлоломом концерна 'Рейнметалл', АЭГ и 'Чешска Збройовка'!

Другой перл, которым капиталисты вооружали свои пехотные, танковые, моторизованные дивизии, это 10,5-миллиметровая гаубица leFH 18, принятая на вооружение в 1935 году. Дальностью выстрела leFH 18 составляла 10,6 километров, что на 1,2 километра меньше чем у 'Матушки' М-30. Но и конечно проигрыш в калибре. 105-миллиметровый снаряд Gr38 к гаубице leFH 18 имел вес 14,8 килограмм и содержал 1,4 килограмма взрывчатки, а 122-миллиметровый снаряд 'Матушки' ОФ-462 имел вес 21,7 килограмма и содержал 3,7 килограмма взрывчатки. Как даст!

Тут даже не специалисту видно, что сойдись один на один Wehrmacht своим пехотным полком и Красная Армия своим стрелковым полком, при таком преимуществе в артиллерии от пехотного полка завоевателей, и особенно от его артиллеристов и пулемётчиков, мокрое место останется!

Как последний аргумент для пехотной дивизии Wehrmacht имел 150-миллиметровую пушку-гаубицу s.F.H.18 с дальностью стрельбы 13,3 километра, что на 1,5 километра больше, чём у гаубицы 'Матушка'. Но при транспортировке эту 'дуру' s.F.H.18 приходилось разбирать на части. Получался целый поезд. Стрелковая дивизия Красной Армии кроме 'Матушки' имела по штату No.4/100 дивизион из 12 штук 152-миллиметровых гаубиц образца 1938 года М-10 с дальностью стрельбы тоже порядка 13 километров. Их разбирать не требовалось - ствол сдвигался назад к станинам и поехали.

Можно себе представить, что происходило, когда на поле боя сходилась артиллерия пехотной дивизии оккупантов и стрелковой дивизии защитников своей страны! В этом случае при наступлении ничего не оставалось капиталистам кроме как навалиться тушей пехоты из пьяниц под воздействием метамфетамина 'Pervitin', фанатично забросать советских воинов своими трупами в 'мясных штурмах', бросить в бой штрафников из частей 'испытательного срока'!

Одна надежда антикоммунистов, что Luftwaffe разбомбят советскую артиллерию, а Panzerwaffe где-нибудь прорвутся и заставят её отступить. А если не разбомбят? А если не заставят отступить? Танки и самолёты тоже кончаются, чай не с папуасами воюют и не с царской Россией, а с самодостаточной передовой индустриальной державой, построенной русским, советским народом под руководством большевиков!

Неудивительно, что с такой артиллерией хвалёный Wehrmacht, его армии вторжения, после того как кончилась фора вероломного нападения, фанатично ведя наступление, уполовинился к весне 1942 года, а в свою артиллерию фашисты начали брать даже слабовидящих и 18-летних, и в расход также пошли чехи, поляки, 'хиви'! После того, как победить с наскока не вышло и Красная Армия отмобилизовалась, Wehrmacht сел в глухую оборону на всю зиму, пока капиталистический интернационал снова не накачал его деньгами, оружием и пушечным мясом... Эта капиталистическая тварь с перебитой хребтиной ещё могла в 1942 году больно кусать, но убить - уже нет!

24-я стрелковая бригада тоже захватила плацдарм и даже вышла на восточную окраину сожжённой оккупантами деревни Новые Быстрицы. Подлецы понесли большие потери. Но захват плацдармов - ещё не прорыв обороны.

9 января одновременно с боями у 'Волховского вала' повисла на волоске 150-тысячная группировка группы армий 'Север' у Демянска. Не озаботились гитлеровские стратеги флангами. Передовой штурмовой отряд Северо-Западного фронта - батальон капитана Величко ворвался в Старую Руссу. Командующий группы армий 'Север' фон Лееб решил сделаться больными и подать в отставку.

Советское, русское население при контрнаступлении зимой 1941 года шло на подвиги сродни деянию Ивана Сусанина, который зимой 1613 году ценой своей жизни специально завёл отряд польских интервентов в болотную глушь под Костромой на верную погибель. Только на этот раз советские патриоты вели свои войска к победе. Это резко контрастировало с поведением населения на Украине и в Белоруссии, особенно в западных частях этих территорий, тем более в Прибалтике. Там население по большей части не только вредило Красной Армии, всемерно содействовало оккупантами, не только стреляло в спины красноармейцам, но и своими националистическими отрядами захватывала города в тылу Красной Армии. Красноармейцы и командиры не русской национальности массово сдавались в плен и переходили на сторону фашистов с оружием в руках. Тут и специалисту нетрудно понять, что такое враждебное окружения на 1/3-1/4 снизило эффективность действий войск Красной Армии у западной границы после вероломного нападения фашистов. В то же время бросается в глаза, что в русских областях Советского Союза - запад РСФСР 'Blitzkrieg' сразу начал резко тормозить. Едва прыгнув из Белоруссии в Смоленскую область, Wehrmacht встал у Смоленска на 3 месяца как вкопанный. Пролетев через Прибалтику как паровой каток на полных парах, в Ленинградской области Wehrmacht обломал зубы на Лужском рубеже и до Ленинграда докатились уже обломки, которым хватило сил лишь осадить город, но никак не взять. Едва только фон Клейст вырвался из украинского Донбасса на русский Дон к Ростову-на-Дону, как его передовая 1-я танковая армия оказалась разгромлена, бросила Ростову-на-Дону и бежала к Миусу, встав в глухую оборону. Широко шагали, да штаны порвали! Про разгром под Москвой и говорить нечего - фашистскому стервятнику перебили крылья, и он хоть ещё скакал и бегал, как кровавый страус, но уже не летал! И это только с 10 июля по 31 декабря 1941 года! Всего через 5,5 месяцев со дня вступления фашистов и их союзников на исконные русские земли...

Очень резко также различается характер действий советских войск на 80 процентов состоящих из русских, вне исконных русских земель и на них. Вместо 'Не своё - не жалко!', 'Ни шагу назад - позади Россия!' Вот уж воистину: 'Кто на Русь с мечом придёт, от меча и погибнет!'

Но стержень стойкости Красной Армии, безусловно, советский патриотизм, который стал причиной того, что Красная Армия выдержала вероломный удар самой сильной армии мира на тот момент, который не выдержала бы ни одна страна в мире, оказавшись в подобной ситуации. Советский народ смог устоять и разгромить Wehrmacht к весне 1941 года потому, что понимал, что воюет за свои собственные интересы и свою собственную страну, а не просто за 'булочку с повидлом и билет на трамвайчик' про которые мечтали солдаты врага. То есть народ воевал за Советскую Родину, а не просто за Родину, так как именно власть Советов делала народ хозяином страны и главным выгодополучателем через общенародную собственность.

И это главное отличие СССР от дореволюционной России, где власть и собственность находились в руках кучки министров-капиталистов и частных собственников, которые занимались тем, что мародёрствовали в собственной стране. В СССР власть делила с народом все тяготы войны, а в Российской империи деление происходило совсем другим образом: народу кровь и пот, а правящей верхушке и крупным частным собственникам огромные прибыли. Но кроме моральной стороны, Советский строй смог обеспечить и материальную - народ получил первоклассное оружие, чем мог отстаивать свои кровные интересы. Не с одной винтовкой на троих, подгоняемые пулемётами НКВД за спиной, как любили писать в листовках капиталисты, триколорные белогвардейцы и другие антисоветчики, а с помощью десятков тысяч современных танков, самолётов, артиллерийских орудий и прочего современного вооружения, произведенного советской экономикой. Советская плановая экономика обеспечила ситуацию, когда Красной Армии смогла опередить в количестве и качестве современной технике и вооружения Wehrmacht, что кардинально сказалось на разнице в потерях сторон. То есть Великая Отечественная показала не только превосходство морального духа Советского народа над капиталистами, но превосходство экономики социализма над капитализмом.

Вот и в полосе армии Морозова, где наносился вспомогательный удар в целях окружения войск 16-й полевой армии подлеца Буша из группы армий 'Север', старожил деревни Маята 67-летний Липатов провёл 2-й батальон капитана Величко из 595-го полка 188-й стрелковой дивизии Рыбакова руслам рек до деревни Подборовье у Старой Руссы.

Подлецы с помощью рабского труда населения возвели вокруг древнего русского города Старая Русса три линии круговой обороны: ДОТы и ДЗОТы, врытые в землю танки, бронеколпаки, снайперские гнёзда. Подступы прикрыли минными полями и проволочными заграждениями. Наблюдательные пункты в многочисленных церквях с хорошим обзором, чтобы если что в мощные цейсовские приборы видеть каждый шаг, засекать каждый выстрел, каждый дымок костра и наносить по ним массированные огневые удары силами многочисленных орудий из глубинной обороны. В плотном кольце старорусских деревень разместились гарнизоны оккупантов, выгнав жителей в землянки. 'Этот край останется немецким' - такая хвастливая надпись красовалась на обложке изданного расистами альбома с иллюстрациями Старой Руссы.

Штурм города требовал тщательной подготовки, огневой мощи, достаточного количества артиллерии, авиации, танков - всего этого у израненной Красной Армии ещё не хватало для всех фронтов одновременно. Сталин об этом сказал народу честно: 'Все нынешние успехи врага от того, что у нас пока не хватает танков и самолётов! Нужно сделать всё, чтобы дать фронту нужное количество танков и самолётов!' Задача взять Старую Руссу - непосильная. Это умом понимали почти все - и командиры, и бойцы. Но их сердца, окрылённые недавним разгромом гитлеровцев под Ростовом-на-Дону, Москвой и Тихвином, ждали приказ о наступлении с величайшим нетерпением. Особый подъём испытывали бойцы-староруссцы:

- Ну, земляк, настал наш час! Ликуй: для воинских частей подбирают проводников из партизан, хорошо знающих парфинские и полавские болота, Старорусский район и Старую Руссу! Чуешь, о чём речь?

- Освобождать наш город пойдём!

Старик Липатов провёл бойцов Величко к Старой Руссе в обход опорных пунктов оккупантов. Дерзость, отвага, мужество, коммунистическая убеждённость, уверенность в своих силах и правоте священного дела создали из обычных бойцов чудо-богатырей. Нагрузив на плечи пулемёты, миномёты, боеприпасы, они облачились в маскхалаты и пошли как призраки, без обоза и тыловых подразделений, налегке, в глубокий тыл на 40 километров по льду седого Ильменя, рек Пола и Ловать. В Подборовье другими маршрутами вышли два других батальона их полка для зачистки местности.

В результате многочисленный гитлеровский гарнизон в Подборовье и полицаи, застигнутые врасплох, оказались перебиты. Впереди шёл и косил нелюдей из ППШ бесстрашный капитан Величко. ППШ - машина тяжёлая, но чрезвычайно убойная. В ночном рукопашном бою батальон Величко освободил деревню Бряшная Гора - а это уже окраина Старой Руссы. И вот атака на город. Гитлеровцы в панике выскакивали из домов в нижнем белье на мороз и кучками падали на землю, сражённые огнём мстителей. Батальон очистил от врага ряд улиц, уничтожил склады горючего и боеприпасов на аэродроме, завязал бои за вокзал и овладел 'аракчеевскими' казармами. Везде бойцы Величко наблюдали одну и ту же картину - перепуганные и растерявшиеся оккупанты, которым вдруг помешали уничтожать советских людей, русских и славян. А они-то собирались очистить эту территорию по плану 'Ost' для немцев, прибалтов, финнов и голландцев. Дело-то было, вроде, в шляпе! Куда там 'унтерменшам' тягаться с такой машиной как Wehrmacht?

'Что дали они тебе, русский крестьянин и рабочий, за 24 года 'советской власти'? Ты гол и нищ, твоя семья бедствует, дети голодны, двор развалился. Жидовские комиссары увели последний скот в счёт поставок. Твоя семья обложена непосильными налогами. Твоя жена выплакала очи от забот и печали, или чахнет в проклятой стахановской кабале. Что тебе защищать? Родину? Её отняли у тебя жиды и комиссары ещё 24 года тому назад. Им-то жилось и живётся неплохо, у них всего вдоволь, посмотри на их разъевшиеся рожи. Их семьи укрыты в безопасном месте, имеют достаточно наворованных денег и ценностей. А в случае чего круто придётся, они удерут в Америку, бросив залитую морем слёз и крови страну. Поднимайтесь народы СССР, сбросьте с себя цепи гнусного обмана и лжи жидовско-комиссарского правительства, гнёт которого вы терпели 24 года. Довольно крови и слёз! Германия несёт свободу и хлеб!' - такой текст написали белоэмигрантские триколорные журналисты на заказ для листовки 252/2, которую Wehrmacht в десяти миллионном количестве разбросал над войсками Красной Армии вместе с сотнями других листовок в духе триколорных органов печати белогвардейцев Гражданской войны и последующего 'белого' террора.

Обозлённые большими потерями в боях за Старую Руссу в сентябре 1941 года, посланцы капиталистических воротил обрушили в прошлом году свою месть на мирных жителей и военнопленных. Город содрогнулась от виселиц. Местом массовых убийств стал пустырь на Минеральной улице; на улице Володарского убили через повешение сразу 25 человек, на другой улице - 70. Большинство повешенных - русская молодежь. Палачи им предварительно выворачивали руки и ломали кости. Расисты не скрывали планов - в Старой Руссе, названной 'маленьким Берлином', не должно остаться ни одного русского.

В 'аракчеевских казармах' красноармейцы Величко обнаружили штабеля не вывезенных трупов советских военнопленных и местных жителей. Тут же несколько заиндевевших трупов гитлеровцев и даже овчарок - безоружные люди сражались с палачами в своём последнем бою до конца и умерли с честью. Других узников расисты успели до прихода конармейцев вывести на Волотовское шоссе и начали тут же расстреливать из пулемётов. Так поступили убийцы из Европы и с заключёнными лагеря на базе No.104 на западной окраине: Там располагалось и воинское кладбище оккупантов. Ровными как по линеечке рядами торчали деревянный берёзовые кресты с касками-кастрюлями, не одна тысяча. Во многих могилах по десять и более искателей чужой земли:

Восточную половину города, разрезанного рекой Полисть, батальон отбил. Более 300 оккупантов и их прислужников обезвредил. Но батальон отрезали от своих, и он занял оборону. Командный пункт наскоро оборудовали в полуподвале конторы 'Техника безопасности', перевязочный пункт - в Спасо-Преображенском монастыре. Радист батальона передал по рации другим полкам: 'Мы в Красных казармах, ведём разведку. Ожидаем контратаку:'

В контратаку пошли любители шнапса и 'метамфитаминной' храбрости - солдаты дивизии SS 'Das Reich' с танками и артиллерией.

- Будем стоять насмерть или прорываться к своим? - обратился к бойцам Величко.

- Будем стоять! - отвечали красноармейцы.

Бои шли два дня. Раненый в живот Величко истёк кровью, руководя боем из 'аракчеевских казарм'. Последние его слова лейтенанту Шаповаленко:

- Если не придёт помощь: выходи у Бряшной Горы: мы сделали всё: напиши родным:

Так погиб 30-летний капитан Величко - украинец из Днепропетровска, среднего роста, большелобый блондин с большими, добрыми голубыми глазами, похожий на поэта Есенина. Помощь прийти не смогла. Советская пехота увязла в боях вокруг города, не обеспечив плотного кольца. Артиллерия и боеприпасы застряли в глубоких снегах. Некоторые командиры в порыве энтузиазма излишне торопились с атаками, часто повторяли их без должной организации - лишь бы выбить врага. Командарму-11 Курочкину приходилось их всё время сдерживать, 'хватать за штаны':

Вот и бойцы Величко отказались отступать и решили драться до последнего. Эсэсовцы подожгли дом с ранеными и санитарами. В рукопашном бою погибла группа младшего политрука Барсука. Последней гранатой Барсук подорвал себя и окруживших его эсэсовцев. На выручку в город всё-таки прорвался лыжный истребительный отряд из прославленной в боях 84-й Тульской стрелковой дивизии Фоменко. Но слишком поздно, и их слишком мало. Подлецы же перебросили в город массу войск. Через два дня Шаповаленко вывел к своим 7 человек. Лыжники почти все погибли в бою.

12 января 1942 года 30 уцелевших советских воинов из лыжного отряда приняли на льнозаводе страшную смерть. Они ступали босыми ногами по ледяной дороге с гордо поднятой головой. Герои на своей земле. Вместе с ними девушка-санинструктор. Избитая, обесчещенная, хрупкая, похожая на ребенка в гимнастёрке и бриджах не по росту - не нашлось у каптёрщика по росту, с обгорелыми, некогда рыжими волосами. Почти босая - кто-то из товарищей отдал ей свои последние носки с дырами на пальцах. Она нашла в себе силы в этом крестном пути утешать своих товарищей-мужчин и даже как могла заботилась об их ранах... Она знала, что она не Христос, что никогда не воскреснет, но в свои 19 лет не плакала. Подлецы с фотоаппаратом не увидели слёз этой русской девушки. Зоя её звали. Как Зою Космодемьянскую. Зоя Космодемьянская умерла за власть Советов, которая делала её хозяйкой в своей стране. За это умирала и вторая Зоя по фамилии Карцева. Жители ближайших бункеров и землянок спустя полчаса услышали доносившееся со стороны завода пение 'Интернационала'. В приземистом здании из больших валунов, где до этого хранили бензин, средневековые твари замуровывали советских мучеников. Пролетарский гимн звучал пока эсэсовцы и украинские негодяи 'хиви' не закрыли отверстие последним кирпичом с цементным раствором: Вот на кого наткнулся в Советском Союзе капиталистический Сатана! Он наткнулся на большевиков, на людей из несгибаемого сплава - характера русского народа и его передовых социальных убеждений!

10 января Мерецков по согласованию со Ставкой ВГК приказал упорные бои на участке Крупично - Русса прекратить. Враг успел слишком хорошо укрепить свой 'Волховский вал'. Вести дальнейшие атаки без мощной артиллерийской поддержки, напрасно растрачивать драгоценные жизни советских людей Мерецков не собрался. С самого первого дня пребывания в действующей армии он всячески боролся с тактикой штыковых атак, расчётом на рукопашную, делая упор на огневое поражение врага артиллерией и танки. Соколов отдал приказ на отход. Когда стемнело, войска отошли на свой берег. Фашисты ликовали и пили шампанское в штабах. В этот же день Соколов назначил новое наступление на следующий день, но Сталин при прямом разговоре с Мерецковым и Мехлисом перенёс наступление на 13 января, чтобы войска могли получше подготовиться.

Мехлис убедил Ставку ВГК в неспособности командарма Соколова руководить армией в сложных условиях преодоления глубоко эшелонированной обороны. Ставка прислушалась к мнению начальника Главного политического управления Красной Армии и заменила Соколова на Клыкова - бывшего командарма-52, и с выбором не ошиблась. Заменили и члена Военного совета армии бригадного комиссара Михайлова.

Клыков - сам лично храбрый, закончил Первую Мировую войну в чине штабс-капитана. Затем будущий командарм служил в московском продотряде и в Красной Армии на разных фронтах Гражданской войны. Подавлял Кронштадтский мятеж, участвовал в Финском походе. В дальнейшем получил блестящее военное образование, опыт командования крупными соединениями.

Новое наступление через Волхов назначили на 13 января. Оно планировалось одновременно на 27-километровом фронте после пополнения запаса снарядов. Артиллерией насыщался преимущественно участок прорыва Коломно - Костылево - совхоз 'Красный ударник' в направлении на деревни Мясной Бор и Спасская Полисть - опорные пункты врага 2-й линии обороны около одноимённых станций железной дороги Чудово - Новгород.

К сожалению подлецы Буш и фон Кюхлер также воспользовались паузой. Опираясь на железные дороги и шоссе, они провели перегруппировку, пополнили дивизии, усилили оборону и систему огня, подтянули танки и различную бронетехнику. На участке Мясной Бор - Спасская Полисть окопались и приготовились к обороне соединения и части 16-й полевой армии Буша: 126-я и 215-я пехотные дивизии Лаукса и Книза, части испанской 'голубой дивизии' из XXXVIII армейского корпуса фон Чаппюи, 12-й танковой, 20-й моторизованной дивизий, усиленные большим количеством армейской артиллерии, зениток, танков. Эти войска успели запасти большое количество снарядов, амуниции и продовольствия. Фон Кюхлер объявил войскам: 'Господин командующий группой армий сказал мне вчера, что если мы не удержим Волхов, мы проиграем войну, удержим его - выиграем войну. Это стоит жизни...' Кровавый упырь имел в виду жизнь не свою, конечно, а жизнь пушечного мяса - своих солдат.

Фашисты настолько уверились в своей неуязвимости за 'Волховским валом', что 10 января, приняв, как водится, препарат 'Pervitin', в котором никогда не испытывали недостатка, попытались атаковать сами. Однако они только понесли напрасные потери убитыми, ранеными и пленными. Советские части в этот момент продолжали вести разведку боем, вскрывали систему обороны, засекали пулемётные точки, миномётные, артиллерийские позиции. Готовились.

Перед ними стояла нелёгкая задача. 2-я Ударная армия насчитывала 49 тысяч человек, из них в первом эшелоне 25 тысяч и во втором эшелоне 12,5 тысячи. Перед ними мощный 'Волховский вал', который обороняли в 1-й линии 35 тысяч оккупантов, а во 2-й линии ещё 18 тысяч. За ними вся мощь группы армий 'Север'. Но надо спасать Ленинград! 'Безумству храбрых поём мы песню!' - сказал в своём рассказе 'Песня о соколе' великий пролетарий писателя Максим Горький, подло убитый врагами. - В бою с врагами истёк ты кровью... Но будет время - и капли крови твоей горячей, как искры, вспыхнут во мраке жизни и много смелых сердец зажгут безумной жаждой свободы, света!' Сказано будто про 2-ю Ударную армию!


## Глава 2. Сокрушение 'Волховского вала' фон Лееба


Морозный рассвет перед всеобщим наступлением Волховского фронта Мерецкова 13 января 1942 года... Из труб блиндажей оккупантов выскакивают золотистые искорки. Фрицам холодно, и они шуруют печи до красного накала. Утро солнечное, словно солнце радуется будущему очищению русской земли от разной подлой нечисти. Но над Волховом висит морозный туман. Под утро во всех советских ротах прошли митинги: И вот 9:00:

Взлетела красная ракета. Тишину распорол ужасающий грохот залпа 'Катюш'. Началась артподготовка. На позиции фрицев обрушился шквал артогня. С закрытых и открытых позиций прямой наводкой били 45 и 76-миллиметровые пушки полковой артиллерии, с закрытых - дивизионные и армейские 122-миллиметровые гаубицы 'Матушки', 152-миллиметровые гаубицы-пушки 'Емели' и 203-миллиметровые Б-5 'Кувалды Сталина' из полков Резерва Верховного Главнокомандования. Штурмовики Ил-2 из 175-го штурмового авиаполк Валивахина и 218-го штурмового авиаполка Сапогова, а также бомбардировщики Пе-2 из бомбардировочных авиаполков ВВС Волховского фронта начали бомбить и штурмовать позиции Лаукса и Книза. Под мощные раскаты канонады передний край обороны укрыла густая пелена дыма.

Напротив деревни Вергежи советские артиллеристы подняли привязные аэростаты корректировщиков. Советская артиллерия использовала при пристрелке, ведении огня и при контрбатарейной борьбе также звукометрические приборы разведки типа СЧЗМ-36 Уральского электромеханического завода УЭМЗ. Завод этот возник на базе эвакуированного из Ленинграда по 'Дороге жизни' электромеханического завода имени Кулакова. Сигналы от трёх удалённых на значительное расстояние принимающих звук устройств записывались механизмом чернилами на бумажной ленте. Батареи подлецов засекались в любое время суток, при любой погоде в течение считанных минут, и уже через четверть часа 'Емели' или 'Катюши' превращали местоположение незваных гостей в лунный рельеф. Фотометрические приборы, вроде немецких, как менее точные - использовались реже. Вот и сейчас звукометрический способ действовал отлично. 'Унтерменши' и в этом компоненте вооружённой борьбы показали 'самой сильной армии мира' где раки зимуют!

Один за другим на позициях 435-го пехотного полка пехотной дивизии Книза в Коломно, Кузино и Ульково, Вергеже, Острове и Дымно, на позициях 380-го пехотного полка той же дивизии взлетали в воздух ДЗОТы, огневые позиции и наблюдательные пункты вместе с фигурками в мышиных шинелях. Наносились удары по позициям артиллерии фашистов в роще 'Клин', западнее Костылево, Кузино и в других местах. Также по опорным пунктам вели залповый огонь 'Катюши', сплошь выжигая местность целыми километрами. К великому сожалению действенность советской артерии по дерево-земляным укреплениям подлецов снижалось из-за того, что промёрзшая на сильном морозе земля имела прочность бетона.

Многие деревни, где оккупанты построили опорные пункты, охватили пожары. Над заснеженным лесом потянулись чёрные языки дыма. Запахло горечью: В деревнях на линии обороны оккупанты ещё до Нового года выгнали всех жителей из домов, и разместили там солдат и офицеров. Те жители, кого не убили и не угнали на рабские работы по строительству дорог и оборонных сооружений, ютились в погребах и землянках.

Оккупанты прошли всю Европу, но такого артиллерийского ада ещё не видели. Огонь советской артиллерии оказался ошеломляющим. Оглушал. Лишал возможности вести бой. В ДЗОТах дрожали стены и осыпалась земля. На открытых площадках и в траншеях невозможно находиться: Солдат охватывала паника. Находящиеся в траншеях, готовы были без особого сговора или команды поднимать руки вверх перед атакующими, если рядом отсутствовал офицер, который имел приказ расстреливать на месте любого по своему усмотрению:

В течение полутора часов выло, ревело и стонало. Колебалась земля. Тысячи снарядов крошили оборону. 'На орехи' добавляли 'Максимы' и крупнокалиберные пулемёты ДШК. Иногда казалось, что над головами не синее утреннее небо, а какой-то движущийся железный поток! Уничтожались наблюдательные пункты, ДЗОТы, огневые точки, блиндажи, землянки, траншеи, ходы сообщения:

Когда спустя два часа дым несколько рассеялся, стало видно, что от 200 вражеских ДЗОТов и блиндажей 1-й линии остались развалины. Каждый ДЗОТ - это 10-15 фашистов при 2-3 пулемётах разных европейских марок и калибров. К большому сожалению, артподготовка не смогла полностью уничтожить все оборонительные сооружения, пулемётные гнёзда и траншеи двух дивизий с частями усиления. К концу артподготовки поднялся ветер и закрутил позёмку:

На направлении главного удара ждал сигнала к атаке 1102-й полк подполковника Можаева из 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии Антюфеева. Большинство личного состава ещё не участвовало в боях, и то, что до этого увидели люди по дороге к передовой, потрясло: уничтоженные деревни, обгорелые трупы оккупантов, мирных жителей, убитые лошади, разбитые машины: Комиссар полка батальонный комиссар Царёв перед атакой предупредил политруков: 'Мы на войне, а на войне стреляют, поэтому берегите людей, каждого человека, нам ещё долго воевать!'

Перед красноармейцами открытое пространство, в том числе ровная ледяная гладь Волхова. До врага 800-1000 метров. Глубина снега у берега - до 1,5 метров. Мороз ;30 градусов. Но войска отлично подготовились к морозам. Валенки, стёганые ватники, меховые шапки, химические грелки. Лыжи, сани, трактора, цепи на колёсах грузовиков давали широкие возможности для передвижений вне дорог. Мастерское разведение небольших костров позволяло не привязываться к населённым пунктам.

И вот стрелковые подразделения с криком 'ура!' поднялись в атаку. Первыми двинулись вперёд лыжные батальоны. Их встречал сплошной пулемётный и миномётный огонь. Взрывы выплёскивали на лёд массы воды. Местами гитлеровцы лёд у западного берега подорвали. Появились обширные полыньи. Со своих наблюдательных пунктов на крутом берегу Волхова комдивы и комбриги с горечью наблюдали, как на снегу оставались лежать убитые и раненые защитники своей страны. Лыжбаты быстро, как белые тени, пересекли реку и ворвались в передние траншеи. Такова их задача - взять первую траншею, закрепиться и ждать основные силы.

Приданные пехоте лёгкие танки Т-60 из 160-го отдельного танкового батальона майора Грановского и 162-го отдельного танкового батальона капитана Бачакашвили через реку пока что пройти не могли. Лёд ещё не разведали, и переправ для танков не имелось. Всего Волховский фронт имел 133 танка, из них 8 тяжёлых КВ-1 и 25 средних Т-34.

Во время грандиозных событий личность человеческая как бы растворяется в других. Люди начинают думать и чувствовать как единый организм, рой, душа. Это сверхъестественное явление необъяснимым образом соединяет всех - от командующего до последнего ездового. 'Мы' и 'он', и больше в мире никого! Если, конечно, человек не считает это дело для себя чужим. Тогда он может абстрагироваться от происходящего и спокойно писать письма жене и любовнице одновременно и под копирку:

Там, где артподготовка не проводилась, фланкирующий пулемётный огонь из капонирных ДЗОТов гитлеровцев имел такую плотность, что пули оставили на льду Волхова насечки в виде сетки 1 на 1 сантиметр. Не будь у Клыкова мощной артиллерийской группировки, такую оборону прорвать не получилось бы ни за что. Но артиллерия имелась. Советская промышленность, ускоренно построенная большевиками во время коллективизации-индустриализации, дала командарму Клыкову и артиллерию, и снаряды:

Прорывом обороны, осуществляя маневр огнём и резервами, Клыков руководил с НП у Дубовиц. Одобрительно кивал головой:

- Ну-ка, ребятки, поддайте-ка ещё огоньку!

Особенно пригодились полки гаубично-пушечной артиллерии крупного калибра из Резерва Верховного Главнокомандования, приданные армии 152-миллиметровые пушки-гаубицы МЛ-20 'Емеля', имеющие возможность вести огонь на дистанции до 20 километров. Они уверенно перемешивали с землёй позиции врага и его подходящие резервы. Снаряды эти артполки получали централизованно и поэтому дефицита не испытывали. 1-й дивизион 18-го артполка Ставки ВГК выдвинул некоторые свои 'Емели' на прямую наводку. Расчёт сержанта Молчанова и наводчика Андреева снайперскими выстрелами подняли на воздух два ДЗОТа с пушками и пулемётами, и превратили в груду металлолома закопанный французский средний танк Somua S35.

- Эх, такую бы пушу на самоходку поставить! - вздохнул наводчик.

'Воронежцам' Антюфеева без лыж пришлось тяжело! Перед рекой снег по пояс. Красноармейцы быстро уставали, часто останавливались для передышки. Наступая через Волхов без танков, они при этом отнюдь не выступали мальчиками для битья. В атаку шли не с вилами-тройчатками, не с японскими винтовками 'Арисака', как при царе-батюшке, а имели в атакующих порядках современную и эффективную артиллерию - 'полковушки' и 'сорокопятки', ротные и батальонные миномёты. Для того, чтобы артиллерия не отставала, умельцы поставили 'полковушки' и 'сорокопятки' на полозья. Так же поступили со станковыми пулемётами 'Максим', ротными и батальонными миномётами БМ, ящиками со снарядами и минами. Бойцы впрягались в лямки и тащили свою ударную силу, спасителей и заступников по заснеженной целине.

Несмотря на потери, советские герои 'полковушками' и 'сорокопятками' на прямой наводке быстро разрушали ДЗОТы и блиндажи, разбивали пулемётные площадки по всей линии. Огонь старых, проверенных станковых 'Максимов' тоже давал хороший результат, принуждая к молчанию ДЗОТы и вражеские пулемёты. Снайпер-артиллерист Смык из 58-й отдельной стрелковой бригады Жильцова при форсировании Волхова с первого выстрела 45-миллиметровой пушки поразил особо мешающую атаке огневую точку в деревне Горелово. Мастер прямой наводки младший лейтенант Бондаренко из полковой батареи 502-го стрелкового полка 177-й стрелковой дивизии, воевавший на фронте с первых дней войны, изучил расположение огневых точек противника, выкатил две 76-миллиметровых 'полковушки' своего огневого взвода на передний край и, как только последовала команда, открыл уничтожающий огонь, разбив за день 11 ДЗОТов и 5 блиндажей, похоронив в них 60 гитлеровцев!

Первыми после лыжников на другой берег Волхова вышли бойцы 1100-го стрелкового полка 'воронежской' дивизии Антюфеева. Им зачастую приходилось по-кротовьи ползти к ДЗОТам в высоком снегу, после чего забрасывать амбразуры гранатами, переходить 'в штыки', в рукопашную. Настрой у бойцов и командиров высочайший. Последние дни они жили одной мыслью: 'Спасти Ленинград!' Политруки каждый раз разъясняли и суть войны: 'Капиталисты хотят сделать советских людей своими рабами. Нужно биться не щадя жизни за свою землю, за родной дом, свободу, жизнь и свободу отца, жены и ребёнка, за Советскую власть, за Родину!'

Увлекаемый своим комбатом старшим лейтенантом Баскаковым, 3-й батальон 1100-го стрелкового полка, несмотря на сильный огонь, ворвался в опорный пункт Красный Посёлок. Гитлеровцы отбивались с отчаянием смертников. Для них, переброшенных из Франции, Голландии, Польши, не имевших нормального зимнего обмундирования, покинуть на сильном морозе ДЗОТы, блиндажи и дома - верная смерть, не менее верная, чем от гранаты РГД, влетевшей в амбразуру, снаряда 'полковушки' или 'Емели': Лыжники младшего лейтенанта Волового из 44-го отдельного лыжного батальона и 'воронежцы' в ближнем бою и рукопашной схватке убили свыше 100 фашистов, захватили 5 ручных чешских пулемётов, 80 000 патронов, вещевой и продовольственный склады, пленных. Для боевого крещения высокий показатель! Солдаты дивизии Лаукса контратаковали более часа, завалил все улицы и переулки опорного пункта своими трупами, но выбить геройских лыжников Волового и бойцов Антюфеева не смогли. Контратака провалилась.

Вот разбитые блиндажи оккупантов. Это не жильё солдата, это логовище двуногого зверя. Грязное, завшивленное тряпьё. Тут же в беспорядке награбленная одежда: женские кофточки, крестьянский полушубок, детские рейтузы, трусики. Удирая от красноармейцев, обитатели блиндажа впопыхах хватали первые попавшиеся вещи, а остальное разбросали. Рядом офицерский блиндаж. В нем та же грязь и та же вонь. Только вещей здесь больше: одеяла, подушки, матрацы, зеркала... Пьянство, картёжная игра, грабежи и насилия - вот круг профессиональных занятий офицеров и солдат капитализма. Выкуривая оккупантов из блиндажей, красноармейцы всё более убеждались, что имеют дело с выродками, двуногими зверями, морально опустошёнными тварями.

После освобождение Красного Посёлка завязался ожесточённый бой за опорный пункт в деревне Бор. Оккупанты действовали без оглядки на опасность, словно пьяные. Советские бойцы тогда думали - шнапс. Но так действовал метамфетамин 'Pervitin', прозрачные пилюли которого раздал солдатам с утра чиновник из дивизионного госпиталя. У Бора оккупанты потеряли 78 солдат убитыми и ранеными. Остальным удалось сбежать. Своих тяжелораненых перед бегством негодяи расстреляли.

В сторону Ямно батальон Баскакова продвигался уже с большим трудом из-за плотного пулемётного и миномётного огня. Комбата тяжело ранило. Его заменил старший лейтенант Кольчиненко. 'Воронежцы' захватили ещё четыре ДЗОТа и убили в них 30 фашистов. Кольчиненко ранило в ногу, но он остался на поле боя. И вот - смертельное ранение. Так дрались во всех батальонах! Такой порыв - освободить Ленинград, освободить население и попавших в плен, которых на оккупированной территории подлецы лишили права на жизнь!

На этой стезе мужества и самоотверженности появлялись всё новые герои. Младший политрук Бейлин, худощавый еврейский юноша, заменил раненого командира 8-й роты и трижды водил бойцов в атаку. При этом он получил три ранения, но поля боя не оставил! Ворвавшись вместе с бойцами в траншеи, Бейлин лично застрелил двух офицеров и нескольких солдат. Здесь он получил четвёртое ранение и: Снова остался в строю! Истекая кровью, командовал ротой пока бой не стих. Бейлина унесли в санчасть лишь тогда, когда окровавленный младший политрук убедился - рота выполнила задачу.

- Взяли траншею? - едва слышно спросил он санитаров-носильщиков, которые уносили его на перевязочный пункт батальона.

- Взяли, товарищ младший политрук! - ответил пожилой красноармеец, огромный как гора, ведь таскать по снегу беспомощных людей, это надо мочь. - Немчура там вся и осталась!

Другой носильщик, высокий юноша с худым, бледным лицом, молчал. Его самого ранило - пуля содрала лоскут кожи с затылка и кровь струйкой текла из-под набухшей шапки за шиворот.

- Тише, Вам нельзя говорить! - чуть не плача прикрикнула на раненого конопатая девушка-санитарка, на ходу вытирая ему ватой кровь с лица:

Санитары: Ослабевшего, потерявшего возможность передвигаться раненого бойца в зимней одежде с оружием могли вынести только двое здоровых мужчин с носилками. На передовой как санитары действовали в основном мужчины. Вынести раненого в ходе боя почти невозможно, да и опасно для самого раненого. Он лежит, слившись с местностью. Пули и осколки летят над ним. Начни двигать его под огнём, и он мишень. При этом почти гарантированно погибнут и раненый и санитары. Другое дело оказать раненому помощь на поле бой, перевязать, провести обезболивание. Здесь и маленькая девушка-санинструктор может справиться.

По объективным причинам санинструкторы-девушки вытаскивали раненых сами крайне редко. Если боец без сознания, то вытащить его с оружием в 'жёлтую зону' не получится. Женщина в большинстве случаев не может переместить 80-90-килограммового мужчину с его оружием, тащить, лёжа на земле и под обстрелом. Более нескольких метров она его сдвинуть не может. Женщины под огнём врага перевязывали раны, бывало закрывали раненых собой и погибали сами:

Женщины в Советском Союзе шли на войну добровольно, по призыву партии и комсомола, рвались на фронт не 'за булочку и билет на трамвайчик', а за право быть хозяевами в своей стране, которое давала власть Советов. Зов сердца не позволял им отсиживаться в тылу. За это их чаще отмечали. В Германии и других странах подобных героинь не имелось. Только принудительно. Кто пойдёт добровольно защищать 'за булочку и билет на трамвай' яхты, дворцы, самолёты, прибыли Круппа, Борзинга, Тиссена?

Санитар - это кроме всего прочего ещё и боец. Он ведёт бой как стрелок. Многое зависит от обстоятельств, конечно. Бои имеют разную интенсивность, характер: наступательный, оборонительный, и разные условия - открытая местность, окопы, город. В условиях обороны раненого проще эвакуировать в блиндаж, защищённое место, оказать первую помощь. Обычно вынос раненых осуществлялся после боя. Санитары-мужчины доставляли раненых на перевязочные пункты, к подводам, машинам. Большую помощь оказывали собаки-санитары и собачьи упряжки:

Всё это время наземные войска поддерживала авиация Волховского фронта. Она прикрывала истребителями основную группировку и одновременно штурмовала позиции в районах Борисово, Коляжка, Мясной Бор. Лётчики за несколько часов уничтожили склад боеприпасов, 5 орудий, батарею зениток, 5 грузовиков с боеприпасами на дороге, идущей к Волхову от Спасской Полисти, разбомбили эшелоны у Спасской Полисти, уничтожили более 100 солдат. В воздушном бою истребили 2-го гвардейского авиаполка сбили 2 бомбардировщика Ju 88 и 2 тяжёлых истребителя Bf 110. Также советские авиаторы прикрывали с воздуха участок железной дороги Будогощь - Хвойная, по которой продолжали подходить войска для участия в наступлении, вели воздушную разведку и наблюдение за передвижением по железным дорогам, за аэродромами.

К 14:00 оборона на участке Бор - Красный посёлок прорвана. Открылся правый фланг 435-го пехотного полка дивизии Книза. Артиллерия его 215-го артполка и две тяжёлые батареи своим огнём пытались остановить продвижение 'воронежцев' у Арефино. Для компенсации потерь и затыкания здесь бреши Книз бросил сюда 450 солдат 215-го самокатного эскадрона. Лёгкие и подвижные велосипедисты-самокатчики и мотоциклисты могли быстро передвигаться. Несмотря на это к вечеру герои Антюфеева захватили опорные пункты в дереве Бор, Костылево, Арефино, Красный посёлок. Вдоль щитов снегозадержания цепочкой в разных позах лежали убитые и замёрзшие гитлеровцы. Если бы им вовремя оказали помощь свои, многие остались бы живы. А лучше - не шли бы войной на Советский Союз!

'Воронежцы' потерял в атаке вдвое меньше бойцов, чем похоронили в уничтоженных ДЗОТах, ДОТах, блиндажах и траншеях оккупантов, ведь за ними стояла большая часть армейской артиллерии Клыкова. Погибло 230 героев, ранено около 1000 человек. Тяжёлая утрата - гибель в атаке комполка-1098 полковника Комарова. Его убил подлец-снайпер, различив среди атакующих по белому добротному полушубку, портупее, шапке-ушанке из жёлтой цигейки. Антюфеев приказал командному составу заменить шапки на обычные и спрятать портупеи. После первого боя 327-я стрелковая дивизия стала именной - 'антюфеевской', так же как под Москвой называли по имени командира 'панфиловской' 316-ю стрелковую дивизию.

Войска на западный берег всё прибывали. Навстречу группками и поодиночке шли пленные: грязные, оборванные, практически без конвоя. Вид аховый. Они от изнеможения временами садились прямо в снег или ложились у дороги. Эти пленные, как и вылезающие из блиндажей и ДЗОТов для бегства настоящие немцы-'волховцы', которые некоторое время уже сражались на этом участке фронта, походили на пугало: русские валенки, длинные брюки навыпуск, чтобы снег не попадал за голенища, шинель без погон с поднятым воротником и не подпоясанная ремнём, карманы шинели набиты всякой всячиной. Поверх шинели русский ватник. На голове подшлемник, всклокоченная окладистая борода. Нос заклеен лейкопластырем, чтобы защитить его от обморожения, стальная каска-кастрюля с маскировочным покрытием и поверх всего - если, конечно, есть в наличии - белый маскировочный халат из постельного белья местных жителей, даже скатертей и ажурных салфеток. Это ещё ничего. В другом случае на 'арийцах' бабьи платки и салопы, куски ковров и штор, на ногах - пучки соломы: Не озаботились генералы обмундировать солдат в соответствии с условиями театра военных действий. Примерный прусский бюргер, увидев такое, всплеснул бы руками:

- Майн готт! Куда же Wehrmacht дел парадную форму фабриканта Хьюго Босс?!

Босс вступил в NSDAP за пару лет до того, как эта партия захватила власть. Имел совместное фото с Гитлером, которым очень дорожил. Так Босс получить заказ на производство униформы штурмовиков SA, SS и 'Hitlerjugend'. Он шил по дизайну художников и дизайнеров Дибича и Хека практически только униформу, используя восточных рабов. У Босса работали на Wehrmacht, Luftwaffe, SS, SA, 'Hitlerjugend', украинки, полячки, француженки:

Капиталисты Великогерманского рейха относились как мусору не только к русским, но и к простым немцам тоже. Это классовое. Вместо защиты своих войск от холода, они выпустили кучу приказов о том, что тёплую одежду и обувь надо отбирать у советских пленных и гражданского населения. Из рейха поступала гражданская одежда, собранная немками, австрийками, чешками в рамках компании Геббельса 'Зимняя помощь'. Напялив на себя цветные бабьи вещи, Wehrmacht по европейской традиции стал похож на отступающих мародёров Наполеона. Сами подлецы шутили про такой вид:

- Цыганский цирк!

У советских военных фотокорреспондентов в связи с этим даже возникали проблемы - редакции наотрез отказывались принимать такие кадры с а-ля 'цыганским табором', ведь после их просмотра складывалось впечатление, что Красная Армия разбила под Москвой и Тихвином не самую сильную армию мира Wehrmacht, а банду каких-то албанских шаромыжников! Зарубежные обозреватели и триколорные журналисты в подобных случаях применительно к Красной Армии писали 'катастрофа', но когда в критической ситуации оказывался Wehrmacht, писали, мол, 'стойкая оборона', 'выравнивание линии фронта'!

Оставшиеся в шинельках с 'подкладкой из ветра со снегом', горе-завоеватели искренне завидовали тем, кому доставались русские полушубки и ватники, и ждали пока тех убьют, чтобы взять себе эти вещи. Советских пленных подлецы почти всегда раздевали и разували прямо на поле боя, отбирали рукавицы, ватные штаны, телогрейки, часто и русские длиннополые, более тёплые шинели. Если конвоир вдруг заметит на ком из пленных валенки и рукавицы, тут же обязательно заставит сесть прямо на дорогу и снимет с несчастного и валенки и рукавицы. Дальше пленный пойдёт в одних портянках. Часто целые подразделения подлецов из-за этого издалека ничем не отличались советских частей, вызывая на себя 'дружественный огонь'.

Одним из немногих штатных элементов зимнего обмундирования Wehrmacht имел немецкие караульные боты на толстой деревянной подошве по одной паре на взвод. Эти огромные деревянные боты, которые надевались прямо поверх сапог, а также огромные соломенные лапти заставляли советских бойцов хохотать до слёз. История с обмундированием, которую демонстрировал Wehrmacht, как и со своей отсталой полковой артиллерией, личным стрелковым оружием пехоты, массой отсталой трофейной техники, собранной со всей Европы - прекрасный урок тем, кто обожал превозносить 'цивилизованных' и 'высокоорганизованных' арийцев, которым на самом деле вместо блестящей победы над 'сиволапыми красноармейцами', руководимыми 'безграмотными маршалами', пришлось завалить их своими 'арийскими' трупами и грудами своей подбитой техники в 'мясных штурмах'.

В изумляющей любого военного специалиста истории с зимним обмундированием поразительно то, что немцы ведь сами не только воевали, но и квартировали на европейской территории России в годы Первой Мировой и интервенции в 1914-1918 годах. Wehrmacht имел на самых высоких командных должностях множество подлецов из тех, кто сполна познал 'прелести русской зимы'. Но они обеспечили зимним обмундированием только 1/5 участвующих в проведении операции 'Barbarossa' войск - 1,5 из 8 миллионов! Но каким!

Счастливчиков планировалось 'одарить' двумя комплектами суконного обмундирования: шапкой, наушниками, тёплыми перчатками, шарфом, меховым жилетом, шерстяными носками и тремя шерстяными одеялами в придачу. Этого хватило бы максимум до мороза в 15 градусов. Не ниже! Шапки-ушанки немецкого производства имелись, но достались только SS и Luftwaffe. А другим что, сдохнуть? Ничего, фрау ещё нарожают!? Поэтому свои тонкие и короткие шинели-пальто солдаты при первой же возможности меняли на советские шинели или телогрейки, пилотки меняли на советские ушанки, сапоги меняли на валенки, снимая их с убитых и военнопленных. В результате Wehrmacht имел подразделения, да ещё на санях, которые один в один походили на подразделения Красной Армии, раз за разом попадая из-за этого под 'дружественный огонь' своей авиации, артиллерии, миномётов.

126-й пехотная дивизия Лаукса, обороняющаяся в полосе наступления Антюфеева, потеряла в этот день около 500 человек убитыми, 1600 ранеными, 200 пропавшими без вести. Оказалась утрачена масса вооружения и военного имущества: 19 орудий разного калибра, 82 пулемётов, 50 миномётов, 200 автоматов, 4 радиостанции и так далее. Также гитлеровцы потеряли более 200 своих 'хиви', которых использовали для доставки патронов к ДЗОТам и выноса раненых. Такие большие потери командиры обычно скрывали от руководства, ведь 'с работы выгонят', и в фатерланде другой работы для них нет. Вот и 'размазывали' потери на месяц, максимально списывая на авиацию, мины и партизан.

В наступление через Волхов на опорный пункт Теремец по льду участвовал батальон 305-й 'московской' стрелковой дивизии в составе 300 человек. До западного берега добрались невредимыми лишь 30 человек, которых подлецы огнём вдавил в глубокий снег. В атаке погибло 60 и получили ранения более 200 человек. Когда огонь обороны начал вестись по участку соседней дивизии, которая успешно форсировала Волхов и захватила плацдарм в лесу правее деревни Теремец, в сумерках 30 бойцов, которых противник посчитал убитыми, ворвались в Теремец. Они посеяли жуткую панику среди фашистов и те бежали, побросав орудия, стрелковое оружие и штабные документы. В плен взято 5 солдат. Орудия 'москвичи' развернули на 180 градусов и открыли огонь по их же хозяевам.

В район Ямно, Мостки, Замошье для закрытия бреши и восполнения потерь в подчинение 20-й моторизованной дивизии срочно выдвинулась 'группа Хендришке', состоящая из остатков 12-й танковой дивизии Весселя: один сводный моторизованный батальон, остатки 2-го противотанкового дивизиона и 32-го танко-сапёрного батальона, две батареи 2-го артполка, части снабжения, подразделения других дивизий. Командир - подполковник Хендришке. Он и своих солдат никогда не жалел, а уж чужих, безучётных тем более: Также в сектор избиваемой дивизии Лаукса фон Лееб двинул из-под Ленинграда на всех парах 2-ю моторизованную бригаду SS из голландских, бельгийских, норвежских, прибалтийских наёмников.

Остатки 12-й танковой дивизии Весселя после разгрома под Тихвином по приказу OKH сначала отправилась было на переформирование в Эстонию на 6 месяцев. Части шли своим ходом. Пригодные для ремонта танки везли по железной дороге. Но вдруг пришёл приказ фюрера: 'Из-за прорыва фронта на Волхове переформирование отменяется!' Вессель срочно сформировал из остатков подразделений отряды и отправил битых в хвост и гриву вояк обратно к Волхову, а также передал 18-й полевой армии свой транспортный отряд в составе трех автоколонн общей грузоподъемностью 220 тонн. Этот транспортный 'отряд Лемке' действовал разрозненно.

Танки 29-го танкового полка дивизии Весселя, как только они выходили из ремонта, также сразу же поштучно отправлялись по разным пунктам: Ямно, Коломно, Спасская Полисть, Мясной Бор, Мостки, Люблино Поле, Теремец-Курляндский. На 13 января Вессель имел 20 исправных танков Pz.Kpfw.IV и 80 Pz.Kpfv.III, не считая командирских танков и танков связи.

Ближе к вечеру бомбардировщики и штурмовики Журавлёва нанесли сосредоточенный удар по оборонительным сооружениям, артиллерии и живой силе оккупантов на участке Спасская Полисть - Мясной Бор. Советским чудо-богатырям приходилось буквально вгрызаться в оборону, полностью ломать, разрушая шаг за шагом все укрепления на своём пути, захватывать пункт за пунктом. В первые сутки удалось освободить Бор, Костылево, Арефино, Красный посёлок. Зацепились за опорный пункт Ямно. Прорыв 'Волховского вала' развивалась мучительно медленно. Фашистские подлецы вели бешеный огонь из всех видов оружия даже после захода солнца. Жечь боеприпасы по делу и без дела - их визитная карточка.

В ночь на 14 января 305-я 'московская' стрелковая дивизия полковника Баранова наступала без артподготовки, в метель, без шума. Видимость - чуть дальше вытянутой руки. Опытные командиры не заблудились, умелые бойцы не подвели. Они атаковали так внезапно и решительно, что к рассвету вышли к шоссе между Новгородом и Мясным бором, не доходя 600 метров до опорного пункта 2-й линии обороны в деревне Любцы. Штурмовая группа обошла линию капонирных ДЗОТов по оврагу и захватила три из них, убив 35 подлецов. С рассветом с участием новых своих сил воины Баранова достигли леса и укрылись от наблюдения.

С утра 8 штурмовиков Ил-2 из 218-й штурмового авиаполка Сапогова, 12 штурмовиков Ил-2 из 313-го штурмового авиационного полка Петрова, а также 121-й бомбардировочный авиаполк полковника Дояра бомбили и штурмовали позиции оккупантов в прибрежных деревнях Коломно, Кузино, Ульково, Кипрово и Вергежа. 121-й бомбардировочный авиаполк полковника Дояра не новичок на Волхове. Действовал здесь с декабря 1942 года у Киришей и Погостья.

Войну авиаполк Дояра начал на самолётах СБ в день вероломного нападения капиталистических полчищ 22 июня 1941 года. Базируясь на замаскированных полевых аэродромах в 40-50 километрах от стационарного аэродрома Ново-Серебрянка, авиаполк Дояра под первый удар Luftwaffe не попал. Полк поднялся по тревоге и все пять эскадрилий вылетели на бомбёжку наступающих колонн в район Сарнаки, Константинув, Брест, в чём и преуспели. 2-я эскадрилья бомбила подлецов Гудериана в районе Брестской крепости и вернулась без потерь. 25 июня 9 боеготовых СБ снова бомбили подлецов Гудериана в районе Бреста. Далее авиаполк Дояра бомбил оккупантов в Белоруссии в районах Слуцк, Заславль, Дзержинск, Пружаны, Ружаны, Картуз-Берёза. После перевооружения самолётами Пе-2 авиаполк вёл боевые действия на Волхове:

В 11:00 батальон 'антюфеевцев' атаковал оборонительные позиции дивизии Лаукса и 'группы Хендришке' южнее горящего опорного пункта в деревне Коломно. Частично удалось пробиться в ближайший лес, но освободить Коломно не получилось.

Эти места у Волхова уже изрядно опалила война. В сентябре прошлого года здесь из окружения под Лугой пробивалась с боями 111-я стрелковая дивизия. Она вышла к своим через Ямно. После доукомплектования и отдыха дивизия с декабря вела бои у Волхова под Грузино.

На этот раз в опорный пункт в деревне Ямно первыми ворвались красноармейцы Бычков и Меркулов из 1-го батальона 23-й отдельной 'харьковской' стрелковой бригады. Ночью они крайний захватили блиндаж и, переползая далее от одного блиндажа к другому, гранатами РГД выбивали оттуда гитлеровцев. Подлецы, застигнутые врасплох, выбегали наружу, не успев даже надеть шинели, и попадали под убийственный огонь ППШ. При гитлеровской контратаке красноармеец Яковлев под сильнейшим миномётным и пулемётным огнём забросал гранатами ДЗОТ. Он убил 12 гитлеровцев и захватил эту огневую точку. Затем Яковлев участвовал в очищении ещё одного ДЗОТа, что позволило удержать окраину деревни.

Для переправы танков у Ямно красноармейцы построили настилы по льду Волхова у берегов, где толщина льда не превышала 35 сантиметров. Затем в атаку на Ямно пошли бойцы 58-й отдельной стрелковой бригады при поддержке лёгких танков Т-60 и 442-го артполка РГК полковника Калмыкова. 122-миллиметровые пушки А-19 просто сносили одним снарядом каждый дом вместе с десятками оккупантов внутри. 'Группа Хендришке' и дивизия Лаукса потеряли у Ямно в этот день около 600 солдат убитыми и ранеными.

Военфельдшер Тамара Отто из 58-й стрелковой бригады под ураганным огнём оказала первую помощь около 100 раненым бойцам. Тяжелораненых выносила с помощью санитаров с поля боя с оружием. Красноармеец Язов из той же бригады заметил, как одна из разорвавшихся мин подожгла ящики со снарядами. Рискуя в любую секунду погибнуть, Язов бросился тушить пожар, разбрасывая ящики в снег. Снаряды спас. Бои на плацдармах состояли из множества подобных боевых эпизодов, которые являли собой пример героизма и воинского мастерства, пример того, как могут сражаться люди, если они сражаются за дело, которое считают правым.

У Платошино своими пушками А-19 атаку сопровождал 561-й пушечно-артиллерийский полк РГК. Здесь бойцы 43-го лыжного батальона уничтожали первую линию ДЗОТов и траншей. Подлецы взорвали лёд на Волхове и атака застопорилась.

После прорыва между Ямно и блокированным со всех сторон Коломно советские части стали беспрепятственно проходить через брешь шириной в 3-4 километра в леса, которые расстилались за передовыми позициями западнее Арефино, угрожая уже 2-й линии обороны на шоссе Новгород - Чудово. Таким образом в 1-й линии обороны между двумя дивизиями двух корпусов двух полевых армий группы армий 'Север' оказался пробит 'коридор' в западном направлении.

267-я стрелковая дивизия полковника Зеленкова штурмовыми группами продвинулась вглубь 'Волховского вала' на 5 километров. Одна из передовых групп ворвалась на огневые позиции 4-й батареи 126-го артполка дивизии Лаукса в 3-х километрах юго-восточнее опорного пункта 2-й линии обороны в деревне Копцы на шоссе Чудово - Новгород. Штурмовые группы 225-й стрелковой дивизии полковника Андреева, уничтожив ДЗОТы в полосе своего наступления, проделав проходы в минных полях, захватили плацдарм у опорного пункта Теремец. Неожиданной атакой с тыла эту прибрежную деревню удалось освободить без больших потерь. Страшась полного окружения, подлецы в панике начали отходить в лес, бросив на пути технику, штабные машины, грузовики со снарядами, продуктами, медикаментами, всевозможным награбленным добром вплоть до самоваров, детских кукол и домашней утвари.

Когда советские чудо-богатыри проходили район панического бегства, трофеи растянулись на километр. Не имея времени сделать сколько-нибудь серьёзных повреждений, подлецы только слегка повредили свою технику. Вынули замки у нескольких орудий. Два орудия подорвали. Много техники осталось в совершенно исправном виде. Всех лошадей - около 80 голов подлецы пристрелили выстрелами в голову. Кристально белый снег тут заливала алая кровь людей и лошадей.

На этом участке оккупанты потеряли 195 солдат убитыми и втрое больше ранеными. Локтевая связь 422-го и 424-го пехотных полков дивизия Лаукса разорвалась. Фашисты загнули свои флаги и контратаковала резервами. Также в бой пошёл 126-й разведбатальон со своей бронетехникой. Контратаки провалились. Снежное поле перед деревней оказалось усеяно скрюченными тушками завоевателей. Красноармейцы насчитали их более 300.

Однако действовать героями приходилось с оглядкой. Wehrmacht на тактическом уровне этой зимой часто использовал один и тот же приём - пропускал советскую пехоту между опорными пунктами, затем между ними проводил контратаку с бронетехникой и окружал прорвавшихся. Если имелись силы второго эшелона и координация, то сам этот фашистский заслон уничтожался, если нет - окружённые попадали в тяжёлое положение и вынуждены были прорываться назад. 'Группа Хендришке' и 20-й моторизованная дивизия Яшке имели на этом участке фронта бронетехнику и могли быстро закрыть прорыв.

2-я Ударная армия Клыкова очень грамотно ударила в стык 435-го пехотного полка 16-тысячной 215-й 'баден-вюртембергской' и 426-го пехотного полка 15-тысячной 126-й 'рейнско-вестфальской' пехотных дивизий. Это место - являлось ещё и стыком между I и XXXVIII армейскими корпусами соответственно 16-й и 18-й полевых армий Буша и фон Кюхлера из состава группы армий 'Север' фон Лееба. 'Волховский вал' затрещал по центральному шву.

Редкая и впечатляющая картина передвижения большой массы войск в снегах и болотах около Волхова наблюдалась с высоты птичьего полёта вечером 14 января. По многим направлениям советская пехота, артиллерия, танки, тыловые подразделения, лыжные батальоны пробивались через глубокие снега, мелколесье, болота, кустарники. Советские части под несмолкаемый грохот советской канонады атаковали вдоль Волхова во фланг 126-ю пехотную дивизию Лаукса и начали скатывать её оборону к Теремцу, атакуя во флаг ДЗОТ за ДЗОТом, блиндаж за блиндажом.

В помощь Лауксу, для компенсации потерь и закрытия прорыва, командующий 16-й полевой армией Буш спешно бросил 30-й мотоциклетный батальон с бронемашинами, лёгкими и средними танками 203-го танкового полка. Они сразу приступили к контратакам на Теремец, чтобы не дать советским частям закрепиться. В атаках участвовал также батальон 250-й 'голубой' дивизии.

В Теремце бойцы дивизии Андреева встретили наглецов во всеоружии. По команде прозвучали первые очереди ППШ, залпом ахнули 'Мосинки' и СВТ. В общий ансамбль включились ручные пулемёты ДП, и затем взорвались несколько гранат. Через 20 минут всё смолкло. Слева в лесу грянуло 'ура!' Началась советская контратака во фланг. Эхо отозвалось в противоположной стороне. Послышались дикие вопли и стоны немцев и испанцев. Вскоре всё оказалось кончено. Из 820 солдат и офицеров 30-го мотоциклетного батальона осталось в строю 90. Непонятно куда на таком морозе девать сотни раненых. Утрачено всё тяжёлое вооружение и снаряжение.

Испанские наёмники из 250-й 'голубой' пехотной дивизии тоже нахлебались снега и многие навсегда легли в него оскалом. В разных позах лежали более 250 убитых испанцев и немцев. Трупы испанцев отличались: малый рост, загорелые смуглые лица и курчавые баки на лицах. Такой оказалась премьера 'голубой' дивизии испанцев в боях со 2-й Ударной армией.

'Голубой' эту дивизию называли потому, что их форменные рубашки имели синий цвет, как в Испании у военной формы, хотя всю остальную форму, как и вооружение и продовольствие, предоставлял Wehrmacht. В дивизии испанских подлецов 3/4 - это военнослужащие, которые участвовали в Гражданской войне в Испании, а 1/4 - добровольцы-фашисты. Форма и вооружение такое же, какое имел Wehrmacht, за исключением деталей - рубашек, шевронов, наград. Дивизия имела дополнительный пехотный полк. Денежное содержание рядового 15 песет в день. Это в 2 раза превышало зарплаты испанских рабочих на заводе и в 3 раза заработок крестьян. Половину платил бюджет Испании, половину Великогерманский рейх. То есть 'голубые рубашки' являлись фактически наёмниками международного капитализма.

В благодатной древней Испании благодаря стараниям частных собственников царил экономический кризис, нищета, голод. В результате Гражданской войны, которую развязали капиталисты руками фашистов генерала Франко против социалистического республиканского правительства Испании, в 192 испанских городах и сёлах оказались разрушены 3/4 зданий, множество мостов и дорожных сооружений, уничтожено почти 1/2 подвижного состава железных дорог. В результате победы фашистов в Испании началась безработица, голод, города заполонили бездомные. Так что наёмников набрали быстро.

Большинство населения солнечной Испании оставалась 'красным', не смирившимся с фашизмом, хотя между отдельными группами 'красных' существовали глубокие расхождения. В величественных горах Андалусии, Астурии и Леона продолжали действовать партизанские отряды, созданные после захвата фашистами этих областей. С партизанами поддерживала связь компартия Испании. Коммунистов имелось не много, но они являлись единственной хорошо организованной и дисциплинированной антифашистской силой. Вся же левая братия только раскалывали рабочее движение своей болтовнёй, что работало на руку капиталистам.

Вероломное нападение на Советский Союз 22 июня прошлого 1941 года вызвало величайший энтузиазм у фашистов Испании. Министр иностранных дел Суньер обратился к Гитлеру с просьбой дать испанским добровольцам-фашистам воевать против коммунизма в СССР в память о той 'братской помощи', которую Гитлер оказывал фашисту Франко во время Гражданской войны против социалистического республиканского правительства. Капиталистический интернационал в открытом виде.

При капитализме 'Великая депрессия', массовый голод в Европе и Америке создали условия для прихода к власти фашистских капиталистических режимов в Испании, Италии, Германии и некоторых других странах Европы. В странах католицизма и протестантизма фашизм развернулся как новая инквизиция под лозунгом 'с нами бог'. Под этим лозунгом снова, как в средневековье, подлецы и изверги истребляли социальные группы и народы. Капитализм, как преступная экономическо-политическая формация, опять без всяких стеснений открыл свою звериную личину!

Из-за ревнивого соперничества испанских фашистов и испанской армии наёмники в Испании стали набираться не только из фашистов, но и из армейских кадров. Первый эшелон фашистских наёмников отбыл в Великогерманский рейх, в лагерь под Графенвером, через три недели после вероломного нападения на СССР. К середине октября 1941 года 250-я пехотная дивизия - так официально называлась 'голубая дивизия' испанцев, прибыла к Новгороду убивать русских, славян, коммунистов, разорять, уничтожать. В это же время с той же целью в район Клина, прибыла эскадрилья испанской авиации.

Испанские капиталисты наживались на гигантском реэкспорте Великогерманскому рейху, Италии, Румынии американских, английских товаров военного назначения. Также они снабжали Wehrmacht боеприпасами, предметами снаряжения. Испанская фирма 'Астра' изготавливала для гитлеровцев пистолеты Astra 300 и Astra 400, предназначенные для лётного и инженерно-технического состава Luftwaffe. Пистолеты семи различных моделей в Wehrmacht и Luftwaffe поставляла также испанская фирма 'Unceta у Compania S.A.'. Всего Wehrmacht получил для своих формируемых во Франции войск 30 000 пистолетов 'Астра' с большим количеством патронов. Кроме 'Астр' Wehrmacht получал от испанской фирмы 'Bonifacio Echeverria S.A.' пистолеты 'Стар' модель Б. Всего поставлено 33 712 штуки с большим количеством патронов. Для передачи в Wehrmacht испанцы разработали свой вариант немецкого MP 39/40 - пистолет-пулемёт Z-45. Для разорённой фашистами Испании это немало.

Франко не получил от своих испанских капиталистов и международных банкиров 'добро' на создание в Испании концлагерей, айнзацкоманд, тотальной пропаганды. Испанские капиталисты заигрывали с США и Британской империей, играли в нейтралитет, зная, что Гитлер сам только исполнитель воли крупнейших международных банкиров. Крупнейшим международным банкирам Испания требовалась как посредник в поставках американских и английских товаров Гитлеру и его союзникам, прежде всего топлива и редкоземельных металлов, а также как канал для вывода из Германии прибылей. Кроме того нейтральная Испания прикрывала от любых неожиданностей английскую крепость Гибралтар, контролирующую судоходство в Средиземном море.

В результате некоторой расслабленности фашистов в Испании, к началу 1942 года в Испании стали возрождаться подпольные группы анархо-синдикалистов и социалистов, поднялась волна студенческих бунтов. Их привычно подавляла полиция и армия. Но как это было не похоже на государство-концлагерь в самой Германии!

Командующий группы армий 'Север' фон Лееб пребывал в меланхолии. Он требовал окружить и уничтожить прорвавшихся русских. При этом гитлеровцы лихорадочно усиливали опорные пункты 2-й линии обороны в деревнях западнее Волхова вдоль мощёного брусчаткой шоссе и железной дороги Чудово - Новгород. Для этого они нагнали сюда рабочую силу из числа местного населения и пленных. Батальоны Лаукса засели в опорном пункте в деревне Любцы, батальоны Книза в опорном пункте в селе Спасская Полисть, быстро превращая их в неприступные крепости. Дивизии подлецов под Ленинградом начали в панике готовить свои батальоны и артиллерию к снятию с фронта, чтобы отправить их останавливать советский прорыв на Волхове в своём тылу.

15 января подлецы из 435-го пехотного полка дивизии Книза бросили свои уцелевшие ДЗОТы и блиндажи на открытом южном фланге. 126-я пехотная дивизия Лаукса в связи с большими потерями и израсходованием снарядов больше не могла оказывать серьёзное сопротивление. Её избивали. Для пехотного прикрытия артиллерийских позиций привлекали водителей и коноводов. Доставка боеприпасов оказалась невозможна. Не озаботились генералы в снабжении войск снарядами. Часть своих боеприпасов Книз вынужденно передал Лауксу, чтобы того совсем не уничтожили, а сам перешёл на режим экономии в то время, как ситуация требовала ровно противоположного.

Тем временем в атаку на опорный пункт Ямно пошли подразделения 23-й 'харьковской' стрелковой бригады Шишлова: 1-й и 3-й стрелковые батальоны, рота противотанковых ружей, отдельный батальон связи без одного взвода, два разведвзвода, взвод автоматчиков, шесть 76-миллиметровых 'полковушек', миномётный батальон и сапёрная рота. Бригада Шишлова формировалась в прошлом году в Харькове из курсантов высших военных учебных заведений. До революции они назвались бы юнкера. Когда соединение состоит сплошь из без пяти минут командиров, то есть молодых, великолепно обученных бойцов, оно безусловно является ударным.

Вот и в этой атаке 'харьковчане' настолько быстро и искусно провели артподготовку, ловко и напористо устремились вперёд, несмотря на мороз и глубокий снег, минные поля и проволочные заграждения, что с первого раза ворвались в Ямно. Завязался уличный бой. Подлецы пустили в ход два танка Pz.Kpfw.II и бронемашину, которые заставили 'харьковчан' отойти. После того, как удалось подбить один танк и бронемашину, 'харьковчане' снова атаковали и наконец зацепились за окраину. Батарея командира артдивизиона бригады старшего лейтенанта Сасина уничтожила на прямой наводке 6 ДЗОТов и 190 фашистов, готовивших новую контратаку: В это же время 840-й стрелковый полк 46-й стрелковой дивизии занял опорный пункт в селе Петровское.

Накал сражения за плацдармы продолжал нарастать. Гитлеровцы лихорадочно группировали войска для нанесения общего контрудара вдоль Волхова в южном направлении с целью закрыть 'коридора' прорыва согласно приказа фон Лееба. Книз в спешке сформировал для контрудара с юга на Арефино 'сборную солянку' 'группу Тафеля': 435-й пехотной полк самого Тафеля, 5 танков Pz.Кpfw.III из 203-го танкового полка, 4 лёгких и 3 тяжёлых артиллерийские батареи, 1-й учебно-сапёрный батальон, железнодорожная рота, по роте из 162-го и 390-го пехотных полков, 215-й самокатный эскадрон, взвод снабжения, 1-й учебно-сапёрный батальон. С севера на Арефино навстречу 'сборной солянке' Тафеля приготовился наступать свежий усиленный батальон дивизии Лаукса.

Чересполосица небольших советских плацдармов, позиций оккупантов, окружённых опорных пунктов, приводила как к стрельбе по своим у оккупантам, так и происшествиям среди советских войск. В отдельных частях неудовлетворительно работала разведка, в результате чего имелись потери. Так подразделения 53-й стрелковой бригады двигались повзводно к Ямно не зная, что к Ямно уже подошли убийцы из 'группы Тафеля'. Подпустив боевое охранение, подлецы неожиданно открыли ураганный огонь. Необстрелянные бойцы начали беспорядочный отход, увлекая с собой бойцов 23-й 'харьковской' стрелковой бригады из Ямно. Старший инструктор политотдела батальонный комиссар Геращенко смог быстро собрать 'харьковчан' для контратаки и умелым действиями снова занял несколько домов и ДЗОТов на северной окраине, не дав подлецам как следует закрепиться. Но Ямно потребовалось освобождать второй раз.

Сапёрные и строительные батальоны подлецов, стройбатовцы из частей 'Организации Тодта', железнодорожные части, части 'Национал-социалистического транспортного корпуса' NSKK при использовании рабского труда местного населения и пленных в спешке превращали населённые пункты 2-й линии обороны вдоль шоссе Новгород - Чудово в крепости. Главный опорный пункт из-за количества домов - более 150, большого количества других строений, железнодорожной станции и аэродрома - село Спасская Полисть. Дома и надворные постройки стояли здесь на возвышенности ровной улицей, за ними огороды, сараи. Каждый дом имел по-новгородски глубокие каменные подвалы. К востоку от села - река Полисть. Возле неё, у шоссе, водокачка, дальше поля и сенокосные угодья. За рекой местность как на ладони.

Спасская Полисть среди болот место приметное. Здесь до строительства Николаевской железной дороги проходила дорога Санкт-Петербург - Москва, в частности её отрезок Новгород - Чудово. Здесь располагался путевой дворец Екатерины II, где императрица-немка останавливалась, имелась барочная церковь XVIII века, много каменных домов, ставших теперь ДОТами.

Спасской Полисти посвящена глава одного из самых первых русских прозаиков, поэта, философа, придворного пажа Радищева. Его за книгу 'Путешествие' с критикой крепостничества императрица назвала 'бунтовщиком, хуже Пугачёва'. Подлая немка исчеркала его книгу циничными ремарками. Там, где описывается сцена продажи русских крепостных рабов на аукционе, злодейка написала: 'Начинается прежалкая повесть о семье, проданной с молотка за долги господина'. Там, где повествуется о помещике, убитом крестьянами за то, что по ночам его слуги приводили ему для изнасилования очередную жертву, которую он назначил, и так он изнасиловал деревне 60 русских девушек, лишив их девственности, подлая немецкая кровопийца написала: 'едва ли не гистория Александра Васильевича Салтыкова'. Ни капли жалости к жертвам преступления, или негодования к серийному насилию! Как же - ведь жертвы - русские! Подлая тварь издала указ 4 сентября 1790 года, где Радищев за издание книги признавался государственным преступником за создание социальной напряжённости, призывы к смене существующего строя и приговаривался к смертной казни. Палачи русского народа заменили патриоту казнь 10 годами острога. Всё-таки дворянин, паж, титулярный советник, начальник столичной таможни. Тираж романа уничтожили. Но роман расходился в списках и стал широко известен: Пушкин - звезда русской культуры, а Радищев учитель Пушкина:

С немецкой дотошностью все крестьянские дома в Спасской Полисти переоборудованы в ДОТы, ДЗОТы, заранее обрекая дома на разрушение. Жителей подлецы выгнали в поле. В новгородских домах жители выстраивались подполы в рост человека, часто из кирпича. В подполах держали овощи и мелкий скот. Они стали для подлецов готовыми ДОТам. В избах на пол клали прокладки из брёвен. Их засыпали землей из подпольной ямы. Потом ещё клали несколько рядов. Из подпольных окошек сделали амбразуры. Такие сооружения не пробивались ни ружейно-пулемётным, ни миномётным, ни даже артиллерийским огнём среднего калибра. Когда Красная Армия отступала здесь три месяца назад, её воины не могли такого себе позволить, ведь это значило подвести дома под разрушенные артиллерией, оставив хозяев бездомными. У фашистов таких забот не имелось. Входили в подвальные ДОТы из дома через люк или через утеплённую дверь снаружи. От этих дверей гитлеровцы прокладывали траншеи к другим домам и баням. Населённый пункт превращался в крепость: Такой стала и Спасская Полисть. 'Полисть' по древнерусски - болото, топь, трясина. Вот уж точно - место, где можно увязнуть!

В Спасской Полисти подлецы укрепили всё, что возможно: железнодорожную станцию и её постройки, само село с её массивными домами, церковь, школу. Полотно железной дороги на протяжении нескольких километров превратили в вал бастиона, берег реки Полисть тоже. Мины, колючая проволока, снего-земляные валы с амбразурами. Разветвлённая система пушечно-пулемётных ДОТов, ДЗОТов, пулемётных гнёзд, артиллерийских, миномётных, зенитных батарей, окопов, траншей обеспечивали многослойный огонь на всех подступах. Материалы, подкрепления, вооружения оккупанты доставляли прямо по железной дороге от Чудово на станцию Спасская Полисть. Оборону на западном берегу реки Полисть параллельно шоссе заняли подразделения 380-го пехотного полка, 215-й противотанковый истребительный дивизион, 5 танков, дополнительно прибыла артбатарея. Батальоны 'Организации Тодта' и водители NSKK тоже могли в любой момент занять оборону в окопах. В результате опорный пункт стал крепостью.

ВВС Волховского фронта весь световой день продолжали бомбить и штурмовать позиции дивизии Книза в Спасской Полисти, Вергеже, Кипрово и Острове: Штурмовики Ил-2 из 218-й штурмового авиационного полка Сапогова применяли свою обычную схему нанесения штурмовых ударов. Линию фронта пересекали в 5-6 километрах от группы целей в незащищённом зенитками месте. Делали плавный разворот над тыловым районом и атаковали цели, чаще всего расположенные в деревне, селе, в опорном пункте, с тыла с первого захода. Этим всегда достигалась внезапность, и не укрытые цели уверенно поражались бомбами и пушечно-пулемётным огнём. Штурмовики, идущие замыкающими, расстреливали оживающие зенитки. Далее штурмовики шли на вторую цель таким же образом, далее на третью, расположенную тоже рядом, как бы иголкой нанизывая бусы на нитку. Снова по дуге возвращались к первой цели, когда подлецы успевали вылезти из укрытий и отойти от зениток. Всё повторялось до исчерпания боезапаса. Если рядом не наблюдалось истребителей Luftwaffe, в штурмовке могли участвовать часть истребителей прикрытия: Когда опорные пункты штурмовала пехота, она могла попросить сделать пару ложных заходов, при которых подлецы обычно прятались и прекращали пулемётно-миномётный огонь, что давало возможность пехоте броском покрыть без потерь до ста метров: За первые три дня наступления авиация Волховского фронта выполнила более 1500 самолёто-вылетов:

16 января ударили очень сильные морозы. Столбик термометра опустился на отметку -40 градусов. Дивизии Книза, Лаукса и Яшке в общей сложности потеряли в этот день около 10 процентов личного состава, ведущего бои, из-за обморожений в связи с неподготовленностью к войне в части обмундирования, то есть потеряли около 1700 человек. Но 5 строевых бригад, лыжбаты и 'антюфеевцы' продолжали наступление и в такой трескучий мороз. Продвигались за счёт штурмовых групп, которые через густые, занесённые снегом леса проходили в промежутки между опорными пунктами, узлами обороны и отдельными ДЗОТами, одну за другой окружали и уничтожали огневые точки с гарнизонами, расстреливали подносчиков боеприпасов и еды, рвали связь, уничтожали связистов, обозников, сменные расчёты, патрульных. Число убитых и раненых в этот день оккупантов примерно равнялось числу обмороженных.

840-й стрелковый полк 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии генерал-лейтенанта Окулича разгромил подлецов в опорном пункте Лелявино. Захвачены трофеи: два вкопанных французских танка S35 из числа 'диких' танков Книза, два Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка. Pz.Kpfw.III быстро починили и тут же ввели в бой. Совершенно деморализованные остатки 426-го пехотного полка дивизии Лаукса отхлынули на 2-ю линию обороны, по большей части в опорный пункт Любино Поле, где заградотряды из фельджандармов и эсэсовцев привели их в чувство расстрелами.

За потерю 1-й оборонительной позиции 'Волховского вала' и порыв советских войск к Старой Руссе Гитлер впал в форменное безумие и отстранил подлеца фон Лееба от командования 'по собственному желанию и состоянию здоровья'. Споры и форменные скандалы между Гитлером и фон Леебом, происходившие и до этого, являлись следствием банкротства их фундаментального стратегического принципа 'Blitzkrieg' применительно к войне против СССР и Красной Армии. На почве долгого принятия препарата 'Pervitin', который ему прописал 'для бодрости' личный врач, у фон Лееба, кроме всего прочего, развились 'панические атаки' и галлюцинации. Гитлер, тоже принимающий 'Pervitin', при этом решил лично следить за снабжением и прорывом из окружения гарнизона опорного пункта в деревушке Взвад, находившегося у чёрта на куличиках. Тряс кулаками, изо рта неприятно летела слюна.

Найдя и убрав очередного козла отпущения, Гитлер назначил командовать группой армий 'Север' военного преступника генерал-полковника фон Кюхлера. 200-тысячную 18-ю полевую армию возглавил безжалостный убийца и палач Линдеманн. От них Гитлер потребовал любой ценой удержать шлиссельбургско-синявинский выступ, Чудово, немедленно сбросить 2-ю Ударную армию в Волхов, восстановить целостность 'Волховского вала'. Только вот руки коротки, поотбивала Красная Армия руки капиталистической вшивой орде. Хороша 'лучшая армия мира капиталистов' - даже нательное белье солдатам не меняла, а операции на голове делали солдатам коновалы без образования: В случае успеха в деле восстановления 'Волховского вала' фюрер обещал фон Кюхлеру звание фельдмаршала, которое давали обычно либо за взятие крепости, либо за выигранную компанию. Выпучив глаза, Гитлер топал лакированными штиблетами и кричал: 'Ни шагу назад! Даю вам право расстреливать на месте любого! И не говорите мне больше о потерях! Фрау ещё нарожают!'

Получивший должность и оклад командующего группой армий с окладом в 4800 рейхсмарок, при том, что немецкий рабочий получал 80 марок, а работница 60, фон Кюхлер начал делать то, что и должен был делать в его ситуации любой капиталистический высокооплачиваемый живодёр. Он принялся заваливать зону советского прорыва у Волхова немецким мясом. К этому времени Гитлер направил в зону прорыва 2-й Ударной армии крупные оперативные резервы - шесть дивизий, сформированных, кроме Германии в Австрии, Франции, Дании и на базе арсеналов бывший армий этих страна. Фон Кюхлер продолжил снимать с участков фронта вокруг Ленинграда артиллерию и перебрасывать её к Волхову. Началось перемещение от Ленинграда к Волхову складов боеприпасов, ранее предназначенных для штурма города:

Состоялись перемещения и в высшем командовании Красной Армии в связи с недоработками на северном фланге советско-германского фронта. По результатам разбирательств Сталина с вопросами снабжения Волховского фронта, ГКО понизил в должности начальника Управления снабжения горючим, начальника Управления продовольственного снабжения Красной Армии и начальника тыла Волховского фронта.

К вечеру 16 января 1-я линия обороны подлецов вдоль Волхова напротив Селищ окончательно исчезла с лица русской земли. Остались лишь отдельные изолированные очаги. Ударная группа армии Клыкова вышла на шоссе Новгород - Чудово, завершив прорыв тактической зоны обороны. Важный этап Волховской битвы закончился. Чтобы понять, что совершили по пояс в снегу героические войска Волховского фронта за дни этих боёв, следует уяснить, что только 215-я пехотная дивизия Книза, предназначенная ранее для обороны 'Атлантический вала' во Франции, а ныне обороняющая 'Волховский вал', имея в 1,5-2 раза больше пулемётов и различных видов тяжёлого вооружения, чем любая другая пехотная дивизия, опираясь на железнодорожные станции Чудово, Трегубово, Спасская Полисть, частично асфальтированное, частично мощёное брусчаткой шоссе Чудово - Новгород, бесперебойно получая боеприпасы и пополнение, расстреляла по советским войскам 22 700 000 патронов для пулемётов и винтовок, 4 300 000 патронов для пистолетов-автоматов, 240 000 мин для ротных миномётов, 50 000 снарядов для противотанковых пушек, 65 000 снарядов для 75-миллиметровых орудий, 140 000 выстрелов на полевые гаубицы, 30 000 выстрелов на стационарные чешские 240-мм гаубицы Haubitze 39. Это немногим меньше, чем потратил весь Западный фронт Красной Армии отражая ноябрьское наступление 'Taifun' немцев на Москву! Это при том, что Книз держал оборону не один, почти сразу ему начали подбрасывать резервы, и вскоре на участок южнее Спасская Полисть собралось 20 батальонов из разных дивизий группы армий 'Север'. Но 2-я Ударная армия ударила так, что проломила этого монстра.

До утра 17 января Лаукс, смирившись с разгромом левого фланга своей 126-й пехотной дивизии, развернул линию фронта на север, а от Заполья на запад. Он спешно стоил полевые укрепления, чтобы избежать окружения и полного разгрома. Гарнизон опорного пункта в Любцах из частей его дивизии, усилили три танка 203-го танкового полка. 161-й разведбатальон с трудом отбивался от советских бойцов дороге между Спасской Полистью и Селищенским посёлком.

Между Запольем и деревней Тютицы оборону заняла наспех сколоченная 'группа Каллековски' из обозных подразделений при поддержке частей испанской 'голубой' дивизии и штурмовых орудий разного типа. Эти силы Лаукс сразу погнал в бой, пытаясь вернуть себе Теремец-Курляндский, чтобы получить исходную позицию для закрытия советского прорыва ударом с юга.

В это время для усиления другой 'сборной солянки' - 'группы Хендришке' в Мостках, Любино Поле и других опорных пунктах вдоль шоссе на юг вплоть до Мясного Бора, с фронта под Ленинградом в страшной спешке прибывали на грузовиках роты II батальона 287-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии. Из-за нехватки грузовиков, приходящих в нерабочее состояние на морозе, подлецам пришлось совершить несколько челночных рейсов. Их конный обоз плёлся по студёному ветру следом по колено в снегу, заметаемый позёмкой.

От Красного Бора из-под Ленинграда челночными рейсами на грузовиках и автобусах также перебрасывался к Мосткам I батальон 2-го полка SS Polizei-Division, усиленный различными эсэсовскими подразделениями. Их конный обоз, а также батарея 105-миллиметровых гаубиц leFH 18, которые прекратили обстреливать ленинградцев и снялись с позиций у Колпино, выдвинулся на русских санях, отобранных у местного населения. Для снабжения войск подходящим снаряжением и одеждой для боевых действий при сильном морозе, командование не проявило особой предусмотрительности. Подлецы имели только финские палатки и на каждые 15 человек походные печки. В качестве дополнительного питания на каждого человека по две плитки шоколада 'Panzerschokolade' с метамфетамином и на каждых двух эсэсовцев по бутылке шнапса.

Войска 2-й Ударной армии Клыков продолжили расширение волховских плацдармов, создавая условия для их надёжного удержания. Множество небольших плацдармов ещё не слились в единый и чересполосица - чередование участков занятых советский и гитлеровскими войсками, приводила порой к ошибкам. Над районом прорыва активно действовали Luftwaffe и ВВС Волховского фронта.

К утру 17 января 40 сапёров 23-й 'харьковской' стрелковой бригады построили у Ямно зимнюю переправу для танков. Переправились 10 лёгких танков Т-60 из 162-го отдельного танкового батальона Бачакашвили. Танки тащили за собой 76-миллиметровые ЗИС-3 'Зоси' и 'сорокопятки'. 2-местные 6-тонные танки Т-60 с 20-миллиметровой скорострельной пушкой ТНШ-1, пулемётом ДТ, 35-миллиметровой лобовой противоснарядной бронёй и негромким двигателем ГАЗ-202, в конце прошлого года пришли на смену изношенным танкам первых пятилеток с противопульной броней. Снаряды у Т-60 бронебойно-зажигательные, осколочные со взрывателем мгновенного действия, подкалиберные бронебойно-зажигательные снарядом в сердечником из карбида вольфрама. Подкалиберный снаряд ТНШ-1 по нормали пробивал на расстоянии 500 метров бронеплиту толщиной 35 миллиметров, то есть лобовую броню немецкого среднего танка Pz.Kpfw.III Ausf. D, Е,F и G. Дальность прямого выстрела 2500 метров, прицельная - 700, темп стрельбы до 750 выстрелов в минуту. Как даст очередью!

При таком же вооружении как у немецкого 3-местного лёгкого танка Pz.Kpfw.II, советский Т-60 имел вес в 1,5 раза ниже, а броню в 2 раза толще при той же удельной мощности двигателя. Рекордно малая высота: всего 1,7 метров. Прицел ТМФП, три прибора наблюдения с быстросменными триплексами. Стартёр и предпусковой подогреватель. Внутреннее переговорное устройство ТПУ-2. На командирских танках радиостанция 71-ТК-3. Мог нести 8 десантников. Совершенный современный танк. Его цели: пулемёт в ДЗОТе, миномётная батарея, пехота, бронетранспортёр. Оккупанты прозвали его за бойкость, массовость и живучесть 'неистребимой саранчой'. Свои называли ласково 'конёк-горбунок'. Конёк-горбунок - это из сказки Ершова по народным сюжетам, где этот маленький друг устраивает судьбу главного героя Ивана. Этот лёгкий танк в войсках очень ждали. На испытания приезжал Сталин. Впервые Т-60 пошли в бой под Полтавой в конце сентября 1941 года. Массово - в битве за Москву, когда Wehrmacht окончательно остановили и разгромили. Это были танки московского производства. Горьковские 'коньки-горбунки' впервые вступили в бой под Москвой 13 декабря.

20 октября 1941 года Сталин обратился телеграммой к горьковским рабочим и коммунистам: 'Немецкая армия имеет большое превосходство в танках над нами. Для успешной борьбы с немецкими фашистами и для защиты Москвы нужно давать каждый день нашей армии больше танков. Ваш завод не использует всех возможностей для значительного увеличения выпуска танков и плохо помогает делу обороны страны. Нужды обороны страны и Москвы требуют, чтобы ваш завод резко увеличил выпуск танков Т-60 и в ближайшие 2-3 дня начал выпускать по 10 танков в день, а к концу октября по 15 танков в день. Прошу выполнить это задание. Надеюсь что вы и все рабочие, и инженеры завода честно выполните свой долг перед родиной' .

Только теперь по-настоящему удалось оценить разумность и дальновидность проектировщиков сталинской индустриализации, заложивших ещё в конце 20-х годов большие, а для мирного времени даже избыточные мощности в инструментальное, станочное и штамповое производство московских, горьковского, сталинградского, свердловских заводов, в размеры сборочных корпусов с их заведомо несоразмерным крановым хозяйством, в межцеховые бетонные покрытия, способные выдержать интенсивное движение танков.

Роль 'шестидесяток' в Московской битве оказалась огромна, ведь почти все танковые заводы находились 'на колёсах', в пути, и выпуск средних и тяжёлых танков в октябре-ноябре 1941 года упал до минимального уровня. Всего в 1941 году войска получили 1366 'коньков-горбунков'. До 2 августа 1942 года ещё 4200. На базе Т-60 выпускались также реактивная установка БМ-8-24, 37-миллиметровая зенитная самоходная установка, 76,2-миллиметровая самоходно-артиллерийская установка, зенитный танк Т-60-3 с двумя спаренными 12,7-миллиметровыми пулемётами ДШК.

Началась атака 'харьковчан' и танков на Ямно. 'Антюфеевцы' в ней участия не приняли, отражая контратаку батальонов 215-й пехотной дивизии на Арефино навстречу 'группе Тофеля'. Подлец Тофель контратаковал своими измазанными белой краской танками Pz.Кpfw.III из 203-го танкового полка. Экипаж комроты лейтенанта Остапчука и механика-водителя старшины Макарова, идущие впереди заметил три Pz.Кpfw.III. Что делать? Начинать поединок с тремя Pz.Кpfw.III на 'коньке-горбунке', имеющем 20-мм пушку - бессмысленно. Расстреляют... Решение созрело мгновенно! Командир танка подал команду:

- Отходи к роще, на опушке которой наши орудия!

Маневрируя, делая неожиданные и резкие повороты, Т-60 начал ускользать от огня Pz.Кpfw.III. У подлецов башня поворачивалась вручную, не как у Т-34 электродвигателем, прицелы плохие - на морозе запотевают, и для прицеливания в маленькую 'саранчу' подлецами приходилось сильно попотеть. Лейтенант при этом поливал их из своей автоматической пушки, ослепляя и оглушая - таксистских шлемов-то у оккупантов не имелось вовсе. Дуэль продолжалась несколько минут. Когда до рощи оставалось 200 метров, 'конёк-горбунок' резко повернул налево. Головной Pz.Кpfw.III также развернулся и подставил боковую проекцию под огонь 'Зоси'. Эту уникальную пушку Грабина оккупанты называли 'ратш-бум' - снаряд летел со сверхзвуковой скоростью и звук выстрела 'ратш' сливался со звуком попадания 'бум'. Вот и сейчас после звука 'ратш-бум' танк дёрнулся и запылал. Ещё два выстрела и от второго Pz.Кpfw.III полетели куски ящиков с инструментами, награбленным барахлом, маскировочными еловыми лапами. Остановился. Подбит. Третий Pz.Кpfw.III пустил густые струи выхлопов и что было мочи бросился наутёк, только комья снега из-под гусениц.

- Теперь, Ванюша, вперёд! - скомандовал лейтенант водителю.

Догнав свою танковую роту, они увидели, что их товарищи загнали группу пехоты в огромный котлован песчаного карьера. Съехать нельзя - крутые стенки, перевернёшься или воткнёшься носом. Танковые пушки и пулемёты из-за положения цели внизу вести огонь не могли. Свои стрелки ещё далеко. Экипажи ведут бой своими ППШ. Оккупанты осмелели, яростно забрасывали Т-60 гранатами. Медлить нельзя: подлецы могут окопаться. Остапчук приказал водителю накатать колею к обрыву. Затем 'конёк-горбунок' отъехал, набрал скорость и прыгнул в котлован прямо на фашистов, пролетев в воздухе метров 10 или 15.

- Молодец! - крикнул лейтенант после жёсткого приземления на брюхо. - Теперь дави их!

Танк на большой скорости начал носиться по дну котлована, уничтожая пехоту огнём и гусеницами. Сделав несколько кругов, Т-60 сбавил ход, вышел на середину котлована и остановился. Всё кончено. Весь нос и гусеницы в чёрной крови. Около 100 изувеченных трупов завоевателей вокруг и тишина:

Контрнаступление 'группы Тофеля' провалилась. Многократными контратаками Тофель достиг только уполовинивания численности своей группы с 1200 до 600 человек. После этого части 57-й стрелковой бригады атаковали Коломно с запада.

Лаукс снова погнал в 'мясную' атаку без артподготовки приданные ему чужие части густыми цепями на пулемёты 'харьковской' стрелковой бригады у Ямно. Разведкой не озаботился. Оккупанты в чистом поле попали под ураганный огонь 44-го миномётного дивизиона и контратаку танков. За 45 минут 200 из них навсегда легли оскалом в снег, а 600 получили ранения разной степени тяжести.

Гитлеровцы своих убитых хоронили по-разному. Если имелось время и возможность, то каждому полагалась отдельная могила и гроб. Но если оккупанты отступали, то закапывали своих убитых кое-как. В обычных воронках из-под снарядов, завернув в плащ-накидки, в брезент или просто так. В одной яме за один раз хоронили столько, сколько погибло в бою и могло в неё поместиться. Иногда похоронили прямо в окопах, в которых сами сидели пригнувшись. Ну, а если подлецы бежали, то вообще просто бросали трупы.

В это время Книз потерял три ДЗОТа, лес южнее Коломно и загнул свой южный фланг. Для обороны 'крепости' Спасская Полисть создана 'группа Хендришке'. Как основу она имела I танковой батальон 203-го танкового полка, усиленный I батальон 2-го полка SS Polizei-Division, 10-й пулемётный батальон, 633-й и 809-й тяжёлые артдивизионы 24 единицы 105-миллиметровых гаубиц leFH 18 гаубицы. Штаб группы армий 'Север' снял с Ленинградского фронта и направил в 'группу Хендришке' 161-й разведбатальон 61-й пехотной дивизии Шайдиза вместе со всей имеющейся бронетехникой и транспортом. Из 96-й пехотной дивизии из-под Ленинграда в дивизию Лаухса направился усиленный II батальон 287-го пехотного полка с артбатареей на лыжах, 196-й сапёрный батальона. Пехота двинулась к Чудово на грузовиках, обозы вместе с артиллерией батареей к Любани.

Южнее Спасской Полисти советские части появились у деревни Тютицы и зацепились за окраину. 424-й пехотный полк дивизии Лаукса оказался отрезан. В 40-градусный мороз подлецам пришлось в чистом поле занимать оборону между Теремцом и Тютицами. За два часа получили обморожения более 200 паразитов. Капиталисты отправили их на войну без должного обмундирования.

После того, как лыжбаты и стрелковые части заняли и удержали несколько крупных плацдармов, увеличив их общую ширину до 6 километров, сапёрная рота 23-й 'харьковской' стрелковой бригады усилила переправу в районе Ямно - Шевелёво. Теперь Мерецков смог ввести в прорыв средние и тяжёлые танки и конницу. Наиболее приспособленными к условиям боёв в болотах оказались танки Т-34. Тяжёлый KB-1 проваливался в снег, в не до конца замёрзшие болота, а лёгкие БТ, Т-26 и Т-60 не могли преодолеть глубокий снег. Танки КВ-1 и Т-34 вне действия огня 88-миллиметровых зениток Flak 39, сосредоточенных на второй линии обороны Спасская Полисть - Мясной Бор, относительно безнаказанно утюжили позиции, расстреливали огневые точки подлецов, контратакующую пехоту и бронетехнику.

В помощь пехоте также пошёл в бой 26-й аэросанный батальон. Аэросани НКЛ-16 использовались для связи, разведки, транспортировки личного состава, раненых, подвоза боеприпасов. Учили на них в танковых училищах. Желающие на это новшество имелись - лишь бы на фронт скорее попасть! Как оружие - аэросани слабы: корпус из фанеры с авиационным мотором на четырёх лыжах, с одним пулемётом. Впереди 8-миллиметровая броня, а с боков фанера и бензобак на видном месте сзади. Но как средство разведки, связи, доставки, эвакуации в условиях снежного бездорожья - отличная идея! Гитлеровцы в условиях бездорожья оказывались абсолютно беспомощны.

Часто артиллеристы использовали аэросани как наживку, вызывая огонь вражеской батареи, чтобы засечь их позиции и уничтожить. Использовали аэросани и для введения врага в заблуждение, чтобы враг подумал, что рядом скопление танков.

В этих тяжелейших наступательных боях, на грани жизни и смерти, перед лицом озверевшей капиталистической армии фашистских убийц, советские герои ни на минуту не забывали, за что они сражаются - за дело Ленина-Сталина. В соединениях 2-й Ударной армии шла массовая подача заявлений для вступления в партию большевиков ВКП (б) и комсомол. Так с 7 по 16 января в 25-й стрелковой бригаде, которая вела тяжелейшие бои, подано 33 заявления с просьбой о принятии в члены партии, из них разобрано и утверждено парткомиссией 14. В кандидаты подано 111 заявлений, из них разобрано 44, принято парткомиссией 33. В комсомол подано 89 заявлений, принято 44. В 23-й стрелковой 'харьковской' бригаде подано заявлений в партию 104, разобрано 82, утверждено парткомиссией 43. В комсомол подано 39 заявлений. В 57-й стрелковой бригаде подано 119 заявлений, разобрано 67, принято 40. И так далее: 'Если меня убьют, прошу считать меня коммунистом!', 'Хочу идти в атаку коммунистом!' 'Я - беспартийный, но в бой иду как коммунист!' - так писали многие беспартийные советские люди перед боем.

Если Wehrmacht - армия рабов капиталистов, которых те погнали на войну как баранов, то Красная Армия состояла из хозяев своей страны, которые шли в армию для защиты завоеваний Октября 1917 года. Могли ли рабы победить свободных людей? Нет, не могли. Эта гигантская разница смыслов проявлялась во всём, в самой крошечной детали жизни тыла и в крохотном эпизоде боя. Даже неустойчивый контингент из ранее отбывавших сроки бойцов, не щадя своих жизней,, вёл истребительную войну с фашистскими захватчиками. Согласно Указа Президиума Верховного Совета с имевших в прошлом судимость, но отличившихся в бою, по ходатайству командования и политорганов судимость снималась. Так в 25-й стрелковой бригаде из 52 человек, ранее отбывших наказание, для 10 возбудили ходатайство о снятии с них судимости и поражения в правах.

Над всём районом прорыва активно действовали как Luftwaffe, так и ВВС Волховского фронта. Коломно, Спасскую Полисть и Остров неоднократно атаковали советские самолёты. Ставка ВГК подчинила командующему ВВС Волховского фронта Журавлёву свои мощные 2-ю и 3-ю ударные авиагруппы, имеющие 10 авиаполков и 180 самолётов разных типов, их них 83 истребителя, 27 штурмовиков, 22 бомбардировщика, в том числе 12 дальних Ту-4. Таким образом, для поддержки Волховского фронта возникла мощная группировка ВВС, способная решать вопросы прикрытия войск и их поддержки при проведении крупной наступательной операции.

Всего Верховное Главнокомандование Красной Армии имело на тот момент в своём резерве 8 ударных авиагрупп, каждая в составе 4-8 полков различных родов фронтовой авиации примерно по 80-100 самолётов в каждой авиагруппе. Они при необходимости могли быстро и многократно усиливать советскую авиационную группировку на любом направлении. И вот две такие группы пришли на помощь командарму Клыкову.

Оккупанты заметались по периметру между советскими плацдармами как ужи на горячей сковороде. 20-я моторизованная дивизия оказалась разрезана советским наступлением надвое и больше не имела возможности соответствующе снабжать войска, вести общую документацию, а не побираться в тех корпусах и дивизиях, к которым придали её части. Кто и где из её солдат погибал в эти дни, знал только ветер. То же касалось разрезанной надвое дивизии Лаухса.

442-й пехотный полк дивизии Лаухса отошёл на 2-ю линию обороны, имея 1069 человек из первоначальных 2400. 471-й пехотный полк имел 1023 человека из первоначальных 2300. 426-й пехотный полк имел только 414 человек из первоначальных 2250. От других частей в полосе 126-й пехотной дивизии вообще остались одни ошмётки. 20-й разведбат, 126-й разведбат, 126-й сапёрный батальон имели по 130-170 солдат и офицеров, то есть в сумме 470 человек из первоначальных 2400. 676-й сапёрный батальон, 30-й мотоциклетный батальон, штаб и 1-я рота 'батальона сопровождения рейхсфюрера SS', 126-й противотанковый дивизион насчитывали всего 513 человек из более, чем 2700 солдат и офицеров первоначального состава. Катастрофа.

Штаб группы армий 'Север' продолжал лихорадочно укреплять 2-ю линию обороны вдоль шоссе и железной дороги Чудово - Новгород. Прервано переформирование в тылу 20-го разведбатальона, 20-го противотанкового дивизиона и мотоциклетного батальона 20-й моторизованной дивизии. Они спешно двинуты к деревне Горки. Эта группа войск названа 'группа Яшке'. 'Группу Барнера', которую солдаты сразу окрестили 'группой истерики', составили другие части дивизии Яшке: штаб и II дивизион артполка, противотанковый дивизион, батальон связи, запасной батальон, нестроевые солдаты службы снабжения, ремонтники, срочно привезённые из госпиталей раненые, 'хиви'. Всего в 'группе истерики' 1600 человек. Перемычку, то есть отсечную позицию вдоль дороги с брусчаткой Селищенский посёлок - Спасская Полисть, между 2-й и 1-й линиями обороны фронтом на юг, занял со своей бронетехникой 161-й разведбат 61-й пехотной дивизии Шайдиза.

Наполовину уничтоженный 422-й пехотный полк фон дер Гольца дивизии Лаухса у деревни Горки тем временем рассыпался как гнилой пень. Оккупанты бежали из опорного пункта Теремец куда глаза глядят. Затем мотоциклетный батальон 20-й моторизованной дивизии вместе с солдатами фон дер Гольца контратаковал с юга в направлении на деревню Теремец и ценой больших потерь занял её. Далее мотоциклисты продвинуться не смогли и встали в оборону между II и III батальонами полка фон дер Гольца. Контратаку 20-го разведбатальона на деревню Горки советские подразделения отбили с большими для подлецов потерями. Деревню оккупанты не взяли несмотря на весь принятый ими наркотик 'Pervitin'.

К четвёртому дню наступления войск 2-й Ударной армии, когда в целом удалось прорвать 1-ю линию обороны по берегу Волхова, 2-я линия обороны группы армий 'Север' вдоль железной дороги и шоссе Чудово - Новгород обрела свои окончательные очертания. На северном фланге разрезанной дивизии Лаухса в насыпи железной и вдоль цепочки деревень на шоссе окопалась 'группа Хендришке', названная так по имени возглавившего её подполковника из 12-й танковой дивизии. Хендришке имел в подчинении остатки 12-й танковой дивизии и дивизии Лаукса: сводные пехотные батальоны, артбатареи, противотанкистов, 19 танков Pz.Kpfw.II, III, IV, и Char B1, бронемашины, радиостанции. 161-й разведбатальон оккупантов с трудом, но пока отбивался от советских бойцов южнее Спасской Полисти между шоссе и железной дорогой Чудово - Новгород и в опорном пункте на железнодорожном переезде у 'Лесопункта', и у будки путевого обходчика.

Основой противотанковой обороны 2-й линии обороны на позициях у 'Лесопункта', глубиной 200 метров между железной дорогой и шоссе на участке между Спасской Полностью и Мостками, являлись три 88-миллиметровые зенитки Flak 39. Здесь же сосредоточилась 'группа Беккера' - командира 215-го противотанкового дивизиона подполковник Беккера. Подполковник имел в подчинении остатки 8 разных подразделений и подчинялся 'бригаде Кёхлинга'. Эта 3000-тысячная бригада сосредоточилась позади правого загнутого фланга 215-й пехотной дивизии Книза для проведения контрудара в южном направлении. Бригада имела немецкие и французские танки, другую бронетехнику, а пехота состояла кроме боевых подразделений из тыловиков, строителей, вспомогательной полиции и даже из охраны чудовских концлагерей. Кёхлинг подчинялся Книзу. Южнее 'Лесопункта' на 2-й линии обороны в превращённой в мощный опорный пункт деревне Мостки на шоссе Чудово - Новгород, кроме сил Хендришке окопался II батальон 287-го полка 61-й пехотной дивизии и I батальон 2-го полка SS Polizei-Division. Эсэсовцы имели кроме всего 12 собственных 20-миллиметровых зениток FlaK 38, которые использовали в наземном бою.

Эсэсовцы 'великогерманской' SS Polizei-Division - это гвардия Гитлера. Они отбирались из полиции разных регионов от севера до юга, от востока до запада, из всех уголков рейха, включая Остмарк, то есть Австрию. Нацистские принципы ради боевой слаженности среди эсэсовцев делали послабления: даже если кто-то не мог разобрать интонацию или диалект своего сослуживца, никто старался не намекать, где их родина, и что они говорят не совсем на немецком языке. Партийность NSDAP делала этнические различия между немцами разных земель менее значимыми.

Центральный участок 2-й линии обороны линия обороны располагалась на высотах над долиной реки Глушица, вдоль высоких, заледеневших как бетон, насыпей железной дороги и шоссе Чудово - Новгород. Населённый пункт Мостки своими южными домами практически вплотную подходил к северным домам Спасской Полисти. Оба населённых пунктов представляли собой единую агломерацию, вытянутую в линию вдоль высот, по которым проходила железная и шоссейная дороги. На краю гравийного карьера восточнее Мостков эсэсовцы I батальон 2-го полка SS Polizei-Division, II батальон 287-го пехотного полка, стройбатовцы 'Организации Тодта' и части 12-й танковой дивизии разместили пулемётные площадки и ДЗОТы, позади них миномётные позиции. Построили снего-земляные валы и блиндажи. Вырубили древесную поросль, чтобы расчистить зону обстрела. На восточном краю Мостков заняли позиции полевые гаубицы на прямой наводке, 37 и 50-миллиметровые противотанковые пушки, 88 и 20-миллиметровые зенитки, лёгкие полковые орудия вперемешку с пулемётами MG 34. Под их защитой впереди на дистанции прямого выстрела три мощных опорных пункта. Между ними сильные дозорные группы с автоматами MP 39/40. Южнее Спасской Полисти эсэсовцы превратили мощный опорный пункт кирпичную школу между Мостками и Любином Полем.

Самый укреплённый опорный пункт 2-й линии обороны 'крепость Спасская Полисть'. Её приготовилась оборонять 'группа фон Шверина' из частей 20-й моторизованной дивизии: часть дивизионного штаба, два моторизованных полка, два дивизиона артполка, части противотанкового дивизиона, сапёрный батальона, часть батальона связи, III дивизион 20-го артполка. Здесь также заняла позиции батарея 100-миллиметровых пушек Kanone 17 времён Первой Мировой войны. После череды зимних разгромов Wehrmacht пустил в дело и такие раритеты на деревянных колёсах. Батарея обстреливала подступы к опорному пункту Мостки. Вся артиллерия среднего и крупного калибра у Спасской Полисти подчинялась командиру 215-го артполка Коске. Всего на 5 километрах 'укрепрайона Спасская Полисть' собрались части 4-х различных дивизий общим числом около 20 000 человек при 80 артиллерийских орудиях и 25 танках и большом количестве различной бронетехники. Подкрепления и колонны снабжения прибывали постоянно. Успеху обороны способствовало то, что из-за сильных морозов земля укреплений обрела прочность бетона.

После работ по строительству рубежа обороны в Спасской Полисти, солдаты Книза продержали людей, работавших на строительстве, голодными свыше 2 дней. Среди пригнанных находились старики и подростки, а также женщины с малолетними детьми. Переселенцев-латышей гитлеровцы на работы не гоняли. Когда войска Клыкова зацепились за западный берег Волхова и начали наступать дальше, подлецы погнали людей из Спасской Полисти на запад в самый мороз. Матери с плачущими и голодными детьми отказались идти и решили вернуться в свои деревни за продуктами. За это 70 женщин и детей выстроили в ряд и расстреляли. Так они и легли в свой русский снег, потомки московитов Ивана III Великого:

Войска 2-й Ударной армии Клыков продолжили расширение плацдармов, создавая условия для их надёжного удержания. Первый крупный плацдарм занимал пространство 8 x 8 километров располагался от Коломно до совхоза 'Красный ударник' перед Любцами, второй - 5 x 4 километров у Ямно перед Мясным Бором. Сражение за плацдармы по-прежнему шло упорное. Советские части атаковали деревню Копцы южнее деревни Мясной Бор. В свою очередь подлецы ещё не оставляли надежд фланговыми ударами 'скатать' плацдармы, окружить советские силы на них. С юга от Копцов вместо пехоты контратаковал 126-й сапёрный батальон дивизии Лаукса. Атака обошлась подлецам в 200 человек убитых.

Штаб группы армий 'Север' лихорадочно наращивал группировку к югу от плацдармов для контратаки с целью деблокирования Копцов. В район Копцы - Тютицы - Заполье выдвинулся состоящий из бельгийских наёмников SS 'Legion Flandern' из состава 2-й моторизованной бригады SS Клингенберга. Бельгийцы в ноябре прошлого 1941 года вняли призывам капиталистического мира и прибыли под Ленинград убивать славян, русских, советских. Вместо участия в резне ленинградцев, которая намечалась после взятия города, бельгийских расистов подняли по тревоге, после чего на грузовиках и автобусах бросили затыкать прорыв на Волхове на шоссе в 2,5 километрах южнее деревни Мясной Бор. Сюда же прибыл батальон 'сопровождения рейхсфюрера SS' и зенитный дивизион SS 'Ost' из бригады Клингенберга, который изначально находился в районе Копцы - Тютицы - Заполье, поскольку некоторые части Клингенберга ещё в декабре прошлого года покинули фронт под Ленинградом и усилили как заградотряды разгромленные под Тихвином и паникующие войска, которые в тот момент лихорадочно оборудовали рубеж обороны вдоль Волхова.

Вечером 17 января к окружённому советскими силами опорному пункту в деревне Копцы подошёл 20-й разведбатальон моторизованной дивизии. Попытки пробиться к окружённым без поддержки артиллерии и авиации стоило подлецам более 150 человек убитыми и в три раза больше ранеными и обмороженными. Разведбатальон более атаковать не мог.

На следующий день 18 января ко 2-й линии обороны у опорного пункта Люблино Поле, превращённого в крепость, вышла 22-я 'харьковская' стрелковая бригада Пугачёва и 6 лёгких танков Т-60. Начался упорный бой. На участке шоссе между деревней Спасская Полисть и деревней Мостки, где находился железнодорожный переезд дороги Ямно - Ольховка, подлецам также пришлось защищать опорный пункт у домика путевого обходчика. Примерно в 4 километрах юго-восточнее Спасской Полисти советские сапёры начали строительством дороги через лес в сторону шоссе Новгород - Чудово. Мороз. Населённых пунктов в зоне боевых действий ничтожно мало. Войскам обогреться негде. Особенно тяжело стрелкам, фактически жившим в окопах и примитивных укрытиях на переднем крае. Поэтому многие дивизионные сапёры, вспомнив Первую мировую войну, организовали в своих сапёрных батальонах мастерские для изготовления печей-'буржуек' и труб к ним. Жестянщики, кровельщики и кузнецы в батальонах нашлись. Инструмент изготовили сами, частью же собрали кто где - в железнодорожных мастерских, на стекольном заводе и так далее. Сбор материала организовали на пожарищах, которых хватало в окружавших деревнях. Дело развернулось так, что скоро от требований на продукцию, сделанную 'на коленке', из частей не стало отбоя. Это то, что Ленин называл творчество масс.

Позиции в районе Спасской Полисти для отражения советских атака заняла также полевая артиллерия 215-го артполка. 5 лапотников' Ju 87 атаковали советские танки на подходе к Спасской Полисти и повредили 5 из них. Ил-2 и Пе-2 в этот день неоднократно атаковали Коломно, Спасскую Полисть и Остров, нанеся оккупантам значительные потери.

Спасскую Полисть, Остров, Коляжку штурмовали 6 самолётов Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова. Ил-2 подошли к цели с запада, и командир группы получил по радио приказ:

- 'Мотор-3', возьмите курс 212 градусов и летите в распоряжение 'Пули-1'!

Группа пошла в распоряжение 'Пули-1'. Через несколько минут группу запросила 'Пуля-1' и стала наводить на цель:

- Идите прямо. Разворот влево на 90 градусов. Достаточно. Цель перед вами. Огневые позиции гаубиц на опушке леса. Оттуда сильно стреляют по нашей пехоте. Атакуйте!

Вошли в пикирование. Видны артиллерийские позиции, автомашины, солдаты и офицеры. Прицелились, выпустили по паре реактивных снарядов, затем дали длинные очереди из пушек и пулемётов. Вышли на 400 метров и сбросили бомбы. Наводчик подтвердил попадание. Первый Ил-2 сделал левый разворот, быстро набрал высоту и встал в хвост последнему самолёту своей группы. Через 30 секунд вся группа уже шла кругом над целью для повторных заходов с интервалом между штурмовиками 300 метров. Вставая на боевой курс, самолёты раз за разом пикировали на цель с высоты 1900 метров. Выпускали по два реактивных снаряда, стреляли из пушек и пулемётов. После восьмого захода командир группы запросил у 'Земли' разрешение идти домой. Однако радионаводчик передал просьбу пехотного командования сделать ещё несколько заходов. В ответ ему сообщили, что кончились боеприпасы.

- Всё равно. Сделайте ещё пару заходов холостых. Пехота атакует позиции врага! - последовал ответ.

Только после одиннадцатого захода с земли передали благодарность и отпустили домой. Вообще количество заходов на цель завесило от противодействия и построения. Например, всем полком несколько заходов не делали. Несколько заходов делали группой до 10 самолётов, максимум 12. Если зенитный обстрел средний или чуть-чуть стреляют, тогда делали больше заходов. Вот севернее Спасской Полисти почти не стреляли, потому и крутились Ил-2 до тех пор, пока не израсходовали все боеприпасы, а потом ещё и вхолостую заходили. Поработали, ведущий собирал группу на 'змейке' и увёл на заправку и пополнение боеприпасами.

За этот день бомбово-штурмовыми ударами ВВС Волховского фронта уничтожено 42 ДЗОТа и огневых точки, 49 машин с грузами, 2 легковые машины, 36 повозок с вооружением и боеприпасами, 1 трактор, 1 паровоз, 3 артиллерийских батареи лёгкого типа, убито более 200 оккупантов.

Несмотря на внушительные успехи по сокрушению 'Волховского вала', контроль политорганов за действиями войск и командования не ослабевал ни на минуту. 18 января начальник политуправления Волховского фронта дивизионный комиссар Горохов направил очередное донесение начальнику политуправления Красной Армии армейскому комиссару 1-го ранга Мехлису об основанных недостатках: неудовлетворительная работа связи во время боя из-за частых повреждений и очень медленного восстановления, в отдельных случаях недостаточная связь между командирами пехотных подразделений и командирами-артиллеристами, иногда неудовлетворительно работала разведка, а красноармейцы и командиры во время наступления не знали боевой задачи. Напряжённое положение со снабжением продовольствием и фуражом. В ряде подразделений нарушена подача снарядов. Скопление в медсанбате 378-й и 327-й стрелковых дивизий более 500 человек раненых из-за задержек в работе автотранспорт. Срочно требуется эвакуировать из них 300 человек. Естественно, что такой принципиальный человек как Мехлис, не дававший спуска никому, принимал самые жёсткие меры для устранения недостатков. На то и контроль партии большевиков за армейскими начальниками и начальниками НКВД:

Для нового контрнаступления с целью закрытий советского прорыва, Книз получил два батальона 162-го полка, батальон полицейской дивизии SS, одну 210-миллиметровую мортиру Mrs.18, 161-й разведбат, танковую роту средних французских танков Pz.Kpfw.35S 739(f) из резерва XXXVIII корпуса, батарею тяжёлых 88-миллиметровых зенитных орудий.

Наёмники SS Freiwilligen 'Legion Flandern' начал активно подпирать разгромленную 126-ю пехотную дивизию Лаукса на южном фасе Волховского плацдарма. 2-ю и 4-ю роты бельгийцев включили как пополнение в 424-й пехотный полк для обороны, остальные роты использовали как пополнение 422-го пехотного полка. 4-я рота бельгийцев тут же оказалась в эпицентре боёв за Заполье, 2-я рота в боях за Копцы, где проявили себя не ахти как.

Вербовка бельгийских 'добровольцев' происходила в Брюсселе. Капиталисты завербовали в армию 400 человек безработных, пьяниц, уголовников, сброд без профессии, которые искали лёгкой наживы и грабежа. Многие из них совершенно не подходили для военной службы, и после первого же врачебного осмотра 200 'отсеялось'. Тогда бельгийские фашисты начали новую кампанию по вербовке. Всеми правдами и неправдами им удалось набрать ещё 800 нищебродов. Им пообещали лёгкую военную прогулку, горы золота. Так родился SS Freiwilligen 'Legion Flandern'. Солдаты -бельгийцы. Офицерский состав - почти сплошь немцы. Во главе - эсэсовец Липперт.

Преисполненные радужных надежд на доходной сафари на большевиков, забулдыги двинулись на восток. В ноябре SS Freiwilligen 'Legion Flandern' прибыл под Ленинград. К этому времени легион имел дополнительно роту тяжёлых пехотных орудий и роту истребителей танков. Бельгийцы носили стандартную полевую форму войск SS. Вместо традиционных эсэсовских 'молний' в петлицах символ VNV в виде стилизованного 'вольфснагеля' голландских националистов. Нарукавная нашивка на левом рукаве легиона изображала чёрного на задних лапах на золотом поле. Многие носили над левым обшлагом чёрную манжетную ленту с надписью: 'Legion Flandern'. Наёмников долго держали в тылу, потом бросили на борьбу с партизанами. Почти сразу же на бельгийский продовольственный обоз напали партизаны. Пустили в ход ручные гранаты и убили шестерых сопровождающих обоз 'легионеров'. В живых остался один...

В дальнейшем наёмники штурмбанфюрера SS Липперта отличились тем, что в декабре 1941 года при морозах до 30 градусов ниже нуля, во время борьбы с партизанами в районе Погостья потерял 20 процентов состава обмороженными. Партизаны своим огнём заставляли плохо подготовленных к войне эсэсовцев ложились в снег на открытой местности, где они медленно замерзали. Водители эсэсовского легиона периодически не сливали на ночь воду из радиаторов автомобилей. Антифризом вояки не запаслись. По этой причине к середине декабря из строя у них выбыло 125 из 161 имеющихся грузовиков - рекорд умелости в войне против 'унтерменшей', которые каждую ночь воду сливали из машин и танков, а утром заливали кипяток из специального титана, у которого всю ночь находился дежурный. В результате умелости численный состав легиона в декабре сократился с 1200 до 654 человек. Это сделали мороз и ленинградские партизаны. Сейчас под Копцами никаких нашивок, лент и 'вольфснагелей' на бельгийцах не наблюдалось. Соломенные чуни, женские платки и шали, маскхалаты их кружевных скатертей, советские шапки-треухи. Чучело к чучело. Валенки, хоть рваные с заплатами на пятках с местного населения - мечта оккупанта.

В ночь на 19 февраля шесть бипланов Р-зет из состава 586-го легкобомбардировочного авиаполка совершили налёт на станцию Чудово, куда группа армий 'Север' перебрасывала резервы, боеприпасы и амуницию для борьбы с Клыковым. Советские авиаторы взорвали склад боеприпасов, уничтожили 40 железнодорожных вагонов, 18 грузовиков, 7 повозок. Зарево пожарища поднялось до неба.

Для взятия окружённого опорного пункта в Коломно у Волхова, на помощь 'воронежской' дивизии Антюфеева пришла 4000-тысячная 57-я отдельная стрелковая бригада Веденичева. Опорный пункт Коломно, как бельмо на глазу, торчал прямо посреди плацдарма. Его продолжала удерживать 'группа Лихтенфельса'. За чужую землю захватчики дрались фанатично. С такой бы энергии жизнь в Германии давно бы наладили! Запуганные пропагандой, они считали, что если сдадутся, их всех за зверства против местного населения и военнопленных убьют. Знала кошка, чьё мясо съела.

При атаке на этот сильный опорный пункт командир 1100-го стрелкового полка 'антюфеевцев' подполковник Ковшарь получил смертельную рану головы. Советской артиллерии пришлось уничтожать дом за домом, подвал за подвалом, погреб за погребом вместе с фашистами. 'Антюфеевцы' свои полковые 76 и 45-миллиметровые батареи объединили в артиллерийскую штурмовую группу капитана Белова и разбивали с её помощью всё, даже руины домов и глубокие укрытия. Здесь для подлецов не осталось ни одного дома, в котором они могли бы отогреться и подогреть пищу. Они постоянно находились под огнём. Любая еда доходила до солдат только в промёрзших до твёрдости железа блоках. Хлеб оккупанты рубили топором, квашеную капусту пилили пилой. И всё это без зимнего обмундирования по вине своих 'умных' генералов. Да... Совсем не о том мечтали оккупанты! Масло, сметена, сыр, яйца: Однако части дивизии Лаукса и эсэсовцы 2-й моторизованной бригады SS в этом опорном пункте дрались отчаянно. Они хотя и ели конину, но 'Panzerschokolade' с метамфетамином и шнапс у них ещё оставался.

Трупы всё прибывали: Тот из захватчиков, кто не падал сам в свой окоп и не умирал там, тот оставался на поле. Могилы оккупанты копали только в первые дни - появилось кладбище с деревянными крестами, надписями и высоким четырёхметровым дубовым крестом. Но это длилось лишь несколько дней. Теперь уже не хватало живых, чтобы копать могилы мёртвым и сколачивать кресты, а земля промёрзла очень глубоко:

Сотни трупов фашистов лежал рядом друг с другом или друг на друге. Среди мертвецов стоял во весь рост оледеневший труп, у которого рука и нога откинуты, как у деревянного паяца. Ветер колышет конец перевязки на бедре, которую раненый намотал в надежде на спасение. Издали казалось, что среди мёртвых стоит живой:

Эсесовских фанатиков ждала на русской земле та же судьба, что и 4-й моторизованный пехотный полк Шульдта из их эсесовской бригады. Этот полк не смог принять участия в Волховской битве по причине своего уже 3-х кратного уничтожения вдали от Волхова. Довоевался. Ещё в ноябре прошлого года после разгрома этого 3-тысячного моторизованного полка из бригады Клингенберга 150 человек из его остатков вывели в Краков на переформирование. Но как только полк Шульдта переформировался до 3-тысячного состава, его 30 декабря 1941 года перебросили на 120 транспортных самолётах Ju 52 под Калугу и Юхнов таскать Гитлеру жареные каштаны из огня. Тяжёлое вооружение и автомашины шли по земле через пень-колоду.

Аэродромы прибытия оказались заняты советскими войсками. Эсэсовцы садились под огнём и сразу шли в 'мясной' бой только с личным оружием со всеми вытекающими отсюда огромными потерями. Затем они прикрывали отступление остатков 4-й полевой армии, действуя как заградотряды и расстрельные команды. Начиная кровавую бойню в СССР вероломным нападением, гитлеровский сброд рассчитывал покончить со страной народной демократии молниеносно. Но под сокрушительными ударами Красной Армии полчища покатились обратно, сотнями бросая танки, пушки, машины, устилая пути своего бегства ковром из трупов своих солдат и офицеров:

Вновь пополненный полк Шульдта вместе с парашютно-десантными частями генералы в панике бросили 19 января 1942 года без танков и артиллерии живыми волнами в контратаки для освобождения шоссе на Юхнов. Затем генералы компенсировали эсэсовцами Шульдта 'недостатки в проведении операций' разных соединений и частей, от которых оставались к тому моменту только жалкие остатки.

30 января подлецы Шульдта не озаботились разведкой и попали под атаки Т-34. Все их противотанковые пушки и противотанковые ружья оказались раздавлены гусеницами у деревень Колодцы и Колодкино. Пробовали отбиваться от танков из гаубиц на прямой наводке, но это только асам под силу! Под воздействием наркотика 'Pervitin' и шнапса подлецы пытались бросаться на танки с гранатами, взрывчаткой, трофейными зажигательными бутылкам. Не помогло! Появилась танкобоязнь! Да ещё какая! Прибывшая танковая рота не спасла эсэсовцев от уничтожения. Это вам не в концлагере над беззащитными измываться и не над русскими стариками с детьми глумиться! Между боями эсэсовцы отводили душу, сжигая деревни, убивая пленных и русское население. Капиталистические нелюди.

Так же действовал и Wehrmacht. В октябре прошлого 1941 года при проведении операции 'Teifun' солдаты фон Бока согнали население из Наро-Фоминска и близлежащих деревень в Боровск. 1,5 тысячи женщин, детей, стариков загнали в концлагерь смерти, устроенный в помещении краеведческого музея - полы цементированные, стены кирпичные, стёкла побиты, отопления нет. 'Арийцы' отобрали для себя всю тёплую одежду, обувь, даже носки и женские чулки. Ноги людям пришлось обматывать тряпками. Еды не выдавали. Ели только то, что боровчане отрывали от своих, более чем скудных запасов и с риском передавали тайком. Антисанитария, мыться негде, отхожих мест нет, зловонный запах. Наро-фоминцы быстро пришли в измождённое, обовшивленное состояние, одежда превратилась в лохмотья. Дети, старики и женщины стали десятками умирать от голода и холода. Трупы из помещения солдаты капитализма выносить запрещали. Их складывали штабелями у стены перед ещё живыми. Нацисты, расисты уничтожили славян, русских, советских так же, как евреев - кровавый геноцид:

Солдаты группы армий 'Центр' и эсэсовцы творили свои злодеяния под рассказы своих газет, листовок и радио о 'зверствах НКВД', 'Большом терроре', 'Сталинских репрессиях' и якобы 14 миллионах убитых Советской властью. 75-летнему Ахапкину за сопротивление при снятии на улице валенок немецкие изуверы отрезали уши и заколки старика штыком. Бывшего предсельсовета Ильманова избили, на бедре вырезали полоску кожи и прострелили ноги. Председателя Настасьинского сельсовета Соловьёва несколько раз пытали, потом в бессознательном состоянии выбросили на мороз, где он умер. Колхозницу Реброву в Ерюхино солдаты избили за то, что она просила не уводить последнюю корову, так как у неё пятеро детей. Убили её пожилого отца и мужа - колхозного бригадира.

В селениях Васькино, Архангельское, Зубово, Красково, Цыплино, Дуброво убито более 150 красноармейцев, выходящих из окружения. В деревне Клин подлецы загнали в пчельню Матвеева 50 пленных и при отступлении сожгли их заживо. Когда в Боровск вошли освободители, в концлагере в стенах краеведческого музея они обнаружили 467 иссохших трупов русских женщин, детей и стариков. Совершенно ясно, что к борьбе с большевизмом это не имело ни малейшего отношения. Так же становилось ясно, что только большевики могут спасти русских от полного уничтожения или закабаления:

Начиная с этого времени, красноармейцы эсэсовцев и армейских солдат на том участке фронта уже в плен не брали. С трудом их иногда удалось уговорить Особым Отделам оставить 'языка'. Вот и после Колодкино всех сдающихся и раненых эсэсовцев 4-го моторизованного пехотного полка Шульдта из бригады Клингенберга освободители прикончили. Гитлер бросил своих кровавых псов в ад, который он устроил под руководством интернационала капиталистов и ад поглотил их! А в аду - как в аду! Тогда от полка подлецов в третий раз осталось примерно 180 человек. В битве на Волхове они уже не участвовали. Зато остались на картах в виде флажка и даже получили наименование 'Langemark'. Так у лжецов при капитализме всегда: 'Потерь нет: Потерь нет:', а потом хлоп! - полк сведён в роту!

На южном фасе Волховского плацдарма после провальных атак 20-го разведбатальона из дивизии Яшке, в 'мясную' атаку на советское кольцо окружения вокруг Копцов перешли I батальон 424-й пехотного полка дивизии Лаукса, SS 'Legion Flandern' и 'батальон сопровождения рейхсфюрера SS'. Их на оборонительных позициях заменил батальон испанской 'голубой' дивизии. После кровавых боёв, устлав дорогу от деревни Тютицы к Копцам трупами немцев, бельгийцев и испанцев, эта группировка всё-таки прорвалась к окружённым.

Тем временем в район южнее Спасской Полисти прибыла полевая и противотанковая артиллерия 61-й пехотной дивизии. С её помощью и при поддержке 'артгруппы Коске' Книз начали контратаки с целью сомкнуть свой отброшенный от Волхова центр и правый фланг с дивизией Лаукса по линии железной дороги. Тщетно. Только напрасно положил в бесплодных 'мясных' атаках более 500 солдат оскалом в снег или в небо.

Между опорным пунктом Спасская Полисть и местностью южнее Мясного Бора в обороне группы армий 'Север' возникла пустота. В этой пустоте оказались окружены три опорных пункта: Мостки, Любино Поле и Мясной Бор. К ним через леса западнее могли пройти по лесовозным просекам только набольшие группы оккупантов. Коммуникации по шоссе Новгород - Чудово между этими опорными пунктами сильно обстреливались советской артиллерией и разведывательно-диверсионными группами. Любино Поле по-прежнему защищали 'группа Хендришке' и эсэсовцы. Сюда, на 5-километровый участок фронта между Мясным Бором и Мостками постепенно перемещалась ось наступления Клыкова.

Южнее Спасской Полисти вдоль железной дороги и шоссе в это время наоборот, возникла полоса сильно укреплённой и насыщенный войсками оккупантов земли, которую подлецы назвали 'палец' или 'Волховский рукав' с центром в Спасской Полисти. Спасскую Полисть защищала 'бригада Кёхлинга' тоже при помощи эсэсовцев. Туда же вернули потерявший дисциплину строительный батальон 'Организации Тодта'. Предварительно фельджандармы расстреляли по приказу Кёхлинга несколько 50-летних немцев-стройбатовцев для укрепления боевого духа.

Оккупанты считали 'крепость Спасская Полисть' неприступной. Она могла получать подкрепления, боеприпасы, вооружение прямо по железной дороге на станцию Спасская Полисть. Имелся и аэродром, который имел важное значение для снабжения. До войны он использовался для пассажирских и почтовых самолётов. С августа на нём базировались части Luftwaffe. Командование Luftwaffe тогда с высокомерием относилось к ВВС Красной Армии и почивала на лаврах успехов первого удара при вероломном нападении, считая советские ВВС 'уничтоженными и на спящих аэродромах'. Советские авиаторы в это время самоотверженно занимались напряжённой боевой работой, и раз за разом, используя беспечность, непрофессионализм и технические недоработки ведомства Геринга, наносили удары по аэродромам Luftwaffe, уничтожая при этом и повреждая массу самолётов агрессоров. Такое стало возможным из-за тупости и жадности немцев, которую многие ошибочно воспринимают за рациональность. Немцы в своей истории много голодали, питались объедками со стола других народов, иногда вымирали наполовину, имели всего мало: земли, леса, пшеницы, что существенно отразилось на характере всего народа. Не то, что русские, у которых всего всегда было много из-за размеров террарии и её богатств. Оккупанты использовали гораздо меньшее количество аэродромов прежде всего из-за того, что шасси большинства боевых и транспортных самолётов Luftwaffe имели слабую конструкцию, пригодную в основном для взлётных полос с твёрдым покрытием.

Особо отличался слабостью шасси основной истребитель Messerschmitt Bf 109F всех модификаций. Приспособленный для нужд массового военного производства из спортивного скоростного самолёта в 1935 году, Messerschmitt Bf 109F в погоне производителей за скоростью и дешевизной имел настолько облегчённую силовую конструкцию и настолько минимальные габариты крыла и фюзеляжа, что разместить в них нормальные шасси для использования на простых полевых аэродромах не удалось. Привод шасси пришлось разместить в фюзеляже, поскольку места в узком крыле для них не нашлось, а поднимать шасси в крыло. Колея шасси получилась крайне узкая. Что-то типа кривоногой девочки с ногами в форме буквы 'X'. У всех нормальных истребителей в мире, созданных сразу как фронтовые машины, привод шасси располагался в крыльях и колея шасси имела в 1,5-2 раза большую ширину, чем у Bf 109.

В результате чудо 'сумрачного тевтонского гения' Bf 109, чуть подует боковой ветер при взлёте-посадке, чуть не идеальная поверхность взлётно-посадочной полосы, то сразу или 'козёл' или 'на брюхо'. И сделать ничего нельзя! Чтобы это исправить, нужно весь самолёт переделать! Тупик полнейший.

В результате советские авиачасти могли использовать гораздо большее количество полевых аэродромов, быстрее их готовить, размещая на них по 20-25 самолётов, в то время как Luftwaffe использовало вчетверо меньшее количество аэродромов, доводя количество самолётов на них до 100-150 и более. Как результат - советские ВВС раз за разом подвергали эти жуткие скопления самолётов Luftwaffe эффективному уничтожению прямо на земле. В структуре потерь самолётов Luftwaffe на долю их потерь на земле приходиться до 1/4 от всех уничтоженных. Для советских самолётов этот показатель вдвое ниже. Вот так 'тевтонский гений'! Что творил! И так за что ни возьмись, хоть за танки, хоть за самолёты!

В этом отношении аэродром у села Спасская Полисть яркая тому иллюстрация. Пять месяцев назад, вечером 25 августа 1941 года 15 истребителей МиГ-3, а также 5 истребителей-бипланов И-153 'Чайка' из 8-й смешанной авиадивизии Торопчина и 6 истребителей ЛаГГ из 19-го истребительного авиаполка подошли для удара к аэродрому у Спасской Полисти от своих полевых аэродромов в Манушкино и Лезье. В Спасской Полисти стояли 70 самолётов группы II.(Sch)/LG2 и II./JG 52, а также самолёты разных типов из других авиачастей. Прикрытие аэродрома осуществляли 10 истребителей Bf 109 и Bf 110.

Торопчин, сам лично храбрый и умелый лётчик-истребитель в ВВС с 1923 года. Блестящее военное образование и боевой опыт. Ленинградская военно-теоретическая школа ВВС РККА, 1-я военная школа лётчиков имени Мясникова в Каче. Высшая школа воздушного боя, стрельбы и бомбометания в Серпухове. Курсы усовершенствования начсостава ВВС при академии ВВС имени Жуковского, Высшая лётно-тактическая школа в Липецке. Участие в Освободительном походе Красной Армии в Западную Украину и Западную Белоруссию по освобождению простого народа от гнёта капиталистов. Участник 3,5-месячного Финского похода Красной Армии по установлению более северной границы около Ленинграда. Защищал Ленинград:

Идущие на Спасскую Полисть советские истребители имели на внешних бомбодержателях по 4-6 авиабомб типа АО-25. На ЛаГГ-3 11-й серии имелась возможность подвешивать бомбы массой до 50 килограммов - фугасные ФАБ-50, осколочные АО-25М и ФАБ-50М. Для уничтожения живой силы предназначались также зажигательные контейнеры. ЛаГГ-3 за свою высококачественную отделку с лакированным покрытием для улучшения обтекаемости лётчики любовно называли 'концертный рояль' или 'радиола'.

Один истребитель Bf 109F из прикрытия старший лейтенант Кузнецов 15-го истребительного авиационного полка сбил в короткой схватке. Два Bf 110F боя не приняли и ушли в облака. В собачьей свалке советские асы сбили ещё 5 истребителей прикрытия, потеряв в воздушном бою и от огня зениток 8 своих истребителей.

Сталинские соколы стремительно пошли под зенитным огнём на снижение и сразу начали сбрасывать бомбы, которые точно ложились в цель. Одна из первых бомб попала в кабину Bf 109F превратив истребитель в пылающий факел, другая поразила истребитель стоящий рядом. Вспыхнули шесть больших пожаров. На аэродроме началась паника: подлецы хаотично побежали в разные стороны.

С высоты 300 метров советские истребители принялись расстреливать стоящие самолёты и бегущих с пологого пикирования. В первую очередь советские авиаторы расстреливали самолёты, которые пытались взлететь. Всего на взлёте удалось расстрелять 14 самолётов.

В результате штурмовки 40 самолётов Luftwaffe получили различные повреждения на земле. Сильно пострадали аэродромные постройки. Огонь охватил четыре цистерны с горючим: Это вам не с отсталыми поляками воевать, и не с трусливыми французами! После разгрома аэродрома советские самолёты из-за недостатка бензина приземлились в Лезье...

Воде бы не вероломное нападение, война уже давно идёт, и вдруг такой разгром Luftwaffe! В чём дело?

На 20 января Wehrmacht запланировал контрнаступление для закрытия 'коридора' советского прорыва на стыке 126-й и 215-й пехотных дивизий. Операцией руководил командир 254-й пехотной дивизией генерал-лейтенант Бешнитт.

Свою 254-й пехотную дивизию Бешнитт ранее просто угробил. Вернее, её угробила Красная Армия, а Бешнитт помогал ей своим бездарным командованием. Дивизия имела в начале войны 18 000 человек и неоднократно пополнялась, но к концу декабря от неё осталась менее 5000. Вышли из строя командиры всех полков. Дивизию отвели в тыл в район Тигоды на переформирование. Обозлённый за разгром, Бешнитт 2 декабря приказал остаткам своей дивизии: 'Своим беспечным благодушием войсковые части потворствуют деятельности партизан и шпионов. Старики, женщины и дети всех возрастов могут без всякого труда переходить германские линии, беспрепятственно передвигаться в тылу. Этого нельзя терпеть. Приказываю: Стрелять без оклика в каждого местного жителя любого возраста и пола, который приближается к передней линии! Всякого чужака в данной местности, встреченного вне населённых пунктов, немедленно приводить к ближайшему коменданту, который, заслушав его показания, должен поступать с ним, как с партизаном! Немедленно расстреливать всякого, подозреваемого в шпионаже! Бургомистры несут ответственность за то, чтобы о чужих, в особенности о детях, немедленно сообщалось местному коменданту. Буду наказывать каждого, невзирая на чин, кто не станет во всей полноте выполнять этот приказ!'

Солдаты Бешнитта старались не на шутку, чтобы не отправится в концлагерь или штрафбат за нелояльность. Солдат за слова 'мир' или 'русские тоже люди' по доносу сразу отправлялся под суд и затем в концлагерь или в 'части испытательного срока' на всё время приговора без права на досрочное окончание отбытия наказания. Срок - не менее года.

За попытку уклонения от выполнения приказов о расстрелах, если сразу в боевой обстановке не застрелил унтер-офицер, солдат сам становился пред 'кучей с песком'. Так на фронте улавливали пули при расстреле. В результате подобных приказов командования Wehrmacht сделался из армии бандой преступников, что в капиталистическом обществе в принципе одно и то же. В совхозе 'Красный Октябрь' Ленинградской области солдаты Бешнитта забросали гранатами землянку с детьми. В числе пострадавших 6-летняя Нина Спиридонова, 5-летняя Христина Поронова, 4-летняя Паля Мельникова. В деревне Падрила подлецы Бешнитта изуродовали и сожгли колхозников Флегонтова - 50 лет. Калистратова - 62 лет, Малышева - 66 лет. Отрезали груди у 63-летней старухи Малышевой...

Пока вшивая дивизия Бешнитта приходила в чувство после разгрома и спешно пополнялась пушечным мясом, самому Бешнитту и его штабу поручили закрыть прорыв Клыкова. Однако к концу суток 'группа Тофеля' и свежий батальон оказались окончательно обескровлены, и Бешнитт убрался к себе обратно к реке Тигода.

В ночь на 20 февраля Р-зет из 586-го легкобомбардировочного авиаполка совершили налёт на станцию Спасская Полисть куда Линдеманн перебрасывал резервы, боеприпасы и амуницию. Кроме всего прочего удалось поджечь три вагона.

Ещё не рассеялся утренний морозный туман над опорными пункта Мостки и Любино Поле, как по позиции группы 'Хендришке' началась советская артподготовка. Из леса как комья снега выскочили лыжники-автоматчики в маскхалатах из 22-й стрелковой бригады Пугачёва и полетели вперёд. Взвилась красная ракета. Застрочили пулемёты 'Максим'. Им ответили огневые точки оккупантов. Советская артиллерия сразу перенесла свой огонь на них. На западной окраине Мостков опорный ДЗОТ - три пулемёта, один из них крупнокалиберный 13,2-миллиметровый французский Hotchkiss.

В атаку на линию обороны между Мостками и Спасской Полистью пошли штурмовые группы батальонов 532-го стрелкового полка 111-й стрелковой 'ленинградской' дивизии Рогинского. Батальоны 468-го стрелкового полка этой же дивизии начали штурм опорного пункта Любино Поле. Позиции подлецов у домика путевого обходчика и железнодорожного переезда в 1,5 километрах южнее Спасской Полисти удалось захватить. Оборонявшие его подразделения 161-й разведбатальона, 'группа Беккера' и 215-й противотанковый дивизион оказались разбиты. Здесь же удалось уничтожить 88-миллиметровые Flak 37 зенитного дивизиона.

Фашисты не выдержали напора и стали убегать от Мостков по шоссе в сторону Спасской Полисти и в лес. Их преследовали. Бойцы Пугачёва перешли шоссе и железную дорогу и углубились в лес западнее, зачищая лес от тыловых подразделений. 'Ленинградцы' перекрыли шоссе и пошли в атаку вдоль шоссе на Любино Поле.

Советские бойцы и командиры обрадовались, когда по трупам узнали, что дерутся с эсэсовцами из полицейской дивизии:

- Значит, и у Гитлера уже не особо густо с народом, коли полиция начала армию подменять!

На самом деле на фоне той полностью разложившейся аморальной швали, детоубийц, мародёров, алкоголиков и вшивых наркоманов, из которых состоял Wehrmacht, эсэсовцы, особенно полицейские, являли собой более дисциплинированные, а значит более боеспособные войска. Другое дело, что полувоенная и 'полуцивильная' полицейская сволочь по своему варварству нисколько не отличалась от своих пехотных коллег. Даже превосходила Wehrmacht в кровавых расправах с пленными и местными населением. При том, что эсэсовцы также убивали население, пленных, насиловали, грабили, они имели лучшее материальное содержание и идеологическую накачку, не так повально отправляли в Германию всё более менее ценные вещи, даже железные вёдра, жесть с крыш, испорченные плуги, бороны и другой железный утиль, как это делали солдаты из армии...

Ещё до начала битвы на Волхове эта дивизия из полицейских, оторванных от террора против коммунистов в Германской рейхе, евреев и простых людей, сменила свой состав почти полностью. Этому способствовало некомпетентность эсэсовского командования и упорное сопротивление Красной Армии. Так во время боев на Лужском рубеже 8 августа 1941 года пьяный командир дивизии - генерал полиции Мюльферштедт построил своих полицейских для атаки в развёрнутые колонны и решил лично вести их в 'мясную' атаку.

Наглотавшись шнапс и наркотика 'Pervitin', в полный рост, со знамёнами, под прикрытием дымовой завесы полицейские двинулись на советские позиции, перепутав Вторую Мировую войну и походы Наполеона. В этой 'психической' атаке оказалось убито и ранено около 2000 полицейских, включая самого командира дивизии. Советские пулемётчики едва не сходили с ума, расстреливая эту массу людей. Зато полицейские захватили несколько передвижных бань у советской 177-й стрелковой дивизии. За нанесение такого подтверждённого урона противнику фюрер лично наградил Мюльферштедта рыцарским железным крестом и крупной денежной премией. О трофейных русских банях писали все берлинские газеты:

Фюрер раздачами крестов и денег за отчёты о нанесении врагу ущерба, просто подталкивал своих генералов к рассказам о богатырских подвигах в духе барона фон Мюнхгаузена. Кто за пустые цифры на бумаге не захочет крест на шею и кучу денег? До конца 1941 года дивизия из полицейских постоянно находилась под Ленинградом, осаждая город. В боях участвовала редко. И вот снова-здорово!

С выходом войск Клыкова ко 2-й линии обороны 'Волховского вала' глубина Волховского плацдарма достигала 10 километров. Это позволяло начать переброску на западный берег Волхова тяжёлой артиллерии, тылов, складов для развития удара на запад. В теле плацдарма ещё сохранялись блокированные островки фашистский войск, но их время почти вышло.

После атаки 'ленинградцев' из Любино Поле по шоссе к Мосткам прибежали целые толпы отступающих военных строителей из 'Организации Тодта' с воплями ужаса: 'Русские идут!' Командир стройбата куда-то сбежал. Всё это выглядело чудовищно ещё потому, что стройбатовцев 'Организации Тодта' обмундировывали в форму цвета 'хаки' из запасов бывшей армии Чехословакии. Такой формы после того, как международные банкиры передали Чехословакию Германскому рейху, у гитлеровцев имелось более 2 000 000 комплектов. Эта форма сильно отличалась по цвету и покрою от обычной германской формы цвета 'фельдграу' из-за чего постоянно возникали сложности. Часто стройбатовцев 'Организации Тодта' принимали за советских бойцов и обстреливали или брали в плен. Верх 'германского порядка' в войсках, конечно!

Когда Wehrmacht считал стройбат Тодта своей вспомогательной службой, это ещё как-то объяснялось, но когда стройбатовцев наделили таким же статусом как и солдат, получилось, что Wehrmacht имеет примерно миллион военнослужащих одетых в чешскую военную форму. Но это ещё что! Если военно-строительные и железнодорожные части в Красной Армии засчитывались в общее её число западными военными и триколорной общественностью, то аналогичную по статусу и задачам 'Организацию Тодта' в Wehrmacht они не засчитывали! Это несмотря на то, что после вероломного нападения на СССР личный состав 'Организации Тодта' на Восточном фронте вооружили стрелковым оружием, использовали для борьбы с партизанами, окруженцами, для затыкания дыр на фронте.

То же самое касалось военно-транспортных частей Красной Армии, которые включались в численный состав Красной Армии, a аналогичные по функции части Национал-социалистического автомобильного корпуса NSKK в Wehrmacht - нет. А ведь NSKK, созданный как и SS решением Гитлера - это 6 обергрупп, состоящих из четырёх групп, каждая из которых имела 6 моторизованных полков. Эти полки состояли из трёх отрядов по пять моторизованных рот. Каждая рота - 120 человек и 80 грузовиков. То есть NSKK, обеспечивающий работу тыловых штабов групп армий, полевых армий и армейских корпусов на Восточном фронте - это минимум 170 000 грузовиков и 260 000 человек, причём добровольцев. Звания и знаки отличия NSKK походили на эсэсовские: шарфюрер, штурмфюрер, штандартенфюрер и так далее. Форма коричневая, взятая при расформировании SA, каски Stahlhelm 1918 времён Первой Мировой войны с 'рожками'. Но к вооружённым силам Германского рейха эти части западными специалистами почему-то не относились. А вот аналогичные автотранспортные советские части в численность Красной Армии засчитывались. Всё только для того, чтобы для истории максимально и любыми путями завысить численность Красной Армии, представляя её азиатскими ордами 'недочеловеков', и а Wehrmacht численно занизить, представив его венцом промышленных и организационных технологий капиталистического мира, а не тушу из европейских орд, каким он являлся на самом деле:

Вот и сейчас бегущих из Любино Поле стройбатовцев 'Организации Тодта' остановили заградотряды фельджандармов. Посреди Мостков они открыли по своим же немцам огонь из автоматов на поражение. Утихомиренных стройбатовцев фельджандармы под конвоем отправили в Кречно. 30 стройбатовцев поймали эсэсовцы. Под угрозой применения оружия они заставили их занять место в своих боевых порядках. Эсэсовцы напились препарата 'Pervitin' и решили фанатично драться до последнего человека даже без надежд на подвоз боеприпасов, продовольствия с севера или юга.

Продвинувшись на 3 километра западнее железной дороги, бойцы Рогинского уничтожили лесной лагерь и артиллерийские позиции. В это время 'группа Хендришке', отступившая к Спасской Полисти, с помощью эсэсовцев, трёх танков 12-й танковой дивизии, а также моторизованного батальона и двух батарей 2-го артполка контратаковали вдоль шоссе. Невзирая на гибель под артогнём 120 солдат, им удалось снова занять опорный пункт у дома путевого обходчика и переезда и отрезать часть 546-го полка Кухарева от тылов. Напрасно красноармейцы не взорвали ДЗОТы, пулемёты и орудия в блиндажах у переезда! Теперь там снова засели фрицы!

Тем не менее окружение боевых групп фашистов в Любином Поле и Мостках сохранялось. Жителей этих деревень подлецы давно уже выгнали из погребов на мороз и сами отсиживались там, спасаясь от артобстрелов и бомбёжек. Дома и здесь имели глубокие подвалы из кирпича, которые подлецы тоже использовали как убежища и ДОТы.

Для строительства обороны гитлеровцы использовали население деревни Городок. Они вывезли его сюда перед самым приходом Красной Армии. Деревня Городок располагалась на берегу Волхова примерно там, откуда начиналось наступление 2-й Ударной армии Клыкова.

Городок на берегу реки Городёнка, притоке Волхова, деревня старинная, известная с XVI века. В эти места заселял московитов Великий князь Московский Иван III Великий, который присоединил к Москве Рязанское, Ярославское, Дмитровское, Ростовское княжества, Новгородскую республику, сверг главенство Золотой Орды над Русью. Колонизации через поселения - известное дело. Село это помнило разгром Новгорода первым русским царём Иваном IV Грозным. Относилась оно тогда к Успенскому Коломенскому погосту Обонежской пятины, и раньше называлось Черемно. Ладога - древнее название речки Городёны - правого притока Волхова:

В день, когда рухнула часть 2-й линии обороны 'Волховского вала', после истерики Гитлера и перестановок в командовании группы армий 'Север', как ошпаренные активизировались Luftwaffe. В течение дня последовали сразу несколько крупных налётов. Основную тяжесть боевой работы по прикрытию Волховского плацдарма вынесли в эти дни батареи 461-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона Резерва Главнокомандования, имеющие на вооружении 37-миллиметровые зенитные автоматические пушки 61-К образца 1939 года со скорострельностью 180 выстрелов в минуту, а также счетверённые пулемётные установки М4 образца 1931 года системы Токарева. М4 имела бешеный темп стрельбы - 2000 выстрелов в минуту. В зимнее время для охлаждения пулемётов 'Максим' в системе М4 использовалась жидкость состоящая из 50 процентов глицерина, воды и 0,1 процента едкого натрия. Такая жидкость не замерзала даже при 50 градусах мороза.

Храбрые зенитчики дивизиона, сформированного в Сибири, сражались исключительно мужественно и умело. Многие их них комсомольцы и коммунисты. В 1-й батарее во время атак, когда Ju 87 с леденящим воем пикировали на батарею, а Bf 109F поливали её на бреющем полёте пулями, санинструктор Беляев играл на гармони частушки, 'Яблочко', 'Легко на сердце' или ещё что-то. Так проявлялась несгибаемая воля и самообладание сибиряков...

ВВС Волховского фронта тоже не остались в долгу и силами двух штурмовых и двух бомбардировочных авиаполков под прикрытием истребителей весь световой день наносили бомбовые удары по опорным пунктам на шоссе Новгород - Чудово. В ходе налётов уничтожены 6 ДЗОТов и блиндажей, склад боеприпасов, 3 миномёта, 2 противотанковые пушки, зенитное орудие и зенитный пулемёт, 5 станковых пулемётов, 6 автомашин, 4 повозки, 120 солдат и офицеров:

Новоиспечённый командующий 18-й полевой армией Линдеманн начал планировать новое наступление своей 'сборной солянки' под командованием душегуба Бешнитта для перекрытия горловины прорыва Клыкова. Всё, что удалось наскрести, уходило в русские снега как талая вода в песок!

III батальон 423-го полка и батальон из 61-й пехотной дивизии при 6 танках, повёл было атаку от Спасской Полисти на восток для соединения с артиллерией и подразделениями у Коломно. Сибирские войска имели здесь отличное зимнее обмундирование, каски, маскхалаты и на каждого бойца по 85 патронов. Встречный бой перешёл в жестокую рукопашную схватку с применением штыков, ножей, лопаток, пистолетов и ручных гранат. Советская пехота при поддержке Т-60 отбила атаку с большими для подлецов потерями. В отступавших ротах у фашистов осталось по 10-15 человек. 'Мясной штурм' провалился.

При отводе артиллерии 215-й пехотной дивизии Книза за шоссе, расчёты подвергались атакам передовых групп советских лыжников. Одна батарея оказалась окружена и уничтожена. Другие среди метели смогли сбежать и занять позиции на шоссе Спасская Полисть - Трегубово.

Лыжный батальон преградил путь отхода артполку 61-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Хеникке, который даже не озаботился защитить свою артиллерию пехотным прикрытием. Дерзко атаковав оккупантов на марше, лыжники разогнали их и захватили 24 исправные гаубицы, автомашины, артмастерскую и другие трофеи. Вот и всё с артиллерией дивизии Хеникке. На заснеженной просёлочной дороге в беспорядке стояли 105-миллиметровые гаубицы leFH 18. Некоторые из них оказались даже заряженными, но огонь открыть они не успели. И вдруг среди этого хаоса и трупов обнаружилось живое существо: немецкий офицер в форме майора. Он стоял навытяжку и флажком показывал, что путь на запад открыт. От пережитых потрясений и наркотиков у него помутился рассудок:

1-я линия обороны 'Волховского вала' агонизировала. Части 'группы Хендришке' полуокружённые в Ямно, бросив тяжёлое вооружение, танки, артиллерийские орудий и миномёты бежали из Ямно к Плотишино и Борисово. Десять лёгких танков Т-60 из 160-го отдельного танкового батальона и бойцы 'харьковской' бригады начали преследование. Белые поля между Ямно, Полотшино и Борисово покрылись десятками убитых и раненых оккупантов в рванине, шалях, соломенных чунях, маскхалатах их кружевных салфетках. На плечах этого 'цыганского табора' красноармейцы ворвались в деревни Плотишино и Борисово, и освободили их. Таким образом, они вышли на дорогу, соединяющую берег Волхова и Мясной Бор, и все силы подлецов у берега оказались в полуокружении. Подразделения из 'группы Хендришке' в количестве около 350 пехотинцев с пулемётами, миномётами и двумя танками оказались окружены в опорном пункте 'Красный Ударник' на берегу Волхова.

Пока генералы двигали флажки по картам вокруг опорных пунктов Мостки, Любино Поле, Мясной Бор, подлецы, отражая советские атаки, стреляли изо всех стволов, а миномёты вели заградительный огонь по рубежам, оборвалась связь с 'группой Варнера' и 'группой Хендришке', обороняющихся в районе Замошье, Теремец-Курляндский и Мясной Бор, и больше не восстановилась.

Дела со связью обстояли из рук вон плохо. Отлаженная система телефонной и радиосвязи в зоне боёв у оккупантов рухнула вообще: убиты радисты, повреждены рации, нечем зарядить батареи, непонятна ситуация. Из-за потери координации и паники гитлеровцы постоянно накрывали артогнём собственные части, бомбили и расстреливали их. Особенно часто это происходило в утренних и вечерних сумерках, в метель, поскольку в зимней маскировочной одежде все выглядели одинаково. Так попала под огонь 'группа Варнера' и оказался уничтожен взвод эсэсовских сапёров лейтенанта Бутте с приданным ему 20-миллиметровым зенитным орудием, который начал атаку в направлении Любина Поля.

Подчинённые Линдеманна и Буша на всех уровнях вели лихорадочную работу, изыскивая кучки солдат где только можно: водители, ремонтники, конюхи, ветеринары, медики, повара и мясники, связисты, писари. Из них формировали всё новые и новые 'сборные солянки' - 'группы' и 'бригады', которые бросали в самые опасные места. Высокооплачиваемые профессиональные военные вдруг утратили весь свой лоск и всю надменность к 'недочеловекам'. Они позабыли, что 100 пусть даже самых храбрых солдат, взятых из разных частей, обозов и мест, ещё не являются 'ротой', даже если у них есть толковый офицер. А если командует бестолковый ветеринар? Они ведь должны знать пехотные специальности, понимать и доверять друг другу! Куда же подевался 'Blitzkrieg' через полгода после вероломного нападения? Это всё ещё Wehrmacht или уже албанские партизаны? С оккупантов слетела вся спесь и они вдруг позабыли, что вести в бой необученных солдат - значит выбросить их. Отсюда подлецы каждый раз несли огромные потери в подобных формированиях в первом же бою против 2-й Ударной армии. Но и мороз, конечно! Иногда ежедневные потери от обморожений доходили до 20 процентов от общей численности!

В течение нескольких дней оказался уничтожен отряд Кёппеля из остатков частей 12-й танковой дивизии: остатки 25-го пехотного полка, остатки 2-го противотанкового дивизиона, 2-й батальон связи, 2-я дивизионная колонна снабжения - всего 500 человек, которые пошли в бой южнее Спасской Полисти. Та же участь постигла 'сводный полк Барнера' - два батальона, сформированных из обозов и канцелярии 20-й моторизованной дивизии, находящиеся в подчинении 'группы Хендришке'. От сводного батальона 12-й танковой дивизии этой группы у Мясного Бора, насчитывающего 15 января почти 900 человек, к 22 января осталось в строю всего 25 человек!

Подобным же образом сгинула и 'группа Варнера' из обозников, канцеляристов и тыловиков 20-й моторизованной дивизии, которая имела задачу оборонять Замошье, Теремец-Курляндский и Мясной Бор на 2-й линии обороны.

Понятно, что вся эта 'каша' и 'сборная солянка' из разных частей и подразделений вокруг Волховского плацдарма 2-й Ударной армии заваривалась не для того, чтобы запутать советскую разведку, которой было весьма непросто разобралась что к чему. Это не образчик высокого военного искусства, а результат того, что хвалёная разведка Abwehr, в частности Abwehrgruppe-I из 18-й полевой армии прозевали быстрое сосредоточение 2-й Ударной армии на восточном берегу Волхова. В результате в первые дни наступления 2-й Ударной армии пехотные дивизии Лаукса и Книза потеряли в общей сложности более 5000 тысяч человек из боевых подразделений, часть артиллерии полкового звена, запасы снарядила и мин, и почти утратили боеспособность. Кроме того остатки дивизии Лаукса оказались отрезаны от 16-й полевой армии Буша. Надвое оказалась разрезана 20-я моторизованная дивизия Яшке. Их остатки передали в 18-ю армию Линдеманна. От 12-й танковой дивизии тоже отрезало ряд подразделений:

2-я Ударная армия не имела специальных подразделений прослушки телефонных переговоров или радиоэфира, переводчиков для этого у связистов не имелось. Переводчики по штату имелись в соединениях, начиная со стрелковой бригады и выше. Всю информацию о гитлеровцах получали из сведений от пленных, 'языков', партизан, авиаразведки. Сведения партизан чаще всего оказывались неточными, порой даже вводящими в заблуждение. Авиаразведка в лесистой местности действовала малоэффективно. По сути Клыков воевал на ощупь:

В тот же короткий зимний день 20 января продолжились бои за расширение 'Волховского плацдарма' на север и юг. Освобождено село Ямно. После этого 10 танков T-60 и два лыжбата и группы 23-й стрелковой бригады двинулись к Бирисово и Плотишино. Опорный пункт в деревне Борисово гитлеровцы из дивизии Лаукса обороняли отчаянно. Успех штурма решили грамотные действия штурмовиков Ил-2 из 175-й штурмового авиаполка Валивахина и миномётчики.

Сержант Дудчанко произвёл разведку пяти ДЗОТов и установил 82-миллиметровый батальонный миномёт БМ на дистанции 200 метров от них. Затем он все их по очереди уничтожил вместе с гарнизонами. Наводчик миномёта Рехновец взорвал склад боеприпасов и несколькими минами разрушил пулемётное гнездо в доме, где к тому же обогревались около 50 оккупантов. Здесь, как и в других местах, советские воины с ужасом и брезгливостью находили в захваченных или взорванных ДЗОТах штрафников, прикованных к пулемётам. За своих капиталистов многие немцы воевали подневольно:

Опорный пункт в Коломно снова атаковал бойцы 57-й отдельной стрелковой бригады Веденичева. На этот раз они сначала выбили подлецов из леса перед Коломно. Эти позиции, обеспеченные от атак с фронта и флангов, оказались не приспособлены для отражения атак с тыла. Разделив бригаду на две части, Веденичев атаковал опорный пункт с юго-запада и юго-востока сразу.

Перед атакой молодой политрук Бакиновский попросил перевести его из медицинской роты в стрелковый батальон, чтобы непосредственно сражаться с врагом. В критический момент боя он как комиссар 3-го батальона поднялся с пистолетом в руке. Навстречу ударили пулемёты. Не пройдя десяти шагов комиссар упал в снег, будто споткнулся. Но кругом уже ширилось победное 'ура!' Бойцы батальона в рукопашной схватке опрокинули гитлеровцев и ворвались в опорный пункт.

В Коломно стрелки Веденичева и 'антюфеевцы' до темноты вели ожесточённейший ближний бой, переходивший в рукопашные схватки. ППШ и РГД проявили себя непревзойдёнными городскими бойцами. Также тактика штурмовых групп тоже показала себя превосходно. Гитлеровцы? Куда подевались их наглость и самодовольство! Они запаниковали. Остатки гарнизона попытались пробиться в Кузино, бросив орудия и пулемёты, но их уничтожили на открытом месте. На поле боя осталось более 350 фашистских трупов, много оружия, боеприпасов, снаряжения. Важный опорный пункт удалось наконец-то взять, а 'группы Лихтенфельса' перестала существовать.

Так же решительно вёлся бой за освобождение Плотишно. Группа храбрецов пробралась в этот опорный пункт и захватила ключевой ДЗОТ. Подлецы их отрезали. Тогда разведчик Драбин, как связной, под ураганным огнём пробрался в захваченный ДЗОТ и передал приказ командира о дальнейших действиях. На обратном пути храбреца окружили фашисты и попытались взять. Но Драбин убил троих гранатами и огнём из ППШ. Остальные трусливо бежали. Герой вернулся к своим. Не числом, а уменьем! При захвате Плотишно погиб лишь один боец, в раненых оказалось двое:

Советские части широко использовали для доставки раненых по снежной целине на батальонные медицинские пункты собачьи упряжки. Овчарок запрягали по четыре. Дворняжек, лаек - по пять-семь. Раненые, тяжелораненые целовали собак и плакали. Кинологи водили упряжки на передовую под огнём. Упряжка собак под бешенным пулеметным огнём фашистов ползком подавала раненому нарты. 100-150 метров ползком! Туда и обратно - по рытвинам, снегу, земле. Вот на батальонном медпункте тяжелораненый мужчина кричит медсестре мне:

- Стой, стой, сестра, стой!

Она думает: 'Надо перевязать!'

А он из последних сил говорит:

- Сестричка, у меня колбаска в вещмешке и сахар, отдай собачкам! Сейчас, при мне отдай!

Собаки снимали минные поля, доставляли донесения, разматывали связь. Они гибли как солдаты. Ноя или молча. Смотрели только на людей, словно говорили: 'Вот уж простите, не получилось у меня!'

После неудачных для себя боёв, 20 января гитлеровцы начали силами 204-го сапёрного батальона, 677-го строительного батальона из 'Организации Тодта' лихорадочно строить отсечную позицию от Волхова до шоссе Новгород - Чудово фронтом на юг. Остановить 2-ю Ударную армию у Волхова у них не получилось невзирая ни на какие грозные приказы, 'мясные штурмы', расстрелы отступающих, прикованных к пулемётам штрафников, пушечное мясо обозников и стройбатовцев.

Героический прорыв армии Клыков стал возможным благодаря высочайшей осознанности смысла совершаемого, внутренней наполненности духом самопожертвования ради народа и его социалистического счастья. Осознанность борьбы, настроенность на подвиг ради народа словом и делом прививали советским людям большевики, комиссары, политработники. Это создавало из простых людей чудо-богатырей. Так же как политрук Клочков сказал перед знаменитым боем 28 панфиловцам: 'Велика Россия, а отступать некуда, позади Москва!', смысл всего сказанного бойцам 2-й Ударной армии Клыкова комиссарами и политруками сводился к одному: 'Спасти Ленинград!'

Но призыв - одно, пример - другое. Не болтунов, а товарищей и героев видели красноармейцы в комиссарах и политруках - они стали совестью, эталоном отваги, принципиальности, примером беззаветного служения Отчизне. Инструктор политотдела 23-й стрелковой бригады батальонный комиссар Геращенко остановил отступающих от деревни Ямно бойцов и повёл их в повторную атаку. Бойцы ворвались в деревню, уничтожили засевших в домах и траншеях гитлеровцев, удерживали деревню сутки. Политрук Чистяков из 57-й стрелковой бригады несколько раз водил бойцов в атаку, бесстрашно увлекая их за собой. Погиб смертью героя. Политрук Бакиновский из той же бригады попросил перевести его с должности комиссара медроты в стрелковую часть, чтобы принять непосредственное участие в наступлении. Став комиссаром стрелкового батальона, в первом же бою у деревни Коломно Бакиновский всех воодушевлял личным примером. Погиб смертью героя, ведя батальон в атаку:

В ночь на 21 января эскадрилья капитана Силаева из 660-й легкобомбардировочного авиаполка, базирующегося в Горнешно, бомбила Спасскую Полисть и опорные пункты на шоссе. Сброшено более 700 килограммом бомб, разрушено 5 ДЗОТов и землянок, убито 70 оккупантов, взорван склад боеприпасов.

С утра 'харьковчане' и бойцы 58-й стрелковой бригады наконец-то прикончили гарнизоны последних участков 1-й линии обороны в совхозе 'Красный ударник'. 'Харьковчане' атаковали с запада, то есть с тыла, при поддержке 5 танков Т-60. В ходе ожесточённого боя, то и дело переходившего в рукопашную, в ДЗОТах, блиндажах, избах, сараях, на огневых позициях и при попытке удрать убито почти 250 подлецов. Уйти берегом на север удалось немногим. Захвачены трофеи, пленные, в основном раненые. В ДЗОТах обнаружены солдаты-штрафники, пристегнутые к пулемётам наручниками. То же происходило в опорном пункте в Лобково.

24-й стрелковая бригада уничтожила оккупантов в опорных пунктах в деревнях Старые Быстрицы и Новые Быстрицы. Военные преступники, которые две недели назад расправились здесь с мирным населением, перебиты. Штурмовые группы 267-й 'белгородской' стрелковой дивизии выбили оккупантов из пионерлагеря 'Онег'. После этих зачисток, в которых убито более 650 фашистов, общая ширина плацдарма составила 30 километров. Плацдарм теперь годился для глубокого прорыва в тыл группы армий 'Север'.

Книз по-прежнему не оставлял попыток контрнаступлением закрыть прорыв. Утром после длительной артподготовки III батальон 423-го пехотного полка Кёппеля и батальон из этой же 61-й пехотной дивизии с танками повели атаку вдоль дороги Спасская Полисть - Селищи, ведущей на восток к переправе через Волхов. Советские части контактировали подлецов танками Т-60 и штурмовиками Ил-2.

Недалеко от реки Полисть шестёрки собак, тащили волокуши с тяжело раненными красноармейцами. Когда снаряды рвались близко, собаки сами прижимались к земле, скулили. Падал на землю вместе с ними и санитар-собаковод. Вот волокуша поравнялась с ротной колонной, идущей на запад. Красноармейцы стали разглядывать раненых. У одного нога завёрнута в плащ-палатку, у другого голова забинтована, безвольно содрогается в такт толчкам на кочках и колдобинах. По закрытым глазам, заросшим щетиной лицам трудно определить кто они - русские, украинцы, татары? Но ясно одно - это защитники Ленинграда:

Под серым низким небом будто звучала величественная музыка Presto, tempo impetuoso d'estate из концерта No. 2 соль минор 'Лето', RV 315 цикла Вивальди 'Времена года'. В бурной музыке неистовствовали грозовые раскаты, вспышки молний, отчаянные, испуганные интонации в неистовых восходящих и нисходящих гаммах и арпеджио. На фоне кажущегося хаоса в басах обнаруживалась структурирующая роль басов. И всё это заканчивалось грозным унисоном всех инструментов:

Подлецы Кёппеля не выдержали контратаки и отошли в Спасскую Полисть, бросив подбитые танки, оружие, убитых и раненых. Советские части после этого начали продвигаться через эту дорогу на север по руслам ручьёв Большой и Малый Ёглино, а также Дыменка к отсечной позиции гитлеровцев. В район Спасской Полисти тем временем прибыла 3-я батарея 604-го зенитного батальона Luftwaffe со своими самоходками Flakpanzer I и Sd.Kfz. 10/5 с 20-миллиметровыми автоматическими пушками Flak 30 и Flak 38. Подошёл из Чудово артиллерийский бронепоезд гитлеровцев, но к атаке Кёппеля он не успел.

С момента начала прорыва 'Волховского вала' прошло более недели, но использовал этот успех рывком на запад Клыков пока не мог. Плацдарм находился под угрозой фланговых ударов от Чудово и Новгорода, а 2-я линия обороны представляла собой серьёзное препятствие. Гитлеровцы тем временем продолжало воздвигать на пути советских войск на запад одну баррикаду из мороженого немецкого мяса за другой. С потерями не считались.

Клыков начал перегруппировку. Для улучшения управляемости и снабжения он разделил части и соединения 2-й Ударной армии на временные оперативные группы. 1-я опергруппа Коровникова действовала в районе Спасской Полисти. 2-я опергруппа Гусева после прорыва 2-й линии обороны имела задачу действовать в направлении Кречно, Финёв Луг. 3-я опергруппа Привалова предназначалась для боёв в районе Теремец-Курляндский, Мясной Бор, Любцы, Мостки, Любино Поле. То есть 2/3 армии Клыкова занимались флангами.

В этот день советские части с танками атаковали Любино Поле и Мостки. Между этими опорными пунктами здание кирпичной школы с круговой обороной. Там засели эсэсовцы 'группа Барнера'. Вокруг патрули автоматчиков. Между Любино Поле и Мясным Бором тоже опорный пункт и тоже патрули автоматчиков. Здесь уже ставшие привычными ледяные валы с амбразурами вдоль протянувшихся вдоль шоссе домов, превращённых в ДЗОТы. Брёвна ДЗОТов и блиндажей оккупантов скреплены коваными скобами, чтобы покрытие не раскатывалось при взрыве на нём. Между ДЗОТами окопы, огневые позиции танков, 20-миллиметровых Flak 30 и 88-миллиметровых зениток Flak 37, 37-миллиметровых и 50-миллиметровых противотанковых пушек Pak 36 и Pak 38, крупнокалиберных французских пулемётов Hotchkiss M1929, станковых и ручных немецких MG 34. Западнее железной дороги позиции миномётов и гаубиц leFH 18.

Через неплотную линию советских подразделений в Любино Поле смогли пройти по шоссе одиночные грузовики, а также небольшими группами усиленный I батальон 2-го полка SS Polizei-Division. Подлецы смогли провести с собой батарею лёгких гаубиц leFH 18. В отличие от оборванцев, которых пригнал в Люблино Поле Wehrmacht, эсэсовцы Гиммлера кроме всего прочего снаряжения имели валенки, меховые штаны, меховые куртки, маскхалаты, окопные печки на 10 человек каждая, финские палатки, дополнительное продовольствие, много медикаментов. На каждого дополнительно по две плитки шоколады с метамфетамином, по бутылке спирта на двоих. Эсэсовцы также смогли закупиться в своих полковых лавках перед отправкой шнапсом, сигарами, сигаретами и табаком. Гиммлер обожал своих полицейских, из которых состояла эта элитная дивизия. Это не стройбатовцы в простынях!

Атаки Любино Поля и Любцов принесли новые трупы оккупантов и превращённое в хлам оружие европейских производителей, но ворваться в опорные пункты советским штурмовым группам не удавалось. Каждый раз после уничтожения огневых точек советские штурмовые группы начинали атаку и каждый раз оживали новые огневые точки. Приходилось останавливаться, расстреливать их артиллерией на прямой наводке, отходить. Гаубицы крушили не добитые огневые точки и огневые позиции. Штурмовые группы опять начинали атакующие действия и всё повторилось: новые огневые точки, остановка атаки, подавление огня обороны, отход, новая артподготовка. Как бесконечная борьба с одуванчиками в мае. В качестве пушечного мяса эсэсовцы в Любином Поле использовали военных строителей 'Организации Тодта' и обозных работников. Основа обороны - остатки разбитого 426-го пехотного полка и II батальон 287-го пехотного полка.

В ночь на 22 января эскадрилья капитана Силаева из 660-го легкобомбардировочного авиаполка снова бомбила Спасскую Полисть и опорные пункты на шоссе. 665-й легкобомбардировочный авиаполк бомбил Теремец-Курляндский и Мясной Бор. Разрушено в общей сложности 8 ДЗОТов и землянок, уничтожено 7 огневых позиций миномётов и артиллерийских орудий, убито 50 гитлеровцев, 15 лошадей.

1-й батальон 1242-го стрелкового полка майора Гордина из 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Ветошкина ранним утром провёл разведку боем у Спасской Полисти, взял контрольных пленных. Затем после артподготовки вместе со стрелками 2-го батальона 1267-го стрелкового полка 382-й стрелковой дивизии в районе Кирпичного завода Гордин атаковал уже при помощи танков Т-60 и Т-34 из 2-й группы 162-го отдельного танкового батальона Багакашвили. Красноармейцы ворвались в опорный пункт, но, не выдержав ураганного огня из пулемётов и миномётов, отошли на исходную позицию. Выбить такое количество огневых средств в ходе одной атаки не представлялось возможным.

То же самое произошло со штурмовыми группами из 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии Антюфеева, которые также при поддержке танков Багакашвили вышли на восточный окраины Спасской Полисти, но дальше продвинуться не смогли. Стало ясно, что Спасская Полисть превращена в крепость: ДЗОТы, ДОТы, блиндажи, танки, самоходки, гаубицы, зенитки разных калибров, различные миномёты и пулемёты, траншеи и бункеры. Снабжение шло по железной дороге и шоссе со стороны Чудово. По всему было видно, что сражение за Спасскую Полисть предстоит долгое и кровопролитное. Одновременно ещё 4 танка 3-й группы 162-го отдельного танкового батальона Багакашвили вместе со штурмовыми группами 59-й стрелковой бригады ворвались в Мостки, где начали истребление 'группы Фишера'. После тяжёлого боя танки начали отход для дозаправки и пополнения боезапаса, и ударному отряду тоже пришлось отступить. В воздухе постоянно появлялось Luftwaffe и бомбило исходные позиции советских войск в лесном массиве к юго-востоку от Спасской Полисти.

Как бы в ответ на эти советские атаки из Спасской Полисти на Мостки по шоссе для соединения с 'группой Фишера' двинулись танки Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка с десантом на броне, сапёры SS Polizei-Division и пехота дивизии Книза.

У железнодорожного переезда, домика путевого обходчика и 'Лесопункта', а также в старом опорном пункте оккупантов их встретили сосредоточенным огнём заслоны из 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии Сокурова и окопанные танки Багакашвили. Подлецы не подумали, что в чистом поле могут находиться значительные силы, не учли, что имеют дело с сибиряками. 'Красноярцы' обустроились в снежных ямах, закрытых плащ-палатками, где разводили небольшие костры, в очень быстро соорудили небольшие землянки в один накат и с маскировкой из снега по еловым лапкам. Двери - из плащ-платок, лежанками уступами вдоль прохода. 'По-чёрному' не топили - делали уступ для очага и дымоход-желоб напротив двери. Дымоход накрывали вёдрами для гашения искр, выдающих землянку ночью. Небольшие берёзовые дрова давали хорошую температуру. Дымно, но всё лучше, чем на снегу при 30-35 градусах ниже ноля. Большое подспорье для бойцов в дозоре - многоразовые химические грелки - гениальное изобретение советских химиков.

Надежды на то, что Фишер контролирует шоссе - испарились. Надсадно ударили 'Максимы', зазвенели ручные ДП, залаяли 20-миллиметровые пушки ТНШ танков Т-60. Десант фрицев на броне перебили за секунды, на снег упали уже мертвецы. Пехота залегла. Попытки 'напервитиненных' эсэсовцев сбить 'красноярцев' с шоссе закончилась тем, что эсэсовцев забросали 'лимонками' и РГД, а наиболее пьяных и рьяных расстреляли в упор из ППШ, перебили прокладками и штыками, раздавили гусеницами. Оставшихся в живых заставили лежать под огнём пулемётов до получения гарантированного обморожения. Только спустя час огонь стал стихать и оккупанты смогли уползти к Спасской Полисти. Этот 'мясной штурм' стоил подлецам почти 130 убитых, 210 раненых. Более 180 получили обморожения. Южнее Спасской Полисти подразделения полка Кухарева из 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии прорвались на запад через позиции 215-го противотанкового истребительного дивизиона, танков и пехотных подразделений. Поскольку Кухарев соблюдал радиомолчание в густых лесах около шоссе, подлецам приходилось высылать в сутки до 4-5 разведгрупп из 10-15 человек. Большая часть разведгрупп становилась добычей советских лыжных дозоров. Окружённым разведгруппам приходилось в лесу либо замерзать, либо сдаваться, либо идти на ближний бой, что с учётом большого количества 'маленьких пулемётов' ППШ в советских подразделениях, заканчивалось для оккупантов истреблением.

111-я 'ленинградская' стрелковая дивизия знакома с Поволховьем со второй половине сентября 1941 года, когда её части выходили здесь из окружения. Военный совет Ленинградского фронта приказал в сентябре окружённым на Лужском рубеже войскам 'Южной группы' Астанина применить тактику, проверенную уже при выходе из окружения под Минском и Киевом - ликвидация крупных соединений и образование мелких отрядов, групп до полка, которые, будучи менее заметны в условиях лесистой местности, без тяжёлого вооружения достаточно уверенно выходили из окружений. Количество сводных отрядов, образовавшихся после распада войск Астанина, вряд ли когда-нибудь станет известно. Это характерно для всех окружений 1941 года: на сколько и каких отрядов поделились окружённые соединения, как и куда вышли, в каком количестве - определить нельзя. Главное то, что среди защищавших Ленинград, Москву, Ростов-на-Дону в массовом количестве потом оказались те, кого Гитлер и его пропагандисты называли 'уничтоженными в котлах'. 111-я стрелковая дивизия как раз из таких 'фениксов', объявленных уничтоженными.

Уже 16 сентября 1941 года из окружения на станцию Сусанино вышел первый отряд дивизии. Он первоначально двигался в сторону Погостья. К 20 сентября сосредоточился в районе Радофинниково, Озерье, болото Тушинский Мох. Высланные вперёд на восток разведгруппы обнаружили на всём протяжении от Любани до болота Отхожий Лес скопления частей переброшенного сюда из группы армий 'Центр' XXXIX моторизованного корпуса. Пересечь шоссе и железнодорожную дорогу Ленинград - Чудово не получилось. Командир отряда полковник Рогинский повернул на юг. Через Сенную Кересть и болото Гажьи Сопки он 21 сентября 1941 года вывел свои части в районе Финёв Луг, река Кересть. Имелось два варианта дальнейших действий: выходить ночью из окружения небольшими группами до полуроты, либо всей группой прорвать фронт у Мясного Бора и переправиться на восточный берег Волхова вместе. Совет командиров решил прорываться. В случае неудачи договорились организовать партизанский отряд. Для переправы требовалась поддержка советских частей на том берегу. Для связи за Волхов направилась разведгруппа младшего лейтенанта Оплеснина. У Волхова разведгруппа Оплеснина наткнулась на один из гитлеровских секретов. Подлецы в темноте громко закричали 'Хальт! Хенде хох!' и открыли огонь из пулемёта. Разведчики ответили из ППШ. Младший лейтенант бросился к реке, скинул шинель, сапоги, кинулся в ледяную воду... Гитлеровцы осветили Волхов ракетой и повели огонь из пулемёта. В холодном свете ракеты виднелся спасительный восточный берег, деревья, домики. Напрягая все силы, герой плыл как актёр Бабочкин в фильме 'Чапаев' среди всплесков от пуль, сжимая зубы:

- Врёшь! Не возьмёшь!

Когда уже преодолел 350-метровый Волхов и подгребал к тёмному и тихому берегу, сил больше не осталось. Только бы не пойти ко дну! Наконец, ноги коснулись земной тверди. Прямо перед ним крутой обрыв. Взбираться по нему не стал: могли заметить, да и сил вряд ли хватило бы. Правее берег более пологий. Метрах в ста от воды одинокий домик. Постучал. Никто не отозвался. Открыл дверь. В домике пусто. Но тут скрипнула половица. Появилась пожилая испуганная женщина. Сначала подумала: 'Немцы!' Потом: 'Сын с войны вернулся!' Почудилось. Она зарыдала. Пришла в себя и объяснила, как найти красноармейцев...

267-я стрелковая дивизия Зеленкова на восточном берегу Волхова приготовилась помогать переправе огнём артиллерии и плавсредствами. Младший лейтенант снова преодолел ледяной 350-метровый Волхов вплавь и доставил окруженцам сообщение, что их ждут - настоящий герой.

Благодаря тщательной маскировке движения, подлецы, занимавшие деревни Теремец-Курляндский, Мясной Бор и другие, не заметили движения 1500 советских воинов. Несмотря на то, что по железной дороге и шоссе курсировали поезда, автомашины, бронетранспортёры и мотоциклы с автоматчиками, отряду Рогинского удалось быстро пересечь шоссе, железную дорогу и подойти к реке Волхов. Дороги миновали без единого выстрела. После этого шли три километра в густом заболоченном ольшаннике по колено в воде. Пройдя по рытвинам, оврагам и канавам прибрежные поля, передовые группы наткнулись на боевое охранение фашистов. Из-за этого на берег вышли на три километра ниже намеченного места. На 1400 человек, вышедших к берегу, оказалось всего два баркаса, которые с трудом принимали по 6-7 человек. Бойцы и командиры оставались спокойны и сосредоточены. С ними знамя дивизии. Кто чувствовал в себе силы, пускался вплавь. Стали мастерить плоты: кто связывал несколько жердей, выдернутых из изгороди, кто к оконной раме из разрушенной избы подвязывал два-три полена. Иные тащили к берегу брёвна и тут же отчаливали. Подлецы обнаружили район сосредоточения отряда и открыли огонь. В первую ночь переправилось 1/3 отряда. Командиры и бойцы, вырвавшись из окружения, чувствовали себя, что называется, на седьмом небе. Иные не могли сдержать слёз счастья. Теперь они среди своих, близких людей. Все с уважением смотрели на них, ослабевших, измученных, но не павших духом. В ночь на 1 октября 1941 года вышли остальные воины 111-й стрелковой дивизии и других частей. Одним из последних переправился Рогинский. В составе 52-й армии Клыкова оказался костяк ещё одной дивизии. Примерно так выходила к своим 'трижды уничтоженная в котлах' Красная Армия образца лета-осени 1941 года:

К концу дня морозы ослабели до минус 18 градусов по Цельсию. Пошёл густой снег. Книз продолжал усиленно строить силами 141-го строительного батальона, 254, 204, 181-го сапёрных батальонов, и некоторых пехотных подразделений отсечную позицию от Спасской Полисти фронтом на юг, заворачивая линию оборону в сторону Ленинграда.

Внешне ничего не подсказывало, что лозунг 'Спасти Ленинград!', с которым бесстрашно прошли доблестные воины 2-й Ударной армии на прорыв 'Волховского вала', уже начал реализовываться. Однако в этот день фон Кюхлер отменил операцию XXVIII корпуса 18-й полевой армии по наступлению через Ладожское озеро для уничтожения ленинградской 'Дороги жизни' - Военно-автомобильной дороги No.101. Планы душегубов группы армий 'Север' относительно убийства голодом 2,5 миллионов ленинградцев изрядно нарушил также Северо-Западный фронт генерал-лейтенанта Курочкина, совершивший глубокий прорыв к городу Холм. Туда срочно отправился спасать фронт и командовать 'сборной солянкой' войск 16-й полевой армии Буша штаб XXXIX моторизованного корпуса со своими частями усиления.

Подлецы XXXVIII армейского корпуса из частей разрезанной 20-й моторизованной дивизии сформировали 'группу Яшке': штабы дивизии и артполка, II артдивизион, части противотанкового дивизиона, батальон связи, зенитный дивизион, 20-й запасной батальон пополнения, солдаты и 'хиви' службы снабжения, реммастерские 76-го и 90-го моторизованных полков, досрочно выписанные из госпиталей солдаты, а также состоящий из различных пехотных подразделений дивизии 'ударный полк Беккера'. Главная сила - оснащённый валенками 'ударный полк майора Барнера'. Общее, что объединяло эти осколки разрезанной на части советским наступлением 20-й моторизованной дивизии - крайне низкая боеспособность и высокая завшивленность. После атаки на Теремец-Курляндский 'ударный полк Барнера' понёс большие потери убитыми, ранеными и обмороженными, и откатилась к деревням Большое и Малое Замошье. Валенки не помогли. От 181-го велосипедного эскадрона после этих потуг осталось 19 человек из 191 человека по штату.

Здесь же на южном фасе Волховского плацдарма вдоль дороги Мясной Бор - колхоз 'Ударник' контратаковала при поддержке танков и другой бронетехники 'группа Хендришке', состоящая из батальонов 126-й пехотной и 20-й моторизованной дивизии. Только сильная артподдержка позволила Хендришке избежать полного уничтожения и перейти к обороне.


## Глава 3. Так спасали Ленинград


Ранним утром 23 января 1942 года советские части атаковали опорный пункт 2-й линии обороны подлецов Мясной Бор на юге Волховского плацдарма. Мясной Бор деревня небольшая - два с половиной десятка дворов вдоль шоссе и 70 различных нежилых построек. Рядом с деревней железнодорожная станция. Ровными струнами протянулись рельсы. Возле водокачки паровоз. Не тронутый войной зелёный корпус, высокие красные колёса. Семафор на насыпи. Открыт. Кажется, сейчас машинист даст свисток, и паровоз умчится вдаль. Но этого не произойдёт. У следующего семафора - фашисты. Кирпичную водокачку они использовали как наблюдательный пункт. Школу заняли под штаб. В соляном складе боеприпасы.

Деревня Мясной Бор возникла во времена, когда Новгород существовал ещё как независимая от Москвы купеческая республика. Тогда деревня называлась просто Бор. Вокруг стояли корабельные сосны. Когда через несколько веков при Петре I через деревню начали гнать скот в Санкт-Петербург и Новгород на продажу, к названию добавилось определение 'мясной'.

Когда в Мясной Бор пришли оккупанты, они обыскивали дома, забирали всю еду. Жители затаились, притихли, перестали выходить на улицу. Ночами стали появляться партизаны. Нашлись моральные уроды, ставшие полицейскими, выдавшие немцам на смерть 'краснышей' - семьи красноармейцев. Полицейские по заданию оккупантов также сгоняли женщин и подростков со всех окрестных деревень на строительство дорог и укреплений. Подростков заставляли работать наравне со взрослыми: рыть канавы, собирать в поле камни, разбивать их в дробилках. Потом щебень утрамбовывали ручными катками. Поздней осенью подлецы выгнали жителей из домов и те ютилось в землянках: нищие, голодные, вшивые доходяги в лохмотьях. Так видели капиталисты будущее всего русского народа. Но вот только имелись у русского народа и заступники - большевики. Они создали мощную промышленность, мощную систему производства продовольствия, мощные армию, флот, военно-воздушные силы, и встретили врага во всеоружии:

В январе ночи длинные. Когда оружие молчало, над лесами вокруг Мясного Бора в морозном воздухе далеко разносились отдаваемые команды, раздавался шум танков, тягачей, машин и передвигающихся колонн войск. Вот высоко в небо взлетали осветительные ракеты, бесчисленные трассы очередей начали прочёсывать местность: Пригибаясь, перебежками, красноармейцы в белых маскхалатах заскользили словно тени: Они добрались до первых домов. Оккупанты сквозь тьму открыли шквальный огонь. Здесь засели части 'группы Барнера', 'группы Яшке', роты 126-й пехотной дивизии, сапёры и стрелки SS Polizei-Division, подразделения испанцев. Кроме всего прочего они имели мощные 88-миллиметровые зенитки Flak 37 и 20-миллиметровые автоматические зенитные пушки FlaK 30. Стоящие за деревней фашистские гаубицы принялись бить залпами на дистанцию 300-400 метров. Казалось, ничто не может уцелеть после такого. Но в ответ по вспышкам ударили советские 'полковушки', 'сорокопятки' и миномёты БМ. Вскоре в подлецов полетели ручные гранаты. Звуки боя слились в непрерывный грохот. Крайние дома, которые удалось занять советским героям, загорелись, ярко осветив поле боя. Подлецы бросились в контратаку. Пришлось отступить. Рассвело: На западном краю деревни между домами остались лежать более 110 убитых оккупантов:

Сражение продолжало набирать обороты. Не дожидаясь взятия опорных пунктов Мостки, Любино Поле и Мясной Бор, крупные советские силы в промежутки между ними прошли через шоссе и железную дорогу на запад. Неудачно расположенные опорные пункты и артиллерийские позиции 'группы Варнера' западнее деревни Любино Поле оказались атакованы и разгромлены подразделениями 376-й стрелковой дивизии Угорича. Советские сапёры приступили рядом с этим местом прямо от разбитого гитлеровского блиндажа, к прокладке лесной дороге на запад, которая, судя по всему, должна была стать главной дорогой 'коридора' снабжения армии Клыкова в тылу группы армий 'Север'. Затрещали бензопилы, застучали топоры, взревели тракторы и бульдозеры участка военно-строительного управления Волховского фронта полковника Чекалина.

Начались хорошо подготовленные артиллерией советские атаки на Мостки, Любино Поле и Мясной Бор с нескольких сторон. 20 домов деревни Мостки после артобстрелов и бомбёжек быстро превратились в развалины с похороненными в них подлецами. Но оставались подвалы, погреба, откуда фашисты выгнали всех местных жителей на мороз и оборудовали в них ДОТы. Оставались многочисленные блиндажи, ДЗОТы, траншеи, норы. Сильные морозы превратили землю в бетон, и от этого действие советской артиллерии по укреплениям к сожалению снижалось.

Связь подлецов, засевших в Мостках и Любином Поле, с войсками в Спасской Полисти прервалась. Даже обмениваться радиосообщениями теперь удавалось редко по причине невозможности нормально зарядить аккумуляторы раций. Оккупанты ели конину и заедали 'Panzerschokolade', который им сбрасывали в контейнерах с бомбардировщиков Ju 88. Многочисленные советские зенитки успешно срывали доставку продовольствия и боеприпасов. Их приходилось сбрасывать с больших высот и они падали где попало. Лишь кое-что доставалось окружённым. При этом они продолжали фанатично обороняться. Вор порой за украденную шапку дерётся сильнее, чем сам хозяин шапки. Лаукс и Книз пытались завалить наступающих немецким мясом и остановить наступление. В бой шли повара, писари, коневоды, водители, оружейники, 'хиви' и другие тыловики. Тщетно...

В полдень этого дня Линдеманн погнал Книза в очередное наступление в южном направлении с целью закрытия прорыва вдоль линии шоссе и железной дороги. Для этого Линдеманн снял с фронта на Волхове и перебросили на грузовиках по батальону 380-го и 390-го полков 215-й пехотной дивизии, I батальон 425-го пехотного полка, сапёров, артиллерию. Эти войска вошли в боевую группу 215-й пехотной дивизии Книза - 'группу Андерса' командира 484-го пехотного полка: всего четыре батальона разных полков с артиллерией и танками. Они подготовили палатки с печками для развёртывания в Мостках, если прорыв удастся, поскольку советская артиллерия сравняла в Мостках с землёй все строения, и оставшиеся в живых эсэсовцы и другие подлецы сидели там в норах. В 'группу Андерса' включили 2 танковых взвода из 12-й танковой дивизии - 19 линейных Pz.Кpfw.III и 3 командирских танка Pz.Bef.Wg. Получилась усиленная танками полковая группа в духе 'Blitzkrieg' для лобового таранного удара.

Для начала в сильный мороз полковник Андерс угрозами и посулами погнал группу из 300 гитлеровцев с тремя танками Pz.Kpfw.III занять переезд через железную дорогу между Спасской Полностью и Мостками у дома путевого обходчика и 'Лесопункта'. Началась метель. В лесу западнее железной дороги всё ещё оставались в окружении группы из 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии Сокурова. Стандартная тактика оккупантов зимы 1941-1942 годов - закрытие подвижным отрядом прохода между опорными пунктами после того, как между ними прошли советские силы. Разведка 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Ветошкина обнаружила захват переезда у 'Лесопункта' и 3-й батальон 1242-го стрелкового полка этой дивизии атаковали гитлеровцев при поддержке танков Т-34.

Пехоты у оккупантов имелось много, но это бойцов Ветошкина особенно не смущало. 'Красноярцы' стояли морально гораздо выше оккупантов, и были гораздо крепче физически. Это показали прежние бои. Завоевателей пугал лес, снега и болота. Следовало пользоваться этим и чаще внезапно нападать на фашистов с флангов. В ходе атаки и ожесточённого боя за дом путевого обходчика на переезде пулемётчики и миномётчики 'красноярцев' укладывали оскалом в снег завоевателей цепь за цепью, но те всё лезли и лезли в контратаки, взбадриваемые препаратом 'Pervitin' и пистолетами унтер-офицеров у затылка. Будка путевого обходчика сгорела. В конечном итоге фашистов разгромили. Уничтожено три Pz.Kpfw.III и 85 оккупантов. Остатки группы бежали. Потерян один свой танк.

Пока шли бои у переезда, штурмовые группы 1246-го стрелкового полка 'красноярцев' атаковали Мостки. Захвачено 3 ДЗОТа. Но из-за сильного пулемётно-миномётного огня пришлось отойти на исходную позицию. Штурмовые группы 'красноярцев' также атаковали опорный пункт Спасская Полисть. Их поддерживали танки Т-34 из 162-го отдельного танкового батальона Багакашвили и артполк РГК. До опорного пункта 700 метров открытого пространства. Западный берег реки Полисть с более высокий. ДЗОТы на берегу построены как система капониров и полукапониров для ведения косоприцельного огня в духе 'линии Зигфрида' на границе с Францией. Огневые точки, артиллерия и миномёты 'крепости' Спасская Полисть, имеющие подвоз боеприпасов по железной дороге и шоссе с булыжным покрытием, развили такой бешеный темп стрельбы, что даже отважным 'красноярцам' пришлось залечь и прекратить продвижение. Багакашвили, по-кавказски горячий, продолжил атаку без пехоты. Т-34, притягивая на себя весь огонь обороны, с близкой дистанции расстреливали ДЗОТы-капониры, утюжили окопы, пытались прорваться к миномётным позициям. Под их прикрытием 'сорокопятки' и 'полковушки' Сокурова из вырытых в снегу окопов расстреливали прямой наводкой амбразуры ДЗОТов. Из 10 снарядов в амбразуру попадали 2-3. Боевую работу сильно осложняло то, что замёрзшая земля оборонительных сооружений имела прочность, позволяющую выдерживать усилие в 120 килограмм на один квадратный сантиметр. Это прочность бетона, из которого обычно возводили малоэтажные здания, частные дома, хозпостройки. Кроме того мёрзлый грунт обладал вязкостью, что ослабляло удар. 'Емели' из полка РГК уничтожали позиции миномётных и артиллерийских батарей. Однако таких позиций насчитывалось не менее 20 и спустя некоторое время они оживали на новом месте.

Упорные попытки артиллерии и танков расчистить дорогу пехоте внутрь укрепрайона кончились тем, что один Т-34 застрял в реке Полисть, второй подорвался на мине, третьему скорострельные зенитки перебили гусеницу, четвёртому в башню попал снаряд из 88-миллиметровой зенитки. Три обездвиженных танка подлецы долго расстреливали из противотанковых орудий, пока не сожгли. Погибли три танкиста, пятеро получили ранения. Удалось уничтожить 12 ДЗОТов с гарнизонами, несколько пулемётов и зениток на открытых площадках, взорвать склад боеприпасов. Но для продвижения пехоты этого не хватило. Требовалось надёжное подавление огневых точек и прежде всего артиллерии, расставленной у станции Спасская Полисть и вдоль железной дороги за опорным пунктом Остров.

В одно время с атакой 'красноярцев' Спасскую Полисть штурмовал полк Кухарева из 'ленинградской' 191-й стрелковой дивизии Лебедева. Южнее Мостков вела атакующие действия 376-я 'кузбасская' стрелковая дивизия. Появился шанс существенно расширить горловину прорыва. 2-й батальон полка Кухарева с боем вышел севернее Спасской Полисти на шоссе от Спасской Полисти через Остров на Коляжку, отрезая гарнизон от снабжения и подкреплений из Чудово.

Расположенные в Спасской Полисти и Мостках подразделения оккупантов из-за авианалётов, артобстрелов, атак и морозов имели большие потери. 'Кувалды Сталина' - 203-миллиметровые гаубицы Б-4 Сталинградского завода били по Спасской Полисти так, что у фашистских сволочей там при ударе и взрыве 100-килограммовых снарядов зубы клацали. У тех, кто сразу не клал от взрывов зубы на полку, конечно. Вносили свой вклад 152-миллиметровые 'Емели', бьющие на дистанцию до 18 километров. Советская артиллерия царила над Волховом как настоящий бог войны. Дороги, ведущие от Спасской Полисти на Ольховку и шоссе с покрытием из брусчатки от Спасской Полисти через Остров на Коляжку очень быстро оказались завалены искорёженной европейской техникой. Гитлеровцы окрестили шоссе 'дорогой смерти'. На обочине на боку несколько десятков разбитых машины с прожекторами, зенитными и миномётными установками, средние танки, окрашенные в пёстро-белый цвет. Один с разорванной гусеницей, другой сложился как картонный ящик от попадания крупнокалиберного снаряда. Разбитые повозки, орудийные передки, всевозможные армейские тележки, тряпки, ящики, пустые бутылки, очень много заледенелых трупов оккупантов и лошадей. Их некому и некогда убирать.

Подлецы контратаковали с северного направления вдоль 'дороги смерти' пять раз, завалив шоссе своими трупами. Туда ползком отправилось советское подкрепление. Порошил снег. Со всех сторон взрывались мины и снаряды. Разрывы срезали верхушки сосен, поднимали в воздух фонтаны земли со снегом. Бойцы ползком тянули на лыжах станковые пулемёты 'Максим', коробки с лентами, ящики гранат и зажигательных бутылок. В контратаку подлецы двинули два танка Pz.Kpfw.III. Они подошли вплотную и повели огонь из пушек и пулемётов. Пулемётчик Калмыков с двумя связками гранат РГД пополз к ближайшему танку. Одну за другой бросил гранаты. Взрыв: Второй... Танк встал. Танкисты попытались выбраться через нижний люк, и тут Калмыков прикончил их из ППШ. 'Знай наших!' На обратном пути героя ранило в руку и бедро, но он вернулся к пулемёту и стал бить по смотровым щелям водителя второго танка. Pz.Kpfw.III, сделав несколько выстрелов из пушки, развернулся и начал уходить. За ним уползли оставшиеся в живых подлецы. На 'дороге смерти' осталось лежать более 100 убитых оккупантов.

Пёстрый конгломерат войск в окружённой Спасской Полисти возглавил командир 287-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии полковник Кёхлинг, отличившийся ранее организацией расстрелов пленных, грабежами и убийствами местного населения. Крыса засела в бункере из трёх накатов брёвен со стальными скрепами, и с помощью фельджандармов и эсэсовцев завела себе личный штрафной батальон, который бросала в контратаки. Группировка стала именоваться 'бригада Кёхлинга'.

В это же время воины Угорича снова захватили переезд у 'Лесопункта', участок железной дороги и шоссе между домом путевого обходчика и Спасской Полистью. Атакующие для деблокирования Мостков фашисты сами оказались в окружении. В Мостках и Любином Поле раненые подлецы умирали ежедневно десяткам, а другие, уничтожив запасы картофеля и капусты местных жителей, налегали на конину. Обескровленную 'группу Фишера' в Любином Поле распустили. Здесь и в Мясном Боре оборонялась теперь только 'группа Вернера' и эсэсовцы.

ВВС Волховского фронта снова бомбили опорные пункты на шоссе. Советские авиаторы всемерно содействовали наземным войскам и имели преимущество над Luftwaffe. Стервятники Геринга из Luftflotte 1 в этот момент ещё не восстановились после разгрома прошлого года и потерь при налётах на Ленинград и Балтфлот. Кроме того их соединения в значительной мере вытягивали на себя успешные действия Северо-Западного фронта Курочкина. ВВС Волховского фронта с начала наступления произвели 663 самолёто-вылета на бомбардировку и штурмовку, 268 на прикрытие войск, 32 на разведку. В среднем 88 самолёто-вылетов в сутки. Уничтожено 89 ДЗОТов и блиндажей, разгромлено 115 различных огневых позиций, уничтожено 4 зенитки, 8 орудий, 95 пулемётов, 12 миномётов, 25 грузовиков и конных повозок с грузом, убито более 800 оккупантов, рассеянно несколько воинских колонн. Налёты и штурмовки привели к обморожению на открытых местах сотен оккупантов, вынужденных длительное время лежать в снегу, спасаясь от советских самолётов. На восточном берегу Волхова у Киршей напротив Чудово развёрнута радиолокационная станция типа РУС-2 Свирского бригадного района ПВО. Эта РЛС действовала в интересах ПВО и ВВС Волховского фронта, точно выводя истребителей на группы вражеских самолётов, экономя самолёто-вылеты для патрулирования и позволяя срывать авианалёты ещё на дальних подступах к важным тыловым объектам.

Одновременно с отражением контрнаступления фашистов у Мостков и боя за Спасскую Полисть, бойцы 366-й 'томской' стрелковой дивизии Буланова на южном фасе Волховского плацдарма атаковали шоссе на участке 126-й пехотной дивизии около мощного узла обороны деревни Мясной Бор. При повторной советской атаке на Мясной Бор во второй половине дня у подлецов наконец-то стали заканчиваться боеприпасы. Склад 126-й пехотной дивизии в соляном бараке опустел. Подвоза никакого. Вот у одного пулемёта MG 34 задержка, вот другой расстрелял все ленты... В снегопад 1-й батальон 61-го стрелкового полка 'томичей' после мощной артподготовки с громким 'ура!', ворвался в деревню. Их поддерживал с другой стороны 1-й батальон лейтенанта Кагарлицкого из 1222-го стрелкового полка этой же дивизии. Бой начался страшный. Накаченные шнапсом, препаратом 'Pervitin', пропагандой расовой ненависти, страхом попасть в плен, где, как утверждали офицеры, пленных истязают и убивают, фашисты дрались как бешеные. Не сразу падали даже пробитые пулями.

Поняв, что достать наступающих за сугробами 'томичей' не получается, подлецы начали вести пулемётный огонь с чердаков. Тогда комплока Клюниников выдвинул на прямую наводку 'полковушки'. Они последовательно снесли нескоро крыш вместе с подлецами. Стрелки продолжили атаку. В 50 метрах от крайних домов из Мясного Бора выскочили в контратаку два Pz.Kpfw.II. Противотанкисты стали их расстреливать из 14,5-миллиметровых противотанковых ружей Дегтярёва.

Эти ПТРД начали поступать в войска в заметных количествах с конца октября прошлого года для борьбы с массами 'железной саранчи' Гитлера - тысячами единиц различной лёгкой бронетехники, которые Wehrmacht, кроме собственной бронетехники, собрал по всей Европе для вероломного нападения. ПТРД значительно превосходили по эффективности противотанковые ружья PzB 39 калибра 7,92 миллиметров, которые использовал Wehrmacht. Стрельба из ПТР велась с минимальных дистанций, что требовало большого мужества и выдержки. В танк мало попасть крупнокалиберной бронебойной пулей и пробить броню, требовалось поразить члена экипажа, лучше водителя, или важный механизм. Зато лёгкость ружья, удобство переноски, несложное оборудование огневых позиций, возможность в качестве укрытия использовать естественные укрытия - делало расчёты противотанковых ружей менее уязвимым по сравнению с артиллеристами-противотанкистами.

Первый Pz.Kpfw.II удалось поджечь через пять минут. Второй Pz.Kpfw.II завертелся на месте - ему перебили гусеницу. Танковая контратака провалилась. 2-я рота с громким 'ура!' ворвалась на улицу опорного пункта. Здесь оказался ещё один Pz.Kpfw.II. Его гранатами подбил помначштаба полка лейтенант Кузьмин. Пулемётчик Королёв в это время из станкового 'Максима' расстреливал контратакующих подлецов, убив 37 из них. Вдруг он заметил, что к его позиции ползёт красномордый фашист с гранатой. Не имея другого оружия кроме пулемёта, красноармеец с самодельным ножом-финкой бросился врукопашную. Откормленный фриц прижал героя к земле, стал рвать пальцами губу, аж шею выворачивало и звёзды в глазах! Стерпев боль, Королёв финкой ударил бугая в ногу. Острое лезвие легко прошило одежду, попало, видимо, в крупный сосуд. Бугай обмяк, залился кровью, завалился на бок и поднял руки - сдался.

Рукопашный бой продолжался. Осколком гранаты ранило лейтенанта Ихилова. Он свой белый полушубок, ставший алым от крови, и бросился на ближайших к нему фрицев, стрелявших из ручного пулемёта. Из своего ППШ лейтенант в одно мгновение расстрелял оккупантов, повернул пулемёт в другую сторону и немедленно открыл уничтожающий огонь. Контратака подлецов захлебнулась: Шёл снег. От гимнастёрки лейтенанта валил пар. От ствола пулемёта валил пар: Бойцы Буланова заняли оборону и отбросили отряд врага, подходивший под прикрытием снегопада со стороны Новгорода. В конечном итоге 'группа Барнера', части 'группы Яшке' под огнём ППШ, бьющих в упор, от бесконечных взрывов гранат штурмовых групп и яростного 'ура!' запаниковали и побежали. Бросили оружие, тяжелораненых, награбленное и свои личные вещи. В беспорядке устремились из Мясного Бора на запад к Теремцу-Курляндскому. Вся дорога оказалась усеяна вшивыми трупами в мышиных шинелях, обмотанных женскими шалями, одеялами, занавесками, белыми маскировочными накидками из простыней, кружевных салфеток и скатертей. В опорном пункте Мясной Бор и на одноимённой железнодорожной станции 'томичи' захватили паровоз, 24 товарных вагонов, склад продовольствия и боеприпасов, исправный танк Pz.Kpfw.II, исправные пулемёты, грузовики, тонны колючей проволоки, телефонные аппараты и многое другое. Вот как воевал под Мясным Бором Wehrmacht! Пятки сверкали! Когда на разведку к Теремцу-Курляндскому через кустарник и чахлый лесок отправился адъютант Буланова - комсорг стрелкового полка и один из младших командиров, фашисты их обнаружили. После перестрелки смог вернуться назад только тяжелораненый адъютант...

Небольшую деревню Теремец-Курляндский в XIX веке основали беглецы из Латвии. Латвия вошла в Российскую империю после Северной войны и разделов Польши в XVIII столетии вместе со своими немецкими землевладельцами-баронами и закрепощённым до состояния рабов простым латвийским народом. В ужасном немецко-российском рабстве латыши деградировали экономически, нравственно, культурно, физически. Они бежали от немецких господ в русские губернии в поисках лучшей доли. Их иногда продавали и переселяли в Россию насильно.

Немецкие бароны под властью русской императрицы-немки и всех последующих российских императоров-немцев выжимали из латвийского народа все соки и всю жизнь даже в большей степени, чём английские лендлорды выжимали жизнь и соки из несчастного ирландского народа. В начале XIX века колонизаторы англичане устроили в Ирландии голод и убили голодом 1/2 ирландцев - около 4 000 000 человек. После этого численность ирландцев под властью капиталистических людоедов не восстановилась.

Так и на латышей за право иметь небольшой участок земли немецкие землевладельцы возлагали объём работ, превышающий их физические возможности - 175 дней в году. Даже жёны простых латышей не менее 50 дней в году отрабатывали в имении хозяина вне зависимости от своего состояния здоровья. Осенью латыши имели из двух суток только одну ночь свободной, а всё другое время оставались на ногах, обмолачивая хлеб в ригах баронов. Жёны их половину времени работали в поместьях задаром, а половину за 10 копеек в день на собственных харчах. Это в 10 раз меньше расценок в тогдашней России: Если же в имении хозяина не находилось работы, всех отправляли на работы в соседнее имение. Рабы не должны бездельничать. Латыши в Латвии получали самые плохие участки по 7-10 гектар для прокорма семьи, почти один песок. Так длилось 200 лет:

После отмены крепостного права за 44 года до Первой русской революции латыши стали лично свободными лишь символически. Разрешение на перемещения невольникам по-прежнему давал немецкий и латышский помещик. Землю купить крестьяне в Латвии не могли. В то время как под Новгородом гектар стоил около 12 рублей, под Ригой он стоил 960 рублей.

Латышская национальная интеллигенция, историки, педагоги, филологи Спрогис, Крауклис, Биезбардис, Кронвальд считали, что с учётом немецкой колониальной угрозы, только в единении с русским народом разовьётся светлое будущее латышей: 'Латыши разовьётся, и жизнь расцветёт под защитой России!' Именно в это время на земли близ Новгорода и Чудово, в том числе у Любани, переселилось 600 латышских семей. Одновременно приехало примерно такое же количество лютеран. Спасаясь от голодной смерти, переселенцы из Латвии собирались по 50-200 семей и на подводах, лодках пытались добраться до русских земель, часто не имея средств не только для возвращения, но и для текущего пропитания. На всех важнейших дорогах царские жандармы выставили посты и не пускали латышей в Россию.

- Лучше погибнуть от пуль солдат, чем умереть от голода! - говорили эмигранты, идя на прорыв.

До прихода на земли Поволховья славян в III-V веке, эти земли заселяли балтские племена, и по психофизическим параметрам условия жизни здесь для латышей очень даже подходили несмотря на морозы зимой. По сравнению с Латвией земля Поволховья богатая. Каждый хозяин мог иметь пашню, сенокосы, болотистый и строевой лес, дома, сараи, скотные дворы, риги. 500 гектаров девственной, но пригодной для отработки земли вокруг Любани купил латышский баптист Вальдемарс. Эту землю спекулянт перепродавал соотечественникам по 15 рублей за гектар, а затем и дороже. Купить землю по такой цене смогли только 300 семей. Остальные безденежные семьи латышских батраков подолгу жили в окрестных лесах как бродяги, пока не пошли дальше. Часть из них полиция вернула в Латвию силой. Всего в конце XIX века в Новгородскую губернию переселились более 3000 латышских крестьян. Так возникло у Любани латышское село Тигода, латышская деревня Смердынь, Древняя Грустина, а ближе к Новгороду деревня Теремец-Курляндский и многие другие. Землю близ Новгорода купил также латышский барон Пистолькорс.

Понято, почему латышские дивизии Русской армии насмерть стояли под Ригой в июне 1917 года даже тогда, когда все другие соединения и части армии Временного правительства Керенского бросили сражаться и начали разбегаться?! Именно революционизированные полки латышских стрелков Главнокомандующий Русской армии Корнилов бросил без помощи под удар немецкой гвардии, намереваясь таким образом открыть путь немцами на Петроград. Понятно, почему именно латышские стрелки стали самыми верными и мужественными защитниками идеалов Октябрьской революции и Совета Народных Комиссаров Ленина?! Латышам Ленин дал то, о чём 500 лет, со времён крестоносного завоевания Прибалтики немецкими феодалами, мечтало большинство латышского народа: 'Земля крестьянам, хлеб голодным, мир народам!':

Освобождение Мясного Бора, блокирование опорных пунктов Мостки и Любино Поле пробивало 13-километровую брешь во 2-й линии обороны 'Волховского вала'. Он рушился. Открывалась возможность прорыва в тыл группы армий 'Север' крупными силами. Эсэсовцы из Любино Поле бросили в контратаку на Мясной Бор 200 сапёров и 150 стройбатовцев при поддержке 20-миллиметровых зениток. Бегущие из Мясного Бора приняли их из-за меховых шапок, меховых курток и штанов за советских бойцов и на прогалине расстреляли почти в упор. Складно воевал Wehrmacht на Волхове...

I батальон 380-го пехотного полка дивизии Книза уже в темноте по своим трупам смог пробиться в Мостки к окружённым остаткам частей 126-й пехотной дивизии и эсэсовцам. В снежном побоище наступающие на этот раз потеряли более 400 солдат убитыми, ранеными и обмороженными. Командир батальона тоже навсегда лёг оскалом в снег. 10-я рота этого батальона даже попыталась продвинуться к Любино Поле, но их остановила контратака трёх Т-60. Убито 40 подлецов, остальные едва спаслись. Пехота 'группы Андерса' вместе с танками растянулась отдельными группами между железной дорогой и шоссе, фронтом на восток, имитируя восстановление линии обороны от Спасской Полисти до Мостков. Доставка в Мостки подкрепления в 200 солдат обошлось Андерсу в общей сложности в 850 убитых, раненых и обмороженных, не считая убитых в Спасской Полисти и Мостках. Это едва компенсировало потери в Мостках частей 426-го пехотного полка, 12-й танковой дивизии, зенитчиков, эсэсовцев, стройбатовцев и других подразделений. Трудно это назвать успехом, скорее - 'мясным штурмом'. Но и такие успехи подлецов быстро закончились. Однако в ставку Гитлера полетело обнадёживающее сообщение. Душегуб пришёл в восторг.

В ночь на 24 января советские части с востока и юга проводили разведку боем укреплений Спасской Полисти. ВВС Волховского фронта бомбили опорные пункты на шоссе. Ранним утром 1-й батальон полка Клюниникова из дивизии Буланова атаковал опорный пункт в деревне Теремец-Курляндский. Применив обходной маневр, герои Клюниникова ворвались на улицы. Гитлеровцы выскакивали из домов и бежали прочь как раз на пулемётчика Захарова, скрытно занявшего позицию на околице. Захаров из пулемёта ДП практически в упор расстрелял 40 фрицев. Остальные стали удирать в другую сторону по лесной тропе к Глухой Керести, бросив своих раненых и обоз. После боя 'булановцы' нашли своих разведчиков - комсорга и его товарища истерзанными до неузнаваемости. На митинге у могилы бойцы, командиры и политработники поклялись отомстить: 'Смерть фашистским оккупантам!' Среди множества трофеев 8 дивизионных 105-миллиметровых гаубиц leFH 18 и 2000 фугасных снарядов к ним. Вывезти их оккупанты не озаботились. Трофейные гаубицы тут же начали использоваться для уничтожения подлецов в деревне Земтицы.

ВВС Волховского фронта всемерно содействовали боям по освобождению Теремца-Курляндского и действовали активно на других участках. В тяжёлом воздушном бою в районе Шевелево - Городок младший лейтенант Карабанов на ЛаГГ-3 из 522-го истребительного авиаполка Крупенина с двумя своими товарищами сбили Bf 109F и повредили ещё один. Отличились в этот день и лётчики других истребительных авиаполков.

Отсечную позицию между Волховом и шоссе Новгород - Чудово фронтом на юг заняли батальоны 425-го пехотного полка дивизии Книза, усиленные взводом 604-го зенитного дивизиона Luftwaffe. Вечернюю советскую атаку на Кузино в направлении Чудова они отбили. Но ширина прорыва 'Волховского вала' составила от Теремца-Курляндского до Кузино 30 километров. Эта ширина позволяла развивать прорыв дальше на запад.

Западнее Мостков и Спасской Полисти за железной дорогой к вечеру всё ещё находился в окружении полк Кухарева из 'ленинградской' дивизии, прорвавшийся ранее через шоссе и железную дорогу. 'Ленинградцы' не падали духом. Внешне комполка Кухарев напоминал Чапаева из одноимённого фильма: усы в стороны, глаза с хитринкой. Он подбадривал, шутил. Герои заняли круговую оборону за стволами сосен. Стемнело. Тихо. Слышно лишь, как потрескивают на морозе ели. Вдруг голос немецкого 'русака':

- Рус, сдавайтесь! Сдавайтесь по-хорошему, будет сохранена жизнь!

Затем зазвучали мелодии: 'Яблочко', 'Страдания', 'Катюша', 'Полюшко-поле'. И снова:

- Сдавайтесь! Ваше положение безвыходно. Вокруг вас - надёжное кольцо!

В ответ командир расчёта пулемёта 'Максим' из пульроты 2-го батальона взял гармонь, нажал на клавиши, и по лесу эхом покатился задорный наигрыш 'Калинка-малинка':

Во второй половине дня I батальон 390-го полка из 'группы Кёхлинга' при поддержке 5 танков Pz.Kpfw.III пошёл в атаку по шоссе. Подлецы снова пробились в Мостки, но попытка закрепить за собой шоссе опять провалилась. Командир батальона лёг оскалом в снег и с ним 95 его солдат. Еды в Мостках всё равно не хватало. Окружённые получили снабжение по воздуху. Часть контейнеров отнесло в расположение советских войск. II батальон 287-го пехотного полка капитана Фишера начал есть трупы лошадей. Из Мостков без приказа отступили в Финёв Луг остатки тыловых служб, батарея на лыжах и сапёры. Опорный пункт Любино Поле тоже находился в оперативном окружении.

Оккупанты на позициях первой линии у советских артиллеристов и снайперов как на ладони. Чуть пошевелишься - получай в 'награду' пулемётную очередь, пулю снайпера или миномётно-артиллерийский залп. А жить подлецам хочется, и укрыться, и согреться от леденящего ветра. Что делать? Придумали. Ночами стали собирать свои трупы. Складывали сарайчиками. Укрывали сверху плащ-палатками, шинелями, и всё засыпало снегом. Так и сидели оккупанты в блиндажах из своих мертвецов. Вот у одного покойника удачно откинута рука. На неё поставили светильник. Так жили и воевали на поле боя, где мёртвые немцы спасали немцев живых:

Линдеманн, не считаясь с потерями, гнал своих солдат закрыть прорыв на шоссе Новгород - Чудово, ведь если не удастся закрыть прорыв южнее Спасской Полисти, то под угрозой окажется тыл всей 18-я полевой армии группы армий 'Север'. Три контратакующих от Спасской Полисти взвода фашистов по очереди навсегда легли оскалом в снег, но ситуации не исправили. В Спасскую Полисть для сочного восполнения потерь прибыл сводный батальон 254-й пехотной дивизии, составленный из писарей, водителей и вспомогательного персонала. На смену почти уничтоженного батальона 390-го полка привезли на грузовиках сводный батальон из тыловых подразделений 12-й танковой дивизии.

Вместо разгромленной 126-й пехотной дивизии Лаукса и всевозможных 'сборных солянок', 16-я полевая армия заткнула образовавшуюся дыру Копцы - Тютенцы 250-й 'голубой' испанской дивизией генерала Грандеса и 2-й моторизованной бригадой SS из голландских, бельгийских, прибалтийских добровольцев. Вечно всем недовольных норвежцев этой бригады из политических соображений оставили под Ленинградом. Кроме эсэсовских наёмников, здесь же оказался 'батальон охраны рейхсфюрера SS'.

С целью разгромить разбитого на Волхове врага и не допустить образования обороны на рубеже рек Кересть и Тигода за 2-й линии обороны, Клыков по правилам военной науки начал на Волховском плацдарме у Мясного Бора сосредоточивать для прорыва к Керести и Тигоде 13-й кавалерийский корпус Гусева, 366-ю стрелковую дивизию Буланова и лыжные батальоны. В полной мере подтвердилась правота создателя и организатора кавалерии Красной Армии маршала Советского Союза Будённого: 'В войне моторов кавалерия найдёт своё место и себя покажет!' Следом. устремились и лыжные батальоны.

Для введения в 6-километровый прорыв у Любино Поле прибыла на исходную позицию после изнурительного марша в 270 километров 87-я кавдивизия Трантина из корпуса Гусева - люди шли при 30-35-градусных морозах пешком. Дивизия формировалась в Барнауле из жителей Алтайского края: русских, алтайцев, казахов. 2/3 русские, в том числе 1000 человек из бывших алтайских казаков. Этот марш - что-то выходящее за рамки обыденности! Боеприпасы и фураж на вьюках-сёдлах. Абсолютное бездорожье и бомбёжки. Кони: Жили-были кони мирно. Но пришёл фашистский зверь и пошли кони на погибель. Сколько сил и времени потрачено на уход за конями в мирное время! В праздники мягкими губами брали они с ладони кусочки сахара:

Для предотвращению гибели лошадей и сохранению их боеспособности личный состав ветслужбы фронта зимой заготовлял фураж на месте, разрабатывал разные способы его подготовки к скармливанию. Придумали измельчать, запаривать грубые корма. В ветлазаретах дрожжевали и проращивали зерно: Для недопущения истощения и чесотки принимались всевозможные меры. Командиры и ветеринарный персонал провели большую работу по организации ухода за животными, лечебной работе в ветлазаретах. Проводились осмотры, повседневно контролировалось содержание и использование, ковка, подготавливались и обучались кузнецы, интенданты поставляли комплекты ковочного инструмента, подковы, ковочные гвозди.

Предметы ухода за конём систематически дезинфицировали, строили специальные бани для ликвидации кожных болезней у больных животных. Все чесоточные лошади направлялись в армейские ветлазареты. На путях движения гужевого транспорта действовали ветпосты, которые задерживали худоконных и больных лошадей, немедленно изымали их и направляли на лечение. Там ходили за ними, добрыми, бессловесными живыми существами как за малыми детьми. Иногда и плакали вместе с ними, когда уже всё - когда край:

Пора! Начался ввод в прорыв кавкорпуса Гусева и лыжников. 42-й лыжбат Талалаева, до этого сражавшийся вместе с 57-й стрелковой бригадой за освобождение Кузино, первым пересёк 2-ю линию обороны в районе Мостики - Спасская Полисть с задачей в районе Ольховки устраивать засады, рвать связь, уничтожать грузы на коммуникациях и резервы. Лыжники принялись активно перехватывать колонны и отдельные повозки, идущие от Ольховки к Спасской Полисти. Уничтожали обозы с боеприпасами.

К исходу 24 января кавалерия и лыжники совершили 25-километровый марш по оккупированной территории и достигли района Новой Керести, Кречно, выходя на тылы оккупантов. Во время этого марша передовая кавдивизия Трантина подвергалась беспрерывным авианалётам. Аэродромом у Спасской Полисти оккупанты из-за артобстрелов уже пользоваться не могли, но ближайший аэродром подскока Luftwaffe имел совсем недалеко - сразу за Любанью, в пригороде. Настоящее осиное гнездо. Стервятники в отсутствие советских истребителей снижались до 100 метров, расстреливали из пулемётов, бомбили всадников, коневодов, санные повозки. Первейшая их цель - лошади: И вот лежат боевые кони в лужах дымящейся крови и смотрят умными глазами, словно хотят сказать: 'Ничего, люди. Мы всё понимаем. Так нужно'...

Советские лётчики-истребители вели трудную, героическую борьбу с Luftwaffe над районом сражения, а также противодействовали финским ВВС, атакующим тылы фронта. В этом смысле характерна атака патрульного звена из четырёх истребителей старшего лейтенант Цебенко над Волховом в районе Киришей к северу от Волховского плацдарма. Лейтенант смело повёл своё звено на 8 бомбардировщиков Ju 88, шедших под прикрытием 5 истребителей Bf 109F. Цебенко врезался в строй бомбардировщиков и сбил один из них. Затем сбил истребитель. В результате бомбардировщики рассыпали строй, беспорядочно сбросили бомбы на пустое место и пошли назад. Налёт сорван:

Тем временем на северном фасе Волховского плацдарма советская атака на Кузино у Волхова в северном направлении опять не имела успеха. Подлецы подтянули к Кузино от Чудово артиллерийскую группу. Их сапёрные и строительные батальоны лихорадочно продолжали оборудовать линию обороны фронтом на юг.

В полдень 25 января советские части с танками после мощного артобстрела вновь атаковали окружённый опорный пункт Мостки. Почти одновременно такой же атаке подвергся соседний опорный пункт Любино Поле. Хендиршке отдал приказ держаться до последнего солдата. В небе разгорелся ожесточённый воздушный бой. Истребители Luftwaffe и ВВС Волховского фронта оспаривали для своих бомбардировщиков и штурмовиков возможность нанести прицельные удары.

На окраину Мостков прорвались 3 танка Т-34 из 160-го отдельного танкового батальона. Стрелки за ними из-за бешенного миномётного и пулемётного обстрела пройти не смогли. Танкисты устроили расстрел ДЗОТов и огневых позиций. Не давая приблизиться к себе сапёрам с огнемётами и магнитными минами PzHM, танки как на учениях давили окопы и блиндажи.

Новинку 'сумрачного тевтонского гения' PzHM - 'Hafthohlladung', 3,5-килограммовую чушку, следовало примагнитить к наклонной броне танка, которая не мокрая и не грязная, в то время, как советские танкисты и пехотинцы не горели желанием видеть подлецов рядом с собой. Бросать в танк гранаты 'колотушки' - дело чрезвычайно неблагодарное и рискованное даже из-за укрытий, а боец с магнитной миной в руках, прилепляющий её к боне, вообще превращался в настоящего смертника. В ходе уличного боя с танками нашёл свою собачью смерть командир 'группы Фишера'. После исчерпания боеприпасов Т-34 отошли без потерь.

Окружённые в Любином Поле и Мостках по-прежнему снабжались по воздуху, но через раз и с большими трудностями. Ветер сносил контейнеры со шнапсом, 'Panzerschokolade', сыром, бульонными кубиками и печеньем на советские позиции. Основной рацион оккупантов по-прежнему конина с лошадиных трупов. Для того чтобы добраться до снесённого ветром контейнера I батальон 2 полка SS Polizei-Division пошёл в самоубийственную атаку из Любина Поле на советские пулемёты. 'Посылка от фюрера' с 'Panzerschokolade' и шнапсом обошлась эсэсовцам дорого.

Зная от пленных, что у окружённых оккупантов дела не ахти и вместо вологодского масла они едят трупы лошадей, советские пропагандисты через громкоговорители вели пропаганду на немецком языке:

- Товарищи! Солдаты! Гитлер обманывает трудовой народ Германии! Переходите к нам! У нас вы получите еду и жизнь!

Каждый из агитаторов имел 10 классов образования. Многие бегло читали по-немецки. Вот к Спасской Полисти ещё задолго до восхода солнца подполз такой советский боец-агитатор, закутанный в телогрейку, тулуп, свитер, в валенках и ушанке. В запасе на крайний случай химическая грелка. Поверх одежды маскхалат. Кроме рупора у него гранаты, еда, малая лопатка, револьвер 'Наган'. В мелком кустарнике на небольшой высотке он долго окапывался, маскировался снегом, ветками. Рассвело. Как на ладони окопы и траншеи подлецов, солдатня. Да как много их! Один забрался на блиндаж, снял каску, подшлемник, красную лыжную шапочку, и стал выискивать в ней вшей.

Советский герой вынул листок с текстом, уложил в амбразуру снежного бруствера трубу, собрался с духом и срывающимся вначале от волнения голосом начал:

- Геноссе зольдатен!..

Он прокричал текст о том, что рабочие Германии не могут являться врагами советскому пролетариату, и поэтому им следует перейти на советскую сторону, где им создадут хорошие условия жизни: бесплатное образование детям, бесплатная медицина, бесплатное жильё, гарантированная работа, оплачиваемый отпуск, оплачиваемый больничный:

Всё в мире, казалось, замерло. Фашистские псы остолбенели от дерзости 'унтерменшей'. Застыли и советские бойцы. Не всё же им слышать: 'Рус, сдавайсь!' Затем произошло то, чего следовало ожидать. На кустарник, откуда шёл голос добра и смысла, эсэсовцы SS Polizei-Division обрушили шквальный огонь из всех видов оружия. Так же резко, как и начался, обстрел смолк. Настала тишина... Изредка вдали стрекотали пулемёты. В сумерках советский смельчак оставил своё убежище и уполз.

- Начало положено, - сказал ему в траншее комиссар батальона. - Теперь отдохнёшь хорошенько, а после продолжишь. Нам нужны Мостки во как! - он провёл ребром трёхпалой варежки по воротнику полушубка у своего горла.

Пропаганда через линию фронта проводилась всеми звеньями политорганов, но главным образом политотделами дивизий и армий через громкоговорители. Главное политуправление Красной Армии дивизионного комиссара Мехлиса подготовило и направило в войска 24 программы устного вещания. Для агитации применялись мощные громкоговорящие установки МГУ-39, окопные громкоговорящие установки ОГУ, простейшие средства для усиления голоса рупоры и простейшие мегафоны - конусообразные жестяную трубы.

Установки МГУ-39 мощностью 300 ватт использовались политотделами армий и фронтов и могли вести передачи на 3-4 километра через микрофон или радиоприёмник. Политотделами дивизий использовались ОГУ с мощностью 70 ватт на аккумуляторах с дальностью действия 1-2 километра. Агитаторы с рупорами - полковой уровень. Всего войска Красной Армии использовали свыше 150 МГУ и ОГУ и втрое больше рупоры и мегафонов.

В помощь политорганам фронтового, армейского и особенно дивизионного звена Главное политуправление РККА Мехлиса выпустило 372 пропагандистских патефонных пластинки разного содержания общим тиражом 70 000 экземпляров на 10 иностранных языках. 2/3 из них на немецком языке: выступления и обращения военнопленных, тексты листовок, лозунги, стихотворения, тексты с музыкальным сопровождением, инсценировки, народные и революционные песни.

На отдельных участках фронта и по нескольку раз в сутки транслировали на окопы оккупантов спецсообщения и оперсводки Совинформбюро на немецком языке об успехах Красной Армии на фронтах и призывали сдаваться в плен. Когда из динамика звучал чёткий, спокойный, яркий, голос Левитана, который озвучивал в СССР сводки Совинформбюро, у подлецов, для которых Левитан говорил по-немецки, холодок бежал по спине:

- Раз в семь секунд на советских фронтах получает свою пулю германский солдат или офицер. Пока ведётся эта передача, в боях с Красной Армией погибло 250 немецких агрессоров. Подумайте о себе!

И так далее. Понятно, что подобные передачи стойкости оккупантам не добавляли. Имелись общеполитические программы типа программы 'Где воюют эсэсовцы?' В этой программе сначала шла 'Песня солдата' - 'Wenn die Soldaten' с трофейной пластинки - 1 минута,


...Эй, винца покрепче,

Да кусок жаркого.

Девушки встречают

Гостя дорогого...


Далее шёл текст 'Эсэсовцы - ваши враги' - 2 минуты, потом стихотворение 'Покиньте армию убийц!' - 1 минута, комментарий по поводу приказа OKW 'Для чего Гитлеру на фронте нужны СС' - 1 минута, письма из Германии о гнусном поведении солдат СС в тылу - 3 минуты, выступление пленного, разоблачающее гитлеровцев или выдержки из писем пленных с участка фронта, где ведётся передача - 2 минуты, фронтовые известия с участка, где ведётся передача - 2 минуты.

За первые полгода войны советские агитаторы провели 300 000 устных передач, агитируя Wehrmacht, армии Венгрии, Румынии, Словакии, Италии, Финляндии: Но главные аргументы Красной Армии, заключались, конечно, в другом, в силе советского оружия...

Немецким шахтёрам, крестьянам, плотникам и мясникам, загнанным в Wehrmacht, а тем более добровольно записавшимся в SS, не верилось, что после тех зверств, массовых убийств, изнасилований, грабежей, поджогов, которые они учинили, вероломно вломившись на территорию СССР, с ними станут в плену обращаться хорошо. Соль на эту рану обильно насыпал и их главнокомандующий Гитлер, отказав Международному Красному Кресту в подписании соглашения о поддержке военнопленными и обмене именными списками. Массовый убийца обозначил свою позицию в этом вопросе начальнику штаба оперативного руководства Верховного командования Йодлю, что не желает, чтобы в войсках на Восточном фронте думали, будто бы с ними в плену русские станут обращаться согласно международным правилам.

Надо сказать, негодяй своего добился. В ответ на зверские убийства советских людей и военнопленных, грабежи и насилия, уничтожение при отступлении сёл и деревень, убийства населения вплоть до грудных детей, в войсках Красной Армии в тот момент царило ожесточение и желание мстить. Это в какой-то степени подействовало отрезвляюще на немецкую сволочь, ибо всяк может оказаться в плену, но если ты оставил при своём бегстве трупы убитых детей на дорогах, не знать тебе пощады! И никакой интернационализм большевиков тебе не поможет! Большевики за добро, но не за всепрощение! За всепрощением пожалуйте к попам за деньги!

В результате, за две недели наступления, когда фашисты бежали от Волхова, массово бросая раненых и солдат, прикованных к пулемётам и пушкам, когда ликвидировались многочисленные гарнизоны окружённых опорных пунктов и ДЗОТов, 2-я Ударная армия отчиталась только о 18 пленных, при этом среди них не имелось ни одного эсэсовца, офицера, наёмника или 'хиви'. Когда после взятия опорного пункта требовалось на собачьих упряжках везти раненых на полковой медпункт, в первую очередь везли своих, а не фашистов, которые только что стреляли в защитников своей Родины. В условиях 30-40-градусных морозов через час уже и везти некого. Замерзали. Не ту страну они выбрали для завоевания. Ох, не ту!

Красная Армия очень хорошо услышала и подняла слова своего Верховного Главнокомандующего Сталина, сказанные на заседании Моссовета с партийными и общественными организациями в Москве, посвящённом 24-й годовщине свержения власти капиталистов:

- Надо любыми средствами, - говорит Гитлер, - добиваться того, чтобы мир завоевали немцы. Если мы хотим создать нашу великую германскую империю, мы должны прежде всего вытеснить и истребить славянские народы - русских, поляков, чехов, словаков, болгар, украинцев, белорусов. Нет никаких причин не сделать этого. Человек, - говорит Гитлер, - грешен от рождения, управлять им можно только с помощью силы. В обращении с ним позволительны любые методы. Когда этого требует политика, надо лгать, предавать и даже убивать: Убивайте, - говорит Геринг, - каждого, кто против нас, убивайте, убивайте, не вы несёте ответственность за это, а я, поэтому убивайте!.. Я освобождаю человека, - говорит Гитлер, - от унижающей химеры, которая называется совестью. Совесть, как и образование, калечит человека. У меня то преимущество, что меня не удерживают никакие соображения теоретического или морального порядка: В одном из приказов немецкого командования от 25 сентября, взятом убитого немецкого унтер-офицера 489-го пехотного полка, говорится: 'Я приказываю открыть огонь по каждому русскому, как только он появится на расстоянии 600 метров. Русский должен знать, что он имеет против себя решительного врага, от которого он не может ждать никакого снисхождения'. В одном из обращений немецкого командования к солдатам, найденном у убитого лейтенанта Густава Цигеля, уроженца Франкфурта-на-Майне, говорится: 'У тебя нет сердца и нервов, на войне они не нужны. Уничтожь в себе жалость и сострадание - убивай всякого русского, советского, не останавливайся, если перед тобой старик или женщина, девочка или мальчик, - убивай, этим ты спасешь себя от гибели, обеспечишь будущее твоей семьи и прославишься навеки'. Вот вам программа и указания лидеров гитлеровской партии и гитлеровского командования, программа и указания людей, потерявших человеческий облик и павших до уровня диких зверей. И эти люди, лишённые совести и чести, люди с моралью животных имеют наглость призывать к уничтожению великой русской нации - нации Плеханова и Ленина, Белинского и Чернышевского, Пушкина и Толстого, Глинки и Чайковского, Горького и Чехова, Сеченова и Павлова, Репина и Сурикова, Суворова и Кутузова!.. Немецкие захватчики хотят иметь истребительную войну с народами СССР. Что же, если немцы хотят иметь истребительную войну, они её получат. Отныне наша задача, задача народов СССР, задача бойцов, командиров и политработников нашей армии и нашего флота будет состоять в том, чтобы истребить всех немцев до единого, пробравшихся на территорию нашей Родины в качестве её оккупантов. Никакой пощады немецким оккупантам! Смерть немецким оккупантам!

На что могли после этого рассчитывать солдаты и офицеры капитализма? Пора благодушного отношения первых месяцев войны к немецким солдатам, как к обманутым братьям-пролетариям, прошла. Оккупанты сами развеяли эти иллюзии. Теперь им не оставалось ничего другого, как озверело сопротивляться. Но и то хорошо - их трупы, густо усеявшие берега Волхова, не надо кормить за счёт ограбленного и ослабленного им населения! Трупы не едят.

Советские подразделения уже западнее линии фронта по шоссе Новгород - Чудово провели разведку боем по льду реки Кересть в северном направлении в сторону Ольховки. Перекрывать это направление срочно бросился 254-й разведбатальон, ведь через Сенную Кересть этот путь выводил прямо к Чудово.

Тем временем кавалеристы Гусева в условиях бездорожья шли на запад применяя тактику обхода и охвата. Не допуская лобовых атак при встрече с прочной обороной, они творили чудеса. Освобождённые из фашистской неволи люди ликовали!.. Вот идут лесом подростки с хворостом и вдруг встречают трёх богатырей верхом на конях, в белых полушубках с красными звёздочками на ушанках. Трудно передать чувство радости! Возвращаются в деревню, а там в каждом доме - советские бойцы! Освобождение! Да ещё хлебом своим угостят! Своего-то хлеба с прошлого года нет. А 170-й полевой хлебозавод из армии Клыкова выпекал хлеб не хуже столичной выпечки!

То же самое касалось лыжных батальонов - снежной 'кавалерии'. Лыжники уже показали свою высокую эффективность в битве за Москву. Волховский фронт Мерецкова имел 17 лыжных батальонов. Каждый лыжбат - это 580 коммунистов и комсомольцев, спортсменов, охотников, просто физически крепких людей Уральского военного округа, Челябинска, имеющих на вооружении 30 пулемётов, 100 пистолетов-пулемётов ППШ, 200 самозарядных винтовок СВТ, 150 винтовок и карабинов, 9 противотанковых ружей, 6 миномётов калибра 82-миллиметров и 9 миномётов калибра 50-миллиметров, сани, лошадей, радиостанцию.

Готовили лыжников тщательно. Гоняли до седьмого пота день и ночь по лыжедромам, а когда не имелось снега, лыжню выстилали соломой. Крупный узел обороны лыжникам в тылу конечно не взять - артиллерии кроме миномётов нет, и возимый по целине на себе боезапас небольшой. Но не крупные гарнизоны разгромить, перерезать коммуникации - самое оно. Парни-лыжники в основном 'кровь с молоком' - лет по двадцать. 'Белые призраки' прозвали их гитлеровцы. Возникали вдруг и также вдруг исчезали.

Лыжбаты действовали всегда как передовые и спецчасти. Дерзко, настойчиво, не щадя ни себя, ни врага, в духе финской тактики 'мотти': глубокие рейды, обходы, 'кукушки' на деревьях, ночные атаки. И конечно засады, вроде засады между реками Полисть и Глушица у ручья Скребельского, когда красноармейцы обнаружили свежую чужую лыжню. Оставили засаду из 12 человек под командованием замполитрука Петрова. Вечером на лыжне им удалось без потерь со своей стороны убить из 60 головорезов из полицейской дивизии SS:

Лыжные батальоны один за другим уходили в прорыв в тыл лютого врага. Ночь, невыносимая стужа, ветер, буран... Бойцы шагали и шагали в колонне по три, чтобы не оставлять лишних следов. В середине колонны на лямках 'Максимы', на санях миномёты, боеприпасы, продовольствие, медикаменты. Марш по всем правилам - с разведкой, боевым охранением. Разговоры и всякий шум запрещены. Вот рассвет глубоко во вражеском тылу: Отставших нет... Выставлены дозоры, объявлен привал... Бойцы валятся в снег: В 30-градусный мороз - и отдых-то не в радость. Тесно прижавшись друг к другу, герои пытаются согреться. Большое подспорье - химические многоразовые грелки. Сверху сыплет снег... При взгляде с бреющего полёта - белые кочки, сотни заснеженных холмиков. Болото как болото:

Но вот над лесом зимние сумерки, слышатся тихие команды. Можно подумать, что люди давным-давно окоченели и больше не встанут, но снежные холмики начинают оживать, шевелиться, словно поднимается на битву сама Русская земля! Бойцы вскакивают на ноги, отряхиваются, строятся в колонну по три и снова шагают через лесную чащу, обходя населённые пункты, с величайшей осторожностью пересекая дороги. 'Ленинград надо спасать!'

Оккупанты занимали деревни, ограбив их до нитки, выгнав или убив жителей. Подлецы подготовили деревни к круговой обороне, превращая в опорные пункты даже отдельные сараи, блокируя все дороги, мало-мальски пригодные для наступления пути и подступы... Каждый метр пространства простреливался из многочисленных пулемётов, орудий, миномётов. Тихие заснеженные поля перед деревнями и даже отдельными сараями могли в одно мгновение превратиться в ад кромешный, как только советские войска появлялись на дистанции выстрела. Для действий между опорными пунктами гитлеровцы использовали танки и другую бронетехнику группами по 3-6 машин. Танки, в основном французские, которые каждая пехотная дивизия имела сверх штата иногда до 30 штук, закапывались в землю как неподвижные огневые точки, применялись из засады для контратак, сопровождения обозов. 'Дикие', то есть сверхштатные французские танки имели небольшую скорость и поэтому использовались в танковых и моторизованных дивизиях только при первом вероломном ударе 22 июня 1941 года. В глубокие прорывы они идти не могли, но для поддержки пехотных, охранных дивизий, авиаполевых частей Luftwaffe их малая скорость более, чем подходила. Все формируемые во Франции пехотные дивизии, и все принимавшие участие в разгроме войск Франции дивизии и части Luftwaffe привезли с собой на Восточный фронт по 20-30 французских танков и другую бронетехнику и транспорт. 'Дикие' - так называл сверхштатные французские танки начальник Генштаба OKW Гальдер и его адъютант Мюллер-Гиллебранд в докладах Гитлеру. Практика 'диких' танков поощрялась командованием. Под 'дикие' танки выделялся транспорт, горючее, экипажи. 'Дикими' танковыми ротами распоряжался сам командир пехотной дивизии. Кроме танков пехотные дивизии, как правило, имели и другую 'дикую' бронетехнику, вооружение, транспорт.

Даже пехоте подтягивать 'сорокопятки' на прямую наводку для борьбы с вкопанными танками всегда оказывалось тяжело: чуть ли не для каждой пушки приходилось прокладывать отдельную дорогу в глубоком снегу и кустарнике, а лыжникам приходилось подбираться к танкам с ПТРД вплотную:

На пути встречались занесённые снегом незамёрзшие заболоченные места и речки с наледью на поверхности. Обувь намокала и промерзала. Сушить её негде, ведь костры разводить запрещалось. Появлялись обморожения. Своего санбата у лыжников нет. Вернуть людей в тыл из рейда невозможно. Вот и оставляли бойцов у местных жителей с запасом продовольствия, чтобы забрать на обратном пути. Но снег, метель, вьюга для лыжников и кавалеристов также и союзники. Вражеские наблюдатели и самолёты-разведчики - слепы. Окутанные белым саваном снега, 'белые призраки' подходили незаметно и атака становилась смертельным сюрпризом:

Так действовали в частности бойцы 42-го лыжного батальона Талалаева за линией фронта в районе Ольховки. Этот батальон ранее терзал тылы 215-й пехотной дивизии в рейде на Чудово, вёл бои за Пересвет-Остров, участвовал в преследовании подлецов при отходе ко 2-й линии обороны. В районе Мостки - Спасская Полисть лыжбат Талалаева пересёк 2-ю линию обороны с задачей захватить Ольховку. 'Белые призраки' приступили к организации засад в тылу оккупантов на коммуникациях, к уничтожению резервов, линий связи. Врывались ночью в Ольховку, вели там бои, совершали налёты на колонны, идущие от Ольховки к Спасской Полисти. Уничтожали санные обозы с боеприпасами. Действовали часто минимумом сил на большом пространстве и очень эффективно. Так снайпер лыжбата Титов залёг с напарником на опушке леса у дороги, ведущей в Спасскую Полисть, и застрелил двух солдат охраны двух саней с боеприпасами и продовольствием. Захватил ценный груз:

ВВС Волховского фронта в течение всего дня бомбили и штурмовали опорные пункты подлецов на шоссе, потеряв от зенитного огня один самолёт. Девятка бомбардировщиков Пе-2 из 121-го бомбардировочного авиаполка полковника Дояра зашла на Спасскую Полисть с северного направления бомбить с горизонтального полёта. Прицеливание самое ответственное дело. Оно производилось на боевом курсе и обычно длилось 30-40 секунд, когда лётчик, независимо от воздушной обстановки и огня зениток, вёл самолёт по командам штурмана. В этот промежуток времени самолёт уже шёл в серых шапках зенитных разрывов и совершенно не мог маневрировать, уклоняясь от огня. Лётчик и штурман, занятые прицеливанием и выдерживанием курса, также не могли воспользоваться пулемётами, чтобы отбивать истребители.

Нажав боевые кнопки, штурманы отчитались командирам:

- Сброс!

Вдруг Пе-2 из второго звена, следовавшего за первым на удалении примерно 80 метров, превратился в факел и стал падать отдельными горящими частями. Произошёл редкий случай: зенитный снаряд попал во взрыватель одной из ещё не сброшенных бомб и подорвал её. Результат бомбардировки однако отличный. Разрушено 12 ДЗОТов и землянок, уничтожен вкопанный танк, миномётная батарея, две зенитки, пять пулеметных гнёзд, 6 грузовиков, склад боеприпасов, убито примерно 180 гитлеровцев.

Когда Пе-2 Дояра возвращались, на них напали 12 истребителей Bf 109F. Стервятники разделились на четыре группы и начали атаковать поочерёдно сзади, сверху, справа и слева. Советские экипажи отстреливались бортовыми пулемётами. 'Пешка' Пе-2 совсем 'не мальчик для битья'. Этот современный скоростной бомбардировщик обладал манёвренностью, как у хорошего истребителя, не меньшей, чем у хорошего истребителя скоростью, до 540 километров в час, отменной прочностью и мощным защитным вооружением. Применялся в качестве бомбардировщика, разведчика, истребителя.

Как всегда атаке подвергся главным образом ведущий в группе Пе-2. Завязался бой. Один за другим истребители противника пикировали, поливая огнём из пушек и пулемётов. Пе-2 резко маневрировали, бросались то вправо, то влево, штурманы и стрелки-радисты отстреливались. Время - мгновение, а надо успеть 'поймать' нужную дистанцию, открыть встречный огонь. У кого больше выдержки, хладнокровия? Ни с чем не сравнимое психологическое состояние: спокойствие и боевой азарт спрессованы. До предела сжаты нервы: 'Не выйдет!', 'Не возьмёшь!' и матом. Все авиаторы связаны внутренним переговорным устройством, каждый слышит, что говорят другие. Командир маневрирует и подбадривает:

- Давай, давай, штурман! Держись, стрелок!

Бой кончился удачно. Пе-2 потерь на этот раз не имели. Только пробоины. Помогли хорошая слётанность экипажей, точный маневр, умелое взаимодействие огня всех самолётов, воля. Сбили истребитель. Сбить истребитель с бомбардировщика - явление не частое. Заслуга не только того, кто сбил, а всех участвующих в бою.

В этот же день Журавлёв начал перебазирование ВВС Волховского фронта на передовые аэродромы в Жерновке, Полищи, Малой Вишере, Веребье, Коломенке:

Для очередного контрнаступления от Спасской Полисти на Мостки с целью закрытия прорыва, Линдеманн подвёл в 'крепость Спасскую Полисть' вместо уничтоженных новые артиллерийские и зенитные части. На восточном фасе Волховского плацдарма советская артиллерия вела мощнейший обстрел Кузино артиллерией крупного калибра и миномётами. К обстрелу присоединились зенитки и танки. Они последовательно разрушали многочисленные ДЗОТы, блиндажи, окопы. Попытки артиллерии подлецов противодействовать этому огненному тайфуну закончились разгромом огнём 'Емель' и 'Сталинских Кувалд' нескольких их артиллерийских позиций и необходимостью срочно передислоцироваться, попросту говоря, бежать.

После этого началась советская атака на Кузино. Южную часть деревни удалось освободить. Подлецы фанатично бились за чужое как за своё. Офицеры гнали пьяных солдат в безумные 'мясные' контратаки, и те слой за слоем ложились среди дымящихся руин. Отойти в лес севернее Кузино удалось немногим. Там 'на свежем лесном воздухе', фрицев ждало традиционное обморожение конечностей и мягких тканей лица. Для пьяных это в порядке вещей. До 10 процентов личного состава обмороженными теряли оккупанты в своих дивизиях в сутки и без боёв. Ведь что значит, к примеру, пьяный в ночном карауле? Заснёт! А это на морозе верное обморожение. Шнапса-то у дураков - по горло! А порядка - нет!

Волховский плацдарм тем временем расширился и на юг - советские войска продолжили наступление в южном направлении от Теремца-Курляндского. В район Мясного Бора прибыла и сосредоточилась для развития прорыва 191-я 'ленинградская' стрелковая дивизия Лебедева. В центре Волховского плацдарма началась мощная советская атака на Мостки и Люблино Поле. В этом бою приняли активное участие как Luftwaffe, так и ВВС Волховского фронта. Свои и чужие самолёты так часто и с самых неожиданных направлений появлялись над полем боя, что сбивали с толку и пехоту и зенитчиков. Не все, но многие красноармейцы уже научились различать самолёты не только по силуэтам, но и по звуку. У советских моторов гул однородный, у стервятников моторы исполняли дуэт: ведущий голос размеренный, басовитый, и более чем на октаву выше ему вторил надсадно вибрирующий фальцет, подголосок, подвыв...

Незадолго до этой атаки для обстрела целей в районе Спасской Полисти и Мостков наконец-то прибыл и занял позиции близ деревни Коломно 367-й армейский пушечный артиллерийский полк РГК. Он имел три дивизиона по 6 'Емель' - 152-миллиметровых гаубиц-пушек МЛ-20 на тяге тракторов 'Сталинец 65'. Вскоре к этому полку присоединился 8-й армейский пушечный артиллерийский полк РГК подобного же состава, но на тяге тракторов ЧТЗ-65. Одна гаубица вместе с тягачом пошла ко дну у берега. Бойцы, сбросив одежду, ныряли в ледяную воду. Вылезали дрожащие, посиневшие. Фельдшер растирал их спиртом, кутал в полушубки. Несколько смельчаков приняли такую 'ванну', но тросом зацепили-таки затонувшее орудие, вытащили:

После открытия этими артиллерийскими полками прицельного огня, Спасская Полисть получила у солдат Кёхлинга прозвище 'Сталинская мясорубка'. Вместо фарша - завоеватели. Когда 152-миллиметровые 'чемоданы' один за другим летели над советскими бойцами на позиции оккупантов, раз за разом вздрагивала земля и плясал чай в кружке, на сердце становилось теплей от того, что очередная группа подлецов отправилась на тот свет подыскивать для своего бесноватого фюрера тёпленькое местечко. Расход снарядов - два боекомплекта в сутки!

Когда били по Спасской Полисти и Мосткам из-за Волхова 203-миллиметровые гаубицы Б-4 'Кувалды Сталина' из 137-го гаубичного артполка большой мощности РГК, вера в победу становилась ещё отчётливей. Техническое превосходство в артиллерии над завоевателями было настолько очевидно, что и налёты Luftwaffe не воспринимались уже чрезмерно драматично. Самолёт прилетел и улетел, а 'Кувалда Сталина' и 'Емеля' как круглосуточно стояли на месте, так и стоят!

Кроме ежедневного артиллерийского погрома укреплений и коммуникации фашистов у Спасской Полисти их постоянно атаковала авиация. Дорога, ведущая от Спасской Полисти на Ольховку и шоссе, ведущего к Трегубово, уже вся завалена: разбитые машины, изуродованные тягачи, средние танки, искорёженное оружие, заледеневшие трупы лошадей и людей. 'Дорога смерти': Оккупанты могли пока что ответить лишь тем, что к линии опорных пунктов между Мясным Бором и Любино Поле вышла лыжная артбатарея, сапёрный батальон и гужевая колонна 61-й пехотной дивизии. Эти поборники системы 'Blitzkrieg' 100 километров шли 6 дней, обмотав головы женскими платками и прикрываясь от ледяного ветра одеялами. Ещё подлецы ответили тем, что при этапировании через Подберезье военнопленных солдаты из 126-й пехотной дивизии Лаукса и эсэсовцы 'батальона сопровождения рейхсфюрера SS' расстреляли 15 израненных красноармейцев из 'тюменской' дивизии Буланова, захваченных у Теремца-Курляндского. Сначала их раздели до нижнего белья, тут же натягивая на себя ватные штаны, телогрейки, валенки, ушанки и рукавицы, затем подло убили. Так солдаты не поступают. Так поступает бандитский сброд, чем Wehrmacht и являлся. После этого убийства отдел Ic - разведка и контрразведка дивизии Лаухса в сотый раз распространил среди своих солдат информацию, что Сталин приказал расстреливать всех немецких военнопленных за то, что они расстреливают русских. Ну и конечно разведотдел рассказал в сотый раз про то, что красноармейцы - каннибалы. Про то, что Сталин же в своей речи сказал совершенно обратное: 'Гитлеры приходят и уходят, а народ германский, а государство германское - остаётся!', и про то, что немцев лечат в госпиталях вместе с ранеными красноармейцами, о чём сообщали советские пленные, естественно не говорилось.

Ближе к вечеру снегопады и низкая облачность. Luftwaffe действовало уже вяло. При мощной поддержке артиллерии советские танки ворвались в Мостки и устроили побоище. Командир боевой группы оккупантов в Мостках убит. От II батальона 287-й пехотной дивизии осталась 1/3 солдат, командир тоже убит. Радиосвязь с Мостками прервалась. И у эсэсовцев дела из рук вон плохо. В Мостках начал командовать подполковник Байер - командир 25-го танкового полка из 12-й танковой дивизии. Только сильный артогонь и авианалёты Luftwaffe, в том числе и по своим же позициям, не позволили советской пехоте полноценно поддержать танковую атаку, что заставило танки отойти.

Под защитой масштабного наступления войск Волховского фронта Государственный Комитет обороны продолжил принимать срочные меры для восстановления снабжения осаждённого Ленинграда. 25 января на станцию Войбокало прибыли из Ленинграда 10 отрядов 'Ленметростроя' и 3 женских строительных батальона, а также военные и гражданские строители из Вологды. Их задача - подвиг! Требовалось в лютые морозы при сильных метелях и свирепых ветрах построить железную дорогу Войбокало - Кареджская коса. Скопления поездов в районе станции Войбокало для перегрузки из вагонов в грузовики продовольствия и других грузов для отправки по 'Дороге жизни' для Ленинграда находились под постоянными ударами Luftwaffe. Подлецы Геринга, регулярно получающие по зубам от ПВО Ленинграда, нашли способ убивать людей другим путём - лишать их еды, уничтожая её на подъездах к городу. Войбокало также постоянно обстреливала специально выделенная дальнобойная артиллерия военного преступника Линдеманна. Следовало как можно скорее устранить место скопления поездов. Строительство предстояло вести в непосредственной близости от фронта под непрерывными вражескими обстрелами и бомбёжками. Контролировал строительство заместитель Сталина по Совету Народных Комиссаров Косыгин. Он также имел поручение проложить в Ленинград кабельную линию от Волховской ГЭС и нефтепродуктопровод. Так продолжалась гигантская операция по шунтированию сердца огромного умирающего пациента - Ленинграда. Хирургом являлся Государственный комитет обороны под руководством Сталина:

В 4:00 утра 26 января после артподготовки и залпа 'Катюш', накрывшего огненным квадратом 1000 x 1000 метров боевые порядки фашистов в опорном пункте Люблино Поле, началась атака частей 374-й стрелковой 'сибирской' дивизии Витошкина и 59-й стрелковой 'саратовской' бригады Глазунова. Атака в полной темноте шла одновременно с запада, юга и востока. Её поддерживали танки.

Дивизия Витошкина - суровые, мужественные люди из Красноярского края. Русские сибиряки - это особый склад людей, обладающих недюжинной силой, смекалкой и способностью выполнить на отлично задачу любой сложности. Каждый сибиряк - снайпер от природы. На боевые выдумки просто неистощимы. Их не случайно посылали на самые ответственные участки. 'Где сибиряки - там победа!', 'Сибирь идёт - фашист бежит'. Эти поговорки появились под Москвой. Способность переносить тяжелейшие условия феноменальная. Фронтовая баня в исполнении сибиряков - это вообще! Пока фашисты посыпались дустом от вшей и блох в своих блиндажах, сибиряки поддерживали себя в чистоте и опрятности, баню даже в окопах устраивали. Каменку укрывали плащ-палаткой и мылись!

Артогонь подлецов по атакующим у Любино Поле, как и почти всегда, оказался малоэффективным - если куда-то попадал снаряд или мина, то достаточно было чуть отодвинуться, поскольку все остальные снаряды или мины попадали по тому же месту. Часто гитлеровцы вообще подолгу обстреливались пустые места. Потерь из-за артиллерийского огня советская пехота несла небольшие. Больше неприятностей причиняли пулемёты, пока их не выбивали 'полковушки' или 'сорокопятки'. На этот раз уничтожит все огневые точки, мешающие атаке, не удалось. Окружённым в Мостках подлецам Luftwaffe, несмотря на сильнейший зенитный огонь и огонь по самолётам из пехотного оружия, смогли сбросить четыре контейнера с продовольствием, шнапсом и патронами.

В целом против советских войск прорыва в этот период действовали авиачасти Luftwaffe, имеющие в общей сложности 250 бомбардировщиков и 200 истребителей. Группы по 6-9 бомбардировщиков Ju 87 или Ju 88 периодически появлялись то здесь, то там над наступающими войсками. Бомбили тылы, госпитали. По международному соглашению всё обозначенное красным крестом считалось неприкосновенным. Но фашисты - передовой отряд капитализма, попрали и этот закон. Варвары бомбили палатки и санитарные машины безжалостно и с особым остервенением. Однако стервятники чувствовали себя над Волховом более чем неуютно. Вот и в этот день лётчики 522-го истребительного авиаполка капитана Крупенина показали подлецам где раки зимуют. Пара младших лейтенантов Карабанова и Петрова на ЛаГГ-3 в составе группы из 6 истребителей в районе Ольховка - Спасская-Полисть - Мостки сбили два Bf 109F. В этом же районе в этом вылете Карабанов и Петров на глазах у своих войск в паре сбили Ju 88. Карабанов затем ещё лично сбил над Мостками один Bf 109F.

Пока шли бои за Мостки и Любино Поле, западнее шоссе и железной дороги 366-я стрелковая дивизия Буланова, прорвавшись через железную дорогу и шоссе Чудово - Новгород, атаковала деревни Новая Кересть и Кречно. Подлецы применили здесь новую тактику обороны: все дороги перегородили лесными завалами. Подорвали взрывчаткой громадные сосны и ели и повалили поперёк дорог, чтобы задержать стремительное наступление. Не имея времени, они наспех минировали дороги противотанковыми и противопехотными минами, которые легко обезвреживались советскими сапёрами и просто бойцами. Но при невнимательности подрыв отрывал ступни ног. Также подлецы расставили 'сюрпризы'. Например, бросили мешок муки, а вблизи - противопехотная мина шрапнельного действия.

Зимой в этих местах глухо, даже вороны не каркают. Не долетают досюда. Иногда мохнатая серая громадина-сова не спеша перелетает с дерева на дерево. Раньше зимой на окраину Новой Керести приходили волки. Их интересовали собаки. Кобелей они разрывали, а крупных красивых сук уводили с собой в лес. Собаки полностью теряли волю перед своим вольным предком. На людей волки не нападали. Хотя было один раз. Нынче собак в деревне нет, нет и волков. Один раз через деревню проходил бобёр. Спокойно так, важно. Искупался в пруду посередине деревни и пошёл дальше к берегу Керести. Повезло бобру, что в деревне по воле оккупантов лишь старики. Будь у них силёнки, как раньше, конечно же, поймали и забили. С бобра хороший суп. Наваристый. А так прошёл, будто поиздевался и плюхнулся в речку. Коричневые торфяные струи этой речушки летом баловали плотвой, окушком, а то и щучкой. Летом всё повеселее, птахи щебечут: Солнце незаметно спускалось над лесом.

Деревню Новая Кересть освобождал батальон младшего лейтенанта Милованова из дивизии Буланова. После проведённой разведки красноармейцы пошли в атаку практически без артподготовки по глубокому снегу и под бомбёжкой. Комбат под сильным огнём шёл впереди и первым ворвался в деревню. Он получил тяжёлое ранение, но остался командовать. Получил второе ранение, потерял сознание от потери крови. С другой стороны в деревню ворвались воины 1-го эскадрона из 98-го кавполка майора Смирнова-Бардова. Многочисленные подразделения оккупантов растерялись от такого напора и впали в панику. Сводные подразделения 12-й танковой дивизии и 20-й моторизованной дивизии не выдержали и побежали, оставив в Новой Керести 180 своих трупов, вооружение, 6 грузовиков с мукой, 5 санитарных фургонов, 32 лошади, 18 повозок с армейским имуществом. В освобождённой деревне удалось спасти от расстрела 300 согнанных сюда мирных жителей. Несмотря на оказанную медицинскую помощь командиром медвзвода Гладковской, комбат Милованов умер на руках товарищей под рыдания спасённых женщин. Батальон удержал деревню до подхода главных сил. Вечная слава герою! Батальон и кавполк в этой ситуации 'пленный не имел'. Награбленное оккупантами раздали населению. Затем кавалеристы перебили оккупантов в деревне Кречно и пошли дальше. Везде одна и та же картина: всё разрушено, изуродовано, люди ютятся в землянках:

После отражения атак бойцов дивизии Витошкина и бригады Глазунова на Любино Поле и Мостки, подлецы начали очередное наступление от 'крепости' Спасская Полисть вдоль шоссе с целью восстановить линию фронта. В ход пошли танки, пикирующие бомбардировщики Ju 87 и артиллерия. Захватчики продвинулись до руин дома путевого обходчика и переезда у 'Лесопункта', потеряв более 200 солдат, из них часть обмороженными. Затем после сильного боя и при примерно таких же потерях, они наконец вошли в Мостки. Туда по простреливаемому шоссе тут же помчались машины, двинулись и подводы с продовольствием, водой, шнапсом, медикаментами, вооружением, боеприпасами. Обратно машины вывозили полуживых эсэсовцев и заледенелые трупы, накопленные в Мостках за две недели. 1/3 прорыва своей 2-й линии обороны подлецы таким образом закрыли. Кёхлинг на радостях бросил в бой свежий батальон от Мостков на юг к Любино Поле, но бойцы Витошкина и Глазунова устроили атакующим 'огневой мешок'. Артиллерия довершила разгром атакующих

Как раз к этому моменту через Волхов переправилась основная ударная сила Клыкова - артполки Резерва Верховного Главнокомандования. 894-й артполк РГК занял огневые позиций западнее отметки 34.4, 18-й артполк РГК южнее ручья Большая Игленка. 839-й артполк у отметки 40.7. 938-й артполк РГК занял позиции к западу от Ямно, 442-й артполк РГУ у дороги от совхоза 'Красный ударник' на Мясной Бор, 561-й артполк РГК у отметки 44.6. Начался усиленный обстрел Спасской Полисти и опорных пунктов на шоссе, а также настойчивая контрбатарейная борьба. Несколько снарядов один за другим попали в склады с боеприпасами в Спасской Полисти, вызвав феерические взрывы. На этом бенефис Кёхлинга закончился. Продвинутся к своему опорному пункту Любино Поле подлецам не удалась.

Немцев, австрийцев, чехов, поляков, испанцев, бельгийцев, голландцев, норвежцев, прибалтов и прочую шатию-братию капиталисты загнали в качестве пушечного мяса в волховские болота, вокруг которых - непроходимые чащобы враждебной территории, перед ними героические войска защитников своей страны, а позади - пистолеты офицеров и пулемёты фельджандармов. Назад идти - верная смерть от пули фашиста или перспектива попасть в 'части испытательного срока' почти на верную смерть. Вперёд идти - там русские. Шанс уцелеть, хотя бы даже получив ранение - есть. Только чувство самосохранения - древний и самый сильный инстинкт, вёл жертв капиталистов вперёд, на русские штыки и под советские снаряды. Какие уж тут идеи мирового господства: Инстинкт самосохранения у немцев против инстинкта защиты дома и семьи у русских:

Предвидя тяжёлые, кровопролитные бои по взятию опорных пунктов 2-й линии обороны, комфронта Мерецков переживал. 2-я Ударная армия - свежее соединение, в котором далеко не все командиры имели боевой опыт. Сам фронт недавно сформирован, не имеет полностью укомплектованного тыла, штаба и отлаженных систем управления, а отсюда порой неумение организовать бой и другие ошибки. Но разве Wehrmacht под Ленинградом будет давать время на обучение, учебные манёвры, боевое слаживание? Нет. А дело-то надо делать - Ленинград капиталисты душат голодом и его нужно спасать! Вот и выпустил Мерецков очередной приказ командирам для сохранения жизни бойцов 'О проведении частных операций с целью сковывания сил противника'. В связи с переходом от ведения общего наступления к частным наступательным операциям с целью ликвидации отдельных опорных пунктов и сковыванию противостоящих сил, чтобы не допустить переброски их на другие направления, Мерецков категорически запретил проводить практикуемые штыковые атаки против сильно укреплённых позиции без огневой подготовки и серьёзного обеспечения атаки минометно-артиллерийским огнём. План проведения частных операций он приказал представлять на своё утверждение. Приказ подписали также уполномоченный Ставки ВГК и член Военного совета Волховского фронта армейский комиссар 1 ранга Запорожец, а также начштаба Волхфронта Стельмах.

Тем временем советские войска, продолжали расширять Волховский плацдарм в сторону Чудово. Они продвинулись от Кузино к Ульково. Красноармейцы шли в атак с кличем: 'За Родину! За Сталина!' Свою советскую Родину они не отделяли от любимого вождя. Ну и конечно порой с использованием 'трёхэтажного наречия' русского языка тоже. На гражданке так называемые нецензурные словечки и словообразования почти безоговорочно принято считать совершенно излишними и даже вредными в русской речи, чужеродными вкраплениями в неё. Но это далеко не так. 'Крепкие' слова и выражения помогают людям 'перетирать' невзгоды жизни в экстремальных условиях фронта. В течении столетий 'трехэтажное наречие' крепко вросло в тяжелейший быт простого русского народа. И плетьми ведь князья народ пороли, запарывали насмерть батогами, и продавали как скотину крепостники, и в солдатчине генералы секли людей насмерть шпицрутенами за любое недовольство, бросали в 'мясные' атаки за царя батюшку, и на заводах капиталисты под страхом голодной смерти заставляли горбатиться за копейки. Как тут русскому народу не выработать ядовитое название всему этому?

Избиение русских и нерусских подданных Российской империи до смерти рабовладельцами-иноземцами и собственными негодяями при формальном запрете смертной казни шло веками. В XIX веке в Российской империи сметная казнь почти не применялась - ни к разбойникам, ни к убийцам, ни к насильникам, но после избиения шпицрутенами умирало примерно 1/3 осуждённых.

Как приговаривали к смерти при отсутствии смертной казни как таковой, видно на примере двух евреев, нарушителей карантина. В октябре 1827 года на рапорте о тайном переходе двух евреев через реку Прут в нарушение карантина, убийца-вешатель декабристов Николай I глумливо написал: 'Виновных прогнать сквозь тысячу человек 12 раз. Слава Богу, смертной казни у нас не бывало, и не мне её вводить'. То есть негодяй назначил евреям 12 000 ударов, желая гарантированно убить. Когда хотели убить, начальники просто назначали такое количество шпицрутенов, а для гражданских кнутов, что после них выжить невозможно.

Николаю I было с кого брать пример. В последние годы царствования Александра I из 100 осужденных к порке - 20 человек забивали насмерть. В Европе в это время просто вешали или гильятинировали. Избивать и протаскивать под кораблями уже утомились. Пример гнусности и зверства власти частных собственников, которые, распространяясь и разрастаясь как раковая опухоль, поглощали всё, даже свободу и жизнь людей.

По всей Российской империи, исключая только население Польши и Финляндии, а также глухие места Сибири и Кавказа, происходили беспрерывные экзекуции со смертельными исходами. Это стало таким привычным делом, что даже мальчишки весело бегали смотреть на изуверские пытки. Обыватели прекрасно знали все термины и порядки: 'Фухтелей! Шпицрутенов! Сквозь строи!' 'Фухтель', то есть фухтель - шпага, палаш. Провинившегося избивали иногда вместо палок тяжёлым фухтелем плашмя.

Мальчишки пролезали поближе к строю солдат, чтобы рассмотреть, как человеческое мясо, отскакивая от шпицрутенов, падало на землю, как обнажались от мускулов светлые кости рёбер и лопаток. Привязанную за руки к ружью жертву донашивали уже на руках до полного количества ударов, назначенных начальниками-палачами. Ужасно потемневшее лицо избиваемого - почти покойник! Глаза закрыты, и только слабые стоны чуть слышны:

Площадная ругань не смолкала, и не одни грубые ефрейторы и солдаты ругались матом, - c особой хлёсткостью ругались представительные офицеры и начальники военных поселений красивым аристократическим тембром. Начальники и офицеры, многие из которых являлись немцами, прибалтами, поляками, часто били русских солдат и просто руками 'по мордам'. Только можно было видеть: вытянувшись в струнку, стоит старый русский солдат, героический защитник государства, молит мерзавца:

- Ваше благородие, помилуйте! Ваше благородие, помилуйте!..

Начальник его - раз, раз! - по скулам. Смотришь, кровь хлынула изо рта и разлилась по груди, окровенив изящную, чистую, c золотым кольцом, руку подлеца. Скользит недовольство по красивому полному лицу, вынимается тонкий белоснежный, душистый платок и вытирается чёрная кровь.

- Ракалия!.. Розог! - крикнет вдруг негодяй, рассердившись. Быстро несут розги, расстёгивают жертву, кладут, и начинается порка со свистом...

- Ваше благородие, помилуйте! Ваше благородие, помилуйте!..

С солдатами и матросами царские холуи поступал чудовищно в массовом порядке. Если кто попадал под военный суд, приговор почти всегда - 'прогнать сквозь строй'. Тогда выстраивали в два ряда 1000 солдат, вооружённых палками толщиной в мизинец - их на немецкий лад назвали шпицрутены. Несчастного проволакивали сквозь строй 3, 5, 7 раз, и каждый солдат наносил каждый раз по удару. Унтер-офицеры следили за тем, чтобы били изо всех сил и знай покрикивали:

- Бей больней!

Сперва видны кровяные рубцы, затем они перекрещиваются и понемногу рубцы сливаются. Сначала несчастный ещё кричит, а потом только охает глухо с каждым шагом и с каждым ударом. Выступает и брызжет кровь, клочьями летит окровавленное мясо, оголяются кости. Потом мученик затихает. Доктор подходит и щупает пульс, оглядывает и решает, можно ли ещё бить или надо погодить и отложить до другого раза, когда заживёт, чтобы начать мученье сначала и додать то количество ударов, которое звери решили дать. Доктор употребляет учёность на то, чтобы человек не умер прежде, чем вынесет мучения, которые ему назначены. И всё это за то, что человек или пытался бежать от изуверов или имел мужество и самоотвержение жаловаться на то, что солдат дурно кормят, а начальство крадёт их паёк. Может, посмотрел не так, не слишком проворно подбежал, не тщательно подмёл плац. Святые безвестные русские мученики:

В двух случаях из трёх, после 1000 или 2000 ударов харкающую кровью жертву клали на шинель ничком и с кровяной подушкой во всю спину несли в госпиталь - вылечивать, с тем, чтобы, когда он вылечится, додать ему ту тысячу или две палок, которые он недополучил и не вынес сразу. Люди просили смерти, но им не уйти сразу на небо, их вылечивают и бьют другой, иногда третий раз. И он живёт в аду и лечится в госпитале, ожидая новых мучений, которые доведут его до смерти. И его ведут второй или третий раз и тогда уже добивают насмерть. Если он умирал под палками, окончание приговора производилось над трупом, привязанным к тачке. Били уже труп, глумились над мёртвым. Разве Суворов так со своими солдатами поступал? Понято, почему после 1812 года русская армия не выиграла ни одной серьёзной войны?

Царь-немец Николай I и брат его Михаил - безжалостные садисты-сатанисты. Гнусные золочёные иноземные убийцы русского народа. Никакое смягчение наказания при них невозможно. 'Я тебя прогоню сквозь строй. Я тебе шкуру спущу под палками!' - такова обычная угроза в то время. Кожу снимали буквально. Вместе с мясом. Тогда на 50 палок - и порток не снимали; а 150, 200, 300... - насмерть забивали. Недели не проходило, чтобы не забивали насмерть человека или двух из каждого пехотного полка. Палки, палки!.. Солдаты Николая 'Палкиным' прозвали.

Унтер-офицеры до смерти убивали молодых солдат и просто так. Прикладом или кулаком ударит в грудь, или в голову, он и помрёт. И никогда никого не наказывали. Помрёт от избиений, а начальство пишет: 'властию Божиею помре'. - И крышка.

Только в ходе 'великих реформ' царя-негодяя Александра II в апреле 1863 года законом отменили в Российской империи телесные наказания по суду, в том числе в армии и на флоте. Но полной отмены телесных наказаний в Российской империи так и не произошло. Господа продолжали нещадно избивать русский народ вплоть до 1917 года, пока солдаты не перекололи в окопах особо ретивых офицеров, матросы не покидали золотопогонников под лёд в Кронштадте и Гельсингфорсе, рабочие не перебили в столице массу полицейских и жандармов, а подлого Николая II Кровавого не заблокировали на подъезде к Петрограду восставшие войска.

Марионетка западных интервентов диктатор Юга России и радетель возражения 'Единой и Неделимой' Деникин отмечал, что телесные наказания розгами в русской армии накануне 1917 года 'имели несомненное значение в создании неблагоприятного настроения в войсках'. Такой вот 'спаситель России' от большевиков. На подконтрольной ему территории Юга России в 1918-1919 годах, естественно, все эти шпицрутены и плети вернулся, да ещё вместе с повальными убийствами другими способами. Кубанских казаков и тех перепороли почти поголовно в 1919 году и расказачили в очередной раз. Ну вот как тут русскому человеку без мата?

Охотники, лесорубы, старатели и так привыкли свою речь приперчить крепкими словечками. А уж во время боя, атаки - и говорить нечего! В самые напряжённые моменты бывалые фронтовики действовали по правилу: 'Глуши фрица матом, добивай штыком и автоматом!' Особенно часто поминали Гитлера и его мать. Видимо поэтому бесноватого фюрера, жрущего метамфетамин как леденцы в Вольфшанце, круглые сутки одолевали икота и понос.

Боевая группа 435-го пехотного полка дивизии Книза потеряла при разгроме в Кузино более 250 солдат убитыми. После первой же атаки подлецы бежали из Ульково в лес севернее прямиком в объятия ночного мороза. 435-й пехотный полк имел теперь боеспособными лишь 250 человек из 3000, имевшихся на начало советского наступления. Разгром полный. Для восполнения потерь Книз получил снятый из-под Ленинграда батальон 58-й пехотной дивизии.

На острие наступления 13-го кавкорпуса Гусева, введённого в прорыв на запад между опорными пунктами, двигалась 25-я кавдивизия. Этот рейд свей сложностью чем-то походил на переход армии Суворова через швейцарские Альпы в сентябре 1799 года. Снег доходил лошадям до брюха и кавалеристам всё время приходилось спешиваться и вести их в поводу. Лошади не могли без инженерной подготовки преодолевать буреломы и незамерзающие топи. Район прорыва ими изобиловал. Наибольшую проходимость здесь показывали лыжбаты, хотя двигаться на лыжах сквозь лесные дебри та ещё задача.

В ночь на 27 января после бомбёжки и сильнейшего артобстрела советские лыжники в белых маскхалатах из 59-й стрелковой бригады Глазунова провели атаку на южную часть Любина Поля, где оборонялись головорезы I батальона 2 полка SS Polizei-Division. Стрелковая бригада - это по штату где-то половина стрелковой дивизии. Подлецы в опорном пункте понесли большие потери, в том числе обмороженными. Однако не подавленные огневые точки опять сорвали атаку. При отражении атаки тяжёлая 88-миллиметровая зенитка Flak 39 уничтожила советский танк и ещё один подбила.

Тяжёлая советская артиллерия снова подвергла Любино Поле сильнейшему артобстрелу, разрушив там почти все укрепления. Все 30 домов в Любино Поле снесло вместе с гитлеровцами. Своих раненых эсэсовцами негде размещать и нечем перевязывать. Полевые кухни разбиты. Снабжение по воздуху мизерное. Оккупантам третий день ели конину и крошки из сухарных сумок, но вцеплялись в чужую землю они намертво, по-капиталистически.

Снова советские агитаторы ввиду явного расстрела окружённых, предлагали фашистам жизнь:

- Немецкий солдат! За кого ты воюешь? За свою семью? Нет! Ты воюешь за интересы немецких капиталистов и помещиков, за прибыли банкиров, за барыши прусских и балтийских баронов. Ты воюешь за интересы германских империалистов и плутократов, чтобы потуже набить их кошельки. Это им нужны новые источники сырья и чужие земли. Тебе говорят: 'Немецкому народу нужно пространство'. Это ложь и обман! У немецкого народа достаточно земли. Это германским империалистам её мало. Поэтому они и хотят поработить другие народы. Чем больше у них будет новых рабов, тем богаче они станут. Не проливай больше свою кровь за интересы банкиров и плутократов. Смело сдавайся в плен! Сталин своим приказом No.55 от 23 февраля 1942 года гарантировал сохранение жизни всем немецким солдатам и офицерам, добровольно сложившим оружие!

Опорный пункт Мостки с утра тоже подвергался артиллерийскому погрому. Мощными залпами тяжёлых орудий с дальних и ближних позиций последовательно уничтожались ДЗОТы и блиндажи. Земля дрожала. В воздух густо взлетали изуродованные от взрывов рельсы и брёвна укреплений. Так 2-я Ударная армия реализовывала своё назначение 'ударная'. Била и била. Удар за ударом. Подлецы забились в земляные норы как на Западном фронте в Первую Мировую войну. Глубоко закопались, иногда на пять метров, и потому некоторые уцелели даже после такого погрома. Когда пехота Витошкина ворвалась в боевые порядки эсэсовцев, начались ожесточённые уличные бои.

Все штурмовые группы Витошкина вооружались автоматами ППШ, брали с собой гранаты и две-три горючих бутылки КС на бойца. Бутылки с КС связывались с гранатой и бросали их вместе. Такой взрыв имел большой эффект и действовал на врага ещё и морально, особенно ночью. Дом за домом, улицу за улицей вычищали доблестные воины фашистскую заразу, пробиваясь к центру опорного пункта. Приступом приходилось брать каждый дом. Эсэсовцы, у которых руки по локоть в крови немецких коммунистов, евреев и славянского населения Ленинградской области, дрались озверело, до последней возможности. Наркотик 'Pervitin', который все они употребляли в больших дозах, делал их малочувствительными к боли, выносливыми, подавлял страх и вызвал звериную агрессию. По всему опорному пункту деловито стрекотали ППШ и оглушительно рвались гранаты РГД. Уцелевшие эсэсовцы после ого, как их подвалы и дома закидывали гранатами, выбегали на улицу и продолжали отстреливаться из автоматов, бежали, ползли в своих зелёных полицейских мундирах даже без шинелей в 20-градусный мороз. Их окружали, отсекали, в упор расстреливали автоматчики и пулемётчики. Всё новые подлецы бежали, падали, ползли, затихали: одни ранены, другие убиты. Отходили, снова атаковали. Советские пулемётчики меняли ленты, вода в пулемётах кипела, но пулемёты не умолкали, настигая огнём захватчиков: 'Не мы к вам пришли!' Да, это эсэсовцы пришли грабить государство Советов для своих капиталистов, очищать эту землю от русских и большевиков, чтобы заселить немцами, прибалтами и финнами, ворами и подонками! И вот подлецы лежали теперь полосой вдоль шоссе: как шли, так и полегли.

Не обращая внимания на летящие вокруг вражеские пули и осколки, советские медики оказывали помощь раненым и выносили их с поля боя. В помощь выделялись специальные команды, проверяющие, не осталось ли на поле боя раненых. Эти самоотверженные люди отходили последними и несли раненых на себе, ежеминутно рискуя жизнью. Все дивизии заботилась о медсанбатах. Командиры выделяли для них машины, отпускали лучшие продукты. Днём медсанбаты тщательно укрывали в лесу и подтягивали к нему побольше зениток, чтобы защитить от самолётов. Бойцы всегда приходили на помощь врачам и военфельдшерам...

Штурмовые группы 1098-го и 1102-го стрелковых полков 'воронежцев' Антюфеева и 8 танков Т-60 и Т-34 из 162-го отдельного танкового батальона Багакашвили предприняли атаки на укрепрайон Спасской Полисти с востока. Накопленные в опорном пункте войска Кёхлинга вели по танкам шквальный огонь из противотанковых, полевых, зенитных орудий. Танки шли непрерывно будто в искрах от электросварки. Рикошеты, взрывы, всполохи пламени. Стрелки за танками двигаться в таких условиях не могли и залегли. На северной окраине села в заснеженной пойме реки Полисть 4 танка Т-60 застряли. Затем получил повреждения при обстреле Т-34. Сгорел танк комбата Багакашвили. Отважный грузин получил тяжёлые ожоги.

Советская артиллерия Резерва Верховного Главнокомандования - 'Кувалды Сталина', 'Емели', 'Катюши' били по Спасской Полисти и опорным пункта на 'дорога смерти' севернее Острова, Коляжки, Овинца, по железной дороге, уничтожая резервы, срывая снабжение, эвакуацию раненых, уничтожая огневые позиции артиллерии, подавляя её огонь. При такой мощной поддержке 'антюфеевцам' всё-таки удалось пробиваться через рубежи ДЗОТов, огневых точек в каменных домах, через рубеж вкопанных танков. Буквально по трупам оккупантов им удалось проложить дорогу в Спасскую Полисть и занять 7 домов на окраине.

Фашисты контрактовали двумя ротам пехоты, подошедшими из деревни Остров. Они теснили утомлённых 3-часовым боем 'антюфеевцев', испытывающих недостаток в боеприпасах и имеющих много раненых, за сараи. Всё ближе немецкое: 'Хох, Хох, Хох!' В этот момент Т-34 командира взвода комсомольца Евстратов из танкового батальона Багакашвили ворвался в южную часть села. Танк старшего лейтенанта Евстратова, стреляя из орудия и пулемёта, с ходу бесстрашно двинулся в саму гущу фашистов. Раздавил три пулемётных точки. Уничтожил около 30 подлецов. При помощи Евстратова 'антюфеевцы' перебили контратакующих, вошли в южную части села и повели бой за высоту с церковью Троицы Живоначальной. Когда у Евстратова закончились боеприпасы, он вернулся на исходную позицию, быстро загрузил снаряды и патроны и вернулся в бой. Танк подожгли. Евстратов получил тяжёлое ранение. 'Антюфеевцы' вытащили отважного танкиста из горящего танка и на руках унесли в тыл. Вокруг церкви разыгралось настоящее упорное сражение.

Пока шли бои в опорных пунктах Любино Поле, Мостки и Спасской Полисти, Кёхлинг снова получил с самого верха задачу для своей 'бригады': подготовить посадочную площадку для транспортных самолётов, и во что бы то ни стало организовать прорыв к окружённым в Мостках эсэсовцам. Кёхлингу также следовало провести контрнаступление и закрыть 12-километровую брешь во фронте, отрезав кавкорпус Гусева. Для этого к частям Кёхлинга в Спасской Полисти присоединилась ещё одна 'сборная солянка' - группа подполковника Беккера: противотанковый дивизион 215-й пехотной дивизии, 377-й пехотный полк Шёпфера из 225-й пехотной дивизии фон Бассе, III усиленный батальон 284-го пехотного полка, а также сапёрные, строительные части и подразделения.

Кёхлинг незамедлительно бросил свежие войска в лобовые атаки вдоль шоссе на Мостки на выручку эсэсовцам. 'Сибиряки' ждали эти атаки и встретили их во всеоружии. Гаубицы из полков РГК шрапнельными снарядами 53-Ш-501 несколько раз сносили пехоту Кёхлинга с шоссе как грозовой ветер сносит шапки одуванчиков. Каждый снаряд 53-Ш-501 имеет 690 сферических пуль массой 21 грамм каждая, и накрывал прямоугольник 30 x 15 метров, гарантированно поражая половину всех ростовых фигур в этой зоне. В каждом залпе одного дивизиона 12 выстрелов. В одном полку РГК три дивизиона... 'Коса Сталина'...

Наркотик 'Pervitin', фельджандармы, унтер-офицеры с пистолетами, в также страх попасть в концлагерь или штрафные части, раз за разом гнал солдат на советскую оборону и раз за разом они откатывались назад или навсегда ложились оскалом в снег. Подступы к советским позициям как ковром устилали трупов завоевателей. Так здесь воевал Wehrmacht...

Похоронные команды из пожилых стройбатовцев 'Организации Тодта', состоящие из негодных к строевой службе пожилых немцев и австрийцев, хоронили трупы своих солдат в 200-метровой полосе между железной дорогой и шоссе Новгород - Чудово у своих опорных пунктов и развалин деревень. Они лежали, складированные в заиндевевшие штабеля, и дожидались своей очереди, пока для очередной партии выдолбят в мёрзлом грунте общую могилу. Обычно 2 x 2 x 2, реже размером 4 х 4 и глубиной 3 метра. Сверху формировали насыпи как для одиночных могил, ставили несколько именных крестов. Остальные в могилах - безымянные. Среди убитых они не числятся. Они пропавшие без вести. Нет могилы - нет убитых - нет компенсаций семьям. Экономия для государства. Особо никто не старался. Знали, что в случае занятия территории советскими войсками, кресты всё равно снесут, а могилы перепашут плугом. Нет трупа - нет проблем. Вот лежит сверху труп офицера. Очевидно, пуля попала в спину. Лицо-маска обращена к небу. Одет он до смешного легко по сравнению с русским морозами. Видя эту фигуру, первая мысль: 'Боже мой, как ему было холодно!' А потом: 'Зачем ты сюда пришёл?'

Сначала хоронили в верхнем обмундировании. Затем пришёл приказ хоронить в белье. Но снять целым обмундирование с оледеневшего трупа невозможно. Стройбатовцы распарывали по швам шинели, мундиры, брюки, сапоги и стаскивали. Чтобы добыть драгоценные валенки, которые имелись на некоторых трупах, молотили палками по ногам, отбивая войлок от примёрзших ног, а потом резали голенища. Всё полученное таким образом обмундирование отправляли в тыл. Так воевал Wehrmacht на Волхове!

Бой в Мостках не затихал до темноты. Удалось очистить шоссейную и железную дороги в сторону Любина Поля, с боем взять 'Лесопункт'. В районе дома путевого обходчика 'коридор' снабжения фашистов по шоссе между Мостками и Спасской Полистью тоже оказался перерезан. Luftwaffe неоднократно наносило бомбовые удары по скоплениям советских войск, но и ВВС Волховского фронта своими налётами уничтожили солдат и технику оккупантов.

В этот день погиб комдив 'ленинградцев' генерал Лебедев, участник в качестве комдива-235 обороны Ленинграда на Лужском рубеже и разгрома войск группы армий 'Север' под Тихвином. Его машина к великому горю подорвалась на противотанковой мине на булыжной дороге Спасская Полисть - Селищенский посёлок. Сам генерал из крестьян. Закончил Первую Мировую войну в чине унтер-офицера. На империалистическом фронте перенёс цингу. Большевик. Долго воевал против кровавого Правителя России Колчака. Служил в войсках. До войны преподавал на курсах 'Выстрел', руководил Московским пехотным училищем Верховного Совета:

В командование 191-й стрелковой дивизией вступил начштаба-191 полковник Старунин: Старунин сам лично храбрый, большевик. В армию призван в 1919 году. Закончил пехотные курсы. Как комвзвода и комроты в боях с белополяками прошёл от Мозыря до Сокаля на реке Буг. Сражался с украинскими националистами Петлюры, украинскими бандами около Винницы. После этого закончил курсы 'Выстрел', академию Фрунзе. Несколько лет служил в разведуправлении Штаба РККА, преподавал тактику в Куйбышевской военно-медицинской академии. Весной 1941 года в журнале 'Военная мысль' опубликовал работу 'Оперативная внезапность', где определил понятие 'оперативная внезапность' и набросал контур задач в начальный период войны: превосходство в воздухе, нарушение снабжения врага и работы его транспорта, срыв мобилизации и развертывания основных сил, захват главных областей военного и политического значения, разгром сил прикрытия и части основных сил врага по мере их развёртывания на основном стратегическом направлении. Таким образом план 'Barbarossa', который разработал Wehrmacht, хоть и не был известен в Красной Армии буквально, но именно так представляли себе советские командиры, генералы, маршалы начало войны.

Отталкиваясь от этого представления, Красная Армия и готовилась к отражению вероломного нападения капиталистов, применяя доктрину Фрунзе 1925 года: стратегическое отступление с ведением активной обороны, максимальное ослабление армий агрессоров, проведение мобилизации армии и экономики, переход в контрнаступление и разгром врага.

С августа прошлого 1941 года полковник Старунин как начштаба 311-й стрелковой дивизии Гогуна вёл тяжелейшие бои за Чудово в тех же самых местах вокруг Спасской Полисти, где теперь уже две недели гудело сражение 2-й Ударной армии Клыкова против 18-й и 16-й полевых армий Линдеманна и Буша.

Поволховье для Старунин места до боли известные. 311-я стрелковая дивизия, где он являлся начштаба дивизии, хотя и номерная - но по сути добровольческая Кировская дивизия народного ополчения. Сформировали её из старших возрастов и слегка разбавили младшими командирам из числа курсантов Черкасского и Львовского пехотных училищ, по-дореволюционному - юнкеров. Бойцы прошли только 10-дневный начальный курс без оружия. Однако многие воевали в Гражданскую и империалистическую войну, и винтовку держали не впервые. Младший начсостав в большинстве приписной из запаса. Очень слабая обученность штабов. Только штадив и артполк комплектовался кадровыми командирами. Положенного месяца учений дивизия не имела, поскольку Ленинград оказался под угрозой полного окружения и времени 'Blitzkrieg' не давал никакого. Такая едва сформированная дивизия после выгрузки на станциях Трегубово, Чудово, Торфяное и Бабино, на следующий день без рекогносцировки местности разведки попала сразу в самое пекло! Когда Генштаб Шапошникова назначал 'кемеровчанам' этот район выгрузки, тут ещё глубокий тыл.

Пристанционный посёлок Чудово преобразовали в рабочий посёлок в июне 1928 года. В январе 1931 года часть сельсоветов переименованы по национальному признаку. Прежде всего это национальный немецкий Александровский сельсовет Спасско-Полистской волости - Александровская Колония, располагавшийся восточнее Селищ на реке Осьма. Александровская колония основана немцами-протестантами в 1836 году. 250 лет тому назад российская императрица немка Екатерина II начала заселять Россию иностранцами. Немцы начали перебираться на Кавказ, в Закавказье, на Дон, Волгу. Некоторые германские колонисты поселились на территории Санкт-Петербургской губернии.

Очень долго колонисты по прихоти антирусских царей пользовались щедротами России и за счёт русского народа, щедрыми льготами и дотациями за счёт казны, сохраняя свои язык, национальные традиции и культуру, никак не ассимилируясь, ведя по сути паразитический образ жизни. Советская власть покончила с этим колониализмом немецких царей.

В 1931 году образовались национальные латышские сельсоветы - Дереволатышский и Коломовский. Всего в Новгородский уезд из нищей, голодающей Латвии - провинции Российской империи до революции бежало и поселилось более 4000 человек. Они основали колонии во вновь возникших населённых пунктах и в уже имеющихся: Коломово, Вторая Лука, Второе Корпово, Жидуземе, Мазилово, Смёрдыня, Кондуя, Дерева, Любань, Огорово, Теремец-Курляндский, Тигода Курляндская, Пятое Поле, Четвёртое Поле, Каменник, Николаевская Дача, Вторые Нащи, Грядка, Америка, Кородыня, Грустыня, Огорелье и других.

В 1937 году посёлок Чудово преобразован в город районного подчинения. Александровский сельсовет Чудовского района в 1939 году преобразовали из немецкого в обычный. Латышские сельсоветы также преобразовали в обычные. Приближалось нападение капиталистов и немецкий и латышские анклавы вблизи Ленинграда оставлять не следовало...

Wehrmacht в августе 1941 года всё ещё пожинал плоды своего вероломного нападения на не отмобилизованную Красную Армию, миролюбивую страну рабочих и крестьян. Но что делать 'кемеровчанам'? Попросить фашистов повременить с наступлением на Чудово? Отказаться защищать Советскую Родину? Сказать, что так воевать против правил?

У Спасской Полисти, которая сейчас являлась важным опорным пунктом подлецов в 'Волховском рукаве', 'кемеровчане' 17 августа 1941 года вступили в свой первый, встречный бой с озверевшей от крови, страха и наркотика 'Pervitin' сводной механизированной 'группой фон Глазова' из I армейского корпуса группы армий 'Север'. Подлецы двигались на Чудово из Новгорода по шоссе 5-километровой колонной разнообразной техники, как на параде, не ожидая серьёзного сопротивления: танки, самоходки, зенитки, бронемашины, бронетранспортёры, грузовики, мотоциклисты, велосипедисты, огнемётчики, мотопехота.

Полк из 128-й стрелковой дивизии, прикрывающий выход 'кемеровчан' на рубеж обороны в Спасской Полисти, под бомбёжками распался и отходил лесами. Эта стрелковая дивизия не отличалась стойкостью. Её сформировали за счёт запасных полков, укомплектованных в большинстве ушедшими с фронта. Укомплектованность начсоставом запаса всего на 70 процентов. Естественно, что почти во всех боях части такой дивизии, составленной преимущественно из дезертиров и трусов, уже не раз бросивших фронт, отступали. Впрочем, на примере 128-й стрелковой дивизии хорошо просматривался ответ на вопрос: 'Куда девался личный состав окружённых и разбитых соединений и частей Красной Армии, которых Wehrmacht и его историографы записывали в убитые или пленные, ориентируясь на списочный состав захваченных документов. 128-я стрелковая дивизия после боёв под Новгородом и на шоссе Новгород - Ленинград оказалась без управления и учёта разбросана по лесам. Комдив и начарт ранены и эвакуированы, начштаба легко ранен. Комиссар дивизии пропал без вести. Гитлеровцы отчитались об уничтожении 128-й стрелковой дивизии и записали её личный состав в убитые или пленные. Данные ушли в Берлин:

Однако к полудню 19 августа 1941 года в 2 километрах южнее Чудово собралось из уничтоженной дивизии первые 300 человек. 20-22 августа в Любани и на станции Померанье собрались в единое целое уже два стрелковых полка. Отряд окруженцев из этой дивизии в 2500 бойцов выводил начальник политотдела Казьмин и начштаба дивизии Каверин. При выходе по лесу 212-го отдельного батальона связи 128-й стрелковой дивизии к Бабино в батальон влилось много солдат и командиров их дивизии, а также выходившие вместе с ними части других дивизий. Батальон из 500 человек разбух до 1000. За 10 дней батальон прошёл по лесам 100 километров, заготавливая продовольствие в брошенных деревнях, попадавшихся по дороге, не имея ни одного боевого эпизода... Отдельные бойцы и мелкие подразделения 128-й стрелковой дивизии дошли до Ленинграда. Вот вам и 'уничтоженная в котле' 128-я стрелковая дивизия. Подобным образом Wehrmacht в своих умопомрачительных отчётах фон Мюнхгаузена 'уничтожил в котлах' Красную Армию к сентябрю 1941 года аж три раза! Но только она его взяла и остановила под Москвой, а затем и разгромила!

Из-за постоянно разбегающейся 128-й стрелковой дивизии 'кемеровчане' занять свой участок обороны у Спасской Полисти не успели, хотя и торопились как могли. Добровольцы с Урала сразу, без тылов и артиллерия отважно пошли на юг по шоссе Чудово - Новгород к Спасской Полисти навстречу подлому врагу, окружающему Ленинград. Оборудованных позиций впереди нет. В Спасской Полисти два полка кемеровских ополченцев преградили путь озверевшим ордам. В Трегубово успел выгрузится их 855-й артполк Коростелёва. Он мощным артогнём охладил наступательный пыл завоевателей. Подлый и наглый враг наседал, бомбил необстрелянных новичков, заваливал снарядами артиллерии, атаковал бронетехникой, моторизированными частями. 'Кемеровчане' держались 6 часов, но всё-таки отступили к Трегубова и Михалёво.

Не атакованный левофланговый полк 'кемеровчан' между тем вышел в назначенный район сосредоточения восточнее Спасской Полисти. Между флангами дивизии образовался разрыв. Бомбёжка позиций и колонн дивизии группами по 30 бомбардировщиков Ju 87 продолжалась до темноты. Чудово горел со всех сторон. При этом его бомбёжки не прекращались. Горело Михалёво.

Комдив-311 Гогун, в армии с 1919 года, но в Гражданской войне из-за ранения участия почти не принял. Получил отличное военное образование. Бывший начальник Черкасского пехотного училища. Но теория теорией, а для Гогуна этот бой стал первым в качестве комдива, и сразу бой встречный и против ударной группировки оголтелых подлых убийц, покорителей Европы. Он растерялся. Начштаба-311 Старунин в такой обстановке тоже потерял управление стрелковыми частями.

На следующий день Luftwaffe усиленно бомбило Трегубово в Малое Опочивалово, расчищая дорогу своим механизированным войскам. Сильно пострадали тылы дивизии и штаб, расположенный в Малом Опочивалово. Левофланговый полк 'кемеровчан' попытался в такой обстановке атаковать Спасскую Полисть с востока. Неудачно. После артподготовки мотопехота 21-й пехотной дивизии при поддержке бронетехники в свою очередь атаковала Трегубово, и после 2-х часового боя захватила деревню. 'Кемеровчане' неорганизованно отошли частично к Михалёво, частично в окружающие леса.

855-й артполк Коростелёва из дивизии 'кемеровчан' после этого начал по собственной инициативе мощный обстрел фашистов в Трегубово из всех 28 своих 76-миллиметровых пушек Ф-22-УСВ. Подлецы понесли большие потери и продолжать наступление не смогли. Трегубово оказалось завалено трупами в мышиных мундирах, горящей бронетехникой и грузовиками. В ответ Luftwaffe заваливало 'кемеровчан' бомбами. Под бомбёжкой оказались и позиции артполка. Люди пострадали мало, но погибло много лошадей. Ранило комполка Коростелёва. Часть орудий пришлось бросить, предварительно выведя их из строя. Управление дивизией полностью восстановить не удалось. Подлый враг напирал.

В результате ожесточённых боёв стрелковые части 'кемеровчан' потеряли более 500 человек убитыми и 1500 ранеными, распались на подразделения и группы, которые занимали круговую оборону или отступали к Чудово. Другие беспорядочно отходили в густые заболоченные леса Поволховья, бросая матчасть и конский состав. Под контролем Гогуна и Старунина из 10-тысячной дивизии осталось 3000 человек. Местонахождение других установить не удалось.

Малочисленные подразделения 151-го полка охраны особо важных предприятий промышленности из 20-я дивизии НКВД по охране железнодорожных сооружений и особо важных предприятий промышленности, которые заняли оборону севернее Большого Опочивалово, сумели собрать и организовать более 1500 бойцов-'кемеровчан', хаотично отступавших в сторону Чудово. Сама 10-тысячная 20-я дивизии НКВД по охране железнодорожных сооружений и особо важных предприятий промышленности была разбросана по всей Ленинградской области, охраняя заводы, фабрики, электростанции, Беломор-Балтийский канал, радиостанции, водные станции, склады и другие объекты на фронте охраны до 200 километров. Серьёзной преградой механизированной лавине бойцы в васильковых фуражках стать не могли, но бесстрашные воины-чекисты сознательно жертвовали собой, чтобы задерживать и уничтожать войска капитализма.

Вместе с воинами-чекистами 'кемеровчане' снова дали бой на подступах к Чудово. Дрались отчаянно, но силы и диспозиция оказались неравны. Ещё одна часть 'кемеровчан' отступила в сторону Тушино, потом на правый берег Волхова в районе моста железной дороги Веймарн - Чудово, где безучётно влились в другие части. Многие младшие командиры 'кемеровчан' выводили своих бойцов из-под обстрелов у Лядно, переправляли их на правый берег Волхова. Благо подлецы своими моторизованными авангардами с бронетехникой наступали в основном вдоль шоссе и железной дороги Чудово - Новгород и в леса с болотами соваться боялись. Масса бойцов, командиров, политруков очень скоро оказались в войсках Ленинградского фронта, хотя считались пропавшими без вести 17-18 августа. Почти все советские штабы дивизий и корпусов этого направления с 8 августа из-за ожесточённых боёв во время массированного наступления фашистов на Ленинград прекратили вести 'живые' записи в Журналах боевых действий. Дописывали потом по памяти. Куда девались их бойцы они отчитаться толком не могли.

19 августа 1941 подлецы-фашисты, крепко получив по зубам у Спасской Полисти, Трегубово и Михалёво от новичков на фронте, подтягивали резервы, бронетехнику, меняли обескровленные подразделения, чтобы продолжить наступление на Чудово. Luftwaffe снова ходило по головам.

20 августа подлецы после артподготовки и продолжительного, более часа, авианалёта атаковали 'кемеровчан' и воинов-чекистов танками и бронемашинами. Зона советской обороны из-за воронок напомнила после этого наступления пчелиные соты. На штурм Чудово двинулась 21-я пехотная дивизия. Навалилась тушей.

На позиции 1-го батальона воинов-чекистов на реке Полисть пошли в атаку 7 танков. Гранатами и зажигательными бутылкам герои остановили перед окопам 6 из них. Через окопы прорвался только один. Тогда ему на встречу пополз боец Тяпкин с зажигательной бутылкой. Точным броском он поджёг танк, после чего вся рота поднялась в контратаку и заставила пехоту подлецов бежать. Батальон стоял до последнего. С позиций отошли лишь несколько человек.

Так же стоял насмерть уже в окружении 2-й батальон из полка Васильева. Остатки батальона снял с позиции и вывел из окружения комиссар полка - батальонный комиссар Побияко. 3-й батальон имел небольшие потери. Не имея тяжёлого вооружения, войны-чекисты начали отход в пылающий со всех сторон Чудово. Васильев пал смертью храбрых. Так останавливали разрекламированный на весь мир 'Blitzkrieg' в 1941 году:

'Кемеровчане' этот удар выдержать не смогли и тоже отступили. Советские бронепоезда, эффективно поддерживающие свою пехоту, опасаясь разрушения железнодорожного пути, отошли. Один к Тосно, другой к Тигоде. К вечеру гитлеровцы захватили южную часть города.

Несколько дней шли ожесточённые уличные бои в Чудово. Сводный отряд из частей НКВД под командованием Абакумова и 'кемеровцы' окопалось на цементном заводе и оттуда контратаковали. Им как могли помогали добровольцы истребительных отрядов No. 68, 70, 71, 72, прибывшие из Ленинграда. Гитлеровцы в тот момент ещё не исчерпали запас бомб и снарядов, накопленных для осуществления вероломного нападения по плану 'Barbarossa'. План 'Barbarossa' предусматривал расход снарядов и бомб как при захвате Польши, то есть заниженный в 10 раз относительно реалий войны с Красной Армией. Но пока что подлецы усиленно бомбили город, обстреливали артиллерией и миномётами всех калибров. Горело нефтехранилище. Густая пыль и чёрный дым заволакивали город.

23 августа 'кемеровчане' получили приказ перейти к обороне на северной окраине Чудово, в пригороде Первомайский и далее по северному берегу реки Кересть. Свой Штадив-311 Старунин перебазировал ближе к Любани, в Тушино-Остров.

Когда 'кемеровчане' снова перешли к обороне, их 1067-й стрелковый полк Суракова имел всего 215 активных штыков и 500 человек в строю, 1069-й стрелковый полк Пестова 170 активных штыков и 300 человек всего, 1071-й стрелковый полк Летучего - 130 активных штыков и 310 человек всего в строю. От 855-го артиллерийского полка осталось три батареи и несколько отдельных орудий. Куда делись 7000 'кемеровчан', сколько погибло, ранено, в плену, в других частях, Гогун и Старунин отчитаться перед вышестоящим командованием не смогли.

Именно в таком же положении оказалась сегодня 2 августа 1942 года 208-я 'дальневосточная' стрелковая дивизия Воскобойникова за 1500 километров юго-восточнее при разгрузке на участке Гремячая - Котельниково на железной дороге Сталинград - Тихорецкая после прорыва 4-й танковой армии Гота с Цимлянского плацдарма и со стороны Николаевской переправы. Теперь её собрал по частям генерал-лейтенант Чуйков. Под Чудово такого, как Чуйков, не оказалось:

Оказался там только командарм-46 Акимов, который совершенно потерял управление армией, в сложной обстановке проявил безынициативность и бездеятельность, но не проявил находчивости и оперативно-тактического искусства при принятии решений. Его предстояло сменить. Комдива Гогуна за неудовлетворительное руководство в боях под Чудово сняли с должности и понизили до комполка. Новым комдивом стал Орленко, а комиссаром Васин.

Около шести часов вечера 24 августа 1941 года после интенсивной артиллерийской подготовки силами двух пехотных дивизий, при мощной поддержке авиации, танков, массы другой бронетехники, авиации, подлецы перешли в наступление от Чудово на Любань вдоль шоссе. Под ударом пушечных и зенитных самоходок, а также бронемашин и мотоциклистов оказался и Штадив-311. Погиб начоперотдела, множество штабных работников. Машины штаба оказались уничтожены. Старунин вывел часть людей в Дубово. Туда же самостоятельно вышли другие работники штаба. За сдачу Чудово Старунина арестовали. Отдали под суд военного трибунала. Разбирались долго. В ноябре оправдали и назначили начштаба 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии, с которой он затем участвовал под Тихвином в разгроме группировки войск группы армий 'Север'. За успешные бои под Тихвином Старунин получил награду - орден Красного Знамени...

Вот теперь в начале 1942 года Старунин снова у Спасской Полисти и уже как комдив ведёт трудную борьбу с матёрой армией капиталистического мира. Теперь он не защищает, а штурмует село и станцию Спасская Полисть. Только вот теперь почти каждый кирпичный подвал в Спасской Полисти подлецы приспособили к обороне, и оттуда нёсся шквал пуль, мин и снарядов. На основных направлениях в землю врыты танки. Контратаки тоже с танками. С ходу такой 'орешек' не разгрызть!

Тем временем, 27 января 1942 года, в глубине обороны 18-й полевой армий Линдеманна 100-й кавполк кавдивизии Баринова в спешенном строю атаковал посёлок Восход. Кавалеристы ворвались на улицы. Подлецы контратаковали. Подошли на подмогу два эскадрона 104-го кавполка. В упорном бою, очищая от врага каждый дом, подлецов уничтожили.

Завязались бои за освобождение большого рабочего посёлка торфоразработчиков Финёв Луг и посёлка 'Восход'. Здесь занимал оборону батальон сводного 'строительного полка' 8-й танковой дивизии, командир которой Бранденбергер отбыл в фатерланд на лечение от 'нервного истощения' на Восточном фронте. Солдатня этой дивизии после разгрома в августе под Лугой, ожидала новые танки и бронетехнику. Поскольку новая техника приходила со своими экипажами и техниками, прежние остатки дивизии занимались охраной тыла, грабежом и уничтожения населения, строительством дорог и складов. Грабили, насильничали, убивали. Обычная жизнь преступников.

Именно против этой дивизии совершил 19 августа 1941 года свой ратный подвиг знаменитый в Красной Армии экипаж танка КВ-1 старшего лейтенанта Колобанова. Это случилось в районе учебного хозяйства Войсковицы и деревни Ванго Староста на подступах к Ленинграду.

Колобанов кадровый командир с 1936 года, с отличием закончивший училище. Брал 'линию Маннергейма', дошёл до Выборга, трижды горел в танке. Его наводчик танкового орудия Усов - ветеран боевых действий, инструктор-артиллерист. Танк КВ-1 Колобанова за один бой у Войсковицы уничтожил 22 танка фашистов, две противотанковые пушки, тягачи, грузовики, мотоциклы. Получив приказ на отход, Колобанов посадил на броню 7 раненых пехотинцев из своего прикрытия и отошёл к Красногвардейску.

Далее Бранденбергеру снова 'не повезло'. Это 'не повезло' для оккупантов - мужественная и умелая Красная Армия. Она и только она могла дать такие эпизоды борьбы 'один в поле воин'. Ни французская, ни польская, никакая другая армия мира в борьбе с капиталистической ордой Гитлера таких образцов воинского искусства не продемонстрировали. Сдавались колоннами со знамёнами и офицерами впереди. В тот же день после фатальной встречи с Колбановым, пытаясь обойти позиции курсантов-пограничников Ново-Петергофского военно-политического училища НКВД, подлецы Бранденбергера опять не озаботились разведкой и наткнулись на КВ-1 младшего лейтенанта Сергеева. Сергеев подбил 8 танков. Потом подлецы наткнулись на танк Ласточкина, который уничтожил ещё 4 машины, причём 2 - тараном.

Бранденбергер, как и все командиры Panzerwaffe, не любили тревожить начальство шокирующими отчётами и 'размазывал' потери на несколько дней, недель, даже месяцев. Он оформлял потери как танки отправленные в ремонт. Даже полный хлам в ремонт отправлял: ходовая отдельно, подбашенная коробка отдельно, башня отдельно. Главное не показывать, что танк потерян в бою. Могут ведь за некомпетентность и с работы турнуть. Где им тогда работать? Гитлер из-за потерь техники нервничал, ведь даже к весне Wehrmacht не расплатился ещё с промышленностью за технику, с которой начал войну с СССР. Теперь всё обстояло ещё хуже. Война-то переросла в затяжную. Поэтому Wehrmacht всегда так оформлял потери, чтобы не злить фюрера: 'Потерь нет!.. Потерь нет!..' А потом хлоп! - танковую дивизию свели в пехотный полк! Но факт остался фактом - дивизия Бранденбергера до Ленинграда не дошла, куда-то подевалась...

За спинами 'безлошадных' танкистов Бранденбергера впрочем уже выгружалась в Тосно и Любани 254-я пехотная дивизия Бешнитта. Её части срочно занимали оборону вдоль насыпи железной дороги Чудово - Веймарн, преграждающей путь на Любань. Крысы быстро превращали высокую промёрзшую железнодорожную насыпь в цепь огневых точек и блиндажей. Два дня назад дивизию Бешнитта пополнил очередной маршевый батальон в количестве 1000 человек - половина не немцы. В дивизии практически не осталось солдат и унтер-офицеров из того состава, что вероломно вторгся в Советский Союз полгода назад. Потери в боях за Таллин, под Ленинградом и Тихвином более 15 000 человек. Потеряны все 'дикие' танки, прочая бронетехника, потеряна большая часть артиллерии. Всё пополнение - в основном австрийцы, чехи, поляки. Уже и с физическими недостатками - плоскостопие, язва, дефекты зрения. Боевой дух отсутствовал напрочь. Чехи и поляки воевать за немцев не хотели. Дисциплина поддерживалась угрозой штрафбата, заградотрядами фельджандармов, расстрелами на месте офицерами.

Отступая, солдаты 8-й танковой дивизии в посёлке Финёв Луг сожгли все общественные здания, частные дома и двухэтажные рабочие общежития. Снова советские воины не взяли пленных. Да и как тут взять, ведь кроме грабежа, ежедневных издевательств и оскорблений, избиений 'за косой взгляд', принуждению к рабскому труда русского населения в качестве чернорабочих и прислуги, безнаказанных убийств, солдаты капитализма занимались организованными изнасилованиями. Какой же Wehrmacht без изнасилований? Через немецкую подстилку Тюшкину офицер-сутенёр, живущий у неё на квартире, заманивал красивых молодых девушек на танцы в клуб. Там в отдельной комнате солдатня девушек насиловала. Это называлось у них 'распитие чая с ромом'. Большая часть жертв, кроме страшной душевной травмы, оказалась заражена сифилисом.

Капиталистические твари любили прикидываться сентиментальными. Они насиловали девушек, а потом посылали своим 'гретхен' краденые кофты и засушенные незабудки с припиской: 'Я верен тебе до гробовой доски'... Любовь для них нечто среднее между скотным двором и биржей. Эти грязные твари пришли в Советский Союз, на русскую землю, похотливые и жадные, с сифилисом, с чесоткой, со слюнявыми мордами обезьян. 'Поскорей бы их закопать! - думали бойцы и командиры, освободившие Финёв Луг. - Земле и той тошно!' Освобождены окружающие Финёв Луг посёлки лесозаготовителей и торфодобытчиков.

Советские войска, поняв, что перед ними хотя и многочисленные, но по большей части эрзац-войска, собранные с 'бору по сосенке', действовали широко и дерзко, активно применяя уже хорошо отработанное под Тихвином 'термическое оружие'. Это когда идущих в атаку в снегу в мороз без зимнего обмундирования захватчиков прижимали огнём к земле и вели экономно сдерживающий огонь только для того, чтобы не дать им подняться. При 20-градусном морозе завоевателям хватало 30 минуть такого лежания, чтобы получить массовые обморожения и более в атаки никогда уже не ходить. Добро пожаловать в Россию, подлецы! Резервы Линдеманна по этим причинам являлись зачастую 'одноразовыми'. Каждый раз приходилось выгружать в Любани и Тосно всё новых и новых солдат, и бросать их на заснеженные и морозные поля сражений.

Условно годным к военной службе солдатам, офицерам и чиновникам старших возрастов из обозов и тыловых служб группы армий 'Север' днём и ночью пришлось воевать по-настоящему. Этим подлецам, грабителям и мародёрам, имеющим крайне низкую боевую подготовку и куцее вооружение, приходилось раз за разом пробиваться колоннами к опорным пунктам с целью их снабжения или занимать круговую оборону на своих обозных стоянках. Также им приходилось вступать в бои вместе с временными боевыми формированиями, чтобы залатать бреши на том или ином участке фронта, и своими трупами закрыть отборным войскам Клыкова путь на запад. Даже военные чиновники - начальники финансовых частей и оружейники брались за оружие со всеми вытекающими их этого для них потерями. Многие части и подразделения гитлеровцев подолгу блуждали по лесам, неся потери от обморожения и ударов собственной авиации, поскольку во всём тыловом Волховском районе у командования оказалось очень мало пригодных карт. Имевшиеся у них в распоряжении карты, особенно с масштабами 1:100 000 и 1:50 000, оказалось устаревшими и неточными, и часто выглядели как примитивные схемы - бесполезные и даже вводящие в заблуждение. Особенно ощутимым этот недостаток сказался при обороне и снабжении опорных пунктов: Закалённые в боях сибиряки и уральцы раз за разом перерабатывали такие толпы на удобрение для русских болот...

С миномётного обстрела начал штурм опорного пункта в Клепцах, недалеко от станции Рогавка батальон из 366-й стрелковой дивизии полковника Буланова. Мины довольно точно ложились по огневым позициям эсэсовцев. Их здесь окопалось около 300, но боя они из-а угрозы окружения не приняли и позорно бежали под прикрытием нескольких пулемётов. Убив своих раненых, одни пошли на Глухую Кересть, другие - на Вдицко и Кривино. На улицах появились красноармейцы с криками 'ура!' Пусто. В освобождённые Клепцы верхом на лошади въехал плотный, среднего роста, чисто выбритый, подтянутый комдив Буланов. Посадка у него превосходная. С ним начальник артиллерии дивизии полковник Ковальчук. Вскоре прибыл взвод артиллерийской разведки. За ними спешили конные упряжки 'сорокопяток'. Следом тарахтели трактора 'Сталинец', тянущие 76-миллиметровые ЗИС-3 и Ф-22-УСВ.

Наконец освобождена и станция Рогавка железной дороги Ленинград - Новгород. Здесь разгромлена одна из комендатур тылового штаба группы армий 'Север'. Убито 110 оккупантов, 80 'хиви' и 'вспомогательных полицейских'. Трофеи - 200 лошадей со сбруей, 50 повозок на резиновых шинах, 20 пулемётов, 150 винтовок, автоматы, боеприпасы, другое военное имущество, продовольствие, мундир генерала фон Плотто, его портфель и документы. Отступавшие подлецы забрали с собой более 400 своих раненых. Освобождён посёлок Восток. В Тигоде убито ещё 40 оккупантов. В здании школы стал разворачиваться подвижный госпиталь для тяжелораненых. Здесь сортировали раненых из медсанбатов, проводилась обработка и хирургическая помощь: нейрохирургическая, стоматологическая и офтальмологическая. Имелось поликлиническое, хирургическое и терапевтическое отделения, лаборатории, рентген-кабинет, аптека, клуб, хозчасть и 108 человек личного состава. Из транспорта - две лошади и три грузовика.

Так же решительно действовал в это день в тылу врага один из кавполков 87-й 'барнаульской' кавдивизии Трантина, который выступил из Кречно вдоль реки Кересть на север, и в утренней тьме атаковал сильно укреплённую Ольховку у Прошкина болота, что в 15 километрах западнее станции Спасская Полисть. Кавалеристы проявили себя как настоящая элита армии. Трантин - человек большой силы воли и величайшей энергии. Его всегда видели в самых решающих местах. Первым ворвался в Ольховку комэск-4 из 236-го кавполка старший лейтенант Заровный. Будучи дважды ранен, он продолжил сражаться. Заровный лично уничтожил две огневые точки и 12 солдат из 254-го разведбатальона. Его вынесли из боя только после третьего, уже тяжёлого ранения.

Наводчик Степанов выкатил 76-миллиметровую 'полковушку' на прямую наводку и одним выстрелом уничтожил пулемёт, а после начала отступления 254-го разведбатальона на север к Ольховским Хуторам, картечью уничтожил до 20 гитлеровцев. За другое орудие на прямой наводке, расчёт которого выбыл из строя, встал комвзода этого артполка старший лейтенант Ващеев. Умелой стрельбой Ващеев уничтожил три пулемётные точки. Результат боя - две роты из 254-й пехотной дивизии Бешнитта разгромлены. На поле боя 80 трупов 'сверхлюдей'. Захвачен целый арсенал: 12 орудий и миномётов, большое количество боеприпасов к ним, 29 грузовых и легковых машин, 20 мотоциклов, 100 велосипедов, 24 повозки с фуражом и продовольствием, разнообразное стрелковое оружие производства многих стран.

Ольховка - это потеря для оккупантов: 36 крестьянских дворов с домами, погребами, сараями, ригами, банями, скотными дворами, в которых мог разместиться батальон и даже больше. До войны имелась школа до 4 класса и в этом здании клуб. Средняя школа располагалась в Сябренице у Чудово. В деревне конюшня. Умелый кузнец. Сначала мехом качал, а потом молотом бил. До войны раз в месяц приезжала из Райпо машина и вся деревня запасалась мукой, маслом, сахаром, макаронами. Почти все мужчины охотились. Собирались партиями и ездили на лошадях за лосем, кабаном. Добычу делили на всех. Полисадники, завалинки, перевёрнутые лодки, которые деды смолили дёгтем, деревянные коляски для малышей. С прошлой осени извели здесь счастливую жизнь оккупанты...

Сводный батальон из 'бригады Шайдиса' пытался контратаковать, чтобы отбить Ольховку, но оставив в поле 150 трупов, убрался восвояси, бросив 50 своих раненых умирать на морозе. Сами кавалеристы в течении дня подвергались непрерывным налётам авиации. Снижаясь до 100 метров, стервятники расстреливали из пулемётов и бомбили наступающих, коноводов и отдельных всадников.

Подобным образом с боями освобождены Тёсово, деревни Кривино и Новая. Везде по 50-100 трупов захватчиков, брошенные лошади, машины, пулемёты, винтовки, боеприпасы, продукты. В некоторых домах оставались хозяева, пережидая бой в погребах. На станции Огорели захвачен и разгромлен один из узлов связи группы армий 'Север', соединявший Новгород, Любань, Чудово, Оредеж. Захвачено много телефонного кабеля и оборудования.

Разводить костры днём в кавалерийском рейде не так опасно, как ночью. Чтоб не обнаружить себя, выбирали валежник посуше. Он сразу же занимался ярким пламенем. Но вот беда: поблизости нет ни озера, ни реки, а ручьи и родники промерзли насквозь. Нет воды. Растапливали в котелках снег. Получалась жидкость, которая явно не достойна называться водой. Она безвкусно-пресная, пахнет дымом и плохо утоляет жажду. А как поить лошадей? Для тысяч лошадей в котелках снега не натаешь. Заботливые интенданты снабдили каждого конника брезентовыми ведёрками. Но где и что черпать? Только в реках у десятков прорубей 'гусевцы' могли поить своих бравых друзей.


## Глава 4. Прорыв конницы к Ленинграду в начале 1942 года


Тысячи людей и тысячи лошадей двигались на запад морозными лесами Поволховья из горловины прорыва 2-й Ударной армии в конце января 1942 года в разные стороны, но в основном по одним и тем же дорогам, через одни и те же деревни. Ничего удивительного, что колодцы вмиг оказались вычерпанными до дна. Идущей за кавалеристами Гусева пехоте ещё труднее. В сожжённых и разбомблённых, разрушенных и растерзанных селения нет воды. У колодцев толпятся бойцы различных родов войск: артиллеристы, пехота, лыжники, связисты. На стенках колодезных срубов наросли такие толстые слои наледи, что не проходит и брезентовое кавалерийское ведёрко. Мутную воду, наполовину с песком, достают подвешенным на телефонном проводе котелками. Смекалистые 'славяне' топором, финскими ножами откалывают от стенок куски льда и набивают ими котелки. Из такого льда получится полноценная колодезная вода. Нелегко от недостатка воды людям, ещё труднее приходится коням, которых немало в обозах пехотных частей, ещё больше в артиллерии, в тыловых интендантских, транспортных службах. 'Потерпите, милые, скоро река, там набьём полыней...'

Несмотря на то, что Мостки и Любино Поле подлецы обороняли из последних сил, им ещё хватало войск четвёртый день удерживать в окружении западнее Мостков 546-й стрелковый полк Кухарева из 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина. Обстрела гитлеровцы не вели из-за скудости в боеприпасах. Питание рации у ленинградцев село, но Кухарев успел передать координаты квадрата, где находился полк. Всё продовольствие красноармейцы съели, и стали, как водится в таких случаях, варить кору и сыромятные ремешки на студень. Ночью появился У-2 и сбросил десять мешков с сухарями, сахаром и копчёной рыбой. Бойцы ожили.

Полк в своём составе имел немало настоящих героев, таких как комсомолец 1-го стрелкового батальона Морозов. 1 августа прошлого 1941 года в бою у реки Нарва смельчак Морозов заметил у переправы замаскированный танк. Вооружился гранатами РГД и зажигательной бутылкой КС. Незаметно подполз к танку, быстро влез на гусеницу и бросил в открытый боковой люк гранату. Экипаж он убил сразу. Затем бутылкой КС поджёг и второй рядом стоящий танк. Двигатель танка сгорел. В Красной Армии и один в поле воин. Сержант Джулусов 11 сентября прошлого в бою за высоту 134,0 спас своего окружённого автоматчиками комбата. Одного за другим Джулусов убил шестерых подлецов и выручил командира. Полк с 8 по 15 сентября 1941 года 6 раз выбивал гитлеровцев из Хабони, уничтожив там 300 фашистов, а около 900 отправив на длительное лечение в фатерланд. В этих боях полк уничтожил также четыре орудия, 5 миномётов, склад горючего, захватил 60 велосипедов, 10 мотоциклов, 6 станковых пулемётов, много ручных пулемётов, автоматов, другого имущества.

В это же время на Лужском рубеже 1-я стрелковая рота лейтенанта Смиронова и пульвзвод из 1-го батальона Жиделя этого же полка, выдвинутая в боевое охранение, при отражении неожиданной психической атаки фашистов уничтожила 600 солдат и офицеров. Рота Смиронова почти вся погибла, но поле боя перед её позициями буквально покрылось трупами солдат и офицеров дивизии SS. Неужто к Мостков полк станет воевать иначе?

Утром 27 января со стороны Мостков немец-'русак' из 'группы Кёппеля', объявил бойцам Кухарева по громкоговорителю:

- Если не сдадитесь, в 10:00 по московскому времени на вас посыплются тонны бомб и снарядов и никого не оставят в живых. Хайль Гитлер!

Никто из бойцов Кухарева сдаваться и не собирался. Ни раскулаченных, ни репрессированных среди не был ни одного. Они решили прорываться. Бойцы закопали миномёты, пулемёты 'Максим'. Комиссар полка собрал комсоргов батальонов и рот, разъяснил суть задания и подчеркнул авангардную роль комсомольцев в предстоящем бою, напомнив, что смелость города берёт, а трусость - шаг к смерти:

Тем временем на южном участке Волховского плацдарма, пройдя между опорными пунктами подлецов на шоссе и железной дороге Чудово - Новгород, советские части атаковали Малое Замошье. 'Группа Яшке' в этом районе получила подкрепление - 972-й 'русский' батальон вспомогательной службы полиции порядка Schuma и строительный батальон 'Организации Тодта'. Из группы 215-й пехотной дивизии Яшке также получил обратно свой 20-й сапёрный батальон и 5-ю батарею 20-го артполка. Тяжёлые орудия на жёстком от мороза снегу не скрипели, а форменным образом вопили при транспортировке, скулили как живые.

На северном фасе Волховского плацдарма после освобождения советскими частями Кипрово и Ульково, и гибели 435-го пехотного полка дивизии Книза, дыру на фронте, прикрывающем Чудово с юга, заткнули подразделениями 204-го сапёрного батальона. Но советские войска продолжили наступление для расширения плацдарма и после атаки разгромили один из опорных пунктов сапёров севернее Ульково.

С наступлением темноты из леса западнее Мостков пошли в разведку 12 бойцов из окружённого стрелкового полка 'ленинградской' дивизии. Им предстояло нащупать 'коридор' для прорыва полка к своим. Герои переползли через железную дорогу, перешли через шоссе и уничтожили гранатами через амбразуру крайний в Мостках ДЗОТ. Внутри продолжала гореть лампа, похожая на шахтёрскую, догорали в печке дрова. На полу четверо убитых оккупантов из II батальона 287-пехотной дивизии. Пятый повис на пулемёте. Послали к своим связного и броском вперёд. Так все окруженцы Кухарева перешли шоссе и оказались у своих. Настоящая гвардия, хоть и без гвардейских знаков!

В ночь на 28 января штурмовые группы 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии Антюфеева с востока начали атаку на опорный пункт в деревне Остров, примыкающей с севера к Спасской Полисти. Цель - отрезать весь укрепрайон от шоссе и железной дороги. Удалось достичь окраины и укреплений на кладбище.

Утром по лесному участку западнее Мостков, откуда уже вышел к своим 546-й стрелковый полк Кухарева, не дожидаясь 10:00 - времени срока истечения своего ультиматума, гитлеровцы открыли ураганный артиллерийский огонь. Над лесом появились 8 бомбардировщиков Ju 88. Они снизились, и из них пачками, как из мешков, посыпались на пустое место бомбы.

В районе дома путевого обходчика и у 'Лесопункта' по-прежнему сохранялась советская 'пробка' на маршруте снабжение опорного пункта Мостки и Любино Поле. Участок шоссе между домом путевого обходчика и Спасской Полистью подлецы удерживали под артиллерийским и миномётным обстрелом ценой больших ежедневных потерь. Остатки отборного I батальона 2 полка SS Polizei-Division и другие части по-прежнему фанатично обороняли Любино Поле. При этом снабжение по воздуху шло лишь эпизодически. Остатки деревень Мостки и Спасская Полисть после артобстрелов в нескольких местах горели.

Советская артиллерия полков РГК работала без остановки, выбивая все подкрепления, которые бросала сюда Линдеманн. В расположение фашистов у Спасской Полисти постоянно, как белые привидения, проникали группы лыжников для артиллерийской разведки целей и взятия 'языка'. Особенно интересовали их прибывающие артбатареи гитлеровцев. Разведчики артиллеристов при любой возможности убивали часовых, посыльных, врывались в блиндажи врага. Будучи в разведке, младший сержант Клыков из 18-го артполка РГК заметил, что фашистский часовой юркнул в блиндаж греться. Ошибочка! Сержант ворвался следом за теплолюбивым оккупантом и расстрелял из ППШ в упор 15 гитлеровцев.

На южном фасе Волховского плацдарма 23-я 'харьковская' стрелковая бригада Шишлова, не добившись успеха в атаке на Любцы с востока, и получив подкрепление в виде 58-й стрелковой бригады и 44-го отдельного лыжного батальона, начала наступление на Земтицы и Земтицкие хутора, захват которых позволял атаковать Любцы с запада. Атака началась мощной артподготовкой 561-го артполка РГК, которая крушила и поднимала на воздух ДЗОТы, огневые позиции 'группы Яшке' и 'голубой' испанской дивизии. Когда мощные 122-миллиметровые корпусные пушки А-19 перенесли огонь на артбатареи обороны, в атаку пошли 5 танков КВ-1 из 160-го отдельного танкового батальона Грановского: Они ворвались в расположение фашистов и устроили побоище. Несмотря на налёты групп Luftwaffe по 5-8 бомбардировщиков и истребителей, 'харьковчане' ворвались в Северные Земтицы и очистили его от подразделений 20-го сапёрного батальона и других подразделений 20-й моторизованной дивизии Яшке. Потери 'группы Яшке' более 250 убитыми и 430 ранеными. Стройбат 'Организации Тодта' потерял здесь более 150 убитыми.

На северном фасе Волховского плацдарма в 'группу Андерс' на место уничтоженных соединений 380-го пехотного полка дивизии Книза прибыл сводный батальон 12-й танковой дивизии, имеющий танки, самоходки и другую бронетехнику, а также 402-й самокатный батальон и усиленный батальон 271-го пехотного полка SA 'Feldhermhalle' из 93-й пехотной дивизии.

Этот более чем необычный полк SA имела сходство с частями SS и также набирался не из жителей какого-либо конкретного региона или города рейха, а имел выходцев из всех уголков рейха из числа членов SA. Полк имел более высокую подготовку, большую численность и лучшее вооружение, чём обычный пехотный полк.

Полк SA 'Feldhermhalle' сформировали в качестве охраны теперь уже убитого эсэсовцами начальника штаба SA Рёма в 1933 году. Не спасли они своего начальника. В 1936 году полку присвоили наименование 'Feldhermhalle' в честь Зала Баварских Полководцев, возле которого полиция разгромила 'Пивной путч' Гитлера 1923 года. Тогда в перестрелке полицейские убили и ранили несколько фашистов, в том числе Геринга. Гитлера в то момент закрыл телом, а потом спрятал у себя на квартире русский фашист Бискупский, проходимец из числа белоэмигрантов, большой поклонник Деникина и Ильина. А то потерялся бы Гитлер на страницах истории и немцев дурачил кто-нибудь другой.

Перед этим 8 ноября 1923 года Гитлер провозгласил начало 'национальной революции'. Военное руководство революцией осуществлял Людендорф и Крибель. Отряды фашистских штурмовиков Геринга и Штрассера, а также фрайкоровцы 'Союза 'Оберланд'' Вебера, 'Германского боевого Союза' Целлера и 'Имперского военного флага' при участии Гиммлера двинулись на захват ключевых пунктов Мюнхена. Фрайкоровцы 'Оберланда' и 'Стального шлема' захватили вокзал, телефонную станцию. На сторону Гитлера и Людендорфа перешло некоторое количество чинов рейхсвера и баварской земской полиции, а также Мюнхенское пехотное офицерское училище. Отряды штурмовиков Штрассера и Рёма, отряды 'Рейхскригсфлагге' и 'Кампфбунда' Целлера захватили здание Командования мюнхенского военного округа. Но 1-й батальон 19-го пехотного полка рейхсвера остался верен присяге, и оказал у своих казарм гитлеровцам ожесточённое сопротивление. Бой шёл до темноты. Ну и бардак царил в Германкой республике:

На следующий день путчисты двинулись маршем по Мюнхену как победители: Впереди с партийными знамёнами вооружённые штурмовики в единообразной чистенькой коричневой колониальной форме, полученной от военного министерства, все в орденах прошедшей войны... Сияло солнце... Пели колонны... Клацали металлические подбойки по брусчатке... Розовощёкие фройляйн махали из окон бравым молодцам: Гитлер улыбался:

С ним рядом шёл глава 'Организации реконструкции' прибалтийский немец фон Шойбнер-Рихтер. В организацию фон Шойбнер-Рихтера входил бывший заместитель начальника кайзеровского Генерального штаба генерал Людендорф, прибалтийский немец Розенберг, затем ставший обергруппенфюрером SA и главным идеологом NSDAP, обергруппенфюрером SS и имперским руководителем печати, будущий рейхсляйтер пройдоха Аман, видный белогвардеец из России - Винберг, создатель фашистских групп среди русских эмигрантов белогвардеец Шабельский-Борк. Ещё одним членом этой организации являлся гражданин США Бразоль из числа белоэмигрантов.

