# Печальное

Елизавета Витальевна Ивлева

Обвили, опутали прочные верви -

Вселенски гигантские склизкие черви

Обвили, опутали, мозг пожирают...

А сердце расколото, кровью рыдает.


Она объявила: "Прощай навсегда!"

Расплылись в глазах поезда, провода...

Опять безнадёжная дней череда -

Опять потускнела на небе звезда.


Ритмично пульсируют звуки битов,

Как жилы, по городу сотни мостов

Раскинулись мощной решётчатой сеткой:

Машины по ним разбежались, как клетки.


И люди засели в могилах-домах:

И тело лелеют, что ссыплется в прах,

Надеются, верят, любимых сжимают...

А кто-то на улице курит, страдает,


И стонет, и бьётся, во мраке кричит,

И воет, визжит, и ночами не спит,

И я той судьбы избежать не сумела -

(А милая мне занимается делом:


Читает, рисует, и пишет курсач.)

Грудь стиснул, сдавил раздирающий плач.

И небо сжимается грудой свинца

Стою и дымлю без конца, без конца,


Смотрю на недвижный седой тротуар,

Сжимаю в руках дорогой гримуар -

Как будто бы магия сможет помочь!

Льдом дышит на город сходящаяся ночь.


И тени стекаются на минуэт,

А я вспоминаю пальто, силуэт,

Как локон струился сребристой волной,

Духú нежной, лёгкой лились пеленой.


И руки прекрасные, голос волшебный,

И вечер с тобой - самый яркий, душевный!

Тогда в небеса мы с тобою взлетели,

Мелькали фронтоны, венки, капители -


А мы поднимались всё выше и выше,

И точками стали покатые крыши...

Но вот я низвергнута. Плачу, зову

Тебя, но напрасно кричу в синеву.


От сердца остался багровый обрезок...

В кармане я чувствую холод железа:

И дряхлая дома остынет кушетка -

И судорожно я давлю на гашетку:


Вот вспышка, кровавое пламя, курок -

Рука не напишет рифмованных строк.

И падает тлеющая сигарета -

Ей рухнуло вслед тело недопоэта.


Любимая же в доме тихом живая

Сидит; потихоньку идёт курсовая.

Уютно завёрнута девушка в плед -

И ей наплевать на горячечный бред.


И ей наплевать, что в далёком квартале

Кровавое, стылое тело сыскали -

Той девы, что страстно её возлюбила

И пала под гнётом безумного пыла.