# Поле травы

Алди Клифф Иулсез

Лето манит, лето обещает... Относительно свежая "консерва" от 2013 года.

Солнечный шар соскользнул в ладони, на миг задержался, да и расплескался сияющими брызгами, пролетевшими сквозь пальцы. Они зашипели, коснувшись морской соли, вспыхнули огненно и затвердели янтарем.

Море засветилось.

- Привет, красавица, - озорной улыбкой полумесяца одарило ее лето.

Она зарделась, кротко сверкнули звезды в зрачках, волной прошелся подол коротенького платьица.

Ночь ритмично билась в экстазе, утро прохладой успокаивало опухшие губы.

- Ой, а там столько еще впереди! Веришь? - Хитро подначивало лето пронзительной синевой поднявшегося неба и волнующим полем травы. Поле - тоже море, только другое.

Она верила, открыто и искренне, без тени сомнения обвивая руками обгоревшую шею. Лету можно верить, оно никогда не соврет, оно доказывает это обжигающим асфальтом и крутой осыпью береговых утесов.

И снова поцелуи под сенью шелестящей листвы, и сочные яркие плоды манят поблескивающей тонкой кожицей, и рука так легко лежит в его руке.

Лето - оно большое, оно начинается с первых чисел, а заканчивается где-то совсем далеко за чуть приглушенным горизонтом.


Небосвод сначала исчерчен перьями бронзовых облаков, затем - стрелами неугомонных молний. В ночной грозе чудится мистическое откровение, грохот пробуждает первобытный трепет, разрушает последние преграды.

Можно ли стать еще ближе?

Прохлада исчезает с первой зарей, бессонная ночь все еще таится во влажных простынях и утомленных объятиях.

Подрагивает, опьяненный жарой, воздух над замершими дорогами. Редеют волны поля травы. Поле - как море, но и моря мельчают.

На экране мобильника остаются следы нервного пота. Соль мерцает на камнях и на затвердевших смуглых щеках.

- Я же тебе верила!

- Мне? - Недоуменно хохочет лето и спешно бухается солнечным кругом в девятую волну. Думало спрятаться, да выдают светящиеся полосы - зыбкие, призрачные.

Штрихуют небо не удержавшиеся августовские звезды, осыпаются дешевой позолотой.

- А я ведь говорила, - вздыхает подошедшая осень, вплетает иссушенные колосья в выгоревшие пряди, - я ведь тебе говорила...

И, аккуратно сложив короткое платьице, убирает его в шкаф.