Бразоль разрабатывал в организации антисемитскую тему и являлся связным с фашистскими кругами США. В 1918 году Бразоль сделал в США доклад 'Большевизм и иудаизм' с двумя тезисами: 'Решение о свержении царского правительства приняла 14 февраля 1916 года в еврейском квартале Нью-Йорка группа революционеров во главе с банкиром Джейкобом Шиффом' и 'Из 33-х фамилий руководителей России все, кроме Ленина, - евреи'. В докладе использовалась 'фальшивка второй степени' - специально переработанный текст 'Протоколов сионских мудрецов'. Бразоль работал в антисемитской газете 'The Dearborn Independent', принадлежавшей американскому промышленнику Форду. Через Бразоля Форд передавал деньги Гитлеру.

Перед зданием Feldhermhalle на площади Одеонсплац путь колонне преградили солдаты 19-го пехотного полка и сельская 'зелёная полиция' фон Зайссера. Гитлеровцы пошли напролом. Началась рукопашная, которая закончилась огнём в упор.

На месте за 25 секунд погибли 16 гитлеровцев, более 30 получили ранения, в том числе Геринг. На месте застрелен фон Шойбнер-Рихтер. Примерно такие же потери понесли солдаты и полицейские. Гитлера заслонил своим телом от пуль русский белогвардейский генерал Бискупский, один из руководителей тайной организации крайне-правых 'Организация реконструкции'. После боя у 'Feldhermhalle Бискупский едва успел укрыть Гитлера на своей квартире в доме No.75 на улице Барерштрассе от разъярённых полицейских.

Бискупский - дворянин с Украины, участник войн, муж шансонетки, неудавшийся нефтедобытчик на Сахалине, генерал. После Октябрьского переворота в России, как делегат от 3-й кавдивизии, которой командовал, стал делегатом в Совет солдатских депутатов. Этот украинец отличался огромным честолюбием, непреодолимым желанием везде оказаться первым. Мечтая сделать военную карьеру Наполеона при красных, он начал с должности начальника Петроградского гарнизона. Постоянно выступал с речами, ездил для переговоров с восставшим кронштадтским гарнизоном. Наполеона из него не вышло. Предавший последовательно царя, Керенского, Ленина, Бискупский отправился служить украинскому гетману Скоропадскому как командир 1-й конной дивизии армии Украинской державы в районе Одессы. Тут тоже не вышло. Он сдал Одессу войскам Директории Украинской народной республики, и поступил в штаб фон Шварца, назначенного французскими оккупантами Одессы генерал-губернатором и командующим всеми южно-русскими проукраинскими войсками в Одесском районе. Здесь Бискупский занимался уничтожением красного подполья и подавлением крестьянских мятежей. Руки его по локоть в крови!

Когда подошла Красная Армия, негодяй бежал с награбленным из Одессы в Константинополь, затем в Германию, где организовал из белогвардейцев террористическое 'Западно-русское правительство'. Занимался созданием кровавых русско-немецких фрайкоров фон дер Гольца в Прибалтике. В марте 1920 года участвовал в неудавшемся фашистском военном перевороте фон Лютвица и Людендорфа. Тут тоже не вышло стать Наполеоном. Теперь новый хозяин негодяя - Гитлер назначил его доверенным лицом и начальником Управления делами российской эмиграции в Берлине. Как эксперт по русскому вопросу, Бискупский сотрудничал с Лейббрандтом и Шикеданцем, мечтал о вторжении гитлеровцев в Россию, весь свой дом уставил российскими триколорами и мечтал, как они победно будут реять над Кремлём, а в СССР пройдёт декоммунизация.

Задачи полк 'Feldhermhalle' имел прежде всего церемониальные и охранные. В 1937 году полк включили в состав Luftwaffe. Теперь полк, сформированный по типу эсэсовских войск из членов NSDAP, но со своей символикой, системой званий и формой, никак не похожей на другие, частично с символикой Luftwaffe, входил в Wehrmacht. Чудо тевтонской военной мысли и организации! Ещё один штамм капиталистических душегубов.

После вероломного нападения на СССР половина ''Feldhermhalle' стала батальоном 1-й воздушно-десантной дивизии, а другая половина стала частью 271-го пехотного полка ''Feldhermhalle' из 93-й пехотной дивизии. Сама 93-я пехотная дивизия в составе группы армий 'Север', прорываясь к Ленинграду, понесла тяжёлые потери. К октябрю 1941 года от неё осталась 1/4 штатной численности даже невзирая на многократно полученное пополнение. Оказалась потеряна вся французская 'дикая' бронетехника и танки. Остатки дивизии отправились на переформирование. На фронте оставили только этот самый пополненный 271-й пехотный полк ''Feldhermhalle':

Несмотря на прибытие новых сил Линдеманна на линию фронта от Спасской Полисти до Волхова, закрывающую от советского наступления Чудово с юга, в результате атаки советским бойцам удалось уничтожить два опорных пункта подлецов восточнее Спасской Полисти. Части 380-го пехотного полка контратаковали из полуразрушенной деревни Вергежи. Деревня эта на живописном высоком берегу Волхова до войны состояла из 35 крестьянских дворов - более 100 построек. Две школы. Кирпичный завод, молочная ферма, часовня. В окружении старого парка, разбитого когда-то пленными наполеоновским французскими солдатам, на склоне красивый двухэтажный деревянный оштукатуренный дом на каменном фундаменте с шестью колоннами, пересекаемыми балконом на высоте 2/3 от капителей. Дубы, липовая аллея:

Здесь же остальные постройки усадьбы новгородских дворян Тырковых. За хозяйкой усадьбы пытался ухаживать зимой 1914 года писатель-фантаст Герберт Уэллс. Тут в сумерках сани автора 'Человека-невидимки' и 'Войны миров' ухнули в полынью на замёрзшем Волхове. Он интересовался Россией, полагая, что ей уготована особая роль в истории, и хотел воочию увидеть жизнь загадочной русской глубинки. Внешне не Аполлон - толстенький и коротконогий Уэллс тем не менее пользовался бешеным успехом у прекрасного пола, но тут его отвергли. Новгородский род Тырковых происходил из самых древних русских фамилий. Во время опричной военной операции в 1570 году против Новгорода из-за желания новгородцев присоединиться к Литве, царь Иван IV Грозный казнил одного из Тырковых. В Смутное время Гражданской войны и западной интервенции начала XVII века дворяне Тырковы сражались против поляков в новгородском ополчении Скопина-Шуйского. За это они и получили село Вергежа от первого царя рода Романовых.

В 1881 году 20-летний студент Тырков арестован за соучастие в убийстве императора Александра II и приговорён к пожизненной ссылке в Сибирь. Его сестра, в которую позже влюбился Уэллс, тоже встала на революционный путь. Её лучшая подруга в гимназии - будущая пламенная большевичка и будущая жена вождя мирового пролетариата Надежда Крупская. В эмиграции Тыркова встречалась с Лениным, которого с точки зрения помещицы критиковала за желание загнать всех в 'социалистические казармы'. В 1905 году она вступила в партию кадетов, ратуя за предоставление женщинам избирательных прав, став первой русской феминисткой. Идеи Маркса и Ленина она начала отвергать уже резко. Её женские романы, повести и рассказы публиковали самые престижные столичные буржуазные журналы. Её второй муж - англичанин. Ухажёр - фантаст Уэллс...

Потом Тыркова как член ЦК партии кадетов вместе с мужем-англичанином поехала на Дон помогать убийцам из Добровольческой армии Корнилова, Алексеева, Деникина снова загонять народ в подвалы на пожизненную капиталистическую каторгу. Но русский народ возвращаться в подвалы на каторгу не захотел, а захотел социализм. Вместе с белогвардейской чумой Тыркова-Вильямс сбежала из России. Поселившись в антироссийском Лондоне, она создала 'общество помощи белоэмигрантам' на деньги сбежавших от народного суда кровопийц-капиталистов, и возглавляла это общество 20 лет. Затем с семьёй перебралась в США, откуда шло финансирование Гитлера. А как же древнейший русский род? Иван Грозный, Михаил Романов, Крупская и борьба за счастье и свободу русского народа? Никак. Для такого бесчестного и подлого трепла родина там, где задница в тепле и брюхо в сытости!

В деревне Клепцы, расположенной в 3-х километрах западнее Новой Керести, размещался гарнизон из 300 эсэсовцев SS Freiwilligen 'Legion Nederland' штандартенфюрера SS Рейха. Этот легион из наёмников формировался в прошлом году начальником Генштаба Нидерландов генерал-лейтенантом Сейффардтом из деклассированных элементов, уголовников, безработных. Капиталисты всеми путями накачивали Гитлера для уничтожены 'проклятых большевистских орд' не только деньгами и оружием, но и пушечным мясом. Голландцы имели полевую форму войск SS, на рукаве оранжево-бело-синюю нашивку цветов голландского флага. На петлицах вместо эсэсовских молний 'вольфсангель' - свастику с тремя лучами - символ голландских фашистов.

Подчинённый 16-й полевой армии Буша легион изначально насчитывал 3650 солдат, имел тяжёлые полевые орудия и противотанковый дивизион. С учётом 'хиви' и дикой 'бронетехники' бывшей голландской армии - SS Freiwilligen 'Legion Nederland' фактически пехотная бригада. Офицеры - немецкие эсэсовцы. Легион являлся не первой частью, попавшей на советско-германский фронт из Голландии. Ещё в мае прошлого года в Голландии подлецы сформировали полк SS 'Westland' из 600 наёмников. В апреле слуги капиталистов создали из 1400 голландских наёмников ещё один голландский полк - SS 'Nordwest'. Затем полк SS 'Westland' подлецы расширили до моторизованной дивизии SS 'Wiking', куда стали набирать всякую нечисть из Дании, Финляндии, Эстонии и так далее.

Кавалеристы 80-й кавдивизии Трантина тем временем атаковал деревню Малое Замошье почти 20 километрах южнее Ольховки. Безуспешно. Зато передовые части его 240-го кавполка уже в темноте с боем освободили находящееся в 20 километров северо-западнее Кречно огромное село Вдицко. Типовой тактический приём штурмовых групп 'барнаульцев' - короткими перебежками к дому с огневой точкой и гранаты в окно. Особо отличился политрук Самаргулиани, который буквально косил из пулемёта ДП охваченных паникой фашистов, выскакивающих из домов в одних подштанниках. В результате более 150 заиндевелых трупов завоевателей, 'хиви', полицейских - практически весь гарнизон. Трантин своих потерь почти не имел. Захвачено 7 грузиков, автобус, две легковые машины, мотоциклы, 155-миллиметровое дальнобойное орудие, продукты, фураж. Освобождением Вдицко Трантин перерезал дорогу от деревни Ручьи к поселку торфоразработчиков Финёв Луг и дорогу Любань - Луга.

По обе стороны дороги во Вдицко 127 добротных пятистенных домов с резными наличниками и коньками. Вокруг вязы, палисадники, сараи, бани. Красивая часовня с древними иконами, голубенькой оградкой, воротцами двустворчатым. Липы столетние. Пейзаж отличается от привычного - нет столбов с проводами. Неподалёку, в Рогавке, в пятнадцати километрах от Вдицко, до войны действовало торфопредприятие и все селяне там работали. Заезжала за ними по утрам развозка, а вечером добиралось домой сами, пешком. Пока шли домой через лес, грибов набирали видимо-невидимо. Зимой здесь мало цвета. Только серо-белый:

После гибели и частично бегства оккупантов, Вдицко остался полупустыми. Оккупация села типична для фашисто-расистов на русской территории. С первых дней они начали расправу над советскими и колхозными активистами в духе белогвардейцев. Расстреляли председателей и секретарей поселковых советов и других. Затем солдаты из штаба тыла группы армий 'Север' заставили всех жителей надеть деревянные бирки с номерами как будто они скотина, и велели класть деревянные настилы на дороге. Гнали на рабский труд и стар и млад. Еды не давали. Пороли розгами за любую провинность. Кто сопротивлялся - убивали. Отступая перед войсками Клыкова из Чудовского района, гитлеровцы выгоняли людей из деревень и устраивали кровавые расправы. Вот и обессиленных, ютившихся в землянках и норах жителей Вдицко, женщин, стариков, детей посланцы капиталистов выгнали к дороге и убили. Лежали теперь эти русские люди в двенадцати больших ямах в километре от своих домов у дороги.

В крайней юго-западной точке прорыва кавкорпуса Гусева кавалеристы освободили деревни Чауни и Глухую Кересть. В Глухую Кересть 'охранники' согнали много населения из разных деревень, чтобы их не освободили советские воины. Всего около 1000 детей, стариков, женщин, мужчин. Ветераны фрайкоров и кайзера затолкали людей в сараи и бани. Угнать не успевали. Тогда 'охранники' выкатили к сараю, где находилось 150 человек и к двум баням, где они заперли по 30 человек, пушки и стали бить по постройкам прямой наводкой. После обстрела руины сарая и двух бань с убитыми и ранеными людьми нелюди подожгли.

Перед бегством из Глухой Керести подлецы из охранной дивизии фон Плоттена подожгли все дома, выгнали жителей на улицу из подвалов и погребов, где они жили с начала оккупации, и стали расстреливать. От первых же пуль погибли мученической смертью Гурьянов, Вакрасеева. Дети Витя Гурьянов и Егор Борисов получили тяжёлые ранения. То же произошло в деревне Чауни. Дома подожгли, часть жителей убили.

Снова никого из солдат капитализма красноармейцы в плен не взяли. Потери оккупантов во время штурма Чауни и преследования более 100 убитых. Рубили их шашками так, что на многих заборах после боя остались кровяные сосульки. Жители собирали трупы на подводы, искали медальоны и документы - сдавали в штаб. Могилы для немецкого человекоподобного мусора рыла вся деревня: земля промерзла на 90 сантиметров.

В деревне разместился медсанбат. Сюда свезли, а кто и сам дошёл, около 300 легкораненых. Тяжёлых отвозили в Рогавку. Медсанбат оказывал хирургическую помощь, организовывал дальнейшую эвакуацию. В его задачу входило развёртывание дивизионного медицинского пункта в 6-10 километрах от линии фронта и пункта помощи легкораненым. Медсанбат состоял из медроты: приёмно-сортировочный взвод, операционно-перевязочный взвод, взвод сбора и хирургической обработки легкораненых. Медики действовали бригадным методом. Сортировочная бригада состояла из хирурга, терапевта, военфельдшера, регистратора, двух медсестёр, 6-10 санитаров-носильщиков, 2-3 санитаров по уходу. Бригада по уходу за ранеными состояла из хирурга, медсестры, 2-х санитаров на 20 тяжелораненых или 40 раненых средней тяжести. Операционная бригада имела хирурга, ассистента, операционную сестру, наркотизатора, регистратора и нескольких санитаров. Шоковая бригада: врач, 3 медсестры и 3 санитара. Эвакобригада: врач, 2 медсестры и 4 санитара.

Рейд конников Гусева по тылам фашистов проходил в условиях крайне затруднённого снабжения. Снегопады, морозы, отсутствие дорог, Luftwaffe, диверсионные и разведгруппы оккупантов срывали доставку махорки, сахара, мяса, концентратов, муки. На исходе фураж: овёс, сено. Имелись большие сложности с эвакуацией раненых. В тяжёлом положении со снабжением оказались почти все соединения и части 2-й Ударной армии. Для исправления ситуации в штаб Волховского фронта в Малую Вишеру прибыл главный интендант Красной Армии генерал-лейтенант Хрулёв. Он решительно вмешался в вопросы поставок, эвакуации раненых, состояния дорог и строительства новых.

Пикирующие бомбардировщики Ju 87 весь световой день атаковали советские колонны кавалерии и скопления тыловых служб кавкорпуса Гусева. Подлецы применяли фугасные бомбы до 500 килограмм и кассетные бомбы-контейнеры AB-250-2 с 2-килограммовыми минами SD-2 'Schmetterling' замедленного действия. SD-2 фактически противопехотная осколочная дистанционно устанавливаемая мина, крайне опасная в снегу для лошадей. Ju-87 мог принести с собой до четырёх кассет AB-250-2 по 576 бомб SD-2 и накрыть сплошным минированием квадрат 300 на 300 метров - 9 гектаров. Одна отрада при встрече с этими неизвлекаемыми и необезвреживаемыми минами - при температуре ниже минус 10 градусов по Цельсия они не срабатывали. А морозы стояли 18-20 градусов. Гитлеровцы также сбрасывали с самолётов и просто мины-сюрпризы с цветными ленточками.

ВВС Волховского фронта по-прежнему проводили налёты на опорные пункты вдоль шоссе Новгород - Чудово. Штурмовики Ил-2 из 175-й штурмового авиаполка Валивахина и 218-го штурмового авиаполка Сапогова провели по 60 самолёто-вылетов. Скоростные бомбардировщики Пе-2 из 121-й бомбардировочного авиационного полка Дояра провели 27 боевых вылетов. Уничтожено 17 ДЗОТов и блиндажей, 3 гаубицы, две зенитки, три зенитных пулемёта, 8 станковых пулемётов, две противотанковые пушки, 14 грузовиков, 3 легковые вездеходные машины, 8 повозок, 4 мотоцикла, три склада боеприпасов и продовольствия, склад фуража, убито 140 оккупантов, более 350 ранено.

В штурмовках принимали участие истребители МиГ-3 из 2-го гвардейского истребительного авиаполка Метёлкина, имеющие приспособления для стрельбы реактивными снарядами РС-82 и захваты для бомб. Одновременно гвардейцы отразили попытки налётов на собственный аэродром базирования в Веретье. Налёты Luftwaffe результатов почти не дали. Гвардейцы успевали встретить бомбардировщики на подходах к аэродрому, сковывали их боем, заставляли сбрасывать бомбы не прицельно.

В этот день состоялся очередной воздушный бой лётчиков 159-го истребительного авиаполка, прикрывающих свои бомбардировщики Пе-2, наносящие удары по оккупантам севернее Чудово. Ведомый младшего лейтенанта Лукьянова сержант Кудряшов попал в беду. Его МиГ-3 атаковали сразу два Messerschmitt Bf 109F из I/JG 54-й истребительной эскадры. Эта группа стервятников базировалась в Красногвардейске.

Лукьянов москвич. Обучался в аэроклубе, работал в ЦАГИ. Окончил военную авиашколу. В армии с 1938 года. Во время Финского похода сбил в бою фашистский самолёт. Дрался с Luftwaffe с первого дня войны, дважды совершил таран. Всего сбил 9 самолётов. Вот и сейчас, спасая товарища, Лукьянов протаранил один из 'мессеров'. МиГ-3 героя получил повреждения и стал падать. Лукьянов выпрыгнул с парашютом. В это время к месту боя подоспел 'мессершмитт' командира I/JG-54 с червовым тузом на борту - отличительный знак майора Филиппа. Подлец расстрелял Лукьянова в воздухе. Такие они нелюди и стервятники эти асы Геринга:

Утром 29 декабря после тщательной разведки кавалеристы Трантина двинулись от Вдицко по бездорожью лесными массивами на север и северо-восток - на Ручьи и Червинскую Луку. Вместе с кавалеристами шли 45, 46, 49-й лыжные батальоны. Кроме ударных советских групп, вышедших из Вдицко на север и северо-восток, к истоку реки Тигода на юго-запад ушла в рейд советская сапёрная группа, которая прервала здесь железнодорожное сообщение. Совершая разведку в глубоком тылу, лейтенант Носов с пятью лыжниками 45-го 'пермского' лыжного батальона натолкнулся на разведгруппу из 254-й пехотной дивизии. В завязавшейся схватке Носов застрелил офицера, после чего уцелевшие на крик 'Хенде хох!' подняли руки. Удалось взять 3-х 'языков'.

Лихой атакой в утренней мгле советские богатыри освободили Клепцы, что немного южнее посёлка торфоразработчиков Финёва Луга. После боя на многих заборах остались кровавые сосульки. Так лихо тут убивали подлецов. В деревне Клепцы на древнем тракте на Любань издревле делали бочки и разные деревянных кадушки, мастерили для них дощечки-клёпки. Отсюда название. Перед войной этой деревне все работали на торфоразработках. С первых дней оккупации начался грабёж. Немцы разные попадались. А вот испанцы оказались очень злые. Забирали всё вплоть до иголок и ниток.

241-й кавполк 'барнаульцев', 45-й и 46-й 'пермские' лыжные батальоны, уже к этому времени включённые в состав 57-й отдельной стрелковой бригады, атаковали опорный пункт Новая Деревня. Сюда подлецы успели перебросить из-под Ленинграда подразделения 254-й пехотной дивизии, роту SS Polizei-Division и 215-ю ветеринарную роту из дивизии Книза. Снабжение у оккупантов не организовано. Солдаты 254-й пехотной дивизии в обещанную ветеринарам атаку против лыжников и кавалеристов не пошли. В ходе атаки 'пермяков' и 'барнаульцев' у эсэсовцев из-за плохого ухода за оружием исправными оказались только один крупнокалиберный, один лёгкий и два ручных пулемёта. Ветеринарная рота из-за сильного холода вообще потеряла боеспособность. Одним из первых в Новую Деревню ворвался военфельдшер Самохин из 241-го кавполка. В рукопашной на него бросился эсэсовский офицер с кинжалом. Самохин сумел прикладом карабина уложить его. В этом бою он убил 8 эсэсовцев.

В Новой Деревне кавалеристы разгромили штаб полка 215-й пехотной дивизии. В результате - 100 трупов завоевателей, из них 15 офицеров. Кроме того оккупанты потеряли ранеными 30 человек и 30 человек пропавшими без вести. Трофеи - 190 артиллерийских лошадей, 200 велосипедов, 28 грузовых и легковых автомашин, тягач, 8 мотоциклов, 200 велосипедов, 7 зенитно-пулемётных установок, 8 миномётов, 20 автоматов, 50 000 патронов, другие боеприпасы, военное имущество, штабные документы, походная кухня с горячей едой. Часть повозок с имуществом и два грузовика с ранеными и секретными документами подлецы всё-таки сумели увести с собой.

Гусеву приходилось отвлекать слишком много сил для постоянного прикрытия своих флангов, в частности для освобождения слева района Клепцы, а справа Вдицко и Новой Деревни. Это не позволяло ему более стремительно развивать дальнейшее наступление на запад. Всё это происходило из-за того, что борьба с появляющимися как из-под земли резервами группы армий 'Север' занимала большую часть группы Привалова, а группа Коровникова по-прежнему осаждала 'крепость Спасская Полисть'. Начинала сказываться страшная усталость людей и лошадей при нахождения в морозы долгое время в лесах без обогрева и нормального сна, исчерпание боеприпасов, продовольствия, фуража в передовых частях. По рубежу через Крутик на Кривино и потом к Сенной Керести на основе прошлогодних советских укреплений и железнодорожной насыпи железной дороги Веймарн - Чудово подлецы успели создать цепь опорных пунктов и позиций, отсекающих зону советского наступления от фланга 18-й полевой армии Линдеманна. Эта отсечная позиция препятствовала расширению зоны прорыва на север. Отсюда подлецы в ярости повели контратаки при поддержке танков и броневиков от Кривино на Новую Деревню. Атаки отбиты с большими для оккупантов потерями.

С гарнизоном в Кривино передовая группа кавалеристов без танков и тяжёлой артиллерии не справилась. Над санными колоннами кавалеристов повисли бомбардировщики и истребители Luftwaffe. У окраины Ручьёв подлецы тоже отбивались от эскадронов 236-го кавполка 'барнаульцев' отчаянно, бросив в бой три французских танка, бронемашины, самоходные зенитные автоматические пушки, авиацию. И здесь перед лицом явного недостатка сил кавалеристам пришлось рассредоточить боевые порядки, чтобы снизить потери от авиации, и затем отступить. Тем же утром передовые советские отряды попали под контратаку возле болота Гажьи Сопки. Стратегия забрасывания наступающей 2-й Ударной армии немецким пушечным мясом начала приносить фон Кюхлеру плоды. На западной окраине Гажьих Сопок советские части перешли к обороне фронтом на север и восток. Ольховку занятую тыловыми службами 'барнаульцев' кавдивизии Трантина, оккупанты к сожалению отбили.

Но это в глубине прорыва, там, где снабжать по бездорожью ушедшую в рейд кавалерию оказалось чрезвычайно трудно, и в центре Волховского плацдарма. А на южном фасе плацдарма ситуация для оккупантов продолжала ухудшаться. Подлецы из 'группы Яшке' в деревне Земтицы, стоящей вплотную к Любцам в двух километрах южнее Мясного Бора, уже несколько дней не получали продовольствие. Оккупанты ели конину и сгнивший картофель из подполов изгнанных местных жителей. Весь день по ним вёлся мощный артиллерийский и миномётный огонь. Все дома в Земтицах разбиты. В каждом похоронено по 20-30 завоевателей. Никаких укрытий больше нет. 126-й сапёрный батальон долбил бетонную от мороза землю, сооружая новые укрепления.

Штаб группы армий 'Север' продолжал накачивать войсками периметр Волховского плацдарма и зону прорыва армии Клыкова всеми доступными способами. Так на южный участок прорыва Клыкова в последних числах января прибыл из Кракова через Ригу и Псков 2-тысячный 'политически важный' легион наёмников SS Freiwilligen 'Legion Nederland' оберфюрера SS рейха, вооружённый трофейным оружием голландской армии. Гитлеру очень хотелось, чтобы за неплохие деньги всякие отбросы валом повалили на войну с русскими. Голландцы заняли оборону в районе деревни Село-Гора, что в трёх километрах южнее Клепцов.

Тупые оккупанты уже традиционно прибыли в зимнюю Россию без зимнего снаряжения. Потеряв обмороженными ещё в пути около 10 процентов голландских наёмников, легион сразу же попал под атаку советского кавалерийского авангарда в Село-Гора и потерял в этом побоище ещё 500 солдат. Досталось и дивизиону гаубиц SS Polizei-Division, приданного голландцам. Негодяи приехали из Голландии убивать русских как на сафари, жечь, грабить, насиловать, а нашли себе могилу в затерянной среди болот деревне Село-Гора. Подкрепление из Голландии для покрытия потерь 'политически важному' легиону доставили самолётами. Однако после того, как по Голландии распространился слух, что 'недочеловеки' на самом деле умелые и отважные воины с отличным оружием под руководством знающих командиров, количество желающих ехать на сафари в Россию резко упало.

Прибывшие к Линдеманну после формирования или переформирования войска из Франции и других европейских стран вообще не имели никакого оснащения для войны на предстоящем театре военных действий. Несколько дней подряд на перевязочный пункт в Спасской Полисти каждое утро с позиций доставляли солдат из 'сборной солянки' Кёхлинга с обморожениями в количестве до 10 процентов от общего количества войск. Как это происходило, как гнали немцев на убой их генералы, можно увидеть на примере связного Ретингера из III батальона 390-го полка, который оборонялся на южной окраине Спасской Полисти. Этого подлеца, родом из села Хаймсхайма у города Брухзаля, когда он обморозил руки и ноги, унтер-офицер с пистолетом в руке заставил угрозами повесить на шею ящик с боеприпасами и тащить его по-собачьи, опираясь на колени и локти, к позиции пулемёта MG 34, находящейся в эпицентре боя. Руки и ноги Ретингеру пришлось потом ампутировать. Но он радовался, когда лежал в госпитале на родине, что выжил. Он получил за своё уродство звание унтер-офицера и медаль 'Зимняя битва на Востоке 1941-1942', прозванную у солдат 'Мороженое мясо', и умер дома уже летом, искалеченный в Спасской Полисти: Вот как Wehrmacht на Волхове воевал!

На северном фасе Волховского плацдарма на линии фронта Спасская Полисть - Вергежа в тот морозный день шли взаимные атаки и контратаки. Советские части захватили один опорный пункт и потеряли два из ранее захваченных. Вергежа находилась весь день под непрерывным огнём тяжёлой советской артиллерии, но освободить этот населённый пункт не получилось.

В центре Волховского плацдарма войска Волховского фронта Мерецкова по-прежнему пытались выкорчевать из русской земли два ядовитых сорняка - опорные пункты Любино Поле и Мостки, дающие надежды Линдеманну продлить свой 'Волховский рукав' до Большого Замошья, где окопались 'группа Яшке' из армии Буша. 'Волховский рукав' - непрерывная 20-километровая цепь оборонительных позиций оккупантов вдоль железной дороги и шоссе между Спасской Полистью, Остров, Коляжкой, Михалёво, Трегубово, Большим Опочивалово. Ширина 'Волховского рукава', образованного высотами между реками Полистью и Глушицей - 3-4 километра. В качестве 'позвоночника' - шоссе и железная дорога от Чудово.

'Бригада Кёхлинга' в 'Волховском рукаве' сражалась в полуокружении фронтом на восток, юг и запад. Советские войска могли атаковать Кёхлинга с трёх сторон и простреливать 'Волховский рукав' насквозь сразу с трёх направлений перекрёстным артиллерийским и ружейно-пулемётным огнём. Наверно и не специалист поймёт, к каким потерям обороняющихся это вело. Для снабжение войск в этом 'рукаве' гитлеровцы силами военнопленных, рабов из местного населения и стройбата 'Организации Тодта' построили 'лагерь Хеннике'. Этот важнейший пункт снабжения 'рукава' под завязку забивали тыловые службы разных дивизий, склады, перевязочные пункты. Отсюда к Спасской Полисти уходил каждый патрон, каждый кусок хлеба, каждая фляга питьевой воды и даже противотанковые пушки, которые колонны носильщиков 'хиви' таскали на санях и на себе. Естественно, что не проходило и дня, чтобы советская артиллерия не вела опустошающий огонь по 'лагерю Хеннике', раз за разом превращая в прах ценные ресурсы 18-й полевой армии. К уничтожению запасов снабжения постоянно подключалась и авиация Волховского фронта.

Вот и 29 января советские войска занимались уничтожением фашистов в опорных пунктах 'Волховского рукава'. В ходе ночной атаки советские бойцы ворвались на оборонительные позиции в Любином Поле и вступили в ближний бой с эсэсовцами, танкистами и разным сбродом, безжалостно уничтожая оккупантов. В течении светового дня вся система оборона вокруг Спасской Полисти обстреливалась артиллерией и миномётами. ВВС Волховского фронта нанесли несколько бомбовых ударов. Спасскую Полисть атаковали КВ-1 и Т-34.

Передовой танк КВ-1 ворвался в опорный пункт под градом пуль, снарядов и мин. Уверенно и точно посылал снаряд за снарядом по вражеским ДЗОТам и блиндажам, он поднимал на воздух ДЗОТы один за другим. По танку из-за укрытия начали бить две противотанковые пушки. КВ-1 пошёл на них и через минуту пушки оказались раздавлены. Затем танк гусеницами уничтожил полевое орудие и 45 фашистов в блиндажах: Но каждый раз когда танки врывались в 'крепость' Спасская Полисть, пехота за ними пройти не могла из-за сильнейшего миномётного и пулемётного огня. Танки давили ДЗОТы, пушки, пулемёты, но каждый раз отходили, чтобы их не уничтожили минами и огнемётами. Подлецы также широко использовали трофейные зажигательные бутылки. Для противотанковой обороны они применяли даже гаубицы 20-го артполка 20-й моторизованной дивизии, вскоре, впрочем, уничтоженные Ил-2. В этих боях получили повреждения от огня 88-миллиметровых зениток Flak 37 два танка Т-34 и два КВ-1. Танковая атака прошла также у Мостков. Там повреждения получил один Т-34. Все танки удалось эвакуировать:

В ночь на 30 января передовые эскадроны 87-й кавдивизии Трантина, а с ними группы 53-й стрелковой бригады, бойцы 169, 170, 171-й лыжных батальонов в глубине прорыва в тылу группы армий 'Север' в 30 километрах от Любани освободили посёлок Тигодский завод и деревню Червино, имеющую 39 дворов.

Червино среди болот место примечательное. Здесь на реке Тигода место есть - Голова. Большой камень лежит в реке на перекате. Он выступает из-под воды, можно через речку вброд переезжать. Неподалёку в 1909 году возник крупный стекольный завод немца Франка, который первым в России начал массовое производство стеклянной посуды из прессованного стекла - кружки, бутылки, изоляторы. До этого изделия массового производства из прессованного стекла завозилось из Германии. Песок Тигоды имел отличное качество. Это давало возможность выпускать стекло бемское, волнистое, 'монье' с проволочной прокладкой, рифлёное, кафедральное, фотографическое, иллюминированное. Потом к немецкому заводу присоединился небольшой заводик 'хрустального короля' Нечаева-Мальцова. Рабочих имелось 60 человек. Здания деревянные. В Чудово в это время действовал Чудовский стеклянный, хрустальный и ламповый завод Кузнецова, имеющий 926 рабочих. Через пять лет отсталая Российская империя ввязалась в губительную для себя войну, ещё через три года развалилась и все заводики и заводы стали принадлежать рабочим:

42-й лыжбат снова вёл бой в районе Ольховки. Зажатая с запада и востока болотами Ольховка, раскинулась на берегах Керести. От Ольховки до Чудово чуть больше 20 километров. На пути к нему два сильно укреплённых узла обороны - Ольховские Хутора и Сенная Кересть:

Перед атакой горячий чай с маслом... У Ольховки на окраине зарыты танки. На соснах 'кукушки'. Они сидели в мешках, сшитых из телячьей кожи и вели огонь из ветвей. Снайперы лыжников их перебили одного за другим. Особо отличился снайпер Титов. Подлецы пошли в контратаку. Пал смертью храбрых батальонный комиссар старший политрук Чернышёв. После освобождения Ольховки выставили заслон на дорогах Спасская Полисть - Ольховка, Сенная Кересть - Ольховка. Всеми помыслами красноармейцев владело одно: скорее бы куда-нибудь завалиться и уснуть. На голый пол, на снег, в конюшне или в хлеву рядом со скотиной. Но с местом опять проблема. Уцелевшие ольховские избы и надворные постройки заняли штабы и различные службы. Десятки телефонных проводов побежали от крылечек, от резных оконных наличников по ветвям застывших на морозе фруктовых деревьев. В сараях лежат навалом смёрзшиеся в монолит трупы оккупантов: длиннополые, тёмно-мышиного цвета шинели, босые и без шапок. Лица заросли густой рыжей щетиной. Трупы собирали в одно место, чтобы затем вывезти в тыл. Так некоторым красноармейцам и пришлось спать рядом с дохлыми фрицами.

В опорных пунктах Любино Поле и Мостки на западном фасе Волховского плацдарма подлецам устроили форменную месть за Ленинград. Вот уже две недели они день и ночь лежали здесь с оружием в промёрзших земляных норах. Штабные, связные, сапёры 'группы Кёппеля' в Мостках давно уже тоже заняли место в окопах. Там они сидели круглосуточно почти без сна. Положение раненых ужасное. Снарядные осколки добивали их даже в укрытиях. Ни бинтов, ни медикаментов. Колодцы замёрзли. Нельзя даже растопить снег - каждый дымок вызывал на себя огонь. По месту приземления контейнеров снабжения красноармейцы сразу открывали ураганный огонь из всех видов оружия. 'Вспомните детей Ленинграда!' За каждый контейнер приходилось сражаться как за Москву. Вместо продовольствия и боеприпасов однотипные радиограммы Линдеманна: 'Держитесь ещё 48 часов'.

Для штурма опорных пунктов в советских частях 2-й Ударной армии создавались штурмовые группы, вроде тех, что сформировал 172-й отдельный лыжный батальон для атак Любино Поле и Мостков. Сам лыжбат формировался из уральцев Перми, Кунгура, Верещагина и Висим-Шайтанска. Его ядро - лесорубы и плотогоны, охотники, старатели, горняки и геологи. Люди чрезвычайно сильные, выносливые, настойчивые, изобретательные, смелые.

- Вешайтесь, фрицы! В прорыв идут уральские батальоны! - говорили они перед атакой.

Штурмовая группа по-ударамейски - это стрелковый взвод из добровольцев, усиленный одним или двумя отделениями сапёров. Снаряжение: ножницы для резки проволоки, миноискатели, бутылки с горючей смесью, заряды взрывчатки по 5-10 килограммов для подрывов ДЗОТов, личное оружие. Ночью по направлению к огневым точкам штурмовые группы рыли в снегу глубокие ходы-траншеи и оттуда неожиданно появлялись прямо перед позициями фашистов как из-под земли.

Вот взвилась красная ракета - сигнал пехоте и артиллерии: Застрочили пулемёты 'Максим' и тут же ожили оставшиеся в опорном пункте Любино Поле фашистские пулемёты, миномёты и орудия. Артиллерия, определив их местоположение, сразу перенесла на них свой огонь. Один за другим взлетали вверх бело-чёрные густые кусты разрывов. На восточной окраине Мостков ключевой ДЗОТ - в нём три пулемёта, один из них - крупнокалиберный. ДЗОТ забросали гранатами РГД и заняли. Штурмовые группы снова ворвалось в село и начали истреблять фашистов.

Очередная атака опорного пункта Любино Поле обошлась штурмовым группам в 7 человек убитыми и 12 ранеными. Фрицам она обошёлся в пять раз дороже! Если бы каждую ночь в Любино Поле не просачивались группы по 15-20 фашистских солдат из Спасской Полисти, пользуясь отсутствием в заснеженном лесу и на болотах сплошной линии фронта, Любино Поле давно удалось бы освободить. Мелкие группы фашистов продолжали проникать туда ежедневно, хотя и увеличивая штабеля замороженных трупов на позициях в этой полевой крепости, но затягивая её падение.

Среди штабелей своих трупов оккупанты устраивали стрелковые позиции, блиндажи, отхожие места. Использовали трупы как уловители пуль и осколков, усиливали ими ДЗОТы. Взрывами разбрасывало трупы по позициям, засыпало ими живых. Один труп без обуви - у него раньше были русские валенки. Другой труп мародёра в одном нижнем белье - у него раньше имелся оренбургский пуховый платок и русский полушубок. Третий без головы. Не надо было слушаться фюрера: Любино Поле стало настоящей скотобойней для проклятых оккупантов:

Через громкоговорители советские пропагандисты и немецкие перебежчики постоянно уговаривали оккупантов в Любино Поле и Мостках сдаться, чтобы предотвратить бессмысленное кровопролитие. Но кровопролитие и являлось одной из целей международных капиталистов при развязывании этой войны. Убийство немцев им также выгодно, как и убийство русских. Разорение Германии их устраивало не меньше, чем разорение Советской России. Фанатичные эсэсовцы из SS Polizei-Division расстреливали в Любино Поле и Мостках всякого солдата из 287-го полка 96 пехотной дивизии или II батальона 287-пехотной дивизии, или 12-й танковой дивизии, стройбата, других частей, кто бросал оружие и пытался удрать через бруствер. За любой намёк на возможность оставить позицию следовало избиение.

Утром 30 января 87-я кавдивизия Трантина вместе с 45, 46, 49-м лыжными батальонами двигалась от Червино вдоль реки Ровань у деревень Кривно и Ручьи, пытаясь обойти эти сильные опорные пункты и линию ДЗОТов, оставшихся с прошлого сентября, когда здесь оборонялись пехотные части из советской 21-й танковой дивизии. Часть ДЗОТов уничтожил в тяжёлом бою 236-й кавполк Рыкалова. Комполка пал смертью храбрых. Лейтенант Малахов подполз на 15 метров и забросал амбразуру одного из ДЗОТов гранатами, убив внутри 12 подлецов. 241-й кавполк тем временем отражал одну контратаку за другой. 244-й кавполк обошёл Ручьи и взял под обстрел дорогу снабжения. Но что толку? Подлецы в тёплых блиндажах и домах, а советские герои уже две недели в поле и лесу на жутком морозе!

В деревне Ручьи дома в основном деревянные. В 1495 году эта деревня в тогдашней Деревской пятине ещё до покорения Новгорода московитами принадлежала Великому князю Московскому. В деревне и вокруг множество сопок и курганов времён языческой веры. До IX века северные славяне сжигали своих умерших, а остатки помещали в глиняные горшки-урны. Горшки клали на землю недалеко от поселений и насыпали над могилой курганы. В земле вокруг множество серебряных кладов IX-X века: арабские монеты, большие серебряные проволочные кольца, согнутые в несколько оборотов и закрученные на концах, большие витые серебряные застёжки, служившие булавками для закалывания одежды, украшенные орнаментом, литые бляхи квадратной формы. В 1910 году здесь нашли клад из 301 монет и 120 серебряных обломков - немецкие пфенниги XI века из разных земель Германии: Нижней Лотарингии, Кёльна, Дуйсбурга, Вормса, Страсбурга и других. На них здесь немцы и скандинавы покупали дёготь, мёд, пеньку, пушнину, рыбу. Зажиточно жили в Ручьях до крепостников царя Бориса Годунова. Посреди языческих курганов уже при большевиках в 1925 году достроили и освятили Храм Покрова Божией Матери.

Дорога на Крестцы и Окуловку живописна. Недалеко от деревни есть Бела-ручей с удивительно светлой питьевой водой. Он начинается с сильного родника, выходящего из-под большого холма. Родник не замерзает даже в самые суровые морозы. Бела-ручей впадает в речку Яйемли. Вокруг есть и другие родники, дающие начало ручьям. Отсюда и название деревни Ручьи. Тут же смыв песка со стаявшего тут 10 000 лет назад ледника - высокая 10-километровая песчаная гряда в лесу. Она тянется от деревни Ляковы мимо деревни Гряда и поворачивает на Подсеку. Весной ледниковый вал почти сплошь покрыт ландышами, осенью - грибам. Русские люди с любовью дали название здесь каждому ручейку, бугорку, ложбине, роднику перелеску, бору - каждому памятному местечку, урочищу. Участок леса на юге от деревни - Бор. Местность на западе - Волковка. Бывший хутор на юге - Волнухин. Бывший хутор неподалёку оттуда - Пашин хутор. Склон горы в долине реки Игрейки - Духоня. Сенокосы на западе - Красницы.

После Великого Октября вернувшиеся фронтовики вместе с бедняками разогнать волостную управу, а главарей старой власти помещиков и кулаков объявили врагами революции. В помещичьих имениях возникли бедняцкие коммуны, ставшие затем колхозами и получившие от государства в аренду тракторы и трактористов, сеялки и другие сельхозорудия, получившие семена и дешёвые кредиты. Колхозники жили отлично. Сдать обязательный объём продукции государству по государственным ценам - это закон. Пусть бы попробовал председатель этот план не выполнить! Но государству больше не требовалось. Остальное распределялось между колхозниками на трудодни. И каждого секретаря райкома драли, как собаку, по показателю - сколько продукции в натуральном виде у него в районе получают колхозники на трудодни. Если мало - секретарю тоже мало не покажется. Сдавали колхозы и сверхплановую продукцию. На трудодни колхозникам колхоз отваливал в натуральном виде не хлеб и масло, а зерно и сено. Если урожай оказывался такой, что личные коровы и свиньи колхозников не могли и за год съесть - излишек отдавали государству по твёрдым ценам. Правление колхоза смотрело на объём натуральной продукции и само решало этот вопрос. И деньги всегда у колхозников имелись. Обязательные поставки государству шли за деньги, и из них шли колхозникам зарплаты. На эти деньги люди покупали в магазинах потребкооперации хлеб, другие продукты, промтовары. У колхозников это примерно половина доходов была. Ещё половина - от личного хозяйства.

В Ручьях получали на трудодни овёс. Держали личных лошадей. Кормили их этим овсом. Получали гречку. Кормили ею свиней. Дроблённую пшеницу и ячмень получали. Тоже для свиней и коров, овец, кур, уток и гусей. Сено получали от колхоза для коров, овец и лошадей. По две 30-литровые фляги мёда получали - у колхоза имелась своя большая пасека.

Учителя и другая колхозная интеллигенция ещё на трудодни, им тоже трудодни начислялись, получали мясо. Его выдавали не сразу всё, а порциями в течение года, а также яйца с колхозной птицефермы, молоко и овощи. Эта продукция обычным колхозникам на трудодни не требовалась - этого своего было некуда девать. После сдачи небольшого налога, либо колхозу продавали, либо сами на рынках. По воскресеньям колхоз арендовал в МТС грузовик и одна из ручьёвских баб ездила в Чудово торговать на базаре частным салом-мясом-творогом. В семьях имелось иногда и по две коровы, от них два телёнка в год. По четыре поросёнка откармливали. Поросят покупали на колхозной свиноферме. Имели по десятку овец. За лето выращивали до сотни уток, да кур полсотни на каждое хозяйство. Печёная с яблоками утка - любимое ручьёвское лакомство. Плюс ещё картошка со своего огорода.

В 1937 году в здании кирпичной церкви открыли клуб, где занимались зимой в кружках дети, играли спектакли, показывали кино. Деревянная церковь Георгия Победоносца продолжала работать. В Ручьях умер в обнимку с своими рукописями и был похоронен Хлебников - русский поэт и прозаик, один из крупнейших деятелей русского авангарда, входящий в число основоположников русского футуризма.


...Мы, воины, строго ударим

Рукой по суровым щитам:

Да будет народ государем

Всегда, навсегда, здесь и там!..


Когда пришли проклятые капиталисты, они обобрали колхозников до нитки, сделали из свободных людей рабов, заставили за небольшую пайку с утра до вечера горбатиться на комендатуру под рассказы о том, что они 'освободили русских от колхозного рабства', ничего, кроме ненависти, саботажа и партизанских отрядов они от бывших колхозников не получили.

Деревню Ручьи кавалеристы 244-го кавполка дивизии Трантина охватили с флангов и фашистов из неё выбили. Подлецы несколько раз переходили в контратаки, отступая каждый раз с большими для них потерями. И всё-таки после контратаки с танками и бронемашинами часть сил Трантина отошла на исходные позиции, часть перешла к обороне на окраине деревни.

Под ураганным огнём перевязывал бойцов военфельдшер 4-го эскадрона Дерябин, выносил тяжелораненых, оказав в этом бою помощь 80 раненым. Герой сам получил тяжёлое ранение. Бойцы видели медиков в самых опасных местах. Отважные юноши и девушки ползли под огнём, быстро перевязывали раненых и на себе выносили с поля боя. Нередкая картина - санитар взваливает себе на спину здоровенного парня, прихватывает его ремнём, а второго, пострадавшего меньше, ведёт под руку, да ещё выносит на себе их оружие. Сгибаясь под такой ношей, он еле идёт под пулями, но идёт, пока они не доходят в укрытие, где санитары укладывают раненых на носилки и уносят в медсанбат.

Линдеманн под давлением фон Кюхлера и Гальдера продолжал попытки провести контрнаступление для закрытия прорыва через шоссе Новгород - Чудово. Для удара с севера на Мостки и Любино Поле он использовал всё ту же 'сборную солянку' 'бригаду' полковника Кёхлинга - командира 287-го пехотного полка. В эту 'сборную солянку' теперь входили штаб, II батальон и взвод связи 423-го пехотного полка, 377-й пехотный полк, III батальон 309-го полка, остатки I и II батальонов SS Polizei-Division, 'группа Андерс' со штабом полка и взводом связи 484-го полка, имеющая в своём составе I батальон 407-го полка, I и III батальоны 390-го пехотного полка, сводный 'батальон Эверс' из тыловиков, III батальон 271-го пехотного полка, III батальон 380-го пехотного полка, штаб со взводом связи 287-го и III батальоном 287-го пехотного полка, рота 204-го сапёрного батальона, полевой запасной батальон, 'группа Беккер', имеющая в своём составе III батальон 423-го пехотного полка, сводный 'батальон Дорфф' из тыловиков и 'хиви', 161-й разведбат, танковую роту 'Otto' из 203-го танкового полка, танковую группу корпусного резерва, корпусной штрафбат, артиллерийская 'группа Хертляйн', имеющая в своём составе: 2-й дивизион 215-го артполка, 12-ю батарею 225-го артполка, 3-й дивизион 181-го артполка, 5-ю и 8-ю батареи 20-го, 8-ю батарею 18-го и 6-ю батарею 70-го моторизованных артполков. Также Кёхлинг имел в своем распоряжении массу других боевых, строительных подразделений, частей транспорта и снабжения. Надо ли говорить, что никакого порядка, ответственности и организованности в этой 'сборной солянке', в этой 'матрёшке' не было в помине?

В 'бригаду Кёхлинга' вошли части и подразделения 6 пехотных, одной танковой и одной механизированной дивизий, а также SS Polizei-Division. Почти каждая из этих дивизий ранее была либо уничтожена Красной Армией как боевое соединение, либо разбита до состояния, когда она уже не могла вести самостоятельные боевые действия. Такую вот 'матрёшку' имел в 'Волховском рукаве' Wehrmacht для нового контрнаступления. Чудеса тевтонской военной мысли и организации!

Всего Линдеманн собрал для Кёхлинга у Спасской Полисти 20 батальонов, не считая стройбата и сапёров - это как боевой состав двух пехотный дивизий. Также здесь сосредоточились 11 артбатарей - это как у одной моторизованной дивизии. Тяжёлую артиллерию корпусного и армейского уровня представляла батарея 220-миллиметровых мортир Mrs. 531(f), то есть трофейных французских мортир TR образца 1916 года системы Шнейдера. Их сняли с позиций под Ленинградом.

Получилось много пехоты, мало артиллерии, чуть-чуть танков. Тут только забрасывать 2-ю Ударную армию Клыкова трупами. У Кёхлинга чужие солдаты, чужие офицеры, чужие штабы, чужая артиллерия, чужое снабжение. Ни о каком сколачивании, взаимодействии, взаимопомощи речи не шло. Каждый сам за себя. В крови метамфетамин 'Pervitin' и шнапс, за спиной солдат фельджандармы и унтер-офицеры с пистолетами. Во главе начальник с правом отправить своим решением любого солдата в штрафбат, концлагерь или сразу к куче песка. Немецкие мужчины не шли в бой, их гнали в бой.

2-я Ударная армия Клыкова узким клином с открытыми флангами продвинулась на 70-75 километров и начала охватывать с юга-запада 75-тысячную Любанско-Чудовскую группировку 18-й полевой армии Линдеманна из группы армий 'Север'. К сожалению, недостаточное количество танков, боевых самолётов, механических средств тяги для артиллерии, затруднения с доставкой боеприпасов не позволили Клыкову наступать быстрее. У подлецов сохранялась возможность перебрасывать к зоне прорыва части, снятые с более спокойных участков фронта, а также из Великогерманского рейха и Европы. Линдеманн засел в Чудово как паук в паутине. Чудово - крупный железнодорожный узел, от которого через территорию сражения веером шли четыре железные дороги: на Новгород, на Веймарн, на Кирши, на Ленинград. Имелась также узкоколейная железная дорога от Огорелья до Рогавки, построенная с использованием рабского труда местного населения. По ней паровоз 'кукушка' возил вагонетки с торфом с огромных местных торфоразработок для войск группы армий 'Север'. Оккупанты также могли использовать узкоколейку лесозаготовителей у Корпово-2, подходящую к Волховскому рукаву с запада.

Имея в своём распоряжении полноразмерные и узкоколейные железные дороги, шоссе Ленинград - Москва с покрытием из брусчатки на участках Колпино - Тосно - Любань - Чудово - Спасская Полисть, грунтовые и 'ледовые дороги' - песчаные насыпи, залитые водой, автодороги типа Луга - Любань, построенные рабским трудом местного населения, подлецы Линдеманн успевал перебрасывать строительные и боевые части, технику, материалы, для строительства рубежей, промежуточных, отсечных позиции и дорог по рубежам обороны быстрее, чем туда подступали войска Клыков, которые шли с боями в условиях бездорожья с использованием преимущественно конной тяги. Смертельная опасность тылам всей группы армий 'Север' придавали бодрости оккупантам сильнее любого кнута. Так появилась двойная линия обороны 'Волховский рукав' вдоль железной дороги Чудово - Новгород и 'линия Линдеманна' вдоль насыпи железной дороги Чудово - Веймарн. Высокая как стена среди болот, промёрзшая, прочная как бетон, насыпь железной дороги Чудово - Веймарн стала основой для ДЗОТов, блиндажей и огневых позиций. Разница в скорости перемещения, проходимости войск и возможностей снабжения сделала 'генерала Мороз' и 'генерала Снег' союзниками захватчиков и убийц...

Тем же морозным утром 30 января Кёхлинг, уже успевший заслужить у солдат прозвище 'Мясник', бросил полнокровную свежую 225-ю пехотную дивизию генерала Поппе в уличные бои в Спасской Полисти против подразделений 1098-го и 1102-го стрелковых полков 'воронежцев' Антюфеева. Дивизия Поппе только что прибыла из Франции после переформирования. Первоначальный состав, мобилизованный в 1939 году, прошедший Французский и Польский поход, истребила Красная Армия под Брестом, Пинском, Гомелем, Смоленском и Вязьмой. Теперь второй состав дивизии, откормленный французским маслом и булками, весь с жирком, как свинина для шашлыка, не пуганный Красной Армии и русскими холодам, приехал из Франции с большим количеством 'диких' французских танков и другой бронетехники, с французскими крупнокалиберными пулемётами, грузовиками, гаубицами, лошадьми першеронской породы для артиллерии и запасами шампанского. Солдаты Поппе фанатично повели бои за каждый дом, сарай, пригорок в центре Спасской Полисти. Не имеющие боевого опыта, без тёплого обмундирования, они несли чудовищные потери. Но кто их жалел? 'Фрау ещё нарожают!' Не имея возможности получать снабжение, штурмовые группы 1098-го и 1102-го стрелковых полков 'воронежцев' Антюфеева под непрерывным арт-миномётным обстрелом и контратаками оставили свои позиции в Спасской Полисти. Но через несколько часов 'воронежцы' снова заняли окраину.

'Мясник' Кёхлинг силами I и II батальона 377-го пехотного полка 255-й пехотной дивизии Поппе при 8 танках Pz.Kpfw.III начал атаку для захвата района аэродрома восточнее Спасской Полисти, где предполагалось разместить 'артгруппу Хертляйн' для поддержки будущего контрнаступления на юг. Ju 87 несколько раз бомбили здесь советские разведгруппы. Два батальона 377-го пехотного полка преодолели сопротивление небольших советских заслонов и прошли по дороге Спасская Полисть - Селищи в поросшую кустарником местность к окраине большого лесного массива слева от шоссе. Пока танки безрезультатно гонялись по снегам за советскими лыжными дозорами, советская артиллерия РГК подвергла опустошительному обстрелу III батальон 377-й пехотного полка в Спасской Полисти и Острове, также и другие части, которые готовились к наступлению на 'антюфеевцев'. Потери от артогня оказались очень большими - 437 солдат и офицеров. Из них убито на месте 105.

Только такие потери засчитывал Wehrmacht в потери убитыми. Если солдат умирал через 5 минут после окончания боя или по пути на перевязочный пункт, его командиры уже не учитывали как убитых. Никто из офицеров не желал большим количеством убитых своих солдат ставить под сомнение свою квалификацию, звание, должность, от которых зависели продвижения по службе, должности, а значит - денежное содержание и возможность воровать.

В это же время атакующие вдоль дороги Спасская Полисть - Селищи в сторону Волхова батальоны Кёхлинга подверглись советской танковой контратаке. Т-34 ворвались в боевые порядки солдат Поппе, начали расстреливать и давить гусеницами оккупантов, из вооружение и транспорт. Во II батальоне 377-го пехотного полка среди новичков началась паника. Незадачливые покорители России с безумными лицами и выпученными глазами побежали мимо Спасской Полисти к Коляжке, устилая снег своими трупами. В Коляжке - деревне, расположенной в трёх километрах севернее Спасской Полисти на шоссе Чудово - Новгород на западном берегу реки Полисть, по бегущей толпе фельджандармы открыли огонь из автоматов. Только так удалось задержать толпу, одетую в том числе в женские шали и маскхалаты из кружевных салфеток. Из 850 человек, имевшихся в батальоне перед наступлением, в строю осталось 220.

Заградотряды Wehrmacht применял с осени 1941 года. Когда прошла эйфория побед после вероломного нападения 8-миллионной туши гитлеровцев и их союзников на 400 тысяч советских войск на границе, и пришлось столкнуться с основными силами героической Красной Армии у Смоленска, Ленинграда и Киева, солдатня капиталистов перестала рваться в бой на верную смерть даже под шнапсов и метамфетамином. С той поры её гнали угрозами репрессий, пинками, пистолетами унтер-офицеров и заградотрядами.

Бегство I батальона этого же 377-го пехотного полка с похожими потерями закончилось на шоссе южнее Спасской Полисти. Вот как воевал Wehrmacht у Волхова. Преследуя бегущих, в Спасскую Полисть снова ворвались танки Т-34. Один танк подлецы уничтожили. Один отошёл. Два получили повреждения перед опорным пунктом.

Для восполнения потерь Кёхлинг немедленно получил 432-й полк со штабом и взводом связи, II батальон 432-го пехотного полка, батальон 3-го полка SS Polizei-Division, I батальон 209-го пехотного полка, III батальон 284-го пехотного полка, роту 254-го сапёрного батальона и другие подразделения. Часть из них отправились для удержания фронта Спасская Полисть - Вергежа, где из-за советских атак и артобстрелов, а также собственных контратак, подлецы потеряли за два дня около 500 солдат. В это же время к опорным пунктам подлецов на шоссе и железной дороге Новгород - Чудово подошли новые советские артиллерийские части. Побоище продолжалось.

Преследуя бегущих фрицев, 1100-й полк 327-й стрелковой дивизии Антюфеева атаковал Коляжку. 'Антюфеевцы' с боем заняли кладбище превращённое оккупантами в опорный пункт: земляной вал 100 х 200 метров с глубокой канавой, пулемёты, миномёты, противотанковые пушки. Во время боя за кладбище подлецы подбил два танка Т-60, которые сгорели костром из-за своих бензиновых автомобильных двигателей. Танкистам пришлось временно стать пехотой. 'Антюфеевцы' кладбище отбили и закрепились на нём. Углубиться в мерзлую землю в предыдущих боях советским бойцам не получалось, приходилось устраивать снежные брустверы или прятаться в воронках, а здесь имелись глубокие канавы. Красноармейцев хорошо накормили горячим из походной кухни, которая находилась в расположении полка на опушке леса в 800 метрах восточнее. Все предыдущие дни в котелках приносили ледышки - суп или каша успевали на морозе за время переноса превращаться в лёд, поэтому трофейные термосы пользовались у ротных старшин большой популярностью.

Восточнее 'Волховского рукава' Кёхлинг потерпел поражение, но западнее ему удалось занять исходный лесной у район аэродрома Спасской Полисти для нового наступления на Мостки. Теперь он опять мог принимать связные и транспортные самолёты. Кёхлинг погнал в атаку на юг к Мосткам через 'Лесопункт' приданный ему 377-й пехотный полк полковника Шэппфера, только что прибывший из Франции вместе со своей 225-й пехотной дивизией. Кёхлинг упорно бросал в атаку для деблокады Мостков один чужой батальон за другим. Советская артиллерия непрерывно била по наступающим и их исходным позициям. Постоянно шли контратаки советской пехоты и танков, в результате чего происходило перемалывание всего, что подлецы бросали в бой. В частности, наконец, удалось уничтожить батарею 88-миллиметровых орудий Luftwaffe из четырёх 'acht komma acht', принесших много бед советским танкам и бомбардировщикам.

Следом за полком Шэппфера в атаку для деблокады Мостков пошли 'группа Беккера' и батальон 271-го полка из 93-й пехотной дивизии. Здесь они снова попали под шквальный огонь артполков РГК, уже занявших позиции на Волховском плацдарме. На открытой местности застал атакующих оккупантов дивизионный залп 13-го полка 'Катюш'. Отработали по пехоте и танкам Ил-2 из 313-й штурмового авиаполка Петрова. Вне зенитного зонтика над Спасской Полистью подлецами пришлось туго. Те, кто смог преодолеть рубеж руин домика путевого обходчика, натолкнулись на вкопанные у 'Лесопункта' танки Т-34 и Т-60. Здесь легли оскалом в снег наиболее рьяные потребители шнапса и препарата 'Pervitin'. Попытки Luftwaffe поразить бомбами эти танки провалились.

ВВС Волховского фронта к 30 января нарастили свою авиационную группировку до 313 самолётов. Из них 35 процентов - истребители. Такого количества истребителей при необходимости сопровождать бомбардировщики и штурмовики, патрулировать тыловые коммуникации, всё равно оказалось недостаточно для надёжного прикрытия кавкорпуса Гусева. В связи с этим Ставка ВГК передала в распоряжение Волховского фронта Мерецкова свои 2-ю и 3-ю Резервные авиагруппы. Однако этим удавалось лишь достичь паритета с 1-м Воздушным флотом Luftwaffe в борьбе за господство в воздухе, но не завоевать его.

Подлые оккупанты продолжали вымещать своё бессилие остановить 2-ю Ударную армию Клыкова расправами над мирным русским населением. Когда из Ольховки ушли вслед кавполкам в направлении Тосно тылы Трантина и лыжники, в эту деревню вернулись солдаты 254-й пехотной дивизии Бехшнитта, жестоко разбитой полтора месяц назад под Тихвином. Тыловым работникам кавалеристов пришлось отступить. Подлецы устроили кровавую расправу над жителями. И хотя почти сразу Ольховку вновь отбили бойцы сапёрного батальона 259-й стрелковой дивизии Лапшова, 22-я стрелковая бригада Пугачёва и лыжники, они всё-таки опоздали. В деревне освободители уже не нашли ни единой живой души. Только трупы местных жителей...

Вот на ступеньках крыльца одной избы лежит старушка и девочка-школьница 9-10 лет. По положению их тел и ранам понятно, что их застрелили в затылок. Бойцы Лапшова воевали с августа прошлого года: успешный контрудар под Старой Руссой, наступление на Григорьево, контрнаступление под Тихвином и выход к Волхову, попытки его форсировать с ходу. Разного насмотрелись. Но вот стояли бывалые воины в косматых тулупах и шапках с автоматами и СВТ на груди и плачут: 'Как же так, внучку со своей бабушкой?! За что?! Какие же изверги эти капиталисты и их генералы, что натравливают своих подлецов на несчастных людей?! Неужто мы в Германии смогли бы так?!'

К великому горю дальше - больше... Неподалёку от Ольховки в колхозе 'Весёлая Горка' те же психически больные солдаты дивизии Бехшнитта загнали в один из коровников 400 человек, приведённых из окрестных деревень на оборонные работы. Закрыли двери, обложили соломой, облили бензином и подожгли. 'Мы принесли вам свободу от колхозного рабства:' 400 человек взрослых и детей погибли от огня и дыма. Как выглядит сожжённый ребёнок, сжимающий обугленную игрушку, видели?

22-я стрелковая бригада Пугачёва от Ольховки продолжила наступление на север вдоль болота Гажьи Сопки, используя против врага захваченные у него 8 полевых гаубиц и 10 миномётов. У Ольховских хуторов среди трофеев красноармейцы захватили также удобные снежные волокуши для раненых в виде плоскодонных фанерных лодок. С помощью такой волокуши 20-летний санитар Вахонин смог вынести с полей последующих боёв 52 раненых бойцов и командиров вместе с оружием. Крепкий, коренастый парень из Перми оказался санитаром по призванию. Неимоверной выносливый, бесстрашный, заговорённый от пуль и осколков. Друг всё выпытывал у него:

- Скажи, Сашка, по правде над тобой бабка шептала, или в шинельке под подкладкой какая-то чудотворная вещь зашита?

- Угадал: бабка шептала, - отшучивался Вахонин. - Но заговорила она меня только от пули. От мин и авиабомб нет у неё средства.

Кроме силы и отваги Вахонин имел очень нужную для санитара природную доброту, участие к чужой беде и выдержку. Никогда не раздражался, не сердился на раненого. А дело-то! Под обстрелом нужно как можно быстрее перевязать истекающего кровью, затем, если время не терпит, прижимаясь к земле, вытащить в укрытие. Когда в лыжбате вышли из строя все лошади, ротные санитары на себе возили раненых до батальонного медпункта за 2-3 километра и более. Вахонин никогда не клял тяжелую ношу. Наоборот, и накладывая повязки, и по пути всегда по-простецки успокаивал, утешал, обнадёживал. Убили его, когда он спасал очередного раненого. Не дали капиталисты передать человеческое добро от детей к внукам...

У Коляжки до исхода суток 'антюфеевцам' продвинуться дальше не удалось, поскольку подлецы освещали местность перед кладбищем ракетами. Ракет им со всей Европы прислали несчётно. И разноцветных, и одноцветных, и осветительных и дымовых. Целый фейерверк в одной сумке. Бойцам приходилось всё время ложиться в снег, чтобы укрыться при таком освещении от огня пулемётов. Пришлось на рассвете окопаться в поле в глубоком снегу.

В ночь на 31 января Кёхлинг снова бросил остатки I и II батальонов 377-го пехотного полка в атаку вдоль дороги Спасская Полисть - Селище. Подлецами удалось пройти под плотным пулемётным и миномётным огнём 500 метров. Ранним утром этот полк пошёл в новую атаку, пройдя под ураганным советским артогнём ещё 1300 метров. После этого в батальонах осталось по 150 человек, и вчера ещё полнокровные батальоны более не представляли никакой боевой ценности.

'Мясник' Кёхлинг в этот день получил для своей 'бригады' с Ленинградского фронта из-под Кузмина III батальон 3-го полка SS Polizei-Division со штабом полка, батальон связи, три стрелковые и пулемётные роты из той же дивизии, а также III усиленный батальон 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии. Эти части 'мясник' с ходу бросил в бой. Эсэсовский батальон связи тоже стал сразу использоваться в качестве стрелков. Этими силам Кёхлинг нанёс таранный удар по шоссе в сторону Мостков через переезд и 'Лесопункт'. Впереди наступал III батальон 3-го полка SS Polizei-Division:

Здесь оборонялись части 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина. Эсэсовцы стали как черти выскакивать из-за кустов, из лощин и снежных окопов. Воздух разорвали очереди станковых пулемётов 'Максим' и уханье батальонных миномётов. Идущих впереди эсэсовцев сразили пули и они упали ничком в снег. Но из своих укрытий показались новые цепочки бесноватых завоевателей. Пулемётчики 'красноярцев' вели непрерывный огонь, посылая в самую гущу атакующих очередь за очередью. Оставшиеся в живых эсэсовцы повернули назад, пытаясь добраться до спасительных зарослей. Они не так представляли себе расправу с коммунистами. В зарослях их поджидали штурмфюреры и фельджандармы. Они снова и снова гнали их в бой. Кого-то угрозами, кого-то пинками и затрещинами. Следом шли в бой свежие и пьяные солдаты из резерва, но и те валились в снег, сражённые прицельным винтовочным и пулемётным огнём. Тщетны попытки укрыться за кустами и в низинах. Там, где подлецов не могли достать очереди пулемётов 'Максим', падали мины, выпущенные из миномётов. 13-й полк гвардейских миномётов 'Катюша' дал два полковых залпа по атакующим на открытой местности. 6 часов продолжалась эта бойня; все шоссе усеяли неподвижные тела эсэсовцев, которых пригнали сюда на смерть штурмфюреры.

Вслед за эсэсовцами Кёхлинг бросил в очередную атаку на 'Лесопункт' и дом путевого обходчика для восстановления снабжение Мостков и Любина Поля подразделения 'группы Беккера'. Впереди за танками двигался батальон 271-го пехотного полка. Солдаты волокли на себе миномёты, пулемёты и боеприпасы, катили противотанковые пушки. Кинжальный пулемётный и артиллерийский огонь 'красноярцев' уничтожил атакующую группу почти полностью. Оккупантов обстреливали батареи из состава полков РГК, штурмовали Ил-2 из 313-й штурмового авиаполка Петрова и истребили 2-го гвардейского истребительного авиаполка Метёлкина. В батальоне 271-го пехотного полка в двух ротах осталось менее 10 человек. Вся местность у 'Лесопункта' оказалась усеяна трупами и умирающими, брошенным оружием и амуницией. Немецким танкам приходилось объезжать горы заледеневших тел. Подлецы оказывали своим раненым и обмороженным помощь в снежных берлогах, палатках и шалашах, что приводило к быстрой их гибели. Это не во Франции воевать, где и в январе +15 градусов тепла!

Подлые фашистские генералы, имея возможность неограниченно расходовать солдатские жизни, использовать штрафные части, заградотряды из фельджандармов и офицеров, получивших приказ расстреливать на месте любого немца, австрийца, чеха, поляка или латыша, раз за разом гнали своих солдат в контратаки не считаясь ни с какими потерями. Да и перспектива бегства километров на 100 по заснеженной целине на сильнейшем морозе, как это произошло недавно под Тихвином, страшило солдат не менее сильно, чем MG 34 фельджандармов и офицерские P08, ведь это фактически мучительная смерть.

За 6 часов 'группа Беккера' несмотря на мощную поддержку Luftwaffe прошла с боем всего 500 метров и едва достигла развалин дома путевого обходчика у переезда и 'Лесопункта'. Очередной захват переезда, дома путевого обходчика и 'Лесопункта' обошёлся подлецам в 3 сгоревших танка Pz.Kpfw.III, 155 убитых и 280 раненых. Три фашистских танка всё-таки прорвались в Мостки с продовольствием и медикаментами для 'группы Кёппеля', но пехота туда не прошла - 'красноярцы' предприняли сильные контратаки с танками. На оккупантов вновь обрушились артобстрелы и бомбёжки. Из-за опасений повторения атаки 'антюфеевцев' на шоссе севернее Спасской Полисти у Коляжки, часть 'группы Кёхлинга' вынуждена была занять там оборону вдоль шоссе и начать контратаку. Это сразу ослабило их атаки на юг.

Контратаку против 1100-й полка 327-й стрелковой дивизии Антюфеева у опорного пункта Коляжка 'мясник' Кёхлинг начал с сильного миномётного обстрела и налёта трёх Ju 87. Затем из-за домов вышла пехота и тяжёлый французский трофейный танк 35S(f) из состава одного из бронепоездов группы армий 'Север'. 'Сорокопятки' броню этого танка пробить не смогли. Танк методично расстреливал советские позиции. В ответ по атакующим нанёс удар дивизион 'Катюш', уничтожив около 100 солдат. Но танк уцелел. По 'антюфеевцам' также вели от станции Спасская Полисть непрерывный огонь два артиллерийских бронепоезда. Позиции у кладбища пришлось оставить. Возможность отрезать Спасскую Полисть с севера оказалась упущена ввиду недостатка сил.

Однако 374-я 'красноярская' стрелковая дивизия Витошкина благодаря этому смогла успешно завершить бои за 'Лесопункт' между Мостками и Спасской Полисти. 'Лесопункт' удерживался, шоссе и железная дорога здесь по-прежнему перерезаны и проход западнее по лесовозный дорогам открыт, чем обеспечивалась связь с 382-й стрелковой дивизией и подвоз ей боеприпасов и продфуража. Всего за день уничтожено 'красноярцами' более 200 оккупантов и 4 танка Pz.Kpfw.III. Трофеи: 3 противотанковые пушки, 10 пулемётов, 200 винтовок, 6 миномётов, 13 автоматов, 6 пистолетов, радиостанция, 2 бинокля и разное вещевое имущество.

После многократных лобовых атак вдоль шоссе на Мостки, до мясников фон Кюхлера, Линдеманна и Кёхлинга наконец дошло, что сильный огонь советский артиллерии и авианалёты по позициям вдоль шоссе от Спасской Полисти до Трегубова делают все попытки наступление на Мостки вдоль шоссе по открытой местности совершенно бессмысленными и не приносящими ничего кроме гигантских потерь. Тогда они решили провести наступление западнее шоссе вдоль реки Глушица по лесным просекам, беря пример с Красной Армии. Для начала фашистские генералы насытили войсками лесной массив в 2 километрах северо-западнее и юго-западнее станции Спасская Полисть, организовав там круговую оборону больших полян и просек. Стройбат 'Организации Тодта', сапёры и местные рабы немедленно приступили к постройке к этому району лесной дороги. Для покрытия потерь провального штурма Кёхлингу спешно на грузовиках подбросили III батальон 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии, а также I батальон 209-го пехотного полка.

На южном фасе Волховского плацдарма после 5-дневных упорных боёв советским частям удалось окружить в опорном пункте Малое Замошье части 2-го полицейского полка SS и подразделения 'группы Яшке'.

В начале 1942 года дела у 'сильнейшей армии в мире' шли из рук вон плохо. Она сидела около Волхова в глухой обороне и занималась затыканием дыр во фронте мало приспособленными для этого тыловыми подразделениями. 1-я линия обороны 'Волховского вала' 'самой сильной армии Европы' в конце первого месяца 1942 года пробита на ширину 30 километров, 2-я линия пробита на ширину 13 километров, если не считать двух окружённых опорных пунктов. Неужели опять 'унтерменши' наказали Wehrmacht? Как же так? Неужели они настолько сильны? Вместо подготовки к штурму Ленинграда и перехвату 'Дороги жизни' группа армий 'Север' отчаянно защищалась. Отпускников и пополнение, следовавших в эшелонах, генералы снимали с поездов, формировали из них импровизированные подразделения, вооружённые кое-как, и немедленно отправляли в бой. Маршевые батальоны и резервы группы армий 'Север' едва успевали восполнять потери разгромленных, обескровленных частей. Солдаты и офицеры охранных дивизий и тыловых служб, старые убийцы, принимавшие участие ещё в мясорубке Первой Мировой войны, шли в бой и массово гибли также, как тогда в Бельгии или под Верденом. А как всё радужно начиналось для подлецов 22 июня прошлого 1941 года! Зарубежные обозреватели в подобных случаях применительно к Красной Армии писали 'катастрофа', а когда речь заходила про Wehrmacht писали, мол, 'стойкая оборона'!

Несмотря на активные, умелые действия ВВС Волховского фронта завоевать господство в воздухе, как это произошло во время контрнаступления под Москвой, не получалось. Luftwaffe сосредоточили против Волховского фронта 385 боевых самолётов Luftflotte 1, из них 80 боеготовые истребители, продолжая наращивать силы. На ситуацию в воздухе существенное негативное влияние оказывала также группировка из 500 самолётов ВВС фашистской Финляндии, действующая позади Волховского фронта из-за реки Свирь. Часть авиасоединений Luftflotte 1 базировались на финских аэродромах в Турку и Имарте. В конце января, несмотря на потери, Волховский фронт имел 150 боевых самолётов. Боеготовых истребителей только 35. Вылеты на оставшихся МиГ-3 и ЛаГГ-3 поручались настоящим асам. Техники делали всё возможное для скорейшего ввода в строй повреждённых и неисправных машин, однако сильные морозы и сложности с доставкой запасных частей сильно затрудняли ремонт.

Бойцы и командиры Красной Армии делали всё, что могли. Наступающие войска Волховского фронта потеряли убитыми за январь 3300 человек, а противостоящие им войска 16-й и 18-й полевой армий группы армий 'Север' более 5000. Капиталисты за это же время убили в Ленинграде голодом, бомбежками и артобстрелами 102 000 человек, из них 13 100 - это дети. Так воевала армия убийц и военных преступников, созданная капиталистами - Wehrmacht! Страшно подумать, что ждало Ленинград, не проложи и не защити большевики 'Дорогу жизни'.

В ночь на 1 февраля экипажи бипланов Р-зет из 586-го легкобомбардировочного авиаполка совершили налёт на огневые точки гитлеровцев восточнее деревни Коровий Ручей. Две огневые точки подавлены, взорван склад боеприпасов. Ночным налётам подверглись опорные пункты Спасская Полисть, Мостки, Любино Поле.

В Ольховке ночь прошла спокойно; вымотанные за прошедший день бойцы 42-го лыжбата спали вповалку в нетопленных домах и сараях, а утром просыпались с трудом. Позавтракали горячим чаем и хлебом с маслом и ещё затемно начали наступление на Ольховские Хутора, которые находились примерно в 4-5 километрах севернее. Вместе с ними наступали 39, 43-й лыжные батальоны и бойцы 559-го стрелкового полка 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии. Эти силы входили в группу Привалова.

Ольховские Хутора - цепочка столыпинских хуторов вдоль Керести. 254-я пехотная дивизия подлеца Бехшнитта имела здесь вокруг десятка компактно расположенных хуторов мощную круговую оборону. Этот укрепрайон из почти 20 опорных пунктов по своей укреплённости не уступал 'крепости' Спасская Полисть. Любцы, Любино Поле и Земтицы: минные поля, проволочные заграждения, несколько рядов траншей, густая сеть ДОТов и ДЗОТов, укреплённые подвалы, вкопанный в землю танки. На подходах к хуторам высокие снего-земляные валы, облитые водой.

Дорога шла по чистому полю. Справа от дороги, около первого хутора, река поворачивала влево. За рекой - лес. Слева от дороги, примерно в 500 метрах, тоже лес и вдоль опушки несколько сараев. Около хутора у леса оккупанты в снег зарыли танки. Они открыли огонь. На соснах сидели в мешках из телячьей кожи фашистские 'кукушки'. Этому трюку с мешками их финны научили. 'Кукушки' прицельно обстреливали лыжников. Снайперам 42-го лыжбата с большим трудом удалось их ликвидировать. Подлецы начали контратаку. Лыжникам пришлось остановиться и отбиваться от танков. Без артиллерии это нетривиальная задача. Пал смертью храбрых батальонный комиссар старший политрук Чернышёв.

Тяжелейший наступательный бой шёл 12 часов. Штурмовые группы красноармейцев широко применяли удлинённые штурмовые заряды 'бешеные сосиски'. Железную трубку длиной 2 метра и диаметром около 5 сантиметров умельцы наполняли несколькими килограммами взрывчатки. Общий вес получался 10 килограммов. 'Бешеные сосиски' выдвигали в бою на минное поле, подсовывали под ряды колючей проволоки, всовывали между звеньями спирали Бруно и в нужный момент взрывали. Это намного облегчало проделывание проходов в укреплённой полосе. Особенно эффективно 'бешеные сосиски' обезвреживали мины. От взрыва спаренной 'сосиски' мины детонировали на два-три метра по обе стороны трубок. И вуаля! Проход для штурмовых групп готов! Два хутора удалось освободить.

Здесь красноармейцам в который раз пришлось увидеть как ненавистные изверги издевались над мирным населением, людьми, которые пытались остаться на своей родине и не хотели уходить с ними. Молодая женщина, запряжённая в примитивную упряжку в салазки со своим жалким скарбом, застрелена в упор, в лицо. Её, очевидно, сын, мальчик 10 лет с простреленной головой лежал возле матери. Вот они - жертвы преступников, которых наймит капитализма Гитлер, его генералы и офицеры освободили от подсудности за любые преступления против славян, русских, евреев, большевиков, военнопленных!

Подлецы снова бросили в контратаку танки и продвижение остановилось. Пал смертью храбрых комбат 42-го лыжбата Талалаев. Батальон возглавил майор Крицин. Майор - нетипично высокое звание для лыжных батальонов. Как правило ими командовали лейтенанты, капитаны.

Утром восточнее Ольховских Хуторов последовала атака 7-й гвардейской танковой бригады на Спасскую Полисть. Танки КВ-1 и Т-34 ворвались в опорный пункт и начали давить ДЗОТы, землянки, огневые позиции, расстреливать пехоту, грузовики и повозки. Кёхлинг все свои свободные силы бросил в контратаку. Ju 87 и Bf 110 бомбили и обстреливали советские стрелковые части, не давая им подойти к реке Полисть и закрепить спех танкистов. На этом же участке сосредоточили огонь более 60 фашистских орудий и два их подошедших бронепоезда. При этом эффективность огня артиллерии Кёхлинга, сосредоточенной для защиты восточного фаса 'Волховского рукава' оказалась крайне низкой. Как только гаубицы подлецов произвели первые пристрелочные выстрелы, стало понятно, что верхушки деревьев густого леса создают проблемы, скрывая от наблюдателей перемещения противника. Если один из снарядов преждевременно попадал в дерево, то осколками и дождём щепок ранило своих же солдат, находящихся неподалеку. При падении снаряд должен находиться на достаточно крутой траектории, чтобы беспрепятственно попасть в цель, движущуюся среди стволов. Чтобы преодолеть подобные препятствия, стволы пушек приходилось поднимать на максимально возможную высоту под углом примерно 45 градусов к поверхности земли, что сокращало дальность стрельбы до нескольких километров и уменьшало точность.

ВВС Волховского фронта совершали в это время налёты на войска Кёхлинга на шоссе, блокируя подход к Спасской Полисти подкреплений. Подходящие резервы 'мясника' Кёхлинга расстреливали также полки РГК. Не дождавшись пехоты, исчерпав боеприпасы и горючее, танкисты-гвардейцы с великим сожалением ушли из Спасской Полисти.

Но эта атака танкистов на Спасску Полисть дала возможность 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Дорофеева из группы Коровникова при мощной поддержке 72 гаубиц и гаубиц-пушек калибра 122 и 152 миллиметра из 172-го и 822-го отдельных гаубичных артполков РГК провести успешную атаку через реку Полисть у деревни Остров и занять рубеж на шоссе в 'Волховском рукаве'. Артиллерийская группировка группы Коровникова и 944-й артполк дивизии Дорофеева просто уничтожили перед пехотой сибиряков шквалом артогня все укрепления в опорном пункте Остров вместе с оккупантами и подходящие к ним с севера резервы. Только при зачистке рощи юго-восточнее Острова силами 1254-го стрелкового полка уничтожено 277 гитлеровцев, захвачено 116 винтовок, 9 автоматов, 21 пулемёт и 56 запасных стволов к ним, 6 противотанковых ружей, 180 ручных гранат, 52 000 патронов винтовочных, 1400 пистолетных патронов, 75 противотанковых мин. Хребет Кёхлинга перебит.

Всего за день 850 подлецов из 971-го пехотного полка, частей 93-й пехотной дивизии, прибывших накануне из района Петергофа, как корова языком слизала. Втрое большее количество гитлеровцев отправились отсюда на госпитальные койки. К своим солдатам немецкие генералы, организаторы и виновники 'мясных штурмов' Первой Мировой войны, всегда относились как к мусору: 'Фрау ещё нарожают!', но теперь 'бригада Кёхлинга' кроме всего прочего повисла на единственной лесной дороге снабжения, проходящей вдоль железной дороги в 500 метрах западнее позиций сибиряков и под постоянным ружейно-пулемётным и миномётным обстрелом.

Положение 'группы Кёппеля' в Мостках из-за потерь и снабжения становилось всё серьёзнее. 9-я рота 284-го полка - 44 человека, получила в сутки 3 батона хлеба, 6 кулёчков конфет, 2 пакета кексов, 6 плиток 'Panzerschokolade', 60 сигарета, упаковку сала, 6 порций неприкосновенного запаса, банку гороховых консервов, пакет сахара и пакет с чаем. Всё! Пришла очередь конины с лошадиных трупов по-французски. Последний офицер полка - командир 11-й роты, всегда и везде выживавший с начала войны лейтенант Моргенштерн - убит. У эсэсовцев дела обстояли не лучше.

В Спасской Полисти и выдвинутых на юг опорных пунктах Мостки и Любино Поле - остатках 2-й линии обороны 'Волховского вала' в полуокружении уже многие недели сражались в зимних условиях подразделения и группы 20 различных батальонов, которые перебрасывались один за другим в жернова советской мельницы с разных участков фронта под Ленинградом и Чудово для контратак, закрытия брешей. Все эти батальоны оказались разбиты в снегах Волховских лесов по обе стороны дорожной железнодорожной насыпи дороги Чудово - Новгород превосходными советскими войсками, прежде всего артиллерией. Мороз также набрал себе множество жертв. Часто только несколько выживших выводились в тыл, чтобы ещё сражаться в Спасской Полисти дальше, пока не пробивал и их смертный час. Так что отдельные батальоны и роты исчезали полностью.

Лишь отсутствие полного окружения позволяло удерживать Мостки и Любино Поле. По ночам туда через лес западнее железной дороги могли проходить небольшие группы по 50-75 смертников, несущих на себе как китайские носильщики 'кули' боеприпасы и продовольствие. Этих подкреплений постоянно не хватало, поскольку всё противотанковое оружие в этих опорных пунктах оказалось уничтожено, большая часть миномётов и пулемётов тоже и советские танки безнаказанно расстреливали ДОТы и ДЗОТы, давили блиндажи и в них вшивых, голодных, простуженных, обмороженных завоевателей. Каких только мундиров не намотали на гусеницы танкисты 7-й гвардейской танковой бригады! Чёрные мундиры танкистов 12-й танковой дивизии, коричневые мундиры бывшей армии Чехословакии стройбатовцев 'Организации Тодта' и NSKK, обычные мышиные мундиры пехоты и трофейные советские шинели. Эсэсовцы SS Polizei-Division валялись в своей зелёной полицейской униформе. На поле боя их ни с кем не перепутаешь.

Контроль над Мостками, Любино Поле и железнодорожным переездом у будки путевого обходчика означал контроль над дорогой Ямно - Мостки - Ольховка. Пока Линдеманн контролировал эту дорогу, войска Клыкова, ушедшие в прорыв на запад, снабжались только через просеки у Мясного Бора, что являлось препятствием для развития наступления на запад. Гитлер буквально бредил Мостками. Кёхлингу иногда звонили прямо из штаб-квартиры фюрера и требовали доклада. Когда 'мясник' сообщал о необходимости получения очередного полнокровного батальона в течение 5 дней, ему уже на следующий день присылали батальон из отпускников, которых без разбора снимали с 'отпускных' эшелонов. Ужас царил в мыслях этих жертвенных баранов, которые были уже почти дома и тут вдруг оказались брошены в смертельные бои, причём под командой чужих офицеров и рядом с чужими солдатам. Пушечное мясо для прибылей капиталистов. Снарядить одного солдата стоило примерно 7 000 марок. Столько зарабатывали капиталисты на одном немецком трупе.

Гитлер с пеной у рта после очередных доз наркотиков и витаминов бил ладонью по картам в комнате совещаний в 'Вольфшанце' - штаб-квартире в лесу Гёрлиц в Восточной Пруссии, и в сотый раз требовал от фон Кюхлера ударом с севера отрезать прорвавшиеся на запад войска Клыкова. Для этого следовало удерживать во что бы то ни стало Мостки, а заодно вывести, наконец, окружённых там эсэсовцев, ведь окружение не являлось сплошным. Разбившему себе весь лоб в атаках вдоль шоссе Линдеманну теперь предписывалось действовать на манер Красной Армии - в обход шоссе пройти на юг несколько километров по заснеженной лесной глухомани в нескольких сотнях западнее железной дороги Чудово - Новгород, и из леса войти в Мостки свежими силами. Этим же маршрутом через лес предполагалось вывести, скорее уже вынести на носилках, измождённых эсэсовцев. Тех, кто выжил и трупы. Операцию Гитлер назначил на 3 февраля.

Из 'Вольфшанце' на КП Кёхлинга на самолёте прибыл генерал Шмундт - адъютант Гитлера, отвечающий за Wehrmacht. Он лично передал последние указания фюрера Кёхлингу, разъяснял полковнику значение проводимой операции и описал ожидания фюрера в связи с этим. Не то, чтобы Гитлер особо остро реагировал на гибель в окружении своих солдат в Мостках и Любино Поле. При разгроме у Ростова-на-Дону, под Москвой, Тихвином массовая гибель немцев в окружениях и в чистом поле стала для него рутиной. В этот же момент, кроме всего, явно назревало окружение 100-тысячной группировки под Демянском. Дело в другом. Операция по деблокаде опорных пунктов Мостки и Любино Поле давала шанс отрезать советские войска, ушедшие в прорыв на запад и восстановить оборону по Волхову. Это в свою очередь предоставляло возможность высвободившиеся войска бросить против Ленинграда. Советское командование имело ровно противоположные резоны.

Постоянно подводимые подкрепления к 215-й, и 126-й пехотным дивизиям и различные боевые группы помогли удержать позиции лишь по краям 30-километрового Волховского плацдарма Мерецкова. В 10 километрах западнее Волхова подлецы смогли удержаться только в выступе 'Волховского рукава' вдоль шоссе и железной дороги у Спасской Полисти на севере, а на юге у деревни Любцы. Между опорными пунктами Спасская Полисть и Любцы ширина советского прорыва достигала 12 километров. Окружённые на шоссе опорные пункты Мостки и Любино Поле находились поперёк этого прорыва. Они как волноломы сужали место прорыва, дробили его, затрудняли снабжение армии Клыкова западнее, отнимали часть сил у передовых частей и замедляли продвижение на запад. Одна из причин торможения рейда кавкорпуса Гусева состояла именно в крайнем затруднении снабжения через участок местности, где продолжали оставаться в окружении Мостки и Любино Поле. Это всё давало дополнительное время оккупантами на сооружения отсечных позиций по линиям железных дорог, идущих с северо-запада на юго-восток и переброску к ним резервов.

Кроме того, окружённые эсэсовские подразделения в Мостках и Любином Поле - это элита войск SS. Вся SS Polizei-Division - это 18 000 добровольцев из полицейских чинов со всей Германии и Австрии. Основа фашистского режима капиталистов. По традиции полицейские в Германии набирались из отставных армейский фельдфебелей и унтер-офицеров, в крайнем случае, ефрейторов и рядовых, но обязательно ветеранов войны и белых фрайкоров времён Гражданской войны в Германии. То есть боевой опыт у них имелся более, чем достаточный. До того, как появиться на советско-германском фронте, эти полицейские псы участвовали в разгроме коммунистической и других партий, антиеврейских мероприятиях, содержали и охраняли концлагеря и лагеря армейских штрафников, уничтожали инакомыслящих, инвалидов и стариков по программе 'Т4', проводили перепись военнообязанных и облавы при мобилизации. То есть полицейские - это откормленные датской ветчиной и французским маслом кровавые боевые псы-блокхауды высшей марки. Ровно год тому назад 2-й эсэсовский полицейский полк полковника Шульца выступил из Версаля в Париж. Теперь прекрасные воспоминания о том времени побед над сильнейшей французской армией растворились в череде поражении от армии русских 'унтерменшей'. То ли Wehrmacht и SS сами стали как 'унтерменши', то ли русские совсем не 'унтерменши'...

По подлому замыслу Гитлера и Гиммлера SS Polizei-Division предназначалась для штурма Ленинграда. Она обладала более сильное вооружение и состав, чем любая другая пехотная дивизия, которой располагал Wehrmacht. Эсэсовцы SS Polizei-Division имели в своём полном распоряжении 203-й танковый полк, и по совокупному составу таким образом являлась скорее танковой дивизией, чем пехотной, и посильнее обычной моторизованной дивизии. Wehrmacht оснащал свои моторизованные дивизии только батальоном танков, в тут сразу три батальона! Только образцовая моторизованная дивизия 'Великая Германия', в отличие от обычной моторизованной, имела танковый полк, дополнительный дивизион штурмовых самоходок, зенитные самоходки, один гренадерский полк полностью на бронетранспортёрах, и таки образом была сильнее SS Polizei-Division.

Имелись ещё отличия от обычной пехоты. Идеология и дисциплина. Если обычная армейская пехота - это немцы, австрийцы, чехи, поляки, которых на войну пригнали, то эсэсовцы, особенно эсэсовцы-полицейские, это как раз те, кто их на войну гнал. Если обычная армейская пехота - это фортовые нищие пьяницы, мародёры, грабители, убийцы, то эсэсовцы, снабжаемые куда как более хорошо, больше занимались уничтожением по расовыми, идеологическим и военным причинам. Отсюда более крепкая дисциплина и устойчивость в бою. Тем более, что большая часть из них бывшие унтер-офицеры, нынешние офицеры полиции.

После штурма Ленинграда эсэсовцам-полицейским предстало провести полицейскую зачистку города наподобие того, как полиция прядка из ведомства Гиммлера зачистила Великогерманский рейх, особенно Wehrmacht от всех нелояльных, а потом зачистила оккупированною территорию. В Ленинграде предстояло ещё выполнить расистскую задачу по холокосту 200 000 евреев и последующему геноциду 2 000 000 славян. В белогвардейских армиях Деникина, Колчака, Юденича существовали отборные офицерские полки. SS Polizei-Division - примерно то же самое, но в гитлеровском исполнении.

И вот теперь эту гвардию капитализма мало того, что сняли из-под Ленинграда, так ещё и бросили в лесную глухомань у Волхова. Мало того, что они не удержали фронт, так ещё попали в котёл в Мостках и Любином Поле, ели там по-французски конину, пачками умирали от обморожения и гангрены. Окружённые в Мостках и Любином Поле части 287-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии Гитлера особо не интересовали. Но эсэсовцы его друга Гиммлера очень даже...

В глубоком тылу кавалеристы 87-й кавдивизии Трантина при помощи трёх лыжбатов в первый день февраля пытались вести борьбу за прорыв рубежа обороны Кривино - Равань - высоты 47,8 и 47,9, где фашисты имели несколько десятков ДЗОТов, траншеи, снего-ледяные валы, минные поля и проволочные заграждения. Лыжные батальоны с уважением называли 'лыжной кавалерией'. Штатная численность лыжбата 578 человек: штаб, 3 стрелковых роты, миномётная рота, пулемётный взвод, хозвзвод, санвзвод, отделение сапёров. На вооружении 6 миномётов БМ калибра 82-миллиметра, 9 миномётов РМ 38 калибра 50-миллиметров, 31 ручной пулемёт ДП-27 'Дегтярь', 100 пистолетов-пулемётов ППШ 'Папаша', 194 самозарядные винтовки СВТ 'Светка', 100 карабинов Мосина, 50 других винтовок, в том числе снайперских, 15 пистолетов ТТ. Транспорт - 16 лошадей и 16 саней, 571 пара лыж. Боекомплект: 65 000 винтовочных патронов, 48 000 пистолетных патронов ТТ для ППШ, 130 мин для БМ, 530 мин для миномётов РМ, 400 килограммов тола, 300 противотанковых гранат РПГ-41 'Танюша' и 600 противопехотных гранат Ф-1 'Лимонка', 200 винтовочных противотанковых гранат ВПГС-41.

Опираясь на высокую насыпь железной дороги Веймарн - Чудово, к обороне приготовился пёстрый конгломерат 'группы Эндерс' из тыловых и фронтовых частей 18-й полевой армии. В ближнем тылу у них у деревни Апраксин Бор имелся полевой аэродром с металлическим покрытием из заводских инвентарных плит, пригодный для приёма транспортных самолётов 'Тётушка' Ju 52/3m...

244-й 'барнаульский' кавполк Дорофеева по-прежнему блокировал с трёх сторон опорный пункт в деревне Ручьи. На большее сил не хватало. Дорога через этот важный опорный пункт выводила к Любани. Здесь подлецы создали крепкую оборону, опираясь в том числе на ДЗОТы, построенные пехотными частями советской 21-й танковой дивизии, которая оборонялись здесь в августе прошлого года. Дороги к другим опорным пунктам оккупанты контролировали танками, бронемашинами и бронетранспортёрами.

В Ручьях и его окрестностях удалось уничтожить более 200 гитлеровцев. 'Барнаульцы' потеряли убитыми 50 героев. Погиб комполка Дорофеев и старший политрук Лобанов. Прорваться к Любани с юго-востока без танков и тяжёлой артиллерии оказалось невозможно. Конно-лыжный рейд завершился. Отсутствие тяжёлой артиллерии, танков и штурмовой авиации не давали никаких шансов кавдивизии и лыжбатам прорвать оборону, насыщенную пулемётами, миномётами, гаубицами, ДЗОТам, минными полями, заграждениями из колючей проволоки. Нужно подтягивать тяжёлую артиллерию, танки и после этого пробовать вновь.

У 'барнаульцев' подвоз затруднён. Особо острая проблема с доставкой снарядов. Отставшие тылы не могли оперативно за 200 километров доставлять из Малой Вишеры боеприпасы, продовольствие, фураж. Доставкой по ночам занимались У-2 и Р-зет из полков ночных бомбардировщиков. Боеприпасы, фураж, продовольствие сбрасывали на огонь зажжённых костров, однако точность такого способа сброса небольшая. Если У-2 могли сбрасывать конникам мешки с сухарями и патронами, то снаряды, начиная с 76-миллиметрового калибра, они сбрасывать не могли. После падения с высоты гильза и корпус снаряда деформировались, что приводило бы при выстреле к его разрыву в орудии. Артиллеристов как всегда выручали лыжники. Сотни бойцов делали по несколько рейсов за десять с лишним километров. Каждый привозил в вещмешке по два 6-килограммовых снаряда. Бережно доставляли, зачерчивали в свои портянки... Вроде как японки, носившие малышей за спинами:

Четверть 'бараульцев' с ранениями уже отправилась в госпитали. Luftwaffe выбило половину лошадей. Начался падёж лошадей и от бескормицы. Лошадиное мясо использовать в пищу как воины Чингисхана. Не пропадать же добру. Специально для доставки продовольствие и фуража кавалерийским частям Гусева, совершающим прорыв на запад, Волховский фронт получил 188 самолётов По-2, У-2, Р-зет. Авиачасти Журавлёва перебазировались на передовые аэродромы Жерновка, Полищи, Малая Вишера, Веребье, Коломенка, что повысило интенсивность их действий.

Оккупанты, ведущие бои с кавалеристам Гусева, имели рокаду в виде железной дороги Чудово - Веймарн, а чуть севернее рокадное шоссе Чудово - Ленинград. Комдив Трантин мог только блокировать врага, ждать подхода пехотной дивизии, артиллерии, танков, налаживания снабжения. Создалась равновесная ситуация. Конники зарылись в землю, построили землянки, шалаши, укрытия для лошадей. Замаскировались так, что и свои авторы находили только по сигнальным кострам. В маленькую, низенькую землянку забрались ползком. Командный пункт - землянка с несколькими накатами. Плащ-палатка на настиле из веток - постель. Тяжело. Но находились силы при свете коптилки выпускать 'боевые листки' и полковую стенную газету. Даже пели и плясали в полковом ансамбле песни и пляски.

По другую сторону 'Волховского рукава' на линии фронта Спасская Полисть - Вергежа на северном фасе Волховского плацдарма продолжались взаимные атаки и контратаки. Два батальона 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Дорофеева начали утром наступление между деревнями Вергежа и Коломно на деревню Пересвет-Остров. Подлецами для контратаки с целью выправления линии фронта здесь с миру по нитке сформирована новая 'сборная солянка' - 'группа Тафеля': рота 390-го полка, 215-й и 402-й самокатные эскадроны, остатки III батальона полка SS Polizei-Division, остатки батальонов 435-го и 380-го пехотных полков. Подлецы также быстро усиливали позиции в инженерном плане силами новых строительных подразделений.

На центральном участка Волховского плацдарма с 8:00 началась и продолжалась до середины дня советская артподготовка по опорным пунктам южнее Спасской Полисти. Во второй половине дня советская артиллерия нанесла мощный удар с участием артполков и артиллерии большой мощности по 'крепости' Спасская Полисть и одноимённой станции. Во время залпов 'Катюш' огонь переходил в ураганный. Всё кругом взлетало вверх, всё заволакивало земляной и снежной пылью. Затем на штурм пошли ударные группы нескольких дивизий и бригад, шаг за шагом уничтожая уцелевшие ДЗОТы, землянки, траншеи, норы, проволочные заграждения, минные поля, пробивая ледово-земляные стены, прерывая линии связи, сжигая вкопанные танки, расстреливая пулемётные, миномётные, артиллерийские позиции, осатанелых оккупантов. Стоял несмолкаемый гул и грохот. Гитлеровцы через некоторое время пришли в себя и задействовали в последовавшей 'мясорубке' подразделения более чем из 20 разных батальонов, множество других войск, общим числом около 16 000 человек. На нескольких метрах расстояния буквально сотые доли секунды решали жизнь и смерть человека. Словно шмели жужжали вокруг пули. Связного командира контратакующей группы фашистов убило рядом со своим начальником сразу. Десятки оккупантов, одетых кое-как, падало под очередями советских пулемётов автоматов, но всё новые появлялись из-за полуразрушенных построек. Редко когда смерть собирала такой богатый урожай за один час. Остатками некоторых частей командовали уже и фельдфебели. Штурмовые группы 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии Сокурова после рукопашного боя смогли достичь окраины и занять несколько домов. Группы оказались отрезаны и сражались сами по себе. После третьей мощной контратаки с участием танков, дома пришлось оставить и 'красноярцы' отошли на 150 метров.

В это же время юго-западнее Спасской Полисти штурмовые группы другой 'красноярской' стрелковой дивизии - 374-й Витошкина перешли в атаку на позиции фашистов на железной дороге у 'Лесопункта' на опушки леса. Около 300 фашистов, обороняющихся здесь, бежали в лес, оставив порядка 100 трупов. Трофеи: 20 пулемётов, 3 миномёта, 2 автомата, 30 винтовок. Локтевая связь между фашистскими гарнизонами Спасской Полисти и Мостков прервалась. После этого советские части, повернули фронт на север и повели наступление на южную окраину Спасской Полисти.

Задачу обороны опорных пунктов в Мостках и Любино Поле получила очередная 'сборная солянка' на основе 423-го пехотного полка полковника Кёппеля. В эту новую 'матрёшку' из 'бригады Кёхлинга' вошёл III батальон 284-го пехотного полка, 377-й пехотный полк 225-й пехотной дивизии и III батальон 3-го полка SS Polizei-Division. Эсэсовцы в этом батальоне, не выходящем из боёв, менялись как сгоревшие сигареты в пальцах заядлого курильщика. Командир батальона Рефельдт до этого отправился из боя в тыл на носилках. Новый командир батальона Шрейбер через несколько дней отправился на носилках следом. Его заменил гауптман Клеебаум, назначенный из Главного управления полиции порядка OrPo. Выручать подельников также прибыли ещё два батальона эсэсовцев-полицейских.

От Кёппеля 'мясник' Кёхлинг требовал прорваться через лес к опорным пунктам Мостки и Любино Поле, и держать их до тех пор, пока не восстановится вся 2-я линия обороны от Спасской Полисти до Мясного Бора. Далее уже от всей 18-й полевой армии требовалось отрезать передовые части 2-й Ударной армии и ликвидировать Волховский плацдарм вообще. Гитлер приказал снимать с Ленинградского фронта всё что можно, а также бросить к месту прорыва Клыкова 250 бомбардировщиков вместо того, чтобы бомбить Ленинград, который имел самую мощную систему ПВО в мире и оказался Luftwaffe не по зубам. Всего OKW перебрасывало на угрожаемое направление с других участков группы армий 'Север', а также из Западной Европы 8 дивизий, одну бригаду и 16 отдельных частей.

Это резко меняло соотношение сил в полосе наступления Клыкова в пользу гитлеровцев и они смогли начать готовить операцию по окружению его войск. С Линдеманна снялась задача атаки Ленинграда и 'Дороги жизни' на Ладожском озере. Не оставляя грабёж населения, уничтожение памятников истории и архитектуры, расстрелы партизан, Линдеманн и Буш смогли заняться 'наказанием' Клыкова. Советское наступление с этого момента ещё более замедлилось. Но главное в действиях 2-й Ударной армии никуда не ушло - уничтожать Wehrmacht - основой военный инструмент капитализма, собранный для уничтожения Советского Союза, его народов и партии большевиков...

На северном фасе Волховского плацдарма после неудачной атаки на опорный пункт в деревне Вергежа 1249-й стрелковый полк 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова провёл наступление на север и перерезал коммуникации частей 215-й пехотной дивизии Книза, удерживающих позиции по Волхову. Подлецы в панике пустились в бегство по окрестным лесам. В ходе преследования захвачено 50 повозок с военным имуществом, продовольствием, 21 пулемёт, 2 миномёта, много винтовок.

После авианалёта ВВС Волховского фронта на опорный пункт подлецов в деревне Ручьи на восточном фланге Любанского направления, начали очередную атаку на ДЗОТы 244-й кавполк дивизии Трантина и лыжники. К середине дня подлецы отбили атаки и начали контратаковать при поддержке танков, бронемашин и самоходок. Под бешенным натиском бронетехники, шквальным огнём миномётов и автоматических зенитных пушек кавполк отошёл на исходный рубеж. От прямого попадания мины погиб комполка-244 Дорофеев и старший политрук полка Лобанов. Подлецы потеряли 80 солдат убитыми и 250 ранеными. После этих боёв кавалерия сдала свой участок пехоте - 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина и двинулась дальше на запад. Не дано кавалерии осаждать крепости. Она для другого. В этом смысле показателен пример сводной группы из трёх кавполков разных кавдивизий подполковника Трофимова, которые с ходу, громя мелкие гарнизоны, освободили 21 населённый пункт в рейде по тылам.

То, что кавалеристы неожиданно для себя упёрлись в оборонительную линию в тылу Линдеманна, явилось следствием того, что в конце января войска группы армий 'Север' спешно соорудили и заняли новые рубежи обороны в своём тылу с опорой на железные дороги. В строительстве участвовали строительные батальоны 'Организации Тодта', размещённые на железной дороге Ленинград - Чудово и Веймарн - Чудово. Стройбат предполагалось в дальнейшем использовать и в обороне. Линдеманн с помощью корпусных и армейских сапёрных и строительных частей, стройбата 'Организации Тодта' и национал-социалистического автомобильного корпуса NSKK, при широком использовании рабского труда местного населения и пленных, в это же время оборудовал отсечной оборонительный рубеж вдоль железной дороги Веймарн - Чудово. 'Линия Линдеманна' отсекала наступающие на запад части Клыкова от свободного развития прорыва в северном направлении, в тыл группировки у Чудово, перекрывала дорогу на Любань. Хотя Любань не являлась узловой железнодорожной станцией, но выход здесь на линию шоссе и железную дорогу Ленинград - Чудово обеспечивали свободу передвижения войскам Красной Армии, и лишали того же Wehrmacht.

Железная дорога Веймарн - Чудово, проходящая южнее Любани, которая теперь стала хребтом 'линии Линдеманна', являлись часть железной дороги Веймарн - Тихвин. Эта железная дорога строилась в Советском Союзе с 1937 года по решению Советского правительства о создании военно-морской базы 'Ручьи' на Балтийском море к северо-востоку от Усть-Луги. Туда планировалось перевести флот из Кронштадта. База в Лужской губе снабжалась проще, чем основная база флота в Кронштадте. Железная дорога предназначалась для снабжения военно-морской базы 'Ручьи' и войск, которым предстояло воевать с Эстонией и Польшей. Капиталистические республики Польша и Эстония на тот момент являлись союзниками Германского рейха.

Строительство велось в условиях повышенной секретности силами военных и вольнонаёмных. Станции не привязывали к деревням, стратегическая железная дорога очень разумно шла в обход населённых пунктов. Это позволяло не только сохранить в секрете строительство, но и усложнить наблюдение шпионами за военными перевозками в будущем. У станции Ёглино железная дорога пересекала железную дорогу Новгород - Ленинград при помощи эстакады.

К началу войны отсыпали насыпь, построили бетонные быки мостов через реки, в том числе через Волхов, но металлоконструкции мостов не изготовили. Закончили здания некоторых станций в лесу. На части трассы положили узкоколейные пути, на части - обычные. Пошло движение мотовозов и рабочих поездов с платформами и вагонетками.

Редко когда советские топографические карты 1941 года показывали дорогу. Лишь иногда как строящуюся. Даже штаб Волховского фронта не знал, что поперёк направления движения конницы Гусева на север имеется в лесу действующая железная дорога, по которой враг может быстро перебрасывать войска, а саму заледенелую насыпь, возвышающуюся над болотами как стена, использовать в качестве основы для ДЗОТов и огневых позиций.

Гитлеровцы в прошлом году тоже узнали об этой железной дороге только когда фронт к ней приблизился вплотную. Для советской конницы, не имеющей тяжёлого вооружения, такое неожиданное препятствие явилось концом стремительного рейда.

Осенью 1941 года оккупанты, используя рабский труд военнопленных и русского населения, перешили рельсы железной дороги Чудово - Веймарн под свою ширину колеи - 1435 миллиметров. Дорога использовалась ими для вывоза торфа с торфоразработок вокруг Финёва Луга и древесины. Деловую древесину, в основном сосну, они использовали для оборудования укреплений, казарм под Ленинградом, а также отправляли в Германию и Прибалтику. Теперь западный участок этой дороги от станции Дивенская до Чудово использовал Линдеманн, а восточный участок Будогощь - Тихвин использовал Клыков.

Ускоренному созданию 'линии Линдеманна' вдоль железной дороги Веймарн - Чудово способствовало то, что южнее Любани имелись ДЗОТы и другие полевые оборонительные сооружения, в которых осенью прошлого года оборонялись остатки 128-й стрелковой дивизии, отступающей от западной границы Латвийской Советской Социалистической республики, а также пехотные части 21-й танковой дивизии, которая ранее принимала участие в остановке наступления финской армии, затем оборонялись на Лужском рубеже против гитлеровцев, и в сентябре отступала к Чудово.

3-х километровый участок обороны с опорой на железную дорогу Чудово - Веймарн заняла 'группа Эльманна': сапёрный батальон, разведбат с французской бронетехникой 21-й пехотной дивизии Шпонхаймера, снятой с Ленинградского фронта, противотанковый дивизион той же дивизии, 505-й сапёрный батальон, 127-й стройбат 'Организации Тодта', дивизион 6-ствольных реактивных миномётов, эстонская наёмная охранная рота. Эстонские фашистские воевали в эстонской униформе образца 1936 года, чрезвычайно похожей на британскую, и с польским трофейным оружием. Справа и слева от 'группы Эльманна' вдоль железной дороги окопались подразделения 11-й и 291-й пехотных дивизий. На 'линию Линдеманна' прибыла также 'группа Гравенштайна' состоящая из отдельных передовых подразделений 225-й пехотной дивизии фон Бассе. Прочие части этой дивизии и её 'дикие' танки находились в пути. Всем этим войскам предстояло создать рубеж обороны с опорными пунктами вдоль железной дороги между станциями Конечки и Верховье, приспособить к круговой обороне деревни Порошки, Вальякка, Конечки, Кудрово, Каменка, Гришкино, Феодосино, Большая и Малая Васильевка, Кукково, Гуммелово, Глубочка и Верховье. Особо важные объекты для обороны: железная дорога Ленинград - Новгород, участки железной дороги Веймарн - Чудово с обеих сторон от платформы Ёглино. Преодоление такой обороны, опирающейся к тому же на рокаду Чудово - Ленинград, силами конницы не представлялось возможным.

Штаб командарма Клыкова передислоцировался из деревни Папертное в деревню Городок. Клыков приказом по армии создал 'блокировочные отряды'. В их задачу входила осада ДОТов и ДЗОТов, особенно в кирпичных подвалах домов, брать которые атакой стоило множества жизней и большого расхода снарядов. Вместо атак на опорные пункты их блокировали и ждали, пока у гарнизона закончатся боеприпасы, или продовольствие и вода.

ВВС Волховского фронта разделили на авиацию фронта и авиацию армии Клыкова. 91 скоростной самолёт выделили в 1-ю и 2-ю резервные авиагруппы командующего ВВС фронта Журавлёва. ВВС 2-й Ударной армии получили в своё распоряжение один истребительный, один бомбардировочный авиаполки, три полка ночных бомбардировщиков. Всего 71 самолёт. Основу авиации Мерецкова по-прежнему составляли более 200 самолётов двух Ударных групп Резерва Ставки ВГК.

На рассвете 2 февраля 'группа Кёппеля' начала наступление 'по-красноармейски' по лесным просекам на Мостки в обход советских позиций у 'Лесопункта' на железной дороге. Войска построились на просеках северо-западнее Спасской Полисти двумя колоннами в 1,5 километрах друг от друга. Во главе каждой колонны по два танка Pz.Kpfw.III и рота сапёров. За ними передовые пехотные роты III батальона 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Шеде. За ними выдвигались I батальон 377-го пехотного полка и III батальон 3-го полка SS Polizei-Division. В своих меховых шапках, таких же куртках и штанах, эсэсовцы более походили на шведских лесорубов, чем на солдат. Зато тепло. Солдаты из армейских частей им завидовали и не могли дождаться, когда с их трупов удастся стянуть эти вещи. Перед солдатами выступил прилетевший из ставки Гитлера адъютант фюрера генерал Шмунд:

- Вы сражаетесь перед глазами фюрера!

Подвыпивший Шмунд распоряжался, давал указания Кёхлингу, алкал крови и благодарностей своего упыря. Задача - восстановить 2-ю линию обороны 'Волховского вала' и деблокировать Мостки и Любино Поле.

Колонны завоевателей пошли через глухие места по просекам вдоль линий электропередач в трёх километрах западнее шоссе 'аки волци', или, как пелось в русской народной песне о Ермаке: ':Злодей Кучум, как тать презренный, прокрался тайною тропой, татар толпами окруженный:' Эту лесную зону вдоль железной дороги Чудово - Новгород, за которой западнее находились глухие леса, река Глушица, ручьи, болота Апалевский Мох, Грядовский Мох, Михайловский Мох, советские войска не защищали. Изредка бывала здесь лыжная разведка 165-го отдельного лыжного батальона.

На отметке 37,8 у перекрёстка нескольких просек подлецы остановились, и прежде, чем продолжить путь, оборудовали опорный пункт 'Паук'. Небольшая поляна от которой на плане расходились тонкие происки, походила на паука. Здесь они оставили часть сил. Ещё один лесной опорный пункт 'Эрбе' они оборудовали в двух километрах севернее.

Кёхлинг тем временем нервничал в своём одноместном бункере-колодце из-за разгрома восточного участка 'Волховского рукава' Спасская Полисть - Коляжка. Пока 'группа Кёппеля' 'акы волци' кралась по лесам к Мосткам, вся группировка в 'Волховском рукаве' могла оказаться в окружении, и тогда прощай, генеральские погоны. 'Волховский рукав' трещал по шву севернее Спасской Полисти. Здесь 378-я 'сибирская' стрелковая дивизия Дорофеева передала занятый рубеж на шоссе у деревни Остров в 'Волховском рукаве' 92-й стрелковой дивизии, а сама начала наступление на север на деревню Большое Опочивалово. Это наступление, завершись оно успехом, отрезало весь 'Волховский рукав' от 18-й полевой армии и любые попытки оккупантов закрыть порыв Клыкова обреклись на повал. Всё висело на волоске. Для отражения удара 'сибиряков' Линдеманн собрал части пяти дивизий, бронетехнику, два бронепоезда, создал узел обороны с большой плотностью огня. 'Волховский рукав' теперь окончательно обрёл свои основные контуры. Без поддержки артиллерии, танков проломить такую оборону у 'сибиряков' не получалось.

Но 92-я 'дальневосточная' стрелковая дивизия всё-таки освободила Коляжку и часть деревни Овинец, уничтожив в расположенных там опорных пунктах более 340 оккупантов и множество их вооружения. 'Волховский рукав' оказался частично перерезан и бои за окружение 'полевой крепости' Спасская Полисть продолжились. Подлецы гнали свою пехоту в 'мясные атаки' на оборону 'дальневосточников' просто толпой, волну за волной. Их силы, ведущие здесь бои, оказались почти уничтожены. Остались номера на карте. Для восполнения потерь 'мясник' Кёхлинг получил II батальон 390-го пехотного полка и целиком 9-й полк SS Polizei-Division. Одновременно к южной и юго-западной окраине Спасская Полисти на 400-500 метров подошли штурмовые группы 1246-го стрелкового полка 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина. С этого рубежа они перешли в атаку. Ворваться внутрь опорного пункта не удалось из-за сильнейшего миномётного и пулемётного огня. Ранены командиры 1 и 3 стрелковых батальонов помначштаба полка, контужен начштаба полка.

'Группа Кёппеля', совершающая обходной маневр вдоль железной дороги и шоссе от Спасской Полисти к Мосткам под контролем адъютанта Гитлера генерала Шмундта, оставила после ночёвки в морозном лесу у высотной отметки 38,4 в образованном лагере часть сил для обороны коммуникаций. Остались и 120 обмороженных. Здесь у лежневой дороги лесозаготовителей, идущей от 'Лесопункта', сапёры и строители тотчас начали оборудовать опорный пункт с огневыми позициями, названный 'Острие'. Танки и батальоны Кёппеля двинулись по просекам дальше на юг. Шли часто по пояс в снегу, через буреломы со скоростью один километр в час. Это очень не походило на 'Blitzkrieg'! Головные группы сапёров постоянно приходилось менять после того как они совершенно выдыхались. Заставила всё-таки Красная Армия Wehrmacht воевать в невыгодных условиях!

В этом время офицер оперотдела Iа в землянке штабе 'группы Кёппель' по телефону, раскалённому из-за запросов отовсюду, вплоть до штаба 18-й полевой армии, а потом ещё и из ставки фюрера, отвечал одинаково: 'Войска в пути!' Двигаясь лесами, 'группа Кёппеля' без особого сопротивления продвинулась на юг до бараков западнее Мостков, вытянув таким образом 'Волховский рукав' по лесисто-болотистой местности в обход железной дороги и шоссе Новгород - Чудово на 3,5 километра. Вот уж чудо! Раньше Wehrmacht искал места для того, чтобы осуществлять 'Blitzkrieg' - сухие поля, 'танковые дороги', побережье, а тут сам с горя полез в зимние леса и болота, не имея к этому ни опыта, ни соответствующим образом подготовленных солдат. С чего бы это? Кто же его довёл до жизни такой? Красная Армия довела Wehrmacht до жизни такой!

Поскольку на этом участке советские части не имели зениток, атакующие запросили поддержку пикировщиков. Полковник Кёппель со своим штабом доверился адъютанту Гитлера, но тот не справился с организацией наступления и взаимодействие нарушилось. Болтать языком у стола с картами не то же мое, что организовывать бой. Как только колонны углубились в лес и атаковали советские дозоры, Ju 87 нанесли удар по своим же войскам и выкосил почти половину II батальона 377-го пехотного полка, невзирая на то, что подлецы обозначали свой передний край зелёными и красными ракетами. Этот батальон вместо дальнейшего наступления занялся эвакуацией раненых и трупов.

Наконец 'группа Кёппеля' пошла на прорыв к Мосткам через заслоны 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского и 22-й 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва. За подготовкой и ходом этой операции следила вся цепочка командования вплоть до Гитлера. Шмундт от имени Верховного Главнокомандующего постоянно давал указания в штабе 'группы Кёхлинга'.

К этому времени после двухнедельного сидения в Любином Поле в I батальоне 2 полка SS Polizei-Division из 850 человек под советским атаками, обстрелами и бомбёжками осталось в строю только 8 офицеров, 30 унтер-офицеров и 110 солдат. Всё оружие тяжелее винтовки утрачено. Разгром. Требовалось повторное формирование. Армейские батальоны в Любино Поле и Мостках находились в таком же плачевном состоянии. Боеприпасов нет. За сутки миномёты эсэсовцев в Мостках выпустили всего 10 мин.

Они соорудили вокруг своих позиций обширное кладбище и штабели из замороженных трупов немцев и использовали их как укрытия. Хоронить не удавалось. Даже по зажжённой сигарете начинали бить советские гаубицы. Здесь же груды разбитой техники и искорёженного оружия, годного лишь на переплавку. Картина абсолютно инфернальная.

Наконец остатки полностью измождённых эсэсовских и армейских групп начали выход в Спасскую Полисть. Их путь лежал по 'коридору' в лесу к опорному пункту 'Острие', 'Паук', далее к Трегубово и оттуда в Пушкино на пополнение. Новое пушечное мясо капиталисты уже слали на транспортных самолётах Ju 52. Словно из времён отступления разбитой армии Наполеона из России, покачиваясь, шли по зимнему лесу оборванные, грязные, бородатые и завшивленные фигуры с соломенными лаптями на ногах, опираясь на палки. Из-под тряпок на головах видны одни глаза. Оккупанты! При выходе из Мостков по лесной дороге заблудились остатки II батальона 287-пехотного полка 96-й пехотной дивизии. Почти все погибли от холода.

Но это ещё не всё! На бегущих по лесным просекам к опорному пункту 'Острие' 'ленинградцы', 'харьковчане' и другие советские войска устроили охоту. Особо преуспели в этом лыжники 165-го 'пермского' лыжбата. Лес северо-западнее Мостков оказался завален брошенным оружием, тряпьём, трупами убитых в спину, как трусы, подлых захватчиков, а также замёрзших раненых на фанерных волокушах с надписями 'Zug 1', 'Zug 2', 'Zug 3' или разными символами. До опорного пункта 'Острие' добрались немногие. До 'Паука' ещё меньше. В Трегубово добрались единицы, в большинстве своём обмороженные. Разгром.

Царивший на глазах Гитлера бардак при участии его адъютанта, хорошо иллюстрировал приказ Кёхлинга командиру I батальона 2-го полка SS Polizei-Division в Любино Поле: 'Начать прорыв на Мостки' в то время, как III батальон 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии Шеде, который по замыслу руководившего всей операцией адъютанта Гитлера должен был сменить эсэсовцев в Любино Поле, даже не знал об этом. Эсэсовцы уже собрались тикать, но их остановила советская атака, и им пришлось отбиваться на месте, иначе опорный пункт остался бы под защитой горстки полудохлых доходяг из разных подразделений, стройбатовцев, и пал, а значит вдогонку эсэсовцам ринулись бы на лыжах 'белые призраки' 165-го 'пермского' лыжбата.

На северном фасе Волховского плацдарма на фронте Спасская Полисть - Вергежа 'группа Тафеля' после нескольких кровопролитных атак вдоль ручья Лядно надорвалась, потеряв за сутки более 1000 человек убитыми, ранеными, обмороженными и пропавшими без вести. Тафель перешёл к обороне, отражая в ближних боях атаки частей 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии и продолжая нести большие потери. Доблестные воины-'челябинцы' освободили деревню Вергежа на Волхове и территорию севернее неё. Оккупанты отступили на север в Пересвет-Остров. Часть опорных пунктов западнее Вергежи 'челябинцы' окружили, и подлецам пришлось пробиваться через леса на северо-восток к Чудово и на запад к Полисти. Только небольшой части подразделений с разгромленного фронта у ручья Лядно с чрезвычайными усилиями удалось за 15 часов пробиться через позиции 'челябинцев' в западном направлении к реке Полисть, вынести снаряжение и часть раненых. Командный пункт разбитой в январе 215-й пехотной дивизии Книза передислоцировался от греха подальше в Чудово.

Мороз крепчал. В лесу стояла абсолютная тишина. Стройные сосны величаво вздымались в неприветливую, стылую высь. Новая атака частей 191-й 'ленинградской' дивизии Старунина у Ручьёв на 'Линии Линдеманна' успеха не принесла. В ответ последовала фашистская контратака при поддержке танков и бронемашин. Красноармеец Алтухов заменил выбывший пулемётный расчёт станкового пулемёта 'Максим', выкатил пулемёт на выгодную позицию, уничтожил два пулемётных расчёта фашистов, расстрелял обслугу миномётов, убил 12 солдат, офицера, захватил 2 пулемёта MG. Пулемёт 'Максим' он такой. Очень мощный винтовочный патрон у него. Как даст очередью! На поле боя 'ленинградцев' осталось в итоге почти 150 фашистских трупов. Сожжена бронемашина. Уничтожена миномётная батарея. Но у сил обороны за спиной вся группа армий 'Север', а за спиной 'ленинградцев' 70 километров заснеженного леса, а патроны и сухари им сбрасывают с самолётов.

Подлецов увозили на грузовиках греться в Чудово и Любань, а 'ленинградцы' уже вторую неделю ночевали в лесу. Всё бы хорошо, если б не морозы. Обмундирование-то у личного состава хорошее: ватный костюм, шинель, валенки и шапка-ушанка с ватным верхом. Вот только ватная одежда горела порой у костра быстро, как открытый порох. Ведь когда при переходах удавалось погреться у костра и бойцы дремали, то часто сжигали одежду или валенки. Потушить трудно. С другой стороны сапоги немцев не горели от костра, но и не грели вовсе.

На стыке с частями 254-й пехотной дивизии для обороны у Любани южного фланга и тыла группировки 18-й полевой армии фон Кюхлер сформировал огромную 'группу фон Бассе' под командованием генерала фон Бассе - командира 225-й пехотной дивизии. Кроме самой дивизии фон Бассе с его штабом, III дивизионом 225-го артполка, штабом этого артполка и 'дикими' танками, в группу первоначально вошли: рота Фелера из 12-й танковой дивизии - два танка Pz.Kpfw.IV, танк Pz.Kpfw.III, три французских танка 'Renault', II батальон 2-го полка SS Polizei-Division на грузовиках и эсэсовская артбатарея, усиленный батальон Хардта из 122-й пехотной дивизии, усиленный батальон Лeргеса из 58-й пехотной дивизии, 'группа Экштейна' - усиленный пехотный полк 121-й пехотной дивизии, III батальон 141-го батальона 6-й горной дивизии, III батальон 409-го пехотного полка 122-й пехотной дивизии, 1-я батарея 31-го зенитного дивизиона, отдельные зенитные орудия, в том числе 88-миллиметровые Flak 37, артбатарея 436-го артбатальона, часть 52-го артполка, 100-я строительная рота 'Организации Тодта' и 104-й и 141-й армейские сапёрно-строительные батальоны, транспортная колонна NSKK, охранные и вспомогательные части полиции, эстонские лыжные 'сотни' Микумаги, Лааса и Рабене. Эстонцев использовали в основном для ведения разведки и убийств местного населения.

Без пехотных полков 225-й пехотной дивизии, временно переданных 'группе Кёхлинга' для обороны 'Волховского рукава', численность 'группы фон Бассе' колебалась в пределах 18-22 000 солдат и офицеров. Чуть ли не как половина 2-й Ударной армии. Далее 'сборной солянке' фон Бассе предстояло пополняться за счёт других сил по ходу выполнения плана операции 'Вперёд' - снятия частей и подразделений группы армий фон Кюхлера с фронта под Ленинградом для сдерживания Клыкова.

Вся эта вооружённая до зубов и обозлённая толпа оккупантов под предводительством военного преступника фон Бассе приготовилась сразиться за русские населённые пункты от Большого Ёглино до Любани с кавалеристами и лыжниками авангарда командарма Клыкова, которые уже месяц вели наступление в чрезвычайно тяжёлых условиях, понесли значительные потери, а удалённость их от баз снабжения составляла почти 200 километров.

'Группа фон Бассе' наоборот, собиралась обороняться с опорой сразу на две железные дороги: Веймарн - Чудово и Ленинград - Чудово. Поддержка авиацией у фон Бассе наисильнейшая, на что не мог рассчитывать авангард 2-й Ударной армии. ВВС Волховского фронта за месяц наступательных операций понесли потери. Опыт, выучка, отвага и патриотизм Сталинских соколов Журавлёва, самоотверженный труд ремонтников, целыми днями на морозе ремонтирующих изрешечённые в боях самолёты, с трудом уравновешивали тушу 1-го Воздушного флота Luftwaffe и ВВС фашистской Финляндии.

Но Клыков уже победил, победил хотя бы тем, что вся эта 'матрёшка' фон Бассе, как и другие подобные 'матрёшки' ушли с Ленинградского фронта, чтобы в большинстве своём никогда туда больше не вернуться, а лечь навечно в Волховские болота. Вместо того, чтобы иметь дело с ослабленными недоеданием войсками Ленинградского фронта и ленинградцами, подлецам фон Бассе и других 'матрёшек' предстояло схлестнуться с отлично экипированными и хорошо подготовленными уральскими и сибирскими дивизиями. Чем обширнее выполнялся план 'Вперёд' по отводу из-под Ленинграда войск, тем призрачнее становились шансы захватчиков на удачный штурм Ленинграда. Повсеместно разорванные планом 'Вперёд' из-за действий 2-й Ударной армии Волховского фронта части дивизий группы армий 'Север' не контролировались штабами своих дивизий. Солдаты из-за плохого командования и организации оказались без связи со своим снабжением и штабом, вдали от гауптфельдфебелей, полевых кухонь, полевой почты. Можно ли удивляться, что мало кто из них смог пережить этот бардак? Естественно, что в журналах боевых действий о таких оторванных от своих дивизий частях писалась уж совсем фантастика. Насколько боеспособными являлись такие 'сборные солянки' вроде 'группа фон Бассе'? Их боевая сила всегда была меньше целого соединения такой же численности. Wehrmacht таким образом здесь в очередной раз демонстрировал, что полагается более на численность, чем на слаженность и выучку войск.

Основа 'группы фон Бассе' - свежая, 'не пуганная' Восточным фронтом' северогерманская 225-я пехотная дивизия. Эта дивизия только что прибыла из Франции. Там она комплектовалась в основном французским трофейным стрелковым оружием и артиллерией, французскими зенитками и грузовиками, лошадьми, амуницией, внештатной французской бронетехникой и танками. Все командиры дивизий, формируемых или расквартированных в заключившей с Гитлером по-свойски перемирие Франции, всегда прихватывали из французских арсеналов сверх штата различную бронетехнику. Такие танки начальник генштаба OKH Гальдер называл 'дикими'. Но это войскам не возбранялось. 'Хочет пехота иметь свои танки? Пусть имеет, раз есть возможность!' В общее число 'своих' танков такие 'дикие' танки, как и другую 'дикую' бронетехнику, Wehrmacht не включал.

У фон Бассе имелись также преданные ему L армейским корпусом немецкие танки PzKpfw.IV и III, бронированные французские машины артиллерийских наблюдателей, командирские и разведывательные бронемашины, импровизированные самоходки на базе танкеток, подвозчики боеприпасов, тягачи, автобусы, заправщики, мотоциклы, велосипеды. Но что характерно - запасливый фон Бассе доставил свою дивизия в Россию без зимнего обмундирования, хотя катастрофа с замерзающими насмерть и 10 процентами обмороженных каждый день под Москвой и Тихвином уже произошла и должна была научить уму разуму прусских вояк. Но нет! Капиталистам хоть кол на голове теши! Всё как об стенку горох! Под Ленинград из Тильзита дивизия фон Бассе шла по лютому морозу моторизованным маршем без зимнего снаряжения. Маршевые группы продирались с большим трудом через снег и лёд. Грузовики, тягачи, самоходки, танки ломались и создавали заторы.

Выяснилось 'вдруг' в январе 1942 года, что вода в радиаторах французских машин, масло и аккумуляторы не приспособлены к морозам. Когда их застывшие моторы и масло пытались разогревать снизу кострами, машины и танки горели. Опять 'азиатские орды' виноваты, или руки не из того места растут? Побросав по дороге на фронт множество французского транспорта и бронетехники, подлецы стали использовать советские трофейные машины и даже сани. Особую зависть вызывали рассказы встречных фронтовиков, одетых в советское зимнее обмундирование, что у Т-34, например, есть внутри печка для обогрева экипажа за счёт тепла двигателя, прицелы Т-34 не запотевают и масло в накатниках пушек не загустевает, и что у 'унтерменшей' есть химические грелки, которых хватает на сутки, стоит только налить в них 50 граммов воды.

Когда фон Бассе в конце декабря грузил в безмятежном Амьене свою 18-тысячную банду откормленных захватчиков для убийства славян и коммунистов, температуры там составляла +16 градусов. Бросать войска из Франции, где в декабре и до +20 градусов тепла может быть, в Россию, где 35 градусов мороза без зимнего обмундирования - верх глупости и некомпетентности в военном деле. Дивизия оказалась сразу обескровлена на 10 процентов за счёт только обморожений! 'Ничего, фрау ещё нарожают!' На всём Восточном фронте шло наступление 'уничтоженной в котлах 1941 года' Красной Армии, противостоять которым уполовиненный Wehrmacht мог только с напряжением всех сил. Горело во всех углах! Где уж тут думать? Вот и здесь следовало срочно затыкать немецким мясом дыры в обороне под Ленинградом из-за сокрушительного удара 2-й Ударной армии.

Но вот, вроде, добрались 'французы' фон Бассе кое-как гусиным шагом до Красногвардейска, бывшей Гатчины, под гром артиллерийской канонады. В Гатчине 'французы' разместились в полуразбитой необогреваемой казарме при 40-градусном морозе и сильном восточном ветре. Вся еда и вода в термосах и котлах замёрзла; внутри казармы зловоние и антисанитария. Не замёрз только французский коньяк. Вот вам ещё 10 процентов обмороженных. Такая судьба постигла почти все дивизии из Европы, которыми Wehrmacht 'квалифицированно и умно' восстанавливал Восточный фронт в конце 1941 - начале 1942 года! Вот как воевала 'самая сильная армия мира'!

В ночь на 4 февраля семь самолёто-вылетов на бомбёжку Большого и Малого Опочивалово провели Р-зет из состава 586-го легкобомбардировочного авиаполка. После нескольких прямых попаданий 100-килограммовых авиабомб в расположении оккупантов возникли три больших пожара. Всю предыдущую неделю авиаторы этого полка бомбили Спасскую Полисть, делая до 5 самолётовылетов на машину за ночь.

Новое пушечное мясо 'группы Кёппеля' приняло на себя оборону в опорных пунктах Мостках и Любино Поле. В Мостки прорвался через лес I батальон 377-го пехотного полка 225-й пехотной дивизии генерал-лейтенант фон Бассе. Из-за действий диверсионно-разведывательных групп лыжников, Кёппель не мог создать сплошную линию обороны в лесу западнее железной дороги и организовать постоянное снабжение Мостков и Любина Поля. Для того, чтобы доставить в Мостки 12 саней с боеприпасами, шнапсом, эрзац-хлебом, печеньем и сардинами, пришлось гнать между ними 4 танка Pz.Kpfw.III и три бронетранспортёры Sd.Kfz.250. На обратном пути подорвались на минах один Pz.Kpfw.III и один Pz.Kpfw.III.

Командный пункт Кёппеля и III батальон 3-го полка SS Polizei-Division оказался в окружении в лесу. Хорошо хоть эсэсовцев грели меховые штаны. Гиммлер позаботился. Жаль все штаны в блохах, а на морозе не почешешься. Да уж, не такой была мечта оккупантов! Зато эсэсовцы I батальона 2-го полка SS Polizei-Division, из-за которых Гитлер затеял операцию, наконец-то выбрались в Трегубово. 'Герои' имели в строю лишь 4 офицера, 20 унтер-офицеров и 57 рядовых из 850 человек первоначального состава. Разгром. Как-то не очень внятно позаботился фюрер о своих кровавых псах.

Тем временем после мощной артиллерийской подготовки штурмовые группы 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина выбили войска 'бригады Кёхлинга' со станции Спасская Полисть. Из-за сильных артобстрелов и атак войска подлецов в 'крепости' Спасская Полисть непрерывно редели, массово выходило из строя вооружение. Идущие на пополнение к Спасской Полисти оккупанты теряли значительную часть людей уже в пути: советская артиллерийская и авиационная разведка работала хорошо. Морозный воздух над 'крепостью' Гитлера день и ночь наполнял гул и дым взрывов артиллерийских снарядов, свист пуль и трещотка пулемётных очередей. Подлецы взорвали мост через Полисть в 'кладбищенской роще', чтобы оградить себя хотя бы здесь от возможности прорыва советских танков. Кёхлинг получил для восполнения потерь дивизион лёгких орудий, подразделение лыжников, пехотный батальон и наземные части Luftwaffe.


## Глава 5. Горячий снег февраля


5 февраля на южной окраине Спасской Полисти 'антюфеевцы' по большей части перебили эсэсовцев и все другие подразделения 'бригады Кёхлинга', а остатки вытеснили в северную часть села к высоте с церковью Троицы и станции. Используя этот успех, в 11:30 штурмовые группы 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина ворвались в опорный пункт Спасская Полисть с юга. Начались уличные бои невиданного ожесточения. Наводчик 1246-го стрелкового полка 'красноярцев' красноармеец Ощепков из своей 'сорокопятки' сжёг в уличном бою три контратакующих Pz.Kpfw.III, уничтожил две пулемётные точки. Картечью расстрелял более 40 гитлеровцев. Пал смертью храбрых командир 1242-го стрелкового полка Гордин. Он лично командовал оборудованием позиций штурмовых и блокирующих групп, размещением огневых средств. Пал смертью храбрых начштаба 'красноярцев' полковник Бонифатьев, который под сильным огнём руководил боем, снабжением, выносом раненых. В ходе уличных боёв вся Спасская Полисть освобождена. Враг отхлынул в стоящую вплотную к 'крепости' деревню Остров. В домах, ДЗОТах, траншеях, на улицах и переулках, на шоссе 'красноярцы' насчитали более 500 свежих трупов завоевателей, а в подвалах обнаружены заиндевевшие штабели убитых ранее.

Штурмовые группы 1236-й и 1238-й стрелковых полков 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина при мощной поддержке артиллерии и миномётов атаковали с востока в направлении на Трегубово позиции 'группы Дойч' из 'бригады Кёхлинга'. Один из опорных пунктов оккупантов оказался здесь окружён и уничтожен. На участке 'группы Хойн' при поддержке 'кукушек' - засевших на деревьях 'алтайских' снайперов, а также миномётов, подразделения Коркина наконец-то закрепились у реки Полисть. Ударная группа из бойцов 1226-го и 1238-го стрелковых полков 'алтайцев' общим числом 350 человек под командованием командиров полков майоров Кокшарова и Лемешко с боем перешли шоссе Чудово - Новгород и углубились в лес между шоссе и железной дорогой. Снабжение укрепрайона Спасская Полисть от Трегубово на Спасскую Полисть прервалась. Колонны снабжения туда снова больше не могли проходить даже в сопровождении танков. Двигаясь в сторону Трегубово, ударная группа завязала бой с частями 'группы Хоффманна', 'группы Дойча', 'группы Ортлера'. На шоссе установлены мины. Прорыв подлецы с трудом закрыли 'мясной' контратакой под сильным обстрелом советской артиллерии. Использованный при этом батальон из резерва понёс тяжёлые потери. Но передовая группа 'алтайцев' у шоссе сама попала в окружение. Начались дни великого подвига самопожертвования.

Командир 'алтайцев' Коркин сам лично храбрый. 36 лет. Из алтайской деревни. В армии с 1928 года. Курсантом полковой школы участвовал в 1929 году в боях на КВЖД с белокитайцами. Награждён. Закончил Иркутские пехотные курсы. Со 2-го курса Военной академии Фрунзе отчислен за недисциплинированность. Любил говорить правду в глаза за что и поплатился. Вероломное нападение капиталистов встретил ранним утром 22 июня 1941 года на острие удара группы армий 'Юг' в Раве-Русской на Западной Украине в качестве командира 139-го стрелкового полка. Во взаимодействии с частями 91-го погранотряда и 209-го корпусного артполка отразил первый удар и отбросил передовые части агрессоров к границе. В течение пяти суток героически оборонял с другими войсками Рава-Русский укрепрайон и отступит только при угрозе окружения, потеряв до 2/3 людей. Отходил через Жулкев, Глиньско, Фуйна на восток. Оборонялся на фронте Добросин, Стажиска у Львова, прикрывал с другими войсками арьергарда отход 6-й армии Музыченко с Западной Украины. В июле 1941 года попал в окружение. Вышел. Участвовал в наступлении на Сквирском направлении, в отражении ударов между Фастовом и Белой Церковью. Неоднократно лично водил батальоны в атаку. Отходил к Днепру, оборонялся на Каневском плацдарме. 14 августа направлен для принятия командования над 372-й стрелковой дивизией, формировавшейся в Барнауле. С 6 января 1942 года наступал через Волхов и далее вёл бои на Волховском плацдарме. Всё бы хорошо, но, к сожалению, отважный командир имел вспыльчивый, неуживчивый характер, мог ударить подчинённого, злоупотреблял алкоголем. Выпивали конечно все и неуставные отношения тоже случались, порой под градом снарядов ударить дурака по скуле и обложить нецензурно лучше, чем отправить его под суд Военного трибунала. Но Коркин ещё и дерзил начальникам. Если бы не его изумительная храбрость - бойцы как его завидят в цепях, сразу 'ура!' и вперёд - не сделался бы он даже майором. Теперь вот комдиву грозило понижение до бригады.

Активно действовала у Спасской Полисти авиация ВВС Волховского фронта. Штурмовики Ил-2 из 175-го штурмового авиаполка Валивахина провели 20 боевых вылета. Скоростные бомбардировщики Пе-2 из 121-й бомбардировочного авиационного полка Дояра провели 18 боевых вылетов. Уничтожено 7 ДЗОТов и блиндажей, гаубица, зенитка, зенитный пулемёт, 6 станковых пулемётов, противотанковая пушка, 8 грузовиков, легковой вездеход, 6 повозок, 2 мотоцикла, склады боеприпасов и продовольствия, убито около 80 оккупантов, более 130 ранено.

В штурмовках принимали участие истребители МиГ-3 из 2-го гвардейского истребительного авиаполка Метёлкина. Патрулирующие шоссе истребители Bf 109G из 54-й эскадры 'Зелёное сердце' от боёв с гвардейцами Метёлкина уклонялись и привычно ждали момента для атаки на какой-либо самолёт, поврежденный зенитным огнём. Стервятники. Немудрено, если учесть лучшую подготовленность советских лётчиков. Это хорошо видно по количеству самолётов, потерянных в бою десятью лучшими асами ВВС Красной Армии и десятью лучшими асами Luftwaffe.

10 лучших асов Luftwaffe потеряли в 24 раза больше самолётов, чем 10 лучших асов ВВС Красной Армии. Вот простой и наглядный показатель существенной разницы в подготовке военных лётчиков и свойств самолётов. Среди лучших асов Luftwaffe имелись такие, кто терял по 18 самолётов. Самый лучший ас Luftwaffe, обладающий самой большой коллекцией приписок и самыми высшими наградами - это Хартманн, который вообще отличился тем, что выпрыгнул с парашютом из исправного истребителя, испугавшись вступить в бой с противником. Не удивительно, что лётчики Luftwaffe уклонялись от боя с советскими пилотами.

Советский фронтовой лётчик после аэроклуба обычно летал в авиационной школе от 9 месяцев до 12, потом в авиационном училище от 9 месяцев до 12, потом летал несколько месяцев в запасном авиаполку, затем на фронте некоторое время на лёгких заданиях. В запасном полку на боевых самолётах налёт составлял 10 часов, и с начала обучения общий налёт доходил до 150-200 часов. Масса времени посвящалась на земле обучению на тренажёрах, макетах, 'пеший по лётному', работе по учебным фильмам, учебникам и пособиям. Всё, что нужно делать в воздухе в бою, на земле отрабатывалось до автоматизма. Командиры звеньев и эскадрилий проходили дополнительную подготовку. На каждом этапе более чем годовой подготовки, осуществлялась постоянная сортировка курсантов по психо-физическим данным на истребителей, штурмовиков, бомбардировщиков. В истребители после постоянного отсева попадали лучшие из лучших. Гитлеровцы гнали в истребители всех подряд.

Отлично подготовленные фронтовые лётчики, заряженные любовью к Советской Родине, умелые авиаторы, герои по натуре, не то, что уклонялись от боя, как стервятники Геринга, а специально охотились за асами подлецов, сбивающих подранков, да так охотились, что асы 54-й истребительной эскадры 'Зелёное сердце' закрашивали свои эмблемы:

В этот же день из состава ВВС Волховского фронта убыл на переформирование и укомплектование в 8-й запасной истребительный авиаполк 515-й истребительный авиаполк Баранова. С 1 октября 1941 по 5 февраля 1942, находясь в составе ВВС Волховского фронта, его лётчики уничтожили 21 самолёт Luftwaffe в 53 воздушных боях. Провели 975 боевых вылетов на прикрытие войск и ударных самолётов и 68 штурмовок. Свои потери - 18 самолётов, погибло 11 лётчиков.

И вот 'крепость Спасская Полисть' фактически пала. Все инженерные сооружения разрушены. Зимний ветер пел песню в трубах сгоревших изб. Всё вооружение обороны уничтожено или повреждено. Перемолоты отборные эсэсовские части, масса подлецов с Ленинградского фронта отправлена подыскивать местечко в аду для своего бесноватого фюрера. Разбитые части 215-й пехотной дивизии отправились на переформирование. 'Волховский рукав' теперь существовал как единое целое только за счёт позиций, образованных 'по-красноармейски' 'группой Кёппеля' в лесу западнее железной дороги. Разгром 'бригады Кёхлинга' досталась дорогой ценой. С начала наступления 13 января в боях за Волховский плацдарм и опорные пункты на шоссе 'антюфеевцы' и дивизия Витошкина потеряли по 1600-1700 человек убитыми. Из них более половины - в сражении за Спасскую Полисть. Легко ранеными оказались почти все оставшиеся в строю. Но советские герои сражались и погибали с полной уверенностью в правоте своей борьбы, они знали, что за ними придут новые бойцы и врага разобьют. Потери оккупантов оказались выше. Однако это гитлеровских генералов не смущало. Wehrmacht в традиции германской армии времён кровавых мясорубок под Верденом и на Марне, считал солдат мусором. Генералы при капитализме - плоть от плоти хозяева капиталистических демократий, которые считали мусором всех простых людей.

Линдеманн разменивал жизнь своих солдат на время, чтобы успеть создать линию обороны у Чудово и Любани, стянуть силы с целью контрнаступления вдоль шоссе Чудово - Новгород. К Спасской Полисти от Любани для участия в контрнаступлении отправилась значительная часть сил 'группы Эльманна' из 21-й пехотной дивизии. Отправился затыкать дыры в обороне 'Волховского рукава' 24-й пехотный полк подполковника Арнинга из той же дивизии.

Уперевшись в 'линию Линдеманна' вдоль железной дороги Веймарн - Чудово, кавалеристы Гусева начали искать другие направления для действий. Особой дерзостью и результативностью отличалась кавгруппа Трофимова. Так 60 конников 3-го эскадрона 98-го кавполка под командованием старшего лейтенант Гнедого столкнулись с отрядом из 200 солдат. Открыв огонь почти в упор, преследуя бегущих до деревни Заручье, отряд истребил более 100 фашистов. У людей сияли глаза! И куда усталость делась! Не обращали внимания на мороз, снежные заносы, вражеский огонь. Чуть ли не силой приходится кавалеристов удерживать от излишнего риска. 'Вперёд! Спасти Ленинград!'

Немцы хорошие солдаты, но плохие воины! Если пятеро на одного, то это у них получалось организованно и по науке. Но у них один солдат в поле - никогда не воин! Руки в ноги и айда тикать! У русских наоборот! И один в поле воин!

Тем временем на западном фасе наступления 59-я стрелковая бригада с кавполком из 25-й кавдивизии и 170-й лыжбат Гладких подошли к станции Радофинниково и Дубовик, где вступили в бой с пехотой оккупантов, в том числе с 'сотнями' эстонских фашистов.

С потерей 'крепости' Спасская Полисть не то, что приказ Гитлера по деблокаде Мостков повисал в воздухе, а возникала угроза схлопывания всех опорных пунктов вдоль шоссе 'Волховского рукава' до Большого Опочивалово. Линдеманн в ярости погнал в контратаку сразу более 6000 солдат, 12 танков, приказал артиллерии не считаться с расходом снарядов и износом стволов. К ночи после 'мясного штурма' подлецов Спасскую Полисть советским войскам пришлось оставить.

Пока висела на волоске судьба всего 'Волховского рукава', а 'бригада Кёхлинга' как пылесос высасывала силы из войск группы армий 'Север' под Ленинградом, колонна 'группы Кёппеля' через лес и просеки под защитой танков дошла до батальонов в Мостках, наконец-то создав по приказу Гитлера устойчивый 'коридор' снабжения в Мостки.

Утром 6 февраля штурмовые группы 2-й стрелкового батальона 1267-го стрелкового полка 'красноярской' дивизии Витошкина и лыжный батальон из 59-й стрелковой бригады снова атаковали опорный пункт Спасская Полисть, которую советские бойцы прозвали 'осиное гнездо'. Здесь теперь оборонялись полнокровные 333, 376, 377-й пехотные полки 225-й пехотной дивизии фон Бассе.

Как и в прошлых боях 'красноярцы' брали для ударных групп у связистов и сапёров кирасы. Встречались две разновидности панцирей СН-38 и СН-42 - клёпаная и сварная 'с ребрышком под шеей'. СН-38 выпускались до войны и исправно поступали со складов. Они считались менее стойкими и молодые бойцы старались от них избавиться. Но умудрённые опытом 'старики' с удовольствием надевали эти 'клёпанки', ценили за их меньший вес, так как в реальности их стойкость почти не отличалась от более толстых и куда более тяжёлых СН-42. Помимо кирас СН-38 и СН-42, называемых также 'панцырями', на Волховсом фронте довольно широко применялись броневые нагрудники, защищавшие область груди. Их надевали чаще всего на ватник. Ватник помогал при близком разрыве гранаты и даже снаряда. Часто бойцы в ватниках и нагрудниках оставались живы, а в нагрудниках, но без ватников умирали от внутреннего кровоизлияния. Особенно хорошо помогали телогрейки при близком разрыве немецкой миномётной мины, осколки которой не пробивали нагрудник, но ударная волна оказывалась довольно мощной...

Под перекрёстным обстрелом отважные 'красноярцы' по колено в снегу начали преодоление широкой поляны, прорыв через минные поля и проволочные заграждения. Средние и лёгкие орудия выдвигались на опушку леса и били прямой наводкой по ожившим при атаках стрелков орудиям и пулемётам. Меткое попадание в дом, огневую точку, каждый уничтоженный ДЗОТ, - это спасённые жизни красноармейцев. И артиллеристы старались изо всех сил.

Каждая из четырёх 152-миллиметровых гаубиц-пушек МЛ-20 'Емеля' 1-й батареи лейтенанта Швеца из 18-го артполка РГК выпустила 690 снарядов. При прорыве линий обороны перед селом батарея уничтожила 3 пулемётные и 2 миномётные позиции, в самой Спасской Полисти разбила 4 подвала жилых дома, похоронив в них 60 фашистских оккупантов, прямым попаданием уничтожила наблюдательный пункт в церкви Троицы. Советские зенитчики сбили самолёт-корректировщик. Потом советский истребитель сбил аэростат наблюдения, из-за чего контрбатарейная борьба для подлецов, и так ведущаяся вяло, вообще стала невозможной. Гитлеровцам удалось сбить огнём с земли один У-2.

После 4-часового боя 'красноярцы' ворвались на юго-восточную окраину села. Начался уличный бой. В ход пошли гранаты РГД и автоматы ППШ. У захватчиков отбивали сарай за сараем, погреб за погребом, дом за домом. Здесь везде рядками лежали в оборванных, заледеневших тряпках окостеневшие трупы оккупантов - урожай предыдущих штурмов и обстрелов. Заниматься ими подлецам было недосуг. Кроме участия в городском бою в Спасской Полисти 9 своих пехотных батальонов, фон Бассе повёл в контратаку другие части 'бригады Кёхлинга' из района деревень Коляжки, Остров при поддержке мощного миномётного огня и налётов Ju 87 и Ju 88. 'Красноярцы' отбили подряд 6 контратак и сами перешли в атаку, зачистив 'крепость' Гитлера до церкви Троицы Живоначальной и 'белого дома'. К 16:00 герои-'красноярцы' захватили территорию до церкви и 'белого дома', заняли круговую оборону. Когда гитлеровцы приготовились к очередной контратаке, подведя за снежным валом II батальон 377-го пехотного полка, эту позицию обнаружили артиллерийские наблюдатели 18-го артполка РГК и 'Емели' накрыли её внезапным сосредоточенным артогнём. Из 750 человек первоначального состава батальона в строю осталось 127. Но и они разбежались. Место побоища представляло собой кровавое снего-земляное месиво. Похороны не требовались:

В это же время штурмовые группы 1246-го стрелкового полка 'красноярцев' также настойчиво атаковали Мостки. Как волны моря, они раз за разом вымывали с берега опорного пункта фашистскую породу: пулемётчиков, миномётчиков, наблюдателей. После каждой атаки оккупантам приходилось посылать в окопы новых солдат и тащить туда новое вооружение.

В целом в этот день ВВС Волховского фронта действовали гораздо интенсивнее Luftwaffe. Ил-2, Пе-2 и истребители расстреливали, бомбили и штурмовали боевые порядки оккупантов. Советские авиаторы быстро учились бороться с корректировщиками 'рамами' и 'костылями'. Советские части воздушного наблюдения, оповещения и связи - ВНОС, действуя во взаимодействии со службой радиоперехвата, обнаруживали пролёт и предполагаемое место действия разведчиков, а затем оповещал об этом свои истребители. Пилоты Luftwaffe из разведчастей радиодисциплину чаще всего не соблюдали. Они беспечно передавали наземным частям массу данных, включая наименования населённых пунктов, раскрывая своё местоположение. Наземные войска оккупантов вызывали свои корректировщики с аэродромов открытым текстом с указанием названия населённых пунктов не по телефону, а по радио. Разведчиков пи этом не уведомляли через ближайшую УКВ-станцию службой ВНОС Luftwaffe о появлении советских истребителей.

В условиях, когда Wehrmacht сильно отставал от Красной Армии по количеству получаемых от промышленности снарядов, и это отставание начало выравниваться только к весне 1942 года, да и то лишь потому, что значительную часть производимых советских снарядов Ставка Верховного Главнокомандующего резервировала для будущих крупных наступательных операций Красной Армии, подлецы сильно уповали на авиаразведку и инструментальную артиллерийскую разведку.

С 18-й полевой армией взаимодействовала 8-я группа ближней разведки в составе 4-х авиаотрядов, имеющих на вооружении Fw 189 'Uhu' французской сборки по прозвищу 'Рама' и допотопные 'Хеншелей' Hs 126 по прозвищу 'Костыль'. 19-е артиллерийское командование под Ленинградом имело в частях инструментальной разведки аэростаты. В полосе 16-й полевой армии разведку вели два авиаотряда, входившие в состав 11-й авиагруппы. Но авиация могла играть лишь вспомогательную роль в сражении. Всё решалось на земле. А здесь в полках 'антюфеевцев' и дивизии Витошкина осталось по 300 человек, остальные убиты, ранены, больны.

Но у Кёхлинга дела с потерями гораздо хуже. На картах его батальоны числились лишь потому, что их потери списывались затем в течении месяца равномерно, чтобы не шокировать впечатлительных начальников и не оказаться самими в амплуа неудачников и бездарей. Так делал весь Wehrmacht, войска SS и Luftwaffe. В журналах боевых действия потери отражались всегда меньшие, поскольку эти журналы являлись лишь пропагандистскими материалами для книг о предстоящей победе. Велись они под руководством рот пропаганды OKW. Зачем лишний раз нервировать население, оно и так нервное. Что касается реальности, советским частям, занявшим чуть позже Мостки и Любино Поле, пришлось утилизировать штабеля из 800 замороженных трупов эсэсовцев и их коллег из вооружённых сил, которых так и не похоронили их начальники в твёрдой, как бетон, замёрзшей русской земле.

Так в интересах пропаганды Гитлер 'спас' своих цепных псов-эсэсовцев, хотя операция провалилась. Ни о каком закрытии прорыва под огнём советской артиллерии речи здесь даже не шло. Зато командир погибшего батальона SS Polizei-Division штурмбанфюрер SS и майор полиции Паннир получил Рыцарский крест. Командующие всех уровней поздравили штабели своих мертвецов напыщенными приказами и красочно описали их победные действия в своих приказах. Бумага всё стерпит.

Утром того же дня кавалеристы кавгруппы Трофимова из кавкорпуса Гусева, применив обходной маневр, внезапно, когда лучи солнца падали прямо на стёкла домов и они горели ослепительным светом, в конном строю атаковали опорный пункт в деревне Дубовик, расположенной в 37 километрах по прямой западнее Спасской Полисти. Следом поднялась в атаку пехота 59-я 'саратовской' стрелковой бригады Глазунова и уральцы 170-го лыжбата.

Стрелковые бригады типа бригады Глазунова имели три стрелковых батальона, миномётную батарею, по одному дивизиону 76-миллиметровых 'полковушек', 45-миллиметровых пушек, 120-миллиметровых миномётов, а также роту ПТР, сапёрную роту, автоматную, разведывательную роты, взвод ПВО, ещё ряд подразделений. Фактически - усиленный вооружением стрелковый полк. В подобных бригадах реализовалась основная идея для войск Красной Армии 'больше оружия - меньше бойцов'.

В Дубовике оборонялись войска из 'группы фон Бассе', располагающие 4 установками Flak 30 калибра 37 миллиметров, 4 установками счетверённых пулемётов MG 34, а также 'сотня' эстонцев, подразделения 2-й пехотной бригады SS. Во время боя удалось уничтожить 140 солдат и офицеров дивизии фон Бассе, роту эстонских айзсаргов, отличившихся зверствами над местным населением. Командира эстонцев захватили в плен. До штаба не довели, шлёпнули. Захваченные зенитки взяли на вооружение и не без результата. Их использовали для занятия станции Радофинниково. В бою за станцию погиб смертью храбрых комбат лыжников-'уральцев' старший лейтенант Гладких.

Как на крыльях двигался по тылам отряд из 45 всадников политрука Муханова из кавгруппы Трофимова. Освобождены деревни Паншино, Фралёво, Филипповичи, Жердяки. Затем пришлось до подхода своей пехоты сдерживать контратаки батальона фашистов на Паншино. Все атаки отбиты с большими для оккупантов потерями, несмотря на его превосходство в количестве и вооружении. Отражая атаку на Паншино, пулемётчик сержант Богатырёв убил 32 фашиста. Комэск-2 из 98-го кавполка лейтенант Фалолейкин сам лёг за 'Максим' и умелым огнём выкосил 40 фашистов. Враг дрогнул и отступил. Когда началась новая атака, Фалолейкин подпустил гитлеровцев на 100 метров и расстрелял их, завалив поле фашистскими трупами.

Производя обходные движения по лесам, без дорог, советские чудо-богатыри встречали местных жителей, которые спасались от угона в немецкое рабство. Среди них большинство - женщины и малолетние дети. В лесах они прятали свои главные ценности: ульи с пчёлами, коз, коров. В деревнях также осталось немало местных жителей. После прихода освободителей мирные жители возвращались в свои родные дома. Они радушно встречали бойцов и командиров. Угощали молоком, картофелем. Хлеба у них не имелось совсем...

Вот деревня Глухая Кересть на реке Трубица около разгрузочной станции на железной дороге Ленинград - Новгород в 24-х километрах западнее Спасской Полисти... Железнодорожная насыпь здесь отличалась необыкновенной белизной: цепочка платформ выделялась на ней, как на бумажной ленте. При приближении освободителей убийцы из охранной дивизии фон Плотто зажгли деревню со всех сторон. Эти солдаты, в основном старших возрастов, выгнали жителей на середину улицы, а потом от ненависти и безнаказанности стали стрелять по ним из автоматов. Созданный капиталистами Wehrmacht освободил убийц от любой ответственности за любые преступления в Советском Союзе, поэтому подлецы посреди улицы не моргнув глазом убили стариков Гурьянова и Вакрасева, ранили 15-летнего Гурьянова и совсем ребёнка Борисова:.

Важный для гитлеровцев пункт на железной дороге кавалеристы освобождали лихо: сначала сапёры взорвали железнодорожные пути южнее платформы Новая Кересть, затем 1-й эскадрон из кавполка майора Смирнова-Бардова перехватил дорогу по которой снабжался гарнизон и прервал линии связи. После этого два спешенных эскадрона стремительной атакой выбили роты 285-й охранной дивизии фон Плотто из деревни и со станции. Результат - 60 окоченевших трупов нелюдей. Трофеи: масса стрелкового оружия, польская танкетка TKS(p), 15 легковых и грузовых автомашин, большой склад фуража. Но главное - удалось спасти 250 человек из Новгорода, которых подлецы фон Плотто использовали до полного изнеможения на расчистке путей и потом готовились расстрелять.

Передовые эскадроны 25-й кавдивизии у деревень Фралёво и Заполье нанесли поражение 'сборной солянке', составленной из 1-го сводного батальона Luftwaffe - технический персонал аэродромов из-под Луги, 638-го батальона территориальной обороны - 'хиви', в также сводных подразделений из персонала различных тыловых частей. Фралёво и Заполье удалось освободить почти без потерь. Победителям досталось оружие, пленные, 40 лошадей.

В предрассветный час побеждает не количество, а внезапность. Страшно стало подлецам, когда среди ночи в Филипповичах раздалось русское 'ура-а-а!', хлопотливо заработали автоматы и ручные гранаты. В нательном белье выскакивали подлецы из домов и тут их косили ППШ и ДП. Через полчаса всё кончилось, и лишь изредка тишину нарушали стоны раненых оккупантов. 'Охранники' фон Плотто при поддержке 225-го артполка бросились в бешеную контратаку. Передовым эскадронам, не имеющим артиллерии, пришлось оставить Филипповичи.

На северном фасе Волховского плацдарма советские бойцы, отразив контратаку 380-го пехотного полка, перешли в атаку на деревню Пересвет-Остров, превращённую оккупантами в сильный опорный пункт. Каждый каменный подвал - ДОТ. Для взятия этого опорного пункта пришлось обрушить на опорный пункт мощный перекрёстный огонь дивизиона 168-го артполка и 70-го гаубично-пушечного артполка, вооружённого превосходными 152-миллиметровыми гаубицами-пушками МЛ-20 'Емеля'. Полк 'Емель' с тракторами 'Сталинец' легко передвигался в снегах, располагался сразу за пехотными частями и успешно громил врага. Именно такой поддержки не хватало кавкорпусу Гусева, действующему перед 'Линией Линдеманна' в тылу группы армий 'Север'. Пересвет-Остров освобождён.

Конвейер немецкого пушечного мяса не ослабевал. Штаб группы армий 'Север' продолжал потрошить свои войска под Ленинградом для противодействия 2-й Ударной армии Клыкова, части которой уже оборудовали лесной лагерь недалеко от железнодорожной насыпи около деревни Конечки, а сапёры и стройбатовцы прокладывали дорогу через лес на Савкино и Глебово в 80 километрах от Волхова. Командующий L армейским корпусом Клеффель дал своим подлецам, осаждающим Ленинград, кодовую команду: 'Вперёд!' По ней войска начали разворачиваться на 180 градусов, создавая фронта на восток для защиты корпусных тылов - в каждой дивизии снимался с фронта пехотный батальон, одна артиллерийская батарея и другие части. Это относилось и эсэсовским частям у Красной Горки. Снимались с фронта под Ленинградом сапёрные батальоны, батальоны связи, взводы мотоциклистов связи, разведбаты, 'ягдкоманды', строительные батальоны 'Организации Тодта', отряды 'хиви'. Всё это в спешке разворачивалось против Клыкова. Ровно на эту величину уменьшалось давление на ослабленные недоеданием войска осаждённого Ленинграда и Балтфлот. Полицейских для SS Polizei-Division с распределительного пункта в восточно-прусском Растенбурге, где в бетонном бункере скрывался от бомб Верховный главнокомандующий Гитлер, везли по железной дороге в Чудово. Там грузили на автомашины и сразу отправляли в Спасскую Полисть. Сразу же по прибытии эсэсовцев ждали 'на первое' меткие пули снайперов-'кукушек', а на второе' миномётный обстрел.

И вдруг по 2-й Ударной армии как молния пронеслась радостная весть: пока армия Клыкова изматывала группу армий 'Север', её 18-ю и 16-ю полевые армии Линдеманна и Буша, под Демянском окружены 6 дивизий и другие части 16-й армии Буша - почти 100 000 солдат и 'хиви'! По приказу Верховного Главнокомандующего Сталина, для содействия разгрому войск группы армий 'Север' и снятия осады Ленинграда, 1-я Ударная армия Кузнецова при поддержке 11-й общевойсковой армии Морозова нанесла удар на Старую Руссу и отрезала дивизии 16-й полевой армии Буша на Демянском плацдарме. Советские чудо-богатыри при наступлении у Старой Руссы показывали чудеса воинского искусства и доблести.

Демянский плацдарм занимал территорию от Старой Руссы до Селигера. Он создавал угрозу советским войскам как Северо-Западного фронта, так и флангам Калининского и Волховского фронтов. В гитлеровских позициях между Ленинградом и Москвой имелись прорехи, через которые могли просочиться партизаны и советские части. Для фашистов у Селигера это означало на практике: 'Враг кругом!'. За всё приходилось вести бои - за пути снабжения, тыловые службы, в лютую стужу, абсолютно непривычную для захватчиков, при нехватке зимней одежды, в то время как Красная Армия имела отличное обмундирование, привычку к холодному климату и абсолютную неприхотливость в отношении питания. И кто должен нести большие потери? Wehrmacht относился к своим солдатам как к мусору, и этого даже не скрывал. И вот теперь вообще окружение крупной группировки! Наркоман Гитлер называл свой Демянский плацдарм 'пистолетом, приставленным к сердцу России'. Видения фюрера иногда принимали и более экзотические формы. И вот это 'пистолет' Гитлера погнулся и потерял потенцию.

В этот же день победоносно завершилась начатая 9 декабря Холмско-Торопецкая операция 4-й Ударной армии Ерёменко и 3-й Ударной армии Пуркаева. Эта операция тоже шла в условиях почти полного бездорожья. Единственная железная дорога со слабой пропускной способностью не доходила на 40 километров до Осташкова и разрушена оккупантами. Единственная грунтовая дорога крайне запущена. В некоторых случаях удалённость станций снабжения 200 километров. Кроме того все накопленные запасы Ерёменко начальник тыла и Северо-Западного фронта Курочкина направил на обеспечение армии Пуркаева. К началу наступления Ерёменко в 360-й стрелковой дивизия своей армии не имел ни одной суточной дачи продовольствия. Пришлось в первый день наступления эту дивизию кормить сухарями, взятыми из 358-й стрелковой дивизии. За вредительство с продовольствием начальник тыла и комиссар Северо-Западного фронта предстали перед судом Военного трибунала. Ерёменко, пионеру атаки пехоты за 'огненным валом' и злого ангела подлеца Гудериана, пришлось вести наступление с учётом наиболее полного захвата полевых кухонь, колонн снабжения и продовольственных складов оккупантов. Такого в Военной академии Фрунзе не преподавали. Это уже народное творчество.

Армия Ерёменко шла вперёд как паровой каток. Оборона II и XXIII армейских корпусов группы армий 'Север' разорвалась. Связь между 123-й пехотной дивизией Рауха, бежавшей к Демянску, и 253-й пехотной дивизией Шеллерта на берегу Волги, исчезла. Через этот разрыв армия Пуркаева ударила на Холм, армия Ерёменко - в направлении Витебска, а 22-я армия Вострухова - в тылы за Ржевом. Кавбригада SS штандартенфюрера SS Фегелейна западнее Ржева разгромлена, оборонявшийся в Пено разведбат SS уничтожен. Эта SS Kavallerie-Brigade - соединение известное в Германском рейхе. Её кавполки 'Totenkopf' в течении года депортировали население Польши по расовой программе, собирали и конвоировали евреев в концлагеря. Под такой охраной до места добиралась половина. Кровавые псы капиталистов проводили антипартизанские операции, всегда действуя с неоправданной жестокостью. Заодно снимались в кинематографе и участвовали в парадах.

После вероломного нападения на Советский Союз кавалеристы SS попали в такой переплёт, что их быстро сняли с фронта и подчинили руководителю SS и полиции 'Центральная Россия' группенфюреру фон дем Бах-Зелевски. Вместе с 162-й и 252-й пехотными дивизиями эти убийцы до начала сентября действовали в Белоруссии с группами окружённых советских войск, партизанами и местным населением. В городе Хомск кавалеристы Фегелейна согнали 2000 евреев - граждан СССР в здание местной церкви и на следующий день расстреляли их из пулемётов. В городе Мотоль расисты расстреляли 800 мужчин-евреев - граждан СССР на городской площади. На следующий день расстреляли 1500 еврейских женщин и детей у здания школы и синагоги. В районе Припяти кавалеристы также массово убивали советских граждан: 15 000 евреев и подозреваемых в поддержке Советской власти, 1000 партизан и 700 пленных. После этого бригада занималась на Полесье борьбой с партизанами. Затем действовала против партизан в районе Невель - Великие Луки. Потом в районе Ржев - Торопец. И вот убийцы попали под 'паровой каток' Ерёменко. Кто бы мог подумать! Россия-то, при большевиках, вроде, разгромлена, Красная Армия уничтожена три раза! А тут такое!

Резервы оккупантов перед Ерёменко - прежде всего 81-я пехотная дивизия генерал-лейтенанта Шоппера - тоже разгромлены. Из 'группы Шоппера' к Торопцу вышли всего 40 обмороженных человек. А ведь только 23 декабря 1941 года дивизия Шоппера отправилась в снега с атлантического побережья безмятежной и сытой Франции, которая по-свойски подписала с Гитлером перемирие: В Торопце Ерёменко захватил 6 танков, 700 грузовиков автомашины, 450 0000 снарядов, 9 000 000 патронов, 1000 бочек бензина, 40 складов с продовольствием: масло и другие жиры, мясные и рыбные консервы, концентраты, мука, крупа, сахар, сухофрукты, шоколад. Этим провиантом 3-я Ударная армия смогла питаться месяц:

На следующий день разгорелись особенно сильные бои за Спасскую Полисть и отдельные огневые позиции на дороге снабжения около неё. Штурмовые группы из 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина в темноте приблизились на 100 метров к линии ДЗОТов Спасской Полисти, прокапывая в снегу длинные галереи. Внезапно атаковали. Им удалось прорваться в южную часть опорного пункта только что занятого полком свежей пехотной дивизии фон Бассе. 'Алтайцы' уничтожили около 100 гитлеровцев, посты артиллерийских наблюдателей и тяжёлое вооружение. После контратаки III батальона 377-го пехотного полка и танков, 'алтайцами' пришлось отойти, но контратакующие потеряли в уличных боях более 300 человек убитыми и ранеными. Улицы и переулки оккупанты просто завалили своими трупами.

Солдаты дали 'Спасской Полисти' прозвище 'мясорубка'. Сюда в узкий выступ фронта шириной 800 метров и длиной 2 километра, окружённый с трёх сторон советскими пушками и пулемётами, генералы согнали на убой многоязыкие части и подразделения из 11, 58, 61, 93, 96, 121, 212, 215, 223, 225, 254-й пехотных дивизий, 20-й моторизованной, 12-й танковой дивизий, SS Polizei-Division, зенитной артиллерии Luftwaffe, наземные части Luftwaffe, части резерва Ставки, корпусов и армий, 'Организации Тодта', NSKK, 'хиви'. Никогда за всю историю своего существования, Wehrmacht никто не ставил в такое унизительное и глупое положение - держать массу войск на крохотном пятачке под непрерывным обстрелом и угрозой окружения, которое при этом эпизодически случалось.

В этом аппендиксе фронта никто из начальников не нёс никакой ответственности за солдат из своих и тем более чужих частей. Командовал из своей ставки лично Гитлер. Ни за жизнь и здоровье солдат, ни за их условия размещения с начальников никто ничего не спрашивал. Говорилось только одно: 'Удержать любой ценой'. А это значит, не раздумывая применять 'мясные штурмы'. Полураздетые и разутые трупы лежали заиндевевшими штабелями, валялись под гусеницами танков и самоходок, из них делали укрытия, зарывали беспорядочно в воронках от снарядов 'Кувалд Сталина'. От изломанного оружия, повреждённой амуниции, техники, испорченных боеприпасов избавлялись как от хлама - бросали в кучи.

Когда советские штурмовые группы врывались в Спасскую Полисть и начиналось избиение гранатами огневых точек в ДЗОТах и домах, обезумевшие толпы оккупантов обычно в панике неслись к деревне Остров. Оттуда их обратно гнали в контратаки фельджандармы. Советские штурмовые группы отходили. Следовал ураганный удар 'Катюш', затем отработка из 'Емель', 'Матушек' и 'Кувалд Сталина', и всё повторялось. Так волны размывают обрывистый берег и героически обваливается. Многие солдаты сходили с ума. Другие стрелялись. 'Pervitin', алкоголь и никотин употребляли постоянно и в лошадиных дозах. По-другому у 'лучшей армии Европы' просто не получалось здесь воевать. Пропагандисты Германского рейха и белогвардейской триколорной эмиграции об этом молчали. Если и заходила речь о Волховской битве, то они использовали главный приём буржуазной прессы и всё переворачивали с ног на голову - всё то, что хлебали полной ложкой фашисты, приписывали Красной Армии.

Схема обороны 'крепости' Спасская Полисть, расположение огневых точек было известно. Генерал Коровников, отвечающий за взятие 'крепости', имел кроме артиллерии большой мощности ещё 83 дивизионные гаубицы и 1,5 боекомплекта к ним. Спасскую Полисть перепахали снарядами несколько раз. Но на то она и 'крепость' Гитлера, что её защищали до последнего солдата под лозунгом 'Фрау ещё нарожают!'

Опорные пункты на шоссе в 'Волховском рукаве' от Спасской Полисти до Малого Опочивалово, железная дорога и шоссе снова находились под ударами ВВС Волховского фронта. Штурмовики 218-го штурмового авиационного полка Сапогова на Ил-2 провели 18 боевых вылетов, 10-й бомбардировочный авиаполк Остапчика на Пе-2 провёл 15 боевых вылетов. Уничтожено 5 ДЗОТов и блиндажей, 2 гаубицы, 2 зенитных пулемёта, 3 станковых пулемётов, 2 противотанковые пушки, 5 грузовиков, 3 повозки, мотоцикл, склад боеприпасов, убито 60 оккупантов, более 200 ранено.

Штурмовики и бомбардировщики прикрывали МиГ-3 и Як-1 из 41-го истребительного авиаполка Ершова. Истребительный авиаполк Ершова сформирован до войны из лётчиков-испытателей для испытания истребителей И-200 - прототипа МиГ-3. В 1939 году полк участвовал в Освободительном походе Красной Армии в Западную Белоруссию и на Западную Украину. На полк из 27 лётчиков пришлась часть удара армад Геринга в Белоруссии у Белостока 22 июня 1941 года. Тогда из 12 000 самолётов Luftwaffe и их союзников 80 процентов они сосредоточили против Советского Союза. В первом вероломном ударе против 2000 самолётов Западного Особого Военного округа участвовало 3000 из них, стараясь раздавить советских героев тушей. В воздухе творилось нечто невообразимое. От самолетов Luftwaffe в воздухе не протолкнуться. Махина. При первом налёте Luftwaffe на аэродром Сибурчин, где дислоцировался авиаполк, не пострадал ни один боевой самолёт, поскольку Ершов, выполняя директиву Генштаба от 18 июня, все истребители рассредоточил и замаскировал. После сложнейшего приграничного сражения 'уничтоженный на спящих аэродромах' авиаполк Ершова защищал небо Могилёва, Москвы, Ленинграда. С начала войны по 6 февраля 1942 года за 7 месяцев войны асы Ершова выполнили 4445 самолёто-вылетов, уничтожили 144 самолёта Luftwaffe в воздушных боях и на аэродромах, 35 танков, 657 грузовиков и легковых машин, 491 повозку, 16 тягачей и тракторов, 22 бензоцистерны, 36 зенитных и 11 полевых орудий, склад боеприпасов, 3 переправы, штаб пехотного полка, более 3000 солдат и офицеров, имея потери в лётчиках всего 14 человек.

Лётчики полка являлись настоящим пугалом для Luftwaffe вообще и для элитной JG 54 'Grunherz'. Так они вогнали в землю около Киршей австрийского аса Лозера из II группы JG 54 'Grunherz'. Затем лётчик Суков на ЛаГГ-3 с надписью 'За Сашу Тихомирова' сбил над озером Ильмень любимого аса Геринга командира 7-го штаффеля 'Grunherz' Остерманна. Негодяй Остерманн, вращаясь по глубокой спирали, врезался в воду и затонул. Так спасали Ленинград!

В составе ВВС Волховского фронта героические авиаторы Ершова помимо прикрытия войск в районе Спасская Полисть, Малое Опочивалово, Коляжка и тылов, города Малая Вишера, своего аэродрома в Гремячево, штурмовок, сопровождали бомбардировщики и штурмовики до целей по маршрутам Тосно, Любань, Апраксин Двор, Трегубово, Ямок, Коркино, Шимск.

Из 'Волховского рукава', как из огромного тюбика, гитлеровские генералы выдавливали пушечное мясо на шнеки в головке мясорубки - Спасской Полисти. Шнеки - это артиллерия, авиация, танки и штурмовые группы Красной Армии. Из немцев шнеки делали кровавый заиндевевший фарш. Где же, капиталисты, ваш разрекламированный на весь мир 'Blitzkrieg' и обещание за 3,5 месяца дойти до Урала?

Уже несколько дней к подлецам в Спасской Полисти, отрезанным на участке обороны 'группы Хойна' передовым ударным отрядом 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина, не поступали продовольствие и боеприпасы. Даже танки, ещё пару дней назад проскакивающие по шоссе с боеприпасами и продовольствием в Спасскую Полисть, не могли больше туда пробиться. Дорогу добротно заминировали. Два танка Renault R35 попали на мощные фугасы и разрушились. Дело - дрянь. Вырытые в глубоком снегу и выложенные хворостом дыры передовых стрелковых позиций подлецов уже не спасали от обстрела. От 'железных порций' солдатского рациона, сырой чечевицы и конины оккупанты мучились от диареи. Luftwaffe сбрасывало продовольствие. Для ориентирования лётчиков подлецы выложили полотнища, стреляли ракетами, чтобы обозначить себя, но грузы почти всегда падали на советские позиции. Только один из 6 или 7 контейнеров с продовольствием приземлялся к окружённым в Спасской Полисти.

Воины-'алтайцы' пыталась выручить своих окружённых у шоссе на участке обороны 'группы Хойна' товарищей. Единство и борьба противоположностей. Советские силы, которые осуществляли окружение фашистов, сами находились в окружении. Снайперы и отдельные миномёты истребили несколько огневых точек подлецов и советские штурмовые группы продвинулись ещё дальше по руслу реки Полисть, но соединиться со своими товарищами не смогли.

В это день 7 февраля в боях за Теремец и Подберезье на самом южном участке Волховского плацдарма великий беспримерный групповой подвиг воинского духа совершила штурмовая группа 229-го стрелкового полка 225-й стрелковой дивизии Ювенальевича. Эта дивизия формировалась из частей 3-й таковой дивизии, хорошо известной Красной Армии. 3-ю танковую кадровую дивизию сформировали в Пскове летом 1940 года на базе кадровой 13-й легкотанковой и 20-й тяжёлой танковых бригад. Эти соединения участвовали победоносном 3,5-месячном Финском походе Красной Армии. 13-я легкотанковая бригада в свою очередь была сформирована в 1932 году под Ленинградом и придана 11-му механизированному корпусу - одному из первых бронетанковых соединений Красной Армии. Её экипажи сражались в Гражданскую войну в Испании, вступали в Эстонию после решения эстонского народа о вхождении в состав СССР. Первое сражение 3-й танковой дивизии Андреева против немецко-фашистских оккупантов состоялось 4-5 июля 1941 года за город Остров в Псковской области. Сражаться пришлось против 1-й и 6-й танковых дивизий Panzerwaffe. После кровопролитных боёв дивизия Андреева начала отход на Порхов. 7 июля она вела танковые бои в районе Череха, Песчанка, Вольнево, Крякуши, затормозив прорыв фашистов к Пскову. С 11 июля дивизия Андреева начала передавать матчасть, танки другим соединениям, а личный состав отошёл к Новгороду, где занял позиции по реке Мста. Находилась на Волхове до 16 октября, когда сдала участок другим частям и вышла в резерв. После этого переформирована в 225-ю стрелковую дивизию. В дивизию влились призывники Псковской области. И вот февраль 1942 года, бои на новгородской земле:

Оккупанты у Теремца и Подберезье в дополнении к имеющимся ДЗОТам по ночам строили здесь новые, создавая мощный опорный пункт. Штурмовая группа младшего лейтенанта Поленского, кандидата в партию большевиков, с наступлением темноты двинулась на разведку и для уничтожения передовых пулемётных точек. Сняли двух часовых и смелым броском окружили передовые ДЗОТы. Красноармейцы Арсенин, Лифанов и Селезнёв бросились к первому ДЗОТу. Через дымоходные трубы и двери уничтожили гранатами гарнизон. Тех подлецов, кто находились в окопах, перебили из ППШ и ДП. Однако несколько гитлеровцев успели пробраться в один из ближайших ДЗОТов и открыли огонь. Герасименко, Черемнов и Красиков подбежали к ним, и забросали гранатами. Через амбразуры вытащили пулемёты и ленты, чтобы применить их самим.

Украинца Ивана Герасименко, алтайцев-односельчан Леонтия Черемнова и Александра Красилова судьба свела в конце 30-х годов в Новокузнецке на строительстве первенца сибирской металлургии Кузнецкого металлургического комбината. Отсюда осенью 1941 года их призвали на фронт в одну дивизию. У Красилова пятеро детей, у его друга Черемхова - трое. Герасименко коммунист. Красилов и Черемнов кандидаты в члены партии большевиков. Это многое значило, особенно на фронте. С коммунистов особый спрос. Они сами это отчётливо осознавали, поэтому шли в бой в первых рядах и себя не жалели. Делали они это добровольно, как защитники и хозяева страны Советов, не под дулами 'особистов' из НКВД, как трубили на весь мир гитлеровцы и триколорные белогвардейцы из эмиграции. Просто люди свято верили в советскую идею всеобщего равенства и справедливости. Люди видели, как старается руководство и какие идут преобразования в стране. Они осознавали, что советское общества идёт правильным путём. Поэтому ради светлого будущего России и своих детей они шли на всё!

Вдруг из двух ранее молчавших ДЗОТов начался перекрёстный огонь, который мог расстрелять всю группу. Положение критическое. Ближе других к этим ДЗОТам оказались сержант Герасименко и его бойцы Черемнов и Красиков. Герасименко бросил гранату. Раздался взрыв. Но пулемёт не замолчал. Гранат не осталось. Медлить нельзя. У всех троих одновременно возникло одно решение. Без всякой команды, не сговариваясь, они бросились к ДЗОТам.

Первым на ДЗОТ, откуда бил смертельный ливень, пошёл через всполохи выстрелов Герасименко. Оставляя на снегу пятна крови, он приблизился к амбразуре и бросился на неё. Пулемёт смолк. Одновременно на второй пулемёт бросился Черемнов. Не успели разведчики подняться, как вновь заговорил первый пулемёт: подлецам удалось сбросить безжизненное тело героя Герасименко. И тут безо всякой команды на ожившую огневую точку кинулся Красилов. Товарищи слышали его последние слова:

- Я не дойду до победы, другие дойдут:

Он накрыл своим телом амбразуру: В эту минуту под низким свинцовым небом Волхова будто величаво и мощно зазвучали слава пролетарского гимна и одновременно гимна Советского Союза: 'Это есть наш последний и решительный бой:' Потрясённые увиденным, в едином порыве поднялись разведчики с криком 'ура!' Отряд ожесточённо дрался ещё полтора часа. Из 20 бойцов вернулось с задания 16. Они уничтожили 15 гитлеровцев, 6 ДЗОТов и 6 пулемётов. Но как это?! Три советских воина одновременно бросились на амбразуры вражеских ДЗОТов, чтобы закрыть их своей грудью! Мог ли таким похвастаться Wehrmacht, солдаты которого из-под палки сражались 'за булочку и билет на трамвайчик'? Не могли!

На участке 'группы Хойн' в 'Волховском рукаве' у Трегубово советские подразделения 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина предприняли несколько атак для деблокирования 300 своих окружённых товарищей на шоссе. Всего по позициям подлецов выпущено 2900 снарядов и мин. 300 героев-'алтайцев' отбивали непрерывные атаки пьяных и накачанных метамфетамином толп 'мясника' Кёхлинга со стороны Трегубово. Патроны и продовольствие окружённым сбрасывали с Р-зет лётчики 660-го ночного бомбардировочного авиаполка. Шоссе по-прежнему заминировано и не действовало. Спасская Полисть и южная часть 'Волховского рукава' оставалась в оперативном окружении. Советская артиллерия силами пяти артполков, в том числе двух гаубичных полков РГК непрерывно обстреливала почти весь участок шоссе Трегубово - Спасская Полисть, а также Малое Опочивалово и Трегубово, ориентируясь на данные наблюдательных пунктов и авиаразведки. Успешная контрбатарейная борьба велась с помощью дивизионов акустической разведки командующего артиллерией Волховского фронта. Сосредоточение огня миномётов по фашистским солдатам и их тяжёлому вооружению, находившимся вне укрытий или в открытых окопах и траншеях, также давало большой эффект. К тому же подлецы оказались неподготовленными к контрминомётной борьбе и не могли установить своими штатными средствами разведки районы огневых позиций советских миномётов. Когда же били по Мосткам и Любино Поле 203-миллиметровые гаубицы Б-4 'Кувалды Сталина' из 137-го гаубичного артполка большой мощности, в Большом Опочивалово в бункере Кёхлинга в чашке звякала ложка. Это значило, что поднялся на воздух очередной ДЗОТ с десятком его солдат, или разлетелись на все четыре страны орудия очередной гаубичной батареи.

Остатки 'бригады Кёхлинга' оборонялись у 'большой поляны' и опорного пункта 'Паук' на лежневой дороге лесозаготовителей в лесу у отметки 37,8 и, небольшими, главным образом дозорными группами, вдоль дороги снабжения в направлении на Ольховку. Выполняя приказ Гитлера, Кёхлинг направил в Мостки из Спасской Полисти через опорный пункт 'Паук' колонну снабжения с танковым прикрытием, чтобы доставить в Мостки караван саней с боеприпасами, 'Panzerschokolade', шнапсом, эрзац-хлебом, печеньем , сардинами, наградами 'Железный крест'. Десять грузовиков, 15 саней, два танка Pz.Kpfw.III, 150 пехотинцев. Южнее 'Паука' оккупанты попали на минное поле, установленное бойцами 165-го отдельного 'пермского' лыжного батальона. Передний танк потерял ход. При попытке его объехать второй забуксовал в глубоком снегу. После этого лыжники-'пермяки' со всех сторон, в том числе с деревьев, открыли огонь из самозарядных винтовок СВТ-40 по сапёрам, начавшим снимать мины. Очереди самозарядных 'Светок' новички на фронте приняли за массированный пулемётный огонь большого количества войск. Бросив грузовики и сани, они начали в панике отступать по просекам на север и совершенно рассеялись по лесу. С помощью бойцов 111-й стрелковой дивизии Рогинского, прибывших к месту боя от 'Лесопункта', большая часть обозников удалось догнать и перебить. Потери лыжников 5 убитых, 11 раненых. Оккупанты в Мостках и Любино Поле остались без продовольствия.

В 200 метрах северо-восточнее от 'Паука' на просеке бойцы 'пермского' лыжбата организовали опорный пункт, перекрыв таким образом лесную дорогу на Мостки. 'Паук' оказалась блокирован и оккупанты начали там от голода варить кожаные ремни. Несколько раз 'пермяки' врывались за колючую проволоку и забрасывали гранатами огневые точки и палатки. Доходило до рукопашной. Кёхлингу пришлось вылезти из тёплого бункера и лично на танке Pz.Kpfw.III прорываться к 'Пауку' с санным конвоем продовольствия и боеприпасов, тащить на буксире пушки. План Гитлера восстановить сплошную 2-ю линию обороны опять провалился.

ВВС Волховского фронта силами двух штурмовых авиаполков на Ил-2 и двух бомбардировочных полков на Пе-2 проводили штурмовки и налёты на войска Кёхлинга на шоссе. Ему из-за потерь пришлось ввести в бой мало приспособленные для этого строительные части 'Организации Тодта' из пожилых и малопригодных для военной службы немцев. Потери стройбат понёс пропорционально своей плохой боевой подготовке и вооружению.

На северном фасе Волховского плацдарма автоматчики 25-й 'сталинградской' отдельной стрелковой бригады, части 1244-го стрелкового полка снова атаковали опорный пункт в деревне Дымно, в которую как в своё вцепился 380-й пехотный полк. Дальнобойные 'Емели' вели огонь по целям в Чудово.

За неуставные взаимоотношения, дерзость, лихаческое легкомыслие в организации боя командарм Клыков отстранил от командования 372-й 'алтайской' стрелковой дивизией лично чрезвычайно храброго комдива подполковника Коркина. У Коркина имелось два недостатка: выпивка и дерзость по отношению к начальству. Около 300 отважных бойцов-'алтайцев' его дивизии по-прежнему находились в окружении у Трегубово и блокировали там шоссе. Попытки штурмовых групп 'алтайской' дивизии прорваться к ним с боеприпасами, продовольствием и подкреплением не удавались. 300 героев, блокировали шоссе и железную дорогу Чудово - Новгород, вели снайперский огонь с деревьев как 'кукушки', заставляли Линдеманна снабжать 'крепость' Спасскую Полисть 'оленьими тропами'. Третьи сутки герои голодали. Варили студень из кожаной амуниции, полушубков, коры, ночами добывали у шоссе части погибших лошадей. Во время рейда за кониной погибли двое добровольцев. При варке конины всё время появлялась пена, и запах - не очень. Но это лучше, чем совсем окочуриться. Части ослабевших и раненых бойцов командующие окружённой группой 'майоры Кокшалов и Лемешко разрешили ночью отправиться к своим. Не все пошли, сказали, что не оставят товарищей. Ушедшие частью заблудились и замерзли, частью погибли на минном поле и под огнём патрульных групп фашистов. Несколько человек попали в плен.

Догадываясь о бедственном положении группы Кокшалова и Лемешко, пропагандисты 621-й роты пропаганды обер-лейтенанта Зункеля, действуя вместе с отделом Ic - разведка и контрразведка штаба 18-й полевой армии Линдеманна, тут-же ухватились за сюжет голодающих в лесу красноармейцев и выдали очередную фальшивку в виде показаний пленных о том, что советские воины едят людей. Да не просто людей, а своих товарищей. Да не просто едят, а по приказу командиров и комиссаров. 'Один красноармеец хвалился, что разделал уполномоченного НКВД, и тот оказался особенно жирным:' - выдавали фантастику журналисты Зункеля под диктовку отдела Ic штаба военного преступника Линдеманна.

Лживые истории на основании фальшивок о людоедстве в Ленинграде и Красной Армии с радостью подхватывали издания белогвардейской триколорной эмиграции, газеты Прибалтики, оккупированной Украины. Психически ненормальные антикоммунисты злорадно фантазировали, выдавая свой бред за исследования о русских людоедах: 'В январе 1942 года 18-летняя Вера Титанова утопила в тазу свою новорожденную дочь, затем расчленила труп и вместе со своей матерью употребила в пищу. Спустя три недели людоеды из соседней квартиры похитили труп 6-летней девочки и также съели: Муж убил жену и кормил её мясом сына и двух племянниц. Им он говорил, что это мясо собаки: 69-летняя женщина зарезала ножом внучку и накормила её мясом мать и брата убитой: Отец в отсутствие жены убил двоих сыновей 4 лет и 10 месяцев и съел:'

Журналисты белогвардейской, буржуазной триколорной пресса на оккупированной армиями Запада и Японии территории Советской России в 1918 - 1920 годах, оказавшиеся затем в Париже, Берлине, США, много и изобретательно клепали фальшивки о советских людоедах, расчеловечивая русских людей, чтобы их не жало было убивать и порабощать, укрепляя идеологический фундамент расизма NSDAP и схожих с ней партий и течений. Поэтому ложь рот и групп пропаганды OKW вместе с отделами разведки и контрразведки частей и соединений полевых армий действовали на хорошо удобренной белогвардейскими триколорниками почве. Особенно доставалось героям-партизанам, ненависть к которым у оккупантов и их пособников пылала неуёмно. Партизаны напрочь разрушали ложь о том, и советский народ воевал исключительно за счёт комиссаров с наганами, НКВД с пулемётами и заградотрядов за спинами несчастных красноармейцев. Сфабрикованные показания пленных раскрывали миру 'правду' о партизанах, среди которых в первых рядах людоедов коммунисты: 'Случаи людоедства стали такими массовыми среди партизан, что вынудило их руководство вовсю применять расстрелы. В ответ в отдельных 'людоедских' отрядах вспыхивали бунты, сопровождавшиеся убийствами командиров и дезертирством...'

Не отставали от белогвардейцев и гитлеровцев в сочинительстве страшилок про партизан и румынские фашисты. И опять впереди контрразведка и разведка. На фоне уполовинивания восками Красной Армией румынской королевской армии при обороне Одессы и истребления румынскими фашистами коммунистов и евреев, директор 'Сигуранца' Кристеску тайно поведал Председателю Совета министров, Кабинету Министерства национальной обороны, Генеральному штабу армии, Министерству внутренних дел, Губернатору Транснистрии, Губернатору Бессарабии, Генеральному управлению жандармерии страшную историю при людоедов-коммунистов в замурованных одесских каменоломнях: ':Желание некоторых партизан выйти из катакомбы и сдаться румынским властям решительно отверг руководитель этой партизанской группы украинец Солдатенко, угрожая смертью любому, кто бы осмелился уйти. Проблема была решена убийством Бялика и его жены, которых разрезали на куски, положили в бочки и засолили. Это продовольствие ели в виде борща и жаркого. Солдатенко, как руководитель, оставил для себя мозги расстрелянных. Решение Солдатенко принял на основании специфического большевистского критерия. Бялик и его жена не были членами этой группы и членами коммунистической партии. В определённый момент, когда кончались эти продукты, перед каждым встала проблема, кого следующего положат в бочку:'

Эту историю придумал кто? Военные преступники. Кто мог им поверить? Только такие же преступники. Румыны включили украинские земли между реками Днестр и Южный Буг от Одессы до Жмеринки в свою колониальную территорию - губернаторство Транснистрия с центром в Одессе. Численность населения Транснистрия 3 миллиона человек, из них 331 000 евреев, половина которых них в Одессе.

Когда после 73-дней кровавых 'мясных штурмов' румыны с немцами 16 октября 1941 года вошли в Одессу, откуда советское командование эвакуировало гарнизон к Крым, то первое, что сделали румыны, это убили 3000 пленных красноармейцев и 10 000 'подозрительных' одесситов. Массовые политические репрессии капиталистов. Многих большевиков, евреев, советских работников румыны заживо сожгли в девяти пороховых складах. Людей, пытавшихся выбраться из огня, румынские фашисты расстреливали в упор. Убийство пленных продолжалось несколько дней. Румыны одесситов ненавидели, ведь под Одессой они потерли более 100 000 солдат.

Когда мощнейший советский радиофугас по радиокоманде из Москвы подорвал здание НКВД, где разместился штаб коменданта Одессы, оказались убиты сам комендант - командир 10-й пехотной румынской дивизии Глагеджану, 73 румынских и немецких офицера, 80 покалечились. Идиоты с точи зрения военных действий, но изуверы в обычном смысле, решили отыграться на мирном населении. За каждого убитого офицера правая рука короля Михая I военный преступник диктатор Антонеску и губернатор Алексяну приказали убить по 200 одесситов, а за каждого солдата по 100. Под пропаганду в прессе о 'Большом терроре' и колхозном рабстве в СССР команды румынских солдат-убийц шли по улице, где находился взорванный штаб, врывались в квартиры, выволакивали одесситов на улицу и тут же убивали. На Александровском проспекте на столбах повесили сразу 400 одесситов. За четыре дня собаки румынских капиталистов убили более 7000 человек.

Около 200 000 евреев румынские капиталисты убили в расстрельных рвах, гетто и концлагерях. Сюда для уничтожения привозили также евреев из Бессарабии. 78 000 одесситов угнали на работы в Германию. Примерно такое же количество высвободившихся немецких мужчин Гитлер отправил на фронт - это четыре дивизии.

Губернатор Алексяну имел задачу провести тотальную романизацию территории южной Украины. Единственный дружественный румынам народ здесь - это молдаване, составляющие менее 5 процентов наследия. Все остальные 95 подлежали уничтожению или превращению в рабов. Депортировать предполагалось 700 000 украинцев. Намечены украинские сёла, куда после зачистки въедут первые 4000 румынских поселенцев. В школах введено изучение румынского. РПЦ перешла под юрисдикцию румынской церкви. В храмы назначались румынские священники. Служили по-румынски. Местные газеты на русском языке непрерывно прославляли фюрера и его союзников. Одесса превращена в центр отдыха и увеселения румынских войск. Открыты частные предприятия, кабаре и бордели.

Помимо массовых убийств военные преступники Михая I Одессу безостановочно грабили. Все суда из Одесского порта угнали в Румынию, вывезли электростанцию, оборудование научных институтов и лабораторий, завод шампанских вин, консервную фабрику, маслозавод, вывезли всё ценное всё вплоть до трамвайных рельсов, коллекций монет и книг из музее, костюмов и нот Одесского театра оперы и балета. Одна надежда у украинцев - на товарища Сталина, на Красную Амию, на русских братьев-славян: Такие вот румынские 'правдорубы' поведали миру историю про советских людоедов. Военные преступники придумали это. Кто мог им поверить? Только такие же преступники.

Советские предатели дудели в ту же дуду, что и оккупанты, по поводу людоедства русских. Предатели из карательного батальона вспомогательной полиции порядка Schuma в районе Рославля Смоленской области, которые освобождали Wehrmacht от массы грязной работы по уничтожены советского, русского, славянского населения, выпустили для местных жителей листовки, в которых эти пособники Гитлера пафосно рассказывали 'страшную правду' о красных партизанах-людоедах в духе буржуазных газетчиков 'правителя России' Колчака - английского и американского агента: 'ВОЗЗВАНИЕ. Русский народ! На седины твоих стариков, на головы твоих мужчин и женщин, на твоих детей пал неслыханный позор! Всё то, что ты сейчас прочтёшь, - это не бред сумасшедшего, это показания русских, данные русским в присутствии русских. Записывали показания русские люди, и русские люди скрепили своими подписями эти потрясающие документы.

Глаза застывают в ужасе и рука отказывается писать. Если мы решаемся обратиться к тебе, русский народ, с этим воззванием, то только потому, что мы верим в тебя, верим, что в твоей груди бьётся человеческое сердце, что лучшие человеческие чувства - благородство, честность и уважение к человеку - ещё не окончательно умерщвлены в тебе большевиками за четверть века их растлевающего владычества. Мы верим, что ты вместе с нами содрогнёшься от ужаса перед преступлением, совершённым бандой извергов из хутора Ржавец.

Эта банда из 22 человек, из них 8 женщин, имела своим главарём жида-политрука Железина; они называли себя партизанами, борцами за свободу и честь своей родины. Они коварно напали на ветеринарный обоз, сопровождаемый 12 человеками - 10 немцами и двумя русскими. Три человека убито. 9 человек, из них 3 раненых, взяты в плен.

Убитые ограблены. Золотые кольца с их пальцев не удалось снять, тогда отрубили пальцы, на которых они были одеты. 9 человек подвергнуты пытке: им отрезали уши, носы, вырезали щёки, отрезали половые органы, вырвали глаза; у русских отрубили руки и ноги. Ещё у живых срезали мякоть мяса с груди, зада, ног, рук. Получили около 25 килограммов мяса, как показал один из виновных. Сварили его в котле с картошкой. Достали 15 бутылок водки и устроили пир. Главарю банды, жиду-политруку Железину, приготовили по его заказу особенное блюдо - ему изжарили с луком 18 яиц из половых органов замученных.

Читая это, вы не верите своим глазам, русские люди. И мы тоже не верили, читая показания виновников. Мы решились оповестить об этом ужасе всех только после того, как убедились в том, что все это - ИСТИННАЯ ПРАВДА.

Да и так ли это невероятно, если мы повторим, что во главе этой банды извергов стоял жид-политрук Железин, если напомнить, что такими жидами-коммунистами держались дьявольские ЧК, ГПУ, НКВД, если напомнить, какой ужас они вселяли своим бесчеловечьем в твои сердца, русский народ, позволяя сталинской банде всячески над тобой издеваться.

Но ужасы застенков и концлагерей ЧК, ГПУ и НКВД ещё ждут своего полного разоблачения. Этот же факт ПЫТОК и ЛЮДОЕДСТВА перед вашими глазами, русский народ. Найдите же в себе мужество взглянуть этому факту прямо в глаза.

Германский народ знал, что хотят сделать из русского народа большевики! Но он верит, что русский народ не испорчен ими до конца!

Германский народ верит, что русские люди отрекутся от большевистских отродий, взращенных большевиками извергов и вместе со своими передовыми отрядами - русскими солдатами - русской самообороной - истребят их до конца.

РУССКИЙ НАРОД! Отрешись от большевистского духовного наследия - бесчеловечного отношения к человеку. СМОЙ С СЕБЯ ПОЗОР преступления Железина БЕСПОЩАДНОЙ БОРЬБОЙ с подобными бандами. Прежде всего помоги РАЗЫСКАТЬ остальных непосредственных виновников этого жуткого злодеяния - банду жида-политрука Железина и его самого! КОМАНДОВАНИЕ РУССКИХ ДОБРОВОЛЬЧЕСКИХ ОТРЯДОВ'.

В этой листовке гитлеровцы руками русских предателей уже напрямую выводили нужную их заказчикам капиталистам линию: Сталин - евреи - коммунисты - НКВД - пытки - каннибализм. Возбуждённые таким честным 'открытием глаз' предатели и их гитлеровские хозяева массово убивали и угоняли в рабство русское население.

С первых дней оккупации самого Рославля гитлеровцы и предатели проводили истребление мирных советских граждан и военнопленных. Расисты Гитлера первым делом согнали в дома на Первую Красноармейскую улицу еврейское население. Через несколько дней начался грабёж евреев, после чего их согнали в один дом, группами выводили на улицу и расстреливали. Среди убитых много женщин и детей. По улицам текли кровавые ручьи. Всё еврейское население города - около 300 человек - убито. Поле этого расисты взялись за славян.

Массовые убийства проводились на Вознесенском кладбище. Ежедневно туда привозили по 7-8 больших грузовых автомашин местных жителей и военнопленных, которых со связанными назад руками расстреливали и сбрасывали в специально вырытые большие ямы. С кладбища на всю округу раздавались душераздирающие крики детей и женщин.

В результате на Вознесенском кладбище возникли 42 больших ямы с убитыми гражданскими и военнопленными размером в среднем 5 x 6 метров и две ямы размером 9 х 38 метров и 5 х 98 метров. Трупы в ямах уложены в штабели от 3 до 6 рядов. Каждый ряд присыпан тонким слоем земли. В дальнейшем эти расстрельные рвы предполагалось выдать за жертвы НКВД при выдуманном Геббельсом и Авторхановым 'Большом терроре', для доказательства существования которого требовались сотни тысяч трупов.

Капиталисты организовали в Рославле тюрьму тайной полиции Германии - Geheime Staatspolizei для своих политических противников. Около 2000 человек там подвергались пыткам. На заключённых натравливали собак, били резиновыми жгутами, пытали голодом. Окончательно измученных вывозили на Вознесенское кладбище и убивали.

В рабочем посёлке Остёр Рославльского района Смоленской области гитлеровцы создали концлагерь военнопленных. Здесь военнопленные подвергались диким издевательствам. Их гоняли работать на торфоразработки, давали 240 граммов суррогатного хлеба; много военнопленных погибло от голода и непосильной работы. Затем в концлагерь поместили 300 евреев из посёлка Петровичи Белорусской ССР. В их числе старики, женщины и подростки. В конце сезона торфоразработок, в сентябре, всех расстреляли. Вместе с ними расстреляли жителей посёлка Ивохина Соломона 40 лет, его жену Ивохину Юзу 37 лет и четверых детей: мальчиков - Льва 17 лет, Аркадия 15 лет, Владимира 14 лет и дочь Раису 13 лет. Их расстреляли за то, что они - евреи. Жертвы злодеяний похоронены частично в болоте на торфоразработках, остальные в Рославле, куда их, связанных проволокой, увозили на расстрел. В районе Рославля борцы с людоедами - жидами-политруками расстреляли жителей деревни Мязга Кирееву Пелагею 22 лет за содействие партизанам, Бобкова Митрофана 70 лет, Плющева Александра 65 лет, Должникова Петра 57 лет, ранили и превратили в инвалида Горбачёва Фёдора 67 лет. Список злодеяний можно продолжать долго:

Вот такие вот борцы с людоедами. Для того, чтобы им хоть как-то нивелировать такие свои масштабные злодеяния и потребовалась пропагандистская цепочка: Сталин - евреи - коммунисты - НКВД - пытки - каннибализм. Так что туфта 621-й роты пропаганды и отдела Ic штаба 18-й полевой армии о людоедах командирах Красной Армии майорах Кокшалове и Лемешко из 'алтайской' дивизии под Трегубово - дело обычное: собака брешет - ветер носит.

В ночь на 8 февраля на северном фасе Волховского плацдарма штурмовые отряды 1244-го стрелкового полка атаковали опорный пункт 380-го пехотного полка в Дымно. По этому опорному пункту и по Званке вела интенсивный артогонь советская артиллерия. По артиллерийским позициям подлецов в Званке били уникальные 203-миллиметровые гаубицы Б-4 'Кувалды Сталина'. Подлецы решили, что это бьёт железнодорожная артиллерия, но нет, Красная Армия имела такой калибр и в полевой артиллерии. Wehrmacht подобных систем не имел.

До утра 658-й ночной бомбардировочный авиаполк Лукашевича бомбил оборонительные позиции на шоссе севернее Спасской Полисти, сбросив 2 тонны бомб. Утром удар нанесли 6 скоростных бомбардировщиков Пе-2 из 10-го бомбардировочного авиаполка Остапчика, сбросив 5 тонн бомб и 1000 зажигательных жестяных ампул АЖ-2 с самовоспламеняющейся жидкость КС. Этот боеприпас инженеров Кольчугина и Солодовникова со смесью фосфора, серы и бензина мгновенно воспламенялся, создавая зону сплошного огня и густого дыма. При попадании в бронетехнику жидкость КС прилипала к броне, залепляла смотровые приборы, затекала в неплотности, уничтожая экипаж, выжигая всё внутри. Один из Пе-2 получил попадание снаряда зенитки в самогерметизирующийся топливный бак, но сработала система пожаротушения, которая заполнила бак азотом. Риск возгорания устранён. Затем оккупантов обстреляли 'Емели' из полков РГК. Обстрел вёлся по данным о размещении складов и огневых позиций, полученных от двух взятых в этот день пленных. В результате 'группа Хойн' понесла большие потери в солдатах и вооружении.

Для восполнения потерь в 'группу Хойн' вошли части 61-й пехотной дивизии и сводный батальон 'Ehrenpfordt' из остатков различных подразделений 'бригады Кёхлинга'. Дорогу на Спасскую Полисть подлецы спустя три дня наконец-то разминировали от советских мин. 'Бригада Кёхлинга' в этот день снова понесла тяжёлые потери, отбивая советские атаки на Спасскую Полисть.

В этот же день в глубине прорыва на запад 241-й кавполк из кавдивизии Трантина без артиллерии, миномётов и станковых пулемётов, которые отстали из-за бездорожья, перешёл Тосну и начал наступление вдоль русла реки Ёглинки. Его поддерживала 59-я отдельная стрелковая бригада Глазунова. Западный фланг обеспечивали три отдельных 'уральских' лыжных батальона - 169, 170, 171-й. Им предстояло овладеть сильно укреплёнными опорными узлами обороны подлецов Большое и Малое Ёглино, разъездом Ёглинка и железнодорожным мостом-виадуком. Перед Большое и Малое Ёглино совершенно открытая местность. Здесь до прихода оккупантов на пышных лугах выращивали колхозный скот. В окрестных озёрах всегда вылавливали сетями массу рыбы.

Ёглино называлось так от старорусского слова 'егла' или 'ёгла' - ель. Отсюда и современное русское слово 'игла' - похожий на хвою тонкий инструмент. Рядом с Большим и Малым Ёглино большое озеро. Здесь водилось множество плотвы с окунем и подлещиком. Попадалась щука до 7 килограмм. Иногда в озере появлялось очень много рыбы, крупный лещ, причём большинство практически без чешуи, будто рыба где-то продиралась. Иногда окунь ловился тёмный, как и должно быть в озере, которое питается торфяными речушками и ручьями, а иногда попадался светлый, как в более прозрачных озёрах, питаемых родниками и дождевой водой.

Среди жителей земли жила легенда о движении рыбы в подземных водах. В Ёглинском озере имелась воронка, ведущая в подводный грот с подводным течением. Глубина в этом месте 18 метров при средней глубине на озере 4. Грот уходил в сеть подводных пещер и соединялся с другими водоёмами или подземным озером. Всё дело в том, что вокруг Новгорода закрытый 'русский' карст - огромная единая, будто живая система ледниковых наземных и подземных карстовых озёр, связанных между собой наземными и подземными протоками. Из-за связи с подземными карстово-ледникового озёрами наземные озёра могли внезапно обмелеть, либо наоборот сильно выйти из берегов. Такие метаморфозы иногда происходили несколько раз в году. Озёра и вовсе могли уйти полностью в карстовые воронки и трещины-поноры. Когда подземные резервуары переполнились, воду выдавливало через воронки обратно. Это походило на дыхание русской земли. Биение мистического сердца. Так или иначе в торфяных озёрах вдруг оказывалась рыба из более чистых вод. Чаще всего уровень в озёрах понижался летом, но иногда вода уходила и зимой. Тогда лёд под своей тяжестью ломался, а в некоторых озёрах иногда вообще падал на дно.

Непредсказуемость изменения уровня воды местные жители всегда объясняли в языческой манере, а для другой версии в этих диких и величественных лесных просторах здесь и не находилось законного места: 'Водяные любят играть в карты или кости на воду, и когда один водяной проигрывает, вода из его озера уходит к выигравшему:' Причём уж тут Иисус Христос или современная наука?

В этом районе пересечения железных дорог Ленинград - Новогород и Веймарн - Чудово заняла оборону 'группа Гравенштайн' и 'группа фон Бассе' - части 291-й, 254-й пехотных дивизий, 183-й и 184-й эстонские лыжные батальоны, 478-й резервный пехотный полк, батареи 61-го тяжёлого резервного артдивизиона, два батальона из 409-го и 411-го пехотных полков 122-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Махольца, команда выздоравливающих этой дивизии, 'дикие' танки Renault R35 этих пехотных дивизий, бронемашины. Также генералы собрали здесь откровенно 'пушечное мясо': обозы 52, 254, 291-го артполков, 100-й армейский строительный батальон, 141-й сапёрно-строительный батальон, части гужевой колонны, пункт сбора лошадей, стройбатовцы 'Организации Тодта', рота 11-го танкостроительного батальона, рота 225-го батальона связи. Это 'пушечное мясо' набилось в опорные пункты Вальякка, Конечки, Каменка, Кудрово, Большое и Малое Ёглино, платформа Ёглино и ждало своей участи. Вокруг глухие леса, цепочки озёр и болот. В Вальякка, Конечки население финское. Русских всего двое. Конечно финны всей душой сотрудничали с немцами.

Первая атака опорного пункта в деревне Большое Ёглино красных кавалеристов и лыжников оказалась неудачной. Здесь 32 жилых дома и более 150 различных построек оккупанты успели очистить от местных жителей, основательно укрепить и приспособить для круговой обороны. Снежные валы, ДЗОТы, врытые танки, мины, колючая проволока. После подтягивания основных сил, артиллерии, миномётов и станковых пулемётов, чтобы максимально снизить потери, из бойцов 59-й 'саратовской' стрелковой бригады сформировали сводный батальон автоматчиков, который обошёл Большое Ёглино и создал угрозу перерезать единственную дорогу отхода на Каменку. Одновременно с фронта Большое Ёглино атаковали штурмовые группы 'уральских' лыжников и кавалеристов. Они достигли узла обороны почти без потерь. Окружили неподалёку также бараки и землянки крупного лесопункта с оккупантами. Начались уличные бои, переходящие в ожесточённые рукопашные схватки. Дрались советские воины в городском бою не впервые. Действовали группам: автоматчики с гранатами, огнемётчики с огнемётами или ампуломётами, сапёры со взрывчаткой. В амбразуры и двери ДЗОТов, в окна домов полетели гранаты РГД - 'карманная артиллерия'. Это не немецкая 'колотушка'. Эта как рванёт! Стены взрывали динамитом. Неподвижные французские танки жгли бутылками.

Не ожидавшие такого апокалипсиса в исполнении 'унтерменшей' оккупанты ударились в панику. Эстонцев разбили в городском бою наголову. Они потеряли более 100 человек только убитыми. Подвергся разгрому штаб 478-го резервного пехотного полка и артдивизион. Уцелевшие подлецы под огнём побежали толпами что было мочи к Каменке, бросив 9 подбитых и неисправных танков и бронемашин, 10 тягачей, 12 разных машин, штабной автобус, 10 миномётов, 6 походных кухонь, 8 различных орудий, 10 автомашин, несколько мотоциклов, винтовки, противотанковые ружья, 60 000 патронов, гранаты, склад продовольствия.

Бегущих преследовали лыжники. Все дома, сараи Большого Ёглино и далее всё пространство северо-западнее него за железной дорогой до деревни Каменка усеяли трупы в серых шинелях, касках-кастрюлях, обрывках простыней и занавесок, женских шалях и оренбургских пуховых платках. Это вам отмщение за голодающих детей Ленинграда! В Большом Ёглино подлецы бросили педантично сложенные штабели своих мороженых трупов в подвале и в снегу на огородах - результат первой атаки. Захоронить или вывезти их они не успели.

После боя красноармейцы обыскивали дворы, сараи и чердаки. Найденные винтовки и автоматы сносили на площадь и складывали штабелями. Какой-то красноармеец, сияя от счастья, гонял по снегу на трофейном мотоцикле. Когда комбат спросил его, почему мотоцикл так дико ревёт, боец радостно отозвался:

- У немцев вся техника такая. Думают нас этим запугать!

В стороне трое красноармейцев разбирали мотор громадного транспортёра. Они работали с поразительной ловкостью, несмотря на мороз.

Опомнившись, III батальон 409-го пехотного полка и III батальон 411-го пехотного полка 122-й пехотной дивизии Махольца, две роты эстонских фашистов с тремя танками Renault R35 начали контратаку по дороге от Каменки через железную дорогу. Эстонцев лыжники уложили из СВТ и ППШ оскалом в снег у железной дороги, но танки дошли до Большого Ёглино и ворвались в деревню. Справиться с танками лыжники не смогли.

Разъезжая по улицам, один из танков огнём и маневром стал мешать обороне. Тогда старший сержант Жуков и наводчик сержант Антонов из 2-й батареи артдивизиона 'саратовцев' с помощью товарищей выкатили свою 45-миллиметровую пушку на улицу и с расстояния 40 метров начали бить по танку. Смертельная нервная дуэль. Renault R35, как оказалось, имел дополнительное экранирование бронёй и снаряды от него рикошетировали, уходя свечами вверх или вбок, высекая белые звёзды. Не дрогнув ни на секунду, патриоты-'саратовцы' погибли смертью храбрых. Танк со страшным скрежетом смял 'сорокопятку' и бездыханные тела героев. В ходе уличного боя лыжник Михайлов поджёг один из танков зажигательной бутылкой КС. Два других 'француза' ушли восвояси. Пехота Махольца откатилась за танками в Каменку. Вся дорога туда оказалась усеяна трупами и замерзающими ранеными.

Последовали новые атаки. Каждый раз очередная рота оккупантов оказывалась уничтожена в снежном поле под низким серым небом. Россия скорбела через них не над немецко-эстонской падалью, а над своими сынам-героями. Освобождение Большого Ёглино создало угрозу соседнему опорному пункту подлецов Малое Ёглино и всей обороне 'группы фон Бассе' у железнодорожного разъезда. Из Малого Ёглино подлецы в конце концов в панике бежали. Железная дорога Новгород - Ленинград для фашистов оказалась на этом участке блокирована. Однако виадуком лыжбаты овладеть не смогли и железная дорога Веймарн - Чудово всё ещё действовала. По просьбе комкора Гусева ночью виадук разрушил бомбами Р-зет из 658-го ночного бомбардировочного полка Лукашевича.

В обороняющуюся на южном фасе Волховского плацдарма 20-ю моторизованную дивизию Яшке прибыло 900 человек пополнения - рабочие с гамбургских промышленных предприятий. Капиталисты проводили в Германии хорошую замену. Рабочих, требующих зарплату и потенциально опасных с точки зрения требования своих прав, заменяли восточными рабами, которые работали за кусок хлеба на износ. Прибыль естественно зашивала. Вот почему капитализм всегда ведёт войны. Пока жив капитализм, войны будут убивать и обездоливать людей. Капитализм должен быть уничтожен. Пополнение Яше сразу же бросил на передовую, что естественно привело к большим потерям среди неопытного личного состава убитыми, ранеными и обмороженными. Но когда Wehrmacht жалел людей? 'Ничего, фрау ещё нарожают!' Некоторые роты дивизии Яшке всё ещё насчитывали по 30 человек из 190 по штату.

В эти критические для обороны гитлеровцев дни на южном фасе Волховского плацдарма у Копцов, Земтецов и Малого Замошья линию обороны для поддержки 'группы Яшке' заняли основные силы испанской 205-я пехотной 'голубой' дивизия, высвободив для переформирования разбитые части дивизии Лаукса.

9 февраля на восточном фасе 'Волховского рукава' у Трегубово для деблокирования ударной группу из 300 человек майоров Кокшарова и Лемешко из 372-я 'алтайской' стрелковой дивизии Коркина, подтянув полковую и дивизионную артиллерию, перешли в атаку подразделения 1240-го полка 'алтайцев'. Им противостояла 'сборная солянка': 402-й велосипедный батальон, танко-строительная рота Шнайдера, 7-я рота 390-го пехотного полка с отделением тяжёлых пулемётов того же полка, 2-я и 4-я роты 435-го пехотного полка, 215-й велосипедный эскадрон, взвод из 9-го полка SS.

Боеприпасов у 1240-го полка 'алтайцев' имелось маловато: 750 выстрелов для гаубиц и примерно столько же для 'сорокопяток'. Для 120-миллиметровых миномётов мин в обрез, но для 82-миллиметровых - достаточно. Пробиться к товарищам не получилось, но и оккупанты окружённых за шоссе Чудово - Новгород 'алтайцев' уничтожить не смогли. Герои по-прежнему блокировали коммуникации укрепрайона Спасская Полисть. Вместо прорыва на восток для своего спасения, Кокшарова и Лемешко предпочитали голодать, но удерживать блокаду Спасской Полисти.

Испанский II батальон 269-го пехотного полка 'голубой' дивизии выводил из окружения в деревне Малое Замошье остатки подразделений 126-й пехотной дивизии. Испанцы подоспели вовремя - немцы там уже ели конину по-французски. Свежим частям испанцев здесь противостояли только небольшие группы ослабленной предыдущими боями 305-й 'московской' стрелковой дивизии Барабанщикова. Действуя в целом весьма браво, особенно в нетрезвом состоянии, наёмники из Испании показали плохую выучку и склонность к панике. Гитлеровцы скептически относились к их боевым возможностям.

На южном фасе области прорыва в тыл группы армий 'Север' части 59-й отдельной стрелковой бригады и лыжники начали преследование врага, выбитого накануне из Большого Ёглино. На оборонительном рубеже у деревни Каменка, оборудованном за насыпью железнодорожного полотна, удалось уничтожать отдельные огневые точки обороны группы 'Enders', но на большее сил и средств не хватило, пришлось остановиться.

Около деревушки Ляг западнее платформы Кересть железной дороги Ленинград - Новгород пулемётная рота из 366-й 'томской' стрелковой дивизии Буланова недавно при рекогносцировке обнаружила и заняла крохотный островок, откуда отлично просматривалась и простреливалась дорога в опорный пункт Пятилипы, где засели подлецы I батальона SS Freiwilligen 'Legion Nederland', а также подразделения 291-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии, заградотряд SS Polizei-Division и поддерживающее их учебное подразделение моторизованной дивизии SS 'Totenkopf'. Сама SS 'Totenkopf' в этот день оказалась в 'Демянском котле' вместе с другими частями и соединениями группы армий 'Север'. Её учебные части остались не у дел. Всего под Демянском попало в 'котёл' 100 000 оккупантов. Катастрофа!

В этот момент малочисленную дивизию 'томичей' Буланова ситуация разбросала на 12 километров от Финёва Луга до деревень Пятилипы и Гузи. Сама обстановка требовала воевать не числом, а умением. На островок около Пятилип, который красноармейцы прозвали за ничтожный размер 'Пуговка', они затащили 45-миллиметровую пушку и взяли под контроль дорогу к Пятилипам. На этой дороге 'тюменцы' приступили к регулярному истреблению солдат и техники. 'Уловом' наводчика 'сорокопятки' старшего сержанта Деревянко за короткий срок стали 10 обозных повозок, 8 машины с боеприпасами и продовольствием. Также удалось расстрелять несколько взводных групп, осуществляющих смену подразделений гарнизона в Пятилипах. Пятилипы, конечно, не Демянск, здесь с блокированием гарнизона оккупантов победа маленькая, но из таких маленьких побед складывалась победа в войне.

За расчётом 'сорокопятки' старшего сержанта Деревянко гитлеровцы из SS 'Totenkopf' охотились специально, выдвигая против него самоходки. Меняя позиции, оставаясь неуязвимым, Деревянко подбил три лёгких танка Pz.Kpfw.I и II, и две самоходки на базе французской трофейной танкетки Renault UE с пулемётом и зениткой.

Более 3000 исправных 2-местных 2,7-тонных лёгких бронетранспортёров Renault UE 3000 французская армия передала в Wehrmacht после подписания перемирия в 1940 году в числе прочего вооружения. Кое-что перепало и голландским наёмникам. Wehrmacht использовал Renault UE в числе 15 000 единиц различной европейской бронетехники - своей 'стальной саранчи' при вероломном нападении на СССР в качестве тягачей, доставщиков боеприпасов, связных и разведывательных машин, базы для различных противотанковых и зенитных самоходных орудий. При том, что голландские наёмники прибыли на фронт с многочисленной техникой, дивизии Лаукса пришлось передать им 180 лошадей для обеспечения артиллерии и обоза.

Несмотря на ежедневные артналёты и атаки, оторвать крепко пришитую 'Пуговку' не удалось. Пулемётный огонь 'Максима' и шрапнель 'сорокапятки' отлично охлаждали пыл эсэсовцев всех мастей. Не числом, а умением:

На северо-западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' 13-й кавкорпус Гусева по-прежнему искал возможности прорваться через 'линию Линдеманна'. Для порыва и начала наступления на Любань Гусеву передавались силы резервной группы: 191-я 'ленинградская' стрелковая дивизия Старунина, 57-я 'саратовская' стрелковая бригада, 166-я отдельный танковый батальон майора Стоянова - 8 средних танков Т-34 и 25 лёгких Т-60.

Путь передовых частей пролегал по лесам и болотам, лишённым каких бы то ни было дорог. Передвигались по компасу. Впереди топографы прокладывали маршрут. Глубокий снег. Под ним незамерзающие болота. Гаубицы М-30 'Матушки' весом по 2900 килограмм тонули сразу на оба колеса. Лошади выбивались из сил. Люди - огневики и управленцы - надевали лямки и совместно, с помощью подручных материалов, тащили на себе огромные гаубицы через топи. Скорость продвижения определялась метрами, и всё же артиллеристы не отставали от пехоты. На пути встречалось много убитых лошадей - след, оставленный кавкорпусом Гусева. Красные кавалеристы шли впереди в непрерывных схватках с врагом и под авианалётами. Картина убитых животных ужасная. Часто встречались убитые монгольские лошади. Маленькие, косматые - дар монгольского народа Красной Армии, заступнице от японских милитаристов:

Наступая на северном фасе зоны прорыва армии Клыкова в тыл группы армии 'Север', советские лыжные подразделения атаковали с запада сильно укреплённую Сенную Кересть и продвинулись по дороге к Глушице, где располагались основные позиции артиллерии 'бригады Кёхлинга', действующей в интересах 'Волховского рукава'. Серьёзный звонок для Линдеманна. Отсюда до Чудово 20 километров. Это уже в радиусе действия лыжных разведывательно-диверсионных групп. Началось формирование западного фаса северной части 'Волховского рукава'. 190-й противотанковый истребительный дивизион и резервный батальон 215-й пехотной дивизии принялись лихорадочно сооружать на дороге западнее Глушицы опорный пункт, прикрывая артиллерию Кёхлинга.

На другом краю зоны прорыва 'группа фон Бассе' силами до четырёх батальонов при поддержке танков с большими для себя потерями несколько раз атаковала части 25 кавдивизии и 59-й 'саратовской' стрелковой бригады в Большом и Малом Ёглино, которые из-за исчерпания боеприпасов отошли на опушку леса в километре юго-восточнее, южнее и западнее Большого Ёглино.

Для обороны рубежа Паншино - Волкино - Филипповичи на западе зоны прорыва армии Клыкова в рамках операции 'Вперёд' выдвинулся в качестве простой пехоты наземный персонал из дальнеразведывательного отряда 5.(F)/122 Luftwaffe, техники и авиаторы транспортного отряда I авиакорпуса, солдаты службы ВНОС 4-й бомбардировочной эскадры 'General Wever' и обслуживающий персонал штаба III группы I эскадры 'Hindenburg' усиленные зенитчиками Luftwaffe. Те ещё вояки. Если уж такие ценные кадры военной машины Германии пошли в дело как простая пехота, то значит дело у фон Кюхлера совсем дрянь. Лыжники 48, 50, 95-го отдельных лыжных батальонов показали здесь авиаторам Luftwaffe как нужно обходить фланги, окапываться, стрелять из винтовок, пистолетов-автоматов, метать гранаты, вести уличный бой и рукопашную. Вместо зачёта на этих занятиях оккупантам пуля в лоб или осколок в живот. На этом рубеже Luftwaffe за неделю потеряло более 500 убитыми и 1200 ранеными. Только подход 285-й охранной дивизии фон Плотто спас авиаторов от полного уничтожения.

Началась очередная 'мясная' атака 'охранников' на дороге вдоль реки Оредеж. Громко отдавая команды, пьяные и 'напервитиненные' подлецы с криками и даже песнями живым валом полезли на советские штурмовые группы. В отражении атак фон Плотто лыжников поддержала 23-я 'харьковская' отдельная стрелковая бригада. 'Охранники' кроме больших потерь ничего не достигли. От восточного и до западного берега скованный льдом Оредеж оказался усеян телами убитых в белых халатах оккупантов. Здесь потом два дня работала маломощная команда по захоронению из 10 стройбатовцев 'Организации Тодта'. Давно небритые, солдаты-строители старших возрастов из похоронной команды, каждому под пятьдесят, а то и больше, выглядели совсем стариками. На корытах из фанеры они вытаскивали замёрзшие труппы 'охранников' на берег. Пять человек рыли могилу. Мёрзлую землю взорвали зарядом тола и углубляли ямы лопатами. Большинство трупов завоевателей уже без обуви, у многих даже носки сняты. На мраморно-белых ступнях желтовато-кремовые пятки. Перчатки и рукавицы тоже кому-то понадобились. Некоторые убитые будто сознательно не отдают их: мёртвой хваткой сжали в кулак пальцы. Вот и вышла им обещанная Гитлером русская земля: Но факт остался фактом: на этом западном участке прорыва армии Клыкова наступило равновесие сил. Расширить зону прорыва более невозможно.

На северном фасе Волховского плацдарма опорный пункт на Волхове в Дымно обстреливали тяжёлые советские орудия, разрушая ДОТы и блиндажи. Для обороны подлецы пригнали сюда в качестве подкрепления строительные части и 'хиви'. Поздним вечером советская артиллерия опять била по складам и станции в Чудово.

10 февраля советская артиллерия опять усилила огонь по обороне подлецов в 'Волховском рукаве' в районе Коляжки: били пушки, гаубицы, миномёты и зенитные орудия. После артподготовки штурмовые группы 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии, которой после Коркина командовал половник Попов, атаковали опорные пункты в лесу восточнее Коляжки за рекой Полисть. Здесь в одном из опорных пунктов и вокруг него уничтожено 120 оккупантов. Лес частично освобождён. Но освободить 200 своих товарищей, по-прежнему находящихся в окружении у Трегубово, 'алтайцам' снова не удалось.

Сводный батальон из остатков 435-го пехотного полка 'группы Кёхлинга' сменил разгромленные в боях части 'группы Ортлер' и остатки 215-го самокатного эскадрона дивизии Книза. В запасе в районе Каменной Мельницы и Холопьей Полисти у Книза остался последний резерв - 100 человек.

У гарнизонов опорных пунктов Мостки и Люблино Поле, основу которых после уничтожения здесь частей SS Polizei-Division и дивизии Лаукса составляли подразделения 225-й пехотной дивизии фон Бассе: 377-й пехотный полк, III дивизион 225-го артполка и 225-й сапёрный батальон, начали заканчиваться боеприпасы. При отражении очередной атаки бригады Пугачёва на Любино Поле со стороны оккупантов огонь вели всего 4-5 пулемётов, одна зенитка Flak 30. Миномёты практически молчали. Поняв что к чему, советские командиры установили 20 советских гаубиц на прямую наводку и принялись расстреливать ДЗОТы и огневые точки. I батальон 377-го пехотного полка дивизии фон Бассе за короткий срок потеряли 1/4 своего состава. То же произошло в Мостках с III батальоном 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии Шеде. Его истребляли. Советская артиллерия, не испытывая на Волховском плацдарме недостатка в боеприпасах, открывала огонь при малейшем движении или огоньке. Вели огонь снайперы. Советские артполки, особенно полки Резерва Верховного Главнокомандования, как заведённые продолжили уничтожение статично расположенных войск оккупантов и его артиллерии в 'Волховском рукаве'. Тир. Так 5-я батарея 20-го артполка подлецов в Спасской Полисти потеряла от контрбатарейной борьбы уже последнее орудие. Ночью ей доставили две лёгких гаубицы в конских упряжках. Но одна сразу получила разрыв ствола, убив 5 человек.

Полковник Кёппель, наблюдая непрерывное истребление своих войск и подходящих резервов в Любино Поле и Мостках одновременно с фронта и тыла артогнём, несколькими радиограммами пытался получить разрешение уйди из этих опорных пунктов. Вместо разрешения к нему прорвался на танке, забитом медикаментами, бригадный адъютант Альбрехт и лично передал приказ Кёхлинга: 'Стоять до последнего солдата!' Это означало 'умрите'. Кёхлинг не мог ослушаться приказа с самого верха. К тому же ему сообщили, что с Ленинградского фронта маршем на Любань для затыкания дыр в 'Волховском рукаве' срочно отправлен в качестве сводный батальон 58-й пехотной дивизии, усиленный батареей горных орудий из 158-го артполка этой же дивизии, перевозимых на санях. Ещё Кёхлингу передали в подчинение артиллерию, разведывательный и сапёрный батальоны дивизии фон Бассе. Гитлер всё ещё рассчитывал восстановить 2-ю линию обороны.

На северно-западном фасе прорыва конницы в тыл группы армий 'Север' части 25-й кавдивизии, 59-й стрелковой бригады и лыжбаты, пополнив запасы патронов, снарядов и мин, снова атаковали Большое и Малое Ёглино и повторно их освободили. После этого лыжники завязали бой за платформу Ёглино, а 104-й кавполк перешёл Глебовское болото и в конном строю атаковал деревню Савкино, где окопался 121-й разведбатальон 121-й пехотной дивизии Ванделя. Здесь удалось при минимальных потерях уничтожить застигнутый врасплох гарнизон, привести в негодность много тяжёлого вооружения и захватить богатые трофеи.

11 февраля после недели кровавых боёв за Большое и Малое Ёглино сильно утомлённые 244, 242, 237-й кавполки 87-й кавдивизии Трантина и 98-й кавполк 25-й кавдивизии Баринова двинулись на запад к небольшой деревне Конечки, где раньше проживали в основном финские семьи. Здесь части 407-го и 408-го пехотных полков 121-й пехотной дивизии Ванделя, батальон 122-й пехотной дивизии Мохольца и 225-й сапёрный батальон из группы фон Бассе построили настоящую полевую крепость. Кавалеристам предстояло пройти до Конечков 6 километров по просеке в обход дороги, которую обстреливала артиллерия и бомбили самолёты, а также патрулировали танки и бронемашины. По просеке никогда и никто не проезжал с начала зимы, и снег лежал толщиной с метр. С большим трудом пробивая дорогу собственными силами, всадники ещё кое-как двигались в колонне по одному, но для подразделений с пушками и станковыми пулемётами на колёсных установках просека без расчистки оказалась непроходимой.

По пути в Конечки передовой эскадрон 98-го кавполка кавдивизии Багирова освободил деревушку Пирожки. Одна женщина со слезами радости на глазах вынесла громадный самовар, в котором кипело молоко, и угощала молоком красноармейцев. На душе всем стало грустно и приятно. Грустно потому, что любимую Родину беспощадно грабит враг, варварски разрушает города и сёла. Приятно потому, что час возмездия настал и завоеватели чужого 'жизненного пространства' не выдержали народного, большевистского упорства и, оставляя громадное количество трупов своей армии, покатились на Запад. Не откладывая дело в долги ящик, в конном строю конники передового кавполка кавдивизии Багирова ворвались в Савкино, порубив 'в капусту' на улицах спасающихся бегством 80 солдат команды выздоравливающих из дивизии Махольца:

Комдив-25 Баринов сам лично храбрый. Из семьи сельского ремесленника. В революцию ему исполнилось 12 лет. В юношестве плотник. В армии с 1927 года. Окончил Тверскую кавшколу. Служба в войсках: комвзвода, начальник полковой школы, помначштаба полка. В партию большевиков вступил в 1931 году. Закончил академию Фрунзе. В качестве помначразведотдела 3-го кавкорпуса принимал участие в Освободительном походе в Западную Белоруссию в 1939 году. Как начразведотдела штаба 6-го мехкорпуса участвовал в 3,5-месячном Финском походе Красной Армии. С февраля 1941 года начразведотдела штаба 26-й армии Киевского Особого военного округа. На второй день после вероломного нападения гитлеровцев и их союзников 22 июня Баринов занимался организацией контрудара по Перемышлю.

В 4:10 утра 22 июня 1941 года после артподготовки, от которой в городе начались пожары, гитлеровцы начали атаки на мосты через реку Сан, делящую Перемышль пополам. План 'Barbarossa' для быстрой оккупации Украины предусматривал, что 17-я армия подлеца фон Штюльпнагеля быстро захватит мосты через Сан, Перемышль и далее безостановочно станет двигаться ко Львову и Киеву, по пути окружая и уничтожая советские войска, а также вместе с айнзацгруппами советское население, сосредоточиваясь на евреях и большевиках. Фон Штюльпнагель объявил своим солдатам официальный идиотизм, что 'все коммунисты - евреи, а все евреи - коммунисты'.

На мосту через Сан подлецы из 101-й легкопехотной дивизии Маркса сразу же умылись в собственной крови под огнём пограничников 92-го погранотряда 6-го погранполка НКВД и гарнизонов ДОТов 8-го укрепрайона из состава 99-й стрелковой дивизии Дементьева 26-й армии Костенко. Защитники власти Советов отбили на мосту восемь атак пехоты, которые поддерживали артиллерия, миномёты и 'дикие' трофейные французские танки.

После провала атаки мостов Маркс бросился форсировать реку на плотах и резиновых лодках в разных местах, неся и здесь большие потери. Чекисты и гарнизоны ДЗОТов стояли до конца. Замначальника погранзаставы лейтенанта Нечаев, оставшись последним на заставе, отбивался до последнего, а потом взорвал гранатой себя и пятерых подошедших завоевателей.

Малочисленные советские части в городе: роту 66 полка 10-й дивизии войск НКВД, охранявшую мосты через реку, взводы 150-го отдельного пульбата 8 укрепрайона, комендатуру, штаб 99-й стрелковой дивизии Дементьева, заставу Перемышльского 92-го погранотряда подлецы просто завалили трупами в 'мясном штурме'. Малоопытная дивизия Маркса, сформированная за год до этого в Чехии, потеряла за первые сутки войны 470 солдат и офицеров убитыми и пропавшими без вести, более 1200 ранеными, 10 пленными. Это они дело имели пока лишь в основном с НКВД.

И здесь уже стало видно, что не на тех напали. Ночью командир сводного батальона из пограничников и бойцов полка НКВД старшего лейтенанта Поливода направил в Перемышль группы разведчиков. Они захватили несколько 'языков', разведали расположение частей гитлеровцев.

Утром батальон Поливоды, погранзастава 4-й комендатуры, пулемётная рота и противотанковая батарея дивизии Дементьева при поддержке 71-го артполка этой же дивизии начали стремительную атаку на дивизию Маркса. Завязались уличные бои. Сильнее всего успели укрепиться оккупанты на площади Пяти Углов. Из окон четырехэтажного дома они безостановочно били из пулемётов. Пограничники всё же пробрались в здание. Комсомолец Щербицкий выкинул одного из пулемётчиков из окна. Старшина Мальков забросал гранатами подвал. Два появившихся на площади французских танка расстреляли в упор противотанкисты.

К середине дня советскую часть города бойцы НКВД освободили и батальон Поливоды ворвался в немецкую часть Перемышля - город Прёмзель, то есть на территорию собственно генерал-губернаторства Великогерманского рейха, освободив как своих пленных, так и узников гестапо. На второй день войны об освобождении Перемышля сообщила Совинформбюро.

Шесть дней советские герои удерживали Перемышль и ДОТы укрепрайона. Отбивая атаки Маркса, других соединений и частей армии фон Штюльпнагеля, за эти дни бойцы укрепрайона, НКВД и дивизии Дементьева уничтожили 4000 солдат и офицеров, 6 танков, бронемашину, три миномёта, 15 пулемётов, 10 грузовиков, захватили много трофеев. Приказ на отход последовал из-за порыва фон Штюльпнагеля у Львова, где подняли мятеж украинские националисты. На своих местах остались прикрывать отход товарищей гарнизоны ДОТов 8-го укрепрайона:

Для 8-миллионной туши, которой являлся на тот момент Wehrmacht, этот звоночек оказался конечно незаметным, но злая ирония заключалась в том, что командир дивизии, позорно побежавшей на второй день войны на свою территорию, был тот самый генерал Маркс, который разработал по заданию и под патронажем Гальдера план 'Barbarossa' - за 17 недель пройти через Прибалтику, Белоруссию, Москву, Киев на рубеж Волги. Кроме того, предлагалась частная операция с целью захвата Баку. И вдруг такое фиаско! Здесь как в капле воды отразилась будущая судьба всего океана вторжения и плана 'Barbarossa':

После боёв за Перемышль Баринов снова оказался в самой гуще событий. Его 26-я армия под Каневом отбивалась от 1-й танковой группы фон Клейста и командарм-26 Костенко приказал Баринову создать из разрозненных частей трёх дивизий группу для контрудара в тыл группе фон Клейста через село Мироновка. Главный удар Баринов нанёс конно-механизированной группой, которая захватила плацдарм в тылу войскам фон Клейста и в течение семи суток удерживала его, прикрывая отступление армии Костенко через Днепр. В сентябре 1941 года начразведотдела майор Баринов получил назначение на должность начштаба 25-й кавдивизии Гусева. Когда Гусев получил под своё командование 13-й кавкорпус, Баринов стал комдивом-25. Такой получился в Баринове сплав опыта, военных знаний, отваги и преданности власти Советов:

Идущий впереди к Конечкам 98-й кавполк кавдивизии Баранова смог достичь внезапности. Без артиллерии и станковых пулемётов кавалеристы с ходу дерзко атаковали опорный пункт и ворвались в деревню. Завязался уличный бой. Захватили окраину, но из-за контратаки бронемашин не удержались без тяжёлого вооружения и отошли в лес. Этот штурм обошёлся оккупантам в 95 убитых и более 200 раненых. Красная кавалерия являлась элитой Красной Армии и с ней шутки плохи.

Пока подтягивались к Конечкам основные силы кавдивизии, 98-й кавполк из кавдивизии Баринова, стрелковая бригада и лыжники, через болото Круглое обогнули этот опорный пункт и вышли в тыл оккупантам к Вальякке - небольшой деревушке с финским населением. Конечки и Вальякка закрывали дефиле на запад между болтами Глебовское и Кудровское, которое вело к железной дороге Ленинград - Дно. Близко от неё в этом направлении располагался уже штаб 18-й полевой армии Линдеманна. Фон Бассе сразу же в панике начал подтягивать сюда тяжёлую артиллерию, танки и другую бронетехнику. В опорном пункте Каменка - главном в этом секторе обороны, срочно сосредоточилась пехота из 12-й танковой дивизии, 436-й артдивизион - 36 пушек калибра 105-миллиметров leFH 18, а также 289-й артдивизион береговой обороны - 25 французских 150-миллиметровых пушек Schneider 155 L. Здесь также сосредоточилась ещё одна 'сборная солянка' из частей 68-й и 212-й пехотный дивизий, II батальона 2-го полка SS Polizei-Division - группа 'Гравенштайна'. Предстояли тяжёлые бои с этими резервами группы армий 'Север'.

В центре Волховского плацдарма в этот день у Спасской Полисти 'группа Хойн' неоднократно гнала своих солдат в атаки для того, чтобы вернуть себе свой потерянный накануне опорный пункт 'А'. Брошенный в атаку 101-й строительный батальон 'Организации Тодта' понёс очень большие потери. В результате этих боёв бойцы 1247-го стрелкового полка 377-й стрелковой дивизии Цаликова захватили и уничтожили ещё два опорных пункта северо-восточнее Коляжки. Из-за того, что 200 храбрых 'алтайцев' Попова засели на коммуникациях Спасской Полисти у Трегубово, 'крепость' Гитлера и все опорные пункты севернее не получали нормального снабжения, и не могли как следует защищаться.

К Мосткам из Малой Вишеры прибыла агитмашина МГУ политотдела 2-й Ударной армии - семиместный автомобиль высшего представительского класса ЗиС-101 с кузовом 'лимузин', переоборудованный в крытый, обитый жестью фургон. Наверху два нацеленных вперёд рупора. Они обеспечивали слышимость до пяти километров. Командир 'звуковки' - молоденький лейтенант в новеньком кремово-белом полушубке, он же диктор. С ним радиотехник и шофёр.

Лейтенант облюбовал опушку рощи в секторе, где бойцы рыли к Мосткам снежные штурмовые траншеи. Однако командование проводить передачу отсюда не разрешило: огонь фрицев мог сорвать подготовительные работы штурмовых групп. Машина переехала южнее и заняла позицию между Мостками и Любино Поле примерно в километре от передовых траншей захватчиков.

Вещание началась по-немецки с информации о позорном бегстве гитлеровских полчищ из-под Москвы, о провале разрекламированной на весь мир стратегии 'Blitzkrieg'. Затем диктор рассказал о положении на Волховском фронте:

- Советские кавалеристы, танкисты, лыжники уже в 60-70 километрах западнее Волхова. Любино Поле, Мостки - в глубоком тылу. Сопротивление бесполезно:

Поначалу фрицы огрызались пулемётными очередями. Видимо, для того чтобы заглушить передачу. Затем начали обстрел из миномётов.

- Rettet euer Leben! Gebt euch gefangen! Спасайте свою жизнь! Сдавайтесь в плен! - призывал завоевателей лейтенант. - Зачем стреляете в нас? Мы такие же крестьяне и рабочие, как вы! Зачем умирать за Гитлера? Переходите к нам! Мы пленных не расстреливаем! Геббельсовская пропаганда - наглая клевета на Красную Амию...

На закуску лейтенант включил музыку. Под аккомпанемент разрывов мин зазвучали штраусовские вальсы. Наконец целая и невредимая 'звуковка' укатила в сторону Мясного Бора. Такие вот первые робкие шаги новой разновидности политработников Красной Армии - 'радиосолдат'.

- И наши рупористы, и те, что на машине с громкоговорителями разъезжают, всё это артель 'Напрасный труд'. - сообщил товарищу своё мнение один из бойцов, роющий снежную галерею в сторону Мостков. - Не разложатся они. Солдатня оболванена, а офицерьё сплошь фашисты:

- Фрицы разлагаются только в земле. - ответил ему товарищ.

Да, в феврале 1942 года ещё рановато казалось ждать от советской пропаганды сиюминутной отдачи. У солдатни капиталистов ещё не прошло опьянение от успехов первых месяцев войны, отдельные неудачи они считали временной заминкой. Добровольные сдачи в плен пока являлись ещё большой редкостью. И всё же, если представить себя на месте солдат и офицеров оккупантов, окружённых в приволховских деревушках? Это разве есть тот 'Blitzkrieg' - за 3,5 месяца до Урала, как обещал Гитлер их уже убитым предшественникам в их дивизиях? Получив правдивую информацию о положении на фронтах и сопоставив её со своим отчаянным положением, они не могли не задуматься. Советские передачи постепенно приучали их критически относиться к геббельсовской пропаганде. Вода камень точит.

Любое большое дело начинается с чего-то малоприметного, на первый взгляд, незначительного. Всему своё время. Советская пропаганда среди войск оккупантов вполне могла внести весомый вклад в дело победы. Но эта большая, сложная и кропотливая работа требовала опыта, материальной базы. Требовалось воспитать кадры, обеспечить спецподразделения радиоаппаратурой и транспортом. Во главе этой работы стоял железный Мехлис и не было повода сомневаться в том, что она станет успешной:

Под постоянными атаками и обстрелами командир обороняющихся в Любино Поле и Мостках войск полковник Кёппель всё-таки с риском для карьеры и даже жизни решился нарушить приказ Гитлера. Он отдал приказ на следующий день остаткам войск в опорных пунктах Любино Поле и Мостки идти на порывы в Спасскую Полисть. Тяжёлое вооружение, технику без горючего Кёппель приказал вывести из строя, тяжелораненых бросить. Это означало добить их. Оккупанты знали о приказе Гитлера и понимали, что Кёппель его нарушает, но своя шкура дороже.

Прорыв из Любина Поля в Мостки и далее к опорному пункту 'Паук' возглавляли около 500 солдат I батальона 377-го пехотного полка. Следом за ними собрались двигаться остатки других частей и подразделений. Под пулемётным огнём советских заслонов бегущие оккупанты понесли большие потери. Их движение шло под огнём преследующих их лыжников. Остающиеся в Любино Поле оккупанты оказались обречены.

У Волхова на северном фасе плацдарма советские части провели атаку на Дымно. Опять без успеха. После опустошительных обстрелов оккупанты снова успели загнать туда на верную смерть своих солдат. У Званки также продолжались бои. Вёлся обстрел Чудово. Ситуация для советских героев осложнялась тем, что на северном фасе Волховского плацдарма сплошного фронта крайний 1247-го стрелковый полк 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова не имел. От 1-й до 2-й роты его 3-го батальона, занимающего оборону от Волхова у Дымно до ручья Боревой фронтом на северо-восток в двух километрах южнее Залозье - расстояние 3 километра. От 3-го батальона до позиций 2-го батальона - 800 метров. От 1-й до 2-й роты 2-го батальона, занимающих оборону фронтом на север - 2,5 километра. От 2-й до 3-й роты этого батальона - 2,0 километра. И только 1-й батальон, занимающий оборону фронтом на запад напротив 'Волховского рукава', не имел разрывов во фронте за счёт большого количества построенных ДЗОТов.

Линдеманн из-за больших потерь продолжал лепить и тасовать временные соединения для обороны 'Волховского рукава'. Глушицу и Приютино западнее 'Волховского рукава' заняли резервные подразделения. Остатки 215-й пехотной дивизии и 'бригады Кёхлинга' влились в 61-ю пехотную дивизию и получили название 'группа Хейнике'. Правее неё сформировалась 'бригада Шайдис'.

В ночь на 12 февраля из опорного пункта Мостки в центре Волховского плацдарма начали удирать остатки III батальона 3-го полка SS Polizei-Division. За ними готовились бежать III батальон 284-го пехотного полка 96-й пехотной дивизии и остатки других подразделений. Началось бегство из Любина Поля и солдат дивизии фон Бассе. Завоеватели испили тут сполна чашу страданий и поражений. Вот смотрит на уходящего эсэсовца его раненый подельник тускнеющими глазами, и носа у него практически нет, и лицо отморожено, и не может двигать челюстью, худой и обросший. Вынести взгляд невозможно. Мучается, взглядом вымаливая пулю. Другой свалился сам и уйдёт в спасительное небытие через десять-пятнадцать минут... Спасти невозможно: необратимый процесс умирания, все конечности отморожены: Один солдат так же испуганно смотрит в глаза раненому, который стоит на четвереньках. Оба смотрят то в глаза друг другу, то на пистолет, который в руках у солдата. Немец даже кивнуть не может, закоченел. Глазами моргнул: 'Да...' Солдат выстрелил ему в висок... Человек уже мёртвый, а не падает - смерзся. Стоит как 'козлина', как 'скамейка'. Довоевались завоеватели за своих капиталистов!

А в это время у 'мясника' Кёхлинга в блиндаже настоящие апартаменты. И кухня, и спальня, и туалет тут! Духами пахнет. Разные напитки и в бутылках, и во фляжках, и в термосах. Кофе горячий. Порнографические открытки. В коробке - на одной из двухспальных кроватей - собачка. Лохматая, с ослепительно белой кудрявой шерстью. Холуи капиталистов, те, что гонят на убой пушечное мясо, устраиваются и здесь не плохо:

Начавшаяся 25 января битва за опорные пункты Любино Поле и Мостки невзирая на личное вмешательство Гитлера, подошла к концу. Wehrmacht её проиграл. 2-я линия 'Волховского вала' не восстановлена. Захлебнулись своей чёрной кровью убийцы Гитлера. Они в значительной степени растеряли прошлогоднюю мощь, позволявшую, заваливая оборону массой техники и людей, гарантировано прорываться в нужном для них месте. Попытка отрезать ушедшие отсюда по просекам в рейд по тылам группы армий 'Север' кавкорпус Гусева и лыжбаты провалилась. Опорные пункты Мостки и Любино Поле на шоссе Чудово - Новгород, ставшие огромными кладбищами немецких солдат и всевозможного вооружения - утрачены.

Однако и самовольно подготовленный Кёппелем организованный прорыв для выхода из окружения сорвался. После артподготовки, в которой приняли участие 45 советских орудий от 76 до 203-миллиметрового калибра включительно, части 468-го стрелкового полка 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского вместе с бойцами 22-й 'харьковской' стрелковой бригадой Пугачёва ворвались на позиции 'группы Вернера' в опорных пунктах Любино Поле и Мостки. Бойцы Рогинского и Пугачёва устроили 'группе Вернера' форменное побоище. Одна из рот I батальона 377-го пехотного полка, почти не имеющая боеприпасов, оказалась истреблена поголовно.

Около 800 подлецов из различных подразделений гарнизонов Любина Поля и Мостков неорганизованной толпой кинулись в направлении Спасской Полисти и опорного пункта 'Паук'. При этом эсэсовцы III батальона 3-го полка SS Polizei-Division добили 30 своих тяжелораненых. Рассчитывали бегущие на то, что от Мостков до Спасской Полисти всего 4 километра, а до ближайшего опорного пункта и того меньше. Дорога Ямно - Мостки - Ольховка для снабжения войск Клыкова, ушедших в прорыв на запад, оказалась теперь свободна. Планы Гитлера окружить прорвавшиеся на запад войска Клыкова и сбросить плацдарм в Волхов потерпели крах.

Невзирая на потери, озверевшие оккупанты прорвались из Любино Поле через заслоны 468-го стрелкового полка 'ленинградцев' к Мосткам, и оказались в тылу у 'харьковчан', блокирующих Мостки. Солдаты в бой шли из-под палки. Офицеры подгоняли их выстрелами из пистолетов, фельджандармы гнали стрельбой над головами из автоматов. Все приняли наркотик 'Pervitin'. 'Харьковчане' не растерялись и встретили атаку сосредоточенным пулемётным и миномётным огнём с опушки леса около 'Лесопункта'. Атака захлебнулась и оккупанты стали разбегаться в разные стороны, бросая оружие. К опорному пункту 'Паук' они брели по заснеженным просекам несколькими большими группами. Их колонны растянулись, облегчая советским воинам атаку на них.

К 11:00 группа из 150 эсэсовцев, бегущих от Мостков по ручью Горевой на север, также вышла через отметку 32,2 в тыл 22-й стрелковой бригады у 'Лесопункта'. Советские герои из 165-го 'пермского' отдельного лыжного батальона, быстро пройдя по лесу на лыжах 3 километра, преградили эсэсовцами дорогу в районе западнее 500 метров от опорного пункта 'Паук' на отметке 37,8. Одновременно с юго-востока начали появляться другие группы оккупантов, общим числом не менее трёх пехотных батальонов, бегущих по просекам в общем направлении на северо-запад. 'Пермяки' перекрыли им путь на разных участках.

Подлецы в 'Пауке' ожидал в этот день всего лишь свою разведгруппу из Мостков и для них появление остатков гарнизонов опорных пунктов оказалось полной неожиданностью. Они открыли по колоннам сильный миномётный огонь считая, что это очередное советское наступление. Тем временем в лесу разгорелся ожесточённый бой. 'Pervitin' и шнапс против самозарядных 'Светок' СВТ-40 и ППШ. 'Пермяки' умело уничтожали у опорного пункта 'Паук' группы и одиночек из III батальона 3-го полка SS Polizei-Division. Для лесного боя наличие большого количества ППШ всегда более чем кстати. Вскоре к месту боя просочились другие группы оккупантов. В бою с втрое превосходящим врагом подразделения 'пермяков' имели потери, но враг не прошёл.

В это время 1-й отдельный стрелковый батальон 'харьковчан' задержал подлецов в ДЗОТах у Мостков, отрезав им путь отхода на северо-запад. Бегущие не смогли прорваться через 'пермяков' в опорный пункт, по которому кроме всего нанесла удар советская дальнобойная артиллерия. Тогда подлецы ударились в бегство на юг к 'большой поляне' с бараками. Здесь их тоже встретили огнём подразделения 1-го отдельного стрелкового батальона. Некоторое время подлецы оборонялись на северо-восточном углу 'большой поляны', затем под миномётным огнём рассеялись, и группами численностью до взвода и меньше разными путями стали искать обходные пути на север к 'Пауку'. Бой продолжался весь день и на поляне, и в лесу, распавшись на множество мелких стычек. Возможность подсчитать убитых оккупантов не представлялось возможным. Трупы валялись по всему лесу. Пленных всего двое - унтер-офицер и рядовой.

Спастись после этого лесного побоища удалось немногим. В Спасскую Полисть вернулись 93 солдата и офицера из III батальона 3 полка SS Polizei-Division, 92 человека из III батальона 284-го полка 96-й пехотной дивизии, 101 человек из I батальона 377-го полка, одиночки из других подразделений. Вид они имели ужасный. В пилотках, натянутых на самые уши, вокруг голов накручено грязное тряпьё. Подпоясаны верёвками или телефонными проводами. От обуви ошмётки. Многие передвигались, опираясь на костыль или палку. Почти у всех обморожены ноги, ногти на пальцах отваливались, что причиняло сильные страдания. Вот как воевал Wehrmacht на Волхове:

После того, как 'харьковчане' и 'пермяки' уничтожили и рассеяли идущих на прорыв, они повели зачистку леса западнее Спасской Полисти вплоть до опорного пункта 'Паук'. Взято ещё 15 пленных, часть из них ранены и обморожены.

Спасская Полисть по-прежнему под обстрелом артиллерии. Прямым попаданием у 'белого дома' разрушена очередная землянка. Оттуда выскочило 40 человек фашистов, которые с дистанции 150 метров уничтожены пулемётным огнём. На плечах бегущих рота 'харьковчане' из бригады Пугачёва ворвалась в Спасскую Полисть. Гитлеровцам с огромным трудом и потерями удалось её оттуда выбить.

Более 1500 трупов оставили оккупанты в районе Мостков и Любино Поле, 'Лесопункта' и просек, ведущих на север. Ещё около 600 заиндевевших трупов бросили оккупанты в штабелях на огородах и в погребах в Мостках и Любино Поле из числа тех, что Кёппель не успел заранее вывезти. И ещё одно - гитлеровцы убили почти 60 своих тяжелораненых. Wehrmacht, как зеркало капитализма, не интересовался теми, кто уже не мог встать в строй.

В Мостках оккупанты бросили 16 орудий разных калибров, 11 танков Pz.Kpfw.II и III подбитых и исправных, 12 тягачей Umbau von Pz.Kpfw.35R(f) и Sd.Kfz.10, 27 грузовиков, 7 вездеходов 'кюбельваген', 12 миномётов, 65 пулемётов различных стран и систем, более 600 винтовок, 45 автоматов, 4 рации. В Любином Поле трофеев оказалось поменьше, но список тоже впечатлял. Сосчитать технику, транспорт и вооружение брошенное оккупантами в лесу не удалось.

Страшную картину наблюдали освободители в месте, где раньше стояли русские деревни Любино Поле и Мостки. Страшные картины вдоль шоссе от Любино Поле через Мостки до Спасской Полисти. Громадные очаги пожарищ, поля кладбищ с рядами берёзовых крестов с каскам-кастрюлями, изрытая воронками авиабомб и снарядов земля, зубья обгоревших стволов деревьев. Повсюду остовы грузовиков, повозок, сожжённые танки, разбитые пушки, развороченные ДЗОТы, землянки, поваленные телеграфные столбы, клоки колючей проволоки. Ну и конечно штабели замороженных изувеченных полуголых трупов в обрывках мышиных мундиров:

Русских деревень Мостки и Любино Поле более не существовало. Мостки и Любино Поле стали урочищами, огромным немецким военным кладбищем. Освободить удалось лишь место, где раньше стояли эти деревни. Подлецы, уничтожая советский народ, русских, славян, с особым тщанием разрушали их населённые пункты и отдельные строения не только прямо уничтожая поджогами, подрывами, через вандализм, но и оборудуя в них свои опорные пункты и огневые точки. Не своё - не жалко! Советские войска, отступая в прошлом году в большинстве случаев избегали занимать оборону в своих населённых пунктах, городках, сёлах, деревнях, чтобы по возможности не подвергать их разрушению в ходе боёв, не оставлять людей бездомными, не лишать нажитого тяжёлой жизнью, не рисковать их жизнями. Это снижало стойкость в обороне. Для гитлеровцев такой проблемы естественно не существовало:

Войска западных капиталистов в соответствии со своим планом 'Ost' цель имели ровно обратную - делать людей бездомными, лишать их имущества, вести дело к их гибели. Использовать дома советских, русских людей как ДОТы, вынуждая советских, русских же людей их разрушать артиллерией и авиацией - прямое следствие человеконенавистнических основ фашистских наймитов капиталистической мировой верхушки.

Так или иначе, все надежды подлецов восстановить целостность фронта контрнаступлением через свои опорные пункты, с треском провалились. Wehrmacht не выполнил приказа своего Главнокомандующего Гитлера об организации снабжения опорных пунктов Мостки и Любино Поле и восстановлении на их основе целостности линии обороны от Спасской Полисти до Мясного Бора с последующей ликвидацией Волховского плацдарма. Впрочем, эти неудачники под Москвой и Ростовом-на-Дону вообще провалили директиву No.21 'План 'Barbarossa'', что уж тут крохотные точки на карте - Мостки и Любино Поле?!

Севернее Спасской Полисти по обе стороны Трегубова также прошли советские атаки с запада и одновременно с другой стороны - из Кривино и Ольховских Хуторов. С востока Трегубово атаковала 377-я стрелковая дивизии Цаликова, с запада 111-я стрелковая дивизия Рогинского. При этом войска 'бригады Кёхлинга' продолжала громить артиллерия РГК.

С победой Мерецкова у Любино Поле и Мостков ситуация для Линдеманна значительно ухудшилась. Потери стремительно нарастали. Погасла последняя надежда закрыть прорыв. Клыков быстро вытягивал на себя войска, накопленные для штурма Ленинграда. Мерецков стремился отрезать весь участок 'Волховского рукава' до Трегубово. В случае успеха это сулило освобождение Чудово. Разгром опорных пунктов Любино Поле и Мостки, а также большие потери при обороне 'Волховского рукава' снова привели штабы оккупантов в состояние бурления скисших дрожжей. Остатки 'бригады Кёхлинга' подчинили 'группе Хёнике'. Кёппеля за бегство из Любина Поле и Мостков отстранили от должности. Костяком 'группы Хёнике' стала 61-я пехотная дивизия и её штаб во главе с её командиром генерал-лейтенантом Хёнике. 'Группа Хёнике' в свою очередь подчинялась 215-й пехотной дивизии Книза так же, как и ранее ей подчинялась 'бригада Кёхлинга' и вновь созданная из двух полков 61-й пехотной дивизии 'бригада Шайдиса'. Ранее дивизия Хёнике занимала фронт на Волхове южнее устья реки Тигода. Теперь там остался её усиленный 151-й пехотный полк, а всё остальные части двинулось к 'зоне смерти' между опорными пунктами Спасская Полисть и Трегубово. В подчинении Хёнике для строительства новых ДЗОТов и блиндажей вместо разрушенных Линдеманн передал дополнительные строительные подразделения 'Организации Тодта'.

Получив фронт обороны на западном фасе 'Волховского рукаве' в районе Ольховка - Сенная Кересть, 'бригада Шайдиса' приняла часть фронта 254-й пехотной дивизии, батальоны которой понесли очень большие потери в боях за Спасскую Полисть. 'Бригада Шайдиса' предназначалась для атак в южном направлении и новых попыток закрытия прорыва и окружения прорвавшихся на запад советских войск. Но этого не случилось. Наоборот, бригаде сразу же пришлось с трудом обороняться от многочисленных атак. За Ольховку началось жестокие бои, и она неоднократно переходила из рук в руки.

Остатки 'группы Кёппеля' перешли в 'группу Бёме', которая вместе с 'группой Арнинга' и 'группой Кольберга' теперь подчинялась группе командира SS Polizei-Division штандартенфюрера SS Вюнненберга. Эсэсовец получил приказ подготовить исходные позиции в районе 'большой поляны' для нового наступления на юг с целью окружения армии Клыкова. Часть 'группы Хойн' срочно отошла для восполнения потерь в Спасской Полисти от огня советской крупнокалиберной артиллерии.

На восточном фасе 'Волховского рукава' бойцы 377-й стрелковой дивизии Цаликова тем временем полностью уничтожили во время позиционных боёв оккупантов в новом опорном пункте напротив деревни Коляжка. По Дымно и Званке на северном фасе Волховского плацдарма советская крупнокалиберная артиллерия по-прежнему вела огонь.

На западном фасе прорыва кавкорпуса Гусева к деревне Конечки подошли 'огневики' передовых ковполков 87-й кавдивизии Трантина. Здесь окопалась 'группа Хардов': батальон 122-й пехотной дивизии, 225-й сапёрный батальон и разное тыловое 'пушечное мясо'. Пулемётчики, миномётчики, пушкари Трантина торопились как могли. Вооружившись чем только можно, топорами, пилами, кавалерийскими клинками, артиллеристы по-суворовски метр за метром проложили дорогу через лес к выбранным позициям. Оружейники разобрали 45-миллиметровые пушки, пулемёты, миномёты части и везли их вьюками, даже несли на руках, как во время суворовского перехода через Альпы. Лишь бы поскорее выдвинуться на огневые позиции.

Небо словно кто-то протёр: оно чистое-чистое. Мороз крепчает. Личный состав третьи сутки проводил в снегу, не имея возможности обогреться и отдохнуть. Имелось случаи замерзания. Из-за отсутствия фуража и воды начался массовый падёж конского состава. Конники метр за метром прокладывали дорогу, продвигая орудия, миномёты и станковые пулемёты. Первым достиг назначенного рубежа пулемётный эскадрон. Вслед за ним стали подтягиваться миномёты и артиллерия. Расчистили в лесу сектора обстрела, огневые позиции.

Пока к деревне Конечки подтягивались огневики, в 7 километрах западнее передовые подразделения Трантина освободили Глебово и двинулись дальше. У Порожков они остановились, натолкнувшись на подготовленную оборону. Передовые отряды однако прошли по болоту ещё 6 километров западнее до дороги севернее Озерешно. Здесь, в тылу группы армий 'Север', сплошная оборона отсутствовала. Впереди станция Новинка стратегически важной для фон Кюхлера железной дороги Ленинград - Дно. Но кавдивизии 13-го кавкорпуса Гусева почти исчерпали в глубоком рейде свои наступательные возможности. Лесные лагеря наступающих войск - шалаши и покрытые снегом палатки, в основном без печек. Люди долгое время без обогрева, сна, нормальной пищи, бани, смены нижнего белья. Чудо-богатыри тоже ведь не из железа! Они отдалились по бездорожью от Волховского плацдарм на 50 километров и по схеме снабжения 'на себя' уже не могли обеспечить себе подвоз продовольствия, фуража, боеприпасов. Центр прорыва через реку Волхов находился в деревни Ямно. Отсюда начиналась центральная дорога для переброски войск и снабжения, идущая между деревень Мостки и Любино Поле. Гусеву и Клыкову уже просто не хватало войск и транспортных возможностей чтобы продвинуться дальше.

Всё сильно осложнилось ещё и тем, что кавкорпус Гусева и лыжники действовали большим количеством боевых групп и тыловых частей в обширном треугольнике со сторонами в 50 километров в лесистой местности, и прикрыть их части истребителями, помочь им штурмовиками, снабжением с самолётов ВВС Волховского фронта не имели возможности. При недостаточном прикрытии истребителей и зениток, в светлое время суток активные действия напичканных препаратом 'Pervitin' лётчиков Luftwaffe серьёзно затрудняли перемещения кавалеристов, лыжников и идущей к ним на помощь пехоте. На снабжение это тоже действовало самым пагубным образом. Весь световой день - налёты. Правда, бомбы, попадая в болото, рвались на большой глубине и осколки причиняли мало вреда. Камуфлеты. Но случались и прямые попадания, хотя и редко. В такой ситуации больше всего страдали лошади. Человек может укрыться, лечь ничком, а лошадь - нет. Теряя лошадей, Гусев терял своё главное преимущество - подвижность. Лишённые конского состава, кавполки могли стать пехотой, но гораздо менее вооружённой тяжёлым оружием, чем полки стрелковые, не говоря уже о вопросах снабжения.

И вот началось неизбежное контрнаступление резервов группы армий 'Север'. От Каменки на Ёглино пошли как таран 6 французских танков Hotchkiss H35, за ними густыми цепями пехота 'группы фон Коблински': III батальон 409-го пехотного полка дивизии Махольца, мотопехота из 12-й танковой дивизии и всякое тыловое 'пушечное мясо'. 'Сорокопятки' конников не могли пробить 32-миллиметровую лобовую броню Hotchkiss H35. Эти французские танки французская армия по условиям перемирия 1940 года передала в Wehrmacht в исправном виде в количестве 800 единиц. Остальные 300 таких танков гитлеровцы взяли сами. Эти тихоходные танки сопровождения пехоты не годились для использования вместе с более быстрыми немецкими и чешскими танками в танковых и моторизованных дивизиях во время прорывов, однако широко применялись при прорыве обороны на границе 22 июня 1941 года и далее, а также при охране дорог, аэродромов, штабов, складов, при борьбе с партизанами.

Танки Hotchkiss H35 по 10-15 машин обязательно прихватывали с собой немецкие пехотные дивизии, возвращающиеся из Франции в 1940 году и формируемые там позже. Такие танки Гальдер называл 'дикими' - они не числились штате, как и другая прихваченная из Франции бронетехника, транспорт, вооружение. Однако ни OKW, ни фюрер не возражали. Wehrmacht официально использовал более 12 000 единиц французской бронетехники. В том числе и Hotchkiss H35, имеющие обозначение Pz.Kpfw.35R(f). Тысячей больше, тысячей меньше. Кто её считает? Всё равно техника как дрова в камине горит на Восточном фронте:

Из Каменки по позициями кавалеристов и лыжников вели непрерывный огонь 36 пушек калибра 105-миллиметров leFH 18 и 25 французских 150-миллиметровых пушек Schneider 155 L. Вокруг советских позиций повсюду глубокие пепельно-серые воронки. Стволы деревьев иссечены и почернели. В воздухе пахнет горелой взрывчаткой и болотной затхлостью. Из-за применения береговой артиллерии и толстолобых французских танков конникам и лыжникам пришлось временно оставить платформу Ёглино, Малое и Большое Ёглино.

На реке Оредеж перешли в контрнаступление от Филипповичей в направлении Паншино и Волкино сводные наземные части Luftwaffe. Эти деревни защищали различные подразделения 48 и 50-го 'свердловских' лыжбатов и 95-й 'пермский' лыжбат. Пулемёты и миномёты лыжников уложили пьяных и 'напервитиненных' солдат захватчиков в снег в 300-х метрах от деревень. Несколько раз поднимали их унтер-офицеры в атаку пинками и стрельбой над головами из пистолетов, но каждый раз те падали в снег. Баррикада из мертвецов всё росла. 'Свердловчане' и 'пермяки' стреляли отлично ещё до войны. И теперь вели плотный прицельный огонь.

Когда гитлеровские авиаторы во время 'психической атаки', вернее атаки без стрельбы из-за того, что во время лежания в снегу и перестрелки у них кончились патроны, все-таки оказались на окраине Волкино, отличился красноармеец Михайлов из 48-го 'свердловского' лыжбата. Он забрался на чердак одного из домов со своим ручным пулемётом ДП и оттуда стал косить авиаторов. Когда враг побежал, Михайлов выдвинулся следом и поддержал контратаку. Всего в этот день авиаторы Luftwaffe потеряли убитыми, ранеными и обмороженными более 300 человек, при этом большая часть раненых пролежала до утра на поле и замёрзла. Лыжники потеряли убитыми 12 бойцов.

За опорные пункты в деревнях Конечки, Совкино, Глебово, Абрамово тоже разыгрались настоящие сражения с участием нескольких тысяч человек с обеих сторон. На помощь эскадронам Транрина у деревни Конечки уже подоспели артиллеристы и пулемётчики. Несмотря на 25-градусный мороз артиллеристы остались в одних ватниках, стволы орудий и миномётов раскалились докрасна. Деревня Конечки десять раз переходила из рук в руки! Финское население бежало оттуда куда глаза глядят. Фашисты из 'группы фон Бассе' потеряли здесь два танка, две бронемашины, бронетранспортёр, более 2000 солдат и офицеров убитыми и ранеными. Внезапная оттепель превратила болотисто-лесную местность юго-западнее Чудово в трясину, сильно осложнив ведение боевых действий и сделав невозможным передвижение техники.

В этот день советская лыжная разведка из 170-го отдельного лыжного батальона появилась в глубоком тылу группы армий 'Север' перед станцией Новинка на железной дороге Ленинград - Оредеж. Примечательный момент. Примерно в 20 километрах северо-западнее от Новинки в Сиверской находилось логово Линдеманна - командный пункт 18-й полевой армии. До пригорода Ленинграда города Пушкин - бывшее Царское Село, отсюда 60 километров. До Волховского плацдарма по прямой 80 километров. Это максимальная глубина проникновение 2-й Ударной армии Клыкова в тыл группы армий 'Север'. Самолёты-разведчики 1./NAGr 5 из 1-го Воздушного флота Келлера пыталась разглядеть хоть что-то в густых лесах у Новинки: сколько здесь советских войск, сколько идут следом. Но тут леса густые, малое количество населённых пунктов и дорог. Большая часть суток - сумерки или ночная тьма. Поди, разбери чего-нибудь!

Когда Гитлер узнал о произошедшем, у него случился очередной нервный припадок. Ещё бы! Под Демянском окружение, под Вязьмой критическая ситуация, часть группы 'Центр' может оказаться в окружении, на Донбассе критическая ситуация. И теперь ещё и тыл группы армий 'Север' под угрозой! Гитлер орал по телефону на фон Кюхлера так, что чуть глаза не вылезли из орбит. Командующий группы армий 'Север' и сам едва не рыдал. По крайней мере мешки под его глазами разрослись до размеров небольших древесных грибов, а рыбьи глаза убийцы стали излучать леденящий страх.

После того, как армейская разведка фон Бока и авиаразведка Геринга провалились под Москвой, не обнаружив 15 новых советских дивизий, и эти дивизии вместе с уже имеющимися неожиданно напали на Wehrmacht, от Сталина всего чего угодно можно было ожидать! Ужас! 1,1 миллион красноармейцев внезапно напали на 1,7 миллиона гитлеровцев под Москвой. Красная Армия имела под Москвой 7600 артиллерийских орудий, Wehrmacht имел почти вдвое больше - 13 500 артиллерийских орудий, но не помогло. Красная Армия имела под Москвой 774 танка, Wehrmacht имел 1170 танков. Не помогло. И только по 'уничтоженной на спящих аэродромах' своей авиации 'трижды уничтоженная в котлах' Красная Армия превосходила Wehrmacht: 1200 советских самолётов против 600 фашистских. Это, естественно, усугубило ситуацию.

- Большевики забросали нас трупами! - вопил Геббельс по поводу разгрома своих войск под Москвой.

-Такого не бывает! - разводили руками временные капиталистические англо-американские союзники большевиков. - Это неправда!

Тогда Сталин предъявил капиталистам дороги Подмосковья, заваленные брошенной вражеской техникой и штабели вражеских трупов. Капиталисты смягчились и приняли позицию классово близкого Геббельса: 'Большевики забросали немцев трупами!' Подлецы одним миром мазаны! Как можно забросать трупами врага, превосходящего тебя численно? Этого светилы капиталистической военной науки не пояснили. Они, наверное, перепутали с тем, как наступал Wehrmacht 22 июня 1941 года, имея в приграничной 40 километровой полосе преимущество в численности в разы: 5,5 миллиона гитлеровцев против 0,4 миллиона советских войск. Когда исчерпалась фора вероломного нападения и Wehrmacht начал вести войну в Красной Армией на равных условиях, тут-то и выяснилось, что капиталистический военный исполин Wehrmacht зиждется на гнилом стратегическом, техническом и организационном фундаменте. Про морально-нравственные аспекты можно даже не упоминать. Армия грабителей и убийц против армии патриотов. Конечно у Гитлера истерика из-за 'унтерменшей' в 20 километрах от штаба Линдеманна, а у фон Кюхлера глаза на мокром месте!

До контрнаступления под Москвой Красная Армия 'внезапно напала' на Wehrmacht под Ростовом-на-Дону, одновременно с контрнаступлением под Москвой она 'внезапно напала' на Wehrmacht под Тихвином, затем под Демянском и на Донбассе. И вот теперь Волхов! Затерроризировали большевики объединённых европейцев! Не стали проигрывать Гитлеру войну, как сделали это капиталисты Польши, Франции, Греции и других стран!

Но и до, и после всех этих 'неожиданных нападений' Красной Армии на Wehrmacht, Гитлер, его генералы, их кукловоды - международные банкиры гипнотизировали друг друга и внушали себе, что все 'неожиданные' победы Красной Армии достигались лишь с помощью принуждения, жестокости, заградотрядов, и позади полуголодных, не экипированных и почти безоружных красноармейцев шли войска НКВД и под страхом смерти заставляли красноармейцев воевать. После победы под Ростовом-на-Дону, под Москвой, Тихвином, успехов на Донбассе, у Демянска, Вязьмы, казалось, что кровавый Wehrmacht - колосс на глиняных ногах! Пара сильных ударов по этим ногам и Wehrmacht начнёт разваливаться как Великая армия Наполеона. Однако масштабов кооперации международных промышленно-финансовых центров капиталистического мира, которые напряжённо работали для того, чтобы Wehrmacht восстановил свою боеспособность в январе - апреле 1942 года, никто себе даже представить не мог...

Прошло 30 суток с того момента, как 13 января началось наступление 2-й Ударной армии Клыкова через Волхов, но он по-прежнему диктовал свои условия. Разобравшись кое-как с организацией 'линии Линдеманна', фон Кюхлер, чтобы предотвратить дальнейшее продвижение передовых советских отрядов к Луге и Ямбургу в западном и юго-западном направлениях, подчинил 285-й охранной дивизии фон Плотто все охранные части, вспомогательную полицию SD, строительные части 'Организации Тодта', части автомобильной организации NSKK, сборные батальоны, созданные из наземного персонала 1-го Воздушного флота Luftwaffe.

Но с чего вдруг такая паника в гитлеровских штабах? Что произошло? Многочисленные советские отряды малой численности, множество тактических групп небольшой численности провели разведку, порой и боем, вскрыли слабые места обороны немецко-фашистских войск и устремились в эти слабые места, устроив хаос в тылах оккупантов. В результате гитлеровцев отбросили на сотню километров. Эти действия не подпадают под определение 'закидали трупами', однако именно этот термин начинал активно появляться в гитлеровской пропаганде после отступления войск группы армий 'Север'. Причина проста - это так капиталисты и их фашистские слуги объясняли своим гражданам произошедшее. Мол, они нас трупами завалили. На каждого нашего погибшего приходились десятки их погибших, наши пулемётчики сходили с ума, кося пулемётами колонны русских, и под этим невероятным воздействием нам пришлось отступить. Азиатские варвары, чего с них взять? Правда, по странному стечению обстоятельств не сохранилось никаких фото и кино-доказательств заявленных гор русских трупов на местах боёв. Видимо, в немецкой армии тогда не нашлось ни одного фотоаппарата, хоты на руках имелось тысяч фотоаппаратов типа Leica II. Понятно, что немецкий аппарат Leica II стоил более 2000 марок и был доступен немногим, ведь немецкий рабочий получал 100-120 марок, а советский полностью аналогичный ФЭД в 1937 году стоил 712 рублей, и его себе на одну зарплату мог себе позволить сталевар или майор, но не до такой же степени!

Не оказалось ни одной подтверждённой фотографии или киносъёмки, где можно увидеть применение Красной Армией тактики 'заваливание трупами'. Притом, что Wehrmacht и SS с первого дня вероломного нападения очень хорошо оснащались фотоаппаратами и оставили массу снимков, даже цветную киносъёмку оставили. Дело дошло до того, что осенью 1941 года Гиммлер, спохватившись, что война вовсе не выиграна, а фото представляют отличный материал для обвинения в военных преступлениях, специальным приказом запретил SS делать фото, например, расправ над мирными жителями. Не сильно помогло, кстати, этот запрет нарушали. А вот нормальных фото 'орд безумных красноармейцев' никто сделать не смог... Не было их, вот и не запечатлели: Только языком трепали и бумагу изводили. Правильно! Язык без костей, а бумага всё выдержит.

Несмотря на глубокое потрясение тыла группы армия 'Север' от удара 2-й Ударной армии, фон Кюхлер имел в любом случае много вспомогательных сил для перекрытия направления на Лугу и Ямбург против слабых авангардов Клыкова, оторванных от снабжения. Кроме охранной дивизии фон Плотто в тылу группы армий 'Север' имелись 207-я охранная дивизия фон Тидемана и 281-я охранная дивизия Байера. Как и везде на территории Советского Союза Wehrmacht использовал охранные дивизии в Ленинградской области как мощный инструмент геноцида славянского, русского населения, осуществляя плана 'Ost' по грабежу оккупированных территорий. Вместе с фельджандармами охранные части выполняли также роль заградотрядов и заградкомендатур, убивали партизан. Каждая охранная дивизия имела усиленный пехотный полк с полноценной артиллерией, полк ландвера, вооружённый чешским и французским оружием, охранный батальон из местных предателей. Танковые, инженерные, строительные подразделения и части, полевая жандармерия, дополнительно придавались охранным дивизиям для участия в боевых действиях на фронте или во время карательных операций. Охранным дивизиям подчинялись полевые и местные комендатуры, группы тайной полевой полиции, которые боролись с изменой, советской разведкой и пропагандой, а также убивали подпольщиков, партизан, евреев, славян, коммунистов.

Разношёрстные части фон Плотто начали быстро занимать оборону вдоль железной дороги Ленинград - Оредеж, попутно убивая, грабя, выгоняя на мороз местное русское население. Потери этих вояк в боях с советскими кавалеристами и лыжниками - элитой Красной Армии, предполагались большие. Но и без боёв во время маршей они теряли от обморожения ежедневно до 10 процентов личного состава. Так воевал на Волхове Wehrmacht!

На южном фасе Волховского плацдарма у деревни Малое Замошье на южном краю зоны прорыва Клыкова контратаковала 'группа Бурка', состоящая из батальона эсэсовцев, SS Freiwilligen 'Legion Flandern', II батальона 250-й испанской 'голубой' дивизии и групп обозников. Контратаку удалось отразить с большими для подлецов потерями.

В полках 'голубой' дивизии испанцев царил полный разлад. Сержанты и офицеры - псы своих капиталистических хозяев, регулярно избивали рабов-солдат из числа простонародья. Из-за практически безнаказанного воровства интендантов и офицеров рядовые не получали положенных по нормам продуктов. Капитализм есть капитализм. Регулярная связь с Испанией почти отсутствовала, письма шли по три-четыре месяца, газет не видели полгода. Но терпели. Каждый солдат 'голубой' дивизии получал в месяц 60 рейхсмарок. Им выплачивались подъёмные в размере 100 песет. Их семьи в Испании получали по 8 песет в день. Очень неплохие деньги. В Мадриде в это время суточный заработок квалифицированного строительного рабочего составлял 9 песет, пекаря - 10 песет, владелец небольшого магазинчика зарабатывал - 10-20 песет в день. Офицеры получали в три-четыре раза больше солдат. То есть вся эта испанская сволочь являлась по сути наёмниками капиталистов...

ВВС Волховского фронта действовали активно. Luftwaffe в феврале увеличило более чем в 2 раза интенсивность своих действий, в том числе по железным дорогам и советским аэродромам. Для ударов по железным дорогам в тылу Мерецкова только на аэродромах Сольцы, Коростовичи, Гривочки и Кресты Luftwaffe сосредоточило 300 самолётов.

Налёты на железные дороги могли парализовать или серьёзно замедлить наступление, ведь в условиях зимнего бездорожья в районах боевых действий фронта Мерецкова только железные дороги оставались единственным средством доставки войск и материальных средств. Борьба за железные дороги сильно снижала возможности истребительных авиаполков Журавлёва для прикрытия кавалерии Гусева в глубине прорыва. Подлецы это понимали. За два первых месяца 1942 года Luftwaffe разрушило в полосе фронта Мерецкова в общей сложности 34 километра пути и около 48 километров связи. Наиболее часто бомбили железнодорожные узлы Волховстрой, Тихвин, Будогощь, Окуловка, Бологое, и станции Войбокало, Жихарево, Малая Вишера. Погрузочно-разгрузочные работы в целях маскировки приходилось вести только в тёмное время суток. Из-за потерь ощущалась нехватка паровозов...

Сопротивление фашистов на земле тоже постоянно возрастало. Постоянно прибывали части снятые с Ленинградского фронта, маршевые батальоны, части переформированные и вновь сформированные в Западной Европе. Но многие оккупанты утратили веру в свою победу. Хотели домой. Считали, что вторую такую зиму Wehrmacht не переживёт. Просмотр не высланных писем полевой почтой также в среднем показывал желание вернуться домой. В письмах подлецы часто жаловались на 'проклятую русскую зиму' и засилье вшей. Пленные, в том числе сбитые лётчики Luftwaffe, особенно когда их брали с обморожениями, выглядели очень плохо.

В штабе армии 2-й Ударной армии допросами занималось информационное отделение майора Масковчина из разведотдела полковника Рогова. Разведотдел имел также агентурное и шифровальное отделения. Агентурное отделение осуществляло связь с партизанами и агентами. Никаких мер физического воздействия к пленным в разведотделе не применялось. В войсках же случалось всякое. Вопросы к пленным касались персональных данных, партийности, времени призыва, номеров первых частей после призыва, любых других частей, их местоположение, вооружение, потери и пополнение, настроение солдат, позиции, любых другие сведения о войсках, обороне или наступлении, местоположение штабов, фамилии командиров, отношение солдат к войне. Местоположение своих штабов чаще всего никто не знал. Пленные представляющие Wehrmacht, отвечали охотно, но имелись исключения. Эсэсовцы чаще всего молчали. С Luftwaffe случалось по-разному. Один обер-лейтенант Luftwaffe очень охотно рассказал всё, что знал, тогда как его бортмеханик в звании ефрейтора говорить отказался.

Протоколы допросов перепечатывали, пленные их не подписывали. После допроса в информационном отделении разведотдела пленных передавали в политотдел, где их опрашивали об условиях жизни в Германском рейхе, общей ситуации там, настроениях, службе солдат, видели ли они советские листовками, слышали ли передачи по советским громкоговорителям. Политотдел также прослушивал передачи немецкого радио. Питание, охрану пленных обеспечивал Особый Отдел НКВД, а затем отправлял их в лагерь военнопленных в Малую Вишеру:

Противоречивые чувства рождаются у советских людей, когда приходится оказывать помощь пленным оккупантам. Советские врачи лечат раненых врагов, тех, кто оккупировал советскую землю, уничтожал сотни тысяч советских людей... К фашистам нет сострадания. Но Красная Армия - не капиталистические изуверы, которые уничтожают, советских, русских раненых. Всё делают для лечения вражеских солдат и офицеров. Им даже переливают кровь, чтобы подлецы жили. Это долг советских врачей, гуманизм большевиков...

Ставка ВГК, лично Сталин внимательно следили за развитием наступления 2-й Ударной армии, по-суворовски придавая огромное значение нормализации снабжения. Находящийся в штабе Мерецкова начальник тыла Красной Армии Хрулёв выделил фронту дополнительные дорожные и автомобильные батальоны. Усилил части тыла гужевым транспортом. Вместо организационно-планового отдела штаба фронта для структуризации поставок началась организация штаба тыла фронта, а при 2-й Ударной армии организовали армейскую базу.

Для улучшения работы железнодорожного, речного, морского и автомобильного транспорта и устранения межведомственной неразберихи на совместном заседании ЦК партии большевиков и Государственного комитета обороны создан Транспортный комитет. Председателем комитета назначен Сталин. С этого момента вопросы межведомственного взаимодействия при перевозках стали решаться оперативнее. Сталин на экстренном заседании Политбюро ЦК рассмотрел вопросы недостатков на Северной железной дороге. После этого для обеспечения бесперебойного снабжения Волховского фронта в Вологду отправился начальник Управления военных сообщений Красной Армии генерал Ковалёв. Следом за ним двинулись в Вологду 'сплотками' по 10 штук 100 паровозов. Так воплощалась идея о создании колонн особого резерва Народного комиссариата путей сообщения.

Причина сбоев поставок для Волховского фронта и 2-й Ударной армии заключалась не только в малой плотности железных дорог, нехватке угля и переходе на дрова. Серьезной помехой стали сильнейшие снежные заносы. С помощью партийных органов в Ярославле и Вологде на расчистку дорог мобилизовали население. К 12 февраля железную дорогу на север от Москвы через Ярославль и Вологду до выгрузочного района расчистили, и она получила возможность бесперебойно обеспечивать войска Волховского фронта.

13 февраля на восточном участке 'Волховского рукава' в зоне ответственности 'группы Хойн' во время советской разведки боем восточнее Коляжки артиллерия подлецов накрыла 'дружественным огнём' собственные опорные пункты в лесу. В результате оборона 'группы Хойн' вплоть до реки Полисти рухнула. Последняя рота батальона 'Маневал' из 435-го пехотного полка пошла на восполнения потерь 'группы Дойч', а у деревни Холопья Полисть заняла позиции 2-я батарея 604-го зенитного дивизиона.

Штурмовые группы 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии Витошкина и 22-й 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва провели атаку с юга по железной дороге на Спасскую Полисть. Штурмовые группы 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии Антюфеева наступали на северную часть этого опорного пункта. Остановил продвижение очень сильный пулемётный, миномётный и артиллерийский огонь.

Из-за конфигурации транспортных путей, железной дороги и шоссе через Тосно, Любань в 'Волховский рукав' пополнение для 'Волховского рукава', резервы, вооружение, боеприпасы, продовольствие, снаряжение, госпитальное хозяйство постоянно скапливалось в Чудово. Советская крупнокалиберная артиллерия этим пользовалась и регулярно обстреливала склады, скопления транспорта и войск. Оккупанты пытались вести контрбатарейную борьбу с ней, используя данные звукометрической разведки и самолётов-разведчиков. Советская артиллерийская группировка постоянно усиливалась и к большой беде оккупантов обладала отлаженной системой звукометрией, а также большим опытом контрбатарейной борьбы, требования к которой закрепил Ворошилов в Боевом Уставе артиллерии БУА-37 за четыре года до войны. Устав этот дополнился во время Финского похода Красной Армии 'Указаниями по организации контрбатарейной борьбы на фронте'. После вероломного нападения европейских полчищ на СССР появился ряд инструкций и руководств.

Каждый отдельный советский артиллерийский разведартдивизион - ОРАД имел две батареи звуковой разведки. Каждая батарея ОРАД - это 6 звукопринимающих постов со звукоприёмником и до 50 километров телефонных кабелей, целостность которых являлась основным условием непрерывности работы. Звукоприёмник улавливал колебания звуковых волн от выстрелов и преобразовывал их в электросигналы, передаваемые на звукозаписывающую станцию чернильной записи СЧЗМ-36. Сигнал графически изображался в виде всплесков на движущейся бумажной ленте. Измерительно-вычислительный взвод расшифровывал запись: переводил показатели распространения звуковых волн в геометрические показатели и получал координаты целей. Так же осуществлялась корректировка стрельбы по звуку разрывов снарядов. Минимальная погрешность в определении координат в среднем всего 5 метров. Производительность одной батареи звуковой разведки ОРАД - 24 целей в сутки. Имелись также многочисленные традиционные подразделения оптической разведки.

Контрбатарейная борьба уверенно выкашивала менее дальнобойную, имеющую проблемы со снабжением снарядами полевую артиллерию подлецов с самого начала войны. Так например 47-й артполк 10-го стрелкового корпуса 8-й армии Северо-Западного фронта к концу августа подавил 13 батарей противника, артполк Артиллерийских Краснознаменных курсов усовершенствования комсостава уничтожил и подавил 30 артиллерийских и миномётных батарей, 101-й Краснознаменный гаубичный артполк Жданова из Резерва Верховного Главнокомандующего за первых шесть месяцев войны своими 'Емелями' уничтожил 18 батарей фашистов и подавил 76. И так далее...

В этот день 4 штурмовика Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова и 8 бомбардировщиков Пе-2 из 10-го бомбардировочного авиаполка Остапчика произвели налёт на позиции и пути снабжения оккупантов в 'Волховском рукаве'. Уничтожено 2 зенитных орудия и 3 зенитных пулемёта, 6 ДЗОТов и блиндажей вместе с гарнизонами, танк, 5 грузовиков, легковая машина, 3 повозки, миномётная позиция у Коляжки, около 150 солдат, застигнутых во время марша на шоссе у Трегубово, вагон с боеприпасами на станции Спасская Полисть. Действия штурмовиков и бомбардировщиков прикрывал 2-й гвардейский истребительный авиаполк Метёлкина на МиГ-3. Оснащённые пусковыми установками реактивных снарядов истребители также участвовали в штурмовке. Оккупантов ждал и отдельный сюрприз от гвардейцев.

Ещё раньше, при размещении на аэродроме базирования, гвардейцы обнаружили Ил-2 с неисправным двигателем. Метёлкина улыбаясь, сказал своему комиссару Власову:

- Я старый штурмовик. Прежние штурмовики против этого воздушного танка просто младенцы: у Ил-2 хорошее вооружение - бомбы, пушки, реактивные снаряды, а мотор и кабина бронированы. Самолёт надо отремонтировать, и я на нём вылечу. Наши лётчики меня прикроют, и мы сделаем нужное дело.

Техникам авиаполка удалось отремонтировать Ил-2. После нескольких рулёжек по аэродрому комполка опробовал штурмовик в воздухе. Матчасть и вооружение работали отлично. Это то, что называется творчество масс. С разрешения Военного совета армии под прикрытием звена истребителей Метёлкин повёл штурмовик в бой. Истребители прикрытия по данным воздушной разведки быстро обнаружили на опушке леса у опорного пункта 'Паук' батарею полевых гаубиц и с ходу атаковали её. В этот момент с другого направления на оккупантов внезапно вышел штурмовик Метёлкина и обрушил на них бомбы и реактивные снаряды. Взлетали на воздух обломки орудий и тягачей, взорвался слад боеприпасов. В разные стороны побежали обезумевшие от страха фашисты как тараканы от включённой ночью на кухне лампы. Густое облако чёрного дыма поднялось выше леса, раздираемое порывами ветра...

За действиями группы Метёлкина с восхищением наблюдала советская пехота. После нескольких прицельных заходов, израсходовав бомбы и реактивные снаряды, Метёлкин сделал ложный заход, облегчая истребителям задачу по окончательному разгрому позиций. В этот момент штурмовик тряхнуло - в мотор угодил зенитный снаряд. Но техника не подвела, и вся группа вернулась на аэродром. Едва истребители зарулили на стоянки, в полку приняли радиограмму: командующий 2-й Ударной армией Клыков благодарил отважных воздушных бойцов за блестяще проведённую штурмовку. Техники обнаружили в картере мотора 'ильюшина' пробоину, которую с трудом, но заделали в полевых условиях:


## Глава 6. Кавалерия и лыжники в тылах группы армий 'Север'


В боях с резервами, которые Линдеманн перебрасывал к зоне прорыва 2-й Ударной армии Клыкова к Ленинграду, советские чудо-богатыри творили чудеса воинского искусства, но вместе с тем нарастали трудности. Многие населённые пункты, освобождённые передовыми отрядами кавалерии и лыжников, удерживались до подхода стрелковых частей крошечными силами. Многие приходилось брать повторно. Идущие впереди авангарды кавалерии имели с собой ничтожно мало артиллерии, миномётов и зениток, и могли рассчитывать на успех только при внезапной атаке опорного пункта или за счёт высокой выучки своих штурмовых групп, ведь кавалерия из русского или казачьего контингента являлась элитой Красной Армии, как впрочем и танкисты, авиаторы и моряки. В передовых кавалерийских частях не хватало снарядов из-за сложностей с транспортировкой. Отсутствие дорог сильно утомляло лошадей. 1/3 лошадей погибла от авианалётах. Но разве кто-то из героев сказал тогда: 'Повернём назад'? Нет, все говорили только одно: 'Спасти Ленинград!'

Так конники и лыжники отбили оставленную вчера платформу Ёглино, снова заняли опорные пункты Большое и Малое Ёглино невзирая на то, что 'группа фон Коблинсики' имела более 15 танков Hotchkiss H35, 36 пушек калибра 105-миллиметров leFH 18, а также 25 французских 150-миллиметровых пушек Schneider 155 L. Бездарно потеряв множество населённых пунктов, гитлеровцы продолжали атаковать, постоянно вводя в бой свежие части, укладывая в атаках роту за ротой. Так после кровавых атак курсанты-авиаторы Luftwaffe вновь захватили Филипповичи на реке Рыденке в одной из самых западных точек советского прорыва на реке Оредеж. Расположенные рядом деревни Фралёво и Загорье повторно оккупировали батальоны свежего 636-й пехотного полка фашистов, срочно переброшенного из-под Ленинграда. Эскадрону из 87-й кавдивизии пришлось отступить. Идущие на выручку 3-й отдельный батальон 23-й 'харьковской' стрелковой бригады Шишлова не успел их поддержать.

'Группа Гравенштайна' - 'сборная солянка' из частей 5 дивизий и 12 отдельных подразделений, снова захватила Пирожки. Затем атаковала Савкино. Здесь эту многотысячную банду остановили 120 коников из 98-го кавполка майора Смирнова-Бардова. Умело маневрируя, отряд Смирнова-Бардова отбил четыре фронтальные атаки через реку Оредеж превосходящих сил оккупантов, и не дал окружить 104-й кавполк Трофимова, атакующий в это время Конечки. У майора Смирнова-Бардова в блокадном Ленинграде осталась семья. К оккупантами у храброго кавалериста имелся личный счёт.

После артподготовки батальоны охранной дивизии фон Плотто атаковали Паршино и Волкино, который только что освободил 3-й отдельный батальон из 'харьковской' бригады Шишлова. С утра 'харьковчане' отбили три атаки. Первые ряды батальона ландверного полка фон Плотто они уложили в снег плотным огнём из СВТ и пулемётов 'Максим', как на стрельбище, а вторые ряды в 300-х метрах от своих позиций уложили из ППШ и ручных пулемётов ДП. Более 250 подлецов оказались убиты за 30 минут. Воевать они умели только в духе Первой Мировой войны - заваливать мясом.

Боевыми навыками командир охранников фон Плотто, вломившийся с бандой подонков в чужую страну, не блистал. Зато уверенно демонстрировал высокие образцами мышления капиталистических кровавых псов. Так подлец своим приказом Nr.2270/41 geh. регламентировал применение убийства через расстрел или повешение пленных и гражданских русских, советских людей: 'На основе показаний взятых в плен партизан и красноармейцев установлено: советские агенты, сброшенные с самолётов, передвигаются по округе, собирают разрозненных окружённых красноармейцев и ведут их к партизанам.

Приказываю: в общем случае относиться к любому красноармейцу как к партизану, то есть после допроса расстреливать, если не будет наверняка доказано, что это только что перебежавший или сбежавший из лагеря военнопленных, который ещё не находился в связи с партизанами. В сомнительных случаях партизан и красноармейцев следует расстреливать всех.

Расстреливали в любом случае:

1) солдат, которые передвигаются по округе в гражданской одежде

2) людей в гражданской или полугражданской одежде, подозреваемых в том, что имеют при себе оружие или принимают участие во враждебных по отношению к немецкой армии действиях.

3) шпионов в юном возрасте

Вешать вместо расстрела:

1) бесспорно уличённых партизан, т.е. людей в гражданской или полугражданской одежде, пойманных с оружием в руках или уличённых в участии во враждебных по отношению к немецкой армии действиях. К ним относятся шпионы и женщины. Из соображений гуманности шпионов до 17 лет следует расстреливать'. - такое отношение Wehrmacht расценивал как гуманное - убивать детей, но по регламенту.

Под воздействием шнапса и препарата 'Pervitin' ветераны кайзеровской армии дивизии фон Плотто в 17:00 пошли в психическую атаку на Волокино. Примерно батальон - 850 солдат, двигались в рост, густыми цепями, с криками, песнями, без стрельбы. Как ни пыжились 'охранники', но уничтожающий огонь СВТ заставил их залечь и на этот раз. Но атака продолжалась. 50-миллиметровые миномёты буквально выкашивали подлецов, но они всё лезли и лезли. Карабкаясь по своим трупам, 'охранники' проникли в Волокино. Тут уже и советские миномётчики взялось за карабины, пистолеты и гранаты. Командир миномётного отделения Игнатенко из пулемёта ДП меткими короткими очередями убил 15 немцев. Получив ранение, из боя не вышел. Красноармеец Фоминов из расчёта Игнатенко из винтовки СВТ убил 5 подлецов. Затем он взял ДП раненого командира и вёл огонь, пока сам не получил тяжёлое ранение. Красноармеец Алексеевич засел с ДП на чердаке одного из домов и оттуда 'косил' наступавших, когда они в психической атаке рвались в деревню. Затем сопровождал контратаку товарищей. Красноармеец Малка из дивизиона 120-миллиметровых миномётов занял место среди стрелков. Когда рядом ранило пулемётчика, он его перевязал, а сам лёг за пулемёт 'Максим'. Меткими очередями он убил 25 фашистов и ещё двух пулемётчиков врага ликвидировал гранатой. Раненый в ногу стрелок Глазунов не покинул поле боя. Он собирал патроны у убитых и раненых и подносил товарищам, чтобы они не прекращали огонь. Раненый телефонист Мордасов не покинул поле боя и огнём из автомата ППШ уничтожил 7 фашистов. Санитар Глазунов вынес 12 раненых. Последнего вынес, когда сам уже оказался ранен. Та нельзя сражаться ни за деньги, ни из страха. Так можно сражаться то с верой в правоту дела своего правительства, своей большевистской партии.

Потери 'охранников' в этой бойне против бывших курсантов из Харькова - более 400 убитыми и 900 ранеными. Взяты пленные. Ландверный полк оказался фактически разгромлен. Потери батальона Шишкова 42 убитых. Сразу после бойни у Волокино 'харьковчане' и лыжники контратаковали и снова выбили 'охранников' из деревень Филипповичи, Любище, Волосково, Донец, Замостье, Лахуни, Солони. Захвачено 25 пулемётов, автоматы, винтовки, пленных. Диверсионная группа сержанта Учайкина из 539-го сапёрного батальона прошла по тылам гитлеровцев и подорвала участок полотна железной дороги Новгород - Ленинград:

На южном фасе Волховского плацдарма советская артиллерия несколько дней вела огонь на разрушение укреплений в Земтицах и Любцах. Для штурма этих опорных пунктов заранее сформировали штурмовые группы общим числом 286 человек, которые прошли специальную 2-недельную подготовку: подрывное дело, огнемёты, тактика блокирования, уничтожение огневых точек, уличные бои, стрелковая практика. В Земтицах оказались в окружении III батальон полка фон дер Гольца из 126-й пехотной дивизии Лаукса, а также части 'группы Яшке' и другие подразделения. Снабжение их шло только по воздуху. Штурмовым группам 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии также удалось ворваться в Любцы, но удержаться там не удалось.

В деревне Малое Замошье части 305-й 'московской' стрелковой дивизии полковника Барабанщикова блокировали опорный пункт группы, которой командовал майор Зайц. 'Москвичам' на этом участке фронта противостояли испанцы 'голубой' дивизии, бельгийцы SS Freiwilligen 'Legion Flandern', немцы Зайца, голландцы II батальона SS Freiwilligen 'Legion Nederland', украинские 'хиви'. Каждой твари по паре. Пушки и гаубицы смогли разбить в Малом Замошье лишь часть ДЗОТов из крепкого как бетон заледенелого грунта, подавили только часть капонирных огневых точек, которые видели перед собой.

Наступление II батальона 236-го пехотного полка испанцев и сводного батальона дивизии Лаукса от Большого Замошья с целью деблокировать своих подельников 'москвичи' отбили. Испанские наёмники и их немецкие хозяева потеряли здесь 500 солдат убитыми, ранеными, обмороженными и пропавшими без вести. После боя в лесу группе испанцев удалось пробиться в Малое Замошье, но лишь пополнив число окружённых. Бросив вооружение, оставив раненых замерзать, часть оккупантов ночью смогла пробраться к своим. Седы их бегства среди снегов и леса походил на путь отступающей армии Наполеона: снежное русло, трупы, тряпьё, брошенное оружие.

Очень быстро среди оккупантов в Малом Замошье начался голод. Не осталось ни одного дома для укрытия. Раненых эвакуировать невозможно и они медленно умирали. Испанцы и немцы страшно устали физически и психологически в условиях сильнейших морозов и неудачного командования. Без еды, без воды и сна подлецы вымотались так, что в часы затишья из их окопов 'москвичи' слышали стоны. Стонали не только раненые. Стонали ещё внешне здоровые мужчины 25-35 лет, чьи мозги не выдерживали ужаса постоянных близких смертей и ранений.

В ночь на 14 февраля под прикрытием дымовой завесы бойцы 3-го батальона 1247-го стрелкового полка 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова ворвались в опорный пункт в деревне Дымно на восточном фасе Волховского плацдарма. 'Челябинцы' почти полностью уничтожили гарнизон и оставили деревню только после ожесточённого боя с фашистскими резервами. Затем по Дымно и Званке открыли огонь советские крупнокалиберные орудия.

2-я Ударная армия продвигалась медленно потому, что все соединения её по своему составу очень малочисленны. Пополнений почти не поступало. Вот и танковый таран постоянно слабел. Танки 162-го отдельного танкового батальона, поддерживающие войска в боях за Спасскую Полисть, передали в 160-й отдельный танковый батальон Грановского, а личный состав убыл на переформирование в Рыбинск. Важный сдерживающий фактор - отсутствие дорог. Соединения сами прокладывали колонные пути по лесным массивам при толщине снега свыше метра. Хроническое отставание артиллерии мешало её совместному действию с пехотой. При сверхинтенсивных непрерывных боях не хватало боеприпасов. Из-за того, что передовые части компенсировали миномётами недостаток артиллерийской поддержки, постоянно не хватало 120-миллиметровых мин к ПМ-38. Для нормализации снабжения Мерецков приказал начать строительство узкоколейной дороги Мясной Бор - Финёв Луг.

На западный берег Волхова по ледовой переправе прибыла 65-я 'тюменская' стрелковая дивизия Кошевого. В центре Волховского плацдарма, который в своём основании развернулся по берегу реки на 30 километров, утро выдалось тихим. Морозно. Под холодным солнцем ослепительно сверкают снега... На горизонте за Волховом темнеет лес. Левее - совхоз 'Красный ударник'. Через совхоз на плацдарм тянется единственная дорога. Тёмный старый парк спускается по обрывистому берегу. Вдоль берега деревни: Ямно, Борисово, Плотишно. Теперь эта земля свободна от проклятых оккупантов... Задача Кошевого занять оборону на левом фланге плацдарма в районе Мясного Бора и Теремца-Курляндского и готовить удар в юго-западном направлении на Новгород.

В глубине прорыва в тыл группы армий 'Север' бойцы 87-й 'алтайской' кавдивизии Трантина трижды атаковали Конечки. 241-й и 244-й кавполки имели в сумме чуть более 1500 человек. Из них 300 человек из подразделений обеспечения. Каждый раз, когда казалось, что силы обороны в опорном пункте Конечки уничтожены, туда входил очередной батальон оккупантов из 'группы фон Бассе', сани и грузовики снабжения из Кудрово, и всё приходилось начинать сначала. В густом лесу вокруг этого ключевого опорного пункта кавалеристы могли использовать из-за непригодных для ведения огня позиций только часть своей артиллерии. При этом налёты Luftwaffe заставляли артиллеристов всё время менять с трудом оборудованные позиции. Собственные снаряды и мины почти закончились. Кавалеристы третьи сутки находились в лесу без возможности отдохнуть и обогреться. Имелись замёрзшие. Из-за отсутствия кормов и воды начался падёж лошадей. Алтайцы кавдивизии Трантина люди, конечно, железные, большинству лет по 40, но всё же... В свою очередь войска фон Бассе, опирались на населённые пункты, где имели возможность обогреваться, получали боеприпасы прямо со складов группы армий 'Север', что давало возможность вести мощный миномётный и артиллерийский огонь. Оккупанты имели численное превосходство, опирались на дороги, которые расчищали за счёт рабского труда согнанных местного населения, проводили частую ротацию войск для обогрева и питания горячей пищей.

Финны, проживающие в деревне Конечки, относись к потомкам финской народности эурямёйсет. Они называли свою деревню Perasaari. В 1617 году Московское царство и королевство Швеция заключили Столбовский мир, по которому Швеция включила в свой состав почти всю Карельскую половину новгородской Водской пятины. До этого шведы, пользуясь гражданской войной в России, оккупировали гораздо большие территории: Новгород, Тихвин, всё Поволховье. На новую границу шведы депортировали из Восточной Финляндии лютеран савакотов, а из финской Карелии лютеран эвремейсов, затем на Оредеж прибыли колонисты из других районов Финляндии. Так появилась и деревня-колония Perasaari. Православные карелы, ижора, водь, крещёные ещё Александром Невским, а также русские бежали западнее Волхова. Эвремейсы заняли обширные земли по южному побережью Финского залива от Стрельны до Сойкинского полуострова. В окрестностях Дудергофских высот в районе Ропши они расселялись вперемешку с савакотами. К эвремейсам относились также ингерманландские финны - колонисты Кургальского полуострова и междуречья Луги и Нарвы. После поражения Швеции в Северной войне при Петре I и захвата Российской империей древних новгородских земель обратно, эвремейсов на российской территории оказалось 29 тысячи человек. Все они приняли православие. До всесоюзной переписи населения 1939 года в СССР этноним 'эвремейсы' всё ещё сохранялся, хотя их самосознание уже сменилось общефинским. Финны естественно приход гитлеровцев приветствовали. Гитлеровцы относились к ним вполне сносно. Позволили им эвакуироваться в Лугу и даже грузовики выделили. Часть финнов стали 'хиви', являясь ценными проводниками.

В 17 километрах от Любани авангард группы Привалова - 39-й и 42-й отдельные лыжные батальоны, имевшие в строю не более 250 бойцов в каждом, освободили деревню Верховье. Чуть севернее деревни, имеющей 22 двора, около 60 различных построек, проходила железная дорога Веймарн - Чудово, вдоль которой шла 'линия Линдеманна'.

Советские агитаторы обращались через громкоговорители к немецко-фашистским солдатам:

- Немецкие рабочие и крестьяне! Товарищи! Капиталисты пригнали вас в Россию убивать своих братьев русских рабочих и крестьян, а сами извлекают их этой бойни сверхприбыли и возможность творить террор против своего же немецкого народа! Бросайте оружие, переходите к нам, чтобы скинуть бремя каталитического рабства!

'Немецкие рабочие и крестьяне' тем временем к морозам очень даже приспособились. Вот только на днях лейтенант Ударцев снял одного такого 'немецкого товарища' с дерева и доставил в штаб своего лыжного батальона. Эта гитлеровская 'кукушка' настолько обнаглела, что стала обстреливать наблюдательный пункт командира лыжбата и сумела вывести из строя нескольких бойцов. Тогда-то комбат и приказал своему начальнику разведки:

- Живой или мёртвой, а добудь эту тварь!

Задача не из лёгких. Обнаружить снайпера на дереве не так-то просто. К тому же 'кукушка' долго на одном месте не задерживалась. Ударцев связал две палки крестом, напялил на них телогрейку и шапку, для вида маскировки понатыкал сбоку еловых ветвей. Чучело получилось отличное. В сумерках леса не сразу различишь подделку. Прикрепив чучело к жердине, лейтенант с помощью бойца потащил его по тропе. Издали казалось, что связист проверяет повод. И подлец клюнул - раздался выстрел. Выждав немного, лейтенант вновь двинул обманку. Опять просвистела пуля, и с чучела слетела шапка. На этот раз удалось приметить дымок в кроне высокой ели. Оставив чучело, лыжники обошли 'кукушку' с тыла. Фашист не стал сдаваться: отстреливался из автомата, с вершины дерева бросил одна за другой пять гранат. Не помогло. В конце концов убийца сдался...

Масштаб применения артиллерии в битве на Волхове нарастал с обоих сторон. За месяц, к 15 февраля, только 5-я батарея 20-го артполка фашистов из района Спасской Полисти, Михалево и Трегубово произвела 10 000 выстрелов, потеряв 4 гаубицы от контрбатарейной борьбы, а две новых гаубицы от разрыва стволов. Кроме советской артиллерии, уничтожением артиллерии оккупантов активно занимались ВВС Волховского фронта: по ночам ночные бомбардировочные авиаполки, днём штурмовые, бомбардировочные и истребительные авиаполки.

Вот и в этот день 4 штурмовика Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова и 12 штурмовиков Ил-2 из только что прибывшего на фронт 175-го штурмового авиаполка Валивахина провели по три групповых вылета для ударов по миномётным и артиллерийским позициям в Спасской Полисти, Трегубово, Малом Опочивалово. С помощью данных авиаразведки уничтожено зенитное орудие, два зенитных пулемёта, огневые позиции трёх миномётных батарей, три гаубицы, подавлены четыре артбатареи, взорвано три склада боеприпасов, уничтожено 12 тягачей и грузовиков, убито около 120 оккупантов, создано три крупных очага лесных пожаров.

8 бомбардировщиков Пе-2 из 10-го бомбардировочного авиаполка Остапчика и 121-й бомбардировочный авиаполка полковника Дояра провели по два вылета на бомбежку целей в Чудово. На станции удалось уничтожить 3 зенитных орудия, разбить два воинских эшелона, колонну из 50 грузовиков на погрузке, повредить более километра пути, стрелки, линии связи, здания вагонного депо. Деревянный одноэтажный вокзал сгорел. Убито около 150 оккупантов, ранено более 300.

Штурманскую службу в ВВС Волховского фронта командующий Журавлёв поставил хорошо: за полгода ни одного невыхода на заданные цели или ошибочного удара. Успех обеспечивался отличной подготовкой лётчиков, когда они до начала боевой работы имели общий налёт до 200-300 часов, а также умелым подбором штурманов авиаполков и авиаэскадрилий - ведущих групп при выполнении боевых заданий.

На следующий день 15 февраля воины 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского юго-западнее 'Паука' разбили противостоящие им части 'группы Кольберга' на основе 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии Томашки и перерезали дорогу Спасская Полисть - Ольховка. Охват группировки группы армий 'Север' в 'Волховском рукаве' с запада продолжился.

Воины 1-го батальона 1247-го стрелкового полка 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии Цаликова заняли западную окраину леса к востоку от Коляжки и взяли под обстрел шоссе от Трегубово в сторону Спасской Полисти. Прямым попаданием снаряда 'Емели' в Коляжке уничтожено одно из 88-миллиметровых зенитных орудий Flak 39. 'Мясник' Кёхлинг получил осколок и для себя. Убит также командир 287-й пехотного полка, который возглавлял его с самого момента формирования и подготовки. 'Бригаду Кёхлинга' принял полковник Хиппель. Но ему тоже осталось жить не долго.

Не менее 20 различных батальонов или того, что так обозначалось, забрали бои у 'мясорубки' Спасской Полисти, Мостков и Любина Поля. В составе 'бригады Кёхлинга' побывали части и подразделения из 11, 58, 61, 93, 96, 121, 212, 215, 223, 225, 254-й пехотных дивизий, полицейской дивизии SS, 5-й горной, 20-й моторизованной и 12-й танковой, части Резерва Верховного командования, части зенитной дивизии, а также зенитчики Luftwaffe. Эта мощь под огнём советской артиллерии, авианалётами ВВС Волховского фонов и танковыми атаками в конце концов превратилась в жалкие остатки, руководимые отдельными офицерами или фельдфебелями. Здесь же солдаты сухопутных сил обнаруживали, что их попутчики из SS и SD, которые подчинялись рейхсфюреру SS, снабжались лучше. Эсэсовцев лучше одевали и вооружали. Из-за своего самовольного решения по оставлению Любина Поля и Мостков вопреки приказу фюрера, полковника Кёппеля отдали под суд.

Окружённые на шоссе восточнее Трегубова бойцы и командиры подразделений 1236-го и 1238-го стрелковых полков 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Попова продолжали сопротивление. Тем временем транспорт для Спасской Полисти подлецам пришлось направлять уже в объезд по лесной дороге, проложенной западнее шоссе с брусчаткой.

На северном фасе прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' 'группа фон Бассе' силами сводного батальона тыловых частей, сводного отряда курсантов-авиаторов с танками Renault несколько раз атаковала деревню Верховье с большими для себя потерями. Оборонявшим деревню четырём ротам 39-го и 42-го лыжных батальонов из авангарда группы Привалова из-за исчерпания боеприпасов пришлось отойти юго-западнее на 1,5 километра.

В этот же день советским частям удалось окружить в опорном пункте Село Гора на южном фасе зоны прорыва армии Клыкова части SS Freiwilligen 'Legion Nederland' вместе с эсэсовскими артиллеристами 1-й батареи и 665-й эсэсовской сапёрной ротой. Движение по дороге между Гуси и Село Гора прервалось. Всё снабжение подлецы теперь таскали на себе и с помощью 'хиви' по снежному бездорожью через Радони вдоль западной линии блиндажей в лесу до Гуси.

Благодаря наступлению Волховского фронта и героизму 2-й Ударной армии 15 февраля полностью открылось движение по железной дороге Войбокало - Кареджская коса с грузами для осаждённого Ленинграда, Ленфронта и Балтфлота. Эту 35-километровую железную дорогу большевики построили всего за 25 дней. Гудки паровозов огласили ранее пустынный древний берег застывшего во льдах озера! Прошёл первый поезд с 1200 тоннами продовольствия. Это высвободило 1400 грузовиков на этой линии. Объём перевозимых грузов через Ладожское озеро по 'Дороге жизни' для голодающих Ленинграда сразу возрос, а потери от бомбёжек и артобстрелов резко сократились. Обратно большевики планировали вывезти из блокады ещё 500 000 человек.

Норма отоваривания хлебных карточек рабочим Ленинграда увеличилась с 400 до 500 грамм в день, а иждивенцам и детям с 250 до 300 грамм в день. В рабочих столовых крупяные блюда выдавали на 1/2 больше, чем указывалось в отрывном талоне карточки. Исчезли очереди. Карточки на все виды снабжения отоваривались полностью. Стали выдавать доброкачественное мясо - говядину и баранину. С сахаром и жирами сохранялся значительный дефицит, за исключением снабжения войск, флота, госпиталей, школ и детских садов. Поставлено на поток изготовление химических грелок. Гигантская операция большевиков по шунтированию живого сердца размером с город Ленинград, проводимая хирургом ГКО - прошла успешно, пациент пошёл на поправку.

Станции и железную дорогу, питающие ледовую 'Дорогу жизни' обомбили одержимо, а их также обстреливала специально выделенная артиллерия группы армий 'Север'. Очень не хотелось капиталистам, чтобы ленинградские дети ели досыта. На участке Волхов - Войбокало - Жихарево в декабре-январе ежедневно происходило разрушение железнодорожного полотна. Только 4 декабря 1941 года на станцию Заборье преступники Геринга сбросили свыше 200 бомб различного калибра. Благодаря самоотверженной работе воинов-железнодорожников перерывы в движении поездов редко когда превышали 2,5 часа. Подлецы также нещадно бомбили и расстреливали на бреющем полёте из бортового пушечно-пулемётного вооружения санитарные поезда, как до этого расстреливали поезда с эвакуированными, снова и снова доказывая, что передовой отряд капиталистов под командованием Гитлера занимался не войной, а убийством русских, уничтожением славян вообще. Luftwaffe военного преступника Геринга - преступная организация. Самоотверженно и героически сражались Сталинские соколы и воины-зенитчики, вставали буквально грудью на пути негодяев. В небе над Заборьем после исчерпания боезапаса своего МиГ-3 политрук Годовников протаранил разведывательный Ju 88А-4. Герой погиб...

В ярости от того, что не так быстро умирают в Ленинграде люди, как хотелось бы, за половину февраля умерло 50 000 человек, что меньше, чем в январе, военный преступник Линдеманн 15 февраля доложил негодяю фон Кюхлеру новый план убийства голодом жителей Ленинграда: наступление силами XXVIII армейского корпуса с помощью четырёх новых дивизий и четырёх новых тяжёлых артдивизионов вдоль Невы и через Синявино вдоль северного берега Ладожского озера в тыл армии Федюнинского. Это давало людоедам возможность перерезать 'Дорогу жизни', чтобы 2,5 миллиона ленинградцев умерли с голоду. Одно мешало массовым убийцам - большевики, их Красная Армия, которая отправила геройскую 2-ю Ударную армию в тыл группы армий 'Север' для срыва сатанинских планов.

В это день же штаб Клыкова переместился вперёд - в деревню Новая Кересть. Здесь командарм напутствовал командира партизанского 'батальона' Туваловича. После этого 'батальон' Туваловича перешёл линию фронта с задачей вести истребительные бои и разведку. Вслед за ним ушёл 'батальон' Воловича, состоящий из отрядов Миронова, Пржевальского, Самухина, Синкевича. Всего 87 самым лучшим образом подготовленных партизан, вооружённых не хуже любых сил специального назначения: пистолеты-пулемёты ППШ, самозарядные винтовки СВТ, взрывчатка, глушители, радиостанции 'Север', химические грелки.

День и ночь шла скорбная работа в госпиталях Волховского фронта. Важный центр военной медицины - город Волхов. Здесь в клубе железнодорожников действовал 827-й полевой эвакогоспиталь, 816-й госпиталь располагался в жилуправлении No.2, в школе No.2 Кировской железной дороги - 544-й госпиталь, 734-й и 979-й - в путейском техникуме, 1991-й госпиталь в школе Nо.1, 2752-й в школе Nо.2, 2746-й в деревянных зданиях горбольницы, 1928-й в железнодорожной больнице, 85-й в Ремуправлении-9, горбольнице и поликлинике. Госпитали Волхова приняли на лечение также сотни эвакуированных ленинградцев, больных дистрофией 2-й и 3-й степени. 6-й отдельный батальон выздоравливающих располагался в Волхове-2 и бараках. Хирургический полевой передвижной госпиталь No.731 Волховского фронта - в лесу между деревнями Дусьево и Бабаново. Неподалёку разместился 519-й госпиталь. И так далее по всему тылу Волховского фронта:

Весь фронтовой тыл, как корневища пронизывают землю под дубом, покрывала сеть военно-медицинских учреждений кроме тех, что находились непосредственно в войсках: госпитали легкораненых, полевые госпитали, распределительно-эвакуационные пункты, санитарно-аптечные пункты, сортировочные эвакогоспитали, терапевтические подвижные госпитали, хирургические полевые подвижные госпитали, батальоны выздоравливающих, инфекционные госпитали, отдельные роты медицинского усиления, отдельные медико-санитарные батальоны, эвакуационные службы. Отсюда выходила та сила, что помогала перемалывать полчища оккупантов - возвращённые в строй закалённые в боях ветераны, настовики молодых воинов, соль военной земли.

В эвакогоспиталях в дни напряжённых боёв поток большой. Средств для перевозки в обрез, часто не хватает персонала, нет свободных домов, где можно хорошенько обогреть и накормить раненых. При поступлении раненого в ход сразу идут инъекции камфары, зажимы для сосудов, переливание кровь в вену стопы. Хирурги безостановочно оперируют, вводят сыворотку против столбняка и гангрены. Если запасы крови кончились, а новую ещё не доставили, кровь зачастую дают медсёстры. Потом бойцов поят крепким чаем со спиртом. На санитарной летучке отправляют в тыловые госпитали.

Один за одним уходят туда эвакопоезда из теплушек. В вагонах на нарах, покрытых соломой, лежат стонущие, охающие раненые. Всюду виднеются забинтованные ноги и руки. В каждой теплушке пышит жаром чугунная печка. Хорошо хоть, что мороз. Гангрена при 30-градусных морозах развивается редко. Обычно на весь состав от неё умирает всего два-три человека. Работают поезда-бани из десяти вагонов, сделанные в Красноуфимске на заводе имени Войтовича. В таких поездах цистерна с водой, баня, душ, дезинфекционная камера, красный уголок с пианино:

В ночь на 16 февраля в условиях отсутствия линии фронта на западной фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии 30 подлецов напали на обозы 87-й кавдивизии Трантина в Нестерково. Они захватили 6 порожних повозок. Другие повозки удалось вывезти. Разъезд 98-го кавполка выбил подлецов из Нестерково. Частью сил Трантин вёл сражение за Кошечки, окружив этот опорный пункт 'группы фон Бассе' с трёх сторон. Подвоз боеприпасов и фуража не осуществлялся уже двое суток. Из-за отсутствия фуража и воды продолжался массовый падёж конского состава. Печки советские бойцы растапливали трофейным артиллерийским пироксилиновым порохом, длинным, как макароны. Оккупанты накопили здесь достаточно сил чтобы не только остановить дальнейшее продвижение кавалеристов, но и действовать в их тылах.

В эту же ночь самолёты 658-го ночного бомбардировочного авиаполка Лукашевича и 660-го бомбардировочного авиаполка Новикова бомбили автоколоннам с резервами и боеприпасами около деревень Лисино, Красный Бор, Каменка, Сенная Кересть в тылу 18-й полевой армии Линдеманна. Авиаторы авиаполка Новикова и до этого каждый день бомбили позиции оккупантов в районах Любани, Трегубово, Сенной Керести, Спасской Полисти, Большого и Малого Опочивалово. В эту ночь вездесущим бипланам Р-5, Р-зет и У-2 удалось уничтожить 10 грузовиков с пехотой и грузами, 5 повозок с боеприпасами.

Подлецы уже почувствовали угрозу удара на Любань 2-й Ударной армии и с юга и армии Федюнинского с севера от Ладоги. И не специалисту уже становился понятен замысел Ставки ВГК по окружению восточнее Любани 75-тысячной группировки Линдеманна. Очередной эсэсовский батальон покинул позиции перед Пулково и отправился маршем по шоссе в направлении на Любань. Этот III батальон 1 полка SS Polizei-Division с частью артиллерии своей дивизии и другими подразделениями занял позиции восточнее деревни Красная Горка в деревне Глубочка. Сюда же подошёл усиленный III батальон 292-го пехотного полка 96-пехотной дивизии Шеде и другие части. Прочие подразделения, снятые с Ленинградского фронта для смены частей в Спасской Полисти и контрудара на Мостки, Линдеманн тоже начал срочно отправлять на Любанское направление на правый фланг участка 254-й пехотной дивизии. На фоне произошедшей катастрофы на Волхове Гитлер отстранил от командования 254-й пехотной дивизией подлеца Бешнитта, который командовал ей с апреля 1940 года. Назначил нового подлеца - графа фон Шверина. Из остатков 254-й пехотной дивизии, частей 212-й пехотной дивизии и некоторых частей 'группы фон Бассе' Линдеманн сформировал 'группу Эндрес'.

Ну и конечно для всех побольше шнапса и препарата 'Pervitin'. Трудно себе представить, какие успехи демонстрировал бы Wehrmacht с 22 июня 1941 года, не принимай его солдаты, офицеры, генералы и сам главнокомандующий наркотик 'Pervitin' массово и постоянно. Интенданты Линдеманна получили для своих биороботов в мышиной форме 1 000 000 таблеток метамфетамина 'Pervitin' в оранжевых и синих тюбиках, а также 200 000 плиток метамфитаминного 'Panzerschokolade' в красно-белых обёртках. Чего не сделаешь для эффективного преодоления усталости и получения сверхчеловеческой уверенности сверхлюдей в серых, синих и чёрных мундирах?

Пьёшь одну таблетку 'Pervitin' днём и две ночью, и можно обходиться без сна 24 часа и более. Выпил таблетку и всё! Полностью проснулся. Стук сердца отдаётся в ушах. Всё становится нематериальным и абстрактным. Свет такой яркий, что с трудом можно выносить его яркость! Воинственность у нелюдей просто невероятная! Не страшно убивать и самому умирать! В такого робота всадишь пулю, а он ещё некоторые время бежит, выпучив глаза! Те, кто не получал пулю, зарабатывал депрессию, бессонницу и паранойю. Но что капиталистами, которые послали миллионы немцев, австрийцев, чехов и поляков на убой в Россию, их жизнь и здоровье? Для капиталистов и чиновников народ просто рабы. Капиталистам и чиновникам деньги нужны, а не чьё-то здоровье и живые парни!

На западном фасе 'Волховского рукава' части 378-й 'красноярской' стрелковой дивизии начали атаки с юга на дорогу 'группы Кольберга' Спасская Полисть - Ольховка, а также на дорогу 'группы Шайдиса' Глушица - Сенная Кересть. Днём по колоннам резервов и машинам снабжения у Лисино, Красный Бор, Каменка, Сенная Кересть в тылу 18-й полевой армии Линдеманна нанесли удары бомбардировщики и штурмовики ВВС Волховского фронта Журавлёва. Уничтожено 30 автомашин с пехотой и грузами, 15 повозок с боеприпасами продовольствием.

На северном фасе Волховского плацдарма советская крупнокалиберная артиллерия снова вела артогонь по опорному пункту оккупантов в Дымно и периодически по Званке. По-прежнему вёлся обстрел оккупантов в 'Волховском рукаве' от Спасской Полисти до Малого Опочивалово. Весь 1-й дивизион 291-го артполка подлецов у Трегубово оказался к этому дню практически уничтожен и его остатки отвели в Чудово на переформирование. На замену прибыл 1-й дивизион 207-го артполка. Агитаторы 377-й стрелковой дивизии через громкоговорители призывали оккупантов в Михалёво и Трегубово к сдаче.

В это время севернее Трегубово оккупанты захватили в плен 85 израненных, обмороженных, едва двигающихся 'алтайцев' из 372-й стрелковой дивизии Хорошева. 10 дней герои блокировали коммуникации укрепрайона Спасская Полисть, не имея снабжения и связи. В результате боёв против 'алтайцев' блокирующая их 'группа Ортлера' понесла тяжёлые потери. 402-й велосипедный батальон из 550 человек насчитывал после боёв всего 90 человек. Танко-строительная рота Шнайдера из 180 примерно 70 солдат. 7-я рота 390-го пехотного полка с одним отделением тяжёлых пулеметов 8-й роты того же полка имела в строю 60 человек из первоначальных 140. 2-я и 4-я роты 435-го пехотного полка из 210 человек - 70. 215-й велосипедный эскадрон из 120 человек первоначального состава имел 40 человек. От подчинённого гауптману Ортлеру мотоциклетного взвод 9-го полка SS осталось 30 человек. Катастрофа! Для того, чтобы сдержать группу храбрецов, только 'группа Ортлера' за 10 дней истратила 1 088 000 штук патронов для пулемётов и карабинов, 37 400 патронов для пистолетов-пулемётов, 8400 мин для тяжёлых миномётов, 330 снарядов, 1000 ручных гранат, 4720 осветительных ракет. Так воевали Wehrmacht на Волхове!

С целью воспретить Линдеманну свободно перебрасывать войска с Ленинградского фронта против 2-й Ударной армии, в частности на Любанское направление, маршал Советского Союза Ворошилов приказал активизировать 54-й армии Федюнинского наступление на Любань с севера на 30-километровом фронте вдоль железной дороги Посадников - Остров - Погостье - Малукса навстречу армии Клыкова. Резкий поворот 54-й армии Федюнинского в сторону Любани, оказался полной неожиданностью для Линдеманна и имел в целом успех.

К сожалению войска Федюнинского задержала железнодорожная насыпь, высота которой доходила до 3-х метров - северная 'линия Линдеманна'. В промёрзшей насыпи, крепкой как бетон, захватчики оборудовали блиндажи, ячейки для стрелков, пулемётные площадки и через каждые 200 метров ДЗОТы на один-два станковых пулемёта. В морозы и снегопады такая линия обороны среди болот являлась очень серьёзным препятствием. Особенно у Погостья, где на фронте шириной всего 4 километра половина приходилась на болота Соколий Мох и Коврыгина Гать. Здесь против пяти советских стрелковых дивизий оборонялись части трёх пехотных дивизий фашистов XXVIII армейского корпуса Лоха. Всего же этот корпус генерала артиллерии Лоха состоял из пяти пехотных дивизий - 69, 81, 96, 132, 217-й. Эти пехотные дивизии имели большое количество различной бронетехники, немецкие, чешские, 'дикие' французские танки и бронемашины, корпусные и армейские артиллерийские, зенитные, сапёрные части усиления, строительные батальоны 'Организации Тодта', транспортные колонны NSKK, 'хиви', рабов из местного населения. Статичная масса гитлеровских войск Лоха подвергалась непрерывному уничтожающему обстрелу превосходной советской артиллерии, с которой оккупанты ничего не могли поделать. Wehrmacht здесь вместо операций в духе 'Blitzkrieg' и победы над 'унтерменшами', сидел зарывшись с головой в болото, и день за днем нёс серьёзные потери от артогня, авианалётов и танковых атак.

В свои 'мюнгхаузеновские' журналы боевых действий подлецы Лоха записывали только малую часть своих потерь, чтобы не волновать командующего группой армий 'Север' фон Кюхлера. Французская 'дикая' трофейная бронетехника в потери вообще не зачислялась. Wehrmacht с первых минут вероломного нападения на СССР вёл учёт своих потерь так: 'Потерь нет:', 'Потери небольшие:' Потом бац - батальоны полка сведены в одну роту! Танки и самолёты после боёв из ремонта вдруг списаны, но к боевым потерям не отнесены. Так и в 96-й пехотной дивизии из корпуса Лоха через месяц боёв за Погостье осталось 3991 человек из 17 000 штатного боевого состава. 'Ничего, фрау ещё нарожают!'

Сколько не разбивали артиллерией ДЗОТы в железнодорожной насыпи советские войска, стреляя как в тире, гитлеровцы их упрямо восстанавливали, а на место кучи костей в серой форме пригоняли новых смертников. Чтобы они не бежали назад, не сдавались в плен, многих, особенно штрафников, пристёгивали наручниками к станковым пулемётам. Наручники хорошие, крепкие - Hamburg-8 фирмы Kaiser. Не убежишь!

Но и на всякого мудреца довольно простоты! На одном из участков этого оборонительного вала Лоха в насыпи железной дороги красноармейцы 28-го отдельного сапёрного батальона глубокой февральской ночью по снежным галереям доползли с мешками, наполненными толом, до опорного пункта в наспи. Подлецы постоянно пускали осветительные ракеты, но тоннелей в снегу не обнаружили. Сапёры заложили тол в насыпь у них под самым носом. На рассвете раздался взрыв, и на месте опорного пункта образовалась огромная дымящаяся воронка. Что-то из времён взятия Казани первым русским царём Иваном IV, когда русские розмыслы подобным образом взорвали крепостную стену татарской столицы. Тотчас в проём в железнодорожной насыпи ринулись автоматчики:

Ворошилов торопил Мерецкова. Он организовал переброску из блокадного Ленинграда по льду Ладожского озера для Федюнинского 124-й танковой бригады: 23 тяжёлых танка КВ-1, а также 16 бронеавтомобилей БА-10 и 4 импровизированные 76-миллиметровые самоходки. Эти бы силы, да Клыкову к Любани! Но по пути кружным путём через Волхов и Мясной Бор к Любани танки свой моторесурс выработают, да и время окажется потеряно. Поэтому местом применения для них выбрали армию Федюнинского, а не Клыкова.

124-я танковая бригада в октябре прошлого 1941 года при попытке прорваться к войскам Ораниенбаумского плацдарма понесла тяжёлые потери, вызванные недооценкой возможностей оккупантов. Советские военачальники на основании блестящих результатов, которые демонтировали КВ-1 на поле боя с самых первых дней войны, решили, что это чудо-оружие Красной Армии способно решать любые задачи даже вопреки законам военной науки.

