# Троян под видом антивируса

Юрий Ижевчанин

Троян под видом антивируса


Пару лет назад я в серьезной научной статье рассмотрел примеры "интеллектуальных вирусов" в науке, когда слегка вульгаризированный ради популяризации (или просто чуть неправильно понятый из-за различия парадигм) результат приводит к появлению лавины зараженных работ, причем зараза становится часто невидимой из-за косвенных ссылок и апелляций к "очевидности". Когда я докладывал в Институте Философии первый вариант этой работы, мне показали американскую книгу (Ричард Броуди. "Психические вирусы. Как программируют ваше сознание". Русский перевод: М.: Поколение, 2006), где вводилось аналогичное понятие. Прочитав ее, я поразился тому, как четко и аккуратно в ней проведена основная идея: вера, любовь, мораль, честь объявляются вирусами. А под видом антивируса проталкивается троян, делающий сознание абсолютно беспомощным по отношению к современным методам бесчестного и аморального манипулирования сознанием (смотри грубое, но четкое изложение их от одного из тех, кто помог Ельцину выиграть безнадежные выборы 1996 г.: Виктор Гламаздин. "Библия G-модератора. Тактики и техники будущих властителей Земли" СПб.: Крылов, 2007).

Недавно мне попала в руки рукопись одного из самых оригинальных мыслителей православного направления: отца В. В. Иванова (издана В.В. Иванов "Тайна царства" М.: Маска 2013 376 с.). В ней меня поразило четкостью формулировки одно положение, которое многие нормальные люди интуитивно чувствовали:


"... Злодеям и злодейству закон не писан, и они получают преимущество. Становясь успешными (пусть и в поверхностном понимании), они же постепенно становится образцом для подражания, сначала запретным, затем безнравственным, позже -- допустимым и, наконец, единственно верным."


Я поместил его в качестве статуса в Одноклассниках. И меня поразило следующее. Как оно взбесило многих людей, и из России, и из американской диаспоры! Русские не заметили, что это высказывание никак не зависит от конкретной системы законов, и начали бессодержательную дискуссию по поводу того, добры ли законы. А ведь могли бы вспомнить четкий термин "беспредельщик", описывающий таких людей: никакой закон не писан! "Американцы" запищали по поводу употребления "зомбирующих понятий" нравственности (закон-то для них священная корова!)

Вплотную к этому был проделан еще один невольный эксперимент на тех же Одноклассниках. Я на Новый Год выставил шуточное пожелание:

"Пусть вам не везет тогда, когда чего-то очень хочется, но на самом деле не надо."

Американцы закричали, что я нападаю на Святую Свободу, желаю им неудач! Надеюсь. что читатели поняли, что я пожелал, чтобы Судьба нас оберегала от ловушек, которые мы сами себе ставим.

Оказывается, "троян Броуди", как можно назвать охарактеризованное психическое явление, уже глубоко проник в самую сердцевину духа образованщины, называющей себя "интеллигенцией". Одно упоминание таких слов, как Бог, вера, мораль бесит людей, на самом деле отнюдь не аморальных и отнюдь не лишенных высших ценностей, но боящихся в этом признаться самим себе из-за того, что они зависимы от толпы (или, другими словами, "референтной группы", как это называют социологи для нас, "быдла" или "зомбиков", как называют модераторы сознания таких между собой).

По их поводу стоит привести цитаты из В. В. Иванова, окружающие приведенную первой, и после маленькой замены понятий актуальные не только для религии, выродившейся в обрядоверие, но и для квазирелигии, которой с самого начала вырождаться уже было некуда.


"Жизнь как эхо жизни святого (и богослужебное отражение в настоящем священных событий) имеет смысл обновления, но в ситуации, когда идеалы святости в значительной мере утрачены, а пример родителей часто неудачен, стремление непременно подражать образцу, ставшее принципом жизни целого народа, оказывается по большей части деструктивным. А убеждение во вреде, греховности проявления индивидуальности приводит к тому, что все конструктивные стремления оказываются заключены в тесные рамки и благие стремления души не могут реализоваться.

...

С размыванием религиозной традиции политическая власть воспринимается как единственное проявление законности."


Негативизм -- один из видов конформизма. а эпатаж -- один из видов филистерства. Те, кто кричит о необходимости проявления индивидуальности, на самом деле настолько стеснены модой (кстати, типично европейским понятием: в других цивилизациях были лишь постепенно изменявшиеся традиции) и родными зомбиками, что индивидуальность теряется. Содержание может быть помещено только в прочный и качественный сосуд. Если нет четкой формы, оно утечет столь же быстро, как сверхтекучая жидкость через малейшую дырочку.

Те, кто отрицают религию, отрицают заодно с многими примерами ее вульгарного и вырожденного применения также громадный накопленный багаж заведомо безвредных, а весьма часто (как я убедился на своем опыте) полезных психологических и духовных приемов самозащиты, прежде всего от модерации сознания, которую в христианстве называют происками Дьявола. Это типичный подростковый менталитет: я умнее всех, потому что я -- новое поколение. И я до всего успею дойти собственным слабеньким умишком. А не успею, товарищи помогут (хорошо, если более умные; но самые авторитетные отнюдь не таковы).

Аналогично и те, которые отрицают науку из-за множества примеров гибельных ее вульгаризаций.

Что ж поделаешь, если единственный путь быть по-настоящему независимым, это быть ортогональным общему мнению, что труднее всего. В качестве маленького принципа независимого человека я приведу следующий:


Если ты случайно оказался идущим в ногу со всеми, это еще не повод менять ногу.


И еще: ради Бога, не ссылайтесь на науку, если Вы не читали первоисточников и не делаете ее сами! Я сам, когда вынужден популяризировать собственные результаты, ощущаю, какие вульгаризации при этом я вынужден делать.

И не ссылайтесь, ради Науки, на Библию, Коран, Талмуд и прочее. Человек, достигший просветления, затем вынужден рассказать свой духовный опыт тем, кто не готов его воспринять. А их рассказы, в свою очередь, последователи записывают для толпы, вульгаризируя еще раз.

И закончу еще двумя прекрасными цитатами отца Владимира,

Первая из них показывает причину, по которой запись и особенно интерпретация записи духовного опыта всегда несовершенна (впрочем, человек вообще не может создать ничего совершенного):


"Интересно, что на самых ранних стадиях вхождения в Церковь вперемешку с необходимыми общими местами и мнениями отдельных ревнителей-манипуляторов я иногда сталкивался с неожиданными и, как теперь понятно, очень точными путеводными указаниями. Упавшие на неподготовленную почву, они пролежали без пользы до момента, когда стали востребованы."


Вторая призвана остудить дух "воителей", если у них осталось еще хоть немного ума:


"Я постарался как мог отстраниться от роли борца с пагубными тенденциями в общественной морали, поскольку такая борьба обречена на неудачу: она либо укрепит силы, которым призвана противостоять, либо вызовет к жизни другие, возможно, еще худшие."