# Чародей Ронейского леса

Анна Бодарацкая

О Ронейском лесе ходят страшные слухи. Дескать, живет в нем злой колдун, и если занесет тебя сюда, уже не выйдешь из-под сени этих деревьев. Но когда ты убегаешь от толпы вооруженных людей, сказок боишься меньше, чем своих преследователей...


Маленький рассказ о любви, скорее даже зарисовка, нежели полноценная история. Был написан когда-то давным-давно.

...Один щелчок пальцев колдуна - и Ириэнна замерла, не имея возможности шевельнуться. Даже дышать стало тяжело, будто ее крепко-накрепко связали.

- Это письмо адресовано не тебе, ты не имеешь право его читать! - возмущенно верещала Ириэнна, не оставляя напрасных попыток вырваться из невидимых пут и выхватить запечатанный конверт из рук этого странного создания, так бесцеремонно порывшегося в ее сумке.

Ириэнна раньше много страшных историй слышала о чародее из Ронейского леса, и как-то совсем иначе представляла его в своем воображении. Невысокий, с взлохмаченными темными волосами, неровно остриженными; одетый в простую одежду из хлопка, чистую, но мятую и затертую; худой, немного нескладный, он производил впечатление загулявшего подростка. Лицо его, далеко не красивое, было, однако, вполне приятным из-за выражения - губы почти всегда кривила легкая полуулыбка, а глаза смотрели твердо, уверенно, хоть и, кажется, не очень дружелюбно. Да, вот глаза его были такими, какими, по мнению Риэнн, и должны были быть глаза колдуна - холодного серо-стального цвета, с хитрым прищуром. Глаза, видящие тебя насквозь, со всеми твоими мыслями. И, что больше всего удивило девушку - колдун был совсем молод, лишь ненамного старше самой Ириэнны, а ей было семнадцать.

- Когда прошлый раз какое-то письмо пытались провезти через мои земли, в нем был указ об увеличении награды за мою голову, - спокойно и даже равнодушно отвечал он, срывая печать с конверта и разворачивая бумагу. - Если бы я его не увидел вовремя, желающих потревожить мой покой стало бы гораздо больше. А я очень не люблю, когда меня отвлекают.

Бегло осмотрев лист с текстом, он на несколько минут задумался, затем его, по-видимому, посетила идея. Чародей прицокнул языком, повернулся к Риэнн, все еще тщетно брыкающейся, доброжелательно улыбнулся и предложил:

- Если бросишь свой ножичек и постоишь мирно, я отпущу.

Девушка замерла, затем кивнула, выпуская кинжал, который держала в сжатой руке. В конце-концов, чародей спас ее от тех разбойников вряд ли для того, чтобы убить самолично. Клинок лязгнул, ударившись о камень на земле, и в следующий миг Ириэнна пошатнулась, снова получив возможность двигаться.

- Что там, в письме? - не сдержав любопытства, спросила девушка.

- Оно не тебе адресовано, ты не имеешь права его читать, - ехидно ухмыльнулся чародей.

- Но ты же его уже вскрыл! - обиделась девушка.

Он, все так же усмехаясь, протянул ей письмо, и Риэнн ахнула, поворачивая конверт в руках и оглядывая его со всех сторон. Запечатано!

- Но как... - удивилась она. - Ты же...

- Можешь вскрыть и почитать, если любопытно. Но не думаю, что в Ронее обрадуются вскрытому письму. Как оно к тебе попало?

Ириэнна посмотрела на чародея с недоверием и ответила, что не видит причин, по которой ей следует рассказывать все подробности ее приключения незнакомым людям.

- Ах да, - спохватился собеседник. - Совсем забыл. Крейн. Просто Крейн. А ты?

- Ириэнна Ланти, - ответила девушка, пожимая протянутую чародеем руку.

- Теперь мы знакомы. Рассказывай.

Ириэнна Ланти вздохнула и начала рассказ.


...Сухие ветки слишком громко хрустели под ногами, выдавая каждое движение, а сердце колотилось так громко, что казалось, будто его стук был слышен всей округе. Ириэнна тяжело дышала, неимоверная усталость требовала срочно остановиться, упасть и заснуть, но страх... страх был сильнее. Треклятое письмо! Треклятая полдневная жара, заставившая ее вчера свернуть с дороги в лес и встретить того несчастного человека...