Когда в сентябре прошлого года Wehrmacht силами 18-й полевой армии группы армий 'Север' уже на последнем издыхании замкнул кольцо осады вокруг Ленинграда и вышел к берегу Невской губы в Петергофе и Стрелне, для советских войск около Ораниенбаума возникло как бы двойное окружение. Морской канал, связывающий Ленинград и Кронштадт, находился в 3-х милях от захваченного берега. Он оказался как на ладони и стал подвергаться артиллерийскому обстрелу так же, как и сам Ленинград. Возглавлявший оборону города Жуков решил прекратить артобстрелы города, освободить береговую линию у Стрельны и Петергофа и соединиться с войсками у Ораниенбаума. Замысел включал высадку небольших отвлекающих морских десантов в нескольких местах с одновременным ударом со стороны Ленинграда и Ораниенбаума. Все эти удары планировались по приказу Жукова разными армиями и Балтфлотом порознь. Единого плана Жуков не составил и отбыл в Москву.

18-я полевая армия фон Кюхлера к тому времени уже две недели сидела в глухой обороне, лихорадочно возводя укрепления, даже не проводя контратак из-за очень больших потерь. Так крупный населённый пункт Урицк, захваченный агрессорами, имел прочные каменные дома, огневые позиции, убежища и блиндажи вне зданий. Здесь лихорадочно строились подземные убежища на 50 человек каждое на глубине 5 метров. Очень напугали завоевателей орудия фортов Кронштадта и кораблей Балтфлота. Фашисты оборудовали в Урицке семи сплошных траншей полного профиля, связанных между собой ходами сообщения через каждые 50-200 метров. Глубина противопехотных препятствий до 100 метров. Перед рядами колючей проволоки и между ними закладывались противопехотные и противотанковые минные поля. ДЗОТы и ДОТы связывались траншеями и ходами сообщения. Амбразуры прикрывали проволочными сетками для маскировки и защиты от забрасывания в них гранат. Противопехотные препятствия располагались также в глубине обороны. Все улицы Урицка имели противотанковое минирование, открытые площадки и укрытия для противотанковых пушек и расчётов. Глубина узла обороны достигла 1,5 километров и имела готовность к ведению круговой обороны. Настоящая крепость в духе Первой Мировой войны с современным оружием, оборудованием, наркотиками 'Pervitin', учением о расовая ненависти и заградотрядами из фельджандармов.

Wehrmacht возглавлялся генералами, которые совсем недавно в качестве офицеров четыре года вели позиционную оборону против армий Франции, Британии и США на Западном фронте Первой Мировой войны и опыт в этом имели колоссальный. Полевая крепость Урицк, входившая в систему укреплений главной полосы обороны оккупантов у Ленинграда прикрывала основные дорожные магистрали на Петергоф и Красное Село, и имела исключительно большое значение для группы армий 'Север'.

Но в советских штабах всё ещё царило шапкозакидательское настроение. Для этого имелись веские предпосылки. Оккупанты совершенно определённо выдохлись в битве на Лужском рубеже и не имели из-за этого сил не только штурмовать Ленинград, но даже в обороне испытывали сложности. Мощь артиллерии Кронштадтских фортов и Балтфлота не имела конкуренции. Ленинград обладал самой мощной и современной в мире системой ПВО. Luftwaffe в этой обстановке никак не могли помешать действиям советских войск на побережье вдоль Петергофского шоссе. Подлецы не имели аналогов танку КВ-1. Ни один танк в мире не способен был тогда пробить его 75-миллиметровую броню. Лишь огромная дорогостоящая 88-миллиметровая 5-тонная зенитка Flak 37 из сил ПВО Luftwaffe могла бороться с его бронёй. Для огромных зениток, созданных для стрельбы по движущимся целям на высотах до 10 километров, танки являлись лёгкой мишенью, если только зенитки сами не находились под огнём танков или артиллерии. Поэтому танковый прорыв в сторону Ораниенбаума и разгром с помощью танков КВ-1 войск около Урицка совсем не выглядел утопией.

И вот 5 октября 1941 года усиленный батальон кронштадтских моряков под огнём высадился с катеров в Петергофе. Моряки имели только стрелковое оружие и носимый запас патронов. Под шквальным огнём подлецов 1-й пехотной дивизии Клеффеля - самой старой из тех, что имел Wehrmacht, десантники лишились связи и не смогли воспользоваться огневой и авиаподдержкой для захвата плацдарма, хотя авиация Балтфлота совершила в район действий десанта 116 боевых вылетов на разведку, штурмовку и бомбёжку огневых позиций Клеффеля.

Часть моряков пали смертью храбрых, уничтожив немало отборных пехотинцев Клеффеля, часть просочилась к линии фронта и перешли её, часть, в основном раненые. попала в плен. Подлецы, обозлённые потерей более 1000 своих солдат убитыми и ранеными, затолкали пленных моряков в железнодорожную будку на пересечении железной дороги и Волхонки, и держали там без воды и еды, пока они все не умерли. Так спасали Ленинград!

После высадки моряков в Петергофе высадился с катеров уже в Стрелне батальон пограничников НКВД со стрелковым оружием. Бойцы прыгали в ледяную воду и брели к берегу под пулемётным огнём. Огневую поддержку оказывали бронекатера, эсминцы 'Сметливый' и 'Стойкий', 19-я железнодорожная батарея, авиация Балтфлота. Подготовка велась в спешке и согласованных действий не получилось. Не имея связи с десантом, дальнобойная артиллерия громила тылы оккупантов, но не могла сопровождать атаку пехоты огнём. Ведя тяжёлый бой против покорителей Чехословакии, Польши и Франции, пограничники достигли Петергофского шоссе, зачистили побережье до шоссе, но удержаться у шоссе не смогли.

Следующий десант из 234 бойцов НКВД высадился в парке Константиновского дворца 8 октября. Задачи прежние - рассечь оборону оккупантов в тыловом районе, не оборудованной ДЗОТам и другими укреплениями, отвлечь на себя силы обороны, установить связь с предыдущими десантами, наладить корректировку огня фортов Кронштадта, поддержать предстоящий прорыв танков 124-й танковой бригады в тыл группировке в Урицке. Эти действия по никак не оформленной задумке уехавшего Жукова следовало провести одновременно с атакой 44-й стрелковой дивизии, 6-й бригады морской пехоты, 51-го отдельного танкового батальона, девяти дивизионов артиллерии на Урицк и удара от Ораниенбаума. Однако наступление на Урицк началось почти на неделю раньше танкового прорыва и уже выдохлось, а наступление от Ораниенбаума вместе с первым десантом - за два дня до танкового прорыва, то есть тоже рассогласованно.

Сам танковый прорыв 124-й танковой бригады Родина около Урицка начался с опозданием на несколько часов. Упущено ночное время, когда танковая колонна могла пройти Петергофское шоссе под покровом темноты без потерь. Родин имел крайне рискованный приказ: до атаки в южном направлении в обход Урицка пройти через позиции 58-й пехотной дивизии фон Графена 8 километров по Петергофскому шоссе в самом уязвимом для танков боевом порядке - колонне.

124-я танковая бригада Родина формировалась из подразделений 24-й танковой дивизии Чеснокова, которая вела бои сначала против армии фашистской Финляндии, а затем против ударных сил группы армий 'Север'. 13 июня 1941 года боевые группы дивизии Чеснокова с лёгкими танками БТ-7 под командованием замкомдива Родина поймали на марше 20-километровую колонну 1-й танковой дивизии Кирхнера из 4-й танковой группы Гёпнера, и с флангов атаковали её сразу на трёх участках. В результате колонна разгромлена. Уничтожен охранный батальон, роты сапёров и противотанкистов, сожжено более 100 грузовиков с боеприпасами, горючим, продовольствием, 30 мотоциклов, 130 велосипедов, выведены из строя 4 транспортируемых гаубицы, 12 миномётов, 6 противотанковых пушек, 12 зенитных пулемётов, уничтожено 30 повозок с военным имуществом. После этого разгрома освобождена станция Плюсса. Затем в боях против танковых частей 1-й танковой дивизии танкисты Родина освободили Городище. Именно здесь на первом рубеже Лужского оборонительного рубежа, а также контрударом под Сольцами, Ворошилов сломал 'Blitzkrieg' и начал героическую оборону Ленинграда. На следующий день после разгрома колонны, боевые группы Чеснокова атаковали уже 269-ю пехотную дивизию фон Лайзара. Освобождены Плюсса и Петрилово. И здесь оккупанты понесли тяжёлые потери. Уничтожено более 450 солдат и офицеров, 1600 ранено, выведено из строя множество вооружения, транспортных средств. Далее последовали непрекращающиеся оборонительные бои с контратаками, перемежающийся контрударами.

Так что танкисты Родина умелые и мужественные воины. Командиры и бойцы Красной Армии в 1941 году отнюдь не мальчики для битья и не 'унтерменши', а те, кто мужественно и умело сражался с силой почти всей Европы, выстоял против этой орды, обескровил её, нанеся ей кратные по сравнению со своими потери. 'Дорогой смерти' называли путь к Ленинграду в войсках группы армий 'Север'. Таких потерь за три месяца немецкая армия в ходе всей своей истории ещё не имела. В сентябре на базе дивизии Чеснокова создали 125-ю и 124-ю танковые бригады. Первую возглавил Чесноков, вторую его заместитель Родин. Так как танкисты 124-й танковой бригады к октябрю прошли огонь и воду, они к боевым возможностям битого в хвост и гриву врага относились весьма скептически. Теперь они получили для защиты Ленинграда только что вышедшие из цехов Кировского завода новенькие 43-тонные КВ-1 - самые современные и сильные на тот момент танки.

Петергофское шоссе, по которому в тыл 18-й полевой армии фон Кюхлера предстояло прорываться Родину, проходило вдоль возвышения - литоринового уступа, некогда служившего берегом древнего моря. Подлецы имели позиции на уступе и полный контроль над дорогой, болотистой равниной, и всем побережьем Финского залива с размытым очертанием. Шоссе узкое. Вправо-влево непроходимые для тяжёлых танков заболоченные места с озерцами, ручьями, речушкам. Два грузовика на шоссе разъедутся, но КВ-1, который шире грузовика ГАЗ-АА в 1,5 раза, в случае остановки блокировал движение. Подбитые танки пришлось бы объезжать по кюветам или сталкивать в кювет. Шоссе на маршруте колонны под мостами и в трубах пересекало множество крупных по местным меркам рек: Дудергофка, Ивановка, Сосновка, а также множество ручьёв. Подрыв любого из этих многочисленных мостов или проточных труб тут же блокировал движение. На самом шоссе множество повреждённых и брошенных грузовиков, повозок, разного оборудования.

И вот 8 октября прошлого 1941 года в 4:00 по Петергофскому шоссе в сторону Стрельны пошли в разведку четыре танка КВ-1 с автоматчиками на броне. Операцией руководил начальник бронетанковых войск Ленфронта Болотников с командного пункта в Больнице Фореля. К сожалению, в темноте танки разведки съехали с Петергофского шоссе на Нарвское шоссе и попали на минное поле. Командир танкового взвода погиб. Связь прервалась. Не получив никакой информации от разведки, двинулся к Стрелне взвод головной походной заставы. Один из 4-х танков КВ-1 остался на исходной позиции из-за поломки. Танки легко прорвали оборону фон Гриффена и под огнём дошли до требуемого района у Троице-Сергиевой Пустыни.

Вместо выступления по плану через 30 минут после головной походной заставы и под покровом темноты, оставшиеся 25 танков КВ-1 с команполка Лукашиком и 150 автоматчиков выступили только с рассветом. Естественно, что после танковой атаки ночью вдоль шоссе, оккупанты привели подразделения на высотах и у шоссе в полную готовность, перебросили дополнительные силы. Когда колонна Лукашика показалась на шоссе, она сразу попала под ураганный фланговый огонь из пулемётов, миномётов, гаубиц, противотанковых орудий и зениток Flak 39. Десант автоматчиков немедленно покинул танки и залёг. Танки двинулись в прорыв без пехоты, ведя огонь из пушек и пулемётов.

Один за другим подлецам удавалось выводить из строя КВ-1 на шоссе, поражая их в более уязвимые бортовые проекции и ходовую часть. Не всегда случалось пробитие брони, но полностью открытая сбоку ходовая часть и гусеницы КВ-1, как и у всех танков вообще, являлись уязвимыми для огня даже не самых мощных противотанковых средств, для которых главное массированный огонь. Авось куда-нибудь попадёт. Огонь советской артиллерии по высотам вёлся без корректировки со стороны автоматчиков. Он хотя и наносил потери подлецам, но решающим образом повлиять на ситуацию не мог. Накачанные препаратом 'Pervitin' и шнапсом подлецы в это время старались приблизиться к шоссе со своими противотанковыми ружьям, противотанковыми пушками и взрывчаткой. Захватчики гибли десятками, но кто-нибудь когда-нибудь в истории германской армии берёг немецких солдат? Это не в духе традиций генералов и офицеров немецкой армии. 'Фрау ещё нарожают!'

За три часа жестокого боя на шоссе оказались обездвижены 12 танков КВ-1. Из них 2 остановились из-за перегрева двигателя, 8 из-за повреждения ходовой части. Сгоревших не было. Остальные 13 танков КВ-1 во главе с Лукашиком без пехоты проутюжили заслоны оккупантов на шоссе и прорвались к Стрельне в район между железнодорожным переездом ветки на ЛЭМЗ и пересечением трамвайной линии. Из танков полностью боеспособных оставались 5, остальные имели разные повреждения.

Десантников НКВД севернее Стрельны танкисты не обнаружили и заняли круговую оборону. Такими силами ударить в тыл группировки опорного пункта в Урицке не получилось бы никак. Оставалось ждать успехов удара из Ораниенбаума. Но наступление оттуда завязло в многочисленных ДЗОТах, блиндажах, огневых позициях и минных полях, которые за две недели успели там понаделать оккупанты. Подлецы тем временем в страшной спешке перевозили к Стрельне противотанковые пушки и зенитки Flak 39, копали ров поперёк шоссе, ставили мины, оборудовали огневые позиции в зарослях у шоссе.

На следующий день Родин и Болотников попытались тем же единственно возможным маршрутом по шоссе, на котором уже остались 13 подбитых и потерявших ход танков КВ-1, доставить Лукашику боеприпасы. На шоссе вышли 5 лёгких танков БТ-7 из 51-го отдельного танкового батальона. Но пройти днём под фланговым огнём 8 километров по шоссе они не смогли. Это не КВ-1. Попытки мотострелков, морской пехоты и бойцов НКВД пройти по шоссе к своим танкам тоже сорвались шквальным огнём с литоринового уступа. Морской пехоте дерзким броском Удалось взять высоту 8.7, и в это время к танкистам смогли пробиться 200 автоматчиков и сапёров. Но этого мало. Огонь по позициям оккупантов с фортов Кронштадта и кораблей Балтфлота подавать все многочисленные огневые средства на уступе не смогли. Комфронта Жуков всё ещё в Москве. Задуманные им действия по соединению с войсками у Ораниенбаума плана не имеют, статуса у операций тоже нет, и их никто не координирует. Предназначенные для этого силы истрачены разрозненно.

Видя бессмысленность продолжения таких действий, вступивший в должность командующего Ленфронта Федюнинский приказал завершить все эти действия, вывести танки и эвакуировать повреждённые. Спустя 6 часов в ночь на 10 октября этот приказ дошёл до Лукашика.

Ему предстояло при минимуме боеприпасов прорвать кольцо окружения на Петергофском шоссе, преодолеть противотанковый ров, взорванный мост через реку Сосновка, преодолеть провал полотна на шоссе после взрыва дренажной трубы, минное поле. С обеих сторон на 8-километровом пути его ждали противотанковые пушки 58-й пехотной дивизии, зенитки Luftwaffe, части усиления XXXVIII армейского корпуса фон Чаппюи, позднее застрелившегося из-за понесённых его войсками зимой-весной тяжёлых и бессмысленных потерь.

Прорыв Лукашика начался в 4:00 затемно. Задача невыполнима. Герои-танкисты шли в бой на очень сильного врага, не труся, хорошо понимая, что это их последний бой, но свято веря, что победа в войне всё равно будет за их армией и народом и, что за их гибель отомстят по полной. Советские герои меняли плен и сдачу оружия на бой и геройскую смерть. Главная задача войск уничижать врага. Так что:

- Танки, вперёд!

Пехота и сапёры начали под обстрелом наводить мост через реку Сосновка. Как только рассвело, противотанковая, полевая и зенитная артиллерия оккупантов открыла ураганный огонь с двух флагов по колонне танков КВ-1, имеющих на буксире свои неисправные танки. Съехать с шоссе нельзя, вокруг непроходимый для тяжёлых танков заболоченный, слишком мягкий грунт с ручьями и речушкам. Смотреть на танки было страшно. На броне, как искры от электросварки, взрывы пуль и снарядов разных калибров и типов, огненные росчерки рикошетов, дым, сплошной грохот. Танки ведут ответный огонь. Внутри танков непрерывный оглушающий гул, отлетают куски брони, нечем дышать, смотровые приборы частью ослепли. Но никто из советских героев не бросил машины, никто не бежал, не сдался. Так же наверно чувствовали себя геройские русские моряки в броненосцах во время Цусимского сражения 1904 года.


Наверх, о товарищи, все по местам!

Последний парад наступает!

Врагу не сдается наш гордый 'Варяг',

Пощады никто не желает!


Один за другим выходили из строя лучшие в мире танки КВ-1. Какие могли, сами сползали в кювет, чтобы не загораживать дорогу остальным, другие сталкивали. Так подлецы подбили 8 танков. Немногочисленная пехота Лукашика оказалась рассеяна.

5 оставшихся на ходу танков прорвались из огневого мешка к следующему препятствию - подорванной дренажной труба на шоссе в 2-х километрах от советских позиций. Без сапёров преодолеть его танки никак не могли. До последнего патрона танкисты вели здесь огонь, нанося потери фашистам. После того, как потерял ход последний танк и закончились боеприпасы, Лукашик отдал приказ своим бойцам оставить подбитые танки и пробиваться к своим. Без его приказа ни один этого не сделал. За три дня боёв бригада потеряла 178 человек убитыми и 63 ранеными. Не вернулись в свою часть, то есть пропали без вести 280 человек:


Не скажут ни камень, ни крест, где легли

Во славу мы русского флага,

Лишь волны морские прославят вовек

Геройскую гибель 'Варяга'!


И вот 16 февраля 1942 года под Погостьем 124-я танковая бригада снова пошла в атаку, получив возможность отомстить за гибель своих боевых товарищей. Пошли вверх сигнальные ракеты. Содрогнулась земля и грохнул залпа 200 орудий. Артиллерия и танки с первого раза взломали до того неуязвимую оборону у Погостья на большую глубину. Фактически здесь оказался полностью уничтожен весь узел обороны. 43-х тонные КВ-1 в прямом и переносном смысле 'подавили' оборону: ДЗОТы, орудия, пулемёты, землянки и фашистов они разрушали не столько выстрелами, сколько весом. После того как танки раскатали линию обороны, они прорвались в расположение сменных подразделений и раздавили 17 больших блиндажей на 30 человек каждый, где пряталась пехота. Только танк майора Пайкина уничтожил в той атаке 2 немецких танка, 2 ДЗОТа, 7 блиндажей, 36 убегающих подлецов.

Геббельсовская пропаганда и триколорная белогвардейская эмиграция представила этот блестящий образец воинской искусства так: 'Пришла дивизия вятских мужичков, низкорослых, кривоногих, жилистых, скуластых. 'Эх, мать твою! Была не была!' - полезли они на немецкие ДЗОТы, 'выкурили' оборону, всё повзрывали и продвинулись метров на 500. По их телам в прорыв бросили целый стрелковый корпус'. Но геббельсовцам не важно, что их уличат во лжи: 'Чем масштабнее ложь, тем охотнее в неё поверят!'

Наступление Федюнинского, отодвигающее группу армий 'Север' от ленинградской 'Дороги жизни', проходило в экстремальных условиях. Землянки под Погостьем - роскошь и привилегия - большинство бойцов ночевали прямо на снегу. Бойцы имели страшный вид: почерневшие, с красными воспалёнными глазами, как альпинисты на высокогорье, в прожжённых шинелях и валенках. Костер зажечь из-за Luftwaffe можно не всегда. Особенно трудно уберечь от мороза раненых. Их обычно волокли по снегу на специальных лёгких деревянных лодочках, а для сохранения тепла обкладывали многоразовыми химическими грелками. Это небольшие зелёные брезентовые подушечки. Требовалось налить внутрь немного воды, после чего происходила химическая реакция с выделением тепла на два-три часа. Иногда волокуши тянули собаки - верные, умные создания. Обычно санитар выпускал вожака упряжки под обстрел на нейтральную полосу, куда человеку не пробраться. Пёс разыскивал раненого, возвращался и вновь полз туда же со всей упряжкой. Собаки подталкивали волокушу к здоровому боку раненого, помогали ему перевалиться в лодочку и ползком выбирались из опасной зоны! Так спасали Ленинград!

К сожалению насыщенная пригнанным из Европы мясом и массой собранного со всей Европы оружия оборона Линдеманна в целом устояла. Войска Федюнинского шаг за шагом, неимоверно медленно, сберегая жизни своих бойцов, продолжили прогрызать оборону навстречу армии Клыкова с севера. Везде, где гитлеровцы создали укреплённые позиции: насыпь железной дороги, населённые пункты, станции, даже группы сараев, шли упорные бои. Продвижение советских войск после атак и контратак измерялось метрами за неделю, словно они сваркой вырезали тоннель в железной горе. Южнее опорных пунктов и железной дороги советские войска могли передвигаться по лесам относительно свободно, насколько позволяло наличие боеприпасов, еды и проходимость местности. Разворачивалась драма самопожертвования советских людей и одновременно акция по истребителю войск капиталистов. Сражение шло жесточайшее. Тяжёлая советская артиллерия через голову своей пехоты уничтожала гитлеровцев, перепахивала оборону залпами 'Катюш'. Как тараны вперёд шли КВ-1, уничтожая всё на своём пути. Потом гитлеровцы контратаковали не считаясь с потерями, бомбили. Войска Федюнинского, не успевшие закрепится в лесистой местности, вынуждено отступали. Потом всё повторялось. В подобное положении немецкая армия попала в Первую Мировую войну под Верденом во Франции - 'Верденская мясорубка'. Равная борьба немцев с французами с соразмерными потерями. Но теперь всё это происходило на русской земле, гибли русские, советские воины, в Ленинграде умирали от недоедания дети, враг истязал население оккупированной территории:

К сожалению, войска Ленинградского фронта ничем не могли помочь Федюнинскому и Клыкову. Их вначале требовалось элементарно подкормить, доставить с 'Большой земли' боеприпасы. Ленинградская блокадная промышленность выпускала снаряды относительно небольшого калибра, до 76 миллиметров. Запаса не имелось. Поэтому основной удар и наносили 'волховчане'. К великому горю ленинградцев Федюнинский не дошёл до Любани 40 километров и восточную группировку 18-й полевой армии Линдеманна окружить, как под Демянском группировку полевой армии Буша, не удалось:

17 февраля вдоль шоссе Чудово - Новгород предпринял наступление на Любцы 311-й стрелковый полк 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого для расширения Волховского плацдарма в южном направлении. Любцы оккупанты превратили в мощный опорный пункт. В железнодорожной насыпи и вдоль шоссе ДЗОТы, огневые позиции, миномёты, подступы минированы, разложены спирали колючей проволоки, натянут 'спотыкач'. На подступах к домам голая снежная полоса шириной в 200, 300 и более метров. Минные поля, проволочные заграждения, спирали Бруно, ледяные валы. Всё, что мешало обзору, оккупанты убрали. Деревья, в том числе и плодовые, спилили и использовали для укреплений. Даже плетней и заборов не оставили. За избами траншеи полного профиля. Они ходами соединены со вторым и третьим рядом траншей. Между избами ДЗОТы, пулемётные точки. Сами избы оборудованы как узлы сопротивления. В них имелись кирпичные подызбицы. В отличие от подвалов, в подызбицах над самой землей - невысокие оконца. Оккупанты укрепили подызбицы, а вместо оконцев устроили амбразуры. Получились ДОТы. Пока тихо, гарнизон ДОТа находились наверху в комнатах. Лишь чуют угрозу, бегут вниз. Вместе с остатками 126-й пехотной дивизии Лаукса здесь засели голландцы SS Freiwilligen 'Legion Nederland' и испанцы 250-й 'голубой' дивизии.

После мощной артподготовки советского 'бога войны' штурмовые группы 'тюменцев' бросились вперёд, уповая на маскхалаты и скрытность. Сапёры во время артподготовки успели подготовить проход. Вехами-ориентирами служили воткнутые в снег броские цветные флажки. Полоса прохода тянулась по южному отлогому склону длинного и невысокого бугра. За ней, уже на бугре, снежно-ледяной вал. На сооружение его пошёл снег, который голландцы сгребли с участков минирования. В валу, как в крепостной стене амбразуры.

Разминированный участок 'тюменцы' пересекли согнувшись до земли, бегом и молча. Нельзя даже кашлянуть, только все тяжело сопели. Ползли по-пластунски - тоже молчали. Но лишь только встали и побежали вперёд во весь рост, у всех непроизвольно, синхронно вырвалось из груди:

- Ур-р-р-а-а-а!

Справа начал опасно бить пулемёт, но вдруг замолчал. Бойцы вышли из его сектора обстрела. Пули жужжали, но реже, чем до артподготовки. Мины падали очень разбросанно. Видимо, батареи перебрались на более удалённые позиции. 'Бог войны' и за 15 минут часа сумел дать голландцам жару.

У самого снежного вала ждут сапёры. Здесь для пуль 'мёртвая зона'. Вал высотой около двух метров. Можно преодолеть его, подсаживая друг друга. Но это безрассудно. Наверху в два счёта скосят. Сапёры приладили свои штурмовые фугасы-'бешенные сосиски' - обычные 4-5-метровые водопроводные трубы, начинённые динамитом. Их использовали для подрыва минных полей, колючей проволоки, когда не было времени возиться, или ещё для чего. Показывают и кричат штурмовой группе:

- Отойдите всё!

Зажигают очень короткий шнур - дорога каждая секунда! - сами отбегают. Ба-ба-бах! - три мощных взрыва слились в один. Шуму много, а результат плоховат. Взрывы разнесли ледяной панцирь, но снежную начинку выбросили не полностью. В 'воротах' остался высокий порог, перебираясь через который, можно угодить под пулю. И проход, и часть низины заволокло дымом. Это на руку. Сапёры и стрелки устремились в проход одновременно, вперемешку. Намётанным глазом, с ходу сапёры определили: дальше мин нет. Опять бегом, опять с устрашающим 'ура!'. Древнерусский клич 'ура!' очень важен. Он снимает страх. Слыша его, встают и те, кто сомневался, не видел боя, кто легко ранен. Он как бы объединяет всех в единое тело. Пулемётчики 'Максимов' и миномётчики усиливают огонь, слыша клич, понимают: общий натиск. Враг нервничает, паникует, стреляет с ошибками, начинает покидать первую траншею. Но крик сразу же гаснет: бежать и кричать трудно, не хватает дыхания. Впереди замполитрука роты автоматчиков Ставничий. Пули уже не жужжат, а свистят. Кто-то упал слева, кто-то справа... Споткнулся? Ранен? Убит? Разбираться после. А пока только вперёд!

Дым рассеялся, уже близок бруствер траншеи. На нём тёмные проплешины от разрывов советских мин и снарядов. За бруствером страшная неизвестность. Что там? Плоский штык винтовки? Очередь в упор из 'шмайссера'? Или откормленный маслом пьяный голландец воткнёт финский нож?!

На ходу автоматчики обрили бруствер из ППШ. Чтобы не высовывались. Из траншеи одна за другой вылетели несколько ручных гранат. Длинные, как городошные биты, они, кувыркаясь, пролетели над бегущими и упали на линию второй атакующей группы. Красноармейцы стали зубами вырвать кольца и забрасывать в траншею ответные гранаты жестом рыболова-удильщика. Взрывы, вопли. Перевалились через бруствер в траншею. Голландцев нет, только белые балахоны атакующих мелькают. Справа какая-то канитель-неразбериха: автоматная стрельба, разрывы гранат. Бойцы бегут туда, спотыкаясь о трупы голландцев. Они наполовину втоптаны в снежно-грязевое месиво. У одного крупный осколок снёс верхнюю часть черепа вместе с каской - отвратное месиво из крови, мозгов и грязи...

В траншее голландцы оставили только жиденький заслон, а сами по ходам сообщения отошли и укрылись за следующей полосой проволоки. Смертников мгновенно перебили. Но всё нужно начинать сначала. Вокруг мусор, обёртки, бутылки и банки. На видном месте тонкая зеленовато-ядовитого цвета книжица с сильно замусоленными обложками. На лицевой стороне орёл со свастикой. Это 'зольдбух'. Тут же фотографии, видовые открытки, запасная чистая бумага, газеты, конверты, рейхсмарки и оккупационные деньги.

Атака 'тюменцев' не привела к захвату Любцов. Едва они успели занять оборону в захваченной траншее, как немецкие офицеры погнали голландцев в 'мясную' контратаку отрабатывать зарплату. Шли пьяной толпой с песнями и криками. Замполитрука роты автоматчиков Ставничий организовал свою контратаку и оккупанты в панике побежали, оставив на снегу больше 80 трупов. Командир 20-й моторизированной дивизии генерал Яшке, части которого вели боевые действия в феврале на южном фасе Волховского плацдарма, не зря высказался в штабе XXXVIII армейского корпуса о голландских наёмниках как о плохих солдатах, которых можно не учитывать. Может, голландцы и не являлись такой забитой и тупой серой скотиной на убой, как немцы, однако они так же стреляли в защитников социалистического Отечества, топтали русскую землю и издевались над её многострадальным народом.

В 'тюменской' 65-й стрелковой дивизии уже успел прославиться боец 60-го стрелкового полка Кузнецова уралец Иван Изегов. До войны он работал председателем колхоза. Заядлый охотник. Изегов начал 'охотиться' на оккупантов и быстро стал знаменитым на весь фронт снайпером. В снайпере как нельзя лучше реализовывалось русское 'и один в поле воин'. Комполка Кузнецов создал команду снайперов во главе с Изеговым. Затем команда превратилась в снайперский взвод. Большая сила!

Во взвод снайперов вступила и Катя Яшина, невысокая, плотная девушка, прачка из отдела вещевого снабжения. Катя в Ленинградской области пережила жуткие дни оккупации. Солдаты группы армий 'Север' сожгли её деревню. На её глазах связали верёвками группу девушек, её подруг, и бросили под танк. Вскоре Катя открыла свой счёт уничтоженных оккупантов и стала первой девушкой-снайпером на Волховском фронте. Её примеру последовала комсомолка Бронникова - санитарка полкового медпункта.

Как только фон Кюхлер забил местность вдоль железных дорог в тылу 16-й и 18-й полевых армий войсками из резервов и снятыми с других участков фронта, ударные возможности кавалерии Гусева сошли на нет. Кавалерийские дивизии задумывались Будённым для рейдов по тылам, в крайнем случае для обороны непродолжительный срок перед фронтом пехотных частей, но не для штурма опорных пунктов и борьбы с танковыми дивизиями. Советская кавдивизия конца 1941 года, это соединение с высокой скоростью движения в любых, даже труднопроходимых условиях, с артиллерией среднего калибра, с автоматическим стрелковым и зенитным оружием, отличной выучкой и дисциплиной. Координация с помощью радиостанций и самолётов. Но кавалерия просто не имела для штурмовых действий по штату соответствующих огневых средств, специальных подразделений и даже численности.

В конце 1941 года Народный Комиссариат Обороны в целях экономии живой силы и лошадей начал формировать лёгкие мобильные кавалерийские дивизии, имевшие всего по 3447 человек в составе каждого их трёх кавполков Каждый кавполк состоял из четырёх сабельных эскадронов, пулемётного эскадрона со 128 автоматами ППШ и ППД, пулемётами ДП и 'Максим', артбатареи с четырьмя 'полковушками' и двумя 'сорокопятками', противотанкового взвода, имеющего 7 противотанковых ружей, сапёрного взвода, санитарной группы и группы снабжения. Кавдивизию также вооружали артдивизионом из трёх батарей по четыре 76-миллиметровые пушки 'полковушки' М-27, а также четырьмя 76-миллиметровыми пушками Ф-22-УСВ и четырьмя 82-миллиметровыми миномётами БМ: Имелся полуэскадрона связи и небольшая служба материально-технического обеспечения.

2-я Ударная армия продолжала вытягивать соки из группы армии 'Север', хотя через толпы врагов приходилось продираться как лесорубам, прокладывающим просеки в густом лесу. Среди 'ударармейцев' росли потери убитыми, ранеными, заболевшими, обмороженными. Штабы сбились с ног, обобщая опыт боевых действий в лесисто-болотистой местности и изживая недостатки во взаимодействии между родами войск, ошибки в тактике, недостатке в разведке, организации боевого охранения. Пополнение приходило мало, гораздо меньше потерь, и его приходилось вводить в бой сразу, распределяя равномерно среди бывалых воинов. Численность соединений и частей сильно отличалось в меньшую сторону от штатной, ведь на советскую страну не работала промышленность всей Европы, советская промышленность не использовала пленных и рабов, как европейская, и большая часть советских мужчин призывного возраста осталась на советских заводах, фабриках и в сельском хозяйстве. Пропорционально численности падала боевая сила соединений 2-й Ударной армии.

Но постепенно у красноармейцев пополнения появлялась мгновенная реакция, способность безошибочно ориентироваться на местности. По завыванию мин и снарядов они почти точно определяли - будет недолёт или перелёт. Если угрожала опасность, они немедленно ложились на снег. На виду у гитлеровцев передвигаться приходилось, главным образом на локтях и коленях, отчего их всегда покрывали ссадины. Несмотря на потери среди новичков, среди обстрелянных и закалённых в боях редко кто выходил из строя. За одного битого двух небитых дают.

17 февраля к Мерецкову на фронт прибыл член Ставки Верховного Главнокомандования Ворошилов с посланием от Верховного Главнокомандующего: 'Активизировать действия и в ближайшее время во что бы то ни стало овладеть Любанью!' Но как? Подлый враг успел перед Любанью серьёзно окопаться. Путь в северном направлении перекрывала 'линия Линдеманна' - высокая насыпь железной дороги Веймарн - Чудово, в которой фашисты оборудовали артиллерийские и пулемётные ДЗОТы, огневые позиции, убежища, вкопали танки. За насыпью - дороги из сборных металлических элементов аэродромного покрытия. Они обеспечивали 254-й пехотной дивизии и всей 'группе фон Басса' быстрый манёвр, недоступный внешнему наблюдению. Перед опорными пунктами в деревнях снежноледяные валы с пулемётными гнёздами. Перед ними проволочные заграждения и минные поля. Перед минными полями - отдельные опорные огневые позиции. Колючая проволока, 'спотыкач'. Над линией обороны патрулировали самолёты-разведчики 'костыли' или 'рамы'. Сюда же гитлеровцы по железной перебросили танки и артиллерию для 'группы фон Бассе'. Теперь 'линию Линдеманна' казалось невозможно прорвать без авиационных, артиллерийских и танковых сил, большого количества боеприпасов. В это время в армии Клыкова на всех направлениях имелся всего лишь 1 исправный тяжёлый KB-1, 11 средних Т-34, 8 лёгких Т-26, 34 лёгких Т-60, один 'дедушка' БТ-7.

Для наступления на Любань Мерецков приступил к перегруппировке. Он снял с других участков и начал перебрасывать к Любани в группу Привалова кавдивизию Асланова, 'антюфеевцев', две лыжные бригады, танки 166-го отдельного танкового батальона, крупнокалиберную артиллерию, 'Катюши' на танковой ходовой части. Изыскивалась возможность атаковать немедленно, хотя бы кавалерией, ведь каждый день работал на укрепление обороны.

Побывав на передовой, подробно ознакомившись с ситуацией в штабах на Волховском фронте и в армии Клыкова, маршал Советского Союза Ворошилов на заседании Военного совета фронта согласился с мнением, что войскам необходим кратковременный отдых, время на завершение перегруппировки и подвоз необходимых запасов. Следовало ни за что не допускать срыва поставок, какие случились до того, как этим начал заниматься Народный Комитет Обороны и лично Сталин.

Войска тем временам налаживали жизнь на освобождённой земле. Подтянулись тылы с банями и прачечными, 'Военторгами', кино и почтой. По ротам раздали печки-буржуйки. Большинство жителей, которых подлецы хотели угнать с собой: старики, женщины и в большом количестве дети, прятались от угона и во время боёв в лесных норах и шалашах. Теперь они возвращались, ведя за собой коз, коров, везя утлый скарб. Начали работу советские органы власти, НКВД. Дошло наконец дело и до арестов пособников оккупантов. На дорогах появились указатели. Даже таблички запрещающие рубку леса. В Новой Керести заработала почта, в освобождённых деревнях появились почтовые ящики. С радостью сознавали красноармейцы и командиры, что трудности, холод, усталость, смерть, беспрерывные походы - не зря! Они служили великой цели освобождения своих братьев и сестёр. Это окрыляло!

Ворошилов с Мерецковым выехал в войска Клыкова через горловину прорыва у Мясного Бора, рискуя ежеминутно оказаться под артобстрелом, бомбёжкой, под атакой разведгрупп или агентов Abwehrgruppe 1. Из-за опасности нападения агентов или диверсантов, а также обстрела с воздуха, Мерецков передвигался по фронту в гимнастёрке без знаков различия и фуражке невоенного покроя. Принимаемые меры к безопасности со стороны Особого Отдела НКВД фронта, отвечающего за охрану военачальников, имели серьёзные причины, ведь линия фронта как таковая отсутствовала - 'слоёный пирог'. Окружающие и контратакующие становились окружёнными и наоборот. Разведка превращалась в ударный отряд.

Вот и случай с командованием 2-й Ударной армии тому подтверждение: лыжный разведвзвод гитлеровцев в советской форме из Спасской Полисти в начале февраля оказался вдруг у штаба 2-й Ударной армии в Новой Керести. Их раскрыли. Рота охрана штаба и стрелки взвода Особого Отдела НКВД приняли бой. Подлецов перебили. Последний автоматчик вышел из боя и спрятался под пологом едущих по дороге саней. Там его и задержали лично комдив Клыков, член Военного совета Зуев и начальник Особого Отдела НКВД Шашков, которые спешили к месту боя. Ездовой на санях даже не подозревал, что везёт врага:

- Так он же во всё наше одет, и не отличишь! Догнал сани, да запрыгнул. Много тут разных ходит. Пусть, думаю, едет служивый, устал, поди! Может, раненый:

Действие наркотика 'Pervitin' как раз закончилось, и у немца душа ушла в пятки, когда он увидел перед собой советских высокопоставленных генералов и комиссаров с большими звёздами в петлицах. Думал, сразу застрелят. На допросе подлец охотно сообщил, что в Любани разгружаются много разных частей дивизий корпуса Герцога с бронетехникой, прибывшие из-под Новгорода кружным путём, а также подходят разномастные части из-под Ленинграда: А если бы фриц в санях оказался не из робкого десятка? А если бы их оказалось в санях несколько?

Поэтому для передвижения внутри зоны прорыва и на плацдарме для Ворошилова предусмотрели гусеничный бронированный артиллерийский тягач 'переднего края' Т-20 'Комсомолец'. Таких тягачей с бронёй до 10 миллиметров и пулемётом ДТ перед войной выпустили более 7000 штук, значительно повысив механизацию артиллерии Красной Армии. Тягач Т-20 'Комсомолец' по существу являлся малым бронетранспортёром с откидной бронёй отделения десанта. Двигатель и грузовая платформа от грузовика ГАЗ-ММ. 'Комсомольцем' комплектовались ударные части, мотопехота в составе стрелковых соединений, и они применялись в боях с Японией у озера Хасан в 1938 году, у монгольской реки Халхин-Гол в 1939 году, в Освободительном и Финском походах Красной Армии. Показали себя как идеальные машины для лесных дорог, к тому же всегда обеспеченные автомобильными запчастями. При отсутствии других тягачей Т-20 с перегрузкой могли применяться для буксировки зенитной и дивизионной артиллерии.

После вероломного нападения фашистов при обороне и нанесении контрударов Т-20 использовались как пулемётные танкетки для борьбы с пехотой и заменитель бронетранспортёра. Подбитые Т-20 гитлеровцы себе засчитывали как подбитые танки. Свои подбитые трофейные машины подобного класса вообще у себя в частях не числили, и случаи потери в бою не фиксировали. Поэтому разница в потерянных своих и советских танков у них всегда выходила впечатляющая в их ползу. Главное при капитализме не факт, а его интерпретация. Использовали брошенные при отступлении Т-20 и партизаны.

В июле 1941 года на базу тягача 'Комсомолец' на заводе ГАЗ смонтировали мощное 57-миллиметровое противотанковое орудие ЗИС-2. Для устойчивости при выстреле машина оборудовалась откидными сошниками. Так на второй месяц войны появилась первая советская боевая самоходная гусеничная артустановка САУ открытого типа ЗИС-30. Первые ЗИС-30 поступили на вооружение танковых бригад и внесли свой вклад в уничтожение танков и полчищ 'железной саранчи' Гитлера в битве за Москву.

К февралю 1942 года тягачей Т-20 имелось во фронтовых войсках 1770 штук. И это при том, что Красная Армия имела грузовиков в войсках значительно больше, причём отечественных, чем Wehrmacht, собирающий машины по всей Европе. Капиталистические пропагандисты и их триколорные белогвардейские подпевалы эмигранты не любили упоминать о Т-20, как о свидетельстве успехов большевиков в части организации современной армии. Они предпочитали говорить о Красной Армии как об армии без сапог и одной винтовкой на троих, на телегах и пешком, зеркально перенося на Красную Армию ситуацию армии Российской империи перед её крахом. Они забыли, что в СССР не было частных собственников у власти, которые могли бы обкрадывать фронт, оставляя его без обуви, еды, снарядов, боевой техники. Красной Армией и советской промышленностью руководили таки же люди 'от сохи', как и те, что сидели в окопах, и руководители делали для фронтовиков всё возможное, на что была способна экономика, и никто не воровал у красноармейцев ничего, чтобы строить себе дворы, яхты и содержать дорогостоящие гаремы и редакции шлюх-журналистов и таких же чиновников.

Сам же Wehrmacht и его союзники широко использовали трофейные Т-20, названные leicht gepanzerter Artillerie Schlepper 630(r), по факту признавая замечательные качества этой советской машины. Оккупанты на её базе выпускали самоходные артиллерийские установки 3,7 cm PaK auf gep Artillerie Schlepper 630(r) и другие самоходки. Немцы вообще ставили пушки на всё, что двигалось на гусеницах, создавая кроме учитываемых в войсках танков и самоходных орудий массу учтённой и неучтённой 'железной саранчи'. Часть этой 'железной саранчи' они изготавливали кустарно прямо в войсках, используя Т-20 также, как использовали многие тысячи танкеток типа Carden-Loyd из армий Французской и Британской колониальных империй, Польши, Чехословакии, Бельгии, Голландии.

Тем не менее, член Ставки ВГК Ворошилов и комфронта Мерецков с сопровождающими и охраной добрались до расположения войск кавкорпуса Гусева верхом. До этого они посетили редакцию армейской газеты 'Отвага' в глухом лесу у Новой Керести. Редакция размещалась среди вековых сосен в просторной землянке бывшего партизанского лагеря. Несколько дней Ворошилов и Мерецков объезжали войска 2-й Ударной армии, разговаривали с командирами, красноармейцами, местными жителями. Ворошилова встречали исключительно тепло, как живую легенду Красной Армии, своего самого лучшего друга и наставника.


Будённый - наш братишка,

С нами весь народ!

Приказ - голов не вешать

И глядеть вперёд!

Ведь с нами Ворошилов,

Первый красный офицер,

Сумеем защитить СССР!


Так пелось в популярном 'Марше Будённого', написанном в 1920 году во время боёв с белогвардейцами Врангеля за Крым. Маршал Советского Союза вникал, наставлял, хвалил, шутил, ругал, давал советы. Его речи на митингах окрыляли. Спасти Ленинград! Бойцы и население убеждались, что они не забыты, их подвиг нужен стране. Luftwaffe несколько дней охотилось за членом Ставки Верховного Главнокомандования, ближайшим другом и соратником Сталина. Деревня Дубовик, где в штабе кавкорпуса Гусева находился Ворошилов за день до этого, подверглась массированному авиаудару. Кто-то из местных жителей, вольнонаемных работников штаба сотрудничал с Abwehrgruppe 1.

Ворошилов в ходе пребывания во фронтовых частях убедился, что ещё более глубокое наступление 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' невозможно. Большая часть войск уже задействована на обороне флагов зоны прорыва, а другие силы Волховского фронта связаны обороной обширного 30-километрового Волховского плацдарма. Решение о повороте свободных войск на Любань принято верное. Так можно окружить 75-тысячную группу войск 18-й полевой армии у Чудово. Для этого требовалось освободить Любань или перехватить железную дорогу и шоссе Ленинград - Чудово где-нибудь восточнее. В случае успеха, с учётом окружения войск 16-й полевой армии под Демянском, обрушивался весь фронт группы армий 'Север' на востоке. Это позволяло освободить от осады Ленинград. Игра стоила свеч. На пути к Любани вдоль железной дороги Веймарн - Чудово 'линия Линдеманна'. Её требовалось сокрушить.

Находясь на острие серпа советского наступления, нацеленного на Любань, ударная группировка армии Клыкова начала прокладывать себе дорогу по глубокому снегу от деревни Дубовик к 'линии Линдеманна'. Сюда при перегруппировке направились 80-я кавдивизия осетина Сланова, 46-я стрелковая дивизия белоруса Окулича, 42-й лыжбат, стрелковая дивизия 'антюфеевцев', танки, тяжёлая артиллерия. Они составили группу Привалова. Этому генерал-майору предстояло на месте принимать решения, организовать взаимодействие частей и соединений между собой, а также с артиллерией РГК и авиацией.

42-й отдельный 'уральский' лыжный батальон формировался в ноябре 1941 года в Свердловске из добровольцев, будущих курсантов Иркутского военно-десантного училища и ветеранов приграничных боёв, выписанных из госпиталей. После обучения и передислокации 600 бойцов и командиров лыжбата 25 декабря прибыли на Волховский фронт, где доворужились и обучались до 1 января. Особый упор на подготовку снайперов и групп лыжной разведки и диверсий. В новогоднюю ночь лыжбат получил сухпаёк, боеприпасы, гранаты и толовые шашки с запалом и ушёл в рейд через Волхов левее Чудово. Требовалось понять, насколько гитлеровцы готовы к обороне на Волхове. Половину реки лыжники преодолели бесшумно, но ближе к противоположному берегу роту, находящуюся правее, обнаружили. Из ДЗОТов начался сильный миномётный и пулемётно-автоматный огонь. Лёд осветили ракетами. Укрытием стал лес. Оказавшись в тылу врага, 'уральцы' днём и ночью действовали как войска спецназначения - перерезал дороги, нарушали снабжение, наносили потери, мешали строительству укреплений 'Волховского вала'. Лыжников снабжала авиация.

Недавно прибывшая их Франции 215-я пехотная дивизия Книза сбилась с ног, рассылая в течении в разные стороны ягдкоманды, пытаясь уничтожить лыжников. 215-я противотанковая рота на своей трофейной французской и английской бронетехнике патрулировала шоссе Новгород - Чудово, но ежедневно подвергалась нападениям. Мины, завалы, рвы появились как по расписанию то тут, то там. Как последний резерв Книза для борьбы с дерзкими советскими диверсантами - 204-й сапёрный батальон. Солдаты Книза, проклиная всё на свете, в жуткий мороз и метели гонялись за 'белыми призраками' и занимались их блокированием на своём берегу. Сил для вылазок на советский берег у них уже не оставалось.

Кроме лыжбата Талалаева в потрошении тылов гитлеровцев в канун общего наступления Волховского фронта принимали участие подразделения 944-го стрелкового полка 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии. Дивизия особая - формировалась с 5 июля 1941 года из личного состава войск НКВД. Принимала участие в контрударе под Старой Руссой, наступала от реки Полисть на Григорово. В ходе операции с боями прошла более 150 километров, освободив свыше 20 населённых пунктов. Попала в окружение, отходила к Демянску и восточнее. Обороняла Малую Вишеру. С конца ноября 1941 года перешла в наступление, круша рассыпающуюся оборону оккупантов. 20 декабря вышла к Волхову.

Имея в составе всего 5351 человек, воины-чекисты 259-й стрелковой дивизии в ночь с 25 на 26 декабря 1941 года форсировали Волхов и двинулась в дерзкий рейд в тыл группы армий 'Север', обходя опорные пункты 'Волховского вала'. Цель - прорыв к шоссе и железной дороге Новгород - Чудово. Тогда, после разгрома фашистов под Тихвином, всем казалось, что стоит только сделать ещё один рывок, одно усилие и фашисты не выдержат, побегут. Главное - не дать негодяям опомниться, и 18-я полевая армия окажется в окружении, размыкая осаду Ленинграда. Поэтому переправлялись сервере Чудово через Волхов и гибли в Новый год в неравном бою добровольцы 376-й Кубанской стрелковой дивизией у деревень Пехово и Пертечно севернее Чудово, поэтому 46-я стрелковая дивизия захватывала плацдарм у Званки, поэтому пошли в рейд к Трегубово воины-чекисты 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии и лыжники 42-го лыжбата. Но Wehrmacht - огромная туша - самая сильная армия мира на 22 июня 1941 года. Он питался соками всей Европы и деньгами международных олигархов и банкиров, и оказался ещё очень и очень силён:

Ночью в тыл смогли пройти части двух полков воинов-чекистов - 2500 человек, одетых в отличное зимнее обмундирование. Они достигли шоссе и железной дороги Новгород - Чудово на участке от платформы Лядно до станции Трегубово и прервали движение, срывая оборонительные работы и передислокацию войск. Героев снабжала авиация. Рейд длился до 6 января. За день до начала всеобщего наступления Волховского фронта герои вышли к своим. В 10-дневных боях пали смертью храбрых, умерли от ран, погибли от холода, пропали без вести около 800 храбрецов. Нескольких обессиленных и раненых воинов захватили оккупанты. В дальнейшем дивизия наступала вместе с войсками фронта.

Бойцы-чекисты сделали то, что требовал теперь Привалов от 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии. По логике Привалова, если два неполных полка 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии прошли до железной дороги у Трегубово 15 километров через Волхов и 'Волховский вал', то пройти 15 километров через менее мощную 'линию Линдеманна' к станции Померанье на железной дороге Любань - Чудово два полка 'ленинградцев' тоже смогут. Привалов отдал приказ 'ленинградцам' готовить такой рейд одновременно с наступлением кавалеристов Сланова на Любань.

Новогодний рейд воинов-чекистов и лыжников не дёшево обошёлся оккупантам. Только 380-й полк 215-й пехотной дивизии Книза, прибывший из Франции с 'Атлантического вала' в конце 1941 года, потерял 841 солдата убитыми ранеными. Оказались прорежены и другие части Книза. Даже когда Волховский фронт перешёл в общее наступление, лыжники 42-го отдельного батальона Талалаева ещё сражались в тылу группы армий 'Север'. После двухнедельного рейда они вышли к своим только 13 января. Безо всякой паузы вместе с 25-й стрелковой бригадой геройские лыжники приняли участие в наступлении на Пересвет-Остров, где оборонялся 435-й пехотный полк дивизии Книза. Это уже северный фас Волховского плацдарма. Снова задача лыжников удар не в лоб, а с тыла. Затем лыжники участвовали в преследовании фашистов, отходящих ко 2-й линии обороны. Теперь вот Любань:

На примере 42-го отдельного лыжного батальона хорошо видно, что лыжбаты как лёгкая кавалерия прошлых времён маневрировали вдоль всей линии прорыва, усиливая стрелковый части то там, то здесь в боях за населённые пункты, действуя в тылах. Из-за такой активной боевой работы, некоторые раненые лыжники оставалось у местных жителей, у медиков стрелковых частей, в результате чего попадали в списки пропавших без вести.

Это только в воспалённых мозгах любящих Wehrmacht и у белогвардейской эмигрантской триколорной кодлы расформирование дивизии или части Красной Армии означало, что они все погибли и их первоначальный списочной состав следует плюсовать к убитым. Это же не выкуренная пачка сигарет. Если даже 100 процентов потеряны в боях - это всего лишь значит, что 2/3 из них, в том числе большая часть пропавших без вести - это раненые. После излечения 70 процентов из них снова пойдут в бой.

Это хорошо иллюстрирует 22-летний боец этого же 42-го лыжного батальона Константин Сацукевич, родом из села Пересады, Минской области Советской Белоруссии, который воевал с первого дня войны. В Красной Армии он с 1938 года. Вероломное нападение 22 июня встретил в составе 657-го стрелкового полка 125-й 'кировской' стрелковой дивизии Богайцука на границе Советской Литвы. Эта сформированная в Кировске дивизия Богайцука 19 июня развернулась на вверенном рубеже по плану прикрытия границы на фронте длиной 40 километров, имея передний край по восточному и северо-восточному берегу реки Юра. С первых часов вероломного вторжения Сацукевич вместе с товарищами отражал массированную атаку танков 1 и 6-й танковых дивизий, поддержанных массой авиации. При контратаке 'кировцы' перешли госграницу и углубились на территорию Восточной Пруссии на 8 километров. Затем вели бои в лесу между Таурогеном и Скаудвиле в полуокружении. На следующий день вели оборонительные, успешные бои в районе Расейняй, где неувядаемой славой покрыли себя танкисты и мотострелки 2-й танковой дивизии генерала Солянкина, затем отходили к Шяуляю. На 4 июля 'кировцы' имели 6720 человек из 8000 первоначального состава и массу сохранённого вооружения. После успешно проведённого контрудара, они заняла оборону по реке Эмайыги от Инэсуу до Вейбри. Отступили на север и попали в окружение в районе Муствеэ. Здесь гитлеровцы записали 'кировцев' в уничтоженные. Но дивизия 10 дней удерживала левобережную часть Тарту, затем отходила с боями через Нарву по берегу Финского залива. 12 августа в должности старшины роты Константина Сацукевича ранило в голову.

Сама же 'кировская' дивизия вели бои на Ораниенбаумском плацдарме, переправилась в Ленинград и заняла оборону под Колпино, сменив ополченческие батальоны. Затем оборонялась у Пулково. Во время лечения Сацукевич женился. После госпиталя 11 декабря 1941 в составе 42-го лыжбата Талалаева отбыл на Волховский фронт. За умелые действия в бою при наступлении на Красную Горку в должности командира стрелкового взвода, Сацукевич получил звание младшего лейтенант. Ранен в живот и руку. Снова отправлен в тыл на лечение. Но ведь 125-ю 'кировскую' стрелковую дивизию, в которой начинал воевать герой Сацукевич, Wehrmacht записал в уничтоженные! То же произошло и с бойцами 42-го лыжного батальона, и других войск сражавшихся во 2-й Ударной армии. Номеров их частей на карте нет, а люди вот они, живёхоньки и бьют врага!

Привалов и Гусев собрали на Любанском направлении около 15 000 бойцов и командиров. Их соединения более месяца бессменно находились на передовой, потеряв 1/3 своего состава больными, обмороженными, ранеными, убитыми, пропавшими без вести, то есть теми же неучтёнными ранеными. За спинами бойцов 50 километров колонных путей по заснеженным просторам лесов и болот, а далее ещё 54 километра по лесным дорогам до ближайших фронтовых складов в Малой Вишере. Это означало более чем ограниченный подвоз боеприпасов, продовольствия, фуража, крохи пополнения, невозможность обогреться и отдохнуть в населённых пунктах, быстро доставить раненых в эвакогоспитали. Сразу пришлось привлекать для снабжения, связи, вывоза раненых полки ночных бомбардировщиков на У-2, Р-5 и Р-зет.

На пути ударной группы Привалова и кавкорпуса Гусева к Любани занимали оборону примерно 15 000 солдат и офицеров 'группы фон Бассе', 'группы Эндрес', 'группы Томашки', танки, отряд курсантов-авиаторов, строители 'Организации Тодда', шофёры NSKK, сводные батальоны конюхов, ремонтники, повара, вспомогательная полиция, 'хиви'. За спинами войск фон Бассе полтора десятка деревень и хуторов с тёплыми домами, сараями, ригами, дорогами, железнодорожный вокзал, аэродром, склады, тёплые дома в Любани, неограниченный подвоз боеприпасов, продовольствия, подкреплений, возможность ротации войск на передовой. Между железнодорожными станциями Тосно, Любанью, Померанье бронепоезда и артиллерийские поезда, осуществляющие охрану и маневр огнём для поддержки статично расположенной артиллерии.

Группа Привалова могла наступать на Любань через 'линию Линдеманна' только по двум направлениям. Первое - вело на север через заболоченное дефиле шириной в 2 километра между болотом Веретьевские Мхи и Постелевым болотом. Этот перешеек разрезала вдоль река Сичева. Здесь на возвышенном острове посреди болота стояла деревня Красная Горка. Через деревню от Глубочки шла дорога, которая через Сустье-Полянку выводила к Любани. Второе направление - вдоль реки Тигода и дороги на Любань со стоящими одна за другой почти впритык деревнями Коровий Ручей, Сустье-Конец, Сустье-Полянка, Русская Волжа, Ямок, Хоченье, Заволжье, Малое и Большое Переходно, Кирково. Здесь дорога шла в 3-километровом заболоченном дефиле между Постелевым болотом и озером Ловецкое. Сплошной укрепрайон с опорой на тёплые дома деревень, до отказа забитых войсками. Минные поля, ДЗОТы, блиндажи, огневые позиции миномётов и противотанковой артиллерии, колючая проволока, огневые позиции, снего-ледяные валы. В сентябре прошлого года здесь оборонялись советские войска, и после них осталось много укреплений. Участки дефиле подлецы пристреляли артиллерией и миномётами. В воздухе периодически появлялся разведчик 'костыль' Hs 126.

Далее вокруг Любани через поля - редколесье. Сосновый лес начинался только в районе Соколова Ручья. Местность не позволяла найти необходимое укрытие для лошадей при налётах авиации, и потери конского состава сразу оказались бы катастрофические. Брёвна для постройки укрытий пришлось бы таскать за несколько километров.

Привалов имел в авангарде войск столько же, сколько захватчики в обороне, и наступать вдоль Тигоды мог только против всех законов военного искусства. Наступление же по дефиле вдоль Сычевы тоже являлось неудачным из-за труднопроходимой местности. Обеспечение через дефиле у Сичевы прошедших севернее войск, наращивание силы удара, защита флагов становились сверхтрудной задачей. И это всё не имея огневого и численного преимущества над обороной, не обладая господством в воздухе! Но наука наукой, а надо спасать Ленинград! Привалов выбрал первый вариант - наступать через деревню Красная Горка. Это сулило лучший результат.

Оккупанты понимали, что советское наступление скорее всего последует именно через Красную Горку. В деревне 30 домов и около 90 построек. Самое большое строение - главный дом с кирпичным подвалом дореволюционного поместья профессора Санкт-Петербургской консерватории Ауэра. Этот еврей из Австро-Венгерской империи в 1917 году при Временном правительстве уехал в Норвегию, затем в США. Имение пришло в упадок. Деревенские его не использовали, а ремонтировать не желали. Своих дел полно.

Пока шло сосредоточение сил Привалова и Гусева у 'линии Линдеманна', оккупанты не жалели доля обстрелов крупнокалиберных снарядов со складов группы армий 'Север'. Luftwaffe обнаглело и действовало чрезвычайной активно, пользуясь удалённостью аэродромов советских истребителей. Оно раз за разом подвергало лесные лагеря жесточайшим бомбёжкам. Хорошо хоть деревья и снег принимал на себя большую часть осколков и при попадании в незамёрзшие болота получались камуфлеты - разрывы на глубине без образования воронки и разлёта осколков. Спасало отчасти и то, что до 1/4 бомб вообще не взрывались. Неизвестно кто и чем их снаряжал на частных европейских военных заводах, но привычка капиталистов заниматься приписками и выпускать брак при подкупе заказчика - хорошо известный приём для получения максимальной прибыли вместе с обдиранием рабочих в вопросах оплаты труда. Немало жизней советских людей сохранила капиталистическая халтура и саботаж тех, кто так и не принял душой из рук частных собственников фашизм и антикоммунизм.

Бомбардировщики Ju 87 и Ju 88 для нанесения ударов по войскам группы Привалова взлетали с аэродрома 'подскока' в Бородулино, который располагался сразу за Любанью. Наступающие видели, как стервятники роятся перед заходом на посадку в это осиное гнездо. Подлецы массово применяли кассетные боеприпасы SD-1(f) - 1-килограммовые французские миномётные мины, переделанные в бомбы. Их сбрасывали с Ju 87 Ju 88 в контейнерах. Использовались как немецкие контейнеры серии AB, вмещающие сразу до 392 суббоеприпасов SD-1(f), так и контейнеры французского производства 'Chargeur V32' и 'Chargeur Nurdin' на 96 штук SD-1(f), в также 'Gadi' на 98 штук.

От Ленинграда периодически подходили 'артиллерийские' поезда гитлеровцев - гаубицы на железнодорожных платформах, вагоны с большим запасом снарядов. Они вели регулярные обстрелы советского авангарда. Оторвавшись от убийства ленинградцев и бойцов Ленинградского фронта, открыла по группе Привалова и кавалеристам Гусева огонь и артиллерия большой мощности 18-й полевой армии Линдеманн. Подлец имел большое количество 210 и 220-миллиметровых французских и чешских мортир для усиления артиллерии пехотных дивизий. На каждый армейский корпус его армии приходилось в среднем по три дивизиона таких мортир.

Кроме того, множество орудий большого калибра имели отдельные артиллерийские командования и полковые артиллерийские штабы группы армий 'Север' фон Кюхлера. 303-е артиллерийское командование в составе войск подлеца фон Кюхлера имело 2 чешские 240-миллиметровые пушки, 9 немецких 240-миллиметровых гаубиц Н39, французскую 240-миллиметровую железнодорожную пушку, 6 немецких пушек К38 калибра 210 миллиметров, 2 пушки К5, 8 французских 400-миллиметровых железнодорожных гаубиц, 2 установки 'Короткий Бруно', 3 французские железнодорожные пушки калибра 340 миллиметров, 3 французские гаубицы калибра 370 миллиметров, мортиру 'Гамма', 420-миллиметровую чешскую мортиру, 5 чешских 305-миллиметровых мортир. Немецкие 240 и 280-миллиметровые орудия представляли собой пушки, предназначенные ранее для вооружения линейных крейсеров класса 'Wittelsbach', линкоров класса 'Deutschland', тяжёлых крейсеров класса 'Admiral Hipper'.

И финны туда же! Куда кабель шелудивый, туда и его хвост! Финны обстреливали форт 'Красная Горка', 'Красногвардейский', 'Первомайский' и другие форты Финского залива, остров Котлин, район Лисьего Носа из разных тяжёлых орудий до 254-миллиметрового калибра включительно. Они установили их в форте 'Ино'. Финские милитаристы после 1918 годы получали тяжёлые орудия из Швеции, Германии, Англии и Франции. Немцы предоставили им 211-миллиметровые полевые мортиры, Франция в 1940 году - 8 стволов 305-миллиметровых пушек с русского линкора 'Император Александр III', который в 1920 году Врангель угнал в Бизерту и продал в целях личного обогащения. Король Георг VI в 1940 году передал финским фашистам семь английских 152-миллиметровых дальнобойных пушек MK.VII.

Финские подлецы также восстановили 180-миллиметровые трофейные советские железнодорожные орудия ТМ-1-180, которые с ноября 1941 года из районо Куоккала и Оллила вели огонь по Кронштадту и Ленинграду. Кроме железнодорожных установок в Комарово финские фашисты в декабре 1941 году установили батарею 254-миллиметровых орудий Обуховского завода, доставшиеся им после развала Российской империи. Из Комарова эти пушки обстреливали Котлин, форты Кронштадтской крепости и Ленинград. Один снаряд попал в бомбоубежище больницы имени Куйбышева. Другие стал причиной разрушений вдоль улицы Жуковского.

Финны также захватили на Ханко и использовали после ремонта советские 305-миллиметровые железнодорожные орудия ТМ-1-12. Для них финны изготовили 320-килограммовые снаряды, которые могли лететь на дальность до 52 километров. Такие снаряды имели возможность поражать не только восточные окраины Ленинграда, но долетать даже до Колпино.

Гитлеровцы некоторое время использовали даже 520-миллиметровую железнодорожную гаубицу Шнейдера образца 1916 года по прозвищу 'Берта'. Эту французскую железнодорожную гаубицу особой мощности гитлеровцы получили в 1940 году от Франции, с которой подписали перемирие. Убивать русских в Ленинграде 'Берту' поставили в конце ноября 1941 года. В начале января 1942 года в её стволе сдетонировал снаряд и французская гаубица полностью разрушилась, истребив 60 немцев и столько же покалечив: Бог шельму метит.

Широко применяя маневр огнём этой крупнокалиберной артиллерии, подлецы могли быстро накрывать участки, на которых Красная Армия прорывала их оборону, использовали мощный заградительный огонь. Так происходило и у Погостья, где 52-я армия Федюнинского выбивала душу из 18-й армии Линдеманна, стремясь к Любани с севера, так происходило у Красной Горки, где авангард Клыкова рвался к Любани с юга. Пушки с линкоров против кавалерии - более чем неравные силы!

Однако под Ленинградом эти артиллерийские силы группы армий 'Север' с трудом дышали под сокрушительными ударами артиллерии Кронштадта и Балтфлота. Имели рабочие и крестьяне методы против этого зверинца. 22 сентября 1941 года, поняв, что 'Blitzkrieg' в отношении захвата Ленинграда рухнул, полчища обескровлены, а с ленинградского направления из-за колоссальных потерь пришлось перебросить под Москву 60 000 солдат, 260 танков, свыше 100 крупнокалиберных орудий и 120 самолётов, Гитлер принял решение разрушить Ленинград путём обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбёжкой с воздуха. Oberkommando der Marine OKM даже выпустило по этому поводу приказ No.1-a 1601/41, объясняющий это решение фюрера. Ничего более глупого себе представить нельзя! При самой сильной в мире системе ПВО Ленинграда, при мощнейшей артиллерии Кронштадта и Балтфлота, при острейшей нехватке боеприпасов, которую испытывал Wehrmacht в первые месяцы войны, решение более чем глупое. Оно больше для пропаганды, чем для дела. Хорошая мина при плохой игре. Враньё. Впрочем, весь план 'Barbarossa' напоминал такой же бред наркоманов как по целям, срокам, способам, так и по отсутствию варианта 'Б'.

Тут не то, что Ленинград с наскоку взять, удержать хотя бы осаду. Ну и конечно, всесокрушающая мощь советской артиллерии. Не от хорошей жизни в Урицке оккупанты зарывались под землю до 50 метров. Балтфлот ввёл боевые корабли в городскую черту, неистовствовала артиллерия фортов Кронштадта, начала боевую работу Красносельская морская железнодорожная артиллерийская бригада.

Вся эта советская артиллерийская мощь управлялась централизованно, имела строгую систему оперативных сигналов по целеуказанию и корректировке. Большие запасы снарядов и порохов в казематах фортов Кронштадта и флотского арсенала позволили не экономить их при ведении огня по площадям, особенно в начальный, самый трудный период обороны.

Орудия недостроенного супер-линкора 'Советский Союз' калибром 406 миллиметров выбрасывали снаряды весом почти в 1000 килограмм на расстояние до 40 километров. После разрыва снаряда 'Советского союза' в земле возникала воронка глубиной 6 метров, а разлетающиеся осколки могли поражать живую силу в радиусе 4 километра! Первые же залпы кораблей и корабельной артиллерии наземного базирования накрыли, в частности, батарею крупнокалиберных орудий оккупантов, обстреливающих советские позиции в непосредственной близи от Ленинграда. Когда в начале сентября в районе Гатчины убийцы развернули несколько тяжёлых батарей и стали бить по 2-4 часа в день по наиболее густонаселенным районам, вызывая многочисленные жертвы и разрушения, они натолкнулись на огненный щит Ленинграда и получили по зубам так, как с ними нигде и никогда ранее в Европе не случалось...

Вот мотодрезина подаёт французскую 240-миллиметровую железнодорожную пушку в районе Пулкова к огневому рубежу. Холодок пробегает по коже оккупантов. Русские пока не замечают их действий. Первые же выстрелы демаскируют 'француженку'. Русские батареи начинают отвечать: Только бог теперь поможет подлецам, если он не успеют добежать до своих укрытий на глубине 20 метров под землёй:

Балтфлот задействовал при отражении первого штурма города для ударов по агрессорам 2/3 своей артиллерии, более 360 орудий калибром от 100 до 406-миллиметров. Они обрушили в те дни на головы оккупантов более 25 000 снарядов, проведя около 2000 стрельб по заявкам армейского командования. Для засечки позиций вражеских орудий использовались звукоулавливатели, радиолокационные станции ПВО 'Редут'. Работала система коротких сигналов, позволявшая быстро выдавать целеуказания артиллеристов на открытие огня.

100-килограммовые корабельные снаряды на открытой местности поражали живую силу на площади равной футбольному полю. 500-килограммовые фугасные снаряды линкоров 'Марат', 'Октябрьская революция' сеяли смерть и разрушения в местах сосредоточения фашистских войск, в наступающих колоннах. При попаданий снарядов в колонны бронетехники, лёгкие немецкие танки Pz.Kpfw. II и чешские Pz.Kpfw.35(t) отлетали на 200 и более метров, совершенно деформируясь, средние немецкие Pz.Kpfw.IV улетали на 75 метров. Видимо аэродинамика у этого немецкого танка похуже! Десятки таких танковых полётов, не говоря о вооружении полегче, умелая оборона советских войск, упорное сопротивление ополченцев, мощная группировка советских ВВС сделали любую попытку штурма Ленинграда, ещё даже не прикрытого оборонительными сооружениями, самоубийством. Не Варшава же, не Париж: Так спасали Ленинград!

Линия фронта стабилизировалась как раз в радиусе полёта крупнокалиберных снарядов фортов Кронштадта, рассредоточенных по Невской губе кораблей Балтфлота и морских железнодорожных батарей. Вот и в первые два месяца 1942 года флотская артиллерия израсходовала более 8000 снарядов для контрбатарейной борьбы. Подавив более тысячи попыток обстреливать город:

К Любани подошли также и обычные бронепоезда оккупантов No.26 и No.51 'Stettin'. Подошли вспомогательные бронепоезда железнодорожных и охранных войск, не входивших в сферу ответственности Штаба бронепоездов и ОКХ. В результате обстрелов и авианалётов у Гусева оказалась выбита 1/3 лошадей. Ещё более болезненна потеря лошадей в стрелковых частях. Тянуть артиллерийские орудия и обозные повозки оказалось почти нечем - тянули на руках, впряглись в лямки как бурлаки на Волге. Раненых лошадей приходилось добивать со слезами, ведь за ними годами ухаживали как за детьми. Срезали мясо с туш, ели как монголо-татары Батыя. Не пропадать же добру! До кумыса правда дело не дошло:

Потеря лошадей привела к критической задержке выхода к Красной Горке главных советских сил на многие часы. Глаза боятся, а руки делают! Надо начинать наступление, чтобы перерезать коммуникации крупной группировки захватчиков! Главное - спасти не себя, а Ленинград! К сожалению, из-за низкого темпа наступления по бездорожью корпуса Гусев и группы Привалова Линдеманн мог продолжать опережающим темпом перебрасывать на направление их движения войска по железной дороге и шоссе.

В этот день 17 февраля 111-я стрелковая дивизия Рогинского, продвигаясь по глубокому снегу вне дорог западнее 'Волховского рука', перерезала дорогу Спасская Полисть - Ольховка. 6 штурмовиков Ил-2 из 218-й штурмового авиационного авиаполка Сапогова нанесли серию последовательных ударов по опорным пункта и шоссе в 'Волховском рукаве' от Спасской Полисти до Трегубово. В центре 'Волховского рукава' попали в плен последние советские герои 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Попова, окружённые у Трегубово, перерезавшие до этого пути снабжения опорного пункта Спасская Полисть вдоль шоссе. Все усилия товарищей по их спасению разбились о систему пулеметного, миномётного, артиллерийского огня на рубеже реки Полисть. 12 дней советские герои сражались в окружении у Трегубово, уничтожая контратакующих оккупантов, сражались уже без продовольствия и почти без боеприпасов. Всего за это время попали в плен 200 бойцов и командиров. Отрезать 'Волховский рукав' не удалось. Wehrmacht не Войско Польское. Матёрый враг.

Вечером того же дня 9 бомбардировщиков Пе-2 из 121-го бомбардировочного авиаполка Дояра по данным авиаразведки нанесли бомбовый удар по эшелонам у железнодорожного вокзала Чудово и станции Чудово II, по скоплению транспорта и войск. Удалось уничтожить 25 вагонов с войсками и грузами, более 40 грузовиков с вооружением, боеприпасами, продовольствием и горючим. Убито и ранено более 300 оккупантов. К сожалению при бомбёжке, взрывах боеприпасов и топлива погибло много военнопленных из концлагерей у станции Чудово II и Сябреницы, которых подлецы обычно использовали для разгрузки эшелонов.

На западном фасе зоны прорыва армии Клыкова на рубеже Филипповичи, Донец, Любище охранная дивизия фон Плотто и наземные части Luftwaffe трижды атаковали 23-ю стрелковую бригаду Коркина и приданные ему два лыжных батальона. Атаки отражены. Убито более 450 оккупантов.

В ночь на 18 февраля 658-й ночной бомбардировочный авиаполк Лукашевича и 660-й легкобомбардировочный авиаполк Новикова бомбили позиции оккупантов у Чудово и в 'Волховском рукаве'. Проведено 120 самолётовылетов, сброшено 25 тонн бомб и ампул с зажигательной смесью КС. Уничтожено 12 построек, 3 зенитных пулемёта, 15 грузовиков и повозок с боеприпасами, убито около 80 оккупантов, вызвано три очага пожаров.

Авиаполк Новикова воевал на Ленинградском фронте на бипланах Р-5 и У-2 с ноября прошлого года. Теперь базировался на аэродроме у деревни Горнешно и вёл ночные бомбардировки опорных пунктов и дорог в районе Спасской Полисти, Киришей, Новгорода, доставлял кавалеристам Гусева боеприпасы, продовольствие, медикаменты, вывозил раненых.

Почти каждую ночь храбрые авиаторы Новикова на своих лёгких и простых самолётиках отправлялись бомбить или выполнять другие задачи. Напряжение конечно нечеловеческое. Под утро все валились с ног. Официантки из столовой звали на завтрак. Но какой там? Спать, только спать! Завтрак и обед потом. С наступлением сумерек всё начиналось сначала. И так каждый день, вернее, ночь, исключение в нелётную погоду. В феврале основные цели на северном фасе Волховского плацдарма, район Чудово, а также район Любани.

Полк Новикова имел много лётчиков, воевавших с начала войны. В воздухе они принимали решение быстро и действовали решительно. Пополнение приходило обычно с хорошим налётом часов после многоступенчатой подготовки: тренажёры, практические полёты, учебные фильмы, лекции, 'пеший по лётному', штурманская подготовка.

Р-5 и Р-зет, в отличии от изначально гражданского У-2, конструировались Поликарповым как разведчики, самолёты связи. Они поднимали почти вдвое большее количество бомб, имели более живучую конструкцию, более мощное вооружение чем У-2 и скорость на 100 километров в час больше. Р-5 и Р-зет в мире хорошо знали. Их в 30-е годы покупали Иран, Испания, Монголия, Турция, предпочтя их самолётам Британской и Французской колониальных империй. Всего у Советского Союза в ВВС и Гражданском воздушном флоте насчитывалось 6000 таких машин. Модификации использовались в качестве пассажирских самолётов, торпедоносцев, штурмовиков, гидросамолётов. Они использовались в геологии, картографии, как курьерский и санитарный самолёт, как 'лимузин' с закрытой кабиной. На Р-5 в 3-местной 'арктической' модификации с закрытой кабиной, обогревом и подкрыльевыми контейнерами вывозили на виду у всего мира изо льдов экипаж затёртого льдами судна 'Челюскин' в условиях полярной зимы. Героический самолёт.

Действовали Р-5 и У-2 с небольших замаскированных площадок подскока всего в нескольких километрах от линии фронта, куда самолёты перелетали лишь перед боевым вылетом. Для введения Luftwaffe в заблуждение, оборудовали множество ложных взлётных площадок. Около Малой Вишеры, где базировался авиаполк, располагались ещё три ночных авиаполка. Для каждого свой сигнал для идущих на посадку. Один аэродром выключал и включал прожектор направленный вверх, другой водил луч вправо-влево, третий описывал на облаках окружность. Сами аэродромы для соблюдения маскировки не освещались.

После посадки, пока наземные службы быстро и сноровисто готовили самолёты к следующему вылету, экипажи специально сидели в тёмной землянке, чтобы глаза не отвыкли от темноты. Короткий перекур - и снова в полёт. И так порой до десяти раз за ночь! За один полёт У-2 мог сбросить до 250 килограмм бомб, зажигательных ампул, но за 10 полётов уже 2500 килограмм, а это уже больше веса бомбовой нагрузки самого современного бомбардировщика Luftwaffe Ju 88. Мал золотник, да дорог! 'Классический' набор подарков оккупантам от ночного бомбардировщика У-2 в одном вылете: 2 фугасные бомбы ФАБ-50 по 50 килограммов, 2 осколочные бомбы ОА-25 по 25 килограммов и 4 эрэса М-82 по 7 килограмма каждый - реактивные снаряды, которыми стреляли 'Катюши'. При наборе высота после удара бомбардир-стрелок вёл огонь из своего ДА или ШКАСа. Некоторые самолёты имели и курсовой пулемёт.

Подход к цели ночные бомбардировщики осуществляли на скорости в 150-200 километров в час на высоте 1500-2500 метров с тыла, затем следовало бесшумное планирование к цели и удар. Главные козыри внезапность и скрытность. Живучесть у лёгких и дешёвых самолётов, сделанных из дюраля, стали, фанеры и ткани, по сравнению с Ил-2 очень низкая, поэтому в случаях атаки сильно защищённых целей несколько бипланов отвлекали внимание ПВО на себя для облегчения действий основной группы.

Конечно, один Р-5, Р-зет или У-2 не представлял особой угрозы для группы армий 'Север', но когда их сотни, это серьёзно. После начала войны У-2 конвейерным способом выпускали четыре авиазавода: эвакуированный из Ленинграда в Казань завод No.387, 464-й заводе в Подмосковном городе Долгопрудный, 471-й и 494-й заводы в Шумерля и Козловке в Чувашии. Всего в это время на советско-германском фронте воевали 679 самолётов У-2. Это конечно не самый массовый самолёт ВВС Красной Армии, но всё же. Самый массовый самолёт ВВС Красной Армии - не имеющий аналогов в мире штурмовик Ил-2. Самолёт для победы. План выпуска Ил-2 на 1942 год - 8250 штук.

Wehrmacht воем выл от еженощных бомбёжек своих позиций и ближних тылов лёгкими ночными бомбардировщиками, не имея возможности с ними совладать. Не стали исключением и действия У-2 из состава ВВС Волховского фронта Журавлёва.

Командующий Luftflotte 1 Келлер ещё в Первую Мировую войну совершал ночные налёты как лётчик и командир авиаотряда этажерок Albatros и Fokker на французские позиции и знал насколько серьёзные потери могут наносить по ночам подобные тихоходы. Он организовал охоту истребителей за 'этажерками' Р-5, Р-зет и У-2. За каждый сбитый У-2 лётчику платили в два раза больше, чем за сбитый истребитель. У-2 с одним пулемётом и скоростью 150 километров в час при встрече днём со стервятниками Келлера приходилось туго, но он мог максимально снизиться и 'потеряться' на фоне леса. Над своей территорией он мог сесть на свои лыжи и замаскироваться, а после самостоятельно взлететь. Ничего сложного.

Как только оккупанты не называли У-2 и Р-5: 'молотилкой', 'кофейной мельницей', 'ночным бандитом'. Мало того что У-2 и Р-5 каждую ночью наносили урон в технике и живой силе по принципу 'вода камень точит', они буквально изнуряли фашистов. Над самыми их головами целую ночь тарахтели 'молотилки', а затем подкрадывались и молотили бомбами огневые позиции, землянки, командные пункты. Ну и конечно террор. Стоит часовой, курит. Вокруг тишина. И вдруг рядом как рванёт! В штаны накладывали только так. У-2 ведь идёт в темноте на цель с включенным двигателем, планирует. Боеспособность оккупантов после бессонных ночей заметно падала, а потери в боях возрастали:

С утра советская тяжёлая армейская артиллерия, включая гаубицы Б-4 калибра 203 миллиметров, продолжила успешно уничтожать фашистские миномётные и артиллерийские батареи и склады у Трегубова, облегчая действия своей пехоты. 9 бомбардировщиков Пе-2 из 35-го бомбардировочного авиаполка Сухаребрикова нанесли бомбовый удар по станции Чудово II, где авиаразведка опять обнаружила скопление вагонов и отходящий в сторону Трегубово составов. Удар проводился под прикрытием истребителей 41-го истребительного авиаполка Ершова.

Авиаполк Сухаребрикова соединение многоопытное. Участвовал в Освободительном походе 1939 года на Западную Украину, участвовал в Финском походе Красной Армии. Бомбил Хельсинки и различные цели на территории фашистской Финляндии, совершив 1358 боевых вылетов. После вероломного нападения гитлеровцев в боях с первых часов войны. Перевооружён с СБ на Пе-2:

Постоянные потери в войсках Линдеманна и Буша требовали всё нового фашистского пушечного мяса на передовой. 454-й пехотный полк 254-й пехотной дивизии занял оборону в районе западнее Чудово на участке Червинская Лука - Апраксин Бор. Испанский батальон из 'голубой' дивизии сменил на позициях между Заполье и Теремец обескровленный в боях 424-й пехотный полк 126-й пехотной дивизии.

В этот же день на западном фасе зоны прорыва армии Клыкова 23-я стрелковая бригада Коркина, в которую в качестве пополнения влились стрелки из 48, 50, 95-го отдельных лыжных батальонов, после штурма освободили Замостье. Этот опорный пункт оборонял сводный отряд из наземных служб 1-го Воздушного флота Келлера. В бою убито более 200 авиаторов. Примерно столько же бежали в западном направлении. Захвачено 13 пулемётов производства разных стран, 4 миномёта, 9 грузовиков, 8 зенитных пулемётов, 30 противотанковых ружей разных систем, 250 винтовок, 8 пистолетов. Перечень трофеев довольно внушителен, вооружения вполне хватит для усиленного пехотного батальона. Подлецы продолжали разношёрстными группами удерживать деревни Бор, Фралево, Заполье, Людка, Клюкушицы, Загородицы, Хомировичи, имея резервы в деревнях Пристань, Ям Тёсово, Новое и Старое Березно.

До 19 февраля силы группы Привалова медленно накапливались южнее 'линии Линдеманна' на Любанском направлении, подтягивались по колонным путям к деревне Коровий Ручей от Сумино и Малой Бронницы. Линия обороны по железной дороге Веймарн - Чудово и сама железная дорога стала для наступающих советских войск полной неожиданностью. Наступающие впереди через лес стрелковые роты 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии генерал-лейтенанта Окулича вдруг сообщили, что видят железную дорогу, за которой засели фашисты, приспособив её к обороне.

В штабе дивизии донесение встретили с недоверием, ибо никаких железнодорожных линий на карте в этом направлении, кроме Октябрьской железной дороги, которая находилась гораздо севернее, имелось. 52-летний комдив-46 генерал-лейтенант - необычно высокое звание для комдива РККА. В старой армии Окулич юнкер, затем прапорщик. После свержения царя избран солдатами командиром 251-го запасного пехотного полка в Москве. Вступил в партию большевиков. Во время октябрьских боёв 1917 года в Москве между эсеровско-кадетскими силами КОБа и большевистскими силами ВРК Моссовета вместе со своими солдатами участвовал в боевых действиях и взятии Кремля. Воевал на фронтах Гражданской войны на командных должностях против Колчака, Деникина, Врангеля. За взятие Крыма награждён. Затем два года войны с басмачами. Учился, служил в войсках, военно-учебных заведениях. Талантливый организатор. Перед войной - начальник командного факультета Военно-химической академии. Отсюда и такое высокое звание:

Стрелки 'новгородцев' продолжали бой, пытаясь сбить гитлеровцев с железнодорожной насыпи. Опытный фронтовик сапёр Аленичев, который в январе под Званкой вывел из окружения большую группу бойцов, смелым борском перебрался через насыпь. Зайдя с тыла к одной из огневых точек, нашёл в ней одиночного наблюдателя. Без шума 'убрав' фрица, Аленичев взял у него автомат, каску, солдатскую книжку, прочие документы и письма, и вернулся, доложив, что дорога одноколейная. Затем из штаба армии сообщили, что это местная железнодорожная ветка, проложенная незадолго до войны и на карты ещё не попавшая.

Дивизии генерал-лейтенанта Окулича пришлось остановиться. 'Новгородцы' с декабря 1941 года непрерывно находились в тяжёлый боях. Освободили Большую Вишеру, Ефремово на правобережье Волхова. Заняли плацдарм на левом берегу у деревни Званка. Освободили деревни Лелявино, Теремец, Тютицы. В начале февраля атаковали Земтицы на южном фасе Волховского плацдарма, затем оборонялись в районе Теремца-Курляндского. Дивизия только обмороженными и больными потеряла за время боевых действий 1100 человек. К моменту включения в группу Привалова она насчитывала всего лишь 3889 человек из положенных 11 126 человек по штату No. 04/750 от 06.12.1941 года. Из основанного вооружения имелось 20 орудий калибра 76 миллиметров и 4 гаубицы калибра 122-миллиметра, 3 'сорокопятки', 3 зенитных 12,7-миллимтаровых пулемёта, 78 миномётов, 11 станковых и 227 ручных пулемётов, 129 автоматов ППШ, 2800 снайперских, самозарядных, обычных винтовок... 1,5 боекомплекта. Неплохо для той ситуации...

С наступлением темноты подразделения 'новгородцев' начали продвигаться через Пастелевское болото на север в направлении Любани. Путь им преграждали позиции 484-го и 474-го пехотных полков 254-й пехотной дивизии с опорными пунктами в деревнях Кривино и Красная Горка. Эти силы временно подчинялись Эндерсу. Ближе к Любани располагались части 291-й пехотной дивизии Герцога и 212-й 'баварской' пехотной дивизии Эндреса.

Гитлеровские штабы и тыловые части в Любани бросились готовить город к обороне. Линдеманн лихорадочно снимал с фронта, окружавшего Ленинград, батальоны, даже отдельные роты и отправлял к Любани, чтобы любой ценой удержать шоссе Тосно - Чудово. Он также распорядился перебросить по воздуху в L армейский корпус для защиты тыла 18-й полевой армии батальон лейб-штандарта SS, подразделения SS Freiwilligen 'Legion Norwegen' и 5 вспомогательных батальонов полиции OrPo.

За 'линией Линдеманна' и деревней Красная Горка перед Любанью на пути чудо-богатырей на берегах извилистой реки Тигода, речушек Болотница и Сичева, располагалась гирлянда маленьких населённых пунктов, занятых оккупантами и их артиллерией. Подлецы превратили этот конгломерат поселений фактически в Любанский укрепрайон, не обращая внимания на оставшиеся на улице жителей, женщин, стариков и детей. Это советский 151-й полк 20-й дивизии НКВД, остатки 128-й и 311-й стрелковых дивизий, которые в конце сентября 1941 года, защищали Любань, не могли себе позволить размещать огневые точки в домах, понимая, что люди в результате боёв останутся на улице. Гитлеровцы и соображения гуманности - это противоположные вещи. Капиталисты есть капиталисты. Они каждый дом превратили в огневые точки, обрекая их на разрушение. Что им русские дома, школы, больницы, если фюрер самих русских, славянских рабов желал со временем уничтожить?

В селениях около Любани капиталисты сразу после начала оккупации устроили для русских филиал ада при содействии старост деревень, волостных старшин, начальников районов, бургомистров и разной триколорной белогвардейской сволочи. Тут стали предателями и перешли на службу к фашистам даже бывшие члены ВКП(б), такие как начальник станции Любань. Троцкист передал своим капиталистическим хозяевам списки коммунистов и советского актива станции. Сообщил о советском бронепоезде на перегоне Бабино - Любань. Бронепоезд подлецы разбили с самолётов. В момент занятия станции фашистами, дрезину, на которой находилось руководство Октябрьской железной дороги, предатель направил в разрез стрелки. Люди погибли. За это предателя оккупанты оставили на занимаемой должности.

Захватчики руками предателей переписали население. Отобрали крупный рогатый скот, овец, домашнюю птицу, продукты, тёплые вещи, швейные машины, патефоны, примусы, керосинки, настенные и наручные часы. Награбленное отправляли посылками в Германию. Там капиталисты уже давно закрыли все предприятия, производящие товары для населения. Немки ходили в старых перелицованных юбках и пальто, в деревянной обуви. Даже иголки не делали. Поэтому немецкие солдаты отбрили в России даже иголки и пуговицы и посылали домой. Даже спички. Командование всячески поощряло отправление подобных посылок. Самоснабжение населения через военный грабёж - государственная политика. Заодно и платить рабочем можно меньше. Им из оккупированных стран сыновья бесплатно присылают. Поэтому в Германии даже колоши толкло для почтальонов. Ничто не должно отнимать прибыль у военной промышленности и банков. Зато открыли в Любани Петропавловскую церковь и начали охоту на большевиков. Вот оказывается для чего нужен частным собственникам фашизм - не платить зарплаты, наживаться на войне, церкви открывать и на большевиков охотиться!

Хлеб исчез и жители его больше не видели. До выпадения снега люди бродили по колхозным полям, подбирая колоски. За это их могли избить, даже убить. В Коркове расстреляли двух мальчиков - 10-летнего Вани Григорьева и 16-летнего Толи Пухтеева, которые во время комендантского часа пытались добыть хлеб из немецкой кухни. Фашистская пропаганда, крича о массовых репрессиях при Сталине, называла Постановление правительства СССР от 7 августа 1932 года о борьбе с расхитителями госсобственности 'законом о трёх колосках', но вот где реально работал 'закон о трёх колосках' - при капиталистах!

Три дня Ваню и Толю держали в сарае, в 30-градусный мороз водили босиком по деревне с табличками 'Он украл у германской армии'. Через три дня детей вывели за деревню на холм у речки и расстреляли. Перед расстрелом один из подлецов сфотографировал мальчиков и через несколько дней подбросил эту фотографию одной из матерей под дверь. Негодяи любили всё фотографировать. Фотографию обе матери разрезали пополам, оставив на горькую память - каждая себе - последнее мгновение жизни сына... После расстрела мальчиков арестовали и убили отца Вани Григорьева, по инвалидности не мобилизованного:

Русских, советских людей угрозой смерти заставили как рабов в Древнем Риме обслуживать оккупантов. Запретили свободное перемещение. С наступлением темноты всех обязали сидеть дома. В соседнюю деревню только по пропуску старосты или коменданта. Спецразрешение на вход в лес, причём только для женщин. Всё население от 12 до 55 лет обязывалось работать по 14-16 часов в сутки. Сначала до изнеможения работали на молотьбе зерна, уборке овощей и картофеля с колхозных полей. Зерно увозили в Германию, овощи и картофель оккупанты пожирали на месте. На рабский труд капиталисты обрекли даже детей, слабых, и в чирьях. Русские рабы перешивали колею на немецкую, строили дороги, строили укрепления, аэродром в Бородулино, что сразу за Любанью.

На этом аэродроме 20 сентября 1941 года пара пикирующих бомбардировщиков Пе-2 под командованием капитана Савкина из 225-го ближнебомбардировочного авиаполка атаковала 50 незамаскированных истребителей Bf 109 и бомбардировщиков He 111, которые стояли плотными рядами невзирая на бомбёжку этого аэродрома в предыдущий день. Хроническая болезнь Luftwaffe скученно размещать свои самолёты. В результате 30 самолётов оказались выведены из строя. Так странно воевало Luftwaffe:

Любанцы голодали, питались картофелем и травяным хлебом: собирали солому, мякину и траву, сушили их и размалывали. Из этой муки пекли дрянной хлеб от которого переставал работать желудок и кишечник: За обручальное кольцо выменивали мешок зерна со станции вперемешку со стеклом. Ну и обращение захватчиков соответствующее. Одному мужчине выбили зубы, отбили почки, поэтому что не так посмотрел. Женщину-почтальоншу избили с хохотом так, что всю её переломали. Вшивые рыцари в касках-кастрюлях на мосту повесили мальчика за то, что голодающий кусочек хлеба у них украл:

В деревнях солдатня разместилась в домах. Жителей выгнали в землянки. Сараи и бараки растащили на дрова. Потом людей начали вывозить в Латвию в качестве рабов работать на хуторах. На станции Померанье действовал лагерь военнопленных. Голодающие пленные шили тапочки, одеяла, рукавицы для оккупантов, строили блиндажи: Каждый день советской земли под оккупацией - это смерть от голода, в застенках, разорение и грабёж народа. Как тут не рваться вперёд на врага бойцам Клыкова, всем бойцам Красной Армии? Война капиталистов ведь не только против Советской власти и Красной Армии шла, она против русских, против славян вообще шла!

Наступление 'новгородцев' начиналось тяжело. Подлецы вели слишком плотный пулемётный и миномётный огонь. Красноармейцы пробрались через лесные заросли, затем двигались через поля к железнодорожной насыпи по колено в снегу, а где и выше. Шли, падали, вставали или оставались лежать, тащили за собой на санях станковые пулемёты, вели огонь из установленных на санях миномётов. Ползли. Перед самыми опорными пунктами 'линии Линдеманна' вскакивали с криками 'ура!'

Контратаки гитлеровцев кончились для оккупантов уничтожением половины из них. Подлецы завалили передовые отряды авангарда группы Привалова немецкими, австрийскими, чешскими и польскими трупами, массой бомб и снарядов. Героям пришлось отойти от линии железной дороги в исходное положение, всё время находясь под артогнём и бомбежкой.


## Глава 7. Группа армий 'Север' с переломанным хребтом


Гитлер бесновался от наркотиков, наслаждался культом личности и продолжал требовать ликвидировать советский прорыв через Волхов наступлением из 'Волховского рукава', окружить и уничтожить 2-ю Ударную армию Клыкова: Для этого следовало сперва захватить исходный район для наступления между Ольховкой и 'крепостью' Спасская Полисть. Ударную группу возглавил командир SS Polizei-Division бригадефюрер SS и генерал войск SS Вюнненберг, имеющий командный пункт в деревне Глушица. Эсэсовцам подчинили остатки 'группы Хёнике', 'группу Кольберга', 'группу Арнинга' и 'группу Бёме'. 'Совершенно чужой командир!' - это всегда вздох разочарования.

Первые действия Вюнненберга оказались провальными. Воины 111-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Рогинского юго-западнее 'Паука' отбили наступление из района Приютино 'группы Кольберга', состоящей из частей 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии Томашки и 12-й танковой дивизии с большими для них потерями. После этого Рогинский продвинулся севернее, намереваясь освободить Приютино и выйти на железную дорогу Ленинград - Чудово, окружив 75-тысячную группировку Линдеманна у Чудово. 372-я 'алтайская' стрелковая дивизия полковника Хорошёва шла следом. 'Волховский рукав' приобретал все более вытянутую форму.

Фон Кюхлер и Линдеманн продолжали небезосновательно паниковать и снимать с разных участков фронта под Ленинградом отдельные штабы, батальоны, батареи и роты, и бросать их в бреши своего нового фронта, образованного войсками Клыкова. Из этих подразделений они формировали бригады, боевые группы, подгруппы, личный состав которых менялся и тасовался как карты в колоде. Существовали штабы полков, отдававшие приказы на Невском участке, в то время как их собственные батальоны вели бои у Любани, на Волхове, под Погостьем; имелись артиллерийские полки и инженерные батальоны, чьи отдельные батареи и роты рассеялись по всему фронту вокруг армии Клыкова. Части различных дивизий совершенно перемешались. Из-за того, что 'Волховский рукав' еженощно подвергался ударам десятков ночных бомбардировщиков, днём постоянно расстреливался как тире несколькими полками крупнокалиберной артиллерии РГК, в том числе 203-миллиметровыми гаубицами Б-4 'Кувалда Сталина', особенно велики оказались потери среди офицеров и унтер-офицеров. Несмотря на то, что в Спасской Полисти, Трегубово и в других опорных пунктах строились подземные убежища от постоянных советских артобстрелов и бомбёжек, в батальонах и ротах командиры часто сменялись в течение нескольких дней.

От уничтожения населения и грабежа по плану 'Ost' оторвали 285-ю охранную дивизию фон Плотто, батальоны вспомогательной полиции OrPo, SS Freiwilligen 'Legion Flandern', SS Freiwilligen 'Legion Nederland', латышские и эстонские добровольческие националистические 'сотни'. В бой пошли и аэродромные команды Luftwaffe. На машинах и маршевым порядком их вместе с их французскими танками Renault R25 и FT бросили, как кур во щи, спасать тылы 18-й и 16-й армий. Здесь профессиональные убийцы мирного населения вдруг оказались как в аду. Их обстреливала советская артиллерия, днём и ночью бомбила авиация, окружали в лесистой и сильно заснеженной местности советские кавалеристы, лыжбаты. Вот они - покорили Европы. Им обещали в России рабов, земли, славу, 'жизненное пространство', а теперь они валяются среди стреляных гильз, воронок, и ржавых от крови бинтов. Вот лежат двое голландцев лицом в снег. Рты оскалены, как будто хотят съесть русскую землю. И ещё два других голландца - у них на брючном ремне привязано по две ощипанных курицы:

Кроме отсутствия боевой слаженности в своих частях, боевые группы, состоявшие из немецких, испанских, фламандских и латышских батальонов зачастую в бою просто не понимали соседей. Презрение одних к другим вне боя являлось притчей во языках. Пример отношения к союзникам задавал сам Гитлер, заявляя, что испанцы - 'оборванцы', 'ленивый народ с кровью мавров', про итальянцев - 'нет никакого смысла давать итальянцам вооружение для организации армии, поскольку они побросают оружие перед лицом врага при первом же случае...', про румын - 'румынские крестьяне - это скотина несчастная' и так далее...

'Сборные солянки' Линдеманна в боях с отборными сибирскими и уральскими соединениями под огнём 'Катюш', 'Емель', 'Матушек' и 'Кувалд Сталина' несли чудовищные потери. Закалённые в боях сибиряки, алтайцы, ленинградцы из 2-й Ударной армии уверенно перерабатывали банды захватчиков на удобрение для болот. 'Сборные солянки', созданные в рамках операции 'Вперёд', вполне себе хлебнули горя в боевых столкновениях с элитными войсками Красной Армии - лыжными батальонами, кавалерией, отдельными стрелковыми бригадами из Сибири и Урала:

Действуя на западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии, 23-я стрелковая бригада, имея в строю всего 2200 бойцов, вместе с лыжниками 48-го и 95-го отдельных лыжных батальонов, за несколько дней продвинулась на 10 километров, освободив деревни Филипповичи, Любище, Волосково, Донец, Замостье, Лахуни, Солони. Оккупанты потеряли в эти боях более 850 солдат убитыми, множество вооружения, транспорта, снаряжения и продовольствия.

Характерен состав боевой группы из лыжников 95-й отдельного лыжного батальона и стрелков 23-й стрелковой бригады, которая обороняла затем район деревень Донец, Любище, Замостье, Солони и прикрывала перекрёсток дорог в районе Лахуни: 300 стрелков с самозарядными СВТ, автоматами ППШ, пулемётами ДП, двумя противотанковыми орудиями калибра 45 миллиметров, двумя 76-миллиметровыми 'полковушками', взводом противотанковых ружей, сапёрным отделением, 2-й батареей 76-миллиметровых пушек ЗИС-3 из артиллерии бригады, 2-й батареей 120-миллиметровых миномётов и 3-й ротой 50-82 миллиметровых миномётов. В распоряжении 300 человек советской пехоты просто гора оружия! Поди, возьми их за рупь за двадцать! Конечно, никакие 'охранники' и авиаторы не могли справиться с таким паровым катком. Здесь хорошо видна реализация идеи 'меньше солдат - больше оружия', которая с конца 1941 года отчётливо прослеживалась при формировании советских войск и создании боевых групп.

К 20 февраля вернулись изматывающие 25-градусные морозы. Коннице, лыжникам и пехоте группы Привалова у Любани чрезвычайно тяжело. Встречный ветер крутил позёмку, обжигал лицо. По условиям маскировки разводить костры получалось не всегда. На коммуникациях постоянно шныряли диверсионно-разведывательные группы оккупантов. Бойцы и командиры уже несколько суток проводили в снегу без сна, не имея возможности обогреться и отдохнуть. Некоторые доходили до невменяемого состояния, с трудом критически оценивая происходящее. Если падали в снег от переутомления, то могли замёрзнуть насмерть. И такие случаи имелись. Бывалые бойцы при этом советовали не пить 'наркомовские 100 грамм':

- Вечером согреешься, а утром можно не проснуться!

Оккупанты же глушили шнапс без ограничений и поэтому и них потери от обморожения в боевых подразделениях доходили до 10 процентов в сутки. Тем временем вместе с падежом немецкого 'скота', начался массовый падёж конского состава в советских частях. Сена взять негде. Воды взять негде. Весь фураж, что имелся раньше в местных колхозах, давно отобран оккупантами. Доставить по воздуху самолётами У-2, Р-5 из 657, 658, 660, 662, 665-го ночных бомбардировочных авиаполков всего вдосталь для группы Привалова не получалось. Чем кормить конский состав? Даже болота похоронены под толстым слоем снега, даже старой осоки для лошадей нет.

2-я Ударная армия связана с Волховским плацдармом лесной дорогой Мостки - Ольховка и лесной дорогой Теремец-Курляндский - Новую Кересть, Кречно. Маловато будет. Но что с того? Герои хотели спасти 2,5 миллиона ленинградцев в огромном городе, где уже три месяца не работало отопление, водопровод и канализация! Спасти Ленинград! Подвиг! Подвиг простых советских людей, которые сражались не за страх, деньги, награды! За деньги так не получится! Они сражались за Родину! Советскую Родину...

Русский, славянин, советский человек, пролетарий,- ничто, пока он остается изолированным индивидуумом. Всю свою силу, всю свою способность к прогрессу, все свои надежды и чаяния черпает он из организации, из планомерной совместной деятельности с товарищами. Он чувствует себя великим и сильным, когда он составляет часть великого и сильного организма. Этот организм для него - всё, отдельный же индивидуум значит, по сравнению с ним, очень мало. Русский, славянин, советский человек, пролетарий ведёт свою борьбу с величайшим самопожертвованием, как частичка, без видов на личную выгоду, на личную славу, исполняя свой долг на всяком посту, куда его поставят, добровольно подчиняясь дисциплине, проникающей все его чувство, всё его мышление. Таков и боец, командир Красной Армии, плоть от плоти русский, славянин, советский человек, пролетарий:

На рассвете 20 февраля 1-й эскадрон лейтенанта Желтова из 80-й кавдивизии Сланова с помощью проводника Осипова - жителя деревни Дубовик, нащупал слабые места 'линии Линдеманна' вдоль насыпи железной дороги Веймарн - Чудово на Любанском направлении. Конников поддержал сокрушающий огонь 152-миллиметровых гаубиц-пушек МЛ 20 'Емеля' из 18-го артполка Резерва Верховного Главнокомандования. Лихой атакой Желтов выбил подлецов с одного из участков обороны. Захвачено 16 ДЗОТов и блиндажей, уничтожено 50 оккупантов. Остальные бросились спасаться бегством. Следом перешли в наступление две роты лыжников 39-го и 42-го лыжных батальонов, две роты противотанковых ружей.

42-й отдельный лыжный батальон - воины бывалые, отборные. Лыжбат предназначался для глубоких рейдов по вражеским тылам, диверсий, нападений на отдельные гарнизоны. Вооружён и экипирован превосходно. Пистолеты-пулемёты ППШ, ППД, винтовки СВТ, снайперские винтовки, пулемёты ДП, миномёты БМ и РМ, гранаты противотанковые и противопехотные, противотанковые винтовочные ствольные кумулятивные гранаты Сердюка ВПГС-41, динамит. Все лыжники помимо обычного обмундирования имели валенки, свитер, меховые варежки, тёплый подшлемник, тёплые портянки, носки, бельё, маскхалат, химические грелки. Боевой опыт получили в боях на северном фасе Волховского плацдарма. При отсутствии сплошной линии фронта лыжники успешно охотились за разведгруппами оккупантов, совершали диверсии на линиях связи и снабжения. Их кредо - внезапность, скорость, маневр, неуловимость.

Преследуя бегущих, кавалеристы и лыжники на их плечах ворвались в деревню Красная Горка и освободили её. Дальше продвинуться не удалось из-за непрерывного артобстрела и налётов Ju 87, которые взлетали с аэродрома Бородулино сразу за Любанью. Со стороны Сустье-Конец и Коркино открыла огонь гитлеровская артиллерия. На дороге Красная горка Соустье-Конец появились гитлеровские танки и бронемашины. Авангард в деревне Красная Горка оказался блокирован войсками пехотных дивизий Герцога и Эндреса с двух сторон.

При 30-градусном морозе о выкапывании окопов в ледяной земле речь не шла. Лыжники продвинулись на 1000 метров западнее и перерезали дорогу Красная Горка - Верховье, быстро устроили завалы и прикрыли их пулемётами. Отсюда лыжники ожидали фланговый удар на окружение силами 'группы фон Бассе' с участием SS Polizei-Division, которые с учётом приданной бронетехники и артиллерия составляли 'группу Бок'. Другой фланговый удар ожидался с востока силами 474-го и 454-го пехотных полков, которые вместе с приданной бронетехникой и артиллерией составляли 'группу Эндерс'. Подлецы намеревались как всегда пропустить передовую группу советских войск в подготовленный мешок и встречными ударами в зоне порывы окружить прорвавшихся. Кавалеристы и лыжники это понимали. Готовились именно к такому развитию событий. Укрепляли фланги. Маскировали обозы. В лесу сооружали шалаши из сосновых веток, засыпали сверху снегом. Сложнее спрятать лошадей. Эскадроны рассредоточивали по отделениям на расстоянии пятнадцати метров друг от друга. Не имеющим артиллерии и тылов лыжникам, в оборонительных боях обычно приходилось очень нелегко.

Прорваться к Любани через деревню Красная Горка с ходу без таков не получалось. Вдоль Тигоды прорываться ещё сложнее. Привалов решил попробовать обойти укрепрайон, расположенный вдоль Тигоды, силами двух полков 191-й стрелковой дивизии Старунина правее деревни Коровий Ручей. Так он планировал достичь железной дороги Ленинград - Чудово у станции Померанье на 7 километра ближе к Чудово. Попытка эта напоминала рейд капитана Величко в Старую Руссу, попытку авангарда 33-й армии Ефремова пробиться в феврале к Вязьме.

По полному бездорожью, по пояс в снегу и поэтому максимально налегке, без артиллерии, противотанкистов и обозов, неся пулемёты, миномёты, боеприпасы и продовольствие на плечах, двум стрелковым полкам дивизии Струнина следовало выдвинуться к станции Померанье и перерезать дорогу снабжения Чудовской группировки Линдеманна. Бойцам предстояло нести при себе 15 сухарей и 15 кусочков сахара, 40 патронов на винтовку, два диска на ручной пулемёт или автомат, по четыре ручных гранаты, химические грелки. В комендантской роте 50 противотанковых гранат. Радиостанция - одна. Снабжение планировалось с помощью У-2 и Р-5 из 657, 658, 660, 662, 665-го ночных бомбардировочных авиаполков. Получался как бы десант в тыл врага без парашютов.

Старунин пытался оспорить приказ Привалова. Риск огромный. Но если вести войну лишь с целью сохранить бойцов, то следует сразу отступать за Урал. Логика Привалова проста: 'В Ленинграде массово умирают дети, люди на оккупированной территории гибнут под властью антикоммунистов! Если есть хоть малейший шанс на успех по пробитию бреши в блокаде, его следует использовать:' Советским чудо-богатырям предстоит идти почти на верную смерть. Что называется - 'не щадя живота своего' и 'до последней капли крови':

Ночью боевая группа Старунина по бездорожью прошла между опорными пунктами обороны 'линии Линдеманна' старым сосновым глухим бором и начала приближаться к Померанье. Наступившим ясным, сверкающим белым снегом утром советским бойцам предстояло выдержать тяжёлое испытание, когда со всей глубиной осознавалось, насколько им дорога их святая Родина. В эти полные крутых поворотов дни почти стиралась грань между освобождённой советскими войсками землёй, и советской, но отчуждённой подлецами. Части и подразделения действовали в глубоком тылу злобного и кровавого врага. Очень многих мучила назойливая мысль: 'Лучше пусть убьют на родной земле, нежели попасть в плен, что означает потерю Родины, семьи, рабство и в лучшем случае смерть на виселице или от пули гестаповцев'. 'Плен хуже смерти' - девиз тех дней.

Полуденный мороз не отпускал, небо затянули серые тучами. При выходе из леса на болотистый участок с сосновым редколесьем случилось несчастье: невдалеке послышался шум немецкого самолёта-разведчика. 'Сволочь! Сейчас рассмотрит всех нас сверху, и артиллерия накроет. И всё!' Патрульный самолёт-разведчик 'костыль' группу Старунина обнаружил. Через 15 минут после авиаразведки подлецы накрыли берёзово-еловое редколесье артогнём стационарных тяжёлых батарей и передвижных артиллерийских поездов. Снаряды плюхались в полузамерзшие под глубоким снегом торфяные болота, взметая фонтаны черно-коричневой жижи.

Вот справа - бух, бух! Потом слева и, прямо чуть ли не у них в головах - бух! В ушах стучало глухо: бум-бум-бум: Ледяная земля гудела и вибрировала, как от боли. Через час стрельба прекратилась. Снежная и земляная пыль, перемешанная с морозным воздухом, провонявшим дымом, пороховой гарью и болотом, медленно опускалась на поле.

Лежать в тесной воронке, даже прижавшись, друг к другу, холодно. До наступления темноты часа три. Эти часы могут стать последними для многих. Руки и ноги после многочасового лежания на морозе без движения отказывались выпрямляться и сгибаться. Стёганые штаны и фуфайка, не спасали от мороза. Зубы стучали дробью от холода и нервного напряжения.

Несколько бойцов оказались убиты, множество ранено. Вот лежат они, юные и не очень, белявые и чернявые, партийные и беспартийные святые защитники родимой земли и незрячими застывшими глазами смотрят в низкое снежное небо Матери-России: Погиб радист. Разбило единственную радиостанцию. Связь с командованием пропала. Фактор внезапности исчез. Достичь Померанье без серьёзных потерь не представлялось возможным. Старунин пожалел людей и отвёл группу в лес. Дерзкая попытка Привалова атаковать Любань через Померанье к сожалению не состоялась.

Одновременно с боями под Любанью, на других участках периметра зоны прорыва армии Клыкова в тыл группы армий 'Север' подлецы Линдеманн и Буш, используя густую сеть дорог с твёрдым покрытием, идущих от Новгорода, Луги и Тосно, быстро перебрасывали войска. Получив численное преимущество над противостоящими им частями армии Клыкова на растянутых флангах, подлецы повели контратаки, в том числе у основания прорыва у Спасской Полисти и Мясного Бора.

'Группа фон Бассе' перешла в контрнаступление у деревень Конечки, Каменка, Вальякка за западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии. В авангарде шли 150 эстонских лыжников. Кавалеристы 87-й 'алтайской' кавдивизии Трантина, 'харьковчане' 23-й стрелковой бригады Шишлова, 'уральцы' 165-го отдельного лыжбата отбили все атаки с большими для подлецов потерями. Более 350 завоевателей легли навсегда оскалом в снег, а 900 отправились на лечение. Сколько их них вернётся в строй - вот вопрос.

В сталинском СССР о раненых заботилась вся страна, в капиталистическом Великогерманском рейхе только санитарная служба, которую имел Wehrmacht. Из-за этого Wehrmacht возвращал в строй 40 процентов раненых, а Красная Армия 70 процентов. То есть, к примеру, если в неком бою у гитлеровцев и у советских войск убито по 300 человек и ранено 1000, то для гитлеровцев в этом бою в итоге безвозвратные потери составят 900 человек, а у советских войск всего 600. Wehrmacht во время коротких и совсем не кровопролитных кампаний в Польше, Франции, Югославии, Греции неплохо обеспечивал массовый приём раненых и больных, эвакуацию в тыл, лечение в госпиталях, поскольку раненых имелось немного, а отрыв от госпиталей небольшой. Однако Гальдер, Маркс, Паулюс и другие немецкие штабные работники очень некачественно разработали основной документ для ведения войны против СССР план 'Barbarossa'. Видимо сказалось отсутствие базового специального военного образования академического уровня. Wehrmacht построил вопросы своего санитарного дела на полностью ошибочной предпосылке, что воевать против Красной Армии будет так же легко, как и против армии Польши и Франции, совершенно не учитывая принципиальные количественные и качественные различия. Думали тушей задавить. Это же касалось вопросов снабжения боеприпасами, зимним снаряжением, качественной военной техникой, не изношенными грузовиками и так далее, за что не возьмись. За такие грубые ошибки на экзаменах в академии имени Фрунзе просто отчислили бы. Но в Германии такие неучи планировали войну против СССР и составили план 'Barbarossa'.

После вероломного нападения на СССР 22 июня Wehrmacht ожидаемо оказался оторванным от своих госпитальных баз на большие расстояния. При этом количество раненых за первый месяц войны в 100 раз превысило показатели за такой же период кампании против Франции. В такой ситуации требовалась хорошо организованная фронтовая санитарная служба с большим эвакуационным аппаратом и мощными сортировочными госпиталями. Но ничего этого Wehrmacht не имел. Это при том, что агрессоры имели в первый месяц дело в основном только с войсками прикрытия границы, а основные силы Красной Армии только выдвигались из глубины территории. Сталин не мог выставить СССР агрессором, заранее придвинуть все свои войска к границе и провести заранее мобилизацию армии и промышленности. И так Гитлер кричал на весь мир, что он вынужден напасть, поскольку Сталин собирался сделать это первым. Когда Гитлер напал, все увидели, что Красной Армии у границы нет, только войска прикрытия. Но поток раненых превзошёл все ожидания:

Через неделю после вероломного нападения Германского рейха и его союзников на СССР, уже 29 июня 1941 года министерство информации Британской колониальной империи, ссылаясь на сообщения шведской газеты 'Stockholms-Tidningen', отметило, что за последнее время с советско-германского фронта прибыло огромное количество раненых германских солдат. В Германии наблюдается острый недостаток госпиталей. Несмотря на реквизицию гостиниц и пансионов, раненых всё же негде размещать. Ранеными, прибывшими за последнее время с советско-германского фронта, заняты также все госпитали и учреждения в оккупированных немцами странах. Шведская газета указывала, что скоро под госпитали станут использовать все склады.

Санитарное обслуживание раненых, писала 'Stockholms-Tidningen', поставлено из рук вон плохо, так как не хватает медикаментов и перевязочных материалов. Немецкие военные врачи, прибывшие с фронта, жаловались на острый недостаток ваты, бинтов, инструментов и анестезирующих средств, а также на отсутствие необходимого количества врачей и медицинских сестёр. Кроме того, быстро продвигаясь по территории СССР после вероломного нападения, Wehrmacht не сумел оперативно развернуть стационарную коечную сеть в своих армейских районах для приёма огромного количества раненых - около 1 000 000 человек. Полевая санитарная служба не обеспечила не только оказание хирургической помощи, но даже и сколько-нибудь сносное размещение раненых и больных, элементарный уход. Вот как воевал Wehrmacht против Красной Армии!

В декабре 1941 года - марте 1942 года в период суровых русских морозов и бездорожья, когда эвакуация раненых проводилась из рук вон плохо, Wehrmacht понёс гигантские потери ранеными и обмороженными - около 2 500 000 человек. За этим последовала большая смертность раненых сразу в войсковом районе и в учреждениях полевой санитарной службы армейского тыла, почти 1/10, то есть 250 000 человек!

Военнопленный врач 16-й моторизированной дивизии Мюллер сообщил о смертности среди раненых в его дивизии до эвакуации - 10 процентов. Это почти вдвое превышало цифру смертности в период Первой Мировой войны в армии кайзеровской Германии. Плевать хотел Wehrmacht на своих раненых. Военнопленный врач санитарной роты 112-й пехотной дивизии Таннер сообщил, что до оказания хирургической помощи при транспортировке из числа тяжелораненых в область живота умирало 90 процентов, а в грудную клетку - 95 процентов. То есть почти все. Раненые с повреждением черепа умирали почти всегда так и не дождавшись хирургической операции. Такой огромный процент смертности - полная катастрофе в армии капиталистов. В результате гитлеровцы своих тяжелораненых зачастую бросали на поле боя и раненые часто кончали жизнь самоубийством. Иногда им помогали свои. Wehrmacht - одноразовая армия, армия смертников.

Таннер также сообщил о том, как воевала 112-я пехотная дивизия Мита, сформированная за 6 месяцев до вероломного нападения 22 июня на СССР с точки зрения потерь. На 31 августа 1941 года дивизия Мита, не ведя тяжёлых боёв, потеряла 3500 человек из 17 000 первоначального состава. После этого в боях у Чернигова, Брянска, Вязьмы, Белена до 7 ноября 1941 года потеряла ещё 5400 человек. Из общего числа потерь 25-30 процентов убито и около 70 процентов ранено. 40 процентов раненых погибло, 35-40 процентов осталось калеками и только процентов 20 попало обратно на фронт. Так воевал весь Wehrmacht против Красной Армии! Эти потери ещё что, имелись дивизии, которые к марту 1942 года обновились полностью. Пушечным мясом заваливали капиталисты Красную Армию!

Информация Таннера как лакмусовая бумажка показывал как Wehrmacht относился к жизни солдат, и кому солдат доверяли лечить. Ведь сам Таннер, занимающий в 112-й пехотной дивизии должность хирурга, которому поручали самые ответственные операции, окончил гимназию и изучал медицину всего лишь в монастыре римско-католического ордена! В монастыре! Медицинское образование у него незаконченное и диплома врача он не имел. Познания Таннера в области медицины оказались чрезвычайно примитивны, а общее развитие вызывало лишь насмешку. Он даже фамилий виднейших хирургов не знал, труды которых имели непосредственное отношение к лечению раненых. Не слыхал про Пирогова, Ларрея, Беллера и других великих. Можно себе представить качество хирургической работы полевой санитарной службы в армии капиталистов, если должности хирургов в дивизиях занимали подобные врачи! Очень и очень плохо обстояли дела с укомплектованием санитарных учреждений гитлеровцев врачебным составом. Очень и очень плохо.

По данным журнала 'Klinische Wochenschrift' No.17 за 1940 год, на 1 января 1939 года в Германии зарегистрировано 47 740 врачей. Но лишь 1/3 из них - 14 992 человек признаны специалистами. Из общего числа врачей Германия имела хирургов не более 10-12 процентов, то есть около 1500 человек. Это на 214 дивизий, 50 бригад и 400 отдельных батальонов, которые имел Wehrmacht на 22 июня 1941 года, вероломно вторгаясь в Советский Союз. Это не считая стройбатов 'Организации Тодта' и транспортных колонн NSKK. Неудивительно, что Wehrmacht имел хирургическую помощь раненым ниже низкого! Ничего, фрау ещё нарожают!

Как это вообще можно сравнить с тем, как командование Красной Амии и партия большевиков относились к жизни советских людей? В СССР перед войной высшие медицинские учебные заведения только лишь за один 1940 год выпустили 16 400 врачей и провизоров. Германский рейх всего имел столько дипломированных врачей, сколько СССР выпускал в год! Это не считая советских средних медицинских учебных заведений, выпускающих другие категории медицинских работников. В СССР врачей учили за государственный счёт, а в Германии только за собственные учеников деньги. Надо ли говорить, что при такой системе массовая подготовка врачей для массовой армии капиталистов при ведении длительной войны невозможна и социализм и в этом вопросе всегда будет лидировать?

К 1940 году большевики в СССР организовали 72 медицинских и фармакологических института и подготовили 155 300 дипломированных врачей. В 5,5 раза больше, чем в царской России и в 10 раз больше, чем в фашисткой Германии. Не удивительно, что Красная Армия получала назад 70 процентов от числа раненых, в то время как Wehrmacht получал назад не более 40 процентов раненых, с каждым разом теряя всё больше опытных бойцов, воюя всё большей массой новобранцев, в то время как в Красной Армии всё складывалось наоборот - всё меньше новобранцев и всё больше опытных бойцов. Надо ли говорить, как это ограждалось на потерях сторон вообще, кто больше терял?

Ну и конечно вопиюще скотское отношение капиталистов к своим солдатам вообще: В захваченных отчётных документах о санитарном состоянии солдат врача 2-го батальона 6-го моторизированного полка горной дивизии SS 'Nord' Брауна, который он составлял каждую декаду, каждый раз повторяется одно и то же: 'Санитарное состояние части продолжает ухудшаться. Из людей, находящихся на позициях, по крайней мере половину следует считать больными. Они не отправлены в госпитали только потому, что их некем заменить. Плохому состоянию здоровья солдат соответствует их поразительная душевная подавленность'. На износ. SS 'Nord' в тот момент не находилась в окружении. Просто солдат бросили гнить в окопах как бездушные чучела людей. 'Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?'

Военная медицина только тогда может хорошо лечить раненых, когда она имеет достаточное количество врачей и специализированную госпитальную сеть, позволяющую проводить эвакуацию раненых по назначению, в зависимости от повреждения той или иной части тела. Wehrmacht перед вероломным нападением на СССР имел специализированную коечную сеть только на территории самой Германии. Однако поток раненых уже в первый месяц реализации плана 'Barbarossa' оказался настолько велик, что все эти госпитали в оказались забиты ранеными. Развертывать массу новых госпиталей на территории Германии капиталисты не решились, так как это сильно подорвало бы моральное состояние населения. Между тем санитарные поезда с массами вояк, в хвост и гриву подбитых 'унтерменшами', продолжали поступать. Тогда гитлеровцы решили спрятать от глаз народа раненых и везти их в Румынию, Венгрию, Грецию, Югославию. С глаз долой из сердца вон! Но на задворках капиталистического мира - в Румынии, Венгрии, Греции, Югославии вообще не имелось не только специализированных госпиталей, а вообще никаких внятных медицинских учреждений! Вот это награда для солдат рейха! Раненых завоевателей размещали по частным квартирам без врачебного присмотра и квалифицированного ухода. Всё это, разумеется, отразилось на качестве лечения самым негативным образом.

Раненым в череп, челюсти, грудную клетку требовалось специальная хирургическая помощь. И тут Wehrmacht оказался в катастрофическом положении. Ведь Wehrmacht, и это уму непостижимо, в отличие от Красной Армии, в своей полевой санитарной службе не имел организации для оказания специальных видов хирургической помощи вообще! Wehrmacht имел ущербную санитарную службу прежде всего потому, что таковы принципы отношения к простым людям при капитализме, а фашизм только одно из его проявлений. Для капитализма главной ценностью является не человек, а частная собственность и человек. Для большевиков человек является самым ценным капиталом. И вся практика медицинской науки Советского Союза направлялась на то, чтобы в самой сложной обстановке спасти жизнь красноармейца, создать наилучшие условия для его быстрейшего излечения. Совсем иное демонстрировал Wehrmacht. Там солдат являлся прежде всего пушечным мясом, бесплатной принадлежностью дорогого оружия. В печати всего мира неоднократно сообщалось о случаях, когда гитлеровцы не эвакуировали с поля боя своих тяжелораненых. Чтобы избежать мучений, тяжелораненые немцы массово стрелялись, или их добивали свои. Ущербные люди больше не интересовали Wehrmacht, и санитарная служба не проявляла заботы о спасении их жизни. Вот основные причины огромной, ненормальной смертности среди раненых оккупантов.

В Красной Армии санитарная служба строилось на социалистических принципах и богатом опыте русской военно-полевой хирургии. 70 процентов возвращённых в строй - для неё ещё не предел. Используя до конца огромные возможности военно-санитарной службы Красной Армии, напрягая все усилия, имелась возможность вернуть в строй значительно больше чем 70 процентов от числа раненых. Значительную роль играла здесь также всеобщая любовь и забота, которой в СССР окружали раненых воинов.

К этому дню главный хирург Волховского фронта имел следующую статистику по видам ранений, косвенно раскрывающую характер ведущегося фронтом сражения на Волхове и интенсивности применяемых гитлеровцами средств огневого поражения. 40 процентов раненых вышли с поля боя сами - это легкораненые. 30 процентов с помощью товарищей - это ранения средней тяжести. 30 процентов с помощью санитаров - это тяжелораненые. Пулевые ранения имели 45 процентов, осколками миномёты мин ранены 40,3 процента, осколками артиллерийских снарядов ранено 9 процентов, осколками авиабомб 3,5 процента, осколками ручных гранат 1,1 процент. Бросается в глаза очень маленький процент потерь от артиллерийского огня и бомбёжек Luftwaffe и очень большой процент потерь от миномётных мин. Таким образом подтвердился факт о незначительном влиянии Luftwaffe и артиллерия на действия окопавшихся войск в лесной местности.

20 февраля среди бела дня на южном фасе Волховского плацдарма подлецы из 'голубой' испанской дивизии вышли строем из опорного пункта Любцы и направились по шоссе в сторону Мясного Бора. От неожиданности кое-кто из бойцов 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого даже растерялся. Но командир миномётного батальона 311-го полка старший лейтенант Зайчиков дал команду открыть огонь. Мины врезались в самую гущу колонны испанцев. Потом ударили пулемётчики и орудийные расчёты. На шоссе среди подлецов началась бестолкова сутолока. Они метались, кричали, падали. Через несколько минут всё закончилось. Психическая атака обошлась оккупантам в 80 убитых и 250 раненых. Что это? Трудно проникать в логику подлецов:

И вот - случилось! Очередная победа! Оккупантам группы армий 'Север' под Демянском ничего не помогло. Их оборона развалилась как трухлявый пень и на 8-й месяц войны 20 февраля 1942 года замкнулось кольцо окружения под Демьянском вокруг 12, 30, 32, 123 и 290-й пехотных дивизий, моторизованной дивизии SS 'Totenkopf', корпусных частей, различных частей усиления, служб тыла - всего более 100 000 подлых оккупантов группы армий 'Север'. Вышел завоевателям Демянск боком. А как иначе? Демянск - самая русская Россия. В обнаруженных в Старой Руссе и Великом Новгороде берестяных грамотах XII века Демянск уже существовал и упомянут. В летописях отмечены уникальные источники минеральной воды у Демянска, а князь Ярополк Киевский не позднее 1139 года специально отправлял своих воинов в Демянск за целебной водой:

И вот под этим городом попались в советское окружение дивизии, которые не получили сполна по зубам под Москвой, Ростовом-на-Дону и Тихвином. Они только потеряли за полгода боёв почти весь первоначальный состав. И вот теперь пришёл их черёд получить по полной и сразу. Обездвиженных и скученных подлецов теперь непрерывно расстреливала превосходная советская артиллерия и бомбила советская авиация. Ворошилов там. Значит, подлецам худо придётся. Им Геринг припасы возит самолётами. Транспортные самолёты, только они сядут на аэродромы, советские авиаторы бомбят, даже разгружаться не дают. А 'ударармейцы' Клыкова хуже, что ли? Неужели не окружат 18-ю полевую армию Линдемана в Чудово?

Разгром под Ростовом-на-Дону, разгром под Москвой и Тихвином, окружение под Демянском, начавшееся наступление на Донбасс и у Новгорода - что должны могли подумать спонсоры Гитлера и военной машины Великогерманского рейха международные банкиры? Гитлер упустил единственную возможность победить Советский Союз по технологии 'Blitzkrieg' - разгромить Красную Армию в результате вероломного нападения 8-миллионной тушей. Тогда у западной границы имелось в 100-километровой зоне от границы только 400 000 советских войск. Но где же победа? Теперь Советский Союз отмобилизовался, а Wehrmacht от своей первоначальной 8-миллионной туши потерял половину. Хотя потери удалось восполнить, война пошла на истощение. А здесь, как бы не помогала Европа и банкиры США Великогерманскому рейху, который без этой помощи неминуемо проигрывал войну, Советский Союз продолжал производить для себя сам продовольствие, вооружение, топливо, электроэнергию, массу экспортной продукции на продажу, получая к тому же средства на ведение войны и закупки дополнительного вооружения и сырья. Советский Союз получал гигантские валютные средства от продажи добываемых и производимых своих экспортных товаров: золото, серебро, платина, алмазы, нефть, древесина, хлопок, металлические руды, автомашины и тракторы, станки, медикаменты, бокситы, товары химической промышленности, парфюмерия, семена, табак, кожа, пушнина, пшеница, мука, сахар, кондитерские изделия, чёрная икра, водка, вина и коньяк. Ведя страшную войну, Советский Союз всё это продавал за границу и использовал эти средства до копейки для победы, а Великогерманский рейх это всё покупал за быстро обесценивающиеся рейхсмарки, захватывал, или брал в долг, и массу средств теряя в карманах частых собственников. Международные банкиры в конечном итоге вынуждены были содержать всю коррупционную военную махину Гитлера. Естественно, что они рассчитывали совершенно на другое:

Редко, когда ночью тихо, но 21 февраля в лесу - ни одного разрыва. Словно в раздумье идёт снег. 20 градусов мороза. В белёсом тумане луна: Сплошная облачность на высоте от 100 метров. Морозный туман снижает видимость до 500 метров. Авиация бездействует. Спешенные эскадроны 210-го кавполка Прокопенко из 80-й кавдивизии Сланова и танки Т-60 танкового батальона Стоянова на Любанском направлении ещё затемно повели наступление от деревни Красная Горка вдоль дороги на Сустье-Полянка с целью прорваться к Коркино. Дорога перекрыта заминированными завалами из брёвен. Оккупантами из 235-й пехотой дивизии сооружены пулемётные гнёзда, расставлены противотанковые пушки, миномёты, танки. После начала боя к подлецам сразу стали прибывать подкрепления на грузовиках. По дороге открыла заградительный огонь крупнокалиберная артиллерия со стороны Любани. Пробиться через эту оборону не удалось.

Одновременно вдоль железной дороги Веймарн - Чудово, подсекая всю зону советского прорыва к Красной Горке, пошли в атаку с востока батальоны и танки 'группы фон Франциуса'. Атакующих встретил пулемётным и миномётным огнём воины 200-го кавполка, а их товарищи из 210-го кавполка контратаковали во фланг захватчикам. Бросая убитых, раненых и оружие, 'группа фон Франциуса' откатилась к сараям у высоты 42,2. Кавалеристы начали преследование вдоль железной дороги, но перед рубежом обороны остановились. Всего убито в бою 180 солдат, ещё более 80 раненых оккупантов замерзли на поле боя без эвакуации. Остальные раненые смогли отползти и ушли самостоятельно в свой тыл. Среди конников пал смертью храбрых 37-летний политрук Завьялов. На западном фасе зоны прорыва армии Клыкова прибыли в Конечки на смену обескровленных частей охранной дивизии фон Плотто батальон пехоты и артиллерийская батарея из SS Polizei-Division. В 'Волховском рукаве' получил себе осколок в голову очередной подлец-оккупант - полковник Хиппель, командующий после смерти Кёхлинга одноимённой бригадой. После этого 'бригаду Кёхлинга' окончательно расформировали.

В этот день отправился на переформирование геройский 218-й штурмовой авиационный полк Сапогова из состава ВВС Волховского фронта. Полк действовал на фронте со своими скоростными бомбардировщиками АНТ-40 с первых дней войны. 28 июня 1941 года авиаполк нанёс опустошающий удар по скоплению частей 3-й танковой дивизии генерал-лейтенанта Моделя из 2-й танковой группы и другим частям XXIV моторизованного корпуса Гудериана в районе аэродрома Бобруйск. Это при том, что на аэродром Бобруйска уже передислоцировались и прикрывали танковую группу с воздуха истребители самой сильной в Luftwaffe истребительной дивизии - 'эскадры' JG 51 в которой насчитывалось 160 новейших Bf 109 F-2. 'Звезда' Luftwaffe Мельдерс собрал в это авиасоединение лучших стервятников Геринга, получивших большой опыт боевых в войнах против Франции, Англии и Польши.

Вообще к Бобруйску собралась тогда почти вся истребительная авиация 2-го воздушного флота фельдмаршала Кессельринга. Этот флот являлся одним из самых сильных и многочисленных флотов Luftwaffe. По истребительной авиации Кессельринг превосходил ВВС Западного фронта почти в 2 раза. Как всегда наваливались тушей.

После предательства Павлова положение Западного фронта к этому дню оказалось критическое, почти неуправляемое. Затаившийся троцкист генерал Павлов, делавший всё, чтобы открыть фронт врагу, отстранён 30 июня от командования. На восточном берегу у Бобруйска оборонялись разрозненные тыловые части. В этой тяжелейшей обстановке новому командующему Западным фронтом Маршалу Советского Союза Тимошенко требовалось время, чтобы организовать прочную оборону Могилёва. Вот он и приказала нанести воздушный контрудар 'с налёта, с поворота, зацепив врага в густой'.

Момент Тимошенко выбрал очень удачный. Под Бобруйском 'уничтоженные на спящих аэродромах' ВВС Красной Армии устроили вероломным агрессорам из 2-й танковой группы Гудериана 'судный день'. В результате на Березине произошло кровавое избиение 'железной саранчи' и пушечного мяса Гитлера. Небо над Бобруйском 30 июня буквально полыхало огнём. За день сделано 400 самолёто-вылетов! Гудериан впал в истерику. Кессельринг бросил на его защиту более 100 истребителей, но тщетно. Бобруйское побоище продолжалось!

30 июня 1941 года: Небо ясное, безоблачное, ни одного облачка. Первая группа АНТ-40 из 3-й дальнебомбардировочного авиакорпуса в три часа дня бомбила большое скопление моторизованных войск фашистов юго-западнее Бобруйск, а также 100-километровые колонны бронетехники и грузовиков на дорогах Глусск - Бобруйск и Глуша - Бобруйск. Более удачной цели для бомбардировщиков не придумаешь. Цели накрывали бомбами в 500 и 250 килограммов. Каждая из сотен сброшенных тогда бомб стирала с советской земли группу подлецов или пару-тройку единиц транспорта, танк, бронетранспортёр, самоходку. Они думали, что тут будет как в Польше, даже расход снарядов такой же заложили. А вот так, по-тимошенковски, не хотите?

207-й дальнебомбардировочный авиаполк вышел к Бобруйску силами 26 бомбардировщиков. Они уничтожили в щепу наплавной мост через Березину вместе с переправляющимися войсками фашистов. Возмущались лётчик конечно:

- Почему днём? Обещали прикрытие!

Затем по танкам и мотопехоте подлеца Гудериана ударил 96-й дальнебомбардировочный авиаполк, за ним 51-й дальнебомбардировочный авиаполк. 140-й скоростной бомбардировочный авиаполк своими Пе-2 уничтожал скопления бронетехники в районе Смолевичей, препятствовал переправе из Бобруйска через Березину, уничтожал скопления войск на восточной окраине Бобруйска, в лесу западнее; в районе севернее Смолевичей. 21 штурмовик Ил-2 из 4-го штурмового авиаполка обрушил бомбы и реактивный снаряды на понтонные переправы. Мощный удар Сталинские соколы нанесли и по аэродрому Бобруйска, где очень глупо скопилось более 100 самолётов Luftwaffe. Налёты на переправы, колонны и скопления войск Гудериана юго-западнее и восточнее Бобруйска и в самом городе шли как на конвейере. Хоть раз такое во Франции видели? В Югославии? В Греции?

Экипаж героев Иванова, Написанова, Станиславского из 218-го авиаполка на бомбардировщике АНТ-40 несмотря на атаки 15 истребителей Bf 109 и сильный огонь зенитной артиллерии, уничтожил переправу вместе с танками на реке Березине в 10 километрах южнее Бобруйска. Видимость великолепная - когда напали истребители, видно было, как улыбаются подлецы: Героический экипаж сбил один Bf 109, но погиб в неравном бою.

Бомбардировщики шли без прикрытия. Каждый боевой вылет требовал предельного напряжения физических и моральных сил, подлинного героизма. Но грозные летающие крепости отнюдь не мальчики для битья. Эскадрилью капитана Белокопытова, например, атаковали 20 стервятников из JG51 подлеца Мёлдерса, но бомбардировщики сомкнули строй и дали отпор. Группа допотопных ТБ-3 подверглась атаке 15 истребителей Bf 109F-1 из 8./JG 51. Стрелкам экипажа капитана Прыгунова одного подлеца удалось сбить. Пара капитана Прыгунова сбросила бомбы и стала заходить на второй круг. На них напали истребители. Самолёт Прыгунова вспыхнул, начал гореть, но герои все бомбы сбросили на цель и только потом сами выпрыгнули на парашютах.

170-й истребительный авиаполк Мищенко на И-16 творил чудеса. 4 истребителя И-16 из этого полка вступила в бой против 20 истребителей Bf 109 из I, III, IV групп JG 51. Все четверо советских лётчиков - опытные пилота, а Гетц и Шишкин, до этого воевали в Китае с японцами. В ходе боя стервятники Мёлдерса сбили И-16 младшего лейтенанта Шишкина с голубой 'шестёркой' на хвосте, а капитаны Пастухов и Гетц сбили 2 истребителя Messerschmitt Bf 109. При этом трём товарищам удалось прикрыть выход из боя Шишкина, который дотянул до своих, посадил горящий самолёт с убранным шасси и впоследствии вернулся в часть. Вот это ас!

За долгий день 30 июня лётчики авиаполка Мищенко выполнили 70 боевых вылетов, сбили 10 самолётов Luftwaffe при одном своём потерянном в бою И-16. Ещё один самолёт оказался потерян из-за технической неисправности. 4 истребителя И-16 получили повреждения, в том числе 1 требовал ремонта в мастерских. Так воевали на 7-й день войны 'уничтоженные на спящих аэродромах' Сталинские соколы!

Всего во время воздушного контрнаступления под Бобруйском уничтожено 9 наведённых мостов вместе с войсками на них. В других условиях бомбардировщики и за полгода не набили бы столько рассредоточенных по линии фронта оккупантов, сколько удалось набить за три дня у Березины. Убито и ранено более 5000 солдат и офицеров, уничтожено, утоплено или повреждено 300 грузовиков с солдатами, боеприпасами, вооружением, горючим. Сожжено, утоплено и подбито более 200 единиц бронетехники: танки, броневики, бронетранспортёры, всякого вида самоходки, инженерные, штабные, разведывательные машины, перевозчики боеприпасов, эвакуаторы. И так далее: В небе уничтожено 16 самолётов Luftwaffe: 8 истребителей Bf 109 разных модификаций, 1 истребитель Focke-Wulf Fw 159, 1 дальний разведчик Ju 88D, 2 бомбардировщика Ju 88А, 2 разведчика Hs 126, 2 транспортника Ju 52. Каждой твари по паре. Почти 40 истребителей, бомбардировщиков, разведчиков, транспортников Luftwaffe уничтожено на аэродроме Бобруйска. Более 30 самолётов Luftwaffe в бою и при авиапроисшествиях получили повреждения, препятствующие эксплуатации и требующие серьёзного ремонта.

Wehrmacht терпеть не мог признавать свои потери и по давно заведённой в германской армии традиции в духе барона фон Мюнхгаузена советские потери Гудериан и Кессельринг повысили втрое, в свои уменьшили вдесятеро. Потери в людях при серьёзных поражениях Wehrmacht списывал постепенно, по чуть-чуть, напирая на болезни, партизан, шальной снаряд, несчастные случаи, а в технике делая акцент на поломки, саботаж и неудачный ремонт.

За огромный вклад в дело уничтожения живой силы и техники немецко-фашистских полчищ у Березины пришлось заплатить дорогую цену. В воздушной операции над Бобруйском от огня истребителей и зениток геройски погибли 20 лётчиков. Потеряно в воздушном бою, от огня зениток, по техническим причинам более 38 самолётов: 11 бомбардировщиков Ил-4, 9 бомбардировщиков АНТ-40, 1 бомбардировщик Пе-2, 2 штурмовика Ил-2, 2 штурмовика Су-2, 2 биплана У-2, 4 допотопных бомбардировщика ТБ-3, 3 истребителя МиГ-3, 3 истребителя И-16, 1 истребитель И-15: A la guerre comme a la guerre. Всё ж не поляки, не финны, а сильнейшая армия мира:. Ну и что: Мощная советская промышленность - один из мировых лидеров - ещё много таких сделает. До Берлина долетят! Но люди - главная ценность при социализме! Их вот очень и очень жаль:

Тем, кто привык верить описаниям подвигов в листовках и брошюрах, написанных в политотделах, описание этих событий устами историка покажется не таким героическим. Но на самом деле героизма в реальной, суровой и страшной войне гораздо больше, чем могут рассказать и даже нафантазировать в тылу агитаторы и растиражировать газеты. Кто может передать боль в живом сердце бойца, осознанно идущего на смерть ради счастливой жизни своего народа?

В середине октября 1941 года 218-й штурмовой авиационный полк Сапогова ушёл на переформирование и получили с завода 20 штурмовиков Ил-2. Этими грозными машинами авиаполк громил с воздуха колонны 2-й танковой группы Гудериана в районах Алексеевка, Почеп, Стародуб, Новгород-Северский, Клинцы, Новозыбков, Хутор-Михайловский, Пеклино. В этих боях отрабатывалась тактика штурмовки колонн. Наилучшим образом при штурмовках колонн себя проявили ракеты РС, на втором месте бомбы ФАБ-50 и затем пушечно-пулеметный огонь. Не потому, что одновременный огонь в упор двух ШВАК и двух ШКАС давал слабое поражение, просто результат атаки хуже наблюдался.

Но РС: При попадании РС под машину её переворачивало на борт и отбрасывало на обочину. Прямое попадание РС в танк почти на 100 процентов обеспечивало пожар танка. Колонну на дороге чаще старались атаковывать в строю кильватера с дистанцией самолёт от самолёта 400-600 метров. При атаке пушечно-пулемётным огнём дистанцию могли сокращать до 200 метров. Это называлось 'утюжить'. При атаке больших групповых целей, лучший строй - звено клином и проходить по наиболее густому скоплению.

Для парирования обстрела при отходе от цели асы Сапогова подвешивали на свои Ил-2, тогда ещё не имевшие хвостового стрелка, по одному РС на каждую плоскость в сторону хвоста. Таким образом они вели огонь при удалении от цели, а также вели обстрел истребителей, которые, пытались атаковать штурмовики в хвост. И то и другое применение РС себя оправдывало и дало хорошие результаты. Это то, что Ленин называл 'творчество масс'. Когда народ сражается за свои интересы, это 'творчество масс' становилось таким же грозным оружием, как советский патриотизм, КВ-1, 'Катюша', ППШ и 'Кувалда Сталина':

При похоронах войск группы армий 'Центр' во время операции 'Teifun' авиаполк действовал на Брянском фронте. Затем снова на переформировании. Получил 20 новых и из ремонта Ил-2 и в ноябре участвовал в разгроме войск группы армий 'Север' под Тихвином. Затем громил оккупантов во время наступления Волховского фронта.

Всего лётчики-штурмовики Сапогова уничтожили с начала войны 95 единиц бронетехники, в том числе 15 танков, 35 артиллерийских орудий, 8 зениток и зенитных пулемётов, 86 огневых точек, 2 самолёта в воздухе и 8 на земле, 22 тягача, 6 тракторов, 2 паровоза, 40 вагонов, 111 грузовиков, 34 повозки с боеприпасами, 2 склада с горючим, 180 лошадей, более 2300 гитлеровцев и другие цели:

Но ещё более явное проявление 'творчества масс' - это снайперской движение. Оно быстро разрослось среди воинов-сибиряков. Примером тут служил Ленинградский фронт, которому сибиряки изо всех сил спешили на помощь. В Ленинграде в этот день состоялся слёт снайперов. На слёте звания Героев Советского Союза, золотые звезды и ордена Ленина из рук командующего фронтом Хозина под бурные аплодисменты получили старшина Вежливцев, убивший 134 оккупанта, красноармеец Голиченков - 140 оккупантов, замполитрука Калинин - 155 оккупантов, старший сержант Лоскутов - 117 оккупантов, сержант Пчелинцев - 101 оккупанта. Посмертно получил награду Феодосий Смолячков. За декабрь-январь этот 18-летний советский патриот убил 124 немецких солдата и офицера, истратив всего 125 патронов! Ещё 130 снайперов получили ордена Красного Знамени, Красной Звезды, медали 'За отвагу'. К 1 ноябрю 1942 года на Ленинградском фронте 325 снайперов уничтожили 5426 фашистов, на Волховском фронте 85 снайперов уничтожили 1506 фашистов. На Северо-Западном фронте 325 снайперов войск НКВД за период с 25 ноября 1941 по 22 февраля 1942 года в ходе боевой стажировки на передовых позициях уничтожили 4499 оккупантов. Когда простой народ сражается за свою светлую жизнь под руководством вождей, которым доверяет, берегись, классовый враг!

День заметно прибавился. Почти уже весеннее солнце, несмотря на мороз, в полуденные часы старалось растопить огромные сугробы, но за короткое время ему удавалось лишь слегка приплюснуть верхушки, образовать ледяную корочку. И всё же весеннее настроение уже чувствовалось во всём: воробьи, прятавшиеся в холодную зиму в сараях, небольшими стайками уверенно рассаживались на крыше, деревьях, штакетнике. Дружно и заливисто чирикали между собой, радуясь кончине зимы:

Пока природа брала своё, захватчики не унимались. Горбатого только могила исправит! На Любанском направлении гитлеровцы предприняли новую попытку закрыть вдоль железной дороги Веймарн - Чудово горловину прорыва группы Привалова к Любани. 210-й кавполк Прокопенко легко отбил атаку, убив 20 и ранив 50 оккупантов. Следующую атаку подлецы повели силами до 800 человек. Эта группа просочилась в стык между эскадронами 210-го и 205-го кавполков. Одновременно 'группа фон Франциуса' снова атаковала всей массой 'по-мясному' вдоль железной дороги. 205-й кавполк вынужденно отошёл на 1,5-2 километров к западу, где атакующих остановил. Ударная группа капитана Прокопенко в составе 3-х эскадронов начала обходной маневр, заходя во фланг и пытаясь отрезать 'группу фон Франциуса' по линии железной дороги. Неудачно. Потеряв за час боя более 120 солдат убитыми и ранеными, фон Франциус отступил. Смертью храбрых пал 37-летний батальонный комиссар Мазнев, 36-летний политрук Вдовыдченко, 41-летний командир сабельного взвода младший лейтенант Симанов. Затем пришёл черёд конников занимать свои оставленные рубежи:

В ночь на 23 февраля ВВС Волховского фронта привычно бомбардировали войска оккупантов на Любанском направлении: Любань, Кирково, дороги на Чудово и Любань. На южном фасе Волховского плацдарма бомбили Любцы, Земтицы, Подберезье, Долгово. Всего произведено 293 боевых вылетов. Уничтожено 4 грузовика, разбит железнодорожный состав на станции Любань, взорван склад боеприпасов, разрушено и сожжено до 300 строений. Уничтожена минбатарея, две зенитных точки, прожектор. Наблюдались очаги пожаров в пунктах бомбардирования.

При бомбёжке Любани отличился замкомэска-2 лейтенант Вийк из 658-го лёгкого бомбардировочного авиаполка. Поднявшись на километровую высоту, он выключил двигатель своего Р-зет и бесшумно спланировал до высоты 400 метров, после чего сбросил на пристанционные склады четыре 100-килограммовые бомбы. Под грохот рвущихся в огненном шаре запасов снарядов 'группы фон Бассе' он развернулся и уже под обстрелом ушёл на бреющем. Только за городом, удалившись от прожекторов и зениток, Вийк включил двигатель и начала набор высоты.

Следом за Вийком в чрезвычайно сложных метеоусловиях выполнил налёт на станцию Любань экипаж Мотненко из того же авиаполка. Под утро густо сыпал снег, почти полностью скрывая границы взлётного поля. Температура минус 20 градусов Цельсия. Видимости горизонта нет. Высота облачности всего 200 метров, стрелка компаса мечется как сумасшедшая, авиагоризонт запаздывает с показаниями. Мотненко почти вслепую обошёл Любань и появился с запада. Подлецы поняли в чём дело только когда на эшелон с боеприпасами стали падать 100-килограммовые бомбы. Эшелон сошёл с рельс. Подлецы открыли бешеный зенитный огонь, но поздно, герой 'горкой' ушёл в облака. Ищи ветра в поле. Эшелон с боеприпасами как корова языком слизала, только салют несколько часов разлетался под небом с грохотом и свистом. Так отметили 24-ю годовщину Красной Армии советские авиаторы.

Свирепствовал мороз. Пурга. Не участвующие в прорыве на Любань войска Клыкова перешли к обороне. Юго-восточнее Красной Горки 24-й стрелковая бригада полковника Девятова освободила Дубовое, выбив оттуда части 'группы фон Боссе'. Теперь перед ними 'линия Линдеманна' у Заречья и Коровьего Ручья.

По случаю годовщины рождения Красной Армии трудящиеся Сибири прислали воинам 2-й Ударной армии к празднику подарки - печенье, конфеты, носки, варежки, кисеты, конверты, блокноты, носовые платки. Во многие пакеты вложены поздравительные письма отдельных людей, школьных классов, трудовых коллективов. Везде один и тот же смысл: 'Спасибо Вам, наши героические защитники! Бейте крепко ненавистную фашистскую гадину!' Большая часть 'ударармейцев' получила подарочный паёк: пачку папирос 'Прибой', спички, пачку галет 'Военный поход', кулёк конфет 'Раковая шейка', шоколадный батончик с начинкой или другой шоколад. Ну и конечно наркомовские 100 грамм. Большие партии валенок в качестве помощи прислали на фронт независимое государство Тува и братская Монголия.

Множество писем получила 87-я кавдивизия Трантина. Комдиву Трантину как раз исполнилось 44 года, и он устроил 'званый обед' с приглашением командования полков. Подлецы же в течении всего дня вели яростный арт-миномётный обстрел, проводили атаки. Жизнь рабочим и крестьянам на 1/6 части земной суши капиталистические полчища испоганили, испоганить праздник им в радость. Разведгруппа 87-й кавдивизии из 11 бойцов лейтенанта Завгороднего на дороге Каменка - Кудрово уничтожила 30 фашистов из 9-й и 10-й рот 183-го пехотного полка, несколько лошадей, взяла 'языка'. Завгородний получил ранение в руку.

Из-за задержек с доставкой боеприпасов для артиллерии, большая нагрузка при отражении атак оккупантов легла на авиацию. В районе деревни Сенная Кересть лётчики 2-го гвардейского истребительного авиаполка нанесли штурмовые удары по атакующей со стороны Чудово 'группе Хеннике'. Каждый лётчик совершил по четыре захода в непосредственной близости от обороняющихся советских войск. Они сразу же сообщили о блестяще проведённой штурмовке и выразили восхищение действиями лётчиков. Подавлена артиллерия и миномётные батареи, убито более 100 фашистов. Затем Спасскую Полисть, Трегубово, Малое Опочивалово подвергли штурмовым ударам 6 штурмовиков Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова под прикрытием звена истребителей 41-го истребительного авиаполка Ершова. Уничтожено зенитное орудие, 7 ДЗОТов и блиндажей, 6 грузовиков, 2 легковые машины, 6 повозок, взорван склад горючего, убито около 100 солдат, поражены другие цели. Сорван налёт пикировщиков Luftwaffe на позиции 377-й стрелковой дивизии.

8 бомбардировщиков Пе-2 из 35-й бомбардировочного авиаполка Сухаребрикова нанесли бомбовый удар по позициям артиллерии у Глушицы. Убито и ранено около 150 оккупантов, взорвано два склада боеприпасов, уничтожено и повреждено 6 гаубиц, два зенитных пулемёта, 4 тягача, 6 грузовиков, вызван пожар. И так далее:

Четвёртой битвой после Московской, Ростовской, Тихвинской, которую проиграл Wehrmacht на советско-германском фронте, стала зимой 1941-1942 годов битва против советских партизан. Не стала исключением Ленинградская область. В начале 1942 года, когда войска Волховского фронта перешли в наступление, в полосе насчитывалось около 20 партизанских отрядов - 10 рейдовых и столько же местных. Воевалось партизанам тяжело. В конце января при попытке перейти статичную линию фронта в Киришском районе понёс потери 70-й партизанский отряд, а его командир, студент Ленинградского госуниверситета Дорофеев, получил смертельное ранение. Серьёзно пострадали другие отряды. После глубокого вклинения 2-й Ударной армии в оборону группы армий 'Север' переброска в тыл оккупантам новых партизанских пошла легче. Представителем Ленинградского штаба партизанского движения ЛШПД при 2-й Ударной армии назначен Шевердалкин.

В праздничный день партизанский 'взвод' Григорьева из партизанского 'батальона' Туваловича взяли Любань 'в осаду'. 'Батальон' Туваловича состоял из 14 отрядов, всего около 200 человек. Он перешёл линию фронта во второй половине февраля с задачей совершать диверсии на железных, шоссейных, просёлочных дорогах в Мгинском и Тосненском районах в полосе наступления 2-й Ударной армии, чтобы затруднять оккупантам маневр резервами.

Перед отправкой в тыл врага Тувалович и его комиссар получили последние наставления от члена Военного совета Волховского фронта армейского комиссара I ранга Запорожца и начальника разведотдела армии полковника Василенко. В лесу у деревни Новая Кересть на КП с ними разговаривал о будущем взаимодействии и командарм Клыков.

Комфорта Мерецков внимательно относился к снабжению партизан. Командуя войсками во время Финского похода Красной Армии зимой 1939-1940 годов, он хорошо запомнил возможности финской тактики 'мотти'. Поэтому Мерецков предоставлял партизанам первоклассное вооружение, продукты питания, обмундирование, химические грелки. В отряды партизан Волховский фронт передавались разведчики, подрывники, радисты и медработники; командирам и политработникам партизанских отрядов присваивались воинские звания, партизан награждали орденами и медалями. Фактически партизаны являлись войсками специального назначения Красной Армии. Раз за разом партизаны Туваловича подрывали железную дорогу Ленинград - Чудово у станции Жары и Померанье, где перемещались резервы и поезда снабжения группировки Линдеманна у Любани.

Партизаны Туваловича взорвали 6-метровый мост на шоссе у деревни Болотница в 4-х километрах от Любани. Ремонт моста требовал не менее двух суток. Во время боя у моста убито 10 оккупантов и их прислужников. Погиб партизан Гамулин. При отходе партизаны вырезали 500 метров многожильной линии связи. Одновременно партизаны Туваловича подорвали в четырёх местах рельсы на обеих колеях на железнодорожном перегоне Тосно - Любань. Взорвали стрелки и будку у стрелок вместе с 5 оккупантами. Своих потерь не имели. Там же на шоссе заложено несколько фугасов трёхсуточного действия для вывода шоссе из строя на этот строк. В одном месте шоссе взорвали, сделав воронку радиусом 2,5 и глубиной 1,5 метра. Южнее взорвали дорогу из металлического аэродромного покрытия. Там же перерезали 4 линии связи. В районе деревни Никитинской разгромили гараж. Уничтожено 8 различных машин, убито 7 немцев и 5 предателей. Захвачены документы, оружие. Своих потерь нет.

Партизаны провели ещё несколько нападений на оккупантов в пригородах Любани. В результате оккупанты, у которых в тылу и так-то царил полный бардак из-за выполнения приказа 'Вперёд', паниковали и гнали резервы в мороз пешим маршем по параллельному шоссе колонному пути, снаряды везли на санях, горючее на грузовиках.

Не сидели сложа руки и другие партизанские отряды. Владея на оккупированной территории инициативой, несмотря на огромные трудности борьбы и смертельный риск, Ленинградские партизаны наносили оккупантам чувствительные удары там, где их не ждали. К концу февраля 1942 года в тылу группы армий 'Север' партизаны уничтожили около 8500 солдат и офицеров, 70 взяли в плен, разгромили 4 штаба соединений и крупных частей, вывели из строя 45 самолётов, 62 танка и бронемашины, 1000 различных автомашин с грузом и войсками, взорвали 65 складов с боеприпасами, горючим и военным имуществом, пустили под откос 55 поездов, в результате чего разбилось свыше 350 вагонов с солдатами и техникой, совершили 5 налётов на крупные железнодорожные станции, взорвали 195 железнодорожных и шоссейных мостов, разрушили 9 радио и телефонных станций. Так спасали Ленинград!

Маршал Советского Союза Ворошилов принял решение наблюдать за ходом наступления на Любань группы Привалова из деревни Дубовик, где расположился штаб кавкорпуса Гусева и штаб 366-й стрелковой дивизии Буланова. Клыков находился на ВПУ армии в Огорели. Ворошилов отправился в Дубовик из Новой Керести на танкетке Т-20 'Комсомолец'. По дороге Ворошилов и Мерецков заехали во Вдицко, где в 20 километрах от передовой размещался 364-й полевой передвижной хирургический госпиталь. Здесь маршал Советского Союза и близкий товарищ Сталина разговаривал с медиками, ранеными. В это время батарея 37-миллиметровых зенитных пушек сбила над Вдицко бомбардировщик Heinkel He 111. Было отчетливо видно, как зашедший в пике бомбардировщик вдруг вздрогнул и, оставляя дымный след, рухнул в болото. Двое подлецов упали с самолётом, четырёх взяли в плен, у пятого не раскрылся парашют. Лётчики вели себя нагло, кричали как пьяные: 'Рус капут! Сталин капут!'. Одному, самому буйному, пока тащили по снегу, 'особисты' самому сделали 'капут'. В этом же районе недавно в неравном бою советский истребитель сбил два фашистских самолёта, а несколько дней назад бойцы наблюдали с земли, как в бою 'худые' сбили советский разведчик. Охваченный огнём самолёт ЛаГГ-3 промелькнул над болотом и рухнул где-то в торфяное поле. Лётчик выпрыгнул с парашютом. А в небе кружил и делал всё новые развороты фашистский самолёт. Стервятник всё строчил и строчил короткими очередями по советскому герою, который спускался на парашюте. Такие они, стервятники Геринга:

В этот день забитую поездами с пополнением и снабжением станцию Любань впервые обстреляла советская артиллерия дальнего действия со стороны Красной Горки. Вечером 14 пикировщиков Ju 87 засыпали Вдицко бомбами. Какой-то агент Abwehrtruppe 1 из числа местного населения или из штаба 2-й Ударной армии смог сообщить своим подлым работодателям о приезде члена Ставки Верховного Главнокомандования. К счастью Ворошилов к тому моменту уже поехал осмотреть госпиталь:

Морозный и вьюжный вечер. Колючий ветер пронизывал насквозь, бил в лицо крупными и острыми льдинками. Тая, они оставляли на губах неприятный болотный привкус.

- Гиблые места! И воздух здесь тяжёлый! Одно слово - болото! - сказал Ворошилов следующему за ним Мерецкову.

- Летом-то как они здесь живут? Не пойму! Комарья, поди, полно и гнуса разного! - ответил комфорта.

Преодолев снежные заносы и сильные порывы ветра, они дошли до одной из госпитальных землянок. Назвавшись часовому, прошли внутрь вместе с клубами мороза. В землянке тепло и просторно. Бревенчатая кровля на столбах из толстых сосновых стволов. Посреди буржуйка. Возле неё стол из тонких берёзок. Вдоль стен топчаны с ранеными командирами. Края обширной земляки теряются во мраке.

Сидящий за столом с трубкой пожилой старшина с забинтованной головой и ватной подушечкой на месте одного глаза, и как будто однорукий, выронил трубку и быстро встал из-за стола. Накинутый полушубок упал. Пришедший в гости красноармеец тоже застыл как вкопанный, увидев шитые настоящим золотом маршальские звёзды в петлицах и сияющие золотые пуговицы с гербами Советского Союза.

Ворошилов прошёл к столу, снял папаху из седого каракуля, сел и, посмотрев на старшину, весело произнёс:

- Ну, что старшина, чаем угостишь?

Мерецков движением лобастой головы указал красноармейцу на дверь, давая понять, что тому нужно покинуть блиндаж. Этот жест Ворошилов заметил.

- Чего это ты там, Кирилл Афанасьевич, головой дёргаешь? Контузило что ли? - пошутил Ворошилов, оглядываясь. - Садись, старшина. И ты садись, - предложил он Мерецкову, - чего столбами-то стоять. Ты, старшина, тоже конник? Фамилия?

- Старшина Зуев из 244-го кавалерийского полка 87-й кавалерийской дивизии.

- А вторая рука где?

- Под фуфайкой, товарищ маршал. Ранение небольшое.

- Сильно небольшое?

- Да, так, навылет!

- А что не эвакуировали?

- Да я кисет с махоркой к ране приложил, потом сестричка обработала. Всё уже почти и зажило.

- Какой такой кисет с махоркой?

- Да, обыкновенный, товарищ маршал. Кисет с махоркой. Дело-то обычное. Бой. Много фрицы ДЗОТов понаделали. Мы вчера их атаковали. Меня зацепило. Ну, я кисетом рану придавил.

- Помогло?

- Помогло! Верное средство! Бывало дрова рубишь или плотничаешь, поранишься случаем, так махрой залепишь, быстро заживает.

- Ну, да? А немец-то, сильно бьёт?

- Пристреляно у него хорошо! Каждый метр! Его бы артиллерией и авиацией хорошенько прищучить, нам бы проще было! На конях мы его не свалим, нет, не свалим, снега много! Танки нужны:

Спавшие в блиндаже раненые стали просыпаться и спросонья не сразу соображали, что происходит и кто перед ними.

- Ладно, прищучим! И танки будут:

- А хотите анекдот, товарищ маршал Советского Союза?

- Давай! - махнул ладонью Ворошилов.

- Получили два немецких солдата приказ наступать. Сидят, думают, что делать. Один спрашивает другого: 'Ганс, какой план по разгрому русских?' А тот говорит ему: 'Ты иди первым, а я за тебя потом отомщу!'

Посмеялись:

- Хорошо, что не падете духом, - сказал Ворошилов. - Даёте оценку ситуации, обстановке и конкретным людям. Наши враги - это рабы из капиталистической армии рабов. Особенно эти рабы горды 'порядком': бездумным подчинением приказам капиталистов, причём, любым. Только рабы не думают, а подчиняются. Потому наши свободные душой люди, народные творцы никогда не будут покорены рабами! Смех умных и свободных - самое сильное оружие над бездумными!

Что происходит, когда свободные люди сражаются с армиями рабов, Ворошилов и Мерецков хорошо показали миру во время Финского похода Красной Армии с 30 ноября 1939 до 13 марта 1940-го года, в котором они оба являлись главными действующими лицами. Основной задачей СССР тогда ставил удаление границ Финляндии от Ленинграда на Карельском перешейке. Поскольку Ленинград составлял 30-35 процентов оборонной промышленности страны. Сперва Финляндии предлагались другие территории взамен территории на Карельском перешейке, в 5 раз больше её, хотели арендовать некоторые финские острова в Балтийском море, но яростные финские антисоветчики отказалась. Финляндия наоборот, требовала во время Московских переговоров отвод войск советских войск на 25 километров от границы, то есть уход Красной Армии из Ленинграда. Забыли неблагодарные, как сидели под дверью Ленина, ожидая от него бумажку с признанием их независимости от России, без которой с ними никто в мире не хотел официально иметь дело.

К 18 декабря 1917 года вопрос о признании независимости буржуазной Финляндии был решён. Если большевики и левые эсеры освободят Финляндию от гнёта, в мире станет на одну несправедливость меньше. В Финляндии начиналась Гражданская война и финская буржуазия обманывала народ, обманывала трудящиеся массы тем, что москали, шовинисты, великороссы хотят задушить финнов. Оформлено решение Совнаркома. Народные комиссары вставали один за другим и с огромным удовлетворением подписывали документ о признании независимости Финляндии. 31 декабря 1917 года финская делегация с премьер-министром Свинхувудом во главе скромно и смиренно стояла у дверей Ленина для получения акта признания независимости Финляндии. Свинхувуд - швед по происхождении. В переводе на русский язык его фамилия означала 'свиноголовый'. Чистенькие, крахмальные, чопорные, в сюртуках с иголочки, финны как-то странно и чаще, чем следует, улыбались, смущались. Их смущал и коробил факт оказаться в роли просителей у порога рабочей власти, диковинно простая приёмная, наскоро сколоченная, простая, деревянная вешалка у дверей главы государства, где им самим, без швейцаров и лакеев, пришлось повесить свои меховые пальто. Свинхувуд, будущий президент Финляндии, являлся не просто буржуазным политиком, а одним из тех, кто собирался утопить в крови финских красных, да и всех народных комиссаров с удовольствием перевешал бы на фонарях. Ленин прекрасно сознавал его роль.

Энкель передал просьбу премьер-министра управделами Совнаркома Бонч-Бруевичу, что они хотят, чтобы акт вручил им Ленин как глава правительства. Бонч-Бруевичу стал возражать. Ленин в этот момент шло заседание Совнаркома. Энкель повторил просьбу, сказав, что, может быть, Ленин найдёт пару минут, чтобы выйти к нам. Ленин не желал пожимать руку финскому премьер-министру. На роль дипломата он предложили Наркома юстиции левого эсера Штейнберга. Однако и Штейнбергу перспектива общаться со Свинхувудом и его буржуями не улыбалась. На предложение побеседовать с финнами он ответил:

- Чего мне им говорить? Согласно своему посту я могу только арестовать их.

- Ну, так и арестуйте! - засмеялся Троцкий. - И к стенке:

Ждать финнам пришлось долго. В Смольном холодно. Финнам приходилось постоянно двигаться, чтобы немного согреться. Всего пришлось прождать около трёх часов. За дверями приёмной Нарком продовольствия Шлихтер и секретарь Мария Скрыпник снова обратились к своему руководителю, глава Советского правительства:

- Владимир Ильич! Финляндская делегация явилась и просит принять её...

- Вот акт о независимости. Всё в порядке. Отдайте им. - быстро ответит Ленин, делая какие-то текстовые наброски в блокноте.

Простой бланк Совнаркома, машинописный текст, два абзаца, подписи Ленина, Троцкого, Сталина, Шлихтера, Карелина, Штейберга:

- Владимир Ильич! Но ведь это вам самому надо вручить его!

- Почему же непременно мне? Ну, устройте это как-нибудь, скажите, что нельзя прервать очень важное заседание.

- Ну, нельзя же так, Владимир Ильич, это значило бы, что вы отказываете им в приёме, неудобно.

- Пусть подождут, ведь это буржуазное правительство. - заключил Ленин с чувством неприязни.

Шли часы... Было уже около полуночи. Но финны терпеливо ждали, для них было важно получить акт из рук самого Ленина, главы Советской власти, они просили именно об этом. Ильич же отнекивался:

- Что я могу сказать этим буржуям?..

В конце концов, Ленину пришлось взять неприятную роль на себя. Открылась дверь, и тут же, у порога кабинета, произошла эта характерная по новизне и необычайности церемония дипломатической встречи двух миров: изысканно сшитых буржуазных сюртуков с простеньким темноватого цвета советским пиджачком... Финны подошли к нему. Владимир Ильич, улыбаясь, пожал руку Свинхувуду.

- Надеюсь, товарищи финны... то есть, простите, господа финны теперь довольны? - спросил Ленин.

- Очень даже довольны, - пробормотал Свинхувуд.

Вокруг иностранцев, выражающих благодарность лично Ленину, собрались присутствовавшие там солдаты, матросы и другие вооружённые люди, наблюдая с любопытством за разговором, из которого они сразу поняли, что Совет Народных Комиссаров только что признал независимость Финляндии.

Нечего и говорить о том, какое величайшее удовлетворение и радость испытали финны тогда, получив это первое признание независимости Финляндии. Исполнилась заветная мечта всего народа Финляндии. Естественно, что их охватило чувство благодарности к правительству Ленина, к большевикам, которое без всяких условий признали независимость финского народа в соответствии со своими принципами права наций на самоопределение.

Финляндия во время Московских переговоров 1939 года стягивала войска к границе, а после срыва переговоров провела открытую мобилизацию. Отвергнув крайне выгодные условия и проведя мобилизацию, финны продемонстрировали, что намерены воевать в любом случае и жаждали войны. Советские войска сосредоточились на 5 основных направлениях. Первая, самая крупная группировка - на Карельском перешейке. От неё требовалось создать заслон против всяких случайностей против Ленинграда, провести разведку боем, создать плацдарм для наступление, когда прибудут главные силы. Другая советская группировка сосредоточилась для действий на северном побережье Ладожского озера с основным направлением на Сердоболью. Третья, меньшая, для действий на Улебо. Четвёртая для действий на Торнео и пятая - с севера на юг на Петсамо.

Подлец Маннергейм рассчитывал, что РККА не готова к наступлению, что так и было. Но Ворошилов неожиданно перешёл в наступление без предварительной подготовки, заведомо более слабыми войсками, чем у финнов силами, продемонстрировав всему миру, что РККА может действовать не только в соответствии с учебниками, но и творчески подойти к решению проблем, что выработала у командиров Гражданская война. Это решение Ворошилова некоторые трактовали как ошибку и показатель неумелости. Но всё наоборот. Красная Армия получила инициативу. События стали развиваться совсем не по сценарию Маннергейма.

Кроме того высинилось, что армия Финляндии и СССР не сопоставимы по уровню боевой подготовки и вооружённости. Это ярко продемонстрировало наступление 7-й армии Мерецкова, которая, не имея положенного численного преимущества в наступлении, продвигалась стремительно, смогла занять территорию и создать плацдарм для развертывания войск, и при этом начала штурм оборонительных позиций 'линии Маннергейма'. После разведки боем 'линии Маннергейма', на отвоёванном Мерецковым плацдарме сосредоточились войска под командованием Тимошенко для прорыва обороны. А затем: был военный разгром и принуждение Финляндии к миру. Генштаб СССР подсчитал 48 745 человек убитыми и 158 863 раненых. Финляндия свои потери скрыла, но они оказались больше советских. По подсчётам Генштаба на основании донесения войск финны потеряли примерно 60 тысяч убитыми и 250 тысяч. На всю войну, которую в СССР называли Финским походом, поскольку до войны она не дотянула, потребовалось 3,5 месяца. СССР отодвинула границу от Ленинграда, что позволило удержать город в 1941 году, разбил технику, тактику и стратегию передовых государств Европы, представители которых являлись учителями финнов и оказывали им военную помощь. После своего поражения Финляндия методами буржуазной пропаганды переписала историю и присвоила себе тактическую и стратегическую победу, занижая свои потери и деформируя задачи СССР, утверждая, что он впал в идиотизм и планировал захватить Финляндию полностью, словно СССР являлся империалистическим государством, а большевики, тот же Сталин, не отпустили финнов на вольные хлеба 22 года назад. Ворошилова после этой войны сняли с поста наркома обороны 7 мая 1940 и позже, 30 июня 1941, назначили в ГКО - как признание его высшего авторитета, самого компетентного специалиста в военной области. Ещё бы, за 3,5 месяца зимой Финляндию разгромил в пух и прах:

Ворошилов встал, собрался уходить, сказал напоследок:

- Ну ладно, старшина, спасибо! Выздоравливай!

С тем и вышел, кинув Мерецкову:

- Есть ещё порох в пороховницах:

Зуев встал, почувствовав, как сильно вспотела спина. Всё произошло в каком-то тумане: 'Чего сказал, как сказал и зачем? Про махру, про артиллерию! Они генералы - лучше знают, а я тут ещё со своим анекдотом бородатым!'

Да уж: Смущение старшины понятно. Ворошилов - кумир всех мальчишек, теперь выросших в героев Великой Отечественной войны. Боец большевистской партии до революции, во время Февральской и Октябрьской революции, один из руководителей Петроградского военно-революционного комитета. Ворошилов спас РСФСР от неминуемой гибели, когда из-под Харькова вывел целую армию, им же и организованную, к Царицыну. Не окажись ворошиловских войск под будущим Сталинградом, не с кем было бы и Сталину там организовывать оборону против Краснова, войска Краснова, Деникина и Колчака неминуемо соединялись, замыкая кольцо вокруг Республики, подвоз хлеба в центр оказался бы невозможен, голод задушил бы Советскую власть даже без белогвардейцев и их иностранных хозяев. До 1940 года Ворошилов возглавлял оборонное ведомство и усилиями выстроена та армия, которая остановила и погнала Wehrmacht, его усилиями построена вся организационная структура Красной Армии, система подготовки командных кадров, мобилизационная структура, сделан упор на механизацию, автоматизацию:

10 июля 1941 года Ворошилова ГКО направил командовать войсками Северо-Западного направления. А там фон Лееб уже начал войска РККА расчленять, резать фронт, как батон, фактически, начиналась катастрофа. Ситуация очень походила на масштабное предательство, начинали вырисовываться детали плана троцкистов, засевших в штабах - организация военного поражения для захвата власти. Не с 22 июня Ворошилов командовал направлением, а с 10 июля! Ему не оборону требовалось организовывать, а катастрофу полную предотвращать. И Ворошилов с задачей справился. Но 14-18 июля он провёл успешный и сокрушительный контрудар по гитлеровцам в районе города Сольцы, после которого против армии 'Север' они станут регулярными. У Ворошилова котлов наподобие Вяземского не случилось, как у Конева. Он вывел войска к Ленинграду, измотав по пути немецкие части так, что Лееб уже был не в состоянии без значительных подкреплений штурмовать город. А подкреплений для Лееба не было. При обстреле артиллерией командного пункта, где он находился как командующий, в непосредственной близости от сражающихся войск, а не в тылу, Ворошилов получил ранение. И его раненного сменил Жуков:

Пошли уже вторые сутки как два полка 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина поводили рейд по тылам, изыскивая возможность выйти к станции Померанье железной дороги Ленинград - Чудово. Стояли сильные морозы. Группа Старунина находилась под неотступным наблюдением фашистов. Везде вдоль 'линии Линдеманна' она натыкалась на огонь. Как только батальоны сосредотачивались, их обстреливала артиллерия. Приходилось снова рассредоточиваться. Много мин. В том числе 'прыгающих' S-Mine 35. С прыгающими минам боролись подручным способом: срезали 1,5-метровые ёлочки, обрезали с них ветки, оставляя 10-15 сантиметровые сучки. К хвосту такой 'кошки', привязывали бечёвку. Забрасывали 'кошку' как можно дальше и тащили... Продвигались вперёд и опять забрасывали: 'Кошка' цепляла растяжки, они прыгали и обдавали осколками деревяшку:

На южном фасе 'Волховского плацдарма' Большое Замошье - Теремец-Курляндский заняла рубеж обороны 259-я 'серпуховская' стрелковая дивизия Лапшова. После 9 месяцев почти непрерывных боёв, выхода из двух окружений, героическая дивизия Лапшова имела в своём составе 4215 человек из положенных 11 126 человек по штату No. 04/750. Вооружение: 210 пулемётов, 37 миномётов, 18 'полковушек' и Ф-22-УСВ калибра 76 миллиметров, 4 'сорокопятки' и масса другого вооружения. 267-я стрелковая дивизия Потапова высвободилась для действий западнее.

Полковник Лапшов выглядел бодро и, как всегда, был деятелен. Заметно его расстраивали только сообщения о потерях. Общаясь с бойцами, он в непродолжительных сердечных беседах всегда возвращал им бодрое расположение духа. Всем запомнилось, как он говорил о страхе:

- Ну как, товарищи, страшно пришлось?

Он развивал эту тему на доступном для бойцов языке, но достаточно глубоко. Страх он представил как вполне естественное чувство, стыдиться которого вовсе не следует. Стыдно бойцу должно быть не за испытываемый страх, а за неспособность подавить, преодолеть его в себе. Сам комдив казался совершенно бесстрашным.

Комдив-259 Лапшов из крестьян. Карьера, образование и опыт типичны для командиров дивизий РККА.. В армии с сентября 1914 года. Награждён тремя Георгиевскими крестами. Последнее звание в старой армии - старший унтер-офицер. В Красной Армии с 1918 года. С того же года большевик. Воевал на Восточном фронте против белогвардейских войск адмирала Колчака, войск интервентов США, Франции, Японии. Служба в войсках. Окончил Киевскую высшую объединённую военную школу среднего комсостава. Курсы 'Выстрел'. С января по октябрь 1938 года участвовал в национально-революционной войне испанского народа против фашистского авангарда капиталистов Испании. С первого дня Великой Отечественной войны на фронте как командир стрелкового полка 74-й стрелковой дивизии. В июне-июле 1941 года Лапшов в районе города Бельцы и молдавского посёлка Флорешты несколько раз водил полк в атаку, разгромил два румынских полка. С малым отрядом двое суток удерживал переправу через Днестр. Вывел полк из окружения, сохранив личный состав и матчасть. Слишком эмоционален и горяч, порой не мог себя сдерживать, взрываясь по нестоящим поводам. Действовал иногда чересчур прямолинейно и слишком подчиняясь чувству. Стремясь быть всегда впереди, он мог безрассудно броситься в атаку во главе батальона и даже роты. Герой Советского Союза.

259-я 'серпуховская' стрелковая дивизия Лапшова в действующей армии с 30 июня 1941 года. Сформирована из личного состава войск НКВД. В начале августа 1941 года участвовала в удачном контрударе под Старой Руссой, когда удалось освободить первый русский крупный город. В ходе операции с боями прошла более 150 километров, освободив от врага свыше 20 населённых пунктов. Попала в окружение, отходила к Демянску и восточнее. Передислоцировалась на Волховский фронт. Обороняла Малую Вишеру. В ноябре 1941 года вела наступление, освободила Малую Вишеру, Большую Вишеру, станцию Гряды, вышла на реку Волхов. 26 декабря 1941 года силами двух стрелковых полков форсировала по льду Волхов и совершила героический и дерзкий прорыв через оборону 215-й пехотной дивизии Книза к шоссе Новгород - Чудово на участке Лядно - Трегубово, там, где Линдеманн позже создаст 'Волховский рукав'.

Рейдовая группа дивизии Лапшова под командованием комиссара дивизии полкового комиссара Майзелья в отличном зимнем обмундировании прервала движение по железной дороге Чудово - Новгород и параллельному шоссе, громила гарнизоны, станции, резала линии связи, уничтожала резервы. Так оказались уничтожены 11-я и 12-я роты обер-лейтенанта Штриттматера, высланные из Залозье командиром 215-й пехотной дивизии Книзом для восстановления коммуникаций. До начала января рейдовая группа комиссара Майзелья действовала в тылу обороны 'Волховского вала' и к 6 января за день до начала наступления 2-й Ударной армии вышла группами и даже поодиночке к своим. Комиссар Майзель пал смертью храбрых. Сапёр Аленичев, бывший боец войск НКВД, пожилой человек атлетического сложения, удивительно скромный и даже застенчивый, в критические минуты прорыва вокруг собрал группу сапёров. По мере продвижения численность её возрастала, к ней присоединялись бойцы других частей, стрелки, артиллеристы. Выйдя на опушку леса к Волхову, Аленичев остановил свою группу и, дождавшись темноты, один отправился в сторону реки на разведку. На пути натолкнулся на тропу, протоптанную вражескими дозорами, патрулировавшими промежуток между двумя прибрежными деревнями. Изучив режим движения патрулей, Аленичев залёг возле тропы в белом маскировочном халате и финкой без выстрела мгновенно убил одного за другим двух дозорных. После этого провел группу к берегу реки. Фрицы обнаружил её на льду и открыл по ней огонь, но наши бойцы были уже у своего берега. В середине января дивизия заняла оборону в районе деревни Горки. Вела упорные бои за Копцы:

Большую общую могилу оставила 'голубая' дивизия неподалёку от места, где разместился Лапшов со штабом. Лапшова, воевавшего в Испании против фашистов Франко, заинтересовала эпитафия на католическом могильном кресте: 'Павшим за бога и Испанию благодарность!' Его эпитафия удивила. Слова красивые, но смысл извращённый.

- Конечно, за бога испанцы вольны 'падать' где им угодно, но что у них за резон класть свои головы за Испанию в студеных новгородских лесах?

Кто-то из политработников шутливо посоветовал комдиву задать этот вопрос командиру 'голубых' генералу Грандесу.

- Взять бы эту сволочь живым! Будьте уверены, он бы нам за всё ответил, -решительно и злобно заключил Лапшов. - И за то, что испанцев пригнал сюда за три моря помирать:

В ночь на 24 февраля 1-я эскадрилья 658-го легкого бомбардировочного авиаполка провела налёт на станцию Любань. Разбит эшелон с войсками и вооружением. В эту же ночь на западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии партизаны из отряда Туваловича провели подразделения 'серпуховчан' Лапшова по тылам оккупантов к опорному пункту в деревне Село-Гора. Красноармейцы сняли часовых и ворвались в село. Голландцы SS Freiwilligen 'Legion Nederland' спали по избам и атака застигла их врасплох. Они считали себя в безопасности и расположились как у себя дома. Начался их расстрел.

По тёмной улице белыми призраками бежали красноармейцы. Впереди них, с немецким автоматом, комроты. Вот красноармеец, согнувшись почти до земли, побежал от сарая к избе, на ходу достал лимонку, кинул её в окно дома и залёг за крыльцом. Рядом плюхнулся ещё один боец. Взрыв лимонки вынес оконные рамы, в избе вскрикнули и затем тишина, значит, там уже чисто. Закончив с домами, 'серпуховчане' двинулись вдоль улицы по огородам, осматривая сараи, погреба и дома. В нескольких погребах прятались жители, выгнанные из домов. В одном из погребов сидел старика со старухой, женщина лет сорока и трое ребятишек, закутанных в разные платки и лохмотья. При свете лучины они смотрели обречённым взглядом. Бойцам стало не по себе, колкие мурашки пробежали по спине. Они представили на месте этих ребят своих детей. Да так ясно представили, что стало зябко. 'Ну, нет! Этого не будет, никогда!' - дали они клятву себе.

В итоге 364 трупа голландца в нижнем белье. Захвачено множество трофеев. Победа омрачилась там, что 'серпуховчане', многие в прошлом воины войск НКВД, не взяли ни одного пленного. Убили всех фашистов. Комдив негодовал. Ему пришлось выслушать упрёки от командарма.

Другой батальон наёмников из SS Freiwilligen 'Legion Nederland' получил приказ освободить перерезанную воинами 366-й 'томской' стрелковой дивизии Буланова дорогу на Гузи. Эти бои за дорогу оказался роковым для голландских искателей легкой наживы. За несколько дней 'томичи' перебили около 200 наёмников и примерно 300 отправили лечиться. Рота обслуживания почти вся приказала долго жить. Из противотанкового взвода уцелело пятеро. Оказался потерян почти весь командный состав. В первой роте почти не осталось обер-офицеров и унтер-офицеров. За один день боёв трижды назначались новые командиры 1-й роты. С утра ''томичи' убили командира роты Нусбаума, на его место назначили другого немца, которого 'томичи' убили в полдень. Вместо него назначили голландца де Вильде, которого к вечеру 'томичи' тоже подстрелили. В это же время ранение получил командир 2-й роты эсэсовец Крейман, и пулю в голову заработал голландец 'унтерштурмфюрер' Стольнаре. Тяжело ранило командира 5-й роты Вейнгертена и убило авиабомбой 'унтерштурмфюрера' Каутена. Через три дня боёв вышел из строя и командир 4-й роты. Ему пришлось ампутировать ногу. Командир 'легиона' Липперт получил тяжёлое ранение:

Главные силы конников Гусева тем временем с большой задержкой сосредотачивались в болотном дефиле для атаки Любани - непрерывные бомбёжки и артобстрелы причинили очень большие потери конскому составу. Снабжение по земле кавкорпуса и группы Привалова шло с трудом, а по воздуху - в недостаточном количестве. По фамилии комдива кавалеристы конину павших в бою и от перенапряжения лошадей называли 'гусятиной'. Вот и ели 'гусятину', как кочевники половецких степей Дешт-и-Кипчак. Юмор, даже чёрный, помогал отгонять страх, поддерживать человечность. С юмором становилось чуточку легче. До победы далеко, коренной перелом ещё не наступил, только наметился. А они уже шутили:

К Красной Горке подтягивались танки, 24-й гвардейский миномётный полк, имевший 24 установки залпового огня М-13 'Катюши' на гусеничном ходу. Командный состав миномётчиков состоял из бывших студентов 3-го курса матфакультета института Герцена. С началом войны их перевели в 3-е Ленинградское артучилище и в ноябре выпустили лейтенантами. Своим оружием они владели в совершенстве.

Подошёл к месту будущего сражения и встал на позиции 393-й артполк РГК. Своими 122-миллиметровыми орудиями он начал уничтожение врага на 'линии Линдеманна' и в районе Красной Горки. 'Емели' 18-го артполка РГК повели огонь по станции Любань, где занимали позиции 'артиллерийские' поезда оккупантов. Досталось и аэродрому в Бородулино. Судя по тому, как там двое суток полыхало и взрывалось, попали в склады горючего и боеприпасов. 76-миллиметровые 'полковушки' 840-го стрелкового полка прямой наводкой расстреливали ДЗОТы

В лес в 5 километрах южнее деревни Красная Горка для развития наступления группы Привалов на Любань наконец-то прибыл передовой стрелковый полк 'воронежцев' дивизии Антюфеева. К сожалению бойцы находились в крайне вымотанном состоянии из-за 1,5 месяцев непрерывных наступательных боёв в нечеловеческих условиях. Антюфеев потерял за 1,5 месяца напряжённых боёв 1/2 личного состава ранеными, больными, обмороженными, убитыми, пропавшими без вести, то есть теми же неучтёнными ранеными. Марш от Огорели, где располагался ВПУ армии Клыков и находился комфорта Мерецков, до деревни Красная Горка тоже оказался чрезвычайно утомительным. Вроде бы всего 15 километров, но из них 5 километров по заснеженной грунтовке, а затем 10 километров по обозначенной на карте тропе, а по факту по снежной целине: густые кустарники, завалы, русла ручьёв. Зато Luftwaffe не бомбило. Здесь они никого не ожидали увидеть. Расчищая колонный путь, перевозя пушки, снаряды, 'воронежцы' в сильные морозы шли со скоростью 2 километра в час с большим напряжением. В результате к началу наступления их дивизия не успевала.

Таким же образом, сражаясь с сугробами, буреломами, завалами, полыньями, двигалась к Любани 46-я стрелковая дивизия Окулича. После того, как эскадроны 80-й кавдивизии Сланова на железной дороге Веймарн - Чудово сменили части Окулича, кавалеристы смогли продолжить наступление и в ходе ночного марша смогли продвинуться в сторону Любани в район в 1,5 километрах южнее Кирково. Снег лошадями по брюхо. Для пеших дорога труднопроходимая. Весь обоз и матчасть эскадроны остались в Красной Горке. Спать хочется - жуть! Больше, чем есть: 205-й кавполк достиг первой просеки с указателем 'Мхи'. За ним вытянулись остальные кавполки.

Деревня Дубовик, куда прибыл Ворошилов, фашисты помимо постоянных бомбёжек методично обстреливали из тяжёлых французских орудий из-за Глебовского болота. Несколько выстрелов - затем часовой перерыв: И опять - несколько выстрелов - перерыв. Некоторые снаряды, огромные как свиньи, коснувшись слежавшегося снега, скользили по нему и не взрывались. Один из таких долго лежал посреди улицы. Поскольку мины, гранаты, патроны и всевозможное военное снаряжение гитлеровцев валялось везде и в большом количестве, никто не обращал внимания и на неразорвавшийся снаряд, пока 10-летний мальчик не решил вывернуть взрыватель. От ребёнка остались кровавые клочья, которые обезумевшая мать собрала в наволочку. Так унёс ещё одну русскую жизнь снаряд, сделанный во Франции:

От эсэсовцев из SS Polizei-Division убийцы Вюнненберга и 254-й пехотной дивизии графа фон Шверина штаб 18-й полевой армии требовал окружить советские части у деревни Красная Горка и оттеснить их в заболоченный лес. Для этого с 'миру по нитке' оккупанты сформировали под командованием фон Шверина 'группу Бок': II батальон 2-го полк с артиллерией и другими частями SS Polizei-Division, 14 танков Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка, несколько различных армейских рот, отряд курсантов-авиаторов, 'сотня' эстонских добровольцев, батарея противотанковых орудий и батарея самоходных зенитных пушек. Полукругом у Любани оккупанты установили дополнительную артиллерию. III батальон 2-го полка SS Polizei-Division и лыжная 'сотня' эстонских националистов в 2-х километрах западнее шоссе заняли на высоте около Любани отсечную позицию - чтобы советские части в случае прорыва не смогли обойти Любань с запада. Сюда же с Ленинградского фронта подтягивался III батальон 3-го полка, II батальон 1-го полка SS Polizei-Division и 540-й пехотный штрафной батальон 'испытательного срока'. Гитлеровцы обходили слово 'штрафной' стороной, чаще использовали слово 'воспитание', 'исправление'.

В 500-е штрафные батальоны Wehrmacht собирал во время боевых действий солдат за нарушение дисциплины, попытку сдаться в плен, гомосексуальные связи, самострелы, трусость, оставление позиций, 'подрыв боеспособности' в любом виде, за критические высказывания относительно капитализма, критику ошибок при ведении боевых действий. В 900-е штрафные батальоны попадали из военных концлагерей политические противники капитализма, те, кто в концлагерях не умер от тифа, разумеется. Оружия им не давали. На передовой, в предельно тяжелой обстановке, под ураганным огнём 900-е штрафные батальоны занимались строительством ДЗОТов, рытьём окопов, выносили раненых и убитых, то есть привлекались к самым рискованным действиям, которые не требовали ношения оружия.

Группа армий 'Север' имела более 10 штрафных батальонов. В сомнительных ситуациях позади штрафных батальонов выставлялись заградительные отряды из унтер-офицеров с пулемётами и автоматами. Такой заградотряд, в частности, стоял за спинами немецких штрафников из 550-го 'испытательного' батальона в боях на Синявинских высотах.

За последнюю неделю на восточном фасе 'Волховского рукава', на участке 'группы Хойн' и 'группы Дойч', на фронте остатков 215-й пехотной дивизии и других частей на северном фасе Волховского плацдарма, где оккупантам противостояли части 374-й и 377-й стрелковых дивизий, атаки и контратаки прекратились. Стороны исчерпали наступательный потенциал. Советские части перешли к обороне и за маскировочными сетями приступили к оборудованию долговременных позиций. То и дело возникали бои местного значения. Высылались группы советских разведчиков. Они сталкивались с разведгруппами оккупантов, брали 'языков' или возвращались ни с чём. Советские лыжники всё время минировали протоптанные разведкой подлецов тропы, в результате те постоянно несли потери. Советские части пробились через 'дорогу Кольберга' на север. Партизаны Туваловича взорвали у Любани мост на шоссе Болотницы, а также рельсы у Рябово. Снизилась активность советской артиллерии при ведении огня по Дымно, 'Коминтерну' и Боркам. Но при этом 2-я Ударная армия в целом всё ещё диктовала группе армий 'Север' свою волю.

ВВС Волховского фронта Журавлёва еженощно и ежедневно бомбили, штурмовали оккупантов в 'Волховском рукаве', прерывая удары только в нелётную погоду. Чаще всего атакам подверглись опорные пункты Остров, Коляжка, Овинец. Также часто бомбили Холопью Полисть, Большое Опочивалово, Чудово. Сбрасывались агитационные листовки, призывающие немецких солдат не сражаться за интересы международной клики капиталистов. Вместо уничтоженной в боях в Спасской Полисти 'группы Шёпфер' в мясорубку отправился сводный батальон 'Еренфордт' из 390-го пехотного полка. 291, 21, 11-я пехотные дивизии образовали 'группу Герцога'.

В ночь на 25 февраля на Любанском направлении передовой отряд эскадронов 100-го кавполка 80-й кавдивизии Сланова и группы 163-го отдельного лыжного батальона двинулись в наступление на Любань по западному берегу реки Сичева, ориентируясь по лыжне созданной партизанами Туваловича. При поддержке 2 танков Т-34 и 4 лёгких Т-60 из 166-го отдельного батальона Стоянова они без труда прорвала оборону подразделений сводного батальон 254-й пехотной дивизии и свежего 403-го самокатного батальона 'группы Эндрюс'. Уничтожив огневые позиции, передовой отряд с помощью проводников-партизан достиг района в 1,5 километрах юго-западнее Кирково. На рубеже дорог в 5 километрах юго-западнее Рябово, и на лесной просеке в 4 километрах юго-западнее Болотница отряд с ходу вступил в бой с группами III батальона 90-го пехотного полка. Перерезана автодорога идущая из Кирково по просеке на Спиртзавод. Двигаясь у шоссе и железной дороги западнее Любани, лыжники обнаружили на западном берегу реки Болотница окопы и ДЗОТы от деревни Больница до посёлка Варваринский. Между этими опорными пунктами, расположенными у шоссе Ленинград - Чудово, имелась дорога из заводских металлических плиток аэродромного покрытия. По ним курсировали танки и бронемашины. Эти данные подтверждали партизаны Туваловича и пленные. Разведгруппы попали под артиллерийско-миномётный огонь и во избежание излишних потерь отошли.

Марш наступающих войск в район сосредоточения в 1,5 километрах от Кирково проходил без дороги в исключительно тяжёлых условиях. Температура минус 15 градусов по Цельсию. Без расчистки пути сапёрами подвезти артиллерию оказалось невозможно. Таким образом ситуация под Любанью сложилась следующая: восточнее по реке Тигода выстроена оборона. Между Болотницей и Варваринским западный берег реки Болотница сильно укреплён. Восточнее деревни Бородулино за железной дорогой действующий аэродром. Оттуда взлетают разведчики и штурмовики. Без артиллерии прорвать ни ту, ни другую линию обороны невозможно.

Главные силы кавдивизии остались в лесу в 1,5 километрах юго-западнее Кирково. Прикрывающий проложенную по лесу дорогу эскадрон 205-го полка отбил атаку разведгруппы из 30 солдат на лыжах, пытавшихся перерезать линию снабжения, выходя на неё по просеке в 3 километрах западнее опорного пункта Заволжье. Группа оккупантов рассеяна. Погиб красноармеец. Своих убитых и раненых лыжники забрали. Вторая группа из 40 фашистов заходила в тыл через район реки Сичева южнее Кирково на 4 километра. Подлецов удалось перебить.

Фашисты ждали наступления именно здесь, поскольку кроме этого дефиле между болотами, выводящего к южным пригородам Любани, все другие направления для наступления либо имели более сильную оборону, либо ещё менее пригодную местность. Рейд Старунина на Померанье несколько поколебал их уверенность, но появление советских танков у Сичевы всё расставило по местам. Командир 212-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Эндрес, командующий обороной Любани, получил категорический приказ окружить и уничтожить ударную советскую группу под Любанью 'любой ценой'. Это значит - солдат можно не желать, 'фрау ещё нарожают'. 'Группе Эндреса', сформированной на базе 212-й пехотной дивизии, подчинялась 'группа фон Бассе', обороняющаяся к западу от Красной Горки, и 254-я пехотная дивизия, занимающая позиции к востоку от Красной Горки.

Одновременно с наступлением ударной советской группы на Любань, на её тылы у Красной горки началось наступление ударных сил 'группы Эндреса' с запада и востока при поддержке танков, значительной группировки артиллерии и Ju 87. Спустя несколько минут после артподготовки из леса показались большие группы гитлеровцы в маскхалатах, навьюченные пулемётами, миномётами и боеприпасами. Шли они уверенно, не предполагая, очевидно, встретить здесь организованное сопротивление. Первый же орудийный выстрел и пулемётные очереди 'Максимов' сразу скосили десяток. Остальные бросились врассыпную. Красноармейцы заметно приободрились. Реденькая их линия стала постепенно уплотняться за счёт одиночек из боевого охранения, отходивших с фронта, и небольших групп, в том числе раненых в бинтах, подоспевшей откуда-то с тыла. На дороге появились немецкие танки.

- Ох, сколько их! - послышался чей-то тревожный выкрик.

Но тут же раздался другой, совсем спокойный голос:

- Всего лишь три, не паникуй.

За танками справа и слева снова выползала пехота. Имелась возможность уже открывать огонь, но командир расчёта обладал стальными нервами и выжидал. Наконец он махнул рукой. Раздался первый звонкий выстрел 'сорокопятки' и головной танк остановился. Артиллеристы перенесли огонь на второй танк. Выстрел! Гильза с шипением упала на снег. Рикошет. Выстрел! Мимо. Выстрел! Теперь, кажется, попадание в погон башни. Второй танк замер. А третий, беспорядочно отстреливаясь, попятился:

Сражение за Любань претендовало на то, чтобы войти в военные учебники. Дело в том, что наступающая советская сторона не имела преимущества в численности. Кроме того, советские войска после длительного периода непрерывных боёв в тяжелейших зимних условиях уже понесли потери. Для охраны путей подвоза пришлось выделить более 1/3 от всех сил подразделений.

Так у Сланова в двух кавполках, которые наносили удар на Любань, в сабельных эскадронах в строю находилось самое большее 56 человек вместо 134-х по штату 06/233. Каждый из четырёх сабельных взводов эскадрона при численности 32 человека по штату состоял из двух сабельных и миномётного отделений и имел 3 пулемёта ДП, 50-миллиметровый миномёт, 60 автоматов ППШ, остальные бойцы имели кавалерийские карабины образца 1938 года. Кроме этого взводу, как правило придавался 1-2 эскадронных станковых пулемётов.

При ведении боевых действий в лесистой местности, в траншеях и ходах сообщения, при преодолении разного рода заграждений и препятствий, карабин по сравнению с винтовкой гораздо удобнее. Стрельба из личного стрелкового оружия на фронте велась на дистанциях до 1000 метров, вполне для карабина доступных. В эскадрон также входил взвод 50-миллиметровых миномётов, два отделения с 6-ю противотанковыми ружьями ПТРД и гранатомётчиков с противотанковыми гранатами ВПГС-41 конструкции Сердюка. Винтовочная противотанковая граната ВПГС-41 Сердюка имела 300 грамм литого тротила, дальность прицельной стрельбы до 60 метров, по площади до 170 метров. Бронепробиваемость до 3-х сантиметров брони.

Советский ППШ в представлении не нуждался. Скорость пули на 1/4 больше, чем у немецкого пистолета-пулемёта MP-40 и английского Thompson М-1. Благодаря этому ППШ уверенно поражал одиночным огнём цель на дистанциях до 300 метров. Темп стрельбы ППШ-41 составлял 900 выстрелов в минуту, как у пулемёта, и 2 раза выше, чем у MP-40 и Thompson М-1. Это обеспечивало подавляющее преимущество советской пехоте в ближнем бою. Для повышение кучности стрельбы ППШ имел оригинальный дульный тормоз-компенсатор - передняя стенка защитного кожуха имела скос к оси оружия и располагалась на расстоянии от среза ствола. Пороховые газы от выстрела, действуя на наклонную поверхность стенки перед собой не только уменьшают силу отдачи, но и препятствовали подбрасыванию дула вверх. Оружие исключительно надёжное в работе, простое в эксплуатации и уходе, технологичное и дешёвое, самое массовое в Великой Отечественной войне. Настоящая 'коса смерти' для полчищ оккупантов.

7,62-миллиметровый ручной пулемёт системы Дегтярёва образца 1927 года ДП имел живучесть до 100 000 выстрелов, в то время как нормальной для ручного пулемёта считалась живучесть в 10 раз меньшая. Небольшая масса пулемета - 11,9 килограмм. Дальность полета пули 3000 метров. Наличие патронного диска позволяло из этого пулемёта в атаке и в ближнем бою вести огонь на ходу.

50-миллиметровый миномёт образца 1941 года РМ-41 мог уничтожать оккупантов расположенных также на обратных скатах высот и в укрытиях. Дальность стрельбы 800 метров. Вес всего 10 килограмм.

Противотанковые ружья калибра 14,5 миллиметров системы Дегтярёва образца 1941 года ПТРД кавалеристы иногда использовали особо. Ружьё крепилось над крупом лошади на вьюке на металлическом блоке, имеющем два кронштейна. Задний кронштейн использовался как опора-вертлюг для стрельбы с лошади по наземным и воздушным целям. Такая вот самоходка по-будёновски. Стоит себе этакая сивка-бурка рыжая курка в бурьяне, да вдруг как даст по самолёту или какой-нибудь наземной 'железной саранче'!

Основная масса из 20 000 единиц 'железной саранчи', с которой Wehrmacht вероломно напал на СССР имела, очень слабое бронирование, которое пробивал бронебойными пулями даже советский пулемёт ДШК. ПТРД - мухобойка для 'железной саранчи' Гитлера. Заодно на поле боя ПТРД боролось с пулемётами и пушками прямой наводки, а также штурмующими самолётами. Прицельная дальность стрельбы 600 метров. Бронепробиваемость на дальности 300 метров - 3,5 сантиметра брони. Автоматическое открывание затвора за счёт энергии отдачи. При высоких баллистических данных ПТРД отличались и маневренностью. В месяц производилось 15 000 таких 'мухобоек'.

Ну и конечно ручные гранаты. Осколочная граната Ф-1. Радиус убойного действия осколков до 200 метров. РГД-33 и РГ-42 с разлётом осколков от рубашки с насечкой 30-50 метров. Противотанковая РПГ-40 с бронепробиваемостью до 2-х сантиметров брони.

Особое место в арсенале кавалеристов занимали зажигательные бутылки КС - ещё один привет капиталистам от Сталинской коллективизации-индустриализации. Наркомат пищевой промышленности СССР в сутки снаряжал 120 000 литровых стеклянных бутылок вязкой огнесмесью с белым фосфором по рецептуре Наркомата боеприпасов. Зажигательные бутылки - одно из самых простых и безотказных средств для уничтожения танков, броневых и транспортных машин, складов, самолётов на аэродромах и живой силы оккупантов в укрытиях и населённых пунктах. В руках смелого бойца зажигательные бутылки грозное оружие. При внезапном и умелом применении они не только уничтожали, но и вызвали панику.

Бутылка с самовоспламеняющейся жидкостью КС, прозванной сильно пострадавшими от неё финнами 'коктейлем Молотова', разбивалась, жидкость разливалась и загоралась. Будучи липкой, жидкость КС прилипала ко всему и горела до 3-х минут при температуре 1000 градусов по Цельсию. При попадании на тело частицы фосфора вызывали глубокие ожоги. Пары горения ядовиты. При проникновении в кровь и пищу белый фосфор действовал как сильный яд. Для борьбы с танками и 'железной саранчой' на вероятном направлении движения раскладывали зажигательные бутылки. Маскировали травой. При раздавливании бутылки воспламенялась. Горящая жидкость гусеницами забрасывалась на трансмиссионное и моторное отделения, могла проникнуть внутрь, вызвать пожар и поражение экипажа.

Мино-огнефугасы из 20 зажигательных бутылок и заряда взрывчатых веществ укладывали в неглубокую яму на дороге или перед позициями и маскировали. При взрыве возникал столб огня, горящая смесь забрызгивала местность, оккупантов на площади около 300 квадратных метров. Страшное оружие против полчищ страшного врага. Ну и штурмовой вариант, когда вместе связывали бутылки КС и гранаты РГД для закидывания в окна и амбразуры.

Важную роль в создании мощного огня эскадрона играли модернизированные советскими конструкторами 7,62-миллиметровые станковые пулемёты системы Максима образца 1910/1930 года. Отечественные конструкторы Третьяков и Пастухов внесли в конструкцию пулемёта свыше 200 изменений, улучшив характеристики, уменьшив вес на 5,2 килограмм, добившись высокой надёжности и безотказности. Оборудовался 'Максим' пулемётным оптическим прицелом образца 1930 года. Боевая скорострельность 300 выстрелов в минуту. Наибольшая дальность стрельбы мощным винтовочным патроном до 3900 метров, полёт пули до 5000 метров. У гитлеровцев самое распространённое 75-миллиметровое пехотное орудие leIG 18 стреляло всего на 3500 метров! Колёсный станок обеспечивал 'Максиму' устойчивость при стрельбе и облегчал перемещение при перемене огневой позиции. Для защиты от пуль и осколков служил щит из броневой стали толщиной 6,5 миллиметров. Позиция 'Максима' в открытом бою была неприступна для пехоты подлецов, пока имелись патроны и был жив хотя бы один пулемётчик.

Очень эффективную поддержку сабельному эскадрону в подавлении огневых точек, поражении живой силы, разрушении проволочных заграждений и уничтожения матчасти, расположенной за укрытиями и в недоступных для настильного стрелкового и артиллерийского огня, а также расположенных открыто, оказывала полковая миномётная батарея из 6 батальонных миномётов образца 1937 года БМ-37. Весил такой миномёт 61 килограмм, разбирался на три части. Скорострельность до 25 выстрелов в минуту. Максимальная дальность стрельбы осколочной миной 3000 метров. Опытный расчёт поражал цель с 3-4 выстрелов. Осколочные мины О-832 и О-832Д давали до 600 убойных осколков весом более 1 грамма с радиусом действительного поражения 18 метров. Миномётные мины весили меньше, чем снаряд 'полковушки' в два раза, но не уступали ему по осколочному действию. Миномёт весил в 15 раз меньше 'полковушки' и разбирался на части. Однако 'полковушка' била на 6000 метров. Для стрельбы из БМ-37 нередко использовались трофейные 81-миллиметровые мины от s.Gr.W.34, в то же время отечественные мины не получалось использовать для стрельбы из немецких миномётов.

Также мощную поддержку сабельному эскадрону в атаке и обороне давали 'сорокопятки' и 'полковушки'. Эти орудия находились непосредственно в боевых порядках и оперативно уничтожали цели. Благодаря небольшим размерам и массе 'сорокопятки' и 'полковушки' активно использовались в лесу, в городских боях, уничтожая снарядами разного типа пехоту, бронемашины, танки, ДОТы, ДЗОТы, проделывая проходы в проволочных заграждениях и надолбах. Всеядная 'полковушка' могла стрелять всем ассортиментом снарядов к дивизионным орудиям, что было крайне удобно.

В целом сабельный эскадрон имел лучшее вооружение, чем обычная стрелковая рота. Эскадрон по Боевому Уставу кавалерии БУК занимал сплошной район обороны шириной до 1000 метров и 1000 в глубину, и давал плотность огня стрелкового оружия свыше 5-ти пуль в минуту на 1 погонный метр. В то же время по Боевому уставу пехоты БУП-42, введённому взамен БУП-38, стрелковая рота оборонялся всего до 700 метров по фронту и в глубину. БУК предусматривал два варианта спешивания: простое и усиленное. В первом случае с лошадьми оставался каждый третий человек на эскадрон, во втором только каждый шестой.

Таким образом, наступающие на Любань части и подразделения кавдивизии Сланова при своей малочисленности имели высокую огневую мощь, боевую выучку и боевой настрой. Не отставали от кавалеристов по части опыта и настроя стрелки, лыжники, танкисты и артиллеристы. Наступающие проигрывали в количестве орудий и миномётов, в количестве боеприпасов, но выигрывали в качестве артиллерии, в наличии за спиной кавкорпуса Гусева и группы Привалова уникальных 'Катюш' и 'Емель'. Наступающие проигрывали в танках и возможность ротации войск, сильно проигрывали в размере авиаподдержки, но вступили в это сражение и пошли вперёд!

После авианалётов и артобстрелов 'группа Бок' начала атаку от деревни Верховье вдоль железной дороги Веймарн - Чудово на восток. Атака шла во фланг группе Привалова, восстанавливая 'линию Линдеманна'. Впереди наступал II батальон 2-го полка с артиллерией и другими частями SS Polizei-Division, 14 танков Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка, батарея противотанковых и батарея самоходных зенитных пушек. Через 2 километра их остановили две сводные роты 42-го отдельного лыжного батальона Усейнова, прикрывающего левый фланг передовой группы Привалова на дороге Верховье - Красная Горка. Открыл огонь 18-й пушечный артполк РГК. Лыжники-'свердловчане' не дрогнули. Офицеров и унтер-офицеров выбили снайперы, пехоту заставил залечь автоматический огонь 'Светок', два передовых танка расстреляли винтовочными гранатами. Затем по данным артиллерийского наблюдателя 'Емели' выкосили осколочно-фугасными снарядами передовую роту эсэсовцев, после чего атака захлебнулась. 'Группа Бок' остановилась в 2-х километрах от деревни Красная Горка, начался плохо управляемый страшный лесной бой с эсэсовцами. Он шёл весь день. Лыжники убили более 150 оккупантов, но и сами потеряли убитыми 60 человек. В строю осталось 150 бойцов. Из них 5 человек больных, 9 обмороженных. Погиб комиссар батальона Чарнышёв, тяжело ранило замкомбата. В батальоне осталось из среднего комсостава один лейтенант, командир миномётной роты. В госпитальной палатке кричали, стонали раненые. Кто-то сидел, молча, закусив от боли губы до крови. Кто-то наполнял товарищам водой химические грелки и помогал с перевязкой.

46-я 'новгородская' стрелковая дивизия Окулича и 22-я 'харьковская' отдельная стрелковая бригада Пугачёва тем временем медленно продвигались вперёд в район восточнее и юго-восточнее хутора Красная Горка. На помощь частям 254-й пехотной дивизии графа фон Шверина, 'группе Бок' и 'группе Эндрес' на всех парах спешили в район Любани части 225-й и 259-й пехотных дивизий, 407-го пехотного полка, 90-й панзергренадёрский полк, танки 20-й моторизованной дивизии. С рубежа Ольховка, Сенная Кересть, Кривино шли на рубеж Сустье-Полянка - Кирково свежие части дивизии фон Шверина. Таким образом оккупанты получили у Любани 5-кратное превосходство в людях. Сосредоточили массу артиллерии. Luftwaffe непрерывно бомбило. С ближайших аэродромом поднялись десятки тихоходных бомбардировщиков Ju 87 и стали засыпать конницу кассетными бомбами, убив за несколько налётов практически всех лошадей. Кавалерия Сланова стала пехотой, лишённой маневра. Бомбовые удары следовали один за другим каруселью - фактически авиаконтратака. Несколько пар истребителей МиГ-3 из 185-го истребительного авиаполка Буянского, сменяя друг друга, не могли обезопасить наземные войска от массированных налётов. Их связывали боем многочисленные истребители прикрытия. Это у русских 'унтерменшей' кодекс древних богатырей - 'один на один', 'стенка на стенку', 'лежачего не бьют'. У стервятников Геринга кодекс рыцаря и воина отсутствовал. У них 'семеро на одного', 'со спины', 'вероломно', добить раненого, расстрелять лётчика на парашюте.

Обездвижив кавалерию, подлецы Геринга стали бомбить и обстреливать 'харьковчан' и танковую бригаду, которые изготовились к продолжению атаки. Залповый огонь из ручного оружия и пехотные пулемёты, плотный огонь 37-миллиметровых зениток 61-К и трофейных Flak 30 охладили пыл воздушных убийц. Два бомбардировщика ушли с дымными хвостами за горизонт. Один взорвался в воздухе, ещё один не вышел из пике. Но и второе наступление на Любань сорвалось. До темноты основанные силы не смогли даже сдвинуться с места. Атака со стороны Верховье тоже не предвещала ничего хорошего.

Пока войска группы Привалова и кавалеристы Гусева штурмовали Любань, командующий группы армия 'Север' подлец фон Кюхлер охотился на Ворошилова. Приезд крупного советского военачальника, старого друга соратника Сталина внутрь зоны прорыва армии Клыков в тыл группы армий 'Север' и его участие в организации боевых действий у Любани не являлось секретом для Abwehrguppe 1 при 18-й полевой армии Линдеманна. Ворошилов в прошлом году, как главнокомандующий Северо-Западным направлением Красной Армии, сорвал захват фон Леебом Ленинграда с ходу, провёл успешный контрудар под Сольцами, отбросив фашистов на 40 километров и разгромив 8-ю танковую дивизию, навязал сражение на Лужском рубеже, а затем прибил группу армий 'Север' к городу будто гвоздями, нанеся её войскам огромные потери в солдатах и вооружении. Ворошилов также наглухо запер армию фашистской Финляндии на линии укрепления старой границы, в строительстве которых он до 1939 года принимал самое непосредственное участие как нарком Обороны Советского Союза. Ворошилова из-за ранения сменил Жуков. И вот Ворошилов снова на фронте. Новый командующий группы армий 'Север' страстно желал отомстить вездесущему грозному 'унтерменшу' с маршальскими золотыми звёздами за обесчещенный Wehrmacht. Получив от агентов из числа вольнонаемного персонала в штабе 2-й Ударной армии информацию о местоположении Ворошилова в деревне Дубовик, Abwehrguppe 1 начал операцию 'Бобёр'. Но вот только Ворошилов уже уехал из Дубовика вечером предыдущего дня.

Перед войной в Дубовке имелось более 50 дворов, четырёхклассная школа, магазин, пекарня. Деревню окружали леса и болота, полные дикого зверя, птиц, ягод и грибов. Река Тигода, питавшаяся подземными ключами, отличалась удивительно чистой водой и обилием рыбы. С началом войны жители деревни ходили на оборонные работы в район железной дороги. Под руководством военных пилили лес, строили огневые точки. В конце лета деревню бомбили. На дорогах появились беженцы. Из южных районов области перегоняли крупный и мелкий рогатый скот. Чтобы как-то пережить тяжёлое время, жители ушли жить в лес в 8 километрах от деревни. Там они встречали группы красноармейцев, которые пробирались на север. Они помогали, чем могли, измотанным, ослабленным и голодным.

В сентябре деревню оккупировали. Узнав, что жители прячутся в лесу, оккупанты приказали им возвращаться. Люди вернулись и обнаружили, что в их домах разместились оккупанты. Пришлось ютиться по подвалам. В них устраивали печки, выводили дымоходы наружу, ниже пола. Из-за такой конструкции дым поднимался вверх, раздражая захватчиков. Они частенько ломали трубы. Людям приходилось мёрзнуть и голодать. Жизнь стала невыносимой. Подлецы взяли русских в рабство и приказали вытаскивать из реки Тигода топляк и укладывать в штабеля. Дрова из стволов получались тяжёлые, но носить заставляли по два полена. Кто брал одно - получал удар плёткой. В больших металлических бочках из-под бензина оккупанты из охранной дивизии варили суп и раздавали. Хлеба не давали. Через две недели людей на грузовиках перевезли в Тосно, где поместили в свинарнике. Каждый день к свинарнику подъезжали машины и партиями увозили русских рабов на оборонные работы...

Утром 25 февраля согласно плану 'Бобёр' на деревню Дубовик, где предположительно находился Ворошилов, совершили налёт 7 бомбардировщиков Ju 88. Они начали сбрасывать на деревню тяжёлые 250-килограмовые бомбы. Через несколько секунд раздались взрывы. Во все стороны полетели жерди, солома, комья земли. И хотя бомбы, спасибо немецким антифашистам, взрывалось не все, деревня вскоре представляла собой страшную картину перепаханной земли, окровавленного снега, человеческих рук, ног, обрывков одежды и просто бесформенных кусков мяса. Такое не привидится и в кошмарном сне. Несколько изб горели, повсюду валялись перевёрнутые повозки, домашний скарб, трупы лошадей. В зареве пожара метались люди, подбирая раненых. При налёте погибло более 100 человек военных и гражданских.

20-летний поэт Всеволод Багрицкий, сын Эдуарда Багрицкого - русского поэта еврейского происхождения литературной эпохи 'Серебряного века', как раз приехал в Дубовик для того, чтобы взять интервью у лётчика из 2-й гвардейской истребительной авиадивизии, сбившего накануне два фашистских истребителя. Багрицкий-младший имел освобождение по здоровью от военной службы, но настоял на своей отправке на фронт. Так он стал корреспондентом газеты 2-й Ударной армии 'Отвага'.

Поэт и лётчик разговаривали у окна, когда прямо на них, стремительно увеличиваясь в размерах, начали падать бомбы. Люди сели на пол в простенке - единственная мера предосторожности. В этом положении их настигла смерть.

Вот они лежат рядом, поэт и лётчик, дети советской страны. Разбит любимый фотоаппарат поэта 'ФЭД'. Неприхотливый и надёжный, именно 'ФЭД' использовался военными фотокорреспондентами.

Для поэта его 'ФЭД' не просто дальномерный и шкальный малоформатный фотоаппарат, производившийся с 1933 года в Харькове на Советской Украине - это символ успехов советской индустрии товаров для народа и гуманистического мировоззрения большевиков, их бережного отношения к детям. 'ФЭД' - сокращение от Феликс Эдмундович Дзержинский. Он основатель советской спецслужбы ЧК - ГПУ, нарком путей сообщения, создатель спортивного общества 'Динамо', инициатор борьбы с беспризорностью, глава комиссии при ВЦИК по улучшению жизни детей. Дзержинский вместе с Макаренко заложили основу успешной воспитательной доктрины Советского Союза.

Дзержинский организовал систему детских учреждений - приёмников-распределителей временного пребывания для беспризорных, детских домов, 'коммун' и детских 'городков'. В этих учреждениях тысячи обездоленных, осиротевших из-за войн, эпидемий и разрухи русских, украинских, белорусских детей получали медицинскую помощь, образование, питание, и самое главное, возможность дальнейшей самореализации, счастливой судьбы. Именно на базе Детской трудовой коммуной НКВД УССР имени Дзержинского в Харькове, которой руководил выдающийся советский педагог Макаренко, возникло предприятие, где работали 'трудные' подростки, создавая вручную один из самых современных в мире фотоаппаратов под названием 'ФЭД'. Здание коммуны сотрудники ЧК построили на собственные деньги, с зарплат скидывались и первое время скидывались с зарплат на содержание воспитанников. Дзержинский сказал о трудовой коммуне беспризорных:

- Не поверите, но эти чумазые - мои лучшие друзья. Среди них я нахожу отдых. Сколько бы талантов погибло, если бы мы их не подобрали!

Такой он - 'Железный Феликс':

Затем фотоаппарат производил уже завод в Харькове. 'ФЭД' - практически точная копия популярного немецкого фотоаппарата 'Leica II'. В декабре 1934 года выпущено 1800 аппаратов 'ФЭД', а в 1935 году уже 15 000 штук. Это при том, что отсталая царская Россия вообще не производила собственной оптики, фотоаппараты изготавливались под заказ в Германии, Франции и Англии, очень редко собирались в России из привезённых комплектов, под отечественными марками продавались импортные аппараты, собственное кустарное производство - считанные штуки. 'Зачем нам своё? За пшеницу и золото купим всё что нужно за границей!' - так считал Николай II и вся его пирамида власти. До сентября 1941 года 'ФЭД' выпускался заводом No.296, а после эвакуации из Харькова вновь запущен в серию в 1942 году на заводе No. 237 в Бердске...

Гроб поэту соорудили из ворот крестьянского сарая. Никаких других хороших материалов в выжженной деревне найти не удалось. Падал лёгкий снег, ложился на лицо поэта и не таял - последний дар земли. Коротко прозвучал в морозном воздухе залп салюта. Скульптор Вучетич, сотрудник редакции, ранее воевавший как московский ополченец в пехоте, который мечтал после войны поставить на Волхове огромную скульптуру Родины-Матери, скорбящей о погибших как Пьета Микеланджело, вырезал на куске фанеры для могилы стихи Цветаевой:


Я вечности не приемлю!

Зачем меня погребли?

Мне так не хотелось в землю

С любимой моей земли!


К западу от деревни Дубовик, на западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии, оккупанты снова зашевелились. Ландверный полк охранной дивизии фон Плотто предпринял 'мясную' лобовую атаку с целью разблокировать 500 метров дороги Конечки - Вальякка. Бойцы 236-го кавполка уверенно отбили эту атаку, уложив оскалом в снег навечно более 200 кайзеровских ветеранов Первой Мировой войны, и отправив в санитарную службу ещё 451. При понимании того, что до госпиталя в среднем не добирались 10 процентов раненых фашистов, в процессе лечения умирали ещё 20 процентов раненых, а калеками после 'излечения' оставались 40 процентов раненых фашистов, то за ту очередную бесславную атаку Wehrmacht отдал безвозвратно 515 солдат. Но и что с того: 'Фрау ещё нарожают!'

Восточнее деревни Дубовик уничтожение бельгийской нечисти SS Freiwilligen 'Legion Flandern' продолжила дивизия Лапшова. Она насчитывала всего 4200 человек, но имела 37 миномётов, 18 полковых и дивизионных 76-миллиметровых пушек и четыре 'сорокопятки'. дивизия Лапшова провела наступление с рубежа Большое Замошье - Теремец-Курляндский, разгромила батальон бельгийцев в опорном пункте Осия и освободила деревню. 250 бельгийских наёмников навсегда переселились на русскую землю. Если бы на помощь бельгийцам не подоспел отряд немецких курсантов-авиаторов Luftwaffe, от 'легиона' вообще ничего не осталось бы.

В ночь на 26 февраля ВВС Волховского фронта бомбили южную часть Любани, автоколонны на шоссе и железную дорогу на участке Чудово - Любань. Три экипажа 1-й эскадрильи 658-го лёгкого бомбардировочного авиаполка нанесли удары по станции Бабино. Здесь разгружались войска 'группы Бок', прибывающие для обороны Любани. Два экипажа бомбили саму Любань. Четыре экипажа 2-й эскадрильи бомбили в Любани склад боеприпасов и ещё один эшелон у станции Соснинская Пристань рядом с Чудово. Все цели удалось поразить не имея своих потерь. Уничтожено более 250 оккупантов, два паровоза, 3 вагона с боеприпасами на путях, 5 вагонов и 4 платформы с различным вооружением, склад боеприпасов в Любани, 20 грузовиков и 15 подвод с военным имуществом. Всего произведено 25 самолёто-вылетов. Сброшено 124 бомбы общим весом 3750 килограмм и 110 000 листовок, израсходовано 1200 патронов.

На Любанском направлении артиллерия 'группы Эндерс' всю ночь вела артиллерийский огонь с позиций в Сустье-Конец, а тяжёлая артиллерия стреляла от Коркино. Две 105-миллиметровые гаубицы били от Глубочки. Обстрелу подвергались тылы 80-й кавдивизии Сланова и коневоды в 2,5 километрах юго-западнее Красной Горки, в 2-х километрах юго-восточнее, в 1,5 км северо-восточнее Озерье. К этому времени расстояние между группировками фашистов, наступавшими с запада и востока вдоль 'линии Линдемана' по насыпи железной дороги Веймарн - Чудово с целью окружить Сланова, составляло менее 1,5 километров. Температура минус 20 градусов по Цельсию.

Далее оккупантов ждал сюрприз. Вместо того чтобы бросится на штурм ДЗОТов и закопанных танков опорных пунктов Варваринский и Болотница, 2-й эскадрон 200-кавдивизии под командой Белецкого двинулся западнее по просекам лесопарка 'Соколов Ручей' и неожиданно вышел к шоссе железной дороге Ленинград - Чудово на участке Любань - Тосно. Вот это фортель! Защищали-защищали коммуникации Любани, и на тебе! Уничтожив группу охраны на мотодрезине, конники перехватили шоссе и железную дорогу и развернулись на запад на рубеже юго-восточная часть Рябово - отметка 44,8 - юго-западная часть Веретье. Рябово расположено по обе стороны от железной дороги. Веретье - за железной дорогой. От Болотницы оккупанты открыли миномётный огонь.

Белецкий организовал подвижный разведывательный пункт. Во все стороны выдвинулись разведгруппы. При продвижении по шоссе в сторону Любани на западном берегу реки Болотница из блиндажей и окопов разведку обстреляли. Шоссейный мост между опорными пунктами Варваринский и Болотница ранее взорвали партизаны Туваловича. Любань с запада отрезана. Над железной дорогой и шоссе повис разведчик-'костыль' Henschel Hs 126. Не понимая, что происходит, Линдеманн в панике начал гнать к Любани всё, что оказалось под рукой в I армейском корпусе: противотанкистов, сапёров, стройбаты, снабженцев. Сюда же кинулись роты 505-го и 506-го пехотных полков 291-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Герцога.

Эта пехотная дивизия, сформированная в Восточной Пруссии в начале 1940 года, с 22 июня по 31 октября 1941 года от первоначальной состава в 16 000 человек потеряла 10 000, ведя бои на Кингисеппском и Нарвском направлениях и затем под Ленинградом. Получив пополнение пять раз, дивизия Герцога имела к началу марта 1942 года 3744 человек, 48 орудий разных калибров, 56 станковых пулемётов, 108 ручных пулемётов. Жаль только конвейер 'пушечного мяса' из Германии, Австрии, Чехии, Польши ни на день не останавливался...

Кавалеристам Сланова удалось то, что не получилось у двух стрелковых полков 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина под Померанье. По кавалеристам, как и по 'ленинградцам', тоже била артиллерия, их тоже преследовали воздушные разведчики. Но они искали прореху в обороне, уклоняясь всё дальше на запад, и, в конце концов, перешли шоссе и железную дорогу. 75-тысячная группировка Линдеманна окружена! Но передовой отряд Сланова - это всего 800 конников без артиллерии. Вся кавдивизия Сланова - лишь 4000 смертельно уставших бойцов. Как долго они смогут удерживать 75-тысячную орду Линдеманна у Чудово?

Им на помощь спешил 100-й 'воронежский' стрелковый полк 'антюфеевцев', но прибывшие в лесной лагерь в 1,5 километрах восточнее Коркино 'антюфеевцы' едва стояли на ногах после 2-суточного непрерывного марша с Волховского плацдарма, часть из которого шли по лесной целине. Последний участок пути от Красной Горки 'антюфеевцы' проделали под налётами Luftwaffe и обстрелами со стороны Кирково. Без отдыха к выполнению боевой задачи не способны. Если боец, навьюченный оружием, боеприпасами или продовольствием, падал в нег у дороги, то как средневековый рыцарь без оруженосца, без помощи товарища встать он уже не мог. Несмотря на все усилия, к лесному лагерю доставлено по лесу только две 'сорокопятки'. Артиллерия оккупантов при этом время от времени била по площадям, а затем вела обстрел при корректировке авиацией.

Любань и Болотица являлись сильно укреплёнными пунктами, требующими продуманной организации и артиллерийской обработки. Разведка кавалеристов в течении 1,5 суток не могла проникнуть в район Болотицы из-за большой насыщенности леса южнее войсками оккупантов. Другое направление для наступления перекрыто наглухо. Пленные, захваченные из запасных батальонов группы армии 'Север', сообщили о мощной обороне в две линии ДЗОТов и блиндажей для обороны Любани. Первая линия по западному берегу реки Тигода, вторая по восточному.

С утра 'группа Эндерс' атаковала с востока вдоль железной дороги со стороны опорного пункта Коровий Ручей в направлении на деревню Красная Горка, и со стороны Сустье-Конец. 'Группа Бок' атаковала с запада со стороны деревни Верховье. Брали в клещи. Их цель прежняя: отрезать от тылов сразу все силы 80-й кавдивизии Сланова, 1100-й стрелкового полка 'антюфеевцев', танковой роты и лыжников, вытянутые в направлении Любани и перерезавшие передовым отрядом шоссе и железную дорогу Ленинград - Чудово. Из-за непрерывных бешеных авианалётов и сумасшедших артобстрелов главные силы Привалова продвинуться от Красной Горкой следом за кавалерией по лесной дороге и обеспечить надёжно фланги не смогли. Другие дороги наглухо перекрыты. Фланги передовой группы вдоль железной дорог Веймарн - Чудово удерживали только лыжбаты.

В атаку вдоль железной дороги Веймарн - Чудово для того, чтобы окружить Красную Горку с востока со стороны опорного пункта Коровий Ручей, попёрла целая орда: четыре пехотные батальона, бронетехника, артиллерийские, миномётные, зенитные части 215-й и 212-й пехотных дивизий, I и II батальоны 454-го пехотного полка, 474-й пехотный полк 245-й дивизии графа фон Шверина, сводный батальон 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии Томашки, при 30 миномётах, 50 станковых пулемётах, 10 танках Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV, а также 12 орудиях. С востока главный удар. С другой стороны вдоль железной дороги Чудово - Веймарн к Красной Горке полезли подлецы из 'группы Бок'. Впереди 900 эсэсовцев и эстонцев. Всего с двух сторон атаковали более 8000 человек. Навалиться толпой, это в духе 'Blitzkrieg'.

Остатки двух лыжбатов общим числом 180 человек и 300 человек из батальона 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва приняли бой против озверевших от препарата 'Pervitin', шнапса, пропаганды и убийств оккупантов. 42-й отдельный 'уральский' лыжный батальон, насчитывающий не более 90 человек, прикрывал от атак 'напервитиненных' эсэсовцев и эстонцев горловину прорыва ударной группы с востока на железной дороге Веймарн - Чудово и грунтовой дороге Красная Горка - Глубочка. Стрелки вооружены СВТ, ППШ и ДП. Командир 'уральцев' теперь лейтенант Усейнов. Страшный оборонительный бой у Красной Горки шёл 12 часов, до вечера. Красноармейцы сбрасывали полушубки и от разгоряченных тел валил пар! Подбит один Т-60 из 166-го танкового батальона Стоянова. Ещё один танк застрял в болоте. Раненые отправлялись в тыл сплошным потоком. Их утепляли химическими грелками. Подавляющее количество ранений - осколочные. Санитары и медсёстры ползали в снегу невзирая на шквальный артогонь. Надо спешить: чуть замешкаешься, раненый замёрзнет. Температура минус 15 градусов Цельсия.

- Братишка, братишка! Здесь я! - звучало тихо и из снега показывалась рукавица, чёрная от застывшей крови...

Люди на передовой линии всё время менялись. Не успевал командир или боец освоиться с полем боя, а он уже ранен или убит. 42-й лыжбат потерял убитыми более 30 человек. Общие потери убитыми и ранеными более 100 человек. Пал смертью храбрых комиссар 42-го лыжбата, тяжело ранен замкомбата. В батальоне остался из среднего командного состава один лейтенант, командир миномётной роты. Из личного состава 33 человек, из них 3 обмороженных, 5 больных. В строю в основном миномётчики. Места командиров заняли опытные сержанты-сверхсрочники. Все атаки отбиты с большими для оккупантов потерями. Более 250 трупов гитлеровцев разбросаны вдоль железной дороги и у лесной дороге к Красной Горке.

На направлении Сустье-Полянка - Сустье-Конец в это же время, не обращая внимания на бои в своём тылу, наступала к Любани 46-я 'новгородская' стрелковая дивизия Окулича, имеющая в общей сложности 3500 человек боевого состава. Наступать при меньшем количестве войск, чем у противника, это по-суворовски, но крайне рискованно. После залпов 'Катюш' большие участки леса заволакивало туманом и дымом. Ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Гитлеровцы трусили. Пулемёты их строчили наобум. Бесчисленные осветительные ракеты висели в мутном вечернем небе... 39-й лыжбат лейтенанта Подкорытова удерживал участок железной дороги Чудово - Веймарн у Пастелева болота, имея всего 80 человек. Долго и геройски оборонялись лыжники, но в конце концов отошли.

Удар по позициями фашисткой артиллерийским у Сустье-Конец четырёх пар истребителей МиГ-3 из 185-го истребительного авиаполка Буянского отчасти облегчил обстановку. У них под крыльями ракеты РС-82. Прижавшись к макушкам чахлых сосен болота, на предельно малой высоте 10-15 метров истребители Буянского углубились в тыл врага, чтобы неожиданно выйти на артпозиции. Вон они уже видны по тёмным конусам пороховой копоти на снегу, направленным в сторону Красной Горки. Странной кажется тишина. Ведь через минуту заработают радиостанции фашистов. Пары МиГ-3 энергично набрали высоту и атаковали всей группой. Зенитки молчат. То ли не видят, то ли не опомнились от растерянности... Дорого же им обойдётся этот зевок! 8 истребителей МиГ-3, нацелившись на орудия, перешли в пологое пикирование. Всё чётче у ведущего вырисовывается в прицеле орудийный дворик - подковообразный снеговой вал вокруг длинноствольного орудия. Видно как мечется прислуга. Навстречу уже летят огненные строчки из скорострельных зениток. С каждой секундой оживает зенитная оборона... Первая пара истребителей устремляется вниз. По два реактивных снаряда, показав языки пламени, сорвались с плоскостей и через 1,5 секунды взорвались внутри 'подковы'. Молодцы! Примеру следует следующая пара. Третья пара, отвернув немного вправо, пикирует на зенитку, от которой тянется огненный пунктир. Четвертая пара заставила умолкнуть ещё одну зенитную установку. Уходя от цели, ведущий видит всех своих и к сердцу подступает тёплая волна. Замысел удался полностью и все живы:

Температура к ночи минус 19 градусов. Подбитый танк Т-60 пришлось сжечь. За него поквитались зенитчики, сбив в районе деревни Дубовик Messerschmitt 109F с зелёной мастью червы. Лётчик убит. Самолёт разбился на куски. Документы высланы в штаб. Эта потеря как всегда в сводках эскадры, Luftflotte 1, OKL или не отражена вовсе, либо записано что-нибудь вроде 'пропал без вести', 'в результате лётного происшествия', 'в результате воздействия с земли'. Но не сбит. Разве могут 'недочеловеки' сбивать асов Геринга? Что скажут потомки?

С помощью массированного огня артиллерии РГК и 32-го дивизиона 'Катюш' все атаки на 'окружение' удалось отбить и с очень большими для атакующих потерями. В это день на Любанском направлении оккупанты получили своё: в 254-й пехотной дивизии графа фон Шверина осталось всего 4000 человек из 8500, с которыми она начала наступление, 50 станковых пулемётов и ни одного артиллерийского орудия. Самостоятельно действовать дивизия больше не могла.

На линии фронта от 'Волховского рукава' до Дымно у Волхова 'сильнейшая армия мира' - Wehrmacht, апологет концепции молниеносной войны 'Blitzkrieg', снизошла до тактики Первой Мировой войны на Западном фронте. Оккупанты начали закладывать впереди линии своего фронта новые опорные пункты, чтобы шаг за шагом захватывать территорию, отодвигая фронт от Чудово на юг. 215-я пехотная дивизия Книза по-прежнему обозначалась на картах и в сводках, но как единое соединение не существовало - лишь набор боевых групп из своих и чужих подразделений. 'Группа Шёпфер' в 'матрёшке' Книза реорганизована в 'группу Каттер'. 'Группа Дойч' реорганизована в 'группу Дебес' оберфюрера Дебеса. При этом две роты 203-го танкового полк, ранее поддерживающие в Спасской Полисти 'бригаду Кёхлера', после потери всех танков отправились на пополнение в резерв I армейского корпуса.


## Глава 8. Красная Горка под Любанью. Прорыв в невозможное


Утром 27 февраля на Любанском направлении фашисты снова полезли со всех сторон в контрнаступление окружать прорвавшиеся в Любани советские войска. По железной дороге, по 'ледяным дорогам' и рокадной дороге со специальным стальным аэродромным настилом подлецы лихорадочно перебрасывали резервы, боеприпасы, артиллерию и танки. Свежие части 225-й, 254-й и 212-й пехотных дивизий с востока атаковали по грунтовой дороге от Сустье-Полянка, Коровьего Ручья в направлении деревни Красная Горка и вдоль железной дороги Веймарн - Чудово. Эсэсовцы и эстонцы при поддержке непрекращающегося миномётного огня нанесли вспомогательный удар с запада от деревень Глубочка и Верховье на Красную Горку, а также вдоль железной дороги.

Остатки 39-го и 42-го лыжных батальонов и остатки одного батальона 22-й отдельной стрелковой бригады под сильным миномётным огнём рассредоточились по лесу. Большая часть из 90 героев 39-го и 42-го лыжбатов оказались убиты или ранены. Только так эсэсовцы смогли приблизится к Красной Горке невзирая на потери, но ещё не войти в неё.

Главные события разворачивались к востоку от Красной Горки. Со второй половины дня подлецы ввели в бой танки и начали бомбить. Сначала 4 бомбардировщика Ju 88, а затем 17 различных самолётов бомбили боевые порядки малочисленной 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии Окулича. Истребители 2-й гвардейского истребительного авиаполка на МиГ-3 самоотверженно вступили с ними в бой. Но в воздухе их очень мало - всего звено. Другое дело, что в заснеженной местности, без ориентиров Luftwaffe оказалось трудно находить цели, тем более, что маскировались 'новгородцы' чрезвычайно искусно. Поэтому Luftwaffe раз за разом бомбило свои же войска чуть ли не чаще, чем войска советские. Спасало и то, что в мягком болотном грунте взрывы давали камуфлеты, а снег тормозил осколки. Кроме того, как обычно, 1/3 бомб не взрывались. Привет от немецких антифашистов!

При массированной арт-миномётной поддержке на 'новгородцев' навалились со стороны опорных пунктов Коровий Ручей и Сустье-Конец 454-й и 474-й пехотные полки 254-й пехотной дивизии, сводная рота 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии. И хуже всего - во второй половине дня гитлеровцы бросили в бой 10 танков Pz.Kpfw.III и IV, бронемашины и бронетранспортёры.

'Новгородцы' отошли на 1000 метров, продолжая вести бой. Генерал-лейтенант Окулич получил тяжёлое ранение в бедро. Истекая кровью, остался руководить боем. Получил ранение комполка Дзюба. Начался отход 'новгородцев' из района хутора Красная Горка. Прикрывавшие Красную Горку с запада последние бойцы-лыжники под огнём с тыла отошли от дороги на юг, и ударные группы проклятых оккупантов почти соединились в Красной Горке. Потеря позиций у Красной Горки совпала с выдвижением частей кавдивизии Сланова на шоссе Ленинград - Чудово западнее Любани. Главные силы Сланова и полк 'антюфеевцев' находились уже в 6-7 километрах севернее Красной Горки, второй полк подошёл к Кирково в 3-4 километрах севернее, на подходе туда находилась 53-я стрелковая бригада. Так что все эти войска к сожалению принять участие в бою в своём тылу не успели.

В это время 1098-й и 1102-й стрелковые полки, а также 894-й артполк дивизии Антюфеева выдвинулись к месту боя у Красной Горки с юга и удержали горловину прорыва, но слишком узкую. Полного соединения у фашистов не получились, но оставшийся 300-метровый участок местности простреливался ими насквозь. Целиком дивизии Окулича и Антюфеева под сильнейшим артогнём и бомбёжкам пройти к своим передовым полкам на север не могли. Главное, не могли пройти вперёд обозы с боеприпасами, продовольствием и фуражом.

Передовые части группы Привалова: 80-я кавдивизия Сланова без тылов, 1100-й полк 'антюфеевцев' капитана Егорова без тылов, два танка Т-60 и Т-34 из 166-го танкового батальона Стоянова оказались отрезаны севернее железной дороги Чудово - Веймарн. Оперативное окружение: они имели возможность маневрировать, но не имели наземных коммуникаций. Температура минус 15 градусов Цельсия. Батальонные радиостанции РБМ из-за удалённости не обеспечивали устойчивую связь. Дивизионную автомобильную 130-килограммовую дивизионную радиостанцию 5-АК 'Призма' в прорыв не взяли из-за полного бездорожья. По просьбе Гусева партизанский 'батальон' Туваловича организовал связь 80-й кавдивизии Сланова с 13-м кавкорпусом Гусева. Партизаны доставляли пакеты и сообщения о местонахождении и положении окружённой кавдивизии. Это сыграло ключевую роль в организации воздушного моста по снабжению.

Окружённые кавалеристы и 'антюфеевцы' имели лишь узкую тропу для связи со своими, очень мало боеприпасов, продовольствия, фуража, бензина и находились под постоянным огнём артиллерии подлецов. Но главная беда - о штурме Любани нужно забыть. Жаль. Передовые части Сланова уже перешли шоссе и железную дорогу Ленинград - Чудово западнее Любани и вели там бой, хотя основные силы без обозов находились намного юго-восточнее - в 1,5 километрах от Кирково. В Любани отчётливо слышен шум боя. В городе паника. Оккупанты по-прежнему занимали окопы и блиндажи фронтом на юго-восток, опираясь на опушку леса и юго-западную окраину посёлка Рябовой, закрывая здесь дорогу на Любань. На западном берегу реки Болотница, начиная от деревни Болотница тоже окопы. В районе отметки 'сараи' пехота с пулемётами. Поскольку артиллерия кавалеристов осталась южнее, пробиться к Любани через Болотницу тоже возможности не имелось.

От Кирково во фланг окружённым кавалеристам, по их колонному пути, соединяющему их части с танками, вёлся миномётный и артиллерийский огонь. В отдельных случаях огонь вёлся по району расположения частей и корректировался самолётами. Колонный путь имел ряд удобных для фашистских разведывательно-диверсионных групп подходов из леса, на прикрытие которых привлекались силы 2-х эскадронов. Нельзя допустить, чтобы окружённые и вытянутые вдоль единственного маршрута войска разрезали ещё на несколько частей. 205-й и 210-й кавполки имели потери и их эскадроны насчитывали от 56 до 16 человек. Войска располагаются в более чем 'спартанской' обстановке. Крохотные землянки. Посередине землянок печь из железной бочки, которую постоянно топили. Для освещения - из снарядных гильз коптилки. Света они давала мало. Вправо и влево от прохода в земляных углублениях бойцы отдыхали, располагаясь на еловых ветках. Всё:

Тем временем II батальона 2-го полка SS Polizei-Division и различные подразделения этой дивизии спешно заняли оборону на насыпи железной дороги Веймарн - Чудово по старой 'линии Линдеманна' фронтом на юг, дополнительно запечатывая прорыв. III батальон этого полка занял оборону фронтом на север, в сторону окружённых. Эти сильно поредевшие в 'мясных' атаках батальоны эсэсовцев сами находились в полуокружении. Для восполнения потерь эсэсовцы, потерявшие за два битвы у Красной Горки более 500 человек, получили остатки батальона из 435-го пехотного полка численностью 250 человек и остатки батальона из 408-го пехотного полка - 260 человек. Также для покрытия потерь эсэсовцев с Ленинградского фронта направились к Любани через Красногвардейск, Выру, Тосно I батальон 1-го полка SS Polizei-Division, II батальон 3-го полка той же дивизии, а затем I егерский батальон 3-го полка SS Polizei-Division и учебная танковая рота 203-й танкового полка, вооружённая французскими трофейными танками. Пополнение SS Polizei-Division из Германии доставлялось самолётами Ju 52/3m. В нарушение приказа Гитлера SS Polizei-Division по-прежнему применялась не единой частью, а в распылённом состоянии. Но ничего другого не оставалось, поскольку только эсэсовцы-полицейские, менее морально разложенные, чем армейские части, могли относительно надёжно цементировать оборону в боях с отборными войсками армии Клыкова.

Окружённые севернее Красной Горки части 'новгородцев' 46-й заняли круговую оборону на территории радиусом 300-400 метров. Позиции их просматривались и простреливались почти на всю глубину. Из-за недостатка маскировочных сетей для укрытия лошадей, окопов, орудий, использовали местный материал - камыш, осоку, ветки кустарников. Канонада не смолкал ни на минуту. Много вреда принесли самоходки фашистов с 20-миллиметровыми зенитными пушками.

Для деблокады передовой группы в районе Красной Горки вели бой остальные силы 'новгородцев', два полка 'антюфеевцев', подразделения 22-й стрелковой бригады, танки Т-60 из 166-го танкового батальона, артиллерия РГК. Для окружения и уничтожения войск оккупантов у Красной Горки командующий армией Клыков выделил часть подразделений подошедших с юга в район Озерье 53-й и 58-й стрелковых бригад. Также подошла и изготовилась для наступления геройская 259-я 'серпуховская' стрелковая дивизия воинов-чекистов Лапшова без одного полка. Задача: не допустить закрепления немцев на занятых позициях и уничтожить их.

Плохо обстояло дело со снарядами для дальнобойных гаубиц-пушек и 'Катюш'. На фронтовых складах снаряды имелись, но плечо подвоза до артиллерии у деревни Красная Горка составляло почти 200 километров, причём часть дороги - заснеженные просеки. Путь туда и обратно занимал 5-6 дней. Войска под Любанью остро нуждались также в продовольствии и фураже. ВВС Волховского фронта доставляли продовольствие, фураж, горючее и боеприпасы передовым частям кавкорпусу Гусева, и наработали в этом большой опыт, но заменить 500 грузовиков У-2 конечно не могли.

Артиллеристы фон Кюхлера имели позиции своей артиллерии у железной дороги под Любанью, фактически среди своих складов, ибо сражение шло в тылах 16-й и 18-й полевых армий группы армий 'Север'. Их артогонь корректировали самолёты 'костыли' или 'рамы', которые взлетали с аэродрома в Бародулино и непрерывно кружили над лесами с утра и до наступления темноты. С опорой на артогонь, несмотря на новые сотни своих убитых, гитлеровцы снова и снова атаковали, стараясь расширить перемычку между окружёнными и основными советскими силами. Выхода у оккупантов не было. Если они потеряют Любань, то 75 000 солдат 18-й полевой армии окажутся в огромном 'котле' под Чудово. Вот и лезли они живыми волнами на советские пулемёты в 'мясные' атаки.

Далее для оккупантов опять случилось неожиданное. Вместо того чтобы пытаться отступать, прорываться на юг, кавдивизия Сланова и 1100-й 'воронежский' полк 'антюфеевцев' капитана Егорова продолжили атаки в северном направлении, намереваясь ворваться в Любань. 'Воронежцы' имели опытного радиста Новицкого, топографистов и всё необходимое для корректировки артогня. Партизаны обеспечивали передачу пакетов и доставку батарей для рации.

И вот после стремительной атаки через хутор Майзит штурмовые группы 'воронежцев' геройски прорвали линию ДОТов и вышли на западную окраину Любани. Поскольку атакующие находились вплотную к обороняющимися, Luftwaffe не смогло их бомбить. Среди пожарища завязались уличные бои. Артиллерия РГК расстреливала вокзал, склады и аэродром в Бородулино. Гитлеровцы в панике сгрузили с платформ бронепоездов в Любани четыре тяжёлых французских танка Somua S35 и кинули их в контратаку вместе с тыловыми подразделениями. Один танк удалось подбить. Тяжёлое ранение получил Егоров. Сражающиеся в Любани герои отчётливо слышали канонаду с севера. Это 54-я армия Федюнинского атаковала с севера район Погостье - Шала.

- Наши идут навстречу! - говорили радостно кавалеристы и 'воронежцы'.

Гитлеровцы срочно перебросили к Любани части 212-й пехотной дивизии, ряд отдельных артиллерийских, миномётных, сапёрных частей и подразделений. Ожесточённый бой на окраине Любани шёл допоздна.

Могла ли 4-тысячная кавдивизия Сланова и измученный 1,5-месячными боями полк Егорова численностью в 800 бойцов, будучи в окружении, без снабжения, наступая из заснеженных лесов, без артиллерии в боевых порядках, взять Любань в центре осиного гнезда оккупантов, использующих с помощью шоссе и железной дороги ресурсы всей группы армий 'Север'? Конечно, нет. Но, находясь на острие наступления 2-й Ударной армии, они выполняли приказ Родины: 'Спасти Ленинград!' Выполняли до последней возможности, со всей своей пролетарской, коммунистической сознательностью не щадя живота своего. Они слышали звуки боя позади себя у Красной Горки и знали, что им вслед идут войска группы Привалова, войска армии, а если будет нужно, то и всего фронта.

Герои знали, а если не знали, то чувствовали, что история Великой Отечественной войны войдёт в века. Выполнение великой миссии советского народом станут изучать все народы мира. Борьба, не имеющая себе равных в истории, поднимет на высочайший пьедестал величия советский, русский народ, советское, русское оружие, учение Ленина-Сталина и подвиг партии большевиков. Простые люди всего мира станут славить народы СССР на всех своих языках, и тогда каждый, кто потрудился за общее дело, сможет сказать себе и своим детям: 'Я тоже положил все возможные свои человеческие силы для победы! Я сражался за Любань и спасал Ленинград! Я был там в тот великий день!' И всё, что переживается теперь, уйдёт на задний план, ибо результат труда и пережитого горя настолько величествен, что перед ним бледнеют любые трудности и меркнут любые страхи!

Сколько верёвочка не вилась, а под Любанью наступил надлом наступательных возможностей передового отряда войск Привалова. Даже самые храбрые не могут сражаться, если это выше их сил. Пригороды Любани к великому сожалению пришлось оставить. Близок локоток, а не укусишь! Перед отступлением кто-то из 'воронежцев' на столбе с массой указательных стрелок оккупантов к населённым пунктам и тыловым службам, на указателе 'Веrlin - 1350 km' приписал внизу: 'Мы дойдём!'

В то же самое время в 40 километрах северо-западнее советские силы после уничтожающей артподготовки снова атаковали 'Волховский рукав', что заставило Линдеманна ослабить хватку у Любани. Гарнизоны опорных пунктов оккупантов на шоссе Новгород - Чудово дышали на ладан из-за дефицита боеприпасов и продовольствия. Подвозу мешал огонь советских пулемётов и артиллерии. Фашистской солдатне уже вспоминался фильм Чаплина 1925 года 'Золотая лихорадка', где золотоискатели Маленький Бродяга и Большой Джим Маккей от голода ели варёный ботинок. Разве это мечта оккупанта? Luftwaffe начало сброс на парашютах грузов для гарнизонов опорных пунктов Спасская Полисть, Михалёво, Коляжка, Остров.

К этому времени в Спасской Полисти и её окрестностях 'группа Каттер' и артиллерийская 'группа Хертляйн' успели понести тяжёлые потери от артогня и действенно отвечать на советские атаки не могли. Батальоны 'группы Кольберга' и фланг 'бригады Шайдиса' под советской атакой отогнулись вглубь 'рукава' на 1000 метров. Заткнуть образовавшуюся брешь штандартенфюрер SS и полковник шуцполиции Вюнненберг бросил только что прибывшие батальоны 121-й и 215-й пехотных дивизий. Для укрепления обороны западного фронта в северной части 'Волховского рукава' подлецы срочно ввели в дело часть 'группы Ов' на базе 380-го пехотного полка и остатки 435-го полка дивизии Книза. Остатки дивизии Книза передали в подчинение 'группе Хайнике', действующей на базе 61-й пехотной дивизии.

Советские войска группы Андреева вдоль западного фаса 'Волховского рукава' зашли на 17 километров в тыл группировки, засевшей в Спасской Полисти. Здесь силы уравновесились. Вокруг масса болот. Леса, рощи и деревушки разбросаны среди мшистых зыбунов и бездонных хлябей отдельными островками-сопками. Главное болото - Гажьи Сопки. Это торфяное болото, не замёрзшее под снегом. Оборона на сопках имела очаговый характер. Сопки возвышались над поверхностью болот на полтора-два метра. На них сосны и ели. На сопках, в лесу, шалаши и землянки. Постоянные огневые точки оборудованы на опушке хвойного леса.

Вдоль опушки каждой сопки, отороченной подростом и кустами, глубокие снежные траншеи почти полного профиля длинной метров 300. Перед траншеей нейтральная полоса - бугристая снежная целина. Чахлые ольшины и осины, группы низкорослых ёлочек, согнутый в дугу и примятый толщей снега лозняк. Кое-где торчат осыпавшиеся зонтики прошлогоднего дудника и болиголова.

Каждая снежная траншея - позиция на роту. Дно выстлано хворостом и ольховыми жёрдочками. Под настилом ломкий рыжевато-бурый лёд болота. Траншея служила в основном для патрулирования. Между ротными траншеями 1,5 километра снежной целины. У соседней сопки такая же ротная траншея и дальше ещё одна. Таков фронт батальона. Роты соединены между собой глубокими пешеходными тропами, проложенными в лесу или кустарнике. На лошадях подъехать можно только к штабной ротной землянке, расположенной в 500 метрах от переднего края. Доставка продуктов и боеприпасов от штабной землянки на передок и эвакуация в тыл раненых только на волокушах или на горбу.

Днём оккупанты постреливали только изредка. С вечера вели беспорядочную и неприцельную пулемётную пальбу. Применялся большой процент разрывных пуль. Об этом говорили характерные звонкие щелчки, которые то и дело раздавались в кронах сосен и елей. Над сопками захватчиков расцветали десятки разноцветных ракет. Иллюминация проводилась ночи напролёт. Убийцам очень страшно, а шнапс и салют как-то отвлекали:

С северного фаса Волховского плацдарма, где советские войска перешли к обороне, подлецы передвинули в Приютино, что чуть западнее Холопьей Полисти, два сводных армейских батальона, и передали их в подчинение SS Polizei-Division. Затем в подчинении эсэсовцам прибыли остатки III батальона 408-го полка и сводный батальон 'Маневал'.

При наступлении частей 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии на деревню Копцы для расширения Волховской плацдарма в южном направлении отличились снайпер Якунин и его напарник Гаврилов из 311-го стрелкового полка. Они выдвинулись на левый фланг к снежному валу, пересекавшему шоссе Чудово - Новгород. За валом в окопчике у железнодорожной насыпи станковый пулемёт гитлеровцев. Якунин первой же пулей убил пулемётчика, второй пулей его помощника, третьей пулей подносчика патронов, четвёртой - наблюдателя. Тем временем разгорелся бой. Якунин прирос к оптическому прицелу. Он стрелял на выбор по оккупантам, которые как испуганные крысы бегали под советским артиллерийским огнём, отсчитывая в уме: первый, второй, третий... Всего в этом бою он уничтожил 10 подлецов, а его напарник Гаврилов - 6:

ВВС Волховского фронта продолжали наносить удары по аэродромам, откуда на бомбежку войск армии Клыкова взлетали стервятники Геринга. В этот день аэродром в Коростовичах бомбил скоростной бомбардировщик Пе-2, выполнявший и задачи разведки. Четырьмя авиабомбами на лётном поле подбит архаический биплан из дерева и ткани Gotha Go 145 из курьерской эскадрильи I авиакорпуса, повреждена казарма и 4 автомобиля, убит пилот из разведгруппы, тяжело ранены два пилота Ju 87 из штурмового авиаполка III/StG-1 и четыре ранены легко. При этом едва не погиб один из асов-пикировщиков австриец Ланг.

За февраль ВВС Волховского фронта произвели 1013 дневных вылетов, из них 799 на прикрытие войск с последующей штурмовкой, а также 3315 ночных вылетов. Сброшено 270 тонн бомб, израсходовано свыше 95 000 патронов и пушечных снарядов. Бомбардировочными и штурмовыми ударами врагу нанесены большие потери в людях и технике. В воздушных боях и на аэродромах уничтожено 60 различных вражеских самолётов и повреждено втрое больше. Но всё равно этого наземным войскам мало. В то время как под Москвой и на Донбассе советские ВВС полностью подавили действия Luftwaffe, надёжно закрыли небо над Москвой, Ленинградом, на Волховском фронте Luftwaffe за счёт количества теперь имело преимущество.

К вечеру 27 февраля на Любанском направлении у деревни Красная Горка обязанности комдива 'новгородцев' вместо раненого Окулича принял подполковник Соболь. Он как положено в таких случаях организовал прорыв своих окружённых частей на юг, благо обозы в прорыв не входили. В тяжелейших условиях, под сильным артиллерийским и миномётным огнём, сдерживая пехоту и танки врага, атакующие со всех сторон, батальоны 'новгородцев' пошли на прорыв на Озерье и организованно вышли из окружения, вынося раненых и матчасть. После этого они заняли оборону вдоль железной дороги Веймарн - Чудово фронтом на север. Блестящая операция. Гитлеровцы дырку от бублика получили, а не дивизию Окулича. Удерживая оборону, 'новгородцы' повели разведку в восточном и западном направлениях, не допуская прорыва врага вдоль дороги на Озерье. В течение ночи Соболь привёл в порядок части, эвакуировал в тыл раненых и снова приготовил своих бойцов к борьбе.

С самого утра 28 февраля Luftwaffe продолжало сброс на парашютах грузов для блокированных гитлеровских гарнизонов опорных пунктов Михалёво, Коляжка, Остров севернее Спасской Полисти, так как подвоз к этим пунктам продовольствия и боеприпасов по шоссе находилось под огнём пулемётов и артиллерии советских войск.

На рассвете после короткого митинга по случаю возвращения полка на фронт у Волхова, 20 истребителей ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка подполковника Дрозда совершили облёт района Будогощь - Чудово - Вишера - Новгород. Группы из звеньев и шестёрок вели опытные командиры и комиссары эскадрилий, хорошо знавшие район по прошлым боям. На первый вылет боевых задач не ставилось. Ходили над своей территорией ломаными маршрутами на боевой скорости с переменным профилем полёта - то на бреющем у самой земли, то резко взмывали вверх, набирая высоту. Шли прямо к линии фронта, демонстрируя намерения пересечь её, вынуждая оккупантов открывать заградительный огонь. После этого группа круто отворачивала от зоны поражения и со снижением уходила в глубину своей территории. В последующих вылетах входили в расположение фашистов на глубину до 30 километров и в учебных целях охотились за колоннами автомашин и обозами. Это называлось 'натаскивать желторотиков'. После каждого вылета проводили разбор.

Авиаполк Дрозда имел основную задачу сопровождать Ил-2, наносящие ежедневные удары по оккупантам у Любани. Все боевые задачи выполнять непросто, но обеспечение действий Ил-2 для истребителей - высшая категория сложности. Базовые приёмы Ил-2 наработаны и оплачены кровью ещё в прошлом году. Линию фронта пересекали над глухими лесными и болотистыми участками, расположенными вдали от основных коммуникаций, чаще всего неплотно занятых войсками и не имеющими огневой зоны ПВО. Сразу после преодоления переднего края, откуда наблюдатели сообщали Luftwaffe о следовании, меняли направление с тем, чтобы Luftwaffe наводило свои истребителей в ложный район перехвата. При полёте к объекту и при возвращении Ил-2 не злоупотребляли бреющим полётом и использовали его только при преодолении зон ПВО и в случае встречи с истребителями. Непременно обновляли маршрут в каждом вылете над своей и чужой территорией, пусть даже при нанесении удара по одному и тому же объекту.

Полк имел достаточно ветеранов для обучения 'желторотиков'. Войну ветераны 160-го истребительного авиаполка встретили 22 июня 1941 года на самолётах И-15 и И-153 над Минском. За несколько первых дней войны при подавляющем численном превосходстве Luftwaffe лётчики 'уничтоженного на спящих аэродромах' 160-го истребительного авиаполка сбили над Минском 20 самолётов Luftwaffe. Прикрывали войска при советском танковом контрударе Тимошенко под Сенно. В июле получили самолёты ЛаГГ-3 и с боями отступали на восток. Всего за два первых месяца с начала войны при подавляющем численном превосходстве Luftwaffe авиаполк провёл 1683 самолёто-вылетов и сбил 27 стервятников. После переформирования из 160-го истребительного авиаполка 'отпочковали' часть опытных лётчиков во вновь создаваемый 429-й истребительный авиаполк.

С первых дней сентября прошлого года 160-й истребительный авиаполк базировался на аэродроме неподалёку от Волхова. Как лучшему полку ему доверили сопровождать 12 сентября летевший в Ленинград транспортный самолёт ПС-84, на борту которого находился новый командующий Ленфронтом Жуков, который менял раненого Ворошилова. Затем оборона Тихвина и контрнаступление Мерецкова...

В ходе сражения за Любань кавалеристы 80-й 'уральской' кавдивизии Сланова и танки Т-60 из 166-го отдельного танкового батальона Стоянова, уничтожая огневые позиции 212-й пехотной дивизии Эндреса, вышли на дорогу юго-западнее лесопарка 'Соколов Ручей' у железной дороги Тосно - Любань. Завязался огневой бой с гарнизонами в опорных пунктах в деревне Болотницах и посёлке Вавринский. Отдельные рощи и разделенные открытыми местами участки леса 'уральцы' называли 'колками', самые труднопроходимые, заваленные буреломом места в лесу - 'храпами', открытые места между 'колками' - 'еланями'. Так и двигались перекатами: вступали в 'колок', продирались сквозь 'храп', лесной тропой или просекой выходили на 'елань':

Через Новую Кересть, Финёв Луг к 'линии Линдеманна' у Красной Горки для участия в боях за Любань подошёл 24-й гвардейский миномётный полк 'Катюш' с установками на базе танковой ходовой части. Одеты гвардейцы-миномётчики добротно - в полушубках, ушанках, ватные брюки, валенки. С едой только плоховато. Из леса между Вдицко и Ручьями полк начал давать батарейные залпы по 64 снаряда по фашистам на 'линии Линдеманна'. Дальность стрельбы - 7 километров, грохот и подземные толчки от последующих разрывов разносились на все 20. Кавалеристы и 'воронежцы' как услышат, так с гордостью говорят:

- Наша 'Катюша' играет!

После залпа 'Катюш' над батареей поднималось густое облако дыма, выдавая расположение установок, поскольку в небе постоянно висели немецкие самолёты-наблюдатели - 'рама' Fw 189 Uhu. Когда улетала 'рама', прилетал 'костыль' Hs 126. 'Костыль' к тому же мог бомбить. В любом случае подлецы засекали позицию, и почти сразу их артиллерия открывала огонь. Поэтому после каждого залпа 'Катюши' немедленно меняли позицию. Землянки в снегу и укрытия для орудий на новом месте готовились заранее. Благодаря густым лесам все залпы давались с закрытых позиций и потери имелись небольшие.

Треугольник между Коровьим Ручьём, Любанью и Глубочкой стал для гитлеровцев 'треугольником смерти'. Здесь нашли свою могилу большинство 'зелёных дьяволов' из II и III батальонов 2-го полка SS Polizei-Division, усиленного II дивизиона артполка той же дивизии. От этих двух батальонов к исходу 28 февраля остался только офицерский и унтер-офицерский кадр. Их отвели в тыл для переформирования. К этому дню и другие батальоны отборной SS Polizei-Division в боях с 'ударармейцами' понесли тяжёлые потери. III батальон 3-го полка состоял всего из 5 офицеров, 21 унтер-офицера и 61 солдата. Это всё, что осталось от 850 человек первоначального состава. Разгром. I и II батальоны 2-го полка SS Polizei-Division потеряли 1/2 своего состава и их объединили в один. Довоевались.

Для возмещения потерь с марша снят I батальон 1-го полка SS Polizei-Division и брошен к Красной Горке, где советская артиллерия и штурмовики интенсивно расстреливали пехоту подлецов, перекрывающую коммуникации передовой советской боевой группы у Любани. В Сустье-Полянке амуницию и оружие эсэсовцев I батальона 1-го полка с трудом перегрузили с грузовиков на сани и санки, отобранные у местного населения. Никакой механизацией и близко не пахло. Нагруженные сверх всяких возможностей сани тащились еле-еле. Их толкали и тянули на себе. Любишь кататься, люби и саночки возить. Несмотря на мороз, пот ручьями лил с защитников капитализма. Меховую одежду и шинели приходилось снимать. Организация марша эсэсовцев и других войск отвратительная. На развилке дороги у первых домов собрался целый караван. Некоторые армейские подразделения вообще пришли в деревню по ошибке. Так без подготовки бросили новое полицейское мясо затыкать дыру у Красной Горки.

Сумерки. Линию фронта можно определить по взлетающим ракетам. Сюда же подошёл II батальон 3-го эсэсовского полка с остатками других частей, чтобы закрыть своими трупами бреши в обороне. Тут эсэсовцев, засевших на коммуникациях передового отряда группы Привалова, снова накрыло сильнейшим артиллерийским и миномётным огнём. Хотя передовой отряд группы Привалова у Любани в окружении и вынужден экономить боеприпасы, главные силы группы Привалова действовали свободно. От разрывов снарядов вздымались глыбы заледенелой земли, водяные столбы, комья болотной грязи. Рушились землянки и блиндажи.

Затем послышался странный звук, похожий на металлический скрежет. Это на орехи добавил дивизионный залп 'Катюш' 24-го гвардейского миномётного полка. Зрелище фантастическое: из-за леса стремительно вылетали снаряды с длинными огненными хвостами, а через минуту в районе скопления захватчиков вырастали чёрные султаны дыма и будто бы сотня пневматических баб начали забивать там сваи. Даже деревья закачались в километре от того места.

В ходе советской контратаки в окружение попали 2500 оккупантов из 'группы Кольберга', участвовавших накануне в наступлении на хутор Красная Горка. Эстонские наёмники все убиты или ранены. Это вам не рабочих по концлагерям гноить! Но даже и без 'Катюш' сосредоточенный огонь лишь одной миномётной роты советского стрелкового батальона со своими миномётами БМ мог наглухо заблокировать вражескую пехоту на участке примерно 250 x 250 метров. А здесь вели огонь несколько миномётных рот сразу.

Из-за почти отвесного падения мины и её конструкции, осколочное поле получалось очень большим и однородным. Поражалась даже лежащая пехота. Мины из закалённой советской стали с начинкой из смеси тротила и динитронафталина давали повышенное количество крупных убойных осколков. Взрыватели мин чуткие. Взрывались даже при ударе о кроны деревьев, что давало осколкам большой радиус поражения. Командир одного из эсэсовских батальонов Миерш получил смертельный осколок в нескольких сотнях метров от своего КП на передовой линии. Сразу за этим в его батальоне убило лейтенанта Бука, смертельно ранило офицера по поручениям и лейтенанта Форстера.

Майор Миерш - фигура известная в рейхе. На Олимпийских играх 1932 года в Лос-Анджелесе он завоевал серебряную медаль в современном пятиборье. Занимался бы спортом, куда он полез? Про убитых простых эсэсовцев и говорить нечего. Легли с застывшим оскалом в снег как миленькие. Это им не по ленинградцам из пушек стрелять. Это советская 'миномётная кофемолка'.

Клыков не мытьём так катаньем добился уничтожения войск оккупантов на Красной Горке. Только что прибывший с Ленинградского фронта I батальон I-го полка SS Polizei-Division понёс такие потери, что его спешно отвели в Любань. Раненых завоевателям пришлось вести на открытых санях при 20-градусном морозе на расстояние 15 километров. Подлецы обычно подбирали своих убитых, но тут бросили. Похоронное бюро полка 'воронежцев' собрало целые штабеля немецких трупов. Все убитые полицейские по возрасту за 40 лет, очень тучные, на рукавах разные знаки. В Германии в полицию брали ранее служивший в армии на младших командных должностях, в основном унтер-офицеров, тех, кто воевал ещё при интервенции в России в 1918 года и во 'фрайкорах' против красных в Гражданскую войну в Германии.

2500 оккупантов из 'группы Кольберга', участвовавшие накануне в наступлении на хутор Красная Горка, будучи в окружении на краю Постелево болота уже сутки, стали есть конину. В результате завоеватели бросили у Постелева болота всё вооружение тяжелее винтовки и с большими потерями выбрались через лес в Приютино. Преследуя их, части 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии отважного Коркина, пройдя через болото Гажьи Сопки, окружили само Приютино.

В этот же день 28 февраля, через семь дней после начала рейда по лесам в тылу оккупантов вдоль железной дороги Веймарн - Чудово два стрелковых полка 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Старунина в поисках возможности пройти по вражеским тылам к станции Померанье, чтобы перерезать железную дорогу Любань - Чудово, исчерпали запасы продовольствия. Если вместо проведения наступательных действий неделю бродить по лесу, конечно, продовольствие кончится и войска потеряют боеспособность. Отсутствие рации лишило возможности организовать снабжение по воздуху. Не это ли было ответом Старунина на приказ Привалова, с которым он был не согласен? Саботаж? После недели бесцельного нахождения в лесах, слыша усиленную канонаду со стороны Любани и наблюдая непрерывные пролёты вражеской авиации, 'ленинградцы' прикончили все имеющиеся запасы продовольствия и начали забивать на мясо командирских лошадей, варить студень из кожаного обмундирования. Чай пили такой: древесные ветки, лозу мелко ломали, кипятили до тех пор, пока не оголятся ветки. Ветки выбрасывали, а кора оставалась в котелках - так и получался густой 'чай'.

Старунин, не имея никакой связи со своими, окончательно решил при отсутствии снабжения не выполнять приказ Привалова по перехвату железной дороги у Померанье. Комиссар дивизии Алексеев указал командиру, что надо всё равно попытаться найти путь на Померанье. Он не знал, что кавалеристы и 'воронежцы' в более сложной ситуации вышли к железной дороге западнее Любани, но знал, что воины-чекисты 259-й стрелковой дивизии в декабре прошли от Волхова к станции Трегубово и перерезали дорогу в тылу фашистов. Чем 'ленинградцы' хуже?

- За невыполнение боевого приказа - трибунал! - заключил комиссар.

- Ну и что же? - спросил Старунин.

- Трибунал-то советский, товарищ, он учтёт, почему мы не можем выполнить приказ. Сил мало, снабжения нет. А если попадём к врагу, то он учитывать ничего не станет, просто расправится! Будем выходить к своим мелкими группами!

- А я что? - ответил начштаба подполковник Крупичев на немой вопрос комиссара. - Я выполню приказ командира дивизии.

То, что в Ленинграде за две недели умерло 50 000 человек для него имело меньший приоритет. То, что в похожей ситуации 'воронежцы' достигли Любани и вели там неравный бой, то, что в подобной же ситуации 300 героев дивизии Коркина отрезали Спасскую Полисть от снабжения у Трегубово, а бойцы 42-го лыжбата ещё до общего наступления перерезали дорогу Чудово - Новгород тоже у Трегубово, и так далее, его не убеждали в возможностях советских, русских людей. Он хотел только одного - сохранить жизнь 5000 своих людей и доказать генералу Привалову, не послушавшему никаких его возражений, пославшему его на это дело, что оно не выполнимо. Трудно сказать, чем бы атака на Померанье закончилось, но то, что она точно облегчила бы положение на Любанском направлении, это как пить дать. Благими намерениями выстлана дорога в ад. Ранее Старунин уже был под судом военного трибунала. Грозил ли ему трибунал снова за свои действия? То, что комиссар Алексеев этому посодействовал бы, точно! Старунин указал каждому полку где выходить мелкими группами по 20 человек с винтовками и ручными пулемётами. Штаб шёл отдельно, не имея никакой охраны. Начался выход...

У кого нательное бельё более или менее чистое, сняли его и надели сверху как маскхалаты. Даже шапки-ушанки замаскировали платками, у кого имелось, а также кусками белой ткани для подворотничков. Кто так не сделал, потом сильно пожалел. При переходе линии фронта выяснилось, что там, где раньше разорвался снаряд или мина, снег подтаял и образовалась корочка льда. Лед ломался и хрустел. Ночью звук летел далеко. Из-за этого начали двигаться по-пластунски.

Первый полк 'ленинградцев' вышел из тылов фашистов без потерь. Только имелись обмороженные и почти все крайне ослабли от голода. Второй полк попал под артобстрел. Имелись потери. Штаб группы перед прорывом разместился в свободных окопах 'линии Линдеманна', ожидая темноты. Но за час до темноты штаб попал под залп 'Катюш' и своих же артбатарей. Жертв не имелось, но и выход сорвался. Старунин и его штаб после прорыва своих войск через вражеские заслоны отошли назад вглубь леса...

Группа Старунина не смогла прорваться к Померанье из-за нерешительности командира, который с самого начала пытался оспорить этот приказ. Однако своим рейдом 'ленинградцы' отвлекли часть сил оккупантов от обороны Любани. Своих людей комдив спас от окружения и уничтожения. Ленинградцев - нет. 'Спасти Ленинград!' В блокадном городе за месяц погибло в 20 раз больше людей, простых, мирных, женщин, детей, чем за два месяца наступления всего Волховского фронта. Сам же Старунина и его комиссар, а также и весь штаб к своим не вышли. Судьба их неизвестна:

Отдел Ic штаба 18-й полевой армии военного преступника Линдеманна и 631-я рота пропаганды под общим руководством офицера участка военной пропаганды штаба группы армий 'Север' на эту тему сочинили очередную фальшивку про коммунистов-людоедов. Как всегда извращенцы-капиталисты в своём репертуаре. Они фальсифицировали показания якобы сдавшегося в плен, а на самом деле павшего смертью храбрых начштаба-191 подполковника Крупичева о том, что коммунист, орденоносец, выпускник Военной академии Фрунзе комдив Старунин приказал есть трупы красноармейцев. При этом заявлялось, что советские герои ели своих товарищей и даже отвращения не испытывали. Гитлеровцы из своей первобытной фантазии выдали и подробности: 'одного трупа хватало на два дня для 15 человек', 'мясо варили по 1-2 котелка в день', 'в основном съедали бёдра', 'вокруг лежало безумно много трупов', 'из костей варили суп'.

Воистину неисчерпаемы кучи дерма в мозгах слуг капитализма. Их даже не смущало то, что большая часть окруженцев вышла без больших потерь к своим и всё знала о рейде 'ленинградской' дивизии. Желание доказать, что русские и особенно красноармейцы, большевики - это 'унтерменши', дикари, которые чуть что не так с продовольствием едят трупы своих товарищей 'под водочку', служило оправданием для массового убийства советских военнопленных, прежде всего русских людей, массового убийства на оккупированной территории и угона в рабство советских, прежде всего русских людей.

Фабрикация доказательств людоедства находилось полностью в русле идеологии NSDAP о неполноценности славян вообще. Также на этом идеологическом фоне тушевалась практика немцев переработки узников концлагерей на мыло, кожу, удобрения, прочие гадости, что являлись нормой для Европы за много лет до гитлеровцев. Людоедство в мозгу европейцев засело навсегда как традиция из-за ограниченности ресурсов. Не то что у русских, восточных славян - земля настолько обширна, обильна и богата, что у людоедства как традиции просто отсутствовали исходные причины.

После падения Римской империи европейские города обезлюдели. Сельское хозяйство пришло в упадок. Неурожайные годы приводили к вымиранию целых деревень, областей, а, иногда и королевств. Угроза голода прочно вошла в сознание людей средневековья в Европе. На рубеже 1000 года во Франции из-за гибели посевов, голод привёл к эпидемии каннибализма. Это происходили регулярно и ранее, но именно эта оказалась задокументирована. Быстро уничтожив запасы еды и дичь в окрестных лесах, крестьяне и дворяне устраивали охоту на соседей и путников. Часто хозяева гостиниц резали своих постояльцев. Были каннибалы, которые охотились исключительно на детей: заманивали их яйцом или яблоком, а затем хладнокровно убивали и жарили для себя и на продажу. Не гнушались европейцы и трупами. Во французском городе Турню мясник открыл торговлю варёным человеческим мясом.

Первый массовый задокументированный случай каннибализма состоялся во время крестового похода, в котором участвовало много немцев. В 1098 году, после успешной осады сирийского города Маарра, крестоносцы поедали мусульман. Даже в спокойные годы каннибализм не исчезал. В летописях часто встречаются описания гибели путников, паломников и крестоносцев, которых съедали.

В XIV веке эпидемия чумы унесла половину населения Европы. Освободились земли для выпаса скота. Человечина утратила актуальность. В период гугенотских войн XVII века мясо побеждённых открыто продавалось на рынках Лиона и Парижа. Жертвы самосуда толпы или топора палача редко опускались в могилу полностью: в обычаях того времени разделывать тела на части и есть жареное или варёное человеческое мясо в кругу семьи.

Пока европейцы ели трупы, в Новый Свет отправлялись экспедиция конкистадоров и миссионеров с целью излечить коренные народы от каннибализма. Это послужило формальной причиной для завоевания. Но европейцы съедали в то время больше человеческого мяса, чем жители Нового Света. Понятие 'каннибал' использовалось для описания бедняков и никчёмных простолюдинов, в то время как цивилизованная часть всё так же ела человеческое мясо.

Осады городов в Европе изобилуют случаями каннибализма. Особенно это касается 30-летней войны в Германии первой половины XVII века, когда погибло 7,5 миллионов немцев - половина из всех немцев. Оттуда родом все ужасные немецкие сказки типа 'Можжевелового дерева' про людоедов и ведьм. На таких сказках выросли все поколения немцев. В Смутное время в России начла XVII века запертые в московском Кремле поляки ели друг друга, проиграв себя в карты. В XIX веке всплеск каннибализма пришёлся на поход Наполеона в Россию. Отступая по Литве французы и немцы из армии Наполеона в 1812 году ели трупы своих товарищей. Так что что в вопросе подготовки массы фальшивок о людоедах из Красной Армии, пропагандисты Германского рейха оказалась точно как в русской пословице: 'На воре и шапка горит'...

В этот же день при мощной артиллерийской поддержке батальоны 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии Окулича пошли в наступление и снова захватили деревню Красная Горка. Многие красноармейцы, идя в атаку, вкладывали за ремень на животе малую сапёрную лопату, используя её плоскость как противоболевой и противоосколочный щиток. Расстояние до окружённой передовой группировки Сланова сократилось до 6 километров. По боевым порядкам дивизии Окулича за три часа Luftwaffe провели три налёта по 12 самолётов продолжительностью 15-20 минут. Но 'новгородцы' буквально по трупам врага заняли с боем Коровий Ручей. Этим они разрезали боевые построения 'группы Эндрес', окружили южнее Красной Горки 474-й пехотный полк дивизии фон Штеттина и начали его истребление. С большим трудом подлецам из 'группы Эндрес' ценой гибели около 300 своих солдат удалось восстановить оборону по 'линии Линдеманна'.

Настала ночь. Темно. Пахнет болотом и гарью. Между перестрелками над позициями окружённых под Любанью кавалеристов и 'воронежце' звенящая тишина. Слышно как потрескивают на морозе ели и остывающие пулемёты. Вдруг голоса через усилитель:

- Рус, сдавайсь! Сдавайтесь по-хорошему, вам будет сохранена жизнь!

Потом долго над снегами под синими холодными звёздами гуляет эхо. Затем зазвучали знакомые мелодии: 'Яблочко', 'Страдания', 'Катюша', 'Полюшко-поле'... И снова замогильный голос:

- Сдавайтесь! Ваше положение безвыходно! Вокруг вас - надёжное кольцо!

На западном фасе 'Волховского рукава' стрелковый полк из 4-й гвардейской стрелковой дивизии Андреева и лыжники начала очередной штурм Ольховских Хуторов, где по макушку и глубже зарылась в захваченную русскую землю группа из частей 1-й и 212-й пехотных дивизий 'группы Карехта'. Севернее в Сенной Керести в мощном опорном пункте окопалась 'группа Шайдиза'. Лыжный отряд Науменко из 172-го отдельного лыжного батальона до этого ночью совершил широкий маневр и оседлал дорогу Сенная Кересть - Чудово в тылу оккупантов. Лыжники имели с собой волокуши для патронов, гранат, медикаментов. На обратном пути они могли пригодиться для раненых. Отряд имел рацию. Во фляге по тройной порции спирта для 'сугреву'.

Между лесом и тыловой дорогой Сенная Кересть - Чудово полоса шириной в 60-70 метров, тщательно очищенная от кустов и деревьев. Полосу проверили на наличие мин. Отсюда до Чудово всего 15 километров. Когда 3-й гвардейский стрелковый полк 4-й гвардейской стрелковой дивизии Андреева начнётся штурм Ольховских Хуторов, лыжникам приказано задерживать подкрепления, высылаемые чудовским гарнизоном, и громить бегущих из Ольховских Хуторов и Сенной Керести, если такое произойдёт.

4-й гвардейская стрелковая дивизия - одно из тех соединений, которые начали войну с первых дней и сломали 'Blitzkrieg' Гитлера. Сформирована в июле 1940 года в Белоруссии в Могилёве как 161-я стрелковая дивизия. Командир - полковник Михайлов. Он в армии с августа 1915 года. Юнкер. Прапорщик. Командир роты. Ранен и контужен на Румынском фронте, захвачен в плен болгарами. Вернувшись из плена после войны, признан инвалидом. С августа 1919 года в Красной Армии, участвовал в Гражданской войне на фронте против Колчака. Участвовал в подавлении Кронштадтского восстания эсеров. Награждён. Участвовал в разгроме финского вторжения в Карелию и финских бан . Награждён. Служба в войсках. Курсы 'Выстрел'. Участвовал в Освободительном походе в Западную Белоруссию. Станут такие бежать и сдаваться даже в окружении? Нет, не станут.

22 июня 1941 года дивизия Михайлова находилась на марше к Минску. Днём 26 июня 603-й стрелковый полк Буслаева разместился за линией укреплений Минского укрепленного района на рубеже Крестогорск - Холявщина и отбил атаку передовых частей 3-й танковой группы Гота силой до 20 танков, двух рот пехоты и пяти мотоциклов. Уничтожено 6 танков. Свои потери: убит один, ранено семь человек. 39-летний комполка майор Буслаев из Саратовской области. Русский. В Красной Армии с 1925 года. Большевик. Закончил военную пехотную школу, курсы 'Выстрел' и академию Генштаба. В войсках последовательно командовал взводом, ротой, батальоном, полком. Участвовал как военный специалист в Гражданской войне в Испании. Станут такие бежать и сдаваться даже в окружении? Нет, не станут.

Артиллерия стрелковой дивизии у местечка Городок Семков отбила атаку, уничтожив 8 танков и 1 самолёт. Началось сражение за советский Минск. Из района Ворново батальон фашистской мотопехоты, батальон танков и десантники начали прорыв к древне Скураты. 10 танков удалось поджечь бутылками КС. Часть танков подожгли у Скураты и к деревне вышло всего 14 танков, рота мотопехоты и мотоциклистов. Здесь их окружили и рассеяли. Пехоту уничтожили полностью. 27 июня полк Буслаева участвовал в контрударе. Освобождено местечко Острошицкий Городок. Здесь умело действовали артиллеристы дивизионного 628-го артполка подполковника Лапшина, уничтожившие 9 танков. Также у местечко Острошицкий Городок уничтожено 250 оккупантов, 5 мотоциклов, броне и легковая машины. В течение 28 июня дивизия с боями организованно отходила и заняла рубеж Пекалин - Лубейка - Волма. Бои за Минск закончились. Дивизия в них уничтожила 40 танков, 22 мотоцикла, 15 автомашин, легковую автомашину, 4 орудия, бронемашину и 2 самолёта.

29 июня танковые и мотоциклетные части фашистов пытались с хода по мосту прорваться на восточный берег реки Волма. Один из танков в середине колонны подбит на дамбе. Экипажи передних танков, оказавшись в ловушке, так как мост на советской стороне оказался подорван, бросили танки и бежали. 4 танка расстреляны и сожжены. Спустя несколько часов артогнём рассеян пехотный полк, пытавшийся разбирать дома для переправы. Отражена попытка танков форсировать реку вброд. Один танк подбит. Высланная группа истребителей сожгла ещё один танк. До 30 июня 'белорусы' вели подобные бои по рубежу реки Волмы, после чего начали отход на восток. 477-й стрелковый полк попал в окружение и вёл бои в кольце. К 3 июля дивизия с боями отошла к Березине, где в ожесточённых боях удерживала переправу близ деревни Чернявка, обеспечив переправу других войск. В течение первой декады июля 'белорусская' дивизия с боями отходила к Днепру несколькими маршрутами. 477-й, 542-й стрелковый полк и 628-й артполк отходили по маршруту Лавница - Выдриц - Николаевка к Могилёву. 603-й стрелковый полк с дивизионом 632-го гаубичного артполка, вышел по маршруту Михевичи - Ухвала без боя и занял переправы у Тетерина. Штаб дивизии с батальонами связи отходил по маршруту Белавичи - Ухвала - Селище. 7 июля под Новым Соколом разведотряд начштаба дивизии подполковника Мурашова в бою подбил три танка и один сжёг.

Основные части 10 июля переправились через Днепр и сосредоточились близ Сосновки. К началу Смоленского сражения дивизия уничтожила 66 танков, 10 бронемашин, 97 мотоциклов, 102 автомашины, более 3000 немецких солдат и офицеров. Близ Сахаровки дивизия попала в окружение. Сильные группы танков, бронеавтомобилей и мотоциклов гитлеровцев с севера и юга постоянно проникли на пути отхода и перерезали их. Прорывались с боем.

13 июля с наступлением темноты, 603-й и 542-й стрелковые полки и артиллерия сосредоточились в лесу севернее дороги из Сахаровки на опушке леса и в лесу. По дороге в сторону Горок двигались фашистские войска. Один из гусеничных бронетранспортёров заглох поперек дороги и загородил путь. Образовалась пробка в 3-4 ряда. Скопилось множество автомашин, танков, мотоциклов. В этот момент по ним открыли огонь орудия 632-го артполка 'белорусской' дивизии, 151-го корпусного артполка и миномёты. После 15-минутного шквального огня дорога осветилась горевшими автомашинами, цистернами и танками. В некоторых местах взрывались боеприпасы. Гитлеровцы в панике метались среди охваченной огнём техники, разрывов снарядов. Пулемётчики косили их в упор. Красноармейцы бросились в штыковую атаку, уничтожая на дороге всё, что уцелело. С ними шли все командиры и политработники, включая комдива и военкома. Присутствие их в боевых порядках воодушевило, поднимало наступательный порыв. Поенных не брали. Солдаты и офицеры противника, побросав все, с криками ужаса стали разбегаться во все стороны. Завязался рукопашный бой. Всего подбито 48 танков, 30 бронетранспортёров, около 130 мотоциклов и грузовиков с боевым грузом: снарядами, ракетами, патронами. Убито 350 солдат и офицеров врага, ранено более 1000. После боя возле дороги у деревни Панкратовка появилось два обширных немецких кладбища. Так ломали 'Blitzkrieg'. Оказывается, прорываться с дури вглубь советской обороны очень чревато для прорывающихся. Это вам не поляки и не французы:

Это типовая беда завоевателей при лихих окружениях советских войск. Ведь сами лезли тиру в пасть. Вместо того, чтобы окружённые советские войска сдавались, как по-спортивному сдавались французы и поляки, едва у них тылу появлялись немцы, советские воск воевали не по-спортивному, а уничтожали самих окружающих и раз за разом выходили к своим. Угробив в таких прорывах свою кадровую армию, Wehrmacht сдулся:

Пройдя Рябки, Абраимовку, Головичи, Тёмный Лес, войска дивизии сосредоточились в лесу у деревни Еськовка. Тыловые подразделения, потерявшие связь с идущими впереди частями, отклонились от установленного маршрута и вышли за линию фронта самостоятельно. Один батальон 542-го стрелкового полка с двумя батареями 632-го артполка, преследуемый врагом, повернул на юг. Отдельные группы этого батальона с боями пробились в Могилёв и приняли участие в обороне города.

15 июня восточнее Пичевка по шоссе продолжалось беспорядочное движение фашистов в тылу советских войск. В 3:00 стрелки и артиллерия 'белорусской' дивизии, заняв огневые позиции, открыли огонь по шоссе восточнее и западнее Шепилы и южнее Ширки. На кладбище в Шепилах артогнём подожжён склад боеприпасов, который взорвался. Шедшая по шоссе колонна танков и автомашин фашистов разбита. Уничтожено 10 танков, 24 грузовика, 16 мотоциклов, легковая автомашина, 3 бронемашины, одна штабная машина-автобус с документами штаба, две цистерны с горючим, 22 автомашины с боеприпасами и несколько мотоциклов. Захвачены документы штаба соединения. Убит генерал оккупантов. Снятая с него фуражка передана в штаб корпуса. Всего с 22 июня по 18 июля 1941 года на советско-германском фронте погибло 7 генералов захватчиков. Тех, кто гнал немецких солдат в мясорубку. Посланная в Выдрицу на шум боя разведка отдельного разведбата ввязалась в бой и уничтожила 3 танка. 1-й батальон 542-го стрелкового полка и штаб дивизии в бою уничтожили 3 танка. Отряд начштаба Мурашёва из состава разведбата - всего 30 бойцов, внезапно напал на мотоколонну противника в деревне Дрибин и уличном бою уничтожил 2 бронемашины, 10 грузовиков, легковую и несколько мотоциклов. Враг позорно бежал. Хороши окружённые? Так ломали 'Blitzkrieg'.

Утром 16 июля силы 'белорусской' дивизии окопалась приблизительно в пяти километрах юго-западнее Кричева на рубеже Сокольничи - Свадковичи, перерезав тем самым Варшавское шоссе. Начался неравный бой с частями XXIV моторизованного корпуса фон Швеппенбурга из 2-й танковой группы Гудериана. Зарево наблюдалось за многие километры. Итог ночного боя: уничтожено 5 танков и 300 живой силы фашистов из 'группы Эбербаха'.

Дальше 'белорусы' отступали несколькими маршрутами, уничтожая окружающих. Небольшие группы 'белорусов' рассеялись в Сахаровском лесу. Из групп, не вышедших из окружения в Сахаровском лесу, сформировался партизанский отряд младшего лейтенанта Беляева. Сначала этот отряд действовал в Горецком районе, а потом перешёл в Богушевский район Витебской области...

До 17 июля 'белорусы' участвовали в боях по обороне Кричева. В бою под городом 603-й стрелковый полк уничтожил 5 танков, после чего вышел в район Красный - место сосредоточения дивизии. В дивизии для борть с танками Гудериана созданы группы истребителей танков. В каждой роте и батарее одно отделение вооружалось зажигательными бутылками КС и связками ручных гранат. Проводился инструктаж. В стрелковых полках сапёрные взводы имели по 200 зажигательных бутылок КС и 50 штук противотанковых мин ТМД-40. Эту мощную мину в деревянном корпусе, которую не обнаруживал миноискатель, и было тяжело снять из-за чуткого взрывателя, сапёры фашистов за характерную удлинённую форму деревянного корпуса, прозвали мину 'Kindessarg' - детский гроб. Но этот 'гроб' предназначался именно для них и их техники. Сапёрному батальону следовало иметь 400 штук ТМД-40, не менее 400 бутылок КС, 500 килограмм для фугасов.

7 августа 'белорусская' дивизия заняла позиции северо-западнее Ельни и вела бои месяц, до 8 сентября. После Смоленского сражения дивизия отправлена на отдых и пополнение. 22 августа комдив Михайлов сдал дела новому временному командиру дивизии полковнику Пугаеву, который после непродолжительного командования дивизией сдал дела полковнику Москвитину. Военкома дивизии полкового комиссара Орлова сменил новый военком полковой комиссар Виноградов, которого вскоре сменил батальонный комиссар Ляпунов. Начштаба майора Мурашов и его заместителя начальника 1-го оперативного отдела капитана Асланова, сменил Пугаев и капитан Парфёнов.

К 18 сентября 1941 года 'белорусы' переброшены под командованием Москвина в район Синявино, и в этот день 'за боевые подвиги, за организованность, дисциплину и примерный порядок' дивизия одна из первых в Красной Армии получила звание 'гвардейская' и переименована в 4-ю гвардейскую. 24 сентября гвардейцы перешли в наступление на Синявино и Рабочий посёлок No.7 в первой попытке снять осаду Ленинграда. При поддержке батальона 16-й танковой бригады и 881-го корпусного артполка, форсировав реку Чёрная, гвардейцы продвинулись в первый день до 3-х километров, прорвав оборону 8-й танковой дивизии Бранденбургера. 2 октября под командованием гвардии полковник Андреева освободили 1-й Эстонский посёлок, затем Тортолово. До 3 октября вела бои за Синявино и Гонтовую Липку, после чего перешла к обороне. Гонтовую Липку освободила. Снять осаду Ленинграда не удалось. Нёсший личную ответственность за успех операции маршал Советского Союза Кулик снят с должности. К 26 октября гвардейцы разгрузились из эшелонов в Тихвине и сосредоточилась юго-восточнее железной дороги Будогощь - Тихвин. На следующий день вступили в бои с частями XXXIX-го моторизованного корпуса Шмидта и отошли за деревни Петровское, Недащицы. 1 ноября дивизия Андреева освободила Заручевье, Горушку, Петровское и вновь приблизилась к железной дороге Будогощь - Тихвин. 6 ноября освободила Недащицы. До 8 ноября вела тяжёлые бои за населённые пункты Холм, Воробица. 10 ноября части дивизии сражались западнее Неболчи. Также в начале ноября дивизия вела бои за деревни Верхнее и Нижнее Заозерье, Ново-Никольское, затем, под угрозой окружения, оставила их.

С 19 ноября 4-я гвардейская дивизия перегруппировалась и перешла в наступление из занимаемого района в направлении на Ситомлю. Вступив в тяжёлые бои, дивизия медленно продвигалась, отбивая контратаки в северном и северо-восточном направлениях. 7 декабря перерезала железную дорогу Будогощь - Тихвин, однако отошла. 9 декабря вновь перерезала дорогу и вновь отошла, однако сумела держать дорогу под огнём. 15 декабря гвардейцы Андреева освободили деревню Ситомлю, чем отрезала тихвинской группировке гитлеровцев основные пути отхода. Все оккупанты на отрезке дороги Липная Горка - Ситомля окружены. На выручку гитлеровцам бросилась 20-я моторизованная дивизия. Развернулись упорные многодневные бои, из которых гвардейцы вышли победителями. Фашистам в духе бегства Наполеона из России в 1812 году пришлось бросать технику, обозы, оружие, раненых и пробиваться лесами на юго-запад или сдаваться в плен. Убито и замёрзло 3500 захватчиков. Среди трофеев 40 орудий, 33 миномёта, 80 пулемётов, 13 танков, 5 бронемашин, 60 автомашины, 1300 винтовок, 60 автоматов, 14 000 снарядов, 15 000 гранат, 8500 мин, 105 000 патронов, продовольствие, горючее. Захвачено даже полностью вооружение артполка пехотной дивизии. Гвардейцы приступили к преследованию в направлении на Будогощь. 21 декабря бойцы 542-го гвардейского полка, в том числе посаженные как десант на танки 60-й танковой дивизии, освободили Будогощь. Перед бегством подлецы заминировали среднюю школу, но не успели взорвать. Жителей Среднего Села, Бестоголово, Градоши, Званки и других окрестных деревень согнали в сараи, барак у 'перевалки', в частные дома Будогощи, а молодёжь погнали 'маршем смерти' в сторону Чудово на вывоз. Гвардейцы спасли 300 человек из деревень Среднесельского и Бестогловского сельсоветов, собранных на площади в сарае. 17 разведчиков лыжбата лейтенанта Кузнецова в бараке у 'перевалки' разогнали охрану, которая удерживали около 200 человек. Жители остались живы.

После Будогощи дивизию отвели в резерв. В конце декабря 1941 года гвардейцы, преодолевая упорное сопротивление, прорвали 'Волховский вал', вышли на западный берег реки Волхов, углубились на два километра, выйдя к железной дороге Чудово - Кириши возле станции Тигода и заняли плацдарм южнее станции Тур. Вели бои за удержание и расширение плацдарма. 25 января 1942 года гвардейцы начали выдвижение к Сенной Керести, где вместе с 59-й стрелковой бригадой должна была составить группу под командованием генерала Андреева, овладеть Ольховскими Хуторами и Сенной Керестью, затем перерезать железную дорогу Любань - Чудово.

В трудных условиях борьбы с первый дней войны дивизия неоднократно наносила жестокие поражения захватчикам, обращала их в бегство, наводила ужас. При наступлении она шла вперёд не вслепую, не очертя голову, а лишь после тщательной разведки, серьёзной подготовки, после того как нащупала слабые места и обеспечила свои фланги. При прорыве фронта не ограничивалась движением вперёд, а старалась расширять прорыв по ближайшим тылам фашистов. Захватив территорию, немедленно закрепляла её за собой, организуя охранение на ночь и высылая серьёзную разведку. Занимая оборону, осуществляла её не как пассивную оборону, а как активную, с контратаками. Не дожидалась, когда её ударят и оттеснят, а сама переходила в контратаки, чтобы прощупать слабые места, улучшить позиции и закалить свои полки для наступления. Командиры и комиссары вели себя как мужественные и требовательные начальники, умеющие заставить выполнять приказы и не боящиеся наказывать нарушителей приказов и дисциплины. При нажиме со стороны врага дивизия не впадала в панику, не бросала оружие, не разбегалась в лесные чащи, не кричала 'мы окружены', а организованно отвечала ударом на удар, жёстко обуздывала паникёров, беспощадно расправлялась с трусами и дезертирами, обеспечивая дисциплину и организованность. И вот бои за укрепрайон Ольховские Хутора:

Со стороны Сенной Керести показались три мотоциклиста в крашеных известью касках-кастрюлях и мотоциклетных очках: на малой скорости, без светомаскировки. Патруль. Проехали мимо засады диверсионной лыжной группы Науменко. Спустя 10 минут в обратном направлении, из Чудова, пронеслась чёрная легковушка, мотая свет фар по стволам деревьев. Ещё через полчаса из Сенной Керести прогромыхали два пустых грузовика: Ближе к рассвету после начала советской артподготовки у Ольховских Хуторов со стороны Чудово появилось 8 крытых брезентом грузовиков. В них две роты по 120 солдат. По ним диверсионно-разведовательная группа Науменко и открыла автоматную и пулемётную стрельбу. Под колёса грузовиков полетели гранаты. От леса бросились к дороге по заранее протоптанным тропкам основные силы, на ходу стреляя из ППШ и СВТ кто по шинам, кто по кабине, кто по бортам и брезенту. Один грузовик пыталась развернуться и завалился набок. Другой бросил шофёр. Солдаты и офицеры в нелепых длиннополых шинелях вываливались через задний борт, и уползали к лесу или вправо по кювету. Многие навечно хватали оскаленными зубами русский снег. Беспорядочно отстреливаясь, завоеватели тащили с собой убитых и раненых. Лыжники в маскхалатах имели преимущество над подлецами в мышиных шинелях - очень они приметные на снегу мишени. Не озаботились генералы маскхалатами для своих солдат. Половина машин смогла отойти и высадить пехоту:

Захвачен пленный - ефрейтор. Насквозь простуженный фриц поминутно кашлял и сморкался, лопотал скороговоркой и заикался. От страха, холода и боли завоевателя била мелкая трясучка. Он сообщил: в чудовском гарнизоне есть специальные лыжные подразделения. Эти 'шлейферы' могут отрезать пути отхода. Отряду Науменко следовало уходить. Перед уходом облили бензином и зажгли грузовики. Пустившихся вдогонку на лыжах 'шлейферов' встретили из засады. Частью перебили, частью рассеяли. Несколько своих раненых доставили обратно на волокушах:

Во время штурма этого дня гвардейцы отбили ещё один сгоревший хутор из числа Ольховских Хуторов и несколько сот метров траншей. Подлецы по-прежнему крепко сидели в северных хуторах. Из-за бездорожья и необычайно глубокого снега артиллерия гвардейцев не смогла придвинуться ближе, чтобы стрелять по ДОТам и ДЗОТам прямой наводкой. Для навесной стрельбы снарядов не густо. Тяжело их доставлять:

1 марта. Час до рассвета. Морозный утренник градусов под 25. И вместе с тем лес среди болот погружён в молочно-белый въедливый туман. В Дубовик в штаб 2-й Ударной армии прибыли из Малой Вишеры комфронта Мерецков и уполномоченный Ставки ВГК и член Военного совета Волховского и Ленинградского фронтов армейский комиссар 1-го ранга Запорожец. Им предстояло обеспечить выход из окружения частей двух дивизий и разобраться по приказу Ставки ВГК с причинами неудачи наступления на Любань. Причины на поверхности: сложная местность, зимние условия, отсутствие численного превосходства в людях, танках, артиллерии, невозможность быстро подтянуть свою артиллерию, в том числе крупного калибра, организовать полноценное снабжение, удалённость своих аэродромом и близость вражеских, расположение своих войск в полевых условиях, а вражеских в обогреваемых сооружениях опорных пунктов.

В такой обстановке даже малейшие просчёты в системе управлении сразу приносили большой вред. Мерецков и Запорожец по результатам разбирательств обратились в Ставку ВГК с предложением снять с занимаемых должностей начальника штаба 2-й Ударной армии генерала Визжилина и начальника оперотдела полковника Пахомова. Ставка согласилась. Визжилина понизили в должности до командира дивизии. Он в армии с 1920 года. Служил. Боролся с бандитизмом. Закончил Саратовскую пехотную школу. Со второго заочного курса Военной академии Фрунзе отчислен. Командовал полком, потом дивизией. С июля 1941 года со своей 130-й стрелковой дивизией оборонялся у Днестра, оборонялся в Могилёв-Подольском и Ямпольском укрепрайонах. Проводил контратаки, нанося фашистам большие потери. Отступал в район Ободовки. Звёзд с неба не хватал. Опытный командир дивизионного уровня. С сентября 1941 года переведён на штабную работу как замкомандира 1-го гвардейского стрелкового корпуса. С 24 октября 1941 года начштаба только что созданной 26-й резервной армии, ставшей затем 2-й Ударной армией. Не хватило Визжилину знаний, опыта и таланта на этой должности. Ну и тяжёлая хроническая болезнь сказалась, из-за которой приходилось подолгу лежать в госпиталях. Место Визжилина занял полковник Рождественский, ранее начальник штаба 52-й армий. У Рождественского имелись тёмные пятна в биографии, но опыт он имел несравненно больший, да и воевал раньше с Клыковым...

Линдеманн закрыл, завалил трупами своих солдат подступы к Любани. Ослабленные наступлением от Тихвина к Волхову, а потом от Волхова к Любани войска 2-й Ударной армии, используя 2/3 своих войск на оборону флангов, исчерпали наступательный потенциал, нуждались в отдыхе и пополнении людьми и вооружением. Ну, право, как может наступать из болот и снегов 4-тысячная кавдивизия без артиллерии на сильно укреплённый город Любань, за которым 75-тысячная группировка у Чудово? Расчёт делался на то, что подлецы не успеют окопаться, дрогнут, побегут как от Тихвина. Но они успели окопаться. Не побежали. Существенных резервов для развития успеха передовой группы Привалова не имелось. Зато командующий группы армий 'Север' фон Кюхлер имел резервов хоть отбавляй - масса дивизии, которые сидели вокруг Ленинграда без дела, и день за днём объедали Wehrmacht. Одну из таких дивизий бездельников - 58-ю пехотную дивизию доктора Альтрихтера 1 марта фон Кюхлер начал выводить с фронта под Ленинградом. Ленинградцам и войскам Ленфронта стало легче дышать, но для 2-й Ударной армии ситуация на флангах ещё более ухудшилась. Дивизию Альтрихтера передали XXXVIII армейскому корпусу для организации наступления на коммуникации армии Клыкова со стороны Новгорода. Дивизия Альтрихтера по железной дороге и затем маршем отправилась к южному фасу Волховского плацдарма.

На Любанском направлении 'группа Бока' у Глубочки для восполнения потерь получила свежий III батальон 2-го полка SS Polizei-Divison и II батальон 3-го полка той же дивизии, которые заняли позиции на железной дороге южнее Красной Горки, обеспечивая внешний участок кольца окружения группы Сланова. С Ленинградского фронта фон Кюхлер продолжил снимать и другие боеспособные соединения, части и даже мелкие подразделения, подмешивая их в имеющиеся группы. В этих 'сборных солянках' - 'группах', 'бригадах', составленных из различных частей и подразделений под командованием чужих командиров, из рук вон плохо вёлся учёт потерь. Кроме того командиры групп, как и весь Wehrmacht, неохотно показывали боевые потери, как свидетельство своей низкой квалификации, чреватой снижением статуса и соответственно личного дохода. В результате генералы никогда не знали реальное состояние своих войск, ставя нереальные для их численности задачи. Эта тенденция распространялась до самого верха. Гитлер тоже никогда из-за этого не знал реальное состояние своих войск и ставил им часто невыполнимые задачи. Лживым генералам и офицерам же ничего не оставалось, как гнать остатки своих войск на убой. Так воевал Wehrmacht и в Волховской битве: 'Потерь нет... Потерь нет... Потерь нет...' Потом бац! Батальоны сведены в роты!

Без ликвидации 'Волховского рукава' не получалось подвести к Любани силы и средства, достаточные для взятия этого важнейшего опорного пункта группы армий 'Север'. На восточном фасе 'Волховского рукава' штурмовые группы 1252-го стрелкового полка 377-й стрелковой дивизии Цаликова при поддержке артиллерии 92-й стрелковой дивизии предприняли наступление на опорный пункт Трегубово. Дело шло с трудом. Продвижение исчислялось сотнями метров. На реке Полисть наступление приостановилась.

Прославленная 111-я 'архангельская' стрелковая дивизия Рогинского начала движение на север в сторону Приютино, ещё глубже обходя 'Волховский рукав' в сторону Чудово. Советские командиры чётко знали, так их учили, что наиболее продуктивно наступать там, где их не ждут - не вдоль дорог, а через леса, обходя и блокируя опорные пункты, а затем уничтожать их в своём тылу. Уничтожая подразделения 'группы Хённике', 'архангельцы' уверенно продвигались вперёд, а разведгруппы достигали Сенной Керести. Вместо артиллерии - ампуломёты, вместо хлеба сухари, вместо костров химические подушки обогрева.

С точки зрения Ставки ВГК, которая оперативной директивой No.0016 от 6 января ставила Волховскому фронту Мерецкова задачу ударом в направлении на Сиверскую - Волосово снять осаду Ленинграда, результат был. Наступление 2-й Ударной армии, начатое 13 января 1942 года, глубоко потрясло всю систему обороны группы армий 'Север'. Да, группа армий 'Север' не развалилась, как её войска под Тихвином, не побежала, как в конце декабря, но пробовать стоило. И результат был. Из-за прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' фон Кюхлер о штурме Ленинграда более не помышлял, а 'Дорога жизни' сохранилась и продолжала увеличивать свою пропускную способность, сохраняя жизнь ленинградцев. Это крупный стратегический результат Ставки ВГК в начале 1942 года. Победа. Сколько это спасало жизней?

'Дорога жизни' ВАД No.101 начала действовать по воде в сентябре 1941 года после захвата агрессорами новгородско-чудского участка Октябрьской железной дороги Ленинград - Москва. Пока капиталисты всех мастей радостно потирали руки, предвкушая гибель или захват в рабство сразу нескольких миллионов человек в Ленинграде, а с ними первоклассных заводов и флота, большевики спасали людей. Если в августе в городе умерли 5300 человек, то в сентябре умерло 6800, а в октябре уже 7300 человек. Это при норме в 4000 умерших на город. Ленинград - второй по размерам город Советского Союза, один из крупнейших в мире капиталисты осадили и отрезали от всякого снабжения! Это преступление, одно из самых гнусных и страшных в истории планеты. Оно не имеет срока давности. Капиталисты ждали хотя бы голодного бунта, который вместе с восстанием в армии снёс в феврале 1917 года власть Николая II. Но большевики не собирались бросать людей на произвол судьбы, как это сделали компрадорские капиталисты при Николае II, и армия была не капиталистическая, а народная.

Организованная большевиками 'Дорога жизни' начиналась в Вологде, куда направлялись грузы со всей страны. По железной дороге грузы шли через Тихвин и в город Волхов. Далее они перегружались на речные баржи и по реке доставлялись в Новую Ладогу. Там перевалка с речных барж на озёрные. Затем грузы следовали по Ладожскому озеру в Осиновец. Оттуда по узкоколейке до станции перегрузки в вагоны с обычной колеёй. Затем из вагонов в грузовики. Цена хлеба при такой перевозке возрастала в 10 раз. Но речь шла о жизни людей, а для большевиков это наивысшая ценность. Цена не имеет значения. Это при капитализме люди умирают у витрин, уставленных тортами и конфетами. До конца первого месяца блокады усилиями большевиков ленинградцы получали довольно неплохой хлебный паёк.

Потеряв во время сражения на Лужском рубеже против Ворошилова и в пригородах Ленинграда до 40 процентов численности своих войск, группа армий 'Север' попыталась прорваться к реке Свирь и соединиться с финской армией, чтобы полностью осадить город. Красная Армия помешала этому сатанинскому плану капиталистов. Этот план Гитлера тоже рухнул. Однако 8 ноября гитлеровцы захватили Тихвин, перекрыв железную дорогу, по которой шли грузы к 'Дороге жизни' через Ладожское озеро. Железная дорога через Тихвин и так пропускала 1/3 от необходимого, а с того дня и вовсе остановилась.

Когда армия капиталистов захватила Тихвин, большевики за 20 дней построили 200-километровую автомобильную дорогу через дикие места - болота, леса, овраги и низины. Грузы вновь пошли в Ленинград, но уже в сильно урезанном количестве. Балтика замерзала. Судоходство прекратилось. 20 дней в Ленинград не завозили патронов, снарядов, горючего и хлеба. Ждали льда н Ладоге. Но озеро капризно, неспокойно, даже самые сильные морозы не могут его сковать полностью. Сильный ветер ломал лёд, появлялись трещины и промоины. Чтобы прошли грузовики с тонной груза, лёд должен иметь толщину не меньше 20 сантиметров.

Гитлер и его генералы радостно потирали руки. Они и их немецкие инженеры считали невозможных организовать снабжение по льду. Груша в виде осаждённого города созрела и вот-вот упадёт руки. Но вот всё висит и висит груша - а нельзя скушать!

Ночью 20 ноября по льду прошли советские учёные гидрологи. Лёд выдержал. За ними прошёл стройбат. Командир дорожно-эксплуатационного полка майор Можаев верхом на коне проехал - лёд выдержал. Утром на восточный берег озера с Вагановского спуска у деревни Кокорево направился конно-санный обоз из 350 упряжек батальона конно-транспортного полка. Вечером того же дня обоз добрался до Кобоны, загрузился мукой и отправился обратно. В Осиновец он прибыл 21 ноября, доставив 63 тонны муки. Крохи! Но начало положено.

По неокрепшему льду прошли 60 грузовиков 389-го отдельного автотранспортного батальона Порчунова. В кузове каждой полуторки по 3-4 мешка муки, больше лёд не держал. За собой грузовики тянули сани с мукой. Водители ехали снаружи кабины на подножках, чтобы успеть спрыгнуть, когда машина начнёт тонуть. Так спасали Ленинград! Это тот самое 'творчество масс', о котором говорил Ленин. Если русский народ воюет за своё, родное, за своё дело, за свою власть - он действует как единый организм и непобедим.

Ломались машины, замерзали моторы и шофёры, трескался лёд, тонули грузовики, атаковали Luftwaffe и диверсионные группы, но большевики упорно доставляли продукты голодающим днём и ночью, в самую плохую погоду. Обратно вывозили раненых, женщин, стариков и детей, обложенных химическими грелками. Многие умирали уже на 'Большой земле'. После голода зарубцевавшийся желудок без микрофлоры не мог переваривать пищу. Вот в контрасте деяния большевиков и капиталистов! Одни давали жизнь, другие её отбирали. Хоть одна капиталистическая сволочь во всём мире подняла голос против этого варварства?

В ноябре по ледовой дороге в среднем доставляли 100 тонн грузов в сутки, в начале декабря около 300 тонн. Но этого городу очень и очень мало! В ноябре, когда в осаждённом городе умерло 11 100 человек, и в декабре, когда умерло 52 000 человек, служащие, иждивенцы и дети получали в день кроме других продуктов всего по 125 граммов хлеба. Рабочие по 250 граммов, пожарные по 300 граммов. Хлеб пекли из ржаной и овсяной муки с добавлением целлюлозы, обойной пыли, хвои, жмыха и нефильтрованного солода.

Тихвин Красная Армия освободила только 9 декабря, а чуть позже отбила железную дорогу Волхов - Тихвин. Но это ещё не означало начало работы железной дороги на этом участке. Железнодорожные мосты взорваны. Пока восстанавливали мосты, машины шли в обход. После восстановления мостов поезда снова пошли до Волхова и дальше на запад, ближе к озеру, к станциям Войбокало и Жихарево. На этих станциях шла перегрузка на машины. Количество грузов для города увеличилась до 1000 тонн в сутки. Но этого городу мало, очень мало! Нужно минимум 7500 тонн в сутки только продовольствия!

В сильные морозы проложили железную дорогу от станции Войбокало к деревне Кобона на самом берегу озера, а в самой Кобоне на будущее начали строить порт с причальной линией в 5,5 километра: 13 пирсов, десятки кранов для 20 одновременно загружаемых барж. По дну проложили телефонно-телеграфный кабель, который обеспечивал связь. Имелся высоковольтный электрический кабель, по которому шла электроэнергия с Волховской ГЭС, топливный трубопровод.

Для обеспечения 'Дороги жизни' работало 19 000 человек - целый транспортный комплекс, хорошо продуманный и организованный большевиками. 'Дорога жизни' - это 60 дорог, некоторые использовались, даже когда их покрывал полуметровый слой воды. Их постоянно доделывали, ремонтировали. Водолазы укрепляли лёд подручными средствами, крепили настилы и опоры. По всей линии 'Дороги жизни' склады и базы, станции технической помощи, мастерские и пункты питания, регулировщики, позиции зенитчиков и войск НКВД.

Советские учёные специально для 'Дороги жизни' изобрели прогибограф, фиксирующий колебания льда. Не вес машины, а её скорость создавала волну, из-за которой уходили под лёд грузовики. Учёные Ленинградского физтеха изучили, как деформируется лёд, как изнашивается. В результате зенитки ставили на намороженные и армированные участки.

Невзирая на эти титанические усилия и увеличение объёмов поставок в осаждённом Ленинграде в январе 1942 года умерло 101 500 человек, а в феврале 107 000 человек. Только в марте смертность стала резко снижаться. Массовая гибель в январе-феврале - результат накопленного эффекта голода за ноябрь-декабрь, когда нормы оказались самыми низкими, а все личные запасы съедены. Немалую роль в этом ужасе массовой гибели людей сыграла аномально холодная и снежная зима 1941/1942 годов. В некоторые дни столбик термометра опускался до минус 32 градуса по Цельсию. Ленинградцев капиталисты лишили отопления и электричества в домах. Чтобы согреться, жители топили печки-буржуйки. Из-за отсутствия дров в них сжигали всё, что имелось в квартирах: мебель, вещи, книги, паркет, двери...

Никакие потери на Волховском фронте не шли в сравнение с жертвами ленинградцев, ведь февральские 107 000 погибших ленинградцев - это больше чем две такие группировки как 2-я Ударная армия. Поэтому так торопила Ставка ВГК Мерецкова и Клыкова. Поэтому всех держал в напряжении неистовый Мехлис. Требовалось испробовать все возможности. Поэтому безо всякого перерыва продолжалось наступление, начатое у Тихвина, поэтому приказ войскам Волховского фронта 7 января 1942 года требовал совместно с войсками Ленинградского фронта окружить и уничтожить оккупантов. Очень жаль, что ополовиненный к концу 1941 года Wehrmacht, пополняемый и снабжаемый всей Европой, так быстро получил новое вооружение, амуницию и пушечное мясо.

После наступления дивизий Сланова, Окулича и Антюфеева на Любань в конце февраля, проводившегося с ходу и безо всякой подготовки и от того потерпевшего неудачу, 2-я Ударная армия не остановилась. Безо всякой паузы началось новое наступление через 'линию Линдеманна' на Любань. Связи с окружёнными частями 80-й кавдивизии и окружёнными частями 46-й и 327-й стрелковых дивизий не имелось, но новое наступление в любом случае вело к обеспечению их выхода из окружения:

Загрохотала артиллерия. Ударные группы двинулись вперёд к Красной Горке. Особую тревогу по-прежнему вызывало слабое обеспечение огневых взводов артиллерии средствами тяги. Выручали пехотинцы: они плечом к плечу шли с орудийными расчётами и часто перекатывали пушки вручную. Если же поблизости оказывались танкисты, получалось ещё лучше - танки брали орудие на буксир, а расчёты усаживались на броню.

В ходе ожесточённого боя, уничтожая фанатично обороняющихся эсесовцев, части 22-й стрелковой бригады, один стрелковый полк 46-й стрелковой дивизии, полк 'антюфеевцев' прорвали 'линию Линдеманна' у железной дороги Веймарн - Чудово и подошли к опорному пункту в деревне Красная Горка с юга и юго-запада на 1000 метров, а с востока на 200 метров. При этом части 53-й и 58-й стрелковых бригад в 3,5 километрах юго-западнее зашли группировке эсесовцев на 'линии Линдеманна' в тыл. Началось истребление. II батальон 3-го полка SS Polizei-Division разрезало пополам. Он потерял половину солдат и рассеялся по лесу. Попавших здесь в окружение гитлеровцев уничтожили.

В район Озерья к зоне этих боёв подошли головные части 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии, артполк РГК и один дивизион большой мощности с 203-миллиметровыми гаубицами Б-4. В условиях бездорожья и активных действий Luftwaffe - это нетривиальная задача. Войска проводили перегруппировку, шло накопление боеприпасов для новых наступательных боёв за Любань, подтягивалась на Волховский фронт 1-я Ударная авиагруппа Резерва Верховного Главнокомандования.

Тем же утром части 267-й стрелковой дивизии на западном фасе 'Волховского рукава' сосредоточились в лесу в 3 километрах юго-западнее Сенной Керести и атаковали южные населённые пункты Ольховских Хуторов. Выбить оттуда оккупантов не получилось, но в ходе атаки, когда удалось вскрыть систему обороны и обнаружили себя пулемётные точки, артиллерийские и миномётные позиции фашистов, советская полковая артиллерия с дивизионным артполком их сильно проредили.

На западном фасе 'Волховского рукава' части 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии, вышедшие из окружения у Померанье, снова перерезали путь снабжения от Глушицы на Сенную Кересть. Командир 'группы Хёнике' погнал своих солдат в бой для восстановления коммуникаций между этими опорными пунктами. Бои в районе болота Гажьи Сопки - Глушица - Приютино обошлись оккупантами в 265 убитых и 50 обмороженных, не считая раненых.

Член Ставки Верховного Главнокомандования маршал Советского Союза Ворошилов некоторое время ещё находился в кавкорпусе Гусева. Ехал с кавалеристами на лошади в конном строю. Беседовал с бойцами и командирами, которые жаловались на нехватку танков, авиации, снарядов, на усталость. Ворошилов обещал авиацию, ободрял, призывал, а где необходимо, требовал, подгонял. С ним находились комфронта Мерецков и начальник артиллерии Таранович.

Уже полгода дивизии и бригады Волховского фронта почти беспрерывно вели тяжёлые бои. Ватные брюки, шапки-ушанки, серые шинели у многих пробиты пулями, как и каски, покрыты желтовато-бурыми подпалинами, оставшимися на память от походных костров. Многие третью неделю круглосуточно и бессменно находились под открытым небом, на свирепом морозе. Переходы, стремительные броски, атаки... Бомбёжки и артиллерийско-миномётные обстрелы... Спали красноармейцы урывками в наскоро сооружённых шалашах или дремали на ходу, положив руку на плечо идущего впереди товарища. Глаза у бойцов от длительного недосыпания и студёного ветра воспалённые, лица от морозов красновато-смуглые, как у северян-оленеводов. Губы распухли, потрескались и кровоточат, как у оставшихся в живых альпинисты после восхождения на Джомолунгму...

Ворошилов уехал в Ставку с полными пониманием создавшейся у Любани обстановки. Битва разворачивалась на его глазах: тяжелейшие бои в тылу группы армий 'Север', постоянные авианалёты, сильнейшие морозы, труднейшие условия местности, большие потери больными, обмороженными, ранеными, убитым с начала года, исчерпание боеприпасов, продовольствия, падёж конского состава. Фронт армии Клыкова растянулся по периметру на 200 километров. Кое-где, как у Тёсово или Дымно, оборону держали совсем мизерные силы, а численность оккупантов всё время возрастала. Из-за сильнейшего сопротивления 18-й и 16-й полевых армий Линдеманна и Буша соседи Клыкова по Волховскому фронту продвинуться на Новгородском и Чудовском направлениях не могли. 2-я Ударная армия оказалось как бы в тылу врага, без резервов, ведя сложную борьбу - одновременно наступая и обороняясь.

Генерала Привалова, командовавшего войсками в сражении за Любань, маршал Советского Союза забрал с собой. Привалов и Гусев неплохо справились с организацией очень непростой наступательной операции с открытыми флангами, проигрывая врагу в численности, танках, возможностях снабжения. Любань Привалов и Гусев не взяли из-за явно малых сил, трижды попавших в окружение, но частью уже вышедших к своим. Оставшиеся в окружении войска имели неплохие шансы для прорыва.

В очень похожей ситуации командующий 33-й армией Ефремов, наступая с юга на Вязьму, попал 3 февраля тремя передовыми дивизиями своей армии в окружение. Окружение уже давно стало обыденностью на маневренной войне, и при умелых действиях катастрофой не являлось, но Ефремов растерялся, утратил контроль за ситуацией. Главное - осуществляя прорыв к Вязьме, Ефремов не удосужился доставить в передовую группу войск главную ударную силу своей армии - артиллерию крупного калибра: 152-миллиметровые гаубицы-пушки 'Емеля' и 122-миллиметровые гаубицы 'Матушка'. Только они могли уничтожать опорные пункты на пути Ефремова к Вязьме и помочь взять её, окружив часть группы армий 'Центр'. Только этот артиллерийской козырь мог потом в его тылу уничтожить опорные пункты оккупантов, когда они там вновь оказались. Ефремов без тяжёлой артиллерии, которую он не доставил к острию прорыва, не смог взять опорные пункты в деревнях на пути к Вязьме, а будучи окружённым, без тяжёлой артиллерии не смог уничтожить опорные пункты оккупантов в своём тылу и восстановить коммуникации. Он день за днём губил три свои дивизии :

Привалов с Гусевым под Любанью действовали более грамотно. Артиллерийским кулаком из 'Емелей', 'Матушек' и 'Катюш' 18-го артполка РГК, 393-го артполка, 31-го гвардейского миномётного полка они сначала взломали оборону у деревни Красная Горка, а затем обеспечили выход дивизий из окружения. Ворошилов решил, что Привалова можно подучить в военной академии имени Фрунзе и использовать на более высоких должностях.

Туманным утром 2 марта продолжилось наступление на Любань в районе опорного пункта оккупантов в деревне Красная Горка. Температура минус 10 градусов Цельсия. После того, как передовая группа 53-й 'саратовской' стрелковой бригады генерала Гаврилова перерезала грунтовку Глубочка - Красная Горка, чтобы разорвать кольцо окружения войск, находящихся севернее, из Красной Горки эсэсовцы вывели танки Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV и начали контратаку.

Очень скоро I батальон 1-го полка SS Polizei-Division оказался под сильнейшим миномётным обстрелом. Вчера по дороге в 'крепость' Спасскую Полисть его развернули ночью прямо в грузовиках и повезли из 'Волховского рукава' к Любани. У Сустье-Полянка эсэсовцы выгрузились и отправились к Красной Горке пешком. Первый же обстрел - и 90 оккупантов навсегда легли оскалом снег и с ними их командир майор Мирш. Тем не менее 'саратовцам' пришлось отступать к железной дороге и подтягивать 'сорокопятки'.

Части 4-тысячной 80-й кавдивизии Сланова, отрезанные от тыла пять дней назад, продолжали оставаться в треугольнике: посёлок Болотница, Варваринский, Кирково, лесопарк Соколов Ручей без продовольствия и фуража. Бойцам разрешили к убою конский состав. 15 человек больны от истощения. Для ориентации самолётов с продовольствием разложили 4 костра прямоугольником 25 х 100 метров.

ВВС Волховского фронта на Любанском направлении при штурмовках действовали с трудом. На земле войска перемешались. Даже при хорошей погоде непросто разобрать, где свои, а где чужие. Зачастую основным признаком принадлежности войск являлся ведущийся огонь. Кто по тебе стреляет, тот и противник. Конечно, это не очень надёжный ориентир.

Тем же туманным днём 9 штурмовиков Ил-2 и 8 прикрывающих их истребителей ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка подполковника Дрозда, только что прибывшего с переформирования на свой оперативный аэродром в 20 километрах севернее Будогощи, вылетели для штурмовки позиций тяжёлой артиллерии у деревни Коркино, мешающей действиям кавалерии на Любанском направлении.

Пересекли линию фронта севернее Киришей и двинулись в район южнее Любани. Детальная ориентировка затруднена. Курс по железным и шоссейным дорогам. По мере продвижения облачность и приподнявшийся туман прижали группу из 17 машин к земле. При выходе штурмовиков к цели - дивизиону тяжёлой артиллерии на окраине деревни Коркино, орудия не обнаружены, только изрытое воронками поле и чёрные конусы пороховой гари там, где стали орудия. Они сменили позицию. После 10 минут поисков под обстрелом с земли, штурмовики пошли к запасной цели - колонне войск на дороге со стороны Луги на Новгород через Люболяды. Чтобы не проскочить цель на безориентированной местности, вышли на реку Волхов восточнее Новгорода.

На подходе к Волхову низкая облачность оборвалась. Ясное небо, зенитный огонь и истребители Luftwaffe. Разворот и снова в облака. Пошли над шоссе Новгород - Луга навстречу колонне. Не доходя до Люболяд увидели 3-километровую колонну артиллерии и грузовиков. Первая атака - внезапная с ходу. Сброшены бомбы и выпущенные реактивные снаряды. Колонна начала расползаться с дороги. В её середине и хвосте вспыхнули около десятка грузовиков. Как горох во все стороны покатились фрицы. Ориентируясь по пожару, штурмовики сделали второй заход. На третьем стали расстреливать возникшую плотную пробку из пушек и пулемётов. На выходе из атаки самоходные зенитки уже открыли огонь. Но поздно - колонна разгромлена. Горят и взрываются грузовики, обочины усеяны трупами, опрокинутыми орудиями, прицепами, мотоциклами и легковыми вездеходами. Ведущий Ил-2 плавно развернулся и взял курс на восток...

Пока Линдеманн стягивал все свободные силы к Любани для поддержки 'группы Эндрес', героическая 111-я 'архангельская' стрелковая дивизия Рогинского снова перерезала вторую из двух коммуникаций гитлеровцев 'Волховского рукава' - дорогу Сенная Кересть - Глушица. В лесах западнее Спасской Полисти уничтожено около 200 оккупантов. Таким образом 'группа Хеннике' разрезана. Головной полк 'архангельцев' по руслу Керести приблизился на 1,5 километра к Корпово. От Корпово до Чудово всего 4 километра. Подлецам удалось отрезать этот передовой стрелковый полк сильной атакой с танками от основных сил, но они этим себе только сделали хуже, тем более, что дорогу это не разблокировало.

Командующий 18-й полевой армией Линдеманн в этот день в штаб-квартире Гитлера доложил очередной, 5-й по счёту план по окружению прорвавшихся в тыл группы армий 'Север' войск 2-й Ударной армии. Присутствовал Гальдер, его адъютант-писатель Мюллер-Гиллебранд, командующий группой армий 'Север' фон Кюхлер, члены штабов OKW, ОКH, OKL, командующие армейских корпусов - вся преступная верхушка осаждающей Ленинград капиталистической орды под названием Wehrmacht. Никак не хотели оккупанты по добру по здорову уходить с чужой земли.

Решение подлецов, ставшее стандартным со времён окружения опорных пунктов Мостки и Люблино Поле, предусматривало продление 'Волховского рукава' на юг до путей снабжения Клыкова. Здесь Wehrmacht опять решил взять на вооружения тактику и стратегию Красной Армии - наступать вне дорог, по лесам. Разрекламированный на весь мир немецкий 'Blitzkrieg' - мчаться на всех парах по шоссе к своей цели в тылу противника без внимания к флангам, в данном случае по направлению Ленинградского шоссе между Чудово и Новгородом - похоронила Красная Армия, закрыла эту страницу в истории военного искусства.

План завоевателей прост: разросшийся на юг как раковая клетка 'Волховский рукав' сначала перекрывает дорогу Ямно - Мостки - Ольховка, а затем при помощи 58-й пехотной дивизии и 20-й моторизованной дивизии перекрывает просеки с дорогами снабжения от Мясного Бора до Новой Керести. Для продления 'Волховского рукава' на юг в духе осады полевых крепостей Первой Мировой войны следовало внутри 'Волховского рукава' построить в лесу от Большого Опочивалово к опорному пункту 'Паук' и далее к 'большой поляне', баракам и опорному пункту 'Острие' железную дорогу для перевозки войск, артиллерии, боеприпасов, снаряжения, стройматериалов, вывозки трупов и раненых. Гитлеру план в духе Первой Мировой войны понравился. Он пообещал выделить 1500-килограммовые бомбы, чтобы бомбить лес и просеки.

Пока оккупанты судили да рядили как расширить 'Волховский рукав', штурмовые группы 1252-го стрелкового полка 377-й стрелковой дивизии Цаликова, наступая с востока, при поддержке артиллерии 92-й стрелковой дивизии, в боях за Трегубово перерезали шоссе в 'Волховском рукаве' западнее Михалёво. С запада 'Волховского рукава' 267-я стрелковая дивизия Зеленкова, действуя против частей 61-й пехотной дивизии, разгромила и отбросила три её батальона от укреплений вдоль дороги Ольховка - Спасская Полисть и продвинулась юго-восточнее Ольховки. Взяты трофеи: два танка Pz.Kpfw.II и один французский Hotchkiss H35, две 105-миллиметровые гаубицы leFH 18, 35 пулемётов, 180 винтовок, 3000 мин, 250 000 патронов, 60 лошадей, французский тягач Unic Р 107В, две полевые кухни, продовольствие. Разгром:

Luftwaffe над лесами у Волхова и у переправ, получив численное преимущество, теперь неистовствовало. У деревни Мясной Бор у начала лесной 'дороги жизни' Клыкова наибольшая нагрузку по срыву авианалётов легла на 461-й отдельный зенитный артдивизион Резерва Главнокомандования. 1-я батарея занимала позиции как раз между совхозом 'Красный ударник' и деревней Мясной Бор перед восточным входом на просеку дороги снабжения.

Для того, чтобы сбить накал авианалётов, пять Пе-2 и три истребителя МиГ-3 сбросили две 250-килограммовые бомбы и 25 осколочных 10-килограммовых бомб на аэродром в Коростовичах. В основном с этого аэродрома Luftwaffe совершали вылеты для авиаударов по войскам 2-й Ударной Армии на южном участке прорыва. На земле удалось подбить сразу 4 бомбардировщика Ju 88 и Ju 87 из эскадр 5.(F)/122, III./StG1 и II./StG2. Уничтожено 2 и повреждено 4 грузовика, тягач, две автомашины авиаремонтной мастерской.

Уже несколько дней вели боевую работу Пе-2 из прибывшего на Волховский фронт 771-го бомбардировочного авиаполка майора Киселёва. До начала войны авиаполк с бомбардировщиками СБ базировался в Красноярске и имел 30-й номер. С августа по ноябрь 1941 года он сражался на Московском направлении, одновременно перевооружаясь на Пе-2. Затем отправился в район Тихвина, где совершил 335 боевых вылетов, уничтожил 45 автомашин, 110 зданий, 12 артбатарей, 4 отдельных орудия, 10 складов с боеприпасами, 1330 оккупантов, сбил 5 самолётов. Авиаполк Киселёва теперь входил в 1-ю ударную авиагруппу резерва Ставки Верховного Главнокомандования под командованием генерала Мичугина. В оперативном отношении подчинялся командующему ВВС Волховского фронта Журавлёву. Лётчики Киселёва летали много, сосредоточившись на бомбёжке оккупантов южнее Любани. Каждый день по 30-40 самолёто-вылетов...

Созданный накануне войны скоростной бомбардировщик Пе-2 - 'пешка', как его шутливо называли лётчики, на линии огня превращался в ферзя. Он имел высокую скорость - до 540 километров в час, отличную маневренность, крупнокалиберные пулемёты на каждого члена экипажа, новейшие средства навигации. Этот ферзь обладал устойчивостью при пикировании, чем достигалась высокая меткость бомбовых ударов, мог брать до 1000 килограммов бомб. Экипаж защищали бронелисты и сиденья. Лётчики Журавлёва бомбили боевые порядки, ДЗОТы, блиндажи, артбатареи на переднем крае и в глубине.

3 марта утром в 4:00 после очень сильной артподготовки и налёта Ил-2 советские части атаковали опорные пункты Пятилипы и Гузи на северном фасе зоны прорыва армии Клыкова в тыл группы армия 'Север'. Из деревень доносился характерный гортанные говор, крики голландцев, лающие голоса немцев. Тепло и вольготно устроились тут голландские холуи Гитлера. В каждой избе на столах и в шкафах в изобилии всевозможные продукты, до шоколада включительно. Немецкий шнапс и французское шампанское доставлялись им немецким снабжением аккуратно и в достаточном количестве. По батальону из SS Freiwilligen 'Legion Nederland' советская тяжёлая артиллерия выпустила 200 снарядов. Туда же упали 120 снарядов лёгкого калибра, и по 100 выстрелов из миномётов и 'сорокопяток'. Заработали 'Максимы', СВТ и ПТРД. Освободить Пятилипы и Гузи не удался, но 260 голландцев закончили насиловать русскую землю.

'Бригада Шайдиса' и 'группа Кольберга' на западном фасе северной части 'Волховского рукава', напрягая все силы, отбили дорогу Сенной Кересть - Глушица. Им удалось оттеснить отрезанный передовой полк 'архангельцев' севернее. Остатки III батальона 3-го полка SS Polizei-Division после этих боёв пришлось отвести в тыл, чтобы сохранить хотя бы офицерский и унтер-офицерский костяк. Им на смену для удержания обороны между деревней Глушица и рекой Кересть прибыла рота 193-го противотанкового дивизиона, 2-я батарея 207-го артполка и 8-я батарея 215-го артполка. На полевой аэродром по воздуху доставили подразделения полевого запасного батальона и 101-й дегазационный дивизион. Химическую войну Гитлер начать пока так и не решился, напуганный мощью советских химических войск, так что свои химические части решил отправить под нож.

