# Метаморфоза

Борис Александрович Иоселевич

МЕТАМОРФОЗА


Мария не смогла бы сказать со всей определённостью, когда именно почувствовала отвращение к мужу, скорее всего, испытывала его всегда, при том, что объект ненависти ни с какой стороны не заслуживал подобного к себе отношения. Молодой, стильный красавец, известный в прошлом баскетболист, стоил, говоря по - американски, несколько миллионов "зелёненьких", а пренебречь такой суммой не значило ли добровольно расписаться в собственной глупости. Примерно такими были доводы Анжелы, школьной подруги Марии. Невозможно представить что-либо менее совместимое, чем наша парочка неразлучниц: лёд и пламень, в самом грубом, не очищенном поэтическим вдохновением виде. Вероятно, между ними существовали неосознанные точки соприкосновения, секрет которых скрыт в мистическом предрасположении разнополюсных натур.


Сложно, но не в этой ли сложности загадка женской ментальности? Казалось бы, простой характер, а заглянешь в колодец, каких только везувиев в нём ни обнаружится. Не ведаешь, чему дивиться, сполохам ли магнетических масс или их непредсказуемому спокойствию. Уравновешенная, даже флегматичная, Мария, глядевшая на мужчин как на ошибку природы, обнаружила родственную душу в Анжеле, прозванную, ещё в школе, за откровенное пристрастие к противоположному полу, "волокушей".


В пору, когда у сверстниц едва прорезывались математические зубки и музыкальные крылышки, наслышанная о "радостях секса" Анжела затащила в женский туалет школьного отличника Васю Гридина, вынудив ошеломлённого зубрилу себя насиловать. Притом, что "насильник" явно желал того же, от волнения и неумелости обоих, задуманное сорвалось, и этот первый в их жизни фальстарт по-разному отразился на участниках эксперимента. Вася, что называется, потерял себя, доковыляв до аттестата зрелости будто на чужих ногах, находя успокоение в спиртном и онанизме. Зато неугомонная Анжела сумела оплодотворить печальный опыт, убрав последние преграды, если предположить, что таковые существовали, на пути к намеченной цели.


У неё появилась раздражающая Марию поговорка собственного изобретения: "Чем чаще в лес, тем слаще палки". Неудивительно, что от банального совращения одноклассников Анжела перешла к охоте на крупную дичь и первым же выстрелом поразила учителя химии. Привыкший пользоваться опасными реактивами, он оказался неподготовленным к непредсказуемой реакции ученицы, неожиданно обнажившейся в его кабинете. Мгновенно похерив всё, что ему, ещё недавно, втолковывали о моральных принципах вузовские наставники, химик сгрёб со стола колбы с сульфатом аммония и распластал на нём, трепещущую от столь тесного соприкосновения с наукой, Анжелу. Но когда неизбежно возник вопрос об оценке за четверть, заартачился, отказываясь признать за любовницей не только отличные, но и вообще какие-то знания по своему предмету. Гордо добавив при этом, что готов ради неё на преступление, не связанное, однако, с профессией.


- Что же получается, - нагло поглядела снизу вверх ему в глаза Анжела, - совратить ученицу - сколько угодно, а оценить по достоинству её молчаливую скромность - преступление?


Как прекрасны бывают женщины в неправедном своём негодовании и как беспомощны перед их жестокостью мужчины. Они отлучают нас от тела, как в детстве мать от покусанной груди, и надолго, если не навсегда, теряем мы веру в справедливость, выразившуюся у химика в том, что он подал на увольнение "в связи с вновь открывшимися обстоятельствами", и, говорят, его видели в одном из посольств, где, через кассовое окошечко, с жаром доказывал тамошнему чинуше своё право на иммиграцию.


А с Анжелы вновь, как с гусыни дождик. Так и не постигнув химических законов, обрела множество других, куда более полезных сведений, сумев придать им чеканную форму народной мудрости: "Сила секса ломит солому духа". Не потому ли на подступах к роковому тридцатилетию всё ещё оставалась "девочкой по вызову", срывающей цветы удовольствия, из которых, как известно, не сложить букета.


Её подруга-антипод задержалась в девственницах до первой брачной ночи, но когда свежеиспеченный супруг, убаюканный безразличием жены, воспринятым как покорность, попытался внести некоторое разнообразие в пресные формы семейного сожительства, получил такой мощный отпор, что понадобилось немало усилий и времени для возвращения на исходные позиции.


Выход на сцену Анжелы, примерившей на себя роль доброхотной хранительницы потухшего очага, сопровождался, приличествующим случаю, колокольным звоном. В выражениях, лишенных изящества, но не здравого смысла, она растолковала Марии, что глупостью, как и антибиотиками, следует злоупотреблять умеренно. Из всех известных ей порнокопытных, только Фрейда интересовали извивы женской психологии, да и то не прежде, чем осознал себя импотентом. А вот удержать мужика действующего, лишая его запретных радостей, пока никому не удавалось. И что можно предложить взамен? Чтение на ночь письма Татьяны к Онегину?