Прошлым утром Риэнн возвращалась домой с корзинкой свежесобранной ароматной земляники. Опасаясь зноя и переживая за сохранность и товарный вид ягод, девушка решила не идти по деревенской дороге, делавшей петлю к мельнице, а протопать напрямик через лес. И эта идея сократить путь и укрыться от палящих лучей оказалась началом большого приключения.

Она проходила мимо лесного ручья, шум которого вдруг показался ей странным. Замерев на минуту и прислушавшись, она поняла, что кроме журчания воды раздается и чей-то страдальческий стон. Прибежав на звук, она увидела человека в одеянии воина княжеской дружины Алиона. Тот полусидел-полулежал с закрытыми глазами, прислонившись к стволу дерева, и его одежда была густо перепачкана кровью. Услышав возглас Ириэнны, он было потянулся к рукояти меча, но, открыв глаза и увидев лишь испуганную девушку, понял, что ему ничего не угрожает.

- Небо! - восклинула Риэнн, бросаясь к нему. - Ты ранен?

- Далеко ли до Ронеи? - тихо произнес воин, игнорируя вопрос.

- Два дня пути! Тут недалеко до деревни, я позову на помощь! - она дернулась бежать за подмогой, но княжеский ратник окликнул:

- Стой! У меня срочное послание в Ронею, начальнику стражи. Надо донести до заставы на Серебрянке... А я не могу даже идти, не то, что бежать... - он с тоской глянул на рану на ноге. - Скорее, пусть кто-нибудь... кто-нибудь надежный... Доставит его. Это очень важно. Сразу...

Он замолк, прислушавшись; Ириэнн тоже напрягла слух, следуя его примеру.

Голоса вдали. Грозные мужские голоса и фырканье коней.

- Они, - обреченно выдохнул воитель. - Сударыня... Беги на заставу! Отнеси это письмо, срочно. Не теряй ни минуты... Не найдут письма у меня и пойдут следом. Князю угрожает опасность! Заклинаю, беги!

Он достал из-за пазухи и протянул ей маленький конверт, который она приняла вдруг задрожавшей рукой. Обнажил меч и как-то поднялся, опираясь на ствол дерева. Голоса ближе, в глазах - ярость.

- Беги, - скомандовал он, едва держась.

И она побежала, не осознавая происходящего, так быстро, как никогда в жизни. Какое-то письмо. Какие-то враги. Крики и лязг оружия сзади. Страшно и странно.

Не понимая, откуда взялись силы, она домчалась до края леса, лишь на границе его с полем вспомнив о корзинке, которую до сих пор тащила в руке, и бросив ее; опрометью помчалась через поле к реке. Здесь было недалеко до небольшого двора, обнесенного частоколом - той самой заставы на Серебрянке. Она бывала здесь с подружками, приносила на праздник пироги воинам, здесь служили и двое ребят из их деревни. Дворик был небольшим - сигнальная башня, домик-казарма да конюшня, полтора десятка человек стражи.

Еще несколько десятков метров - и всё. Стражи защитят, заберут это злосчастное письмо и помогут тому воину.

Но что-то здесь было не так. Ни ржания коней, ни хоть одного человеческого голоса. Спят?.. Но ведь хоть кто-то должен быть в дозоре? Почему никто не спрашивает, кто она и зачем идет сюда?

Ириэнна помедлила, сменяя бег на шаг. На дозорной башне - никого. И почему настежь открыты ворота?

Вошла во двор, громко окликнув Кренна, парня из их деревни, служившего здесь; обошла конюшню и вышла на маленькую площадь перед казармой. И замерла от ужаса, желая закричать, но не сумев издать ни звука.

Двор, где тренировались стражники заставы, стал полем прошедшей настоящей битвы.

Мертвы. Все мертвы. Убиты в сражении...

Ириэнне показалось, что она целую вечность простояла там, глядя на тела княжеских воинов и судорожно соображая. Бежать в деревню, звать помощь оттуда? Но тот мужчина в лесу сказал, что...

"Ронейскому военачальнику, срочно", - нервно вспоминала она. - "Городу угрожает опасность... Нельзя терять времени."

Бежать в Ронею.