191-я 'ленинградская' стрелковая дивизия Коркина, которую фашистские пропагандисты и контрразведчики назвали в своих листовках 'дивизией людоедов' и объявили погибшей в окружении у Померанье в конце прошлого месяца, атаковала опорный пункт в деревне Дубовое. 'Группа Томашки, состоящая из частей 11-й и 21-й пехотных дивизий, не выдержала удара и очистила часть опорного пункта. Четыре ударные группы по 100 отважных 'ленинградцев' в районе опорных пунктов Дубовое и Червинская Лука ушли в тыл оккупантов. Они перехватили дорогу Червинская Лука - Ручьи и Червинская Лука - Малая Бронница. Уничтожены 12 грузовиков и 8 повозок с грузами, убито более 100 оккупантов.

Тем временем в районе станции Померанье уже 6 суток блуждал по вражеским тылам штаб бывшего комдива-191 Старунина. Не имея возможности выйти к своим через 'линию Линдеманна', Старунин раз за разом уходил от разведгрупп оккупантов. Командир комендантской роты с пятью бойцами перешёл линию фронта и сообщил генералу Иванову, сменившего генерала Привалова, о местоположении Старунина, но Иванов не смог помочь им. Он даже уже назначил нового комдива-191. Инициатива Привалова и Старунина по прорыву к железной дороге Ленинград - Чудово закончилась трагично - штаб Старунина и сам комдив пропали без вести. Они могли и не погибнуть, а натурализоваться на оккупированной территории по подложными документам, потом перейти линию фронта в каком-либо другом месте порознь, примкнуть к партизанам. Однако Старунин и его комиссар являлись заметными фигурами, которые непременно всплыли хоть в плену, хоть у партизан. Если этого не произошло, то они скорее всего погибли.

К исходу 3 марта в районе расположения окружённой под Любанью дивизии Сланова и полка 'воронежцев' Антюфеева подготовлена ночная посадочная площадка для доставки продуктов самолётами У-2, а также место для сброса продуктов и фуража с транспортных самолётов ТБ-3.

Раннее утро следующего дня на Любанском направлении... Затихла перестрелка. На короткое время умолкли миномёты, пулемёты и автоматы. Стал слышен разговор деревьев. За день мартовское солнце нагрело деревья, особенно с южной стороны. Ночью, под утро, стужа принялась опять леденить их. И вот сучки щелкают, а стволы стреляют:

- Т-тик!.. Т-ток!.. Т-тук!.. Т-тах!..

Слова этого разговора похожи на лёгкий щелчок, глухой взрыв мины или снаряда. Самые болтушки - ели, они чаще всех остальных перекликаются между собой. Самая молчаливая - ольха.

Сегодня всё как всегда. У деревни Красная Горка и на коммуникациях гитлеровцы продолжили беспрерывные пьяные и кровавые для себя атаки на окружённую группу Сланова, а также на 46-ю 'новгородскую' стрелковую дивизию по 'линии Линдеманна'. Окруженцам тяжело. Но всё говорят об одном и том же. Ленинградцам очень трудно. Ленинградцы в огненном кольце. Ленинградцы на голодном пайке. Ленинградцы ежедневно умирают сотнями, но держатся, героически сражаются. Нужно как можно скорее перерезать смертельную петлю, которой фашисты пытаются удушить Ленинград...

Советские истребители из-за большой удалённости зоны боёв от базовых аэродромов не могли обеспечить постоянное прикрытие войск у Красной Горки. Luftwaffe это использовало и в имеющихся паузах действовало активно и нагло. Лётчики Волховского фронта ежедневно наносили немалый урон авиации оккупантов. Воздушные бои, как правило, заканчивались в пользу советских героев: потери фашисты несли значительно больше, чем советские ВВС. Но как бы ни были активны истребители Журавлёва, они не имели физической возможности прикрыть с воздуха кади батальон и каждый полк.

Вот и в это утро Ju 87 заходили в пикирование с востока на подразделения 40-го сапёрного батальона 'новгородцев'. Сержант Брянцев, только что вернувшийся в строй после второго ранения, стоял около ДЗОТа у внешней площадки для стрельбы. Рядом батальонный 'особист' Проскурин. Ему лет под сорок, добродушный, вечно с лёгкой усмешкой.

Стервятники отбомбились и пошли с воем на другой заход. У сержанта наготове пулемет ДП. Патроны подобраны через один трассирующие, бронебойные, зажигательные. Брянцев крикнул 'особисту':

- Дмитрий Антонович, подставляйте плечо, давайте собьём, на пару 'лапотника'!

Тот подставил плечо. Сержант дал с него длинную трассирующую очередь впереди замыкающего Ju 87. И тот точно влетел в эту очередь. Мотор стервятника заглох. Пикировщик отвалил влево, планируя к деревне Верховье, но не дотянул, сел в лес, то есть превратился в металлолом: Вот тебе, товарищ Брянцев, и орден Красной Звезды как с куста!

Наземным войскам часто приходилось положиться на собственные зенитки, крупнокалиберные ДШК, трофейные пулемёты и огонь ручного стрелкового оружия. Советская пехота даже без своего истребительного прикрытия никогда не являлась безответной жертвой. В Красной Армии применение ручного стрелкового оружия против Luftwaffe имело широкий размах. Если Wehrmacht состоял из солдат, которые немедленно рассыпались по местности и старались переждать авиаудар в укрытиях, красноармейцы чаще всего действовали ровно наоборот.

Уже 28 июля 1941 года начштаба группы армий 'Юг' генерал пехоты фон Зоденштерн констатировал ослабление сил 4-го Воздушного флота Luftwaffe, в том числе из-за огня советской пехоты из стрелкового оружия: 'Все экипажи единодушно заявляют, что русские при появлении наших самолётов мгновенно покидают автомашины, ложатся на спину и открывают огонь из всех имеющихся в их распоряжении огневых средств. Если при этом не фиксируется немедленного падения машины, то часто они возвращаются на свои аэродромы, в лучшем случае, с 50-70 пробоинами, что приводит к их выходу из строя на несколько дней. В худшем случае самолёты совершают вынужденную посадку, где подолгу ожидают эвакуации, связанной, как правило, с большими трудностями - если вообще осуществимой'.

Большая часть потерянных от огня ручного оружия самолётов Luftwaffe проходили по категории 'пропавшие без вести'. Обер-квартирмейстер Luftwaffe потери от ружейно-пулемётного огня советской пехоты записывал как из-за 'обстрела с земли', 'от огня пехотного оружия', 'от пулемётного огня', 'воздействие противника', 'в ходе боевого вылета'.

Волховский фронт не являлся исключением. При помощи винтовок, пулемётов и даже автоматов на Волховском фронте 92-я 'дальневосточная' стрелковая дивизия Ларичева за короткий срок сбила 62 самолёта, 65-я 'дальневосточная' стрелковая дивизия Кошевого сбила 25 самолётов, 259-я 'серпуховская' стрелковая дивизии воинов-чекистов Лапшова сбила 21 самолёт и так далее. Количество повреждений, нанесённых самолетам Келлера не поддавалось учёту. На других участках советско-германского фронта советская пехота тоже не давала себя в обиду. Так 10-я гвардейская стрелковая дивизия Худадова в Заполярье сбила за короткий срок 21 самолёт.

1-й Воздушный флот Келлера запретил своим лётчикам с февраля действовать на малых высотах, поскольку в некоторых авиачастях штурмовиков Ju 87 потери от ружейно-пулемётного огня достигли 60 процентов, превышая потери от ВВС Волховского фронта. Столь высокие показатели порадовали, но и удивили Генштаб Красной Армии. Специальная комиссия начала изучение опыта 65, 92, 259-й стрелковых дивизии Волховского фронта, чтобы распространить его по остальным войскам. Секрет побед пехоты над Luftwaffe заключался в том, что в войсках соорудили из подручных материалов подставки, разного рода треноги, подпорки и зенитные прицелы для стрелков из противотанковых ружей и создали группы зенитчиков с ПТР до 20 ружей. Бронебойно-зажигательный патрон Б-32 твердосплавным металлокерамическим сердечником калибра 14,5 миллиметра от ПТРД легко разбивал авиационный двигатель, прошивал самолёт насквозь, разрушал вооружение, топливные баки, подрывал бомбы. Нередко переделывались лафеты от зенитных пулемётов, вышедших из строя. Особой популярностью пользовались колёса от телег, установленные на вертикальную ось. Этот же патрон имели уникальные пулемёты ДШК, которые также имелись в дивизиях применялись против самолётов.

Обстрел самолётов из личного стрелкового оружия - это для отважных и смелых бойцов. Кавалеристы соскакивали с лошадей, клали винтовки на сёдла и стреляли по атакующим самолётам, которые снижались для атаки. Пехотинцы ложились на спину и стреляли по цели в воздухе. Они старались попасть в лётчика или мотор. Естественно, что бойцы, которые били танки подлецов, подпустив их на близкое расстояние, не терялись и при авианалёте, и точно так же били в упор несущиеся на них с огромной скоростью самолёты. Чаще всего самолёт сбивался при ведении по нему группового огня из винтовок и пулемётов. Имелось много случаев, когда удавалось сбить самолёт огнём из отдельной винтовки и даже автомата.

Стрельба по быстродвижущейся цели требовала навыков и знаний. Правила эти несложны и их легко заучивались. Требовалось знать, какое брать упреждение при стрельбе по тому или другому типу самолёта. На этот счёт бойцы Красной Армии имели памятку со всеми подробностями как вести огонь по низко летящим целям. Когда самолёт идёт на бреющем полёте над лесом, он находится в зоне обстрела считанные секунды. Это как охота на утку, например, на другую птицу. Важно, чтобы стрелок, пулемётчик умел мгновенно прицелиться и открыть огонь, как бы ни внезапно было появление цели. Стрельба навскидку. Основа в этом виде противовоздушной обороны - постоянная готовность оружия к открытию огня и дежурство хорошо натренированных наблюдателей, предупреждающих о приближении самолётов.

Пехота отражала нападение самолётов на марше, в бою с наземными силами подлецов. Опыт показал, что каждая часть и каждое подразделение может своими силами поражать самолёты. Тот командир, который не использовал полностью свои огневые средства для отражения атак с воздуха, совершал преступление. Даже если не удавалось сбить самолёт, огонь винтовок и пулемётов наносил ему повреждения, снижал его боевые качества, заставлял лётчика нервничать, подниматься выше, снижая эффективность своих действий...

Стреляли в основном по пикирующим бомбардировщикам Ju 87, Ju 88, но доставалось и Bf 109, когда они штурмовали позиции пехоты. Высота небольшая, фронтальная проекция. Пули попадали в двигатель, фонарь, крылья. За сбитый самолёт давалась премия, а пехотинца могли ещё и наградить. Поэтому все сообщения проверяли категорически тщательно, тем более, что низколетящие цели падали неподалёку и пехоте доставались и обломки и документы.

Сбивали даже одним выстрелом из винтовки. Два снайпера имели по два самолёта на личном счету. Один из них бурят Етобаев. Снайпер убил лётчика бомбардировщика He 111 и неуправляемый самолёт рухнул за линией фронта. Ему не поверили, и пришлось повторно продемонстрировать мастерство в присутствии чинов из штаба. При проверке он сбил Ju 87. Самолёты снайперу как вишенка на торте, основное - пехота - он убил 356 проклятых извергов.

В боях под Красной Горкой и Любанью, начиная со 2 марта, Wehrmacht использовал 5 свежих армейских батальонов, 4 батальона эсэсовцев, 540-й штрафной батальон 'испытательного срока'. Активно действовали на советских коммуникациях группы финских лыжников. Советская оборона и атака в основном держалась на артиллерии. Подтянулись, наконец, тылы, и в ротах на передовой появились печки-'буржуйки'. Сибиряки и уральцы быстро приспособились к обстановке: ложились спать в отрытые в снегу просторные ямы, сверху закрываемые плащ-палатками. В центре ям устанавливалась 'буржуйка' с выведенной наружу трубой, а бойцы и командиры укладывались вдоль стенки по кольцу на подстилку из душистой хвои. У печки - дежурный. Бойцы стали высыпаться в любой мороз, не рискуя замерзнуть, сжечь обмундирование и не обнаруживая себя с воздуха.

Обзавелись и землянками. Входили в землянку только согнувшись. В землянке очень тесно, она чаще всего не отапливалась. Холодно, темно. Днём свет проникал только через открытую дверь. Но только фронтовик знал цену такой землянке. Если она у тебя есть - большое счастье. Землянки спасали не только от холода и непогоды, но и от осколков снарядов, мин, бомб. Не от прямого попадания, конечно. Но если нет дыма от землянки, её в лесу не видно.

Вот и полковой медицинский пункт ПМП 941-й артполка 372-й стрелковой дивизии Антюфеева располагался в двух землянках. В одной с левой стороны на хвойных ветках, прикрытых старенькими одеялами, лежали больные бойцы в шинелях, шапках и ботинках. В правом углу маленький столик на четырёх жердочках, накрытый простынёй. На столике медикаменты: флаконы с раствором риваноля, спиртом, настойкой йода, тут же стерилизатор со шприцами, иглами и пинцетами, ножницы большие и маленькие, перевязочный материал. Рядом на земляном полу стояли шины. Около землянки носилки. Вечером и ночью во время приёма раненых и больных землянка освещалась плошкой, заполненной жиром, в котором плавал и коптил фитилёк. В другой землянке размещались полковой врач Егорова, старший врач Дудников, военфельдшер, санинструктор и два санитара...

Вот принесли тяжелораненого... Попытались внести на носилках в землянку. Но носилки не вместились, один конец оставался за дверью. Так и оказывали помощь, не снимая раненого с носилок. Фельдшер заполнила на раненого карточку передового района, и пострадавшего отправили далее в медико-санитарный батальон. Кроме всего полковой врач регулярно посещал дивизионы и батареи, где проверял санитарное состояние походных кухонь, осматривал поваров, делал прививки, проводил профосмотры.

Подразделения 267-й стрелковой дивизии Потапова из района западнее Глушицы атаковали Корпово-2, пытаясь развить наступление на Чудово под основание 'Волховского рукава'. Потапову приходилось большую часть сил задействовать на охрану своих сильно растянутых коммуникаций и поэтому передовые части, во-первых, не имели нужной пробивной силы, во-вторых, не могли рассчитывать на то, чтобы удержать захваченный район в случае серьёзного контрнаступления. Но пока из-за удалённости от дорог, наступление Потапова хотя и медленно, но развивалось.

ВВС Волховского фронта вносили посильную помощь в битве за Любань. Значительная часть авиации Журавлёв перевёл на лыжи, чем повысил её возможности базирования максимально близко к линии фронта. Стали быстрее поступать самолёты из ремонтных мастерских - за месяц ремонтники отремонтировали самолёты более 300 раз! Бомбардировщики Пе-2 из поредевшего 10-й бомбардировочного авиаполка Остапчика, 121-го бомбардировочный авиаполка Дояра действовали теперь со средних высот, наносили удары не по площади, а с нескольких заходов по конкретным объектам - 'по-штурмовому'. При том же эффекте достигалась хорошая экономия боеприпасов.

Пока ударная группировка армии Клыкова вела сражение за Любань, снабжение осуществлялось с Волховского плацдарма через горловину между опорными пунктами Спасская Полисть и Тютицы, расстояние между которыми 24 километра. Пригодными для снабжения являлась дорога от Волхова через Мостки на Ольховку и дороги через просеки западнее деревни Мясной Бор в направлении Новой Керести, Кречно. Дорога через Мостки приходила всего в 4 километрах от укрепрайона оккупантов Спасская Полисть, а просеки на Кречно через Мясной Бор в 11 километрах от опорного пункта оккупантов Тютицы.

Эти дороги требовалось защищать как зеницу ока. Гитлеровцы, угрожающие перекрыть линии снабжения Клыкова, сами сидели в узком и весьма уязвимом выступе своего фронта 'Волховский рукав': Спасская Полисть - Трегубово - Большое Опочивалово. Этот аппендикс фронта имел длину 25 и ширину 3-4 километра вдоль железной дороги Чудово - Новгород и параллельного ей шоссе. Коммуникации 'Волховского рукава' раз за разом оказывались под ударами Волховского фронта то с востока, то с запада. Гитлеровцы обороняли 'Волховский рукав' не считаясь с потерями. Только сохранение этого укрепрайона давало возможность рассчитывать на восстановление линии обороны по Волхову.

Напичканный войскам группы армий 'Север' неподвижный аппендикс 'Волховского рукава' представлял собой отличную мишень для артиллерии и авиации. Советская артиллерия, миномёты и пулемёты непрерывно обстреливали выступ, авиация бомбила днём и ночью, туда постоянно врывались советские ударные группы и просачивались разведчики.

Батареи полков РГК били по гитлеровцам равными дивизионными очередями, ни разу не прибегая к беглому огню. Это что-то! Почти одновременно на врага падали по 36 тяжёлых 152-миллиметровых снарядов. Громадные столбы дыма и поднятой взрывами земли сливались в сплошную стену. Когда дым рассеивался, на этом месте ничего не оставалось, ни укрытий, ни оккупантов, ни былинки, только широкая полоса чёрной перепаханной земли.

Оказавшись внутри артиллерийской мясорубки части 81, 93, 96, 212-й пехотных дивизий, SS Polizei-Division, разные другие части и подразделения группы армий 'Север', зенитчики и наблюдательные службы Luftwaffe, строители 'Организации Тодта', водители и ремонтники NSKK, выдавали в сутки в общей сложности от 100 до 150 трупов на вывоз из 'Волховского рукава' солдат и до 200-300 раненых. Это в спокойные дни, когда советские войска не штурмовали и не атаковали, и не считая потерь разведгрупп.

Командир 121-й пехотной дивизии мясник Вандель придумал установить у дороги из Чудово в Трегубово огромный плакат с надписью 'Hier beginnt der Arsch der Welt!' - 'Здесь начинается задница мира!'... Это для придания нужного настроя постоянно прибывающего в 'Волховский рукав' пушечного мяса. Солдаты прозвали 'Волховский рукав' за такое творчество также 'языком Ванделя'. Никогда не любили чванливые немецкие генералы из потомственной прусской или иной аристократии своих солдат из простонародья. Ни в кайзеровской армии в Первую Мировую войну, ни в эпоху Наполеоновских войн, ни при Фридрихе Великом, ни в эпоху ландскнехтов, или ранее в рыцарских орденах крестоносцев или в империи Карла Великого. Вообще у германских племён выбрать лучшего воина и убить его у болота как жертвую Водину, чтобы он принёс хороший урожай, улов или победу, считалось правильным. 'Фрау ещё нарожают!' Не мог стать исключением и Wehrmacht, где генералы относились к своим солдатам как к мусору...

При поражении целей в укрепрайоне 'Волховский рукав' артиллерия Волховского фронта демонстрировала гибкость и умение. Начальник артиллерии 2-й Ударной армии Таранович планировал и проводил внезапные дальние огневые нападения по наиболее важным целям в ближайшей глубине обороны врага или в его тылу: штабы, узлы связи, армейские склады, аэродромы. Для корректировки огня артразведчики организовывали НП на высоких соснах или вышках. Применялись привязные аэростаты. Используя стереотрубы АСТ и большие БСТ с десятикратным увеличением, артиллерийские командиры детально изучали местность, вели разведку целей и наблюдали разрывы во время стрельбы. Они также измеряли горизонтальные и вертикальные углы, расстояния, проводили топографическую подготовку стрельбы. За первый год Великой Отечественной войны советская оптическая промышленность, созданная во время коллективизации-индустриализации, выпустила почти 12 000 стереотруб. Это царская армия не имела отечественных оптических приборов, даже прицелов, и оказалась полуслепа, в ситуации 'оптического голода' перед германской артиллерией. Красная Армия превосходила Wehrmacht по оптическим приборам в 1,7 раза. Поглазастее была, позорче, даже если сравнить количество оптических приборов в основных танках: Pz.Kpfw.III - 2 штуки и Т-34 - 8 штук. Тяжёлый советский КВ-1, уникальный для первого года войны, вообще имел 11 оптических приборов! По сравнению с ним Pz.Kpfw.III железный глухой гроб. Чтоб так слабо, капиталисты? Разворовали всё?

Наблюдатели Тарановича просматривали не только передний край обороны, но и ближайшие тылы, всю вражескую оборонительную полосу, помогая осуществлять точное поражение целей. Так 18-й артполк РГК по заданию Тарасовича подготовил и осуществил дальнее огневое нападение 'ДОН-101' с помощью гаубиц 'Емеля' для уничтожения самолётов на аэродроме в районе Апраксин Бор, который подлецы использовали для доставки резервов и снабжения 'группы Эндерс' обороняющей рубеж Кривино - Равань - высоты 47.8 - 47.9. Результат достигнут. После поражения аэродрома возник мощный очаг пожара. Авиаразведка подтвердила наличие на аэродроме большого количества обломков самолётов.

Но и стрелковые дивизии, блокирующие с трёх сторон 'Волховский рукав', не сидели без дела. С конца февраля шоссе у Трегубово для снабжения Спасской Полисти и войска оккупантов южнее неё находились под артобстрелом артиллерией 377-й стрелковой дивизии. За день в обоих направлениях здесь в среднем проходило до 45 грузовиков, 3 обоза, 20 легковых машин, 10 мотоциклов. 'Сорокопятки' били по ним прямой наводкой с востока вдоль просеки. 'Полковушки' и гаубицы вели огонь по навесной траектории по указаниям наблюдателей. Ежедневно удавалось разбивать 2-3 грузовика, 2-3 конных повозки, уничтожать по 10-12 солдат, водителей NSKK или 'хиви'. Обстрелы шоссе прекращались только при перерывах с доставкой снарядов. Гильзы сдавали обратно...

На восточном фланге Любанского направления части легендарной 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии воинов-чекистов полковника Лапшова продолжали громить оборону 61-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Хеннике. Хеннике прославился тем, что 8 декабря 1941, командуя своей дивизией и одновременно обороной Тихвина, бежал из города вопреки приказу Гитлера. Генерал-лейтенант драпал так быстро, что бросил в Тихвине 27 танков, 10 бронемашин, 42 орудия, 46 миномётов, 190 пулемётов, 102 грузовика, 2700 винтовок, 110 автоматов, 28 000 снарядов, 30 000 гранат, 17 000 тысяч мин, 210 000 патронов, продовольственные склады, базу горючего. Бегство было ужасным. Wehrmacht сполна испил чашу позора и поражения. Усталые до смерти, изнурённые как старые клячи, истекающие кровью вшивые солдаты, многие дни уже не видевшие горячей еды и замерзавшие при самом пустяковом ранении, плелись к Волхову в серых колоннах, в которых крайне редко встречалось зимнее обмундирование. Вокруг ползали и наносили ужасные удары советские танки, появлялись советские кавалеристы и россыпи лыжников. Непрестанно носились советские самолёты, словно коршуны налетали на колонны и обстрелом из бортового оружия пробивали в них всё новые и новые бреши. Wehrmacht называл это 'выравнивание фронта по приказу фон Лееба'.

Вот и пред фронтом 'серпуховчан' части Хеннике 'выравнивали фронт' до района в 2-х километрах юго-восточнее Сенной Керести. Тут Хеннике пустил в ход террор, фельджандармы расстрелял пару солдат и вся дивизия взялась за ум. За сутки бойцы Лапшова отбили 5 контратак, уложив в них более 400 оккупантов.

Пока русские, советские люди не щадя живота своего, спасали свою страну, стали возвращаться из дальних стран грачи и скворцы. Но они не нашли своих старых гнездовий. Избы сожжены, деревья спилены на землянки и бункеры. Погорельцы подолгу кружили над пепелищами и голосили на своём птичьем наречии... Потом совершали прощальный круг и улетали искать новое пристанище...

Желания капиталистической марионетки Гитлера продолжить наступление на Ленинград, сформулированные директивой OKW No.41, соединиться с финской армией на суше, перекрыть 'Дорогу жизни' по Ладожскому озеру, блокировала 2-я Ударная армия, которая глубоко вклинивалась в тыл группы армий 'Север', и желания не сбывались. Не удавалось также убить ленинградцев голодом, хотя за последний месяц стараниями Гитлера и Маннергейма от последствий боевых действий и голода погибло более 70 000 ленинградцев. Вот уж радовались капиталисты! Но Wehrmacht под Ленинградом сам оказался на грани краха, а 18-я полевая армия Линдеманна оставила настойчивые попытки перерезать 'Дорогу жизни' по Ладожскому озеру.

Пока шло наступление 2-й Ударной армии к западу от Волхова и сражение за Любань, до начала весенней распутицы ГКО организовал завоз по 'Дороге жизни' в Ленинград 300 000 тонн грузов, спас вывозом на 'Большую землю' 500 000 человек, прежде всего иждивенцев, детей. Благодаря непревзойдённой стойкости и геройским жертвам 2-й Ударной армии в Ленинграде с 11 февраля 1942 года повысились нормы снабжения: 800 граммов хлеба красноармейцам Ленинградского фронта, 500 граммов хлеба рабочим, 400 - служащим, 300 - для детей и неработающих. Из хлеба исчезли примеси. Нормы выдачи жиров, мяса, круп, сахара, овощей тоже возросли. Угроза вымирания отступила. Главное - снабжение сделалось регулярным. Продукты по карточкам стали продавать своевременно и полностью. 16 февраля голодающим ленинградцам впервые выдали качественное мясо, - мороженую говядину и баранину. С марта положенное по карточкам выдавали уже в полном объёме и постоянно! Так большевики спасали Ленинград! Осаду Ленинграда не сняли, но и 'Дорогу жизни' немцы, финны, испанцы и прочая капиталистическая нечисть не перерезали!

Войскам Клыкова до Ленинграда оставалось не более 100 километров, но у Любани героические войска остановились, исчерпав свой наступательный потенциал. Большинство советских дивизий и бригад непрерывно воевали с начала операции по разгрому фашистов под Тихвином. Много дивизий вообще воевали с июня-августа прошлого года. Некомплект личного состава во всех дивизиях колебался от 30 до 60 процентов. Оказалась утрачена значительная часть транспорта, лошадей, вооружения. Войска в сильнейшие морозы находились в тылу врага в лесисто-болотистой местности вдали от железных и шоссейных дорог.

По другую сторону от полей сражения за Любань, на юго-западном фасе зоны прорыва армии Клыкова, оккупанты уже почувствовали себя вполне уверенно. Голландские наёмники 1-го батальона гауптштурмфюрера SS Франка из SS Freiwilligen 'Legion Nederland' у Село-Гора предприняли несколько атак. Ценой больших потерь им удалось незначительно продвинуться в лесу севернее Село-Гора и по обе стороны железнодорожной линии Ленинград - Новгород. За их спинами тыловой штаб группы армий 'Север' продолжал выполнять пункты плана 'Ost' по грабежу богатств Советского Союза. Теперь капиталистов интересовали также восточные рабы. В Германию, Финляндию, Латвию, Эстонию тыловой штаб группы армий 'Север' уже отправил 16 000 человек подходящих здоровых рабов.

В ночь на 5 марта в течении нескольких часов наблюдалось многоцветное северное сияние. Оно то усиливалось, то затухало. Будто души советских воинов, павших смерть храбрых под Любанью в попытке спасти Ленинград, прощались с товарищами:

Под утро I батальон 1-го полка SS Polizei-Division, понеся за 4 дня в боях под Красной Горкой очень большие потери, отошёл для обогрева и пополнения в Коркино. Во время движения колонна эсэсовцев попала под прицельный огонь артиллерии, корректируемый наблюдателями. Несколько прямых попаданий по колонне уничтожило на месте более 20 оккупантов. Это немудрено. SS Polizei-Division формировалась и пополнялась полицейскими прямо из Германии. Хотя полицейский все служили ранее в армии и в большинство имели в армии унтер-офицерское звание, они более 20 лет находились среди штатских: ловили и убивали коммунистов, евреев и гомосексуалистов, били рабочих, охраняли концлагеря и армейских штрафников. А тут сразу лесной фронт против русских, защищающих свою землю и дело Ленина-Сталина: Те, кто раньше сражался с русскими в Первую мировую войну, помнили русских солдат как замордованную серую скотину под командой садистов-офицеров. Теперь же им пришлось иметь дело с армией свободных людей, где командир дивизии мог встать в атакующую цепь вместе со своими товарищами красноармейцами...

Через некоторое время ушёл в Коркино на второе пополнение и очередной обогрев II батальон 3-го полка SS Polizei-Division. Его место, а также часть линии обороны вдоль линии железной дороги Веймарн - Чудово, заняли 45-й и 24-й пехотный полки 21-й пехотной дивизии Шпонхаймера, а также разведбатальон этой дивизии и 127-й строительный батальон. Подходящие свежие части опять же неосмотрительно двигались довольно плотными рядами. На поляне под Красной Горкой они получали прямые попадания пушек-гаубиц 'Емеля' в маршевые группы. Каждое попадание - 8-10 трупов и втрое больше раненых.

Гитлер вновь потребовал от фон Кюхлера окружить глубоко прорвавшиеся в тыл группы армий 'Север' войска Клыкова. Но плохому танцору всё время что-то мешало: то сильный снегопад, то действия советских частей. В 'Волховский рукав' для этого дела продолжало прибывать 'пушечное мясо'. Полицейских из Германии привозили самолётами. Для воссоздания дивизии Книза по воздуху прибыли подразделения полевого запасного батальона. В подчинение 'группе Хеннике' перешла 291-я пехотная дивизия.

Не только Линдеманн снимал со спокойных участков фронта части. Мерецков по возможности поступал так же - снимал некоторые части с Волховского фронта и передавал во 2-ю Ударную армию. Так же он поступал с боеприпасами и распределением усилий ВВС. После того как Линдеманн отбил все атаки на Чудово и прочно закрепился на отсечный позиции Дымно - Залозье - 'Волховский рукав', Мерецков на этом участке перешёл к обороне, чтобы высвободить части для действий на участке Любцы - Спасская Полисть.

Так Мерецков сформировал ударную группа для нового наступления на Любань: сильно поредевшие 92, 46, 327, 259, 382-я стрелковые дивизия, 80-я кавдивизия, неполные 24-я, 53-я, 58-я, 59-я отдельные стрелковые бригады, остатки трёх лыжбатов, 11 танков 7-й гвардейской танковой бригады, из них 6 средних Т-34, 12 танков 166-го отдельного танкового батальона, из них 3 тяжёлых КВ-1, 5 средних Т-34, остальные лёгкие Т-60, а также армейские и фронтовые артиллерийские части усиления.

Пополнение, полученное Волховским фронтом, к сожалению, пришло на этот раз в основном с приграничных окраин южных Советских республик, кавказских и азиатских. Военное дело южане знали очень слабо. Скорее вредили. Если где-то на открытой местности кого-нибудь ранят, вокруг него собирается несколько его товарищей и начинают голосить. Фашисты тут-же открывали миномётный огонь. Сразу дополнительные потери. Могли попытаться положить в костёр трофейные гранаты-колотушки с деревянными рукоятками вместо дров. На посту спали, в атаку их не поднять. Хорошо, что таких присылали мало. В основном из них формировали войска для Крымского фронта Козлова, Южного фронта Малиновского, отчасти Юго-Западного фронта Тимошенко. Можно себе представить, какая из-за этого была боеспособность у этих войск...

Бойцы окружённых под Любанью 80-й кавдивизии и 1100-го стрелкового полка 327-й 'воронежской' стрелковый дивизии уже восьмые сутки буквально голодали. При этом 210-й кавполк силами половинного состава 1-го и 2-го эскадронов ежедневно отражал атаки фашистских лыжников, атакующих из района Кирково. Радиосвязь отсутствовала. От окружённых с докладом о дислокации кавалеристов и 'воронежцев', а также о крайне тяжёлом положении вышел по тылам фашистов в расположение своих войск ротный политрук Суворов.

Каждый снаряд у окруженцев на вес золота. Выручало как всегда мастерство: Вот командир 'полковушки' чётко подал команду. Расчёт проворно занял свои места. Голос сержанта звенел:

- Цель номер два, прицел... Один снаряд, огонь!

Раздался выстрел. Снаряд разорвался совсем близко от блиндажа фашистов. Последовала новая команда:

- Четыре снаряда, беглый огонь!

Полетели вверх комья земли, брёвна. Из амбразуры фашистского убежища повалил густой дым. Один из снарядов угодил внутрь. Гитлеровцы, разумеется, засекли орудие, открыли ответный огонь. Первый из их снарядов не долетел и несколько отклонился вправо. Командир орудия постарался проследить, откуда стреляют. Проследил! Синеватый дымок и облачко снежной пыли выдали хорошо замаскированную вражескую пушку.

- Огонь!

В подобных ситуациях всегда побеждает тот, у кого лучше подготовлен расчёт и крепче нервы. На этот раз с первого выстрела цель накрыть не удалось: перелёт! Не теряя драгоценных секунд, сержант сам занял место у панорамы, сам наводил орудие и вторым снарядом поразил её. Вражеского расчёта больше нет.

Сержант командует:

- На запасную!

Хорошо слаженный расчёт мигом выкатил орудие с площадки и сравнительно легко переместил на запасную позицию. И тут же подлецы обрушил на то место, где 'полковушка' только что находились, огонь целой батареи. Но поздно! Ищи ветра в поле...

Соотношение наступающей и обороняющейся сторон по пехоте будущего наступления на Любань составляло примерно 1:1, что никак не соответствовало задачам наступательной операции. Чтобы наступать при таком соотношении сил, да ещё зимой, да ещё в тылу очень сильного врага, от советских войск требовалось очень высокое боевое мастерство, боевой дух, уверенность в своих военачальниках. Главная надежда на артиллерию.

В сражениях 2-й Ударной армии выпукло проявилось преимущество стрелковых соединений Красной Армии в артиллерии. Главная ударная сила любой советской стрелковой дивизии - не стрелковые батальоны, как при царе, а полковая и дивизионная артиллерия. Прежде всего трёхбатарейные дивизионы 122-миллиметровых гаубиц образца 1938 года М-30. Гаубицу М-30 красноармейцы уважительно называли 'Матушкой'. Лучше её уже ничего не могло быть.

Это современное орудие пермского конструктора пошло в серию в 1940 году в рамках перевооружения Красной Армии перед лицом неминуемого нападения войск капиталистов под предводительством Гитлера. Успели, слава тебе Сталин!

Дивизионная гаубица 'Матушка' стреляла на дистанцию до 11,8 километра, делая до 6 выстрелов в минуту. При необходимости расчёт из 8 человек мог вручную перемещать гаубицу на поле боя. Wehrmacht выставлял против 'Матушки' архаичное 150-миллиметровое дивизионное орудие sIG 33 со скорострельностью всего 2-3 выстрела в минуту и смехотворно малой дальность стрельбы - 4,7 километров! Это в 2,5 раза меньше, чем у 'Матушки' М-30!

Что там дивизионные гаубицы, советские 'полковушки' - 76-миллиметровые полковые пушки образца 1927 года стреляли дальше дивизионной гаубицы sIG 33! 'Полковушки' бойцы ласково называли 'курносыми'. Они имели дальность стрельбы 5,9 километров! Даже советские 120-миллиметровые полковые миномёты ПМ-38 били как и 'полковушки' на 5,9 километров!

Полковые же пушки, которые имел в дивизиях Wehrmacht - 75-миллиметровые leIG 18 стреляли на смехотворно малую дистанцию в 3,5 километра, что в 1,7 раза меньше, чем у 'полковушки' и ПМ-38, и сопоставимо с дальностью стрельбы советского 82-миллиметрового батальонного миномёта БМ-37. Это как нужно не любить своих немецких солдат, чтобы отправить их в бой против передовой армии мира с архаичным металлоломом концерна 'Rheinmetall', AEG и 'Ceska Zbrojovka'!

Другой перл, которым капиталисты вооружали свои пехотные, танковые, моторизованные дивизии, это 10,5-миллиметровая гаубица leFH 18, принятая на вооружение в 1935 году. Дальностью выстрела leFH 18 составляла 10,6 километров, что на 1,2 километра меньше чем у 'Матушки' М-30. Но и конечно большой проигрыш в калибре! 105-миллиметровый снаряд Gr38 к гаубице leFH 18 имел вес 14,8 килограмм и содержал 1,4 килограмма взрывчатки, а 122-миллиметровый снаряд 'Матушки' ОФ-462 имел вес 21,7 килограмма и содержал 3,7 килограмма взрывчатки. Как даст! Тут даже не специалисту видно, что сойдись один на один пехотный немецкий полк и стрелковый полк Красной Армии, при таком преимуществе в артиллерии от немецкого пехотного полка, и особенно от его артиллеристов и пулемётчиков, мокрое место останется!

Как последний аргумент для пехотной дивизии Wehrmacht имел 'дуру' - 150-миллиметровую пушку-гаубицу s.F.H.18 с дальностью стрельбы 13,3 километра, что на 1,5 километра больше, чём у гаубицы 'Матушка'. При транспортировке эту 'дуру' s.F.H.18 приходилось разбирать на части. Получался целый поезд. Стрелковая дивизия Красной Армии кроме 'Матушки' имела по штату No.4/100 дивизион из 12 штук 152-миллиметровых гаубиц образца 1938 года М-10 с дальностью стрельбы тоже порядка 13 километров. Их разбирать не требовалось - ствол сдвигался назад к станинам и вперёд!

Когда же на поле боя появлялись на прямой наводке 76-миллиметровые дивизионные пушки 3ИС-3 конструктора Грабина, красноармейцы радовались: 'Вешайся, пулемётчик Ганс!' Гитлеровцы называли эту пушку 'Ратш-бум', поскольку звук выстрела из-за сверхзвуковой скорости снаряда ЗИС-3 почти совпадал со звуком разрыва у цели. Также они называли её 'Коса смерти'. Красноармейцы ЗИС-3 называли ласково 'Зося'.

Скорострельность у пушки бешеная - до 25 выстрелов в минуту! Максимальная дальность стрельбы 1,8-тонной 'Зоси' 13,3 километра - такая же, как у 5,5-тонной 'дуры' s.F.H.18. На прямой наводке проворная и убойная 'Зося' быстро зачищала передний край фашистов от пулемётов, противотанковых орудий, находясь вне зоны их действенного огня. Осколочно-фугасный снаряд 'Зоси' 53-ОФ-350 на дистанции 3,5 километра пробивал кирпичную стену толщиной 1,5 метра или земляную насыпь толщиной в 4 метра! То есть 1 выстрел - 1 ДЗОТ.

Не дай бог танкам или самоходкам подлецов пойти в атаку на участке, где стояли ЗИС-3. Быстрота наводки как у 'сорокопятки', мощь снаряда как у гаубицы, дальность прямого выстрела как у зенитки! Бронебойный снаряд 'Зоси' 53-БР-350А пробивал на дальности 1500 метров 50 миллиметров брони, то есть поражал на безопасной для себя дистанции наиболее бронированный до лета 1942 года танк фашистов Pz.Kpfw.IV Ausf.F2 в лоб. С лёгких танков срывало башни, средние танки от выстрелов на близком расстоянии разваливались на отдельные бронелисты по линии сварки или клёпки! Слава советской промышленности! Нашла немчура на свою голову с кем связаться!

Уникальные пушки конструктора Грабина начали массово производиться в конце 1941 года по мере выхода из строя в боях их предшественницы Ф-22-УСВ. По дешевизне, простоте, малой массе и очень высоким боевым качествам 'Зося' - одно из лучших орудий не только Великой Отечественной войны, а вообще Второй мировой войны. Первое в мире орудие, собиравшееся конвейерным способом...

Можно себе представить, что происходило, когда на поле боя сходилась артиллерия немецкой пехотной дивизии и стрелковой дивизии Красной Армии! В этом случае у капиталистов при наступлении ничего не получалось кроме как навалиться тушей наркоманов под воздействием шнапса и метамфетамина 'Pervitin', фанатично забросать советских воинов своими трупами в 'мясных штурмах', бросить в бой штрафников из частей 'испытательного срока' и массу бронетехники! Ровно так, как всегда воевала немецкая армия, как она воевала на Западном фронте в Первую Мировую войну - 'мясными штурмами'.

Одна надежда антикоммунистов, что Luftwaffe разбомбят советскую артиллерию, а Panzerwaffe где-нибудь прорвутся и заставят её отступить. А если не разбомбят? А если Panzerwaffe не заставят отступить? Танки и самолёты тоже кончаются, ведь не с папуасами воюют и не с царской Россией, а с самодостаточной передовой индустриальной державой, построенной великим русским, советским народом под руководством большевиков!

Неудивительно, что с такой артиллерией хвалёный Wehrmacht, его армии вторжения, после того как кончилась фора вероломного нападения, ведя наступление, уполовинился к весне 1942 года, а в свою артиллерию фашисты начали брать даже слабовидящих и 18-летних, в ход пошли чехи, поляки, 'хиви'! После того как с наскока не вышло и Красная Армия отмобилизовалась, Wehrmacht сел в глухую оборону на всю зиму, пока капиталистический интернационал вновь не накачал его тушу деньгами, оружием и пушечным мясом... Капиталистическая тварь с перебитой хребтиной ещё могла в 1942 году больно кусать, но убить - уже нет!

ВВС Волховского фронта действовали как и все предыдущие дни на пределе возможностей. Ночью оккупантов по всей линии соприкосновения уничтожали ночные бомбардировщики, днём штурмовали 'бетонные' Ил-2, бомбили скоростные Пе-2. Снова досталось аэродрому Luftwaffe в Коростовичах. Один Пе-2 сбросил 25 осколочных 10-килограммовых бомб на аэродром, подбив на земле два Ju 87 из штурмовых авиаполков III./StG1 и II./StG2. На земле трое стервятников Геринга убито, пятеро ранено. Истребительные авиаполки ВВС Волховского фронта обеспечивали действия ударных самолётов, прикрывали свои войска. Luftwaffe тоже действовало интенсивно. Наносило бомбовые удары.

6 марта командир окружённого в четырёх километрах юго-западнее Чудово передового полка 111-й стрелковой дивизии Рогинского принял самостоятельное решение пробиваться на север, на Корпово. Отрезанный от своих полк совершил рейд по тылам Чуковской группировки Линдеманна и по льду Керести вышел в район Корпово-2 и свиносовхоза, что в 7 километрах юго-западнее Чудово. Здесь находилась оконечность 'деревянной железной дороги', отходящей на запад от Холопьей Полисти. Эту 'Holtzbahn' оккупанты построили для заготовок древесины для строительства и топливных нужд с рельсовым путём из дерева, то есть с деревянными направляющими. Не совсем железная дорога. Передвижения советских войск неизвестной численности в тылу группировки, оборонявшей Чудово, вызвало у Линдеманна шок. Войска из 'Волховского рукава' к месту прорыва не успевали. Линдеманн двинул в контратаку в леса и снега все свободные в тот момент части из Чудово, включая стройбат, батальон выздоравливающих и школу младшего командного состава.

В учебках унтер-офицерских школ при полевых армиях Wehrmacht создал систему выбивания всего человеческого из немцев и превращения их в безмозглое пушечное мясо. Это помимо психологических, пропагандистских методик. Согласно старых прусских правил подготовки солдат и младших командиров, попавшие в учебки солдаты повторно, после первоначальной солдатской подготовки, испытывали такую военную муштру, которую ранее просто считали невозможной. Их сразу же приучали к отрывистым 'Так точно!', 'Смирно!', 'Есть!' Потом запугивали, мучили, дёргали командами, выдрессировали и деморализовывали. По три часа они маршировали в надетых противогазах и при этом их заставляли непрерывно петь песню 'Как прекрасно быть солдатом!' из кинофильма 'Концерт по заявкам'. Над нами издевались над каждым по отдельности или над целыми группами сразу.

Во время занятий на технике один из солдат хотел укрепить на орудии магнитную лампу. Она упала, а солдат ругнулся:

- Вот дрянь!

Инструктор унтер-офицер приказал ему встать 'смирно', гладить лампу, словно собаку, и при этом приговаривать: 'Я больше никогда не буду называть тебя дрянью!' Так он потом и стоял в орудийном парке с лампой в руке, гладил её и непрестанно приговаривал:

- Я больше никогда не буду называть тебя дрянью!

Комната унтер-офицера располагалась рядом с помещением казармы. Когда ему вечером требовалось пиво или сигареты из буфета, он стучал кулаком в стену. Немедленно один из курсантов должен был постучаться в его дверь, представиться по званию и фамилии в готовности выполнить его приказ. Часто находившиеся в помещении не могли договориться, чья очередь выполнять приказ, начинали спорить. И если через несколько секунд после стука никто не входил в комнату унтер-офицера, то он появлялся сам со злобной рожей и начинал:

- Что, никто не хочет?

Потом следовала ругань и какой-нибудь приказ вроде:

- Всем построиться в коридоре с табуретками 'на караул'!

Через минуту все стояли в коридоре с табуретками в вытянутых руках. Затем он гонял всех по казарме, постоянно командуя 'ложись!' и 'смирно!'. Потом от солдат требовалось подниматься по казарменной лестнице на получетвереньках с табуретками в руках, то есть, опираясь только на колени и локти.

Другая методика унтер-офицера, авторитет которого основывался на галуне, нашитом на воротник, это игра в 'Sarrasani', или в 'бал-маскарад'. Игры он считал весёлыми, и лицо его расплывалось в широкой ухмылке. При игре в 'Sarrasani' солдаты быстро переодевались из полевой формы в повседневную, затем в спортивный костюм, в потом - в парадно-выходную. Пёстрые обшлага, петлицы и серебряные пуговицы парадно-выходной формы делали её похожей на костюм циркового укротителя, поэтому солдаты прозвали её по названию дрезденского цирка 'Sarrasani'.

В страхе и неопределённости проходили каждый раз поверки личного состава учебки. Всё, что находилось в казарме, начиная от пола, столов, табуретов, кроватей, шкафов и кончая самими солдатами, могло быть в любой момент проверено на чистоту и порядок. В зависимости от настроения главного фельдфебеля, утренний осмотр превращался в издевательства с непредсказуемыми придирками. Ему, например, могло показаться, что пряжка ремня недостаточно блестит, что неправильно повязан галстук или что он недостаточно чист, что волосы недостаточно коротко подстрижены. По малейшему поводу следовало наказание в виде многочисленных 'лечь - встать', 'прыжков по-заячьи' или бега вокруг казармы.

Проверялось как подушки и одеяла заправленных коек выровнены по ниточке. Каждый раз солдаты сбрызгивали водой пододеяльники, чтобы их натянуть и разгладить. Тем не менее то, как заправлялись постели, никогда не нравилось унтер-офицеру, взводному фельдфебелю, главному фельдфебелю - старшине, любому офицеру. После этого всё, из чего состояли постели: одеяла, простыни, солома из матрасов - разлеталось по казарме. Во время проверки шкафов, когда солдат в дрожащих вытянутых руках представлял на проверку ботинки, фельдфебель часто орал:

- И это вы называете чистить?

Потом он распахивал окно, хватал ботинки и выбрасывал их во двор в снег или грязь. В другом случае солдаты несли на плечах шкафы на плац, чтобы предъявить их для проверки там. Всё содержимое шкафов при переноске, конечно же, падало и перемешивалось, и это давало командирам возможность продемонстрировать всю свою требовательность. Таким образом дрессировались солдаты, которым вскоре сами следовало отдавать приказы подчинённым, гнать их в 'мясные' атаки на русские пулемёты.

При выходе из помещения, от солдаты требовалось всегда запирать свой шкаф. Оставленный открытым шкаф - это проступок - 'совращение на кражу у товарища'. За это наказывали по логике, которую, как и многое другое во время этой подготовки, трудно понять.

Вот стоит тщедушный солдатик, которому в полной выкладке, то есть в стальном шлеме-кастрюле, с ранцем-мародёркой и винтовкой, приказано карабкаться на высокий ящик с песком, который установлен перед окнами полуподвала с целью защиты от разрывов авиабомб. Забравшись наверх, он встаёт по стойке 'смирно' и кричит:

- Я позорю Wehrmacht!

На что главный фельдфебель хладнокровно повторяет приказ:

- Громче!

Это продолжается до тех пор, пока бедный попугай совсем теряет голос. Вид этого маленького немецкого солдата на ящике с песком, запуганного, чуть не плачущего, из последних сил пытающегося достаточно громко крикнуть, чрезвычайно жалкий. Его признание и есть позор для тюрьмы простого немецкого народа при капитализме, который называется Wehrmacht...

Бесчеловечная тирания и бессмысленный садизм не имела ничего общего с военной подготовкой или воплощением идеологической доктрины. Она просто ломала человеческое достоинство и психику немецкого солдата, делала его роботом и ходячим куском бессловесного мяса для использования капиталистическими хозяевами жизни. Прусские военные 'добродетели', такие как точность, дисциплинированность, стойкость, пагубно соединились здесь с требованиями Гитлера 'к лучшему солдату мира'.

Понятно, что подобный новоиспечённый унтер-офицер с изломанной психикой, направленный в окопы, в охрану концлагеря 'испытательного срока' для солдат, или концлагеря для коммунистов, или евреев, лагеря военнопленных, комендатуру тылового армейского штаба на оккупированной территории, опьянённый предоставленной ему властью над жизнью и смертью, легко и быстро превращался в палача для всех ему подвластных.

Продвигаться дальше к Чудово у передовых групп 111-й 'архангельской' стрелковой дивизии Рогинского не получилось из-за мощных контратак танков и большого количества пехоты, которые действовали непосредственно из Чудово и вдоль 'Holtzbahn'. Возможность организовать какую-либо оборону на льду реки Кересть отсутствовала. Передовые группы 'архангельцев' отошли от Корпово-2 и 'Holtzbahn' в местность недосягаемую для бронетехники и заняли оборону вдоль заминированной дороги Сенная Кересть - Глушица, продолжая удушение снабжения 'Волховского рукава'...

В самом западном секторе прорыва 2-й Ударной армии у реки Оредеж разведгруппа противника из 101-го дегазационного дивизиона в составе 50 человек попыталась выбить из деревни Остров разведроту 23-й стрелковой бригады Коркина, но в результате боя, потеряв 5 человек, отошла. В это же время разведгруппа 95-го отдельного лыжного батальона из 13 стрелков и сапёров захватили и взорвали склад оккупантов, где находилось 2500 мин, 300 снарядов и другие боеприпасы.

В ночь на 7 марта бипланы Р-5 из 657-го легкобомбардировочного авиаполка Волкова сделали по 10 рейсов, сбрасывая боеприпасы, фураж и продовольствие для кавдивизии Сланова и 1110-го стрелкового полка Сульдина из дивизии Антюфеева, окружённых южнее Любани. Всего доставили 2,5 тонны грузов. Температура воздуха минус 15 градусов Цельсия.

Положение Сланова и Сульдина продолжало ухудшаться. Небольшие запасы питания, которые имелись при кухнях, а также НЗ у бойцов и командиров совсем закончились. Убавили выдачу хлеба, заложили в неприкосновенный запас сухари. Фуража не имелось вообще. Проблема с водой. Люди и лошади продолжали слабеть. Тяжело ранен доблестный сын осетинского комдив Сланов.

210-й кавполк кавдивизии, состоящий наполовину из истощённых бойцов, отошёл на северную окраину болота Веретьевские Мхи. Ослабленные до предела части 46-й стрелковой дивизии погибали, но по-прежнему держали оборону у Красной Горки, создавая у 'линии Линдеманна' выступ, куда могли бы прорваться окружённые. Атаки других советских войск в направлении опорного пункта в деревне Красная Горка извне пока не приносили успеха. Гитлеровцы при малейшей попытке сосредоточить силы для атаки вели бешеный артиллерийский огонь со всех направлений, не желали бомб и самолёто-вылетов, раз за разом срывая атаки ещё на исходных позициях. Напрашивалось единственно возможное решение: ударом с тыла прорвать оборону и выйти на соединение со своими. Новый комдив 80-й кавдивизии полковник Поляков так и поступил. Головной 200-й кавполк с боем лихо захватил северную опушку леса у дороги Красная Горка - Глубочка. Это уже на полшага к освобождению.

На западном фасе 'Волховского рукава' части 267-й стрелковой дивизии Потапова из группы Коровникова атаковали огневые позиции на дороге между опорными пунктами в деревнях Сенная Кересть и Глушица. Дорога снова перерезана. Оборона Линдеманна здесь уже две недели испытывала серьёзное давление. Прорыв Потапова севернее дороги Сенная Кересть - Глушица потребовал от Линдеманна снятия части войск с Любанского направления.

В этот же день в 30 километрах от линии фронта над своей территорией 2 истребителя Bf 109F, участвовавшие в блокировании передовых советских аэродромов, обнаружили 7 штурмовиков Ил-2 из 175-го штурмового авиаполка Валивахина под прикрытием 8 истребителей ЛаГГ-3 из 160-го авиаполка Дрозда, которые двигались в район Любани для нанесения удара по колонне оккупантов на шоссе. Стервятники начали носиться над группой на большой скорости, не предпринимая пока атак и ожидая подкрепления. Ил-2 изменили маршрут и стали следовать вдоль Волхова к Мясному Бору, чтобы оттуда повернуть на Любань. Через пять минут подошли ещё две пары Bf 109F. Ударная группа штурмана полка старшего лейтенанта Карузина ввязалась с ними в воздушный бой и стала отставать. Карузин сбил Bf 109F. Стервятники подбили ЛаГГ-3 лейтенанта Новожилова - частично потеряна управляемость и скорость. Но лейтенант благополучно сел под прикрытием своих товарищей на аэродроме под Малой Вишерой. Ведомый Карузина лейтенант Демченко подбил Bf 109F и тот с дымным хвостом отвалил на запад.

Первая пара тем временем продолжала висеть над ушедшей вперёд группой Ил-2, маневрируя вблизи истребителей прикрытия. Вскоре ей на помощь подошли ещё 4 стервятника. Обе пары группы, возглавляемой капитаном Силантьевым, огрызаясь заградительным огнём, на максимальной скорости резко сделали 'ножницы' в хвосте у штурмовиков, оберегая себя и их от возможной атаки. В такой обстановке, имея 10 'мессеров' на хвосте против 7 своих истребителей сопровождения, ведущий Ил-2 принял решение нанести удар по запасной цели северо-восточнее Новгорода. Штурмовики развернулись на Подберезье. Стервятники отсекли пару лейтенанта Удаева от остальной группы и вынудили принять бой над Волховом. Ведомого Удаева подожгли прямо над линией фронта...

Ил-2 пересекали Волхов. У деревни Моторино ударили бомбами и ракетами PC-82 по колонне фашистов. Пушки и пулемёты использовали экономно. Берегли боеприпасы для возможного боя с истребителями. Колонна оказалась частично разгромлена. Почти 30 грузовиков стали гореть и взрываются. Развернувшись, Ил-2 начали уходить на восток. Стервятников уже 8 против 2 истребителей прикрытия. Капитан Силантьев со своим ведомым вёл бой с одной парой, а другая била по Ил-2, замыкающему колонну штурмовиков. Ил-2 непрерывно маневрировали и пока всё мимо. Подлецы торопились. Штурмовики, видя такое положение, встали в 'карусель', на предельно малой высоте взаимно защищая друг друга своими пушками и пулемётами. Силантьев им помогал. 'Карусель' постепенно смещалась на восток. Атаки уже вялые - попасть под огонь бортовых пушек штурмовиков - верная и мгновенная смерть стервятнику. Да и низкая высота очень сильно мешала. Вдруг стервятники прекратили атаки и стали быстро уходить не солоно хлебавши - на горизонте появились и быстро приближались три звена Як-1 из 2-го Гвардейского артполка подполковника Метёлкина, идущие к Новгороду на прикрытие войск. С этими и 'зелёные сердца' предпочитали не связываться.

Штурмовики прошли аэродром Вербье, замыкающий Ил-2 зашёл на посадку - ему досталось. Горючего в обрез. Истребители проводили шестёрку Ил-2 до Будогощи и взяли курс на свой аэродром. И примерно так каждый день у штурмовиков. Обычная боевая работа героев своей советской страны у Волхова...


## Глава 9. Приказ Ворошилова: 'Снарядов не жалеть!'


Ночь на 8 марта 1942 года в Поволховье выдалась необычайно морозной. Где же ты, долгожданная весна? 660-й легкобомбардировочный авиаполк Новикова бомбил 'крепость' Спасскую Полисть и опорные пункты на шоссе в 'Волховском рукаве'. Сброшено более 500 килограммом бомб, разрушено 3 ДЗОТа и землянки, униженно 2 зенитных пулемёта, 2 грузовика, убито 45 оккупантов, взорван склад, вызван большой пожар. 658-й ночной бомбардировочный авиаполк Лукашевича бомбил Михалёво и Трегубово. Сброшено более 600 килограммом бомб, разрушено 3 дома, униженно зенитное орудие, 5 повозок, рассеяна колонна пехоты, убито 80 оккупантов, вызван взрыв неустановленного происхождения.

В 3:00 ночи на Любанском направлении около 3200 окружённых бойцов 80-й кавдивизии Полякова и 550 стрелков 1100-й стрелкового полка майора Сульдина начали выход из окружения западнее деревни Красная Горка. Кавалеристы оставили матчасть в укрытии, скрытно вышли в район сосредоточения для атаки и прорыва из окружения. Лёгкий морозец до минус 10 градусов. Впереди параллельно два отряда: смешанный кавполк и максимально усиленный артиллерий и пулемётами стрелковый батальон 'воронежцев'. В этом штурмовом отряде пулемётчиков, миномётчиков и артиллеристов с их вооружением насчитывалось даже больше, чем стрелков. Все в маскхалатах. Здесь всё осина да берёза, под снегом бесконечные канавы для осушения болот, ручьи, озерца:

Подойдя с тыла к обороне гитлеровцев в трёх-четырёх километрах западнее деревни Красной Горки, штурмовая группа прорыва начала стремительную атаку вдоль реки Сичева, ведя ураганный пулемётно-миномётный огонь. Красноармейцам удалось уничтожить огневые точки и около 100 оккупантов, овладеть 500-метровым участком дороги Красная Горка - Глубочка в 4 километрах к западу от Красной Горки.

Одновременно с прорывом окруженцев советская артиллерия со стороны Озерья открыла огонь по опорным узлам 'линии Линдеманна', имея приказ Ворошилова 'Снарядов не жалеть!' Стреляли 'сорокапятки', полковые 76-миллиметровые пушки, 122-миллиметровые дивизионные гаубицы, 'Емели' и 'Катюши' полков РГК. Казалось, от орудийных выстрелов земля расколется на две половины, так артиллеристы её долбили! От залпов 'Катюш' горел лес за насыпью 'линии Линдеманна'. Саму железнодорожною насыпь орудия и миномёты разбили и исковыряли до предела. Едва артиллерия перенесла огонь в глубину обороны, встала советская пехота с криками 'ура'. Пошли в атаку на выручку своим товарищам-окруженцам два полка 'воронежцев'. Пошли танки 166-го танкового батальона майора Стоянова. Ломая деревья диаметром по 20 сантиметров и больше, по заболоченному лесу с большим покровом снега впереди шёл взвод танков лейтенанта Кобзаря - тяжёлый танк КВ-1 и две 'тридцатьчетвёрки'.

Эсэсовцы из 'группы Эндреса', оказавшись между молотом и наковальней, сперва притихли, но как только атакующие подошли к насыпи, ожили, затрещали их пулемёты, закаркали автоматические зенитки, захлопали миномёты. Сквозь треск разрывных пуль, чавканье мин, танки, а за ними советские стрелки перевалили через насыпь. Добравшись до линии обороны, танки под непрерывным обстрелом врага повели огонь из танковых орудий по ДЗОТам, стали давить блиндажи, землянки, палатки, выбегавших из них эсэсовцев. Ещё какое-то время слышалось 'ура!', но с каждой минутой крик глуше, слабее. И вот погас, только слышался треск пулемётов и рокот танков. Уничтожив 5 орудий, 13 миномётов, 18 пулемётов, танки дали возможность пехоте без лишних потерь захватить 13 ДЗОТов и блиндажей. На этом участке 'линия Линдеманна' снова рухнула.

Жаль, что Волховский фронт из своих имеющихся на 13 января первоначальных 133 танков к 8 марта имел лишь 56, из них 39 боеспособных. Это 3 тяжёлых КВ-1, 2 средних Т-34, 13 современных лёгких Т-60, 3 устаревших Т-26 и 1 'дедушка' БТ-7. Из этих исправных танков лишь 9 находились под Любанью. Мизер. Эвакуированная после вероломного нападения промышленность ещё не успевала нарастить выпуск уникальных КВ-1, лучших в мире средних танков Т-34. Требовалось время...

Подлецы повели контратаки с участием танков со стороны опорного пункта деревни Красная Горка, пытаясь завалить место порыва своими трупами. Несмотря на то, что командирам Линдеманна хорошо удавалось бесконтрольно тратить немецкие, чешские, польские, финские, голландские и бельгийские, эстонские жизни - таким оказался основной национальный состав фашистских сил вокруг 2-й Ударной армии, успеха они не добились. Наоборот, советские танки и бессмертные 'воронежцы' снова метр за метром приближались к Любани и при этом создавали условия для прорыва своих окруженцев.

Шоссе Любань - Чудово простреливали гаубицы-пушки 'Емеля' 18-го артполка РГК подполковника Фридланда. Наблюдая работу уникальных гаубиц-пушек МЛ-20, командир 'воронежцев' Антюфеев, высокий, худой, иней седины тронул голову, всё вздыхал:

- Мне бы 1,5 тысячи активных штыков в дивизии и побольше снарядов для этих пушек, и я взял бы Любань!

В контратаку пошли танки Pz.Kpfw.III из I армейского корпуса генерала кавалерии фон Клеффеля, различные самоходки, а также 540-й батальон штрафников, который при этом понёс большие потери. Также контратаковала группа 'Ост' Фрайтага, состоящая из эсэсовцев и армейских частей.

В это же время штурмовые группы окруженцев устремились по своему старому колонному пути к 'линии Линдеманна' на дороге Веймарн - Чудово. Удар с тыла оказался здесь для оккупантов неожиданным и мощным. Через два часа около 150 эсэсовцев уничтожены. Ещё 200 ударились в панику и побежали по снегу кто куда. Ловить их по лесу времени не имелось. Удалось захватить значительный склад продовольствия, что очень пригодилось.

И хотя зона прорыва простреливалась с флангов миномётами, кавалеристы и 'воронежцы' начали выход. Командир полка 'воронежцев' Сульдин не выполнил полностью приказ Полякова, и в момент выхода эскадронов его батальоны выходили в этом же направлении. Этим нарушилась очерёдность. Кроме того, имея большое количество миномётов, орудий и пулемётов, Сульдин не расширил зону прорыва. 'Воронежцы' вышли все. Вынесли всех раненых, стрелковое оружие, 'полковушки', 'сорокопятки' и миномёты. Оставили два танка Т-60 и один Т-34 без горючего, грузовики, несколько орудий, приведя всё это в негодность

Из-за поспешности Сульдина кавалеристы, имея большое количество ослабленных и тяжело раненных, вышли не все - раненые и истощённые 200-го кавполка, ехавшие на санях, а также охрана обоза и часть штаба полка не вышла. Через пять часов после прорыва эсэсовцы контратаковали при поддержке танков и закрыли прорыв.

80-я кавдивизия с 26 февраля по 8 марта потеряла в боях убитыми и пропавшими без вести 640 человек. Часть из них, отстав в ночном лесу от своих, после долгих блужданий попала в плен. Так закончилась операция по прорыву из окружения 80-й кавдивизии и 1110-го полка 'воронежцев' после боёв за Любань и после почти двухнедельного окружения. Вышедшие из окружения части после санитарной обработки предстояло отвести в тыл в Радофинниково и в бараки лесопункта в 20 километрах от Любани. Всех истощённых взяли на особый учёт, усилив им питание за счёт экономии создавшейся в интендантстве из-за неполучения продуктов за время окружения. Истощённых и больных размещали в бараках, организовав усиленное питание и медпомощь. То же касалось 900 уцелевших лошадей кавдивизии. Успеху операции по выводу из окружения содействовала большая активность ночных бомбардировочных авиаполков и транспортных авиаполков ВВС Волховского фронта, которые доставляли продукты и фураж. Но главная помощь - новое наступление на Любань.

Одновременно с новым этапом сражения за Любань, на противоположном краю зоны прорыва армии Клыкова, получив значительное численное превосходство, у деревни Верховье недалеко от станции Ёглино и пересечения железных дорог Ленинград - Оредеж и Веймарн - Чудово, начал атаки I армейский корпус фон Клеффе. В XVII веке здесь проходила граница между Россией и Швецией. Вполне ещё виднелись просеки, отмечавшие эту границу. В воде Тосны остался огромный валун с высеченными на нём крестом и короной - символами России и Швеции. В бой пошли 9 танков Pz.Kpfw.II, III, IV и другая бронетехника, пехота на бронетранспортёрах. В результате артобстрела старинная деревня Верховье сгорела дотла. Жители пошли по миру. Так фашистские благодетели освободили их от 'колхозного рабства'.

Советские части отошли от излучины Тосны и шоссе на юг. Чтобы охладить пыл фон Клеффе, к полудню, когда погода заметно улучшилась, 9 штурмовиков Ил-2 под прикрытием 8 истребителей ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка Дрозда атаковали скопления оккупантов и артиллерию у станции Ёглино. Удачно применив ложный маневр, штурмовики обманули зенитки. Удар! Затем ещё один заход. Ещё удар! Бомбами разметало по заснеженной поляне артиллерийские орудия и миномёты. Трупы в мышиных шинелях валялись везде как рассыпанные из коробка спички. В перелеске начались взрывы боеприпасов. Белые и красные искры густо летели вверх на сотни метров как праздничный салют победы. Зенитки подбили один Ил-2. За ним потянулся белёсый шлейф и он начал отставать от группы. Одно звено истребителей Дрозда прикрыло подбитую машину, чтобы ею не поживились стервятники. Они ведь падки на лёгкую добычу, не зря их так прозвали. Лётчику Ил-2 удалось пересечь линию фронта и посадить самолёт на 'пузо' на болото у Большой Вишеры.

К вечеру танки и бронетехника с пехотой на бронетранспортёрах фашистских крестоносцев фон Клеффе вернулись от Ёглино в свой корпус, оставив оборонять захваченное жизненное пространство 'охранникам' дивизии фон Плотто.

Пока у Любани и Ёглино грохотали бои, эсэсовцы и части 'группы Хёнике' на западном фасе 'Волховского рукава' провели атаку от опорного пункта 'Острие' вдоль лесозаготовительных просек одновременно с атакой 58-й пехотной дивизии XXXVIII армейского корпуса с юга на север вдоль шоссе и железной дороги Новгород - Чудово. Войска оперативной группы Коровникова отразили эти атаки с большими для оккупантов потерями. Основную работу по отражению атак выполнила артиллерия и авиация.

Чуть севернее оперативная группа Коровников, имея в авангарде части 267, 378, 111-й стрелковых дивизий, сама начала с запада новое наступление на Корпово под основание 'Волховского рукава'. Удалось захватить два опорных пункта 61-й пехотной дивизии, уничтожить 300 оккупантов, ряд огневых позиция артиллерии и миномётов. Ещё два опорный пункта 61-й пехотной дивизии обойдены и окружены. Войска Коровникова медленно продвигались вперёд и в нескольких местах достигали реки Полисть.

И всё это 8 марта... Ситуация неправдоподобная: в радиусе нескольких километров нет ни одной представительницы прекрасного пола. Поздравлять с женским праздником некого. В полковых, дивизионных тылах, в медсанбате есть 'Маши', 'Даши' и 'Светланы'. Вроде им к лицу даже шинели, ватные брюки и кирзовые сапоги. Но этих фронтовых красавиц здесь нет. Бойцы и командиры вращаются исключительно в мужском обществе.

С востока на опорный пункт 'Волховского рукава' Трегубово в этот день наступали части 377-стрелковой дивизии. Наступающие с востока и запада советские войска разделяли всего несколько километров. 'Волховский рукав' вот-вот окажется отрезан и в нём окружены три дивизий оккупантов! Советская артиллерия и авиация не жалела снарядов и бомб, уничтожая подходящие в район Трегубово резервы Линдеманна, но к сожалению перебить все резервы группы армий 'Север' не получилось. Опорный пункт Трегубово вновь устоял, а вместе с ним устоял и весь укрепрайон 'Волховской рукав'.

В этот день особо отличился командир 3-го гвардейского истребительного авиаполка Шпак. Он сбил в одном бою бомбардировщик Ju 88 и истребитель Bf 109F. Гитлеровцы в своих пропагандистских отчётах потери старались не показывать, растянуть на большой срок, приписывая выбывание самолётов поломками, авариями, непогодой и так далее. Только бешено крутящийся счётчик заводских номеров самолётов отчасти сигнализировал об истреблении Luftwaffe на Восточном фронте, но часть самолётов фирмы 'Messerschmitt GmbH' шла с повторными номерами или вообще без них для снижения налогов на фирму и её европейских поставщиков. Фирма 'Junkers Flugzeug-und Motorenwerke AG', принадлежащая Герингу и Мильху, наоборот, 'накручивала' номера, оплачивая из казны несуществующие закупки несуществующих самолётов.

Комполка Шпак в авиации уже 12 лет. С 1940 года он командир 155-го истребительного авиаполка, имеющего на вооружении 27 истребителей И-16 при 16 летчиках на аэродроме под Петрозаводском. Все лётчики с большим налётом из резервных авиаполков, которые готовили новых пилотов после школ и училищ, готовили техников, переучивали опытных лётчиков на пилотирование новых самолётов. Шпак добился железной дисциплины, и в полку практически отсутствовали лётные происшествия, аварии, нарушения устава.

Авиаполк Шпака вступил в бои с первых дней войны против финских фашистов в районе Корписелькя, Лоймола. Надёжно прикрывал бомбардировочную и разведывательную авиацию, не допустил при сопровождении самолётов потерь. Бытовала поговорка среди экипажей 55-й смешанной авиадивизии: 'Сегодня можно не бояться, нас Шпак сопровождает!'

В сложных метеорологических условиях, при двойном и тройном численном превосходстве финнов в небе авиаполк Шпака сбил 37 самолётов и сжёг на земле ещё 4. При штурмовках уничтожил около 100 автомашин, до 400 финских фашистов, 18 артиллерийских орудий, 11 зенитных пулемётов. Осенью 1941 года авиаполк получил на вооружение мощные истребители ЛаГГ-3 и принял участие в разгроме группы армий 'Центр' под Москвой. В этом сражении 'уничтоженные на спящих аэродромах 22 июня' ВВС Красной Армии захватили господство в небе. За образцовое выполнение боевых задач и проявленные при этом мужество и героизм полк получил наименование 3-й гвардейский истребительный авиаполк.

Над Волховом асы JG 54 'Grunherz' подлеца Траутлофта старались держаться от лётчиков Шпака подальше. Недостатком многих командиров и асов ВВС Красной Армии являлось то, что во время атаки они часто отважно бросились вперёд, отрывались от своих, попадая под удары, после чего советское звено, эскадрилья могли потерять боеспособность. В полку Шпака такого не допускалось и подлецы не могли добраться до командиров. Во время боя лётчики Шпака соблюдали железную дисциплину, старались не сближаться вплотную с подлецами, поскольку это вело к разрыву строя и 'собачьей свалке'. Они предпочитали атаковать со средней дистанции в сомкнутом строю, открывая огонь все одновременно. Шквал пуль и снарядов, удивительная сплочённость, где главное не сбить, а выполнить задание с минимальными потерями, внимание к атакам сзади, умение навязывать свои условия, очень не нравились стервятникам.

Да, не цветы принесли советские мужчины женщинам в день 8 марта 1942 года, не конфеты. Нет, они принесли им короткий отчёт: сегодня на всех фронтах Великой Отечественной войны 3400 павианов истреблены навек и более 9500 ранены. Отстоять советских женщин от нашествия капиталистов! Спасти советских женщин, попавших в лапы капиталистических обезьян!

Члены Ставки ВГК Ворошилов 9 марта вновь прибыл в штаб Волховского фронта. С ним также приехал член Ставки ВГК Маленков и замкомандующего ВВС Красной Армии Новиков. От имени Ставки ВГК они потребовали от Мерецкова и его начштаба Стельмаха организовать освобождение Любани и совместно с Ленинградским фронтом окружить, уничтожить группировку Линдеманна у Чудово. Ворошилов обратился к Мерецкову, Стельмаху и работникам штаба с вопросом:

- Сознаете ли вы, товарищи, понимают ли ваши воины, как далеко вы забрались, как близко подошли к Ленинграду, чтобы помочь ленинградцам, умирающим от обстрелов и ещё больше от голода и холода?

Как не осознать? Все чувствовали дыхание Ленинграда. Вместе с воинами 2-й Ударной армии сражались ленинградские партизаны, 191-я 'ленинградская' стрелковая дивизия, в полосе Волховского фронта постоянно садились самолёты из Ленинграда. На них вывозили особо ослабевших, кто не мог перенести сухопутный путь. Ленинградцы умирали из-за голода даже после возобновления нормального питания: венозная кровь переполнила печень, поджелудочную железу, лёгкие, почки, истончались стенки сердца, организм переставал обеспечивать возврат крови, трофику - обмен веществ, поэтому каждая клетка голодала без кислорода и питательных веществ. И так виток за витком до самого конца...

Затем маршал Советского Союза Ворошилов прибыл на командный пункт 377-й стрелковой дивизии на восточном фасе 'Волховского рукава'. Комдив-337 полковник Цаликов доложил об обстановке. Ворошилов вместе с ним отправился на наблюдательный пункт 933-го артполка. НП находился под артобстрелом. Ворошилов тем не менее спокойно произвёл наблюдения за передним краем у Трегубово. Он обсудил ситуацию с комполка-1247 Агафоновым и комиссаром полка Титовым. Отметил недостатки в ведении боя, указал на необходимость интенсивнее вести огонь из всех видов оружия, беречь не боеприпасы, а жизни бойцов. Возвратясь на КП-337, Ворошилов дал указания по освобождению Трегубово и Михалёво, чтобы отрезать 'Волховский рукав'.

В этот же день 54-й армии Федюнинского по приказу Ворошилова провела особенно сильную атаку в направлении на Любань с севера у Погостья. Федюнинский медленно, но смог расширить прорыв у Погостья до 15 километров в ширину и до 20 километров на юг в направлении на Любань. Продвижение в западном направлении в районе Кондуя в тыл 18-й полевой армии Линдеманна, захват острова в Ковригинском болоте и окружение опорного пункта Виняголово создало крайне опасную ситуацию для оккупантов.

На восточном фланге Любанского направления в результате действий советских ударных групп, перекрывших коммуникации 'группы Томашки' северное опорного пункта Дубовое, генерал-лейтенант Томашки начал отвод своих войск из Дубовое. Бойцы 24-й стрелковой бригады Девятова, поняв, что гитлеровцы бегут, ворвались в опорный пункт и уничтожили отряды прикрытия. Взяты трофеи. Началось преследование оккупантов, бегущих к опорному пункту Коровий Ручей.

Восточнее Коровьего Ручья части 111-й 'новгородской' стрелковая дивизия, ведущая новое наступление вдоль западного фаса 'Волховского рукава' на Корпово, уничтожили два сблокированных опорных пункта оккупантов в своём тылу. Более 240 солдат и офицеров 61-й пехотной дивизии убиты в ходе штурма. Взяты трофеи: оружие, рации, боеприпасы, снаряжение, продовольствие. Это типовой приём советских войск в это время - обходить опорные пункты при наступлении с их блокированием и последующим уничтожением.

'Группа Эндреса' в районе деревни Красная Горка тем временем получила очередные эсэсовские части, снятые из-под Ленинграда: I егерский батальон из 3-го полка SS Polizei-Division вместе с 14-й ротой 2 полка, 2-й ротой сапёрного батальона и объединённым подразделением из охотников за танками всех рот SS Polizei-Division. 203-й танковый полк для возмещения потерь в боях под Любанью получил 14 новых танков, в том числе новые модификации. Новейший экспериментальный 'тяжёлый' танк Pz.Kpfw.IV Ausf.F2 c длинноствольной пушкой 7,5 cm KwK 40 L/43 мог пробить 75-миллиметровую лобовую броню КВ-1 с дистанции 800 метров даже под углом 60 градусов. Их 203-й полк получил первым на Восточном фронте. Вот как тут припекало завоевателей...

Разместиться в тёплый домах в южных пригородах Любани вновь прибывшим эсэсовцам уже не получилось. Всё уже давно забито войсками. Поэтому подлецы ночевали в длинных финских 12-метровых палатках с двумя входами и двумя печками. Спали прижавшись друг к другу как селёдки в бочке. Более просторные штабные палатки лучше держали тепло.

Большие потери заставляли Линдеманна по-прежнему заниматься перегруппировкой своих 'матрёшек'. 'Бригада Шайдиса' и 'группа Кольберга' опять вошли в состав 'группы Хённике'. 'Группа Арнинга' осталась в подчинении SS Polizei-Division. III батальон 505-го пехотного полка 291-й пехотной дивизии составил резерв у Красной Горки. К этой же дивизии принадлежал 291-й артполк из артиллерийской группировки 'Ост'.

Одним самолётом с Ворошиловым прилетел на Волховский фронт генерал-лейтенант Власов. По приказу Ставки ВГК он назначался заместителем Мерецкова по Волховскому фронту. Воевал он, вроде, неплохо: отступал от границы со своим мехкорпусом, отступал со своей 37-й армией, попал в окружение, вышел, наступал под Москвой. Службист, аккуратный, грамотный. Язык подвешен хорошо. Сталин на него надеялся. Что до слабости Власова к женщинам, почестям, выпивке ещё со времён долгой командировки в буржуазный Китай, так этим многие грешили. И не только в Красной Армии. Wehrmacht, кроме того, отличался ещё и тем, что в нём все от солдата до Верховного главнокомандующего Гитлера принимали наркотики. В Красной Армии наркотики не употреблялись в принципе. Власов: Чужая душа потёмки. Только дело могло показать, чего он стоил:

В ночь на 10 марта очередной, особенно сильный авианалёт на опорные пункты 'Волховского рукава' Спасскую Полисть, Трегубово, Коляжка, Глушица, Приютино произвели экипажи на Р-зет из 658-го легкобомбардировочного авиаполка. Советские асы шли в темноте планирующим полётом и сбрасывали бомбы на малейший свет, даже на огонёк зажигалки. Четыре экипажа совершили каждый по девять самолётовылетов с аэродрома 'подсокока' у Селищенского посёлка. Этот аэродром позволял ночным бомбардировщикам ночью заправляться и снаряжаться боеприпасам всю ночь, а утром уходить на базовый аэродром.

Самолёты шли один за другим, бомбя в том числе огневые точки, которые обстреливали идущий впереди самолёт. Так 'швейные машинки' раз за разом выбивали зенитки и зенитные пулемёты, пока не выбили всё во всех пяти опорных пунктах! Присылайте ещё! На 11-ю артбатарею эсэсовцев, занявших новые позиции около деревень Сустье-Конец сбросили 15 бомб. Затем без всякого шума от самолётов 12 бомб обрушились на артиллерийские позиции у деревни Залесье. Затем 4 бомбы упали на позиции вдоль железной дороги Веймарн - Чудово.

Всего сброшено 9 тонн фугасных и осколочных бомб. По тоннажу 4 'швейные машинки' Р-зет заменили 15 вылетов бомбардировщиков Пе-2. При налётах уничтожена артиллерийская батарея, три миномёта, три зенитных пулемёта, прожектор, 4 дома, 6 ДЗОТов и блиндажей, 17 грузовиков, 5 повозок, два склада боеприпасов, рассеяна колонна пехоты на шоссе, группа палаток, убито более 300 оккупантов.

Психологический эффект от таких бесшумных налётов оказывался не меньший, чем от пикирования Ju 87 с воющими сиренами. Стоишь, куришь, и вдруг ни с того ни с сего ка-а-ак рванёт рядом! Гитлеровцы бесились, давно искали аэродром 'подсокока' у Селищенского посёлка, но советские авиаторы замаскировали его чрезвычайно искусно. Днём на аэродроме ни дымка. Из брезента сделаны валуны. Их выносили утром на лётное поле. Всё маскировали. Даже тропинок не допускали - ходили по опушке леса от дерева к дереву. Взлетали с потушенными бортовыми огнями, чутьём, по ориентирам.

Прибывший с Ворошиловым представитель Ставки Верховного Главнокомандования генерал-майор авиации Новиков вместе с генералами авиации Головановым и Руденко организовали в полосе Волховского фронта крупную воздушную операцию против армии Линдеманна. Для этого использовались 350 штурмовиков, бомбардировщиков, истребителей из 8 авиаполков авиации Резерва Ставки Верховного Главнокомандования, 200 дальних бомбардировщиков авиадивизий Авиации дальнего действия, а также часть сил ВВС Волховского и Ленинградского фронтов. Десять дней этой массе боевых самолётов предстояло наносить непрерывные массированные удары по группировкам, полевым сооружениям, аэродромам и другим объектам оккупантов на переднем крае и в глубине в полосах наступления армий Клыкова и Федюнинского, а также по коммуникациям.

Для быстрого восстановления 152 самолётов Волховского фронта, находящихся в ремонте, это кроме 133 исправных, из Ленинграда, Череповца и Иваново транспортные самолёты Ли-2 доставили рабочих, оборудование, агрегаты, узлы и детали. Реммастерские развёртывались параллельно с работой ремонтников.

К этому моменту 1-й Воздушный флот Luftwaffe сосредоточили на аэродромах Кресты, Сольцы, Гривочки и других около 1360 самолётов. Из них 350 боевых, а остальные транспортные для снабжения 100 000 окружённых под Демянском войск 16-й полевой армии. На аэродромах собиралось по 100 и более самолётов. Такие скопления, удобные для уничтожения на земле, никак нельзя было пропустить. И ВВС Красной Армии своего не упустили.

В то время, как Luftwaffe допускало скопление даже на полевых аэродромах более 100 самолётов, советские ВВС так никогда не поступали, строя всегда гораздо большее количество полевых аэродромов, размещая на них не более 20 машин. Кроме того советские авиаторы строили массу ложные аэродромы примерно в соотношении 1:2. Luftwaffe не практиковало строительство ложных аэродромов. Но главное - из-за слабых шасси своих самолётов, Luftwaffe не могло использовать те полевые аэродромы, которые с успехом использовали советские ВВС, имеющие самолёты с более надёжной конструкцией шасси.

В результате организованного воздушного наступления, организованного по приказу Ставки ВГК, за 2500 боевых вылетов советские авиаторы обрушили на головы оккупантов 330 тонн бомб, выпустили 70 000 пушечных снарядов и патронов. Уничтожено более 500 железнодорожных вагонов, 24 паровоза, железнодорожный и шоссейный мосты, железнодорожное полотно в общей сложности на 15 километрах, 6 крупных складов с боеприпасами, 42 станционные и другие постройки, 3 склада горючего, 260 грузовиков, 170 повозок, три зенитные батареи, 15 танков и бронемашин, 4500 солдат и офицеров. Отличный результат дали массированные удары по аэродромам. На аэродромах и в воздушных боях в очень короткий срок уничтожено 99 самолётов Luftwaffe. Только на аэродроме Коростовичи за один налёт уничтожено более 30 боевых и транспортных самолётов, а 60 серьёзно повреждены. При этом налёт на Коростовичи прошёл без своих потерь!

Ворошилов 'привёз' с собой также подарок и для танкистов Волховского фронта. 7-я гвардейская танковая бригада Копцова получила 40 новых танков Т-34, другое вооружение и автотранспорт взамен выбывшего. Ещё одним пунктом ежедневных забот легендарного маршала Советского Союза после огневого воздействия всех родов войск и всех видов оружия на противника, являлось ежедневное горячее питание красноармейцев, ну и конечно введённые им ещё во время Финского похода Красной Армии 100 грамм после боя.

Группа армий 'Север' в борьбе со 2-й Ударной армией истекала своей чёрной зловонной кровью. Так к 10 марта от 215-й пехотной дивизии Книза, прибывшей в конце ноября прошлого года добивать 'уничтоженную в котлах' Красную Армию, осталось 2350 человек из 17 000 первоначального состава, при том, что она получив ещё и 2000 человек пополнения! Разгром! Вот как воевал Wehrmacht в Волховской битве! В такой обстановке начать подготовленное по приказу Гитлера наступление для окружении армии Клыкова по плану 'Raubtier' не представлялось возможным.

На восточном фланге Любанского направления части 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии храбреца Коркина вели бои у опорных пунктов 'группы Томашки' в деревнях Малые Бронницы и Ручьи. Одновременно с другой стороны в наступление на опорный пункт в деревне Коровий Ручей перешла 46-я 'новгородская' стрелковая дивизия подполковника Чёрного.

11 марта начался сильный снегопад. Он сделал практически невозможным применение Luftwaffe, без которых Wehrmacht воевал плохо. Вынужденные снижаться из-за плохой видимости стервятники сразу понесли ощутимые потери - наземными средствами сбито четыре Ju 87. Один лётчик взят в плен.

Разведывательно-диверсионные группы 172-го отдельного лыжного батальона старшего лейтенанта Касаткина и разведгруппы начальника дивизионной разведки майора Мироненко из 4-й гвардейской стрелковой дивизии, действуя севернее Сенной Керести в тылах 'группы Шайдиза', в очередной раз вышли на окраины Чудова и Любани. В ходе рейдов разведчики также вели борьбу с лыжными разведгруппами оккупантов, проводящие рейды по советским тылам.

На Любанском направлении продолжилось советское наступление. 1098-й стрелковый полк 'антюфеевцев' атаковал эсэсовцев и другие части 'группы Эндрес' с исходной позиции в 1500 метрах южнее опорного пункта в деревне Красная Горка.

Ворошилов неустанно требовал высокой интенсивности воздействия на подлецов всеми видами оружия, гонял службы снабжения до седьмого пота, лишь бы поток боеприпасов с фронтовых складов на огневые позиции не прерывался. На складах и в войсках Волховского фронта в это время имелось 2,2 боекомплекта выстрелов к 'Кувалдам Сталина' Б-4, 10,8 боекомплекта к 152-миллиметровым 'Емелям' МЛ-20, 0,33 боекомплекта к 122-миллиметровым корпусным пушкам А-19, 5,2 боекомплекта к 122-миллиметровым 'Матушкам' М-30, 2,8 боекомплекта для 76-миллиметровой артиллерии.

Несмотря на морозец минус 6 градусов 'пушкари' проливали много, очень много пота, но ещё больше исторгали проклятий и мата. И большинство 'пожеланий' адресовали подлым оккупантам. Но сколько крови сэкономил они на этом поте, никто бы не взялся измерить!

Советская пехота широко использовала новейшие дивизионные пушки ЗИС-3, которые гитлеровцы прозвали 'рат-шбум'. Снаряд от этой советской дивизионной пушки Завода имени Сталина летел со сверхзвуковой скоростью - дикая пробивная сила. Не требовалось особо думать про угол упреждения при стрельбе по движущимся целям на прямой наводке, угол встречи с бронёй или иным препятствием. Звук выстрела сливался со звуком попадания. 'Ратш' - выстрел, и сразу 'бум' - попадание. На поле боя эта пушка, которую бойцы назвали ласково 'Зося', выделялась на слух. Фашисты подобных полевых орудий не имели. Их основные полевые орудия в пехотных дивизиях sIG 33, leIG 18, leFH 18 технически недалеко ушли от орудий Первой Мировой войны. Они не могли похвастаться ни такой силой, ни такой дальностью как у 'Зоси'. Не озаботились капиталисты вооружить свою пехоту современными орудиями, думали, для 'унтерменшей' и так пойдёт.

Когда расположение советских артиллеристов подлецы обнаруживали и обстреливали действенным огнём, те сразу же меняли позицию. Несмотря на снег и мороз, а потом снежную кашу и грязь, они быстро перемещались по местности от одной огневой позиции к другой целыми батареями и взводами по два орудия. 'Катюши' БМ-13 вообще имели базу от лёгкого танка Т-60 и поэтому легко и быстро передвигались по снегу и грязи самостоятельно.

'Антюфеевцы' в ходе ожесточённого лесного боя уничтожили оборону и по трупам оккупантов продвинулись на 1100 метров к Красной Горке. Наступавшие правее части 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии Чёрного захватили часть 'линии Линдеманна'.

На западном фасе 'Волховского рукава' авангард 'сибирской' 378-й стрелковой дивизии Лиленкова частично уничтожили, частично отбросили противостоящие части 61-й пехотной дивизии и вышел к дороге между деревнями Сенная Кересть и Глушица севернее Приютино. Снабжение по этому направлению группировки в 'Волховском рукаве' прервалось. Отсюда до Приютино, где находилась артиллерийская группа 'Ost', основа артиллерии 'линкора' 'Волховский рукав' - 3 километра. До дороги Ольховка - Спасская Полисть - 1 километр. Всё в зоне поражения даже советских батальонных миномётов БМ, не говоря уже о 'полковушках' и гаубицах.

На этом перспективном направлении при наступлении на Чудово с юго-запада Лиленков имел приказ перерезать дорогу снабжения 'Волховского рукава' - участок шоссе Новгород - Чудово между деревней Малое Опочивалово и Трегубово. Совсем недавно эту дорогу восточнее перерезала 111-я стрелковая дивизия Рогинского, и её передовой полк подлецы отрезали у Корпово. Героям теперь предстояло самостоятельно возвратиться вдоль Керести.

К великому горю прежний комдив-378 - полковник Дорофеев три дня назад погиб от осколка бомбы на переправе через Волхов по дороге в Штарм-59. Под командованием Дорофеева 'сибирякам' в феврале удалось отрезать 'крепость' Спасскую Полисть от снабжения. Другое воинское соединение упустило эту победу и 'крепость' Спасская Полисть тогда устояла. Похоронили комдива в Селищах. Склонили знамя. Дали залп из пистолетов и винтовок. Сжали зубы. Поклялись отомстить. Командование принял Лиленков - тоже опытный военачальник. В армии с 1919 года. У нового комдива три брата: Сергей, Михаил, Иван. Все служили в Красной Армии в разное время. Двое из них - Сергей и Михаил и теперь сражались на фронте. Воевал на фронте и сын Михаила - Борис, лётчик-истребитель. Такая семья русских воинов из Нового Усада, что под Арзамасом.

Авангард наступающей дивизии Лиленкова состоял из двух пехотных полков и спецподразделений. Третий 1256-й стрелковый и свой 944-й артиллерийский полки согласно приказа остались на юго-западном фасе 'Волховского рукава'. 'Сибиряки' начали движение к Глушице восточнее болота Гажьи Сопки ещё 28 февраля, но им потребовалось 10 дней, чтобы с боями на флангах проделать по лесисто-болотистой целине по пояс в снегу 15-километровый колонный путь при морозе минус 35 градусов. Тут не то, что пушкам, лосю пройти затруднительно. Обеспечивать снабжение даже таких ограниченных сил в условиях бездорожья сложная задача. Дивизия растянулась на 10 километров. В таком же непростом положении находился приданный Лиленкову 532-й стрелковый полк 111-й стрелковой дивизии Рогинского, который занял оборону на западном берегу реки Глушица прикрывая северный фланг прорыва.

С боем 'сибиряки' перешли дорогу снабжения оккупантов между его опорными пунктами в деревнях Сенная Кересть и деревне Глушица. Фактор внезапности выхода дивизии в район наступления утратился. Понимая это, Лиленков торопился. Его дивизия шла пешком по зимнему лесу, а подлецы перемещались между опорными пунктами по дорогам на грузовиках, бронетранспортёрах и вездеходах. Лиленков не мог тащить с собой гаубичную артиллерию, только 'полковушки', 'сорокопятки' миномёты, зенитки, а у подлецов в Глушице как раз располагались позиции дивизиона гаубиц, прикрывающего Трегубово.

Тогда передовой батальон 'сибиряков' с ходу, без разведки, атаковал оккупантов на дороге Большое Опочивалово - Глушица. Контратакой с танками при мощной поддержке артиллерии подлецы выбили занявших дорогу красноармейцев. Захватить позиции вдоль рек Полисть и Глушица и выйти на исходную позицию для атаки шоссе в 'Волховском рукаве' дивизия не смогла. Севернее Приютино начались затяжные бои. Главная ударная сила дивизии - артполк остался у Мостков, не имея возможно пройти по лесной целине. Лиленков при этом всё время находился под угрозой удара с севера в левый фланг и с северо-запада в тыл. Дивизии 'сибиряков', будучи на острие прорыва вдоль 'Волховского рукава' на север вдоль шоссе Чудово - Новгород, из-за конфигурации фронта 'углом' оказалась в этом самом 'углу'. То есть изначально в полуокружении и сражалась на три фронта. Это на 2/3 снижало её ударную силу в направлении главной цели - шоссе снабжения 'Волховского рукава'. До него оставалось чуть более 1000 метров, но пройти их не получалось, ведь пока Лиленков атаковал на восток, с запада со стороны деревни Сенная Кересть через болото Гажьи Сопки его атаковали значительные свежие силы оккупантов, переброшенные с Ленинградского фронта: III батальон 408-го пехотного полка 121-й пехотной дивизии, III батальон 22-го пехотного полка 1-й пехотной дивизии, 403-й самокатный батальон и другие части.

Сюда же в Приютино, где располагался штаб SS Polizei-Division штандартенфюрера SS Вюнненберга, срочно прибыли после пополнения два его полицейских батальона. Сколько так мог сражаться Лиленков, зажатый с двух сторон группировками озверевших оккупантов, для которых участок шоссе между опорными пунктами Малое Опочивалово и Трегубово - вопрос жизни и смерти группы войск 18-й полевой армии Линдеманна в 'Волховском рукаве'?

Кроме того на восточный фас 'Волховского рукава' тоже между Малым Опочивалово и Трегубово, на участке 'группы Каттнер', перешла в наступление 377-я уральская стрелковая дивизия с усиленным полком геройской 92-й стрелковой дивизии. Сидеть сиднем нельзя, Ленинград нужно спасать! По замыслу командарма-59 Галанина, который отвечал за захват 'коридора' снабжения 'Волховского рукава', основные силы 111-й стрелковой дивизии с запада, а 92-й стрелковой дивизии с востока сковывали войска подлецов южнее Трегубово. Линдеманн отвечали контратаками, налётами Ju 87, массированным артогнём в духе Первой Мировой войны. Тут выяснилось, что за два месяца оккупанты успели превратить полосу земли длиной 10 и шириной 3-4 километра 'Волховского рукава' в крепость, укрепрайон - огромный сухопутный линкор с хребтом из цепи опорных пунктов, нанизанных, как бусы, на шоссе и железную дорогу, имеющий 120 гаубиц и втрое больше других орудий и миномётов, в том числе 6-ствольных, 85 тяжёлых и других зениток, 2300 различных пулемётов, 80 радиостанций, 80 танков и самоходок, 4000 ДЗОТов, ДОТов и огневых позиций. Команду этого сухопутного линкора составляли примерно 30 000 озверевших оккупантов, которых заменяли в случае гибели сразу, черпая новое пушечное мясо из войск группы армии 'Север', строительных батальонов 'Организации Тодта', транспортных колонн Национал-социалистический мотокорпуса NSKK. Укрепления и аэродром здесь строили и поддерживали стройбат, рабы из местного населения и военнопленных. Поддержку осуществляли 450 различных самолётов 1-го воздушного флота Luftwaffe.

Морской линкор можно потопить. Огромный сухопутный линкор требовалось разрушить, обезвредить всё вооружения, очистить от всей команды. По силами ли такая задача для одного из фронтов Красной Армии спустя 8 месяцев после вероломного нападения, когда рабоче-крестьянская страна только-только остановила врага, уполовинила армии вторжения и завершила перестройку на военный лад? Но глаза боятся - руки делают! Нет таких трудностей которые не могли бы преодолеть большевики! Под руководством Ленина и Сталина простой народ построил и отстоял в страшной борьбе с белогвардейщиной и армиями интервентов свою первую в мире рабоче-крестьянскую страну. Под руководством Сталина создана для народа индустриальная мощь, которая дала возможность вооружить Красную Армию нужным количеством современного, передового, зачастую уникального оружия. Под руководством Сталина народы СССР навсегда решили для себя через коллективизацию вопросы достаточного обеспечения продовольствием даже в военное время. Проведена культурная революция, создана наука, система всеобщего бесплатного образования и медицины и так далее. И вот теперь Советский Союз держал свой главный экзамен. Выстоит ли он против объединённых сил мирового капитализма, в авангарде которого Великогерманский рейх?

Пока советские войска атаковали с запада и востока 'сухопутный линкор' фон Кюхлера, дальнобойная артиллерия Волховского фронта громила вражеские резервы и склады вокруг Трегубово, позиции артиллерии в Глушице. Очень активно действовали штурмовики Ил-2 и бомбардировщики Пе-2 из авиаполков 1-й Ударной авиагруппы Резерва Верховного Главнокомандования. Каждый день по 120-150 самолётовылетов, каждый день 50-60 тонн бомб обрушилось на живую силу, укрепления, артиллерию, технику, транспорт оккупантов. Ударные самолёты находились в этот период под надёжной защитой истребителей.

В небе над Волховом как всегда с блеском действовали 20 истребителей ЛаГГ-3 из 19-го Краснознамённого истребительного авиаполка Ткаченко. С 25 февраля они провели 140 боевых вылетов на прикрытие бомбардировщиков, штурмовиков, разведку, прикрытие наземных войск.

Полк Ткаченко - знаменитый полк. Сформирован в 1938 году в Ленинградской области из лётчиков, воевавших в Испании. Гражданская война 1936-1939 годов в Испании, когда с одной стороны сражалось законное правительство социалистов, а с другой стороны капиталистический мир во главе с фашистским генералом Франко, стала не только ареной противостояния социальных систем, но и полигоном для новых образцов боевой техники. Советский Союз как мог помогал законному республиканскому правительству Испании против фашистских полчищ, в том числе войск из Германского рейха.

В отличии от отсталой капиталистической России царского образца, которая воевала большим количеством импортного оружия, на импортных самолётах и бронемашинах, не имея даже толком своих прицелов и биноклей, Советский Союз, проведя коллективизацию-индустриализацию, стал индустриальным лидером, и сам поставлял за рубеж в широких масштабах современное вооружение, помогал военными специалистами свои друзьям. Кроме стрелкового оружия, артиллерии, боеприпасов, снаряжения, в Испанию большевики на возмездной основе поставляли отличные истребители И-15 и И-16, бомбардировщики АНТ-40 и танки Т-26. Эту технику вели в бой советские экипажи.

Против фашистов в Испании воевали 772 советских лётчика. 90 из них погибли. 35 стали Героями Советского Союза. Среди них один из самых известных лётчиков предвоенной поры - старший лейтенант Серов. Объединённый немецко-итальянский воздушный флот фашистов, где первую скрипку играли хвалёные Luftwaffe, столкнулся в Испании с очень сильным противником. Выяснилось, что не только советская боевая техника превосходна, но и подготовка советских лётчиков. Они ни в чём не уступали немцам и итальянцам, а зачастую и превосходили их. Кончилось всё тем, что фашистским пилотам рекомендовалось не вступать в бои с советскими истребителями, не имея численного преимущества.

Опыт, который получили советские ВВС в Испании имел колоссальное значение как в части подготовки лётчиков к будущей большой войне, так и в части перевооружения ВВС. Руководство РККА, нарком Ворошилов по-хозяйски использовали ценное наследие боёв в Испании. Часть лётчиков распределили в различные авиачасти для передачи опыта. Часть ветеранов войны в Испании вошла в 19-й истребительный авиаполк. В 1939 году этот авиаполк участвовал в боях с японцами на Халхин-Голе, а затем в Освободительном походе на Западную Украину, в Финском походе Красной Армии, совершив 3412 боевых вылета.

С первого дня вероломного нападения капиталистических орд на рабоче-крестьянскую страну, 19-й истребительный авиаполк принял участие в отражении нападения, войдя в авиакорпус ПВО Ленинграда. Немецкие и финские самолёты-разведчики непрерывно прощупывали воздушную оборону Ленинграда, самую мощную и совершенную в мире, пытаясь вскрыть позиции зенитной артиллерии и расположение аэродромов. Они быстро убедились, что бомбить Ленинград являлось для них самоубийством. Не чета Лондону. Там бомби сколько душе угодно...

В составе этого соединения герои авиаполка совершили 3145 боевых вылетов, провели 415 воздушных боёв, сбили 63 самолёта, 13 повредили в бою, 40 самолётов уничтожили на аэродромах. Потеряли 30 своих лётчиков и 57 самолётов...

Пользуясь тем, что истребители расчистили небо от Luftwaffe, не отставали от своих боевых товарищей и небесные тихоходы. Так экипаж Р-зет Капустина из 2-й эскадрильи 658-го легкобомбардировочного авиаполка точными попаданиями уничтожил на станции Трегубово в 'Волховском рукаве' эшелон с боеприпасами и вооружением.

После работы советской авиации и артиллерии подлецам пришлось перебросить в южную часть 'Волховского рукава' для возмещения потерь очередное 'пушечное мясо': 1-ю и 3-ю батареи 207-го артполка, 2-ю батарею 632-го и 1-я батарею 801-го артполков.

Из-за того, что советские силы снова перерезали дорогу Глушица - Сенная Кересть и могли в любой момент перерезать снабжение всей группировки в 'Волховском рукаве', фон Кюхлер снова отложил наступление на коммуникации армии Клыкова.

Посреди 10-километровой дороги Глушица - Сенная Кересть части 378-й стрелковой дивизии Лиленкова создали сильный опорный пункт с заградительной позицией на севере. Затем Лиленков двинулся к Приютино, где оказались под угрозой огневые позиции артиллерии, подгруппа 'Ост' штаба 609-го моторизованного артполка особого назначения. Эта артиллерия предназначалась для обеспечения наступление по приказу фюрера. При этом с рубежа Коровий Ручей начала атаки в рамках операции по освобождению Любани дальневосточная 92-я стрелковая дивизия Ларичева и 24-я харьковская стрелковая бригада Девятова. Восточный флаг группировки у Любани следовало прикрыть от контратак во что бы то ни стало, чтобы при последующем наступлении не повторилась история дивизий Окулича и Сланова.

Героическая дивизия Ларичева насчитывала после 4-месячных зимних боёв при контрнаступлении под Тихвином и в последовавшей Волховской битве всего 5400 человек, была сильно утомлена быстрым маршем. 'Харьковская' бригада Девятова после того, как её пополнили стрелками из лыжных батальонов, имела в строю 3200 бойцов и командиров. При сильно уменьшенном числе стрелков, артиллерия этих соединений не понесла значительных потерь и представляла собой мощную силу.

Участок 'линии Линдеманна' перед Ларичевым и Девятовым занимали части 'группы Кольберга', два пехотных полка и другие подразделения с общим числом солдат около 8000, имеющие 100 лёгких и 60 тяжёлых пулемётов, 30 миномётов, 15 противотанковых орудий, 18 танков, 20 отдельных орудий, и два полных артдивизиона. Не обладая перевесом в силах и имея перед собой сильно пересечённую местность, без танков и сильной авиаподдержки, наступление Ларичева и Девятова развивалось в духе Первой Мировой войны с опорой на артиллерию, последовательно выбивающую огневые средства обороны. Опорные пункты 'группы Кольберга' Коровий Ручей и Заречье на 'линии Линдеманна' вдоль дороги Веймарн - Чудово подвергли мощным обстрелам, в том числе с помощью дивизиона 'Катюш' из гвардейского миномётного полка РГК. Хороших результатов достигли 122-миллиметровые гаубицы 'Матушки' 839-го артполка РГК, которые за неделю расстреляли по оккупантам 1461 снарядов.

22-й стрелковый полк дивизии Ларичев совершил обходной маневр. 6-я стрелковая рота лейтенанта Таланова атаковала ДЗОТы и окопы у дороги, уничтожил оккупантов южнее Коровьего Ручья, захватил землянки и вышла к реке Тигода. В бою убито 55 оккупантов. Примерно столько же бежали в опорный пункт. Таланов пал смерть храбрых, политрук роты получил ранение.

До зарезу нужны большие заплечные термосы. Но о них кашевары роты Таланова пока только мечтали. Один обычный алюминиевый бачок наполняли пшенной кашей, так называемой 'блондинкой', другой - горячим чаем, в ведре - спирт. Бачки повязывали сверху чистыми портянками и плотно укутывали стёгаными ватниками. Идти по морозу больше километра, хотя бы тёпленькое бойцам довезти. Сухари, сахар и табак в 'сидорах', бачки и ведро ставили в волокушу. 'Наркомовские калории' в утеплении не нуждались. Тем не менее ведро плотно повязывали куском плащ-палатки - чтобы драгоценная влага не расплескалась да чтобы с ветвей не натрусились снег, хвоя и мусор. Готово, поехали. Сегодня кашевары отправились на 'передок' с большой охотой. Заранее предвкушали радость и благодарности голодных и промёрзших до костей красноармейцев. Несли и везли полную норму. После недельного перерыва опять появился спирт.

Передовая группа 317-го стрелкового полка, преодолевая глубокий снег, обходила Коровий Ручей с севера. В ходе боя убито 16 оккупантов. Уничтожено орудие. 163-я отдельная зенитная батарея лейтенант Саханцева сбила Ju 87. Но дальше продвинутся не удалось. От церкви и с северной окраины села вели сильный огонь миномётные батареи.

Атаки вскрыли систему обороны. На западном берегу Тигоды передовая линия проходила вдоль дороги, опираясь на узлы сопротивления. Окопы, ДЗОТы с пулемётами и орудиями, блиндажи у дороги прикрывались снежным валом, облитым водой. Здесь окопались два батальона, усиленные зенитами, миномётами и противотанковыми пушками. Вторая линии проходила по восточному берегу Тигода. Там оборонялся усиленный пехотный батальон в 13 ДЗОТах и 10 блиндажах. Третья линия в глубине на опушке леса имела ротные опорные пункты из 4-6 ДЗОТов, блиндажей, соединениях окопами. Между ними огневые позиции миномётов, пулемётов, зениток и артиллерии. Перед ними проволочные заграждения и минные поля. Всего на этой линии оборонялось до полка пехоты. Весь укрепрайон гитлеровцы прикрывали огнём шести 105-миллиметровых батарей. Между линиями курсировали танки, бронемашины и бронетранспортёры. Крепость. Турецкий вал. В русских избушках, сараях и погребах Коровьего Ручья уже месяц как никто не жил. Все либо убиты оккупантами, либо попрятались в лесах.

Каждый раз на советскую атаку следовала контратака вдоль железной дороги, чтобы не дать атакующим закрепиться. Гитлеровцы вместо своих убитых стрелков гнали здесь вперёд обозников и тыловиков. По разношерстной пехоте били 'Катюши'. От залпов горел лес за насыпью. Вскоре перед позициями советской пехоты вокруг Коровьего Ручья валялись около 1500 убитых тыловиков группы армий 'Север', стройбатовцев, не обстрелянного маршевого пополнения из разных фашистских дивизий. Жуткое зрелище. Везде вдоль 'линии Линдеманна' и так имелось великое множество солдатских могил 254-й и других дивизий, которых пригнали сюда умереть капиталисты. А тут ещё такое побоище в Коровьем Ручье...

В этот же день Государственный Комитет Обороны, его председатель Сталин, понимая, что в ближайшее время снять осаду уже не удастся, приняли решение о подготовке 'Дороги жизни' к летнему использованию. Для этого ГКО постановил построить целый флот: 10 металлических вооружённых озёрных барж грузоподъемностью по 600 тонн и 30 вооружённых деревянных озёрных барж грузоподъёмностью по 330 тонн. Для этого Сясьский целлюлозно-бумажный комбинат переоборудован в верфь. Первую баржу заложили немедленно. Также ГКО приказал создать погрузочно-разгрузочные порты на острове Кареджи и у села Кабоны для стоянки и разгрузки одновременно 6 барж, восстановить причалы у Гострополье, продлить железную дорогу от Войбокало до маяка Кареджи, построить мост через Новоладожский канал.

Эвакуация ленинградцев при этом продолжалась. В сутки транспортом Красной Армии по льду Ладожского озера вывозилось до 15 000 человек. Детей и женщин старались вывозить на 80 гражданских автобусах Московской и Ленинградской автоколонн.

12 марта на западном фасе Волховского плацдарма SS Freiwilligen 'Legion Flandern' после пополнения пушечным мясом подчинили 58-й пехотной дивизии фон Графена и наёмников сразу погнали в атаку на деревню Земтицы вместе с частями испанской 'голубой' дивизии в рамках наступления для перехвата коммуникаций армии Клыкова. Деревню подлецы снова оккупировали, но с такими потерями, что легион впору было снова отправлять на пополнение. Разведку эсэсовцы провели плохо. При атаке отсутствовало взаимодействие с артиллерией и авиацией. При гибели немецкого офицера бельгийские наёмники наступление останавливали до прибытия нового командира. Плохо оказалась организована связь. Эвакуация раненых отвратительная. Боевое взаимодействие с испанцами отсутствовала. Артиллерийская поддержка запрашивалась без повода, точные координаты не указывались. В результате Земтицы оказались под обстрелом уже когда там находились бельгийцы.

Западнее 'Волховского рукава' у оккупантов назревал кризис из-за действий 532-го стрелкового полка 111-й стрелковой дивизии Рогинского. Этот снабженный по воздуху полк, как пистолет к виску приблизился к коммуникациям 'Волховского рукава'. Из-за этого на атака коммуникации Клыкова по-прежнему откладывалась. Для контратаки в 'группу Кольберга' прибыл батальон капитана Нойсса из SS Polizei-Division. Подполковник Кольберг, встретив Нойсса, съязвил:

- Ах, господа из войск SS! Д-да, вы получаете самое лучшее питание и вооружение, самое высокое жалование. Но вам, наверное, должно нравится то, что вас как пожарную команду бросают туда, где будет припекать!'

Раздался громкий гогот подвыпивших и 'напервитиненных' офицеров штаба Кольберга. Многие из них убедились, что жизнь ничего не стоит и вели себя, руководствуясь принципом 'лови момент' - хватай жирный кусок любой ценой, дави ближнего, любыми средствами урви от общего пирога как можно больше. Иными словами, война подавляла среди подлецов последние принципы морали и справедливости.

Покрасневший Нойсс только и нашёлся:

- Против этого неправильного мнения коллег из армии нам часто приходится протестовать!

Снова пехотные офицеры заржали как кони. Под препаратом 'Pervitin' всё смешно...

После этого эсэсовец погнал свой батальон в заснеженный лес в 3-х километрах северо-западнее Глушицы, выбивать оттуда 532-й стрелковый полк дивизии Рогинского. Температура минус 20. Много снега. Батальон сначала бодро продвигался по чащобе, но вдруг попал под обстрел со всех сторон. Советские бойцы скрывались в снежных укрытиях. Они пропустили врага через себя и таким образом отрезали от тыла. Красноармейцы скрывались и за деревьями. Вместо того, чтобы отстреливаться, эсэсовцы пытались двигаться дальше. Вдобавок их начала обстреливать собственная артиллерия. Первыми убило связистов, которые держали связь между батальонным штабом и ротами. Убило многих офицеров и чинов младшего командирского состава. Подлецам повезло, что огонь оказался слаб из-за недостатка у их артиллерии боеприпасов. Батальон понёс очень большие потери. Ранен и выбыл командир 9-й роты капитан Шульц, убит обер-лейтенант Хесс и Экль, а также лейтенант Диршус, тяжело ранены обер-лейтенант Реманн и лейтенант Набер. В строю в батальоне Нойсса остался один офицер. Во главе рот фельдфебели и унтер-офицеры. Они знали как чистить пуговицы к параду, хвать на улицах немецких коммунистов, но для войны с хорошо вооружёнными, обученными советским войсками, составленными из сибиряков, этого мало. В результате батальон оказался почти полностью истреблён. Трупы удалось собрать только позже и покидать в ямы, вроде скотомогильников в деревне Приютино, где размещался их обоз. Неприятностей в этот день добавил удар советской авиации по колоннам пехоты и снабжения у Большого Опочивалово.

На восточном фланге Любанского направления 1-й отдельный батальон 57-й 'саратовской' стрелковой бригады и подразделения 50-го лыжного батальона отдохнули и в 8:00 получили горячую пищу. После этого без артподготовки и сопровождения артиллерийско-миномётным огнём, ввиду малой обеспеченности боеприпасами, они начали атаки на опорный пункт 254-й пехотной дивизии в деревне Ручьи. Такая организация наступательного боя грубо нарушала приказы Мерецкова по проведению наступательных операций, в частности его приказ 'О проведении частных операций с целью сковывания сил противника' от 26 января 1942 года. Приказ требовал организовывать артподготовку и огневое сопровождение всех так. Бригада же имела менее сотни 76-миллиметровых снарядов, более 1000 бронебойных 45-миллиметровых, непригодных для подавления огневых точек. 120-миллиметровых мин не имелось, 82-миллиметровых мин 170 штук, 50-миллиметровых мин 502 штук. Этих снарядов и мин едва бы хватило чтобы отбить атаку оккупантов. Подвоз ожидался не ранее следующих суток.

Разведрота и рота автоматчиков 'саратовцев' двинулись в обход, отрезая путь резервам оккупантов. Атакующие с фронта лыжники в 100-120 метрах к линии обороны на опушке леса оказались прижаты огнём к земле и весь день до 21 часа провели на этом рубеже под пулемётным огнём. Потери за день 30 убитых, 31 ранен, среди раненых командир разведроты. За понесённые потери командир и комиссар 50-го лыжбата отстранены от командования и с понижением в должности направлены командирами стрелковых рот. Командование Красной Армии резко против применения немецкой тактики 'мясных штурмов'. Мерецков ещё ранее даже приказ специальный издал для недопущения на Волховском фронте штыковых атак в духе русской армии Николая II, а командарм Клыков приказ о 'блокирующих' группах при борьбе с огневыми точками:

В ночь на 13 марта три экипажа Р-зет из 1-й эскадрильи 2-й эскадрильи 658-го легкобомбардировочного авиаполка уничтожили в опорном пункте Трегубово 'Волховского рукава' склад с боеприпасами, зенитную точку и миномётную батарею. Выполняя очередной ночной вылет с аэродрома 'подскока' в Селищах разбился экипаж лейтенантов Дедюлина и Кожемякина из этой эскадрильи - разрушилось крепление винта на битом-перебитом Р-зет. Самолёт упал в лес на границе аэродрома и взорвался. Лейтенанты погибли. Хоронили боевых товарищей на границе аэродрома.

На складе не оказалось красной ткани, чтобы сделать подушечки для орденов и ленты на гробы. Тогда юная девушка из батальона аэродромного обслуживания достала своё хранившееся красное шёлковое платье и из него вырезала материал для подушечек для ордеров и лент. Под оружейный зал гробы опустили в могилы. В это время из села прибежала запыхавшаяся старушка и принесла спешно сделанный ею из разноцветной деревянной стружки венок. Дрожащими руками, со слезами на глазах, положила она венок на могилу и сказала:

- Спите спокойно дорогие сынки, всё равно фашистские ироды будут разбиты и изгнаны с нашей родной земли!

Сказала так, будто Россия-Мать говорила через неё:

С утра батальон 377-й стрелковой дивизии предпринял разведку боем у Михалёво на восточном фасе 'Волховского рукава'. Подразделения 378-й 'красноярской' стрелковой дивизии после мощного артобстрела и налёта штурмовиков Ил-2 повели атаки на неподалёку расположенный опорный пункт Трегубово, обороняемый 'группой Дебеса'. Как прежде серьёзной помехой являлась река Полисть. Как река Глушица защищала 'Волховский рукав' на всём протяжении с запада, так Полисть защищала его с востока.

Полисть берёт начало в болотистой местности в 4,5 километрах от села Мясной Бор и течёт 49 километров с юга на север, впадая в Волхов возле села Марьино. Полисть по-древнерусски - топь, болото, трясина. Течение действительно слабое. Берега пологие, низкие. Средняя ширина 5 метров. Глубина до 2,5 метров. Самый крупный приток Полисти - река Глушица. Остальные притоки - небольшие зарастающие речки и ручьи. Лёд держится на реке до начала апреля. Освобождается ото льда к маю. Вдоль берегов растёт берёза, ель, сосна, осина, ива, ольха. Кустарники - багульник, вереск, малина. Травы - мята, зверобой, чистотел, малина, одуванчик, черника, шиповник, донник, тмин. На болотах клюква, брусника, голубика, морошка, черника. Много мхов, грибов. В устье реки обитает плотва, ерш, окунь, лещ, карась, щука, краснопёрка и некоторые другие виды, которые могут заходить из Волхова. Но рыбы мало. Можно охотиться: кабан, лось, волк, лисица, зайцы, бобр, выдра, утки, коростель, рябчик. В 1871-1876 годах поэт и писатель Некрасов приглашал сюда на охоту чиновника и писателя Салтыкова-Щедрина.

Основные населённые пункты: Мостки, Спасская Полисть, Трегубово, Большое Опочивалово. В верхнем и среднем течении реки Полисть то слева то справа от русла петляет шоссе с каменным покрытием Чудово - Новгород и железная дорога того же направления, являя собой теперь хребет 'Волховского рукава'. Дороги пересекают реку возле Мостков и Трегубово...

После начала атак 'красноярцев' линия фронта 'группы Дебеса' угрожающе прогнулась на 1,5 километра. Для восполнения потерь из 125-й пехотой дивизии сюда срочно передан II батальон 271 пехотного полка. Шоссе между Трегубово и Малое Опочивалово по-прежнему защищали части 215-й пехотной дивизии, которые до сих пор не закончили переформирование после зимнего разгрома. Для выправления ситуации в контратаку пошли III батальон 3-го полка SS Polizei-Division и 215-й противотанковый дивизиона при поддержке четырёх 'диких' трофейных французских танков Renault R35.

Отбивая бешеные контратаки эсэсовцев, советские командиры пытались нащупать слабое звено в обороне и с боем продвинулись через дорогу Глушица - Сенная Кересть. Расстояние передовых частей 378-й стрелковой дивизии наступающей на западном фасе 'Волховского рукава' до передовых подразделений 377-й стрелковой дивизии наступающих с востока сократилось до 1,5 километра по прямой. Казалось, вот-вот и 'Волховский рукав' удастся срезать, окружить три гитлеровские дивизии, полностью снять угрозу с 'дороги жизни' 2-й Ударной армии. Ни о каком наступлении гитлеровцев на коммуникации Клыкова в такой ситуации речи быть не могло. Его снова отложили.

На восточном фланге Любанского направления штурмовые группы 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии подполковника Чёрного взяли штурмом опорный пункт 'группы Томашки' в деревне Червинские Луки на реке Тигода. Отступая, солдаты преступной организации Wehrmacht расстреляли 63 местных жителей и сожгли все дома, до каких дотянулись их факельщики.

317-й стрелковый полк майора Маньковского из геройской 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии Ларичева продолжил атаковать опорный пункт в Коровьем Ручье. Его 2-й батальон перерезал дорогу, идущую на север. Под сильным огнём с западного берега Тигоды и обстрелом тяжёлой артиллерии батальон закрепился у дороги. Используя этот успех, 1-й и 3-й батальоны Маньковского рывком ворвались в опорный пункт Коровий Ручей и зацепился за окраину. Начались тяжёлые уличные бои. Здесь пригодился опыт, полученный 'дальневосточниками' при освобождения Тихвина и Будогощи. Тогда они действовали штурмовыми отрядами, куда включались зенитные пушки и зенитные пулемёты. Обладая высокой скорострельностью и большим углом возвышения, они успешно уничтожали гитлеровцев, засевших на верхних этажах и чердаках домов. Тогда бои шли за каждый дом. Вот и сейчас то же самое: каждый ДЗОТ, каждый дом, где размещались гарнизоны по 20-30 гитлеровцев, расстреливали из 'Зось' и зениток, закидывали гранатами и зажигательными бутылками КС, обстреливали ампуломётами, брали штурмом. В ходе боя убито более 90 оккупантов. Свои потери - 26 человек убитыми и 47 ранеными. Но освободить упорно обороняемый опорный пункт не удалось.

Для быстрой эвакуации раненых с поля боя 'дальневосточники' использовали кавказских овчарок, рослых, могучих, отважных, привыкших к морозам. На собак санитары-кинологи приторачивали сёдла с санитарными сумками и впрягали их в коробчатые санки или нарты. Хотя раненый в коробе напоминал покойника в гробу, особенно если ложился ногами вперёд, но зато не лежал, не истекал кровью и не мёрз до конца боя. Когда собака находила раненого, она его вылизывала, приводя в чувство, подставляла бок с санитарной сумкой, где имелись бинты, жгуты, водка, вода. Потом приводила упряжку. Когда раненый залезал в короб или на санки, собаки под пулями разворачивались и тянули его к своим 100-150 метров ползком по рытвинам, по снегу, по земле...

В район Красной Горки от Озерье подошли танки Т-34 из 1-го батальона Санкова 7-й гвардейской танковой бригады генерала Копцова. К сожалению два тяжёлых танка КВ-1 бригады чуть выработали моторесурс и стали неподвижными огневыми точками в обороне. Командир 7-й гвардейской танковой бригады Герой Советского Союза в Красной Армии человек известный. Сам лично храбрый. Из семьи рабочих. В Красной Армии с весны 1918 года с 14 лет. Доброволец-воспитанник Таманской армии на Южном фронте борьбы с Данилиным. Пулемётные курсы, Военная школа ВЦИК. Большевик. Военно-политические курсы в Москве, Ленинградские бронетанковые Курсы усовершенствования комсостава. В танковых войсках с 1931 года. Особо отличился в боях при окружении и разгроме японских войск в конце августа 1939 года в боях на Халхин-Голе в качестве комбата танкового батальона 6-й мехбригады. Лично вёл батальон в ночную атаку и после разгрома японцев с двумя ротами танков вышел в долину реки Халхин-Гол, на пути отхода самураев и устроил им месть за 'Нанкинскую резню' братского китайского народа. 8 часов отбивался в подбитом танке в тылу врага, сохранил экипаж и танк. Окончил Курсы усовершенствования высшего начсостава автобронетанковых войск.

На второй день после вероломного нападения капиталистов на СССР Копцов назначен командиром 46-й танковой дивизии 21-го мехкорпуса Лелюшенко. 21-й мехкорпус Лелюшенко являлось корпусом только по названию, на деле же представлял из себя подвижный отряд с лёгкими танками, примерно равный по силе моторизованной дивизии. Но это захватчикам не сильно помогло. На 6-й день войны Копцов своей танковой дивизией с севера атаковал в Советской Латвии LVI моторизованный корпус фон Манштейна из 3-й танковой группы Гота. Освободил село Малиновку, на плечах отходящих в панике войск фон Манштейна ворвался в Даугавпилс. Одновременно отправил 5 плавающих танков с десантом в тыл и нанёс удар по транспортным колоннам и штабу фон Манштейна. Отряд уничтожил до батальона пехоты, около 100 грузовиков с горючим, боеприпасами, имуществом, артиллерией, штабные автобусы и палатки фон Манштейна. Вместе с авиационным погромом войск Гота на плацдарме у Даугавпилса, Wehrmacht вместо того, чтобы проводить Blitzkrieg оказался здесь в роли избиваемого. Делу способствовало и то, что попавшая здесь под удар 8-я танковая дивизии Бранденбургера имела на вооружении в основном лёгкие чешские танки LT vz.38 и английские танки Cruiser Mk.II и Mk.IV. В 1940 году армия колониальной Британской империи, эвакуируясь из Дюнкерка, оставила фашистам около 1000 единиц исправной бронетехники. Одних танков Mk.IV они подарили Гитлеру около 100 штук. Они вполне органично вошли в число 20 000 единиц бронетехники, которыми обладал Wehrmacht к моменту вероломного нападения на первое в мире рабоче-крестьянское государство...

Чудо-богатыри Красной Армии под Даугавпилсом творили чудеса. Повар 91-го танкового полка дивизии Копцова Середа, родом из Донецкого Краматорска Украинской ССР, служивший в армии с 1939 года, с карабином и топором напал на трофейный английский танк Cruiser Mk.II из 10-го танкового полка 8-й танковой дивизии, оказавшийся неподалёку от его полевой кухни. Красноармеец запрыгнул на броню, ударами топора согнул ствол пулемёта, поварским халатом закрыл смотровые щели. Стучал топором по броне, выкрикивал приказы несуществующим красноармейцам. Гитлеровцы сдались. Под прицелом винтовки трусливо связали друг другу руки. Танк захвачен исправным.

Когда после боя бойцы вернулись на ужин, они увидели картину: у полевой кухни стоит фашисткой танк, рядом связанные оккупанты. А повар орудует у кухни и переживает, что не успел кашу доварить. Вот хохот стоял! Позже Середа в составе разведке гранатой подорвал танк, метким огнём из трофейного пулемёта уничтожил 20 мотоциклистов. Разведгруппа вернулась с трофеями и тремя пленными. Такую боевую подготовку имели даже повара в Красной Армии.

Пять дней дивизия Копцова из мехкорпуса Лелюшенко вела упорные бои на окраинах Даугавпилса и отошла только когда фон Манштейн подтянул танковую дивизию SS 'Totenkopf'. Сам Копцов получил два ранения, но остался в строю. Далее чередой прошли кровавые оборонительные бои с капиталистической ордой. Атаки, контратаки, отходы, марши, рубежи. Деревни Бети, Лейтани, Резекне, озёра Рушоны, Лейтани, городки Красный, Мозули, Опочки, река Ловать. В сентябре 46-я танковая дивизия Копцова реорганизована в 46-ю танковую бригаду, которая состояла двух танковых и одного мотострелкового батальона. Получена новая матчасть: 7 тяжёлых КВ-1 и 25 новых Т-34, остальные танки лёгкие Т-26 после капремонта.

С конца сентября бригада Копцова в боях против финских войск на Олонецком перешейке. Уничтожала войска финских фашистов маршала Маннергейма. Утюжила финнов на плацдарме на южном берегу Свири, вела бои в районе Шахтозера, Свирской ГЭС. В ноябре-декабре 1941 года бригада являлась танковым тараном Волховского фронта Мерецкова при разгроме группы армий 'Север' под Тихвином с выходом к 'Волховскому валу'. После этого бригада Копцов получила наименование 7-я гвардейская танковая бригада с преимуществом присвоения очередных воинских званий, особыми знаками и 1,5 денежными окладами.

По замыслу Клыкова при завтрашнем наступлении на Любань передовой группе следовало закрыть подходы Красной Горке с флангов по грунтовым дорогам с востока и запада, занять межболотное дефиле на дороге Красная Горка - Сустье-Полянка, обеспечив ввод в прорыв на Любань по коридору шириной в 1000 метров главных сил: 7-й гвардейской танковой бригады, 53-й отдельной стрелковой бригады и 1741-го сапёрного батальона. Частям 259 и 382-й стрелковых дивизий на железной дороге Веймарн - Чудово и грунтовых дорогах следовало очистить от оккупантов леса севернее, удерживать фронт с запада и востока, а главными силами наступать на Кирково и далее на Любань.

Стрелковые части Клыкова к этому времени не превышали 1/3-1/2 от штатной численности. На пополнение бригад и дивизий передали остатки лыжных батальонов. Но и они имели в лучшем случае 1/3-1/4 от своей первоначальной численности. Наступление шло по той же оси что и февральское. Линдеманн его ожидал.

Во разгар тяжёлых боёв во 2-ю Ударную армию приехали шефы - делегации от Советского Казахстана и Советской Киргизии. Они привезли из Казахстана 11 вагонов подарков. 25 вагонов привели шефы из Киргизии. В вагонах мясо, масло, сало, колбаса, сахар, мармелад, мука, сухари, крупы, сухофрукты, яблоки, орехи, табак, кондитерские изделия, вино. В частях прошли встречи и митинги. Газета 'Отвага' посвятила гостям специальный номер:

В ночь на 14 марта экипажи 657 и 658-го ночных бомбардировочных полков бомбили опорный пункт Красная Горка, опорные пункты Малое и Большое Переходно, Заволжье, Русская Волжа, Сустье-Полянка, Сустье-Конец. Сброшено 5,5 тонн бомб. 660-й ночной авиаполк доставил в группу войск южнее Красной Горки 2500 килограммов продовольствия, горючего и фуража. Наносились также бомбовые удары по опорным пунктам подлецов на шоссе в 'Волховском рукава' и лесах западнее.

Всего за ночь проведено 340 самолёто-вылетов, сброшено 75 тонн фугасных, осколочных и зажигательных бомб. Уничтожено 18 домов и построек, 20 ДЗОТов и блиндажей, 8 зенитных пулемётов, прожектор, поражены 3 артиллерийские батареи, 4 склада боеприпасов, 12 грузовиков и тягачей, 15 лошадей, убито более 200 оккупантов.

С утра по обороне оккупантов в опорном пункте Красная Горка открыла огонь советская артиллерия. Днём перешли в атаку 7 танков Т-34 из 1-го батальона Санкова 7-й гвардейской танковой бригады генерала Копцова, а также КВ-1 лейтенанта Кобзаря из 166-го танкового батальона Стоянова и штурмовые группы 'антюфеевцев'. За ними выдвигались подразделения 22-й 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва, 58-й отдельной стрелковая бригада Жильцова. Кроме полковой и дивизионной артиллерии, их поддерживал артдивизион 122-миллиметровых гаубиц 'Матушка' М-30 из 839-го гаубично-артиллерийского полка резерва Верховного Главнокомандования.

Один Т-34 подорвался на мине, другой подбили. Три Т-34 зарылись в снег в русле Сичевы. Вперёд вышел танк Кобзаря. По нему гитлеровцы били из всего, что стреляло. Экранированный 'Клим Ворошилов' двигался в светящиеся ауре разрывов, искр от пуль, брызг металла брони и разбивающихся бронебойных снарядов. В разные стороны от него уходили дымные и огненные линии рикошетов. 26 прямых попаданий снарядами разных калибров, не считая пуль!

Часть смотровых приборов получила повреждения. Но смотровых приборов танк имел больше, чем любой танк в мире: телескопический прицел 9Т-7 и перископический прицел ПТ4-7 для орудия, 5 перископических приборов в командирской башенке для командира, диоптрический прицел для стрельбы из кормового пулемёта, 2 перископических прибора в крыше башни, визирные щели заряжающего для наблюдения за обстановкой, диоптрический прицел курсового пулемёта радиста-стрелка, перископический прибор в крыше корпуса и визирная щель в центре корпуса у механика-водителя. В танке реализован принцип 'охотник-стрелок', когда командир машины ведёт разведку цели и указывает её наводчику, а наводчик самостоятельно её уничтожает. Командир в это время занимается поиском других целей. Совершенство!

Смотровое стекло прибора механика-водителя Мельникова оказалось разбито. Когда башню заклинило, экипаж самостоятельно устранил неисправность. Перед Красной Горкой наперерез КВ-1 по снежной целине вышел новейший экспериментальный 'тяжёлый' танк Pz.Kpfw.IV Ausf.F2 c длинноствольной пушкой 7,5 cm KwK 40 L/43, способной пробить 75-миллиметровую лобовую броню КВ-1 с дистанции 800 метров даже под углом 60 градусов. Под выстрелами, каждый из которых мог стать последним, старшина Мельников повёл 'Клима Ворошилова' прямо на этот танк. После нескольких маневров Pz.Kpfw.IV сел на днище в глубоком снегу. Когда расстояние сократилось до 25 метром, фашистские танкисты поняли, что сейчас произойдёт таран. Они открыли люки и стали выбираться наружу как крысы с тонущего корабля. Пулемётный огонь их перебил, а Pz.Kpfw.IV подожгли выстрелом из пушки в корму.

После этого Кобзарь раздавил 7 блиндажей и ДЗОТов вместе с гарнизонами, расстрелял пулемётные точки и миномётные позиции. Уничтожив противостоящие, 'антюфеевцы' достигли ледяного вала опорного пункта в деревне Красная Горка. Штурмовые группы захватили с боем 35 ДЗОТов, блиндажей и землянок, различные трофеи. КВ-1 Кобзаря и здесь двигался впереди как таран. Прорвавшись за ледяной вал, он уничтожил четыре орудия, грузовики с миномётами в кузовах, 7 стационарных миномётов, в том числе 6-ствольный, 15 станковых и ручных пулемётов, расстрелял и раздавил гусеницами более 200 оккупантов, по большей части эсэсовцев.

Среди 'напервитиненного' гарнизона началась форменная паника. Раненый офицер-эсэсовец при виде своей раздавленной вместе с солдатам противотанковой батареи, застрелился. 'Pervitin' ему не помог. Благодаря танкистам 'воронежцы' ворвались в опорный пункт без больших потерь. Деревней Красную Горку назвать уже было, конечно, нельзя. После двух недель ожесточённых боёв от 35 строений остался лишь домик лесника.

Только несколько ДЗОТов в районе Красной Горки остались не уничтожены. За них под прикрытием сильного заградительного арт-миномётного огня и зацепились остатки разбитого III батальона 272-го пехотного полка 93-й дивизии, отдельные подразделения I, II и III батальонов 2-го пехотного полка SS Polizei-Division, I и II батальонов 3-го полка той же дивизии, а также другие подразделения. Дорога бегства туда оказалась завалена трупами оккупантов, умирающими, брошенным оружием и награбленным тряпьём. Весь снег в крови. Страшное зрелище. Даже видевшим виды советским ветеранам битвы на Волхове стало не по себе. Всего убито и ранено более 1500 оккупантов. Тут очень хорошо стало видно, что не немецкое пушечное мясо, а лишь малое количество танков у советских войск мешало добиться коренного разгрома войск Линдемана и Буша в прошедшие месяцы.

Только из-за того, что танки Копцова либо застряли, либо вышли из строя, а других в резерве не имелось, не удалось добить подлецов и двинуться на Любань. Но это ещё полбеды. От Верховья с запада ожидаемо началась контратака частей 'группы фон Бассе'. В это время принесли ужин. Лыжники окружили вкусно пахнущие термосы.

- Чувствуете ли вы ответственность перед народом? - спросил комбат. - Знайте же, народ не простит вам этого: завоёванного не отдавать!

С этим и вступила в бой группа бойцов, оставшаяся от геройского 42-го лыжбата. Уже в ходе боя их передали в 3-й батальон бригады Пугачёва.

С востока от Сустье-Конец тоже началась контратака. Как тараканы из всех щелей полезли на советские позиции части 'группы Томашки'. Вдоль железной дороги от Залесье и Коровьего Ручья поползли как крысы подлецы из 'группы Хейнике'. На советские части обрушили огонь около 80 гаубиц и 50 миномётов, в том числе 6-ствольных 'Скипух'. Как только ушли на свой аэродром два МиГ-3 из 2-го гвардейского авиаполка, с аэродрома 'подскока' в Бородулино из-за Любани взлетели 6 бомбардировщики Ju 87 из StG1. В течении часа они бомбили боевые порядки советских войск невзирая на огонь с земли. Затем последовали новые налёты, в том числе по ближним тылам.

В этой обстановке командир 53-й 'саратовской' отдельной стрелковой бригады генерал Гаврилов самовольно отвёл части с позиций, в результате чего они перемешались с частями 22-й 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва. Поскольку все использовали белые маскхалаты, и гитлеровцы в том числе, которые просачивались в советские тылы, произошла путаница и даже перестрелка между своими. Под ударом оказался фланг одного из батальонов 259-й стрелковой дивизии Лапшова. Расстроенный неудачными действиями работников своего штаба, Гаврилов в разгар бой в сердцах их обматерил и ушёл с КП. Никто не знал где он.

Генерал Гаврилов человек заслуженный, трудной судьбы. Сам с Новгородчины. В армии с февраля 1917 года. Юнкер, прапорщик армии Временного правительства. На фронт в то время не попал. Демобилизован. В Красную Армию призван в 1919 году. Воевал как комроты против казачьих войск Колчака. Ранен. Лечился в госпитале. Сражался против Юденича и белоэстонцев как комроты, охранял границу с Эстонией. Воевал как комроты с белополяками на реке Березина, в районе Бобруйска и под Варшавой. На это раз тяжело ранен. Лечился. В 1922 году воевал как комроты на территории Западной Бухары против таджикских и узбекских банд басмачей. Окончил курсы 'Выстрел'. Преподавал тактику в Средне-Азиатской нацшколе Ленина в Ташкенте, служил в войсках на различных должностях, возглавлял Новосибирское военно-пехотное училище. Весной 1941 года назначен командиром уральской кадровой 98-й 'башкирской' стрелковой дивизии.

История Гаврилова и его дивизии - пример умелых, смелых, героических действий дивизий прикрытия границы и их командиров в первые месяцы после вероломной нападения капиталистов согласно доктрины Фрунзе, давшие возможность провести мобилизацию и передислокацию войск Красной Армии. Гаврилов в числе тех, кто сломал 'Blitzkrieg'. С 26 июня 1941 года дивизия Гаврилова на рубеже реки Западная Двина вступила в тяжёлые оборонительные бои против отборных войск 3-й танковой группы Гота, которые поддерживал 8-й авиакорпус Luftwaffe. К 6 июля сложилась очень тяжёлая обстановка в районе дивизии Гаврилова, зажатой в треугольнике между реками Дрисса и Западная Двина: во время Лепельского контрудара Тимошенко у Сенно Гот искал обходные пути к Смоленску, части его 19-й танковой, 14-й и 18-й моторизованных дивизий захватили плацдармы на северном берегу Западной Двины. Там всё перемешалось. Части гитлеровцев Гота, шарящих по лесам, свои отступающие колонны от Минска и из Литвы, авианалёты с обеих сторон. В течение двух дней Борковичи неоднократно переходили из рук в руки. Два командира полков 'башкирцев' Тарасов и Павлюк пали смерть храбрых.

Невзирая на помощь авиацией, резервами, в боях вокруг Берковичей под непрерывными ударами танков, пехоты авиации, очень сильным артогнём, Гаврилов проявил отличные организаторские качества несмотря на то, что один из его командиров полков башкир майор Зайнулин убежал на 15 километров, едва не ввергнув полк в панику. По результатам боёв Гаврилова назначили на должность замкомандира 51-го стрелкового корпуса, а в дивизии его сменил начштаба полковник Евсюков. Сама 98-я 'башкирская' стрелковая дивизия показала себя геройски. По мере наращивания численности войск Гота на плацдарме, 'башкиры' пятилась, не бежали, переходили в контратаки.

15 июля 1941 года 'башкирскую' дивизию вывели во вторую линию для приведения в порядок после 10-дневных напряжённых боёв. Затем начались бои за прорыв из окружения в районе Невеля. Гот желал во чтобы то ни стало окружить и уничтожить советские части, своей упорной обороной сорвавшие все планы молниеносного продвижения к Смоленску. На уничтожение окруженцев он бросил очень большие силы. Тогда по приказу командования 'башкиры' уничтожили или зарыли матчасть. В ночь на 20 июля Гаврилов, желая спасти часть техники, собрал вокруг себя 17 автомашин и повёл своих бойцов в прорыв. Первой шла машина со счетверённой зенитной пулемётной установкой. Машину Гаврилова подбили, она загорелась. Но 800 человек вышло, вышел 155-й гаубичный артполк, потеряв лишь две гаубицы. Из героев-'башкир' временно сформировали стрелковый полк под номером их дивизии. Он вёл бои в районе хуторов Ломы, Мироновка, затем Сопки, Кресты, Сипково, Моховики и Быково. Отдельные подразделения и группы 'башкирской' дивизии с боями выходили из окружения до конца августа. Всего организовано вышло более 1000 человек. Другие выходили поодиночке, по двое, трое. Группу в 140 человек вывел комиссар Сорокин. Гаврилов вывел группу в 184 человека в конце августа у Великих Лук. Дивизион 155-го гаубично-артиллерийского полка продолжил бой в районе Плаксино, Никулино, Заськово. За счёт выходящих из окружения 98-ю стрелковую дивизию снова развернули из сводного полка, и 'башкиры' участвовали в наступлении на Великие Луки. Гаврилов начал формировать из окруженцев 112-ю стрелковую дивизию, но из-за прорыва Гота в тыл армии формирование прекратил. Затем снова окружение, снова прорыв. При выходе из окружения Гаврилов командовал отдельными отрядами вплоть до выхода в район города Торопец. Результате Гот застрял под Смоленском на 3 месяца. 'Blitzkrieg' провалился. Начиналась русская осень.

Затем в составе 4-й отдельной армии Гаврилов воевал на Свири с финнами. Тяжело заболел. Лечился в госпитале. 11 ноября 1941 года назначен командиром 60-й танковой дивизии, которая бронированным молотом громила и крушила группу армий 'Север' в районе Тихвина. Освобождал территорию до Волхова. 16 января 1942 года назначен на должность командира 53-й отдельной стрелковой бригады. Боевой генерал, такой просто так приказ на отход не даст...

Контратаки фашистов на Красную Горку отбили миномётами и артиллерией с большими потерями для атакующих. Артиллерийский огонь в сплошных лесных зарослях имел свою специфику. Часть снарядов, попадая в стволы деревьев, могла разрываться над головой войск, поражая находящихся под деревьями осколками и щепой. Артиллеристы расстреливали гитлеровцев прямой наводкой, при этом трубку шрапнели устанавливали на картечь... В лесу более эффективными оказывались миномёты, преимущество в которых имела советская пехота.

Из-за массированного огня в течении всего светового дня 'Емель', 'Матушек' и 'Катюш', который перемежался прорывами через оборону Т-34 с десантом на броне, и в нескольких 'мясных' контратаках оккупанты потеряли 750 человек убитым и ранеными. Красную Горку советским войскам удалось удержать, но наступление на Любань в такой обстановке развить не удалось. Фланговые атаки от Верховья и Сустье-Конец отвлекали на их отражение все силы ослабленных 259-й и 382-й стрелковых дивизий, бригад Пугачёва и Гаврилова, а ведь именно их планировалось использовать для развития наступления танкистов и 'воронежцев'. В результате передовой отряд снова мог быть окружён и повторилась бы история 80-й кавдивизии.

Постоянный заградительный огонь по руслу Сичевы, где следовало двигаться передовому отряду на Любань, предвещал большие потери. Это являлось неприемлемым для малочисленных советских соединений. Нечем оказалось бы затем вести бои в самой Любани и защищать фланги. Этот же плотный артогонь, корректируемый наблюдателями и самолётами 'костыль', не давал бы затем возможности снабжать находящиеся у Любани войска. Клыков не желал повторения истории 80-й кавдивизии.

Втрое по счёту освобождение деревни Красная Горка стало лебединой песней оперативной группы Иванова у Любани. Все, включая Ворошилова, убедились, что наступательных возможностей 2-й Ударной армии не достаточно, чтобы взять Любань. Не могут три бригады и две дивизии с общим числом около 20 000 человек взломать оборону 'группы Эндрес' в которую входят части 6 дивизий общим числом 35 000 человек при равном количестве артиллерия, но при преимуществе оккупантов в авиации, танках, снабжении, питании и обогреве войск.

Усилить группировку у Любани не получалось. 2-я Ударная армия 2/3 своих войск использовала для действий на 200-километровом периметре зоны прорыва в тыл группы армий 'Север'. Отсутствие дорог не позволяло свободно маневрировать силами. 'Ударармейцы' сделали всё, что возможно, чтобы снять осаду Ленинграда, но выше головы не прыгнешь. Генерал-лейтенант Власов считал иначе, ведя в штабе фронта кулуарные беседы на этот счёт, готовился изложить при удобном случае всё на бумаге, критикуя Клыкова и метя на его место командарма.

Гаврилова за самоуправство сняли с должности и хотели отдать под суд Военного трибунала, но Мерецков и Клыков заколебались. Героический генерал, боевой. Тут с плеча не руби. Почему генерал Гаврилов поступил вопреки приказа командира оперативной группы Иванова и отвёл свои батальоны? Крепко задумались Клыков и Мерецков. Раз уж такой зубр остановился под Любанью: Штаб армии Клыкова перешёл в деревню Огорели. Следовало выработать план дальнейших действий.

Пока грохотало сражение у Красной Горки, сильный обстрел по средней части 'Волховского рукава' вела советская артиллерия с Волховского плацдарма. Порой обстрел переходил в ураганный. Три дивизионных залпа по 128 снарядов по Трегубово дали 'Катюши' только что прибывшего на фронт 31-го гвардейского миномётного полка. Наблюдались мощные взрывы, возникли пожары. Авиаразведка установила поражение пехотной и транспортной колонны, железнодорожной станции и школы.

Воины 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Лиленкова провели разведку боем до ручья Глушица на западном фасе 'Волховского рукава', обстреливали миномётами подлецов из 'группы Дебес' севернее Глушицы. Активно действовали здесь 'сибирские' разведгруппы. По другую сторону 'Волховского рукава' подобные действия проводила 377-я 'челябинская' стрелковая дивизия Цаликова.

Прорыв 2-й Ударной армии в тыл группы армия 'Север' составил 75 километров к западу и на 40 километров к северу. Горловина прорыва 15 километров. Плацдарм, обеспечивающий прорыв, имел ширину 30 и глубину 15 километров. Больше всего проблем доставляло снабжение. Невзирая на то, что ежедневно для поддержания дорог и колонных путей работали 5000 бойцов дорожно-строительных батальонов, снежные заносы сильно затрудняли движение, иногда его полностью останавливая. На освобождённой территории отсутствовали какие-либо запасы продовольствия и фуража. Оккупанты всё выскребли. 'Ударармейцы' питались только благодаря плановым поставкам. Хорошо хоть ускоренно проведённая большевиками коллективизация-индустриализация позволяли стране выращивать достаточно продовольствия. Из-за проблем с фуражом мобильность армии Клыкова сильно упала. От огня фашистов погибли и получили ранения с начала наступления 3900 лошадей. От бескормицы и болезней погибло 12 600 верховых, артиллерийских, обозных лошадей. Это 1/4 от всех имеющихся. 800 грузовиков 2-й Ударной армии хоть и не просили сена и овса, но не могли пройти там, где проходили лошади. Тылы находились в растянутом состоянии. Подтягивать их ближе опасно. Из-за действий Luftwaffe части снабжения приходилось размещать вне населённых пунктов.

Пока Клыков атаковал то здесь, то там, невзирая на отсутствие преимущества в силах, он владел инициативой. Это заставляло более многочисленные войска группы армий 'Север' обороняться, метаться из стороны в сторону. Но когда возможности для ведения активных действий иссякли, инициатива переходила в фон Кюхлеру. Теперь военный преступник выбирал где и когда вести бои.

Отразив советское наступление на Любань с юга и на основание 'Волховского рукава' с запада, фон Кюхлер заканчивал приготовления к наступлению на коммуникации армии Клыкова с севера от Спасской Полисти. Части слегка реанимированной после зимнего разгрома 126-й пехотной дивизии Лаукса сменили 'группу Яшке' - часть 20-й моторизованной дивизии генерала Яшке на южном фасе Волховского плацдарма при том, что основные части дивизии Яшке по-прежнему подчинялись SS Polizei-Division и находились в 'Волховский рукав'. Теперь уже вся 20-я моторизованная дивизия собиралась в 'Волховском рукаве'. По мере переформирования дивизии Яшке после зимнего разгрома, она стала каждой бочке затычка. 'Группа Хённике', обороняющая северную часть 'Волховского рукава' и Чудово с юга, по-прежнему использовала её разведбатальон, мотоциклетный батальон, I батальон 76-го пехотного полка, II дивизион 20-го артполка. Части моторизованной дивизии Яшке также располагались в полосе 254-й пехотной дивизии и 'группы Эндрес' под Любанью: III батальон 90-го пехотного полка и батарея 20-го артполка. В полосе 61-й пехотной дивизии действовал 20-й противотанковый дивизион из дивизии Яшке.

Накопив достаточно сил, оккупанты усилили атакующие действия против обороны 244-го кавполка 87-й кавдивизии на западном фасе зоны прорыва армии Клыкова. От опорного пункта Конечки подлецы мелкими группами по 10-15 человек в течении предыдущего дня пытались несколько раз проникнуть в расположение советских частей. Каждый раз кавалеристы их громили и отбрасывали. На стыке 4-х просек по дороге из Каменки батальон оккупантов начал возводить опорный пункт. Спешенные эскадроны кавдивизии эту стройку атаковали.

Несколько раз оккупанты бросали в контратаки пехоту, которая шла с криками 'ура' совершенно по-русски. Оказалось, что это украинские 'хиви' из OrPo, подчиняющиеся 285-й охранной дивизии фон Плотто. От контратак эскадроны прикрывались огнём дивизионной артиллерии и артиллерии 13-го кавкорпуса. Во время боя у 4-х просек оккупанты и их пособники потеряли убитыми и ранеными более 200 солдат. Потери 244-го кавполка - 2 убитых, 3 раненых в том числе лейтенант Чернов. 241-й кавполк потерял убитыми 10 человек. Пали смертью храбрых политрук Коваленко, лейтенант Тимошенко. Ранено 12 бойцов. Разбит 'Максим'. 236-й кавполк потерял убитыми 4 человека, ранено 9.

Вместе с 'подснежниками' - трупами оккупантов в разномастном обмундировании армии, Luftwaffe, SS, полиции, 'Организации Тодта', NSKK, 'хиви', которые не попали в цифры убитых оккупантов в январе-марте, появились и другие 'подснежники' - оружие, которое тоже не попало в цифры потерь оккупантов или списки советских трофеев января-марта на Волховском фронте.

По инициативе комсомольцев бойцы и командиры организовали сбор трофейного военного имущества. Обнаружено в лесах и извлечено из-под снега: два средних танка Pz.Kpfw.III, 4 грузовика, 105-миллиметровое орудие, 3 лёгких орудия, 2 противотанковые пушки, 17 миномётов, 39 ручных пулемётов, 35 станковых пулемётов, 2767 винтовок, 26 автоматов, 11 противотанковых ружей, 4580 снарядов, 5982 мины, 2314 гранат, 179 350 винтовочных патронов, 11 мотоциклов, 30 велосипедов, 100 километров телефонного кабеля, 673 противогаза, 114 автопокрышек, 12 орудийных передков, 3 походные кухни, 2 автомашины легковые, 15 пар лыж, 27 хомутов, 12 повозок, 13 радиаторов, 8 автоблоков, 50 бензиновых ёмкостей, 2012 снарядных гильз, два ящика пороха, 85 пар белья, 25 плащ-палаток, 11 пар валенок, 6 кавалерийских сёдел, 650 касок-кастрюль и много другого военного имущества. Хватило бы на вооружение стрелкового полка.

Около устья Столоповского ручья на высоком берегу Керести, где до войны работала водяная мельница, обнаружена в запруде масса военной техники и имущества завоевателей. Сюда под лёд во время поспешного бегства зимой они сталкивали с обрыва машины со всевозможными грузами, спаренные и счетверённые зенитные установки. Отсюда доставали теперь со дна ящики с консервами, мешки с размокшими сухарями или галетами, тюки с обмундированием.

Собрали в полосе Волховского фронта также брошенное по разным причинам своё военное имущество. За март месяц собрано и извлечено из-под снега 3 орудия калибра 76 миллиметров, 3 орудия калибром 45 миллиметров, 15 станковых пулемётов 'Максим', 43 ручных пулемётов ДП, 40 миномётов, 5 противотанковых ружей, 3737 винтовок СВТ и Мосина, 187 автоматов ППШ, 7600 снарядов, 6830 миномётных мин и 43 ящика с минами, 4180 гранат, 136 400 винтовочных патронов, 10 450 патронов к ППШ и ТТ, 800 противотанковых патронов, 112 противотанковых гранат, 3370 противогазов, две автомашины ГАЗ, две легковых 'эмки', два самолёта У-2, 12 орудийных передков, 2 походные кухни, 95 автопокрышек, 6 станков к станковым пулемётам 'Максим', 68 дисков, 11 стволов к пулемётам, 14 повозок, одна походная баня, 47 пар лыж, 27 хомутов, 60 кавалерийских сёдел, З92 малых сапёрных лопаты, 134 сапёрные лопаты, 15 пар сапог, 89 пар ботинок, 67 маскхалатов, 14 ватных брюк, 30 поясных ремней, 484 кожаных подсумков, 29 подшлемников, 11 полушубков, 88 шинелей, 60 попон, 1676 касок, 101 вещевой мешок, 85 пар белья, 7 катушек телефонного кабеля и много другого имущества. Хватило бы вооружить стрелковую бригаду.

В этот ясный день ВВС Волховского фронта действовала активно. Скоростные бомбардировщики Пе-2 бомбардировочных авиаполков сбросили на оккупантов 12 штук 500-килограммовых бомб ФАБ-500, 84 штук 100-килограммовых ФАБ-100, 58 штук 50-килограммовых бомб ФАБ-50, а также 200 бомб меньшего калибра. Уничтожено 29 ДЗОТов, танк, 6 грузовиков с грузами, 12 повозок, разгромлено 6 артиллерийских батарей, убито более 150 оккупантов. Так бы каждый день!

Всего проведено 115 самолёто-вылетов. Сбит разведчик He 126, истребитель Bf 109, бомбардировщик Ju 88. После боя старший политрук Мороз из 92-го истребительного авиаполка посадил свой повреждённый ЛаГГ-3 в болото. Младший лейтенант Война выпрыгнул из своего ЛаГГ-3 с парашютом. Ещё три машины вернулись с повреждениями. Снова в ремонт!

Закончился ещё один день страшной войны, затеянной капиталистическим интернационалом. Над болотами Поволховья быстро вступала в права безлунная и беззвездная ночь. Далёкий лес слился с горизонтом и превратился в сплошную тёмную полосу. Очаги тумана всё шире расползались по кочковатой снежной равнине - будто таинственные хозяева здешних болот устанавливали дымовую завесу, запугивая чужаков. Где-то каскадно ухал филин. В душу заползала тревога. Казалось, будто далёкая канонада и надвигающийся туман, и улюлюканье филина предвещают новые беды.

Из-за активных, дерзких и успешных действий советских войск на всём периметре зоны прорыва 2-й Ударной армии, когда вот-вот могло произойти окружение войск Линдеманна у Чудово, группа армий 'Север' смогла изготовиться к атаке на коммуникации Клыкова после приказа на это Гитлера, только к 15 марта. Наступление по плану 'Raubtier' переносилось 5 раз, хотя 58-я пехотная дивизия и 2-я моторизованная бригада SS начали атаки с юга на несколько дней раньше, используя как таран средние танки и Ju 87.

Главными коммуникациями Клыкова являлась дорога Ямно - Мостки - Ольховка через болота Михайловский Мох и Грядовский Мох, а также лежневые дороги, проложенные по трём просекам западнее Мясного Бора. Центральную просеку оккупанты назвали 'Эрика', северную - 'Фридрих', южную - 'Дора'. Расстояние между проходящими параллельно просеками по 1000 метров густого леса с бесчисленными воронками от артиллерийских снарядов и бомб, сугробами, топями, густым кустарником, буреломами и наваленными друг на друга стволами деревьев. От Финёва Луга через Новую Кересть на Мясной бор советские сапёры продолжали строить узкоколейную железную дорогу, призванную решить все вопросы со снабжением армии Клыкова. Вовсю шла разбора узкоколейки у Ям-Тёсово, рельсы, материалы и подвижной состав от которой предполагалось использовать для строительства.

Потеря в феврале опорных пунктов Мостки и Любино Поле требовала теперь от оккупантов многих кровавых жертв для восстановления здесь фронта 'Волховского вала' и нарушения коммуникаций Клыкова. Мостки и Любино Поле с февраля уже советские крепости. Атаки позиций советских войск здесь каждый раз кончались истреблением пехоты подлецов вместе с их танками артиллерийским огнём. Поэтому Wehrmacht отложил в сторону спесь и обанкротившийся 'Blitzkrieg', и на этот раз решил наступать в обход через лесные дебри параллельно железной дороге и шоссе, беря пример с Красной Армии.

Когда 15 марта установилась прекрасная солнечная погода и допотопные 'ревуны' Ju 87 наконец-то смогли летать, на Спасско-полистском направлении началось требуемое бесноватым Гитлером наступление 'Raubtier' на юг по лесному массиву от опорного пункта 'Острие' силами мощной 'группы Вюнненберга': около 25 000 солдат и офицеров, 65 танков, 42 единицы другой бронетехники, 120 гаубиц и крупнокалиберных мортир.

Ночь однако прошла как обычно. До утра 658-й легкобомбардировочный авиаполк Лукашевича бомбил опорные пункты на шоссе в 'Волховском рукаве'. При подавлении зениток на этот раз использовались осветительные бомбы. Всего сброшено 2500 килограммов фугасных бомб. Уничтожено 10 ДЗОТов и бандажей, зенитное орудие, два склада боеприпасов, склад горючего, тягач с полевым орудием, 15 грузовиков и повозок с имуществом, около 75 оккупантов. Части 267-й 'белгородской' стрелковой дивизии Потапова по-прежнему вели бои за удержание позиций на дороге Сенная Кересть - Глушица между опорными пунктами. Оккупанты во что бы то ни стало пытались восстановить здесь целостность фронта, поэтому не жалели ни снарядов, ни солдат.

В 8:00 утра на Спасско-полистском направлении утренняя тишина сменилась грохотом. Тихий лес задрожал от выстрелов и взрывов артподготовки захватчиков. Над советской линией охранения разразился ураган огня. С разрывом последнего снаряда в небе появились тихоходные Ju 87. Они пикировали с оглушительным воем включённых сирен на лесные лагеря небольших групп 1246-го стрелкового полка капитана Рыбаков и комиссара политрука Мухалева из 374-й 'сибирской' стрелковой дивизии Витошкина, прикрывающего дорогу снабжения Мостки - Ольховка. 'Лапотники' бросали бомбы как большие камни из пращи и сразу же над лесом поднимались гигантские фонтаны земли вперемешку с чёрным дымом. Эсэсовцы из SS Polizei-Division нервно курили в своих укрытиях. Им - ветеранам Первой Мировой войны, такое в новинку видеть живьём, а не на киноэкране. Одновременно Luftwaffe сбрасывало на дорогу снабжения Клыкова бомбы особой мощности SC 1000 весом в тонну со смесью амматола и тротила. Эти бомбы ранее применялись против Лондона. Против Ленинграда, имеющего самую мощную и совершенную ПВО их применить не получалось. Вот и сыпали щедро эти весьма дорогостоящие экземпляры на ёлки, берёзы и дороги из жердей по болотам у Мостков и Мясного Бора. Бах! - и качнулась земля. Бах! - и снова качнулась.

После артобстрела и авианалёта, когда Ju 87 начали пикировать в ложных атаках, две войсковые группы подлецов 'West' и 'Ost' из 'группы Вюнненберга' начали движение из 'Волховского рукава' по лесу на юг параллельно железной дороге Чудово - Новгород в 3-4 километрах западнее неё. Группа 'West' полицейского полковника Борхерта состояла из трёх батальонов SS Polizei-Division, штаба батальона Менцеля, 540-го штрафного батальона. Их поддерживали танки Пушманна из I батальона 29-го танкового полка. Группа наступала по просеке на юго-запад из опорного пункта 'Паук' на высоте 37.8. Группы 'Ost' полковника Фрайтага тоже имела как ядро три батальона эсэсовцев SS Polizei-Division. Впереди каждой колонны шёл тяжёлый французский танк из числа 'диких'. В каждой группе также и немецкие средние танки. Каждый час передовые отряды менялись, совершенно выматываясь при прокладке пути. Скорость наступления сквозь буреломы даже безо всякого сопротивления противника не превышала одного километра в час. Да уж - совсем не 'Blitzkrieg'...

Вслед за эсэсовцами, затылок в затылок, двинулись 20, 21, 205-й сапёрные батальоны, 502-й и 677-й дорожно-строительные батальоны 'Организации Тодта' и рабы из местных жителей. Частично одетые в самодельные маскхалаты из простыней как в саваны, в большинстве своём в трофейных серых или цвета хаки красноармейских шапках-ушанках, ватниках, утопая по колено в снегу даже на просеке, эти вояки на самодельных волокушах тащили боеприпасы, строительные инструменты. Глядя на это жалкое воинство, которое воля советского командования загнала в эти дебри, со стороны никто не смог бы сказать, здесь наступают или снова драпают? Сапёрам и 'тодтовцам' предстояло устраивать просеки, расширять дороги, засыпать воронки от бомб, ремонтировать мосты и мостки. Сразу же началась прокладка дороги для танков, артиллерии и снабжения. Это как инженерная галерея - 'сапа' к стенам осаждённой крепости, но не в земле, а через лес в тыл армии Клыкова. Так крысы прогрызают стенку амбара, чтобы добраться до зерна!

Кроме собственно эсэсовских частей SS Polizei-Division Вюнненберг имел для наступления через лес каждой твари по паре: 505-й пехотный полк 291-й пехотной дивизии Герцога, два батальона и штабные подразделения 254-й пехотной дивизии Кольберга, штабные подразделения 24-го пехотного полка 21-й пехотной дивизии Арнинга, I и III батальоны 287-го и III батальон 284-го пехотных полков 96-й пехотной дивизии Шеде, I и III батальоны 161-го пехотного полка 81-й пехотной дивизии Шоппера и другие части и подразделения. Ещё Вюнненберг имел 40 танков из 203-го и 29-го танковых полков.

Обе группы 'West' и 'Ost' имели по одной батарее из 291-го артдивизиона и батарее из 47-го артполка. В общей сложности 9 лёгких и 8 тяжёлых гаубиц в каждой группе. Кроме своей артиллерии, войска Вюнненберга поддерживала огнём артиллерийская группы 'Ost' во главе со штабом 609-го моторизированного артполка из резерва группы армий 'Север'. Дальнобойные орудия из Спасской Полисти действовали в интересах обеих групп.

Большая часть батальонов 'группы Вюнненберга' имели полный штат и даже усиленный состав, но некоторые части наоборот, числились лишь на бумаге. Так III батальон 284-го пехотного полка дивизии Шеде, разгромленный ранее в Мостках, имел лишь 70 человек из положенных 850. Пустая отметка на тактической карте. Им поручили охрану части обоза. Но действия этой пустышки в приказах описаны так же подробно, как будто это полнокровная часть. Немецкая военная школа со времён Фридриха II не жалела чернил настолько же, насколько не жалела крови своих солдат. Этот фонтан славословий немецких военных хорошо подметил отставной артиллерийский офицер Лев Толстой в романе 'Война и мир' в главах посвящённых сражению 1805 года под Аустерлицем. Пока австрийский генерал Вейротер накануне сражения зачитывает Кутузову свой план сражения: 'Die erste Kolonne marschiert, die zweite Kolonne marschiert...', Кутузов засыпает. Он опытен, ему нужна суть, а лишняя писанина ни к чему. Багратион вообще не явился на совет, поскольку считал пустую трескотню вредной. Полководец осознавал, что любая слишком подробная диспозиция не может учитывать обстоятельств, которые в решающий момент смогут изменить ход битвы.

Ещё один пример немецкого военного пустозвонства в романе Толстого, который как офицер-артиллерист отлично разбирался в войне, - немецкий генерал на русской службе Пфуль, который в романе составлял план кампании 1812 года против Наполеона и зачитывал его русским военачальникам. Там такая же трескотня: 'Die erste Kolonne marschiert, die zweite Kolonne marschiert...' Крайне неудачный план ведения войны с французами Военным совет императора отверг.

Толстой этими эпизодами подчеркнул шаблонность прусской военной тактики, которая носила преимущественно 'бумажный' характер и совершенно не учитывала творческого характера ведения военных действии. 'Гладко на бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить'. Мог ли Wehrmacht воевать вне старых прусских традиций? Нет, не мог. Яркий пример 'Die erste Kolonne marschiert, die zweite Kolonne marschiert...' в исполнении гитлеровцев - план 'Barbarossa'. За 3,5 месяца до Урала! И это имея против себя Красную Армию, которая за 3,5 месяцев силами лишь Ленинградского военного округа и Балтфлота разгромила 200-тысячную армию Финляндии, сидевшую в обороне за мощнейшей 'линией Маннергейма'! План 'Barbarossa' даже не имел 'варианта No.2', если что-то пойдёт не так!

Советских войск перед убийцами Вюнненберга нигде не обнаруживалось - непроходимую чащу никто не оборонял. Здесь ни оборону, ни атаку невозможно обеспечить полноценным снабжением. Встречались только покинутые стрелковые ячейки и шалаши, очень редко небольшие пустые ДЗОТы-землянки. Иногда мелькали то тут, то там какие-то фигуры в белых маскхалатах. Свои или русские? Оккупанты кричали им, но никакого ответа. Получается, что масса снарядов артподготовки и бомб Luftwaffe упали впустую. Wehrmacht вечно страдал от не налаженной армейской разведки.

Сначала подлецы шли вдоль просеки со столбами линии электропередачи. Затем вне просек или тропинок, по карте и компасу, избегая открытых мест. Пробирались по буреломам и густому лесу, снегу, используя по большей части натоптанные русскими узкие тропки, идущие там и сям. Связные из штабов время от времени стреляли белыми ракетами, на которые идущие слева и справа группы в свою очередь отвечали своими ракетами, чтобы как-то ориентироваться кто где.

В 16:00 авангард группы 'West' при пересечении большой поляны попал под мощный огонь самозарядных винтовок, пулемётов и миномётов 'сибиряков' 1246-го стрелкового полка капитана Рыбакова. Не озаботились завоеватели разведкой. Начался бой. Ленту за лентой глотали немецкие пулемёты. К их трещотке присоединились глухие выстрелы тяжёлых миномётов. Несмотря на то, что с советской стороны сражались две неполные роты, произошёл форменный расстрел эсэсовцев. Они понесли большие потери - 1/4 батальона либо легла оскалом в снег, либо на носилки санитаров-'хиви' и отправилась к 'Пауку'. Менцеля осколок тяжело ранил в гортань. В командование вступил капитан Екерт. Но он сам вскоре получил ранение. Эсэсовцы бросили своих убитых и в панике откатились, чтобы перевести дух и поискать более лёгкий путь.

Навстречу войскам Вюнненберга, начавшим наступление с севера на коммуникации Клыкова, с юга ринулась 'группа доктора Альтрихтера': 58-я пехотная дивизия этого самого 'доктора', части 126-й пехотной и 250-й 'голубой' испанской дивизий, батальон 'сопровождения рейхсфюрера SS', зенитный дивизион SS 'Ost' и другие подразделения 2-я моторизованной бригады SS.

Командир группы генерал доктор Альтрихтер ранее преподавал в военной школе пехоты в Дрездене в весьма специфической манере - он готовил лейтенантов на опыте последних войн в течении 2-х месяцев, но при этом труды военных теоретиков Клаузевица и Шлиффена для будущих лейтенантов считал лишними. Впрочем, это относилось ко всей системе подготовки офицеров, которой обладал Wehrmacht. Пока такой малообразованный 'ускоренный' лейтенант командовал только ротой, вроде и ничего. Но замещая всё более высокие должности, эти офицеры уже никакие другие учебные заведения не заканчивали! Никаких военных академий Wehrmacht не имел. Командующими дивизиями, корпусами, армиями и группами армий являлись всё те же выслужившиеся '2-х месячные лейтенанты', строящие свои операции так, как они ранее командовали ротой - без оглядки на фланги и тылы, комплектность войск, условия театра военных действий, без взаимосвязи с вопросами снабжения и морального состояния, положения дел на их фронте и фазы войны. 'Вперёд, на русские танки!' Происходило избиение их войск, 'мясные штурмы', сакраментальное: 'Фрау ещё нарожают!' За исключением офицеров Генерального штаба, конечно. И то - курс офицера Генштаба не включал никаких экзаменов! А если человек дурак и попал сюда по протекции? Ответ знает только ветер!

Всё это приводило к полнейшему конфузу везде, куда ни глянь и куда ни плюнь: Wehrmacht имел как основу полевой артиллерии орудия времён прошлой войны или трофейные, основной истребитель Luftwaffe не мог садиться на грунтовые полевые аэродромы, Wehrmacht не имел запасного плана действий в случае провала плана 'Barbarossa' и так далее список на два листа. Осуществляя разработанный '2-х месячными лейтенантами' план 'Barbarossa', Wehrmacht наступал по трём расходящимся направлениям, имея в войсках малое количество пистолетов-пулемётов, сильно заниженный план по расходу снарядов - всего лишь как при войне с Польшей, не обеспечив войска обмундированием в соответствии с театром военных действий, адекватной помощи раненым, поощряя мародёрства и убийства, что неизбежно вело к падению дисциплины, отказываясь от проведения техобслуживания грузовиков перед операцией 'Barbarossa', имея неготовность техники к эксплуатации в зимних условиях России, планируя крупные наступательные операции вроде операции 'Taifun' при падении вдвое снабжения войск от расчётного, имея очень большое количество европейского трофейного оружия и техники в войсках, невозможность адекватной доставки боеприпасов и запчастей в условиях фронта и динамичных операций, поручая войскам исполнение пунктов оккупационного плана 'Ost', и так далее ещё на два листа. Только не получившие системного высшего военного образования офицеры могли составить такой ужасающе безграмотный план нападения на одну из ведущих индустриальных стран мира, обладающую огромной территорией, многочисленным населением и мощной передовой армией. Недоучки. Вмешательство же наркоманов Гитлера и Геринга в действия отдельных батальонов и эскадрилий - апофеоз некомпетентности в вопросах управления ходом ведения боевых операций и стратегии вообще. Пока Гитлер двигал по карте батальоны, Wehrmacht не мог в течении года рассчитаться с промышленностью за полученное вооружение:

На тактическом уровне Wehrmacht, раздувшись за 5 довоенных лет со 100 000 до 8 000 000 и не построив адекватной массовой системы подготовки офицеров, получил ту же картину. Пока Wehrmacht воевали с французами и поляками, система работала. Небольшие потери офицеров легко возмещались. Но вот советские военные специалисты за первые 9 месяцев войны выкосили 1/2 войск из числа осуществлявших вероломное нападение 22 июня 1941 года, в том числе 3/5 офицеров. Такое количество офицеров система высшего военного образования Германского рейха могла подготовить лишь за 5 лет. Но офицеры нужны сейчас! Тогда из-за нехватки кадров Wehrmacht начал производить в лейтенанты большое количество унтер-офицеров.

Эти 'унтера' имели за плечами лишь ускоренные курсы и чаще всего не имели даже среднего школьного образования. Чистить пуговицы, издеваться, бросать солдат на советскую оборону в лоб живыми волнами с засученными рукавами пьяных в рост с таблеткой препарата 'Pervitin' в крови, а то и в 'психическую' атаку - это они могли. 'Мясные штурмы' они помнили из своей службы в Первую Мировую войну, когда до окопов французов добегал один последний солдат из немецкого батальона. Но и только. Организация боя для них - как астрономия для доярки. Спасение раненых - задача не менее важная, чем успех в бою? Но зачем? Солдат фрау ещё нарожают!

Советская система подготовки командиров имела в 20 раз большее количество училищ, систему военных академий по родам войск, курсы для повышения квалификации, отдельные полковые курсы для младшего командного состава: сержантов, помкомвзвода, старшин. Большевики не скупились при подготовке страны к войне с Западом. Например, начальник штаба Северо-Западного фронта Ватутин помимо пехотной школы окончил Киевскую высшую объединённую военную школу в 1926 году, Военную академию Фрунзе в 1929 году и Академию Генштаба в 1937 году. А фельдмаршал Кейтель, начальник штаба всех вооружённых сил Великогерманского рейха OKW не оканчивал никаких военных училищ и академий вообще! Их просто не имелось! Самоучка! Роммель с Гудерианом туда же. Капиталисты рассчитывали на большое численное превосходство своих армий, преимущество первого вероломного удара, больший промышленный и мобилизационный потенциал. Этим они собирались компенсировать грубейшие просчёты при планировании и ведении войны. Если бы Wehrmacht не имел как базу талантливый, работящий, нищий, терпеливый простой немецкий народ, который фашисты закабалили и погнали на войну, война для Гитлера и его капиталистов закончилась в 1941 году под Смоленском.

Кредо советской системы подготовки командиров зеркально отличалось от капиталистической: 'Советский командир - независимо думающий и действующий, понимает, когда надо действовать самостоятельно, а когда ждать приказа'. Поэтому противостояние немецких и русских, советских командиров на поле боя чаще всего походило на противостояние дятла с котом...

Одновременно с наступлением на коммуникации Клыкова с севера и юга, для того, чтобы советские войска не могли перемещаться южнее для борьбы с наступающими на их коммуникации, Линдеманн погнал в отвлекающие атаки на западном и восточном фасах 'Волховского рукава' войска 'группы Каттер', 'группы Хойн', 'группы фон Ова'. На участке 'группы Каттнер', несмотря на мощную артподготовку, оккупанты понесли от плотного огня советской обороны тяжёлые потери и отошли. Части 'группы фон Ова' у леса возле ручья Серединка понесла тяжёлые потери на минных полях. 'Группа Хойн' напоролась на хорошо замаскированные и оборудованные советские опорные пункты и ДЗОТы, после чего отошла, потеряв убитыми 60 человек.

Всё это время наступающие войска фашистов бомбила авиация Волховского фронта. 771-й бомбардировочный авиаполк Киселёва на Пе-2 и 35-й бомбардировочный авиаполк Подмогильного тоже на Пе-2 под прикрытием истребителей совершили 85 самолёто-вылетов. Сброшено 4500 килограммов бомб и листовок. Уничтожено 4 гаубицы, 6 миномётов, танк, 26 тягачей и грузовиков, три склада боеприпасов, склад горючего, рассеяно до батальона пехоты, убито около 200 оккупантов. 24 самолёто-вылетов совершили Ил-2 из 218-го штурмового авиаполка Сапогова и 565-го штурмового авиаполка Володина, штурмовики которого имели тактический знак в виде белой кромки киля. Ил-2 оккупанты называли 'чёрная смерть' за эффективность и 'бетонный самолёт' за неуязвимость. Реактивными снарядами, бомбами и огнём из пушек штурмовиками в опорных пунктах 'Волховского рукава', в основном около Трегубово, уничтожено в этот день 5 ДЗОТов и землянок, 3 зенитных пулемёта, 2 противотанковых орудия, два танка, подавлено 10 огневых точек, 2 миномётные батареи, уничтожено 6 вагонов, паровоз, 10 грузовиков, 15 повозок, убито около 120 оккупантов. В штурмовках наземных войск принимали участие истребители 2-го гвардейского истребительного авиаполка Метёлкина, 3-го гвардейского истребительного авиаполка Шпака, 19-го Краснознамённого истребительного авиаполка и других истребительных авиаполков 1-й Ударной группы РГК.

Luftwaffe так же действовало активно. Бомбёжке подергался лесной массив северо-западнее Спасской Полисти, войска группы Иванова у деревни Красная Горка. На рекогносцировке получил осколочное ранение начальник артиллерии 2-й Ударной армии Пестов. Истребители в бой с советскими бомбардировщиками и истребителями не ввязывались, ведя 'свободную охоту' за неисправными, штабными, связными, одиночными самолётами.

Во время нанесения бомбового удара по станции Тосно комсомольский экипаж Пе-2 старшего лейтенанта Ерошенко, штурмана Черпака и стрелка-радиста Митрофанова, каждому из которых едва исполнилось 20 лет, подвергся сильному обстрелу зенитной артиллерии. Пе-2 получил повреждения. Но отступать нельзя. Вот же они внизу - силы врага, предназначенные для борьбы с армией Клыкова. На открытых платформах орудия, танки, грузовики, повозки, какие-то зачехлённые агрегаты, о назначении которых можно только догадываться. Штабеля мешков, ящиков, тюков прессованного сена. Составы из бензоцистерн...

Экипаж Ерошенко уже имел 167 боевых вылетов, отличную выучку, знал своё оружие, и герои выполнили задание даже на неисправной машине - эшелон с техникой и боеприпасами взлетел на воздух, погребая в огненном грибе сотни оккупантов и множество грузовиков вокруг себя. На обратном пути последовала атака стервятников. Не могли комсомольцы просто снизиться и выпрыгнуть с парашютами из неисправного бомбардировщика. Вроде как сбежать. Это лучший ас Luftwaffe Хартманн два раза выпрыгивал даже из исправного истребителя. Как набат звучал в сердцах комсомольцев напутственные слова секретаря комсомольской организации полка Зарубина, сказанные на митинге незадолго до вылета:

- Товарищи! Колыбель пролетарской революции, славный город Ленинград во вражеской блокаде! Немецко-фашистские орды намереваются взять и разграбить его! Не для того наши отцы и старшие братья провозгласили в этом городе Советскую власть, чтобы над ним глумились варвары-капиталисты! Приложим все силы, а если понадобится, отдадим и жизнь, но не позволим чтобы фашистская гадина топтала нашу землю!

Герои приняли бой. Пе-2 обладал маневренностью как у хорошего истребителя, не меньшими, чем у хорошего истребителя скоростью и прочностью. По точности нанесения бомбового и пулемётно-пушечного удара ему не имелось равных и среди бомбардировщиков. Поэтому стервятникам не поздоровилось. В неравном бою экипаж Ерошенко сбил два истребителя Bf 109G. К великому горю стрелок-радист Митрофанов погиб. Штурман Черпак тоже погиб смертью храбрых. Ерошенко получил тяжелое ранение и потерял сознание. Самолёт загорелся. Пламя гудело и облизывало фюзеляж и крылья. Очнувшись в горящем, залитом кровью самолёте, Ерошенко, превозмогая боль, смог выпрыгнуть. С трудом левой рукой на высоте 500-600 метров раскрыл парашют и приземлился в расположении своих... Вечная слава героям!

Наступление войск группы армий 'Север' по плану 'Raubtier' на коммуникации армии Клыкова не прекратило советских атак на Любанском направлении. Весь день вели огонь 'Катюши', выжигая раз за раз по квадратному километру вражеских позиций. Скопления войск и обозов в опорных пунктах, только что подошедших и потому не укрытых - лучшая цель.

152-миллиметровые гаубицы-пушки 'Емеля' 18-го артполка РГК подполковника Фридланда, находясь на огневых позициях северо-восточнее селений Дубовик и Гумолово, своими снарядами доставали до Любани. Артразведчиков артполка с рацией партизаны подвели к Любани и они умело корректировали огонь. С опушки леса они наблюдали, как мощные снаряды гаубиц-пушек поражали гитлеровцев, движущихся по шоссе от Ленинграда в сторону Любани. Когда первые снаряды стали падать на шоссе и город, переполох достиг OKW и адъютантов Гитлера.

Утром в атаку на эсэсовские части, уцелевшие после штурма Красной Горки, пошли 6 танков 7-й гвардейской танковой бригады Копцова и 'воронежцы'. На исходных позициях танки попали под огневой налёт. Один Т-34 получил повреждения. Тем не менее танки прорвали оборону эсэсовцев. Фашисты бросили в контратаку 8 танков 203-го танкового полка. В ходе боя без своих потерь гвардейцы сожгли Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV, подбили Pz.Kpfw.II, а также повредили ещё несколько машин. Пока 'воронежцы' уничтожали ДЗОТы, танкисты также без потерь прошли на 1,5 километра вперёд, преследуя и давя бегущих эсэсовцев. Уничтожено 2 орудия среднего калибра, 3 ДЗОТа и 18 блиндажей с пехотой. Все позиции севернее Красной Горки ликвидированы.

'Группа Эндрес' под Любанью уже дышала на ладан под непрерывными и мощными актами. Штаб группы армий 'Север' вновь вынуждено перетасовал войска, сформировав очередную 'сборную солянку' - 'группу фон Шверина': 254-й пехотная дивизия графа фон Шверина, III батальон 272-го полка 93-й пехотной дивизии, III батальон 122-й пехотной дивизии, I батальон 320-го полка 212-й пехотной дивизии, III батальон 504-го полка, II батальон 505-го полка и 'охотники за танками' 291-й пехотной дивизии, 44-й сапёрный батальон, I батальон 1-го полка SS Polizei-Division, танковые подразделения 12-й танковой дивизии, стройбаты 'Организации Тодта', части добровольцев 'шума' из Эстонии и Латвии, стройбаты 'хиви', транспортные колонны NSKK.

На восточном фланге Любанского направления наступали с юга на опорный пункт Коровий Ручей штурмовые группы 22-го стрелкового полка капитана Кошкина из 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии Ларичева. В 300 метрах от линии обороны атаку остановил сильный огонь из-за реки. В ходе боя удалось разрушить 2 землянки, 5 блиндажей, уничтожить НП, два пулемёта, убить 90 подлецов. При отражении контратаки убито около 200 очень пожилых солдат в форме чешской армии из 'Организации Тодта'.

Начштаба 317-го стрелкового полка капитан Васильев поставил все полковые и батальонные пушки на прямую наводку. Политработники, коммунисты провели с бойцами беседы. Комиссар полка батальонный комиссар Мухатов вручил партийные билеты лучшим из них. После этого 1-й батальон капитана Парфенова и 3-й капитана Токарева начали очередную атаку. 'Зоси' разбили три ДЗОТа. Миномётный огонь прервал связь батальонов с комполка. Но штурмовым группам удалось прорваться к церкви в Коровьем Ручье, уничтожить там три пулемётные точки и 60 подлецов. Нескольких часов шли жестокие уличные бои, переходящие в рукопашные. Оккупанты потеряли ещё 6 ДЗОТов, 5 пулемётов, противотанковое орудие, 50 солдат. Они гнали в бой всё новые и новые подразделения из Залесья, подвозили орудия, пулемёты, миномёты для восполнения потерь. Переходили в контратаки, но ротные группы Парфенова и Токарева умело отбивали их, укладывая оскалами в снег каждый раз по 50-100 солдат. И всё же к концу дня при массированной поддержке артиллерии и миномётов подлецам удалось вытеснить советских героев к окраине села.

В центре Волховского плацдарма штурмовые группы 374-й стрелковой дивизии провели атаку на Спасскую Полисть, но из-за сильного контрудара отошли к Мосткам. В это же самое время 378-я стрелковая дивизия по-прежнему пыталась пробиться через реку Глушица к шоссе 'коридора' снабжения 'Волховского рукава'.

На южный фас Волховского плацдарма в составе 'группа доктора Альтрихтера' с самого утра наступал также 426-й пехотный полка Шмидта из дивизии Лаукса с дивизионом 126-го артполка. Подлецы проводили обходной маневр. Шмидт вместе со своими адъютантами имели репутацию трусов. Несколько раз во время советских атак они бросали полк и скрывались в неизвестном направлении. Шмидт сильно страдал 'мюнгхаузеновщиной', более других завышая потери врага и занижая свои. Вот и сейчас во время наступления Шмидт сообщал о быстром продвижении. Альтрихтер встретил это с восторгом. Но вскоре выяснилось, что войска Шмидта безо всякого боя безнадёжно заблудились в лесу.

Группа 'West' из 'группы Вюнненберга' на Спасско-полистском направлении только к ночи смогла оттеснить и обойти группы прикрытия 'сибиряков' Рыбакова. Враг завалил 'сибиряков' своими трупами, занял лес и болото у железной дороги недалеко от Мостков, перерезав таким образом дорогу Мостки - Ольховка. Гитлеровцы дальше двигаться не могли. Они захлебнулись своей чёрной кровью и остановились.

К Мосткам после этого двинулись для контратаки противотанкисты и сильно ослабленный, но очень боевой 1238-й стрелковый полк майора Анищенко из дивизии 'воронежцев'. Эту дивизию после боёв за Любань только что отвели для приведения в порядок и пополнения, но ни пополнения, ни отдыха. В полку Анищенко всего 500 крайне утомлённых бойцов, многие легко ранены. Командир полка доложил обстановку Антюфееву, сообщил о крупных силах эсэсовцев и запросил подкрепления. Начаштаба полка майор Чайка и комиссар полка старший политрук Ларин стояли рядом и подтверждали это. Антюфеев ответил, что в дивизии сейчас нет ни одного свободного подразделения кроме штабных работников и комендантского взвода, который охраняет Штадив. Анищенко потребовал, чтобы его соединили по телефону со штабом фронта, но комдив на этом разговор окончил. Комдив считал, что речь идёт об очередной рейдовой группе фашистов, а не о мощной группировке, идущей для создания окружения и тянущей за собой дорогу по лесу. Тогда Анищенко направил часть солдат-артиллеристов на левый фланг у болота, чтобы укрепить роты и удержать оборону. Он также собрал всех солдат транспортной роты, писарей штаба и других и послала на левый фланг.

Ночью после блуждания в лесу вернулся на исходный рубеж 426-й пехотный полка Шмидта из дивизии Лаухса и дивизион 126-го артполка, которые совершали обходной маневр. В результате безо всяких боёв 1200 человек получили обморожения тяжёлой степени. Шмидта от командования отстранили. Вот как воевал Wehrmacht на Волхове!

Начало операции 'Raubtier' командарм-2 Клыков и начштаба Волховского фронта Стельмах не восприняли как что-то серьёзное. Самого плана 'Raubtier' они, естественно, не знали. 'Raubtier' - 'дикий зверь'. Да уж! Оккупанты засели в дремучих русских лесах как кровожадные хищники! Воздушная разведка не углядела в дебрях западнее Спасской Полисти фашистские танки и 15-тысячную группировку. Партизаны сообщали противоречивые данные. Сведения радиоперехватов не использовались. Не имелось даже для этого специальных переводчиков. Переводчики имелись во всех частях крупнее полка, но прослушиванием они не занимались. В огромной массе радиосообщений о сапогах, отпусках, брёвнах, сигаретах, назначениях и передислокациях внутри бесконечных 'групп' и 'бригад' пулемётов, кухонь, солдатских магазинов не разобралась бы и счётная машина IBM.

К дороге снабжения Мостки - Ольховка и раньше со стороны 'Волховского рукава' выходили группы фашистских автоматчиков, которые затем уверенно уничтожались. Одного из фашистов около Кречно и Новая Кересть захватил было дело командарм Клыков вместе со своим членом Военного совета Зуевым, направляясь в расположении Штарма-2. Сплошной линии фронта нет. Вечно фашисты изо всех щелей лезут. Поэтому командарм-2 Клыков и начштаба Волховского фронта Стельмах не посчитали ситуацию опасной. Они не подозревали, что фон Кюхлер и OKW начали наступательную операцию 'Raubtier' силами шести пехотных и одной моторизованной дивизий, дивизии SS, двух легионов SS с большим количеством танков, наносящих встречные удары из 'Волховского рукава' от Спасской Полисти и на южном фасе Волховского плацдарма от деревни Земтицы для того, чтобы перекрыть всю горловину прорыва армии Клыкова.

В рамках неусыпного контроля политорганов за действиями командиров, заместитель начальника политуправления фронта бригадный комиссар Ганенко направил очередей донесение в Главное политическое управление РККА Мехлиса. Ганенко честно сообщил о недостатках в работе по предотвращению сыпно-тифозных заболеваниях в частях Волховского фронта и работе по их устранению. Командиры и политработники недооценивали вопроса борьбы со вшивостью в войсковых частях, которая могла привести к распространению эпидемии сыпного тифа, ведь им противостояла завшивленная и тифозная армия капиталистов - Wehrmacht. От 'самой лучшей армией в мире' заражалось местное население, бегущие из плена и освобождаемые красноармейцы.

Санитарная разведка освобождаемых районов как положено не производилась. При расквартировании часто пользовались постельными принадлежностями или бельём без предварительной дезинфекции. Прибывающее пополнение по вине отдела укомплектования не всегда проходило санитарную обработку, а сразу направлялось в часть. Имелись случаи, когда сыпной тиф завозился прибывающим узбекским пополнением из Ташкента.

Санитарные взводы, в обязанности которых входило выполнение санмероприятий, отвлекались другими задачами. Интендантство инертно выполняло приказы об организации в дивизиях прачечных, обеспечении частей мылом и бельём. В 225-й и 267-й дивизиях и 25-й бригаде совершенно отсутствовал обменный фонда белья, части 191-й дивизии имели 1/4 потребного фонда. Не везде имелись машинки для стрижки волос.

Тем временем эпидемиологическая обстановка складывалась самая неблагоприятная. Из-за закрытия оккупантами для населения прачечных, общественных бань и фельдшерских пунктов, из-за отсутствия моющих средств в продаже на оккупированной территории Ленинградской области, завшивленность гражданского населения и военнопленных красноармейцев в оставляемых оккупантами освобождённых районах, оказалась почти 100-процентная. Свобода от Сталина и его Наркомата здравоохранения СССР в действии.

Основная опасность для заражения тифом - Wehrmacht - вшивая орда. В этой 'самой лучшей в мире армии' не проводилась централизованно стирка и смена нательного белья, как это делилось в Красной Армии 'унтерменшей'. Не практиковался как в Красной Армии утренний осмотр: подворотнички, ногти, чистота и целостность обмундирования и обуви, портянок, не велась запись в книгу больных, не практиковался вечерний осмотр - чистота и состояние ног, нательного белья. Не говоря уже о централизованной бане и прожарке белья и обмундирования от вшей. И вот результат - Wehrmacht - вшивая орда! Это стало серьёзной угрозой распространения эпидемии сыпного тифа в войсках Красной Армии. В частях Волховского фронта в январе заболели 26 человек, в феврале 80. Например, когда в Крестцах освободили 150 военнопленных красноармейцев, 70 из них болели тифом. Многие перенесли эту болезнь раньше. В камере предварительного заключения в Крестцах, где изолировали фашистских пособников, обнаружено 19 случаев больных тифом. Комендатура после следствия из камеры освободила 4 человека, и они создали новые очаги сыпного тифа. Их госпитализировали только на 6-8 день. Естественно, что первыми, кто заболел тифом после освобождения Крестцов, стали комендант, председатель поселкового Совета и врачи, приютившие военнопленных.

В избах, в которых побывали военнопленные, появлялись сыпно-тифозные больные. 18-20 пунктов в тылу армии являлись очагами сыпного тифа. При этом гитлеровцы за период оккупации отучили население обращаться к врачам, а Ленооблздравотдел ещё не начал работу по борьбе с эпидемией и не посылал в эти районы врачей-эпидемиологов. Очагами эпидемии оказался также Дрегельский район и все населённые пункты, расположенные по дороге Будогощь - Неболчи.

Проверка военной прокуратуры установила, что большинство командиров, начальники санучреждений вопросами санитарии и борьбы со вшивостью занимаются недостаточно активно, директивы заместителя Наркома Обороны Хрулёва 'О борьбе с распространением вшивости среди личного состава частей' полностью не выполняются. Многие командиры и бойцы подолгу не моются в бане и не меняют белья. Медосмотр показал, что некоторые бойцы и командиры 191, 366, 376-й стрелковых дивизий завшивлены. На совещании армейских врачей отмечалось, что в санбатах, госпиталях имеются случаи завшивленности. В Мало-Вишерском госпитале за сыпно-тифозными больными ухаживала завшивленная дружинница! Военным прокурором фронта Суховым даны указания военным прокурорам армий и дивизий расследовать факты нарушения норм санитарно-гигиенического режима.

Профилактическая работа резко усилилась после вмешательства в ситуацию военной прокуратуры Главного политического управления и комфронта Мерецкова. Тыловые районы армии разбили на районы, к которым прикрепили военных врачей. Почти во всех населённых пунктах организовали обход домов гражданского населения и выявление лихорадящих больных. Решён вопрос о госпитализации больных сыпным и брюшным тифом. Для больных создали изоляторы. Организовали санобработку раненых. При эвакуации в полевой госпиталь 1-й линии раненые стали проходить сортировочную и санпропускник, где их мыли, а одежду дезинфицировали. Повторной обработке больные стали подвергаться в походно-полевом госпитале 2-й линии, а затем обрабатывали перед посадкой в поезд - в ППГ 3-й линии. В частях ежедневно производились медосмотры личного состава, и при обнаружении вшей устраивали внеочередное мытьё в банях и дезинфекцию одежды. Изыскан обменный фонд белья.

Во 2-й Ударной армии запустили в непрерывную работу 13 армейский 'вошебоек' и 13 бань, а также местные бани. 'Вошебойка' - камера, в которой при повышенной температуре прогревали одежду. 'Вошебойки' устраивали как при банях, так и передвижные. Одновременно приступили к строительству бань: если на 1 февраля во 2-й Ударной армии имелось 11 бань с пропускной способностью 45 человек в час, то на 15 марта их уже насчитывалось 72 с пропускной способностью 500 человек в час. Дело шло. Wehrmacht созданием подобной системы по защите солдат от вшей не озаботился.

В ночь на 16 марта ВВС Волховского фронта силами 657, 658, 660-го авиаполков ночных бомбардировщиков провели бомбёжки Трегубово и колонн снабжения и войск на шоссе в 'Волховском рукаве'. Достигнуты значительные результаты.

Ранним утром на Спасско-полистском направлении после убийственной морозной ночи в лесных дебрях без возможности разжечь костёр, чтобы не обнаружить себя, но зато, набравшись коньяка и метамфетамина из 'Panzerschokolade', эсэсовцы двинулись дальше на север, постоянно попадая под огонь снайперов и небольших советских групп. Вслед им по лесному массиву параллельно железной дороге и шоссе шли основные силы групп 'Ost' и 'West', составленные из 'групп Вюнненберга' и 'бригады Кёхлинга'. 1238-й 'воронежский' стрелковый полк Анищенко, имея лишь 500 бойцов, предпринял против них контратаку для удержания дороги Мостки - Ольховка при соотношении сил 1:150, о чём, впрочем, комполка не знал. Встретив ураганный артиллерийской-пулемётный огонь и оказавшись под ударами Ju 87, 'воронежцы' перешли к обороне. Им на помощь пришли связисты, прокладывающие в здешних лесах линию связи, а также работавшие на строительстве дороги стройбатовцы.

На Любанском направлении 4 танка Т-34 гвардейцев Копцова вместе со штурмовыми группами воинов-чекистов из геройской 4-тысячной 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии полковника Лапшова двинулись по лесной дороге от Красной Горки на Любань через Сустье-Полянка. Дорогу перегораживали позиции очередной 'сборной солянки' 'группы фон Шверина', где командиры не знали своих солдат, а солдаты умирали вдали от своих штабов, тылов и врачей: II батальон 474-го пехотного полка 254-й пехотной дивизии фон Шверина, III батальон 272-го пехотного полка 93-й пехотной дивизии Тимана, III батальон 409-го полка 122-й пехотной дивизии Махольц, I батальон 320-го полка 212-й пехотной дивизии Эндреса, III батальон 504-го пехотного полка и II батальон 505-го полка 291-й пехотной дивизии Герцога. Вся эта свора подлых убийц засела в ДЗОТах и блиндажах на чужой земле, чтобы убивать её защитников.

Стрелки Лапшова выдвигались на броне танков. К сожалению, из-за глубокого снега пришлось наступать только по дороге под сильнейшим артиллерийским обстрелом. Со стороны Сустье-Полянка и Сустье-Конец по героям били более 30 гаубиц, со стороны Копцов ещё 20. Вели огонь более 15 противотанковых пушек фашистов, их вкопанные танки, а также зенитки и противотанковые ружья. В лесу стоял неописуемый грохот. Попав под сильнейший огонь обороны, десантники спешились. Танки, рыча и ведя огонь, пошли вперёд. Невзирая на мощный огонь советской артиллерии, в том числе артиллерии большой мощности, прочистить дорогу до Сустье-Полянка и Сустье-Конец не удалось. 'Группа фон Шверина' потеряла во время советской атаки один Pz.Kpfw.III, 5 противотанковых пушек, 3 ДЗОТа, 26 пулемётов, 3 миномёта и более 350 солдат убитыми и ранеными. Копцов потерял три танка Т-34. Один вернулся с пробоиной в башне. Пали смерть храбрых командиры машин и ещё 7 танкистов. Характерно, что подбитые танки гитлеровцы расстреливали до тех пор, пока они не сгорели.

'Серпуховчане' с двумя танками Т-34 попытались обойти укрепрайон фон Шверина на дороге по лесу. Один танк гитлеровцы расстреляли. Второй подорвался на фугасе и его еле вытащили. Стало ясно, что через Сустье-Полянка и Кирово к Любани не подобраться. Но и направление вдоль Сичевы, где ранее попала в окружение кавдивизия Сланова тоже не предвещало ничего хорошего. Для обеспечения флангов здесь требовалось столько сил, что выделять в наступающую группу уже ничего не оставалось. Успеха могла добиться лишь группировка в два раза большая, и то при учёте, если фон Кюхлер не станет усиливать 'группу Эндрес'. А он станет.

Во время тяжелейшего боя на лесной дороге против превосходящих сил, во всём блеске показали себя воины-чекисты 'серпуховской' дивизии Лапшова. На поле боя захвачено орудие, три пулемёта, радиостанции и штабные документы. Недаром для фашистов имя Лапшова стало грозным. За его голову они обещали вознаграждение в 50 000 немецких марок. Это зарплата немецкого рабочего за 20 лет!

49-летнего комдива Лапшова хорошо знали во 2-й Ударной армии. Газета 'Отвага' писала о нём так: 'Имя мастера сокрушительных ударов по врагу полковника Лапшова широко известно в наших частях. Слава о 'лапшовцах' - героях боёв за Малую и Большую Вишеру, за Гряды, за углубление Волховского прорыва гремит по всему фронту'. Будущий комдив сам лично храбрый. Из крестьян Пензенской области. В армии с 1914 года. За храбрость награждён тремя Георгиевскими крестами, произведён в унтер-офицеры. В конце 1917 года после ранения Лапшов вернулся в родную деревню, а затем добровольцем вступил в Красную Армию. Воевал против Колчака. Прошёл путь до Якутии, до городов Минусинск и Бодайбо. Боролся с кровавыми бандами Пепеляева в тайге по реке Лена. Закончил Киевскую военную школу, армейские курсы 'Выстрел'. С 1937 года комполка.

Как доброволец направлен на войну с фашистами в Испанию. В составе 12-й интербригады сражался под городом Балагером. Здесь удалец встретил красавицу испанку, патриотку Фернандос - добровольца армии республиканского правительства Испании. Красивые смелые люди страстно и нежно полюбили друг друга, поженились. Фернандос вслед за мужем приехала в СССР и приняла советское гражданство.

22 июня 1941 года передовые отряды 109-го полка Чонгарского полка Лапшова из 74-й Таманской стрелковой дивизии вступили в бой на реке Прут на границе с Румынией. Отходили с боями. Под Бельцами Лапшов повёл полк в рукопашную с кличем:

- За мной! Коли этих гадов!

Комполка лично прибил шесть оккупантов. Затем полк прикрывал выход из окружения стрелкового корпуса 'солдата пяти армий' Малиновского у города Кривой Рог. Газета 'Красная Звезда' напечатала очерк 'Командир Лапшов', где описывала события у высоты 219. Лапшов там лично повёл бойцов в атаку. Фашисты дрогнули и побежали. Набили их там богато. Захвачены трофеи: 16 орудий, десятки пулемётов, радиостанции и штабные документы врага.

В конце сентября 1941 года храбрец Лапшов возглавил 259-ю 'серпуховскую' стрелковую дивизию из воинов НКВД под Старой Руссой. Дивизия вела активную оборону на рубеже Новые Горки - Чернявино, около месяца сдерживала натиск захватчиков, переходя в контратаки, уничтожала солдат и технику. Всё свободное время Лапшов всецело отдавал подготовке бойцов. Сам проводил учения с молодёжью: стреляли боевыми патронами, учились окапываться, бить гранатами вслед танкам, действовать штурмовыми группами. Комдив зачастую по-суворовски отдыхал в расположении своих подразделений и ел из общей походной кухни. При капитализме офицер более высокая каста, чем солдаты, белая кость, а при социализме командир отличался от бойца ровно такого же происхождения и классовой сущности лишь званием, должностными обязанностями и более высокой ответственностью. Денежное и вещевое содержание отличалось, но социальная рознь отсутствовала. Посылки, присылаемые ему трудящимися тыла, шефами из Серпухова, Лапшов никогда не раскрывал, а отдавал бойцам.

В ночь на 18 ноября 1941 года передовой отряд дивизии Лапшова совершил обходной маневр и освободил Пустую Вишерку и Барскую Вишерку на Волхове. 442-й полк 'серпуховчан' завязал бой на окраине города. К вечеру следующего дня Лапшов начал атаку на центр города Малая Вишера и железную дорогу. 126-я пехотная дивизия Лаукса понесла большие потери и бежала к Волхову. 16 декабря партизаны Коробача провели отряд дивизии Лапшова в тыл обороны оккупантов у Большой Вишеры. Когда фашисты начали спешно отступать по насыпи железной дороги к станции Гряды, они попали в засаду партизан и 'лапшовцев'. Станции Гряды и Дубцы удалось освободить без больших потерь, преследуя бегущих, выйти на берег Волхова. На фронте появился боевой листок со стихами:


Кричат фрицы: 'Карашо!'

'Чёрта с два!' - сказал Лапшов,

Выбил с Барской и Пустой,

Вышиб с Малой и Большой.


После героического рейда двух полков 'серпуховчан' в конце декабря через Волхов по тылам 18-й полевой армий к Трегубово и выхода их к своим уже после начала всеобщего наступления Волховского фронта, уставший от бессонницы и сильного напряжения, с припухлыми веками и воспалёнными глазами, Лапшов с немецким автоматом на груди доложил Мерецкову о возвращения дивизии из рейда.

К началу марта воины дивизии Лапшова истребили примерно 8000 солдат и офицеров завоевателей, уничтожили 12 танков, уничтожили и захватили 60 различных орудий и 150 пулемётов. Его дивизию по праву представили к званию гвардейской, а мужественного и талантливого военачальника Лапшова, побеждавшего не числом, а умением, - к званию Героя Советского Союза, что в стрелковых частях случалось не часто.

ВВС Волховского фронта действовали особо активно в районе 'Волховского рукава'. Три бомбардировочных и два штурмовых авиаполка нанесли множество бомбовых и штурмовых ударов по складам, войскам и артиллерии в районе Трегубово и на шоссе от Трегубово к Спасской Полисти и Малому Опочивалово.

378-я стрелковая дивизия вела разведку боем небольшими силами от реки Глушица по направлению к шоссе - 'коридору' снабжения 'Волховского рукава'. С учётом постоянных активных действий на этом участке советских стрелковых и танковых частей, опасаясь новой попытки отрезать 'Волховский рукав' от 18-й полевой армии, подлецы перебросили в Трегубово противотанковые взводы 380-го и 390-го пехотных полков и лёгкую полевую артиллерию взамен уничтоженной при артобстрелах и авианалётах последних дней.

На Спасско-полистском направлении, оттеснив остатки 'воронежского' полка Анищенко на юг, авангард эсэсовцев подобрался на 800 метров к советскому опорному пункту на месте сгоревшей деревни Мостки на полдороги от Спасской Полисти к просекам снабжения. Здесь эсэсовские роты обнаружила советская разведгруппа. На подлецов обрушился огонь артиллерии. Артполк 327-й стрелковой дивизии организовал сильнейший огонь. Пушки и гаубицы стреляли так, что стволы раскалились и к ним невозможно стало прикоснуться - сразу ожог. Много часов даже на одну минуту не смолкала ни одна пушка или гаубица; заряжающие валились с ног, через каждый час их подменяли. Корректировщики действовали умело. Лес западнее Мостков оказался вдоль просек завален простреленными касками-кастрюлям, рифлёными тубусами противогазов, сухарными сумками, патронными коробками, канистрами с водой, окровавленными лохмотьями маскхалатов, бинтов, разбитыми карабинами, оторванными руками, ногами, кулями трупов оккупантов. Одни обнимали кусты, другие полузарылись в снег, третьи оставили за собой борозды, когда напрасно ползли к спасению. Гитлеровцы наступали как всегда, как умели, как прошли от границы до Москвы и потом до Сталинграда - 'мясной штурм' по собственным трупами...

Затем последовала контратака стрелков Анищенко. Эсэсовцы снова понесли большие потери - до 1/4 своего состава. В лесном бою оказалось убиты или ранены почти все командиры рот, все фельдфебели и унтер-офицеры. От роты в 120 человек боевого состава тяжелораненого обер-лейтенанта Блюма остались 1 унтер-офицер и 18 солдат при 4-х пулемётах, радист с рацией и один армейский вахмистр 'выдвинутый артиллерийский наблюдатель' VB. И это всё! Их осталось на один удачный выстрел советского 82-миллиметрового миномёта БМ: При следующей атаке артиллерийского наблюдателя убило прямым попаданием снаряда. Рация оказалась разбита и эсэсовцы остались без возможности получать артиллерийскую поддержку. А затем, когда их сменили солдаты вооружённых сил, последние из выживших 18 эсэсовцев роты Блюма уже обморозились от многочасового лежания в снегу. Так к вечеру кончил окружать 2-ю Ударную армию весь батальон Менцеля в ходе операции 'Raubtier'.

По рации эсэсовцы всех батальонов докладывали о своём 'чертовски плохом положении', но получили приказ:

- Во что бы то ни стало удерживать позицию! Будет поддержка танками и 'штуками'!

Затем последовала новая контратака 'воронежцев'. После этого начался налёт Luftwaffe для поддержки атаки на дорогу снабжения Клыкова из Мостков на болото Грядовский Мох и дальше на Ольховку. Передовые группы эсэсовцев выложили на снегу из брезента условные знаки для пикировщиков Ju 87. Однако из-за нехватки бомб авианалёт у Мостков прошёл весьма вяло - прилетело всего 5 'лапотников'. Бомбёжка имела скорее символический смысл.

К середине дня эсэсовцы дождались 5 танков Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка, проводку которых обеспечил стройбат и инженерный батальон. Ещё 4 танка безнадёжно застряли в лесу и ждали тягачей. Танки Pz.Kpfw.III с их узкими гусеницами шириной в 36 сантиметров, большими ведущими звёздчатыми колёсами впереди, вертикальным передним броневым листом, менее всего подходили для боя в лесу, как впрочем и в городе, и на любой сильно пересечённой местности. Pz.Kpfw.III то и дело садились на брюхо и не могли переехать даже небольшое лежащее перед ними дерево. Расположение ведущих колёс впереди и размещение впереди их редуктора не давало возможность сделать передние броневые листы скошенными, поставить небольшое переднее опорное колесо, как у Т-34 и других советских танков, улучшая возможность преодолевать препятствия.

Мощные советские противотанковые средства заставили 'сумрачный тевтонский гений', принявший за взятки и закупающий для вооружения своей армии неудачный основной танк Pz.Kpfw.III, навесить на него дополнительные листы брони, что без увеличения мощности 300-сильного двигателя Maybach HL 120TR довершило дело по превращение Pz.Kpfw.III в неповоротливую 22-тоннную чушку - отличную мишень для советской авиации, артиллерии, бронебойщиков и пехоты. О чём вообще думали 'сумрачные тевтонские гении', выбирая для своего танка порочную переднеприводную компоновку, да ещё конструируя танк таким образом, что для ремонта коробки передач, стоящей впереди, требовалось снять башню и весь броневой корпус, а размер самого корпуса не позволял устанавливать более крупную башню с более мощным орудием? Только о прибыли и взятках они думали.

Т-34 с изначально более мощной пушкой и лучшей бронёй весил 26 тонн при ширине гусениц 55 сантиметров и мощности двигателя 500 лошадиных сил, что делало его грозным бойцом даже в заболоченном зимнем лесу и в городских руинах. Вот что бывает, когда боевую технику принимают на вооружение по её характеристикам, как при большевиках, а не за взятки, не по мафиозным каналам, как при капитализме. И так почти по всему списку оружия, которое капиталисты закупали, чтобы вооружать Wehrmacht. Удивление, удивление, удивление...

В лесной район западнее Мостков подошёл свежий армейский батальон оккупантов. Носильщики 'хиви' доставили боеприпасы, забрали раненых. 'Лапотники' снова с воем отбомбились. Танки Pz.Kpfw.III добрались наконец до линии соприкосновения и стреляли как сумасшедшие. Корректировщики артиллерии истерили и не экономили снаряды. Их батареи вели огонь куда ни попадя. В дополнению к морозному болотному туману, лес заволокло дымом. Треск стоял такой, будто лесорубы валили деревья. Наконец Фрайтаг погнал в атаку свежий III батальон 2-го полка SS Polizei-Division из группы 'Ost' при 5 танках Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка. Атака уткнулась в позиции советского истребительного отряда, который обычно занимался борьбой с разведгруппами, диверсантами и агентами. В состав отряда входил 6-колёсный бронеавтомобиль БА-10 с 45-миллиметровой пушкой в башне и пулемётом Дегтярёва. БА-10 - выдающиеся отечественные бронеавтомобили, опередившие своё время. Разработаны в 1932 году. Имели два ведущих моста сзади, которые 'переобувались' по необходимости в гусеницы 'Оверолл'. Вместо рычажных амортизаторов одностороннего действия - современные гидравлические. Экранированное электрооборудование. Примерно 1/3 машин имели радиостанции серии 71-ТК. Танковый перископ ПТ-1, телескопический прицел ТОП. Толщина брони этого детища коллективизации-индустриализации до 10 миллиметров. Вес всего 5140 килограмм. Скорость по шоссе до 53 километра в час, а по железнодорожным путям 90 километров в час. Запас хода 260 километров.

Основная задача БА-10 - это разведка, связь, поддержка пехоты и конницы на поле боя. В конце 1930-х годов Польша со своей самой многочисленной в Европе кавалерией готовилась совместно с гитлеровцами отторгать от СССР советскую Украину, и для противодействия этой массе польской конницы в степях Красная Армия получила массу лёгких танков, танкеток и бронемашин. Другие агрессоры, для борьбы против которых предназначался БА-10 - румыны в Бессарабии, японская армия в монгольских степях, англичане, французы, турки в Закавказье. Пои проведении освободительных походов на Западную Украину, Западную Белоруссию, ввод войск в Бессарабию, Прибалтику, именно БА-10 и лёгкие танки своими быстрыми передвижениями лишили польскую армию и антисоветские силы в этих регионах возможности консолидировано оказать сопротивление. Обширные территории с населением более 10 миллионов человек и площадью с Испанию оказались присоединены к СССР практически без боя. Вот что такое и для чего БА-10, массы лёгких быстроходных танков, кавдивизии к началу Великой Отечественной войны. Ну конечно блестящая Сталинская дипломатия и желание народов Украины, Белоруссии, Бессарабии и Прибалтики войти в состав братской семьи народов СССР.

Мощное вооружение советских бронеавтомобилей позволяло почти на равных вести бой с японскими танками. В этом плане показателен бой БА-10 из состава 9-й мотоброневой бригады против японских танков 3 июля 1939 года на монгольской реке Халхин-Гол. Позиции советских войск атаковали части 3 и 4-го танковых полков самураев, более 70 танков. На позиции роты бронебатальона бригады вышли японских 40 танков. 12 бронемашин БА-10 стали отход. Подоспевший комбриг полковник Олейников поставил броневики за барханом, над которым виднелись только башни. С дистанции 800-1000 метров бронемашины открыли огонь по танкам. В результате двухчасового боя БА-10 подбили и уничтожили 9 танков. Получили повреждения, но остались в строю 6 бронеавтомобилей. Так БА-10 вместе с массой лёгких танков и истребителей И-16, стреляющих ракетами, массой превосходной советской артиллерии, стали одним из инструментов, которые задали такую острастку японскому императору, что он не посмел напасть на СССР в 1941 году. Надо сказать, что этому очень сильно помогла героическая борьба китайского народа с японцами. 23 июня 1941 года после вероломного нападения фашистках полчищ на страну Советов, лидер коммунистов Китая Мао Дзедун завил о необходимости китайцам всемерно помочь СССР, устроить японским самураям такую жизнь, чтобы они даже не помышляли напасть на советский Дальний Восток. И Мао Дзедун сдержал своё слово. Беспримерная борьба китайцев с японскими капиталистами дала возможность СССР снять с Дальнего Востока часть войск, использовать запасы оружия Дальневосточного фронта и мобилизационный потенциал Дальнего Востока для разгрома гитлеровцев под Москвой и Тихвином.

К вероломному нападению фашистских орд таких отличных боевых машин как БА-10 Красная Армия имела 1200 штук, из них 440 в войсках в 100-километровой зоне у западной границы. Они входили в штат разведчастей танковых, моторизованных, кавалерских дивизий, использовались в подразделениях охраны штабов разных уровней и родов войск, как машины артиллерийской разведки, связи, охраны железных дорог и важных объектов.

Эпизоды грамотного использования БА-10 против 'железной саранчи' Гитлера восхищают. Например в 5:00 22 июня 1941 года командир танкового полка 5-й танковой дивизии 3-го мехкорпуса полковник Богданов поставил задачу на проведение разведки взводу из 6 бронемашин БА-10 старшего лейтенанта Суровцева. Комвзвода организовал засаду в лесу по обе стороны от шоссе на Вильнюсском направлении. Машины замаскировал так, что с расстояния 200 метров не заметить. В 10:00 показалось 120 мотоциклистов из 7-й танковой дивизии XXXIX моторизованного корпуса 3-й танковой группы Гота. Завоеватели как всегда не озаботились разведкой. Их с дистанции 200-300 метров БА-10 уничтожили из пушек и пулемётов.

Через 40 минут на дороге показался чешский танк Pz.Kpfw 38(t), двигавшийся с большой скоростью. Командир одной из бронемашин поджёг его первым же выстрелом. Спустя 7 минут к засаде приблизились ещё два Pz.Kpfw 38(t), которые бронемашины также уничтожили. Десятью минутами позже к завалу из битой техники и трупов завоевателей подошла колонна уже из 15 танков Pz.Kpfw 38(t), а также мотоциклисты. Внезапным огнём БА-10 подбили ещё 3 танка и уничтожили около 80 мотоциклов с седоками. Фашисты позорно бежали. Только с подходом главных сил 7-й танковой дивизии фон Функа взвод старшего лейтенанта Суровцева отошёл к своим. В результате в первые часы вероломного вторжения 6 бронемашин БА-10 подбили и уничтожили 6 немецких танков и более 200 мотоциклов. Так здесь воевал Wehrmacht в первый день вторжения. Советские герои с таким оружием как БА-10 внесли большой вклад в уничтожение в первые месяцы 'железной саранчи' Гитлера, массы которой хлынули через границы. Конечно, Wehrmacht и SS с радостью восстанавливали и использовали трофейные БА-10 под названием Pz.Sp.Eg.BAF 203(r).

Вот и у Мостков БА-10 сержант Таран показал завоевателям, как надо воевать не числом, а умением. Отбивая атаки фашистов, водитель БА-10 Вехов постоянно менял позицию, не давая им пристреляться. При этом пулемётчик ефрейтор Малеев и башенный стрелок Олейник убили 50 солдат и офицеров, ранили 90. Гитлеровцы никак не могли их одолеть. Тогда они пошли на свою излюбленную подлость: нарисовали на трёх танках Pz.Kpfw.III красные звёзды, установили на переднем Pz.Kpfw.III красный флаг, а идущая следом пехота переоделась в советское обмундирование. Таким образом без помех подлецы прошли позиции советских стрелков. Сержант Таран раскрыл обман и экипаж открыл огонь. Начался нервный бой одной бронемашины с тремя танками. Олейник подбил два Pz.Kpfw.III, а Малеев умело расстрелял пехоту. Гитлеровцам всё-таки удалось попасть в бронемашину. Она вспыхнула. Герои сражались в горящей машине до последней возможности, пока не пали смертью храбрых. В результате умелых и самоотверженных действий у Мостков тыловых советских частей и подразделений, план 'группы Вюнненберга' выйти на шоссе и захватить Мостки рухнул.

Уже затемно передовой батальон капитана Матцдорфа из группы 'Ost', избежав серьёзных столкновений в чаще, просочился 'аки волцы' южнее и оказался в лесу в 700 метрах западнее Любина Поля. Эсэсовцы выкопали касками-кастрюлями ямы в снегу и выложили их немного еловыми ветками. Прямо как дикие звери. Видимо поэтому операцию назвали 'Raubtier'. При температуре минус 5 градусов по Цельсию особо не поспишь. Нужно всё время вставать, топтаться и тереться, иначе до утра можно отморозить конечности. Шнапс в такой ситуации не помогает, а мешает. С ним теряется контроль и быстрее наступает обморожение. Раненые умирали один за другим. А так хотелось дожить до утра и принять солнечные ванны на мягком снегу до момента, когда снова придётся идти.


## Глава 10. Дикий зверь фон Кюхлер и хитрый рязанец Мерецков


В западном секторе зоны прорыва армии Клыкова в тыл группы армий 'Север' уже несколько дней эскадроны приведённой в порядок после выхода из окружения под Любанью 80-й кавдивизии вели наступательные бои западнее деревни Дубовик.

Всё бы ничего, но тяжело заболел командующий 2-й Ударной армией Клыков. При нём армия сокрушила 'Волховский вал', перебила группе армий 'Север' хребет, подошла к Ленинграду на 100 километров. Клыков уже болел тяжело с 1935 по 1938 год. Тогда его тоже освобождали от исполнения командных обязанностей. Болезнь преследовала героя по пятам. Весной 1942 год она обострилась. Командарм находился в расположении Штарма-2 в Огорели. Кроме медиков о нём заботились как могли и простые бойцы: поили свежим молоком, читали ему газеты, крутили пластинки. Но командовать Клыков уже не мог...

Теперь 2-я Ударная армия попала фактически под командование начальника Штарма-2 Рождественского. К великому сожалению Рождественский боевым командиром не являлся. Родом с Украины. До войны преподавал в академии Фрунзе. По подозрению в троцкизме и вредительстве в 1938 году находился под следствием. Продолжил службу после долгих разбирательств. С началом войны Рождественский начальник оперотдела штаба 32-й армии. Карьера скакнула только на фоне массовой мобилизации армии и потерь командного состава в первые месяцы войны - с августа 1941 года он на должность замначштаба, затем начштаба 52-й армии Клыкова. К сожалению, война дала возможность продвинуться по карьерной лестнице многим троцкистам, желающим реставрации капитализма. Хрущёв, Куусинен, Малиновский, Косыгин, Устинов, Андропов и множество других троцкистов смогли укрепляться сами и протаскивать в партию и органы власти своих сторонников, подспудно набирать массу, силу, пользуясь тем, что лидеры партии и органы защиты диктатуры пролетариата отвлеклись на более опасного в тот момент врага, и было не до регулярных партийных чисток.

С начала службы в РККА в 1918 году Рождественский личной храбрости не проявил. Да и где? Помощник делопроизводителя в военном комиссариате, адъютант в системе ПВО, командир для поручений при начштаба Среднеазиатского ВО, штабная служба на Дальнем Востоке. Но образование отличное: Тульские пехотные командные курсы, курсы 'Выстрел', военная академию имени Фрунзе. Борьба с троцкизмом - замаскированным капиталистическим мировоззрением и военно-фашистским заговором Тухачевского поломала ему карьеру в 1937 году. Оказавшись в качестве преподавателя в академии Фрунзе, где скопилось множество преподавателей - бывших военспецов времён Наркомвоенмора Троцкого из числа царского генералитета, он попал под их влияние. Имелась также возможность вербовки Рождественского иностранными разведками, которые очень активно действовали в тот период в Москве. Так или иначе, нет никаких твёрдых гарантий, что человек с таким послужным списком не мог являться сторонником плана Тухачевского по поражению Красной Армии, и не имел желания навредить Советской власти. При этом шпионы в штабе 2-й Ударной армии имелись точно, как имелись враги Советской власти, вроде замначальника шифровального 8-го отдела Штарма-2 Малюка и старшего телеграфиста Грицова.

Малюк - этнический украинец с Правобережья Днепра. Он имел доступ к секретным кодам Генштаба, кодовым таблицам радио и телефонных переговоров с прилагаемыми ключами, кодовым таблицам радиосвязи с Верховным Главнокомандованием и Народным комиссариатом обороны, кодовым таблицам для общих приказов, радиосвязи внутри 8-го отдела, радиосвязи между штабом тыла Волховского фронта и управлением тыла 2-й Ударной армии, секретным приказам по армии. Зная эти коды Abwehrkomande-I при 18-й полевой армия Линдеманна могла читать кодированные радиосообщения как берлинскую газету. Что хотели предатели? Что и все предатели России. Деньги, безбедно жить за границей, получить там гражданство...

В ночь на 17 марта экипажи 689, 696, 697, 704-го ночных бомбардировочных авиаполков на У-2, Р-5, Р-зет наносили кинжальные выверенные удары с бреющего полёта по опорным пунктам подлецов в Сустье-Конец, Сустье-Полянка, Русская Волжа, Заволжье, Коркино, Ямок, Хоченье, Большое и Малое Переходно, Варваринский, Кирково, Воронин Остов. Высочайшее боевое мастерство позволяло попадать даже в искрящие трубы землянок и огонёк сигареты часового. 704-й ночной бомбардировочный авиаполк также разливал зажигательную смесь КС. Всего сброшено 2400 килограммов бомб. Для 704-го ночного бомбардировочного авиаполка эти вылеты на Волховском фронте стали завершающими, поскольку он выводился для переформирования, переобучения и получения новой матчасти - Ил-2. Еженощные бомбёжки забитых до отказа фашистскими войсками сухих возвышенностей и деревень под Любанью давали на каждую деревню по 20-30 убитых и множество раненых каждую ночь.

К 3:00 утра в лесу в 700 метрах западнее Любино Поля 'воронежцы' окружили эсэсовский батальон Матцдорфа из группы 'Ost' и открыли по завоевателям убийственный огонь из миномётов и пулемётов. Затем последовала атака 'воронежцев' с криком 'Ура!' Потеряв 1/3 состава, эсэсовцы сгрудились на пятачке 150 x 150 метров и с 9:00 в течении часа подвергались обстрелу такой силы, какой они ещё никогда не видели. Потом к ним от 'воронежцев' пришёл бесстрашный советский парламентёр и предложил сдаться. Он обещал помощь раненым, которые оглашали весь лес своими душераздирающими криками. Матцдорф отказался, хотя раненые умирали один за другим. Парламентёра эсэсовцы убили. После этого эсэсовцев Матцдорфа в плен не брали. Будучи окружёнными, подлецы отчаянно защищались, пока большинство их не перебили. Вот они валяются: все как один откормленные, здоровенные, рослые детины, в зелёных полицейских мундирах под шинелями и в маскхалатах. На рукавах выше локтя опознавательные красные ленты...

Несмотря на умелое и самоотверженное сопротивление частей, охраняющих тылы Клыкова, через два дня после начала наступления на Спасско-полистском направлении эсэсовцы при поддержке армейских частей, танков, а главное 20-го и 505-го сапёрных батальонов, вплотную приблизились к северной просеке 'дороги жизни' 2-й Ударной армии около Мясного Бора. Припасы эсэсовцам доставляли носильщики 'хиви' из числа военнопленных лагеря в Чудово. Они же выносили раненых. Места вокруг приметные - везде на пути бесчисленные могилы эсэсовских солдат и других дивизий, которые сражались здесь в январе-феврале.

Только через двое суток боёв в лесах юго-западнее Спасской Полисти стал наконец-то понятен размер и цели группировки фашистов, надвигающихся на коммуникации 2-й Ударной армии из 'Волховского рукава'. Синхронные действия наступающей со стороны Новгорода на Мясной Бор группировки не оставляли сомнений, что группа армий 'Север', которой 2-я Ударная армиям перебила хребет в феврале, накопила достаточно сил, боеприпасов, и перешла в наступление по самому выгодному для себя направлению Чудово - Новгород. В случае перекрытия коммуникаций 2-й Ударной армии ситуация возникала тяжелейшая! Ведь ежедневно каждая дивизия 'съедала' десятки тонн боеприпасов и тонны продовольствия! Делать нечего. Рождественский повернул часть своих сил от Любани обратно для контрнаступления у дороги Мостки - Ольховка и защиты просек в районе Мясного Бора. Туда отправились танки 166-го танкового батальона, 4-тысячная 24-я стрелковая бригада, два артдивизиона 18-го артполка РГК, неполные батальоны 366-й стрелковой дивизии Буланова. Не поздно ли? Инженерные и строительные части Волховского фронта получили задачу ускорить строительство узкоколейной железной дороги от Финёва Луга к Новой Керести, Кречно и далее по просекам до Мясного Бора вместо перехваченной дороги Мостки - Ольховка. Хорошо, что такую работу Мерецков начал заранее. Как говорится: 'Готовь сани летом, а телегу зимой!' Сталин не зря называл Мерецкова по-доброму 'Хитрый рязанец'. Не только потому, что Мерецков с Рязанщины. Рязанец в русской традиции - расторопный, умный, крепкий хозяйственник, а в его образе и весь русский народ. Это примерно так, как в 'Мёртвых душах' Гоголя расторопный мужик собрал бричку, на которой едет главный герой романа Чичиков в необъятную Россию...

А пока 'дорога жизни' от Мясного Бора до Ольховки - болотисто-лесной просёлок, волей военной судьбы вдруг ставший важной военной магистралью, работал круглосуточно. Из-за сильного мороза и отсутствия твёрдого покрытия снег не уминался. Сколько его ни месили, он оставался сыпучим, но плотным и тяжёлым как песок. Местами колёса машин и траки гусениц проминали снег до незамерзшей болотной хляби. Возникали ловушки, опасные для лошадей, машин и артиллерии. В таких местах срочно настилали лежневку. Гатили выборочно особо труднопроходимые участки. От соприкосновения излучаемого незамерзающими торфяными болотами тепла с морозным воздухом над лесом висел густой белый туман. Он заволакивал отдельные участки дороги полностью. Лютый мороз щедро разукрашивал инеем упревших людей и лошадей. Будто сказочное воинство Берендея шло.

На просеке натужно гудели грузовики. Швыряясь ошмётками снега, приглушенно лязгали на мягкой дороге гусеницы танков и тягачей-челябинцев. Ехали конники Гусева, одетые прозаически - как пехота. Только изредка попадаются командирские бурки. У каждого 'гусевца' за спиной косо 'по-казачьи' карабин и сбоку - шашка. Как в темноте узнать, какой всадник перед тобой, враг или свой? Если карабин висит за спиной стволом над левым плечом - свой - у него шашка справа. Если иначе - враг. К седлу 'гусевцев' приторочены солдатский котелок и сплющенное брезентовое ведёрко. По обе стороны седла симметрично перемётные сумы. В них вещи всадника, сухой паёк, овёс и прессованное сено. Некоторые, у которых лошади покрепче, везут завёрнутые в портянки мины или снаряды.

Трудно приходилось и пехоте, и лошадям, и моторам. Пехота шла утомлённая до предела. В её обозах попадались низкорослые косматые и мохноногие лошадки. Но не 'сибирячки', а уроженки монгольских степей. Эти исключительно выносливые маломерки прибыли на фронт прямо из монгольских табунов. Подарок братского народа коммунистической Монголии. Пришлось сперва объезжать полудиких коньков-горбунков.

Над 'Берендеевой дорогой' будто звучала с грустной торжественностью пронзительная музыка Баха Чакона из Партиты No.2 ре минор для скрипки. Многие вещи Баха не просто прекрасны, а мучительно прекрасны. Такова чакона. Глубина, значительность и 'мучительность музыки очень подходила к происходящему со 2-й Ударной армией: как бы скорбный, трудный, но мужественный путь Спасителя, и одновременно хор ангелов, поддерживающий его подвиг. Неумолимая, неотвратимая судьба. В первой части, меняется регистр, используя квадруполь для создания иллюзии нескольких скрипок, ведущих диалог друг с другом. Они создают многоголосие, которое звучит в каждом человеке, во всех. Некоторые из этих голосов примут смерть, другие - нет. Вторая часть в мажоре. Милосердная. Глубокое горе. Бальзам на раны. Путь преодоления утраты. В третьей части одновременно слёзы и удивительная мощь. Возвращается смерть из первой части, но теперь в свете утешения, и торжества, и успокоения сердца из второй части. Это способ жить, когда смерть всё время рядом, и тем не менее нести силы, энергию и сострадание:

Параллельно дороге двигались лыжники лыжбатов и стрелковых бригад, связные, партизанские группы. Идти лесом на лыжах тяжело. Рыхлый снег плохо держит, а под метровой-полутораметровой толщей согнутый в дугу мелкий кустарник, пни, валежины. Вот у одного порвалось крепление, вот у другого сломалась лыжа. Многим проще брести пешком. Одни несут лыжи на плече, другие, скрепив пару вместе, тащат как саночки. Дорогу издалека обстреливают. Разведгруппы фашистов просачиваются и с юга со стороны Новгорода, и с севера от Спасской Полисти. Близко подойди боятся, ведь от лыжников потом не уйдёшь. Разрывные пули щёлкают в ветвях.

Батальоны лейтенантов Туманова и Комкова половинного состава из 'сибирской' дивизии Буланова первыми вернулись от хутора Красная Горка в район 'дороги жизни' для её защиты. Утром появились бомбардировщики Ju 88, которые начали раз за разом бомбить просеки и боевые порядки. Красноармейцы попадали в снег. Первый заход, второй... В ожидании третьего захода кадровые старшины крепко крыли фашистских стервятников. Заодно доставалось своим лётчикам-истребителям, которые не явились на выручку. Всем от такой ядрёной 'молитвы' становилось легче, даже тем, кто мат не использовал...

Зенитки сбили два Ju 88. Истребители 3-го истребительного полка увязли в боях с прикрытием бомбардировщиков. Не обошлось и без привычного для Luftwaffe казуса стрельбы по своим. Около полудня 6 бомбардировщиков Ju 88 сбросил бомбы прямо на свои передовые позиции несмотря на обозначения эсэсовских частей с земли дымами и ракетами. Советские зенитчики даже перестали вести по стервятникам огонь, чтобы не спугнуть такую удачу. Бестолкова стрельба по своим - это в духе Luftwaffe.

22 февраля 1940 в Северном море бомбардировщик X авиакорпуса Luftwaffe He 111 сбросил бомбы на два своих эскадренных миноносцев 'Leberecht Maas' Z.1 и 'Max Schultz' Z.3. 'Leberecht Maas' переломился и затонул. 'Max Schultz' получил попадание. Из 308 человек экипажа 'Max Schultz' не спасли никого. При возникшей панике миноносец 'Theodor Riedel', бомбя глубинными бомбами мнимую подводную лодку англичан, подорвал сам себя, а миноносец 'Erich Koellner' протаранил свою спасательную шлюпку с матросами. Феерично! Вот он - хвалёный бароном фон Мюнхгаузеном немецкий порядок! 10 мая 1940 не меньшая феерия - бомбардировщики Luftwaffe, отправленные бомбить город Дижон во Франции, из-за навигационных ошибок разбомбили немецкий город Фрайбург, убив 57 и ранив 295 человек. И так далее и тому подобное... Плохая подготовка пилотов Luftwaffe из-за недостаточного количества лётных училищ, лётных школ, отсутствия системы аэроклубов для допризывной подготовки лётчиков и критического отбора, оказалась вопиющей. Как на земле поступал Wehrmacht, так в небе поступало Luftwaffe - брали массой, давили тушей:

Wehrmacht значительно опережал Luftwaffe в стрельбе по своим, начав этим регулярно заниматься с первых минуты вероломного нападения на СССР. Первые гитлеровские солдаты погибли или получили ранения от собственной артиллерии ещё только готовясь к переправе через Буг к Брестской крепости 22 июня прошлого года: Вот подразделения 130-го пехотного полка 45-й 'австрийской' пехотной дивизии замерли в укрытиях, за насыпью, в окопах, ивняках. Штурмовые группы подлецов лежали на берегу очень плотно, готовые к броску со своими надувными лодками. За ними - штурмовые роты, тесно набитые в окопы, выкопанные польскими рабочими за предшествующие недели, вплоть до вчерашнего дня. Меж ними, иногда примыкая вплотную, - штабы, огневые позиции, резервы, снова штабы и резервы, позиции артиллерии и химических миномётов. Затем исходные позиции танков и массы разнообразной 'железной саранчи', аэродромы истребительных авиаэскадр - на много километров в глубокий тыл всё тайно приготовилось к вероломному нападению. Особое и трудноописуемое чувство маленького человека посреди огромной орды... Лениво струился неглубокий Буг. На тёмных спокойных водах лежал лунный свет. Медленно двигались стрелки часов.

Но вот Wehrmacht начал вероломное вторжение. Когда группа лейтенанта Кремера только подтасовала лодки к берегу, её вдруг накрыла огнём своя же артиллерия. 20 солдат сразу же оказались убиты или ранены, четыре лодки из девяти пробиты. Досталось и другим группам. Передовая группа Гузенбауэра едва достигла на надувных лодках середины реки, как слева, справа и позади лодок поднялись водяные фонтаны от падения снарядов своей артиллерии. Большой осколок снаряда прямо под седалищем Гузенбауэра разорвал лодку и все оказались в воде, барахтаясь под огнём советских самозарядных винтовок... И так далее и тому подобное...

Бои на просеках и тропинках у Большого Замошского Болота на южных подступах к 'дороге жизни' 2-й Ударной армии начались кровавые и упорные. Пьяные, под воздействием наркотика 'Pervitin', гитлеровцы из свежей 58-й пехотной дивизии и эсэсовцы 2-й моторизированной бригады SS лезли вперёд крупными силами вдоль просек и штурмовыми группами через чащу не считаясь с потерями. Пехота атаковала без артиллерийской поддержки. Танки в таких условиях становились подвижными огневыми точками, тараном и щитом одновременно. Сзади шли унтер-офицеры с пистолетами и стреляли в каждого, кто пытался выйти из атаки. Они же добивали тяжелораненых, который отказывались забирать санитары. Wehrmacht не собирался лечить и содержать безруких и безногих 'самоваров'. Это большевики брали своих 'самоваров' на пожизненное содержание и устраивали для них специальные санатории. В лесных боях обе стороны цеплялись за проделанные в почти непроходимой чаще просеки - маленькие артерии снабжения. Каждая небольшая возвышенность на пересечениях просек становилась небольшой крепостью. Проблемой для оккупантов являлось то, что они атаковали в узкое горлышко между советскими частями под сильным фланговым огнём. Снабжать прорвавшиеся части, эвакуировать раненых получалось только вдоль просек.

Вот по узкой просеке на бойцов роты Волыса из 1218-го стрелкового полка 366-й 'томской' стрелковой дивизии Буланова двинулись 4 танка Pz.Kpfw.IV и Pz.Kpfw.III, а за ними бронетранспортёры и штурмовые группы - примерно 200 пехотинцев. Именно в этот день за проявленную отвагу, стойкость, мужество, дисциплину и организованность, за героизм личного состава в боях с врагом, Народный Комиссар Обороны Сталин присвоил дивизии Буланова звание 19-й гвардейской. Гитлеровцы вели непрерывный пулемётный огонь. Огненные трассы крестили лес, состригая ветки и листья, несли смерть и увечья.

Старший лейтенант Волыса громко крикнул:

- Гвардейцы! Назад ни шагу! Гвардия не отступает! О нас знает наш Сталин!

На дистанции всего 100 метров Волыса скомандовал миномётчикам:

- Прицел 5.00, заряд основной, по пехоте - огонь!

Дружно ударили 6 миномётов, и мины прицельно начали падать среди подлецов. Они тут же залегли. Танки продолжали движение. Красноармеец Балабушин, сливаясь своим маскхалатом со снегом, пополз наперерез и метнул две бутылки КС по головному танку. Вспышка. Объятый ярким белым пламенем танк встал как вкопанный. По лесу поплыл удушливый дым горящего фосфора и серы. Остальные танки остановились и со страху открыли бешеный огонь из пушек и пулемётов куда ни попадая. Новоиспечённые гвардейцы лихо выкатили из-за кустов на прямую наводку 45-миллиметровую пушку. Началась яростная дуэль почти в упор. Через минуту 'сорокопятчики' подбили второй танк. Остальные два танка начали пятиться что было сил в двигателях Maybach. Укрывшись более-менее за деревьями, они развернулись и бросились прочь. У одного при резком развороте слетела гусеница - вечный бич узких гусениц Panzerwaffe. Экипаж в панике покинул машину.

Пока Ju 88 бомбили огневые позиции миномётчиков, 'томичи' хладнокровно собирали трофейное оружие и боеприпасы, поскольку свои заканчивались. Сняли и танковые пулемёты. Сами танки основательно сожгли бутылками КС. Среди убитых подлецов оказалось много голландцев и даже норвежцев. После налёта гитлеровцы начали атаку сразу с трёх сторон. Из-за густых зарослей приходилось подпускать их на бросок гранаты. Схватки переходили в рукопашные. Вот после бешеной схватки валяются скрюченные трупы гитлеровцев в окровавленных лохмотьях маскхалатов, а рядом лежат красивые русские парни, сибиряки из Омска, Томска, Новосибирска, и их молодые командиры - бывшие курсанты Белоцерковского военного училища, которое перед самой войной вывезли в Томск из Киевской области. Лежат и недвижно в низкое небо смотрят. Неудивительно, что дивизия стала гвардейской. Сибиряки вперемешку с курсантами, по-старорежимному - юнкерами... Гвардейцы-'томичи' дрались как львы, теряя в неравной борьбе боевых товарищей: ранен комполка Сланский, убит комиссар батальона Васильев. Вот лежат сыны Советской отчизны... У многих и ран не видно. Словно прилегли отдохнуть. Молодые, сильные...

Белоцерковское училище произвело в Томске девять выпусков. Первый - в конце мая 1941 года. С июля 1941 года по март 1942 года ещё 5 ускоренных выпусков. Всего около 4000 командиров пополнили фронтовые части и 5000 курсантов после 4-5 месяцев учёбы без присвоения звания отправились в войска как особо подготовленная ударная пехота. В Германском рейхе все-все училища выпускали в год всего 2000 офицеров. Что и говорить, Wehrmacht по количеству образованных военных специалистов катастрофически отставал от Красной Армии с осени 1941 года из-за колоссальных потерь в подготовленных офицерах, которым не имелось адекватной замены.

Командные, политические и преподавательские должности училища в Томске занимали командиры, имеющие хорошую подготовку по обучению войск, боевой опыт, полученный в боях по освобождению простого народа Западной Украины и Западной Белоруссии от гнёта капитализма, в боях с самураями на реке Халхин-Гол, в боях Финского похода Красной Армии. Училище имело типовой состав для 55 пехотных, стрелково-пулемётные, стрелково-миномётных училищ Красной Армии: 5 курсантских батальонов по 4 курсантские роты в каждом, начальник артиллерии, он же старший преподаватель, начальник химслужбы, начальник инженерной службы, старший преподаватель топографии, старший преподаватель связи, транспортно-хозяйственная рота, артбатарея 76-миллиметровых орудий, артбатарея 45-миллиметровых орудий, миномётная батарея 120-миллиметровых миномётов, зенитно-пулемётная батарея, инженерно-сапёрная рота, химрота и рота связи.

21 танковое, тракторное и автомобильное училища Красной Армии, 25 артиллерийских, 24 военно-политических, 16 училищ ВВС, 75 школ ВВС, 6 школ военно-инженерных, 7 училищ связи, 4 интендантских и топографических, 4 военно-медицинских и ветеринарных училищ, 5 училищ войск НКВД имели несколько другой состав. 5 военных училищ ВМФ и курсы усовершенствования командного состава тоже имели другую структуру.

Утром того же дня 17 марта на Любанском направлении 3-й батальон полка Маньковского из геройской дивизии Ларичева при массированной поддержке гаубичной артиллерии, орудий прямой наводки, пулемётного огня, преодолевая сильнейшее огневое сопротивление, начал очередную атаку на опорный пункт Коровий Ручей. Стреляли советские орудия всех калибров, включая зенитные и противотанковые, а также миномёты и пулемёты. То усиливаясь, то стихая, огонь продолжался много часов, прерываемый только атаками штурмовых групп на всех участках. Дивизионные пушки ЗИС-3 'Зоси', прозванные оккупантами 'ратш-бум', поорудийно расставленные на позициях в окружающих Коровий Ручей лесных зарослях, как на конвейере вымолачивали все огневые средства, которые оккупанты выводили на передний край вместо уничтоженных. При обстреле со стороны оккупантов, расчёты 'Зось' вместе с пехотой на руках сразу перекатывали орудия, чуть ли не переносили их на заранее подготовленные запасные позиции. В то же время открывшие огонь миномёты или орудия подлецов накрывались огнём гаубиц. По временам огонь усиливался, переходя в ураганный из-за реактивных снарядов 'Катюш'. Так попал под залп РС и понёс тяжёлые потери II дивизион III артполка SS Polizei-Division.

Батарея 'полковушек' полка старшего лейтенанта Беляева прямым попаданием подожгла склад снарядов и ракет 6-ствольных миномётов. Почти сразу последовал мощный взрыв, похоронивший расчёты двух миномётов и множество солдат в близлежащих окопах. Загорелось несколько домов. 'Полковушки' Беляева, или как их ещё ласково называли красноармейцы 'бобики' или 'курносые', находясь в штурмовых группах, продолжили вести огонь прямой наводкой: разрушили 3 ДЗОТа, уничтожили 3 огневые точки и 12 оккупантов. Командир орудия сержант Колчанов из карабина снайперски убил 4 гитлеровцев, выбегавших из блиндажей.

В опорный пункт вошёл 1-й батальон, уничтожив два пулемётных гнезда, НП и 30 солдат. Захвачено 6 грузовиков, много винтовок, военное имущество. Под сильным огнём из всех средств со стороны Заречья, батальон начал окапываться на восточной и южной окраине, у толстостенной, приземистой как бункер, церкви Николая Чудотворца. Село возникло в начале XVIII века вместе с Николаевским монастырём. Когда монастырь в 1764 году при Екатерине II закрыли, церковь осталась. Безземельные жители зарабатывали заготовкой дров, обслуживали местную усадьбу Кашпиревой, стоявшую на Коровьем ручье...

Окопались 'ларинцы' вовремя - подлецы бросились отбивать свой опорный пункт. 3-я батарея 60-го артполка майора Натахина на прямой наводке картечью отразила пять контратак подряд. Склон холма перед орудиями напоминал после этого фон картины маслом 'Наполеон на Бородинском поле'. Горы трупов - около 250 убитых. Война подобными методами закончилась тем, что к 10:00 в частях 254-й пехотной дивизии, оборонявшихся в опорных пунктах Коровий Ручей и Залесье, роты возглавили фельдфебели. Офицеры кончились.

Ларичеву удалось в уличных боях наконец-то окончательно сокрушить мощный узел сопротивления Коровий Ручей. Захвачена масса снарядов, мин и других боеприпасов, большие запасы разнообразного оружия и продовольствия. И конечно обнаружена обязательная примета большинства освобождённых населённых пунктов Новгородчины - огромное кладбище оккупантов. При вскрытии многочисленных свежих могил выяснилось, что гитлеровцы, скрывая огромные потери, ставили на местах погребений гораздо меньше крестов, чем захоронено трупов. При вскрытии могилы с восемью крестами обнаружено 100 трупов солдат и офицеров, положенных в три ряда. Бывалых это не удивило. Такие могилы они видели на всём своем пути от Тихвина. Но чаще видели там просто разбитые орудия, танки, брошенные автомашины со взорванными моторами, неубранные трупы в зелёных шинелях, иногда целые штабели... Велики жертвы советского народа, но для рафинированных капиталистических вояк поход на Восток оказался поистине страшен!

От опорного пункта Залесья тоже остались обугленные брёвна и пустоши в бомбовых и снарядных воронках на месте ДЗОТов, блиндажей, домов, штабели мороженых трупов, изрешеченные остовы грузовиков, обломки оружия, хламьё, кровавые тряпки. Особенно запомнилось всем одно пожарище. Когда бушевал огонь, поблизости растаял снег. А затем лужи позамерзали и в лёд вмёрз распластанный труп гитлеровского офицера. Он напоминал доисторическое насекомое, как бы утонувшее в наплыве третичного хвойного дерева и сохранившееся до наших времён в куске янтаря... Ну вот зачем ты сюда припёрся? Видела бы тебя сейчас твоя мать!

Эсэсовцы Вюнненберга, наступающие на коммуникации 2-й Ударной армии с севера, на Спасско-полистском направлении, эсэсовцы и части 58-й пехотной дивизии 'доктора Альтрихтера', наступающие вдоль Большого Замошского болота, не сильно, но продвинулись. Восточная часть 'группы доктора Альтрихтера', наступающая на южный фас Волховского плацдарма от Земтиц, несмотря на весь съеденный 'Pervitin', понесла тяжёлые потери и застряла недалеко от своих исходных позиций.

В юго-западном секторе зоны прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' по-прежнему активно действовали партизаны Туваловича и советские разведгруппы. Сначала партизаны провели бой у деревни Конечки, затем сожгли склад в Тарасино. Здесь сплошного фронта оккупанты не имели. Сидели в населённых пунктах, группах строений, даже отдельных постройках, на немногих высотах. Это давало возможность советским партизанам, лыжникам, кавалеристам, разведчикам свободно действовать на коммуникациях. Иногда перед дозорами - тах! - взвивался высоко вверх столб снега с неясными тёмными вкраплениями. Будто из недр вырвался снежный смерч. Но это не взрыв мины. Когда снег осыпался, становилось видно, как с десяток крупных птиц, с громким хлопаньем крыльев улетают в сторону. Это стайка тетеревов. Глубоко зарывшись в снег и прижавшись друг к дружке, птицы ночевали.

Разведгруппа лыжников лейтенанта Безденежных из 48-го стрелкового батальона 23-й 'харьковской' стрелковой бригады в этот день из засады расстреляла в упор 14 оккупантов, едущих на гружёных повозках на дороге западнее Филипповичей. Те и ойкнуть не успели. Однако за ними на дороге показалась большая колонна, а с ней примерно солдат 150. У Безденежных в разведке с собой лишь 15 бойцов. Начали отход. Их прикрывал красноармеец Котельников с СВТ-40. Одного подстрелил. Второго. Немцы зарылись в снег как тетёрки. Шинели темнеют бугорками. Вот пора Котельникову отходить, да пуля лыжу раздробила. Тогда 'белый призрак' пополз. Фашисты решили взять его живым. Выслали 4 солдата и унтер-офицера. Тремя меткими выстрелами герой убил троих. Остальные в панике бежали. Пользуясь замешательством завоевателей, разведчик под огнём добрался до опушки леса, а оттуда к своим. Всего группа Безденежных за рейд убила 47 фашистов не имея своих потерь. 'Харьковская' стрелковая бригада формировалась в том числе из курсантов Харьковской пехотного училища, и это чувствовалось с самого начала её боевой работы. Красные юнкера.

ВВС Волховского фронта действовали особенно активно по целям в 'Волховском рукаве', куда Линдеманн для обеспечения операции 'Raubtier' согнал массу войск и транспорта со снабжением. Ударные самолёты сопровождали истребители ЛаГГ-2 из 520-го истребительного авиаполка Чирвы. Нанесено множество бомбовых ударов и проведены штурмовки войск 'группы Каттер', 'группы Хойн', 'группы Дебес'. Не отставала тяжёлая советская артиллерия, нанося огневые удары по войскам 'группы Каттер', что приводило к большим потерям среди оккупантов.

Пока эсэсовцы у Мостков и Любина Поля лежали под обстрелом или их гнали по глубокому снегу в атаку, над ними к их артиллерийским позициям, складам, обозам, колоннам снабжения, резервам, лазаретам, проносились советские штурмовики и бомбардировщики. В этот день в полную силу начал боевую работу на Волховском фронте прославленный кадровый 35-й бомбардировочный авиаполк. Один из старейших в ВВС Красной Армии. Его из 4, 5, 6-й скоростных бомбардировочных эскадрилий сформировал Нарком Обороны Ворошилов своим приказом в 1937 году на только что построенном аэродроме Сиверский под Ленинградом.

В 1937-1938 годах авиаполк воевал в Китае против японских оккупантов. В 1939 году принимал участие в Освободительном походе на Западную Украину и в Западную Белоруссию, бомбил войска финских фашистов и Хельсинки во время Финского похода Красной Армии.

С первых часов после вероломного нападения гитлеровских полчищ на Советскую страну полк в непрерывных боях. 'Уничтоженный на спящих аэродромах Тарту' авиаполк бомбил колонны 3-й танковой группы Гота - стальную змею танков и тягачей и разной 'железной саранчи' 8-й и 2-й танковых дивизий, войска LVI корпуса фон Манштейна, бомбил толпы фашистов на переправах в Даугавпилсе, вылетая из Старой Руссы. Побоище гитлеровских войск на плацдарме у Даугавпилса с участием 35-го бомбардировочного авиаполка имело эпический размах. Дорога от переправ до ближайшего леса на протяжении около километра шла через поле. На нём к утру скопилось большое количество танков, бронетранспортёров, бронемашин, грузовиков, повозок с тыловыми грузами и боеприпасами, артиллерия, мотоциклы, велосипеды, лошади, тысячи оккупантов. Около 8:00 советская авиации произвела первый налёт силами до 25 бомбардировщиков СБ, сбросив в самую толпу завоевателей 12 000 килограммов осколочных и зажигательных бомб. Удар пришёлся точно по скоплениям и колоннам машин и бронетехники, выходящих из леса и идущих по мосту... На поле в огромной куче всяческих машин вспыхнули пожары, начались взрывы боеприпасов, дым затянул весь лес... Характерная картина первых дней войны, когда ударная 5-миллионная группировка капиталистов как огромные стада железных баранов, железных быков и железных гусей втягивалась на редкие, узкие дороги СССР, ведущие на восток.

Всего за первые два месяца войны 35-й бомбардировочный авиаполк провёл 350 самолёто-вылетов по колоннам агрессора, сбросил 170 000 килограммов бомб, уничтожил 110 единиц танков и другой самоходной бронированной техники, 130 грузовиков и арттягачей, 25 орудий, 50 мотоциклов, 120 велосипедов, 70 гружёных повозок, 140 лошадей, 25 всадников, более 1200 солдат и офицеров. 14 августа 1941 года авиаполк перевооружили на более современные Пе-2.

Теперь эта гроза врагов пролетариата действовала в составе 1-й Ударной авиагруппы Ставки ВГК на Волхове, подчиняясь в оперативном отношении командующему ВВС Волховского фронта Журавлёву. После присоединения к ВВС Волховского фронта всей 1-я Ударная группа Резерва Верховного Главнокомандования, силы Журавлёва увеличились до 420 боевых самолётов. Из них 157 истребителей, 49 штурмовиков, 49 бомбардировщиков, 168 ночных бомбардировщиков...

Сегодня в бой пошли штурмовики Ил-2 с тактическим знаком белая кромка киля. Это 565-й штурмовой авиаполк майора Володина на 20 уникальных советских штурмовиках Ил-2, которых фашисты боялись до трясучки и называли 'чёрная смерть'. Облачность низкая, поэтому Ил-2 действовали как свободные охотники. Такое не часто, но бывает. Вот один Ил-2 снарядами 23-миллиметровой пушки ВЯ сжёг автомашину и бронетранспортёр. Вот второй расстрелял ракетами зенитку. Вот третий расстрелял из пушек повозку с боеприпасами.

Комполка-565 Володин - опытный лётчик и командир, имеющий боевой опыт войны в Испании, Финского похода, Великой Отечественной. До назначения комполка штурмовиков, командовал эскадрильей 103-го бомбардировочного авиаполка. Молодые лётчики называли его 'наш батя', а он их - 'птенцами'. 'Батя' перво-наперво обучал их жизненным правилам: 'Сам погибай, а товарища выручай', 'Разумный риск в сочетании с мужеством и героизмом - залог успешного выполнения любого боевого задания', 'Осмотрительность в воздухе - жизнь для лётчика не только на боевом задании, но и при любом полёте, и на земле', 'Здравая осторожность и внимание не должны покидать лётчика никогда'...

На открытых местах мартовское солнце уже показало нарастающую силу. Снег на болотных буграх сильно истончился. Кое-где выглядывает изумрудный мох и брусничник, вереск и багульник. Вокруг деревьев снег до самой земли протаял кольцами. Там, где нет лесной тени, снег утрамбовался и покрылся прочной коркой наста. Артиллерийское побоище для немцев под Любанью под названием 'Кто из оккупантов хочет лечь в советскую землю вне очереди?' продолжилось. Подлецы постоянно атаковали свежими батальонами части ослабленных 191-й и 46-й стрелковых дивизий. Контратаками танков Т-34 из 7-й гвардейской танковой бригады удавалось отбрасывать оккупантов, раз за разом давить артиллерийские позиции, ДЗОТы. В этот день особо пострадал 505-й пехотный полк 291-й пехотной дивизии графа фон Шверина. Но у советских патриотов ни на шаг не получалось продвинуться к Любани.

Севернее захваченного 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизией Ларичева опорного пункта Коровий Ручей, километрах в пяти, находился перекрёсток просёлочной дороги с железной дорогой. Дальше от него, в 2-3 километрах посёлок Бараки, который подходил к деревне Сустье-Конец на дороге на Любань. 'Дальневосточники' продолжили наступать на этом направлении. Оккупанты окопались здесь не менее сильно, чем в опорном пункте 'линии Линдеманна' деревне Коровий Ручей. Перекрёсток дорог и сам посёлок Бараки они превратили в мощные узлы обороны с многочисленными ДЗОТам, блиндажами и землянками. Подходящая к железной дороге под прямым углом позиция по восточному берегу реки позволяла перекрывать огнём всё расстояние от Коровьего Ручья до перекрёстка. В насыпь железной дороги вкопаны пушки и танки. Перед ней два снего-ледяных вала с бойницами для пулемётов и автоматов. Перед валами проволочные заграждения и минные поля. Позади насыпи железной дороги зимник - насыпная дорога из залитого водой снега для маневра солдатами, вооружением и подвоза снабжения. Такие дороги также имелись в лесу по просекам и тропам. По болотам подлецы проложили гати. Система огня из пехотного оружия, танков и зениток дополнялась огнём 105-миллиметровых батарей и более тяжёлых орудий. Прорыв такой обороны, как и в укрепрайоне Спасской Полисти, требовал мощных огневых средств вплоть до 203-миллиметровых 'Кувалд Сталина', чего Ларичев не имел. Кроме всего прочего ушла на Спасско-полистское направление 24-я стрелковая бригада со своей артиллерией для борьбы с прорывом подлецов к коммуникациям. Ларичев теперь отвлекал 1/3 сил для обороны восточного фланга и путей подвоза в тылу.

Но 203-й и 22-й стрелковые полки, имеющие не более 1/2 штатного состава, воодушевлённые разгромом опорного пункта Коровий Ручей, всё-таки провели несколько атак 'линии Линдеманна' у перекрёстка дорог и железнодорожной насыпи, пытаясь пробиться к посёлку Бараки. Продвигались они с большим трудом. Цепи атакующих прижимал к земле мощный фланкирующий огонь пулемётов, миномётов и артиллерии. Даже после сильной артподготовки на насыпи оживало слишком много огневых точек. В очередной атаке 2-й батальон встретили 6 оживших пулемётов, миномётная батарея и пушка. На запад тянулся снежный вал, откуда тоже били пулемёты. Но главное - тяжёлая артиллерия оккупантов вела непрерывный заградительный огонь совершенно не жалея снарядов, словно в Любани действовал завод по производству снарядов и сменных артиллерийских стволов. Артиллерийский завод про производству боеприпасов там действительно имелся. Нет худа без добра. Самое главное - оккупанты перестали интенсивно обстреливать Ленинград и войска Ленинградского фронта, а предназначенные им снаряды обрушил на войска 2-й Ударной армии.

В подобном положении со снабжением, как у 'дальневосточников', оказались и поредевшие 191-я и 45-я стрелковые дивизии. Восточнее 378-я стрелковая дивизия тоже испытала дефицит боеприпасов, продовольствия и фуража, хотя вела менее интенсивные бои. Её подразделения проводили разведку боем с запада от реки Глушица по направлению к шоссе у Большого Опочивалово - 'коридору' снабжения 'Волховского рукава'. Уничтожена рота стройбата 12-й танковой дивизии оккупантов.

Тем временем боевые возможности 'ударармейцев' вышли за нижние пределы допустимого. Они теперь не имели преимущества ни по численности, ни по вооружению над силами обороны. Потеря дороги Мостки - Ольховка сказалась на войсках под Любанью в первую очередь. Дивизионный 60-й артполк майора Натахина, мастерским действиям которого малочисленная дивизия 'дальневосточников', во многом была обязана успеху у Коровьего Ручья, находился в тяжёлом положении с продуктами питания и фуражом. Никаких продуктов, кроме хлеба уже не имелось. Конский состав в течении двух суток оставался без фуража. Замедлилась эвакуация раненых в медсанбат у деревни Тигода. Из 10 грузовиков 7-го медсанбата на ходу осталось лишь три: отсутствовали запчасти. Сам же медсанбат не мог перебазироваться ближе из-за нехватки горючего.

Двухмесячное наступление 2-й Ударной армии полностью сорвало выполнение директивы Гитлера OKW No.41 в части касающейся нового штурма Ленинграда, серьёзно угрожала окружением Чудовской группировки 18-й полевой армии Линдеманна. Группе армий 'Север' перебили хребет. Надорвавшись, она все накопленные за первые месяцы 1942 года резервы, боеприпасы, горючее использовала для отражения наступления Волховского фронта и в первую очередь армии Клыкова. Wehrmacht получил то, чего он меньше всего хотел - сражение в лесах, болотах и снегах - в тех условиях, когда он не мог использовать большую часть своих козырей - прежде всего подвижность войск и бронетехнику. Когда дело доходило до боёв между советской и фашистской пехотой в лесистой зимней местности, Wehrmacht оказывался раз за разом бит и с большими для него потерями. Но сложности со снабжением и непрерывное наращивание количества войск оккупантов, количества их самолётов, действующих против Волховского фронта, сначала привели к равновесной ситуации в зоне прорыва 2-й Ударной армии, а затем Wehrmacht получил здесь численное превосходство и преимущество в снабжении, которое шло по железным дорогам почти на линию соприкосновения.

Об этом докладывал 17 марта комфронта генерал армии Мерецков во время переговоров по ВЧ с первым замначальника Генштаба Красной Армии Соколовским. Тот высказывал недовольство Ставки ВГК замедлением наступления и требовал назвать сроки взятия Любани. Мерецков как всегда 'резал правду-матку'. Из-за действий Luftwaffe войска 2-й Ударной армии вынуждены часами лежать в снегу, а ВВС фронта прикрыть их как следует не могут - не хватает самолётов патрулирование тыла и своих железных дорог, сопровождение ударных самолётов, разведку. Требуется дополнительное усиление ВВС фронта. Также замедляет операцию необходимость прокладки дорог через снега и болота при малой мощности инженерных средств фронта. Wehrmacht сосредоточил под Ленинградом для штурма города значительные запасы снарядов и мин, и теперь, расходуя их у Любани, сильно опережает советские войска в плотности огня. Советские же артиллеристы возят к Любани снаряды за 150 километров от Малой Вишеры. Огневой таран невозможно использовать в полной мере.

Ставка ВГК приняла во внимание нужды Волховского фронта. Для налаживания снабжения 2-й Ударной армии Ставка направила к Мерецкову заместителя Сталина по Наркомату обороны и главного интенданта Красной Армии Хрулёва. Он 'привёз с собой' автотранспортные и дорожные части снабжения. Состояние дорог значительно улучшилось. Снабжение улучшилось. Все повеселели. В распоряжение Мерецкова Ставка ВГК полностью передала свою 1-ю Ударную авиагруппу с общим числом истребителей, штурмовиков и бомбардировщиков более 200, а также полк транспортной авиации Гражданского воздушного флота, и закрепила за фронтом два полка дальнебомбардировочной авиации, которые могли наносить с больших высот точные и мощные удары по коммуникациям группы армий 'Север'.

Вот только людьми Ставка ВГК помочь не могла. Красная Армия вынужденно экономила личный состава из-за преимущества капиталистических агрессоров в количестве людских ресурсов. Советским, русским воинам приходилось побеждать не числом, а умением как во времена Суворова. Немецкие пропагандисты, эмигранты-белогвардейцы и различные 'вермахтофилы' твердили свою несостоятельную ложь о 'неисчислимых людских резервах Советов'. Но ситуация имелась ровно обратная. Советское руководство из 170-миллионного населения СССР, к которому относились более чём ненадёжные призывники из Прибалтики, Западной Украины, Западной Белоруссии и Кавказа, не имело возможности направлять на фронт большую часть призывных возрастов СССР из-за необходимости использовать их руки в народном хозяйстве и военной промышленности. 80 миллионов человек при этом оказалось под пятой капиталистов на оккупированных территориях. Гитлер же имел возможность гнать на фронт всех немецких мужчин подряд, поскольку на него работала вся Европа и никакой территории он не терял, наоборот захватывал. Он использовал на фронте против Красной Армии также армии других фашистских государств: Финляндии Румынии, Венгрии, Италии, Словакии, батальоны, бригады и целые дивизии добровольцев СС из Франции, Скандинавии, Бельгии, Хорватии, Финляндии, Эстонии, Латвии, замещая труд мужчин, ставших солдатами, восточными рабами, польскими, французскими гастарбайтерами.

Согласно гитлеровскому 'Зольдатен-атласу', изданному в конце 1941 года, население Великогерманского рейха - 112 миллионов человек. Если к населению Великогерманского рейха прибавить население тех его союзников, что поддержали своими вооружёнными силами Wehrmacht в Восточном походе, получается 188 миллионов человек. Это без оккупированной Франции, Норвегии, Бельгии, Нидерландов, Дании и прочих территорий.

Ведомство Геббельса сфабриковало фальшивку-расчёт на бланке Центрального статистического управления Госплана СССР с подписью мелкого чиновника - начальника отдела ЦСУ Писарева, которую тот в апреле 1941 года якобы направлял другому мелкому чиновнику из комиссии по Генплану с цифрой населения Советского Союза - 198 миллионов человек. Авторы геббельсовской фальшивки ставили своей целью завысить численность населения СССР, чтобы статистическими расчётами доказать и вымышленный 'Большой террор' в СССР и гигантские военные потери. При том, что на Западе массово и легко подделывали советские деньги, паспорта, облигации, подделать бланк ЦСУ такой пустяк, о котором даже можно не упоминать.

Но главное в развенчании фальшивки - факты. За два года до её появления по результатам переписи правительство и Сталин озвучили стране цифру населения СССР - 170 миллионов человек. На основании этой цифры шла подготовка народного хозяйства и армии к надвигающейся войне. За ошибки в таком фундаментальном вопросе как Всесоюзная перепись в 1937 году под суд пошли четыре чиновника статистической службы. Совершенно невероятно, что вдруг некая мелкая сошка с риском для карьеры станет называть и пускать в оборот на документе цифру на 28 миллионов больше потому, что ему якобы 'союзные республики дали дополнительные данные' спустя два года после Всесоюзной переписи. Дополнительные данные?! Это сошке? Сами дали? А почему не уборщице Клаве? Города у себя подземные нашли в Средней Азии, целые страны, что ли? Цифра шла совершенно вразрез с официальным изданием Госплана 1941 года! Он что, этот Писарев - душевнобольной был? Он что, свои же издания Госплана не читал? Фальшивка чистой воды. Зачем? Чтобы уверенно разбрасывать составленные битыми белогвардейцами лживые гитлеровские листовки над советскими окопами, где написано, что Сталин убил 'в лагерях - 10 миллионов, в карательных экспедициях - 6,688 миллионов, приграничных и захваченных областях - 3,277 миллионов', чтобы белогвардейцы писали о неисчислимых азиатских ордах и так далее.

Но как можно было верить Геббельсу, другим виновникам чудовищных фашистским преступлений, антинародной власти капиталистов? Никаких достоверных документов и свидетельств, подтверждающих заявленные капиталистами масштабы репрессий в СССР, не имелось. Кладбищ массово расстрелянных врагов народа тоже. Чтобы хоть как-то объяснить удивительный факт отсутствия доказательств, капиталистическая пропаганда заявила, что репрессии были... тайными. По версии Геббельса и чеченского лжеца Авторханова выходило так, что людей в СССР зачем-то тайно арестовывали, тайно допрашивали, тайно приговаривали и тайно расстреливали. И так, десятки, а то и сотни тысяч людей в год. По всей стране братские молы размером с Бабий Яр. Нет никаких разумных объяснений зачем такая таинственность могла понадобиться Сталину и его единомышленникам. Как нет и разумных объяснений зачем ему вообще могло это понадобиться, особенно, если учесть, что народ Сталина практически обожествлял. Мало того, значительная часть политических репрессий в отношении известных людей была не то что тайной, но вообще публичной, с приглашением журналистов, в том числе иностранных. О разоблачении и расстрелах врагов народа писали в газетах и говорили по радио. Это чтобы остудить горячие головы и заявить об открытости и разумности обвинений. И одновременно, в это же самое время, выходит так, что толпы других врагов народа массово судили и кучами расстреливали... тайно. Зачем-то скрывая это от народа. В чём воспитательный смысл такой меры? В стране каждая пара рабочих рук на счету, каждый инженер на вес золота, их из-за границы за валюту приглашают. Из осуждённых инженеров 'шабашки' создают при НКВД, чтобы на благо родины трудились. А тут вдруг пачками в ров и почти поголовно мужиков в полном рассвете лет? Галиматья какая-то! Единственная очевидная причина, по которой могла бы понадобиться Геббельсу выдумка о 'засекречивании' репрессий, это именно удобство объяснения отсутствия каких-либо убедительных доказательств и фактов этих репрессий. В целях фальсификации в большую сторону их масштабов. Причём, едва ли не большинство документов, которые приводили фашисты в качестве доказательств репрессий - явные фальшивки, не выдерживающие никакой критики, ни по форме, ни по содержанию. Репрессии, в том числе и по политическим мотивам, были, их не могло не быть, время такое, классовая борьба, их факт никто никогда не скрывал и не отрицал, но они были вполне логичны и объяснимы, и многократно меньше, чем это принялись утверждать фашисты:

Гитлеровцы действительно имели возможность наваливаться на Красную Армию тушей, не считаясь с потерями. 'Фрау ещё нарожают!' Wehrmacht в штате каждой части и соединении имел в 1,3-1,5 раза больше людей, чем по штату имели аналогичные части и соединения Красной Армии. Wehrmacht имел пехотный батальон в 860 человек, включая 13 офицеров, а стрелковый батальон Красной Армии - всего 654 человека, включая 82 командира и политработника. Wehrmacht имел танковую роту в 19 танков при 8 офицерах, а танковая рота Красной Армии состояла из 10 танков при 10 командирах. Wehrmacht имел в пехотной дивизии 17 000 человек, Красная Армия - 12 000 человек. Полевая армия гитлеровцев иногда по численности равнялась двум советским фронтам, а два немецких корпуса по численности могли равняться советской общевойсковой армии.

Красная Армии просто не имела возможности воевать числом, приходилось воевать умением. Это хорошо видно по числу комсостава на одного бойца. Советские войска в сопоставимых соединениях всегда имели в 1,5-6 раз больше подготовленных в училищах и академиях специалистов. У гитлеровцев даже те офицеры, которые командовали войсками, не всегда имели военное образование. Естественно, это всегда сказывалось на уровне потерь не в пользу оккупантов...

В ночь на 18 марта опорные пункты оккупантов в 'Волховском рукаве' Спасская Полисть, Коляжке и Овинце подверглись налётам Р-зет из 2-й эскадрильи 658-го легкобомбардировочного авиаполка. Уничтожены три склада боеприпасов, подавлены три огневые точки и три миномётные батареи. Нанесли удары по другим целям на линии соприкосновения и в ближнем тылу оккупантов 665, 673, 689-й полки ночных бомбардировщиков ВВС Волховского фронта.

Погожий день. Солнце приближалось к зубчатой кромке леса. Кустики и деревца отбрасывали постепенно удлиняющиеся тени. Яркий мартовский снег ослеплял, резал глаза. Лес вокруг 'дороги жизни' 2-й Ударной армии испоганен войной. Снег покрыт иссиня-чёрной копотью от разрывов мин, снарядов и авиабомб; там и сям валяются срубленные осколками вершины и ветви деревьев, а вверху уродливо белеют культи искалеченных сосен и елей; снег не лежит на ветвях шапками, как это положено, - его стряхнули взрывы. Во всех направлениях глубокие тропинки:

К просекам 'коридора' снабжения 2-й Ударной армии из-под Любани вернулись боевые подразделения 24-й стрелковой бригады и с ходу вступили в бой на южном фасе Волховского плацдарма. Однако подлецы уже успели значительно продвинутся на север, потеснив малочисленные и сильно растянутые подразделения 305-й 'московской' стрелковой дивизии. Для развития наметившегося успеха голландский легион SS сменил на шоссе обескровленный II батальон 209-го полка 58-й пехотной дивизии. Прибывшие из-под Любани для защиты 'коридора' снабжения бойцы 47-го лыжного батальона обходным путём ночью пробрались через Большое Замошское болото в расположение голландского легиона. Открыв ураганный огонь и применив гранаты, они уничтожили половину голландцев.

Части 372-й стрелковой дивизия вместе с частями 374-й стрелковой дивизии днём вели атаки на оборону оккупантов в 'коридоре' снабжения 'Волховского рукава'. Сильный огонь артиллерии и налёты авиации сорвали атаки. Однако оборона эсэсовцев дышала на ладан. Наибольшие потери они несли от артиллерийского огня, ведь только артиллерия 327-й стрелковой дивизии с 10 по 18 марта выпустила по ним 1986 снарядов, из них 156 снарядов прямой наводкой. Севернее Глушицы советские части провели разведку боем.

В то время как при наступлении по лесу юго-западне Любина Поля на Спасско-полистском направлении эсесовские и армейские батальоны группы 'Ost' отражали сильные контратаки, частично попав в окружение, ежеминутно теряя солдат и офицеров убитыми, ранеными и обмороженными, эсэсовцы из группы 'West' нащупали незащищённый участок леса. Линдеманн продолжал гнать вперёд пехоту и танки при непрерывных ударах авиации и артиллерии в междуречье Полисти и Глушицы, разворачивая при этом фронт на восток по Полисти и на запад по Глушице. Хорошая погода позволяла Ju 87 и Ju 88 действовать без ограничений. I егерский батальон 3 полка SS Polizei-Division двинулся южнее Любина Поля, стараясь избегать столкновений. Впереди для ведения разведки действовала лыжная 'ягдкоманда'. Эсэсовцы шли по лесной целине без намёков на какие-либо тропинки, совершенно выматываясь, исключительно за счёт метамфетамина 'Pervitin'. Штурмовики Ил-2 из 565-й штурмового авиационного полка Володина несколько раз барражировали кругами над егерями, но не бомбили. Стреляли редко, плохо видя под густыми елями цель, поскольку подлецы не разводили огонь, и даже горячую пищу везли за несколько километров на санках, хотя она приезжала замёрзшая как шуга. Замёрзшим до состояния льда приезжал и эрзацкофе. Однако 'бетонные самолёты' Ил-2 потери всё же нанесли. Снова быстро наступала темнота и предстояло ещё раз ночевать в палатках. Зато, избежав серьёзных столкновений, эсэсовцы пробрались к северной дороге снабжения 2-й Ударной армии, идущей по просеке от Мясного Бора. Эту дорогу гитлеровцы назвали 'просека Фридрих'. Эта просека с дорогой снабжения, идущей от Мясного Бора, оказалась перерезана - прекратилась доставка по земле во 2-ю Ударную армию продовольствия, фуража и боеприпасов, без чего никакая армия не может жить и воевать. Мясной Бор перестал быть 'мясным', оставаясь теперь только отчасти 'хлебным'. Оккупанты в касках-кастрюлях начали быстро зарываться в землю на занятом участке 'просеки Фридрих', быстро насыщая местность ДЗОТами, пулемётными точка, миномётами, противотанковыми ружьями и пушками, лёгкими пехотными гаубицами и минами.

Первая часть операции 'Raubtier' обошлась фон Кюхлеру недёшево. SS Polizei-Division при прорыве к 'дороге жизни' на Спасско-полистском направлении потеряла более половины своего состава. Из 24 рот SS Polizei-Division, принявших участие в прорыве в семи ротах вообще не осталось офицеров, а в двух ротах не осталось даже унтер-офицеров! 1-я рота 3-го полка имела всего 17 человек личного состава. 3-я рота 1-го полка - 12 человек, 9-я рота 2-го полка - 4, 10-я рота 2-го полка - 6 человек. Большая часть рот имела менее 100 человек вместо 191 по штату. Свыше 100 человек имела только 8-я рота 1-го полка - 102 солдата и унтер-офицера. Все остальные имели менее 50 человек. Утрачена масса стрелкового и тяжёлого оружия, снаряжения, продовольствия, боеприпасов. Эти батальоны предстояло сформировать заново из пополнения, прибывающего из Германии самолётами прямо на аэродромы в Спасской Полисти и Любани.

Wehrmacht после наступления на 'дорогу жизни' 2-й Ударной армии выглядел не сильно лучше SS. Так III батальон капитана Хирте из 284-го полка 96-й пехотной дивизии имел 115 человек из 850 положенных по штату. 9-я рота этого полка имела 18 человек без офицеров вместо штатных 150 человек, 11-я рота имела 14 человек, а 10-я рота только 8 солдат. Полк предстояло сформировать заново. Тяжёлые потери понесли стройбаты 'Организации Тодта', группы 'хиви'. Вот уж действительно - 'мясной штурм'!

По этой причине штаб группы армий 'Север' вновь образовал из SS Polizei-Division 'группу Вюнненберга'. Для обороны 'пробки' на 'дорог жизни' Вюнненберг получил в своё подчинение танки 29-го танкового полка, два полка 58-й пехотной дивизии доктора Альтрихтера. II батальон 209-го пехотного полка майора Матерна из дивизии Альтрихтера при поддержке танков сразу же вступил в тяжёлые бои в лесу с советским подразделениями, наступающими с востока и запада. На северной окраине Большого Замошского болота вступил в бой III батальон 154-го пехотного полка полковника Эрдманна. На северной окраине болота в середине появился также I батальон 422-го пехотного полка из 126 пехотной дивизии Лаукса. Мотострелки 30-го батальона направились южнее. Два батальона южной группы вплотную приблизились к южной дороге снабжения, которую подлецы называли 'просека Дора'.

Резервов для выправления ситуации и очистки дороги Мостки - Ольховка и северной просеки ни у Яковлева, ни у Клыкова, ни у Мерецкова не имелось. 2-я Ударная армия мало того, что отважно дралась в тылу группы армий 'Север', наступала, не имея численного превосходства над сильным противником, но и с самого начала не имела резервов вообще. Это в воспалённом лживостью мозгу триколорной белогвардейщины и их немецких хозяев Красная Армия являлась 'азиатскими ордами'. Для освобождения 'коридора' Ставка ВГК разрешила взять относительно полную 376-ю стрелковую дивизию Угорича из армии Федюнинского. Мерецков перебросил дивизию Угорича к восточной горловине 'дороги жизни' у Мясного Бора, отдав приказ 2-й Ударной армии направить с запада из-под Красной Горки в район Новой Керести к западной горловине 'коридора' 58-ю стрелковую и 7-ю гвардейскую танковую бригады для одновременного удара. Исчерпывающих данных о силах гитлеровцев, засевших на 'дроге жизни' 2-й Ударной армии, не имелось. Докладывали одно - сильные бомбёжки Luftwaffe, в лесу танки, очень много эсэсовцев, колонны с резервами и снабжением тянутся по лесу от самого Трегубово. Советская перегруппировка проходила в большой спешке при неблагоприятных погодных условиях, днём и под ударами авиации.

В ночь на 19 марта 657, 658, 660-й ночные бомбардировочные авиаполки бомбили в северной части 'Волховского рукава' участок 'группы Хойн'. Сброшено около 400 бомб. Уничтожено 3 ДЗОТа, 5 домов и бараков с гарнизонами, 3 гаубицы, 2 зенитных пулемёта, склад боеприпасов, 6 грузовиков, 10 повозок с военным имуществом, вызвано три очага пожаров.

В эту же ночь на Любанском направлении 22-й стрелковый полк 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии Ларичева дважды атаковал 'линию Линдеманна' у посёлка Бараки. В третий раз бесшумно, внезапно, без огневой обработки, в обход. Началась неразбериха лесного боя. От дерева к дереву перебегали и переползали белые фигуры. Разрывные немецкие пули звонко щёлкали не только впереди, но и позади, а поэтому не сразу разберешь: то ли красноармейцы окружили оккупантов, то ли они их. В лесном бою побеждает тот, у кого крепче нервы. Но вот подлецы оставили позиции и, беспорядочно отстреливаясь, стали отходит на северо-восток, бросая убитых и раненых. Всё быстрее и быстрее. 'Дальневосточники' пытались взять их в клещи, но сделать это на ходу очень трудно. Успеха финская тактика 'мотти' не принесла. Полк повторил атаку засветло после артподготовки, но подразделения вперёд не продвинулись.

'Заплакали' берёзы, будто скорбели по погибшим и оставшимся лежать под их корнями русским людям. Бойцы и местные жители собирали берёзовый сок, а в воронках стояла вода, и в круглых 'зеркалах' воды отражалось чистое небо... Когда-то месяц март славяне называли березозолом. Видимо оттого, что заготавливали в этом месяце берёзовый сок, подсекая белоствольные деревья, особенно ярко сверкающие в лучах весны. Пахнущий подснежниками и свежестью вкусный сок обладал целебными свойствами...

С каждым днём на Любанском направлении бои становились всё ожесточённее, всё труднее для малочисленных и вымотанных советских войск. Тем более, что из-за закрытия дороги Мостки - Ольховка и просек от Мясного Бора пришлось считать каждый снаряд. У-2 по ночам доставляли патроны, мины, продовольствие, фураж, горючее, но 76-миллиметровые и 152-миллиметровые снаряды они могли доставлять в очень ограниченном количестве. Их сбрасывать нельзя, только посадочным способом. Бомбардировщики и штурмовики ВВС Волховского фронта разрушали укрепления подлецов под Любанью, уничтожали артиллерию, скопления войск, транспорт, технику, склады. Не допускали подхода подкреплений. Истребители прикрывали войска и тоже штурмовали наземные цели. Но их усилий не хватало для решительного успеха.

Утром Волховский плацдарм загудел. Гитлеровцы перешли в наступление со стороны Новгорода. В небе тучи самолётов Luftwaffe. Они словно радовались болезни Клыкова. Клыков им оказался не по зубам, а с его начштаба Рождественским они надеялись справится... Всё объято дымом. Кипят воздушные бои. ВВС Волховского фронта и авиасоединения Ставки ВГК действуют активно. Когда авиаразведка сообщила, что в районе станции Спасская Полисть обнаружен железнодорожный состав с вооружением и боеприпасами, для атаки поднялись Ил-2 из 313-й штурмового авиаполка Петрова и уничтожили важную цель.

10-й бомбардировочный авиационный полк Остапчика своими Пе-2 в который раз разбомбил артиллерию у Трегубово и транспортные колонны на шоссе у Малого Опочивалово. Полк опытный. Воевал с 22 июня. Ранее бомбил финские аэродромы Миккели и Мантыхарью, затем у бомбил у Западной Двины наступающий Wehrmacht, нанося механизированным, танковым колоннам и скоплениям у переправ большие потери. В середине июля 1941 года своими СБ расчищал дорогу наземным войскам при сокрушительном контрударе Ворошилова под Сольцами, когда контрудар отбросили войска группы армий 'Север' на 40 километров. Бомбил плацдармы фашистов на Луге в районе Сабска и другие цели южнее Ленинграда до середины августа. Затем перевооружён самолётами Пе-2. С января авиаполк Остапчика уничтожал фашистов в полосе Волховского фронта в районах Любани, Мясного Бора.

Действия штурмовиков и бомбардировщиков прикрывал сегодня 2-й гвардейский истребительный авиаполк Метёлкина, действующий с аэродрома в Веретье. С января полк выполнил 660 боевых вылетов на штурмовку, сопровождение Пе-2, Ил-2, прикрытие наземных войск и разведку. Полк уже сбил 21 самолёт, уничтожил при штурмовках более 1000 оккупантов, 127 автомашин, при своих потерях в 7 человек. Комполка Метёлкин - типичный лётчик из 'уничтоженных на спящих аэродромах 22 июня' ВВС Красной Армии. В ВВС с 1931 года. Принимал участие в Освободительном походе на Западную Украину, участник Финского похода Красной Армии, совершил при этом 25 боевых вылетов. С 22 июня 1941 года за месяц совершил 43 боевых вылета, сбил 4 самолёта.

В сентябре 1941 года авиаполк, в составе которого сражался Метёлкин, получил 20 самолётов МиГ-3, в том числе стреляющие ракетами, а также ЛаГГ-3. С октября на Волховском направлении. Капитан Метёлкин стал командиром полка. При штурмовке применение истребителями ракет по живой силе и технике показало большую их эффективность. После этого все истребители полка оборудовали реактивными установками. В результате такого подхода, за три месяца 20 истребителей авиаполка Метёлкина сбили в воздушных боях 15 самолётов, в ходе штурмовок и при освобождении Малой Вишеры, Красной Вишерки, Некрасово, Веретье и других населённых пунктов убили и ранили около 3000 оккупантов, уничтожили 350 автомашин, 140 повозок, 5 танкеток, 3 бронеавтомобиля, сожгли 4 железнодорожных вагона и 7 цистерн с горючим, 2 склада боеприпасов и так далее. За свои действия авиаполк Метёлкина получил наименование 2-й гвардейский истребительный авиаполк. Тут и слава и увеличение в 1,5 раза окладов, и самые трудные задания.

Метёлкин к тому времени лично сбил 2 разведчика Hs 126 'Костыль', разведчик Focke-Wulf FW.189 'Рама', бомбардировщик He 111, подбил бомбардировщик Ju 88 и в нём убил стрелка, сбил 1 автожир-вертолёт Fl 282, 1 аэростат наблюдения, разгромил 160 автомашин с боеприпасами и снаряжением, разбил 4 паровоза, 4 автобуса, 8 тракторов с прицепами, уничтожил 5 танкеток, разбил 5 орудий, 2 легковые автомашины, 3 бронеавтомобиля, 4 железнодорожных вагона, уничтожил 30 повозок с лошадьми, 20 всадников, убил и ранил почти 600 оккупантов. И это всё один! Сталинский сокол:

Главный удар со стороны Новгорода вдоль железной дороги и по шоссе от деревни Любцы на Мясной Бор наносили танки и пехота 20-й моторизованной дивизии Яшке. Оккупанты хотели кроме перехвата лесного 'коридора' снабжения пехотой наглухо окружить 2-ю Ударную армию от Волховского плацдарма по линии железной дороги вплоть до Спасской Полисти механизированными силами. Случись это, деблокада 2-я Ударная армия потребовала бы сил сопоставимых с теми, что 13 января взламывали 'Волховский вал'. Удар Яшке пришёлся на 311-й стрелковый полк 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого.

Как только танки и пехота Яшке показались со стороны Любцов, взвод 45-миллиметровых орудий Карташова их дивизии 'тюменцев', чьи позиции располагались у самого шоссе, открыл огонь. Расчёты работали без передышки, как стахановцы в угольном забое. Три танка Pz.Kpfw.III встали после повреждений, три других начали пятиться. Пулемётчики, миномётчики и снайперы без труда расстреляли 1/3 идущего в атаку батальона, и до вечера подлецы здесь утихли. Ситуация походила на немецкий солдатский анекдот:

- Ганс, сегодня наступаем на русских. Сначала идёшь ты, а когда тебя убьют, пойду я!

На Спасско-полистском направлении, юго-западнее советского опорного пункта Любино Поле, эсэсовские егеря Вюнненберга, крадучись как волки, пересекли медленно текущий ручей, перекрытый качающимися брёвнами, кустарник, и оказались на просеке, которая пересекала в перпендикулярном направлении обе главные дороги снабжения 2-й Ударной армии, идущие с востока на запад от Мясного Бора до Новой Керести, Кречно. После сильной артиллерийской и авиационной подготовки эсэсовцы и сапёры бросились вперёд и прорвали оборонительную линию охранения у северной просеки. Обезумев от страха, шнапса и препарата 'Pervitin', невзирая на большие потери от действий групп 'воронежцев' Антюфеева, при непрерывной поддержке авиацией и артиллерии, они прошли 1000 метров и оказались у центральной просеки, которую между собой называли 'просека Эрика'. Здесь советский стройбат вёл работы по прокладке узкоколейки: клали гать, завозили из Финёва Луга шпалы. Вокруг огромные воронки от дефицитных 1000-килограммовых бомб большой мощности из тринитротолуола, гексогена и алюминиевой пудры. Эти бомбы SC1000 сбросили перед началом наступления на центральную просеку по личному распоряжению Гитлера. Кое-где на дне и вокруг кратеров - разбитые грузовики, сани, тягачи. Но по большей части разбросанные брёвна настилов. Дороги из брёвен на нескольких участках пришли в негодность. Драгоценные бомбы 'сумрачного тевтонского гения', предназначенные для испепеления Ленинграда, ушли на колку дров. Но движение прекратилось. Тут также работали дорожники, восстанавливая гати.

Эсэсовцы, распугав на 'просеке Эрика' рабочих, и не без труда удерживая захваченную позицию, кинулись под огнём 'воронежцев' сооружать себе из шпал ДЗОТы, баррикады, защитные стены и галереи. Южнее слышался шум боя высокой интенсивности. После сильного боя на центральной просеке передовой отряд эсэсовцев прошёл лесом 1000 метров и оказался у южной просеки, которую подлецы называли 'просеки Дора'. К вечеру эта группа эсэсовцев установила визуальную связь с подразделением из группы 'доктора Альтрихтера' - передовым II батальоном Матерна из 58-й пехотной дивизии. Они обменялись условными сигналами - зелёно-бело-красными ракетами. Матерн при этом вёл тяжёлый бой. Если бы они пользовались рациями, а не сигнальными ракетами внутри батальонов и между собой, они встретились бы днём, а не к ночи.

Ударные части SS Polizei-Division 'группы Вюнненберга' при порыве к 'дороге жизни' 2-й Ударной армии понесли тяжелейшие потери. I и II батальоны 1-го полка SS Polizei-Division потеряли по 800 человек каждый и их пришлось объединить. Командир I батальона капитан Менцель выбыл по ранению. Предыдущий командир убит. Вступивший в командование капитан Екерт тяжело ранен. После объединения в сводном батальоне в строю оказалось всего 120 человек. III батальон того же полка эсэсовской дивизии насчитывал 184 человек. Потери в наступлении 670 человек. Все командиры рот убиты или ранены. 2-й полк SS Polizei-Division поступил также - I и II батальонов влиты в III батальон с общей численностью 150 человек. Их общие потери в трёхдневных боях 1550 человек убитыми, ранеными, пропавшими без вести, обмороженными. I батальон 3-го полка имел в строю 117 человек. Его потери 720 человек. Командир батальона капитан Вальтер тяжело ранен. Во II батальоне того же полка осталось - 57 человек. Почти 100-процентные потери. И так далее...

К вечеру II батальон 209-го пехотного полка 58-й пехотной дивизии Альтрихтера перешёл в очередную атаку через кустарники на север. У центральной просеки он соединился с эсэсовцами SS Polizei-Division. Сюда же срочно бросились остальные батальоны 209-го пехотного полка полковника Крайпе. Подлецы начали лихорадочно сооружать две линии обороны фронтом на запад и восток с расстоянием между ними в глубину 500 метров. II батальон 2 полка SS Polizei-Division из группы 'Ost' занял оборону у южной 'просеки Дора' в южном и юго-восточном направлении. I батальон того же полка, потерявший с начала наступления в общей сложности 600 человек, обеспечивал участок на север и восток.

Тончайший слой из бравых накачанных шнапсом и метамфетамином смертников оказался в местности, которая вскоре станет для них 'Долиной смерти' между наковальней 2-й Ударной армии и молотом других войск фронта Мерецкова. Осталось замахнуться и хорошенько ударить. Эти подразделения оккупантов заранее обрекались на уничтожение. Так Wehrmacht действовал с первых дней войны - силами смертников вырывался вперёд, в советском тылу захватывал объекты, окружал крупные силы, а затем не мог понять, куда подевались силы окружения и куда делись массы окружённых. Это называлось у гитлеровцев 'котлы'. Почему, непонятно. Наверное потому, что котёл априори на 1/3 открыт. Содержимое может туда попасть, может оттуда удалиться. В Красной Армии невозможность связи по земле со своими войсками называлось окружением. Оперативное окружение - если войска в окружении могли свободно маневрировать. Тактическое окружение - если войска в окружении маневрировать не могли. Не котёл, не котелок, не кастрюля, никакая другая кухонная утварь, а окружение от слова окружность.

Однако авантюра Гитлера под названием операция 'Raubtier' частично выгорела - движения на коммуникациях 2-й Ударной армии под временным командованием Рожественского остановилось. Хищники не смогли правда отрезать советские силы целиком по линии железной дороги Новгород - Чудово и восстановить линию 'Волховского вала'. Но после череды катастроф осени-зимы 1941 года и первых месяцев 1942 года хоть что-то! Эсэсовцы Вюнненберга и 'группа Альтрихтера' получили категорический приказ: 'Удерживать позиции на просеках при любых обстоятельствах'. Это означало 'солдат можно не жалеть'.

Гитлер ликовал. Гальдер ликовал. Ликовал фон Кюхлер, Линдеманн, командующий I армейского корпуса фон Клеффель, командир эсэсовцев Вюнненберг. Зимняя битва за Волхов поставила 18-ю армию Линдеманна, осаждающую Ленинград, на грань катастрофы. Удар по хребту группы армий 'Север', который нанесла 2-я Ударная армия Клыкова вместе с 54-й армией Федюнинского, мог бы сравниться только с поражением группы армий 'Север' под Тихвином и окружением её войск под Демянском. И вот спустя два месяца после начала наступления 2-й Ударной армии в тылы группы армий 'Север', её саму наконец удалось окружить! Это стало хоть каким-то успехом после 4-х месяцев позорных поражений, окружений, разгрома под Ростова-на-Дону 1-й танковой армия фон Клейста в середине ноября 1941 года, бегства группы армий 'Центр' на сотни километров от Москвы, бегства группы армия 'Север' от Тихвина, окружения под Демянском, отступления в Донбассе с колоссальными потерями в людях и вооружении. Гитлер за все эти провалы и катастрофа уже получил, как в футболе, 'жёлтую карточку' - сообщение через американского агента Даллеса из разведцентра Управления стратегических служб США в Берне на адмирала Канариса - начальника разведки и контрразведки Великогерманского рейха, а по совместительству американского агента: 'Ещё один такой эпизод, и Германию оставят без денег международных банковских олигархов через банк BIS, без ресурсов, и заберут всю Германию с потрохами за долги! Деньги гитлеровской верхушки в Швейцарии отберут, а марионетку рейхсканцлера Гитлера - в печь!'

Не очень понятно, чему так радовались Гитлер и его кровавая свора. Группа армий 'Север' в тот момент держала у Новгорода и далее по дуге к Любани ХХХVIII армейский корпус: 250-я испанская пехотная дивизия, 58, 126-я пехотные дивизии, сводная боевая группа, 285-я охранная дивизия. У Оредежи начинался участок I армейского корпуса в составе 'группы Эндреса' на базе 212, 291, 254-й пехотных дивизий. 'Группа Хёнике' оказалась почти полностью уничтожена и только изображалась на картах. У входа в 'Волховский рукав' стояла 'группа Книза' на базе 215-й пехотной дивизии. В 'Волховском рукаве' и в 'языке' к 'коридору' снабжения 2-й Ударной армии находилась 'группа Вюнненберга': остатки усиленной SS Polizei-Division, части 20-й моторизованной дивизии Яшке, некоторые части 215-й пехотной дивизии, 61-я пехотная дивизия. Севернее них располагались боевые участки 'группы Шпонхаймера' на базе 21-й пехотной дивизии, а также 11-я пехотная дивизия и другие части. Между войсками 2-й Ударной армии армий и 54-й армии Федюнинского у Любани стояла 'группа фон Бассе' на базе 225-й пехотной дивизии. Далее начинался участок ХХVIII корпуса с 1, 269, 96, 223, 227-й пехотными дивизиями. У Невы в устье Тосны начинался участок L армейского корпуса с тремя дивизиями. У Ораниенбаума стоял ХХVI армейский корпус с двумя дивизиями и боевой группой. Таким образом группа армий 'Север' вынужденно выдвинула против Волховского фронт 2/3 своих сил. Все приготовления к штурму Ленинграда сорвались. Ситуация напоминала анекдот:

- Ганс, я русского медведя поймал!

- Так тащи его сюда, Вилли!

- Так он меня не пускает!

Операция 'Raubtier' в воображении гитлеровцев и их белогвардейских последышей, конечно, великая операция. А вот стратегический успех Ставки ВГК, которая в первые месяцы 1942 года наступлением 2-й Ударной армии переломила группе армий 'Север' хребет, это как?

Страшно себе представить, что бы произошло, брось группа армий 'Север' 20 дивизий, противостоящих теперь фронту Мерецкова и 2-й Ударной армии, на ослабленные голодом войска Ленинградского фронта и население Ленинграда. Город мог и не устоять. Но вместо штурма колыбели Пролетарской революции при поддержке всей дальнобойной артиллерии, эти дивизии лезли живыми волнами на оборону 2-й Ударной армии, подвергались разгрому, истекали чёрной злодейской кровью. Озверелые эсэсовцы, штрафники-смертники и сапёрные части вместо штурма Зимнего дворца и Кировского завода сражались за заснеженную лесную дорогу, 'Волховский рукав', просеки 'Эрика' в богом забыты болотах. Клали оскалом вниз многие тысячи своих головорезов. Вот в чём она - великая стратегическая победа Красной Армии, Волховского фронта, 2-й Ударной армии на Волхове!

Гитлер никак не желал хорошенько подумать, как 5-6 совершено обескровленных его батальонов наркоманов и алкоголиков, строительные части, штрафники, снабжаемые 'хиви' по лесным тропам, могли на просеке 'Эрика' удерживать 2-ю Ударную армию, составленную из первоклассных воинов-сибиряков и уральцев, и другие войска фронта Мерецкова, находящиеся на Волховском плацдарме? Советские герои уже показали свои превосходные боевые возможности, в тяжелейших условиях прорвав 'Волховской вал', 'линию Линдеманна'. Как можно справиться с такими чудо-богатырями командование оккупантов своим смертникам не объяснило. Их не заботило, что сами окружающие оказались в окружении между молотом 2-ю Ударной армии и наковальней остальных войск Волховского фронта. Wehrmacht собирался здесь действовать как всегда шаблонно - предстояло завалить 'дорогу жизни' немецким мясом, превратить 'дорогу жизни' для русских в 'Долину смерти' для немцев.

Wehrmacht состоял из настолько 'грамотных' стратегов, что они умудрились установить границу между I и XXXVIII армейским корпусами, то есть фактически между 16-й и 18-й полевыми армиями, ровно по центру 'дороги жизни' - центральной бревенчатой дороге, или, если называть на немецкий штабной манер - по 'просеке Эрика'. Советские атаки предполагались как раз в этот стык. Обычно противники специально ищут эти стыки, имеющие недостатки в снабжении, связи, неясности в ответственности, разделительных линиях, а тут умники сами сформировали стык на направлении будущих советских ударов. Удивительно.

Пока Гитлер чокался с Гальдером кружками пива 'Hofbrau', между 'просекой Фридрих' и 'просекой Дора' командиры сводных рот захватчиков создали 'будильные команды'. Ни один воинский устав не знал такого понятия. 'Будильная команда' через определённый промежуток времени поднимал на ноги и не давать засыпать смертельно утомлённым эсэсовцам, у которых на пятый день применения препарата 'Pervitin' и коньяка, пребывания под открытым небом и потери 9/10 своих подразделений, начался 'отходняк', упадок сил и прострация. 'Panzerschokolade' и французский коньяк уже не помогли. Ни энергии, ни силы воли у многих не хватало даже на то, чтобы осознать, что можно замёрзнуть. Кое-кто стрелялся, кое-кто с дикими криками бежал на русские позиции, пока его не приканчивали, кто-то бродил как тень, совершенно не реагируя на происходящее. Вырытые в снегу ямы, выложенные ветками, стали для эсэсовцев одновременно и боевой позицией и наибольшей защитой от 6-градусного морозца.

Советские разведгруппы на участке реки Полисть вели бои с эсэсовцами, выясняя их расположение и силы. В это же время продолжались бои штурмовых групп 372-й стрелковой дивизии и 374-й стрелковой дивизии с подлецами у 'дороги жизни'. Сильный огонь артиллерии и налёты авиации сорвали атаки. На участке 'группы Арнинга' ближний бой у дороги несколько раз переходил врукопашную.

Переброска к горловине 376-й стрелковой 'шахтёрской' дивизии Угорича, которой предстояло выбивать 'пробку' с 'дороги жизни' 2-й Ударной армии, из-за распутицы задержалась. Угорич не успел преодолеть 150 километров на грузовиках и предотвратить полное перекрытие 'коридора'. Дивизия Угорича - особая дивизия из русских сибиряков. Её не случайно двинул сюда Мерецков с разрешения Ставки ВГК. 1248-й стрелковый полк формировался из шахтёров-кемеровчан. 1250-й стрелковый полк - из шахтёров Прокопьевска. 1258-й стрелковый полк - из металлургов Сталинска, бывшего Новокузнецка. Артполк - из шахтёров Ленинска-Кузнецкого. Эти люди настолько остро чувствовали разницу между судьбой шахтёра при капитализма и при социализме большевиков, что их борьба за дело Октября 1917 года на фронте с немецко-фашистскими захватчиками имела вид непреклонной решимости умереть, если нужно, за идеалы революции.

Дивизия состояла в основном из призывников 1898-1915 годов рождения, то есть 26-42-летних мужчин, в большинстве своём добровольцев. Многие из них вполне успели натерпеться притеснений и издевательств со стороны частных собственников и чиновников при капитализме. Многие участвовали в Гражданской войне против белогвардейцев и их хозяев-интервентов. Обучались рабочие военному делу достаточно - три месяца. Подавляющая часть средних командиров имели богатый боевой опыт прошлых войн. Типичный случай - старший лейтенант Авдюков - комбат из 1252-го стрелкового полка. В 1933 году он окончил Омское пехотное училище. Служил. Принимал участие в боевых действиях на озере Хасан, в Финском походе Красной Армии. С мая 1940 года преподавал тактику в Кемеровском пехотном училище.

Сам комдив-376 подполковник Угорич - лично храбрый, белорус из Витебска. В Красной Армии с 1919 года. Участвовал в боях против белополяков на реке Березина, под Варшавой, Лидой и Вилейкой. Закончил курсы младших командиров. Боролся с бандитизмом в Витебской губернии. Закончил пехотные Смоленские курсы. Служил в войсках ОГПУ, РККА, воевал с таджикскими и узбекским басмачами в районе Намангана. Окончил Среднеазиатскую военную школу имени Ленина и курсы 'Выстрел'. Служил в войсках. Преподавал тактику на Киевских курсах усовершенствования комсостава. В момент вероломного нападения гитлеровцев на Советскую страну - командир мотострелкового полка моторизованной дивизии 9-го мехкорпуса Рокоссовского. Мотострелковый полк Угорича в течении двух суток оборонял Луцк от массы гитлеровских войск главной группировки группы армий 'Юг'. Трое суток дрался в окружении. Под Теремно Угорича ранило. Его эвакуировали в тыл. Через 1,5 месяца Угорич - начштаба 97-й стрелковой дивизии. В сентябре отозван с фронта для формирования дивизии в Кемерово.

Его дивизия в декабре от станции выгрузки шла к фронту в снегах 9 дней по 25 километров. Полки имели приказ командарма-52 Клыкова захватить Чудово, пока отступивший от Тихвина фон Кюхлер не успел как следует укрепиться, а перед этим с ходу форсировать Волхов и лобовой атакой прорвать линию обороны у деревень Пехово и Пертечно. Захват с ходу Чудово открывал путь к окраинам осаждённого Ленинграда. Там голодали советские люди, дети и желание их спасти перевешивало многое. У командарма-52 Клыкова существовала надежда, что после разгрома у Тихвина гитлеровцы не смогут быстро оправится, под нажимом побегут на запад, как армия Наполеона. Главное - не давать передышки. Сибиряки - мужественный и смелый народ. Клыков надеялся, что они справиться, смогут поднажать...

К моменту наступления на Чудово только что сформированная дивизия не успела получить положенный комплект вооружения. Пулемётов мало, миномётов, автоматов, средств связи мало. Артиллерия не получила прицелы. В условиях 40-градусного мороза бойцы не успели получить полного комплекта зимнего обмундирования. Всё это находилось в пути, но не успело до начала наступления. 'Шахтёрам' же предстояло сразится хотя с разбитыми и обескровленными, но отборными полевыми дивизиями подлецов, засевших в глубокоэшелонированной линии обороны, с поддержкой артиллерии, танков и авиации. В качестве ударной силы Угоричу придавалась 166-я танковая бригада, в качестве огневой силы - миномётный батальон. Но танки и миномётчики к назначенному времени опоздали.

В атаку через Волхов в надежде на внезапность, в ночь, предполагая обходить опорные пункты, дивизия шла как будто в 1918 году - без авиации, артиллерии, танков, связи. Но у гитлеровцев это всё имелось! Получалась неравная борьба как бы армий на разных ступенях технологического развития, что не могло не сказаться на результатах. Но как же Ленинград? И вот 30 декабря 1941 года севернее Чудово в направлении деревень Пехово и Пертечно пошёл в наступление 1252-й стрелковый полк майора Шурова из дивизии Угорича. На левом фланге двинулся 1250-й стрелковый полк майора Хотомкина. 1248-й полк на несколько часов опоздал и потому остался во втором эшелоне дивизии. Подошедшие танки 166-й бригады не имели горючего и в атаке участия не приняли.

В такой совершенно невероятной ситуации 'сибиряки' одними винтовками, гранатами, ротными, батальонными и дивизионными миномётами, взрывчаткой и зажигательными бутылками смогли прорвать линию обороны! Уничтожить много ДЗОТов, огневых точек и массу гитлеровцев. Но от железной дороги Чудово - Волхов подлецы повели контратаки с использованием танков и различной бронетехники. Против танков у сибиряков имелись только противотанковые ружья, гранаты и зажигательные бутылки. Наиболее кровавые бои завязались в лесах у деревушки Пехово. После удара Luftwaffe управление передовым полком оказалось потеряно. Комполка майор Хотомкин растерялся. Угорич вовремя не отреагировал на провал атаки передового полка. Начштарма-52 Рождественский тем временем настаивал на продолжении продвижения вперёд. В результате Чудово взять не удалось. Подлецы успели силами порабощённого населения создать здесь сильную линию обороны.

Потери дивизии в этих первых кровавых боях 1000 человек убитым и 3000 ранеными. 600 человек получили различные обморожения. Потри оккупантов оказались ниже. Вина за неоправданно высокие потери конечно лежала на начальник Штарма-52 Рождественском, провалившим разведку, снабжение дивизии и частей усиления, не проверившего готовность и сосредоточение выделанных танков и миномётов для атаки. Чистое вредительство. По подозрению в троцкизме и вредительстве в 1938 году Рождественский находился под следствием. Однако после долгих разбирательств из-под стражи его всё-таки освободили и разрешили продолжить службу. Теперь вот волей случая Рождественский возглавил 2-ю Ударную армию в самый пиковый момент проведения гитлеровцами операции 'Raubtier'. Совпадение?

Хотя и попал Рождественский в Красную Армию в 1918 году, но боевым командиром не являлся. Не стрелял он по белым, полякам, немцам, басмачам, бандитам, японцам, финнам. Сам родом с Украины. Личную храбрость не проявил. С марта 1918 года помощник делопроизводителя в военном комиссариате, затем адъютант в воздушной обороне Тульского укрепрайона. Закончил Тульские пехотные командные курсы. Курсы 'Выстрел'. Командир для поручений при начштаба Среднеазиатского военного округа. Военная академию имени Фрунзе. Служба в штабе армии на Дальнем Востоке. С марта 1938 года под следствием органов НКВД. В июле 1940 года восстановлен в армии. Преподаватель академии имени Фрунзе. В июле 1941 года Рождественского назначили начальником оперотдела штаба 32-й армии, а в августе - доверили должность замначштаба, затем начштаба 52-й армии Клыкова. Налицо карьерист, русский украинской выделки, типа Хрущёва, да ещё с подозрением на нечистую совесть. Он вполне мог затаить злобу на Советскую власть, поломавшую ему карьеру в 1938 году. То-то он погнал большевистски настроенных сибиряков в неподготовленную атаку! По своей должности он мог от лица командарма отдавать любые приказания войскам, даже такие, которые в нормальной логике имели одно объяснение - вредительство. В марте 1942 года службист Рождественский снова с Клыковым. Теперь на должность начальника штаба 2-й Ударной армии. Именно при нём армия пошла на первый не особо неподготовленный штурм Любани, именно при нём 2-я Ударная армия попала в оперативное окружение... Совпадение?

Пока опытный и настойчивый Ларичев атаковал линию 'Линдеманна', Угорич спешил к 'дороге жизни', а Кошевой отбивался от Яшке, части 377-й стрелковой дивизии Цаликова провели отвлекающую атаку с востока на участок 'группы Хойна' у Трегубово. 'Катюши' несколько раз накрывали залпами войска подлецов, пытающиеся контрактовать. Так I батальон 209-го пехотного полка потерял сразу 60 человек убитыми и вернулся на исходные позиции. Одновременно части 378-й стрелковой дивизии провели опустошающую атаку против 'группы Дебес' с западного фаса 'Волховского рукава'.

Расстояние между передовыми частями 378-й и 377-й стрелковых дивизий, наступавших с запада и востока на 'Волховский рукав', составило по прямой всего 1,5 километра. Дорога снабжения 'Волховского рукава' находилась под непрерывным обстрелом советской артиллерии и миномётов, а кое-где уже и пулемётов. 'Волховский рукав' вместе с эсэсовской дивизией, засевшей на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии, что называется 'повис на соплях', и с часу на час сам мог оказаться отрезан. Смогут ли малочисленные 378-я и 377-я стрелковые дивизии это сделать? Luftwaffe по-прежнему совершало интенсивные налёты. Била как сумасшедшая фашистская артиллерия. Линдеманн продолжал перебрасывать на угрожаемый участок всё новые части и подразделения.

ВВС Волховского фронта наносили бомбовые удары силами 10, 35, 121, 771-го бомбардировочных авиполков на самолётах Пе-2, а 175, 218, 313, 565, 569-й штурмовые авиаполки на Ил-2 проводили штурмовки. 175-й штурмовой авиационный полк Валивахина своими Ил-2 штурмовал Спасскую Полисть и 'лесную дорогу', по которой Вюнненберг вёл войска к 'просеке Эрика'. Штурмовики Валивахина наводил авианаводчик с рацией, располагавшийся в пехоте. Он информировал о воздушной обстановке, местоположении целей. В этом налёте штурмовики работали по фиксированным целям: ДЗОТы, врытые танки, миномётные позиции, поэтому советская пехота не обозначала свой передний край ракетами. Сфотографировали цели, начали атаку. РС пустили. Бомбы сбросили. Подлецы повели сильный зенитный огонь, поэтому Ил-2 в круг не становились. Самое прицельное оружие на штурмовике - это пушки и пулемёты. Проштурмовали, отсняли результаты. Ведущий собрал группу на змейке и Ил-2 спокойно ушли под прикрытием своих ЛаГГ-3 готовиться к следующему вылету.

Особенно удачно действовал в этот день 121-й скоростной бомбардировочный авиаполк. Всего за 18 самолётовылетов его Пе-2 уничтожили паровоз и 10 гружёных вагонов с военными грузами у Малого Опочивалово, разрушили железнодорожные пути и разбомбили 2-километровую транспортную колонну, выходящую от Малого Опочивалово на временную зимнюю дорогу в сторону аэродрома у Спасской Полисти. Уничтожено более 30 грузовиков с боеприпасами и продовольствием, 10 вездеходов и тягачей с вооружением. Макароны, лапша, гороховый концентрат не доехали до эсэсовцев Вюнненберга, взлетали на высоту 200-300 метров и падали как причудливый снег. Синим пламенем сгорели 2000 бутылок коньяка. Убито по меньшей мере 250 оккупантов.

121-й скоростной бомбардировочный авиаполк состоял из опытных пилотов, штурманов, механиков, командиров. В первые часы после вероломного нападения 22 июня 1941 года 12 скоростных фронтовых бомбардировщиков АНТ-40 из 2-й эскадрильи этого авиаполка взлетели с аэродрома Ново-Серебрянка в 40 километрах от стационарного аэродрома и нанесла бомбовый удар по колоннам Гудериана в районе Брестской крепости. Каждый АНТ-40 - это 4 пулемёта ШКАС и 600 килограммов бомб. Всего прицельно сброшено 7200 килограммов бомб. Устроив завалы на дорогах из горящей 'железной саранчи' и трупов завоевателей, вернулись без потерь. Это в условиях, когда в небе от самолётов Luftwaffe просто не протолкнуться! Стервятники имели у границы преимущество в авиации в первый день 1:10. Остальные 35 бомбардировщиков авиаполка сжигали наступающие колонны в районе городов Сарнаки и Константынув на территории Польского генерал-губернаторства Великогерманского рейха. При сбросе 21 000 килограммов бомб удалось сжечь две большие колонны 2-й танковой группы Гудериана с горючим, боеприпасами, спецтехникой и вооружением. От огня зенитной артиллерии и атак истребителей в этих налётах герои потеряли 5 бомбардировщиков. Но овчинка выделки стоила. Всего ВВС Красной Армии имело 6600 таких самолётов различных модификаций. 25 июня 9 бомбардировщиков снова успешно уничтожили цели у Бреста. В дальнейшем полк уничтожал подлецов в районах Слуцк, Заславль, Дзержинск, Пружаны, Ружаны, Картуз-Берёза. 25 июля личный состав полка отведён в резерв для перевооружения на более совершенные Пе-2. С декабря полк громил фашистов на Волховском фронте в районе Новгорода, Чудово, Любани, Волховского плацдарма.

Наземные войск неоднократно давали высокую оценку действий ВВС Волховского фронта. Фотоконтроль подтверждал меткость и эффективность бомбардировок, но 'Волховский рукав' держался и группировку внутри него не получалось окончательно разгромить. Волховский фронт не имел достаточно войск, нуждался в гораздо большем усилении, чем получал, но он не относился к числу главных с точки зрения Ставки ВГК после неудач под Любанью. Теперь Ставка ВГК следила за уничтожением окружённой группировки противника под Демянском. Оккупанты же день ото дня усиливали группу армий 'Север'.

Окружённая под Демянском 100-тысячная группировка группы армий 'Север', несмотря на потери транспортников и грузов, смогла получать по воздуху ежесуточно до 265 тонн различных грузов, до тысячи солдат подкрепления, вывозить сотни раненых. Внутренний фронт окружения под Демянском составлял примерно 150 километров и имел мощные укреплённые узлы сопротивления и множество опорных пунктов. То есть фронт меньше в 1,5 раза, чем у 2-й Ударной армии, а войск вдвое больше. Это был первый успешный опыт окружения очень крупной группировки оккупантов. У советских войску не всё получалось как надо. Но оккупанты назвали зону окружения своей группировки под Демянском 'малым Верденом' местом, где перемалывались их дивизии. Там Wehrmacht истребляли день за днём. Громадные очаги пожарищ, земля, изрытая воронками авиабомб и снарядов, зубья обгоревших стволов деревьев. Вдоль дорог завалы из остовов сожжённых немецких танков, грузовиков, разбитые самолёты Luftwaffe, пушки, развороченные ДЗОТы и ДОТы, поля кладбищ с бесконечными рядами берёзовых крестов на могилах, где под каждым крестом по 100-150 трупов завоевателей... За два месяца оккупанты потеряли в 'малом Вардене' под Демянском убитыми 15 000 человек и более 45 000 оккупантов получили ранения, обморожения, тяжёлые болезни. Примерно то же происходило в 'Волховском рукаве'. Сколько ещё сможет Красная Армия так же эффективно уничтожать Wehrmacht под Демянском? Сколько ещё сможет 2-я Ударная армия вытягивать на себя огромную массу фашистских войск?

После очень снежной зимы 1941/42 годов распутица стала мешать передвижению советских войск, подвозу боеприпасов и продовольствия. Район между Новгородом, Чудово и Любанью представлял собой бесконечные топи и болота, леса, имел мало направлений, пригодных для действий крупных войсковых соединений. Дороги находились под ударами Luftwaffe. Оккупанты же стояли в основном на месте, использовали железные дороги и поэтому их менее атаковал 'генерал Грязь'. Используя леса и многочисленные реки, подлецы создали сильнейшую оборону...

20 марта установилась очень тёплая погода и пути снабжения стали непроезжими для колёсных машин. 10Как радовался весь Wehrmacht окончанию морозов! Какие только не рисовали геббельсовцы и триколорные белогвардейцы-эмигранты в листовках карикатуры на Сталина - 'генерала Мороз'! Но вот морозов нет, а Wehrmacht снова 'не в форме'. Самая сильная армия мира, как оказалось, может успешно воевать только 1/3 времени года и только при температуре выше +10 градусов тепла и чтобы сухо, а 2/3 времени года этому 'танцору' всё время что-то мешает - то танцпол, то в штанах что-то:

Снабжение у гитлеровцев сильно сократилось. Их боеспособность крайне низка, а в отдельных ротах - отсутствует вовсе. Невозможность строить противоснарядные или противоосколочные укрытия ведёт к большим потерям при обстрелах. Завшивленность полнейшая. С едой плохо, питьевая вода - неразрешимая проблема. Хотя вокруг полно воды в болотах и воронках, использовать её невозможно из-за трупов или нечистот. Имеющихся фильтров недостаточно для приготовления горячей пищи или питьевой воды. Питьевую воду пришлось добывать из сока, собранного с берёз. Вода для полевых кухонь обеззараживалась кальцием и хлоридом железа.

Тяжёлое вооружение на конской тяге не могло перемещаться. По обочинам дорог могли идти только отдельные пехотинцы. Они прощупывали 'волховской тростью' путь от одного островка к другому. Строить бревенчатые гати получалось только у обочин дорог, так как класть брёвна прямо по колеям не позволял слишком высокий уровень воды - брёвна всплывали. Снаряды и ящики с продовольствием на себе таскали рабы-'хиви' от станции Ловецкая железной дороги Веймарн - Чудово, которая стала рокадой для наступающих.

Немцы, австрийцы, поляки, чехи, голландцы, бельгийцы на пределе. Бледные, бородатые, изнурённые и худые лица. На передовой многие сутки с мокрыми ногами без перемены носок или обуви. Спят мало. Галлюцинации. Психоз. Вши. Организм больше не имеет резервов, чтобы переживать длительные задержки с горячей пищей без ущерба для здоровья.

Из-за всеобщей вшивости Wehrmacht и SS в Волховских болотах охватила 'Волынская лихорадка', или по-другому 'окопная лихорадка', характерная для окопной войны Первой Мировой. Бактерии Bartonella quintana при 'Волынской лихорадке' внезапно вызывали озноб, сильную слабость, сильную головную боль, боли в ногах, пояснице, спине, в глазах. Сильно краснело лицо. Всё тело в сыпи. Отдельные пятна сливались в воспалённые поля. Тахикардия, падение артериального давления. Концентрация внимания отсутствовала, адекватная оценка происходящего исчезала. На фронте такой человек - труп. За неделю у больного случалось 3-8 острых приступов. Длительность болезни - до 1,5 месяцев. Где же ваш 'Blitzkrieg', господа капиталисты? Что же вы так плохо подготовили Wehrmacht и SS к войне? Или по немецкой традиции рассчитываете, что 'фрау ещё нарожают'?

Особо шокировало советских бойцов отсутствие перемены нательного белья у немцев. Если в Красной Армии нательное бельё централизованно меняли раз в 2 недели, выдавая стираное и прокалённое от вшей, то Wehrmacht этого не делал. Солдат обязывали самих заботиться о стирке своего нательного белья. Но как и где это сделать в боевой обстановке? В конечном итоге 'цивилизованный' Wehrmacht принёс 'унтерменшам' в СССР тиф, от которого большевики избавили население в 20-х годах! Пришлось советским медикам срочно разработать вакцину от тифа, ибо от оккупантов заражалось местное население, а от него наступающие советские войска! Вшивая европейская орда:

Медсанбаты дивизий окружённой 2-й Ударной армии 'Волынской лихорадки' не допускали. При медсанбатах сооружались и непрерывно действовали бани. Баня одного из медсанбатов в Огорели, например, в сутки мыла 150 бойцов и командиров. Парили раненых. Наиболее рьяные с хохотом устраивали после парилки состязания: кто по снегу голым дальше проползёт. Какая уж тут Bartonella quintana? Тут никакая вошь не присосётся! Это не немецкий порошок от вшей 'Russla', чтобы воротничок мундира посыпать!

'Russla' придумал личный врач Гитлера шарлатан Морель. Кроме пичканья фюрера разными сочетаниями лекарств и наркотиков, шарлатан изобретал сомнительные лекарственные средства и зарабатывал на этом деньги. Успех бизнеса Мореля имел один из главных капиталистических секретов - многие продукты распределяли и навязывали принудительно госструктуры рейха.

Малоэффективный против вшей, но вонючий 'Russla' выпускался компанией 'Milo-Werke', основанной Морелем в 1942 году в Оломоуце в Чехии на базе отобранной у еврейской семьи Хейкорн компании MILO, производившей растительные жиры, мыло, масло и стиральные порошки. На этой базе Морель производил вместе с порошком от вшей витаминные и гормональные препараты:

В крайне тяжёлых условиях начавшейся распутицы 2-я Ударная армии всё-таки пыталась наступать на Любанском направлении. Какие могут тут быть сомнения, когда советские, русские города и сёла томятся под игом трижды треклятых капиталистических захватчиков? Насмотрелись красноармейцы на то, что творят оккупанты с русским городами и деревнями. Там не оставалось порой ни дома, ни человек; дома разрушены, люди мертвы. Мерзавцы уводили на каторгу жителей порой всех до единого! Родина-Мать взывала через письма на фронт отдельных людей и целых заводов и колхозов:

- Бойцы! Мстители! Кто из вас может спокойно пройти мимо злодеяний извергов! Нет среди вас таких людей! Кровь закипает в жилах, ярость наполняет ваши сердца, горит душа, когда глядите на развалины когда-то цветущих, жизнерадостных городов! А слуги капитализма ещё продолжает творить своё гнусное дело! Взгляните на запад! Там пылают зарева пожарищ. Это фашисты сжигают деревни и сёла на пути отступления: Не дайте в обиду русских людей! Спасите их от фашистской кабалы, капиталистической каторги, от мучительной смерти!..

На Любанском направлении героическая 92-я 'дальневосточная' стрелковая дивизия Ларичева искала способы прорыва 'линии Линдеманна' на железной дороге и выхода через Пастелево Болото к Сустье-Полянке. Полковник Ларичев пытался наносить удары то в одном, то в другом месте. Для наступления 22-го и 203-го полков, которые имели некомплект личного состава в 1/2 от штатной численности, начштаба 'дальневосточников' майора Грачёв и его работники тщательно отработали взаимодействие подразделений на местности по картам и на ящике-планшете с макетом местности. Согласовали удары и действия всех родов войск до атаки, в период атаки и при прорыве обороны. 317-й стрелковый полк двумя батальонами обеспечивал правый фланг, обороняя Коровий Ручей и шоссе у перекрёстка. Всё оформили как положено плановой таблицей боя.

До начала работы артиллерии сапёры проделали четыре прохода в снежном валу. Сначала в ходе небольшой артподготовки 'полковушки' и 'Зоси' вели огонь прямой наводкой, а гаубицы 'Матушки' стреляли с закрытых позиций по выявленным артиллерийскими наблюдателя целям. 215-й гвардейский дивизион 'Катюш' дал дивизионный залп по месту расположения резервов подлецов. Затем последовал 7-минутный огневой налёт всей артиллерии. Прикрытая огнём станковых пулемётов пошла пехота. 'Ура!' И всё-таки из-за недостатка боеприпасов не удалось уничтожить все огневые точки и батареи фашистов. Гитлеровцы тут же включали в бой новые пулемёты взамен уничтожаемых, словно у них в тылу стоял их целый вагон. Под их огнём атаку пришлось прекратить, чтобы понапрасну не губить людей.

Начались новые поиски путей наступления. Для разведки боем и захвата участка насыпи Ларичев сформировал штурмовой отряд под командованием капитана Белебезева и старшего политрука Андельмана. Ударная штурмовая группа отряда лейтенанта Бунина состояла из 80 автоматчиков, 30 стрелков с СВТ, трёх пулемётчиков с ДП, двух расчётов 50-миллиметровых миномётов. У автоматчиков гранаты, зажигательные бутылки. Вторая группа старшего лейтенанта Пешкова имела 6 миномётов калибра 82 миллиметра, 2 пушки калибра 76 миллиметров, 4 пулемёта 'Максим'. Шквал огня в атаке обеспечен. В случае успеха на усиление штурмового отряда выдвигался 203-й стрелковый полк. Так дивизия действовала в прошлом году при штурме Тихвина и Будогощи - штурмовые группы, усиленные артиллерией и зенитками.

Мерецков как мог подгонял командармов 52-й и 59-й армий Волховского фронта, которые имели от него категорический приказ помочь Рождественскому очистить 'дорогу жизни', восстановить коммуникации 2-й Ударной армии и выбить эсэсовскую 'пробку'. Сложность заключалась в том, что все находящиеся поблизости ослабленные войска 2-й линии и так уже находились в бою за 'дорогу жизни', а боеспособные части 1-й линии либо вели напряжённые бои по периметру Волховского плацдарма и зоны прорыва 2-й Ударной армии, либо находились слишком далеко в условиях дорожной распутицы.

В полдень генерал Яковлев двинул в атаку на 'эсэсовскую' пробку на 'дороге жизни' фронтовые курсы младших лейтенантов и сборную роту младших командиров. Их поддерживали в общей сложности более 60 орудий и 25 миномётов.

На всех фронтах с февраля по приказу Ставки ВГК создавались курсы из наиболее отличившихся в боях, выздоравливающих после ранений красноармейцев. Так поощряли храбрых и умелых, накапливали боевой опыт, рационально использовали время выздоравливающих после ранений.

И вот около 1500 без 2-х минут младших лейтенантов, по-дореволюционному юнкеров, а также сержантов и старшин решительной, бросились в энергичную атаку, следуя за разрывами своей артиллерии, чтобы прорвать линии ДЗОТов, баррикад и огневых позиций эсэсовцев между реками Полисть и Глушица. Покинув окоп, все чувства людей обострились, слабость и тошнота прошли. Отключились все ненужные эмоции, страх, неуверенность, печаль по умирающему рядом товарищу. В бою человек перестаёт думать над своими действиями, он делает то, что заложили наставники, командиры в результате подготовки, опыт, ни больше, ни меньше. Если вдруг возникнет недостаток навыков, мозг, не найдя нужных знаний, просто вгонит в ступор. Поэтому и говорили все и всегда суворовское: 'тяжело в учении, легко в бою'.

ВВС Волховского фронта бомбили и штурмовали скопления войск оккупантов в южной части 'Волховского рукава', уничтожали артиллерию, склады, атаковали резервы, подходящие по лесным дорогам от Трегубово. Прикрытие войск, ведущих борьбу за 'дорогу жизни', и сопровождение ударных самолётов осуществляли в этот день отполированные до блеска как рояли новенькие ЛаГГ-3 из 796-го истребительного авиаполка Рындина, прибывшего три дня назад на аэродром близ деревни Кленино.

Над полем боя выделялся надписью 'Горьковский пионер' истребитель старшего лейтенанта Максименко. На самолёте имелась ещё одна надпись: 'Подарок славным советским лётчикам от пионеров Сормовского района города Горький'.

Простые люди, работники тыла, деятели науки и искусства, коллективы колхозов, заводов, и отдельные люди вносили свои сбережения на постройку танков и самолётов и передавали их на фронт с наказом ещё сильнее громить фашистскую сволочь.

Так в январе 1942 года в Сормовском районе города Горький по почину ученицы первого класса школы No.9 Светланы Мельниковой ученики школы No.79 Сормовского района собрали деньги на самолёт ЛаГГ-3. К 24-й годовщине создания Красной Армии его построили на Горьковском авиазаводе. Раньше на деньги, собранные школьниками Горьковской области, на заводе 'Красное Сормово' построили танк Т-34 'Горьковский пионер'. На деньги горьковчан также изготовили танки 'Василий Чапаев', 'Горьковский артист', 'Павловский колхозник', 'Горьковский осоавиахимовец', 'Выксунский металлург' и целую танковую роту 'Горьковский комсомол'. Теперь вот истребитель: 23 февраля на торжественной церемонии на аэродроме Саваслейка пионервожатая школы No.79 передала именной самолёт старшему лейтенанту Максименко.

Максименко бывалый, смелый и отважный лётчик. Окончил 7 классов средней школы в селе Рябцево Смоленского района и школу ФЗУ. Работал на заводе 'Машиностроитель' в Смоленске и одновременно обучался в аэроклубе. С 1937 года в Красной Армии. Окончил авиашколу. Служил в 56-й Житомирской истребительной авиабригаде. С июня по ноябрь 1938 года доброволец в Испании. Его первый бой в составе 2-й эскадрильи авиагруппы Грицевца на И-16 - знаменитый бой над каталонским городом Гандеса, в котором участвовали 30 республиканских истребителей и 42 немецких бомбардировщика He 111 и итальянских истребителей Fiat CR.32.

В другой раз в составе девятки И-16 Максименков вылетел на сопровождение бомбардировщиков. Возле линии фронта в районе реки Эбро Сталинские соколы встретили большую группа Fiat CR.32. Максименков сошёлся с итальянцем в лобовой атаке и в последний момент тот, не выдержав, попытался отвернуть в сторону. 'No pasaran!' Максименков расстегнул ремни и совершил таран. От удара самолёты разломились и начали падать. Максименкова выбросило из кабины. Пришёл он в себя, когда до земли оставалось совсем ничего. Раскрыл парашют. Испанцы подобрали раненого лётчика и оказали помощь. 23 августа 1938 года в воздушном бою в районе Эбро Максименков преследовал Fiat CR.32 и попал в зону обстрела своей республиканской зенитной артиллерии. Его сбили и он выпрыгнул из самолёта на парашюте. При приземлении получил серьёзные травмы позвоночника и лёгкого. Не повезло. Всего Максименков выполнил около 20 боевых вылетов и участвовал в 5 воздушных боях с фашистами, сбил тараном 1 самолёт.

Как комэск 46-го истребительного авиаполка Максименков принимал участие в Польском походе РККА. Вероломное нападение фашистских полчищ его авиаполк встретил 22 июня 1941 года, базируясь в Млынове с задачей прикрытия Луцка. Участвовал в боевых действиях с первых часов войны. 22 июня произвёл 12 боевых вылетов и провёл 5 воздушных боев. Сбил He 111 из состава 7.KG55. Его товарищ Иванов совершил первый таран в ходе войны, тоже сбив He 111. В июне-июле вылетал на прикрытие штурмовиков и перехват бомбардировщиков в районах Луцк, Дубно, Ровно, которые бомбили советские мехкорпуса. Прикрывал мехкорпуса во время танкового контрудара под Дубно. С октября Максименков комэск 10-го истребительного авиаполк в битве за Москву на Калининском фронте. В ходе боёв переучился на ЛаГГ-3:

'Пробку' на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии полк 'красных юнкеров' выбил по-гусарски. Гитлеровцы дрогнули под неистовым натиском и отхлынули с центральной просеки вправо-влево. Захвачены трофеи: оружие, боеприпасы, рации, продовольствие, документы. На западном берегу Глушицы курсанты соединились с окруженцами: подразделениями 305-й 'московской' стрелковой дивизии. Совсем небольшие силы курсантов в обширном лесном районе не смогли закрепить за собой местность площадью 12 квадратных километров. Они не имели времени и взрывчатки, чтобы разрушить укрепления врага, полностью привести в негодность захваченное оружие, разминировать местность, убрать проволочные заграждения. Тем более, что потери курсантов убитыми в страшном лесном бою с эсэсовским зверьём оказались к сожалению высоки - более 250 бойцов. Ещё около 600 получили ранения или пропали без вести в лесном бою, то есть стали теми же ранеными, но попавшими в медсанбаты чужих частей. Это ещё раз подтвердило необходимость использовать при прорыве танки. Эсэсовцы и стройбатовцы 'Организации Тодда' потеряли убитыми гораздо больше, главным образом от артогня и в ближнем бою. Но как только большая часть курсантов прошла через просеки на запад, подлецы тем же вечером ринулись в контратаку, оттеснили охранение и снова перерезали 'дорогу жизни'. Они вытащили своих убитых из ДЗОТов, вновь заняли баррикады и доставили на позиции новое вооружение.

В ночь на 21 марта 658-й легкобомбардировочный авиаполк Лукашевича уже 10-й раз за месяц бомбил Спасскую Полисть. Уничтожено 3 склада боеприпасов, подавлены 3 огневые точки и 3 миномётные батареи. 696, 697, 704-й легкобомбардировочные авиаполки бомбили другие цели в 'Волховском рукаве', штурмовали опорные пункты, войска и колонны снабжения на шоссе, сбросив 120 бомб среднего и крупного калибра. Подлецы потеряли 30 солдат убитыми, 100 ранеными, 10 легковых и грузовых автомобилей, 12 повозок, 15 лошадей, некоторое количество вооружения, боеприпасов, продовольствия, фуража, 3 полевые кухни, другое имущество. 660, 662 и 665-й легкобомбардировочные авиаполки доставляли войскам 2-й Ударной армии боеприпасы, продовольствие, горючее и фураж.

Ранним утром советские войска нанесли сильный артиллерийский и миномётный удар по фронту 'группы Дебеса', обороняющей с запада шоссе 'Волховского рукава'. Затем советские части перешли в атаку при поддержке танков на участки 'Хоффманн', 'Мюллер' и позиции I батальона 9-го полка SS Polizei-Division. Советские самолёты, пикируя, активно вмешивались в наземный бой, уничтожая оживающие огневые точки. Несмотря на большие потери, подлецы сумели организовывать ответный мощный огонь, в результате чего атака сорвалась. ВВС Волховского фронта продолжила настойчиво бомбить позиции 'группы Дебес', чтобы проложить дорогу своей пехоте. Повторная атака состоялась после залпов 'Катюш'. Но и на этот раз подлецы подвели резервы и удержали фронт, перебросив сюда ещё один эсэсовский батальон, несмотря на то, что только убитыми от ураганного огня они потеряли 250 человек.

Подразделения 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Лиленкова, примерно 1200 бойцов и командиров, постоянно получая боеприпасы, применяя артиллерию и миномёты, из района между реками Полисть и Глушица своими действиями по-прежнему создавали критическую угрозу отрезать 'Волховский рукав' вместе с силами почти 4-х дивизий оккупантов. После нескольких танковых атак гитлеровцы прорвались через дорогу Сенная Кересть - Глушица и северо-западнее деревни Глушица отрезали от тылов 532-й стрелковый полк 111-й 'архангельской' стрелковой дивизии. Полк вёл бои в окружении и вышел к своим по приказу штаба дивизии. Накануне боя многие бойцы подавали заявления с просьбой принять их в партию и комсомол: 'Сего-дня я снова вступаю в бой с ненавистными фа-шистами. Я обещаю доказать свою преданность Родине, Ленинскому комсомолу. В бой хочу идти только комсомольцем!' По другую сторону 'Волховского рукава' в районе восточнее Трегубово вели бои подразделения 377-й стрелковой дивизии при поддержке танков.

Советские части тем временем с трудом прибывали по бездорожью с востока в Мостки, Любино Поле и с запада к реке Полисть для прочистки коммуникаций 2-й Ударной армии. Советская артиллерия снова вела сосредоточенный огонь по Трегубово.

Главные события этих драматичных дней по-прежнему разворачивалось на просеках западнее Мясного Бора. Подлецы смогли за трое суток подвести по лесными дорогам на коммуникации 2-й Ударной армии с юга и севера крупные силы. Части трёх сапёрных батальонов оккупантов лихорадочно оборудовали на 'дороге жизни' 'ударармейцев' две линии обороны. Устроили 26 пулемётных гнёзд, 16 ДЗОТов, заложили 33 противопехотных 'Springmine' и 18 противотанковых Tellermine 35, построили 400 метров противоосколочных, противопульных дерево-торфяных стенок с амбразурами. Разложили спираль Бруно, натянули 'спотыкач' и петли-силки. Прорыв курсантов перепугал их не на шутку и заставил готовиться изо всех сил. Каждая линия обороны, стоящая друг к другу спиной, имела в основании командные пункты батальонов, перед ними позиции миномётов и 75-миллиметровых le.IG.18. Примерно в 100 метрах впереди огневые позиции 15-17 противотанковых 37-миллиметровых пушек и 30-35 пулемётов в ДЗОТах или открыто в небольших окопах.

Кроме того 'группа Борхерта' - бывшая группа 'West', состоящая почти полностью из эсэсовцев, имела 6 танков Pz.Kpfw.III из 203-го танкового полка SS и мощную 88-миллиметровую зенитную пушку FlaK 37 в качестве противотанкового орудия. 'Группа Фрайтага' состояла в тот день из одного эсэсовского батальона, 4-х пехотных и одного сапёрного батальона. 'Группа Арнинга' состояла из 6 пехотных батальонов, сапёров, мотопехоты и истребителей танков. В 'группе Арнинга' в качестве пехоты использовались также 655-й и 161-й сапёрные батальоны. 'Группа Хольведе' - 3 батальона. Здесь же оборонялись части 2-й моторизованной бригады SS.

677-й дорожно-строительный батальон 'Организации Тодта' без передышки расширял дороги, засыпал воронки на лежневой дороге от бомб SC1000C - 8 метров в диаметре 4-х в глубину, улучшал мост в Приютино. 502-й строительный батальон 'Организации Тодта' устраивал просеки и стелил гати. При строительстве различных объектов для группы армий 'Север' гитлеровцы использовали также 5 эстонских сапёрно-строительных батальонов, более 15 строительных отрядов из 'хиви', не считая бесплатного рабского труда военнопленных и местного населения.