- Но ты признаёшь, что радости запретные?


- Зато запретный плод сладок, особенно во рту.


- Во... в чём?


- Не притворяйся глухонемой. А то, что у банана форма пениса, ничуть не во вред его полезности.


- Каждому своё, а некоторым и чужое.


- Вот как мы заговорили, обретя дар речи. По-твоему, я безнадёжная шлюха. А ты жертва непорочного зачатия. Пусть грешна я, матушка, но сказали батюшка, что грех мой простится, коль трижды повторится.


- Не ёрничай. Мы с тобой слишком разные. Что тебе в прибыль, мне в убыток. Когда твой подзащитный на правах господина нанизывает меня на свой шумпур и заставляет вертеться,

как чёртово колесо, знала бы, каких усилий мне стоит не обрыгать его волосатый торс.


- Вообрази, что проникает в тебя не змей-горыныч, а нечто такое-этакое...


- Микки-Маус, например?


- Хотя бы и так. Прекрасный предлог вызвать команду спасателей.


- Я устала воображать и соображать. Мир представляется мне огромной свалкой человеческих страстей, не устраивающих меня ни по цвету, ни по запаху, ни по вкусу.


- Мой совет, секс-философ, не разводи антисексуальную демагогию и держись подальше от параллельного образа мыслей.


Воспользовавшись очередной деловой отлучкой мужа Марии, Анжела затащила подругу к себе, накачала какой-то адской смесью и лишь после этого выпустила из ванной комнаты джина, безликого, как стёртое изображение на старой монете. "Боже, как измельчали мужики, - мысленно ужаснулась Мария, как сквозь туман, разглядывая привидение.- Неужели этот тип думает, будто мы думаем, что он думает взять нас на испуг"?


- Кеша желает нас поиметь, - с трогательной непосредственностью объяснила его появление Анжела.


- Кш... Кш... - с пьяной категоричностью отвергла Мария притязания молодчика. - Только через его т-труп...


- Тогда он займётся мной, а ты набирайся ума-разума.


Ближе к ночи, обессиленная выпитым и растревоженная увиденным, Мария подчинилась произволу сообщников. Анжела придумывала для неё позы, одну изощрённее другой, дабы посильнее уязвить притворщицу, возомнившую, будто не из тех, кто впадает в экстаз при виде куска дымящейся мужской плоти. А Мария неожиданно легко притерпелась к столь явному насилию, позволив взять себя и спереди, и сзади, и только захлебнувшись спермой, возроптала. Могло показаться, что между подругами пробежала чёрная кошка отчуждения, но несколько дней спустя, Мария, не отличавшаяся злопамятностью и, к тому же истосковавшись, явилась на лобное место/ от слова "лобок", съехидничала Анжела/ с видом раскаявшейся праведницы, дабы отпустить виновнице грехи своего позора. Могла ли Анжела не преподать послушнице очередной урок житейской мудрости и могла ли Мария не принять его без возражений?


Стандартная реакция обеих не залежалась: "Дурёха! Женщина без мужчины, как хвост без собаки".


- Ещё надо поглядеть, какой хвост и какая собака. Иную тварь хоть в духовке поджаривай, краше от этого не станет.


- А ты любишь или любила кого-то, кроме себя, неповторимой?


- О присутствующих не говорят.


- Прости, не поняла?


- Не притворяйся глухонемой.


- Ах ты, хитрая обезьянка! Ладно, не стану, хотя в пору и ослышаться. Кстати, что общего между гороховым супом и яичницей?


- Повар.


- И заказчик.


- Разобраться бы, кто меня "заказал"? Кажется, ответ рядом. Стоит протянуть руки и...


- Что?


- Пустота.


- Не занятое место, ещё не означает пустое. Позарилась Маша на прелести, на чужие, из золота, челюсти. Вот, что значит, универсальное блюдо: и мужчинам подавай, и женщины не отказываются. Тише-тише, подружка, протестуй, но не так бурно. Похоже, я попала не в бровь, а в самое, что ни на есть, либидо. А посему обнажимся перед могилой предрассудков.


И как бы опережая реакцию Марии, не спеша разделась, как привыкла делать это перед мужчинами. То был сумасшедший день... Сумасшедшая ночь... Сумасшедшая жизнь... Мария цвела и пахла. По мнению Анжелы, она напоминала гладиолус, ещё недавно притворявшийся ромашкой. Отвлечённый от сделок с недвижимостью, муж был приятно удивлён: ни прежнего отвращения, ни малейшей нервозности. Женщина из плоти и крови билась и кричала от наслаждения в его объятиях. И лишь иногда срывавшееся с уставших, от чрезмерных ласк, губ знакомое женское имя, - настораживающая супруга деталь,- смывалась, однако, накатывающейся, как рок, штормовой волной сексуального восторга. А когда он, распиная на кресте сладострастия на сей раз Анжелу, попытался выведать тайну удивительного преображения Марии, двусмысленная улыбка двойного удовлетворения была ему ответом.


Борис Иоселевич

.