...Крейн слушал внимательно и сосредоточенно, несмотря на то, что его мысли отвлекали роскошные каштановые кудри Ириэнны, обрамляющие такое усталое и испуганное, но все же прелестное юное лицо с огромными синими глазами. Красавицей Ириэнн не была, да и темноволосые были не во вкусе молодого колдуна, но все же дышалось как-то с трудом, и не хотелось даже моргать, чтобы ни на долю секунды не переставать видеть эту девушку. Может быть, он просто слишком давно не был в женском обществе. А может, она казалось такой отважной и такой беззащитной - очаровательно сочетание. Но терять рассудка Крейн не собирался, в первую очередь интересуясь все же письмом.

Риэнн замолчала, считая свой рассказ законченным, и чародей спросил:

- Почему ты не пошла в Ронею обычным путем? Ведь все окрестные деревенщины... О, прости. Все достопочтенные жители округи дрожат от ужаса, едва услышав о Ронейском лесе и его чародее, - Крейн презрительно хмыкнул.

- Они меня заметили, - тихо сказала Риэнн. - Я подумала, что они побоятся идти за мной сюда.

- Что ж, тебе несказанно повезло, что я сегодня оказался здесь. Ну, письмо, вроде как, сверхсрочное, так что - не смею задерживать. Счастливого пути.

Ириэнна посмотрела на него с тоской.

- Я еле стою на ногах, - призналась она. - Я не могу одолжить у тебя лошадь?

- Откуда бы у меня взялась лошадь? - он пожал плечами. - Мне ездить некуда и пахать нечего. Тебе вообще не сказали, о чем примерно это письмо?

Девушка помотала головой.

- И ты все равно его несешь?

Задумчиво посмотрела на него, развела руками, кивнула.

- Почему?

- Долг, - девушка слегка вздернула носик и покраснела, понимая, что говорит, может, слишком воодушевленно. - Тот княжеский воин, что дал мне его, наверное, погиб из-за этого письма. Я должна его донести. Послушай... Ты ведь тоже ронеец. Помоги мне его отнести. Воин сказал, что это очень важно.

Чародей отвернулся, устремив взгляд куда-то в ветви деревьев, и, помолчав с несколько секунд, фыркнул и изрек:

- Неси сама свое письмо. Тебе во-он туда, иди прямо и не сворачивай. Выйдешь к деревушке. Вот, возьми, - он отстегнул от пояса и протянул ей флягу. Уже отойдя на несколько метров, он обернулся и коротко бросил, видя, что она сняла крышку и пытается разглядеть содержимое: - Вода.


Сил почти не осталось. Она еле шла, даже не пытаясь уклоняться от колючих веток, то и дело по воле ветра хлеставших по лицу; приближался полдень второго дня.

Невыносимо хотелось прилечь и закрыть глаза хотя бы на секунду, но она боялась заснуть. Жарко было даже в лесу, и вода во фляге, что дал ей Крейн, заканчивалась - да она и не была полной изначально. Одна мысль придавала ей сил - осталось совсем немного, скоро она выйдет к деревне, где ей помогут. Совсем-совсем немного...


Так сложилось испокон веков, что за сообщение отвечает гонец. Принесет добрые вести - будет щедро одарен и хвалой, и монетой. А как известия худые - голову снимут, ни на минуту не задумаются. Крейн все это знал получше многих. Знал и то, что в письме Риэнн известия ох как не обрадуют тех, кому адресованы. И о вспыльчивости ронейского военачальника тоже знал; и что Ириэнна, скорее всего, даже не успеет объяснить, что не причастна ни к написанию послания, ни к человеку, написавшему его. Но Крейн давно решил жить отшельником и не вникать ни в чьи дела; ему совершенно не хотелось вновь ввязываться в передряги. "До окраины леса провожу, - подумал он. - А дальше моя совесть чиста, все равно я там уже ничего не могу сделать".

Он шел следом, тихо и незаметно, стараясь ничем не выдать своего присутствия.

- Отважная, - тихо пробормотал он, глядя, как Ириэнна, падая с ног от усталости, продолжает идти. - Совсем дурочка.

Он сомневался, слушать ли ему голос совести, строго повелевавший помочь девушке, или продолжить потакать своему отстраненному любопытству и со стороны понаблюдать, справится ли она с выпавшей ношей. Любопытство пока побеждало, и он с интересом отметил, что они уже подошли к краю леса.

"Еще немного, - меж тем уговаривала себя Ириэнна. - Держись, еще немного!".