В солдаты строительных батальонов 'Организации Тодта' забирали пожилых немцев лет под 60. Среди них попадались молодые, те, что слегка не в себе, полуслепые, хромоногие, без некоторых пальцев и так далее. Шесть дней они работали, а в воскресенье отдыхали. В основном все 'тодтовцы' тяготились своим рабством и мечтали, чтобы закончилась чёртова война и их оставили в покое доживать старость. Некоторые неплохо говорили по-русски, побывав в Первую Мировую войну в русском плену, откуда их освободил декрет Ленина в 1918 году. Могли легко выдать местному населению под губную гармошку:


Нема масла, нема гуси,

До свиданья, белорусы!

Нема пива, нема вина,

До свиданья, Украина!


Спустя 10 дней после того, как встал вопрос, кем заменить тяжело болеющего Клыкова, из штаба Волховского фронта прибыл Власов. 'Героя Московской битвы' ранее направили к Мерецкову заместителем. Прибыв во 2-ю Ударную армию, громадного роста краснобай и балагур Власов расположился в охотничьей избушке у Финёва Луга с походно-полевой женой, личной машиной, коровой и адъютантами. Пока Клыков номинально оставался командармом и находился при штабе 2-й Ударной армии, Власов, находясь в армии в качестве проверяющего, особо разойтись не мог, но всем сразу стало понятно, его командование обещало армии много неприятных сюрпризов. Как старший по званию и должности во 2-й Ударной армии, кроме Клыкова разумеется, ещё не имея формального назначения, Власов решил, что вопросами коммуникаций пусть занимаются другие. Он не особо желал ковыряться в перелесках между просеками у Мясного Бора. Ему хотелось масштабных действий и славы. Вдобавок к славе 'спасителя Москвы', впрочем, абсолютно незаслуженной, а случайной, он желал прибавить славу 'спасителя Ленинграда', внимание всей мировой прессы и признательность всего советского народа.

Несмотря на сильно ослабленные войска, Власов решил, что следует сосредоточить силы для нанесения удар через реку Тигоду к шоссе Любань - Чудово юго-восточнее Померанье между линиями Озерье - Сустье-Конец - Померанье на западе и Кривино - Пятница - 'совхоз имени Кирова' на востоке. Это слабо подготовленное наступление гарантировано поглощало последние силы 2-й Ударной армии, поскольку и в более сильной группировке в феврале не удалось прорвать 'линию Линдеманна', а теперь и 'сибиряки' здесь оказались в окружении, когда подлецы усилили свои войска на этом направлении за счёт фронта под Ленинградом почти вдвое. Дальнейшее наступление здесь выглядело авантюрой. К сожалению 'герой Московской битвы' сумел привычным краснобайством о Суворове и русском удальстве убедить всех, что это возможно. 'Сибиряки' получили сомнительный приказ Рождественского держаться в окружении до последнего и назад не выходить.

На южном фасе Волховского плацдарма подлецы из 20-й моторизованной дивизии Яшке и эсэсовцы 2-й моторизованной бригады SS снова осатанело атаковали со стороны Новгорода по шоссе в направлении Мясного Бора на участке 60-го стрелкового полка 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого. Luftwaffe бомбило, не обращая внимание на повреждения самолётов от массированного огня стрелкового оружия с земли и потери от зениток, прерывая бомбёжки только при появлении советских истребителей. Артиллерия оккупантов не умолкала. В деревне Мясной Бор после этого сохранились только два дома, да и те сильно разрушены. Такая же картина в Теремце-Курляндском.

Воздушные разведчики ВВС Волховского фронта обнаружили крупные колонны автомашин, артиллерии и бронетранспортёров оккупантов, двигающиеся на Новгород от Шимска и Луги. На аэродромах Любань, Сольцы, Гривочки, Коростовичи, Кресты сосредоточилось большое количество боевых и транспортных самолётов Luftwaffe. Оно значительно активизировало свои действия, вдвое нарастив количество по сравнению с январём. Заметным стало преобладание у стервятников самолётов последней модификации Bf 109G-2 и G-4.

У передовых аэродромов базирования советской истребительной авиации около Гремячевой, Серебренницей теперь ежедневно по много часов рыскали две-три пары 'мессеров', стараясь подкараулить советских лётчиков на взлёте и посадке, а также перехватить группы ударных самолётов, следующих к линии фронта, или, по крайней мере, известить своё командование об их пролёте. Стервятники, блокируя передовые аэродромы, наряду с общим снижением интенсивности боевой работы 1-й авиагруппы, подлавливали и сбивали взлетавшие без скорости и высоты или садившиеся без боеприпасов и горючего истребители. Так подлецы-стервятники на Bf 109 сбили искусного пилота 41-го истребительного авиаполка капитана Тихомирова на безоружном Як-1 над аэродромом Гремячево, сбили лейтенанта Селезнёва из 160-го истребительного авиаполка, следовавшего замыкающим в группе, возвращавшейся с боевого задания.

Гитлеровцы, имея численное превосходство, могли себе позволить держать в воздухе постоянно большое количество отдельных мелких групп истребителей - обычно пар, непрерывно шнырявших над районом боевых действий 2-й Ударной армии. Как только такой патруль обнаруживал советские ударные самолёты, он давал сигнал и к указанному району подходили рядом барражирующие группы. За несколько минут из отдельных пар создавалась большая группа и она начинала атаковать, в первую очередь сковывая истребители сопровождения для того, чтобы другие добирались до штурмовиков.

Ситуация у Волхова накалялась, поскольку участвующие в тяжёлых наступательных боях с декабря 1941 года 366, 305, 376 и 65-я стрелковые дивизии вместе с тылами насчитывали в среднем до 5000 человек каждая, вместо 12 795 бойцов по штату 04/200. Приходилось воевать не числом, а умением, но 3-4 тысячи подкрепления в каждую дивизии явно не помешали бы. Однако Ставка ВГК формировала резервные армии на юге, где намечались главные события лета 1942 года. После того, как январско-февральским наступлением Волховского фронта со 2-й Ударной армией на острие удара удалось надломить хребет группе армий 'Север' и Ленинграду штурм уже не угрожал, большая часть ресурсов направлялась именно на юг.

Чтобы снизить активность Luftwaffe, ВВС Волховского фронта нанесли удары по нескольким аэродромам. Так 9 бомбардировщиков Пе-2 и истребителей сбросили на аэродром в Коростовичах 55 авиабомб среднего калибра. Уничтожен на земле один Ju 87 из авиаполка 5./StG2 и 8 подбиты. Сильно повреждён торпедоносец He 111 H-6 из полка III/KG53 'Legion Condor'. Убито и ранено 25 человек лётно-технического персонала. Так что бойцы в болотах у Волхова зря мерили поддержку своей авиации только видя её у себя над головой или не видя. Ведь только в Коростовичах, не потеряв ни одного своего самолёта, Сталинские соколы подбили 10 бомбардировщиков.

Но и над Волховским плацдармом ВВС Волховского фронта действовали очень активно. Советские лётчики дрались как львы. Так, прикрывая наземные войска, сержант Хребтов из 92-го истребительного авиаполка майора Ячменёва увидел идущую к фронту группу бомбардировщиков Ju 88. Тёмно-зеленый полированный как рояль 'ястребок' ЛаГГ-3 с чёрными пятнами камуфляжа и большим белым номером на руле поворота был дорог лётчику, как живое и близкое существо. В полёте он с ним представлял единое целое, от его лётных качеств и профессионального умения сержанта зависел исход любого боя. Без колебаний и промедлений смельчак Ячменёв бросил свой отполированный для увеличения скорости ЛаГГ-3 наперерез. Ворвавшись в саму гущу бомбардировщиков, он расстроил их боевые порядки. Открыв огонь из пушек и выпустив две ракеты PC-82, отважный лётчик сбил один Ju 88 и тот огненным комом на глазах всего Волховского плацдарма упал в лес. 'Молодей парень!' Другие Ju 88 беспорядочно сбросить бомбы куда придётся и ушли. Налёт сорван. Спасено множество жизней и материальной части.

В следующем вылете этого же дня сержант Хребтов вступил в неравную схватку с тремя истребителями Bf 109E. Подлецы сбили Хребтова и ранили в плечо. Он выпрыгнул с парашютом. На попутной машине добрался до своего аэродрома и попросил разрешения совершить ещё боевой вылет на резервном самолёте:

Гитлер бесновался. Требовал завершения операции 'Raubtier'. 'Тюменцы' отбили 13 атак на южный фас Волховского плацдарма. Поддержку им оказывали 203-миллиметровые 'Кувалды Сталина'. Всю местность перед позициями дивизии Кошевого покрыли трупы оккупантов. Танки 20-й моторизованной дивизии Яшке буксовали в кишках трупов своих солдат. Наступающие укрывались от советских пуль за трупами своих убитых. Когда одному танку всё-таки удалось про-рваться к позициям 'тюменцев', во весь рост поднялся комсорг полка политрук Воронин. В его руках две противо-танковые гранаты РГД. Мгновение, и герой оказался возле танка. Раздался сильный взрыв. Танк вздрог-нул и застыл на месте. Повалил густой дым... Герой-политрук погиб смертью храбрых.

В ночь на 22 марта многочисленные бомбовые удары по линиям обороны 'Волховского рукава', шоссе и Чудово, наносили 657, 658, 662, 697-й ночные бомбардировочные полки на своих юрких бипланах У-2, Р-5 и Р-зет. Погода хорошая. В общей сложности уничтожено 80 оккупантов, три миномёта, склад военного имущества, блиндаж, 5 палаток, подавлена зенитная батарея. 697-й авиаполк в последний раз использовался как ударный, поскольку реорганизовался в транспортный для снабжения партизан, действующих в полосе Волховского фронта.

В ту же ночь штурмовой отряд Белебезева и Андельмана из 'дальневосточной' дивизии Ларичева бесшумно и внезапно захватил участок первого снежного вала 'линии Линдеманна' шириной 80 метров. Автоматчики с ППШ стремительно бросились ко второму внутреннему валу. Согласно плану начали атаку 1-й и 3-й батальоны 203-го стрелкового полка. Одновременно в наступление на оккупантов, засевших за снежным валом, двинулся 22-й стрелковый полк 'дальневосточников'.

Подлецы, опомнившись, открыли по штурмовому отряду массированный автоматный и пулемётный огонь. Четыре артиллерийских батареи подлецов поставили завесу заградительного огня, отсекли автоматчиков. Открыла огонь и артиллерия Ларичева, которая к этому времени, после ухода 'харьковчан', уже сильно проигрывала в численности.

Взвод лейтенанта Шеклеина из состава батареи 203-го стрелкового полка выкатил две 'полковушки' на прямую проводку и со 100 метров стал расстреливать пулемёты и пехоту. Наводчик 1-го орудия Зайцев, невзирая на пулемётный обстрел, прямой наводкой разбил два ДЗОТа и шрапнелью сбил с деревьев двух корректировщиков. Наводчик 2-го орудия Евстряшенко под ураганным ружейно-автоматным огнём прямой наводкой картечью буквально смёл взвод из 50 атакующих его пехотинцев. Вся атака 'дальневосточников' состояла, по сути, из подобных героических и решительных эпизодов. Подлецы отчаянно отбивались. Они с радостью ударились бы в бегство, но, во-первых, некоторых провинившихся и ненадёжных солдат унтер-офицеры пристегивали к пулемётам наручниками, во-вторых, унтер-офицеры с пистолетами дежурили позади 1-й линии, а фельджандармы позади 2-й линии, и открывали огонь по солдатам при малейших признаках бегства. Даже если несчастный солдат пробрался бы в тыл, без еды, крова он всё равно попался бы на станции, у моста, на дороге, в деревне тем же фельджандармам, патрулям охранных частей, полицейским OrPo и оказался бы либо перед кучей с песком, либо в штрафбате, либо в концлагере, где смерть от непосильного труда или тифа практически гарантирована. Эти варианты репрессий находились в зависимости от настроения начальника тылового района или командира дивизии, корпуса, в зоне ответственности которого солдата схватят. Что уж тут говорить, капиталисты создали эффективную систему, которая позволяла непрерывным потокам гнать на убой пушечное мясо, которому буржуазными законами и репрессиями заткнули рот. Если попал солдат на линию фронта, с неё не так уже много дорог: в могилу, в госпиталь, под расстрел, в плен, дезертировать. Дезертировать сложнее всего, а быстрее всего - в могилу или просто замороженной тушкой:

Фашисты подключали всё новые батареи с флангов, быстро наращивая силу огня. Штурмовой отряд Белебезева и Андельмана, другие подразделения полка, стали нести потери и получили приказ на отход к первому снежному валу. Прорыв не удался. На участке 203-го стрелкового полка фашисты погнали своих солдат в контратаку. 'Дальневосточники' её отбили. Затем последовали ещё две контратаки. Их тоже отбили. Перед советскими позициям осталось 60 трупов оккупантов.

Во время боя поймали немца-лыжника из разведгруппы. Даже не раненого. Прятался недалеко от КП полка, зарывшись в сугроб. Здоровый рыжий парень лет двадцати пяти. В маскхалате очень похож на любого из 'дальневосточников', только на ногах не валенки, а сапоги. Они-то и подвели хозяина. С перепугу он спрятался как страус: в сугроб забился головой, а сапоги торчат. Чей-то зоркий охотничий глаз и заметил на фоне снега чёрные сапоги. 'Особист' через переводчика дивизии наскоро опросил пленного. Он 'обершютце' - старший стрелок из 294-й 'инфантеридивизион' - пехотной дивизии.

- Почему отстал от своих?

- Сломалась лыжа. Бежал без лыж по глубокому снегу, но быстро выбился из сил.

- Запасных лыж не брали?

- Три пары взяли. Но все они уже пошли в дело.

- Сколько в группе лыжников?

- Сорок восемь.

- Какая цель рейда?

- Разведка леса вдоль железной дороги:

Из боеприпасов у 'дальневосточников' под Любанью остался только неприкосновенный запас. Отсутствовал фураж, из продовольствия имелись сухари и мука на одни сутки. Проблемы, связанные с нехваткой оружия и боеприпасов, окруженцы на первых порах неплохо решали с помощью сбора 'оттаявшего' по весне своего и вражеского военного имущества. Одних только снарядов и мин советского производства нашли порядка 15 000 штук. С продовольствием так не получалось. Как Власов собирался продолжать наступление, не понятно.

Утром на восточном фасе 'Волховского рукава' 1 танк КВ-1 и 5 танков Т-34 из 193-го отдельного танкового батальона майора Юнацкого и штурмовые группы 844-го стрелкового полка 267-й 'белгородской' стрелковой дивизии атаковали I батальон 90-го полка 20-й моторизованной дивизии у Трегубова. Танки при поддержке артиллерии подавили противотанковую оборону, прорвались в тылы. Звено МиГ-3 из 2-го гвардейского истребительного авиаполка сорвало налёт Luftwaffe и танки начали беспрепятственно уничтожать пехоту, технику и военное имущество оккупантов.

Ранним утром 22 марта к Мясному Бору - восточному концу 'дороги жизни' 2-й Ударной армии, наконец-то прибыли пешком и на грузовиках, пройдя 150 километров по сильнейшему бездорожью, снятые с другого участка фронта передовые части 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Угорича: 1248-й стрелковый Кемеровский полк неполного состава, 943-й Ленинск-Кузнецкий артполк и ослабленный сапёрный батальон. Сюда же подошли неполные 1218-й стрелковый полк гвардейской дивизии Буланова, 1256-й стрелковый полк дивизии Лиленкова, 2 танка КВ-1 и 6 танков Т-34 из танкового батальон майора Юнацкого.

Весь 193-й отдельный танковый батальон в составе 18 танков Т-34 и двух КВ-1 сосредоточился в районе леса в 1,5 километрах западнее совхоза 'Красный ударник'. Исправно 6 средних Т-34 и два тяжёлых КВ-1. Т-34 для использования в лесу - то что нужно. Из-за широких гусениц он мог преодолевать болота и трясины глубиной до 60 сантиметров. Для прохождения особенно вязких участков на гусеницы вешались специальные зацепы. КВ-1 многократно подрывались на минах, эвакуировались, ремонтировались и снова шли в бой. На танкистов особая надежда. Личный состав батальона частью кадровый, частью резервисты возрастом 21-30 лет с 6-месячной подготовкой. Батальон напрямую подчинялся штабу Волховского фронта.

Первоначально батальон имел две роты по 10 танков Т-34 и одну роту из 5 тяжёлых КВ-1. Запчастей на фронте в это время не хватало, из-за этого многие неисправные и подбитые танки не ремонтировались, а отправлять их на завод не получалось.

Сам 30-летний комбат Юнацкий лично храбрый. В РККА с 1932 года. Вступил в войну утром 22 июня 1941 года на Западной Украине в звании старшего лейтенанта как командир 3-го батальона 20-го танкового полка 10-й танковой дивизии 15-го мехкорпуса Карпезо. Утром 22 июня Юнацкий со своим передовым отрядом выдвинулся к Радехову для уничтожения агрессоров, вероломно нарушивших договор о ненападении. Высланный Юнацким отдельный разведдозор в количестве 6 танков, выйдя в 22 часа в район Корчина, атаковал два батальона мотопехоты с противотанковыми орудиями. Уничтожено 6 противотанковых орудии и до 200 гитлеровцев. Свои потери 2 танка и 4 человека. В 5:00 утра 23 июня танки Т-34 Юнацкого приняли бой на северо-западной и южной окраинах Радзехова против 11-й танковой дивизии Крювеля и других частей 1-й танковой группы Клейста и XXXXVIII моторизованного корпуса группы армий 'Юг'. Юнацкий до 13:30 задерживал механизированную фашистскую орду, нанеся ей большие потери - подбил 20 танков и массу другой бронированной и не бронированной техники. Отошёл организованно к Холоеву из-за нехватки боеприпасов и угрозы окружения.

25 июня Юнацкий участвовал в контрударе на Радзехов через реку Поток Пуста. Прорвавшись в глубину обороны фашистов, отряд под командованием начальника штаба 10-го танкового полка майора Говора уничтожил 56 противотанковых орудий, 5 танков и около 200 пехотинцев. Отряд потерял 4 тяжёлых танка КВ, 2 средних Т-34, 5 лёгких 'дедушек' БТ-7 и 12 человек. Юнацкий до последнего вёл огонь из своего Т-34, а затем, когда танк окончательно вывели из строя, поджёг его и вышел с экипажем к своим. Ранен: Прошёл почти год и танкисты 'уничтоженных танковых армад Сталина' по-прежнему били лживых наследников фон Мюнхгаузена:

Все торопились насколько могли, чтобы не дать подлецами укрепиться на просеках в 'коридоре' снабжения 2-й Ударной армии. Для 'алтайской' дивизии Угорича грузовиков полностью не хватило, и два полка из трёх в условиях сначала снежных заносов, а затем оттепели и бездорожья, совершили 150-километровый марш в основном пешком. Тылы отстали и перевозились вторым рейсом. Первыми к Мясному Бору прибыл штаб, 1248-й стрелковый полк неполного состава и дивизионный 943-й артполк 'алтайцев'. Сразу началась работа по рекогносцировке обстановки и позиций оккупантов. Боеприпасы, продовольствие и вещевое имущество имелось только на 5-тысячной состав дивизии, а снабжение из армии Яковлева ещё не начало поступать, и когда полк получил 300 человек пополнения, их оказалось нечем накормить и вооружить. Только позже подошёл автотранспорт и несколько десятков грузовиков с вооружением для пополнения, боеприпасами и снабжением. 'Алтайцам' предстояло выбить 'пробку' из 'коридора' снабжения 2-й Ударной армии ударом с востока. Эта 'пробка' состояла из эсесовской 'группы Вюнненберга', 'группы Хольведе', 'группы Арнинга', эсэсовцев 2-й моторизованной бригады и стройбата - всего около 6000 вооружённых до зубов солдат и офицеров.

Пока гитлеровцы окружали советские войска, советские войска окружали гитлеровцев. Этим же утром 844-й стрелковый полк 267-й стрелковой дивизии с частями 378-й стрелковой дивизии и при поддержке танков Т-34 атаковали в направлении Трегубово и без труда прорвали оборону I батальона 90-го полка 20-й моторизованной дивизии. Раздавлено и расстреляно танками, уничтожено штурмовыми группами и артиллерией 52 ДЗОТа и блиндажа, 15 противотанковых пушек, 3 зенитки, 35 станковых и ручных пулемётов, 8 миномётов, 4 лёгкие гаубицы. Батальоны оккупантов и приданные им подразделения оказались разгромлены и бежали, оставив на поле боя более 450 трупов. Ещё более 600 подлецов получили различные ранения. Шоссе снабжения в 'Волховском рукаве' оказалось под обстрелом и движение фашистов по нему прервалось. Контратаки и попытки блокировать советские танки внутри обороны у шоссе не увенчались успехом, а лишь принесли подлецам новые потери.

Тем временем на юго-западном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии 23-я 'харьковская' стрелковая бригада Коркина отбила наступление 'группы Шеллера', составленной в основном из подразделений 285-й охранной дивизии фон Плотто. Контратакой 'харьковчане' освободили деревню Никулино, заняли в ней прочную оборону и удерживали её несмотря на бешеные атаки оккупантов. После потери примерно 600 человек ранеными и убитыми, наступательный порыв фон Плотто иссяк.

ВВС Волховского фронта в этот напряжённый боевой день выполнили 303 самолёто-вылета на бомбёжку, штурмовку и прикрытие войск. Удары наносились также по аэродромам Luftwaffe Коростовичи, Гривочки, станции Чудово, дороге Чудово - Малое Опочивалово.

Ранним утром 23 марта 1-й и 3-й стрелковые батальоны 1247-го стрелкового полка 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии атаковали с востока опорный пункт 'Волховского рукава' Трегубово, защищаемый 'группой Дебес'. Наступление поддерживали 6 танков Т-34.

Царившая вокруг тишина оборвалась, словно кто-то резко разодрал тугую материю. Несколько секунд спустя стали доноситься разрывы - то сухое кваканье мин, то грозный грохот снарядов. Перед тем, как советские танки и пехота двинулись вперёд, позиции артиллерии и оборонительные сооружения 'группы Хойн' и 'группы Дебес' в районе Трегубово трижды накрывались полковыми залпами 'Катюш' с большим для подлецов ущербом. Наибольшие потери понёс I батальон 271-го пехотного полка. Для восполнения потерь 'группе Хойна' немедленно передали 2-й полевой запасный батальон, предназначенный ранее для 'группы Вюнненберга'. 850 человек личного состава сразу расписали по обескровленным подразделениям.

Серия красных ракет: Это сигнал атаки. За танками, в облаках выхлопов и веерах летящего из-под гусениц снега, пошла пехота. По её сигналу артиллерия переносила огонь в глубину. Местность к востоку от Трегубово на 500-1000 метров безлесная, ровная. Она просматривалась и простреливалась пулемётным огнём из ДЗОТов, в том числе пулемётами крупнокалиберными. Подлецы также вели обстрел из 150-миллиметровых орудий.

377-я стрелковая дивизия формировалась в основном из русских призывников Челябинской и Кировской областей. Эти люди, привычные к трудностям, знающие, что сражаются с ордой, бьются за светлое будущее своих детей, шли вперёд упрямо и самоотверженно. Падали убитые, хромали раненые. Шли вперёд. В течении месяца до этого 'челябинцы' разрушали своей артиллерией укрепления, уничтожали грузовики и повозки на шоссе Чудово - Новгород, вели разведку и атаки небольшими группами.

Один за другим стрелковые роты стремительно ворвались в первую траншею фашистов. Перекатами двинулись вперёд батареи, и сразу же стали вязнуть в глубоком снегу. Опять на помощь пришли танки. Взяв орудия на крюк, а расчёт на броню, они быстро доставляли их на новые огневые позиции. Заминка произошла лишь у реки: здесь танкисты потеряли несколько боевых машин.

ВВС Волховского фронта наступление на Трегубово поддерживали очень активно. Ил-2 из 313-й штурмового авиаполка Петрова штурмовала ДЗОТы, огневые точки, артиллерийские и миномётные позиции на поле боя. Действовали группами по 8-12 Ил-2. Укрепления, живую силу и вооружение уничтожали планируя под углом 25-30 градусов с высот 800 метров до бреющего полета. Делали от 1 до 5 заходов до уничтожения цели. Оккупанты вели зенитный огонь из Flak 36/37, скорострельных зениток и зенитных пулемётов.

Нехватка истребителей у Luftwaffe в последние дни бросалась в глаза. Из-за этого в штурмовке смогли принять участие истребители сопровождения 41-й истребительный авиаполк Ершова. Бомбардировочно-штурмовыми атаками уничтожено и повреждено: 1 танк, 5 орудий полевой артиллерии, 3 зенитки, 2 склада с боеприпасами, 6 ДЗОТов, 15 пулемётных точек, 30 автомашин, 1 автобус, 15 повозок, 150 солдат, создан очага пожара в колонне автомашин предположительно с горючим, сожжён 1 дом.

Когда штурмовики И-2 ушли, а 1249-й стрелковый полк 'челябинцев' под огнём врага, разрушая прямой наводкой ДЗОТы, достиг реки Полисть, над полем боя появились самолёты Luftwaffe. Бойцы откидывались на спины, готовя своё оружие для стрельбы по стервятникам, считали: один, два... восемь.

Ju 87 разворачивались и с воем пикировали на пехоту на берегу, а также на позиции у леса и КП полка Агафонова. Навстречу самолётам нёсся шквал пуль из винтовок, автоматов и пулемётов. Земля содрогалась от взрывов. Потери оказались небольшими. Поскольку пехота встретила 'лапотники' огнём из всего своего стрелкового оружия, прицельно бомбить стервятники побоялись. Отбомбившись, они ушли. Остались истребители. Они штурмовали пулемётами, но огонь с земли не дал покуражиться и им. Когда в воздухе снова появились советские истребители, с ходу вступившие в воздушный бой, советскую пехоту подлецы вообще оставили в покое.

Западный берег оказался ожидаемо заминирован. Проволочные заграждения в 6 кольев в глубину. 'Спотыкач' - низко натянутая на кольях проволока в несколько рядов. 'Спотыкач' мешал бежать, идти, наблюдать лёжа за полем боя и вести прицельный огонь из стрелкового оружия лёжа. Подлецы вели из ДЗОТов прицельный огонь из всех ви-дов стрелкового оружия, включая снайперский. Косоприцельный огонь шёл во фланг со стороны ДЗОТов опорного пункта в деревне Михалёво. Часть подразделений 'челябинцев' залегли и окопались в снегу, взяв под пулемётный обстрел восточную часть Трегубово и участок шоссе с брусчаткой. 'Полковушки', 'сорокопятки' и танки Т-34 на прямой наводке разбивали ДЗОТы и дома, где в каменных подвалах засели пулемётчики. Вели шквальный огонь три роты миномётного батальона полка Агафонова.

Комроты старший лейтенант Духу огнём своей миномётной батареи уничтожил три миномёта, противотанковую пушку с прислугой, 3 грузовика, около 200 солдат и офицеров. 3-я и 1-я батареи 122-миллиметровых гаубиц 'Матушка' 827-го дивизионного артполка 'челябинцев' вели корректируемый огонь по целям, применяя осколочные гранаты и шрапнель. Когда по шоссе на юг начали движение около 50 грузовиков и 10 повозок гитлеровцев, до Трегубово добрались менее 1/3.

Мощная атака 'челябинцев' отвлекла на себя подкрепления фашистов и заставила истратить боеприпасы, предназначенные для борьбы за удержание 'пробки' на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии. Что Мерецкову и требовалось. Более того, южная часть 'Волховского рукава' могла оказаться отрезана от снабжения. Мерецков явно перехватывал инициативу у Линдеманна. Замысел Мерецкова прост: если перерезать коммуникации 'Волховского рукава', гитлеровская группировка, перерезавшая коммуникации 2-й Ударной армии, сама окажется в окружении или на голодном пайке. Тогда деблокировать окажется гораздо легче.

На южной просеке 'дороги жизни' 2-й Ударной армии, одновременно с ударом на Трегубово,1248-й стрелковый Кемеровский полк неполного состава из 'кузбасской' дивизия Угорича, без подтягивания тылов и отдыха атаковал позиции Эрдмана. Впереди шли 2 танка КВ-1 и 6 средних танков Т-34 из танкового батальона Юнацкого. Артподдержку осуществлял 943-й артполк и артполки РГК. Всего около 60 орудий, в том числе 152-миллиметровые гаубицы-пушки 'Емеля' и 203-миллиметровые 'Кувалды Сталина' Б-4.

Солнце палило вовсю. Накатанные снежные дороги просели. На солнце лужи. Танки двигались по просеке. Стрелки шли по колено в мокром снегу и по просеке, и вдоль её опушки. Ширина фронта наступления 1 километр. Поперёк оси наступления река Полисть. Артиллерийский и миномётный огонь фашистов фланкировал всю зону наступления.

Сильный советский артобстрел от Любина Поля нарушил снабжение гитлеровских войск, засевших на 'дороге жизни'. Носильщиков из числа 'хиви', которые доставляли туда грузы, а обратно выносили раненых, периодически обстреливали советские разведывательно-диверсионные группы, постоянно выходящие на коммуникации гитлеровцев. У подлецов, окопавшихся на 'дороге жизни', для борьбы с танкам имелись пока что только противотанковые и магнитные мины, неполноценные перед КВ-1 и Т-34, противотанковые 'колотушки' PaK 35/36 и всего одна 88-миллиметровка Flak 39. Танки Pz.Kpfw.III остались без горючего и в бою не участвовали. Дефицитный 37-миллиметровый бронебойный снаряд Pzgr.40 'катушечного' типа 'колотушки' PaK 35/36 пробивал 40 миллиметров при угле встречи с броней 60 градусов на дистанции 300 метров. Но даже после пробития брони танки БТ-7 и тем более Т-34 далеко не всегда выходили из строя, так как не образовывалось достаточного количества опасных осколков и экипаж мог продолжать бой. В одном из боёв 1941 года расчёт PaK 35/36 добился 23 попаданий в танк Т-34 безо всякого результата, и лишь когда снаряд угодил в основание башни, танк оказался частично выведен из строя. Естественно, что после такого опыта оккупанты с мрачным тевтонским юмором окрестили расчёты PaK 35/36 'Аuf wiedersehen Heimat' - 'прощай, Родина'. Это прозвище прилипло и к пулемётчикам, но по другой причине.

После вероломного нападения 22 июня прошлого года выяснилось вдруг, кто бы мог подумать, что поражающие действие снарядов PaK 35/36 по танкам Т-34 недостаточно, и только при определённых условиях они могли бороться с бронёй Т-34. Тяжёлый танк КВ-1 не поражался Pzgr.40 вовсе. В ходе разгрома немецко-фашистских войск под Москвой и дальнейшего советского наступления, из 164 пробитий брони танков КВ-1 и Т-34 за период с 9 октября 1941 по 15 марта 1942 года на долю PaK 35/36 пришлось лишь 21 попадание.

Это ж надо! Wehrmacht в каждой дивизии по штату имел аж по 72 таких 'дверных колотушек'. Но вместо борьбы с танками, после того, как вышли из строя 'дедушки' БТ-5,7, Т-27 и так далее, PaK 35/36 годились лишь для выбивания дверей в уличных боях. Вот так. Капиталисты оснастили своих солдат противотанковой пушкой в количестве более чем 10 000 экземпляров, которая при этом очень и очень плохо подходила для борьбы со средними и тяжёлыми танкам, на которые делала главную ставку Красная Армия!..

Первую линию обороны 'кузбассцам' удалось прорвать за счёт артиллерии, которая била по данным корректировщиков, находящихся среди стрелков. ДЗОТы, галереи и баррикады из шпал, 'дверные колотушки' Pak 35/36 и пулемёты вместе с сотней оккупантов оказались снесены огнём более чем 60 орудий, в том числе 152-миллиметровых гаубиц-пушек 'Емеля' и 203-миллиметровых гаубиц 'Кувалды Сталина' на гусеничном ходу. От взрывов 100-килограммового фугасного снаряда Ф-625Д 'Кувалд' шпалы разлетались на 100 метров, а все сидевшие в ДЗОТах подлецы переходил в разряд 'пропавших без вести'.

Части 1248-го Кемеровского стрелкового полка 'кузбасской' дивизии в ходе непрерывного 24-часового боя продвинулось на 300 метров. 'Кузбасская' дивизия формировалась в августе прошлого года в основном из добровольцев металлургов, шахтёров, химиков Кемерово, Прокопьевска, Ленинск-Кузнецкого, в гордости первых пятилеток - 'Всесоюзной кочегарке' Кузбассе. Это не подневольные немцы, которых в атаку гнали пулемётами. Этих требовалось держать за шинель, чтобы лишний раз не лезли на рожон и не рисковали зря.

'Кемеровчане' медленно, но верно прогрызали 'пробку' на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии, уничтожая блиндажи, пулемётные точки, подвижные штурмовые группы. Как уголь в забое рубили. Вместе со стрелками шли артиллерийские корректировщики.

В этих боях 1248-й Кемеровский полк покрыл себя неувядаемой славой. Прославился и его комиссар Вакула. Его фашисты знали, боялись и ненавидели. Когда это воин шёл в бой, они предупреждали своих: 'Идёт Вакула!' Атаки и рейды бесстрашных, опытных, находчивых красноармейцев и их комиссара раз за разом производили опустошения в частях фашистов. Презирающие смерть шахтёры-'вакуловцы', решительно шли в штыковую и врукопашную. В случае окружения в бою, вызывали на себя огонь своей артиллерии с плацдарма.

Но для красноармейцев только что прибывших в качестве пополнения, накал и жертвы развернувшегося сражения явились неожиданностью. Оказавшись на фронте всего несколько дней назад и сразу попав в такое дело, они в лесном бою часто теряли ориентировку, впадали в панику. Не видя командира, вели себя пассивно. Зачастую отступали без приказа, увлекая за собой остальных. Оказавшись лицом к лицу с разведгруппой или перед позициями подлецов, сдавались в плен. Таких беглецов собирали на рубеже 2-го эшелона политработники и работники штаба и снова вели на линию соприкосновения. Это было нелегко, ведь выйдя из боя, психика новичков уже перешла в обычный режим. Они уже понимали, что только что убили людей или наоборот, потеряли добрых товарищей. Сильнейшее эмоциональное потрясение. Чувствовалась страшная усталость и голод. Возвращалась боль от полученных ран.

Действия 'кемеровчан' по освобождению 'дороги жизни' обошлись фашистам почти в 3000 убитыми и ранеными. 540-й штрафной батальон 'испытательного срока' превратился из батальона во взвод из 64-х человек. Получив в качестве пополнения 410 новых 'испытательных солдат', штрафной батальон тут же снова отправился в бой, но опять с таким же результатом. Но ничего, штрафников в группе армий 'Север' хватало. Лишь выскажет солдат своё сомнение в победе или расскажет о полуголодной жизни своей семьи в Германии, о бомбёжках немецких городов и воровстве генералов - пожалуйте в штрафбат и затем в 'Долину смерти' у Волхова у просеки 'Эрика'. О 'Долине смерти' среди солдат фон Кюхлера уже пошли душераздирающие легенды.

После прорыва обороны, советские танки повели уничтожение II батальона 1-го полка эсэсовцев. Передний КВ-1 бил из пушки с коротких остановок, и на воздух взлетали на один за другим ДЗОТы. По танку из-за укрытия начали бить две противотанковые пушки. Тяжёлая машина пошла у на них, и через минуту они оказались расплющенными. Затем огнём и гусеницами 'Клим Ворошилов' уничтожил полевое орудие, танк и 45 фашистов: В 14:00 советские танки прорвались дальше и устроили расстрел строителей 'Организации Тодт' и миномётчиков. Все выводимые для переформирования подразделения подлецам пришлось возвращать и бросать в контратаку.

Вдоль просек громоздились оголённые изломанные стволы, вырванные с корнем деревья. Ветви их срезало пулями и осколками. Разбитые в щепы блиндажи, ДЗОТы, раздавленные танками пушки, миномёты, ящики, питьевые канистры, коробки с продуктами, кровавое тряпьё. В кустах и между баррикадам из шпал трупы гитлеровцев в несколько слоёв. Искажённые, закопчённые, окровавленные, щетинистые маски нелюдей.

Когда танкисты Юнацкого и стрелки Угорича достигли реки Полисть, они попали под массированный удар бомбардировщиков Ju 87 и Ju 88. Фланкирующий заградительный огонь артиллерии, который вели с севера и юга по меньшей мере 40 гаубиц фашистов и по свои и по чужим, усилился до ураганного. Грохот и треск стоял оглушающий. Лес заволокло дымом и туманом. Один КВ-1 получил повреждения. КВ-1 и Т-34 постоянно подрывались на минах. Их эвакуировали и они снова вступали в бой до нового подрыва. От прямого попадания гаубичного снаряда сгорела танкетка Т-27. Продолжать наступление в таких обстоятельных никакой возможности не имелось. Во избежание больших потерь сначала стрелки, а затем танкисты отошли на исходные позиции.

Потери гитлеровцев при отражении этой атаки составили более 350 человек убитыми и втрое больше ранеными. Весь лес и просеки завалены трупами оккупантов. Советские потери тоже значительные.

- Долина смерти! - шептали немцы. - Настоящая дорога в ад! Здесь настоящая задница мира!

Подчинённые ранее группе 'West' остатки разгромленных эсэсовских батальонов начали выход из 'Долины смерти', чтобы избежать полного уничтожения. Подлецы решили оставить только те батальоны, что имели хотя бы 1/6 часть от штатной численности, например I батальон 1-го полка, который имел численность 130 человек из первоначальных 750 по штату. Измочаленные эсэсовские подразделения заменялись частями 58-й пехотной дивизии. В состав 'группы Вюнненберга' для компенсации потерь влился свежий III батальон 284-го полка полковника Польмана из 96-й пехотной дивизии. Также получил подкрепление солдатами и вооружением батальон 'сопровождения рейхсфюрера SS' и зенитный дивизион SS 'Ost' из 2-й моторизованной бригады SS. Командование группой войск в 'Долине смерти' принял полковник Эрдманн из 58-й пехотной дивизии. Однако смене остатков войск помешала новая советская танковая атака:

На Любанской направлении у посёлка Бараки в это время началась артподготовка. Пропели 'Катюши'. Там, где располагалась артиллерия гитлеровцев, всё скрылось в пламени. В окопах героической 92-й стрелковой дивизии Ларичева томительное ожидание перед атакой. Сознание и тело людей переключались в режим выживания. Даже самый подготовленный и опытный испытывал страх. У кого-то подходила к горлу тошнота, у кого-то возникали спазмы в животе, лёгкое головокружение и даже слабость. Лица у многих бледнели. Взлетели красные сигнальные ракеты в небо: 'Вперёд, на Любань!' Из окопов стали выскакивать бойцы в маскхалатах. Они перепрыгивали через бруствер и бежали вперёд. Их всё больше. Поле ожило от движущихся человеческих фигур. Могучее 'ура!' перекрыло грохот орудий. Клич помогал чувствовать себя частью мощного боевого организма, чья энергия передаётся каждому. Идти вперёд, видеть отступающего врага - высшее счастье для бойца. И все преисполняются этим счастьем:

Среди красноармейцев орудия непосредственной поддержки. Артиллеристы катят, волокут их по глубокому снегу. Остановятся, сделают несколько выстрелов по очнувшимся вражеским пулемётам 'линии Линдеманна' и снова за пехотой. Умеют же наступать! Всё дальше треск выстрелов самозарядных СВТ, пулемётных теплей и трещотки ППШ, глухие хлопки гранатных разрывов. Оборона прорвана! Тягачи 'Комсомолец' начали вытаскивать орудия ЗИС-3 'Зоси' на изрытое снарядами поле, буксуя, выгребая гусеницами снег, тащили их за штурмовыми группами. Артиллерия постоянно меняла огневые позиции, не отставая от пехоты ни траекторией, ни колесом. Умеют же наступать!

Во второй половине дня 23 марта подлецы подогнали к станции Трегубово по железной дороге из района станции Дно бронепоезд No.6 и 'защищённый поезд' с польскими гаубицами leFH.14/19(р). Открыли сильный заградительный огонь. Бронепоезда выгрузил со своих платформ два тяжёлых французский танк S35, броню которого не брали 'сорокопятки'.

На восточном фасе 'Волховского рукава', несмотря на отчаянное сопротивление захватчиков, штурмовые группы 1247-го стрелкового полка 377-й 'уральской' стрелковой дивизии при поддержке танков, с боем перешли реку Полисть и вышли на шоссе Чудово - Новгород. Рота автоматчиков - резерв 1247-го стрелкового полка захватила окраинные дома в Трегубово. Гитлеровцы получили подкрепления, танки и перешли в контратаку. 'Уральцы' приняли неравный бой. Многие геройски погибли. Смертью храбрых пали секретарь партбюро пол-ка старший политрук Валявин и командир полка старший лейтенант Агафонов. Поле боя затянуто дымом горящих домов и сараев, туманом испаряющегося снега. Красноармеец Оспищев, находясь на броне танка Т-34, до последней возможности вёл огонь по гитлеровцам из автомата. Когда танк остановился из-за поломки, боец залез под него и пролежал под машиной целый день, сообщая танкистам координаты огневых точек врага. Только ночью, вместе с экипажем танка, он вернулся в своё подразделение.

Несмотря на потери оккупантами почти 800 солдат убитыми и ранеными, подавить артиллерийский огонь обороны, удержаться в Трегубово, перекрыть коммуникации 'Волховского рукава' не удалось. Хотя взять Трегубово силами одной дивизии не получилось, эти бои выбили инициативу из рук Линдеманна, лишили его войска на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии пополнений, боеприпасов и поддержки Luftwaffe.

На других участках фронта 2-й Ударной армии из-за распутицы царило затишье. В числе основных принципов военной службы есть и такой: бойцу не положено сидеть без дела, его следует загружать ежедневно, ежечасно. И начальство составляет временное учебное расписание. Красноармейцы штудируют уставы, маршируют, чистят оружие, чинят обмундирование, приветствуют и рапортуют. На смену расписанию с повторением уставов появляется новое. В нём все часы, не считая политзанятий, отданы учебным стрельбам. Вот это другое дело!

Но вот началось оживление в дальнем юго-западном секторе прорыв 2-й Ударной армии у реки Оредеж. Лыжные разведгруппы оккупантов всю предыдущую неделю действовали активно, проникая в советский тыл или обстреливая позиции. Разведчики 23-й 'харьковской' стрелковой бригады и 95-го 'горьковского' лыжбата также не оставались в долгу, активно действуя во вражеском тылу.

Когда 150 оккупантов из охранной дивизии фон Плотто вышли на лыжах из Клюкушицы и направилась к дороге Клюкушицы - Лухуни, их встретил огнём полевой караул лыжников. В результате 'охранники' разбежались. Бросили 20 пар лыж, две винтовки, трофейный ППШ, одного раненого, который сдался в плен. В районе деревни Бор разведка 95-го лыжбата настигла и обстреляла разведгруппу 'охранников' из 40 человек. 4 подлеца убито и до 10 ранены. Трофеи: пулемёт, 3 винтовки, трофейный 'наган'.

Не имея возможности снабжать 2-ю Ударную армию по земле, Мерецков организовал снабжение с помощью авиации. Начиная с этого дня, 2-я Ударная армия стала получать по воздуху ежедневно 10-15 тонн грузов.

Замкомандующего Волхфронта Власов направил телеграммой разгромное донесение начальнику Генштаба Красной Армии Шапошникову об ошибках и множестве недочётов в управлении 2-й Ударной армии Клыкова, задевая в том числе части Волхфронта, действующие на плацдарме. Критика Власова напирала на нормативы и носила огульный характер без анализа сил гитлеровцев, погоды, особенностей ландшафта, боеспособности и снабжения войск, не учитывала малочисленность и утомлённость частей, количественное превосходство гитлеровцев. Но формально, вроде бы, всё правильно.


## Глава 11. Ранняя весна на Волховском фронте


В ночь на 24 марта ВВС Волховского фронта выполнили 81 транспортный самолёто-вылет. 1/3 вылетов совершили 657-й и 697-й ночные бомбардировочные авиаполки. Доставлено на площадки Финёв Луг, Новая Кересть, Вдицко 16 600 килограммов грузов. В том числе 360 килограммов медикаментов. Тремя рейсами санитарных самолётов С-2 вывезено 9 тяжелораненых, которым требовалась срочная сложная операция.

С-2 - санитарная модификация У-2. Красная Армия имела 650 таких самолётов. Крылатая 'скорая помощь' вмещала в специальных закрытых кабинах 'кассетах Бакшаева' двух лежачих раненых и одного сидячего в закрытой кабине.

Настала сильная оттепель. Езда на санях в конной упряжке невозможна. Но все водоёмы и болота пока ещё проходимы по льду. На Спасско-полистском направлении подразделения II батальона 2-го полка SS Polizei-Division продолжали просачиваться на восток вдоль северной просеки 'коридора' снабжения 2-й Ударной армии, расширяя 'пробку'. Подлецы захватили в плен 70 военный строителей, восстанавливающих настил на дороге у Мясного Бора. В ходе последовавшего боя эсэсовцы понесли тяжёлые потери и отступили.

То же самое пытались проделать подразделения 58-й пехотной дивизии. При попытке перейти Глушицу и продвигаться на запад в направлении Новой Керести, её батальоны попали под уничтожающий удар артиллерии и контратаку 24-й 'харьковской' стрелковой бригады, после чего отошли, оставив на поле в боя более 500 трупов своих солдат и носильщиков-'хиви'.

Чтобы сбить активность оккупантов в 'Долине смерти', советская артиллерия с применением крупных калибров обстреляла шоссе Новгород - Чудово в 'Волховском рукаве' между Большим и Малым Опочивалово. От станции у Большого Опочивалово начиналась узкоколейка Линдеманна 'Stern' и параллельная ей временная дорога, идущая в южную часть 'Волховского рукава'. Внезапный обстрел узкоколейки 'Stern' и лесной грунтовки всегда давал отличные результаты.

Для восполнения потерь на участок 'группы Арнинга' подошёл I батальон 76-го моторизированного полка 20-й моторизованной дивизии, сформированный заново после разгрома в зимних боях. Один из палачей и убийц, топчущих русскую землю, командир 61-й пехотной дивизии полковник Шнайдис при рекогносцировке убит выстрелом снайпера. Снайперское движение на Волховском фронте среди воинов-сибиряков к этому времени уже набрало силу - 85 снайперов уничтожили 1506 гитлеровцев.

На южном фасе Волховского плацдарма фон Кюхлер погнал в наступление с юга от Любцов в направлении Мясного Бора восстановленные после зимнего разгрома батальоны 126-й пехотной дивизии Лаукса, 209-й и 154-й пехотные полки 58-й пехотной дивизии доктора Альтрихтера, два батальона испанской 'голубой' дивизии. По мере замены частей дивизии Альтрихтера эсэсовцами из дивизии SS 'Leibstandarte Adolf Hitler' и норвежскими наёмниками из SS 'Den Norske Legion', эти части прибывали в район Любцы - Земтицы с Ленинградского фронта.

Банда наёмников SS 'Den Norske Legion' до этого располагалась рядом с 250-й испанской 'голубой' дивизией и входил в состав 2-й моторизированной бригады SS. Но после нескольких фиаско с наёмниками из Бельгии и Голландии в боях против воинов армии Клыкова, бросить норвежских любителей 'сафари на человека' в бой штаб группы армий 'Север' не решился.

Наёмники-норвежцы имели полевую форму войск SS и от обычных эсэсовцев отличались особым нарукавным знаком - вариация 'Креста Святого Олафа' - эмблема штурмовых отрядов 'Hird' норвежской фашистской партии 'Национальное единство'. 3 октября 1941 года в Фалленбостеле в Норвегии наёмники приняли присягу как весь Wehrmacht и SS на верность лично Гитлеру: 'Клянусь тебе, Адольф Гитлер, как фюрер и канцлер Германской империи, я клянусь тебе в верности и отваге:' Всего 'легион' насчитывал 1218 наёмников: штаб, три стрелковые роты, рота пехотных орудий и противотанковая рота, запасной батальон.

Наступление на Мясной бор поддерживали корпусные артиллерийские части XXXVIII армейского корпуса, а также, кроме 'диких' танков и самоходок дивизии Альтрихтера и эсесовской бригады, II батальон 29-го отдельного танкового полка из корпусного резерва XXXVIII армейского корпуса - всего около 50 линейных танков Pz.Kpfw III, командирские танки и танки штабной роты Pz.Kpfw II и Pz.Kpfw IV. Кроме этого подлецы имели 2 трофейных танка КВ-1.

Весь световой день 24 марта Luftwaffe яростно атаковало позиции 'тюменской' дивизии Кошевого, из-за чего оказалось невозможно не только проехать - пройти к переднему краю у Мясного Бора. Стервятники охотились за каждой повозкой, каждым грузовиком. 'Тюменцы' сбили один Ju 87. Это охладило пыл охотников.

Бои шли тяжелейшие. На шоссе не осталось и клочка земли, где не взорвались бомбы, фугасы, снаряды, мины. 'Тюменцы' гостей ждали. Заминировали шоссе, устроили множество огнемётных фугасов из тысяч зажигательных бутылок КС. Эти огненные фугасы из 15-20 зажигательных бутылок, уложенных в неглубокую яму и замаскированных тонким слоем грунта, самовоспламенялись при контакте с воздухом. При надавливании танка на фугас бутылки лопались и КС давало огненное облако, охватывающее танк прилипающей смесью белого фосфора, серы, горящей с температурой 1000 градусов Цельсия. Привет от Сталинской индустриализации-коллективизации! Экипаж выбраться не мог и спекался, танк выгорал полностью и восстановлению не подлежал.

Против пехоты 'тюменцы' ставили фугасы из противопехотной мины и 5-7 зажигательных бутылок КС. При взрыве пехота поражалась не только осколками, но и десятками тысяч липких горящих сгустков фосфоро-серной смеси. Обмундирование мгновенно прожигалось и оккупант выводился из строя даже без осколков.

Кроме поражающих факторов огнемётные фугасы, массово применяемые Красной Армией с конца лета 1941 года, вызывали у оккупантов дикий ужас, панику, первобытный страх. После срабатывания огнемётных фугасов наступление как правило заканчивалось. Солдаты бежали без оглядки, предпочитая быструю смерть от пули унтер-офицера или фельджандарма, чем смерть в жутких мучениях от 'коктейля Молотова'.

Подлецы раз за разом атаковали поредевшие, измученные полугодом боёв подразделения 'тюменцев', но герои стояли на позициях как вкопанные. Рас-чёт 'сорокопятки' сержанта Муковозова из противотанкового дивизиона под сильнейшим обстрелом уничтожил три танка из 2-й роты Ланге, картечью истребил 30 подлецов из 158-го сапёрного батальона. Два трофейных КВ-1, которыми Ланге рассчитывал протаранить оборону 'тюменцев' на шоссе, пошли 500 метров и подорвались на минах. Танкистов, пытающихся спастись, расстреляли пулемётчики.

С восточного берега Волхова по атакующим вела фланкирующий огонь советская гаубичная артиллерия. Она же выбивала миномётные батареи оккупантов у опорного пункта Земтицы и гаубичные южнее них. Неоднократно фашисты использовали живой щит из местного населения. Так при обстреле в опорном пункте Большое Замошье дома с ДЗОТом, расположенном в его каменном подвале, артиллерийские разведчики 830-го артполка наблюдали, как солдаты 426-го пехотного полка 126-й пехотной дивизии подлеца Лаукса, выгнали стоять перед домом на улице двух детей. Дом советские артиллеристы уже взяли в 'вилку' и поэтому солдаты капиталистов прикрывались живым щитом - знали, что дом виден корректировщику.

Неся огромные потери, батальоны 209-го пехотного полка смогли несколько потеснить 'тюменцев', однако, не обеспеченные зимним обмундированием, понесли на необорудованных позициях большие потери от обморожения и отошли. Потери в этих боях у атакующих более 450 человек убитыми:

Тем временем с востока в наступление на 'пробку' на коммуникациях 2-й Ударной армии снова перешла 'кемеровская' дивизия. И в этот раз впереди как таран шли танки КВ-1. За ними Т-34. Налёт Ju 87 сорвал эту атаку, повредив один КВ-1, уничтожив 2 лёгких танка Т-40, 2 грузовика и ДЗОТ.

После возобновления атаки 'шахтёрам' через некоторое время удалось вклиниться в оборону на просеках. Для контратаки оккупанты использовали 5 танков Pz.Kpfw.III, которые смогли подвести по проложенным сапёрами и стройбатовцами дорогам. Во время маневрирования в рыхлом снегу среди завалов, перетяжелённые машины Pz.Kpfw.III со слабыми двигателями, снабжённые слишком узкими гусеницами, очень быстро оказались подбиты или просто застряли. Два танка удалось захватить. Один из этих Pz.Kpfw.III танкисты батальона Юнацкого вытащили, снабдили экипажем, знающем немецкую технику, и тут же использовали в бою. Но не долго музыка играла. Из-за поломки коробки передач трофей пришлось бросить.

К великому сожалению, находясь среди штурмовых групп, получил смертельное ранение комдив 'кемеровской' дивизии Угорич. В Армавире у него осталась жена и двое детей. После потери комдива в дивизии наступило замешательство. Тогда комфронта Мерецков срочно прислал в дивизию своего адъютанта капитана Бороду. Исполнительный украинец временно взял на себя командование и не дал частям и подразделениям отступить.

Гитлеровцы тем временем снова контратаковали 'шахтёров' большими силами, заваливая их своими трупами. Несмотря на лошадиные дозы метамфетамина 'Pervitin', страх полного истребления в этом проклятом лесу оказался так велик, что бригадефюреру SS Вюнненбергу вместе с полковником Борхертом пришлось лично вести в бой на советские танки на 'просеке Эрика' остатки II батальона 3-го полка и II батальона 2-го полка SS Polizei-Division. На просеках и среди лесных завалов копошилось что-то бесформенное. Немцы до того перепачкались болотной грязью, что совершенно невозможно стало различить, кто здесь рядовой, а кто командир.

Гнев фюрера для них казался страшнее смерти. Не то, чтобы штандартенфюрер SS Вюнненберг с полковником Борхертом вели солдат в бой собственным примером, просто они лично стреляли из своих пистолетов в солдат, которые не имели больше сил и мужества кидаться с огнемётами, магнитными минами и связками гранат-'колотушек' на курсирующие по просекам и гатям советские танки КВ-1, Т-34 и Т-40. Результат такой контратаки - свежие 250 трупов эсэсовцев и солдат, втрое больше раненых. Утрачено много тяжёлого пехотного вооружения. Настоящая бойня. Тяжело ранен командир II батальона 3-го полка. Командование батальоном принял гауптман Пичайдер. Вскоре 'хиви' унесли на носилках и командира I батальона 3-го полка капитана Егерса. Оказался ранен и сам полковник Борхерт. Впрочем, ранение Борхерта оказались лёгкими, и он снова спрятался в своём деревянном бункере пить коньяк и кофе с яблочным мармеладом.

Эсэсовцам всё-таки удалось окружить группу прорыва и восстановить линию обороны. К вечеру группа 'шахтёров' прорвалась к своим, но 'коридор' прочистить не удалось.

На станции Любань начал выгружаться 100-й горный полк 5-й 'австрийской' горной дивизии Рингеля. 85-й полк Рингеля уже прибыл. Все печально вспоминали о тёплой Греции, об острове Крит, где они ещё в декабре купались в Средиземном море, загорали и обжирали греков. Затем дивизию готовили в Баварии для наступления на Мурманск. И вдруг - Любань:

Штаб группы армий 'Север' колебался с решением куда двинуть резервы: против Федюнинского или против Клыкова. Фронт трещал и там и тут.

На командный пункт Волховского фронта из Москвы снова прибыл 'палочка выручалочка' маршал Советского Союза Ворошилов. Он ознакомился с положением дел в снабжении, в авиации, артиллерии, в организации наступления для прочистки коммуникаций 2-й Ударной армии, делая упор на поддержку артиллерией и использование тяжёлых танков.

25 марта в Ленинградской области погода выдалась пасмурная. В 13:00 температура воздуху дошла до + 2 градуса по Цельсию. Начальник ледового участка ленинградской автомобильной трассы 'Дороги жизни' сообщил руководителю осаждённого Ленинграда товарищу Жданову: 'Дорога выходит из строя. На девятом километре началось образование торосов'.

Нужно торопится! С Любанского направления к 'коридору' снабжения 2-й Ударной армии с Любанского направления наконец-то вернулась 7-я танковая бригада Копцова. Под Любанью в районе Озерья с малым количеством горючего остались только танки 2-го батальона.

376-я 'сибирская' стрелковая дивизия Угорича, усиленная курсантами курсов младших лейтенантов и ротой автоматчиков, при поддержке армейской артиллерии и трёх дивизионов гвардейских миномётов снова перешла в наступление от Мясного Бора на многослойные позиции подлецов в 'коридоре' снабжения 2-й Ударной армии. В течении всего дня на просеках возникали критические минуты, когда, казалось, наступил предел, - болота, вода, холод, непрерывные налёты пикирующих бомбардировщиков, шквал пулемётного и артиллерийского огня по скученной, как на пятачке, едва прикрытой с воздуха группе войск, всюду масса незахороненных трупов, своих и оккупантов - всё это лежало на плечах тех советских героев... кто сражался насмерть:

Отдельный танковый батальон Юнацкого потерял в бою 3 танка Т-34 сгоревшими. Когда пылающий танк командира роты рванулся вперёд и снова заработали его пулеметы и пушка, многие не выдержали и заплакали. Они видели, как их товарищи, погибая, громили фашистов... Они видели, как умирают герои, как они не сдаются и до последнего дыхания сражаются с врагом. Другие танки многократно подрывались на минах, эвакуировались, ремонтировались и снова шли в бой. Два КВ-1 в ходе боёв неоднократно подрывались на минах.

Правее от Любино Поле в западном направлении одновременно наступала 372-я 'алтайская' стрелковая дивизия подполковника Сорокина. Левее, ближе к Замошскому болоту наступала 305-я 'московская' стрелковая дивизия Барабанщикова и 65-я 'тюменская' стрелковая дивизия Кошевого.

Орудия 943-го артполка в сражении за 'коридор' встали на прямую наводку. В ход пошла картечь, как на Бородинском поле в 1812 году. Если только можно себе представить Бородинскую битву в лесу. Сибиряки-зенитчики при отражении авианалёта сбили сразу два бомбардировщика Ju 87. Подлец Вюнненберг погнал в контратаку свежие силы и бой продолжался с переменным успехом. На этом участке действовала особо опытная 'Волховская рота' - 'истребители танков' SS Polizei-Division, специально снятая с позиций у Пулково. Штурмовая группа из 70 подлецов просочилась по лесу к командному пункту 1250-го стрелкового полка 'шахтёрской' дивизии. Группу окружили и уничтожили, но комполка майор Хотомкин пал смертью храбрых.

Но вот наступил долгожданный перелом. Часть гитлеровцев на просеках истребили, часть отбросили к северу и югу от центральной дороги 'коридора' снабжения, которую гитлеровцы называли просека 'Эрика'. С почином! I батальон 1-го полка SS Polizei-Division оказался окончательно уничтожен. В нём осталось 68 человек. Утрачено много оружия и боеприпасов. Требовалось сформировать его заново, но людей в резерве Вюнненберг больше не имел и батальон просто ликвидировал.

26 марта к атакам для прочистки 'пробки' на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии приступила уже вся 'сибирская' дивизия Угорича. Закончили трудную 150-километровую передислокацию 1250-й и 1252-й 'сибирские' стрелковые полки. Сибиряков-кемеровчан по-прежнему поддерживал 193-й отдельный танковый батальон Юнацкого. К атаке подключился и артполк 305-й 'московской' стрелковой дивизии.

Снова первыми в атаку со стороны Мясного Бора пошли танки КВ-1 и Т-34 из батальона Юнацкого. За ними отважные 'кемеровчане'. Чудовищная по ожесточению и упорству вооружённая борьба продолжилась. Только с одной стороны сражались подлые капиталистические агрессоры и подлецы, а с долгой благородные защитники счастливого советского будущего своих детей! На отважных 'кемеровчан' обрушился удар почти 20 гаубиц, бивших из-за Большого Замошского болота. Засевшие в 'Долине смерти' гитлеровцы, поняв, что могут не сдержать атакующих на рубеже реки Полисть, снова вызвали Luftwaffe и атакующим пришлось отвлекать много сил на обстрел воздушных целей.

1-й Воздушный флот Luftwaffe крепко и регулярно получал по зубам от самой сильной в мире системы ПВО Ленинграда, и ничего не мог с ней поделать. Поэтому всю свою злобу он вымещал на Волховском фронте. Здесь ему тоже не удавалось действовал относительно безнаказанно, но всё равно - это не авианалёты на Ленинград - верная смерть для лётчиков Luftwaffe!

Массированные авианалёты на атакующие войска и понтонные переправы через Волхов первой встречала у Мясного Бора 1-я батарея 461-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона РГК. Последние дни Luftwaffe бросало на эти переправы сразу по 40-50 бомбардировщиков Ju 87, Ju 87, Bf 110, истребителей Bf 109. Они хотели помешать сосредоточению и снабжению войск, ведущих бои за коммуникации. Налёты по 5-6 раз в день!

При каждом налёте на Волховский плацдарм стервятники Геринга в первую очередь старались подавить огонь батареи зенитчиков-'сибиряков' 461-го отдельного зенитного дивизиона. Вой сирен пикирующих бомбардировщиков Ju 87, взрывы десятков бомб, пулемётные и пушечные очереди истребителей Bf 109 в упор, на бреющем полёте расстреливающих зенитки: Казалось, на 1-й батарее не должно остаться никого в живых, но она как феникс всегда возрождалась из адского огня и на каждый удар отвечала залпами. Раненых уносили в щели. Другие оставались в стою, окровавленные, в пробитых пулями и изрезанных осколками шинелях, чёрные от пороховой копоти и пыли. И тихоходные 'лаптёжники', или 'музыканты', как окрестили Ju 87 советские бойцы, один за другим находили себе могилы в окрестных болотах.

Атака танков Юнацкого и стрелков Угорича развивалась крайне тяжело. Потери нарастали. В тыл непрерывно текли ручейки раненых. Но танки с десантом автоматчиков в конечном итоге рассеяли у реки Полисти батальон Матерна, уничтожив до двух рот пехоты. На просеках творилось что-то невообразимое. Танки передавили миномёты и противотанковые пушки-'дверные колотушки' вдоль центральной дороги, а затем разогнали, добили II батальон 1-го полка SS Polizei-Division, не успевший на свою беду смениться. От 'Волховская роты' 'истребители танков' SS Polizei-Division, много крови попившей из советских танкистов в прошлой атаке, после боя осталось 20 человек, а её командира капитана Триттеля раздавил танк. Доистреблялся:

Но после ряда атак и контратак продвинуться вдоль просек вглубь от опушки леса удалось только на 500 метров. Гитлеровцы ввели в бой свои Pz.Kpfw.III и выкатили на просеки самоходные скорострельные зенитки на трофейных английских танкетках.

К вечеру, когда советские танки отошли для пополнения горючего и боезапаса, усиленная танками группа 'West' полковника Борхерта, действующая на базе 3-го эсэсовского полка, после бешеной контратаки, снова заняли потерянные 500 метров леса. Пока Вюнненберг и Алтентрихер радовались, что отбили очередное наступление с востока на свои войска в 'коридоре' снабжения 2-й Ударной армии, ночью к западной оконечности 'Долины смерти' скрытно подошли танки 7-й танковой бригады Копцова и 24-я 'харьковская' стрелковая бригада.

Танковая бригада Копцова - прославленное соединение. Фашисты прозвали их 'красными дьяволами' и 'бешенными'. Только не бешенство это, а мастерство и отвага. Бригада формировалась из ветеранов 46-й танковой дивизии, которая являлась элитой танковых сил Красной Армии и с первых дней войны ломала 'Blitzkrieg'. Весь личный состав, особенно механики-водители, в совершенстве знали технику и тактику, поскольку сами несколько лет обучали слушателей академии. В составе 21-го мехкорпуса прославленного позднее танкового командира Лелюшенко, 46-й танковая дивизия в июле 1941 года буквально растерзала передовые соединения XXXXI механизированного корпуса фон Манштейна в латвийском Даугавпилсе.

Для командира 46-й танковой дивизии Копцова, внешне похожего на кавказца, кажется, ничего другого и не существовало - только его танки. Даже в перерывах между боями он не раз сам садился в танк, чтобы показать своим воинам, как лучше вести огонь с ходу, с коротких остановок, поражать цели из пушек и пулемётов.

Гитлеровцев из 8-й танковой и 3-й моторизованной дивизий фон Манштейна контрудар у Даугавпилса ошеломил. Танкисты Копцова дерзкими действиями рассекали боевые порядки головорезов, громили огнём и броней, проникали в оперативную глубину, вели бои с перевёрнутым фронтом, нередко применяли таранный удар. Когда бой достигал высшего напряжения, каждый старался уничтожить как можно больше врагов, показать отвагу, удаль и боевое мастерство. Бойцы и командиры соревновались, кто больше уничтожит врага. Танкисты батальона майора Егорова уничтожили 8 танков фашистов и до 300 солдат. Танкисты батальона капитана Москалёва - 5 танков, 3 орудия и до 180 пехотинцев. В целом воины 46-й танковой дивизии на второй день войны нанесли такой удар фашистам, который заставил фон Манштейна притормозить.

Фон Манштейн не мог применить против танков Копцова авиацию, так как сила натиска, быстрота и стремительность удара не позволили ему опомниться. Он не мог что-либо предпринять и даже определить, где свои, а где чужие. Танковый контрудар Копцова по своей лихости и натиску напоминала атаки буденновской конницы в годы Гражданской войны. Войска перемешались. Шло побоище. В одной из схваток ранило и самого Копцова, но он остался в строю и, сделав перевязку, продолжал руководить действиями дивизии. Вот она - разница между большевиками и частными собственниками у власти. До Москвы и Ленинграда Wehrmacht дошёл по трупам своих солдат. Капиталист всегда идёт по костям своих несчастных работяг, которых посулами, обманом и силой гонит на бойню. Большевик вооружит и воспитает настоящую армию из настоящих граждан, которые сами рвутся в бой за своё правое дело.

Продолжая бои за Даугавпилс, полковник Копцов направил отряд под командованием капитана Иванова в составе 5 плавающих танков с десантом, снабжённым минами и гранатами, через Даугаву для нападения на тылы и штабы фон Манштейна. Отряду удалось нанести несколько ударов по фашистским тылам, в том числе и по штабу тыла XXXXXVI моторизованного корпуса фон Манштейна. Отряд уничтожил до 900 солдат и 100 автомашин, взял трофеи, даже машину с наградами, в том числе 'железными крестами'. Фашисты, наверное, авансом определили, кому и сколько давать крестов за Даугавпилс, Остров, Псков и Ленинград. Копцов шутил, что теперь вместо железных крестов фашисты получат деревянные. Отряд капитана Иванова навёл большую панику в тылу фон Манштейна и, не понеся потерь, возвратился обратно.

В боях за Даугавпилс исключительную доблесть проявили боец 91-го танкового полка дивизии Копцова красноармеец Середа. Находясь в составе разведгруппы, отважный украинец огнём пулемёта уничтожил 20 гитлеровцев и связкой гранат взорвал танк. В другой раз разведчик вернулся из разведки с двумя пленными. В разгар боя в районе Даугавпилса Середа решил захватить танк. Сильным и ловким броском он оказался на фашистском танке и ударом топора согнул ствол пулемёта. 91-й танковый полк тогда первым ворвался в Даугавпилс. В этом же бою отличились и другие части и соединения. Так танковая рота 45-го танкового полка 23-й танковой дивизии из 5 танков под командованием старшего лейтенанта Надежкина за день боя уничтожили 10 бронемашин, 4 противотанковых орудия, 5 мотоциклов. Лично сам Надежкин огнём своего танка подбил 2 бронемашины, 2 противотанковых орудия и уничтожил до 150 солдат.

Таким образом в первый же день контрудара в Малине и Даугавпилсе частями 21-го мехкорпуса Лелюшенко уничтожено 42 танка, 34 орудия, 32 миномёта, до 250 автомашин, много другой техники, оружия и боевого имущества. До 1000 солдат и офицеров убито и ранено, 300 вояк фон Манштейна сдались в плен, в том числе 12 офицеров.

С большим напряжением бой в Даугавпилсе продолжался всю ночь. 8-я танковая и 3-я моторизованная дивизии корпуса фон Манштейна всё напирали огромной массой войск и оказывали упорное сопротивление, особенно защищая мосты через Западную Двину. Дивизия Копцова продолжала вести решительный бой, но уже ощущался недостаток горючего и боеприпасов. На некоторых танках оставалось по два-три снаряда. Не лучше и у артиллеристов. В ходе трёхдневных боёв 26-28 июня 1941 года в Даугавпилсе и восточнее его, по XXXXXVI моторизованному корпусу фон Манштейна нанесён серьёзный встречный контрудар. Фон Манштейн потерял 52 танка, 59 орудий, 58 миномётов, более 600 автомашин, много другой боевой техники, убито и ранено около 2500 завоевателей, 600 фашистов сдалось в плен, в их числе 22 офицера. А самый главный результат - вместо стремительного наступления на Ленинград, фон Лееб остановлен на реке Даугаве и у Даугавпилса до 2 июля. Так ломали 'Blitzkrieg'.

Затем с боями танковая дивизия Копцова отступала к Холму по рубежам, участвуя в контрударах и контратаках на части дивизий II армейского корпуса, который в середине августа 1941 года, будучи обескровлен, в конце концов остановился и перешёл к обороне у города Холм.

Серым пасмурным утром 27 марта 1942 года 14 танков 7-й гвардейской танковой бригады Копцова с рубежа 300 метров восточнее реки Глушица двинулись в наступление на восток вдоль северной просеки 'коридора' снабжения 2-й Ударной армии, которую гитлеровцы называли 'просека Фридрих'.

Глушица начинается в болоте юго-восточнее села Малое Замошье. Течёт 28 километров на северо-восток, имея на всём протяжении от истока до устья с правой стороны шоссе с покрытием из брусчатки Чудово - Новгород и железную дорогу такого же направления - основу 'Волховского рукава'. Глушица впадает у деревни Глушица в реку Полисть. Крупных притоков не имеет, в основном небольшие ручьи со средней длинной около 3-х километров. По берегам буйно растёт ель, берёза, сосна, ива, ольха, осина. На заболоченных участках небольшие долины. Из кустарников - вереск и багульник. Растения разнообразны: мята, зверобой, чистотел, малина, одуванчик, черника, шиповник, донник, тмин. Очень много ягод - брусника, голубика, черника. В июле поспевает морошка, а в сентябре - клюква. Много грибов: белые, подосиновики, груздья, рыжики и волнушки. Часто попадаются мхи:

Дул сырой южный ветер. Оседал снег. Провалились накатанные зимние дороги. Везде лужи. Из-под снега появились неубранные трупы оккупантов. Красноармейцы называли их 'подснежники'. Опознавательные сигналы советских войск на 27 марта: две зелёных и одна красная ракеты, пароль - 'Смерть оккупантам', отзыв - 'Победа за нами'. Пароль и отзыв сообщены до комвзвода и политрука включительно, опознавательные сигналы сообщены - всем бойцам, командирам и комиссарам.

Вот раскатисто загрохотала советская артиллерия со стороны Волховского плацдарма. 30-й гвардейский миномётный полк 'Катюш' подполковника Корытько выполнил 10 дивизионных залпа, выпустив 1000 снарядов М-13 по разведанным целям. Ураганный огонь точно накрыл места сосредоточения резервов, склады, артиллерийские и миномётные позиции оккупантов в 'Долине смерти' между реками Полисть и Глушица. Гитлеровцы решили, что атаки продолжаться по-прежнему с востока и приготовления с запада проморгали. Luftwaffe не вызывали, их артиллерия исходный район не обстреляла.

Зато ВВС Волховского фронта уверенно разбомбили налётом 25 своих Пе-2 пункты перевалки боеприпасов SS Polizei-Division в 'Волховском рукаве', разрушили мост у Трегубово. Снабжение боеприпасами остановилось минимум на 1,5 суток. Советская артиллерия успешно обстреляла колонны подлецов и узкоколейку 'Stern'. На участке 'группы Каттнер' южнее Спасской Полисти советские штурмовые группы провели разведку боем с восточного направления.

Тем временем танки Копцова пошли развёрнутым строем по лесу, не выходя на просеку. Они оставались невидимы для авиации, артиллерийских наблюдателей и расчётов противотанковых пушек оккупантов, которых в коридоре уже находилось более 40 штук. В 200 метрах перед первым эшелоном танков шли два КВ-1 для того, чтобы вызывать весь огонь на себя и раскрывать местоположение огневых точек.

Второй атакующий эшелон танков имел на броне десант автоматчиков из мотострелкового батальона старшего лейтенанта Васильева из бригады Копцова, при этом танки буксировали за собой 'полковушки' и 'Зоси', чтобы закреплять за собой взятые рубежи. За танками двигался батальон 24-й 'харьковской' стрелковой бригады Девятова и рота мотострелков отдельными ударными группами. Прикрытие от атак с воздуха осуществлял зенитно-артиллерийский дивизион танковой бригады. В ротах бригады Девятова после полугода тяжёлых боёв и невзгод оставалось всего по 50-60 красноармейцев, но зато отборных, опытных воинов, прошедших огонь и воду.

Сам 41-летний полковник Девятов очень опытный и знающий командир. В Красной Армии с марта 1919 года. Воевал против Колчака и интервентов в Сибири. Ранен в голову. Переболел тифом. Сражался против Врангеля. Принимал участие в подавлении Кронштадтского мятежа эсеров. Отражал вторжение финских вооруженных фашистов в Советскую Карелию. Окончил 1-ю Петроградскую артшколу, КУКС артиллерии особого назначения в Москве, академию Фрунзе. Служил на разных должностях в артиллерии. Участвовал в боях с белокитайцами на КВЖД.

С октября 1938 года начальника артиллерии 15-го стрелкового корпуса. В августе 1939 года замкомандира 114-й 'иркутской' стрелковой дивизии Дальневосточного фронта, с начала Великой Отечественной войны командир этой дивизии. В сентябре дивизия переброшена на фронт и 13 октября 1941 года с марша вступила в бой с 7-й финской пехотной дивизией у села Вознесение Ленинградской области, организовала оборону по южному берегу реки Свирь. Девятов остановил финнов и отбросил, освободив Великий Двор, Кондратьевскую, Сергеевскую, Константиновскую, Спиридоновскую, Савинскую, Сяргозеро, Южные Бараки и другие. В январе 1942 года назначен командиром 24-й 'харьковской' отдельной стрелковой бригады.

Перед 'харьковчанами' находился настоящий лесной укрепрайон. Только ДЗОТов и блиндажей более 200 единиц. Операцией 'Прорыв' по приказу Мерецкова командовал опытный генерал Коровников. Власов находился на КП как наблюдатель, и как всегда вёл себя многозначительно. Коровников осуществлял операцию как положено. Перед наступлением танковые и пехотные командиры, механики-водители экипажей провели рекогносцировку местности и разведку подступов к переднему краю. Составлен план операции с упором на внезапный и массированный удар танков и пехоты. Продвижение по северной и южной просекам на всю глубину до Полисти ставило силы оккупантов под удар с флангов и тыла. Они оказывались в окружении и перед лицом неминуемого уничтожения. Быстрое сближение с оккупантами и прорыв на всю глубины исключали фланкирующий артиллерийский огонь и прицельные действия Luftwaffe.

Одновременно с востока на 'пробку' на коммуникациях 2-й Ударной армии начали очередное наступление хоть и не полнокровные, но опытные части 376-й стрелковой дивизии Исакова и 372-й стрелковой дивизии Сорокина. Перед ними укрепрайон из 150-200 ДЗОТов и блиндажей, 5 танков Pz.Kpfw.III, 35 противотанковых пушек, 5 зениток, 60 станковых и ручных пулемётов, 20 гаубиц, 30 миномётов, более 3000 солдат и офицеров. Мины, колючая проволока, 'спотыкач'. Такой удар молота по наковальне лишал оккупантов в 'Долине смерти' возможности отбивать атаки с востока и запада по очереди и маневрировать силами и огнём.

После сильнейшей артподготовки, уничтожив боевое охранение, танки КВ-1 и Т-34 первого эшелона войск Коровникова огнём, гусеницами и таранными ударами взломали первый восточный рубеж обороны гитлеровцев на центральной просеке и прилегающих участках леса. В ходе танковой атаки в 'Долине смерти' подбито 3 танка Pz.Kpfw.III, уничтожено огнём и гусеницами 30 ДЗОТов и блиндажей с гарнизонами, баррикады, завалы, защитные стены из шпал, проволочные заграждения, раздавлено 4 гаубицы, 25 станковых пулемётов, 2 зенитки и 19 противотанковых пушек, 12 миномётов, расстреляно, намотано на гусеницы около 400 оккупантов. III батальон полка Крайпе за два часа боя потерял свыше 160 человек, из них двух ротных командиров. Сам полк Крайпе оказался разгромлен - из 2200 человек в строю осталось 255. Крайпе получил тяжёлое ранение и его еле успели унести с поля боя.

Танки ринулись на командные пункты, миномётные позиции, гаубицы, палатки, склады, расположенные на 500 метров западнее. Отцепив от танков пушки, пехота принялась зачищать захваченный рубеж: прямой наводкой 'сорокопяток' расстреливала уцелевшие ДЗОТы, картечью выкашивала десятки подлецов вместе с кустарником. Ближний бой не раз переходил врукопашную. Пленных не брали. Танкам несколько раз приходилось возвращаться и добивать окружённые пехотой очаги сопротивления на северной и центральной просеках. От батальона 'сопровождения рейхсфюрера SS' в строю осталось 45 человек из 850. Зенитный дивизион SS 'Ost' потерял всё своё вооружение и его остатки стали пехотной ротой.

Вюнненберг и Альтрихтер подбрасывали под танковый и артиллерийский каток Коровникова всё новых солдат. Это происходило до тех пор, пока КВ-1 и Т-34 не стали буксовать в немецком мясе и серых тряпках из немецких мундиров, в зелёных тряпках от полицейской формы, и оливковых тряпках от формы стройбата. Советским танкистам приходилось выскакивать из своих машин и баграми вытаскивать из траков куски трупов оккупантов в клочьях формы, сплющенных касках-кастрюлях, измочаленной амуниции, мешающей движению гусениц. Настоящий ад. Унтер-офицеры продолжали нещадно гнать немцев в контратаки палками и ударам ног. 'Ничего, фрау ещё нарожают!'

КВ-1 в конечном счёте снесли всё, что оказалось на их пути: укрепления, танки, пушки, завалы, смертников. Совместными действиями танки и пехота на двух просеках и прилегающих к ним 1000-метровых полосах леса уничтожили более 1250 эсэсовцев и солдат 209-го пехотного полка 58-й пехотной дивизии, а также сапёров и строителей 'Организации Тодта'. Около 800 обезумевших завоевателей разбежались по лесу.

Перемешанные, частично уничтоженные и рассеянные подразделения 'группы Вюнненберга', 'группы Хольведе', 'группы Арнинга', 2-й моторизованной бригады отхлынули с просек в северном и южном направлениях. Они бросили своих убитых, тяжёлое вооружение. Останки разбитого полка Крайпе годились лишь для отправки на переформирование. Такая же судьба постигла батальоны 'группы Яшке'.

Вспомогательный удар вдоль южной просеки 'коридора снабжения', которую гитлеровцы называли 'просека Дора' наносили два танка Т-34 и 3-й стрелковой батальон 'харьковчан' половинного состава из бригады Девятова. Из-за небольших сил, наступление здесь шло не быстро, но верно. Девятов хорошо организовал бой.

Линию обороны, обращённую на восток, к вечеру уже с тыла атаковали 10 танков КВ и Т-34 с десантом автоматчиков мотострелкового батальона и при поддержке 2-го батальона 'харьковской' бригады. Танки как ураган промчались через КП батальона оккупантов, позиции миномётчиков, склады и начали уничтожать огневые точки у реки Полисть. Танк Т-34 старшего лейтенанта Олейникова уничтожил на взлётной площадке замаскированный самолёт Henschel Hs 126 'Костыль'. С востока к реке Полисть уже подошли с боем части 376-й 'кузбасской' стрелковой дивизии Исакова и 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Сорокина. Они приняли участие в истреблении окруженных в ДЗОТах, землянках и на полянах завоевателей. Лес оказался завален трупами оккупантов. Произошло побоище. После боя на позициях и вокруг них в зарослях насчитали более 1000 трупов.

К концу боёв в 'Долине смерти' танкисты Копцова с помощью 'харьковчан' уничтожили итого 115 ДЗОТов и блиндажей с пехотой, три танка Pz.Kpfw.III, четыре гаубицы, 21 противотанковую пушку, 25 крупнокалиберных пулемётов французского и бельгийского производства, 30 станковых немецких и чешских пулемётов, 27 миномётов, самолёт. Захвачены трофеи: два противотанковых орудия, 21 миномёт, 35 пулемётов, 6 противотанковых ружей, 40 пистолетов-пулемётов, 150 исправных винтовок, 4 радиостанции, 100 000 патронов, 2000 мин и снарядов, другое имущество, продовольствие, питьевая вода. Захвачено 8 пленных. Потери мотострелков бригады Копцова: 32 пало смертью храбрых, 98 ранено. 376-я стрелковая дивизия Исакова и 372-я стрелковая дивизия Сорокина имели свой счёт. Победа! Все ликовали! 'Харьковчане' и 'алтайцы' смеялись и обнимались!

После побоища один батальон 'харьковчан' развернулся на север, второй на юг. Гитлеровская артиллерия открыла ураганный огонь, но уже вслепую и слишком поздно. Компактных целей для неё не имелось. Красноармейцы без особых помех провели зачистку леса к северу и югу от центральной просеки, захватывая пленных и трофеи: пушки, миномёты, пулемёты, винтовки, продовольствие. Контратака батальонов 58-й пехотной дивизии и эсэсовцев удалось отбить легко и с большими потерями для подлецов. Те снова контратаковали, бросив в бой даже фельджандармов. Метель пуль и осколков летела над лесными завалами, не давая поднять головы, но 'харьковчане' отбили и эти контратаки.

В результате блестяще проведённой операции Коровникова оказалась расчищена на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии полоса леса длиной 5 километров с запада на восток, и шириной 2 километра вдоль центральной просеки с деревянным настилом и начатой строительством узкоколейки. Границами освобождённого 'коридора' являлись параллельные центральной просеке северная и южная просеки. На пересечении всех трёх этих просек с поперечными просеками, идущими через каждый километр с юга на север, центральная дорога просматривалась в дневное время и простреливалась артиллерией, ружейно-пулеметным огнём оккупантов. Но всю центральную дорогу в целом скрывал густой лес, и она могла подвергаться результативному обстрелу только при помощи корректировки.

После кровавого сражения в 'Долине смерти', вместо романтических штабных названий 'просека Дора', 'просека Эрика', 'просека Фридрих', старые солдаты и стройбатовцы 'Организации Тодта' промеж собой стали называть просеки только как 'дорога смерти' или 'Долина смерти'.

Много 'Долин смерти' породили человеческие войны и природные явления. История разных народов полна такими топонимами. До писаной истории наверняка тоже имелось множество своих 'Долин смерти'. Вот к примеру одну из 'Долин смерти' произвела на свет колониальная Британская империи во время Крымской войны с Российской империей. Во время небольшого Балаклавского сражения британская Лёгкая кавалерийская бригада: 17-й уланский, 4, 8, 11-й гусарский, 4-й и 13-й лёгкий драгунские полки - всего 673 всадников, пошли в 'мясную' атаку по долине, по краям которой стояла русская артиллерия и пехота, а в конце долины стояла русская артиллерия и кавалерия.

Главнокомандующий европейских войск Реглан недоумевал, почему кавалерия наступает не по той долине, по которой он приказал, атакует не редуты, а позиции русской артиллерии в глубине. Так или иначе, несколько разноцветных полков британской кавалерии пошли в самоубийственную 'мясную' атаку через Балаклавскую долину: породистые кони, стройные ряды кавалеристов в ярких мундирах, развевающиеся флажки на пиках. Командир бригады граф Кардиган в сине-вишнёвом мундире и меховой накидке с золотым шитьём.

Ситуация абсурдная. Все иностранные военные наблюдатели, журналисты, фотографы пришли в ужас от такой глупости, а французский генерал Боске произнёс: 'Это великолепно, но это не война! Это безумие!'

По движущимся рысью рядам всадников открыли огонь 24 русских пушки с Федюхиных высот, а также пушки с Кадыкиойских высот. Дистанция до русских пушек около 2,5 километров. Сначала русские стреляли гранатами и ядрами, а затем перешли с ядер на картечь. В дело пошли ружья и штуцеры стрелков четырёх батальонов Одесского егерского полка и 4-го стрелкового батальона, рассыпанные по склонам и у подножья Кадыкиойских высот, а затем вставшие в каре. К обстрелу подключились 8 пушки 3-я Донской казачьей батареи, стоящей поперёк долины в глубине.

Совершенное безветрие. Густой дым пушечных выстрелов, стоявший между гор, пыль от скачущей кавалерии оказались до того непроницаемы, что вокруг стало ничего не видно. Под градом ядер, картечи и пуль всадники перешли с рыси на галоп и сломали линии.

Стоящие в конце долины киевские и ингерманландские гусары из группы русского генерала Липранди: приводящие себя в порядок после предыдущего боя с тяжёлой кавалерийской бригадой англичан, начали отход к акведуку и Чёрной речке. Передние ряды англичан, наконец, достигли линии пушек 3-й Донской батареи и стали рубить артиллеристов. Один из британских офицеров, опьянённый коньяком, видом и запахом крови, пытался душить казаков голыми руками, другой истерически кричал от страха, нападая на людей. Погибли и получили ранения 33 казачьих артиллериста. Англичан контратаковали 300 донских казаков и опрокинули их. По мере подхода остальных английских полков, в свою очередь казаки начали отход к остальным силам русской конницы.

В сумятице боя англичане бросили своего начальника. Кардиган оказался в одиночестве среди казаков. К счастью его узнал один из русских офицеров - польский князь Радзивилл. Он с графом Кардиганом познакомился на одном из лондонских раутов ещё до войны. Он приказал казакам взять генерала живым. Казаки окружили Кардигана и, держась на расстоянии, пытались пиками вытолкать его в сторону русских, но графу удалось выскользнуть и удрать. А если бы его не узнал поляк Радзивилл и казаки стали стрелять?

Теперь уже англичане начали отход. Русская конница двинулась за ними медленной рысью. Англичане, сбившись в пёструю кучу из 100 всадников, снова ринулись в бой. Русские в пыли и дыму бой не приняли и отошли к Трактирному мосту через канал перед Чёрной речкой. Началась весьма бестолковая перестрелка из карабинов и пистолетов. Казаки предприняли обход англичан с тыла. К англичанам подошло ещё 55 всадников, но когда в тылу англичан показались три эскадрона русских улан 2-го сводного маршевого уланского полка Еропкина, ехавших с юга по долине к Трактирному мосту, остатки англичан начали быстрое отступление. Уланы пустились в галоп и ударили англичанам во фланг.

Всё перемешалось, закипела рукопашная схватка: англичане отбивались саблями от уланских пик. Еропкина атаковали офицер и два рядовых кавалериста. Одного из нападавших Еропкин застрелил из пистолета, другого ранил саблей его вестовой, третьего Еропкин оглушил двумя ударами кулака в лицо и висок. Англичане ударились в бегство. Уланы преследовали бегущих по долине до 4-го редута, а затем начали возвращаться на исходную позицию.

В этот момент из пыли показалась группы отступающих от Чёрной речки английских гусар в тёмных доломанах и на тёмных лошадях из 8-го гусарского полка Шевелла. Они побоялись сражаться с уланам. Стреляя из револьверов, англичане рассыпалось на мелкие группы и в одиночку, и что было духу проскакали между групп улан. Их не преследовали. Это дало возможность 7 русским пушкам 7-й лёгкой батареи, а также стрелкам Одесского егерского полка и 4-го стрелкового батальона начать с Кадыкиойских высот уничтожающий обстрел.

Если бы генерал Канробер не направил четыре эскадрона французских конно-африканских егерей атаковать русскую артиллерию на Федюхиных высотах, никто из Лёгкой бригады не вернулся бы назад. Но русским пришлось увезти с этих высот пушки из-за атаки африканцев.

Вся атака Лёгкой бригады заняла 20 минут и стала финалом Балаклавского сражения. Сразу поле боя в её строю осталось 195 человек в ободранных, перепачканных кровью и пылью мундирах. Многие ранены и без лошадей. Бригада потеряла 289 человек, 475 лошадей, 189 человек пропали без вести. Впоследствии бригада как кавалерийская уже не использовалась.

Поразительна не только глупость атаки, закончившейся разгромом атакующих и их бегством, но и то, что за этот военный позор шестерым бегунцам вручили высшую военную награду колониальной Британской империи Крест Виктории, сделали этот позорный бой одним из культовых событий британской истории. Известный поэт Теннисон написал стихотворение. Листовки с ним распространялись в армии в Крыму для поднятия боевого духа, оно стало частью военного фольклора, вошло в британскую школьную программу. Кроме того, атаке Лёгкой бригады посвящён художественный фильм 1936 года. Вот хоть плюнь в глаза - всё божья роса! Это переворачивание с ног на голову - типовой приём военной пропаганды, 'мюнгхаузеновщины', которую всегда использовали и используют страны капиталистов. Так у англичан появилась 'Долина смерти':

Ещё одну 'Долину смерти' породили англичане с помощью журнала 'Times'. Так в 1917 году журналисты назвали болгарские позиции на Салоникском фронте у реки Вардар и Дойранского озера после множества лобовых атак англичан с огромными потерями. Британская колониальная империя с февраля 1917 года в своей привычной манере заваливания трупами вела наступление для разгрома армии царя Болгарии Бориса, в частности против 9-й Плевенской пехотной дивизии Вазова у реки Вардар и Дойранского озера. Первое наступление в феврале болгары отбили артиллерией. Далее английские атаки шли с апреля по май. Кровавая бойня случилась 8-9 мая. Англичане потеряли в 'мясных' атаках 12 000 убитыми, ранеными и пленными из 48 000 своих войск. Потери 9-й Плевенской пехотной дивизии составили всего 2000 человек, из которых 900 умерли от болезней и ран. Только и умеют капиталисты, что пушечным мясом забрасывать!

Одну из 'Долин смерти' произвели немцы возле деревни Скробово. Вот они, эти холмы, покрытые густой травой, цветами и деревьями. Вокруг подёрнутое тиной топкое болото, засасывавшее любого, кто осмеливался сделать хоть шаг. Невозможно поверить, что тут погибли многие тысячи людей: Здесь в ноябре 1916 года у позиций 8-го гренадерского Московского полка рядом с холмом 'Фердинандов нос' немцы впервые на Восточном фронте применили огнемёты. Они поливали русских солдат не только пылающей смесью, но и составом, похожим на серную кислоту, который разъедал всё, на что попадал.

Но у немецких капиталистов имелось оружие и пострашнее огнемётов - отравляющие вещества, химическое оружие. Широкое применение Германией отравляющих веществ с весны 1915 года застало российскую армию врасплох. 18 мая 1915 года, спустя 10 месяцев после начала войны, у деревень Болимов и Воля Шидловская немцы на 12-километровом фронте применили 120 00 газовых баллонов. Российские 55-я пехотная и 14-я сибирская стрелковая дивизии потеряли от химической атаки более 9000 человек, в том числе 1183 умершими.

У прогнившей капиталистической колонии Запада - Российской империи отсутствовала химическая промышленность и императорская армия Николая II сперва ничем не могла ответить и даже защититься. Жидкий хлор до войны полностью импортировался в Российскую империю из-за границы. Пришлось патриотам-имперцам налаживать производство с нуля в условиях войны и блокады. В августе 1915 года российская армия получила лишь 2 тонны хлора - капля в море, и только через 1,5 года, к началу 1917 года, когда в стране уже настала разруха, а война оказалась из-за разрухи практически проиграна, выпуск достиг 9 тонн хлорного газа в сутки.

Попытка производить хлор на заводе 'Русский Электрон' в Славянске на Донбассе, который вырабатывал хлорную известь из местной каменной соли, показательна - завод на 9/10 принадлежал гражданам Франции. В 1915 году французский завод оказался единственным производством в России теоретически способным быстро дать хлор в промышленных масштабах.

Далее вступили в действие законы капитализма для экономически зависимых стран. Французы получили на цели производства от царских чиновников громадные субсидии и поделились ими с теми же чиновниками. Коррупция - способ капиталистов, в том числе зарубежных, управлять правительством закрепощённой страны. В результате, за лето 1915 года завод не дал ни тонны хлора! После этого управление заводом царь национализировал и передал своим военным. Капитализм не сработал. Дипломаты и газеты Франции подняли шумиху о нарушении интересов французских собственников в России и в январе 1916 года управление заводом царь возвратил французской администрации и даже предоставил новые кредиты. Вот что значит для России быть колонией Запада. Такой России хозяева на Западе победить не дадут. До конца войны завод в Славянске так и не вышел на выпуск хлора в количествах, предусмотренных контрактами. Французы: Что уж говорить, если весной 1916 года Московское бюро Химического комитета при Главном артуправлении Генштаба возглавил инженер французской военной миссии Фроссар!

Попытка получить в России из хлора газ фосген и хлорпикрин от частной промышленности также провалилась - русские частные собственники, несмотря на всю свою имперско-патриотическую демагогию, завышали цены. При этом вследствие отсутствия достаточных промышленных мощностей не могли дать гарантии своевременного выполнения заказов. Ну как же! Они же многие десятилетия всю прибыль вывозили за рубеж и там капитализировали в недвижимость, производства, вклады, предметы роскоши. Хрестоматийный пример вывоза капитала из колонии при капитализме.

Переписка по вопросу строительства химических заводов на промышленной базе Финляндии, входившей тогда в состав Российской империи, тянулась с финляндским Сенатом долгие месяцы. 'Военно-химические заводы' в Варкаусе и Каяане к 1917 году так и не запустили.

В силу изначальной слабости российской промышленности атаковать немцев 'отравляющим' оружием в 1915 году не удалось. Закупив хлор где только можно, русская армия впервые применила химическое оружие 21 марта 1916 года у озера Нарочь в Минской области, выпустив 10 000 снарядов с фосгеном. Создать нужную концентрацию отравляющих веществ естественно не удалось, и потери немцев оказались незначительны.

Для того, чтобы добиться хотя бы тактического результата немецкая армия кайзера Вильгельма II в марте 1918 года при артподготовке против 3-й британской армии выпустила 250 000 снарядов с ипритом! Химоружие не только убивало и ранило - при массовом и долгом применении оно делало временно небоеспособными целые дивизии.

Немцы травили беззащитных по милости царя русских солдат вовсю и как хотели. Так у белорусского города Сморгонь в ночь на 20 июля 1916 года немцы отравили газом 3846 солдат и офицеров Гренадерской кавказской дивизии.

Николаю II пришлось забыть о том, что капитализм может защитить страну, и кровь из носа создавать государственные 'военно-химические заводы', чтобы армия не восстала против него, и так уже имевшего в народе прозвище 'Кровавый'. Первое госпредприятие по выработке хлора заработало в украинском селе Глобино на Полтавщине на территории одного из самых больших в Российской империи сахарных заводов. Но и здесь техническая отсталость России и бешенная коррупция привели к тому, что предприятие строили больше года! Зато подрядчики и чиновники, сговорившись, украли 1/3 от сметной стоимости строительства. 'Глобинский военно-химический завод' смог начать выпуск фосгена и хлорпикрина только накануне февральской революции 1917 года, когда Россия уже впала в разруху по милости частных собственников и чиновников.

Аналогичная история случилась со строительством второго крупного госпредприятия по производству химического оружия в Казани. Первый фосген 'Казанский военно-химический завод' выпустил только в 1917 году, на третий год войны.

С противогазами та же история. До лета 1916 года выпуск противогазов оставался крайне мал - в июне 1916 года в войска Николая II их поступало не более 10 000 штук в день, в то время как для надёжной защиты армии их требовались миллионы.

Попытка царских войск 6 сентября 1916 провести газовую атаку у Смердыни закончилась катастрофой. Использовались 500 больших и 1700 малых баллонов наполненных хлором. Через 12 минут порыв ветра отнёс часть облака в русские же окопы. При этом немцы огнём миномётов разбили в русских окопах 6 баллонов с газом. Концентрация газа в окопах оказалась столь велика, что у русских солдат полопалась резина на противогазах.

Отсталая колония Запада - Российская империя так и не смогла сравняться ни с Германии, ни со странами Антанты, которые затем стали агрессорами-интервентами против России же, в количестве и 'ассортименте' химснарядов. Русская артиллерия в общей сложности получила менее 2 миллионов химических снарядов в то время, как артиллерия Франции за годы войны получила свыше 10 миллионов таких снарядов. Когда же в войну вступили США, то их промышленность к ноябрю 1918 года лишь за один месяц производила почти 1,5 миллиона химических снарядов - то есть за 2 месяца выпускала больше, чем вся отсталая царская Россия смогла выпустить за 2 года войны. Куда утекали из России капиталы, там и жизнь лучше, и с оружием, естественно тоже! Что говорить, если сам Николай II положил во французские банки барона Ротшильда, английский банки лорда Ротшильда, банки Моргана в США деньги и ценности на сумму, равнозначную государственному долгу России!

И вот результат такой отсталости - потери российской армии только от химического оружия - 56 000 убитыми и около 420 000 отравленными! Общие потери армии убитым 2 миллиона человек, 5 миллиона ранено, 2,5 миллиона военнопленными, 3 миллиона небоевые санитарные потери. В это время сверхприбыли частных собственников достигли максимума, а французские булки хрустели в тылу так, что часть войск решила повернуть штыки вовнутрь, чтобы прищучить капиталистических мародёров:

В устроенной частными собственниками Первой Мировой войне от химического оружия пострадало 1,3 миллиона человек. За 1918 год англичане потеряли от химоружия 115 700 солдат. Среди всех потерь армии США в 1918 году свыше 1/4 приходилось на применение немцами химического оружия:

Получил свою 'Долину смерти' Николай II Кровавый и как Верховный Главнокомандующий. 'Долину смерти' для русской лейб-гвардии. По приказу Кровавого на Юго-Западный фронт для прорыва к Ковелю летом 1916 года отправилась лейб-гвардия - главная силовая скрепа самодержавия. Эти отборнейшие войска к 1916 году ещё сохранили старых офицеров и солдат довоенной выучки, воспитанных в духе преданности своему монарху, любви к Отечеству и готовности выполнить свой долг любой ценой. Лейб-гвардию после 1915 года отвели в тыл, где учили воевать по-современному: применять гранаты, штурмовать окопы. Снабдили дополнительными пулемётами. Лейб-гвардию возглавлял потомок старинного рода генерал Безобразов. Комфронта Брусилов по совету царского начштаба Алексеева, будущего заговорщика и создателя белогвардейской Добрармии, сформировал из 3-х армейских корпусов лейб-гвардии ударную группировку, дополнив её двумя армейскими корпусами, и 3-й армией из 4-х армейских корпусов.

С грустью и недоумением глядели лейб-гвардейцы на поле будущей атаки, которые выбрали до них Брусилов и Алексеев: открытая и плоская как ладонь полоса суходольских болот до самого Ковеля, река Стоход поперёк.

Но делать нечего. На рассвете 15 июня лейб-гвардейцы поднялись в лобовую 'мясную' атаку. Роты шли по-гвардейски, цепь за цепью, мерно, настойчиво. Впереди офицеры в золотых погонах с полковыми знаками на груди. За ними солдаты с отличительными кантами на защитных рубахах. Шли завалить немцев трупами. За ними волнами шли на бойню резервные роты: Проходов в проволоке оказалось мало, немецкую артиллерию и пулемёты не подавили, затягивало болото. Сотнями гибли солдаты под пулемётным и артиллерийским огнём по всей линии за сверхприбыли частных собственников. Безобразов из-за болотистой местности перенёс удар левее назначенного Брусиловым пункта и смог выйти к Стоходу, но лейб-гвардейцы понесли огромные потери, а все резервы Брусилов направил в 3-ю армию, захватившую плацдарм на другом берегу. Несмотря на огромные жертвы лейб-гвардия не смогла закрепиться на левом берегу, а 3-ю армию с плацдармов выбили. Брусиловское 'мясное' наступление остановилось.

В этой бойне у Стохода, где царские генералы бездарно уничтожали цвет армии, участвовали многие будущие белогвардейцы, предавшие во время Февральского переворота 1917 года своего императора: лейб-гвардии Преображенского полка капитан Кутепов, лейб-гвардии Финляндского полка штабс-капитан Слащёв, лейб-гвардии Кексгольмского полка капитан Витковский, лейб-гвардии Кавалергардского полка ротмистр Ливен. Адъютантом Безобразова являлся Родзянко, разведку в штабе лейб-гвардии возглавлял капитан Люденквист. Насмотревшись на военные художества царя и его дворян, будущие белогвардейцы решили, что частные собственники станут воевать лучше. Именно лейб-гвардия стала силовым катализатором Февральского переворота 1917 года - лейб-гвардии Волынский полк. Лейб-гвардия, правда уже без своих старших офицеров, заставила казаков бросить охрану Зимнего дворца и Временного правительства во время большевистско-эсеровского Октябрьского переворота 1917 года. Затем лейб-гвардия подавила восстание юнкеров в Петрограде. Когда пришло время воевать самим, белогвардейцы проиграли всё, как проиграли сражение на Стоходе будучи лейб-гвардейцами. Могли ли победить на поле боя белогвардейцы и их хозяева интервенты, имея таких бездарных руководителей вроде Алексеева, Кутепова, Слащёва и иже с ним?

Царь не успокоился и 18 августа 1916 года в районе 8-й армии Каледина он с Алексеевым начал новое наступление. Ударной силой опять стала лейб-гвардия. Алексеев, будущий заговорщик, будто нарочно хотел сжечь лейб-гвардию в лобовых 'мясных' атаках, оставить Николая II без главной силовой опоры. Ему это удалось.

Наступление встретил ураганный огонь немцев. Окопы первой и второй линий переходили в руки русских, но за ними оказывались ещё и ещё линии и огонь свежих частей, что приводило либо к залеганию у проволоки, либо к отступлению. Потери снова оказались катастрофическими. Так в одной из рот лейб-гвардии Преображенского полка из 200 человек в бою 3 сентября убито и ранено 153 человека. Линию фронта у Стохода лейб-гвардейские офицеры назвали 'Долиной смерти':

В феврале-марте 1918 года в Финляндии во время Гражданской войны возникла 'Долина смерти' - 'Kuolemanlaakso'. Спустя два месяца после того, как Ленин, Сталин и другие члены Совета народных комиссаров РСФСР подтвердили государственную независимость республики Финляндии, 27 февраля 1918 года 2-й красный финский Карельский батальон и 4-й отряд финской Красной гвардии - около 600 человек с боем захватили железнодорожную станцию Рауту - Сосново. Отсюда до границы с Советской Россией 8 километров. 250 местных белогвардейцев Ляхениеми не дали им пройти дальше, перекрыв и разрушив железнодорожные пути. На помощь финским красногвардейцам прибыли около 600 рабочих Сестрорецкого оружейного завода. Военное дело они знали плохо.

После затяжных боёв главнокомандующий белых Маннергейм - бывший генерал-лейтенант армии Николая II, прислал к Рауту значительные подкрепления под командованием полковника Сихво, части 1-го Карельского полка шюцкора майора Эльфенгрена - бывшего офицера русской армии, а также батальон егерей Оша. Подошедшее силы белогвардейцев имели большой фронтовой опыт. Сихво и Ош вместе с другими финскими добровольцами воевали совместно с немцами в составе 27-го егерского батальона против русских на Восточном фронте.

Белофины окружили красных финнов на станции, взорвали мосты, устроили позиции, проложили связь, натянули колючую проволоку. Хитростью захватили бронепоезд красных, который действовал на участке между Раасули - Орехово и Рауту - Сосново. Захватили также поезд снабжения, 5 пулемётов и 100 артиллерийских снарядов. 200 красных смогли прорваться из Рауту в сторону Петрограда.

По позициям красных с разных сторон белые вели огонь из двух полевых и одной тяжёлой батарей. Один штурм красные отбили: с обеих сторон большие потери, примерно по 200 человек убитыми. 5 апреля красногвардейцы уничтожили своё тяжёлое вооружение и с обозом двинулись со станции Рауты в сторону границы. Шли длинной колонной в 1150 человек по Кексгольмской дороге. 3/4 из них финны, 1/4 - русские. Среди отступавших женщины и дети.

Когда в долине ручья Кюльмяноя между горкой Пёлёнмяки и деревней Маанселькя образовался затор из обозов, выяснилось, что в Маанселькя и расположенной рядом усадьбе Маанселькя занял оборону отряд Оша: 75 белогвардейцев с двумя пулемётами. Начался расстрел колонны. Люди заметались, побежали в лес. В апреле снег глубокий, тяжёлый. Сверху наст. В него проваливались как в капкан. Со стороны станции к белым подошло подкрепление. Красных окружили. Начался тяжёлый бой. Деревья разбивало пулями. Дома около дороги превратились в решето - дырки от винтовочных пуль на всей мебели. В домах в живых никто не остался. В бою убито 400 красных и 200 белых. 160 красных смогли прорваться.

Первым поднял белый флаг русский военврач. Взметнулись другие белые флаги и стрельба понемногу утихла. В плен попали 140 человек, включая женщин, санитарок и детей. Командир русских красногвардейцев Пригоровский не захотел сдаваться и взорвал себя гранатой.

На следующий день местные принялись копать могилы для красногвардейцев. Рыли яму десятиметровой длины и двухметровой глубины, шириной в человеческий рост. Трупы привозили из леса на лошадях. Несколько человек укладывали убитых в могилу как дрова в поленницу, другие посыпали известью. Ряд и затем сверху слой извести, - ещё ряд и опять известь. Документы собрали из карманов и сожгли без разбора. Сверху убитых засыпали землёй, слоем примерно в полметра. Из оставшейся земли набросали холм. Присутствовали лишь те, кто решился смотреть. Ни отпевания, ни колокольного звона, ни оплакивания. Будто мусор закопали. Некоторые тела обнаружили под снегом спустя неделю. Финны назвали долину ручья Кюльмяноя 'kuolemanlaakso' - 'Долина смерти'.

В сентябре 1941 на Украине появилась 'Долина смерти' в 'Яновском трудовом лагере' DAW Janowska. Расисты Гитлера организовали его для евреев из львовского гетто - третьего по величине после Варшавского и Лодзинского гетто. В октябре там находилось 600 евреев. С нового года в лагерь отправляли поляков и украинцев, которых потом перевозили в Майданек. Охраняли лагерь служащие SS и SD, военнопленные и местное население.

Сама 'Долина смерти' находилась ниже лагеря под песчаной горой Пески. Здесь расисты проводили массовые расстрелы. Земля и песок на 1,5 метра пропитались кровью. Во время пыток, истязаний и убийств здесь всегда играла музыка. Комендант лагеря унтерштурмфюрер SS Рокита, который отличался исключительными садистскими наклонностями, перед войной работал скрипачом в кафетериях. В концлагере негодяй собрал себе оркестр из лучших львовских музыкантов, людей с европейским, а то и мировым именем. Во время казней оркестр исполнял оригинальное танго, во время пыток фокстрот. В другое время оркестр мог часами играть под окном начальника концлагеря вместо патефона:

С августа 1941 года на территории поселка Кунья Куньинского района на юго-востоке Псковской области оккупанты устроили лагерь для военнопленных. Военнопленные прозвали лагерь 'Долина смерти'. В лагерь согнали 4000 бойцов и командиров Красной Армии, тех кто своим мужественным и умелым сопротивлением обескровил группу армий 'Север' и не дал ворваться в Ленинград.

Называли люди 'Долиной смерти' и природные урочища. Есть к примеру 'Долина смерти' в Калифорнии США, в пустыне Мохаве. Самое жаркое место на Земле. В июле 1913 года здесь зарегистрировали + 57 градусов по Цельсию в тени:

Есть 'Долина смерти' на Камчатке у подножия вулкана Кихпиныч у слияния трех истоков реки Гейзерной. На территории длиной два километра и шириной 200-400 метров с мая по октябрь погибают десятки животных и птиц из-за высокой концентрации ядовитых газов, которые оказывают быстрое нервно-паралитическое действие. В токсичных газах содержится сероводород, сероуглерод, углекислый газ, синильная кислота и её легколетучие, очень токсичные производные.

В основном погибали мелкие грызуны и птицы семейства воробьиных, поскольку ядовитые испарения стелились прямо над землёй. Гибли также крупные животные. С момента обнаружения 'Долины смерти' в ней нашли не менее 25 медведей. Находили погибших росомах, лисиц, белоплечих орланов и даже редких для этой местности рысей и волков. Местные зимующие и первые перелётные птицы слетались на оголённую землю в поисках семян и тут же попадали под действие ядовитых газов. Их смерть - дело нескольких секунд. Дальше складывалась цепь: мелкие воробьиные птицы погибали первыми, затем - спускающиеся к ним лисицы, позже - привлечённые падалью росомахи и медведи, а из крупных птиц - вороны и беркуты.

В 'Ущелье смерти' в Аризоне и 'Мёртвом ущелье' неподалеку от Йеллоустонского парка в США гибнут серые медведи гризли. На острове Ява в Индонезии существует шесть 'Долин смерти'. Там причиной трагедий является углекислый газ вулканического происхождения, скапливающийся в приземных слоях воздуха.

Но все же больше всего 'Долин смерти' на Земле создали жадные, завистливые, злые, подлые люди. Вот и лесные заболоченные просеки западнее Мясного Бора после побоища конца марта 1942 года стали 'Долиной смерти'. Деревня Мясной Бор, когда-то просто Бор, где раньше принимали у местного населения скот для отправки по железной дороге и шоссе в Санкт-Петербург, теперь стала ассоциироваться с кровавыми ошмётками, которые оставались от людей, в которых попали снаряды, бомбы, оказавшихся под гусеницами танков:

Спустя 6 суток кровавых боёв, к вечеру 28 марта бойцы 376-й и 382-я стрелковых дивизий закончили зачистку 'коридора' шириной 800 метров вдоль центральной просеки 'дороги жизни' 2-й Ударной армии. К великому горю большие потери понесли не только оккупанты. Численность дивизии 'шахтёров' в этих непрекращающихся кровопролитных боях колебалось с учётом пополнения вокруг цифры в 3000 человек.

Сразу после того, как смолкли выстрелы у центральной лежневой дороги, по ней пошла колонна из 30 грузовиков 868-го автотранспортного батальона капитана Введенского. Полуторки везли окружённым фураж, боеприпасы, горючее, муку, сахар, сушёную рыбу, сало, гороховый концентрат. Бойцы 2-й Ударной армии каждый грузовик встречали криком 'ура!'

Всего Мерецков для отправки заранее приготовил 200 грузовиков автотранспортных батальонов грузоподъёмностью 3 и 5 тонн с грузом общим весом около 700 тонн. 'Хитрый рязанец' чётко реализовывал то, ради чего выбивал 'пробку' из 'коридора'. Грузовики отправлялись группами по 5 машин. Очень вовремя - 170-й полевой хлебозавод армии Власова выпекал уже хлеб с примесью измельчённой берёзовой коры, вернее берёзового луба.

Древнерусский способ. Между корой и древесиной берёзы есть тонкий мягкий слой - камбий. Весной он набухает и его можно есть сырым. Когда камбий высыхает, его лучше сварить или высушить. Из него получается вполне вкусная витаминная каша.

В голодные годы, а их на Руси случилось несчётное множество, лесные жители лубом спасались от смерти вместе с другими народными способами. Пока европейцы в голод ели друг друга, русские ели: берёзы. Луб собирали впрок по весне, когда берёза насыщалась соком и появлялась возможность легко снять кору со ствола. Луб жевали как семечки, часть выплевывая, а часть съедая. Он легко жевался, ломался, а в сушёном виде перемалывался.

Полностью хлеб из луба испечь нельзя. Но экономичный хлеб с берёзовым лубом довольно вкусен по-своему - сладковатая деревянная нотка, ореховый привкус и лёгкая горчинка. Хлеб, выпеченный с использованием муки из березовой коры, спасал от диабета и помогал от ожирения. Бойцам 2-й Ударной армии ожирение не грозило - лишь бы дистрофия не развивалась.

На перекрёстках с поперечными просекам и в долинах рек Полисть и Глушица грузовики от пулемётно-винтовочного огня спасало то, что они шли между своими и вражескими подбитыми и застрявшими танками, бронетехникой, транспортом. По всей линии маршрута по краям дороги в канавах прятались бойцы рабочего батальона. Если какая-то машина застревала, красноармейцы тут же бросались её вытаскивать.

Едва первая пятёрка полуторок ГАЗ-АА достигла реки Глушица, начался миномётный обстрел. Первая и третья полуторки вышли из строя из-за миномётного огня. Другие взяли их на буксир и вернулись. Вторая попытка тоже провалилась. Следующую попытку сделали в темноте. Прошли. На запад обратными рейсами начали вывоз раненых и тылового имущества.

При ночных налётах бомбардировщики сбрасывали осветительные бомбы, и пока они 5-7 минут висели на парашютах, стервятники бомбили лежневый настил. Если сапёров не видно, и не известно, когда они появятся, раненые, кто мог, выгружались из кузовов, собирали уцелевшие размётанные брёвна, жерди и наскоро сооружали настилы в обход воронки. Часто выигрыша во времени не получалось -брёвна и жерди расползлись под колёсами, и тогда грузовики по оси садились в торфяное месиво.

Тогда на помощь приходили 'харьковчане' и мотострелки-гвардейцы, которые держали оборону на этом участке. Они напускались на шофёров и военфельдшеров за неумелую 'самодеятельность' в починке дороги. Дескать, коли уж взялись, то надо делать не тяп-ляп. Выгружали из кузова неходячих. Подавали через борт несколько стопок плоских предметов - химические грелки. Они хорошо грели.

Неустанная забота всей страны о красноармейцах, и прежде всего о раненых, имела самые неожиданные грани, вроде этой многоразовой фронтовой грелки, произведённой на Московском химическом заводе Войкова. Полевую грелку для войск разработали во время 3,5-месячного Финского похода Красной Армии на основе экспериментальных работ Главного санитарного управления Народного Комиссариата Обороны Ворошилова для индивидуального обогрева в холодное время бойцов сторожевого охранения, дозоров, раненых. На опытном заводе Гипроцемента и на Ленинградском цементном заводе наладили массовое производство химических грелок и порошка для них. На Нижне-Салдинской цементно-помольной установке в Свердловская область изготовили для грелок 4000 тонн порошка.

Внешне грелка представляла собой небольшую прямоугольную сумочку из коверкота, отходов производства прорезиненных летних пальто комсостава. Сумочка застёгивалась на две пуговицы. Внутри инструкция по применению и небольшой брезентовый непромокаемый пакет с порошком. Если налить в отверстие пакета 50 грамм воды, перемешать её с порошком внутри пакета в течении 3-5 минут, то начиналась химическая реакция, до 20 часов вырабатывающая тепло. После остывания требовалось долить воды ещё раз. До смены порошка грелку использовали доливанием до 10 раз. Хватало на сутки. Надо ли объяснять, что это такое для бойца, лежащего к примеру на поле боя при 30-градусном морозе, подушка с температурой горячей батареи водяного отопления?

За октябрь-ноябрь 1941 года Научно-исследовательский институт удобрений и инсектицидов создал также уникальную химическую грелку, выполненную в виде стелек сапог или валенок. Это простое и недорогое устройство начинало действовать при заливке в него 15 граммов воды, сохраняя тепло в течение 19 часов, согревая бойцов в зимнюю стужу. У немецкого солдата в подошве сапога железные гвозди, подводящие мороз прямо к стопе, а у советского бойца химическая стелька в валенке. Видно, насколько разный подход к сохранению здоровья и жизни людей?

Выполненная в виде матраса, грелка использовалась для перевозки тяжелораненых. Она также облегчала в морозные дни запуск танковых и автомобильных двигателей, использовалась для подогрева пищи. В Ленинграде в тяжелейшую зиму 1942 года использовали грелки заполненные смесью хлористой меди и железных стружек. От одной заправки водой такие грелки работали 60-70 часов. Они спасли тысячи жизней:

Жерди и брёвна, перебитые бомбой, красноармейцы подкладывали под колёса застрявших грузовиков, целые - служили рычагами-вагами. Натужно выл мотор. Колёса с цепями с треском перемалывали и вминали в торфяную кашу подкладки. Всё под забористый мат. Злые, как черти, охваченные спортивным азартом 'харьковчане' хриплыми, простуженными голосами крыли волховские болота, распутицу, Гитлера и Геббельса, фашистского лётчика, шофёра, суковатую ель и ломкую ольху, поминали печёнки и селезёнки, чёрта и дьявола. Только раненых, кого везли грузовики, не трогали. Раненые - мученики, святее самого господа бога.

Крестьянские телеги с бортами лесенкой для перевозки сена, соломы, снопов, с тремя-четырьмя ранеными в это время могли не застревая спокойно обогнуть повреждённый участок лежневки. Санитары-повозочные шли с вожжами в руках и управляли тощими клячами. Крепко доставалось от ухабов и рытвин такой дороги и телегам, и возчикам и клячам. Но больше всего мученикам - раненым.

Когда поблизости взрывались мины, вздымая высокие чёрные фонтаны, одни бойцы ложились вдоль бортов грузовика, другие ползли в стороны. Заморозок: под ползущими хрустит ледяная корка, насквозь промокают ватные брюки и рукавицы. А как быть лежащим на совершенно незащищённом и немного возвышенном месте раненым?

Острая проблема снабжения сохранялась. Кроме того, что наиболее удобную дорогу Мостки - Ольховка освободить не удалось, даже северная и южная просека не могли нормально использоваться, так ещё в междуречье Глушицы и Полисти, всего в двух километрах севернее северной просеки снабжения, среди леса на больших полянах в 'языке Ванделя', или как его ещё называли оккупанты 'пальце' 'Волховского рукава', находилось осиное гнездо Линдеманна. Здесь собралась мощная группировка из 15-18 батальонов пехоты, артиллерийские позиции - более, чем 20 гаубиц, миномёты, в том числе 6-ствольные, бронетехника, зенитки. Оккупанты в двух километрах от коммуникаций 2-й Ударной армии соорудили блиндажи, склады, штабы, лабиринт стен из брёвен и торфа в рост человека, два мощных опорных пункта круговой обороны, сеть ДЗОТов между ними, огневые позиции, мины, колючая проволока. Всё это базировались на лежневых дорогах бывших лесозаготовок. Подлецы дополнили их сетью более мелких лежневых 'вельветовых' дорог. Получился лесной укрепрайон в духе Первой Мировой войны. Оккупанты соединили его с тылами и складами в Большом Опочивалово узкоколейкой 'Stern' и лежневой дорогой. Станции этой военно-полевой железной дороги даже имели названия как улицы Берлина. Первая станция от Большого Опочивалово на юг называлась Unter den Linden - 'Под липами':

В этом 'осином гнезде' площадью 8 квадратных километров Линдеманн мог скрыто накопить силы двух-трёх пехотный дивизий и снова бросить их при поддержке огромной массы артиллерии и авиации на коммуникации 2-й Ударной армии. Но пока что гитлеровские подлецы-генералы из-за разгрома своих войск в 'Долине смерти' испытали полный шок. Страх перед возможностью потерять 'Волховский рукав' так же, как они потеряли позиции в 'Долине смерти', заставил их усиливать оборону у Трегубово. Участок 'группы Хойн' теперь возглавил майор Маркс, имеющий репутацию безжалостного палача. 'Группа Маркс' кроме танковых, артиллерийских, сапёрных и строительных частей имела для защиты Трегубово с востока I батальон 425-го пехотного полка, I батальон 271-го пехотного полка, I батальон 506-го пехотного полка, III батальон 377-го пехотного полка. Как же непохож стал это Wehrmacht на тот, что с белозубыми улыбками всего 9 месяцев назад пересекал границу СССР. Теперь оборона. Глухая оборона:

На других участках фронта подлецы поутихли. Сообщение с тылами зачастую осуществлялось только на лодках и с помощью паромов. Действия штурмовых и дозорных групп давали им только увеличение числа своих убитых и раненых.

Для боевых действий в тылу врага в полосе Волховского фронта Ленинградский штаб партизанского движения и штаб Волхфронта создали 1-ю Волховскую партизанскую бригаду под командованием подполковника Тарасова. В неё вошли 19 партизанских отрядов - всего 800 человек. Партизаны получили хорошее вооружение и обмундирование, не хуже любых войск спецназначения: маскхалаты, лыжи, ватные брюки и фуфайки, сапоги и валенки, меховые телогрейки, а у командиров полушубки, шапки-ушанки, трёхпалые рукавицы, тёплое нательное бельё, уникальные приборы бесшумной стрельбы, автоматическое оружие, миномёты, уникальные радиостанции 'Север', двухнедельный запас продовольствия. Тарасов получил радиоузел с опытным радистом. Партизаны прошли двухнедельную боевую и политическую подготовку. Учились подрывному делу, стрельбе, рукопашному бою, тактике боя, владению разными видами оружия, в том числе трофейного. Приняли партизанскую клятву: ':Буду верен до конца своей жизни своей Родине, партии, своему вождю и учителю, товарищу Сталину...'

В связи с тем, что бригада формировалась в том числе из бойцов, вышедших из окружения, ослабленным предоставили для восстановления сил усиленное трёхразовое питание. На ужин каша с котлетой, 150 грамм хлеба, чай с сахаром, 100 граммов водки.

В ночь на 28 марта разведгруппа из партизан отряда Соколова провела разведпоиск перед фронтом 87-й кавдивизии Трантина около деревни Конечки. В бою против эстонской добровольческой роты погиб один из командиров партизан старший лейтенант Сергеев. 30 минут под огнём его товарищ Соколов полз к телу погибшего лейтенанта, чтобы забрать секретный прибор бесшумной стрельбы ПБС 'Брамит'. Стальной цилиндр ПБС присоединялся к стволу винтовки. 'Брамит' создали в Особом конструкторском бюро НКВД. В декабре 1940 года глушитель приняли на вооружение для комплектации винтовок Мосина образца 1891/30 годов. Стрельба велась спецпатроном. Эффективная дальность - 200 метров.

Wehrmacht к вероломному нападению 22 июня ничего подобного для своих подразделений спецназначения, ВДВ и полка 'Бранденбург' не имел. 'Недочеловеки' и в этом компоненте оказалось лучше готовы к войне. Wehrmacht принял на вооружение советские трофейные стрелковые комплексы 'Брамит' под обозначением Schalldampfer 254(r).

Оккупанты из 'Волховского рукава' постоянно делали вылазки, высылали разведгруппы, штурмовые группы. Ранним утром 28 марта советские воины уничтожили штурмовую группу I батальона 271-го пехотного полка из 'группы Маркса', которая пыталось взять высоту 19,6 к западу от опорного пункта Трегубово. На этой высоте 19,6, советские воины уже неделю как установили зенитные орудия и крупнокалиберные пулемёты, и вели обстрел шоссе в 'Волховском рукаве', делая снабжение всех войск южнее проблематичным. С наступлением темноты советская авиация приступила к полётам в западном направлении для снабжения окружённых частей героической 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Лиленкова.

На Любанском направлении советские войска атак не проводили. Из деревни Огорели штаб 2-й Ударной армии переместился в деревню Озерье.

В этот же день ещё одна штурмовая группа фашистов из 40 солдат со стороны опорного пункта в деревне Коляжка атаковала заставу 2-го батальона на участке обороны 1247-го полка капитана Ильяшенко из 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии. Начался бой. 'Челябинцы' фашистов рассеяли. Убили 12 солдат и одного офицера. 8 трупов фашисты бросили, 4 трупа и трёх раненых унесли с собой. Ещё 6 раненых ушли сами. Один взятый в плен раненый умер в советском полковом пункте медпомощи. Трофеи: автомат, 4 винтовки, 50 гранат, 200 патронов.

Тем временем танки КВ-1 и Т-34 из гвардейской танковой бригады Копцова при поддержке боевых групп 24-й 'харьковской' стрелковой бригады Девятова перешли в наступление для прочистки южной просеки 'дороги жизни'. Движение вперёд сопровождалось огневым валом артогня. Как по нотам уничтожено 30 ДЗОТов и блиндажей, 10 противотанковых орудий, 15 станковых и 32 ручных пулемётов. Убито более 200 оккупантов ранено, около 650 оккупантов.

Подлецы контратаковали с севера силами батальона 2-го полка SS Polizei-Division и подразделений 'группы Борхерта'. Однако 250 контратакующих после встречной атаки удалось уничтожить. Разбито и раздавлено танками гвардейцев 40 ДЗОТов и блиндажей, захвачены трофеи. К сожалению героический гвардии генерал Копцов получил осколочное ранение в ногу и его эвакуировали в госпиталь в Малую Вишеру.

Контратака 58-й пехотной дивизии Альтрихтера с юга тоже кончилась провалом. Советские танки с десантом автоматчиков при поддержке 300 бойцов 58-й стрелковой бригады Жильцова уничтожили на северной окраине Большого Замошского болота 350 подлецов Альтрихтера. Мотострелки Копцова занялись зачисткой местности.

Подлецы лихорадочно производили перегруппировку, заменяя разгромленные части более многочисленными. Северный участок теперь обороняла 'группа Арнинга' - 407-й и 408-й усиленные пехотные полки 121-й пехотной дивизии, а также остатки частей SS Polizei-Division. Остатки 'группы Вюнненберга' выводились на переформирование. 'Группа Яшке' теперь - это части 20-й моторизованной дивизии, 161-й пехотный полк 121-й пехотной дивизии и 540-й штрафной 'испытательный' батальон.

'Группе Яшке' также передали части 215-й пехотной дивизии: штаб и усиленный II батальон 161-го пехотного полка, части 121-й пехотной дивизии: I батальон 408-го пехотного полка и 121-й разведбатальон, вернули обратно части 20-й моторизованной дивизии: 30-й мотоциклетный батальон, III батальон 408-го полка и III батальон 90-го моторизованного полка. Для восполнения численности и будущих потерь этой 'сборной солянки' использовались подразделения 212-й и 223-й пехотных дивизий.

28 марта оккупанты предприняли несколько атак на коммуникации 2-й Ударной армии. 'Катюши' 30-го гвардейского миномётного полка гвардии подполковника Корытько выполнили по указаниям своей артразведки 10 дивизионных залпов, выпустив по наступающим батальонам фашистов 1000 снарядов М-13. Лес горел в нескольких местах. Среди дыма и болотного тумана метались сошедшие с ума оккупанты. Другие расселись среди переломанных деревьев и трупов в полной в прострации. Они такого ещё не видели. Их к такой войне не готовили. Танковая контратака 7-й гвардейской танковой бригады отрезала от снабжения по лесной дороге сводную группу 3-го полка SS Polizei-Division. Эсэсовцам лишь с большими потерями удалось выйти из окружения.

На восток к Волхову от Новой Керести, Кречно группами всё шли и шли раненые, шла пехота 2-й Ударной армии на помощь 'харьковчанам', удерживающим 'дорогу жизни'; туда же артиллеристы тащили на себе 'сорокапятки' - незаменимое оружие в лесном бою для стрельбы картечью. Сапёры наконец-то починили бревенчатый мост через реку Глушицу. За мостом до реки Полисти 'дорога жизни' тянулась пять километров. Она практически пересекала поле боя: её обстреливали миномёты. 'Харьковчане' и танкисты-гвардейцы с трудом сдерживали захватчиков, которые несчётными толпами лезли с севера и с юга к этой дороге в 'мясные' атаки. Советские герои стояли насмерть, понимая, что это единственная артерия, питающая 2-ю Ударную армию по земле. Через каждые километр-полтора 'дорогу жизни' пересекли поперечные просеки. По ним шли главные атаки. По обе стороны дороги изрытое минами, истоптанное сапогами болото. Навстречу окруженцам с Волховского плацдарма двигались гружённые продуктами и боеприпасами конные повозки; изредка встречались кавалеристы-гусевцы; устало, шатаясь из стороны в сторону, брели на запад героические носильщики - в заплечных вещевых брезентовых сумках у них сухари, концентраты, сушёная рыба, махорка, патроны, мины, снаряды... Грузовиков мало - и встречных, и попутных. На колёсах звякают цепи-вездеходы. При подходе к Глушице гул артиллерийско-миномётной канонады усиливался. По низким облакам бегали огненные сполохи. По обе стороны 'дороги жизни' шёл бой. У войск группы армий 'Север' 'Рамушевский коридор' от Демянска к Старой Руссе, у Волховского фронта 'дорога жизни' ко 2-й Ударной армии:

29 марта солнце светило ярко. Что древней как мир звезде до человеческой возни? Тепло. Ложбины заполнялись талой водой. 'Харьковчане' при поддержке танковой гвардии защищали лес и отодвигали фронт от 'дороги жизни' на юг. Одновременно шли бои для ликвидации лесной дороги гитлеровцев северо-западнее Мостков. 'Группа Фрайтага' постоянно контратаковала. Среди подлецов 1/3 потерь - это пропавшие без вести. Это результат ураганных артобстрелов и танковых 'атак гусеницами'. Если бы в Германии смогли увидеть буксующие в немецком мясе советские танки, существуй технологии переносного телевидения для передачи изображения, которые смогли донести эту картинку до немцев, то дезертирство и сдача в плен стали бы повальным, невзирая на штрафные 'части испытательного срока', отправку 'неправильных солдат' в концлагеря, расстрелы на месте офицерами и унтер-офицерами или по решению командования. Но ничего, цыплят по осени считают.

Продолжая операцию по уничтожению позиций оккупантов вдоль 'дороги жизни', 6 танков Т-34 прорвали оборону и вышли на просеку 'Фридрих', разрезав 3-й полк SS Polizei-Division. Танки принялись курсировать по поперечным просекам, расстреливая стройбатовцев 'организации Тодта', штрафников, сапёров, всех, кто пытался перемещаться в каком бы то ни было направлении. Тем временем мотопехота гвардейцев вела зачистку лесных 'кварталов'. Если враг не отходил, гвардейцы по радио вызвали огонь артполка РГК. После этих боёв III батальон 2-го полка SS Polizei-Division имел в строю 130 человек из 850 положенных по штату.

С начала операции 'Raubtier' SS Polizei-Division потеряла убитыми 2209 человек и получила только 1200 человек пополнения. Командир II батальона 3-го полка капитан Пичайдер убит. Командир III батальона 2-го полка капитан Радтке тяжело ранен. Командир сводной группы гауптман Цанер убит. Большая нехватка унтер-фюреров. Среди армейский частей более всего пострадал 209-й пехотный полк 58-й пехотной дивизии Альтрихтера - ни людей здоровых в строю, ни вооружения. Командир ранен. Батальоны без офицеров. Боеспособность нулевая. Остатки полка отправили на переформирование. В других полках этой дивизии и спецчастях дела обстояли не намного лучше. Так окружили дураки 2-ю Ударную армию, засунув свои части между молотом и наковальней. Типичный для захватчиков провал при окружении войск Красной Армии.

В конце марта вокруг бывших опорных пунктов Линдеманна Мостки и Люблино Поле, у 'Лесопункта', дома путевого обходчика, вдоль железной дороги и шоссе оттаивал снег. Повылезали трупы оккупантов, которые тут накапливались с января. Тогда снег стоял кое-где выше пояса и убитые не падали, застревали в сугробах. Трупы немчуры раз за разом заносил снег. А на другой день начиналась новая немецкая атака для того, чтобы пробиться из Спасской Полисти к Мосткам и Люблино Поле, и появлялись новые трупы оккупантов. За зиму кое-где образовались наслоения мертвецов, целые штабеля.

Мороженым немецким мясом оказалось забито не только шоссе между Спасской Полистью и Мостками. Немцы валялись повсюду в окружающих лесах. Встречались и груды тел, и отдельные сцены. Вот полицейский из эсэсовской дивизии сражён в момент броска гранаты и замёрз, возвышаясь над полем как памятник со вскинутой рукой. Медные пуговицы на зелёной полицейской шинели сверкают в лучах солнца. Зрелище ещё то! Пехотинец в каске-кастрюле, уже раненый, стал перевязывать себе ногу и застыл навсегда, добитый советским осколком. Бинт в его руках всю зиму трепетал на ветру.

Штабеля трупов между ДЗОТами и железной дорогой выглядели пока ещё как заснеженные холмы и виднелись лишь тела, лежащие сверху. Позже, когда снег стает совсем, он откроет всё что внизу. У самой земли лежали убитые в самодельном зимнем обмундировании - женских шалях и лаптях из сена. Это жертвы январских боёв. На них рядами громоздились пехотинцы в зимних вещах, собранных Геббельсом для фронта в Германии: заячьи женские полушубки, лыжные шапочки, широкие русские шинели и латаные-перелатанные трофейные валенки. На них трупы в шинелях, самодельных маскхалатах, с касками на головах и без них. Маскхалаты делали тогда из нательного белья, ходили в простынях, пододеяльниках и даже скатертях со сквозным плетением. Выше - снова эсэсовцы в зелёных шинелях, шедшие в атаку в начале марта. Ещё выше снова солдаты в трофейных советских ватниках, которые выдавали им интенданты, и в тряпичных шапках под касками.

Здесь смешались трупы солдат многих дивизий, батальонов, рот, атаковавших в направлении Мостков, защищавших под артогнем и бомбёжками железнодорожное полотно и шоссе между Спасской Полистью и Трегубово, дорогу Мясной Бор - Ольховка, ои просто бегущих через переезд на запад. Страшная диаграмма 'успехов' капиталистов на Восточном фронте... Всё это обнажится полностью чуть позже:

Операция группы армий 'Север' 'Raubtier', которую так долго готовили оккупанты и с такой кровью провели, своей главной цели не достигла. Красная Армия поставила на ней жирный крест. Окружить 2-ю Ударную армию ценой огромных потерь фашистам удалось только на 5 дней, а главная задача - восстановить линию обороны по железной дороге Чудово - Новгород, и тем более сбросить советские войска с Волховского плацдарма в Волхов, вообще оказалась не выполнена даже частично. Единственная отрада подлецов - они заняли участок леса между Глушицей и Полистью в непосредственной близость от коммуникаций 2-й Ударной армии. Командир 24-й 'харьковской' отдельной стрелковой бригады Девятов получил тяжёлое ранение при артобстреле и отправился в госпиталь в Малой Вишере.

Козлом отпущения для Гитлера из-за неудачи операции 'Raubtier' стал генерал-лейтенант доктор Альтрихтер. Его отстранили от командования дивизией и назначили вместо него полковника фон Граффена - натурального мясника, который отправлял своих солдат к куче песка даже за жалобы на 'Волынскую лихорадку'. Штурмбанфюрера SS Вюнненберга же наоборот, за то, что он угробил уже второй состав SS Polizei-Division, Гитлер решил наградить: произвести в бригадефюреры SS и генерал-майоры полиции, и вручить 'дубовые листья' к Рыцарскому кресту. Пойми вот логику наркомана!

Два полка 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Артеменко, которые остались западнее 'дороги жизни' после её закрытия 19 марта, по приказу комдива группа разведчиков и автоматчиков 546-го стрелкового полка Богатырёва ночью вывели на Волховский плацдарм лесом между центральной и южной дорогами.

Одновременно с боями за южную и северную просеки 'дороги жизни' штурмовые группы двух советских стрелковых дивизий и танковая бригада начали атаки на узком фронте через болота у Трегубова с востока с целью срезать 'Волховский рукав'. Одновременно навстречу им с запада атаковали некоторые части ещё четырёх дивизий. Идущие в бой советские войска имели половинный состав и мало боеприпасов, но это были в высшей степени умелые и мужественные защитники Советской страны.

Снежно-ледяные валы оккупантов, которые они оборудовали амбразурами и с успехом использовали всю зиму, почти растаяли. Снежные траншеи и брустверы оплыли. Линии их полевых укреплений нарушились. Построить на этих местах множество ДЗОТов и траншей мешала талая вода. Имеющиеся ДЗОТЫ подлецов затопила вода, а их артиллерия не могла быстро менять позиции. Этим советские воины спешили воспользоваться.

И вот в ходе советских атак 'группа Маркс' исчерпала запасы артиллерийских и миномётных боеприпасов, и советские воины прорвали фронт с востока на ширине 2-х километров. Они продвинулись на 3 километра на запад внутрь 'Волховского рукава', разгромив противостоящие им части, оседлали дороги снабжения южной части 'Волховского рукава'. Главный узел обороны подлецов в Спасской Полисти оказался окружён. Пока оккупанты собирали силы для контратак, советские снайперы-'кукушки' с деревьев вели активно обстрел, собирая богатый урожай убитых захватчиков.

Три дальних бомбардировщика Ил-4 с красными стрелами на фюзеляжах из 815-го дальнего бомбардировочного авиаполка Набокова ударили 500-килограммовыми бомбами ФАБ-500НГ по опорному пункту в 'коридоре' снабжения 'Волховского рукава'. Ил-4 называли 'Длинная рука Сталина'. На месте опорного пункта, блиндажей и шалашей в лесу, который занимал I батальон 161-го пехотного полка 81-й пехотной дивизии из 'группы Яшке', образовалась после бомбёжки длинная поляна с обломками деревьев и настилов. Подлецы потеряли сразу более 350 солдат убитыми и ранеными из 700 в батальоне, почти весь транспорт батальона, массу вооружения и припасов. Но что ещё печальнее для гитлеровских генералов, батальон напрочь потерял боевой дух и стал временно небоеспособен.

С наступлением в 19:30 тёмного времени суток ВВС Волховского фронта продолжили воздушную операцию по снабжению дивизии армии Клыкова. Действовали полки ночных бомбардировщиков.

В ночь на 30 марта экипаж Антимирова из 2-й эскадрильи 658-го легкобомбардировочного авиаполка Лукашевича на биплане Р-зет штурмовал автоколонну на шоссе Трегубово. Уничтожено 4 грузовика с пехотой. Экипаж Радченко из 1-й эскадрильи этого же авиаполка уничтожил у Спасской Полисти 3 блиндажа и 4 миномётные точки.

В это же время советская артиллерия произвела по фашистским артиллерийским позициям на Любанском направлении очень сильный огневой налёт, а также обстреляла войска оккупантов вдоль дороги у опорного пункта Сустье-Конец.

Хмурым утром 30 апреля над болотами, в иззябшем за ночь кустарнике плавали серые клочья тумана. Изредка слышались одиночные выстрелы. Вдруг на южном фасе Волховского плацдарма всё содрогнулось! Словно горный обвал обрушился на позиции 38-го и 311-го стрелковых полков 'тюменской' дивизии Кошевого на шоссе, ведущему от Новгорода на Теремец-Курляндский и станцию Мясной Бор.

Подлецы вели артподготовку больше часа. Советская артиллерия вела ответный огонь на подавление. Густой пороховой дым смешался с туманом. Стало темно как ночью. Лес вокруг Теремца-Курляндского и станции Мясной Бор горел. На одну из рот 38-го стрелковой полка гитлеровцы обрушили огонь такой силы, что в роте из 50 бойцов осталось лишь несколь-ко человек не убитых или не раненых.

Затем появились штурмовики Ju 87 и истребители. Переправы через Волхов они разбили невзирая на плотный зенитный огонь. Военный преступник Буш погнал войска 16-й полевой армии в атаку, чтобы снова прорваться в 'Долину смерти'. И снова 'тюменцы' отбивали удары не числом, а умением.

Оглушённый разрывом мины пулемётчик Сабиров пришёл в себя. Стреляя на ходу из автоматов и пулемётов, группа гитлеровцев шла уже по позициям 'тюменцев'. Собрав остатки сил, Сабиров дотянулся до ручного пулемёта ДП и ударил по фашистам во фланг. Один в поле воин! Один против 10! Когда у героя кончились патроны, и двум подлецам всё таки удалось приблизиться, Сабиров вскочил на ноги, схватил пулемёт за горячий ствол как дубину, и прикончил оставшихся врагов.

Одновременно восточнее и северо-восточнее опорного пункта Трегубово в 'Волховском рукаве' 1247-й стрелковый полк майора Карпова и части 1254-го стрелкового полка 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии начали при поддержке танков наступление с востока через реку Полисть на шоссе и железную дорогу между Трегубово и Малым Опочивалово, которую обороняли войска групп 'группы Дебес'. Начало наступления 'челябинцев' - три красный ракеты. Появление танков фашистов - три белых ракеты. Появление авиации подлецов - две белых, две красных ракеты, открыть огонь артиллерии - три красных, три белых ракеты. Продвигаться вперёд - 2 белых одна красная ракеты. Задача - прорваться в 'Волховский рукав'.

К сожалению много сил отнимали у 'челябинцев' другие участки фронта, поскольку дивизия являлась самой северной на Волховском плацдарме и фронт 1247-го стрелкового полка представлял собой дугу, выгнутую на север: от Трегубово на западе до Дымно на востоке. Но не бояться драться в меньшинстве - древняя русская привычка. 'Челябинец' и один в поле воин, а уж если рядом верные товарищи:

С другой стороны 'Волховского рукава', с запада на восток, через реку Глушицу атаковали штурмовые группы 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии. Замысел операции прежний - перерезать шоссе и окружить в южной части 'Волховского рукава' части 4-х пехотных дивизий и SS Polizei-Division группы армий 'Север'.

Полк майора Карпова и части 1254-го стрелкового полка 'сибиряков' медленно продвигались вперёд, разрушая ДЗОТы и проволочные заграждения при помощи сапёров 440-го отдельного сапёрного батальона. Бойцы сосредоточены. В бою у человека отключается лишний звук. Бойцы не слышат собственные выстрелы, крики раненых, только команды командира и выстрелы врага. Зрение, слух, сила, умственные способности мобилизуются и работают на полную. Даже получив ранение, адреналина выделено в кровь столько, что он не позволяет сдаться пока жизненно важные органы ещё целы. Иногда красноармейцы, смертельно раненные в голову, продолжали сражаться и умирали лишь тогда, когда бой заканчивался. Оккупанты оказывали яростное сопротивление. Дивизионный 944-й артполк 'сибиряков' действовал образцово. Он состоял из опытных и мужественных воинов. Только батарея лейтенанта Кормилицына уничтожила с января 13 ДЗОТов, более 30 пу-лемётных точек, несколько миномётных батарей и складов с боеприпасами, десятки автомашин и повозок, 300 солдат и офицеров.

Вот и сегодня 'сибирякам' удалось уничтожить много вооружения, убить более 200 захватчиков и ранить в три раза больше. Огонь гитлеровской артиллерии оказался значительно слабее, чем раньше из-за недостатка снарядов и потери орудий. Потери 'сибиряков' - 42 красноармейца и командира пали смертью храбрых, 251 ранены, 2 пропали без вести. К сожалению закрепиться на шоссе не получилось:

Пока шли эти бои, советская дальнобойная артиллерия по-прежнему вела огонь по путям снабжения 'Волховского рукава', авиация Волховского фронта эти пути бомбила и штурмовала силами двух авиаполков.

На западном направлении из района Оредеж на Финёв Луг предпринял попытку наступления сводный батальон 12-й танковой дивизии, составленный из остатков 5-го, 25-го пехотных полков и 22-го мотоциклетного батальона. Результат - новые трупы оккупантов на нейтральной полосе.

На 'дороге жизни' 2-й Ударной армии мотострелково-пулемётный батальон гвардейцев-танкистов продолжал зачистку от оккупантов северной просеки. Мотострелков поддерживали 2 танка КВ-1 и 6 танков Т-34. Прикрытие от атак с воздуха осуществлял зенитно-артиллерийский дивизион танковой бригады. При попытке Luftwaffe бомбить наступающих, гвардейцы открыли по штурмовикам Ju 87 и истребителя такой плотный огонь из всех видов стрелкового оружия, включая противотанковые ружья и крупнокалиберные ДШК, что стервятники беспорядочно и не прицельно сбросили бомбы и убрались прочь. Один Ju 87 удалось сбить. Он упал в болото. Двум другим нанесены повреждения. Попадания получили также 9 штурмовиков и 2 истребителя.

Эсэсовцы Вюнненберга и 'сборная солянка' из 'группы Яшке' начали атаку за новое перекрытие коммуникаций 2-й Ударной армии. Вступая в изломанный советским снарядами и бомбами лес, захватчики приходили в ужас как от ураганного огня советской артиллерии, так и от вида тысяч изуродованных трупов в серых армейских и зелёных полицейских мундирах, в касках-кастрюлях. Наступление Вюнненберга остановила советская контратака с танками. Когда у гитлеровцев закончились боеприпасы, их почти полностью уничтожили прежде, чем они успели отойти. Разведбатальон SS Polizei-Division попал в окружение. При попытках вырваться, он понёс тяжелые потери. Остатки 'группы Фангара' отхлынули и перешли к обороне. При этом ширину 'дороги жизни' удалось расширить за границы северной и южной просек и она составила теперь 4 километра. Уже что-то:

Как не старался Линдеманн и Буш помешать снабжению 2-й Ударной армии, засевшей в тылу группы армий 'Север', ничего реального сделать они не могли. Основные действия пришлось отложить почти на месяц - до 22 мая, когда лесная узкоколейка 'Stern' будет достроена до лагеря 'Юг' и просохнут дороги.

В ночь на 31 марта экипажи Антимирова, Вийка, Радченко из 658-го легкобомбардировочного авиаполка Лукашевича совершили 32 боевых вылета и сбросили на опорный пункт Спасская Полисть 92 бомбы ФАБ-100НГ, всего 9,2 тонны, как бы заменив собой таким образом 9 дальних бомбардировщиков Ил-4. Вот так 'швейная машинка'! 'Швейной машинкой' подлецы фашисты со злобным юмором называли Р-зет, У-2, У-2 за характерный стрекот двигателя. Но бомбы летели им на головы как на конвейере совсем не шуточные - и каждую ночь, и помногу!

ВВС Волховского фронта за март произвели около 7500 боевых самолёто-вылетов, из них 4500 ночью. Кроме уничтожения войск оккупантов переброшено 300 тонн продовольствия, боеприпасов, обмундирования. Эвакуировано 400 раненых. Перевезено 200 командиров для связи. В марте Luftwaffe в полосе Волховского фронта потеряло рекордные 126 самолётов, при потерях ВВС Волховского фронта всего в 61 самолёт:

'Группа Хеннике' стала подчиняться штабу 215-й пехотной дивизии мясника Книза и получила название 'группа Книза'. Взбодрившись новым командованием, усиленный полнокровный III батальон 271-го пехотного полка и усиленный III батальон 505-го пехотного полка около полудня на узком участке прорвались в стык между сильно ослабленными и растянутыми подразделениями 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Лиленкова, которые пытались наступать на Чудово. Батальоны фашистов вышли на колонный путь 'сибиряков' в районе пересечения его с дорогой от деревни Сенная Кересть к деревне Глушица, и соединились с войсками 'группы Шайдиза', имеющей опорный пункт в Сенной Керести. Перекрыв таким образом 'сибирякам' сообщение с тыловыми подразделениями, они немедленно спина к спине организовали оборону на северо-восток и юго-запад. Расстояние между этими линиями обороны фашистов составляло всего 400-500 метров. 800 'сибиряков' оказалась в тактическом окружении в районе севернее ручья Скребельского западнее рек Глушица и одноименной деревни. Полностью блокировать снабжение 'сибиряков' подлецам не удалось, но сложности со снабжением появлялись очень большие. Несостоятельность идеи Власова продолжать наступление меду Любанью и Чудово стала видна всем.

Под непрерывными атаками подлецов при сильной артиллерийской поддержке и бомбёжках 'сибиряки' быстрого построили на небольшом заболоченном лесном участке размером 1,5 х 2,5 километра лесную крепость: 300 ДЗОТов и землянок, 200 огневых точек, защитные стены из брёвен, торфяные галереи, завалы, волчьи ямы, насыщенные минные поля, гнёзда снайперов-'кукушек' на деревьях. Рация работала и снабжение по воздуху обещали. 'Сибиряки' несли потери в личном составе и вооружении от сильного артиллерийского огня и бомбёжек, но подлецы дорого платили за каждую попытку атаковать их пехотой или действовать разведгруппами.

Несмотря на то, что фашистов с 'дороги жизни' 2-й Ударной армии удалось выбить и по центральной просеке от Мясного Бора на Новую Кересть шли грузовики и повозки, главную коммуникацию - грунтовую дорогу из Ямно через Мостки на Ольховку по-прежнему удерживали оккупанты. Единственная проходимая дорога с бревенчатым настилом от Мясного Бора на Новую Кересть, похожая на мостовые древнего Новгорода, по-прежнему находилась под обстрелом и периодически выходила из строя. Дорожные части раз за разом её восстанавливали.

В связи с подготовкой нового наступления на Любань, дорожные части фронта Мерецкова продолжили срочную работу по прокладке 10 километров узкоколейной железной дороги в новой просеке в 500 метрах от центральной дороги. Кое-где в болото приходилось забивать сваи, укладывать на них шпалы и рельсы на высоте до 1,5 метров от воды. Получалось что-то сродни строительству Санкт-Петербурга императором Петром I.

Наконец по железной дороге от Мясного Бора до Финёва Луга пошли поезда, доставляющие армии Власова боеприпасы, продовольствие, амуницию, фураж. Обратно вывозили раненых, технику, вооружение в ремонт, излишки зимнего обмундирования, артиллерийские гильзы для перезарядки. В очень короткий срок ко всеобщему облегчению удалось вывезти 2500 раненных, снабжение которых западнее 'дороги жизни' требовало больших усилий.

Каждый поезд по узкоколейке Мерецкова - это 8 платформ с грузом в 10 тонн. Больше настил по расчёту инженеров не выдерживал. Поезд тащил небольшой паровозик серии 159. В сутки - до 5 составов в обоих направлениях. Из-за специфики основания балластировка пути всё время сбивалась и платформы часто сходили с рельс и валились набок. Их разгружали, поднимали, грузили, и всё по новой. Благодаря железной дороге Мерецкова появилась возможность начать подготовку нового наступления на Любань. На помощь гитлеровцам пришла погода - наступила необычно ранняя тёплая весна, что сильнейшим образом затруднило подготовку нового наступления. Лежневки повсплывали, полая вода во многих местах разметала, унесла жерди и брёвна переправ через многочисленные лесные реки и ручьи.

В грязи двигаться могли только тракторы и танки, да и то до поры до времени. Интенсивное таяние снега привело к тому, что многочисленные ручьи с заболоченными берегами и топким дном превратились для танков в непроходимые препятствия. Гати и мосты, проложенные для выхода танков на исходные позиции, после прохода по ним трёх-четырех машин разрушались. Пути подвоза и эвакуации оказались в таком состоянии, что ни автомобильный, ни гужевой транспорт, ни даже тракторы не могли двигаться. Боеприпасы и горючее подвозили только на танках, а продовольствие - на вьючных лошадях, что создавало большие перебои в снабжении.

Боевые действия тяжёлых и лёгких танков стали невозможными. Только средние танки Т-34 сохраняли свою боеспособность и не переставали действовать. КВ-1 зарывались и садились на днище, Т-60 плыли как лодки и только Т-34 за счёт широких гусениц и мощного двигателя выгребали куда хотели. Автотранспорт, и без того страдающий из-за дефицита горючего, окончательно замер. Грузовики снабжения застревали в грязи по пороги. Советские ледовые аэродромы на болотах растаяли, грунтовые аэродромы на болотах оказались недоступны. Полностью раскисшие дороги и разрушенные переправы привели к ещё большему нарушению снабжения 2-й Ударной армии, будто враг снова перекрыл 'дорогу жизни'.

Центральная дорога периодически простреливалась диверсионно-разведывательными группами оккупантов. По ней вёлся также артиллерийский и миномётный огонь. Периодически дорогу атаковало Luftwaffe бомбами мелких калибров. Гибли, получали ранения героические водители, повреждались грузовики и тягачи. Каждый дневной рейс - это смертельный риск, гораздо больший, чем на 'Дороге жизни' Ленинграда. Однако стервятники дорого платили за свои преступления. Перед ними же не недоделанная армия короля Югославии или Норвегии! Только за этот день 15-й отдельный зенитный дивизион майора Егорова сбил четыре самолёта: 2 штурмовика Ju 87 и два истребителя Bf 109F.

2-я Ударная армия чахла как дерево, лишённое воды. Советская артиллерия у 'линии Линдеманна' под Любанью уже не могла вести огонь нужной интенсивности. Почти не стреляла. Т-34 лишились горючего. Снаряды красноармейцы теперь поштучно носили на спинах от Финёва Луга к Красной Горке на спинах, бережно, как японки носят своих малышей.

В кавалерии кончился фураж. Чтобы спасти лошадей от гибели, кавалеристы добывали мох, сухую траву из-под снега или старой листвы, заготовляли березовые почки и мелкие ветки, измельчали их, ошпаривали кипятком и давали лошадям. Такой корм лошади ели плохо, а некоторые не ели совсем. На девятые сутки голодающие лошади уже ничего не ели, только пили. Лошадь могла выдерживать голод 17 суток, из которых 10 держалась на ногах. На 18-е сутки несчастная погибала. Смотрела только жалостно: 'За что, люди?' Лошадей приходилось ещё и усиленно охранять. Некоторые лихие бойцы-пехотинцы в духе цыгана Лойко Забара из рассказа Горького 'Макар Чудра' их воровали, и словно воины Чингис-хана использовали в пищу. Конина сильно поддерживала войска.

Прямо под деревьями на мху и лапнике в Новой Керести страдали раненые. Вывезти эту партию возможности пока не имелось. Только редакции и типографии дивизионных газет всё так же исправно печатали 'дивизионки'.

В это время гитлеровцы имели в тылу но севере железную дорогу и асфальтовое шоссе Чудово - Ленинград, на юге железную дорогу Новгород - Ленинград, участки железных дорог Веймарн - Чудово и Новгород - Чудово, а через 'Волховский рукав' шло мощёное булыжником, частично асфальтированное шоссе Чудово - Новгород. При этом Luftwaffe действовало с прибалтийских и финских аэродромов с твёрдым покрытием. Таким образом Волховская битва всё больше скатывалась от битвы оружием и доблестью к битве снабжением и крохоборством.

Но в 'Волховском рукаве' оккупанты имели такие же проблемы, как и советские войска вне его. Все лесные дороги фашистов находились под водой. Оставшаяся внизу под слоем грязной воды корка льда таяла, превращая маршруты в непроходимые участки трясины для людей, животных или машин. Глубина слоя воды на дорогах от 20 сантиметров до 1,2 метра. Отдельные пехотинцы с длинными жердями и 'волховскими тростями' ещё как-то шли, нащупывая дно, чтобы избежать многочисленных болотных ям.

Достройка полевой железной дороги 'Stern' до пункта снабжения 'Юг' у 'Долины смерти' ещё не закончилась. Нерешённой оставалась и проблема с доставкой от пункта 'Юг' в войска у коммуникаций 2-й Ударной армии снабжения и эвакуация оттуда раненых. Каждого раненого фашиста четыре носильщика 'хиви' тащили 7 километров со скоростью 1 километров в час. Ухудшение здоровья и завшивленность оккупантов среди лесов настали всеобщие. 'Группа Яшке' и эсэсовцы в грязи и болотах находились постоянно с мокрыми ногами. Свирепствовала атипичная 'Волынская лихорадка'. Острый недостаток продовольствия. Офицеры ещё туда-сюда, а солдаты: Серая немецкая скотинка:

В день юмора 1 апреля вместо шуток и выпивки эсэсовцы SS Polizei-Division из 'группы Борхерта' в своих ДЗОТах севернее 'дороги жизни' 2-й Ударной армии 5 раз отбивалась от атак ударных групп 24-й 'харьковской' стрелковой бригады и танков 7-й гвардейской танковой бригады, которые расширяли восточную горловину этой дороги. Среди 'харьковчан' находились артиллерийские разведчики, поэтому опорные узлы обороны Борхерта подвергались сильным огневым налётам. По причине отсутствия боеприпасов, артиллерия гитлеровцев по-прежнему не могла вести контрбатарейную борьбу, хотя только лишь эсесовская 'группа Вюнненберга' в лесах севернее 'дороги жизни' 2-й Ударной армии, не считая батальонных орудий и миномётов, имела 40 лёгких гаубиц leFH 18, 8 тяжёлых гаубиц sFH 18, 8 пушек sK.18 калибра 105 миллиметров, 4 мортиры Mrs. 18 калибра 210 миллиметров, 8 реактивных 6-ствольных миномётов 'Nebelwerfer 41' калибра 158,5 миллиметра. Кроме этой артиллерии 'группы Вюнненберга' в лесах у 'дороги жизни' продолжала занимать позиции артиллерия других групп и дивизий, составляя артиллерийскую группировку в духе осады крепостей в Первую Мировую войну.

Снабжение 'Волховского рукава' шло со станции Чудово-2 на грузовиках по участку шоссе с булыжным мощением Чудово - Новгород до перевалочной базы северо-западнее Глушицы с плакатом генерала Ванделя 'Здесь начинается задница мира'. Из-за этого плаката 'Волховский рукав' часто называли 'язык Ванделя'. Вроде как за длинный язык. Далее по железной дороге Чудово - Новгород лошади тащил платформы до Трегубово, где грузы переваливали на узкоколейку 'Stern'. Далее вагонетки тащили 'хиви'. Лошади там пройти не могли. От 'большой поляны' на юг шли носильщики 'хиви' и местами вьючные лошади. Лошади тащили снаряды в тюках, на волокушах и санях по грязи, 'хиви' несли на спинах. Все по уши в грязи и лесном соре. Издали не понять, что это за армия такая. Военный специалист, вдруг перенесённый сюда с закрытыми глазам, мог издалека даже сказать, что это китайские 'кули' британской армии в Малакке в боях против японцев. Это если не обращать внимания на берёзы, ели и снег. И куда же подевался 'Blitzkrieg', где же марширующие улыбающиеся белокурые бестии из 'Die Deutsche Wochenschau'? Что же стало причиной тому? Неужели 'унтерменши'? Почему 'Здесь начинается задница мира'? Где же весёлые репортажи 'Die Deutsche Wochenschau' про улыбающихся пехотинцев с карабинами наперевес, на мотоциклах преследующих бегущие толпы русских? Где восхищение белых триколорных эмигрантов и их организаций РОВС, НТС, Русской Фашистской Партии, их философа Ильина доблестью гитлеровских борцов с большевиками? Вместо этого какая-то толпа оборванцев и доходяг по уши в грязи. Неужто это и есть самая сильная армия в Европе - Wehrmacht? И кто же её так проложил, кто довёл до жизни такой? Неужто Красная Армия, созданная большевиками?

Отчаявшись бороться с КВ-1 и Т-34 с помощью 'колотушек' Pak 35/36 и противотанковых мин, которые тонули и не срабатывали, подлецы Вюнненберга стали применять управляемые фугасы весом по 20-30 килограммов из мин и взрывчатки. Но много таких не поставишь, а подбитые подобным образом танки советские ремонтники утаскивали и быстро восстанавливали. Поэтому чаще всего советские танки прорвались вглубь обороны, часто без пехоты, громили всё вокруг и уходили сами, расстреляв боеприпасы и истратив горючее. Имеющиеся у эсэсовцев, оставшиеся в строю 9 танков Pz.Kpfw.III из первоначальных 40, мало чем могли помочь. Если бы эсэсовцы Вюнненберга вместе с зенитчиками Luftwaffe не затащили в леса у северной 'просеки Фридрих' 4 зенитки FlaK 36 калибра 88 миллиметров и 27 зениток FlaK 30/38 калибра 20 миллиметров, неизвестно, смогли бы они сохранить свои позиции при танковых атаках.

После советских атак на 'Волховский рукав' с востока и запада в районе Трегубово, 61-ю пехотную дивизию включили в состав группы 215-й пехотной дивизии Книза. На участок 'группы Дебес' прибыл пополненный после разгрома II батальон 435-го пехотного полка, а I батальон 385-го пехотного полка после больших потерь отведён в тыл. На участке 'группы Каттнер' подлецы из-за больших потерь отвели на переформирование I батальон 209-го полка, III батальон 405-го полка и штрафную роту Шульте.

На западном фасе 'Волховского рукава' недалеко от деревни Сенная Кересть на северной окраине болота Гажьи Сопки в бою с 'группой Шайдиза', состоящей в основном из частей 61-й пехотной дивизии, позиции 486-го стрелкового полка майора Киселя из 267-й стрелковой дивизии Потапова подверглись артобстрелу батареи с высоты 36,4. Комполка приказал третьему батальону заставить гаубицы замолчать. Штурмовой отряд комиссара полка капитана Бокалова быстро и скрытно подобрался к огневым позициям, нанёс внезапный удар, перебил все расчёты и подорвал орудия...

На северном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии SS Freiwilligen Legion 'Flandern' пополнили бельгийскими наёмниками до 1100 человек и включили в состав 'группы Бурк'. В эту группу вошли также 3-й батальон 262-го пехотного полка испанской 'голубой' дивизии и сводный батальон 'Фалентине' из 20-й моторизированной дивизии. Задача группы - контратаки в направлении деревень Малое и Большое Замошье.

В советских войсках начала себя проявлять 'демисезонная' проблема. Это прежде всего касалось обуви. Днём, когда раскисал снег и на тропах, в снежных траншеях появлялась вода, валенки - основная обувь советских войск, промокали. Если морозный 'утренник' прихватывал кого-то в мокрых валенках - беда. Промерзая, они сильно садились и настолько сдавливали ноги, что хоть волком вой от боли. В арсенале орудий пыток средневековой инквизиции - организации террора богачей против всех нелояльных бедняков, имелись 'испанские сапожки'. Эти деревянные колодки убийцы-церковники надевали жертве на ступни ног и специальными винтами начинали медленно сближать створки для того, чтобы жертва сказала то, что хотят услышать палачи. Сильно промокшие валенки на крепком морозе могли превратиться именно в такие 'испанские сапожки', не просуши их боец вовремя, а старшина пропусти этот факт на вечернем построении при осмотре обуви.

Вот боец в дозоре провалился в затянутую тонким ледком лужу. Пока дождался смены, валенки очугунели. Попробовали товарищи стаскивать, да бросили: побоялись, как бы вместе с кожей не стащить. Пришлось резать ножом. Теперь боец отлеживался в медпункте полка... Все бывалые командиры ещё в январе, когда только развивался прорыв в тыл группы армии 'Север', держа над головой перед строем сапоги, говорили красноармейцам:

- Берегите, ни в коем случае не теряйте это добро! Уже через пару месяцев, когда начнёт пригревать весеннее солнце, сапоги очень и очень понадобятся вам, товарищи бойцы!

Кто сохранил сапоги в своих вещмешках, теперь мог комбинировать: тёплым днём ходить в сапогах, морозной ночью - в валенках. Но многие 'славяне', имеющие только валенки, оказались в трудном положении. Из-за весенней распутицы доставка летней обуви с 'Большой земли' осложнилась, и обещанные сапоги в срок не прибыли. В результате странное явление: весна, а в госпитали везут и везут обмороженных.

На дороге Сенная Кересть - Глушица разведгруппа из 267-й 'белгородской' стрелковой дивизии Потапова в который раз заложила мины. Небольшие советские разведгруппы подобным образом постоянно действовали и на других участках фронта. 267-я дивизия - соединение непростой судьбы. Она формировалась в июле 1941 года в Старом Осколе на Белгородчине при развёртывании Красной Армии после вероломного нападения фашистских полчищ. В августе её перебросили в район Новгорода. Так она оказалась в Поволховье. С 16 октября по 20 октября дивизия, тогда ей командовал полковник Зеленков, прикрывала выход из окружения частей 52-й армии с западного берега Волхова, вела тяжёлые бои на восточной берегу. Так на её участке вышли с боем из окружения 400 человек из артполка и медсанбата 111-й стрелковой дивизии Рогинского - их будущие товарищи по Волховской битве. Всего переправилось более 2000 бойцов Рогинского, а также бойцы других частей и соединений. С боями против 21-й пехотной и 12-й танковой дивизий фашистов 'белгородцы' отходили через Большую Вишеру и Малую Вишеру. Главная опасность заключалась здесь не в танках и самолётах фашистов, а в том, что дивизия на 78 процентов состояла из призывников Новгород-Северского, Яблуновского, Куликовского и других районов Черниговской области Украинской Советской Социалистической республики. Целые подразделения дивизии составляли украинцы-односельчане. Это отрицательно сказалось на устойчивости в бою, сильно способствовало успешной работе резидентских Abwehrgruppe, занимающихся вербовкой для перехода на сторону фашистов. В дивизии имелись позорные массовые факты дезертирства, измены Родине. К 20 октября без чрезмерного воздействия агрессоров оставили свои части в боевой обстановке более 50 процентов черниговцев. 844-й и 846-й стрелковые полки имели после этого всего по 250 человек, русских по национальности.

За октябрь по приговору Военного трибунала дивизии расстреляны перед строем 13 человек. 9 человек приговорены к 10 годам лишения свободы, 3 человека к 7 и 5 годам. Не помогло. К сожалению массовое дезертирство украинцев из Красной Армии в боевой обстановке стало в первые месяцы войны стало очень частым и опасным явлением, ведь это разваливало целые дивизии и открывало фронт фашистам. Главное управление формирования и укомплектования войск Красной Армии с июля перестало комплектовать соединения, где украинцев имелось бы более половины. Командиры при получении пополнений молили, чтобы прислали русских, и открыто, невзирая на возможные последствия по партийной линии и идеологию братства между народами, однозначно высказывалась о ненадёжности украинского контингента. Те командиры, что насмотрелись на 'художества' украинских националистов на Львовщине, и подавно. Здесь оказалось много общего в отношении к кавказскому и среднеазиатскому призывному контингенту. Ну не хотелось им сражаться за большевиков, русских, славян, которых шёл истребить Гитлер! Это дополнительно уменьшало мобилизационные возможности СССР...

После получения пополнения русской национальности характер 'белгородской' дивизии полностью изменился. В наступательных боях при разгроме войск группы армий 'Север' под Тихвином и последующем освобождении правобережья Волхова дивизия показала себя отлично. Те украинцы, которые в ней сохранялись, демонстрировали высокий боевой дух, преданность делу Ленина-Сталина. В наступательных боях за Красную Вишерку отличились многие бойцы и командиры. Комроты лейтенант Жачко, украинец, по сигналу атаки первым достиг траншеи фашистов и вступил в рукопашный бой. Двигаясь по траншее, он с тыла незаметно подобрался к блиндажу, из которого строчил пулемёт. Рывком распахнул утеплённую дверь. Блиндаж оказался штабным. Увидев офицеров, Жачко поднял над головой гранату и скомандовал:

- Хенде хох, гады!

Подоспевшие красноармейцы Ахматзянов и Поспелов взяли штабную группу на прицел своих ППШ. Весь штаб батальона с документами доставили на КП.

От былой 'украинщины' не осталось и следа. Ни сдачи в плен, ни бегства с позиций. Бойцы дивизии из русских областей Советского Союза сделались уверенными в себе, опытными воинами, бесстрашие которых порой просто поражало. Например, когда кончился телефонный кабель, вопрос решили просто: лейтенанта Боготин с разведчиками пробрался в тыл оккупантов и добыл 5 километров провода, два телефона, соединители, убив при этом более 10 фашистов без своих потерь.

В первых числах декабря 1941 глубокой ночью после артподготовки 'белгородцы' начали штурм опорного пункта в посёлке Некрасова на 'Некрасовском плацдарме' оккупантов на правобережье Волхова. Первая атака не удалась. Под сильным огнём подразделения отошли и залегли. Требовалось уничтожить вражескую артбатарею и пулемёты. Пока комдив разбирался с обстановкой, комроты лейтенант Кузнецов из 1-го батальона Егорова 844-го стрелкового полка самостоятельно подготовил штурмовую группу из добровольцев. С автоматом в руках Кузнецов без артподготовки повёл группу на штурм и смог неожиданно для оккупантов ворваться в опорный пункт. Гитлеровцы, не приняв рукопашного боя, стали в панике отходить. Преследуя их, группа Кузнецов зашла в тыл батареи, огонь которой сорвал первую атаку. И здесь подлецы в панике разбежались, бросив гаубицы. Эти отважные и умелые действия Кузнецова положили начало разгрому всего 'Некрасовского плацдарма'. Лейтенанта отругали за самоуправство, но похвалили за высокое боевое мастерство. Трофеями дивизии стали 10 орудий разного калибра, бронемашина Sd.Kfz.233 с пушкой, 8 станковых и 14 ручных пулемётов, 55 автоматов, 280 винтовок, 12 000 снарядов и миномётных мин, 80 000 патронов. В Посёлке No.1 полностью уничтожен батальон оккупантов.

Дальнейшие боевые эпизоды также показывали возросшее боевой мастерство дивизии. Характерно в этом отношении освобождение села Александровское - последнего в этом районе опорного пункта оккупантов на правом берегу Волхова. Сначала 9 декабря 1941 года 3-й батальон лейтенанта Заверико из 844-го стрелкового полка с ходу освободил деревню Ясная Поляна на подступах к селу. Все дороги от Ясной Поляны в Александровское подлецы заминировали. Поэтому утром следующего дня комбат, не тратя времени на разминирование, повёл одну штурмовую группу вдоль реки Большая Вишера в обход села, а комиссар Шелупец повёл другую штурмовую группу через лес на дорогу из Александровского в Папоротно.

Группа Заверико неожиданно ворвалась на южную окраину Александровского и завязала рукопашный бой. Не выдержав бешеного натиска, гитлеровцы побросали тяжёлое вооружение, транспорт и стали в панике отступать по дороге на Папоротное. Здесь их и встретила огнём вторая штурмовая группа. Произошёл расстрел гарнизона оккупантов в чистом поле из пулемётов и миномётов при минимальных своих потерях. В последующих боях оккупантов удалось выбросить за Волхов. Сразу же 'белгородцы' начали делать попытки форсировать реку по льду, преследуя врага, не дожидаясь подхода других войск фронта. Такой был порыв спасти Ленинград! В конце декабря начались упорные бои уже на западном берегу Волхова.

На исходе ночи 27 декабря прошлого года 844-й полк майора Поспелова, начал форсирование Волхова в районе Горелово и Шевелево. Бойцы 4-й роты старшего лейтенанта Жачко, украинца, в белых маскхалатах проникли на левый берег и стали по-пластунски продвигаться к деревне Плотишно. Гитлеровцы открыли сильнейший огонь. Рота остановилась. Жачко получил ранение, но продолжал руководить боем. На рассвете бойцы ворвались в Плотишно. 1-й батальон форсировал реку и двинулся на деревню Ямно. На подступах к ней завязался рукопашный бой. Впереди шёл коммунист комбат Егоров. Он получил ранение, но не покинул поле боя, пока Ямно не освободили. Командир 2-й пулемётной роты лейтенант Гордеев получил два ранения.

Деревню Копцы с ходу освободить не удалось. Подлецы уже создали в ней сильный опорный пункт. После основательной артподготовки первой устремилась к ДЗОТам и окопам рота лейтенанта Громова. В яростной схватке командир пал смертью храбрых. Роту возглавил лейтенант Кузнецов. Оккупанты ввели в бой резервы и отрезали стрелков 844-го полка от тыловых подразделений. Ночью комполка приказал лейтенанту Кузнецову пробраться к своим, собрать для подкрепления оставшихся позади бойцов, доставить окружённым боеприпасы и продовольствие.

Лейтенант верхом на коне проскочил сквозь вражеский огонь, будто заговорённый от пуль. Собрал бойцов санроты, комендантского взвода и взвода разведки. Погрузив на сани два станковых и четыре ручных пулемёта, боеприпасы, продовольствие, ночью подкрепление двинулось на прорыв к своим. На обратном пути отряд уничтожил разведгруппу. Взяли пленного. В этой схватке пала смертью храбрых, закрыв собой нужную окружённым как воздух рацию, всеобщая любимица, курносая хохотушка 19-летняя радистка Мария Пивоварова...

Действия дивизии Зеленкова и других соединений Волховского фронта на западном берегу Волхова в конце 1941 года показали, что разгромленные под Тихвином войска группы армий 'Север' успели создать 'Волховский вал', и теперь без наступательной операции силами фронта дальнейшее продвижение на запад для спасения Ленинграда невозможно.

Когда наступил 1942 год и началась общая январская наступательная операция фронта Мерецкова на Волхове, подразделения 844-го полка подполковника Поспелова вновь дерзко двинулись в тыл оккупантам по лесам и болотам. Поспелов оседлал железную дорогу Новгород - Чудово и организовал круговую оборону. Обозлённый потерей шоссе командующий 16-й полевой армией Буш двинул против героев большие силы. В тяжёлом бою, когда погиб пулемётный расчёт, к пулемёту бросился комбат Горячев. Комбата вскоре тоже сразил осколок. Его сменил у пулемёта старший лейтенант Симонов. Подполковник Поспелов тоже получил ранение, но через своего связного продолжал управлять боем, пока не подошла подмога. Яростную контратаку частей 20-й моторизованной дивизии Яшке удалось отбить. Раненого Поспелова заменил майор Посевин, а комиссаром полка стал инструктор политотдела дивизии батальонный комиссар Зимин.

Тем временем 848-й полк 'белгородцев' форсировал Волхов, взял штурмом опорный пункт на территории бывшего пионерлагеря. Затем последовали тяжёлые бои за деревни Копцы, Тютицы на южном фасе Волховского плацдарма. Великий подвиг самопожертвования совершил политрук миномётной роты Ломов. Ценою своей жизни он заставил замолчать вражеский пулемёт, преградивший путь стрелковой роте лейтенанта Петрова. В ожесточённой схватке за деревню Шевелево попала в окружение пулемётная рота. Не дрогнули красноармейцы. Политрук роты Клейменов обратился к своим боевым друзьям:

- Будем биться до последнего патрона!

Когда кончились патроны и гранаты, Клейменов крикнул бойцам:

- За мной, товарищи!

В коротком бою группа Клейменова истребила 15 фашистов и пробилась к своим. Есть только две вещи, ради которых стоит жить русскому народу. Это свобода и справедливость. Всё остальное как матрёшка находится внутри этих смыслов. Если у русских не будет свободы и справедливости, то им и жить незачем. Сражаясь за Советскую власть, русские люди сражались за самое дороге для себя.

Во время февральских боёв у станции Мясной Бор особо отличился 1-й батальон 844-го стрелкового полка 'белгородцев'. Отражая вражескую контратаку, комиссар батальона капитан Смирнов гранатами подбил два танка Pz.Kpfw.II. Следуя его примеру, бойцы забросали зажигательными бутылками два танка Pz.Kpfw.III. Остальные танки повернули назад. Геройская дивизия...

В ночь на 2 апреля экипажи Мотненко и Капустина 1-й эскадрильи 658-го ночного бомбардировочного авиаполка Лукашевича у Спасской Полисти разрушил три блиндажа, взорвали склад боеприпасов и уничтожили миномётную батарею. Часть полков ночных бомбардировщиков и два полка дальней бомбардировочной авиации проводили сброс грузов на площадки у Финёва Луга и Новой Керести, Кречно. Часть грузов У-2 доставляли посадочным способом.

Дороги окончательно раскисли. Дорога по Волховскому плацдарму Ямно - Мясной Бору и далее во 2-ю Ударную армию, по существу исчезла - сплошное месиво. По ней могли пробираться только небольшие группы бойцов и подводы. 'Генерал Грязь' гораздо лучше справился с тем, что не смог за 2,5 месяца сделать Wehrmacht - лишил 2-ю Ударную армию снабжения.

7 танков Т-34 из 193-го отдельного танкового батальона Юницкого из рощи на юго-восточном выезде из 'Красного Ударника' на берегу Волхова при мощной поддержке артиллерии и в сопровождении штурмовых групп 1218-го стрелкового полка 19-й гвардейской, бывшей 366-й стрелковой дивизии Буланова атаковали оборону 424-го пехотного полка полковника Хоппе из 126-й пехотной дивизии Лаукса, едва закончившей переформирование после январского разгрома. Вот и теперь полк Хоппе держался как на подпорке, на испанском II батальоне Мартинеса из 269-го пехотного полка 'голубой' дивизии. Воздушное прикрытие танковой атаки осуществляли ЛаГГ-3 из 522-й истребительный авиаполк Крупенина. Атака ударила ровно по подпорке и она рухнула. Испанцы оказались разгромлены: убито 210, ранено 550, пропало без вести 80 любителей убивать большевиков. Батальон испанцев исчез за одну советскую атаку. Фронт прорван. Уничтожено 19 ДЗОТов и блиндажей, 8 противотанковых орудий, тяжёлая бронемашина Sd.Kfz.234, гаубица, 8 крупнокалиберных пулемётов различных европейских производителей, 12 ручных пулемётов. Захвачены трофеи: 9 крупнокалиберных пулемётов различных европейских производителей, 12 ручных пулемётов, 125 винтовок, боеприпасы, продовольствие.

В полном отчаянии Хоппе бросил в контратаку пожилых, плохо видящих, беспалых и хромых посыльных, связистов, поваров, ветеринаров и сапёров своего полка, которые своим трупами буквально закидали дорогу Т-34 в Копцы. Побоище произошло ужасное. Северная окраина опорного пункта вся покрылась буквально ковром изверченных танковыми гусеницами трупов в касках-кастрюлях. Из 7 танков Т-34 ни один не потерян. 5 танков отправились в ремонт силами подвижной ремонтной базы: у трёх осколками и снарядами заклинило башню, у одного перегрелся двигатель, и ещё у одного пробоина в башне - работа для сварщика.

Мерецков пытался прощупать по заданию Ставки ВГК возможность провести наступление на Новгород, используя южный мощёный камнем участок шоссе Чудово - Новгород. Для наступления предполагалось привлечь две свежие стрелковые дивизии, а до этого имеющимися силами прижать группировку вокруг Тютицы, Любцы, Земтицы, Вешки к болоту и уничтожить. Заодно около опорных пунктов 2-й моторизованной бригады SS в деревнях Гузи и Пятилипы ликвидировался исходный район для нового удара оккупантов по 'коридору' снабжения Власова с юга. Только подтягивание к Копцам 15 танков Pz.Kpfw.38(t) и Pz.Kpfw.III из 29-го танкового полка 12-й танковой дивизии, зенитных самоходок из 2-й моторизированный бригады SS, частей 220-го пехотного полка 58-й пехотной дивизии помешали гвардейцам Буланова освободить Копцы.

В ходе этой локальной наступательной операции Мерецкова бельгийские наёмники SS к востоку от деревни Любцы также оказались в эпицентре тяжёлых боёв вместе с испанцами. Во время одной из атак советской пехоты в боевых порядках испанцев под Любцами возникла паника. Пытавшийся организовать оборону, командир SS Freiwilligen 'Legion Flandern' штандартенфюрер SS Липперт получил тяжёлое ранение. Новый командир 58-й пехотной дивизии фон Граффен, понимая, что исходный район для нового удара по 'дороге жизни' оказался под угрозой, потребовал восстановить линию фронта любой ценой, то есть в привычной для себя манере закидать русских трупами в 'мясном штурме'. На поле боя командование над бельгийскими наёмниками принял гауптштурмфюрер SS Хальманн из SS Polizei-Division. Он остановил бегущих с помощью фельджандармов и стрельбы из автомата. Затем Хальманн погнал бельгийцев и испанцев по колено в воде на советские пулемёты и самозарядные винтовки. Опасный прорыв эсэсовцы ликвидировали ценой 340 трупов своих солдат. Раненых оказалось втрое больше. Да, так Wehrmacht умеет воевать!

В ходе сражения севернее Большого Замошского болота малочисленные подразделения 24-й и 58-й стрелковых бригад Девятова и Жильцова, несколько танков 7-й гвардейской танковой бригады Копцова 'не числом, а умением', правда при мощной поддержке артполков РГК, полностью разгромили II и III батальоны 209-го пехотного полка 58-й пехотной дивизии. Тяжёлые потери в солдатах и технике понёс 76-й моторизованный полк 20-й моторизованной дивизии. В общей сложности в эти дни севернее Большого Замошского болота убито более 3000 оккупантов. В бригадах Девятова и Жильцова до начала боёв людей-то числилось и того меньше! Кроме уничтоженных десятков ДЗОТов, блиндажей, землянок, пушек, гаубиц, пулемётов, захвачено в исправном состоянии 9 противотанковых орудий, 16 крупнокалиберных и 20 лёгких пулемётов, 12 миномётов, 40 автоматов, 127 винтовок, пять противотанковых ружей, два склада боеприпасов, много хозяйственного имущества. Зенитчики танкистов сбили один Ju 87. Контратаки гитлеровцев из района Любцы на юго-восток и из района Копцов при поддержке танков закончились провалом. Они потеряли 2 танка, около 300 солдат 220-го пехотного полка 58-й пехотной дивизии. Красноармейцы захватили 5 пленных. Вот уж точно местность между Глушицей и Полистью стала для подлецов 'Долиной смерти'.

В это же время 377-я 'красноярская' стрелковая дивизия Цаликова двумя батальонами несколько раз атаковала 'Волховский рукав' в районе Михалёво. Подлецы из 'группы Книза' ответили контратакой, которая закончилась для них большими потерями из-за слабой поддержки артиллерии. Также из-за отсутствия боеприпасов артиллерия 'группы Книза' и дивизионы армейских частей усиления по-прежнему не могли вести контрбатарейную борьбу. 30 автоматчиков Цаликова смогли ворваться в опорный пункт Книза в Михалёво, поливая направо и налево шквальным огнём из ППШ. После рукопашной схватки 'красноярцы' освободили восточную половину деревни. Затем к ним на подмогу прорвались ещё два взвода. Шоссе на Спасскую Полисть оказалось снова перерезано. Авиация с обеих сторон практически бездействовала.

В этот день вышло распоряжение службы тыла Красной Армии, в которой предусматривалась ликвидация вражеских кладбищ в освобожденных населённых пунктах. Но этого можно было и не писать. Когда советские войска освобождали деревни, сёла и города, жители без всяких команд выкорчёвывали немецкие кресты и ровняли могильные холмы:

- Неча палачам и убийцам честь знать...

В ночь на Страстную пятницу 3 апреля оттепель сменилась морозом - снабжение снова улучшилось. Сквозь холодную тьму штурмовые группы 5-тысячной 366-й 'томской' стрелковой дивизии атаковала опорный пункт Гуси, где располагались роты голландского SS Freiwilligen 'Legion Nederland'. Для большей устойчивости обороны при голландцах роль заградотряда выполняли сапёры SS Polizei-Division. До утра в деревне шёл бой, переходящий врукопашную. Штурмовые группы 'томичей' овладели окраиной опорного пункта. Взяты пленные.

Чуть восточнее, на южном фасе Волховского плацдарма, гитлеровские позиции с утра оказались под мощнейшим артиллерийским огнём. Одновременно били 'Катюши', артиллерия всех калибров, включая зенитные и противотанковые орудия, миномёты, вёлся пулемётный огонь. То усиливаясь, то стихая, огневое поражение наносилось весь день. Временами обстрел доходил до ураганного. Этот день стал для гитлеровцев и их наёмников из Бельгии, Голландии, Норвегии самым страшным на фронте из всех до сих пор пережитых. Обстрел прекращался лишь когда вперёд шла советская пехота, зачищая территорию и собирая трофеи. Когда эсэсовцы гнали наёмников в контратаку, красноармейцы отходили. Как только резервы гитлеровцев восстанавливали линию, всё повторялось. В своём тылу оккупанты несли большие потери от мин на участках лесной территории, захваченных в контрактах. На северной оконечности Замошского болота подлецам пришлось извлечь 450 советских противопехотных мин.

На Любанском направлении сильно поредевшая с января 1,5-тысячная 57-я 'саратовская' стрелковая бригада Веденичева перешла в атаку на опорный пункт Кривно и Ручьи. Из-за транспортных сложностей в 'коридоре' снабжения у Мясного Бора, 'саратовцы' имели по 40 снарядов на гаубицу, по 120 на пушку, по 80 мин на миномёт. Кот наплакал.

Проблемы со снабжением артиллерии 'генерал Грязь' создал посерьёзней гитлеровцев. Грузовики по раскисшему торфу, песку и глине пройти не могли. Специальные группы красноармейцев носили боеприпасы на себе. Дорога от Мясного Бора до Новой Керести, Кречно, где теперь разместился штаб армии, имела протяжённость 12 километров, но переносчик боеприпасов преодолевал её со скоростью 1 километр в час, неся до 30 килограмм. Так ящик с 1320 винтовочными патронами весил 25 килограмм. Ящик гранат Ф-1 - 20 килограммов. 44-килограмовый 152-миллиметровый снаряд несли вдвоём на носилках. И так далее. Основной упор делался на транспортную авиацию, которая еженощно доставляла по 20-30 тонн грузов и забирала раненых. СБ и Ил-4 сбрасывали груз, а У-2 имели возможность садиться даже не раскисшие полосы. Каждая дивизия и бригада имела свой полевой аэродром для У-2 - площадку длиной минимум 100 метров и шириной 5 метров. Можно с кочками.

Прибывший в 'саратовскую' бригаду начальник артиллерии армии Клыкова полковник Дегтярёв распорядился вывести всю артиллерию на прямую наводку, активнее использовать 'сорокопятки', запасы снарядов к которым имелись большие. С НП в трёх километрах восточнее Червино хорошо просматривался передний край обороны, однако глубину её скрывал густой сосновый лес. Перед самым началом артподготовки из укрытий вылезла группа гитлеровцев и начала бесцеремонно разглядывать позиции 'саратовцев' через громоздкий оптический прибор. Не успели они налюбоваться на мир, как последовала команда: 'Ураган!' Первым же снарядом офицеров будто ветром сдуло с земляной насыпи. Артподготовка продолжалась около часа. Затем последовал сигнал атаки. На этот раз всех порадовали хорошо согласованные действия стрелков и артиллеристов. В течение двух часов 'саратовцы' уничтожили фашистов в первой и второй траншее. Кривино обложили с трёх сторон, разрушили там часть полевых укреплений, убили более 150 оккупантов из 454-го пехотного полка Гримме 254-й пехотной дивизии Кёллинга, но отрезать Кривино от подкреплений из 21-й и 11-й пехотных дивизий и освободить не смогли.

Ещё одна 'саратовская' стрелковая бригада - 53-я, такая же малочисленная как и 57-я, атаковала сильный опорный пункт дивизии Кёллинга в Ручьях. Из-за сильного арт-миномётного огня и танковой контратаки штурмовые группы вернулись назад ни с чем. В районе отметки 40,3 в 3 километрах северо-восточнее Красной Горки гитлеровцы предприняли контратаку, но она провалилась.

Части 568-го стрелкового полка 191-й 'ленинградская' стрелковой дивизии храбреца Коркина атаковали ещё один опорный пункт дивизии Кёллинга. В жестоком бою 'ленинградцы' нанесли поражение частям 454-го пехотного полка в деревне Червинская Лука и освободили деревню, вернее груду развалин. Убито 220 оккупантов, взяты большие трофеи. Раньше в деревне Червинская Лука имелось 65 жилых домов, школу, здание сельсовета, магазин, красный уголок, хату-лабораторию, амбары, скотные дворы и сараи. Теперь только пепелище и всего несколько чудом уцелевших жителей.

Страшный след оставил Wehrmacht - изверги из полка Андреса из дивизии Кёллинга в этой маленькой русской деревне. На северо-восточной окраине на огороде неподалёку от реки Тигода красноармейцы обнаружили три больших кучи из 63 раздетых и разутых трупов мужчин, женщин и детей. Все свалены в беспорядке, облиты водой и заморожены. Имевшаяся на некоторых одежда изорвана в клочья. У многих обрублены пальцы на руках, вывернуты ноги, у двух женщин отрезаны груди. На других видны колотые раны, отрезаны конечности. Лица детей обезображены ударами тяжёлых предметов. Медицинским освидетельствованием установлено, что садисты перед расстрелом проводили мучительные пытки. Нескольких женщин изнасиловали, а потом закололи штыками. Расстреливали группами из пулемётов. Детские трупы находятся в самом низу кучи - в последние секунды жизни люди заслоняли их собой.

Опросом оставшихся в живых колхозниц Ивановой и Антиповой установлено, что за время оккупации капиталистические негодяи повесили за отказ выдать местопребывание партизан 5 жителей - Зеленову, 40 лет, её сына Владимира, 18 лет, Андреева, 17 лет, Михееву, 50 лет, Леонова, 19 лет. Перед бегством подлецы подожгли все постройки. Колхозных коров, лошадей, мелкий скот и птицу забрали ещё раньше. Молодых мужчин и женщин угнали куда-то в Любань и Чудово...

Тяжело осуждать красноармейцев и командиров после этого, что так мало они брали в плен этих нелюдей во время битвы на Волхове: Трудно даже себе представить, во что превратил бы Wehrmacht и его капиталистические хозяева русскую землю, не встань грудью на её защиту могучая рабоче-крестьянская Красная Армия, созданная большевиками, Лениным, Сталиным, Ворошиловым, Тимошенко и другими трудолюбивыми, талантливыми, справедливыми, мужественными, самоотверженными людьми.

К великому сожалению продвинуться вглубь укрепрайона на правобережье Тигоды и освободить главный опорный пункт Кёллинга в этом районе деревню Апраксин Бор не удалось из-за скудного снарядного пайка для гаубичной артиллерии и отсутствия ракет для 'Катюш'. Чтобы противостоять атакам на Любанском направлении, подлецы создали из частей 11-й и 21-й пехотных дивизий 'группу Шпонхаймера', которая усилила оборону вдоль участка железной дороги Чудово - Веймарн, вдоль Тигоды и реки Ровань.

Хотя ВВС Волховского фронта и оказывали наземным войскам помощь ночными бомбардировками опорных пунктов силами У-2 и Р-5, но существенно помочь не могли - всё всегда решалось на земле пехотой. Бомбардировочная авиация с обеих сторон из-за раскисших аэродромом почти бездействовала. Истребители Luftwaffe появлялись чаще, поскольку базировались на аэродромах с твёрдым покрытием в Прибалтике и Финляндии. Также дальние бомбардировочные авиаполки Резерва ВГК не прекращали бомбить тылы группы армий 'Север'. Советские дальние бомбардировщики базировались на аэродромах с твёрдым покрытием Подмосковья.

В районе высоты 23,3 в 4 километрах северо-западнее Дымно на северном фасе Волховского плацдарма сводный батальон 320-го пехотного полка 215-й пехотной дивизии Книза пытался наступать. Атака отбита огнём артиллерии. Убито более 250 солдат. Один взят в плен.

По приказу Мерецкова начался вывод 13-го кавкорпуса Гусева. Из-за невозможности обеспечить фуражом конский состав, первым делом выводили лошадей. Бедняги еле ноги передвигали, но поглядывали уже веселее, поскольку фураж через 'дорогу жизни' потихоньку поступал. От каждой кавдивизии выводилось по 1100-1300 голов и 500-600 бойцов для ухода за ними. Кавдивизии пока ещё находились на позициях как лёгкая пехота. Одновременно вывозилось снаряжение, в том числе зимнее обмундирование, трофеи, часть обозов.

По поручению начальника Политуправления Волховского фронта старший политрук Комков провёл поверку 1246-го стрелкового полка капитана Рыбакова и комиссара политрука Мухалева из 374-й стрелковой дивизии Витошкина из-за сигналов о неблагополучном положении дел по захоронению погибших, учёту убитых и похороненных, раненых и пропавших без вести. Выяснилось, что с начала формирования у Рыбакова сменилось 4 заведующих делопроизводством в звании техника-интенданта 2 ранга. Красноармейские книжки рядовому личному составу не выданы, у командного состава отсутствуют удостоверения личности. Часть раненых, которые эвакуированы через полковые пункты медпомощи других частей, в полку считаются погибшими или пропавшими без вести. Пофамильные списки в штабе полка, поступившие из частей и подразделений за период боёв с отметками 'убит', 'ранен', хранятся в беспорядке, не подшиты. По спискам потерь убитых больше, чем указано в книге похороненных по форме No.2 с, где записано 214 человек.

Не выполняются требования согласно приказу НКО No.138 по ведению книг по форме No.2. Записи ведутся вредительски небрежно. Отсутствуют данные по погибших: домашний адрес, фамилия жены, родителей. В книгу записано 214 человек похороненных. Под No.10 записан красноармеец Соловьёв, погибший в районе Пшеничище и похороненный на кладбище Пшеничище, а остальные 204 его товарища, записанные ниже, убитые в разных районах, в графе места захоронения имеют 204 раза перечёркнутое поле - 'тоже'. При этом они похоронены не в Пшеничище, а в районах, где погибли. Посылка извещений родственникам погибших производится с неполным адресом, иногда без улицы и номера дома.

При политотделе ответственный работник по сбору погибших и погребению до 25 марта отсутствовал, а политотдел в целом этим не занимался. Сбор погибших производился несвоевременно, поэтому при похоронах у погибших не имелось документов, которые изымались в момент гибели санитарами, товарищами или командирами.

Похоронная команда в полку не организована. Хоронит трофейная команда и начальник административно хозяйственной части АХЧ. При этом трофейная команда полностью штатом и транспортом не укомплектована и перед штабами не отчитывается. Похоронные карты с отметкой могил и списком захороненных вредительски не ведутся. Воинские почести не соблюдаются. Имеются вопиющие случаи похорон в блиндажах с недостаточным оформлением могилы. В районе Мостков похороны произвели в землянках. Подробного описания местности братских могил, а также и одиночных могил не ведётся. К примеру: 'Майор Гордин убит 4 февраля 1942 года в районе Спасская Полисть, похоронен в отдельной могиле у дороги, 3 километра восточнее Спасской Полисти' - этого описания совершенно недостаточно. По результатам проверки приняты меры...

Предложено в 3-дневный срок создать специальные команды для похорон из наиболее проверенных бойцов и командиров, обеспечить их необходимым транспортом и имуществом. Военный совет обязал немедленно известить родственников о погибших воинах и впредь незамедлительно после каждого боя посылать извещения по форме No. 4.

Во всех прочих соединениях и частях 2-й Ударной армии действовали команды по погребению под руководством средних командиров или политработников. Но в ряде частей команды возглавлялись младшими командирами и даже красноармейцами. Общие недостатки работы по захоронению, учёту убитых и похороненных, раненых и пропавших без вести: о многих убитых родственникам не сообщено, так как в штабах полков не всегда имеются адреса; извещения часто пишутся на клочках бумаги и в произвольной форме в нарушение приказа НКО No.138, из-за чего теряют характер государственного документа, на основании которого семьям назначается пенсия. Специальным приказом Военный совет фронта поручил командирам и военкомам частей в дополнении извещения формы No.4 посылать родственникам павших в боях письмо от имени командира или комиссара части с выражением сочувствия и соболезнования...

Зимой во 2-й Ударной армии действовали слишком малочисленные спецкоманды захоронения, и со своими задачами они явно не справлялись. Комплектовались команды из тыловиков по устаревшим нормативам. В трудные моменты их забирали на передовую и бросали в бой. 'Прибыток' за счёт команд захоронения исчислялся очень небольшим числом дополнительных штыков. Зато потери психологического плана, отрицательное воздействие на психику молодых, да и не только молодых бойцов не поддавались никаким цифровым подсчётам. Пройтись перед боем по полю, где лежать пробитые пулями и осколками заледенелые тела твоих героев-товарищей, погрызенные собаками и лисам, - ещё то переживание! Этот урок командиры и комиссары учили довольно скоро. Недооценку скорбной, но крайне необходимой и важной фронтовой службы преодолели.

4 апреля стрелковая рота 1247-го полка и взвод 1249-го стрелкового полка 377-й 'уральской' стрелковой дивизии Цаликова приготовилась атаковать деревню Михалёво. У красноармейцев лица напряжённые. Бледные. Все молчат. Некоторые нервно покашливают. Борются с неизбежным страхом. Маскхалаты у всех в пятнах грязи, кое где прожжены у костров. Но такая пестрота даже лучше.

- Ничего, ребята, не робейте, всё будет хорошо,- подбадривает их комроты. - Деревню мы возьмём, уверен...

В отличии и Трегубово, опорный пункт оккупантов в Михалёво располагался на восточном берегу реки Полисти. Подступы заминированы. Спирали Бруно, 'спотыкач', проволочные петли-силки. Сеть ДЗОТов, огневые позиции артиллерии и миномётов. Крепкий орешек. Несколько раз этот опорный пункт за последний месяц переходил из рук в руки. Но шансы есть.

Выдвинулись на опушку леса. Михалёво впереди в 500 метрах на возвышенности. Местность между лесом и деревней ровная как стол: ни оврагов, ни кустов. Тишина.

- Поди ж ты, гитлеровцы греются у печей, - говорит кто-то. - Сейчас артиллерия им подбросит жару.

Заговорила артиллерия. Снаряды стали рваться между домами. Чёрный дым закрыл постройки.

- По-пластунски, вперёд, на врага! - крикнул комроты, поднимая над головой ТТ.

Страха больше нет. Куда-то делся страх. Красноармейцы, подминая глубокий снег, поползли. Гитлеровцы открыли ураганный пулемётный огонь. Вокруг всё загрохотало. Фонтанами взвивалась к небу земля, смешанная со снегом. Пули жужжали как рассерженные шмели. Бойцы метр за метром приближались к деревне. Вот уже до крайних домов рукой подать. Авиация обеих сторон действовала незначительно, но огонь из ДЗОТов прижимал к земле. Красноармейцы уже среди чадящих развалин домов и сараев. Кувыркаясь, полетели гранаты РГД. Деловито затрещали ППШ. Разгорелся ожесточённый ближний бой, зачастую переходящий врукопашную. Для уничтожения гарнизонов окружённых ДЗОТов, 'уральцы', как это практиковалось с января на Волховском фронте, применили штурмовые группы с участием сапёров. Сапёры имели взрывчатку и огнемёты. Взрывчатку привязывали на длинные шесты и придвигали к заборам, воротам, стенам или дверям изб. Огнемёты шипящими струями били в окна. Штурмовые группы очищали огнемётами, взрывчаткой, гранатами дом за домом, землянку за землянкой, ДЗОТ за ДЗОТом. Как всегда непревзойдённо проявил себя в ближнем бою скорострельный и убойный ППШ, который был хорош, в крайнем случае, и просто как 3,5-килограммовая дубина... Как даст!

Освободить Михалёво полностью не удалось и линия фронта прошла посередине. Но использовать здесь мощёное булыжником шоссе на западном берегу Полисти подлецы больше не могли. Праздник кончился, наступило горькое похмелье. Их коммуникации перерезаны, в том числе огнём из пулемётных ячеек в самом Михалёво. Командир 76-миллиметровой 'полковушки' сержант Киселёв участок дороги у Трегубова пристрелял заранее. Как только здесь появились гитлеровцы, он открыл огонь и уничтожил 50 солдат и офицеров, а младший сержант Воробьев из своего пулемёта 'Максима' скосил более 10 гитлеровцев. В распоряжении оккупантов осталось только полотно железной дороги в 200 метрах западнее деревни и лесная 'дорога Борхерта'. Эта дорога снабжения находилась под непрерывным обстрелом советской артиллерии, миномётов и станковых пулемётов, а местами представляла собой залитую водой местность.

После захвата части Михалёво 'уральцы' собрали оружие, похоронное бюро дивизии похоронило своих погибших в братских могилах как положено. 440-й отдельный сапёрный батальон начал доставлять лесоматериалы для строительства укреплений на достигнутых рубежах, строить блиндажи и окопы, выкопал колодец для снабжения питьевой водой. Сапёры также установили противотанковые и противопехотные мины на подступах к своим позициям, приступили к прокладке к деревне с востока дороги. Небольшой группе бойцов и командиров в Михалёво, зачастую отрезанной от основных сил, предстояло вести тяжёлые, героические бой с фашистами из 'Волховского рукава'. Задача - держать под обстрелом склады в Трегубово, воспретить движение по шоссе, максимально затрудняя Линдеманну снабжение своей группировки, угрожающей 'дороге жизни 2-й Ударной армии.

На Новгородском направлении гвардейцы Буланова снова атаковали оборону подлецов на линии Копцы - Крутик при поддержке трёх Т-34 майора Юнацкого и артиллерийских полков из 255-й и 305-й стрелковых дивизий. И на этот раз упор делался на артиллерию. В ходе атаки удалось уничтожить 13 ДЗОТов и блиндажей, 2 танка Pz.Kpfw.III уничтожить и 2 подбить, уничижить 2 противотанковых орудия, зенитку, 10 пулемётов, 6-ствольный миномёт, убить 90 и ранить более 300 оккупантов. Одновременно 'булановцы' атаковали голландских наёмников в опорных пунктах Гузи и Пятилипы.

Эти атаки доконали боеспособность 126-й пехотной дивизии Лаукса и её отвели с фронта для переформирования за исключением нескольких частей. По мере подхода резервов, пополнения и ремонта техники, проводимого в Луге, последние части 20-й моторизованной дивизии Яшке, разрезанной и разгромленной январским наступлением 2-й Ударной армии, кружным путём по железной дороге собрались в 'Волховском рукаве' для атаки с севера на 'дорогу жизни' 'ударамейцев' по пресловутому плану 'Raubtier'.

На западном фасе занимаемого 2-й Ударной армии района южнее деревни Большое Ёглино разведчики 59-й 'саратовской' отдельной стрелковой бригады Глазунова взяли в плен пьяного обер-лейтенанта. Оказалась, что это Линдеманн-младший, сынок военного преступника командующего 18-й полевой армией генерал-полковника Линдеманна. Оказывается, обер-лейтенант Линдеманн доставил из OKW в 18-ю полевую армию документы, приказы, а потом решил навестить своего дружка, часть которого располагалась в районе Большого Ёглино. Привёз ему тёплые вещи, спиртное, 'Pervitin'. Гость из Берлина напился в гостях до положения риз и принялся шататься по передовой только в сопровождении денщика. Здесь старшина Пушкин и ефрейтор Ванюшин из отдельной сапёрной роты Тихонова их подкараулили, без шума убрали денщика и повязали важного языка.

Привычка солдат и офицеров почти к ежедневному пьянству и потакание этому штабов, делали даже из малопьющих призывников настоящих алкоголиков за месяц-два. В атаку без шнапса не ходили в принципе. Выдавали порой до бутылки на человека. Кроме шнапса и вина, которые выдавали интенданты, спиртное свободно покупалось в солдатских магазинах и лавках, имеющихся почти во всех частях. Это при том, что в рейхе спиртное продавалось только по карточкам и по весьма низкой норме. Штабы в тылу не отставали от частей на передовой. Немудрено, что сын командующего 18-й полевой армии Линдеманна попал в плен по пьяной лавочке.

Среди многочисленных фотографий оказалась такая, на которой возле красивой легковой машины стоял командующий армией Линдеманн, перед ним навытяжку офицеры и улыбающийся, в свободной позе этот самый обер-лейтенант. Так и поняли, кого взяли 'саратовцы'. Сначала сынок палача русского населения и убийцы пленных вёл себя нагло: утверждал, что Германия победит. Но как она могла победить, если все её отборные войска разгромлены, а умение наступать основано на вероломстве, фактор которого закончился, и на закидывании Красной Армии трупами? Капиталистический выкормыш при опросе сидел небрежно развалясь. Когда ему сказали, что перед ним находятся полковник и комиссар, он побледнел и испуганно спросил:

- Значит, меня расстреляют?

Линдеманн сообщил, что привёз приказ Гитлера окружить 2-ю Ударную армию. Вынул из обшлага рукава шинели копию приказа, отдал и добавил: 'капут'. Точно начертил границы фронта армии. Пленного отправили в армейский Особый Отдел НКВД. Там он кроме всего рассказал об упаднических настроениях среди населения Германии. Один знакомы ему ректор народной школы в Планитце в Саксонии задал своим ученикам классное сочинение на тему: 'Кого и что ругают'. Дети при этом во многих случая упоминали рейхсмаршала Геринга. Одна школьница написала: 'В Германии вообще уже больше ничего нет, даже мыла и мыльного порошка! Хотела бы я знать, чем Геринг стирает свой белый мундир! Может, он получает дополнительный паёк? Он же должен его хоть два раза в неделю стирать!' Не знала бедная немецкая девочка, что Геринг являлся самым богатым фашистом из NSDAP после захвата еврейской собственности, контрольных пакетов акций ряда немецких металлургических и военных заводов, вроде заводов, производящих боевые самолёты Focke-Wulf, при том, что 20 процентов акций этих заводов по -прежнему принадлежали ITT Corporation из США. Геринг не то, что имел возможность обходиться безо всякого пайка, он мог себе позволить каждую неделю надевать совершенно новый белый мундир с иголочки.

Население Германии вместо табака курило липовый цвет. Представляете, какая вонь? Солдаты с риском для жизни лазили на нейтральной полосе по карманам убитых русских в поисках чудесной махорки Сталина. Но Геринга в кино только с толстой кубинской сигарой во рту показывали. И он всегда либо 'подшофе' либо под кокаином. При этом официально Великогерманский рейх борется с курением табака и наркотиками! Линдеманн-младший говорил весьма откровенно, хотя к нему, как и другим пленным, никакие меры принуждения не применялись:

- У больших шишек еды вдоволь и полно денег за границей на случай бегства. Геринг давно бы укокошил фюрера, будь на то его воля. И тогда бы шишки на всех немцев рукой махнули и только своими делами занимались! Только фюрер ещё как-то думает о людях! Когда ехал сюда, то решил прихватить с собой для однополчан своего друга тёплые вещи и спросил одну женщину в доме по соседству, есть ли у неё старые вещи. Она ответила: 'Если бы мы действительно завоевали столько земель на Востоке, как нам рассказывают, то нам не нужно было бы собирать всякое старьё для фронтовиков. Мой муж с фронта пишет, что у него желудок уже к позвоночнику прилип; когда подвозчики боеприпасов приезжают на позиции, там уже всё съели!' И захлопнула дверь!

В конце опроса Линдеманн заключил:

- Все только и шепчутся о потерях, огромных потерях. На почте в городах скопилось великое множество телеграмм о смерти на фронте, но доставлять по адресу разрешается далеко не все! Если бы людские суждения играли решающую роль, то война была бы давно проиграна...

Иллюстрацией слов Линдеманна-младшего о причинах скепсисе немецкого населения об сомнительных успехах на Восточном фронте послужил также провальный массированный авианалёт Luftwaffe на Ленинград, имеющий самую сильную систему ПВО в мире. Этот налёт являлся тщательно подготовленной воздушной операцией 'Айсштосс' - 'Ледовый удар' для уничтожения вмерзших в лёд Невы линкора 'Октябрьская революция', крейсера 'Киров' и 'Максим Горький', орудия которых как на конвейере уничтожали солдат и технику вокруг осаждённого города. В глубоком тылу оккупанты построили изо льда силуэты кораблей на Неве и пикирующие бомбардировщики с истребителями отрабатывали на них штурмовые удары.


## Глава 12. Посвящение 700-летию разгрома немецких рыцарей на Чудском озере


Подлёт к Ленинграду 191 стервятника Luftwaffe засекли в 18 часов 45 минут 4 апреля 1942 года радиолокационные станции с применением телевизионных систем РУС-2. Посты ВНОС актуализировали информацию: 132 бомбардировщика приближались под прикрытием 59 истребителей. Бомбардировщики Ju 87, Ju 88 шли на высотах 3000-3500 метров тремя группами, разбитыми на подгруппы по 9-12 машин для подавления и прорыва системы ПВО. Выше двигались основанные силы - бомбардировщики Не 111.

Перед этим дальнобойная артиллерия 18-й полевой армии военного преступника Линдеманна пыталась подавить систему ПВО в районе расположения кораблей. Не вышло. Корабли ответили в своей привычной жёсткой манере и артиллерия Линдеманна предпочла заткнуться. Началось сражение за небо Ленинграда. Советские зенитчики создали на подходах к городу стену огня. Наперерез армаде Luftwaffe вылетели Сталинские соколы из 7-го истребительного авиакорпуса ПВО. Частоты фашистских агентов-корректировщиков в городе корабли глушили своим мощными передатчиками. Это вам не вероломное нападение 22 июня 1941 года на мирный народ. Боевой порядок бомбардировщиков расстроился. Рассыпавшись, фашисты кинулись на город небольшими группами. Теперь зенитчики открыли уже мощную прицельную стрельбу. В первые же 15-20 минут налёта на различных участках они сбили 6 бомбардировщиков. Истребители начали воздушные бои. Некоторые шли непосредственно над городом. Звено старших лейтенантов Москаленко, Понаре, Беликова сбили 2 вражеских самолёта и повредили 3. В черту города проникли лишь одиночные самолёты на высоте до 3000 метров, снижаясь до 1500 метров. Ниже они не могли пройти из-за огня малокалиберных скорострельных зениток и крупнокалиберных пулемётов ДШК. Беспорядочно сбрасывая бомбы, стервятники постарались поскорее уйти. При их отходе советские истребители продолжали атаки. Всего сброшено в черте города 230 авиабомб. Большая часть самолётов-одиночек сбросили бомбы на жилые кварталы. Убийцам удалось убить и ранить более 50 женщин, стариков и детей.

Вблизи кораблей разорвались только 70 бомб. Прямое попадание только одно: бомба пробила палубу крейсера 'Киров' и разорвалась в воде у борта. Получили повреждения два орудия крейсера. Незначительные повреждения имелись ещё у шести кораблей, плавкрана и плавучего дока. Имелось попадание бомбы в одну из зенитных батарей. Погибло 8 и получили ранения 7 отважных зенитчиков. Повреждения получил один советский истребитель, который, однако, дотянул до аэродрома. Ранения получили два Сталинских сокола. И это при налёте 191 самолёта!

При отражении авианалёта всего сбито 18 бомбардировщиков и истребителей Luftwaffe, 5 из них сбили истребители, 3 'лапотника' Ju 87 сбили зенитчики крейсера 'Максим Горький'. Один упал в Неву, второй на территории порта, третий на улицу за кормой корабля. Также подбито 13 стервятников, которые спланировали с дымными хвостами на территорию, занятую оккупантами. Число стервятников, получивших повреждения, скорее всего дошло до 30 машин. Погибло более 70 фашистских пилотов, штурманов-бомбардиров, стрелков-радистов, стрелков, получили ранения около 50.

Давай, Геринг, присылай ещё, с таки успехом так весь состав Luftwaffe и положишь! Это тебе не Лондон бомбить, не беззащитную Варшаву, которую капиталисты бросили на произвол судьбы. К сожалению, забота о защите населения Ленинграда заставляла большевиков снижать прикрытие войск Волховского фронта. Но спроси любого красноармейца или командира: 'Что важнее: прикрыть истребителями тебя или детей Ленинграда?' И воин, если, конечно, это советский воин, ответит не задумываясь: 'Детей Ленинграда!' Всё верно! Спасти Ленинград!

В ночь на 5 апреля 844-й транспортный авиаполк, ранее 697-й ночной бомбардировочный авиаполк, совершил очередные 5 самолёто-вылетов на У-2 для снабжения окружённых у ручья Скребельского 800 бойцов героической дивизии Лиленкова. Сброшено 'сибирякам' 1000 килограмм сухарей, 1000 банок свиной тушёнки и питание для рации...

Утром 3 батальона эсесовской 'группы Борхерта', от которых осталось 200 человек из первоначального количества в 2700, а также отброшенные на север части разрезанной советским наступлением 58-й пехотной дивизии, получили для укрепления обороны у северной 'просеки Фридрих' 900 солдат 540-го штрафного 'испытательного' батальона особого назначения. У многих штрафников за плечами концлагерь, где эсэсовцы их могли убить за малейшие проступки, а заразиться там тифом - почти наверняка. Перед ними альтернатива: получить прощение, получить пулю в затылок в бою от унтер-офицера, встать к куче песка по решении офицера, отправиться на тот свет или в госпиталь. Конечного срока пребывание в штрафном батальоне не имело. Красная Армия штрафные батальоны не использовала. Даже пока не раздумывала о том, вводить штрафные роты и штрафбаты, или нет. Wehrmacht имел изначально целую систему принуждения для 'пушечного мяса': кроме штрафных боевых частей на фронте имелись концлагеря и трудовые лагеря для штрафников, куда помещали не только за нарушение приказа или дисциплины, но даже по малейшему подозрению в нелояльности фашистскому режиму.

24-я стрелковая бригада и 7-я гвардейская танковая бригада свежим пополнением похвастаться не могли. 24-ю бригаду пополнили, влив в неё половину из оставшихся в строю лыжников 41-го отдельного лыжбата Поликарова - 300 бойцов. Зато эти отборные воины, прошедшие уже огонь и воду, ценились один за трёх. Лыжбат формировали в Челябинске в конце прошлого года. Вместе с 382-й стрелковой дивизией батальон Поликарова два месяца назад вёл бои за Спасскую Полисть, затем совершил рейд по тылам оккупантов в районе Ольховки, потеряв 50 бойцов убитыми и 140 ранеными, нанеся врагу примерно такие же потери.

Штрафники фашистов попали в корабля на бал. Обычно советские подразделения, замечая смену войск у оккупантов, сразу атаковали их и зачастую добивались разгрома новоприбывших, поскольку гитлеровцы последнее время слали на фронт плохо обученных и естественно необстрелянных солдат.

В 11:00 советские войска открыли ураганный огонь из артиллерии, миномётов и 'Катюш' по передовой линии наследников псов-рыцарей в лесу северо-западнее Мостков. Под удар попал командный пункт 'группы Вюнненберга' в опорном пункте 'Острие' и 2-й полк SS Polizei-Division. Один из оставшихся на ходу КВ-1 из 7-й танковой бригады, один лёгкий 'дедушка' Т-26 и штурмовые группы 1246-го стрелкового полка дивизии Ветошкина прорвали с востока оборону I батальона 389-го пехотного полка и продвинулись на 500 метров на запад. При этом удалось уничтожить 5 ДЗОТов, два противотанковые 'колотушки', 9 миномётов.

Здесь в лесу везде встречались следы жестоких февральских боёв. Десятки вмёрзших в снег неубранных трупов советских героев и подлых захватчиков. Вот к югу от небольшой поляны - советские бойцы, к северу - солдаты капиталистов. Около двух месяцев назад советская пехотная часть продвигалась здесь на север или отражала контратаку в боях за Мостки, Любино Поле и Спасскую Полисть. Произошёл очередной жестокий бой в зимнем лесу. Хоронить убитых не было времени, требовалось преследовать отступающих оккупантов. Когда сюда добралась похоронная команда, её опередила февральская вьюга. Она и похоронила, и спела реквием...

У каждого убитого своя поза, но подавляющее большинство советских героев лежит головой к северу - наступали в ту сторону. Вот раскинув руки лежит сержант. Из-под маскхалата выглядывают самодельные треугольники на петлицах - вырезаны из жести консервной банки. Видимо только что получил звание и не успел обзавестись настоящими. Вокруг обломки лыж, гильзы, пустые пулемётные ленты от 'Максима'. Пулемёта нет, его забрали с те, кто пошёл вперёд... При каждом убитом противогаз. В советских сидорах консервы, сухари, концентраты, сушёная рыба. Уцелел в плотно закрытых металлических коробочках кусковой сахар. Попадались фляги со спиртом, кисеты с махоркой...

Вот скрючился ненавистный фашистский солдат в пробитой пулей каске-кастрюле. Смерть настигла его в тот момент, когда он перебирался через поваленное бурей дерево. Из снега торчат немецкие сапоги: У оккупантов на головах матерчатые кепи с суконными наушниками. На рукавах повыше локтя маскхалатов кранные опознавательные ленты. Противогазы в жестяных цилиндрических коробках, кожаные ранцы. На шеях как у собак 'эркеннугсмарка' - опознавательный знак: Теперь на это кладбище наложилось другое, апрельское. Те капиталисты, кто виновен в смерти этих людей, с помощью своих законов спокойно сидят на огромных шикарных яхтах у солнечного берега в окружении дорогостоящих девиц и предаются в роскоши безделью. Их жертвы гниют в болоте, а главные организаторы убийств у всех на виду наслаждаются жизнью. Капитализм, частная собственность - самое ужасное, подлое и кровожадное из всего, что придумало человечество. И эту заразу следует уничтожить!

Вюртемберг погнал на бойцов Ветошкина в контратаку штрафников, которых поддерживали три танка Pz.Kpfw.III. Смертники Гитлера после концлагеря, где они стояли уже одной ногой в могиле, дрались озверело, невзирая на страх смерти, в надежде на возможное прощение. Вернуться в лапы эсэсовской охраны концлагерей в тифозные бараки им казалось страшнее смерти! В результате контратаки штрафников, потерявших в ней около 150 солдат, советская пехота остановилась на достигнутом рубеже. Сапёры SS подожгли лёгкий Т-26 с помощью огнемёта, рассматривая это как большое достижение. Прорвавшийся КВ-1 ещё раз проутюжил оборону. Попадание снаряда в погон башни её заклинило и танк вернулся. После боя на 'Климе Ворошилове' насчитали 16 отметин от снарядов.

Взятые в ходе боя пленные подтвердили предположение советского командования о том, что гитлеровцы продолжают накачивать 'Волховской рукав' новым 'ливером', 'пушечным мясом'. Пленные оказались из 76-го моторизированного полка 20-й моторизованной дивизии. Они совсем недавно пополнили эту часть. Сами из Австрии. Перед отправкой в 'Долину смерти' полк получил пополнение в 1500 человек, дойдя до штатной численности в 3000 солдат и офицеров. 24-я 'харьковская' стрелковая бригада имела менее 2500 тысяч бойцов, 327-я 'воронежская' стрелковая дивизия 3400 человек. А здесь один лишь полк оккупантов имел 3000! Тушей только и навалится на коммуникации 2-й Ударной армии при такой комплектности войск!

Для снабжения 2-й Ударной армии по-прежнему могла использоваться только одна центральная просека 'дороги жизни', и то по ночам. Этого для полноценного снабжения армии не хватало даже с учётом еженощных воздушных перевозок. 2-километровый 'коридор' снабжения следовало расширять. Но и снабжение группировки гитлеровцев, окопавшихся у 'дороги жизни' 'ударамейцев', висело на волоске. У начала 15-километровой лесной 'дороги Борхерта', построенной ими с севера от Малого Опочивалово через лес, и которая заканчивалась в 3-х километрах юго-западнее Любина Поля, стоял большой щит генерала Ванделя с самокритичной надписью: 'Здесь находится задница мира!' Ширина лесной 'дороги Борхерта' 3-4 метра. На всём протяжении она простреливалась советской артиллерией и миномётами, постоянно подвергалась налётам, атакам советских диверсионно-разведывательных групп и целых отрядов. Удержание дороги, узкоколейки 'Stern', опорных пунктов 'Паук' и 'Острие', через которые эти дороги шли, стоило ежедневно подлецам 30-40 убитых солдат и военных строителей. Также терялось 3-4 грузовика. Постоянно гибли лошади и грузы.

5 апреля от командования 57-й 'саратовской' отдельной стрелковой бригадой отстранён подполковник Ведерничев за большие потери в боях за опорный пункт Ручьи и нарушение приказа Мерецкова об обязательной артиллерийской поддержке при проведении частных операций. Так в одной из атак, проводимой без поддержки артиллерии, 'саратовцы' с 8:00 до 21:00 пролежали на опушке леса в 100-120 метрах от огневых точек, потеряв 30 человек убитыми. Бригаду возглавил майор Евстифеев.

В этот день 5 апреля 700-летие разгрома немецких рыцарей на Чудском озере. 2-я Ударная армия разгромом обороны оккупантов в своём 'коридоре' снабжения вполне напомнила немцам о том побоище. Тевтонские рыцари в поисках колоний и рабов, с благословения папы Римского, в июле 1240 года оккупировали Псковскую республику, Изборск и Копорье. Это случилось через несколько месяцев после разгрома шведских крестоносцев в битве на Неве армией республиканского Новгорода во главе с князем Александром Ярославичем, получившим после победы прозвище Невский. Новгородское Вече, ранее отославшее 20-летнего князя Александра Невского из города за самоуправства, призвала его с дружиной назад. Александр отбил у крестоносцев Псков и Копорье.

Весной 1242 года тевтонские рыцари и их союзники вместе с местной чудью разгромили отряд новгородцев у крепости Дерпт, а затем под командованием князя-епископа Германа Дерптского двинулись к Чудскому озеру. 5 апреля 1242 года войско князя-епископа сошлось с войском Александра Невского на льду узкого пролива между Чудским и Псковским озёрами. Герман Дерптский имел 100 тяжеловооружённых тевтонских рыцарей, 300 рыцарских слуг, 400 хорошо вооружённых профессиональных немецких воинов, 300 датчан - тяжеловооружённых датских рыцарей и их боевых слуг, 3000 эстонских пехотинцев. Всего около 4300 крестоносцев.

Александр Невский имел две конные дружины, свою и брата Андрея, состоявшие каждая из старшей и младшей дружины разной степени вооружённости - всего около 1000 профессиональных воинов, 600 новгородских конных лучников, 1500 новгородских ополченцев, 2000 плохо вооружённых финно-угоров. Всего около 5000 человек.

Войско князя-епископа переправилось через озеро. Битва началась с нападения на датчан конных лучников новгородцев. Затем крестоносцы атаковали новгородскую пехоту, вбиваясь клином в их строй. После двух часов жестокой битвы, когда псы-рыцари понесли потери и измотались на скользком льду, Александр Невский двинул на врага левое и правое крыло своих сил, включая свою и Андрея дружины. Крестоносцы после охвата с флангов начали в беспорядке отступать. Началась паника и резня немцев и эстонцев. Немногим рыцарям удалось спасать. Русские убили почти всех датчан и более 1000 эстонцев. 6 рыцарей и 50 немцев попали в плен. Победа над псами-рыцарями остановила крестовый поход на Восток и провела границы по реке Нарва и Чудскому озеру...

После того, как Сталину и его товарищам удалось временно взять верх над троцкизмом и попытками социал-демократического перерождения партии, большевики и советское правительство Калинина отринули резко русофобский подход троцкистов к русской истории. Сталин резко пресёк дальнейшие попытки бездумно очернять русское наследие. Начался расцвет русской народной культуры: сказки, стихи, песни, пляски, театр кукольный и актерский, проза, живопись, музыка, история, кино. В условиях неизбежного нападения коалиции капиталистических фашистских государств, в Советском Союзе по госзаказу вышел блистательный цикл художественных фильмов-сказок и фильмов исторических, повествующих о героических страницах русской истории: 'Кащей Бессмертный', 'По щучьему веленью', 'Василиса Прекрасная', 'Суворов', 'Кутузов', 'Пётр I', 'Минин и Пожарский', 'Первопечатник Иван Фёдоров'. Одновременно появилась экранизация русской классики: 'Бесприданница', 'Женитьба', 'Маскарад', 'Как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем', 'Медведь'. Подвиг на Чудском озере нашёл отражение в блестящем кинофильме 'Александр Невский'. Музыку для него в виде кантаты 'Александр Невский' написал выдающийся советский композитор Шостакович. Кинокартина о славной победе над крестоносцами пользовалась в СССР огромным успехом. Её много раз привозили и крутили и 'ударармейцам':

В ночь на 6 апреля 657-й легкобомбардировочный авиаполк бомбил Гузи на южном фасе Волховского плацдарма. Сброшено 80 бомб. Разрушено 22 дома. В каждом размещалось 20-30 голландских наёмников из I батальона SS Freiwilligen 'Legion Nederland' бригадефюрера SS Клингеманна. Уничтожен склад боеприпасов и 6-дневный запас продовольствия эсэсовцев. Из-за оттепели позиции наёмников заливала талая вода. В некоторых окопах она доходила до пояса. Из-за антисанитарии многие голландцы болели простудными, кишечными и кожными заболеваниями, а также 'Волынской лихорадкой'.

Согласно плану операции по очистке исходного района, откуда подлецы продолжали угрожать 'дороге жизни' 'ударармейцев', подразделения 1002-го стрелкового полка 305-й 'московской' стрелковой дивизии и 1220-го полка 366-й 'томской' стрелковой дивизии скрытно подошли к опорному пункту в деревне Оссия. Здесь оборонялись другие роты SS Freiwilligen 'Legion Nederland'. После внезапной атаки 'москвичи' и 'томичи' захватили первую линию траншей. Голландцев в ней перебили. На вторую линию обороны обрушились краснозвёздные штурмовики Ил-2 из 175-й штурмового авиаполка Валивахина. Затем последовала новая атака советской пехоты. Только с помощью подошедших подкреплений, ценой огромных потерь, наёмникам удалось удержать несколько ДЗОТов. За день боя навсегда легли оскалом в русскую землю более 500 подлецов. Из-за больших потерь, в том числе ранеными и больными, голландцев вывели в тыл для переформирования. В поредевшие ряды голландских батальонов после этого влились кроме голландцев фольксдойче из Северного Шлезвига.

В штаб 'группы Вюнненберга' в опорном пункте 'Острие' для розыска своего пропавшего без вести сына прибыл командующий 18-й полевой армией Линдеманн. Толи сын убит, то ли в плену. Гитлер отказался выполнять требования конвенции о пленных в отношении СССР и обмен списками пленных не осуществлялось. Здесь Линдеманн потребовал продолжения операции 'Raubtier', имея к 'ударармейцам' уже и личные счёты. Это ж надо! Напившийся шнапса и принявший дозу препарата 'Pervitin' сын командующего полевой армией, да ещё офицер OKW, да ещё с секретным приказом о начале нового наступления пропал на передовой и, скорее всего, попал в плен к 'недочеловекам'! Вот как воюет Wehrmacht в Волховской битве! Позорище, ведь в честь Линдеманна оккупированный Красногвардейск, бывшая Гатчина, переименован в честь генерал-лейтенанта в Линдеманштадт. А тут такой конфуз!

Вюнненберг доложил своему начальнику о трудном положении эсесовской группы: от действовавших на 'просеке Фридрих' I и II батальонов 3-го полка SS Polizei-Division и I батальона 2-го полка этой же дивизии, батальона 58-пехотной дивизии и сапёрного батальона осталась примерно по 200 офицеров, унтер-офицеров и солдат, всего чуть более 1000 солдат. Почти все с лёгкими ранениями или заболеваниями. 2/3 численного состава SS Polizei-Division с января уже дважды полегли в снегах, лесах и болотах. Каждый день из SS Polizei-Division за последнюю неделю выбывали по 150-200 солдат, унтер-офицеров и офицеров. Чтобы пополнять постоянно опустошаемые батальоны SS Polizei-Division, руководители SD Гейдрих и SS Гиммлер перебрасывали самолётами в течение нескольких дней пожилых полицейских из Германии и Австрии на аэродром Любани. Пополнение сразу без подготовки шло в ад Волховской битвы, и 'колбасники' обычно в первом же бою с непривычки несли большие потери, хотя многие полицейские рейха - это бывшие армейские унтер-офицеры и имели опыт прошлой войны. Но разве руководители SD Гейдрих и SS Гиммлер когда-нибудь жалели немцев, отцов семейств? Фрау ещё нарожают! Жмых из остатков различных частей 'группы Вюнненберг' дополнил 540-й штрафной батальон 'испытательного срока'. Но такими силами даже обороняться невозможно. Вместо того, чтобы штурмовать Ленинград, отборную пехоту Германии перемалывали войска 2-й Ударной армии.

Вюнненберг в сотый раз пожаловался командующему на 'генерала Грязь':

- Дорог как таковых нет, господин генерал-лейтенант, только грязь по колено, а под ней часто и лёд. Истощённые лошади еле плетутся, проваливаются по шею, а ездовые и артиллеристы впрягаются в постромки. Орудия приходится устанавливать на деревянные помосты, палатки - на жерди. Вместо блиндажей - свайные избушки, похожие на тех, в которых северные славяне в древности хоронили покойников:

- Немцы сейчас здесь и есть покойники... - хмуро ответил Линдеманн, глядя на штандартенфюрера прозрачными рыбьими глазами.

Вюнненберг получал в сутки 14 тонн грузов, которые 8 километров шли по шоссе с каменным покрытием от Чудово до Трегубово. Из-за того, что 377-я стрелковая дивизия Цветкова захватила часть Михалёво и простреливала шоссе, грузовикам NSKK и армейским повозкам приходилось затем сворачивать в лес на 'дорогу Борхерта', которая шла через опорные пункты 'Паук' и 'Острие' параллельно трассы узкоколейки 'Stern'. Там транспорт скорее плыл по руслу реки, поднимая волны, чем ехал по дороге. Только для поддержания этого пути 'из варяг в греки' требовалось 11 сапёрных рот, 8 армейский стройбатов и стройбатов 'Организации Тодта', а также группы 'хиви' и местные рабы. Этими же силами по пояс в воде строили узкоколейку 'Stern'. Здесь немцы ничем не отличались от русских рабов. Для своих капиталистов они рабами и являлись!

Wehrmacht больше не имел возможности воевать вдоль дорог с твёрдым покрытием и грейдированному шоссе, как после вероломного нападения у границы. Красная Армия загнала Wehrmacht в болото. Всё так. Но и наступающим советским войсками приходилось не легче. Просеки 'дороги жизни' и лес вокруг - это частично покрытая ещё снегом, непросматриваемая болотно-лесистая местность, которая при оттепели превратилась в одно огромное болото, где даже танки могли передвигаться только по настилам из брёвен. От Полисти до Глушицы на пять километров одно сплошное лесное озеро.

Пока Линдеманн инспектировал войска Вюнненберга и разыскивал сынка, а 20-й сапёрный батальон на участке III батальона 76-го пехотного полка устраивал проволочные заграждения, советские танки снова прорвались в тыл 90-го моторизованного полка 20-й моторизованной дивизии и устроили погром. В это же время советская артиллерия, в том числе крупнокалиберная, открыла огонь по скоплению войск Книза в Михалёво и Спасской Полисти, а советские части атаковали с юго-запада и прорвали фронт, в очередной раз нарушив снабжение Спасской Полисти. Линдеманну в бункере Вюнненберга сиделось неуютно. В кофейной чашке плясала и жалобно звякала ложечка, и палач засобирался в свой штаб под Лугой. Сынка в числе убитых нет, со стороны советских радио-машин заявлений нет - и то хорошо.

В ночь на 7 апреля I батальон SS Freiwilligen 'Legion Nederland' в опорном пункте в деревне Гузи на Новгородском направлении подвергся внезапной ночной атаке советских штурмовых групп 366-й 'томской' стрелковой дивизии Буланова, которые подошли тихо с тыла без поддержки артиллерии. Красноармейцы ворвались в опорный пункт, убили 80 голландцев. Остальные 500 в нательном белье в панике бежали, как бараны, побросав артиллерию и пулемёты. Прибывший бригадефюрер SS Клингеманн с трудом смог оставить бегство и при помощи резервов начать контратаку. Её поддерживали 6 штурмовиков Ju 87. Поскольку большая часть домов в опорном пункте к этому времени разрушила советская артиллерия и авиация, а захваченные ДЗОТы, огневые позиции и траншеи не позволяли их использовать для обороны от атаки с юго-западного направления, 'томичи' отошли. Сам по себе холм среди болот им ничего не давал.

Утром ВВС Волховского фронта силами двух бомбардировочных авиаполков и одного штурмового авиаполка нанесли бомбовый удар и провели штурмовку войск подлецов в Холопьей Полисти и Каменной Мельнице, находящейся между Холопьей Полистью и Большим Опочивалово. Здесь Линдеманн начал строить вторую узкоколейную дорогу и разместил армейские склады. Они стали целями удара. В результате удалось уничтожить несколько крупных складов с боеприпасами, горючим, продовольствием и снаряжением в объёме 2-суточного расхода войск полевой армии Линдеманна. Облако дыма видели за 100 километров. Пожары бушевали три дня.

В нескольких километрах восточнее опорного пункта в деревне Гузи, где ночной атаке подвергся гарнизон SS Freiwilligen 'Legion Nederland', у Теремца-Курляндского весь день католической Пасхи 38-й стрелковый полк 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого совместно с другими частями вёл непрерывный изнурительный наступательный бой при помощи сильного артиллерийского огня, переходившего порой в ураганный. Линия обороны голландцев то прогибалась после атак 'тюменцев' при поддержке артиллерии и авиации, то выправлялась после контратак свежих частей гитлеровцев. Полоса наступления 'тюменцев' оказалась буквально завалена немецким, австрийским, немецким, голландским, испанским мясом, но подлецы всё время подводили подкрепления, в то время как Кошевому приходилось использовать одни и те же подразделения.

'Группа Шпонхаймера', обороняющаяся на Любанском направлении с помощью свежих войск, получила название 'группа Томашки'. Восточнее неё, на Чудовском направлении у северной оконечности болота Гажьи Сопки, между опорными пунктами Сенная Кересть и Глушица, части 267-й 'белгородской' стрелковой дивизии Потапова половинного состава подверглись мощной контратаке относительно полнокровных и свежих частей 61-й пехотной дивизии Шайдиза. Пехотный батальон гитлеровцев прорвался к штабам 844-го стрелкового полка подполковника Букетова и 846-го стрелкового полка майора Киселя 'белгородцев'. Связь оборвалась. Все штабные работники, политработники из политотдела дивизии Карпеня и Киреев взялись за оружие и заняли круговую оборону. Во время боя высокое мужество проявила комсомолка военфельдшер Люба Сосункевич. Под шквальным огнём она оказывала помощь раненым, укрывала их в блиндажах. Нескольким фашистам удалось просочиться к блиндажу, в котором находилось 17 раненых. Подкравшегося первым рослого гитлеровца Люба застрелила из револьвера. Такая же участь постигла и бежавшего к ней с автоматом в руках второго фашиста. До этого во время боёв у Спасской Полисти геройская девушка вынесла с поля боя 60 раненых... '...Коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт...' Остальных подлецов прикончили пришедшие на помощь Любе бойцы. Когда фашисты со всех сторон приблизилось на бросок гранаты и показалось, что всё сейчас кончится, встал во весь рост военком дивизии полковой комиссар Дмитриев и крикнул:

- За Родину, за Сталина!

Горстка бойцов и командиров с этим кличем бросилась в рукопашную и отбросила врагов. Пуля сразила отважного комиссара. В неравном бою погиб и комиссар Гусельников, и военком штаба дивизии Чуприков. Защищаясь до последнего патрона, смертью храбрых пал замначальника Особого Отдела НКВД капитан Брызжавский. 20-летняя радистка роты связи комсомолка Мария Пивоварова всё это время поддерживала связь. Когда фашисты оказались в 30 метрах от блиндажа, она взяла винтовку СВТ и заняла место в окопе. При этом она громко пела 'Катюшу'. Её голос и слова песни воодушевляли 'белгородцев'. Девушка получила смертельное ранение. Последние слова Маши на руках товарищей: 'Спасите мою рацию... Напишите маме...'

С помощью подкрепления атаку отбили. Так невозможно сражаться за деньги, только за свободу от господ, за образование и здоровье для детей, защиту от любых поборов, гарантированную работу, досуг, отдых, за счастливую семью и достойную старость!

В то время как 844-й и 846-й стрелковые полки 'белгородцев' отбивали яростные атаки 'группы Шайдиза' под Сенной Керестью, 848-й стрелковый полк 'белгородцев' наступал у Глушицы, чтобы деблокировать 800 бойцов дивизии Лиленкова и 600 бойцов гвардейцев Рогинского. В этой жестокой битве между Сенной Керести и Глушицей 61-я 'восточно-прусская' пехотная дивизия Шайдиза понесла тяжёлые потери. Пулей снайпера убит её командир полковник Шайдиз, он же командир 'группы Шайдиз'. Гитлер очень переживал из-за этого палача мирного населения, даже посмертно присвоил ему генеральский чин. Новый командир дивизии полковник Франкевитц тут же принялся снова бросать в атаку немецкое пушечное мясо.

Попытки 267-й и 378-й стрелковых дивизий пробиться к Чудово по малопроходимой местности с юго-востока оттянули на себя часть войск от Любани и из 'Волховского рукав', что облегчило положение войск там, но подсечь 'Волховский рукав', перерезать железную дорогу Веймарн - Чудово, и тем более выйти на шоссе и железную дорогу Ленинград - Чудово, как подсказывал Рождественскому остающийся пока в тени Власов, не удалось.

Во второй половине дня 12 бомбардировщиков Пе-2 из 771-го бомбардировочного авиаполка майор Киселёва и 9 штурмовиков Ил-2 из 313-й штурмового авиационного авиаполка Петрова нанесли сильный бомбово-штурмовой удар по позициям 'группы Марс' в 'Волховском рукаве'. Уничтожено 12 ДЗОТов и блиндажей, 2 дома, 3 зенитки, 4 гаубицы, 12 тягачей и грузовиков, 2 вездехода, подавлено 4 миномётные и 2 артиллерийские батареи, уничтожено 2 склада боеприпасов, убито и ранено около 230 оккупантов. Вызвано несколько пожаров. Советская артиллерия всех калибров вела обстрел целей в 'Волховском рукаве', прежде всего артиллерийских позиций дивизии Книза юго-западные Спасской Полисти. По причине отсутствия боеприпасов, артиллерия гитлеровцев по-прежнему не могла вести контрбатарейную борьбу. Их батареи здесь только и занимались тем, что меняли позиции, если, конечно, оставались целы лошади и тягачи, и позволяла распутица.

На 70 километров севернее передовых частей 2-й Ударной армии под Любанью, по другую сторону железной дороги и частично асфальтированного, частично выложенного брусчаткой шоссе Ленинград - Чудово, войска 54-й армии Федюнинского, подчиняясь общему замыслу разгрома 18-й полевой армии группы армия 'Север', начали атаку и продвинулись по трупам оккупантов из района Кондуя до леса западнее Виняголово, а также на северо-запад до дороги на Костово. Так продолжалось наступление, начатое в начале марта. До атаки советские штабы продумали чёткое взаимодействие частей и подразделений, распределили роли командиров, каждый знал свою задачу. Мощная артподготовка застала оккупантов врасплох. Танки КВ-1 ворвались на позиции и принялись уничтожать фашистов в ДЗОТах и блиндажах, крушить огневые позиции. Оккупанты дрогнули и стали отступать, срываясь временами в неуправляемое бегство, бросая пушки, миномёты, грузовики. Часть тяжёлой техники и снарядов с боеприпасами они успели взорвать и зацепились на оборонительном рубеже у реки Тигоды, который строили три месяца.

Соединения, части, даже подразделения Линдеманна под ударами войск Федюнинского то и дело разваливались и перемешались. Они постоянно возникающими различными 'сборными солянками', 'матрёшками' и отдельными частями и подразделениями бросались в бой для затыкания брешей и дыр в обороне. Показателен в этом смысле у Погостья 'усиленный полк' подполковника доктора Мюльбе на базе штаба 287-го пехотного полка и его штабной роты: II дивизион артполка SS Polizei-Division, I и II батальоны 506-го полка 291-й пехотной дивизии, II батальон 270-го полка и 193-й батальон истребителей танков из 93-й пехотной дивизии, III батальон 85-го горно-егерского полка 5-й горной дивизии, артиллерийская 'группа Бока' из SS Polizei-Division. Ни о какой боевой слаженности, внятном снабжении, пополнении, ротации, сбережении солдат, учёте погибших, тут речи и не шло! Постоянные пополнения отправлялось в один конец - в общую могилу под берёзовым крестом. Пушечное мясо, запуганное концлагерями эсэсовцев и пистолетами фельджандармов, одурманенное человеконенавистнической пропагандой, генералы бросали под советские КВ-1 и Т-34 в то время, как в Германии англо-американские капиталисты сжигали семьи этих солдат варварскими бомбардировками. Так они видели, капиталисты, устроившие эту бойню, 'долг во славу фатерланда'...

Такое понятие как народосбережения и немцев традиционно отсутствовало. Примеры несчётны. Усмиритель Пруссии, великий магистр немецкого Тевтонского ордена крестоносцев фон Валленрод, разгневавшись на курляндского епископа, земли которого располагались на территории западной части современной Латвии, приказал в 1392 году отрубить правые руки всем крестьянам его епископства. И это было немцами исполнено!

После Средних веков, которые были в Европе более, чем безжалостные, 30-летняя война в Германии XVII века, унесла более 1/2 населения Германии - то ли 60, то ли 80 процентов - историки спорят - почти всё население южной её части. Папа Римский Александр VII в 1659 году даже временно разрешил немцам Баварии многожёнство-двоежёнство, дабы восстановить поголовье 'серой немецкой скотинки'.

Многие немецкие князья веками торговали своими немецкими подданными как рабами, поставляя 'пушечное немецкое мясо' за границу на экспорт. Это не считая свободных наёмников немецких ландскнехтов. Король Саксонии Фредерик Август I, более известный как Август Сильный, на рубеже XVII-XVIII продал два полка своей саксонской пехоты французскому королю Людовику XIV за 150 фарфоровых предметов, так называемый 'кабинет'. Очень любил фарфор торговец людьми и был счастлив сделкой. Так низко немец ценил человеческую жизнь своих соотечественников.

Немецкие солдаты из владений западно-немецких княжеств покупались французским королём систематически как живые куклы. Подобную торговлю вели многие мелкие немецкие монархи: герцог Брауншвейгский, ландграфы Вальдеки, Ганау, Аншпах, другие. Вильгельм VIII Гессен-Кассельский отправил в 1756 году 8000 немецких солдат в Англию, предотвращать ожидавшееся вторжение на Британские острова Наполеона, а позднее продал англичанам своих солдат для подавления американской революцию в колониях. Его сын ландграф Фридрих II Гессен-Кассельский, впав в долги, продал английскому королю Георгу III ещё 17 000 человек своего войска вместе с вооружением и всеми потрохами для войны с американскими колониями за 21 миллион талеров - 462 тонны серебра. Душегуб стал одним из богатейших правителей в Германии. Грубо говоря, он продал всю свою армию, больше не мог наскрести: население небольшого его ландграфства уменьшилось от этой продажи на 8 процентов. У американцев сохранилось обозначение 'гессенцы' для всех немецких солдат в рядах британских колонизаторов, так как в английских войсках воевавшие немцы были преимущественно из Гессен-Касселя. В большом количестве немецких солдат закупала частная английская Ост-Индская компания для завоевания Индии. Что они там творили с индусским населением под командованием английских офицеров, не поддаётся описанию. Примерно то же, что творил Wehrmacht и SS на территории СССР:

То же самое варварство касалось в германской армии традиции отношения к своим раненым. Она сильно отличалась от отношения к раненым в русской армии с давних времён. По уставу русской армии Петра I требовалось оказывать помощь раненым во время боя. В прусском уставе помощь раненым предусматривалась лишь после боя. Французские и английский уставы того времени помощь раненым не предусматривали вообще. Зачем лечить 'пушечное мясо', да ещё немецкое? Естественно, что такое отношение к своим солдатам Wehrmacht перенял на генетическом уровне: Потом немецкие цари русских за столетия своего правления Российский империей ярко продемонстрировали этот немецкий подход разбрасываться людьми и на русском народе.

Из-за страха прорыва Федюнинского 225-я пехотная дивизии фон Бассе, усиленная ещё одним полком, составленным из частей различных дивизий, вынужденно занимала отсечную позицию вдоль линии возможного прорыва Федюнинского. Одним флангом дивизия фон Бассе упиралась в территорию, где Федюнинский ближе всего подошёл к Любани с севера, а другим в территорию, где 2-я Ударная армия ближе всего подошла к Любани с юга. Таким образом стоящий в раскоряку фон Бассе вообще выпадал из боевых действий как против Власова, так и против Федюнинского.

Место для наступления Федюнинский выбрал удачное - стык двух корпусов оккупантов. 'Группа фон Бассе' входила в состав I армейского корпуса, а примыкающие к ней с севера 269-я и 96-я пехотные дивизии входили уже в ХХVIII армейский корпус. Страшно захватчикам! Пониже спины всё время чего-то сжимается. Между войсками Клыкова и Федюнинского всего 15 километров. Того и гляди 75 000 солдат Линдеманна окажутся в окружении наподобие Демьянского! Этого к несчастью не произошло. Но Федюнинский методично и постоянно перемалывал войска Линдеманна в районе Погостья. Так огромная барабанная мельница цементного завода с гулом и грохотом перемалывает в пыль шарами из хромированной стали диаметром 8 сантиметров обожжённый цементный камень - клинкер из цементной печи.

Нестандартные и дерзкие действия Федюнинского вполне можно преподавать в академии как пример успешных прорывов и преодоления насыщенной долговременной обороны. Одна операция по переброске по льду Ладожского озера из Ленинграда танков КВ-1 из 124-й танковой бригады чего стоит! Беспрецедентный для танковых войск случай. Ворошилов приказал, и сказка стала былью. По мере сосредоточения в районе Кокорево на западном берегу озера батальонов 124-й тяжёлой танковой бригады полковника Родина, приступали к разборке танков: снимали с корпуса башни, броневую укладку, боеприпасы и заднюю броню. Огромные сани для перевозки башен готовила из бруса сапёрная рота. После того как отвинчивались болты, соединяющие броневую укладку с башней и заднюю броню с корпусом, танк подходил под установленный блок, при помощи которого 9-тонная башня, охваченная тросами, поднималась кверху, а танк выходил из-под висящей башни. Одновременно под башню подводились сани, которые этот же танк тянул на тросах сечением до 30-40 миллиметров и длиной до 50 метров. И всё это в поле на морозе и жутком ветру. Ночь. Позёмка. Особое внимание обращалось на то, чтобы башню ставили на сани ровно, а маховики поворотного механизма не попадал на балки саней, так как в противном случае поворотный механизм от тяжести башни мог повреждаться. Башня к саням крепились тросами. Боевая укладка, боеприпасы, задняя броня танка перевозились отдельно на транспортных машинах, идущих следом. Таким образом вес 43-тонного танка рассредоточивали по льду и лёд мог держать такой большой вес. Такую возможность заранее проверили учёные-гляциологи. При хорошей организации работы экипаж демонтировал танк в течение 5-6 часов.

Учёные и дорожники подготовили три трассы шириной 10 метров каждая в стороне от 'Дороги жизни'. Ею рисковать было нельзя, и прерывать по ней движение материалов и продовольствия тоже нельзя. Часть трасс удалось расчистить. На каждой трассе установили пять телефонизированных постов, и диспетчеры регулярно сообщали на пункт отправления о движении на трассе. На каждый танк выделялся проводник, хорошо знавший трассу. Движение по льду требовало строжайшего соблюдения ряда правил. Во избежание обрыва тросов, заваливания башни и поломки саней требовалось двигаться без рывков, плавно. Учёные-гляциологи предупредили: остановки недопустимы - лёд мог не выдержать. Обгон танком другого танка не ближе 300-400 метров и в случае, если впереди идущая машина останавливалась. Волны по льду от движения не должны сложиться.

Первыми пошли в этот исторический марш, как на бой, экипажи танков лейтенанта Муравьева и младшего лейтенанта Прокопнева. Командир танка находился на верху корпуса и отдавал команды механику-водителю.

- Поехали! - по-простецки крикнул механику-водителю лейтенант Муравьёв и необычный поезд тронулся с места в ледяное море.

На санях с укрепленной башней находился один из членов экипажа для наблюдения во время движения за устойчивостью башни. На нерасчищенном участке, начиная с 11-го километра, движение замедлялось, нередко перегревался от нагрузки мотор. Все вместе взятые обстоятельства, мороз, нехватка торцевых ключей, атаки Luftwaffe, превратили действия танкистов при разборке танков и на марше в настоящий подвиг. Воля, невероятное напряжение сил, решимость во что бы то ни стало выполнить задачу и как можно быстрее вступить в бой с проклятыми фашистами, отомстить за товарищей, погибших на Петергофском шоссе в прошлом году, привели к успеху беспрецедентной операции. Это то, что Ленин назвал 'творчество масс'. До революцию сказали бы: 'Голь на выдумки хитра!' Всего по льду через Ладожское озеро перешли 23 тяжёлых танка КВ-1. Сосредоточилось в пункте сбора в районе Кобоны. Провели обратную сборку. Такого в истории войн ещё не бывало.

Уже 14 февраля тяжёлая танковая бригада во взаимодействии с 198-й стрелковой дивизией, неожиданно для Линдеманна атаковала мощную оборону у Виняголово, насыщенную артиллерией и миномётами, большим количеством ДЗОТов и танками. Вслед за мощным огневым ударом грянули КВ-1. 1-й эшелон атакующих тяжёлых танков, как огромный ледокол взломал оборону, прорвался через передний край. Противотанковая оборона к такому оказалась не готова. Оккупанты глазам своим не поверили. Как русские смогли без дорог доставить на плацдарм тяжёлые танки, да еще малоснежной морозной зимой, да ещё так много! Началась мясорубка. В бой вступил 2-й эшелон в составе 10 танков KB-1 под командованием командира 2-го батальона майора Пайкина. Их поддерживали штурмовые группы стрелков 3-го и 1029-го стрелковых полков. Гитлеровцы начали спешно покидать ДЗОТы и блиндажи, ударились в паническое бегство. Мясорубка продолжилась на свежем воздухе. Сильный огонь тяжёлой осадной артиллерии и массы самолётов Luftwaffe задержали атакующую советскую пехоту. Танкам пришлось остановиться. Урок Петергофского шоссе не прошёл для Родина даром. И всё же, несмотря на исключительно тяжёлые условия, танкисты и пехота за первый день боя уничтожили более 2400 гитлеровцев, массу огневых точек, вооружения, захватили 3 танка, бронемашину, 5 пушек, 5 мотоциклов, 1600 мин, 1400 ручных гранат, 150 ящиков снарядов, секретные документы и другое имущество. Разгром! Так спасали Ленинград!

К великому сожалению начатое Федюниным от Погостья в начале марта наступление остановила погода и до Любани его передовые части не дошли километров 15: Федюнинский своим наступлением на Любань с севера уничтожал те же силы, что действовали против 2-й Ударной армии: части 96, 255, 269-й пехотных дивизий и 5-й горной дивизии. При этом Федюнинский снабжался в полной мере, а 'ударармейцы' - нет. Так что ему сподручнее...

Участок фронта группы армий 'Север', действующий против войск Федюнинского, непрерывно поглощал те резервы солдат, артиллерии, танков и боеприпасов, что выделял фон Кюхлер и Гальдер для 18-й полевой армии Линдеманна с целью продолжения пресловутой операции 'Raubtier'. Почти 3/4 всех боевых вылетов, совершённых в эти дни в интересах армии Линдеманна, 1-й Воздушный флот Luftwaffe произвёл против Федюнинского, тем самым значимо снизив воздействие на 2-ю Ударную армию, что Мерецкова очень устраивало. О потерях боевых самолётов стервятников Геринга и говорить нечего. Только великолепный 4-й Гвардейский истребительный авиаполк Балтфлота с 12 марта по 13 апреля, часто выполняя задания на участке армии Федюнинского, сбил в воздушных боях 54 самолёта, потеряв при этом только 2 своих И-16! Характерно, что, имея на вооружении устаревшие истребители И-16, гвардейцы из 54 сбитых фашистов, имели 25 сбитых истребителей Messerschmitt Bf. 109 и 2 истребителя He 113. Асы Балтфлота показали как отличную выучку, так и умение применять гибкую тактику.

Сам авиаполк - легенда ВВС Красной Армии. Его прародитель - 46-й отдельный истребительный отряд, сформированный на Балтике ещё в августе 1918 года. С 1938 года соединение называлось 13-й истребительный авиаполк, имея 20 самолётов И-16 и И-153. Им командовал капитан Романенко. Авиаполк принял активное участие в 3,5 месячном победоносном Финском походе Красной Армии, совершив 2116 самолёто-вылетов на штурмовку, разведку, сопровождение бомбардировщиков. Сбито в воздушных боях 14 финских истребителей английского производства 'Bristol Bulldog' Mk.IVa, 10 истребителей голландского производства Fokker D.XXI, 2 истребителя английского производства. SS.37 'Gloster Gladiator', 1 один скоростной британский бомбардировщик 'Bristol Blenheim' Mk IV, 3 итальянских истребителя Fiat G.50. Каждой твари по паре.

С первых минут вероломного нападения европейских орд на СССР 22 июня прошлого года, авиаполк прикрывал корабли и базы. 4 июля 1941 года два закадычных друга-украинца капитан Антоненко и лейтенант Бринько открыли счёт сбитым финским стервятникам Маннергейма, сбив два самолёта над полуостровом Ханко. К 14 июля капитан Антоненко имел 10 побед, лейтенант Бринько к середине сентября - 15 побед. Всего при обороне Ханко асы Романенко, тоже к слову украинца, сбили к 1 декабря 1941 года 54 самолёта финских фашистов, не потеряв ни одного своего! Эх, таких бы асов сразу против стервятников Геринга, а не отвлекаться на финскую мелюзгу! Но куда деваться? Затем асы Романенко в составе 'Ладожской авиагруппы' прикрывали самый уязвимый участок 'Ленинградской кормилицы' - ледовой трассы 'Дорога жизни' от Кобоны до острова Зеленец, имея 13 исправных И-16 и 50 лётчиков. К 18 января 1942 года за 5 месяцев, авиаполк Романенко произвёл 5945 боевых вылетов, штурмовал корабли, транспорты и войска, в воздушных боях сбил 117 самолётов, уничтожил 12 танков, 387 автомашин, 20 катеров, 1 эсминец, 1 сторожевик, 3 зенитные батареи, около 10000 солдат и офицеров. За особые отличия авиаполк преобразован в 4-й Гвардейский истребительный авиаполк. В середине апреля 1942 года Luftwaffe предприняло очередную попытку прервать снабжение осаждённого Ленинграда через Ладожское озеро, совершая массированные налёты на порты Кобона и Осиновец на Ладоге, а также на корабли и суда на маршрутах. Над Ладогой разгорались жестокие бои, но и прикрытие армии Федюнинского не оставили без внимания.

Любанская операция 2-й Ударной армии, однако, подошла к завершению. Она не получила желаемого развития, но Волховский фронт захватил и 4 месяца удерживал инициативу, привлекая на себя главные силы 18-й полевой армии и часть сил 16-й полевой армии, вытянул на себя и перемолол резервы группы армий 'Север', заставил матёрого врага вести тяжёлые оборонительные бои в невыгодных для него условиях и невыгодной местности, понести большие потери - около 30 000 солдат и офицеров из различных частей и соединений. Это почти две с половиной гитлеровские дивизии в общей сложности.

Для капиталистов, уже столкнувшихся с проблемой людских ресурсов и продовольствия в Германском рейхе, подобная ситуация создавала самую невыгодную ситуация. Вынужденные отражать наступление 2-й Ударной армии с целью снять осаду Ленинграда, капиталисты не могли в такой ситуации ни приступить к штурму Ленинграда, ни перебросить свои войска отсюда на другие участки советско-германского фронта. Но советским людям, на которых не работала фашистская Европа и фашистские капиталы международных банкиров, как работали они на Гитлера, пришлось тяжелее. И в отношении людских ресурсов и в отношении снабжения. Он ведь не могли поставить к станкам и плугам иностранных рабочих и угнанных в неволю советских людей, как это делали гитлеровцы. К концу марта после 4 месяцев непрерывных боёв в экстремальных природных условиях численность 2-й Ударной армии из-за потерь ранеными, пропавшими без вести, больными, павшими смертью храбрых составляла около 1/2 от первоначальной численности. Из 49 000 человек в строю оставалось не более 26 000 - меньше численность двух стрелковых дивизий довоенного штата 04/400-416. В некоторых стрелковых полках из-за потерь ранеными, пропавшими без вести, больными, павшими смертью храбрых численность не превышала 500-600 человек, вместо 2957 по штату No.04/751. Пополнение почти не проводилось.

В ночь на 8 апреля ВВС Волховского фронта провели 24 авианалёта на позиции и места скопления войск оккупантов в 'Волховском рукаве', на лесной и железной дороге 'Stern', возле Любани, Чудово, Земтицы, Тютенцы. 748-й дальнебомбардировочный полк Новодранова добился серьёзного результата. Этот авиаполк, сформированный в декабре 1941 года на базе 420-го и 212-го дальнебомбардировочных авиаполков, сыграл исключительную роль в обороне Москвы и разгроме группы армий 'Центр'. 20 его грозных Ил-4 с опытными и героическими экипажами раз за разом, день за днём в условиях полного господства в воздухе ВВС Красной Армии к декабрю под Москвой, лишали операцию 'Taifun' и без того куцего снабжения. Ил-4 наносили разящие удары по транспортным колоннам, складам, мостам, станциям, аэродромам, ремонтным базам и скоплениям войск. Летали из Монино строем и поодиночке вплоть до Витебска, находясь в непосредственном подчинении Ставки ВГК, Сталина. Гитлеровцы называли подобные авиаполки 'Длинной рукой Сталина'. Жгучая ненависть к оккупантам, помноженная на отточенное мастерство - лучшая гарантия выполнения боевого задания.

Вот и в этот день 1-е звено авиаполка Новодранова, воздушные корабли которого вели штурманы Шаронов, Рогозин и Федоровский, точно вышло на траверз Любани. За ним следовали другие звенья. Вот и цель: Линдеманн получил подкрепления и очередные эшелоны со снабжением и все запасные пути станции забиты вагонами.

- Бомбить строем, прицельно! - передал ведущий.

С бреющего полёта сделали горку на высоту 900 метров. В боевой обстановке это сопряжено с большими трудностями, но эффект попадания один из лучших. Вот боевой курс - кульминационный момент: 'Выдержать! Попасть!'

- Истребители! - вдруг закричал стрелок-радист Максимов из экипажа ведущего Ил-4.

Два истребителя Bf 109F из эскадрильи I.JG54 'Grunherz' атаковали внезапно со стороны солнца. За эмблему - как карточная масть червы, только зелёного цвета, а также за постоянные подлости: расстрел спускающихся с парашютом, добивание повреждённых самолётов, нападения 'из-за угла', советские лётчики метко называли их 'зелёными задницами' или словом покрепче. Настроение лучших асов Luftwaffe не ахти. С начала года I.JG54 недосчиталась 23 пилотов, не говоря уже о 60 самолётах.

Ведущий Ил-4 не дрогнул. Нёсся вперёд как молния. Максимов открыл огонь из турельного крупнокалиберного 12,7-миллиметрового пулемёта УБТ конструкции Березина, принятого на вооружение в 1939 году. Ведомые устояли, выдерживали строй. Скорострельность УБС - 800 выстрелов в минуту. Поэтому когда одновременно открыли огонь и стрелки других самолётов, стервятникам пришлось отвернуть. Когда они зашли на повторную атаку, звено бомбардировщиков оказалось уже над целью. Открыла огонь зенитная артиллерия: 8 огромных Flak 18/36, 24 скорострельных Flak 30 и не меньшее количество зенитных пулемётов. 'Зелёным задницам' пришлось убраться, чтобы не сбили свои. Снаряды рвалось выше, ниже, сзади, спереди, огненные трассы крестили небо. Уже в правом крыле зияет дыра от прямого попадания, вот по кабине застучали осколки и пули, но: Бомбы пошли. Залпом, все сразу. На левом развороте опытные бомбардиры следили за их падением. Оторвавшись, бомбы летели поначалу вроде правильно, а потом как бы пошли в сторону. Траектории самолёта и бомб разные, поэтому наблюдателю из самолёта казалось, что бомбы упадут мимо скопления вагонов на железнодорожной станции Любани.

Но вот сначала чёрный дым на месте взрывов бомб пополз в стороны, затем ввысь прорвался взрыв гигантской силы. Начали рваться вагоны с горючим и боеприпасами, сметая огнём всё на земле. Тяжёлые самолёты тряхнуло так, что на миг они перестали слушаться рулей. Строй распался. Зенитки не стреляли. Их более не существовало. Звено Ил-4 степенно закончило разворот и легло на обратный курс, а над станцией клубился и рвался во все стороны огонь и продолжались взрывы. Столб дыма поднялся значительно выше маршрута бомбометания.

У всех краснозвёздных самолётов зияли пробоины, но всё работало. Летчики улыбались. Чувствовали себя самыми счастливым на свете: пренебрегая смертельной опасностью, они вышли победителями. Это ни с чем несравнимо: Снизились до бреющего. Идя таким образом над передним краем и позициями зениток войск на передовой, боевые машины окажутся под обстрелом всего на пару секунд. Попасть в них почти невозможно...

В течении дня основными целями советской артиллерии, в том числе полков РГК, включая 'Кувалды Сталина', оставались в 'Волховском рукаве' по-прежнему Михалёво и Трегубово, а также шоссейная дорога в полосе обороны 'группы Книза'. По причине плохой видимости для оптических приборов подлецов и нехватки снарядов контрбатарейная борьба ими не велась. При этом советская артиллерия, использующая звукометрический метод, успешно уничтожали огневые позиции оккупантов.

На участке 'группы Книза' северо-восточнее Трегубово советские части провели разведку боем. Выявленные огневые точки и позиции артиллерии затем уничтожались в течении дня дивизионной и полковой артиллерией. Весь день танкисты занимались в основном тем, что вытаскивали застрявшие в предыдущие дни танки, буксировали в ремонт подбитые.

Шоссе снабжения 'Волховского рукава' южнее Малого Опочивалово и дорога Глушица - Сенная Кересть находились под миномётным и орудийным обстрелом советских подразделений героической 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Лиленкова. Здесь у ручья Скребельского юго-западнее Малого Опочивалово подлецам удалось окончательно перекрыть снабжение 1,5-тысячной группе из дивизии Лиленкова. Эта группа нависла над 'коридором' снабжения 'Волховского рукава'. Местность обороне Лиленкова благоприятствовала. Из-за невозможности устройства системы траншей и подземных блиндажей по причине половодья, 'сибиряки' приступили к строительству вдоль передовой линии и у огневых позиций стен из двух рядов брёвен высотой в 1,5 метра, между которыми укладывали торф. Рация работала исправно. Вооружение имелось вплоть до зениток. Снабжение предполагалось по воздуху. Вода из ручья Скребельского, процеженная через толщи торфа, настоянная на травах и кореньях, произрастающих здесь со времён Господина Великого Новгорода, имела сильный горький привкус. И всё же пить эту настойку куда приятнее, чем безвкусно-пресную 'снеговуху'.

- Однако готовая микстура от глистов! - крякнув, как после чарки спирту, сказал Лиленков, когда морщась, выпил после боя целую флягу 'микстуры'.

'Сибиряки' имели огромный боевой опыт. Один их полк, а также артполк остались снаружи и поддерживали окружённых огнём миномётов и гаубиц, так что части оккупантов, мешающие воссоединению дивизии, сами находились под двойным ударом, что вело к большим потерям, в том числе от действий разведгрупп и мин. На участке захваченной дороги в предыдущие дни оккупантам пришлось извлечь 200 советских мин.

На снегу кое-где уже проклюнулись ранние проталины. Вид у 'сибиряков' конечно окруженческий. Бритьё - нелёгкая проблема, поэтому многие отпустили бороды и стали похожи на казаков Ермака. От безупречно белых халатов, в которых красноармейцы прибыли на фронт, осталось одно воспоминание. Они испачканы смолой, побурели и потемнели от дыма костров, покрыты рыжевато-жёлтыми подпалинами, а местами прожжены даже насквозь, на них остались следы от лазания по лесным чащобам...

В ночь на 10 апреля советская авиация совершила 24 налёта на войска подлецов в 'Волховском рукаве'. Любань разбомблена. Там пожары. Южнее только руины домов обозначали места прежних деревень. Несколько вылетов совершили экипажи 665-го ночного бомбардировочного авиаполка и 697-го транспортного авиаполка для снабжения окружённых у ручья Скребельского 'сибиряков' - доставлено более 15 тонн различных грузов. Прежде всего горючее для зарядки батарей рации и продовольствие: гороховый концентрат, сушёная рыба, мука, дрожжи, сало, квасной концентрат, соль.

На Волхове начался ледоход. Все ледовые переправы разрушились. Понтонные переправы пока навести невозможно. 'Генерал Ледоход' полностью окружил 2-ю Ударную армию, сделал то, чего не смог сделать фон Кюхлеер... Инженерные части Волховского фронта в полной готовности перед сражением с ещё одним 'генералом' - 'генералом Ледоход'. У них на вооружении заранее приготовленные 6 паромных переправ: по две грузоподъемностью 60 и 30 тонн - в районах Селищенского посёлка и Шевелёво, и по одной в районах Ситно и Руссы. На берегу сосредоточено 1,5 тысячи кубометров брёвен. Лес доставлен из тыла по реке Мете. Металлические поковки изготовлены заранее.

Стараниями 'сибиряков' II батальон 2-го полка SS Polizei-Division из 'группы Хольведе' при зачистке местности у ручья Скребельского уменьшился до 60 человек из 850 по штату. После боя батальон ликвидировали, остатки включили в состав III батальона этого же полка, отправив на несколько дней в Чудово для приведения в порядок. В отличие от 'ударармейцев', которые без отдыха воевали с января, Линдеманн имел избыток войск и мог позволить себе некоторую ротацию. При вывозе уцелевших доходяг из разгромленных частей в 'Волховском рукаве' по дороге с плакатом: 'Здесь находиться задница мира', машины ехали 7 километров 8 часов! Надпись на обратной стороне щита гласила 'Не забывай здесь произошедшего!'

Дорогу из 'Волховского рукава' в Чудово около этого щита каждый день закупоривали машины всех типов. Поэтому она как заманчивая цели находилась под периодическими ударам Ил-2 и артиллерии. Каждый день штурмовики собирали здесь с захватчиков дань смертью: 5-7 различных машин, несколько повозок и десяток лошадей, 30-40 солдат и 'хиви'. Обиднее всего приходись раненым, которые едва спаслись в бойне в 'Долине смерти' и в сутках-двух от фатерланда гибли от бомб и ракет в 'коридоре' снабжения Линдеманна. Солдаты давно уже назвали эту дорогу 'дорогой смерти'. Так оно и было. Везде на неё 15-километровом протяжении валялись искрошенные деревья, остовы машин, сгоревшие танки и самоходки, искорёженные орудия, расколотые и погнутые винтовки, оторванные колёса, разбитые повозки и различные армейские ручные тележки: пехотные, сапёрные, огнемётные. Везде трупы лошадей, куски самолётов, рассыпанные и втоптанные в грязь медикаменты, нательное бельё, россыпи повреждённых взрывами и пожарами боеприпасов, груды простеленных канистр, куски трупов в лохмотьях мундиров и маскхалатов...

Завшивленность боевых частей в армии Линдеманна приобрела невероятный размах. 'Волынская лихорадка' процветала. Состояние здоровья завоевателей катастрофически плохое. Полная очистка от вшей невозможна. Из-за огромных потерь многие подразделения не могли снять с передовой ни одного человека. Боеспособность из-за непрерывных боёв, нахождения в мокрых землянках и палатках, а также от нехватки сна, сильно упала. Даже в 'бункерах' генералов Книза, фон Бассе, Вюнненберга вода с крыши кое-где капала прямо за воротник. Вода проникала сквозь крыши блиндажей, как через течь в подводной лодке, стояла лужами на полу и снаружи на земле. Всё время её приходится откачивать насосами, или вручную вёдрами и касками-кастрюлями, делать дренажные ровики, каналы, ямы. Сапоги, форма, одеяла - всё мокрое или влажное и перестало согревать.

Думали ли эти душегубы 22 июня 1941 года, что через 9 месяцев после вероломного нападения на страну рабочих и крестьян, и бравурного марша по Белоруссии, Украине, Литве, Латвии, Эстонии, Wehrmacht сядет в такую лужу, откажется в болотах, защищаясь что было сил от армии 'недочеловеков'. Понесшие большие потери в тяжёлых зимних боях части больше не могли поддерживать физическую и моральную форму на нужной высоте. Только постоянно прибывающее пополнение всё ещё находилось в розовых пропагандистских очках...

Советская артиллерия обстреливала Михалёво и Трегубово. По причине плохой видимости подлецы не имели возможности вести контрбатарейную борьбу. Действовали разведгруппы. Несмотря на горечь потерь, крайнее утомление, 'генерала Грязь', который блокировал подвоз продовольствия, сибиряки, уральцы, воронежцы, харьковчане, ленинградцы 2-й Ударной армии держались бодро. Строили вместо затопленных огневых точек плавучие ДЗОТы. Вместо заливаемых водой окопов насыпали над огневыми точками холмы по плетённым корзинам. Создавали минные поля, завалы, устанавливали управляемые фугасы. Организовали в глубине обороны пункты отдыха и санобработки, починки оружия, обуви и обмундирования. Крутили привезённые с 'большой земли' транспортными самолётами У-2 фильмы. Чаще всего 'Александр Невский', 'Суворов', 'Чапаев', 'Музыкальная история', 'Волга-Волга', 'Весёлые ребята', фильм 'Разгром немецко-фашистских войск под Москвой' и другие.

Вдохновляющий фильм 'Разгром немецко-фашистских войск под Москвой' смотрели затаив дыхание. Его предложил снять Главнокомандующий Красной Армии Сталин при планировании контрнаступления под Москвой. Показано, как люди стояли в очередях, чтобы записаться добровольцами на фронт, и камера фокусируется на их лицах. Люди становятся главными героями. Фильм показывал жизнь прифронтовой столицы со всех сторон: как москвичи готовили оборонительные сооружения, как отправлялись на фронт войска прямо с парада 7 ноября. Отличительной особенностью картины режиссеров Варламова и Копалина стали эмоционально сильные ключевые эпизоды: стремительно летящая конница, лыжники-десантники в белых маскхалатах, панорама брошенной фашистами техники, образ Бородинского поля, по которому идут войска Красной Армии.

'Ударармейцы' пели и плясали в самодеятельности. Писали стихи в дивизионные газеты. Вступали в партию, комсомол. Многие бойцы и командиры видели в ВКП(б) организующую силу, воплотившую народные мечты о справедливом обществе и заботливом государстве, создавшую советский патриотизм, способную привести народ к победе.

До СССР человеческое общество всегда было устроено так, что паразитическая верхушка имела заведомое преимущество над народом в виде особых прав и особой собственности, которые позволяли автоматически перекачивать средства, заработанные народом в карман этой верхушки. Большинство паразитов просто прожирали доставшееся без труда народное богатство. Ничто также не мешало пользоваться частной собственностью прямо во вред обществу, например, перекрытием доступа к берегу реки или в лес на правах собственника земли, взвинчивать цены на продукты во время голода, толкать народ в войну. Ничто не мешало частному собственнику дурить, строя никому не нужные фабрики, отели, магазины и прочее, а затем разоряться. Все это описал марксизм в понятиях частная собственность, капитал, эксплуатация, классы, общественно-экономические формации, кризис капитализма. В СССР большевики впервые в истории человечества построили общество, где личный интерес подчинялся общественному, где ликвидировали возможность эксплуатации человека человеком. Ликвидировали инструмент эксплуатации - частную собственность на средства производства, на землю, недра. Этими активами управляло само общество в лице государства, кооперативов или колхозов.

Поскольку пропал класс, выкачивающий на своё потребление огромную долю народного богатства, богатство в руках общества резко возросло даже без повышения производительности труда. Поэтому ещё очень бедный СССР уже в 1930-х годах смог себе позволить бесплатное образование и здравоохранение. Поскольку общество национализировало капитал, стало проще управлять имеющимся капиталом, организовывая строительство наиболее насущных заводов и фабрик, развивать науку, вкладывать средства в долгосрочные проекты. Поскольку общество национализировало международную торговлю, оно смогло эффективно распоряжаться всей валютой в интересах всего общества.

Пропал фактор личной эксплуатации, резко вырос статус человека труда, испарилась безработица, общество уверенно гарантировало трудящимся нормальный рабочий день, больничные пособия, пособия матерям, инвалидам, пенсии по старости, отпуска для отдыха, повышение образования, оплачиваемый отпуск по уходу за ребёнком, технику безопасности, спецодежду и тому подобное. Просто исчез слой людей, заинтересованных урвать эти средства для увеличения своей нормы прибыли, ворующий у людей их труд.

Без наследственных преференций в виде капиталов, собственности на землю и недра, огромной недвижимости, граждане впервые в истории на деле стали равны в тех возможностях, которые им предоставляло общество. Лидерами государства становились не дети и жёны президентов, частных собственников, генералов, а выходцы из крестьянских и рабочих семей. Социальные лестницы открылись так широко, как никогда в истории. Ушла в прошлое патриархальная семья, женщины и молодежь получили свободу самим выбирать свою дорогу в жизни, получили право на любовь без имущественных, национальных ограничений.

Любому гражданину СССР гарантировал базовые права на жильё, труд, отдых, образование, лечение, безопасность. Поэтому самый низкооплачиваемый работник чувствовал себя свободным от личной зависимости. Западная проблема сексуальных домогательств на работе в СССР казалось смешной, - советская женщина в подобной ситуации могла через поддержку профсоюза или парткома сокрушить карьеру любого начальника, в крайнем случае, просто поменять работу на не менее оплачиваемую и престижную.

Поскольку гражданину открылись все возможности для честной жизни и труда, в обществе резко убавилась почва для преступлений и конфликтов. Не требовалось воровать ради больного ребёнка, женщине не требовалось торговать своим телом, не требовалось кавказцу или таджику бросать семью и родное село, чтобы ехать в Москву или в другой какой русский город. Поскольку отсутствовали люди с большим капиталом, некому было купить советского чиновника, советского журналиста, советского судью и так далее. Советский чиновник тоже мог быть ленив, туп и самодурствовать, мог где-то воровать и выгадывать, но у него не было другого хозяина, кроме собственного народа. Поэтому советский милиционер не знал, что такое дубинка. Поэтому по любой жалобе гражданина проводилось серьёзное расследование. Советский судья не смотрел, у кого из участников процесса кошелек толще. Журналист писал о жизни граждан, а не голой заднице очередной кинодивы.

Советские люди, молодежь осознавала эту системность и взаимосвязь, его плюсы для большинства и минусы для меньшинства. Всё это не свалились божественной благодатью с неба, а стало результатом завоеваний под знаменем Ленина-Сталина, под руководством партии большевиков в жесточайшей Гражданской войне против частного капитала и частных интересов.

СССР навсегда пробил брешь в идеологии буржуазного общества. В мир вышел человек труда - свободный и уважаемый, и это уже никогда не будет забыто. Общество уже никогда не забудет, что сумело поставить под свой контроль частный интерес и освободит весь мир. Конечно, все нормальные, честные люди желали вступить в партию большевиков! Например, в 23-й 'харьковской' отдельной стрелковой бригаде за 10 дней с 1 марта по 10 апреля вступили в партию большевиков 154 человека!

Утром 11 апреля 7 советских танков 7-й гвардейской танковой бригады вместе со штурмовыми группами 24-й стрелковой бригады провели атаку с запада вдоль северной просека 'дороги снабжения' 'ударармейцев' на 'группу Борхерта'. Атаку поддерживали около 30 орудий. Удалось уничтожить вновь построенную линию эсэсовцев из 25 ДЗОТов и блиндажей вдоль северной просеки, которая угрожающе приблизилась к линии узкоколейки 'ударармейцев'. Убито около 200 эсэсовцев и штрафников 540-го батальона 'испытательного срока'.

Севернее просеки продолжить наступление не удалось. Снова всё таяло довольно сильно и лес здесь превратился в озёра глубиной по колено. Все лесные дороги соответственно тоже превратились в топи. Повезло оккупантам. Советские атаки остановила бесконечная грязь и топь. По всем дорогам люди в грязи по уши - не отличить бойца от командира. Люди тянули, толкали, выносил на руках повозки, грузовики и тележки. Хорошо хоть часть личного состава успела получить летнее обмундирование, особенно обувь. Рядовые теперь носили ботинки с обмотками, сержанты и командиры - сапоги. Обмотки в болотах оказались спасением: их просто перемотать сухим концом на ступню, просто высушить, просто починить. С мокрыми сапогами так не получалось. Те, кто пошёл в бой ещё в морозы в валенках, теперь страдали от постоянно мокрых ног. Если вдруг ночью подмораживало, валенки садились по ноге так, что их, во-первых, невозможно снять, во-вторых, они адски сдавливали ноги. Валенки спасали зимой от обморожений, а теперь сами их провоцировали. В результате часть бойцов оказались временно разуты - в опорках и самодельных лаптях. 'Как в Гражданскую войну!' - смеялись бойцы. Можно и пошутить, когда советская промышленность выдаёт в сутки 100 000 пар армейских ботинок и 80 000 пар армейских сапог разного типа. Босым не останешься, как в царской армии!

Но и у оккупантов из-за половодья дела не ахти. 'Волховский рукав', имея ширину около 6 километров и длину 20, снабжался по дороге, идущей южнее Спасской Полисти, примерно по оси 'Волховского рукава', параллельно трассе узкоколейной дороги, названной на оперативных картах 'Stern'. Трасса узкоколейки шла на семь километров на юг до 'большой поляны', а далее оставалась только грунтовка. Неровная, вязкая, залитая теперь водой грунтовая дорога, построенная сапёрными ротами и стройбатом 'Организации Тодта' при наступлении 15 марта 'группы Борхерта' по плану операции 'Raubtier', представляла собой участок заболоченной местности, часто на сотни метров залитый водой так, что при движении шли высокие волны. Ездили по ней свободно только автомобили повышенной проходимости Volkswagen Typ 82 'Kubelwagen'. Нормальные машины проходили либо на буксире, либо на лошадиной или человеческой тяге: лошади, солдаты, 'хиви', вместе или порознь впрягались в эти 'баржи' и волокли их как бурлаки по Волге со скоростью полкилометра в час. Везде работали группы местных рабов - женщин и мужчин, а также пленные, чтобы сделать дорогу хоть немного проезжей. Строили настилы из брёвен и насыпали щебёнку.

Кроме атаки 'генерала Грязь' 'дорогу Борхерта' непрерывно обстреливали с запада и востока советские орудия, то и дело к ней прорывались советские танки и штурмовые группы. Лес вдоль 'дороги Борхерта' представлял собой типичное зрелище позиций времён Первой Мировой войны: большие воронки, мёртвые лошади, мусор, разбитые повозки и батарейные позиции, поваленные деревья, сбитые сучья, воронки, полные воды. Между ними, сколько хватало глаз, блиндажи, орудия, палаточные лагеря, медицинские пункты, полевые кухни, склады. Войска своим видом тоже напомнили битвы Первой Мировой войны: 'Верденская мясорубка', Мёз-Аргоннское наступление, Вогезская и Лотарингская операции: грязные по уши, бородатые, отощавшие, перепуганные.

13 апреля фон Кюхлер лично доложил Гитлеру в главной ставка фюрера и командном комплексе OKW в лесу Гёрлиц недалеко от города Растенбурга в Восточной Пруссии, что операция 'Raubtier' провалилась и привела к гибели всех выделенных для этого сил группы армий 'Север'. Израсходованы также все накопленные боеприпасы, горючее и запасы вооружения. Требуются пополнения и дополнительное снабжение. Как пример фон Кюхлер привёл многострадальную 215-ю пехотную дивизию генерал-лейтенанта Книза. 18 её батальонов, которые оборонялись в 'Волховском рукаве' в 20-километровой полосе от Спасской Полисти до Большого Опочивалово, несмотря на постоянное пополнение насчитывали всего 4500 человек. То есть в среднем по 390 человек в батальоне вместо штатных 850. Имелись батальоны по 250 и даже по 150 человек.

- Это же как рота, мой фюрер! - хлопал глазами упыря командующий групп армий 'Север'.

Рассеянно просматривая поданные адъютантом Гальдера Мюллером-Гильдебрандтом расчёты фон Кюхлера, Гитлер со злостью сообщил:

- Все резервы, вооружение и снаряжение идут сейчас группе армий 'Юг' для будущего наступления на Кавказ и Сталинград. Так же много сил отбирает Ржевская битва и снабжение вашей группировки, герр фон Кюхлера, окружённой под Демянском. И это при том, что государство ещё не расплатилось и наполовину за вооружение и снаряжение, закупленное с начала 1941 года! Надежда на средства, получаемые с оккупированных территорий по плану 'Ost' не оправдались. Большевики вывезли промышленность и ценности на восток. Партизаны и саботажники срывают заготовку продовольствия и любую серьёзную производственную деятельность. Великогерманский рейх - почти банкрот!

На вопрос 'что делать', фон Кюхлер получил от Гитлера разрешение продолжать выборочно снимать с фронта вокруг Ленинграда войска в духе операции 'Вперёд', отвлечь для Волховской битвы запасы снарядов, горючего, вооружения, сберегаемых группой армий 'Север' для штурма Ленинграда. Всё равно войск для штурма пока не хватает, всё поглотила Волховская битва...

В этот же день из-под Ленинграда на Чудово по железной дороге началась транспортировка усиленного 408-го полка 121-й пехотной дивизии для смены разгромленного 3-й полка SS Polizei-Division. Остатки этого полка SS Polizei-Division быстро пополняли полицейскими, собираемыми Гиммлером по всей Германии и Австрии. Их доставляли самолётами прямо на аэродром Любани. Для компенсации потерь 20-й моторизованной дивизии прибыл 859-й батальон территориальной обороны 285-й охранной дивизии. Из-за потерь личного состава и вооружения из подчинения 61-й пехотной дивизии выведены и отправлены в тыл для пополнения два взвода зенитных орудий, один пехотный батальон и противотанковая рота.

На северной просеке 'дороги жизни' 2-й Ударной армии, как её называли оккупанты - 'просеке Фридрих', 7-я гвардейская танковая бригада Копцова при сильной артподготовке провела очередную атаку с запада на 'группу Борхерта'. Задача при таких атаках - не дать эсэсовцам накопить силы и оборудовать исходные позиции для новой атаки на центральную просеку 'дороги жизни'. Так же атаки с использованием танков начались к югу от лесной 'дороги Борхерта' у 'лагеря Хеннике'. Талая вода повсеместно заливала здесь укрепления. Несмотря на применение насосов, подлецы по всей линии фронта вынужденно бросали укрепления и оборудовали новые позиции. Танки КВ-1 из бригады Копцова разъезжали по позициями оккупантов как у себя дома, давили пушки, противотанковые ружья s.Pz.B.41, ДЗОТы, артиллерийские позиции. Только после того, как удалось притащить огромные 88-миллиметровые зенитки Flak 18/36 и подбить один танк, эта атаку Борхерту удалось отбить.

Т-34 из бригады Копцова с десантом автоматчиков 57-й 'саратовской' отдельной стрелковой бригады Евстифеева на броне провели атаку и ворвались в деревню Ручьи южнее Апраксина Бора, что в 25 километрах юго-восточнее Любани. В бригаду Евстифеева ранее влились подразделения 45, 46, 49, 50, 166-го 'пермских' лыжных батальонов, воевавших на Волховском фронте с 1 января и бригада стала практически 'пермской'. Танки и десант разгромили 22 ДЗОТа, две артиллерийские позиции 254-й пехотной дивизии. Из-за подтопления позиций гитлеровцев, гаубицы порой не имели никакого пехотного прикрытия, а артиллерийскую поддержку осуществляло одно-два орудия с солдатами из обоза. Радисты и телефонисты артиллерии при этом зачастую использовались для снабжения как вьючные ослы вместе с 'хиви'.

Танки немецкого производства и другая немецкая или европейская трофейная бронетехника из-за узких гусениц выйти на исходную позицию для контрудара не смогли. Техника тонула в болотах или в грязи как топоры. Только авианалёт пикирующих бомбардировщиков, обстрел из гаубиц и противотанковых орудий заставил десант отступить из Ручьёв. Те же причины, что мешали обороняться оккупанты, препятствовали и обороне 'пермяков'. Эта дорога на Любань вдоль извилистого русла реки Ровань, за которую начали борьбу ещё конники Трантина в конце января, теперь, в условиях разлива реки, перестала иметь значение. Борьба за Ручьи велась 'на будущее' и для уничтожения солдат 254-й пехотной дивизии. Ранее освобождённый опорный пункт Кривино на реке Ровань приходилось защищался от мелких групп оккупантов.

В ночь на 14 апреля ВВС Волховского фронта силами 697-го ночного лёгкого бомбардировочного полка Лужина и двух транспортных авиаполков осуществляли снабжение окружённых у ручья Скребельского 1,5 тысячи бойцов 'сибирской' дивизии Лиленкова. Сброшено 10 тонн грузов.

Два ночных бомбардировочных полка снова бомбила позиции подлецов в 'Волховском рукаве'. Проведено 80 самолётовылетов, сброшено 2 тонны бомб. Уничтожено 4 вагона, 2 зенитки, прожектор, 3 ДЗОТа, блиндаж, 6 палаток, 3 всадника, грузовик с боеприпасами, убито 125 оккупантов, примерно столько же ранено и контужено.

В 4:00 после часовой, хорошо подготовленной артподготовки советской дивизионной артиллерии при поддержке частей усиления: 28-го гвардейского полка 'Катюш' Еремеева и 122-миллиметровых гаубиц М-30 'Матушка' 827-го гаубичного артполка Бирхова из РГК, пошли в атаку 12 танков КВ-1 и Т-34 из 2-го танкового батальона 7-й гвардейской танковой бригады Копцова со своими мотострелками при поддержке штурмовых групп автоматчиков 58-й стрелковой бригады Жильцов. Продвижение танков на участке 'группы Фрайтага' сопровождалось огневым валом разрывов советских снарядов впереди танков. Танк шли за разрывами. С запада навстречу Копцову и Жильцову через позиции 'группы Вюнненберга' на 'большую поляну' и опорный пункт 'Острие' начала атаку 4-я гвардейская дивизия Андреева при мощной артиллерийской поддержке. Замысел Мерецкова читался легко: отрезать все войска 'Волховского рукава' южнее этого направления и покончить с угрозой 'дороге жизни' 'ударармейцев' кардинальным образом.

Гитлеровцы у Мостков с открытием заградительного огня опоздали из-за гибели наблюдателей. Но и потом плотность их ответного артиллерийского огня оказалась слабая. Во-первых, часть батарей оказалась подавлена, во-вторых, подвоз боеприпасов у оккупантов уже более 14 дней недостаточен. Правофланговые подразделения 'группы Каттнера', состоящей в основном из частей 215-й пехотной дивизии Книза, оказались у Спасской Полисти под угрозой разгрома, и весь день находились под уничтожающим фланговым обстрелом артиллерии и миномётов, неся высокие потери: убито и ранено более 250 солдат. Неоднократно в моменты наложения на огонь ствольной артиллерии залпов 'Катюш' обстрел приобретал ураганных характер.

Luftwaffe неоднократно наносило по атакующим советским войскам бомбовые удары. Бомбардировщикам удалось повредить несколько советских танков, но на результативность советской атаки это не повлияло. Северный фланг 'группы Фрайтага' на западном берегу реки Полисть в 1,5 километрах севернее бывшей деревни Мостки через три часа оказался уничтожен. Танки начали утюжить артиллерийские позиции 291-го артполка. Некоторые гаубицы вели огонь по танкам прямой наводкой, пока их не раздавили. Один расчёт 2-й батареи, который подбил один Т-34, весь выбыл из строя, а наводчика ефрейтора Мацполя танк раздавил и намотал останки на гусеницу.

Совершив прорыв между Спасской Полистью и Мостками, бригады Копцова и Жильцова двинулись на лесную 'дорогу Борхерта' между опорными пунктам 'Паук' и 'Острие'. По ней снабжалась 'группа Вюнненберга' и другие части у 'дороги жизни' 'ударармейцев'. Продвижение шло по лесовозным просекам и дорогам довоенного 'Лесопункта', расположенного у переезда через железную дорогу между Спасской Полисти и Мостками. Остаткам III батальона 2-го полка SS Polizei-Division удалось убежать, бросив вооружение и технику. Уничтожено 50 ДЗОТов, 40 различных огневых позиций, 8 гаубиц, 5 зениток 20-миллиметровых и одна 88-миллиметровая зенитка, 35 пулемётов, 15 противотанковых пушек, 12 автоматических зениток, 8 миномётов, 2 ротных КП. Убито свыше 350 оккупантов, ранено и контужено около 700. Захвачены трофеи: 5 орудий Mrs.18 калибра 210 миллиметров, 20 различных пулемётов, 130 лошадей, 25 грузовиков, три автобуса, вездеход, большой продовольственный склад, запасы питьевой воды, 300 000 патронов, в также много другого оружия и имущества. Взяты пленные. Особенно горевали фашисты из-за потери 1000 литров шнапса, французского вина и 500 000 таблеток метамфетамина 'Pervitin'. Разгром.

С учётом действий гвардейцев Андреева, с огромным трудом, но прорвавшихся к 'большой поляне' через разлившуюся реку Глушица, 'Волховский рукав' оказался практически перерезан. Не занятой оказалась лишь 400-метровая полоса леса севернее опорного пункта 'Паук'. После боёв передовые отряды сменились, занялись приведением себя в порядок и баней в походных условиях.

Пленные фашисты выглядели более чем плохо. Захватчиков преследовали болезни: простуда, ревматизм, малярия, 'Волынская лихорадка'. Кроме того многие по вине командования стали наркоманами из-за алкоголя и применения препарата 'Pervitin': тремор, гнилые зубы, пятна на коже, блуждающий взгляд, видения, панические атаки:

Кроме этаких двуногих капиталистических тварей советских солдат подкарауливали твари шестиногие, которых древние римляне называли pediculus. Wehrmacht весть завшивлен, среди солдат гуляет тиф, которым завоеватели щедро награждают местное население, а заодно награждают и сифилисом. Но немецкая вошь не выдерживала прожарки белья в раскалённых бочках советских вошебоек. Баню после боёв в лесах у Волхова никакой Гитлер отменить не смог. Не Сандуны, конечно, и не добротные бани при госпиталях - а всё то же ленинское 'творчество масс'. Хорошо очищенную бочку из-под солярки танкисты ставили на дно в большом шалаше-яранге или в землянке и наполняли водой. Докрасна накаляли на углях несколько увесистых булыжников и бросали их в воду. Вода грозно ревела и клокотала. Когда вода нагревалась, а камни остывали, их доставали. В воде одного нагрева мылось один за другим пять-шесть человек. Затем - всё сначала. Если же завтра в серьёзный бой, то и нательное бельё старались сменить или в крайнем случае простирнуть:

Линдеманн приказал собрать всё, что есть под рукой и бросить в атаку с севера во фланг прорвавшейся советской группировке, чтобы обезопасить свою дорогу снабжения. В контратаку с севера пошли 9 танков Pz.Kpfw III, штурмовые орудия, другие самоходки и бронетехника 20-й моторизованной дивизии, III батальон 24-го пехотного полка 21-й пехотной дивизии, 505-й сапёрный батальон из 'группы Борхерта', II батальон 3-го полка и части 2-го полка SS Polizei-Division, обозники. С полдороги вернули остатки III батальона 3-го полка этой дивизии, отправленных было на переформирование. Только сотня бывших полицейских миновала щит 'Здесь находясь задница мира!', как снова их в это самое, указанное на билборде место! Для контратаки группа 'Ost' получила также II батальон 408-го полка и роту из 24-го пехотного полка.

Эти и другие части контратаковали под ураганным фланговым огнём советской артиллерии. Из-за 'генерала Грязь' 4 из 9 танков Pz.Kpfw. III, идущих в атаку, провались в болотный грунт по причине слишком узких гусениц. 2 танка сели днищем на сломанные деревья из-за плохой обученности экипажей. Несмотря на ужасающий по плотности и меткости огонь советской артиллерии и миномётов, подлецы лезли со всех сторон как тараканы, находясь под воздействием наркотика 'Pervitin' и щедро розданного перед атакой спиртного. Но и этот одновременный ввод в бой более 3000 солдат при поддержке танков и Ju 87 восстановить линию обороны Линдеманну не помог.

На участке группы 'Каттнер' в ходе отражения советской разведки боем группа Ju 87 основную частью бомб сбросили на свои позиции. В результате 90 солдат, не ожидавших удара, оказались убиты или ранены. Затем по позициям 'группа Каттнер' ударила уже советская авиация. 12 бомбардировщиков Пе-2 из 10-го бомбардировочного авиаполка Остапчика сбросили на позиции оккупантов 6 тонн бомб. Разрушено множество ДЗОТов, землянок, огневых позиций миномётов и артиллерии. Наблюдая работу авиаполка Остапчика, штаб бригады Жильцова послали через авианаводчика товарищу Остапчику огромную благодарность.

Советская артиллерия, включая крупные калибры, весь день уничтожала подлецов в 'Волховском рукаве'. Как только местность вдоль лесной 'дороги Борхерта' и 'Stern' заполнялась войсками, дивизионы 'Катюш' накрывали залпами целые гектары леса. После этого там горела даже вода! Остатки II батальона 3-го полка SS Polizei-Division, вернувшиеся назад от щита 'Здесь находится задница мира!', сократились со 100 до 50 человек! Утрачено всё тяжёлое вооружение и военное имущество. От роты из 24-го пехотного полка в строю осталось 3 солдата. Из вооружения две винтовки К 98 и два пистолета Walther P.38. Переформировать тут уже нечего, нужно создавать заново.

Ах, как хотелось подлецам разбить бомбами и снарядами Балтфлот, ворваться в град Петров, устроить резню среди мирного населения, грабить, насиловать 'жидовочек' и 'пролетарочек', фотографироваться над расстрельными рвами на Пискарёвке и на Невском проспекте, на фонарях которого будут висеть тысячи русских. Потом фланировать в чистеньких мундирчиках с местными барышнями-проститутками по бульвару, и пиво! Мечта немецкой солдатни и офицеров ещё с февраля 1918 года, с операции 'Удар кулака'. А вместо этого мечтателей, как ливер, набивали в 'Волховский рукав' - кровавую колбасу из неметчины и потом перерабатывали на фарш с начинкой из амуниции...

Вместо Эрмитажа, Невского и Нескучного сада - лес из дикого ветвистого подлеска с тонкими стволами, повсеместно разбитого огнём советской артиллерии. Вокруг болото, слякоть, глина, грязь. Дороги по просекам. Никакие машины не могли по ним проехать. В топких местах бревенчатые гати шириной 75 сантиметры, по которым двигались носильщики солдаты и 'хиви'. Артиллерия, как прикованная, лишённая возможности маневра и смены огневых позиций, стояла на островах, немногих сухих местах, бревенчатых настилах. Солдаты в палатках и деревянных блиндажах; все окопы наполнены водой. У каждого солдата 'волховская трость' - щуп для определения, куда сделать в воде следующий шаг. Нет щупа - либо искупаешься по пояс, либо вообще провалишься с головой в потерну.

3-тысячная 58-я стрелковая бригада Жильцова, 2-й эшелон которой принял на себя контратаку с севера обожравшейся таблетками 'Pervitin' банды убийц Линдеманна, состоял из только что прибывшего на фронт пополнения. Первый бой для них оказался очень тяжёлым. Хотя советские снайперы прикончили более 11 офицеров и 36 унтер-офицеров, а потери фашистов в солдатах, в том числе от мин, составили 360 человек, подлецы заставили новичков отступить и сузили горловину прорыва к 'дороге Борхерта' до 400 метров. Поросшая лесом горловина хоть и простреливалась насквозь, но вслепую, и подлецы не жалели патронов, паля в белый свет как в копеечку. Замкнуть окружение до конца у подлецов не получалось. Копцов зацементировал здесь оборону своими бронемашинами БА-20М.

Эти лёгкие советские двухместные бронемашины ижорских конструкторов с 6-миллиметровой бронёй, двигателем ГАЗ-М от легкового автомобиля ГАЗ М1 'эмка', одним пулемётом ДТ и радиостанцией 71-ТК-1 с дальностью связи до 15 километров, массово производились с 1936 года. Вес - всего 2,3 тонны. Скорость по шоссе 90 километров в час. Топливо - 'бакинский' бензин, А-66 или А-70. Шины ленинградского завода 'Красный Треугольник' заполнялись губчатой резиной. Основное, как и для всей бронетехники Красной Армии - все комплектующие отечественного производства. Самый массовый и весьма удачный советский броневик БА-20 предназначался для разведки, связи, охраны штабов, патрулирования, других вспомогательных действий, сменив первые советские броневики Д-8 и Д-12.

Красная Армия широко использовала дешёвого и простого в эксплуатации бронированного помощника БА-20 во всех родах войск: танковых, кавалерийских, пехотных, артиллерийских. Их использовал НКВД, они постарались на экспорт в Монголию и Туву. БА-20 хорошо себя показала как вспомогательная фронтовая машина в боях с японцами на Халхин-Голе летом 1939 года, в Освободительном походе 1939 года и Финском походе 1940 года. После этого бронеавтомобиль стали выпускать модернизированным: броню усилили до 9 миллиметров, усилили подвеску, башню выполнили конической, поставили более мощную радиостанцию 71-ТК-З с дальностью до 30 километров, поручневую антенну радиостанции заменили штыревой.

Перед вероломным нападением капиталистических полчищ Красная Армия имела на всей территории своей страны и в Иране около 1500 таких машин, изготовленных на Выксинском металлургическом заводе и Выксинском заводе дробильно-размольного оборудования в Горьковской области. Из них примерно 300 неисправных, разукомплектованных или в ремонте. Более 150 использовались НКВД как железнодорожные дрезины для охраны железных дорог.

Рабочие лошадки командиров БА-20 и БА-20М оказали большую помощь в первых сражениях при отражении вероломного удара фашистских полчищ, срыва плана по уничтожению сил прикрытия Красной Армии у границы. Они непременные участники героической обороны рубежей, контрударов мехкорпусов, прорывов из окружений, эвакуации, борьбы с парашютистами и диверсантами, националистами, мародёрами, паникёрами, и, конечно, последний резерв у штабов, госпиталей, мостов, станций, аэродромов. Символ боёв 1941 года. Пример в части своевременной подготовки армии к войне моторов с помощью ускоренной коллективизации-индустриализации под руководством партии большевиков. Снилось ли такое изобилие средств вооружённой борьбы капиталистам прогнившей Российской империи Николая II и затем Временного правительства предателей, которые лишь 25 лет назад покупали бронемашин у англичан поштучно? Про танки, самолёты, химическое оружие можно даже и не говорить..

При отступлении первых месяцев после вероломного нападения капиталистических фашистских полчищ более 240 малюток БА-20 и БА-20М оказались потеряны на дорогах от Бреста до Смоленска при бомбёжках войсковых колонн, в пробках на дорогах, лишённые бензина, с техническими неисправностями. Более 300 машин сгорели или разрушились в боях, были взорваны экипажами при прорыве из окружения. С февраля 1942 года БА-20М не производились, собирались последние машины из имеющихся комплектов. Максимум ресурсов сосредотачивалось теперь на производстве танков, тем более, что и оставшиеся в строю 700 машин БА-20М для Красной Армии и НКВД с учётом других типов бронемашин вполне хватало.

Wehrmacht имел машины подобного класса - Sd.Kfz.13 и Sd.Kfz.14, Sd.Kfz.221, запущенные в производство примерно в это же время, что и БА-20, но слишком дорогие, более тяжёлые и практически не радиофицированные. При этом Wehrmacht широко использовал трофейные БА-20М в качестве в тыловых и охранных частях под обозначением panzerspahwagen BA 202(r). Использовали БА-20М финские и румынские фашисты.

В центральной зоне прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' возникла патовая ситуация: южная часть 'Волховского рукава' почти отрезана теми, кто сам почти отрезан. Советские танки начали выходить по одному для заправки и пополнения боезапаса, вывозили тяжелораненых командиров на местах стрелков радистов. Обратно на позиции танки шли гружёные боеприпасами в боевом отделении, продовольствием и медикаментами снаружи на броне. Три раза провезли прицепленную к танку гружёную 'полуторку' без водителя с наглухо закреплённым прямо рулём. Несколько рейсов сделали бронемашины БА-20. Не много на три передовых батальона пехоты, но хоть что-то... Выносили раненых и так, на себе, приноровишься к огню подлецов, вытаскивали трофеи, выводили пленных, тянули телефонные линии.

Сражаясь в полуокружении до вечера, неполный мотострелковый батальон танковой бригады Копцова и батальон стрелковой бригады Жильцова уничтожили 25 ДЗОТов, танк Pz.Kpfw.IV, более 100 оккупантов, захватили 5 противотанковых пушек, 7 пулемётов, 27 пленных, множество боеприпасов и другие трофеи. Потери мотострелков-гвардейцев - 25 павших смертью храбрых и 80 раненых. Как временную меру командование разрешило применять трофейное оружие. Оккупанты же так и остались в 'Волховском рукаве' в полуокружении.

Одновременно эсэсовцы III батальона 2-го полка SS Polizei-Division, штрафники из 'группы Вюнненберга', II батальон и другие подразделения 76-го моторизованного полка 20-й моторизованной дивизии без оглядки на происходящее у Мостков побоище, снова ринулись восстанавливать линию фронта по северному краю 'просеки Эрика' на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии, опасно приближаясь к узкоколейке Мясной Бор - Финёв Луг. Их поддерживали три танка Pz.Kpfw.III и периодически появляющиеся группы из 5-6 самолётов Ju 87.

Сбив боевой охранение и потеснив ослабленные подразделения 24-й стрелковой бригады, гитлеровцы натолкнулись на позиции 1-й батареи 461-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона РГК, прикрывающей от налётов узкоколейку Мясной Бор - Финёв Луг. Зенитчики-сибиряки хладнокровно выждали нужное время и открыли по пехоте шквальный огонь зенитными снарядами 'на картечь' с дистанции 30-40 метров при скорострельности 20 выстрелов в минуту. Лес наполнился пороховым дымом, ужасающим грохотом, визгом картечи, треском деревьев и воплями оккупантов. Пока одни зенитчики вели огонь из орудий, другие стреляли из ручного пулемёта, отбивались гранатами и зажигательными бутылками. Враг в панике бежал, решив, что тут используется какое-то новое секретное оружие. Но потом офицеры вновь погнали солдат в атаку. Потом ещё и ещё раз. Комсомольцы и коммунисты не жалели себя, действовали храбро, умело и быстро. Когда погиб расчёт М4 - счетверённой пулемётной установки 'Максимов', командир приборного отделения сержант Орловский пробрался на позицию, встал за пулемёт и буквально в упор из четырёх стволов, как траву, начал косить фашистов, которые шли уже открыто, думая что здесь с зенитчиками покончено. Смельчак Орловский чуть раньше отличился в отражении танковый атаки при помощи зажигательных бутылок. Скорострельность 7,62-миллиметровой установки М4 - 2000 выстрелов в минуту. Орловский резал гадов пополам, аж брызги и клочки летели. Не буди лихо, пока оно тихо! Батарея оказалась спасена.

В промежутках между атаками пехоты, советские герои вели огонь по пикирующим бомбардировщикам, расстреливали в упор танки, иногда всё делали одновременно! Заряжающий Гришаев, богатырской силы сибиряк, увидев, что от взрыва бомбы загорелся штабель ящиков со снарядами, как спичечные коробки раскидал 80-килограммовые ящики в стороны и сбил пламя. Взрыва не произошло, батарея не погибла и продолжила бой.

Всеобщий любимец и весельчак санинструктор Беляев, баянист и песенник, перевязывал раненых, оказывал им помощь, иногда заменял бойцов у орудий и пулемётов. Когда приходилось особенно туго, брал свой баян, садился посреди кровавого ада, устроенного капиталистами, и начинал играть русские плясовые и ещё пел, воодушевляя товарищей на подвиг. Играл он и пел изумительно.

Всё пространство перед позициями зенитчиков очень скоро оказалось завалено трупами в мышиных и зелёных мундирах и касках-кастрюлях. В районе этой батареи фашисты не прошли. Участвующие в актах III батальон 2-го полка SS Polizei-Division сократился до 160 солдат, штрафной батальон после боя свели в одну роту, II батальон 76-го моторизованного полка потерял половину из начавших атаки 700 солдат. Другие части тоже понесли большие потери. Все резервы у подлецов на этом участке закончились. В страшном бою погибло также много советских героев, призванных из Кузедеевского района Кемеровской области.

В это же время северо-западнее подлецы несколько раз атаковали окружённые у ручья Скребельского части дивизии Лиленкова. Солдаты 61-й пехотной дивизии массово гибли и калечились на советских минных полях, но им удалось разрушить 30 советских ДЗОТов и землянок. После тяжёлый кровавых боёв 'сибиряки' отступили в центр позиции. Начала сказываться нехватка боеприпасов.

15 апреля на фоне сильного таяния льда на водоёмах и болотах, на разгромленном участке 'группы Фрайтага', 'группы Каттнера' в районе дома путевого обходчика и 'Лесопункта' в 1,5 километрах севернее Мостков в 'Волховском рукаве' продолжилось наступление 7-й гвардейской танковой бригады Копцова и частей 58-й стрелковой бригады Жильцова. За ночь полуокружённые там советские части получили через горловину прорыва снабжение, питьевую воду и даже горячую пищу в термосах. Вынесли 70 раненых. Наладилась связь через делегатов.

Советская артиллерия как и прежде вела сильный огонь по местам сосредоточения войск в 'Волховском рукаве', опорным пунктам 'Паук' и 'Острие', 'большой поляне', 'дороге Борхерта'. ВВС Волховского фронта провели несколько бомбёжек и штурмовок опорных пунктов 'Паук' и 'Острие' силами двух бомбардировочных и двух штурмовых авиаполков. Сброшено на оккупантов 6 тонн бомб, расстреляно 72 ракеты РС-82, выпущено 7000 снарядов ВЯ и 30 000 пуль ШКАС.

Поняв, что советские герои не собираются ни сдаваться, ни отступать, не реагируют на агитацию через громкоговорители и на разбрасываемые с самолётов листовки, гитлеровцы для восстановления первоначальной линии фронта 'Волховского рукава' снова вызывали Ju 87 и бросили на 'мясной штурм' пехоту. 'Группа Каттнер' дополнительно получила в качестве пополнения батальон стройбата 12-й танковой дивизии, в также пополненную после зимнего разгрома 215-ю ветеринарную роту.

Из-за сильного артогня и неоднократного применения 'Катюш' контратакующие части подлецов понесли большие потери - более 600 человек убитыми и ранеными. Бесподобные автоматы ППШ также собрали достойную жатву. После погрома на участке 'группы Каттнер' в бой пошёл взятый из 'группы Маркс' стройбат 'Организации Тодта' - солдаты весьма пожилого возраста в старой польской военной форме, да ещё вооружённых кое-как. Это дало ещё 200 немецких трупов. Один Т-34 не то, что уничтожил остальных стройбатовцев, просто разогнал их.

Однако Линдеманну и на этот раз удалось завалить наступающих немецкими и австрийскими трупами. Его 400-метровый коридор снабжения южной части 'Волховского рукава' устоял. Для удержания оборонительного участка южнее ручья Горевой на левом фланге 1098-го стрелкового полка 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии гитлеровцы применили химическое оружие: после артналёта бросил три мины, которые при разрыве дали волну дыма голубоватого цвета. При приближении дыма к передовой линии у красноармейцев возникло слезотечение и резь в глазах. 'Воронежцы' надели противогазы. Приготовили индивидуальные противохимические пакеты ИПП-3 или ИПП-6. Этот пакет - металлическая коробка с двумя большими ампулами на основе спирта для обезвреживания иприта и люзита на коже. Также в комплект входили 4 маленькие ампулы и марлевые салфетки. В маленьких ампулах вещество для нюхания при поражении дыхательных путей. ИПП-5 представлял собой склянку со 100 миллилитрами жидкого дегазатора в марлевом чехле для обеззараживания участков открытой кожи и одежды при заражении до 1,5 квадратных метров. Над пробкой помещены две марлевые салфетки, на боковой поверхности склянки правила пользования.

На место срочно выехал начальник химслужбы дивизии капитан Будянский. Войска Волховского фронта под руководством химического отдела штаба фронта проверили и привели в боевую готовность противогазы. Приготовились к отражению химического нападения. В первую очередь привели в состояние повышенной готовности полковые взводы химической защиты, отдельные дивизионы роты химической защиты, предназначенные для ведения химической разведки, помывки личного состава, дегазации боевой техники, обмундирования и другого. Рота имела сумки химика-разведчика СХР-3, походную химическую лабораторию ПХЛ, технические средства помывки личного состава, дегазации боевой техники и обмундирования, а также дегазации местности сыпучими дегазаторами. Началась выгрузка из вагонов в тыловом районе имущества химзащиты, прорезиненных костюмов химзащиты, противохимических накидок, рукавиц, фильтров и так далее. Проверили наличие транспорта для доставки на передовую.

Бесноватый наркоман и массовый убийца Гитлер, в своё время отравленный ипритом на фронте Первой Мировой войны, как никто другой понимал силу этого оружия. Он снабдил Wehrmacht химическим оружием и намеревался использовать его на Восточном фронте. Только мощные химические войска Красной Армии и отличная защищённость советских войск не позволяли ему начать химическую войну. Большевики хорошо подготовили страну к современной войне и имели возможность так крепко ответить на химическое нападение, что Wehrmacht мог рухнуть слишком быстро, а это не соответствовало планам кукловодов Гитлера - международной клики капиталистов от банков и промышленности. Они хотели долгой и кровавой войны, максимального ослабления Советского Союза, а заодно Германии и её союзников. Территории этих стран планировались этой преступной кликой для политического и экономического порабощения. Поэтому они запретили Гитлеру применять химическое оружие.

Операцией 'Raubtier' более не пахло, хотя Гитлер каждый день терзал Гальдера на этот счёт. Тот в свою очередь дёргал фон Кюхлера. А что дёргать? Гальдер старался не расстраивать лишний раз подорванную поражениями 1941 года психику диктатора. Тем временем скученные в 'Волховском рукаве', как начинка колбасы, войска Линдеманна отражали советские атаки и штурмовые вылазки одновременно с востока и запада, спина к спине. Непрерывно в 'рукаве' рвались снаряды ствольной и реактивной артиллерии, миномётные мины, выпущенные с востока и запада.

Трупы солдат и унтер-офицеров редко вывозили к Чудово. Обычно их хоронили в общих ямах недалеко от настилов. Только для офицеров делали исключение. Ямы, залитые водой, держали открытыми, пока над водой не показывался верхний слой трупов, после чего яму засыпали грунтом с сухого места. Ежедневно в ямы оправлялись от 50 до 100 солдат из 'ливерной начинки' 'Волховского рукава'. Сколько умирали потом от ран вне 'Волховского рукава', нужно спросить у доктора и профессора, генерал-полковника и главы медицинской службы Хандлозера.

Автор программы экспериментов над советскими, прежде всего русскими военнопленными и населением, по переохлаждению, заражению сыпным тифом и прочее, инициатор создания для фашистской солдатни публичных домов на Восточном фронте с принудительным набором проституток из местного населения, Хандлозер наверное знал, что из раненых, отправленных с передовой, гибли на всех этапах оказания медицинской помощи более 20 процентов. Это в 13 раза больше, чем погибало советских раненых. 'Ничего, фрау ещё нарожают!'

Почти 60 процентов эвакуированных с фронта военнослужащих Красной Армии возвращались в строй и около 36 процентов увольнялись в запас после ранения. Смертность в советских эвакогоспиталях составляла лишь 1,5 процента.

Wehrmacht имел такую удивительную систему оказания помощи ранеными, которая оказалась, во-первых, не готова к возникшему после 22 июня 1941 года потоку раненых, во-вторых, оказалась по-капиталистически 'экономной' в части помощи 'отработанным' людям, в-третьих, оказалась воровской, в-четвертых, оказалась по-капиталистически бездушной и наплевательской по отношению к жизни простых людей. Фрау ещё нарожают!

Пока шли бои в 'коридоре' снабжения Линдеманна в 'Волховском рукаве', 2-я Ударная армия снабжалась относительно спокойно по 'дороге жизни' Мясной Бор - Новая Кересть, Кречно. По всему периметру зоны её прорыва в тыл группы армий 'Север' оккупанты в основном сидели смирно. Только северо-восточнее Ровани почти у 'Волховского рукава' 61-я пехотная дивизия Хюхнера снова ринулась, сломя голову, в атаку на окружённые у ручья Скребельского западнее Глушицы 800 героических бойцов 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии Лиленкова и 600 гвардейцев Рогинского. Эти храбрецы искусно оборонялись среди заболоченного леса на сухом островке 1,5 x 2,5 километра и вели из своей крепости рейды по тылам, минировали дороги, устраивали засады, вели охоту снайперы. В тылу 'группы Шайдиза', 'группы Кольберга' и на коммуникациях 'группы Книза' оккупантам стало невозможно нормально перемещаться - земля горела под ногами. Лесная крепость Лиленкова состояла из ДЗОТов, землянок, огневых позиций, минных полей, управляемых фугасов, завалов, дерево-земляных стен. 'Сибиряки' густо заминировали подступы к своим позициям. Бои шли до вечера. Герои потеряли 20 своих блиндажей, но убили 140 оккупантов из 'бригады Риссе', а в качестве трофеев взяли 3 пулемёта. В это же время стрелковый полк и артполк дивизии Лиленкова пытались прорваться на север на помощь товарищам.

После того, как прошлого командира 61-й пехотной дивизии Шайдиза застрелил 'сибирский' снайпер, новый командир генерал Хюхнер получил от Линдеманна категорический приказ расправится с окружёнными 'сибиряками'. Они оказались около дороги Сенная Кересть - Глушица как кость в горле. Хюхнер - бывший командир 8-й танковой дивизии, которую он за несколько месяцев попросту угробил.

Когда Хюхнер 26 января 1942 года отчитался командованию группы армий 'Север' куда он дел прорву своих танков после наступления на Тихвин в октябре, а затем отступления от Тихвина в декабре вместе с 12-й танковой дивизией, спасаясь бегством, получалась очень нерадостная бухгалтерия. На 22 июня 1941 года в танковом полку дивизии Хюхнера в исправном состоянии имелось 212 танков: 58 лёгких английских Mk II, 23 средних английских Mk IV, 118 штук чешских Pz.Kpfw.38(t) и 15 командирских танков Pz.Bef.Wg.III, не считая 25 танков Pz.Kpfw.II и Pz.Kpfw.III резервной роты без экипажей, 35 'диких' французских танков H-38/39 и средних S-35, которые дивизия прихватила из Франции в 1940 году, а также около 32 'дикие' противотанковые и зенитные самоходки на базе французских танкеток и лёгких танков, сделанные умельцами дивизии в войсковых условиях. Итого в танковом полку 304 бронированные гусеничные машины с противоснарядной бронёй. Это не считая бронетехники штатной и 'дикой' в моторизованных полках дивизии Хюхнера, разведбате, у сапёров, артиллеристов и в противотанковом дивизионе, где как во всей армии любили ставить пушки на французские и английские танкетки, которых во Франции захватили несколько тысяч.

К декабрю 1941 года Хюхнер получил от промышленности для частичного восполнения потерь 20 новых чешских танков Pz.Kpfw.38(t) и 12 бывших в употреблении 'чехов' Pz.Kpfw.38(t) из 12-й танковой дивизии. До конца 1941 года 8-я танковая дивизия получила из резервных танковых полков группы армий 'Север', резервных танковых батальонов 18-й полевой армии ещё 27 лёгких танков Pz.Kpfw.II и 19 тяжёлых Pz.Kpfw.IV без экипажей, не считая 'диких' французских танков. На 26 января 1942 года в танковом полку дивизии Хюхнера числилось всего лишь 2 танка Pz.Kpfw.II, 34 чешских Pz.Kpfw.38(t), 5 тяжёлых Pz.Kpfw.IV и 7 командирских Pz.Bef.Wg.III. Из них боеспособны 11 чешских Pz.Kpfw.38(t), 2 тяжёлых Pz.Kpfw.IV и 2 командирских Pz.Bef.Wg.III. Осталось также немного 'диких' самоходок. В общем, танков хватало только для комплектации штаба дивизии и штаба танкового полка. То есть из строя выбыло 239 танков! Вот это повоевали против 'унтерменшей'! Из выбывших машин в рейх отправили на капитальный ремонт или переплавку 25 лёгких Pz.Kpfw.II, 54 чешских Pz.Kpfw.38(t), 14 тяжёлых Pz.Kpfw.IV и один командирский Pz.Bef.Wg.III. Остальные 145 считались безвозвратно потерянными дивизией! Из этих 145 машин, уехавших на ремонт в Германию, удалось восстановить только 14. 131 танк ремонтные организации списали. То есть это тоже безвозвратные потери. Из всех танков, увезённых на ремонт в 1941 году в Германский рейх, восстановили примерно 10 процентов. Остальные списали и переплавили уже в тылу. Так вот - по записям в журнал боевых действий 8-й танковый дивизии она потеряла всего 94 танка, а по факту 276!

То есть Wehrmacht и его Panzerwaffe по журналам боевых действий - бравые молодцы, которые одним махом семерых 'унтерменшей' побивахом, и по журналам учёта материальной части тоже. Потери 'дикой' бронетехники не учитывалась, её в уничтоженные только советские войска учитывали, а по факту потери Panzerwaffe в технике катастрофические. Но раз отправили в тыл - вроде и не боевые потери. Это ремонтники не справлялись...

Вот такому очковтирателю-танкисту теперь доверили пехоту. Он и погнал солдат в 'мясной штурм' на советские пулемёты и под снайперский огонь, рассчитывая задавить тушей. Главное - выдать солдатне перед атакой бутылку шнапса и заставить их принять 'Pervitin'. Хюхнер провёл пять 'мясных атак' с одного направления. Пять! Потери в каждой около 100 солдат убитыми и 250 ранеными. Попытка разгромить 'сибиряков' Лиленкова провалилась, а кость в горле Линдеманна осталась. Но и 'сибиряки' держались с трудом. Из 800 человек, попавших в окружение две недели назад, 265 имели ранения разной степени тяжести. 55 из них не могли ходить... За что так самоотверженно сражались и гибли герои 2-й Ударной армии? Вот за что: общая смертность в блокадном Ленинграде снизилась на 1/3. С 22 декабря по 15 апреля вывезено из гитлеровской ловушки более 544 000 человек! Живи, Ленинград!

На восточном фланге Любанского направления 484-й пехотный полк Андерса из 254-й пехотной дивизии, утомившись черпать воду из окопов насосами и касками-кастрюлями, бросил позиции у хуторов Крутик и Крапивно, которые оборонял с февраля, и передвинул линию фронта на восточный берег реки Равань. Поздним вечером советская тяжёлая артиллерия нанесла удар по позициям подлецов в Лядно.

На другом конце зоны прорыва 2-й Ударной армии бельгийский легион наёмников SS Freiwilligen 'Legion Flandern' из 'группы Бурк' возглавил очередной немец - штандартенфюрер SS фон Леттов-Форбек. За апрель бельгийские наёмники понесли тяжёлые потери. В строю осталось 13 офицеров, 26 унтер-офицеров и 288 нижних чинов из 1200 человек, составлявших численность легиона после пополнения в начале марта. На этом направлении частное наступление Мерецкова на Новгород обескровило и вымотало группу фашистках войск, предназначенную для нового наступления на 'дорогу жизни' 'ударармейцев' с юга. Фон Кюхлер в рамках операции 'Вперёд' отдал приказ о немедленном выводе с фронта под Ленинградом 405-го пехотного полка 121-й пехотной дивизии в полном составе и его переброске для компенсации потерь в сектор 16-й полевой армии на южный фас Волховского плацдарма. Перетасовки в колоде войск оккупантов шли непрерывно.

Часть 1-й Ударной авиагруппы, входящей в состав ВВС Волховского фронта: 35-й и 771-й авиаполки бомбардировщиков Пе-2 и 72-й отдельный разведывательный авиаполк на самолётах АНТ-40 Ставка ВГК отвлекла для ударов по окружённой под Демьянском 100-тысячной группировке полевой армии Буша из группы армии 'Север'. С одной стороны жаль, а с другой - победа же общая. Ставка решила, что эти силы смогут убить больше фашистов в Демянском 'котле'.

35-й и 771-й бомбардировочные авиаполки и 72-й отдельный разведывательный авиаполк из 'уничтоженной на спящих аэродромах ВВС Красной Армии' воевали с самого начала войны, имели огромный опыт и высочайший боевой дух. Так командир 72-го отдельного разведывательного авиаполка подполковник Завражнов, до того как стал разведчиком, начал войну бомбардировщиком, потом переучился на истребителя. В ВВС он с 1923 года. Насколько лётных учебных заведений. Польский и Финский походы РККА.

Всегда улыбающийся, добрый, небольшого роста, полный, круглолицый, физически очень сильный, с таким огромным обаянием, что при встрече с ним тоже хотелось улыбаться. Его все любили за открытый характер, высочайшую лётную подготовку и командирские качества, отчаянную смелость в бою. На его груди кроме боевых орденов, красовались три медали 'За отвагу'. Поэтому его назвали в шутку 'Иван Завражный - трижды отважный'.

Медаль 'За отвагу' - высшая медаль в СССР, соотносилась с дореволюционным Георгиевским крестом. Награда имела у фронтовиков особый статус. Вручённая в 1941-1942 годах медаль почиталась выше некоторых орденов потому, что ею награждались только те, кто проявили личную храбрость и отвагу в бою, а не руководили атакой или обороной.

Рассказы о дерзких подвигах Завражнова походили на легенды. Будучи ещё недавно командиром 238-го истребительного авиаполка, он в ненастную мартовскую погоду на своём отполированном до блеска ЛаГГ-3 в одиночку прошёл в самый центр окружённой под Демянской фашистской группировки на базовый аэродром, который до отказа забили транспортники и который защищался зенитками и истребителями не хуже столичного Берлина. Завоеватели не ожидали такого, да ещё в сильнейшую пургу. Рты пооткрывали. Завражнов же открыл огонь и несколько раз прошёл над стоянками самолётов, расстреливая их с бреющего полёта, пока не израсходовал боекомплект. Он нанёс оккупантам большой урон и благополучно вернулся. Вот только вылетел он самовольно, никого не поставив в известность. За что его чуть не отдали под трибунал, но потом ограничились тем, что сняли героя с командования полком. Спустя какое-то время 'трижды отважного' назначили командиром 72-го авиаполка разведки. Это когда нужно в одиночку летать в самое логово:

Весна затягивалась. Снег начал окончательно таять только сейчас. Местность, где уже 3,5 месяца шла Волховская битва, снова превратилась в обычные болота и озёра. Это время оккупанты старались использовалось для отдыха, но защитников Советской родины это не устраивало. Из-за колоссальных потерь и желания накопить ресурсы для наступления на юге, Wehrmacht на Восточном фронте приступил к сокращению пехотных полков на 1/3 - с 3-батальонного до 2-батальонного состава. Wehrmacht на Волхове тоже пребывал в унынии. Здесь тоже всё мешало воевать так, как это достойно 'самой сильной армии мира'. В 'белом аду' - ледяной пустоши после таяния снегов в начале мая предстояло буйное цветение, и Волхов обещал превратиться в 'зелёный ад'. Опять всё не слава богу! Теперь подлецам придётся воевать в густой и запутанной болотной местности. А как же пресловутый 'Blitzkrieg'?

Вместо выполнения задач операции 'Raubtier' по окружению 2-й Ударной армии, разгрома Волховского плацдарма и восстановления линии 'Волховского вала' по Волхову от Чудово до Новгорода, уже месяц продолжалась непрерывная гибель войск, направляемых Линдеманну и Бушу для продолжения операции, начатой 15 марта.

Вместо ледовых переправ через Волхов советские сапёры в короткий срок организовали лодочное и паромное передвижение. Танки получили горючее и запчасти. Советская тяжёлая артиллерия получила снаряды и продолжила обстрел артиллерийских позиций, складов и транспортных колонн оккупантов в Трегубово, Спасской Полисти и Чудово. По-прежнему вёлся сильный обстрел 'коридора' снабжения Вюнненберга.

До утра 16 апреля советские авиаторы из полков ночных бомбардировщиков и транспортных авиаполков на У-2 осуществляли снабжение окружённых у ручья Скребельского 'сибиряков' Лиленкова, а также наносили бомбовые удары по позициям подлецов оккупантов южнее Спасской Полисти. 697-й ночной лёгкий бомбардировочный авиаполк Лужина переименовали в 844-й транспортный авиаполк. Начали применять транспортные кассеты и грузовые контейнеры.

Комфронта Мерецков представил Лиленкова к награде за образцовую организацию боевых действий в условиях окружения и нанесение врагу больших потерь. Не теряя радиосвязи, Лиленков своими образцовыми действиями существенно содействовал разгрому ударной группировки подлецов у 'дороги снабжения' 2-й Ударной армии.

Позиции оккупантов у ручья Скребельского подвергли сильнейшему артобстрелу. Части 'сибиряков' подошли к дороге Сенная Кересть - Глушица на участке 3-4 километра северо-западнее Глушицы и блокировали её. Убито 60 оккупантов из 154-го пехотного полка 58-й пехотной дивизии, взято в плен 10. Теперь связь между группой Шейдиза и группой Книза могла осуществляться только кружным 60-километровым путём через Чудово.

После полудня 2 танка КВ-1 и 5 танков Т-34 из гвардейской танковой бригады Копцова со своими мотострелками начали атаку для расширения зоны прорыва вглубь 'Волховского рукава'. Их со стороны 'Лесопункта' поддерживали части стрелковой бригады Жильцова. Общая задача прежняя - захватить опорный пункт 'Острие' на 'дороге Борхерта' и 'большую поляну', соединиться с 4-й стрелковой дивизией Андреева, разрезав 'группу Вюнненберга' и окружив южную часть 'Волховского рукава'.

Просеки, по которым шло с востока советское наступление, подлецы до предела насытили огневыми средствами, подвели туда танки и бронемашины, согнали подразделения более 8 армейских и эсэсовских батальонов, зенитчиков Luftwaffe, стройбат, части усиления, 'хиви'. Севернее ведущих на запад просек весь лес, где по колено, где по пояс залила талая вода, помогая оккупантам обороняться. Здесь невозможно прорваться - на всю глубину до Глушицы войска фашистов. Продвигались буквально по метру при последовательном уничтожении огневых средства, танков и пехоты оккупантов. При таком способе рассечь оборону не получилось. Получилось только уничтожение. Танки раздавили 30 ДЗОТов, 15 противотанковых пушек 'колотушек' и 5 противотанковых ружей 2,8 cm s.Pz.B.41, рассеяли до батальона пехоты, прорвались в тыл боевого порядка, где уничтожили миномётную позицию, 1 тяжёлую полевую гаубицу и 3 лёгких гаубицы.

Советская артиллерия с запада и востока вела непрерывный огонь по опорным пунктам, огневым позициям, дорогам снабжения. Узкая полукилометровая полоска леса и поляны, на которых сгрудились палатки, блиндажи, склады, позиции артиллерии, транспорт, дороги, прочее хозяйство оккупантов, расположенное так, что яблоку негде упасть, расстреливалось как в тире, как на учениях. Почти каждый снаряд находил свою жертву. Это как стрелять по огромному, но неподвижном линкору, где вся команда во время боя находится на верхней палубе. Потери колоссальные! Но что фашистским генералам и их хозяевам капиталистам с того? Фрау ещё нарожают! За уничтоженное оружие всё равно заплатит простой немецкий народ, а за новый заказ фабриканты и банкиры получат новую кучу денег! Заболоченный лес в этом районе представлял собой жуткое зрелище из сломанных стволов деревьев, разбитых настилов дорог, защитных бревенчатых стен, разгромленных артиллерийских позиций, искорёженного оружия, разбитых ящиков, разбросанного тряпья, пожитков, клочьев бумаг, газет, писем, валяющихся вокруг трупов оккупантов.

Тем временем Ленинградский штаб партизанского движения оказывал посильную помощь Волховскому фронту. Он объединил Волховскую и Маловишерскую оперативные группы в одну. На юге Ленинградской области возник партизанский край, на границах которого вели непрерывные бои 1-я партизанская бригада Кондратьева; 2-я партизанская бригада Васильева; 3-я партизанская бригада Германа. Сотни небольших мобильных партизанских диверсионных групп взрывали железнодорожные рельсы и мосты, пускали под откос эшелоны, вели разведку гарнизонов, складов, аэродромов, выясняли график движения по дорогам, работали с населением, вели беседы, казнили предателей, распространили листовки. Земля горела под ногами оккупантов и их пособников!

Сотников со своим отрядом из 40 человек 12 раз переходил линию фронта и совершал рейды. Взорвал мост на Незинском шоссе, два моста на железной дороге Батецкая - Новгород. Причём один мост вместе с проходящим эшелоном: разбился паровоз, 33 вагона. Под обломками нашли собачью смерть 500 гитлеровцев, 2000 получили ранения. Дерзкие и отважные 'сотниковцы' ухитрялись даже ночевать в тепле в деревнях по соседству с гарнизонами оккупантов.

Наблюдать за ночными фейерверками, которые трусливые и пьяные захватчики устраивали из ракетниц вокруг гарнизонов или на переднем крае, в некотором смысле любопытно. Описывая различные кривые, ракеты разгорались в небе яркими огнями и падали многоцветной огненной крошкой. Когда ракета в зените, - благодаря яркому освещению, - ландшафт кажется зловеще-мёртвым, неземным. Но вот ракета падает, она все ближе к земле... У деревьев, кустов, даже пней, рождаются и быстро растут тени. В последний момент они вытягиваются в гигантские линии, принимая причудливые, фантастические формы и стремительным рывком проносятся по болотными озерцам. Лишь на короткий миг наступает темнота - и вот уже плывёт в небе новая ракета...

Плохо, когда разведгруппа лежит, вжавшись в мокрый мох, под носом у фрицев и огненные линии летят над головой, а ухо улавливает шипение мха, вызванное не успевшими остыть упавшими ракетами. Откуда-то с северо-востока доносится приглушенная артиллерийская канонада. Дуновения ветра то усиливают отзвуки далекого сражения, то приближают их...

С утра 17 апреля оборонительное сражение Линдеманна в 'Волховском рукаве' на 'дороге Борхерта' продолжилось с новой силой. 6 танков 2-го танкового батальона бригады Копцова и штурмовые группы стрелковой бригады Жильцова продолжили атаку навстречу 4-й гвардейской стрелковой дивизии, чтобы в районе 'большой поляны' отрезать южную часть фашистской группировки. Как всегда не обошлось без 'генерала Грязь'. На этот раз 2 танка Т-34 застряли в болоте, обходя заминированную просеку, остальным пришлось искать другой путь.

При продвижении вперёд, мотострелки обнаружили тела своих товарищей, пропавших без вести в прошлую атаку. Похоже, что тяжелораненые красноармейцы попали в плен и фашистские изверги их истязали. Им выкололи глаза, сшили губы проволокой, концы которой продели через нос и подбородок. Четыре отважных патриота погибли мучительной смертью. Вскоре нашли труп зверски замученного тяжелораненого красноармейца Шалака. Озверевшие от бессилия победить, от шнапса и метамфетамина нелюди вывернули ему руки, сломали пальцы, перебили ноги и выкололи глаза. Раненому военфельдшеру Кулитко защитники капитализма отрезали язык, в нескольких местах проломили голову, вырезали кожу со спины, ног, рук и живота... Такова армия капитализма... Нелюди...

Без танков под шквальным огнём мотопехота Копцова продвинуться дальше не смогла. По просекам навстречу наступающим вели огонь сразу около 40 орудий: 75-миллиметровые лёгкие пехотные орудия leIG 18, 105-миллиметровые лёгкие полевые гаубицы leFH 18, а также 150-миллиметровые sIG 33. 'Лапотники' Ju 88 начали бомбёжку.

Небо ясное, самолёты со стороны видны как на экране. Заходы делают тройками, шестёрками и девятками. А всего их в небе не менее 30. Отчётливо наблюдалось падение авиабомб. Крупные грушевидные отделялись как чёрные капли. Мелкие цилиндрические, похожие на огнетушитель 'Богатырь', вываливались по нескольку и поначалу летели как попало, некоторые даже кувыркались. Но скоро, подчиняясь стабилизатору, принимали вертикальное положение и с кровожадным воем устремлялись вниз. Гулкие удары. По глади разлитых озёр среди деревьев бегут в разные стороны полукружия ряби. Одна бомба угодила в склад с продуктами. Высоко вверх взметнулся фонтан из муки, крупы, соли и сушёной рыбы. Срочно всё собирать, хоть даже с грязью и хвоей:

Появилось несколько советских истребителей. Несмотря на явное меньшинство, они смело ринулись в атаку. Однако 'лапотники' пришли не одни, а под охраной 'худых', которые кружили выше. Завязался жаркий воздушный бой, началась такая кутерьма, что трудно с земли разобрать, где свои, где чужие. Один 'лапотник' загорелся и, оставляя за собой длинный шлейф дыма, скрылся за лесом. Зенитный артдивизион бригады Копцова тоже сбил одного стервятника, который с воем упал у Любина Поля. Следующий налёт сорвало звено МиГ-3 из 2-го гвардейского авиаполка Метёлкина.

Во время второй атаки один танк 2-го батальона бригады Копцова утонул в реке Полисть. Эта река из ручейка на глазах превратилась в полноводную стремнину глубиной 4 метра. Наплавной мост уже залила вода. Сапёры устроили два парома. Раненых эвакуировали в тыл на надувных лодках А-3. Остальные Т-34, ведя огонь с места, смогли обеспечить пехоте продвижение лишь на 250 метров. При этом один Т-34 получил попадание и потерял ход. Эту атаку 'генерал Грязь' отбил успешно. После этого 'группа Фрайтага' пошла в атаку силами свежего I батальона 152-го пехотного полка 61-й пехотной дивизии сквозь сильнейший заградительный огонь советский артиллерии. Залп дивизиона 'Катюши' выкосил сразу 60 наступающих. Горела земля и вода, но унтер-офицеры продолжали гнать солдат на смерть.

Вступая в переломанный снарядами и танками лес, заваленный искалеченными трупами в серых мундирах и касках-кастрюлях, солдаты пытались прятаться от унтер-офицеров в завалах, старались незаметно вернуться на исходную позицию, разбредались в стороны, благо в 20-30 метрах лес уже скрывал их от глаз кровавых погонщиков. Да уж: Солдат-рабов приходилось гнать вперёд буквально ногами и палками, выстрелами в воздух, угрозами штрафбата или концлагеря. В этой самоубийственной атаке подлецы потеряли более 500 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Мотострелки Копцова захватили два 75-миллиметровых орудия leIG 18, два миномёта, 80 исправных винтовок. У мотострелков пали смертью храбрых 9 бойцов, ранено 32 человека.

Севернее Глушицы окружённые у ручья Скребельского части героической 'сибирской' дивизии Лиленкова отбивали атаки оккупантов на свой укрепрайон. Бой шёл непосредственно в районе землянок КП Лиленкова, но прорвавшуюся группу подлецов удалось окружить и уничтожить. 'Pervitin' им не помог. У артиллерии 61-й пехотной дивизии опять не оказалось здесь снарядов ни для огневого поражения окружённых частей, ни для контрбатарейной борьбы. По другую сторону 'Волховского рукава' разведгруппа 1247-го стрелкового полка 377-й стрелковой дивизии севернее Малого Опочивалово уничтожила 50 гитлеровцев, собравшихся для приёма горячей пищи...

Подсмотрев у советских войск технологию строительства укрытий 'надземных траншей', оккупанты из-за невозможности устраивать траншеи в земле, повсеместно начали поступать также. Они строили стены из двух рядов брёвен высотой в 1,5 метра, между ними укладывали торф. Очень быстро весь лес вокруг 'Волховского рукава' и внутри него оккупанты превратили в систему дерево-земляных укреплений, фортов, целых укрепрайонов. Как это не походило на мастеров 'Blitzkrieg'! Wehrmacht по воле Красной Армии завяз в позиционной войне, где его главные козыри - преимущества в механизации войск и численный перевес ничего не значили, а главный козырь Красной Армии - преимущество в артиллерии, количестве снарядов, лучших танках и пистолетах-пулемётах могло использоваться в полной мере.

На реках ледоход. Вскрылся Волхов. Болота совсем непроходимы. Дороги полностью размыло. Подлецы согнали в 'Волховский рукав более' более 6000 пленных и местных жителей для строительства и ремонта дорог. Смотрите-ка, Wehrmacht - вершина военной мысли капиталистического мира, в его боеспособность обеспечивают бабы в платках и оборванные скелеты-военнопленные! 'Организация Тодта', сапёрные, железнодорожные, инженерные части, стройбаты, NSKK со всей своей подготовкой и техникой не могли обеспечить 'лучшую армию Европы' на Восточном фронте! На той самой войне, к которой вся европейская фашистская капиталистическая сволочь готовилась с 1925 года, когда в Локарно состоялся антисоветский сговор, и особенно после подписания Антикоминтерновского германо-итало-японского пакта в 1937 году. В бой за Wehrmacht пошли мобилизованные бабы в платках!

Где же те умники, которые и в этом компоненте не удосужились подготовить Wehrmacht к войне, и даже не заложили в пресловутый план 'Barbarossa' нужного количества инженерных, строительных и транспортных частей? Где авторы плана Гальдер, Паулюс, Маркс? Маркс всё так же в OKW. Паулюс командует самой крупной 6-й полевой армией на советско-германском фронте, которая едва не оказалась разгромлена под Харьковом, но теперь рвётся к Сталинграду по трупам своих солдат. Гальдер вообще до сих пор начальник Генерального штаба сухопутных войск Великогерманского рейха OKH. Будь у Сталина чрезмерно развитое чувство юмора, он бы наградил Гитлера за то, что тот доверил разработку плана 'Barbarossa' таким кичливым слабоумным баранам, а потом, после провала с треском плана 'Barbarossa', оставившего этих идиотов на высших должностях. Куда мог прийти Wehrmacht с таким штабистами, будь его солдаты хоть трижды трудолюбивыми, выносливыми, вымуштрованными, напуганными, подлыми? Тут никакой 'Pervitin' не поможет.

Зато Wehrmacht в 1000-й раз продемонстрировал как нужно воевать за чужой счёт, нарушая на советско-германском фронте все мыслимые международные правила ведения войны относительно мирного населения. Когда-то на Руси в 1237 году монгольские завоеватели Батыя использовали для войны 'хашар' - пленных и покорённые народы для переноса своих припасов, прокладки дорог, строительства земляных насыпей при штурме городов. 'Хашар' гнали в 'мясные штурмы' под стрелы осаждённых горожан. Прошло 705 лет и так же действуют на древнерусских землях новые монголы - фашисты под верховенством нового Батыя...

В ночь на 18 апреля 1942 года в двух с половиной тысячах километрах западнее Любани 113 королевских самолётов колониальной Британской империи сбросили 167 тонн бомб на Гамбург. Погибла масса мирных жителей. Гитлер загнал немецких мужчин в русские болота, а немецких женщин сделал мишенями безнаказанных убийств авиации своих дирижёров - банды международных банкиров. Королевская авиация с нового года бомбила Берлин, почти всю западную Германию, а немцы загибались в России. Пока они сражались с 'иванами' в болотах, 'томми' у них дома убивали их жён и детей. В Ростоке груды битого кирпича вместо города, сплошное братское кладбище. Естественно, в Германском рейхе об это говорить запрещалось. Результаты бомбёжек держались от немцев в секрете. За распространение информации - концлагерь или штрафбат. Ничего не должно отвлекать пушечное мясо от завоеваний новых территорий и удержания новых присоединённых территорий. Хромой Геббельс и боров Геринг при этом продолжали кричать, что ни одна бомба не упадёт на германские города.

Мнение хозяев мира относительно способов массового убийства людей с помощью авиации выразил послушный слуга короля Георга VI премьер-министр Великобритании Чемберлен, заявив, что 'Великобритания не знает никаких общепризнанных международных законов относительно правил ведения воздушной войны'. Имея реальный шанс нанести сокрушающий удар по германской экономике своей дальней авиацией, тактическими бомбардировщиками и истребителями уже осенью 1939 года, англо-французские капиталисты этого не сделали, хотя большая часть промышленных объектов Германского рейха - Рурский бассейн, Дуйсбург, Эссен, Дюссельдорф, Золинген, Вупперталь, Кёльн, Бонн, Мангейм, Штутгарт находились в 100-километровой зоне от границы.

Первые 30 английских 41-килограммовых бомб упали на мирное население Германии два года назад во Фрейбурге - в том числе 11 бомб на Центральный вокзал, 2 на детскую площадку, убив 57 человек, в том числе 22 ребёнка, 13 женщин, 11 мужчин и 11 военнослужащих. Все последующие налёты королевские ВВС берегли промышленность Гитлера, в которую международная банда поджигателей войны вложила ради прибыли гигантские деньги короля и других капиталистов через Bank for International Settlements. Налёты направлялись против городов и невоенных целей на северном немецком побережье, в особенности против Гамбурга и Бремена, против городов западной Германии за редким исключением. Главными целями первого периода войны кроме жилых домов для королевских ВВС стали объекты коммунальной инфраструктуры. Устрашающий и логичный шаг английской науки убивать - применение 400-килограммовых бомб и начало производства чудовищных 800-килограммовых тонкостенных 'блокбастеров' - бесполезных на фронте - специальных разрушителей кварталов и убийц городских жителей. Ударам бомбардировщиков подверглись нефтехранилища и заводы по производству синтетического горючего. Рокфеллер и другие поставщики топлива Гитлеру имели прямую заинтересованность в уничтожении запасов горючего Kriegsmarine для увеличения объёмов закупок у них.

С начала 1941 года редко, когда налёты королевских ВВС совершались группами менее 100 бомбардировщиков. Подвергся опустошению второй по величине город страны Гамбург, где бомбёжки серьёзно повредили машиностроительные заводы, электростанции, доки и судостроительные верфи, которые угрожали своей продукцией широкомасштабным перевозкам вооружений и материалов через Атлантику в Англию из США. По той же причине несколько раз разгромили Киль - главную базу Kriegsmarine, центр судостроительной промышленности Германии. Киль получил бомб больше, чем какой-либо другой немецкий город. В первом массовом налёте на него участвовали 300 бомбардировщиков, во втором - 160.

В мае 1941 года на городок Эмден английские капиталисты сбросили первые бомбы-блокбастеры весом в 1800 килограмм, сносившие ударной волной и вакуумным воздействием целые кварталы жилых домов вместе с несчастными жителями. Германские капиталисты и их Luftwaffe отреагировали на всевозрастающую угрозу населению отправкой большей части новых истребителей не в ПВО рейха, а в войска на востоке!

Вероломное нападение на СССР Великогерманский рейх начал с приставленным к его затылку заряженным пистолетом со взведённым курком - 1000 бомбардировщиков короля Георга VI в 49 бомбардировочных эскадрильях. С этого момента каждую ночь в Германии простому народу английские капиталисты пускали кровь и кишки - в среднем по 100 бомбардировщиков за ночь бомбили города по площадям. Сильным разрушениям подверглись кварталы Билефельда, Мюнстера, Ахена и Касселя. Какую ночь неделя за неделей, месяц за месяцем шли бомбардировки, не нанося, впрочем, роковых ударов по железнодорожному транспорту, мостам, плотинам, дорогам, узлам связи и командным центрам рейха, центрам принятия решений, но убивая и калеча население в то время, как простых немцев гнали умирать в Россию. Любил ли Гитлер немецкий народ? Нет, не любил. Если бы любил, не отдал бы его на растерзание банде международных банкиров, не превращал в пушечное мясо на Восточном фронте.

После того, как в августе прошлого 1941 года Luftwaffe понесло серьёзные потери и увязло на Восточном фронте, королевские лётчики сбросили на Берлин за один раз 82 тонны бомб, а к октябрю налёты на Берлин усилились, словно подстёгивая кнутом Wehrmacht, подгоняя его поздней осенью к Москве в операцию 'Taifun':

- Солдаты Германии, быстрее уничтожьте русских коммунистов, пока мы не уничтожили все ваши семьи и дома!

В конце прошлого года 129 английских бомбардировщиков в очередной раз подожгли Киль, сбросив на город 138 тонн бомб. Но убийцам этого мало. К концу 1941 года король Георг VI решил довести численность своих тяжёлых и средних бомбардировщиков с помощью американского капитала и американских заводов до 4000 единиц. Бомбовая нагрузка королевского авиапарка за год выросла на 70 процентов. Прошло перевооружение на более современные машины. Армады бомбардировщиков Armstrong Whitworth A.W.38 Whitley, Handley Page HP.52 Hampden, Bristol Blenheim дополнили более мощными и живучими американскими бомбардировщиками Douglas A-20 Havoc/DB-7 Boston, Lockheed Ventura и английскими Mosquito B Mk IV. Остались в строю из довоенных королевских машин только мощные Vickers Wellington. На самый крупный на тот момент времени британский бомбардировщик Avro 683 Lancaster приходилось 3/4 всего сброшенного бомбового груза. Максимальная боевая нагрузка этого самолёта доходила до 12 тонн, а сброс производился безнаказанно с высоты 12 километров - недосягаемой для зениток и истребителей. Каким образом в такой обстановке, да ещё после зимней катастрофы под Москвой, Гитлер решил объявить войну ещё и США, становится ясно только при понимании того, на кого Гитлер в действительности работал со своими нацистами. Все выглядело так, будто Гитлер решил к 1000 королевским бомбардировщикам, убивающим немцев в их родных городах, прибавить ещё 1000 американских, чтобы Германия проиграла войну уже наверняка и при ещё больших потерях в людях и материальных ценностях.

Весной 1942 года 240 королевских бомбардировщиков за три часа сбросили 460 тонн бомб на завод Renault под Парижем, принадлежащий некоронованному королю Франции барону де Ротшильду, сбежавшему к тому времени в США. Убито более 600 и ранено 1000 человек, разрушено 200 домов. Здесь нет денег Георга VI, это не жалко.

Тогда же 215 самолётов вновь бомбили Эссен. 3000 зажигательных и 127 фугасных бомб разного калибра и конструкции сбросили лётчиками короля Георга VI на южную окраину города, но металлургические заводы Круппа снова не пострадали. Траур в Германии никто и не думал объявлять. Информацию о побоище в Эссене засекретили, как засекретили сведения о других налётах до и после этого. За ослушание концлагерь или штрафбат. Немецкие рабы должны заниматься Восточным фронтом, а не думать, как бы им прекратить поскорее войну на Востоке, заключив перемирие со Сталиным, пусть даже против желания Гитлера, и все ресурсы потом направить против подлого короля Георга VI...

Одновременно новому налёту подвергся Киль, и снова пострадала судостроительная верфь. Разрушено 280 жилых домов. Бомбардировка другого портового города Любека проводилась силами 234 машин, сбросивших на головы населению 300 тонн фугасных и зажигательных бомб. Весь город охватили пожары, уничтожившие 80 гектаров застройки: 2000 жилых домов разрушено, 6000 зданий сильно повреждено. Уничтожена инженерная инфраструктура, убито 400 гражданских и 800 тяжело ранено. 22 000 человек лишились жилья. В течение трёх недель горожане разбирали завалы, искали погибших и погребённых заживо.

Королевские и американские лётчики использовали для уничтожения жилых кварталов сверхтяжёлые бомбы. Георг VI санкционировал применение чудовищных блокбастеров - 3600-килограммовых бомб 'Super Cookie'. Такие сатанинские боеприпасы в Эссене одной бомбой сносили дома до состояния щебня и щепок на целом гектаре застройки. Человеческие тела исчезали во взрывах без вести десятками. Однако зажигательные термитные бомбы оказались страшнее - тонна зажигательных бомб, вызывая огненный торнадо, уничтожала больше, чем три тонны фугасных - до 5 гектаров застройки. Отдельные очаги огня быстро соединялись друг с другом, раскалённый воздух летел вверх, холодный воздух стремительно тёк к очагу горения по узким улицам и переулкам. Начиналась огненная буря, превращающая отдельные пожары в огромное огненное море, где несчастные люди даже не сгорали - просто испарялись...

Кёльн к марту 1942 года пережил 33 налёта общим количеством бомбардировщиков 2000, сбросивших около 7000 тонн фугасных бомб разного калибра и 150 тысяч штук зажигательных бомб различной конструкции. Дважды королевская авиация бомбардировала город по пять ночей подряд, убив 450 человек гражданских, 850 тяжело ранив и 25 000 оставив без крова! Однако ни один из крупных заводов Кёльна полностью не выходил из строя более чем на месяц. Гитлер и его кукловоды оставили города Германии беззащитными перед воздушным нападением. Ничего подобного мощнейшим системам ПВО Ленинграда или Москвы немецкие города не имели. Ничего подобно бомбёжкам немецких городов английскими и американскими бомбардировщиками большевики в отношении крупных городов СССР не допустили...

В эту же ночь на 18 апреля штурмовой отряд из 5 танков Т-34 и сводного батальона, состоящего из мотострелков Копцова и стрелков Жильцова, неожиданно перешёл в атаку внутри 'Волховского рукава' по просекам и лесовозным дорогам, ведущим в обход 'большой поляны', где к тому времени сосредоточилась почти вся 8-тысячная 'группа Вюнненберга'. Цель - соединиться с частями 24-й гвардейской стрелковой дивизии, наступающей через реку Глушицу с запада. Неожиданная ночная атака позволила продвинуться на 500 метров. Преодолев по пояс в воде заболоченный участок леса, чудо-богатыри вышли на северо-восточную окраину 'большой поляны' к самому осиному гнезду SS Polizei-Division. Здесь захватчики открыли ураганный огонь, в том числе сразу из 7 противотанковых пушек 'колотушек' и 50-миллиметровых Pak 38. Контратаку группы 'West', которая проводилась силами свежего II батальона 408-го пехотного полка 121-й пехотной дивизии, советские чудо-богатыри отбили, уложив оскалом в болото более 200 завоевателей.

Через час Вюнненберг погнал в контратаку свежие роты 24-го пехотного полка 21-й пехотной дивизии. Вымотанные непрерывным многочасовым боем, ведя сражение бессменно с 14 апреля, имея танков меньше, чем пальцев на руке, советский штурмовой отряд вызвал заградительный огонь артиллерии, отошёл на 100 метров и занял оборону. Из подкрепления к нему смогло прибыть лишь 100 химиков, регулировщиков, оружейников, сапожников и прочих тыловых бойцов мотострелкового батальона. Из-за отсутствия снарядов оккупанты и в этот день не имели возможности вести контрбатарейную борьбу. Поэтому тяжёлая советская артиллерия царствовала безраздельно, раз за разом накрывала оживающие батареи оккупантов, расстреливала по данным авиаразведки скопления войск, склады, укрепления, артиллерию на 'большой поляне', в опорных пунктах 'Паук' и 'Острие'. Ведя наступление меньшими силами, Мерецков просто не имел возможности изыскать лишние части, чтобы развить удар, хорошенько закрепить достигнутое, как это мог себе позволить фон Кюхлер. Советским войскам с самого начала войны приходилось воевать не числом, а умением, более совершенным оружием. Не стала исключением и Волховская битва. Атаки 61-й пехотной дивизии на окружённые севернее Глушицы части дивизии Лиленкова из-за минных полей тоже закончилось большими потерями для атакующих.

Уже третий день 'группа Вюнненберга' и другие части южнее опорного пункта 'Паук' снабжались караванами носильщиков из тыловых служб и 'хиви' по узкой 400-метровой 7-километровой полоске леса. Потребность Вюнненберга и других частей в южной части 'Волховского рукава' составляла 60 тонн грузов. Носильщики доставили только 10 тонн. Немцы начали есть дохлых лошадей и пить не обеззараженную воду со всеми вытекающими из этого последствиями. Санитарные потери стали расти как на дрожжах.

Западнее зоны этих боёв 254-ю пехотную дивизию снова возглавил, поправившись после ранения, 'мясник' Кёхлинг. Солдат своей дивизии у опорного пункта Ручьи Кёхлинг застал в весьма жалком виде: продовольствия и боеприпасов в обрез. Бронетехника к переднему краю подойти не может. Хорошо хоть сильно разлилась река Ровань и затруднила действия советским частям и разведгруппам.

В связи с тем, что большие силы 1-го Воздушного флота Фёрстера заняла операция по снабжению силами авиации окружённой под Демянском 100-тысячной группировки группы армий 'Север', количество истребителей Luftwaffe над 2-й Ударной армией уменьшилось вдвое. В связи с этим имеющихся в распоряжении ВВС Волховского фронта 90 современных истребителей из разных авиаполков вполне хватало для прикрытия войск и сопровождения ударных самолётов, что сразу сказалось на успешности действий наземных войск.

До воскресного утра 19 апреля авиация ВВС Волховского фронта бомбила позиции фашистов и шоссе в 'Волховском рукаве'. Экипажи 658-го и 660-го ночных бомбардировочных авиаполков сбросили 1,5 тонны бомб. Уничтожен склад боеприпасов, зенитный пулемёт, разбиты настилы трёх огневых позиций артиллерии и дорога из брёвен юго-западнее Спасской Полисти, ранено и убито около 50 оккупантов.

Ещё до наступления рассвета, чтобы не попасть под корректируемый наблюдателями огонь советской артиллерии, 'группа Фрайтага' силами II батальона 408-го полка, роты из 24-го пехотного полка, уже изрядно потрёпанные ранее, а также III батальона 2-го полка SS Polizei-Division и разные эсэсовские подразделения, перешла в атаку в 'Волховском рукаве' с юга в направлении на 'Лесопункт'. Фрайтаг старался окончательно окружить штурмовые подразделения танкистов, мотострелков Копцова и пехоты Жильцова. Атакующих поддерживали 4 танка Pz.Kpfw.III, у которых осталось по 1/4 горючего в баках. Вюнненберг в грубой форме торопил полковника Фрайтага, поскольку продовольствие и питьевая вода в южной части 'Волховского рукава' почти закончилась. Раненых, которых на носилках 'хиви' носили за 10 километров под обстрелом под колено в воде и со скоростью километр в час, скопилось на 'большой поляне' около 1000. Грязные, вшивые, в копоти, небритые много дней, в кровавых бинтах и лохмотьях мокрого обмундирования, раненые немецкие солдаты в основном лежали прямо на холодной земле на кое-как разбросанных еловых ветках. В палатках место освобождалось только когда там кто-то умирал. Медикаменты и перевязочный материал давно кончились. Еда раз в день - пустой суп с куском конины, или просто бульон из кубиков 'MAGGI' и размоченный из упаковки 'Dauerbrot B' хлеб. В других случаях раненым выдавали на день две 125-граммовые пачки сушёных хлебцев 'Knackebrot', твёрдых как точильный камень. Вместо сахара крохотные леденцы с витаминами 'Deli Bonbons'. Консервированный хлеб 'Dosenbrote' и консервированную тушёную капусту 'Braunhof' выдавали тем, кто ещё держал оружие. Печенье 'Peher-кeks' или 'Leibniz-keks' доставалось только офицерам, как и маргарин 'Union', сгущёнка 'Nestle Idealmilch', мармелад 'Zentis Aachen', сыр 'Camembert'. Шоколад 'Scho-co-cola', сухое молоко 'Nestle Kindermehl' выдавали кроме офицеров тем, кто шёл в бой. В общем, всё как при капитализме: важен не сам человек, а лишь польза или прибыль, которую он приносит. Это Красная Армия кормила своих раненых лучше, чем здоровых, поскольку большевики заботились именно о человеке, а не о функции, которую он выполняет. Wehrmacht кормил своих раненых всегда хуже, чем здоровых солдат. Его не интересовали немощные, а тем более калеки. Это старая прусская традиция.

Над ранеными в лагере Вюнненберга стояло зловоние. Во-первых, испражнения - далеко не все раненые могли встать, и некоторые ходили под себя, во-вторых, резкий запах испорченного сыра - у многих без лечения уже началась гангрена. И вши: Одежда, бинты, лохмотья на раненых как будто шевелились. Всё дело в том, что для борьбы с паразитами Wehrmacht использовал почти бесполезные химические порошки, в то время как красноармейцы в это же время обрабатывали одежду паром, регулярно посещали баню и стриглись наголо. Презирающие 'недочеловеков' расисты предпочитали своих вшей кормить человечинкой и разводить на себе тифозные бактерии Rickettsia prowazekii. Вот и в полевом лазарете в лагере Вюнненберга на большой поляне за один день с 12 немецких военнопленных их товарищи сняли 1,5 килограмма вшей! - в среднем 130 грамм вшей на человека! То есть с каждого немецкого солдата набиралось 130 тысяч паразитов весом по миллиграмму. Вот как воевал Wehrmacht на Волхове...

7-я гвардейская танковая бригада Копцова среди подлецов пользовалась дурной славой. Этих танкистов фашисты назвали 'фанатиками красной гвардии, которые никогда не отступают'. Однако без отступления, как части военного искусства, воевать невозможно, и танкисты не занимались бездумным самоистреблением как японские камикадзе. Топор не может хорошенько ударить без того, что его сначала отведут назад. Атака Фрайтага несмотря на сильный огонь советской артиллерии и потерю 80 солдат убитыми, заставила сводную штурмовую группу Копцова и Жильцова отойти почти на вчерашние исходные позиции. Но подлецы рано радовались. Как только сводная советская штурмовая группа, которая насчитывала около 400 бойцов, дождалась 4 танка Т-34, вернувшиеся от 'Лесопункта' с дозаправки, она предприняла контратаку. Обходя севернее окраину 'большой поляны' советские танки и пехота добили ранее сильно потрёпанный II батальон 408-го полка 121-й пехотной дивизии - он сократился до 160 человек. Подлецы не выдержали и ударились в бегство. Следом за армейцами начали поспешно отступать и эсэсовцы.

Штурмовая группа продолжила движение по лесовозной дороге между 'большой поляной' и опорным пунктом 'Паук', обходя позиции артиллерии 'группы Фрайтага', прикрытые пехотой. Затем танки Т-34 произвели обходной маневр и ворвались на эти артиллерийские позиции с тыла. Последовало побоище и разгром. Танки раздавили 12 лёгких 105-миллиметровых полевых гаубиц leFH 18, стоящих на бревенчатых помостах, две 150-миллиметровых гаубицы sIG 33, расстреляли и искорёжили 12 грузовиков, 2 вездехода, 16 повозок, расстреляли более 80 артиллеристов и 35 лошадей. После обстрела загорелся и взорвался склад боеприпасов. Командир одной из батарей, перед глазами которого в один момент погибли все его орудия и солдаты, застрелился. Затем, разбрасывая 'вельветовые дорожки', Т-34 с тыла атаковали пехотное прикрытие. За 15 минут танки раздавили 5 блиндажей, уничтожили 4 противотанковые пушки, 10 пулемётов, зенитку. Пехота штурмовой группы довершила разгром позиций артиллерии 'группы Фрайтага'. После этого один танк Т-34, распугав в чаще караван носильщиков 'хиви', прошёл насквозь оставшийся лесной участок 'Волховского рукава' к позициям наступающей с запада 4-й гвардейской стрелковой дивизии Андреева.

Южная часть 'Волховского рукава' отрезана! Только вот сил у сводной штурмовой группы Копцова и Жильцова меньше трёх рот и три Т-34, которым нужно идти на заправку и пополнение боезапаса. Вюнненберг, оказавшись в окружении, в панике вернул от 'дороги жизни' 2-й Ударной армии штрафников 540-го батальона 'испытательного срока', и вместе с I батальоном 90-го моторизированного полка 20-й моторизованной дивизии из 'группы Яшке' погнал в контратаку. Надеясь на смягчение своей бессрочной доли, штрафники оголтело полезли вперёд на танки. Солдаты Яшке старались держаться позади. С севера, подставив гвардейцам Андреева фланг, в контратаку для ликвидации окружения кинулась 'группа фон Хольвейде', свежий I батальон 408-го пехотного полка 121-й пехотной дивизии, различные сапёрные, строительные и тыловые подразделения, которые поддерживали 3 танка Pz.Kpfw.III. Две атакующие с севера и юга группы по 800-1000 солдат попали под сильнейший заградительный огонь артиллерии, понесли большие потери, но соединились, восстановив 'коридор' снабжения Вюнненберга. В последовавшем лесном бою вне каких-либо оборонительных рубежей силы оказались более чем неравные, и советским героям после исчерпания боеприпасов пришлось отойти восточнее 'большой поляны'. Потери сводного штурмового отряда Копцова и Жильцова составили за день побоища всего 22 человека убитыми и 70 ранеными.

Здесь, как и на других участках фронта, оккупанты всячески старались вытаскивать с поля боя трупы своих солдат, в том числе обнаруженных спустя долгое время, для чего применялись длинные металлические крючья. Похожими крючьями пользовались служители либитинарии в древнеримских цирках, вытаскивая трупы убитых гладиатором, зверей, замученных христиан. Вытаскивание крючьями трупа считалось в древности унижением. И то верно - втыкают как ни попадя, куда ни попадя в труп, как в свиную тушу, и тащат. Дело заключалась не в трепетном отношении к вопросам погребения. Плевать капиталистам на людей. Просто Wehrmacht после 22 июня 1941 года оказался весь в долгах, которые продолжали стремительно нарастать из-за необходимости заказывать всё новое и новое вооружение и снаряжение взамен уничтоженного, и поэтому Wehrmacht очень дорожил обмундированием и снаряжением каждого убитого пехотинца, которое стоило более 1500 рейхсмарок на одного солдата.

Из-за колоссальных потерь особенно в пехоте за первые полгода войны против советского народа и необходимости постоянно отправлять на фронта всё новое и новое пушечное мясо, Wehrmacht испытывал катастрофическую нехватку снаряжения и обмундирования. По подсчётам военных наблюдателей из США, которые по соглашению о поставках по ленд-лизу получали всю информацию от советских фронтовых частей о потерях армий Гитлера и его союзников и потерях Красной Армии, Wehrmacht к декабрю 1941 года потерял убитыми 1 400 000 человек, а также около 3 000 000 ранеными. То есть армия вторжения практически уполовинилась. Пропорционально этому исчислялись и потери в снаряжении и обмундировании.

Под страхом разжалования и концлагеря Гитлер требовал от командующих, а те от своих штабов и офицеров на передовой, производить возврат обмундирования и снаряжения убитых для дальнейшего использования. Этот вопрос занимал Гитлера сильнее человеческих потерь. Эта практика повторного использования снаряжения и обмундирования широко применялась немцами и в Первую Мировую войну. Как тогда, так и сейчас новобранцы получали зачастую застиранную от крови, залатанную от пулевых отверстий форму своих несчастливых предшественников. Порой на кителях даже сохранялись бирки с именами убитых. Солдат внешне оставался всё тем же, что в день вероломного нападения 22 июня 1941 года, только начинка в нём менялась - сам человек менялся...


## Глава 13. 'Долина смерти' на Волхове


До утра 20 апреля 'группа Каттнер' из частей 215-й пехотной дивизии по-прежнему находилась под бомбовыми ударам ночных бомбардировщиков ВВС Волховского фронта, а с утра под опустошающим фланговым арт-миномётным огнём из зоны прорыва советских подразделений у дома путевого обходчика и 'Лесопункта'. Дом путевого обходчика, вернее его руины, и 'Лесопункт', находились на железнодорожном переезде на дороге Ямно - Ольховка. Именно эту дорогу хотел разблокировать Мерецков вместе с отсечение южной части 'Волховского рукава'. Наступление с целью отрезать южную часть 'Волховского рукава' измотала и обескровило не только войска Линдеманна, но и Мерецкова. С учётом потерь и необходимости удерживать фланги зоны прорыва в 'Волховский рукав', танковая бригада Копцова и стрелковая бригада Жильцова смогли послать в атаку только сводный штурмовой отряд в 350 автоматчиков и один Т-34. Это против примерно 3000 головорезов 'группы Вюнненберга', засевших на 'большой поляне'! Однако штурмовой отряд состоял из очень опытных воинов, по большей часть коммунистов и комсомольцев.

Пользуясь тем, что линия обороны оккупантов между 'большой поляной' и опорным пунктом 'Паук' не успела восстановиться, подвезти артиллерию вместо уничтоженной и боеприпасы, штурмовой отряд с боем прорвался на перекрёсток лесовозной дороги с 'дорогой Борхерта' и снова перерезал коммуникации южной части 'Волховского рукава'. В течении двух часов герои вели тяжёлый бой в окружении против многократно превосходящих сил гитлеровцев, удерживая свой 'Фермопильский проход'. Эсэсовские контратаки здесь заканчивались каждый раз только большими потерями для них. Каждая такая атака с применением наркотика 'Pervitin' обходилась эсэсовцам в 20-30 убитых. В некоторых уже попал осколок гранаты или пуля ППШ, да не одна, а они всё бегут, ползут, с выпученными глазами, пока наконец не падают оскалом в грязь. Не люди - машины..

Luftwaffe днём несколько раз бомбило прорвавшиеся советские подразделения, повредив два танка Т-34. Зенитный огонь и массовый огонь из оружия пехоты с земли не позволил стервятникам добиться серьёзных результатов. Один Т-34 попытался доставить горючее и боеприпасы штурмовому отряду, но подтянутая из 'Паука' 88-миллиметровая зенитка Flak 18/36 пробила ему двигатель и танк сгорел. После этого штурмовой отряд повёл решительное наступление в западном направлении и прорвался на запад, соединившись с войсками стрелковой дивизии Рогинского, ведущей бой с западного фаса 'Волховского рукава'. Всего за время наступления, боя на 'дороге Борхерта' и прорыва на запад, пали смертью храбрых 19 советских бойцов и 34 получили ранения. Бои у 'дороги Борхерта' походили даже не на весы, на которых колебалась победа в сражении, а на маятник, который как заведённый качался, каждый раз меняя тех, кто брал верх.

Убийцы из 61-й пехотной дивизии продолжали вести бои с окружёнными к северу от Глушицы 'сибиряками' Лиленкова. Боеприпасов у подлецов уже вторую неделю недоставало. Доставка сильно затруднялся половодьем. В результате привычным способом вести боевые действия - поливая местность пулемётным огнём по делу и без дела, засыпать лес минами и снарядами, не получалось. Отсюда у подлецов большие обычных потери в обороне и при атаках.

После того, как командарм-2 Клыков, под командованием которого 2-я Ударная армия в январе сокрушила 'Волховский вал', прорвалась в тыл группы армий 'Север' и перебила хребет 18-й полевой армии Линдеманна, отправился из штаба армии в Огорели с приступом язвы желудка и сильными из-за этого болями в госпиталь в Малой Вишере, 20 апреля Ставка ВГК утвердила предложенное Генштабом назначение Власова на должность командующего 2-й Ударной армии с сохранением его в должности замкомандующего Волховским фронтом.

Нужно отметить, что обострение болезни Клыкова возникло после разгромного отчёта Власова, который возглавлял комиссию, посланную по приказу Ставки ВГК Мерецковым для выяснения причин срыва директивы по освобождению Любани. Власов, хорошо владея словом и уставными правилами, так пристрастно описал действия Клыкова, что у того при прочтении документа случился сильнейший приступ.

- Всё! - печально сказала старый воин и стал собирать вещи из ящика своего штабного стола.

Предложил кандидатуру Власова вместо Клыкова член Военного совета 2-й Ударной армии бригадный комиссар Зуев, служивший под командованием Власова в 4-м механизированном корпусе в начале войны подо Львовом. С точки зрения Мерецкова, Генштаба, политорганов и Ставки ВГК всё верно: Власов - генерал-лейтенант, отличное военное образование - Высшие армейские командные курсы 'Выстрел' и военная академия Фрунзе, заместитель Мерецкова, имеет опыт руководства армиями, коммунист, верный патриот, вышел из окружения под Киевом. После болезни вернулся в строй. Страна знает его как героя Московской битвы. В курсе проблем 2-й Ударной армии - вон как он Клыкова по косточкам разобрал!

Происхождение Власова самое советское. Русский со Среднего Поволжья. Тринадцатый ребёнок в середняцкой крестьянской семье. После сельской 2-х летней школы и дополнительного духовного образования поступил в Нижегородскую семинарию. При поступлении требовалось знать Закон Божий, Богослужебный устав, Церковную историю, знать наизусть утренние и вечерние молитвы, две-три молитвы перед Святым Причащением, Десять заповедей, Заповеди Блаженства, читать богослужебные книги на церковнославянском языке. Власов всего твёрдо не знал. Зато имелась рекомендация приходского священника.

Принимающих в семинарию священнослужителей в первую интересовала воцерковлённая душа, а не говорящая энциклопедия. Знания абитуриента для них не являлись приоритетом. Церковникам рослый и говорливый мальчик понравился. 2 года Власов, как в своё время Сталин, учился в семинарии. Изучаемые дисциплины: Библейская история, Священное Писание Ветхого Завета, Катехизис, Догматическое богословие, Основное богословие, Апологетика, Нравственное богословие, Литургика, Общая церковная история, История Русской Церкви, Философия, Педагогика, Риторика, Православие и русская литература, Стилистика русского языка, Правоведение, Церковное пение, Церковнославянский язык, Древнегреческий язык, Латинский язык, История России, Церковное искусство, История религий, Пастырское богословие.

После революции бросил семинарию, пошёл учиться на агронома. Через год его призвали в Красную Армию, и он сразу же попал как особо грамотный, видный и говорливый на курсы командного состава, стал комвзвода. Воевал против Врангеля на заключительном победоносном этапе Гражданской войны. Брат его погиб в борьбе против Колчака.

Бравый, гвардейского роста богатырь, самоуверенный, простоватый, грубоватый шутник, балагур, строгий до крайности ко всем, кроме себя. Мастер сыграть любую роль. Очки как у профессора, полные губы, если что - улыбка до ушей! У бойцов вызывал доверие. Даже у Сталина вызывал доверие. Ещё бы, как не доверять, ведь он до печёнок свой, этому крестьянскому сыну Советская власть дала всё! Он за неё должен стоять горой! Сталин и сам учился в семинарии в Тифлисе, и заповеди христианства: не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не лги, не желай чужого, совпадали с этическими основами марксизма. От Власова он ожидал того же.

Каждый год до войны Власов приезжал в родное село Ломакино. Шёл по селу высокий, широкоплечий военный... Хоть и в высших чинах, а не чурался общаться с односельчанами. Любил быть знаменитостью. Каждый его приезд становился событием для села. По вечерам выступал в клубе, рассказывал о том, что творится в мире, в стране. Односельчане очень гордились земляком, каждый его приезд в село становился настоящим праздником.

К великому сожалению под этой маской 'отца народа', 'отца солдатам' и 'почитателя таланта Суворова' скрывался беспринципный карьерист и троцкист. Его жизнь и поведение - маскировка, за которой - равнодушие к Родине. Его членство в Коммунистической партии - чистейшей воды притворство - дорожка к высоким постам. Основная задача - отличиться, проявить способности, поскорее выдвинуться.

Власову везло. Везло в Китае. Везло во время чисток. Сказочно везло в начале войны. Карьеру Власов сделал после участия в работе Ленинградского и Киевского военных трибуналов во время чисток в армии и хрущёвских чисток на Украине. За драконовские меры и высочайшую требовательность к подчинённым в духе царских 'держиморд' Власова заметил секретарь ЦК троцкист Хрущёв, руководивший компартией Советской Украины.

Во время командировки в Китай Власов занимался уговорами маршала Ян Сишаня, который контролировал большую часть провинций Шаньси и Суйючань, подчиняться Чан Кайши. Сепаратист Ян Сишань любил деньги, женщин, выпивку, славу и Власов в процессе долгого общения с маршалом невольно оказался в рамках этого мировоззрения: выпивка, женщины, слава. Под воздействием буржуазных ценностей троцкист Власов повёл себя недостаточно стойко: дорогие подарки от маршала, выпивка, несовершеннолетние китаянки: Тем не менее Ян Сишаня удалось перекупить и он стал действовать солидарно с Чан Кайши и потом даже стал вторым лицом в правительстве.

Кроме советских советников с Чан Кайши и Ян Сишанем сотрудничали эмиссары из США и Германии. Военная миссия Германии при Чан Кайши прекратила официально работать незадолго до приезда Власова и германские военные советники всё ещё находились в Китае. Контакты Власова с немцами и американцами очень не понравились главному военному советнику Черепанову. Но из-за огромного объёма военных поставок буржуазное правительство Китая - Гоминьдан тяготели больше к СССР. Для большевиков успехи китайцев в войне против японцев являлись важнейшим делом по удержанию японского императора от войны против СССР.

Власову, когда он уже исполнял обязанности главного военного советника, снова повезло во время битвы за город Чанша. Китайская армия сумела отбить наступление японских войск. Неслыханный успех! Для китайцев это стало первой настоящей победой после двух с лишним лет почти сплошных неудач. Ореол славы достался и Власову, проводившему инспекцию китайских войск. Глава националистического буржуазного правительства Чан Кайши наградил его перед отъездом как своего - орденом Золотого Дракона, а жена Чан Кайши, с которой Власова возникла интрижка, подарила Власову часы.

Надо сказать, что дальновидная политика большевиков по поддержке национально-освободительной войны китайского народа против японских захватчиков в конце концов привела к тому, что Япония не смогла высвободить миллионную Квантунскую армию для нападения на СССР синхронно с Гитлером, и очень большие силы Красной Армии смогли передислоцироваться с Дальнего Востока к Москве и принять решающее участие в разгроме группы армий 'Центр' под Москвой. На второй день после вероломного нападения Гитлера на СССР лидер китайских коммунистов Мао Цзэдун сказал своим товарищ:

- Если международные капиталисты раздавят СССР, некому будет помочь Китаю получить независимость и сбросить иго богачей. Мы должны всеми сими помочь первому в мире государству, где общественное поставлено выше частного!

Красная армия Китая последовала призыву своего вождя. Китайцы дрались с одной винтовкой на десятерых против вооружённых до зубов самураев, и земля горела под ногами захватчиков. Так Китай помог Советской России ценой гибели многих своих верных сынов одержать знаменитую на весь мир победу под Москвой. Мао Аньин - сын Мао Цзэдуна отправился добровольцем в Красную Армию, чтобы сражаться с фашистами. Аньин написал три письма Сталину с просьбой отправить его на фронт. 'Дорогой товарищ Сталин! - писал сын китайского вождя - Я - китайский юноша. В руководимой Вами Стране Советов проучился 5 лет. СССР я люблю так же, как люблю Китай. Я не могу смотреть, как германские фашисты топчут Вашу страну. Я хочу мстить за убитых советских людей. Я полон решимости идти на фронт. Пожалуйста, поддержите мою просьбу'. Но Сталин не пустил сына своего друга на фронт, мариновал по училищам и академиям. Считал, что китайцам и самим военные специалисты нужны...

По возвращению из Китая, Власов в 1940 году при инспектировании на западной границе образцовой 99-й стрелковой дивизии подвёл комдива Турунова под арест, а сам занял его место. Затем Власов так замуштровал дивизию по уставам, что она стала лучшей в Киевском военном округе, а Власов получил золотые часы и орден Красного Знамени. Надо ведь как-то выдвигаться. Газета 'Красная Звезда' напечатала о нём хвалебную статью. В результате протекции троцкиста Хрущёва - главы компартии Советской Украины и члена Политбюро ЦК, а также с согласия Мерецкова, тогда возглавлявшего Генштаб, Власов получил за полгода до войны под своё начало 4-й мехкорпус во Львове: две танковые дивизии, моторизованная дивизия, два артполка, мотоциклетный полк, батальон связи, мото-инженерный батальон, авиаэскадрилья. Так из пехоты Власов попал в танкисты. Повезло. 4-й мехкорпус - мощное и мобильное соединение из танков, мотопехоты и современной артиллерии, имевшее прекрасных кадровых командиров. Это детище Наркома обороны Тимошенко нанесло огромные потери гитлеровцам, после чего ушло от разгрома к Киеву. В контрударе под Луцком и Дубно корпус Власова не участвовал, действовал отдельными группами при различных военных группах войск и фактически не нуждался в руководстве штаба корпуса. Власов мог спокойно надувать щёки от гордости. Повезло. На фоне предательства Павлова и неудач в Белоруссии - действия частей 4-го мехкорпуса - несомненный успех.

Пока танковые дивизии где-то воевали, 40-летний Власов в июне 1941 отправил законную супругу в тыл и закрутил любовь с 24-летней Подмазенко - весёлой, энергичной, 'дюже гарной' дивчиной из Харькова, уже в 18 лет заимевшей ребёнка. Украинка жила инстинктами размножения и безошибочно искала точки сверхпотребления. Как же! Генеральская икра, балык, коньяк, награды!

Вот у Хрущёва любовница украинка, да ещё западенка, да ещё из кулацкой семьи, троцкистка с опытом подпольной работы и разведдеятельности, маскирующаяся под ярую большевичку, вот и у Власова украинка. Свою украинскую любовницу Власов зачислил на 'тёпленькое место' - должность старшего врача медпункта штаба своего корпуса. 'Лечила' она его отлично и быстро забеременела. Рожать отправилась в тыл. Это у всех на виду при законной-то жене! Ну и конечно Власов проявлял большую щедрость при расходовании государственных средств на свои личные нужды и нужды своего 'гарема', при этом экономя свои личные. Всё, как он подсмотрел у маршала Ян Сишаня в Китае. Троцкизм буквально пожирал Власова.

И 'фронтовой', и законной жене Власов писал одинаковые, как под копирку, письма. Порой по нескольку раз в день обеим. Бойцы-то думали: 'Генерал сидит, согнувшись, разрабатывает план, как их от смерти в окружении спасти!' А он в думах про женские прелести! Украинской 'дивчине' подлец врал, что с женой развёлся. Жене он при этом писал: 'Дорогая Аня!.. Я тебя прошу, будь мне верна. Я тебе до сих пор верен!' От предательства женщины до предательства родины - один шаг! Предал Власов свои семинаристские заповеди: не прелюбодействуй, не кради, не лги, не желай чужого. Растоптал и предал христианские убеждения, с которыми поступал и учился в семинарии. Что он ещё готов предать?

Когда в условиях быстрого выбывания командного состава из строя встал вопрос о руководстве 37-й армией, сформированной из отступивших от границы частей, Власова лично рекомендовал член Политбюро ЦК, глава Советской Украины, член Военного совета Главного командование войск Юго-Западного направления Хрущёв. Троцкист троцкиста и кулик кулика видят издалека. 37-я армия оказалась в окружении. Но бойцы и командиры дрались не щадя живота своего, и армия пробилась к своим благодаря творчеству масс, но при пассивности командующего Власова, занятого в большей степени собой и своими 'полевыми жёнами'. Армия яростно дралась в окружении пока оставивший её Власов с беременной любовницей и комиссаром маскарадным образом бродили по добрым людям, которые их кормили и прятали. Так они прошли 500 километров. После этого 'подвига' Власов на долгие месяцы отправился в госпиталь: с воспалительным процессом среднего уха. Воспаление среднего уха: заложенность уха, шум, снижение слуха, повышение температуры тела... Совсем не пуля в шею или осколок в печень!

И снова везение - Ставка ВГК и Жуков на фоне недостатка проверенных кандидатов на высшие командные должности доверили Власову после госпиталя командовать 20-й армией на подступах к Москве. 20-я армия остановила полностью надорвавшуюся к тому времени 4-ю танковую группу Гёпнера, а затем перешла в контрнаступление, освободила Солнечногорск и Волоколамск. Из-за бегства от Москвы Гитлер отстранил Гёпнера от командования 'за трусость и неподчинение приказам' и с позором уволил в отставку, лишив наград и пенсии. Но вот только Власов в организации обороны и разгроме танковой группы Гёпнера не участвовал, появившись в штабе 20-й армии всего за несколько дней до начала контрнаступления, и ни во что не вникая. Обороной и наступлением руководил начштаба-20 Сандалов. Зато в штабе 20-й армии Власов обзавёлся очередной военно-полевой женой. Фамилия Воронова. Своя фамилия или псевдоним - не понятно. 31 год. Смазливая. Чувствуется - белая кость. Есть ребёнок. Он заметил её, когда она обслуживала его как официантка. Воспылал. Назначил на должность повара штаба. Готовить она не умела, образование не то, но разводить от безделья интриги у неё получалось хорошо. Что хуже, она вернулась до войны из Германии из эмиграции. Сначала в Советскую Белоруссию, а теперь вот оказалась в Москве на глазах у женолюбивого командарма в разгар тяжелейшей воны. Случайно ли?

Как и раньше, Власов проявил большую щедрость при расходовании государственных средств на свои личные нужды и нужды своего 'гарема', экономя свои личные. Иметь столько жён на свои - никаких личных средств не хватит. Ведь он им всем слал и выдавал деньги, вещи, дефицитные продукты по почте и с адъютантами.

13 декабря 1941 года две главные газеты страны: 'Правда' и 'Известия' вышли с передовицами, сообщившими стране и всему миру: 'Победа под Москвой!' Как героев перечислили всех командармов. В списке - непричастный к победе Власов. Аванс Родины... Так Власов прославился на весь мир. 16 декабря Власова посетила американская журналистка Лесюер. Некоторые время спустя у него в гостях оказалась французская журналистка Кюри. Он - мировая знаменитость! С иностранными и советскими журналистами Власов говорил много, грубовато, острил, сыпал прибаутками. Опыт выступлений в сельском клубе, на митингах, семинария пригодились. При этом он часто поглядывал на слушателей, проверял, какое впечатление производит: артист! Возгордился. Бывает. Ну и что, что он свои христианские убеждения, с которыми поступал и учился в семинарии, растоптал и предал!?

Лишь 19 декабря после красивых рассказов Власов прибыл на КП своей 20-й армии на фронте. Ситуация сложная. Гитлеровцы контратакуют. Начштаба Сандалов сообщил:

- Командующий фронтом товарищ Жуков недоволен Вашей пассивной ролью в руководстве войсками, товарищ командующий армии. Он требует Вашей личной подписи на всех оперативных документах!

Власов молча слушал доклад Сандалова о текущем моменте. Насупившись, глядел через тёмные очки. Несколько раз переспросил, ссылаясь, что из-за болезни ушей плохо слышит. Потом с угрюмым видом буркнул:

- Чувствую себя лучше. Через день-два возьму управление!

Закутался в меховую бекешу с поднятым воротником, обулся в бурки, сел в 'эмку' и укатил с КП армии долечивать ухо. Так он защищал Москву:

24 января непричастный к Победе под Москвой Власов награждён орденом Красного Знамени вместе со всеми действительно отличившимися командармами фронта Жукова. Вот он уже генерал-лейтенант. Ещё один аванс Родины. Как-то он эти авансы отработает?

11 февраля Власова как восходящую звезду Красной Армии персонально принял Главнокомандующий Красной Армии Сталин. Главнокомандующему, и по совместительству главе ГКО, Наркомата обороны и большевистской партии Сталину целый час Власов говорил о генералиссимусе Суворове как о человеке, с которым будто прожил годы. Сталин расспрашивал его про выход из окружения под Киевом. Говорить и актёрствовать Власов умел великолепно. Талант...

22 февраля его наградили орденом Ленина. Теперь от него на Волховском фронте, бьющемся за спасение Ленинграда, ждали дела! Ведь он 'отлично воевал между Львовом и Киевом', 'вывел из окружения 37-ю армию под Киевом', 'разгромил подлеца Гёпнера'! На Волхове гораздо более простая, статичная ситуация. Тут-то он тем более должен справиться! Он же, вроде как палочка-выручалочка! Кроме того, проводя по заданию Ставки инспекцию во 2-й Ударной армии, он нашёл много недостатков у Клыкова, нарушений разных Уставов, прямо как перед войной в 99-й стрелковой дивизии. То есть вник, разобрался и сейчас Власов придёт, порядок наведёт. Ну и что, что у него беда - бабы! Что озабоченный! Что выпивает! Бывает! Зато свой, почвенный. Такой к немцам сдаваться не побежит! Вот только он свои христианские убеждения, с которыми поступал и учился в семинарии уже растоптал и предал!

Во 2-ю Ударную армию Власов прибыл со своей 'полевой женой' Вороновой и коровой для ежедневного свежего молока. По-женски очень привлекательная Воронова - белоэмигрантка. Она вернулась из Берлина в СССР перед самой войной, как она рассказывала, сбежав из Германии от голода, безработицы и тоталитарной фашистской системы. Вполне возможно, что её до этого подержали в концлагере, где её завербовал Abwehr, и уже как агент она приехала в Советский Союз, поселилась в Барановичах. Резидент разведки помог ей устроиться под Москвой на работу шеф-поваром в Военторг 20-й армии, которой командовал Власов. Затем она перевелась в столовую Военного совета 20-й армии, и лично познакомилась с падким на женщин Власовым, который сделал её своей любовницей. Помощников-троцкистов у неё могло быть немало. Троцкизм - это не учение, а скрытый антикоммунизм. В марте 1942 года она ездила с Власовым в Москву как повариха. Затем состояла при нём на Волховском фронте и во 2-й Ударной армии. При этом ловелас Власов продолжал общаться и с другими своими полевыми и не полевыми жёнами: Вступив в командование, Власов всем сразу дал понять, что он имеет большой вес, особое поручение и прямую связь с Москвой. Блефовал: Но Власов рано радовался своей новой удаче...

На совещании в Кремле командующий Ленинградским фронтом генерал-лейтенант Хозин высказал предложение объединить Ленинградский фронт с Волховским под своим началом, приводя как аргумент две директивы Генштаба об ошибках, допускаемых командованием Волховского фронта Мерецкова на всех уровнях. Что касается недочётов во 2-й Ударной армии, он имел материалы инспекции, проведённой тем же Власовым. Эти директивы Генштаба подготовил начальник оперативного отдела генерал Тихомиров, который до этого являлся правой рукой Хозина - начальником оперативного отдела Ленфронта. Убедив с помощью такой не особо замысловатой, но убойной интриги Ставку ВГК, что Клыков и Мерецков - корень пробуксовки в разгроме группы армий 'Север' и снятия осады Ленинграда, Хозин фактически почти воссоздавал Главное командование северо-западным направлением, которым командовал до сентября 1941 года Маршал Советского Союза Ворошилов. Что и говорить, должность у Хозина намечалась маршальская. Ворошилов в такой должности сломал хребет фон Леебу, что получится у Хозина?

Предложение командующего Ленфронтом Хозина о присоединении к его фронту Волховского фронта Мерецкова члены Ставки и ГКО Сталин, Молотов, Маленков, Берия, Шапошников, Василевский, Бодин, Жуков, Новиков, Кузнецов, Будённый в присутствии самого Хозина рассматривали семь часов. Хозин и его покровитель Жуков с трудом убедили военно-политическое руководство страны в возможности такого объединения: взять под командование одновременно 9 армий, 3 отдельных корпуса и 2 группы войск, разделённые занятой фашистами территорией - это надо быть семи пядей во лбу. К сожалению, ставленник Жукова являлся больше хозяйственником и интриганом, да ещё любителем выпить и посмотреть у себя на квартире кино с девицами. Пусть и достаточно грамотно, но он занимался управлением операциями по большей части в отрыве от войск бумажно-бюрократическим методом. Ставка ГКО решила, что поскольку на Ленинградском фронте после наступления Волховского фронта наступило затишье и штурм Ленинграду более не грозит, Хозин сможет заняться и Волховским направлением. Чем чёрт не шутит? Тем более, что 2-й Ударная армия свои наступательные действия уже прекратила за неимением сил и нормального снабжения.

Хозин по последнему званию в старой армии - поручик, по-советски старший лейтенант. Прямо как глава военно-фашистского заговора осуждённый к расстрелу Маршал Советского Союза Тухачевский. Только Тухачевский по происхождению дворянин, а Хозин из технической интеллигенции. Закончил церковно-приходскую школу, 3-х классное городское училище и поступил в Саратовское техническое железнодорожное училище. Призван в царскую армию. В соответствии с происхождением и образованием произведён в унтер-офицеры. Затем юнкер. На фронт попал уже прапорщиком. При Временном правительстве служил в штабе 6-й армии как офицер для поручений отдела генерал-квартирмейстера. Демобилизован по декрету большевиков. Так вдруг кончилась его неплохая вроде бы карьера. Половин подобных офицеров тогда бросилась мстить.

Но Хозин вернулся домой техником на железную дорогу, заодно стал секретарём районного железнодорожного Совета рабочих депутатов. Вступил в партию. Призван в ноябре 1918 года в Красную Армию как замкомандира стрелкового полка. Активный участник Гражданской войны против Деникина. Охранял границу, воевал с кулацкими бандами на Тамбовщине, с кавказскими бандитами. Такая же, как у Тухачевского карьера, но ниже по должностям. За 18 лет бывший поручик дослужился до командующего Ленинградским военным округом. Военные академические курсы, курсы партполитподготовки при Военно-политической академии имени Толмачёва: За несерьёзное отношение к службе понижен до начальника Военной академии имени Фрунзе, где он пробыл до начала войны. Избирался членом Президиума ЦИК Автономной Карельской ССР, депутатом XVII Всероссийского и VIII Всесоюзного чрезвычайного съездов Советов. Член Военного совета при народном комиссаре обороны СССР, депутат Верховного Совета РСФСР 1-го созыва. Очень опытный штабист и 'царедворец'. Но службу родне считал высшим приоритетом...

В этот же день 20 апреля Ставка ВГК приказала объединить Ленинградский и Волховский фронты в единый Ленинградский фронт Хозина. Волховский фронт становился группой войск Волховского направления. Генерал армии Мерецков с понижением оставлял Волхов и становился заместителем Жукова на Западном фронте. Клыков, уже и так больной, и не имеющий сил командовать, окончательно заменялся Власовым.

В условиях нормализации снабжения Ленинграда, ликвидации условий для штурма города, быстрому наращиванию сил группы армий 'Север', задача по прорыву окружения Ленинграда признавалась на данном этапе невыполнимой и снималась с повестки дня до накопления вооружения, боеприпасов, резервов. 2-я Ударная армия переставала комплектоваться резервами, поскольку её участок фронта на фоне приготовлений сторон на южном фланге советско-германского фронта становился второстепенным. Хозин получил приказ подготовить план вывода 2-й Ударной армии Власова на Волховский плацдарм. 6-й гвардейский корпус, созданный на базе частей Волховского фронта из 4-й гвардейской стрелковой дивизии, воздушно-десантной бригады, 42-го гвардейского корпусного артполка, предназначенный Мерецковым для развития нового наступления на Любань, выводился из-за Волхова и передавался Юго-Западному фронту.

После реорганизации Волхфронта в Волховское направление Ленфронта, в состав ВВС Волховского направления вошли 1-я Ударная группа Резерва Верховного Главнокомандования, 3-я резервная группа, армейские ВВС. Всего 357 боевых самолётов без учёта истребителей, прикрывающих дороги по линии коммуникаций в осаждённый Ленинград. 4-я гвардейская дивизия Андреева начала очень быстро сниматься с позиций с западного фаса 'Волховского рукава', выходить по 'дороге жизни' на Волховский плацдарм у Мясного Бора, чтобы затем убыть по назначению.

На Волхове от Званки вниз по течению величественный шёл ледоход. На разрушенном железнодорожном мосту образовались нагромождения льда. Оттуда вниз по течению на несколько километров Волхов ото льда уже освободился полностью. Гвардейцы прощались с Волховом, а могучая река прощалась с ними туманными разводами вдоль берегов, словно огромными точками-тире азбуки Морзе писала им прощальные слова :

21 апреля 'группа Каттнер', развёрнутая фронтом на юг между опорным пунктом 'Паук' и северной частью Спасской Полисти, продолжала нести большие потери от советского флангового артогня. Безустанный расстрел подлецов артиллерией вёлся и с запада и с востока, из-за чего непрерывно появлялись убитые и раненые - по 5-6 каждый час. Эсэсовцы Вюнненберга и штрафники 540-го батальона продолжали свои кровавые и безумные 'мясные атаки' на район дома путевого обходчика и 'Лесопункт'.

Сводная штурмовая группа танковой бригады Копцова и бригады Жильцова из 260 бойцов при трёх танках Т-34 из 2-го танкового батальона начали атаку вдоль просеки на 'большую поляну' и 'дорогу Борхерта'. После тяжёлого боя, отбив две контратаки, убив и ранив более 200 оккупантов, группа перерезала 'дорогу Борхерта' снова. Часть сил осталась защищать дорогу, другая прошла 'Волховской рукав' насквозь и соединилась с передовым отрядом 24-й гвардейской стрелковой дивизии Рогинского. После этого один Т-34 и 30 бойцов вернулись на 'дорогу Борхерта' с боеприпасами и продовольствием. Туда же подошёл взвод подкрепления от Жильцова, а один танк убыл на НП Копцова. В общем отрезали 'Волховский рукав' и разъезжали туда-сюда как у себя дома. К сожалению, из-за малого боевого состава, размытости дорог, половодья на Глушице, Рогинский ничем штурмовому отряду кроме боеприпасов и продовольствия помочь не смог. Его воска уже начали выход за Волхов. Но 'коридор' снабжения южной части 'Волховского рукава' всё равно оказался полностью перерезан.

Несколько раз осатанело атаковал советскую оборону штрафной батальон 'Эрендпфорд'. Ju 87 с перевшими препарата 'Pervitin' лётчиками как оголтелые неоднократно бомбили зону советского прорыва. Опять под удары Ju 87 частично попали позиции 'группы Каттнер'. Не готовые к такому обороту, подлецы из 215-й пехотной дивизии Книза потеряли от 'дружественного огня' 10 солдат убитыми и более 30 ранеными. Попытки установить виновного результатов как всегда не дали.

Советская тяжёлая артиллерия привычно обстреливала войска, склады и транспортные колонны оккупантов в Большом Опочивалово, Трегубово и Чудово. По причине снарядного голода оккупанты не имели возможности вести контрбатарейную борьбу. На участке 61-й пехотной дивизии снаряды наконец нашлись и подлецы начали обстрел окружённых севернее деревни Глушица воинов Лиленкова из 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии.

На южном фасе Волховского плацдарма по-прежнему эффективно действовали снайперы 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого. Среди них знатный снайпер Гаврилов. Всего несколько лет прошло с тех пор, как крестьянский мальчик Федя Гаврилов смотрел кинокартину 'Снайпер'. Потом мальчик вырос, стал не батраком, не безлошадным бедняком, которого кулаки и баре по мордам били, а гордым трактористом МТС. Сдал нормы на значок 'Ворошиловский стрелок'. В Красную Армию пошёл как многие молодые люди РСФСР, уже хорошо владея винтовкой. В боях Федя освоил снайперское дело. 112 его снайперских выстрелов - это 112 убитых оккупантов. Так один красноармеец выбил у группы армий 'Север' почти пехотный взвод. Давай ещё!

...Зябко. Шинель под маскхалатом промокла. В сапогах болотная вода. Фёдор осторожно полз по нейтралке к переднему краю бельгийских наёмников. Каждое движение рассчитано. Вдруг метрах в восьмидесяти из-за бугорка показалась каска-кастрюля. Снайпер отполз по канавке к опушке леса, где стоял свой пулемётный ДЗОТ. Второй номер согласился помочь. Гаврилов вместе с ним пополз обратно. Добравшись до бугорка, за которым несколько минут назад мелькнул фашист, пулемётчик повесил на конец палки свою каску и чуть приподнял её. Эсэсовец из-за бугорка мгновенно выстрелил. Звякнула сталь каски, пробитая пулей. На несколько секунд показалась довольная харя наёмника. Он хотел удостовериться в точности выстрела. И тут же пуля Фёдора убила подлеца наповал. Привет Гитлеру!

Одним из первых дел Власова на посту командующего 2-й Ударной армии стало снятие с должности командира героической 92-й стрелковой дивизии полковника Ларичева за неуспех наступления на Любань. Снова здорово! В выводах комиссии Власова, по результатам работы которой он занял место командарма, именно человеческий фактор ставился во главу угла, а совсем на объективные причины неудачи: удалённость баз снабжения советских войск, тяжёлые погодные условия, большая численность гитлеровцев, их преимущество в авиации и артиллерии, мощная система обороны. Власов, сделавший карьеру выполняя все уставы по большей части не для дела, а для проформы, и здесь остался верен себе.

22 апреля везде продолжался паводок. По Тигоде шёл лёд. Из маленького ручейка глубиной полметра эта река превратилась в ревущий поток глубиной 4 метра. Мосты и мостки в тылу гитлеровцев захлестывала вода. Вдобавок прошли ливни. После этого лесные дороги превратились в реки и вся техника застряла посреди этих дорог на полпути. Эсэсовские и штрафные части на участке прорыва танковой бригады Копцова и стрелковой бригады Жильцова на шоссе у дома путевого обходчика и 'Лесопункта', а также у захваченного участка 'дороги Борхерта' после атак выдохлись и начали перегруппировку.

Правофланговые подразделения 'группы Каттнер' в 'Волховском рукаве' западнее Спасской Полисти по-прежнему находились под уничтожающим фланговым обстрелом артиллерии и миномётов. Обескровленные части 'группы Вюнненберга' и 'группы Фрайтага' заменялись на боеспособную 20-ю моторизованную дивизию генерала Яшке, наконец-то переформированную заново после зимнего разгрома. Участок западного и восточного фронта вдоль лесной 'дороги Борхерта', 'большую поляну' вместо разбитой 'группы Вюнненберга' и 'группы Фрайтага' теперь занимали войска Яшке, прозванного солдатами за безразличие к солдатским жизням 'Schlachter' - забойщик скота. Характерно, что после того, как бригадефюрер SS Вюнненберг угробил в проваленной операции всю свою SS Polizei-Division, хозяин живодёрни Гитлер наградил его 'Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту Железного креста' - аналог советского ордена Ленина и Золотой звезды Героя Советской Союза. Очень уж переживал Берлин из-за погрома в 'Волховском рукаве', где сильно запахло жаренными. Подкрепления в 'Волховский рукав' доставляли даже из Голландии. На транспортных самолётах из голландского Эде на аэродром Хайлигенбейл около Кенигсберга. Оттуда как парашютно-десантная часть гитлеровцы летели на аэродром в Красногвардейске. Над Чудским озером самолёты Ju 52 зачастую попадали в снежную бурю и обледеневали. Десятки машин летели обратно в Ригу, некоторое количество машин падало, другие долетали до Красногвардейска. Оттуда на грузовиках новое пушечное мясо везли в 'Волховский рукав'. В основном прибывшее пополнение, не считая тех, кого выписали из госпиталей, поступало из резерва 1-й и 2-й очереди, а также ландвера. Эти колонизаторы не имели никакой 'прифронтовой' боевой подготовки. Это обусловливало их большие потери в первых же боях.

В атаку на 'пробку' на 'дороге Борхерта' пошёл свежий разведбатальон SS Polizei-Division, срочно переброшенный ночью из-под Ленинграда. В этом первом же для себя бою в 'Волховском рукаве' откормленные датской ветчиной и французским маслом, выспавшиеся полицейские мордовороты потеряли 29 человек убитыми, 95 ранеными, 17 пропавшими без вести, то есть 1/5 часть своего состава! Это вам не ленинградских детей и стариков обстреливать!

Затем последовали ещё четыре атаки эсэсовцев, последняя при поддержке танков Pz.Kpfv.III. Несмотря на потерю ещё почти 150 солдат, эсэсовцы и другие части оккупантов оттеснили остатки мотострелков Копцова и стрелков Жильцова от 'дороги Борхерта' на 400 метров. Трупами буквально забросали. Однако использовать дорогу у них по-прежнему не получалось, поскольку она простреливалась насквозь. Попытка дальнейшего продвижения у эсэсовцев провалилась. Советская штурмовая группа имела в строю к этому времени всего 50 человек, мало боеприпасов, и тоже не могла уже атаковать. Резервов ни у Жильцова, ни у Копцова не имелось.

На периметр зоны прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' тем временем непрерывно прибывали свежие войска, высвобождая свои растянутые вдоль всего фронта и перемешанные части. На южном фасе Волховского плацдарма смогли собрать как единую часть 2-ю моторизованную пехотную бригаду SS, состоящую из 'легионов' наёмников, и приготовить её для наступления на коммуникации Власова в 'Долине смерти'.

После начала половодья всю местность западнее Волхова оккупанты с мрачным юмором теперь называли 'Волховские джунгли'. Чтобы не угодить в болото, передвигаться им по своим позициям приходилось по 'вельветовым' тропинкам - проложенным рядам брёвен. Узкие 'вельветовые' тропинки соединяли периметр передовой позиции ДЗОТов и блиндажей с огневыми позициями орудий, располагающимися в 500-800 метрах в тылу, где оккупанты спали и ели. Шагнув с тропинки в сторону, нога сразу проваливалась в жидкую грязь почти по колено. Артиллерия, склады, палатки стояли на 'вельветовых' помостах. Такими же 'вельветовыми' являлись участки 'дороги Борхерта', лесозаготовительных дорог, некоторых просек.

Передвигаясь по 'вельветовым тропинкам', подлецы не выпускали из рук автоматов, готовые в любую секунду открыть огонь, так как советские снайперы и разведчики постоянно просачивались на позиции. Для снайпера фашист на тропе - лёгкая цель. Напряжение психики из-за постоянной опасности смерти на Волхове оказалось гораздо сильнее, чем где бы то ни было. Из-за этого, желая обезопасить себя, оккупанты стреляли по ночам в разные стороны, даже если не раздавалось никаких подозрительных звуков. Зачастую эти пули попадали в своих или вызывали ответный 'дружественный огонь'. 'Pervitin', массово употребляемый солдатами, добавлял жару и куража такой ночной пальбе.

Северную, Центральную, Южную просеки 'дороги жизни' 2-й Ударной армии гитлеровцы называли 'Фридрих', 'Эрика' и 'Дора'. Под прямым углом их пересекали просеки, названные 'Запад', 'Центр', 'Крейпе' и 'Юг'. Всю эту местность после гибели тысяч эсэсовцев, штрафников, солдат 59-й пехотной дивизии в марте, оккупанты прозвали 'Долиной смерти'.

В отличии от OKW, судорожно пополняющего группировку группы армий 'Север' у Любани, Ставка ВГК не торопилась пополнять войска армии Власова. Стратегическая ситуация для Ставки ВГК выглядела следующим образом: положение с продовольствием в Ленинграде удалось стабилизировать, Ленфронт успел построить мощную линию обороны, группа армий 'Север' потеряла при отражении зимнего наступления у Тихвина и на Волкове свои ударные, свежие дивизии. Острота вопроса по снятию осады с Ленинграда 'любой ценой' спала. Кроме того Wehrmacht теперь готовил генеральное наступление на юге на Кавказ и Сталинград, и для этого в район Донбасса он направлял весной основные резервы, концентрировал там до 1/3 всех своих войск и 1/2 всех моторизированный войск. Именно поэтому в тылу Юго-Западного фронта Тимошенко и Южного фронта Малиновского Ставка ВГК срочно формировала резервные армии и большая часть резервов шла именно туда. В связи со сложившейся стратегической ситуацией Ставки ВГК готовила вывод 2-й Ударной армии к Волхову.

Тем временам на снабжении армии Власова, которая в тот момент насчитывала около 35 000 человек, самым негативным образом отразились действия 'генерала Грязь'. Единственная дорога снабжения от Мясного Бора на Новую Кересть, Кречно превратилась местами в реку. Узкоколейная железная дорога ещё не достроена. В этих условиях Ставка ВГК организовала воздушный мост снабжения, но его мощности всё равно не хватало для удовлетворения всех нужд. В такой ситуации армия не могла ни наступать, ни долго обороняться.

Настоящие трудности начались, когда суточный паёк на роту стал помещаться вещмешке ротного старшины. Труднее всего пришлось самым рослым. Пока с продуктами обстояло более или менее благополучно, они получал двойную порцию. А как быть сейчас? Давать великанам двойную порцию сухарей? Но ситуация не та. Давать лишние сухари можно только за счёт товарищей.

- Лишний сухарь не спасёт, - угрюмо отвечали великаны. - Он станет глодать изнутри сильней, чем гложет голод, ведь все ребята будут глядеть с упрёком и про себя называть объедалой...

Войска откапывали в снегу лошадей, раненых и убитых во время зимних бомбёжек, артиллерийских и миномётных обстрелов, поломавших ноги на обледеневших лежневках. Кавалеристы их зимой пристреливали и оттаскивали в стороны. При расчистке во время снежных заносов дорог, снег сваливали направо-налево и попутно хоронили павших коней. Так образовались ледники, хранящие запасы конины. Там, где леса гуще, они сохранялись дольше. Всю вмёрзшую в снег и лёд тушу не выкапывали. Вырубали только те куски, которые годились в пищу. При варке не особенно свежей конины выделялась розовато-бурая пена. Её снимали. Неприятный запах перебивали солью. В общем, питались как охотники неолита, хранящие добытых мамонтов во льду древних ледников.

Богаты новгородские болота клюквой, которую бойцы прозвали 'волховским виноградом'. В клюкве сахар, клетчатка, витамины, органические кислоты, включая лимонную, фитонциды, подавляющие развитие вредных микроорганизмов, кальций, магний, железо, фосфор, цинк, марганец и другие минералы. По витамину С клюква равна апельсинам, лимонам, грейпфрутам. Чтобы собирать клюкву, ничего, кроме женского терпения, не требовалось.

Массово добывали войска 'волховское шампанское' - берёзовый сок. Это очень заметное подспорье. У самого сока приятный сладковатый вкус. В нём много сахара, витаминов группы B и C, кальция, магния и калия. В ротах и в хозвзводах появились самодельные свёрла типа 'перо' и долота. Умельцы-ложкари вырезали из податливой липы и осины сточные желобки. Из бузины делали сточные трубки. Ватная сердцевина легко выталкивалась ивовым прутиком.

Овёс и прессованное сено для лошадей заменяли распаренными древесными побегами. В хорошо очищенной большой железной бочке из-под солярки кипятили воду и распаривали в ней тонкие веточки берёзы и других лиственных. Хоть что-то:

Наступательная операция советских войск в тыл группы армий 'Север' завершилась. К великому горю советского народа прорваться и снять осаду с Ленинграда не удалось. Капиталистические вурдалаки зубами вцепились в жертву. Взять Любань и разрезать пополам 18-ю армию Линдеманна тоже не удалось. Но результат был!

Wehrmacht потерял на Волхове с начала наступления 2-й Ударной армии убитыми, ранеными и обмороженными состав 3-х пехотных дивизий, снял с фронта под Ленинградом 20 000 солдат, массу артиллерии и техники, истратил снаряжение, продовольствие и боеприпасы, предназначенные для штурма Ленинграда. За это время ослабленные недоеданием войска Ленинградского фронта при помощи населения закончили оборудование оборонительных рубежей, накопили запасы вооружения и снарядов. Wehrmacht утратил потенциал для штурма Ленинграда в ближайшее время. Кроме того, он не смог провести запланированное наступление к Ладожскому озеру для блокирования 'Дороги жизни' Ленинграда, а Luftwaffe, занятое борьбой против 2-й Ударной армии, не смогли парализовать 'Дорогу жизни' с воздуха. Но главное, конечно, уничтожение оккупантов - с начала января от Волхова до Любани убито и никогда не вернутся в строй почти 20 000 оккупантов. Именно неисчерпаемые людские ресурсы Великогерманского рейха являлись главной причиной неудач операций по окружению крупных группировок оккупантов на этом этапе войны. Но ещё не вечер!

23 апреля после атак пикирующих бомбардировщиков и сильной артподготовки в атаку для возвращения потерянной части 'Волховского рукава' пошла 'сборная солянка' гитлеровцев: остатки 'группы Фрайтага', II батальон 408-го полка, I батальон 151-го полка, 505-й сапёрный батальон, эсэсовский разведбат, подразделения 20-го сапёрного батальона и другие части моторизованной дивизии 'забойщика' Яшке. Атака развивалась медленно. Солдаты пятились назад при виде заваленного немецкими трупами переломного снарядами леса в окрестностях 'Лесопункта'. Унтер-офицеры и фельджандармы с пистолетами в руках гнали живыми волнами накачанных шнапсом и препаратом 'Pervitin' солдат прямо на окопавшиеся танки и советскую пехоту. У некоторых советских пулемётчиков возникли лёгкие психические расстройства из-за того, что им целый день пришлось убивать выскакивающих из-за доревев солдат врага, а потом пялиться на эти груды трупов. Пользуясь сложностями с доставкой боеприпасов советским артиллеристам, отсутствием на этом участке советских резервов, подлецы метр за метром продвигались на восток. Только вечером после ожесточённого многочасового боя, завалив подступы к своим позициям трупами гитлеровцев, исчерпав боезапас, советские сводные штурмовые группы с двумя неисправными танками отошли.

Вместо того, чтобы штурмовать 'коридор' снабжения 2-й Ударной армии по плану 'Raubtier', Линдеманн уже неделю отчаянно боролся за то, чтобы удерживать южную часть 'Волховского рукава' от окружения, при этом окружение периодически происходило. Что уж это за 'Blitzkrieg' такой, если командующий сапёрными войсками 18-й полевой армии генерал Виртц получил приказ срочно закончить строительство лесной узкоколейки 'Stern' от Трегубова до 'большой поляны'. Wehrmacht докатился до того, что наступал со скоростью строительства узкоколейки. Это медленнее, чем черепашьим шагом!

'Хитрый рязанец' Мерецков, покинувший пост командующего фронтом, не смог отрезать южную часть 'сухопутного линкора' Линдеманна, но результат был: ударная группировка 'группа Вюнненберга', предназначенная для удара по коммуникациям по плану 'Raubtier', оказалась полностью уничтожена. Погибли без толку с трудом накопленные для 'Raubtier' запасы, расстреляны собранные боеприпасы, истрачено горючее. 'Дорога Борхерта' периодически перерезалась, а в другое время действовала под обстрелом и бомбёжками. Кроме того из-за таяния снега она стала непроезжей даже для гусеничной техники, всё приходилось носить на спинах солдат и 'хиви', в лучшем случае доставлять тюками на лошадях как в джунглях. Кутузов тоже не смог уничтожить армию Наполеона на Бородинском поле, но разве от этого значение Бородинской битвы уменьшается?

Стоит только посмотреть на Wehrmacht в 'Волховском рукаве', чтобы ужаснуться той каше, которая находилась в головах его генералов. Им только с недоразвитыми поляками, греками, норвежцами, голландцами и югославами воевать. Не поддайся им англичане и французы, не видать им перемирия с Францией в 1940 году. Распределение войск в 'Волховском рукаве' Линдеманна толком понять не мог никто. Из-за различных боевых условий там оказалась полная мешанина подразделений и частей разной принадлежности. Полковые штабы управляли в основном батальонами и подразделениями чужих дивизий. Там сосредоточилось свыше 100 различных частей из 11 разных дивизий, а также частей армейского и корпусного усиления! Разве таким виделся подлецам 'Blitzkrieg' 22 июня 1941 года?

После 'провального наступления' в 'Волховском рукаве', как его назвал фон Кюхлер в разговоре с Гальдером, несмотря на все судорожные пополнения и то, что из эсэсовских штабов, обозов уже взяли всех способных держать оружие, численность II батальона 2-го полка SS Polizei-Division с влитыми в него остатками ликвидированных I и II батальонов того же полка, составляла 120 человек. 1-й полк SS Polizei-Division насчитывал всего 213 человек, 2-й полк - 60 человек, 3-й полк - 180 человек. Итого 453. Это осталось от 17 500 человек по штату! Угробил Вюнненберг свою дивизию. В Красной Армии в подобных случаях части отводили и переформировывали, чтобы сохранить командирский кадр и костяк из ветеранов. Wehrmacht в 'Волховском рукаве' после 'провала' Мерецкова имел в батальонах ту же картину. Вот II батальон 408-го пехотного полка - 60 человек вместо 850 по штату. 9-я рота 24-го пехотного полка - 17 человек, вместо 191 по штату, при этом командир - лейтенант Хербольд убит. И так далее... Вот так неудача Мерецкова! Расстрел какой-то! После окружения и то больше в живых остаётся!

Чтобы заполнить пустоту на месте уничтоженных войск в 'Волховском рукаве' фон Кюхлер продолжил операции 'Вперёд' с разрешения Гитлера - вывод с фронта из-под Ленинграда боевых и тыловых частей. На этот раз в 'Волховский рукав' перебрасывалась уже вся относительно свежая 121-я пехотная дивизия. Её заменяли 5-й горной дивизией. Первым начали перевозить в Чудово 407-й пехотный полк, 121-й артполк, разведывательный и сапёрный батальоны, противотанковый дивизион. Чудово, бетонный завод, стекольный завод в это время представляли собой кучу мусора и пожарищ. Везде снарядные и бомбовые воронки. Жители живут в землянках. Среди жителей гуляет тиф. Вот что наделал подлый враг!

Из Чудово части дивизии направлялись прямиком в 'Волховской рукав' в подчинение 'группе Яшке'. 'Волховской рукав' генералы продолжали набивать как колбасу вшивой, которую непрерывно 'выедали' советские атаки и контратаки. Недаром на щите, установленном квартирмейстерским отделом при въезде в 'Волховской рукав' вывели слова: 'Здесь начинается задница мира!' Это изречение следовало выдавать в виде листовки всем солдатам, офицерам, чиновникам, коммерсантам и переселенцам, пересекающим границу Советского Союза...

Героические воины Лиленкова из 378-й 'сибирской' стрелковой дивизии у реки Глушицы и ручья Скребельского западнее Малого Опочивалово перед фронтом 61-й и 215-й пехотной дивизии отразили несколько атак штурмовых отрядов 'группы Арним', 'группы Клеманн', III батальона 3-го полка SS Polizei-Division из 'группы Дебес' и штурмовой группы 'Хоффманн': рота 21-го сапёрного батальона и рота 21-го разведбата.

Уровень воды в реках 24 апреля поднялся ещё выше. Лесные массивы и болота везде затоплены. Ручьи вскрылись и образовали сплошные озёра. Местами вода стояла выше колен, а под ней скользкий лёд. Весной просеки, поляны, лес и кустарники между рекой Глушицей и ручьём Горевой представляли собой адское зрелище достойное пера Данте: скрюченные, перекорёженные, разорванные, раздавленные тела оккупантов: солдаты 'высшей расы' из Восточной Пруссии, северные немцы от Штеттина до Шверина, от Любека до Гамбурга, гессенцы и берлинцы и баварцы от Мюнхена до Байрота...

На северном фасе зоны прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' после 24-х суток боёв в окружении, подразделения из двух полков героической 'сибирской' дивизии Лиленкова и полка 111-й 'архангельской' стрелковой дивизии Рогинского, организовав боевую группу, имея 95 не ходячих раненых, ночью оставили свой укрепрайон у ручья Скребельского к западу от 'Волховского рукава'. Носилки сделали из березняка, скрутили разноцветным трофейным телефонным проводом, которого за время боёв между Сенной Керестью и Глушицей вырезали несколько километров.

'Архангельская' дивизия Рогинского по совокупности своих героических деяний с начала войны, к этому времени получила звание 24-й гвардейской стрелковой дивизии. Не мальчики для битья - закалённые в боях ветераны.

Прорыв в южном направлении Лиленков организовал в лучших традициях советской военной школы. В укрепрайоне осталась группа прикрытия с пулемётами, которая вела огонь с разных позиций, вызывая на себя огонь, имитируя нахождение главных сил на месте. Большую часть исправного тяжёлого вооружения: 'полковушки', 'сорокопятки', ДШК, зенитку, 'Максимы' советские воины закопали. Неисправные уничтожили. С рассветом 'группа Лиленкова' из 1200 бойцов, из них 450 раненых, остановилась в редколесье и тщательно замаскировалась.

В этот день активно действовали ВВС Волховского направления. Так 6 штурмовиков Ил-2 под командованием младшего лейтенанта Голимбиевского из 175-го штурмового авиаполка по данным разведки атаковали колонну из 300 грузовиков с боеприпасами, горючим и подкреплением в живой силе для группировки 16-й армии Буша, действующей на южном фасе Волховского плацдарма. Колонну застали в момент заправки машин горючим. Ил-2 несмотря на сильный заградительный огонь зениток сделали 3 захода. Сверкающие трассы снарядов и пуль потянулись к земле. Жёлтым пламенем вспыхивали бочки с горючим и машины. Десятки бомб метко летели в скопления машин. Подлецы выскакивали из грузовиков и бронетранспортёров, кто сразу падал, сражённый пулями и осколками, кто бросался бежать со всех ног. По земле стелиться чёрный дым. В результате уничтожено более 120 машин, взорвано 30 тонн боеприпасов, сгорело 20 тонн горючего в цистернах и бочках, множество вооружения, продовольствия. Убито около 300 гитлеровцев, ранено, контужено, обожжено до 1000. Группа Голимбиевского в полном составе вернулась на аэродром. Результаты штурмовки подтвердила разведка и партизаны.

'Забойщик' Яшке тем временем продолжал гнать немцев на оборону героев Копцова и Жильцова, засевших в 'Волховском рукаве' у 'Лесопункта' и в южной части Спасской Полисти. После сильной арт-миномётной подготовки пьяную и принявшую 'Pervitin' солдатню унтер-офицеры два раза гоняли в атаки с юга и севера. Атаки отбиты с помощью Т-34 и хорошо организованного заградительного арт-миномётного огня. Навечно легли в болото более 150 пьяниц и наркоманов. Ещё почти 350 отправились в лазарет. 'Забойщик' Яшке не зря получил своё прозвище.

Вечером южнее ручья Скребельского 'группа Лиленкова' через штаб 378-й стрелковой дивизии по рации указала время нанесения артиллерийских ударов по 'группе Шайдиза' в Сенной Керести, группе 'Книза' в Малом Опочивалово и 'группе Колберга' на перекрёстке дороги Сенная Кересть - Глушица и просеке, по которой будет затем порываться. Этот перекрёсток защищали около 1000 озверевших подлецов-наркоманов, употребляющих метамфетамин 'Pervitin' как конфеты к эрзац-кофе. Их позиции глубиной 800 метров имели фронт на юг и на север, и состояли из ДОТов, блиндажей, окопов, огневых позиций, минных полей и проволочных заграждений. Командир 1258-го полка из 'группы Лиленкова' майор Брысин сформировал штурмовую группу из пяти сапёров-сибиряков под командованием очень опытного 39-летнего старшины Кравцова.

В условленное время, пока советская артиллерия наносила удары по указанным Лиленковым целям, штурмовая группа Кравцова под покровом темноты подобралась к трём заранее выбранными ДЗОТам с пулемётами. 'Сибиряки' синхронно забросали их гранатами РГД. Захватили два исправных станковых пулемётов и 8 лошадей, которые очень пригодились при вывозе раненых. Пока подразделения 1258-го стрелкового полка под командованием капитана Анисимова вели зачистку и занимали оборону в пробитом 'коридоре', Кравцов обнаружил в траншее и застрелил из пистолета офицера и четырёх солдат.

Навстречу героям Лиленкова приготовился наступать 1256-й стрелковый полк их дивизии. Оккупанты у перекрёстка дороги и просеки превратились из ловцов в окружённых. После короткой и страшной схватки, оставив на поле боя более 150 трупов, множество оружия, снаряжения, боеприпасов и продовольствия, подлецы трусливо бежали к Сенной Керести и Глушице. Оттуда через два часа они начали ожидаемо выдвигать по дороге танки и мотопехоту. Но под утро обнаружили лишь свой разгромленный оборонительный район. Даже группа прикрытия 'сибиряков' успела проскочить. Так и не научился Wehrmacht на Восточном фронте толком удерживать окружённых. Это во Франции и Польше им буржуазные классово близкие офицеры в окружении салютовали и отдавали сабли, а солдаты по команде клали винтовки на дорогу и с песней маршировали за расслабленным конвоиром. Зачем им умирать за яхты и дворцы олигархов? Советские воины сражались за завоевания революции, которые сделали их свободными. Зачем им сдаваться?

Воины Красной Армии в окружении дрались насмерть. Если располагали силами - уничтожили самих окружающих, если нет - рассыпались на мелкие группы и просачивались к своим окольными путями. Иногда по несколько месяцев выходили. Формально части на картах исчезли, но люди-то оставались! Не цифры, а люди, в том числе огромная масса вышедших из окружения, остановили Wehrmacht на 3,5 месяца под Смоленском, а потом разгромили в оборонительном сражении под Москвой. Такие как Лиленков, Брысин, Кравцов, Акимов не исключение в Красной Армии, а правило!

Все потери 61-й и 215-й пехотных дивизий и других частей 18-й полевой армии, которые пытались в течении 24-суток уничтожить окружённых 'сибиряков' и гвардейцев, оказались напрасны. Зато преступная организация Wehrmacht преуспела в части убийств мирного населения в духе капиталистического социал-дарвинизма и расизма. Пока воины 2-й Ударной армии клали оскалом в болото всё новые партии пребывающих из Германского рейха и других стран Европы колонизаторов, стараясь выгнать их с родной земли, палач и военный преступник Линдеманн дал команду своей полевой жандармерии очистить Чудово и пригороды от социально неполноценных - стариков и инвалидов. Если уж в Германии капиталисты массово убивали стариков, инвалидов, душевнобольных по программе 'Т', то в России 'сам бог велел'.

Полевой жандармерии в этом содействовала вспомогательная полиция Hipo и охранная команда Schuma под командованием бывшего белогвардейца Антипина. Уже 14 дней как слуги капитализма собрали в Чудово стариков и инвалидов, в том числе несовершеннолетних детей, и грузили их как скот в 'вагоны смерти'. Кто не хотел заходить в вагон, избивали и бросали внутрь навалом. Ценные и тёплые вещи, деньги, жандармы и полицейские отбирали. Целыми днями на станции Чудово-2 стоял рёв, плач и вой. Неотапливаемые вагоны забивались стариками и инвалидами под завязку, по 200-300 человек так, что невозможно ни сесть, ни лечь. Всего таким образом депортировали более 1000 человек. Как там писала пропаганда капиталистов в листовых: '...Мы воюем не против русского народа, а против большевиков...' Старики и инвалиды Чудово тоже большевики?

'Вагоны смерти' фронтовое управление Reichsbahn отправляло через Псков в Витебскую область Белоруссии. Сутки вагоны с людьми при температуре близкой к нулю стояли то здесь, то там на запасных путях. Стариков и инвалидов в течении 14 дней из вагонов не выпускали, не давали ни еды, ни воды. Люди задыхались от духоты и запаха нечистот. Умирали по 10-15 человек в день. Мёртвые ехали стоя, опираясь на живых. Живые сходили с ума. В Беларуси оставшихся в живых выгнали из вагонов и бросили беспризорно умирать под открытым небом. Немногие выжили, побираясь по окрестным деревням среди голодного, обобранного, запуганного белорусского населения. Капитализм...

Поскольку Линдеманн закрыл для пользования населением все медицинские учреждения, бани, прачечные, а его войска являлись источником тифа, с весенней оттепелью в Чудово среди населения закономерно началась эпидемия тифа. Штаб тыла 18-й полевой армии естественно никаких противотифозных мер не предпринимал. Он даже относительно гигиены своих войск мало чего делал. Больных вспомогательная полиция Hipo сгоняла в один район в 'тифозное гетто', оттуда эпидемия шла дальше. Люди при крайне скудном питании вымирали семьями быстрее, чем от голода в блокадном Ленинграде. Так ещё раз просчитались люди, желающие 'освобождения от большевизма'. Капитализм... На стенах опустевших домов Чудово красовались геббельсовские листовки с очень узнаваемыми белогвардейскими, практически правоэсеровскими текстами, маскирующими этот Дантов 'Ад' наяву, вроде лестовки 299L: 'Сталин украл у вас право на вашу землю! Что осталось сейчас от крестьянства? - 24 года советского строя - были для вас временем гнёта и бесправия!

Советское правительство обмануло вас: оно и не подумало исполнить своих обещаний, данных вам в дни октябрьской революции. Вместо обещанной 'земли крестьянам' оно загнало вас в колхозы.

Колхозное рабство - это нищета и голод для крестьянина! Ни к чему не способные, кроме вымогательства, сталинские погонщики от зари до зари заставляют колхозников гнуть спину в непосильном труде. Плоды же труда исчезают в бездонных карманах коммунистов-эксплуататоров. Так жили и работали колхозники при советском строе.

'Лютые' фашисты, как называет нас советская пропаганда, не поверили своим глазам, когда увидели, в каком ужасном состоянии и нищете страдает и мучится колхозник!

Германские власти послали лучших знатоков сельского хозяйства и крестьянского вопроса в освобождённые от большевизма области, чтобы ознакомиться с положением крестьян. Все эти специалисты без исключения убедились в том, что необходимо как можно скорее освободить крестьян от бесхозяйственного колхозного ярма и поступить к коренными реформам землепользования.

Германские власти немедленно принялись за освобождение крестьян. Это служит доказательством, что немцы и их многочисленные союзники борются не против народов Советского Союза, а с советским строем и кровавым НКВД.

В условиях войны трудно сразу же наделить каждого крестьянина землёй. Ликвидация колхозов идёт планомерно. Потребуется ещё много совместного труда, чтобы поправить разрушенное войной, а, главным образом преступными действиям сталинских истребительных отрядов. Для самостоятельного хозяйство крестьянин должен иметь свой скот и инвентарь.

Лозунг: 'Крестьянину своя земля!' - основы нового порядка землепользования; это касается и тех крестьян, который были прогнаны с своих хуторов или высланы из своих деревень.

Новый порядок землепользования только что объявлен. Этим сделан большой шаг вперёд. Самое важное - это упразднение колхозов. Все законы, декреты и распоряжения бывшего советского правительства относительно колхозов объявляются недействительными. Объявление нового порядка землепользования произвело глубокое впечатление на крестьянство занятых Германскими войсками областей.

Неужели вы откажетесь принять участие в строительстве новой свободной жизни, неужели предпочтёте умереть, защищая своих палачей? Кончайте сопротивление! Штыки в землю!

Не лучше ли с косами и граблями строить счастливое будущее, чем быть скошенным смертельными огнём немецкого оружия? Не лучше ли шагать свободным человеком по свободной земле, чем лежать зарытым в ней изуродованными трупом?'

Вот уж действительно, язык без костей! Пока эти лживые листовки украшали стены домов в Чудово, SD, айнзацгруппы, фельджандармы, полиция Hipo, Schuma, отделы Ia штабов воинских частей, грабили население, заражали тифом и сифилисом, отсылали в 'вагонах смерти', эксплуатировали как рабов, хватали всех подозрительных. Показывали, что значит 'шагать свободным человеком по свободной земле' - советских людей избивали розгами и резиновыми палками, прижигали кожу, обливали ледяной водой, тянули за обвязанную верёвкой шею или руки к потолку, травили собаками. В общем, создавая для жертв ложью иллюзорную реальность, капиталисты творили всё то, что всегда делали защитники богачей с рабами. Также шла демонстрация другого посыла из листовки 299L, что значит 'лежать зарытым изуродованными трупом'.

Страшно даже подумать, что произошло бы в масштабе всей Советской России вплоть до Дальнего Востока спустя 10-30 лет оккупации её капиталистическими полчищами социал-дарвинистов, не подготовь большевики к войне могучую и непобедимую Красную Армию! Что-то наподобие власти интервентов на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке под маской государства Правителя России Колчака, но только ещё страшнее...

В ночь на 25 апреля части Лиленкова, имея в центре прорыва гвардейский полк, преодолев 8 километров по болоту, вышли у Ольховских хуторов в расположение своих войск. Штурмовые отряды 61-й пехотной дивизии бросились было в погоню, но нагнать и убить смогли лишь немногих храбрецов. Так в 2 километрах южнее Копрово-2 погиб отряд из 20 раненых советских бойцов. Руки оказались у фашистов коротки чтобы уничтожить Лиленкова. Разве только 'убить их шапками', что на жаргоне немецкой пехоты означало 'ни в коем случае не убить'.

К сожалению возможность отрезать 'Волховский рукав' у Малого Опочивалово оказалась утрачена, хотя 'сибиряки' и 'архангельцы' совершили беспримерный подвиг и сделали гораздо больше, чем могли... Из-за того, что местность восточнее болота Гажьи Сопки в районе рек Полисть, Глушица, ручья Скребельского становилась из-за половодья всё менее проходима, повторить подобную попытку здесь уже не получилось бы ни при каких обстоятельствах...

Из-за сложностей с доставкой снарядов огонь советской артиллерии по 'Волховскому рукаву' значительно ослаб. Однако советская штурмовая группа прорвала фронт 2-го полка SS Polizei-Division, разбила обозы, позиции артиллерии, захватила трофеи, продовольствие, шнапс, сигареты.

Под впечатлением от ударов Мерецкова при проведении частной наступательной операции в направлении Новгорода на южном фасе Волховского плацдарма, а также в шоке от гибели вчера своей огромной транспортной колонны от налёта Ил-2, командир XXXVIII армейского корпуса генерал фон Чаппюи, которому подчинялась 58-я пехотная дивизия во время боёв в 'Долине смерти', доложил Линдеманну, фон Кюхлеру и даже по телефону Гитлеру, что находящиеся в его распоряжении войска не в состоянии добиться окончательного успеха, поскольку 2-я Ударная армия непрерывно снабжается, сама атакует и жертвы в 'Долине смерти' напрасны. Генерал считал, что наступление Линдеманна по лесному 'Волховскому рукаву' со скоростью строительства лесной железной дороги в духе Первой Мировой войны ведёт к массовой гибели войск.

Командир армейского корпуса - это величина. Каждый корпус, который имел Wehrmacht, примерно равнялся по силе и численности общевойсковой советской армии. Дальше-больше. Фон Чаппюи, как представитель знатного дворянского рода, состоял членом Ордена Святого Иоанна, входящего в Альянса орденов Святого Иоанна Иерусалимского. Орден Святого Иоанна в Германии возглавлял как комендор принц Адольф Прусский - пятый сын бывшего германского императора Вильгельма II. Орден, входя в тайную организацию Германии и Австрии 'Дойчер Орден' и более глубоко засекреченный 'Германенорден', включавшие в свой состав ариософское 'Общество Туле - Орден борьбы за германский образ жизни', а также прусско-монархический 'Союз прямодушных', собственно и привели NSDAP к власти в Германской республике. Высшая немецкая и австрийская аристократия обеспечивала Гитлеру поддержку всех королевских и герцогских домов Европы. В рядах фашистского 'Стального шлема' состоял прусский кронпринц Оскар Гогенцоллерн. Другой прусский принц - Август-Вильгельм состоял в гитлеровских штурмовых отрядах Sturmabteilung - SA. Поэтому фон Чаппюи и имел такой апломб.

Заявление фон Чаппюи взбесило всю военную верхушку. Гитлер впал в истерику и отстранил фон Чаппюи от командования. Его преемником сделался генерал Хеникке. Одновременно, имеющий то же мнение что и фон Чаппюи, генерал доктор Альтрихтер передал командование 58-й пехотной дивизией полковнику фон Граффену. Что касается самого фон Чаппюи - то он покончил с собой. Однако злые языки утверждали, что с 'интеллигентом в очёчках' расправилась айнзацкоманда Гиммлера по приказу Гитлера.

Наконец подлецы закончили участок железной дороги 'Stern' в 'Волховском рукаве' до лагеря 'Юг', ставшего центром группировки 'группы Яшке'. Вооружение, снаряды и другие грузы теперь привозились на грузовиках к началу 'рукава' северо-восточнее Глушицы, там они переваливались в запряжённые лошадьми вагонетки 'русской колеи'. Западнее Трегубово грузы переваливали ещё раз на узкоколейную дорогу 'Stern', идущую на юг 'Волховского рукава'. Лошади дальше пройти не могли и вагонетки толкали люди - военнопленные или 'хиви'. Далее от лагеря 'Юг' к южной оконечности 'Волховского рукава' в 'Долине смерти' шли носильщики, на отдельных участках - лошади с вьюками. Из-за постоянного дефицита, грузы распределялись сразу без промежуточного складирования.

Пока Гитлер убирал несогласных с ним генералов, прилетевший на Волховское направление из Москвы член ГКО и Ставки ВГК маршал Советского Союза Ворошилов и новый командарм Власов начали с 25 апреля объезд дивизий 2-й Ударной армии. Смена обмундирования на летнее шла медленно. В разгар весны часть бойцов ещё в зимнем, вернее, в том, что осталось от него. Из изодранных вдрызг ватников и ватных брюк лезут клочья почерневшей ваты. Ушанки, шинели покрыты рыжими, бурыми и чёрными подпалинами от огня костров. Подошвы сапог и ботинок многие прикрутили проволокой. У кого ещё на ногах валенки - остались буквально босыми и в самодельных лаптях. Оружие иссечено осколками, деревянные приклады винтовок и ППШ опалены, расщеплены, сколоты. Командиры и бойцы жаловались на очень слабую поддержку авиации, отсутствие необходимого числа зениток, на то, что артиллерия, имея количественное и качественное преимущество над артиллерией фашистов, имеет мало снарядов. Штабы, не имея устойчивой связи с частями, с задержкой реагируют на события, часто дают неверную информацию наверх. В армии нет чёткого и твёрдого руководства войсками. Ворошилов пообещал навести порядок. Никто не сомневался, что так и будет. По результатам проверки Ставка ВГК отстранила от должности начштаба 2-й Ударной армии Визжилина и начоперотдела Пахомова. На их должности соответственно назначили Виноградова и Буренина. Замкомандующего назначили Алферьева, а членом Военного Совета армии дивизионного комиссара Зуева.

Новый начальник штаба Власова полковник Виноградов имел отличную теоретическую подготовку и большой боевой опыт. Виноградова мобилизовали в Красную Армию в 1919 году. Воевал против горских бандитов на Северном Кавказе. Закончил Московские пехотные курсы, курсы среднего комсостава, курсы усовершенствования комсостава по разведке, академию Фрунзе. Служил в основном на штабных должностях, а также в Разведуправлении РККА. Преподавал на кафедре общей академии Фрунзе, в спецшколе Генштаба. Перед самым вероломным нападением войск Германского рейха и его союзников назначен начштаба 46-го стрелкового корпуса. Участвовал во фронтовом контрударе в районе Витебска в ходе Смоленского сражения. Временно командовал корпусом вместо пропавшего без вести генерала Честохвалова. Но имелись и недостатки. Виноградов в окружении неоднократно проявлял малодушие. Бросил войска и вышел через линию фронта только со своим шофером, за что его хотели отдать под суд военного трибунала. В сентябре 1941 года его простили и назначили командиром 292-й 'рязанской' стрелковой дивизии.

К началу наступления подлецов на Тихвин дивизия Виноградова занимала оборону по восточному берегу Волхова, так что в Поволховье Виноградов не новичок. 1009-й стрелковый полк 'рязанцев' оказался на оси удара 12-й танковой дивизии и 20-й моторизованной дивизий подлеца Яшке. 1011-й стрелковый полк 'рязанцев' контратаковал в направлении Пролёт - Грузино, овладел Пролётом и продолжал развивать успех, стремясь перерезать шоссейную дорогу Грузино - Будогощь. Из-за бездорожья и большой растянутости приказом командующего армией дивизию 'рязанцев' разделили на две группы: группа Виноградова прикрывала направление на Будогощь и Тихвин, другая группа под командованием начштаба Биякова прикрывала направление на город Волхов. Группа Биякова после боёв вошла затем в 310-ю стрелковую дивизию Замировского, и в её составе обороняли деревню Пчева, а тылы отправились в распоряжение Управления тыла армии. Оторвавшиеся от Биякова и попавшие в окружение подразделения перешли через линию фронта, после чего их собрал заградотряд моряков и они составили 2-й батальон 6-й бригады морской пехоты. Отдельные части дивизии Виноградова появлялись и в составе 44-й стрелковой дивизии, а также включались в состав Северной группы войск для наступления в районе Тихвина.

Группа Виноградова при поддержке бронепоезда и танков 119-го отдельного танкового батальона отошла с боями к Усть-Шомушке. При этом по отчётам группы армий 'Север' всю 'рязанскую' дивизию Виноградова 'уничтожили в окружении'. Ну что с врунов взять? Шапками закидали. Гитлеровские бароны фон Мюнхгаузены считали, что к 1 сентября они уничтожили всю Красную Армию в 'котлах'. Только вот 'котлы' оказывались все в дырах, а стенки 'котлов' периодически подвергались уничтожению с двух сторон...

После ранения комдива-191 Виноградов вступил во временное командование этой дивизией. Проявил хорошую штабную подготовку. Малодушие во время выхода из окружения ему простили окончательно. Награждён. В декабре 1941 года назначен начштаба 4-й армии Волховского фронта. И вот теперь начштаба 2-й Ударной армии...

Ворошилов указал также на необходимость скорейшего завершения узкоколейки от Финёва Луга на Волховский плацдарм. Кроме сапёров и стройбатовцев к работам привлеки части 191-й стрелковой дивизии, мобилизовали население. На некоторых участках приходилось работать по пояс в воде. В районе болот пути прокладывали по сваям. Рельсы, шпалы, платформы и паровозы брали с Тёсовской узкоколейки. Оттуда же взяли открытые платформы грузоподъёмностью 10 тонн и паровозы-'кукушки' тип 159. Фактически перемещали железную дорогу на новое место. Эту 20-километровую дорогу в Тёсово и Финёвом Луге большевики построили в 1933 году для торфоразработок, которые снабжали ГРЭС в Кировске и ТЭЦ в Ленинграде.

27 апреля ВВС Волховского направления всю ночь бомбили позиции 'группы Каттнер' в 'Волховском рукаве', колонны снабжения на дорогах. Экипажи 657, 658, 660-го ночных бомбардировочных авиаполков выполнили более 40 самолётовылетов. Сброшено 10 тонн бомб. Разрушен жизненно важный для подлецов шоссейный мост в 500 метрах к северу от Трегубово. В результате прямого попадания взорван находящийся неподалёку склад боеприпасов SS Polizei-Division. Уничтожено большое количество оборудованных на платформах из брёвен зенитных, артиллерийских и миномётных позиций. При разрушении настилов, орудия, миномёты и снаряжение, даже не получившие повреждений, погружались в жидкий торф, серьёзно загрязняя механизмы и оптику. Авиаполки боевых потерь не понесли.

'Бригада Рассе' наконец-то заняла местностью в районе восточной окраины болота Гажьи Сопки, оставленную 'сибиряками' Лиленкова. Советские сапёры заминировали местность на восточной окраине болота, в результате чего 'бригада' понесла большие потери.

Несмотря на множество еженощных вылетов самолётов У-2 для сброса частям армии Власова боеприпасов, продуктов, махорки, медикаментов частям, разбросанным на гигантской территории, еды не хватало. Да и не простое это дело - снабжение беспосадочным способом без парашютов в брезентовых мешках. Сбросят и радируют сверху: 'Спустили 10 мешков, подбирайте'. А попробуй их все подобрать! Одни в болоте, другие на деревьях, третьи в реке, четвёртые упали неведомо куда, пятые к фрицам. Посадочным способом у Финёва Луга другое дело, но оттуда до Филипповичей или Ручьёв по распутице ещё поди доберись... Положение с продуктами в отдельных частях армии Власова хуже некуда: в дополнение к жалким сухарями и болтанке из муки вываривали уже ободранные конские кости. Ночью навар остывал и получался жиденький холодец. Кипятили даже яловые сапоги. Пошёл в ход щавель, борщевик, крапива, заячья капуста...

Оккупанты знали про голод и всячески изгалялись. Рыцари... Листовки с самолётов кидали, по радио сдаваться уговаривали. Некоторые листовки с картинками. На них намалёвано, какая благодать ожидает перебежчика. Лежит пленный, развалившись, а его две фрау обихаживают. Одна с ложечки яйцом всмятку кормит, другая вина наливает. Рядом чего только нет - и жареная курица, и фрукты, и ломтики ветчины... Но как можно променять Родину на еду?! Да ещё в страшный час, когда ей в горло вцепился мировой капитализм?! Не-е, лучше помереть с голоду под своей берёзкой или потонуть в бездонном волховском болоте!

Ведь русский человек что? В 1890 году, проезжая по Сибири по пути на Сахалин, русский писатель Чехов в путевых заметках 'Из Сибири' описал один разговор с сибиряком Петром Петровичем на постоялом дворе под Томском:

- Человек работает, сыт, одет, - говорю я. - Что же ему ещё нужно?

- Всё-таки он должен понимать, для какой надобности он живёт. В России небось понимают!

- Нет, не понимают.

- Это никак невозможно, - говорит сибиряк, подумав. - Человек не лошадь. Примерно, у нас по всей Сибири нет правды. Ежели и была какая, то уж давно замёрзла. Вот и должен человек эту правду искать. Я мужик богатый, сильный, у заседателя руку имею и могу вот этого самого хозяина завтра же обидеть: он у меня в тюрьме сгниёт, и дети его по миру пойдут. И нет на меня никакой управы, а ему защиты, потому без правды живём... Значит, в метрике только записано, что мы люди, Петры да Андреи, а на деле выходим - волки. Или вот в рассуждении бога... Дело нешуточное, страшное, а хозяин ложился и только три раза лоб перекрестил, как будто это и всё; наживаёт и прячет деньги, небось, гляди, уж сот восемь скопил, всё новых лошадей прикупает, а спросил бы себя, для чего это? Ведь на тот свет не возьмёшь! Он и спросил бы, да не понимает: ума мало'.

То есть в дореволюционной глухой сибирской деревне простой мужик без образования видел важную мировоззренческую проблему и высказывал собственное мнение относительно её решения. Этот русский сибиряк, оказывается рассуждал точно как Эйнштейн:

'Комфорт и благополучие никогда не были для меня самоцелью, по-моему этот этический базис служит идеалом и для свиного стада. Доброта, красота и правда - вот идеалы, которые освещали мой жизненный путь, вновь и вновь возрождая в моей душе радость и мужество. Жизнь показалась бы мне пустой, если бы не было у меня чувства душевного родства с людьми, разделяющими мои взгляды, если бы я не мог заниматься изучением объективной реальности, вечно неуловимой и недосягаемой в сфере искусства и в научных исследованиях. С юных лет я презираю банальные цели человеческих устремлений: богатство, успех, роскошь'. Вот так. И Эйнштейн и русский мужик об одном: доброта, красота и правда противостоят богатству, успеху, роскоши. Так и социализм большевиков в сознании красноармейцев противостоял капитализму. Здесь конфликт мировоззрения и за тарелку фашистского супа такое не купишь...

Советский артогонь по опорным пунктам Коляжка, Спасская Полисть, а также по позициям 'группы Каттнер' снова усилился. Светская ствольная артиллерия, миномёты и 'Катюши' периодически накрывали лесную 'дорогу Борхерта' и позиции 'группы Ванделя' северо-западнее Мостков в ходе начавшегося наступления. Огонь артиллерии координировали по рации артразведчики и диверсионно-разведывательные группы.

В ночь на 28 апреля 9 двухмоторных дальних бомбардировщиков Ил-4 из 815-го дальнебомбардировочного авиаполка Набокова нанесли бомбовый ударной по железнодорожному узлу Тосно. Сброшено 9 тонн фугасных и зажигательных бомб. Уничтожено 46 вагонов с войсками и имуществом, три паровоза, 6 зениток, 12 грузовиков и 20 повозок, склады боеприпасов и горючего для армии Линдеманна. Возникало до 23 очагов пожаров. Зарево стояло до небо и наблюдалось даже из Ленинграда. Убито около 600 оккупантов. В ходе воздушной боя сбит Messerschmitt Bf 109F.

С утра в ближнем тылу Волховского фронта над Малой Вишерой развернулось очередное воздушное сражение. В Малой Вишере расположены штаб Волховского направления, основная железнодорожная станция войск, основанные госпитали, аэродромы. Город в основном деревянный. Геринг получил от Гитлера категорический приказ стереть Малую Вишеру с лица земли. Невзирая на отважные действия советских истребителей и сосредоточенный огонь зенитной артиллерии, Luftwaffe совершило два авианалёта группами по 7 и 13 самолётов. Одна из бомб попала в здание санитарного управления фронта. Зажигалки вызвали несколько пожаров. 6 человек погибли. По городу имелось много раненых и контуженных, но план Гитлера стереть с лица земли Малую Вишеру провалился.

Настало настоящее тепло. Снега больше нет. Только если совсем в тени в глухой чаще, возле лесных дорог в кучах от расчистки зимних путей. Деревца всё быстрее покрывались листвой... Ранним утром 29 апреля в наступление от Мостков вглубь 'Волховского рукава' по следам боёв бригад Копцова и Жильцова перешла 2-я 'архангельская' стрелковая дивизия, 4 танка 7-й гвардейской танковой бригады Копцова, 12 танков свежей 29-й танковой бригады, штурмовой отряд 58-я стрелковой бригады Жильцова. Их фланги прикрывали части 376-й и 165-й стрелковых дивизий. С запада атаковала сильно поредевшая и ослабленная, но очень опытная и рвущаяся в бой 24-я гвардейская стрелковая дивизия. Всего в операции по окружению и разгрому 'группы Яшке' приняли участие около 15 000 бойцов и командиров, более 100 орудий, в том числе большого калибра из полков РГК, 'Катюши', штурмовики Ил-2 и бомбардировщики Пе-2. Цель Хозина прежняя, что и у Мерецкова - срезать южную часть 'Волховского рукава' вместе с группировкой угрожающей коммуникациям армии Власова. Разгромить и уничтожить противостоящие части группы армий 'Север' на Волховском плацдарме.

Главная надежда на свежую 2-ю стрелковую дивизию Лукьянова из призывников Архангельской области. Дивизия известна ещё с Гражданской войны. Её сформировали в Москве в сентябре 1918 года. Сражалась под Уфой против войск западного ставленника Колчака в апреле-июле 1919 года, сражалась против Юденича и белоэстонцев в составе 7-й армии в октябре-декабре того же года. Отражала агрессию Польши в мае-августе 1920 года, сражалась против белопольских банд массового убийцы евреев польского генерала Булак-Балаховича. За время своего существования дивизию два раза расформировывали и два раза переформировывали. Среди 'архангельского' состава имелось немало бывших заключённых близлежащих лагерей, оставшихся в Архангельске после отбытия срока и амнистированных заключённых. В соответствии с Указом Верховного Совета за особые заслуги на фронте с них могли снять последствия судимости и отменить поражение в гражданских правах. 1/4 личного состава дивизии - выписанные из госпиталей ветераны боёв 1941 года. Также в дивизии имелись призванные из запаса участники Финского похода Красной Армии 1939 года. Эта 'закваска' формировала соединение с очень высокими боевыми качествами при том, что подавляющая часть бойцов и командиров - русские.

В частях и подразделениях дивизии с первого дня формирования усиленно проводились занятия по боевой и политической подготовке. По прибытию на Волхов питание значительно улучшилось. Необстрелянные 'архангельцы' тоже почувствовали свою силу и горели желанием вступить в бой за идеалы Октября 1917 года. Они с энтузиазмом пошли вперёд. В болотисто-лесистой местности проходимы только бревенчатые гати лесозаготовок и просеки юго-западнее Спасской Полисти. Полковая артиллерия и 164-й артполк 'архангельской' дивизии к переднему краю из-за бездорожья к началу наступления подойти не успела. Лошади буквально тонули в грязи - виднелись лишь их головы и спины.

Тем не мене, благодаря внезапности, быстрому продвижению, 'архангельцы' успешно прорвалась в 'Волховский рукав', хотя отсутствие поддержки гаубичной артиллерии сказалась на увеличенных потерях. Начштаба дивизии майор Дикий только руками разводил, мол, распутица, чего вы хотите, товарищи. Эх, не было теперь тут теперь Мерецкова, чтобы строго взыскать за такой подход к организации боя, а командующий направлением Хозин далеко, в Ленинграде. Героизм 'архангельцев' оказался массовым. Разгорячённые боем, бойцы уже не чувствовали той робости, которую испытывали несколько часов назад. Они делились впечатлениями о первом бое, вспоминая малейшие детали. Были и такие, что в ногу или в руку ранены. А по ранению видно, что самострел, потому что порошинки кругом, значит, выстрел в упор или с очень близкого расстояния. Эти с перевязочного пункта прямиком отправлялись в Особый Отдел дивизии... Санитары эвакуировали раненых в тыл. Трофейщики собирали оружие, документы, награды оккупантов. Похоронная команда приступила к сбору павших смертью храбрых и оформлению могил. Убитых негодяев сдвинули в стороны, чтобы не маячили.

Распутица в полном разгаре. Тем не менее, через Волхов только за светлое время суток в обоих направлениях прошли 140 грузовиков. На западный берег везли продовольствие, боеприпасы для армии Власова и артиллерии РГК у Спасской Полисти, фураж, горючее. Обратно вывозили раненых, зимнее снаряжение, трофеи.

Вот вспыхнули три красных ракеты и сразу начал бить по 'Волховскому рукаву' у Спасской Полисти русский бог войны. Особенно досталось подлецам при артподготовке от полков РГК, вооружённых 152-миллиметровыми гаубицами, которые стреляли мощными снарядами с точным поражением цели на расстояние до 18 километров. В первую очередь уничтожались обнаруженные звукометрической разведкой артиллерийские и миномётные батареи захватчиков. Боевая работа кипела. Только дивизион гаубиц капитана Грицака из 18-го артполка РГК уничтожил у Спасской Полисти артбатарею, подавил 12 миномётных батарей, уничтожил 35 огневых точек, 14 ДЗОТов и склад с боеприпасами. 'Группу Дебес' в лесу юго-западнее Малого Опочивалово и войска к югу от шоссе несколько раз тоже накрывали плотным огнём дальнобойные 152-миллиметровые 'Емели', чтобы сорвать подход резервов и транспорта снабжения. Район 'Волховского рукава' западнее железнодорожного переезда, дома путевого обходчика и 'Лесопункта' уже десять дней удерживался оккупантами только за счёт почти ежедневной доставки туда подкреплений и шнапса. Шло страшное состязание, устроенное капиталистами: 'Что раньше кончится - снаряды у артполков РГК или солдаты и пушки у Линдеманна?'

Четыре танка КВ-1 и Т-34 танковой бригады Копцова и штурмовая группа бригады Жильцова атаковали позиции II батальона 385-го пехотного полка 223-й пехотной дивизии Лютерса, который только что прибыл вместо уничтоженного в предыдущих атаках II батальона 408-го полка. Излюбленный советский приём: незамедлительная атака 'по новичкам'. Пехота 'группы Яшке' начала нести серьёзные потери от артогня, действий танков и штурмовых групп. Бросая ДЗОТы, вооружение и технику, подлецы начали отступать. После часового боя танки Копцова и штурмовой отряд Жильцова обратил II батальон 385-го пехотного полка в бегство, уничтожив 90 солдат, и пробились по обе стороны лесовозной просеки на 'большую поляну' в 3-х километрах западнее 'Лесопункта'. Захвачен большой продовольственный склад, склад боеприпасов, оружия, военного имущества, 75-миллиметровое орудие. Здесь убито более 50 солдат тыловых служб, 80 стройбатовцев и 'хиви'. Лесная 'дорога Борхерта' в 'Волховском рукаве' снова оказалась завалена немецкими трупами и перерезана. Захвачены пленные, много трофеев.

На 'большой поляне', имеющей 5 километров в длину и 2,5 в ширину, размещались промежуточные склады, и во множестве находился различный транспорт, неисправная и исправная боевая техника, тыловые службы, лазареты, лошади. Состоялся массовое избиение танками грузовиков и складов, после чего танки разметали гитлеровские подразделения на отсечной позиции по ходу ручья Горевой. Командир этого участка обороны подполковник Вегенер заработал тяжёлое ранение. Досталось и его подлецу адъютанту. Повсюду картины страшного кровавого хаоса. Эсэсовский oberwachtmeister в новой шинели, с серебряным галуном на погонах и петлицах с зелёными просветами сидел под сосной. Сосну вывернуло взрывом, и голова эсэсовского командира лежала по одну сторону сосны, а туловище по другую. Повсюду торф перемешался с кровью. Живые, с оторванными руками и ногами просили:

- Дружище, пристрели...

У одного осколком вырвало кишки, перемешало с землёй - тоже умолял прикончить... Санитары пытались выносить раненых, но советская артиллерия обстреливала 'большую поляну' непрерывно. 'Кто на Русь с мечом придёт...'

В контратаку среди разбитых ящиков с консервированным хлебом, сгущёнкой 'Nestle' и бульонными кубиками 'MAGGI' Яшке кинул сводный 'отряд Радтке' из остатков SS Polizei-Division и легкораненых из лазарета. Голодные как волки раненые, вместо того, чтобы вести бой, бросились набивать желудки разбросанной повсюду едой, и тут советские бойцы накрыли их массированным артиллерийским и миномётными огнём. От 'отряда Радтке' из 150 человек в живых осталось 25.

Полный развал обороны у лесной 'дороги Борхерта' в 'Волховском рукаве' у 'большой поляны' предотвратили только мощные, более 190 самолёто-вылетов, налёты Luftwaffe, оттянутых от выполнения задач по поддержке окружённой под Демянском 100-тысячной группировки фон Зейдлица. Истребители I авиакорпуса Luftwaffe в этот момент владели господством в воздухе из-за того, что новые истребили, поступающие от советской промышленности, Ставка ВГК передавала на южные фронты из-за складывающейся там тяжёлой оперативной обстановки, а более половины имеющихся у ВВС Волховского фронта находились в ремонте. Эскадрилья ближней авиаразведки 3.(Н)/41 без противодействия со стороны ВВС Волховского направления выявляла и давала данные для обстрела и бомбёжки советских войск, ведущих бои в 'Волховском рукаве'. Ju 87 и Bf 109 небольшими группами по 3-5 самолётов непрерывно бомбили и обстреливали боевые порядки войск и дороги, артиллерию, склады, штабы 2-й стрелковой дивизии.

Стервятники Геринга вновь попытались мощными авианалётами уничтожить в Малой Вишере штаб Волховского фронта, железнодорожную станцию, госпитали, аэродромы. Снова благодаря отважным действиям советских истребителей и сосредоточенному огню зенитной артиллерии план Luftwaffe провалился.

Наступление 'архангельской' стрелковой дивизии при поддержке танков 29-й танковой бригады снова тормозил 'генерал Грязь'. Шесть Т-34 по нескольку раз застревали в грязи и 5 тяжёлых танков КВ-1 пришлось использовать как тягачи, спасая боевые машины. Несмотря на это 'архангельцы' разгромили противостоящие им части, уничтожив 40 ДЗОТов, 24 огневые позиции. Захвачены исключительно большие трофеи: 6 танков Pz.Kpfw.III, 8 гаубиц leFH 18, 23 миномёта, в том числе 6-ствольные 'Nebelwerfer', 25 станковых пулемётов различных европейских производителей, 32 немецких пулемёта, 5 противотанковых ружей Pz.B. 39 и 3 тяжёлых противотанковых ружья s.Pz.B.41, 20 автоматов, 250 винтовок, три больших склада продовольствия, в том числе 10 тонн муки, склад фуража на 15 тонн ячменя и 40 кубометров кормовой соломы. Разгром!

5 пехотных батальонов 'группы Ванделя' из 121-й пехотной дивизии у Мостков и 'Лесопункта' оказались окружены. Их умело уничтожали танковыми рейдами с востока. Пехота подлецов без тяжёлого вооружения против Т-34 оказалась бессильна. Шло форменное 'избиение младенцев'. Линдеманн приказал снабжать 'группу Ванделя' по воздуху.

В контратаку против советских войск, демонстрирующих выдающуюся храбрость и умение, Линдеманн погнал два пехотных полка 121-й пехотной дивизии, полки 291-й пехотной дивизии, различные оставшиеся вспомогательные части SS Polizei-Division, части 20-й моторизованной дивизии, 61-й пехотной дивизии, большую часть артиллерии 'группы Яшке', 161-й пехотный полк и прочее. За атакующими войсками у 'большой поляны' стоял заградотряд фельджандармов. Уход с передовой карался расстрелом. Солдатам оставалось два пути: смерть или ранение в атаке или верная смерть от рук фельджандармов.

Попытки советских войск с хода расширить 'пробку' на коммуникациях 'группы Яшке' натолкнулись на большое количество ДЗОТов, лесные завалы, минные поля, спираль Бруно. Подлецы вели шквальный миномётный и артиллерийский огонь с юга и севера. Локтевой контакт между 'группой Каттнер' и 'группой Яшке' подлецам при этом восстановить не удалось невзирая на ряд кровавых, самоубийственных атак. Под воздействием метамфетамина 'Pervitin', от отчаяния и страха попасть в концлагерь или к 'куче песка', солдаты фюрера под кинжальным огнём бросались на советские танки со связками гранат и взрывчаткой, стараясь забросить их в открытые люки. Они крались среди завалов и ползли, как змеи или крысы, по болоту, бежали с выпученными глазами, как камикадзе, погибая без счёта. Бесполезно. Т-34 расстреливали всё до железки, уходили, пополняли боекомплект, возвращались, и всё повторялось - лыко-мочало - начинай сначала. Во второй половине дня подлецам пришлось срочно создавать отсечную позицию, чтобы прорыв не расширился.

Южнее Трегубова на западной окраине маленькой деревушки Михалёво оборонялись части 215-пехотной дивизии Книза. Восточную часть уже месяц занимали воины 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии. Здесь в полной мере проявилось преимущество советских войск в артиллерии. После начала советской артподготовки оккупанты каждый раз бросали позиции. Обстрел вёлся изо всех мыслимых калибров, снаряды размётывали всё, что только напоминало укрепления, раз за разом выбивались станковые пулемёты. Находящиеся в землянках подлецы даже не могли дойти до линии обороны и занять свои ДЗОТы и окопы. И только после занятия их советской пехотой почти без потерь, гитлеровцы шли в контратаку, неся уже потери сами как атакующая сторона. Для того, чтобы так обороняться, подлеца приходилось непрерывно присылать к Михалёво подкрепления.

Наступление юго-западнее Спасской Полисти оттянуло на себя все подкрепления армий Линдеманна и Буша, снабжение, поэтому на других участках фронта армии Власова в этот день наступило полное затишье. Только прибыл на позиции перфорированный почти с нуля после разгрома месяц назад в 'коридоре' снабжения 2-й Ударной армии 209-й пехотный полк 58-й пехотной дивизии. Вместо раненого полковника Крайпе полк возглавил подполковник Рамот. Заняла позицию в лесу у Сустье-Полянка на Любанском направлении 9-я батарея артполка SS Polizei-Division, чтобы обстреливать советские войска у Красной Горки вместе с IV дивизионом 254-го артполка 254 пехотой дивизии. На этом теперь спокойном участке фронта подлецы наконец-то смогли вместо палаток построить деревянные бараки, а для лошадей временные конюшни.

В полосе 61-й пехотной дивизии 'бригада Риссе' дошла до восточной окраины болота Гажьи Сопки, но Лиленков свои войска уже давно вывел за болото. Попытка его уничтожить провалилась.

На северном фасе Волховского плацдарма 151-й и 162-й пехотные полки, разведбат, сапёрный батальон и артполк 61-й пехотной дивизии, 377-й пехотный полк из 121-й пехотной дивизии, усиленные батареей горных пушек, после артподготовки всей 'тушей' перешли в атаку на 47-й отдельный лыжбат лейтенанта Ерастова. 300 бойцов Ерастова уже месяц обороняли 3 квадратных километра заболоченного леса севернее деревни Водосье, имея станковый пулемёт 'Максим', 5 ручных пулемётов ДП, винтовки, в том числе СВТ-40 и снайперские, 47 пистолетов-пулемётов ППШ, три миномёта, одну 'сорокопятку' и рацию. Их поддерживал с другого берега Волхова огнём артполк 288-й стрелковой дивизии.

Подлецы хотели подготовиться к атаке лучше, но один честный немец сдался в плен и рассказал братьям-пролетариям всё, что знал о предстоящей атаке. Оккупанты решили пойти ва-банк. Выпили по полбутылки на человека, приняли свой метамфетамин 'Pervitin' и рванули в атаку на лес... Вот он, впереди, в полукилометре. Местность перед лесом ровная, как стол: ни оврагов, ни кустов.

Водосье - древняя русская земля со своей старинной песней 'Как село, село Водоское...' Село помнит новгородский поход опричного войска Ивана Грозного. 83 двора стояли в Водосье почти рядом. Водосских звали 'говорелы'. Вместо 'говорить' они произносили 'говореть'. Все сроднились и смешались. Жизнь зависит от людей. Какие люди на селе живут, так и поведётся. Можно сообща жить, а не указывать пальцем: ты - такой, а ты - такой. До войны многие ездили работать на Чудовский цементный завод. Но вот пришла армия капиталистов и всё пропало. И люди и село. С объявлением мобилизации и с приближением боёв часть населения ушла из деревни в лес. Кто-то в Красную Армию ушёл. Время от времени жители, пока оккупанты ещё не появились, совершали вылазки за продуктами из леса в собственные дома и огороды.

Затем пришли захватчики, поставили среди домов зенитки. На опушке установили громкоговорители и, периодически расстреливая кромку леса из винтовок, на ломаном русском приказывали выходить под угрозой уничтожения всех, кто не подчинится. Они обходили все дома и отбирали все съестные припасы, в том числе домашнюю птицу и скот. Войдя во двор, лающими выкриками требовали: 'Матка, млеко, яйки, куры!' Затем ловили кур, побивая их палками.

Рабочий посёлок Коминтерн оккупанты заставили разобрать на кирпичи для строительства укреплений в Чудово. В конце концов всю деревню изгнали. Колонна с узлами, пожитками двинулась в холодную зиму от Водосье в сторону Любани. Дети на санках, остальные пешком... Дошли в Трубников Бор. Всех загнали в школу. Мальчика, который наступил на мину и потерял от взрыва ступню, положили в холодном коридоре.

Он уже успел увидеть своими глазами, как умирала раненная девушка 16 лет, как погиб от рваных ран двоюродный брат, как вели на расстрел деревенского старосту. Когда дети проходили мимо него, они спросили:

- Есть хочешь?

- Как собака! - ответил он.

Его взгляд полнился внутренней горечи, сожаления о несостоявшихся желаниях, утраченных возможностях из-за постигшего его в самые ранние годы несчастья капиталистического нашествия. У детей из припасов несколько картофелин. Одну из них они отдала ему... Мальчика похоронили в снегу у забора школы...

Часовой 'хиви' скрежетал ножом о консервную банку, тушёнку из которой на глазах у голодных детей поглощал, доскребал её ножом до дна. На просьбу изголодавшихся детей: 'Дай поесть', - он ответил:

- Сталин вас накормит!

Что могли из этого понять тогда дети? Глаза их наполнились слезами, а 'хиви' продолжил скрежетать ножом...

Вот нагрянули оккупанты, якобы кто-то светил фонариком советским самолётам. Обыскали все узлы с пожитками, народ согнали в холодный сарай и держали сутки... Всё искали сигнальщика. Затем всех выставили на жуткий мороз и разогнали на всё четыре стороны без еды, крова, права на жизнь. Люди как нищие до революции бродили от деревни к деревне, что вдоль шоссе Ленинград-Чудово, ища пристанища. Бездомные на своей родной земле... Капитализм...

Наконец заговорила советская артиллерия с другого берега Волхова. Снаряды рвались между наступающими на лес севернее Водосья подлецами. Пулемётные очереди тоже делали своё дело. Но фашисты, подминая снег, всё ползли к лесу. И тут уже красноармейцы открыли прицельный огонь из винтовок СВТ. Вокруг грохотало. Фонтанами взвивалась к небу земля, смешанная со снегом. Вот уже фашистам до крайних деревьев рукой подать. Огонь ППШ прижал их к земле, а снайперы-'кукушки' с деревьев стали бить их как в тире, не спасали и белые маскхалаты. Ударила картечью 'сорокапятка'.

Жестокий кровавый бой продолжался до наступления сумерек. В первой же атаке на лес севернее Водосья навсегда легло оскалом в снег и грязь 90 подлецов, почти 279 получили ранения. Под покровом темноты санитары подлецов подобрали раненых и эвакуировали в тыл. Вытащили и своих убитых, зацепив их крюками, как туши на бойне. Лесок оказалась крепким орешком. Несколько раз опушка переходила из рук в руки.

Утром 30 апреля танкисты и мотострелки Копцова, части дивизии 'архангельцев', стрелки Жильцова продолжали бои за удержание 'пробки' на лесной дороге 'Борхерта', окружив в южной части 'Волховского рукава' 'группу Яшке', 'группу Борхерта' и другие войска оккупантов. Снабжение войск Линдеманна в южной части 'Волховского рукава' практически не велось. 20-я моторизованная дивизия Яшке и другие части сидели на сделанных ранее запасах. Остро не хватало питьевой воды и медикаментов. Раненые умирали десятками в сутки. Их складывали в ямы при лазарете, предварительно сняв для возврата абсолютно всё обмундирование.

Штурмовые группы 374-й стрелковой дивизии Витошкина, прикрывая левый фланг ударной войсковой группы, наступая от 'Лесопункта' на северо-восток, продвинулись вглубь 'Волховского рукава' незначительно, но уничтожили более 300 оккупантов. Захвачены трофеи: вооружение, продовольствие, питьевая вода. Здесь взору советских воинов открылся целый лес берёзовых крестов с надетыми на них касками-кастрюлями. Тут 'получили землю', обещанную Гитлером, более 1,5 тысяч солдат и офицеров захватчиков. Тяжёлый бой Витошкина фронтом на север у опорного пункта 'Паук' против 'группы Хольвейде' не прекращался весь день. Появились из Чудово два свежих батальона 408-го полка 121-й пехотной дивизии.

Части 'архангельцев' овладели бараками у 'большой поляны' и всеми лесовозными дорогами в 3-километрах северо-западнее 'Лесопункта'. То есть коммуникации 'группы Яшке' в южной части 'Волховского рукава' по-прежнему действовать не могли. Опорный пункт 'Острие' находился под непрерывным перекрёстным обстрелом и мог с минуту на минуту пасть. Но...

Начштаба 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии майор Дикий, который говорил по-русски с сильным украинским акцентом, вредительски приказал во все полки прокладывать лишь одну линию связи и даже без коммутатора. При такой схеме работа штадива-2 обеспечивалась слабо. Все абоненты слышали друг друга, режим секретности полностью нарушался. Командиры же батальонов и полков радиосвязью пользовались в первый год войны только в крайнем случае, небезосновательно считая, что при работе рации фашисты их, во-первых, запеленгует, во-вторых, враг получит секретную информацию. Представители Особых Отделов НКВД тоже так считали.

Только строгий приказ Верховного Главнокомандующего о повсеместном использовании радио в боевой обстановке заставлял командиров батальонного и полкового звена использовать радиосвязь как неотъемлемую и необходимую часть в управлении войсками. На фронте работали десятки тысяч радиостанций всевозможных отечественных марок: РБ, 5-АК, 6-ПК, М-8, РЛ-6, РЛ-7, РП-8, РП-12, РСБ и риск быть запеленгованным с каждым днём становится всё меньше, поскольку у служб радиоперехвата оккупантов хватало времени только на отслеживание радиосообщений от дивизий и выше. С этим отступала и 'радиобоязнь' на передовой.

Что касается вопросов обеспечения связи во 2-й Ударной армии, то начальник войск связи армии генерал Афанасьев решал их на высоком техническом и организационном уровне. Для устройства и поддержания связи он имел 123-й отдельный полк связи, 360-й отдельный линейный батальон связи, 26, 42, 279, 464 и 976-й отдельные кабельно-шестовые роты, 40-ю и 138-ю отдельные телеграфно-строительные роты и 336-ю отдельную телеграфно-эксплуатационную роту.

Постоянные и шестовые линии строили на укороченных железных опорах, а для быстрейшего устранения обрывов устанавливали большое количество контрольных телефонных постов. Связистам Афанасьева приходилось несладко. Вокруг поросшие мелким кустарником торфяные болота, изрытые множеством карьеров, открытое, трудно преодолеваемое пространство. Местность способствовала частым повреждениями линий. Карьеры торфоразработок хоть и помогали защищать и маскировать кабельные линий от снарядов и бомб, но одновременно затрудняли передвижение людей, боевой техники, транспорта.

Руководство боевыми действиями 2-й Ударной армии велось обычно с выносного пункта управления ВПУ и командного пункта КП армии, удалённых от передовой на 8-10 километров. Войска поддерживали ВВС Волховского фронта и авиагруппы резерва Ставки ВГК, поэтому с ними из ВПУ и КП тоже поддерживалась непрерывная связь. Каждый раз при переносе ВПУ и КП создавались узлы связи и развёрнутая сеть проводной связи, принимающая на себя до 25 направлений. Во избежание лишних потерь узел связи на КП и ВПУ армии рассредоточивался по отдельным укрытиям и блиндажам.

Система проводной связи 2-й Ударной армии состояла из двух частей: связи с тылами и соседями при помощи особо мощных средств связи по постоянным проводам аппаратами Бодо и СТ-35, и связи с передовыми боевыми соединениями и частями с помощью малогабаритных полевых кабельных и шестовых линий телефонной и телеграфной связи.

За каждой дивизией и бригадой армии закреплялось по одному линейному кабельно-шестовому взводу. При движении дивизии или бригады линии связи удлинялись или укорачивались. В случае ввода в бой в полосе армии других соединений за ними также закреплялись определённые взводы проводной связи.

Поскольку все дивизии, бригады и прочие соединения и части в обязательном порядке устанавливали связь с соседями, образовывалась в целом весьма густая сеть прямых и обходных каналов связи, что обеспечивало устойчивость и непрерывность проводной связи в звене армия - дивизия - полк. В звене полк - батальон проводная связь действовала не всегда устойчиво вследствие частого повреждения линий огнём, разведгруппами и агентами Abwehrkomando I. Во многих случаях устранять такие обрывы получалось только в ночное время. В звене батальон - рота телефонная связь работала крайне неустойчиво в большинстве соединений и частей, во время боя часто вовсе отсутствовала из-за быстрого выбытия из строя связистов и средств связи. В силу этого во всех звеньях особое внимание уделялось дублированию телефонной связи радиосвязью.

Командование 2-й Ударной армии и Штарм-2 имели также непрерывную радиосвязь с командованием своих дивизий, бригад и прочих соединений, с командирами частей различных родов войск. Связь по радио установили немедленно после начала наступления армии и она действовала бесперебойно. Обмен сообщениями вёлся сначала по кодовой переговорной таблице телеграфом, а затем микрофоном. На случай потери радиосвязи или её расстройства по каким-либо причинам, назначалась общая резервная волна и позывной.

Во всех радиосетях 2-й Ударной армии, дивизий и бригад радиосвязь работала всегда устойчиво. Радиопомех со стороны противника не имелось, но случалось, совпадали волны сетей с волнами вещательных радиостанций оккупантов. Внутри дивизий и бригад радиосвязь использовалась ограниченно из-за малого количества анодных батарей. Из-за этого радиосвязью в звене дивизия - полк разрешалось пользоваться только при нарушении проводной связи. Продолжали встречаться в некоторых частях случаи 'радиобоязни': как-никак техника, с нею надо уметь обращаться. А вдруг подведёт? Телефон и связные надёжнее, рассуждали командиры и тем пытались оправдать отсталое отношение к радиосредствам.

Для доставки документов имелись 7 автомашин ГАЗ-АА, 45 конных посыльных и 42 лыжника. Для приёма и отправки документов при КП, ВПУ и втором эшелоне Штарма-2 имелись пункты сбора донесений. В звене дивизия - полк работали конные посыльные и лыжники. Командованию армией и в штаб за неделю в общей сложности поступало около 9000 пакетов и отправлялось 14 000 штук...

Западнее Спасской Полисти три советских танка Т-34 с южного направления атаковали отсечную позицию 215-й пехотной дивизии на участке 'группы Каттнера'. Они уничтожили огневые точки передовой линии вдоль железной дороги и двинулись на север, громя миномётные и артиллерийские позиции, склады, палатки и шалаши. Подлецы из 29-го танкового полка, 2-го артполка, сапёрного взвода 161-го пехотного полка, штрафного батальона 'Эренпфорд' живыми волнам, включая офицеров, кидались на Т-34 с коктейлями Молотова, связками гранат, били из противотанковых ружей и пушек. Они бесславно и глупо гибли десятками за прибыли немецких и американских капиталистов, за то, чтобы их дети вечно ходили под ярмом диких налогов, рабских кредитов, чтобы их обворовывали работодатели, и они вечно жили в страхе с перспективой остаться нищими. Несмотря на все угрозы концлагерем, шнапс, 'Pervitin', ненависть к русским, жертвы среди офицеров, подлецы потеряли опорный пункт около железной дороги вместе с массой вооружения, боеприпасов, продовольствием, и даже с запасом бутилированной минеральной воды. Потери среди солдат оказались более чем большими. Ничего, фрау ещё нарожают!

С запада на участок 'Волховского рукава' навстречу 'архангельцам' между опорными пунктами 'Паук' и 'Острие' в направлении 'большой поляны' продолжили наступать боевые группы 24-й гвардейской стрелковой дивизии. Но взломать линию обороны по берегу Керести, состоящую из ДЗОТов, блиндажей, минных полей, колючей проволоки, лесных завалов под зонтиком массированного миномётно-артиллерийского огня из опорного пункта 'Паук', у ослабленных войск не получилось. Атакующие во избежание больших потерь залегли на дистанции 25-30 метров от ДЗОТов, ожидая пока свой артиллерия выбьет огневые точки. При этом гитлеровская артиллерия и миномёты частью разрывов била по своим.

Из-за массовых авианалётов Ju 87 из StG 1 и StG 2 у оккупантов возник дефицит авиабомб и авиаудары уже не имели прежней интенсивности. В ряде случаев Ju 87 сбрасывали на советские войска куски рельс. Падая, рельс кувыркался и страшно выл, оказывая психическое воздействие. Конечно, массово сбрасывались листовки, вещающие про то, что без большевиков будет жить весело, безопасно и сытно, вроде листовки 252/2 на двух оборотах и 'пропуском в плен'. Она заканчивалась так: 'Рабочий и крестьянин, тебя измучили жидовские комиссары. Бей их и переходи к нам. Бери с собой твоё оружие или сломай его и приноси с собой обломки. Не бойся плена, у нас уже почти 4 миллиона обманутых как и ты большевиками людей, которых Сталин послал на убой. Они довольны и работают, многие уже возвратились к своим семьям. Изолгавшиеся, проституированные большевики пишут всякое враньё о немецком плене. Эта гнусная ложь нужна прихвостням Сталина - иначе кто же будет воевать за них? Убедись сам, что немцы с пленными обращаются хорошо - переходи к нам! Поднимайтесь, народы СССР, сбросьте с себя цепи гнусного обмана и лжи жидовско-комиссарского правительства, гнёт которого вы терпели 24 года! Довольно крови и слёз! Германия несёт свободу и хлеб!'

'Жидовские комиссары', 'проституированные большевики', 'цепи гнусного обмана' и так далее, обороты и фигуры речи, образы и даже некоторые фразы, наполняющие различные фашистские листовки, повторяли листовки и плакаты белогвардейцев, триколорных журналистов различных правительств белых и эсеров при тех же немецких, английских, французских, американских и прочих оккупантах в 1918-1920 годах, а также в белоэмигрантской прессе, особо оживившейся на деньги немецких и прочих фашистов после вероломного вторжения армий европейских капиталистов в СССP. Белоэмигрантские деятели, в частности пресловутый Ильин, горячо поддерживали Гитлера и Маннергейма, убивающих голодом ленинградских детей.

ВВС Волховского фронта в апреле действовали с большим напряжением сил. Произведено 3530 боевых самолёто-вылетов из них 2550 ночью. 180 самолёто-вылетов на бомбёжку и штурмовку днём. Переброшено войскам 2-й Ударной армии 400 тонн продовольствия, боеприпасов, обмундирования. Для окружённых частей снабжение проводилось только авиацией. Эвакуировано 250 раненых. Переброшено 120 командиров для связи. Основная работа авиации сосредотачивалась на поле боя. Она порой фактически заменяла собой артиллерию. Приспособление старой и учебной матчасти для ночных боевых вылетов дало блестящие результаты, но не могло заменить дневную авиацию, которой по-прежнему не хватало.

К сожалению нарастить силу удара в почти отрезанном 'Волховском рукаве' и перехватить последние 400 метров лесной полосы не удалось - в составе 7-й танковой бригада Копцова после месяца ожесточённых боёв осталось 15 танков Т-34 из 40, и 7 бронемашин БА-20 из 20. Из них исправно 5 танков и 4 бронемашины, остальные в ремонте. Но лучше терять железки с мотором, чем красноармейцев.

Однако разгром состоялся основательный: только за день боёв 30 апреля на коммуникациях Линдеманна в 'Волховском рукаве' огнём советской артиллерии и штурмовыми группами разрушено свыше 25 ДЗОТов, подбито 2 Pz.Kpfw.III, уничтожено 6 орудий, 4 миномёта, убито более 1200 оккупантов, захвачено 12 станковых пулемётов, 140 винтовок, рация и много разного военного имущества. Это за тебя, Ленинград!

Три кавдивизии 13-го кавкорпуса Гусева получили приказ выйти из зоны прорыва 2-й Ударной армии в тыл группы армий 'Север' на Волховский плацдарм вслед за выведенным ранее конским составом. Выводилось более 20 000 человек, вся артиллерия, обозы, вывозилось имущество.

В третий раз Luftwaffe пыталось уничтожить Малую Вишеру вместе со штабом Волховского фронта, железнодорожной станцией, госпиталями и аэродромами. И снова руки оказались коротки. В результате действий зенитчиков и истребителей два авианалёта удалось отбить. Очередной приказ Гитлера оказался не выполнен.

30 апреля 1942 года войска армии Власова внутри зоны прорыва в тыл группы армий 'Север' на западном, северо-западном, юго-западном направлениях получили приказ перейти к обороне. Наступательная операция завершилась. Снят осаду с Ленинграда не удалось, окружить 18-полевую армию Линдеманна не удалось, но удалось сломать хребет группе армий 'Север'. Эта почти 1,5-миллионная группировка не смогла не только начать штурм Ленинграда, но даже провести частную наступательную операцию для того, чтобы прервать коммуникации Ленинграда - 'Дорогу жизни'. При этом 100 000 отборных солдат фон Кюхлера оказались окружены под Демянском и их ежедневно бомбила авиация и обстреливала артиллерия, а состав пяти дивизий оказался уничтожен в зимне-весенних боях на Волхове и у Погостья. Замыслы капиталистов относительно Ленинграда провалились.

Пока группа армий 'Север' с напряжением всех сил отбивалась от Волховского фронта, направления и 2-й Ударной армии, пыталась перехватить инициативу и возобновить проваленную операцию 'Raubtier', пока генералы массово укладывали немецких солдат в русскую землю штабелями за прибыли людоедской клики международных банкиров и промышленников, их солдатских жён и детей в самой Германии истребляли те же самые людоеды, что устроили и Первую и нынешнюю Мировые войны и погнали простых немцев на глупейшую, самоубийственную войну против Советского Союза, запудрив им мозги лживой пропагандой, жадностью и ненавистью.

Так в течение апреля капиталисты провели новые массовые налёты на Дортмунд, Эссен, Кёльн и Гамбург. Наибольший урон понёс портовый Росток. За четыре налёта из 520 самолётов на Росток сбросили 800 тонн зажигательных и фугасных бомб. Росток три недели оставался без газа, воды и электричества. Убито или пропало без вести 6000 гражданских и ещё 10 000 тысяч получили тяжёлые ранения. Убийцы английского короля потеряли всего 12 самолётов. В Ростоке погибли 80 процентов старой исторической части города. И вновь никаких фатальных последствий для военной машины Гитлера. Неужели немецким солдатам стоило погибать в болотах у Волхова, чтобы их семьи массово гибли по вине Гитлера и приведших его к власти банкиров и фабрикантов?

На 1 мая 1942 года на советско-германском фронте, оправившись от зимнего разгрома с помощью всей Европы и капиталистических стран других континентов, Wehrmacht задействовал 217 дивизий и 21 бригаду, массу отдельных полков, дивизионов, батальонов, батарей и рот. На советско-германском фронте действовали войска SS, военные части 'Организации Тодт', военные части 'Национал-социалистического автомобильного корпуса' NSKK, вооружённые силы и военные формирования Италии, Румынии, Венгрии, Финляндии, Испании, Словакии, Голландии, Норвегии, Швеции, Эстонии, Латвии. Против Красной Армии действовали 3 из 5 Воздушных флотов Luftwaffe, ВВС и флот союзников рейха. Всего около 8,8 миллионов человек, 35 000 единиц различной бронетехники, 1 300 000 стволов артиллерии и миномётов различных типов, свыше 5000 боевых самолётов. Всего за 5 месяцев после зимнего разгрома под Ростовом-на-Дону, Москвой, Тихвином и Демянском Wehrmacht смог восстановить свою численность и пополниться вооружением. И если солдат пошёл уже не тот румяный и налитой, что раньше, то оружия и снаряжения из арсеналов всей Европы ему по-прежнему хватало - хоть пруд пруди.

Почти половина этих сил сосредотачивалась восточнее Курска, северо-восточнее Харькова и на Донбассе, создавая на 500-километровом фронте к югу от линии Орёл - Воронеж значительное преимущество в силах и средствах. Гитлер под давлением своих дирижёров из числа крупнейших финансовых промышленных капиталистов мира пошёл ва-банк, вкладывая в удар на юге остатки былой роскоши в части отборных солдат и накопленных вооружений. Пан или пропал. Рейх уже оказался банкротом, не имея возможности рассчитаться с немецкой промышленностью даже за поставки 1941 года. Тем не менее Гитлер регулярно расплачивался с европейскими заводами и заокеанскими поставщиками топлива, редкоземельных металлов, каучука, радиодеталей и так далее. Это же его хозяева! Владеющие акциями немецких заводов иностранные акционеры, прежде всего американские и британские банкиры, не сомневались также, что получат все свои деньги либо за счёт грабежа СССР, либо самой Германии, если она вдруг проиграет. Каждый новый немецкий, австрийский, голландский, бельгийский солдат, брошенный в волховские болота, приносил 1700 долларов чистой прибыли тем производителям и банкирам, которые произвели для него снаряжение, оружие, продовольствие, топливо. Чем больше 8,8-миллионный Wehrmacht со своими союзниками пропустит через себя пушечного мяса, тем выше прибыли. Так работает самое большое зло на земле - капитализм, для которого война, а значит массовое убийство людей - главный источник сверхприбыли.

Luftwaffe после своего разгрома к зиме 1941 года тоже значительно усилилось. Самолёты для стервятников Геринга делали всей Европой: крылья в Латвии, фюзеляжи в Польше, радиооборудование в Голландии, моторы в Германии, шасси в Испании и так далее. Собирали самолёты в Германии, Франции, Чехии.

В мае на советско-германском фронте Luftwaffe и ВВС союзников Великогерманского рейха совершили более 48 000 самолето-пролётов - столько раз самолёты пересекли линию фронта. Для того, чтобы остановить нарастающей вал воздушных налётов, с 30 мая по приказу Ставки ВГК ВВС Красной Армии предприняли воздушную операцию по уничтожению самолётов Luftwaffe и ВВС гитлеровских союзников на аэродромах, в том числе в глубоком тылу в широкой полосе от Пскова до Крыма.

Уничтожение самолётов в оперативной глубине на аэродромах Пскова, Витебска, Орши, Смоленска, Могилева, Быхова, Брянска, Конотопа, Кировограда, Днепропетровска, Полтавы, Николаева, Запорожья вела Авиация дальнего действия Ставки ВГК. И вот, спустя почти год после вероломного нападения на СССР, Luftwaffe несло потери на земле большие, чем в воздухе. Мало того, что провалился сам 'Blitzkrieg', так теперь шло безостановочное уничтожение одного их главных его инструментов - Luftwaffe. Воюй СССР просто с Германией, всё уже кончилось бы в 1941 году, но за Германией стояла вся без исключения экономическая мощь Европа, даже Британская колониальная империя, формально враждебная немцам, австрийцам, чехам и их союзникам, своими мощными финансами и ресурсами входила в капиталы европейских компаний, снабжающих оружием, снаряжением и продовольствием Wehrmacht. Через банк BIS госбанки Гитлера и английского короля напрямую обменивались денежными и другими ресурсами. Банк BIS также одновременно обслуживал госбанки Италии, Франции, Японии и крупнейшие частные банки США. Это отлично иллюстрировало, что кроме формально объявленной войны в рамках Второй мировой, шла ещё одна, необъявленная война: капиталистический интернационал против народов мира. Штаб капиталистов в этой войне находился именно банке BIS в Швейцарии.

Умеючи и ведьму бьют! Так в ночь на 30 мая несколько авиаполков Авиация дальнего действия ВВС Красной Армии нанесли массированный удар по аэродрому в Сеще, уничтожив сразу 80 бомбардировщиков Luftwaffe, 120 лётчиков, штурманов, техников и другого обслуживающего персонала. На аэродроме в Смоленске удалось разбомбить 50 транспортных самолётов Ju 52 и большие запасы горючего. При бомбёжке аэродрома в Брянске, удалось уничтожить за раз 37 бомбардировщиков, 10 истребителей Luftwaffe, убить 150 подлецов из числа лётно-технического состава. На аэродроме Сальцы уничтожено 23 самолёта, на аэродроме Рельбицы - 3 самолёта. И так далее...

Крупная операция советских ВВС нанесла ощутимый урон Luftwaffe и ВВС гитлеровских союзников при собственных минимальных потерях, и положительно сказалась на действиях войск Волховского направления Ленинградского фронта. ВВС Волховского направления в это время без авиагрупп усиления насчитывали 275 самолётов. В том числе 55 истребителей ЛаГГ-3, 15 истребителей МиГ-3, 6 истребителей Як-1, 12 истребителей И-16, 24 пикирующих бомбардировщиков Пе-2, 7 штурмовиков Ил-2, 13 скоростных фронтовых бомбардировщиков АНТ-40/СБ. Из всего числа самолётов 116 имели неисправности и находились в ремонте.

В день Первомая авиаторы Волховского направления произвели 119 самолёто-вылетов для снабжения войск армии Власова, 26 на прикрытие своих войск. 7 самолётов штурмовали аэродром Luftwaffe в Коростовичах, где на земле уничтожили 3 и повредили 7 самолётов различных видов, убили и ранили на земле множество лётчиков и техников.

Весна близилась к своему завершению. Началось понижение уровня воды во всех реках. Только в лесах и болотах вода ещё стояла на прежнем уровне. По этой причине нажим по всему 200-километровому фронту малочисленной 2-й Ударной армии Власова с первых дней мая усилился. Вылазкам завоевателей давали жёсткий ответ. Активно действовали разведгруппы. Советские воины по-прежнему проявляли чудеса воинского умения, стойкости и отваги. Смерть подстерегала захватчиков на каждом шагу и днём среди болот, и ночью за спасительным накатом блиндажа или стен из торфа.

Разведчики теперь ходили по болотам используя плетёные маты вместо лыж. Разведрота 23-й отдельной бригады во время разведпоиска в урочище Корбаново столкнулась с разведгруппой гитлеровцев из 60 человек. В ходе скоротечного боя разведчики убили 25 захватчиков, 20 ранили, 5 захватили в плен.

2-я Ударная армия как и вся страна с подъёмом отметила Первомай. В подразделения доставили праздничные подарки, присланные на фронт со всех уголков страны. Бойцы получили много посылок. В них конфеты, тёплые носки, платки, кисеты, бумага, конверты и письма. В письмах и открытках говорилось примерно одно: 'Дорогой воин, громи фашистскую нечисть, освобождай нашу родную землю и быстрей возвращайся домой'. Так приказывал красноармейцам народ.

Обратился к красноармейцами и Верховный Главнокомандующий Сталин:

'...Против немецкого империализма объединились все свободолюбивые народы. Их взоры обращены к Советскому Союзу. Героическая борьба, которую ведут народы нашей страны за свою свободу, честь и независимость, вызывает восхищение всего прогрессивного человечества. Народы всех свободолюбивых стран смотрят на Советский Союз, как на силу, способную спасти мир от гитлеровской чумы...' Но прежде нужно спасать Ленинград!

Наконец-то заработала узкоколейная железная дорога от Финёва Луга до Волховского плацдарма. Паровозы-'кукушки' тип 159 бодро начали тянуть вереницы 10-тонных платформ с продовольствием, фуражом, боеприпасами, горючим. Обратно вывозили имущество, раненых и трофеи. Кормёжка сразу улучшилась.

После сильной артподготовки юго-западнее Спасской Полисти, для расширения прорыва в 'Волховский рукав' началась с востока новая атака 29-й танковой бригады при поддержке штурмовых группа 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии. Бои около 'веерной поляны' против батальонов 'группы Фрайтага' носили крайне упорный характер. Несмотря на большие потери от артиллерии, оккупанты гнали в контратаки всё новые и новые роты, не обращая внимания на груды трупов своих солдат в духе Бородинской битвы, которыми за несколько дней они завалили весь лес между 'верной поляной' и ручьём Горевой.

Благодаря отважным и умелым действиям штурмовых групп, воины 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии смогли продвинуться до выступа рощи между шоссе и железной дорогой в 1,5 километрах от 'Лесопункта'. Дальше пройти помешал сильнейший артобстрел и контратака оккупантов. Своё же снабжение шло крайне тяжело. Снаряды для 'Катюш' бойцы носили за 9 километров на плечах. Вместо грузовиков - вьючные лошади.

13-й стрелковый полк 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии вплотную приблизился к сильно укреплённому опорному пункту 'Острие' на высотной отметке 38,4, где подлецы за 1,5 месяца создали мощный узел обороны: ДЗОТы, блиндажи, дерево-торфяные стены, мины, завалы, склады, зенитки, артиллерийские и миномётные батареи. 'Архангельцы' взяли 'Острие' под плотный артиллерийский и миномётный обстрел. Захвачены склады с хлебом, галетами, консервами, маслом и спиртным 90-го моторизированного полка оккупантов. Трофеями 'архангельцев' стали также повозки, сёдла, походная кузня, 2 легковых автомобиля, 8 мотоциклов, 5 велосипедов, 5 лошадей, 150 мешков овса, 140 мешков комбикорма, катушки телефонного провода и другое военное имущество. До этого 'архангельцы' с начала наступления подбили 6 танков Pz.Kpfw.II и III, захватили 3 орудия калибра 75-миллиметров, 5 пулемётов, 20 исправных винтовок, 30 000 патронов.

Потери дивизии с начала наступления - 553 убитых. Раненых - втрое больше. 90 процентов из них имели осколочные ранения от снарядов и бомб. Количество убитых 'архангельцами' гитлеровцев - более 600.

Южные позиции 'группы Каттнер' у Спасской Полисти вдоль полотна железной дороги снова атаковали три танка Т-34 из гвардейской танковой бригады Копцова при поддержке штурмовых групп 1246-го стрелкового полка 376-й 'шахтёрской' стрелковой дивизии Исакова. 'Шахтёрам' пройти за танками вглубь обороны не удалось из-за ураганного арт-миномётного огня и контратаки оккупантов.

'Мясник' Вандель бросил с севера против них в контратаку свежий батальон 20-й моторизованной дивизии и I батальон 407-го полка своей 212-й стрелковой дивизии. Эту контратаку советские герои отбили с большими для подлецов потерями. После этого Т-34 снова прошлись по тылам, сея смерть и панику среди оккупантов. Кидаться на танки живыми волнам с коктейлями Молотова, связками гранат и противотанковыми ружьями, как вчера, среди подлецов охотников более не нашлось. Офицеры тоже закончились. Когда иссякли боеприпасы, гвардейцы-танкисты без потерь вернулись к своим. Всего удалось уничтожить 15 ДЗОТов и землянок, разгромить 3 миномётные и артиллерийские позиции, убить почти 120 солдат дивизии Книза.

От штурмовых групп 1248-го стрелкового полка 'шахтёров', наступающих с востока, до 844-го стрелкового полка 267-й 'белгородской' стрелковой дивизии, наступающим с запада, оставалось 300-500 метров. Казалось, ещё одно усилие и 'Волховский рукав' южнее Спасской Полисти будет до конца разрезан пополам и южная его часть ликвидирована. Но нажимать на фашистов всё труднее. 376-я 'шахтёрская' стрелковая дивизия Исакова имела половинный состав. В строю много раненых. Люди, особенно костяк, который находится в боях с декабря, донельзя вымотались в борьбе с убийцами Линдеманна и 'генералом Грязь'. За три дня побоища они захвалила 3 пушки калибра 37-миллиметров, 2 миномёта, 17 пулемётов, 3 тяжёлых противотанковых ружья-пушки, 50 винтовок, 500 снарядов и 40 000 патронов. Потери 'шахтёров' - 316 убитыми, потери на её участке у оккупантов - более 750 человек.

'Группа Вюнненберга' днём начала контратаку от 'большой поляны' при поддержке 13 тихоходных Ju 87 в самом узком, 300-метровом месте 'Волховского рукава'. На участке узкоколейки передовые советские части - танк Т-34 и рота автоматчиков - оказались в окружении, но зато дороги фашистов у 'большой поляны' по-прежнему не могли действовать.

ВВС Волховского фронта в этот день совершили 188 самолёто-вылетов на прикрытие войск, бомбёжку и штурмовку гитлеровских войск в лесах юго-западнее Спасской Полисти и их опорных пунктов 'Паук' и 'Острие'. Также советские авиаторы бомбили аэродром в Коростовичах. С этого аэродрома стервятники Геринга часто налетали убивать защитников русской земли, сражающихся в Волховской битве. Этот гадючник ВВС Волховского фронта старались не обходить вниманием с февраля.

Пока Вюнненберг атаковал от 'большой поляны' на север, в другом месте 2 танка Т-34 и 200 стрелков 58-й 'оренбургской' стрелковой бригады штурмовали участок обороны 677-го строительного батальона 'Организации Тодта' и разгромили его. На позициях и в прилегающих зарослях осталось более 300 трупов 'тодтовцев'. Попытка разведбата 20-й моторизованной дивизии восстановить здесь участок обороны кончилась провалом и снова большими потерями. Опасаясь полного окружения, 'группа Вюнненберга' прекратила атаки и откатилась на 'большую поляну' к своим складам. Штурмовые группы 'оренбуржцев' на окраине 'большой поляны' захватила 3 орудия калибра 155-миллиметров, 4 орудия калибра 75 миллиметров, 10 пулемётов, 2 радиостанции, 2 мотоцикла, 10 велосипедов и 50 повозок.

Пока шло жестокое многодневное побоище войск оккупантов между 'Лесопунктом' и 'большой поляной', для снабжения 'группы Яшке', которая вела борьбу за 'коридор' снабжения армии Власова в южной части 'Волховского рукав', остался лесной 'коридор' шириной с юга на север всего 300-500 метров и длиной 10 километров. Этот 'коридор' снабжения 'группы Яшке' между опорными пунктами подлецов 'Паук' и 'Острие' советские части простреливали всеми видами оружия. Туда то и дело проникали советские разведывательно-диверсионные группы. Линдеманн удерживал свой 'коридор' под непрерывным обстрелом лишь за счёт того, что постоянно загонял туда пополнения. Ничего, фрау ещё нарожают!

Снабжение 'группы Яшке' по возникшему 'коридору' и вывоз раненых оказался для подлецов затруднён донельзя. Носильщики 'хиви' ходили туда и обратно по 18-20 часов в сутки до полного изнеможения. Из-за грязи каждый шаг давались с большим трудом. Многие носильщики полностью обессилили - падали и не могли встать. Часто одного раненого тащили 6-8 человек. Тяжелораненые умирали в пути. При этом вокруг рвались мины и снаряды, свистели пули. Советские силы вели непрерывный обстрел.

Подлецы пытались эвакуировать свои трупы, чтобы потом хоронить на солдатском кладбище. Но большую часть трупов пришлось все-же закапывать в массовых захоронениях в южной части самого 'Волховского рукава'. Трупы просто кидали в заполненные водой ямы среди деревьев. Вот как воевал Wehrmacht на Волхове!

Раньше до 'большой поляны', где базировалась эсэсовская 'группа Вюнненберга' от Спасской Полисти по рельсам узкоколейки 'Stern' ездили запряжённые лошадьми вагонетки, везущие на юг боеприпасы и еду, а обратно - раненых и трупы. В насыпи - вкопанные миномётные и пулемётные позиции. Туда-сюда сновали посыльные или солдаты, идущие на посты, потоком брели легкораненые. В перевалочном пункте всегда полно раненых, пришедших самостоятельно, и которых принесли на штатных или самодельных носилках из жердей и тряпок. Теперь эта железная дорога перерезана. Одежда и бинты на раненых шевелятся от вшей. Кровососы заползали под бинты, выгрызая раны. Ещё тяжелее тем, кому наложили гипс. Извлечь оттуда паразитов нет никакой возможности, и они, роясь и гнездясь, постепенно доводили раненых до исступления. Ну и как вам ваш 'Blitzkrieg'? Кажется, в нём боле преуспели вши:

Далее до лагеря Яшке перед окружением использовались открытые вагонетки на ручной тяге. Ежедневно Яшке удавалось доставлять всего 20-80 снарядов, в теперь и вовсе ничего. Вдоль железной дороги сапёры I армейского корпуса и стройбат 'Организации Тодта', используя военнопленных, все по колено в грязи, спешно строили бревенчатую гать, чтобы увеличить объём снабжения.

Район железной дороги и гати советские войска постоянно обстреливали фланкирующим артогнём с запада и востока. Теперь стройка и вовсе прекратилась. Стройбат и сапёры 121-го сапёрного батальона пошли в бой и легли оскалом в болото, потому что Линдеманн бросил их в контратаки как простую пехоту, останавливая их трупами советский прорыв.

Далее к хорошо замаскированному лагерю 'А' в южной части 'Волховского рукава' завоеватели уже успели построить железнодорожную насыпь с основанием из деревянных срубов. Здесь в маленьком бункере, заваленном деликатесной едой и спиртным, среди дебрей сидел генерал Яшке в окружении разных частей с преобладанием войск 20-й моторизованной дивизии. Это ж надо - моторизованная дивизия в болоте вне всяких дорог! Так Wehrmacht воевал на Волхове!

Яшке - образец германского офицера. Нахален и труслив. Во время боя его не отыщешь. Зато он всегда готов 'отважно' расстреливать колхозников, своих солдат, 'героически' поджигать деревни. Часто пьян настолько, что даже привыкшие к попойкам офицеры потрясены: их командир порой не может членораздельно выражаться. Жесток не только с русскими пленными: он бросает на произвол судьбы своих раненых солдат. Ему наплевать на соратников. Услышав разрывы снарядов и бомб, он дрожит. Заплетающимся языком выкрикивает:

- Русские идут!..

Трусливый зловонный хорёк в мундире генерала. Напившись до положения риз, он часто лопочет своим офицерам:

- Нам осталось одно - храбро умереть!

В конечна итоге для снабжения 'группы Яшке' и 'группы Вюнненберга' Линдеманну пришлось привлечь авиацию. 'Котёл' возник, конечно, не такой, как под Демянском, но более 22 000 оккупантов в нём оказалось!

Кто бы мог подумать, что сильнейшей армии Европы спустя 8 месяцев после вероломного нападения придётся, напрягая все усилия, спешно строить оборону в северных болотах против отсталых 'унтерменшей' с помощью инженерных сооружений в духе Западного фронта Первой Мировой войны, как под Верденом или на Марне против французов!

В это же время советские герои из 267-й 'белгородской' стрелковой дивизии смогли с боем продвинуться с запада к перекрёстку просек в километре западнее опорного пункта подлецов 'Паук'. Линдеманну для спасения 'Волховского рукава' ничего не оставалось, как заваливать советские штурмовые группы и танки трупами своих солдат. За три последних дня только в 300-метровом перешейке севернее опорного пункта 'Острие', который всё ещё связывал две части 'Волховского рукава', оккупанты потеряли убитыми 400 человек.

Отрезать 'Волховский рукав', ставший 'котлом', полностью не удавалось, но зато артиллерийская группировка подлецов в южной части 'Волховского рукава' не могла вести контрбатарейную борьба по причине нехватки снарядов, обстреливать 'дорогу жизни' Власова, а по ней в этот день проходили примерно 30-40 грузовиков в час в обоих направлениях. Также транспортные самолёты со снабжением для Власова проводили полёты в прежнем объёме. Продолжался вывод через 'дорогу жизни' 15 000 человек 13-го кавкорпуса Гусева на Волховский плацдарм. 87-я кавдивизия оставила свой район обороны на юго-западе зоны прорыва в тыл группы армий 'Север', 80-я и 25-я кавдивизии покинул свои зоны обороны на западе. Соседним с ними частям следовало растянуть свои боевые порядки вдвое и занять оставленный кавалеристами 35-километровый фронт среди лесов, озёр и болот. Штаб Власова передислоцировался в деревню Огорели.


## Глава 14. Предательство как фактор побед


В ночь на 2 мая танкисты Копцова и немногочисленные пехотинцы 58-й 'оренбургской' стрелковой бригады Жильцова отбили 3 яростные атаки со стороны опорного пункта 'Паук', которую проводили войска 'группы фон Хольведе' и 'группы Каттнера' для деблокады 'мешка', в который вчера угодили почти 22 000 человек 'группы Яшке' и 'группы Вюнненберга'.

Озверевшие гитлеровцы шли в бой под воздействием лошадиных доз шнапса и препарата 'Pervitin', пулемётов фельджандармов и пистолетов унтер-офицеров. 'Мясной штурм'. Более 300 оккупантов навечно легли оскалом в болото. Сотни трупов подлецов вперемешку с расколотыми стволами деревьев - вот типичный пейзаж вокруг обороняющихся 'оренбуржцев' в этот день, как, впрочем, и в предыдущие. Потери танкистов Копцова за сутки - 2 человека ранено.

Ранним утром Ил-2 из 175-го штурмового авиаполка Валивахина в сопровождении истребителей 19-го Краснознамённого истребительный авиаполка Ткаченко южнее Спасской Полисти нанесли ракетно-бомбовый удар по южной части позиций 'группы Каттнера'. Затем под прикрытием дымовой завесы через железнодорожную насыпь перешла советская пехота и 6 танков Т-34. Началась атака в северном направлении. И так уже 4-й день подряд!

В 7:30 жару гитлеровским подлецам добавили собственные Ju 87, которые сбросили бомбы на свой же батальон 385-го пехотного полка 223-й пехотной дивизии на южной окраине 'круглой поляны'. Убило обер-лейтенанта из этого полка и выкосило 5-ю роту. Советская атака продолжалась 7 часов. Подлецы удержали линию фронта от расширения прорыва на север только путём затыкания постоянно возникающих дыр неисчерпаемыми резервами. Всё-таки у Линдеманна между Чудово и Любанью имелось 75 000 солдат!

'Архангельская' дивизия медленно двигалась на запад, отбивая яростные контратаки с юго-востока и юго-запада. Подлецы пытались отрезать 'архангельцев' от снабжения. Создав 'пробку' на железной и гатьевой дорогах снабжения 'группы Яшке' и 'группы Вюнненберга', 'архангельцы' заняли оборону двумя полками на юг, а 13-й стрелковый полк фронтом юго-запад, левым флагом выйдя к баракам на краю 'большой поляны'. Здесь сосредоточились главные силы эсэсовской 'группы Вюнненберга'. Тыл 'архангельцев' с севера прикрывали части 'шахтёрской' дивизия и остатки 'оренбургской' бригады. При этом 'оренбуржцы' уже начали выводить своих стрелков из боя на пополнение к Мосткам.

374-я 'красноярская' стрелковая дивизия Витошкина в это время отстала на левом фланге прорыва. Задача - расширить горловину прорыва и обеспечить южный фланг обогнавших их войск не выполнена. Витошкин наступал на 'веерную поляну' от ручья Горевой по болоту в невероятно трудных условиях. Пушки и снаряды по болотной жиже 'красноярцы' несли на руках по пояс в воде. 5 танков Т-34 из 29-й танковой бригады не смогли поддержать атаку - они просто утонули почти по башню. Их предстояло с великим трудом вытаскивать. Гвардейцы-танкисты Копцова занимались эвакуацией подбитых танков и их ремонтом и ничем помочь не могли.

К середине дня штурмовые группы дивизии 'антюфеевцев', наступавших с запада, встретились со штурмовыми группами 1248-го полка 376-й 'шахтёрской' стрелковой дивизии Исакова, наступавшими с востока. 'Волховский рукав' перерезан полностью! 'Группа Яшке' и 'группа Вюнненберга', ведущие борьбу за то, чтобы перерезать 'дорогу жизни' Власова, сами оказались в 'котле'.

Окружение 'группы Яшке' являлось теперь полными. С начала наступления с востока, продвинувшись на запад на 8 километров, войска Волховской группы отрезали южную часть 'Волховского рукава'. В штабе Вюнненберга царило уныние и паника. Бригадефюрер SS Вюнненберг приказал всем работникам штаба раздать карабины и патроны. От частого и долгого употребления наркотиков он впал прострацию, появились галлюцинации. Казалось, ещё рывок - и все три просеки 'дороги жизни' Власова от Мясного бора окажутся в полной безопасности и заработают на полную мощность. И тогда снова на прорыв к Ленинграду!

'Группа Каттнера' и разведбат SS Polizei-Division яростно атаковали с севера вдоль ручья Горевой в направлении полковой 'группы Фрайтага', стараясь отрезать прорвавшиеся советские войска. Раз за разом роты шли под советские пули и снаряды и таяли как воск на весеннем солнце. Luftwaffe осуществляло непрерывные налёты. Но советские войска применяли свою непревзойдённую маскировку, тем более, что листья на деревьях уже зазеленели и определять передний край лётчикам в лесу стало гораздо сложнее. Если бомбы не имели прямого попадания в стрелковые ячейки, то советским бойцам большой ущерб не наносился. Другое дело, что ячейки получалось выкопать не везде и их быстро заливала вода. Попадая в болотную жижу, бомбы взрывались глубоко в ней, поднимая гигантские фонтаны, но давая малое число убойных осколков. Такое явление называлось камуфлет. Решающая сила Ju 87 в этой ситуации заключалась больше в моральном эффекте. Но и моральный эффект тоже не слишком сильно действовал на красноармейцев - они яростно обстреливали Ju 87 из винтовок и пулемётов, и часто добивалось попаданий. Если Ju 87 и не падали сразу в болото, то возвращались на аэродромы в дырах как дуршлаг, с ранеными лётчиками и повреждениями агрегатов и устройств.

Артиллерийская группировка подлецов в 'Волховском рукаве' снова не могла вести контрбатарейную борьбу по причине нехватки снарядов. Поэтому в эти дни советская артиллерия безнаказанно громила позиции, колонны снабжения, скопления подлецов. Основные цели находились в Коляжке, в Спасской Полисти и южнее.

Потери угодивших в 'котёл' батальонов гитлеровцев, попавших между молотом войск Волховской группы и наковальней армии Власова, и пытающихся с севера прорвать окружение, за три дня боёв доходили до 80 процентов личного состава. Пополнение, обучавшееся в течение всего лишь 8 недель, сразу же по прибытии попадало в эпицентр побоища в 'Волховском рукаве' и там благополучно ложилось оскалом в болото за несколько дней. Затем требовалось пригонять следующее пополнение. И снова как кур во щи!

Оставшиеся после рьяных контратак 150 человек I батальона 3-го полка SS Polizei-Division вышли из боёв. Разгром. Батальон предполагалось пополнить за счёт 350 полицейских, прибывших самолётом из фатерланда, и отправить на спокойный теперь участок фронта к Красной Горке под Любанью. Там за эти сутки боевые действия ограничились лишь тем, что советская разведгруппа из 40 человек провела разведпоиск. Эсэсовцам следовало сменить батальон 504-го пехотного полка из 291-й пехотной дивизии, который предполагалось срочного отправиться на их место в 'Волховский рукав'.

На транспортных самолётах Ju 52 перебросили к Чудово 84-й резервный полицейский батальон майора охранной полиции Реффлина. Батальон формировался в 1940 году в Верхней Саксонии из добровольцев - немцев-силезцев и поляков. Командиры - немцы. В качестве части полицейского полка 'Бёмен-Мэрен' батальон до это вёл борьбу с партизанами. Но не долго музыка играла. Батальон поляков растаял в контратаках у опорного пункта 'Паук' за два дня.

Боевой дух войск 18-й полевой армии Линдеманна в зоне лесного побоища стремительно падал. В Чудово солдатам из заново формируемых разгромленных частей усиленно крутили патриотическое кино, в том числе фильм Бригеля 'Верхом за Германию'. В то же время солдаты шептались, что пока они загибаются в русских болотах, британские самолёты ночью снова бомбили Гамбург. За такие разговоры полагался концлагерь или штрафбат, куда очень многие недовольные прямиком и отправлялись. Советское командование только раздумывало об введении штрафных частей, а Wehrmacht использовал части 'испытательного срока' уже два года.

Пока грохотало лесное побоище у горловины 'котла' на узкоколейке 'Stern', западную часть Михалёво на восточном фасе 'Волховского рукава' продолжала удерживать боевая группа дивизии Цаликова. При обороне западной части Михалёво в составе 'группы Книза', составленной из частей 215-й пехотной дивизии, действовал III батальон 3-го полка SS Polizei-Division. В результате такого соседства с бойцами Цаликова численность в эсэсовском батальоне снизилась до 50 человек. Разгром. Жалкие остатки батальона эсэсовцев отвели в тыл, пополнив прибывшими из фатерланда полицейскими до 180 человек. Больше в это раз полицейских не привезли.

На северном фасе Волховского плацдарма на Чудовском направлении у Водосья группировка из двух полков 61-й и одного полка 121-й пехотных дивизий, двух батальонов, артполка и других частей, всего более 6000 человек, снова пошли в атаку на 300 героических бойцов лыжбата Ерастова, засевших в лесу у Волхова. В этой второй атаке на лес севернее Водосья навсегда легло оскалом в грязь 65 завоевателей, почти 200 получили ранения. Фашисты в ярости продолжали засыпать лес снарядами и минами, но ничего не могли поделать с героями, защищающими крохотный плацдарм, как 300 спартанцев защищали Фермопильский проход в 480 году до нашей эры от персов царя Дария. Но теперь разговор шёл не о 300 спартанцах царя Леонида, бьющихся за свой рабовладельческий полис, а о 300 рабочих и крестьян, защищающих свою власть и счастье трудового народа во всём мире.

На южном фасе Волховского плацдарма - на Новгородском направлении - продолжала удерживать позиции 3-тысячная 65-я 'тюменская' стрелковая дивизия полковника Николаевского. Имея 1/4 штатного состава, но полный набор вооружения, не числом, а умением она уравновешивала полнокровную 58-ю пехотную дивизию и 2-ю моторизованную бригаду SS.

Славились 'тюменцы' своими снайперами. Среди них безусловный лидер - Василий Орлов из 60-го стрелкового полка. Ему 26 лет. Родом из деревни Орловка Двуречанского района Харьковской области Советской Украины. В армии с 1938 года. В прошлом месяца за 65 убитых оккупантов представлен к ордену Ленина.

Вот снова харьковчанин выходит на охоту на врага. Его невысокая, коренастая фигура в зелёном маскировочном халате расцветки 'амёба' почти незаметна среди свежей листвы. То тут, то там попадаются полуразложившиеся трупы оккупантов, изломанное оружие, мусор от солдатского 'железного рациона': бумажные обёртки для эрзац-хлеба со штампом: 'Выпечка 1940 года', жестяные банки из-под тонизирующего шоколада 'Shoka-kola' с метамфетамином, тюбики из-под мармелада, пластмассовые баночки из-под масла, бумажные мундштуки сигарет 'Rawenklau', множество бутылок из под спиртного:

Василий быстро пробежал открытые места. Где нужно, полз по-пластунски. Вот передний край. Маленький, хорошо замаскированный окопчик для стрельбы с колена. Впереди поляна, поросшая редким невысоким кустарником. За ней в 250-300 метрах лесок. Там как навозные черви копошатся солдаты проклятых капиталистов. Снайпер разглядел, что фрицы за ночь перетащили один пулемёт на новую позицию, заново замаскировали некоторые землянки. Прильнул к оптическому прицелу. Прошёл час, другой...

- Приучили мы их к осторожности. Раньше за день семь-восемь удачных выстрелов! - ворчал снайпер.

Вася прополз ещё немного вперёд и залёг за стволом сваленной снарядом берёзы. Потом продвинулся вперёд ещё на несколько метров. Опушка как на ладони. Вдруг пулемётная очередь. Ещё очередь. Ранее незамеченный пулемёт находится под сосной. Прошло ещё минут десять и Орлов выстрелил. С опушки леса донёсся крик подстреленного подлеца. Минус один на сегодня...

Снова часы ожидания. На соседнем участке у Земтецов начался бой. Грохочут взрывы. Тянет гарью. На опушке перед землянками оккупантов на секунду мелькнула серо-зелёная фигура. Этого достаточно. Выстрел и второй оккупант лёг оскалом в землю. Минус два. Привет Гитлеру! Давай ещё!

На других участках фронта Волховского направления, где велись бои в этот день, трофеями советских войск стали 7 орудий калибра 75-миллиметров, 6 орудий 37-миллиметров, 44 станковых и ручных пулемётов, 5 миномётов, 316 винтовок и автоматов, 15 000 ручных гранат, 50 000 патронов, 3 радиостанции, 10 мотоциклов, 4 легковые машины и другое имущество. За три дня боёв уничтожено 1300 подлецов и второе больше ранено. Зенитным огнём сбит один Ju 87. Пленных мало - всего 10 солдат. Геббельсовская пропаганда умело запугивала фашистских солдат тем, что комиссары всех пленных расстреливают. Да и советские бойцы особо не стремились сохранять жизнь подлым тварям.

И тут в лесах между 'Лесопунктом' и рекой Кересть, где в 'Волховском рукаве' шло лесное побоище и советские войска брали верх, случилось непредвиденное и страшное - к фашистам перебежал начштаба и оперотдела 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии майор Дикий. Эта свежая дивизия являлась главной силой прорыва и удержания узкоколейки 'Stern' и лежневой дороги снабжения групп Яшке и Вюнненберга в 'Волховском рукаве'.

Маленького роста, большеголовый, лысенький, с маленьким подбородком и большим ноздреватым носом, большими ушами и бегающими белёсыми глазками, 36-летний майор Дикий родом из Винницы - Западная Украина. По убеждениям троцкист и украинский националист. Чёрная душа Дикого не вынесла вида доблестных побед советского оружия!

Сначала без разрешения комдива Дикий во время боя бросил свой штдив-2 и отправился в расположение 13-го стрелкового полка. Там он разыграл бурную деятельности, и с несколькими бойцами отправился вперёд на рекогносцировку. Затем подлец застрелил красноармейцев и сдался в плен.

На допросе он сразу заявил: 'Завтра утром моя дивизия пойдёт в решительную атаку. И это случится там, где вы не ждёте. Для атаки собраны все силы. В других местах оставлены только слабые заслоны! Если вы ударите там, то победите!' Предатель раскрыл местоположение штаба дивизии, складов боеприпасов и продовольствия, позиций артиллерии.

Не веря своему счастью, убийцы немедленно начали артобстрел указанных целей и передали информацию о них Luftwaffe, чтобы нанести максимальный ущерб. Так 'архангельцы' лишились важного звена в системе штабного управления и части критически важного боезапаса. Также предатель сообщил, что разведчики 'архангельцев' прослушивают телефонные разговоры фашистов. За предательство негодяй просил отправить его поскорее в Германию.

Тысячу раз оказались правы Сталин, Ворошилов, Будённый, которые до войны проводили чистки в армии, а органы НКВД проверяли и держали под следствием даже вполне на первый взгляд надёжных, таких как Рокоссовский, Заместитель Наркома обороны Мерецков, Горбатов, начальник Управления вооружения ВВС РККА дивизионный инженер профессор Сакриер, конструктор вооружения Таубин, помощник начальника Генштаба по авиации Смушкевич, командующий ВВС Московского военного округа Пумпур, начальник Главного управления ПВО РККА Штерн, бывший командующий войсками Прибалтийского Особого военного округа Локтионов, замначальника Главного артуправления РККА Савченко и других, чьи действия походили на вредительские и шпионские или действительно являлись вредительскими и шпионским. Если майор Дикий мог натворить столько бед, сколько мог наделать генерал армии?! Пример Павлов показателен. Не выполнил приказ Генштаба от 18 июня по приведению свих войск в Белоруссии в боевую готовность, уклонился от командования в важнейшие первые дни, не обеспечил связь войсками. Жаль, не удалось вычистить всех троцкистов, карьеристов и вредителей из Красной Армии, что усугубило последствия вероломного нападения полчищ капиталистов.

После нападения фашистских орд чистки продолжились. Попали под следствие бывший заместитель Наркома обороны по авиации Рычагов, бывший начальник Главного Разведуправления Проскуров, начштаба ВВС Володин, Начальник Управления стрелкового вооружения Главного артуправления Склизков, Начальник Военной академии командного и штурманского состава Арженухин, генерал-адъютант заместителя наркома обороны Каюков и другие.

После этого чистки шли уже по 'заслугам', прежде всего на Западном фронте, где шпионы, вредители и паникёры открыли в Белоруссии дорогу врагу. Под следствием оказались командующий Западным фронтом Павлов, начальник связи Западного фронта Григорьев, начштаба Западного фронта Климовских, начальник оперотдела штаба Западного фронта Семёнов, начальник артиллерии фронта Клич, замначальника ВВС Западного фронта Таюрский, командующий 4-й армией Коробков, командир 14-го мехкорпуса Оборин, командир 42-й стрелковой дивизии Лазаренко и другие...

Проблема предательства и саботажа как Дамоклов меч висла над Красной Армии с первых дней её существования с 23 февраля 1918 года. Гражданская война в России начиналась с честных слов. Под 'честное слово' не воевать против революции красные из гуманистических соображений отпускали на все четыре стороны царских генералов и иных своих ярых врагов. И те, разумеется, тут же снова начинали воевать против революции. Отпустили почти всех участников Октябрьской битвы в Москве и Петрограде. Один из самых известных примеров - генерал Краснов. После провала своего похода на Петроград 14 ноября 1917 года его арестовали в Гатчине и доставили в Смольный. С ним говорил Ленин.

- Даю честное слово офицера, - убеждал Краснов Ленина, делая честные глаза, - что не выступлю против Советов. Если же нужна моя помощь в чём-то, пожалуйста.

- Товарищ Крыленко разберётся, - сухо ответил Ленин.

Когда Краснова затем освобождали под честное слово, один Ленин возражал против освобождения, но, сдавшись перед другими, Троцким, Каменевым, Бонч-Бруевичем, Крыленко, махнул рукой.

Дальнейшее известно... Вскоре, в сентябре 1918 года, став одним из предводителей белогвардейцев и казаков, Краснов залил Дон кровью. Жителям Царицына, ныне Сталинграда, направил ультиматум в немецком стиле: 'Вот я пришёл, и со мной 200 000 войска, много сотен орудий, привёз 3000 баллонов удушливого газа, задушу весь край ваш и тогда погибнет всё живое. Завтра день на сборы, послезавтра кладите оружие и со звоном колоколов с хоругвями идите встречать братьев своих по крови. Коли же вы в безумии поднимете руку на брата своего, донского казака, пеняйте на себя, мучительная смерть от газа вас ожидает!'

Не раз ругал себя Ленин за то, что большевики отпустили Краснова:

- Мы ведь, по существу, очень мирные, я бы сказал, совсем штатские люди... Мы ведь были против гражданской войны и даже атамана Краснова отпустили из плена под честное слово. Но, видно, нельзя было верить честному слову этого генерала. При первом удобном случае он удрал на Дон да такую кашу заварил...

Гражданской война была классовой и одновременно национально-освободительной войной против интервентов. Вовлечённость 'бывших' в строительство Рабоче-Крестьянской Красной Армии оказалось велико и стало камнем преткновения. Массовое участие бывших генералов в РККА старались особенно не выпячивать, между тем через Красную Армию прошло ориентировочно 100 000 офицеров и генералов. Это при том, что через все белые армии не намного больше - до 130 000 офицеров. Ещё 30 000 офицеров прошли через национальные армии Польши, Украины, Финляндии, Прибалтики, Закавказья, Дона и Кубани.

Большевики получили крайне специфичный опыт при использованы на своей службе глубоко классово чуждых людей, массово предававших Красную Армию и Россию. Измена происходила не только на уровне батальон-полк, но и на высшем уровне: предателями становились начальники штабов и командиры армий, корпусов и дивизий. Помимо открытых переходов на сторону врага, имел место широчайший саботаж и вредительство.

В июле 1918 года командующий 3-й армией Восточного фронта Красной Армии бывший генерал-майор Богословский вместе с частью штаба перешёл на сторону Колчака и его западных хозяев. В июле того же года командующий советским Восточным фронтом бывший подполковник Муравьёв поднял мятеж, который чрезвычайно дорого обошёлся Советской власти.

В том же месяце командующий 2-й армией бывший подполковник Махин при приближении врага умышленно рассредоточил свои силы, с важными документами, перешёл на сторону чешских интервентов, чем обеспечил победу белочехов и их французских командиров на Волге.

Начальник Генштаба РККА, бывший генерал-лейтенант Стогов сотрудничал с антибольшевистским вооружённым террористическим подпольем в Москве - военной организацией 'Национальный центр'. Член комиссии по исследованию и использованию опыта войны Генштаба РККА, бывший генерал-лейтенант Соколов являлся начштаба 'Национального центра'.

Начальник управления по комсоставу Генштаба РККА, бывший генерал-лейтенант Архангельский саботировал создание к началу лета 1918 года 3/4 из намеченного большевиками числа стрелковых дивизий, предполагавшихся к посылке на фронт против Деникина. Курирующий вопросы учёта и назначения генштабистов начальник оперативного управления Генштаба РККА бывший генерал Кузнецов передавал белым важную документацию и весной-летом 1918 года направил в Поволжье многих генштабистов, перешедших в затем на сторону белых армий: Каппеля, Махина, Смольнина-Терванда и другие.

В августе 1918 года дезертировала группа военспецов, направленных в Пермь на укомплектование формирующейся дивизии: начальник штаба Пермской дивизии генштабист Сандецкий, его помощник Альбокринов, командир 5-го Пермского полка Трухин, а также Александровский, Бек, Быков, де Бур и Паас. В том же месяце Советскую власть и Россию предали бывший полковник Костевич, бывший контр-адмирал Викорст и ряд других офицеров, вступив в преступный сговор с английскими интервентами, содействуя в английской оккупации Архангельска. Шпионом белых и интервентов являлся штабной работник советского Северного фронта бывший штабс-капитан Умнов.

В сентябре 1918 года перешёл на сторону белых Пехливанов, инспектор формирований 2-й инспекции Северного участка отрядов завесы. В октябре поднял мятеж командующий 11-й советской армией бывший подъесаул Сорокин, осложнив этим борьбу с Деникиным.

Член Высшей аттестационной комиссии РККА бывший генерал-лейтенант Цихович состоял в подпольной террористической организации 'Правый центр' в 1918 году в Москве. На собраниях 'Правого центра' присутствовал командующий морскими силами Советской России Немитц.

В мае 1919 года поднял мятеж командующий 6-й Украинской стрелковой дивизией бывший штабс-капитан Григорьев. Летом того же года на сторону белых перешёл командир 2-й бригады 35-й стрелковой дивизии РККА бывший полковник Котомин. Совершили групповой побег к белым генштабисты, находившиеся на госпитальном лечении в Петрограде: Долинский, Дроздовский, Каньшин, Суворов.

В июне 1919 года при оставление Екатеринослава в городе остался и перешёл к Деникину практически весь штаб 14-й советской армии, включая трёх выпускников и слушателей академии Генштаба: начальник штаба Шкляр-Олексюк, начальник оперотдела Ягода и состоящий для поручений при командарме Ворошилове бывший поручик Черниговский-Сокол. В том же месяце поднял восстание командующий 9-й кавдивизией бывший подпоручик Сапожков, а командующий 9-й армией бывший полковник Всеволодов перебежал к белым.

Начальник штаба группы войск Сумского направления бывший подполковник Парв организовал саботаж, чем открыл дорогу Деникину, и тот 28 июля 1919 года захватил Полтаву. Сам Парв при этом 'уехал в командировку' в тыловой Киев, и о там скрывался до прихода деникинцев.

В период успешного развития наступления Деникина Москву в октябре 1919 года перешёл к деникинцам начштаба 55-й стрелковой дивизии бывший подполковник Лауриц, отправившись со взводом красноармейцев на разведку. Он передал Деникину важнейшие данные о расположении частей РККА в районе Орла, чем способствовал успехам белых. На сторону белых перешёл командующий 2-й Сводной Советской дивизии бывший генерал Жданов.

В августе 1919 года в Киеве на сторону Деникина организовано перешла целая группа ответственных работников штаба 12-й советской армии. Наиболее высокопоставленными перебежчиками в составе группы из штаба 12-й армии стали начальник военных сообщений 12-й армии бывший генерал Языков и его помощник генерал Буров. Также в Киеве на сторону Деникина перешёл бывший подполковник Соколовский - помощник начальника отдела обороны организационного управления штаба Наркомата по военным делам Украинской ССР.

В сентябре-октябре 1919 года масса бывших офицеров дезертировали из 8-й советской армии: начштаба армии Нечволодов, затем начальник штаба Южного фронта Тарасов, сменивший Нечволодова на посту начштаба армии, начальник оперативного отдела штаба армии Лапшин, начальник разведывательного отделения армии Желтышев, помощник по оперативной части начштаба 16-й стрелковой дивизии Миронцев, начальник тылового штаба армии Вдовьев-Кабардинцев.

Начальник штаба 13-й советской армии бывший генерал от инфантерии Зайончковский в октябре 1919 года при отступлении красных из Орла приказал своему адъютанту остаться в городе и передать белым оперативную документацию и планы командования 13-й армии.

В 1918-1921 годах дезертировали и стали предателями 561 человек военспецов-генштабистов - более 1/3 от числа бывших старших офицеров и генералов на высших должностях в РККА. Каждый третий штабист в Красной Армии оказался предателем. Надо иметь ввиду, что часть военспецов не бежало к белым только потому, что находилась в глубоком тылу, и не могла бежать от красных по чисто техническим причинам. То есть на самом деле примерно 1/2 всех высших должностей в Красной Армии замещали предатели. Картина панорамная, что называется маслом. Как вообще красные смогли победить в такой ситуации? Понятно, что после разгрома белых и их хозяев-интервентов, не успевшие перебежать предатели никуда не делись. Они остались в РККА до чисток, а многие досидели до прихода Гитлера.

Характерно и происходящее в те годы в академии Генштаба РККА, куда направлялись на преподавание и обучение военспецы и пленные белогвардейцы. Например в 1920 году на курсах для бывших офицеров, учившихся в академии Генштаба, преподавал потомственный дворянин из польских дворян Верховский - воспитанник Пажеского Его Императорского Величества корпуса, генштабист, военный министр Временного правительства. Руки по локоть в народной крови. Пытался создать антисоветскую армию на Украине. Дважды арестован большевиками. Вступил ради самосохранения и пайка в Красную Армию.

И вот по окончании учёбы Верховский в Москве собрал вокруг себя группу слушателей - бывших генералов и полковников - и спросил:

- Господа!.. Как могла разбить вас эта сволочь?

Дело 'Весна' в 1930-1931 годах против бывших военспецов и чистки в армии в 1937-1938 годах имели очень и очень веские причины и чёткую задачу - максимально убрать существующих и будущих предателей из Красной Армии. Воевать с капиталистами, когда 1/3 командиров РККА будут стремится перебежать к фашистам, а 1/2 заниматься саботажем и вредительством в штабах и тылу - верный путь к поражению в войне.

Трудно себе представить, что произошло бы, не обрати большевики перед войной самого пристального внимания на надёжность комсостава Красной Армии, не проведи они операции 'Весна', не раскрой военно-фашистского заговора маршала Советского Союза Тухачевского. Предательства одного майора Дикого хватило для срыва важнейшей операции фронта по снятию угрозы коммуникациям 2-й Ударной армии, а предательства Павлова и его шайки хватило для прорыва фашистов к Минску. Что ожидало Красную Армию, если бы шпион и вредитель Тухачевский возглавил Генштаб, Ставку ВГК или Наркомат обороны в 1941 году? А ведь кроме 'бывших' в верха проникли уже и троцкисты, замаскированные антикоммунисты, мечтавшие о реставрации в СССР капитализма. Не от хорошей жизни Сталин возглавил одновременно Наркомат обороны, Ставку ВГК и ГКО.

Национальность Дикого также обращала на себя внимание. В Красной Армии после массовой сдачи в плен украинцев в первые месяцы войны, захват украинскими националистами Львова в тылу Красной Армии, украинцам особо не доверяли. К примеру дальневосточная 92-я стрелковая дивизия при отбытии из Славянки оставила на месте расквартирования служить всех украинцев и поляков. Доверяй, но проверяй. Конечно, среди украинцев имелось множество преданных делу рабочих и крестьян людей: Щорс, например. Но у всех на виду оказались и предатели с Украины, занявшие самые высокие посты в советском государстве: Гамарник, Бубнов, Дыбенко, плеяда высших чинов НКВД - Прокофьев, Цесарский, Курский, Николаев-Журид и так далее. Не говоря уже о выходцах с Украины евреях Троцком и Зиновьеве - изобретателей троцкизма. Троцкизм члена Политбюро ЦК Хрущёва тоже получил развитие не без помощи его сожительницы с Западной Украины Кухарчук.

Эта 'западенка' имела колоссальное влияние на сожителя, до 1922 года троцкиста открытого, а после троцкиста тайного, бывшего в быту подкаблучником. Украинская бой-баба Кухарчук родилась в 1900 году в Холмской губернии в зажиточной крестьянской семье, получила прекрасное образование в Люблинской гимназии и Холмском женском училище, где выучила польский и французский языки, добавив к ним впоследствии английский. Окончив обучение уже в Одессе, в январе 1920 года, будучи одним из лидеров местной подпольной комсомольской организации, вступила в партию большевиков. В феврале 1920 года Кухарчук в составе Галицкого бюро плотно работала с 'самостийниками', служившими в Легионе украинских сечевых стрельцов и украинской Галицийской армии. Прониклась логикой украинского национализма. С кем поведёшься... Здесь же она в полной мере освоила как инструмент политическую интригу.

В июне 1920 года её направили на Польский фронт в армию Тухачевского. Там она агитировала пленных польских солдат и офицеров. Естественно встречалась с будущим лидером военно-фашистского заговора Тухачевским. После войны её направили на подпольную работу в Компартию Восточной Галиции. Риск смертельный и возможность вербовки политической полицией и контрразведкой Польши 'defenzywa'. Она уже опытный подпольщик и разведчик. В 1922 году её отозвали с Западной Украины в Москву. По дороге в столицу она из-за заболевания тифом остановились в Юзовке посреди Донбасса, где старая большевичка Гопнер познакомила её с Хрущёвым, который, будучи студентом и секретарём парткома Донецкого горного техникума, был 'подопечным' Гопнер по партийной работе. Кухарчук по-женски была абсолютно не привлекательна. Мужское широкое лицо, фигура как у грузчика. Подпольщина, шпионка, агитатор, мастер интриг. Но последующие события показали, зачем Хрущёву понадобилась такая помощница. С помощью такого пробивного снаряда как украинская бой-баба Кухарчук со стальным характером, безграмотный актёр-говорун Хрущёв смог оказаться в Москве, сделаться другом семьи Сталина и взлететь на самый верх партийной иерархии - в Политбюро ЦК.

С самого начала супружеской жизни Кухарчук, отличавшаяся очень сильным и властным характером, лепила из Хрущёва 'щириго украiньця'. Именно в середине 1920-х годов Хрущёв стал всё чаще и чаще ходить в украинской вышиванке, частенько употреблять украинские слова, пословицы и поговорки, петь украинские песни, пить горилку с салом и так далее. Всё это украинское воспитание он в лошадиный дозах получал от сожительницы дома. Не изменил он этим традициям и в Москве, куда первый раз приехал в 1929 году, став студентом Всесоюзной промышленной академии и взяв как парторг под опеку жену Сталина. А дальше опытная интриганка и стратег Кухарчук, используя жадность болтуна Хрущёва к власти и его 'кипучесть', повела его на самый верх. И вот сегодня - 2 августа 1942 года её Микитка глава коммунистов Украины, член Политбюро ЦК, член Военного совета Сталинградского фронта...

Благодаря предателю Дикому оккупанты сумели подготовиться к контрнаступлению в 'Волховском рукаве' с юга и севера для вызволения из мешка своих групп Яшке и Вюнненберга, перебросили дополнительные свежие силы из 'группы Ванделя' к указанным предателем местам, создали резерва: от Чудово спешно прибыли на грузовиках I и II батальоны 407-го полка, I батальон 408-го полка 121-й пехотной дивизии Ванделя. Подлецы срочно провели перегруппировку, выводя из-под будущего удара на более спокойные участки для дальнейшего их пополнение из резервных батальонов корпуса и армии остатки обескровленных частей, спасая их от полного уничтожения. Из 5 батальонов 'группы Маркс' в зону лесного побоища переместился пополненный III батальон 3-го полка SS Polizei-Division. Его сменил I батальон 916-го полка. Поддерживать 291-ю пехотную дивизию срочно отправился получивший пополнения из рейха II батальон 3-го полка SS Polizei-Division. Рота из 423-го пехотного полка компенсировала дневные потери 212-й пехотной дивизии. Одновременно подлецы повели мощные бомбардировки указанных предателем важнейших участков 'архангельцев', от которых зависели успехи 'архангельцев' в боевой работе: штабов, складов, позиций артиллерии...

3 мая температура уже 10 градусов тепла. Листья деревьев раскрылись полностью. Начавшееся утром наступление 'архангельцев', которые не знали о предательстве своего начштаба и считали его пропавшим без вести, фашисты встретили на подготовленных рубежах обороны сосредоточенным артогнём, бомбёжкой и контратаками свежих частей. Предательство сорвало операцию по упрочению стенки 'котла', в котором варились войсковые группы Яшке и Вюнненберга. Более того, на указанных Диким ослабленных участках фронта 'архангельцев' гитлеровцы пошли в наступление, отсекая от основных сил 13-й стрелковый полк. Советские части, и так получающие снабжение вьючными лошадьми по бездорожью, оказались в тяжелейшем положении.

Luftwaffe группами до 18 пикировщиков Ju 87 вело бомбёжки сильно ослабленных частей 'антюфеевцев' и 'шахтёров', которые прикрывали фланги 'архангельцев'. В результате 'пробка' в 'коридоре' снабжения подлецов к великому сожалению оказалась разрушена. Возник 'коридор' снабжения для групп Яшке и Вюнненберга шириной до 500 метров. Его удерживал 90-й моторизованный полк дивизии Яшке. Ожесточённое сражение на просеках и у железной дороги 'Stern' продолжалось весь день. 'Архангельцы' отразили все атаки и даже продвинулись на 300 метров, разгромив две роты, захватив несколько пушек, миномётов и продсклад. Но этого уже мало:7-я танковая бригада занималась эвакуацией подбитых и застрявших танков и к сожалению в боях не участвовала.

Чтобы отвлечь советские силы, вклинившиеся в 'Волховский рукав' через реку Глушица у 'большой поляны' с запада, у Красной Горки пошла в бой 'группа Гизеке', созданная из войск 291-й пехотной дивизии, остатков эсэсовских батальонов и других частей. Пока советские воины уничтожали уже второй с начала войны состав SS Polizei-Division, командир эсэсовцев Вюнненберг улетел в Ставку Гитлера получать награду, видимо за массовое убийство полицейских Германии в болотах Волхова. За него остался полковник Борхерт.

Советские ВВС в этот день кроме боевых вылетов, доставили армии Власова 62 тонны продовольствия и 80 килограмм газет. Но даже с учётом выросших возможностей дороги от Мясного Бора к Новой Керести, Кречно выйти на полный паёк всё равно не получалось. Переброску продуктов Власов выпустил из-под своего контроля, хотя продовольствие на основной базе 2-й Ударной армии на складах в деревне Костылево на Волховском плацдарме имелось.

Из-за плохих дорог, отсутствия горючего и воли командующего грузовики встали. Продовольствие со складов из Костылево через 'дорогу жизни' пришлось везти на вьюках лошадьми и тащить носильщикам. Люди шли в один конец целый день. Сколько может взять человек? 40 килограмм. А ведь он ещё и выматывается до изнеможения! Этим он может накормить всего 11-15 человек в день. А в армии Власова к 3 мая насчитывалось почти 35 000 человек, если не учитывать кавалеристов Гусева, которые уже выходили на Волховский плацдарм.

На участке дороги Мясной Бор - Новая Кересть, Кречно от бомбёжек, пулемётно-миномётного огня и переутомления много лошадей и людей выбывало из строя. Лошади и люди истощены. В частях 2-й Ударной армии лошадей вообще почти не осталось. Так 198-й стрелковый полк 'антюфеевцев' под Красной Горкой имел всего 10 лошадей, пригодных к использованию из почти 200 по штату.

Продовольственные склады войск Волховского направления, откуда шло снабжение центральных складов Власова на Волховском плацдарме, находились в Малой Вишере. Там же склады боеприпасов и топлива. Это 150 километров по непроходимым дорогам до войск у Любани. Главные склады продовольствия, боеприпасов и горючего всех войск Волховского направления находилось ещё дальше - в Бурга в 20 километрах от Малой Вишеры на железной дороге на Бологое.

Естественно, что из-за 'генерала Грязь' и бездействия Власова большинство соединений его армия перешли на сокращённую норму питания. Имелся недостаток мяса, жиров, круп, соли. В 25-й стрелковой бригаде у Красной Горки выдавался только хлеб, сухари и мучная болтушка. 840-й стрелковый и 393 артиллерийский полки 46-й стрелковой дивизии, расположенные у Дубового, несколько дней не имели продуктов совсем! Появились случаи опухания. Бывалые бойцы терпеливо переносили новые тяготы и лишения войны, отшучивались:

- Кормят водой, лежим в воде, ходим по воде, бродим по воде - в общем, кругом вода!

Но недавно прибывшие на передовые позиции в качестве пополнения из тылов красноармейцы, не видевшие зимой настоящих боёв и невзгод, не понимая трудностей, связанных с плохими дорогами, возмущались:

- До прихода на передовую мы получали полностью хлеб, мясо, масло и другие продукты, а здесь очень плохо кормят!

Сам-то Власов получал спецпаёк: чёрная икра, мясо, корейка, балык, колбасы, овощи, куры, хлебобулочные изделия из пшеничной муки, молоко от коровы при штабе, чай с лимоном, кофе, какао, шоколад, конфеты, сахар, коньяк, вино и так далее. Денежное довольствие тоже по высшему разряду. Тут же 'полевая жена' Воронова под боком. Отдельный домик с удобствами, кровать с постельным бельём. Три машины с водителями. Банька. Магазин 'Военторга'. Повар, врач, охрана. Денщики и адъютанты. Если не вникать в суть происходящего - пикник в весеннем лесу.

Делил бы Власов, как в командиры в Гражданскую войну, с красноармейцами пайку, не сбросил бы вопрос снабжения на плечи интендантов, у которых на один вопрос сто отговорок. Более того, Власов своими решениями прямо препятствовал нормализации снабжения, срывая приведение в порядок дорог.

К строительству и ремонту дорог на основных коммуникациях армии привлекались сапёрные, дорожно-строительные, автогужтранспортные батальоны. Работы затягивалось прежде всего из-за отправки строителей на передовые позиции решением Власова. Так 10-й гужевой батальон из имевшихся по штату 1000 человек отправил на передовые позиции 700 человек. 5-й дорожный батальон отправил на передовую 280 человек, а из оставшихся 165 человек одна рота находилась также в обороне в районе Новая Кересть, Кречно. Рота регулирования, имевшая 112 человек, целиком отправлена на передовую.

Власов во время личного приёма все уши прожужжал Верховному Главнокомандующему Сталину о Суворове и его опыте, и как он его изучает. Но такие аксиомы Суворова как обеспечение солдат горячим питанием и вообще питанием Власов полностью игнорировал.

Генералиссимус Суворов начал военную карьеру в должности интенданта - отвечал за снабжение войск. Почти 10 лет Суворов провёл на тыловых должностях начиная с ротного снабженца до уровня воюющей армии. Тяжко ему пришлась. Он говорил: 'Любого интенданта, прослужившего на одном месте несколько лет, можно вешать безо всякого суда ибо вор'. Но именно на этой службе Суворов сделал гениальное открытие в области обеспечения войск питанием, которое стало фундаментом последующих блистательных побед русского оружия.

В то время армии двигались примерно так, как позднее ходили туристы: идут, пока не проголодаются и не устанут, затем останавливаются на привал и занимаются приготовлением пищи. Причем пищу себе солдаты готовили сами. А для этого надо и хворост натаскать и дров нарубить, и котлы помыть, и огонь поддерживать, и кашу помешивать. В общем, никак это отдыхом после марша не назовёшь. А ведь надо ещё лошадей накормить-напоить. Поэтому настоящий отдых начинался только после приготовления пищи, а там уже и опять двигаться пора, а в животе уже опять пусто. Из-за всего этого норма движения армий в XVII-XVIII веках составляла всего 20 километров в сутки.

Суворов радикально изменил организацию марша. В намеченные на карте места привалов он заранее высылал группу кашеваров на конных повозках в сопровождении конного боевого охранения. Они прибывали на место раньше пехоты и брались за работу. К моменту подхода пехоты еда уже готова. Оставалось съесть и двигаться дальше. Не тратя сил на кухонную возню, солдаты отдыхали за 60 минут намного лучше, чем раньше за 2-3 часа. В результате в суворовских войсках суммарное время привалов уменьшалось на 5-6 часов в сутки, а солдаты при этом оставались свежими и бодрыми, и, как следствие, они проходили на десятки километров больше, чем солдаты любых других армий.

Так из совершенно житейских вещей родилась та самая суворовская быстрота передвижения русской армии, которая изумляла противников. Кроме того, Суворов, зная расположение вражеской армии, мог спланировать пункты приёмов пищи таким образом, чтобы его войска, быстро поев, подошли к неприятелю свежими и полными сил, и сразу, сходу, вступили в бой. Тогда так не воевал никто. Армии перед сражением надолго располагались лагерем, отдыхали, производили разведку, составляли план сражения.

Поэтому внезапное нападение русских чудо-богатырей, сходу вступающих в бой, производило ошеломляющее впечатление. Это и был тот самый натиск - часть суворовской формулы военного искусства. Сочетание небывало быстрого передвижения войск и неожиданного нападения - любимый стиль Суворова. Даже с малыми силами он так побеждал огромные армии.

Суворовский стиль мышления, по сути заключался и в решении большевиков о ускоренной индустриализации-коллективизации с 1927 года перед лицом надвигающейся агрессии международного интернационала. Только здесь разговор шёл о том, чтобы накормить не только армию, но и всю страну. Почему Российская Империя не победила в Первой мировой, почему СССР победил Wehrmacht под Москвой и не дал захватить Ленинград? Дело не в последнюю очередь в снабжении. Построенная большевиками под руководством Сталина сельскохозяйственная система дала стране за первый год войны 1064 миллионов пудов хлеба, при том, что в Первую мировую царь, постоянно сталкиваясь с голодными бунтами, с трудом наскрёб за первый год войны 359 миллионов пудов. За годы Первой мировой Российская империя произвела в 13 раз меньше самолётов, чем Германия, в 10 раз меньше пулемётов, в 6 раз меньше артиллерийских орудий, в 5 раз меньше снарядов, в 3 раза меньше автомобилей. Выпуск серийных танков при царе не удалось организовать вовсе. Во время Великой Отечественной СССР превзошёл Германию по выпуску танков, артиллерийских орудий и пулемётов, это при том, что III рейх был гораздо мощнее II рейха, включая в себя Австрию, кусок Чехословакии, Польшу, часть Франции. Были проблемные позиции, по которым СССР уступал, но критически важные виды вооружений производились в достаточном количестве, с отменным качеством, а некоторые не имели аналогов. Вот цена снабжения.

Почему в Российской империи наладить производство оказалось невозможно, а СССР справился? Потому что в СССР начисто выкорчевали институт частной собственности, преодолели неудержимую погоню за прибылью. Вместо слепой и губительной стихии рынка цели и задачи развития общества определяла диктатура пролетариата - поэтому и удалось совершить такой потрясающий рывок.

Фюрер военной промышленности рейха, один из крупнейших промышленников Германии, уполномоченный по металлургическим заводам, а также уполномоченный по вооружению, председатель Имперской сталелитейной ассоциации и член Совета Имперского банка, присвоивший или получивший в управление много заводов, находившихся в оккупированных странах, подлый палач и убийца народов, Рехлинг выразился на этот счёт так: 'Битвы на Восточном фронте, не оставляют сомнений в серьёзности положения. Достижения советской экономики нельзя не назвать чудом. Новые танки продолжали сходить с конвейера даже в осаждённом Ленинграде... Каким образом Советскому Союзу удалось построить и содержать промышленные мощности, в таких больших количествах выпускающие боевую технику такого высокого качества? Поистине, война на Восточном фронте - это борьба двух систем. Не моё дело рассуждать о возможном исходе войны. Но в том, что касается экономики, вопрос поставлен чётко. Чтобы оправдать существование частной экономики, мы должны достичь высочайших производственных результатов... Если нам это не удастся, люди, вероятно, испробуют другие варианты жизни. В конечном счёте, речь идёт о том, может ли частная экономика обеспечить требуемые результаты, или же необходимо прибегнуть к иным организационным формам'. Это говорил матёрейший враг.

Но Власов, получается, рассказывал Сталину про подход Суворова к войне лишь для красного словца. Он пришёл в Красную Армию за жизненными благами, преуспел в карьере, а к чаяниям красноармейцев относился более, чем с прохладцей. После резкого повышения материального благосостояния военнослужащих в результате коллективизации-индустриализации, в Красной Армии активизировались карьеристы и троцкисты, вроде любимчика Хрущёва, командующего Южным фронтом Малиновского. Среди карьеристов оказался и Власов.

Не случайно бойцы и командиры Волховского фронта зачитывали до дыр номера газеты 'Правда' с пьесой Корнейчука 'Фронт'. Содержание этой пьесы во многом напоминало ситуацию, сложившуюся в районе 'дороги жизни' 2-й Ударной армии. Бойцы и командиры рот и батальонов, несмотря на жестокое сопротивление гитлеровцев, выполняли свою задачу, а потом успех, добытый ценою больших усилий, сводился к нулю из-за просчётов командования. Точно про Власова...

Положение 2-й Ударной армии отягощалось и тем, что в начале мая готовилось сражение под Харьковом, где войска Тимошенко, проигрывая врагу в численности в два раза, тем не менее собирались разгромить 6-ю полевую армию Паулюса. Тимошенко применял здесь древнеримскую военную максиму: 'если ты слабее, нападай'. В связи с этим Ставка ВГК не имела возможности пристально следить за Власовым, надеясь на его квалификацию, а также не имела возможности помочь войскам Волховского направления транспортом, вооружением, пополнением, авиацией. 2-я Ударная армия Власова выводилась на Волховский плацдарм, более наступательных задач не имела и не рассматривалась как приоритетный объект снабжения. Генштаб предполагал прислать Волховскому направление до 10 июня частями танки для пополнения танковых бригад, 2 новые танковые бригады без автобатальонов, 25 батальонов укрепрайонов, полный боекомплект. Но это до 10 июня, а сейчас начало мая...

Военный совет 2-й Ударной армии принимал меры по содействию быстрейшей достройки узкоколейки на участке Костылево - Новая Кересть, Вдицко, но что с того, когда командарм снимает со стройки рабочих и бросает их на передовую. Неужели прибывшие малоопытные строители принесут ослабленным голодовкой войскам больше пользы своими винтовками, чем тем, что наладят снабжение бывалых воинов? Если Власов не сможет победить 'генерала Грязь', то как он надеется побеждать Линдеманна и Буша, которые нависли над ним 75-тысячной группировкой у Чудово с севера и 80-тысячной группировкой у Новгорода с юга?

4 мая гитлеровцы у своего 'коридора' снабжения по-прежнему атаковали, ведь 'группа Яшке' и 'группа Вюнненберга' в южной части 'Волховского рукава' уже неделю снабжалась по 'коридору' шириной 500 метров, который советские части простреливали с востока и запада. Советская артиллерийская группировка всё также громила позиции, колонны снабжения, скопления подлецов в Коляжке, Спасской Полисти и на 'большой поляне', нанося им большие потери. В конце концов залп 'Катюш' по 'большой поляне' подняли там на воздух крупный склад боеприпасов.

Подлецы пытались вести контрбатарейную борьбу с советскими орудиями юго-восточнее Михалёво и западнее Коломно с помощью системы оптической разведки, хотя в дождь она почти не работала. Оптический немецкий способ, в отличии от советской звукометрической системы, абсолютно не действовал в туман, снег, при задымлении, при встречном свете солнца, то есть в 1/4 всего фронтового времени в осенне-зимне-весеннее время в северной полосе России. То же касалось самолётов-корректировщиков Luftwaffe. Кроме всего прочего, в отличии от советской звукометрической системы, оптическая система не могла действовать ночью. Ворошилов и Сталин знали, что делали, оснащая в своё время артиллерию Красной Армии именно звукометрической системой.

На северном фасе Волховского плацдарма у Волхова тысячи оккупантов, приняв наркотик 'Pervitin', в третий раз атаковали в лесу южнее Водосья героических бойцов лыжбата Ерастова. Лыжабатовцы теперь оборонялись на лесном холме на пятачке 200 x 200 метров. Из 300 их осталось 175. Советская артиллерия вела заградительный огонь с другого берега Волхова по данным, передаваемым Ерастовым по рации. Кроме того она принуждала к молчанию фашистскую артиллерию.

Около полудня подлецы снова поднялись в атаку на позиции лыжбата. Красноармейцы косили наступающих из ППШ, снайперы с деревьев выбивали офицеров, пулемётчиков. Завязался ожесточённый ближний бой, переходивший врукопашную прикладами, штыками, ножами, лопатками. Гитлеровцы не выдержали, побежали, бросив перед позициями лыжников более 100 трупов и массу раненых.

Тогда в бой пошёл сапёрный батальон 61-й пехотной дивизии, вооружённый огнемётами. Снова неудачно. Под огнём снайперов огнемётчики, объятые пламенем, с страшными криками носились по лесу, вселяя ужас в своих подельников. К вечеру 120 лыжников Ерастова занимали в лесу лишь крохотный пятачок. Почти все тяжело или легко ранены. Пулемёты, миномёты и единственная пушка вышли из строя. Патроны на исходе.

Вечером подлецы с двух сторон перешли в последнюю атаку. Раненый Ерастов отправил на восточный берег Волхова раненого старшего лейтенанта Задедюрина. Лейтенант бросился в ледяной Волхов. Здесь он шириной 380 метров. И здоровому, отдохнувшему непростой рубеж, не то что обессиленному четырёхдневными боями и ранами. Герой доплыл и сообщил: 'Ведём бой за последнюю высоту. Будем драться до последнего:'

Рация Ерастова замолчала. Батальон уходил в бессмертие. Так невозможно сражаться за деньги. Завоевание холма в лесу обошлось оккупантам в 120 убитых, 270 раненых, 15 пропавших без вести...

Когда погиб комбат, оставшиеся в живых 80 бойцов, помогая тяжелораненым, гранатами проложили себе путь к Волхову. 50 из них бросились в ледяную воду. Несколько тяжелораненых остались их прикрывать. Подлецы открыли огонь по плывущим. Так и плыли герои, как актёр Бабочкин в их любимом фильме 'Чапаев', среди всплесков на воде от пуль: 'Врёшь, не возьмёшь!' Так, наверно, плыл Ярмак в водах Иртыша от татар хана Кучума под градом стрел. То один, то другой герой навечно погружались в свинцовые воды от пули, изнеможения или судороги. Хорошая им доставалась могила, своя, древняя, вечная река Волхов... Лишь 9 смогли добраться до другого берега... Так спасали Ленинград!

За что сражались и гибли герои 2-й Ударной армии и других армий Волховского фронта? А вот за что: 4 мая в понедельник в Ленинграде вновь открылись двери школ! Занятия, начавшиеся осенью 1941 года, зимой из-за холода и голода в большинстве школ не проводили. Лишь в 39 школах они продолжались всю зиму. Посещали их всего около 2000 ребят. Кое-где младшие школьники занимались в бомбоубежищах. А сегодня в осаждённом городе открылось 137 школ, за парты село 63 700 учеников! В школах организовано трёхразовое питание. Наиболее слабые будут получать усиленное питание... А таких немало... В 369-й школе Московского района при первом медицинском осмотре оказалось, что 96 процентов детей страдают дистрофией и цингой... Дети слабы, поэтому в младших классах будет три урока, в старших - не больше пяти... Но теперь будут! Будут уроки! Живи, Ленинград! Живите, дети, и помните о тех, кто отдал за вас свои жизни!

За всё время боёв за лес севернее Водосья подлецы захватили в плен 30 раненых и умирающих красноармейцев. На то, чтобы выбить из леса 300 красноармейцев, они израсходовали 3854 гаубичных снарядов калибра 105 миллиметров, 1740 гаубичных снаряда калибра 150 миллиметров, 600 гаубичных снарядов калибра 75 миллиметра, 808 снарядов для горных пушек. Каждый снаряд по цене пары кожаных ботинок! На каждого советского бойца пришлось по 23 таких снаряда общим весом почти 1/2 тонны. Это не считая миномётных мин... Так никаких снарядов не напасёшься с эти русскими!

Только к лету 1942 года работающая на Гитлера европейская промышленность ликвидировала 'снарядный голод', вызванный просчётами при планировании вероломного нападения согласно директивы No.21 'Операция 'Барбаросса''. При планировании вероломного нападения на СССР низкоквалифицированные генералы Штаба Верховного Главнокомандования Вермахта OKW и другие специалисты, прежде всего Гальдер, Паулюс, Кейтель, Маркс, заложили норму расхода снарядов для войны с СССР как для войны с карликовой Польшей! Да ещё имели запасы только на 3 месяца, за которые они собирались уничтожить Красную Армию и дойти до Урала! Трудно сказать, что за каша у них при этом варилась в голове! Сравнить Польшу с СССР! Это ж надо!

Именно поэтому, начиная с августа 1941 года советская артиллерия доминировала на поле боя, и во многом способствовала тому, что к концу года полчища армий вторжения оказались уполовинены и кончили крахом под Ростовом-на-Дону, Москвой, Тихвином: Плохо подготовился Wehrmacht в вероломному нападению. Тушей хотели задавить, 'мясными атаками'...

Ранним утром 5 мая устаревшие пикирующие бомбардировщики Ju 87 с душераздирающим звуком 'шумовых устройств' Larmgerat - маленьких пропеллеров, установленных на обтекателе стоек шасси и приводимых в действие ветром, сбросили несколько 50 и 250-килограммовых бомб на свои же позиции. 6 оккупантов убито,14 ранено и 8 тяжело контужено. 'Дружественный огонь' в лесистой местности регулярно вела и артиллерийская группировка подлецов. Немудрено: советские части так хорошо владели искусством маскировки, что и своя-то авиация при участии авианаводчика отыскать её могла не всегда.

По всему фронту активно действовали разведгруппы. Через советскую переправу у Селищ к 'дороге жизни' Власова весь день следовало по 40-50 грузовиков каждый час в обоих направлениях. От Селищ в сторону Кипрово и Вергежа за день прошло 120 грузовиков.

Артиллерийская группировка подлецов в 'Волховском рукаве' снова не могла вести контрбатарейную борьбу по причине нехватки снарядов. Советская артиллерия с Волховского плацдарма успешно громила позиции, колонны снабжения, скопления подлецов абсолютно безнаказанно. Советские герои из 'архангельской' и 'шахтёрской' дивизий по-прежнему удерживали занятую ими ранее территорию в 'Волховском рукаве'.

'Группа Яшке' и 'группа Вюнненберга' при отсутствии нормального снабжения позабыли о 'дороге жизни' Власова и во время атак забрасывали своими трупами советскую оборону в собственном 'коридоре' снабжения между опорными пунктами 'Паук' и 'Острие'. От позиций 'архангельцев' в районе 'Бараки' до позиций 24-й гвардейской дивизии по другую сторону Глушицы всего 500 метров. С южной опушки 'большой поляны' из района 'Бараки' большая поляна советскими подразделениями простреливалась насквозь, так что для снабжения 22 000 своих солдат южнее 'большой поляны' у подлецов оставалось всего 150 метров леса. Через этот 'коридорчик' нормально снабжать носильщиками 22-тысячную группировку не представлялось возможным. Удержание 150-метрового по ширине коридора вдоль 'большой поляны' под перекрёстный ружейно-пулемётными огнём дорого обходилось оккупантам.

Тут получилась уменьшенная копия 'Рамушевского коридора', по которому в это же время снабжалась в 'Демьянском котле' 100-тысячная группировка фон Зейдлица-Курцбаха из 16-й полевой армии группы армий 'Север'. При окружении этой группировки Красная Армия разгромила 3 дивизии. Оккупанты только убитыми потеряли тогда 12 000 солдат. Захвачены трофеи: 185 орудий, 135 миномётов, 340 пулемётов, 450 грузовиков, 125 вагонов с разными грузами, несколько крупных складов с боеприпасами, снаряжением и продовольствием, другое военное имущество. Но в конце марта оккупантам ценовой запредельных потерь удалось всё-таки пробить 'коридор' снабжения от Старой Руссы до Демянска через деревню Рамушево общей длинной 40-километровый. Теперь погрому подвергались и их войска в 'Рамушевском коридоре'.

Через 'Рамушевский коридор' подлецы вывозили трупы и раненых колоннами грузовиков. Почти 40 километров дождливого и холодного бездорожья, ухабов, тряских настилов и гатей становились 'дорогой смерти' для части раненых - им не успевали оказывать помощь. В немногих деревнях, через которые они проезжали, выносили из машин скончавшихся. У полковых врачей и санитаров, принимавших раненых и делавших первую обработку, к вечеру переставали разгибаться спины, руки покрывались коркой из высохшей крови, а пальцы с трудом сгибались... Как вам тут, в России? Вот молодой немец, во время остановки в пути вылез из кузова машины, опёрся на радиатор спиной, хотел погреться, да так, стоя, и умер. Молчит и смотрит на водителя из NSKK остекленевшими глазами...

Гитлеровцы, защищающие 'коридор' Линдемана в 'Волховском рукаве' тоже оказались в болотном аду. Болота не давали возможности построить ни окопа, ни блиндажа. Наземные укрытия в виде невысоких двойных стенок из кольев, с набросанной между ними болотной грязью вперемешку со мхом, не спасали от советского обстрела. Шедшие непрерывно майские ливни пропитали влагой всю землю даже на возвышенных местах. Почти во всех окопах и блиндажах под полом из кольев всё время держалась вода, и её приходилось постоянно вычерпывать и выкачивать насосами. Ночью в блиндаже для освещения чаще всего жгли телефонный провод. Он чадил, и утром оккупанты долго откашливались, сплевывая противную чёрную слизь.

Они мрачно шутили:

- У меня до войны корова была, так я ей хлев построил светлый, высокий, чистил его каждый день. А теперь как вернусь после войны, построю такой же блиндаж и скажу ей: поживи-ка как скотина, как я жил в России!

Зная, где располагаются ДОТы и ДЗОТы, блиндажи и траншеи, советские войска постоянно обстреливали сильным миномётно-артиллерийским огнём лесные островки, перешейки и настилы, проходившие прямо по болотам. Огонь не всегда вёлся прицельный, но из-за скученности оккупантов на более сухих участках, он неизменно причинял большой урон. При каждом разрыве блиндажи вздрагивали как живые, с наката и стенок сыпалась земля. Минует ли следующий? Иногда советский обстрел не прекращался многие дни и ночи подряд...

Бойцы 13-го полка 'архангельцев', обойдя опорный пункт 'Острие', обнаружили большой склад, предназначенный для 'группы Яшке'. Захватить его не удалось. Вечером батальон подлецов пытался атаковать 'архангельцев' из опорного пункта с юга на северо-восток для расширения своего 'коридора' снабжения. Из-за исчерпания боеприпасов гитлеровцы лезли вперёд практически без поддержки артиллерии и даже миномётов. Оставив после 5-часового боя на среди деревьев и кустов 350 убитых и раненых, они откатились на исходные позиции.

Полк 'шахтёров' в это время вёл напряжённый бой с войсками 'группы Яшке', которые силами до полка пехоты с севера пытались прорваться на шоссе к Спасской Полисти. Здесь гитлеровцы тоже не имели обычной поддержки артиллерии. Даже пулемётный огонь, обычно шквальный, вели ограничено. Лес перед позициями советских воинов после третьего дня побоища оказался сплошь завален трупами солдат 20-й моторизованной дивизии Яшке.

В лесах севернее 'коридора' снабжений 'группы Яшке' и 'группы Вюнненберга' Линдеманн при помощи фон Кюхлера собрал для контрнаступления подразделения разной численности и вида более чем из 50 батальонов 15 различных дивизий группы армий 'Север'. 'Группа Ванделя' приняла прежний участок 'группы Вюнненберга', разбитой, и по большей части уничтоженной. Эсэсовское ядро группы, состоящее из SS Polizei-Division, требовало срочного переформирования. Вандель теперь отвечал за весь 'Волховский рукав' со всеми размещёнными там войсками, прежде всего войсками 'группы Яшке' на самом юге. Восточный фас северной части 'Волховского рукава' находился в зоне ответственности 215-й пехотной дивизии Книза, уже вполне отправившейся после зимнего разгрома. Поскольку 'рукав' всё ещё был фактически разрезан у 'большой поляны', командование над войсками в южной части 'Волховского рукава' принял Яшке.

Ночью 6 мая случилось заморозки до минус 3 градусов. Шёл даже снег. Невзирая на это, бипланы Р-зет из 658-го лёгкого ночного бомбардировочного авиаполка Лукашевича с аэродрома около деревни Полищи, а также более грузоподъёмные Ли-2 из 844-го транспортного авиаполка Лужкина, доставили Власову 20 тонн продовольствия.

Железная дорога Линдеманна 'Stern' к 'группе Яшке' и войскам 'группе Венделя' в 'Волховском рукаве' всё ещё не действовала. Ранее она доставляла по 200 снарядов в день. Теперь, за неимением снарядов, подлецам приходилось рассчитывать только на бомбы Luftwaffe. Невзирая на плохую погоду, Luftwaffe утром начало бомбить позиции 13-го полка 'архангельцев' у пункта 'Бараки' на краю 'большой поляны', совершив 30 самолёто-вылетов. Свою передовую линию фашисты обозначали ракетами синего пламени или оранжевыми дымами. Обозначение целей - ракетами красного пламени. Ju 87 также бомбили позиции советской артиллерии у 'Лесопункта', готовя атаку по расширению 150-метрового 'коридора' снабжения своих окружённых войск. Тщательной маскировкой и огнём с земли 'архангельцы' смогли помешать прицельному бомбометанию.

Невзирая на авиаудары 'архангельцы' при танковой поддержке продолжили наступление на опорный пункт подлецов 'Острие', буквально засыпав его минами из миномётов и снарядами 'полковушек'. С северо-запада атаку своими огневыми средствами поддерживал полк дивизии 'шахтёров'. В результате двойной 'прожарки' эсэсовцы из 'группы Борхерта' снова понесли тяжёлые потери. III батальон 2-го полка SS Polizei-Division к этому дню насчитывал 20 человек из 850 первоначального состава. Разгром!

Как и следовало ожидать, оккупанты тоже пошли в наступление, стремясь восстановить свой 'коридор'. Со второй половины дня до позднего вечера они атаковали отовсюду волна за волной: с севера, запада и юго-запада в направлении 'большой поляны'. Главный удар Линдеманн наносил, естественно, с севера от Спасской Полисти, куда он мог перебрасывать подкрепления от Чудово по шоссе, и где не имелось препятствий для подвоза боеприпасов по железной дороге и сосредоточения 12 батарей артиллерии. Эти атаки фашистов силой до полка пехоты неизменно отражались с большими для атакующих потерями. Пехота подлецов без тяжёлого вооружения обезвредить Т-34 не могла, а также несла большие потери от 'кукушек' - советских снайперов, ведущих огонь с деревьев по офицерам и пулемётчикам.

Советская артиллерия непрерывно била по позициям атакующей 'группы Каттнера' у 'коридора' снабжения 'архангельцев', по Коляжке и Спасской Полисти. При ударах 'Катюш' огонь переходил в ураганный. Потери оккупантов стремительно нарастали. II батальон Шюмерса из 1-го полка вместе с остатками I батальона того же полка к концу дня насчитывал всего 200 человек из положенный по штату в двух батальонах 1720 солдат и офицеров. Особенно большие потери понёс I батальон 90-го моторизованного полка. В конце концов пошёл в бой как простая пехота 121-й сапёрный батальон.

В это время в 5 километрах севернее лесного побоища в полосе обороны 'группы Дебеса' на восточном фасе 'Волховского рукава' провели успешную атаку части 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии. 'Челябинцы' вышли на брусчатку шоссе севернее Трегубово. 'Волховский рукав' оказался и здесь разрезан! К сожалению западнее Трегубово продолжал действовать участок лесной железной дороги 'Stern' к опорному пункту 'Паук', хотя и под постоянным обстрелом.

Пока Линдеманн, напрягая все усилия, сражался за 'коридор' снабжения своего 'Волховского рукава' и свою железную дорогу 'Stern', на центральной просеке 'дороги жизни' Власова заработала узкоколейная железная дорога Ямно - Финёв Луг. С 7 утра за два часа по ней прошло 120 вагонов снабжения. Обратно вагоны вывезли гильзы, зимнее обмундирование, неисправное тяжёлое вооружение, раненых. Также продолжался выход к Волхову кавалерийских дивизий, 4-й и 24-й гвардейских стрелковых дивизий, частей тяжёлой артиллерии, госпиталя, тылов. Вывозилось зимнее имущество и обмундирование.

Стараясь облегчить кризисную ситуацию у Линдеманна в 'Волховском рукаве' и отвлечь часть советских сил, 16-я полевая армия Буша повела отвлекающие атаки со стороны Новгорода на южный фас Волховского плацдарма. Используя шоссе с покрытием из брусчатки у Теремца-Курляндского и сухие поляны, оккупанты силам 20-й моторизованной дивизии, 59-й пехотной дивизии, 250-й 'голубой' дивизии испанцев, 2-й моторизованной бригады SS из голландских, бельгийских, прибалтийских добровольцев, при поддержке и частей двух других пехотных дивизий XXXVIII армейского корпуса Хенике, танков и авиации атаковали 3000-тысячную 65-ю стрелковая 'тюменскую' дивизию полковника Кошевого.

Испанцы из 18-тысячной 'голубой' дивизии Эстебан-Инфантеса, несмотря на более слабую дисциплину и выносливость, сражались фанатично, порой даже более ожесточённо, чем гитлеровцы, многих из которых, особенно поляков и чехов, пригнали на фронт силой. Во-первых, эти испанцы являлись в основном солдатами регулярных войск королевской Испании, по большей части ветеранами-фашистами испанской Гражданской войны с боевым опытом и ненавистью к коммунистическому рабочему движению. Во-вторых они являлись добровольцами, наёмниками, которые воевали за очень неплохие для нищей Испании деньги. В состав дивизии входили также 1000 наёмников-португальцев. 'Голубой' дивизию называли из-за цвета форменных рубашек, хотя всё остальное обмундирование, вооружение и продовольствие, даже половину денежного содержания предоставлял Wehrmacht. На Восточном фронте также действовала 'Голубая эскадрилья' испанцев на немецких самолётах Bf.109.

При этом Испания как бы сохраняла нейтралитет, официально союзником Великогерманского рейха не являлась, и войну СССР не объявляла. Однако свои порты предоставляла для перегрузки американского топлива, резины, вольфрама для III рейха, а на заводах изготавливали оружие, боеприпасы и комплектующие для Гитлера, осуществляла поставка сырья и оборудования. То есть испанские солдаты являлись в чистом виде наёмниками, впрочем, как и голландцы, бельгийцы, португальцы, норвежцы из бригады SS. Их раны тоже не объявляли войну СССР. Но прибалты из этой же бригады SS являлись предателями, поскольку их страны входили до войны в Советский Союз...

В противостоянии с 'тюменцами' наёмникам пришлось худо. Воины Кошевого - опытные, закалённые бойцы. 65-я стрелковая дивизия - кадровая, сформирована ещё в мае 1931 года. В октябре 1941 дивизию отправили со станции Даурия в Куйбышев, где 7 ноября она участвовала в параде в честь 24-й годовщины Октябрьской революции. На митинге выступали глава Советского государства Калинин и живая легенда - маршал Советского Союза Ворошилов. С таким окрыляющими напутствиями 'тюменцы' прибыли к Тихвину 16 ноября и повели бои за разгром войск группы армий 'Север'. Именно 'тюменцы' стали основной силой в боях за освобождение этого города.

Освободив Тихвин, 'тюменцы' в тяжелейших погодных условиях и при дефиците буквально всего, гнали и громили подлецов-фашистов, освободив Липную Горку, Ситомлю, Ругуй, Пчёвжа, Бор. Затем последовали тяжёлые бои за Кириши. 'Тюменцы' с ходу форсировали Волхов и захватили плацдарм на западном берегу. Но фашисты уже успели оборудовать 'Волховский вал'. 'Побывали тюменцы' и в окружении у станции Тигода и деревни Зеленцы. Во время боёв в окружении дивизия потеряла всего 350 человек убитыми. Гвардия!

Затем в январе 1942 года 'тюменцы' в районе станции Гряды ликвидировали плацдарм фашистов на восточном берегу Волхова. В феврале вели ожесточённые бои за расширение Волховского плацдарма на юг. В марте форсировали Волхов в районе деревни Пахотная Горка, захватили плацдарм, но не удержали. За это время дивизия, теряя бойцов заболевшими, обмороженными, ранеными, убитыми, фактически не пополнялась. И вот 'тюменцы' снова на южном фасе Волховского плацдарма, имея в составе всего 3708 человек, но зато каких! Гвардия!

В этот день оккупанты снова вели против 'тюменцев' Кошевого атаки массой пехоты, танков и другой бронетехники. Группы пикировщиков Ju 87 по 5-6 машин раз за разом бомбили позиции Кошевого у Теремца-Курляндского, пытаясь компенсировать здесь слабость своей артиллерии. Советское командование противопоставило этому огневому давлению огонь гаубиц и гаубиц-пушек артиллерии армии, фронта и артполков РГК. Снарядов для них к этому моменту удалось накопить значительное количество. Интенсивный огонь ещё на исходных позициях перемешивал с болотной грязью пехоту немцев, голландцев, бельгийцев и чернявых испанцев. Но живые и железные волны раз за разом накатывали на позиции 'тюменцев', и тогда они в полном блеске демонстрировали своё воинское искусство. Так у шоссе южнее Теремца-Курлянского в одном бою расчёт 76-миллиметровой 'полковушки' сержанта Бродака подбил 3 танка Pz.Kpfw.III из 20-й моторизованной дивизии и уничтожил 30 солдат.

Особенно ожесточённые бои развернулись на узкой длинной поляне между Теремцом-Курляндским и Земтицами. Здесь атаки шли волнами одна за другой четыре дня подряд. Атакующие роты немцев, австрийцев, испанцев, голландцев, бельгийцев, португальцев, прибалтов сменяли одна другую, гибли, но вместо них генералы пригоняли следующее пушечное мясо.

Вот на бронебойщиков с противотанковыми ружьями ПТРД младшего лейтенанта Семенюка двинулись 4 танка с эсэсовской пехотой. После отражения трёх массированных атак большая часть красноармейцев взвода погибла. Командир сам лёг за противотанковое ружьё в ДЗОТе.

Танк Renault FT остановился в 500 метрах на безопасном расстоянии для своей наклонной 1,5-сантиметровой брони и стал расстреливать ДЗОТ из 37-миллиметровой пушки. Тогда Семенюк вытащил 17-килограмовое ПТРД из амбразуры и двинулся с ним к танку, скрываясь в складках местности. Танк пошёл навстречу, стреляя на ходу из пулемёта. Что-то навроде поединка Пересвета с Челубеем перед Куликовской битвой. На дистанции 50 метров из люка высунулся эсэсовец и стал стрелять в героя из автомата, но всё мимо. Настал черёд младшего лейтенанта. Он быстро установил ружьё и первым же выстрелом заклинил башню, а вторым зажёг танк. В этот момент из зарослей в 100 метрах от места неравного поединка в клубах синего выхлопа появилась ещё одна железная махина Renault FT и стала утюжить ДЗОТ соседнего расчёта. Мастер-бронебойщик быстро сменил позицию и с первого выстрела поджёг этот танк. Близким взрывом героя оглушило. От страшного удара стало темно в глазах. Потерял сознание. Очнулся от сильного толчка в бок. Эсэсовец требовал сдаться в плен:

- Рус, сдавайся! Ауфштейн! - крикнул подлец. - Шнель!

Ему очень хотелось взять в плен умелого и отважного воина. Семенюк вскочил, столкнул подлеца в воронку, оглушил ударом каблука по голове и затем ушёл из-под обстрела. Вооружившись найденной гранатой, пополз к лесу. Так и добрался до своих. У советских патриотов и один в поле воин...

7 мая после 8 дней непрерывных боёв по удержанию в окружении 'группы Яшке' и 'группы Вюнненберга', вошедшей теперь в 'группу Ванделя', силы 'архангельцев' исчерпались. Подошли к концу боеприпасы, продовольствие, медикаменты. Завалил их всё-таки Линдеманн трупами своих солдат, как Наполеон завалил трупами IV корпуса вице-король Италии де Богарне батарею Раевского на Бородинском поле во время 'мясных' атак! Характерно, что в этом IV корпусе Великой армии Наполеона примерно 1/2 - итальянцы. В корпусе также имелись испанские и хорватские части...

К этому времени с согласия фон Кюхлера 18-я полевая армия закончила переброску для противодействия 2-й Ударной армии почти полностью 121-й пехотную дивизию Ванделя, полнокровные части 61-й пехотной дивизии Шайдиза. Национальный состав этой дивизии: немцев до 70 процентов, остальные австрийцы и поляки. Переместилась в 'Волховский рукав' 81-я пехотная дивизия Шоппера из резерва 18-й полевой армии Линдеманна.

В конце концов гитлеровцам с помощью танков 12-й танковой дивизии удалось с севера прорваться в тыл частям 13-го и 261-го стрелковых полков 'архангельцев', почти отрезать их от тылов и своего 200-го стрелкового полка. Здесь и сказались излишние потери в людях, вооружения и снабжения, понесённые 'архангельцами' из-за подлого предательства начштаба Дикого. Ослабленные донельзя 8-дневными боями, два полка половинного состава 'шахтёрской' дивизии ничем не могли помочь 'архангельцам' - они сами оказались в полуокружении. Резервов Хозин для Волховской группы не имел, ведь в это время мощным отвлекающим атакам подвергался южный фас Волховского плацдарма, оккупанты атаковали и северный фас плацдарма.

'Группы Яшке' и часть 'группы Ванделя' могли вот-вот восстановить своё снабжение. Для расширения своего 'коридора' они продолжили бешеные атаки на окружённые советские части со стороны 'большой поляны' и опорного пункта 'Острие'. Атаки сопровождались авианалётами, сильным огнём артиллерии и миномётов.

Обычными приёмами Luftwaffe на поле боя, если рядом не наблюдалось советских истребителей и зениток, являлись ложные заходы на цель для запугивания, со сбросом бомб через раз. Характерный противозенитный маневр стервятников - прохождение мимо цели с последующим резким разворотом и пикированием на цель со стороны солнца. Подлецы делали несколько кругов вокруг цели для изучения обстановки и выбора цели. При хорошем взаимодействии советской зенитной артиллерии и истребителей, подлецы бомбили из-за облаков, при отсутствии облаков улетали ни с чем. Но при этом эффективность бомбометания по советским войскам оказывалась в целом небольшой. Из общего количества сброшенных бомб до 1/3 не взрывались. Бомбы большого калибра, взрываясь в болотистой почве и торфяных болотах, большого ущерба не причиняли.

Сильно досталось от стервятников узкоколейной железной дороге, которая уже неделю как нормализовала снабжение Власова. Бомбардировщикам удалось после долгой охоты повредить один из паровозов, а два упали с путей в болото. Вытащить 14-тонные паровые машины и снова поставить на рельсы без железнодорожной спецтехники не удавалось. Доставить другие паровозы из-за Волхова не позволяло то обстоятельство, что узкоколейка через Волхов не переходила по причине отсутствия железнодорожного моста. Теперь 10-тонные платформы с продовольствием, фуражом и боеприпасами пришлось толкать командам красноармейцев. Обратно вывозили имущество, раненых и трофеи.

ВВС Волховского направления в течении дня прикрывали свои войска, штурмовали и бомбили позиции в 'Волховском рукаве'. При отражении налёта Luftwaffe сбит Ju 87 из эскадрильи StG 1, который упал у деревни Папоротно юго-восточнее Чудово. Разбился при вынужденной посадке подбитый двухмоторный Bf 110D из этой же эскадрильи.

'Архангельцы' отразили три атаки силой до роты каждая. Во второй половине дня они контратакой сдвинули заслон гитлеровцев, отрезающий их от тылов, на восток на 600 метров. Этот заслон имел глубину в 150-200 метров и простреливался с двух сторон насквозь. Для его удержания гитлеровцам приходилось пополнять его войска каждый час новым взводом взамен уничтоженного. Бой здесь шёл до глубокой ночи.

В ожесточённом лесном побоище последней недели большие потери понесли советские связисты. Частые повреждения линий связи арт-миномётным огнём всякий раз требовали выходов на их восстановление. В дивизиях 'архангельцев' и 'шахтёров' из строя выбыло по 30 связистов. В дивизиях и бригадах 2-й Ударной армии за этот период выбыло 180 связистов. Большие потери имелись в технике и имуществе связи. Десятки единиц аппаратуры, десятки километров кабеля и шестовых линий гибли под огнём каждые сутки.

Но связь 2-й Ударной армии находилась в надёжных руках. Командующий войсками связи армии генерал Афанасьев из крестьян из-под Волоколамска. Сам лично храбрый. В Первую мировую войну за отвагу получил чин унтер-офицера. Вёл подпольную партработу на фронте. Принимал участие в штурме Зимнего дворца в Петрограде во время Октябрьской революции 1917 года. В Красной Армии с первых дней. В годы Гражданской войны он связист легендарного комдива Чапаева. После гибели Чапаева воевал против Колчака, фон Унгерна, белобандитов, белополяков. Окончил Высшую военную школу Красной Армии и Артиллерийскую академию имени Дзержинского. В 1937 году возглавил Киевское училище связи имени Калинина. Эвакуировал училище в Красноярск. Там из выпускников училища сформировал отдел связи 26-й резервной армии, ставшей затем 2-й Ударной...

В день, когда Линдеманн почти разблокировал свой 'коридор' снабжения, в Крыму на Керченском полуострове 165 000 солдат и офицеров фон Манштейна и румыны при поддержке 8-го Воздушного флота Luftwaffe неожиданно атаковали первую линию войск Крымского фронта Козлова, который располагался крайне невыгодным для обороны образом, готовясь к наступлению. Сражение развивалось драматичным образом не в пользу советских войск. Даже прикомандированный к Козлову начальник Политуправления Красной Армии Мехлис ничего не мог сделать. Дело в том, то большая часть армии Козлова - призывники с Кавказа и из Закавказья...

8 мая десятки напряжённых глаз бойцов 1-го батальона 1247-го стрелкового полка подполковника Дорогова 377-го 'челябинской' стрелковой дивизии из-за брустверов траншеи на восточном фасе 'Волховского рукава' у Михалёво смотрели вдаль в голубое небо. Изгвазданные грязью каски и шинели, красные от ветра и пороха лица красноармейцев, руки цвета земли. 'Челябинцы' наблюдали, как далеко за линией фронта у Дымно шёл воздушный бой. Мелкими мошками крутились самолёты. Где чей? 8 истребителей ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка Дрозда, сопровождая 9 бомбардировщиков Пе-2 на бомбёжку складов в Большом Опочивалово, вступили в схватку с 12 истребителями Bf 109G.

Красноармейцы в окопе по опыту знали, что фашистских 'мошек' там больше. Звуков боя практически не слышно, чуть зудел лишь далекий звон десятков гудящих на предельных оборотах моторов. Изредка за одной из чёрных точек вспухал длинный дымный хвост и она в тишине устремлялась к земле. Иногда в небе мелькал одуванчик парашюта.

Вдруг одна из точек вывалилась из общей свалки и, припадая на одно крыло, теряя высоту, распуская почти прозрачный шлейф, потянулась к передовой у Михалёво. Это истребитель 20-летнего старшего сержанта Зеленского, уроженца Днепропетровска, из-за повреждённого бензобака вышел из боя. Лётчик ранен. По кабине разбрызгалось масло...

- Наш, домой тянет... Бак у него пробило. Бензин прёт... - пробурчал коренастый пожилой боец с припухшими от бессонницы глазами. Он прислонился к сырой стенке окопа и стал наблюдать за боем, приложив козырьком руку к каске.

- Дай-то бог доковыляет... - утёр слезящиеся глаза, сидящий на патронном ящике пулемётчик, набивающий тугой диск для пулемёта ДП, стоящего на сошках в земляной нише рядом.

- А вот и по нашу душу. Ща начнут опять в землю фрицы снарядами закапывать. - показал кивком пожилой боец, на корректировщик 'костыль', появившийся над лесом.

Пулемётчик стал аккуратно выставлять пулемёт на бруствер:

- Ну вот только подлети поближе, гад!

Глаза фашистской артиллерии He 126, он же 'костыль', принялся барражировать вдоль советских позиций, выявляя цели на сегодня: ДЗОТы, землянки, позиции миномётов. Шум мотора, работающего на малых оборотах, то затихал, то нарастал, приближаясь. Затарахтела зенитка 'челябинцев'. Но она далеко - на 800 метров восточнее у КП батальона. Подлецы из-за Трегубово уже начали посылать пристрелочные тяжёлые снаряды. Бу-бум... Ба-бах... Бу-бум... Ба-бах...

Вдруг фашистская траншея у шоссе за рекой Полисть стала куда-то плеваться ружейно-пулемётным огнём. Красноармейцы пригнулись, но не услышали привычного свиста и жужжания пуль. Выглянули. Фрицы палили в небо. А там, разматывая за собой белёсый шлейф уходящего из пробоин бензина, к занятому своей работой 'костылю' подбирался подбитый ЛаГГ-3 старшего сержанта Зеленского. Лётчик быстро понял мизансцену над передним краем советской пехоты и решил не прыгать с парашютом, пока ещё оставалась высота, а спасти своих от расстрела.

- Вот парень, сам-то чуть летит! Куда ты? Домой тяни! - зашептали в траншее.

Очнувшись от ступора, закрутился стрелок в задней кабине 'костыля' и к 'ястребку' тугой нитью потянулась пулемётная трасса. Фрицы в траншее перестали стрелять, боясь задеть своего. В советских траншеях сотни рук побелели, сжав что в них оказалось: винтовки, пулемёты, кисеты, клочья травы с бруствера. ЛаГГ-3, не обращая внимания на огонь фашистского стрелка, довернул нос и окрасил его огнём. Резко прозвучало 'Ду-ду-ду... тррр-ррр-ррр...' Это дунули 'березины' и 'шкасы' 'ястребка'. Трассеры кучно впились в 'костыль'. Полетели в разные стороны куски обшивки. Брызнуло на солнце разбитое остекление кабины He 126. Мастер! На подбитом же самолёте сбил!..

Весь покрытый дырами, 'костыль' на лету ударился как о стену, исторг из пробитых баков облако пламени и быстро, теряя и без того малую высоту, рухнул на нейтралку. Лётчик и стрелок 'костыля' даже не пробовали прыгать с парашютом. Только дымный костёр посреди болотистого поля. Всё произошло за несколько секунд. Счастливый рёв сотен глоток 'Ура-а-а-а!' извергла советская траншея. Фрицы заткнулись, даже не стреляли. ЛаГГ-3 сделал вираж, чтобы не уйти к немцам и, пыля бензином и дымом, чуть качнул крыльями: 'Живи, пехота!' Краснозвёздной тенью скользнув над траншеей, ангел-спаситель 'челябинцев' скрылся за лесом.

Он тянул к Волхову. Но уже нет высоты. Она истрачена на последнюю смертельную атаку. В кабине с разбитым пулями фонарём, забрызганной алыми сгустками крови, молодой украинский парень, зажав слабеющими коленями ручку управления, единственной здоровой рукой размазывал по лицу горячее масло, бьющее из расстрелянного двигателя. Выл, скалился, пытаясь протереть глаза. То проваливаясь от быстрой потери крови в бездну, то выныривая из потустороннего тумана, он шарил рукой по кабине, пытаясь спасти горящий, бьющийся в агонии родной самолёт. Пламя лизало сапоги, но он в горячке не чувствовал. И вот молодой герой улыбнулся бескровными, белыми губами, закинул окровавленную голову и взглянул в небо. И как будто поняв, увидев или услышав оттуда что-то важное, тихо закрыл глаза. Остановилось пламенное сердце советского героя. Ослабевшее тело, будто засыпая, навалилось на ручку. 'Ястребок' убитой птицей, ломая кроны вековых деревьев, рухнул в лес у деревни Кузино. Герой уже не чувствовал как ломалось на куски его молодое тело, рвали его в клочья обломки разлетающегося от удара двигателя, как то, что осталось от 20-летнего красавца-парня навеки спрессовало в один ком с пахнущим порохом железом, как поглотила его мать сыра земля. Так спасали Ленинград!

Самолётная яма пахнет. Она имеет свой тяжёлый запах. Запах гниения и горючего. Это запах подвига, боли, гибели в небе. Странно, да? Погибнуть в чистом, голубом, прозрачном небе, а лежать глубоко в земле в обнимку со своей любимой боевой машиной...

День у пехоты под Михалёво выдался нелёгкий. Озлобленные потерей корректировщика подлецы весь день утюжили советские позиции по площадям из 105-миллиметровых гаубиц, крыли нейтралку и окопы боевого охранения из миномётов, лупили из пулемётов куда попало. Но и этот день великой Волховской битвы подошёл к концу. В сумерках, догорев кучей хлама, чадил у траншей фрицев 'костыль'.

Ворочая в котелке ложкой гречневую кашу с жиром, задумчиво глядя на чёрный маслянистый дымок от обломков корректировщика, пулемётчик со слезящимися глазами сказал:

- А ведь этот день нам лётчик наш подарил, а может и всю жизнь, сколь её ещё нам намерено...

На следующий день продолжилась борьба в полуокружении частей двух полков 'архангельцев' и частей двух полков 'шахтёров' у железной и гатьевой дорог снабжения 'группы Яшке' в 'Волховском рукаве'. Красноармейцы всех родов войск и частей дрались за Ленинград умело, мужественно, до последней возможности. Высокие образцы воинского искусства, составляющие славу советского оружия, являлись скорее нормой, чем исключением. Газета 2-й Ударной армии 'Отвага' и её корреспондент - старший политрук Залилов, он же известный татарский поэт Муса Джалиль, в выпуске в этот день в очередной раз рассказывал о героях Воронове, Ибрагимове, Полякове:

'Артиллерийский расчёт гаубицы-пушки МЛ-20 'Емеля' сержанта Воронова за трое суток уничтожил 3 танка, 3 противотанковых орудия, 2 полевых пушки, 4 ДЗОТа, 8 блиндажей, 11 пулемётных точек, 200 солдат. Расчёт Ибрагимова из батареи 82-миллиметровых миномётов лейтенанта Пехотина, умело меняя позиции, оставаясь невидимым для врага, в одном бою уничтожил 3 огневые точки, повозку с боеприпасами, 11 гитлеровцев. Автоматчик Поляков вместе с товарищем из своих верных ППШ при отражении атаки убили 40 гитлеровцев...'

Организованный вывод войск на Волховский плацдарм продолжился. 2-я Ударная армия своей достойной восхищения борьбой с превосходящими силами врага по-прежнему отвлекала их на себя от осаждённого Ленинграда. В бессильной злобе, не имея возможности помешать выходу армии Власова к Волхову, Luftwaffe разбило мост через Глушицу на узкоколейной железной дороге в 'коридоре' снабжения Власова. Здесь сразу же возник пункт перевалки грузов. В обе стороны за день пошло 90 вагонов, толкаемых специальными командами. Продовольствие и медикаменты Власову продолжали доставлять также по воздуху. На 'дороге жизни' армии Власова труженики фронтовых дорог совершали каждодневный подвиг, порой не менее великий, чем бойцы в бою в траншеях. Шофёр 118-й автосанроты Абульханов, будучи тяжело ранен осколком мины, вывел грузовик с ранеными из опасной зоны и доставил их в госпиталь за 20 километров. Коммунист Логинов из той же автосанроты получил ранение во время погрузки раненых, но не оставил руль и доставил раненых в госпиталь. Комсомолец Меркушев эвакуировал раненых из самой опасной зоны. Осколком мины его ранило - повредило глаза. Почти ничего не видя, он вёл грузовик по дороге более трёх километров по подсказкам санитара и доставил раненых в госпиталь. Так спасали Ленинград!

Ожесточённое противостояние у Волхова в небе продолжалось. В этот день 3 истребителя ЛаГГ-3 из 10-го истребительного авиаполка и два истребителя МиГ-3 из 41-го истребительного авиаполка на глазах всего Волховского плацдарма 25 минут отважно дрались против 16 'лапотников' Ju 87 и 6 'худых' Bf 109F, которые шли бомбить и штурмовать переправы на Волхове. Налёт удалось сорвать, сбить два 'лапотника' и один 'худой'. Подлецам удалось подбить только один МиГ-3. Лётчик выпрыгнул с парашютом.

3/4 потерь 2-й Ударной армии - раненые. Это забота начвоенсанарма-2 - начальника военно-санитарного отдела 2-й Ударной армии генерал-лейтенанта Павловского, армейского хирурга генерала Шрайбера, армейского терапевта полковника Гукасяна. Лечение раненых и возвращение в строй свыше 75 процентов от общего количества поступивших - небывало высокий процент за всю историю войн!

Особое внимание поиску раненых на поле боя. Санитары и помогающие им бойцы действовали самоотверженно, умело, настойчиво. Подвиг медиков стал нормой. Старший сержант медицинской службы комсомолка Борисенко с группой санитаров из 5 человек вынесла из боёв 160 тяжелораненых. Оказывая первую помощь, она сама получила смертельное ранение. Женщин в Красную Армию призывали только в добровольном порядке, благодаря работе, которую вёл комсомол, ОСОАВИАХИМ, профсоюзы, то есть проводили набор добровольцев, необходимость в которых определяло Главное управление формирования и укомплектования Красной армии. При этом желающих всегда было гораздо больше, чем требовалось и действовали жёсткие критерии отбора. В числе советских фронтовых врачей женщин - 41 процент, среди военных хирургов и фельдшеров женщин - 43 процента, среди медицинских сестёр - 100 процентов, среди санинструкторов и санитарок - 40 процентов. Мобилизация женщин обязательная и безусловная, как у мужчин, не проводилась.

В госпиталях для легкораненых, в медсанбатах, в суровых условиях лесисто-болотистой местности помощь оказывали не только легкораненым, но производили и сложные хирургические операции, ведь счёт зачастую шёл на часы. По нескольку суток без сна и отдыха хирурги работали здесь во имя спасения жизней.

Эвакуация раненых по 'дороге жизни' в тыловые госпитали с помощью узкоколейки в район Мясного Бора и совхоза 'Красный ударник' проходила в тяжелейших условиях. Организовывали эвакуацию военврач 2-го ранга Касаткин и замначальника военсанарма по политчасти Крылов. Вагонетки с ранеными перевозились вручную. Чаще ночью. Зачастую под обстрелом. В общей сложности медики вывезли свыше 20 эшелонов - 5000 тысяч раненых. Касаткин погиб смертью храбрых.

Это при капитализме и его крайней стадии фашизме раненый солдат и калека - жмых, отработанный системой материал. Капиталисты, их буржуазные демократии точно так же выбрасывали на социальную помойку работников, получивших травмы на производстве. Солдат - пушечное мясо, рабочий - станочное мясо. Только социализм, большевики могли взять инвалидов на полное обеспечение, а заботу о раненых сделать общенародным делом.

При капитализме на врача учились за свой счёт, и очень немногие могли себе это позволить, а при большевиках врачей учили за счёт государства. Вот так и получилось, что Германский рейх передал в Wehrmacht всего чуть более 2000 дипломированных врачей, в Народный комиссариат здравоохранения СССР передал из системы здравоохранения в Красную Армию до 15 000 молодых врачей выпуска 1941-1942 годов и около 12 000 врачей, окончивших медвузы в довоенные годы. Есть разница в медицинском обеспечении двух этих армий?

На 15 день войны, когда стал ясен масштаб вторжения вражеских полчищ, Народный комиссар здравоохранения СССР Митерёв приказал провести массовую подготовку медицинских сестёр запаса и санитарных дружинниц согласно распоряжению Совета Народных Комиссаров по обеспечению массовой подготовки организациями Красного Креста и Красного Полумесяца медицинских сестёр запаса и санитарных дружинниц. Всего 'встали под ружьё' около 300 000 отлично обученных медицинских сестёр.

Только в воспалённом ненавистью к рабочим и крестьянам мозгу журналистов белогвардейской эмиграции и геббельсовцы Германский рейх имел более развитую систему здравоохранения, чем Советский Союз. Это просто смешно. В смысле медицины для избранных - да, всё в ажуре, но не для народных масс и солдат.

Если в немецких госпиталях подчас оперировали люди без дипломов врача и не знающие азов хирургии, то в тыловых госпиталях 2-й Ударной армии работали крупнейшие военно-полевые хирурги Куприянов, Бакулов, Еланский и другие. Сложнейшие хирургические операции проводил главный хирург Волховского фронта генерал-полковник Вишневский. Около двух месяцев работал в армии известный в стране хирург Юдин. Он оперировал самых тяжёлых раненых.

Доблесть, героизм, глубокой истинное сострадание к страдальцам за Родину проявляли советские люди у коек раненых и в госпиталях. Множество раненых с Волховского фронта, из 2-й Ударной армии поступали в несколько тыловых госпиталей в небольшом посёлке Бокситы в 40 километрах от Тихвина. Здесь работало много женщин, в том числе из посёлка. Добровольно, по велению сердца брали они на себя заботу о раненых, которых поступало немало.

Многим из работниц госпиталей едва исполнилось 16-17 лет. Сутками не уходили девчонки домой, не знали отдыха и сна. Им бы книжки читать, да о парнях вздыхать, но как можно - ведь их любимая советская Родина в опасности! Когда прибывали машины-летучки, женщины и девушки на руках переносили окровавленных раненых мужчин в банное отделение. Там их заботливо мыли, вновь одевали, отправляли в палаты, кормили, писали письма родным. Медработники становились не только исцелители, а заботливыми матерями и нежными сёстрами.

Кому надо попить, кому подушку поправить. Да и судно поднести, а потом вынести. С ложки кормить тоже приходилось. Но зато какими глазами встречали раненые свои ангелов по утрам! А когда начиналась бомбежка и легкораненые уходили в подвал, девушки оставались вместе со своими 'тяжёлыми'. Ведь раненые тяжелее, чем здоровые переживали бомбёжку. Вокруг грохот, всё ходуном ходит, а ты абсолютно беспомощен! Если вдруг санитарки выходили из палаты, раненые начинали волноваться. Но им вредно волноваться! И девушки становилась в простенок между окнами, так их научили раненые, и стояли там до конца бомбёжки под кусками падающей штукатурки и в облаках пыли из стен и полов при ударах неподалёку бомб. Что это: храбрость, легкомыслие, святость?

Хирурга майора медслужбы Семёнову у операционного стола сутками видели. Никто не знал, когда она отдыхает, спит. Сотни бойцов и командиров спасла эта хрупкая женщина с усталыми газами. Раненые о ней сочиняли стихи. Прачка Смирнова выполняла тяжелейшую работу сутками, приговаривая:

- Только живите, сынки, выздоравливайте! Кто домой, так домой, кто обратно, так обратно...

Над госпиталями в обязательном порядке шефствовали школы. Забота о раненых - общенародное дело. Учителя вместе с ребятами приносили раненым свои трогательные скромные подарки, сделанные собственными руками: зверушек, цветы, солдатиков, самолётики. Выступали в палатах с концертами, читали газеты, журналы, дежурили у тяжелораненых. Люди плакали, умилённо глядя на тех пионеров и малышей-октябрят, ради которых шли на смерть. Тысячи командиров и бойцов вернули бокситогорские госпитали Волховскому фронту и 2-й Ударной армии. Остальные госпитали от них не отставали...

10 мая Линдеманн погнал 8 батальонов из групп Яшке и Ванделя, а также свежие части из своего резерва подряд в две ожесточённые 'мясные' атаки от опорного пункта 'Паук' и с западной опушки 'большой поляны'. Главная надежда Ванделя на очередную 'сборную солянку' - 'группу Финке': III батальон 407-го пехотного полка, I и III батальоны 161-го пехотного полка 81-й пехотной дивизии Шоппера, I батальон 505-го пехотного полка 291-й пехотной дивизии Герцога и 291-й сапёрный батальон. Снарядов не жалели. Каждая из фашистский дивизий получала по узкоколейке 'Stern' по 200 снарядов.

Поскольку в небе появились для нанесения удара Ju 87, подлецы вовсю пускали оранжевый дым и синие ракеты, обозначая свой передний край. В сторону 'архангельцев' они яростно стреляли красными ракетами целеуказания. Что ж, есть чего бояться - советские войска - изумительные мастера маскировки. Luftwaffe, теряя ориентиры, частенько задевали свои войска, а иногда и прицельно их бомбили, невзирая на разноцветные дымы и ракеты.

Плотной очередью бомбардировщики Ju 87 с жуткими сиренами один за другим пикировали у лесной железной дороги 'Stern' и у гатьевой дороги на боевые порядки сильно поредевших полков 'шахтёров' стрелковой дивизии Исакова 'Шахтёры' теперь по ним не стреляли - берегли патроны. Свои бомбардировщики истребители стервятников сопровождали без поддержания интервала или дистанции в свободном полёте вокруг них. При действии в тылу, Messerschmitt Bf 109F бросали бомбардировщики и старались сковать советские истребители у аэродромов. От боя на виражах уклонялись. Вели только внезапные атаки на вертикалях, используя преимущество в скорости над ЛаГГ-3 и Як-1. На это советские истребители отвечали построением 'в круг', боевым порядком не тройками, а парами, разбиением боевого порядка на более высоко расположенную сковывающую группу и атакующую группу. Отвечали очень достойно.

Вот финальный ложный заход с сиренами, но без бомб, с одновременным сигналом ракетами. Такой приём вынуждал красноармейцев ещё находиться в укрытиях. Два передовых батальона 'группы Финке', откормленные датским маслом, голландской ветчиной, накачанные французским вином и препаратом 'Pervitin' - III из 161-го пехотного полка и I из 505-го пехотного полка из 291-й пехотной дивизии Герцога, уже карабкалась через завалы.

Солдаты Финке двигались с севера на юг очень браво, пока их не начал косить огнём ДП и 'Максимы' из ДЗОТов, а также отстреливать снайперы-'кукушки' с деревьев. После этого последовала контратака 'шахтёров' с применением ППШ и 'лимонок'. Потеряв убитыми и ранеными 250 солдат, полковая 'группа Финке' остановилась и залегла в глубокие лужи среди изломанных деревьев. Для их поддержки восточнее пошла в атаку 'группа Майнеке' - усиленный I батальон 407-го полка из 121-й пехотной дивизии Ванделя. Здесь им встретились лишь пикеты и подлецы пробрались к дороге, ведущей в тыл к 'Лесопункту'. Проводная связь 'шахтёров' со своим тылом и третьим полком прервалась. Всё-таки окружили! Будь проклят навеки предатель Дикий!

Одновременно навстречу 'группе Финке' и 'группе Майнеке' с юга на север своих солдат погнал в атаку Яшке. Но они не смогли продвинуться, лишь устлали своими мундирами мышиного цвета лесные завалы и кочки. Сражаясь среди болота, воды, трясины, мешанины из брёвен, веток и вражеских трупов, 'шахтёры' и 'архангельцы' смогли сдержать наступление ценой сверхчеловеческих усилий. Но даже храбрецы не могут сражаться, если это выше их сил. Пьяные от шнапса и находящиеся в состоянии наркотического опьянения толпы оккупантов при поддержке танков, Luftwaffe, мощного огня артиллерии и миномётов, оттеснили сильно поредевшие полки 'шахтёров' и 'архангельцев' на 800 метров от своей лесной железной и гатьевой дорог. Оккупанты великому сожалению своими 'мясными штурмами' медленно и верно восстанавливали границы 'Волховского рукава', которые он имел до 29 апреля. С новой силой побоище разгорелось на рубеже ручья Горевой в 1000 метрах от 'Лесопункта'.

'Архангельцы' не сдавались, не бежали перед лицом превосходящих сил, истекая кровью, продолжали удерживать позиции в 2-х километрах западнее 'большой поляны', оставаясь костью в горле Линдеманна. И проглотить не получается, и выплюнуть невозможно. Герои заняли круговую оборону, по-прежнему ограничивая снабжение 'группы Яшке' и 'группы Ванделя' по железной дороге 'Stern'. Заявки на артподдержку и бомбёжку окруженцы передавали по рации. Поддержка оказывалась. Идущих в атаку подлецов раз за разом накрывали залпы 'Катюш'. Окопались 'архангельцы' по особому способу. В болото в два ряда загнали сваи. Концы их торчали над землёй на метр-полтора. К сваям прикрутили проволокой или лозинами жерди-поперечины. Промежуток между двумя стенками набили землёй, торфом. Там, где надо, проделали амбразуры. Если имелось два таких барьера на расстоянии около метра друг от друга, получалась 'болотная траншея'. Дно выстилали лапником, хворостом.

Вечером советские бомбардировщики и штурмовики снова бомбили и штурмовали боевые порядки подлецов у ручья Горевой. Большие потери понёс 121-й разведбатальон 20-й моторизированный дивизии. В 'группе Каттнера' I батальон 504-го пехотного полка сменил штрафной батальон 'Егенпфдорт' и строительную роту 12-й танковой дивизии, понесшие большие потери. I батальон 316-го пехотного полка и рота 204-го сапёрного батальона тоже вышли из боя и отправились в тыл для пополнения.

Пока на коммуникациях Линдеманна в 'Волховском рукаве' шло небывалое побоище, советские сапёры, стройбат, начали строить вторую нитку узкоколейной железной дороги, идущей от паровой мельницы между южной и северной просеками коммуникаций 2-й Ударной армии через реку Полисть и затем снова вдоль центральной просеки. Строились окаймляющие 'дорогу жизни' полевые укрепления фронтом на север и юг. Для обнаружения разведгрупп фашистов советские сапёры начали использовать дрессированных собак. Собаки спускались с поводка и обследовали местность. Обнаружив разведгруппы оккупантов, собаки возвращались и лаем давали сигнал.

В этот день Ju 87 разбомбили один из трёх наплавных мостов через Волхов. Движение через Волхов паромов увеличили и срочно приступили к ремонту моста. В дополнении к наземному транспорту в прежних объёмах продолжалось снабжение Власова по воздуху.


## Глава 15. Майская битва в 'Волховском рукаве'


Утром 11 мая 7-й гвардейская танковая бригада Копцова, которую гитлеровцы называли 'железные дьяволы', закончив эвакуацию и ремонт своих танков, двинула несколько экипажей выручать окружённые 13-й и 261-й полки 'архангельцев' и два полка 376-й 'шахтёрской' стрелковой дивизии. Советские герои в это время с яростными боями медленно отходили к 'Лесопункту', раз за разом уничтожая подразделения подлецов в перемычке кольца окружения, отделяющей их от своих. Прежде всего тут доставалось III батальону 161-го пехотного полка 61-й пехотной дивизии Шайдиза. Когда танки гвардейцев двинулась в бой у ручья Горевой, энтузиазм у гитлеровской пехоты испарился моментально. 29-я танковая бригада тоже закончила эвакуацию застрявших танков Т-34 и смогла направить в бой танки, ранее работавшие тягачами.

Luftwaffe, не имея должного отпора с земли из-за дефицита боеприпасов у окружённых, обнаглели. Не считая других типов самолётов, только Ju 87 в течение дня совершили 141 самолёто-вылет для атаки наземных войск, а также тылов и переправ через Волхов. Лётчики ВВС Волховской группы в борьбе со стервятниками Геринга демонстрировали не только героизм и мужество, но и высочайшую лётную и боевую подготовку. Так экипаж Пе-2Р майора Ляха из 116-й разведэскадрильи, проводя разведку тылов 16-й полевой армии Буша, встретил над Сольцами 7 бомбардировщиков He 111. Ценность пикирующих бомбардировщиков Пе-2 в их быстроходности, маневренности, живучести. Благодаря этим качествам Пе-2 могли действовать без своих истребителей в дневное время даже в условиях превосходства немецкой авиации. При этом Пе-2, особенно освободившись от бомбовой нагрузки, имели возможность принять бой с истребителями Luftwaffe или избежать его, поскольку этот советский бомбардировщик по скорости не уступал истребителю Messerschmitt Bf 109E. Недаром стервятники Геринга считали Пе-2 лучшим советским самолётом в отличии от своей пехоты, которая таковым считала 'чёрную смерть' Ил-2. Вот и в это раз Пе-2Р майора Ляха уклонился от огня подлецов, поднялся в облака, и, спикировав оттуда, метким огнём 12,7-миллиметровых пулемётов УБ поджёг один из бомбардировщиков.

В этот день кризиса в 'Волховском рукаве' Гальдер начал в очередной раз уговаривал Гитлера использовать химическое оружие против партизан в тыловых районах Восточного фронта. Ему ассистировал в этом его адъютант Мюллер-Гиллебранд. Однако химические войска Советского Союза имели настолько высокий потенциал, настолько большие запасы химоружия, и при этом большевики имели Сталина - решительного и опытного руководителя. В случае ответного применения советского химического оружия, собранные для наступления на Кавказ фашистские войска на юге России оказались бы совершенно расстроенными. Более того, Wehrmacht мог вообще оказаться перед лицом разгрома. Гитлер с сожалением снова отказал Гальдеру...

В этот же день командующий Ленинградским фронтом Хозин, как командующий Волховской группой войск тоже, просил у Ставки ВГК для войск на Волхове минимум 100 танков, 3 истребительных и 2 бомбардировочных авиаполка, 20 000 человек пополнения для того, чтобы наконец перерезать 'Волховский рукав'. Но на юге Wehrmacht собирался очень большими силами наступать от Харькова на Воронеж, и все резервы Ставки теперь шли в район Сталинграда. Там пока ещё в глубоком тылу формировались общевойсковые и танковые армии. Хозину Ставка могла дать только треть от запрашиваемого, и то в рассрочку до середины июня. На СССР не работала вся Европа, как на Великогерманский рейх, и большую часть советских мужчин призывного возраста приходилось оставлять на производстве в тылу, тем более, что 80 миллионов светских людей оказалось на оккупированной территории и теперь работали так или иначе на врага. Каждый красноармеец оказался был на счету и стал чрезвычайно ценен. В сложившейся обстановке дальнейшее ведение операций 2-й Ударной армии на фронте Кривино, Коровий Ручей, Красная Горка, Большое Ёглино, Конечки, Филипповичи, Ольховские хутора, Пятилипы, Большое Замошье являлось опасными и от них пришлось отказаться. Поскольку создать достаточно сильную группировку для разгрома оккупантов в районе юго-западнее Спасская Полисть и сохранить выгодное оперативное положение у армии Власова возможностей не имелось, требовалось оставить освобождённую зимой территорию и, сохраняя войска, отвести армию на восток.

В 2:00 сырой ночью 12 мая 8 танков Т-34 из гвардейской танковой бригады Копцова и остатки 58-й 'оренбургской' стрелковой бригады Жильцова прорвали с востока оборону III батальона 161-го пехотного полка в 1000 метрах от 'Лесопункта', прошлись по миномётным позициям и КП, давя оружие и расстреливая бегущих. Для снабжения окруженцев, которые несколько дней не ели, и ещё у их заканчивались боеприпасы и питание рации, по всем частям дивизии 'архангельцев', оставшихся у 'Лесопункта', собрали продовольствие и боеприпасы. В конце концов небольшая штурмовая группа танкистов и 'оренбуржцев' прорвалась к 500 своим боевым товарищам. Пользуясь успехом танкистов, часть 'архангельцев' начали готовится к ночному прорыву из окружения. Собирали у убитых и раненых патроны, гранты. Попортили оставляемое оружие и снаряжение. Доели припасы, допили воду. Закопали в сейфе печать, документы и награды. Расчехлили знамя полка и поставили знамённую группу в боевые порядки. Пуст все знают: знамя и командир впереди. В такие моменты это очень важно.

Окровавленные раненые со слезами на глазах стали говорить, что товарищи их бросят на произвол судьбы, и они попадут в плен к ненавистным фашистам. Но комполка уверенно успокаивал: 'Мы победим и все выйдем из окружения'. Комполка знал, что помощь близка, но прорваться к ним через кольцо фашистов и со стороны своих тылов, и с какой-то другой стороны почти невозможно.

В это же время в 3:00 ночи с востока после сильного, почти ураганного огневого налёта, опытные штурмовые группы 24-й гвардейской стрелковой дивизии с рубежа реки Глушица прорвали оборону подлецов у 'большой поляны' между опорными пунктами 'Паук' и 'Острие'. 'Коридор' снабжения 'группы Яшке' снова перерезан. Захвачены огромные склады. Гвардейцы приблизились к окружённым 'архангельцам' на 200 метров. При этом оккупанты между ними сами оказались в полуокружении и несли большие потери от перекрёстного огня. Теперь участок лесного побоища 'Волховского рукава' западнее 'Лесопункта' представлял собой 'слоёный пирог'. С запада в него вклинились на 1000 метров гвардейцы, затем шли 200 метров зоны гитлеровских войск, затем 1000 метров зоны 'архангельцев', затем снова 700 метров зоны гитлеровских войск, затем около 900 метров вклинения войск Волховской группы с востока. Чуть севернее примерно такая же картина возникла с участием 1248-го и 1250-го полков 367-й стрелковой 'шахтёрской' дивизии Исакова.

Остававшиеся в живых 'архангельцы' пошли в последнюю смертельную ночную атаку. В полной ночной темноте в фашистов стреляли из всего, что осталось, в том числе из ракетниц. Ракеты, попадая в деревья, поджигали их и рассыпали яркие искры. Впечатление это производило сильное, так как не понятно, чем стреляют. Женщины-связистки и раненые из последних сил кричали 'ура!', тем самым оказывая своим хотя бы моральную поддержку. Отчаянный и упорный натиск бесстрашных 'архангельцев' был страшен. И подлый враг не выдержал, побежал. Начался выход из окружения, вынос раненых. Выйти удалось не всем.

Ещё один полк 'архангельцев', севернее, по-прежнему оставался в окружении и приказа на отход не имел. Советские командиры рассчитывали всё-таки пробить нему 'коридор' снабжения и не уходить совсем из 'Волховского рукава'. Территория окружения советских войск за счёт выхода части подразделений на восток сократилась до размера 700 x 700 метров. Оставшиеся в окружении части 13-го стрелкового 'архангельского' полка и не думали сдаваться. Они по радио доложили о недостатке боеприпасов и запросили артподдержку.

Новую советскую атаку с востока на рассвете, сорвали Ju 87. Днём уже до 15 градусов тепла. Местами дождь. Вовсю повылезало комарьё. Окружённые западнее 'Лесопункта' 'шахтёры' и част 'архангельцев', ушедшие в прорыв в 'Волховский рукав' 29 апреля, лишь в небольшом количестве имели у рядового состава ботинки с обмотками, а сержанты и командиры - сапоги. Так и бегали некоторые по воде в валенках, ушанках и тулупах. Красноармейцы походили на комья грязи, страдая от насекомых, желудочных и простудных заболеваний, без снабжения. Но они сражались за свою советскую Родину, защищали завоевания Октября 1917 года, и это придавало им сил и мужества! Командир дивизии 'архангельцев' Лукьянов получил осколочное ранение в ногу. Раненый комдив отказался от перевязки. Без сапога он провёл переговоры по телефону с командирами полков, затем доложил обстановку командарму. После некоторого раздумья командарм всё-таки дал приказ отходить из 'Волховского рукава'.

К обеду 6 танков Копцова опять прорвали с востока фронт окружения, устроенного III батальоном 161-го пехотного полка. I батальон того же полка тем временем отбивался от атаки окружённых советских подразделений с запада. Во второй половине дня 8 советских танков при мощной артподдержке прокатились паровым катком по I батальону 505-го пехотного полка 291-й пехотной дивизии. Подлецы отошли на 300 метров, снова открыв окружённым достаточный 'коридор' для выхода. 'Коридор' держался 8 часов. В контратаку пошли 505-й строительно-сапёрный батальон и 408-я велосипедная рота. В конечном итоге у советских танков кончились боеприпасы и они отошли к 'Лесопункту' - Линдеманн завалил их трупами. Атаку на выручку окруженцев предприняла и 'шахтерская' дивизия. Штурмовую группу в 220 человек через трясину, среди путаницы веток и поваленных стволов деревьев, среди притопленных фашистских трупов, повёл сам комдив Исаков и военком дивизии батальонный комиссар Ланков с автоматами в руках. Бойцы и командиры показывали в лесном бою образцы смелости, решительности и отваги. Это очень важно, когда чаще всего не видишь справа и слева товарищей, как бы остаёшься один. Тут русский клич 'ура!' помогал ориентироваться кто где и что происходит. То тут, то там ближний бой переходил врукопашную. Окружённые 1248-й и 1250-й полки 'шахтёров' нанесли встречный удар. Огонь советской ствольной артиллерии, миномётов и 'Катюш' с Волховского плацдарма достиг ранее невиданной силы. Огненный тайфун гулял по позициям оккупантов. II батальон 1-го полка SS Polizei-Division и I батальон 389-го пехотного полка 81-й пехотной дивизии практически перестали существовать.

Тем временем танки Копцова и 'оренбуржцы' полностью очистили от подлецов берег ручья Горевой и переправились на западный берег. Дальнейшее их продвижение заблокировали бомбёжки и шквальный огонь из более чем 100 орудий среднего калибра, сосредоточенных оккупантами в районе Спасской Полисти, а также огонь миномётов, имеющих теперь непрерывный подвоз мин. Пробить 'коридор' к окружённым товарищам не получилось.

После артподготовки 'архангельцы' снова пошли на прорыв. Штабы окружённых советских батальонов шли в атаку вместе со всеми остальными. Ожесточение нарастало. Ближний бой не раз переходил в рукопашные схватки.

Получив согласие Ставки ВГК относительно вывода войск 2-й Ударной армии из дальней зоны прорыва в тылах группы армий 'Север', командующего Волховской группой Хозин приказал Власову начать вывод с рубежа Кривино, Коровий Ручей, Красная Горка, Большое Еглино, Конечки, Филипповичи, Ольховские хутора, Пятилипы, Большое Замошье. Новый рубеж: Ольховское, Рогачевка, озеро Тигода. Его следовало занять силами двух стрелковых дивизий и двух стрелковых бригад и упорно оборонять.

Остальные две стрелковые дивизии и четыре стрелковые бригады с двумя артполками РГК Хозин приказал Власову сосредоточить в районе Новая Кересть, Кречно для дальнейшего наступления на коммуникации 'Волховского рукава'. Отход войск с занимаемых рубежей предстояло провести скрытно, оставив на позициях отряды прикрытия, усиленные автоматическим оружием и средствами противотанковой обороны. По мере отвода войск следовало создавать противопехотные и противотанковые заграждения на всех маршрутах; дороги, мосты, гати приводить в негодность. Также начинался вывод на Волховский плацдарм в районы Александровская Колония, Горелово, Оттенский, Александровское тыловых частей и учреждений армии Власова, излишки воинского обоза. При войсках оставалось только необходимое для существующей половинной численности. Для обеспечения прохода тылов по маршруту Новая Кересть, Кречно - Мясной Бор от начальника тыла Волховской группы в распоряжение Власова возвращались два сапёрных батальона.

Вот тут до Власова дошло, что 2-ю Ударную армию пополнять не собираются. Роль спасителя Ленинграда и мировая слава ему не светит, а предстоит проверка отступлением и тяжёлой борьбой за свои коммуникации весьма ослабленными силами. То есть предстояло не красоваться перед французскими и английскими журналистками, а тяжело работать под прицелом критики сверху. Фортуна троцкиста-карьериста, которая последние годы бойко неслась вскачь, таки дала сбой:

В этот день в 1800 километрах южнее, после часовой артподготовки войска Юго-Западного фронта Тимошенко перешли в наступление на Харьков. Wehrmacht готовился к 18 мая наступать на Кавказ. Но Тимошенко поломал планы и графики Гитлера. Его войска, быстро прорвав оборону, поставили 6-ю полевую армию Паулюса в тяжёлое положение. Паулюс отступал под ударами Тимошенко и его армия находилась в критическом положении. 42 дивизий Тимошенко против 100 дивизий группы армий Юг. Но только пух от Паулюса полетел!

В ночь на 13 мая советская артиллерия вновь повторила мощный артналёт с участием 'Катюш'. Советская танковая атака снова пробила оборону III батальона 161-го полка. Только ввод в бой фашистских резервов заставил танки отойти на исходную позицию.

На восточном фасе Волховского рукава в полосе обороны 215-й пехотной дивизии Книза подлецы обстреливали артиллерией и миномётами подразделения 377-й стрелковый дивизии Цаликова, укрепляющих свои позиции. По всему стало понятно: европейская промышленность сильно нарастила производство боеприпасов. Советская артиллерийская группировка в ответ вела огонь по опорным пунктам Коляжка, Трегубова, по северной части 'крепости Спасская Полисть', а также по другим позициям 'группы Каттнера' в 'Волховском рукаве'.

Состоялось ещё нескольких кровопролитных боёв, прежде чем 2-недельное лесное побоище в 'Волховском рукаве' закончилось. Беспримерным натиском отважные бойцы и командиры 13-го стрелкового 'архангельского' полка вышли к своим. Враг захватил только 250 обессиленных и израненных советских героев. Линдеманну досталось не много исправных трофеев, зато он получил 10 400 убитых и раненых своих солдат, из них 3500 трупов. Не помогли им ни 'Pervitin', ни датское масло, ни голландская ветчина, ни французское вино.

В этих майских боях начал проявляться талант 18-летнего защитника Советской родины Харченко из Архангельской области - знатного снайпера 13-го 'архангельского' стрелкового полка, одного из лучших снайперов войны.

Росточку небольшого, мастер на все руки, красивый, голубоглазый украинец. Он очень хорошо рисовал. Талантливый человек талантлив во всём! Веселый, общительный. Открытый характер, добрая улыбка, отзывчивость, обострённое чувство товарищества. Когда началась война, ему ещё не исполнилось 18 лет. На фронт не брали. Пытался удрать на фронт с военным эшелоном. Призвали только в марте 1942 года и сразу с 'корабля на бал'. В полку у прибывшего поинтересовались:

- Что умеешь?

- Сапожничать! - ответил Федя.

- Ну и прекрасно! Будешь сапожничать!

Пехот ногами воюет и работы хватало. Выкраивая время между починкой сапог, боец досконально изучил пулемёты и выпросил назначение в пулемётный расчёт. В первом же бою Харченко заменил погибшего пулемётчика и геройски отбил атаку. Так же смело, решительно и находчиво проявил он себя и в последующих боях. Любое оружие в руках Харченко - грозная сила. Когда пулемёт в его руках - смерть гуляет среди фашистов. Направленная его рукой граната обязательно найдёт цель.

- Убитый на Волхове фашист не встанет под Ленинградом! - любил приговаривать отважный паренёк.

Смелый до дерзости и в то же время продуманно осторожный и ловкий, он хотел истребить целый батальон фашистов. Решил изучить снайперскую винтовку. У него к ней оказался необычайный талант: быстро научился бить без промаха и стал одним из лучших снайперов фронта. За май 120 убитых оккупантов. Фёдор стал любимцем не только своего батальона, где его выбрали комсоргом, но и всей армии.

К великому сожалению, срезать 'Волховский рукав' и обезопасить коммуникации 2-й Ударной армии не удалось, хотя стрелка весов в этом лесном побоище с 29 апреля по 13 мая колебалась долго. 'Группы Яшке' всё это время находилось в окружении или полуокружении и не могла препятствовать выходу войск Власова на Волховский плацдарм. В ходе лесного побоища, продолжавшегося 12 дней и 13 ночей без перерыва 'группа Яшке' и 'группа Ванделя' понесли тяжёлые потери от действий Т-34, автоматчиков с ППШ, снайперов 'кукушек', бомбардировщиков и штурмовиков, огня тяжёлой артиллерии и 'Катюш'. Всего Линдеманн потеряла здесь более 10 000 солдат.

В 'группе Яшке' после лесного побоища только 1 батальон из 35 находился в среднем - состоянии 'mittelstarkes'. 17 других батальонов являлись выдохшимися - 'durchschnitt'. 7 слабыми - 'schwache'. 6 истощёнными - 'abgekampfte'. 5 полностью разбитыми, численностью от 14 до 35 человек. Тяжёлого пехотного вооружения: станковых пулемётов, тяжёлых миномётов и противотанковых орудий в них осталось считанные единицы. Подлецы оказались полностью измотанными и больше не могли выдерживать советские танковые атаки. К великому сожалению, спустя 14 суток после первого окружения 'группа Яшке' на базе 20-й моторизованной дивизии снова стала получить более менее полноценное снабжение. Теперь следовало ожидать оживления действий Яшка против 'коридора' снабжения Власова. Зато 'группа Вюнненберга' вообще перестала существовать. Её остатки влились в 'группу Ванделя' на базе 61-й пехотной дивизии.

Потери советской стороны убитыми 1800 человек, ранеными 3400, пропавшими без вести, то есть по большей части теми же ранеными, но попавшими не в свои медсанбаты - 3200, пленными 450 человек. Среди пленных подонок и негодяй майор Дикий и некоторые другие перебежчики.

Везде невыносимые мириады комаров. Яйца, личинки и куколки комаров развивались в неглубоких, хорошо прогреваемых водоёмах, начиная от луж, и даже в затопленных строениях. Первый массовый вылет этих насекомых произошёл при достижении среднесуточной температурой воздуха 4-8 градусов тепла без ночных заморозков, то есть начиная с 3 мая. В активную фазу комары вступили при температуре выше 12 градусов тепла, то есть с 12 мая. Вылетевшие с зимовки самки сразу приступили к размножению. Когда соблюдаются необходимые условия - высокая температура воздуха, влажность и наличие мелких прогретых водоёмов, комариный молодняк развивается очень быстро - всего за несколько суток. Поэтому атаки комаров, особенно назойливые ближе к вечеру, начались на Волхове уже со второй декады мая, обещая достичь максимума в июне. В это время местные жители вообще обычно в лес не ходили.

Советское хлопчатобумажное обмундирование, в котором хорошо дышало тело и которое отлично подходило для стирки, чего не скажешь о немецкой форме из полностью шерстяной ткани, от комаров не спасало. Красноармейцам из-за комаров приходилось оставаться в шинелях и даже зимних шапках с опущенными ушами. Гитлеровцы получили от европейских снабженцев чёрные противомоскитные сетки на головные уборы, перчатки и японскую мазь от москитов. Этого на всех не хватало но хоть что-то.

После лютой зимы оккупанты опять начали стонать перед начальством и жаловаться родным. Wehrmacht опять не мог нормально воевать. Плохому танцору всё время что-то мешало! За пределами главных дорог - никаких возможностей для передвижения. Дороги ведут только до полковых КП, а потом, если повезёт - требовалось шагать по настилу из брёвен. Советская артиллерия и миномёты эти дороги сразу хорошо пристреливали и непрерывно срывали по ним движение, нанося больше потери в людях и снаряжении. Снаряды довольно часто разбивали брёвна на настилах, после чего их с большими усилиями приходилось ремонтировать или менять. От главных маршрутов оккупантов разбегались 'вельветовые' дорожки из жердей к позициям, которые устраивали где только можно: на небольших островках из песка и земли, на настилах поверх болота. Из-за испарений дышалось тяжело. Но хуже всего - комары. Они кружились целыми тучами, не давали ни секунды покоя, и скрыться от них не получалось. 'Волховские джунгли' назвали оккупанты свои позиции.

После боёв, по принятому в Красной Армии порядку, красноармейцам и их командирам полагалась баня. Как и в других частях и соединениях 'архангельцы' после лесного побоища на коммуникациях оккупантов выстроили бани и затопили их несмотря на то, что дым просматривался на многие километры. Гитлеровцы по своему подлому обычаю обстреляли район дымов из орудий. Но лучше полчаса лежать голым на кочках, пока не прекратится артобстрел, чем жить, а тем более умирать грязным!

Из-за того, что не удалось полностью ликвидировать южную часть 'Волховского рукава' с железной дорогой 'Stern' в качестве хребта, 'коридор' снабжения Власова снова находилось под угрозой. Ставка своей директивой No.00120 от 13 мая торопила Хозина с отводом армии Власова на рубеж Ольховка - река Рогавка - Финёв Луг. Теперь этот рубеж становился не конечным пунктом отхода, а промежуточным, поскольку для его удержания требовалось не менее 5 полноправных дивизий, которых 2-я Ударная армия не имела. Ставка ВГК приняла решение вывести армию Власова на Волховский плацдарм всю.

Разведдозоры 254-й пехотной дивизии почти сразу заметили отход 25-й 'харьковской' курсантской стрелковой бригады подполковника Шелудько от хутора Красная Горка. 'Харьковчанам' пришлось оставлять отлично оборудованные позиции: 150 блиндажей и ДЗОТов, километры дорожных настилов.

Подполковник Шелудько в Красной армии с лета 1919 года. Украинец. Доброволец. Сам лично храбрый. Как комвзвода Черкасского кавполка воевал против Деникина и Шкуро под Черниковым и Врангеля под Перекопом. Воевал против Польши. Коммунист. Воевал против Махно. Ранен. Без отрыва от службы закончил курсы старшего комсостава в Виннице, учился в Киевской военной школе, на курсах 'Выстрел'. Как начштаба 80-го кавполка сражался с басмаческими бандами в Таджикистане. Награждён. Закончил Военную академию Фрунзе. Во время Финского похода Красной Армии начальник штаба 56-й стрелковой дивизии. Награждён. С июня 1941 года командир 20-й Московской стрелковой дивизии народного ополчения, затем командир 279-й стрелковой дивизии. Участник разгрома в сентябре 1941 года 80-й пехотной дивизии на реке Десна. Захватил пленных, артиллерию. Награждён. Защищал Тулу от Гудериана. После геройской гибели генерала Панфилова назначен командиром 'панфиловской' стрелковой дивизией в битве за Москву. Громил группу армий 'Центр' во время контрнаступления. В конце года принял командование над 25-й отдельной 'харьковской' курсантской бригадой. За бой на Волхове снова награждён.

254-я пехотная дивизия Кёллинга нашла себе на свою голову в лице 'харьковской' опытного и смелого врага, прославляющего своими действиями советское оружие. Сдерживать убийц Кёллинга остались снайперы, диверсионно-разведывательные группы. Им предстояло много крови попортить оккупантам. В помощь минные поля. В этих боях красноармейцы, командиры и политруки 'харьковчан' показали себя во всём блеске, как упорные и умелые лесные бойцы, мастера арьергардных сражений. Днём они яростно сражались, ночью мастерски ретировались.

Поняв, что армия Власова начинает выходить из опасного положения прикрываясь арьергардами, Линдеманн и Буш бросились атаковать со всех сторон, чтобы уничтожить как можно больше людей на марше. Гитлер ещё в середине марта приказал своим церберам провести операцию 'Raubtier' - окружить 2-ю Ударную армию в тылу группы армии 'Север'. Но прошло уже 2 месяца после победных реляций и распития шампанского по поводу окружения 2-й Ударной армии, а окружение до сих пор не завершено, а часть 2-й Ударной армии уже вышла - главные ударные соединения. Теперь выходит вторая половина, да ещё местные жители с ними! Так можно и с генеральских должностей послетать! Срочно требовалось проведение операции 'Raubtier II'. А пока - в погоню!

Для преследования 'харьковчан' 291-ю пехотную дивизию пополнили остатками сводного батальона в количестве 250 человек, взводом сапёров, новобранцами в количестве 50 человек, остатками SS Polizei-Division. Оставшиеся лишь как значки на карте четыре батальона 1-го полка SS Polizei-Division вошли в подчинение 254-пехотной дивизии, но участие в боях принимать они уже не могли по причине своей крайней малочисленности. Служить заградотрядами и добивать раненых - это да, это для бывших полицейских. Для переброски снабжения по ужасной местности - болота, кустарники, лес и мириады комаров, Кёллинг использовал более 300 носильщиков 'хиви'. Оккупантам теперь требовалось по 8 часов нести на себе тяжелораненых назад через болото, по минным полям, по колено в грязи. Да ещё каждое мгновение надо следить, чтобы не сбиться со следа, иначе взлетишь на воздух на мине. В результате раненые неделями лежали на перевязочном пункте Лисино, никому не нужные, получая сепсис и гангрену. 'Ничего, фрау ещё нарожают!'

13 мая английское радио сообщило, что готовится новый штурм Ленинграда. После этого Генштаб на всякий случай начал перенаправлять часть боеприпасов и пополнения, предназначенных для Волховской группы войск, в Ленинград. Так англичане помогли фон Кюхлеру дополнительно ослабить Волховскую группу, к которой относилась и армия Власова. Не радовало подлецов-гитлеровцев и подлецов-англичан идущее на юге мощное советское наступление, которое повёл Тимошенко, обходя Харьков и громя войска 6-й полевой армии Паулюса. Этим Тимошенко срывал первоначальные планы весеннего наступления Гитлера от Харькова и Донбасса на Кавказ и Сталинград. Поразительнее всего в этой ситуации под Харьковом оказалось то, что Тимошенко успешно наступал, имея вполовину меньше войск, чем фашисты.

В ночь на 14 мая на восточном фасе 'Волховского рукава' в полосе 215-й дивизии напротив участка 'группы Маркс' у Трегубова сапёры 377-й 'челябинской' стрелковой дивизии заготовили вдоль реки Полисть много брёвен для строительства переправ. Здесь явно что-то опять затевалось. На восточном фасе 'Волховского рукава' последовала новая атака штурмовых групп 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии через ручей Горевой от Мостков против 'группы Яшке'. Luftwaffe ограничилось одним слабым авианалётом. Хотя атака 'алтайцев' успеха не имела, она заставила Яшке и Венделя медлить с переброской своих основных сил южнее к коммуникациям Власова, невзирая на гневные окрики из ставки Гитлера. Во второй половине дня советская тяжёлая артиллерия нанесла удар по шоссе в районе Холопьей Полисти, где скопились колонны снабжения и маршевое пополнению из Чудово для 'Волховского рукава'. Тем временем центральная дорога снабжения Власова и узкоколейка работали в интенсивном режиме. Шёл вывод войск и тылов согласно приказа Ставки ВГК.

Оккупанты в связи с потеплением массово страдали от дизентерии. 'Генерала Грязь' постепенно сменял 'генерал Понос'. На Кубани казаки говорили обычно в адрес недоброжелателя: 'Чтоб ты срал не преставая!' Видимо кто-то из кубанцев это пожалел и группе армий 'Север'. Санитарные потери 'самой сильной армии Европы' в Волховской битве порой равнялись санитарными потерям от обморожений в декабре-марте - иногда до 1/10 подразделений в сутки! Дизентерия массово косила 'болотных солдат' Линдеманна почище химического или бактериологического оружия. Она изматывала, обезвоживала любой, даже самый сильный организм за неделю. Русская земля будто живое существо, сначала распутицей, потом морозами, потом снова распутицей, и вот даже дизентерией, старалась помочь своим мужественным сынам и дочерям одолеть подлого и лютого врага! Сплошная вроде бы мистика, если не принимать во внимание то, как капиталисты в принципе относились к людям. Вместо того, чтобы решить проблему питьевой воды и отхожих мест, трупов и лекарств, военный преступник Линдеманн реагировал на проблему своеобразно:

- Пускай солдат страдает в отхожем месте, но он сможет обратить эту ярость против неприятеля!

Wehrmacht и SS уж начали отправлять 'дизентерийщиков' в тыл, даже во Францию, сотнями в неделю. Во Франции для больных желудочно-кишечными болезнями начали сформировать специальную 165-я резервную дивизию, единственной в своём роде. Туда не набирали новобранцев, а переводили солдат с передовой. Подобные полки и батальоны уже существами при тыловых штабах групп войск и армий. Теперь вот отдельная 'поносная' дивизия. Тех, у кого на фронте оказалось напрочь погублено здоровье. Тех, кто заработал гастриты, колиты, расстройства желудочно-кишечного тракта, язвы желудка. Бедолаг и не лечили, и не комиссовали. В Красной Армии больных людей либо лечили в госпиталях, либо увольняли со службы. Такого издевательства даже в английской армии не было. Вот как воевал Wehrmacht!

Генерал Вандель тоже не избежал 'болезни грязных рук'. Перемещаясь по расположению своих войск в 'Волховском рукаве', он еле тащился, постоянно застревая на месте, спотыкаясь о каждую мелкую кочку, отменяя свои едва принятые решения, и ко всему прочему обуреваемый своими личными смехотворными проблемами, самой значительной их которых на протяжении всего лесного побоища были проблемы работы его кишечника! Тягостно было смотреть, как командующий группой в самый разгар сражений буквально целиком погружался в ничтожные разговоры о своих болячках. Всех офицеров и солдат в 'Волховском рукаве' мучил страшный понос, и что с того! Что за проблема добежать до ближайшего редкого в степи куста, и все дела! Спустя минуты три, облегчившись и затянув ремень на одну лишнюю дырку, 'дизентерийщики' напевая, вставали обратно в строй! Но Вандель наводнял свои письма жалобами о своих кишечных затруднениях...

Советские бойцы, как и оккупанты конечно тоже болели дизентерией. Медсанбаты в отсутствии тогда в войсках антибиотиков лечили дизентерию вирусами-бактериофагами Тбилисского НИИ вакцин и сывороток имени Элиавы. Больные сидели на одних сухарях и рисовом отваре. Однако быстрое и действенное лечение подсказали местные жители и партизаны. На болоте, лучше у соснового борка, где люди не ходили, следовало вырыть ямку. Когда она заполнялась просочившейся водой, следовало выпить кружку этой воды и идти спать. Когда люди пили такую замшелую воду, казалось, что пьют мелко битое стекло, так ощущалось, так драло рот и горло. Утром ещё следовал выпить кружку целебной воды. Всё! Дизентерию как рукой снимало! Оказывается, в отфильтрованной болотной воде имелся естественный болотный Penicillin! Его производила для своей защиты зелёная плесень Penicillum. Что для русского хорошо, немцу - смерть! Ну и конечно, в тяжёлых случаях обезвоживая, бойцов отправляли в медсанбат и далее в госпиталь.

Очень трудно было поддерживать санитарное состояние при жизни в лесных лагерях среди болот. Самое лучшее обиталище - землянка. Но из-за болотистого грунта и половодья построить её удавалось не всегда. Кроме того, во время переходов или при смене позиций на такие трудоёмкие работы не хватало времени и сил. Поэтому советские войска на передовой по-прежнему размещались по большей части в землянках, шалашах-'чумах' и шалашах-'ярангах'. Палатки - прерогатива штабов и тылов, начиная с уровня полка и выше.

Конусообразный шалаш из еловых лапок - 'еловый чум' - сооружается в два счёта, хотя тепло держал хуже землянки, и от пуль слабая защита. С костром перед шалашом тоже проблемы. Густая лесная чаща укрывает только частично. Если костёр под открытым небом, то высоко поднимается столб дыма. Отличный ориентир для артиллерии и миномётов. И авиация может нагрянуть... 'Еловая яранга' - более совершенное в этом отношении и внушительное сооружение. В основании квадрат 5 x 5 или 6 x 6 метров, или круг с таким диаметром. Высота 3-4 метра, верх куполообразный. Материал - жерди и еловые лапки. Костёр разводится внутри.

Дым днём надёжно маскируется. Он не поднимается вверх столбом, а медленно рассеивается, расползается по лесу на значительной площади и слабо заметен издали. Ночью пламя костра 'яранга' скрывает от вражеских наблюдателей. В 'яранге' готовят горячую пищу на взвод, а то и роту, кипятят чай и хвойный отвар. Здесь у большого костра могут одновременно обогреваться и сушиться 20-30 бойцов. 'Яранга' заменяет на переднем крае 'красный уголок' и клуб. Здесь ставят бочку, кидают в неё раскалённые капни и моются. Так спасаются от дизентерии. Этого нет у немцев, этого нет в уставах. Это то, что вождь трудового народа всей планеты Ленин назвал творчество масс...

Остатки 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии Ларичева получили приказ оставить Коровий Ручей и начать отход. Ларичеву предстояло выйти по 'дороге жизни' Новая Кересть, Конечно - Мясной Бор к Волхову. Справа от него начали отход остатки 22-й 'харьковской' стрелковой бригады. Между ними у Червинской Деревни - отходили остатки 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии. Пополнение больше на поступало. Особенно ухудшилось положение с комсоставом во взводах. Во главе взводов вставали сержанты и младшие политруки. Но и их становилось всё меньше. Штаб Волховского направления создал краткие курсы по подготовке комвзводов из сержантов и отличившихся бойцов. По окончании слушателям предполагалось присвоить звания младших лейтенантов.

Бомбардировщики Luftwaffe над 2-й Ударной армией практически не появлялись. Действовали только разведчики. Все усилия авиагрупп этого участка фронта притянуло мощное наступлении войск 54-й армии Федюнинского севернее Любани через реку Чагода в направлении Малиновка. Из 320 самолёто-пролётов на участке всего Волховского направления в этот день 178 самолёто-пролётов пришлись на войска Федюнинского у Чагоды. Подлецы обычно бомбили группами по 10-12 самолётов под прикрытием истребителей, но в дни более активных действий число самолётов в группе увеличивалось до 25 и более, концентрируясь на наиболее важных участках. Типовая тактика Luftwaffe с первого дня вероломного нападения в духе теории 'Blitzkrieg'.

15 мая Хозин доложил Ставке ВГК план последовательного отвода 2-й Ударной армии в 10-дневный срок с рубежа Новая Деревня, Ручьи, Коровий ручей, Красная Горка, платформа Ёглино, Веретье, Остров, Паншино, Финёв Луг, Глухая Кересть. Начальник штаба 2-й Ударной армии полковник Виноградов разработал оперативный план отхода в течении 10 дней. План утвердил Власов, а затем Хозин.

Для управление войсками на каждом рубеже строилось по 2-3 выносных пункта управления армии - ВПУ. Помимо радиосвязи от ВПУ создавалась двухпроводная система телефонной и телеграфной связи с дивизиями и бригадами. У тех ещё выстраивалась связь напрямую между собой. Это давало бесперебойное управление войсками. Вот только проходимость дорог для отходящих войск и проблемы со снабжением из-за распутицы Виноградов и Власов должным образом не учли.

На КП армии Власова, который располагался у деревни Ольховка, состоялось заседание Военного совета армии. На него пригласили командиров и комиссаров частей и соединений. Объявили о выводе армии у Волхову, представили план отвода по времени, этапам и рубежам, установили сигналы отхода - зажжение пожаров в первой линии, кодированное слово - 'Вперёд'. После получения сигналов требовалось, оставив прикрытие и создав боевые группы для арьергардных боёв, маршем проследовать на пункты 1-го промежуточного рубежа, а частью подразделений занять 2-й рубеж на линии Ольховки. В этом районе надлежало пропустить отходящие части, и с арьергардными боями пройти основной рубеж в районе Финёва Луга, после чего выйти через 'коридор' в районе Мясного Бора на 'Волховский плацдарм'. Это называлось 'перекатом'.

Тем временем все прежние зимние дороги по-прежнему заливала вода - для гужевого и автотранспорта они непроходимы. Да и транспорта у отходящих частей не осталось толком. Грузовики без бензина, лошадей по большей части потеряли в боях или съели. Теперь требовалось без лошадей перетаскивать орудия и передки с одной позиции на другую. Раненых выносить на себе, боеприпасы - на себе. Единственный ходок по грязи - трактор 'Сталинец-65'. Их в армии у артиллеристов имелось более 75 штук. Но этого мало. Один трактор мог конечно тащить поезд из десятка лёгких орудий и передков, или столько же груженых повозок, но тракторов имелось немного и горючего для них тоже. Кроме того, понимая важность этих машин, Luftwaffe и артиллерия подлецов охотилось за 'Сталинцами' как браконьеры за слонами. Для того, чтобы глушить звук, бойцы придумали надевать на выхлопную трубу трактора глушитель из мокрого валенка.

Кроме срыва плана вывода, бездорожье срывало снабжение продуктами и боеприпасами. Продукты люди несли на себе по 20-35 километров. Бойцы отходящих частей настилали деревянные дороги по болотам; но это давалось с большим трудом, так как от недоедания красноармейцы слабели. Самолёты сбрасывали мешки с сухарями, но собирали их с трудом. Вдобавок не имелось соли. Если везло, добывали лося или кабана. Отчасти выручала рыба и грибы. Но без соли организм работает всё хуже. Если резко и полностью отказаться от соли, то возникает тошнота, головная и мышечная боль, головокружения, судороги, падает давление, почки плохо выводят отходы и поддержании нормального уровня жидкости в организме. Кроме всего прочего люди уже болели цингой. Хорошо хоть, что медики научили делать настой из сосновой и еловой хвои. Напиток бойцы пили с удовольствием. Для борьбы с цингой также пили сок берёзы, ели молодую крапиву. Человек может многое выдержать, если настроится. Но вот 15 мая из-за удалённости тылов, сложности с доставкой выдача в войсках мяса, сахара, водки и табака совсем прекратилась. Для заядлых курильщиков это как нож в сердце.

Беспокоили вши, которые тоже стали союзниками фашистов. Вести действенную борьбу со вшами в болотах оказалось не просто. Но удивительно, в этой сложнейшей обстановке нытиков нашлось не много. Мечтательно вспоминали о довоенной жизни, как хорошо бывало в бесплатных домах отдыха и санаториях, как там отлично кормили, какие при заводах работали почти бесплатные столовые.

Бытовые условия подавляющего большинства советских людей большевики подняли до стандартов развитых стран при отсутствии в СССР безработицы и бездомности, присущей этим странам. Для большевиков человек главная ценность. Налоги с населения составляли всего около 7 процентов доходной части бюджета СССР, а на 92 процента доходная часть бюджета формировалась за счёт платежей самих предприятий, так как последние принадлежали государству. Во всех республиках СССР обеспечение жильём - конституционное право, которое гарантировалось государством. Государство через местные советы и предприятия предоставляло жильё бесплатно в вечное пользование. Выселение без предоставления равноценного жилья запрещал закон. Бездомности как социального явления в СССР не существовало. Люди если и стояли в очереди, то не за жильём, а за его улучшением. В 1941 году общая площадь городского жилищного фонда в СССР более, чем вдвое превзошла жилищный фонд царской России. Во всех республиках основную массу расходов по содержанию жилья несло государство. На 1 копейку взимаемой с жильцов платы государство доплачивало 6 своих. В семейном бюджете расходы по оплате квартир со всеми коммунальными услугами составляло не более 3 процентов.

Кроме общего жилья, во всех советских республиках строили своё жильё и несли расходы на его содержание предприятия и ведомства. Они зачастую формировали социальную среду городов, даже обеспечивали город водой, теплом, канализацией, баней и прачечной. Предоставляемое предприятиями жильё не обязывало работника продолжать работу на данном предприятии. Никакого крепостничества. Человек мог менять работу с сохранением жилья. Помогали предприятия и индивидуальным застройщикам, которые строили себе дома сами.

Многие колхозы и совхозы обеспечивали своих работников бесплатным питанием или питание с частичной доплатой. На многих предприятиях получали бесплатное питание рабочие ночных смен, а также рабочие при выполнении сверхурочных работ. Заводская столовая составляла важную часть советских заводов фабрик. Все предприятия давали дотации своим столовым. Качество питания в заводских и ведомственных столовых всегда оказывалось намного выше, чем в столовых открытого доступа при значительно более низких ценах. Хлеб, как правило, бесплатный, часто совсем бесплатные лук или капуста. Большинство граждан понимало, что существовавший порядок предоставления и содержания жилья связан с большевизмом, социальным строем, с национальной политикой. Им было за что сражаться и проливать кровь в борьбе с частными собственниками.

Вот сейчас капиталисты засыпали красноармейцев листовками, призывали убивать командиров, комиссаров и переходить к 'буржуинам'. Стали взывать и к командирам сдаваться самим. В свою очередь советские самолёты сбрасывали листовки за подписью главы Советского государства Калинина и политуправления фронта с призывами стойко держаться до конца и заверениями, что страна поможет. На это крепко надеялись.

Как предать свою страну, в которой, к примеру, бесплатное здравоохранение во всех республиках СССР. Оно ведь не упало с неба от Иисуса Христа, оно воспринималось в общественном сознании как великое завоевание революции и партии большевиков. Обеспечение врачами в СССР на 10 000 населения в 1940 году составляло 7,9 врача, в Советской России 8,2 врача, на Советской Украине 8,4 врача. Бесплатно. Для сравнения - 1913 году в царской России на 10 000 населения имелось всего и 1,8 врача. Платно. В результате среди малолетних детей каждый третий умирал, не дожив до года. На огромных территориях, которые относились к окраинам России, здравоохранение отсутствовало. Так при царе на всей территории Казахстана, где проживало 5,6 миллиона человек, имелось всего платных 196 врачей. Уже через несколько дней после Октябрьского переворота, когда у молодого, только что возникшего государства имелось множество чрезвычайно важных забот и, казалось бы, затруднительно найти время для разрешения проблемы здравоохранения, правительство Ленина принимает декрет 'О бесплатной передаче больничным кассам всех лечебных учреждений, предприятий или, в случае неимения таковых, о выдаче денежных сумм на оборудование их'. Важнейший государственный акт, равных которому по своей социальной значимости история человечества до этого не знала. В июле 1918 года декретом Ленина создаётся Народный Комиссариат здравоохранения Советской России.

На крупных предприятиях СССР в 30-е году работали уже целые заводские поликлиники с врачами разных направлений, в том числе зубными врачами, которые лечили бесплатно, в том числе проводили протезирование. Предприятия и ведомства также имели санатории, профилактории, базы отдыха и пионерские лагеря, которые, как правило, размещались в живописнейших местах как в области или крае, где находится предприятие, так и в горах или на морских побережьях во всех республиках СССР. Путёвки туда бесплатные или за мизерную плату. Их в основном получали все желающие, так как предприятии делились путёвками друг с другом. В результате завоеваний социалистической революции к 1940 году общая смертность населения по сравнению с 1913 годом снизилась на 39 процентов, детская смертность - на 33 процента.

И вдруг в 1936 году по словам бесноватого Геббельса и чеченского сказочника Авторханова в СССР большевики развязывают 'Большой террор', когда безо всяких причин количество заключённых и расстрелянных в 25 раз превосходит количество заключённых и расстрелянных в самые острые моменты классовой борьбы: в Гражданскую войну - интервенцию и при раскулачивании. Да ещё всё это секретно и про это советские люди не знают. Только Геббельс и Авторханов знают. В листовках пишут, по радио вещают о десятках миллионах репрессированных. Понятно-же, что это фантастика уровня Жюль Верна и Герберта Уэллса. Политическая фантастика.

А советские детские сады и школы?! Вроде бы по словам фашистов большевики людоеды и миллионы невинно убитых где-то кучами лежат, но чу, вдруг параллельно такая забота о малышах, о детях, и она считалась святой обязанностью всех советских людей, всей партии большевиков. Они проявляли о детях особую, трепетную заботу. При большевиках 87 процентов расходов по содержанию ребёнка в детских садах и яслях оплачивалось из бюджета государства. Детские сады являлись государственными, воспитывали детей, обеспечивая им всестороннее развитие. Ещё в 1928 году начал издаваться методический журнал 'Дошкольное воспитание'. В довоенное время выработали твёрдые принципы, стройную систему дошкольного воспитания. Работа строилась на научной основе. Кроме городских и сельских детсадов, свои детские сады имели 80 процентов предприятий республик СССР. Многие ведомственные и заводские детские сады отличались прямо-таки роскошным содержанием и являлись предметом гордости рабочего коллектива. В принадлежащие предприятиям детские сады и ясли принимали не только детей работников, но и жителей района. В 1940 году в СССР имелось 46 031 детских садов и яслей-садов, в Российской империи в 1914 году всего 177. С началом Великой Отечественной в войны число детских садов продолжало расти. Только в РСФСР в 1941 году насчитывалось 14 335 детских садов для 723 400 детей. Летние 'детские площадки' в колхозах в 1942 году воспитывали в РСФСР 798 000 детей.

В социальной сфере народы СССР оказались защищены, как ни в одной стране мира. Всё это не упало с неба от Иисуса Христа, это всё великое завоевание социалистической революции и большевиков, результат индустриализации-коллективизации. В общем, было за что сражаться трудовому народу с частными собственниками в фашистских мундирах ни на жизнь, а на смерть - чтобы детям и внукам досталась счастливая жизнь. Вспоминалось бойцам и довоенное мороженое, и торты, и бублики, рогалики. Разноцветные листовки Геббельса с миллионами жертв 'Большого террора' использовали как туалетную бумагу:

'Генерал Грязь' окружил в болотах 2-ю Ударную армию эффективнее, чем фон Кюхлер. Коммуникации из-за распутицы и артминомётного огня подлецов днём оказалось совершенно закрыты. Проходили только одиночные люди и небольшие группы. Транспортная авиация не могла полностью закрыть недостачу. Войска слабели. Упадок сил людей сразу сказался на выполнении плана отхода на 1-й промежуточный рубеж обороны. План оказался сорван. Власов и Виноградов не предприняли действенных мер для его выполнения. Несмотря на это, исключительно за счёт ратного и трудового подвига советских людей, всю технику из болотистой местности буквально вынесли на руках за Новую Кересть, Кречно.

На все попытки оккупантов перейти в наступление, они получали отпор с большими для них потерями. Так произошло на первом рубеже Коровий Ручей - Красная Горка. Хорошие результаты давала дальнобойная артиллерия с позиций на Волховском плацдарме. От прямого попадания 203-миллиметрового снаряда 'Кувалды Сталина' Б-4 сдетонировал склад боеприпасов оккупантов в 'Волховском рукаве' на опорном пункте 'Острие'. Столб дыма поднялся выше облаков. Возник сильный пожар. Грохот взрыва услыхали в Чудово. Боеприпасы продолжали рваться до ночи. Уничтожено 15 000 снарядов разного калибра, 1 200 000 единиц различных патронов и других боеприпасов, предназначенных для наступления на 'дорогу жизни' Власова, оказались уничтожены. Убито более 200 оккупантов, около 400 ранены и тяжело травмированы. Опорный пункт оказался сильно разрушен. Сгорело и перемешалось с грязью много имущества. Если бы 'сухопутный линкор' 'Волховский рукав' был реальным морским кораблём, он от такого взрыва затонул бы как линкор 'Bismarck', как это случилось из-за 533-миллиметровых торпед тяжёлого крейсера 'Dorsetshire'.

К сожалению Власова в это время более всего волновали амурные вопросы с его 'походно-полевыми жёнами' и женой законной. С первых дней на Волхове очередная 'полевая жена' Власова 32-летняя вольнонаёмная Мария Воронова, а по совместительству повариха, получила от любовника предупреждение, что с ним живёт предыдущая жена, она же и доктор - начальник медпункта при штабе Агнесса Подмазенко. Она с ним выходила из Киевского окружения и он привёз её с собой и в 20-ю армию под Москвой. Это при том, что законная жена и дети у него имелись.

Агнесса покамест чувствовала себя хозяйкой в штабе армии. Она могла себе позволить приказывать коменданту штаба. Кляузничала на работников штаба Власову, а тот считал это нормальным. В медпункте она почти не находилась, там работал фельдшер, а Агнесса занималась военторгом и АХО. Её интересовали духи и всё такое. Несчастным для Агнессы февральским днём, когда она неосторожно уехала в Саратов на улицу Чапаева дом 27, Власов перевёл себе из военторга в качестве личного повара-инструктора Воронову. Свято место пусто не бывает. Как повар Воронова фактически не работала, а занималась распусканием женских чар. Могла себе позволить устроить командующему истерику. Власов исполнял все её прихоти, ухаживал как за глупым ребёнком. Только эта прожжённая дамочка с туманным прошлым ребёнком совсем не являлась...

Воронова до войны прибыла из Германии в Советскую Белоруссию, в Витебск. Это можно понять - в Германии тогда свирепствовал голод, безработица и Гражданская война. Кусок хлеба стоил миллионы. В СССР большевики дали коллективизаций народу хлеб, индустриализацией работу и заработки. В Белоруссии Воронова родила.

Появление подозрительной особы рядом с Власовым не на шутку встревожило начальника Особого Отдела НКВД 2-й Ударной армии майора госбезопасности Шашкова. Попытки уберечь командарма от связи с этой чрезвычайно подозрительной особой сразу сделало Власова врагом контрразведчика. 42-летний Шашков - майор госбезопасности, то есть по 'табелю о рангах' подполковник, а Власов генерал-лейтенант...

Шашков из безземельных крестьян. 20-летний опыт оперативной и руководящей работы в органах госбезопасности. Сам лично храбрый. Отец Шашкова батрачил, плотничал. Мать стирала, шила. После 3-х классов Симбирского высшего начального училища Шашков ушёл на заработки на железную дорогу рабочим. В 1919 году вступил в партию, с этого же года в Красной Армии. Прошёл войну с Польшей. Отбил со своей ротой четыре кавалерийские атаки белополяков. Награждён. Воевал с басмачами. Награждён. Воевал против украинских банд Тютюнника, Петлюры и Махно. Во время операции по ликвидации вооруженной банды Блажиевского в районе станции Бобринская на Украине получил 6 пулевых ранений. Прострелена грудь и перебиты кисти обеих рук, но продолжал вести бой пока не ликвидировали Блажиевского. Прошёл путь от рядового до начштаба дивизии. За успехи в контрразведывательной деятельности награждён.

Шашков волновался не зря. 24 ноября 1941 года ГКО своим постановлением No.957сс приказывал Военным советам фронтов и армий вести тщательную проверку женщин, приставших к частям и госпиталям после их формирования. Подозрительных и своим поведением разлагающих военнослужащих - со службы немедленно увольнять. К концу прошлого года по сообщению Особых Отделов НКВД фронтов стало понятно, что Abwehr массово засылает женскую агентуру в расположение частей Красной Армии. Помимо агентов-мужчин разумеется. Женщины-агенты заводят знакомства среди военнослужащих и устраиваются в частях в качестве медсестёр, подавальщиц, официанток, поваров, прачек, уборщиц для ведения шпионских, провокационных и разложенческих действий. Особыми Отделами НКВД фронтов, армий арестовано много женщин, завербованных оккупантами, проникших в среду комсостава, собирающих разведданные. Так Особым Отделом НКВД 6-й армии Юго-Западного фронта в конце прошлого года арестована 19-летняя гражданка Желтобрюх, которая созналась в том, что завербована и переброшена на советскую территорию. Желтобрюх познакомилась с начснабом 466-й авиаэскадрильи Андреевым, через которого устроилась в эскадрилье официанткой. Она собрала шпионские сведения о командном составе, расположении аэродромов, количестве самолётов, их марках.

Особым Отделом НКВД Юго-Западного фронта в это же время арестована 17-летняя гражданка Фесюк, которая на допросе созналась, что является агентом и переброшена с заданием проникнуть в ряды Красной Армии, чтобы собрать сведений о месте расположения штабов крупных соединений, о наличии вооружения в отдельных частях, настроении бойцов и командиров. Для этой цели Фесюк познакомилась с младшим лейтенантом Карелиным, которым была принята на работу в 8-ю танковую бригаду медсестрой. Особый Отдел НКВД 40-й армии арестовал официантку столовой штаба армии гражданку Клименко, которую завербовали и перебросили на советскую сторону с заданием устроиться в столовой и совершить отравление личного состава штаба. Особым Отделом НКВД Южного фронта арестована медсестра госпиталя Подольская. Она передала сведения о расположении частей Красной Армии, за что получила от фашистов 700 рублей и её вторично перебросили на советскую территорию для продолжения шпионажа. Особым Отделом НКВД Московского военного округа в октябре того же 1941 года арестована 24-летняя гражданка Бояринова, которая по заданию разведки фашистов поступила на работу медсестрой в истребительный батальон. Особым Отделом этого же округа арестована бывший медицинский фельдшер 18-й стрелковой дивизии Политыкина, которая, участвуя в боевых операциях на Западном направлении, попала в плен, где её завербовали и перебросили на советскую сторону с шпионскими заданиями. После этих и других случаев Особые Отделы всех женщин, работающих в частях Красной Армии и до этого бывших в плену, задерживали, допрашивали об обстоятельствах пленения и выхода с территории врага. Уличённых в шпионаже, провокационной деятельности - немедленно арестовывали.

Это для вышедших из окружения. Воронова же вообще из семьи белоэмигрантов. Вернулась из Германии и оказалась в постели командующего 2-й Ударной армией. Находясь в самой гуще событий, имея нешуточное влияние на всех подчиненных своего любовника, она могла собирать самую актуальную и важную информацию для Abwehrgruppe I при 18-й полевой армии Линдеманна. Но все попытки контрразведчика обезопасить 2-ю Ударную армию от такого канала утечки информации, провалились. Власов слышать ничего не желал о том, что его 'военно-полевая жена' вполне возможно - агент. Шашков стал для Власова нежелательным человеком, покусившимся на его 'Dolce vita'. Он мог себе позволить даже выгнать Шашкова из землянки с совещания, или демонстративно не приветствовать его в ответ. Шашков при этом со своим Особым Отделом и Особыми Отделами НКВД дивизий, представителями НКВД в бригадах и полках выбивался из сил, поскольку Abwehrgruppe I резко активизировала свою деятельность.

Абверкоманды этой Abwehrgruppe I одновременно с разведгруппами массово засылали агентов из числа ранее сдавшихся советских военнослужащих. Эти завербованные предатели двигались по всем направлениям внутри зоны, занятой войсками Власова, собирая разведсведения. Также они совершали нападения на отдельных военнослужащих, забирали их документы, награды, обмундирование. На территории занимаемой армией Власова агенты сталкивались с системой постов, караулов, дозоров, паролей, которые действовали согласно Уставам РККА и требований Особых Отделов НКВД.

При передвижении вне своей части красноармейцу полагалось иметь пропуск. Пропуск действовал 24 часа. Всех, кто не знал пароля, не имел пропусков, вызывал сомнения посты задерживали и брали под стражу. Самые лучшие документы не помогали пройти, если красноармеец не знал пароля. Ночью посты сами могли сказать пароль и потребовать отзыв. Сами посты кроме пропуска, красноармейской книжки, удостоверения личности начсостава не имели права проверять документы или проводить допросы. Они отправляли задержанных в Особые Отделы НКВД дивизий или армии. С 15 мая задержанного вне части и без дела командира заносили в специальную учётную книгу, на основании которой с него затем удерживали часть денежного содержания.

Если агенты передвигались по дорогам, их часто задерживали на постах, поскольку паролей они не знали. Их арестовывали и передавали сначала на пункт задержанных, затем для допроса в Особый Отдел НКВД части. Оттуда - в лагерь армейских контрразведчиков Шашкова. Лагерь контрразведки располагался с весны в 3-х километрах южнее Новой Керести, Кречно в открытом поле, без строений и сараев. В нём ежедневно находилось 70-80 заключённых: бывшие советские военнопленные, сбежавшие из лагеря в Луге или Чудово, гражданские, ранее сотрудничавшие с гитлеровцами, пленные гитлеровские солдаты и лётчики. Все спали прямо на земле. Пленные гитлеровцы поначалу обычно молчали. Их часами убеждали, что Красная Армия пленных не расстреливает. Лучше доходило, когда им рассказывали, что у русских есть обычай 'лежачего не бить'. Они приходили в чувства и первое, что говорили: 'Гитлер капут'.

Все поступки и небольшие преступления красноармейцев заканчивались по УК РСФСР приговорами к различным срокам заключения с отсрочкой до конца войны. За 'самострелы', попытку сдачи в плен, бегство с поля боя, поступки, приведшие к тяжёлым последствиям - расстрел по УК РСФСР... Агентов Abwehrkomande из числа перебежчиков ждал трибунал и по УК РСФСР однозначно расстрел. Приговоры в отношении вражеских агентов приводились в исполнение здесь же. Пленных отправляли в Малую Вишеру в лагерь военнопленных...

Пленные попадались разные. И спесивые, и не очень. Вот приводят лейтенанта. Истощённое лицо, низкий вдавленный лоб, редкая, пучками отросшая бородёнка, глаза полузакрыты. Грязью пропитаны сапоги, паршивое сукно серой шинели, зелёный засаленный воротник, давно нестриженные волосы. Он боится оглядываться вокруг, сидит неподвижно. Старый член фашистской партии, дикарь со средним образованием, без всяких идеалов и убеждений. Не человек, а пустой чехол от человека. Что поделаешь? Это ведь не прогулка по Франции и не экскурсия в Грецию. Это Восточный фронт и притом под Ленинградом, где оккупанты уж давно сидят, закопавшись в грязь...

Вот сидит эсэсовец из SS Polizei-Division с забинтованной рукой. Эсэсовца привёл узбек - лицо узбека казалось совершенным, как бы отточенным резцом безупречного ваятеля, а у немца маленькая квадратная голова, глаза, как слизь, лицо золотушного борова. А рядом красавец. Невольно вспоминаешь цветистые рассуждения создателей расовой теории о 'красоте нордического племени'.

Выродок хотел войны, как во Франции, но не такой, как в России. Мечтал подобно сутенёрам жить за чужой счёт, пить чужое шампанское и жрать чужой шоколад, слать награбленные сукна, шелка и чулки алчной как шакалиха супруге, неизменно повторявшей в своих 'трогательных' письмах два слова 'шли и давай'... С помутневшим взором бросался кобель на русских женщин, дыша им в лицо смрадом гнилых зубов, пачкая их каплями отравленной слюны. С холодной жестокостью истребляла эта тварь население, набив себе руку ещё до войны стрельбой по живым мишеням в концлагерях. Проклятое поколение моральных уродов капитализма, от которых только гниль, тление и смерть.

Найденные у пленных неотправленные письма шокировали. Животная злоба жила в них. 'Подошёл лейтенант Зоммербауэр, взглянул на раненых русских и сказал: 'Этих свиней надо сейчас же расстрелять'... 'Женщина плакала, что у неё отобрали всю свеклу, но Хитцдер её избил'... 'Вчера мы повесили двух мерзавок, и стало как-то легче на душе'... 'Я не оставил бы и русских детей - вырастут и станут партизанами, надо всех вешать'... 'Если оставить хотя бы одну семью, они разведутся и будут нам мстить'...

Тем временем кавдивизии 13-го кавкорпуса практически закончили выход на Волховский плацдарм, вывезли с собой всё своё имущество. Начался отвод тяжёлой артиллерии и транспорта на Волховский плацдарм у Селищ. Вышли тяжёлые артполки Резерва Верховного Главнокомандования: 172, 442, 839-й, звукометрическая батарея. Эти силы заняли позиции на Волховском плацдарме. Вышел дивизион полка 'Катюш', а также зенитный дивизион РГК. Эти силы организовали новые огневые позиции и приготовились к дальнейшей борьбе.

Борьбу за коммуникации Власова подлецы вели с опорой на артиллерию в духе Первой Мировой войны. 'Blitzkrieg' уже все позабыли. Гитлеровцы имели в сражении за 'Долину смерти' более 115 ствольных орудий калибра 105-миллиметров и выше и 10 реактивных 6-ствольных миномётов. Кроме этого имелись лёгкие пехотные орудия и миномёты - всего около 250 единиц, а с также противотанковые орудия и зенитки различного калибра, общим числом более 300 единиц, в том числе 88-миллиметровые.

Для того чтобы хоть как-то управлять огромным сухопутным линкором 'Волховский рукав', подлецы создали густую сеть связи. Один только 158-й артполк проложил примерно 300 километров проводов. Все позиции и пункты этого артполка связывались проводной сетью. Все КП и НП, позиции передовых наблюдателей дополнительно дублировались связью по радио, ведь провода постоянно рвались из-за сильных советских обстрелов.

Вся эта артиллерийская группировка из-за болотистой местности располагалась в узком 'Волховском рукаве' длиной 15 и шириной 3 километра статично, привязанная к одним и тем же огневым позициям на сухих островах. Это серьёзно сказывалось на потерях оккупантов от контрбатарейной борьбы. Единственный козырь подлецов - большой запас снарядов, несмотря большие проблемы с их доставкой. После 'снарядного голода' в первые полгода после вероломного нападения, когда 'умные' генералы бросили Wehrmacht в сражения с одной из самых сильных армий мира Красной Армией с нормативом расхода снарядов как для войны с недоделанной армией Польши, европейская промышленность смогла вдвое нарастить выпуск. Европа с начала года принялась усиленно снабжать гитлеровцев боеприпасами, сократив вдвое отставание от советского производства боеприпасов. Рейх достиг 2/3 уровня производства боеприпасов в Советском Союзе. Советская промышленность по-прежнему значительно опережала врагов по выпуску снарядов, но значительную часть из них Ставка ВГК накапливала для будущих больших наступлений, поэтому подлецы на фронте смогли наконец-то достичь паритета. Снарядный голод Wehrmacht к лету 1942 года преодолел, хотя по количеству артсистем Красная Армия по-прежнему лидировала. Картины осени и зимы 1941 года, когда советская артиллерия имела на поле боя подавляющее преимущество, больше не наблюдалось. Зато износ стволов и разрывы орудий стал для фашисткой артерии настоящим бедствием.

Узкий 'Волховский рукав' Линдеманна с трёх сторон простреливался насквозь фланкирующим огнём. Фактически 'Волховский рукав' - 'котёл', 'мешок'. Советские войска у 'Волховского рукава' сосредоточили 150 стволов артиллерии больших калибров, вплоть до 203-миллиметровых 'Кувалд Сталина' Б-4, а также 50 'Катюш', артиллерию дивизий и бригад. В 'рукаве' в качестве статичных целей находился 'ливер' из 11 дивизий, кроме того строители 'Организации Тодта', водители NSKK и 'хиви'. Лучшего статичного положения расположенных как селёдки в банке войск для того, чтобы расстреливать их и придумать нельзя! Так и происходило: постоянные сильные советские обстрелы огневых позиций с прямыми попаданиями, налёты советских бомбардировщиков, штурмовиков днём и ночью. Пехота подлецов в 'Волховском рукаве' непрерывно перемалывалась, а резервы подходили непрерывно, но их всё равно не хватало. Ежедневная потеря от советского артогня до 4-х орудий и миномётов разного калибра и 100-150 солдат тем не менее не останавливала гитлеровцев от сидения в осаде в 'Волховском рукаве'. 'Фрау ещё нарожают!'

В отличии от гитлеровцев, у советских артиллеристов для маневра имелся обширный Волховский плацдарм и цепи высот по берегам Волхова. Эти преимущества советские артиллеристы использовали умело, постоянно меняя позиции, действуя 'кочующими' артгруппами. Это давало возможность при контрбатарейной борьбе быстро принуждать к молчанию перекрёстным обстрелом с юго-востока, востока, северо-востока и запада артбатареи подлецов, уничтожать их, поднимать на воздух склады боеприпасов, при этом не теряя свои орудия и экономя снаряды. Советская пехота массово использовала полковых миномётов БМ, которые по своей дальнобойности превосходили полковые артиллерийские орудия захватчиков.