Ужасно хотелось спать, есть и пить - вода во фляге иссякла, как и силы девушки.

- Еще чуть... - тихонько произнесла она вслух, но не договорила, потеряв сознание и рухнув на землю.


Очнувшись, она приподнялась и увидела Крейна, сидевшего рядом с предельно скучающим видом.

- Чуточку не дотянула, - хмыкнул он с издевкой в голосе. - Переоценила ты свои силы.

"Я же сказала тебе, что не могу идти! Ничего я не переоценила!" - гневно подумала она. Сказать это вслух не было сил, но он, кажется, понял.

- Пей, - велел он, прижав к ее губам флакончик с жидкостью странного синеватого цвета.

- Что это? - отдернувшись, спросила она.

- Пей. Я еще не давал тебе повода опасаться меня.

С этим доводом она согласилась.

- Редкостная гадость! - пожаловалась Риэнн, отпив.

Крейн не ответил, пристально разглядывая Ириэнн и дожидаясь действия зелья. А Ириэнн с удивлением ощущала прилив сил, растекшийся по телу вместе со странным теплом от напитка.

- Что это? - удивленно спросила она, словно просыпаясь.

Чародей довольно улыбнулся.

- Не ходи в Ронею. Отнеси письмо в деревню Зеленая, это рядом; отдай письмо кому-нибудь там, они люди чести. Зелье даст тебе сил на час, но потом ты уснешь. Надолго. Лучше не теряй времени. И, еще. В деревне лучше не говори, что встречала меня.

- Почему?

- Узнаю, что наболтала лишнего - убью, - он сказал это так спокойно и обыденно, что Ириэнн испугалась не на шутку. Но пока он не проявлял никаких признаков враждебности, и она, поблагодарив, отправилась дальше.


Она торопливо вышла на опушку леса, не чувствуя уже ни тени усталости. Однако чувство бодрости, данное ей зельем Крейна, было странно неприятным, будто она должна была постоянно идти, не останавливаясь ни на миг. Стоило ей замереть на мгновение, оглядываясь и выбирая лучший маршрут, как невыносимое желание двигаться заставляло ее передергиваться или хотя бы постукивать пальцами по лямке сумки.

На холме вдалеке уже виднелась маленькая деревушка Зеленая - так, даже не деревня, а, скорее, хутор. Три дома и коровник. Ириэнна направилась сюда, ускорив шаги. Подойдя на довольно близкое расстояние, она окликнула девушку, наливавшую воду в миску перед собачьей конурой.

- Доброго дня, - отозвалась девушка, с подозрением глядя на нее. - Ты откуда?

- С заставы на Серебряной, - ответила Риэнн. - Мне надо срочно идти в Ронею, но я не знаю отсюда пути, и мне бы не помешала лошадь...

Заслышав незнакомый голос, из дома рядом вышел мужчина, смотревший еще более недоверчиво, чем девушка.

- Ронея направо по дороге. Что за срочность? И почему это с заставы идет баба?

Игнорируя презрительно-недружелюбный тон, Риэнн ответила:

- Срочное письмо военачальнику Ронеи. Воины заставы мертвы...

Деревенская девушка испуганно ахнула, мужчина сменил выражение лица с подозревающего на крайне сосредоточенное.

- Анта, быстро седлай Яблочко, - велел он, и девушка убежала. Он снова повернулся к Риэнн и сказал: - У нас в деревне только одна лошадь. Я отвезу письмо быстрее, чем это сделаешь ты, и меня скорее пропустят к Гроттену, чем тебя.

- Я должна быть уверена, что письмо дошло, - возразила Риэнн. - Его мне дали.

- Я местный староста, Энрик Ставерн. Военачальник Гроттен меня знает и доверяет мне.

- Я не хотела обидеть тебя. За письмом погоня. Я видела пятерых, двое уже мертвы, но трое сбежали и, думаю, продолжают поиски. Думаю, их было больше, чем пятеро, ведь на заставе было больше десятка воинов, пятерка врагов их бы не одолела.

Энрик внимательно выслушал и предложил:

- Оставайся в деревне и отдохни. Застава на Серебряной далеко, ты, должно быть, очень устала. Я довезу письмо быстро и в сохранности, отдам лично в руки Гроттену и вернусь. Дождись моего возвращения, чтобы быть уверенной, что оно доставлено.

Риэнн отрицательно помотала головой и возразила, что для деревни будет лучше, если она уйдет.

- Воины, что идут за письмом, уже видели меня. Я могу навлечь беду на жителей. Я лучше спрячусь в лесу и вернусь в нужное время... За день вы ведь управитесь?

- Да... В лесу опаснее, - прищурился Энрик. - Если тебя найдут там, некому будет даже вступиться. А в деревне есть крепкие ребята. И потом... - он понизил голос до таинственного шепота. - В лесу живет злой колдун. Не боишься?

"Очень!" - хотела ответить Риэнн, но сказала другое:

- В любом случае, одна смерть лучше нескольких.

Энрик посмотрел на нее с уважением; Атна подвела оседланного коня. Ириэнна отдала старосте конверт, и, несколько секунд проводив взглядом быстрый галоп Яблочка, развернулась в сторону леса.

"Надо было еды попросить, - уже под сенью деревьев вспомнила она. - Как можно было не сообразить...".

Пройдя несколько метров вглубь, она присела на землю, не зная, куда идти дальше, и уже через пять секунд ее сморил крепкий сон.


Открыв глаза, она увидела над собой деревянный потолок дома, а не закрытое ветками деревьев небо. Заметив, что она зашевелилась и открыла глаза, Крейн произнес:

- Ты проспала два с половиной дня. Энрик решил, что тебя все-таки убили. Причем списали на меня, а не на погоню за письмом.

Риэнн приподнялась и села.

- Где письмо? - спросила она озадаченно.

- Ты бы лучше поинтересовалась, где ты, - усмехнулся чародей. - Письмо доставлено, ронейский военачальник в ярости, городу ничего не угрожает, все довольны. Погоню перебили, на заставу отправили новых воинов.

- Что было в том письме? Ты читал...

- Так... интриги при княжеском дворе. Не вникай. Уже все хорошо.

- А где я?

Крейн рассмеялся.

- Наконец-то спросила. Ты у меня в гостях. Я опять что-то не так сделал с этим зельем, спала ты слишком долго... Хотя, наверное, просто ты устала и перенервничала, и я не виноват.

- Мне пора домой... - голова еще немного кружилась, но она вдруг поняла, что несколько дней не была дома. - Родные, наверное, с ума сходят.

- Сейчас поздний вечер, не стоит выходить. Тебе надо поесть и отдохнуть. Утром я провожу тебя до реки. У меня сегодня вкусный ужин...


Ужин действительно удался Крейну. Хотя, возможно, причиной его кажущейся вкусности был голод Риэнн, но все же запеченная рыба была неплоха, да и чай из лесных трав пах так приятно, что деревянный домик чародея казался еще уютнее. И непринужденный разговор завязался как-то сам собой, и продолжился почти до полуночи, пока сон снова не сморил Ириэнну. Крейн уступил ей место на кровати, решив, что сам вполне выспится на лавке.

Утро, завтрак, болтовня в доме и по пути. К полудню они вышли к окраине леса, на берег реки, и Крейн сказал:

- Дальше я не пойду. Не хочу кого-нибудь встретить - люди меня не очень-то любят.

- Люди боятся того, чего не знают. Я расскажу им, что ты хороший, и ты сможешь поселиться у нас в деревне.

Чародей рассмеялся, но как-то невесело.

- Никому не говори, что вообще видела меня. Скажи, что заблудилась в лесу и потому задержалась. Поверь, тебе же так будет лучше. Отсюда недалеко до твоей деревни, - он вдруг смущенно отвернулся и тихо, неуверенно спросил: - Если захочешь... мы могли бы еще как-нибудь встретиться.

Ириэнн побледнела, улыбка исчезла с лица.

- Я не настаиваю, - спешно добавил Крейн.

- Я сосватана уже, - нехотя сказала Риэнн. - Свадьба скоро.

Крейн помолчал, задумавшись, и сказал, разворачиваясь:

- Прощай.


Возвращения Ириэнн в деревне, похоже, уже никто, кроме родителей, не ждал. Радости она не заметила ни на одном соседском лице. Про письмо все откуда-то уже знали, да только Ириэнна родилась не мужчиной, и не засчитали ей это в подвиг, засчитали в позор. А вечером к ним в дом наведался кузнец, отец жениха Ириэнны.