Советская артиллерия также вела заградительный огонь, препятствующий продвижению оккупантов вперёд и подходу резервов, регулярно переносила огонь на вражеские тылы, обрушивая его на позиции артиллерии, принуждая к молчанию батареи. Концентрация огня всегда приводила к большим потерям у пехоты. Особенно настойчиво поддерживались танковые атаки.

Несмотря на это огонь артиллерии подлецов в сочетании с бомбовыми ударами Luftwaffe продолжал оказывать огромное влияние на ход боевых действий у коммуникаций Власова. Мощные советские прорывы никак не получалось отбивать без массированного артогня. Однако советские танки почти всегда доходила до огневых позиций фашисткой пехоты, и пехота постоянно ретировалась, когда теряла свои противотанковые средства. После этого обычно подлецы ставили огневые заслоны длительным беспокоящим огнём, перемежая его огневыми ударами. В результате советские командиры не могли подводить стрелковые подкрепления к передовой линии для закрепления успеха и поддержки танков. Это упрощало фашистской пехоте ведение контратаку для восстановить свою линию фронта. После того, как советская пехота и танки отходили на исходные позиции, пехота подлецов опять становилась жертвой уже советской артиллерии. И всё повторялось. Снова захватчики ставили заградительный огонь, наносили огневые удары восточнее и западнее коммуникаций в непосредственной близости от своих передовых линий, нередко расстреливая и свои войска из-за большого бокового рассеивания изношенных стволов. Весьма изношенные стволы часто разрывались, убивая расчёты. Высоким оказался и брак снарядов из Франции, Бельгии, Швейцарии, Чехии, Польши. Они то взрывались при выстреле, то не взрывались у цели. Но когда Wehrmacht жалел немецких солдат-рабов?!

Такой тупиковый рисунок боёв стал характерным для сражения за 6 квадратных километров леса в 'Долине смерти' между речками Полисть и Глушица, где по просекам с востока на запад проходила 'дорога жизни' армии Власова. Действия артиллерии с обеих сторон в дни советских прорывов в 'Волховский рукав' походили на ураганные обстрелы Первой Мировой войны в сражениях за Верден или на Марне.

16 мая разразилась первая весенняя благостная гроза. Стремительно пробуждалась прекрасная природа Поволховья. Раскрылись берёзовые почки, ведь опыляемой ветром берёзе важно отцвести до полного распускания листьев. Отсюда её торопливость. Буквально за день-два серёжки, становясь желтоватыми, рыхлыми, удлиняются и провисают. Берёза зацвела! Раньше берёз зацветают разве что ольха да ивы. К концу лета созреют семена, и полетят по ветру крылатки. Дружит берёза с ветром! Вовсю зеленела трава. В лесах теперь душно, парко...

Войскам Волховского фронта противостояла всё та же 16-я и 18-я полевые армии убийц группы армий 'Север'. 18-я полевая армия Линдеманна - вторая по силе после 6-й полевой армии Паулюса, которая готовилась всё сокрушая на своём пути рванутся в начале лета к Сталинграду. Только вот наступление Тимошенко на Харьков спутало все карты завоевателей и чуть не привели к разгрому Паулюса под Харьковом. Полевая армия Паулюса уже начала гнуться и ломаться. Не соверши роковую ошибку Малиновский, так бы оно и случилось. Но любимчик Хрущёва прозевал удар армии фон Клейста из Донбасса и заставил свой фронт и фронт Тимошенко отступать.

На Волхове же, в труднопроходимой местности без особого успеха уже долгое время оказались скованы элитные части оккупантов. Более того, они безостановочно перемалывались превосходной советской артиллерией в лесистой, болотной местности, где они находились в неподвижном состоянии. В прошлую мировую войну на Западном немецко-французском фронте похожая ситуация называлась 'Верденская мясорубка'. Немцы и французы там за 10 месяцев в основном от огня артиллерии потеряли в общей сложности 700 000 человек.

Отход войсковых колонн 2-й Ударной армии по-прежнему проходил без воздействия Luftwaffe. Основные силы стервятников всё ещё приковывало наступление 54-й армии Федюнинского у Чагоды. Из 617 самолёто-пролётов Luftwaffe в этот день на войска Федюнинского пришлось 370. При этом число самолётов в одной группе Luftwaffe, осуществляющей бомбёжку 16-й отдельной танковой бригады доходило до 60 самолётов - примерно численность состав двух советских авиаполков!

Что характерно, 16-я отдельная танковая бригада подполковника Петровского, невзирая на такое к себе внимание подлецов Геринга, к исходу второго месяца боёв в атаках и обороне на этом участке фронта уничтожила 234 ДЗОТов и блиндажей с пехотой, 10 танков, 44 противотанковых орудий разного калибра, 4 гаубицы, 47 миномётов, 108 пулемётов, склад боеприпасов, 6 повозок, штабную машину. Танкисты убили 2500 оккупантов. Свои потери - 8 танков, погибло 16, ранено 41, пропало без вести 4. Понятно, почему Линдеманн так бесился и вымещал ненависть на стариках и инвалидах Чудово...

16-я отдельная танковая бригада подполковника Петровского не одна. Подобным образом действовала вся Красная Армия. Происходящее ёмко определил маршал Советского Союза Ворошилов:

- Мы обязаны все эти полчища истребить дочиста, без остатка. Это наш великий и святой долг. Мы защищаем свою родину, свой дом, наше великое будущее. Мы будем биться, истреблять фашистских разбойников, сколько бы их не было, и так долго, сколько потребуется для их полного уничтожения!

Действительно, никаких невозможно заставить полчища капиталистов отступать, если только не выбить у них достаточное для этого количество техники и солдат. Этим, собственно, и занималась 2-я Ударная армия с самого начала 1942 года - выбивала технику и солдат из рядов поганых полчищ. В результате такого выбивания, в котором участвовала вся действующая армия с первых часов вероломной нападения объединённых войск капиталистов на страну рабочих и крестьян, Wehrmacht понёс настолько большие потери, что начал теперь переформирование своих пехотных дивизий, уменьшая их штатную численность.

Каждый пехотный полк вместо 3-х батальонов, как при вероломном нападении, теперь имел 2 батальона. В артбатарее оставили по 3 орудия вместо 4-х. Довоевалась в Советском Союзе 'самая сильная армия'. С первых дней вероломного нападения к этому Wehrmacht и шёл: 'Потерь нет... Потерь нет...' Потом - бац! Батальоны переформированы в роты, полки в роты, вместо дивизий 'группы'. Зато флажок на карте фюрера оставался, и он не задавал вопрос: 'Куда отсюда делась дивизия?' и 'За что я вам плачу?'

Под Харьковом войска Тимошенко, продвинувшись двумя 'клешнями' на 35 километров, продолжали громить войска Паулюса под Харьковом. Wehrmacht вместо запланированного наступления на Кавказ отбивался от танковых клиньев Тимошенко и тратил приготовленные для наступления на Кавказ боеприпасы, топливо, ресурс техники, терял вооружение и жизни своих солдат.

Под Ленинградом тоже всё не радужно. Подлая свора капиталистических шакалов Гитлер, Гальдер, фон Кюхлер, Линдеманн, Буш и другие кипели от злости и ненависти! Ещё бы, 2-я Ударная армия обрушила их фронт на Волхове, 5 месяцев терзала тылы группы армий 'Север', сорвала штурм Ленинграда, не дала задушить город, войска Ленинградского фронта и Балтфлот голодом, выбила в общей сложности почти три дивизии отборных солдат, не дала себя окружить в марте, а теперь ещё и выходит из котла!

Ну и что, что это всего 1/3 от той 2-й Ударной армии, что с 7 декабря 1941 года начала прорыв 'Волховского вала'! Главное - не сколько уничтожить, сколько объявить всему миру: '2-я Ударная армия уничтожена!' А уж капиталистические средства массовой информации умеют раздувать по всему миру из мухи слона и вести антикоммунистическую пропаганду. В ход пойдут и фальшивые документы, и 'воспоминания' участников, 'литературные' журналы боевых действий, и истории дивизий, 'показания' пленных...

Но главное, конечно, не обиды. Гитлер желал как можно скорее затушевать негативный фон возникший в мире после зимнего разгрома войск его группы армий 'Север' под Тихвином и катастрофы под Демянском. Окружение войск Власова, ликвидация вслед за этим Волховский плацдарма и восстановление линии фронта по Волхову давало возможность возобновить подготовку к штурму Ленинграда. Захват же Ленинграда высвобождал 1/2 группы армий 'Север' и деблокировал финскую армию на реке Свирь для совместного наступления на Москву с севера в 1942 году. Главное на первом этапе - уничтожить армию Власова. Но если без помех выйдут на Волховский плацдарм его опытные и закалённые сибирские, уральские, украинские, дальневосточные воины и смогут получить пополнение, то потом они опять ударят в тыл группы армий 'Север' уже не тратя сил на форсирование Волхова. Какой уж тут снова штурм Ленинграда? Ставки оказались чрезвычайно высоки...

Командующий Ленфронтом и Волховской группой войск Хозин и его начштаба Стельмах не могли не догадываться, что Линдеман и Буш накапливают войска в южной части 'Волховского рукава' прямо у 'коридора' снабжения Власова и у Новгорода, но не предприняли адекватных ответных мер. Защищали коммуникации Власова сильно ослабленные предыдущими боями 65-я 'тюменская' стрелковая дивизия Николаевского с боевым составом в 3700 человек на участке 14 километров леса, и сильно ослабленная предыдущими боями 372-я 'воронежская' стрелковая дивизия Антюфеева с боевым составом 2796 человек на участке в 12 километров леса. Такая ширина фронта даже для полнокровной дивизии в три раза превышала уставную. На наиболее опасном направлении, а коммуникации Власова безусловно являлись особо важным участком фронта, Хозин допустил наличие ширину фронта для дивизии в 12-14 километров, что в 4 раза превышало положенную по Уставу и общепринятую ширину фронта - 3-4 километра. Кроме того, эту линию обороны занимали дивизии, имевшие 1/3 от штатной численности. Таким образом приведённая плотность войск обороняющихся в 'коридоре' снабжения Власова оказалась по воле Хозина в 12 раз ниже уставной и общепринятой для особо ответственных участков фронта. И это при наличии в южной части 'Волховского рукава' фон Кюхлера 'осиного гнезда' в 2 километрах от коммуникаций Власова! В шахматах такая позиция называлась бы 'шах' и требовала от игрока, королю которого объявлен 'шах', срочных действий: убрать короля за свои фигуры. Хозин и Стельмах этого не сделали.

Командир расположенной рядом 191-й стрелковой дивизии отважный полковник Коркин, как и все комдивы закончивший Военную академию, видел этот 'шах' и неоднократно ставил вопрос перед командармом-59 Коровниковым о необходимости подвести его дивизию ближе к Мясному Бору с тем чтобы создать большую плотность войск, 'уйти из-под шаха'. Безрезультатно. Как об стенку горох. При подобной же 'шаховой' ситуации гитлеровцы в 'Волховском рукаве' длиной 8 километров и шириной 3 километра держали почти 20 000 солдат из 12 различных дивизий и отдельных частей, более 100 гаубиц, не считая другого вооружения, склады, железную дорогу, несколько мощных опорных пунктов круговой обороны. Оборона 'Волховского рукава' на востоке опиралась на реку Полисть, на западе на реку Глушица. Плюс мощная поддержка Luftwaffe. Всё в духе Первой Мировой войны на Западном фронте в битве под Верденом! Но даже при этом 'Волховский рукав' под советскими актами еле держался. Его то отрезали, то громили артиллерией. Опустошающие бомбовые удары ВВС Волховского фронта и рейды разведгрупп - это постоянно.

Вот же он, пример для Хозина, Коровникова, Власова - перед носом! Вот как следует оборонять ответственные участки фронта! Но нет - в аналогичной 'шаховой' ситуации Хозин, Коровников, Власов на 14 километров фронта на 'дороге жизни' 2-й Ударной армии, которая по сути такой же 'рукав', только не с севера на юг, с запада на восток, держали всего 6000 бойцов, пусть даже таких героев как 'тюменцы' и 'воронежцы', и всего 35 гаубиц. При этом 'тюменцы' и 'воронежцы' не имели ни одного опорного пункта круговой обороны даже в слабых местах - перекрёстках просек и перекрёстках рек с просеками, не говоря уже о наличии укрепрайона типа 'крепости Спасской Полисти'.

Да, советские войска могли применять танки вдоль просек. Гитлеровцы имели сложности с доставкой на южную оконечность своего 'Волховского рукава' танков от Большого Опочивалово. Но между просеками в лесу и советские танки могли применяться лишь ограниченно. Да и с танками не густо! После вывода на Волховский плацдарм 7-й гвардейской танковой бригады у Власова осталось 10 лёгких танков Т-60 с 'выработанным' моторесурсом. Их использовали для стрельбы с места на направлениях вероятных атак врага: 18 тяжёлых и средних танков оставались не эвакуированы с 'дороги жизни' в ремонт и из-за отсутствия тягачей. С горючим плоховато...

Конечно, советские войска могли похоронить в лесу не один батальон подлецов залпам 'Катюш', огнём тяжёлой артиллерии - 'Емель', 'Кувалд Сталина', размещённых на Волховском плацдарме. Но у Власова по другую сторону 'дороги жизни' и со снарядами плохо. Подлецы к тому же имели количественное превосходство в воздухе. Стервятники Luftwaffe, бессильные над Ленинградом, над Волховом давили массой. Что творилось в голове у Хозина, Коровникова, Власова весной?

Наверно что-то вроде: 'Авось не сунуться! А сунуться, такую острастку дадим, что век помнить будут! Вот в марте их атаку на 'коридор' так отбили, что почти на два месяца немцы туда дорогу забыли, не атакуют больше крупными силами, только обстреливают и бомбят! Но и мы засыпаем их снарядами и бомбами! В крайнем случае перебросим войска с других участков и с двух сторон так ударим по их 'пробке' на наших коммуникациях, что одно мокрое место останется! Власов свернёт зону прорыва, и полностью выйдет на Волховский плацдарм без особых проблем'. Вот оно, русское народное авось...

Что, Сталин с Ворошиловым должны были вместо Хозина и Стельмаха рассчитывать плотность войск в 'коридоре' снабжения Власова? Осматривать готовность ДЗОТов и огневых позиций артиллерии и миномётов, плотность минных полей и завалов? Оценивать совокупные возможности огневых средств? Составить и контролировать график вывода войск? Нет, этим полагалось заниматься Хозину, Коровникову, Власову, их штабам и операторам штабов. Да, маршал Советского Союза 'палочка выручалочка' Ворошилов приезжал на Волховский фронт и раздавал всем сестрам по серьгам. Инспектировал войска вплоть до передовой, говорил даже с рядовыми бойцами, чтобы иметь полный срез проблем. Но он как член Ставки Верховного Главнокомандования, отвечающий за комплектование резервов Красной Армии, просто физически не мог постоянно решать вопросы за Хозина, Коровникова, Власова! Вот Хозин, например, инспектировал так свои войска на Волхове? Нет... Его начштаба Стельмах? Нет...

Красные кружочки полков 65,191, 372-й стрелковых дивизий на картах выглядели внушительно. Но за ними слишком мало войск. Ожидали пополнения. Но будет ли оно и когда? Хозин и Стельмах сидели в Ленинграде, а Волховская группа войск вместе с армией Власова оказались лишены хозяина. Командарм-59 Коровников, который имел задачу оберегать для Власова коммуникации, имел более чем скромные силы. Его сибирские дивизии 5 месяцев не пополнялись до уровня хотя бы 1/2 от штатной численности. Все считали сибиряков двужильными, и так справятся! Но всё же!

17 мая на восточном фасе 'Волховского рукава' в полосе 215-й дивизии Книза советская артиллерия вела особо сильный артогонь по участку 'группы Майнерс' - ранее называвшейся 'группой Каттнера', а фон Кюхлер назначил на 22 мая всеобщее наступление в продолжение проваленной в марте-апреле операции 'Raubtier'. Цель - перерезать 'дорогу жизни' 2-й Ударной армии. Перехватывая инициативу, в наступление переходили I и XXXVIII армейские корпуса Клеффеля и Хеникке: с севера наступала 121-я пехотная дивизия Ванделя, 61-я Хюхнера, 20-я моторизованная дивизия Яшке с приданными ей частями усиления; с запада 254-я пехотная дивизия Кёхлинга, 291-я Герцога, 285-я охранная дивизия фон Плотто, с юга 2-я механизированная бригада SS, 126-я пехотная дивизия Лаукса, 58-я дивизия фон Граффена, 'голубая' дивизия и другие части. Всего более 55 000 солдат, 101 танк, 450 орудий и миномётов, 440 боевых самолётов. Всё это нацелились на 'дорогу жизни' 2-й Ударной Армии. Ещё 35 000 подлецов выделялись для удержания внешнего периметра фронта 2-й Ударной армии.

Во 2-й Ударной армии за 4 месяца боёв из 65 000 первоначально состава с учётом пополнений в строю осталось 55 000, из них уже вышли через коридор 25 000 бойцов и командиров. 80 000 против 30 000 - так Wehrmacht умел воевать - навалиться тушей!

Накопление фашистских войск около 'дороги жизни' Власова между реками Глушица и Полисть проводилось скрытно, в режиме строжайшей секретности. Все приказы передавались только посыльными без использования радиосвязи и телефонной сети. Любые необычные переговоры по радио и телефонам запрещались. В общем, оккупанты действовали в плане обмена информации так, как старалась действовать Красная Армия с самого начала войны.

Подлецы создали запасы снарядов и патронов в опорном пункте 'Острие' и лагере 'Юг' в 'Волховском рукаве'. Всего более 20 000 снарядов и 2 000 000 единиц патронов, множество других боеприпасов. Только для нужд двух батарей лёгких гаубиц, расположенных севернее 'веерной поляны' двоек суток работало 600 носильщиков 'хиви' и солдат 52-го зенитного батальона.

Остатки SS Polizei-Division вывели из 'Волховского рукава' и поставили на уже абсолютно пассивный за фронт у Красной Горки. 4 батальона эсэсовцев насчитывали все вместе чуть более 150 человек вместо 3400 по штату! Эсэсовцев заменили свежие батальоны Яшке, Ванделя, Хюхнера.

Накопление сил со стороны Новгорода скрыть не получилось. Разгромленную в январе 126-ю пехотную дивизии Лаукса пополняли-пополняли, но в конце концов разделили на части. Штаб вывели с фронта, а большую часть солдат и офицеров влили в 58-ю пехотную дивизию, доведя её общую численность до 15 000 человек. Здесь все дороги на виду.

Задача авиаполков штурмовиков Ил-2 из ВВС Волховского фронта в связи с этим - задержать насколько можно дольше сосредоточение войск оккупантов. Вот и в этот день 12 штурмовиков Ил-2 из 175-го штурмового авиаполка Валивахина получили задачу штурмовать колону на подходе к Новгороду. Постановка задачи. Все бегут к самолётам. После взлёта собираются группой. У Волхов Ил-2 берут под охрану 12 истребителей ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка Дрозда. Заход на цель с востока через озеро Ильмень. При подходе к западному берегу озера на дороге Шимск - Новгород видна сплошная колонна автомашин, артиллерии, бронетранспортёров и другой бронетехники в два ряда. Все на Новгород. Ил-2 над Трясово повернули на юго-запад и, идя почти строго вдоль дороги, прямо над колонной, стали поливать её огнём из пушек, постепенно сбрасывая бомбы, пуская реактивные снаряды РС-82. На дороге столпотворение, взрывы, вспыхивают крупные очаги пожаров. С дороги деться некуда - по обе стороны сплошное море воды. Перед Шимском Ил-2 закончили атаку и через устье Шелони пошли в направлении Крестцов. Налёт удался. Уничтожено более 40 грузовиков с пехотой, боеприпасами, горючим, продовольствием. Примерно столько же повреждено. Убито и раннего более 500 оккупантов. Для того чтобы начать движение, им потребуется два-три часа расчищать дорогу от сгоревших, взорвавшихся машин и бронетехники.

Но через два часа фрицами новый подарок. Те же Ил-2 Валивахина под охраной тех же ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка Дрозда заходят на колонну от истоков Волхова с юга. Здесь по-прежнему сплошной затор и месиво из машин, бронетехники и тракторов. Гитлеровцы обречённо ждут повторения. Их самоходные зенитки открывают сумасшедший огонь. 13 краснозвёздных Ил-2 снова идут вдоль дороги над колонной, сбрасывают бомбы, пускают реактивные снаряды РС-82 и стреляют из пушек. На дороге взрывы, вспыхивают пожары. Всё затягивает чёрным дымом. На втором заходе один Ил-2 падает рядом с дорогой, сбивая телеграфные столбы. Остальные заканчивают штурмовку и уходят на восток. Налёт удался. Уничтожено более 30 грузовиков с пехотой и грузами, примерно столько же повреждено. Убито и раннего более 350 оккупантов. Верхний эшелон прикрытия атакует пара Bf 109G. Звено штурмана полка старшего лейтенанта Карузина отбивает атаку и уходит вслед за штурмовиками на Ильмень: И так день за днём...

Поскольку большую часть танков, артиллерии, средств механизации OKW теперь отправлял на юг для наступления на Кавказ, наступление фон Кюхлера н Волхове предполагалось вести в духе Первой Мировой войны - заваливать оборону пушечным мясом немцев, австрийцев, чехов и поляков. 'Фрау ещё нарожают!'

В это время бездумное локальное наступление фронта Малиновского на южном фланге советско-германского фронта обернулось прорывом через его участок танковых сил фон Клейста из Донбасса в тыл Тимошенко, который успешно громил армию Паулюса у Харькова. Ставленник члена Политбюро ЦК Хрущёва украинец Малиновский при этом потерял управление войсками. С этого скрытого троцкиста и сластолюбца брал пример Власов ещё когда по рекомендации Хрущёва получил под командование под Киевом 37-ю армию, созданную из выходящих из окружения частей. Из-за глупого самоуправства Малиновского Тимошенко вынужденно остановил бои под Харьковом по разгрому Паулюса и начал отвод войск. Теперь у 'самой сильной армии мира' наконец-то появился шанс для реванша на юге за позорный зимний разгром, возникли идеальные условия для успешных действий механизированных полчищ - сухо, тепло, мало естественных препятствий, плюс непростительные ошибки Малиновского. Ну и конечно же 'Pervitin' для солдат, позади них заградотряды фельджандармов, концлагеря для нарушителей дисциплины, вакансии в штрафных батальонах 'частей испытательного срока', унтер-офицеры с пистолетами у солдатских затылков в атаке, кучи песка для расстрелов по приказу подлецов Гота, фон Клейста, Паулюса, Руоффа и так далее:

Поскольку Wehrmacht всеми свободными силами рванулся на восток к Воронежу, стало ясно, что теперь все резервы фашистов пойдут именно на юг и Ленинграду бояться больше нечего. Город устоял. В связи с этим требовалось вывести 2-ю Ударную армию на Волховский плацдарм полностью, поскольку ширину горловины прорыва увеличить не удалось, и коммуникации по-прежнему находились под угрозой.

Военные врачи Волховского фронта, воспитанные в духе большевистского отношения к жизни человека как наивысшей ценности, не уставали восхищать своей высочайшей квалификацией и самоотверженностью. В этот день хирург 233-го медико-санитарного батальона военврач 3-го ранга Пахман удалил из тела красноармейца неразорвавшуюся 50-миллиметровую мину. Похожую операцию чуть раньше провела Кузьмина. Неразорвавшаяся мина застряла в бедре. Оба раненых выжили. Вчера при операции взорвалась разрывная пуля в руках женщины-хирурга в походно-полевом госпитале No.2178. У врача и раненого ожоги. Это не Wehrmacht, где операции, даже на черепе, в большинстве своём делали солдатам люди, не имеющие даже начального медицинского образования:

18 мая войска армии Власова продолжали выход на восток по 'дороге жизни'. Отвод войск проходил в расслабленном режиме. Графики срывались раз за разом. Вывозилось имущество, выходили местные жители. На новых рубежах обороны устраивались завалы, закапывались танки, проводилось минирование. Начался отход арьергардов 92-й стрелковой дивизии. Отход прикрывали остатки 46-й стрелковой дивизии.

Власов упивался спокойными солнечными днями безделья в окружении своих 'полевых жён' и молодых телефонисток. Весна крепко ударила ему в голову. В беседе со своими закадычными друзьями Зуевым и Виноградовым он неоднократно изливал желчь, говоря, что 'великий стратег' Мерецков завёл армию в болото явно на гибель. Это же надо! Не подлецы-фашисты вломились огромной тушей в СССР, осадили Ленинград, начали убивать голодом ленинградцев, угнездились на Волхове терзать советскую, русскую землю, и их требовалось во что бы то ни стало изгонять и уничтожать, а для этого атаковать, а это Мерецков 'завёл армию на гибель'. Жил-был крестьянский сын Мерецков и вдруг ни с того, ни с сего решил вот завести армию на погибель!

- Звание у Мерецкова большое, а способностей... - после этого Власов не договаривал, но давал понимать.

Чья бы корова мычала! Вот такой умудрённый и ловкий Власов, в совершенстве изучивший штабные интриги и различные уставы, знавший, что и где можно говорить, как и что докладывать, не понимал, почему не разваливается под мощными ударами Красной Армии группа армий 'Север', армии Линдеманна и Буша. Не понимал, что за ними людские и экономические ресурсы всей Европы, клика международных банкиров. Wehrmacht - не Wojsko Polskie! С ним так просто не справиться. Мысль, что имеющегося у него, Власова, опыта, знаний и таланта недостаточно даже для осознания происходящего, просто не приходила ему в головы.

Не стесняясь, Власов намекал всем, что в случае успешного наступления на Любань, Мерецкова, как бывшего начальника Генштаба, вновь отзовут в Ставку, а он - его заместитель Власов, останется командовать фронтом. Интриган даже пытался однажды передать в Ставку ВГК свои предложения по выводу из окружения армии минуя своё непосредственное начальство - Мерецкова. Для этого он командировал в Москву своего адъютанта майора Кузина. То есть действовал не в интересах общего дела, а в целях личной карьеры.

Место командарма Власов получил за счёт правильной для себя подачи результатов расследования по заданию Ставки ВГК и Мерецков причин неудачи армии под Любанью: 'Во время боёв в районе Красной Горки штаб 2-й Ударной армии допустил грубые просчёты во времени на подготовку частей и соединений для боя; некоторые части и соединения получили боевые распоряжения на второй день после указанного им времени для выполнения задачи. Взаимодействие пехоты с артиллерией и танками осуществлялось не чётко, как и управление боем со стороны командарма и комдивов. Артподготовка зачастую велась без надлежащей разведки и корректировки огня:' С такими формулировками от 'спасителя Москвы' Клыкова ничего хорошего не ожидало. Благо, что язва разыгралась...

Власов проявлял и антисемитизм, демонстрируя, что на самом деле он не коммунист. Форменным образом разогнал он работников армейского военторга по национальности евреев, приговаривая:

- Воевать будет кто-либо, а евреи будут писать статьи в газеты и за это получать ордена!

Главный врагом Власова в армии после подобных интриг, естественно, сделался начальник Особого Отдела НКВД Шашков. Ему крайне не нравилось и барские замашки Власова, его пьянство и амурные похождения, разлагающе действующие на весь штаб и Военный совет. Не нравилась и его вольнонаемная фаворитка Воронова, которая всюду совала свой нос. Однажды Власов даже скомандовал Шашкову выйти из землянки:

19 мая бойцы брандвахты 4-го отдельного минно-сапёрного батальона майора Романуевича на Волхове южнее Шевелево, защищая переправы на Волхове от плавучих мин, спускаемых подлецами от Новгорода, остановили и отбуксировали к берегу мину неизвестной конструкции. До этого сапёры Романкевича обезвредили и взорвали 20 плавучих мин весом до 50 килограмм. Новую, значит особо опасную мину взялся обезвреживать начштаба батальона старший лейтенант Гимейн, сберегая жизни своих бойцов. Все отошли на 100 метров. 30 страшных минут длилась шахматная партия героя со смертью. Смерть победила храбреца, но он победил её, не отдав ей на потребу гораздо больше жизней. Он ушёл в вечность, стал благодарной памятью потомков за великую жертву!

20 мая состоялось долгожданное всеми совещание у Власова по выходу армии к Волхову. Ситуация складывалась тяжёлая. Зато Ленинградская 'Дорога жизни', которую Линдеманну не удалось перерезать во многом благодаря действиям 2-й Ударной армия, по-прежнему действовала. Ленинград жил и боролся. Для увеличения тоннажа судов на Ладоге на Сясьской судоверфи спустили на воду первую баржу. Победа! Ладожская флотилия стала регулярно получать новый тоннаж для перевозки продовольствия и снаряжения в Ленинград. Быстрыми темпами велись работы по восстановлению Волховской ГЭС. Монтаж оборудования шёл круглосуточно. Первый агрегат заработал уже 30 апреля. Победа! Пуск второго запланирован на август. Избыток электроэнергии следовало перебросить в Ленинград для 'голодающей' без энергии промышленности. Предстояло проложить по дну Ладожского озера кабель, соорудить линии и подстанции на берегах озера. 10-киловольтный подводный кабель изготовил заводе 'Севкабель'. Для этого быстрыми темпами восстановили цех, набрали рабочих. Победа! Гитлер рвал и метал. Гидроэлектростанцию непрерывно бомбили Luftwaffe, чтобы сорвать подачу электроэнергии в Ленинград. Abwehr направил диверсионную группу из восьми немцев и трех финнов, чтобы взорвать электростанцию. Но план подлецов провалился.

Ситуация на южном фланге советско-германского фронта всё ухудшалась. 20 мая закончилась эвакуация войск Крымского фронта после Керченской оборонительной операции. Войска подлеца фон Манштейна и румынская королевская армия добились ухода из Крыма войск Крымского фронта. Всего на Тамань эвакуировалось более 150 000 человек из состава Крымского фронта. 25 000 бойцов и командиров ушли в Аджимушкайские каменоломни. Более 12 000 человек пали смертью храбрых на поле боя, около 50 000 попали в плен. Крымский фронт имел много 'грузинских', 'армянских', 'азербайджанских' дивизий. Их состав крайне неохотно шёл в бой за 'русские дела', имел сильные антисоветские настроения, очень низкий уровень образования и военной подготовки. Поскольку коллективизация и индустриализация слабо затронули Кавказ и Закавказье, множество хозяйств там по-прежнему являлись личными, а другие, будучи семейными, лишь маскировались под колхозы. Кавказцы в большинстве своём не понимали классовой сути идущей войны, тем более не понимали её расовой окраски. Но как все азиаты они достаточно ловко это скрывали. Не случайно именно на участке 63-й 'грузинской' горно-стрелковой дивизии Виноградова произошёл танковый прорыв Манштейна, высадка тактического десанта. 'Грузинская' дивизия побежала, открывая фланг и тыл всей обороны, после чего как испуганные птицы сорвались с места азербайджанцы и армяне. Даже находящийся в войсках на передовой начальник Главного Политуправления Красной Армии Мехлис не смог навести порядок После этого поражения в тяжёлом положении оказался осаждённый Севастополь.

Гитлеровцы и румыны потеряли при проведении операции 'Охота на дроф' убитыми 12 500 солдат и офицеров, а ранеными, пленными и пропавшим без вести они потеряли более 40 000. Тяжёлые потери 11-й полевой армии фон Манштейна не позволили ей привести в действие плана 'Блюхер I', по которому фон Манштейн собирался форсировать Керченский пролив и наступать на Кавказ через Таманский полуостров. Ещё одним последствием поражения Крымского фронта Козлова стало то, что высвободился 8-й авиакорпус фон Рихтгофена и окончательно расстроил под Харьковом оборону Малиновского. В результате крупные советские силы оказаться отрезаны от переправ.

21 мая дороги подсохли. Шёл отвод 24-й и 58-й стрелковых бригад, 4-й и 24-й гвардейских, 378-й стрелковой дивизий. 7-я гвардейская и 29-я танковые бригады вышли ранее. Военный совет 2-й Ударной армии, понимая какая доля уготована мирному населению под властью оккупантов, приказал жителям уходить вместе с войсками. С собой разрешалось взять не больше 16 килограммов пожитков. Остальные вещи люди зарывали в огородах.

'Дорогу жизни' к Мясному Бору запрудили люди. По жердевому настилу двинулись вереницы беженцев с узлами, тачками, детьми. Шли на Волховский плацдарм и красноармейцы. Медленно, с частыми остановками из-за заторов тащились машины и телеги. В целом прохождение колонн на восток шло ритмично. По узкоколейке вывозили пушки, технику, имущество, шли гужевые и моторизованные колонны. Только в этот день по узкоколейке вывезли 32 орудия, а по просеке 8 орудий запряжённых четвёрками лошадей, четыре грузовика со орудиями в кузовах.

Чем ближе подходили к 'горловине' у Мясного Бора, тем чаще бомбили и обстреливали людей капиталисты. Иногда вдруг раздавался удар, грохот и вокруг возникла чад и дым. Падали убитые, стонали раненые, плакали дети, дико кричали животные, горел лес. Мох и болотная вода вокруг погибших делалась красной. Тогда многие беженцы бросали свои котомки и бежали куда глаза галдят, увязая в болоте.

Вот пробка на лежневой дороге - в торфяное болото съехала и основательно засела пушка. Лошади тужатся, прямо постромки трещат, им помогает вся орудийная команда. Однако пушка всё глубже погружается в чёрное месиво. Вцепились в станину и богатыри-пехотинцы. И опять ни с места. Ухватился тут за спицу отнюдь не силач, но первый в роте матершинник:

- А ну-ка, хлопцы, взяли, мать вашу перемать! - выдал он зычным тенорком.

И что же? Выскочила пушка из ямы, будто её на стальном тросе рванул мощный тягач...

21 мая на фоне событий в Крыму и под Харьковом Ставка своей директивой No.170406 приказала ускорить вывод 2-й Ударной армии на Волховский плацдарм. В первую очередь выводились на плацдарм все тыловые учреждения. При этом следовало совместно с войскам Волховского направления окружить и уничтожить южную часть 'Волховского рукава'. Для этого планировалось сосредоточить часть войск Власова у Новой Керести, Кречно и наступать в направлении 'Лесопункта'. Войска Власова начали сворачиваться в транспортные колонны и сосредотачиваться вдоль дорог, ведущих к плацдарму.

Получающие каждый раз по зубам от мощной системы ПВО Ленинграда Luftwaffe набросилось на войска Власова как на более лёгкую цель. Прежде всего стервятники как всегда атаковали переправы через Волхов. К ним устремлялись по 40-50 бомбардировщиков сразу и по 5-6 раз в день. Первым делом они пытались подавить зенитную оборону.

461-й 'сибирский' отдельный зенитный артиллерийский дивизиона РГК начал прикрывать две понтонные переправы через Волхов сразу после выхода на Волховский плацдарм. 1-я батарея 'сибиряков' первой встречала налёты 'музыкантов'. Вой сирен пикирующих бомбардировщиков Ju 87, взрывы десятков бомб, пулемётные и пушечные очереди Bf 109G в упор, на бреющем полёте расстреливавших скорострельные зенитки. Казалось, на батарее не должно остаться никого в живых. Но она, как феникс, снова возрождалась из ада и на каждый удар яростно отвечала огнём. 'Лаптёжники' Ju 87 один за другим находили себе могилы в окрестных болотах. Хорошо хоть 1/3 бомб Luftwaffe не взрывались, а то пришлось бы совсем туго!

Поскольку Европа всю зиму вскладчину строила Luftwaffe самолёты для восполнения катастрофических потерь прошлого года: в Польше клепали фюзеляжи, в Латвии крылья, в Чехии части двигателей, в Голландии приборы, в Бельгии покрышки, во Франции кабины, и собирали всё это воедино в Германии, Франции и Чехии, против ВВС Волховского фронта OKL Luftwaffe смог выставить в мае более 400 различных боевых самолётов, из них более 300 исправных. Дороги и тылы бомбили преимущественно новенькие Ju 88. С начал мая истребители и зенитчики Волховского направления их сбили более 15 таких машин. 11 упали или совершили вынужденную посадку, 3 развалились в воздухе, 1 взорвался. ВВС Волховского направления имели 163 исправных самолёта. Несмотря на то, что от Власова требовалось ускорить вывод войск и прежде всего техники, вывод задерживался. Причины задержки имелись, но как говорил товарищ Сталин: 'Нет таких преград, которые не могли бы преодолеть большевики!' Власов ссылался на дожди, размывшие дороги. Часть дорог действительно требовала ремонта, а местами и постройки вновь. Без этого не получалось вывезти технику и имущество. Ну и кому следовало заниматься дорогами Власова? Сталину? Хозину?

Тот факт, что дороги долго занимали выходящие в первую очередь к Волхову кавдивизии Гусева и части других армий фронта - правда. Но они прошли бы быстрее, приложи Власов больше усилий для ремонта. А так... В расслабленном состоянии весенней влюблённости, попоек и 'дворцовых интриг' походно-полевой жены' Вороновой, отвод начался с явным опозданием. Это повлияло в худшую сторону на весь дальнейший ход операции по выводу.

Дороги 22 мая почти высохли. И вот началось: На западном, северо-западном, северном участках фронта перешли в наступление на Власова боевые группы I армейского корпуса группы армий 'Север'. Против 25-й 'харьковской' стрелковой бригады Шелудько действовали 'группа Хардта' из частей 122-й пехотной дивизии и 'группа Гуррана' из частей 291-й 'прусской' пехотной дивизии Герцога. Эти оккупанты бросились в атаку с прежней линии опорных пунктов возле перекрёстка севернее Ёглино. Фронтально на Дубовик вдоль железной дороги Ленинград - Новгород наступал 506-й пехотный полк 'пруссаков' и спецчасти, оставив слабое охранение на прежнем рубеже. Другие группы 'пруссаков', словно лоси, изображённые на эмблеме дивизии, двигались в обход советских позиций к деревне и станции Дубовик преимущественно по болотам и буреломам. Сам Дубовик оборонялся только небольшими подразделениями 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии и тыловыми частями.

Впереди на Дубовик шёл III батальон майора Вайеля из 506-го пехотного полка Гуррана. Подлецы незаметно для 'харьковчан' прошли через болото между двумя советскими опорными пунктами и после скоротечной атаки продвинулись до железнодорожного моста через речушку Хворозу в километре северо-восточнее Дубовика. Другие батальоны Гуррана и части усиления 'пруссаков' продвинулись вдоль железной дороги на 4 километра вслед за отходящими заслонами 'харьковчан'.

На северном участке фронта армии Власова против 3-тысячной 'воронежской' дивизии у Красной Горки в наступление пошли сводные части SS Polizei-Division, части 254, 61-й пехотный дивизий. Вдоль железной дороги атаковали 'тяжёлые' танки Pz.Kpfw.IV из II батальона 29-го танкового полка 12-й танковой дивизии. Но 'воронежцы', проигрывая в численности в 10 раз, на заранее подготовленных позициях отбили все атаки, убив в лесном побоище более 350 и ранив не менее 800 оккупантов.

В 'Волховском рукаве' из-за потери боеспособности в связи с большими потерями на бывшем участке 'группы Каттнер', ныне 'группы Майнерс', остатки II батальона 161-го пехотного полка, его штаб, 13-я и 14-я роты, остатки штрафного батальона 'Эренпфорд', рота пехотного 377-го полка, 21-го противотанковый дивизиона и 291-го батальона связи Линдеманн заменил на два восстановленных в Чудово батальона 504-го пехотного полка Шойнеманнна. Командование участком принял командир этого полка.

Советский артогонь по 'Волховскому рукаву' начал ослабевать. Но попаданием ракеты от 'Катюши' удалось взорвать большой склад боеприпасов в лагере 'Юг'. Шапка огня и чёрного дыма поднялась на 2,5 километра. Уничтожено 2500 снарядов разного калибра, 550 000 различных патронов. При этом 56 подлецов как корова языком слизала, а 212 отправились в Чудово на носилках.

Началось наступление двух дивизий фашистов на отходящие войска и с запада. Подлецы пытались вести преследование, но их техника и танки ещё не могли нормально двигаться. Стоило первому танку проехать по лесной грунтовой дороге, как она снова превращалась в месиво. У деревни Филипповичи 285-я охранная дивизия фон Плотто атаковала позиции 23-й 'харьковской' стрелковой бригады. Бой был страшный. Пожилые 'охранники', некоторые даже в старых 'рогатых' касках M1917 с налобными бронепластинами 'Stirnpanzer', лезли вперёд по трупам своих подельников как по мостовой. 'Харьковчане' сначала оставили деревню, но контратакой сумели восстановить положение. Не ожидавшие такого отпора от ослабленных долгим недоеданием красноармейцев, 'охранники' бежали, бросив свои грузовики и артиллерийские орудия, а также 120 своих трупов, собранных для похорон.

Крепко получив несколько раз по зубам в разных местах периметра советских войск, гитлеровцы бросили вперёд множество разведгрупп и штурмовых групп. Они начали выискивать места, где советские позиции оставлены и прикрыты лишь небольшими заслонами. Только на участке 'бригады Хойн' и 'группы Вартерберг' действовали 9 разведгрупп фашистов. Они раз за разом попадали в засады и несли большие потери. Одна из таких разведгрупп восточнее Трегубово полностью погибла на советском минном поле. Но разве немецкие генерал когда-нибудь берегли своих солдат-пешек? Такого не наблюдалось за ними ни в эпоху Наполеоновских войн, ни в Первую Мировую войну, не могли они действовать иначе и на Восточном фронте. Не умели. Wehrmacht вообще не имел в полках и ниже специально выделенных офицеров и подразделений для организации войсковой разведки. Разведотделы в полках и корпусах ликвидировали ещё до нападения на СССР, оставили только в дивизиях. Уму непостижимо! Примеры разгрома на марше войсковых колонн уходили длинным списком за горизонт, а в OKW никто не почесался. Даже в разведку ходили не специально обученные и отобранные солдаты компактной группой, как в Красной Армии, а обычные стрелки толпой до взвода со всеми вытекающими из этого результатами.

Luftwaffe снова бомбило 'дорогу жизни' Мясной Бор - Новая Кересть, Кречно после четырёхдневного перерыва. Однако ураган бомб и снарядов мог лишь мешать выводу советских войск, но не мог остановить. Движение советских грузовиков через Волховскую переправу у Селищ стало чрезвычайно интенсивным. Но усилия подлецов сказались на замедлении скорости передвижения войск.

В этой тяжёлой обстановке Власов самовольно, не поставив в известность штаб Ленинградского фронта, бросил оборудованный командный пункт в Огорели, а также один из главных аэродромов снабжения там, и самовольно перенёс штаб 2-й Ударной армии к Новой Керести. Возможности управления и снабжения ухудшились, зато Власов оказался на 15 километров ближе к 'дороге жизни'. Ситуация у Дубовика вышла из-под контроля.

В ночь на 23 мая и утром два только что пополненных до штатной численности батальона 484-го пехотного полка 254-й пехотной дивизии Кёллинга предприняли атаки на арьергарды 22-й 'харьковской' стрелковой бригады Пугачёва в районе Червинская Лука. Атака отбита с большими для атакующих потерями. Захвачены трофеи, взят в плен командир роты и 8 солдат.

Все поля вокруг Червинской Луки изрыты, испаханы до неузнаваемости. Ещё два дня назад тут расстилались ровные луга, а сейчас одни воронки. Едко пахнет сгоревшей взрывчаткой, порохом и вонью тления. Много растерзанных, изорванных пулями, минами и снарядами тел в мышиных кителях и чёрных вуалях на касках-кастрюлях, а погода жаркая...

С юго-запада между болотами Толстовский мох и Большое Глебовское подлецы атаковали небольшие советские заслоны в Веретье. После захвата этой деревни они массой отдельных групп широким фронтом двинулись через лес на Дубовик. Множество разведгрупп проникли в тыл, резали связь, убивали связных, снабженцев, нападали на штабы. Подлецы радовались и приговаривали: 'Волховская жижа глубока, стирает все следы Ивана!'

Командир 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии Жильцов растерялся. Враг оказался везде сразу. Но откуда исходит наибольшая угроза, с запада или юго-запада? Таких данных комдив не имел и действовал по наитию. В результате его резерв отправился не туда, куда требовалось. Власов не предупредил о подходе с разных направлений к Дубовику противника даже командира 59-й 'саратовской' стрелковой бригады, которая через Дубовик снабжалась. В результате оккупанты расстреляли на марше группу 'саратовцев', которые не подозревали, что у Дубовика враг. Затем 'пруссаки' Герцога атаковали с тыла заслоны 'дальневосточников' на железной дороге. Разблокировав дорогу, они подвезли по железной дороге к станции артиллерийские орудия, полк пехоты, и начали штурм. Тыловые части в спешке оставили Дубовик. 'Саратовская' бригада и штаб 'дальневосточников' оказались окружены и прорвались только за счёт высокого уровня боевого мастерства и мужества командиров. Комдив 'дальневосточников' полковник Карцев лично повёл штаб в атаку не дожидаясь, пока 'пруссаки' закрепятся. Навстречу ударила группа автоматчиков 1265-го стрелкового полка под командованием инструктора политотдела Кудинова. В результате заслон 'пруссаков' уничтожили и штаб вышел к своим. Гитлеровцы ворвались в Дубовик. С его оставлением войска Власова лишились важной базы для снабжения большого района.

Военный совет вернул к управлению 'дальневосточной' дивизии её многоопытного храбреца Ларичева. Жильцова переместили на должность командира 327-й 'воронежской' дивизии, при этом получивший уже назначение на должность командира 24-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии генерал Антюфеев, бывший командир 'воронежцев', упросил командование, пока гвардейцы находятся в тылу, остаться со своей дивизией, пока она не выйдет на плацдарм. Но и Жильцов всё ещё числился командиром 'дальневосточников'. Зачем Власову и Хозину в такой тяжёлой отставке потребовалась эта кадровая чехарда, когда одного храбреца и героя меняли на другого храбреца и героя, не понятно. Есть только один ответ: показать Ставке ВГК свою активность как командиров, принимающих меры.

Наступление гитлеровцев на 'дорогу жизни' Власова тем временем набирало обороты. В 'Волховский рукав' для этого продолжали прибывать пополнения. Подлецы вели перегруппировку. Более всего после лесного побоища у 'большой поляны' в пополнениях нуждался кровавый паникёр Яшке. 14 батальонов из разных дивизий, которые он имел для усиления свой 20-й моторизованной дивизии, находились в состоянии полного истощения и годились только для обороны, но никаким образом не могли проводить большие атаки: 1 'средний' батальон, 5 'выдохшихся' батальонов, 4 'слабых' батальона, 2 'истощённых' батальона. Пополнение прибывало необученное, с физическим недостатками, среди них много чехов и поляков, не желающих воевать. Но это значения не имело, поскольку на их сознательность капиталисты не и рассчитывали, а собирались гнать в бой пинками унтер-офицеров и автоматами фельджандармов. I батальон 287-го полка 96-й пехотной дивизии даже к обороне не способен. Боевая группа 'Маркс' у Трегубово из-за больших потерь распущена.

В целом, за исключением прорыва к станции Дубовик, отход армии Власова проходил более-менее планово. К концу мая чудо-богатырям 2-й Ударной армии жить стало повеселее. Грузовики на лесных дорогах больше не взяли по кабину в грязи и снабжение продовольствием и боеприпасами, хотя и незначительно, но улучшилось. Сказалось и то, что более 20 000 человек, 3000 лошадей уже вышли по 'дороге жизни' на Волховский плацдарм. От Мясного Бора до Новой Керести, Кречно продолжала активно действовать узкоколейка, невзирая на то, что артобстрелы и Luftwaffe уничтожили паровозы и постоянно повреждали платформы. Вот и в этот день гитлеровцы вели сильный артиллерийский обстрел центральной просеки 'дороги жизни' и узкоколейки. Произошло несколько попаданий по грузовикам, носильщикам и железной дороге. Узкоколейку снова бомбило Luftwaffe. Однако остановить движение у подлецов не получалось.

День и ночь в Новой Крести шли операции и перевязки, день и ночь - кровь и стоны. Известный в Красной Армии со времён Халхин-Гола и Финского похода профессор Вишневский, медицинское светило мировой величины - главный хирург Волховского фронта - периодически работавший в госпитале в Новой Керести, едва не погиб, когда в эвакоотделение госпиталя попала бомба, убив 50 раненых. Страшно представить условия, в котором находились люди по вине клики международных банкиров, организовавших страшную мировую войну. Тяжело девушке-медсестре постоянно видеть окровавленных, беспомощных юношей, мужчин, сжимать их холодеющие пальцы, смотреть в потухающие глаза и при этом утешать напрасно:

- Держись, ещё немного и тебе станет легче!

И в ответ слышать тихое:

- Нет, не жилец я, сестричка... Вот, возьми адресок - сынок у меня, дочка, жена, мать...

Умрёт - поплачет медсестра в углу и идёт к новым раненым, которых подвозили и подносили нескончаемым потоком с мест боёв. И опять заставляла себя улыбаться, свертывать дрожащими руками самокрутки и успокаивать, успокаивать, принимая часть боли на себя, на своё безмерно доброе и хрупкое сердечко...

С питанием раненых плоховато: всё получали в основном с воздуха, с самолётов - сухарики и крупу, сушёную рыбу, сало, соль, табак. Иногда доставляли павшую лошадь и варили суп из конины. Главное - накормить раненых. Медики - как придётся. А ведь дежурили сутками, засыпая на ходу, и кровь сдавали для раненых. Но и голодая, шатаясь от усталости, честно выполняли советские патриоты свой долг, отдавая раненым всю своё умение, подвиг, тепло, на которые оказывались способны в такой обстановке. Когда во время обстрела загорелась палатка с ранеными, подготовленными к эвакуации, командир эваковзвода Петушкова крикнула:

- Быстро выносите раненых!

А сама стала гасить пламя голыми руками, срывая горящий брезент. Она получила тяжёлые ожоги...

Власов приказал выводить к Волхову тракторы, грузовые и легковые машины. Пришла их очередь. Оставались только те, для которых не хватало бензина, а также машины обслуживающие штаб армии и Власова. Весь день через переправу у Селищ к 'дороге жизни' и обратно шло очень оживлённое движение.

В этот день 23 мая в результате безобразного отношения командующего Южного фронта Малиновского и его ближайших подчиненных к своим обязанностям, танковые и механизированные войска фон Клейста ударом с Донбасса окончательно отрезали от снабжения часть войск Южного и Юго-Западного фронта. Тимошенко пришлось оставить в покое почти разбитую у Харькова 6-ю полевую армию Паулюса, заниматься обороной и спасением своих окружённых войск. Малиновскому грозил суд Военной коллегии Верховного суда СССР, но заступничество члена Политбюро ЦК Хрущёва могло спасти этого 'солдата пяти армий' от заслуженного наказания.

24 мая 2-й Ударной армии следовало во исполнение директивы Хозина закончить отход на рубеж: среднее течение реки Тигода, Дубовик, Остров. Но Дубовик на железной дороге Ленинград - Новгород уже потерян. Причём потерян бездарно. Власов к критический момент перестал выходить на связь, перемещая штаб из Огорели в Новую Кересть, наслаждался весной, пьянствовал, забавлялся с Вороновой, катался с ней на 'эмке' по красивым окрестностям, гонял евреев в 'Военторге', требуя с подчинённых формального выполнения Уставов, а армия оказалась предоставлена сама себе. 'Харьковчане' Пугачёва и 'дальневосточники' Жильцова не полручки ни разведданных, ни подкрепления. О прорыве к станции Дубовик штаб Ленфронта узнал из данных своей воздушной разведки. Да что Ленфронт! Власов об этом не предупредил даже командира 59-й 'саратовской' стрелковой бригады, которая через Дубовик снабжалась.

Хозяин пришёл в ярость из-за потери Дубовика и всего прочего. Не того он ждал от 'героя Московской битвы'. Не того ждали от Власова член Военного совета Запорожец и начштаба Ленфронта Стельмах. Директивой No. 00172/Оп они потребовали от Власова отчёта: 'Ваше поведение непонятно. Уже третий раз вами своевременно не доносится об оставлении населённых пунктов. Вы оставили КП без разрешения и потеряли управление войсками на 'железнодорожном направлении', где обстановка осложняется. Приказываю: принять меры к планомерному выводу частей в соответствии с планом. Противника, пробравшегося в район Дубовик, ликвидировать, не допуская перехвата противником путей отвода войск армии'.

Ярость Хозина, Запорожца и Стельмаха понятна. Выпадение штабов из системы управления - прямая дорога к поражению. Таким манером, выводом штаб фронта из системы управления, троцкист Павлов в июне прошлого года привёл Западный фронт под поражению и к потере Минска. Так спрятался, что его не что войска, но и начальник Генштаба Жуков найти не мог. Вплоть до того, что Жуков посылал к Павлову своих сотрудников на связных самолётах, а Павлов их расстраивал как шпионов! Это предательство вылилось в то, что Wehrmacht разгромили не под Смоленском, а только под Москвой.

Получила приказ на отход от железной дороги Веймарн - Чудово дивизия 'воронежцев'. От тех, кто в январе громил 'Волховский вал', в строю осталась 3000 человек. Покидать освобождённую землю очень жалко. Хоть плачь. По заранее сделанным деревянным настилам герои на себе потащили пушки, передки и амуницию. Лошадей-то съели. Но бездорожье и подлецам мешало организовать преследование.

Когда 'воронежцы' уже отошли на 10 километров, оккупанты атаковали уже покинутые позиции, обрушив на них лавину огня. Преследование у оккупантов не задалось - 'воронежцы' уничтожали за собой гати. вели минирование. Оставляли у дорог неуловимых 'кукушек'. Кроме мин и 'кукушек' оккупантов поджидали ловушки-чарусы. Эти окна мёртвой стоячей воды, прикрытой травой, поглотили немало завоевателей, их лошадей, повозок, мотоциклов и машин ещё зимой. Идёт себе Фриц за Гансом и что-то говорит. Вдруг 'Ай!' и замолкает. Ганс поворачивается и видит - никого. Только снежный лес вокруг потрескивают от мороза...

Героический командир 'воронежцев', получивший несколько дней назад за выдающиеся заслуги своей дивизии в Волховской битве генеральское звание и назначенный командиром 24-й гвардейской дивизии, находящейся на переформировании, остался в трудный час со своими боевыми товарищами пока его новая дивизия находилась в тылу фронта. Таким образом у 'антюфеевцев' оказалось целых два комдива: полковник Жильцов и гвардии генерал Антюфеев.

К фронту, занятому остатками 92-й 'дальневосточной' стрелкой дивизии со стороны Ольховки вышло около батальона фашистов. Перед фронтом 23-й 'харьковской' стрелковой бригады действовали разведгруппы. 'Группа Кёхлинга' изготовилась к наступлению в направлении Ольховки и далее на Финёв Луг в тыл советским частям, которые находились с запада перед 61-й 'восточно-прусской' пехотной дивизией и на участке 'группы Ванделя' и 'группы Яшке', атакующих коммуникации Власова.

Не успели пройти через боевые порядки 57-й 'саратовской' отдельной стрелковой бригады в районе Ольховки все отходящие части 'дальневосточников', как пьяные 'восточно-пруссаки' с автоматами и ручными пулемётами наперевес, с криками и гиканьем толпой ринулись на 'саратовцев'. Тактический знак 'восточно-прусской' дивизии - белый заострённый к низу щит с тевтонским чёрным крестом. Похоже, немцы перепутали исторические эпохи. Тут 'свиньёй' как на Чудском озере в 1242 году атаковать не стоило. Кроме спиртного оккупанты принимали для подавления страха наркотический препарат 'Pervitin'. Вот уж где получилась бойня! Всё пространство перед советскими позициями покрылось сотнями трупов в мышиных мундирах, матерчатых перчатках и чёрных противомоскитных сетках на касках-кастрюлях. За сетками красноармейцы лазили по ночам. Раненым они хорошо помогали.

Западнее Большого Замошского болота перед фронтом частей 19-й гвардейской и 305-й стрелковых дивизий начали активные действия наёмники SS Freiwilligen Legion 'Flandern' и SS Freiwilligen Legion 'Nederland', испанской 250-й 'голубой' пехотной дивизии. Под шумок 254-я пехотная дивизия Кёхлинга пробилась к Вдицко.

Пока толпы оккупантов ложились костьми в лесах и болотах, фон Кюхлер продолжал сосредотачивать резервы, танки, боеприпасы в районах Мга, Карбусель, Вороново, Никольское, западнее и юго-западнее Спасской Полисти в 'Волховском рукаве', Подберезье, Земтицы, Село-Гора.

Wehrmacht, SS, испанские, голландские, латышские, испанские добровольцев и 'хиви' в борьбе с 2-й Ударной армией, партизанами Поволховья, как всегда, массово совершали военные преступления: расстреливали пленных, окруженцев, убивали раненых на поле боя, уничтожали беженцев, коммунистов, комиссаров, отбирали продовольствие и скот, обрекая население на голодную смерть, зверски издевались над советскими людьми, в частности над женщинами-военнослужащими и советскими активистами. Не война для победы - война на уничтожение славян. Иначе Wehrmacht и SS не стали бы многократно повышать стойкость советских войск своими зверствами по отношению к пленным, вместо того, чтобы гуманным отношением к врагу способствовать сдаче в плен! Им казалось, что взяв на вооружение придумки Геббельса про тайные 'тройки НКВД', созданные по секретному приказу Ежова No.00447, секретно приговаривающие в 1936-1937 годах к расстрелу, к 10-летним срокам 'без права переписки', используя ложь про расстрелы НКВД пленных польских офицеров, про пытки, тайные расстрельные подвал и крематории НКВД, и так далее, оккупанты смогут перевалить на НКВД свои расстрельные рвы, массовое истребление людей. Заодно, печатая свои измышления в газетах на оккупированной территории, выдавая свои расстрельные ямы за преступления НКВД, они хотели запугать население возможностью возвращения большевиков. 'Вот если в мирное время за два года большевики с бухты-барахты, уже после гражданской войны и раскулачивания, убили более 600 000 без суда и пересажали ещё около 10 миллионов 'без права переписки', то после возращения убьют и пересажают вообще всех. Вступайте в полицию! Выдавайте партизан!' И не беда, что это омерзительная ложь. Разве фашизм другой, разве не омерзительный? Какой фашизм, такая у него и ложь.

Геббельс понимал, что его лжи советские люди не поверят. Не знают они про такое палаческое НКВД ничего. Знают, что их родное НКВД - это пограничники, пожарные, автоинспектора, контрразведчики, борцы с бандитизмом и вредителями. Защитники. Герои. Но свои солдаты Геббельсу поверят. Поверят Геббельсу люди на временно оккупированных территориях, если им в каждой газете эту ложь лить непрерывным потоком. Поверят Геббельсу буржуазные журналисты и политики, ненавидящие СССР:

25 мая затишье. Проливные дожди. Дороги превратились в сплошное глиняное месиво. Глина налипала неимоверными комками на сапоги и казалось, что к ногам привязаны пудовые гири. Болота вовсю кишели комарами. Они проникали даже через специальные противомоскитные сетки, натягиваемые поверх палаток. Это усугубляло мучения оккупантов, вызванные вшами. Они не могли спокойно спать.

Линдеманн и Буш продолжали отводить обескровленные, разбитые части, меняя остатки батальонов на свежие батальоны, разгромленные батареи на батареи полного состава. Снабжение у оккупантов по-прежнему хромало на обе ноги. Горячий суп - мечта, горячая каша - роскошь. Пайки главным образом состояли из галет, консервированного тунца или колбасы. Прямой путь к гастритам и колитам. Ну и конечно шнапс и 'Pervitin'. Этот метамфетамин вообще превращал немцев в инвалидов и без всяких пулевых или осколочных ранений. Если уж фюрер употреблял 'Pervitin' по совету своего врача! Подлецы порой не теряли бодрости духа, но недостаток сна и скверное питание, чудовищное напряжение, вызванное боями, доставляли им бесконечные физические и моральные страдания.

23-я 'харьковская' стрелковая бригада с самого западного рубежа армии начала отход к озеру Тигода на промежуточный рубеж с запозданием. 31-й гвардейский миномётный полк получил 70 тонн горючего из Финёва Луга, но 203-й и 142-й дивизионы полка смогли на этом горючем дойти только до Новой Керести. Только 6-й дивизион уже полностью вышел к Волхову. Промахи Власова по организации вывода продолжали нарастать как снежный ком. Батальоны 484-го пехотного полка военных преступников 254-й пехотной дивизии Бешнитта при поддержке 10 танков Pz.Kpfw.III и IV из 12-й танковой дивизии атаковали остатки 46-й стрелковой дивизия у Червинской Луки. Подлецам удалось прорвать фронт.

К Новой Керести с юго-запада построена гать для вывода войск Власова. Сюда же подведена гать из брёвен с юга от Малого Замошья. С этого времени Новая Кересть, Кречно центр притяжения всей армии. Сама деревня Новая Кересть полностью разрушена, только на её южной окраине два повреждённых дома. В километре южнее Новой Керести посадочная площадка для самолётов с продовольствием и боеприпасами. У церкви Новой Керести занимали позиции тяжёлые 85-миллиметровые зенитки 52-К. Для высокого темпа ведения огня и его точность, а также для возможности стрельбы по маневрирующим целям, они имели ПУАЗО-3 с электрической синхронной передачей данных на орудие. Стервятники старались облетать этот район стороной. ПУАЗО-3 вырабатывал координаты упрежденной точки цели на дальности от 700 метров до 12 километров, при высоте до 9,6 километров. Здесь не забалуешь!

На затянутой масксетью крестообразной лесной поляне в 2 километрах юго-западнее Кречно располагался штаб Власова и батальон связи. Батальон связи имел 10 аппаратов Морзе, 2 аппарата СТ 35 и два аппарата 2БД-41 'Бодо'. Компактный телеграфный аппарат СТ 35 мог передавать примерно 1200 слов на небольшое расстояние. Информация кодировалась с помощью шифровального аппарата С-309. Громоздкий 2БД-41 действовал по принципу разработанному французским инженером Бодо и предназначался для быстрой передачи телеграмм по линиям проводной связи - от 2500 до 5000 слов в час на расстояния до 1000 километров. Аппарат позволял одновременно передавать нескольким телеграфистам по одной линии несколько телеграмм в обоих направлениях. Информация кодировалась с помощью шифровального аппарата С-308. Бензин для электрогенераторов теперь экономили и запускали аппараты максимум на 20 минут.

Капиталисты царя Николая II, устроившие из России колонию западного капитала под маской триколорного ура-патриотизма, держали её в сильной, в отдельных отраслях 100-летней отсталости. Это касалось и связи. Первая в мире линия многократного телеграфирования вошла в строй в действие в 1877 году во Франции. А в царской России первые аппараты Бодо появилось только спустя 27 лет на линии Петербург - Москва. К 1917 году на 73 000 километрах железных дорог Российской империи, при этом только на некоторых дорогах, в островном частных, имелось считанное количество буквопечатающие аппараты Бодо и Юза. Остальная связь - примитивные аппараты Морзе, коих имелось не более 15 000 на всю империю - 1/6 часть земной суши.

Масштаб обмена информации войны нового типа оказался огромен: нагрузка на штаба армии в 1941 году только по шифрограммам считалась нормальной в пределах до 60 шифрограмм в сутки, в для фронта 400 шифрограмм. Специалисты-шифровальщики Генштаба, помимо оснований работы занимались создания новых образцов техники, обучением шифровальщиков на фронтах. Отдел спецслужбы Оперуправления Генштаба РККА, ранее 8-е Управление Генштаба, за год войны обработал более 400 000 шифротелеграмм и кодограмм! Управление шифровальной службы Генштаба разослало по фронтам за год более 800 тысяч комплектов шифров. Но Красная Армия оказалась готова тому к серьёзному вызову.

Нарком обороны Ворошилов, которого поляки и немцы называли исключительно 'тупым и необразованным конником', готовя Красную Армию к отражению нападения полчищ капиталистических армий, вёл неустанную работу по оснащению РККА передовой отечественной техникой. Этого требовала военная доктрина Фрунзе, говорящая о том, что на первом этапе будущей войны враг будет иметь преимущество в численности, отмобилизованности, будет обладать совокупными ресурсами многих государств. То есть Красной Армии с самого начала придётся воевать не числом, а умением, и к этому умению следует прибавит более совершенную передовую технику. В этом случае обладание передовыми, во многом уникальными образцами вооружения выходили на первый план при подготовке большевиками страны к войне. Вместе с разработкой и принятием на вооружение перед войной таких великолепных, уникальных, передовых образцов вооружения как ППШ, СВТ, ДШК, Т-34, КВ-1, МЛ-20, Б-4, БМ-13, ЗИС-3, ПУАЗО-3, Ил-2, Ил-4, Пе-2, МиГ-3 и так далее, маршал Советского Союза Ворошилов уделил много внимания вопросам связи и шифровального оборудования.

Речевые шифраторы появились в СССР раньше техники для засекречивания текстовых телеграфных сообщений. Пионерами в этой сфере стали инженеры Остехбюро, которые первыми создали макет дискового шифратора. В капиталистической России никакой шифровальной техники не существовало вообще, ориентироваться приходилось только на себя. Первые шифровальные машины ШМВ-1, во многом отличающиеся от иностранных образцов, разработал советский инженер Волосок в 1932 году. В основе работы лежал принцип наложения случайной последовательности знаков на комбинацию знаков открытого текста, что в итоге создавало неразборчивую криптограмму, взломать которую по тем временам было практически невозможно. В последующие годы Волосок - начальник 2 отделения 8 отдела Генштаба РККА, главный конструктор первой серийной шифровальной аппаратуры В-4.

В 1937 году конструктор Козлов разработал компактную и лёгкую шифровальную машину М-101 'Изумруд'. Спустя два года по техзаданию НИИ связи и особой техники РККА пошёл в серию на Ленинградском заводе No.707 компактный аппарат многоалфавитном шифрования К-37 'Кристалл' массой 19 килограмм конструктора Рытова. Разработаны С-307 - шифрующее приставки к телеграфному аппарату с питанием от аккумулятора и С-306 для присоединения к классическому аппарату Морзе с питанием от сети. Разработаны и начали производиться в 1939 году на том же ленинградском заводе шифровальные машины C-308 и C-309 для телеграфных аппаратов Бодо и СТ-35.

Инженер Шарыгин в 1939 году провёл серьёзную модернизацию шифровальной аппаратуры В-4. Новый войсковой аппарат для шифрованной связи между Генштабом и штабами армий получил имя М-100 'Спектр'. Аппараты с элементами питания установили на 100 автобусов 'Studebaker'. Такие мобильные спецаппараты шифровальной службы - 'летучки' осуществляли получение и приём телеграмм даже в движении. 'Спектр' в боевых действиях показал себя хорошо: в Испании 1939 года, на озере Хасан в 1938 году, на Халхин-Голе в 1939 году, во время Финского похода Красной Армии.

В 1940 году конструктор Судаков разработал буквопечатающий стартстопный телеграфный аппарат со съёмным шифрующим блоком НТ-20. Что касается текстовых шифровальных машин, то общее их количество в СССР перед вероломным нападением капиталистов составляло 246 штук. Из них 150 штук типа К-37, остальные - М-100. С этой техникой работало 1857 человек личного состава шифровальной службы. Фактов взлома этой техники не имелось.

Гитлеровцы использовали шифровальные машины 'Энигма' для уровня корпус-армия и машины Lorenz SZ для более высокого руководства. Lorenz SZ использовала код лаборатории Bell Labs крупной американской компании AT&T Inc. из финансово-промышленной империи Моргана. В 1941 году англичане взломали немецкий шифр на основе кода лаборатории Bell Labs и даже приступили к созданию компьютера 'Colossus' из 1500 электронных ламп для сокращения расшифровки немецких радиосообщений до нескольких часов. Советская школа шифрования не представляла врагу подобных возможностей. Ворошиловские коды и оборудование оказались не по зубам немцам, англичанам и американцам.

После вероломного нападения капиталистов работы по совершенствованию советской шифровальной техники продолжились. В институте No.56 Народного комиссариата электропромышленности шла работа над устройством 'Сова' с применением особого кодирования, которое предназначалось для закрытия ВЧ-каналов, образованных техникой НВЧТ-42 'Сокол' в спектре до 10 кГц. 'Сокол' - это полевая каналообразующая аппаратура, позволяющая организовывать связь по высокой частоте по медным и железным проводам, а также по кабелю. К этому же классу относилась и 'Нева', создаваемая для засекречивания линии Москва - Ленинград. 'Нева' сопрягалась со всеми типами правительственной каналообразующей техники ВЧ-связи.

Нетрудно себе представить, что произошло бы с Красной Армией, русским народом, останься он к 1941 году под властью коррумпированных буржуазных правителей, частных собственников, воров-капиталистов, иностранных банков, не проведи большевики перед войной с западными колонизаторами ускоренной коллективизации-индустриализации, не подготовь всесторонне Красную Армию к войне нового типа - 'войне моторов и технологий'!

26 мая разразились проливные дожди. Дороги опять стали непроезжими. Войска Власова тем не менее продолжали выход на Волховский плацдарм. На внешнем фронте 'воронежцы' Антюфеева отошли по рубежам на 10 километров.

Подлецы усиленно меняли и пополняли части в 'Волховском рукаве', готовясь перекрыть 'дорогу жизни' 2-й Ударный армии. Проводили разведку боем. Только-только пополненный полицейскими из Германии III батальон 2-го полка SS Polizei-Division в ходе такой разведки боем попал под ураганный огонь советской артиллерии. К концу дня в батальоне осталось в строю только 5 человек! Общие потери - 650 человек. Разгром.

Пополнившись после тяжёлых боёв за 'Невский пятачок' - советский плацдарм на восточном берегу Невы напротив Невской Дубровки, 1-я пехотная дивизия Гразе получила фон Кюхлера кодовый сигнал 'Вперёд', то есть приказ двигаться от Ленинграда к Любани. Для поддержки предстоящего наступления Яшке, почти у самой просеки 'Фридрих', Борхерт приказал развернуть три батареи лёгких гаубиц, две батареи тяжёлых гаубиц, батарею 6-ствольных миномётов. Что и говорить, отличная мишень для 'Емель' МЛ-20 и 'Кувалд Сталина' Б-4.

Батальон испанской 250-й 'голубой' пехотной дивизии командиру 16-й полевой армии Бушу пришлось отправиться в карательный рейд против партизан, которые взорвали в нескольких местах железную дорогу Луга - Новгород, по которой Буш доставлял оружие, боеприпасы и снаряжение для будущего наступления в 'Долину смерти'.

27 мая из-за дождей дороги окончательно раскисли и стали почти непроезжими. Советские войска усиленно строили укрепления напротив восточного фаса 'Волховского рукава'. Ставились заграждения из колючей проволоки. Велось минирование. На северном участке фронта 3-тысячная 22-я стрелковая бригада Пугачёва оставила хорошо укреплённую деревню Тигода. На 'железнодорожном' направлении 'группа Гуррана' и 'группа Гизеке' из остатков подразделений 1-го полка SS Polizei-Division, разгромленного в апреле-мае в 'Волховском рукаве', атаковали станцию Радофинниково. Советские части прикрытия с боем отошли.

По 'дороге жизни' на Волховский плацдарм вышли очередные стрелковые подразделения армии Власова, зенитчики, часть 60-го отдельного артполка. Часть артиллеристов этого артполка осталась западнее 'дороги жизни' при орудиях, занимаясь улучшением дорог.

За Волхов в район между Селище и Александровская Колония через вышла в полном составе со всей артиллерией 24-я гвардейская, в прошлом 111-я 'архангельская' стрелковая дивизия Рогинского. Вышли остатки 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Артемьева. 'Ленинградцы' разместились вдоль 'дороги жизни'. У Глушицы сосредоточились остатки 166-го отдельного танкового батальона майора Стоянова, имеющего исправными 9 лёгких танков Т-60. Ранее вышли кавдивизии 13-го кавкорпуса Гусева, 4-я гвардейская стрелковая дивизия, часть армейской артиллерии, обозы, госпиталь, армейские тыловые службы. Вышла половина редакции армейской газеты 'Отвага'. Площадь, контролируемая войсками 2-й Ударной армии в ходе этой ретирады сократилась по сравнению с февралём втрое. Во столько же сократилось количество людей.

28 мая на 'железнодорожном' направлении 'группа Гуррана' и 'группа Гизеке' из 'прусской' пехотной дивизии Герцога атаковали станцию Горка. Советские части прикрытия с боем отошли. Несмотря на такие успехи оккупантов у железной дороги Ленинград-Новгород территория от станции Дубовик до Горки ими не контролировалось. Здесь болота чередовались с островками чахлого леса и зарослями кустарника. Дорог нет. Пресной воды нет. Снабжение только носильщиками. В воздухе тучи комаров и гнуса. Жара. Джунгли. И в этих зарослях везде группы отбившихся от своих красноармейцев, а то и одиночки, которые только и направят снайперски пустить пулю в офицера или пулемётчика. Боёв, вроде, нет, в потери у 'пруссаков' каждый день нешуточные.

3-тысячные 92-я, 327-я стрелковые дивизии, 2-тысячные 22-я и 23-я стрелковые бригады при неотступном давлении войск группы армий 'Север' в целом успешно и без больших потерь вышли на третий, основной оборонительный рубеж Финёв Луг - река Равань - Роговка - Ольховка. Этот рубеж защищал 2-ю Ударную армию от прицельного артогоня в глубину тыловых районов. Сохранялись оборудованные авиаплощадки у Финёва Луга и Новой Керести, Кречно. Имеющие половинный состав 46-я и 382-я стрелковые дивизии заняли 2-й оборонительный рубеж Кривино - Нанежно - Язвинка. Отсюда имелась возможность продолжать дальнейший выход в направлении Волховского плацдарма. Однако из-за плохо организованного Власовым свёртывания большей части сил и сосредоточения их у Глушицы, остатки войск прикрытия не смогли создать сплошной фронт на третьем рубеже обороны.

Фашисты тем временем свои свежие силы, бронетехнику, сосредоточили именно в районе Ольховки, Финёв Луг, Глухая Кересть. За 10 дней Власов организовал инженерную подготовку этих рубежей лишь отчасти. Имелось некоторое количество ДЗОТов, несколько заминированных участков, завалы, надолбы из рельс от разобранной железнодорожной станции Радофинниково и Финёв Луг. Заняв рубеж, соединения начали спешно достраивать укреплений уже под огнём подлецов. Проведённая рекогносцировка местности имела серьёзные ошибки. Так произошла ошибка по части непроходимости для пехоты Тёсовского болота западнее Финёва Луга.

Цветущий довоенный посёлок торфоразработчиков Финёв Луг, снабжавший топливом многочисленные электростанции, заводы, жильё ленинградской области, теперь лежал в руинах. Электростанцию, сети водопровода, канализации, клуб с кинозалом, школу, магазин, фельдшерский пункт, библиотеку, двухэтажные домики с черепичными крышами - всё разрушили проклятые капиталисты, вломившись в чужую счастливую страну. На поросшем травой пепелище покорёженные огнём железные кровати, швейные машинки, домашняя утварь. На станции остовы сгоревших вагонов. Luftwaffe по-прежнему бомбило руины.

Узкоколейка, ведущая из Финёва Луга через 'дорогу жизни' на Волховский плацдарм всё ещё действовала, несмотря на все старания Luftwaffe - густая листва по-матерински скрывала её. Части и соединения этого сектора обороны отправляли по узкоколейке в тыл своих раненых, обозы, получали снабжение.

Отход остатков 59-й 'саратовской' отдельной стрелковой бригады Глазунова происходил неорганизованно. Сигнала об отходе по рации она не получили, но бойцы увидели условные пожары у соседа справа. Обнаружили же отход соседей не столько по пожарам, сколько от того, что с этого фланга 'саратовцев' начали атаковать оккупанты, угрожая отрезать отход по единственному пути - через Дубовик.

Комбриг-59 Глазунов с наступлением темноты дал команду на отход. Открытое пространство в районе Дубовика бригада преодолела развернув боевые порядки под ружейно-пулемётным огнём оккупантов, с двух сторон пытавшихся окружить 'саратовцев'. За Дубовиком бригада втянулась в лесной массив, что и это остановило преследование.

Части 92-й и 327-й стрелковых дивизий Ларичева и Антюфеева, 23-я стрелковая бригада Клюнникова отходили к Новой Керести. В резерве Власова 25-я стрелковая 'харьковская' бригада Шелудько. Туда же к Новой Керести свезли всю технику, раненых и больных, эвакуированное население. В это время 2-я Ударная армия насчитывала около 30 000 человек, из них стрелковых подразделений примерно 1/2. Западнее 'дороги жизни' оставались более 4000 местных жителей, ждущих эвакуации.

Власов в апреле мечтал встать во главе огромной группировки, переполненной людьми, танками авиацией, бросить её в прорыв на запад и получить неувядающую славу спасителя Ленинграда, наверное и маршальские звёзды. Но ему не дали ни танков, ни самолётов, ни людей, и приказали отступать. Вся его армия численно равнялась всего лишь двум полнокровными пехотным дивизиям, которыми оперировал Wehrmacht при вероломном вторжении в прошлом году. Сейчас Wehrmacht имел на юге образцово-показательную моторизованную дивизию 'Великая Германия', которая по штатной численности приближалась ко 2-й Ударной армии, а по количеству танков, бронетехники обладала бы преимуществом над ней. 18-я полевая армия Линдеманна, наседающая на Власова с севера от Чудово и Любани, имела 170 000 человек, из них около Чудово 75 000. 16-я полевая армия Буша, действующая против Власова с юга со стороны Новгорода, имела 110 000 человек, не считая тех, что находились в 'котле' под Демянском. К весне эти полевые армии после зимнего разгрома уже накачали новой кровью из Европы.

Для понимания мизерности сил 2-й Ударной армии в масштабе советско-германского фронта, следовало обратить внимание хотя бы на 11-ю полевую армию фон Манштейна, имеющую под осаждённым Севастополем 250 000 человек, или на 6-ю полевую армию Паулюса, наступающую теперь на Сталинград, имеющую 230 000 человек. Здесь же 30 000 человек 2-й Ударной армии - это по меркам, которые использовал Wehrmacht - меньше армейского корпуса! Можно только склонить голову перед стойкостью советских чудо-богатырей из 2-й Ударной армии, которые могли вести на равных борьбу с такой тушей как группа армий 'Север' и раз за разом громить её войска, прославляя в веках блеск советского оружия! Но Власов чувствовал себя обманутым, обойдённым, преданным в наилучших ожиданиях.

Группа армий 'Север', создав подавляющий перевес в солдатах, танках и самолётах продолжала давление на периметр отходящей 2-й Ударной армии. На южной просеке у Большого Замошского болота против 58-й пехотной дивизии с трудом удерживала позиции 22-я 'харьковская' стрелковая бригада полковника Пугачёва. 'Харьковчане' имели в строю вместо штатных 5000 человек лишь 2700. После 5 месяцев тяжелейших боёв за Костылево, Мостки, Спасскую Полисть, Красную Горку, Ручьи, Червенскую Луку, они потеряли убитыми, ранеными, больными, пленными более 2000 человек. И только в конце января получили пополнение - в бригаду влили 163-й лыжный батальон 'свердловчан' численностью 380 человек.

III батальон майора Вайеля из 506-го 'прусского' пехотного полка полковника Гуррана, наступая с северо-запада с боем достиг станции Радофинниково в двух километрах южнее станции Дубовик на железной дороге Ленинград - Новгород.

Wehrmacht продолжал переброску новых сил из глубины и накапливал их в район Красногвардейск, Тосно, Мга. В 'Волховский рукав' вводились полки 1-й пехотной дивизии Гразе, снятой из-под Ленинграда. Оттуда отводились обескровленные, разбитые части. Остатки II батальона 385-го пехотного полка и I батальона 425-го пехотного полка, 'взятые взаймы' из резерва 16-й полевой армии, убыли на восстановление по железной дороге в свою 223-ю пехотную дивизию. Остатки I батальона 435-го пехотного полка 215-й пехотной дивизии пополнились очередной ротой выздоравливающих: 1 офицер, 20 унтер-офицеров и 300 солдат. Остатки 3-го дивизиона 193-го артполка заменил свежий 1-й дивизион 761-го артполка, 8-ю батарею 193-го артполка заменила 2-я батарея 165-го артполка. Артиллерия 215-й пехотной дивизия получила приказ совместно с батареями 'группы Ванделя' уничтожать советскую артиллерию противника, которая будет мешать предстоящей атаке 'группы Ванделя' для перекрытия коммуникаций Власова.

После пополнения и переформирования ранее разбитых и обескровленных частей и подразделений 215-й и 61-й пехотных дивизий, подлецы расформировали 'группу Книза', которая более 4-х месяцев представляла из себя конгломерат из множества разных 'обломков кораблекрушения' обороны 18-й полевой армии на Волхове. Теперь они могли действовать как дивизии. Но только это уже были кастрированные дивизии - все полки имели по штату на батальон меньше, чем во времена, когда колонизаторы с улыбками до ушей вероломно вламывались в СССР. Красная Армия в 1941 году очень качественно кастрировала Wehrmacht. Из-за колоссальных потерь к весне 1942 года в 69 пехотных дивизиях, которые теперь не участвовали в наступлении на Кавказ, оставили 6 вместо 9 пехотных батальонов. Максимальная численность пехотной роты для этих дивизий составляла всего 80 человек вместо 180 по штату, действовавшему на момент вероломного нападения. При том, что дивизии Wehrmacht фактически сократил вдвое, они продолжали испытывать нехватку состава. Довоевались капиталисты с советскими 'унтерменшами'...

Из-за нехватки артиллерийских орудий, в артаполках дивизий, не участвовавших в наступлении на Кавказ, Wehrmacht сократил количество орудий в батареях с 4-х до 3-х. В 9 пехотных дивизиях, сформированных в начале 1942 года, две батареи полноценных 105-миллиметровых гаубиц заменили в артполку на батарею ущербных 6-ствольных реактивных миномётов по 6 установок в батарее. Это при том, что вся Европа, напрягаясь, клепала Гитлеру оружие. Не будь мощи этого капиталистического интернационала за плечами оккупантов, так и бежал бы Wehrmacht от Москвы до самой границы СССР ещё в 1941 году, но...

Пока и оккупанты и защитники своей страны продолжали перегруппировку, Luftwaffe провело 200 самолёто-вылетов на 'дорогу жизни' 2-й Ударной армии, склады и переправы на Волхове. Зенитки и истребители сбили 3 стервятника.

Но главный удар в этот день подлецы Luftwaffe наносили по большой 'Дороге жизни' осаждённого Ленинграда, по всему ладожскому району судоходства. Ранним утром несколько высотных разведчиков Luftwaffe пролетели над этими районами. ПВО Ленинграда и ВВС Балтфлота получили предупреждение о возможном авиаударе по кораблям и перевалочным базам на восточном и западном берегах Ладоги.

В первой половине дня армада из 80 бомбардировщиков Ju 88 и He 111 в сопровождении 24 истребителей Bf 109F попыталась прервать работу 'Дороги жизни' в районе деревни Кобона. Здесь находился важнейший пункт в системе снабжения Ленинграда и эвакуации жителей через Ладожское озера. У причалов и рядом до 40 боевых кораблей и транспортных судов, на берегу - десятки тысяч тонн крайне необходимого Ленинграду груза, эвакуируемые ленинградцы. По сигналу красной ракеты взмыли в воздух 22 истребителя И-16 тип 29 из 4-го Гвардейского истребительного авиаполка Балтфлота подполковника Михайлова - наследники одного из старейших отечественных авиачастей ВВС. Всего навстречу стервятникам вылетели 60 советских истребителей ПВО Ленинграда и ВВС Балтфлота. Наводку на группы Luftwaffe осуществлял радар РУС-2 из ПВО Ленинграда.

Истребитель И-16 тип 29 - последняя серийная модификация И-16, выпускаемая с 1940 года. Это самолёт имел новое вооружение. В дополнение к двум пулемётам ШКАС калибра 7,62 миллиметров устанавливался крупнокалиберный пулемёт УБС калибра 12,7 миллиметра. Под крылом 4-6 направляющих реактивных снарядов РС-82. Радиостанция РСИ-3 и 'фотопулемёт'.

Значительное количество И-16 тип 29 имело бомбодержатели для бомб ФАБ-50, ФАБ-100, АО-10, АО-20М, ФАБ-50М, или зажигательных бомб ЗАБ-50ТГ. Скорость этого уже устаревшего истребителя всего 450 километров в час. Messerschmitt Bf 109F имел скорость до 600 километров в час. Но у И-16 время виража 17 секунд, а у Bf 109F все 20. Всех типов И-16 с 1934 года изготовлено 8194 штук и дело своё они сделали:

Вскоре, сразу с 3-х сторон: южной, западной и северной показались 80 бомбардировщиков Ju 88 и He 111, идущих на Кобону под прикрытием 24 истребителей Bf 109F. Цель асов Михайлова, кроме отражения бомбардировщиков, сковать боем истребители прикрытия.

- Петя, - передал командир 3-й эскадрильи Голубев по радио комиссару своей эскадрильи Кожанову, - будем бить на встречных курсах, действуй самостоятельно, держись над объектом!

- Понял! - ответил Кожанов.

Ведя четвёрку своих И-16, он устремился на группу He 111, идущую с запада. Голубев пошёл на сближение с He 111, надвигавшимися с юга. Советские зенитки открыли по стервятникам ураганным огонь. Асы-балтийцы парами и четвёрками завязали воздушный бой, не обращая внимания на смертельный риск. Неравенство в числе машин компенсировалось мастерством, отвагой и правильно выбранной тактикой: не распылять силы, не отвлекаться на преследование, наносить короткие удары по близким и наиболее опасным целям.

Группа комиссара Кожанова отсекла истребители, наседавшие сверху, и успела атаковать бомбардировщики. 'Комиссарское' звено дралось умело. Петров, Бакиров, Куликов - коммунисты. Не ведая страха, они отважно развернулись навстречу многочисленной группе истребителей Bf 109F дерзко атаковали ведущих. Видны лиц врагов под плексигласом кабин. Разошлись на встречных курсах очень близко. Голубев увидел, как уже второй Bf 109F, сбитый 'комиссарским' звеном, идёт вниз, оставляя за собой дымный шлейф. Успех сопутствует и остальным асам-балтийца: теряя куски и оставляя за собой купола парашютов, рухнули в пламени и дыму 4 бомбардировщика и 2 истребителя. Многие самолёты Luftwaffe получили повреждения, брызгают маслом и керосином, или уже горят в воздухе...

Сражению, кажется, не будет конца. Качается горизонт, меняются местами Ладога и небо. Стучат по обшивке пули. Бесстрашный лётчик Захарова, геройски осуществил воздушный таран. Ещё 3 лётчика получили ранения. Лопаются вокруг зенитные снаряды. Падают самолёты Luftwaffe. Уже 45 минут неравной схватки. Сбито уже 11 стервятников. Но и силы советских асов убывают - из боя вышли с различными повреждениями 8 самолётов. У остальных кончился боезапас. Горючего осталось на 10 минут. Потери гитлеровцев около 50 пилотов, штурманов, воздушных стрелков. Налёт сорван. Победа!

Но вот на высоте 3500 метров подходит новая большая группа: 15 бомбардировщиков He 111 в сопровождении 24 истребителей Bf 109F. И тогда Голубев дал последнюю команду своей 3-й героической эскадрилье:

- Из боя не выходить! Атаки продолжать, с курса не сворачивать.

Послышался спокойный голос комиссара Кожанова:

- Боезапаса нет, веду группу на встречный таран!

И через несколько секунд снова его голос:

- Не выдерживают сволочи...

Лобовая атака пары Кожанова являлась военной хитростью, ведь пулемёты бездействовали. Брали немцев на испуг. И у лётчиков Luftwaffe нервы сдали и чтобы избежать столкновения, He 111 повернули в сторону озера.

Кроме 11 самолётов, которые сбили гвардейцы в этом воздушном побоище, 20 бомбардировщиков и истребителей сбили советские береговые и корабельные зенитные батареи. Не меньшее число подлецов ушло назад с серьёзными повреждениями. Налёты сорваны. При возвращении подлецов над районом Пустынка сбито ещё 3 бомбардировщика Ju 88 и 3 получили повреждения. Для полного 'счастья' зенитчики сбили над Финским заливом 4 бомбардировщика Ju 88, где они пытались минировать участок от Лисьего Носа до Ораниенбаума. Так спасали Ленинград от капиталистов!

Общий итог дня Luftwaffe при осаде Ленинграда в этот день - 19 самолётов сбиты, 2 подбиты, 10 серьёзно повреждены. Убито 52 пилота, штурмана-бомбардира, стрелка, стрелка-радиста. Ранено более 30. В плен захвачено 3 лётчика. Потери советских истребителей - 4 самолёта. Погибло смертью храбрых 2 героя. 5 ранено. Настоящий 'самолётопад' 28 мая 1942 года на северном участке советско-германского фронта. Так воевали Luftwaffe под Ленинградом - вместе с бомбами капиталисты засыпали непокорный город обугленными тушками своих лётчиков.

На аэродроме гвардейцев поле боя зрелище печальное: стоят исковерканные, изрешечённые, обгоревшие И-16... Самолёты Петрова и Бакирова вообще металлолом - под замену силовые узлы и моторы. На это уйдёт 2-3 суток. Но как быть, ведь от возвращения машин в строй зависит успех воздушного сражения? Собрались коммунисты-ремонтники. Говорят:

- Сами вместо моторов вертеться будем, а сделаем. Завтра к обеду все 8 самолётов будут в порядке. Лишь бы фрицы спозаранку не приметили...

Наступила короткая майская ночь. Почти никто из командиров не спал. Техники слово сдержали. Когда на следующий день, заступив на боевое дежурство, лётчики осматривали самолёты, все оказались готовы к вылетам. На бортах боевых машин появились слова, выведенные белой краской: 'За Васю Захарова!'

29 мая батальон Вайеля из 'прусской' 'группы Гуррана', не встречая существенного сопротивления в заболоченной местности, продолжил наступление в юго-западном направлении на Поддубье. Западный фас прежней обороны 2-й Ударной армии 23-я стрелковая бригада уже оставила, отойдя к Финёву Лугу. Вайель наступал без поддержки артиллерии и прочего тяжёлого вооружения из-за условий местности, и из-за того, что упорных боёв не происходило - советские войска быстро уходили на восток. Однако от огня снайперов подлецы потеряли 55 солдат и два особенно опытных ротных командира - капитана Белау и обер-лейтенанта Буковски. Высланный 'пруссаками' усиленный разведдозор, который возглавил один из эстонских лейтенантов - 'хиви', захватил Поддубье. После этой атаки возникла связь с войсками, наступающими с юга.

Части 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии, вышедшие из окружения у Мостков, после отдыха и приведения себя в порядок снова начали активные действия по поддержанию 'дороги жизни' Власова. И только теперь, вместо запланированной даты 19 мая, начали отход в район Новой Керести, Кречно части, определённые во 2-ю очередь вывода к Волхову, в том числе 57-я стрелковая бригада, прикрывающая вместе с рядом других соединений отход предыдущих войсковых группы. 10-дневная задержка операции по отводу войск дорого стоила 'ударармецам'.


## Глава 16. Как Wehrmacht наступал со скоростью строительства железной дороги


Вообще бодрое весеннее настроение немецко-фашистских войск, ведущих наступление, сменилось унынием. Голодающая 2-я Ударная армия оказалась не так слаба, как обещали генералы. Особенно мрачное настроение царило в 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии фон Граффена. После пополнения в ней немцев осталось меньше половины. Остальные - это пригнанные на фронт насильно австрийцы, чехи, поляки, а также 'хиви' из Прибалтики и с Украины. 3 солдата-чеха из разведгруппы этой дивизии перешли на советскую сторону 29 мая. Они больше не хотели воевать за Гитлера.

Власов по-прежнему изображал энергичность, постоянно разъезжал на автомобиле с охранной и Вороновой по передовой вместо того, чтобы заниматься расчётами и планированием, контролировать выполнение графиков перемещения войск, динамики снабжения, организовывать разведку. Начальник разведки армии к великому сожалению какой-либо значительной роли при Власове не играл. Не имея службы радиоперехвата и агентуры, армия Власова получала информацию о противостоящих силах только от пленных, партизан и начштаба фронта Стельмаха, который оперировал данными авиаразведки. Это значило, что Власов действовал в полуслепую.

Власов распорядился отправить из своего штаба в Малую Вишеру боевое знамя 2-й Ударной армии с надписью 'ВЕРХОВНЫЙ СОВЕТ СССР'. Возникла некая двусмысленность. Во-первых командарм лишал войска священного боевого символа, во-вторых он, получается, не верил в победу. Знамя не простое - его вручил первому командарму глава СССР Калинин. Если командир не верит в победу под таким знаменем, что думать бойцу? Постепенно становилось очевидно - Власов разваливает управление в чрезвычайно ответственный момент, когда от него требовалась максимальная концентрация внимания, дисциплина принятия и исполнения решений опытного военного специалиста, мужество и решимость советского патриота. Вместо этого попойки в штабе стали почти ежедневными, особенно в политотделе.

К сожалению бригадный комиссар Васильев имел слабый характер и попал под влияние Власова. Начполитотдела батальонный комиссар еврей Пушкин вёл себя скорее как хитрый торговец, нежели как политрук. Начальник тыла армии Власова полковник Кресик - вялый и очень измотанный человек - на должности всего две недели в условиях сложнейшего маневра. Начштаба армии полковника Виноградова Власов назначил на эту должность всего месяц назад, когда армия уже на несколько недель задержалась с началом отхода к Волхову. С начала Волховской битвы Виноградов стал уже третьим начштаба. Предыдущий начштаба полковник Рождественский теперь возглавлял самый важный отдел штаба - оперативный. Но вот вопрос, если Рождественский безграмотный или ленивый, и его Власов сместил с должности начштаба, то зачем ему тот же Власов доверил такой важный пост в этом же штабе? Если Рождественский грамотный и трудолюбивый, то почему его так унизили перед всей армией и сместил с должности начшаба? Неужели после этого он станет работать добросовестно и с полной отдачей?

При всём при этом Власов кроме порочных отношений с Вороновой развёл неприкрытый разврат, приказав набрать на штабные должности писарей молодых симпатичных женщин. В разврат также вовлекались 23 девушки из 385-го отдельного батальона связи, обслуживающего Штарм-2. Васильев, Пушкин, Кресик, Рождественский и другие работники штаба чином пониже взяли пример с Власова и пустились в амурные похождения, словно не страшная война вокруг, а что-то типа музыкальной комедии 1941 года 'Сердца четырёх' с красотками Серовой, Целиковской, которую помногу раз крутили в штабе:


Всё стало вокруг голубым и зелёным,

В ручьях забурлила, запела вода.

Вся жизнь потекла по весенним законам,

Теперь от любви не уйти никуда...


Вечером Luftwaffe решило повторить удар по ключевому участку 'Дороги жизни' осаждённого Ленинграда, ради которого сражались и умирали воины героический 2-й Ударной армии - транспортному узлу у деревни Кобона. Здесь скопились десятки боевых кораблей и транспортных судов, десятки тысяч тонн грузов, тысячи эвакуируемых.

Что может происходить на 'Дорогу жизни' в случае прорыва Luftwaffe, мог показать подвиг тральщика 'ТЩ-82'. Тральщик вышел из Морье в Кобону, имея на буксире паром с десятью железнодорожными вагонами. В вагонах раненые бойцы и ценное оборудование. В районе наиболее удалённом от советских зенитных батарей его атаковали стервятники Геринга.

Расчёт 45-миллиметровой пушки старшины 1-й статьи Петрова и пулемётчики старшина 1-й статьи Ракитский и матрос Гладких своими умелыми действиями помешали Ju 87 прицельно бомбить. Гладких осколком оторвало правую руку, но герой, стекая кровью, продолжал стрелять левой рукой, пока не был сражен насмерть!

Из 30 бомб ни одна не попала в корабль, но несколько разорвались близко. Тральщик получил более 25 подводных пробоин. В машинное отделение и кубрик стала поступать вода. Тральщик потерял ход и управление. Корабли атаковали истребители, сбрасывая малые бомбы, стреляя из пушек и пулемётов. Из строя вышло более половины команды: 16 раненых и 6 убитых. Смертью храбрых пали пулемётчик Ракитский, наводчик Петров. Вся машинно-котельная вахта получила ранения. Корабль горит. Всё в дыму.

Пробоины в районе угольных бункеров заделать изнутри не удалось. Механик корабля старший техник-лейтенант Вальков обвязался тросом и так опустился за борт в ледяную воду. Под огнём, при качке герой кувалдой забил в пробоины пробки-чёпы одну за другой! На баллер руля надели стальную трубу и с её помощью посредством талей герои-ладожцы стали вручную управлять кораблём. Толстый четырехдюймовый буксирный трос держался теперь на одной пряди. С большим трудом его выбрали и закрепили выше перебитого места. Продолжая борьбу с водой и пожарами, тральщик дал ход и довёл паром с ранеными и оборудованием до Кобоны. Так спасали Ленинград от капиталистов! Здесь объятый племенем тральщик пришлось посадить на мель, чтобы он не затонул, пока ему окончательно не заделают пробоины. Ладожский 'Варяг'!


Наверх вы, товарищи, все по местам,

Последний парад наступает...


Лётчики авиаполка Михайлова понимал, что от них многое зависит. 29 мая Luftwaffe рассчитывало на внезапность и светлую майскую ночь, понимая, что в густых сумерках эффективность истребителей и зениток резко снижается. В ожидании сигнала на вылет прошла вторая половина дня. Начинались сумерки. Все лётчики-балтийцы собрались покинуть кабины самолётов. Но тут радар РУС-2 засёк более 150 бомбардировщиков, которые четырьмя группами пересекли линию фронта в районе Шлиссельбурга и быстро приближались к Кореджскому рейду, где загруженные корабли начинали выстраиваться в походные ордера для ночного перехода к западному ленинградскому берегу. Началось...

Взвилась красная ракета - взлёт! Минута - и 3-я эскадрилья Голубева в воздухе. Сумерки быстро сгущались. Троих лётчиков, никогда ещё не действовавших в таких условиях, пришлось вернуть. В воздухе осталось 5 самых опытных и отважных: Байсултанов, Кожанов, командиры звеньев Цыганов и Петров, а также командир эскадрильи.

Удар стервятники продумали тщательно. 3 группы Ju 87 подходили с одного направления. Выше их летали несколько пар истребителей Bf 109F. Против такой армады сил у асов-балтийцев очень мало. Голубев знал, что Ju 87 начинали бомбить по сигналу ведущих - вот их-то и следует сбить в первую очередь.

Голубева скомандовал:

- Петя, на правую группу! Алим, на левую! Уничтожить лидеров! Пройти через строй, не сворачивать!

Голубев взял на себя ведущего центральной группы. Развёрнутым строем латаные-перелатанные И-16 с красными пилотками на хвостах и белыми надписями 'За Васю Захарова!' устремились в лобовую атаку, похожую на встречный таран. Помимо всех счетов, которые раз за разом предъявляли гвардейцы слугам капитализма, у многих имелись и неоплатные личные счета.

Оккупанты в прошлом году неподалёку от Малой Вишеры казнили мать и отца командира звена Петрова, совершившего за 8 месяцев войны 360 вылетов. Стариков убили за то, что их сын - лётчик, защитник Ленинграда. Их расстреляли на площади перед толпой односельчан. Через некоторое время пришла ещё одна чёрная весть: гитлеровцы надругались над его невестой Людочкой, той самой, чьи нежные письма он читал товарищам. Школьная подруга, родной, любимый ему человек. С нею собирался он строить жизнь. Вдобавок ко всему окупать угнали её в Германию. Как после такого не считать Wehrmacht армией террористов, преступников? Разве это воины?

У комиссара Кожанова, коренастого, широколицего, с открытым, задорном лицом со следами недавних ожогов, с прищуром внимательных серо-голубых глаз, на оккупированной фашистами курской земле остались жена и дочь. От них давно от них нет вестей. Тревога за их жизнь порой заставляет его просиживать всю ночь без сна в землянке при свете коптилки. Командир полка жену из Ленинграда вывез полумёртвой от голода. У лётчиков Цоколаева и Кузнецова жены Ленинграде тоже с тяжёлой дистрофией, а у них грудные дети. Как ещё обернётся? Может, на всю жизнь инвалиды... Детишки! Много, очень много задолжал капитализм советским, русским людям. Вовек не расплатиться!

Всё решилось в секунды. С дистанции 200 метров асы открыли огонь. Вперёд вырвались трассы трассирующих пуль. Лидеры всех 3-х фашистских групп почти одновременно вспыхнули, закувыркались и упали вблизи кораблей, рассыпая вокруг себя куски обшивки. Но это, как оказалось, стало лишь началом. Стреляя из всех пулемётов, гвардейцы краснозвёздными метеорами врезались в строй врага. Самолёты проходили так близко, что даже в сумерках стали видны белки глаз. Фашисты, посчитав советских асов смертниками, шарахнулись в разные стороны и стали ломать строй. Если сломал строй, сформированный при взлёте из многих самолётов, то всё - обратно не выстоишь. Каким-то чудом не столкнувшись с 'лапотникам', пройдя вплотную к ним, лётчики эскадрильи Голубева вдруг увидели перед собой 4-ю и самую большую группу Ju 87, идущую двумя параллельными колоннами. На команды времени нет. Каждый теперь решал сам за себя. Голубев заметил справа звено Кожанова и понял - все решили одинаково. Герои вновь понеслись в лобовую атаку. Снова огонь почти в упор. Падают охваченные огнём ещё два ведущих 'лапотника'. Строй 4-й группы тоже начал распадаться. Сохраняющие высоту истребители прикрытия бессильны против такой тактики. Они не могут пикировать на И-16 в гуще своих бомбардировщиков которые хаотично летят в разные стороны как перепуганные бакланы. Для немцев это что-то новенькое, что-то запредельное, непонятное, ведь самолёты в двух подряд лобовых атаках строй на стой не столкнулись лишь чудом!

Гвардейцы пользуются моментом. Они развернулись и всей пятёркой повторили атаку на кучу-малу с задней нижней полусферы, которая не простреливалась задними стрелками из кабин Ju 87. 'Лапотники' тихоходны - ровесники И-16. Здесь уже в дело пошли ракетные снаряды РС-82 'ишачков' И-16. Огненные стрелы дымным веером быстро понеслись перёд и догнали два Ju 87. Взрыв, второй! Вспыхнув яркими факелами, 'лапотники' падают в Ладогу, разваливаясь на части. Видно как среди охваченных огнём обломков беспомощно кувыркаются фигурки лётчиков и стрелков. Собакам собачья смерть!

Зенитки за это время сбили ещё 5 самолётов. Всё небо в дымных хвостах и облачках зенитных разрывов. За полчаса боя совсем стемнело. Вспыхнули зенитные прожектора. Фашисты, включив сирены, начали бросать бомбы куда попало, не причинив кораблям ущерба, и уходить за линию фронта. Все затаив дыхание ждали подсказки радара РУС-2. Идёт следующая волна? 'Чисто!' За этим неслыханным боем '5 против 150' наблюдал с корабля командующий флотом вице-адмирал Трибуц. Он знал, что с нового года каждый лётчик полка делал до 5 боевых вылетов в сутки на прикрытие ледовой трассы. Но такое... Что принесло редкостный успех горстке советских асов в бою с армадой Luftwaffe? Новизна тактического приёма - групповые лобовые атаки по ведущим, меткость, прекрасная лётная выучка, дерзость и отвага и, конечно, предельный риск.

После приземления командир эскадрильи Голубев продолжал сидеть в кабине. Несмотря на скоротечность боя он ощущал беспредельную усталость. Казалось, всё тело дрожало как в лихорадке. В голове неотступная мысль: 'Как не столкнулись?' Ведь буквально впритирку расходились, мелькая друг перед другом, белки глаз видели: Лётчики и техники собрался у самолёта комэска. На крыло поднялся комиссар Кожанов, крикнул с тревогой в голосе:

- Вася, что с тобой, ранен?!

- Нет, просто нет сил, ноги и руки дрожат, нужно успокоиться... - ответил комэск.

- Ничего, командир, сегодня мы отомстили за Васю! За тебя боялся, ведь ты без прикрытия шёл!

Конечно отомстили. Только за 2 дня Кожанов и Голубев сбили по 4 самолёта, а Байсултанов - 3!

Дело шло на лад. Число современных самолётов в ВВС Красной Армии непрерывно нарастало. Только за апрель советская промышленность дала фронту 1432 самолёта. С заводских конвейеров сходила передовая, в ряде случае уникальная, не имеющая аналогов боевая техника, такая как скоростные пикирующие бомбардировщики Пе-2, штурмовики Ил-2. К началу мая 1942 года фронтовые части в своём составе имели 3164 боевые машины.

30 мая все оставшиеся западнее 'дороги жизни' войска 2-й Ударной армии сосредоточились в зоне радиусом 8 километров. Леса кишели людьми, все немногочисленные дороги забиты. На обочинах приготовленный на выход транспорт, вооружение, имущество. Столовая штаба армии перестала работать. Еду стали выдавать продуктами.

К Власову это не относилось. Ему по-прежнему готовили повара. Выдавал деликатесы 'Военторг': буженина, икра, кофе, балык, портвейн, коньяк. На столе военачальника творог, сметана, масло из свежего молока двух штабных коров, Свои несушки дают яйца. Этим заправляла Воронова. В дивизиях и бригадах комсостав питается проще. Завтрак - суп с лапшой и консервами, хлеб, чай, сахар. В обед - щи и гречневая каша с жиром, хлеб, чай. В ужин конская колбаса, хлеб, чай. 'Военторг' всё ещё продал старшему комсоставу конфеты, шоколад, печенье, папиросы.

Красноармеец из 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии Сорокина в ночном дозоре: 'Алтайцы' занимали участок обороны протяжением 12 километров от деревни Мостки до отметки 39,0, что в 2 километрах севернее узкоколейной железной дороги и 'дороги жизни', имея боевой состав всего в 2796 человек. Дозорный прислушивается как подает голос живое: где-то в отдалении на затопленных водой и недоступных человеку болотах гогочут гуси и крякают утки, курлычут журавли: Хочется спать, мочи нет. Вокруг поста лягушачий концерт. Певуны шпарят без передыху. Они надёжные помощники. Ежели начнёт подбираться враг, хористы притихнут - подадут знак об опасности. Одновременно даже в предутренний час не может угомониться смерть: где-то у Спасской Полисти не утихает перестрелка...

И вот рассветную тишину над 'дорогой жизни' нарушил гул моторов Ju 87 и Ju 88. Загрохотали взрывы на позициях 'алтайской' дивизии. Началось! Войска группы армий 'Север' подлеца фон Кюхлера: I армейский корпус Клеффеля с северного и северо-западного направлений и XXXVIII армейского корпуса Хеннике с южного направления, начали наступление со всех сторон. Новое наступление на 'Долину смерти' - фактически 2-й этап проваленной в марте операции 'Raubtier', как бы 'Raubtier II', готовилось с 15 мая и несколько раз переносись из-за действий советских войск. И вот теперь из 'осиного гнезда' 'Волховского рукава' атаковали 2 пехотные и 1 моторизованная дивизии 18-й полевой армии Линдеманна. С юга из-за Большого Замошского болота атаковали в направлении 'Долины смерти' 2 пехотные и 1 моторизованная бригада 16-й полевой армии Буша.

К этому дню мартовский приказ Гитлера по задачам операции 'Raubtier' уже не мог быть исполнен, поскольку к этому дню полностью вышли через 'дорогу жизни' к Волхову 25-я, 80-я и 87-я кавдивизии, 4-я гвардейская стрелковая дивизия, 7-я гвардейская танковая бригада, армейский госпиталь и 9000 раненых, половина тяжёлой артиллерии Резерва Верховного Главнокомандования, дивизион и тылы 31-го гвардейского миномётного полка, интендантские склады зимнего имущества, военный трибунал армии, 100-й зенитный артполк, другие части. Вышли частично, вывели свои обозы, части снабжения и раненых 382, 327, 46, 92-я стрелковые дивизии, 23, 22, 25, 53, 57, 59-я стрелковые бригады, оставив восточнее 'дороги жизни' фактически дивизионные и бригадные ударные группы с артиллерией.

Войска 2-й Ударной армии уже отошли на рубеж по реке Равань. С фронта протяжённостью в 200 километров зона действий армии уменьшилась до пространства радиусом 13 километров. Вся оставшаяся техника находилась близ реки Глушица, готовая к эвакуации. Стоял вопрос о выводе на Волховский плацдарм оставшихся 23 000 боевого состава армии Власова, 1500 тыловиков, строителей, 4000 местных жителей и 500 партизан. Таким образом фон Кюхлер наступал, имея в четыре раза больше людей, чем Власов, которого он собирался окружить, и то ему следовало очень торопиться, иначе Власов уйдёт совсем. 2-я Ударная армия имела в этот момент для управления ВПУ в двух километрах к северо-западу от Новой Керести и КП в 2 километрах восточнее Кречно. На ВПУ находился заместитель Власова генерал Алферьев, на КП - Власов.

На направлении главного удара из 'Волховского рукава' трёх дивизий подлых оккупантов на 8 километров приходилось 600 стрелков 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии, 2 пулемёта 'Максим', 70 ручных пулемётов ДП, 65 миномётов. Больше всего 'алтайцы' надеялись на свой гаубичный артполк и замаскированные танки 166-го отдельного танкового батальона. Советские части, убаюканные неделей пассивности подлецов на этом участке, введённые в заблуждение тем, что полнокровная дивизия Гразе и ударные части других дивизий занимали позиции в 'Волховском рукаве' в режиме строжайшей секретности и маскировки без использования радиостанций и телефонных линий, оказались застигнуты врасплох. Признаки сосредоточения войск всё равно имелись и очень странно, что командующий Ленинградским фронтом и Волховской группой Хозин, его начштаба Стельмах, зная, что фон Кюхлер против 'алтайцев' сосредоточивает войска и что 'алтайцы' могут из-за своей малочисленности не справиться с обороной 'дороги жизни' 2-й Ударной армии, мер к усилению обороны этого участка не предприняли, имея в своём распоряжении резервы.

При этом командующий 59-й армией генерал Коровников, который отвечал за этот участок обороны, наспех утвердил весьма несовершенную схему оборонительных сооружений, представленную командиром 'алтайцев' полковником Сорокиным. В штабе Коровникова схему не проверили. На авось. Результат - из выстроенных 11 ДЗОТов 8-й ротой, к примеру, 7 непригодны из-за залива водой...

После того, как отгремела массированная артподготовка фашистов и Ju 87 сделали последний ложный заход, моторизованная дивизия Яшке и пехотная дивизия Гразе пошли в атаку из 'Волховского рукава' вдоль реки Полисть на участке 7-й стрелковой роты 1236-го стрелкового полка майора Анищенко из 'алтайской' дивизии в направлении 'дороги жизни'. Отвлекающий удар от Трегубово на восток проводила 215-я пехотная дивизия Книза.

Вдоль лежневой дороги лесозаготовщиков огромной живой в свою 'Долину смерти' волной из тысяч солдат, как нашествие гигантской саранчи, шла в дыму и болотном тумане 'группа Хебелера' состоящая из батальонов 76-го моторизированного полка дивизии Яшке, 540-го штрафного батальона 'испытательного срока', частей 1-й пехотной дивизии Гразе. Солдаты для преодоления страха накачены таблетками препарата 'Pervitin' и шнапсом по бутылке на два человека. Они теперь могут не спать несколько суток, не есть, не ощущать боли. Штрафников это не касалось. Они шли умирать в 'Долину смерти' 'на сухую', ради прощения.

Оккупанты метр за метром продвигались по пылающему лесу в чёрных противомоскитных сетках, скрывающих искажённые ненавистью и страхом лица, в чёрных перчатках, скрывающих руки, словно мумии, мертвецы из преисподней. Большинство ДЗОТов и траншей-стенок 'алтайцев' разрушены артподготовкой. На направлении атаки оккупанты имеют численное преимущественно 100:1. Во время атаки перемещение тяжёлого вооружения пехоты и противотанковых средств для атакующих оказалось невозможным из-за условий местности, поэтому они просто наваливались тушей, шли в 'мясную' атаку, тем более, что весеннее пополнение пехотных дивизий практически не имело боевого опыта.

600 бойцов и командиров 'алтайской' дивизии, понимая, что за ними 'дорога жизни', стояли насмерть. Раненые, перевязанные обрывками белья, не уходили в тыл, ведя бой до последнего патрона. Артиллерия по обе стороны фронта вела сильный огонь. То здесь, то там оживали огневые точки, между стволов деревьев из дыма появились автоматчики и из ППШ косили, косили, косили. Вела огонь 'на картечь' батарея 45-миллиметровых пушек лейтенанта Орфанова. Видимость для ведения огня к тому времени сильно ухудшилась: мешала сплошная листва берёзового леса и кустарника, пороховой дым, гарь разрывов мин и снарядов, водная взвесь от взрывов. Также вела непрерывный беглый огонь батарея 76-миллиметровых 'полковушек' лейтенанта Дуда. Лошадей, способных передвигаться, 'алтайцы' уже отправили с ветфельдшерами за Волхов. Пушки перемещали вручную.

Оборону Анищенко мощно поддерживали 122-миллиметровые гаубицы 'Матушки' М-30 артполка его дивизии. Каждая из гаубиц 'алтайцев' имела 5 комплектов снарядов, а в передовой линии находились артиллерийские наблюдатели. Старшина Мальшунин из 'алтайского' артполка вывез с дивизионного артсклада ещё 10 комплектов снарядов на каждую батарею. Стрельба нагрела стволы 'Матушек' до такого состояния, что до них невозможно дотронуться. В течение дня ни одна гаубица не смолкала: заряжающие валились с ног от усталости. Через каждый час подменялись..

Лежневая дорога лесозаготовителей, идущая с севера, выводила чёрные из-за сеток и перчаток полчища фашистов к трём просекам 'дороги жизни', идущим с востока на запад - северной, центральной и южной, а также к узкоколейке. Подлецы называли эти дороги 'просека Густав', 'просека Эрика', 'просека Дора'. Лежневая дорога соединялась с поперечными просеками, пересекающими просеки 'Густав', 'Эрика', 'Дора' с севера на юг через каждый километр. Эти просеки-улицы вместе образовывали как бы 'лесные кварталы' 'Долины смерти'. У высотной отметки 40,5 лежневая дорога расходилась в разных направлениях. Это давало подлецам возможность при захвате отметки 40,5 занять сразу большой лесной район. В распоряжении Яшке имелась также большая поляна с лежневыми дорогами между Глушицей и Полистью. Система лежневых дорог давала подлецам возможность быстро и помногу доставлять своим головорезам в 'Долину смерти' боеприпасы, вооружение, снаряжение, пополнение, продовольствие, воду, эвакуировать раненых, повреждённое вооружение.

Из-за симфонии советского Бога войны солдатам Яшке и штрафникам приходилось туже некуда. Но силы всё равно оказались неравны. За 2,5 часа боя подлецы, не считаясь с большими потерями, смогли убить всех стрелков Анищенко перед просекой 'Фридрих' и около узкоколейки, и продвинуться на 700 метров. Здесь они уперлись в отчаянно отбившуюся группу бойцов и замаскированный танк Т-60.

Luftwaffe в это время как обычно переключилось на дороги, узлы коммуникаций управления, чтобы затруднить принятие ответных мер. Бомбёжке подверглись переправы через Волхов, тылы Волховской группы войск. Большая группа бомбардировщиков Ju 88 направилась для удара по эшелонам на железной дороге у Малой Вишеры. Стервятников прикрывали истребители Me 109 F-2 и Bf 109 F-4 из 54-й истребительная эскадры 'Зелёное сердце', которые двигались значительно выше. Навстречу им шли Пе-2 для бомбёжки 'Волховского рукава'. Их прикрывали два МиГ-3 из 2-го гвардейского истребительного авиаполка Метёлкина: сам комполка и его ведомый Панкин.

В районе деревни Красненка гвардейцы заметили строй этих Ju 88 и пошли в атаку. С первой атаки Метёлкин поджёг один Ju 88. В этот же момент 8 истребителей Me 109F, которые прятались в облачности, спикировали на 2 советских. Подлецами командовал Траутлофт. Бой '8 против 2'. МиГ-3 Метёлкина оказался подбит. Прославленный советский ас погиб. Панкин, оставшись один на один с восьмёркой истребителей, вышел из боя. Подлецы не могли бросить бомбардировщики в советском тылу и не стали его преследовать, что случалось с ними крайне редко...

Над Малой Вишерой стервятников встретили истребители ЛаГГ-3 из 10-го истребительного авиаполка. В завязавшемся бою советские истребители сбили два Bf 109F. Зенитчики сбили один и повредили ещё один бомбардировщик, помешав прицельному удару по городу.

Ещё не закончились бомбёжка и воздушный бой, а на путях железнодорожной станции Малой Вишеры уже появились бойцы из каких-то тыловых подразделений - неказисто одетые, в обмотках и ватниках. Следом за ними из развалин вынырнули железнодорожники и другие местные жители. Они энергично оттаскивали убитых лошадей в более или менее безопасное место, тут же свежевали туши и делили мясо между собой. Некоторые женщины, поглядывая вверх, опытным взглядом оценивают воздушную обстановку и, улучив удобную минуту, делали стремительный бросок вперед, чтобы собрать в подолы и сумки разбросанную взрывом рыбу.

Получил повреждения и стал падать ЛаГГ-3 командира звена 23-летнего младшего лейтенанта Ливанова. Раненый герой выпрыгнул с парашютом. Кроме обычных бомб подлецы сбросили на город бомбы с взрывателем замедленного действия неизвестной конструкции. Однако советские сапёры смоги их обезвредить, не понеся потерь.

Вроде бы всё ясно - фон Кюхлер перешёл в наступление. Настало время хвататься за голову и браться за ум, а не за прелести телефонисток, но Хозин убедил себя и всех, что оборона вдоль 'дороги жизни' Власова прорвана небольшой группой автоматчиков. Резервы в бой не пошли. Части 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии бездействовали в болоте за спинами жидкой цепочкой 'алтайцев'. Но и что это за дивизия такая, 'ленинградская', имеющая в строю 1800 человек? Она в непрерывных боях с 8 августа 1941 года. У дивизии сменились 5 командиров.

Командир 'ленинградцев' Лукьянов получил назначение в другую дивизию. Виноградов вышел из окружения и теперь начштаба у Власова. Лебедев пал смертью храбрых в Тихвинской операции. Старунин пал смертью храбрых в Любанской операции. Коркин отстранён от командования за неподобающее командиру Красной Армии поведение. В дивизии 1800 отборных ветеранов. Но разве это дивизия? По штату ? 04/201 от 18 марта 1942 года стрелковый полк должен иметь 3173 человек, а тут? 'Ленинградцы' хотя бы оружия имели в достатке: полноценный артполк с гаубицами 'Матушка', 14 'полковушек', 8 'сорокопяток', 32 миномёта, 11 станковых пулемётов 'Максим', 50 пулемётов ДП, 423 пистолета-пулемёта ППШ.

Подлый враг тем временем на захваченном участке леса ежечасно усиливался, лихорадочно строил сразу три линии обороны и готовился 10-тысячной живой волной навалится на 'ленинградцев'. И вот, удачно использовав временную фору от Хозина, головорезы Яшке и Ванделя перерезали узкоколейную железную дорогу в районе отметки 40,5, и узким клином обрушились на остатки 546-го стрелкового полка 'ленинградцев' между центральной и южной дорогами 'Долины смерти'. Впереди наступал 540-й штрафной батальон. Этих смертников либо ждала пуля русская, либо сзади пуля немецкая. За штрафниками двигались батальоны 76-го моторизованный полк 20-й моторизованной дивизии, 505-й сапёрный батальон и другие части.

Заняв три квадратный километра леса, они немедленно начали создавать укрепления в западном и восточном направлениях, сооружать завалы, устраивать минные поля у высотной отметки 40,5 и по реке Полисть. На прорвавшиеся группы оккупантов обрушился массированный артогонь, последовал налёт бомбардировщиков и штурмовиков ВВС Волховского направления. Но 'пушечного мяса' Линдеманн запас много. Сразу же в атаку на узкоколейку полезли 22-й и 43-й пехотные полки 1-й пехотной дивизии. При фронте наступления всего в 500-600 метров, эта 3-тысячная толпа пьяных головорезов Гразе при отсутствии здесь организованной линии обороны оказалась в лесной чаще без противовеса. Километр лесной территории всё ещё оставался под контролем советских подразделений, но организованный выход на восток частей армии Власова и снабжение остановился.

Одновременно с наступлением Линдеманна из 'Волховского рукава' на 'Долину смерти', с юго-запада наступал Буш. Здесь исходные позиции 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии и других частей полевой армии Буша узким выступом между Большим Замошским болотом и Теремцом-Курляндским подходили к 'Долине смерти' с апреля на 250 метров. Все предыдущие попытки Буша одолеть эти 250 метров до южной дороги Власова, которую оккупанты называли 'просека Дора', проваливались, и лежневка южной дороги по ночам продолжала работать.

Противостоящая головорезам Буша 65-я 'тюменская' стрелковая дивизия с боевым составом всего 3708 человек занимала участок обороны протяжённостью 14 километров от угла леса южной просеки мукомольного завода до сарая в 1 километре от деревни Крутик. Вместо болеющего комдива-65 дивизией командовал полковник Яковлев. В 1938 году он находился под следствием по обвинению в подрывной вредительской деятельности и участии в контрреволюционной организации. Суд его оправдал. Однако не бывает дыма без огня. Многих тогда жёстко проверяли, но не все оказывались в суде. Безусловно, Яковлев мог затаить злобу на Советскую власть.

На позиции 'тюменцев' обрушили огненный ураган 60 гаубиц leFH 18 калибра 105 миллиметров, 36 тяжёлых гаубиц sFH 18 калибра 150 миллиметров, батарея 6-ствольных 159-миллиметровых миномётов 'Nebelwerfer 41', батарея 210-миллиметровых мортир Mrs 18. Одновременно повели огонь лёгкие полевые орудия leIG 18, Pak 36, Pak 50, миномёты, пулемёты. Стаи пикировщиков и бомбардировщиков Luftwaffe появились в пасмурном небе и нанесли бомбовый удар. 209-й пехотный полк и 220-й пехотный полк 'нижне-саксонской' дивизии при поддержке 15 танков II батальона 203-го танкового полка из резерва 16-й полевой армии начали наступление вдоль просек на опустошенный артиллерией и авиацией правый фланг 311-го стрелкового полка 'тюменцев'. С ними 10 танков Pz.Kpfv.III. За ними второй волной шли подразделения 126-й пехотной дивизии. Удар этой туши готовился в режиме строжайшей секретности и маскировки без использования радиостанций и телефонных линий. 'Pervitin' и спиртное вызвали в самый последний момент, чтобы даже для своих солдат оказалась неожиданной.

'Тюменцы' сражались геройски. Не числом, а умением. Они уже давно установили перед своими позициями плотные минные поля и проволочные заграждения. Начала бить в ответ советская артиллерия. Сначала полковая, затем дивизионная и армейская. Постепенно к ней подключились полки РГК из-за Волхова. Вокруг всё гудело, горело. Небо вдоль и поперёк рассекали ракеты. Непрерывный грохот. Все линии связи перегружены: то и дело слышатся обрывки команд, нервные голоса. Телефонные линии часто рвутся. Телефонисты ползли соединять метровые куски провода. Санитары самоотверженно помогали раненым. С павших смертью храбрых собирали карболитовые медальоны, документы, награды. Наступающие двигалось через вековой лес, карабкаясь по поваленным друг на друга деревьям, попадали на мины, застревали в колючей проволоке, 'силках' и представляя собой отличные цели. Цепочки их трупов с закрытыми траурными вуалями из чёрных противомоскитных сеток лицами и чёрными перчатками перед советскими позициями быстро превратились в островки, затем и в холмики. На месте разрушенных ДЗОТов и окопов у северной дороги занимали огневые позиции подошедшие из резерва 'тюменцев' пулемётчики, бронебойщики, автоматчики и снайперы. Снайперское движение в войсках Волховского направления имело большой размах. Снайпер Якунин из 311-го стрелкового полка 'тюменцев' развернул снайперское движение в своём соединении. Якунин стал опытным наставником. За апрель-май Якунин убил более 100 фашистов и подготовил трёх снайперов. Так что подлецы и до сегодняшнего дня несли здесь большие потери.

Через 45 минут боя четыре танка Pz.Kpfv.III подбиты. Из состава 2, 7 и 8-я роты 220-го пехотного полка 'нижне-саксонцев' более 100 солдат убито около 300 ранено. Дорого они заплатили за то, чтобы приблизиться вплотную к селу Теремец-Курляндский. Советская оборона у Теремца-Курляндского оказалась оккупантам явно не по зубам. 'Тюменцы' построили здесь бетонные ДОТы, которые артиллерия фашистов разрушить не смогла.

Для расширения вклинения до железной дороги и шоссе Новгород - Чудово Буш бросил в атаку при массированной артиллерийской поддержке 209-й пехотный полк 'нижне-саксонцев' и другие части своей армии. Однако, потеряв 300 солдат убитыми, прорваться в Теремец Курляндский оккупанты не смогли.

Бомбардировщики Пе-2 в сопровождении истребителей 10-го истребительного авиаполка нанесли по огневым позициям артиллерии 'нижне-саксонцев' сильный удар. Начли контрбатарейную борьбе 'Емели'. На время подлецы попритихли, меняя позиции. Под мощным огнём обороны пехота захватчиков залегла в руинах деревни Земтицы. Только III батальон 209-го пехотный полка потерял здесь за час свыше 160 человек, из них двух ротных командиров.

Когда офицеры после нового авианалёта погнали батальоны 209-го пехотного полка на минные поля и бетонные ДОТы перед Теремцом-Курляндским, расстрел повторился и новые кучи из 240 трупов в касках-кастрюлях и траурных вуалях выросли перед позициями 'тюменцев'. Остатки атакующих толп залегли и стали отползать задком в заросли. Наблюдавший за боем командующий XXXVIII армейским корпусом генерал-лейтенант 'мясник' Хеннике принял доклад командира 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии фон Граффена, что свободных сил для продолжения наступления нет. Утром были, но вот теперь все вышли. Механизм операции 'Raubtier II' дал сбой. План отрезать целиком 'дорогу жизни' от Волховского плацдарма провалился. Вырисовывалась мрачная перспектива очередного лесного побоища в 'Долине смерти' с непредсказуемыми результатами.

Лесное побоище началось на участке 38-го стрелкового полка 'тюменцев', имеющего всего 1/3 от штатной численности. Здесь 422-й пехотный полк 'нижне-саксонцев' и части усиления смогли сравнять с землёй все укрепления и убить всех защитников. Линия обороны здесь распалась. Её 'мясник' Хеннике завалил трупами. 'Тюменцы' потеряли локтевую связь с 305-й стрелковой дивизией, оборонявшейся западнее. Солдатня Буша перекрыла южную просеку 'дороги жизни', которую оккупанты называли 'просека Дора'. Последняя, центральная дорога и малочисленная 'ленинградская' дивизия Коркина оказались под ударом.

Для восстановления линии фронта Военный совет 52-й армии смог направить в бой с Волховского плацдарма только малочисленный 54-й гвардейский стрелковый полк из 19-й гвардейской стрелковой дивизии Буланова с пополнением в 370 человек. К сожалению пополнению пришлось идти в бой с ходу, не сколоченными подразделениями, сразу в адское пекло боя в лесу. В первой же контратаке младшие командиры вне связи с командованием растерялись, бойцы разбрелись в разные стороны и их остановили только заградотряды Особых Отделов уже у Волхова. Часть новичков, двигаясь в других направлениях, оказалась вдруг среди гитлеровцев и сдалась.

В этот день оккупанты также вели разведку у западного рубежа обороны Ольховка - река Рогавка - Финёв Луг, подтягивали туда войска. К переднему краю советской обороны они подходили в основном по дороге со стороны Вдицко, медленно подтягивали артиллерию. Luftwaffe здесь активности не проявляло.

У фронта 'воронежцев', имевших в строю не более 2000 бойцов, накапливалась огромная фашистская туша: 474-й и 484-й пехотные полки 254-й пехотной дивизии, 272-й пехотный полк 93-й пехотной дивизии, полк вновь сформированной SS Polizei-Division, 22-й мотоциклетный батальон 12-й танковой дивизии. Ещё одна пехотная дивизия подходила сюда со стороны Язвинки. Типовой приём - навалиться массой, завалить советские части немецкими трупами. Подлецы с января хорошо усвоили, что значит - 'воронежцы'. Линдеманн не желал ничего слышать о потерях. Он приказал любой ценой быстро захватить Финёв Луг и одновременно ударить на Ольховку.

'Воронежские' бойцы Антюфеева занимали оборону вокруг Финёва Луга, имея на одно орудие всего по 3-4 снаряда. Справа от железной дороги проходила просёлочная дорога, на которой могли появиться танки. Её перегородили завалом. Здесь оборонялся 1100-й стрелковый полк майора Сульдина и батальонного комиссара Широкова. 'Воронежцы' сильно ослабли, как и другие соединения и части 2-й Ударной армии измученные голодовкой, вызванной сначала временным перехватом коммуникации фон Кюхлером, а потом 'генералом Грязь'. Только у командования от батальона и выше оставались запасы крупы в концентратах и мука для оладий. Голод порой сводил с ума. Люди не соображали, что говорят, что творят. Вот был раньше мужчина красивым, сильным, с отличной выправкой, а теперь затравленное, перепуганное животное. Обросший, грязный, одежда рваная, пилотка опущена на глаза. Имелись такие, кто терял самообладание. Снабжали 'воронежцев' У-2, сбрасывая мешки сухарей, сушёной рыбы и сахара. Бумажные мешки иногда рвались или падали в трясину. Лучше всё проходило, когда продовольствие сбрасывали на парашютах с Ли-2. Когда самолёты сбрасывали мешки, интенданты ставили охрану, чтобы мешки не растащили. Старшины и бойцы, отвечавшие за эти продовольственные поставки, вооружились до зубов, дабы отбиться от грабителей.

Группа армия 'Север' наступала теперь одновременно со всех сторон. С севера на юг наступали 1, 61, 254 пехотные дивизии, 20-я моторизованная пехотная дивизия, 12-я танковая дивизия, с запада 291-я пехотная дивизия, с юго-запада 285-я охранная дивизия и 126-я пехотная дивизия. Они имели приказ соединиться с 291-й пехотной дивизией, с юга 58-я пехотная дивизия, 250-я испанская пехотная дивизия, 2-я моторизированная бригада SS, 8-я танковая дивизия. Их поддерживали части усиления армейских корпусов 16 и 18-й полевых армий. Всего наступали более 80 000 человек. И это всё на 25 000 человек 2-й Ударной армии!

Пока Гитлер гнал массы немецких мужчин на погибель под советскими пулями, снарядами и бомбами в волховских лесах и болотах, он же предоставлял возможность английским капиталистам массово и практически безнаказанно убивать население в самой Германии. Именно 30 мая состоялся авианалёт невиданной в истории войн армады на Кёльн. За два часа 1046 бомбардировщиков 'Wellington', 'Whitley', 'Hampden', 'Stirling', 'Halifax', 'Manchester' и 'Lancaster' обрушили на военно-морскую базу и жителей Кёльна 1455 тонн фугасных и зажигательных бомб. Полностью разрушены и сожжены огненными торнадо 240 гектаров жилых построек - 19 000 жилых, промышленных и общественных зданий. 11 000 зданий серьёзно повреждено, ещё 33 000 зданий повреждено менее сильно. Вот они, ягодки власти над континентами частной собственности. За один налёт пострадали почти столько же зданий, сколько повреждено и уничтожено во всех городах Германии с начала войны. Остались без крова 67 000 человек. Ранено 5100, убито на месте 550 жителей. Разрушены или серьёзно повреждены металлургические, химические, станкостроительные и машиностроительные заводы, доменные печи, заводы по производству искусственного каучука, дизелей для подводных лодок и аккумуляторов, другие производства, связанных с флотом.

Преступники-капиталисты уже приготовили к применению по живым людям и особые сейсмические авиабомбы короля - 5,4-тонную Tallboy и 10-тонную Grand Slam. Бомбу Tallboy спроектировали так, чтобы при падении её скорость превышала скорость звука. При сбросе с достаточной высоты она пробивала 30 метров земли или 5 метров железобетона. При взрыве более чем двухтонного заряда из особо мощной взрывчатки 'torpedo explosive' возникало локальное землетрясение, разрушающее все близко расположенные сооружения. 10-тонная бомба Grand Slam обещала стать ещё более разрушительной - самой разрушительной из всех известных в истории. Конструктор этой бомбы, думая о том, как она будет убивать людей, вероятно в те моменты совокуплялся с Дьяволом: Но ни одного самолёта Luftwaffe не посчитали нужным снять с Восточного фронта для защиты населения. Большевики создали для Ленинграда настоящий щит ПВО, а фашисты для своего Кёльна, равного Ленинграду по значение, ограничились в основном трёпом военного преступника Геринга о том, что ни одна бомба не упадёт на Германию. Для частных собственников врать, как дышать.

Зато против войск Волховского направления Luftwaffe смогло выставить в мае 500 самолётов разных типов. Luftwaffe держало на аэродроме Красногвардейска - до 50 самолётов разных типов, на аэродроме Сиверская до 25 истребителей, на аэродроме Коростовичи до 30 истребителей и бомбардировщиков, на аэродроме Городец до 40 самолётов разных типов, на аэродроме Сольцы до 50 самолётов, на аэродроме Рельбицы до 50 истребителей, на аэродроме Кресты до 80 самолётов, на аэродроме Гривочки 30 самолётов, не аэродроме Дворец 60 бомбардировщиков, на аэродроме Тулебля 12 самолётов, на аэродроме Дедовичи 30 истребителей. На посадочных площадках Жары и Бородулино имелось по 10 истребителей. Только на аэродромах Пушкин, Верхняя Прихонь самолётов не наблюдалось.

Luftwaffe совершило в мае против армии Власова и войск Волховского направления 1990 самолёто-вылетов и 772 против тыловых объектов. Ju 88 совершили 40 процентов из этих самолёто-вылетов, Ju 87 - 25, Me 109E и Me 109F - 25, He 113 - 2,5, Hs 126 - 3 процента, прочее - неопознанные самолёты. Не имея сил создать насыщенность по всему фронту, Luftwaffe массировало действия на наиболее важных участках. Вот только защита Германии для них приоритетом не являлась.

В начале ночи на воскресенье 31 мая разведдозорам 20-й моторизованной и 58-й пехотной дивизий, наступающие с юга и севера на 'дорогу жизни' 2-й Ударной армии, удалось установить между собой неплотную связь. Тяжело об этом было даже думать, но факт - Власов оказался в полном окружении с запасом боеприпасов и продовольствия на 10 дней. В прошлом году, используя фактор вероломного нападения на СССР и малую численность советских войск прикрытия на границе, Wehrmacht за 7 дней прошёл по Прибалтике и Белоруссии 250 километров. И вот теперь, когда не действовала фора, полученная вероломством, Wehrmacht за 5 месяцев прошёл на юг от Спасской Полисти всего-навсего 2,5 километра и окружил 25 000 измождённых и раненых советских воинов ценой гибели в общей сложности трёх своих отборных дивизий. Вот это 'победа'! Так воевал Wehrmacht на Волхове!

По 'дороге жизни' на восток смогли ещё пройти 15 отремонтированных танков, в их числе один КВ-2, а также артполк РГК армейского типа. Больше никто пройти не смог, поскольку на 'просеку Эрика' после этого вывалились примерно 3000 солдат из двух пехотных полков 1-й пехотной дивизии, создав 'пробку' шириной 500 метров. С юга на 'просеку Эрика' вышли батальоны 426-го пехотного полка 126-й пехотной дивизии и части 58-й пехотной дивизии. Все части перемешались, возник хаос. Неразберихи добавили 'алтайцы' и 'ленинградцы', начавшие разведку боем с целью определить силы фашистов.

На просеках 'Долины смерти' начался страшный неуправляемый ночной бой 'напервитиненных' убийц против 'алтайцев' и 'ленинградцев'. По данным артиллеристских корректировщиков, находившимся среди советской пехоты, советские артполки, дивизионы и батареи, включая 'Катюши' и 120-миллиметровые миномёты, обрушили на сгрудившихся на просеках оккупантов шквал огня. От огненных шаров разрывов снарядов, мин и ракет стало светло как днём. Лес горел. Всё заволокло дымом и водной пылью. Мглу резали яркие трассеры. С юга Буш продолжал гнать в эту мясорубку танки, противотанковые пушки, сапёров, стройбат. Танки буксовали в немецких трупах, танкисты крючьями вытаскивали из гусениц кровавое мясо и обрывки амуниции.

В это время 59-я 'саратовская' отдельная стрелковая бригада, успешно отразив до этого все атаки, организованно отошла через основной рубеж Финёва Луга на пункты сосредоточения вблизи КП 305-й стрелковой дивизии у реки Глушица. 'Саратовская' стали ждать команду на выход. Однако генерал Алферьев им сообщил, что проход на Волховский плацдарм уже закрыт.

Утро: 27 градусов тепла... Все командиры 'саратовцев' считали, что нужно немедленно начать наступление на подлецов, засевших на 'дороге жизни', и выбить их, поскольку личный состав частей находится в максимальной готовности и решительно настроен на выход. Следовало поставить на прямую наводку все пушки, людям объявить, что за Волховом отдых, и 'саратовцы' не только пробьют 'коридор', но и расширят! Однако Власов решил готовить операцию по прорыву с участием других частей. Такое решение в сложившейся обстановке сработало на оккупантов - они продолжали лихорадочно минировать 'дорогу жизни', строили на ней ДЗОТы, подтягивали вооружение, свежие подразделения, запасались боеприпасами, продуктами, водой. Власов также принял ещё одно сомнительное решение - усилить передовые стрелковые части обозниками, связистами, артиллеристами, стройбатом в количестве 1500 человек. Это подкрепление, не имеющее практики пехотного боя, незначительно влияло на увеличение боеспособности стрелковых частей, но вот устойчивость резко снизило, повысило склонность к панике.

Только спустя 12 часов после перекрытия 'дороги жизни', когда подлецы расширили свои позиции до 1,5 километров, в бой по её освобождению пошёл с востока сводный отряд: наполовину ослабленные прошлыми месяцами боёв части 372-й стрелковой дивизии, остатки 546-го стрелкового полка 191-й стрелковой дивизии, немногочисленная 24-я стрелковая бригада. Всего не более 1800 человек. Во второй половине дня пошёл дождь, потом опять выглянуло солнце. Имеющие численное преимущество подлецы при помощи сильного артогня, временами переходящего в ураганный, остановили атаку и сами атаковали для расширения созданной 'пробки'.

Следующая атака с востока последовала уже в вечерних сумерках. Из рощи северо-восточнее станции Мясной Бор в направлении восточного устья 'дороги жизни' пошли в атаку 9 танков Т-34 из 7-й гвардейской танковой бригады полковника Шнейдера с десантом из 77 гвардейских автоматчиков-мотострелков на броне. К сожалению ещё 6 танков Т-34 застряли в грязи по пути от Александровской колонии до Мясного Бора и в атаке участия не приняли. Гвардейцы не успели доукомплектоваться вооружением и личным составом после майского побоища у 'Лесопункта', имели серьёзный некомплект младших командиров и ротных помпотехов. Задача на сегодня - подержать атаку 24-й 'харьковской' стрелковой бригады генерала Семёнова: танки прорывают оборону, пехота закрепляет достигнутый успех. Из-за поспешного приказа о поддержке 'харьковчан', рекогносцировка перед боем не проводилась.

Из-за темноты видимость плохая. Вокруг изрытое воронками болото с поваленными деревьями. Тремя рядами по три машины Т-34 шли к опушке леса. В этот момент появились Ju 87 и Ju 88. Отбомбились они не точно, по большей части камуфлетами. Но в таком болоте танкам, чтобы остановиться, и противник не требовался! Машины тонули по ведущие колёса. Из идущих в атаку Т-34 в грязи застряли 5. Вот что значит атаковать без рекогносцировки. Т-34, конечно, чудо-танк, ему нет равных в мире про проходимости, но всему же есть предел! Танкистам пришлось вылезать и вместе с десантниками сооружать деревянные настилы, разматывать тросы, цеплять за другие танки, превращённые в тягачи. Артиллерия фашистов открыла синейший заградительный огнь. Вокруг шальными рикошетами носились пули, визжали осколки. К ночной темени прибавился туман из водо-грязевой смеси, поднято взрывами. Но из-за сильного заградительного огня 'харьковчане' до опушки леса не дошли и вернулись на исходные позиции.

Танки тем временем продолжали атаку. Левым в первом ряду среди разрывов двигался танк москвича лейтенанта Иглина. После окончания 10 классов школы он учился в московском химико-технологическом институте, стал инженером-химиком. В августа 1941 года его призвали и направили из Москвы в танковое училище в Ленинград. 6 месяцев он учился тактике, стратегии, картам, уставам, маневрам. Будущие лейтенанты-ленинградцы получали знания по артиллерии и устройству танков. Поскольку курсанты уже имели техническое образование, особой технической подготовки не требовалось. И вот второй в жизни бой Иглина. Экипаж объезжал препятствия и одновременно расстреливал из пушки и пулемёта все места, где появлялись вспышки выстрелов оккупантов. На опушке танки ушили с открытого пространства. Отважные автоматчики десанта спрыгнули и пошли за танками, расстреливая из ППШ расчёты орудий и пулемётов, вооружённых в основном винтовками K98 и слабыми по дальности и скорострельности MP38/40. Столкнувшись в темноте с врагом лоб в лоб, гвардейцы вступали в рукопашную.

Когда Иглин начал поворачивать танк, чтобы объехать упавшее дерево, в башню, а потом в правую гусеницу попали бронебойно-трассирующий подкалиберные снаряды Pzgr.40 с сердечниками из американского вольфрама. Т-34 потерял ход и получил ещё один снаряд в башню. Из леса почти в упор стреляла не одна 37-миллиметровая пушка, а сразу несколько и ещё подошедший танк Pz.Kpfw. III. На Т-34 посыпался град снарядов. Водителя убило. Танк загорелся. Иглин отдал приказ покинуть машину и выпрыгнул вместе с башенным стрелком. Тяжело раненый радист идти отказался. Не мог. Вокруг кипел неистовый бой, пунктирили темноту трассеры, чередой взлетали ослепительно-белые осветительные и цветные сигнальные ракеты, оглушающе рвались снаряды и мины. Кричали люди, стонали раненые. Иглин с башенным стрелком начали пробирались в сторону поляны юго-западнее станции Мясной Бор. Разрывом мины стрелка убило, а лейтенанта ранило в голову. Гитлеровцы начали контратаку. На поляне в уже бессознательном состоянии Иглин попал в плен..

Во время побоища в 'Долине смерти' подлецы не переставали давить на Ольховском направлении и у Глухой Керести с севера на юг. Войска прикрытия готовились по приказу оставить Ольховку, Финёв Луг и Глухую Кересть, и перейти на заранее подготовленный рубеж: опушка леса южнее Ольховки, Рогавки, просека с высоковольтной линией, сарай восточнее Финёва Луга и Глухой Керести. Подлецы продолжали также атаковать 'томичей' Буланова и 'воронежцев' Антюфеева с большими для себя потерями.

Ну и конечно гитлеровцы налегли на пропаганду. Основные направления: 'Большой террор', истребление Сталиным 'ленинской гвардии', истребление Сталиным лучших военных кадров, прелести капитализма и частной собственности, колхозное рабство, предательство Сталиным заветов Ленина и его союз с капиталистами США и Британской империи, расстрел польских офицеров, 10 миллионов узников ГУЛАГа, организованный голод СССР, засилье жидов-комиссаров на шее русского народа, воровство Сталиным бегств России и вывоз его за рубеж перед бегством, сын Сталина и Ворошилова сдались в плен, Wehrmacht и SS воюют не с русскими, а только с большевиками, и так далее...

За май на войска 2-й Ударной армии подлецы с бомбардировщиков He 111 разбросали 2,6 миллиона различные листовок, сбросили 995 агитационных бомб с листовками, выпустили из пушек 341 агитационный снаряд с листовками, ещё 5000 листовок разбросали разведгруппы. Основная песня всё та же, что и у белогвардейцев-триколорников, то есть ложь, ложь и ещё раз ложь: 'ТЕПЕРЬ ИЛИ НИКОГДА! Маршал Тухачевский хотел освободить русский народ от кровавого режима Сталина. Его планы были раскрыты предательством, Тухачевский расстрелян, а вместе с ним 38 000 офицеров, его единомышленников. Свержение сталинизма и жидовской власти только изнутри невозможно, ввиду провокационной системы НКВД. Эта война представляет русскому народу единственную возможность, при помощи Германии и её союзников свергнуть грозное владычество Сталина. ГЕРМАНИЯ ВЕДЁТ ВОЙНУ НЕ ПРОТИВ НАРОДОВ СССР, А ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ПРОТИВ СТАЛИНА И МОСКОВСКИХ ЖИДОВ, КОТОРЫЕ ХОТЯТ ПРЕВРАТИТЬ ГЕРМАНИЮ В СОВЕТСКУЮ РЕСПУБЛИКУ...' И так далее и тому подобное.

ВВС Волховского направления делали всё, что могли, чтобы помочь наземным войскам. В мае авиаторы сначала концентрировалась на поддержке наступления Федюнинского на Липовик, а затем на Кирши. С 6 по 19 мая на направлении Липовик советские авиаторы провели 1400 самолёто-вылетов на бомбёжку, штурмовку, прикрытие войск, для доставки грузов наступающим войскам. То же затем в направлении на Кирши.

Одновременно ВВС Волховского направления вели боевую работу против фашистской группировки у 'дороги жизни' Власова, боролись за господство в воздухе. Уничтожались самолёты Luftwaffe в воздухе и на аэродромах Городец, Коростовичи, Сольцы, Рельбицы, Бородулино. Проводились бомбёжки пунктов прибытия резервов: Красногвардейск, Тосно, Мга, Любань, Луга, Батецкая, Шапки, места выгрузки и погрузки между этими железнодорожными станциями. Доставлялись грузы Власову.

Всего сброшено на оккупантов 13 000 фугасных, осколочных, зажигательных термитных и фосфорных бомб общим весом 394 тонны. Расстреляно по врагу 803 реактивных снарядов РС-82 и РС-132, 11 230 снарядов из пушек ШВАК, 21 659 патронов крупнокалиберного пулемёта Берзарина, 155 снарядов из пушек Волкова-Ярцева, 116 000 патронов из пулемётов ШКАС. 1000-килограммовые ФАБ-1000 и 500-килограммовые ФАБ-500 в мае не применялись. И их запас на фронтовом складе сохранился в количестве 87 и 1639 штук соответственно. Не применялись и 'хлебницы Молотова' - кассетные ротативно-рассеивающие авиабомбы РРАБ-3 и их запас на складах в 441 единицы сохранился без изменений. Войскам Власова доставлена 551 тонна продовольствия, фуража, боеприпасов, медикаментов. Эвакуировано 226 раненых. Сброшено на оккупантов 6 миллионов экземпляров листовок, газет, брошюр на русском и немецком языках.

Уничтожено и повреждено 52 самолёта Luftwaffe, из них 44 сбито в воздухе, подбито 3. Огнём зениток сбито 4 и подбито 4 самолёта врага. Потери на аэродромах неизвестны. В числе сбитых за май 12 бомбардировщиков Ju 88, 6 бомбардировщиков He 112, а также 23 истребителя Me 109 и 4 разведчика Hs 126.

Соотношение потерь Luftwaffe и ВВС Волховского фронта в мае в пользу Сталинских соколов. В борьбе за господство в воздухе чаша весов заколебалась. Luftwaffe господствовало в воздухе лишь эпизодически.

ВВС Волховского направления за май потеряли в бою или не вернулись с боевого задания 24 самолёта: 5 бомбардировщиков, 15 истребителей, 4 лёгких ночных бомбардировщика У-2, из которых 2 сбито зенитками. В результате аварий потеряно 6 самолётов. Всего 30 самолётов. Погибло 12 лётчиков и 7 воздушных стрелков.

На земле в мае ВВС Волховского направления уничтожили 4 железнодорожных эшелона с пехотой и грузами, эшелон с боеприпасами, 16 складов с боеприпасами, склад горючего, 27 танков, 47 грузовиков с солдатами и грузом, 20 легковых вездеходов, 25 повозок с грузом, 85 построек в опорных пунктах, 6 ДЗОТов, 3 переправы, подавили и частично уничтожили: 37 артбатарей, 23 миномётные батареи, 3 зенитные батареи, 77 отдельных миномётных точек, 62 зенитно-пулемётных точки, 14 отдельных зенитных орудий, 4 полевых орудия, 16 пулемётных гнёзд и другие цели. Создано 55 больших очагов пожаров, наблюдалось 13 мощных взрывов неустановленного характера. Рассеяно и частично уничтожено 3 батальона и 3 роты пехоты. Всего убито около 2400 оккупантов.

ВВС Волховского направления из состава 'уничтоженных на спящих аэродромах 22 июня 1941 года ВВС Красной Армии' в мае осуществили всего 5632 самолёто-вылета, из них 3669 ночью. Из всех ночных самолёто-вылетов 1725 проведено на бомбардировку, из которых 15 на бомбардировку аэродромов, на разведку с уничтожением обнаруженных целей 250, на доставку грузов войскам 764, на учебно-тренировочные полёты 861. Всего на одни лётные сутки примерно 190 самолёто-вылетов.

В интересах Волховского направления проведено 2023 дневных самолёто-вылетов, в том числе 121 на бомбардировку, 57 на штурмовку, на разведку и уничтожение обнаруженных целей 221, на прикрытие наземных войск 521, на сопровождение бомбардировщиков и штурмовиков 323, учебных и для связи с войсками 780.

В боевой работе широко использовалась сеть дивизионных и армейских радиостанций, работающих на радиоданных наведения, для наведения истребителей на самолёты Luftwaffe. Установлена радиосвязь КП командующего ВВС в Малой Вишере и Барской Вишерке с радаром 'радиоуловитель самолётов' РУС-2. Повысилась роль радиосвязи в управлении самолётами в бою. На КП командующего вынесены микрофоны радиостанций, позволяющие в режиме реального времени вызывать по радио истребили с любого из 22 аэродромов и нацеливать их.

Если за февраль в полосе Волховского фронта Luftwaffe потеряло 22 самолёта, а ВВС Волховского фронта 53, то в марте в полосе Волховского фронта Luftwaffe потеряло рекордные 126 самолётов, при потерях ВВС Волховского фронта в 61 самолёт. В апреле здесь Luftwaffe потеряло 25 самолётов, а советские авиаторы 37. В мае над Волховом Luftwaffe опять теряет больше - 45 самолётов против 24 у ВВС Волховского фронта:

До позднего вечера танкисты 7-й гвардейской танковой бригады вытаскивали из болота 14 застрявших Т-34. Наводили гати, привязывали к гусеницам брёвна, ныряли с тросами в грязищу к хомутам. Потери танкистов в неудачной атаке 10 человек ранеными, убитыми и пропавшими без вести. Один танк сгорел: Оккупанты продолжали занимать 1,5 километра 'дороги жизни' вплоть до реки Полисть. С обеих сторон от дороги, с запада и востока, у 'дороги жизни' собирались большие заторы советских автомашин, артиллерии, стрелков. Войска Власова сразу стали получать урезанную продовольственную пайку. Урезанную от сокращённой...

Первый день лета 1942 года... Гитлеровцы, засевшие в 'Долине смерти', используют ракеты в десятки, сотни раз чаще, чем советские войска. По темпу и ритмике ракетной феерии можно судить о настроении оккупантов. Когда ракеты взлетают более-менее через равные промежутки времени, это говорит, что у них все тихо и спокойно - alles in Ordnung. Правда, на 'просеке Фридрих' суматоха. И вдруг ракеты летят вверх намного чаще, торопливо догоняя одна другую. Иногда они взвиваются дуплетом. Зататакал вражеский Maschinengewehr, к нему подключился второй, третий, четвёртый... Некоторые пули с пронзительным завыванием рикошетят от деревьев. Некоторые сухо щёлкают - разрывные. На опушке разорвалась первая серия мин.

С 4:00 на участке центральной просеки 'дороги жизни' советская артиллерия повела мощный обстрел. Давали дивизионные залпы 'Катюши'. Основная задача - не допустить дальнейшее распространение прорыва, отразить попытки фрицев атаковать из захваченного района на юго-восток и юг. После артобстрела подлецы заметно приутихли. Ракеты летят совсем редко. Но насколько они подавлены?

Хозин приказал войскам Волховского направления и 2-й Ударной армии очистить 'дорогу жизни' от реки Полисть до отметки 40,5 и овладеть восточнее поляной. В дальнейшем удар следовало развивать на северо-восток. Сказать легко. А сделать? Войска 2-й Ударной армии давно не пополнялись, частично находятся в стадии вывода, другие имеют половинный состав, а то и меньший, выполняя оборонительные задачи на протяжённом фронте. Линия обороны 2-й Ударной армии проходила: отметка 40,5, что в 3,5 северо-западнее от Мясного Бора, отметка 40,3, что в 5 километрах западнее Любино Поле, далее на север по западному берегу реки Глушицы до середины ручья Нечаянный, 2 километра севернее Ольховки, отметка 40,5 в 8 километрах восточнее Финёва Луга, отметка 57,7 в 5,5 километрах северо-западнее Финёва Луга, исключая Пятилипы, Село-Гора, Большое Замошье, Теремец-Курляндский. 120-километровый периметр. Это на 26 000 человек, включая тыловые службы. В среднем 200 вымотанных до крайности бойцов, да ещё ослабленных долгой голодовкой, обороняли ни числом, а умением километр лесного фронта от многочисленных свежих, сытых, наглых от наркотика 'Pervitin', до зубов вооружённых фашистов. Теперь откуда-то надо наскрести ещё бойцов в штурмовые группы для разгрома ударной группировки подлецов на 'дороге жизни'.

А ведь голод не тётка! Паёк войск Власова к западу от 'дороги жизни' сократился наполовину. Рядовые бойцы получали в сутки 300 грамм сухарей, 90 грамм крупы, 50 грамм консервов, 30 грамм сахара, 50 грамм жиров. Это в калориях примерно 1/3 нормального рациона для мужчины в боевых условиях, который составляет - 3500 килокалорий. Остальное войска добирали 'подножным кормом'. До истощения оставалось 15-20 дней. Бойцы из дивизионов 'Катюш' и танкисты получали в сутки побольше - по 400 граммов хлеба, 300 граммов сухарей, 100 граммов муки.

Направленное на освобожденную 2-й Ударной армией территорию руководство Новгородского района обеспечивало эвакуацию населения. Межрайонный эвакоштаб возглавлял председатель райисполкома Миронов. План эвакуации составил Начальник Новгородского районного отдела НКВД Гришин, утвердили начальник тыла и член Военного совета 2-й Ударной армии. По плану эвакуации гражданского населения из районов Финёв Луг, Новая Кересть завершалась 22 мая, но начтыла армии не подал платформы для перевозки по узкоколейке. Гришину пришлось сажать семьи с детьми на отходящие в сторону Новой Керести армейские автомашины. Все кто мог двигаться самостоятельно, эвакуировались пешим порядком. 4500 жителей оставлено на оккупированной территории.

Теперь в лесах под Новой Керестью, Кречно скопились тысячи беженцев, эвакуированных. На въезде в Новую Кересть 37-миллиметровые зенитные пушки 61-К. На северной опушке леса две артбатареи. Рядом аэродром. Тут же с небольшого склада по ночам выдавали припасы. Одних детей до 5 лет в лесных лагерях у Новой Керести насчитывалось около 1000. У людей продуктов крайне мало или нет вовсе, нет запасов соли - всем грозил голод. Миронов пошёл к Власову.

- Должны вот-вот освободить дорогу. - бодро пообещал командарм, красуясь глаженным новеньким кителем и золотым шитьём генеральских звёзд в петлицах.

Но так и ходил Миронов к Власову неоднократно и повторялось 'вот-вот'. Голодные люди тем временем жили в кустах, шалашах, прятались в болотах. Всю траву и листья объели. Стали болеть, слабеть, умирать. Гитлеровцы через своих агентов прекрасно знали, что здесь находятся мирные жители, но не прекращали обстреливать и бомбить этот район.

Ответственность за снабжение взял на себя милиционер из Рогавки Туманов. Он назначил старших от групп населения и составил списки взрослых и детей. Ему удалось найти немного сахарного песка для детей с базы 'Военторга', семенной ячмень и льносемя нашли на платформах узкоколейки. Эту птичью еду в мизерных количествах распределяли по спискам. Ветврач 2-й Ударной армии выделил для забоя 17 раненых и ослабевших лошадей. Вышло по 60 граммов мяса на человека.

Власов питался как обычно. В трагические дни для армии Власов командировал своего адъютанта Кузина в тыл перевозить свою законную жену со станции Сорочинская в родное в село Ломакино на Волгу. Кузин также снабдил её деньгами и продуктами. Предыдущему любовнику Вороновой, от которого у неё был ребёнок, адъютант привёз в Горький деньги от неё. Такой вот сюжет для 'Декамерона' итальянского писателя Боккаччо эпохи Возрождения.

Снабжение с воздуха 2-й Ударной армии шло по ночам. Места сброса обозначались 5 или 3 кострами попеременно: 5 костров у Финёв Луга и 3 костра у Новой Керести, или наоборот для введения Luftwaffe в заблуждение. С самолётов Ли-2 северо-восточнее Финёва Луга между железной дорогой и посёлком и восточнее Новой Керести сбрасывали бидоны с бензином, мешки с сухарями и сушёной рыбой, патронами, свежими газетами. У Финёва Луга также имелась посадочная площадка для У-2. Сюда доставляли гороховые, пшённые, гречневые, перловые концентраты с жиром, галеты, сало, сахар, тушёнку, табак. Каждую ночь вместе с продовольствием и боеприпасами окружённым сбрасывали тысячи листовок и около 1000 газет, в основном 'Красная Звезда', 'За Родину', 'Отвага'. В них говорилось о мужестве и героизме бойцов и командиров Красной Армии. Приводились многочисленные примеры. Говорилось о том, что трудности на фронте и в тылу временные, враг будет разбит, мирная и вольная жизнь вернётся. Рассказывалось о преступлениях армий капиталистов, ужасах плена, издевательствах и убийствах советских пленных.

Дивизии и бригады 2-й Ударной армии не превышали по своей численности стрелкового полка. По объективным причинам Ставка ВГК потери почти 2/3 личного состава зимой и весной существенно и не восполнила. Пополнения шли в основном за счёт своих же выздоравливающих легкораненый бойцов. Некоторые с января уже по три раза возвращались в строй. А впереди ещё предстояли тяжёлые арьергардные бои и выход на Волховский плацдарм. Сколько героев останется в живых?

Снаряды у Власова на исходе. В достатке осталось только осветительных снарядов к 122-миллиметровым гаубицам. В другое время они ни к чему. А теперь пригодились. По ночам артиллеристы тренировались в стрельбе. Двойная польза: и учёба - результаты каждого выстрела видны, и врагу страх. Пополнение гитлеровцев ещё не растеряло беспечность. Ночью, пользуясь темнотой, они передвигались открыто. Вот повесят советские артиллеристы над ними 'люстру' - они все на виду! Тут уж советские снайперы и пулемётчики их косят!

Ударить бы танками по оккупантам, засевшими на 'дороге жизни', да 7-я гвардейская танковая бригада полковника Шнейдера имела в строю только 14 средних Т-34 и 6 лёгких Т-60, а 193-й отдельный танковый батальон имел в строю 10 средних Т-34 и 10 лёгких Т-60. Остальные в ремонте. Советские заводы только начали на новых местах после эвакуации наращивать объём производства. Запчастей ещё не хватало, новых танков ещё не хватало.

Оккупанты продолжали наращивать свою группировку. Узкоколейка Линдеманна 'Stern' дошла до опорного пункта 'Острие' в 4-х километрах севернее 'Долины смерти'. Снабжение 'группы Яшке' и 'группы Ванделя' ещё более улучшилось. 'Stern' - узкоколейка поле боя, вроде тех, что строили немцы на Западном фронте в 1914-1918 годах при осаде французских крепостей. Она позволила фашистам подвозить к 'дороге жизни' Власова по 200 снарядов в день на каждую гаубицу. По железной дороге перевезли в разобранном виде и сами полевые гаубицы. Доставили 6-ствольные миномёты Nebelwerfer, прозванные советскими бойцами 'Скрипухами', стреляющие 35-килограммовыми химическими, зажигательными, осколочными, дымовыми минами. Питьевую воду собирали родниковую и перевозили в 'рукав' на вагонетках - ежедневно 12 000 литров. После ввода 6 дизельных локомотивов, узкоколейка 'Stern' стала главной артерией снабжения в 'Волховском рукаве', сменив собой колонны носильщиков и лошадей. Теперь 'группа Яшке' не нуждалась в тяговых командах военнопленных и 'хиви'. Колонны носильщиков остались только при снабжении передовых подразделений. Вот что осталось от стратегии 'Blitzkrieg'. Wehrmacht наступал со скоростью строительства железной дороги!

'Stern' имела расписание работы. Вдоль путей - телефонный кабель. Внутри 'рукава' передовые пункты выдачи боеприпасов, продовольствия и снаряжения, которые управлялись комендантами. На опорных пунктах 'лагерь Хеникке', 'Паук', 'лагерь Юг', 'Почка' и 'Острие' склады маркитантских товаров. От складов и 'станций' на юг шли гати. Подлецы доставили в боевые порядки в 'Долине смерти' лёгкие пехотные орудия, противотанковые ружья, 50-миллиметровые противотанковые и горные пушки. Для переноски еды использовались футляры от картечи. Приготовились воевать годами. Кто бы мог подумать, что птичка может упорхнуть из-под носа. Пока 'арийцы' клали с помощью рабов тихой сапой железную дорогу, 'недочеловеки', которые здесь полгода непрерывно уничтожали силы двух полевых армий захватчиков, непрерывно выводили свои войска через 'дорогу жизни' на восток!

29-й танковый полк 12-я танковой дивизии, танки которой привлекались к боям против войск Власова поштучно на всём периметре, имел в своём составе в I батальоне 7 боеготовых средних танков Pz.Kpfw.III и 2 'тяжёлых' Pz.Kpfw.IV, во II батальоне 30 боеготовых средних танков Pz.Kpfw.III, 7 'тяжёлых' Pz.Kpfw. IV, не считая командорских. Танковый 203-й полк имел в общей сложности 68 беговых танков разных типов. Более 80 'диких' французских танков имели пехотные дивизии. Танки без экипажей имелись также в резервных танковых батальонах армейских корпусов и полевых армий. Кроме того в танковых и пехотных частях, наземных частях Luftwaffe гитлеровцы имели массу другой немецкой и трофейной бронетехники разных типов и назначения: артиллерийские и зенитные самоходки, бронемашины, бронетранспортёры, танкетки, доставщики боеприпасов, тягчи, машины связи, артиллерийских корректировщиков, мостоукладчики и друге.

Утром очищать 'дорогу жизни' со стороны Мясного Бора пошли танки 193-го отдельного танкового батальона майора Юнацкого. На танках десантники с ППШ и гранатами РГД. За ними штурмовые группы 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии и 41-го запасного стрелкового полка. На перекрёстке южнее Теремца-Курляндского они атаковали позиции 209-го пехотного полка 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии и 424-го пехотного полка 126-й пехотной дивизии. В обороне танки, самоходки, зенитки, противотанковые пушки и ружья. По позициям 'нижне-саксонцев' нанесла сильный удар советская артиллерия, включая артполки РГК и артиллерию большой мощности. Отбомбилась девятка Пе-2. Затем ударили ракетами, бомбами и пушками 4 штурмовика Ил-2. Начался тяжёлый бой за каждый бугорок, дерево, лужицу. Советские танки прорвали фронт и совершили рейд по позициям 'нижне-саксонцев', огнём и гусеницами и уничтожая живую силу и вооружение. Штурмовые группы 'тюменцев' массово применяли штатные 125-миллиметровые ампуломёты образца 1941 года, стреляющие на дальность до 500 метров. Ампуломёт имел двойное назначение. Изначально - это средство ведения химической войны. Имелась возможность для метания огнесмеси КС. Снаряды для пехотного боя - стеклянные или жестяные шарообразные ампулы. Скорострельность - три выстрела в минуту. КС самовозгоралась от контакта с воздухом и горела три минуты с температурой более 1000 градусов Цельсия даже в воде. Это та же смесь. Которой начиняли зажигательные бутылки и использовали в ранцевых и танковых огнемётах. Имелись выливные приборы для самолётов. Состав этого у чуда советской химической промышленности и науки - керосин с добавлением загустителя из алюминиевой соли нафтеновых кислот, белого фосфора, серы и присадки, усиливавшей прилипание жидкости. Красноармейцы называли это убойное в ближнем бою оружие, вызывающее к тому же сильнейший психологический эффект - 'Коктейль смерти', финны ещё в 1939 году при знакомстве с КС назвали её 'Коктейль Молотова'. Когда по обороне начинали бить ампуломёты, гитлеровцы впадали в панику и хаотично отступали. По всему лесу с воплями ужаса носились подлецы в дымящейся форме, другие истошно орали, когда смесь выжигала на их мясо до кости.

Но вот один Т-34 задымил, вот вспыхнул второй... Пехота отстала, залегла под сильнейшим пулемётным и миномётным обстрелом. Атаку пришлось прекратить. Снова огневой налёт советской артиллерии. Снова атака. Снова в ассортименте 'Коктейль смерти' и 'Коктейль Молотова'. Оккупанты пятились, бросая оружие, снаряжение и трупы. Снова вспыхнула 'тридцатьчетвёрка', а другая получила повреждения и остановилась. 'Нижне-саксонцы' контратаковали со своими танками и самоходками. У них есть резервы. Каждый полк у них по 2,5 тысячи солдат. У 3-тысячной дивизии 'тюменцев' резервов нет.

Танки храбреца Юнацкого выстроились цепью, став основой обороны отбитой территории. Потери 'нижне-саксонцы' в контратаке более 100 солдат. Подлецы вызывали авиацию. 7 'лапотников' полчаса со страшным воем бомбили защитников родной земли. Хотя мягкая почва давала много камуфлетов, близким взрывом SC 250 перевернуло лёгкий Т-60. Другими вызовами один Т-60 и один Т-34 завалило землёй. Пришлось откапывать. В это же время Luftwaffe дважды группами по пять истребителей Bf 109 атаковало аэродром в Малой Вишере. Налёты отражены. Потерь матчасти и личного состава нет.

Три Т-34 и шесть Т-60 из 7-й гвардейской танковой бригады Шнейдера атаковали ДЗОТы и огневые точки оккупантов на центральной просеке 'дороги жизни'. Удар пришёлся по I батальону 43-го пехотного полка 1-й 'восточно-прусской' пехотной дивизии, сапёрному батальону и другим частям этой дивизии. С танками шли штурмовые группы из малочисленной 372-й 'алтайской' стрелковой дивизии полковника Сорокина, которая с декабря прошлого года воевала без значительных пополнений. В каждой штурмовой группе 'алтайцев' командир, 4-6 сапёров с зарядами взрывчатки. Вооружение штурмовых групп: ППШ, пистолеты, ручные гранаты, 'коктейли Молотова' или ампуломёты КС. Кроме 'алтайцев' других сил пехоты поблизости не имелось. Дороги размыло и передвижения по ним происходили с большим трудом. Надежда на то, что подлецы ещё не успели как следует окопаться, не оправдалась.

'Пруссаки' стали что было мочи сильно лупить из миномётов, обстреливать 'алтайцев' разрывными пулями. Треск и грохот по всему лесу ужасный. Их пулемёты-трещотки MG 34 работали почти без перерывов: кончается лента - к ней пристёгивают новую, раскалился ствол - вместо него навинчивают один из запасных. Если, конечно, очень чувствительный механизм MG 34 не отказывал от копоти, грязи, перегрева. Трофейные французские крупнокалиберные пулемёты MG 271(f) узнавались по более размеренному темпу и более сильной пуле. Французы выпускали эти патроны специально для гитлеровцев под маркировкой 1,32 см Pzgr 821(е)...

После сильных дождей танки могли двигаться в наступление только по гати центральной просеки. При съезде с неё они начинали тонуть или застревать в завалах. Бомбёжка позиций оккупантов Пе-2, штурмовка истребителями и штурмовиками Ил-2 дали лишь временный эффект. Малочисленные группы 'алтайцев' под сильным артиллерийским, миномётным огнём не смогли выбить все ожившие огневые точки и залегли. Танки Шнейдера тем не менее продолжали бой в лесу. До последней возможности они маневрировали и расстреливали огневые точки 'пруссаков'. Но и храбрецы не могут сражаться, когда это выше их сил. Две 'тридцатьчетвёрки' подорвались на минах. Три Т-60 подлецы подбили из противотанковых пушек и ружей. Один Т-34 и один Т-60 застряли. Их расстреляли с близкого расстояния, а затем сожгли. Пробить оборону оккупантов не получилось. Хуже всего - безвозвратно потеряно несколько драгоценных танков и гвардейских экипажей. В бою этом I батальон 43-го пехотного полка 'восточно-прусской' дивизии, сапёрный батальон и другие части этой дивизии понесли большие потери. Особенно от артиллерийского огня. Когда из Чудово прибыла рота выздоравливающих в количестве 2 офицеров, 37 унтер-офицеров и 200 солдат, её сразу же бросили в бой.

Пока войска Волховского направления с востоке выбивали фашистов с 'дороги жизни', вместо удара по 'коридору' от Глушицы Власов приказал боеготовой 59-й 'саратовской' отдельной стрелковой бригаде Глазунова по топким болотам двигаться от Глушицы в район Любина Поля, сосредоточиться там в лесу и ждать указаний. Ценой огромных усилий, несмотря на мучившие всех усталость и голод, бойцы Глазунова совершили этот неимоверно трудный маневр. Закончив его и доложив о его окончании, они получили от Власова приказ вернуться на прежние позиции к Глушице. Уму непостижимо! Здесь 'саратовцам' на голову оккупанты высыпали очередные листовки с картинками: 'ГИТЛЕР ОСВОБОДИТЕЛЬ от колхозного ярма. Значит - Гитлер друг крестьянина! Что тут думать? ПЕРЕЙДУ К ГИТЛЕРУ!' Ну и конечно на другой стороне листовки RA355 пропуск в плен.

Западнее этого места сильно поредевшие за 5 месяцев боёв, ослабленные голодовкой части 'воронежцы' гвардии генерала Антюфеева вели на своём участке рубежа Ольховка - река Рогавка - Финёв Луг героические, упорнейшие бои, выказывая беспримерную стойкость. Они устроили захватчикам 'Финёвское побоище'. Отсутствующую артиллерию частично заменили ампуломёты, частично мины, которые советские сапёры установили здесь особенно плотно, а снайперы не давали их обезвредить. Атаки гитлеровцев поэтому напоминали так любимые немецкими генералами с Первой Мировой войны 'мясные штурмы'.

Сознание того, что находишься на минном поле, - особое испытание для человеческой психики. Это пострашнее бомбёжки. Не говоря о страхе, на минном поле чувствуешь себя в идиотском положении. С одной стороны, своей судьбой как будто распоряжаешься: ступишь сюда - останешься цел, ступишь туда - отхватят ногу. С другой стороны свобода выбора иллюзорна. Где она, спасительная пядь земли, где - роковая? Вот один завоеватель наступил на мину подмёткой - у него отхватило полстопы. Другой угодил каблуком - у него оторвана стопа, еле-еле держится на связках. Раны от безосколочного взрыва рваные, измочаленные. Из них торчат кости, обнажены жилы и сухожилия. Обильное кровотечение... Захватчикам не хватает ни бинтов, ни ваты: Наматывают поверх бинтов разорванное на полосы бельё. Однако кровь всё равно проступает... Ещё одному оккупанту мина начисто оторвала стопу; а вторая мина, после того как он на неё упал, - руку по локоть и разворотила живот... 'Кто на Русь с мечом пойдёт...' Но Гитлер присылает много солдат. 'Фрау ещё нарожают!'

Части 23-й 'харьковской' стрелковой бригады также как и 'воронежцы' отбивали одну атаку за другой, успешно уничтожали в лесу у своих позиция прорвавшиеся группы подлецов, бесстрашных от шнапса и наркотика 'Pervitin'. Как удалось узнать от пленных, недавно прибывшие на фронт ничего не знали о катастрофе зимой в этих местах частей своей 18-й полевой армии. Они все приехали в Россию весной. Пленные охотно рассказывали о том, что никогда раньше не оказывались за границей, и воспринимали войну в летнем лесу как приключения, сафари, повод потом сочинять рассказы в стиле барона фон Мюнхгаузена.

ВВС Волховского направления Ленинградского фронта действовали активно, хотя большие сложности создавали раскисшие от дождей полосы полевых аэродромов. На 1 июня ВВС Волховского направления без учёта авиагрупп усиления насчитывали 284 самолёта. В том числе 31 истребитель ЛаГГ-3, 15 истребителей МиГ-3, 6 истребителей Як-1, 8 истребителей И-16, 15 пикирующих бомбардировщиков Пе-2, 5 штурмовиков Ил-2, 12 скоростных фронтовых бомбардировщиков АНТ-40, 18 ленд-лизовских истребителей 'Tomahawk', 6 ленд-лизовских истребителей 'Kittyhawk'. Примерно 2/3 самолётов находились в ремонте разной степени сложности.

Ленд-лизовские 'Tomahawk' и 'Kittyhawk', к сожалению, вести открытый бой на равных с Messerschmitt Bf 109F не могли. Эти американские самолёты уступали 'Якам', 'Ла', 'Airacobra', Bf 109F и G, хотя превосходили И-15, И-16 и ленд-лизовский британский 'Hurricane'. Кое-как они могли вести бой на виражах. В вертикальном маневре слабы. 'Tomahawk' и 'Kittyhawk' поставлялись изношенными, с повреждениями при транспортировке. 'На боже, что нам негоже'. Недопоставки американцами запчастей, неполучение документации затрудняли ремонт этих ленд-лизовских 'подарков'. Кроме того, приходилось усиливать их вооружение. Двигатели 'Tomahawk' и 'Kittyhawk' часто выходил из строя. Советские авиаторы прозвали эти американские самолёты 'чудо безмоторной авиации'.

Для выполнения задач в интересах Волховской группы также привлекались более 600 различных самолётов из состава 1-й Ударной авиагруппы Резерва ВГК, ВВС Ленинградской группы войск, 'группы Семёнова', транспортной группы Гражданского Воздушного Флота, авиации Балтфлота. Приняв во внимание просьбы Хозина по усилению авиации Волховского направления при концентрации здесь основных сил Luftflotte I, Ставка ВГК разрешила привлечь для действий над Волховом 20-й истребительный авиаполк ВВС Балтфлота и 225-й авиаполк ПВО Ленинграда.

20-й истребительный авиаполк подполковника Гейбо из состава ВВС Балтийского флота прибыл на аэродром Новая Ладога 1 июня, имея 16 истребителей Як-1. Отличительные знаки - белый кок винта и белая 'пилотка' на хвосте. Авиаторы опытные и мужественные. Прошли многоэтапное обучение: аэроклубы, лётные школы и училища, запасные авиаполки, долгий и славный боевой путь. Во время всего процесса обучения в истребители отбирались самые сильные, выносливые, с лучшим вестибулярным аппаратом. Другие уходили в штурмовики и бомбардировщики. Такой жёсткий отбор позволял ВВС Красной Армии иметь более подготовленных для маневренного боя истребителей, чем у Luftwaffe, у который даже основной истребитель Bf 109 сильно проигрывал советским машинам в бою на виражах.

20-й истребительный авиаполк сформирован в марте 1938 года в Смоленске на базе 116-й авиабригады Белорусского Особого Военного Округа. Вооружён самолётами И-16, И-15бис. Дело шло к нападению капиталистов и большевики заранее наращивали группировку ВВС Красной Армия на западной границе. С августа 1939 года часть полка участвовала в боях на реке Халхин-Гол против японских самураев. Затем полк перебросили к границе с Финляндией. Принимал участие в 3,5-месячном Финском походе Красной Армии. Переучился на самолёты Як-1. К дню вероломного нападения капиталистических армий 22 июня 1941 года имел на вооружении 23 самолёта И-153 и 63 самолёта Як-1. Базировался в Каменец-Подольской области на западе Украины. В июле в полк влили оставшиеся И-153 и лётно-технический состав 91-го истребительного полка, а в августе из состава полка выделили один самостоятельный авиаполк, имевший тот же номер: 20-й истребительный. В конце октября в битве за Москву авиаполк участвовал в достижении господства в воздухе.

32-летний командир 20-го истребительного авиаполка капитан Иосиф Гейбо - лётчик известный. Русский с Луганщины. Член партии большевиков с 1932 года. С 1933 года по партийному спецнабору направлен в школу лётчиков. С июля по сентябрь 1939 года как командир эскадрильи сражался с самураями на реке Халхин-Гол. Сбил 3 японских истребителя. Затем дрался с финскими фашистами во время Финского похода Красной армии. Сбил 2 финских самолёта. Участвовал в занятии войсками переданной Советскому Союзу королевской Румынией Бессарабии - исторической части Молдавии.

Вступил в бой с немецко-фашистскими захватчиками ранним утром 22 июня 1941 года как замкомполка 46-го истребительного авиаполка, который базировался в районе Дубно на Западной Украине. Полк имел И-16, ЛаГГ-3, Як-1. На 20 минуте вероломного нападения Гейбо одним из первых, если не первым в войне, сбил самолёт Luftwaffe. Затем было приграничное сражение, прикрытие войск во время танкового контрудара под Дубно. С начала августа Гейбо защищал небо Москвы, в конце августа небо Ленинграда. В районе Пулково тяжело ранен. До декабря лечился. С декабря он майор и командир 20-го истребительного авиаполка, который участвовал в разгроме группы армий 'Центр' под Москвой. Действовал на Тульском направлении. Теперь - прикрытие 2-й Ударной армии.

В составе авиаполка Гейбо все лётчики высокого класса. 24-летний командир звена младший лейтенант Петренко из крестьян Черниговская губернии. Украинец. В 1939 году окончил Ейское военно-морское авиаучилище имени Сталина. С ноября 1939 года лётчик ВВС Черноморского флота. С июня 1941 года в боях с агрессорами на истребителях И-153 и Як-1. Прикрывал бомбардировщики во время налётов ВВС Черноморского флота на военно-морские базы в Румынии, оборонял Одессу и Севастополь. Первый сбитый - 5 августа 1941 года в районе Прогнойск Херсонской области бомбардировщик Dornier Do 215. К концу мая 1942 года уже 5 сбитых.

Командир звена 24-летний сержант Сахаров из крестьян Ивановской губернии. Русский. В 1937 году поступил в городской аэроклуб, в 1938 года работал лётчиком-инструктором. В 1941 году досрочно окончил Серпуховскую школу лётную школу. С июня 1941 года в боях с Luftwaffe на истребителе И-153 'Чайка'. Первый сбитый - 6 ноября 1941 года у Серпухова Messerschmitt Bf 110. Большевик.

В полку много талантливой и боевой молодёжи вроде 20-летнего сержанта Тарасова. Он из крестьян Владимирской области. Русский. В 1938 году учился лететь в ивановском аэроклубе. Закончил Серпуховскую авиашколу. Большевик. Начал войну на Западном фронте на истребителе И-153. Действовал как штурмовик. Сбит зенитками при штурмовке переправы. Получил новый самолёт - Як-1 с белым носом. Сегодня Тарасов провёл свой первый бой над 'Долиной смерти', срывая атаку Ju 87. И сразу бой неравный и смертельный. Его ведущий командир звена Кирменов, покачав крыльями, первым пошёл в атаку на 'мессеров'. Тарасов за ним. Пикируют. Сближаются стремительно. С земли за боем над Мостками следят и оккупанты и красноармейцы. Тарасову кажется, что сейчас вот-вот столкнётся с 'мессером'. Смотрит, а тот спокойно разворачивается, как будто и не замечает его. Зло взяло сержанта! Не помня себя, изо всех сил нажал он гашетку. Когда опомнился, стал разбираться, что к чему, стервятник уже зашёл сзади и бьет по Як-1 с белым носом. Справа пролетают снопы огня. Тарасов невольно телом подался влево и резким поворотом ушёл из-под огня. Оглянулся. Кругом чёрные кресты и жёлтые консоли 'мессеров': Не заметил, когда расстрелял боезапас.

В критические минуты сознание человека работает особенно чётко. 'Если окажешься один, иди под прикрытие своих зенитных батарей', - вспомнил сержант наказ командира. Резко нажал на ручку и в пике. Самолёт задрожал так, что, казалось, сейчас разлетится. Когда высотомер показывал 500 метров, Тарасов вывел машину из пикирования. Но, два 'худых' всё ещё шли за ним. И вот по ним с земли в упор открыли яростный зенитный огонь 37-миллиметровые зенитчики, 12,7-миллиметровые крупнокалиберные пулемёты ДШК и 7-62-миллиметровые счетверённые пулемёты 'Максим' из зенитных дивизионов, прикрывающих артиллерийские позиции, склады и переправы. Получив по паре десятков дыр в крыльях и фюзеляжах, 'худые' шарахнулись в сторону и пустились наутёк на бреющем, забыв про всё...

255-й истребительный авиаполк подполковника Якушина двухэскадрильного состава из ПВО Ленинграда тоже прославленное соединение. Базировался на Комендантском аэродроме в Ленинграде, на аэродромах Левашово и Парголово в пригородах. За 2 прошлых месяца выполнил 376 боевых вылетов. Задачи - действия в составе ПВО Ленинграда, прикрытие штурмовиков и войск Волховского фронта. 255-й истребительный авиаполк имел опытных лётчиков. Сформирован на Советской Украине 1 апреля 1941 года на базе 2-го и 43-го истребительных авиаполков для ПВО Киева в рамках наращивания большевиками сил ВВС перед лицом неминуемого нападения капиталистических орд. Самолёты - И-16.

С первых часов вероломного нападения авиаполк отражал налёты на Киев. Первый самолёт Luftwaffe уничтожен в первый час после нападения: старший лейтенант Денисов северо-западнее Киева сбил бомбардировщик Ju 88. Герои стояли насмерть. 815 боевых вылетов, 54 воздушных боя, сбито 16 самолётов и 2 аэростата. Совершено 60 штурмовых вылетов для поддержки наземных войск. К 30 июня без повреждений и годных к полётам имелось всего 2 исправных истребителя. В мае 1942 года полк перевооружён на ЛаГГ-3 с пушкой калибра 20 миллиметров и двумя 12,7-миллиметровыми крупнокалиберными пулемётами. В апреле-мае 1942 года пилоты полка дважды летали в район Вышнего Волочка - перегоняли самолёты на Волховский фронт. Обратно возвращались на Ли-2.

В боях над Волховом истребители Якушина легко узнавались: камуфляж - сочетание тёмно-зелёного, чёрного и тёмно-оранжевого, бортовые номера и коки винтов - белые, верхушка киля белая, звездочки за сбитые рисовали на гаргроте за кабиной.

Сам 32-летний комполка Якушин из крестьян Тульской губернии. Русский. В Красной Армии с 1927 года. В 1930 году окончил Борисоглебскую лётную школу. Правительственная командировка 1937-1938 годов в Китай. Бои с японцами на реке Халхин-Гол. Большевик. В боях с гитлеровцами с 22 июня 1941 года.

Кроме самого Якушина в полку много высококлассных лётчиков таких, как 33-летний штурман полка капитан Панин, который летал на истребителе с надписью 'Стоять насмерть!' Панин из семьи рабочего Сталинграда. Большевик. В 1932 году окончил Военно-теоретическую школу лётчиков в Ленинграде, затем военную школу лётчиков в Энгельсе. Служил инструктором, затем в различных лётных военных частях лётчиком и штурманом. С ноября 1937 по март 1938 года доброволец на японо-китайской войне в ВВС китайских правительственных войск Чан Кайши. Выполнил 40 боевых вылетов и провёл 5 воздушных боёв с японцами. Участвовал в Финском походе Красной Армии. В июне 1941 года закончил курсы усовершенствования начсостава при Военно-воздушной академии. С июля замкомандира и штурман 255-го истребительного авиаполка, с которым участвовал в обороне Киева. Переучился на ЛаГГ-3 и Як-1:

В ночь на 2 июня бомбардировщики-гиганты Ил-4 Авиации дальнего действия Голованова выполнили 33 самолёто-вылета в интересах Волховского фронта. Авиацию дальнего действия гитлеровцы после первой бомбежки Берлина 7 августа прошлого 1941 года назвали 'Длинная рука Сталина'. Бомбовым ударам Ил-4 подвергались позиции оккупантов в южной части 'Волховского рукава', железнодорожные станции Любань и Чудово, куда прибывали и разгружались подкрепления, транспорты снабжения для войск, ведущих бои с армией Власова. Всего сброшено 30 тонн фугасных, осколочных, кассетных и зажигательных бомб. Разгромлено 24 вагона с грузами, уничтожен паровоз, два склада, 15 грузовиков, 22 постройки, 2 зенитки, другое вооружение. Убито и ранено более 500 оккупантов.

Полёты на грузовых двухмоторных самолётах Ли-2 проводил 748-й авиаполк из 81-й авиадивизии дальнего действия. Переброска продовольствия и боеприпасов Власову по воздуху продолжилась в увеличенном объёме. Специальные команды без устали упаковывали грузы в десантные мягкие мешки. Их сбрасывались без парашютов:

Июньская ночь коротка. Очень мало остаётся времени, чтобы незаметно для врага перелететь линию фронта, выполнить задание и вернуться. Под самолётами Ли-2 из 748-го авиаполка уже темнеет, а на крыльях ещё поблёскивают лучи заходящего солнца. Голубая лента Волхова висит в серых сумерках. Из сумеречной мглы к самолётам тянутся нити трассирующих пуль и снарядов. Не долетев, они цветной радугой повисают в пространстве. На земле вспышки орудийных залпов - войска Власова ведут ночной бой. Яркие вспышки создают огромное огненное кольцо. Найти свои войск просто - они внутри кольца. Примерно в центре кольца четыре ярко горящих костра. Это сигналы в Новой Керести. Здесь место сброса.

Чтобы не столкнуться, транспортники включили навигационные огни. Встали в круг. Над кострами, чёрным лесом, кружила разноцветная карусель - красные, зелёные, белые огни. Мешки сбрасывали с высоты 50 метров в несколько заходов, поочерёдно снижаясь. Боеприпасы, продовольствие, медикаменты непрерывным потоком падали в заданный квадрат... С востока непрерывно прибывали самолёты 748-го авиаполка и других частей. Четыре вылета провели с посадкой. Не успела на западе погаснуть вечерняя заря, как на востоке небосвод уже светлел. За ночь удалось доставить Власову 6 тонн грузов, 5 тонн бензина, 10 таро-мест почты. Кормильцы! Не забывает товарищ Сталин своих бойцов!

Не отставали от Ли-2 лёгкие У-2 ночных бомбардировочных полков. Они доставляли грузы на площадки прямо за линией огня. Отважные лётчики, живучие машины. Ночные бомбардировочные полки держались без переформирования с января, в то время как истребительные полки действовали только по 2-2,5 месяца.

Пока немецкие солдаты сидели этой ночью в болотах у Волхова, стреляли в транспортники, гибли под обстрелами и читали советские листовки: 'Долой Гитлера! Кончай войну!', 1000 бомбардировщиков короля Георга VI нанесли в ночь на 2 июня массированный удар по Эссену, Оберхаузену и Мюльгейму. Погибло более 2500 немецких женщин, стариков и детей. В огне люди сгорали заживо, задыхались и запекались в подвалах как в духовках, медленно умирали в страшных муках под завалами. Капитализм - это когда только хозяевам танго, коньяк и яхты. Остальными либо рабство, либо вот это...

Металлургические заводы Круппа в Эссене, акционерами которых являлись промышленные и финансовые структуры Баруха, Моргана, Рокфеллера, Георга VI, естественно, вновь не пострадали. Потом своё получили жители Вильгельмсхафена, снова оказался под бомбёжками Гамбург, Саарбрюккен, Дуйсбург, Любек и Данциг: После разборки завалов вокруг каждого крупного немецкого города стали расти настоящие рукотворные 'горы мертвецов' из обломком зданий и останков людей. А вы, немецкие солдаты в болотах у Волхова, подыхайте за прибыли международных банкиров:

Ранним утром на позиции оккупантов на 'дороге жизни' начали наступление с востока малочисленные 24-я 'харьковская' стрелковая бригада и 13-й стрелковый полк 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии, имеющий лишь 500 бойцов. 'Архангельцы' понесли месяц назад большие потери из-за предательства своего начштаба Дикого в битве в 'Волховском рукаве'. Полноценного пополнения не получили. В стране каждый человек на счету. Особая надежда на собственный свежий 3-й отдельный стрелковый батальон, прибывший до перекрытия 'дороги жизни' из-за Волхова. Батальон сформирован из 59-го рабоче-транспортного батальона. Это 'внутренние резервы' Волховского направления. 500 бывалых фронтовых рабочих-дорожников. Стрелковая подготовка слабая. В каждой из трёх рот по 12 ручных пулемётов со складов Волховского направления. У каждого противогаз, две ручные гранаты и по 200 патронов. В 3-й роте имелся взвод из 45 автоматчиков и взвод с 12-ю противотанковыми ружьями. Оружие не новое. С бывшими стройбатовцами в бой пошли танки 7-й гвардейской танковой бригады Шнейдера - 8 'тридцатьчетвёрок' и 8 'шестидесяток'.

Дороги после ливней медленно подсыхали. Лесные низины ещё топкие, местами покрыты водой. Западнее Мясного Бора почва подсохла, но перед гатью центральной просеки всё ещё болото. Гать заминирована и пристреляна. Но что делать? Воевать - не на печи сидеть! Впереди двигался взвод разведки из трёх лёгких Т-60. В 100-150 метрах за ними штурмовые группы 'харьковчан'.

Над 'пробкой' фашистов на 'дороге жизни', не имеющих зениток крупного калибра, активно действовала авиация Волховского направления, сбрасывая бомбы и обстреливая позиции из бортового оружия. Вела огонь советская артиллерия. Поскольку войска оккупантов располагались скученно вдоль просек на протяжении 1,5 километров, попадания шли густо. Подлецы несли потери, особенно от огня артиллерии и миномётов, поскольку не имели никаких противоосколочных укрытий. Особенно велики потери в 'Долине смерти' оказались у III батальона 24-го полка, II батальона 76-го полка и 540-го штрафного батальона. Численность каждого из этих батальонов к этому времени сократилась примерно до роты.

До леса атакующие продвинулись без боя - фашисты отошли вглубь чащи. Танки двинулись дальше единственно возможным способом - колонной по гати. В глубине леса их встретил сильнейший артиллерийский, миномётный, пулемётный огонь. Стреляли вкопанные танки. Артиллерия оккупантов со стороны 'Волховского рукава' вела непрерывный заградительный огонь по площадям. Передовой Т-60 взвода разведки подорвался на мине. Два других Т-60 в ходе интенсивной перестрелки получили по несколько попаданий из противотанковых орудий и танковых пушек, и загорелись. Штурмовым группам пришлось залечь. К огневому рубежу подошли Т-34. В ходе боя загорелись два из них.

Дважды за трёхчасовой бой Ju 88 бомбили лежневку и танки на ней. Гать оказалась разбита. Получили различные повреждения четыре Т-60 и три Т-34. Две 'шестидесятки' сгорели. Второй эшелон танков пришлось отвести. В свою очередь артобстрел позиций 43-го и 76-го моторизованных полков из 'группы Яшке' нанёс им большие потери - до 150 убитым и вдвое больше ранеными. Некоторое количество красноармейцев из 3-го отдельного батальона, в основном старше 40 лет, среди которых имелись люди, бывшие в немецком плену в Первую Мировую войну, перебежали к фашистам. Нарастить силу удара нечем. В район Мясного Бора от Спасской Полисти с трудом подходила по бездорожью сильно поредевшая 374-я 'красногорская' стрелковая дивизия Витошкина.

В это же время подлецы попытались расширить свои позиции в 'Долине смерти', перейдя на западный берег реки Полисть у просеки 'Дора'. В атаку здесь плотными цепями полезли 22-й пехотный полк 1-й 'прусской' пехотой дивизии и 154-й пехотный полк 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии. Роты 1000-го стрелкового полка 305-й 'московской' стрелковой дивизии Барабанщикова подпустили цепи поближе, угостили их плотным миномётным и пулемётным огнём и перешли в контратаку.

305-я стрелковая дивизия формировалась в июле-августе 1941 в подмосковном Дмитрове. Более половины - добровольцы Коминтерновского района Москвы. Другая половина - мобилизованные Калининской области. Вот они, жители коммуналок в бывших барских хоромах от Театральной площади до Палехи, от Новослободской и Петровки до Самотёчной и Рождественки, сражаются с лютым врагом. Эти храбрые бойцы вышли из бесконечных переулков и улочек: Неглинная, Петровский бульвар, Сандуновский, Звонарский, Киселёвский, Каретный, Лихов, Божедомский, Селезнёвская, Сущёвская. Что не название, то песня!

В составе действующей армии 'москвичи' с 15 августа 1941 года. Прибыв под Новгород, они 16 августа ворвались в оккупированный город и дошла до реки Волхов, которая делит город на две половины. Только подавляющее превосходство в численности войск 16-й полевой армии, в том числе войск SS, заставило дивизию отойти. Затем последовал период упорной обороны. Но 9 декабря 1941 года 'москвичи' выбили оккупантов из Никиткино, Тигода, Дубровка, Ситно, Посада и вскоре полностью очистили в полосе своего наступления правобережье Волхова. После ожесточённых городских боёв, долгого, трудного боевого пути в дивизии осталось к этому дню около 5000 человек.

Поскольку из-за перемешивания войск наступающих и обороняющихся гитлеровцы не могли вести артиллерийский обстрел, ближний бой и рукопашная в лесу являлись для 'москвичей' выгодными. Тем более, что в этом случае гитлеровцы шарахались в разные стороны как чёрт от ладана. За восемь часов боя 'москвичи' неоднократно ходили врукопашную. При 1-й дивизион 830-го артполка капитана Жигалова из дивизии 'москвичей' умудрялся раз за радом накрывать скопления 'пруссаков' точными залпами гаубиц. Секрет удачных действий артиллеристов заключался в самоотверженной работе связистов, которые в суматохе переменчивого лесного боя успевали тянуть и сматывать телефонные лини постов передовых артиллерийских наблюдателей Жигалова. Гитлеровцы через динамики призывали 'москвичей' сдаваться в плен, обещали хорошее обращение и питание. И заканчивали свои передачи надрывным криком: 'Бейте артиллеристов, бейте Жигалова!' Такая оценка действий артиллеристов поднимала им боевой дух.

В результате побоища на Полисти 'напервитиненные' 'пруссаки' и 'нижне-саксонцы' продвинулись всего на 200 метров, потеряв 250 солдат убитыми и более 400 ранеными. Река, казалось, была заполнена не водой, а чёрной, ядовитой кровью солдат капитализма. Теперь в 'Долине смерти' оккупанты владели полосой леса 1,5 километра в ширину: с востока по линии отметка 40,5 в 3 километрах северо-западнее Мясной Бор - отметка 40,2, а с запада по линии река Полисть - отметка 43,1.

В первой половина дня с запада от Новой Керести к отметке 37,7 на реке Полисть подошли части 1,8-тысячной 57-й 'саратовской' стрелковой бригады Евстифеева и штурмовые группы из остатков двух полков 3-тысячной 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии. 546-й стрелковый полк этой дивизии ранее уже вышел на Волховский плацдарм и в атаке не участвовал. 1800 бойцов и командиров майора Евстифеева имели только пехотное оружие. Артиллерию без достаточной тягловой силы подтянуться не смогли. Власов этот вопрос не проконтролировал и вопрос с артиллерийской поддержкой не решил, невзирая на все приказы Наркома обороны и командования фронта на этот счёт. Атаку поддерживали 9 лёгких танков Т-60 из 166-го отдельного танкового батальона. Сам танковый батальон ранее вышел к Волхову, а эти танки остались восточнее 'коридора' в ремонте. Теперь вот они могли действовать.

Перед Евстафиевым поперёк 'дороги жизни' линия обороны из ДЗОТов, минных полей и лесных завалов, части трёх пехотных полков свежей 1-й 'прусской' пехотной дивизии и 505-й сапёрный батальон. Солдатня 'пруссаков' находилась в стадии крайнего озверения из-за 'мясных штурмов', наркотиков и угроз за отступление отправиться в штрафбат или концлагерь. Шуток здесь никто не шутил. Фельджандармы в Большом Замошье и в лагере 'А' 'группы Яшке' в 'Волховском рукаве' открывали огонь по всякому, отступающему без приказа из 'Долины смерти', а унтер-офицеры не раз уже убивали солдат, поддавшихся панике, не дожидаясь на это решения командира дивизии и безо всякой 'кучи песка' - символа расстрела солдат на фронте. Песок улавливал пули, прошедшие на вылет.

В такой ситуации ослабленные голодовкой бойцы Евстафиева и лёгкие танки под ураганным артиллерийско-миномётным и пулемётным огнём углубились в лес, прорвали первую линию обороны и с боем продвинулись до западного берега реки Полисть. Продолжить наступление физически ослабленные воины не смогли. Люди после атаки в изнеможении садились или ложились прямо в лужи и не могли подняться из-за усталости, да и боезапас вышел. 2-го эшелона атака не имела. Из-за сильного артобстрела и контратаки, при том, что своя артиллерия молчала из-за отсутствия снарядов, 'саратовцам' и 'ленинградцам' пришлось отойти от Полисти и там отбивать контракту. Потери 'саратовцев' и 'ленинградцев' убитыми и ранеными - почти 300 человек. Танкисты потеряли 5 танков. Потери гитлеровцев сопоставимые.

Похоронные команды 'саратовцев' занялись своим скорбным делом. Собирали тела павших смертью храбрых. Вынимали личные медальоны. В них крохотные листки бумаги с самыми необходимыми данными: фамилия, имя, отчество, звание, воинская часть - полевая почта, адрес семьи. На тот случай, если... Происхождение названия этой вещи 'медальон' не совсем понятно - ведь это небольшой пластмассовый цилиндрик с крышкой на резьбе. На шею медальоны чаще всего не подвешивали, а носили в кармане гимнастёрки. Большинство использовали медальоны в качестве игольника из-за размеров и форма. Но если такой медальон пролежит десятилетия с иголками внутри в братской могиле, никакой надежды прочитать что-либо не останется. Ржавчина обязательно съест сталь, а заодно и бумагу. И появятся 'неизвестный', 'неизвестный', 'неизвестный'. А ведь для бойца умереть страшно, а умереть и остаться неопознанным ещё страшнее:

После неудачной атаки Евстафиева командарм Власов вернул после бесцельного похода на север вместо прежнего сосредоточения у Глушицы перед западными окончанием 'дороги жизни' 59-ю 'саратовскую' отдельную стрелковую бригаду Глазунова. Бригада получила приказ занять оборону на переднем крае правее жердевой дороги и узкоколейки.

В середине дня с востока на освобождение 'дороги жизни' Власова двинулся неполный 546-й стрелковый полк Богатырёва из 191-й 'ленинградской' стрелковой дивизии Артёменко. Два других полка оставались по другую сторону захваченной дороги на стороне Власова и в атаке не участвовали. В атаку с 'ленинградцами' также пошли 9 танков Т-34 и две пулемётные танкетки Т-27 из 29-й танковой бригады подполковника Клименко. На танки посадили автоматчиков с ППШ. Артподготовка не проводилась. Считалось, что в районе жердевой дороги после вчерашнего и сегодняшнего побоища остались только небольшие группы с лёгким вооружением. По сторонам единственно пригодной для танков дороги с настилом из жердей болото и множество воронок от снарядов и бомб, заполненных водой. Танкам нигде, кроме как по жердевой дороге, не пройти.

Комполка Богатырёв двигался на броне третьего танка с автоматчиками. Как только танки и танкетки Клименко колонной по одном подошли к переднему краю обороны 1-й 'прусской' пехотной дивизии, оккупанты стали бить из всех своих ручных и крупнокалиберных пулемётов, миномётов, противотанковых ружей и пушек. Десант спешился. Танки начали отвечать огнём, продолжая сближение. Штурмовые группы автоматчиков 'ленинградцев' двигались справа и слева. От танков во все стороны летели огненные рикошеты. Вокруг начали рваться снаряды - гаубичная артиллерия подлецов открыла заградительный огонь. Введи советские командиры в это время в бой все свои артиллерийские силы с Волховского плацдарма, гитлеровцам не устоять.

В конце концов первый Т-34 подлецы подожгли попаданием в борт. Танк встал. Обойти его другим танкам возможности никакой. Подбили следующий за головным Т-34. Богатырёв дал команду отходить. Танкисты задним ходом начали выходить из-под обстрела. Подлецы подбили ещё один Т-34. Бронебойными пулями подбили обе слабобронированные танкетки Т-27. Время танкеток давно прошло.

Не удивительно, что в прошлом году оказались уничтожены на фронте более 600 единиц устаревших танкеток Т-27 разработки 1930 года, металлолома, который Wehrmacht и его историографы почему-то засчитывали Красной Армии как полноценные танки. Ещё около 600 единиц этого металлолома, который уже не ездил, Wehrmacht уничтожить не смог и танкетки, если не стояли разобранные, использовались в Красной Армии и НКВД для охраны тыловых объектов, как тягачи, учебные машины. Ещё около 600 единиц Т-27 находились в войсках на других границах СССР и во внутренних округах в разной степени технической готовности, но по большей части с выработанным моторесурсом.

Хозин, осознав, что атаки с Волховского плацдарма ограниченными силами не приносят результата, потребовал от расслаблено действующего Власова собрать все свободные силы и организованно, решительно нанести удар с запада. Ситуация быстро ухудшалась. В центре расположения армии вблизи дорог размещались около 9000 раненых командиров и бойцов, которым оказывалась очень ограниченная медицинская помощь и выдавалась незначительная норма сухарей. В лесах, главным образом вдоль узкоколейки, находились до 5000 местных жителей, взрослых и детей, ожидающих эвакуации. Они голодали, среди них много больных. Большие группы голодных красноармейцев самовольно собирались в районе посадочной площадки у Новой Керести и растаскивали сбрасываемые там с самолётов мешки с продовольствием. Активно употреблялась в пищу конина. Среди командиров и красноармейцев прогрессивно нарастало количество больных от недоедания, отмечались случаи смерти от голода. По расположению армии шныряли агенты, вели разведку, сеяли панику, убивали. Власов же в это время от дел самоустранился, периодически впадал в прострацию. В его штабе царили упаднические настроения, пьянство, шкурничество. Тем временем обстановка требовала от командира собранности, целеустремлённости, неустанной работы по-сталински, по-ворошиловски.

Подлецы заваливали леса и болота листовками с самолётов. В них перепевались белогвардейские триколорные эмигрантские газеты и журналы. Они рассказывали, мол, Сталин уничтожил при раскулачивании и репрессиях 16 миллионов человек, а всего с 1917 года большевики уничтожили 36 миллионов человек. Сталин уничтожил 'ленинскою гвардию', польских офицеров, зажиточных крестьян, своих командиров и священников. Но когда частные собственники, выпучив пустые рыбьи глаза, говорили правду? Захватчики привычно призывали не служить кровавым палачам, а сдаваться в плен, потому что немцы якобы воюют не с народом, а со Сталиным и его друзьями - англо-американскими капиталистами. Как у марксистов, осуществляющих диктатуру пролетариата могли оказаться в друзьях частные собственники, они не объясняли. Поддавались вранью единицы. Люди знали, что это гнусные провокации. Понимали за что сражаются: чтобы над ними не было лживых и кровавых господ, через свою частную собственность на заводы, земли и шахты закабаляющих работников, сражались за то, чтобы дети трудового народа были гарантированно сыты, образованы, здоровы, защищены, имели досуг, отдых, счастливые семьи и много-много своих детей!

Вечером в атаку с востока снова пошли танки 7-й гвардейской бригады, пехота 24-й стрелковой бригады и 2-й стрелковой дивизии. Им удалось уничтожить несколько ДЗОТов и огневых позиций на центральной просеке, но этим успех ограничился. Атака сопровождалась беспрерывным огнём артиллерия всех калибров с Волховского плацдарма, смешанным с ударами из ракетных установок. Советская артиллерия регулярно переносила свой огонь по тылам, обрушивая его, в том числе, на позиции артиллерии оккупантов. Действуя с помощью передовых наблюдателей, которые корректировали огонь своих батарей и дивизионов, советская артиллерия затем снова сосредотачивала огонь целыми полками. Офицерам захватчиков это напоминало ураганные обстрелы Великой войны на Западном фронте. От 'унтерменшей' они такого не ожидали. Для удержания позиций приходилось постоянно подводить резервы. Введи советские командиры в это время в бой все свои силы, гитлеровцам не устоять.

В ночь на 3 июня как всегда продолжал действовать 'воздушный мост' доставки грузов Власову. Кроме того, ВВС Волховского фронта за ночь выполнили 55 самолёто-вылетов на бомбёжку, в том числе аэродрома Luftwaffe Коростовичи и аэродрома Сольцы. На аэродроме Коростовичи поле налёта произошли три сильных взрыва и возникли очаги пожаров. На аэродроме Сольцы возникло четыре очага пожаров и два сильных взрыва. В районе Плавницы, где применялись контейнеры с горючей смесью КС, создано два очага пожаров и взорван склад. 5 вылетов произведено на разведку.

Ставка ВГК поставила Хозину на вид, что его действия по освобождению коммуникаций Власова ведутся медленно, не скоординировано и разрозненными силами вместо того, чтобы бить всеми силами стрелковых частей, артиллерии, 'Катюш', танков, авиации в одно место и одновременно.

В ночь ту же ночь оккупантам вновь повезло, как ранее повезло в мае с предателем Диким, который помешал советским войскам срезать 'Волховский рукав'. В штабе Власова чрезвычайное происшествие - к эсэсовцам из 2-й моторизованной бригады SS перебежал очередной злодей и предатель - замначальника 8-го шифровального отдела штаба 2-й Ударной Армии Малюк. C ним сбежал к немцам его подельник старший телеграфист Грицов. Интендант 2-го ранга Малюк - этнический украинец из центральной области Украины с Правобережья Днепра - бывший колхозный счетовод. К переходу готовился месяц. Заранее проносил через посты охраны секретные документы, собирал разведсведения.

Перебежчики передали гитлеровцам секретные коды Генерального штаба Красной Армии, вступившие в силу в марте, кодовые таблицы для радио и телефонных переговоров частей 2-й Ударной армии с действительными до середины месяца ключами, кодовые таблицы радиосвязи с Верховным командованием Красной Армии и Народным комиссариатом обороны, кодовые таблицы общих приказов частям 2-й Ударной Армии, кодовые таблицы радиосвязи внутри 8-го отдела, кодовые таблицы радиосвязи между штабом тыла Волховского направления и управлением тыла 2-й Ударной армии, приказы по армии. Негодяй Малюк открыл все планы, связанные с выводом армии к Волхову. После этого Абверкоманда-I читала радиоперехваты как берлинскую газету. Чем, впрочем, воспользовалось и советское командование, продолжая дезинформировать врага через этот канал о реальной численности войск к западу от 'коридора'. Численность завышалась втрое, чтобы приковывать к войскам Власова максимальное количество войск группы армий 'Север'.

Кроме секретных данных Малюк при допросе нарисовал на карте квадрат размещения штаба Власова севернее Новой Керести. Карта, нарисованная украинцем, имела неточности, поэтому бомбёжки Ju 87 большого ущерба к счастью не принесли - пострадал только полк связи. За своё предательство и ценнейшие секретные сведения Малюк и его подельник Грицов просили своих хозяев разрешить участвовать в борьбе против коммунизма в рядах украинской вспомогательной полиции на Украине.

В общем-то, Генштаб Красной Армии правильно делал, что перебрасывал 'украинские' частей с юга на север, поскольку считал их ненадёжными. Во 2-й Ударной армии самыми ненадёжными из украинцев считались черниговцы. Из 650 сдавшихся в плен и перебежчиков в прошлом месяце более 450 - этнические украинцы или проживавшие на территории оккупированной Советской Украины, а также другие представители нерусской национальности. Это при том, что этих категорий военнослужащих в составе 2-й Ударной армии и так имелось менее 30 процентов...

Генштаб и Ставка ВГК вели большую агентурную и радиоигру для того, чтобы создать у командования группы армий 'Север' впечатление, что западнее коридора находится по меньшей мере 60 000 человек, чтобы как можно дольше приковывать к войскам Власова не меньшее количество войск группы армий 'Север', подталкивать OKW и Гитлера к переброске из группы армий 'Юг' на помощь группе армий 'Север' 200-тысячной 11-й полевой армии фон Манштейна вместо того, чтобы использовать её для наращивания силы удара на Сталинград и Кавказ.

Все войска армии Власова располагались в лесах, тщательно маскируясь от наблюдения с воздуха. Определить их количество подлецы не могли ни авиаразведкой, ни через агентов Абверкоманды-I. У страха глаза велики. В результате мастерского наведения 'тени на плетень' 25-тысячные остатки войск армии Власова предоставлялись подлецам 60-тысячной силищей. Чем настойчивей Хозин пытался пробить коридор к Власову, тем более гитлеровские генералы верили в свои фантазии.

Гальдер доложил Гитлеру, что из-за невозможности ликвидировать армию Власова, поскольку с 22 апреля по 31 мая она сумела выйти на Волховский плацдарм более чем наполовину и вывезти часть имущества, следует ликвидировать целиком весь советский плацдарма на Волхове ударом по сходящимся направлениям. Нужно лишь выделить фон Кюхлеру резервы: 300 танков, 3 свежих моторизованных и пехотных дивизий, 150 самолётов для 1-го воздушного флота Luftwaffe. Однако Гитлер, увлечённый идеей прорыва к Кавказу, пожирающей все его резервы, отказался предоставить группе армий 'Север' эти испрашиваемые силы.

День 3 июня прошёл в напряжённом ожидании, обмене огневыми налётами, боями в небе. Остатки 92-й и 382-й стрелковых дивизий Ларичева и Карцева подходили с запада к 'дороге жизни' для её прочистки. Остатки 25-й стрелковой бригады Шелудько двигались на восток через район Новой Керести. Части и соединения армии Власова не пополнялось ни бойцами, ни матчастью с марта по причине сворачивания операции в тылу группы армий 'Север'. Лишь возвращались в строй легкораненые из госпиталей самой армии. Яркий пример - остатки 59-й стрелковой бригады, которые сейчас приводили себя в порядок на опушке леса у высотной отметки 33,0 у деревни Новая Кересть. За полгода тяжелейших боёв из 6000 первоначального состава в строю осталось 1000 человек. Из них 90 процентов - бойцы тыловых служб.

Согласно приказа Военного совет фронта об эвакуации местного населения, у Новой Керести собралось около 5000 человек. Гораздо меньше, чем ожидалось. Много людей гитлеровцы убили или угнали в рабство. Опасаясь подобной доли, несчастные заполнили леса. Разжигая костры и нарушая этим маскировку, они осложняли положение войск. Из-за обстрелов и бомбёжек войска имелись дополнительные потери. Через реку Кересть у Новой Керести располагалась деревня Кречно. Южнее Кречно около узкоколейки батарея 85-миллиметровых зениток. Эти зенитки не давали Luftwaffe особо наглеть в этом районе. Одна из защитниц повреждена при авианалёте. Недалеко на юго-востоке на длинной лесной поляне, завешенной масксетью, штаб Власова. Тут же рядом полк связи в отдельных землянках. Порядки в штабе не строгие: днём посты спрашивают удостоверение личности или командировочное предписание, а ночью только пароль. На узкоколейке от сараев у Кречно к 'коридору' вагонетки с матчастью артиллерии и две батареи неисправных орудий. В конце протянувшегося на юг поля между двумя лесами пушки-гаубицы 'Емеля'. Отсюда они обстреливали подлецов, засевших в 'Долине смерти'. Южнее остатки 46-й стрелковой дивизии Чёрного, прикрывая западный сектор западной части 2-й Ударной армии, держали оборону у Глухой Керести, Чауни, Пятилипы с обеих сторон от железной дороги Ленинград - Новгород.

Остатки 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии Антюфеева прикрывали дальний северо-западный сектор в районе торфоразработок, озёр и болот у Финёва Луга вдоль дороги на Вдицко. У 'воронежцев' в полках по 200-300 бойцов. Среди стрелков теперь и 'безлошадные' артиллеристы, сапёры, разведчики, связисты, комендантский взвод. Люди обессилены голодовкой. Многие больны, ранены.

Особо сильные укрепления находились на высоте 58, на которой располагалась церковь, на дороге от неё на Финёв Луг и в самом посёлке. Посёлок полностью выгорел, но остатки каменных строений и каменные подвалы приспособлены к обороне. Западнее Финёва Луга у станции Рогавка 2 зенитки. У высотной отметки 37,9 ещё 3 зенитных орудия. Для тихоходных Ju 87 просто 'квадрат смерти'. От Финёва Луга на юг и восток болотные гати. На севере у Ольховки вдоль дороги и берега Керести стрелковые траншеи. На другом берегу отдельные стрелковые ячейки. Через реку переправ нет, только мостки.

Поскольку западнее 'дороги жизни' войск Власова оставалось немного, на глаза многочисленных агентов Абвергруппы-I попадались только небольшие подразделения, постоянно снующие по дорогам туда-сюда, а также отдельные грузовики. Больших транспортных перевозок не наблюдалось. Общее число исправных грузовиков у Власова в это время - 300 штук. Они никак не могли создать оживлённое движение при отсутствии бензина. Но у страха глаза велики, и фон Кюхлер продолжал наращивать свою группировку вокруг остатков армии Власова. Гитлеровцы спешно проводили замену своих разбитых частей в 'Долине смерти'. Их попытки расширить свои позиции без поддержки Ju 87 и Ju 88 успеха не имели и закончились потерей боеспособности наступающих.

Севернее Мостков на восточном фасе 'Волховского рукава' сильные отвлекающие атаки вели некоторые части ослабленных 376-й и 374-й стрелковых дивизий, а таже 58-й стрелковой бригады. С запада у 'дороги жизни' на Волховском плацдарме находились только малочисленные, не пополнившиеся с марта соединения. 2-я стрелковая дивизия, 58-я, 24-я стрелковые бригады, полк 191-й стрелковой дивизии вместе насчитывали всего 6000 бойцов и командиров. Идущая на всех парах к Мясному Бору с востока 165-я стрелковая дивизия имела в строю только 7000 бойцов и командиров. Это при том, что засевшая в 'Долине смерти' 1-я Восточно-прусская пехотная дивизия насчитывала более 10 000 человек, да ещё ожидала и пополнения. Примерно столько же имели окопавшаяся там же 59-я пехотная дивизия. Многочисленной оставалась 20-я моторизованная дивизия. При этом они постоянно получали маршевые пополнения и новые отдельные части группы армий 'Север'. Неравенство сил очень большое. При этом гитлеровцы, имея численное преимущество, ещё и оборонялись.

1-я Восточно-прусская пехотная дивизия считалась элитной. Создана в 1934 году в Кёнигсберге на основе 1-го пехотного полка 1-й пехотной дивизии рейхсвера как 'военное управление Кёнигсберга' и когда в октябре 1935 года Гитлер объявил, что создан Wehrmacht, получила порядковый номер 1. Дивизия впоследствии пополнялась призывниками их Восточной Пруссии, Кёнигсберга. Эмблемой дивизии являлся стилизованный герб династии Гогенцоллернов, являвшихся герцогами, а затем королями Пруссии. В дивизии служило много прусских дворян и аристократов, том числе старший внук кайзера Вильгельма II обер-лейтенант принц Вильгельм Гогенцоллерн. В 1939 году в войне с Польшей дивизия участвовала боях за Млавскую позицию, в осаде и взятии Варшавы. При вторжении во Францию в бою у Валансьена получил смертельное ранение принц Вильгельм. В августе 1940 г. дивизия была переброшена в Восточную Пруссию. В 1940 году на базе дивизии из жителей Пруссии, проживающих в районе Мазурских болот сформирована ещё одна восточно-прусская 291-я пехотная дивизия. При вероломном нападении на СССР 1-я дивизия наряду с другими соединениями восточно-прусского происхождения входила в 18-ю армию фон Кюхлера из группы армий 'Север'. Участвовала в боях в кровавых сражениях Прибалтике, на Лужском рубеже, прорывалась к Финскому заливу, действовала в районе Петергофа, в районе Невской Дубровки. С 'советским зверинцем': линкоры 'Марат', 'Октябрьская Революция', КВ-1 и КВ-2, Т-34, Ил-2, Пе-2, МЛ-20, М-30, БМ-13, ДШК, ППШ, СВТ и так далее чванливые восточно-пруссаки познакомились на собственной шкуре. Понесли катастрофические потери. Пополнены до действующего штата. В апреле 1942 года действовали у 'Невского пятачка'. Теперь вот в болотах...

Днём ВВС Волховского фронта выполнили 11 самолёто-вылетов на бомбёжку, 11 на штурмовку войск в южной части 'Волховского рукава' и 'Долине смерти'. Уничтожено 6 грузовиков с пехотой и грузами, 4 полевые орудия, подавлен огонь двух батарей. 34 самолёто-вылетов выполнено на прикрытие своих войск, 13 на патрулирование колонных путей, 11 на сопровождение транспортников, 20 на разведку, 2 на перехват. В трёх воздушных боях сбито 3 бомбардировщика He 111 и 2 бомбардировщика Ju 88.

Днём 4 июня Власов начал сосредотачивать в районе рек Глушица и Полисть остатки 46-й стрелковой дивизии, остатки 22, 25, 53, 59-й стрелковых бригад. Всего около 5000 человек. Задача: 'Наступать в ночь на 5 июня для пробития 'коридора' к высотной отметке 40,5. С востока в это время начнётся атака от Мясного Бора'. Дневную перегруппировку Власова обнаружили агенты Abwehrgruppe-I, свободно шныряющие среди войск, и авиаразведка Luftwaffe. Не успели войска прибыть к Глушице, как подверглись мощной бомбардировке. Особенно пострадала 46-я стрелковая дивизия Чёрного. Внезапность теперь отсутствовала. Снаряды для артподготовки отсутствовали. Некоторое количество снарядов имелись в различных частях. Срочно требовалось организовать их поиск и доставку к Глушице. Густая сеть проводной связи действовала, имелась радиосвязь чтобы обмениваться информацией по этому поводу. Имелись сотни грузовиков с заправкой полбака для движения к Волхову. Они могли бы доставить собранные снаряды. Имелись тыловые части, которые могли этим заняться без ослабления фронта. У Власова имелся заместитель по артиллерии чтобы заниматься артиллерийским обеспечением предстоящей атаки. Требовались решительные действия от командарма для мобилизации этих ресурсов. Но нет! Ничего не сделал Власов ни ранее для поддержки атаки бригады Евстифеева, ни для последующих атак, злостно нарушая соответствующий приказ Народного комиссара обороны и фронтовые приказы на этот счёт!

Советские войска на Волховском плацдарме подверглись сильным налётам. Войска Власова невозможно разглядеть в лесах, но на плацдарме из-за отсутствие густых лесов невозможно укрыться так же хорошо. Более суток Luftwaffe расстреливало и бомбило помногу часов войска и склады на плацдарме, невзирая на сильный зенитный огонь и самоотверженные атаки советских истребителей. Luftwaffe провело 300 самолёто-вылетов группами по 20-30 бомбардировщиков и истребителей. Помимо потерь, такие интенсивные налёты оказывали сильное деморализующее воздействие; войска с появлением в воздухе массы гитлеровских самолётов прекращали движение и прижимались к земле.

Из-за постоянных воздушных боёв, потерь и боевых повреждений, над Волховским плацдармом в этот день могли действовать только 10 истребителей МиГ-3, ЛаГГ-3 и 'Kittyhawk'. Они появлялись над 'Долиной смерти' двумя-тремя звеньями на 30-40 минут, после чего следовал перерыв на 1,5 часа для дозаправки. В это время Luftwaffe ходили по головам. Трудно сказать, почему Хозин, так же как фон Кюхлер, не сосредоточил у Волховского плацдарма часть ВВС Ленинградского фронта хотя бы на время, чтобы сбить накал воздушных ударов. На тот момент ВВС Волховского направления, 2-я Резервная группа, 1-я Ударная группа РГК и 6-я авиагруппа полковника Семёнова имели 300 боевых самолётов. Истребители концентрировалась двумя группами и размещались на передовых аэродромах у линии фронта. Но вот только 2/3 из них находились в ремонте разной сложности.

Расположенная у восточного входа в 'Долину смерти' батарея 472-го зенитно-артиллерийского дивизиона РГК кроме борьбы с Luftwaffe отбила 6 атак фашистской пехоты, лезущей как черти. Наземные войска в помощь зенитчикам отбивалась от самолётов своим оружием и даже пушками. Так командир противотанковой 45-миллиметровой пушки сержант Муковозов приспособил своё орудие для стрельбы по воздушным целям: колёса на бруствер, станины на дно траншеи. Рассчитал необходимое упреждение. Потренировался. Подкараулил стервятника и выстрелом из 'сорокопятки' сбил Ju 87, за что получил прозвище 'зенитчик' и орден:

Не числом, а уменьем воевала 2-я Ударная армия. Один сражался за двух, за трёх. Метче стрелять - ни пули даром, метче бросать гранату, лучше выбирать позицию, лучше маскироваться, воевать творчески. Таков девиз тех дней. Квинтэссенция этого движения - снайперы Волховского фронта: 6 часов утра... От совхоза 'Красный ударник' видно вокруг далеко. Тихо шумят деревья. Спокойно несёт свои воды древний, много повидавший седой Волхов. Два снайпера из 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии идут в пёстрых маскхалатах в густом лиственном мелколесье в районе Мясного Бора к линии обороны оккупантов. Вокруг сотни неубранных трупов завоевателей - результат недавней безуспешной 'мясной атаки'. Много испанцев. Они узнавались по матерчатым трёхцветным чехлам на касках-кастрюлях и шевронам 'ESPANA' с красно-жёлтым щитком... Орлов до этого дня уничтожил 114 подлецов. Богданов - 98. Надо же! Два бойца выбили у фон Кюхлера роту пехоты!

Богданов в армии с 1940 года. Служил ездовым в комендантском взводе. В начале марта пошла слава о знаменитых снайперах Изегове и Орлове. Решил стать снайпером и Богданов.

- Тайга у нас глухая, нехоженая, - рассказывал он товарищам. - И зверя много, и птицы всякой. Ребята с малых лет к охоте приучаются. Сам я тоже с детства ружьё знаю. А лет с 17 начал всерьез с винтовкой системы Бердана заниматься. С прирожденным спокойствием сибиряка он часами выслеживал гитлеровцев и разил их без промаха, одной пулей. Бил ежедневно, и в наступлении, и в обороне.

Вот поросшая редким и мелким кустарником поляна, метров в 250 шириной. На ней никого, за ней в лесу фашисты: У сосны, метрах в 300 от Богданова замаскированный ветками зенитный пулемёт. Снайпер не спускал с него глаз. Вскоре над поляной появились два советских истребителя. Заслышав гул советских моторов, один фашист вылез из блиндажа и бросился к своему пулемёту. Пуля Багланова в тот же миг его срезала наповал. Каждый убитый одной пулей оккупант - это победа хладнокровия, выдержки и выносливости человека, для которого стрелковое дело - любимое призвание, профессия, дело чуть ли не с детства.

В полосе Волховского фронта активно действовали 30 партизанских отрядов общей численностью 1300 человек. В течении июня предполагалось отправить в тыл ещё 11 отрядов. Волховская партизанская бригада Тарасова - 19 партизанских отрядов. Тарасов разгромил гарнизоны в деревнях Долговка, Пелково и Замошье, взорвал 4 моста на шоссейной дороге Гатчина - Луга, уничтожил лесопильный завод, мельницу, конюшню, освободил 70 пленных красноармейцев.

В противовес фашистской газете 'Правда' отдела пропаганды 'Ostland' и 'Любанским вестям' отряда оккупационного пропаганды 'Luga', распространяющих лживые рассказы о 'Большом терроре', расстреле НКВД польских офицеров, 10 миллионах узников ГУЛАГа по приговорам секретных троек НКВД и так далее, партизаны распространяли информационный бюллетень Главного Политуправления Красной Армии 'Вести с Советской Родины' о положении на фронте и в тылу, о международной обстановке. Много материалов издавал штаб партизанского движения Ленинградской области. Но этих действий маловато, чтобы серьёзно повлиять на такую тушу, как группа армий 'Север'. К тому же крупное соединение партизан слишком громоздко и уязвимо. На его основе решили сформировать отдельные отряды по 30-50 человек под командованием Гутаренко, Богданова, Беляева, Карабача и других опытных партизан:


## Глава 17. 2-я Ударная армия умирает, но не сдаётся!


В ночь на 5 июня с востока на позиции оккупантов у 'просеки Дора' в 'Долине смерти' северо-западнее Теремца-Курляндского началась атака свежей 14-тысячной 165-й 'уральской' стрелковой дивизии полковника Солёнова. Всё бы хорошо, да вот только подполковник Солёнов не отличался грамотным командованием, да ещё слыл горьким пьяницей. Комиссар дивизии, как назло, попался тоже сильно пьющий. Весь предыдущий день скученные у Теремца-Курляндского части дивизии из-за неорганизованности подвергались обстрелам артиллерии, потеряв убитыми и ранеными до 150 человек, что совсем не способствовало поддержанию боевого настроя. В дивизии только 1/5 часть имела боевой опыт - бойцы и командиры, выписанные из госпиталей. Тут бы 'уральцам' комдива вроде Антюфеева, Рогинского, Буланова, Ларичева, Копцова, Жильцова! Немало имелось в Волховской группе войск великолепных командиров суворовского плана. Но Хозин сидел в Ленинграде и двигал фишки на карте, не вникая в дела глубоко. Политорганы дивизии, предназначенные как раз для того, чтобы сигнализировать по своей лини о плохой ситуации с командованием, сплоховали. Так ответственное дело оказалось в руках слабого командира, годного лишь для решения второстепенных задач.

Солёнов начал службу в конце Гражданской войны. В серьёзных боях участия не принял. Военное образование невысокого уровня - только пехотные курсы в Баку в 1921 году. Медленно продвигался по службе, служил в основном по строевой части и в службе тыла. Единственный значимый эпизод в качестве комполка - в августе 1938 года захватил у японцев сопку Заозёрную. Ранен. Потом снова заурядная и спокойная карьера по строевой части и в службе тыла армейского уровня, в том числе после вероломного нападения капиталистических армий 22 июня. И тут такое - две мощные группировки осатанелых подлецов с двух сторон сошлись и устроили 'пробку' на 'дороге жизни' армии Власова. Времени телепаться нет, время на рекогносцировку не дали, а настоять не получилось, ведь нужно спасать слабеющих от голода товарищей! Прорыв обороны с хода и для опытного военачальника труднейшая задача! Дело нешуточное, а тут...

Кроме 46 орудий своего артполка и артиллерии пехотных полков дивизии, Солёнова поддерживала батарея 203-миллиметровых гаубиц Б-4 из 137-го гаубичного артполка большой мощности, 36 гаубиц М-30 'Матушка' 941-го артполка из 372-й стрелковой дивизии. Сама 372-я стрелковая дивизия насчитывала к тому времени 500 человек, но артполк целёхонек. Также 'уральцев' поддерживал грозный 376-й пушечно-артиллерийского артполк РГК. Этот артполк имел три дивизиона по шесть 152-миллиметровых гаубиц-пушек МЛ-20 'Емеля' на тракторной тяге 'Сталинец-65'. Специализировался на контрбатарейной стрельбе. Всего в группировке для поддержки атаки 160 орудий. Это не считая миномётов вплоть до калибра 120 миллиметров.

Ещё для помощи Солёнову выдвинулись 36 установок 'Катюша' 28-го отдельного гвардейского миномётного полка РГК. За один залп полк выпускал 576 снарядов 132-миллиметрового калибра, который уничтожал боевую технику и живую силу. Гвардейские миномётные полки артиллерии резерва Верховного Главнокомандования кроме 36 реактивных установок 'Катюша' имели по 12 зенитных 37-миллиметровых пушек...

'Уральцам' противостояли части 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии фон Граффена, остатки 126-й пехотной дивизии Лаукса, 20-й моторизованной дивизии Яшке, части испанцев, эсэсовцев, строителей 'Организации Тодта' и 'хиви'. Оккупанты построили в лесу за четыре дня многополосную оборону вдоль опушки леса западнее Теремца-Курляндского поперёк 'просеки Дора' и 'просеки Цезарь'. В 100 метрах западнее опушки шла 'восточная просека', в 500 метрах западнее параллельно ей - 'просека Крайпе', ещё на 1000 метров западнее 'средняя просека'. Просеки как бы нарезали лесной массив на лесные кварталы. Далее за Глушицей начинались позиции войск Власова. Всю эту полосу 'Долины смерти': 1,5 километра с востока на запад и 1000 метров с юга на север, как кильки в банке, заполняли войска фашистов, ДЗОТы, блиндажи, палатки, огневые позиции миномётов, противотанковых пушек, полевых орудий, зениток, пулемётов. Здесь же танки, бронемашины, повозки, велосипеды и мотоциклы, склады вооружения и боеприпасов, узлы связи, медицинские пункты. Если убрать деревья, то построения рот, батальонов и полков 'нижне-саксонце' и приданных и сил оказались бы плотными почти как в Бородинскую битву.

И вот во тьме загрохотала советская артиллерия. Ударили миномёты. От разрывов в лесу в квадрате 1000 x 1000 метров сделалось светло как днём. Канонаду слышали за 15 километров. Последовал ураганный залп 'Катюши'. После завывания огненных стрел от взрывов 576 ракет над деревьями поднялись клубы огня. Лес загорелся. Гитлеровцы накладывали в штаны от страха. Многие бежали куда глаза глядят с дикими криками 'Сталинские органы!', кое-кто двинулся рассудком. Унтер-офицеры стреляли у них над головами, иногда в них, чтобы прекратить панику. Вот что значит набрать дивизию на 2/3 новобранцев. Оккупанты в ходе артподготовки потеряли сразу более 600 солдат убитыми, ранеными, обожжёнными, контуженными. Так III батальон 43-го пехотного полка смог насчитать в строю только 320 боеспособных солдат из 750 первоначального состава, 14-я рота 1-го пехотного полка из 121 человека первоначального состава имела теперь 18 человек. Линии связи повреждены. Управление нарушено. Горела техника, палатки, трупы, детонировали боеприпасы. Оглохшие, частью без оружия, сверкая белками глаз и рядами оскаленных зубов на тёмных от крови, грязи и сажи лицах, они внушали ужас ждущим своей очереди идти в 'Долину смерти'. Когда бьют 'Органы Сталина' всё время так:

В кромешной тьме через заросшее низким кустарником поле к опушке леса от Теремца-Курляндского пошли в атаку с криком 'Ура!' батальоны 641-го стрелкового полка 'уральцев'. Будь хоть какая-то возможность флангового обход, в это атаке всё бы и решилось, но наступать получалось здесь только фронтально, в лоб. Внезапности достичь не получалось. Надеялись на тёмное время суток, но над полем боя в воздух взвились и повисли многочисленные осветительные ракеты. Ожили не уничтоженные и восстановленные пулемётные точки, ведущие огонь трассирующими пулями. Одновременно с обоих флангов открыли сильнейший заградительный огонь гаубицы и миномёты. К передовой линии на опушке по просекам подошли новые роты фашистов, притащили новые пулемёты и миномёты вместо уничтоженных.

Заградительный огонь артиллерии и миномётов, в том числе 6-ствольных 'скрипух', временами переходил в ураганный. От ударов 30-килограммовых мин 6-ствольных миномётов земля вздрагивала как живя. От массы снарядов и мин земля глухо стучала огромным барабаном. Как сумасшедшие взлетали осветительные и сигнальные ракеты. Через сплошной гул невозможно расслышать находящегося рядом. Как это вынести 19-летнему уральскому пареньку, который в первый раз идёт в атаку в первом в жизни бою! Это пьяные и обожравшиеся наркотика 'Pervitin' эсэсовцы моли смотреть на это светопреставление капиталистических режиссёров на русской земле как на декорации оперы Вагнера 'Тристан и Изольда' или ещё как: 'Уральцы' залегли. С удвоенной силой заработала советская артиллерия, обрушив на позиции врага и места его сосредоточения массированный огонь всех калибров. Сделали ещё два полковых залпа 'Катюши'. Из-за высокой скученности солдат оккупантов каждый снаряд, ракета или мина находили свою цель.

Несмотря на контрбатарейную борьбу, артогонь подлецов, имеющих подвоз по железной дороге 'Ost' в 'Волховском рукаве' и из Новгорода, пошёл на убыль лишь отчасти. 76,2-миллиметровые орудия и 122-миллиметровые гаубицы дивизии Солёнова вели огонь в основном по переднему краю - по опушке леса, а не по огневым позициям подлецов на флангах, откуда шёл наиболее губительный огонь.

Подразделения 641-го стрелкового полка среди кустарника перемешались и остановились. Кричали раненые, кричали командиры, разыскивая своих бойцов. Очереди трассирующих пуль крестили опушку леса, рикошеты взлетали в небо или рассыпались горохом. Темнота постоянно нарушалась осветительными ракетами на парашютах, вспышками взрывов и трассерами. На рассвете боевые порядки 'уральцев' три раза бомбили Ju 87 группами по 5-6 самолётов с включёнными сиренами. Шквальный огонь артиллерия и миномёты подлецов вели на всю глубину боевых порядков. В таком положении оставаться под огнём было белее чем неразумно. Отход 'уральцев' происходил без команды и неорганизованно, пункты сбора заранее назначены не были, часть вооружения утрачено, много убитых, раненых, пропавших без вести. Подразделения совершенно перемешались и требовали приведения их в порядок.

Утром Солёнов 'по-ханхингольски' двинул в атаку батальоны 751-го стрелкового полка. 'Братцы, ведь это же не штурм Измаила!' - кричали командирам бывалые красноармейцы. Такие действия какой-нибудь другой враг, вроде японцев, румын или итальянцев простил бы, но ушлый Wehrmacht - нет! Подавить перекрёстный артогонь и миномёты в полной мере по-прежнему не удавалось. С помощью трёх танков Т-34 удалось перебить пулемётные расчёты на части опушки шириной 500 метров и ворваться в лес.

Здесь случись то, что должно было случиться - ещё при подходе к лесу из-за шквального артогня батальоны 'уральцев', ещё ни разу не бывавших в боях, потеряли управление и рассеялись по лесу. Красноармейцы группами и поодиночке разбрелись в разные стороны, преследуя подлецов и вступая в ближний бой с отдельными группами гитлеровцев. Сильного сосредоточенного удара не получилось. Растопыренные пальцы. На 'восточной просеке' 'уральцев' контратаковали танки и бронемашины, а затем сводные роты из остатков 126-й пехотной дивизии, которые фон Граффен использовал как расходный материал. За ними шли эсэсовцы, выполняющие задачи заградотрядов. Это советские бойцы, защищая власть рабочих и крестьян, могли встать в атаку совершенно осознанно 'За Родину! За Сталина!' Солдат капиталистов приходилось в атаку гнать.

Батальоны и роты 'уральцев' в лесом бою ситуативно распались на штурмовые группы и команды. Невзирая на это, они с боем вышли на восточный берег реки Полисть. Везде следы жестокого артобстрела, поваленные деревня, сбитые ветви, трупы, оружие, снаряжение, припасы, обрывки телефонных проводов и колючей поволоки, дым, гарь. В отсутствие командиров командовавшие над группами красноармейцев перешло к бывалым бойцам. Субординация заменялась в эти критические минуты осознанием долг перед родиной и ненавистью к проклятым капиталистам. Теперь уже среди оккупантов возникла паника и путница. Теперь их подразделения перемешались, а офицеры не могли найти своих солдат. Перспектива оказаться в советском плену пугала больше штрафбата или концлагеря. Отношение к пленным фашистам в разных частях Красной Армии сильно различалось - от оказания медицинской помощи наравне с красноармейцами и табака, до расстрела. Сразу расстреливали эсэсовцев вне зависимости от звания, а таже танкистов - их обмундирование походило на эсэсовское. Да уж! Меньше нужно население и пленных в амбарах сжигать и детей на штыки кидать, может, и остались бы немцы в живых...

Исчерпав боеприпасы, страшно вымотанные долгим маршем и ночной атакой, лишённые части своих командиров, 'уральцы' начали неорганизованный отход из леса. В ходе боя, останавливая бегущих, пал смертью храбрых военный комиссар полка. Пали смертью храбрых комиссары двух батальонов. Именно они отвечали за самый главный фактор силы любого подразделения, сильнее материального - моральный. Ведь можно драться и лопаткой, если дух силён, и побежишь даже и с пулемётом, если душа ушла в пятки. После гибели комиссаров исход лесного штурма оказался предрешён...

Любая армия - срез общества со всеми его позитивными и негативными сторонами. Люди не только воюют, замирая между схватками. Между боями есть промежутки, которые сильно влияют на сплоченность, неформальные позитивные отношения, солидарность. И с людьми в это время надо заниматься, а не только кормить и менять нательное бельё. Политрук с бойцами и в тылу, и на передовой. Он знает их реальные нужды, информацию о нуждах структурирует и передаёт по своей иерархии вверх - это параллельная командирской вертикаль. Да, иногда такое мешает делу, единоначалие в армии основной принцип, а тут такое! Тонкость единоначалия - а если приказ преступный или вредительский? А если военачальник скурвился, продался, разложился, сошёл с ума, организовал преступную группу? И тут как раз есть та структура, которая следит за этими, и в том числе за этическими вопросами. Большевики реализовывали в армии комсомольскую и партийную организации, причём командиры почти поголовно партийцы, товарищи, равные вне непосредственного исполнения службы. Партия большевиков к тому же осуществляла диктатуру пролетариата в законодательной и исполнительной властях - и потому по своим информационным каналам и по линии политуправления руководство партии и государства могли получать информацию снизу вверх вне каналов военных. Партия, Ставка, исполнительная власть могли через партийную вертикаль спускать вниз без проволочек нужные постановления, приказы, законы, вносить изменения в Уставы, влияя на работу командиров разных уровней, информируя низовые парторганизации о своих действиях, разъясняя и вдохновляя. Организации равных, товарищей, однопартийцев внизу, в армейских и трудовых коллективах, задумывались для того, чтобы сформировалась среда доверия, взаимопомощи, возникли единые понятия, этические нормы, и чтобы долг, честь, совесть, что правильно, что неправильно каждым рядовым и командиром понимались одинаково. Ну и дурь каждого начальника была бы на свет вытащена, невзирая на должность. Такая задача у этой системы. Поэтому советский комбат и комдив могли есть с бойцами из одного котелка и идти с ими в бой и погибать с ними в атаке или окружении, а немецкий офицер и тем более генерал этого не делали, о чём очень красноречиво говорит сравнительная статистика потерь комсостава Красной Армии. Командиры Красной Армии от пуль за спины товарищей как правило не прятались.

Вот Wehrmacht не имел подобной системы. Восприятием и поддержанием боевого духа занимались те же строевые офицеры, которым на солдат было наплевать с высокой колокольни кастовых предрассудков. Ведь офицер - это плоть от плоти эксплуататор из числа наёмных защитников частных собственников, часто из семей частных собственников, а солдат - часть мира угнетённых и эксплуатируемых частными собственниками. Отсюда солдаты без зимнего обмундирования, добитые раненые, воровство солдатских паек и денег, необеспеченные 'мясные штурмы' и прорывы, проводимые в авральном режиме, в том числе вследствие ложных докладов о взятии тех или иных позиций и населённых пунктов, отправка на штурмы не долеченных раненых, больных, инвалидов, строителей, водителей и просто неподготовленных бойцов ввиду нехватки под рукой подготовленных солдат, занижение потерь. Кастовое отношение к солдатам как к скоту, 'фрау ещё нарожают!', во многом предопределило удивительную на первый взгляд ситуацию, когда, имея огромное численное преимущество и фактор вероломном нападении, помощь всего капиталистического интернационала, Wehrmacht не смог разбить менее многочисленною и не отмобилизованную Красную Армию, а сам оказался разбит спустя полгода под Ростовом-на-Дону, Москвой, Тихвином...

Для освобождения своих коммуникаций южнее узкоколейки перешла в атаку с запада на восток сильно ослабленная за 5 месяцев боёв 2-тысячная 59-я 'саратовская' стрелковая бригада Писаренко при поддержке 'Емель' 18-го артполка РГК. Из стрелков в бригаде, насчитывавшей в декабре 6000 человек, всего 100 человек. Остальные пошедшие в бой - миномётчики, артиллеристы, противотанкисты, сапёры, разведчики, интенданты, водители, связисты, химики, комендантская рота, взвод Особого Отдела НКВД. В батальонах насчитывалось не более 30 человек из 800 положенных по штату. На 12 орудий калибра 76-миллиметров 'саратовцы' имели всего 150 снарядов. Только для стрельбы прямой наводкой. На миномёт - по 40 мин. 'Сорокопятки' имели снарядов без ограничения. Приказы Ставки ВГК, фронтовых командиров с прошлого года категорически запрещали использовать артиллеристов как пехоту. Об этом ещё 25 октября 1941 года вышел приказ Наркома Обороны Сталина фронтам, армиям, дивизиям No.0416/19019 'о боевом применении артиллерии в бою', в котором, в частности, Сталин говорил: ':Категорически запрещаю использовать личный состав артиллерии в качестве пехоты:' Приказами категорически запрещались также необоснованные потери, атаки без артподдержки. За нарушение отстраняли от командования, проводили расследование и минимум понижали в должности. Но Власову ничего уже не указ.

Ослабленным, обессиленным людям предстояло идти в лобовую атаку на неподавленную огневую систему озверевших от наркотика 'Pervitin' подлецов из 1-й пехотой дивизии, 20-й моторизованной дивизии, откормленных датским маслом и французской ветчиной, к которым по железной дороге, проложенной в 'Волховском рукаве', безостановочно везли жратву, оружие и боеприпасы, сделанные в Швейцарии, Польше, Чехии, Франции, Голландии, Германии, Австрии. Делать нечего. Собрали 'саратовцы' со всей бригады для передовых групп стальные нагрудники, винтовки СВТ со штыками, автоматы ППШ, гранаты, бутылки КС.

Вот красная ракета: 'Вперёд, в атаку, за Родину, за Сталина!' В предрассветных сумерках вода в маленькой лесной реке Глушица забурлила и вспенилась от пуль и осколков. Вопреки всему героям-'саратовцам' удалось форсировать реку, уничтожить около 10 ДЗОТов, 25 пулемётных точек. Во тьме начался жестокий ближний бой. Нико не хотел уступать. Миномёты и артиллерия оккупантов больше не могла вести огонь. Понимая это, 'саратовцы' старались не отпускать от себя врага дальше, чем на 30-50 метров. Так героям удалось продвинуться на 100-150 метров на восток.

Невзирая на зенитное прикрытие и противодействие советских истребителей, Ju 87 и Ju 87 непрерывно бомбили боевые порядки наступающих войск и позиции артиллерии за Глушицей. Участки отдельных подразделений подлецы подвергали 2-3-х часовому обстрелу и 7-8 кратному налёту групп по 20-30 бомбардировщиков и истребителей. Понимая, что в заболоченном лесу эффективность бомб сильно снижалась, многие бомбы не взрывались или давали камуфлет, Luftwaffe перешло на полив берега Глушицы и леса горючей жидкостью Flammol Nr.19, разбавленной бензином в соотношении один к трём.

Вот появилась шестёрка 'лапотников'. Самолёты развернулись и кругами начали снижение. Включили сирены. Ни бомб, ни выстрелов. И вдруг надрывный, ни с чем несравнимый вопль:

- Горим!..

Мутные капли, не больше дождевых, покатились по травинкам и травинки пожелтели, свернулись. Если несколько капель попадал на плечи, гимнастёрка не вспыхивала. Требовалась примерно ложка. От жидкости обмундирование загоралось, начинала тлеть кожа. Наибольший эффект возникал в сухом лесу, а не на болоте.

Над горящим лесом и шлейфами дыма в небе то и дело вспыхивали ожесточённые воздушные схватки. В одном из скоротечных боёв получил повреждения ЛаГГ-3 'Горьковский пионер' командира эскадрильи из 10-го истребительного авиаполка капитана Максименкова. Пока мотор ещё работал, комэск с большим трудом перелетел через линию фронта. Хотел спасти машину. Когда мотор заглох, герой выпрыгнул с парашютом с малой высоты. Купол не успел полностью раскрыться и Максименков ударился о землю. Несколько часов он ещё был жив в безлюдном болотистом и лесистом месте. Перед глазами плыли картины счастливой довоенной жизни в Москве, любимые лица отца, матери, жены, ребёнка, обрывки последнего боя.

Ввиду сильного перекрёстного артиллерийско-миномётного огня и авианалётов с зажигательной смесью 'саратовцам' пришлось оставить восточный берег Глушицы. Даже мужественные люди не могут сражаться, когда это выше их сил! К великому сожалению 'саратовцы' не взорвали захваченные ДЗОТы, и новые подразделения подлецов их снова заняли.

После полудня продолжилась атака 165-й 'уральской' стрелковой дивизии полковника Солёнова со стороны 'Волховского плацдарма' от Теремца-Курляндского. В бой пошли батальоны 562-го стрелкового полка. 'Уральцев' по-прежнему поддержали около 160 орудий из состава своего артполка, 137-го и 941-го гаубичных артполков, артполка, 376-го пушечно-артиллерийского артполка РГК, а также 'Катюши' 28-й отдельный гвардейский миномётный полк РГК. Через некоторое время к ним присоединился 8-й армейский пушечный артполк РГК - 152-миллиметровые гаубицы-пушки МЛ-20 'Емеля' на тяге тракторов ЧТЗ-65.

С огромным трудом, теряя товарищей, выбивая один за другим огнём винтовок, 'полковушек' и 'сорокопяток' пулемёты, советские герои достигли опушки леса, заваленного упавшими деревьям, трупами оккупантов, искорёженным оружием. Всё в дыму. Ничего не видно. Начался ближний бой. Вокруг крики, стрельба, взрывы, вспышки. Колют штыками, бьют прикладами, ножами и малыми сапёрными лопатами. Рвутся гранаты, трещат ППШ, хлопают пистолетные выстрелы. Кто где - не разобрать. Вперед бойцы в стальных панцирях. Командир взвода младший лейтенант Воробьёв и командир отделения сержант Фомасов при зачистке захваченной позиции столкнулись лицом к лицу с группой из 12 эсэсовцев. Не растерялись. Принялись бить эсэсовцев прикладами ППШ, валить, стрелять накаченную наркотиком 'Pervitin' эсэсовскую сволочь. Это вам не немецких забитых рабочих в концлагеря сгонять! В скоротечной рукопашной схватке в живых остался только поднявший руки вверх унтер-офицер, которого герои доставили в штаб полка. Так спасали Ленинград:

Яшке погнал свои резервы в контратаку. 29-й танковый полк выдвинул к зоне прорыва 8 танков Pz.Kpfw.III и IV. Командир и начштаба 562-го стрелкового полка 'уральцев' пали смертью храбрых. Из штабных и строевых командиров этого полка не осталось ни одного не раненого. 1-й батальон потерял убитыми, ранеными, отставшими 4/5 своих бойцов, а оставшиеся оказались окружены. Их вызволили только храбрые действия бойцов химвзвода и огнемётной команды. Огнемётчики, иногда сами попадя под капли горящей жидкости, самоотверженно поливали расположении врага ослепительными струями огнесмеси КС. Всё задымлено. Пожары. Капитализм - это ад. Среди изломанного, заваленного трупами оккупантов леса командиры утратили управление своими подразделениями. Почти всё из них уже ранены. Молодые красноармейцы, для которых это первый бой, потеряли ориентировку. Не видя своих командиров, испугались. Часть побежала назад, часть заблудилась и оказалась среди фашистов. Пришлось сдаваться. Жестокое побоище на Полисти состояло из тяжёлого ратного труда, массового подвига, но и трусость, и даже предательство случись тоже.

В 14:00 нервы у новобранцев после 12 часов непрерывного нахождения под артобстрелом не выдержали. Начался неорганизованный отход с поля боя части бойцов и даже среднего комсостава. Всё это напомнило ветеранам ситуацию начала войны, когда необстрелянные части теряли устойчивость под артобстрелами и бомбёжками. Бегущие увлекли бойцов, которые на поле приводили себя в порядок на опушке, окапывались, оборудовали огневые позиции станковых пулемётов, 'полковушек' и миномётов в поле. Возникла паника. Никто не знал, что происходит и что делать. Те, кто мог бы сражаться, решили, что получен приказ на отход. Пытаясь пресечь панику, пал смертью храбрых военный комиссар полка.

Всё это происходило на фоне непрерывного огня советской артиллерии, временами переходящего в ураганный, и сильнейшего ответного огня артиллерийской группировки фашистов из 120 орудий. Только благодаря вмешательству политруков и комиссаров дивизии, армии и даже фронта, героизму отдельных командиров, удалось навести порядок и остановить панику. Но части уже перемешались, управление утратилось, и войска временно потеряли боеспособность.

Комдив Солёный и военком дивизии в сердцах покинули КП 641-го стрелкового полка. Начальник Особого Отдела ушёл во второй эшелон. Всего 'уральцы' потеряли в ходе 8 яростных атак этого дня 440 человек убитыми, 1600 ранеными, 300 пропавшими без вести, из которых 140 попали в суматохе лесного боя в плен, а остальные ранеными в медсанбаты других частей. Так спасали Ленинград!

Из-за неграмотности, безволия комдива и комиссара 'уральцев', бюрократического способа командования Хозина, дивизия за трое суток потеряла 638 убитыми и втрое больше ранеными. Но вместо прочистки 'дороги жизни' дивизию теперь следовало отводить во 2-й эшелон и приводить в порядок при том, что каждый день дорог. Солёнова и комиссара дивизии за необоснованно высокие потери сняли с должности. Началось расследование. Комдивом 'уральцев' временно стал Тарасов, которого через несколько дней должен был заменить Морозов.

Группировка группы армий 'Север' в ходе битвы 5 июня в 'Долине смерти' понесла тяжёлые потери. Большинство частей и подразделений, входящие в 'группу Яшке', перекрывающих коммуникации Власова, оказались разгромлены. Так квалифицировалось генералами оккупантов положение, когда численность соединения падала ниже половины штатной численности. Но численность падала порой и ниже 1/4 . Так 29-й танковый полк в 'Долине смерти' имел на конец дня только 4 боеготовых танка Pz.Kpfw.III и IV. Остальные либо уничтожены, либо подбиты, либо с поломками, либо застряли. I батальон 90-го пехотного полка 20-й моторизованной дивизии имел 237 человек, III батальон насчитывал 244 человека, 1-я батарея 9-го дивизиона 6-ствольных реактивных миномётов - 17 человек и 2 установки, артдивизион из SS Polizei-Division - всего 8 человек, II батальон 76-го пехотного полка - 180 человек, III батальон того же полка - 199 человек, 540-й штрафной батальон 'испытательного срока' - 123 человека, 505-й сапёрный батальон - 190 человек, 1-й сапёрный батальон - 160 человек, III батальон 24-го пехотного полка - 82 человека, II батальон 161-го пехотного полка - 181 человек, III батальон того же полка 108 человек, I батальон 389-го пехотного полка - 92 человек, 20-й разведбатальон - 57 человек. Это при том, что штатная численность батальонов около 850 человек. Именно в таком составе подлецы начинали прорыв к 'дороге жизни' Власова.

291-й зенитный дивизион Luftwaffe имел теперь 6 человек и одну Flak 30 из 32 штук ранее, 1-я батарея зенитного дивизиона SS Polizei-Division - 58 человек при 6 зенитках Flak 30 калибра 20-миллиметров из 36 имевшихся ранее, часть 291-го зенитного дивизиона - 10 человек при одной 88-миллиметровой зенитке Flak 39 из 16 имевшихся ранее, 2-я батарея 9-го дивизиона реактивных миномётов - 17 человек и 2 установки из 12 ранее имевшихся, 2-я батарея полицейского зенитного дивизиона SS Polizei-Division - 21 человек и 2 зенитки Flak 30 из четырёх имевшихся ранее, I батальон 22-го пехотного полка - 275 человек. И так далее:

Прорыв и удержание позиций в 'Долине смерти' дорого обошлись захватчикам. Это при том, что один раз весь состав 18-тысячной SS Polizei-Division, 17-тысячных 215-й и 126-й пехотных дивизий уже потерян у Волхова почти полностью. Такой 'Blitzkrieg' 'самой сильной армии Европы' у Волхова трудно назвать чем-то выдающимся. Это скорее забрасывание Красной Армии трупами в 'мясных штурмах'. Ставка ВГК заставила группы армий 'Север' течении 5 месяцев Волховской битвы против сражался не с ослабленными голодовкой войсками Ленинградского фронта, а с дивизиями Волховского фронта, имеющими нормальное сообщение со страной. Героические войска Волховского фронта вынудили часть банды Гитлера отойти от ослабленного осадой Ленинграда. Приняли удары на себя и уложили десятки тысяч завоевателей костьми в торфяники. Ещё не закончилась Волховская битва, а стратегически в ней Красная Армия уже победила группу армий 'Север'. Дырку от бублика получили капиталисты, а не советский Ленинград!

В этот же день 'воронежцы' Антюфеева на западе упорно обороняли Финёв Луг и станцию Рогавка против 291-й, 254-й пехотных дивизий и эсэсовцев. В Финёвом Луге находились склады, сюда сходились пути и дороги, восточнее, в охотничьей избушке в глухом лесу, сидел Власов в окружении блиндажей и палаток своего штаба. Вместе с 'воронежцами' сражались 80 партизан отряда Носова. Не озаботившись подтягиванием артиллерии, увидев, что пулемётный и миномётный огонь обороной не ведётся, принявшие 'Pervitin' эсэсовцы из 1-го полка SS Polizei-Division пошли по полю прогулочным шагом. Но оказалось, что огонь советских снайперов по результативности не уступает пулемётному. Эсэсовцы только-только прибыли из Германии, где занимались полицейской работой, отловом людей для мобилизации, охраной концлагерей. Фронт их с одной стороны пугал до крайности, с другой стороны большинство воспринимало всё как летний вояж, сафари, приключения в 'Волховских джунглях'. Они не осознавали, что здесь их полк практически весь свой состав вот таких же мордатых полицейских уже потерял зимой-весной, и их бесславная гибель лишь вопрос времени: Захваченные пленные держались не как зимой. Это пополнение завоевателей ещё не прошло через разгром. Вели себя вызывающе, как пьяные, на вопросы отвечали: 'Русским капут!' и 'Хайль Гитлер!'. Они считали, что предыдущий состав войск и генералы просто плохо и не правильно воевали, а они смогут воевать лучше и правильнее.

Составленный из новичков 474-й пехотный полк Риссе из 254-й 'тюрингской' пехотной дивизии атаковал Финёв Луг плотными цепями: офицеры впереди, танки на флангах. Сначала по офицерам начали бить советские снайперы: 'Цок: Цок:' Потом раздалось тихое 'Хлоп, хлоп, хлоп'. Вверх взметнулись фонтаны земли и грохнули взрывы миномётных мин. В ответ в сторону советских позиций полетели танковые снаряды. В их разрывы вплёлся быстрый лай пехотных орудий и трещотка пулемётов. За своё неумение 'тюрингцы' понесли наказание. Леса, болота и луга перед позициями Антюфеева приняли вид Бородинского поля перед батареей Раевского - трупы в серых мундирах валялись кое-где слоями. Под Бородино в 'Великой армии' Наполеона 1/3 ведь тоже составляли немцы и поляки. 484-й полк полковника Андерса из той же 'тюрингской' дивизии перешёл Рогавку и захватил два лесных лагеря беженцев. И здесь военные преступники не обошлись без убийств женщин и детей. Второй эшелон прочёсывал лесные массивы, пытаясь выловить там советские подразделения и снайперов.

В то время как подлецам удалось лишь незначительно вклиниться в оборону 'воронежцев' на правом фланге, на левом фланге со стороны озера Тигода смешанный 20-й мотоциклетный батальон 20-й моторизованной дивизии смог пройти через болота и оказался у 'воронежцев' в тылу, отвлекая на себя теперь значительные их силы. Где тонко, там и рвётся. В тех подразделениях 'воронежской' дивизии Антюфеева, куда перевели уже водителей, писарей, сапожников и кашеваров, возникла паника. Власов 'проморгал' наступление через болото на сильно ослабленную дивизию 'воронежцев'. Растерялся. Не принял решительных мер.

После одной из атак на Финёв Луг озверевшие от потерь эсэсовцы 1-го полка SS Polizei-Division ворвались в Банковский посёлок. Завязал рукопашный бой. Он шёл за каждый дом. Ослабленные голодовкой красноармейцы и раненые дрались за малейшую возможность удержаться и не пропустить подлецов к станции Рогавка. Дрались ножами, штыками и лопатками. Бойцы в стальных нагрудниках еле передвигались. 'Максимы' передвигали вчетвером, ПТР тоже. Страшный бой длился несколько часов. Только после того, как было сделано всё что можно, бойцы немногочисленного 1102-го полка и партизаны отошли к водокачке, унося оружие и раненых.

В многодневных боях на рубеже Ольховка - Рогавка - Финёв Луг, особенно пока захватчики ещё не подтянули артиллерию, 'воронежцы' нанесли им огромные потери, истребив свыше 1200 солдат и офицеров, отправив с ранениями в лазареты и госпитали почти 3000 оккупантов. 'Воронежцы' Антюфеева имел лишь незначительные потери своей пехоты, однако, ощутимые потери в вооружении, техники и тыловом имуществе, в основном от действий авиации. Однако общие потери за полгода велики - 2/3 'воронежцев' за полгода или отправились в госпитали, или погибли в боях, унося с собой подлые жизни проклятых оккупантов! Так в батарее 'полковушек' 1102-го стрелкового полка осталось всего 16 человек, в батарее 120-миллиметровых миномётов - 12. Кого тут выводить на Волховский плацдарм?

Рогавку пришлось оставить. Финёв Луг подлецы первый раз захватили в октябре 1941 года. Теперь они захватывали его повторно. И им это удалось. 'Воронежцы' отошли к железнодорожному разъезду Глухая Кересть. Узкоколейка Финёв Луг - Новая Кересть теперь бездействовала. Вагоны и паровозы разбиты, путевое хозяйство разрушено. Аэродром для Ли-2 потерян. Так остатки 2-й Ударной армии лишились последней посадочной площадки пригодной для большеразмерных транспортных самолётов. С потерей этого аэродрома голодовка в армии Власова грозила перейти в форменный голод. Почему Власов такими малыми силами защищал Финёв Луг? Почему не попытался его вернуть, это ведь самый крупный населённый пункт в его зоне ответственности!

Захватив руины Финёва Луга и продолжив наступление вдоль железной дороги Ленинград - Новгород, гитлеровцы внесли дезорганизацию в управление войсками и стали угрожать тылу группы войск 2-й Ударной армии, находившейся в районе севернее Новой Керести. Повторилась история со станцией Дубовое. Из-за плохой организации боями Власов своей задачи не выполнил, разведку и резервы не обеспечил, ободной маневр противника не парировал. Основной оборонительный рубеж Власова Ольховка - река Рогавка - Финёв Луг, выгодный для вывода войск армии, распался. План вывода оказался сорван, а 'дорога жизни' по-прежнему не прочищена. Остатки войск и местные жители продолжали стягиваться к Новой Керести, Кречно - здесь имелась кое-какая линия обороны и исходные позиции для прорыва из окружения на восток. Эти расположенные вплотную друг к другу деревушки стали теперь главной целью Линдеманна и Буша.

В густом лесу недалеко от Новой Керести госпиталь. Раненые лежали на чём попало: на хвойных лапах, платформах узкоколейки, подмостках из разных предметов. Ждали выхода на 'Большую землю'. Питались так же, как все, а для потерявших много крови - это гибель. В сараях, которые являлись филиалами госпиталя, по ночам донимал холод и комарьё. В далёком углу тепло костра чувствовалось слабо. Другие раненые вообще оказались под открытым небом. Это полбеды. Сходить 'в кустики', 'до ветра' для тех, кто в бараках - вот проблема. Точнее - не сходить, а сползать. Соседи оценивают ситуацию на сочном трехэтажном наречии русского языка. Суден мало, санитаров не дозваться, они по горло заняты: одних уносят, других приносят, заготавливают дрова, ходят с бачками за водой и супом. Добровольными санитарами отчасти стали легкораненые. Одни приносят попить, другие - поесть. Эти русские добровольцы проявляли какую-то прямо на уровне врождённого инстинкта способность к самоорганизации. На вопрос, долго ли придётся пробыть на приколе, отвечают:

- Недолго. От силы двое-трое суток. Как подойдёт очередь - заберут вон в те брезентовые хоромы. А там, ежели чего оттяпано, хирурги ещё больше укорачивают:

Ну, допустим, допросился судна. Как им воспользоваться раненому в ногу? А вариант 'до ветра'? Если, отталкиваясь в сидячем положении руками и здоровой ногой, продвинутся спиной к выходу, то главные трудности-то 'в кустиках'... Куда там акробатам: Под деревьями тоже полно народу. Люди мучаются. Даже сразу после ранения иногда не так больно! Но, закусив губу, молчат: не могут, не умеют кричать. В мальчишеские годы многих строгий батя изредка порол - молчали. Тонули - молчали. И теперь молчат мученики, только если стонут:

Мимо бесцельно слоняются и по-деловому сную ходячие раненые. Время от времени в бараки заходил врач, отбирал для срочных операций и перевязок. Свет в операционной ярче, чем в предыдущем брезентовом отсеке. Стоят параллельно друг другу два стола. Пожилой хирург в очках извлекает окровавленные ошмётки из раненого и бросает в ведро. Вот внесли двух раненых и положили рядом. Один повернул голову, чтобы увидеть операцию. Молодому хирургу любопытство не понравилось.

- Лежать тихо! - приказал он раздражённо и властно. - Не вертеться! Смотреть в потолок!

Хирург привязал руки раненого к скобам, хирургическая сестра то же проделала с ногами. На бледное лицо раненого легла плотно, с прижимом, пропитанная хлороформом марлевая маска. Первые секунды человек задыхался, затем задышал ровно. В мозгу не то жужжало, не то стрекотало. Совсем негромко, убаюкивающее. Звуки слышались всё слабее и слабее - сознание улетало в небытие. Наконец звук угас полностью - и человека не стало: Из небытия он бесшумно вынырнул уже после операции:

Похоронные команды хоронили умерших в болоте. Похоронное бюро делало записи. Отмучились святые герои. Выкапывали ямы на два штыка лопаты и рядком укладывали туда тела прямо в обмундировании. Копать глубже мешала вода:

Наступление 5 июля сорвалось. Из-за халатного отношения к делу комфронта Хозина и самого Власова создалось критическое положение. Уже неделю группа армий 'Север' очень большими силами удерживала в оперативном окружении армию Власова - остатки 7 стрелковых дивизий и 6 стрелковых бригад общей численностью до 25 тысяч человек. Операция 'Raubtier', начатая по приказу Гитлера 15 марта наконец-то, спустя 2,5 месяца, получила внятное исполнение.

Хозин сплоховал. Сначала он уговорил Ставку ВГК подчинить ему кроме Ленинградского фронта Волховский фронт и Балтфлот - маршальский уровень командования. Затем не справился с таким уровнем и развалил дело. Теперь вот не мог выправить ситуацию. Прочистку 'коридора' снабжения Власова организовал поверхностно, без должной артподготовки, стянутых сил ПВО, авиаприкрытия, без танков. Обычные уставные атаки здесь не годись, требовалось 'прогрызание'. При этом окопавшихся в коридоре подлецов следовало не только уничтожить, но не дать подойти новым батальонам и затем удержать освобождённую лесную территорию! Хозин продолжал из Ленинграда руководить действиями Волховской группы по пробитию 'коридора' бюрократическими методами, поверхностно, не вникая в суть, отдавая всё на откуп не очень хорошо подготовленным к действиям в критической ситуации подчинённым. То же касалось его взаимодействия с Власовым, к которому возникло ещё больше вопросов. Но времени-то на раскачку и разбирательства более не осталось никакого!

6 июня дождило: В 'Долине смерти' активно действовали только советские разведгруппы и 540-й штрафной батальон 'испытательного срока' подполковника Кинцле. Этот душегуб ежедневно получал по 100-150 человек пополнения, чтобы поддерживать хотя бы половинный состав в ротах. Он учил штрафников как нужно 'Гитлера любить', посылая их в 'мясные атаки' порой безо всякого смысла, даже не озаботившись артиллерийской поддержкой.

Только по прошествии недели после того, как наземные коммуникации 2-й Ударной армии оказались перерезаны, Хозин наконец-то доложил в Ставку ВГК об этом, и о том, что предпринимаемые попытки по деблокаде пока не принесли результата, а следующее наступление назначено на 10 июня.

7 июня усиленные 474-й и 484-й пехотные полки 254-й 'тюрингской' пехотной дивизии при 15 танках Pz.Kpfw.III и IV перешли в наступление от Финёва Луга на северо-восток в район между Сенной Керестью и Ольховкой по просеке с высоковольтной линией электропередачи. Удар пришёлся на левый фланг 2-тысячной 23-й 'харьковской' стрелковой бригады Клюнникова. Комбриг загнул свой левый фланг и начал здесь отход, продолжая удержать оккупантов перед ручьём Рогавкой. Здесь подлецы дорого заплатили за взятие каждого ДЗОТа, каждой землянки. На участке обороны остатков 19-й гвардейской стрелковой дивизии подбит один танк, сбито 2 самолёта Luftwaffe. На переправах через Волхов как никогда ранее интенсивное движение грузовиков, перевозящих боеприпасы, войска. Шла интенсивная подготовка к новым боям.

Больше недели Хозин со Стельмахом в медлительной академической манере разрисовывали кружочки и стрелочки на картах, занимались перегруппировками и заменой командиров. Спустя пять суток после возникновения 'пробки' на коммуникациях Власова они послали в бой части 165-й 'уральский' стрелковой дивизии. После неудачи, вместо организации как положено боевых действий в комплексе, Хозин эту дивизию из боя вывел и перебросил на другой участок, а вместо неё направили в бой с пешего марша только что прибывшие части 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии. Затем, вместо организации наступления, снял командира 165-й стрелковой дивизии Солёнова и комиссара Илиша с должностей, а заодно снял с должности командира 372-й стрелковой дивизии Сорокина. Южнее Мясного Бора развернулись новые советские артбатареи. Советские бойцы частично получили зелёные маскхалаты 'амёба' и стальные панцири. Тем временем Линдеманн и Буш строили в 'Долине смерти' ДЗОТы, минировали местность, создавали завалы с фугасами, оборудовали позиции артиллерии.

8 июня в войсках 2-й Ударной армии западнее 'дороги жизни' возник ощутимый недостаток продовольствия. Все 25 000 человек войск Власова теперь сосредоточились западнее реки Полисть. Армия численно уже меньше корпуса. В районе Новой Керести и Кречно 10 000 раненых и заболевших, 5000 местных жителей...

Терпение Ставка ВГК лопнуло. Действия командующего Ленфроном Хозина на Волховском направлении она сочла поверхностными, по большей части бюрократическими, что и привело к выходу гитлеровцев на коммуникации армии Власова, созданию ими там системы обороны и неудачам при её ликвидации. Принято решение срочно реорганизовать Волховскую группу Ленинградского фронта. Ставка ВГК сняла комфорта Хозина с должности командующего Ленфронтом и восстановила Волховский фронт во главе с Мерецковым. Хозина понизили до командования 33-й армией. Мерецкова отозвали от командования 33-й армией и срочно вызвали в Москву. В Кремле на заседании ГКО Сталин сказал Мерецкову, всё ещё в полевой форме, испачканной глиной:

- Мы допустили большую ошибку, товарищ Мерецков, объединив Волховский и Ленинградские фронты. Товарищ Хозин, хотя и сидел на Волховском направлении, дело вёл плохо. Он не выполнил директивы Ставки об отводе 2-й Ударной армии. Вы хорошо знаете Волховский фронт. Поэтому мы поручаем вам с товарищем Василевским выехать туда, и во что бы то ни стало вызволить 2-ю Ударную армию из окружения, хотя бы даже без тяжёлого вооружения! Люди важнее!

Участники заседания Молотов, Ворошилов, Маленков, Берия, Вознесенский с этим согласились.

- Товарищ Хозин руководил статичным Ленинградским фронтом и вполне мог уделить происходящему на Волховском направлении больше личного участия. Если от 2-й Ударной армии после полугода жестоких сражений и боёв из 49 тысяч осталось 25, это не значит, что ими можно пренебречь! - жёстко сказал Ворошилов, обводя присутствующих тяжёлым взглядом. - Я, маршал и член ГКО на Волхове побывал четырежды, в то время как генерал-лейтенант Хозин ни одного раза не побывал!

- Большевики своих не бросают! - медленно произнёс Берия, блестя стекляшками пенсне. - Надо вынимать товарищей!

- Тем более важно, что своими активными действиями Волховская группа сейчас заставила немцев концентрировать войска, что очень удобно для их уничтожения артиллерией больших калибров и реактивными миномётами! - продолжил Ворошилов.

- Мы наращиваем выпуск снарядов для реактивной артиллерии несмотря на сложности с баллистными порохами и задержку начала поставок порохов по торговым соглашениям с англичанами! - кивнул Вознесенский.

- Что ему не хватает, товарищу Хозину? - задал риторический вопрос Сталин. - Снаряды есть, продовольствие есть, люди боевые, товарища Власова мы ему дали, товарищ Стельмах там. В чём дело?

Вопрос Верховного Главнокомандующего повис в воздухе:

Безусловно, отказ от авантюры Хозина и возвращение на Волховский фронт Мерецкова - верное решение. Здесь Мерецков на месте. Вся его жизнь словно готовила его к такому тяжелейшему испытанию.

Мерецков русский. Родился за три года до наступления XX века. Старший ребёнок в многодетной крестьянской семье из деревни Назарьево Рязанской губернии. С 7 лет помогал отцу пахать и боронить, с 9 лет участвовал во всех работах. Окончил 4-классную земскую начальную школу. В 12 лет отправлен в Москву на заработки. Работал слесарем на московских заводах, где познакомился с революционным подпольем и большевиками. Посещал вечерние и воскресные классы для рабочих. Участвовал в рабочих сходках. Вступил в партию большевиков. Выполняя военные заказы, получил во время войны освобождение от призыва. Работал механиком в городе Судогда Владимирской губернии, затем на химическом заводе на Каме. Февральскую революцию и падение монархии встретил в Судогде. Вместе с большевиками образовал ячейку, которая через три месяца стала комитетом на официальных началах. 20-летнего Мерецков избрали секретарём. В конце года его комитет сформировал в городе отряд Красной гвардии, начальником штаба которого стал Мерецков. В Октябрьскую революцию установил в городе власть Советов. В местном Совете являлся начальником военного отдела и ответственным по вопросам демобилизации старой армии.

В Красной Армии с августа 1918 года. С августа этого же года начальник штаба Красной гвардии в Судогде. В феврале 1919 года направлен на учёбу в Военную академию РККА, где преподавали генералы и офицеры старой русской армии, решившие пойти на службу к новой власти, в том числе знаменитый Брусилов. Конечно, они являлись контрреволюционерами, но знания они давали. Помимо открытых переходов на сторону белых саботаж формально лояльных военспецов, собранных Троцким, зашкаливал. Значительную помощь бандитской Добрармии в июне-сентябрь 1918 года оказал начальник управления по командному составу красного Генштаба бывший генерал-лейтенант Архангельский. Из-за него Красная Армия не смогла к началу 1919 года сформировать даже 1/4 из намеченного числа стрелковых дивизий для борьбы с Деникиным, что обусловило успехи белых на Юге России.

На белых работал начальник оперативного управления красного Генштаба бывший генерал-майор Кузнецов, который курировал вопросы учёта и назначения генштабистов. Весной-летом 1918 года он командировал в Поволжье многих генштабистов, перебежавших затем к белогвардейцам: Каппель, Махин, Смольнина-Терванда. Кроме того, Кузнецов передавал белым важную документацию.

Первый начальник красного Генштаба, бывший генерал-лейтенант Стогов являлся агентом вооружённого подполья в Москве - военной организацией 'Национальный центр'. Начальником штаба 'Национального центра' являлся бывший генерал-лейтенант Соколов, служивший в советской комиссии по исследованию и использованию опыта войны. В московской подпольной организации 'Правый центр' в 1918 году состоял член Высшей аттестационной комиссии РККА бывший генерал-лейтенант Цихович. На собраниях 'Правого центра' присутствовал Немитц, командующий морскими силами Советской России. В штабе советского Северного фронта бывший капитан Умнов действовал как шпион англичан и агент антисоветского подполья. Начальник штаба 13-й армии бывший генерал от инфантерии Зайончковский в октябре 1919 года при отступлении красных из Орла приказал своему адъютанту остаться в городе и передать белым оперативную документацию и планы командования 13-й армии.

На курсах для бывших офицеров, учившихся в академии Генштаба, куда направлялись пленные белогвардейцы, преподавал генерал Верховский, бывший военный министр Временного правительства Керенского. По окончании учебного процесса он собрал вокруг себя группу слушателей - старших офицеров, бывших генералов и полковников и спросил:

- Господа!.. Как могла разбить вас эта сволочь?

В такой обстановке пришлось учиться и воевать на фронте молодому большевику Мерецкову. Учился он с большими перерывами: курсантов тогда постоянно отправляли как гвардию на наиболее угрожаемые участки. Курсантов белые в плен не брали. На разных фронтах Мерецков насмотрелся на художества казаков, белых, горцев, западной солдатни. Трижды под смертью ходил.

Сначала участвовал в боях на Восточном фронте против Колчака. Затем на Южном фронте против Деникина и Краснова. Сражаясь в 9-й армии Мерецков получил контузию - какое-то время ничего не слышал. Затем получил пулевое ранение в ногу с повреждением кости. С мая 1919 года он помощник начштаба 14-й стрелковой дивизии. С мая 1920 года - помощник начштаба по разведке в 4-й и в 6-й кавдивизиях 1-й Конной армии Будённого и Ворошилова. Воевал на Южном и Западном фронтах против Врангеля и поляков. В районе Коростеня в бою с польскими интервентами получил третье ранение.

В 1921 году упрямый рязанец всё-таки окончил Военную академию. В январе 1922 года назначен начштаба 1-й Томской кавдивизии. С ноября 1922 года он инспектор в Главном управлении милиции НКВД. С февраля 1923 года - помощник начштаба 15-го стрелкового корпуса Северо-Кавказского военного округа. В это время там продолжалась кровавая борьба с белыми и зелёными 'армиями', а также с многочисленными горскими бандами и имамами. С ноября 1923 года Мерецков начштаба 9-й Донской стрелковой дивизии. С июня 1924 по апрель 1932 года в штабе Московского военного округа как начальник моботдела, помначштаба округа, замначальника штаба округа, командир и военком 14-й стрелковой дивизии, начальник штаба округа. В 1931 году в составе группы командиров Красной Армии проходил обучение в Веймарской республике Германии. Ознакомился со службой немецких штабов и методикой проведения учений. Вернулся с тревожным предчувствием. Как профессионал понял, что капиталистическая Германия скрыто готовит мощную военную машину для нападения.

С апреля 1932 года Мерецков начштаба Белорусского военного округа. В это время округом командовал Уборевич, входивший в число сторонников Тухачевского, готовившего захват власти и реставрацию капитализма при содействии иностранного вторжения. Литовец Уборевич из кулаков. Начал военную карьеру ещё при царе, из института пойдя добровольцем в царскую армию, после чего как вольноопределяющийся закончил артиллерийское училище и стал прапорщиком. После Октябрьской революции решил продолжить карьеру в Красной Армии и преуспел, метя в 'наполеоны' вместе с Тухачевским. С Уборевичем у Мерецкова естественно отношения не сложились, но контакт с такой одиозной личностью ронял на него некоторую тень. С декабря 1934 года Мерецков начштаба Особой Краснознамённой Дальневосточной армии. Здесь политическая обстановка в виду начала масштабной японской экспансии быстро накалялась.

С сентября 1936 по май 1937 год Мерецков в Испании под видом югослава в качестве военного советника. Псевдоним 'Петрович'. Оборонял Мадрида, формировал и обучал интербригады, наводил порядок в республиканских войсках. Ранен. За оборону Мадрида и разгром Марокканского корпуса на реке Харима награждён орденом Красного Знамени, за разгром Итальянского экспедиционного корпуса в районе Гвадалахары - орденом Ленина.

С июня 1937 года он заместитель начальника Генштаба РККА. С сентября 1938 года - командующий Приволжским военным округом. В канун предстоящего военного конфликта с мировым капитализмом в Финляндии с января 1939 года назначен командующим Ленинградским военным округом. В одной машине с членом Политбюро Ждановым объехал советско-финскую границу, проводя рекогносцировку.

Во время 3,5-месячного Финского похода 1939/1940 годов командовал 7-й армией, наступавшей на Карельском перешейке против главных укреплений 'линии Маннергейма'. Инициатор создания штурмовых групп прорыва. Финские фашисты считали, что отбив месяц назад наступление стрелков, они смогут и дальше сидеть в ДЗОТах и ДОТах-'миллионниках', ожидая прибытие английских войск и фашистских интербригад. Но они и их хозяева - клика международных банкиров ошиблись. Мерецков и Ворошилов плотно занимались вопросом штурмовых групп, тактикой 'просачивания' и 'прогрызания' специальных групп, имевших особое вооружение и прошедших специфический курс подготовки. Начальник инженерных войск Ленинградского военного округа Хренова по их поручению сформировал специальные штурмовые отряды сапёров. Мерецков также мастер массированного применения артиллерии. Только по укреплениям района Сумма его войска за сутки выпустили около 3000 снарядов. По 16 батареям финнов вели огонь 104 советские батареи из 440 орудий. Самый мощный артобстрел после сражения при Вердене в Первую мировую войну. Теперь вот оказывается, и Красная Армия могла так! Затем в бой пошли 150 танков и 500 самолётов. Совместно с артиллерией, танками, авиацией штурмовые группы прорвали линию Маннергейма, считавшуюся неприступной. Выборг Мерецков взял. Поставлена победная точка. Граница от Ленинграда отодвинута. Мерецков удостоен звания Героя Советского Союза.

В июне 1940 года ему вместе с Жуковым и Тюленевы в числе первых присвоено воинское звание 'генерал армии'. С июня 1940 года Мерецков заместитель народного комиссара обороны СССР Тимошенко. С августа того же года начальник Генштаба РККА. Вершина карьеры штабиста. На совещании Главного военного совета совместно с членами Политбюро в январе 1941 годов он заявил, что война с Германским рейхом неизбежна и нужно переводить на военное положение армию и страну. Поскольку в геостратегической игре Советский Союз ни в коей мере не должен был выглядеть агрессивной страной, ведущей интенсивные военные приготовления, а перевод в мирное время СССР на военное положение - это фактически агрессивный акт, так поступить было нельзя. В тактическом военном отношении выигрыш, а в стратегическом военно-политическом плане катастрофический проигрыш. Иметь начальника Генштаба РККА с таким идеями - тоже опасно. Ставки слишком высоки: на чьей стороне окажутся США и колониальная Британская империя, тот скорее всего и победит в войне. Интенсивные военные приготовления СССР могли дать повод США и колониальной Британской империи открыто поддержать Гитлера. Такого удара Красная Армия могла и не выдержать.

Да, вдвое увеличена численность Красной Армии, да, ведётся ускоренное перевооружение, да, созданы запасы продовольствия, руды, угля, стали, да, подготовлен план эвакуации промышленности, но переводить экономику на военный лад и проводить мобилизацию нельзя! Генштаб вёл напряжённую подготовку планов по отражению возможного удара, и Мерецков возглавлял штаб руководства военно-стратегической игрой на картах, во время которой военачальники проводили 'репетицию' будущих сражений. Но это максимум, что можно было себе позволить. Никак не введение военного положения!

Вместо Мерецкова пришлось назначить Жукова, совсем не штабиста. Мерецков стал заместителем Наркома обороны СССР Тимошенко по боевой подготовке войск. Потом произошло ожидаемое всеми вероломное нападение Германского рейха и его союзников под пропагандистским соусом 'оборонительной войны'. Однако смертельная шахматная партия оказалась Сталиным выиграна, поскольку 22 июня на советской стороне оказались только войска прикрытия границы, и США и колониальная Британская империя уже не смогли перед всем миром принять сторону Гитлера с его 'оборонительной войной'. На второй день вторжения фашистских орд Мерецкова арестовали на основании показаний арестованного накануне генерал-лейтенанта авиации Смушкевича об участии в военно-фашистском заговоре Тухачевского. Два месяца содержали в Лефортовской тюрьме. 28 августа Мерецков написал письмо Сталину с просьбой направить его на фронт. Освобождён. Срочно доставлен в Кремль. После разговора с Верховным Главнокомандующим генерал армии Мерецков в качестве представителя Ставки ВГК вылетел на фронт. С 24 сентября командовал 7-й отдельной армией, которая остановила наступление финских фашистов на реке Свирь. С 9 ноября командующий войсками 4-й отдельной армии. Прибыв в район не всегда организованно отступавших соединений и частей, Мерецков в срочном порядке приступил к восстановлению управления. Собрать рассыпавшиеся по дорогам и лесам разрозненные, перемешанные группы военнослужащих оказалось непросто. Тогда Мерецков проявил настоящую Суворовскую гениальность. Суворов же строил свою 'Науку побеждать' через снабжение войск, начав карьеру интендантом. Вот и Мерецков нашёл весьма оригинальный и действенный способ в духе Суворова. Он приказал по линии отступления войск развернуть пункты сбора, оборудовать там полевые кухни, места отдыха, разместить медицинский персонал, создать запасы обмундирования и боеприпасов. Голодные и замёрзшие бойцы - зима пришла рано, а многие воевали ещё в летнем обмундировании, устремлялись к походным кухням, где из них формировали ударные группы и отряды. Таким образом в короткий срок Мерецков произвёл сбор войск, перегруппировку, занял удобные для активной обороны рубежи. Ну а затем была удивительная Тихвинская наступательная операция, когда очень скромные силы Мерецкова сыграли ключевую роль в разгроме войск группы армий 'Север' фон Лееба. Затем Мерецков командующий Волховским фронтом. После того, как Хозин убедил Ставку ВГК, что лучше справится с проблемами Волховского фронта, Мерецкова направили заместителем Жукова на Западный фронт, где его по личной просьбе назначили командующим 33-й армией. Затем будто вызван из опалы как Суворов из села Кончанское Новгородской губернии: Того, что произошло с Мерецковым, хватило бы на две судьбы и три карьеры: И вот теперь снова Волхов:

Ранним утром 9 июня у Глухой Керести и севернее у железнодорожной насыпи началось наступление 2-й моторизированной бригады SS и кайзеровских ветеранов из 285-й охранной дивизии на позиции малочисленной 19-й гвардейской стрелковой дивизии Буланова.

На правом фланге северного оборонительного рубежа Власова после артподготовки навалилась тушей с севера на остатки геройской 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии Ларичева 'группа Гуррана': 506-й пехотный полк и III батальон 505-го пехотного полка 291-й 'прусской' пехотной дивизии, различные специальные подразделения 'пруссаков', 3 танка Pz.Kpfw.II, 18 танков Pz.Kpfw.III, 8 танков Pz.Kpfw.IV, прочая бронетехника II батальона 29-го танкового полка подполковника Будде из 12-й танковой дивизии, отряд 'хиви' в эстонской военной форме образца 1939 года. Эта толпа накачанных наркотиком 'Pervitin' убийц действовала вместе с 'группой Вюста': усиленный 454-й пехотный полк 254-й 'рейн-вестфальской' пехотной дивизии и другие части этой дивизии. Наступление поддерживал артполк 215-й 'баден-вюртембергской' пехотной дивизии.

Бои в начале лета в лесисто-болотистой местности сосредоточились у грунтовых дорог, просек, рек и ручьёв, где имелась удовлетворительная проходимость для фашистских танков, артиллерийских упряжек, тягачей, грузовиков снабжения. Советская оборона тоже тяготела к лесным ручьям и рекам из-за проблемы с питьевой водой, водой для гигиены и охлаждения пулемётов 'Максим'. Тем более, что использование гитлеровцами берегов ручьёв и речушек в качестве дорог, читалось вполне отчётливо. В 200 метрах к востоку от места слияния рек Рогавки и Трубица 'дальневосточники' создали узел сопротивления. Вдоль ручья Мельницкий защитники родной земли построили линию ДЗОТов и блиндажей. У 'дальневосточников' в стрелковых полках по 300-350 человек. С учётом пополнения из тыловых служб - это даже меньше батальона. Но количество пулемётов нормальное, как для полного состава. Патронов много. Этакие сводные батальоны пулемётчиков. В 'полках' также миномётные роты и несколько 'сорокопяток', к которым даже имелось нескорое количество снарядов. 60-й артполк 'дальневосточников' насчитывал в 1-м дивизионе 7 пушек ЗИС-3 и 3 гаубицы М-30, а во 2-м дивизионе 8 орудий УСВ. Бензина для тракторов 1/2 бака. Лошадей у артиллеристов практически нет. Снарядов - по одной штуке для подрыва орудий. Но самое ужасное, бойцы ослабели до крайности. От чрезмерного истощения некоторые угасали тихо-тихо, как дотла выгоревший светильник... Вот кончился привал, комроты командует: 'Подъём!' - а бедняга как лежал, так и лежит на боку. Его комвзвод даже обругал да за шиворот приподнял. Оказывается, боец на вечный привал умостился:

Подлецам с помощью агентов, разведгрупп и авиаразведки удалось установить положение оборонительных сооружений и позиций 'дальневосточников'. Ju 87 нанесли прицельные авиаудары. Затем гитлеровцы при поддержке танков с боем двинулись по пробомбленному коридору вдоль ручья на Ольховку, попадая то на минные поля и колючую проволоку, то в завалы с огнефугасами в промежутке между болотами Гажьи Сопки и Кривинский Мох. Задача завоевателей - достичь просеки с высоковольтной линией и прорваться к Финёву Лугу, окружив часть советских сил.

Наступление по обеим сторонам реки Кересть подлецы вели через участок 'группы Хойна': I батальон 151-го пехотного полка, II батальон 176-го пехотного полка, разведбат и другие части 61-й 'прусской' пехотной дивизии. Поскольку Гурран не озаботился проведением рекогносцировки и действовал наобум, 2 танка Pz.Kpfw.III провалились в реку, проезжая через мосты. 1 танк Pz.Kpfw.III встал из-за поломки коробки передач. 'Группа Ванделя' прикрывала западный фланг наступления.

'Дальневосточники' оказывали сильное, а главное умелое сопротивление. Малоопытная пехота фашистов из числа недавних призывников сбивалась кучами до 30 солдат при продвижении за танками. Им доставались все рикошеты от пуль 'Максимов', ДШК и противотанковых ружей, обстреливающих танки, а также все осколки мин - сапёрных и миномётных. Танки оставляли за собой шлейфы из своих убитых и раненых. В результате у Гуррана потери при атаках 450 солдат. Затем пришёл черёд самих танков. 4 танка Pz.Kpfw.III подбили 'сорокопятки', 1 танк Pz.Kpfw.IV обездвижили противотанковые ружья, сделав из него буквально решето. Танк Pz.Kpfw.II из взвода связи сожгли бутылкой КС.

Из-за попустительства Власова остатки 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии почти не располагали противотанковым вооружением, хотя армия имела в это время более 60 'сорокопяток' и значительное количество снарядов к ним. Имелись также 120 противотанковых ружей, мины, зенитки. Но нет - против танков героям-дальневосточникам пришлось идти с гранатами РГД и бутылками КС. Получилось так, что фактически 'дальневосточники' полковника Ларичева, прикрывая отходящие части армии, воевал как в Русско-японскую войну: без артиллерии, танков, авиации. Только вот у врага это всё имелось.

С помощью танкового тарана подлецу Гуррану удалось прорвать советские позиции на реке Трубица и с севера достичь Ольховки. В это время крупная штурмовая группа фашистов прошла через южную часть болота Гажьи сопки и лес западнее реки Кересть, достигла восточной части Ольховки. На восточный берег Керести в Ольховке въехали танки. После боя, уложив замертво оскалом в траву более 250 рьяных от шнапса и 'Panzerschokolade' захватчиков, 'дальневосточникам' под угрозой окружения пришлось оставить этот важный пункт обороны. Отдельные советские группы продолжили упорно обороняться в западной части леса севернее Ольховки до вечера.

'Группа Хойна' с боем продвинулись к Ольховке вслед за Гурраном, и начала искать локтевую связь со штурмовой группой из 'группы Ванделя' из 'Волховского рукава'. Из района отметки 36,7 в северо-западном и западном направлениях до южной вершины болота Кривинский мох и заболоченной области к юго-западу от него Хойн направил большие разведгруппы, но их уничтожили. Далее 'группа Хойна' продвинуться не смогла, понесла очень большие потери. Ей на помощь на грузовиках срочного направились 2 усиленных батальона 454-го пехотного полка Вёста из 254-й пехотной дивизии. К Хойну батальонам Вёста пришлось пробиваться с боем и по раскисшим от дождя грунтовым дорогам.

Дальнейшее продвижение 'пруссаков' Гуррана остановило героическое сопротивление 'дальневосточников' на опушке леса к юго-западу и югу от Ольховки. Гурран искал локтевую связь с левым флангом 'группой Андерса' из 254-й пехотной дивизии, поскольку в его тыл всё время проходили разведгруппы 'дальневосточников', уничтожая грузовики снабжения и даже отдельные перепившиеся подразделения на привале, не озабоченные собственным охранением. Для прикрытия западного флага далеко продвинувшейся 'группы Гуррана', во избежание её окружения, 'группу Хойна' срочно усилили II батальоном 176-го пехотного полка 61-й пехотной дивизии. Здесь подлецам пришлось остановиться надолго, поскольку их соседи по обе стороны от Керести без танков топтались на месте в буреломах и болотах. 'Дальневосточникам' пришлось со слезами на глазах уничтожить часть артиллерии, отрезанной от дороги. Долго и верно прослужила она героям! Не одну тысячу завоевателей с её помощью отправили они на тот свет.

До войны в Ольховке имелось 120 дворов. Теперь сплошное пепелище с обелисками печных труб. Посреди кладбища Ольховки древний дуб. Ольховчане называли его - 'Кладбищенский'. Ему более 500 лет. Великан весь искалечен войной, крона несимметрична. Он служил ориентиром и наблюдательным пунктом попеременно то захватчикам, то своим. Под дубом скромные братские могилы воинов 4-й гвардейской стрелковой дивизии и лыжбата, павших в боях за Ольховку и Ольховские Хутора зимой. Смеркается. На сухом суку кладбищенского дуба одинокий ворон - потомок тех воронов, которые много веков назад кружили над полями кровавых сеч, высматривая павших новгородских витязей и их поверженных ворогов. Ворон вдоволь попировал в этот год. Одна и та же фраза, издаваемая зловещей птицей через равные промежутки времени точно соответствовала обстановке очередного побоища в Ольховке и её окрестностях. Начиналась она как скрипуче-деревянного клёкот и, соскользнув на высокий регистр, заканчивалась леденящим душу полустоном-полувсхлипом:

На участке обороны 'воронежцев' подлецы продолжали наступление, непрерывно подбрасывая резервы из Вдицко. Но лезть на советские позиции в полный рост новички уже боялись. До подхода артиллерии 10 танков Pz.Kpfv.III и IV из района 1,5 километра восточнее посёлка Восход целый день обстреливали боевые порядки остатков 1102-го стрелкового полка. Ещё 10 танков ремонтировались после боёв в районе Финёва Луга. Несмотря на численное превосходство, план подлецов по окружению ослабленных советских частей у Финёва Луга, Рогавки, Ольховки провалился. Фронтальное выталкивание их к Сенной Керести, Кречно стоило оккупантам больших потерь. Раненые фашисты шептались о заваливании русских трупами, о грабежах и насилии на захваченных территориях, являясь свидетелями и участниками всех этих преступлений. Но историки фашистов и их белогвардейские триколорные прихвостни писали другое в своих газетёнках потому, что выполняли социальный заказ государственной пропаганды капиталистических государств:

Неудачи при отходе войск 2-й Ударной армии, 'ретирады', как называли этот сложный вид боевых действий в эпоху Наполеоновских войн, обусловливало отсутствие танков, самоходной артиллерии, отсутствие боеприпасами гаубичной и пушечной артиллерии крупных калибров. Авиация Волховского фронта, численно ослабленная отвлечением сил на битву за Ржев, на операции на Дону, в Крыму, не смогла поддерживать отходящие войска, по-настоящему прикрыть их от массовых налётов.

Однако ВВС Волховского фронта сражались как львы. В частности продолжали уничтожать матчасть и лётный состав Luftwaffe на аэродроме Сольцы. В этот день там уничтожено и повреждено прямым попаданием четыре 4-моторных транспортных самолёта, склад с боеприпасами. Отмечено прямое попадание бомбы в ангар. Велась разведка аэродромов Коростовичи, Городец, Сольцы, Сиверенская, а также железной дороги между Новгородом, Лугой, Красногвардейском, Тосно, Чудово, Киришами, Мгой. Всего на разведку произведено за день 17 самолёто-вылетов.

Ставка ВГК также выделила 12 транспортных самолётов Ли-2/ПС-84. Груз просто сбрасывался или применялись парашюты. У-2 совершали посадки. В дневное время транспортные самолёты Ли-2, СБ, У-2, Р-5, Р-Зет прикрывали истребители И-16, И-153, 'Hurricane'. Выяснилось, что самолёты Ли-2 не имеют на выхлопных трубах пламегасителей, и ночью над оккупированной территорией длинные языки пламени их демаскируют. Борттехники рекомендовали в таком случае обеднять горючую смесь, что уменьшало яркость и свечение выхлопа, но предупредили, что чрезмерное обеднение смеси могло привести к быстрому прогару клапанов двигателей. В дальнейшем на всех самолётах установили пламегасители.

Прилетев на Ли-2 под охраной звена истребителей на Волховский фронт, Мерецков и Василевский добрались от аэродрома до штаба фронта в Малой Вишере под усиленной охраной с БА-10. В городе действовали диверсанты. Их ловили части НКВД и истребительный батальон рабочих. Кипучая деятельность возвратившегося командарма началась сразу же, как только приземлился его самолёт. Первое поручение:

- На складах мало боеприпасов. Нужно ускорить продвижение транспортов. Необходимо также подготовить заявку в центр о дополнительной отгрузке нам не менее трёх-четырёх боекомплектов на всю артиллерию и миномёты!

Мерецков назначил на следующий день наступление, расписав кто пробивает 'коридор' к Мясному Бору на 'дороге жизни', кто и какой его участок затем удерживает. Для обеспечения отвода армии на Волховский плацдарм Мерецков назначил Власову 1-й рубеж: устье ручья Омутный, река Кересть до ручья Овсянский, Малое Замошье. Занять его требовалось заблаговременно следующими силами: 949-й стрелковый полк 259-й стрелковой дивизии, один полк 92-й стрелковый дивизии и 1240-й стрелковый полк. 2-й рубеж назначался следующий: юго-восточный берег болота Михайловский Мох, южное Кречно, истоки реки Глушица. Его следовало занять отводимым войскам. 3-й рубеж - по восточному берегу реки Глушица от отметки 39,8 до отметки 40 занимали войска Власова, осуществляющие прорыв на реке Полисть. Последний рубеж для арьергарда - река Глушица.

Мерецков приказал Власову назначить командиров, ответственных за оборону на каждом рубеже с указанием точного времени занятия рубежа и сроков обороны. Далее планировался отвод войск на Волховский плацдарм на восточный берег реки Полисть, где встречающие их ответственные командоры укажут районы сосредоточения. Руководство подготовкой промежуточных рубежей, контроль своевременности занятия их войсками, обороны на них в пределах установленных Власовым сроков персонально возлагалось на заместителя Власова генерала Алферьева. Власову и его начштаба Виноградову поручалось пробитие 'коридора' в запада.

Мерецков знал Алферьева по работе в Московском военном округе как высокообразованного, думающего командира. Алферьев сам лично храбрый. Из зажиточных Владимирских крестьян. В армии с 1914 года. После учебной команды лейб-гвардии Петроградского полка младший унтер-офицер, затем юнкер 1-й Петроградской школы прапорщиков. Комроты. С июня 1917 года сражался на Юго-Западном фронте с немцами в армии Временного правительства. За умение и храбрость произведён в офицеры. Последнее звание в Русской армии - поручик. В Красной Армии с 1919 года. Занимался подготовкой войск в Московском военном округе. Комполка. На штабной работе. Окончил Военную академию Фрунзе. С октября 1926 года начштаба 14-й стрелковой дивизии. Курсы усовершенствования высшего начсостава при Военной академии Фрунзе. Преподаватель курсов усовершенствования комсостава 'Выстрел'. Начальник курса Военной академии механизации и моторизации имени Сталина. Штабная работа в Забайкалье. Там занимался боевой подготовкой в масштабе армии. С сентября командарм-34 на Северо-Западном фронте, сменив Качанова, расстрелянного за совершение воинских преступлений в соответствии со статьями УК РСФСР 193-20 - 'Сопротивление исполнению законно отданного по военной службе приказания или распоряжения', 193-20 - 'Сдача неприятелю начальником вверенных ему военных сил' и 193-22 - 'Самовольное оставление поля сражения'. В течении поздней осени 1941 года и начала зимы Алферьев успешно оборонялся на рубеже Кирилловщина - озеро Вельё близ Демянска, отбив множество атак. Затем командовал опергруппой войск 59-й армии Волховского фронта. С марта 1942 года - заместитель Власова.

Теперь Алферьеву с группой работников Штарма-2 предстояло в очень сложной обстановке командовать войсками, прикрывающими имущество, раненых, эвакуированных и тыл войсковой группы, ведущей операцию по очищению 'дороги жизни'. Первым делом Алферьев организовал для себя выносной командный пункт армии - ВПУ.

Военный совет 2-й ударной армии особо предупреждался о персональной ответственности за планомерность и чёткость проведения операции по выводу войск армии в резерв фронта. Мерецков требовал принять все меры к тому, чтобы войска выходили организованно в составе своих частей и подразделений, чтобы всё оружие, вся боевая техника и всё военное имущество выводилось и вывозилось. Ничего не оставлять. Ответственность за военное имущество и боевую технику возлагалась на командиров и комиссаров частей. Одновременно с отводом арьергардов требовалось проводить заграждения, разрушать дороги. Особое внимание выводу населения, не допустить его движения с войсками. Мерецков потребовал назначить ответственных за вывод населения.

Власову поручалось руководить всей операцией лично. Неужели бывший военный советник Чан Кайши, бывший командир 4-го мехкорпуса у Львова, бывший командующий 34-й армии под Киевом и 20-й армии под Москвой не справится с отводом по рубежам войск общей численностью в одну моторизованную дивизию 'Великая Германия' и пробитием 'коридора' вместе с силами Волховского фронта? Как следовало действовать Власову, профессионально сформулировал Мерецков. В своих указаниях Власову комфронта подчёркивал: 'На Вас возложена исключительно важная задача, за выполнением которой лично следит товарищ Сталин. Операция, выполняемая вами, будет проведена и завершена успешно только тогда, когда каждый командир и политработник будут на своих местах, будут жёстко держать подчинённые войска в своих руках, будут спокойно, твёрдо и уверенно управлять ими всеми мерами, не считаясь ни с чем, не допускать возникновения паники!' Своё место в предстоящем сражении Мерецков определили на КП 59-й армии на Волховском плацдарме вместе с исполняющим обязанности начальника Генштаба Красной Армии генерал-полковником Василевским.

В это самое время Wehrmacht бился как рыба об лёд о фронт Тимошенко, но уже прорвался через фронт Голикова к Воронежу. Ставка ВГК, Сталин тем не менее оторвали Василевского от своей основной работы и направили его для спасения 25 000 'ударармейцев'.

Для пробития 'коридора' со стороны Волховского плацдарма Мерецков создал группу из различных ослабленных, других не имел, войск фронта: части 2, 165, 372, 374 стрелковых дивизий, 546-го стрелковый полк 191-й стрелковой дивизии, части 24-й стрелковой бригады, танки 7-й танковой бригады. Уничтожать и подавлять миномётных батарей следовало силами 827-го артполка, 6-го гвардейского артполка из 52-й армии Яковлева и двух дивизионов 561-го артполка. Для уничтожения и подавления артиллерии подлецов привлекалась артиллерия дальнего действия - 8-й гвардейский пушечный артполк и 367-й армейский пушечно-артиллерийский полк с гаубицами-пушками М-10 с дальностью стрельбы до 12,3 километров.

Защищать южную стенку 'коридора' после пробития от отметки 40,2 на реке Полисть до отметки 43,1 у деревни Мясной Бор следовало подразделениям 191-й стрелковой дивизии, части сил 305-й стрелковой дивизии и танкам из состава 59-й армии Коровникова. Северную 'стенку' коридора от поляны с отметкой 40,3 предстоял обеспечивать силам ослабленных 46-й и 382-й стрелковых дивизий и 53-й стрелковой бригады. Начало наступления - 10 июня. Новый план вывода войск составил и Власов. Он расформировал тыловые части и подразделения, их личный состав влил в боевые соединения.

Ночью на 10 июня установилась ясная погода. Светало уже около 2 часов. Бомбардировщики СБ из 18-го бомбардировочного авиаполка выполнили 28 самолёто-вылетов. Доставлено армии Власова 17 тонн продовольствия, 2,5 тонны боеприпасов, 0,35 тонны горючего, запчасти к танковым и тракторным моторам, 160 килограмм спецгрузов: почта, товары и спецпайки для штаба фронта. Luftwaffe активно противодействовало.

В полной темноте 10 танков Т-34 из 1-го танкового батальона 7-й гвардейской танковой бригады Шнейдера проследовали на исходные позиции с Волховского плацдарма и двинулись в наступление на оборону в 'Долине смерти' у центральной лежневой дороги снабжения Власова. Идти колонной по лежневой дороге больше не планировали. Боевой порядок состоял из танковых групп по 2 машины. Маршруты ударных групп до этого при ночных рекогносцировках определили командиры Шнайдера вместе с командирами 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии Лукьянова. Общий фронт танковых групп велик - 800 метров поперёк центральной просеки 'дороги жизни'. Это затрудняло фашистам массирование артогня. За каждым из пяти идущих впереди танков следовала штурмовая группа 'архангельцев': 10 стрелков в стальных панцирях СН-38 или СН-42 с ППШ или СВТ и пулемётами ДП, а также по 40 сапёров.

Следующий эшелон атаки состоял из 10 средних Т-34 и 3 лёгких Т-60, и оставался до команды на исходных позициях. Пехотную поддержку танков осуществляла также малочисленная 374-я 'красноярская' стрелковая дивизия Витошкина. Танкам следовало стать остовом боевого порядка и продвигаться со своей пехотой как подвижные огневые точки, страхуя пехоту при контратаках фашистов. Их задача уничтожать пехоту подлецов, 'экономя' свою. Севернее наступали малочисленные 376-я 'шахтёрская' стрелковая дивизия Исакова, 24-я 'харьковская' стрелковая бригада дерзкого Коркина. У Теремца-Курляндского перешла в наступление 12-тысячная 165-я 'уральская' стрелковая дивизия Солёного. Наступление поддерживали в общей сложности три полках 'Катюш', 207 орудий вплоть до 'Кувалд Сталина' Б-4 и 140 миномётов, имеющих по 4 боекомплекта. В составе этой группировки имелись две группы подавления артиллерийских батарей и миномётов, а также резервная группа. Вся наличная авиация содействовала прорыву и прикрывала войска.

На КП командарма-59 находился комфронта Мерецков, исполняющий обязанности начальника Генштаба Красной Армии Василевский, а также командующий ВВС фронта со средствами управления. Начальник артиллерии и начальник АБТВ фронта находились в 59-й армии с задачей организации обеспечения боя и взаимодействия по своим родам войск. Таким образом 3-километровый восточный фронт прорвавшихся на коммуникации Власова дивизий группы армий 'Север' оказался под сильнейшим ударом.

Сражение началось. Среди оккупантов под ударами артиллерий и 'Катюш' царила сумятица. Связь нарушалась. Никто не знал, где находятся штабы. Вести минирование против советских танков у подлецов особо не получалось. Мины тонули в болотном грунте. С фугасами та же история. Артразведчики гитлеровцев видимо погибли, потому что заградительный огонь вёлся весьма бестолково. Танкисты Шнейдера двигались к опушке леса 'перекатами', прикрывая друг друга, огнём с места расстраивали огневые точки и ДЗОТы, уничтожали миномётчиков и противотанкистов на опушке леса и в его глубине. Вошли в лес. Заградительный огонь пошёл на убыль. Штурмовые группы следили, чтобы к танкам никто не приближался, расстреливали вновь и вновь возникающие огневые точки и новые подразделения оккупантов, подходящие к опушке из глубины леса. В боевых порядках пехоты вели огонь на прямой наводке 'полковушки' и 'сорокопятки'.

Гитлеровцы полагали, что последует атака большими силами, красноармейцы с танками ворвутся в лес и начнётся ближний бой как 5 июня, и поэтому придвинули свои батальоны и технику к первой линии обороны. Тут они и стали жертвами советской артиллерии. В том весь Мерецков. Переломанный и горящий после залпов 'Катюш', снарядов 'Емель', 'Кувалд Сталина', ракет штурмовиков Ил-2 горел на протяжении 3 километров. Весь его завалили трупы в мышиных мундирчиках, чёрных противомоскитных сетках на лицах поверх касок-кастрюль, сломанное оружие, разбитые брёвна блиндажей и ДЗОТов, полевые кухни, разбитые ящики, тряпьё, россыпи обгоревших боеприпасов, разорванные палатки, бумаги, пробитые осколками рации и термосы с едой, клоки телефонных проводов и колючей проволоки, бутылки и пустые консервные банки.

Советские ударные группы продвигались сред этого хаоса вперёд как зубцы проходческого щита, выгрызающего горную породу. Артиллерия разрыхляла, танки вгрызались, пехота выгребала. Стиль Мерецкова ещё с Финского похода. При такой схеме обороняющиеся несли больше потерь, чем атакующие. 'Шахтёрской' дивизии Исакова это особенно близко - упорная работа как в забое. Сапёры 'архангельцев' под сильнейшим огнём геройски расчищали путь и в некоторых случаях мостили для танков непреодолимые места.

Создалось уникальное положение - Wehrmacht вынужден держать оборону в 'Долине смерти' у 'просеки Эрика' без танков и бронетехники, и даже без действенных противотанковых средств, как какие-то туземцы, а Красная Армия использовала Т-34 как армия нового поколения. Безнаказанное избрание немецкой пехоты танками, которые двинулись не по просекам, к между ними, шло эффективно. Надежды остановить танки с помощью артиллерии и мин, лопнули. Сапёры гитлеровцев при минировании гибли от огня снайперов-'кукушек' и сильного артогня. 37-миллиметровые противотанковые 'пушки-колотушки' могли поражать Т-34 только со 100 метров в борт. Установка же 50-миллиметровых противотанковых пушек в густом кустарнике оказалась пустой затеей, так как там не имелось секторов ведения огня, к тому же передвигать их приходилось 'на руках'. Свои же танки к 'просеке Эрика' от 'просеки Дора' подвести подлецы не смогли. Огонь гаубиц на дистанциях в 5 и более километров по танкам тоже не спасал - это как попасть пальцев в небо. Единственное оружие против Т-34 - Ju 87. Но пикировщики не могли висеть над 'Долиной смерти' без перерыва, они сами несли потери от зенитного огня, огня ручного оружия пехоты и истребителей. Танк в покрытом зеленью лесу - как иголка в мешке сена. Вот и приходилось закидывать советские танки немецким, австрийским, чешским и польским мясом. Вот как воевал Wehrmacht в 'Долине смерти'!

Из-за сильного миномётного огня работы сапёров 'архангельцев' шли медленно и продвижение танков застопорилось. Luftwaffe несмотря на противодействие советских истребителей группами до 10 самолётов бомбили исходные позиции в районе Мостков и Любино Поле. Звенья истребителей Як-1 из 20-го и 255-го истребительных авиаполков ударной авиагруппы полковника Семёнова выполнили 104 самолёто-вылетов на прикрытие своих войск. Но пикировщики не могли висеть над 'Долиной смерти' без перерыва, они сами несли потери от зенитного огня, огня ручного оружия пехоты и истребителей. Танк в покрытом зеленью лесу - как иголка в мешке сена. Вот и приходилось закидывать советские танки немецким, австрийским, чешским и польским мясом. Вот как воевал Wehrmacht в 'Долине смерти'!

Первый этап сражения шёл 14 часов. Гитлеровцы проявляли неимоверное упорство. Линдеманн и Буш проводили ротацию и пополнение войск с помощью продольных и поперечных просек, пристреленных советской артиллерией. Два Т-34 гвардейцев Шнейдера подорвались на минах, два получили повреждения и потеряли ход. Один Т-34 сгорел. Один застрял в воронке. Оккупанты уже не думали о расширении своей 1,5 километровой 'пробки' в 'Долине смерти', а с трудом выравнивали всё новыми и новыми подразделениями постоянные вклинения танков вдоль 'просеки Эрика', 'просеки Дора', 'просеки Фридрих'. Наступление 'уральцев' у Теремца-Курляндского тоже развивалось тяжело. В ближнем бою у 'восточной просеки' пали смертью храбрых командир 562-го стрелкового полка и его начштаба.

Полностью подавить артиллерийскую группировку пяти дивизий и двух армейских корпусов группы армий 'Север', обстреливающих наступающие войска, не удалось. Налёты Ju 87 ещё более усложнили задачу. Штурмовые группы потеряли 12 человек убитыми и 15 ранеными и отошли на исходные позиции. Ударные групп стрелковых дивизий тоже понеси потери. Сапёры приступили к эвакуации танков. Потери оккупантов исчислялись тысячами. За 14 часов 20-тысячная группировка оккупантов в 'Долине смерти' лишилась 1/3 своих солдат. Все поляны и гатьевые дороги в 'Волховском рукаве' до опорного пункта 'Острие' заполнили толпы окровавленных и закопчённых гитлеровских раненых. Они внушали пещерный ужас идущим навстречу пополнениям из 1-й, 254-й пехотных, 20-й моторизованной дивизий. Такая же картина наблюдалась юго-западнее Теремца-Курляндского, где под мощный удар артиллерии попали батальоны 56, 126, 250-й пехотных дивизий и наёмники SS. Вот уж действительно - коммуникации армии Власова стали для оккупантов 'Долиной смерти'. Надежда на то, что можно до бесконечности заваливать атакующие советские части немецким пушечным мясом из-за массированного применения тяжёлой артиллерии и 'Катюш', имеющих 4 боекомплекта, провалилась. Мерецков нащупал ключ к обороне. Ещё пара таких 'выгрызающих' атак и в 'Долине смерти' солдат оккупантов совсем не останется...

Наступление Власова с запада для прочистки 'дороги жизни' вылилось в ожесточённое побоище в лесу, но дальше линии ДЗОТов на восточном берега реки Полисть пройти не удалось. Бойцы слишком истощены. Еле ноги волчат. В бою падают не от пули, а от изнеможения. Даже стальные нагрудники нет сил нести. Как далёкий отголосок мирной жизни валялась у переломной снарядами и бомбами гатьевой дороги пробитая пулями еле читаемая от грязи табличка местного лесничества: 'Береги лес! Не кидай спички! Не стреляй тлеющим пыжом!' Давно пал где-то смертью храбрых на поле боя партизан-лесник. Давно уж лес тут превратился в расщеплённые и обгоревшие остовы. А табличка требовала и требовала: 'Береги лес! Не кидай спички! Не стреляй тлеющим пыжом!' Страшный враг терзал Родину: Безжалостный, смертельный: Его нужно уничтожить во что бы то ни стало:

Luftwaffe в течении дня трижды бомбило район деревень Новая Кересть, Кречно, в также КП Власова, боевые порядки войск и леса, где скрывались беженцы. Имелись потери и жертвы. ВВС Волховского фронта сбили 7 самолётов.

В этой тяжелейшей обстановке состоялся слёт снайперов Волховского фронта. На слёт прибыло 130 человек - известные всему фронту люди. Праздник для защитников Родины. Выкроил время и Мерецков. На слёте награждали героев, обменивались опытом, клялись Родине защищать её до последней капли крови. Когда подсчитали сколько 130 героев-снайперов истребили гитлеровцев за полгода, цифра получилась 8400 оккупантов! Один снайпер Харченко уничтожил более 200 гитлеровцев. На слёте этот весёлый украинец сказал:

- Чем больше гитлеровцев мы вобьём в землю здесь на Волхове, тем скорее Ленинград вызволим и войну закончим. Если очень захотеть - всего добьёшься!

- Вот правильно! - поддержал его комфронта Мерецков. - И хорошо, если бы каждый из вас научил одного, двух, трёх своих товарищей снайперскому искусству. Мы стали бы в 10 раз сильнее!

- Даю слово! - пообещал снайпер.

Перед участниками слёта выступил ансамбль песни и пляски 50-й армии Коровникова. Две девушки из ансамбля, Пономарчук и Надя Колесникова, после выступления попросились в команду снайперов 60-го стрелкового полка Кузнецова из дивизии Кошевого.

Продолжала выходить армейская газета 'Отвага'. Когда кончился бензин для большой печатной машины, занимавшей целый кузов 3-тонки ЗИС-5, её стали крутить вручную. Иногда проходившие мимо красноармейцы помогали крутить машину и получали пахнущие свежей краской экземпляры, описывающие великий подвиг советских людей и блестящие успехи советского оружия по уничтожению оккупантов. Скульптор Вучетич, работник редакции, поделился с товарищами своей мечтой - поставить на Волхове в честь 2-й Ударной армии самую высокую статую в мире в виде женской фигуры Родины-Матери с мечом в руке. Он даже показывал поэту Мусе Джалилю свой эскиз.

11 июня начались белые ночи, будь они неладны. Вместо миллиардов ярких звёзд - светлое небо, вместо кромешной тьмы - непрекращающиеся сумерки. Из-за сочетания угла наклона планеты и её положения относительно Солнца часть небесного светила оставалась над горизонтом. Солнце полностью не садилось и продолжало светить, хотя с земли оно практически не наблюдалось. Очень красиво, загадочно и романтично, но только не в условиях, когда остатки измождённых войск отбиваются от превосходящих сил лютого врага. Ночь перестала скрывать перемещения войск и колонн снабжения. Luftwaffe и артиллерия подлецов получили от русской природы сказочный подарок. Из-за наступивших белых ночей истребители подлецов дежурили в воздухе и сбивали транспортные самолёты на маршрутах, особенно в районе посадочных площадок и мест сброса.

В ночь на 11 июня стервятники Luftwaffe сбили 3 транспортных самолёта Ли-2 и 4 самолёта У-2. Снабжение Власова по воздуху вышло за грань возможного. За 9 последних суток произведено 100 вылетов У-2, 40 вылетов транспортников Ли-2 и 3 вылета огромных АНТ-40. Часть вылетов с посадкой. Переброшено 140 тонн продовольствия, 600 000 штук патронов к автоматам, 650 000 штук винтовочных патронов, 3100 патрон для противотанковых ружей, 550 снарядов для зениток 61-К, 650 снарядов для 'полковушек', 500 снарядов для дивизионных УСВ. Однако из этого войскам удалось получить не всё. Несколько сбитых самолётов вместе с грузом не нашли. Часть грузов сбросили не в назначенных местах. На посадочной площадке в Новой Керести значительную часть продовольствия растащили мародёры. Часть грузов, оказалась во время сбрасывания попорчена или рассыпана. Точные цифры полученных на месте боеприпасов и продовольствия не знал никто, даже начальник тыла 2-й Ударной армии Кресик.

В этот же день армейские запасы продовольствия у Власова закончились. Продукты и так больше месяцы выдавали по сокращённым нормам. Бойцы и командиры быстро слабели, теряя боеспособность. Такая участь ждала войска Ленинградского фронта, если бы гитлеровцы соединились с финнами на реке Свирь в конце прошлого года. С ослаблением от голода войск Ленинградского фронта и Балтфлота население Ленинград ждала смерть после прорыва убийц в город. Сразу бы погибло около 100 000 ещё не вывезенного еврейского населения. Преступные Wehrmacht и SS только и выжидали этого, чтобы растерзать город Ленина. Везде на табличках на пригородных дорогах он уже писал на свой фашистский лад 'Petersburg': Но Красная Армия наголову разгромила Wehrmacht под Тихвином. Это дало возможность организовать поставки по 'Дороге жизни' большого объёма продовольствия, по дну Ладожского озера проложить нефтепродуктопровод и электрокабели. В январе 2-я Ударная армия вытянула на себя все накопленные для штурма города резервы.

Проклятые белые ночи давали подлецам возможность бомбить с перерывом всего на полтора-два часа. Выстраиваясь в кильватер, стервятники зряче выискивали цели и сбрасывали бомбы. Снова спасением служило болото - мало того, что значительная часть бомб благодаря европейским рабочим-антифашистам не взрывалась из-за порчи взрывателей или взрывчатки, так ещё падение многих бомбы заканчивалось камуфлетами даже без образования воронки. Надо сказать, что брак в боеприпасах весьма распространился также из-за того, что капиталисты для большей прибыли меняли составы смесей, использовали брак или откровенно негодные компоненты. Взятки заказчикам легко покрывали этих бракоделов. К сожалению имелись и прямые попадания.

Советская артиллерия с Волховского плацдарма, включая артиллерию большой мощности, продолжала расстрел войск подлецов в 'Долине смерти'. Прежде всего обстреливались огневые позиции артиллерии, обнаруженные во время битвы 10 июня. Из более чем 200 орудий за сутки удалось вывести из строя более 40. Без уничтожения хоть бы половины орудий, очистить 'дорогу жизни' от врага не представлялось возможным. Вот и стались во всю. Василевский здесь. Наблюдал. Мерецков проводил перегруппировку артиллерии и остатков имеющихся на плацдарме войск. Из совсем малочисленных частей бойцы переводились в более многочисленные, имеющие твёрдое и опытное командование. Шёл ремонт танков, накапливались боеприпасы. У Власова снабжение продовольствием на критическом уровне, снабжение снарядами больших калибров отсутствует. Остатки его армии не могут действенно атаковать на коммуникациях и продолжают отступать к Новой Керести, Кречно.

Остатки героической 62-й 'дальневосточной' дивизии Ларичева провели контрнаступление и вновь заняли участок местности у Трубицы и Рогавки до прогалины к югу от Ольховки. 'Группа Хойна' оказалась под постоянным убойным снайперским обстрелом. Подлецам пришлось разворачивать лёгкие и тяжёлые батареи и проводить огневые налёты по лесу а-ля 'из пушек по воробьям'. По 'группе Гуррана' в Ольховке и восточнее реки Кересть 'дальневосточники' весь день и всю ночь вели сильный миномётный огонь.

В то время как с 12 июня в войсках Власова бойцам и командирам в пехоте выдавалось по 400 грамм конины и 100 грамм сухарей в день, из-за халатности начальника тыла 2-й Ударной армии Кресика сбрасываемые самолётами боеприпасы и продовольствие полностью не собрались. Продовольствие растаскивалось группами мародёров, шныряющих в районе сброса. Ситуация быстро ухудшалась. В отдельные дни бойцы продуктов не получали вовсе. И всё на фоне месячной голодовки до этого. Появились случаи смерти от болезней, вызванных длительным недоеданием. Вид у бойцов и командиров измученный. Дисциплина хромает. Знаков различий у старших и младших командиров нет. Красноармейцы одеты по-разному. Зимнее и летнее обмундирование перемешано. Противогазы никто не носит. Много техники брошено из-за неисправностей или отсутствия горючего. В 3 километрах северо-западнее Новой Керести в лесу по-прежнему около 5000 эвакуированных гражданских. Их костры авиаразведка воспринимает за места дислокации войск. Беженцев бомбят и расстреливают больше, чем отлично замаскированные войска.

Власов пребывал в прострации. Он думал, что после его назначения на должность командующего 2-й Ударной армии ему дадут танки, самолёты, артиллерию, многочисленные свежие дивизии, было как под Киевом и Москвой, и он станет знаменитым на весь мир спасителем Ленинграда. Но вместо этого ему не дали ничего, а общая ситуация на советско-германском фронте сделала Волховский фронт второстепенным. В результате Власов теперь сидит в болоте, а с ним 25 000 бойцов, из них 10 000 раненых и больных, и 5000 голодающего местного населения. Какие уж тут регалии? Тут бы под суд Военной коллегии Верховного Суда не загреметь за сдачу техники, людей и позиций. Хорошо хоть полевая жена-чаровница Воронова его утешала своими колдовскими ласками, да и коньяк 'три звезды' с шоколадными конфетами в 'Военторге' ещё не кончился.

3-тысячная 25-я 'ленинградская' кавдивизия подполковника Баринова, в январе-мае 1942 года успешно действовавшая в тылу группы армий 'Север' на фронте 2-й Ударной армии, и выведенная ранее на Волховский плацдарм, приступила к прогрызанию обороны у центральной просеки 'дороги жизни' с востока. Дивизия опытная. Сформирована 25 июля 1941 года в Ленинграде. В августе 1941 года принимала участие в контрударе под Старой Руссой, когда этот город и большую теорию удалось освободить. Кавдивизия при этом действовала в тылах гитлеровцев отдельными эскадронами у Дедовичей и Дно. Тогда ею командовал храбрец Гусев, ставший чуть позже командиром 13-го кавкорпуса. В конце августа Гусев провёл рейд по тылам южнее Демянска. Разгромил штаб в Майлуковых Горках. Прорывался из окружения. В октябре кавдивизия вела бои против 290-й 'рейн-вестфальской' пехотной дивизии фон Вреде, нанеся ей большие потери. Теперь эта дивизия оккупантов подыхала в окружении под Демянском. В октябре под Малой Вишерой 'гусевцы' сдерживали наступление на Тихвин, затем участвовали в разгроме войск группы армий 'Север'. В декабре вышли на Волхов, где действовали против испанской 'голубой' дивизии.

Теперь прославленные кавалеристы в пешем строю атаковали штурмовыми группами с исходных позиций, располагавшихся в 800 метрах западнее опушки. По причине малого количества людей в полку действовали мелкими группами, но вооружившись до зубов: стальные панцири, каски, ППШ, СВТ, ДП, ДШК, ПТРС, различные гранаты, бутылки КС, огнемёты, ампуломёты. Они шаг за шагом продвигались между узкоколейкой и северной просекой, которую подлецы называли просека 'Фридрих'. Среди кавалеристов находились артиллерийские корректировщики с рациями, которые передавали на свои НП данные обнаруженных целей. Оттуда командиры по телефонным линиям ставили задачи своим дивизионам. Далее производился огневой налёт или двигался огненный вал. Огневую поддержку 'ползучего' наступления осуществляли очень значительные силы: 561-го, 827-й артполки, 6-й гвардейский артполк, 8-й гвардейский пушечный артполк, 367-й армейский пушечный артполк, а также артиллерия большой мощности. Часть батареи вела окаймляющий огонь. Позиции фашистской артиллерии также штурмовали Ил-2. Задачи эскадронов таким образом сводились к занятию опустошённо территории, в удержании флагов и отражении контратак. Очень экономично с точки зрения сбережения жизней людей.

Огонь гитлеровской артиллерия 'из пушек по воробьям' оказался малоэффективным. Бомбить кавалеристов Luftwaffe не имело возможности из-за отсутствия как таковой линии соприкосновения. После нескольких попаданий бомб по солдатам Яшке, стервятники оставили эту затею, тем более, что район над деревней Мостки прикрывали ЛаГГ-3 из 160-го истребительного авиаполка и решительно вступали в воздушные бои. Здесь снова проявились преимущества советских военных лётчиков, которые имел лучшую подготовку, физическую выносливость, лучший вестибулярный аппарат и за счёт этого преимущество в маневренном бою. Стервятники Геринга, проигрывая советским лётчикам в этих данных могли действовать в основном только по схеме: напал сверху, ударил, удрал. Слабый для маневренного боя Messerschmitt Bf 109 разных модификаций годился только для этого:

Мерецков знал, что делал. Опытный и целеустремлённый советский военачальник. К этому времени, после сражения 5 и 10 июня и ежедневного 'выгрызания', общая боевая численность дивизий группы армий 'Север', действующих в 'Долине смерти', упала с 25 до 15 тысяч солдат и офицеров. Появлялся шанс на пробитие 'коридора':

Погожее утро 13 июня: В середине первого летнего месяц утро по-своему прекрасно во всех широтах необъятной России. Сильно заболоченные волховские леса не исключение. Чуть забрезжит рассвет, и всё звонче щебетание птиц. Затем сквозь густые кроны берёз и сосен робко пробиваются первые лучи. Всеми цветами радуги переливаются капли росы... Но вдруг в самый разгар этого утреннего торжества природы в уши бьют совершенно чуждые звуки - начинают стрелять гаубицы и рваться снаряды. Эту красоту нужно спасти от полчищ подлых и кровожадных капиталистов!

Многоопытная 25-я 'ленинградская' кавдивизия Баринова своими штурмовыми группами с помощью танков 7-й гвардейской танковой бригады Шнейдера продолжала 'выгрызать' оборону 1-й 'кёнигсбергской' пехотной дивизии. К сожалению конфигурация фронта не позволяла действовать никак иначе, кроме как фронтально. Под непрерывным огнём советской артиллерии крупных калибров удалось достичь рубежа в 300 метрах восточнее реки Полисть на дороге, которую подлецы называли 'просека Эрика'. 'Кёнигсбергцы' явно ослабили сопротивление. У них кончились резервы. Были, да все вышли. Навстречу кавалеристам стали попадаться отдельные бойцы и мелкие группы войск из 2-й Ударной армии. Это уже кое-что! После стольких наших неудач бойцы, да пожалуй и некоторые командиры, пали духом, но теперь настроение у всех заметно поднялось.

Кавдивизия Баринова и после 6 месяцев боёв не утратила своей организованности и мощи. Отлично распланированные палаточные лагери, аккуратно отрытые щели, в образцовом состоянии вооружение... И все это, а также штабы и тыловые службы тщательно укрыты, замаскированы. Настроение рядовых бойцов бодрое. Любой встречный красноармеец мог хорошо выражал это, даже иногда двумя словами, чужими по звучанию, но очень близкими по содержанию, понятными для каждого советского человека:

- Но пасаран!

Начальник штаба Волховского фронта генерал Стельмах требовал от Власова решительных усилий для ускорения прорыва. Но Власов пребывал в растерянности. Он не знал, как ему организовать встречный удар.

12 июня Мерецков предупредил командный состав 2-й Ударной армии от том, что в ближайшее время гитлеровцы скорее всего пустят в ход отравляющие газы. Требование носить с собой противогазы повторялось постоянно. Не только нахождение на передовой подразделений химического нападения гитлеровцев с 6-ствольными миномётами, их новые противогазы, а также предупреждения из Генштаба Красной Армии стали причиной этой тревоги. Весь ход войны говорил о том, что Wehrmacht в тупике. Его капиталистические хозяева-убийцы могут пойти на шаг отчаяния. Судя по захваченным письмам, вся гитлеровская Германия в бессильной злобе мечтала о газах. Фельдфебель Шледетер писал жене: 'Будь это в моей власти, я бы их отравил газами'. Мать пишет унтер-офицеру Доблеру: 'У нас говорят, что русских нужно удушить газами, потому что их слишком много, и слишком большое народонаселение':

По большому скоплению пехоты и танков, готовых начать атаку в районе Ольховки, нанесли удар 4 штурмовика Ил-2 под командованием младшего лейтенанта Голимбиевского из 175-го штурмового авиаполка, а также 4 бомбардировщика Пе-2 из 10-го бомбардировочный авиаполк Остапчика под прикрытием истребителей Балтфлота. Несмотря на сильный огонь зенитной артиллерии и противодействие фашистских истребителей, атакующие сделали 5 заходов для штурмовых действий. Пехота и танки гитлеровцев не успели рассредоточиться и понесли большие потери: уничтожено 14 танков, 3 бронемашины, 10 грузовиков и более 300 солдат.

Продолжался артиллерийский обстрел пехоты и артиллерии оккупантов в 'Долине смерти'. 18-я батарея 215-го артполка из дивизии Книза отправилась на погрузку в Чудово для ремонта после повреждений гаубиц при контрбатарейной борьбе.

Приближалась развязка страшного 5-месячного сражения на Волхове ради спасения Ленинграда. Воинов 2-й Ударной армии не смогли сломить ни суровые зимние условия, ни полчища захватчиков, ни голод, ни угроза смерти. Они сражались за Родину, Светскую Родину. Считанные единицы изменили присяге, хотя фашисты буквально засыпали 'дорогу жизни', соседние леса и болота листовками-пропусками в плен. Красные большие листовки, размером с тетрадный лист, содержали антикоммунистические статьи, составленные удивительно бездарно, как будто их писали для совершенно дремучих мужиков. Другие листовки - маленькие, размером с два спичечных коробка, чтобы не мог найти комиссар и можно было бы спрятать за отворот шапки или пилотки. На них изображался красноармеец, воткнувший винтовку в землю под разрывами шрапнели в духе белогвардейских плакатов Гражданской войны. Ниже шла надпись: 'Вы окружены со всех сторон! Ваше положение безнадежно! Спасайся, кто может!' На обороте шёл текст на русском и немецком языках: 'Немецкие офицеры и солдаты окажут перешедшему хороший приём, накормят и устроят на работу. Пропуск действителен для неограниченного количества переходящих на сторону германских войск командиров и бойцов РККА'.

В белую ночь на 14 июня советская авиация по-прежнему совершала частые вылеты в направлении войск Власова. Весь район Финёва Луга уже захвачен оккупантами. Остатки частей 382-й 'сибирской' стрелковой дивизии с боем вышли с востока на лесовозную дорогу восточнее отметки 40,3 и севернее просеки, которую подлецы называли просека 'Фридрих', и стали распространяться восточнее. Обороняющийся здесь 22-й моторизованный пехотный полк 20-й моторизованной дивизии Яшке оказался под угрозой окружения. В этой обстановке на КП 52-й армии, откуда все последние дни Мерецков руководил операцией по выводу 2-й Ударной армий, зазвонил телефон ВЧ. Комфронта поднял трубку:

- Мерецков слушает.

- Сейчас будете говорить с Кремлём! - мелодично произнесла телефонистка:

Похоже, что вернувшийся в Москву Василевский доложил на заседании ГКО свои наблюдения. Поэтому член ГКО Маленков сразу начал говорить Мерецкову о тяжёлом положении войск 2-й Ударной армии. Мерецков весь собрался и твёрдо ответил:

- Я прекрасно понимаю положение товарища Власова. Но и у нас не сладко, товарищ член Государственного Комитета Обороны. К перехваченным коммуникациям товарища Власова постоянно прибывают свежие части группы армий 'Север'. Их авиация прижимает наши войска к земле. У противника большой перевес в силах.

- Ждите: - сказал Маленков.

Мерецков нервно потёр лоб. Присутствующие поняли: предстоит разговор с Верховным Главнокомандующим. Все увидели как Мерецков подобрался и застыл, слушая трубку. Голоса Сталина не было слышно, но все почувствовали такое напряжение, что даже пот прошиб. Все члены Военного совета и командующие по родам войск застыли в немой позе. Авторитет Сталина в народе, партии армии являлся непререкаемым. Это человек со своими товарищами-ленинцами сверг Временное правительство, победил в Гражданской войне белых и интервентов, создал Советский Союз, его промышленную мощь и продовольственную безопасность, выковал меч Красной Армии для отражения нападения мирового капитала. Мерецков больше не возражал. Только повторял:

- Слушаюсь!.. Принимаю меры!.. Будет сделано!.. Слушаюсь!

Когда дали отбой, он молча подошёл к карте на столе с текущей обстановкой у Волховского плацдарма, долго смотрел на неё. Потом взглянул на всех и невесело сказал:

- Вот обижаетесь вы, когда я беру вас в переплёт, а побудьте в моей шкуре!

Командующий поднял с карты сине-красный карандаш 'Сакко и Ванцетти', покрутил его в пальца, положил обратно с чуть заметным шлепком и сказал решительно:

- Через час выезжаем в войска. Едут все!

Тем временем разведгруппы 374-й стрелковой 'красноярской' дивизии Витошкина, сменив кавалеристов в первой линии, вели разведку боем вдоль 'дороги жизни' до реки Полисть, выясняя расположение оборонительных сооружений, проходимость местности. Одновременно штурмовые группы 'красноярцев' уничтожали ДЗОТы и огневые точки.