- Не буду ходить вокруг да около, скажу сразу, как есть - даже не поздоровавшись, начал он. - Я хочу, чтобы свадьбу отменили...

- Почему? - перебила мать Ириэнн.

- А кто мне поручится, где она была эти дни? - не обращая внимания на гневные лица семьи Ланти и не давая снова перебить себя, он быстро продолжал: - Но мой сынок и так согласен ее взять. Запрещать ему я не хочу, но свадьбу перенесем на полгода. Потому как если вдруг ваша дочка приплод принести собирается...

Ириэнн вскочила со скамьи, на которой сидела, с размаху влепила кузнецу пощечину и в слезах выбежала из дома.

Она остановилась уже за околицей, у речки. Села на камень на берегу и уставилась на воду, словно надеясь в ней что-то увидеть.

Никогда она не хотела идти замуж за этого Ранта, сына кузнеца, но больше никто не сватал. Нет, приезжал еще мельник, да только это уж совсем кошмар. А времени уж сколько прошло... Не век же у родителей на шее сидеть - согласилась. Да и лучше-то никого не видала - у Ранта хоть глаза красивые... Ох, глаза. Красивые, конечно, казались, пока тех, серых, хитрых не встретила...

- Крейн, - тихо прошептала она в сумеречный туман.


Четыре месяца проползли невыносимо медленно. Кузнец наконец дал согласие на свадьбу, и, хотя родители Ириэнны после оскорбления с его стороны не желали с ним породниться, Риэнн настояла. Кто знает, захочет ли кто кроме Ранта взять ее в жены...

До свадьбы оставалось две недели. Ириэнна расчесывала волосы, тренируясь укладывать их в пышную праздничную прическу, и с какой-то равнодушной тоской поглядывала на отражение.

- Тебе идет такая коса, - вдруг сказал кто-то, кого здесь совершенно не должно было быть.

Риэнн обернулась. Крейн смотрел с привычной ему хитрецой во взгляде, но притаилось и что-то лишнее в этих серых глазах. Грусть, возможно.

- Кто тебя сюда пропустил? - спросила Ириэнна, поборов странную дрожь в голосе и тщательно игнорируя ставший вдруг таким громким и быстрым стук сердца. - Вроде же все дома?

- Сейчас объясню...

В следующую секунду Крейн исчез, и его довольный голос прозвучал из ниоткуда:

- Ну... Вот так как-то.

Ириэнна вновь повернулась к зеркалу. Да, фокус хороший, но ей было не до того.

Крейн появился снова и сказал уже совсем серьезно:

- Ты ведь не хочешь за него идти, я вижу.

Она не ответила.

- Почему ты за него идешь? Я его видел, был у него дома. Он не богат.

- Это мой долг.

- Опять долг? Почему ты все время в долгах? Когда ты успела так всем задолжать?

- Давно. С рождения.

- Почему он?

- Он посватался.

- И все?

- Слушай, уже сватают мою младшую сестру, но я еще не замужем. И я не могу вечно сидеть на шее у родителей.

- Правильно, садись на шею мужу, - хмыкнул Крейн, но снова посерьезнел, поняв, что Риэнн не до шуток. - Риэнн, ты покраснела и я даже слышу, как у тебя стучит сердце. Я... У меня на тебя такая же реакция. Не знаю, почему, но все это время я не мог ни на минуту перестать думать о тебе.

- Тебе лучше идти, свадьба и так была на грани срыва. Если еще тебя увидят в моей комнате...

Он помолчал, глядя на нее, и решительно сказал:

- Пойдем со мной!

- Куда?

- В лес. В моем доме хватит места двоим.

- Я тебя совсем не знаю!

- Я тебя тоже. Но если ты выйдешь сейчас замуж, а я просто уйду, то... То мы никогда друг друга не узнаем.

Риэнн, смотря широко распахнутыми и округлившимися от удивления глазами, растерянно моргала, пытаясь понять предложение Крейна.

- Ну... Ладно, - еще не понимая, что делает, согласилась она.

Крейн взял ее за руку, и в следующий миг мир словно растворился в ярких красках. Ириэнна закрыла глаза, а, когда открыла, над ней снова был деревянный потолок лесного домика.

- Глупо, наверное, - тихо сказала она, виновато глядя на Крейна, стоявшего рядом.

Он кивнул.