Сам 44-летний Витошкин лично храбрый, знающий, кадровый командир из Курска. В армии с 19-лет - с мая 1917 года. С ноября того же года боец красногвардейского отряда. С января 1918 года в конной части Красной Армии воевал против германских войск и белоказаков Краснова. Ранен. Лечился. Потом в партизанах и в красноказачьем полку. Снова лечение. Потом на командных должностях в красноказачьем полку воевал против убийц Деникина и Врангеля, бандитов Махно. Учился в Крымской кавшколе, потом в Украинской кавшколе Будённого и на кавкурсах усовершенствования комсостава. Пройдя разные командные должности в кавалерии, как комполка освобождал от ига польских и румынских капиталистов Западную Украину в 1939 году и Бессарабию в 1940 году. Как замкомандира 215-й моторизованной дивизии в составе 22-го мехкорпуса Кандрусёва в тяжелейших условиях первых дней после вероломного нападения фашистов 22 июня 1941 года участвовал в боях у Ровно, Луцка на Западной Украине, в нанесении контрудара во фланг 1-й танковой группы фон Клейста у Дубно. Потом героическая оборона Киева на позициях Коростеньского укреплённого района и на западной окраине города. Назначен комдивом-374. В Волховской битве с самых первых дней.

Начальники родов войск и операторы штабов докладывают о состоянии подготовки к наступлению. Не всё идеально. В 4:00 ночи Мерецков, находясь на КП, спокойно произнёс:

- Пора.

Начался ураганный артобстрела позиций батальонов 43-го пехотного полка 1-й 'кёнигсбергской' пехотной дивизии Гразе и 426-го пехотного полка 126-й пехотной дивизии Лаукса в 'Долине смерти'. Эти части занимали первую линию обороны оккупантов по 'просеке Восточная', пересекающей с юга на север 'просеки Эрика' и 'просеки Дора'. После залпа 'Катюш', по горящему лесу и мечущимся в дыму фигуркам оккупантов, по ДЗОТам и огневым позициям нанесли удар бомбами и ракетами 9 штурмовиков Ил-2. Радиосвязь с I батальоном 43-го пехотного полка 'кёнигсбергцев' пропала. Luftwaffe в это время в воздухе отсутствовало. Избиение фашистов штурмовиками Ил-2 продолжалось 30 минут. Зенитки, утонувшие в дыму горящего леса, не смогли вести огонь.

Вперёд пошли 5 танков Т-34 из 7-й гвардейской танковой бригады Шнейдера с автоматчиками на броне. За ними штурмовые группы из 2-й, 374-й стрелковых дивизий, 24-й стрелковой бригады и 41-го запасного полка Волховского фронта, куда поступали командирские кадры после излечения в госпиталях. 1-я линия обороны из шести батальонов 'кёнигсбергцев' и мотострелков Яшке оказалась попросту расстреляна артиллерийским огнём, 'Катюшами' и штурмовиками Ил-2. Кто не погиб, то бежал со всех ног с криками 'Органы Сталина!' Действительно, когда вокруг начинают одновременно взрываться сотни ракет, брызгая кусочками горящего тола, и взрывы усиливаю друг друга, убивая даже без ран, то рациональное отступает в дебри подсознания.

Продвижение советской пехоты происходило вполне свободно. Брошенный в контратаку II батальон 1-го пехотного полка 'кёнигсбергцев' частью оказался перебит, частью рассеян атакой 3 танков Т-34 из 193-го отдельного танкового батальона Юнацкого. После этого танки гвардейцев под командованием капитана Дзоценидзе стали давить 2-ю линию ДЗОТов на 'просеке Крайпе'. Они ворвались на КП 43-го пехотного полка 'кёнигсбергцев' на отметке 40,5, круша блиндажи и миномётные батареи, наматывая на гусеницы телефонные провода и кишки оккупантов. Оккупанты лишились множества вооружения, боеприпасов, запасов продовольствия и питьевой воды. Расправившись с КП, танки Дзоценидзе развернулись на юг и начали 'скатывать' оборону с фланга, уничтожив 23 блиндажа, 35 огневых точек и более 100 солдат. Яшке ничего не оставалось, как завалить советские ударные группы трупами своих солдат. Он погнал в контратаку оставшиеся батальоны 1-го пехотного полка 'кёнигсбергцев'. Над полем сражения появились самолёты Luftwaffe.

Когда пехота фашистов стала пускать сигнальные ракеты в сторону танкистов, прорвавшихся к 'просеке Крайпе', которая шла поперёк 'просеки Эрика', капитан Дзоценидзе, знакомый с такой системой взаимодействия между авиацией и пехотой врага, приказал танкистам пускать ракеты от себя в сторону пехоты Яшке. В результате Luftwaffe в который раз отбомбилось по своим войскам.

Везде на позициях оккупантов в картина ужасного хаоса и разгрома. Обескровленный 43-й пехотный полк 'кёнигсбергцев' требовал срочной замены. На 'веерную поляну' около 'Долины смерти' в страшной спешке прибыли на грузовиках заново сформированные после их уничтожения I, II, III батальоны 1-го полка SS Polizei-Division. 2-я батарея 20-го артполка после уничтожения гаубиц отведена в Трубников Бор. 14-я рота 76-го пехотного полка той же дивизии расформирована - в ней никого не осталось. 20-й противотанковый дивизион потерял все 8 своих противотанковых 50-миллиметровых орудий Pak 38, оставшись только при трёх 47-миллиметровых французских Pak 181(f). 540-й штрафной исправительный батальон из-за тяжёлых потерь принял 400 штрафников пополнения.

Для того, чтобы остановить советский прорыв, подлецы применили реактивные 6-ствольные миномёты. Эти средства ведения химической войны использовались сейчас особенно интенсивно с зажигательными и фугасными боеприпасами. Красная Армия находилась в готовности к химическому нападении и могла действовать и при химическом нападении. Имелся факт применения немецко-фашистскими войсками под Керчью миномётных снарядов с отравляющими газами. На основании радиограммы Генштаба в войсках Красной Армии действовала постоянная химическая готовность. В каждом стрелковом полку имелся химвзвод для контроля химической обстановки и принятия мер противодействия и дегазации. Волховский фронт тоже принял меры по противохимической защите.

На участке южной дороги снабжения - 'просеке Дора', поперёк которой 58-я пехотная дивизия с частями 126-й пехотной дивизии и прочими силами возвели укрепрайон - та же картина погрома: танки гвардейцы атакуют с фланга и давят огневые точки, ДЗОТы, расстреливают пехоту. Сверху бьют бомбами, ракетами и пушками Ил-2. Когда уходят Ил-2 и прикрывающие их истребители, появляется Luftwaffe и начинает бомбить и своих и чужих без разбора.

Солдаты 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии начали пятиться к пересечению 'просеки Крайпе' и просеки Цезарь'. Подлецы несли большие потери, в том числе в офицерском составе. Под непрерывным артогнём тяжёлых орудий они не могли эвакуировать раненых, получать подкрепления, боеприпасы, даже просто питьевую воду. Налёты ВВС Волховского фронта продолжались. Шло непрерывное уничтожение. Хорошо! Те, кто останется лежать оскалом вниз в 'Долине смерти' уже никогда не откажется у Ленинграда!

В конце концов Яшке забросал танковую роту Дзоценидзе мясом и она попала в окружение. Отважный грузин вооружил десантников трофейным оружием и с помощью корректировки огня по рации смог удерживать позицию на 'просеке Крайпе'. Комбриг Шнейдер попытался доставить ему на танках боеприпасы, но из-за минного поля этого не получилось. Вечером Дзоценидзе вызвал огонь на себя. Две батареи 'Катюш' накрыли район, где подлецы окружили его, ураганным огнём. Десантникам пришлось отлёживаться под своими танками. После этого героический грузин вывел танки своей роты через окутанный дымом лес без потерь, вывез на броне 15 раненых и 13 невредимых мотострелков.

Тем временем бойцам 2-й Ударной армии стало не хватать патронов. Перераспределение между частями не осуществлялось. Огонь они теперь открывали только в ответ. Где возможно, старались использовать трофейное оружие, штыки, ножи, лопатки. Когда разведгруппа унтер-фельдфебеля Янушютца, состоящая из 10 унтер-офицеров и рядовых 454-го пехотного полка 61-й пехотной дивизии, перешла через Рогавку, советские бойцы их отрезали и окружили. Израсходовав боеприпасы, подлецы стали спасаться бегством. В ожесточённой рукопашной схватке пятерых оккупантов удалось убить сапёрным лопатками и забрать сахарные сумки. Советскими штурмовым группам удалось перехватить 'дорога Кольберга', по которой частично шло снабжение группировки Яшке.

ВВС Волховского фронта, невзирая на численное превосходство Luftwaffe в воздухе, действовали активно. Шла напряжённая боевая работа. Производилась перегруппировка. Управление полка, 9 лётчиков и техсостав 796-го истребительного авиаполка, передавшие 13 истребителей ЛаГГ-3, из которых 8 в ремонте, в 10-й истребительный авиационный полк, убыли на переформирование.

Мерецков продолжал подтягивать силы для пробития 'пробки' на 'дороге жизни' Власова на 3,5-километровом лесном участке от южной до северной просеки. Все соединения и части, имеющиеся в распоряжении Мерецкова, за 5 месяцев существенно не пополнялись. После тяжёлых боёв зимы-весны они имели в лучшем случае 1/2 штатной численности. Также бойцы в них имели очень разную боеспособность и боевой настрой. 1242-й и 1246-й стрелковые полки 374-й 'красноярской' стрелковой дивизии получили по два батальона из 4-й гвардейской стрелковой дивизии. Частью сил участвовал в атаках 641-й стрелковый полк 165-й стрелковой дивизии, 200-й и 261-й стрелковые полки 2-й стрелковой дивизии; 98-й и 100-й спешенные кавполки 25-й кавдивизии, остатки 24-й стрелковой бригады, 1236-й стрелковый полк 372-й стрелковой дивизии, 54-й гвардейский стрелковый полк 19-й гвардейской дивизии.

19-й гвардейская дивизия - бывшая 366-я 'томская' стрелковая дивизия за 5 месяцев тяжелейших боёв с января по июнь получила только 1000 человек пополнения, потеряв убитыми 2400 человек, а ранеными, заболевшими, пленными более 7600. Пополнение русское из Сибири, Курской и Воронежской областей. Потери артполка 'томичей' с начала января по июнь примерно 120 человек и 2 орудия. Из-за потерь в пехоте артполк передал туда часть своего личного состава, поэтому теперь в нём осталось всего 170 артиллеристов. Всё это время артполк не получал никаких пополнений.

Наиболее боеспособная и настроенная на победу 374-я 'красноярская' стрелковая дивизия полковника Витошкина. Высокую боеспособность демонстрировали также части 4-й гвардейской стрелковой дивизии. Они вышли на Волховский плацдарм ещё в мае. Тогда же вышли к Волхову 25-я кавдивизия Баранова и 19-я гвардейская дивизия Буланова.

372-я 'алтайская' дивизия Коркина имела среднюю боеспособность. Низкую боеспособность и угнетённый боевой дух имели части 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии Лукьянова, побывавшей с 10 по 12 мая по вине предателя Дикого в окружении у Спасской Полисти после попытки срезать 'Волховский рукав'. Самое плохое моральное состояние у 165-й 'уральской' стрелковой дивизии Солёного. Она недавно на фронте и первые бои для них закончилась трагически, излишними потерями, что сказалось на их боевом настрое. С ними следовало работать политрукам. Wehrmacht в таких случаях просто выдавал побольше алкоголя, препарата 'Pervitin', расстреливал парочку ненадёжных властью командира дивизии и отравлял с десяток говорливых в штрафбат.

Штаб Власова с разрешения Меркова переместился от Новой Керести, Кречно северо-восточнее Малого Замошья. Особый Отдел армии всё ещё действовал. Посты по-прежнему задерживали каждого, кто не знал пароль.


## Глава 18. Малая 'дорога жизни'. Прорыв в бессмертие


В белую ночь на 15 июня ВВС Волховского фронта сделали 73 самолёто-вылета. Для Власова сброшено 20 тонн грузов. Luftwaffe с раннего утра непрерывно бомбило и штурмовало группами по 10-15 различных самолётов боевые порядки войск на Волховском плацдарме, вторые эшелоны, артиллерию и узлы управления. Яростно бомбили переправу у Селищ, через которую шло напряжённое более обычного движение транспорта с войсками, боеприпасами, снаряжением. Полуторки, гружёные ящиками и тюками, отчаянно подпрыгивая на ухабах, непрерывным потоком шли по дороге на запад. Раскатисто громыхали орудия, которых эти скромные труженики фронтовых дорог досыта кормили снарядами, как родители-птахи самоотверженно и без устали кормят своих птенцов по весне. Наплавной пешеходный мост у совхоза 'Красный ударник' обстреливался дальнобойной артиллерией от Спасской Полисти. Снаряды рвались со страшным треском. Осколки свирепо секли кусты и траву.

КП Власова с утра подвергся бомбёжке. Нарушалась работа узла связи, ранено и убито 10 командиров штаба, тяжело ранен и заместитель Власова по артиллерии генерал Дегтярёв. Стервятники бомбили также войска 2-й Ударной армии, лагеря беженцев, технику на обочинах дорог. К полудню гитлеровцы сделали 140 самолёто-вылетов.

ВВС Волховского фронта днём совершила 68 самолёто-вылетов, из них 40 на прикрытие войск. Сбито 3 истребителя Messerschmitt Bf 109G и 1 штурмовик Ju 87 Stuka. Подбито 3 советских самолёта, экипажи спаслись. Зенитчики тоже не лыком шиты - в один приём сбили 5 Heinkel He 111. Почти из каждого экипажа захвачены пленные. При опросе командира эскадрильи обер-лейтенанта начальник разведки армии Рогов задал вопрос через переводчика:

- Как оцениваете работу зенитчиков?

Пленный сидя, забинтованной головой опершись на руку, скривил тонкие губы и презрительно улыбнулся:

- Ваших зенитчиков следует кормить соломой.

- А известно ли ему, что одновременно с его самолётом сбито ещё четыре?

- Это враньё и пропаганда! - через переводчика ответил убийца.

Рогов помедлил и приказал:

- Приведите остальных.

Ввели ещё нескольких авиаторов, и обер-лейтенант изменился в лице. С раздражением стал задавать им вопросы. Они так же раздражённо отвечали. Финал получился неожиданным; обер-лейтенант поднялся со своего места и заявил:

- Я вынужден извиниться... Ваши зенитчики заслуживают того, чтобы их кормили шоколадом.

Такова армия капиталистов: тупая, наглая, хорошо дисциплинированная, но лишённая подлинного мужества, хорошо организованная, но не имеющая внутреннего единства, снабжённая вооружением, но не идеалами, способная побеждать, но не способная победить. Конечно, имелись и в этой армии отдельные люди, мыслящие и чувствующие, но их единицы среди миллионов, божьи коровки на спине взбесившегося слона: Зенитчики на шоколад, конечно, не претендовали. Да и не имелось его. Батарейные старшины поднесли им в тот день дополнительно по 100 граммов 'московской':

Основную массу артиллерии Власова, уже оставшейся в основном без тягловой силы, вытянули на обочины дорог. Снарядов калибра 107, 122, 152-миллиметров не осталось. В наличии имелось ограниченное количество 76-миллиметровых снарядов. Имелись 37-миллиметровые снаряды для зениток. Много снарядов к 'сорокапяткам'. Обочины дорог от Новой Кересть до реки Глушица заполнил автотранспорт с запасом по полбака горючего в каждой машине с расчётом движения до Мясного Бора. Всего около 600 автомашин и трактатов различного типа. Ещё 400 неисправных автомашин горючего не имели и их сбросили с дороги. Ожесточённые бомбёжки. Из артиллеристов сформировано шесть батальных групп, хотя использовать артиллеристов как пехоту строго запрещено Сталиным. Во многих соединениях кончались патроны. Обмен и перераспределение запасов между соединениями затруднён. Голодовка войск Власова в разных соединениях началась в разное время, но в среднем, с этого дня. Многие бойцы и командиры в беспорядке самостоятельно отходили в расположение к реке Полисть, надеясь так или иначе вырваться из окружения. Заградительно-пропускной режим в тылах 2-й Ударной армии практически не осуществлялся. Благодаря этому агенты Абвергруппы-I из числа завербованных и обученных в разведшколах советских военнопленных легко проходили расположение армии насквозь в разных направлениях, собирая свежую информацию о расположении войск и штабов. Они также распространяли панику, убивали отдельных военнослужащих.

Части 61, 254, 291-й пехотных дивизий с 50 танками с утра перешли в наступление на еле передвигающиеся от голода остатки войск 2-Ударной армии со стороны Ольховка, Финёва Луга. Свежие солдаты, недавно прибывшие из Европы, отъевшиеся датской ветчиной, французским маслом и под воздействием пилюль 'Pervitin', рвались в бой - шесть батальонов пехоты при 20 танках, массе бронетехники и при поддержке авиации. Остатки 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии вынужденно отошли на линию: ручей Омутной - поляны севернее реки Трубица - Глухая Кересть. Этот рубеж заранее для обороны не готовился. Имелось только несколько ДЗОТов. Рубеж не являлся выгодным естественным оборонительным рубежом, но всё ещё не позволял подлецам проникать в тылы армии, где находилось большое количества техники и последняя авиаплощадка для У-2 у Новой Керести, Кречно. Занимали оборону и окапывались уже под огнём.

Отдельные группы откормленных подлецов, обожравшиеся 'Panzerschokolade', с пулемётами и автоматами настойчиво стремились пройти в тылы по лесам и болотам. Атаки подлецов на ручье Омутный 'дальневосточники' отбили. Для усиления Алферьев направил туда 200 бойцов из 949-го стрелкового полка 259-й 'серпуховской' стрелковой дивизии, 250 человек из стрелкового полка 'воронежцев' и 220 человек из стрелкового полка 19-й гвардейской стрелковой дивизии. Такие теперь в этих дивизиях полки.

В полосе обороны 'воронежцев', дивизия которых к тому времени численно равнялась полку, подлецы атаковали в основном в направлении на Глухую Кересть для выхода к Новой Керести, Кречно. Здесь подлецы бросили в бой также три отдельных батальона вспомогательной полиции из 'хиви' украинской национальности. Они шли в атаку с криком 'Ура!' Атка была отбита с большими потерями для украинцев.

23-я 'харьковская' стрелковая бригада занимала оборону левее 'воронежцев' по линии ручей Омутной - поляны севернее реки Трубица и Керести, постепенно отходя на восток. В бригаде оставалось 307 старших и средних командиров, 302 сержанта и старшины, 1120 рядовых - численность примерно двух батальонов. За 6 месяцев боёв бригада из 4550 человек первоначального состава, получив 1200 человек пополнение из 48, 50, 95-го лыжбатов, потеряла ранеными, заболевшими и обмороженными 3100 человек, а также убитыми и пропавшими без вести, по большей части неучтёнными ранеными, 950 человек. Оккупантам нанесены примерно такие же потери. В полосе обороны 'харьковчан' наступал по лесам полк SS Polizei-Division и два батальона 272-го пехотного полка 93-й пехотной дивизии. Они пытаясь охватывать фланги, выйти в тылы, окружать. Несмотря на постоянный натиск, фашистам ни разу не удалось прорвать оборону 'харьковчан'.

От Ольховки на Новую Кересть, Кречно наступала силами полнокровных 504, 505, 506-го пехотных полков 291-я 'прусская' пехотная дивизия и другие части, а также 454-й пехотный полк 254-й 'тюрингской' пехотной дивизии при поддержки 50 танков и авиации.

После ударов пикировщиков Ju 87 и артобстрела, в наступление на фронт 305-й 'московской' стрелковой дивизии в районе деревни Большое Замошье в направлении на Глухую Кересть перешли SS Freiwilligen 'Legion Flandern', SS Freiwilligen 'Legion Nederland', а также другие части 2-й моторизированной бригады SS. Впереди 12 танков Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV новой модификации с длинноствольными орудиями и дополнительным бронированием. В район деревни Большое Замошье подтягивались наёмники испанской 250-й 'голубой' пехотной дивизии, а также SS Freiwilligen 'Legion Flandern' и 'охранного батальона рейхсфюрера SS'.

Одновременно вдоль железной дороги толпой наступала 285-я охранная дивизия фон Плотто. Несмотря на большие, как всегда, потери своих ландштурмистов и Feldz-Bataillons 'Schuma' из бывших советских граждан, фон Плотто смог соединиться с эсэсовцами. Новая Кересть оказалась захвачена фашистами и весь участок железной дороги Новгород - Финёв Луг снова оказались в их руках. Отряды из 19-й гвардейской дивизии Буланова мало чего могли противопоставить такой массе озверевших и 'напервитиненных' войск. Удалось только навсегда уложить в этих боях оскалом в траву 250 оккупантов и предателей.

Остатки войск 2-й Ударной армии, обескровленные, изнурённые предыдущими 5-месячными боями, при недостатке снарядов, иногда даже патронов, не имея продовольствия, продолжали оказывать подлецам упорное сопротивление и наносили им ощутимые потери. Только на Ольховском направлении удалось убить 1200 солдат и офицеров, подбить 17 танков.

Штурмовые группы 382-й 'красноярской' стрелковой дивизии провели с запада сильную атаку севернее просеки 'Фридрих' у отметки 40,3. При прорыве вдоль лесовозной дороги имелась возможность отрезать 22-й моторизованный полк 20-й моторизованной дивизии Яшке. Атака к глубокому вклинению не привела, но Яшке в перепугу оттянул сюда от 'дороги жизни' два батальона.

В ночь на 16 июня советские штурмовые группы вели с востока разведку боем в районе отметки 40,5. Эта высота находилась на 'дороге жизни' в 3,5 километрах юго-восточнее Мясного Бора. В ходе последовавшей ночной атаки при поддержке танков 193-го отдельного танкового батальона штурмовые группы 25-й 'ленинградской' кавдивизии и 374-й стрелковой дивизии 'архангельцев' с востока атаковали оборону 'кёнигсбергцев' в 'Долине смерти' и снова прорвали линию ДЗОТов на 'просеке Крайпе'. При этом опять широко применялись 125-миллиметровые ампуломёт образца 1941 года с жидкостью КС. Попадание одной ампулы в амбразуру ДЗОТа гарантированно выводила из строя весь гарнизон, вызывало пожар и взрыв боеприпасов. Кроме того это оружие оказывало сильный деморализующий эффект.

Днём танки Т-34 и 260 бойцов 98-го кавполка 'ленинградцев' прорвались через позиции I и II батальонов 1-го полка SS Polizei-Division и пошли на 300 метров к высотной отметке 37,1 у реки Полисть, где их ждали передовые отряды войск Власова. Ещё 270 бойцов того же кавполка находились в 300 метров севернее, чтобы образовать северный заслон обороны зачищенной лесной территории. 320 бойцов из 100-го кавполка 'ленинградцев' прошли половину пути и находились у южной просеки в 500 метрах юго-западнее высотной отметки 40,5. Южнее упорно наступали штурмовые группы из 900 бойцов разных подразделений 165-й 'уральской' стрелковой дивизии, после смены командования действующих вполне уверенно. Атаку сопровождал огненный вал советской артиллерии. Корректировщики находились в штурмовых группах. Специальные группы телефонистов поддерживали непрерывную телефонную связь с НП артполков и дивизионов, которая дублировалась рациями. I батальон 22-го полка 20-й моторизованной дивизии Яшке оказался совершенно разбит артогнём. III батальон 24-го полка той же дивизии - уничтожен. В его боевом составе осталось 102 человека, а все противотанковые пушки раздавлены танками. В целом огонь вёлся по заявкам командиров штурмовых групп, вёлся окаймляющий огонь по флангам, велась контрбатарейная, контрминомётная борьба. Крупные скопления войск фашистов накрывали полковые залпы 'Катюш'. Обычно после этого подлецы в этой местности надолго теряли способность к организованной обороне. В такой обстановке подлецам приходилось раз за разом гнать своих солдат в контратаки на советские пули, под град снарядов и ракет, чтобы при поддержке Ju 87 вернуть себе полгектара, гектар переломанного леса. Так в 'Долину смерти' отправились из Спасской Полисти два батальона 408-го пехотного полка из 121-й пехотной дивизии 'группы Венделя'.

Пехотная дивизии Хюхнера в районе Ольховки, наступая с севера, установила локтевую связь в северо-западном направлении с 254-й пехотной дивизией. Подлецы здесь постоянно, с утра до вечера, уговаривали через громкоговорители сдаваться в плен. Особенно усердствовала рота пропаганды 'группы Венделя'. У микрофона часто появлялись бывшие младшие политруки из музыкального взвода 19-й гвардейской стрелковой дивизии Журавлёв - бывший преподаватель музыки из Томска и Епишкин - дирижёр клуба железнодорожников из Рязани. Предатели озвучивали тексты фашистских листовок. Также листовки обильно вылавливали на головы защитников Русской земли с самолётов.

Проповедники капитализма пытались убедить советских бойцов в том, что они пришли вовсе не истреблять русских и славян вообще, не для того, чтобы захватить их богатства, а наоборот, вернуть им богатства, отобранные большевиками. Они убеждали, что стоит лишь отказаться от коммунистической идеологии, принять главенство частной собственности на средства производства, и начнётся сплошное благоденствие. Это звучало странно, ведь в Первую Мировую войну кайзер Вильгельм II и император Николай II бросили свои армии в мясорубки не из-за идеологических разногласий, они оба защищали частную собственность! Ни один из них не являлся большевиком. Ни одна из 22 стран, участвующих в Первой Мировой войне, не являлась большевистской. Кровавая бойня частных собственников как всегда шла за ресурсы, рынки, территорию, торговые преимущества, контрибуции. За них капиталисты в прошлую войну убили 22 миллиона военнослужащих и ранили 23 миллионов. Такова сущность всех войн, ведущихся капиталистами. В случае с капиталистами и фашисто-расистами - гитлеровцами, вопрос стоял ещё и в намерении дополнительно уничтожать целые народы по расовому признаку: славян, русских, евреев, цыган. А как же сотни тысяч или миллионы изнасилованных советских женщин, 5200 сожжённых вместе с жителями деревень в одной только Белоруссии, массовые расстрелы, сознательно введённый голод, 60 процентов замученных военнопленных?

Варварское, скотское поведение немцев и их союзников на захваченных территориях - это совершенно обычное 'нормальное' поведение колонизаторов. Гитлеровский план 'Ост' - 'нормальный' план колонизации отсталых народов, доведённый до максимума - геноцида. Все зверства фашизма - это империалистическая норма. Сжигать сёла с людьми умели и безо всякого Гитлера. У Гашека в романе 'Похождения бравого солдата Швейка' упомянуты экзекуции в русинских землях Австро-Венгерской империи с развешиванием жителей по деревьям. Но действия других наций в своих колониях по всей планете фактически учебник для гитлеровских оккупантов.

Частные собственники Германии сильно страдали без собственных колоний и вожделели их, ведь даже ту малость колоний, что была, у них отняли другие капиталисты во Версальского мира. Ради получения колоний, как второй задачи после уничтожения рабочего движения и коммунистической партии Тельмана, частные собственники пропихнули к власти Гитлера - он предлагал им совершенно реалистический, как казалось, план создания Германской колониальной империи, не хуже, чем у англосаксов, империи за счёт славянских народов. Гитлер по сути оказался просто наёмным служащим крупнейшего германского концерна 'Farbenindustrie AG' и политической организации крупнейших частных собственников германии 'Reichsverband der Deutschen Industrie'. Скрыть это от мира невозможно. Но эту информацию надо ещё искать, а средний человек занят добыванием хлеба насущного и искать не станет.

Все передовые европейские нации и США поднялись и стали передовыми в основном благодаря завоеванию колоний, разных там индейцев, индусов и так далее, и их грабежу, а затем с помощью неоколониальной политике - тот же самый грабёж по сути, но слегка замаскированный: 'Мы мирные люди, но наш бронепоезд:' Немецким капиталистам - частным собственникам тоже хотелось грабить на постоянной основе и побольше.

С идеологическим основанием всё просто. Все нации-колонизаторы объявляли побеждённые народы и расы 'неполноценными', 'научно' обосновывали своё право их угнетать и убивать. Ничего нового в этом плане гитлеровские расисты не сочинили. Придумали 'унтерменшей', и это якобы как-то объясняло возможность и даже необходимость зверств. Ну вот, пришло время и поляков и русских назначили на роль индейцев и индусов.

К колонизаторам-немцам в этом деле примазались карликовые колонизаторы из других европейских стран, в одиночку не имеющие возможности завоевать колонии. Даже словаки и хорваты примазались, хотя сами славяне. 'Это другое!' - объяснил про них немцам Гитлер. И началось... Пропаганда, оплачиваемая частными собственниками, утверждала, что русские, белорусы, украинцы не могли так уж сильно страдать от немцев на оккупированных территориях - они же от Сталина так ужасно страдали! Так что бедой больше, бедой меньше - невелика для них беда. В общем, извращённая логика частных собственников утверждала по всему миру, что Гитлер просто хотел 'освободить русских, белорусов, украинцев от большевизма'. С евреями свои счёты, и с англичанами и французами свои счёты. Так что лучше в мировой прессе не говорить о сотнях тысяч или миллионах изнасилованных советских женщин, 5200 сожжённых вместе с жителями деревень в одной только Белоруссии, о массовых расстрелах, о сознательно введённом голоде, о 60 процентах замученных военнопленных... Нет-нет, ничего такого, только освобождение от 'сталинского тоталитаризма'. Конечно, если спросить прямо, да ещё военных специалистов, историков - они отрицать не будут. Но средний человек в государствах частных собственников об этом просто уже ничего не услышит - дело пропаганды, чтобы не услышал, а услышал ровно обратное.

Что тут скрывать? Скрывать есть что. Правд в том, что вся вина за поход на восток европейской военщины и все её поступления лежат на немецкой крупной буржуазии и их зарубежных деловых партнёрах. Причина нацизма вовсе не в том, что откуда-то появился сумасшедший фюрер, всех убедил, и народ, и промышленников, и немцы крупно ошиблись и пошли за этим фюрером, а с ними ошиблись и союзники рейха.

Правда в том, что фашизм в действительности - лишь развитой империализм, террористическая диктатура финансового капитала, обороняющаяся от развитого рабочего движения. Отсюда и проистекают все его инфернальности - начиная с массированной пропаганды и заканчивая массовым террором. Вне рабочего движения ни пропаганда, ни террор ни частным собственникам не нужны - рабочие и так безропотно идут на войну или тянут лямку в тылу. У Ремарка в романе 'На Западном фронте без перемен' очень доходчиво показано, как один школьный учитель сделал то, на что впоследствии потребовались огромные усилия Геббельса с Гиммлером, - заставил молодых людей с радостью уйти добровольцами на фронт.

Правда в том, что 'культурные', 'цивилизованные' колониальные империи даже до периода мировых войн - в сущности, тот же Гитлер. Ну а потом и подавно. Уничтожение Гамбурга - это совершенно то же самое, что удары по Ковентри, Роттердаму и Лондону, только крупномасштабнее и эффективнее. Вторая Мировая война развязана фашистским блоком на пару с западным 'англосаксонским' блоком. Ну и понятно, что громче всех про коммунизм, равный фашизму, и про Сталина, равного Гитлеру, закричали именно те самые люди, которые должны стоять в первой части равенства: Черчилль и Рузвельт равны Гитлеру, а капитализм равен фашизму.

Советские люди в тылу и на фронте в большей своей массе прекрасно понимали, что русские, белорусы, украинцы попросту вынуждены защищать своё право на существование, сильно страдая от немецкой оккупации, в плену, от угона в Германию 'цвангсарбайтеров', от организованного немцами голода. Они понимали что Великая Отечественная война не война двух одинаково тоталитарных и страшных диктаторов, причем Сталин как бы даже ещё и похуже будет, как рисовала западная пропаганда, в том числе фашистская. Весь 'сталинизм' и 'тоталитаризм' в СССР сводился к тому, чтобы быстро подготовиться к нечеловечески страшной войне, и служил для защиты народа от верного уничтожения и превращения в рабов. Сталин защищал свой народ, а не 'уничтожал' его.

Не повезло немцам и их дружкам. Подходящих индейцев, кроме поляков, они не нашли. Восточнее линии Керзона они напоролись на народ, советский народ, который находился в стадии более высокой общественно-экономической формации, чем они сами, обладал более совершенным оружием. И это советский народ их совершенно разгромил под Ростовом-на Дону, Москвой, Тихвином. И мог повторить. Не просто оказал сопротивление, как все колонизируемые народы, а именно разгромил с помощью современнейшей военной техники и отлично обученной армии вооружённого народа; кроме того, значительная часть этого народа уже вкусила плоды свободы от частных собственников, что означало жить свободными, и готова была скорее умереть, чем снова стать рабами.

- Бойцы и командиры! В освобождённых от сталинского ярма областях мы навсегда упразднили колхозный строй! Этой весной крестьяне первый раз вышли работать на своей земле! Перед ними открыта дорога к зажиточной жизни! Переходите на нашу сторону! Вас ждёт раскрепощённая от колхозов земля! - радостно вещал, словно пел предатель Журавлёв.

Где освобождённый крестьянин возьмёт семена, лошадь, сельхозинвентарь, тем более трактор и бензин, как будет убирать, транспортировать и хранить урожай, кому и по какой цене продавать, этого агитаторы не сообщали. Ищи дурака!

- С пленными мы обращаемся хорошо! С перешедшими добровольно на нашу сторону по новому приказу Гитлера обращение ещё лучше: они получают особое удостоверение, обеспечивающее им лучшее питание и ряд других льгот. Желающих работать, мы устраиваем работать по специальности! Решайтесь скорее! Штыки в землю! - вторил ему медоточивым голосом другой предатель.

Ну тут у красноармейцев имелась более актуальная информация от бежавших из плена, от партизан, местных жителей, однополчан, насмотревшихся во время зимнего наступления на следы 'хорошего обращения', а таже из советской печати. Ищи дурака!

После сеанса пропаганды над страшным, переломанными лесом, где везде лежали закопанные или слегка притопленные в болоте, а то и просто так, многие тысячи убитых немцем, русских, австрийцев, украинцев, поляков, татар, чехов, белорусов, голландцев, евреев, бельгийцев и представителей других наций и народов, звучали обворожительные довоенные советские песни 'Пароход' и 'У самовара' Утёсова, 'Песенка водовоза' Абрамова, 'Андрюша' и 'Встречи' Шульженко. Музыканты знали какие пластинки крутить, чтобы разрывалось сердце израненных, голодающих, окружённых советских бойцов и командиров при воспоминании о прекрасной мирной жизни до вероломного нападения проклятых капиталистических полчищ.

Пока клика международных банкиров и фабрикантов загоняли немцев на погибель в болота у Волхова, 16 июня новый налёт на Бремен совершили 1006 бомбардировщиков короля Георга VI и марионетки американских олигархов - президента Рузвельта. На головы немецкого населения совершенно неизбирательною сброшено 1450 тонн бомб. Над 11 гектарами деловой части города и жилых кварталов до стратосферы встало зарево пожаров, словно извергался вулкан. Так международные капиталисты, вместе с Гитлером зажегшие эту войну, зарабатывали на производстве самолётов, горючего и бомб. Заодно англичане тренировались уничтожать русские городов, когда до этого дойдёт дело, в чем они ничуть не сомневались.

Как выглядит капитализм по-настоящему? Страшно выглядит. Огонь прорывается через крыши горящих зданий Бремена и гражданского населения, образуя столб раскалённых газов высотой 5 километров и диаметром 3 километра. Этот столб подпитывается снизу более холодным воздухом. На расстоянии 2,5 километров от эпицентра пожарища за счёт тяги ветер достигал скорости 50 километров в час. В очаге пожара выворачивало с корнем деревья толщиной метр. Когда температура внутри разогретой области достигала точки возгорания большинства материалов, вся она взрывалась огнём, в котором сгорало без остатка практически всё. Не оставалось ничего от горевших веществ... Только через несколько дней земля остыла настолько, что появилась возможность приблизиться к этому району:

А дети?! Немецкие дети Бремена... Внутри их детских чистых душ жили когда-то папа, мама, песни, кошки, собаки, море, нежность, восходы и закаты, музыка и ветер. Разве они виноваты, что родились в капиталистической стране, где уставлен фашизм, где враги рода человеческого привели негодяя и подонка Гитлера? Теперь на месте их домов эти детей нет ничего. Нет и их самих. Там, где ещё вчера их души звенели детской радостью и счастьем поля развалин и мусора, перемешанного с частями разорванных и обугленных тел. Капиталисты-сатанисты торжествовали! Для них эмпатия пустой звук. Вот что делает богатство, вот почему оно должно быть ограничено. А русские дети, а польские?

Участвовавшие в этом налёте убийц американские самолёты B-24 Liberator произведены американским автомобильным, бронетанковым и авиационным промышленником Генри Фордом, сделавшим по указанию Баруха, Моргана, Рокфеллера и Рузвельта немало для подготовки гитлеровской Германии к войне. Похожий на Кощея Бессмертного Форд - личный друг Гитлера, пример фюрера для подражания для всем деловым немцам. Не терял Форд доходов и как владелец своих заводов в Германском рейхе, производящих грузовики и бронетехнику, авиадвигатели, производящие бронемашины для войск Роммеля в Африке. Формально национализированный немецкий филиал Форда Ford Werke AG во время войны управлялся тем же человеком, что и раньше, в мирное время. Такими оставались и пути денежных потоков, в том числе прибыли.

Wehrmacht получал от Форда внедорожники Ford Typ EG, 3-х тонные грузовики Ford G917 с газогенераторной установкой, грузовики Ford V 3000, 2-тонные полугусеничные машины 'Maultier' специально для Восточного фронта. Wehrmacht получил от американца около 50 000 грузовиков - V3000 и G917. Из всех 3-тонников Гитлера грузовики Форды составляли 60 процентов. Сталину такой ленд-лиз и не снился: В то же самое время бомбардировщики B-24 Liberator Форда испепелили немецкий народ. При этом портрет Форда стоял у фюрера на рабочем столе в мюнхенской квартире. Ласковый телок двух маток сосёт. Пример Форда - общая схема работы сатанинской частной собственности - ядовитого жала капитализма. Все международные банкиры и промышленники действовали так же. Кем тогда были простые немцы во 2-й Мировой Войне после этого? Пушечным мясом, при проворачивании которого через мясорубку войны с помощью частной собственности, капиталисты извлекали для себя лимузины, яхты, виллы, гаремы, скаковых лошадей, роскошную жизнь и власть. Только капитализм при помощи частной собственности мог организовать такую массовую бойню. Очевидно - капитализм - преступное сообщество! Частная собственность - состав преступления.

Мощь двух сверхдержав - США и Великобритании обеспечивали господство в воздухе над территорией Германии. Такого Германия не могла добиться на Восточном фронте даже в самые победные месяцы после вероломно нападения. Показатели за 1941 год совокупного ВВП США и Британской империи втрое превосходили ВВП Великогерманского рейха. При этом ВВП в 1941 году СССР втрое процентов было ниже гитлеровского с союзниками, а в 1942 году ещё и упало на 20 процентов. Допусти в такой ситуации массовое уничтожение жизненной силы немецкого народа на Восточном фронте и в тылу, сохраняя такую ситуацию для выгоды немецких и иностранных капиталистов, Гитлер, если и был вождём немецкого народа, то вождём, действующим против интересов большинства немецкого народа. Надо тут вспомнить, что простой немецкий народ не выбирал Гитлера. Он пришёл к власти путём правительственного переворота, когда президент республики по указанию крупнейших капиталистов отказался от своей законной власти в пользу Гитлера. Уже имея власть, Гитлер уничтожил конкурирующее партии, коммунистов, закабалил немцев с помощью различных психо и социотехнологий до состояния бездумных рабов, довёл страхом и ложью до психопатического состояния, силой погнал под пули и бомбы трёх сильнейших государств планеты. После массового убийства бомбами и пожарами немцев в родных городах, немецкие солдаты на Восточном фронте вообще переставали признавать человечность и гуманность за что-то стоящее на планете. Они и раньше продали душу злу, а теперь вообще осатанели. Что капиталистам и требовалось.

В условиях белых ночей, когда тёмного времени кот наплакал, советская транспортная авиация теряла самолёты и отважных лётчиков, но продолжала самоотверженно перебрасывать 2-й Ударной армии продовольствие, боеприпасы, медикаменты. В ночь на 17 июня на штаб Власова сбросили 70 килограмм сухарей. Погода хорошая. Почти безоблачно. Уровень воды в реках наконец-то стал ощутимо падать; земля быстро высыхала. Топкие места сохранялись лишь в лесах. Мерецков по-прежнему находился на Волховском плацдарме.

Танки батальона Юнацкого, сменяя друг друга, пользуясь почти полным отсутствием теперь у гитлеровцев в 'Долине смерти' противотанковых средств, разъезжали перед их позициями, и как в тире расстреливали огневые точки и ДЗОТы, после чего отъезжали обратно на 200 метров для пополнения горючего и боеприпасов. На местности оставалась ждаться танки советские пехотинцы. Шло соревнование: что быстрее закончится - фашистские солдаты или советские снаряды. Каждый Т-34, выходя в бой, имел 100 осколочно-фугасных снарядов, 50 пулемётных дисков на 3150 патронов, ППШ, 4 магазина к нему и 25 ручных гранат 'Ф-1'. Разложил товар купец: В результате 'прогрызания' танками Юнацкого обороны, 'пробка' на 'дороге жизни' Власова сократилась в глубину до 500. В результате артобстрелов немецкие роты на этой голгофе сменялись каждые 6 часов, теряя более половины своего состава убитыми, ранеными и исчезнувшими при прямых попаданиях снарядов 'Кувалд Сталина':

Наконец у гитлеровских генералов в 'Долине смерти' солдаты начали кончаться быстрее, чем они успели завезти новых. Все части 'группы Яшке', кроме I и II батальонов 90-го полка 20-й моторизованной дивизии, обескровлены и пригодны для обороны очень условно. I и III батальоны 408-го пехотного полка 126-й пехотной дивизии только что пополнены пятый раз за месяц, но снова не готовы к боям в полной мере. В третий раз сформированный 540-й штрафной батальон имел неподготовленных солдат и не боеготов. Очень много солдат пропало без вести - примерно 15 процентов от числа убитых. 2, 5, 6-я малые автоколонны NSKK расформированы из-за потерь. Тяжёлое противотанковое вооружение не применялось из-за сложной местности. У войск оккупантов на периметре окружения Власова у дела идут куда лучше. Наступая с запада и севера на Новую Кересть, Кречно 254-я и 61-я пехотные дивизии установили между собой локтевую связь.

В белую ночь на 18 июня, уже пятую ночь подряд, советские самолёты сбрасывали продовольствие, патроны, снаряды для 'сорокопяток' и 'полковушек' южнее Новой Керести, Кречно. Сброшена почта. Многих адресатов уже нет в строю.

2-я Ударная армия, называлась армией и имела армейскую структуру, но по численности в первой половине июня 1942 года равнялась двум дивизиям, отягощённым массой армейского имущества, ранеными и толпой беженцев. Из бойцов и командиров половина - ослабленные и раненые. Власов ознакомился с положением дел в 19-й гвардейской стрелковой дивизии. Через 5 месяцев боёв дивизия имела в ротах всего по 15-20 человек, из них 1/2 - командиры и политруки. Дивизия фактически неполный сводный полк 1,5-тысячного состава из командиров и политсостава. Из бойцов остались в основном обозники. На батальон в 200 человек приходилось по 4 миномёта, 8 пулемётов ДП, в том числе трофейные MG 34, несколько 'сорокопяток'. Мин для миномётов около 700 штук на батальон. Бойцы получили на 4 дня по 1600 граммов хлеба и 1000 граммов сухарей. Командиры получили дополнительно по 4 банки кильки.

В белую ночь на 19 июня советская артиллерия подвергла оборону в 'Долине смерти', скопления войск захватчиков на её северной и южной границе, огневым налётам силами до артполка при участии ещё двух тяжёлых и четырёх лёгких гаубичных артдивизионов. Всего один за другим последовали 9 огневых налётов по 250-300 снарядов в каждом. После этого ещё один огневой налёт всеми батареями по командным пунктам, гитлеровским батареям, чтобы нарушить систему связи и боевого управления, подавить ответный артогонь.

В атаку с востока пошли двумя эшелонами 12 средних танков Т-34 и 5 лёгких Т-60 из 29-й танковой бригады подполковника Клименко, штурмовые группы 25-й кавдивизии Баринова. В резерве Клименко ещё 6 танков Т-34. Вдоль узкоколейки атаковали 7 танков Т-34 из 7-й танковой бригады Шнейдера и штурмовые группы дивизии Витошкина. Железный кулак. С востока пошли в атаку танки Т-34 и Т-60 из 166-го отдельного танкового батальона, штурмовые группы 46-й стрелковой дивизии, 25-й и 57-й отдельных стрелковых бригад.

В ходе советских атак шло артиллерийское сопровождение наступления - сильный и корректируемый огонь с помощью сопровождавших стрелков передовых наблюдателей. Также проводились новые огневые налёты. Расход боеприпасов определи на сутки в 9500 выстрелов. Так приказал вести наступление Мерецков и следи лично за те, как выполняется его приказ.

В 500 метровой 'пробке' на дороге жизни оккупантам приходилось иметь такую плотность войск, что почти каждый советский снаряд, мина или бомба находили в разбитом заболоченном лесу свои жертвы. Позиции оккупантов оказались сильно разрушены, сосредоточенным там войскам пришлось рассредоточиться, из-за чего сила их контратак снижалась. Подлецы вводили в сражение всё новые и новые части и подразделения, которые как на конвейере уничтожились артогнём и танками. Из-за плохой погоды вызванные Ju 87 не прилетели. Это адово место оккупанты назвали 'просека Эрика'. Советские штабы называли 'северная дорога'.

КП 1-го полка SS Polizei-Division уничтожен. I батальона этого полка разрезан. Одна его часть осталась на месте и окружена, другая отошла на юг. Эсэсовцы уничтожаются. В тыл I батальона 22-го полка 20-й моторизованной дивизии прорвались советские танки и 200 автоматчиков с ППШ. Танкам Клименко удалось сблизиться с танками Шнейдера на 200 метров. Ещё чуток поднажать! Исход сражения решает последний батальон! По распоряжению Мерецкова на усиление кавдивизии Баринова выдвинулся 244-й кавполк 87 кавдивизии 13-го кавкорпуса. Кавалеристы - элита Красной Армии. Они заметно превосходили обычную пехоту по физической подготовке и боевому духу. Во многом благодаря их выдержке и боевому мастерству удалось за неделю 'прогрызть' оборону трёх фашистских дивизий. Но преодолеть последнюю преграду пока не получалось. Тогда в бой включились малочисленные, но очень опытные подразделения 58-й стрелковой бригады и 4-й гвардейской стрелковой дивизии: 'панцирники', автоматчики, сапёры.

И вот свершилось! Оборона гитлеровцев в 'Долине смерти' треснула и распалась как трухлявый пень. Остатки её разлетелись в разные стороны. В 17:00 после многочасового боя 11 танков Т-34 из 29-й танковой бригады с десантом автоматчиков окончательно уничтожили 200-метровую 'перемычку' между южной и северной группировками гитлеровцев в 'Долине смерти'. На реке Полисть танки Клименко соединились с боевыми группами 46-й стрелковой дивизии, отрядами 25-й и 57-й стрелковых бригад из армии Власова. Молот войск Волховского фронта всё-таки расплющил перемычку фашистов о наковальню армии Власова. За танками в прорыв вошли штурмовые группы 25-й кавдивизии. Вместе с танками они добили ДЗОТы между центральной и южной просеками.

Оккупанты отхлынули, растворились среди переломных деревьев 'Долины смерти' даже не успев со своих трупов отломить половинки номерных алюминиевых медальонов. 'Кёнигсбергцы' валялись здесь вперемешку с 'гамбургской' мотопехотой Яшке, эсэсовцами-полицейскими со всей Германии и Австрии, и штрафниками, у которых на жетонах была пробита вообще 'карта мира' со всей группы армий 'Север'. Попадались и совсем уж экзотические части, вроде 165-й резервной пехотной 'кишечной' дивизии из больных гастритом, колитом и запорами. Жалкие остатки I батальона 1-го пехотного полка 'кёнигсбергцев' и I батальона 22-го пехотного полка той же дивизии в беспорядке отошли на север. Командир полка Толсдорф тяжело ранен в голову.

В 17:30 три танка бригады Клименко перешли Полисть, заваленную трупами оккупантов, и соединились со штурмовыми группами 1-го батальона 314-го полка стрелковой дивизии Чёрного из армии Власова. Возник свободный от врага 'коридор' в 300-400 метров шириной и длиной в 900 метров вдоль центральной просеки, где проходили жердевая дорога и узкоколейка. Для удержания 'коридора' штурмовые группы согласно плану развернулись фронтом на юг и на север, заняли боевые участки вдоль жердевки и узкоколейки. Танки расположились среди пехоты как опора для этих тонких красных линий. Хотя 'дорогу жизни' вслепую, но насквозь простреливала артиллерия и пулемёты фашистов, но это уже победа.

Из окружения по 'дороге жизни' сразу эвакуировали свыше 2000 тяжелораненых бойцов и командиров, пошли на выход части 46-й стрелковой дивизии, 57-й стрелковой бригады, 53-й стрелковой бригады. Из-за упущенного контроля за ситуацией со стороны Власова, вместо закрепления 'стенок' 'коридора' вдоль 'дороги жизни', пробивавшие его соединения 2-й Ударной армии продолжили движение на выход, увлекая за собой и части подошедшие с востока. В результате оказалось, что 'коридор' восточнее Глушицы обороняли только 11 танков и около 900 автоматчиков, при помощи заградительного огня артиллерии по лежневым дорогам из 'Волховского рукава', через которые подходили войска подлецов к 'веерной поляне', где они накапливались перед новой атакой.

Западнее реки Полисть оборону стенок 'коридора' окруженцы как следует не организовали, хотя у Глушицы располагались остатки 46-й стрелковой дивизии, остатки 57 и 53-й стрелковых бригад, сводный полк из 1000 легкораненых и 8 танков Т-60. Начштаба Власова полковник Виноградов ложно информировал Мерецкова об этом. Там действовали лишь разведдозоры. В результате локтевой связи между войсками с запада и восток при образовании 'стенок' 'коридора' не возникло. Это провоцировало подлецов на нанесение здесь контрудара.

Из-за авианалётов и артобстрела выход и вывод матчасти проходил с большим трудом. Бомбы и снаряды разбивали грузовики, уродовали трактора, повреждали гать. В результате возникали баррикады на пути эвакуации техники. Люди а плацдарм пройти могли, даже находили среди покорёженной техники укрытие от осколков, но сотни грузовиков с имуществом и вооружением оказались заперты в пробке.

Остановиться на достигнутом - смерти подобно. Новые атаки советских штурмовых групп и огневые налёты артиллерии окончательно сломили сопротивление дивизий оккупантов и расширили 'дорогу жизни' до 700 метров. Под аккомпанемент окаймляющего 'коридор' артогня советской артиллерии и залпов контрбатарейной борьбы, эвакуация раненых продолжалась. По дороге с деревянным настилом начали также вывоз вооружения. Вдоль дороги толпой по лесным дебрям пошли беженцы. Для окруженцев доставили значительное количество продовольствия лошадьми и носильщиками. Порадовали посылки из братской Монголии. В посылках оказались чудесные папиросы. В землянках и на позициях повис ароматный дым. Настроение окруженцев заметно улучшилось. Движение не прекращалось ни на минуту. В сатанинской злобе гитлеровцы бросились бомбить и обстреливать 'дорогу жизни'. Но стоило пикировщикам улететь, а артиллерии и миномётам сделать передышку, как дорога жизни мгновенно оживала. По ней снова спешили грузовики, торопливо шагали лошади, по обочинам двигалась пехота. К сожалению, западная часть узкоколейки в середине 'коридора' переходила с центральной просеки на северную просеку, всё ещё занятую подлецами, поэтому вывозить имущество матчасть артиллерии по железной дороге по-прежнему не получалось.

В это время, после массированного налёта авиации и артиллерии, от Большого Замошья на север на правый фланг 305-й 'московской' стрелковой дивизии, в направлении 'дороги жизни', перешла в наступление 'группа Хоппе': 232-й охранный полк 285-й охранной дивизии, наёмники SS Freiwilligen 'Legion Flandern', сводный батальон 20-й моторизованной дивизии, III дивизион 126-го артполка, батарея 20-го моторизованного артполка и наёмники 250-й испанской 'голубой' дивизии.

У военного городка Муравьи 'москвичей' атаковали бельгийцы и испанцы. В упорнейших оборонительных боях отличилась 5-я батарея майора Доброва из 830-го артполка. 'Москвичи' с первого залпа накрыли батарею 6-ствольных миномётов, чем сразу решили исход боя в вою пользу. Потеряв в 'мясных атаках' более 450 человек убитыми, наёмники отхлынули. Более того, после контратаки 'москвичей', бельгийцы и испанцы впали в панику и позорно бежали. 200 бельгийцев оказались окружены в Малом Замошье. Гитлеровцы сразу же принялись снабжать их продуктами и боеприпасами, сбрасывая контейнеры на парашютах. По воле ветра кое-что доставалось и 'москвичам'. Но в целом положение с продуктами складывалось драматическое. В последние дни героические люди ежедневно получали от 80 до 150 граммов сухарей, дополняя это варёной кониной, супом из травы-кислицы и щавеля. Только танкисты у 'дороги жизни' ещё получали более-менее сносный паёк, и даже водку.

Части 2-й моторизованной бригады SS и 285-й охранной дивизии, всего около 7500 человек, после мощной артподготовки навалились на 300 бойцов 1098-го стрелкового полка майора Беденкова из 'воронежской' дивизии Антюфеева. Голландские и немецкие фашисты лезли по своим трупам сплошным потоком как крысы из затопляемой канализации. Сколько не убивали их, сколько не стреляли, не бросали гранат, сколько не взрывали огневых фугасов с КС, сколько не били их штыками и лопатками, подлецы не кончались. Они прорвались к КП Беденкова. В страшном бою осталась строю лишь семеро 'воронежцев' вместе с командиром. Гвардии генерал Антюфеев лично привёл им на помощь отряд бойцов и приказал Беденкову прикрыть отвод остатков дивизии. Майору удалось каким-то воинским чудом, за счёт высочайшей подготовки бойцов и командиров, остановить атаки эсэсовцев и 'охранников'. Захлебнулись они тут своей чёрной зловонной кровью...

В ночь на 20 июня кавалеристы Баранова, стрелки храбреца Коркина и танкисты Шнейдера продолжали уничтожать остатки батальонов фашистов вдоль 'дороги жизни'. Три танка Т-34 под командованием младшего лейтенанта Дьяченко из 2-го батальона 7-й танковой бригады провели разведку боем и выявили пулемётные и орудийные огневые точки вдоль узкоколейки. После того как артиллерия и миномёты провела огневой налёт и уничтожила эти огневые точки, танки Дьяченко ворвались на позиции 1-й пехотной дивизии и начали утюжить миномёты, пехоту, склады, наблюдательные пункты и командный пункт. Всего в рейде убито более 100 оккупантов. Захвачены трофеи, в том числе телефонные аппараты и рации. Одна исправная. Ширина 'дороги жизни' увеличилась до 1000 метров, включая в себя узкоколейку, лежневую гать и жердевую дорогу. Военные строители под миномётным обстрелом приступили к ремонту гати.

С утра подлецы начали контрнаступление во фланги и тыл 24-й 'харьковской' стрелковой бригады с севера и юга у реки Полисть вдоль просеки у отметки 40,5. Все контратаки отбиты ждущими здесь эвакуации подбитым танками Т-34 и артогнём. Фашисты понесли большие потери и отхлынули. Но 'харьковчане' двигаться вперёд для расширения 'дороги жизни' не смогли. Огневые удары нанесла артиллерия оккупантов - около 120 орудий. В ответ советская артиллерия повела шквальный огонь всеми калибрами, перемежая его ураганными налётами из 'Катюш'.

Только собрав большую массу пехоты, подлецы шестью батальонами с север и тремя батальонами с юга, а также другими подразделениями, всего около 10 000 человек - примерно дивизия, с помощью 'мясного штурма' оттеснили малочисленные заслоны вдоль реки Полисть у отметки 40,5. Военные строители бросили ремонтные работы и разбежались. Под сильнейшим артогнём линии связи оккупантов нарушились, никакой точной картины боя они не имели. Их продвижение происходило под ураганным огнём советской артиллерии и налётами штурмовиков Ил-2. Соединившись у отметки 40,5 в ревущем и горящем лесу, наступавшие с север и юга батальоны заняли свои старые ДЗОТЫ. На участке протяжённостью 300 метров 'дорога жизни' снова перерезана. Из-за сильнейшего артогня раненых выносить не получалось. Они умирали прямо на глазах у в общем-то равнодушных к этому офицеров, унтер-офицеров и накаченных препаратом 'Pervitin' солдат. Выносить пытались лишь офицеров, что являлось целой отдельной военной операцией, так как вокруг действовали небольшие группы красноармейцев. В любую минуту из-за любого дерева могла прилететь граната, зажигательная бутылка, резануть по носильщикам-'хиви' очередь из ППШ. Невзирая на остающиеся в их тылу советские танки и стрелков, гитлеровцы сразу же попытались расширить 'пробку'.

С запада на 'дорогу жизни' вышли 11 танков Т-34 из 29-й танковой бригады, которые в предыдущий день с десантом автоматчиков пробились к Власову. Танки поддержали атаку штурмовых групп 46-й стрелковой дивизии. Огнём с места танки заставляли пехоту оккупантов вжиматься в землю, не давая расширить прорыв. Последовал налёт Ju 87, но результата не принёс - 'пробку' подлецам расширить не удалось. Ответные налёты проводили 9 штурмовиков Ил-2 из 569-го штурмового авиаполка Заклёпы. Этот полк с сегодняшнего дня начал боевую работу в составе 1-й ударной авиагруппы. Его задача уничтожать живую силу и технику у 'дороги жизни', бомбардировать, штурмовать автоколонны и подходящие по 'Волховскому рукаву' резервы. Советские части обозначали передний край ракетами. Выкладывали полотнища. На переднем крае также действовали авианаводчики из штаба ВВС Волховского фронта с рациями.

Вот ведущий группы Ил-2 свалился на крыло и с разворотом пошёл на цель в пологом пикировании. Одновременно два Ил-2 как коршуны устремились на зенитки, которые били с 'веерной поляны', и заткнули их пусками РС и пулемётно-пушечным огнём. Поэтому при работе по целям противодействие уже оказалось небольшим. С высоты 600 метров на захватчиков из ведущего Ил-2 полетели бомбы. На высоте 500 метров ведущий вышел из пикирования и встал в хвост последнему группы, замыкая круг. Всё внимание на поиск цели. Круг отработан очень чётко. Обратно Ил-2 ушли на бреющем и маневрируя. Попали хорошо - настроение повысилось. При отходе зенитки снова оживились. Над своей территорией штурмовики не маневрировали. Это опасно. Свои могли врезать... Общие потери наступающих при новом перекрытии 'дороги жизни' оказались чудовищными - более 3000 солдат убитыми, ранеными, пропавшими без вести.

Несмотря на всё усилия, эвакуация войск Власова снова прервалась. Ремонт дорог от Полисти на Мясной Бор приостановился. Западнее 'дороги жизни' осталось около 20 000 человек из войск 2-й Ударной армии. Это как 1,5 численности стрелковой дивизии по штату No.04/200 - 12 795 человек. Но за их вывод Мерецков продолжал напряжённую борьбу. Власов и член Военного Совета Зуев всё ещё ездили на своих легковых машинах по расположению войск, в основном к Глушице, где располагались части, ведущие бои за 'дорогу жизни'. Генералы выглядели вполне браво, создавая у бойцов и командиров полную уверенность в том, что окружение удастся прорвать. Воронова по-прежнему позволяла себе капризы и интриги.

Шансы на успех имелись действительно неплохие. Немцы явно выдохлись. Ударная группа Власова, продвинувшись за реку Глушица на восток, находилась у Полисти, местами на 100 метров перейдя её, хотя дальше продвинуться не получалось. В бой пошли подкрепления, в частности 300 бойцов 18-го артполка РГК, исчерпавшего боеприпасы - столько осталось в строю за 5 месяцев боёв от первоначального состава в 1200 человек. Теперь они пехота. 16 оставшихся исправных орудий разобрали, стволы отдельно, лафеты отдельно. Погрузили на платформы полевой узкоколейной железной дороги, чтобы в случае прорыва вывезти их к Мясному Бору.

Вместе с атаками на 'дорогу жизни' начали наступать на центр расположения войск Власова с юга подлецы из 'группа Хоппе': разведбатальон и III батальон 262-го полка майора Рамиреса-де-Картахена из испанской 'голубой' дивизии, бельгийский батальон Буркса и немецкий батальон 'Valentin', артиллерия, танки, сапёры, противотанкисты. Хоппе имел приказ установить связь с соединениями Гуррана, наступающими с севера на Новую Кересть, Кречно.

Из 1000 человек 22-й 'харьковской' стрелковой бригады, занявших оборону на южной просеке у Большого Замошского болота три недели назад, осталось в строю всего 200. Из тяжёлого вооружения 4 миномёта калибра 82 миллиметра и один 50-миллиметровый миномёт. На каждый ствол всего по 10 мин. В артдивизионе 4 'полковушки' без снарядов. 'харьковчане' сопротивлялись умело и яростно, подходящим случаю украинским упрямством, нанося откормленным убийцам большой урон. Прорваться к Новой Керести, Кречно подлец Хоппе не смог, но деревню Малое Замошье занял.

Примерно в 1,5 км северо-западнее Большого Замошья оборонялась от подлецов из Испании и Голландии 305-я 'московская' стрелковая дивизия. Перед их позициями добротные проволочные заграждения и минные поля. Всего в дивизии осталось к этому дню в строю 800 стрелков. Но и враг не на прогулке оказался. В результате двух недель боёв численность голландского отребья из легион SS Freiwilligen-Verband Legion 'Niederlande', к примеру, упала с 2400 до 1197 солдат и офицеров. Это ещё командиры 'москвичей' призывали беречь патроны и открывать огонь только с 50 метров. Но случись танковая атака - не устоять. Положение очень тяжёлое. На оставшихся имелось 230 килограмм драгоценных сухарей и 82 килограмма горохового концентрата. Установленная норма в сутки - 50 грамм сухарей и 17 грамм концентрата на рядового бойца. Остальное - подножный корм: конина и суп из крапивы. Даже несчастный ребёнок в ноябре в осаждённом Ленинграде получал 125 граммов хлеба, и ещё другие продукты. А здесь взрослый мужчина в условиях лесных боёв 50 грамм! Из-за нехватки чистой пресной еды в последнее время многие болели дизентерией. Пулемётов хватало, так что на испанцев и голландцев управа имелась. Патронов для стрелкового оружия у 'москвичей' пока достаточно. С воздуха им сброшено 80 000 винтовочных патронов и 6000 для ППШ, однако артиллерийских снарядов нет ни одного.

Немногочисленные советские подразделения, истекая кровью, дрались героически, прикрывая 'дорогу жизни'. Мерецкову всё труднее 'наскребать' бойцов для боёв за 'дорогу жизни' Власова. Дивизии и бригада Волховского фронта, собранные для освобождения и удержания 'дороги жизни' в своём боевом составе насчитывали: 165-я 'московская' дивизия - 4000 человек, 191-я 'ленинградская' - 2800 человек, 259-я 'серпуховская' - 4800 человек, 267-я 'белгородская' - 5600 человек, 374-я 'красноярская' - 4000 человек, 376-я 'кузбасская' - 4700 человек, 377-я 'челябинская' - 4000, 4-я 'белорусская' гвардейская - 5000, 56-й гвардейский стрелковый полк - 1500 человек, 24-я 'вологодская' гвардейская дивизия - 4500 человек, 25-я 'ленинградская' кавдивизия - 2000 человек, 24-я 'харьковская' бригада - 1500, 58-я 'оренбургская' - 1800... Эти соединения почти 5 месяцы не получали полноценного пополнений. Даже их легкораненые отправлялись теперь в резервные армии, которые собирала Ставка ВКК на юге, поскольку главные события 1942 года намечались именно там. Где же мог Мерецков взять людей? Боеспособность и настрой на борьбу собранных на Волховском плацдарме к востоку от 'дороги жизни' соединений разнились.

Долгое время не выходящие из боёв войска вымотаны. В экстремальных условиях: физическое перенапряжение, недоедание и недосыпание, атаки и контратаки, артиллерийские и миномётные обстрелы, вид убитых, страх смерти - у бойцов появляются лёгкие галлюцинации, состояние 'очумелости' в разных формах. Происходящее воспринимается как бы сквозь сон. Голоса людей рядом доносятся издалека; слышится гул самолётов тогда, когда их нет; освещение в лесу кажется загадочным, как в сказке, деревья выглядят непривычно высокими... Нить событий - откуда, куда и зачем - вырисовывается смутно. Движения руками и ногами наполовину автоматические. В отдельных редких случаях 'очумелость' принимает острую форму и переходит во фронтовой психоз - маленько свихивались парни. Людей с тяжёлыми нервными срывами отправляли в медсанбат.

У оккупантов схожая картина. В одном взводе 1-й 'кёнигсбергской' пехотной дивизии солдаты отказались идти в атаку в лес, заваленный трупами немцев в несколько слоёв. Не помогли уже ни бутылки шнапса передач боем на каждого, ни 'Pervitin'. Когда унтер-офицер начал солдат привычно избивать и оскорблять, угрожая пистолетом, один из солдат его застрелил, а остальные его не выдали подоспевшим фельджандармам. В атаку взвод пошёл только после очереди над головами из пулемёта. Убийца унтер-офицера погиб в бою, и делу не дали ход, тем более, что от взвода остались только раненые. Однако:

Советская артиллерия вела по подлецам сильнейший огонь, временами переходящий в ураганный. Силы защитников 'дороги жизни' таяли. Они выбывали по ранению, гибли, пятились к центральной просеке. Группа армий 'Север' продолжала заваливать советских героев пушечным мясом. Имела возможность. После нескольких разгромных боёв, штаб группы армии 'Север' начал отвод части обескровленных батальонов 'голубой' испанской дивизии' в район Сиверской, Сусанино, Вырица, Большое Лисино для отдыха и переформирования. Туда уже прибыли новые наёмники из Испании. Первоначальный состав дивизии состоял из идейных противников коммунизма, нуждающихся в деньгах. Пополнение же состояло в основном из мелких уголовников, искателей приключений, авантюристов и случайных людей. Многие завербовались из карьерных побуждений: за службу в России обещали повышение на два звания, обещали сделать 'новой элитой', дать работу на госслужбе. Но главный мотив - деньги. Каждый наёмники 'голубой' дивизии получал при подписании контракта сразу 100 песет, а семья наёмника сразу начинала получать 8 песет в день. В благословенной, казалась, солнечной Испании свирепствовала жутчайшая безработица. Даже в богатом Мадриде суточный заработок самого квалифицированного строительного рабочего составлял 9 песет, пекаря - 10 песет, доход владельца небольшого магазинчика - 10-20 песет. Рядовой наёмник получал в месяц 60 рейхсмарок - примерно 180 песет! Очень неплохие деньги, особенно для испанской глубинки.

В белую ночью на 21 июня три танка Т-34 из 1-го батальона гвардейской бригады Шнейдера, проутюжив позиции оккупантов у реки Полисть, прорвались к Власову, чтобы поддержать действия его войск. Теперь у Власова имелось 8 танков Т-34 для атаки с запада.

В штабе Мерецкова никто не спал. Приказ Сталина прорваться к Власову - не шутка. Штабу артиллерии Волховского фронта и отделу артснабжения пришлось изрядно понервничать - боеприпасы прибыли по железной дороге с опозданием, и потребовалось немало изворотливости, чтобы своевременно доставить их на позиции. Большое значение придавалось уяснению в войсках сигналов открытия, прекращения и переноса огня. Все чувствовали ответственность перед родиной и народом, от чьего имени приказывал Сталин, за исход предстоящего сражения.

Красноармейцы по об стороны 'дороги жизни' собирались основательно, как на последнюю смертельную битву, как на Поле Куликово, Бородино. Всё бесполезное в бою: сидора, противогазы, гранатные и полевые сумки сдавали старшинам. Лишь сапёрные лопатки оставляли при себе 'на всякий случай'. Некоторые бойцы, снабжённые стальными нагрудниками, оставляли сапёрные лопатки у себя за поясом, прикрывая область живота от излётных осколков и холодного оружия. Кроме того, на пояса цепляли финку с резиновой рукояткой, флягу. Кто-то брал на спину трофейные ножницы для резки ключей проволоки. Чтобы не стеснять движений, гранаты и магазины с патронами перекладывали из штатных сумок в карманы или за пазуху. Некоторые бойцы имели самодельные 'лифчики' из парусины, куда умещались два магазина от ППШ и до 4-х 'лимонок'. Гранаты предпочитали Ф-1 за их безотказность, но за неимением брали трофейные 'колотушки' или 'яйца'. РГ-42 считали ненадёжными, РГД-33 - куда лучше, но тяжеловаты и места много занимали. Трофейные автоматы особо не брали - отказывали они. Брали трофейные карабины с 'мортирками' для метания нарезных гранат. Они били довольно точно и давали мощный разрыв. Больше всего в штурмовых группах ценили винтовки СВТ - автоматический огонь, штык и деревянное ложе в случае рукопашного боя вещи крайне полезные.

Очень охотно использовали бутылки КС. Удачно брошенная бутылка делала позицию врага малопригодной в качестве огневой точки на срок, достаточный, чтобы нескольким бойцам перебежали до нового укрытия или сблизились на пистолетный выстрел. Станковые пулемёты 'Максим' и ДШК в боевые порядки не брали - тяжело и хлопотно. Они поддерживали наступающих огнём в первом ударе с исходных позиций. Брали противотанковые ружья, которые использовали, чтобы сбивать огневые точки на манер крупнокалиберных снайперских винтовок. Снайперы работали парами, точнее, со вторыми номерами, попеременно ведя огонь, давая напарнику время для выбора новой огневой точки.

Огнемётчики вместо специальной 'огнеупорной маски' брали маски от противогазов. Если огнемёты работали не с вязкой специальной огнесмесью, а обычным лёгким раствором из бензина, да ещё если воздух на исходе, а работать приходится при встречном ветре, огнемёты могли обдать самого 'выпускающего' фонтаном горящих брызг. 'Сам не сгоришь, но харю попортить можно'. У советских противогазов отсоединяли коробки и гофрированные трубки, а из масок выдергивали клапанную коробку, чтобы не мешала дышать. Подрывники готовили противотанковые мины свои и трофейные, в которые вместо бокового взрывателя вставляли 'огневую трубку', или электрозапал. В мине содержалось 2 и более килограммов тола с гексогеном и её взрыв обрушивал перекрытие ДЗОТа, хороня там гарнизон фрицев. Готовили и дымовые шашки для установки дымовых завес. Наиболее удобная обувь для штурмового боя - ботинки с обмотками, особенно если ботинки - американские. Кирзовые сапоги, чтобы не текли, пропитывали животным жиром. От этого 'ноги воняли, как в хлеву', зато суше.

Часть красноармейцев имела позаимствованные у связистов и сапёров клёпанные стальные кирасы СН-38, сварные СН-42 или 'ленинградки' ПЗ-ЗиФ-20. Стальной нагрудник СН-38 со стальным секционным передником весили вместе 3,5 килограмма. От попадания пули из винтовки с 200 метров или автомата с 30 метров такие доспехи не защищали, впрочем от прямого выстрела не спасала и каска, однако защищали тело от осколков, пистолетных пуль и ударов штыка, существенно повышала шансы связистам, которым приходилось работать под обстрелами, сапёрам, бойцам штурмовых групп. Даже в летнее время под нагрудник старались поддеть ватники, их называли также 'потники', обрезая с них рукава. Ватники смягчали удар от пули или взрыва. Маскхалат одевали под панцирь: Собственно всё новое - хорошо забытое старое на новом уровне технологического развития. В Средние века рыцари поддевали под латы войлочные стёганки.

Перебежкам, переползанию и ходьбе затруднений не вызывал, утомляемость на коротких перебежках, при марше на небольших дистанциях утомляемость незначительная, при самоокапывании, бросании гранат из всех положений, изготовке к стрельбе и стрельбе лежа не мешал, владению штыком не мешал и хорошо защищал при штыковом бое. Бойцы, снабжённые панцирем, в прочности которого они успели убедиться, шли в бой спокойнее и увереннее. Встретив СН-38 с недоверием, но проверив в боях, командиры всех частей просили артснабы армий отпускать их в возможно большем количестве. Все имевшиеся на складах панцири выдали частям.

Проблеме индивидуальной защиты бойцов от пуль и осколков РККА начали уделять внимание с начала 30-х годов, одновременно с началом разработки отечественного стального шлема. В Управление обозно-вещевого снабжения УОВС и отдел изобретений Наркомат обороны Ворошилова поступало много предложений по защите бойцов, например рук и лица, с креплением на винтовку, бронепластин в нагрудный карман гимнастёрки 'стальное сердце', и других. К концу 1935 года благодаря коллективизации-индустриализации удалось производить необходимый сплав, отработать технологию закалки, выпустить стальной шлем СШ-36 'халхинголка'.

После поисков и войсковых испытаний 22 октября 1938 года нарком тяжёлой промышленности Каганович дал указание разработать и произвести на Лысьвенском металлургическом заводе опытную партию стальных нагрудников в тесном взаимодействии с НИИ No.13 и наркоматом обороны. Для подкладки использовалась губчатая резина и хлопчатобумажная ткань. Нагрудник мог использоваться в сложенном виде как щиток и не пробивался из винтовки с дистанции 50 метров. Новую кремний-марганцево-никелевая сталь нагрудника применили также в опытном шлеме СШ-38-2. Существуй в Средние века такая сталь, рыцари не перевелись бы до Наполеоновских войн. После незначительных изменений экспериментальный шлем приняли на вооружение под индексом СШ-39. Основной материал - сталь 36СГН.

Для испытаний в тактических условиях и всех видах боя приказом нагрудники отправили в 1-ю Московскую стрелковую дивизию - 1-й Московский стрелковый полк имени Михайловского. На Лысвенском металлургическом заводе СН-38 выпускался до 1940 года. Выпущено более 10 000 штук.

В 1941 году разработали и начали производство нагрудника СН-42. Его создателем стала броневая лаборатория Института металлов ЦНИИМ Корюкова - одного из авторов каски СШ-39. СН-42 выпускали серийно, постоянно увеличивая объёмы. Ленинградский завод Фрунзе выпускал в условиях осады свой вариант панциря ПЗ-ЗИФ-20, который поступал к бойцам Ленфронта и Волхфронта. Тысячи стальных нагрудников сохранили много жизней советских бойцов, командиров и политработников.

К счастью метеоусловия плохие. Luftwaffe не летало. Появилась надежда на прорыв. Но и транспортировка продовольствия самолётами не производилась. Однако 6 штурмовиков Ил-2 под командованием младшего лейтенанта Голимбиевского из 175-го штурмового авиаполка всё-таки провели вылет. Герои вызвались лететь добровольно. До этого Голимбиевского на Волховском фронте дважды подбивали зенитки и дважды он сажал Ил-2 на своей территории. Ранен. Вот и в этот день он и его лётчики действовали героически. В крайне тяжёлых метеоусловиях, ориентируясь по просекам, штурмовики Ил-2 нашли 'веерную поляну' севернее узкоколейки и успешно атаковали расположенные там миномётные батареи, которые вели обстрел 'дороги жизни'. Также удалось уничтожить склады боеприпасов. Это резко снизило интенсивность миномётного огня в этой зоне.

Время пришло! Заговорил советский бог войны - наступление поддерживали 207 орудий, 144 миномёта и три гвардейских миномётны дивизиона. С окраины леса, примерно в полукилометре восточнее 'Красного ударника', в небо взвились несколько сотен хвостатых ракет. 'Катюши':Спустя секунду-две послышалось металлически-звонкое ритмичное стрекотание в непостижимо быстром темпе. Ракеты плавно описали не очень крутую параболу и дружно устремились к переломному участку леса, где в 'квартале' между четырьмя просеками засели захватчики и откуда летали огни их сигнальных ракет и трассирующие пули. Над местом падения ракет вспыхнуло багровое зарево, пульсирующее, играющее огненными сполохами. Когда зарево угасло, послышались приглушённые расстоянием звуки разрывов. В отличие от выстрелов, в очерёдности разрывов никакой ритмичности не улавливалось. Они поражали цепи обвально как горный камнепад. Из-за использования в ракетах удлинённых тротиловых шашек, которые при взрыве разбрасывали тысячи горящих осколков, на месте падения ракет стало гореть буквально всё, что способно гореть. Лес в 'Долине смерти' запылал как тайга от засухи в жару. Его затянуло дымом. Спустя минуты две-три грянул ещё один залп хвостатых ракет - и всё повторилось в той же последовательности. Внезапный, одновременный залп двух дивизионов гвардейских миномётов настолько ошеломил гитлеровцев, что на какое-то время они потеряли способность к организованному сопротивлению.

Из-за мощного артобстрела оборона 1-го полка SS Polizei-Division на 500-метровом участке распалась на отдельные изолированные группы. Под ураганным обстрелом I батальона 220-го пехотного полка 58-й 'нижне-саксонской' пехотной дивизии потерял половину солдат, командир тяжело ранен. В который раз 'Долина смерти', как её назвали немецкие солдаты, стала для них огромной братской могилой. Солдаты в этом аду удерживались в боевых порядках только за счёт угрозы отправки в штрафные части 'испытательного срока', расстрела отказников и дезертиров офицерами и фельджандармами.

Атака по уничтожению линии обороны оккупантов началась совместно с запада и востока. Северней узкоколейки 6 танков Т-34 с востока как по маслу разрезали оборону III батальона 408-го пехотного полка 121-й 'прусской' пехотной дивизии. 13 танков Т-60 шли следом, поддерживая Т-34 и занимая позиции фронтом на север, для отражения неминуемой контратаки. Экипаж подбитых машин не оставляли их, продолжая вести огонь с места. I батальон 408-го пехотного полка 'пруссаков' оказался разгромлен. Свою лепту в разгром внесла конечно же артподготовка, из-за которой выбыло из строя сразу три ротных командира I батальона. Также оказался разгромлен III батальона 90-го моторизованного полка 20-й моторизованной дивизии.

Из-за сильного миномётного огня фашистов пехотное прикрытие отстало, но танкисты нашли выход. Т-34 и Т-60 действовали теперь группами и танки прикрывали друг друга. Фашисты не могли более к ним приблизиться. При этом сапёрные противотанковые мины Tellermine 35 снова продемонстрировали свою неэффективность вне жердевых дорог. Они либо сами детонировали из-за сильнейших обстрелов, или тонули в болотистой местности. Безжалостное истребление подлецов гусеницами, пулемётами и осколочными снарядами продолжилось.

Гитлеровцы уже несколько дней накачивались шнапсом и наркотическим препаратом 'Pervitin', и поэтому оказывали упорное сопротивление. Они повелели контратаки двумя батальонами с юга и батальоном с севера. Бой в переломном снарядами горящем лесу несколько раз принимал характер рукопашных схваток. Здесь бойцы действовали чаще всего вне присмотра своих командиров, часто один на один с врагом. Но все контратаки фашистов отбиты. Только что переброшенные в 'Долину смерти' войска фашистов, срочно надёрганные из разных дивизий, уничтожены или критически ослаблены: I батальон 45-го полка 21-й пехотной дивизии из 850 человек по штату имеет в строю всего 150, III батальон 377-го пехотного полка 225-й пехотной дивизии - 100 человек, II батальон 407-го пехотного полка 121-й пехотной дивизии - 105 человек...

Власов ещё не знал об успехах наступления с востока и сообщил своему заместителю Алферьеву, ведущему своей группой из остатков нескольких дивизий и бригад оборону по реке Кересть, что он не может силами своей восточной группой прорваться на плацдарм: 'Восточная группировка армии из-за полного выматывания личного состава, больших потерь и нехватки боеприпасов за последние дни не смогла добиться успехов в новых попытках прорыва'. Понятно, что Алферьева и его командиров это вовсе не воодушевило. Однако грохот боя с востока всё приближался. Вести от отрядов 46-й стрелковой дивизии, малочисленных групп из 22, 25, 53, 57, 59-й стрелковых бригад, наступающих с запада, тоже обнадёживали.

В 2:00 ночи советским героям буквально по трупам оккупантов удалось ценой исключительного напряжения сил восстановилось движение по 'дороге жизни'. Путь вновь свободен! Но поскольку оккупанты простреливали северную и центральную просеку, для выхода годилась только трасса узкоколейки. Ширина 'коридора' вдоль узкоколейки - 800 метров. У Полисти - 1000 метров. Это как три длинны Красной площади а Москве, да ещё среди леса, укрытого дымами пожарищ и туманами болот: Выходить можно:

Снова чёрные от пороховой гари и крови героические воины боевых групп 22, 25, 53, 57, 59-й стрелковых бригад и 46-й стрелковой дивизии встретились со своими братьями с плацдарма. Красноармейцы походили на шахтёров, которых чудом подняли из взорвавшейся шахты спустя неделю. Многие обнимались друг с другом со слезами на глазах. Садились обессилено прямо на жерди дороги, в крошево веток и брёвен, перемешанное с трупами завоевателей. Такой он вблизи - подвиг: Пришедшие с востока, тоже со слезам на глазах, потрясённые ожесточением боя, нечеловеческим видом вышедших из ада, отдавали им содержимое своих сухарных сумок, отдавали табак, отсыпали из карманов патроны: Возникла эйфория победы. Бойцы и командиры боевых групп 2-я Ударной армии, участвовавшие в лесном штурме, бросились к Мясному Бору, перешагивая через трупы в мышиных мундирах и чёрных противомоскитных сетках, вместо того чтобы начать организацию обороны 'коридора'. Многие шли в бинтах, грязных лохмотьях, поддерживая друг друга, опираясь на винтовки как на костыли.

За красноармейцами на восток потянулись местные жители: старики и старухи, женщины, подростки, дети. Они тянули волокуши с утлым домашним скарбом - большую часть немцы и полицейские отобрали ещё прошлой осенью. Маленьких детей несли на руках. Подростки сажали тихих и серьёзных малышей себе на спины. В этот поток войск и беженцев оказались вовлечены и бойцы войск группы Мерецкова, решившие, что победа достигнута, враг полностью разгромен. Они начали возвращаться к Мясному Бору. В результате 'коридор' к востоку от Полисти обеспечивался только отдельными танками и их десантниками.

Навстречу окруженцам немедленно цепочкой двинулся караван подносчиков с огромными мешками сухарей, подвезённых заранее. Всего на сторону Власова перенесли 7 тонн сухарей - эквивалент 11 тонн хлеба. Это на 20 000 человек оставшихся у Власова выходило по 550 граммов сухарей на сутки. Но как раздать сухари в такой неразберихе?

24-я стрелковая бригада получила от Мерецков приказ развернуть свои боевые группы на северо-запад, а 374-я стрелковая дивизия - на юго-запад и занять боевые участки южнее и севернее узкоколейной железной дороги, а также параллельно ей. Группы из войск с Волховского плацдарма, прикрывающие 'коридор' с севера своим левым флангом, и группы, делающие то же самое с юга своим правым флангом, дошли до реки Полисть. Здесь выяснилось, что сообщение Власова и Виноградов о том, что они удерживают рубеж восточнее реки Полисть, оказалось ложным. 'Дорогу жизни' на 1500 метров восточнее Полисти защищали всего несколько танков и несколько групп автоматчиков. Собака лает, а караван идёт. Выход окружённых продолжался...

Взбешённые бесславной гибелью в 'Долине смерти' своих отборных войск, оккупанты принялись почём зря жечь боеприпасы, обстреливая вслепую 5 квадратных километров болотистого леса. Мягкая почва, особенно там, где ещё стояла вода, приводила к многочисленным камуфлетам мин и снарядов - они взрывались глубоко закрывшись в мягких грунт и торф, практически не давая осколком и ударной волны. Русская земля помогала своим сынам спасаться!

С учётом того, что местность вокруг просек - это густой летний лес, хотя и изрядно переломный снарядами и бомбами, ширина 'коридора' давала возможность осуществлять движения по 'дороге жизни' вне прямой видимости со стороны оккупантов. Сначала выходили отряды 46-й стрелковой дивизии и сводные пешие батальоны артиллерийских, зенитных частей. Этих ценных военных специалистов следовало спасать во что бы то ни стало. Вдоль лежнёвки и узкоколейки по-прежнему неорганизованно шли местные жители и самовольно оставившие свои части военнослужащие. В конце концов военные перемешались с гражданскими и на узкоколейке. У Мясного Бора выходящим окруженца организован приём и питание. Тут горячий чай и свежий хлеб, сахар, масло, каша с жиром, щи с мясом. Вот уж действительно - Мясной Бор! Одновременно военные строители и сапёры с двух сторон снова приступили к восстановлению узкоколейки и деревянной дороги. Связисты восстанавливали проводную связь.

Повторялась извечная проблема, которую Wehrmacht никак не мог преодолеть ни на Волхове в отношении 2-й Ударной армии, ни вообще с начала вероломного нападения на СССР: добиваясь большой кровью своих солдат окружения крупных советских группировок, ликвидировать их полной мере он не мог. Не получалось надёжно предотвратить прорыв не только мелких, но и крупных частей. При этом сами гитлеровцы несли огромные потери, а осуществляющие окружение части уничтожались.

Южнее 'дороги жизни', перешли в наступление от впадения ручья Алексеевский в Кересть в направлении на Новую Кересть, Кречно части 'группы Хоппе' из испанских, бельгийских, немецких оккупантов. Ими командовал военный преступник штандартенфюрер SS Хоппе. В качестве тарана он использовал 5 танков Pz.Kpfw.III и IV. Через 3 километра, преследуя отходящих 'москвичей' Кошевого, захватчики попали на минное поле и полдня занимались его разминированием под огнём снайперов 65-й 'тюменской' стрелковой дивизии Кошевого.

Во время боя комполка-60 Кузнецов вызвал снайперов Орлова и Богданова и отдал приказ:

- На просеке засел пулемётчик. Уничтожьте!

Под плотным огнём снайперы вышли на просеку и стали приближаться к пулемётной позиции. Шедший впереди Орлов вдруг бросился на землю. Ложась рядом с ним, Богданов увидел фашиста, целящегося в Орлова, и выстрелил. Раненый фашист заорал. На помощь ему выскочили трое. Богданов снял одного, Орлов - двух. Пулемёт больше не стрелял.

Только к 16:00 испанские наёмники, потеряв 80 человек убитыми и 250 ранеными, достигли ручья Осьянский. Батальон ''Valentin' вместе с испанскими и бельгийскими наёмниками застрял на минном поле в лесу северо-восточнее устья Горенки, неся большие потери на минах, от огня 'кукушек' и снайперов.

'Группа Хассе' и 'группа Ванделя' на участке отрядов 259-й и 327-й стрелковых дивизий на северо-востоке ограничились сильным артиллерийско-миномётным огнём и действием разведгрупп. Артогонь подлецов как всегда оказался не очень хорош - если куда-то попадает снаряд, то достаточно чуть отодвинуться и сразу выходишь из-под обстрела, поскольку все остальные снаряды падали по тому же месту. Часто фашисты вообще подолгу обстреливали пустые места. Потерь из-за артиллерии советская пехота несла мало. С миномётным огнём всё обстояло гораздо хуже.

На западе между отрядами 'воронежской' дивизии Антюфеева и гвардейцами Буланова, отходящим на восток, возник разрыв, куда тут же устремилась толпа почти из 7000 эсэсовцев 2-й моторизованной бригады SS и военных преступников 285-й охранной дивизии. Они надвигались на 'воронежцев' вдоль узкоколейки к Новой Керести, Кречно. Командир 1098-го стрелкового полка 'воронежцев' майор Беденков, прикрывавший вчера отход товарищей, выходя из окружения со своим отрядом через болото Макарьевский Мох, попал на минное поле.

В волховских лесах и болотах царила ужасная неразбериха с минными полями. По минным заграждениям всегда оформлялась специальная документация, точные контуры заминированных участков наносили на карты. Эта документация передавалась при смене частей. Чтобы не подрывались свои, устанавливались предупредительные надписи. Там, где линия фронта более или менее длительное время оставалась неподвижной, эти правила Красная Армия и Wehrmacht неукоснительно выполняли для своих частей. Но всё менялось, когда одна и та же местность по нескольку раз переходила из рук в руки. Осенью 1941 года, когда захватчики рвались к Чудову и Малой Вишере, путь им преграждали минами советские сапёры. В январе 1942 года, отступая под ударами 2-й Ударной армии, десятки тысяч мин понаставили оккупанты, в основном противопехотные и значительно реже противотанковые:

Беденков получил два тяжелых ранения и его сочли мёртвым. С ними остались 15 раненых. Товарищи не могли их вынести на себе из-за того, что сами еле шли, опираясь на палки. Со слезами на глазах прощались боевые друзья, передавали документы, награды, письма, патроны. Вышедшие к месту привала голландские наёмники всех раненых советских героев убили. Беденкова, находящегося на последнем издыхании для отчёта 'взяли в плен'.

Между южным флангом отходящих на восток остатков 'булановцев' и 305-й 'московской' стрелковой дивизией в районе слияния рек Горенка и Кересть тоже возник разрыв. Туда устремились разведгруппы и отряды из 'группы Хоппе', двигаясь в сторону Новой Керести, Кречно. Захвачен пленный - испанец. Как он рассказал, передовые группы формируются из провинившихся, тех, кто хочет заработать отпуск, награду или из патологических убийц, желающих вдоволь поубавить ослабленных голодом русских. Приказом германского командования разрешены любые преступления против бойцов Красной Армии, партизан и мирных жителей.

'Группа Хоппе' теперь состояла из бельгийских наёмников SS Freiwilligen 'Legion Flandern', немецкого батальон ''Valentin' из различных штрафных подразделений 20-й моторизованной дивизии при 6 танках Pz.Kpfw.III и бронемашинах, разведбата испанских наёмников с бронемашинами, III батальона 272-го пехотного полка этой же 250-й испанской 'голубой' дивизии, 232-го охранного полка 285-й охранной дивизии фон Плотто, большой артиллерийской группы из разных частей, в основном из 126-й пехотной дивизии Хоппе, других сапёрных, строительных, транспортных частей и подразделений.

Появление в тылу многочисленных групп пьяных, принявших наркотик 'Pervitin', совершенно обезумевших от страха и ненависти захватчиков, орущих, поющих на разных языках, в чёрных бесформенных сетках на головах, скрывающих человеческий облик, в чёрных перчатках, дополнительно дезорганизовало оборону. Среди тыловых работников армии Власова, влитых в стрелковые подразделения, возникла паника. Все боялись попасть в двойное окружение. Уничтожить ударные группы гитлеровцев полностью не удалось. Войскам прикрытия пришлось спешно отходить на необорудованный рубеж к реке Кересть. Здесь оборона не могла держаться долго.

На севере 'группа Гуррана' и 'группа Вюста' вели атаки совместно с танками 12-й танковой дивизии вдоль реки Кересть в направлении Новая Кересть, Кречно, до которых осталась 4 километра. Остатки 92-й стрелковой дивизии и 23-й стрелковой бригады продолжали сражаться, но между ними также возник разрыв. Туда немедленно проникли разведгруппы и штурмовые отряды 'группы Вюста', тоже двигаясь в сторону Новой Керести, Кречно.

Из-за приближения 'группы Хойна' с юга, 'группы Гуррана' с севера и 2-й моторизированной бригады SS с запада, район Сенная Кересть, Кречно оказались под ройным ударом и угрозой захвата. Власов отправил на передовую две роты охраны армейского штаба. Начался общий исход войск и беженцев из Кречно. Страшная драма отступления словно чёрная дыра втягивала в себя всё большее пространство и количество людей.

По приказу Штарма-2 бойцы взорвали у Сеной Керести, Кречно более 250 автомашин, чтобы они не достались врагу, а также часть зениток. Штаб Власова покинул свой КП, так как он уже обстреливался, и перешёл на КП 279-й стрелковой дивизии у Глушицы. При штабе в момент перемещения оставалось только 9 человек шофёров. С учётом блуждающих вокруг агентов Абвергруппы-I, дезертиров, разведывательно-диверсионных групп, более, чем опрометчивый шаг. Переход штаба Власова на новое место опять привёл к утрате контроля над ситуацией в критический момент.

Около 12 000 бойцов и командиров, из них 1/3 раненых и крайне ослабевших, а также 2000 человек местного населения и 600 партизан сошлись на маленьком пространстве размером 5 x 5 километров на западном берегу Глушицы. Раненые, оборванные бойцы и местные жители, дети, сидели, лежали, бродили в лесных зарослях среди машин, орудий, оружия всякого рода. Разнообразное военное имущество сложено штабелями или накидано кучами. Подлецы бросились со всех направлений на остатки войск Власова у Глушицы как кровожадные гиены. Хорошо хоть в течение дня Luftwaffe не появлялось, кроме корректировщиков.

Общий численный состав армии в этот период около 20 000 человек из-за того. Часть людей, с которыми начиналась ретирада погибла, часть уже вышла. Некоторые штабы действовали в отрыве от своих подразделений и располагали лишь устаревшими данными о численности своих войск. Тылы совершенно незначительные. Власов с Виноградовыми и ранее и сейчас завышали численность своих войск в докладах, рассчитывая получить больше продовольствия. Также они боялись, что Ставка ВГК может расформировать армию из-за незначительной численности её войск, и тогда Власов с Виноградовыми лишатся высоких должностей, зарплат, пайков и других привилегий. Они не понимали, что 2-я Ударная армия ценна Ставке ВГК не только потому, что она состоит из самого ценного для большевиков - людей, но и потому, что удерживает вокруг себя 100-тысячную группировку оккупантов, которую денно и нощно громит артиллерия и ни один солдат капиталистов, убитый на Волхове, не откажется ни под Ленинградом, ни в группе армий 'Центр', ни в группе армий 'Юг': Поэтому чем больше людей числиться во 2-й Ударной армии, тем лучше:

К 20 часам по 'дороге жизни' вышли на Волховский плацдарм около 6000 человек. Победа. Конечно победа. Вокруг ад, а советские люди всегда оптимисты и на всё имеют самые дерзновенные мысли:

- Ну, теперь заживём. Слыхал, небось: всех ленинградцев после освобождения на два месяца в санаторию пошлют.

- Что ж, дело за малым: остаётся только освободить Крым и выдать его на два месяца ленинградцам.

Поскольку локтевой связи между частями с Волховского плацдарма и 2-й Ударной армии по вине Власова не возникло, вдоль реки Полисть к своим старым ДЗОТам с юга и севера начали просачиваться отдельные диверсионно-разведывательные группы фашистов с автоматами и пулемётами. Появились у дороги фашистские 'кукушки'. Уничтожать их удавалось с большим трудом.

Вот-вот начнётся контрнаступление Линдеманна и Буша. Для его отражения четыре батальона 4-гвардейской дивизии сосредоточились в лесу в районе высоты 40,8 северо-восточнее Мясного Бора. На западный берег реки Волхов перешли два полка этой дивизии. Быстро подходила и 87-я кавдивизия. Наготове курсы лейтенантов 59-й армии - резерв политсостава политуправления фронта.

Настало 22 июня. Годовщина войны. Ровно год назад полчища капиталистов вероломно напали на Советский Союз. Они раструбили на весь мир, что через 3,5 месяца дойдут до Урала. Но через 3,5 месяца они всё ещё сражались с 'уничтоженной у границы' Красной Армией в районе Вязьмы, а ещё через 1,5 месяца 'трижды пленённая' Красная Армия разгромила их и отбросила на 200 километров: Причина победы советского народа в тяжелейших условиях, которые не выдержала бы ни одна страна в мире, оказавшись в ситуации вероломного нападения самой сильной армии мира на тот момент, далеко не праздный вопрос! Во-первых, советский народ победил потому, что понимал, что воюет за свои собственные интересы и свою собственную власть-кормилицу и власть-защитницу, а не просто за 'булочку и трамвайчик' про которые врали антисоветчики, ториколорная журналистика и частные собственники по всему миру. Советский, русский народ воевал за советскую родину, а не просто за абстрактную родину, так как именно Советская власть сделала народ хозяином страны и главным выгодополучателем через общенародную и колхозную собственность. Это главное отличие СССР от дореволюционной России, где власть и собственность находились в руках кучки дворян, министров-капиталистов и крупных землевладельцев, где частная собственность на средства производства использовалась как оковы для рабов, имя которому - весь русский народ.

По этой причине в СССР власть и партия большевиков делила с народом все тяготы войны, а в Российской империи и Великогерманском рейхе деление происходило совсем другим образом: народу достается кровь и пот, а верхушке богачей огромные прибыли. Но кроме моральной стороны, Советская власть смогла обеспечить и материальную - народ имел массу современного оружия для того, чтобы отстаивать свои кровные интересы. Отстаивать не с одной винтовкой на троих, подгоняемые пулемётами НКВД за спиной, как любили рассказывать гитлеровцы, антисоветчики и триколорная публика, а с помощью десятков тысяч самых современных танков, самолётов, артиллерийских орудий и прочего современного вооружения отечественного производства. Советской плановая экономика смогла обеспечить превосходство Красной Армии в современной технике и вооружении даже над такой махиной как Wehrmacht. Страны фашисткой коалиции превосходили Советский Союз по ВВП в три раза, а Красная Армия била их и в хвост, и в гриву! То есть Великая Отечественная в свой первый год показала не только превосходство морального духа советского народа над капиталистическими ордами, но превосходство социалистического принципа производства над капиталистическим в целом:

В ночь на 22 июня носильщики и лошади продолжали доставлять в войска Власова продовольствие, но главные кормильцы - по-прежнему авиаторы. Отважные советские лётчики, жертвуя собой, продолжали самолёто-вылеты для снабжения Власова. С 11 июня - дня наступления белых ночей, они произвели 50 вылетов бипланов У-2, а также 20 вылетов транспортников Ли-2 и 1 вылет АНТ-40. Переброшено 70 тонн продовольствия, 300 000 штук патронов к автоматам, 320 000 штук винтовочных патронов, 1000 патронов для противотанковых ружей, 240 снарядов для зениток 61-К, 300 снарядов для 'полковушек', 250 снарядов для дивизионных УСВ...

Чтобы сорвать снабжение по воздуху, подлец Геринг сосредоточил в южной части 'Волховского рукава' и южнее Большого Замошского болота дополнительную зенитную артиллерию Luftwaffe, снял с обороны неба над Германией и направил в район Волхова только что пошедшие в серию ночные истребители Junkers Ju 88C-6 - специально переоборудованные бомбардировщики Ju 88. Эти чрезвычайно дорогостоящие стервятники имели альтиметры FuG 101, радары FuG 212, и 6 пушек МG 151/20. Но большая часть ночных истребителей у Волхова - Messerschmitt Bf 110F-4а с 700-килограмовыми локаторами FuG 202 'Liechtenstein'.

К этому времени до кровавой капиталистической свиньи Геринга дошло, что двухмоторный истребитель Bf 110 слишком тяжёлая машина со слабыми двигателями. Высоту 5000 метров эта каракатица конструктора Мессершмитта набирала за 8,4 минуты, а полный вираж выполняла аж за 30 секунд. Британский истребитель 'Спитфайр' Mk III поднимался на высоту 6000 метров за 6 минут, а вираж выполнял за 19 секунд. Итог - понимание, что Messerschmitt Bf 110 - хорошо вооружённый летающий гроб. Геринг приказал использовать Bf 110 только для разведки, бомбёжки и как ночной истребитель, тем более, что в носовой части имелось достаточно места для инфракрасного пеленгатора:

Теперь сброс грузов для Власова шёл под непрерывным обстрелом зениток, а при хорошей погоде атаковали ночные истребители. Транспортники несли боевые потери. Вот и сегодня картина с воздуха иная, чем раньше. Хорошо видимые в светлом, безоблачном небе огромные корабли Ли-2 медленно шли в кильватер, но на земле недоставало ярких вспышек выстрелов зениток. Если не стреляют зенитки - жди атаки ночных истребителей. И вот стервятники неожиданно и одновременно атаковали с разных направлений. Через несколько секунд огненными факелами беспорядочно упали три транспортника. Потом упали ещё несколько Ли-2. Остальные снизились до бреющего полёта. Земля мешала подлецам занять позицию для прицельной стрельбы. Транспортники сбросили груз окружённым. К своим пошли на бреющем: зенитчики не так опасны, как истребители. Но огонь зениток нанёс много повреждений.

При следующем рейсе маршрут и профиль полёта изменили. Линию фронта и Волхов проходили на большой высоте в направлении Киршей. Снижались к Любани и с тыла гитлеровцев на малой высоте выходили к Новой Керести, Кречно. Сбросив груз, шли к озеру Ильмень. Над озером разворачивались на восток и с набором высоты возвращались на базу.

Когда в этот же день вышли по 'дороге жизни' из окружения экипаж старшего лейтенанта Дрындина и часть экипажа лейтенанта Фарманяна, сбитых ночью 11 июня, авиаторы рассказали боевым товарищам об исключительно тяжёлом положении окружённых. Нет боеприпасов, медикаментов для раненых, которых очень много. Нет продовольствия. Лошадиная кожа, ремни и конская сбруя идут на студень. Чтобы увеличить вес перебрасываемого груза, авиаторы решили заправку самолётов горючим производить с расчётом, чтобы его хватало только на полёт туда и обратно. Сняли с самолётов чехлы, запчасти, инструмент и часть оборудования. За счёт этого и за счёт лётного мастерства стали брать дополнительно не менее 1000 килограмм боеприпасов и продовольствия на один борт Ли-2 в каждом рейсе. Настойчиво, с ещё большей интенсивностью они продолжали полёты к войскам Власова:

Ночью в прорыв, проделанный танками вдоль центральной просеки, которую гитлеровцы назвали 'Эрика', с плацдарма вошли подразделения сильно поредевшего за три месяца боёв 1246-го стрелкового полка 374-й 'уральской' стрелковой дивизии Витошкина. При их поддержке Т-34, несмотря на постоянный заградительный огонь подлецов, нанесли удар от центральной просеки к просеке северной, расширив прорыв до 1100 метров.

Каждый бой в лесу - особенный. На открытой местности бойцы находятся примерно в равных условиях и действуют по одному образцу. В лесу условия многообразны, и в подвижном бою быстро меняются для каждого: буреломы и ветровалы, трухлявые колоды, коряги, то еловый, то ореховый молодняк, прошлогодний малинник - и так далее. Вот дерево с толстым стволом, за которым можно укрыться, а впереди такое же дерево, за которым притаился фашист... Товарищ слева ведёт прицельный огонь короткими очередями из ППШ, растянувшись во весь рост на мху и используя в качестве упора оплывший смолой пень... Товарищ справа упёрся в непролазный ветровал, бросил через него лимонку и огибает ползком... Ещё правее красноармейцы ползком пробираются вперёд по еловому подлеску... через каких-нибудь два-три десятка метров задача и ситуации для каждого изменится.

В бою за лесистую местность севернее высотной отметки 40,5 'уральцы' захватили несколько ДЗОТов и блиндажей, 50-миллиметровое противотанковое орудие, несколько миномётов. Когда старший лейтенант 7-й роты 3-го батальона 1242-го полка Черкашин ворвался в ДЗОТ врага, там очкастый эсэсовец стал палить в него из автомата. На Черкашине под маскхалатом 'амёба' панцирь СН-42. Три сильных толчка в грудь - три попадания в панцирь. Старший лейтенант едва устоял на ногах, но устоял: Эсэсовец увидел, что его пули отскакивают от русского, как горох. За стёклами очков - обезумевшие от ужаса глаза... Черкашин полоснул его из ППШ. Потери в тот день во всех 'панцирных групп' были значительно меньше обычных. Зато вся поляна оказалась завалена трупами эсэсовцев и гитлеровских штрафников. У некоторых убитых солдат обнаружены документы 100-го горного полка 5-й горной дивизии Рингеля. Их только что перебросили от Погостья, где они держали фронт против армии Федюнинского. На эмблемах горные козлы. Мерецков понял, что все резервы из 'Волховского рукава' уже находятся в деле или перемолоты. Так держать!

5-я 'австрийская' горная дивизия 'козлов' считалась элитной. Сформирована из 22-27-летних тирольцев, горных жителей Гарца и южной Баварии. Весной 1941 года 'козлы' участвовали в войне в Греции, в боях против англичан на Крите. В России капиталистам воевать то морозы мешали, то грязь. В Греции тепло. Ничего не мешает блистать тевтонскому военному гению под командованием Гитлера. Точно? Да не очень. Вот для высадки части своих 'козлов' Рингель от большого ума отобрал у греков 60 греческих рыболовных каиков. Что же за десантные корабли прибрёл себе Wehrmacht - 'самая сильная армия Европы' в условиях господства на море английского флота?

Каики греки строят из сосны и покрывают резной обшивкой. Каждый каик уникален. Мачта и бушприт удерживаются такелажем. Деревянные рулевые рычаги вырезаны в виде морды собаки или другого животного. Окрашены каики в белый цвет, а перекладины и верхушки мачт имеют яркие хроматические цвета. Такая вот экзотика.

Набил генерал 19 мая 1941 года в эти расписные шаланды 1600 'козлов' горцев как килек в бочки, - и в море. Там, естественно, английские корабли, которые начали эти посудины расстреливать как на учениях. До Крита добрался на обломках 52 солдата. Таков уровень мышления, планирования, подготовки немецких генералов. Так и план 'Barbarossa' оказался составлен: на авось, без плана 'Б', без должной разведки и нормального анализа противостоящих сил. 'Унтерменши' ведь! Зато Рингель получил звание генерал-лейтенанта. Солдаты? 'Фрау ещё нарожают!' Никогда капиталистов не интересовал расход 'человеческого материала':

Группа Дорошенко, следуя за тремя Т-34, достигала северной просеки, которую гитлеровцы называли 'Дора'. Оборону 'дороги жизни' вели на северном фасе группы 25-й кавдивизии, 2-й 'архангельской' стрелковой дивизии, отдельные части 191-й и 372-й стрелковых дивизий, а также 58-й стрелковой бригады. На южном фасе оборонялись группы из бригады 'харьковчан' и 374-й стрелковой дивизии. 165-я стрелковая дивизия пыталась очистить южную просеку. Велась непрерывная работа по ремонту узкоколейки и лежнёвки. Срок - завтра.

Местность вдоль 'дороги жизни' с запада зачищалась. Отряд 46-й стрелковой дивизии - 450 человек, отряды 57-й и 25-й стрелковых бригад - всего около 1700 человек, наступали вдоль 'дороги жизни', уничтожая просочившиеся к ней с севера и юга группы оккупантов, которые мешали движению. Достигнув позиций своих войск на Волховском плацдарме, эти советские отряды неорганизованно пошли по 'дороге жизни' к Мясному Бору, увлекая идущих навстречу. Восточнее Полисти дорога опять осталась без надёжного прикрытия. В армейском госпитале, медсанбатах и частях 2-й Ударной армии объявили, что желающие могут самостоятельно идти по 'дороге жизни' к Мясному Бору. После этого группы легкораненых по 100-200 бойцов и командиров двинулись на выход. За ними шло гражданское население.

Навстречу им шли бойцы с продовольствием. На ходу раздавали людям сухари, сахар. Вокруг раз за разом падали снаряды и мины. Артиллерийских корректировщиков подлецов убили в бою. Другие ещё не подошли к границе 'коридора'. Поэтому артогонь по дороге вёлся вслепую. Периодически над лесом, видимые глазу, пролетали в страну фашистских батарей у Спасской Полисти 100-килограммовые фугасные снаряды 'Сталинских кувалд' Б-4 из 137-го гаубичного артполка большой мощности. За пролётом 'чемодана' следовал гулкий удар, от которого качалась земля. В этом компоненте вооруженной борьбы Красная Армия существенно превосходила врага. Подлецы могли противопоставить Б-4 только авиацию:

'Коридор' в этот момент обеспечивался лишь отдельными танками Т-34. При попустительстве Власова его измученные войска продолжали отход на восток, не предприняв мер не только для расширения 'коридора', но даже для организации надёжной обороны 'стенок' 'коридора' в своей зоне ответственности западнее Полисти. На радостях Власов не озаботился дать указание разрушить или занять брошенные фашистами ДЗОТы на восточном берегу Полисти. Тем временем Линдеманн и Буш лихорадочно готовили контрудар.

Чтобы избежать артминомётного обстрела, группы выходящих на плацдарм окруженцев шли по лесу без ориентировки, указателей и руководителей, зачастую попадая на передний край обороны противника. Группа в 50 человек забрела к гитлеровцам и попала в плен. Другая группа в 150 человек шла по направлению к переднему краю фашистов, и только вмешательством группы Особого Отдела 92-й стрелковой дивизии помешал их пленению.

У Мясного Бора работали счётчики, пытаясь визуально определить количество вышедших из окружения. Однако мимо счётчиков проходили не все. Часть вышедших оседали на перевязочных пунктах и у полевых кухонь на линии железной дороги, выходили южнее через Любцы или севернее через Любино Поле. На плацдарме командиры из более-менее крепких окруженцев сколачивали подразделения, или просто забирали в свои части. Но большинство из выходящих бойцов находились в крайне изнурённом, оголодавшем состоянии. Сколько бойцов не дошли до счётчиков и напрямую оказались в других частях и подразделениях, сколько снова пошли в бой - неизвестно. Так или иначе счётчики насчитали и доложили Мерецкову, что к Мясному Бору в эти сутки вышло 2400 бойцов и командиров - примерно 1/5 часть оставшихся войск Власова, а также 1500 местных жителей. В реальности вышло гораздо большее число и тех и других.

Погода выдалась как назло безоблачная и как всегда в кризисные для себя моменты гитлеровцы бросили в бой авиацию. Над советскими войсками появились истошно воющие самолёты. Они как заведённые принялись бомбить приготовленную к выводу технику, грузовики, трактора, повозки, дороги, просеки восточнее Кречно и КП Власова. КП не пострадал, управление ущерба не имело, повреждения связи быстро устранили, однако радиосвязью старались не пользоваться.

Высохшие дороги, высохший грунт, отступившая к болотами вода, давали возможность оккупантам широко применять танки и грузовики для переброски войск, артиллерии и амуниции. Эсэсовцы 2-й моторизированной бригады, охранники фон 'Плотто' и части 61-й пехотной дивизии с запада через стык между 'булановцами' и 'антюфеевцами' у речки Ильменки, подошли к реке Кересть. Перед ними как таран двигались танки. Деревню Новая Кересть по восточному берегу, опираясь на заранее оборудованные позиции и ДЗОТы, защищали отряды 'воронежцев'.

С севера в район Новой Керести, Кречно вышли по просеке передовые батальоны 505-го и 506-го пехотных полков 291-й пехотной дивизии из 'группа Гуррана' в сопровождении танков. Сюда же с северо-запада вышли по просекам передовые батальоны 61-й пехотной дивизии из 'группы Вюста'. 484-й и 454-й пехотные полки 254-й пехотной дивизии с танками перешли Кересть севернее Кречно. От Кречно 'группа Гуррана' продолжила наступление по просекам в юго-восточном направлении, имея намерения достичь 'дороги жизни' с запада и перекрыть её.

Голодные, смертного уставшие бойцы из остатков 92-й, 327-й стрелковых дивизий и 23-й стрелковой бригады, разрезанные на части напирающими с севера, запада, юга осатанелыми толпами фашистов, начали отходить от Новой Керести, Кречно на новый рубеж к реке Кересть: ручей Омутной - поляны севернее реки Трубица - Глухая Кересть. Авиаплощадка в Новой Керести, на которую до самого последнего момента сбрасывались продовольствие и боеприпасы, оказалась потеряна. До этого командующий не забыл послать на самолёте в Москву своего штатного адъютанта капитана Кузина в командировку с деньгами для встреч с жёнами Власова. Член военного совета Зуев отправил на самолёте в Москву с деньгами и документами своего штатного адъютанта старшего политрука Бабкова вместе с секретарём Военного Совета Коровичевым.

Вот и дождались! Передовые группы 'напервитиненных' убийц атаковали КП Власова. Атаку удалось отбить и они пошли в обход КП. По приказу Власова штаб перешёл в район штаба 57-й стрелковой бригады между реками Глушица и Полисть. Основная часть сотрудников штаба с командованием во главе остались в целости. Управление войсками при перебазировании утрачена.

На южном фасе войск Власова бельгийские наёмники, неся большие потери, вышли в лес северо-западнее Малого Замошья, где им пришлось перейти к обороне. Попытка окружить ослабевшие от голодовки отряды 1002-го стрелкового полка 'москвичей' провалились. Наступавшие от Глушицы навстречу бельгийцам испанцы тоже попали под фланговый удар 'москвичей', понесли большие потери и ретировались на исходные позиции. Тут для прорыва требовалось запуганное фельджандармами немецкое пушечное мясо.

С отходом войск к Керести артиллерия подлецов получила возможности простреливать перекрёстным огнём всю глубину расположения остатков армии. В тылах арьергардов, обороняющихся из последних сил, то и дело шли ожесточённые перестрелки с разведывательно-диверсионными группами, которые рвали связь, убивали делегатов связи, командиров. Войска перемешались. Возникла паника. В этой обстановке некоторые части без всякого приказания начали уничтожать технику, чтобы она не досталась врагу. Долго и трепетно сохраняли красноармейцы, старшины, интенданты государственное имущество: вооружение, транспорт, боеприпасы, обмундирование, лошадей. Теперь они со слезами на глазах разбивали двигатели грузовиков и тракторов, взрывали в дулах орудий последние снаряды, топили в воде пулемёты, противотанковые ружья, сёдла, упряжь, рассыпали по грязи патроны, сжигали повозки, выливали на землю бензин и масло, резали обмундирование, ботинки, противогазы, палатки, убивали лошадей, разбивали рации и телефоны: Колонны грузовиков, повозок, орудий, миномётов, собранных великими трудами для вывоза на Волховский плацдарм превращались в груды дерево-металлического хлама. После настойчивых просьб Линдеманна Luftwaffe избегало бомбардировать эти колонны, а артиллерия обстреливать. Это имущество подлецы рассчитывали взять в качестве трофеев. Ударные группы гитлеровцев упорно лезли вдоль дорог к Глушице для того, чтобы сорвать уничтожение матчасти. Но захватывали они уже преимущественно хлам:

Власов устранился от руководства армией в целом, оказывая внимание лишь 'коридору' у реки Полисть. Как военачальник, он неверно распределил силы между западной группой Алферьева, предназначенной для арьергардных боёв и своей западной группой, предназначенной для прорыва. Очисткой 'дороги жизни' со стороны Волховского плацдарма занималась мощная группировка Мерецкова с танками, артиллерией, с большим количеством боеприпасов, не ослабленная голодом. Помощь Мерецкову с запада обессиленными, малочисленными войсками Власова носила вспомогательный, отвлекающий внимание оккупантов характер. Эти войска не имели танков, снарядов, продовольствия. Даже для обороны они годились весьма условно. Главную работу делал Мерецков с плацдарма. Но вот вести арьергардные бои Мерецков за Власова своими войсками никак не мог. Отступление и развал линии обороны арьергардов 'скатывали' все войска Власова к 'дороге жизни', сбивали их в кучу, ставили их под перекрёстный артобстрел, совсем лишали посадочных площадок, отнимали тыл у группы прорыва, подводили под прямой удар штаб армии и узел связи, раненых, беженцев, оставляли вместе с территорией и дорогами приготовленные к выводу грузовики, тракторы, орудия, различное вооружение и имущество, ставили под удар подходы к 'дороге жизни'. То есть остатки армии приводили к коллапсу. При этом Власов вовсе не собирался с пистолетом, как командарм 33-й армии Ефремов под Вязьмой 19 апреля, вести окружённых товарищей в последнюю атаку. Нет. Не собрался. Лично храбрым Власов не был.

Таким образом важность задачи по организации устойчивой обороны арьергардами назначенных рубежей по своей значимости значительно превосходила важность задачи по содействию прорыва Мерецкова. Только паника, низкая квалификация и 'авось' могли привести Власова к решению оставить против 11 полнокровных пехотных дивизий, бригад и 12-й танковой дивизии гитлеровцев, использующих сухие грунтовые дороги, подсохшие песчаные берега рек и ручьёв, жалкие отряды из 259, 267, 92, 327, 305-й стрелковых,19-й гвардейской дивизий, остатки 23-й стрелковой бригады на слабо подготовленных, а потом и вовсе неподготовленных рубежах. Остатки 382, 46-я стрелковых дивизий, 22, 25, 53, 57, 59-я стрелковых бригад, собранные в восточную группу прорыва у реки Полисть, насчитывали на 1/3 больше бойцов, чём арьергард. Возможность прорыва по 'дороге жизни' зависела не столько от этих войск у реки Полисть, сколько от помощи Мерецкова извне. Не дать подлецам зажать остатки всех войск между рекам Глушица и Полисть, чтобы не превратить их в стадо, дать возможность выходить по очереди - это уже задача Власова.

После потери рубежа по лини: ручей Омутной - поляны севернее реки Трубица - Глухая Кересть неудачный исход операции арьергарда стал понятен. Оборона Власова рассыпалась на участки. Неподготовленный и невыгодный рубеж на реке Кересть пришлось занималась уже в ходе боя. Узнав об этом, суровый 'правдоруб' Мерецков, находящийся на КП у шоссе севернее Мясного Бора на Волховском плацдарме, побледнел:

- Власов погубил армию!

Он только что закончил проработку плана завтрашнего утреннего наступления с Волховского плацдарма с задачей расширить прорыв до 3 километров. Теперь, даже если освободить всю ширину 'дороги жизни', сбившаяся как стадо у Керести армия Власова не могла организовано и с вооружением выйти вся. Только на выход автотранспорта требовались сутки. На выход основной части войск ещё сутки. На выход беженцев тоже сутки. Потом ещё арьергардные заслоны. Всё это время фашисты станут бомбить, обстреливать, расчленять танковыми группами остатки не имеющих медикаментов и боеприпасов голодающих войск, перемешанных с обозами, беженцами.

Члены Военного совета и присутствующие на КП ответил на эти слова Мерецкова гробовым молчанием. Большевику правду нужно знать и озвучивать. 'Резать правду-матку'. Всегда. Это даёт возможность избежать потом необходимости нагромождать на неправду ложь за ложью, создавая целый лживый мир. Это кстати универсальное правило жизни. Русский человек жил в крестьянской общине очень совестливо. В русском языке много выражений, в которых речь затрагивает оружие. 'Сказал как отрезал', слово 'режет ухо' или правда 'колет глаза'. Для русского менталитета правда уподоблялась оружию. 'Матка' в выражении 'резать правду-матку' не внутренний орган, а начало начал, мать вещей всех вещей. То есть резать правду-матку, это криком страдающей 'правды-матки' показать истину. Смело открыть то, что сокрыто.

Кто мог подумать, что любимец Чан Кайши, Хрущёва, борец за Киев, 'спаситель' Москвы, знаток уставов и мастер возглавлять проверочные комиссии окажется на поверку в критической ситуации безграмотным и растерянным? Кажется, чего проще: минируй как заведённый, ставь фугасы, делай завалы, все оставшиеся 60 'сорокопяток' и 30 зениток поставь к дорогам и рекам. Выбивай танки, а с пехотой 'Максимы' справятся, патроны-то есть! К 'сорокопяткам' снарядов полно! Но Власов всё сделал шиворот-навыворот...

Оставшиеся войска и местные жители продолжали интенсивно выходить по 'дороге жизни' к Теремцу-Курляндскому и далее через Мясной Бор к Ямно. Гитлеровцы мелкими группами в различных местах начали пересекать Глушицу и просачиваться в густом лесу уже и восточнее вдоль жердевой дороги и узкоколейки. Они видели, понимали и чувствовали, что непобедимые всего каких-то пару недель назад советские бойцы, командиры и политработники еле ноги волочат от голода, все раненые-перераненные, без боеприпасов, среди них в панике мечутся пожилые обозники, бабы с ребятишками, действуют мародёры, дезертиры, предатели.

Пьяным от убийств, страха, коньяка и 'Panzerschokolade' негодяям встречаться блиндажи, землянки, блиндажи с полностью обессиленными ранеными, местными жителями. Такую картину, наверное, увидели бы завоеватели после штурма Ленинграда, не вступись за него 2-я Ударная армия в январе, не создай большевики 'Дорогу жизни' по Ладоге и воздушный мост. Вид умирающих людей вызывал у принимающих препарат 'Pervitin' негодяев нездоровый энтузиазм. Прибывшие весной на Восточный фронт, они даже не догадывались, скольких завоевателей уложили эти 'доходяги' за 5 месяцев мордами в болото навсегда. Знай, какие герои, чудо-богатыри умирают на их глазах, даже эти подлецы прониклись бы чувством уважения к беспримерной доблести советских воинов и силе советского оружия. Военные преступники принялись убивать измождённых голодом и ранами страдальцев из 364-го армейского полевого госпиталя. Кто имел оружие из командиров и политработников, отстреливались до последнего или кончали жизнь самоубийством. Другие нечастные, кто мог, из последних сил ползли прочь от узкоколейки в лес, но палачи шли следом и стреляли, стреляли, стреляли:

Страшным надругательствам солдат из 291-й 'прусской' пехотной дивизии Герцога подвергались медсёстры и вольнонаёмные молодые санитарки госпиталя. Пытки, убийства и изнасилования фиксировал для истории внештатный фотограф 506-г пехотного полка Гундлах. Некоторых женщин после группового изнасилования наркоманы убивали, других зверски пытали, отрезали груди и уродовали лица. Кого-то просто с сатанинским хохотом избивали до состояния окровавленного куска мяса:

- Они же все добровольцы эти красные ведьмы! Воодушевляют тут своих мужчин сопротивляться!

Находясь под действием наркотика 'Pervitin' звери-насильники в человеческом облике не замечали ни трупов вокруг, ни страшной худобы и завшивленности жертв. Подлецов прислали сюда капиталисты, которые сами застрелили в себе совесть, и в своих солдатах застрелили совесть. А что человек без совести? Зверь! Правильно назвал Гитлер операция 'Raubtier' - дикий зверь. Его солдаты были зверями.

Оборону на Керести в конечной счёте тоже организовать не удалось. Лично храбрый Алферьев не сумел вместе с работниками штаба остановить панику на рубеже реки Кересть разрозненных отрядов арьергарда. Сказалось массовое включение в число боевых подразделений тыловых работников, не имеющих опыта, а значит и требуемой психологической стойкости в бою. Власов резервов не предусмотрел. Надежды Алферьева на то, что 15-20 штабных работников смогут остановить толпу решительно настроенных бойцов и командиров боевых подразделений и толпу обозников среди лесных зарослей быстро рассеялись. Все вокруг понимали, что генерал Алферьева - не командарм Власов. Только Власов имел исключительные полномочия командарма, в том числе дать указание о немедленном решении через трибунал армии о расстреле по УК РСФСР за оставление поля боя. Кроме Власова ещё начальник Штарма-2 полковник Виноградов имел право давать любые приказания любому военнослужащему в армии. Алферьев такими правами не располагал. Его приказы в боевой обстановке, тем более в обстановке паники, имели гораздо меньший вес, чем прямые приказы Власова или Виноградова. Эта субординация для военных имела ключевое значение. Пусть не Власов, но хотя бы его начштаба Виноградов обязаны были находиться в войсках арьергарда и бороться с паникой, а не только штабные работники-операторы вместе с Алферьевым. Власов вместе с начальником Особого Отдела НКВД и бойцами роты Особого Отдела и роты охраны штаба могли бы навести порядок, но они находились у западного входа на 'дорогу жизни', поближе к эвакуации. Недееспособность импровизированного заградотряда из работников и бойцов Штарма-2 - один из факторов неудачи миссии Алферьева, если не брать в расчёт подавляющее превосходство наступающих фашистов и неизвестное местоположение командиров и политработников из перемешавшихся частей и подразделений, не имеющих возможности повилять на своих бойцов.

Ju 87 и Ju 88 усиленно бомбили 'дорогу жизни'. Советская истребительная авиация появлялась далеко не всегда. Иногда истребители появлялись с опозданием и 'лаптёжники', наубивав и напереколечив, успевали удрать. Бомбардировщики и истребители атаковали переправы и дороги несколько раз группами по 20-30 машин. Небо гудело, содрогалась от бомбовых ударов земля: Обессиленные, обескровленные остатки войск без команды начали отход на последний рубеж обороны по реке Глушица. Из-за потери управления, не понимая, что происходит, группы бойцов и командиров самовольно двигались на восток под кики гитлеровцев через громкоговорители 'Рус, сдавайсь!' Несмотря ни на что, люди не теряли надежды: 'Сколько нам немцы дорогу не закрывали, каждый раз мы её обратно открывали. И на этот раз откроем!' Они знали, что прав Сталин: 'Нет таких крепостей, которые большевики не могли бы взять. Мы решили ряд труднейших задач. Мы свергли капитализм. Мы взяли власть. Мы построили крупнейшую социалистическую индустрию:'

Понтонные мосты и переправы на Волхове вместе с другими зенитчиками защищала 1-я батарея 461-го зенитного дивизиона воинов-сибиряков, только что вышедшая из боёв у 'дороги жизни'. Убийцы атаковали и саму батарею. Только тот, кто испытал хотя бы 5-10-минутный налёт авиации, может понять, что такое 4-5 налётов в течение дня: вой сирен Ju 87, взрывы бомб, пулемётные очереди истребителей Bf 109F, которые расстреливают тебя в упор на бреющем полёте. После первого же захода кажется: на батарее не должно оставаться никого в живых. Но она, как птица Феникс, снова возрождается из пепла и на каждый бомбовый удар отвечает артиллерийскими залпами. 'Лаптежники' один за другим уходили на запад с повреждениями и дымами, или падали в болота. Над всем этим таинственно мерцали северные 'белые ночи', которые отнимали возможности не видеть безрадостную и жуткую действительность...

Казалось, день тот никогда не кончится. Солнце точно остановилось на месте! Жгло так, что деваться некуда. Жара! Одновременно гитлеровцы предприняли новые отчаянные попытки выполнить приказ Гитлера сбросить войска Волховского фронта с Волховского плацдарма. Главный удар вновь нацелен на 38-й стрелковый полк Канищева из 'тюменской' дивизии Кошевого, занимающий позиции у Мясного Бора. Если 'тюменцы' сдадут Мясной Бор, никто через дорог жизни больше не выйдет. Сибиряки это понимают и готовились умереть, но не пропустить врага. Сколько таких маленьких Куликовых полей, маленьких полей Бородино, маленьких Брестских крепостей, разъездов Дубосеково возникало с первых часов войны? И не сосчитать! Сопротивление Красной Армии, сильно проигрывавшей врагу в численности, особенно у самой границы, велось в режиме постоянного подвига. По-другому остановить тушу армии 5 стран не получалось, по-другому не получалось остановить 'Blitzkrieg':

В полку Канищева через 6 месяцев непрерывных боёв около 300 человек, да и те измотаны до предела. Вдобавок ко всему Канищев утром тяжело ранен. Полк принял под командование начштаба 60-го стрелкового полка старший лейтенант Топорков. Он бывший учитель, комсомолец из Мордовии. Взяв с собой резервный взвод автоматчиков, Топорков организовал контратаку в месте вражеского прорыва. Фашисты, не выдержали смелого удара, несмотря на превосходство в силах, отступили. За первой фашистской атакой последовала вторая, третья... Всего шесть атак. Несколько раз 'тюменцы' сходились с пьяными от препарата 'Pervitin' гитлеровцами врукопашную. Вечером Топорков доложил комдиву по телефону:

- Товарищ '06'-ой! Они снова идут в атаку. Бой уже у наших блиндажей. Людей совсем мало. Кончаются боеприпасы. Дайте огонь на меня!

- Сынок, знаю, что трудно. У меня тоже негусто. Но поддержим - огнём 'Катюш'. Даю огонь на тебя!

Едва Топорков успел отдать команду бойцам укрыться, как в воздухе послышался нарастающий шипящий свист. Затем вокруг ад разверзся. Гвардейцы-миномётчики сработали точно. Полковой залп лёг в самую гущу идущих открыто подлецов. Около 150 оккупантов смело с лица земли. Низко плыл дым. Сумерки. Последняя на атака отбита 'огнём на себя'...

В 23:15 после 'мясной атаки' массами пехоты в духе Первой Мировой войны, оккупанты снова перерезали 'дорогу жизни', двигаясь вдоль 'просеки Крайпе' к отметке 40,5. Это уже четвёртая попытка, которую предпринимал Wehrmacht, чтобы в духе операции 'Raubtier', назначенной Гитлером в марте, окружить 2-ю Ударную армию. Что-то не очень неблагоприятное происходило с 'сильнейшей армией Европы', если каждый раз ей приходилось 'лыко-мочало - начинай сначала'. Или ей просто противостояла не менее мощная сила?

Линдеманн грустил. Его артиллерия израсходовала за последние дни почти все снаряды, которые выделил ему фон Кюхлер со своих складов, где они полгода накапливались для штурма Ленинграда. А вдруг Власов окончательно вырвется? Что тогда говорить Гитлеру? Ну уж точно не правду!

- Ну и пусть! - буркнул военный преступник Линдеманн, буравя ледяными глазами портрет своего сына, лейтенанта из одного из управлений OKW, попавший по пьяни в плен 2-й Ударной армии когда навещал своего дружка на передовой. - Если победы не будет, мы её придумаем!

Дальнейшее распространение оккупантов вдоль 'дороги жизни' остановили советские огневые точки - подбитые ранее советские танки с пехотой при них. В плен попало 500 обессиленных больных, выходящих на плацдарм. К этому времени по 'дороге жизни' вышло 6018 человек раненых и около 1000 человек здоровых бойцов и командиров из различных соединений. Это более 1/4 из всех оставшихся в строю воинов 2-й Ударной армии. Казалось, ещё немного, ещё чуть-чуть:


## Глава 19. О тех, кто не дал убить ленинградцев


В белую ночь на 23 июня войскам Власова сброшено 7000 килограмм продовольствия, 138 240 патронов, 1940 килограмм горюче-смазочных материалов. Огнём фашистских зениток и истребителями сбито 5 транспортов Ли-2 и 5 самолётов У-2. В связи с этим транспортировка по воздуху более невозможна. По 'дороге жизни' носильщиками и лошадьми под прикрытием автоматчиков Власову направлено на вьюках 6400 килограмм продовольствия. Вместе с доставленным воздушным транспортом - это 1/2 нормального суточного довольствия.

Luftwaffe с рассветом до полудня активно бомбило и штурмовало войска Власова. На 'дорогу жизни' проведено 294 самолёто-вылета. Очень много. Сброшено около 500 000 листовок 380 RA/vp, сочинённых в белогвардейской триколорной манере и отпечатанных с Прибалтике: 'Всю зиму вы голодали, мёрзли и валялись в грызи. Ваших раненых оставляли на произвол судьбы. Вы были пушечным мясом, вас гнали на убой как скот. Десятки тысяч ваших товарищей полегли перед немецкими позициями от голода, холода и без боеприпасов. Затеявшие эту бойню кремлёвские заправила из-за бездарности и тупоумия рушат всё, и имеют ещё наглость издеваться над вами. ДОВОЛЬНО - ХВАТИТ! Не проливайте вашу кровь за Сталина и за его англо-американских капиталистов. Не медля ни минуты идите к нам, вашим настоящим друзьям'...

'Пой, ласточка, пой...' как пелось в знаменитой неаполитанской песенке-вальс 'Vieni sul mar': Столкнувшись с варварством фашизма, советские люди очень хорошо чувствовали всё то ценное и большое, что добыли народы России 25 лет тому назад. Сын пастуха теперь читал Гегеля! Как он должен смотреть на немецкого 'философа' и белогвардейца-эмигранта, превративших философию в справочник по скотоводству? С каким омерзением слушали советские люди рассказы пленных кретинов, которые рассказывали, что у них частные собственники построили 'социализм', и что они приспособили для работы вместо лошадей немцев, поляков и французов?

ВВС Волховского фронта наносили удары по этим 'настоящим друзьям', как указывалось в геббельсовских листовках, в районе Новая Кересть, Ольховка. Произведено 76 боевых вылетов на бомбёжку, штурмовку и прикрытие войск. 313-й штурмовой авиаполк Петрова из состава 1-й ударной авиагруппы на Ил-2 штурмовал и бомбил скопления оккупантов и лесные дороги в южной части 'Волховского рукава'. В воздушных боях сбито 5 самолётов Luftwaffe. 5 советских самолётов не вернулись.

За день 'дорога жизни' с боями немного расширена в восточной её части, и её оборона упрочена. Ширина пробитого 'коридора' на востоке 1500 метров, с запада около 1000 метров. В узкой части прохода по реке Полисть занял оборону ударный отряд с 5 танками Т-34. Каркасом обороны дороги жизни выступали 11 подбитых в предыдущих боях танков Т-34 и Т-60, эвакуация которых из-за периодически сильного обстрела задерживалась. Эти танки, с одной стороны, служили ориентирами для выхода, с другой стороны, притягивали на себя огонь фашистов. Остатки 267-й, 327-й стрелковых, 19-й гвардейской дивизий, 23-й стрелковой бригады занимали рубеж обороны по реке Глушица фронтом на запад.

До полудня по 'дороге жизни' эвакуировано нарастающим итого 6400 раненых и больных, вышло более 1000 вооружённых бойцов и командиров. Выходило и местное население. Бойцы и командиры появлялись на Волховском плацдарме грязные, истощённые, все замотанные, перемотанные бинтами, шинели и ватники прожжены. На стальных нагрудниках множественные следы от пуль и осколков. Некоторые люди, пройдя передовую, тут же падали. Так спасали Ленинград! Но и здесь шёл обстрел, налетали стервятники. Раненые перенесли обстрелы и бомбёжки куда более болезненно, чем здоровые бойцы. На них удручающе действовала собственная беззащитность, беспомощность. В раненом начинала кипеть обида на несправедливость жизни. Иногда прорывалось:

- Добилась своего, попала в меня - и хватит. А что же ты, гадина, бьёшь лежачего!

Гражданские молчали. Все истощены. Детишки даже не плакали - сил нет. При беженцах чаще всего ни продуктов, ни одежды. На женщинах рваньё, на детях тоже. Вот что натворили проклятые капиталисты: Бойцы смотрели на женщин и детей и невольно плакали, проецируя их вид на образы своих близких, оставшихся на оккупированной территории. Воины отдавали свои пайки, а сами оставались голодными: Вышедшие относительно здоровыми 930 бойцов приведены в порядок, накормлены, довооружены, дообмундированы и организовано направлены в резерв Власова для обороны 'дороги жизни'. Они вынулись на 'дорогу жизни' и заняли позиции по её обороне.

Из захваченных у пленных документов стало известно, что утром в 'Долину смерти' прибыло очередное немецкое мясо - I батальон 100-го горно-егерского полка. Из 'группы Дебес' в 'группу Вандель' для восполнения потерь прибыл III батальон 377-го пехотного полка 225-й 'гамбургской' пехотной дивизии. В Чудово подлецы срочно организовали курсы младших командиров для восстановления потерь. Действующие у реки Полисть 1-я, 58-я пехотные и 20-я моторизованная дивизии основательно обескровлены. Так, например, в ротах 1-й пехотой дивизии имелось по 120-140 человек при штатной численности в 191 человек. Полковые гаубицы 58-й пехотной дивизии обстреливали с юга участки южной просеки, которую подлецы называли 'Дора', оставляя дальние просеки дивизионной артиллерии. Корректировщики находились примерно в 50 метрах от передовой позиции пехоты и направляли огонь на советские колонны, двигавшиеся по южной дороге, однако добиться эффективности стрельбы не получалось из-за деревьев, скрывающих и цели и разрывы.

С занятием пехотными полками 254-й пехотной дивизии Кёллинга деревень Новая Кересть и Кречно, и началом отхода советских отрядов от Керести к Глушице, Алферьев уже никак не мог управлять частями и подразделениями арьергарда в лесистой местности на территории 2,5 x 2,5 километра. Эти отряды не имели ни проводной связи, ни радиостанций. Связь с Алферьевым потерял и Власов. Его КП севернее реки Глушица снова попал под бомбовый удар.

Пока арьергарды беспорядочно отходили к Глушице, отдельные отряды обнаглевших гитлеровцев уже просочились вдоль жердевой дороги и узкоколейки, и даже восточнее этой реки. Часть гитлеровцев, конечно, нашла свою могилу на Глушице, но остальные создавали паническую обстановку. В такой ситуации штабы соединений арьергарда не могли организовать оборону. Алферьеву при помощи заградотряда из командиров штаб армии на время всё-так удалось остановить бегущих к Глушице. Действиями отрядов здесь руководили от имени штаба фронта по 1-2 средних командира из тыловых соединений, хотя это нетривиальная задача даже для самых опытных и смелых.

Несмотря на действия заградотряда, значительная часть бойцов арьергардов из 92-й и 327-й стрелковых дивизий и 53-й стрелковой бригады, всего не более 1500 человек, при отходе от Керести на Глушице даже не задержались, а различными окольными путями ушли по лесам к реке Полисть, фактически бросив своих командиров. Дальнейший процесс выхода их на восток к Мясному Бору уже никем не управлялся.

Подлецы смогли небольшими группами занять лесополосу между северной и центральной просеками, что сделало движение колонн оставшейся части войск на восток по центральной просеке 'дороги жизни' в светлое время суток невозможным. Выходить могли только мелкие группы. Выходящих на плацдарм вдоль дороги защищали подбитые танки, танковый десант, сильный окаймляющий артиллерийский огонь, в том числе 'Катюш'. В ходе боя у центральной просеки окружён и почти полностью уничтожен I батальон 220-го полка 58-й пехотной дивизии. Его остатки позорно бежали. 'Долина смерти'!

Пол полудня положение резко ухудшилось. Счёт пошёл на часы. На участке леса теперь уже площадью 1500 x 1500 метров между Глушицей и Полистью сгрудились все остатки армии - около 10 500 человек военных - численность меньше немецкой дивизии, а также около 2000 эвакуированных и 500 партизан. Район, занимаемый советскими войсками, сократился до таких размеров, что мог простреливаться полевой артиллерией оккупантов на всю глубину. Другой вопрос, что этот район сплошь густой лес. Раненым армейского госпиталя тяжелее всего. Их всё прибавлялось, а эвакуация прекратилась. Когда уходишь на войну мальчишкой, тобой владеет иллюзия бессмертия. Других убивают, но не тебя. Потом, когда тебя тяжело ранят, эта иллюзия пропадает. И ты понимаешь, что смерть может случиться и с тобой.

Госпитальных палаток не хватало. Тяжелораненые лежали на каждой кочке, тут же порой и умирали от ран. Кроме красноармейцев перед Глушицей множество беженцев - грязные, мокрые, оборванные. Ютились на кочках где посуше, в шалашах. Донимало комарье - июнь в Поволховье самый комариный месяц. Голодовка. Припасы, взятые из дома, кончились. В пищу у беженцев, когда они съели все грибы и ягоды в округе, пошла трава-кислица, липовые листья и даже кора. Пили воду из ямок, вырытых вдали от шалашей. Ели лошадей. Беженцев ежедневно бомбили и обстреливали. Вокруг иногда разыгрывался настоящий ад и люди молились: 'Хоть бы убило! Только б не ранило...'

Удар Ju 87 по танкам, охраняющим центральную просеку не принёс подлецам удачи - уничтожен всего один танк, поэтому все атаки фашистов перед фронтом из танков проваливались. Советская артиллерия вела сильный огонь, окаймляя 1,5 километровый 'коридор', по которому выходили к Мясному Бору, Теремцу-Курляндскому войска и беженцы. В результате подлецы не могли заменить свои разбитые батальоны более свежими для закрытия 'коридора'.

Остающиеся в окружении отряды совсем на походили на соединения, имена которых носили. В 191-й стрелковой дивизии в строю 800 человек, в 46-й - 600 человек, в 327-й - 800 человек, в 382-й - 1500 человек, в 305-й - 800 человек, в полку 19-й гвардейской стрелковой дивизии - 200 человек. 53-я стрелковая бригада насчитывала в строю 570 человек, 22-я - 200 человек и так далее. Всего в армии не более 12 000 человек и ещё 800 бойцов стройбата. С ними 2500 местных жителей и 300 партизан. У Власова имелось несколько танков Т-60, которые оставались ранее в ремонте. Штаб Власова находился в районе штаба 57-й стрелковой бригады между реками Глушица и Полисть около урочища Дровяное Поле - большой лесозаготовительной поляны.

Каждый день задержки с выводом смерти подобен. Командирам в пехоте выдают по 40-50 граммов хлеба и 200 граммов конины в сутки. Рядовым выдают только конины по 150 граммов. Это в 12 раз меньше необходимых 3500 калорий для воюющего мужчины! Три дня на таком пайке и у откормленного ноги не пойдут, а эти люди после месячной голодовки! Вот они, потерянные Власовым дни в мае!

Все ждали выхода. Артиллерия Власова частью погружена на площадки узкоколейки, частью обеспечена прицепами, автотранспортом и горючим. Автотранспорт - 1100 грузовиков, автобусов и легковых машин разбит на эшелоны, но только 875 имеют по 1/2 бака бензина. Для перекрытия в движении разрушенных участков дорог подготовлены щиты.

После форсирования Керести гитлеровцы атаковали незащищённый КП армии. Шли в ротных колоннах с песнями и криками 'Рус, сдавайсь!' В бой пошла рота Особого Отдела НКВД - 150 человек, которая выкосила из ДП первую колонну фрицев, рассеяла вторую и заставила залечь в болото третью. У каждого бойца-чекиста ППШ-41 или СВТ-40. Они оттеснили фашистов и повели сдерживающий бой. Военный совет и штаб армии начали уничтожать средства связи и менять дислокацию. Власов и его начштаба Виноградов с этого момента по существу потеряли управление войсками и более боями не руководили. Это использовал враг, который беспрепятственно проникал в тылы и наводил панику.

Власов думал, что за ним пришлют самолёт и прикажут улетать. Но комфронта Мерецков самолёт не прислал. Власов обиделся и окончательно растерялся. Он не принял мер к поддержанию связи с Мерецковым, хотя имел в распоряжении всю связь армии, обеспеченную находящимся при нём батальоном связи. Не исключено, что действия командующего, отличавшиеся неорганизованностью и приведшие к потере управления войсками, не случайны. Наконец Власов отдал устное распоряжение начальникам родов войск и командирам соединений уничтожить всю технику. Началось массовое уничтожение и порча матчасти, вооружения, автотранспорта, средств связи, оставшихся боеприпасов и другого имущества. Повсюду начались пожары и взрывы.

Батальоны 291-й пехотной дивизии 'группы Гуррана' в это время с боем продвинулись на 2 километра от Новой Керести, Кречно к началу 'дороги жизни' на восток. Так закончился самый длинный день в году.

На рассвете 23 июня после массированного налёта авиации Линдеманн вновь бросил своих смертников в бой и они вплотную подошли к 'коридору'. Ширина 'коридора' всего 300-метров, чуть больше, чем 'коридор' Линдеманна, который образовался в конце марта, когда его войска в Волховском рукаве были отрезаны 'архангельцами' и 'шахтёрами'. Армейский госпиталь Власова, медсанбаты дивизий и медроты полков постепенно выходили через 'коридор' по узкоколейке под орудийным огнём, толкая перед собой вагонетки с ранеными. В одном месте фашистская разведка прорвалась к самой дороге и медики взялись за оружие. Начальник аптеки из санроты 1258-го стрелкового полка Вайда вместе с санитарками отбили атаку винтовочным огнём и спасли своих раненых.

Пока группа войск Власова пыталась выходить к своим, группа войск его заместителя Алферьева оборонялась против наседавших с запада подлецов. Погода хорошая, а бойцы её не чувствовали. Из-за комаров ходили в шинелях, иногда делали скатки через плечо. От потери крови у раненых кружилась голова, временами они впадали в забытье. Казалось, покидают последние силы. Командирам и комиссарам приходилось брать себя в руки, скрывать перед товарищами своё состояние. Они же советские люди, многие - большевики. Им следовал подавать пример бодрости.

Для дальнейших атак на Малое Замошье 'группа Хоппе' получила в качестве подкрепления танки и сапёров. Танки вышли на южную окраину Малого Замошья. Это последний населённый пункт, удерживаемый окруженцами Власова. После налёта Ju 87 в деревню ворвался бельгийский батальон из 2-й моторизованной бригады SS. Бельгийцев поддерживал 266-й батальон из норвежских наёмников SS. Два батальона подлецов с танками вклинились в оборону остатков 305-й 'московской' стрелковой дивизии на глубину до 1,5 километров юго-западнее деревни. Для обеспечения тыла 'московской' дивизии её 1002-й стрелковый полка развернул фронт на север в 4-х километрах южнее Новой Кересть, Кречно. 'Московичи' полуокружены, дорога на Новую Кересть, Кречно гитлеровцам открыта. Но паники нет. Есть упорное, умелое, ожесточённое сопротивление. Несколько групп диверсантов, всего около 60 подлецов, проникших в тыл 'москвичей' с целью посеять панику, уничтожить бойцов и командиров артполка, хладнокровно перебиты в ближнем бою. Пленных не брали. Взяты трофеи. У каждого фрица при себе имелся запас продуктов на три дня. Продовольствие поступило в общий котёл.

Вечером после налёта Ju 87 началась новая атака штурмовых групп подлецов на 'дорогу жизни' с севера и юга. У войск армии Власова, идущих на восток, вышло из строя множество грузовиков. Контратака с юга на север поддерживалась артиллерийским огнём. За два дня 22 и 23 июня всего вышло из окружения 13 000 человек, из них 7000 раненых.

В белую ночь на 24 июня экипажи 658-го легкобомбардировочного авиаполка совершили 23 боевых вылета для уничтожения войск группы 'Венделя' у Ольховки и на дороге на Кречно. Сброшено 4500 килограммов бомб. Уничтожено 5 грузовиков с грузами и пехотой, 1 бронемашина, 4 повозки, 10 всадников, около 60 велосипедистов.

Власов и Виноградов отдали последний приказ: 'Окончательный выход через реку Полисть на Мясной Бор'. Начало выхода через 300-метровый коридор в 22:30. Отрядам 22-й и 59-й стрелковых бригад следовало двигаться вдоль жердевой дороги от отметки 37,7 до отметки 40,5. Отрядам 53-й, 57-й и 25-й стрелковых бригад, 46-й и 382-й стрелковых дивизий - вдоль узкоколейки. В возникший при движении этих отрядов 'коридор' следовало затем выходить войскам арьергарда.

'Коридор' от поляны вокруг отметки 30,7 на реке Полисть до поляны со отметкой 40,5 на лежневой дороге и далее на восток в это время удерживали группы следующих частей и соединений, если перечислять с востока на запад: 24-й особой стрелковой бригады, 25-й кавдивизии, 2-й стрелковой дивизии - фронтом на север, 374-й и 165-й стрелковых дивизий - фронтом на юг. Как подвижные огневые точки и на юге и на севере использовались подбитые танки. Стержень обороны - 11 потерявших в разное врем в предыдущих боях ход танков Т-43 и Т-60. Теперь это стальные ДОТы. Расположение этих танков, красных ромбиков на плане местности на столе начальника АБТУ Волховского фронта являлись как бы путеводной нитью Ариадны для несчастных, выходящих их лабиринта кровожадного Минотавра. Танкисты, поддерживая пехоту, как всегда оказались на решающем участке фронта, там, где обстановка оказалась наиболее сложной. Несмотря на исключительно трудные условии, они в тесном взаимодействии с пехотой и артиллерией причиняли врагу большой урон. Посильную помощь оказывали партизаны, в том числе отряд Туваловича. Общая численность войск обеспечивающих 'коридор' не превышала 8000 человек, то есть примерно соответствовала численности выходящих войск.

На рубеже Глушицы из последних сил держались в старых ДЗОТах оккупантов остатки 327-й 'воронежской' стрелковой дивизии гвардии генерала Антюфеева. Имея назначение в другую дивизию за Волховом, Антюфеев добровольно остался со своими товарищами. Героический 1100-й стрелковый полк 'воронежцев' за 6 месяцев боёв и особенно за последнюю неделю утратил весь свой состав. 1098-й Коммунистический стрелковый полк, почти целиком состоящий из воронежских коммунистов и комсомольцев, тоже. Много раненых находились по ту сторону Волхова. 1102-й стрелковый полк имел в строю всего одну роту из 80 средних младших командиров и политработников. 894-й артполк состоял из 15 человек. За 10 месяцев страшной войны погибли почти 4000 воронежцев этой дивизии, более 8000 тысяч получили ранения. Они выполнили клятву народу, данную при принятии присяги: ':не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагами:' И вот теперь их только горстка. Что может такая горстка против многих тысяч озверевших фашистов? Оказывается, может их остановить и держать, пока товарищи не выйдут на плацдарм. Так сражалась Брестская крепость, так сражались Аджимушкайские каменоломни, так сражались 28 панфиловцев у разъезда Дубосеково: Так спасали Ленинград!

Организуя выход частей из окружения, Власов не предусматривал выход их с боем, не принял заранее мер к укреплению и расширению 300-метрового 'коридора' вдоль центральной просеки и узкоколейки. Командиры частей и соединений при выходе из окружения к бою не готовились, хотя граница 'коридора' являлась условной и группы гитлеровских смертников периодически просачивались за линию танков и десантников. Организация вывода страдала более, чем серьёзными недостатками в силу растерянности и потери управления войсками. Войска Власова в этом время представляли собой сводные отряды с ручным стрелковым оружием и ручными гранатами, под управлением командиров соответствующих соединений. Окаймляющая артподготовка и сопровождение артиллерии не предусматривалась ни в каком виде, хотя имелось значительное количество снарядов к 'сорокапяткам' и даже к 'полковушкам'. На авось. Хаотичное и в некоторой мере даже преждевременное уничтожение тяжёлого вооружения сделали обессиленные войска Власова в самый пиковый момент операции плохо вооружёнными.

В начале ночи, когда все, от ездового до генерала, кроме прикрывавших фланги, пошли на выход, Власов в боевые порядки не встал, в войсках не появлялся, сидел сиднем в блиндаже. Постоянно объезжал войска член Военного совета Зуев на своей 'эмке'. Особенно активно и смело вёл себя начальник Особого Отдела 2-й Ударной армии майор госбезопасности Шашков, так не любимый Власовым. Он ободрял бойцов, призывал проявить мужество и смелость. Особый Отдел выбивался из сил, стараясь навести порядок в хаосе скопившихся у Глушицы тыловиков, раненых и местных жителей. Жаль, что Шашков своевременно не принял решительных мер по наведению порядка и предотвращению цепи предательств в самом штабе, а Военный совет армии - Зуев и Лебедев не пресекли панических действий Власова и Виноградова:

Штаб Власова начал выдвигаться из урочища Дровяное Поле в расположение 59-й отдельной стрелковой бригады у реки Глушица на КП 57-й стрелковой бригады Евстафеева. Связь Мерецкова со штабом 2-й Ударной армии прервалась. Потеряна последняя посадочная площадка для У-2 - 100 метров ухабов и кочек на просеке 15-метровой ширины, откуда до последней возможности, уже под огнём мужественные авиаторы вывозили раненых, некоторых командиров, документы. Отрывался У-2 от земли за 9 секунд на фантастически низкой скорости 80 километров в час. Но и этого теперь нет. Последними улетели командир 305-й 'московской' стрелковой дивизии полковник Барабанщиков и его адъютант лейтенант Хоняка. Барабанщиков ранее преподавал в Военной академии Фрунзе на кафедре тактики, а затем на кафедре службы штабов. Его возвращали на преподавательскую работу. Перед этим лётчики эвакуировали тяжело раненого начальника артиллерии армии генерала Дегтярёва. Последний приземлившийся за генералом Белешёвым У-2 из 696-го ночного легкобомбардировочного авиаполка получил повреждения от миномётного огня и Белешёв уже не улетел.

Артиллеристы, сапёры, танкисты, связисты, медики, шофёры, возничие и другие специалисты взяли в руки винтовки и присоединились к стрелкам. Всего боеспособных в армии насчитывалось около 5500 человек - примерно два стрелковых полка по довоенному штату. Ещё 6500 не могли держать в руках оружия: раненые, больные, истощённые. Людей мучила страшная жажда, о табаке и еде мечтали как о манне небесной. Жестоко кусавшие комары не давали не то, что спать, даже вздремнуть. Спастись от них не получалось. Попытки выкурить из шалашей, сжигая хвойные ветви, не помогали. Но старшее страшного - страх неизвестности, плена, позора, смерти.

Продолжалось уничтожение матчасти, вооружения, техники, средств связи, боеприпасов и разного имущества - везде пожары и взрывы. У Малого Замошья 'москвичи' со слезами на глазах взорвали последние свои гаубицы. Пушки взрывали толовыми шашками. Вокруг Малого Замошья ярким пламенем горели подожжённые 'москвичами' грузовики с военным имуществом. Захватчикам не досталось почти ничего исправного. Многие части прятали свои знамёна, рассчитывая вернуться. В ящике из-под патронов штаб 848-го стрелкового полка 267-й стрелковой дивизии закопал свои документы в 5 километрах восточнее Глушицы.

В тылу фашистов, которые накапливались у Новой Керети, Кречно, в это время осталось ещё около 2000 человек: дезертиры, мародёры, отставшие, полностью обессиленные, окружённые, ищущие возможность прорваться к своим. Из показаний перебежчиков, опроса пленных, радиоперехвата, подлецы знали о времени и направлении атаки Власова. Готовились. Завозили по железной дороге 'Stern' в 'Волховском рукаве' снаряды, гнали пушечное мясо.

И вот время 'Ч'. В полумраке белой ночи пошли на выход по 'дороге жизни' налегке и колоннами остатки стрелковых бригад - две вдоль настила, две вдоль узкоколейки, две - вдоль жердевой дороги. Багровый лунный диск висел справа, предвещая несчастье. К стрелкам примкнули все, кто мог идти: артиллеристы, водители, интенданты, ремонтники, повара. Кое-кто решил остался, особенно украинцы, надеясь пробраться домой по оккупированной территории. Затаились в зарослях как тетёрки. Красноармейцы 59-го отдельного сапёрного батальона пошли вперёд с кличем: 'Погибать, так героями!' Части, осуществляющие защиту 'дороге жизни', обозначали её границы пуском сигнальных ракет белого цвета. Основа обороны 'коридора' огневые точки 11 ранее подбитых танков. Они же ориентиры для движения. Гитлеровцы сквозь сильно переломанный берёзовых лес и осинник вели наобум пулемётный огонь. В ветвях то и дело щёлкали разрывные пули от 7,92-милиимеровых патронов AUX St 1 41. Этот патрон назывался по-научному 'патрон с практической бронебойно-трассирующей пулей, имеющий малый стальной сердечник и cамоликвидирующее устройство'. Обычная 7,92-милиимеровая тяжёлая пуля s.S со стальным сердечником от патрона 7,92x57 Mauser пролетела бы насквозь и поразила человека. но разрывная срабатывала от касания о ветви и таким образом не поражала людей. Русский лес спасал своих детей.

Первыми шли остатки 57-й стрелковой бригады майора Евстифеева - около 300 человек. Евстифеев получил пополнение из лыжных батальонов единственный раз - в конце февраля - 1100 человек. По приказу Евстифеева остатки бригады сразу начали пробиваться на восток малыми группами. Сам комбриг вместе с группой из 12 человек двинулся на север. По дороге несколько человек подорвались на минах.

Гитлеровцы ожидаемо открыли сильный пулемётный и заградительный артиллерийский огонь с обоих сторон 'дороги жизни' - с севера и юга. Огонь не прицельный. Подлецам мешали деревья и кустарники в изгибах русла Полисти и Глушицы, дым горящего леса, водная взвесь, создающие как бы туман. Фашисты пустили в ход дымовые снаряды 6-ствольных миномётов, стараясь помешать ориентироваться выходящим из окружения. Но это идущим даже на руку. Снаряды гитлеровской артиллерии при падении зарывались глубоко в болота и давали высокие фонтаны мокрого торфа, а осколки принимала на себя болотная жижа - камуфлет.

Советская ствольная и реактивная артиллерия в ответ повела хорошо подготовленный непрерывный массированный огонь на подавление вражеских батарей и окаймление зоны прорыва. В воздух поднялись гитлеровские и советские бомбардировщики. В небе гул, рёв моторов и стрёкот пулемётов в воздушных боях. Luftwaffe бомбило колонны прорыва, ВВС Волховского фронта позиции гитлеровцев вдоль маршрута движения колонн. Непрерывный грохот и гул. Земля ходила ходуном, по речкам и ручьям бегала рябь.

На выход двинулись остатки 25-й стрелковой бригады полковника Шелудько - три сводные роты из стрелков, автоматчиков, артиллеристов, связистов, разведчиков, противотанкистов, медиков, штабных работников. С раннего утра политрук бригады Щербаков организовал заградотряд, который задерживал всех проходивших военнослужащих, способных носить оружие. Вместе с остатками частей и подразделений бригады задержанных разбили на три роты. К каждой роте прикрепили оперработника Особого Отдела НКВД. Всего в бригаде 540 человек со стрелковым оружием. Свою артиллерию - 6 орудий калибра 76-миллиметров и 4 противотанковые 45-миллиметровые пушки бросили, поскольку орудия имели различные неисправности и повреждения. 6 миномётов калибра 120-миллиметров не имели мин. 82 и 50-миллиметровые миномёты ранее потеряны в боях. Бригада состояла в большее степени из этнических украинцев. Единственное за 5 месяцев пополнение в 500 человек получено в конце марта из одного из лыжных батальонов. Всё пополнение из Кировской области. При выходе на исходный рубеж 1-я и 2-я роты задержались и 3-я рота оставалась долгое время под шквальным миномётным огнём. Командование роты растерялось и не смогло обеспечить руководство. Рота младшего лейтенанта Кузовлёва под миномётным огнём с южной стороны 'коридора' дошла до настила и разбежалась в разные стороны. Группа из 20 человек с Кузовлёвым и оперуполномоченным Королёвым отошла в правую сторону от настила и натолкнулась на ДЗОТы. Под миномётным огнём группа залегла. В таком количестве группа не могла атаковать и Кузовлёв решил возвратиться к исходному рубежу, чтобы присоединиться к другим частям и выходить левее узкоколейки, где огонь с севера вёлся значительно слабее.

К 'дороге жизни' стали пробираться сильные группы гитлеровцев - штрафники и добровольцы. Все под воздействием метамфетамина 'Pervitin'. Многие ещё и пьяны. Они периодически приближались почти вплотную к дороге и из темноты вели обстрел. Один немец, видимо уже потерявший рассудок в этих болотах, вышел к самой дороге с карабином и, сев у дерева, стрелял как в тире: выбирал жертву, стрелял в ноги, затем добивал. И так далее, пока его не разглядели и не пристрелили как бешеную собаку. Из-за подобных перестрелок и артобстрела колоны распались.

В числе идущих находились группы из 59-й стрелковой бригады и 305-й стрелковой дивизии. Они смогли прочистить вдоль подбитых танков 'коридор' шириной в 600 метров, по которому немедля хлынули люди. За Глушицей и торфяником приблизительно через 500 метров мелкий кустарник. По нему подлецы то и дело вели миномётный огонь. Далее 'дорога жизни' свыше 5 километров шла среди деревьев. Она имела ширину до 400 метров, чуть больше длины Красной Площади в Москве. Только Красная Площадь вся открыта для обзора, а 'коридор' весь закрыт. Справа и слева поднимались белые ракеты. Это советские подразделения обозначали направление выхода.

Шли колонны, шли штабы и политотделы дивизий и бригад. Политрук Безушко из 18-го артполка РГК сказал товарищам:

- Если выйдем, жить будем долго! Если погибнем, Родина нас не забудет, навсегда запишет наши имена золотыми буквами в историю Великой Отечественной войны!

Фашисты вели по 'дороге жизни' слепой огонь из всех видов оружия по пристреленным ориентирам, в том числе по ранее подбитым танкам и большим воронкам от авиабомб, где старались укрываться идущие. То и дело на пути идущих попадались убитые и раненые. Наименьшие потери несли те, кто максимально быстро преодолевал зоны обстрела.

Вот на фоне артиллерийской канонады и более близкой пулемётно-ружейной перестрелки слышатся мягкие и чёткие звуки: пам... пам... пам... Будто великан выбивает исполинских размеров ковёр. Через несколько томительных, тревожных секунд пронзительное завывание, и около лежневой дороги с резким металлически-стеклянным звоном рвутся мины. Резко пахнет порохом и гремучей ртутью. Среди идущих крики раненых, зовут санитаров. Миномётный обстрел в лесу опаснее, чем на открытой местности. Мина, похожая на веретено, от соприкосновения даже с тонкой веткой прыскает во все стороны сотнями осколков и обдает всё сверху смертоносным душем. Завалы деревьев значительно приглушили разрывы. Осколки режут вершины берёз. Сверху супятся ветви и листья... Опять: пам... пам... пам... пам... Батарея миномётов успела дать семь-восемь залпов. И замолкла, когда по её расположению ударили неведомые окруженцам артиллеристы. Снаряды откуда-то со стороны Мясного Бора с лёгким шорохом летели над идущими:

Из-за пулемётного и миномётного огня справа толпа невольно ушла волной в другую сторону. Ориентировались с помощью подбитых за несколько месяцев машин, танков, укрытий. Часть людей бежала и шла что есть сил, другие двигались перебежками, укрываясь в больших бомбовых и снарядных воронках. Третьи делали короткие перебежки и падали для передышки под незначительные кочки, маленькие воронки от мин и мелких снарядов. Все действовали молча, сосредоточенно. Откуда силы брались, никто не знал. Но силы брались чаще всего из осознания правоты своего святого дела защиты Родины и свободы, желания продолжить борьбу за счастливое будущее своих детей без капиталистического рабства, без рабовладельцев частных собственников, желания отомстить оккупантам за разорённую страну, убитых и замученных людей...

Группы фашистских штрафников из 'частей испытательного срока' в надежде на снятие наказания проникали по чаще и между танками и отрядами защиты 'дороги жизни' к узкоколейке и жердевой дороге. Они думали найти здесь деморализованные толпы, но на их беду яростное сопротивление сводных групп и партизан, защищающих выходящие войска, не ослабевало. То и дело возникали рукопашные схватки. Красноармейцы и партизаны кидались в атаку с криком 'Ура!' Чем меньше патронов и гранат, тем громче клич. В дыму, тумане и среди леса боевой клич 'Ура!' играл роль звукового сигнала для всех идти вперёд, даже если к атаке не готовились и видимости происходящего практически нет. Это древнее русское подсознательное самоорганизующее начало лесных жителей: если все ударят разом, то получится лучше. Заодно понятно кто где, чтобы не стрелять по своим. На врага несущееся со всех сторон 'Ура!' действовало деморализующе. Сколько человек в лесу кричит, не разобрать. Но понятно, что много и они со всех сторон, и настроены решительно. Заканчивали атаку порой уже по-пластунски, но своё дело делали - разогнали оккупантов. Вели преследование. Схватки переходили в ожесточённый рукопашный бой. Во главе одной из групп ходил в штыковую атаку гвардии генерал Антюфеев. Он уже вышел из окружения, получил назначение командовать 24-й гвардейской стрелковой дивизией, ранее вышедшей из котла, но счёл для себя необходимым вывести свою прежнюю дивизию, и с разрешения Мерецкова вернулся к 'воронежцам'.

Многое чувств выплёскивалось в те отчаянные минуты: и обида на судьбу, и осознанное желание покончить с собой, чтобы не попасть в позорный плен. И неожиданная злость, какая приходит к человеку, когда ему уже совершенно не на что надеяться. Рукопашный бой страшен уже тем, что свою смерть можно разглядеть в лицо. Но советские люди шли врукопашную часто вопреки всякой военной и обычной жизненной логике. И у немцев каждый раз сдавали нервы! Они бежали, на своей шкуре испытывая, что такое ожесточение русских, советских людей, в которых вселилась невиданная ярость. Против неё никакая сила не устоит.

Старший политрук 660-го сапёрного отдельного батальона Калиниченко в штыковом бою убил троих. Ещё один ударил политрука штыком в грудь, но того спас стальной нагрудник. Этого фрица заколол связной политрука. В этом бою рядом с Калиниченко погиб комбат и военфельдшер Алексеева: Группа из 23-й стрелковой бригады, состоящая из 5 человек - старшего лейтенанта Смирнова, политрука Романова, старшины Папакина, сержанта Стрельченко, красноармейца Щеремета в бою за границей 300-метровой зоны 'коридора' уничтожила два ДЗОТа, пулемётную точку в подбитом танке и 5 гитлеровцев в рукопашной. Они же вынесли знамя бригады. Их однополчанин лейтенант Леус уничтожил пулемётный расчёт. Сражение в кромешной тьме распалось на смертельные схватки отдельных бойцов и групп.

Остатки 540-й штрафного батальона гитлеровцев оказались уничтожены. Требовалось его новое формирование. Солдаты 100-го горно-егерского полка, прошедшие через Крит, говорили, вернувшись из 'Долины смерти':

- Лучше семь раз взять Крит, чем сражаться в этом аду!

Коммунист, красноармеец артполка 259-й стрелковой дивизии Петровский заметил пулемёт, ведущий фланговый огонь по его подразделению. Тогда он незаметно в зарослях и завалах прокрался с тыла и уничтожил расчёт, а затем уничтожил двух подносчиков патронов, поспешивших к пулемёту, чем открыл своим дорогу. Что характерно, захватывая позиции врага или его ранцы и вещмешки, люди под огнём усаживались есть трофейные сухари и консервы, вместо того, чтобы идти дальше.

Сержант Сторожев и красноармеец Моташков из 1265-го стрелкового полка 382-й стрелковой дивизии захватили ДЗОТ. Оба получили ранения, но обороняли ДЗОТ от попыток гитлеровцев его отбить. Фашисты окружили ДЗОТ, кричали:

- Рус, сдавайсь!

Но герои продолжали отстреливаться. Тогда подлецы подожгли ДЗОТ. Сибиряки стреляли до конца, приняв мученическую смерть за Родину.

Случаются в жизни ситуации, когда сознание, чувства отмеряют время, ни в малейшей мере не согласуясь с механическими часами. Бывает, время течёт легко и стремительно, как вода в горном ручье. Сейчас же оно ползло очень медленно. Стояло: Навстречу окруженцам с востока к реке Глушица по 'дороге жизни' выдвинулся сводный отряд из 10 танков Т-34 из 26-й танковой бригады с десантом на борту и мотопехотой - 900 человек под общим командованием отважного Коркина.

На промежуточном рубеже со стороны Новой Керести подлецы 4:00 прорвали фронт, двинулись вдоль узкоколейки и жердевой дороги и юго-восточнее заняли совхоз Кречно. 'Группа Гуррана' - батальоны 291-й 'прусской' пехотной дивизии, наевшись вволю таблеток препарата 'Pervitin' и запив их шнапсом с граппой, повели наступление от Кречно к просеке 'Фридрих', которую советские части называли 'северной дорогой'. Цель - запечатать с запада 'дорогу жизни', по крой утекали советские войска. II батальон 505-го пехотного полка наступал по лесу севернее этой просеки, III батальон 506-го полка капитана Вайеля южнее. Вайль шёл наобум, всё время попадая под огонь своей артиллерии. После сильной перестрелки в лесу, 'пруссаки' вышли к узкоколейке. На узкоколейке вереница вагонеток, забитых мёртвыми и ранеными советскими бойцами. Над ними тучами вились мухи, мошки, комары. Южнее большой лесной лагерь с женщинами и детьми. Примерно 2000 человек. Будь на пути Вайля хоть какие-то значительные силы, он просто не дошёл бы до узкоколейки. Небольшие советские группы с севера и юга постоянно пересекали железную дорогу в тылу Вайля, поскольку его соседи из-за условий местности и постоянных стычек просто стояли на месте, поэтому Вайль оставлял по мере продвижения на восток опорные пункты.

Местность оказалась особенно трудная - редко когда при следующем шаге удавалось не утонуть по колено. Где же армия Власова? Никаких уходящих войсковых колонн, никакой артиллерии, толп бегущих или заваленных трупами окрестностей! Армия Власова как сквозь землю провалилась! С действовавшими севернее и южнее просеки 'Эрика' частями связи пока не имелось. Этот участок артиллерия подлецов не обстреливала, сосредоточившись на 'дороге жизни', где продолжали движение на восток значительные советские группы и отдельные бойцы.

Капитан 'пруссаков' ничем не мог порадовать своего дивизионного командира, а тот прибывшего в 'Волховский рукав' командующего группой армий 'Север' фон Кюхлера. Военный преступник с пластмассовыми рыбьими глазами желал получить донесения об окружении многотысячных толп большевиков, полгода изматывающих его группу армий, но долгожданного рапорта всё не поступало.

В 5:00 у Мерецкова возобновилась связь со штабом 305-й 'московской' стрелковой дивизии. Подразделения сосредоточены и ждали приказ на выход. Мерецков приказал выходить по узкоколейке на Полисть. На это последовал ответ 'сюда выйти не могу'. Выходом по 'дороге жизни' оставшихся войск руководили командиры частей и подразделений. Им видней. Некоторые группы бойцов выбирались сами по себе. Когда по 'дороге жизни' вёлся обстрел, власть командиров заканчивалась и начиналась стихия. Дым, гарь от разрывов, дым от воронок, испарения болот создавали тяжёлую туманную завесу.

На пути выходящих по 'дороге жизни' крошечная речка Полисть, похожая на дренажный канал. Название реки означает топь, болото, трясина. Воды по колено, иногда по пояс, но одежда мгновенно намокала и шинель становилась тяжёлой как пудовая гиря. Надо бы вылить воду из сапог, выжать шинель, отжать гимнастёрку, но задерживаться нельзя: над головой с севера вдоль русла жужжали как рассерженные шмели трассирующие пули. По низкому звуку летящей пули бывалый фронтовик понимал: враг ещё далеко. Когда враг рядом, пуля не жужжит, а свистит. Вода порой вскипала от взрывов и осколков. Впереди в дыму и тумане нагромождение перекрученных металлических полос - разбитая узкоколейка, выводящая на плацдарм как нить Ариадны. Деревянный мост через Полсть разбит. Дорога пристреляна и идти надо только вдоль неё, но только по лесу. То здесь, то там лежат на траве бойцы. У некоторых глаза открыты. Трудно поверить, что эти ребята больше не встанут:

Относительно открытую полосу у берега, где деревья не защищают, люди преодолевали ползком. Земля шевелилась от ползущих. Вокруг трассеры расчерчивали воздух. За Полистью пулемётный обстрел сразу шёл на убыль. Но короткие артиллерийские и миномётные налёты усилились, особенно со стороны лежневых дорог и 'веерной поляны' лесозаготовителей у отметки 40.3. На артналёты бойцы, командиры и местные жители реагировали по-разному: кто падал, а кто продолжал упрямо идти. И то верно, никто не знал, когда дорогу снова закроют. Минута дорога. Люди слабели с каждым шагом, но помощи почти не просили. В сознании постоянно стучало: 'Нельзя отставать от своих!'

Вот со стороны Замошского болота начала бить батарея подлецов, которые не желали давать защитникам родной земли право на жизнь. Один из шальных снарядов угодил в людей: облако дыма, пыли и грязи: Как подкошенные падали убитые и раненые. 'Будь проклят Гитлер!' Кого-то отбросило и оглушило, но он дальше ползёт из окружения. Выползает, не выходит. У кого остаются силы, стараются помочь вконец обессиленным. Таково советское воспитание добра: 'Сам погибай, а товарища выручай!'

4-я гвардейская стрелковая дивизия двумя полкам при поддержке танков 7-й гвардейской танковой бригады Шнайдера после полудня атаковала восточнее реки Полисть на север вдоль Безымянного ручья для расширения 'коридора'. Шансов удержаться на 'дороге жизни' у гитлеровцев более не осталось. Все их подходящие сюда небольшие подразделения очень быстро уничтожались, а крупные части они не могли подвести из-за сильнейшего артиллерийского огня. Т-34 практически не вели огня. Они как бульдозеры сносили ДЗОТы, поднимая фонтаны болотной жижи и обломков своими широкими гусеницами, закапывали пулемёты и орудия:

Чу! Перед окруженцами впереди простор всё шире - герои прошли 'дорогу жизни'. Впереди шум боя. И вот навстречу четыре родненьких аккуратненьких танка Т-34 с десантом. Все ликуют. Раненые и истощённые без оружия, кто покрепче - вышел с винтовками и другим вооружением. Один пожилой солдат вынес на себе ротный миномёт, ручной пулемёт и свой карабин. 13-летний мальчик вынес на спине трёхлетнюю сестрёнку.. Шёл окровавленный боец - ему оторвало руку, он нёс её с собой: Боец 1240-го полка кроме документов полка вынес пулемёт с тремя дисками и ТТ. Вот это воины! Богатыри! Ни одно соединение 2-й Ударной армии не утратило боевого знамени! В таком аду! Ни одно!

К 9:30 из окружения вышли более 10 000 бойцов и командиров. Их встречали как героев. Молча совали в руки сахар, сухари, масло, глядели сочувственно, сострадающе, с солидарностью и сопричастностью к общему делу.

Штаб Власова располагался в урочище Дровяной Двор в 5 километрах восточнее Новой Керести между Глушицей и Полистью. Он снова попал под бомбёжку. Из строя вышли начальник артиллерии, замначальника ВВС, начальник 8-го отдела, комиссар разведотдела и много других командиров. Начальники родов войск доложили Власову о том, что техника уничтожена. Только незначительная часть орудий и автомашин попали в руки врага в исправном виде. Военный совет армии решил, что штабу армии следует разбиться на группы и примкнуть к штабам бригад и дивизий, чтобы выходить вместе с ними. Власов распорядился весь начсостав своего штаба разбить на три группы. Назначил старших, которым следовало вести группы вместе со штабами соединений арьергардов по 'коридору'.

Военный совет армии, Особый Отдел, Власов, Зуев, Виноградов, Белишев, Афанасьев и другие, всего 120 человек решили примкнуть к штабу 46-й стрелковой дивизии полковника Чёрного и под охраной роты Особого Отдела и роты охраны штаба идти за отрядами Чёрного. Выход штаба армии и штабов арьергардов - ночь на 25 июня под прикрытием 57-й стрелковой бригады. Отделы разошлись по местам. Рации дали сигнал о перемене места.

Тем временем с запада от совхоза Кречно в авангарде войск группы армий 'Север' по лесу севернее просеки наступал II батальон 505-го пехотного полка 'прусской' дивизии, III батальон 506-го пехотного полка капитана Вайеля из этой же дивизии наступал южнее. Захватчики шли по линии узкоколейки и по лесу по обе стороны от неё.

Власов, устранившись от командования, не предпринял ни малейших действий, чтобы организовать здесь оборону. Отчаянное сопротивление по своему почину оказывали отдельные группы советских бойцов, занимая позиции вокруг платформ с различным воинским имуществом: противогазы, полевые кухни, ящики с гильзами, палатки, котелки, валенки, шинели, ёмкости для горючего и воды. 'Группа Венделя' - части 61-й и 254-й пехотных дивизий вели бой уже юго-восточнее Кречно. Они шли к западному входу на 'дорогу жизни', выталкивая перед собой оставшиеся советские отряды и толпу местных жителей.

Днём Власов вышел на связь со штабом фронта и согласовал общее время для следующей совместной атаки в 'коридоре' - 22:30. Власов получил и передал командирам дивизий и бригад предупреждение Мерецкова: 'Это будет последняя атака и поэтому нужно проявить всю смелости и решительность в движении вперёд!' Последняя не потому, что Мерецков бросал Власова на произвол судьбы, а потому, что фашисты уже подтягивали к Глушице миномёты и подводили танки, чтобы расстрелять и раздавить тысячи людей на пятачке 800 x 800 метров. Мерецков больше не имел войск для ещё одного пробития 'коридора', если его закроют большими силами, а оперативное окружение Власова стало уже тактическим - войска сбились в кучу на крохотном пятачке в качестве живой мишени для снарядов, мин и бомб. Либо прорыв - либо расстрел артиллерией! Управление остатками войск Власов в значительной мере уже утерял, несмотря на большое количество начальников в его распоряжении.

В течение дня Luftwaffe бомбило не только войска и беженцев у 'дороги жизни', но и тылы войск на Волховском плацдарме и переправы через Волхов. Впервые за последний месяц стервятникам удалось повредить мосты у Селищенского посёлка и Шевелёво. Мост у Шевелёво восстановили быстро, а мостом у Селищенского посёлка предстояло возиться сутки. Истребители ВВС Волховского фронта и два истребительных полка Балтфлота успешно срывали большинство налётов. Ju 87 и Ju 88 часто уходили от цели и сбрасывали бомбы куда ни попадя, лишь бы увеличить скорость для бегства. В воздушных боях над Долиной смерти' за день сбито 7 бомбардировщиков Ju 88, 2 'лапотника' Ju 87, 6 'худых' истребителей Bf 109. Зенитчиками и пехотным оружием сбито 4 самолёта. Всего 19. Лётчик одного из самолётов взят в плен.

Налёты Ju 87 по-прежнему не могли уничтожить танки, которые обороняли 'коридор', не давая подлецам подойти к центральной просеке. По ней продолжался выход войск и местного населения, но уже не колоннами и даже не подразделениями, а небольшими отдельными группами по собственному почину.

'Группа Яшке' в попытках подойти к 'дороге жизни' с севера надорвалась. Все подчинённые ей 26 батальонов имели боевую численность от 50 до 150 человек. Чем же им перекрыть просеку 'Эрика'? Линдеманн требовал от Яшке наступать и наступать, будто тот имел полноценные батальоны в 850 человек! Смена войск не проводилось - людей нет! Но как же, фон Кюхлер наблюдает за сражением! Вот и приходилось отправлять в 'Долину смерти' штрафников и добровольцев, накаченных метамфетамином 'Pervitin'. Смертников навьючивали пулемётами и патронами как мулов. Не многие возвращались назад, поскольку на них охотились группы советских бойцов, желая подавить кочующие огневые точки:

Остатки 305-й 'московской' стрелковой дивизии и 59-й 'саратовской' стрелковой бригады и те, кто уцелел из штабных подразделений, отражали атаки с юга и юго-запада. Очень мешали оставшиеся многочисленные военнослужащие армейских штабных служб, подразделений тыла армии, оказавшиеся без руководства. Решив продержаться до наступления ночи, 'москвичи' по радиосвязи просили поддержать попытку прорваться в направлении Подберезья. По воздуху они получили кое-какие продукты и боеприпасы. Но подлецы раскрыли этот план и ураганным огнём из орудий всех систем, миномётов, пулемётов сорвал эту попытку.

В 20:00 по приказу начальника тыла 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии майора Бегуна весь оставшийся личный состав дивизии, всего около 300 человек, двинулся по центральной просеке на Мясной Бор. Вместе с ними пошли колонны из других бригад и дивизий, численностью до 3000 человек. Прошли от поляны Дровяное Поле около 3-х километров, когда на колонны обрушился шквальный пулемётный и арт-миномётный огонь. Поступила команда отойти назад на 50 метров. При отходе возникла паника и бегство по лесу. Колонны распались на мелкие группы и разбрелись, не зная, что делать дальше. Чувство страшной опасности леденило сердце, но растерянности чаще всего не вызвало. Это новобранец думает: 'Такого со мной не может случиться'. Солдат, побывавший под огнём не раз и не два, считает иначе: 'Это может со мной произойти, потому надо быть осторожнее'. Тот, кто неоднократно видел смерть своих товарищей, осознает: 'Это должно и со мной случиться. Но не случится, если только меня здесь не будет'. Каждый человек или маленькая группа решали свою дальнейшую судьбу самостоятельно. Единое руководство утратилось. 1/3 из остатков 'дальневосточной дивизии в 100 человек решила идти другим путём - по узкоколейке. В результате с некоторыми потерями группа прошла через зону шквального огня.

К 20:00 III батальон 506-го 'прусского' пехотного полка Вайля вышел к Глушице. Здесь подлецы натолкнулись на яростную оборону группы 'воронежцев' из 100 человек, подошедшей с севера и занявшей хорошо укреплённые позиции. 'Пруссаки' попали под мощный обстрел и предприняли обходной маневр. Батальон прошёл ещё 600 метров и остановился перед входом на 'дорогу жизни'. Никаких значительных групп войск Вайль здесь не обнаружил! Далее завоеватели волховских лесов и болот двигаться не могли - на флангах 'дороги жизни' располагались густые минные поля, гитлеровские и советские. II батальон 505-го 'прусского' пехотного полка из-за этого свернул за батальоном Вайля на юг и стал пробираться по 'просеке Фридрих'.

Власов к этому моменту утратил какие-либо рычаги для организации обороны. Остатки войск оборонялись самостоятельно. Новый командир 305-й 'московской' стрелковой дивизии майор Силыч в 20:00 донёс в штаб фронта, что связался с Власовым, который одобрил план его выхода через Большое Замошское болото. Для обеспечения выхода привлекли артиллерийскую группировку из 200 орудий с плацдарма. Она открыла такой интересный огонь по южной просеке и поперечным просекам, где окопалась 58-я 'нижне-саксонская' пехотная дивизия, что несколько гектаров леса утонули в непроницаемой пелене водной взвеси, пыли и дыма. Полковые залпы сделали 'Катюши'. После этого несколько взводов 154-го пехотного полка 'нижне-саксонцев' без вести пропали, в двух батальонах не осталось офицеров старше лейтенанта. Связь с КП полка прервалась. Затем последовала не менее сокрушительная атака боевых групп 'москвичей'. 'Нижне-саксонцы' дрогнули и побежали к просеке, которую они назвали просека 'Крайпе'.

Не прекращали настойчивых ударов по артиллерии и миномётам оккупантов штурмовики Ил-2 из 569-го штурмового авиаполка Заклёпы. Лётчики всё эти дни выполняли по 4-5 вылетов в сутки. Жили в палатках поэскадрильно. В палатках ставили кровати, но как в казарме спали на белье. Подъём всегда ранний. Лето. Умывались под открытым небом, одевались, шли в столовую на завтрак. Кормили сытно: котлеты, каша, хлеб, масло, чай. Потом шли на аэродром, на КП, вместе с лётчиками стрелки. Комполка ставил задачу эскадрильям. Командиры эскадрилий уже конкретно ставили задачи на вылет. Готовились: наносили маршрут, делали расчёты. На КП ждали команды на вылет. Вот команда! Разбегались по самолётам. Механик помогал застегнуть парашют и сесть в кабину. Красна ракета! На взлёт! Эскадрилья взлетала, на петле ведущий собирал группу, и на высоте 1200-1300 грозные машины шли к цели.

После боевой работы сели, отрулили на посадку. Все вылезают. Доложили комэску. Потом все обсуждают вылет. Стрелки отдельно собираются, лётчики перед самолётами. В кружок встанут, скручивают цигарки. Руки у всех от усталости и нервного напряжения трясутся, все молчат. Прикурили и пошёл разговор.

- Я смотрю, а он... - начинает один.

- Я сюда, а тут... - почти прерывает его другой.

- А тут зенитка как...!!! - восклицает третий.

Все молодые. Самому старшему 25 лет. Капитан. Со стороны ничего не понять. Но они понимают. Об одном говорят. Потом всех сажают на машину и на КП, а там, может, и новая задача. Вечером летавшим по 100 грамм. Сидели в столовой. В полку был Вася-баянист, которого штурмовики 'украли' у артиллеристов. Под баян песни и танцы. Девушек в полку много: связистки, оружейницы. Тамара Кудишина летала стрелком. Тася Голованова, тоже летала стрелком вместе с лётчиком Кольниченко. Они любили друг друга. Она ему писала: 'И не увидишь синюю пилотку на моей удалой голове'. Погибли вместе:

В 22:30 остатки войск армии Власова в сумасшедшем фосфорическом свечении неба белой ночи двинулись от Глушицы к реке Полисть. Впереди у настила шли боевые группы 22-й стрелковой бригады, у жердевой дороги остатки 57-й и 53-й стрелковых бригад, вдоль узкоколейки группы 46-й и 382-й стрелковых дивизий. Как речной поток в горловину 'дороги жизни', длиной 5 километров и шириной 300-400 метров, хлынула лавина измождённых, отчаявшихся людей, утративших командование. Позади них среди толп военнослужащих и гражданских островками порядка оставались штабы соединений. Последними по плану отступали арьергарды и партизаны.

С началом движения начался обстрел с юга и севера. Земля гудела и содрогалась. Небо расчертили коричневые дуги воющих 35-килограммовых снарядов 158-миллиметровых 6-ствольных химических миномётов Nebelwerfer. В это же время по местности вдоль 'дороги жизни' открыли окаймляющий огонь артиллеристы Волховского фронта. Периодически целые квадраты леса накрывались полковыми залпами 'Катюш'. В лесных квадратах 1000 x 1000 метров уничтожались группы гитлеровцев, пытавшиеся пробраться между танков к 'дороге жизни'. Вокруг визжало, скрипело, грохотал и бухало. Лес горел. В небе вокруг свои и чужие сигнальные ракеты. Плотный, непрерывны заградительный огонь советской артиллерии, временами переходящий в ураганный, не давал подлецам подвести сколь-нибудь значимые части ближе. Однако небольшие группы, отдельные солдаты, пьяные и обожравшиеся препарата 'Pervitin', всё же рисковали за отпуск, железный крест или снятие судимости, и подходили к центральной просеке и узкоколейке, чтобы вести ружейно-пулемётный огонь. Появились вражеские 'кукушки'. Их раз за разом убивали советские пули, размазывали советские снаряды, выслеживали советские бойцы, но они лезли и лезли как тараканы, истошно вопя на весь лес:

- Рус, сдавайсь!

Пару особо вредных 'кукушек' взялись ликвидировать партизаны отряда Туваловича.

- Взводу разведчиков найти и уничтожить 'кукушек', - распорядился командир партизан.

Разведчики рассыпались в цепь и осторожно стали пробираться лесом. Впереди прогремели два особенно громких выстрела. Взяли направление на звуки. Осматривали деревья и кусты. Останавливаясь, прислушивались, но выстрелы не повторялись. Только грохотала общая канонада. Вот и опушка леса у Глушицы. 'Кукушек' не обнаружили. Прочесали лес в обратном направлении. Впустую. Возвратились к КП отряда. Вдруг в лесу рядом снова выстрелы.

- Надо 'кукушек' выследить, - предложил партизан Журов.

Выслали в засаду троих разведчиков. Они залегли и пролежали около часа. За это время ни одного выстрела. Как только ребята возвратились, 'кукушки' ожили.

- Испытаем ещё один вариант, - предложил Тувалович разведчикам. - Когда пойдёте лесом, Журовой и Лучинским пусть незаметно залягут. Остальные дойдут до опушки и возвратятся...

Журовой и Лучинский залегли. Замаскировались. Дождались возвращения товарищей. Теперь 'кукушки' уверены, что рядом с ними никого нет. Никаких признаков врага. Минуты кажутся часами. Журовой и Лучинский лежат 5, 10, 20 минут, не шевелятся. Комарьё и мухи атакуют вовсю. Но обнаружить себя нельзя, а то можно стать добычей того, на кого охотятся. Прошло полчаса. Появилась мысль: 'Ушли снайперы. Надо и нам уходить... Вот полежим ещё минуту'.

Как раз в эту самую минуту на тропе послышались шаги. Кто-то из беженцев шёл от Глушицы. Вдруг над самой головой Журового ба-бах! От неожиданности он подпрыгнул всем телом. Осторожно автоматом ППШ отвёл в сторону ветку куста и увидел чуть заметное облачко дыма почти у самой верхушки высокого дерева. Но на дереве никого. Взгляд упал на кудрявое дерево совсем рядом. На толстой ветке сидел человек в пятнистом маскировочном костюме. Партизан прицелился и дал по нему короткую очередь, и только тогда подумал: 'Надо было взять живым'. Снайпер выпустил из рук винтовку, и она гулко стукнулась о землю. 'Чего же он не падает?' - пронеслось в голове. Не покидая укрытия, партизаны наблюдали за фашистом: ранен или убит. Если ранен, подходить опасно - может гранатами забросать. Опасения напрасны. Голова 'кукушки' безжизненно опустилась на грудь. Мёртвое тело устойчиво держится на ветке. Присмотревшись, заметили, что оно пристёгнуто ремнем к стволу дерева. Видать, опытный головорез. Дали несколько очередей - ремень лопнут, и тело валилось на землю.

Снайпер действительно оказался опытной, запасливой сволочью. Кроме патронов гранаты, две плитки шоколада, полфляги кофе, сигареты и: мел. На деревья забирался с помощью 'кошек'. Второго снайпера нашли по следам 'кошек' на стволе. Когда подошли к дереву, фашист бросил гранату, но она не взорвалась. Привет от антифашистов Германии. Очереди ППШ сняли и эту 'кукушку'...

Мощный окаймляющий огонь серьёзно ограничивал действия мелких фашистских групп. Они чаще всего не имели радиста, а проложить под огнём телефонную линию не могли. Поэтому огонь гитлеровской артиллерии по-прежнему вёлся по площадям, не прицельно. Также гитлеровцы не могли поднести аким группам боеприпасы и эвакуировать раненых. Основное направление, по которому они рвались к 'дороге жизни' - русло реки Полисть с её пологими песчаными берегами. Обороны по Глушице не существовало и фашисты с запада тоже относительно свободно продвигались к Полисти, обгоняя по лесу отступающие советские войска и беженцев. В район оставленного КП Власова с запада уже вышли авангарды 'пруссаков', ведущих непрерывный хаотичный огонь. Группы Штарма-2 и Военного совета направились к жердевой дороге за боевой группой 57-й и 25-й стрелковых бригад.

Власов, начштаба Виноградов, комиссар Зуев, Белишев двинулись не к Полисти с войсками, а севернее. Командующий покинул поле боя. 2-я Ударная армия как единое войсковое формирование более не существовала. Погубил Власов армию. Он оказался трусом и предал всех, кто не щадя жизни шёл по его приказу в бой. Военнослужащие различных армейских штабных служб, подразделений тыла, раненые, кто не смог ночью выйти вслед за боевыми отрядами и остались в урочище Дровяное Поле, оказались безо всякого руководства совершенно беспомощными. А ведь как верили этому богатырского сложения генералу, ругателю, прибаутчику, краснословцу!

Несмотря на потери от арт-миномётного огня, отдельные группы войск под руководством своих мужественных командиров и политработников, а также часть беженцев, всё-таки прошли к Полисть и двинулись дальше. Огневые точки в ранее подбитых советских танках кое-где действовали и держали фашистов на расстоянии. К самим танкам, по которым вёлся огонь, приближаться не следовало. Те, кто шёл используя танки как ориентиры - вышли. Те, кто отклонялась вправо-влево на 100-150 метров, оказывались в переломном, задымлённом лесу перед позициями захватчиков. Из-за того, что процесс выхода в целом никем не управлялся, отдельные подразделения и группы под миномётным обстрелом залегли и никакого движения не производили в ожидании прекращения огня, в то время как обстановка требовала безостановочно двигаться. Многих тыловых работников и гражданских это погубило: Отряды 19-й гвардейской стрелковой дивизия пошли не по 'дороге жизни', а по тылам противника севернее, и этим сохранили личный состав лучше других. На войне разумный риск приносит успех.

Остатки 59-й 'саратовкой' стрелковой бригады под командованием майора Кононова выходили через узкоколейку в 23:00. Первым пошёл 3-й батальон, вторым - 2-й батальон. В результате сильного огня возникла стихия, мелкие подразделения растерялись, вместо кулака возникли мелкие группы и даже одиночки. Командиры уже не могли управлять. Много групп бросались с места на место, и никто не удосужился все эти группы организовать и с боем выйти на плацдарм. Из-за задержки на КП, командование 'саратовцев', начальники служб, а также командование батальонов из окружения не вышли. Оторвавшись от основной массы бригады и начав движение небольшой группой, они рассеялись и частично погибли. Когда же последние бойцы-'саратовцы', свернув остатки штаба, который руководил обороной правого фланга, подошли к 'дороге жизни', она снова оказалась закрыта. 'Саратовцы' снова оказались в окружении вместе со штабом 305-й 'московской' стрелковой дивизии и остатками его полков, прикрывающих отход армии.

Остатки войск западнее снова запечатанного 'коридора' образовали три группы со своими командирами. Боеприпасов почти нет. Радиосвязи и продовольствия нет. Медикаментов и транспорта нет. В гораздо более безобидной ситуации французы и поляки сдавались целыми полами под оркестр и при офицерах, отдававших врагу свои сабли в торжественной обстановке. Деграданты. Но кто сейчас желал сдаваться? Подлецы тоже на последнем издыхании - численность частей SS Polizei-Division дивизии у 'Долины смерти' всего 200 человек.

В белую ночью на 25 июня на КП 46-й 'новгородской' стрелковой дивизии Чёрного прибыли работники штаба армии и Военного совета во главе с Власовым. Остатки дивизии располагались севернее всех войск, скопившихся у Глушицы. Власов решил вывести штаб армии и тыловые учреждения походным порядком. Лес в квадрате 800 x 800 метров между рекой Глушица и рекой Полисть сильно повыкосило артогнём, который подлецы вели всю ночь с юга со стороны Большого Замошья, Теремца-Курляндского, и с севера со стороны Спасской Полисти. В щепу и обломки превратилось ещё не уничтоженное военное имущество. Восточнее Полисти сильно разрушены все три дороги: настил, гать и узкоколейка.

Колонна работников штаба армии во главе с Власовым, пошедшая на выход за группами 'новгородцев', представляла собой мирную толпу с беспорядочным движением, демаскированную и шумную: Власов, его 'походно-полевая жена' повариха Маша и парикмахерша Зина, адъютант командующего - красноармеец, член Военного совета дивизионный комиссар Зуев, заместитель его адъютанта старший политрук Селезнёв, прокурор армии, начхим, начарт, Начальник Особого Отдела армии майор госбезопасности Шашков, генерал Белемеев, начсвязи генерал Алферьев, комиссар штаба армии полковой комиссар Свиридов, его адъютант Петров, военврач 3 ранга, женщина-военфельдшер, Дилкин - шофёр грузовика личной охраны Власова, Абрамов - шофёр грузовой машины-фургона, оборудованного под полевой кабинет Власова, Молотов, Сухомлинов - шофёры легковых машин члена Военного Совета, Кот - шофёр машины-вездехода члена Военного Совета, Вертюков и Гринько - шофёры начальника Особого Отдела, Зверев - личный шофёр Власова, а также другие шофёры, санинструкторы, бойцы личной охраны Власова, Особого Отдела и прочие. Всего 175 человек. Командный состав имел пистолеты ТТ, наганы и автоматы ППШ. Многие бойцы имели гранаты, винтовки, карабины и по 10-20 патронов к ним.

От берёзового леса и осинника у 'дороги жизни' почти ничего не осталось. Дыбились корневища, торчали уполовиненные стволы между завалов из веток, сучьев, щепы. Каждая новая воронка сразу заполнялась водой.

Гитлеровские разведчики колонну обнаружили и миномёты обстреляли её местоположение. Будь командиры, работники штаба и женщины окопными бойцами, они безусловно прошли бы на выход и вышли, как в точно такой же ситуации вышли многие тысячи бойцов их армии и даже раненые, и даже местные жители. Для этого требовалось ложиться в грязь и двигаться перебежками, заранее намечая место, где вновь залечь. Ружейно-пулемётного огня не велось и это было гораздо проще, чем в атаке. Но все они являлись штабными, тем более среди них имелись вольнонаемные женщины. Одна из полевых жён Власова парикмахерша Зина упала в обморок. Крик же Ворновой: 'Андрюша, я боюсь!' развернул Власова как всадник разворачивать на скаку лошадь. Ну вот как Вороной, в модельном шёлковом платье от лучший ленинградской портнихи лечь в грязь и на ветки? А ведь в чемодане ещё тёмно-зелёное пальто с норковым воротником и манжетами за 150 рублей, замшевые полусапожки индпошива серые на меху и каблуке - 250 рублей, лаковые туфельки за 200 рублей, куча блузок по 30 рублей и так далее.

Не крикни Воронова, не пожалей своих тряпок, маникюра и причёски, Власов мог и не повернуть. Но бывшая германская поданная это крикнула. В дымке и тумане от водной взвеси, поднятой взрывами, группа распалась. Управление утратилось. Группа Власова, Вороновой, Виноградова, Белешёва, Афанасьева и других ушли сквозь дым левее. Парикмахерша Зина потерялась. Тыловое охранение осталось на западном берегу реки Полисть. Группа 'новгородцев' вернулась на свой КП. Группа во главе с Зуевым и начальником Особого Отдела Шашковым с отрядом автоматчиков в 70 человек из Особого Отдела НКВД ушли правее к реке Полисть и высоте 40,5. Шашков получил тяжёлое осколочное ранение в лицо при артобстреле. Не желая являться обузой для товарищей, страшась в беспомощном состоянии попасть в плен, мучимый страшной болью, этот мужественный большевик застрелился. Оказавшись на реке Полисть под огнём, охранение под командой замначальника Особого Отдела НКВД Горбова броском вырвалось вперёд, пошло на выход и вскоре вышло на Волховский плацдарм. Военный Совет и тыловое охранение осталось на западном берегу Полисти. Штаб армии, как её сердце и мозг, распался.

Командиры и комиссар 709-го батальона связи Пескова, двигавшиеся в одной группе с Власовым, после того, как попали под миномётный огонь, самостоятельно вышли на плацдарм и сообщили командованию где в последний раз видели штаб армии и Власова. Из группы Власова вышли также начхимслужбы и прокурор армии. Мерецков немедленно отправил к Власову танковую группа своего адъютанта капитана Бороды - 5 танков Т-34 с десантом. Борода имели приказ найти и охранять командарма. Адъютант командующего - украинец. Молод, хорошо сложен, подтянут. В тёмно-каштановых, небрежно причёсанных волосах нечто театральное. В армии не новичок. Говорил с резко выраженным украинским акцентом. Спокойный, уверенный, основательный. Борода - отличный командир. Хорошо воспитан, честен и на редкость храбр в бою. Он всегда называл вещи своими именами. В какой-то мере он копия своего шефа. В чертах характера капитана Бороды и генерала армии Мерецкова много общего. И главное - они походили друг на друга своей прямотой. Такой Власова из-под земли достанет. Группе Бороды пришлось прокладывать себе путь иногда гусеницами и огнём, теряя танки на минах и от огня противотанковых пушек. На последнем своем танке упрямый Борода добрался до КП штаба Власова, но там уже никого. Командарма нет нигде, как в воду канул. Свою армию Власов в последнюю битву не вёл.

В 2:00 белой ночи остатки частей 2-й Ударной армии, прошедшие Полисть, продолжали выходить общим потоком по 'дороге жизни' на восток. Выход по 'дороге жизни' прикрывала танковая группа храбреца Коркина, сформированная из 11 танков Т-34 и 900 красноармейцев и командиров 2-й Ударной армии, вышедших из окружения три дня назад. В результате действий отважного Коркина фашисты не смогли своим пулемётным обстрелом перекрыть дорогу жизни у реки Полисть.

В течение всей ночи продолжался выход подразделений, отрядов, неорганизованных групп, одиночек. Всего с оружием вышло до 6000 человек, из них 1500 раненых. Непрерывной цепочкой тянулось окруженцы от леса к Теремцу-Курляндскому. Бледные, усталые, худые, заросшие щетиной, в мокрых шинелях. Обмывочный пункт и санчасть на берегу Волхова возле деревни Плотишно работали круглосуточно. Окруженцев мыли, кормили, лечили. Одевали, обували если требовалось. Поднялось солнце, ободрив вышедших и подтвердив право на жизнь.

В 4:00 ураганный артиллерийский огонь фашистов по дорогам между Глушицей, Полистью и деревней Мясной Бор стих. В это же время над районом Глушицы и Полисти появились бомбардировщики и истребители Luftwaffe. Проклятые стервятники начали бомбить и обстреливать из пулемётов всех замеченных. Под бомбовый удар попали боевые порядки и район КП 25-й кавдивизии, а также приданный ей 244-й кавполк 87-й кавдивизии. Этот кавполк без учёта своих артиллеристов и миномётчиков насчитывал 120 опытных и отважных воинов. Кавалеристы всю ночь отбивали атаки групп гитлеровцев и уничтожали 'кукушек', пытавшихся через завесу заградительного огня пройти к 'дороге жизни'. Вскоре появилась вторая группа бомбардировщиков и тоже начала бомбить.

Остатки 23-й 'харьковской' стрелковой бригады, 92-й и 46-й стрелковых дивизий собрались вместе чтоб выйти к Мясному Бору. Значительная часть командиров и бойцов, оказалась ранена, многие повторно. Связь со штабом Власова отсутствовал. Выдали в последний раз еду - по 200 граммов варёной конины без соли. Ввиду сильнейшего артогня и обстрела бойцы получили приказ комполка майора Чинина разделиться на мелкие группы и выходить по отдельности. Комдив-92 полковник Ларичев собирал группу добровольцев из 60 бойцов, чтобы действовать как партизаны и ушёл с ними на север. 30 человек из штабной роты составили группу старшего лейтенанта Лифашина.

Из-за почти непрерывных налётов Luftwaffe с 9:30 движение на 'дороге жизни' замерло полностью. До этого времени счётчики у Мясного Бора насчитали примерно около 6000 человек вышедших, из них 1500 немедленно отправились в госпиталь.

Люди всё шли к Мясному Бору и шли: Впереди питательный пункт. Там окруженцев встречали как родных. Врачи обследовали, интенданты кормили: сахар, каша с маслом. Другое врачи запретили давать. Но окруженцы брали ещё хлеб с собой, сухари. На 2-3 человека выдавали 'наркомовскую' 100-граммовую порцию водки. Некоторые пили по 2-3 порции и их рвало слизью. После питательного пункта вышедших отправляли в сторону Волхова к деревне Костылево. Пригревало солнце. Многие бросались на траву и засыпали на 10-15 часов несмотря на бомбежку неподалёку и залпы советских батарей. В Костылево героев окружали заботой медработники, интенданты и представители Волховского фронта. Задавали массу вопрос. Особенно всех интересовало почему не вышло руководство армией, Власов и член Военного совета Зуев.

Не зная о том, что его настойчиво ищет адъютант Мерецкова, но догадываясь, что комфронта станет его искать, Власов в свою очередь отправил несколько работников штаба искать Зуева, Шашкова и парикмахершу Зою. Без успеха. Тогда он решил не рисковать под обстрелом своей жизнью, жизнью Вороновой и других, и дождаться момента затишья. Судя по характеру огня, у гитлеровцев заканчивались снаряды и мины. Настойчивая контрбатарейная и контрминомётная борьба советской артиллерийской группировки тоже давала результат. Интенсивность огня оккупантов заметно снизилась.

Группа Власова вернулась на КП полковника Чёрного. В этот период надёжного фронта с запада уже не существовало. Фашисты двигались к Глушице во взводных колоннах по дорогам и просекам и кричали на весь лес через громкоговорители:

- Рус, сдавайсь! Рус, сдавайсь!

Власов приказал своему заместителю по связи Афанасьеву, а также комиссару штаба Свиридову оборонять КП 'новгородцев'. Генералы собрали 50 храбрецов и встретили колонну фрицев ружейно-автоматным огнём. Колонну рассеяли. Этого хватало ненадолго. Фашисты продолжали прибывать. Лезли как тараканы изо всех щелей. Они подтянули пулемёты и начали сильный обстрел. Власов, несмотря на это, продолжал сидеть в шоке на открытом месте, не применяясь к местности. В нём чувствовалась растерянность. Афанасьев его упрашивал:

- Надо укрываться, товарищ командарм!

Но Власов продолжал сидеть на открытом месте. Оставаться на КП-46 стало уже невозможно. Инициативу взял на себя начштаба Виноградов. Свой с Власовым план - малой группой двигаться в тыл фашистов, чтобы через некоторое время в другом месте перейти линию фронта, они с Власовым, держал в секрете и никому о нём не говорили. Это план личного спасения на основе недостроенного запасного ВПУ, где вроде бы имелись запасы продовольствия. Бойцы и командиры могли не понять того капитулянтского решения. Следовало давит на безнадёжность. Майору Евстифееву, бывшему командиру 57-й стрелковой бригады, Власов заявил:

- Положение безнадёжное! Я попытаюсь уйти в направлении Ольховки и далее на север, к позициям 54-й армии Федюнинского!

Ранним утром заслоны подлецов на центральной просеке 'дороги жизни' оказались снова разгромлены в ходе концентрической атаки с востока и запада. Сказалось израсходование оккупантами запасов снарядов и резервов в предыдущие дни. Свободно разъезжающие вдоль узкоколейки от Полисти до Глушицы танки Т-34 и Т-60 из 29-й танковой бригады с десантниками на броне, не позволяли группам фашистов вновь перерезать 'дорогу жизни' восточнее Полисти.

Гитлеровцы здесь снова почти все погибли, пробитые, посечённые осколками, разорванные, оглушённые, засыпанные заживо, придавленные упавшими деревьями. 158-й сапёрный батальон 58-й пехотной дивизии истреблён. В нём из 820 человек осталось 2 офицера, 4 унтер-офицера и 22 рядовых. В 58-й пехотной дивизии фон Граффена осталась в резерве только группа сапёров. Когда эти сапёры вышли на просеку 'Дора' к паровой мельнице, чтобы задержать здесь выходящих на плацдарм советских бойцов и беженцев, их накрыло миномётным огнём. Вместо взятия пленных они потеряли 150 человек убитыми и ранеными. Капиталисты, устроившие для них этот ад на русской земле, в это время нежились на палубах яхт и лоджиях вилл под солнцем, у экзотических остров и на пляжах, играли в поло, развлекались с любовницами модельной внешности, и всё на деньги, полученные за организацию этих самых убийств! С помощью системы капитализма организаторы убийств полностью обезопасили себя и получили возможность творить преступления против человечества! Разве капитализм имеет право на существование? Разве капитализм имеет право на существование после такого ужаса, как битва на Волхове? Нет, не имеет!

Советским воинам по-прежнему удавалось удерживать коридор вдоль узкоколейки в 500 метров шириной с опорой на огневые точки в виде 11 подбитых ранее танков. Окруженцы вместе с местными жителями продолжали мелкими группами и по одному выходить в восточном направлении. Тактика проста: как только в небо взлетала ракета, все знали, что сразу же начнётся обстрел, поэтому прятались в кустах, а то и погружались в воду. Гасла ракета - снова бежали изо всех сил. И так каждый раз: По иссякающему количеству идущих становилось понятно, что западнее, между Глушицей и Полистью, значительных групп войск и населения больше не осталось. О какой-либо организации в условиях постоянно прорывающихся со всех сторон групп гитлеровцев речи не шло. Власова никто не видел. Говорили, что он в танке и управляет боем. Мечта о достойном полководце:

Abwehrgruppe-1 использовала момент для широкой засылки своих агентов - перевербованных красноармейцев и командиров, ранее взятых в плен. Среди военнослужащих-украинцев 240 человек сознательно изменили Родине. В числе вышедших окруженцев на пункте сосредоточения имелось лица, пришедшие при весьма странных обстоятельствах. Например вышел красноармеец, который заявил, что он сутки пролежал в воронке и теперь возвращается. Когда ему предложили еду, он отказался, заявляя, что сыт. Как сыт? О пути следования указывал необычайный для всех маршрут.

Ju 87 бомбили скопления тыловых частей и местных жителей между Глушицей и Полистью. Приготовленную для эвакуации технику, если не взорвали свои войска, уничтожили бомбёжками. На самолёты Luftwaffe отважно бросались в атаку лётчики 20-го истребительного авиаполка Гейбо. Менее чем за месяц боёв лётчики Гейбо на Як-1 уничтожили в воздухе над Волховом 11 самолётов. Собственные потери 6 самолётов.

Как бы в противовес бомбёжкам вёлся мощный советский окаймляющий артобстрел подходов к центральной просеке. Прямое попадание в КП 1-го полка SS Polizei-Division снаряда от 'Кувалды Сталина' Б-4 отправило в ад несколько негодяев с офицерскими погонами. Чтобы помешать расширению прорыва и проходу через него людей, подлецы старались перекрыть его артогнём. После пристрелки передовые наблюдатели фашистов вызвали огонь 158-го артполка и других огневых средств по южной просеке. Недолёты как всегда достались фашистской пехоте. Но советская атака для расширения прорыва на юг сорвалась.

Над просеками и лесными участками в 10 квадратных километров стоял непрерывный грохот выстрелов и разрывов. Всё застилала пелена удушливого дыма и водяной взвеси. Земля колыхалась, вода в лужах и озерцах ходила ходуном. Через несколько часов фашисты приблизились к 'дороге жизни' по берегам реки Полисть настолько, что выход даже одиночных окруженцев из-за обстрела прекратилось. Советские танки провели с востока атаку, проутюжили позиции подлецов, которых при этом несколько раз накрывала огнём собственная артиллерия.

Части 'группы Ванделя' 61-й и 254-й пехотных дивизий с востока достигли реки Глушица и в нескольких местах перешли её. Они не обнаружили никаких соединений армии Власова, никаких крупный частей или даже подразделений! Никаких тысяч красноармейцев с поднятыми руками! Только несколько сотен израненных бойцов, как '300 спартанцев царя Леонида', бились насмерть, прикрывая западный вход в 500 метровый 'коридор': Убийцы Гуррана принялась добивать раненых защитников своей земли. Среди сплошных дымящихся завалов из обломков леса между Глушицей и Полистью то и дело вспыхивали яростные перестрелки. Обожравшиеся метамфетамином, пьяные капиталистические прихвостни убивали пулями, гранатами, кололи штыками, ножами, били лопатками, жгли огнемётами, душили ремнями. На Руси лежачего не били! А в неметчине били всегда! Убили за час более 500 измождённых людей. В плен попали более 1000 военных и гражданских:

Отвела душу нечисть: Но где же 2-я Ударная армия? Её нет! Она частью вышла в мае, частью погибла в жестоких боях начиная с января, частью прорвалась на плацдарм или погибла в прорыве. Дырку от бублика получил Гитлер, а не 2-ю Ударную армию, которая за 6 месяцев так обескровила группу армий 'Север', что возникла необходимость срочно перебросить под Ленинград с юга последний стратегический резерв группы армий 'Юг' - 11-ю полевую армию фон Манштейна. Вместо того, чтобы поддержать в сухое и тёплое время года судьбоносное наступление армий Паулюса, Гота, фон Клейст и Руоффа на Сталинград и Кавказ, фон Манштейн готовился отправиться в леса и болота под Ленинград. Гитлер и его генералы трусили. Победа над 2-й Ударной армией - вернее её вывод на Волховской плацдарм - оказалась для оккупантов более чем Пирровой победой. Антураж победителей 2-й Ударной армии - хорошо, но смысловое наполнение произошедшего важнее! Истина относительно эпического сражения на Волхове заключалась в том, что группа 'Север' не смогла перерезать 'Дорогу жизни' через Ладогу и убить ленинградцев голодом, а также использовать накопленные ресурсы и резервы для штурма Ленинграда. 2-я Ударная армия отступила, как отступила ка армия Кутузова после Бородинского сражения. Враг понёс при этом такие потери, что выиграть войну для него уже не представлялось возможным.

План Гитлера по предотвращению выхода войск 2-й Ударной армии на Волховский плацдарм провалился. Но остатки войск, не успевших пройти по 'дороге жизни' до вечера, уже никак не могли организовать удержание 'коридора' у Глушицы. Они могли только отстреливаться до последнего патрона, укрываться в лесах, уходить мелкими группами в различных направлениях.

Из штаба армии рядом с Власовым осталось 100 человек. Власов в прострации и колебаниях. Он не знал что делать. Наблюдал за всем безразлично в своей привычной манере. Мерецков же предупредил его, что это последний шанс - больше сил для атак с востока нет! Все радиостанции 2-й Ударной армии к этому времени сожжены. При командарме оставлен только приёмник.

Узнав об этом от вышедших связистов, Мерецков в течение передавал дня Власова сообщение: 'Продолжать выход с 23:00. Для обеспечения выхода с 23:00 артиллерией и реактивными установками проведём огневое окаймление коридора по плану как 24 июня'. Но идти через зону артобстрела Власов боялся. Не желал повторить судьбу командующего 33-й армией Ефремова. Не хотел рисковать кофточками Вороновой. Власов и Виноградов уже решили отправиться на север с небольшой группой. В неё Власов брал только работников своего штаба, Военного Совета, начштаба Виноградова, комиссара штаба Свиридова, генерала артиллерии Афанасьева, генерала связи Антюфеева, военврача 2 ранга, 'ППЖ' Воронову и несколько бойцов. Всех адъютантов, посыльных Штарма-2 и Военного Совета, водителей оставлял.

Командиром группы Власов назначил Виноградова, комиссаром Афанасьева. Более в подборе людей не участвовал. Член Военного совета Зуев не согласится с Власовым и отправился в 'московскую' дивизию, надеясь прорваться с ними организованно. Власов с Виноградовым всё готовили тайно от товарищей, но их приготовления оказались раскрыты и им пришлось вольно или невольно взять в группу ещё 45 командиров своего штаба. С ним собралась также идти группа полковника Чёрного в количестве 40 работников штаба 'новгородской' дивизии. Видно было, что это Власова и Виноградова не устраивало. Виноградов морщился. Но деваться некуда. Власов решил со своей группой идти на северо-запад вглубь гитлеровского тыла по направлению на Финёв Луг с тем, чтобы лесами кружным путём выйти из окружения когда всё утихнет.

Малое Замошье, пылающее костром до неба, заняла 'Группа Хоппе' из испанских, бельгийских и немецких частей вместе с наступающими с севера испанцами, голландцам, бельгийцами, эстонцами, норвежцами из 2-й бригады SS. В окрестностях деревни по-прежнему выходили на восток различные советские группы общим числом около 1500 человек, которые отступали от Новой Керести, Кречно.

В этих последних боях за Малое и Большое Замошье отряды 'московской' стрелковой дивизии сражались с наёмниками из 250-й испанской 'голубой' пехотной дивизией SS Freiwilligen 'Legion Flandern', SS Freiwilligen 'Legion Nederland' и прочими нелюдями. Советские герои, изнурённые предыдущими боями, расстреливая последние снаряды, а некоторые частях и последние патроны, не имея продовольствия, оказали чрезвычайно упорное и искусное сопротивление, уничтожив в этих последних боях свыше 1000 испанских и голландских солдат и офицеров. Подбили 17 танков: Отойдя к Замошскому болоту, в последний раз окружённые остатки 59-й 'саратовской' стрелковой бригады и 'московской' дивизии связались с генералом Яковлевым на Волховском плацдарме. Он передал приказ прекратить организованные бои и выходить из окружения мелкими группами. 'Москвичи' и 'саратовцы' разделились на группы, кроме того создали 18 партизанских отрядов из добровольцев.

Кольцо сжималось. Партизаны пошли на запад, друге пошли на восток через собственные зимние минные поля в Большом Замошском болоте, поросшем густым кустарником. Что характерно, испанцы крупными силами атаковать уже боялись. Пулемётчики 'москвичей', все тяжелораненые, кто без руки, кто без ноги, все в бинтах и шинах, выставили свои пулемёты 'Максим' и ДП на открытые позиции и пообещали товарищей, что умрут, но не сдадутся. Такого прощания, того что творилось в душах этих людей и в книге не описать.

- Идите, товарищ, уцелейте и отомстите за нас!

Уходя через минное поле в Большом Замошском болоте, отступающие долго ещё потом слышали на болотах лай овчарок, постепенно стихающие пулемётные очереди. Имена мужественных воинов неизвестны, подвиг бессмертен. Так спасали Ленинград:

Просидев в болоте до наступления темноты, часть окруженцев 'саратовцев' и 'москвичей' вышли в лес в районе уже захваченной деревни Большое Замошье. Натолкнулись на оккупантов, которые прочёсывали лес. Смогли отбиться. В плен у болота попали только 450 раненых и полностью измождённых бойцов. Наймиты капиталистического интернационала покуражились над израненными, обессиленными защитниками Советской, Русской земли, которые с начала января до конца июня принимали на себя львиную тяжесть борьбы за жизнь ленинградцев. Страшные картины убийств, издевательств навсегда позорным клеймом запечатлелись на флагах этих капиталистических государств.

Конечно наёмники лютовали. Ведь к концу июня в SS Freiwilligen 'Legion Nederland' из 3500 осталось 1197 человек. Пополняли легион уже немцами. Голландцы в мясорубку более идти не желали даже за деньги и даже безработные. Легион ожидало расформирование.

Лежали убитые врагами советские герои на подстилке из опавших листьев и мха, глядели невидящими глазами на ветви молодых русских берёзок. Кора гладкая, меловая, с угольными поперечными рисками. Ствол стоящей поодаль материнской берёзы испещрён глубокими бороздами, покрыт буграми и мхом. Это как морщины горюющей матери. Знаки времени, письмена природы и меты, оставленные человеком. На высоте двух метров видны заросшие отверстия - с этой берёзы давным-давно кто-то из местных добывал сахарный берёзовый сок: 'Спите родные сынки: - будто шептали берёзы. - Спите спокойно, путь земля вам будет пухом:'

В числе последних пытались выти по 'дороге жизни' бойцы 23-й 'харьковской' стрелковой бригады. 582 бойца, из них 420 раненых и больных. Гвардии генерал Антюфеев с группой из 100 бойцов выйти уже не успел. Тогда он атаковал. В штыковом бою истребил мешающую ему штурмовую группу из 5-й горной дивизии, но пробиться через Полисть уже не смог - кончились патроны, а самое главное - гранаты. Пришлось уходить через лесные 'кварталы' обратно к Глушице и далее пробраться по её руслу на север...

Вечером на командный пункт 'группы Венделя' снова прибыл командующий группы армий 'Север' военный преступник фон Кюхлер. Он желал видеть колонны пленённой 2-й Ударной армии 'унтерменшей', которая 5 месяцев вытягивала из его войск все соки. Вторая задача фон Кюхлера - выполнить приказ Гитлера - уничтожить Волховский плацдарм. Нет ничего лучше, чем прорваться на плечах отступающих к переправам на Волхове. Мечта! Судя по количеству дивизий и бригад, у Власова должно оставаться в окружении не менее 40-50 тысяч человек. У оккупантов просто в голове не укладывалось, что 'азиатские орды' воюют не числом, а умением, имея в дивизиях по 1,5 тысячи человек, а в бригадах по 800 и менее! Вместе с фон Кюхлером и офицерами роты пропаганды приехали операторы немецкого еженедельного обозрения 'Die Deutsche Wochenschau', чтобы запечатлеть для истории триумф немецкого оружия. Но где обещанные Гальдером и его адъютантом Мюллером-Гиллебрандтом колонны пленных и горы трофейного оружия?

Передовые отряды 61-й пехотной дивизии, наступающие с запада, установили контакт с 20-й моторизованной дивизией, наступающей с севера. Несколько штурмовых групп из 'группы Гуррана' прошли от Новой Керести, Кречно по просеке 'Фридрих' севернее узкоколейки к большим полянам с лесовозными дорогами у Полисти. Но куда делись советские войска? Где колонны пленных, которых с нетерпением ждёт фон Кюхлер? Операторы 'Die Deutsche Wochenschau' ждут возможности запечатлеть огромные колонны пленных, чтобы убедить весь мир в восстановленной мощи германского оружия после зимнего разгрома, и дикторский текст восторженным голосом Гизе объявит всем о триумфальной победе. Шутка ли, армия Власова располагала почти 900 грузовиками, столько и не всякая полевая армия гитлеровцев имела. Лакомый трофей. Вот бы его в поле поставить и снять на плёнку для пропагандистского фильма! Но бог ты мой, никаких колонн нет! Только раз за разом из-за кочек и поваленных стволов дозоры уничтожаются трескучими очередями ППШ - 'маленькими пулемётами', а откуда-то из-за завалов из СВТ бьют советские снайперы. Весь свой путь 'группа Гуррана' вымостила серыми тушками своих солдат. Чёрные противомоскитные сетки на их головах как траурные вуали их матерей и жён, что станут носить их после поучения 'открыток счастья', где будет сказано, что их отец, сын, брат пал как жертвенный баран к выгоде фюрера:

Как ни старались 'напервитиненные' головорезы 254-й пехотной дивизии Герцога и другие подлецы по-кавалерийски бодро преследовать остатки советских войск, выходящих на плацдарм, боевой пыл преследователей на Полисти весьма охладился. Подойдя сюда без танков, артиллерии и даже миномётов во взводных колоннах в обход центральной просеки, солдаты и офицеры Герцога дорого за это заплатили. Многие из них попали на фронт в конце весны и слабо понимали с кем имеют дело. Войну они знали из пропаганды про 'унтерменшей' и киносборников 'Die Deutsche Wochenschau'. Перед ними между Глушицей и Полистью в тумане от пожаров и взрывов оборонялись не просто советские части 2-й Ударной армии, а уже отряды добровольцев, собранных командирам и комиссарам по своему почину. Лучше из лучших. Самые стойкие из самых стойких. В отрядах ветераны, участвовавшие в войне с лета прошлого года, участники разгрома группы армий 'Север' под Тихвином, освободители Поволховья зимой, герои битв за Спасскую Полисть и Любань, мастера арьергардных боёв и действий в лесу, рукопашных, снайперы, опытные пулемётчики, автоматчики. Да, они изранены. Да, очень слабы от голодовки. Да, у них мало боеприпасов. Но и авангарды Герцога уже изрядно обломали свои зубы за последние дни, стёсывая советскую оборону.

На последнем рубеже на реке Полисть автоматчики Якушев, Казанцев, Курчаев из 19-й гвардейской дивизии два часа сражались против роты эсэсовцев - 3 против 100. Убив 40 подлецов, они заставили их отступить. В другом месте их однополчанин - раненый гвардии сержант Антонов пулемётным огнём отбил атаку, убив 50 голландцев. Три гвардейца Попов, Воеводин, Королюк отбили две атаки. При первой атаке убили 108 голландцев, при второй - 56.

На южной дороге 58-я 'нижне-саксонской' пехотная дивизия по-прежнему убывала численно в советской артиллерийской мясорубке. Отход солдатне запрещён. Сзади заградотряды. Потери медицинского персонала 'нижне-саксонцев' на поле боя и перевязочных пунктах составили 80 процентов, причём большей частью убитыми. 1-я рота 158-й саперного батальона 'нижне-саксонцев' насчитывала только 1 офицера, 1 унтер-офицера и 2 рядовых; 2-я рота - 1 офицер, 2 унтер-офицера и 22 рядовых, 3-я рота - 1 унтер-офицер и 9 рядовых, без унтер-офицеров. Хорошо же они разгромили русских!

Командующий группой армий 'Север' фон Кюхлера требовал от Линдемана и Буша результат. Он имел маниакально повторяемый с 15 марта приказ Гитлера окружить 2-ю Ударную армию и разгромить Волховский плацдарм. Поэтому Luftwaffe теперь бомбило Волховский плацдарм даже больше остатков войск Власова, а в 'Долине смерти' и около неё сосредоточились 1-я, 58-я, 61-я 121-я, 126-я, 254-я, 291-я пехотные, 20-я моторизованная, 12-я танковая, 285-я охранная дивизии, части SS Polizei-Division, а также 2-я моторизованная бригада SS. Всего более 100 000 человек. Не многовато-ли для окружения 2-й Ударной армии, в которой, к примеру, отряд из остатков 57-й и 25-й стрелковых бригад - всего 740 человек, отряд из остатков 46-й и 382-й стрелковых дивизий и 53-й стрелковой бригады - 1050 человек? Не много, если знать, что группа армий 'Север' готовилась к наступлению на Селищевский Посёлок, на переправы, чтобы разрезать и разгромить все войска на Волховском плацдарме и восстановить линию обороны 'Волховский вал'.

Мерецков на Волховском плацдарме имел в резерве всего два полка 87-й кавдивизии и пять батальонов из 378-й стрелковой дивизии, которые стояли во второй линии на направлении Спасская Полисть - Селищенский посёлок. Битва подходила к концу. 58-я стрелковая бригада и 546-й стрелковый полк 191-й стрелковой дивизии уже выведены с передовой в резерв и приводили себя в порядок. Все остальные войска, втянутые в бой у Полисти, тоже понесли потери, истощены многодневными боями. Бойцы 2-й Ударной армии и подавно. Но группировку артиллерии Мерецков собрал впечатляющую! Если попасть под её удар на узком участке фронта, то катастрофические потери для дивизия фон Кюхлера гарантированы: А ели по скученным в 'Долине смерти' дивизиям ещё ударит 'Длинная рука Сталина', то: Рискнёт ли фон Кюхлер бросить в наступление на плацдарм свою орду?

В ночь на 26 июня Мерецков выслал за линию фронта 3 разведгруппы, одна из них с радиостанцией, для установления связи с оставшимися частями 2-й Ударной армии и выяснения обстановки. Его по-прежнему интервал вопрос: 'Где Власов?' Несмотря на перекрытие оккупантами просек, выход мелких групп и одиночек продолжался. Вышел начальник разведотдела штаба 2-й Ударной армии Рогов с группой своих работников.

Восток только-только разгорался. Белоствольные берёзки начали улавливать первые лучи солнца. Через минуту-другую лес совсем преобразился, осыпанный звоном птичьих голосов. Стало светлее и радостнее. Деревья освобождались от ночной таинственности и суровости, совсем не заботясь о страшных событиях, происходящих вокруг. И вот птицы смолкли. Снова началась стрельба, взрывы: Спотыкаясь, цепляясь за ветки и корни поваленных деревьев, проваливаясь в воронки, заполненные водой, спешили к на восток советские воины. Позиции, которые они только что оставили, уже обстреливала гитлеровская артиллерия, миномёты. Над головой слышится свист снаряда, переходящий в визг. Навязчивая мысль сверлит мозг: 'Пронесёт или не пронесёт?' Все падают, невольно прижимаясь друг к другу, вдавливая тела в травянистую жижу. Грохот раздаётся где-то рядом, чуть в стороне. Проходит секунда, другая... Начинаются шевелиться руки, головы, ноги... Живы! Через пять-десять шагов снова повторяется свист, визг и разрыв...

По команде небольшими группами красноармейцы спускались в речку Полисть. Вода чёрная как деготь. Илистое дно завалено полусгнившими корягами, опутано корнями кустарников, обрывками колючей проволоки. К полудню в район Мясного Бора от 'дороги жизни' вышло ещё 552 человека. Столько насчитали счётчики. На самом деле вышло больше: Людьми двигала и спасала жажда жизни, долг перед Родиной, осознание правоты своего великого коммунистического дела, и конечно же любящие их женские сердца, которые трепетно стучали и молили за них в голодном городе, на маленькой коммунальной кухне или в тесной избе, или в огромном гудящем цеху:

- Да спасёт тебя любовь моя! Да коснётся тебя надежда моя! Встанет рядом с тобой, заглянет в глаза, вдохнёт жизнь в омертвевшие губы! Прижмётся лицом к кровавым бинтам и прожжённой шинели. Скажет: это я, твоя любимая! Пришла к тебе, где бы ты ни находился! Я с тобой, что бы ни случилось. Пусть другая поможет, поддержит тебя, напоит и накормит - но это буду я, твоя любимая. Если смерть придёт и уйдут силы, и только последняя сила останется в тебе чтобы бороться - этой силой буду я, и я спасу тебя!

Станция Мясной Бор представляла собой теперь две будки для стрелок и немецкий барак, вывезенный зимой из лесу, в котором разместили легкораненых. На станции лежал разбитый эшелон, валялся кверху колесами паровоз, и всюду виднелись надписи: 'Мины'. Стояло много разбитой немецкой техники. Пушки, машины. Все так продырявлено, что даже человеку невоенному ясно - здесь прошли очень жестокие бои. Когда горячий июньский ветер дул со стороны леса, с запада, долетал сладковатый и страшный запах разложения. Это гнили в 'Долине смерти' завоеватели из 126-й и 58-й пехотных дивизий, а также немцы-'подснежники'. Тут везде убитые и незахороненные ещё зимой оккупанты. На болоте они сохранились так, будто только вчера их уничтожили.

Вот лиса. Она что-то ест. Если подойти и отогнал лису, можно увидеть, что это 'что-то' - останки какого-то фрица. Вот во мху рядом с разбитым блиндажом среди разбросанных гранат и патрон останки обер-лейтенанта. На хорошо сохранившемся кителе целы погоны, на которых видны пуговицы и 'пирамидки'. Над клапаном кармана торчит авторучка, и над ней вышитый орёл со свастикой. В кармане половинка плитки 'Рanzerschokolade' и фотографии с изнасилованием русской женщины. Уже убитая, она лежит посреди толпы солдатни. Платье завёрнуто на голову. Глубже в кустарнике сбитый самолёт Bf 109F. Рядом останки лётчика. Обмундирование цело, целы волосы с проседью. По ним видно, что лётчик не молод. Самолёт прямо на бывшей 'нейтралке'. Вокруг него останки сотен погибших завоевателей. Всё перемешано: каски-кастрюли, подсумки, ботинки, ремни, изломанное оружие. Жуткая картина:

В первой половине дня между Глушицей и Полистью шёл бой в лесных 'кварталах', нарезанных просеками. Сами просеки гитлеровцы контролировали, но зачистить между ними 16 квадратов леса, примерно 1 x 1 километр каждый, у них не хватало ни солдат, ни решимости. Местность сильно заминирована. Завалы, фугасы, колючая проволока. И за каждым деревом или пнём командир с ППШ, раненый красноармеец с гранатой, снайпер, комиссар с ТТ или обозник с зажигательной бутылкой КС. В этих последних боях советские люди, воины, русские проявляли свои выдающиеся качества. Гитлеровцы разъезжали по лесам и болотам, вещая через громкоговорители:

- Храбрий рюсский зольдат и офицыр, выходите на дороги, следуйте на питательный пункты! Ми будем фас кормит!

Подлецы, давно застрелившие в себе честь и совесть, не понимали, что те, кто участвовал в январском разгроме 'Волховского вала', взятии Мостков, битва за Спасскую Полисть и Любань, не станет менять своего презрения и ненависти к капиталистическим ублюдкам на плен и миску баланды. Те, кто хотел сдаться, сделали это давно. Имелись, конечно, группы мародёров, бросивших свои части ещё до начала прорыва. Но остальные решили сражаться до конца.

Комполка полковник Бугаенко в тылу врага у Новой Керести распустил своим приказом 31-й гвардейский миномётный полк. Оставшиеся 16 ракет окруженцы расстреляли по подлецам в 'Долине смерти'. 15 неисправных снарядов использовали для подрыва 15 'Катюш', которые скрывали и берегли до самого последнего момента. Артиллеристы, водители, ремонтники, снабженцы разделились на несколько группы по 10-15 человек и двинулись в лес на северо-восток, пробираться к своим. Так сражалась Брестская крепость, Севастополь, так спасали Ленинград!

Отряды героической 305-й 'московской' стрелковой дивизии у южной дороги уничтожили заслоны оккупантов из 58-й пехотной дивизии и I батальона 100-го горного полка 5-й горной дивизии. С востока эти усилия 'московичей' поддерживали штурмовые группы 165-й 'уральской' стрелковой дивизии и огнемётные танки. При этом из-за исчерпания запасов снарядов артиллерия 'нижне-саксонцев' огня уже почти не вела. Также бой шёл в 2,5 километрах восточнее Новой Керести. Командиры, политруки и просто энергичные бойцы между Глушицей и Полистью сколачивать отряды, запасались оружием и самостоятельно расходились в разные стороны прорываться к своим. Уходили и одиночки.

В ходе прорыва на северной просеке, будучи окружён, застрелился член Военного совета Зуев. Ранее перебежавший к гитлеровцам предатель сообщил место прорыва этой группы. В перестрелке пали смертью храбрых около 20 работников Военного совета 2-й Ударной армии. Власов с остатками штаба в это время находился уже в 10 километрах западнее Спасской Полисти среди болота Михайловский Мох, куда оккупанты не совались. С ним шли генерал-связист Алферьев, полковник Виноградов и много других старших командиров. Всего около 100 человек, в том числе бойцы штабной роты. Их вооружеие 3 пулемёта, много автоматов ППШ и винтовок СВТ. Радиостанции нет:

В лесу западнее Мясного Бора в расположении советских войск вовсю дымили кухни. Гречневая каша с мясом. Наконец-то Мясной Бор снова 'мясной'. Здесь везде госпитальные палатки, работает походная баня. Тех, кого надо срочно отправить на перевязку, на операцию, ждут повозки и санитарные машины. На 'Большой земле' давным-давно перешли на летнюю форму, а многие окруженцы и в конце июня всё в том же зимнем обмундировании: ватные штаны и телогрейки, шерстяные свитеры и тёплое нательное белье, шапки-ушанки и всё прочее январско-февральское облачение. Бороды, глубоко запавшие глаза... Истинно святые русские великомученики с автоматами и гранатами в руках! Выносят из леса на руках политрука. Он очень плох. Часто впадает в беспамятство и в бреду громко командует, водит свою третью роту на прорыв. Он умрёт во время операции, сердце не выдержит:

Штурмовые группы 24-й стрелковой бригады при поддержке Т-34 с боем очистили 'дорогу жизни' до реки Полисть со стороны Мясного Бора. На западном берегу на просеках уже окопались оккупанты. Через их позиции группы танков с десантом прорвались западнее, разыскивая отряды 2-й Ударной армии, которые до этого вели бой. Практически никого нет. В течение дня каких-либо сигналов и донесений от частей 2-й Ударной армии Мерецков не получал, за исключением радиодонесения 'московской' дивизии, связь с которой с 18:20 также прекратилась. Рация дивизии подтвердила местонахождение частей в окружении в районе отметки 40,3.

Дневная воздушная разведка на закрытой лесистой местности тоже никаких частей 2-й Ударной армии не обнаружила. Местность у Глушицы перепахали снаряды и мины. Около бывшего моста узкоколейки через Глушицу не осталось ни целого деревца, ни места, где не лежал бы убитый или лошадь, или не стоял искорёженный грузовик, трактор, повозка, тележка, не валялись брошенные вещи: Вот что сделали подлецы - те, кто пришёл в Россию с оружием убивать, и те, кто вёл убийц к власти, выкармливал, вооружал, натравливал:

Два батальона 'группы Гуррана' отошли в тыл. От двух её пехотных батальонов и роты 'хиви' в эстонской форме осталось 150 человек. Остальные 'группы' тоже потеряли много солдат и офицеров. Вместо 30 000 пленных, о которых грезил командующий группы армий 'Север' фон Кюхлер, попивая кофе на КП Венделя, у входа в 'Долину смерти' у Глушицы 'группе Гуррана' удалось взять в этот день всего 293 пленных! Гражданских сразу отделили от военных и погнали на сборный пункт в Новую Кересть. По дороге пленным попадались убитые лошади. Женщины кидались к ним. Каждая мечтала отрезать кусок мяса, отварить, и накормить детей. Посланцы капиталистического мира издевались и фотографировали 'унтерменшей'.

Молчаливый от жары лес к вечеру огласились звуками птичьих голосов. Тени деревьев стали длиннее, принося прохладу. Полки 254-й 'рейнско-вестфальской' пехотной дивизии юго-восточнее посёлка Финёв Луг соединились с подошедшим с юга частям 58-й 'северо-германской' пехотной дивизии фон Граффена. Ликования на лицах что-то не просматривается. Передовые отряды 61-й пехотной дивизии тоже установили контакт с 'рейн-вестфальцами'. Но где же 50-тысячная 2-я Ударная армия? Исчезла как Китеж-град?

Русские легенды гласили, что во время нашествия Батыя под воду озера Светлояр ушёл город Китеж вместе с защитниками, стариками и детьми. Божественное вмешательство скрыло его от глаз неприятеля на сотни, а может, тысячи лет. Только праведники, чистые духом, святые могут увидеть этот город. Только истинно верующий достоин слышать перезвон его колоколов. Православные приходили на озеро Светлояр, в глубинах которого покоился город. Шли столетия, но люди стремились к нему. Они верили, что на дне озера стоит Китеж, и вера их непоколебима: Рано или поздно в Нижегородской области появится древний город Китеж...

Вот так и со 2-й Ударной армией: Врагу не досталось ни одного боевого знамени. Те, что не смогли вынести - закопали. У Малого Замошья в сейфе зарыли знамя 1002-го стрелкового полка 305-й стрелковой дивизии. Сейф со знаменем другого полка закопан на высоте в долине Керести. Ещё один - у последнего места расположения Штарма-2. И так далее:

Luftwaffe снизило активность, произведя 284 вылета против войск на плацдарме. ВВС Волховского фронта произвели 68 вылетов. В воздушных боях сбито два истребителя Bf 109. Не вернулись с боевого задания один Ил-2 и два советских истребителя. Боевые звенья ЛаГГ-3 из 522-го истребительного авиаполка Крупенина ушли после дежурства над Волховским плацдармом на свой аэродром. Проплыл под их крыльями Волхов. Над аэродром в Малой Вишере самолёты пикировали и заходил на посадку на малой высоте, чтобы не демаскировать аэродром. Рулёжка: Доклад на КП о вылете. Ужин. Котлеты с картошкой, хлеб, масло, чай. 100 грамм за 4-5 сегодняшних боевых вылета:

Лётный состав авиаполка Крупенина в основном молодежь 19-20 лет. Учились лететь в аэроклубах, окончили лётные училища в 1941 году и потом прошли курс боевой подготовки в запасном авиаполку. Есть и опытные по 21-24 года - не раз участвовавшие в воздушных боях 'старики'. На счету у многих сбитые самолёты. Это командиры эскадрилий и звеньев:

После ужина на волейбольной площадке азартная борьба за первенство между лётным составом 1-й и 2-й эскадрилий. Уже не трясутся руки после ручки управления самолётом, не мелькают перед глазами кресты. Чуть в стороне, на другой площадке, вступили в соревнование городошники. И тут и там разгорячённые лица, весёлые шутки и комментарии болельщиков, всеобщий смех. Трудно поверить, что близко страшный враг и завтра снова вылеты, для кого-то, может, и в последний раз. Даже артиллерийская канонада в стороне Киришей воспринимается отзвуками далёкой и безобидной грозы:

Восточнее Замошского болота у Теремца-Курляндского все эти дни напряжённо обороняла южный фас Волховского плацдарма 3-тысячная 65-я 'тюменская' стрелковая дивизия Кошевого. Здесь сражались украинская и русская девушки Мария Пономарчук и Дуся Колесникова из 60-го стрелкового полка Кузнецова. Они не так давно добровольно вызвались сменить службу во фронтовом ансамбле песни и пляски на нелёгкую снайперскую долю. Очень общительные, весёлые, они умели хорошо петь и плясать. В полку в минуты затишья устраивали концерты самодеятельности. Исполняли песни 'Синий платочек', 'Чайка', 'Спят курганы тёмные' и многие другие. Особенно проникновенно пели 'Голубой конверт'. Песни воспринимались всеми очень тепло.

Ансамбль полка Кузнецова часто исполнял песню дивизии 'Забайкалье помнится седое'. Слова написал сотрудник дивизионной газеты младший политрук Андрейкович, а музыку - красноармеец Калафати. В ней говорилось о дивизии и её боевых делах. Пока солдатня 'самой культурной нации' среди устроенного ими побоища накачивались пивом и наркотиками, советские 'унтерменши' писали песни и стихи.

Девушки быстро освоили снайперское дело и вышли на 'охоту' к деревне Любцы. На третий день Мария Понамарчук открыла счёт мести. К великому горю на следующий день отважная украинская девушка погибла смерть храбрых. В её секторе действовал вражеский снайпер. У девушки не хватило опыта...

Похоронили Машу на солдатском кладбище у КП полка на поляне, усеянной полевыми цветами. Полк тяжело переживал. Нет больше Машеньки! Не звенит её голос, не звучат её песни! Злая пуля поганых людоедов оборвала цветущую жизнь! Снайперы немедленно открыли счёт мести за Марию. Дуся уничтожила восемь оккупантов и погибла, когда пробиралась по лесистой тропинке на огневой рубеж. Отважную русскую девушку похоронили рядом украинской подругой Марией. Так спасали Ленинград! Приехали на повозке ещё две девушки из армейского ансамбля, в новых солдатских шинелях, с вещевыми мешками: Ариадна Клюева и Евдокия Воронина - мстить за Машу и Дусю.

Фронтовой эвакогоспиталь в Малой Вишере продолжал принимать раненых и обессиленных воинов 2-й Ударной армии. Эвакогоспиталь, один из нескольких маловишерских, располагался в одноэтажных деревянных домиках горожан, по 15-20 раненых в каждом. На одного начальника отделения 10-15 таких домиков, а весь госпиталь занимал городской квартал. Героев привозили в крытых санитарных машинах. В первые дни на раненых всё то же вываленное в болоте, изрезанное ножами санитаров и хирургов, пропитанное засохшей кровью фронтовое обмундирование. В комнатах вдоль стены невысокие нары с соломой. По сравнению с условиями, в которых люди находились совсем недавно - уютно. За санитарок старушки-домохозяйки. Они и прибирали за ранеными, и кормили. Еду готовили из госпитальных продуктов в русских печах. После голодного окруженческого пайка госпитальное питание казалась санаторным. Тем более что маловишерки готовили для раненых вкусно, по-домашнему, с душой. По нескольку раз в сутки в домики-платы заглядывала медсестра, в первой половине дня делал обход женщина-врач.

Когда прибывал долгожданный эвакопоезд, начинался аврал. Раненые ведь разбросаны по городу, работать по их сбору приходилось ночью, эшелон необходимо отправить до рассвета, чтобы по возможности избежать удара авиации. Работали все от санитаров до хирургов. Помогали жители, команды выздоравливающих, тыловые службы. Раненых подвозили на специальных санитарных машинах и грузовиках, в армейских фургонах, на подводах. Из домиков у станции несли на носилках. На улицах необычное зрелище: многие десятки носилок с ранеными плывут над землёй к спасению. Выбиваясь из сил, их тащили и пожилые женщины. В такие минуты с особой остротой раненые герои чувствовали свою беспомощность, физическую неполноценность. До слёз: Ведь почти старушки тащат:

Наконец теплушка и нары. Устроены. С грохотом задвигаются двери, как ворота в ужасное, но героическое прошлое. В голове эшелона пронзительный паровозный свисток. Каждого переполняют чувства удовлетворённости и успокоения - скоро отправление. Гложет тревога из-за угроза налёта, ведь станцию часто бомбят и ночью, при свете подвешенных на парашютах 'фонарей'. Потом по пути в глубокий тыл несколько суток раненые проведут в сортировочном госпитале в Боровичах, затем неделю в Рыбинске. И наконец, после более чем месячного путешествия, раненых героев-волховцев выгрузят из эвакопоезда в далёкой Тюмени. Здесь, в эвакогоспитале-1500, врачи, медсестры и санитарки будут пестовать их в течение нескольких сотен дней:

В ночь на 27 июня в район бывшего расположения 2-й Ударной армии выброшена с парашютами ещё одна группа разведчиков. От ранее действующих групп радиодонесений нет. В этот день в целом закончились крайне ожесточённые бои между Глушицей и Полистью, в районе Малого Замошья, в долине Глушицы севернее 'дороги жизни', в долине Керести около Новой Керести и Кречно, в районе болот Михайловский Мох, Грядовский Мох, Аполевский Мох, Кривинский Мох, Гажьи Сопки.

Прикрывая выход товарищей из боя, лёг за пулемёт 'Максим' раненый командир героической 92-й 'дальневосточной' стрелковой дивизии полковник Ларичев. Полковник, получивший до этого ранения обеих ног, остановил несущих его носилки и потребовал оставить его с пулемётом и гранатами. Он отдал документы 'особисту', занял выгодную позицию на сухой поляне под белыми берёзками и приказал всем уходить. Стрелял до последней возможности. Когда фашисты его обошли с флангов, взорвал себя гранатой. Это бой 'один в поле воин' отважного комдива Ларичева видели красноармейцы группы, которая вела бой неподалёку. У Ларичева осталась жена, трое детей:

Операция по выводу из окружения 2-й Ударной армии завершена. Цели операции достигнуты частично. Не имя сил и духу прочесать все 150 квадратных километров зоны боёв последних недель, оккупанты получили вместо остатков 2-й Ударной армии бурлящий партизанский край. Исчерпав боеприпасы, советские отряды, группы и одиночки в районе Глушицы, общей численностью около 1500 человек, перешли на партизанские действия и стали рассредоточиваться на мелкие группы для выхода к своим. Теперь в любую секунду стоящий в охранении солдат в каске-кастрюле мог днём и ночью получить пулю, а его дружки у термоса с гороховым супом - гранату без чеки. За фрицами новоиспечённые партизаны охотились как на кабанов и лосей с удвоенной энергией, ведь у оккупантов в ранцах и сухарных сумках имелась еда.

Продвигаясь на Финёв Луг лесом, Власов, Виноградов и другие, прошли передовую линию и оказались в тылу врага. Здесь Власов собрал командиров, бойцов и объявил, что предстоит долгий и трудный путь, придётся кружить не менее 100 километров по лесам и болотам, продуктов нет и придётся питаться травой и тем, что удастся отбить. Те, кто чувствует себя слабым, может оставаться на месте и действовать как хочет. Он приказал разбиться на группы по 15-20 человек. Получилось 10 групп. В каждой назначили старшего. Виноградов составил список людей, разбил их на отделения 'охраны', 'разведки' и 'истребителей'. Афанасьев взял на учёт членов и кандидатов в члени партии большевиков, проверил партбилеты и предупредил, чтобы партбилеты хранили в целости.

В общем, мобилизующего начала Власов не проявил, наоборот, избавлялся от подчинённых. Сначала он их не вывел на Волховский плацдарм, как другие командиры, а теперь завёл в тыл врага и бросил на произвол судьбы без связи, карт, знания местности, еды, оружия. Предав и бросив своих людей, Власов со своей группой, прихватив 'походную жену' Воронову, ушёл к большой дороге и реке. У оставшихся состояние было более, чём подавленное. Командование их бросило, обрекло на долгие хождения по лесам, плохое питание. Считали, что их положение безвыходное.

В ночь на 28 июня небольшие группы окружённых пробивались через позиции 215-й пехотной дивизии. В течение дня и ночи выходившие из окружения с западного направления пересекали шоссе и участки 'группы Шонеманн' и 'группы Дебес', и уходили на восток, умело обходя разведгруппы и сторожевые посты. Отряды двигались на восток через шоссе между Большим и Малым Опочивалово. 380-й пехотный полк прикрыл шоссе между Холопьей Полистью и Малым Опочивалово цепочкой сторожевых постов. Из-за движения групп окружённых на севере в Холопью Полисть для прочёсывания лесов в западном направлении прибыл 215-й самокатный эскадрон. В район реки Глушица разведотдел фронта Мерецкова выслал две радиофицированные разведывательно-диверсионные группы для розыска Военного совета 2-й Ударной армии. Группы погибли.

С этого дня подлецы, оставив небольшое прикрытие на реке Полисть, начали отвод войск из окружающих лесов к Чудово и Любани. Похоронные команды 1-й и 58-й пехотных дивизий занялись сбором своих трупов в 'Долине смерти', собирали оружие и снаряжение, выполняли приказ Гитлера снимать с трупов обмундирование. Вот подходит к трупу унтер-офицера солдат и тянет за китель, а мясо от костей отделяется, и на земле остаётся скелет, да кишащая масса червей: Встряхнул этот китель солдат пару раз, и кинул на повозку с кучей подобного тряпья. Другого снял сапоги - на земле осталась голая, белая кость. Черви кишели в сапоге. Вытряхнул их, сорвал пучок травы и малость протёр им внутри. Так же со вторым: Кули окровавленного тряпья грузовики везли в Лобань или Чудово, оттуда в Ригу. Там латышки кидали их в огромные чаны и долго кипятили, периодически сливая чёрную от крови и торфа воду. После сушки драные, рваные, пробитые пулями и осколками мундиры, брюки, шинели, пилотки отправляли в больших тюках в Германию, где немки, француженки, голландки и прочие гастарбайтеры их на фабриках день и ночь зашивали, штопали, отглаживали, пришивали пуговицы, меняли петлицы и нашивки, вышивали новых орлов жёлтой шёлковой нитью. Затем подобранные комплекты бывшей в употреблении формы получали новое пушечное мясо для Восточного фронта, а кое-где ещё оставались на кителях или брюках от старых хозяев, сгнивших в 'Долине смерти', бирки 'Franz Lipkind', 'Otto Kandels' или что-то подобное: Советская аэрофоторазведка зафиксировала прибытие в Любань эшелонов для перевозки трофеев, сломанного оружия, снятого с трупов обмундирования.

Напряжение начало спадать - не решился фон Кюхлер атаковать на плечах отходящих войск Власова Волховский плацдарм. Волховская битва - самая длинная битва этой страшной войны - закончилась очень тихо. Потыкавшись разведгрупами в минные поля, проволочный заграждения, ДЗОТы, прочувствовав на своей шкуре мощный артогонь обороны Волховского плацдарма, грозный Wehrmacht испугался и сдулся. Отправился трубить на весь мир о своей победе на Волхове, забывая рассказать, куда делся 'Волховский вал'. Теперь на повестке стоял вопрос о сооружении 'Северного вала' по рубежу 2-й линии обороны бывшего 'Волховского вала'. Свято место пусто не бывает...

Волхов успокоился. Перестал вздрагивать и ходит ходуном. Какие только реки не попадались воюющим людям раньше и потом: и крупные - Западная Двина, Днепр, Дон, многие маленькие, но все они не могли заслонить то, что происходило в течении полугода в затерянных в лесах, на дымно-горящих болотистых берегах Волхова. Непрерывная канонада, почти ежедневная бомбёжка переправ, скопление машин с боеприпасами и техники для западного берега, толпы окровавленных раненых, местные жители ждущие переправы на восток, маршевые части идущие на пополнение и плывущие по течению трупы оккупантов и защитников родной стран. Не надо смотреть на карту этого района: на всю жизнь как факелы, видимые и из далёкого космоса, красными звёздами с золотым серпом и молотом сияют названия ранее безвестных хуторов, деревень, посёлков и урочищ - Мясной Бор, Красная Горка, Спасская Полисть, Финёв Луг, Малое Замошье, Трегубово, Вдицко, Теремец-Курляндский: Волхов впитал в себя святую кровь защитников родной земли и захватчиков, обильно пролитую в его притоки: Полисть, Кересть, Глушица, Ровань, Рогавка, Трубица, Дыменка, Сычева, ручьи Большой и Малый Иглино, Омутной, Быстровский, Щелытенка, Дыренкова Канава, Дубенский, Лядно, Серединка, Горевой, Керестский, Скребельского:

Из окружения вышло 10 262 человека армии Власова, в том числе 370 человек старшего и среднего комсостава, 83 человека старшего и среднего политсостава, 386 человек младшего комсостава. Из них только 3968 человек здоровых. 350 человек умерли от ран и недоедания сразу после выхода. 450 человек - группа бойцов, которые приняли участие в боях за удержание 'коридора' уже после выхода на плацдарм за Мясной Бор. Примерно 8-10 тысяч бойцов, командиров и политработников к великому горю выйти не сумели. Количество вышедших - 50 процентов от численности войск Власова западнее 'дороги жизни', о которой доложил начштаба Виноградов командующим фронтом Мерецкову по состоянию за неделю до окончания операции по выводу.

28 июня по немецкому радио Геббельс, не моргнув глазом, сообщили весь миру и обалдевшим от счастья немцам, что западнее Волхова Wehrmacht окружил и уничтожил 2-ю Ударную армию, а также 52-ю и 59-ю армии Волховского фронта, и захватили при этом в плен 32 000 человек, а советские потери убитыми и ранеными превосходят число пленных многократно. То есть не менее 100 000 человек, видимо. Цифра даже пленных значительно превышала состав 2-й Ударной армии на начало июня. Да: Врал Геббельс забористо и ярко как электродуговая сварка, аж до дыр прожигал. Только вот колонны этих пленных, уходящие за горизонт, немцы не сняли ни на фото, ни на кинокамеры. Это при том, что у солдат на руках находилась масса фотоаппаратов и даже кинокамеры с цветной плёнкой. Чего только они не снимали на фронте вплоть до табличек на сортирах! Но о таком грандиозном событии, как 32 000 пленных - ни одной фотографии! Это как слетать на Луну и не привезти оттуда ни песчинки лунного грунта! Лжецы позорные, как и вся пропаганда капиталистов! Далее барон фон Мюнхгаузен, то есть Геббельс, сообщил обалдевшим от счастья немцам, что у Волхова уничтожено 649 советских орудий, 171 танк, 2904 пулемётов, миномётов и автоматов, а также многочисленное прочее военное имущество. Он не рассказал, куда делся за два месяца весь состав элитной SS Polizei-Division, куда делись солдаты 126-й и 215-й пехотных дивизий, почему вместо них оборону пришлось вести батальонам из 10 других дивизий, собранных в 'сборные солянки' из пекарей, аптекарей, конюхов, ремонтников, стариков из 'Организации Тодта' и NSKK: Не стеснялись в приписывании себе трофеев и битые в хвост и гриву голландские наёмники, умудрившиеся якобы взять в плен даже пропавшего без вести замкомандующего 2-й Ударной армии Алферьева.

Озвучив миру нелепицу, Геббельс и вся его пропагандистская машина не смогли предъявить миру киносъёмку или фотографию хотя бы одной колонны пленных 'волховчан', хотя бы в 5000 пленных, хотя бы в 1000, и это при том, что это имело для капиталистов огромное пропагандистское значение. Это так же, как с ложью о пленном сыне Сталина лейтенанте-артиллерист Якове Джугашвили. Фальсифицированные фотографии и письма Якова есть, киносъёмки и записи голоса - нет! Такой мощный компонент пропаганды как запись голоса и киносъёмка отсутствовала, ибо тут подделка сразу всплывёт! Так же с пленными 2-й Ударной армии, а тем более с погибшими. Цифры есть - а кино и фотосъёмки - нет! И это при том, что немчура всё всегда дотошно фотографировала. А цифры написать: Бумага всё стерпит:

На следующий день Совинформбюро голосом Левитана на весь мир опровергло фашистскую ложь, заявив, что 2-я Ударная армия из окружения вышла. 52-я и 59-я общевойсковые армии в прорыв не вводились и окружены не были. За всю операцию по выводу войск советские потери всего Волховского фронта составили 10 000 убитыми и 10 000 пропавшими без вести. Кто любил фашизм и Гитлера, верили цифрам Гитлера. Кто любил Советский Союз, верили Совинформбюро и Левитану. Конечно белогвардейская триколорная публика и пресса верила Гитлеру.

Советские цифры пленных и убитых 2-й Ударной армии получались вычитанием из исходного числа военнослужащих числа вышедших. Насколько верные цифры численности войск на конечной стадии перед прорывом сообщил начштаба армии Виноградов своему комфронта Мерецкову, а тот Сталину? На момент подачи информации - неделя до окончания операции по выводу, устойчивой связи со всеми частями и подразделениями войск 2-й Ударной армии уже не имелось. Армия разделилась на две группы: группа Власова у Кречно, Новая Кересть и группы Алферьева на рубежах внешней обороны. Если Виноградов завысил свои данные, дав более ранние цифры из-за невозможности их уточнить, или по другим причина, то реальное количество убитых и пленных могло оказаться ещё меньшим.

Имелся ли у командиров соединений повод сообщать в начале июня штабу 2-й Ударной армии завышенные данные о численности своих войск? Могли ли они оперировать как Чичиков в 'Мёртвых душах' Гоголя погибшими, оставленными в списках живых? Если понимать, что в этот период нормы выдачи интендантами армии продовольствия в дивизии и бригада составляли 1/3 от нормы, то у командиров имелась прямая причина попробовать получать продовольствие также на 'мёртвые души', чтобы лучше кормить своих живых. Такое происходило очень часто автоматически, когда после боя на позиции доставляли еду, а часть бойцов уже погибли или выбыли в медчасть. Тогда оставшиеся в строю естественно наедались от пуза. Не выбрасывать же кашу и водку? То же при прямом завышении численности.

Командирам дивизий и бригад достаточно было просто не торопиться с исключением павших смертью храбрых из списков. Тогда живым доставалось больше еды и они лучше били врага. Риск? А кто по головам посчитает красноармейцев, рассыпанных по лесным позициям? Никто. Сколько в июне имелось в частях и соединениях 2-й Ударной армии 'мёртвых душ'? Неизвестно. Не более 1/4-1/3 от списочного состава, но это уже около 7-10 тысяч человек!

То же самое относилось к вероятной возможности Власова и Виноградова оперировать 'мёртвыми душами' в общении с Мерецковым и Генштабом. Чем больше списочный состав, тем больше продовольствия. В случае с Власовым, кроме лишнего продовольствия, имелась ещё одна причина, которая могла влиять на его движение по стопам Чичикова из 'Мёртвых душ'. Это страх, что из-за малочисленности 2-ю Ударную армию Ставка ВГК расформирует, ведь она уже была меньше немецкого корпуса к концу мая, и Власов мог лишиться статуса командарма со всеми вытекающими из этого потерями статуса, денежного содержания, власти, 'полевых жён' и славы. Поскольку Власов по всем признакам являлся карьеристом и шкурником, это очень серьёзная причина для завышения численности своих войск и 'чичиковщины'.

Но если даже не учитывать 'чичиковщину' и полагаться на цифры начштаба 2-й Ударной армии Виноградова как не завышенные, как это сделала Мерецков в докладе Сталину по итогам сражения, получается, что в боях за неделю 20-26 июня на разных этапах вывода армии погибли и получили тяжёлые ранения 4000 героических защитников родной земли - в общей сложности численность 1,5 стрелковых полков. В плен попали около 8000 бойцов и командиров, по большей части раненые и больные - в общей сложности численность ещё 2-х стрелковых полков. 2000 героев остались живы за линией фронта и имели шансы прорваться к своим мелкими группами в течении неограниченного срока - около 1-го стрелкового полка в общей сложности. Много это или мало?

Кроме бесценных человеческих жизней, потерянно в боях, уничтожено или утоплено, брошено с 20 по 26 июня на разных этапах вывода армии Власова: 7 танков, 150 орудий различных типов, 210 миномётов, 180 противотанковых ружей, 10 зенитных пулемётов ДШК, 99 станковых пулемётов 'Максим', 490 ручных пулемётов ДП, 10 100 винтовок, 420 автоматов ППШ и ППД, 900 автомобилей, 460 лошадей, 200 повозок, другое имущество. Это примерно вооружение одной-двух стрелковых дивизий. По отдельным показателям, таким как 76-миллиметровые орудия, вооружение примерно 5 артполков стрелковых дивизий. После окончания операции по выводу войск в распоряжении войск 2-й Ударной армии сохранилось из средств транспорта - 426 лошадей, 117 грузовиков, 102 повозки, а также стрелковое оружие, вынесенное бойцами. Только незначительная часть орудий и грузовиков попали в руки капиталистов в исправности. Насколько велики эти потери для Советского Союза, много это или мало?

Способствуя выводу армии Власова, за период с 30 мая по 26 июня войска 59-й армии и другие войска Волховского фронта: 2, 191, 165, 372, 374, 376-я стрелковые дивизии, а также 24-я стрелковая бригада потеряли в жестоких боях павшими смертью храбрых 3550 человек. Потеряно 20 танков Т-34 из 7-й гвардейской танковой бригады, потеряно 19 танков Т-34 из 29-й танковой бригады, потеряно 9 танков Т-60 из 166-й отдельной танковой бригады. Насколько велики эти потери для Советского Союза, много это или мало?

Комфорта Мерецков, обладающий на месте событий более полной информацией из всех, сообщил Ставке ВГК, что в результате операции по выводу 2-й Ударной армии, вышло из окружения 16 000 человек. Это примерно численность одной полной стрелковой дивизии. Погибло при выходе около 6000 человек, большая часть из них раненые и истощённые, которых фашисты убили в окружении - примерно численность одной стрелковой бригады. 8000 пропало без вести. Это те, кто сразу попали в госпиталь после выхода или оказались в плену, погибли, затаились в лесах, или пробирались на восток сами. Кроме того с войсками вышло более 2000 человек гражданского населения, более 1000 гражданских погибло и 2000 остались за линией фронта. Потери прочих войск Волховского фронта за этот период на плацдарме - 13 700 человек.

Точное определение потерь, понесённых при выходе 2-й Ударной армии, представляет существенную проблему. Однако точно можно не верить капиталистическим пропагандистам, триколорным белогвардейским журналистам, Геббельсу и мемуарной 'мюнгхаузеновщине' битых гитлеровских генералов. Нет сомнений, что наиболее точные цифры содержатся в докладе командующего Волховским фронтом генерал-полковника Мерецкова Верховному Главнокомандующему Красной Армии Сталину:

Насколько велики в масштабе Советского Союза, его Красной Армии горькие и страшные потери героических советских людей из 2-й Ударной армии? Много это или мало? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, следует взглянуть на боевой состав Красной Армии в этот момент времени - июль 1942 года. В июле 1942 года Красная Армия в своём боевом составе имела 426 стрелковых и 53 кавалерийских дивизии, 3 механизированные и 2 танковые дивизии, 53 авиадивизии. Бригад имелось в составе Красная Армии: 197 танковых, 144 стрелковых, 30 воздушно-десантных, 4 авиационных, 2 зенитных, 43 инженерных бригад. Кроме того имелось 327 различных артполков, 128 полков противотанковой артиллерии, 68 миномётных полков, 56 полков 'Катюш', 439 авиаполков, 25 зенитных полков, 13 отдельных стрелковых полков и кавполков, 189 бронепоездов. Это не считая войск НКВД, флота, укрепрайонов, отдельных дивизионов, батальонов и так далее, не считая войск в стадии формирования и военных училищ.

Из этого видно, что как не горька потеря при выходе вооружения и личного состава убитыми в обще сложности 1,5 стрелковых полков и пленными ещё 2-х стрелковых полков из числа 2-й Ударной армии, на мощи Красной Армия это практически не сказывалось. Тем более, что павшие в бою герои и потерянные полки отнюдь не являлись 'мальчиками для битья'. Наоборот, они намолотили симметричное своим потерям количество оккупантов из армии капиталистов, уменьшив тем самым силу фашизма, капитализма, отстояв Ленинград. Война ведь ведётся не как спортивное соревнование, где даже существует зачёт победы по очкам - война ведётся для осуществления своих планов и разрушения планов врага, для истребления его сил и материальных ресурсов таким образом, чтобы достигнуть фактической победы, а не победы, придуманной пропагандой. Однако, как бы то ни было, советский народ дорого заплатил за очередной шаг по спасению ленинградцев от голода, устроенного подлым капиталистическим интернационалом!

У капиталистов с арифметикой всё как всегда: дважды два не всегда четыре. Гитлер придумал себе победу в Волховской битве, как Наполеон придумал себе победу у Бородино. Гитлер попытался замаскировать краснобайством, язык же без костей, поражение своей группы армий 'Север' в гораздо более крупном сражении - битве за Ленинград, а также задрапировать тяжёлые поражения под Тихвином и Демянском. Повторно захватив в результате 'победы' в Волховской битве 250 квадратных километров лесов и болота у Волхова, Wehrmacht одержал воистину 'Пиррову победу'. Так же торжествовал Наполеон, захватив к концу битвы под Бородино кучу залитой кровью своих немецких и французских солдат земли на месте батареи Раевского.

Группа армий 'Север' из-за беспримерного подвига бойцов и командиров 2-й Ударной армии в Любанской операции, после отходу к Волхову её сил, так и осталась сидеть в болотах вокруг неприступной советской твердыни - Ленинграда, который кровавые агрессоры заранее уже переименовали в Sankt Petersburg. Ни о каком участии этих войск группа армий 'Север' в действиях на других участках советско-германского фронта и речи после их 'победы' не шла! Наоборот, в один из самых критических моментов войны Wehrmacht вынужденно снимал со Сталинградского и Кавказского направления, когда там на карте стояла судьба Германии и жизнь самого Гитлера, 250-тысячную 11-ю полевую армию фон Манштейна и перебрасывал её на усиление измочаленной группы армий 'Север'. Ничего себе, победа в 'Волховской битве', когда победителя нужно пополнять на 250 000 солдат! Хороша победа!

Вот и всё! Из-за навязанной большевиками силам капитализма 6-месячной Волховской битвы передовой отряд международных банковских капиталистов - хвалёный Wehrmacht не смог ни взять, ни разрушить, но сжечь, ни убить голодом колыбель Октябрьской революции 1917 года город Ленинград - 2-й по размерам, по численности населения, по экономической и культурной значимости после Москвы, жемчужину исторической России! Вот что защитили и защитили большевики! Руки у капиталистов оказались коротки!

Wehrmacht, войска SS, войска Luftwaffe, 'Организация Тодта', NSKK, территориальная оборона, 'хиви' с 13 мая - начала операции по отводу 2-й Ударной Армии, учитывая разгром в 'Долине смерти' сил захватчиков при выходе 2-й Ударной армии, потеряли убитыми, ранеными и пропавшими без вести не менее 65 000 солдат, офицеров, служащих и добровольных помощников. Из них около 25 000 в боях в период выхода 2-й Ударной армии. В число пропавших без вести включены оккупанты, пропавшие во время боя и те, которые пропали с переднего края обороны, и причина их исчезновения не установлена, а также оказавшиеся в этом числе из-за безответственного отношения к сбору и погребению убитых. Сюда включены и те, кто погребены неопознанными. Далеко не все немцы из мистических соображений носили алюминиевые жетоны со своими номерами.

Подбито и уничтожено с 13 мая 60 гитлеровских танков и 40 единиц другой бронетехники. Но это очень приблизительно. Попробуйте-ка, в самом деле, учесть перемещение личного состава по всем этим бесконечным 'группам' и 'бригадам', которые иначе как 'сборные солянки' и не назовёшь. Да и какой барон фон Мюнхгаузен станет в здравом уме описывать тот ад, в который Wehrmacht бросил под Тихвином, Демянском и Спасской Полисти своих солдат, и что из этого вышло? Это же приговор капитализму! В той лихорадке боёв соединения, части и даже подразделения подлецов постоянно дробились, перемешивались, перебрасывались с одного участка фронта на другой, предавались другим частям, объединялись в 'группы' и 'бригады'.

ВВС Волховского фронта - 50 разных авиаполков общей численностью 935 самолётов, не считая эпизодически участвующих в воздушных операциях отдельных групп Голованова, Семёнова, ВВС 8-й армии и авиации Ленинградского фронта, за время битвы на Волхове с 7 января по 25 июня 1942 года уничтожили в воздухе и на аэродромах 386 самолётов Luftwaffe. Зенитными средствами 2-й Ударной армии сбито ещё 20. Итого сбито 446 самолётов Luftwaffe.

Уничтоженное вооружение силам ВВС Волховского фронта, без учёта работы артиллерии и других наземных войск, в разы превзошло потери вооружения и транспорта при выводе 2-й Ударной армия. С 7 января по 25 июня 1942 года ВВС Волховского фронта уничтожили 93 танка, 16 бронемашин, 470 полевых орудий, зенитных орудий и миномётов, 2633 грузовика, 229 легковых автомобилей, 13 тягачей, 1142 повозок. Кроме того авиаторы Волховского фронта уничтожили 634 ДЗОТов и землянок, 701 ДОТов, 97 складов боеприпасов, 14 складов горючего, 17 железнодорожных эшелонов, 360 железнодорожных вагонов, 4 паровоза, 3 переправы, железнодорожный мост и другие цели. При выводе 2-й Ударной армии потеряно 150 орудий различных типов, 10 зенитных пулемётов ДШК, 99 станковых пулемётов 'Максим', 490 ручных пулемётов ДП, 210 миномётов 900 грузовиков. То есть Wehrmacht и SS только от действий авиации Волховского фронта потеряли намного больше, чем потеряла вооружения и имущества 2-я Ударная армия при выходе! Ничего себе Гитлер добился победы!

Для осознания того, на какой конвейер смерти попали Wehrmacht и SS в битве на Волхове в период всеобщего советского наступления с 7 января 1942 года в тыл группы армий 'Север', следует приплюсовать к уничтоженному Сталинскими соколами уничтоженное превосходной и во многом уникальной советской ствольной и реактивной артиллерий, лучшими в мире тяжёлыми и средними танками, и конечно, бесподобной царицей полей - русской, советской пехотой!

Соотношение общих потерь войск Волховского фронта при выходе 2-Ударной армии и группы армий 'Север' составили приблизительно 1:1. 25 000 человек потерь оккупантов против 24 700 человек потерь советских сил. Если бы ещё Wehrmacht массово не брал в плен гражданское мужское население: Точность цифры зависит от того, включать или не включать в число потерь 'хиви', рабочих и носильщиков из местного населения, работавших на оккупантов, включать партизан и карателей или нет, и так далее...


## Глава 20. Бессмертие 2-й Ударной армии и предательство Власова


К вечеру 28 июня фон Кюхлеру наступать более некуда. Весь 'котёл' 'схлопнут'. 2-я Ударная армия испарилась! Кроме некоторого количества раненых и измождённых, завоевателям достались на оккупированной территории в рабство 2500 местных жителей, не успевших выйти к Волхову. И вот как теперь фон Кюхлер скажет фюреру, что 6-месячное сражение закончилось провалом, стратегическим поражением группы армий 'Север', что вместо операции по захвату Ленинграда или хотя бы ледовой 'Дороги жизни' Сталин заставил немцев с черепашьей скоростью захватывать никчёмные болота, двигаясь в противоположном направлении? Да ещё потерять почти 60 000 отборных солдат, в том числе 15 000 эсэсовцев, а так же умопомрачительное количество боеприпасов и военного имущества! При победе над Польшей снарядов и бомб потрачено в 5 раз меньше!

О потерях артиллерии и расходе снарядов во время борьбы против 2-й Ударной армии можно судить по расходу 158-го артполка 58-й пехотной дивизии вместе с приданным ему III дивизионом 207-го артполка, располагающими 35 лёгкими и 10 тяжёлыми гаубицами. За последнюю неделю боёв артполк выпустил 30 000 снарядов! Максимальный расход артполка за день в обороне составил 5000 выстрелов! Артполку пришлось проложить примерно 300 километров проводов и 5 километры гатьевых дорог! А ведь у 'дороги жизни' с севера и юга располагалось 6 таких артполков. К концу битвы все они понесли тяжёлые потери. Тот же 158-й артполк потерял из 10 тяжёлых гаубиц 7 из-за прямых попаданий. Терялись гаубицы также из-за разрывов стволов бракованными снарядами и износа. Несколько лёгких гаубиц также оказались потеряны, хотя их число восполнилось. Убитыми и ранеными 158-й артполк потерял 170 человек.

Никак преступник фон Кюхлер не мог сказать такое безваттному фюреру. Сказать такое наркоману Гитлеру - минимум - лишиться гигантского денежного содержания командующего группы армий. Могут ещё прислать вечерком людей из айнзацкоманды с белым шарфом или ядом, если фюреру вожжа под хвост попадёт! Только сочинение красивой, хотя и лживой истории о победе в Волховской битве над полчищами 'недочеловеков', могли спасти фон Кюхлера, Линдеманна, Буша от гнева фюрера и вечного амплуа неудачников. И такая история стала немедленно сочиняться!

По поручению Гальдера 'писатели' роты пропаганды из OKW под присмотром его адъютанта Мюллера-Гиллебранда, тоже 'большого писателя', занялась в Риге сочинением агитационной книги 'Битва на Волхове'. Эта рота 'писателей' OKW занималась также сочинением журналом боевых действий дивизий 18-й полевой армии Линдеманна за период Волховской битвы. То же самое касалось 16-й полевой армии Буша. В армии Буша для сокрытия потерь решили просто и элегантно потерять данные по учёту личного состава. Нет бумажек - нет потерь! Тем временем 'уничтоженная' 2-я Ударная армия уже пополнялась, готовясь принять участие в следующем наступлении...

И что же делать фон Кюхлеру дальше? Остатки 2-й Ударная армия выскользнули и занялись приведением себя в порядок. Сопротивление изолированных групп в тылу фон Кюхлера продолжалось. Войска Мерецкова приготовились к отражению наступления группы армий 'Север' на Волховский плацдарм, который оставался пистолетом Сталина, приставленным к затылку группы армий 'Север', осаждающей Ленинград. В такой ситуации фон Кюхлер не решился на атаку по линии Спасская Полисть - Селищевский Посёлок. Побоялся разгрома, ведь он знал реальное положение дел - подлецы захватили в плен всего несколько тысяч израненных, обессиленных бойцов.

291-я пехотная дивизия за 28-29 июня взяла всего 44 пленных: 9 командиров, военврача, техника 1-го ранга, 31 младших чинов, 3 медсестры. Из 22-й стрелковой бригады - 2, из 23-й стрелковой бригады - 5, из 24-й стрелковой бригады - 4, из 46-й стрелковой дивизии - 3, из штабной роты Штарма-2 - 1, из 19-й гвардейской стрелковой дивизии - 1, из 267-й стрелковой дивизии - 6, из 40-го отдельного лыжного батальона - 1, из 259-й стрелковой дивизии - 14, из 92-я стрелковой дивизии - 2, из 382-й стрелковой дивизии - 2, из 60-го отдельного артполка - 3: Это при том, что пленных этих брали вдоль узкоколейки, между речками Кересть и Глушица, то есть там, где должны были оказаться 70 000 бойцов и командиров 2-й Ударной армии - столько представлялось подлецам! Эти '70 000' просто обязаны были находиться в окружении и пытаться прорваться! Прямо сказ о граде Китеже какой-то, когда целый город ушёл под воду, чтобы не покоряться монголам! Учинить разгром советским войскам Волховского фронта к западу от Волхова не получалось. А чего так-то, если объявлено только пленными 35 000?

Зато I армейский корпус генерала пехоты фон Бота 28 июля выслал в 18-ю армию Линдеманна для книги 'Волховская битва' сказку барона фон Мюнхгаузена на имя Гитлера: 'Хайль фюрер и Верховный главнокомандующий! За 5 месяцев сражения 2-я Ударная армия потеряла в боях 40 000 человек убитыми и 80 000 ранеными и больными'. То есть уже 120 000 всего... Затем из оставшихся в окружении 60 000 человек в плен взято 35 000 человек... Хорошо хоть не пишут, как немцы на снарядах над Волховом летали, а немецкие танкисты сами себя за волосы из болота вместе с танками вынимали... Так при помощи всего 5 граммов чернил и фантазии нового 'фон Мюнхгаузена' 49-тысячная на момент наступления 2-я Ударная армия Клыкова превращена в монстра из 180 000 человек. С учётом якобы пополнения в 30 000 человек, это уже 220-тысячное чудовище, практически как 6-я полевая армия Паулюса, которая теперь рвалась к Сталинграду при помощи 4-й танковой армии Гота: Что ж, это фактически комплимент 2-й Ударной армии от битых немецких генералов:

Где пленные 2-й Ударной армии в таком количестве? 33 000 пленных, это визуально очень и очень много. Если бы их вели по Берлину, то колонны по 5 человек в ряду шли бы в течении целого дня! Но ничего подобного роты пропаганды и операторы 'Die Deutsche Wochenschau' снять на фото или кинопленку после Волховской битвы не смогли! Не зафиксировано таких колонн пленных ни в Новгороде, ни в Чудово, ни в Любани, ни где бы то ни было! Не существовало этих колонн в природе!

Где убитые? 40 000 убитых - это огромные курганы из тел. Или при среднем размере братских могил в 20-30 убитых, должно иметься до 2000 братских могил! А есть ли они там в таком количестве? Нет там такого количества советских могил. Чтобы появилось где-нибудь у Любина Поля кладбище с именами холя бы 10 000 советских героев, их потребуется со всего Поволховья туда свозить. Геббельс врал взахлеб как и про расстрел польских офицеров в Катыни, не думая, что это когда-то смогут проверить, хотя тут и проверять не нужно, достаточно поинтересоваться где кино или фотосьёмка пленных, где могилы.

Зато возникли 'мюнгхаузеновские' отчёты и приказы, 'история Волховской битвы', написанная в Риге журналистами из роты пропаганды группы армий 'Север', бойкие репортажи 'Die Deutsche Wochenschau' и белогвардейской триколорной прессы. 'Главное не событие, а его интерпретация! - учил Геббельс своих подлецов-пропагандистов в духе работы всей капиталистической прессы и исторической науки. - Чем чудовищней ложь, тем скорее в неё поверят!'

Особо комичным выглядит упоминание 'мюнхгаузенами' о захвате в трофеях 2-й Ударной армии 12 локомотивов и 465 вагонеток и вагонов, в то время, как на узкоколейной дороге от Мясного Бора до Финёва Луга имелось 4 локомотива, быстро вышедших из строя из-за бомбёжек, после чего вагонетки и вагоны, которых имелось 36, толкали вручную. То есть по локомотивам 'коэффициент вранья' составил 3, а по вагонеткам и вагонам - целых 15! Ещё более удивительным выглядит упоминание 'мюнхгаузенами' о захвате на заключительном этапе сражения, уже жарким летом 1942 года 980 саней! Власов, конечно, троцкист, малоквалифицированный хрущёвский выскочка, но не идиот же, чтобы до июня хранить в тылу группы армий 'Север' ценное зимнее военное имущество, которому место, если ещё по снегу не вывезено - в костре. 'Катюши' взрывали, 'сорокопятки' взрывали, танки взрывали, в сани оставляли? Катайтесь, дорогие оккупанты? Так, что ли?

Не менее гротескным с точки зрения военного искусства выглядит ситуация с 'пленными' из числа гражданского населения. Практику хватать на оккупированной территории всех подряд и записывать их в пленные, Wehrmacht широко применял на Восточном фронте с первых дней войны. Вот и на Волхове 19 июня отдел Ic штаба 18-й армии Линдеманна отправил в XXXVIII и I армейские корпуса приказ: 'Все выходящие на восток или попадающиеся в ходе боёв гражданские лица мужского пола возрастом от 16 до 60 лет должны расцениваться как военнопленные': Во как! 'Благородный' Wehrmacht кроме всего прочего натягивал свои показатели пленных за счёт мужского населения на захваченной территории, то есть массово совершал военные преступления, поскольку то, что делал Wehrmacht с пленными, ничем, как военными преступлением назвать нельзя ,да ещё и записывал это как свою военную доблесть.

Более 2000 обессиленных и раненых красноармейцев подлецы добили на 'дороге жизни'. Святые русские воины лежали там, как на поле Бородинской битвы или на поле Куликовом: русские и враги вперемешку! Но там ещё кругом лежали убитые старики, женщины, дети. Пробитые пулями, изрезанные осколками, разорванные снарядами, бомбами, затоптанные, полузасыпанные глиной и сором. Люди бежали от голода, полного истребления, от расстрельных ям, сожжения живьём, угона в рабство в Прибалтику, Финляндию, Германию, но подлый враг настиг их и убил: Вот стоит в луже около узкоколейки тележка на двух колесах, в ней старик мёртвый. Немного в стороне у кустика женщина на спине. У неё на груди лицом вниз девочка лет 3-4. Она жива и вздрагивает. Девочка полуохрипшим голосом зовёт из последних сил:

- Мама, мама, мама!

Если потрогать женщину - она мертва. Вот они, очередные безымянные жертвы капитализма...

Так где же 33-35 000 пленных, о которых вещал Геббельс и генералы? О пленных 2-й Ударной армии известно не мало от бежавших их плена или освобождённых от него, известно от партизан и местных жителей. Но ни о каких колоннах никто не рассказал. Главный пересыльный пункт зоны боёв располагался в деревне Сенная Кересть - эпицентре нахождения окруженцев. Здесь находилось 3000 пленных, в том числе местные жителей, собранных из мелких пересыльных лагерей. Однако никаких 30 000 пленных, о который сообщил миру Геббельс, здесь и близко не имелось! Для приёма пленных имелся пересыльный пункт в Ольховке. Здесь военнопленных держали по несколько дней под открытым небом. Ежедневно в этот лагерь привозили партии по 50-100 человек. Всего в лагере находилось около 500 военнопленных, в том числе гражданских. Из лагеря ежедневно также увозили примерно такое же количество. 500 человек - это не 30 000! Лагерь военнопленных оккупанты разместили на станции Рогавка. Голодом там ломали волю бывших красноармейцев и принуждали становиться карателями.

Из главного пересыльного лагеря Сенная Кересть пленных направляли небольшими группами в мелкие лагеря для работ в интересах штаба тыла группы армий 'Север'. В одном из таких лагерей в деревне Поповка содержалось 100 пленных для работ по заготовке сена. Лагерь размещался в бывшей колхозной конюшне. Вокруг колючая проволока. На постах 2-3 солдата с винтовками и пулемётом. Комендант, старшина, военфельдшер и работники кухни - из числа военнопленных. Регистрировали пленных только здесь. Регистрацию проводил военнопленный, записывал ответы в тетрадь: фамилия, имя, отчество, год рождения, где родился, специальность. После регистрации раздавали фанерные номера.

Подъём в 5 часов утра, горячий чай. В 6 часов на работу в поля. Шли пешком примерно в 5-6 километров по жаре или дождю. На каждые 10 пленных один конвоир с винтовкой. В 12 часов возвращались в лагерь. На обед суп-баланда из муки, круп или гороха. В 13 часов снова на работу. В 19 вечера возвращение и ужин - 150-250 граммов хлеба, дрянной сыр, иногда спитый чай, сахар. Это примерно такая же калорийность, что была на последнем этапе выхода 2-й Ударной армии. После ужина сразу отбой. Через неделю пленные уже падали с ног. Из лагерей естественно бежали. Перед побегом старались взломать склад с продуктами. За побег или подготовку побегу расстреливали: Вот стоит пойманный беглец и смеётся. На него немец направил винтовку, а русский смеётся. Он знает, что умрёт через несколько секунд, в лесу, упадёт на траву, будет истекать кровью и, скорее всего, тут же и будет брошен и забыт всеми. Вся его жизнь, весь накопленный опыт, всё закончится. Что ещё остаётся ему делать, если не смеяться? Смех - это его вызов, бросаемый в лицо смерти. Смерть, в конечном итоге, смеётся над всеми, а этот советский человек смеётся ей в лицо...

Пока Гитлер и Геббельс трепали своим поганым языком на весь мир о своих видениях, война не стояла на месте. Много дней через Поволховские болота просачивались группы окруженцев, одиночки. Надежды на лучшее имелись. В Ленинградской области к концу июля действовали пять партизанских бригад, 57 отрядов и более 20 групп, объединявших более 5000 человек. Более 3/5 действовало в юго-восточных районах области, то есть как раз в полосе Волховского фронта. Кроме того, командующий Волхфронта Мерецков в кратчайший срок заслал в тыл группы армий 'Север' для дестабилизации ситуации и помощи окруженцам ещё несколько десятков партизанских отрядов по 20-30 бойцов.

Для этого в такие партизанские отряды, по сути в спецвойска, набирали добровольцев в госпиталях, то есть набирали бывалых, закалённых воинов. Формировали спецотряды в районе Малой Вишеры, засылали в тыл с определённым заданием для каждого. Отряды возглавляли опытные, повоевавшие командиры-коммунисты. По выполнении задания следовало вернуться обратно за новым заданием. В районе Малой Вишеры 'спецпартизаны' Мерецкова отдыхали и снова шли в тыл врага. Взрывали мосты, полотно железной дороги, совершали нападения на склады, отряды снабжения, отряды 'самообороны', убивали старост, солдат, полицейских. Вели агитацию, распространяли газеты, листовки, вселяли веру в победу. Бывало, их окружили, рассеивали, от отрядов остались считанные единицы. Но большинство возвращались на 'большую землю'.

С мая по июль 1942 года партизаны и спецгруппы в Поволховье пустили под откос 122 эшелона, убив при этом более 2000 подлецов и ранив около 8000, уничтожив оснащение почти полной дивизии, несчётное количество боеприпасов и продовольствия. Вот эта сила и пришла на помощь окруженцам. Партизаны прекрасно знали местность и подсказывали окруженцам:

- В ту деревню не ходите - там староста свой. В другую мы сами пойдём, чтобы повесить старосту, служившего фашистам'.

Учили как добывать продукты:

- Если будете у местных жителей просить поесть - с голоду умрёте.

Вели окруженцев в деревню и показывали как действовать. Вот зашли в дом. На койке седой дед, якобы больной. Хозяйка говорит:

- Ничего нет.

Партизан подходит к кровати и говорит:

- Ну-ка, дедушка, подвинься.

Под дедом выпеченный хлеб и много булок. Часть взяли. Зашли в другой дом - в чулане мука. Партизан учит:

- Смотри, вот мешки с сероватой мукой грубого помола - это мука хозяина, а вот мука белая, мелкого помола. Эту муку он наворовал из горящих складов Новгорода, когда наши отступали в прошлом году. Эту муку, как государственную, забираем.

Хозяин молчит. Муку забрали...

28 июня несколько человек из числа работников штаба Власова, идущие отдельно, попали в плен. Виноградов в это время вёл Власова и его группу, а также группу штаба 92-й стрелковой дивизии полковника Чёрного и командование 259-й стрелковой дивизии от реки Глушица на болото Михайловский Мох, пересекая сетку просек под углом 45 градусов в северо-западном направлении. Затем все двигались три километра в направлении на Ольховку по этому болоту и ещё столько же по болоту Гредовский Мох до слияния ручья Омутной и реки Кересть. Вдоль дорог между Керестью и Глушицей тем временем шли зачистки. Фашистские подлецы натыкались на кошмарные дела рук своих: мёртвых защитников родной земли в воронках и блиндажах, на умерших на перевязочных пунктах. Чаще всего спрятавшиеся раненые, которые страдали без перевязок и медикаментов, предпочитали плену мучительную смерть. Отдавшие жизнь за родину истинные мученики! Имена их неизвестны, святой подвиг бессмертен!

В конце июня лес в районе Новой Керести подлецы начали прочёсывать с собаками. Иногда они находили заброшенные лесные лагеря... Трупы разлагались на солнце, облепленные мухами. Жуткий запах... Тяжелораненых тут же пристреливали. На Руси лежачего не били! Но у немцев и прочей европейской шушеры так всегда делали!

29 июня группа Власова перешла реку Кересть у отметки 31,8. Сделали разведку. Наткнулись перед Ольховкой на дозоры. Пошли на северо-восток, где в лесу около болота Аполевский Мох встретили 3 большие группы из 92-й стрелковой дивизии Ларичева. Сам комдив-92 пал до этого смертью храбрых в бою. Здесь от группы Власова отделился Чёрный с группой своего штаба, а также командование 259-й стрелковой дивизии, которые двинулись на северо-восток. Двигаться с Власовым на запад они посчитали странным - это уводило их ещё дальше от линии фронта. Корреспондент 'Красной Звезды' писатель Солнцев, который сначала шёл в группе Власова, скитался по лесам и болотам один после того, как группа разделилась, и смог перейти линию фронта.

Выходить из окружения - это каждый раз как заново родиться. Не прошедшему такое - этого не понять. Двигаться группы и одиночки старались ручьями, реками, болотами, чтобы собаки след не взяли. Когда кончалась топокарта, шли по солнцу, звёздам. Выбравшись на более-менее сухое место, населённый пункт, начинали есть всё, что удавалось добыть. Если не имелось котелков, в 400-граммовых кружках варили кусочки курицы, грибы, ели лук, морковь, капусту, макая в мёд. Если доставалась мука, расходовали её так: утром ложку муки кипятили в котелке воды. Получалось что-то вроде жидкого клейстера. Этого добра по литру на человека. Вечером то же самое. Ну и траву на ходу жевали не переставая...

Пройдя Протнино болото, группа Власова и Виноградова снова встретила штадив-48 полковника Чёрного. Его группа наткнулась на минное поле при движении на восток к железной дороге и шоссе Чудово - Новгород и повернула на северо-восток. Все эти дни Власов шёл в обычной солдатской шинели и командирской гимнастёрке. Он с удовольствием шёл бы в кителе со звёздами генерал-лейтенанта, это сразу дисциплинировало бы часть встречаемых окруженцев, гарантировало от того, что его случайно застрелит вдруг появившийся немец или партизан, но именно из-за того, что окружающие болота кишели окруженцами и партизанами, приходилось скрывать свою личность, поскольку 'сарафанное радио' могло спровоцировать за ним погоню ягдкоманд оккупантов. Виноградов повернул группу назад на юго-запад опять к Керести через отметку 31,8. Здесь у сараев Виноградов выслал разведку. Она не вернулась. Прождали до утра...

В деревнях разжиться продовольствием оказалось совсем не просто. Население под немцем бедствовало, жило скверно. Каждый заход в деревни, хутора, сёла - как боевая операция со взятием 'языка'. В обычной ситуации за такое ордена давали, а при выходе из окружения только лишний день жизни. Вот, предположим, доходит до какой-то деревни какая-нибудь группа окруженцев, подползает. Деревня стоит обычно длинным рядком на холме. Ниже капустные грядки, кусты, переходящие в лес. На концах деревни часовые в касках-кастрюлях с винтовками или автоматами. Ночью оголодавшие пробираются к центральным домам. На огороде съедают грядки лука или моркови. В запертом на замок хлеву вздыхает корова. Цепь от двери хлева тянется в дом. Забрались в сарай - куры спят на насестах.

- Нужно взять кур за головы, тогда не закудахтают... - говорит тихо один окруженец другому.

По команде один схватил две, и другой две курицы. Одна вырвалась, но её придавили. Двое решили зайти в самый захудалый дом - может там нет оккупантов. Остальные ждут в стороне. Подошли к двери бесшумно, постучали осторожно - ни звука. Потом там тихо заплакал ребёнок. Постучали настойчивее. Дверь открыла беззубая маленькая старушка. Радостно улыбается: думала - немцы. Шепчет:

- Уходи, уходи! - дверь пытается закрыть.

Окруженец просунул ногу в дверь:

- Где немцы?

Бабка показывает на чердак.

- Врёшь. Сама в доме, а немцы на чердаке? Дай еды, а то не уйдём:

Старуха ушла и вернулась с куском чёрной липкой массы из лебеды - грамм 500. Подала и сказала:

- Немцы напротив, в каменном доме. Туда не ходите.

Хлеб из лебеды - привычный хлеб русского крестьянства эпохи Николая II Кровавого и в более раннее время. Последний рубеж перед полным голодом. Тесто замешивали из семян лебеды. Время вызревания лебеды такое же по срокам как у ржи. Обычно рожь и брали в смеси с лебедой. Семена лебеды толкли в ступе. У них очень плотная коричневая оболочка, удалить которую вручную невозможно. Приходилось оставлять. В желудке оболочки семян становились твёрже и вызывали сильные боли, вздутие, позывы к испражнению без возможности их произвести. На закваске такое 'лебедяное' тесто замешивали с добавлением ржаной муки, солили. Хлеб получается почти чёрного цвета, тяжёлый. При хранении это горький хлеб русского народа превращался в камень. Корка трескалась.

При питании таким хлебом появлялись головные боли, обмороки, апатия, потеря трудоспособности. Дети и старики, поев 'лебедяный' хлеб, не могли сходить 'по большому', плакали от боли, тужась. Судя по хлебу из лебеды, капиталисты, как и обещали, вернули прежние времена Николая II без колхозов и большевиков. Но ныне и такой ужасный продукт окруженцы разделили на всех по кусочку и проглотили как мёд...

В рабочих посёлках на торфоразработках люди не боялись, не жались. Сами делились последним. В селе Речка у одной женщины тяжело болел туберкулезом сын, но она отдала окруженцам, видимо, последние две булки. Бойцы отказывались, но она настояла...

Пять суток бойцы 3-го сабельного эскадрона из 244-го кавполка 87-й кавдивизии Трантина, отрезанные от своих во время боёв у 'дороги жизни' скитались по вражеским тылам. С 19 по 28 июня в боях за дорогу жизни их кавполк потерял павшими смертью храбрых 119 бойцов, ранеными 357 человек, пропавшими без вести 83. Среди пропавших и эти пять...

Так сразу к своим и не выйдешь. То тут они наткнуться на пост, то там напорются на разведгруппу. Днём отсиживались в укрытиях, ночью шли, ориентируясь по зарницам канонады. Когда стали отчётливо доноситься звуки боя, товарищи устроили последний привал, чтобы собраться с силами. В насыпи узкоколейки заметили блиндаж из шпал. Зашли. Пол усеян гильзами. Один поднял гильзу, приложил её к почерневшей шпале.

- Глядите, как выделяется. Издалека видно, - сказал он. - Давайте письмо оставим людям будущего, нашу клятву.

- Какое письмо, Костя? - удивились все.

- Гильзы забьём в шпалу так, чтобы слова получились.

Но что же выбить?

Большевик предложил:

- 'Всё равно мы победим!'.

- Длинно, - возразил бей по фамилии Костров. - Давайте просто: 'Мы победим!'

Костя нашёл костыль от рельса и стал забивать им гильзу. Входила она туго - гнулась. Костя поправлял её и снова колотил. Его сменил Костров. Бил, пока не зашиб руку. Так все сменяли друг друга. Один дежурил снаружи. Закончив, окруженцы положили шпалу поперёк тропы: пусть всякий увидит:

Сила духа, мужество этих людей беспримерны. В тяжелейшей ситуации, когда жизнь висела на волоске, они могли себе позволить вбить в шпалу стрелянные гильзы, обозначив два главных для них слова: 'Мы победим!' Эта шпала лежала на тропе, по которой и в дальнейшем пробирались на восток бойцы. Лозунг сразу бросался в глаза и в сердцах ярче вспыхивала надежда, прибавлялось сил! Линию фронта кавалеристы переходили под огнём. Костров пал смертью храбрых. Остальные вышли, чтобы выполнить обещание. Так сражались за Ленинград:

В этот же день в восточно-прусской ставке в Растербурге фон Кюхлер извинялся перед Гитлером за провал плана по уничтожению Волховского плацдарма и ничтожные результаты 5-месячной борьбы со 2-й Ударной армией. Из-за битвы на Волхове, группа армий 'Север' так и не решила проблем с окружением своих войск около Демянска, проблемы Погостьинского вклинения армии Федюнинского, проблемы Ораниенбаумского плацдарма. Без решения этих вопросов новый штурм Ленинграда не представлялся возможным.

Гигантские потери, понесённые фон Кюхлером в Волховской битве и под Демянском, заставили Гитлера снимать с Кавказского направления 250-тысячную армию фон Манштейна и перебрасывать её под Ленинград. Переброска из-под Севастополя тяжёлой артиллерии фон Манштейна, в том числе 600-миллиметровой мортиры 'Карл' и 420-миллиметровой мортиры 'Гамма' началась со 2 июля. Но уже поздно. Оборона Ленинграда стала неприступной. Войска накормлены. Оборонительные сооружения построены. Весной ликвидирован острый голод в Ленинграде, закончился вывоз из блокады по военной автомобильной дороге ВАД-101 'Дороге жизни' нетрудоспособного населения и части трудоспособного. Из-за 5-месячной битвы на Волхове, которую вела 2-я Ударная армия, эта дорога оказалась Гитлеру не по зубам. Полностью голод прекратился после открытия водной трассы через Ладожское озеро с сооружением соответствующей инфраструктуры и спуска на воду нужных плавсредств. В новом виде водная трасса, надёжно защищенная советскими войсками, оказалась намного эффективней ледовой.

Утром 31 июля группа Власова пошла дальше на юго-запад под Ольховские Хутора, надеясь там перейти Кересть. Но и здесь гитлеровцы организовали по реке пикеты, охрану, чтобы не допустить отхода отрядов окруженцев в леса своего глубокого тыла. Однако группа Власова и Виноградова близ Ольховских Хуторов нашли подвесную веревочную переправу. Пикетов здесь не имелось и группа быстро перешла на западный берег Керести. Далее Виноградов повёл всех по направлению на Вдицко. Подходя к Вдицко все устали. Варили без соли пресные супы из травы и грибы. Для Власова имелось немного муки и крупы. Он с Вороновой ел 'болтушку'.

1 июля Власов и Виноградов приказали 'истребительному отделению' из 15 командиров сделать налёт на автомашину, гружённую продуктами на дороге, ведущей к Вдицко. Следуя по дороге к месту засады, группа вдруг оказалась у ДЗОТа, гарнизон которого в расслабленном состоянии занимался своим бытом. В ходе короткого ближнего боя 12 фашистов командиры убили. Комиссар 2-й Ударной армии полковой комиссар Свиридов получил ранение в грудь. Один командир погиб. Пришлось отступать. Продовольствия не добыли. Отряд двинулся в Щёлковку на место прежнего КП 2-й Ударной армии. Везде по чащам встречались грязные, заросшие, обессиленные от голода люди. В лесах до самой Любани и дальше в лесах множество троп, идущих в тыл оккупантов. Множество следов групп окруженцев и партизан.

Юго-западнее Спасской Полисти на лесной лагерь группы 'воронежцев', которые тоже искали возможность выйти к своим, напали русские каратели с триколорными повязками на рукавах из 'Shuma' - охранной полиции под командованием немцев. Убили часового. Ранили комиссара. Трое прибившихся к 'воронежцам' ранее, убежали. Гвардии генерал Антюфеев пытался окружить и уничтожить карателей, которых оказалось немного, но они скрылись. Когда всё закончилось, генерал спросил старшину отряда:

- Что делать со сбежавшими?

- Расстрелять! - не задумываясь ответил старшина.

- Если будем за это расстреливать, то скоро останемся без отряда. - ответил Антюфеев.

Они нагнали сбежавших. Генерал их отругал матерно, этим всё закончилось.

2 июля Власов, пробыв ночь на старом КП армии, не найдя там продовольствия, на которое рассчитывал, послал набольшую группу за продуктами в Щёлковку. Здесь в перестрелке с полицейскими группа потеряла одного своего и убила двух полицейских, но вернулись опять ни с чем.

4 июля группа гвардии генерала Антюфеева юго-западнее Спасской Полисти попала в лабиринт сплошных заграждений. Странная местность - вырубленный лес, толстущие пни, а кругом вода. До линии фронта 5 километров. Комдив и комиссар дивизии Гладышко приняли решение отползти в кусты и переждать день, а ночью перейти линию фронта. Лейтенант, который полз впереди, задел мину. Его убило. Антюфеева контузило. Товарищи пытались оттащить его в кусты, но тут как тут оказались подлецы. Герой разгрома немцев под Тихвином, штурма 'Волховского вала', сражения за Любань и обороны Финёва Луга, душа жёсткой обороны на Глушице, гвардии генерал, сам вернувшийся к своим товарищам в окружение, чтобы их спасти и вывести, попал в плен в бессознательном состоянии:

В районе Ольховских хуторов отряд группа командира 92-й стрелковой полковника Жильцова атаковала склад боеприпасов 61-й пехотной дивизии. Убито несколько солдат и офицер.

10 июля Власов с Виноградовым решили идти ещё дальше на запад через железную дорогу Ленинград - Новгород в районе Огорелье. Отощали. К этому дню отдельными группами на Волховский плацдарм вышло 146 человек, в том числе 65 старших и средних командиров. Выход мелких групп продолжился и в дальнейшем. Сколько вышло в расположение других частей Волховского и Ленинградских фронтов никто сведения не собирал и данные не готовил.

Власов и Виноградов продолжали отдаляться от линии фронта. Охрану на железной дороге Ленинград - Новгород в районе Огорелье им удалось обойти. Вышли на узкоколейку в двух километрах восточнее деревни Поддубье. Здесь остановились. Напали на клюкву. Ели до сумерек и почувствовали себя много лучше. Затем разбили отряд на маленькие группы, которым следовало действовать без Власова и Виноградова. Сорвав майский график вывода 2-й Ударной армией на Волховский плацдарм, допустив прорыв рубежа к скученным у Глушицы войскам, бросив их без командования во время выхода, Власов и Виноградов теперь отказались нести ответственность даже за небольшую группу своего штаба. Они отправили всех в буквальном смысле этого слова на все четыре стороны!

Генерал Афанасьев просил Власова не рассеивать группу. Он предлагал двигаться на запад до реки Оредеж, где искать партизан, имеющих радиостанцию. Край же партизанский! Успех гарантирован! Партизаны смогут по рации связаться с Волховским фронтом и помощь придёт. Пришлют самолёты. Власов и Виноградов могли заняться на реке Оредеж или озере Чёрное ловлей рыбы для пропитания, пока Афанасьев будет искать партизан.

Власов и Виноградов от этого разумного предложения, позволяющего сохранить штаб, отказались. Им хотелось остаться втроём с 32-летней вольнонаёмной Марией Вороновой, одной из последних 'полевых жён' Власова в маленькой группе практически без охраны в глубоком тылу. Они сказали Афанасьеву, что пока не знают куда идти, и пойдут после всех, не желая, чтобы хоть кто-то знал, куда они направляются. Власова и Виноградов оставили при себе Воронову, двух политруков и двух красноармейцев - Котова и шофёра Погибко. Виноградов как бы невзначай обмолвился, что раздумывает попробовать пойти через Лужский район на Старую Руссу или Калининский фронт. Заметал следы. Дезинформировал. В это невозможно было поверить. Такое расстояние пройти по лесам и болотам не хватит ни сил, ни духа. Тяжкое прощание... Афанасьев подошёл к Власову. Тот сидел в стороне ото всех на поваленном дереве и неторопливо строгал перочинным ножом прутик, напевая чуть слышно:


Будет дождик осенний мочить,

Ты услышишь печальное пение -

То меня понесут хоронить...

И забудут мое погребение.


- До свидания, товарищ генерал-лейтенант, - кашлянув, обратился к нему Афанасьев. - Не поминайте лихом...

- Прощайте...

Власов вяло протянул руку, безразлично взглянув из-под туманных роговых очков:

- Будь здоров. Авось повезёт...

- Вам того же, - ответил начсвязи армии. - Если найду радиосвязь, первым делом сообщу, чтобы выслали помощь.

А на языке вертелось другое: 'Угробил ты армию!'

Власов безучастно наклонил голову. Афанасьев попытался снова поймать его взгляд, но стёкла очков его прятали.

Афанасьев повёл свою группу из четырёх командиров на запад к деревне Остров искать партизан. Разошлись и другие группы.

Намного севернее этого места после 11 дней в попытках пробратья к своим, к шоссе Любань - Чудово у Коломовки вышла группа бойцов и командиров под руководством заместителя командарма-2 генерала Алферьева, членов Военного совета бригадных комиссаров Лебедева и Гаруса. Им только однажды повезло, но крупно. Обнаружили у хутора ульи. Расстелили плащ-палатку, сбросили крышку. Сверху пустой магазин для сбора мёда. Выбросили на землю рамку за рамкой, а гнездо с мёдом в плащ-палатку. Поднялся шум, часовые от хутора начали стрелять в разные стороны трассирующими пулями. Схватили окруженцы палатку на плечо и в лес:

На дороге у Коломовки работала бесконвойная бригада из местных жителей. Окруженцы подошли к ним попросить еды. Это стало роковой ошибкой. Если бесконвойные - значит сознательно работают на оккупантов. Пока рабочие угощали окруженцев с комиссарскими звёздами на рукавах, предатель-бригадир добрался в расположение роты 215-й пехотной дивизии. Примчавшись на мотоциклах и грузовиках, фашисты окружили командиров и комиссаров. Когда попытались их взять живьём и приблизились, окруженцы открыли огонь в упор из пистолетов и убили двух солдат. После того как бригадный комиссар Гарус застрелился, оставшихся в живых обессиленных героев военные преступники из 215-й пехотной дивизии схватили и зверски убили...

11 июня Власов и Виноградов, дождавшись ухода всех групп, начали со своей группой выходить из района действий партизан, но не на север, где Виноградов воевал в качестве командира 292-й стрелковой дивизии в прошлом году и знал местность, а снова на юго-восток к Тёсовским болотам. Выбрав момент, когда со стороны линии железной дороги Ленинград - Батецкая у Чолово не слышалось никакого шума, они начали выдвигаться к насыпи из леса в полный рост. От идущих впереди бойцов Власов и Виноградов находились примерно на расстоянии 15 метров.

Неожиданно впереди раздался крик часового 'Нalt!' и началась стрельба из автоматов. Будь с ними штабные работники для разведки и охраны, этого бы не произошло. Но Виноградов, который из прошлого окружения выходил с одним водителем, очень хотел остаться с самой что ни на есть маленькой группой! Впереди идущие красноармейцы начали стоя стрелять из винтовок. Виноградов тоже стрелял в сторону, откуда слышалась стрельба из автоматов, но цели не видел. Никто из группы не залёг и оборону организовать не пытался. Просто открыли стрельбу наобум. Во время перестрелки Виноградов и Котов получили ранения.

Поскольку Власов ещё раньше отделил от себя медиков, никто квалифицированно помочь раненым не мог. Власов по совету Вороновой бросил своего начштаба умирать, пожертвовав ему напоследок свою шинель с барского плеча. Так закончил жизнь начштаба 2-й Ударной армии Виноградов. Не со своими войсками в прорыве через 'дорогу жизни' на поле брани смертью храбрых, а в канаве, как бегунец, в безвестности, истекая кровью, подстреленный каким-то обозником в майке.

Без поводыря, не имея спецподготовки, силы воли, внутреннего стержня патриотизма, Власов отныне обречён. Он пошёл дальше с 'женщиной-хозяйкой', Котовым и Погибко через болото на восток. Когда вышли к деревне Ям-Тёсово, Власов приказал Погибко с раненым Котовым идти в деревню за едой. Там бедолаг обнаружил и обстрелял патруль. Один красноармеец погиб, второго - бывшего водителя Власова, взяли в плен. Так командующий 2-й Ударной армией остался без последних бойцов своей армии вдвоём с 'военно-полевой женой', старым агентом немецкой разведки по кличке предположительно 'Лили'.

Услышав стрельбу, Власов с 'полевой женой' ушли на запад. Тем временем труп начштаба Виноградова обнаружил гитлеровский патруль. Поняв кто перед ними, фашисты всполошились - значит поблизости может находится кто-то из штаба 2-й Ударной армии, может быть Власов или ещё кто-то. Вышли дополнительные патрули. Так уже будучи мёртвым, Виноградов ещё раз подвёл своего шефа.

В деревне Туховежи между Ям-Тёсово и Финёвом Лугом Власов и Воронова попросили приют, неумело выдав себя местному старосте Воробьёву за семью учителя-беженца. Это произошло через три недели после того, как Власов бросил свои войска в критической ситуации и попытался отсидеться в тылу армии, дожидаясь выхода. Вот только тыл он тогда у Глушицы не организовал, угробил свой тыл на пару с Виноградовым.

Деревня Туховежи в глуши посреди болот и торфяников помнила ещё первых славян - многочисленное племя ильменских словен, пришедшее с южного берега Балтийского моря, междуречья Вислы и Одера, на земли малочисленных отдельных семей балтов и финнов в VII веке. Организованные и технологически более развитые славяне, обогащённые опытом сосуществования с Римской империей, германскими и балтскими племенами, несколько веков просидели на Янтарном пути с Балтики в Рим на территории нынешней Померании, вошедшей позднее в состав Германии и Польши. Эти славяне из Померании, осевшие в Поволховье - светловолосые. Много рыжих. Худощавые северные славяне имели высокий рост, голубые или серо-голубые глаза, кожу бледно-розового оттенка, тонкий ровный нос, редко с горбинкой, узкие вытянутые лица. Более всего они походили на современных северных немцев и поляков. Бороды росли сильно. Типичные северяне, больше взявшие от неандертальцев, чем все другие потомки кроманьонцев.

Туховежи - привычный славянский ойконим VI-VII веков. Тухо - в польском, чешском, прусском значит надежда, упование, бодрый дух, доброе предзнаменование, надеяться. В русском языке родственно 'тушить', 'тихий'. Имелось множество названий и дохристианских имён с таким корнем. Например в Ровенском области Украины есть река Туховиж. Виж - видеть. 'Ишь ты' - гляди-ка. К западу от Ильменя и на псковских землях известно много названий с таким окончанием: Хотовижи, Вховеж, Любовижа, Радовеж, Будовиж, также имелось немало сходных новгородских дохристианских имён. Вот только древняя славяно-русская земля Туховежи - 'Надежда на покой' не дала трусу Власову покоя, отторгла предателя, словно живая, чувствовала его подлую сущность:

'Лили' Воронова так себя не естественно повела, что староста быстро заподозрил в вышедших из леса без пропусков 'учителей' большевиков и партизан. Местная 'самооборона' Воробьёва дом окружила. Власова и Воронову отвели в баню и заперли. Староста, который ненавидел большевиков, боялся партизан, а ещё больше боялся оккупантов, сообщил находящемуся неподалёку гитлеровскому патрулю, что захватил большевиков.

Когда обер-лейтенант фон Швердтнер с автоматом наперевес открыл дверь и переводчик окликнул находящихся там, из полумрака появился одетый в красноармейскую гимнастёрку высокий человек. На обветренном лице на носу блестели большие роговые очки. Человек на плохом немецком языке выдавил из себя:

- Nicht schiessen. Ich bin General Wlassow!

Одновременно человек вынул кожаный красный подарочный бумажник с факсимильной подписью маршала Советского Союза Тимошенко, достал оттуда документы и передал офицеру. Так Власов не 'попал в плен', не 'оказался в плену', не был 'взят в плен'. Власов 'сдался в плен' безо всякого сопротивления. С ним немецкий агент Воронова. Всё мужество Власова ушло не туда, куда надо. О себе любимом всегда только и думал...

Власов проявил себя как беспринципный карьерист, типичный троцкист, вроде Троцкого, Зиновьева, Хрущёва и иже с ними. Его поведение до предательства - маскировка, за которой скрывалось равнодушие к своей Родине, человеческая подлость. Членство в партии большевиков - просто дорожка к высоким постам. Действия на фронте, например в 1941 году под Киевом и Москвой, - попытка продемонстрировать профессиональные способности для роста карьеры. Война проста на бумаге, но крайне сложна на деле. Армия Власова не только по его вине не успела выйти к Волхову и попала в окружение. Но и Власов в окружении проявил себя как полная военная бездарность и трус. Он погубил остатки армии и массу ценной матчасти. Незаслуженный победный ореол Московской битвы слетел в мановение ока. Он сообразил, что счастливая судьба ему изменила. И тогда, как многие троцкисты до и после него, встал на путь предательства своего народа, предательство партии большевиков и лично доверявшего ему Верховного Главнокомандующего Красной Армии Сталина:

Своим трусливым поступком Власов предал всех солдат 2-й Ударной армии, и выживших, и тех, кто геройски погиб в боях. Какими бы ни являлись мотивы его поступка, он стал соучастником убийства миллионов советских людей, мирных граждан, красноармейцев. Тысячи сожжённых деревень, сёл и городов теперь и на его совести тоже.

Гораздо севернее у дороги Любань - Чудово фашисты обнаружили обессиленного заместителя Власова генерала Алферьева. Не желая сдаваться, мужественный генерал выстрелил себе в сердце, но не рассчитал, и тяжело раненый, попал в плен. Хотя счёт его жизни шёл уже на часы, гитлеровские шакалы не преминули вписать этого пленного в свои сводки:

В этот же день 11 июля Военный совет Волховского фронта, Мерецков с согласия Ставки ВГК, Сталина, начальника Главного политуправления Красной Армии Щербакова, организовал 5-дневный дом отдыха для утомившихся за первый год войны руководящих работников Волховского фронта: членов Военных советов армий, командиров и комиссаров корпусов, дивизий, бригад, начальников политотделов корпусов, дивизий, бригад, начальников и комиссаров управлений и отделов армий и фронта. Приоритет командирам 2-й Ударной армии. За лето основные кадры руководителей должны были побывать в доме отдыха, привести себя в порядок и запастись силами. Персональный отбор производился Мерецковым и Запорожцем, Военными советами армий и корпусов. Очень надеялись, что в числе первых отдыхающих окажутся Власов, Алферьев, Зуев, Шишков, Антюфеев, Жильцов, Ларичев, другие командиры и политработники 2-й Ударной армии, вышедшие из окружения:

Для 50 отдыхающих в смену, большие комнаты с мягкой мебелью, хороший парк, пляж, станция с лодками для катания, волейбольная площадка, площадка для городков и крокета, велосипеды, библиотека, кино, бильярд, музыкальные инструменты, шахматы, шашки, домино. В числе персонала 4 врача, 12 старших медсестёр, 18 санитарок. При доме отдыха электростанция, водопровод и канализация. Питание по санаторным нормам и ресторанной системе. Из ларька 'Военторга' продаются предметы личного обихода: туалетное мыло, духи, одеколон, зубной порошок и тому подобное. Для отдыхающих концерты самодеятельности и культбригад Политуправления, доклады о международном положении.

В армиях Волховского фронта Мерецков разрешил организовать 3-дневние дома отдыха для командиров и комиссаров полков. Для большевиков главная ценность - человек:

После того, как Власов распустил штаб восточнее деревни Поддубье, генерал Афанасьев с четырьмя командирами начал двигаться на запад к деревне Остров. Голод замучил окончательно. Набрели на муравейник. Кто-то вспомнил, что это обожаемая медведями еда. Разрыли муравейник и стали есть яйца с личинками. Слизывали с пальцев муравьёв, старались разжевать. Заморили в буквальном смысле червячка. Южнее болота Веретинский Мох по лесной просеке Афанасьев двинулся на юг, считая, что место подходящее для партизан. И точно! В 1,5 километрах южнее высоты 64.5 встретили часового Лугинского партизанского отряда. Отрядом командовал секретаря райкома большевиков Дмитриев. Командир проверил документы окруженцев и показал свои. Рации у них не оказалось.

Питались партизаны скудно: трава, щавель, берёзовый сок, соли нет. Иногда добывали охотой зверя или варили ежовый суп с дудками. Животную кожу палили, прожигали, варили, получая хрящевидное варево. Истощение. В сутки могли проходить только 10-12 километров. Но дух, настроение не падали. Афанасьев со своими людьми простился с Дмитриевым и двинулся дальше.

Поскольку выход групп и одиночных бойцов от частей 2-й Ударной армии к своим войскам продолжался, 13 июля Генштаба Красной Армии, операторы Тихомиров и Рыжков телеграммой запросил начштаба Волховского фронта о мерах по уточнению положения войск 2-й Ударной армии, находящихся в окружении. К этому времени разведотдел фронта Мерецкова выбросил с самолётов 6 радиофицированных парашютных разведгрупп по три-четыре человека. Одна группа рассеялась, две частью вернулись обратно. Три группы давали регулярные сообщения о движениях множества встреченных мелких групп командиров и бойцов в тылу гитлеровцев. Военный совет обнаружить среди не удалось. Власова нет. Выходящие к своим бойцы и командиры, разведгруппы и партизаны, настойчиво ищущие Власова с Военным советом, очень подробно докладывали Мерецкову также о передвижениях войск оккупантов. Среди вышедших имелись лица среднего и старшего начсостава, располагающие данными, помогающими характеризовать положение отрядов окруженцев за линией фронта. Как таковым прочёсыванием лесов между Финёвом Лугом и рекой Полисть оккупанты не занимались, боялись. Прочёсывали только вдоль дорог. Блокировали перекрёстки и мосты. Вглубь леса заходили отряды наёмников, 'Shuma' из русских, украинских, прибалтийских 'хиви'. В таких условиях шансы, что Власов уцелел, сохранялись высокие.

14 июля группа генерала Афанасьева в четырёх километрах западнее деревни Горка вышла на поляну. Справа река и луга. От голода уже плоховато видели. Впереди шёл лейтенант, опираясь на палку, за ним генерал. Видит, в конце поляны люди, и по опушке бежит другая группа людей, отрезая от леса. Деваться некуда. Начали совещаться:

- Что делать?

- Даём последний 'концерт'! - сказал генерал и взвёл автомат. - Подойдём, насколько подпустят, ударим по ним. Прорвёмся или погибнем:

Командиры и бойцы взвели пистолеты, а у лейтенанта только палка. О плене не думали. Характерная черта в боевых действиях 2-й Ударной армии с момента начала её действий на Волховском фронте - её потери убитыми во много раз превышали число захваченных в плен её воинов: В голове стучало: 'стрелять - не стрелять?' Вроде не немцы, не кадровые. Одежонка нараспашку, форма нарушена. Вроде свои. Стрелять - не стрелять? Вдруг слева выбежал человек и кричит:

- Здравствуйте, товарищи бойцы и командиры! Мы партизаны!

Руки опустились, автомат на предохранитель. Зубы стучат. Зашли в кусты. Со всех сторон вышли свои - партизанский отряд Сазонова. Стали дружески расспрашивать:

- Как себя чувствуете, товарищи, можете идти?

Окруженцы, конечно, ответили, что могут. Рассказали о своей трагедии. В отряде Сазонова 70 человек - партактив Лугинского района. В лесах уже год. Радиостанция. Накормили нормально. Афанасьев немедленно дал радиограмму, что он у Сазонова, а Власов и Виноградов живы. В ответ пришла радиограмма о необходимости выполнения приказа Ставки ВГК о срочном розыске Власова. Значит, об этом знает товарищ Сталин!

Утром 15 июля, оставив в лагере небольшую группу, отряд Сазонова отправился выполнять почётное задание товарища Сталина. Честь, слава, что отряду досталась выполнить такое задание. Задача нелёгкая, но выполнимая. Первый отряд 'сазоновцев' в 12 человек пошёл на запад к деревне Остров и реке Оредеж туда, где Власов и Виноградов распустили штаб. Следовало проверить: нет ли их около деревень по реке Оредеж. Второй отряд в 22 человека двинулся на север на дорогу Выдрица - Тосно. Третий отряд в 23 человека направился на юго-запад, чтобы прочесать опушку леса близ дороги от Поддубье до Печного, а также провести разведку по деревням, нет ли там Власова и Виноградова. Весь Оредежский район подняла на ноги 'большая земля'. Все уверены, что Власов и Виноградов найдутся. В этот день бежал из плена личный водитель Власова красноармеец Коньков. Если уж даже водитель: В командование 2-й Ударной армии тем временим снова вступил генерал-лейтенант Клыков. 13-й корпус Гусева и 327-я стрелковая дивизия начала принимать пополнения.

Пять дней бежавший из плена водитель Власова красноармеец Коньков шёл на северо-восток лесами без компаса и карты. Питался ягодами, сырыми грибами и колосьями. В населённые пункты не заходил. Ориентировался на передовой по стрельбе и ракетам. Нейтральную полосу преодолел ползком и перебежками в темноте... Шофёр Власова добрался до своих, так неужели генерал-лейтенант Власов не сможет? Так и выходили к свои герои, пробивались, прорывались: у одних ещё остались силы, чтобы на ногах стоять и отстреливаться, другие ползли, третьих под руки вели, четвёртых на плащ-палатках волоком тащили: Наконец вот она - 'Большая земля'! Тот же сосённик и ельник, однако свободный, без захватчиков. Кто не лежал пластом, так вставал на колени и целовал матушку родную землицу. Но только троцкист Власов думал иначе... Не всем удалось прорваться к 'большой земле'. Тысячи погибли в боях, некоторые встретили свою смерть уже переходя линию фронта, как комиссар армии Зуев. Другие примкнули к партизанам. Третьих поглотили волховские болота. Четвёртые, обессилевшие или тяжело раненые, попали в плен. Но и там продолжали борьбу, как Муса Джалиль. Добровольно сдались и пошли в услужение к капиталистам единицы.

Да, свою конечную цель 2-й Ударная армия не достигла: зимой 1942 года не удалось прорвать извне кольцо ленинградской осады. Этому имелось немало причин. Красная Армия от рядовых бойцов до генералов, только-только начинала овладевать всеми тонкостями современной войны. Эвакуированные на восток заводы ещё не успели наладить в достаточном количестве производство танков, самолётов, боеприпасов, а это сказалось на поддержке наступления авиацией, артиллерией и танками, на его пробивной силе. Укреплённые рубежи, опорные пункты в глубине обороны, ДЗОТы и ДОТЫ советские воины часто атаковали лёгким оружием, гранатами, зажигательными бутылками, что сильно сказывалось на темпах продвижения, а враг успевал реагировать. Тем более, что его объём производства втрое превышал тогда советский. Вдобавок зима выдавалась чрезвычайно суровая, наступали в необычайно трудных природных условиях, примерно как переход войск Суворова через Альпы. Каждая освобождённая пядь земли доставалась тяжело. Такой была дорога к победе!

Такое было время: Красная Армия только что разгромила Wehrmacht под Ростовом-на-Дону, под Москвой и Тихвином, уже громила его на Донбассе, окружила 100-тысячную группировку под Демянском. Чтобы взять реванш перед лицом своих хозяев и поднять боевой дух своей фашисткой европейской орды, Гитлер накапливал силы для решающего штурма Ленинграда. И в этот чрезвычайно опасный момент 2-я Ударная армия ударила и вытянула на себя более 10 полнокровных дивизий капиталистов с приданными к ним частями усиления и массу авиации. Не только отвлекла, а обескровила и перемолола. Нетрудно представить, насколько осложнилось бы положение Ленинграда в начале 1942 года, окажись эти 10 дивизий головорезов не в волховских снегах да болотах, а под Урицком и у Пулковских высот, под Пушкином и Колпино...

В январе-марте 1942 года Wehrmacht перебросил на усиление группы армий 'Север' для борьбы со 2-й Ударной армией 7 дивизий и одну бригаду из Германии, Франции и Югославии. В полосу наступления также перегруппировано до 4-х дивизий из-под Ленинграда. Для поддержки своих войск в районе прорыва Гитлер привлёк до 250 бомбардировщиков. Однако советские войска захватили инициативу и заставили группы армий 'Север' вести тяжёлое оборонительное сражение. Вот такая она, 2-я Ударная армия - символ славы советского оружия, массового героизма и стойкости.

Поэтому враги и путаники, которые, зная о боевом пути 2-й Ударной армии всего лишь понаслышке, бездумно и безответственно станут повторять всякие вымыслы, не только искажая историческую правду, но и озвучивая кощунственно обвинения по отношению к тем героическим воинам-волховчанам, которые упокоились в братских могилах, и тем, кто никогда не будет найден и погребён, останется неупокоенными тенями между берёз и осин, кто отдал жизнь в очень трудную для страны пору. Свет Победы ещё еле-еле брезжил на тёмном горизонте истории, затянутом грозовыми тучами. Их редко награждали, им ещё не салютовала Москва...

22 июля партизаны Сазонова получили телеграмму немедленно найти посадочную площадку для отправки самолётом генерала Афанасьева на 'большую землю'. Наконец-то! Через два дня партизаны посадили Афанасьева в прибывший самолёт У-2, передали ему деньги, подписку на заём, проведённый среди населения в тылу у врага на постройку танка Т-34, золотые царские монеты в фонд обороны, письма партизан эвакуированным родным.

Долгий томительный полёт... Но душа поёт... Зенитный обстрел. Блеснул под крылом Волхов. На аэродроме Малой Вишеры Афанасьева встречал генерал армии Мерецков и армейский комиссар 1-го ранга Запорожец. Ноги у окруженца подкосились - какой почёт, какая честь! До слёз тронуло внимание, заботы и хлопоты. Командиры Волховского фронта обнимали Афанасьева, радовались как дети. А у генерала слёзы. Выдержать не мог он такой встречи, которую и не ожидал. Повезли его Мерецков с Запорожцем к себе. Короткий приём. Окруженца решили срочно доставить в дома отдыха фронта и дать выспаться, подготовиться к докладу о произошедшем со штабом 2-й Ударной армии. Мерецкову нужно доложить о прибытии генерала в Москву. Сталин просил доложить когда всё завершится. Афанасьев себе не поверил, неужели товарищ Сталин знает о нём и интересуется им?! Сталин даже и в условиях своей перегруженной работы успевал уделять такое дорогое время отдельным лицам и беспокоиться о каждом! В 4:00 Мерецков позвонил члену Политбюро ЦК и члену ГКО Маленкову. Доложил:

- Товарищ Афанасьев прибыл благополучно.

В эту же ночь к Любино Поле вышла через две линии обороны оккупантов группа командира 3-го батальона 1002-го стрелкового полка 305-й стрелковой дивизии Доброва. Идут окруженцы по траншее как тени, а красноармейцы суют им в наши руки сухари, табак - все, что есть под рукой, и при этом говорят:

- Ребята! Не ешьте сразу много, умрёте!

Зубы не кусают, отвыкли. Герои еле-еле грызли сухари и хлеб и курили махру:

25 июля генерал войск связи Афанасьев представил доклад Военному совету Волховского фронта. Сто раз смотревший в глаза смерти человек закончил его так: 'Дорогой Иосиф Виссарионович, я глубоко тронут Вашей заботой. Это слишком много и дорого для меня. Большое спасибо за жизнь. Обязуюсь отплатить врагу за каждую каплю пролитой крови наших людей, уничтожить в десять раз больше фашистов. Смерть фашистским палачам! Да здравствует наш родной и любимый вождь товарищ Сталин!'

К этому времени 95 героев из 59-й отдельной стрелковой бригады и 305-й стрелковой дивизии от Большого Замошского болота прошли долгий путь по тылам со всеми документами, оружием, при знаках отличия. Через линию фронта перешли у реки Ловать рядом с деревней Куково, правее Старой Руссы. До этого, как подошли к реке - бросили гранату в омуток, чтобы оглушить рыбу, но кроме бурой торфяной грязи - ничего. Обидно до слёз: Их уже внесли в списки без вести пропавших, и семьи получили соответствующие извещения и пособия. Много таких групп и одиночек вышли после завершения боёв из окружения, и никто учёта им не вёл. Дел обычное - окруженцы:

Войска 2-й Ударной армии совершили подвиг. Такое за деньги сделать невозможно! Подвиг простых людей, которые сражались не за страх. Они сражались за Родину. Советскую Родину! Своими жертвами воины 2-й Ударной армии оплатили жизнь для Ленинграда! Ни одна армия мира не сражались подобным образом. В более простых условиях французы, англичане, американцы, бельгийцы, норвежцы, голландцы, поляки, югославы, греки сдавались массово, целыми подразделениями, с улыбкой и под командованием своих офицеров. Понятно - от солдат этих наций требовалось защищать интересы своих капиталистов и подвластных частнособственническому капиталу правительств. Капиталистом ведь важнее всего что? Создать систему обеспечение максимальной капиталистической прибыли путём эксплуатации, разорения и обнищания большинства населения своей страны, путём закабаления и ограбления народов других стран, особенно отсталых, путём войн и милитаризации экономики, которые обеспечивают наивысшие прибыли. Вот и не защищали эту систему простые люди разных стран в солдатских шинелях до последней капли крови.

Советские, русские люди, татары, чуваши, мордовцы воевали за своё рабоче-крестьянское государство и правительство, защищающее их интересы, которое старалось максимально обеспечить постоянно растущие материальные и культурные потребности людей, непрерывно развивая и совершенствуя производство на базе высшей техники. Если не вдаваться в техничное чудо индустриализации-коллективизации, культурной революции и установления равноправия наций, мужчин и женщин, бойцы и командиры защищали свою диктатуру пролетариата, которая обеспечивала им право на 8-часовой рабочий день. Впервые в мире в истории человечества. Право на ежегодный оплачиваемый отпуск. Впервые в мире в истории человечества. Право на бесплатное общее и профессиональное образование. Причём, как среднее профобразование, так и высшее. Впервые в мире. Право на бесплатное пользование детскими дошкольными учреждениями: детскими яслями, детсадами, пионерлагерями. Впервые в мире. Право на бесплатное медицинское обеспечение. Впервые в мире. Право на бесплатное санаторно-курортное лечение. Впервые в мире. Право на бесплатное жильё. Впервые в мире. Невозможность увольнения работника по инициативе администрации или хозяина без согласия профсоюзной и партийной организации. Право на работу, на возможность зарабатывать себе на жизнь своим трудом. Причём выпускники профессиональных учебных заведений имели право на обязательное трудоустройство по трудовому направлению с предоставлением жилья в виде общежития или квартиры. Право на бесплатный проезд к месту работы или учёбы по индивидуальному, оплачиваемому государством проездному документу. Впервые в мире. Ключ к этому изобилию, запрет отнимать 60 процентов прибавочной работником стоимости произведённой продукции в карман частного собственника. Эта прибавочная стоимость шла не на дворцы, яхты, гаремы и увеселения частных собственников-капиталистов, а в фонд общего потребления народа и превращалась во всеобщее благо. Это и есть главный секрет стойкости, мужества, массового героизма бойцов и командиров Красной Армии - защита своей кормилицы и надежды на светлое будущее для своих детей - Советской власти. Отличное оружие, передовая военная наука, крепкий тыл - всё это производная от сути рабоче-крестьянского государства и правительства, защищающего интересы рабочих и крестьян...

Пока 5 месяцев 2-я Ударная армия оттягивала от осаждённого Ленинграда и уничтожала у Волхова отборные немецко-фашистские войска, ослабленные недоеданием войска Ленинграда и население смогли создать глубоко эшелонированную оборону на земле, в небесах и на море. Удалось наладить снабжение. И всё! Стал Ленинград не по зубам капиталистам! Это великая победа советского оружия! Памятник доблести и славы Красной Армии!

Шла неделя за неделей, а обширный лесисто-болотистый района боёв 2-й Ударной армии по-прежнему наполняли группы окруженцев и партизанские отряды. Зачистку и блокирование этого района Wehrmacht по-прежнему осуществлял силами своих вспомогательных подразделений: ветеринары, связисты, шофёры из NSKK, строительные батальоны 'Организации Тодта'. Сюда же Wehrmacht бросил подразделения своих европейских 'шестёрок' - вспомогательные отряды из поляков, чехов-'фольксдойче', латышский легион SS, остатки голландских добровольцев, 'хиви'. Они как шакалы и стервятники охотились на людей. Освобождённые капиталистами от подсудности за любые преступления, эти подлецы, давно уже застрелившие свою совесть, зверствовали как всегда. Но даже на этом фоне особыми нелюдями проявили себя поляки. Найденных в блиндажах раненых они обливали керосином и сжигали, не стесняясь местного населения:

К этому времени многие окруженцы уже не могли нести винтовки, бросали, брали палки, чтобы опираться. От голода опухли и еле-еле двигались. У каждого второго цинга и дистрофия. Героические воины оказались в положении гораздо худшем, чем ленинградцы которых они спасали. Давно небритые лица и руки изъедены гнусом. Тех, кто ещё мог стоять на ногах, вели под руки или несли на самодельных носилках раненых и окончательно обессилевших товарищей. Пройдут с полкилометра - привал, чтобы набрать котелок черники, вскипятить - выхлебать. Ещё вшей над костром попалить. Когда снимали сапоги, то ноги, как квашня, с легким звуком 'пух' становились толще чем голенища... Так спасли Ленинград!

Окруженцы продолжали прорываться или скрытно переходить линию фронта в разных направлениях. В августе отряд 267-й стрелковой дивизии со знамёна и документами во главе с полковником Потаповым вышел из окружения к реке Ловать между городом Старая Русса и озером Ильмень в расположение войск Северо-Западного фронта. Потапов почти сразу возглавил новую дивизию. Появление этой группы зафиксировано потому, что с ней вышел комдив. Выход множества групп рядовых бойцов и младшего командного состава 2-й Ударной армии иногда не фиксировался даже в журналах полков, как не фиксировался выход бежавших из плены, лётчиков, партизан, местных жителей. Вышли и вышли. Постоянно кто-то выходил. После проверки Особыми Отделами, если подозрения на сотрудничество с оккупантами отсутствовали, окруженцев включали в состав боевых частей. По спискам своей части из состава 2-й Ударной армии они числились пропавшими без вести или убитыми, а по факту сражались дальше:

С оружием и в форме вышла к Старой Руссе в полосу 1-й Ударной армии группа бойцов 59-й стрелковой бригады 2-й Ударной армии. После необременительной проверки в Особом Отделе армии они влились в боевую часть. Через Люблино вышли вместе с партизанами артиллеристы 803-го артполка. В середине августа у Мостков вышел из окружения отряд 19-й гвардейской стрелковой дивизии.

Среди героев-окруженцев 2-й Ударной армии затесались и предатели. Пошёл на подлое сотрудничество с фашистами комбриг-25 полковник Шелудько, комдив-92 Чёрный, помощник оператора штаба армии майор Вёрсткин, интендант 1-го ранга Жуковский и другие троцкисты, не выявленные при чистке армии до войны. Эти негодяи совершили предательство без физического воздействия. Главным предателем явился командарм Власов. Этот двурушник долго и уверенно шёл к венцу своей подлости:

Гитлер в разгар наступления на Кавказ и Сталинград принял решение о переброске огромной 250-тысячной 11-й полевой армии фон Манштейна - оперативного резерва группы армий 'Юг' - под Ленинград на помощь фон Кюхлеру. Освободившаяся после захвата Севастополя и Керченского полуострова 11-я полевая армия подлеца фон Манштейна отправилась не на помощь Паулюсу, Готу, фон Клейсту, Руоффу, не на поля сражений за Сталинград и Кавказ, где решалась судьба Германии и Гитлера лично, а во всё те же треклятые болота под Ленинград, на усиление обескровленной в зимних боях группы армий 'Север'. Так Сталин приковал к Ленинграду намертво уже три гигантские полевые армии гитлеровцев. Святые жертвы Ленинграда оказались не напрасны... Отвод 2-й Ударной армии не привёл к развалу Волховского фронта. К августу 1942 года, когда самая мощная полевая армия на советско-германском фронте, - 6-я полевая армия подлеца Паулюса таранила себе дорогу к Сталинграду, а 4-я танковая армия военного преступника Гота прорвалась через Дон и кинулась на Сталинград с юго-запада, Волховский фронт Мерецкова уже приготовился начать у Синявино новую операцию по снятию осады Ленинграда. Готовилась принять участие в боях и опалённая в сражениях и прославленная своим бессмертным подвигом славная 2-я Ударная армия: