# Волак Джефф сборник

Джефф Волак

Волак Д. Уилко: Одинокий волк Книга 8 1113k "Роман" Детектив, Приключения

Волак Д. Уилко: Одинокий волк Книга 5 1076k "Роман" Детектив, Приключения

Волак Д. Уилко: Одинокий волк Книга 20 798k "Роман" Детектив, Приключения

Волак Д. Уилко: Одинокий волк Книга 18 860k "Роман" Детектив, Приключения

Волак Д. Уилко: Одинокий волк Книга 17 694k "Роман" Детектив, Приключения

Волак Д. Wilco: Одинокий волк, Книга 14 731k "Роман" Детектив, Приключения

Волак Д. Wilco: Одинокий волк, книга 9, 1200k "Роман" Детектив, Приключения


Уилко:

Одинокий волк


Книга 8


Джефф Волак


Новая эра


Боб Стейнс исчез. Его поймали не с рукой в банке из-под печенья, а с членом в маленьком мальчике, что, по-видимому, является обычным профессиональным риском для тех, кто находится у власти в Лондоне. Мне нравился этот человек, мы хорошо ладили, и он поддерживал меня в трудные времена - и даже в еще более трудные времена.


Он также знал достаточно, чтобы отправить меня в тюрьму навсегда, и это теперь вызывало беспокойство. Если бы когда-нибудь он написал мемуары, у меня были бы проблемы, как и у нескольких других.


Был воскресный день, и я был в раздумьях по поводу очень многих вещей. Свифти отсутствовал, поэтому я не мог обмениваться с ним идеями. Я позвонил Креденхиллу.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко. Позвони полковнику, где бы он ни был, и попроси его позвонить мне. Прямо сейчас."


"Хорошо, оставь это мне".


Пять минут спустя зазвонил мой мобильный, та же дурацкая мелодия, которую он издавал, когда Боб вручал ее мне, и я не собирался ее менять. "Уилко".


"Полковник Дин. Звучит так, будто у тебя проблема?"


"Больше похоже на то, что делаете вы, сэр. Боб Стейнс ушел, в понедельник его место займет новый парень."


"Ах. И новый набор идей, проблем и поводов для недовольства. Ты знаешь этого человека?"


"Это заместитель директора, на ступеньку ниже, но скорее побочный эффект, поскольку должность руководителя операций - это та работа, которую все хотят. Я встречался с ним дважды, но я ничего о нем не знаю. Итак, нам нужно встретиться."


"Я недалеко от тебя, семейное дело, дети - тьфу. Дай мне тридцать минут."


И полчаса спустя он сам сел за руль, сегодня без шикарной машины и водителя, простой серебристый BMW, которому несколько лет. Выйдя из машины, я указал ему на взлетно-посадочную полосу, и мы неторопливо пошли бок о бок, полицейские наблюдали за нами издалека.


"Самая большая проблема, сэр, в том, есть ли у этого парня твердые представления о том, как он хочет что-то делать".


"Да, новый человек, новые идеи, новый стиль. Как я и Роулсон."


"Вам нужно еще больше размыть границы, сэр, и завтра к 5 часам вечера".


" Хммм, " выдохнул он. "Как насчет... здесь два PTI. Я подумал, что мы проведем здесь 24-часовой марш-бросок по маршруту и 20-мильный забег, и таким образом все будет стандартизировано и контролируется."


"А затем, сэр, тест на дальность стрельбы и испытание пистолета, и у вас будет хороший ориентир для работы".


"Да, хорошая идея. Это означало бы, что мои люди всегда здесь, без шансов превратить это место в штаб-квартиру шпионов."


"И ТА часто этим пользуется, сэр. И парашютная установка здесь хорошая, никаких ожиданий от королевских ВВС."


"Да, поэтому мы посылаем людей прыгать сюда, когда позволяет погода, не сидя без дела в ожидании Геркулеса".


"Там есть хорошая лесистая местность, к северу", - указал я. "Это страна модов. Если я смогу за это взяться, мы превратим это в пейнтбольное поле, стандартные соревнования, индивидуальные и командные."


"Моя группа позаимствовала идею у вас; мы только что получили наши первые пейнтбольные пистолеты".


"Они отлично подходят для практики скрытности, сэр".


"Итак, есть несколько вещей, которые мы можем сделать, чтобы стереть границы, не дать вашему отряду уйти".


"Да, сэр".


Мы пошли дальше, мимо парашютной кабины.


"Что думают твои люди?" он спросил.


"Подумайте, сэр?"


"О постоянных сотрудниках, которые сейчас здесь базируются?"


Я пожал плечами. "Время от времени у них возникали проблемы с отношением вашей компании и с тем, что ваша компания стреляла друг в друга, но если бы здесь было больше шума, это было бы неплохо. Раньше было тихо несколько дней. Факт таков ... моя судьба показала бы твою судьбу."


"Как дела у моих ребят?" Новый отряд?"


"Пока все хорошо, сэр, но они все еще осваиваются".


"Что происходит, когда майор Брэдли уходит?"


"Некоторые предположили, что меня повысят, но..."


"Но что? Ты бы предпочел быть солдатом?"


"Да, сэр, это то, в чем я хорош - так пишут газеты. Боб Стейнс видел во мне человека, отвечающего за свою личную маленькую армию, но я предпочел бы быть частью чего-то большего. Вы можете помочь с этим, сэр, потому что вы больше похожи на Ричардса, чем на Роулсона."


"Я рассматриваю вашу команду как актив, а не как конкурентов, и вы укрепили нашу общую репутацию, немногие знают разницу. И, как вы сказали, я унаследовал то, что начал Роулсон, - отношение лучше. Мое отношение к SAS сформировалось в Северной Ирландии давным-давно, и они действительно кажутся лучше день ото дня."


Мы достигли северного забора и остановились, кролик убегал прочь.


Я начал: "Нам нужно реорганизовать ротацию ваших парней в Лондоне по борьбе с терроризмом. Им это не нравится, это чертовски скучно - никогда ничего не происходит, и полиция хочет эту роль. Я бы предложил создать здесь группу тактического реагирования, два отряда, возможно, с вертолетом наготове."


Полковник Дин кивнул. "Они могли бы тренироваться здесь, но готовы быстро уйти - и в любом месте Великобритании, не только в Лондоне".


"Я работаю над подходом ... таким образом, у нас есть полицейская группа поддержки в Лондоне, четыре человека, одна неделя или две, взрывчатка, пятьдесят кал. Полиция за главного, наши люди готовы к неожиданностям."


"Вина ложится на полицию", - отметил он.


"Они хотят получить работу, чтобы на них свалили вину".


И в качестве поддержки мы можем сделать то, чего им не хватает. Да, хороший подход."


"Мог бы поменять местами кое-что из моего и кое-что из вашего, сэр".


"Когда ты встретишься с этим новым парнем?"


"Вероятно, очень скоро, сэр, после того, как он разберется с проблемами в своем ящике входящих", - прокомментировал я.


"Затем, после того как ты встретишься с ним, мы поболтаем, и я осознаю тот факт, что ты хотел поболтать здесь, вдали от жучков и прослушиваемых телефонов". Он повернулся ко мне лицом и ждал.


Я собирал овечью шерсть с забора. "У меня нет веских доказательств того, что они подслушивают, но на их месте я бы это сделал. Боб был подозрительным человеком и амбициозным, поэтому я вполне могу поверить, что он следил за мной, и то же самое мог бы сделать следующий парень."


"И если нас увидят в заговоре... у них могут быть неприятности со штанами."


"Они не стали бы стрелять в нас, сэр, но они попытались бы манипулировать ситуацией по-своему. Факт в том, что если бы это контролировалось SIS ... тогда несколько оппозиционных политиков подняли бы шум."


"Что парламент не позволяет им делать?"


"Это серая зона, сэр, но ни одно правительство после Вильсона не разрешило им иметь собственную маленькую армию. Факт таков ... многие политики все еще не доверяют SIS."


Ваша помощь полиции приобрела для вас союзника, и я вижу, что мне нужно выудить у вас пару идей, немного тактического мышления. В Лондоне нам нужны друзья, а не враги."


"Действительно, сэр. Ты действительно мудрый лидер."


Он бросил на меня взгляд и улыбнулся. "Это не просто военная служба, ты научил меня этому в Сьерра-Леоне".


Теперь полиция на стороне команды. А я? Почти все на моей стороне, за исключением, может быть, Ми-5 - они завидуют тому, что я сделал для Боба Стейнса. И 14 Я, конечно, не нравлюсь разведке."


Он кивнул, осматривая северное поле. "Мне нужно, чтобы Ми-5 участвовала во внутреннем терроризме, но если у полиции есть своя команда, тогда мы немного переосмыслим эти отношения. JIC казались прекрасными, когда я встретил их, Директорат UKSF надеялся на отсутствие ошибок."


"Директорат ЮКСФ штампует то, чего хотят SIS или JIC, сэр. Не уверен, зачем они нам вообще еще нужны. Но если вы предлагаете подход, основанный на том, что вы можете сделать, тогда все должно пройти гладко. Полковник Роулсон удерживал своих людей, когда ему следовало искать работу."


"Он беспокоился о жертвах?" Полковник Дин размышлял вслух.


"Обстоятельства диктуют. Боб Стейнс отправился на поиски работы для нас, зная, что длинный список хороших заголовков в газетах поможет ему продвинуться. Ваши люди немного сдерживались. Но эта система показателей означала, что он мог получить почти все, что хотел.


"Если появляется важная работа, ты не сдерживаешься, потому что на последней работе были травмы. Ты выполняешь свою работу во что бы то ни стало... и следующая работа после этого может быть через год - мужчинам скучно."


Он кивнул. "Да, было бы странно отказываться от важной работы просто потому, что она последовала за другой работой".


"Полковник Роулсон совершил эту ошибку; из-за нее его чуть не уволили".


"Что ж, я надеюсь, ты поможешь мне избежать неудач, связанных с окончанием карьеры".


"К сожалению, сэр, когда люди стреляют из пистолетов, возникает расследование и установление вины, даже когда он попадает в нужного человека".


Много недель назад я получил через полк письмо от финского производителя оружия, который хотел разработать винтовку для меня. Мне понравилась идея, не в последнюю очередь потому, что они делали 7,62-мм винтовки русского стандарта на основе старого АК47, но с газовым приводом, а не с фиксированным затвором. Я написал ответ через майора, и теперь у ворот стояла пара финнов.


Меня подвезли ко мне, я сидел с ними в комнате для брифингов, готовил кофе, и они оба были черноволосыми, а не светловолосыми, как я ожидал от финнов.


Ведущий начал на почти идеальном английском: "Мы, конечно, знаем о SAS на протяжении многих лет и о вас, поэтому мы подумали, что было бы интересно создать винтовку для вас и ваших людей. Вы получаете винтовку на заказ, мы получаем некоторую рекламу. Хотя ... ваше правительство написало, чтобы сказать, что они никогда не одобрили бы такую винтовку - или даже не признали бы ваше существование."


Я улыбнулся. "Предоставьте управление мне. Что ты имел в виду?"


"Вы используете AKML, мы видели это на фотографиях".


"Да".


"Мы можем создать пользовательский AKML. Все просто."


"Есть бумага и ручка?" Я подтолкнул.


Они открыли портфели и приготовились.


Я начал: "Такая винтовка должна быть точно смоделирована по образцу AKML, не в последнюю очередь из-за надежности. Мы используем русский стандарт калибра 7,62 мм, потому что снимаем патроны с людей, в которых стреляем, и поэтому носим с собой меньше. Ствол должен быть около 20 дюймов, но без предвидения или заднего прицела."


"Ни одного?"


"Нет. Нам нравится использовать прицел с трубкой или телескопический. Итак, никакого предвидения. Но я хочу, чтобы на конце ствола было крепление для глушителя. Стандарт шести дюймов, надевается и поворачивается, просто снимается. Затем двенадцатидюймовый глушитель. Шестидюймовый уменьшает шум и дульную вспышку, двенадцатидюймовый пытается полностью устранить дульную вспышку.


"Глушители должны быть легкими, возможно, алюминиевыми, а передняя часть должна быть мягкой - чтобы поврежденный глушитель не видел, как кому-то сносит лицо".


Они кивали и делали заметки.


"Рукоятка на переднем конце должна быть длиннее обычной, шире снизу, чем сверху, для мужчин с большими руками. Я хочу скользящее резиновое покрытие, зеленое или коричневое, с комочками, чтобы человек мог держаться мокрой грязной перчаткой.


На переднем конце рукояти должно быть крепление для стропы, мы часто используем стропы. Приклад оружия должен быть прямым в верхней части, как у M16, а не наклонным."


"Это означает, что достопримечательности должны быть выше", - прокомментировали они.


Я кивнул. "Высокий, как М16", - сказал я им. "Я хочу прочную оправу для простого двенадцатидюймового прицела для труб, ребро внутри на половину высоты, точно изготовленное. На расстоянии 100 ярдов, если кто-то виден через прицел, он мертв мгновение спустя.


То же крепление для оптического прицела, но я хочу иметь возможность устанавливать трубу поверх оптического прицела. Ночью, в джунглях, мы используем прицел, но если горит джип, мы можем использовать оптический прицел."


Они делали заметки.


"Подача газа должна быть как можно дальше вперед в стволе, но при этом закрываться рукояткой. И я хочу простой переключатель для выключения газа, чтобы в режиме снайпера он работал как винтовка с затвором.


Магазин на 32 патрона слишком длинный, часто мешает в положении лежа, поэтому мы часто используем магазины на 20 патронов. Если вы можете сделать более короткий, но толстый магазин на 32 патрона, это помогло бы, но оно должно быть очень надежным. Я бы хотел, чтобы журналы были оформлены в зеленых или коричневых тонах, в стиле пустыни или джунглей, без черного. Если вы можете сделать зеленую или коричневую отделку - отлично, или мы их покрасим.


"На задней части приклада я хочу, чтобы резиновая полоска, съемная, была заменена на дюймовую или двухдюймовую полоску для более высоких мужчин".


"Мы делаем это сейчас", - указали они.


"Я хочу, чтобы рукоятка пистолета была больше, крючок внизу, резиновая рукоятка, которую можно снять. Всегда думай о мужчине в мокрых перчатках. Справа, отверстие для приема магазина: широкое и наклонное, гладкие бока, я хочу, чтобы мужчина быстро менял магазин. Стандартный выпуск журнала - это нормально, но если бы для него был еще и переключатель с помощью большого пальца - тем лучше. "


"Для быстрого освобождения", - отметили они. "Ты хранишь пустые журналы?"


"Не всегда, нет".


"Какой аспект для вас самый важный?" - спросили они.


Я отступил назад. "Моя политика - быстрые точные одиночные выстрелы ... на 200-300 ярдах, плюс снайперская стрельба на 500-600 ярдах. Когда мы штурмуем здания, мы используем пистолеты."


"Легкое ружье?"


"Нет, определенно нет. Тяжелая винтовка более точна, поэтому она может весить столько же, сколько старая FN SLR."


"Би-под?"


"Да, было бы полезно установить би-капсулу с клипсой. Мы используем шипы, которые крепятся к рукоятке на переднем конце. Если вы сидите за упавшим деревом, шип входит внутрь, и у вас получается очень устойчивая платформа."


"Мы можем сделать ствол немного толще", - предложили они.


Я кивнул. "И крутое вращение. Остальное предусмотрено дизайном AKML."


Я показал им базу, и они внимательно наблюдали, как некоторые полицейские стреляли из тех же самых автоматов AKML, прежде чем уйти. И я задавался вопросом, когда они вернутся; год я размышлял.


Позже, в столовой, Робби сидел со своими двумя милыми дочерьми семи и восьми лет, и он поймал мой взгляд, когда я сидела с Риццо и Генри.


Он ушел со своими дочерьми десять минут спустя, но вернулся и сел рядом со мной. "Так и есть ... Можно привести моих детей, босс?" он спросил. "Ты не выглядел счастливым, увидев их".


"Меня беспокоит не то, что твои дети пользуются этим местом, меня беспокоит то, что я узнаю их получше, и что я скажу им, когда ты получишь пулю в голову".


"О ..." Он обменялся взглядами с Генри и Риццо.


Я продолжил: "Мне не удается повидаться с семьями других, но я несколько раз встречался с семьей одного из членов парламента, милыми дочерьми, и я бы дважды подумал, прежде чем отправлять его на опасную работу".


Робби отметил: "Большинство сержантов, отбывших срок, женаты и имеют детей".


"Да, но я не общаюсь с семьями", - заметил я в ответ. "Встреча с твоими детьми может повлиять на то, на какую работу я тебя беру".


"Ну, я пришел сражаться, а не читать об этом, так что... Я буду держать их подальше."


"Выясни, сдаются ли какие-нибудь дома в деревне, я могу помочь тебе с арендной платой", - сказал я ему.


"Жена была бы рада, ей не нравятся здешние дети, и если бы нам помогли с арендной платой ... тем лучше."


"Иди посмотри, например... Сегодня. Это недалеко."


Он ушел.


Генри начал: "Да, это проблема. Я жил по соседству с капралом, и мы с его женой и его детьми всегда были вместе. Когда его убили ... Я хотел жить где-нибудь в другом месте. После похорон они месяц жили по соседству, прежде чем переехать, тяжелый месяц."


Я кивнул. "Риццо, у тебя нет семьи".


"На это мало шансов", - съязвил Риццо.


"Нет", - согласился Генри.


"Что ты имел в виду, говоря "нет"?" Риццо бросил вызов.


"Ты слишком уродлив", - сказал ему Генри. "С гусеницей на лице".


Я рассмеялся, когда Риццо провел рукой по своим усам.


Робби вернулся ко мне час спустя. "Три дома на продажу, ни одного в аренду, но агент по недвижимости сказал, что они могут договориться об аренде на год, эти дома не продаются".


"На что они похожи?"


"Довольно мило, то же, что и здесь, хорошие сады для детей, тихий тупик".


"Дай мне посмотреть, что я могу сделать". Достав телефон, я позвонил сестре. "Дэвид Финч, пожалуйста, это Уилко".


" Уилко? " раздалось минуту спустя.


"Да. Послушай, я ценю, что ты только устраиваешься, но мне нужна услуга. Сколько денег на банковском счете на Каймановых островах."


После паузы последовало: "Несколько миллионов".


"Хорошо. Итак, это то, чего я хочу: в деревне за пределами моей базы выставлены на продажу три дома. Я хочу, чтобы вы либо купили их в качестве инвестиции, либо отработали на них годовую аренду, и у вас не будет недостатка в наличных ... наличных, в доставке которых я сыграл важную роль."


"На базе не хватает комнат?"


"Нет, но я не хочу, чтобы здесь были семьи. Мне будет трудно посылать мужчин под удар, если я буду ежедневно играть с их детьми."


"Большинство солдат женаты, с детьми ..."


"Да, но я не общаюсь с этими семьями. И я не буду."


"У тебя также есть дочь ..."


"Которого я вижу время от времени и о котором особо не думаю. У меня нет проблем с тем, чтобы подвергать себя опасности, или с Эхо, но у этих новых постоянных клиентов есть семьи - и я не хочу их видеть."


"Скоро этим займется мой человек ..."


"Как сегодня, поскорее, пожалуйста".


"Оставь это мне".


На следующий день мне позвонили рано, и вскоре я был уже в машине, по пути наверх, чтобы впервые встретиться с Дэвидом Финчем. Я был одет в гражданское вместе с членом парламента Питом, оставляя Моран инструкции о расписании тренировок для парней из полиции.


Движение было не таким уж плохим, пока мы не добрались до Лондона, а потом это были обычные маниакально разозленные водители, которые пытались убить друг друга, замечено несколько Rolls Royce, Пит фанат автомобилей и немного помешан на бензине. Мы приехали в 10.45 утра, припарковались и зарегистрировались, Пит помахал мне своей книгой в мягкой обложке, направляясь в зону ожидания.


Бывший помощник Боба проводил меня.


"Итак, какой из себя твой новый босс?" Я спросил.


"Я знал его раньше, почти двенадцать лет, и он довольно справедливый. Он работал в отделе исследований и администрирования, расставлял точки над i и зачеркивал "т", кое-где сэкономил фунт."


Я улыбнулся. "Фишки с фасолью достигают вершины, да. Слышал что-нибудь от Боба?"


"Не разрешено, и ему не разрешено звонить. Действительно глупый, он был хорош в своей работе."


"Но мог бы оставить себя открытым для шантажа ..."


"Да, это линия партии", - сказал он со вздохом, и я понял, что в словах было больше, чем было сказано.


Раздался стук, и мы вошли в знакомый офис, парень встал, чтобы поприветствовать меня, на вид ему было за пятьдесят. Он был очень средним, на мой взгляд, средним практически во всех отношениях, и обезоруживающим, со светло-каштановыми волосами, которые, казалось, сидели не там, где он хотел. И он не был похож на уверенного в себе человека, скорее на того, кто боролся с тем, чтобы быть средним.


"Ах, сам человек", - начал Дэвид. "Мы пожали друг другу руки. "Чай?"


"Никогда не говори "нет"", - съязвил я.


После того, как с чаем разобрались, я сел лицом к нему, словно подчиненный, которым я, по сути, и был, его новый помощник отошел в сторону с блокнотом в руке.


"Через многое предстоит пройти, надеюсь, ты не возражаешь", - начал он.


"Поскольку многие люди верят, что я работаю на вас... почему я должен возражать?"


Он заставил себя улыбнуться. "Действительно, да, но это не прямая связь, и есть несколько нервных членов парламента, которые позаботятся о том, чтобы этого никогда не было. Но как это сработало с Бобом?"


"Он никогда не кричал по телефону, что я должен что-то сделать, если только это не означало быть осторожным и ограничить потери. Он спрашивал меня, можем ли мы заняться работой, физической подготовкой и травмами, а также практическими аспектами этого, но иногда он нажимал кнопку тревоги и говорил нам, что мы должны развернуться, но это было тогда, когда Кабинет министров отдавал приказы о таких вещах, как переворот в Сьерра-Леоне."


Он кивнул. "Я почти в курсе всего, всех мелких деталей, бюджетов, и для вас и вашей команды, похоже, имеется значительный бюджет, который находится в резерве, а также вклады в мод выше обычного. И ... некий банковский счет на Каймановых островах."


"Томск вложил немного денег".


"Нам нужно быть очень... в этом вопросе будьте очень осторожны, ничего не записывайте."


"Ну, ты супер-шпион. Если ты не можешь сохранить это в секрете, то кто сможет?" Я дразнил.


"Да, вполне. Но мы проходим аудит, имеем надзор и отчитываемся перед избранными комитетами."


"Тогда тебе придется попрактиковаться во лжи", - сказал я ему. "Нельзя повернуть время вспять".


"Нет, вполне. И как вы видите развитие этих отношений с нашим другом в Панаме?"


"Ты скажи мне, что ты хочешь сделать... Я делаю это. Итак, чего ты хочешь от этих отношений?"


Непростой вопрос, не в последнюю очередь потому, что французы и американцы были бы больше всего расстроены, если бы кто-то испортил эти отношения. Они и мы наслаждаемся конфискацией наркотиков и оружия, а политики думают, что мы лучше, чем есть на самом деле."


"Тогда почему бы нам просто пока ничего не делать", - предложил я.


Он мгновение рассматривал меня. "Ваши новые отношения с диктатором в Монровии и то, как вы начали эти отношения, заставили меня подробно расспросить о деталях, а затем сесть за стол с крепким напитком. Если бы один из моих лучших полевых агентов достиг чего-то подобного, я был бы поражен, но для тебя ..."


"Мне просто повезло", - предположил я. "Ничего особенного".


"Ничего особенного? Если бы наши высококвалифицированные люди могли провернуть что-то подобное, тогда мы были бы так же хороши, как те романы о нас, а не люди, томящиеся в тюрьмах по всему миру."


"Поскольку я работаю на вас, технически, вы можете претендовать на похвалу".


"К сожалению, также как и вина, и различные британские и американские нефтяные компании сходят с ума".


"Никаких доказательств нашего участия", - указал я.


"Нет, просто подразумевается, где судно с нефтью бросило якорь".


"Поскольку их исследование было незаконным ... пошли они нахуй."


"Это единственный фактор, на котором мы можем сыграть". Он отступил назад. "Этот новый полковник, Дин - ты ладишь с ним?"


"Он звонит мне и просит совета. Он из кожи вон ляжет, чтобы помочь нам."


"Это всегда благо, и первое, когда полковник SAS хочет нам помочь. И чем обоснован его отряд на базе?"


"Ничего зловещего - он хочет, чтобы мои хорошие привычки передались Полку, а не чтобы они влияли на меня. Он хочет копировать меня и работать со мной, а не избавиться от меня - в отличие от Роулсона."


"Настоящий поворот...?"


Я встретил его в Сьерра-Леоне, и у нас была долгая беседа. Теперь мы лучшие друзья."


"Одной областью для беспокойства меньше. И полиция в данный момент с вами ..?"


"Да, и эта партия чертовски крутая, в ней есть несколько звезд ... если ты захочешь их забрать."


"Ты... думаешь, они справились бы с оценкой?"


"Да, их четверо".


Он взглянул на своего помощника, который сделал пометку. "Полезно знать, и мы часто набираем людей из полиции. И у нас были некоторые успехи с вашими "Одинокими волками", несколько заданий были выполнены без происшествий, так что мы надеемся на будущее там."


"Планируется еще одно поступление?" Я спросил.


"Не сейчас, у нас есть все теплые тела, которые нам нужны на данный момент. Но скажите мне, эта полицейская команда; каким вы видите следующий шаг?"


Полковник Дин знает" что для SAS присутствие людей в Лондоне означает пустую трату времени для этих людей, потерю физической формы, навыков. Если полиция возьмет на себя эту роль, то SAS вернется к солдатской службе на зеленых полях и небольшим войнам, имея команды, готовые к крупному инциденту, иностранным террористам или угону самолета. Ему нужно держать только один отряд в Лондоне.


"То, что я ему предложил ... заключалось в том, что его парни и мои сменялись, и что мы предлагали вспомогательную роль полиции. Если они попросят снайпера, мы дадим снайпера. Если они просят выбить дверь, мы делаем это, но не вмешиваемся. Их работа, их вина, но мы поддерживаем их, когда нас просят."


Он кивнул. Лучшее из обоих миров; полиция осталась довольна, SAS довольна. И на вашей базе у вас есть этот человек Саша и его команда ..."


"Да, усердно тренируются, поддерживают форму, практикуются в русском".


"Боб возлагал на них большие надежды".


"Они могли достаточно хорошо имитировать русских боевиков и сражаться в команде, что приносило двойную выгоду. Они могут даже прыгнуть с парашютом в какое-нибудь место."


Он кивнул. "И этот новый отряд постоянных солдат с тобой дает тебе больше людей, так что ты можешь сделать больше".


"Да, так что, если у вас есть для нас работа ... не стесняйтесь. Но позволь мне спросить; чем занимаешься ты ... видишь будущее направление Echo?"


Он скорчил гримасу. "Я хотел бы надеяться ... больше того же, спасение заложников, когда это необходимо, борьба с повстанцами и тому подобное, а также отбор и обучение людей для нас. Но теперь, когда вы становитесь ближе к обычным SAS, мы можем быть осторожны."


"Никакой разницы в уровнях болтовни с тех пор по настоящее время", - заверил я его. "И они знают, что меня нельзя расстраивать. Они видели, как мы тренировали Одиноких волков, французов, теперь полицию, так что, если группа мужчин явится на какое-то обучение, вы можете пометить их как полицию или что-то в этом роде, никто не узнает - или не спросит об этом."


"Это единственная хорошая вещь, различные группы, так что мы можем достаточно хорошо замаскировать наших людей. Они там ... есть какие-нибудь проблемы, на которые нам нужно обратить внимание?"


"Нет, все идет хорошо, тебе не о чем беспокоиться в первую неделю. Подождите до следующей недели, возможно, что-то пойдет не так."


"Что ж, будем надеяться, что нет. Ты... хочешь, чтобы мы попытались найти несколько заложников?"


"Что бы сделал Боб... нашли бы их и вынесли решение, сможем ли мы вытащить их и получить хороший заголовок в газете. Итак, когда вы почувствуете, что хотите, чтобы премьер-министр похлопал вас по спине ... найдите заложников."


"Но разве не должно быть так, что мы отдаем предпочтение тем, которые удерживаются дольше всего, наибольшим числам".


"Это имело бы смысл, если бы мы жили в мире, где заложники имели значение. Они этого не делают, кроме как для меня. По всему миру находятся десятки тысяч заложников, так как бы вы распределили их приоритеты, и было бы это просто британскими усилиями?"


"Тогда, я полагаю, мы подождем, пока Министерство иностранных дел где-нибудь не упомянет британских заложников ... и делаем то, за что нам платят."


"Не ждите слишком долго, моим людям становится скучно. Найдите несколько штук и давайте ходить за ними, по крайней мере, раз в месяц."


"Кажется странным, что спасение основано на рекламе, а мужчинам становится скучно".


"Так работает система, так что вам нужно к этому привыкнуть. Боб был змеей, и у него это хорошо получалось, так что, возможно, ты можешь немного опуститься и подражать ему."


Он приподнял бровь и уставился в ответ. "Я думаю... Со временем я привнесу в работу свой собственный стиль."


"Если вам нужен какой-либо совет о том, как это было сделано ранее, я всего в нескольких телефонных звонках".


Его телефон зазвонил, и он ответил на звонок. Выслушав и бросив на меня странный взгляд, он сказал тому, кто говорил по телефону: "Сообщите подробности, встреча команды через десять. Спасибо." Положив трубку, он повернулся ко мне. "Группа европейцев была похищена в Кота-Кинабалу ..."


"Поездка на сафари к вулкану?"


"Как, черт возьми, ты это узнал?"


"Прочитал в газетах на прошлой неделе, что в том же месте похищены двое французов, плохие парни из филиппинских коммунистов".


"И ... как бы ты справился с этим?"


"С моими французскими коллегами и янки. У них поблизости есть надводные корабли и вертолеты."


Дэвид взглянул на своего помощника, который сделал пометку. Повернувшись ко мне, он сказал: "Пожалуйста, вернись и приготовься к развертыванию".


Я встал. "Вам нужно отправить записку в JIC и кабинет министров, чтобы они отправили приказы Директорату UKSF, который штампует миссию и сортирует самолеты и прочее. Министерство обороны должно отправить записку в Министерство иностранных дел, которое организует разрешения на въезд в Малайзию и на Филиппины, а также записку французам и янки. Вы отправляете своим коллегам записку с дружеской просьбой присоединиться ко мне в моих усилиях, стараясь упоминать меня жирными буквами."


Его помощник широко улыбнулся, поймав взгляд Дэвида.


"Было полезно видеть тебя здесь", - признал Дэвид с фальшивой улыбкой.


Я подготовлю людей, а ты достань нам самолет. И ... удачи с новой работой, " предложил я.


"Вы спрашивали о домах", - вставил помощник Дэвида. "Мы можем обеспечить двухлетнюю аренду по цене, превышающей все шансы, базовая арендная плата семьям в соответствии со стандартами Министерства обороны".


"Сделайте арендную плату ниже стандартов Министерства обороны, мне нужна их мотивация, чтобы, блядь, переехать. Первые шесть месяцев аренды бесплатно, используйте мой бюджет - избыточный бюджет, как вы только что сказали мне."


Он сделал пометку.


Дэвид спросил: "Что ты видишь... что случилось с этими деньгами?"


"Я понимаю ... кое-какой набор для парней, такие вещи, когда нам это нужно. Отдых в твоем распоряжении."


"А Томск?.."


"Добавил бы больше, если бы я попросил его".


В машине я позвонил на базу, позвал О'Лири. "Это Уилко. Прекратите все тренировки, подготовьте всех к реальной работе в джунглях на Дальнем Востоке. Мы развернемся, как только их самолеты будут готовы. Я возвращаюсь, буду через час или два."


Я позвонил Креденхиллу, дозвонился до полковника. "Сэр, у нас есть оперативное задание на Филиппинах, так что подготовьте двух солдат, снаряжение для джунглей, они могут подойти. Может быть, парни в Кении."


"Филиппины означают сепаратистов на юге".


"Да, сэр, они хватали туристов".


"Я займусь этим, но разве я не должен подождать, пока Директорат UKSF пришлет мне записку?"


"Да, сэр, но я только что получил предварительное предупреждение".


Следующий звонок был командующему ВВС. "Уилко, мой мальчик, держишься подальше от неприятностей?"


"Никогда, сэр, за кого вы меня принимаете".


Он рассмеялся. "Чего ты добиваешься?"


"У меня большая работа, Борнео, западные заложники, так что приведи в готовность 2 эскадрилью и своих медиков, плюс "Тристар" - когда получишь записку от министерства обороны, конечно."


"Конечно", - передразнил он. "Оставь это мне".


Держа свой телефон и уставившись на него, я снова позвонил полковнику Дину. "Сэр, место, куда мы направляемся, в прошлом видело в действии как австралийские, так и новозеландские SAS, так что, как насчет того, чтобы вы из вежливости связались с ними и притворились, что ищете совета - тогда позвольте им присоединиться к нам".


Он громко рассмеялся. "Ты такой подлый маленький засранец".


"Благодарю вас, сэр".


"Я займусь этим".


Когда мы вернулись, на базе кипела деятельность, но моей первой остановкой был мой дом, и я хотел найти что-нибудь подходящее для джунглей, несмотря на то, что не знал, когда мы развернемся. В форме, с пистолетом, я побежал к ангару в полоску джунглей, металлические ящики вынесены, снаряжение проверяется.


Я нырнул, чтобы увидеть капитана Харриса. "Я хочу карту Борнео и южных Филиппин, Минданао, и лекцию о сепаратистском движении".


"Когда?" - пожаловался он.


"Как только, мы можем отправиться завтра". Снаружи я крикнул: "Комната для совещаний, десять минут, соберите всех".


В комнате для брифингов я взял чай и нарисовал простую карту на белой доске. Люди начали появляться и рассаживаться, и вскоре у нас была полная комната, сигнальщики и разведчики в задней части, Робби и его отряд сидели вместе.


"Хорошо, слушайте. У нас есть живая работа, были захвачены заложники, туристы, смесь европейцев, довольно много британцев." Я повернулся лицом к доске. Северо-западная часть Борнео контролируется малайцами. Юг контролируется индонезийцами. Северо-восток подходит вплотную к спорным островам, и плохие парни-филиппинские коммунисты-сепаратисты заявляют, с чем не согласны правительства различных стран, и они захватывают заложников, чтобы заработать доллар.


"Здесь, к востоку от Борнео ... здесь чуть больше миллиона маленьких островов, просто чтобы усложнить нам жизнь. Трудно сказать, где находятся заложники, так что именно там поступают сигналы разведки. Возможно, стоит посмотреть на любой маленький остров, где работает спутниковая связь, после того, как мы получим разрешение от правительства Филиппин.


"Мы пригласим с собой американцев, и у них есть самолеты с инфракрасными камерами, так что, возможно, они смогут помочь, и, возможно, они знают что-нибудь об используемых островах".


"Мы поплывем на лодке?" Поинтересовался Рокко.


Я громко вздохнул. "Как мы входим... будет сложно и опасно, и лодки могут быть расстреляны с пляжа. Прыжки с парашютом - это вариант, но на этих островах много деревьев, а ветер почти никогда не стихает - это тропики. Вертолет был бы вариантом, но слишком шумным. Что у нас есть, джентльмены, так это головная боль. Итак, нам нужны хорошие разведданные, хороший план и какой-нибудь подходящий транспорт."


"Здесь есть акулы?" Спросил Томо.


"Да, так что никакого плавания. Если тебя подстрелят, и ты приземлишься в воде, ты станешь вкусной закуской для большой тигровой акулы."


Они обменялись обеспокоенными взглядами.


Я добавил: "Если мы будем плыть над водой, что является гарантией, намажьте ботинки и ноги дизельным маслом, акулам это не нравится. Тогда все, о чем тебе нужно беспокоиться, это о желейных рыбках - одно прикосновение, и ты мертв."


"Чертовски приятное местечко", - отметил Дикки.


И днем и ночью 30 градусов, тепло и липко. Хорошо, у нас еще не забронирован самолет, так что разберите снаряжение и возьмите пару шлюпок из лодочного сарая, плюс несколько спасательных жилетов. Мистер О'Лири, поговорите с Бризом Нортоном, нам нужны наши парашюты и спасательные жилеты, и, скажем, четыре инструктора по парашютному спорту под рукой."


"Как долго длится полет?" Моран размышлял вслух.


"В Тристаре? От двадцати до тридцати часов с остановками."


Они все громко застонали.


"В Геркулесе?" - Спросил Риццо.


"Чтобы добраться туда, потребуется месяц", - сказал я ему. "Мы бы не пошли на Геркулеса. Хорошо, продолжайте собирать снаряжение, жаркие джунгли и немного океана, которые нужно пересечь, и взгляните на карты сегодня вечером. Возьми пури-табс, антисептический крем, это дыра для дерьма. О, Анри, позвони майору Либану, там французские заложники."


Мой телефон разрядился, поэтому я вышел.


"Уилко, это Чак, только что получил телеграмму о Филиппинах".


"Ребята, вы собираетесь нам помочь?"


"Есть ли американские заложники?"


"Может быть, пока не знаю. Ты... доволен наводкой, которую дает тебе Томск?"


"Ты пытаешься силой вооружить меня, приятель?"


"Я бы сделал это лицом к лицу, это дружеское поощрительное время".


Он рассмеялся. "Я передам это по порядку; они бы не хотели тебя злить. Но послушай, здесь будет хороший заголовок для нас?"


"Если в этом замешаны американские туристы, и вы помогаете, тогда мы могли бы выполнить тяжелую работу, а ваши ребята забрать заложников вертолетом".


"Звучит как план, так что я отправлю и это по очереди. Что тебе понадобится?"


"Геркулес в этом регионе ..."


"Их чертовски много в этом регионе".


"Корабль и несколько вертолетов".


Там целая боевая группа, пьют пиво и трахаются с местными скинни. Возможно, им будет чем заняться."


"Твои советники все еще там?"


Время от времени, вплоть до придурков в Белом доме, но они почти отказались от попыток сместить коммунистов. Когда на Филиппинах проходят выборы, они всегда обещают новое наступление, которое длится неделю. Как только начинается дождь, они расходятся по домам."


"Мне бы не помешали кое-какие данные и карты, приятель".


"Я могу достать их, они не секретные".


"Сделай это в спешке, пожалуйста".


"Поговорим завтра".


Убрав телефон, он отключился почти сразу. "Уилко".


"Дэвид Финч".


"Верно, босс".


"Это было искренне или в шутку?"


"Это было искренне, но с оттенком иронии".


"Я понимаю. Что ж, у нас есть штамп Кабинета министров, и UKSF и JIC были проинформированы, так что, я думаю, все по правилам."


"И разрешение от правительства Филиппин?"


"Крайне маловероятно, поскольку они, по-видимому, подписали мирное соглашение несколько часов назад".


"И заложники были схвачены ..?"


"Накануне".


"Как удобно", - съязвил я.


"Да, странное время".


"Мы все равно идем?"


"Да, потому что в этом районе нет филиппинских войск, и мы получили намек на то, что они проигнорируют нас, а затем осудят, когда работа будет выполнена".


"И почему они не просят вернуть заложников?" Я позировал.


"Потому что они все еще ждут возвращения более сотни своих людей и не хотят платить".


"Чертовски чудесно".


"Мы организуем полеты, и малазийцы полностью сотрудничают с нами, которые в ужасе от потери туристов. В нужном месте есть старый аэродром, и первой задачей будет обезопасить его, несколько плохих парней в этом районе - те же, которые схватили туристов и передали их дальше, я полагаю. Вы заправитесь на Кипре или отправитесь прямиком в Диего-Гарсия, таким образом, вас никто не увидит."


"Стоит упомянуть об этом вашему австралийскому коллеге из вежливости, они спасали там людей в прошлом".


"Хорошая мысль, я сделаю, да".


"И если бы они хотели послать несколько человек, мы бы подключили их к работе, разделили бы вину, если бы это был провал".


"Разделял ли Боб вину там, где мог?"


"Это всегда был первый шаг, еще до того, как он позвонил мне".


"Я понимаю. Тогда это то, что я тоже должен рассмотреть."


"Очень даже. Босс."


"Это был ироничный босс?"


"Нет, потому что после того, как Кабинет министров даст добро, а UKSF отправит детали, вы контролируете темп с помощью intel, что делает вас главным человеком. Просто мы не хотим, чтобы Отборочный комитет обвинил вас в том, что вы переезжаете без этих резиновых штампов."


"Будет интересно иметь дело непосредственно с вами, не в последнюю очередь потому, что я быстро учусь. Скоро поговорим."


Отложив телефон, подошел Генри. "Майор Либан хочет прийти, он разговаривает с Пэрис".


Я кивнул. "Это джунгли, как в Сьерра-Леоне".


Подошел Моури. "Я быстро справился с небольшой работой в той части света, шкипер, но мой бывший сержант из отряда выполнил немало заданий".


"Позвони своему старому командиру, дай ему знать, чем мы занимаемся, попроси этого человека в качестве советника".


"Точно, Шкипер", - сказал он, заставив меня улыбнуться.


Когда мужчины проверяли ящики, подошла Саша. "Мы пойдем с тобой?"


"Да, но ... Я позвоню в Лондон насчет тебя на всякий случай."


Я отошел в сторону и вспомнил номер. "Это Уилко, соедини меня с Дэвидом Финчем".


Через минуту раздалось: "Уилко?"


"Да. Послушай, здесь русская команда, я бы хотел взять их, но они твои, а не мои."


"Я поговорю с человеком, непосредственно ответственным за них, да. Но что бы они делали?"


"Они могут быть в гуще боевых действий или удерживать тыловую базу. Хорошая тренировка для них."


"И что Боб делал с ними в таких случаях?"


"Он хотел, чтобы им предоставили максимальную экспозицию и подготовку, чтобы они были крутой кучкой воображаемых русских боевиков, которые прошли бы тщательную проверку - но, конечно, без убитых или раненых".


"Тогда я даю предварительное согласие, но я все равно поговорю с их линейным менеджером из вежливости. Я вернусь к тебе. О, а как насчет этих людей из эскадрильи "Е", тех, что постарше?"


"Обычно мы бы их не взяли, но Боб хотел, чтобы они тренировались и оставались свежими, и проблема всегда заключалась в недостаточном использовании, людям становилось скучно, навыки терялись".


"Тогда они могли бы пойти с вами и остаться в безопасном районе, чтобы получить некоторый опыт?"


"Да. С нами тренировалась небольшая сплоченная группа примерно из восьми человек, остальные ... разношерстны."


"Тогда возьми это, я разберусь с этим в конце. Эти люди никуда не годятся, если их не держать в узде."


"Это очень верно".


Майор въехал и припарковался.


"Сверхурочно, сэр?" Я дразнил.


"О'Лири позвонил мне, сказал, что там был клапан, так что я подумал, что проверю документы, не обнаружив утром целую гору этого".


"Спасибо, сэр, мы ценим это".


"И эта работа на Минданао?"


"Да, сэр, где-то ... понятия не имею, куда они дели заложников."


"Есть два больших острова, затем Минданао, затем множество маленьких, так что это может быть иголкой в стоге сена, да".


"FOB в северо-восточной Малайзии, сэр".


"Джунгли и адское болото, но именно там SAS сделала себе имя. Возможно, вы найдете какой-нибудь набор, который они оставили."


"О, нам сказали взять Малли и его банду, так что можешь им позвонить".


"Я сделаю это сейчас, посмотрю, протрезвели ли они и проснулись".


Я сидел с ним и пил кофе, пока мы рассылали запросы в различные подразделения. Приземление вертолета заставило нас выйти, полковник Дин ушел в отставку вместе с RSM. Но, по крайней мере, парни, стоявшие ближе всех, отдали честь. Я и майор встретили их у входа в ангар, а также отдали честь полковнику.


"Все улажено?" спросил он, забирая ящики.


"Добираемся туда, сэр".


"У меня есть два отряда наготове, в Кении, они могут вылететь в Диего-Гарсию, и я отправил факс в австралийскую и новозеландскую SAS, прося совета".


"Один из моих парней - новозеландец, сэр, и он устанавливает контакт со своим старым сержантом, который выполнял несколько заданий в окрестностях Минданао".


"Такие люди могут принести только пользу. И если вам понадобится какой-нибудь набор, дайте нам знать."


"Спасибо вам, сэр", - сказал я."Но, может быть, сэр, вы позвоните Дэвиду Финчу в SIS и предложите эти два отряда, а также спросите, можете ли вы сделать что-нибудь полезное."


Он хитро улыбнулся, когда я достала свой телефон и набрала номер. "У меня есть полковник Дин, SAS, для Дэвида Финча". Я передал трубку, и полковник отошел, прижимая трубку к уху.


RSM приблизился. "Хотел бы я пойти с тобой".


"Попробуй неделю поспать в джунглях, тогда скажи это!" - сказал ему майор.


"Лучше, чем письменный стол, сэр", - нахально предложил старший сержант майору. "Но дни, когда я спал без задних ног, остались позади".


"Тоже скоро будешь офицером", - пошутил я, поймав взгляд майора. "Будь мягче".


Полковник Дин поговорил с людьми из своего отряда и просидел с майором пятнадцать минут, прежде чем улететь.


В 7 вечера нам позвонили, чтобы мы были в Брайз Нортон на рейс в 9 утра. Я собрал всех в комнате для брифингов, Мэлли и банду, которые сейчас здесь, и соответствующим образом одеты.


"Хорошо, у нас рейс в 9 утра, так что сегодня выспитесь в своих кроватях. В полете постарайся не засыпать, пока я не скажу иначе, я не хочу, чтобы гребаные зомби выходили из самолета в другом конце, нас может ожидать теплый прием. Сержанты, не давайте солдатам заснуть, что-нибудь почитайте, посмотрите на карты.


Мы полетим прямо в Диего-Гарсия в Индийском океане, заправимся, затем в Сабах на Борнео, приземлимся в Кота-Кинабалу, где у нас должен быть "Геркулес", который доставит нас на сотню миль на юго-восток к побережью - в страну бандитов.


До Диего-Гарсии девять часов, оттуда до Борнео еще девять, плюс один час полета на восток. Ты успеваешь поспать несколько часов, когда мы пересекаем Малайзию, освежиться, когда мы приземляемся у "Геркулеса".


Стандартный набор для джунглей, обычные винтовки, мухобойки и пончо. Возьмите пайки в ящиках, не уверен, что у них будет на другом конце, в ящиках много боеприпасов."


"И план в том...?" - спросил капитан Харрис.


"План таков ... чтобы добраться туда, акклиматизируйся, посмотри на карту, собери местную и американскую информацию, затем составь план. Я хочу, чтобы вы запросили информацию у всех агентств и у филиппинцев."


"Мы беремся за это дело?" Спросила Мэлли.


"Возможно, но ты хотя бы прогуляешься по джунглям и позанимаешься фитнесом. Хорошо, дважды проверьте комплект, будьте готовы к 8 утра, чтобы уйти. Мистер О'Лири, запросите автобусы на 7.45 утра, пожалуйста."


"Мы идем с тобой?" - Спросил сержант Крэб, стоявший рядом с Даффи, Виски и Тоби."


"Нет, пока нас не будет, тебе нужно потренировать полицию, как-нибудь вернуться на фабрику. Если хочешь, позаимствуй несколько постоянных игроков, чтобы помочь. Сегодня вечером я разработаю для тебя план тренировок. Но я хочу, чтобы они все побывали в Доме ужасов несколько раз, убивая домашнюю работу, чтение карт и т.д."


Краб кивнул.


"Виски, это не твоя область, поэтому ты идешь с нами, ты можешь организовать отряд Малли для некоторой тренировки".


Чуть больше часа спустя пришел Стретч и нашел меня в переполненном ангаре. "Мой отец только что умер, мама в больнице, некому покормить чертову собаку. Я должен разобраться с этим дерьмом."


Я кивнул. "Оставайся позади, разбирайся с этим и тренируй копов; взрывай двери и окна".


"Приглядывай за Риццо, э, потому что без меня, чтобы будить его по утрам, он бесполезный мудак".


Я улыбнулся и хлопнул его по плечу, когда он повернулся. "Мы постараемся обойтись".


В 10 вечера, когда я был дома с чашкой чая, по телевизору шли новости, мой спутниковый телефон зазвонил, американский номер.


"Алло?" Я осторожно ответил.


"Это полковник Мэтьюз".


"Добрый вечер, сэр, или ... там, где ты сейчас, не совсем вечер."


"Здесь что-то вроде 5.30 вечера, так что, я думаю, вечер. Ты отправляешься на Борнео."


"Да, сэр, нужно спасти нескольких заложников".


"У нас есть трое пропавших американцев, но... нет особого желания посылать команду, не то чтобы мы имели представление, где они находятся. Но... некоторые за столом такие ... заинтересован в уменьшении возможностей различных фракций."


"Я понимаю, сэр. И, возможно, у вас есть какие-нибудь карты и информация для нас."


"Один или два человека встретят вас на Борнео, у них будут доступные средства".


"И следует ли провести эту операцию тихо, сэр?"


"Ну, часть с заложниками должна быть громкой и публичной, всегда хорошая реклама, но другой аспект должен быть скрыт".


"Я понимаю. Оставьте это нам, сэр. Думаю, мы поговорим, когда я доберусь туда."


Отключив телефон, я повернулся к Свифти, который слушал. "Американцы хотят, чтобы различные группировки были полностью уничтожены. Они относятся к этому острее, чем к заложникам."


"Мы сотрудничаем? Какого черта они не переселяются на эти острова?"


"Во-первых, филиппинское правительство просто хочет спокойной жизни, а не разжигания огня, никаких взрывов бомб в Маниле. Во-вторых, американские базы на Филиппинах, вероятно, подверглись бы нападению."


"Значит, мы делаем за них грязную работу?"


Я скорчил гримасу. "Мы идем за заложниками, но если мы видим вооруженных людей в форме, мы бросаем их".


Он пожал плечами. "В любом случае, я бы так и сделал", - отметил он.


Я позвонил сестре и попросил Дэвида Финча перезвонить мне.


Он позвонил через десять минут. "Уилко?"


"Да, босс, надеюсь, я вам не помешал?"


"На приеме вышел на балкон".


"Послушайте, американцы позвонили мне с просьбой".


"Почему они звонят тебе, им не разрешено этого делать!"


Вероятно, утром вы получите памятку о том, что они не пытаются исключить вас из цикла и никогда не делали этого раньше. Они, вероятно, предполагали, что я сделаю этот звонок."


"Так чего же они добивались?"


"Они хотят, чтобы мы уменьшили фракции, когда получим заложников".


"В этом районе есть нефть".


"Ах..."


"Итак, они, и мы, я полагаю, хотели бы, чтобы в этом районе было тихо, но этого никогда не случится, через год сюда придет еще больше солдат-коммунистов. И половина из них также исламские экстремисты."


"Подумай немного, поговори с премьер-министром, потому что мы можем изменить политическую карту, если будем преследовать фракции, а не только заложников".


"Сейчас я сообщу об этом премьер-министру."


"И американцы предложили активы в этом районе, поэтому, пожалуйста, не кричите на них за то, что они связались со мной напрямую, нам нужны эти активы".


"Факт, который они знали, и поэтому оказывали давление. Используй наши активы, выполняй наши приказы!"


"Мне кажется, вы живете в мире интриг и двурушничества, босс. Спокойной ночи."


Я встал в 5:30 утра и был увлечен, поэтому отправился на пробежку с несколькими парнями на аэродром, а вернувшись, взбодрил Свифти.


Мы все были готовы в 7.45 утра, дождь прекратился, в эти дни гораздо большая группа людей, сорок человек, готовых к отправке, плюс поддержка, сигналы и разведданные. Робби выглядел злым и проницательным, и он чувствовал, что ему нужно сказать мне, насколько он увлечен и готов.


Автобусы подали почти вовремя, два из них, и множество рук проделали легкую работу по погрузке ящиков в багажные отделения, кое-каких принадлежностей на сиденья автобуса, и мы тронулись в путь в сопровождении вооруженной полиции спереди и сзади.


Нас встретил знакомый зал вылета, и мы были там единственными, появился тучный чиновник JIC в подходящей для тропиков летней одежде. Офицер королевских ВВС пришел и нашел меня, сообщив мне, что половина команды отправится на Tristar, половина на американском C5, который в любом случае должен был быть перемещен на Дальний Восток.


Когда появилась вторая эскадрилья с медиками, я приказал им разделить обе свои команды посередине, как я бы сейчас поступил с Echo. Я выбираю C5 для своего отряда, который начал ныть по поводу неудобного самолета, пока я не сообщил им, что в нем есть сиденья, как в авиалайнере.


Мы сели в наш монстр С5 после того, как нас провезли к нему на автобусе, вошли через боковую дверь и поднялись по узкой лестнице на верхний уровень, где нашли места, как в авиалайнере, летный экипаж, чтобы помочь нам, даже даму. Но окон нет.


Устроившись, мы все прослушали краткую лекцию о безопасности полетов и безопасном выходе в аварийной ситуации, прежде чем тяжелый вой двигателей заглушил разговор. Двигатели заглохли, и десять минут спустя мы развернулись, вскоре направляясь по взлетно-посадочной полосе со скоростью, которая казалась чуть больше скорости ходьбы - никаких окон, из которых можно было бы выглянуть, нос задран.


"Не кажешься достаточно быстрым", - заметил Свифти.


"Скрестив пальцы", - сказал я ему, затем пересел, чтобы поболтать с Мортеном и его медиками.


Час спустя я сидел с Хейнсом и одним из его рейсов, о котором ходили сплетни, и, наконец, открыл свою книгу в мягкой обложке.


Через четыре часа нам принесли еду, и она была неплохой: сок, чтобы запить, а затем кофе. Я присматривал за всеми, глаза Риццо начали закрываться, его слегка подтолкнули.


Долгих девять часов спустя нам сообщили о нашем приближении, и мы приземлились достаточно плавно. После остановки, которая могла быть где угодно - окон, из которых можно было бы выглянуть, не было, нас увели, когда самолет заправлялся, и мы оказались в темноте, запах океана был приятным сюрпризом.


"Почему темно?" - Спросил Риццо, когда мы подошли к зоне ожидания.


"Мы летели девять часов с 9.30 утра, но мир вращается, поэтому добавили около шести часов, и на этой широте темнеет раньше".


Внутри транзитной зоны был открыт магазин, и я купил закуски и чай на деньги, которые захватил с собой, и они с готовностью приняли английские фунты.


"Здесь нет охраны", - отметил Риццо.


"На этом острове только военные", - сказал я ему, когда мы сидели на скамейках. "Островитяне" появились в шестидесятых. Нет гражданских, поэтому нет охраны на зданиях. Это была британская база, но янки захватили ее и вытеснили нас, британцев."


Позже, стоя у окна, я смог увидеть океан, и это место показалось мне неплохим для базирования, если не считать отсутствия местных девушек. Я поболтал с некоторыми из отряда Робби, пытаясь оценить отношение, но они казались нормальными. Полчаса спустя мы уже садились в автобус, нас довезли до С5, и дальше нас сопровождала команда в оранжевых жилетах безопасности и защитных наушниках, заняв те же места.


"Новые пилоты?" Спросил Свифти, по-видимому, обеспокоенный.


"У них команда примерно из восьми человек и двухъярусные кровати", - сказал я ему. "Они привыкли к долгим перелетам".


Примерно в 10 вечера по британскому времени я сказал всем спать, и я прикинул, что у них будет четыре или пять часов. Места для ног было невелико, поэтому я передвинул сиденья и вытянулся, вскоре задремав.


Мы врезались в толчок, разбудив меня, мужчины потирали лица и зевали, а выйдя из самолета, мы увидели великолепное солнце, ожидающий автобус, низкорослых и темнокожих малайзийских полицейских на борту, а также патрулирующих вокруг, снова запах океана, приветствующий нас.


На современных туристических автобусах нас отвезли в небольшое здание, в котором почти разместились все мы, вдали от терминала и его ценных туристов, была обеспечена холодная вода, вокруг толпилось множество полицейских.


Я мог видеть наш набор в грузовике, его водитель вскоре уснул, пока мы ждали в тесной комнате, один туалет для мужчин, один для женщин, и было жарко, как в аду. Я позвонил сестре и оставил краткий отчет о том, где мы были.


Самолет малайзийских ВВС "Геркулес" приземлился, настроение у всех поднялось, и он подрулил к нам, вскоре было загружено снаряжение - после того, как водителя и его напарника разбудили пинками. Полчаса спустя экипаж самолета помахал нам рукой, и мы большой группой отправились в тыл, и если бы этот самолет упал, мы были бы отброшены назад.


Увидев нас, пилоты приказали нам сойти и сделали два захода, поскольку мы были близки к пределу. Я убедился, что Echo летит первым рейсом и что у нас есть наше снаряжение из ящиков, задержка, которая разозлила пилота, который затем предупредил нас, чтобы мы не загружали оружие.


Я напомнил ему о возможных опасностях на брелоке, он пожал плечами, и мы, наконец, отправились, несколько моих были готовы застрелить нашего пилота. Тот факт, что на его шлеме была надпись "Maverick" ярко-желтого цвета, никак не повлиял на нашу уверенность в парне.


После взлета мы могли видеть большой город, туристические пляжи, вскоре джунгли, мили и мили джунглей, высокие деревья - и плотно забитые ими.


Чуть больше часа спустя мы резко накренились, сделали круг, построились и зашли на посадку, и как только колеса начали замедляться, я собрал людей, зарядил оружие, малазийская команда снова была недовольна. Трап опущен, мы вышли, оружие взведено при выходе из самолета, и мы взяли на прицел дальнюю линию деревьев.


По дороге я увидел, что мы находимся в миле или двух от мутной бухты, ведущей на восток к океану, вдали на севере виднелась маленькая деревушка, на юге - несколько полей, врезающихся в джунгли, - сцена из сомнительного фильма о войне во Вьетнаме.


Я нашел одинокую диспетчерскую вышку, которая знавала лучшие дни, но, по крайней мере, в ней кто-то был. Позади него находилось несколько одноэтажных кирпичных зданий, несколько хижин, большой черный ангар с двухмоторным "Номадом", а вокруг стояли два десятка малазийских солдат, выглядевших скучающими и разгоряченными.


Главные ворота находились на западной стороне и были охраняемы, в доброй сотне ярдов от дороги, а затем до линии деревьев, так что все было не так уж плохо, вокруг стояло множество зеленых военных джипов.


Подошел офицер, невысокий, с коричневой кожей, напоминающий мне гуркха. "Я капитан Вей. Вы капитан Вилко?" - прозвучало с сильным акцентом.


"Да". Мы пожали друг другу руки.


"Пойдемте, пожалуйста, они принесут ваше снаряжение", - предложил он, и они повели нас к хижинам, несколько из которых были убраны для нас. Они были простыми, но в порядке, заметен свежий след краски, туалеты и душевые достаточно чистые.


"Ладно, бери кровать!" Я кричал, большая часть Эхо в одной хижине, медики планировали установить палатки, пока я не сказал им пока использовать хижины, 2 эскадрон захватывает хижину по соседству. Это оставило нашего ДЖИКА мандарина спрашивать о комнатах и заставило меня улыбнуться, когда люди разозлились на парня.


В кирпичном здании были комнаты для офицеров, и он ушел, когда солдаты и летчики перенесли наше снаряжение. Я позвонил в SIS и уведомил их, что мы разобрались.


Думая о людях, я спросил капитана о воде в бутылках, и он сообщил о хорошем запасе бутылок с холодной водой. Я велел ребятам собрать немного воды, чтобы хватило как минимум на одну большую бутылку на человека, и указал Хейнсу местонахождение бутылки с водой.


Наши металлические ящики были сложены снаружи, поэтому мы схватили их и внесли внутрь, выкрикивая имена, общее снаряжение сложили в ангаре. Я сразу же отправил двух мужчин на оленя, заметив машины, проезжающие мимо главных ворот, что вызвало беспокойство. Эти машины находились в пределах 250 ярдов.


Схватив своего двойника, я спросил о местных картах. Он привел меня в кондиционированную комнату под управлением воздушного движения, несколько больших карт, прикрепленных к стенам или разложенных на столе, несколько человек сидели вокруг, какие-то, по-видимому, малайские сигналы и разведданные.


"Мы здесь", - сказал он, водя пальцем по карте.


"И другие военные базы?"


Он указал на них, ни одного поблизости.


"А ваши солдаты и полиция?"


"Мы патрулируем этот район, ищем филиппинца".


"Пожалуйста, прикажите своим людям отступить и вызовите полицию".


Он повернулся ко мне лицом. "Зачем мы идем?"


"Я хочу, чтобы филиппинец думал, что ты ушел. Оставь здесь несколько человек, десять или двадцать, и мои люди будут искать филиппинских стрелков, как договорились между различными правительствами, " солгал я.


"Люди из Фильпино очень опасны", - предупредил он.


"Мы более опасны", - заверил я его. "Пожалуйста, попроси, чтобы патрулей не было, солдаты ушли".


Он кивнул и отдал приказ человеку с рацией. Я пошел за капитаном Харрисом и его командой и показал им командную комнату, которую они теперь примут за счастливый дом. Учитывая кондиционеры, многие угрожали спать под столами.


"Геркулес" наконец вернулся с остальными командами и большей частью снаряжения, включая парашюты, четырьмя инструкторами парашютной школы по боевым действиям. Выходя из самолета, они выглядели немного потерянными.


Потребовалось некоторое время, чтобы разгрузить снаряжение и найти пустой сарай для хранения большей части этого снаряжения, ребята работали до седьмого пота. И если бы медики в какой-то момент не воспользовались своими палатками, у нас бы закончились хижины для посетителей.


Когда солнце село, мы были почти готовы, мужчины на оленях, первые патрули, которые выйдут утром. Но когда местный капитан сообщил мне, что армия и полиция ушли, здесь осталось всего десять человек, у меня было шесть стационарных позиций по два человека на ночь, ротация 2 парней из эскадрильи каждые четыре часа.


Я патрулировал хижины и беседовал с каждой группой, давал инструкции или советы, и они задавали вопросы о плане и о здешних сооружениях - но ответы были легкими на оба вопроса. Большинству было сказано не напрягаться, но быть вооруженным и лежать на полу, если начнется стрельба.


Поскольку уличные скамейки были просто расставлены там и выглядели как остатки барбекю, парни подвинули их поближе, а затем сели за них и приготовили пайки, но полчаса спустя подъехал гражданский грузовик, которого малайские солдаты впустили внутрь, и Мортен купил двадцать живых цыплят и двадцать жареных целых цыплят.


Были розданы готовые цыплята, которых вскоре съели, живых цыплят держали в маленьких загонах, которые мы должны были вернуть парню с грузовиком в рамках сделки.


Мортен также купил полтонны риса, большую кастрюлю позаимствовал, так что завтра у нас будет рис.


Позже, в своей хижине, я крикнул: "Слушайте сюда, здесь всегда небольшой огонь, много дыма, держите гребаных моззи подальше и спите в масках и перчатках!"


Рокко достал свернутый журнал, вскоре повалил дым, и я закрыл окна, сказав ребятам держать двери закрытыми, а не приоткрытыми.


Выйдя на улицу в полночь, еще немного сонный, я стоял на краю взлетно-посадочной полосы со Свифти, Мораном и Махони, освещенный большим ангаром и его одиноким самолетом Nomad.


"Завтра выйдешь в патруль?" Моран небрежно спросил.


"Да", - согласился я. "Шаг первый: уничтожьте всех вооруженных людей в радиусе тридцати миль".


"Если мы этого не сделаем, - начал Махони, " они сообщат о наших передвижениях".


"Ага", - согласился я, разглядывая далекую черную линию деревьев.


"По крайней мере, у нас есть приличная еда", - заметил Свифти.


"Есть ли поблизости пляжи?" Спросил Моран.


"В нескольких милях отсюда", - сказал я ему. "Но немного опасный".


Я стоял на том же месте, когда взошел рассвет, захватив четырехчасовой запас, и позвонил по спутниковому телефону, чтобы сказать, что все в порядке - и присоединится ли кто-нибудь к нам? Если бы они это сделали, космос был бы премией.


После завтрака были сформированы команды, патрули из восьми человек, Рокко, Риццо и Робби вывели свои войска, Риццо не хватило одного человека, и поэтому Махони стал партнером Риццо.


" Лейтенант, " громко позвал я, поворачивая лица. "У меня есть для тебя трудная работа, но... после всех твоих тренировок с нами, некоторых навыков, смелости и решимости, я думаю, ты мог бы справиться с этим. Лейтенант, настоящим вам поручается быть партнером Риццо и будить его по утрам."


Банда смеялась над Риццо.


"Клянусь богом, чувак", - громко, притворно пожаловался Махони. "Это выше и выходящее за рамки служебного долга. Ты отправляешь меня на территорию, завоевывающую медали."


"Отвали, янки", - вырвалось у Риццо, когда мужчины насмехались над ним.


Карты проверены, особенности перечислены, Риццо был отправлен на северо-запад - в густые джунгли для переговоров, Рокко был отправлен на север - в деревню, чтобы незаметно обойти ее, а Робби был отправлен на юг со Свифти, осмотреть фермы, и все они должны были вернуться на рассвете.


Виски было поручено читать лекции инструкторам по парашютному спорту о выживании в джунглях, а также обучать владению оружием; они усердно работали или получали от меня пинок. Команда Малли и Саши вместе патрулировала на восток до побережья, а затем на юг, пока 2-я эскадрилья удерживала аэродром, небольшие статичные позиции, а также патрулирование с высокой видимостью, человек на крыше башни УВД с биноклем.


В полдень вернулся тот же "Геркулес", майор Либан ушел с "Френч Эхо", таща комплект.


Я поприветствовал майора, когда в моих ушах заревели двигатели. "Жаждешь какого-нибудь действия?" Я спросил с улыбкой.


"Это что-то новое, никогда раньше мы не приезжали сюда, на Дальний Восток", - ответил он, выстраивая цепочку людей, похожих на муравьев.


"У вас есть палатки?" Я закричал.


"Да".


"Хорошо, только в хижинах мало места".


Он кивнул, палатки вскоре были установлены рядом с хижинами, и как раз вовремя для быстрого ливня, французы организовались, пока медики варили рис и цыплят, два французских парня усердно помогали. Я отвел Либана и его капитанов в командный пункт, поприветствовал знакомые лица и показал ему карту.


"Я отправил четыре патруля обратно на рассвете, посмотрим, что они скажут о местных бандитах. Сегодня ты акклиматизируешься, завтра будешь патрулировать."


"Да, мы отдыхаем, дерьмовый полет здесь".


Наш гражданский грузовик появился в 3 часа дня, в нем была вода в бутылках, купленная практически за бесценок, немного пива и чертова куча свежих фруктов, сотня бананов, разложенных на скамейках - все еще прикрепленных к веткам, с которых они недавно свисали, и все еще зеленых.


Мой спутниковый телефон зазвонил после того, как я съел банан. "Уилко".


"Это Рокко, первая кровь для нас. Больше никто ни в кого не стрелял?"


"Пока нет".


"Итак, первая кровь для нас, восемь вооруженных людей, забавная форма, потому что она скорее серо-голубая, чем зеленая".


"Надеюсь, не местные солдаты".


Нет, боевики, винтовки AK56. Местные жители используют M16, а их форма зеленая, немного похожая на нашу."


"Любые документы, любые телефоны, перезвоните мне".


"Там есть телефон и несколько бумажников, немного наличных".


"Спрячьте тела подальше от дороги. Где ты?"


"Скажи ... в шести милях к северу, за деревней."


"В деревне есть вооруженные люди?"


"Не замечен, но повсюду водит гребаных собак. Плохое место, чтобы подкрасться незаметно."


"О, ты можешь вернуться по их следам?"


"Да, достаточно просто".


"Сделай это, посмотри, к чему это приведет".


"Хорошо. Отрывайся."


Я вошел в командный пункт. "Восемь вооруженных людей убиты в шести милях к северу". Я тыкаю пальцем в карту, капитан Харрис делает пометку, мой местный капитан интересуется деталями. "Мои люди вернут удостоверение личности, отдадут тебе", - сказал я ему, чтобы он был доволен.


"И мертвое тело?" - спросил он.


"Я могу дать тебе должность, возможно, ты сможешь получить их позже". Он не был похож на счастливого кролика.


Я сидел на скамейке и ел с Либаном, рассказывая о его спасении в Мавритании и о том, как тренировалась команда. Когда мой телефон отключился, это был Риццо. "Это Риццо, мы застрелили четырех ублюдков и взяли заложника".


"Заложник?"


"Местный полицейский. Они связали его, сильно избили, у него отсутствовало ухо. Тоже молодой парень."


"Доберись до ближайшей дороги, затем свяжись с позицией капитана Харриса, я вышлю джипы".


"Ладно, мы недалеко от дороги".


"И Риццо, первая кровь досталась Рокко, он получил восемь", - поддразнила я. "Так вытащи свой палец, а?"


В командном пункте я попросил капитана Вея подготовить патруль на джипах, чтобы отправиться за заключенным полицейским, и он подготовил своих людей.


Откинулся на спинку скамейки с французами, патрульный джип вернулся полчаса спустя, вызванные медики, молодой полицейский, которому нужно оказать помощь.


Капитан Вей подошел ко мне, держа М16, его ботинки до середины голени блестели, ремень блестел. "Они убивают двух полицейских, один остается в живых. Сейчас мы получаем информацию."


Я кивнул. "Если ты знаешь, где они, мы выйдем и найдем их".


Он побежал прочь.


Либан сказал: "Может быть, какая-то информация и полезна".


Я повернулся к нему лицом и кивнул, прежде чем продолжить зачерпывать ложкой рис. Но рис был пресным и нуждался в соусе. Я сделал заметку спросить парня с магазином в грузовике.


Малли и Саша вернулись со своими командами, все выглядели уставшими, разгоряченными и измученными, не видели никого, в кого можно было бы стрелять, хотя нашли очень хороший пляж.


В 9 вечера прибыл еще один грузовик, на этот раз с девушками. Мне пришлось, скрепя сердце, отправить их восвояси. И все они были филиппинками, некоторые немного молоды, и не похоже, что они хотели быть проститутками.


Но этот участок побережья был местом, где высаживались нелегальные филиппинские мигранты в качестве выбора карьеры, и где они выбрали неопределенное будущее в руках местных банд торговцев людьми, некоторые девушки были переправлены контрабандой через воду в Куала-Лумпур и далее, некоторые добрались до Саудовской Аравии.


В 10 вечера раздался треск, люди заметались, вскоре Хейнс сообщил о двух убийцах, застреленных на линии деревьев. Я отправил людей, тела отнесли обратно в пончо. Поскольку мужчины были местными, они были легкими.


Тела выброшены, китайские винтовки АК56 переданы капитану Вэю и осмотрены, местные солдаты теперь опасались, кто где разгуливает. Я убедился, что у Хейнса был хороший план ночных позиций, Малли велел сменить своих людей вместе с ними, Либану - поставить людей патрулировать вокруг зданий плюс четырех человек у главных ворот.


Робби позвонил в 2 часа ночи, разбудив меня. Он возвращался с легкими ранениями, убито не менее двенадцати боевиков, отобраны винтовки, удостоверения личности и телефоны.


Стоя в ожидании и немного опасаясь, я встретил их в 3 часа ночи, капитана Вея никто не беспокоил, поскольку он спал, винтовки AK56 были разложены, удостоверения личности и телефоны разложены на главном столе с картами, рассказывалось об эпической битве. Я вызвал медиков, и они обработали царапину, сказав, что мужчине придется вернуться, а также обработали несколько деревянных заноз, довольно неприятных.


Придерживаясь процедуры, я позвонил сестре и оставил сообщение о ситуации, а также запрос на самолет, наш сотрудник JIC провел большую часть дня и ночи во сне, плохая реакция на долгий перелет, вот почему я хотел, чтобы режим сна регулировался.


Я встал до рассвета и теперь настороже, уточняя у 2-го эскадрона о линии деревьев и любых действиях ночью. Это была только что наша несчастная пара, их тела созревали под пончо.


Рокко вернулся как раз перед Риццо, об этом сообщили все. Рокко шел по следам обратно к небольшому деревянному причалу в мутной бухте, поэтому мы знали, что мужчины пользовались маленькими лодками. Я убедился, что они перекусили и вдоволь выпили, прежде чем немного отдохнуть.


После завтрака я попросил Сашу отвести свою команду на север, Малли - на юг, и я разместил с ними 2 внешних эскадрильи, по паре в каждой. Они отправились в путь, когда начался дождь, остальные ребята спали. Виски повел инструкторов по парашютному спорту на восток, в живой патруль.


Капитан Вей организовал перемещение тел как раз перед тем, как приземлился "Хьюи". Он вывез нашего раненого, но оставил местного малазийского майора и его помощника.


Я отдал честь мужчине, немного низенькому и полноватому. "Майор".


"Вы капитан Уилко?"


"Я, сэр".


Он широко улыбнулся. "Я учился в Гринвиче, и ваше имя часто упоминается, примеры реальной работы".


"Я был в Гринвиче несколько раз, на нескольких курсах", - сказал я ему, ведя его в командный пункт. "Но они не дают мне покоя".


"Действительно, они это делают, я читал обо всех ваших спасениях".


В командной рубке местные жители вставали или отдавали честь новичку, и я представил капитана Харриса и его команду.


"За ночь, майор, мы убили двадцать четыре бандита".


"Уже?" Он был ошеломлен, и мне пришлось задаться вопросом, что его солдаты делали в этих краях, кроме как сидеть, засунув большие пальцы в задницы, пока местные девушки доставляли из грузовика бананы.


"И освобожден один заложник, сэр, местный полицейский".


"Я подумал, может быть, ты сначала акклиматизируешься".


"Мы сделали это, сэр, в первый день".


Он кивнул. "Сюда едут американцы, они будут здесь сегодня через некоторое время".


"Приходи, чтобы показать нам, как это делается", - пошутил я, заставив его рассмеяться. "Если у вас есть палатки... это помогло бы."


"Я могу быстро достать палатки, да, база не слишком далеко отсюда. Я сейчас это устрою."


"И кое-что из провизии".


"Да, это мы можем сделать для наших гостей".


Сидя за чашечкой кофе, мы поболтали о Лондоне и курсах, военном праве и конфликтах интересов, а также о политике в здешних краях. Он признал, что правительство Куала-Лумпура сосредоточилось в основном на Куала-Лумпуре, а не на таких захолустьях, как это кишащее комарами болото.


Его Хьюи вернулся за ним час спустя, без сомнения разбудив спящих парней, и он, конечно, не собирался спать грубо с остальными из нас, он был бы в какой-нибудь приятной офицерской столовой с кондиционером.


Когда звук его Хьюи затих, мои мысли были о Панаме - и я немного скучал по ней, когда зазвонил мой спутниковый телефон. "Уилко".


Британский консул в Кота-Кинабалу. Ваш парень у нас здесь, мы дали ему гражданскую одежду, и он вылетит в Куала-Лумпур, где ему сделают небольшую операцию - пересадку кожи, несколько дней в больнице, а затем отправят обратно в Великобританию."


"Хорошо, спасибо. А его униформа?"


"Отправлено обратно в Великобританию посылкой, надеюсь, сначала почищенной".


Я рассмеялся. "Спасибо".


"Как там дела?"


"Мы убили двадцать четыре местных бандита и спасли одного заложника".


"Господи, сепаратисты сойдут с ума, и я удивлен, что они послали тебя сюда. Мирные жители теперь будут в опасности, может быть, одна-две бомбы."


"Вам нужно будет выразить эти опасения Лондону, сэр, и довольно скоро здесь не останется никаких сепаратистов".


"Что вы имеете в виду, говоря, что вы должны были отправиться за заложниками?"


"Власти хотят, чтобы в этом районе было потише, очевидно, там есть нефть".


"Нефть? Да, я читал отчет, с островов. Но они никогда бы не подчинили эти острова."


"Я согласен, но, полагаю, они хотят, чтобы сообщение было отправлено. И я выполняю приказы. И вы, и ваши сотрудники хотите, чтобы британские туристы были в безопасности."


"Я не уверен, что разворошить осиное гнездо - лучший способ достичь этого!"


"Это дело Лондона, сэр. Спасибо за вашу помощь. Уилко вне игры. " Вызов снят, я постучал им по подбородку, размышляя и задаваясь вопросом, был ли он прав. Отступят ли они или разозлятся? И это была большая территория.


Я позвонил Креденхиллу и оставил сообщение для полковника Дина, запрашивая его два отряда.


Когда начало смеркаться, ребята из "Эхо" проснулись и проголодались, послышались вертолеты, и я заметил двух серых морских ястребов. Они приземлились перед ангаром, восемь человек выскочили и побежали, но никого из них я не узнал.


Главный герой, лейтенант, подошел ко мне. "Ты, должно быть, Уилко". Мы пожали друг другу руки. "Далтон, морские котики".


"С корабля?"


"Да, ванна на юго-востоке". Его люди сбросили свое снаряжение.


"Здесь для вас, блядь, полно места", - сказал я им. "Палатки в пути. Мы попытаемся втиснуть вас, но моя группа отправится на патрулирование через два часа, комнаты свободны в течение 24 часов."


Далтон кивнул, осматривая линию деревьев. "Ничего особенного". "Морские ястребы" с шумом снялись с места и направились на восток.


"Я удивлен, что они послали тебя", - сказал я ему.


"Да, почему?"


"Вашингтон хочет, чтобы местные плохие парни были наказаны, но не виноваты".


"С каких это пор, черт возьми, Вашингтон говорил таким пехотинцам, как я, о чем, черт возьми, они думают!"


"Каковы ваши приказы?" Я озадачен.


"Помогать, консультировать, поддерживать связь с ванной".


Я кивнул, рассматривая его людей, их сумки и винтовки. "Не высовывайся. Если кто-нибудь спросит, вы австралийцы."


Он рассмеялся. Повернувшись к своим людям, он сказал: "Послушайте это, парни, не высовывайтесь, представьте, что мы австралийцы".


"Я умею делать акцент", - пошутил мужчина. "Добрый день, приятель".


Я сказал им: "Малазийцы не заметят разницы. Приходи и возьми немного еды."


Они сбросили сумки вместе и повесили на плечо свои M16, вскоре они сидели, болтая с парнями или французами, делились рисом и курицей, создавая атмосферу вечеринки.


Как только Эхо поела, я приказал Рокко, Риццо и Робби сформировать те же команды - снова "Свифти" с Робби, те же маршруты патрулирования, которые нужно было избрать, и "Тюлени", наблюдавшие за удалением команд. Следующими были французы, которых послали на запад и юго-запад в то, что выглядело как дерьмовая оконечность болота и джунглей, попросили поискать тропинки и поселки. Моран возглавил бы патруль.


Вскоре я, Либан и Хейнс сидели напротив нескольких морских котиков, говорили о снаряжении и тактике, морские котики интересовались нашими прошлыми спасениями. Когда Саша присоединился к нам, он взял на себя некоторые объяснения.


Мой телефон зазвонил, и я отошел. "Уилко".


Майор Брэдли. Как дела?"


"Пока все в порядке, сэр. Который там час?"


"8 утра".


"Вчера мы разослали патрули и убили двадцать четыре вооруженных человека, так что мы в нужном месте, один заложник спасен. Но это заставляет задуматься, чем занималась армия Малайзии до того, как мы попали сюда."


"Вероятно, патрулирование транспортных средств, в джунглях не работает".


"Как дела у полиции?"


"Сержант Крэб держит их на фабрике, здесь внизу как в городе-призраке; я и О'Лири, несколько сигналов".


"Я поговорил с чиновником в британском консульстве, ответственным за малайзийское Борнео, и он подумал, что наше пребывание здесь вызовет репрессии".


"Возможно, он прав, но мы не можем сидеть сложа руки, пока они похищают людей".


"Что ж, посмотрим, произойдет ли эскалация, сэр. О, один обычный солдат отделался царапиной, его доставили обратно; Морган."


"Я начну оформлять документы".


Отложив телефон, я присоединился к остальным, откусывая кусочек от сухого цыпленка.


Полчаса спустя парни из 2-го эскадрона передали сигнал тревоги по проводам. У нас было движение.


"Стоять! Рассредоточиться, пригнуться. Медики, приготовьтесь, затем ложитесь на пол."


Тюлени схватились за оружие.


"Чего мы ожидаем?" - Спросил Далтон, пока люди суетились вокруг, команда Малли и команда Саши готовились - крики на разных языках.


На северной стороне, на линии деревьев, мы заметили движение. Вчера мы убили там двух человек." Я повернул голову. "Мистер Хейнс, прикажите людям с востока двигаться на север, быстро и тихо, замените тех, кто на востоке".


"Займись этим сейчас", - предложил он, хватая сержанта с рацией.


Я вел Тюленей вокруг хижин, пока мы не повернули лицом на север. "Не стреляйте по линии деревьев, там у нас люди", - сказал я им, стоя и глядя на север в доступном свете, далекая линия деревьев была черной, деталей не было видно.


"Саша! Собирай свою команду". Они прибежали с ремнями безопасности и винтовками наготове. "Выезжайте из главных ворот, переходите дорогу к линии деревьев, на север, очень медленно, в абсолютной тишине, до конца полосы, затем ждите. Свяжитесь со мной, если что-нибудь увидите."


Выкрикивая русские слова, он опередил их на спринте.


"Малли! Твоя команда!"


Они построились и перебежали, но не так эффективно. "Здесь, ложись, целься на север".


Они ложатся на асфальт.


Я включил радио. "Уилко, это неподвижные охранники, следящие за плохими парнями, сообщи, если сможешь".


"Капрал Эйткен слушает".


"Что ты видишь?"


"О восьми мужчинах, пробирающихся внутрь".


"Где именно они?"


"Скажем, на полпути, в середине взлетно-посадочной полосы, в верхнем конце".


"Твои приятели подбираются к тебе ..."


"Нас четверо, сэр".


"Тогда быстро пройдите на север сотню ярдов и падайте, мы откроем огонь по вашему следующему сигналу, затем вы заходите им в тыл и добиваете их".


"Вас понял. Переезд."


Выключив радио, я сказал: "Старожилы, цельтесь в точку на полпути, в конец взлетно-посадочной полосы. Приготовься. Когда я скажу, уходи ... Я хочу полный журнал, но плотно в этой области и низко."


"Старожилы?" С ухмылкой тихо поинтересовался Далтон.


"Они бывшие бойцы спецназа, их все еще время от времени используют, работают телохранителями, они здесь для некоторой переподготовки".


"Капрал Эйткен для Уилко, на позиции", - прохрипело по радио.


"Пригнись, приготовься".


По радио я сказал "Тюленям": "Прячьтесь за хижинами", и они нырнули внутрь. Я опустился на колени на краю хижины. "Ладно, злобные мародеры Мэлли ... открывайте огонь!"


Перекрывающиеся выстрелы нарастали, латунные гильзы позвякивали на асфальте, было выпущено около двухсот патронов.


"Прекращение огня! Есть травмы?"


Они обменялись взглядами, когда мы заметили отдаленный огонь.


Я ждал, когда обмен мнениями утихнет. "Уилко для Эйткена, докладывай".


" Капрал Эйткен слушает, " подошел запыхавшийся мужчина. "Они развернулись и побежали, когда вы выстрелили, и мы прикончили их всех".


"Не приближайся к телам в темноте, отойди назад и наблюдай, дождись рассвета".


"Вас понял".


Далтон расслабился, когда люди Малли встали и перезарядили оружие. "Не убираете тела?"


"Если кто-то еще жив, я прикажу ранить и убить людей. Мы ждем. Мэлли, отправь своих людей патрулировать восток на милю и вокруг, координируйся с мистером Хейнсом и включай рации, иначе тебя подстрелят по ошибке. И сигнальные вспышки."


Малли увел свой отряд старожилов прочь.


"Мы должны были спать в палатках?" - пожаловался один из Котиков.


"Хижины сегодня у тебя", - сказал я ему. "Многие из меня все равно будут спать за проволокой".


В полночь позвонил Моран, когда я лежал на своей кровати, Тюлени выбирали кровати и пользовались ими, оружие было почищено. "Мы нашли бордель у главной дороги, повсюду вооруженные люди".


"Есть вооруженные люди в форме?"


"Пока нет".


"Убейте всех вооруженных охранников одним движением, затем уходите, отрицайте это здесь. Это место, вероятно, используется несколькими армейскими офицерами, но оно зависит от банд и торговли молодыми филиппинскими девушками, которыми торгуют мужчины, которых мы хотим убить."


"Мы выставим им счет". Десять минут спустя он снова включился, теперь немного запыхавшись. "Мы сбили охрану, неоновые вывески, аквариум, транспортные средства ..."


"Капитан, вы развлекались или выполняли работу, ради которой мы здесь?" Я дразнил.


"Оба".


Хорошая работа. Посмотрите еще что-нибудь подобное и набросьтесь на них. " Я только что положил трубку, когда снова раздалась трель. "Уилко".


"Это Рокко, приближается лодка. Мы на том причале на пляже."


"Гражданская лодка?"


"Да, медленно затягивающаяся старая штука".


"Люди с винтовками?"


"Один или два".


"Если это похоже на вооруженных людей, стреляйте в них, но без риска, бейте их на причале. Уилко на свободе."


Двадцать минут спустя он вернулся, тюлени лежали, заложив руки за головы. "Мы напали на них, когда они добрались до пляжа, приклеили их, и гребаная лодка, она в грязи".


"Лодка?"


"Да, ты знаешь, сесть на мель".


"Сколько людей?"


"Больше двадцати. Они прятались внизу, затем поднялись наверх, некоторые открыли ответный огонь."


"Есть раненые?"


"Пара осколков, никакой драмы".


"Дождись рассвета, дважды нажми, хорошенько посмотри, я пришлю малазийцев". Я слышал стрельбу. "Кто-то еще жив?"


" Да, на палубе ...


Раздался взрыв, и я выстрелил вверх. "Рокко! Потрясающе!"


Тюлени вскочили, приняли выжидательные взгляды.


"Рокко!"


"Да, я в порядке, никто из нас не ранен", - выдохнул он. "Но мы все глухие и покрыты дерьмом, деревом и грязью, еще несколькими занозами".


"Что, черт возьми, произошло?"


"Какой-то ублюдок с бомбой, мы попали в нее по ошибке, или они выдернули чеку".


"Отступи, вернись ко мне, это приказ! Сообщите об этом, если у вас есть раненые. Понял!"


"Да, да".


Отключив телефон, Далтон резко спросил: "Что случилось?"


"Мои люди открыли огонь по лодке, когда она подходила, увидели боевиков, и она взорвалась".


"Взрывчатка на борту".


Я кивнул. "Что означает, что они намеревались использовать эти взрывчатые вещества где-то здесь, например, на этой базе. И британский чиновник предупредил меня именно об этом." Я позвонил сестре, когда морские котики обменялись обеспокоенными взглядами.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко на Борнео. Срочно обновите малайзийское: мои люди остановили лодку с вооруженными людьми на борту, но также и со взрывчаткой - которая сдетонировала. Пусть они ищут лодку к северо-востоку от моего кармана на рассвете. И предложи им перекрыть дорогу между моим местоположением и туристическими районами. Высший приоритет."


"Ок, понял".


Положив трубку, Далтон спросил: "Что вас здесь беспокоит?"


"Бомба в туристическом отеле в ответ на мое присутствие здесь ... это моя гребаная забота. Мы пришли спасать жизни людей, а не убивать туристов!"


"Местные парни дают сдачи", - заметил сержант. "У тебя достаточно людей?"


"Для ближайших десяти миль, да, не для тысячи квадратных миль джунглей и береговой линии, которые нам нужно было бы покрыть. И мы не можем начать спасательную операцию, пока в этом районе не успокоится. Но на подходе еще больше людей."


Меня разбудил толчок, когда появился Рокко, а я спал в своем снаряжении, держа в руках винтовку. Зевок, и я проснулся, когда подошел грязные ботинки, кровати были заняты, несколько человек скулили по поводу тюленей на их бывших кроватях. Но там было достаточно пустых кроватей.


Достав аптечку первой помощи, я начал с заноз и порезов, Тюлени проснулись, но затем снова легли, некоторые наблюдали за моей медицинской работой. У Томо была неприятная заноза под скальпом, потребовалось наложить несколько швов, у Николсона такая же болезненная рана.


"Томо, Николсон, два дня простоя, потом вы покажете мне рану. Попросите завтра сделать уколы антибиотика."


У Слайдера был глубокий удар, поэтому его отправили к сонным медикам, несколько парней осмотрели, смазали порезы кремом и перевязали. Когда Слайдер вернулся к нам, я также дал ему двухдневный перерыв, парни теперь вымыты, полуголые, выпивка выпита, кровати заняты. Но большинству не хотелось спать, они выспались днем.


Как раз в тот момент, когда мужчины устраивались поудобнее, достав несколько журналов, чтобы почитать, мимо прошел голый наш парень из JIC. Я посмотрел на Рокко, который посмотрел в ответ, сильно нахмурившись, и мы оба встали и посмотрели на дверь. Вот он, толстая белая задница, прогуливается совершенно голый. Я пошел за ним.


"Сэр?"


"Э-э".


"Сэр, возвращайтесь в постель".


"Что. Ах да, снова в постель."


Я привел его обратно и нашел его комнату, мужчина был в бреду, и слишком долгий сон на фоне смены часовых поясов мог сделать это достаточно легко. Я закрыл дверь, когда он лег.


Вернувшись в хижину, Роко сказал: "Какого хрена..?"


"Он заснул по пути к выходу, затем лег в постель и проспал целых 24 часа, и теперь он не может от этого избавиться. Чертовски безумный."


"Кто этот парень?" - Спросил Далтон, все еще бодрствуя.


"Представитель британского правительства, здесь, чтобы присматривать за нами".


"Сфотографируй его обнаженным", - с улыбкой предложил Далтон. "Шантажируй его".


"Я пришлю к нему медиков утром, если только он не выйдет за ворота, тогда мы отправим местную полицию на поиски толстого голого белого парня. Хорошо, слушайте. Если тебе не хочется спать, в соседней комнате выключают свет в пять здесь. И приготовь немного дыма для моззи."


Несколько парней переехали в соседнюю комнату, Рокко был рад поспать, и я вырубил свет. Надев маску и перчатки, я погрузился в сон.


Я тихо выскользнул в 5 утра, не потревожив тюленей, и выпил кофе с двумя медиками, которые были выставлены на ночное дежурство, в лагере было достаточно тихо, местные солдаты охраняли ворота, по крайней мере, с двумя парнями из эскадрильи с ними. Пока я сидел там, я задавался вопросом, что случилось с Сашей и Малли, затем проверил их хижины и обнаружил, что они спят.


Моран пришел промокший насквозь и в грязи, французы все промокли и двигались медленно.


"Какие-нибудь проблемы?" Я спросил Морана.


"Мы наткнулись на небольшой лагерь на реке, шестерых вооруженных людей в хижине, убили их. После этого шел сильный дождь."


"Отряд Рокко был подорван, несколько незначительных ранений".


"Взорван?"


"Они открыли огонь по лодке с бандитами, когда она подходила, но она взорвалась".


"Повезло, что они не поднялись на борт!"


Я кивнул. "И здесь на нас напали восемь человек, мы убили их, норт-энд".


"Как, черт возьми, мы должны были пойти и спасти кого-либо, когда все это происходит?"


"Может потребоваться неделя, чтобы разобраться со здешними бандитами", - предположил я. "Отдохни немного".


Патруль Робби, возглавляемый Свифти - и такой же грязный и промокший, появился некоторое время спустя.


"Все в порядке?" Я спросил.


"Никого не нашел, просто промок", - сообщил Свифти. "Мне не нужна ванна".


"Отряд Рокко был взорван". Я рассказал ему подробности.


"Чертовски повезло", - отметил Робби. "Если бы они двинулись вперед ... уложи нескольких человек."


Я кивнул в знак согласия с этим. "Приведи себя в порядок, поешь, немного отдохни".


Я схватил Хейнса, двух мужчин, и мы пошли на север, с людьми, расположившимися над мертвыми, был установлен радиоконтакт, наши посетители, по сообщениям, ночью не перемещались. Мы проверили тела, забрали удостоверения личности и телефоны, джип, на котором привозили тела, завернутые в пончо. Капитан Вей мог бы с ними справиться.


Там, за скамейками, сидели медики с пивом в руках, мой телефон трезвонил. "Уилко".


"Главный секретарь кабинета министров. Просто интересно, ты ли застрелил парня, которого мы послали, мы потеряли с ним контакт."


"Он был ... перенес смену часовых поясов и лег спать, почувствовав недомогание, И... проспал три дня."


"Он проспал три дня! Эта бесполезная жирная жаба, я собираюсь заменить его."


"Возможно, ему просто было нехорошо".


"Мне все равно, он сказал нам, что хорошо путешествует и работал в тропиках".


"А, ну, это, возможно, было немного преувеличением".


"Отправьте его в аэропорт Кота-Кинабула. В коробке, если хочешь!"


Час спустя появилась небольшая колонна военных грузовиков, солдаты спрыгивали с них, палатки разгружались и устанавливались, складывались припасы. Теперь у нас было шесть больших зеленых палаток, раскладушки и банки с едой, стопки бутилированной воды, так что мы были готовы.


Я поблагодарил солдат, они кивнули в ответ, и они выехали за ворота, когда Риццо вернулся, все его люди были по пояс в грязи.


"Есть раненые?" Я спросил.


"Слейда что-то укусило", - сообщил он.


"Никаких контактов?"


"Ничего, кроме дерьмовых джунглей и болот. И дождь."


"Отдохни немного, но на некоторых кроватях, которые у тебя были, лежат американцы, новые кровати в палатках".


Он устало кивнул и побрел прочь, его люди последовали за ним, лишь немногие улыбались.


"Слэйд, к медикам".


Темные тучи разошлись, и солнце прорвалось за мгновение до того, как я услышал "Геркулес". Он кружил на низкой высоте, и я мог видеть опознавательные знаки австралийских ВВС. Здесь были наши советники.


Приземлившись с ревом и разбудив всех, он остановился на полпути по полосе, пандус опущен, две шеренги мужчин с большими рюкзаками выходят, все подходят ко мне, винтовки в руках, странно выглядящие Steyr Aug F88.


Капитан спросил: "Ты Уилко?"


"Я боюсь". Мы пожали друг другу руки.


"Капитан Несбит, 1-я эскадрилья, SAS". Он выглядел соответственно роли, большой и крепкий, сильно загорелый, как и его люди.


Я наблюдал за его людьми, когда они сбрасывали сумки и заходили на базу. "Тебе все еще больно после крушения вертолета?"


"Уничтожено почти целых два отряда; одна эта авария уничтожила десять процентов наших людей".


Я кивнул. "Я попросил советников, так что ... тебе не терпится получить еще несколько травм?"


Они обменялись взглядами. Один человек сказал: "Не опаснее, чем падающий гребаный вертолет".


"Как часто говорят мои люди. И с нами эквивалент французской SAS, и они потеряли на вертолетах больше людей, чем во всех других операциях, вместе взятых и умноженных на десять. Итак, мы знаем, что ты чувствуешь. Сюда." Я привел их к палатке, предложив при необходимости воспользоваться палаткой по соседству, но предупредил их о том, что по дороге их встретят другие люди.


Несбит сказал мне: "У тебя здесь оперативный контроль, мы должны следовать твоим приказам. Итак, каков план игры?"


Расположившись в первой большой палатке, мужчины повернулись ко мне. "Когда мы приехали сюда, мы решили, что сначала обезопасим это место - как разумный шаг. Первый день, первые патрули, мы убили двадцать вооруженных людей, подверглись нападению здесь в ту первую ночь, и прошлой ночью, тела сложены в кучу.


"Всегда держите оружие при себе, следите за линией деревьев, спите с ним под рукой. План таков ... когда здесь все стихнет, мы попытаемся найти заложников. Поставьте двух человек на охоту вокруг этих палаток днем и ночью, будьте начеку, но у нас есть люди на линии деревьев и бродячие патрули, люди на крыше УВД. Не стреляй в кого-нибудь, если не будешь чертовски уверен."


"У меня есть для тебя несколько карт и информация", - упоминает Несбит, передавая пачку.


"Вам, мужчины, нужен отдых?" Я спросил их.


"Долгий перелет", - жаловались они.


"Тогда сегодня отдыхай, а завтра отправляйся в патруль. У нас есть цыплята, рис и вода, с нами медики и морские котики США. На данный момент, успокойся, но ... если услышите стрельбу, выходите на палубу."


Я сделал паузу и вгляделся в их лица. "Джентльмены, как уже упоминалось, у меня есть оперативный контроль, и я управляю жестким кораблем, без придирок - мне нужны хладнокровные профессионалы. Если ты создашь проблемы... ты получаешь пулю в ногу и уезжаешь. Я не такой, как другие капитаны." Я оставил их переглядываться.


Я отнес пакет капитану Харрису, и мы сидели и смотрели на него, отмеченные места, где у коммунистов были опорные пункты на двух главных островах и Минданао, все полезные вещи. Я оставил его изучать это.


Выйдя на улицу, Хьюи вернулся, наш майор и его помощник высадились до того, как он отъехал. Он остановился и уставился на тела.


"Что здесь произошло?"


"Эти люди пришли к северной ограде, сэр, мы убили их".


"Я пролетел над взорвавшейся лодкой, над пляжем, полным мертвецов. Я никогда не видел столько мертвецов."


"На лодке были вооруженные люди и взрывчатка, мои люди пострадали, когда она взорвалась, сэр".


Он кивнул, встал, уперев руки в бедра, все еще рассматривая тела. "Я вижу, у вас есть палатки".


"Да, сэр, весьма признателен. Там австралийский спецназ."


"Ах, тогда я должен поздороваться".


"И американские морские котики тоже здесь".


"Они хотят вернуть заложников из разных стран".


"Да, сэр, но сначала нам нужно тихое место для работы, поэтому мы будем патрулировать здесь".


Он кивнул, снова задержавшись на телах.


"Возможно, вы могли бы организовать для нас перемещение этого, сэр, и принести несколько мешков для трупов".


"Да, конечно. Сколько мешков для трупов?"


"Сколько там вооруженных людей?"


Его глаза расширились. "Это все равно что жить в одном из тех тренировочных сценариев в Гринвиче".


"Теперь вам будет что добавить к ним, сэр. О, и несколько мешков с песком, много мешков, полных песка, а не пустых."


"Да, я распоряжусь, чтобы кое-что доставили".


Перед обедом я посоветовался с Хейнсом и попросил его изменить статичные позиции и патрулировать на расстоянии 500 ярдов. Некоторые из моих парней были в сознании, и при этом никто не пострадал, поэтому я собрал патруль во главе с Генри, и они двинулись на север, семь человек.


Сидели за обедом, присутствовали морские котики, австралийский SAS и парни из 2-х эскадрилий, появились грузовики, малайцы вскоре передали мешки с песком. Я попросил их сделать стену позади палаток высотой около трех футов.


Хейнс установил дюжину мешков с песком на плоской крыше, оборудовал огневые позиции, соорудил пончо, когда на крышу были водружены старые металлические каркасы кроватей. Вскоре у нас было круговое снайперское прикрытие в любую погоду.


Томо подошел и сел. "У меня, блядь, голова раскалывается".


"Попросите медиков дать вам какие-нибудь антибиотики, проверьте, нет ли инфекции".


Несбит повернул голову. "На минуту я подумал, что у тебя похмелье".


"Здесь нам так не везет", - возразил Томо.


"Вчера в грузовике было немного пива", - лениво сообщил я им.


Несбит спросил Томо: "Как долго ты в деле?"


"В чем? В Эхо? Прошло три года."


"Коротышка, да", - прокомментировал австралиец в конце стола.


Я повернул голову к мужчине. "На его счету более сотни подтвержденных убийств, он один из моих лучших снайперов. Если вам нужен хороший совет о службе в армии, спросите его ", - нахально сказал я мужчине, который перестал улыбаться.


Австралиец уставился на него в ответ. "Сотня?" спросил он со скептическим видом.


"Мои люди каждый месяц выходят на оперативные задания, делали это годами, а в таких местах, как Сьерра-Леоне, они сражались каждый день неделями, каждый убивал по двадцать человек или больше в день. Через некоторое время они перестают вести счет."


"Как получилось, что у тебя так много работ?" - Спросил Несбит.


"После наших первых нескольких успехов наши боссы и политики - британские и французские - захотели больше хороших заголовков в газетах. Мы продолжали идти вперед, было мало раненых и смертей, много заложников и хорошие результаты, а такие рабочие места, как Ангола, попали в заголовки газет. Итак, мы продолжаем ... пока мы не облажаемся и не получим плохой заголовок."


"Я читал об Анголе", - вставил Несбит. "И Сомали. И ваше подразделение отделено от обычного SAS?"


"Мое подразделение набирает лучших людей из всех вооруженных сил и иностранных вооруженных сил. У нас есть лейтенант сил Дельта, два француза, новозеландец, даже русский перебежчик. Два отряда, шестнадцать человек плюс вспомогательный персонал, но мы часто берем с собой обычных солдат SAS, как на этой работе. Один регулярный отряд здесь, два в пути."


Далтон спросил: "Этот Дельта, он хорош?"


"Убито больше, чем у тебя пальцев на руках и ногах, много месяцев действий на любой местности. Он надежен, все мои люди надежны, и все они завершили несколько оперативных операций по удалению ОРЕОЛА. Даже у моего младшего сына, Смитти, которого выпустили из военной тюрьмы, подтвержденных убийств больше, чем он мог вспомнить."


Я указал на Томо. "Мой парень любит расстраивать маленьких мальчиков".


"Ты что?" Спросил Несбит, взглянув на Томо.


"На его первой работе, в пустыне, к нему подошел десятилетний ребенок, вытащил пистолет и всадил в него несколько пуль".


"Все еще есть шрамы", - с усмешкой отметил Томо. "Две пули попали в мой комплект, иначе меня бы здесь не было".


"Адская первая работа", - отметил Далтон. "Почти твоя последняя".


Я столкнулся с Далтоном. "Однажды вечером, вернувшись на базу, он заезжает с девушкой, трахает ее на капоте своей машины в конце взлетно-посадочной полосы, ни о чем не подозревая. Он не знал, что у нас были гости для тренировки, семнадцать человек, спрятанных в конце взлетно-посадочной полосы, которым было велено записывать то, что они наблюдают во время своих скрытых операций."


Мужчины громко рассмеялись.


"Кровавые извращенцы", - выдохнул Томо.


Несбит спросил Томо: "Они поставили тебе хорошую оценку, баллы из десяти?" Хорошая техника секса?"


Я добавил, улыбаясь: "Он хорошо стреляет, но был оштрафован за то, что стрелял бандитам в задницу или по яйцам".


Они снова рассмеялись.


"Но Николсон лучше, идеальный солдат, хорошее отношение. Он всегда попадает туда, куда целится, даже с расстояния 800 ярдов."


"И у тебя всегда есть эти АК47?" - спросил Несбит.


"АКМЛ, российский стандарт 7,62 мм, ствол 20 дюймов, телескопический или подствольный прицел. Очень надежный, и мы берем боеприпасы у мертвых", - сказал я им. "У меня никогда не было остановки, ни в джунглях, ни на песке. Французское эхо скопировало нас."


"Они так же хороши, как ты?" - спросил австралиец.


"Не совсем, и у них не так много опыта, но они надежные, хорошие парни, с большим опытом работы в пустынях Западной Африки".


"А Дельты, с которыми ты работал?" Далтон нажал.


"У нас хорошие люди и хорошие навыки, не так уж много действий за эти годы. И главное - видеть действие, никаких бумажных мишеней."


Рев нарастал, приближался морской ястреб.


"Еще кто-то из ваших?" Я спросил Далтона.


"Никого не ожидаю".


"Морской ястреб" приземлился, двое мужчин спрыгнули вниз, в гражданской одежде и бежевых жилетах, с сумками в руках. Они подошли, и я встал.


" Ты Уилко? " спросил первый мужчина.


"Я боюсь". Мы пожали друг другу руки.


"Стив Фрэнкс. Где-нибудь мы сможем поговорить?"


Я повел их к кирпичным зданиям, спрашивая, есть ли для них комнаты. Малайский майор приказал своим людям съехать, освободив шесть дополнительных кроватей. Мои новые гости сбросили сумки, затем мы отправились на прогулку.


"Мы из ЦРУ, базируемся в Маниле, прикреплены к флоту".


"Я так и думал".


"Мы поможем координировать все. Как все устроено?"


"Со мной три отряда, еще двое в пути, ваши "Котики" здесь, всего восемь, теперь австралийский SAS, два отряда. Когда мы добрались сюда, я разослал патрули, и мы складывали тела, на нас здесь дважды нападали, ночью люди на проводе."


Они осмотрели забор и дорогу, теперь обеспокоены.


"А план?"


"План состоит в том, чтобы убить каждого стрелка в радиусе пятидесяти миль, затем подумать о заложниках, а не беспокоиться об этой базе или людях, наблюдающих за нашими передвижениями".


"Кажется, это хороший подход", - отметил первый мужчина. "Но как насчет малайских солдат?"


"Я перевез их всех обратно, я не хочу того, что мы здесь делаем ... замечен."


Они обменялись взглядами. "Что-то, чего мы не знаем?"


"Зависит от того, насколько высоко ты стоишь в пищевой цепочке".


"Не так высоко, как ты, так что выкладывай".


"Вашингтон хотел бы, чтобы "плохих парней" сократили, в дополнение к возвращению заложников".


"Здесь?" - недоумевали они.


"Нет", - сказал я им.


"Ах, острова. Адская задача ..?"


"Мы будем действовать постепенно. Пока что мы их так разозлили, что они все идут сюда."


"Мы могли бы усилить морское патрулирование".


"Не надо, пусть они придут, мы не хотим, чтобы их арестовали".


"Временные рамки?"


"Мне негде быть на этой неделе", - съязвил я.


"Что знают другие?"


"Только о заложниках, больше ничего, но они знают, что сначала нам нужно обезвредить плохих парней". Мой телефон зазвонил. "Извините". Я отошел. "Уилко".


"Это твой босс".


Я улыбнулся. "Верно, босс".


"Как дела?"


"Как на Олимпийских играх, здесь мужчины из многих стран. Австралийцы, американцы, французы, все виды."


"Какие-нибудь проблемы?"


"Пока... мы по колено увязли в местных боевиках и даже не думаем о заложниках. Здесь тоже было два нападения."


"Нападения? Значит, они знают, что ты там!"


"Они делают, и они хотят отомстить за своих шестьдесят или семьдесят павших товарищей".


"Кровавый ад. Вот и все, что нужно для сдержанности. Каков план?"


"Мы будем патрулировать, пока не перестанем находить людей для стрельбы, затем пойдем посмотрим на заложников."


"Есть все, что тебе нужно?"


"Более чем достаточно, спасибо, что спросили", - легкомысленно предложила я. "О, ЦРУ здесь, они помогают".


"Я разговаривал со своим оппонентом, встречался с ним несколько раз до этого, мы на одной волне, премьер-министр тоже".


"Тогда мы будем делать это день за днем".


Я приготовил еду для наших гостей, которые сидели и болтали с тюленями.


"Кто эти парни?" Несбит попросил меня отойти от столов.


"ЦРУ".


"Я работал с несколькими, предпочел бы не работать". Он задержал свой пристальный взгляд на мне.


"Они не будут взаимодействовать с вами здесь, никакой политики, это моя область. Но они знают, где заложники, поэтому они нам нужны. Все как одна большая счастливая семья, да."


Он не выглядел убежденным.


Большинство парней из "Эхо" и французов проснулись и ели в 5 вечера, и местность выглядела как вечеринка с барбекю, а не как военная база. Виски разжег костер, свиней застрелили и вернули обратно, теперь их поджаривают.


Саша и его команда были готовы, Малли и его команда тоже готовились, и их отправили первыми на восток, к пляжу, одного - двигаться на север, к заливу, другого - на юг, возвращаться к рассвету. Я пожелал им всего наилучшего.


Час спустя Echo были готовы, сформированы три отряда, три французских отряда, за ними наблюдали австралийцы и морские котики, несколько парней из 2-го эскадрона наслаждались свининой и ветчиной.


Я снова отправил Свифти и Робби на юг, они знали местность, Рокко на северо-запад, Риццо на северо-восток к побережью, а затем на север. Французы разместили бы один отряд в пятистах ярдах к северу, среди деревьев, а два отряда снова двинулись бы на юго-запад, теперь, когда они знали местность.


Вскоре у нас была более тихая база, мужчины сидели, болтая или ужиная, Моран снова патрулировал с французами.


Сидел с австралийцами, час спустя открылись ребята с крыши, все вышли на палубу. Я перекатился, поднимая винтовку и ныряя за мешки с песком, вскоре целясь в передние ворота, грузовик остановился, на дороге лежало тело. Я открыл огонь по грузовику, австралийцы и морские котики присоединились, всех, кто был в грузовике, разорвало в клочья.


"Прекращение огня!" Я закричал, затем передал это по радио во 2-ю эскадрилью.


Солдаты у главных ворот нырнули вниз, а теперь встали и осторожно двинулись вперед, осматривая грузовик, тела, утащенные вниз.


Я вскарабкался на крышу. "Кто выстрелил первым?"


"Я видел, сэр, видел человека с винтовкой, который пытался взвести курок".


"Хорошая работа, но будьте осторожны, это могла быть местная полиция или армия".


"Надеюсь, не в таком дерьмовом грузовике, как этот, сэр, - и он проехал мимо три раза".


"Хорошая работа, будь начеку, ночь еще не закончилась".


Я вышел к грузовику и посмотрел, восемь мертвых боевиков, винтовки найдены.


Вернувшись на барбекю, Несбит сказал: "Как, черт возьми, мы собирались хоть немного поспать? А в палатках?"


"У вас есть мешки с песком, так что либо палатки, либо укрытие в джунглях".


"Мы могли бы поставить наши раскладушки в том ангаре".


"Ладно, угощайся".


Другой австралиец сказал: "Как насчет того, чтобы перенести чертову палатку между этими кирпичными зданиями, обложив все мешками с песком".


Несбит немного подумал над этим. "Хорошо, все вы, хватайте эту чертову палатку и поднимите ее".


Пока я сидел там с Котиками, у нас была забавная сцена с большой палаткой в движении. "Немного влево, твоя левая, ровно ..." Приземлился, плотно прилегает, входные створки обращены в эту сторону, они передвинули мешки с песком и соорудили стену, сдвинули раскладушки, притащили снаряжение.


Виски принес мне остатки ветчины, когда появился наш шеф-повар, на этот раз в одежде.


"Вы в порядке, сэр?" Я спросил, когда он сел. Я дал ему воды.


"Спал тяжело, после перелета. Я что-нибудь пропустил?"


Далтон поймал мой взгляд и спрятал ухмылку.


"Три дня непрерывных сражений. Ты все это проспал?" Я спросил.


"Три дня? Боже мой. Я думал, мы добрались сюда вчера."


Далтон повернул голову. "Вчера было твое приключение по хождению голышом во сне, приятель".


Наш сотрудник JIC выглядел испуганным. "Я этого не делал, не так ли?"


"Ты сделал", - подтвердил я. "Но не волнуйся, ты не ходил во сне во время нападения".


Далтон похлопал мужчину по руке и указал большим пальцем на дорогу.


Наш сотрудник JIC осмотрел тела, когда их перевозили. "Вот это да". Он повернулся ко мне лицом. "Прости. Ты ... не будешь упоминать об этом в Лондоне?"


"Нет, сэр, расслабьтесь. Пейте много воды, это помогает. О, они хотят, чтобы ты вернулся завтра, чтобы улететь. Очевидно, они пытались дозвониться до тебя, и когда я объяснил, что тебе нездоровится ... они решили заменить тебя."


"Жук. И все же, это дерьмовое место."


"Я думаю, это удобно", - сказал я ему.


Далтон сказал: "Я собираюсь сменить несколько человек в охране, помогите. Это оживленное место, удобное или нет."


"Все это помогает. Спасибо." Позже я забрел в палатку австралийцев, когда выходил Несбит. "Не могли бы вы начать смену оленей, ночь может быть долгой".


Он кивнул. "Для некоторых здесь это их первый выстрел в гневе".


"Подожди час, может быть, это их второй шанс", - съязвил я.


В хижине пока были только я, Томо, Николсон и Слайдер.


"Драма окончена?" - Спросил Слайдер.


Стрельба из проезжающей мимо машины" которой никогда не было. Стены здесь в порядке."


"Что делают инструкторы по парашютному спорту?" - Спросил Слайдер.


"Наверное, у них под кроватями", - сказал я ему. "Сегодня у них была тренировка, патрулирование, без единого выстрела". Я расслабился. "Мне лучше всего их успокоить".


В их хижине, которую они делили с парнями из 2-го эскадрона, я собрал их. "Установите оленя, двое мужчин включены, двое выключены, винтовки под рукой, но будьте чертовски осторожны, в кого стреляете. Эти стены в порядке."


"Что это был за грузовик?" - спросил один


"Они как раз собирались открыть по нам огонь, люди на крыше заметили их первыми".


"Это не совсем то, на что мы подписывались, сэр", - заметил один из них.


Я прижал к груди свою винтовку. "Ну, вот в чем дело. SAS не хотят использовать тебя для тренировки HALO, потому что ты ни разу не выстрелил в гневе и не сбросил HALO по-настоящему. Итак, сейчас у тебя есть шанс заслужить немного уважения. Независимо от того, сделаешь ты это или нет... решать вам. Просто. И в конце я пишу отчет для командующего ВВС."


Они обменялись обеспокоенными взглядами, когда я уходил.


Я поговорил с охранниками ворот, малайцем и несколькими парнями из 2-го эскадрона, осмотрелся с крыши УВД и поставил Николсона и Томо наготове со Слайдером, на случай, если возникнут проблемы. Даже виски было велено приготовить.


В 10 часов вечера я сидел на скамейках, думая, что моей задачей было попытаться успокоить всех и поддержать настроение, я услышал легкий свистящий звук и нырнул вниз, крича: "Приближается!"


Миномет попал во внешнее ограждение, слишком далеко, чтобы причинить кому-либо вред, австралийцы складывают палатку и прячутся за своей позицией из мешков с песком.


"Лежать!" Я закричал. Отключив телефон, я позвонил Морану. "Где ты?"


"В нескольких милях к юго-западу".


"Возвращайся, нас обстреливают из минометов, я думаю, с юга, так что удвоь время и найди этот миномет, скажем, в тысяче ярдов южнее, может, больше. Верните оба своих патруля обратно."


"Хорошо, теперь двигаемся".


Мой телефон зазвонил, когда я лежал там на влажной земле. "Уилко".


"Это Мэлли, мы слышали взрыв".


В дело вступил миномет. Где ты?"


"В миле к юго-востоку, недалеко от пляжа".


"Двигайтесь вглубь страны, предположим, что миномет находится в 1500 ярдах к югу от нас, французы приближаются с юга, так что следите за огнем".


"Сейчас двигаемся".


Либан вышел со статичной позицией на север и теперь позвонил мне. "Ты в порядке?"


"Да, минометчик пришел".


"Ты хочешь, чтобы мы вернулись?"


"Нет, оставайся там, защищай север, твои патрули на юге возвращаются".


"Хорошо, мы остаемся здесь".


Положив трубку, свист раздался снова.


"Приближается!" - закричали многие мужчины.


Миномет каким-то образом прошел прямо сквозь крышу ангара и попал в "Номад", огромная вспышка желтого пламени осветила местность.


"Мистер Хейнс, снимите людей с крыши!" Я закричал, когда сбавил обороты.


Слайдер, Томо и Николсон появились рядом со мной. "Мы кого-то расстроили?" Спокойно спросил Слайдер.


Я столкнулся с ними. "Ты достаточно здоров, чтобы выйти?"


"Да, без проблем".


"Идите на юг, в конец полосы, и на расстоянии пятисот ярдов ищите тот минометный расчет. Но Малли наступает с востока, Моран и французы наступают с юга, так что будьте очень осторожны, в кого стреляете. Вперед."


Они убежали в спринте.


"Медики, возьмите несколько мешков с песком, небольшую стену перед вашей дверью и черный ход". Они побежали к мешкам с песком, девочки тоже присоединились. "Морские котики, возьмите несколько мешков с песком, постройте две длинные линии высотой в два мешка, чтобы люди могли в них нырнуть. Как и вы, люди. Вперед!"


Медики сложили шесть мешков с песком - подставки, сделанные, когда Несбит пробежал мимо.


"Если миномет попадет в эту чертову палатку...!"


Рискованная работа, капитан. И если это слишком рискованно, спрячься в джунглях до рассвета, затем мы отправим тебя домой." Я отвернулся.


"Дерзкий ублюдок!" - прорычал он, и я обернулся. "Я не говорил, что мы боимся, я должен думать о своих людях!"


"Тогда произведи оценку риска", - сказал я ему. "Оставайся или уходи, мешок с песком или нет. Но через десять минут мы убьем расчет минометчика. Хорошо?"


Он смотрел мимо меня. "Если бы я потерял десять человек из-за миномета ..."


Я вздохнул. "Я знаю, и тебе все еще больно, и это не твоя битва, но ты не отказываешься от этой работы, потому что на последней работе погибли люди. Когда вы вернетесь, вы можете больше не стрелять в гневе в течение года или больше. Подумай об этом."


Он сдулся. "Я отвечаю за парней", - сказал он, теперь уже спокойнее. "Может быть, чересчур заботливый".


Я воспользовался моментом. Вернувшись на базу" я встретил детей моего парня Робби, а затем попросил его найти другое жилье. Видится со своими детьми ... Я не хотел брать его с собой на эту работу."


Он кивнул. "Мне знакомо это чувство. Когда папа вернется домой?"


"Я не буду общаться с семьями моих людей, и мне еще предстоит написать чьим-то родителям. Другие делают это за меня."


"Лондон думает, что ты любишь рисковать?"


"Нет, но все хотят, чтобы жертв было меньше. Они видели, как я предупреждал об опасностях, и в полевых условиях я не посылаю своих людей вперед проверять тела. Я стараюсь снизить риски."


Свист сбивает нас с ног, крики отдаются эхом, миномет повреждает хижину, ближайшую к ангару.


"Их цель хороша", - отметил я.


Послышались отдаленные раскаты. Вставая, я поправил наушник. "Это Уилко, доложи о произведенных выстрелах".


"Это Слайдер, мы поразили их с расстояния в четыреста ярдов, трое сбиты".


"Не приближайся, но прикрой миномет".


"Это Мэлли, мы как раз собирались открыться, мы в пятидесяти ярдах к востоку".


"Дважды нажмите, подождите капитана Морана".


Я оглядел людей на полу. "Все в порядке, минометный расчет мертв, дела как обычно".


Тюлени выбрались из мешка с песком, скребущего раковину.


"Есть раненые?" Мортен спросил меня.


"Не сообщается", - сказал я ему.


Он повернулся лицом к ангару, руки на бедрах. "Кто-то не будет счастлив утром".


Левое крыло "Номада" взорвалось, горящие обломки достигли палатки австралийцев, люди выбегали, Несбит кричал, когда мы оба приближались. Комплект был схвачен, но палатка сгорела дотла до алюминиевых каркасов за шестьдесят секунд и перестала гореть сама по себе. Потом начался дождь, и я начал смеяться.


Несбит повернулся ко мне, вскинул руки в воздух и вздохнул. "Хорошо, уберите эту чертову палатку, возьмите другую, пока мы все не утонули. Давай, на двойную!"


Тюлени добрались до моей хижины, укрывшись от дождя, все улыбались австралийцам. Как я наблюдал вместе с Мортеном, австралийцы выбросили старую палатку, то, что от нее осталось, и захватили следующую. Тем не менее, они практиковались в этом.


"Просто стой там и ухмыляйся", - сказал мне Несбит. "Или мы могли бы подумать, что тебе это нравится".


"Мы наслаждаемся этим", - сказал я ему. "Это будет отличная история за кружечкой пива".


Капитан Харрис пришел в себя, накинув на себя пончо. "Минометы закончили?"


"Пока", - сказал я ему.


"Тот сожженный самолет кого-нибудь разозлит. Капитан Вей говорит, что это гражданский самолет, остановленный для мелкого ремонта, что-то вроде того, что им владеет почтовое отделение."


Вставил Мортен: "Будет трудно претендовать на страховку. Я бы предположил, что нет раздела для минометов."


Мой телефон зазвонил.


"Это Моран, у нас есть миномет, Малли здесь, трое убитых. Мертвые боевики, не Малли."


"Внесите это, пожалуйста, тела пока оставьте, возьмите удостоверения личности и телефоны".


"Здесь шесть раковин".


"Принеси их тоже, но очень, блядь, осторожно. Подожди, я пришлю джип, поставь оленя там и дальше ". Положив трубку, я повернулся к капитану Харрису. "Попросите капитана Вея отправить джип на юг на тысячу ярдов, забрать миномет".


Харрис повернулся и зашлепал прочь по лужам, его пончо блестело в свете высоких фонарей на фартуке.


"Беда для Уилко".


"Продолжай".


"Где ты хочешь, чтобы мы были?"


"Возвращайся на восток, затем на юг на милю, зигзагом, проверь ту местность, возвращайся к рассвету".


"Хорошо, сейчас уходим".


Что-то в горящем самолете взорвалось, и мы все смотрели, но на этот раз в палатку австралийцев ничего не попало, самолет в основном сгорел дотла, превратившись в груду металлолома, поднимался дым.


Я подошел к палатке австралийца. "Тебе там уютно?"


"Ты прав, будет хорошая история за пивом", - согласился Несбит, и его люди улыбнулись. "Кому принадлежит этот самолет?"


"Малайское почтовое отделение".


"Утром они не будут счастливы", - предположил мужчина.


"Есть ли шанс получить еще мешки с песком, шкипер?" - спросил другой мужчина.


"Утром я узнаю больше, намного больше".


"Капитан Уилко?" Хейнс позвал с расстояния в десять ярдов. "Люди возвращаются на крышу?"


"Да, продолжай".


"Немного рискованно находиться на чертовой крыше", - прокомментировал мужчина.


"Не более рискованно, чем где-либо еще", - ответил я. "Но у нас есть миномет, так что постарайся уснуть, завтра тебе предстоит патрулирование".


"Правила ведения боевых действий?" - спросил мужчина.


Местная полиция и армия отступили, и у них есть M16. Если увидишь какого-нибудь идиота с АК47 - пристрели ублюдка. Все просто."


"И каковы шансы встретить вражеский патруль, идущий в другую сторону?" - спросил сержант.


"Примерно ... вероятность этого восемьдесят процентов", - сказал я им. "Так что хорошо маскируйся, двигайся тихо, прочная огневая позиция, стреляй первым. И не охраняйте тела, обходите их стороной, дважды нажмите. Если вы выйдете из укрытия, чтобы проверить тела... раненый человек может убить кого-то из вас, так что не делайте этого. Убедитесь, что у вас есть наша радиочастота, и ... у вас есть спутниковые телефоны?"


"У нас их двое", - вставил Несбит.


"Убедитесь, что у вас есть наши номера, прежде чем выходить".


"Вертолеты для эвакуации?" спросил мужчина.


"Возможно, в этом районе есть кто-то из них, американцы тоже наготове. Только не дай себя подстрелить."


Я обошел командный пункт, минометная труба теперь снаружи, снаряды выстроились в ряд, все проснулись - и обеспокоенные, двое моих парней из ЦРУ сидели, потягивая кофе.


"Приятное местечко", - съязвил Фрэнкс.


"У нас есть минометный расчет, но нам понадобится больше людей за колючей проволокой. Там джунгли, так что подкрасться к этому месту легко."


"Не могу начать операцию, пока здесь не успокоится", - сказал мне Фрэнкс.


Я кивнул. "Но у них заканчиваются теплые тела, так что... это пособие."


В хижине инструктора по парашютному спорту я обнаружил Виски, который сидел и болтал с ними. "Вы все в порядке?"


"Мы были под кроватями!"


"Лучшее место, где можно находиться, когда идут минометы, но они у нас есть, так что немного поспи. А теперь тебе есть что рассказать за кружкой пива. Ты... хочешь, чтобы тебя завтра отправили домой?"


"Нет, сэр", - твердо прозвучало в ответ.


"Хорошо. Тогда Виски может снова взять тебя в патруль на несколько часов."


Снаружи, когда наши медики приводили в порядок влажные скамейки и, казалось бы, были в хорошем настроении, позвонил полковник Дин.


"Добрый вечер, сэр".


"Доброе утро. Как дела?"


"Ну, у нас были постоянные перестрелки в течение трех дней, и у нас только что был минометный обстрел, уничтожен самолет, повреждены здания".


"Кровавый ад. Кто-нибудь пострадал?"


"Несколько незначительных ран, одна из твоих вернулась с царапиной".


"И это отступление?"


"В некотором смысле, потому что нам нужно, чтобы в этом месте было тихо, прежде чем мы переедем, и мы не хотим, чтобы люди сообщали о наших передвижениях, поэтому сначала мы должны разобраться с местными плохими парнями".


"Да, конечно. И два других моих отряда должны быть с вами очень скоро."


"Это поможет, сэр, это большие старые джунгли".


"Значит, ты еще не просмотрел ни одного спасения?"


"Все еще пытаюсь контролировать линию деревьев, сэр. Взлетающий самолет был бы обстрелян."


"Да, я это вижу. Как насчет местных солдат."


"Я отослал их, не хотел, чтобы они были рядом".


"Почему нет?"


"Частью миссии является борьба с коммунистами, и пока у нас есть хорошие результаты, так что я не огорчен происходящим".


"Местные солдаты расходятся по домам, это замечают, плохие мальчики выходят поиграть, а ты их хоронишь. Да, я вижу это, но когда им надоест и они разойдутся по домам?"


"Трудно сказать, сэр. Я бы сказал, по крайней мере, неделю. Но чем больше их мы поражаем, тем безопаснее этот регион для европейских туристов, так что это часть работы, сэр."


"Ладно, что ж, удачи; если что-нибудь понадобится, просто звони".


"Сойдет. Благодарю вас, сэр."


Моран вошел с французским парнем, которому нужен был медик, что-то укусило его. Он повернулся лицом к дымящемуся ангару. "Мы принимаем удар?"


"Самолет сгорел дотла".


"Плохое место, чтобы оставить это. Раненых нет?"


"Нет, все вышло из строя вовремя, три попадания, одна хижина повреждена".


"Что это?" Спросил Моран, указывая на сгоревшую палатку.


"На австралийскую палатку обрушились горящие обломки, она сгорела дотла примерно за тридцать секунд, поэтому они захватили другую. У вас там есть статичные позиции внизу?"


"Да, территория охвачена".


Я включил радио. "Слайдер, возвращайся".


"Хорошо", - ответили по радио.


Я сидел с Мораном на сырой скамейке, медики делились с нами курицей и рисом, Хейнс сидел в конце, прижимая к уху рацию.


Ближе к полуночи в лагере воцарилась тишина, большинство внутри и спит, в австралийской палатке тихо, двое мужчин на олене, два тюленя у ворот, Николсон на олене возле хижин.


Я ложусь, снимаю грязные ботинки, носки, обдуваю ноги свежим воздухом, несколько Тюленей спят, Слайдер спит, Томо читает книгу.


В 5 утра я тихонько улизнул, Слайдер теперь на олене. "Все тихо?" Я спросил его.


"Да, этим ублюдкам нравится спать в разумное время". Он ткнул большим пальцем через плечо. "Этот самолет выглядит забавно, верхняя половина сгорела, нижняя половина все еще там, колеса целы".


"Возможно, позже будут какие-то повышенные голоса".


"Не наша вина, их страна, они должны следить за этим".


"Эти два больших острова, правительство Филиппин бросило их на произвол судьбы, местная мафия правит".


"Итак, если мы пойдем туда ... любой, у кого есть оружие, - честная добыча."


Я кивнул. "Так оно и есть. Это облегчает нашу работу."


"Сколько вооруженных людей?"


"Тысячи ублюдков, рассредоточьтесь пошире".


В поле зрения появился "Геркулес".


Слайдер сказал: "Неудачно рассчитано".


"Ага, собираюсь всех разбудить".


Он плавно коснулся земли, затормозил, пандус опущен, две шеренги британских парней вышли, нагруженные тяжелыми бергенами.


Я вышел и встретился с ними, найдя капитана Хэмбла. " Добро пожаловать на БРЕЛОК, " сказал я сквозь рев двигателей. "Следуй за мной".


"Что происходит?" - спросил он, кивнув на тлеющий самолет.


"Непрерывная перестрелка, минометный обстрел, регулярные атаки на проволоку".


Он оглянулся через плечо. "Чертовски чудесно".


Я привел их в палатку, у всех мужчин были автоматы АК47 или ВЕПРЬ; они знали, что это мое шоу. "Хорошо, соберите снаряжение и свалите его, и вы можете использовать две палатки, если хотите. Быстро, затем отступаем, винтовки наготове!"


"Геркулес" проехал по взлетно-посадочной полосе и взлетел, и я был уверен, что многие люди проклинали его.


Когда собрались два отряда, два знакомых мне капитана и два знакомых мне сержанта, я начал: "Слушайте. На этой базе немного оживленно, и мы надеемся получить больше мешков с песком сегодня. Прошлой ночью нас обстреляли из миномета, но мы убили расчет минометчика. Три дня, и у нас были ежедневные нападения, но наши патрули убили восемьдесят или больше. В этих палатках всегда двое мужчин на мальчишнике.


"Хорошо, сегодня у тебя день отдыха, но будь начеку, мы можем увидеть нападение в любой момент. Когда у нас будет больше мешков с песком, вы сможете спать спокойно - или, по крайней мере, немного безопаснее. Приведите себя в порядок, соберите снаряжение, расслабьтесь сегодня, но не проспите весь день - вы будете плохо себя чувствовать, когда отправитесь в патруль. Продолжай."


Я загнал капитана Вея в угол в 6 утра, он рано вставал, или, может быть, его разбудил "Геркулес", и я попросил кучу мешков с песком, несколько лопат и кирки.


Я сидел и готовил рационы на скамейках, добавляя холодную курицу и рис из "веселых медиков", и начали появляться мужчины с затуманенными глазами, которые выглядели лучше после того, как внутри них было варево.


В 8 утра въехали грузовики, малайские солдаты спрыгнули вниз, положили мешки с песком, а также кирки и лопаты. Большинство новоприбывших из эскадрильи "D" не спали, поэтому я схватил их, и они, обливаясь потом, притащили мешки с песком, стену, сделанную для защиты их палаток.


С трехфутовой стеной на месте, мужчины на оленях, остальные могут немного поспать, Хэмбл болтает с Несбитом на скамейке.


Свифти приполз обратно к отряду Робби, ноги и ботинки были в грязи. "Есть какие-нибудь травмы?" - Спросил я, когда они остановились.


" Нет, все в порядке, " доложил Свифти.


"Нашел что-нибудь?"


"Обнаружили две остановленные машины, выглядящие подозрительно, поэтому мы внимательно осмотрели, видели винтовки. Мы бросили камень в одного, мужчины вышли, застрелили их, затем подожгли машины."


" Вернул винтовки, " вставил Робби.


"Немного поесть, потом немного отдохнуть, здесь эскадрилья "D", два отряда, так что они могут взять управление на некоторое время".


"Что, черт возьми, здесь произошло?" Спросил Свифти.


"Прилетели минометы, взорвали тот самолет".


"Ну, скажи минометчикам, чтобы они вели себя тихо, когда я сплю, а, - сказал мне Свифти, прежде чем уйти. Усталые, перепачканные грязью люди тащились мимо и заходили в хижины.


Майор Либан пришел на базу десять минут спустя, ему требовались еда и отдых, сгоревший самолет осмотрели.


Малли не сильно отставала. "Видел подозрительную лодку, похоже, с нее выгружали людей".


"Так и есть, в основном девушки для секс-бизнеса".


"Тогда стоило присмотреться повнимательнее", - съязвил он.


"Еда и отдых, будьте готовы до наступления сумерек".


Саша также взглянул на сгоревший самолет, когда он появился. "Ты немного развлекаешься, нет?"


"Было выпущено три миномета, но мы взяли людей. Видишь что-нибудь?"


"Мы последовали за несколькими мужчинами, но они были просто пьяны, безоружны, из деревни. Больше ничего."


"Будь готов к сумеркам".


Он кивнул и побрел мимо меня, его люди кивали и улыбались, но все выглядели усталыми, когда Несбит готовил австралийцев к патрулированию.


Я приблизился к ним. "Хорошо, вам не понадобятся карты, но взгляните на карты перед выходом, если хотите. В миле к востоку находится океан, хорошее навигационное пособие."


Они смеялись.


На северо-востоке находится мутная бухта, мост вглубь материка. В нескольких милях к северу находится деревня, ее лучше избегать, там много собак. Запад - это первобытные джунгли, каких вы не видели раньше и не хотели бы видеть снова. На юге есть несколько полей, деревень и домов тут и там.


"Я хочу, чтобы патрули из четырех человек вернулись сюда к заходу солнца. Первый патруль, на восток к океану, медленно на север и вокруг, зигзагами, ищите свежие следы - людей с маленькими ступнями, и следите за подозрительными лодками - но не позволяйте лодкам вас увидеть.


Вторая команда, на восток к океану, затем на юг, в нескольких милях вниз по побережью, та же сделка. Третья команда, за ворота, по дороге, на северо-запад, медленно и уверенно, не более пяти миль. Последняя команда, через дорогу, на юго-запад, та же сделка.


"Те команды, у которых нет спутникового телефона, идите к капитану Харрису в командный пункт кирпичного здания, возьмите его, протестируйте". Я взглянул на их лица. "Если вы столкнетесь с партизанами, сделайте оценку, сделайте выбор, учитывая ваши шансы, откройте себя, а затем убирайтесь прочь. Я не хочу героизма, никаких боев в ближнем бою.


"Если вы все-таки застрелите кого-нибудь, постарайтесь раздобыть документы, удостоверяющие личность, телефоны, возьмите винтовки. Но сначала дважды коснитесь, будьте абсолютно уверены, прежде чем приближаться к кому-либо, или просто оставьте их. Есть вопросы?"


"Прямолинейно", - прокомментировал Несбит. "Здесь осталось двое мужчин".


"Отправляйся, когда будешь готов, но всегда сообщай мистеру Хейнсу свой маршрут и время". Я повернул голову. "Мистер Хейнс".


Он подбежал. Я столкнулся с австралийцами. "Удачи там - и никакого гребаного риска - это создает для меня бумажную волокиту!"


Когда малайский майор приземлился, он был потрясен повреждениями; бедняга выглядел так, будто вот-вот расплачется. "У вас есть раненые мужчины?"


"Нет, нам повезло, три миномета, никто не пострадал, сэр".


"Я полагаю, это что-то в этом роде. Почтовое отделение будет недовольно, расследование, правительство недовольно."


"Пока я думаю об этом, у вас есть вертолеты для эвакуации, сэр?"


"Да, мы можем сделать одну из них доступной, с 24-часовой ротацией".


"Оставьте номер телефона, пожалуйста, на то время, когда ваши люди уснут".


"Я сделаю, да. Что еще происходило?"


"Мы выезжали в патрулирование, несколько боевиков убиты, сейчас патрулей больше, и здесь находятся еще два отряда SAS".


"Надеюсь, достаточно людей, чтобы справиться с любыми проблемами".


"Минометы - это проблема, сэр, но сегодня вечером у нас будет больше людей".


"У тебя есть все, что тебе нужно?"


"На данный момент, сэр, у нас есть еще мешки с песком и лопаты, чтобы мы могли копать следы от снарядов".


Он побежал поболтать с капитаном Веем.


Час спустя подъехали два джипа с малайским обозначением. Капитан Харрис послал за мной, и ребята из SIGINT установили сканеры на крыше центра УВД, со свисающим проводом, и вскоре у нас заработали три ноутбука, подключенные к другим ноутбукам в округе, показывающие использование местной радиосвязи и спутниковых телефонов. Это был большой шаг вперед.


Они засекли несколько австралийских патрулей, но также использовали радио в десяти милях к северу, иногда спутниковые телефоны, возможно, филиппинцы. Как мы наблюдали, было замечено, что в море используется радиоприемник, приближающийся к берегу, филиппинская береговая группа ждала его. Я зафиксировал местоположение на карте и отправил бы большой патруль в сумерках, чтобы рисковать джипами на главной дороге - так как это сэкономило бы время ходьбы.


Я поднял ребят из "Эхо" в 4 часа дня, всем сказал поесть и выпить, предстоит большая работа. В 17:00 австралийцы начали возвращаться, в первые три патруля не было сделано ни одного выстрела в гневе, но их последний патруль сообщил о трех убитых вооруженных людях, документы были возвращены с винтовками - их второй выстрел в гневе.


Эхо собралось, Рокко и Риццо отправились на джипе на север, и мы решили, что никто не будет стрелять в колонну джипов из восьми машин. Слайдер, Томо и Николсон хотели присоединиться, поэтому я уступил и пригласил их присоединиться к командам после проверки на наличие инфекций. Я показал Рокко и Риццо карту и пожелал им удачи, убедившись, что у них есть мухобойки для операций. Стоя рядом с Мораном и Либаном, мы наблюдали, как они сели на лошадей и уехали, отряд Робби снова направился на юго-восток.


Пятнадцать минут спустя позвонил Риццо, команды вышли из джипов и пошли пешком, так что мы могли немного расслабиться. Либан отправил патрули на юг, один патруль, чтобы побродить вокруг предыдущей минометной зоны. Малли отправлялся в тот же район, Саша, чтобы снова замести следы, пока австралийцы ели и приводили себя в порядок, сидел и болтал с ребятами из эскадрильи "D".


Я поговорил с капитаном Уэем, что всегда было непростой задачей, и попросил его оставить вертолет наготове для эвакуации, но сначала доставить раненых сюда, если не указано иное. Он позвонил, но я не был уверен, был ли у нас готов вертолет или нет. Но у нас были джипы, и поездка была недолгой.


В полночь я сидел в командной рубке, ожидая звонка, капитан Харрис удивился, что я не вышел на задание.


"Здесь есть американцы и австралийцы, а также эскадрилья "D", и я несу за них ответственность. Я был бы в ужасе, если бы с ними что-то случилось, - объяснил я. Было бы легко, если бы были только мы, и австралийский капитан не был впечатлен тем, что его парни подвергались риску прошлой ночью. Если кто-то из гостей погибнет, мне нужно это объяснить. Мне также нужно убедиться, что они хорошо играют вместе."


В час ночи, когда почти все были сонными, позвонил Рокко. "Мы нашли большое место у черта на куличках, примерно в миле от деревни, много машин, много людей, большинство вооруженных, выставленная охрана. Но Томо и Николсон подобрались близко, похоже, что молодыми девушками торгуют, несколько мужчин в форме и с оружием, деньги переходят из рук в руки."


"У вас есть приказ стрелять только в вооруженных людей. Итак, если вы считаете, что это выполнимо, окружите его, займите хорошую позицию, бейте по вооруженным людям, повреждайте машины, затем сидите и ждите, уходите до рассвета - не входите."


"Мы можем это сделать".


"Сколько людей?"


"Сорок с лишним".


Так что будь осторожен и следи за своим тылом. Дай мне знать."


Положив трубку, Фрэнкс спросил, что происходит. "Мои люди окружили какой-то публичный дом, сорок человек, некоторые в форме и вооружены, торгуют молодыми девушками - филиппинскими нелегалами".


"Иисус".


Сорок минут спустя Rocko снова включился. "Мы наклеили их, но позволили безоружным людям убежать, разбили машины, просто подожгли несколько. Теперь мы ждем."


"Скольких мужчин ранили?"


"Вооруженные люди? Больше двадцати. Девушки убежали по дороге. Увидел, как один парень избивает девушек, поэтому ударь его по ноге."


"Если сможешь, зарегистрируй несколько транспортных средств".


"Хорошо, сойдет".


Я отправился спать, только Морские котики за компанию, большинство уже спит, телефон у уха, маска на лице.


Меня разбудили вернувшиеся команды "Эхо", люди столпились внутри, их подобрали джипы, никаких травм, о которых стоило беспокоиться. Рокко вручил мне удостоверения личности, которые у него были, плюс регистрацию транспортных средств, и я побрел в комнату с картами, где было всего два малайских солдата, бодрствующих, но едва проснувшихся.


В 7.30 утра эскадрилья "D" и австралийцы выстроились в боевой готовности, маршруты были расписаны, рации проверены, спутниковые телефоны проверены, правила ведения боевых действий изучены. Я пожелал им всего наилучшего и отправил их, рассмотрев все стороны света, австралийцам остаться на одну ночь и вернуться на следующий день до наступления сумерек. Им пришлось вести переговоры в плохих джунглях, но они заявили, что являются экспертами в таких джунглях.


В 8 утра кто-то проверил удостоверения личности и автомобильные номера, а в 9 утра приземлился малайский майор, но без его счастливого лица.


"У нас проблема", - начал он. "А ... деликатная проблема. Ваши люди застрелили телохранителя, работающего на высокопоставленного местного чиновника, этот человек сообщил о нападении на домашнюю собственность, уничтожении автомобилей, телохранители убиты, его служебная машина уничтожена - серьезное обвинение. "


Я кивнул. "Мои люди фотографировали происходящее через окно", - солгал я. "Девятилетние девочки, обнаженные, старики покупают их как рабынь. Конечно, мой долг как хорошего капитана - разослать эти фотографии во все газеты мира, особенно в Куала-Лумпур, где все еще исповедуются добрые исламские ценности."


Майор выглядел так, будто у него вот-вот случится сердечный приступ. "Я уверен, что мое правительство осуждает подобные вещи, но... зачем стирать грязное белье на людях? Вот видишь."


Я кивнул. "Тогда, может быть, в качестве одолжения вам, мои люди не будут упоминать об этом, фотографии уничтожены".


"Да, это было бы полезно".


"Так что, возможно, ты шепчешь в нужное ухо, и человек и его жалобы замалчиваются".


"Я думаю, что так было бы лучше, да. Я поговорю с нужными людьми, " заверил он меня.


"Отлично, тогда все как обычно, сэр", - громко сказал я ему, улыбаясь.


Вертолет "Джет Рейнджер" приземлился, когда я сидел за столом с французскими ребятами, прибыл наш новый сотрудник JIC, но, по крайней мере, этот парень выглядел бодрым. Он был седовласым, под сорок, и одет разумно для джунглей.


"Капитан Уилко", - начал он, пожимая мне руку. "Мы встречались раньше".


"Я помню, сэр. Добро пожаловать на брелок, желательно в жестяной шляпе."


Он огляделся, его машина отъезжала. "Немного оживленный?"


"Это было, включая минометные обстрелы. Сюда." Я повел его в командный пункт, наш мандарин из JIC допрашивал сгоревший самолет. "Одна маленькая загвоздка, сэр, и вы как раз тот человек, который с ней справится. Прошлой ночью мы напали на бордель, не в последнюю очередь потому, что им управляли плохие парни, вооруженные люди, происходила продажа очень молодых девушек - за счет чего они частично финансировали себя.


"Но чего мы не знали, так это того, что местный губернатор был в том месте, покупал десятилетних девочек, и он зол на нас".


"Господи, какой беспорядок".


"Но я сказал местным малайским офицерам, что мы сфотографировали происходящее и что мы могли бы разослать снимки по всему миру".


"Ты это сфотографировал?"


"Нет, сэр".


"Хитрая жаба. Я поговорю об этом с Лондоном."


Я познакомил его с капитаном Харрисом и СИГИНТОМ, затем с ЦРУ, которых он вывел на улицу для долгой беседы.


Он пришел и нашел меня позже. "Звучит так, как будто ты здесь немного увяз".


"И да, и нет, сэр. Да, мы по колено в местных бандитах, нет - не проблема, поскольку нам нужно обезопасить это место, и ... силы - многих наций - все равно хотят, чтобы их уменьшили."


Он кивнул, обдумывая это. "Значит, ты не против подождать".


"Если Лондон счастлив, я счастлив, сэр".


"Нас это устраивает, и это создает впечатление, что ты здесь, а еще не там, так что, возможно, в этом есть преимущество. И мало кто поверит, что ты полетишь туда."


Я представил нашего сотрудника JIC в эскадрилью "D", австралийцам и морским котикам, долго беседовал с майором Либаном.


В 14:00 капитан Хэмбл позвонил мне, увидел длинную очередь вооруженных людей, с винтовками АК56 и РПГ.


"Нет, они, блядь, не малайцы!" Я закричал. "Они видели тебя?"


"Нет, мы хорошо спрятаны, в трехстах ярдах за мутной рекой".


"Держи их в поле зрения, не показывайся, следи за обновлениями!" Я взглянул на карту, и колонна направлялась к нам более или менее, в данный момент в четырех милях от нас. Снаружи я крикнул Хейнсу, чтобы все встали, и в моей хижине я крикнул, чтобы люди проснулись, Рокко и Риццо встряхнули, чтобы они проснулись, прежде чем я побежал в соседнюю дверь, крича, чтобы люди проснулись. Я остановился, чтобы рассмотреть французов, которые отсутствовали всю ночь, затем криком разбудил и их.


Вернувшись в мою хижину, мужчины одевались в спешке, но большинство все равно спали в брюках и рубашке. Ботинки были надеты в спешке. "Побрызгайте водой на лица, пейте побольше, приготовьтесь!"


"Что случилось?" - Спросил Свифти, надевая свой комплект.


"Колонна нерегулярных войск движется на нас, их сотня, все остальные в патруле, кроме тебя и французов".


"Откройся", - попросил Роко, зевая.


"Да, владелец этого борделя привел за тобой всех своих завсегдатаев", - сказал я ему. "Их сотни".


Снаружи я организовал Хейнса, дополнительных людей для южной линии деревьев, первых нескольких французов, готовых и снаружи, гадающих, что случилось. Моран вышел, патронташ и лямки расстегнуты.


Я крикнул ему: "Приготовь французов к выступлению!"


Далтон подошел. "Ты хочешь, чтобы мы были с тобой?"


"Я хочу, чтобы ты спрятался за этими мешками с песком, держа курс на юг, на случай, если мы что-то пропустим. Приближаются большие силы."


Вызван капитан Хэмбл, дежурство, указана новая позиция, колонна направляется на север, но избегает дорог.


В хижинах я крикнул: "Давай займемся тобой. Набери в себя немного воды, проверь уровень боеприпасов, и быстро."


Николсон и Томо были готовы, Смитти с немного затуманенными глазами, остальные выходили по одному и выстраивались, французы выстраивались, некоторые выглядели усталыми, Либан выглядел уставшим. Робби достаточно хорошо сплотил своих людей, выглядя настороже, если не сказать немного испуганным.


"У нас на ужин гость, нет", - прокомментировал Либан.


"У нас на ужин сотня гостей с RPG".


"Ах, значит, не желанный гость, вина не принесли".


Когда обе команды были готовы, я приказал им выстроиться в две колонны бок о бок, и мы побежали трусцой к южной линии деревьев и внутрь, перейдя на шаг, надев маски и перчатки.


Пройдя полмили, у широкого ручья и небольшого открытого пространства, я остановил их, все опустились на колени, и я позвал капитана Хэмбла.


" Алло? " прошептал он.


"Это Уилко, где они?"


"На карте, где дорога поворачивает на север, они находятся к востоку от нее, на линии деревьев, движутся на север и следуют по дороге к ФОБ".


"Хорошо, когда мы нападем на них, вы получите отставших, не подходите слишком близко и не рискуйте. Уилко на свободе."


Используя сигналы руками, я повел их вдоль ручья в пределах видимости дороги. Майор Либан, они идут вдоль линии деревьев. Отойдите на север на сотню ярдов, отступите от дороги, но, видя дорогу, рассредоточьтесь и ждите, когда я открою огонь. Действуй быстро."


Он дважды повел французов вперед.


Я включил радио. "Томо, Николсон, прямо здесь, стреляйте по бекасам через ручей. Остальные из вас, рассредоточьтесь на север, к французам, парами, в своих командах, держите дорогу в поле зрения, но как можно дальше назад, ждите сигнала. Прочные огневые позиции, это будет работа крупным планом. Вперед."


Я разместил Томо и Николсона там, где хотел, затем отвел свою команду на правильные десять ярдов, заняв позицию. Я мог видеть мост сквозь деревья и кусты, и я знал, что они не промокнут, избегая его. Ожидая, я достал свой магазин и взвесил его в руке, вставляя обратно, моя винтовка проверена, пистолет проверен, другие копируют.


Выдыхая из-под маски и обливаясь потом, я ждал, Моран и Махони в нескольких ярдах справа от меня, Свифти на моем левом плече, по другую сторону дерева.


Пятнадцать минут спустя Свифти прошептал: "Вот они идут".


Я включил радио. "Ожидание, ожидание".


Первые несколько нерегулярных войск осторожно перешли мост и проверили кусты на этом конце, не заметив нас всего в пятнадцати ярдах от себя. Колонна двинулась наперерез, что-то бормоча, во главе с коротышкой с РПГ, который был длиннее его роста.


Я насчитал сорок из них, проходящих мимо меня, и они все еще приближались, внезапно раздался залп сверху в сторону французов. Игра была окончена, и я нажал на спусковой крючок - лязг перезарядки отдался у меня в щеке, двое мужчин выстрелили в быстрой последовательности, большинство бежало прямо на нас. Те, кто был на мосту, повернули назад, несколько человек открыли бешеную стрельбу, попали в деревья вокруг меня.


Горстка из них нырнула вниз и теперь стреляла в ответ, поливая деревья. Нырнув вниз, я начал ползти по-леопардиански, быстро копируя, и мы медленно продвигались вперед. Увидев человека, делающего то же самое, но направляющегося ко мне, я прицелился и выстрелил с расстояния чуть более восьми ярдов, его голова взорвалась. Свифти дважды выстрелил в кого-то, когда я немного повернулся лицом на север, дважды попал в движущуюся задницу, заметил голову и попал.


Раздались взрывы гранат, но я не был уверен, чьи это были гранаты. Возможно, у французов были гранаты. И я мог слышать отдаленную стрельбу на юге, значит, капитан Хэмбл был в действии.


Стоя на коленях и целясь на юг, я мог видеть людей, стоявших на коленях более чем в ста ярдах от меня, и я перестрелял их, Свифти присоединился. Бросившись к следующему дереву, я выглянул из-за него и дважды ударил по двум телам. Целясь на север, я увидел движение ноги и дважды попал в бедро человека в характерной сине-серой униформе.


Спорадический треск огня доносился со всех сторон, и это еще не было закончено, поэтому я пригнулся. Мужчина внезапно побежал к дороге, много раз ударился и закружился.


Потрескивание продолжалось в течение пяти минут, пока я лежал там, но затем оно медленно начало ослабевать, и я не мог видеть, в кого стрелять. Отключив телефон, я позвонил капитану Хэмблу.


"Ты в порядке там, внизу?"


Казалось, он запыхался. "Мы напали на них с другой стороны дороги, но многие убежали на восток. Нас было тридцать или больше, но столько же сбежали."


"Оставайся там, не рискуй, не преследуй их. Уилко на свободе." Я включил радио. "Были серьезные раны?"


"Это Риццо, у французского парня тяжелая рана в ноге".


"Я распоряжусь, чтобы прислали джип. Кто-нибудь еще?"


"Это Лэсси, я потерял ухо и палец".


"Когда увидишь джип, беги к нему".


"Это Робби. У одного из моих парней заноза в скальпе."


"Он может вернуться пешком".


Я позвонил капитану Харрису. "Отправьте несколько джипов вниз по дороге за ранеными, но будьте осторожны, мы прикроем их. Делай это быстро."


"Отправляю их сейчас".


Положив трубку, я сказал: "Двигайся в сторону дороги, дважды нажми, будь осторожен!"


Моран и Махони прошли мимо меня, дважды постукивая по пути, и мы добрались до дороги без происшествий, тела были видны дальше по дороге, мужчины стояли на коленях вокруг меня и прикрывали углы.


Когда подъехали джипы, к нам присоединились двое французов с Ласси, французские патрули отослали обратно, Эхо, чтобы подождать. Полчаса спустя я попросил еще джипов, и мы сложили винтовки и РПГ на обочине дороги, нервничающие малайские солдаты собирали награду.


Я оставил Томо и Николсона на месте, Слэйда и Гонзо с ними, остальные пошли обратно по дороге. На базе я проверил, как там Лэсси, его голова была перевязана, рука перевязана. У него отсутствовал указательный палец левой руки, и это могло стать концом его военной карьеры. Я попытался изобразить позитивную улыбку. Мужчине Робби медсестра удалила осколок, наложила несколько швов. Он был не против остаться с нами, и он все равно очень этого хотел.


Приземлился Хьюи, которого попросил Мортен, французского парня отправили с медиком, его нога перевязана, тяжелая рана, Ласси отправили с ними.


Мужчины умылись, выпили холодной воды и отдохнули, многим требовался завтрак. И когда они сели, длинная вереница малайских армейских грузовиков появилась с севера, разворачиваясь, из них выпрыгнул полковник.


Я подошел и встретил его, отдавая честь коротышке, моя винтовка, как всегда, была в левой руке.


Он ответил на приветствие. "Вы отвечаете за международных людей?" - спросил он с сильным акцентом, когда его люди спрыгнули вниз, все выглядели так, словно были готовы к войне


"Да, это так. Капитан Уилко."


"Я полковник Нуэй, 2и Парашютно-десантный батальон. Мы будем защищать это место."


"Это очень любезно с вашей стороны, сэр. Во-первых, может быть, вы используете эти грузовики, чтобы забрать тела, которые мы оставили чуть дальше по дороге."


"Там была драка, сейчас?"


"Да, сэр, вы и ваши люди будете обстреляны здесь, и мы применили минометы".


"Мы догоним филиппинцев и убьем их, не волнуйся". Он выкрикивал приказы, люди прыгали в грузовики, два грузовика ехали по дороге.


Я включил радио. "Николсон, Томо, верните свою команду обратно, следите за обычными малайскими солдатами".


"Перемещение".


" Мистер Хейнс, " позвал я и представил полковника. Повернувшись лицом к полковнику, я спросил: "Будут ли ваши люди патрулировать и защищать периметр?" Казалось, с ним было шестьдесят человек.


"Да, периметр в миле отсюда".


"Пожалуйста, координируйте действия с мистером Хейнсом, это его работа - защищать эту базу, или была до сих пор. Осталось несколько палаток, которыми вы можете воспользоваться."


"У нас есть еще палатка", - объяснил он, и его сержанты расставили своих людей по периметру, Хейнс пока привел всех своих людей - пока мы не выясним, что происходит.


Наш парень из JIC представился и увел полковника, наш парень из JIC весил примерно в три раза больше полковника. Я ставил на большого парня.


Я позвонил сестре Лондон и попросил, чтобы Дэвид Финч позвонил мне; Я должен был задаться вопросом, был ли наш новый полковник здесь, чтобы остановить нас, расстреливающих бордели.


Наш парень из JIC пришел и нашел меня позже, когда я стоял возле скамеек, а люди приходили и уходили. "У меня создается впечатление, что наш полковник говорит неправду". Он ждал.


Я посмотрел на линию деревьев и кивнул. "Мы били плохих парней по карману, но местные жители извлекают выгоду из незаконной торговли, поэтому они оказали некоторое давление".


"Сильно ли повлияет удар по их карману в краткосрочной перспективе?"


"Нет", - сказал я со вздохом. "Но все это помогает. Зачем делать половину работы? Если мы нанесем им сильный удар, это отбросит их назад, как это было в Африке, на паузу или отсрочку, прежде чем они перегруппируются и похитят кого-то еще. Возможно, это капля в море, и где-то там томятся тысячи заложников, но мы делаем то, что можем, там, где мы есть, когда мы можем.


"Прямо сейчас передо мной карта, некоторые цели, поставленные свыше, так что... Я делаю все, что в моих силах. Принимая во внимание... мы могли бы просто взять заложников, половина дела."


Он кивнул. "Да, возможно, бесполезно пытаться изменить здешнюю культуру, но, по крайней мере, стоит попытаться - благородная цель".


"Он сказал, что хочет знать маршруты нашего патрулирования?"


"Более или менее".


"Острова находятся вне его контроля, так что мы можем перебраться туда и завладеть ими".


"А филиппинское правительство? Они подписали мирное соглашение, " подтолкнул он.


Они неохотно признали, что не могут позволить себе патрулировать территорию, что не совсем то же самое, что мирное соглашение. Нам сказали, что они проигнорируют нас, а затем осудят в своей собственной прессе - просто чтобы сохранить мирное соглашение."


Он широко улыбнулся и кивнул. "Ты начинаешь привыкать к тому, как мы все делаем".


Итак, следующая остановка - остров Бонгао. Но я думаю, что мы введем нашего полковника в заблуждение относительно нашего истинного назначения."


Я пошел и посмотрел на карту с капитаном Харрисом, чувствуя себя Макартуром, возвращающимся на Филиппины. "Вот", - сказал я. "Изолированный, трава, а не деревья, и весь остров меньше двенадцати миль от края до края. Мы заходим и осматриваемся, затем двигаемся дальше. Но держи это при себе. У стен есть уши."


Он взглянул на малайских солдат из-под бровей и кивнул.


Я схватил Фрэнкса и его подругу и вывел их на улицу. "Похоже, новый полковник попытается помешать нам избивать местных плохих парней, так что мы вполне можем перебраться на первый остров. Можете ли вы достать достаточно вертолетов примерно для двадцати шести человек?"


Фрэнкс кивнул. "Три вертолета, в зависимости от веса снаряжения".


Никакого тяжелого снаряжения, только то, что вы видите, несколько дополнительных пайков. А как насчет экстренной эвакуации?"


"Для этого и существует ванна".


"Тогда мы пойдем сегодня вечером, если ты сможешь это починить, но если кто-нибудь здесь спросит, мы пойдем в Джоло".


Он нахмурился. "Итак, куда ты хочешь пойти?"


"Юго-Западный остров".


"А." - Он огляделся. "Не доверяешь местным?"


"Зачем рисковать теплым приемом? Дайте мне знать о наличии свободных мест; этот остров находится всего в десяти милях от побережья, в шестидесяти милях отсюда. Мы хотели бы вставить около 4 утра, странный маршрут полета, выбранный, чтобы обмануть любого, кто заметит вертолеты, то же самое в обратном порядке."


Ванна в тридцати милях отсюда, на полпути туда. Я сделаю звонок."


Я вернулся к скамейкам и собрал всех Ехо, уводя их прочь. Они образовали круг. "Мы отправляемся после полуночи, американские вертолеты, короткое путешествие на остров, маленький остров длиной в двенадцать миль, джунгли посередине, болото, мангровые заросли, идти, судя по всему, нелегко.


"Будь очень осторожен, кому ты рассказываешь об этом, скажи, что мы едем на побережье по работе или на остров Холо. Но мы не собираемся на остров Холо. Я думаю, что местные малайские солдаты ненавидят филиппинских боевиков, но, возможно, кому-то из них понадобятся деньги на новый диван, поэтому мы держим это в тайне.


"Мы приземляемся на вертолете, осматриваемся, возможно, найдем боевиков или заложников, информация невелика. На карте есть что-то вроде небольшого армейского лагеря, и каждый житель деревни настроен враждебно, каждая собака - проблема, поэтому мы избегаем контактов.


"Если у нас есть раненые, то мы добираемся до тихого места, где американские вертолеты нас вытащат. Если мы найдем много нерегулярных войск и много заложников, мы можем вызвать эскадрилью "D" или французов.


"Анри, объясни майору Либану по-французски, объясни необходимость секретности, пусть его команда будет наготове, чтобы прийти на помощь. Если все пойдет хорошо, мы будем на месте через три дня, так что запаситесь пайками и боеприпасами на три дня, побольше воды. Отдохни сегодня, поспи после обеда, будь готов к 2 часам ночи. У тех из вас, у кого есть порезы и царапины, попросите медиков осмотреть их. Есть вопросы?"


Моран спросил, щурясь от яркого солнечного света: "Сколько вооруженных людей на острове?"


"Неизвестно, но на нем живет всего несколько тысяч человек, так что это не может быть много. Этот маленький лагерь. Это первый остров, самый маленький, испытательный полигон. Вопрос в том... пришлют ли большие острова войска?"


"Что, если они это сделают?" Спросил Рокко. "Джунгли и болота, они не могут двигаться быстро, и если они будут в синей дерьмовой пижамной форме, мы их увидим, а они нас - нет".


"Верно", - согласился я. "Но если они высадят людей на острове, это может задержать вертолет, прилетающий за нами или за ранеными. Но там есть неглубокие коралловые рифы, так что мы могли бы пройти милю или две, а потом нас подобрали бы или украли лодку. Этот остров находится всего в десяти милях от побережья Малайзии."


"Ты мог бы переплыть ее", - предложил Томо. "Кроме тех больших мерзких акул, о которых ты нам рассказывал".


"И медуза", - добавил Дикки.


Один из соленых сказал: "Мог бы проплыть на каноэ так далеко, если бы погода была устойчивой. Мы сделали больше."


"Пока мы будем полагаться на вертолеты", - сказал я им. "Приготовься и держи язык за зубами. Штаб-сержанты, я хочу сгибаться и растягиваться, я хочу бегать трусцой и спринтом, я хочу проверить ноги. Давай доберемся туда в хорошей форме, а?"


"Мы пойдем с тобой?" Спросила Саша.


"Не первым рейсом, нет. Я пришлю за тобой. Я должен быть осторожен в том, что я делаю с вашей командой - или получу какое-нибудь дерьмо сверху. Тренируйтесь здесь с Малли и инструкторами по парашютному спорту, патрулируйте, если сможете."


Саша кивнул в знак согласия.


Я нашел капитана Хэмбла и отвел его в тихое место. "Мы отправляемся обнюхивать остров, но никому не говорите, мы скажем, что идем вдоль побережья; я не уверен насчет местных парней". Он кивнул. "Если все обернется лажой, мы можем позвать тебя, так что приготовь людей здесь, только не сообщай им, где мы будем".


"Заложники на острове?"


"Понятия не имею, разведданные невелики, но там есть небольшой лагерь, так что мы посмотрим".


Следующей остановкой были Далтон и его сержант. Я сидел с ними. "Сегодня вечером мы отправляемся на маленький остров, чтобы все обнюхать. Если есть какие-нибудь заложники, мы позвоним вам завтра как-нибудь, вы можете приехать за ними, получить кредит. Не ... обсуждай это в присутствии местных парней." Они кивнули. "Будь готов завтра с рассвета, понятия не имею о сроках или о том, есть ли там заложники".


Я проинструктировал Хейнса, и он прикажет своим людям поддерживать форму, а также патрулировать внутри колючей проволоки. Я попросил его обустроить стрельбище и подтолкнуть остальных к его использованию.


Мой последний звонок был Несбиту, и я застал его в коричневой футболке с видимыми пятнами пота, фотографией Кайла Миноуг и надписью "Я должен быть таким отвратительным". Я отвел его в сторону. "С чем тебе здесь было поручено?" Сегодня вечером мы отправляемся на остров, стрельба в гневе, возможно, несколько заложников, может быть хорошим результатом - или провалом."


"Мое правительство уже посылало нас на близлежащие острова и в Восточный Тимор. Если у них есть заложники, мы уходим и к черту правительство Манилы."


Я кивнул. "Хорошо, это первое задание - небольшой остров, можно встать посередине и перестрелять всех, но после этого начнется сложная часть, и мы попытаемся использовать тебя. Тем временем, как насчет того, чтобы ваши люди были в форме, а мистер Хейнс оборудует стрельбище."


"Я буду держать их в узде. Как долго тебя не будет?"


"Я бы сказал, максимум три дня; это маленький остров".


В 2 часа ночи ребята собирались, капитан Харрис распорядился принести несколько пачек крепкого кофе, приготовленного для них, еще несколько человек не спали, малайские десантники патрулировали, и до сегодняшнего вечера мы не подвергались никаким нападениям на проволоку.


В 3 часа ночи я заставил ребят наклониться и потянуться, пробежаться трусцой и спринтом, снова проверил комплект, наконец сказал, что вертолеты в пути. Я собрал Эхо. "Слушайте внимательно. Когда мы доберемся туда, мы будем на восточной оконечности острова, небольшом острове, около двенадцати миль в длину и максимум четырех в ширину. Там, где мы приземляемся, она имеет ширину около двух миль.


"Мы приземлимся посреди долины, высокой травы и болота, возможно, мокрого под ногами, разделимся и двинемся на запад. Итак, когда мы приземлимся, я хочу, чтобы вы сориентировались. Вертолеты пролетят с востока на запад и посадят нас, так что запад должен быть на носу.


"Рокко, ты пройдешь милю на юг, затем на запад, избегая контакта, но я хочу, чтобы твой отряд разделился на две группы по четыре человека, на расстоянии четырехсот ярдов друг от друга, охватывая большую территорию. Риццо, ты отправляешься на север, та же сделка, раздели команды, один из трех человек.


Моя команда из четырех человек плюс отряд Робби пойдут посередине, и мы все двинемся на запад, пока не найдем что-нибудь стоящее внимания. Ближе к центру, в нескольких милях к западу, находится небольшой лагерь, но информация может устареть, поэтому мы ищем, пока не найдем плохих парней или заложников, или ни того, ни другого.


"Не ходите в деревни, и есть один маленький городок на западной окраине, избегайте подходить слишком близко. Резервная точка будет определена, когда мы доберемся туда, потому что место посадки может быть немного открытым - кто-то мог подстричь траву. Теперь протестируйте радиоприемники." Я сосчитал их, и каждый ответил мне на ухо.


"Может, нам раздобыть немного дизельного топлива для акул?" Спросил Томо.


"Если ты сможешь найти что-нибудь, да, мы могли бы отказаться".


Он достал жестянку из-за паутины, заставив меня улыбнуться.


"Не запачкай этим свои перчатки или пальцы", - сказал я ему.


Используя тряпку, он втирал масло в штанины всех парней.


"Никто не чиркает спичкой", - съязвил Робби.


Наши вертолеты громко объявили о своем прибытии полчаса спустя, на линии деревьев тихо, малайские параши хорошо справляются со своей работой.


"Береги все оружие!" - Крикнул я, разряжая свой собственный. Ребята разделились на три команды и встали на колени, на всех были рюкзаки поменьше, видно несколько дополнительных бутылок с водой.


Помахав рукой, мы побежали, согнувшись пополам, внутрь и вскоре оказались в темном салоне, "Морской ястреб" сразу же поднялся и резко накренился вправо, мужчины потирали колени и держались за плечи, винтовки были подняты.


Член экипажа указал на мои наплечные косточки, похлопал себя по плечу и вручил мне наушники. "Британский офицер теперь надел наушники", - услышал я.


"Капитан Уилко вернулся сюда", - сказал я.


"Просто хотел перепроверить план", - пришло от пилота.


"Подойдите к острову с севера, затем с востока, заходя с восточной низменности, приземлитесь на первом свободном участке, нос направлен на запад, и отчаливайте. Но поищи большие группы плохих парней, прежде чем опускать нос, а?"


"У нас есть ночные прицелы, мы проверим LZ по мере приближения. То же место для добычи?"


"Маловероятно, это немного открыто, хорошо по дороге. У нас есть спутниковые телефоны, которые передадут наше точное местоположение по GPS для извлечения или эвакуации."


"Хорошо, и есть морские пехотинцы наготове, если они тебе понадобятся".


"Очень маловероятно, мои люди - спецназ экстремального характера, и мы бы никогда не позволили морским пехотинцам или янки спасти нас".


Член экипажа широко улыбнулся в тусклом доступном свете, и второй пилот оглянулся на меня.


"Вы были на севере, в Либерии?" - спросил пилот.


"Мы были "да", и мы чувствуем себя в джунглях как дома".


Член экипажа принюхался. "Босс, здесь сзади утечка масла".


"Это мы", - сказал я ему. "Масло на лапах, для акул, если мы бросим".


"Нефть для акул?" - спросил пилот.


"Акулам не нравится дизельное топливо".


"Должен помнить это, но у нас есть репеллент, годы в разработке, много исследований. Так что, вероятно, доверяйте своему маслу больше, чем этому репелленту."


Через десять минут пилот объявил: "Это наша посудина, в иллюминатор по левому борту".


Я наклонился и посмотрел на далекий корабль, никаких черт не было видно. "Когда мы прилетели из Кота-Кинабалу, у малайского пилота "Геркулеса" на шлеме было имя "Маверик"".


Член экипажа рассмеялся, второй пилот повернул голову.


Пилот спросил: "Делает ли C130 сверхзвуковой крен бочкой?"


"Это то, о чем мечтает каждый пилот "Геркулеса"", - съязвил я. "Быть стройнее и быстрее".


"Птица позади нас - ее пилот два года был пилотом реактивного самолета и вылетел", - сказал мне пилот. "Я... Мне всегда нравились вертолеты. В детстве я слишком много смотрел фильмов о войне во Вьетнаме."


Мимо пронесся черный океан, видно несколько маленьких кораблей с горящими огнями. Мы повернули направо, слева виднелись холмы, снизились, замедлились, вспыхнули огни, все приготовились. Я вставил магазин, но не взвел курок, надеясь, что мои парни сделают именно это и ничего больше.


"Местность прямо по курсу выглядит чистой, в тепловизионных прицелах ничего не видно", - сказал мне пилот.


"Приятно знать". Я вернул наушники.


Двери открылись, люди медленно продвигались вперед, и мы врезались с толчком, темные очертания людей спрыгнули вниз. Я ударился о песок и пробежал десять шагов вперед, стоя на коленях и взводя курок своего оружия, мои ноги путались в высокой траве и корнях. Впереди была низкая долина с пологими склонами, видны были немногие черты, не было видно огней.


"Морской ястреб" обдал меня песком, когда поднимался и поворачивался, уровень шума снизился, и вскоре мы остались вдвоем, слышен был странный крик чайки. Я обнаружил, что мы находимся в высокой траве и кустах высотой по пояс, вокруг нас все черное, кроме песка, в миле к западу видны какие-то огни.


Встав, я передал: "Разбивайтесь на группы, выдвигайтесь немедленно". Я шепотом позвал Морана, Махони и Свифти, обнаружив их в нескольких футах от себя. Я вызвал отряд Робби. Они встали и подошли, вглядываясь в темноту вокруг нас, когда было слышно, как другие парни удаляются по пляжу.


"Это Уилко. Ты там, Дикки?"


"Да, двигаюсь на юг".


"Рокко?"


"Следуя за ними".


"Риццо".


"Движение на север".


"Генри".


"Двигаюсь на север, да".


Выключив радио, я сказал: "За мной", и мы двинулись вперед, ухитряясь выбирать своего рода извилистую трассу, на которой можно было меньше спотыкаться, но это был не быстрый темп. Но, по крайней мере, у нас за спиной дул прохладный ветер, в ноздрях доносился приятный запах океана.


Прошло пять минут, и появился Дикки. "Дикки для Уилко".


"Продолжай".


"Мы нашли маленькую речку, думали о том, чтобы пересечь ее, пока не увидели плавник в воде - маслянистый или нет".


"Вход с соленой водой, будь осторожен; они приходят ночью".


"Что это?" Спросил Свифти.


Мы остановились и теперь могли видеть, как впереди загораются огни.


"Возможно, Гамлет", - прокомментировал я и повел их дальше.


Прошло пять минут, и я услышал хлопок, хлопок, хлопок минометных стволов. "Ложись!" Я крикнул, и мы нырнули на мягкое ложе из высокой травы и песка.


Свист пронесся мимо нас, три громких взрыва позади нас, на пляже.


Махони заметил: "Они не самые лучшие стрелки, не так ли".


Моран вставил: "Они целятся в то место, где мы приземлились! Они слышали вертолеты!"


Я включил радио. "Слушай сюда, впереди у нас что-то вроде лагеря. Идите на запад по двойной дороге и обойдите ее, собравшись в отряды. Ожидание." Я воспрянул духом. "Давай", - прошипела я с некоторой настойчивостью, когда бежала на северо-запад, несколько деревьев давали нам некоторое прикрытие, и, найдя грунтовую дорогу, я побежала по ней к основанию хребта, по бокам которого росли кусты, вскоре взбежала на этот хребет и скатилась с другой стороны, остальные скатились за мной.


Раздался пулеметный огонь, когда мы все осторожно выглянули из-за хребта, были видны красные трассирующие пули, люди внизу прочесывали прибрежные равнины.


"Если бы они не спали, когда мы приземлились ..." - отметил Моран, когда затрещал автоматный огонь. "Они спали, и им потребовалось десять минут, чтобы стать активными".


"Нам повезло", - сказал я им. И они не самые увлеченные бойскауты. Посмотри на них, они стреляют наугад."


"Рокко для Уилко".


"Иди головой".


"Мы хорошо их разглядели: позиции из мешков с песком, минометы, хижины, несколько легковых и грузовых автомобилей сзади".


"Этого лагеря нет на чертовой карте!" Я передал.


"С каких это пор Intel все делает правильно?" - пришло ответ от Rocko.


Рокко, Риццо, займите позицию с боков и тыла, подкрадитесь вплотную, затем координируйте атаку. Риццо, мы позади тебя в нескольких сотнях ярдов, северный хребет, проверь свой огонь."


"Сейчас мы крадемся вниз", - раздался голос Риццо.


Я достал свой спутниковый телефон и набрал номер.


" Капитан Харрис слушает, " раздался сонный голос.


"Это Уилко. Мы приземлились прямо на военной базе, но вовремя ушли, собираясь атаковать ее с боков. Обновите карту: в шестистах ярдах от западного пляжа находится лагерь."


"Хорошо, я сделаю пометку".


"Уилко на свободе". Положив трубку, я прошептал: "Давай".


Мы продвигались вдоль хребта, согнувшись вдвое, когда загрохотали минометы - прерывистый пулеметный огонь нарушал ночную тишину, держа лагерь в поле зрения, пока мы не оказались почти на одном уровне с ним.


"Риццо, направь свой факел на северо-восток".


Через несколько секунд мы увидели это в чернильной темноте.


"Хорошо, мы в сотне ярдов к востоку и выше вас, сейчас снижаемся".


"Это Рокко, они выстраиваются, готовые к маршировке".


"Сказать еще раз?" Я поинтересовался.


"Они выстраиваются в блок".


"Риццо, ты видишь их?"


"Да, выстрел примерно с двухсот ярдов".


Включайте автоматический режим, все вы, приготовьтесь. Николсон, Томо, стреляйте по людям с пулеметами, когда мы начнем. Выключив радио, я прошептал: "Махони, Моран, отряд Робби, прямо вниз, как можно быстрее, цельтесь в минометную команду и людей с пулеметами. Вперед".


Они помчались вниз по склону.


Свифти я сказал: "Подходящие мишени вокруг хижин", и мы оба устроились поудобнее. Теперь прицелом я мог видеть группу людей, о которых упоминал Рокко, но они были на дальней стороне, ближе к Рокко. Рядом с хижинами, при свете, я мог видеть, кто, как я думал, был главным, теперь руководящим людьми.


Я включил радио. "Рокко, сосчитай до десяти и открывай огонь".


Я вернул себе командира и держал его на прицеле, и когда начался треск, я ударил его. Над ним склонился мужчина, которого мне удалось достать выстрелом в голову. Любопытное лицо выглядывает из хижин, и я ударяюсь о стекло и любопытное лицо позади.


Треск нарастал до крещендо, и прежде чем стихнуть, я подстрелил шестерых человек, выстрелы были сделаны издалека при плохом освещении. Когда джип включил фары, я попал в водителя и пассажира, Свифти выстрелил рядом со мной.


Когда потрескивание ослабло, я передал: "Рокко, докладывай".


"Выстроил всех ублюдков в ряд, не вижу, чтобы кто-нибудь двигался".


"Николсон, докладывай".


"Уничтожен расчет минометчиков и пулеметчиков, некоторые убежали и прячутся".


"Капитан Моран, вы видите кого-нибудь живого?"


"Отрицательный".


"Всем отойти к краю лагеря, головы опущены, предельно медленно, дважды нажать, никакого риска, не заходите внутрь".


Я отстал от Свифти, и мы побежали вниз по склону, останавливаясь и опускаясь на колени, когда поравнялись с лагерем. "Моран?"


"Вот".


Мы продвинулись вперед на двадцать ярдов, обнаружив черные очертания.


Моран прошептал: "Этот гребаный болван, главный, всех их уложил".


"Хорошо для нас, плохо для них", - отметил я.


Махони дважды выстрелил в темноту, прежде чем я похлопал его по плечу. Черные капли двинулись вперед, согнувшись пополам, к старой каменной стене высотой около двух футов и встали на колени за ней в длинную очередь. Выстрелы раздались справа от нас, всего в двадцати ярдах, выстрелы с глушителем, так что наши.


Я не осознавал, что вспотел, пока не почувствовал прохладу на лбу от дуновения ветерка. И мы ждали пятнадцать минут, пока не прозвучал странный выстрел.


"Уилко, это Риццо, в долине есть движение, на западе".


Я выпрямился и осмотрелся, увидел огни автомобиля.


"Томо, Николсон, идите на запад по двойной, на полпути к тем огням и доложите. Никакого риска."


"Перемещение".


Пока мы ждали, я снял маску для лица и, отпив воды, передал ее Свифти.


"Они были не самыми возбужденными", - отметил он.


Вставил Махони: "Но у них была постоянная оборона по направлению к пляжу, так против кого - филиппинской армии?"


"Должно быть", - заметил Моран. "Они больше ни с кем не сражаются".


"Береговая линия скалистая и мелководная", - сказал я им, когда мы стояли на коленях в темноте. "Так что, возможно, этот пляж был очевидным местом высадки - после гавани".


"Это место было занято японцами?" Спросил Свифти.


"Да", - сказал я ему.


"Тогда этот лагерь мог бы располагаться там, где был оригинал, защищая тот пляж".


Махони сказал: "Нас должны были заснять, когда мы сходили на берег". С театральным акцентом он добавил: "Я вернусь на Минданао".


"Кто это сказал?" Спросил Свифти.


"Кноббер", - сказал ему Моран. "Макартур".


"Не издевайся надо мной, я никогда не ходил в шикарную школу с мужскими общежитиями и мужскими душевыми".


Я рассмеялся.


"Я тоже", - настаивал Моран. "Дерзкий трах".


"Робби", - позвала я в темноте. "Твои парни в порядке?"


"Никаких ран, все решительные", - ответил он. "Но я не думаю, что кто-то из нас предполагал, что мы окажемся в действии прямо с этого чертового вертолета".


"Лучшие продуманные планы ..." - съязвил я.


Пять минут спустя вышел Николсон. "Уилко, там есть лагерь, больше, чем первый, хижины и кирпичные здания, грузовики, все виды".


"Что они делают?"


"Готовлюсь к отъезду".


"Оставайся там, выкрикни это. Рокко, разворачивай минометы. Риццо, разверни пулеметы. О, и Николсон, отправляйся на южную сторону ... и пригни свою гребаную голову!"


Я медленно повел свою команду внутрь, и мы тщательно проверили позиции мешков с песком, отряд Риццо справа от нас, несколько тел дважды пострадали, одно тело встало и побежало, но не далеко.


На дальней стороне я осмотрел груду тел, возможно, человек тридцать, которые были выстроены в линию, готовые к приказам, и повернулся к Рокко, когда он наводил минометы, хижины обеспечивали некоторое освещение.


"Рок для Николсона. Какое расстояние?"


"Восемьсот до начала, но это около четырехсот ярдов в длину".


Используя фонарик, Рокко в спешке отрегулировал минометы, парни стояли в ожидании со снарядами. "Попробуй это".


"Огонь для эффекта!" Я закричал и опустился на колени.


Минометы разорвали трубы, 81-мм, судя по ощущениям, и я, согнувшись пополам, побежал на запад, к джипу и вскарабкался на его капот, когда снаряды упали, грузовик был разрушен вдалеке и вскоре загорелся.


"Это Николсон, хорошая цель, но с каждым залпом стреляй дольше".


Я поднял винтовку, широко расставил ноги, чтобы не упасть, и теперь, когда грузовик был объят пламенем, мог видеть лагерь. И в поле зрения было до сотни человек, что вызывало беспокойство.


Я спрыгнул вниз. Минометные расчеты, быстрый огонь! У нас компания."


Пулеметы открыли огонь, красные трассирующие пули описали небольшую дугу и врезались в отдаленный лагерь, когда сработали следующие три миномета.


Вернувшись к моей команде, Моран сказал: "Идиоты там, внизу, будут сбиты с толку - они думают, что в них стреляют их люди".


"Сюда огонь не доберется", - заметил Махони с нотками ритма в голосе. "Они думают, что это ошибка".


Темный набросок Свифти вставил: "Скоро на нас разозлятся. Сколько там людей внизу?"


"Сто с лишним", - сказал я им. "И это были только те, кого я мог видеть".


"Это Николсон, можем мы начать со второго лагеря?"


"Да, но сначала купи солидную обложку".


"Это Томо, я думаю, у меня есть главный".


"Томо, это было до того, как ты попросил разрешения открыться?" Я дразнил.


"Нет, я только что поймал его, примерно секунду назад".


Моя команда смеялась, когда мы стояли в темноте, а следующие три миномета выстрелили, три пулемета выпустили очередь, и они звучали как гранатометы.


Зазвонил мой спутниковый телефон.


"Уилко".


"Это Фрэнкс, ты можешь говорить?"


"Да, иди головой".


"Что я могу услышать? Вы участвуете в перестрелке?"


"Да, мы только что наткнулись на лагерь. Мы приземлились прямо перед ним, но уехали до того, как они сняли пижамы и надели ботинки, иначе это могло быть отвратительно. Теперь мы атакуем второй лагерь, ни одного из которых нет на чертовой карте!"


"Что ж, у меня есть еще плохие новости. Радиопереговоры, если они сходят с ума последние десять минут, также поступают на другие острова."


"Я могу представить, что да, наше вступление было замечено. Я сообщу вам новости через час. Уилко на свободе."


"Что это было?" - Спросил Свифти из темноты.


"Радиосвязь здесь сходит с ума, возможно, это вызов подкрепления с других островов".


"Вот и все для тихой вставки, чтобы захватить заложников", - отметил Махони. "Мы приземлились на лужайке перед их домом".


"Николсон для Уилко".


"Продолжай".


"Они бегают вокруг, тушат пожары и оказывают первую помощь, они не замечают, что мы стреляем в них, у нас пока по двадцать на каждого".


Продолжай в том же духе. Где приземляются минометы?"


"На полпути наверх".


"Где находятся хижины и кирпичные здания".


"В основном с левой стороны".


"Рокко, целься немного вправо, покинь здания, там могут быть заложники".


Риццо подошел. "Для GPMG не осталось боеприпасов".


"Идите на север вдоль этого хребта, пока не окажетесь над лагерем, займите надежные позиции и стреляйте сверху".


Он крикнул своей команде и увел их за собой в дубль.


"Робби, где ты?" Я звал сквозь темноту.


"Вот".


"Твои люди, эта стена из мешков с песком, нацелены на запад".


"Вот где мы находимся".


"Черт возьми, теперь вы все умеете читать мысли, делаете это еще до того, как я попрошу".


"Мы лучшие парни", - сказал мне кто-то, невидимые мужчины смеялись.


" Уилко, " раздался голос Роко. "Еще десять минометов, и все".


"Хорошо. Дай мне знать, когда освободишься."


"Почему, вы не можете сосчитать типы офицеров?" Не могу пропустить этот шум, " проворчал Роко, и парни рассмеялись.


Следующие три мортиры сработали, когда я вел свою команду к хижинам, для их обыска использовались факелы, в основном только кровати и места для приготовления пищи, найденные внутри. Дверь взломали, и мы нашли три гранатомета с примерно двадцатью ракетами.


"Возьми их", - сказал я.


Выйдя из хижины, мы направились к следующему лагерю по густой высокой траве, таща за собой отряд Робби, огибая небольшие кусты, пересекли ручей.


"Риццо, Николсон, мы идем по середине, проверьте свой огонь. И у нас есть RPG."


Пять минут спустя, когда мы остановились и опустились на колени, раздалось еще несколько выстрелов: "Уилко, это Рокко, из минометов. Я тщательно пересчитал их..."


"Иди по левой стороне, нахальный ублюдок, и присоединяйся к Николсону".


"Хорошо. Двигаемся".


По радио я сказал: "Махони, этот грузовик, или ты трусы".


Он шагнул влево, опустился на колени, в темноте сам заряжал, прицелился и выстрелил, попав в окна грузовика, кабина разлетелась на куски, выстрел с расстояния в двести ярдов.


"Новичкам везет", - сказал ему Робби.


"Свифти", - позвал я. "Тот джип".


"Ни за что", - поддразнил Махони, когда Моран заряжал сам.


Свифти тщательно прицелился и выстрелил, но промахнулся, отскочил и попал в решетку джипа, двигатель загорелся.


"Эй, удачливый выстрел", - пожаловался Махони.


"Я собирался это сделать", - настаивал Свифти, а Моран смеялся.


"Капитан Моран, позиция мешка с песком".


Моран прицелился, приноровился и выстрелил, его выстрел прошел мимо цели, и он попал во что-то за мешками с песком, взрыв был слишком сильным, чтобы быть выстрелом из РПГ.


"Во что ты врезался?" Я задавался вопросом вслух.


Пламя взметнулось высоко в черную ночь, местность внезапно хорошо осветилась.


"Я стремился к этому", - настаивал Моран, команда Робби посмеивалась.


Я включил радио. "Используй свет, чтобы дважды нажать и поразить отставших. Приложим все усилия." Мужчины, которые были со мной, открывались всему, что могли увидеть.


Махони зарядил и выстрелил, вдалеке врезался грузовик, несколько машин загорелось, Свифти выпустил ракету по кирпичному зданию, высоко поднялся сноп искр.


Я видел, как мужчина встал и побежал, ударил его и развернул, кто-то еще дважды ударил по телу. Моран врезался в деревянную хижину, проделав в ней дыру, Свифти снова врезался в кирпичное здание. Если бы там были заложники, то, как я понял, они могли бы уже выбраться сами.


Когда все RPG исчезли, лагерь был объят пламенем.


"Рокко, иди налево, дойди до дальнего конца и остановись, поищи отставших. Риццо, иди направо. Не подходи слишком близко."


Я повел свою команду вперед, к стене из мешков с песком. Стоя там, мы дважды ударили по дюжине тел, вскоре нацелившись на тела дальше, когда горели грузовики, джипы и здания.


"Это Риццо, люди, убегающие по дороге".


"Целься в них, но не преследуй".


Подняв глаза, я понял, что начинает светать. Двигаясь вокруг лагеря налево, я осторожно повел свою команду внутрь, запах дыма душил нас, и мы заглянули в несколько хижин и кирпичных зданий, заложников не было видно, двое мужчин были обнаружены прячущимися и убиты без раздумий.


В задней части лагеря я обнаружил подростка, сражающегося, но воздержался от стрельбы. Я заметил, что у него была рана на руке, когда я опустился перед ним на колени. Я снял маску с лица. "Ты говоришь по-английски?"


"Немного", - вырвалось у него.


"Ты говоришь, мы помогаем, или ты еда для акул. Понимаешь?"


Он кивнул, явно напуганный.


"Заложники из Англии, Австралии?"


"Джоло".


Я достал карту и показал ему, и он указал место, дал описание. Я связал ему руку и поднял его на ноги. "Иди". Я указал ему на юго-восток, чтобы избежать группы Роко. "На пляж, потом домой. Действуй быстро."


Он убежал в густые кусты и скрылся из виду.


"Это Рокко, у нас тут несколько отставших, сейчас никого не вижу".


Николсон, Томо, медленно пройдите на запад полмили, докладывайте, что видите. Остальные, возвращайтесь в лагерь, уничтожьте все."


"Двигаемся", - раздался голос Николсона.


Когда серый рассветный свет озарил лагерь, мы побродили вокруг, заглядывая в сараи или здания, находили РПГ, боеприпасы, еду и воду, все виды. Риццо умыкнул много банок фанты. Рокко нашел бункер, полный минометов и нескольких коробчатых русских пулеметов. Он также нашел два спутниковых телефона на телах.


Когда я держал их в руках, один из них зазвонил.


"Da!" Я ответил.


Прозвучало длинное предложение на странном языке.


"Па Руски?"


Через несколько секунд появился другой мужчина. "Русские?"


"Da."


По-русски он спросил: "Кто ты?"


"Мы русские наемники, мы убили здесь всех ваших людей. Может быть, вы хотите договориться."


"Вести переговоры? Вести переговоры о чем?"


"Вы взяли в заложники двух мужчин, русских мужчин, недалеко от Кота-Кинабалу. Мой босс хочет их вернуть."


"У нас нет русских мужчин!"


"Мой босс говорит, что вы делаете, поэтому мы убиваем вас всех". По-английски я добавил, медленно и тщательно выговаривая слова: "Хорошего дня". Телефон выключен, я убрал его.


"Что это было?" Спросил Моран.


"Я пытался убедить того, кто был на том конце провода, что мы российские наемники, ищущие русских заложников".


Махони улыбнулся. "Это собьет их с толку".


Зазвонил мой собственный спутниковый телефон. "Уилко".


"Это твой босс", - вступил Дэвид Финч. "Ты хотел, чтобы я позвонил тебе".


"Звонить мне, как вчера".


"Я был в самолете. Это было срочно? Парень из JIC посвятил меня во все."


"Нет, не срочно, просто поболтаем о малайском полковнике, подрезающем нам крылья".


"Я слышал, ты попал на остров".


"Ну, вот в чем дело", - сказал я, широко улыбаясь Свифти. Я пинал песок ботинками. "Мы приземлились на американском вертолете прямо рядом с лагерем, и этот лагерь находился в шестистах ярдах от другого лагеря, остатки которого все еще горят, двести тел на полу".


"Иисус. Вот и все для скрытной разведки."


"Лагеря... нас не было на карте разведки, босс."


"Тогда он мог быть волосатым. Кто-нибудь пострадал?"


"Еще нет, но день еще не закончился, день только начинается. Похоже, что это тоже может быть неплохо."


"Что ты будешь делать?"


"Очистите этот остров, а затем подумайте. Я получил кое-какую человеческую информацию о том, где находятся заложники."


"Я не хочу знать, откуда у тебя эта информация. Держите меня в курсе."


Отложив телефон, я рассматривал тлеющие машины, пока парни бродили вокруг. "Свифти, посмотри, сможешь ли ты приспособить эти минометы для взрыва".


Он направился в бункер.


Теперь у Слэйда и Гонзо были русские автоматы в коробках плюс запасные патроны, винтовки на плечах, и они подошли ко мне. "Может пригодиться, босс".


Я кивнул. "Пока держись за них".


В моем наушнике зажужжало. Уилко, это Риццо, один джип все еще работает. Мы оставим это?"


"Это очень маленький остров", - сказал я им. "Если только ты действительно не устал".


"Быстрее отправляйся в casevac", - пожаловался он.


"Конечно, оставь это. Хорошо, каждый второй мужчина, к восточной стене из мешков с песком, готовьте, делитесь."


Полчаса спустя, когда солнце уже полностью взошло, я стоял со своей командой с пивом в руках, болтая, а надоедливые чайки носились над головой. Грузовики и здания все еще дымились, повсюду стоял едкий запах горелой резины, и место было усеяно телами.


"Итак, каков план?" Спросил Свифти.


Отдышимся и двинемся на запад. Не может быть, чтобы здесь осталось слишком много мужчин."


"Николсон для Уилко", - пришел слабый сигнал.


Я стоял на стене из мешков с песком. "Продолжай, плохой сигнал".


"Приближается компания, некоторые в гражданской одежде, но вооруженные, длинная вереница машин".


"Отступи на двойном. Все готовы возвращаться в первый лагерь ". Я повернул голову к Свифти, когда ребята приготовились. "Ты подстроил эти минометы?"


"Просто нужен огонь, и есть бензин и дизельное топливо".


Пропустим это. Риццо, возьми тот джип, и если увидишь трейлер, прицепи его. Остальные, заряжайте минометы. Шевелись!" Увидев Слэйда и Гонзо, я остановил их. "Вы двое, поднимитесь на гребень, на двести ярдов выше, и не показывайтесь там движущимися. Вперед!"


Они убежали.


Риццо развернул джип, вскоре прицепили старый ржавый трейлер, два человека несли ящики с минометами, ящики были чертовски тяжелыми. Я выбежал на дорогу и уставился на запад, ничего не видя, и у меня был четкий обзор на 800 ярдов: зеленая трава и кустарники, низкорослые деревья, которые, казалось, росли из белого песчаного основания.


С прицепом, полным минометов, я приказал команде Риццо сесть в машину и уехать обратно к минометным трубам, а остальным бежать по середине долины по высокой траве.


Увидев низкий, но крутой гребень с короткими толстыми деревьями, я направил отряд Рокко к нему, чтобы проникнуть внутрь и спрятаться за деревьями. Я повел свою команду дальше, так быстро, как только мы могли пробираться через кустарник, и, достигнув первого лагеря, я остановился и оглянулся: Николсона и Томо видели на южном гребне и они приближались, отряд Робби занял ту же стену из мешков с песком, что и раньше, и нацелился на запад.


Николсон, оставайся там, приготовься стрелять. Взбирайся на гребень, " выдохнул я.


"Движущаяся позиция" принадлежит Николсону.


"Это Слэйд, мы можем видеть их, но они остановились. Они вышли и гуляют, наполовину профессионалы."


"Сколько?"


"Их, блядь, сотни, еще дальше в прошлое".


Я обменялся взглядом с Мораном. "Мы задействуем вертолеты для себя или отправим дополнительных людей?"


"Лишние люди", - сказал Моран, взглянув на Махони. "Эти парни - дерьмо".


Свифти кивнул.


Я кивнул в ответ Свифти и достал свой спутниковый телефон, вытирая лоб рукавом, большинство парней теперь без масок.


"Капитан Харрис слушает".


"Это Уилко, отправьте французов к нам как можно быстрее, точно в то же место посадки, затем эскадрилью "D", австралийцы наготове".


"Хорошо, я сейчас с этим разберусь".


"Поторопись! Уилко на свободе."


Я включил радио. "Рокко, ты на месте?"


"Да, хорошее место, надежные огневые позиции".


Обернувшись, я увидел, как готовятся минометы, вставляются запалы - но очень аккуратно, снаряды выстроены в линию, парни работают до седьмого пота. Когда они были готовы, они повернулись ко мне. И ждал.


Я включил радио. "Слэйд, докладывай".


"Они группируются, разбиваются на команды, пока не продвигаются вперед".


"Расстояние от нас до них".


"Подожди". Через минуту раздалось. "Я бы сказал, 1400 ярдов, Гонзо говорит немного дальше".


"Понял".


Я обратился к Риццо, который внес коррективы.


"Выстрели три для пущего эффекта", - сказал я Риццо. Снаряды были установлены и сброшены, люди ныряли прочь, минометы выскакивали.


Я включил радио. "Слэйд, доложи о распространении".


Мы слышали отдаленные взрывы, доносившиеся до нас.


"Это Слэйд, меткий стрелок, должно быть тридцать человек убитыми или ранеными. Остальные разбегаются."


Я указал на Риццо, упало еще три снаряда.


"Это Слэйд, на тот раз у него было несколько джипов".


"Что они делают?" - Спросил я, когда Моран, прищурившись, посмотрел на запад от яркого солнечного света.


"Движение в стороны и назад, один или два небольших патруля бегут вперед".


Я повернулся к Риццо. "Влево и вправо, и дольше".


Корректировки, сделанные в спешке, три снаряда были вставлены и сброшены.


"Это Слэйд, больше людей убито. Эти ребята не кажутся такими уж умными."


Я похлопал Риццо по ладони и велел людям отдохнуть. Они жадно глотали воду.


Мой спутниковый телефон зазвонил, когда я поднял белый порошкообразный песок. "Уилко".


"Это Фрэнкс, к нам прибывают вертолеты, чтобы забрать французов. Тот же ЛЗ, да?"


"Да".


"Есть ли враги возле LZ?"


"Нет, в данный момент они все на расстоянии 1500 ярдов к западу. Я сообщу вам, если что-то изменится, но мы их пока откладываем."


"Где твои люди?"


"Всего примерно в шестистах ярдах к западу от пляжа".


"Хорошо, я скоро пришлю тебе расчетное время прибытия".


Отложив телефон, я крикнул: "Кто-нибудь из вас заберет боеприпасы у мертвецов, сложите их на стене из мешков с песком".


"Если мы будем здесь сегодня вечером, это место созреет", - указал Махони, и я оглядел десятки тел.


"Слэйд для Уилко: первый патруль в лагере".


"Оставь их, сообщи о передвижении, спрячься".


Я схватил три запасных журнала и спрятал их, быстро переписывая, поскольку день становился жарким, а эти чертовы чайки все еще кружили низко.


"Что случилось с птицами?" Спросил Свифти.


Махони предположил: "Вероятно, это место их гнездования. Бедняги, наверное, облетели полмира, и вот мы здесь - тревожим их гнезда."


" С тех пор, как мы облетели половину земного шара, " начал Свифти. "Черт бы их побрал".


"Это половина пути?" Моран лениво спросил.


"Нет, далеко", - сказал я ему.


"Это Николсон, с ним крадутся несколько дерзких парней".


"Сначала позволь им подобраться поближе", - передал я. "Сколько?"


"Один патруль почти до конца лагеря, двое или трое позади них".


Когда через пять минут зазвонил мой телефон, это был Фрэнкс. Расчетное время прибытия - десять минут или около того. Какие-нибудь изменения в LZ?"


"Нет, достаточно тихо. Я прикажу кому-нибудь стоять там."


Положив трубку, я повернулся к Морану. "Вы и лейтенант, в Левую зону, встретьте французов, но отведите их влево и за хребет, прямо вниз, готовые ударить с фланга по иррегулярным войскам".


Это в ЛЗ? Моран повторил, скривив губы и улыбнувшись. "Начинаю походить на янки".


" Эй, - запротестовал Махони, когда они уходили.


Сидя верхом на стене из мешков с песком, я вглядывался в прицел, теперь замечая движение. И они были в пределах 600 ярдов. Я опустился ниже. "Пригнись!"


Люди опустились на колени там, где были, и приготовились, вскоре послышался резонирующий гул вертолетов на ветру. Я посмотрел на восток и, наконец, увидел, как они снизились и приземлились, но больше ничего не смог разглядеть. Они оторвались через минуту - гул на короткое мгновение усилился, и они улетели на восток.


"Это Моран, полностью уничтоженный, движется на юг".


"Вас понял".


"Это Рокко. Я думаю, что тупоголовые ублюдки там, внизу, думают, что мы улетели на тех вертолетах - они разгуливают вокруг, как будто нас и не было."


"Хорошо. Всем не высовываться, мы ударим по ним, когда они соберутся в кучу."


"Если ... они собираются в группы, " парировал Свифти, выключив радио. "Может быть, теперь они осторожничают".


"Если бы они были осторожны... они прятались бы за деревьями и обходили нас с флангов."


"Может быть, так оно и есть", - указал Свифти.


Я об этом немного подумал. "Рокко, отправь двух человек пробраться на север и осмотреться, на случай, если кто-то обойдет нас с фланга".


"Вас понял".


"Это Слэйд. Все эти тупоголовые ублюдки снова собираются в кучу, раненых увозят, прибывают новые."


"Продолжайте поступать отчеты".


Свифти спросил: "Ударь их снова?"


"Они узнают, что мы все еще здесь". Я вздохнул. "Нельзя разыгрывать эту карту дважды". Я достал банку с мясом и открыл ее, положив немного ложкой, пока мы ждали на жаре, большинство парней сидели спиной к мешкам с песком вокруг ям для раствора.


"Моран для Уилко, ты слышишь меня".


Я расслабился. "Почти".


"Я на гребне, к югу, на одном уровне со вторым лагерем. Большой патруль внизу, на пляже, пытается обойти нас с фланга, другой патруль чуть дальше."


"Черт возьми", - сказал я со вздохом. "Устройте засаду пляжному патрулю или обоим патрулям. Необходимо использовать глушители."


"Сейчас двигаемся".


"Слэйд, сколько там людей внизу?"


"Чертовы сотни, прибывают еще".


"Надо было уйти, да", - заметил Свифти.


Я достал свой спутниковый телефон. "Мы удваиваем ставки".


"Фрэнкс здесь".


"Отправляйте остальных британских солдат SAS, как можно быстрее".


"Что случилось?"


"Все население острова вооружено и направляется ко мне".


"Ты хочешь добычи?"


"Нет, я хочу убить их всех. Отправляй парней прямо сейчас, в ту же ЛЗ, пока что это безопасно."


"Хорошо, твой выбор".


"Удвоить ставку?" Свифти озадачен.


"Играя в азартные игры или торгуя на фондовых рынках, если у вас проигрышная позиция, вы делите ее и удваиваете ставку на каждую часть. Ты можешь победить... или потерять чертовски много больше."


"С эскадрильей "D" здесь также мы должны быть в состоянии провернуть это, особенно после наступления темноты. И при дневном свете мы можем стрелять, а они нет."


"Трэвис для Уилко".


"Продолжай".


"Патруль крадется вдоль северного берега, может быть, человек двадцать".


"Рокко, разберись с этим патрулем, затем резко поверни назад, ударь по ним издалека, затем возвращайся туда, где ты был".


"Ладно, выдвигаемся".


"Это Николсон, мы собираемся побывать с ним поближе".


"Дождись последнего момента, а потом стреляй". Я повернул голову. "Риццо, если услышишь стрельбу, стреляй из трех минометов". Я повернулся к Свифти. "Приготовься напасть на этот лагерь".


Свифти перебрался к стене из мешков с песком на западной стороне, спустился с отрядом Робби и устроился поудобнее.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Дэвид Финч. Я слышал, что есть проблемы."


"Все шло хорошо, мы уничтожили два лагеря, погибло до двухсот человек, но теперь мы собираемся принять на себя пятьсот человек; каждый ублюдок на острове вышел поиграть".


"Гражданское население, вероятно, обучалось владению оружием, члены местной коммунистической партии носили удостоверения - или что-то еще. Что ты будешь делать?"


"Слишком поздно уходить, так что либо мы победим, либо они, но это далеко не идеально".


"И эскадрилья "D" в пути. Это ... мудрый?"


"С таким количеством людей здесь мы можем отступить с меньшими потерями - у нас есть снайперы. У нас было бы убито шестьдесят человек, более чем достаточно. Без них ... мы понесли бы потери, да."


И этого можно было избежать ... как?"


Точные местные данные... которого не было ни одного. Урок усвоен. Но... силы хотели, чтобы мы уменьшили их, и вот способ сделать это. Мы могли бы даже сказать, что команды пришли, чтобы спасти тех, кто здесь, по крайней мере, чтобы помочь прикрыть вывод войск."


"Ну, побочный эффект ... при условии, что жертв будет не слишком много".


"Я буду избегать рукопашной схватки, я обычно так и делаю".


"Хорошо, держите меня в курсе, если что-то изменится".


"Верно, босс".


В трубке послышался треск. Отряд Риццо бросил снаряды в трубы, три снаряда вылетели наружу. Я метнулся к Свифти и опустился на колени, уперев дуло винтовки в стену из мешков с песком. Я обнаружил, что люди смотрят в эту сторону, и я выстрелил, целясь в верхнюю часть груди, двое мужчин попали, прежде чем остальные пригнулись.


Я повернул влево и увидел движение, двух прячущихся мужчин, и я попал в обоих мужчин. "Николсон, ты в порядке?"


"Да, мы их поймали".


"Я нашел двоих, которых ты пропустил. Оставайся на месте, стреляй в любого, до кого сможешь дотянуться."


Свифти выстрелил как раз перед тем, как сработали три мортиры.


Я остановил Риццо. "Отчет Слейда".


Минометы попали в нескольких из них, причинили некоторый ущерб, и этот второй залп поджег джип. Они снова разбегаются, но их масса вот-вот достигнет лагеря. Те, кто в лагере, стреляют на юг, я думаю, Николсон стреляет в них."


"Стреляй и в них, спаси тех, кого кормят из коробки".


"Хорошо".


"Риццо, круговая оборона, следи за хребтами".


Мой телефон зазвонил, когда я опустился на колени рядом со Свифти. "Уилко".


"Это Моран. Мы напали на патруль на пляже с расстояния в триста ярдов, большинство убито, некоторые прячутся, и одновременно напали на патруль вдалеке, убитые и раненые, и они убежали."


"Мне нужно, чтобы ты был на возвышенности, следил за обоими направлениями, двумя командами".


"Хорошо, теперь двигаемся".


Я сказал Свифти, когда мы выглядывали из-за стены из мешков с песком: "Французы прикрывают южную сторону, Рокко - северную. Когда сюда прибудет эскадрилья "D", они смогут удерживать центр, пока мы заходим во фланг иррегулярным войскам."


"В том бункере осталось много минометов", - отметил он. "Просто придется рискнуть и забрать их".


Пять минут спустя послышался странный отдаленный треск, Рокко включился. "Мы напали на приближающийся патруль, несколько человек убежали, возможно, один спрятался, большинство мертво".


"Всегда держите двух мужчин на возвышенности. Французы - это юг, у них все схвачено, север твой, используй Слэйда и Гонзо. Николсон, ты там?"


"Продолжай".


"Приходи ко мне, если все ясно, без риска".


"Мы взяли большую часть этой партии, остальные прячутся. Сейчас двигаемся."


Свифти вытер лоб. "Скоро я собираюсь подстрелить одну из этих чертовых чаек".


"Они хотят, чтобы мы ушли", - отметил я.


"Они не единственные, кто хочет, чтобы мы ушли".


Звук самолета заставил нас поднять глаза, приближался легкий самолет.


"Самолет-разведчик", - съязвил Свифти. "Не совсем сверхзвуковой".


Я включил радио. "Слэйд, используй коробку передач, попробуй сбить этот самолет, так, чтобы тебя не заметили. Остальные, стреляйте в него, но не тратьте патроны."


Треск, и чайка плюхнулась на песок. Я столкнулся со Свифти. И я ждал.


" Что? " спросил он, отворачиваясь. "Чертова штука отвлекала меня".


"Хорошая цель", - сказал я со вздохом.


Послышался отдаленный треск, "Сессна" шла слишком низко и резко накренилась над северным хребтом - как будто ее пилот искал Слейда. Облачко дыма, и он камнем упал на свою опору, смялся и начал дымиться.


"Хорошая работа, Слэйд".


"Не совсем".


"Сказать еще раз?"


"Гонзо немного пострадал, на него приземлился самолет".


Свифти разразился смехом. "Каковы были шансы?"


"Гонзо, если тебе понадобится помощь, приди ко мне".


"Получил легкое сотрясение мозга от того, что что-то отломилось и ударило его", - сообщил Слэйд. "Скоро все будет в порядке, но он мной недоволен. В любом случае, он виноват в том, что не пригнулся."


Вбежавшие Томо и Николсон смеялись, их лица блестели от пота. Они опустились на колени, отдуваясь.


"Идите к Рокко", - сказал я им и указал на позицию Рокко.


В течение десяти минут было тихо, ни малейшего шороха на ветру, "Сессна" горела, дым уносило на запад, затем покой был нарушен "Морскими ястребами". Я встал и пошел на восток к стене и наблюдал, как они вошли, все трое вскоре поднялись и направились на восток. Но, как я заметил, один из них сильно накренился и приземлился.


"Хэмбл для Уилко".


"Продолжай".


"Где ты?"


"Вниз по середине долины в шестистах ярдах. Спускайся к нам."


"Ожидание". Морские ястребы кружили в полумиле от нас. Минуту спустя пришло сообщение: "Уилко, у "Морского ястреба" неисправность, экипаж выведен из строя, отключаем его".


"Будет ли подобрана команда?" Вертолет в безопасности там, где он есть, его можно спасти."


"У них есть аварийные рации. Подожди, Морской ястреб возвращается."


Он приземлился, как я и наблюдал, но я не мог видеть, кто поднялся на борт.


Когда он ушел, появился Хэмбл. "Экипаж ушел, попросил нас присмотреть за вертолетом".


"Оставьте с ним двух человек, он в безопасном месте".


"Хорошо, сейчас приду к тебе".


"Дорогая игрушка", - заметил Свифти.


Я позвонил Фрэнксу. "Это Уилко. У одного из ваших "Морских ястребов" возникла неисправность, экипаж снят, но он в целости и сохранности, в безопасном районе, так что наймите для этого инженеров."


"Я поговорю с ними сейчас. Но ты говоришь, что команда в отъезде."


"Да, подобрал. У вертолета сидят двое моих людей на случай, если кто-нибудь попытается украсть колеса."


"Что там происходит?"


"Они пытались обойти нас с фланга, но потерпели неудачу, затем послали самолет-корректировщик "Сессна", но у него возникла неисправность, он разбился и сгорел".


"Развилась ошибка ..?"


"Неисправное техническое обслуживание, как у вашего вертолета".


"Ваша позиция под атакой?"


"Не в данный момент, они перегруппировываются. Уилко на свободе."


Десять минут спустя Хэмбл привел два отряда, и они забрали тела и столбы дыма вдалеке. "Повеселились?" - спросил он, его люди рассредоточились и заняли стены из мешков с песком рядом с Робби.


"Вставка из учебника", - сказал я ему, быстро рассмеявшись. Я продолжил: "Мы получили дерьмовую информацию, мы вышли прямо на них, и мы упустили из виду тот факт, что у большинства взрослых мужчин от восемнадцати до шестидесяти лет есть оружие - и они являются членами местной партии фанатиков. Но помимо всего этого... учебное пособие."


"Значит, это полный провал".


"В значительной степени", - сказал я ему. "Правильно, эта стена ваша, расположитесь слева, цельтесь в тот дальний лагерь, никого не подпускайте близко. Французы крайние слева, мои парни справа, так что не стреляйте по хребтам. Дай знать своим людям. И ... не высовывайтесь."


"У вас есть минометы", - отметил он.


"Да, осталось несколько гильз, нужно добыть еще ... Вон там, в том лагере, несколько плохих парней вокруг него".


"А." Он расставил своих людей парами, прямо по курсу, многие с ВЕПРЕМ, и вскоре мы были прикрыты, отряд Риццо сгруппировался вокруг минометов и сел.


"Возьмите немного еды, если хотите", - сказал я им.


В 14:00 у меня зазвонил телефон. "Уилко".


"Это полковник Дин. Ты можешь говорить?"


"Да, сэр, продолжайте".


"Вы вызвали передовую эскадрилью "D", так что, как я понимаю, дела идут не очень хорошо".


"И да, и нет, сэр. Вертолет высадил нас в двух шагах от лагеря повстанцев, разбудив их; разведданные были невелики. Мы убежали, окружили их, уничтожили, затем развернули их собственные минометы и ударили по второму лагерю к западу от первого, затем двинулись на этот лагерь и уничтожили их, некоторые убежали.


"Это привело к полной мобилизации ... всех на острове, у всех было оружие, и они пошли на нас, но хорошо сбились в кучу, поэтому мы обстреляли их из минометов. Они пытались обойти нас с фланга, но мы отбросили их, и теперь... теперь они рассматривают свои варианты после того, как их самолет-разведчик потерпел крушение и сгорел."


"Самолет-шпион?"


"Низко летящая Сессна".


"Мог бы быть туристом".


"Будем надеяться, что нет".


"Значит, ты в безвыходном положении".


"Не совсем, учитывая, что частью этой миссии было их сокращение, и ... мы делаем это в изобилии."


"А заложники?"


Учитывая то, что здесь произошло... будет перемещен и усиленно охраняться."


"Итак, нехороший заголовок в газете".


"Сомневаюсь в этом, но ... никогда не знаешь наверняка."


"Жертвы?"


"Одного парня сбила низко летящая "Сессна", но с ним все будет в порядке".


"И твой план таков?"


"Чтобы уменьшить их, насколько это возможно, с наименьшими потерями".


"И каковы риски?"


"У нас почти пятьдесят снайперов, открытая местность, а иррегулярные войска ... немного дерьмово."


Итак, небольшое противостояние. Ты можешь обойти их с фланга?"


"Нет, сэр, если только мы не поплывем".


"Мог бы кто-нибудь другой обойти их с фланга ..?"


Австралийцы могут приземлиться в нескольких милях отсюда. Но австралийцы были бы в меньшинстве и изолированы. В нынешнем виде мы могли бы улететь на вертолете, не считая того факта, что неподалеку от меня загорает Морской ястреб."


"Он разбился?"


"Незначительная ошибка, изложенная в надлежащем порядке".


"Американцы не будут счастливы".


"Их содержание, не наше".


"Так что пока ничего особенного не происходит".


"Нет, сэр, но я дам вам знать, если что-то изменится. Уилко на свободе."


Свифти готовил, и мы сидели, болтая, несколько чаек все еще влетали, но теперь нападали толпой на эскадрилью "D".


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Фрэнкс. У нас есть несколько очень странных сигналов, разведданных И... руководство по какой-то причине думает, что вы русские боевики."


"Это потому, что я говорил с ними по-русски и сказал, что недавно были похищены двое русских мужчин, и мы хотим их вернуть".


Он рассмеялся. "Если это выйдет наружу ..."


"Кто бы поверил русским боевикам в американских вертолетах Seahawk?"


Команда технического обслуживания хочет прилететь. Безопасно ли это?"


"В полной безопасности, нерегулярные войска отступили".


"Хорошо, они скоро будут с тобой. Присмотри за ними, пожалуйста. "


Гул вертолета зарегистрировался пятнадцатью минутами позже, и он сел рядом со своим приятелем, всего на минуту, прежде чем взлететь.


Хэмбл подошел ко мне. "Наши парни там, внизу, сообщают о четырех инженерах, двух пилотах и каком-то тяжелом снаряжении, выброшенном на берег, панели открыты".


Я кивнул, щурясь от яркого солнечного света. "Потерять дорогую вещь".


"Теперь достаточно тихо", - отметил он, рассматривая гребни.


"Они могут подождать до темноты".


Он отступил, но налетела чайка, зеленая кепка Хэмбла поднялась и упала. "Какого хрена ..?" - Он приподнял шляпу, когда парни засмеялись.


"Это территория гнездования чаек, и сейчас сезон гнездования чаек", - сказал я ему. Я указал. "Эта чайка разозлила Свифти, и он застрелил ее".


Хэмбл вернулся, теперь настороженный.


"Моран для Уилко".


"Продолжай".


"Что-нибудь происходит?"


Они немного отступили, так что, я думаю, они придут после наступления темноты. До этого я мог бы попытаться обойти их с фланга или утомить их до смерти, пока не уверен, что именно."


"Это Слэйд. Я думаю, мы сможем подобраться достаточно близко, чтобы использовать коробочный корм, с точностью до трехсот ярдов."


"Рокко, составь команду из четырех человек, оставь Гонзо, если у него болит голова, подкрадись и бей их в течение шестидесяти секунд, а затем пригнись".


"Хорошо, скоро выдвигаемся".


Я толкнул Свифти локтем. "Время прогуляться", - сказал я ему, направляясь на восток к пляжу и вскоре возвращаясь по нашим следам, но теперь по песчаным дорожкам - и в меньшей панике.


Свифти начал так: "Я ожидал джунглей и болот, как на брелоке, но здесь все чертовски сухо, мелкий белый песок".


На пляже мы остановились и полюбовались сверкающим белым песком, прежде чем повернуть направо и пройти вдоль кромки воды, чистая вода была неглубокой и чертовски манящей; мы хотели пойти поплавать. На "Морском ястребе" мы обнаружили двух солдат, охранявших команду во время их работы.


"Как это выглядит?" Я накричал на них.


"Нужно больше времени", - прозвучало в ответ, пилот высунул голову из кабины.


"Вы не хотите оставаться здесь после наступления темноты, они могут подкрасться и напасть", - предупредил я их.


"Мы можем вызвать попутку", - предложили они.


Мы неторопливо вернулись по блестящему белому песку нашего девственного пляжа, не загроможденного туристами, и направились вглубь острова. Но когда я повернулся, я заметил лодку, и она приближалась.


Я повернулся к двум солдатам, помахал и указал. Теперь они могли это видеть.


Достав телефон, я вспомнил номер.


"Фрэнки".


"Это Уилко, к нам приближается подозрительная лодка, представляющая угрозу для вашего вертолета и его экипажа".


"Я отправлю вертолет, чтобы проверить это".


Отложив телефон, мы ждали на пляже, гадая, попытается ли кто-нибудь высадиться на берег или даже открыть огонь из моря.


Чуть более чем через десять минут появился другой "Морской ястреб" и прожужжал над лодкой, вертолет резко развернулся, давая понять команде лодки, что они находятся под угрозой. И я мог видеть, как открываются двери. Лодка развернулась на 180 градусов и медленно отчалила.


Направляясь в глубь материка, мы не спускали глаз с океана, но горизонт был чист. Достигнув стен из мешков с песком, "Морской ястреб" ожил, его винты завелись, и после долгих шести минут просто сжигания топлива и беспокойства дикой природы он взлетел и улетел, даже не попрощавшись.


К нам подошел Хэмбл. "Ты хочешь, чтобы там внизу остались люди?"


"Да, следите за причаливающими лодками. Поворачивайте их."


Мой телефон зазвонил. "Это Рокко, мы на позиции, примерно в двухстах ярдах над ними, а эти ублюдки спорят друг с другом".


"Хорошо, займись ими быстро, а потом возвращайся".


Потрескивание огня донеслось до нас несколькими секундами позже и продолжалось менее минуты, после чего прекратилось, сопровождаемое отдельными тресками.


"Риццо, на одну ступку больше, чем раньше".


Он отрегулировал трубу, и Смитти бросил снаряд.


"Уилко для Морана, где это произошло?"


"Врезался в четыре джипа, припаркованных на деревьях, они горят. Хорошая цель. И этот пулеметный огонь ... там сейчас много тел."


"Есть какие-нибудь движения с вашей стороны?"


"Далеко, близко ничего нет".


Мы все посмотрели вверх, когда реактивный самолет с визгом перевернулся примерно в 1500 футах от палубы.


"Это F14", - сказал я всем. "Военно-морской флот США делает снимки. Риццо, покажи им свою задницу."


Пока ребята смеялись, Свифти спросил: "Почему они фотографируются?"


"Полагаю, любопытно, есть на что посмотреть ЦРУ".


"Для нас было бы дешевле сделать фотографии и передать их другим", - пожаловался Свифти. "Сколько будет стоить топливо на этой штуке, а? Гребаные болваны."


Подошел Хэмбл. "У меня есть фотоаппарат. Можно делать снимки?"


"Конечно, просто ... очевидно, не лица."


Я включил радио. "Моран, Рокко, видите какое-нибудь движение во втором лагере?"


"Это Моран, никакого движения, но несколько лиц выглядывают из-за мешков с песком в дальнем конце".


"Рокко?"


"Внутри него никого не видно".


Я обратился. И я уставился на Риццо, когда он стоял рядом со ступой. "Риццо, погрузи минометную установку в трейлер, оседлай своих парней и поезжай к тому бункеру, установи там минометные установки".


Они начали с тяжелой минометной трубы. Я повернул обратно на запад. "Рокко, отведи несколько человек немного вниз, накрой минометами тот бункер".


"Хорошо".


"Это Слэйд, мы прямо над ним".


"Тогда оставайтесь там, ребята, сейчас поднимемся".


Сев верхом, Риццо повел джипы по песчаной дорожке, и мне почти открылся вид на его крышу.


С опозданием на две минуты Риццо продолжил: "Уилко, к чему мы стремимся".


"На запад, тысяча ярдов. Капитан Моран, выкрикни это."


Хлопок, и мы стали ждать, взрыв эхом прокатился по долине.


"Это Моран. Хорошая цель, но двигайся влево и вправо и дольше."


"Риццо, после каждого снаряда ... немного измените настройки. Быстрый огонь."


"Ладно, стреляю".


Мы слышали хлопок каждые три или четыре секунды, взрывы отдавались эхом, воины выходного дня получали удары.


Десять минут спустя, после того как было выпущено очень много минометов, Риццо продолжил: "Больше никаких минометов".


"Вернись. Капитан Моран, как это выглядит?"


"Как Фландрия во время Первой мировой войны. Там, внизу, должно быть, больше сотни погибших, джипы подбиты и горят, настоящий бардак."


"Что они делают?"


"По большей части, уходит в себя".


"Ладно, Френч, Рокко, Робби, приготовьтесь выдвигаться".


Отряд Робби выстроился передо мной, когда Риццо въехал, Анри и Жак держались за борта джипа. Я помахал им рукой.


"Риццо, возьми отряд Робби и иди к Рокко". Они двинулись вверх по хребту. Я передал: "Хорошо, слушайте. Риццо и Робби переезжают в Рокко. Когда они доберутся туда, переваливайте через хребет и двигайтесь на запад, пока не окажетесь рядом с горящими джипами, стреляйте в них издалека, затем продолжайте двигаться на запад, посмотрите, что сможете увидеть.


"Капитан Моран, то же самое с французами, вниз по южной стороне, постарайтесь держаться напротив наших парней. Я никого не посылаю в середину, там могут быть спрятанные раненые. Выдвигайтесь, когда будете готовы."


По радио я сказал: "Капитан Хэмбл, пожалуйста, команду из четырех человек".


Он собрал четырех человек, и они неторопливо подошли, особенно не торопясь.


Верно, где-то здесь могут быть раненые или люди, которые просто прячутся. Итак, вы четверо отправляетесь на охоту. Позади нас хребты, перед нами. Будь осторожен. Если вы видите тело, которое выглядит немного... недостаточно мертв, стреляй." Я ткнул пальцем в сторону пляжа. "Ступай".


Они неторопливо направились к ближайшим густым кустам, вскоре заглянув внутрь, держа винтовки наготове.


Капитан Хэмбл отхлебнул воды. "Итак, каков план?"


"Измотайте их... пока тебя не обошли с фланга. Лодка может пристать к берегу или поблизости. После наступления темноты мы двинемся на запад. Позаботься о том, чтобы твои ребята немного отдохнули и поели до захода солнца."


Полчаса спустя, приготовив пончо для укрытия, Свифти снова готовила, когда зазвонил мой телефон. Я сидел, прислонившись спиной к мешкам с песком, мои ноги были покрыты порошкообразным белым песком.


"Уилко".


"Полковник Мэтьюз, Пентагон".


"Вы участвовали в этом шоу, сэр?"


"Я участвую в большинстве тайных операций".


"Никто из ваших людей здесь, сэр, не имеет взаймы ни одной Дельты. Тюлени вернулись на брелок, загорают."


"Вы хотели привлечь их?"


"Нет, если только не будет американских заложников, нет".


"Итак, как оно там?"


"К завтрашнему дню будет пахнуть спелостью, а вокруг будет несколько трупов".


"Мы отсканировали и прислали нам фотографии, мы могли видеть их с воздуха. Сколько жертв с их стороны?"


"Где-то больше трехсот".


"А ваши потери?"


"Пока никаких, сэр".


"Тогда удачной работы".


"Не совсем, эти местные парни немного дерьмовые. Они были выстроены на парад, когда мы напали на них."


"Так почему же филиппинскому правительству пришлось так плохо?"


"Есть большая разница между борьбой с повстанцами и ведением войны. Здесь я веду войну, а не охраняю блокпост или прохожу через город. Властям нужно охранять территорию, а не сражаться как армия. Они пострадали от мин, придорожных бомб, снайперских обстрелов."


"Да, хорошая мысль. Итак, что будет дальше?"


"Пока мы говорим, мои парни движутся на запад, с отставшими разобрались, и мы все двинемся на запад после наступления темноты в поисках заложников".


"Ты думаешь, они есть?"


"Нет, но нам нужно, чтобы нас видели, чтобы мы смотрели".


"Я понимаю. И когда вы достигнете другого конца?"


"Мы уйдем и подумаем о заложниках. Я знаю, где они, получил кое-какие местные данные."


"Мы думаем, что тоже знаем, и мы заинтересованы в большом шоу для прессы".


"Нам нужно было бы убедить нерегулярные войска, что мы все еще здесь, сэр, на этом острове. Ради этого я могу оставить несколько человек."


"И эта странная история о русских боевиках?"


"Я снял спутниковый телефон с мертвого командира, и когда он зазвонил, я сказал тому, кто был на линии, что мы русские боевики, охотящиеся за русскими заложниками ... просто чтобы сбить их с толку."


"Так оно и было".


"У вас будут какие-нибудь фотографии Джоло с большой высоты, сэр?"


"Уже проходит сортировку, буду ждать вас на материке. Пока прощай, и ... удачи."


Положив трубку, Свифти повернулся ко мне. "На кого, черт возьми, мы работаем в эти дни?"


Я смахнул муху. Лондон всегда подлизывается к Вашингтону, так что какая разница; мы бьем молотком плохих парней и спасаем заложников. И Лондон санкционировал контакт с Пентагоном. Пентагон расширил это разрешение, но все же - думаю, сердца в нужном месте."


"Не уверен, что я им доверяю", - проворчал он.


"Если они помогут мне похоронить нескольких идиотов, я буду достаточно счастлив". Я указал на ближайшее тело. "Этот парень - член коммунистической исламской сепаратистской группировки ..."


"Как они могут быть исламистами и коммунистами?" Спросил Свифти, скривив губы. "Гребаный коммунизм нерелигиозен".


"Так же, как было в Египте и Сирии в шестидесятые. Исламские диктаторы, но предположительно социалисты."


"Предположительно, да".


Факт в том, что эти люди понятия не имеют, кто они такие и за что борются. Они ни к кому не присоединяются, они проповедуют коммунизм и все же исповедуют ислам, они переправляют девушек в Малайзию и употребляют наркотики - против ислама, и стреляют в любого, кто с этим не согласен. Так что пошли они все. Без них миру лучше."


"Ты не всегда был таким", - отметил он.


"Я думаю, что я был, в глубине души, я думаю, что все такие: добро против зла, поденная работа почтальона ... или убивать людей. Убийство тех людей из ИНЛА было правильным поступком, и не только для британских служб безопасности. И если бы я был не согласен с чем-либо из этого, меня бы здесь не было, и я бы не стал рисковать твоей жизнью и ребятами ради чего-то, что было просто политикой."


Я указал на парней из эскадрильи "D". "Я лучше, чем эта компания... потому что я знаю, за что я борюсь, и верю в это. Им просто нравится эта солдатская забава, тренировки и общение с хорошими товарищами." Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Моран. Мы напали на воинов выходного дня, мало кто остался в живых, большая старая куча тел. Двигаемся на запад."


"Пройдите максимум милю и остановитесь, мы присоединимся к вам после наступления темноты, но я сомневаюсь, стоит ли оставлять пляж без охраны".


"Они могли бы высадить больше людей".


"Они, вероятно, делают это прямо сейчас, в главной гавани, достаточно просто".


"Как далеко это?"


"В двенадцати милях от меня, в десяти от тебя".


"Мог бы взглянуть на рассвете".


"Я догоню тебя позже, позвони мне, если случится что-нибудь интересное".


Когда солнце склонилось к горизонту, я приказал эскадрилье "D" построиться, вызвали людей с пляжа. Я стоял и смотрел в сторону пляжа.


"Все еще не уверен?" Спросил Свифти.


Через час мы будем уже далеко, так что это не имеет значения. Они не смогут обойти нас с фланга, если нас здесь не будет."


С заходом солнца я повел эскадрилью "D" на юг - на пляже никого не осталось, и на соединение с французами, меньшими силами из двух. Взбираясь на пологий гребень, мы поднимали песок, и, двигаясь по вершине, остановились полюбоваться видом, осмотрели пляжи внизу, не увидели ничего такого, о чем стоило бы беспокоиться.


Я держался хребта, дул приятный прохладный ветерок, идеальный закат с открытки, фантастический вид на океан. Если бы не боевые действия, то это место предлагало бы западным туристам несколько пятизвездочных курортов.


Когда мы потеряли свет, моя шеренга людей брела дальше по песчаным тропам, взглянув вниз, на второй лагерь, мы увидели, что никто не двигается, а десять минут спустя мы могли видеть разрушения, вызванные нашими минометами, повсюду разбитые джипы, повсюду тела, и мы начали терять свет, когда двигались на юго-запад и вокруг тел.


Я притормозил, оглядываясь по сторонам, и несколько раз останавливался, чтобы проверить темные углы, и через полчаса неспешной ходьбы мы добрались до небольшого леса из низкорослых деревьев, по которым достаточно легко пробираться. Мое радио потрескивало, но оно было искажено.


Береговая линия выдавалась на юг, в отдаленных домах и деревушках виднелись огни, несколько проезжающих машин. За мини-лесом я обнаружил то, что казалось вспаханным полем, но на всякий случай обошел его стороной, и мы миновали заброшенный кирпичный дом, вокруг которого никого не было после быстрого взгляда внутрь.


Двигаясь дальше, радио снова затрещало, но теперь я мог слышать, как Моран и Рокко болтают. Я продолжал, пока речь не стала понятной.


"Уилко для Морана, мы заходим к востоку от вас, посветите своим фонариком".


Я мог видеть вспышки впереди и скорректировать свой курс, вскоре услышав голоса французов из небольших кустов. Вспышка фонарика привела меня к Морану и Либану.


"Есть что-нибудь интересное?" Я спросил.


"Пока нет", - ответил темный силуэт Морана.


"Много мертвых, нет", - сказал Либан.


"Да, много мертвых", - согласился я. "Шаг вперед к свободе и демократии, а не к исламскому коммунизму".


"Исламист и коммунист?" Поинтересовался Либан. "Как же так?"


"Это ты у них спроси", - сказал я ему. "Следуйте за нами. Моран, Махони, со мной."


Мы построились, в темноте озвучили численность, французы должны были следовать за эскадрильей "D" все как одна группа, и, увидев огни вдалеке - в центре острова, я медленно повел группы в ту сторону.


"Рокко, ты меня слышишь?"


"Да, достаточно ясно".


"Я направляюсь к тем огням".


"Да, мы тоже".


"Убедитесь, что вы окажетесь к северу от них, мы останемся на юге".


"Никто не остался позади?" - Спросил Риццо по радио.


"Нет, здесь все вместе. Если они хотят положить свои полотенца на пляж раньше всех, они могут."


Тридцать минут в постоянном темпе привели нас к высокой точке, но она была не такой уж высокой, просто большая часть острова была плоской. Вглядываясь в прицел, я решил, что огни - это первоначальный лагерь, который был виден на карте.


Продвигаясь вперед, обдуваемые прохладным ветерком, мы обнаружили, что в жесткой, высокой траве и небольших кустарниках спотыкаются как неосторожные путешественники, так и бойцы спецназа, и я потратил целый час, чтобы подобраться поближе к лагерю, но также и подняться над ним.


Остановившись, я посмотрел вниз по пологому склону и только теперь смог разглядеть взлетно-посадочную полосу. На моей стороне, южной стороне, стояла дюжина хижин, несколько кирпичных зданий, что-то похожее на бензовозы, грузовики военного образца и джипы, несколько позиций с мешками с песком.


"Это Рокко, ты меня слышишь?"


"Продолжай".


"Мы на деревьях на гребне холма, а внизу колонна мужчин, выходящих из лагеря и направляющихся обратно к пляжу, их, блядь, сотни".


"Отпусти их, возвращайся и сиди тихо, двигайся на запад, пока не окажешься выше середины лагеря".


Выключив радио, я сказал: "За мной", и повел свою группу вдоль хребта туда, где мы могли найти какое-нибудь укрытие, остановившись над концом хижин, мужчины рассредоточились позади меня по всей длине лагеря.


"Моран, скажи французам, чтобы спускались, занимали надежные огневые позиции. Остальные, ложитесь." Я спрятался за песчаную дюну и достал свой спутниковый телефон.


"Капитан Харрис слушает".


"Это Уилко. Мы переехали с восточной оконечности острова, теперь на несколько миль вглубь материка, ближе к центру острова. Большая группа подкрепления тихо продвигается к пляжу, и мы отпускаем их. Мы находимся над лагерем с взлетно-посадочной полосой, так что здесь можно посадить "Геркулес". Пойдите, спросите малазийцев, если это возможно, сообщите Фрэнксу, где мы находимся, для helo casevac."


"Хорошо, я сделаю это сейчас. Каков твой план?"


"Атакуйте лагерь, затем устройте засаду для нерегулярных войск. Уилко на свободе."


Десять минут спустя Рокко сообщил: "Уилко, хвост колонны ушел, но мы рассчитываем на две с лишним сотни солдат, не фермеров, хорошее снаряжение, аккуратные команды".


Мы побеспокоимся о них после того, как доберемся до лагеря. На самом деле, Риццо, дай Николсону свой спутниковый телефон, я хочу, чтобы Николсон и Томо следили за этой колонкой сверху, без риска, сообщили о своей позиции."


Через пять минут пришло сообщение: "Уилко, это Николсон, я взял телефон и знаю, что делать, сейчас ухожу".


"Протестируй этот телефон".


"Хорошо".


Целых две минуты спустя мой телефон зазвонил, когда я посмотрела вниз на лагерь, дул прохладный ветерок, вокруг меня была темнота. "Уилко".


"Это Николсон. Сначала я связался с капитаном Харрисом, поболтали."


"Не трать зря батарейку и не попадайся на глаза".


"Мы будем осторожны. Николсон вне игры."


Выключив радио, я сказал: "Свифти, Махони, спускайтесь к лагерю очень медленно, посмотрите, что сможете увидеть".


Я слышал, как они уходили, обмениваясь шепотом.


Майор Либан пришел и присоединился ко мне минуту спустя, лежа ничком рядом с Мораном. "Этот лагерь, это как тренировочное упражнение - как мы попадаем внутрь. Я говорю ... мы подожжем бензовоз или что-то в этом роде, обставим это как несчастный случай, нет, и после того, как посмотрим, сколько людей."


"Майор, вас действительно хорошо обучили", - сказал я ему, Моран рассмеялся. "Ты хочешь чести команды проникновения?"


"Oui. Мы покажем вам, как это делается."


"Тогда я останусь здесь и немного посплю, хорошо?" - поддразнила я.


"У тебя есть вино?" - Спросил Либан.


"Нет".


Тьфу. С вами неинтересно, капитан."


"Может быть, там есть немного вина, но поскольку они мусульмане ... вероятно, нет."


Примерно через двадцать минут "Свифти" был включен. Уилко, мы можем видеть большую часть лагеря, передвигающихся солдат, позиции из мешков с песком, пулеметы, направленные наружу. Похоже на минное поле по восточному периметру, поэтому его следует избегать."


"Есть собаки?" Я спросил.


"Никто не видел и не слышал".


"Патрули?"


"С внутренней стороны, да, и забор выглядит прочным".


"Если они не патрулируют снаружи, то, возможно, в нескольких местах установлены мины. Все, будьте осторожны."


" Уилко, " прошипел Моран. "Самолет приближается".


Я посмотрел налево и увидел его огни. "Свифти, пригибайся, самолет приближается".


Вспыхивают огни взлетно-посадочной полосы, внезапно появляется четкое изображение того, что мгновение назад было черными очертаниями. Самолет снизился, двухмоторный транспорт, вмещающий, возможно, двадцать человек, и вырулил к бензовозу.


"Свифти, Махони, используйте глушители, заводите двигатель, шум двигателей скроет ваши выстрелы. Все остальные - приготовьтесь."


До нас донесся рев двигателей, и я не мог слышать, чтобы кто-нибудь стрелял, но когда самолет начал медленно останавливаться, двигатель начал дымить, а через несколько секунд было видно пламя. Самолет резко затормозил, люди выпрыгнули и отбежали на несколько ярдов, прежде чем оглянуться, пилоты выскочили и побежали. И люди в задней части, похоже, были своего рода командирами, высокопоставленными офицерами.


Пламя росло, как и паника, люди метались вокруг, их пожарная машина была в списке вещей, которые нужно было купить, когда у них было несколько фунтов. Мужчины вышли из хижин и посмотрели, другие оттащили людей назад, принесли шланг, но от водяного шланга мало пользы на бензиновом пожаре.


Крыло зацепилось, раздался взрыв, и крыло сломалось, огромный столб пламени взметнулся ввысь. Я произвел быстрый подсчет мужчин в возрасте тридцати. "Приготовиться к стрельбе, приготовиться, занять позицию! Рокко, Риццо, Робби, спускайтесь вниз, будьте готовы проникнуть туда, используйте дорогу, следите за минами у дороги." Я ждал. "В режиме ожидания. Эскадрилья "Д", стреляйте по пулеметам из мешков с песком, когда я скажу." Я решил, что люди внизу находятся в максимально выгодном положении. "Открыть огонь!"


Треск начался, когда я целился вниз, старший офицер был ранен выстрелом в голову, его заместитель попал в спину, Моран и Либан выпустили пули рядом со мной, и в течение минуты все люди с самолета были мертвы, тела были видны повсюду вокруг горящего самолета.


Среди треска я прицелился в освещенную хижину, похожую на столовую, и разрядил в нее остаток своего магазина, заметив движение внутри. Перезаряженные, пули вонзаются в землю вокруг нас, стреляют с четырехсот ярдов к западу. Тщательно прицелившись, я заметил дульную вспышку и быстро выпустил десять патронов, заставив замолчать один пулемет.


Снова целясь в лагерь, я стрелял по грузовикам и джипам, разбивая стекла и прокалывая шины, пока не выстрелил вхолостую. Перезаряжая, я мог видеть вспышки выстрелов Echo у главных ворот. Установив автоматический режим, я поливал хижины внизу длинными очередями.


В моем следующем журнале стрельба ослабла. Я включил рацию: "Французские солдаты, проверьте огонь, британцы приближаются с дальней стороны, цельтесь только в хижины. Эскадрон "D", проверьте свой огонь. Рокко, сообщи, что ты видишь."


"В нашу сторону не так много огня. Мы движемся вдоль стены, стреляя на ходу."


"Французские солдаты, спускайтесь с холма, не ближе пятидесяти ярдов к проволоке".


Либан выкрикивал приказы, вставая и направляясь к двойнику.


Эскадрон "D", прикажи нескольким людям прикрывать наш тыл, на юг и восток, " передал я, сбавляя скорость, Моран следовал за мной вниз по склону.


Французы остановились и выстроились в линию на дороге, отбивая одиноких людей, продолжая стрелять по хижинам, но когда я увидел движение справа, я приказал им всем прекратить огонь.


"Стреляйте в вооруженных людей только тогда, когда вы абсолютно уверены!" Я закричал, Моран повторил это по-французски, самолет внизу сгорел дотла, превратившись в остов.


По радио я передал: "Рокко, ходи от здания к зданию, но будь осторожен. Хватайте пулеметы и первыми громите эти хижины."


"Это Робби, отойди с дороги", - донеслось по радио, видно, как люди пригибаются, пулемет открывает огонь по хижине, стреляют от бедра, к ним присоединяется второй".


"Следи за этим гребаным топливным баком", - передал я.


К ним присоединились вторая и третья GPMG, хижины разорялись снова и снова, в первой сейчас идет обыск.


"Это Риццо, мы нашли тайник с оружием, но он в основном пуст, все стеллажи пустые".


"Парни взяли это на пляж", - сказал я ему, в то время как снайперы все еще отбивали раунды передо мной.


"Свифти, где ты?"


"Здесь, внизу".


Я шагнул к нему. "Простреливайте землю там, внизу, на случай, если там мины".


Он встал, Махони встал рядом с ним, и они открылись. Взрыв, мы пригнулись, и я получил свой ответ. "Слушайте внимательно, мины за проволокой, держитесь дорог". Подумав, я передал: "Риццо, попробуй заставить грузовик работать".


"Держись". Я видел, как он бежит к грузовику с разбитым ветровым стеклом и запрыгивает внутрь. Он высунул голову из окна. "Ключи в нем!"


"Быстро двигайтесь вперед, между хижинами, сломайте забор и продолжайте подниматься по склону, но ожидайте противопехотных мин."


Грузовик набрал обороты, двинулся вперед и набрал скорость, врезался в ограждение и проехал сквозь него, три глухих взрыва разорвали его шины, прежде чем он врезался в песчаную дюну и остановился.


"На меня!" Я закричал и побежал по тропинке, по которой было легко ориентироваться благодаря белому песку. Перед грузовиком я выстрелил в землю, никакие взрывы нас не остановили, и я вскарабкался на капот джипа, в то время как Риццо забрался на заднее сиденье.


В сопровождении мужчин, следовавших за мной по пятам, я перелез через кабину и забрался на заднее сиденье, ведя Риццо вперед. Мы спрыгнули на следы шин и осторожно прошли десять футов, прежде чем перебраться через поваленный забор. Оглядываясь назад, остальные следовали за ним, будучи чертовски осторожными, куда бы они ни шли, и ругаясь.


Теперь GMP были на полу, пустые, парни заглядывали в хижины.


"Уилко!" Робби крикнул из кирпичного здания, и мы со Свифти подбежали.


"Оружие", - доложил он.


"Отлично. Начни извлекать все это наружу." Я позвонил Николсону.


"Алло?"


"Это Уилко, где они?"


"Они просто остановились. Я думаю, мы в полутора милях отсюда. Подожди. Да, они разворачиваются."


"Оставайся с ними, не показывайся". Положив трубку, я сказал: "Рокко, этот бензовоз, попробуй выехать на нем за ворота на ту дорогу".


Поскольку ключей не нашли, тела были проверены поблизости, набор ключей найден и опробован, грузовик ожил, Рокко проехал на нем мимо сгоревшего самолета, пересек полосу, выехал за ворота и повернул направо, перекрыв им дорогу. Он побежал обратно, по крайней мере, на полпути, прежде чем просто перешел дорогу.


Звонок, и я обернулся, пятеро мужчин вернулись, таща автоматы, цепочки с боеприпасами на шеях, во главе со Слайдером. "Вы, ребята, с автоматами, выходите за ворота, налево в ста ярдах, вверх по склону, займите позицию, целясь на восток. Вперед!"


Они ушли цепочкой, Риццо и еще четверо тащили РПГ ко мне. "Займите позиции в мешках с песком с этой стороны и спрячьтесь", - сказал я им. "Эта колонка возвращается".


У Либана было шесть человек с российскими автоматами, по одной запасной коробке на каждого из шести человек. "Осторожно отправьте их обратно через грузовик и вверх по склону на вершину".


Либан отдавал приказы, мужчины тащили свое тяжелое снаряжение к забору.


Появился Робби, сражающийся со 105-миллиметровым фотоаппаратом и штативом.


Я сказал ему: "На краю кирпичного здания, целясь в бензовоз, ты и еще двое".


Свифти и Махони вскинули винтовки и подобрали коробчатые пулеметы, сумки с гранатами, захваченные другими парнями.


"Ладно, все остальные за мной", - крикнул я, направляясь к стрипу. "Майор Либан, организуйте французов, оставленных здесь, следуйте за нами".


В быстром темпе я повел команды через полосу, посадочные огни все еще горели, через главные ворота на дорогу, посмотрел в обе стороны и отъехал на пятьдесят ярдов, прежде чем повернуть вверх по склону.


Пройдя сотню ярдов вверх по склону, я повел их длинной цепью за группу густых деревьев и остановился, чтобы частично видеть дорогу. Я передал: "Ждите здесь, соберитесь в кучу, следите за всеми углами. Мы двинемся после того, как они вернутся, они заподозрят этот хребет."


Ожидание было мучительным, и я сомневался в стратегии, и была ли это хорошая идея? И что я сказал Дэвиду Финчу о том, что нельзя драться крупным планом.


Когда зазвонил мой телефон, это был Николсон. "Они почти у взлетно-посадочной полосы".


"Затените их высоко вверху, мы поднимаемся по склону впереди вас. Когда мы откроемся, ты сможешь стрелять в них. Попробуй заполучить главного."


"Я вижу его, он машет своим ребятам".


По телефону я сказал: "Если мы проберемся обратно на пляж, эти люди разозлятся на нас".


Свифти рассмеялся. "Если они обернутся еще раз, у них закружится голова".


Пять минут спустя Махони сказал: "Вот они идут".


"Отойди и спрячься", - прошептал я. "Майор Либан, скажите своим людям на юге, чтобы они стреляли из винтовок только тогда, когда увидят людей, медленно, непрерывным огнем".


Либан попал на радио.


"Робби, ты меня слышишь?"


"Да, продолжай".


"Жди моего сигнала, затем попытайся попасть в бензовоз, затем в зону ворот. Не бейте нас, мы поднимаемся по склону. Риццо, жди сигнала, не высовывайся. Слайдер, ты готов?"


"Да, и мне кажется, я их вижу. Свет все еще горит, так что они будут видны."


"Жди сигнала, но дай мне знать, что они делают, у меня отсюда сверху ничего не видно".


Пять минут спустя слайдер был включен. "Они движутся вокруг бензовоза... к главным воротам. Подождите, патруль поднимается по склону к вам, остальные пробираются вдоль стены."


"Майор Либан, люди на южном склоне, открывайте огонь из винтовок".


Трещины достигли нас, медленно, устойчиво, огонь вернулся снизу.


"Это Слайдер. Они сосредоточены на южном холме, рассредоточиваются, все еще собираются вдоль южной стены."


Я слышал голоса поблизости, прямо впереди, даже видел, как кто-то зажигал факелы.


"Это Риццо, они подбираются близко".


"Майор Либан, один автоматчик выстрелил в сторону людей, приближавшихся к позициям мешков с песком".


Через несколько секунд до нас донеслось эхо очередей, и они продолжались, израсходовав целую коробку патронов.


"Это Риццо, они немного отступают, многие бьют".


Голоса становились все ближе.


"Робби, сейчас же!"


Взрыв, второй взрыв, и ночь превратилась в день, ветер донес крики, когда мы опустились на колени. Я притормозил и выстрелил по темным очертаниям, Свифти и Махони присоединились со своими винтовками, шесть человек убито. Мы опустились на колени и прислушались в темноте, поблизости не было видно никакого движения, языки пламени отбрасывали длинные черные тени вокруг. Но каким бы ярким это ни было, огню не суждено было продлиться долго, и он быстро погас.


"На меня". Я двинулся вперед, согнувшись пополам, двигаясь влево, за гребень и на сотню ярдов дальше, внизу слышались голоса, исходящий огонь и приближающийся огонь с ветерком. "Это Уилко. Мужчины позади меня, займите позицию, что-нибудь твердое, а не куст. Люди с гранатами, приготовьте их."


Я заглянул вниз, мужчины внизу в замешательстве. "Риццо, сейчас".


Как я наблюдал, стоя на коленях за грядой белого песка, РПГ попала в склон над дорогой, летели искры, люди были пойманы рядом с ней. "Слайдер, открывай!"


Яркая вспышка, взрыв у меня в ушах, и Робби выстрелил снова, второй РПГ влетел внутрь и, попав в столб охраны передних ворот, разнес его на куски.


Внизу начали взрываться гранаты, Свифти и Махони выпустили оглушительные пули из автомата, в то время как бензовоз все еще немного освещал место засады. Французы на южном склоне вели огонь из своего автомата, и я мог видеть, как трассирующие пули отрываются и проносятся по ночному небу.


"Свифти, Махони, целься влево!" Я закричал, и они прошли мимо меня, опустились на колени и выстрелили вниз по дороге, когда иррегулярные войска убежали.


РПГ взорвалась немного близко, проклятия направлены в ответ на Риццо, внезапно слева от меня яркая вспышка, 105-мм снаряд взметнул пыль.


"Выходим", - сказал Свифти, опуская свою коробку с едой.


" Вон, " повторил Махони.


Я прошел мимо них, включил автоматический режим и разрядил все, что оставалось в магазине. Я не мог видеть нерегулярных войск, но я мог видеть далекую дорогу, которую копировали Свифти и Махони.


"Это Слайдер, мы выбываем".


"Стреляй в них бекасом".


" Уилко, " послышался французский акцент. "Южане тоже вышли".


"Вас понял. Риццо, как дела?"


"Осталось много".


"Оставь их себе. Слайдер, что ты видишь?"


"Те, кто остался в живых, убежали, мы снимаем тех, кто движется".


Всем командам приготовиться к отступлению. Риццо, возьми какую-нибудь RPG, возвращайся на своем грузовике к французам. Робби, иди с ним, но используй это 105 мм оружие, чтобы разрушать здания, если хочешь. У тебя есть две минуты. Слайдер, оставайся пока там. Присоединяйтесь ко мне, поворачивайте на запад, медленно отходите."


Я нашел майора Либана в темноте. "Расскажи своим людям о плане, людям на юге. Пусть они двинутся на запад, чтобы присоединиться к нам."


Когда мы продвигались на запад мимо густых деревьев, команда Слайдера все еще вела огонь, 105-мм орудия действовали на дальней стороне, хотя и с малой дистанции. В сотне ярдов за Слайдером я позвал его, и мы подождали, пока не появились темные очертания, вскоре удаляющиеся на запад, полоса теперь тихая.


"Робби, пора уходить".


"Перемещение".


"Это Николсон, мы заходим, держись".


"Черт, я совсем забыл о нем", - сказал я Свифти.


Свифти отчитал меня. "Ну и капитан из тебя, да. Также проблема с подсчетом до десяти."


Я повел команды в быстром темпе, полагая, что любые нерегулярные формирования в округе вполне разумно удрали бы в испуге, и мы спустились на дорогу за взлетно-посадочной полосой, быстро пробежали до грунтовой дороги, ведущей на юг, и мы следовали по этой грунтовой дороге, пока не нашли французов, Риццо и Робби. Я приказал командам переформироваться, быстрым шагом двинувшись на юг, вскоре свернув с дороги на запад и поднявшись по трассе.


Найдя узкую долину и густые деревья, я заставил всех отдохнуть. У меня закончилась вода, я сделала глоток, долив ее из пластиковой бутылки в рюкзаке Свифти.


"Никто не ранен?" - Спросил темный силуэт Махони.


"Никто не сообщал", - сказал я его черному контуру.


"Полагаю, они все-таки тебя послушали?"


"А?" Я сдаюсь.


"Ты всегда уговариваешь их встать за что-нибудь солидное, так что, я думаю, они встали".


"Это ... и вражеские солдаты привыкли закладывать придорожные бомбы, а не сражаться в открытую. Эти люди по большей части бесполезны. Кто, блядь, ходит по дорогам, выстроенным в ряд?"


"Римляне", - непреклонно заявил Свифти. "Определенно, римляне так и сделали".


"Римляне ... мы не сражались с пулеметами, " указал я. Я включил радио. "Каждому второму человеку два часа сна, затем смена. Капитан Хэмбл, ваши люди посвежее, так что назначьте, пожалуйста, ротации для оленей. И здесь можно готовить."


Пока Свифти готовился к выпивке, потому что я бродил среди мужчин, я, наконец, сел рядом с ним, скрестив ноги, и взглянул на карту.


"Впереди джунгли, небольшие холмы и узкие ущелья", - прокомментировал я.


"Подходит нам, а не им".


"Это то, о чем я думаю".


"Пополнение запасов?"


"Через день или около того вертолет мне кое-что подкинет. Я видел, как парни хватали журналы на раздаче. Тебе плохо?"


"Осталось три, чуть меньше".


"Я тоже".


"Воды становится мало", - отметил он.


"На этих холмах могут быть ручьи и родники", - лениво прокомментировал я, изучая карту при свете фонарика.


Незадолго до рассвета я увел команды, Рокко и Риццо чуть меньше, чем с ним, мужчины жаловались на одеревенение и усталость. По деревьям мы пробирались вверх и вниз по горным хребтам, ландшафт быстро менялся, и мы продвигались от песчаного основания к грунтовому и, наконец, в сухие джунгли. Растительность казалась такой же, как возле ФОБА, но здесь под ногами было сухо, а не влажно.


Медленный устойчивый подъем через густые джунгли привел нас к тропе, ведущей на север, и я шел по ней, пока не нашел то, что было показано на карте. Теперь мы были близко к самой высокой точке острова, и сквозь деревья к востоку от нас виднелись остатки шахты, содранная поверхность земли, обнаженные камни и красная грязь, было видно несколько старых проржавевших транспортных средств.


По дороге, без признаков какого-либо недавнего использования, мы наткнулись на старое бетонное здание, стоящее на выступе, шахта простиралась далеко под ним.


"Свифти, Махони, вниз по тропе на пятьдесят ярдов и смотреть в оба".


Они прошли мимо меня и дальше.


Я передал: "Всем залезть на деревья слева и отдохнуть", и я повел Морана внутрь одноэтажного здания из двух комнат, увитого виноградными лозами. Из окна, без стекла, чтобы не пропускал приятный ветерок, мы заглянули в шахту на сотню футов вниз и обнаружили, что у нас был обзор на 180 градусов на милю или больше. "Идеально. Я побуду здесь несколько дней."


Я передал: "Всем офицерам и сержантам, выступающим вперед, найдите бетонное здание справа".


Моран начал разбрасывать мусор, и я присоединился к нему, мужчины собирались в течение двух минут.


Когда они все были здесь и смотрели на меня, я начал: "Хорошо, это наш новый штаб на несколько дней, и я попытаюсь доставить сюда припасы".


Повернувшись, я обнаружил белую стену и подобрал кусочек чего-то похожего на древесный уголь. Я начал рисовать карту. "Хорошо. С севера на юг тянется линия холмов, четыре вершины. Это самый высокий. На севере одна вершина, на юге две. К северу от нас проходит дорога, и скоро мы ее увидим."


Я повернулся и посмотрел им в лицо. "Верно, джентльмены, это то, ради чего вы тренировались, это настоящая работа спецназа, джунгли и холмы, тактика небольших подразделений, бей и беги, изматывай врага, как это делали наши предшественники в Малайской кампании. Теперь наша очередь.


"Я хочу, чтобы на лице были маски, перчатки, листья на ремнях, ботфорты. Я хочу, чтобы следов избегали, я хочу, чтобы ты нюхал воздух, я хочу хороших операций-невидимок. Думайте здесь так, как вы думали в Сьерра-Леоне.


"Правильно, сначала. Робби, прикажи своему отряду выступить вперед, поднимись на холм к самой высокой точке, операция под прикрытием, два человека. Шесть человек спускаются с другой стороны на триста ярдов, еще одна хорошая операция - где-нибудь с хорошим обзором. Иди."


Он вышел, используя радио, чтобы вызвать вперед своих людей. Рокко, Риццо, ведите свои команды на север по трассе, вниз по склону, через дорогу - незаметно, на другую сторону, смотрите на дорогу. Я хочу, чтобы одна операция из четырех человек была на дороге, один на вершине, одна команда патрулировала вокруг, один отдыхал. Когда ты будешь спать и есть, зависит от тебя. Ступай."


Они вышли и позвали своих людей, которых видели проходящими мимо минуту спустя.


"Капитан Хэмбл, я хочу, чтобы ваши люди были на деревьях снаружи, готовые отреагировать по первому зову, каждый второй должен поспать четыре часа, на ваше усмотрение. Вы будете базироваться здесь."


Он вышел.


Майор, ваши люди пойдут на юг, к следующей высокой точке, проведут операцию, разошлют патрули вокруг холма, максимум на полмили. Ты останешься здесь."


Он кивнул и вышел.


Я передал: "Свифти, Махони, ответьте мне". Я начал убирать комнаты, остальные присоединились, одевайтесь. Мы нашли старый стол на трех ножках, но подперли его, превратив в стол для карт, старую плиту вычистили, разожгли огонь, Хэмбл и Либан вернулись и включились в игру после того, как сняли снаряжение.


Я столкнулся с Хэмблом. "Отведи человека на сто ярдов в обе стороны, поверни его. Свифти, поворачивай это окно каждые полчаса. Капитан Моран, поднимитесь на крышу, посмотрите, сможет ли вертолет опустить колеса и сбросить снаряжение. Махони, на плиту, заваривай. Майор, сегодня ночью вы будете на дежурстве, так что сегодня немного поспите."


Он кивнул, открывая банку и любуясь видом.


"Робби для Уилко".


"Продолжай".


"Отсюда открывается чертовски отличный вид, я вижу город и гавань вдалеке".


"Что под тобой?"


Крутой склон слева, дерьмовые джунгли, парни проводят операцию справа, вниз по склону. Я вижу след и тропинку там, внизу, удобное место для обороны."


"Сообщайте о движении на дороге, если оно похоже на военное. И каждому второму мужчине нужно немного отдохнуть."


"Вас понял".


Моран спустился вниз. "Прочная крыша, никаких деревьев слишком близко, легкий доступ с востока, достаточно большая".


Я достал свой телефон.


"Капитан Харрис".


"Это Уилко, нам нужно пополнить запасы, и ты можешь привести остальных парней - они будут нести это. Попроси у Фрэнкса измельчители. Сначала я хочу, чтобы австралийцы взяли с собой дополнительное снаряжение, наши боеприпасы, воду из пайковых пакетов или чтобы кое-что из снаряжения было упаковано в сумки.


"Проследите это местоположение - это старое бетонное здание на западной стороне шахты, примерно в самой высокой точке острова. Вертолет заходит с востока, над шахтой, колеса соприкасаются, люди и снаряжение на земле. Скажи Фрэнксу, что это прочное здание только для колес, но не для- ну ты понимаешь, посадки."


"Враги поблизости?"


"Пока ни одного, так что используй возможность".


"Я вернусь к тебе".


Свифти повернул голову: "Несколько местных жителей далеко внизу, на опушке леса, рубят деревья. Они сообщат о вертолете."


"Хорошо".


Моран поднял взгляд. "Приведи их к нам, приготовь засаду".


После выпивки и беседы я вышел наружу, поболтал с некоторыми ребятами из эскадрильи "D" о тактике здесь, затем пошел по следам Робби до его операции. Опустившись на колени под его мухобойкой, я всмотрелся в западную часть острова, откуда открывался потрясающий вид.


"Смотри на мили", - заметил Робби.


"Но видишь ли ты каких-нибудь подлых ублюдков на расстоянии трехсот ярдов, вот в чем вопрос?"


Он указал на плотную группу деревьев. "Там парни".


Его приятель вставил: "Это лучший тип джунглей, прохладный сухой ветерок".


"Тот пляж был хорош", - отметил я. "Жаль нерегулярных войск, мы могли бы пойти поплавать".


"Ты думаешь, они поднимутся сюда в поисках нас?" - Спросил Робби.


"Если мы увидим военную машину, мы выстрелим в нее, дадим им знать, где мы. Я хочу, чтобы они были там, где мы устроили засады."


"Они кажутся немного туповатыми", - заметил Робби.


"У них на Минданао есть парни получше", - сказал я им, прежде чем успокоиться.


Вернувшись в штаб-квартиру, я выглянул в окно как раз перед тем, как зазвонил мой телефон. "Уилко".


"Это Фрэнкс, мы сейчас организуем поставки. Но у нас есть припасы на корабле, если вы хотите немного."


"Вода, гранаты, мясные консервы. Нам нужны наши собственные патроны российского стандарта калибра 7,62 мм."


"Здесь готовятся, но мы только что получили информацию. Лодки пришвартовались перед рассветом, спускаясь с Джоло и Минданао."


"Угадай, кто придет на ужин", - съязвил я. "Сколько?"


"Сотни".


"Мы находимся на возвышенности, скрыты, раненых нет, и у меня пятьдесят лучших людей в мире, так что я не буду терять сон".


"Они сообщают, что некоторые из их старших командиров мертвы ..."


"Мужчины приземлились на самолете прямо перед нами, никто не выжил".


"Они также потеряли свое элитное подразделение".


"Мы устроили засаду, выжившие разбежались".


"Вы действительно производите впечатление, капитан".


"Не такое уж большое испытание, эти парни - дерьмо, они шли по дороге двумя аккуратными колоннами, а мы были над ними с десятью пулеметами. Мы натаскивали на них РПГ калибра 105 мм."


"Да, что-то вроде несоответствия".


"И теперь у нас есть густые джунгли, где нам нравится быть".


"И план в том...?"


"Медленное истощение. Мы продолжаем, пока у них не кончатся теплые тела. Мы поступим с ними так же, как они поступили с филиппинской армией и полицией."


"У нас были деликатные запросы от филиппинцев, которые в некотором восторге. Там можно было получить бесплатное пиво. И Пентагон полон сплетен на высоких уровнях, все следят за этим ... эта попытка освобождения заложников."


"Хорошо, принеси мне эти припасы, и мы закончим здесь".


"Буду с тобой через час".


Я сидел с Либаном на скамейке, сделанной из деревянной доски, опирающейся на бриз-брусья. "Припасы поступают".


"А, хорошо. Есть вино?"


Я улыбнулся. "Я так не думаю. Вы когда-нибудь пробовали эти американские пайки, жидкость, которая разогревается сама по себе?"


"Ах, тьфу". Он скорчил гримасу. "Ужасно. Они приносят это?"


"Нет, по крайней мере, я надеюсь, что нет".


Когда Махони стоял у окна, Свифти сказал: "Ничего, если я уделю тебе час?"


"Да, без проблем. Может пройти день или два, пока они доберутся сюда."


"Кто такие они?" - Спросил Махони.


"Подкрепление из Холо и Минданао".


"Сколько?" Махони настаивал, но в его голосе не было обеспокоенности.


"Сколько у них людей?" Я возразил.


"Ах. Их так много", - отметил Махони.


Свифти попробовал твердый пол, затем встал обратно. Увидев металлические прутья, торчащие из разрушенных стен, он натянул свое пончо в углу и примерил его. "Неплохо. Приглушите звук, никакой стрельбы."


Час спустя он был разбужен вертолетом и ругался. Моран взобрался наверх и опустился на колени, направляя "Морской ястреб", колеса соприкоснулись, люди присели и опустились на колени, "Морской ястреб" поднялся на шесть футов, прежде чем развернуться, опустив нос и улетев.


Я был под точкой доступа на крышу с Хэмблом, комплект был передан, первая австралийская команда спускалась вниз, Несбит с ними.


"Что ты принес?" Спросила я его, когда начала открывать сумки.


"Взгляни на это", - сказал он и открыл для меня сумку. "Десять вареных цыплят".


Я широко улыбнулся. "Парни это оценят".


"У нас есть вода и ваши боеприпасы, это было первоочередной задачей".


Его люди выстроились наготове.


"Капитан, в здании. Остальные, хорошенько замаскируйтесь, это война в джунглях, тактика маленькой команды, засада, бей и убегай." Я провел для них брифинг по этому району.


"Хорошо, иди по этой тропе на север. Когда вы впервые заметите дорогу внизу, поверните налево, то есть на запад, медленно, уверенно пройдите около шестисот ярдов, найдите хорошее место и сядьте на него, наденьте пончо, устройте себе уютный дом, небольшие патрули под вами, максимум в полумиле. Не приближайся к этой дороге, но следи за дорогой. Просто. Ступай."


Сержант увел их с глаз долой, пока Либан заводил Несбита насчет того, чтобы снова позагорать на ФОБЕ, и будут ли австралийцы на самом деле выполнять какую-нибудь работу?


"Могу я теперь снова лечь спать?" Свифти проворчал.


"Да, все тихо до следующего вертолета", - сказал я ему.


"Когда это должно быть?"


"Когда это настанет".


"Чертовски чудесно".


Этот следующий вертолет всего на десять минут отстал от своего приятеля, второй австралийский десант сбит, сброшено больше припасов. Я раздал приготовленную курицу людям Хэмбла, немного курицы отправил Робби, еще много осталось для офицеров.


Я приказал командиру отряда остаться, пока его людей отправили на юг на 600 ярдов, чтобы они были на этой стороне нашего холма и смотрели на французов через долину. Теперь у нас были сложены пластиковые бутылки с водой, пакеты с пайками и журналы. Я заправил свой патронташ, Моран и Махони сделали то же самое, и я бросил три магазина на Свифти, когда он пытался заснуть.


Махони схватил пустую сумку для снаряжения, набил ее песком и грязью снаружи и свалил грязь в угол, Моран помогал с Либаном, и теперь на одной стороне комнаты есть дюйм или два мягкой песчаной земли, на которой мужчины могут спать, а сверху постелены пончо.


Следующий "Морской ястреб" не привел с собой людей, кроме дерьмовой кучи припасов. Открыв сумки, мы нашли гранаты, воду и консервы, а также консервированные фрукты. Открыв банки, мы все наслаждались грушами и персиками.


Я столкнулся с Мораном. "А как насчет Саши, Малли и инструкторов по парапланеризму? Хорошая тренировка для них."


"Эти инструкторы по парапсихологии могут возразить. Саша великолепен в джунглях, Малли была бы увлечена."


Я позвонил капитану Харрису. "Слушай, приведи команду Малли и Саши и спроси инструкторов по парапланеризму, вызвались ли они прийти добровольно".


"Оу ... что ж, я поговорю с ними, посмотрим, что они скажут."


Час спустя, после того как я вымылся в родниковой воде и теперь лучше пах, вернулись "Морские ястребы", команда Малли вышла первой с полными руками снаряжения, за ней последовала команда Саши, виски и инструкторы по парапланеризму на втором вертолете, снаряжение тащили с собой, третий "Морской ястреб" сбрасывал припасы - и теперь мы были хорошо снабжены.


Я сформировал команду Малли. "Хорошо, наденьте маски и перчатки, листья на ремнях, двигайтесь бесшумно, применяйте тактику "бей и убегай". Идите на север по этой тропе, пока не увидите дорогу, займите позицию над дорогой справа - скажем, в трехстах ярдах над дорогой, надежное прикрытие, хорошая операция во время дождя, смените небольшие местные патрули.


"Эхо над дорогой, австралийцы слева от вас в шестистах ярдах. Возвращайся сюда за припасами или ранеными."


"Правила ведения боевых действий?" Заданный Малли вопрос.


"Любой, у кого есть винтовка, - честная добыча, но сообщи об этом. Режим сна зависит от вас, готовьте, когда хотите. Уходите."


Я поприветствовал Сашу, долго болтал по-русски о том, что мы здесь сделали, и приказал его людям разбить лагерь на деревьях, готовые отреагировать на любую информацию или замеченное движение.


Остались Виски и параинструкторы. "Джентльмены, эта область является ... на данный момент не настолько опасен, но может стать оживленным. Итак, у нас есть джунгли, похожие на брелок, тактика "бей и убегай". Практикуйтесь в скрытности и маскировке, бесшумном передвижении, проведении операций - как вас уже учили."


Я смотрел мимо них. Эскадрилья "Д". Я хочу, чтобы 2 человека были готовы идти."


Через минуту подошли двое мужчин, поправляя лямки.


"Виски, ты главный. Идите на юг по этой тропе, пока не достигнете дна, не поднимайтесь на другую сторону, там французы. Австралийцы справа от вас в пятистах ярдах. Идите налево, то есть на восток, пара сотен ярдов, хорошее место для засады, поворачивайте. Время от времени заглядывайте к нам и в близлежащие подразделения. Припасы доставлены сюда, раненые доставлены сюда. Есть вопросы?"


"Ожидаете вражеские патрули?" Спросил Виски.


"Да, но в этом они немного дерьмовые. Никакого героизма, сообщи о движении. Но если появится небольшой патруль... стреляйте в ублюдков, сначала убедившись, что у вас надежная позиция - не в кустах. Ладно, выдвигаемся."


Вернувшись внутрь, Моран отметил: "У нас тут все зашито, много людей убито, хорошие припасы".


"У кого есть колода карт?" Язвительно заметил Несбит, готовя пиво.


Чуть больше часа спустя, когда день был теплым, в штабе было приятно и прохладно, а в открытые окна дул сильный ветерок, Робби пришел со словами: "Уилко, военные грузовики на той дороге".


"Как далеко?" Я остро спросил.


"Две мили или меньше".


"Сколько?"


"Двадцать, тридцать или больше".


Выключив радио, я крикнул: "Все вы!" Я схватила свою паутину, застегивая ее, когда мужчины в панике столкнулись плечами. Снаружи я крикнул: "Эскадрилья "Д" здесь, Саша здесь!"


Мужчины вбежали, неся паутину и надевая ее, выстраиваясь, когда я шагнул на север. "Ладно, за мной". Я побежал по дорожке во весь опор, ветки и листья били меня по лицу. Когда мы добрались до парня из эскадрильи "D" на олене, я сказал ему следовать за мной.


Выбравшись на крутой открытый склон, я побежал вниз, пока не заметил Малли, приближающуюся сбоку. "Приготовься!" Я накричал на него. В четырехстах ярдах над дорогой я остановился, обнаружив поваленное дерево, люди заняли позицию рядом со мной.


Я передал. Рокко, Риццо, становитесь, выходите на дорогу! Австралийцы с видом на дорогу, приготовьтесь стрелять вниз."


Эскадрилья "D" рассредоточилась слева, команда Саши справа от меня, моя голова поворачивается в обе стороны, чтобы проверить позиции.


"Займите надежные позиции!" Я кричал на эскадрилью "Д".


"Там", - Либан толкнул локтем, и мы увидели головной джип, а за ним грузовики.


"Рокко для Уилко, мы готовы, увидимся на другом конце долины".


"Жди сигнала. У Риццо осталась какая-нибудь RPG?"


"Да, сейчас готовлю их".


"Я хочу, чтобы эти парни были к западу от нас, поэтому мы не хотим, чтобы кто-нибудь проходил мимо нас. Риццо, попробуй врезаться в первый грузовик."


Я посмотрел в прицел и увидел, что Риццо занимает позицию, люди рядом с ним также готовят РПГ. "Хорошо, слушайте. После выстрела из РПГ прицеливайтесь в задние части грузовиков, тщательно прицеливайтесь."


Грузовики исчезли из виду, когда они петляли по крутым поворотам среди высоких деревьев, и когда я увидел длину колонны, я сглотнул.


Свифти повернул голову. "Это много мужчин".


Я кивнул и вздохнул.


Первый грузовик притормозил на подъеме, раздался взрыв, и Риццо задел колесо. Тем не менее, это сделало свое дело, грузовик остановился и перегородил дорогу, второй РПГ попал в кабину и разнес ее на части, когда исходящий огонь перерос в рев. Мужчины выпрыгивали из грузовиков, несколько ранены, многие добрались до линии деревьев, второй грузовик подбит из РПГ, его двигатель загорелся.


Я быстро израсходовал магазин, целясь в брезентовые спины, но вскоре понял, что мы ранили только половину людей из передних четырех грузовиков, большинство других грузовиков остановились за поворотом. Я мог бы предвидеть подобную колонку и спланировать это лучше.


Поскольку стрелять было почти не в кого, я отступил. "Все могло бы пройти лучше".


Лица повернулись ко мне.


"Мы могли бы получить больше", - заметил Моран. "Разведка говорила, что приближаются грузовики?"


"Нет, но мне тоже следовало бы послать людей подальше".


"Эта колонка длиной в милю", - отметил Махони. "Если бы мы все предусмотрели, у нас больше нигде не было бы людей".


Я кивнул. "Теперь человек против человека, патруль против патруля".


"Мы им покажем", - усмехнулся Либан.


Я включил радио. "Прекращение огня. Всем подразделениям отступать, прятаться, стрелять, когда увидите хорошую цель, экономьте боеприпасы. Они вышлют небольшие патрули и попытаются обойти нас с фланга. Приготовься. Рокко, у нас здесь много припасов, я пришлю тебе немного на рассвете."


Выключив радио, я сказал: "Мэлли, оставайся здесь, Саша и эскадрилья "D" отходят на холм, офицеры отходят".


Вернувшись в штаб-квартиру, я выпил воды и вытер лоб, взглянув на карту.


Либан сказал: "Я привел сюда людей?"


"Нет, новички рассредоточатся ночью, попытаются обойти нас с фланга. Теперь это то, что я планировал, тактика маленькой команды и засада."


"За что нам платят", - отметил Несбит. "Итак, теперь мы должны это доказать".


"Бродячие патрули"? - Спросил Хэмбл.


"Черт возьми, нет", - ответил я. "В джунглях выигрывает статическая точка засады. Ты открываешь огонь, ранишь и убиваешь, ускользаешь и делаешь это снова и снова."


"Измотайте их", - отметил Несбит, Либан кивнул.


У окна я включил свое радио: "Виски, ты меня слышишь?"


"Почти. Продолжай."


"Мы только что остановили большой отряд на дороге, по другую сторону шахты. Они придут, могут попытаться обойти нас с фланга. Будь начеку."


"Я нашел отличное место для засады, также установил несколько растяжек и оповещений".


"Хорошо, тренируй тех, кто с тобой. Уилко на свободе."


Я встретился взглядом со Свифти. "Возьми несколько гранат, отнеси их Малли и австралийцам слева".


Он вышел.


Тени удлинились, солнце скрылось за возвышенностью, когда я отвозил Либана в Робби, нам подарили великолепный закат.


"Беда для Уилко".


"Продолжай".


"Они пытаются подкрасться".


"Стреляйте, когда у вас есть определенная цель, используйте гранаты, целясь так, чтобы они взорвались в десяти футах над землей. Если вас обойдут с фланга или обойдут по огневой мощи, сообщите об этом."


"Это Вилли", - прозвучало с австралийским акцентом. "Куча этих парней движется справа налево, я полагаю, на юго-запад, заходят в обход, но они далеко внизу, примерно в 600 ярдах".


"Спасибо. Продолжайте поступать отчеты."


Я повернулся к подруге Робби. "Возвращайся, возьми гранаты, отнеси их на свою операцию".


Он бросился прочь.


Робби включил свое радио. "Стив, ты слышал тот австралийский отчет?"


"Да, мы готовы, пока ничего не видно".


Выдав гранаты, я вернулся в комнату штаба с Либаном. Я объявил: "Они приближаются с запада, двигаясь на юг. Как и ожидалось."


Прошло десять минут, и взрыв эхом разнесся по шахте. Мужчины бросились к окнам.


"Позади нас?" - Поинтересовался Моран.


"Уилко за виски, это был ты?"


"Да, мы напали на приближающийся патруль, говорят, восемь человек, двое убежали, остальные мертвы".


"Не копайтесь в телах, не рискуйте, день еще не закончился".


Моран спросил: "Как они так быстро обходят нас?"


"Не то же самое подразделение", - настаивал я. "Какой-то другой отряд".


Солдаты и офицеры расслабились, мерцающее пламя в печи давало некоторое освещение, и я не беспокоился о том, что меня здесь заметят.


С напитком в руке, десять минут спустя мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Командир авиации. Как дела?"


"Ну, ваши инструкторы по парапланеризму - те, кого SAS не уважает, только что застрелили нескольких человек из своего укрытия в джунглях".


"Ого! Я знаю, в чем заключался план ... но то, что в них стреляют, будет трудно объяснить."


"А если SAS перестанет использовать тебя для параподготовки ..?"


"Да, день будет мрачным, но, пожалуйста, будь осторожен с этими мужчинами".


"У них была хорошая подготовка, теперь несколько подтвержденных убийств".


Подтвержденные убийства? Для инструкторов по парашютному спорту? Как пилоты "Геркулеса" с подтвержденными убийствами, сбрасывающие кровавый цемент. А мои медики и 2-й эскадрон?"


"Все еще на брелоке, все в целости и сохранности".


"Кроме перестрелок из проезжих частей и минометных обстрелов ..."


"Ну, да, кроме этого. Но у них есть цыплята, чтобы поесть."


"Ну, пока у них есть курица, я буду лучше спать".


Я улыбнулся. "Им это нравится, сэр, настроение было приподнятое".


"Так чем ты занимаешься на том острове?"


"Изматываем коммунистические исламистские банды наркоторговцев, ищем заложников".


"Хорошо, будь в безопасности, скоро поговорим".


Отложив телефон, я взяла немного курицы.


Я решил позвонить Мортену.


"Алло?" Казалось, он запыхался.


"Бегал трусцой?" Я спросил.


"Нет, на нас здесь напали".


"Нападение?" Я повторил, лица повернулись ко мне.


"Перестрелка на выезде, но 2-я эскадрилья убила их, но не раньше, чем они убили или ранили нескольких малайских солдат, шальная пуля попала одной из моих девушек в ногу, тяжелое ранение".


"Попроси Хьюи для нее".


"Закончил, скоро должен быть здесь".


"Я поговорю с тобой завтра".


Положив трубку, я сообщил собравшимся мужчинам: "Проезжавший мимо автомобиль открыл стрельбу по ФОБУ, малайские солдаты убиты, женщина-медик ранена".


"Они не очень довольны нами здесь", - отметил Либан.


"Скоро никого не останется", - пригрозил я.


"Робби для Уилко".


"Продолжай".


"Парни стреляют по патрулям внизу, немного далеко для броска гранаты. Звучит так, будто австралийцы бросили вниз пару гранат."


"Вас понял".


Я повернулся к Несбиту. "Идите по тропинке на юг, поговорите там со своим патрулем, они следующие".


Кивнув, он расслабился и вышел, держа винтовку.


Десять минут спустя по шахте снова разнеслась стрельба. Я подошел к окну и посмотрел на юг. "Уилко за виски, докладывай".


"Они пытались обойти нас с фланга, шестеро убитых с их стороны, несколько убежали".


"Смени позицию, вернись немного назад, новое место для засады. Ночь будет долгой."


"Сейчас двигаемся".


Обернувшись, я сказал: "Наши парашютисты видят множество действий".


Когда Несбит вернулся, я спросил его: "Ты свеженький, готов к каким-то действиям?"


"Я готов идти, да."Я вызвал нападающих Сашу и его команду. Несбиту я сказал: "Возвращайся по тропинке к самой низкой точке, остановись, займи хорошую позицию, свяжись с Виски - он слева от тебя, твои люди над тобой и справа, установи контакт".


"Говорите по-английски!" - сказал Несбит команде Саши, погрозив пальцем, прежде чем увести их.


Некоторое время спустя раздались трески. "Робби, докладывай".


"Они внизу, на тропе под нами, я бы сказал, в 400 ярдах или меньше. Некоторые даже используют факелы. Никто не пытается подняться, они движутся на юг."


"Вас понял. Малли, ты там?"


"Продолжай".


"Что происходит с твоим концом?"


"Немного стрельбы по дороге, несколько подкрадывающихся, время от времени стреляют австралийцы. Ночь будет долгой."


"Для них тоже будет долгая ночь".


Двадцать минут спустя, когда офицеры уже либо сели, либо лежали, мы услышали взрыв. Мужчины расслабились, обменялись взглядами.


"Что, черт возьми, это было?" Спросил Моран.


"Робби для Уилко и всех команд, у них есть минометы, минометы на подходе!"


"С такой же вероятностью могут поразить своих людей", - отметил я, выходя. Эскадрилья "D", распределитесь парами, найдите что-нибудь надежное, за чем можно укрыться." Я бросилась к Робби. Опустившись на колени рядом с ним, я передал: "Это Уилко. Я хочу, чтобы все команды разделились на пары, не ближе, чем на десять шагов. Рассредоточьтесь, иначе минометчик может собрать целую команду, найдите также какое-нибудь боковое прикрытие."


Еще один миномет приземлился далеко вниз по склону.


Робби сказал: "Они не самая лучшая цель, не так ли".


"Пока нет, но завтра при дневном свете может быть интересно".


Когда я вернулся в здание штаба, мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Рокко. Мы увидели, что они собираются в кучу, поэтому мы проявили инициативу и обошли холм на полмили западнее. Только что приклеил их, много раненых, так что сейчас мы отступаем туда, где были."


"Ладно, хорошая работа, но осторожнее при движении, какой-то парень в кустах невидим. О, ты видишь позицию минометчика?"


"Да, но до этого еще далеко".


"Хорошо, Уилко уходит". Положив трубку, я сказал полицейским: "Рокко обошел их сзади, сбил на дороге, когда они сбились в кучу, так что теперь они думают, что мы отстали. Может быть, они будут тратить патрули там, внизу. Или даже минометы."


Либан с минуту говорил по своему радио, французские радиостанции находятся на большем расстоянии, чем наши. Он, наконец, посмотрел мне в лицо. "Мы убиваем десятерых, некоторые убегают, сейчас замечено много патрулей".


"Робби для Уилко".


"Продолжай".


"Двое парней пробрались вниз, бросили по несколько гранат каждый, ранили кучу из них".


"Хорошо, продолжайте в том же духе - но у них больше людей, чем у нас гранат".


На востоке вспыхнул пожар, и я снова высунулся из окна. "Уилко за виски?" Это ты?"


"Да, четверо убиты, несколько сбежали. Они не учатся."


"Против такого эксперта, как ты, у них нет шансов".


Выйдя из штаба, я пошел налево и на юг, по дорожке, парень из эскадрильи "D" на олене прошел мимо. Когда деревья позволили мне что-то разглядеть, я остановился и включил радио. "Уилко для Несбита".


"Иди головой".


"Как дела?"


"Мы сбили один патруль, большой патруль, больше десяти человек, так что мы зарабатываем на жизнь. Несколько живых там, внизу, кричат."


"Не приближайся к ним, попробуй дважды нажать, и так будет всю ночь напролет".


Четыре взрыва в быстрой последовательности потрясли долину.


Было слышно, как Несбит спрашивает: "Это ты сногсшибательный?"


"Да, у нас есть гранаты, чтобы сбросить им на головы, шкипер".


По ту сторону долины я мог видеть вспышки французских выстрелов; это быстро превращалось в зону боевых действий.


Вернувшись в здание штаб-квартиры, я отхлебнул воды, послышались взрывы, послышались трески.


"Робби для Уилко, к нам приближаются несколько дерзких парней, в трехстах ярдах слева от моей позиции".


"Мы занимаемся этим". По радио я сказал: "Капитан Хэмбл, хватайте своих парней, устраивайте засаду, возьмите гранаты, установите контакт с австралийцами неподалеку".


Он вышел.


"Уилко", - позвал Свифти, стоя у окна. "Люди с факелами там, далеко внизу, и они не рубят деревья".


"Как далеко?" Я спросил.


"Восемьсот с лишним".


Свистящий звук заставил нас пригнуться, миномет попал в мину под нами.


"Отбой, тушите огонь", - небрежно сказал я тем, кто был в комнате.


"Стены прочны", - отметил Махони.


Свифти опустился на колени, прицелился и выпустил несколько длинных очередей. Вставая, он сказал: "Им есть о чем подумать".


Когда в течение десяти минут минометы не появлялись, Свифти утверждал, что это из-за него, Махони доказывал свою правоту, следующий миномет попал в деревья слева от нас, в шестидесяти ярдах от нас.


"Тогда вперед", - сказал я им, и мы все прицелились. Следующий выстрел из миномета показал местоположение трубы, все мы целились высоко, много выстрелов было сделано автоматически.


Прогремел взрыв, и мы на мгновение увидели минометные орудия и людей, убитых их собственным минометом.


"Попал в миномет?" Махони позировал.


"Ни за что", - парировал Свифти. "Парень держал миномет, мы ударили его крылом, он уронил его".


"Должно быть", - сказал я. Иначе мы бы ни за что не взорвали миномет. Свифти, Махони, побеспокоите этот минометный расчет."


Становилось все тише, а затем наступила тишина. Мужчины обменялись взглядами.


Я сказал: "Они отступили в пользу тайных атак при дневном свете. Прекрасно. Свифти, первый олень, остальным немного поспать. Майор, скажите своим людям, чтобы они немного поспали."


Я подошел к Робби. По радио я спросил: "Капитан Хэмбл, как все прошло?"


"Мы ударили по ним из гранат и винтовок, они все отступили".


"Возвращайся, отдохни немного, они вернутся после рассвета. Уилко для всех подразделений, каждому второму бойцу нужно немного поспать, они нападут после восхода солнца. Роко, ты там?"


"Да, только вернемся на возвышенность, сейчас мы немного отдохнем".


Вернувшись в здание штаба, я высунулся из окна. "Виски, ты там?"


"Продолжай".


"Выспитесь, каждый второй, они вернутся утром, передайте сообщение капитану Несбиту".


"Вас понял".


Отключившись от телефона, я позвонил Рокко, попросив Томо и Николсона встретиться с нами на дороге в ста ярдах от того места, где был сбит первый грузовик. Схватив Свифти, я собрал боеприпасы, воду и пайки, и мы оба взвалили тяжелые сумки на плечи, как Санта-Клаусы.


В Малли я попросил его и еще одного сопровождать нас, и мы двинулись вправо и вниз, очень медленно, глаза повсюду, уши настороже, и мы добрались до дороги без происшествий.


Собрав вещи, я включил радио. "Николсон, ты там?"


"Да, прямо через дорогу, никого не видно".


"Приходи за вкусностями". Я вышел и бросил сумку на дороге.


Они вбежали, схватили сумки и унеслись, пока мы их прикрывали, вскоре скрывшись за деревьями, когда мы пошли назад, Свифти и я карабкались вверх по склону, обливаясь потом, пока не добрались до старожилов. Я посидел с ними пять минут, оценивая отношение и решимость.


Вернувшись в комнату штаба, я устроился на своем грязном участке, надел маску для лица и перчатки, и усталость навалилась на меня. Я пошел прямо.


Махони толкнул меня локтем на рассвете, протягивая мне пиво.


Я расслабился и взглянул на свет, льющийся из окна. "Они в движении?"


"Нет, должно быть, здорово повеселился".


Я встал, потянулся и сделал глоток чая. Выглянув в окно, я не увидел ни минометного расчета, ни каких-либо тел.


Достав свой телефон, я дал сонному капитану Харрису подзатыльник, прежде чем подойти к Робби. Он поднял голову, когда его пара толкнула его локтем, и потянулся.


"Мне приснился прекрасный сон", - пожаловался он.


"Все тихо?" Я спросил.


"Там внизу ничего не движется, но я вижу тела, их много. Они не забрали тела."


Вернувшись в здание штаба, час спустя Либан ответил на звонок по рации. Повернувшись ко мне, он сказал: "Они приближаются, небольшие группы, по четыре человека, все зеленые и замаскированные, как движущийся куст".


Я кивнул и направился обратно к Робби. Уилко для всех подразделений. Они пробираются небольшими группами, тщательно замаскированные. Я хочу, чтобы все вы были абсолютно неподвижны, хорошо замаскированы, в полной тишине. Подпусти их поближе, затем убей, используя глушители и тряпки. Ожидание."


Устроившись поудобнее сбоку от Робби, я закрепил свой шип на рукоятке переднего конца и воткнул его в бревно, прицелился вниз и начал сканировать путь своим зрением.


Пять минут спустя я увидел движение, два крадущихся куста. Я подождал, пока не узнал, где находится каждый из теперь уже четырех человек, и дважды выстрелил в каждый куст. Теперь я мог видеть ботинки и ноги и дважды постучал по каждому телу.


"Что это было?" - Спросил Робби.


"Четверо мужчин, которые не вернутся к толстым женам".


Робби прицелился и успокоился, его приятель сделал то же самое.


"Ищите кусты, которые шевелятся", - сказал я им. Подняв прицел, я нашел далекий ручей и отверстие и задержал на нем взгляд, пытаясь дать отдых глазам.


Десять минут спустя что-то зашевелилось, куст зашевелился, собираясь пересечь ручей. Я осторожно нажал на спусковой крючок, лязг перезарядки отдался в моей скуле, в ручье виднелось тело.


Робби в кого-то стрелял. "Поймал его".


Дерево над Робби треснуло, и мы все посмотрели вверх.


"Это было дерзко", - отметил Робби.


"Пригнитесь", - сказал я им.


Я восстановил тело в ручье, деревья вокруг нас поражаются каждую минуту, и я нашел еще один движущийся куст, в который всадили две пули.


Свифти пристроился рядом со мной. "Вот где происходит действие?"


"Пригнись, их снайперы не так уж плохи".


На нем была маска, и он прицелился под бревном, без шансов быть замеченным или попасть. Дерево над ним затрещало, и он посмотрел вверх. Целясь вниз, он выстрелил раньше меня, и мы оба просмотрели по журналу за час.


Отступив со Свифти, сняв маски, мы глотнули воды, как раз перед тем, как деревья вокруг нас охватил огонь.


"Ты видел, откуда это взялось?" Я спросил Робби.


"Нет".


Смыв воду, снова надев маску, я посмотрел вниз. Я включил радио. "Кто-нибудь видел этот пулемет?"


" Это Вилли, " послышался австралийский акцент. "Думаю, я видел это, далеко внизу по склону. Если вы посмотрите туда, примерно в 700 ярдах вы увидите два высоких дерева. Идите направо и немного вниз."


"Они могли бы сохранять подвижную позицию", - пожаловался Свифти.


С помощью прицела я разглядел высокие деревья, внизу и справа, и увидел движение. Установив автомат, я прицелился и выпустил несколько длинных очередей. Готовясь к одиночному выстрелу, я ждал, установив прицел на 600 ярдов.


Движение, мужчина склонился над чем-то. Я выстрелил и промахнулся, лицо повернулось в мою сторону, прежде чем убежать. Я увидел, куда он побежал, прицелился повыше и выстрелил. Нога, торчащая наружу. Так что, возможно, я кого-то ударил.


Деревья надо мной выдержали два раунда, раздался "звон", когда пуля отскочила.


Продвигаясь вперед, я прицелился, просто глядя на случайные деревья, и внезапно обнаружил ботинок на дереве. Я изучил его, нашел дуло и дважды выстрелил, человек упал спиной с дерева.


Я включил свое радио. "Уилко, всем подразделениям, на деревьях есть люди, снайперы лазают по деревьям, так что проверьте эти чертовы деревья".


Глухой взрыв, свист, и РПГ попадает в склон значительно ниже нас, взметая грязь, поднимая клубы дыма.


" Я кого-то вижу, " прошептал Свифти. Я повернул голову. Он подождал несколько секунд и выстрелил. "Попался".


"Злой рок для Риццо", потрескивающий, сильно искаженный.


"Продолжай", - прозвучало в ответ, столь же искаженное.


"Мы видим людей, крадущихся вверх по вашему холму, поэтому мы ударим по ним. Ты целишься в наш холм."


"Вас понял".


"Хорошая идея", - отметил я, всматриваясь в прицел.


Деревья рядом с нами были поражены очередью, тяжелые удары отдавались эхом.


"Это было пятьдесят кал", - крикнул я. "Не высовывайся, блядь".


РПГ пролетела мимо нас и попала в дерево позади. Мы со Свифти оба оглянулись, обменялись взглядами через наши маски.


Целясь вниз, мое сердце пропустило удар, когда я увидел пачку РПГ на земле. Я крепко сжал свою винтовку и сделал десять выстрелов подряд. Взрыв, и я поднял глаза. "Я только что запустил RPG-голову".


Снова прицелившись, дым рассеялся, я увидел ползущего человека и попал ему в спину, у другого мужчины не хватало руки, и я прекратил его мучения выстрелом в голову. Установив автоматический режим, я поменял магазины местами и опрыскал территорию вокруг мертвецов.


Выстрелил гранатомет, но прямо вверх, мы со Свифти оба смотрим вверх. У него закончилась ракета, он откатился назад и взорвался внизу.


"Осечка", - отметил Свифти. "Либо это, либо они так же взбешены чайками, как и все мы".


Жаркие два часа спустя мы все еще были там, стреляли каждые шесть минут или около того, австралийцы время от времени открывали огонь, а также отряд Робби впереди и справа от нас. Но у нас был прохладный ветерок, который успокаивал нас.


Внезапный взрыв, и мы все пригнулись, деревья вокруг нас обрушились, и входящие пули продолжались более пяти минут, прежде чем стихли, трое мужчин теперь нянчились с осколками, двое австралийцев с осколками, один из Малли сообщил о царапине.


Вернувшись в ШТАБ, я оборудовал медицинскую зону и извлек осколки, царапина была перевязана, но не слишком сильно, всего два дюйма в длину и 1 см в ширину. Мужчин отправили обратно в их команды.


Либан с гордостью заявил: "Мы застрелили сорок человек".


"И это все?" Свифти усмехнулся.


"Я попал в RPG, лежащую на полу", - похвастался я, пополняя запасы журналов.


Я сидел на скамейке и отдыхал, когда зазвонил мой телефон. "Это Дэвид Финч. Как дела?"


"Мы на возвышенности, хорошо окопались, хорошо снабжены, и они пытаются выбить нас, но без особой удачи. Они приближаются, мы стреляем в них. Они, должно быть, потеряли сотню человек только этим утром."


"Есть раненые?"


"Несколько осколков, одна царапина, пока никакой драмы".


"И план в том...?"


"Измотайте их".


"Немного открытый ..."


"Ну, мы можем встретиться с ними здесь или когда пойдем за заложниками".


"Да, я полагаю. Женщину-медика ударили по вашему брелку, она вылетела, все должно быть в порядке."


"Я слышал".


"Малайские газеты решительно осуждают нападения на своих людей, отправку большего количества солдат в регион с вашим брелоком, различных политиков, разжигающих национализм. Пока о тебе ничего не упоминалось."


"Пока держим это в секрете, поскольку нельзя, чтобы было видно, что мы выполняем за них их работу, а они не хотят взрывов бомб или репрессий против туристов".


"Да, возможно. Хорошо, поговорим завтра."


Десять минут спустя Робби вышел со словами: "Уилко, ты там?"


"Продолжай".


"Моя оперативная группа, они увидели немного сухого дерева ниже по склону, зажгли несколько таблеток гексамина и сбросили их вниз в тряпках. Из-за этого начался пожар."


"В какую сторону дует ветер?"


"По отношению к ним, а не к нам, вот почему они это сделали".


"Чего ты мне не договариваешь?"


"Огонь бушует".


"В пути". Я расслабился, обменявшись взглядами с остальными. Моран и Либан пошли со мной, и мы опустились на колени, вглядываясь вниз, в огромный столб серого дыма, тянувшийся на запад.


Либан сказал: "Ну, это могла быть ваша RPG, но не эти люди, нет".


"Да, пожар мог начаться в любом случае", - признал я.


"Нет, это хорошо", - настаивал Либан.


"Они будут отходить, пока не рассеется дым", - отметил Моран.


"Думаю, это дает нам время пообедать".


"Рокко для Уилко" вышел искаженным.


"Иди головой".


"Ты там в огне?"


"Робби развел внизу костер, чтобы немного отогнать их". Я повернулся к Морану. "Итак, перерыв на обед".


Вернувшись в штаб-квартиру, мы отдохнули в полуденной жаре, посидели, тихо болтая, съели еще немного курицы и съели консервированные груши.


Полчаса спустя вышел "Робби для Уилко".


"Продолжай".


"Er ... этот огонь. Это ... немного растянуто."


"Как далеко?"


"Пятьсот ярдов влево, пятьсот ярдов наружу".


"Это движется в гору?"


"Нет, двигаюсь вниз по склону. Только это ... дым тянется до самого побережья."


"Робби, это ты поджег остров?" Я спросил.


"Это был не я".


Моран вставил: "На данный момент трут сухой, так что не время разводить огонь".


" Если ветер изменит направление ... " подтолкнул Махони.


Я позвонил Фрэнксу. "Дайте мне прогноз погоды, направление ветра и прямо сейчас".


Он перезвонил через десять минут. "Ветер свежеет, восточный, завтра ночью пойдет дождь, завтра ветер усилится".


"На всякий случай, восточный ветер означает, что он дует на запад, да?"


"Да. Что-то не так?"


"Иррегулярные войска стреляли из РПГ и подожгли лес. Это вышло из-под контроля."


"Неужели? Черт. Ты в опасности?"


"Нет, мы к востоку от пожара, их основные силы в деревьях под огнем".


"Что ж... на самом деле ты ничего не можешь сделать, кроме как переждать, я думаю."


"Похоже, что это так, да". Отключив телефон, я взглянул на их выжидающие лица. "У кого-нибудь есть действительно хорошие идеи?"


"Обойди их с фланга, напади на них, когда они будут убегать", - предложил Махони.


"Мы могли бы выкашливать тот же дым, что и они", - возразил Моран. "И если ветер изменит направление, нам крышка".


"Ветер должен усилиться", - сказал я им. "Чтобы огонь набирал скорость. Завтра ночью должен пойти дождь, но ... некоторые девственные леса и несколько редких видов почувствуют жару до этого, и ООН и Гринпис будут повсюду вокруг нас."


"Как ты говоришь, они стреляли из РПГ", - настаивал Либан. "Неудачное время, дождя нет, немного ветра".


Час спустя Свифти вернулся с возвышенности, его взгляд говорил сам за себя. "Этот пожар шириной в милю, бушующее оранжевое пламя, не видно побережья. Я мог видеть на дороге горящий грузовик."


"Гринпис" не будет счастлив, " со вздохом отметил Либан.


Я вышел и набрал номер.


"Кабинет министров."


"Это капитан Уилко, SAS, из Малайзии. Я хочу, чтобы присутствовал самый старший мужчина, пожалуйста. "


Минуту спустя пришло: "Главный секретарь Кабинета. Это ты, Уилко?"


"Да, сэр, и у нас проблема. Мы на острове под названием Бонгао, недалеко от Малайзии, сражались с плохими парнями, все шло хорошо, когда мы взяли высоту. Они обстреляли нас из РПГ, из-за чего начался лесной пожар, неудачное время - весь трут высох, и теперь... половина острова в огне."


"Ого! Ваши люди в опасности?"


"Нет, сэр, к счастью, мы с подветренной стороны, но несколько миллионов акров нетронутой птичьей среды обитания вот-вот взлетят на воздух, гражданские лица в опасности".


"Ах, да, я понимаю. Мы могли бы выступить с некоторой критикой этого. Сейчас я введу в курс дела соответствующих людей. Спасибо, что дали нам знать."


К заходу солнца запад был залит оранжевым заревом, и не от солнца. Глядя вниз на разрушения, я сильно опечалился, и если бы на пути огня оказались гражданские лица ..? У меня скрутило живот.


Звонил Фрэнкс. "Гражданские лица покидают город на лодках, согласно радиопереговорам, которые окутывают дымом весь главный город и гавань".


"И этот чертов ветер усиливается".


К западу от пожара меньше деревьев, все срублено на дрова, в основном вспаханные поля, поэтому мы не думаем, что огонь доберется до населенных районов. И мы проверили, и это случилось однажды раньше, десять лет назад после долгого засушливого периода."


"Есть что-нибудь о нерегулярных войсках?"


"Те, кто добрался до гавани, реквизируют лодки под дулом пистолета. Но немногие достигли гавани."


Я тяжело вздохнул. "Резервные вертолеты прилетят за нами сегодня вечером, дым обеспечит прикрытие".


"Ты думаешь, лучше уйти?"


"Мы их уничтожили, здесь нет заложников, и нам, вероятно, следует дистанцироваться от этого".


"Ну, да, возможно. Я подготовлю вертолеты."


"Пришлите их через тридцать минут. Уилко на свободе."


Я передал по телефону: "Всем подразделениям отойти в район штаба. Рокко, Риццо, подойдите. Малли, прикрой их. Всем подразделениям, мы уходим. Отходите парами прикрытия, будьте осторожны."


В здании штаб-квартиры уже собирались люди.


"Капитан Хэмбл, пересчитайте головы, проверьте на наличие травм", - сказал я, проходя мимо него и эскадрильи "D".


Майор Либан сообщил мне, что его люди уже в пути.


" Ты не выглядишь счастливым ... " подтолкнул локтем Моран.


"По нашей вине или по их, мы только что разрушили экосистему острова и пустили дым в глаза женщинам и детям". Они обменялись взглядами. "Гражданское население эвакуируется из гавани, но лодок никак не может хватить".


" У янки есть ванны, " вставил Свифти.


Я поднял палец и вышел с телефоном в руке.


"Фрэнки".


"Это Уилко. Слушай, у вас поблизости есть ванны, так что, есть десантный корабль?"


"Да, много".


"Подумайте об этом: гуманитарная катастрофа, ваша участь - спасать, вы убираете гражданских, хороший заголовок в газете. Отправь это по очереди сейчас, официальный запрос от меня. И подумайте, какой заголовок будет, если женщин и детей задушат."


"Хорошо, я отправлю это по очереди сейчас".


Первые два "Морских ястреба" уничтожили эскадрилью "D", после того как я крикнул им, чтобы они перестраховывались, следующие два "Морских ястреба" схватили австралийцев, которые продемонстрировали Несбиту свое оружие без патронов.


Следующими пошли французы, за ними последовали команда Саши, Виски и параинструкторы - один получил легкое ранение, военно-морской флот США, похоже, располагает большим количеством "Морских ястребов", доступных сегодня.


Рокко и Риццо вошли вместе с Малли, подсчеты сделаны, оружие в безопасности. Следующим я отправил отряд Робби - после того, как тихо предупредил их, чтобы они никогда не говорили о пожаре, отряд Риццо, Рокко, и, наконец, только моя команда из четырех человек встала на колени на крыше, следующий "Морской ястреб" подобрал нас, и с воздуха мы могли видеть бушующие пожары на западе, множество оставленных припасов, излишки боеприпасов, сброшенных в шахту.


Когда мы покидали остров, я мог видеть много огней в воде, кораблей, так что, возможно, местных жителей подобрали рыбаки, подумал я.


Мы врезались в ярко освещенное летное поле с ухабом, Мортен и Харрис стояли там с Хейнсом, моя команда вышла и побежала, согнувшись пополам, наша поездка стартовала, раздалась волна благодарности.


"Все вернулись целыми", - отметил Мортен. "Несколько незначительных ран".


Я кивнул. "Нам повезло, а они были дерьмом".


"А этот огонь?" - Настаивал Мортен.


"RPG вызвала пожар. Неудачное время, весь tinder высох, половина острова исчезла."


" Господи, " выдохнул Мортен. "Жертвы среди гражданского населения?"


"Возможно", - признал я, когда мы шли в командный пункт, 2 артиллериста эскадрильи патрулировали. "Как поживает твоя девушка?"


"Должен полностью восстановиться в больнице в Куала-Лумпуре".


Я поздоровался с Фрэнксом и его приятелем.


Фрэнкс сказал: "За последний час у нас были десантные суда, которые забирали людей, высаживали их на побережье Малайи, малайские чиновники и армия с удовольствием организовали помощь, не в последнюю очередь потому, что у них есть претензии на близлежащие острова".


"Смерти среди гражданского населения?"


"Пока сообщений нет, пожар на территории фермы прекращается". Он взглянул на остальных. "К сожалению, основная часть ... задействованных вами сил, похоже, не преуспела".


Я также взглянул на другие. "Пожары все время начинаются от брошенных сигарет, и они были не в том месте".


"Оружие стреляет в сухом лесу ..." - отметил Харрис. "Рецепт катастрофы".


Я взяла холодную банку фанты, прежде чем Фрэнкс подтолкнул меня на улицу.


Он начал: "Мы думаем, что более полутора тысяч человек высадились на берег, и только пятьдесят покинули остров. Не считая тех, с кем ты столкнулся в первый и второй день. Власти в восторге, правительство Филиппин в восторге, но вы ... не выглядите счастливым."


"В том пожаре могли погибнуть гражданские лица, а я не об этом".


Он кивнул. "Ты мог бы считать это своей виной, я понимаю это. Но вы отбросили их назад, многие лидеры убиты, их лучшие люди, кит потерян. Они дважды подумают, прежде чем захватывать заложников."


Я поднял палец, достал спутниковые телефоны, которые мы получили от мертвого командира, и вспомнил номер.


Появился местный диалект.


"Я немного говорю по-английски, ты немного говоришь по-английски?"


"Да".


"Мы - люди из Бонгао. Завтра вы отправляете обратно всех заложников, лодки, или мы приходим в Джоло и убиваем всех. Ты скажешь боссу, да."


"Да, я говорю ему".


"У тебя есть один день". Я отключил звонок.


Фрэнкс пристально смотрел на меня. "Ты думаешь, они отдали бы заложников?"


"Ты бы сделал это, если бы знал, скольких людей ты потерял?"


"Что ж... Я бы сказал... они бы обосрались, если бы подумали, что ты приземлишься на Джоло." Он закашлялся от смеха и покачал головой. "Если это сработает ..."


"Если это не сработает, мы сделаем это трудным путем и включим HALO. Итак, стоит попробовать. В любом случае, мне нужно немного кипы."


Я направился обратно в свою первоначальную хижину, десятки мужчин двигались вокруг на скамейках. "Все вы, успокойтесь, немного отдохните!" Я закричал. В своей хижине я плюхнулся рядом со Свифти, Моран и Махони напротив, остальные парни - дальше по хижине. Сняв лямки, патронташ, ботинки, я вздохнул и лег. "Почему у меня болят ноги, мы никуда не ходили".


"Жар на твоих ногах", - пропел Моран. "Вызывает отек".


Я полил ноги водой и дал им остыть, банда была шумной, но было приятно видеть их в приподнятом настроении.


Я не был уверен, в какой момент я задремал, но я проснулся в темноте и надел маску для лица и перчатки, только для того, чтобы проснуться на рассвете с мокнущими укусами на ногах, которые ужасно чесались. Я сидел там, тихо проклиная себя.


Смазав укусы кремом, надев носки и ботинки, надев патронташ и сняв лямки, я тихо вышел со своей винтовкой. Сходив в туалет, я сел на скамейки в "сером рассвете" с двумя парнями из эскадрильи, выпил пива и отказался от некоторых деталей. Я съел банку груш, внезапно проголодавшись, и немного курицы, предложенной парнями из 2-го эскадрона.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Полковник Мэтьюз, не знал, найду ли я вас бодрствующим".


"Я уже полчаса как на ногах, сэр".


"Мы слышали, что ты рано вставал, да. С тобой и твоими людьми все в порядке?"


"Несколько незначительных ран, сэр, вот и все".


"Замечательно, учитывая потери с их стороны".


"Они были плохо обучены и ими плохо руководили, сэр, все собрались ради нас. И этот пожар случайно коснулся многих из них."


"Это случилось, да, и плохой способ уйти, обжечься или задохнуться. Но различные заинтересованные стороны очень довольны, вы отбросили сепаратистов далеко назад, часть руководства ушла. Правительство Филиппин может просто разорвать это мирное соглашение.


"Но причина, по которой я звоню, заключается в том, чтобы сказать, что лодка причалила к малайскому побережью сорок минут назад, шестьдесят заложников освобождены, включая филиппинских солдат и полицию. Согласно нашим отчетам, вы позвонили им и пригрозили высадиться на Джоло, если они не передадут заложников."


"Попытаться стоило, сэр".


"Несколько здешних типов из ЦРУ были, мягко говоря, немного удивлены этим, а затем удивились снова, когда они отпустили заложников. И ночью наш десантный корабль подобрал сотни гражданских лиц и высадил их на малайском побережье, телевизионные СМИ сообщают об этом факте здесь, а СМИ только что пронюхали о боевых действиях на острове."


"Есть какие-нибудь идеи о количестве погибших среди гражданского населения, сэр?"


"Пока никаких цифр в списке нет, но если бы их было много, мы бы услышали об этом."


"Приятно это знать, сэр".


"У тебя нет особых причин бить Джоло сейчас ..."


"Нет, сэр, так что, может быть, нам не стоит испытывать судьбу".


"Без сомнения, мы скоро снова поговорим".


"Да, сэр. Уилко на свободе."


Положив трубку, я минуту смотрел на нее, а затем позвонил Максу в Лондон. Он был дома. "Возьми атлас, карту Борнео, ручку и бумагу".


В течение получаса я рассказывал ему историю с небольшим уклоном, и он врывался с ней в офис.


В тот день мужчины много ели, бездельничали, приводили в порядок снаряжение и свою одежду, различные группы сплотились и болтали, заводя друг друга по поводу того, кто что сделал. И параинструкторы, они были в самой гуще событий, двое демонстрировали повязки на ранах, Виски признавался, что вернул себе молодость.


Саша и Несбит теперь были лучшими друзьями, Саша учил его, как оскорблять по-русски, не совсем на шаг вперед. Мортен согласился, что его команда привыкает к трудностям, что медики часто жаловались, но потом им стало скучно, когда они вернулись на базу, и они захотели приступить к следующему заданию.


Я долго сидел и болтал с нашим ДЖИКОМ мандарином, человеком, пораженным моим дерзким телефонным звонком, но также обеспокоенным тем, что американцы внезапно стали такими услужливыми.


В полночь по нашему времени позвонил майор. "Добрый вечер, сэр".


"Настало утро, и ваша история только что попала в новости, на телевидение и в газеты. В газете Sun есть разворот на четыре страницы, карты и диаграммы, упоминание австралийского подразделения и французского, военно-морского флота США. Американские НОВОСТИ сообщили, что их корабли подбирают островитян. Итак, вы сожгли дотла половину острова ..."


"Все началось с стрельбы из РПГ, сэр. Весь трут был сухим, плохое место для перестрелки. Итак, как дела у моих копов?"


"Они были на фабрике, я однажды смотрел на них, и они кажутся хорошими, да, добираются туда, высокопоставленные полицейские наблюдают за ними - все очень увлечены. Работа с пистолетом также намного лучше. Ты сейчас возвращаешься?"


"Вероятно, заложники были освобождены".


"Без сомнения, люди на Минданао не хотели, чтобы вы сожгли дотла и их остров".


"Скоро поговорим, сэр".


Я нашел нашего ДЖИКА мандарина бодрствующим и попросил, чтобы он организовал самолеты, затем оставил сообщение в SIS для Дэвида Финча, колеса вращаются на нашей эвакуации, сообщения отправлены в Париж и Канберру.


На следующее утро я проверил все снаряжение, большую его часть разложил по ящикам, австралийцы приземлились "Геркулесом" в полдень, пожали друг другу руки, обменялись грубыми насмешками, австралийцам предстоял долгий и неудобный перелет домой.


Малайский "Геркулес" приземлился для нас полчаса спустя, и мы начали перематывать пройденный здесь маршрут.


Очень долгие сорок два часа спустя мы вернулись в GL4 в 4 утра, под холодным дождем, и в доме я включил чайник, моя одежда провоняла.


Свифти сел, вздохнул и снял ботинки, усилив запах. "Приятно, что после жары прошел этот холодный дождь. Затем, через несколько дней, вы хотите, чтобы жара вернулась."


Я кивнул, чашки приготовлены, чай в пакетиках, сахар. Держа в руках напитки, мы сидели и потягивали, минуту ничего не говоря. "Все еще думаю о том, чтобы отвезти копов в Сьерра-Леоне и инструкторов по парапланеризму".


Свифти отпил чаю. Инструкторы подружились с некоторыми ребятами из эскадрильи "D", получили несколько подтвержденных убийств. Но живых жертв нет, так что да, может быть, Сьерра-Леоне для них. Лэсси вернулась сюда?"


"Не уверен, МОД должен посмотреть на его руку, но я буду придираться к ним".


"Он все еще может стрелять, просто не левша. И как часто мы стреляем с левой руки? В любом случае, какой сегодня день?"


"Хрен его знает".


"Пусть член парламента Пит вместе с молоком напишет записку, какой сегодня день".


Я широко улыбнулся и, потягивая чай, кивнул. "Так и не получил того новозеландского консультанта".


"Вероятно, он появился сегодня. Привет, здесь есть кто-нибудь?"


Я отхлебнул чаю, как собака, уставшая от неудобного перелета. Я бы меньше устал, если бы мы шли и сражались все это время. "Давай договоримся больше не совершать длительных перелетов, а?"


"Черт возьми, да. Это было слишком долго, моя задница заснула раньше меня."


Я уставился в свой чай. "Этот пожар беспокоил меня".


"Почему, это могло случиться в любое время?"


"Но это случилось не в любой момент, мы начали это намеренно".


"Ну, Робби Набберс сделал, ты никогда этого не заказывал".


"Но я несу ответственность, и когда мы взлетали на том вертолете, я мог видеть пламя и ... Я думал, что на его пути были женщины и дети. Все еще не уверен, был ли кто-нибудь убит, и были ли они ... что ж."


"Что ж... что?"


"Если в некоторых газетах сообщается, что погибло сто женщин и детей, тогда... тогда я бы уволился."


Он повернул голову. "Ты бы уволился?" он мягко спросил.


"Не могли бы вы продолжать, раз уж на вас это возложили?" Что бы вы сделали, если... если бы ты выстрелил из РПГ по хижине и убил двадцать женщин и детей по ошибке?"


"Что ж... не уверен, но это вскружило бы мне голову, да."


"Мы придерживаемся высоких моральных устоев, по крайней мере, пытаемся. Я верю. Если мне или некоторым из парней суждено схлопотать пулю, то я хочу, чтобы это было ради благого дела, правильного дела."


"А если янки попросят тебя выполнить грязную работу?" - спросил он.


"Я бы оценил это в то время. Если бы это было ... иди и убей кучу террористов, отлично. Если бы это было так ... взорвите их дом с их семьей в нем, не - еби их."


Свифти отпил чаю. "Полагаю, если меня собираются убить, то лучше за доброе дело, да, а не за какую-то политическую чушь. Мы поехали в Замбию, потому что у старых школьных приятелей премьер-министра там были шахты. Не уверен, что хочу, чтобы меня убили за что-то подобное."


"Никто бы не стал, кроме большинства постоянных сотрудников SAS, которые понятия не имеют, за что они сражаются. Им нравятся тренировки, они сражаются за своих товарищей, но, черт возьми, все читают газеты и знают, зачем они куда-то идут. А Рокко и Риццо, они просто любят драться."


"Ну, это то, чего хочет армия; люди, которые выполняют приказы, а не думают о том, зачем они куда-то идут. Или SAS может оспорить законность нескольких заданий и их нравственность."


Я кивнул. "Я стремлюсь направить нашу компанию по трудному пути, мораль на нашей стороне. Вот почему тот пожар так сильно беспокоил меня, и беспокоит до сих пор."


Когда я проснулся, я все еще беспокоился о том пожаре, и поэтому я позвонил сестре, спрашивая подробности. Когда я сидел на краю кровати, мои ботинки воняли - и удивлялся, почему я не оставил их внизу, как обычно, сестренка перезвонила. Агентство Рейтер сообщило о нескольких людях, госпитализированных из-за вдыхания дыма, несколько пожилых людей пропали без вести, и что дым затронул людей, но не пожар - насколько это касалось гражданских лиц.


Пошли дожди, и на следующий день под возвышенностью были найдены тела, сотни тел, что заставило меня задуматься, почему мужчины не сбежали. Я подумал, что, возможно, им было приказано оставаться с повязкой на рту, но они неправильно оценили пожар - пока не стало слишком поздно.


Я взглянул на часы, было 11 утра. После душа из комнаты Свифти не доносилось ни звука, я переоделся в гражданское, по привычке надел кобуру и кроссовки, я вышел на холодный воздух, мимо проносились сердитые темные тучи, и я пошел в столовую, на аэродроме было тихо.


В столовой я нашел только Анри и Жака, плюс двух PTI и продавца из Херефорда. На мгновение мне пришлось ломать голову, зачем они здесь, затем, заказывая завтрак, я вспомнил, что дамы сегодня выглядят скучающими.


Сидя рядом с PTI, я начал завтракать, и они рассказали мне о том, что они делали, а это было совсем немного, если не считать помощи полиции.


"Какой сегодня день?" Я спросил.


"Понедельник, начало недели".


Я наелся, очень проголодался этим утром. После чашки чая и беседы с продавцом из магазина я поднялся в ангар, где было несколько сотрудников Intel.


"А, ты проснулся", - приветствовал меня О'Лири.


"Вот-вот, старый долгий перелет назад".


Я услышал, как майор заканчивает разговор, вошел и сел.


"Значит, ты вернулся", - громко заметил майор. "Все джунгли смыло?"


"Почти, сэр, но я думаю, что мои ботинки нужно проветрить".


"Да, может быть, немного вонючий. Больше никого не видел. Семей тоже нет!"


"Почему?" Я озадачен.


"Ты отправил их собирать вещи, вот почему. Смирись с этим, парень."


"Спроси меня снова завтра", - съязвил я.


МОД захватила три дома, и они перевезли семьи, пока их мужчины были в отъезде. Я навестил каждого, и они намного счастливее, чем быть здесь, красивые сады, ни у кого нет оружия, так что все хорошо, что хорошо кончается."


Я кивнул. "Я никого не пущу обратно на базу".


"Робби действительно сказал перед уходом, и я бы не хотел, чтобы они были здесь, я бы не хотел говорить им уходить после того, как кого-то убили. У них было бы по меньшей мере тридцать дней, часто дольше, и мы бы виделись с семьей каждый день."


Я снова кивнул. "Как дела в полиции?"


"В отпуске. Их боссы сказали дать им неделю, так что на этой неделе они все разъезжаются, куда бы они ни пошли, только не сюда. У тебя запланирован следующий шаг?"


"Следующий шаг, если они соответствуют уровню, - Сьерра-Леоне".


"В опасности. И что, черт возьми, ты сделал с теми инструкторами по парапланеризму? Их командир позвонил мне и обругал по телефону. Громко."


"На ФОБ у них были тренировки, патрулирование в реальном времени, затем я объяснил, что обычные SAS хотят прекратить их использовать, и что выполнение задания в реальном времени может повысить доверие. Итак, когда у меня была безопасная база на том острове, с управляемыми рисками, я позвал их.


"И ... они хорошо поработали, дюжина или больше подтвержденных убийств, в них появилось новое чванство, и они объединились с несколькими парнями из эскадрильи "D". Я отвезу их в Сьерра-Леоне, в живой ОРЕОЛ, после которого все должно наладиться."


"Может быть, полковник Дин просто скажет постоянным заткнуться и заняться этим. Я встречался с ним несколько раз, и мы ели карри, и он не потерпит никакого дерьма. Многие старожилы тоже ушли."


Я скорчил гримасу. "Факт в том, что завсегдатаи не ошибаются насчет параинструкторов; они никогда не сталкивались с опасностью. Если они проведут несколько живых патрулей и создадут живой ОРЕОЛ, это может быть только на пользу."


"Ну, может быть, да. Но не теряй ничего."


"Некоторые получили небольшие раны, без сомнения, теперь очень гордятся ими".


"И ты поведешь туда полицию?"


"Необходимо, сэр, по нескольким причинам. Во-первых, непроверенный полицейский, вышибающий дверь и встречающийся с бандитом, может обделаться. Во-вторых, политики должны знать, что они могут это сделать, и делают это хорошо. И прежде чем я подпишусь под этим, мне нужно знать, что они могут справиться с задачей, когда реальные люди отстреливаются. И в-третьих, мы впустую сидели по Лондону в ожидании террористической атаки."


"Да, я потратил много времени на ожидание; мужчин лучше использовать в другом месте. Из того, что я видел, копы в хорошей форме и теперь очень хорошо стреляют, хороши в Доме убийств, но встретиться лицом к лицу с вооруженным человеком - совсем другое дело. Как дела у отряда Робби?"


"Отлично, никаких проблем, никогда ни на кого не приходилось кричать. Хэмбл и его парни были в порядке, никаких инцидентов, и они выполняли приказы."


"У них был брифинг от полковника Дина: одно ваше слово о проблемах, и этот человек ушел бы в тот же день".


"Это помогает", - отметил я.


"Разведка была облажавшейся?" - спросил майор.


Разведданные были невелики. И у них никогда не было списка лагерей. Облет мог бы решить эту проблему, но они прилетели на второй день. Если бы те местные парни не спали, они могли бы сбить вертолеты и убить нескольких человек."


"Да, чертовски повезло. Я говорил с Дэвидом Финчем, он кажется нормальным, немного сдержанным по сравнению с Бобом."


"Он достаточно скоро встанет на ноги. И он прислушивается к моим советам, что является хорошим знаком. Он осваивается."


"Какие-то проблемы с человеком из JIC?"


Я улыбнулся. "Он проспал всю дорогу, сорок часов, затем лег спать, а на следующий день был настолько измотан, что не мог встать с постели. Следующей ночью, на третий день, я думаю, он разгуливал голый, ходил во сне."


"Что за шутка. Этот человек был послан туда, чтобы присматривать за тобой, и он спит, а вокруг него идет война. Но я думаю, что они поджарили его каштаны."


"Второй парень был намного лучше, внимательный и с этим, и полезный. Не было никаких проблем, и они не пытались вмешиваться."


"Проблемы с малайскими солдатами?"


"Не с солдатами, но мы попали в бордель, полный боевиков и плохих парней. В тех краях, переправляя филиппинских девушек в Малайзию, плохие парни зарабатывают деньги, поэтому я хотел закрыть их, где только мог. Оказывается, когда мы попали в этот бордель, продажа девушек была в самом разгаре, местный губернатор был там, организовывал все."


"Коррупция глубоко укоренилась на Дальнем Востоке, да".


"Если увидишь кого-нибудь из ребят, скажи им, что у них есть несколько выходных".


"Если они все зомби, как ты, чертовски верно; держи их подальше от оружия!"


Я пошел и посидел с Крабом и Даффи, мы долго болтали об операции, затем поболтали о полицейской подготовке, посмотрели на карточки с оценками.


Когда я возвращался домой, у меня зазвонил телефон. "Уилко".


"Полковник Мэтьюз, Пентагон. Ты выздоровел?"


"После полета - нет. Сорок часов сидения на чертовски неудобных сиденьях."


"Может быть тяжело, да. Ты можешь говорить?"


"Да, сэр, стреляйте".


"У нас есть некоторый анализ и разведданные по операции, и я подумал, что вы захотите знать. В первый день, в лагере номер один, ты убил сорок одного. День первый, лагерь второй, эта цифра равнялась шестидесяти двум. День первый, гражданские резервисты, сто тридцать три, плюс очень много раненых. Как ни странно, многие из раненых были вывезены с острова и отправлены на Минданао.


"День первый, удар второй, аэродром, сто шестьдесят восемь убитых, очень много раненых. День второй, высокогорный лес, по оценкам, восемьдесят четыре человека, день третий, высокогорный лес, до пожара отмечено пятьдесят два погибших, после пожара - двести шестьдесят пропавших без вести, предположительно погибших."


"Похоже, ваши люди детально анализируют эти вещи, сэр".


"Они делают, над этим работает целая команда, и у них есть аэрофотоснимки. Лучшая часть операции, по мнению некоторых, заключалась в том, что была убита дюжина старших руководителей, и что их лучшие люди ушли с ними, и под этим я подразумеваю тех людей, которые сыграли важную роль в прямых нападениях на филиппинскую армию и полицейские силы - все они находились в розыске.


"Мы думаем, что их оперативная группа на передовой сократилась на шестьдесят пять процентов, чему правительство Филиппин было более чем радо, и это повлияло на принятие ими решений".


"Что выимеете в виду, сэр?"


Это означает, что, пока мы говорим, филиппинские солдаты высаживаются на этот остров при содействии малайских солдат. Их цель - разоружить население, но затем попытаться завладеть маленькими сердцами и умами, не в последнюю очередь потому, что большая часть леса была потеряна вместе с урожаем."


"Тогда, кажется, самое время взять свои слова обратно, сэр".


"Дай знать своим людям".


"Я сделаю это, сэр, когда они проснутся, сейчас их здесь немного. Остались ли какие-нибудь заложники?"


"Мы так не думаем, и все жители Запада учтены. Филиппинцы вернули несколько армейских офицеров, так что они счастливы. Кстати, среди руководства сепаратистов есть некоторые, кто все еще убежден, что в этом замешаны российские наемники."


"Западная пресса получила полную информацию, сэр".


"Да, но некоторые из руководства думают, что это пропаганда, а когда ты моаист, ты думаешь такие вещи".


"Они живут в пузыре, так что оставьте их в этом пузыре, сэр".


"Как поступили французы?"


"Они почти так же хороши, как мои люди".


"А австралийцы?"


"Хорошие парни, но им не хватает опыта".


"Вы вызвали инструкторов по парашютному спорту?"


"Да, сэр, потому что этим людям не хватает уважения со стороны тех, кого они обучают HALO, поэтому присутствующие здесь силы решили, что я проведу для них некоторое обучение и буду действовать, и в будущем я буду брать их на живых выпадениях HALO".


"Чтобы они заслужили уважение тех, кого они учат. Интересно. И русский перебежчик ..?"


"Извините, полковник, но это немного выходит за рамки вашего уровня оплаты".


"Я понимаю. Что ж, я думаю, есть некоторые вещи, которые лучше оставить в тайне."


"Да, сэр, лучше оставить в покое, особенно по телефону".


"Не проблема. И мы отправили аэрофотоснимки вашим ребятам в Разведке, так что вы можете получить копию."


"Благодарю вас, сэр".


И последнее. Ты не позвал наших людей, но все же позвонил ... странные группы других."


"Я осторожно отношусь к смертям среди ваших людей, если только у меня нет очень четких и конкретных приказов из моей собственной цепочки командования, сэр".


"Так принято к сведению на будущее. Скоро поговорим, капитан."


Я остановился возле дома и теперь на мгновение уставился на телефон, не уверенный, что я чувствую по поводу смертей, которые он перечислил, или почему для него было так важно даже сосчитать их.


Свифти вышел.


"Ты дерьмово выглядишь", - сказал я ему.


"Мне тоже этого хочется".


"Сегодня понедельник", - сказал я ему.


"Да, похоже на воскресенье".


"Набери в себя немного еды, тебе станет лучше", - сказал я ему.


В тот вечер несколько парней выпивали в пабе, пока я сидел с Сашей и некоторыми из его команды. Меня вызвали в Лондон, и я должен был уехать утром, команда Саши также была вызвана на разбор полетов. В конце концов, они принадлежали Intel, а не Echo.


На следующий день я приехал в штатском с членом парламента Питером, чтобы долго болтать об операции, но мы отправились пораньше, чтобы избежать пробок, остановившись возле здания министерства обороны, чтобы позавтракать и неспешно выпить чашечку чая. Внутри здания МО мы следовали знакомой рутине, и я снова встретил Дэвида Финча и его помощника.


"Все восстановились?" - Спросил Дэвид.


"Сегодня лучше, чем вчера. Сражаться легко, а длительные перелеты - нет."


"Да, вполне. И никаких серьезных травм?"


"Лэсси была единственной из моей команды. Есть какие-нибудь известия?"


"Он в Бирмингеме, ему немного подправили ухо, мне сказали, что в наши дни они могут творить чудеса".


"Я позволю ему отрастить длинные волосы".


"Ты стремишься к... оставить его при себе?"


"Почему бы и нет?" Если он может стрелять, то какое сообщение мы посылаем остальным? Как это повлияет на моральный дух?"


"Да, я понимаю, и это справедливое замечание. МОД, вероятно, подвел бы его."


"Мы не совсем модники, не так ли, так что я протестирую его, а потом посмотрим. И я бы никогда не сдал медкомиссию, как и Саша."


Он кивнул. "Мы получили информацию от американцев о Саше и его команде, и не могли бы они позаимствовать их?"


"Это ты ... спрашиваешь мое мнение по этому поводу?"


"Да, потому что он с нами только из-за тебя, и я сомневаюсь, что Саше понравилось бы работать вдали от тебя".


"Тогда я бы сказал, что американцы спрашивают вас, затем меня, и мы рассматриваем это операция за операцией, и если я говорю "нет", значит, это "нет".


"Кажется достаточно справедливым. И Пентагон прислал нам подробный анализ операции, который всегда полезно изучить, и ... если вина где-то установлена."


"Кто-нибудь жаловался на тот пожар?"


"Не более сотни отдельных групп", - язвительно заметил он. ЮНЕСКО обсуждает это, ООН обсуждает возвращение филиппинцев на этот остров, но... не так давно ООН действительно назвала маоистов террористами. Конечно, несколько экологических групп подняли оружие, половина острова сгорела дотла.


"Оглядываясь назад, одной полезной вещью было то, что вы выложили всю историю целиком, потому что это позволило увидеть все в контексте до того, как кто-то начал поливать грязью. Тем не менее, я бы предпочел, чтобы вы рассказали о том, как связаться с прессой."


Я широко развел руки. "Если ты говоришь "никаких контактов с прессой", значит, контактов с прессой не будет. Раньше я спрашивал Боба, могу ли я пригласить репортера, а не говорить ему об этом постфактум."


"Приятно знать, но в данном случае это принесло какую-то пользу, Армия очень довольна, набор все еще продолжается, премьер-министр доволен. Он получил благодарность от филиппинцев, которые могут двинуться на Джоло теперь, когда вооруженных людей, способных их остановить, стало меньше."


"Они почувствовали бы жару в долгосрочной перспективе", - предположил я.


"Любой ... проблемы с операцией?"


"Я бы предпочел, чтобы остров не сгорел дотла, но в остальном все прошло достаточно хорошо".


"Все команды работают вместе?"


"Впервые мы встретились с австралийцами, но теперь мы все лучшие друзья. Почему бы тебе не подтолкнуть МОД, чтобы пригласить их подняться; у меня нет желания лететь туда всю дорогу."


Он сделал пометку. "И новозеландцы тоже".


"С нами есть Мури, так что да, у них есть несколько хороших парней".


"И был ли там какой-нибудь американец ... вмешательство?"


"Они были очень полезны. Что касается целей... они были изложены до того, как мы ушли, и все стороны больше заботились о том, чтобы уменьшить численность сепаратистов, чем вернуть каких-либо заложников."


"Тебя устраивал этот аспект?"


"Не на 100%, мне нравится спасать заложников, но мне также нравится отстреливать мировых террористов. Проблема была... мы убили великое множество дантистов и докторов, которые брали в руки винтовку, когда им приказывали. Этого лучше было бы избежать."


"Ополчение, да, солдаты на полставки. Тем не менее, они построились и напали, вы не застрелили их в их постелях. А у ваших людей хороший моральный дух?"


"Как всегда, им всем нужно проверить голову".


"И команды хорошо сработались вместе, а международные группы?"


"Отлично, никаких проблем. Хотя ... Саша действительно научил австралийцев ругаться по-русски."


Помощник Боба рассмеялся, поймав взгляд Дэвида.


Дэвид продолжил: "Итак, если не считать лингвокультурологии, тогда все прошло хорошо".


"Так и было. Единственным недостатком была та женщина-медик, получившая шальную пулю в ногу."


"Она вернулась сюда, и что ж, так было сообщено. А американцы, они обеспечивали поставки?"


"Одна партия воды, еды и гранат, многое осталось, когда мы уходили", - доложил я.


"У них большой бюджет, так что я сомневаюсь, что они пропустят это. А как дела у полиции?"


"Очень хорошо. Еще несколько шагов, и я сообщу в Кабинет министров, что они готовы."


"Ты думаешь, они могли бы заменить SAS?"


"Для большинства работ - да. Им нужна дополнительная подготовка по взрывчатке, но они достаточно хорошо штурмуют здание. Для простой ситуации, когда муж берет в заложники свою бывшую жену, они прекрасно подойдут."


И полковник Дин, кажется, счастлив ... отказаться от этой роли."


"Для SAS это пустая трата времени, сидеть без дела."


"Сдвиг от прежней политики, но премьер-министр и министр внутренних дел видят в этом смысл". Он отступил назад. "Если вы не возражаете, ответьте, есть какие-нибудь мысли о работе на американцев?"


"Для них или с ними?"


"Должны ли они предложить вам работу ради них?"


"Я бы сказал "нет", если бы меня не выгнали из Ехо и я не был на пособии по безработице, и даже тогда ... не уверен."


"Они тебе не нравятся?"


"Вовсе нет, и у них есть много игрушек, с которыми можно поиграть, но мне интересно, как они разрабатывают политику. Кроме того, с ними я был бы маленьким винтиком в гигантском колесе, тогда как сейчас я общаюсь с премьер-министром. Сомневаюсь, что у нынешнего президента нашлось бы для меня время."


"Нет, вполне. А старшие бойцы эскадрильи "Е"?"


"Да, они справились хорошо".


"И их ... готовность к операциям?"


"Я бы отправил их подальше, внутреннюю группу".


Он сделал пометку.


После получаса пустой болтовни он поблагодарил меня, и вскоре я уже направлялся обратно, перекусить на станции техобслуживания на автомагистрали.


На следующий день, когда несколько парней в гражданской одежде бродили по округе, совершая пробежку, меня пригласили в Креденхилл.


Майор начал: "Вас следует вызвать, а не пригласить!"


"Я уверен, что они это имели в виду", - поддразнил я.


Я переоделся в форму, надел чистые ботинки, зеленую кепку на голову - понятия не имею, куда делся мой оригинальный берет, и член парламента Питер подвез меня. Мы миновали множество знакомых пабов в центре Херефорда, вскоре выехали на A460 northwest и через милю свернули направо к новой базе, которую я до сих пор избегал.


Внутри мы повернули направо и припарковались, новое здание штаб-квартиры впечатляет, все современное и чистое, разительное отличие от старой базы и старых зданий в GL4. Я стоял, разглядывая кирпичные здания с крышами из желтого металла, вдалеке виднелась радиовышка. Пит ждал в машине.


Я забрел внутрь, несколько человек улыбнулись или кивнули мне, когда я проходил мимо них, майор-администратор поприветствовал меня и провел десятидолларовую экскурсию по первому этажу, где достаточно места для всех, затем поднялся наверх, в ультрасовременные тренировочные залы, и, наконец, в кабинет полковника.


"А, Уилко, заходи".


Я отдал честь, затем окинул взглядом близлежащие дома за живой изгородью, забор и еще раз живую изгородь, стараясь не привлекать посторонних глаз, окна также тонированы. "Здесь все очень чисто и современно".


"Я никогда не знал старую базу, и они планируют превратить ее в промышленный район. Чай, кофе?"


"Как вам будет проще, сэр".


У него был свой чайник и зона для напитков, у него даже был компьютер на столе."


"Вы быстро печатаете, сэр?"


"Черт возьми, нет, но я приближаюсь к этому. Я сам составляю некоторые из своих писем, электронные таблицы затрат и комплектации. У меня есть факсимильный аппарат, который, по словам Intel, безопасен, так что все меняется в наше время."


Я сел в одно из двух кресел напротив его большого стола, Королевы на стене, стандартов и цветов в углу. "Это стекло пуленепробиваемое?"


"Безопасное стекло с двойным остеклением, так что... для большинства видов оружия - да. За пятьдесят кал... может быть, и нет. RPG перепутала бы бумаги на моем столе. Итак, вы все выздоровели?"


"Да, сэр, просто перенапрягся, когда мы вернулись".


"И никаких серьезных ран?"


"Парень потерял палец и ухо, возможно, не вернется к нам, но я попросил вернуть его для оценки - полезно для боевого духа".


"Да, но я полагаю, контраргументом было бы то, что его раны напоминают другим об их собственной смертности".


Я скорчил гримасу. "Они видят меня без верхней одежды".


"И мои ребята справились нормально?"


"Отлично, сэр, на этот раз никаких проблем".


Приятно знать, что они остепеняются. А эти инструкторы по парапланеризму?"


"Прошел некоторую подготовку и несколько подтвержденных убийств".


"Здесь несколько парней, у которых нет подтвержденных убийств, так что эти люди впереди. Но я знаю проблемы с достоверностью."


Я кивнул. "Я повезу инструкторов по парапланеризму в Сьерра-Леоне, так что больше доверия, несколько живых НИМБОВ спускаются ночью в джунгли".


"Должно упростить задачу, да. И когда, по-вашему, полиция будет готова?"


"Как я сказал Дэвиду Финчу, я хочу сначала увидеть их в действии. Если они штурмуют дом и сталкиваются лицом к лицу с человеком с оружием ... Мне нужно знать, что они не замерзнут."


"Да, справедливое замечание, но то же самое касается и солдат. Первое действие всегда для них самое худшее."


"Я позволил похитить себя в Северной Ирландии, первое настоящее действие".


"Все получилось достаточно хорошо. А теперь посмотри на себя; хотел бы ты, чтобы в твоей таблице было меньше убийств."


"Да, я действительно беспокоюсь о людях, которых иногда убиваю, и на том острове мы убили многих местных ополченцев, солдат, занятых неполный рабочий день, дантистов, подрабатывавших дантистом".


"Я получаю вопросы от многих заинтересованных сторон, но я часто не придаю значения деталям".


"Тогда звони почаще", - сказал я ему, заставив его улыбнуться.


"У тебя есть два моих PTI и парень из магазина?"


"Да, все устроилось - и пока что смертельно скучно, делать нечего".


"Что ж, вам будет приятно узнать, какого прогресса я добился. У нас есть список людей с опытом, и пока мы говорим, в Сьерра-Леоне действуют патрули, некоторые из наших лучших командуют, некоторые вообще без опыта.


"У нас также есть немало работ, проходящих через ваши трехдневки, и оценки ползут вверх, стандартный 24-часовой скоростной марш был сделан у вас дома на прошлой неделе, первая партия могла бы пройти лучше; закончили пять из восьми. Хорошо то, что набор персонала значительно вырос, так что стандарты могут быть ужесточены. У нас есть полная книга мужчин, плюс восемь, некоторые должны уйти."


"Похоже, все идет хорошо, сэр".


"А старожилы, которых ты взял с собой?"


"Они справились хорошо, без нытья, небольшая группа с хорошими отношениями".


Он кивнул. "А полиция?"


"Возможно, через месяц я сообщу правительству, что они готовы, так что будьте готовы к вопросам".


"Мы уже обсуждали это, и я бы предпочел, чтобы эти люди не сидели сложа руки в Лондоне, но я понимаю необходимость - в случае террористической атаки. Но с 1981 года не было нападений, так что ... немного растягиваю."


"Ваши парни на расстоянии полета на вертолете, сэр. И осада продолжалась бы несколько дней."


"Верно. Итак ... как Дэвид Финч видит развитие событий с Echo?"


"На данный момент он все еще встает на ноги, даже немного робок, у него нет твердых мнений. Что-то вроде фишки, не такой амбициозный."


"Личность, отличная от Боба Стейнса".


"Боб жаждал успеха, и это было хорошо ... в этом он подталкивал нас вперед. Теперь, когда мы установили, что он не пожинает плоды."


"Ну, если парень засовывает свой член в странные места, то это его вина, когда его карьере приходит конец".


"Много тех, кто у власти", - съязвил я.


"Не вижу этого в армии. Итак, что дальше в списке того, что меня интересует или беспокоит?"


"На данный момент не беспокойся, по крайней мере, не на этой неделе". Он рассмеялся. "Дальше ... больше полицейской подготовки, больше Сьерра-Леоне и, вероятно ... больше американского интереса к нам".


Он подался вперед. "Забавно, что вы это говорите, но на прошлой неделе я встречался с американскими офицерами в Лондоне, и они интересовались нами и совместными операциями".


"В Малайзии они предоставили вертолеты и припасы, чрезмерно стремясь помочь".


"И ... их повестка дня?"


"Мы делаем за них грязную работу, вероятно, без жертв, чтобы они могли объясняться на слушаниях в Конгрессе".


"Ах. Но премьер-министр никогда бы на это не пошел."


"На этот раз он сделал это, потому что все стороны хотят заполучить нефть в регионе, включая школьных друзей премьер-министра".


Он откинулся назад, кивая самому себе. "Значит, больше совместных операций, как в Персидском заливе. С моей стороны было бы неразумно сопротивляться."


"И да, и нет, сэр. Было бы благоразумно проявлять осторожность. Я бы сказал им... рад помочь при оценке работы."


"В глубине души вы действительно политик", - язвительно заметил он. "Но если американцы предоставили вертолеты или корабли, и мы отправились туда с их людьми, в чем проблемы?"


Командование и контроль для одного. Любая операция, в которую мы были бы вовлечены, не была бы похожа на the Gulf; мы были бы 1%, а они - 99%. Но если премьер-министр согласится, тогда нам придется уйти, но я бы убедился, что понимаю, за что мы боремся. Иногда американцам нравится преподать плохим мальчикам урок ... вместо того, чтобы добиваться каких-либо успехов или спасать заложников, и это было бы не тем, в чем я хотел бы участвовать."


"Нет, я тоже. И этот новый конфликт в Конго?"


"Нефть, сэр, все дело в нефти. Французская компания Elf по соглашению контролирует большую часть нефти Конго, но американцы хотят войти туда, поэтому они раздувают огонь. К власти придет какой-нибудь новый жестяной диктатор, больше нефтяных концессий американцам, меньше Франции. Все та же старая чушь в Африке."


"Итак, на чьей бы мы были стороне?"


"Мы бы, вполне разумно, держались подальше от того, чтобы принимать чью-либо сторону".


"Да, выбор между Штатами и Францией будет иметь последствия. А Восточный Тимор?"


"Лучше бы его тоже оставили в покое". Неясно, у кого есть претензии, и после того, как местные жители помогли американцам и австралийцам против японцев, им была обещана независимость от португальцев, которая не привела к прекращению войны.


"Когда Португалия, наконец, отступила, индонезийцы вторглись и удерживают ее по сей день. И люди там на самом деле ни на кого не нападают и не берут заложников, они просто хотят быть независимыми, но австралийцы встали на сторону Индонезии. Я не уверен, что стал бы."


"Я напишу об этом книгу", - пригрозил он. "Заставляю себя выглядеть умным. Я был на брифинге, и Эритрея и Эфиопия снова за этим, но никаких западных интересов не замечено."


Я кивнул. "В данный момент для вас нет маленьких войн, сэр".


Он собрал присутствующих старших сотрудников, и в одном из новых ультрасовременных классов я использовал белую доску, чтобы подробно рассказать о недавней операции, о плюсах и минусах, о том, что могло произойти, ответил на вопросы - и обсудил политику региона.


Я пообедал с полковником в офицерской столовой, для меня все было слишком шикарно, но еда была вкусной, затем отправился обратно после быстрой экскурсии по базе, осознав, что ее планировка была создана старым лагерем дальше по дороге. Это была почти копия, но с новыми кирпичными зданиями и крышами из желтого листового металла.


На следующий день, когда у ребят все еще был выходной, мне сообщили, что мой финский производитель оружия хочет прийти ко мне с прототипом в руках. Я был удивлен, но пригласил их спуститься.


Они появились в четверг, многие парни вернулись к тренировкам, так как им было скучно, и мои не светловолосые финны принесли два прототипа винтовок. Я сидел с Мораном в комнате для брифингов, винтовки были вынуты из коробок и переданы другим, с зеленой отделкой.


Они показали мне съемные глушители, маленькие и большие, и они были просты в установке, но при этом прочны. Не было ни дальномеров, ни прицелов сзади, как и просили, телескопическое крепление немного выше.


Приклад имел съемную резину нескольких размеров, и я добавил полдюйма, глядя через прицел. Порт для приема магазина был удобен в использовании и быстр, и у них был пружинный переключатель, чтобы опускать магазин туда, куда упирается большой палец человека - похожий на старый FN SLR, который использовала британская армия.


Цевье было подходящего размера для меня, резиновый чехол облегчал захват, пистолетная рукоятка была больше и с выступом, также теперь на ней резиновый чехол, и это облегчало захват оружия.


Их последним нововведением был специальный магазин, патроны в котором располагались не в ряд, а перекрывали друг друга, как в большинстве магазинов, поэтому он был короче. Я был доволен этим, поэтому мы захватили боеприпасы. Ребятам было любопытно, и многие последовали за ними, и на стрельбище я проверил ствол и затвор, зарядил новый магазин и выстрелил. На ощупь он ничем не отличался от обычного AKML, может быть, немного тяжелее, но помогли резиновые рукоятки.


С коротким глушителем шум и дульная вспышка были уменьшены, а с длинным глушителем оружие было бесшумным, лучше, чем другие наши глушители. У них был новый прицел, намного больше и тяжелее тех, что мы обычно использовали, и я попробовал его лежа, попав в воробья, который приземлился не в то место.


Передавая оружие Николсону, я встал на сторону наших финнов. "Мне нравится, мы протестируем эти два, но как скоро ты сможешь сделать несколько?"


"Изменения были достаточно простыми, поэтому мы можем действовать быстро".


"Назовите нам цену за пятьдесят, с последующим заказом на пятьдесят, по десять магазинов на винтовку. Я хочу только два больших прицела."


"Скоро у нас будет цена, хорошая цена для вас, но как насчет того, чтобы поддержать нас?"


"Предоставь это мне. У меня будет статья в британской газете, когда мы получим винтовки, или раньше, и мы не возражаем заплатить подходящую цену."


Когда финны ушли и теперь счастливы, а майора здесь не было, Николсон и остальные забрались на крышу казармы, пока Краб и Даффи управлялись с мишенью. С установленным большим оптическим прицелом и выключенной перезарядкой газа Николсон поразил десять быков из десяти, его группировка была размером с кулак, и на расстоянии восьмисот ярдов.


Рокко и Риццо выпустили огромное количество патронов, раздели и почистили, и выстрелили еще в кого-то, не найдя никаких недостатков в новой винтовке. Я велел им надеть перчатки, намочить их в канале, а затем стрелять и двигаться. Они сочли новые резиновые рукоятки идеальными, и счастливая кучка мужчин теперь жаждет заполучить новые винтовки.


Я позвонил полковнику Дину. "Сэр, мы только что получили прототип новой винтовки, изготовленной в Финляндии людьми, которые раньше делали аналоги АК47. По сути, это AKML с несколькими уточнениями, о которых я просил. Я собираюсь заказать пятьдесят, у нас большой бюджет, мы ничего не делаем, но я думаю, что мы должны заказать их через вас."


"Да, конечно, и у нас есть деньги, огороженные для вас. Но мы должны взять немного и для себя."


"Да, сэр, для начала приступаю к оценке".


Я поговорил с Анри, он позвонил майору Либану, который затем заказал двадцать человек на оценку для своей собственной команды. В тот вечер я взял прототип домой и сидел, возясь с ним, думая о других нововведениях, но мало что пришло в голову. Свифти разобрал его и обнаружил, что он очень похож на наши AKLMs, но ему понравилась зеленая отделка и резиновые ручки.


Дэвид Финч позвонил мне на следующий день. "Эти новые винтовки, изготовленные на заказ, стоят недорого, всего 400 фунтов стерлингов за базовую модель и 100 фунтов стерлингов за дополнительные".


"Они также надеются получить от этого некоторую известность".


"Возможно, вы могли бы попросить их не снабжать ими мировых террористов?"


Я улыбнулся. "Да, босс, но эти винтовки имеют значение в умелых руках, а не в нерегулярных. А террористы всего мира любят дешевое оружие. Я думаю, что если кто-нибудь купит только одну, это будет дорого."


Макс позвонил мне позже, просто интересуясь, есть ли какие-нибудь хорошие истории, поэтому я пригласил его на следующий день, в пятницу.


Я попросил Николсона повесить винтовку на плечо, а Макс сфотографировал Николсона сзади, с ремнем безопасности, и Николсон был снят в положении лежа. Я дал Максу детали винтовки, и он ушел.


Утро понедельника, и член парламента Питер вручил мне экземпляр The Sun. На четвертой странице у них была большая фотография новой винтовки, перечислены технические детали - и почему мы хотели эти особенности, оружие, обозначенное как "Wilco Special" и используемое только британскими и французскими командами по спасению заложников Echo.


С возвращением полиции многие парни будут помогать с полицейской подготовкой перед поездкой в Сьерра-Леоне, отряд Робби на тестировании на этой неделе, поэтому у них будут болеть ноги. Саша и его команда были в Лондоне на неопределенной тренировке с SIS.


На прошлой неделе мы с майором осмотрели леса к северу от нас, и у нас появилось несколько идей, наш менеджер по оборудованию королевских ВВС теперь строит что-то похожее на бревенчатые домики и штурмовые площадки.


По краям рощи, шириной в сто пятьдесят ярдов и длиной около трехсот ярдов, они посадили вечнозеленые растения, чтобы уменьшить освещенность, и местами установили зеленое пластиковое ограждение. Над нашими головами та же зеленая ткань сделала несколько участков темнее.


План состоял в том, чтобы разбить лес, чтобы было труднее разглядеть кого-то на расстоянии. Итак, между деревьями было возведено несколько бревенчатых стен, из вечнозеленых растений высотой шесть футов, посаженных рядами, чтобы закрывать обзор. Они также вырыли несколько глубоких прудов для неосторожных ночью, несколько низких препятствий, несколько высоких препятствий, о которые можно разбить голову, если не настороже.


Когда земля была выкопана, ее насыпали холмиками, чтобы кто-нибудь мог встать на холмик и попытаться выглянуть, но это сделало бы их достаточно легкой мишенью.


В тот вечер были сформированы команды из двух человек, проверено пейнтбольное оружие, надеты маски и защитные очки, ставки отменены, а оскорбления прекращены. Томо и Николсон будут сражаться со Слейдом и Гонзо, а сержант Крэб будет сидеть на стуле снаружи с факелом наготове.


Томо и Николсон быстро пробежали сто ярдов, чтобы занять позицию, в то время как Слэйд и Гонзо пробежали двадцать ярдов, чтобы занять позицию, а затем на северной стороне. После двадцати минут медленного движения Слэйд и Гонзо были сбиты сзади, стоимость пива упала.


Следующими были Моран и Махони против Рокко и Риццо, насмешки раздавались перед началом - "Руперт убивает время". Моран и Махони пробежали двадцать ярдов и успокоились, Рокко и Риццо медленно и уверенно, изучая местность, держась на расстоянии от любых препятствий, наконец, на животах мимо пруда, камень, брошенный в другую сторону.


Моран рассчитал приманку и бросил большой камень, Рокко внезапно забрызгался и промок. Моран воспользовался секундным замешательством, чтобы тихо пройти мимо Рокко и Риццо и обойти, подойдя сзади, мои штабные сержанты ударили его по заднице.


Следующей была полиция, и, схватив несколько часов кайфа, они не ложились спать допоздна. Команды из трех человек вошли в игру с назначенным лидером, использовались сигналы руками.


Утром я получил таблицу показателей, но кто победил, было менее важно, чем то, что они практиковали; скрытность в ночном лесу, их нервы на пределе, командная работа на первом плане.


Копов разбудили около 11 утра и отправили обратно в лес - на этот раз в усиленном камуфляже, те, кто ждал, использовали стрельбище, многие из моих парней были на заводе в течение трех дней, отряд Робби пробежал десять миль, а сегодня на двадцатимильной дистанции нашим двум PTI теперь есть чем заняться.


В тот вечер копы снова были на деревьях, набираясь опыта, хотя и холодных сырых британских ночей. Поднялся ветер, из-за которого было труднее расслышать движение. Я также прибил большое зеркало, чтобы неосторожные могли видеть себя и стрелять в свое отражение.


Одна команда выстрелила в зеркало, сбила его с толку, и была поражена сзади, жалуясь всю обратную дорогу, остальные промокли и испачкались в грязи, когда практиковались в бесшумном перемещении.


У отряда Робби был день на отдых после двадцатимильной пробежки, и в четверг они начали свой 24-часовой марш на выносливость в 9 утра. Наши PTI также справились бы с 24 часами, оба мужчины в отличной форме.


Я гулял с несколькими мужчинами всю ночь, болтая без умолку, и снова в 5 утра, встречая усталые, но решительные лица. Все они закончили курс, в лучшие времена не хуже моих ребят, в худшие - почти достаточно хорошо. Теперь у них был выходной до конца дня и на выходные, и на следующей неделе они собирались лазить по скалам в Корнуолле, когда я направлялся в Африку.


Я разговаривал с командиром ВВС, и он сообщил о хорошем отношении к параинструкторам, несмотря на первоначальные разглагольствования их командира. Этот командир эскадрильи смягчился и смог увидеть смысл в том, что я делал, и с нами в Сьерра-Леоне было бы десять человек.


Также в поездке будут Донохью и несколько других старших офицеров, официальная версия - военные преступления и органы для расследования. 2-я эскадрилья настаивала на отправке, несмотря на то, что вернулась совсем недавно, так что один рейс и несколько медиков должны были лететь вместе, но со многими людьми, сменяющимися для получения опыта.


Учитывая, куда мы направлялись, я позвонил в Томск тем вечером. "Наполеон где-нибудь поблизости?" Я спросил Большого Сашу.


"Подожди".


"Ах, Петров, где ты был?" Томский спросил минуту спустя.


"Маленькие задания тут и там. Как у тебя с талией?"


"Ах, не очень хорошо, Большой Саша жалуется, что мне слишком нравится его еда".


"Слушай, что-нибудь происходит с президентом в Либерии?"


"Да, мы регулярно общаемся, заключаем несколько сделок и о нефти. Мы арендовали платформу, затем они попытались остановить нас, поэтому мы подкупили нескольких человек в Нигерии, и теперь у нас есть платформа, несколько африканских рабочих, много европейцев. Все идет хорошо."


"Возможно, у меня там есть работа для британцев, так что-нибудь изменилось?"


"Нет, я так не думаю, сейчас все кажется спокойным".


"Ты все еще сообщаешь британцам и американцам о наркотиках?"


"Да, но не столько мой собственный, у меня есть шпионы. Мы подкупаем людей, и я сообщаю о своих конкурентах."


Я рассмеялся. "Хорошая политика. Панамский министр в порядке?"


"Да, он был здесь на днях, для него немного денег. Но мой новый американский друг спросил, не связан ли я с каким-нибудь маленьким островом недалеко от Индонезии."


"Это был британский спецназ; за неделю до этого я был там с Сашей, рыскал повсюду в поисках заложников. Я сказал этому парню, что если он похитит русских, ты придешь за ним, так что, возможно, он сложит два и два."


"Я никогда там не был, меня там ничего не интересует, я даже не знаю, где это находится на чертовой карте".


"Запад был очень доволен результатом, так что ... если некоторые думают, что вы были вовлечены ... отлично."


"Что ж... Я полагаю. Но странно, когда тебя благодарят за то, чего я не делал. Но придет ли за мной какой-нибудь идиот?"


"С тех островов? Ha. Никогда. Гребаные недоделанные солдаты-сепаратисты-маоисты, работающие неполный рабочий день. Но если кто-нибудь спросит, скажите, что несколько русских друзей были похищены во время отпуска в Малайзии, и вы послали людей, чтобы вернуть их. Остальное опусти. Это добавит вам репутации - но не на том острове."


Он рассмеялся. "Я посмотрю на карте".


"Спросите кого-нибудь о конфликте на юге Филиппин, получите урок истории".


"Южные Филиппины. Хорошо."


"Возможно, я буду в Африке на следующей неделе, если вы хотите, чтобы я поговорил с этим парнем, президентом. О, и спроси его, знает ли он о каких-нибудь заложниках."


"Я сделаю, мы часто общаемся, возможно, скоро появится вторая платформа. Как дела в семье?"


"Я не часто вижусь с ними, и я добровольно беру на себя опасную работу, чтобы занять свой разум".


"Тебе нужна война, чтобы сражаться, мой друг".


"Как дела у коммунистов в эти дни?"


"Тихо, теперь никаких проблем".


"Вы заключили сделку с картелями?"


"Да, я покупаю у них по установленной цене, пока все в порядке, теперь трубопровод в Канаду и Австралию".


"А масло?"


"У меня есть предложение на это, они очень заинтересованы, но я отказал в этом американцам".


"Хорошо, держи это в секрете. Пукка."


В понедельник утром мы все встретились в Брайз Нортон, 2-я эскадрилья и медики, параинструкторы, медики показали несколько новых лиц. Со мной были Свифти, Моран, Махони, Риццо и Стрейч, Саша и его команда, а также Краб и Даффи - поскольку они сыграли важную роль в обучении копов.


Виски не было в этой поездке, поскольку полиции не нужно было знать, как читать следы в джунглях и как заманить в ловушку, поймать и освежевать свой ужин в Большом Лондоне.


Мортен, Хейнс и я сидели и болтали о последней работе, о планировании и стратегии, о параинструкторах и будущем британских вооруженных сил. Поскольку параинструкторы были на своей территории, они опоздали, с ними был лейтенант авиации, который либо присматривал за ними, либо не давал мне слишком сильно рисковать его ребятами.


Парашюты были упакованы, очень много, так же как и наши сумки HALO, параинструкторы также взяли с собой свои парашюты, их офицер очень настаивал, чтобы все было возвращено в надлежащем виде. Он, вероятно, был бы разочарован. Четверо мужчин с Борнео были рядом, и они приветствовали парней, Хейнса и Мортена, как старых друзей для них.


Полиция сидела в стороне, вся в драках, Донохью и его приятель появились как раз вовремя, немного запоздав. Два других офицера должны были встретить нас там. Поскольку те другие люди были парнями из Министерства обороны, которые имели дело с военными преступлениями в Боснии, они добавили уровень легитимности к истории прикрытия.


Когда нас позвали на борт нашего старого самолета "Тристар", я собрал всех, кроме Эхо и копов. С нами в этой поездке группа офицеров полиции, и их участие в этом упражнении засекречено, поэтому вы не будете задавать им вопросов и обсуждать их за пределами этой группы.


"Они офицеры британской полиции, вооруженные офицеры SO13, но они будут работать с офицерами по военным преступлениям в таких местах, как Сьерра-Леоне и Конго, собирая доказательства. Таким образом, они получат некоторый боевой опыт, немного подготовки в джунглях, чтобы они могли защитить себя и других при исследовании массовых захоронений в джунглях.


"Если ты заговоришь о них с посторонним, я прострелю тебе ногу и позабочусь о том, чтобы ты провел время в камере в полном одиночестве". Я дал им подумать об этом, прежде чем мы поднялись на борт.


Полет прошел достаточно быстро - я прочитал книгу о конфликте в Восточном Тиморе, и мы приземлились при дневном свете. Полковник ждал со своим штабом.


Я подошел и отдал честь на асфальте. "Капитан Уилко, сэр".


"Полковник Марчант, и я подробно поговорил с полковником Дином об этом месте до того, как попал сюда, и о вас, так что, думаю, я в курсе. И я не играю в гольф и не устраиваю коктейльных вечеринок."


Я улыбнулся. "Приятно знать, сэр".


Он увел нас. "Я склонен полагать, что это тренировочное упражнение, так что, надеюсь, нам не придется перетаскивать большие груды тел".


"Будем надеяться, что нет, сэр, но я спрашивал разведку, есть ли поблизости заложники, так что мы могли бы сходить за ними, если нам скучно".


"Если тебе скучно? Разве они не являются приоритетом?"


"Сэр, по всему миру томятся тысячи заложников, и различным правительствам похуй только на то, что вмешивается пресса".


"Я понимаю. Так что, нет никакого списка, над которым ты работаешь?"


"Список есть, но нет - мы не работаем над ним, он составляется на специальной основе моими людьми, которых насчитывается около тридцати".


Он оглянулся через плечо.


"По большей части не мои люди, сэр. Это стажеры."


"И эта операция на Борнео? Похоже, вы напугали захватчиков, чтобы они вернули заложников."


"Мы сделали это, сэр", - сказал я с улыбкой.


"Мои сотрудники отправились на этот розыгрыш несколько дней назад, но я думаю, что все так и было. Я взглянул, прочитав все об этом. Предпочитаю мою удобную кровать здесь."


"Моим людям нравятся джунгли, сэр, им там достаточно комфортно".


"SAS были здесь на прошлой неделе, только что ушли, несколько выстрелов в гневе, Следопыты были здесь две недели. Осмелюсь сказать, что местные жители теперь очень опасаются, что их увидят с оружием."


"Это хорошая вещь, сэр".


"Ты перейдешь границу?"


"Просто для тренировки, чтобы не создавать никаких проблем".


"Твое присутствие там что-нибудь всколыхнет?"


"Нет, сэр, потому что у Разведки есть обратные каналы связи с тамошним жестяным диктатором, и у нас есть соглашение".


"Соглашение?"


"Если он оставит нас в покое... мы оставим его в покое."


Комплект был должным образом выгружен, ящики открыты, патронташи и лямки надеты, винтовки изъяты и проверены. Над аэродромом пронесся громкий "Чинук", моим ребятам предстоит совершить первый полет со 2-й эскадрильей и медиками, наши ящики позже погрузят на грузовики, валлийских охранников здесь больше нет, их заменили гуркхи.


Мы летели на низкой высоте и высокой скорости над знакомой местностью, пилоты мне неизвестны, но я спросил о статических падениях на линии, о которых они были проинформированы. И где-то, прибывший сегодня, был "Скайван" и несколько пилотов, но также должен был быть "Геркулес", ошивающийся поблизости в течение недели, начинающейся послезавтра.


Брелок был таким, каким мы его оставили, капитан и сержант приветствовали меня, четверо гуркхов управляли джипами с установленными GPMGS.


Я пожал руки капитану и сержанту, удивив сержанта. "Надеюсь, вы не установили мягкие кровати".


"Нет, там было пусто, и если бы что-то осталось, я уверен, местные жители унесли бы это", - сказал мне капитан, пока парни заряжали оружие. У меня был с собой мой зеленый прототип. "Это одна из тех новых винтовок?"


"Прототип", - сказал я ему, когда ребята зашли внутрь. 20-дюймовый ствол, плотная правильная резьба, высокая скорость вращения, высокая точность на расстоянии. Штуцер для глушителя, трубчатый прицел или телескопический, большой магазин, отсоединение магазина от большого пальца, удлиненный приклад, очень надежный. В отличие от тех стрелялок в мочу, которыми ты пользуешься."


"Сейчас они немного лучше, но их достаточно часто заедает и они ломаются".


"У нас никогда не случаются заедания и не ломаются наши винтовки, но опять же ... мы можем выбирать наше оружие."


"Мы сложили кое-какие припасы внутри, но позвоните и скажите нам, что вам нужно, если что-нибудь понадобится, у нас есть аванпост в местном городе".


"Локальное действие?"


"Где-то здесь?" Ваши ребята застрелили любого, у кого было оружие, местные жители насторожены, но преступность сейчас низкая, так что это хорошо."


"Тогда мы будем хорошо спать по ночам".


Когда они отъехали, я зашел внутрь и увидел, как Мортен и Хейнс открывают оставленные для нас лакомства: пайки и воду, а также обычную еду в банках и пакетах, много риса, немного овощей. Столы были такими, какими мы их оставили, плита на месте, так что скоро у нас заработает столовая.


"Мистер Хейнс, люди на крыше, неподвижные позиции вокруг нас, установите оленя, но местные плохие парни, по-видимому, все мертвы".


Он кивнул и вышел.


"Тогда все тихо", - отметил Мортен.


"Если хочешь, можешь затронуть сердца и умы".


"Палатки в пути", - отметил он, лицо в сумке, его сотрудники устраиваются в своей предыдущей комнате.


Я поднялся наверх, моя команда отвоевала свою старую комнату, включила плиты.


"Они не украсили это", - сказал мне Махони. "В помещении нет водопровода".


"Мы не хотим, чтобы вы сейчас размякли, лейтенант", - сказал я ему и вышел на плоскую крышу. Несколько мешков с песком все еще были на месте, все промокшие насквозь, парни из 2-го эскадрона передвигали их. Я стоял и вглядывался в линию деревьев, странно думать, что это место теперь было приручено. Но я улыбнулся, любуясь видом, всегда рад быть в джунглях, и счастлив быть здесь снова.


Пока я стоял там, "Чинук" вернулся к нам, мои полицейские ушли в отставку - Донохью и его напарник выглядели потерянными, за ними следовали инструкторы по парапланеризму и их офицер, который также выглядел немного потерянным или, возможно, испытывал неудобства.


Я спустился вниз и провел их внутрь, распределил комнаты, Донохью был в шоке, пока я не выделил ему и его напарнику раскладушки и зеленые циновки, и тогда он все еще был в шоке. Копы обходились без нытья, по четверо или пятеро в комнате, параинструкторы были не просто немного шокированы. Я предоставил их офицеру походную кровать - он должен был быть с Хейнсом, мужчинам приходилось туго, выдавались зеленые маты, еще по пути.


"Где мы ели?" - спросил один инструктор по параподготовке.


"Ты сидишь на полу и готовишь еду".


Его лицо вытянулось.


"Хочешь учить SAS, живи как они", - сказал я ему. "Ты тоже будешь спать в джунглях, так что быстро набирайся мужества".


Мужчины, которые были с нами на Борнео, насмехались над своими коллегами и просто мирились с этим.


Грузовики подъехали через два часа, и они привезли нам небольшой бензиновый генератор, Мортен подключил его к свету, пока разгружали запасы, разгружали ящики и складывали их в штабель. Там было больше раскладушек, поэтому я выделил их параинструкторам, чтобы они не ныли.


Мортен и Хейнс быстро привели себя в порядок: была доступна горячая вода, заварен чай, сварены рис и овощи, кипела большая металлическая бочка с тушеным мясом, запах наполнял здание.


Сержант Крэб организовывал полицию, и все они сидели, скрестив ноги, и готовили без жалоб, все в хорошем настроении. Этого нельзя было сказать о параинструкторах или их офицере. Я задавался вопросом, смогу ли я прожить ночь, не застрелив его.


Но после еды и пива офицер сел поболтать с Хейнсом и Мортеном о прошлых поездках сюда и немного смягчился. Либо это, либо он понял, что на этот раз его не будут бомбить или в него будут стрелять.


Я позаботился о том, чтобы у нас были лишние маски и перчатки, и всем было сказано спать в них. Полиция, однако, завесила окна пончо и выпустила клубы дыма, чтобы отпугнуть моззи - тренировка от Крэба, нытье инструкторов пара, не в последнюю очередь по поводу элементарных туалетов - и отсутствия душевых, сержант Крэб называл их в лицо "долбаными педерастами".


У полиции были винтовки, AKML или старый складной приклад AK47, у инструкторов para их не было, но у меня были запасные винтовки, а также старые зеркальные фотокамеры FN и патроны. Я выдал складной приклад АК47 четырем инструкторам по парапланеризму с Борнео, а также боеприпасы.


"Заряжайте, не взводите курок, чистите их, если хотите, не стреляйте друг в друга во сне. И ... никакого храпа."


"Это территория сержанта Риццо", - шутили они.


Я позаботился о том, чтобы Донохью был накормлен, чтобы у него была вода, маска для лица и перчатки, и по большей части он сидел в столовой, слушая, как Хейнс и Мортен рассказывают историю этого места.


В 11 вечера я сказал им всем немного отдохнуть, надеть маски для лица, Хейнс организовал мальчишник, Мортен отправился спать, все успокоились. Моя команда устроилась поудобнее, когда я улегся, по два резиновых коврика для каждого.


"Все дети уложены в постели?" - Спросил Свифти из темноты.


Параинструкторы жалуются на условия, и полицейские боссы были шокированы этим местом. Парни из полиции только что справились с этим."


"Они могли бы остаться в столице", - предложил Моран. "Полицейские боссы. Заглядывайте время от времени, им не обязательно быть здесь."


"Я подозреваю, что они хотят помериться силами с людьми, теми же людьми, которых они контролировали бы в осаде", - предположил я.


"Измерение члена", - усмехнулся Свифти.


"Когда не измеряют член?" Я ответил.


"На собрании лесбийской библейской группы", - предположил Махони.


"Разрешает ли Библия лесбиянок?" Свифти задумался.


"Я сомневаюсь, что какой-либо священник остановил бы их, когда поймал на месте преступления", - язвительно заметил Махони. "А в моем родном городе Бостоне всех священников ловили с маленькими мальчиками; это продолжалось десятилетиями".


"И этот придурок из аэропорта Кеннеди?" Спросил Свифти.


"Он изображал Мэрилин Монро на кокаине, везучий ублюдок", - пожаловался Махони, заставив нас рассмеяться. "Привилегии ранга".


"Британские премьер-министры ведут такую скучную жизнь", - заметил Свифти.


"Профумо, военный министр в шестидесятых, трахал девушку по вызову, подставленную русскими", - сказал я им. "Чертовы русские никогда не присылали мне медовую ловушку, я никогда не был такой важной персоной, как Свифти".


"Свифти?" - Поинтересовался Моран.


"Ко мне прижалась милая девушка из Ми-6 и трахала меня до бесчувствия, пока Уилко все не испортил".


"Они послали девушку?" - Что это? - удивленно спросил Махони.


"Да, тоже неплохо. Но Уилко узнал ее на каком-то шпионском съезде и отправил ее собирать вещи."


Моран спросил: "Можете попросить их прислать мне одну?", заставив нас рассмеяться.


" С сестрой, " вставил Махони.


"Ребята, это возможно, и если вы проболтаетесь, вы вылетите", - предупредил я их. "Боб Стейнс сделал это, но его замена слишком прямолинейна".


"Значит, никаких девчонок", - надулся Махони.


На рассвете я был на плоской крыше, ребята из 2-го эскадрона промокли насквозь и здорово разозлились. Внизу я нашел дежурного медика плюс Мортена, который проснулся рано. Плита включена, мне подали варево, остатки тушеного мяса разогреваются.


Я подождал до 6 утра, затем вышел на улицу и выпустил очередь в бетон с близкого расстояния. "Проснись, проснись и пой", - крикнул я.


"Не поднимайте этот чертов шум!" Свифти крикнул из своего окна.


Я разбудил тех, кто все это проспал, мужчины с затуманенными глазами помешивали, копы вскоре покончили с этим и готовили, Донохью был не слишком доволен, что его разбудили так рано. Я сидел с Сашей в столовой, его люди готовили в своей комнате, жизнь начала возвращаться на круги своя, когда день прояснился.


В 7 утра копы разделились на команды, пробежались по картам вокруг полосы. Все инструкторы пара были инструкторами по фитнесу по профессии, поэтому им не понадобилась бы дополнительная практика в беге. Я поручил Саше четверых мужчин с Борнео отправиться в однодневный патруль по старой дороге мимо старого "лагеря наркоманов", который стал "мертвой деревней".


Оружие проверено, снаряжение проверено, они отправились на патрулирование. Я передал Стрейчу пять инструкторов по парапланеризму, пять - Риццо, и они должны были начать с основ здесь, на брелоке.


Морану выделили семь копеек с Крабом, Свифти - семь копеек с Даффи, а я взял бы оставшихся шестерых, каждый из нас, чтобы изменить наши согласованные маршруты. На восточном конце полосы я попросил свою команду протестировать оружие, сделать несколько выстрелов, затем построиться парами - пальцы на спусковых крючках.


Вскоре я вернулся на восточную трассу и направился на север, но остановился в двадцати ярдах и надел маску для лица и перчатки, команда сделала то же самое, и я попросил их добавить листья к их ремням.


Готово, я веду их прочь, глаза повсюду, полиция поверила рассказу о старых минах под ногами и опасных бандитах, все еще находящихся в этом районе; они казались осторожными до того, как были надеты маски.


У нас не было с собой раций, и через сотню ярдов я практиковался в подаче сигналов руками, люди поднимались и опускались, двигались и останавливались, и час спустя мы вышли на нужную трассу. Я повел их к реке, на берегу была создана операция, еще одна позади, с накидками и пончо наверху.


"Хорошо, цель - наблюдать за движением на дальнем берегу реки и сообщать о нем. Итак, маскируйся здесь, может быть, парень на дереве, но если пойдет дождь, он промокнет. Передайте операцию и разбейте лагерь здесь. Двое мужчин в ОПЕРАЦИИ, бодрствующие и бдительные, здесь ты спишь, готовишь и меняешься. Итак, что нам нужно рассмотреть?"


"Обычная процедура прекращения дела?"


"У нас есть спутниковые телефоны, и варианты заключаются в том, что мы переносим человека обратно, немного медленно. Мы могли бы попросить вертолет, но здесь немного тесновато для посадки, может быть, использовать лебедку, или чтобы мы добрались до дороги и посадили вертолет, или джип на дороге - недалеко есть британская база. Что еще?"


"Заведи свой мальчишеский распорядок, но также следи за тылом, время от времени выходи в патруль".


"Ты был внимателен на уроке. Да, назначьте подходящее время, скажем, на четыре часа, и время от времени двое мужчин возвращаются по этой тропинке, на случай, если там будет движение. Если есть?"


"Входят люди из оперативного отдела, и мы меняем позицию, чтобы обойти с фланга того, кто издает этот шум".


"Если по вашим следам идут плохие парни, устройте засаду в стороне от путей. Если они вас не заметили, а они - большая сила, игнорируйте их, отступайте, сообщите об этом, возвращайтесь к работе, с которой вам было поручено. Что еще?"


"Распорядок дня и ночи".


"Да, готовьте днем, избегайте этого ночью, будьте более бдительны ночью и особенно на рассвете, чтобы вы не хотели спать ночью, но днем будьте бдительны ночью. Что еще?"


"Изучи карту, местные особенности, точки доступа сюда".


"Да, знай свою местность. Если мы пойдем на север... во что мы попадем, в джунгли, в город или на дорогу? Всегда изучайте свой район. Что еще?"


"Логистика?"


"Да, хорошо, всегда проверяйте уровень воды, рационы, боеприпасы, раны, поврежденный комплект. Если ты лидер группы, всегда проверяй, не позволяй своему парню сказать тебе, что у него закончились патроны непосредственно перед засадой. Хорошо, собирайся, готов идти. Если тебе нужны две руки, чтобы что-то сделать, перекинь винтовку через плечо, не опускай ее, войди в привычку прямо сейчас."


Собрав вещи, мы снова отправились в путь. Остановив их, я повернул назад. "Итак, кто держит палец на спусковом крючке?"


Они хихикали в своих лицевых масках.


Мы брели на север, обливаясь потом, и, наконец, вышли к дороге и мосту на восток, к границе с Либерией, бронетранспортеров не видели. Мы перебежали дорогу парами, прикрывая друг друга, вскоре скрылись в густых деревьях и продолжили путь вдоль хребта, поглядывая вниз на реку.


Я решил продолжать и позвонил Морану, и он тоже захотел провести ночь вне дома. Я позвонил Хейнсу и сказал ему, что мы будем держаться подальше, и примерно сообщил, где мы находимся. Остановившись, чтобы дать мужчинам вымыть лица в ручье, я позвонил майору для короткой беседы.


Я проехал мимо узкого моста, густых дымящихся джунглей, чтобы проверить копов, и когда погас свет, мы оказались над местными мужчинами, переправляющими платных пассажиров через реку. Я нашел подходящее место, рядом с ручьем, и соорудил большую мухоловку, пончо постелил, и мы уютно устроились, когда начался дождь.


Команды по очереди готовили, одна пара на мальчишнике неподалеку, вся моя команда рада быть здесь, "на живом задании", в джунглях.


После того, как каждая пара приготовила, мы оставили мухоловки и пончо на месте, и я увел их, снова предупредив о пальцах на спусковых крючках. Найдя шахту, хижину с включенным светом рядом с кирпичным домом, несколько грузовиков, я попросил их незаметно подобраться ко мне.


"Хорошо, давайте скажем так ... по сообщениям, впереди боевик держит в заложниках свою жену. Каков план?"


"Подойди поближе, сначала посмотри, может, это не тот дом, или они поцеловались, помирились и трахаются на полу".


Ребята рассмеялись.


"Хорошо, никогда не доверяй разведданным. Итак, допустим, вы заметили их внутри. Что дальше?"


"Операция на линии видимости, если возможно, плюс снайперы на линии видимости в окнах, доложите о точном выстреле".


"Да, хорошо. Продолжай ..."


"Если его нет рядом с окном, возможно, это отвлекающий маневр. Подведи его к окну для хорошего выстрела."


"Хорошо, что еще?"


"Планирование наихудшего сценария. Он осторожно подходит к окну, забаррикадировался внутри, становится взволнованным, приставив пистолет к голове своей жены. Нам пришлось бы нарушить ее, это риск."


"Да, взрываю дверь или окно, надеясь попасть в цель. Но поищите менее очевидное решение. Перекройте ему слив, налейте воды. Он не знает, что это ты, он просто думает, что это засорился слив, и высовывает голову.


"Есть ли задняя дверь, окно на чердаке, собака, которая могла бы его предупредить?" Пройдите по списку, сначала поищите что-нибудь, кроме бреши. Будь хитрым.


"Хорошо, вон в той хижине внизу, скорее всего, вооруженные люди, главари банд, занимающихся незаконной добычей полезных ископаемых. Когда я скажу "вперед", первые двое попытайтесь рассмотреть вблизи, вторые двое в пятнадцати шагах позади, надежное прикрытие, цельтесь в дверь, последние двое здесь, снайперское прикрытие.


"У вас нет раций, но если возникнут проблемы, вы можете застрелить вооруженного человека в рамках здешних правил ведения боевых действий. Так, вы двое, закройте, вы двое, прикройте их. Снайперам приготовиться. Вперед."


Первая пара ослабила хватку и медленно двинулась прочь, согнувшись пополам, пока я стоял, прячась за деревом и проверяя наш тыл, вторая пара следовала за своими товарищами.


Я опустился на колени рядом со своими снайперами. "Итак, какие проблемы для вас в этом сценарии?"


"Наши парни идут впереди плохих парней, и у нас нет шансов".


"Да, хорошо. Что еще?"


"Плохие парни уходят с нашей арки огня".


"Да, тогда ты бы в спешке сменил позицию".


"Раненый человек".


"Да, тебя могут позвать вперед".


Как мы наблюдали, черные очертания медленно продвигались к зданиям - пока что не было слышно лая собак, они медленно приближались, и я мог видеть их только тогда, когда они двигались. Наконец, полицейский приблизил лицо к окну и заглянул внутрь, вскоре отодвинувшись и подойдя вплотную ко мне.


Тяжело дыша, они вчетвером вернулись, он сказал: "Там заложник".


"Заложник?" Я поинтересовался.


"Черный парень, избитый, связанный".


"Какая-то местная сделка сорвалась, больше, чем заложник", - сказал я им. "Хорошо, давайте предположим, что заложник - белый чиновник, похищенный. Каков твой план?"


Они встали на колени в круг.


"Это здание выглядит прочным, но в окнах уже есть трещины", - вставил один мужчина. "Я думаю, у человека слева была бы прямая видимость".


"Хорошо, это первый шаг. Что еще?"


"Отвлекающий маневр, чтобы вывести боевиков наружу".


"Сколько вооруженных людей?"


"Я видел только троих".


"Так что, может быть, ты получишь двоих снаружи. Как проникнуть сзади?"


"Окно сзади".


"Хорошо, значит, кто-нибудь сзади, стреляйте внутрь, отвлекающий маневр спереди, у каждого снайпера по человеку. Слева снайпер, слева человек. Не стреляйте оба в одного и того же парня. Итак, что отвлекает?"


"Пение", - предположил мужчина.


"Пение?" - спросили они.


"Да, хорошо; какой-то пьяница забрел сюда. Кто бы поверил, что пение - это ловушка, а? Итак, вы занимаете позицию, двое сзади, двое спереди, два снайпера на линии прицеливания. И те, кто впереди ... не становитесь на пути снайперов. Люди в тылу, следите, чтобы пуля не попала прямо в окна."


"Кто может петь, потому что я ужасен?" - спросил один мужчина.


Они смеялись.


"Я не плохой".


"Не говори слишком по-английски", - сказал я ему. "Итак, каков сигнал "вперед"?"


"Двое мужчин или больше снаружи. Или крик."


"Ладно, отправляйся за этим заложником. Нажимай на спусковые крючки, пока не будешь готов убивать."


Двое мужчин пошли налево, чтобы быть в поле зрения, четверо медленно спускаются. Я продвинулся вперед к гребню и прицелился в здание, надеясь, что все прошло нормально, и задаваясь вопросом, сколько проблем у меня было бы, если бы этого не произошло.


Я мог только различить пару, крадущуюся сзади, вторую пару перед деревянной хижиной, и вскоре началось пение, заставившее меня улыбнуться. Дверь открылась, свет исчез, выглянуло лицо, на звук почесали голову. Появился второй человек, оба вооруженные, но с винтовками, направленными вниз, и они слушали пение, обсуждая, что делать.


Появился третий человек, безоружный. Шесть быстрых выстрелов, и бандиты были повержены, видно движение теней, мои копы к дверному проему, заглядываю внутрь. Несколько минут спустя они вывели заложника, теперь уже развязанного, и указали на него. Мужчина потер запястья, огляделся, затем побежал. Мои копы вернулись ко мне.


"Учебник", - сказал я им. "Отличная работа". И я повел их обратно к мухоловке, сказав им приготовить пиво, ребята отпускали шуточки и были в приподнятом настроении. Я поставил двоих на оленя и сел с остальными, сказав им, чтобы они разговаривали шепотом.


Всем приготовили чай, подготовили ротации оленей, и я два часа ходил на "Первого оленя", просто черные джунгли и ночные твари для компании.


Я поднял их до рассвета, началась готовка, у нескольких парней глаза немного затуманились, пока они не выпили пива. Убравшись, я увел их прочь, и мы изменили наш путь, медленно и уверенно, как будто за каждым деревом пряталось по боевику. Они двигались хорошо, учитывая, что были гражданскими, но на полпути один случайно выстрелил, до смерти напугав своего приятеля.


"Не зря мы говорим "убери пальцы со спусковых крючков", Придурок. Это останавливает тебя от убийства своей пары."


"Ты идешь впереди", - сказала ему его несчастная пара, поменявшись местами.


Горячая компания мужчин пришла на стрип в 4 часа дня, сняв маски, и мы расслабились, направляясь к кассе. Моран вернулся, а Свифти провел два однодневных патрулирования.


"Зайди внутрь, приведи себя в порядок, поешь - не ложись до 11 вечера. Теперь разряжай оружие, войди в привычку. Не берите заряженное оружие в здание."


Моран приблизился ко мне. "Как они справились?"


"Они спасли заложника".


"Они что?"


"Я нашел шахту с хижиной, местные связаны внутри, какой-то местный спор, поэтому я попросил их составить план и взять ее штурмом, трое боевиков убиты".


"Тогда хороший первый патруль. Мы никогда не видели вооруженных людей, но наткнулись на тело. Группа Свифти так и не сделала ни единого выстрела."


Сидели в столовой, Мортен предложил мне тушеного мяса, и я сидел с Донохью, который теперь выглядел немного загорелым и красным. Я сказал Донохью: "Шестеро парней со мной спасли заложника, трое боевиков убиты".


"Они сделали?"


"Да, и они справились очень хорошо, но один парень случайно выстрелил на обратном пути, напугав свою подругу".


Краб услышал. "Что он сделал?" - прорычал он и умчался прочь. Мы слышали крики в коридоре, и я улыбался, пока ел.


"Итак, они формируются", - отметил Донохью.


"У них все очень хорошо", - сказал я ему. "И теперь у некоторых есть еще и живые убийства".


"Ты думаешь, они доберутся туда?"


"Я думаю, они скоро доберутся туда".


Он был доволен, но выглядел так, словно испытывал боль, борясь с жарой, как и офицер-параинструктор. Когда я догнал перепачканного потом и грязью Риццо и Стретча, я спросил о прогрессе.


"Многое сделано", - начал Риццо. "Изучил все основы, небольшие патрулирования".


"Моя участь - убить трех бандитов на шахте".


"Как ты это устроил?" - Пожаловался Стретч, вытирая лицо рукавом.


"Я прошел двенадцать миль на север. В любом случае, пусть инструкторы повесят сумки на эту полосу, если этот Геркулес здесь. Я позвоню ответственному там человеку сегодня вечером. Если у них будет время, и если королевские ВВС будут сотрудничать, сделайте две или три высадки прямо здесь, затем ночную высадку здесь. Тогда посмотрим. О, и граница всего в миле, так что убедитесь, что они приземлятся в нужном месте."


После разговора с офицером парашколы я вызвал транспорт, и теперь он должен был находиться в аэропорту, проверять парашюты и самолеты. Час спустя он уехал в темноте, без сомнения, довольный тем, что ушел.


Мне позвонили в 10 вечера, Скайван был готов, он предпочел дорогой "Геркулес", и он также хотел, чтобы на место прибыла военная скорая помощь. Я не мог утруждать себя спорами с парнем и согласился с этим. Я также сомневался, смогу ли я заставить инструкторов пара предпринять какие-то действия с ограниченным риском.


Утром я собрал инструкторов по парапланеризму и изложил им план, и они должны были практиковаться в HALO с нашими сумками, оружием и припасами внутри, а Риццо и Стретч прыгали с ними.


Я оставил их строить планы, когда уводил своих копов. На северной восточной трассе я надел маску и перчатки, остальные последовали моему примеру, и я снова повел их вверх по трассе, но теперь с радиоприемниками. "Ладно, отключись".


Каждый из них дал имя.


"Хорошо, кто держит палец на спусковом крючке?" - Спросил я, пятясь назад.


Никто не признался в этом, обменялись взглядами.


Я рискнул перейти мост, никем не замеченный, и мы повернули на юг, обратно к ФОБУ, но теперь на либерийской стороне медленно текущей реки. Было трудно избегать людей, эта местность в основном обрабатывалась фермами, но мне удалось найти горный хребет и несколько густых джунглей, поэтому мы выбрали их вместо кустарников и полей.


В 3 часа дня, день был жарким, налетела адская буря, но я поднял мухобойку, когда день сменился ночью, под ней было уютно, круговая оборона занята. Дождь продолжался всего полчаса, выглянуло солнце, мухобойку сняли, отряхнули и свернули. Но когда мы двинулись дальше, под ногами у нас захлюпало, и следы превратились в мини-ручейки.


Перевалив через хребет, я внезапно остановился как вкопанный, увидев под собой небольшой лагерь вооруженных людей. И в центре был белый парень, говоривший по телефону по-французски. Он был одет как наемник. Как я заметил, они сели на лошадей и уехали на северо-восток, оставив меня смотреть им вслед.


Я заставил копов спрятаться, всесторонняя защита, и достал свой телефон. Я сделал звонок.


" Это ты, Уилко? " подошел Дэвид Финч.


"Да, босс. Слушай, проверь для меня, очень быстро, французская разведка работает в Либерии, официально с благословения французского правительства."


"Французская разведка? Я недавно встречался с ними, и мы обсуждали Сьерра-Леоне и Либерию, и у них есть несколько человек в столице, да. Почему?"


"Я только что видел белого француза с группой нерегулярных войск".


"Белый французский наемник? Возможно, он был бы фрилансером."


"Сделай мне одолжение, проверь прямо сейчас, посмотри, что они говорят об этом парне. Если он с ними, я не хочу испортить какую-нибудь операцию."


"Нет, вполне. Я вернусь к тебе."


Мы сидели и готовили еду, пока ждали, что-то здесь не так, и полчаса спустя зазвонил мой телефон.


"Уилко".


"Это Дэвид. У французов нет белых агентов в стране. Когда я предположил, что это был наемник, они легкомысленно предложили тебе застрелить этого человека."


"Почему?"


"Они не хотят, чтобы он сделал то, что сделал полковник Роуч, и втоптал Пэриса в грязь".


"Справедливо, но у меня с собой шесть медяков".


"Ты в Либерии, рядом с солдатами и наемниками, с британскими бобби?"


"Ага. Скоро поговорим." Положив трубку, я уставился на то место, где только что были солдаты. Я позвонил в Томск, обнаружив, что он только что встал.


"Петров?"


"Да, послушай. Позвоните президенту Либерии прямо сейчас, скажите ему, что ваши люди сообщили о французских наемниках и нерегулярных солдатах на его границе со Сьерра-Леоне, и знал ли он о них. Тогда срочно перезвони мне."


"Хорошо, но сначала я выпью кофе".


Он перезвонил двадцать минут спустя. "Петров, президент обеспокоен этими людьми, но счастлив, что я на его стороне - ты заставил меня выглядеть хорошо. Он говорит, что кто-то в Гвинее, на севере, планирует нападения на него, за этим стоят нигерийцы - недовольные моей нефтяной платформой."


"Я думаю, что, возможно, Лондон и Париж позволили бы аутсайдерам напасть на него, но я поговорю с ними об этом".


"Я хочу, чтобы эти люди ушли, если вы можете помочь, или они испортят мою нефтяную платформу".


"Я посмотрю, что я могу сделать, босс". Я позвонил Дэвиду Финчу. "Слушай, я получил кое-какие сведения из Томска. В Гвинее есть группа, поддерживаемая нигерийскими нефтяными баронами, которая хочет свергнуть нашего идиотского диктатора из консервной банки. Нам нужно, чтобы премьер-министр обдумал это."


"Если они избавятся от него, тогда прекрасно, мы все хотим, чтобы он ушел".


"А что было потом со Сьерра-Леоне и границей?" Нынешний идиот не тронет Сьерра-Леоне, он договорился об этом с Томском, но как насчет нового парня? Будут ли британские военнослужащие убиты здесь через несколько месяцев? Если информация станет известна, что вы скажете Отборочному комитету?"


"Я думаю, вы только что помогли мне избежать расследования, которое могло быть болезненным. Я поговорю с личкой."


"Делая вид, что это похоже на ваши интуитивные опасения, не мои".


"Ты создан для этого, не так ли. Хорошо, я подумаю об этом, прежде чем проинструктировать его."


"Поторопись, босс, здесь все может измениться за одну ночь. И я на всякий случай усилю пограничные патрули."


"Очень хорошо. Скоро поговорим."


Я позвонил полковнику Марчанту. "Это капитан Уилко, сэр. Есть минутка?"


"Да, стреляй".


"У нас есть информация о передвижениях через границу, возможно, о гражданской войне или попытке свергнуть нынешнего идиота. Могу ли я попросить вас предпринять все разумные шаги для охраны границы, пока Лондон не даст вам указаний по этому вопросу."


"У меня есть власть на местах, и если на границе снова возникнут проблемы, я укреплю границу, на всякий случай".


"Спасибо, сэр, и никаких маленьких патрулей - сделайте их побольше на всякий случай, но избегайте северо-восточного угла, недалеко от Гвинеи, вы можете подобрать раненых, если группы там перемещаются. Они не будут нападать на наших людей, но вы можете свернуть не на ту дорогу и столкнуться с ними."


"Разумный подход, да. Мы будем строить планы и готовиться."


Я позвонил в трубку и сказал: "Ребята, у нас неприятности, и поэтому мы отправляемся на шпионское задание. Оставайся начеку, но - ты знаешь - держи пальцы подальше от спусковых крючков."


"Когда ты говоришь "неприятности"..."


Я остановился и посмотрел им в лицо. "Когда-нибудь скоро кто-нибудь попросит вас войти в здание, заполненное вооруженными людьми, ваша жизнь на кону. Это ничем не отличается."


Итак... значит, это опасно?"


"Очень".


Я повел их быстрым шагом, оглядываясь назад, и когда нашел подходящую местность, двинулся на восток, через густые джунгли, по дороге, видневшейся с горного хребта. Услышав впереди стрельбу, я решил, что это та же группа, и, изо всех сил взбираясь по крутому склону, я обнаружил вид на юго-восток: небольшой армейский лагерь, уничтоженный, поднимается дым, лагерь, вероятно, аванпост президентской милиции - поддерживает порядок среди местных жителей.


Найдя огромный корень дерева, я зашел за него и, заглянув через него, установил свой длинный глушитель - мой новый прототип, который теперь предстоит протестировать. Повернув голову, я сказал: "Круговая оборона, парами на расстоянии десяти ярдов друг от друга, надежное прикрытие". Они ушли. Я прицелился через свой обычный оптический прицел, желая теперь прицелиться побольше.


Внизу, сквозь высокие деревья, я мог видеть мертвых либерийских солдат, некоторые из которых все еще живы и теперь обезглавлены мачете. Я заметил свое белое лицо, и он шел в эту сторону, прикуривая сигарету. Я проверил прицел и установил его на триста, магазин опустился переключателем большого пальца и взвесился в руке, и я устроился поудобнее.


Мой знак остановился, чтобы осмотреться, затянулся сигаретой, повесил винтовку на плечо, затем шагнул между двумя грузовиками. Мой выстрел попал ему высоко в грудь, отбросив его назад, но пуля прошла прямо сквозь мужчину и пробила шину. Подняв глаза, никто этого не заметил. Размышляя дальше, я начал задевать шины, грузовики на моей стороне, никто не обращал внимания, когда они кромсали раненых, что-то ужасное.


Я пробил шины двух джипов, но внезапно из одного джипа выпрыгнул мужчина, удивляясь, почему он теперь перекошен. Я ударил его в спину. Мужчина вбежал и опустился на колени, мой выстрел снес половину его лица. Пока никто больше не заметил, я проверил транспортные средства, задев топливный бак. Я мог видеть, как она протекает, но она не загорелась.


Я достал свой телефон, но потом убрал его. Там было тридцать человек и много дыма. Я тяжело вздохнул, оглянулся через плечо на полицейских и подумал, в какие неприятности я попаду.


По радио я сказал: "Приблизься ко мне, целься вниз, займи надежную огневую позицию. Мне нужно, чтобы каждый из вас быстро застрелил шестерых человек."


Они вбежали и опустились, все на колени.


"Хорошо, определите свое положение в строке слева направо. Если ты крайний слева, целься в людей слева и действуй в, то же самое справа. Глубокий вдох, выдохните, расслабьтесь, не сжимайте рукоятку пистолета слишком сильно. У тебя прицел, так что целься в верхнюю часть груди. Если парень все еще передвигается, второй выстрел в него. Если появятся патроны, игнорируйте их, продолжайте стрелять.


"Хорошо, приготовьтесь и не стреляйте, пока я не крикну". Я целился в человека, который мочился, и никто не заметил, как он упал. Другой мужчина крадет часы, поднимается дым, и я попадаю в сердце.


Черное лицо появилось рядом с грузовиком, глядя на шину, мой выстрел оставил большую дыру в его голове. Шестеро мужчин, сбившихся в кучу - это было лучшее, что могло получиться. Я прицелился и быстро выстрелил, игра началась.


"Открыть огонь!"


Раздались выстрелы, полиция не пользовалась глушителями, когда я поворачивался влево и вправо, поражая всех, кого мог. Дерево надо мной было вырвано, земля подо мной издавала глухие удары. Я продолжал смотреть и продолжал стрелять, парни справа от меня откачивали патроны, пока им не стало трудно кого-либо заметить. Я заметил, как несколько человек убежали, и я позволил им уйти.


"На меня!" - Крикнул я, разворачиваясь, и побежал сквозь густые деревья, оставляя некоторое расстояние между моими копами и местом происшествия. Сбавив скорость, я остановился у корня дерева и оглянулся: моя команда все еще со мной. И у большинства были пальцы на спусковых крючках, когда они бежали.


"Уберите свои гребаные пальцы со спусковых крючков, пока вы не поубивали друг друга!" Я залаял, совсем не стараясь быть незаметным. "Очнись, черт возьми! На мне."


Я повел их на запад, ровным шагом, потея под маской, избегая машин и людей, обходя фермы, и мы добрались до реки. Мост находился в миле к северу, но там было привязано большое каноэ, одного нерадивого владельца.


"Первые четверо в каноэ, один возвращается. Вперед!"


Первые четверо бросились к нему, оттолкнулись, сразу же поплыли вниз по течению, схватив весла, опустив винтовки, и они помчались через реку, пока я прикрывал их.


Возвращающийся парень немного боролся, чтобы контролировать это, но справился, когда я вышел вброд и схватил каноэ. "Остальные в деле".


Я держал его, пока они забирались внутрь, затем влез сам, не опрокидывая его, и мы тронулись в путь, вскоре пересекли реку, но вниз по течению в пятидесяти ярдах, остальные спускались к нам через густые заросли. Выбравшись из каноэ, которое я вытащил на берег, мы отправились на юг.


Пока мы шли, я достал свой телефон, номер, закодированный под ламинированным пластиком, лежал у меня в кармане.


" Алло? " раздался голос.


"Господин президент?"


"Да".


"Петров".


"А, рад снова тебя слышать".


"Нет времени на болтовню, сэр. В десяти милях от побережья есть мост через реку в Сьерра-Леоне, главная переправа."


"Да, я это знаю".


"Если пройти три мили на юго-восток, там был небольшой лагерь ваших людей".


"Да..?"


"Повстанцы недавно напали на этот лагерь, с ними был французский наемник. Мои люди не успели туда вовремя, но мои люди убили нападавших и французского наемника. Пожалуйста, немедленно отправьте солдат в этот лагерь."


"Я так и сделаю, спасибо".


Возможно, скоро у меня появится для вас дополнительная информация. Петров на свободе." Я нажал на красную кнопку и убедился, что она выключена.


Найдя густые джунгли, я дал людям отдохнуть. Я позвонил Дэвиду Финчу. "Это Уилко".


"Ах, я только что отправил записку в личку, он хочет встретиться".


"Произошло развитие событий. Я наткнулся на того французского наемника и его людей после того, как они уничтожили местный армейский лагерь. Мы убили нападавших и наемника."


"И ... почему именно этот курс действий?"


"Вы сказали, что французы хотели, чтобы этот парень исчез, и эти люди представляли угрозу для границы и для молодых британских солдат срочной службы. Какую бы сторону ни принял Лондон, вооруженные банды здесь - плохие новости."


"Да, вполне. Что ж, я ухожу, чтобы проинформировать премьер-министра, поговорил с режиссером. Я скоро тебе перезвоню."


Теперь вопрос в том, что делать с остальными бандами на севере, планирующими гражданскую войну. Уилко на свободе."


Сняв маску, я глотнул воды, прежде чем поменять журнал местами. "Есть какие-нибудь травмы?"


Они обменялись взглядами, все, казалось бы, в порядке.


"Джентльмены, если вы бежите по лесу с пальцами на спусковых крючках, вы убиваете свою пару. Включи свои гребаные мозги."


"Кто были эти люди?"


"Банда с севера, возможно, бывшие либерийские солдаты, намеревающиеся свергнуть нынешнего идиота и представляющие явную угрозу нашим парням здесь и нашим интересам здесь".


"Эти отморозки, они кромсали людей".


"Здесь это обычное дело, жизнь дешевая. Если бы ты попал в плен к этим засранцам, они бы тебя зарубили, так что никогда не сдавайся."


"А правила ведения боевых действий?" - спросил один.


"В Либерии нет правил, там собака ест собаку. Что касается законности ... никогда никому не рассказывай. Но... ты хорошо справился, и ты поступил правильно; ты видел, что они делали. Эти люди не имели права на жизнь, поэтому мы были судьями, присяжными и палачами.


"Если бы вы были моими людьми... тогда у вас было бы разрешение из Лондона вступить в бой с бандитами. Как полицейские на тренировочных учениях ... Я назначил тебя заместителем. Итак, у всех вас теперь есть подтвержденные убийства. Любой... чувства?"


Они обменялись взглядами.


"После того, что я видел, как они делали ..." - вставил один человек.


"Гребаные собаки", - произнес другой.


"Кто-нибудь передумал нажимать на курок?" Я спросил.


"Пронеслось у меня в голове", - признался один.


"Вернувшись в Лондон, если ты получишь сигнал "вперед", ты нажимаешь на спусковой крючок, а не останавливаешься и думаешь. Начинай привыкать к этому. И если ты разнесешь мозги некоторым парням о стену, не останавливайся, продолжай и не переоценивай это.


"Посмотри на это с другой стороны: если бы не ты нажал на спусковой крючок, это был бы кто-то другой, в этом нет ничего личного. Человек берет пистолет и угрожает своим соседям, скорее всего, он умрет, одним идиотом в мире меньше.


"Твоя работа ... это делать то, что тебе говорят, и делать это хорошо, а не думать о парне, которого ты собираешься ударить. Когда вы получаете сигнал "вперед", вы можете обнаружить в прицеле свежеиспеченного подростка, но вы все равно нажимаете на курок. SAS не остановятся и не будут беспокоиться, поэтому, если вы хотите заменить их ... ты тоже. Ладно, за мной, и ... убери пальцы со спусковых крючков."


Я повел их на юг, по восточному маршруту, будучи скрытным и осторожным, два жарких часа были израсходованы, и мы вырвались на полосу, когда парашюты опустились, сумка упала на деревья, люди побежали за ней.


Сняв маски и перчатки, мы остановились и на мгновение подняли глаза, когда шестеро мужчин вошли и приземлились плотной группой без происшествий.


"Можем мы попробовать это?" - спросил полицейский, когда мы шли по стрипу.


"Может быть, если будет время".


Я заметил два припаркованных джипа, охраняющих наши ворота, гуркхов с автоматами наготове.


Тот же капитан приветствовал меня. "Мы оставим здесь несколько человек, состояние повышенной готовности".


"Я знаю, мы только что убили тридцать человек".


"Ты сделал?"


"Мятежники с севера, но в то время мы были как раз за границей".


"Там есть река, границу так трудно не заметить", - указал он.


"Я ужасно разбираюсь в картах".


"Что ж, теперь у нас есть люди на этом мосту, дежурьте днем и ночью".


"Приятно знать". У меня зазвонил телефон, и я отошла в сторону, наблюдая, как собирают парашюты. "Уилко".


"Это Дэвид. ПМ обеспокоен, он хочет, чтобы эти банды исчезли, и видит смысл в сохранении статус-кво с диктатором в Монровии."


"Тогда либо я привлеку больше людей, либо использую гуркхов. Есть ли поблизости корабли?"


"Я узнаю. Что бы вам понадобилось; вертолеты?"


"Да, для вставок и защиты от брони. Но если бы они могли пустить ракету по лагерю, это положило бы конец затянувшейся кампании - с ранениями британских солдат и моих людей. И если бы там были и американские корабли, и поскольку они хотят произвести на нас впечатление ..."


"Я позвоню, прощупаю их. Они странно помогают, когда дело касается тебя."


Телефон отключился, снова зазвонил нечетный номер. "Привет".


"Петров?"


"Да, господин президент".


"Мы добрались до этого лагеря, и все было так, как вы сказали, и мы захватили нескольких человек, французского наемника нашли мертвым".


"Различные влиятельные лица обсуждают этот вопрос, пока мы разговариваем, я дам вам знать об их решении".


"Решение ... помогать мне или нет."


"Да, господин президент, такого рода решение".


"Ну ... я ... надеюсь, ждите хороших новостей."


Отложив телефон, я умылся прохладной водой и посидел с Донохью, мне подали чай. "Ваши парни только что получили по шесть подтвержденных убийств каждый, в тяжелой перестрелке".


"Христос. Как у них дела?"


"Отлично, никаких проблем, но они все еще ходят с пальцами на спусковых крючках. Но... справедливо будет сказать, что они выстояли бы как против простых боевиков, так и против матерых террористов."


"Тогда все складывается замечательно".


"Да, просто небольшая проблема гражданской войны, вспыхивающей всего в миле отсюда".


"Мы здесь в опасности?"


"Ты точно такой", - съязвила я, наслаждаясь его взглядом.


Когда капитан-гуркх вошел, я спросил его: "Сколько у вас здесь людей?"


"Триста".


"И обучены ли они, готовы ли и подходят ли они для войны со стрельбой?"


"В десять раз лучше, чем средний рядовой", - с гордостью заявил он. "Отлично в джунглях, все бывали в Белизе".


"Сообщите своему боссу, что мне, возможно, придется назначить их для крупномасштабной атаки на севере".


"Мы готовы к этому", - настаивал он.


В дело вступил лейтенант авиации парашколы. "Учитывая повышенную напряженность здесь, я отзову своих людей".


"Черта с два ты это сделаешь", - сказал я ему. Тебя послал командующий ВВС, и твои люди остаются. Если ты хочешь спрятаться под кроватью во Фритауне, тогда ладно, отвали."


"Как ты смеешь. Мои люди здесь в опасности!"


"А как насчет нас?" Мортен спросил его. "Моя леди-медсестра. Они тоже в опасности?"


"Конечно, они такие".


Мортен обратился к женщине-медсестре. "Ты хочешь уйти?"


"Нет, сэр, я пошел на риск, вступив в королевские ВВС, а не в госпиталь. Униформа сопряжена с рисками и обязательствами."


Мортен придвинулся ближе к офицеру парашколы. "Ты офицер королевских ВВС, черт возьми, боевой службы, и на базовой подготовке ты научился обращаться с винтовкой - не просто так.


"Я ценю, что ты всего лишь любитель пера, боящийся выйти из-за стола, но ты здесь, чтобы попытаться научить SAS и других, как прыгать с парашютом на войну. Какого черта они должны слушать то, что ты говоришь?"


В комнате воцарилась тишина, офицер был на месте, и он знал, что попал в безвыходное положение.


Мой телефон зазвонил. Я встал. "Да, премьер-министр. Один момент." Я опустил трубку. "Ты... оставайтесь на месте, " сказал я офицеру и вышел наружу. "Идите вперед, сэр".


"Как там дела внизу?"


"Мы только что вступили в бой с группой либерийских бандитов с британскими бобби".


"Ты сделал?"


"Да, и твои бобби справились очень хорошо, едва ли можно было отличить их от моих парней".


"Тогда все работает так, как ты планировал".


"Так и есть, есть надежда, что, когда эти копы столкнутся лицом к лицу с бандитом, они не отшатнутся".


"И ты думаешь, они выдержат оценку?"


"Уверен в этом, премьер-министр".


"Это должно положить конец некоторым препирательствам. Что вы думаете о пограничной ситуации?"


"Лучше тот дьявол, которого ты знаешь".


"Я согласен, мы хотим тихую границу. Тебе нужно больше мужчин?"


"Зависит от ситуации, но здесь триста гуркхов, отличные люди, все увлеченные и готовые действовать".


"Есть американский корабль или группа, я полагаю, и мы послали им записку с оценкой ситуации. Вам могут позвонить, и я понимаю, что они немного переступают черту, звоня вам напрямую."


"Они не пытались устанавливать политику, но я думаю, они могли бы хотеть, чтобы мы время от времени выполняли их грязную работу, без потерь с их стороны, о которых стоило бы беспокоиться".


"Ты ловкий оператор, поэтому я не беспокоюсь о том, что они нас обманут. Твои друзья из неблагополучных семей все еще общаются друг с другом?"


"Они являются и были сегодня благоприятным результатом для нас - и для безопасности наших границ".


Приятно знать. Просите то, что вам нужно."


"Я сделаю, сэр".


Звонок закончился, я оглянулся на брелок, когда парашютное отделение упаковывало парашюты. Я сделал еще один звонок; командующему ВВС. "Это Уилко, сэр".


"А, там, в Сьерра-Леоне. Как дела?"


"Гражданская война назревает по соседству, в Либерии, и у меня проблема с лейтенантом авиации из вашей парашютной школы, который собирается отбросить вас на годы назад".


"Как же так?"


"Он только что сказал комнате, полной людей, что не хочет, чтобы его люди, которые учат SAS прыгать с парашютом, подвергались какой-либо опасности".


"Оу ... боже. Подключи его."


"Подождите, сэр". Я зашел внутрь и передал телефон. "Командир авиации. Выйди на улицу."


Он приложил телефон к уху и вышел. Через пять минут он вернулся и вручил ее мне. "Он хочет поговорить с тобой сейчас".


Я приложил телефон к уху и вышел. "Сэр?"


"Он сделает, как ты говоришь, и будет держать язык за зубами, пока не испортил все это. Но насколько сильно рискуют его люди?"


"Насколько уважения хотят ваши люди, сэр?"


Он вздохнул. "Делайте то, что мы обсуждали, но, пожалуйста, уменьшите количество жертв".


"Всегда, сэр, всегда".


Отложив телефон, Риццо подошел весь в поту. "Ввели две капли, все в порядке, они освоились. Запланирована ночная высадка."


Я оглянулся через плечо. "Их придурок офицер хотел, чтобы их отозвали".


"Зачем?"


"Сражаясь на границе, я убил тридцать человек".


"Они снова начинают?" - спросил он. Я кивнул. "Мы уничтожаем парней?"


"К тому времени, возможно, все закончится за два дня до того, как они доберутся сюда, день акклиматизации. Но у нас есть триста гуркхов."


"Они хорошие парни".


"Мог бы сбрасывать копов по парашюту и посмотреть, как они это делают", - поддразнил я.


Когда появился Моран с патрулем, я проинформировал его о том, что произошло, за ним последовал Свифти, и когда капитан-гуркх вышел, я попросил тридцать его лучших людей расположиться здесь и быть готовыми отправиться на север. Я также спросил, знакомы ли его люди с АК47. Они были.


Час спустя, когда солнце село и мужчины поели, мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Полковник Мэтьюз, Пентагон".


"Вечером, сэр, или, может быть, там днем".


"Здесь полдень. Я говорил с Лондоном, и они проинформировали нас о том, что происходит на местах. У нас не было особого интереса к разработкам, пока те, кто выше меня по уровню оплаты, не сказали, что теперь есть. Напротив меня сидели несколько джентльменов из Лэнгли."


Зазвучал новый голос: "Уилко, ваше правительство хочет сохранения статус-кво на границе, и я предполагаю, что некоторые другие хотят того же. Это те другие ... вы общались по этому поводу?"


"Они есть, как напрямую, так и через меня. И чтобы ввести вас в курс дела: я заметил вооруженную банду сразу за границей, в составе которой был французский наемник. Лондон поговорил с Пэрис, которые выразили желание, чтобы этот человек не ставил их в неловкое положение - поэтому я застрелил его."


Я слышал смех.


"Я также застрелил тридцать человек вместе с ним, при этом создавая видимость, что это было сделано в качестве одолжения одной заинтересованной стороны другой. В нынешнем виде на севере формируются группировки, по которым мы, вероятно, нанесем удар, чтобы граница снова стала тихим местом, защищающим британские интересы. Но если у вас есть какие-нибудь активы, которые помогли бы мне, я мог бы прожить дольше."


"Мы определенно заинтересованы в том, чтобы вы прожили дольше", - раздался голос из ЦРУ. "И у нас поблизости есть авианосная группа, которой не помешало бы немного развлечься".


"Могли бы они поразить лагерь одной-двумя ракетами?"


"Они могли, да".


"Тогда я взгляну на упомянутый лагерь и дам вам знать. О, и вооруженные группировки на севере финансируются за счет нигерийской нефти. У тебя есть какое-нибудь мнение по этому поводу?"


"Наше мнение таково ... к черту нигерийцев, они нам не нравятся, и нам не очень нравится их нефтяная промышленность."


Так отмечено. Я свяжусь с вами, когда у меня будет хорошая сочная цель, финансируемая нигерийской нефтяной промышленностью."


"Это снова полковник Мэтьюз. Если мы поможем, значит ли это, что вы должны нам услугу?"


"Я всего лишь скромный капитан, который выполняет приказы, и благосклонность между нациями выше моего уровня оплаты. Кроме того, я помог тебе спасти нескольких, так что, думаю, ты должен мне три. Это сократит ее до двух. Уилко на свободе."


Следующий звонок был о президенте-идиоте. "Господин президент, это Петров".


"А ... может быть, какие-нибудь новости".


"Они решили помочь тебе. Американская авианосная боевая группа направляется сюда именно с этой целью, " солгал я.


"Боже мой..."


"Вы случайно не знаете, где находятся основные лагеря этих людей?"


"Да, я перезвоню тебе через десять минут".


И он это сделал, пока я сидел с бумагой и ручкой. "Спасибо вам, господин президент" заставило несколько голов повернуться.


Положив трубку, я сказал: "Президент Сьерра-Леоне".


"Ах", - выдыхают несколько человек.


"Что, ты подумал, что мне звонил гребаный президент США?"


Я сверился с картой с Мораном, и лагеря находились в десяти милях к северо-востоку от лагеря заложников, на который мы напали в Гвинее, Дельтас, извлекая заложников-скелетов. "Скелеты", - сказал я себе.


Я вспомнил номер, вышел на улицу и, наконец, дозвонился до полковника Мэтьюза. "Сэр, вы помните брата американского сенатора, заложника здесь, внизу, живой скелет?"


"Да, это было во всех новостях".


"Что ж, я полагаю, что в моем следующем отчете для вас будут подробно описаны люди, стоящие за этими заложниками, находящиеся в определенном лагере, и если вы назовете это так ..." Я мог слышать смех.


"Да, это подтвердило бы то, что мы делаем. Хороший ход. Вы играете в шахматы?"


"Нет, сэр, я поднялся по служебной лестнице, скромный необразованный сержант, которого повысили".


"Я думаю, у тебя бы это хорошо получилось. Я сейчас дам знать Лэнгли."


"Благодарю вас, сэр. Уилко на свободе."


Следующий звонок был Брэдли.


"Хорошо ли играют дети?" он спросил.


"Некоторые лучше других, параинструкторы, не желающие делать ничего опасного".


"Как, черт возьми, они должны были добиться хоть какого-то уважения, а?"


"При хорошем ударе и некоторой удаче. Слушай, граница становится оживленной, скоро здесь может начаться перестрелка."


"Тебе понадобятся парни?"


"Возможно, но у меня триста гуркхов".


"А, ну что ж, они отличные парни. Триста из них до смерти напугают черных."


На следующее утро на карточках было еще больше ОРЕОЛА, а тридцать гуркхов на линии деревьев создавали счастливый дом. Я позвонил полковнику Марчанту, он поговорил с правительством Сьерра-Леоне, и после обеда хорошо охраняемый грузовик привез нам оружие.


Каждый увлеченный гуркха купил себе АК47 и магазины, их SA80 сдал. Они также получили несколько коробочных и шесть гранатометов РПГ, по пять головок у каждого, и теперь выглядели так, как будто были готовы начать войну, их майор был рад оказаться в гуще событий.


"У вас есть фотоаппарат, сэр?"


"Камера. О, у моего сержанта есть, я прикажу прислать это наверх."


"Когда закончишь работу, сделай фотографии после боя, я помещу их в газету Sun".


"О, превосходно. Половина ублюдков в Великобритании даже не думает, что у нас больше нет гуркхов."


Имея достаточно боеприпасов, я заставил гуркхов разобрать и почистить оружие, зарядить и выстрелить, много практиковался, пока я тщательно обдумывал свой следующий ход. Я позвонил командующему ВВС и объяснил ситуацию.


"Это смело и опасно", - сказал он. "Они будут шпионской командой, никакой стрельбы?"


"Если только что-то не пошло не так, или они не приземлились не в том месте".


"Если они приземлятся не в том месте, мы никогда этого не переживем. Но... может быть, вы могли бы обсудить это с ними и попросить добровольцев."


"Я сделаю, сэр".


Когда параинструкторы приземлились, я забрал четверых с Борнео. "Послушайте, у нас есть живая работа, и ... вам разрешат присутствовать, если вы добровольно. Ты отправлялся на враждебную территорию на севере с кем-нибудь из моих, осматривал место, проводил операцию в течение дня, составлял отчет, затем мы отправлялись на место."


"Мы были бы вдали от основного действия, так почему бы и нет", - вставил первый мужчина.


"Не опаснее, чем Борнео", - добавил второй мужчина.


Они пришли к соглашению, и сегодня ночью HALO высадится в нескольких милях к югу от целевого лагеря вместе с Риццо и Стретчем. Затем я проинформировал Риццо, и он вспомнил предыдущий лагерь и хребет, на котором не было Лоракса.


Я проигнорировал офицера, отвечающего за инструкторов по парапланеризму, и заказал вставку из двух чинуков, заказанных на следующий день, и вставку из гуркхи. Теперь вопрос ... насколько далеко я мог зайти в этом, и каковы были риски.


После десятиминутного хождения взад-вперед, размышлений, я схватил майора и капитана гуркхов. Показывая им карту, мы обсуждали варианты. Они предположили, что, пока мои оперативники будут отвлекать внимание, они нападут с двух сторон.


Я возразил: "Дождитесь очень громкого воздушного удара, затем атакуйте".


"Воздушный удар?"


"ВМС США на шельфе, увлеченный пилот F18 от нечего делать."


"Вот это да".


В тот вечер я ужинал со своей командой. "Послушай, что ты думаешь о копах, которые идут рядом, но стоят за гуркхами?"


"В гневе они не выстрелят", - заметил Свифти. "Полет на вертолете туда и обратно - пустая трата времени".


"Цель, - сказал я ему, - заставить их поверить, что они в опасности, закалить их".


"Заведи их с фланга", - предложил Моран. Пройдя четыреста ярдов, они открываются на минуту. По крайней мере, они могут стрелять, но с низким риском."


Я кивнул, пока готовил, обдумывая это.


В дверях появился инструктор по парапланеризму, но не один из тех, кто с Борнео. "Капитан ... у тебя есть четверо наших парней для этого ОРЕОЛА, но ... несколько других тоже хотели бы пойти."


"Сколько?" Я спросил.


Для начала четыре, отдохните, подумав об этом, сэр. Они не боятся, просто мы не слишком увлекаемся солдафонством."


Я сказал Свифти: "Вы с Махони могли бы принять участие ... четыре или шесть."


"Мог бы приземлиться подальше и организовать операцию на противоположной стороне от Риццо", - предложил Свифти.


Я посмотрел на инструктора по парапланеризму. "Место еще для четырех-шести, да".


"Я дам им знать, сэр".


Саша шагнул к нам из своей комнаты. "Где ты хочешь мою команду?"


"Ты идешь со мной и полицией, защищать полицию. Мы отправимся на "Чинуке"."


Он кивнул. "Но мы могли бы потренировать их и дойти туда, нет".


Я улыбнулся. "Тридцать миль".


"Мы пошли дальше".


"Не искушай меня, но я мог бы отвести их назад. Твоя спина в порядке?"


"Ах... так себе. Твоя?"


"Так себе", - сказал я с улыбкой.


Когда Саши не стало, Моран сказал: "Ты когда-нибудь расскажешь нам историю этого места или как он получил травму?"


"Он получил травму, когда я вытолкнул его из вертолета".


"Какого хрена ты его вытолкал?" Спросил Свифти.


"Я видел ракету с тепловой самонаведкой, летящую на нас".


" А, " выдохнул Махони. "Я бы тоже прыгнул. Но, пожалуйста, не выталкивай меня ни из каких чертовых вертолетов."


"Я вытолкнул Риццо из вертолета, и с ним все в порядке".


"Не считая повреждения мозга", - заметил Свифти, заставив нас рассмеяться.


Час спустя зазвонил мой телефон, номер, который я знал. Я отошел от команды. "Da!"


"Это Томск".


"Привет, босс".


"Послушай, я упомянул Либерию в разговоре с одним человеком, и он знает другого человека, и этот человек - торговец оружием, и они говорят, что в Либерии собирается произойти какая-то крупная операция - так что теперь я беспокоюсь о своей гребаной нефтяной платформе".


"Это нехорошо, я имею в виду, не в последнюю очередь для вашей нефтяной вышки".


"Они пытаются сместить президента?"


"Да, они могут подойти".


"Этот человек, он поставлял винтовки и говорит, что где-то на севере находится три тысячи шестьсот человек".


"Три тысячи шестьсот?" Я бросил вызов.


"По его словам, многие группы собираются вместе, им платят за нападение на Монровию".


"Мы знали, что были группы, планирующие нападение, но не так много. Доберись до этого человека, узнай все, или ты потеряешь свою нефтяную платформу."


"Мне лучше не терять самообладания, я сам убью этих ублюдков!"


"Выясни, что сможешь, и быстро перезвони мне".


Я посмотрел на часы и позвонил в Кабинет министров. "Это капитан Уилко из Сьерра-Леоне. Немедленно передайте сообщение премьер-министру: ситуация критическая, четыре тысячи повстанцев собираются напасть на Монровию, группам платят, чтобы они объединились."


Следующий звонок был SIS, то же сообщение перед тем, как я позвонил полковнику Марчанту во Фритаун.


"Я не был на коктейльной вечеринке", - язвительно заметил он, когда ему передали телефон.


"Рад это слышать, сэр. Слушай, у разведки есть четыре тысячи повстанцев, которые собираются на северной границе."


"Четыре тысячи!"


"Мне нужны все, у кого есть оружие, готовые пустить его в ход, они спят с ним, и я бы предложил, сэр, чтобы гуркхи выдвинулись, перекрыли дороги и немедленно усилили свое присутствие на границе".


"Да, сойдет. Я приготовлю кофе, ночь может быть долгой."


"Я скоро свяжусь с вами, сэр".


Я собрал своих парней из Echo на улице. "Слушайте, у нас есть информация. Различные группировки на севере объединили силы, чтобы попытаться свергнуть диктатора в Либерии, их четыре тысячи."


"Четыре тысячи?" Моран громко поинтересовался. "Мы собирались пригласить инструкторов по парапланеризму, чтобы они порыскали вокруг!"


"Мог бы быть волосатым", - согласился я.


"И что мы теперь будем делать?" - Спросил Риццо. "Сделай то, что запланировано на сегодняшний вечер".


"Я бы сказал, что за нами по-прежнему нужен глаз да глаз, сейчас больше, чем когда-либо, и если команда в джунглях, с ними все будет в порядке, их никто не ищет, пока они ведут себя тихо. Эти повстанцы хотят отправиться на юг, а не рыскать по джунглям в поисках горстки людей."


У меня зазвонил телефон, и я отошел, оставив громкие дебаты позади.


"Уилко".


"Здесь премьер-министр. Что ты знаешь такого, чего не знаем мы?"


"У разведки есть человек, связанный с торговцем оружием, который снабжал повстанцев, так что у нас есть информация о людях в режиме реального времени, сэр".


"И ты этому веришь?"


"Да, сэр, не в последнюю очередь потому, что мы видели зондирующие атаки дальше на юг, чем я когда-либо видел их раньше. Я планирую ввести команды сегодня вечером, чтобы посмотреть, тогда мы узнаем больше."


"А сценарий наихудшего развития событий?"


"Они не возьмут столицу быстро, президент там хорошо защищен, много бронетранспортеров, так что это была бы гражданская война, беженцы хлынули бы через границу в Сьерра-Леоне".


"Ну, мы этого не хотим, потому что мы бы их кормили - и пытались бы разобраться с боевиками среди них. И если тамошний диктатор сменится, мы вернемся к исходной точке в том, что касается безопасности границ. Кто, по мнению intel, стоит за этим?"


"Нигерийские нефтяные бароны, но это неофициально - и не должно повторяться в приличной компании, сэр".


"Нигерийцы... желая добраться до нефти, раздосадованный тем, что российская нефтяная платформа теперь сидела на месте."


"Да, сэр, но ..."


"Но что?"


"В деле замешаны французские наемники, и они будут под пристальным наблюдением Парижа, так что ..."


"Значит, эльфийская нефть тоже замешана. Чертовски чудесно, еще одна головная боль."


"Париж отрицал свою причастность, но французская разведка внимательно следит за своими наемниками, так что кто-то в Париже знал".


"Что тебе нужно, чтобы остановить этих людей?" Их очень много, и мы не хотим слишком больших жертв."


"Приведите сюда остальных моих людей, эскадрон регулярных войск SAS, несколько пехотинцев, чтобы укрепить границу. Мы можем перерезать дороги и мосты и преследовать повстанцев; есть только несколько дорог, которыми они могли бы воспользоваться. К сожалению, лучшая дорога на юг проходит через Сьерра-Леоне, в нескольких милях от того места, где я нахожусь."


"Мы составим кое-какие планы за ночь, но ты подумай о том, чтобы сократить эти дороги".


"Да, сэр".


Разговор окончен, я оглянулся на свою команду, когда они стояли, обсуждая этот вопрос, и вспомнил номер.


"Господин президент, это Петров".


"Ах, немного ... новости."


"На севере собираются четыре тысячи человек, чтобы напасть на юг, подталкиваемые нигерийскими нефтяными магнатами".


"Четыре тысячи? Затем они все собираются вместе."


"Мне нужно попросить тебя сделать так кое-что".


"Что я могу сделать, чтобы помочь?"


"Ты знаешь мост, о котором мы говорили, и дорогу на восток?"


"Да".


"Мне нужно, чтобы ты отвел всех своих людей к югу от этой дороги на две мили и перекрыл дороги тяжелым оружием, люди были наготове. Дайте гражданским пройти. Британские солдаты будут действовать к северу от этой дороги и убьют любого вооруженного человека, которого найдут."


"У меня есть несколько человек к северу от этой дороги, их можно быстро вернуть, и я установлю блокпосты, да. Но как насчет британцев и американцев?"


"Они помогут тебе, скоро прибудут еще люди".


"Это приятно знать".


"Если у вас есть шпионы к северу от этой дороги, передавайте мне отчеты о передвижении. Попросите их представиться как Майк Папа, для мистера Президента, а я Папа Виктор, для Петрова; рядом со мной могут быть британские солдаты, которые слушают."


"Папа Виктор, мы - папа Майк. Хорошо."


"Папа Виктор на свободе". Я присоединился к команде.


Риццо сказал: "Они не найдут нас в джунглях, даже если захотят поискать. И в любом случае, они гребаное дерьмо."


Моран сказал: "Две команды выходят, как и планировалось, следят за главными дорогами, впереди еще много интересного".


"Вероятно, все "Эхо" будут отправлены вниз, плюс постоянные игроки", - сказал я им. "Все присутствующие здесь военнослужащие будут экипированы сегодня вечером. На мостах уже есть люди, патрулирующие север, так что мы получили бы предупреждение о неприятностях здесь. Возьмите инструкторов по парапланеризму, но - вы знаете - не указывайте номер ожидаемым повстанцам."


Свифти рассмеялся. "Если бы они знали, они бы бежали обратно во Фритаун".


"А копы?" Спросил Моран.


"Попали в плохое место", - ответил я. "Я использую их, чтобы защитить это место, или отправлю их обратно. Сейчас я поговорю с Донохью."


Минуту спустя я вытолкал Донохью и его приятеля на улицу. "Послушайте, за границей начинается гражданская война, сюда прибудут дополнительные британские силы, так что ... может быть, мы отправим твоих парней домой."


"Домой? Почему?" Донохью запротестовал.


"Будут репортеры, которые будут задавать вопросы, и это будет в газетах".


Они обменялись взглядами. "Мы зашли так далеко, ребята молодцы", - пожаловался Донохью. "Все идет хорошо, не хочу сейчас замедлять это. И если они подвергнутся некоторому риску здесь... отлично."


"А пресса?"


"Когда-нибудь они узнают", - сказал Донохью со вздохом. "Но... если увидят, что наши парни делают что-то полезное... тогда отлично. Не могли бы вы... добыть что-нибудь для нас?"


"Не хочешь многого, не так ли?" Я жаловался. "Как бы я ограничил гребаные риски?"


"Позвольте нам решить, тогда вы застрахованы", - предложили они.


"Хорошо, но вы двое - поговорите с Лондоном, прямо сейчас".


Я позвонил Максу, нашему надежному репортеру, и он прилетит на гражданском авиалайнере, как только сможет. Я просто надеялся, что пресса поймет присутствие здесь полиции, и я подумал, как бы я им объяснил.


Когда зазвонил мой телефон, это был Дэвид Финч. "Уилко?"


"Да, босс".


"Там, внизу, разверзается настоящий ад?"


"Еще нет, и не здесь, но четыре тысячи человек готовы двинуться на Монровию".


"И каковы их шансы?"


"Они проиграют, но это означало бы недели сражений".


"Тот, кто подталкивает их, не сделал бы этого, если бы не думал, что у них есть шанс".


"Верно, так что, возможно, у них есть кто-то, близкий к идиоту-диктатору в Монровии, готовый отравить его молоко".


"Отравить его молоко ... именно так они пытались заполучить Кастро."


"Вы действительно прочитали пару книг, босс", - поддразнил я.


"И ты получил информацию от ..?"


"У Томска есть приятель, который торгует оружием, и он упомянул, что снабжал повстанцев на севере".


"Что сильно обеспокоило бы Томска, учитывая его нефтяную платформу".


"Конечно, было бы. Премьер-министр позвонил мне, британские силы наращивать. О, если кто-нибудь спросит об информации, она поступила от ваших людей на местах, хорошо."


"С тех пор, как это были мы ... кто вообще отправил вас в Панаму, мы можем законно присвоить себе заслугу."


Я рассмеялся. "Почему бы и нет. О, и я поговорил с нашим диктатором по соседству, и он отзывает всех своих людей на юг ниже главной дороги на восток от моего ФОБА, и он перекроет эти дороги - по крайней мере, он прикажет это до того, как выпьет отравленное молоко."


"Как это поможет?"


"Это загонит их в угол для нас. Если мы упустим их, и они пройдут мимо нас, тогда они увязнут, и мы ударим по ним с боков и тыла, медленно истощая."


"Типичная работа SAS, да. Хорошо, поговорим утром."


Инструкторы по парапланеризму приготовились присоединиться к моим ребятам, не подозревая о том, с какими трудностями им пришлось столкнуться. Туда отправятся две команды, по четыре инструктора пара с каждой командой, и в новые пункты высадки, которые я выбрал, - дорожные развязки на главных дорогах к югу.


Команды приземлялись в двух милях отсюда и заходили пешком, и, надеюсь, приземлялись на пахотной земле, а не в джунглях. Если бы они попали на рисовое поле, они бы промокли, и я солгал, когда сказал, что мы вернем парашюты вертолетом через несколько дней.


"Скайван" приземлился полчаса спустя, и я пожелал своим командам удачи, помахав им рукой, когда они направлялись в аэропорт за парашютами и сумками HALO. Вернувшись в дом, я посидел с Донохью, в меню снова была тушеная говядина. Свифти, Моран и Махони все хотели вставить, так что мне оставалось только держать оборону с командой Саши.


Мортен ответил на звонок, затем пришел и сел со мной и Сашей. "Брайз Нортон и Лайнхэм охвачены паникой, половина британской армии направляется сюда". Он ждал, пока головы поворачивались.


"Да, мы наращиваем обороты. Повстанцы могут попытаться двинуться на Монровию."


"В прошлом ты имел дело с такими людьми без ... половину армии отправляют на тот свет?" Он снова ждал.


"Их четыре тысячи".


"Четыре тысячи!" Донохью повторил, поворачивая головы, приняв озабоченный хмурый вид. "Как далеко они находятся?"


"Сорок миль", - заверил я его. Я повернул голову к капитану-гуркху. "Ты пока останешься здесь, с нами, остальные, вероятно, отправятся сегодня вечером".


"Но действие происходит по ту сторону границы?" - спросил он.


"Лучший путь от того места, где находятся повстанцы, туда, где они хотели бы быть, - это дорога в нескольких милях к северу от нас".


"Тогда лучше всего собраться". Он встал. "Ребята, давайте поставим эти столы вместе в центре комнаты". Столы вместе, он разложил карту, чашки использовались для ее удержания. Я встал и показал ему дороги. Он кивнул: "Легкий маршрут, если они срежут через территорию Сьерра-Леоне, дерьмовые дороги в Либерии - одна главная дорога, так что их увидят - и устроят засаду!"


Отключившись по телефону, он позвонил своему майору для беседы и, используя желтые стикеры, подробно описал, кто где был и что планировал майор гуркхов, гуркхи, которые сейчас в затруднительном положении.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Рокко, мы в Брайз Нортон. О чем этот лоскут?"


"Четыре тысячи повстанцев собираются на границе".


"Ну что ж... как насчет того, чтобы ты пошел туда и разобрал это, а мы вернулись в постель?"


"Вы хотели получить зарплату в этом месяце, старший сержант?"


"Да, мне нужны деньги".


"Тогда я уверен, что смогу найти для тебя какую-нибудь работу, когда ты приедешь сюда, чтобы ты отрабатывал эту зарплату".


"Если мы полетим на "Геркулесе", я хочу еще".


Положив трубку, я подумал о волках и вспомнил номер сестры. "Это Уилко. Попросите Дэвида Финча собрать Одиноких волков и отправить их, это их вид конфликта."


"Я передам это сейчас Робу Фишеру, он взял на себя ответственность за них, и он в здании."


Отложив телефон, я взглянул на карту, пока люди обсуждали развитие событий. Стоя там, я отчасти надеялся, что повстанцы двинулись на юг, были остановлены на этой дороге, и что мы затем ударим по ним.


После того, как я съел еще немного тушеной говядины, мой телефон зазвонил. "Тот самый капитан Уилко?"


"Так и есть".


Подполковник Марш, 2 параграф, в Кении. Полчаса назад мне надрали задницу в офицерской столовой, мы направляемся к вам с некоторыми из вашей SAS, эскадрильи "G". Какова там ситуация?"


"Ситуация такова... приземляйся у моего брелка, все мужчины экипированы и готовы к бою, как только сойдут с самолета."


"О, ситуация такого рода. Что ж, у нас впереди еще столько всего, черт возьми."


"Зелень джунглей, сэр, лямки, много патронов, я надеюсь, что во время полета у людей не будет гранат, GPMG, 66 мм, если у вас есть, вода и пайки - но я постараюсь раздобыть немного пайков и воды для вас сейчас. Когда ты доберешься сюда?"


"Они сказали, после рассвета".


"Подумайте, что вам может понадобиться в джунглях, сэр".


"Группа моих сержантов проложила маршруты патрулирования там, где ты находишься".


"Тогда они будут точно знать, чего ожидать. Вы отправитесь через границу в Либерию, где вот-вот разразится гражданская война."


"И какова поставленная перед нами задача?"


"Застрелите мятежников, сэр. Это изменчиво, но, возможно, у меня будет идея получше, когда ты сюда доберешься. Пока мы болтаем, мои парни из HALO высаживаются в Либерии, глубоко в тылу, и они будут следить за нами. Но могу я спросить, сэр, пока игнорирую ваши приказы сверху ... какое участие вы хотели бы увидеть?"


"Странный вопрос".


"Что ж, сэр, вы можете сказать мне, что хотели бы ограничить потери и риски, что вы бы удерживали границу, пока другие продвигаются вперед, или что вы хотели бы сделать все возможное и убить плохих парней".


"Выкладывайся по полной и убивай плохих парней, да. У мужчин было достаточно чертовых тренировок на всю жизнь, самое время им выстрелить в гневе."


"Очень хорошо, сэр, когда я буду болтать с Лондоном и строить планы, мы учтем это".


"Хотя зачем задавать вопрос?"


"Офицеры других групп выразили острое желание избежать жертв".


"Тогда за что, черт возьми, им платят, маршируют взад-вперед! Мы солдаты, на переднем крае, и мы хотим действия!"


"Тогда будьте готовы, когда сойдете с самолета, сэр, все здесь быстро меняется".


"Мы будем готовы".


Я позвонил полковнику Марчанту во Фритаун. "Сэр, не могли бы вы организовать чертову кучу палаток, пайков, воды и, возможно, палатку для полевой столовой".


"Подкрепление приближается? Мне еще предстоит оформить документы."


"Приближаются 2 параграфа".


"Сколько их?"


"Не уверен, может быть, все они".


"Здесь есть палатки, в том числе несколько больших, так как здесь есть полевая кулинария, которая делает очень мало - одно-два милых маленьких кафе за колючей проволокой для мужчин".


"Они понадобятся мне к рассвету, сэр, пайки и палатки".


"Рассвет? Им это понравится. Хорошо, я сейчас с этим разберусь, мы пользуемся местными грузовиками."


Вернувшись в дом, Хейнс сказал: "Еще больше моих в пути, еще больше медиков".


Я кивнул. "Хорошая практика для них. О, второй параграф уже в пути."


"Кровавые славные парни", - вставил наш капитан-гуркха. "Мои ребята справятся с этой работой, и без чванства".


Я улыбнулся. "Спроси своего майора, есть ли поблизости мешки с песком?"


"Их, блядь, миллионы, брошенных миротворцами".


"Попроси у него порцию дерьма, пожалуйста, для дон".


Прижав телефон к уху, он вышел.


В 11 вечера, когда мои ребята собирались прыгать со "Скайвана", позвонил полковник Дин.


"Допоздна, сэр?"


"Это ... здесь одиннадцать, а я еще не настолько стар. Эскадрилья "G" направляется к вам?"


"Да, сэр, и 2 параграф."


"Не могли бы вы использовать больше людей, я имею в виду, дать им некоторое воздействие - не слишком много ран?"


"Да, сэр, я могу справиться с риском до определенного момента".


"Эта операция кажется грандиозной, поэтому я хочу извлечь из нее максимальную пользу для тренировок".


"Я позабочусь о том, чтобы все, кого вы пошлете, прошли некоторую подготовку, сэр".


"Ты думаешь, в Либерии все это взорвется?"


"Все признаки указывают на это прямо сейчас".


"Что ж, отличная тренировочная площадка, и многие из мужчин прошли там маршруты патрулирования. Большая часть эскадрильи "G" выполнила их, так что они возьмутся за дело без промедления."


"Значительное преимущество, сэр, такое же, как сражение на Херефорд-хай-стрит".


"Если бы эта компания сражалась на Херефорд-Хай-стрит, это заняло бы несколько дней - им пришлось бы посещать каждый паб по очереди".


Я рассмеялся. "Да, сэр. А завтра утром к тебе выстроится длинная очередь мужчин, которые будут ныть на тебя."


"Я буду? О чем?"


"Они захотят быть здесь, внизу".


"Ах, да, хорошо ... мы пошлем кого сможем. Не отправлял нового RSM, даже если бы он хотел пойти."


"Бейкер - это новый RSM?"


"Да".


"Утром он был бы первым, кто вызвался бы добровольно".


"Мы скажем, что он, черт возьми, никуда не собирается. Почему все веселье должно достаться ему?"


"Со мной спускаются инструкторы по парашютному спорту из Брайз Нортон".


"У тебя есть, на войне со стрельбой?"


"Как раз сейчас они высаживают HALO далеко в тылу, но я забыл упомянуть о восстании - и о четырех тысячах повстанцев в движении".


"Их ждет шок".


"Они хотят уважения, сэр".


"Да, и у них не может быть двух вариантов".


"Я попросил командира ВВС накричать на босса инструктора по парапланеризму, который хотел, чтобы его людей отозвали из-за того, что они сломают ноготь. Затем здешние медики, дамы и все остальные, сказали ему, каким трусом он был."


Так ему и надо. Для чего он в форме?"


"Отрабатывайте свои реплики на утро, сэр, в 8 утра начинайте нытье".


"Я выберу, кто уйдет, а не кто будет скулить громче всех. О, с тобой еще и полиция?"


"Да, и это моя следующая головная боль, потому что мы пытались об этом умолчать".


"Как у них дела?"


"Многие подтвердили убийства. Они хороши, но время от времени случайно стреляют; они, как правило, срабатывают, когда пальцы на спусковых крючках."


"Убедись, что они не стоят за моей партией!"


"Они не перейдут границу, сэр, я бы никогда не пережил расследование, если бы кого-то убили. Но их босс стремится выставить их на передовой."


"Происходит какое-то измерение члена, да".


"Они очень спешат, чтобы их собственная команда была подписана министром внутренних дел".


"Они притормозят после первых десяти запросов, и каждый раз, когда они будут доставать оружие из шкафчика, будет запрос".


"Да, у них это удовольствие еще впереди".


"Я приду пораньше, у меня много дел, потом поговорим".


"Спокойной ночи, сэр".


Моран позвонил, благополучно приземлился, Махони приземлился по пояс в грязь, и его пришлось вытаскивать. Теперь они направлялись к запланированной операции. Риццо позвонил через десять минут, предварительно по ошибке позвонив Хейнсу. У Стретча была небольшая травма колена и хромота, один из инструкторов по парапланеризму тоже хромал. На данный момент они будут ждать рассвета, прежде чем рассматривать вопрос о прекращении дела.


Оставшиеся параинструкторы услышали сплетни и начали сомневаться в безопасности своих людей в Либерии.


"Пока с ними все в порядке, а повстанцы могут просто сидеть и ничего не делать в течение месяца", - сказал я им.


В полночь я лег спать, в комнате был только я, так что подо мной было четыре резиновых коврика, когда я спал.


Меня разбудил стрелок полка королевских ВВС, пнувший меня в ногу. "Сэр. 5 утра, сэр".


"Спасибо". Я расслабился, снял маску и зевнул. Надев снаряжение, я тихо спустился в столовую, дежурные парни сидели, потягивая чай. "Там все тихо?" Я спросил, когда сел, парень принес мне пиво.


"Здесь ничего не происходит, сэр", - доложили они.


"Подожди несколько часов", - съязвил я. "А пока наслаждайся покоем, потому что это ненадолго".


Я как раз доедал курицу, когда послышалось рычание грузовиков. "Миру пришел конец", - сказал я ребятам, вставая. Повесив винтовку, я вышел, серый свет освещал туман в деревьях, для меня наступил спокойный рассвет. Я мог видеть патруль гуркхов над полосой, едва различимый при таком освещении.


Сержант-гуркха спрыгнул вниз и отдал честь. "Мешки с песком, сэр".


"Пожалуйста, начинайте их разгружать, мужчины здесь спят. Сложите их у стен."


Две дюжины гуркхов и восемь королевских инженеров забрасывали грузовики мешками с песком, образовалось несколько больших куч, несколько человек из полка королевских ВВС помогали. Я попросил их сделать стену из мешков с песком там, где была залатана стена столовой, и еще больше мешков с песком на крыше.


Полчаса усердного труда привели к нескольким большим насыпям мешков с песком и появлению нескольких очень потных и уставших людей, когда прибыли новые грузовики, теперь здесь наше полевое подразделение кулинарии, позади грузовики снабжения. Я указал на кухонный блок за высокими ржавыми навесами, чтобы расположиться там и начать готовить - приближалась компания.


Королевские инженеры и местные чернокожие солдаты начали выгружать боеприпасы и пайки, складывая их у стен здания, другие снимали большие зеленые палатки и перетаскивали их в заднюю часть здания, чтобы начать процесс установки.


Хейнс вышел, зевая. Он стоял, уперев руки в бедра. "Кровавый ад".


"Организуйте несколько человек, яму с мешками с песком у ворот, несколько человек в стратегических местах. И стена из мешков с песком возле кухни, на которой могут сидеть мужчины. Но в первую очередь это палатки."


Он кивнул, выглядя далеко не свежим, и собрался. Он только что отошел, когда поднялся рев, и любого, кто еще спал, теперь грубо разбудили бы, два "Чинука" приземлились, Рокко вывел парней, двое мужчин несли ящики.


Они сбросили ящики вниз.


"Вот где происходит действие?" Спросил Рокко, наблюдая за происходящим.


"Это то, за что тебе платят", - сказал я ему. "Хорошо, не двигайтесь отсюда, пока мы не установим палатки, но вы скоро перейдете границу. И это... " я указал. "- это наше подразделение полевой кулинарии. Как только они что-нибудь приготовят, иди и съешь это."


"Ну, это уже больше похоже на правду", - воодушевился Слайдер.


"Риццо все еще спит?" Спросил Рокко, взглянув на второй этаж.


"Да, но в джунглях, за границей. Они все такие."


"А плохие парни?" Спросил Томо.


Свернувшись калачиком в постели ... насколько нам известно. Все четыре тысячи из них."


"Гунне нужно много боеприпасов", - съязвил Томо. "И немного помощи".


"Постоянные клиенты в пути", а также 2 параграф. Будь здесь ... теперь в любое время."


"Сколько 2-х парней из пара?" Спросил Рокко, его старый отряд.


"Не уверен. Приезжаю из Кении. Правильно, перенесите свои ящики внутрь, найдите свободное место, затем идите в палатку для приготовления пищи. О, а где капитан Харрис?"


"В аэропорту", - ответили они, понятия не имея, почему он был в аэропорту.


Когда парни зашли внутрь, я осмотрел 66-мм коробки и заметил дерьмовую загрузку патронов калибра 5,56мм. Когда парни появились, я приказал им отнести пустые деревянные ящики, металлические ящики из-под боеприпасов и мешки с песком в палатку для приготовления пищи, чтобы сделать сиденья.


В палатке с поварней я нашел сержанта в белом фартуке. "Как мы выглядим, сержант?"


"Включить плиту, сэр, разогреть яичницу. Вы знаете, сэр, сколько человек здесь будет?"


"Сотни. Пошлите за всеми необходимыми припасами."


"Для начала у нас полный грузовик, сэр. Ты ... эх ... Капитан Уилко?"


"Что его выдало?" Я спросил с улыбкой.


"Странная форма, странное оружие, сэр. И они сказали, что ты был здесь."


"Если возникнут проблемы с кем-либо из мужчин ... приходи и найди меня".


Мужчины не захотят, чтобы их отсюда выгнали, сэр. Угрозы достаточно."


Улыбаясь, я вышел. "Еда скоро будет готова".


Робби спросил: "Итак, каков план, босс?"


"Это неопределенно, пока мы не получим больше информации, но вы все будете участвовать в операциях, пока мы не узнаем, где находятся повстанцы и что у них на уме".


"Как тебе новая винтовка?" - Спросил Робби.


"Хорошо, я расстрелял из него группу повстанцев. И у всех копов со мной подтвержденные убийства."


"Копы?" Поинтересовался Рокко.


"Я перевез их через границу, и мы столкнулись с несколькими плохими парнями".


Вышел сержант-кулинар. "У вас у всех есть формочки для каши?"


"Мы определенно хотим", - сказал ему Слайдер.


"Тогда дай нам пять минут". Он нырнул обратно внутрь.


И десять минут спустя, а не пять, ребята выстроились в очередь с банками в руках и получили яичницу-болтунью, бекон и сосиски, намазанные кетчупом, и все сидели, жадно набивая морды, как будто не ели несколько дней.


Парням из 2-го эскадрона разрешили войти, вскоре появились несколько медиков, Мортен с полной банкой хлеба в руках. Я выстроил полицейских с банками в руках, когда был накрыт стол на козлах, и вскоре в двух типичных зеленых армейских урнах был разлит стандартный армейский чай безвкусного вида.


Пока еда быстро поглощалась, ревнивые Инженеры и Гуркхи устанавливали палатки в ряд позади главного здания. Когда появился капитан Гуркха, я сказал ему собрать своих людей, и они выстроились аккуратной и терпеливой шеренгой после того, как полиция разошлась по своим комнатам.


Я ответил на звонок майора Брэдли.


"Здесь мертвая тишина", - пожаловался он. "Едва ли это душа".


"Сейчас здесь чертовски занято, сэр, но, по крайней мере, у нас теперь есть столовая и повара".


"Это всегда помогает, да. Так чем ты занимаешься?"


"Парни прибыли сюда час назад, сегодня они отдохнут, вставят сегодня вечером, следите за дорогами, тогда посмотрим. Повстанцы могли бы просто убраться восвояси."


"Как я слышал, 2 параграфа по пути, и эскадрилья "G", так что это будет грандиозное шоу".


"Да, надеюсь, я не облажаюсь".


"Не под наблюдением прессы, нет".


Когда моя компания пила третью кружку чая, покой был нарушен кружением Геркулеса. Вскоре я заметил второе выше. Первый "Геркулес" хорошо рассмотрел полосу на низкой высоте, развернулся и выровнялся под крутым углом вниз, выровнялся, плавно коснулся земли и остановился едва ли в сотне ярдов, его пандус опущен.


Две шеренги мужчин ушли, рюкзаки на ремнях, винтовки в руках. Когда они покидали самолет, они зарядили эти винтовки.


Я вышел поприветствовать их, направляя к палаткам, и вскоре увидел идущего навстречу подполковника, снаряженного, как и все, с винтовкой SA80 в руке - и теперь заряженного. Он выглядел подтянутым и решительным, весь такой деловой. "Геркулес" взревел, медленно набрал скорость и начал подниматься прочь. Я отдал честь подполковнику.


"Капитан Уилко, я полагаю".


"Да, сэр. Захватите пока палатки, но вы будете внутри со своими офицерами, если хотите, и мы только сегодня утром получили подразделение полевой кухни."


"Отлично, я умираю с голоду".


"Пока что здесь достаточно безопасно, так что ваши ребята могут подстраховаться и позавтракать, сэр".


Они побрели к палаткам, когда приземлился второй "Геркулес", еще больше паразитов скопилось. Я попросил своих ребят оставить места для приготовления пищи перед палаткой с кухней и занять комнаты наверху на данный момент.


Внутри, в нашей старой столовой, я начал: "Мистер Хейнс, приготовьте комнату для офицеров Парас, если они этого хотят, и с этого момента никто из ваших парней не должен заходить сюда поесть, это командная комната - но поддерживайте огонь на плите для старшего персонала. Мистер Мортен, если вы можете присмотреть за старшим персоналом, побольше теплых тел направляется сюда."


Они организовались, и я взял бумагу и ручки у Мортена, оставив их на столе с картами. Я расставил боковые столики, чтобы освободить место, стульями внутрь. Мы были почти готовы.


Моран позвонил, операция подготовлена, вокруг никого, ни души, но он нашел мертвую обезьяну. Я позвонил Риццо, не считая того, что он звонил кому-то наугад по ошибке, и он был в состоянии повышенной готовности, взлетал, никакого движения не замечено.


Его хромающий инструктор по парапланеризму решил проявить твердость, поскольку у мужчины теперь была сидячая работа в течение нескольких дней. Эти две операции показали мне два наиболее вероятных маршрута, которыми могли воспользоваться повстанцы, если только они не двинулись через Сьерра-Леоне, и здесь у нас были гуркхи, наблюдавшие за дорогами.


Но я оставил северо-восточный угол Сьерра-Леоне без британских солдат, на всякий случай, и если повстанцы захотят пересечь его, они смогут помочь себе сами.


Появился подполковник со своими офицерами, с винтовками на плечах, жестянками для каши в одной руке, чайными кружками в другой, и я указал им на столы и стулья, запах бекона наполнил комнату. Я смог увидеть одного майора и восемь капитанов, и я представил Хейнса и Мортена, опуская Донохью и его помощника на данный момент.


Мой телефон зазвонил, нечетный номер. "Алло?"


" Бумажный Победитель? " раздался медленный и обдуманный африканский голос.


"Да, продолжай", - сказал я с усмешкой.


"Это Майкл Пейпер, у меня есть информация".


Я перешел к бумаге и ручке, улыбаясь произношению. "Продолжай".


"В пограничном городе Ганта на юг движется отряд боевиков, может быть, пятьсот человек".


"Когда началось движение?"


"О, только теперь они двигаются после завтрака".


Вас понял, следите за обновлениями. Бумажный Виктор вышел." Используя открытку, я пометил место и написал на нем "500?".


"Что-нибудь интересное?" - спросил подполковник, пока ел.


"Первая группа повстанцев движется на юг, сэр, приблизительно пятьсот человек. Они пройдут мимо моей операции дальше по дороге, так что мы получим подтверждение и цифры. Но они здесь далеко к востоку от нас, так что... не спешите заканчивать завтрак."


"Слава богу за это", - съязвил майор.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это капитан Харрис, мы все устроились в аэропорту, включили сканеры, с нами пара сотрудников SIS, еще снаряжение в пути".


"Я задавался вопросом, что с тобой случилось. В любом случае, человеческие данные в реальном времени, город Ганта, пятьсот повстанцев движутся на юг."


"Мы можем отслеживать использование любого спутникового телефона и радио".


"Тогда начинай практиковаться. И, капитан, ты должен был рассказывать мне всякую всячину, а не наоборот, " поддразнила я.


"С каких это пор ты придерживаешься процедуры и субординации?"


Отложив телефон, я сказал офицерам, пока они ели: "Разведка установлена в аэропорту, используются сканеры, так что мы, возможно, сможем отследить движение повстанцев, но ... Полагаю, вы все сейчас немного не в себе после перелета."


"И недостаток сна", - проворчал майор, пока ел.


"Я готов идти", - вставил капитан. "Хорошо выспался". Другие скривили губы, глядя на него.


"Некоторые люди такие, спят на Геркулесе", - сказал я. "Я нахожу гул двигателя расслабляющим. Вы можете взять несколько человек на прогулку, начните с вашего базового лагеря."


Мужчина встал и приблизился к карте. Я указываю пальцем на восточный путь. "Заканчивайте взлетно-посадочную полосу, трасса ведет на север, всего несколько миль. Здесь, мост через реку, гуркхи там, поздоровайтесь, затем вверх по этой стороне реки - следите за идиотами, стреляющими в вас с другого берега реки, и к маленькому мосту.


"Этот мост недостаточно велик для бронетранспортеров или грузовиков, что хорошо. Там еще гуркхи. Перейди, ты найдешь тропу на юг и дорогу на восток. Размести своих людей на возвышенности, создай счастливый дом, следи за этой дорогой. Я буду присылать вам остальных потихоньку, помогите им акклиматизироваться."


"А бойцы?" он спросил.


"Они могут пройти по этой дороге к западу от вас, но они и близко не подойдут к тому мосту, слишком маленький. К востоку от вас может быть группа, но зачем им заходить в тупик? Здесь, примерно в четырех милях к востоку, находится город, а рядом с ним лагерь, на который мы нападали три раза."


Подполковник повернул голову. "Предположительно, тридцать человек против пятисот".


Пятьсот человек сидели в лагере, но около восьмидесяти отправились к границе, сотню обманом заставили двинуться на юг, остальные были подвергнуты тактике "бей и беги" - мы не давали им спать всю ночь, а когда они выслали патрули, мы устроили засаду патрулям. Немногие остались в живых в конце. И местные парни не настолько увлечены, сэр."


Майор оторвал взгляд от набивки лица. "Ты приблизился к пятистам мужчинам с тридцатью?"


"Тридцать лучших людей, которых может предложить британская армия, плюс один американец, новозеландец и два французских парня".


"Неплохая смесь", - отметил подполковник, когда ел.


"Мужчины, которые показали отличные результаты на моем трехдневном тестировании, могут быть приглашены ко мне. У нас есть морские пехотинцы и СБ всех мастей, и горстка ваших следопытов часто сопровождает нас."


"Они спускаются?" - спросил капитан.


"Не уверен, все происходит быстро, ситуация нестабильна". Я столкнулся с подполковником. "Сэр, я хотел бы проинформировать ваших сержантов, когда они будут готовы, об условиях здесь и за границей".


"Лучше всего сделать это сейчас, пока они не закрыли глаза или не ушли". Он столкнулся с проницательным капитаном. "Собери их у входа".


"Верно, сэр". И мужчина ушел.


Рокко вошел минутой позже, чтобы взглянуть на новые лица.


"Боже мой. Рокко. Какое неожиданное удовольствие, " съязвил майор. "Слышал, ты перешел в SAS".


"Майор, как там геморрой?"


"Геморрой?" - озадачился майор.


"Вы всегда были для меня занозой в заднице, сэр".


Я старался не улыбаться, слишком много, другие прятали свои ухмылки. "Старший сержант, ведите себя прилично, эти милые джентльмены пришли нам помочь".


"Чтобы я мог лечь спать, а они для разнообразия немного поработали".


Подполковник пристально посмотрел на Рокко. "Мы будем зарабатывать себе на пропитание, да, так что будь спокоен. Иди покорми гусеницу у себя на лице."


Капитаны рассмеялись, когда Роко провел рукой по усам.


Роко повернул ко мне лицо. "Когда мы съезжаем?"


"Когда отдохну, и когда у меня есть жесткий план. Вероятно, после наступления темноты, вставка "Чинук"."


Он кивнул и отошел, тихо ругаясь, но не в мой адрес.


"Он - сущее наказание?" - спросил майор.


"Он ... на счету несколько сотен подтвержденных убийств, майор. Когда дела идут тяжело ... он мужчина, которого ты хочешь видеть рядом с собой."


"Несколько сотен?" повторил капитан.


"Чего вы все не понимаете ... заключается в том, что мои люди каждый месяц участвуют в боевых действиях в местах, подобных этому, сражаются неделями подряд, стреляя по двадцать человек в день каждый день. Мои люди стреляют в плохих парней так, как будто у вас есть чашки чая, и у них это чертовски хорошо получается."


"А эти парни из полка королевских ВВС?" - спросил капитан, некоторые еще ели.


Подтянутый, включенный, увлеченный и очень дисциплинированный. У меня есть четверо внешних, к которым я могу обратиться. Парни, которых вы видите патрулирующими вокруг, имеют большой боевой опыт, у большинства подтвержденные убийства. И они также потеряли нескольких парней."


Вмешался Хейнс. "Кто-то у ворот хочет тебя видеть".


Я озадачился этим и вышел. Я нашел белый гражданский джип, за рулем мужчина, похожий на близнеца Риццо. "Кто ты?"


"Они зовут меня Джеко, был сержантом Престоном из эскадрильи "Б", числился в списках эскадрильи "Е", теперь получил личный номер во Фритауне, часто работаю с Малли".


"Сейчас не совсем подходящее время для светского визита".


"Это не так. У моего босса есть люди в Гвинее и своего рода информационный канал, если вы этого хотите."


"Мы делаем. Припаркуйся внутри."


Он проехал мимо, оставив меня хмуро смотреть ему вслед. Я вернулся, его джип стоял у стены рядом с боеприпасами, странное место, чтобы оставить его; были места попроще, чтобы припарковать его. Он отступил и приблизился.


Дикки возвращался из уборной. "Дикки, принеси этому человеку чашечку чая в дом, я скоро приду".


Когда мужчина нырнул внутрь, я помахал Саше и его команде, которые тренировались. По-русски я сказал: "Проверьте этот джип, быстро обыщите его, снимите ручной тормоз и отодвиньте его назад".


Я позвонил сестре. "Это Уилко. Мне нужно, чтобы ты назвал имя, сержант Престон, известный как Джеко, бывший сотрудник эскадрильи "Б" SAS, ныне работающий телохранителем во Фритауне. Как можно быстрее."


Следующим позвонил О'Лири, который никогда не слышал об этом человеке, а О'Лири знал всех. Я волновался.


Я шагнул к двери и оглянулся. Саша показывал на нижнюю часть, его команда толкала джип назад. Я остановился, когда подбежала Саша. "Большая бомба", - сказал он по-русски, затем присоединился к своей команде.


Я вошел внутрь и обнаружил, что Джеко пьет чай из урны в столовой, Дикки рядом с ним. Положив винтовку на стол, я достал пистолет, вскоре свернув Джеку нос рукояткой пистолета.


Второй мощный удар, и его зубы разжались, и он упал, Дикки в шоке и отходит назад, все глаза на мне. Я нанес удар ногой в живот, второй по яйцам, подполковник вскочил на ноги, Донохью в шоке.


"Капитан?" - спросил подполковник.


Я повернулся к Дикки, когда Джеко застонал. "Разденьте его, обыщите. Быстро."


Дикки поставил свой стакан и начал, Хейнс помогал без вопросов.


"Что, черт возьми, ты делаешь?" - крикнул подполковник.


Я спокойно посмотрел ему в лицо, когда поднял свою винтовку. "Отведите своих офицеров на место, пока мы не уберем довольно большую заминированную машину, на которой только что приехал этот человек".


Мортен крикнул: "Всем лечь!", и его медики вышли на палубу, пара последовала его примеру, когда я вышел.


Снаружи я крикнул: "Приближаются! Доберись до укрытия, пригнись. Поступление!"


Люди на крыше нырнули за стены из мешков с песком, другие побежали в укрытие, сержанты Пара повторили приказ.


Саша и его команда вбежали с дороги, тяжело дыша. "Мы толкаем его вниз по дороге и в сторону ..."


Взрыв заставил нас всех нырнуть вниз, и вскоре у меня зазвенело в ушах. Я покачал головой и моргнул.


Саша повернул голову, когда посыпались куски металла. "Я думаю, что использую свои девять жизней, нет".


"Ты израсходовал их все в Панаме, мой друг. Ты как минимум на десятом месте."


Я расслабился и стоял, уставившись на столб дыма.


"Напрасная трата хорошего джипа", - заметил один из команды Саши, остальные засмеялись.


Холод пробежал по мне с головы до ног. Я мог потерять много людей, не говоря уже о том, чтобы погибнуть самому, и, стоя там, я чувствовал, как на меня указывают обвиняющие пальцы.


"Ты в порядке?" пришло на русском.


"А?"


"Ты неважно выглядишь".


"Я ... мог потерять людей из-за одного глупого решения".


"Почему ... глупо?"


Я взглянул на него. "Он точно знал, что сказать, чтобы заинтересовать меня".


"Тогда он был хорошо подготовлен, вы не были виноваты, и вы были подозрительны - мы обыскиваем джип".


Я тяжело вздохнул. "В Панаме было легче, теперь я слишком беспокоюсь о мужчинах".


"Ты капитан, беспокоиться - это работа".


Я улыбнулся и похлопал его по плечу. "Все чисто!" Я закричал и побрел обратно внутрь. Винтовки лежали на столе, мужчины расслаблялись. Дикки поставил на стол свой чай, который я сейчас отщипнул, Джеко был спущен до штанов и связан, на полу растекалась лужа крови.


Мортен был белым. "Эта заминированная машина..."


"Ты бы ничего не почувствовал, все произошло бы быстро".


Женщина-медик развернулась, и ее вырвало.


"Вряд ли дело в этом", - добавил Мортен, взглянув на своего врача. "А если бы это сработало здесь?"


"Никто внутри этого здания не выжил бы. Но я отнесся к этому с подозрением, мы перенесли это, так что... вперед, да."


Мортен развернулся и нанес быстрый удар по яйцам Джеко, у которого сейчас наверняка не было бы детей.


Подполковник приблизился к Джеко. "На кого ты работаешь?" - крикнул он, сжимая рукой горло Джако, когда тот склонился над нашим пленником.


"Нигерийские нефтяные компании", - спокойно объяснил я. "Они хотят, чтобы идиотский диктатор по соседству исчез, получив доступ к нефти".


Я положил руку на подполковника и отодвинул его назад, когда люди уставились на окровавленное лицо Джеко, все хотели разорвать его на части. "Я дам тебе три варианта", - сказал я нашему заключенному. "Во-первых, я передаю тебя правительству Сьерра-Леоне, и ты сидишь в камере, кишащей тараканами, на... всю оставшуюся жизнь.


"Во-вторых, я передаю тебя американцам, заявляя, что ты был замешан в торговле оружием здесь - и ты получаешь оранжевый комбинезон в тюрьме строгого режима в США, или в-третьих - ты рассказываешь мне все, что знаешь, и взываешь ко мне с хорошей стороны".


Он смотрел в ответ, очевидно, испытывая сильную боль, струящаяся кровь, его руки были связаны за спиной, Дикки теперь с одной стороны, Хейнс с другой, когда они поднимали его. "Келли, бывший капитан, не SAS", - сказал он, извергая кровь, когда пытался заговорить, выплевывая зубы. "Он в Гвинее".


"А финансирование?"


"Французская нефтяная компания".


"А нигерийцы?"


"С ним был нигериец, много телохранителей, золотые кольца".


Я столкнулся с Хейнсом. "Отвези его во Фритаун. Мистер Донохью, он ваш пленник, идите с ним. " Я повернулся к Мортену. "Дайте ему немного успокоительного, пусть с ним побудет медсестра".


Они вытолкнули его на улицу, остался кровавый след.


Вмешался Рокко. "Есть шанс хоть немного отдохнуть, черт возьми?"


"Теперь следует помолчать, старший сержант".


"Ты говорил это раньше!" Он повернулся и зашагал прочь, снова ругаясь.


Подполковник едва сдерживал свой гнев. "Я мог потерять большую часть своих людей", - прорычал он, глядя вслед Джако.


"Здесь действуют могущественные силы, в центре всего - нефть", - сказал я ему, и все его люди были ошеломлены. "Мы могли бы ожидать еще больше пятой колонны, так что будьте начеку". Я повесил винтовку и достал телефон, когда он зазвонил. "Уилко".


" Это дежурный офицер, сестренка ...


"Этот человек, Джеко, только что въехал на очень большой заминированной машине в ФОБ, никто не пострадал - мы это заметили".


"Кровавый ад".


Все взгляды были прикованы ко мне.


"Я хочу, чтобы двадцать человек расследовали этого человека и все его связи, и прямо сейчас. Он работал на бывшего армейского капитана по имени Келли, а не на SAS. " Я повесил трубку, вышел и позвонил в Кабинет министров. "Это Уилко. У нас только что был бывший солдат SAS, пытавшийся проехать на моей базе на заминированном автомобиле. Если бы ему это удалось, мы бы потеряли здесь большинство людей. И ему заплатила французская нефтяная компания Elf."


"Клянусь ... богом".


"Дайте знать премьер-министру".


Я стоял, уставившись на ворота, на джипы там, на столб дыма вдалеке. Я впустил этого человека, даже когда у меня были подозрения. Он играл со мной, и он точно знал, что сказать мне, чтобы попасть внутрь.


Хейнс вернулся, теперь джип увозит нашего пленника. "Я усилю охрану ворот".


"Это была моя ошибка, и он точно знал, чем меня соблазнить. Люди, контролирующие его, включены и хорошо финансируются, и они знают, что мы приближаемся."


"Тогда будь теплым приемом".


Я кивнул. "Это могло быть, да. Но если они были уверены, зачем посылать того человека?" Я позвонил Дэвиду Финчу.


Дэвид начал: "Я только что услышал о заминированном автомобиле. Ты в порядке?"


"Никто не пострадал, нам повезло, очень повезло, иначе вам пришлось бы объяснять краснолицему премьер-министру, почему большая часть Echo погибла из-за сбоя в разведке, а вашей отставки требуют".


После долгой паузы последовало: "Это ... э-э... меня бросает в дрожь при одной мысли об этом, но ты не ошибаешься, меня бы вывесили досуха."


"Что-то здесь не сходится. Зачем пытаться убить людей здесь? Это было бы неудачей, но они понятия не имели, кто был здесь. Насколько они знали, мы уже развернулись, а Echo только что прибыла сюда. Нет, это попахивает недалекими гангстерами, думающими так же, как они тогда, в трущобах, эмоциональное действие - никакого здравого военного смысла. И этот человек, Джеко, сказал, что это было эльфийское масло."


"Очень большая озабоченность, потому что нельзя допустить, чтобы Британия и Франция ссорились из-за одних и тех же запасов нефти".


"Я думаю, что мои друзья из низов могли бы помочь тебе в этом. В любом случае, расширь разведданные, пока ты еще на работе, выследи этого парня Келли."


"Так мило с твоей стороны сформулировать это именно так".


"Учитывая то, что произошло, шансы пятьдесят на пятьдесят, что ты будешь на работе завтра - позже сегодня они зададут несколько сложных вопросов".


"И прямо сейчас у меня нет на них никаких ответов".


"Скоро поговорим, мне нужно сделать несколько звонков". Я позвонил в Томск.


"Сейчас середина ночи!" - пожаловался он.


"Ты хочешь сохранить эту нефтяную платформу?"


"Да", - спокойно согласился он. "Что я могу сделать?"


"Свяжитесь со своим французским представителем, скажите ему, что вы знаете, что Elf Oil во Франции стоит за попыткой государственного переворота в Либерии, что у вас есть доказательства, и что это попадет в мировую прессу".


"Эти французы, они хотят нефть?"


"Они знают, но я не уверен, кто во французском правительстве знает об этом. Так напугай их, и прямо сейчас."


"Хорошо, я беру кофе и делаю звонок".


Когда я убрал телефон, два "Чинука" громко объявили о своем прибытии и сели, эскадрилья "G" вышла с тыла с тяжелыми "Бергенами" и М16 в руках. Я отдал честь майору Таггарду, когда он приблизился.


Он взглянул на поднимающийся дым, когда его люди собрались вместе. "Здесь есть какие-нибудь небольшие проблемы?"


"Большая автомобильная бомба, предназначенная для нас. Ты просто промахнулся."


"Бомба в машине?"


"Ведомый бывшим солдатом".


"Солдат. Черт возьми, куда катится мир?"


"Захватите палатки сзади, сэр, но будьте начеку, затем заходите внутрь со своими офицерами. Там двое парней из пара, вон там палатка для столовой." Я указал. "Захвати немного еды, если тебе это нужно".


"Путешествовать всю ночь, так что да - нам это нужно".


Вернувшись в дом, я сказал подполковнику, который все еще кипел от злости: "Если я сейчас проинструктирую ваших парней, мы сможем забрать кого-нибудь отсюда, это будет безопаснее для них".


"Мы отправим большинство из них, если у нас будет базовый лагерь в джунглях. Как ты сказал, безопаснее быть рассредоточенным."


Сержанты собрались впереди, их было около тридцати, офицеры стояли сзади, когда я стоял на ящике, перекинув винтовку. "Скоро ты отправишься на свою базу в джунглях, где, возможно, будет немного тише, чем здесь, только древесные лягушки в компании. Некоторые из вас уже знают это место и маршрут, по которому туда можно пройти.


"Мы могли бы отправить вас на грузовике, но прогулка пойдет вам на пользу, некоторое время, чтобы привыкнуть к джунглям, и чтобы мозги приспособились. Это около шести миль, но местами медленно.


"Вниз по взлетно-посадочной полосе на восток, в конце, начинается трасса на север. К востоку от него протекает река, и это граница с Либерией. Вы поднимаетесь по этой тропе на две мили, спускаетесь к дороге, мост справа от вас, Гуркхи там. Идите прямо по дороге, по тропинке рядом с рекой на этой стороне, несколько миль до следующего небольшого моста - простая навигация.


"Оставьте несколько человек на этой стороне, спрячьтесь в холмах, прикрывайте тыл. Перейди, и ты найдешь дорогу на восток. В четырех милях по этой дороге находится город, рядом с военным лагерем, из которого несколько раз выбивали дерьмо, а теперь он заброшен.


Разместите своих людей на деревьях над дорогой, следите за этой дорогой, если хотите, разошлите бродячие патрули - расстояние небольшое, но шансы повстанцев, приближающихся через джунгли, невелики - они ленивые ублюдки. Если и когда мы узнаем, где они находятся и что они задумали, вы можете пойти по этому пути и вступить с ними в бой.


"В краткосрочной перспективе ... поставьте много людей по обе стороны дороги, высоко, целясь вниз. Если конвой приближается, дайте ему добраться до моста, затем открывайте огонь, не просто сдерживайте их - или вы будете сражаться с ними на следующий день. Бейте их."


"Правила ведения боевых действий, сэр?"


"Если у них черные лица и при них оружие - убейте ублюдков. Просто. Но вы также можете встретить белого наемника, застрелите и его - но сначала убедитесь, кто это, захватите их, если сможете.


"Теперь давайте на минутку рассмотрим войну в джунглях. Правила игры просты: тот, у кого есть статическая засада, выигрывает сражение. Итак, вы видите приближающийся к вам патруль. Вы устанавливаете статичную точку засады, сидите и ждете, хорошо замаскировавшись, все ваши люди за чем-то прочным - не за гребаным кустом. Повстанцы приближаются, вы открываетесь, убиваете как можно больше. Они убегут.


Затем ты подкрадываешься пониже и меняешь позицию. Чего ты не делаешь ... это идти вперед и обыскивать тела. Если повстанец ранен, он раскроется, у вас будут убитые и раненые, до помощи еще далеко. Ваша работа, как сержантов и офицеров, заключается в том, чтобы возвращать своих людей живыми. Этот кусок дерьмового болота и джунглей стоит жизней твоих людей? Нет, это не так.


"Это не День "Д" 1944 года, это хирургический удар, чтобы подавить мятежников, насколько это возможно. Мы не продвинемся ни на шаг, мы не будем брать пленных. Мы стремимся уничтожить их и отправить их собирать вещи, затем мы возвращаемся домой, тела повстанцев остаются там, где они пали. Не надо ... попробуй применить здесь европейские идеалы ведения войны, не делай того, чему тебя учили.


"Вступая в бой с вражеским патрулем, вы, ребята, думаете, что вам следует напасть на них и прикончить, штурмом взобраться на холм и выиграть медаль. Нет. Ты выходишь из укрытия, они убегают, ты меняешь позицию, ты снижаешь потери.


"Если я услышу о том, что кто-то штурмует позицию на холме, я позабочусь о том, чтобы семьи погибших узнали об этом, а также мой хороший приятель, глава армии, и я позабочусь о том, чтобы сержант получил хороший длительный срок, отдельную камеру".


Я указал на восток. "Этот дерьмовый кусок джунглей вон там не стоит жизней ваших людей, и от вас не требуется быть героями. Твоя работа ... изматывать повстанцев, пока они не уберутся восвояси. Просто. Чем больше ты убьешь, тем лучше, чтобы в следующем месяце здесь не расстреливали молодых солдат-срочников.


И давайте на минутку задумаемся" кто же такие эти повстанцы. Это не армия, это банда наркоторговцев, контрабандистов оружия, насильников и убийц. Когда вы пришли, я увидел несколько молодых парней со свежими лицами, и вам всем нужно постараться не дать им увидеть то, чего им видеть не нужно.


"Вы можете наткнуться на деревню, в которой побывали женщины и младенцы, зарубленные мачете и подожженные. Обойдите это, не проходите сквозь это, не задерживайтесь.


К северу от нас, в трех милях, была деревня, пока однажды либерийские мужчины не перешли границу и не нанесли визит. Матерей застреливали, младенцев отбрасывали пинками и расстреливали из высокоскоростных винтовок, мало кого пощадили. Такое дерьмо здесь часто случается. Через границу ... все проходит.


"Здесь нет ни полиции, ни судов, и повстанцы делают все, что им заблагорассудится ... пока они не встретят таких людей, как мы, и мы не пристрелим ублюдков. Там нет больниц, нет машин скорой помощи, мало работающих телефонов. Если ты планируешь совершить героизм, просто помни, где ты находишься.


"И не попадайся в плен. Если ты это сделаешь, они изрубят тебя и подожгут, или того хуже. Если бы это были Фолклендские острова, вы могли бы остановиться и оказать первую помощь, взять пленных. Если вы возьмете пленных, они будут переданы правительству Сьерра-Леоне, которое их повесит или расстреляет. Для любого офицера британской армии является преступлением передавать пленных в страну, подобную той, в которой вы оказались, поэтому никаких пленных.


"Но давайте воспользуемся моментом, чтобы поговорить о законе и военном праве, в чем я эксперт, и я читаю лекции на эту тему. Если вы стреляете в человека, и он падает на колени, вы можете выстрелить снова. Если он упадет на пол, но все еще выглядит живым, вы можете выстрелить снова. Закон гласит, что вы продолжаете стрелять, пока чувствуете опасность.


"Но... если вы вернетесь через десять минут, а у мужчины будет пульс, и вы прикончите его, это преступление, и вы можете получить очень длительный тюремный срок. Всегда помните, что закон на вашей стороне в самый разгар событий, а не часом позже.


"Что касается законности привлечения повстанцев, пусть об этом беспокоится премьер-министр; вы стреляете в любого чернокожего из пистолета. И если вы наткнетесь на деревню, на человека с мачете, который собирается причинить какой-то вред - у вас есть полное право застрелить его.


"Если вы крикнете предупреждение, и он опустит мачете, оставьте его в покое, тогда ожидайте, что появятся десять человек с оружием и убьют вас насмерть. Там, только гребаный идиот стал бы кричать предупреждение, чтобы вскоре стать совсем мертвым идиотом."


Подполковник спросил сзади: "А как насчет армии президента?"


У лондонской разведки есть обратные каналы связи с этим человеком, и он отозвал всех своих людей на юг, чтобы защитить Монровию. Никого из его людей там не осталось, сэр."


"Что ж, полагаю, это помогает, но мы отправляем людей в сам ад, без правил".


"Очень мало правил, сэр, да. Есть вопросы?"


"Пополнение запасов?"


"Придут по мосту", - сказал я им. "Каждый день привозят на грузовике".


"У них есть тяжелое вооружение, сэр?"


"Вы можете увидеть бронетранспортеры, некоторые с пятьюдесятью турелями cal. Мы также видели монтируемые 105 мм и монтируемые пятьдесят кал. У них есть РПГ и русские пулеметы."


"Значит, они хорошо вооружены".


"Они такие, не рискуй. У нас есть 66 мм для тебя, так что прячься над дорогой и стреляй вниз. У нас также есть гуркхи с RPG, так что возьмите кого-нибудь с собой, если хотите. Есть также 105-миллиметровые, принадлежащие правительству Сьерра-Леоне, и несколько мы освободили в прошлом году. Попросите их, если они вам нужны.


"Но не идите просто по дороге, вы попадете в засаду. Разместите людей на деревьях с каждой стороны, расчищая путь. Никогда не забывайте, что в джунглях выигрывает статичная позиция."


"Их боевой дух?" - спросил офицер.


"Большую часть времени они убегают, но у них есть несколько решительных мужчин - решивших ограбить, увести и изнасиловать девятилетних девочек. Для многих из них ... это будет отличная прогулка, праздник изнасилований, феерия ограблений. Не расстраивайся из-за того, что застрелил их."


"А раненые гражданские, сэр?"


"Делай, что можешь, не приводи их сюда, их просто бросили бы умирать. Эта страна лучше, но беднее грязи. Пусть военные медики подлатают их, но тогда... ты должен отправить их собирать вещи. Если вы вернете сюда раненых, они останутся здесь и умрут здесь."


Они обменялись взглядами.


"Ты забрал ребенка обратно".


"Да, и мы помогли нескольким гражданским вернуться домой и нарушили несколько правил. Делай то, что подсказывает тебе сердце, о последствиях беспокойся позже. Мы сделали." Я вгляделся в их лица. "Это может показаться странным из уст офицера британской армии в наши дни, но не проявляйте милосердия".


Подполковник ходил вокруг да около. "Джентльмены, я ожидаю большого количества убитых. Приготовься съезжать. Уволен." Они ушли с определенной целью. Он повернулся ко мне лицом. "Хорошая речь, она очень хорошо отражает контекст того, ради чего мы здесь, и это право на нашей стороне. Я думаю, ты их тоже немного напугал, но это хорошо, никакого героизма там нет - и ты рисуешь ужасную картину этого места."


"Это ад на земле, сэр, в буквальном смысле. Но мне нравится это место, потому что прямо передо мной так четко определены правильное и неправильное, и я могу сражаться за добро над злом в библейской обстановке."


"Ну, когда ты так это излагаешь, я думаю, это действительно делает вещи очень черно-белыми, никаких корпоративных поглощений или уклонения от уплаты налогов, просто правила джунглей".


Он отступил, когда Краб и Даффи вышли. "Мы делаем что-нибудь полезное?" Помимо того, что тебя взорвали?"


"Немного опасно выводить копов, но пусть они небольшими группами охраняют это место, а некоторые - на крыше, попросите мистера Хейнса выслать патрули на юг".


Они отправились в путь, теперь им было чем заняться.


Внутри я обнаружил офицеров эскадрильи "G" с чайными кружками в руках, подполковник болтал с ними. Я столкнулся с Таггардом. "Извините, но время здесь работает против нас. Ваши люди могут отдохнуть в операционной."


Я подвел его к карте. Грузовики высадят вас здесь, примерно в двенадцати милях к северу. Есть место, где река мелкая, глубиной в два фута, течет медленно. Оставьте один отряд на этой стороне, остальные перейдут, три операции, пока бродячие патрули вдоль этой грунтовой дороги.


Когда отдохнете, оставьте отряд на этой стороне, затем ваши люди двинутся на восток, но вам нужно будет избегать блужданий по этой тропе. Через несколько миль к востоку дорога становится лучше, затем мы попадаем в деревню.


"Ваша цель - перекресток к востоку от этой деревни, вокруг разбросано несколько мин. У нас 66 мм, пусть люди возьмут побольше, сэр."


Он кивнул, водя пальцем по карте. "Мы ожидаем, что повстанцы сформируются там?"


"Я ожидаю, что некоторые сорвутся с места и пойдут насиловать девушек в той деревне".


Он повернулся ко мне.


"Это место не имеет стратегической ценности, но достаточно близко к месту действия, чтобы на несколько часов развлечься. Пусть ваши люди устроят на них засаду, отступят и спрячутся, затем снова устроят засаду по дороге."


"Господи", - выдохнул подполковник. "Военная стратегия, основанная на привычках мужчин, которым мы противостоим, насиловать".


Таггард повернулся к нему лицом. "Они не из приятных людей, сэр".


"Так я слышал".


Грузовики готовы, я стоял и смотрел, как джипы гуркхов сопровождают эскадрилью "G", конвой поворачивает на север. Они только что исчезли, когда подъехало такси, на которое была нацелена дюжина пистолетов. Я вбежал с винтовкой наготове.


"Все в порядке!" Я закричал. "Он с нами".


"Какого хрена ..?" - запротестовал Макс, выходя из машины.


"У нас был кто-то, кто пытался проехать в заминированном автомобиле".


"Ты сделал?"


"Твой первый рассказ". Я помог ему занести его снаряжение внутрь.


Мортен и Хейнс встретили его как давно потерянного родственника, подали чай, нашли для него раскладушку.


Я громко заявил: "Для тех из вас, кто не встречался с ним раньше, это Макс из газеты The Sun. Убедитесь, что он правильно произносит ваши имена."


"И у нас есть какое-то право голоса по поводу того, что он печатает?" - спросил меня подполковник.


"Мы, конечно, хотим, и 2 параграф получит разворот на две страницы, так что... придумайте какую-нибудь формулировку, сэр, для чтения потенциальным новобранцам."


"О, точно".


У меня зазвонил телефон, и я вышел. "Уилко".


"Это Дэвид. Ты можешь говорить?"


"Продолжай".


"Здесь разверзся настоящий ад, притащили французского посла и накричали на него. Президент Франции пообещал провести расследование, и полетят головы."


"У тебя все еще есть твоя?"


"Пока что несколько неловких моментов. Что случилось с человеком, который управлял заминированной машиной?"


"На пути во Фритаун в сопровождении полиции. То, что с ним происходит, зависит от главного полковника."


"Прибыла ли армия?"


"Да, 2 параграфа и больше SAS. Пока мы говорим, 2 параграфа прокладывают тропу в джунглях к мосту и дороге, которые они будут удерживать. Эскадрилью "G" отбросили на север к месту высадки, прежде чем они двинутся на восток. Мои ребята отдыхают, сегодня вечером будут свободны, некоторые уже вставлены."


"Итак, вы начинаете организовывать команды. И пока сообщалось об одном групповом движении."


"Пока один, на дальнем Востоке, о нем сообщили мои друзья из низменных мест".


"Эта связь доказывает свою полезность. И план такой?"


"План - это составить план, когда мы знаем, как выглядит шахматная доска. Еще только начало. Но как только моя группа будет на месте, у нас повсюду будут приглядки."


"А полиция?"


"Мы защищаем это место, а не переходим границу".


"Приятно знать, что и там небезопасно".


"Теперь немного безопаснее. О, Макс, репортер здесь, прилетел, так что публика получит историю, которую я хочу, чтобы они получили. Теперь нет смысла отрицать, что мы здесь, плохие парни знают, что мы здесь."


"И это странно, потому что при вашей последней встрече их надули, так зачем же быть такими наглыми сейчас?"


"Как я уже сказал, кто-то отравит молоко президента, потому что они никогда не возьмут Монровию силой".


"Что, если они разделят страну на север и юг?"


"Север - это болото, на юге есть все, так что удачи им".


"Да, вполне".


"А тот офицер, Келли?"


"Только что в его доме здесь был обыск, жену и детей подробно допросили - чемодан собран и готов к поездке, в которую они сейчас не отправятся. Мы заняты розыском известных партнеров. Подожди."


Я ждал.


"Французский министр только что подал в отставку, пресса за его дверью. У меня складывается впечатление, что президент Франции никогда не знал, так что здесь происходит что-то вроде кровопускания."


"Может прекратить их финансирование, и они могут уйти".


"Будем надеяться на это. Скоро поговорим."


Теперь на базе стало тише, 2 эскадрильи патрулировали окрестности, с ними была полиция, Саша и его команда у ворот с гуркхами.


Полчаса спустя я был внутри, когда послышался шум самолета, и я вышел. К моему удивлению, французский C-160 сделал круг и приземлился, затем затормозил, и первым сбитым человеком был майор Либан. Его люди последовали за ним, французское эхо, пока я шагал вперед и ждал.


Он приблизился с улыбкой.


Я остановил его плоской ладонью и суровым взглядом, когда C-160 выключился. "Что ты здесь делаешь?"


"Вот как вы приветствуете нас, да?" - спросил он с улыбкой.


"Какого-хрена - ты здесь делаешь?" Я закричал.


Он озадачил мое отношение. "Вчера наше правительство послало нам знак солидарности".


Его люди собрались.


Час назад у нас здесь была очень большая заминированная машина, которую мы вовремя обнаружили, присланная вашей государственной нефтяной компанией Elf. Если бы вы были здесь, вас бы всех убили. Через гребаную границу движутся на юг четыре тысячи повстанцев, которым платит французская государственная нефтяная компания Elf."


Я ткнула пальцем ему в грудь, становясь громче. "Французские налогоплательщики платят вам зарплату, и гребаные французские налогоплательщики платят зарплату людям, с которыми, по вашим словам, вы пришли сражаться. Итак, ты - ты звонишь в Париж и выясняешь, что, черт возьми, происходит, и на чьей стороне вы сражаетесь, или я прикажу задержать вас как вражеских солдат! Все вы, оставайтесь здесь и не двигайтесь!"


Я повернулся к ним спиной и ушел, когда разразилась очень громкая дискуссия. Отключив телефон, я позвонил Дэвиду Финчу. "Это Уилко. Только что прибыло французское эхо, чтобы присоединиться и помочь в знак солидарности."


"Неужели? Это странно, но ... Я предполагаю, что президент Франции хочет доказать свою правоту, что он никогда не знал о причастности Elf."


"Я попросил их позвонить в Париж и пригрозил арестовать их как вражеских солдат".


"Они всего лишь пешки в игре, так что не будь с ними суров, у нас и так достаточно разногласий в картах".


Положив трубку, он зазвонил. "Уилко".


"Полковник Мэтьюз. Можно поговорить?"


"Да, сэр, стреляйте", - сказал я, стоя у двери и поглядывая на французское Эхо, пока они спорили друг с другом.


"Ты немного усилил ситуацию ..?"


"Вчера мы получили известие о том, что нигерийская нефть и французская нефть финансируют повстанцев, всех четырех тысячах из них, и они начали продвигаться на юг. Теперь у меня есть несколько сотен человек из 2 Para и больше SAS, достаточно, чтобы перерезать дороги и устроить засады."


"Это серьезное изменение, и я сейчас отправлю его дальше по списку. И твой план таков?"


План состоит в том, чтобы увидеть шахматную доску, прежде чем делать ход. Мы присмотримся, а потом посмотрим, что можно сделать."


"У нас есть один или два корабля, которые могут помочь".


"Мы благодарны, и я буду иметь это в виду".


"Этот сенатор, он в Израиле, но предложил прилететь к вам".


"Здесь не так уж безопасно, у нас только что взорвалась заминированная машина, в которую въехал бывший сотрудник SAS".


"Кто-нибудь пострадал?"


"Нет, я заподозрил неладное и приказал убрать его, иначе мы все были бы мертвы".


"И кто ему заплатил?"


"Французская государственная нефтяная компания".


"У них есть интерес к Либерии?"


"Они хотели бы, да".


"Это ... внезапно мой уровень оплаты стал выше, как вы хотели бы мне напомнить. Я вернусь к тебе."


Внутри у меня есть чашка чая.


"Кто эти люди?" - спросил подполковник у французов.


"Французское эхо", команда, которую я тренировал. Демонстрация солидарности, когда они могут понять, на чьей стороне им следует быть."


"Что это значит?"


"Их государственная нефтяная компания мочится за границу, и совсем не на нашей стороне".


" Они были замешаны в самом большом скандале в истории человечества, " вставил Макс. "Они самые продажные ублюдки на планете. Их директора потратили 200 миллионов долларов на обнаружение нефти, которое, как они знали, было мошенничеством. Большая часть денег ушла в швейцарские банки, французские налогоплательщики собрали осколки. Французы им не доверяют."


Я обменялся взглядом с подполковником. "Макс, опубликуй статью в агентстве Рейтер, прямо сейчас. Нападение заминированного автомобиля нефтяного фонда Elf на британский и французский спецназ в Сьерра-Леоне, один человек задержан для допроса. Французская команда по спасению заложников Echo была близка к уничтожению, пропустив взрыв на несколько минут."


Улыбаясь, он принялся за работу.


"Это правда?" - Спросил Мортен.


"Плюс-минус час, да", - сказал я ему.


"Французская общественность захочет крови", - отметил подполковник.


Я кивнул. "Да, сэр, и Эльфу придется прекратить финансирование переворота".


"Они могли бы отправиться домой", - предположил подполковник.


"Нам не настолько повезло, сэр. Постарайся не быть оптимистом в этой адской дыре, а?"


Он поднял бровь, глядя на меня.


После того, как я воспользовался очень вонючими уборными, повсюду мухи, позвонил Моран.


"Мне было скучно, здесь ничего не происходило", - начал он.


"К нам только что подкатили большую заминированную машину, но мы вовремя заметили это, за рулем был бывший солдат, финансируемый французской нефтяной компанией".


"Кровавый ад. Никто не пострадал?


"Нет, нам повезло".


"Зачем французской нефтяной компании посылать бомбу?"


"Они хотят получить права на добычу нефти по соседству, совместная сделка с нигерийцами".


"Черт..."


"И французское эхо только что приземлилось, счастливые, пока я не пригрозил арестовать их всех как вражеских агентов".


"Они свинячьи в середине".


"Итак, там все спокойно?"


"Только не сосиску, подожди..." Я мог слышать голоса на заднем плане. "Поговорил с Суном, большая колонна движется на юг".


"Дайте им пройти, сосчитайте их".


"Я тебе перезвоню".


Внутри я передвинул открытку как раз перед тем, как вошел майор Либан. Я встал и посмотрел ему в лицо. "Ну?"


"Мое правительство предпринимает шаги по аресту людей, связанных с Elf Oil, и заверяет вас в своих наилучших интересах. Весь 1ST Батальон скоро спустится, чтобы помочь вам."


Я взглянул на карту. "Пусть они высадятся здесь, в Гвинее".


Либан приблизился.


"Ты присоединяешься к ним и двигаешься на восток, отрезая любое отступление. Мы будем преследовать тех, кто движется на юг. Здесь наши гуркхи, здесь SAS, здесь британские пара. Мои люди вставят в центр сегодня вечером."


Либан кивнул. "Мы окружаем их".


"Я скоро пришлю вам вертолеты, вы проводите операции и смотрите в оба, вдоль этой дороги недалеко от границы".


Он выпрямился. "Я могу только извиниться за Elf Oil, но каждый французский солдат услышит об этом - и захочет справедливости".


"Мы поместили эту историю в Reuters, так что они захотят справедливости раньше, чем вы думаете. Приготовьтесь к вертолетам."


Он вышел, когда я позвонил капитану Харрису и проинформировал его, запросив "Чинук". Этот "Чинук" громко объявил о своем прибытии полчаса спустя, и я поднялся на борт с картой и проинформировал пилота - предупреждение о наземном пожаре и о том, что посадку не видели. Я похлопал Либана по руке и кивнул, прежде чем уйти, и я сделал рукой жест телефона - чтобы он позвонил мне после вставки.


Вернувшись к столу с картами, я использовала открытку, чтобы отметить, где следует высадить французов.


Эскадрилья "G" позвонила, Таггард вернулся сюда с капитаном и его SSM, и люди уходили на восток.


Звонил майор Брэдли. "У тебя была заминированная машина?" О'Лири в восторге от какого-то бывшего солдата."


"Да, сэр, он точно знал, что сказать, чтобы соблазнить меня, знал всех нужных людей, сказал, что работал с Малли, но я был подозрителен".


"А если бы это произошло в каком-нибудь неудобном месте?"


"Там, где он был припаркован ... это убило бы большую часть Ехо."


"Тогда урок будет усвоен".


"Не может же половина людей постоянно отделяться, куда бы мы ни пошли".


"Нет, это было бы сложно, но вы используете отдельные вертолеты и самолеты, где это возможно".


"Сегодня ночью за границей будут только опасные повстанцы, о которых стоит беспокоиться".


"Я нужен тебе там?"


Я мог сказать, что он чувствовал себя обделенным, но я также знал, что сказала бы его жена. "Здесь есть подполковник, и он будет за столом с картами день и ночь, и майор Таггард".


"Тогда мне лучше не наступать им на пятки".


Пока мы ждали новостей, прибыло больше медиков королевских ВВС, подразделение осталось в аэропорту. Они принесли палатку, и она была установлена перед входом для приема раненых, и мне почти ничего не оставалось, как расставить вокруг мешки с песком.


Когда зазвонил мой телефон, это был капитан Харрис. "Мы отслеживаем две группы, используются рации, и мы попросили "Чинук" сбросить несколько хитроумных свертков по парашюту. Они застревают на деревьях и повторно передают информацию об использовании радиосвязи поблизости; мы улавливаем разговоры в режиме ожидания, а также отданные приказы.


"Первая группа - это та, о которой ты упоминал, и Моран тоже звонил мне, вторая группа - на запад, двигаются медленно, какая-то колея - не дорога".


"Насколько велика вторая группа?"


"Основано на использовании радио, то же, что и в первом".


"Удивлен, что они используют трек".


На карте это похоже на дорогу, просто не главную. Там могло быть асфальтовое покрытие и быть однополосное."


"Есть что-нибудь, что беспокоит гуркхов на севере?"


"Пока нет".


"О, французское эхо и 1ST Батальон французских парашютистов вводится в Гвинею, оттуда они двинутся на восток. Вы можете увидеть некоторые странные сигналы."


"Хорошо, я введу всех в курс дела".


Я обновил картографическое поле.


"Две группы одинакового размера", - заметил подполковник Марш через мое плечо. "Всего тысяча человек. Но все еще далеко к востоку от нас."


"Они там не останутся", - сказал я ему. "В нем нет молодых девушек. Население сосредоточено на юго-западе."


Его майор принял сообщение, сержант, обслуживающий рацию в боковой комнате. Выйдя, он объявил: "Наши первые парни достигли базового лагеря, пока все тихо".


Меня позвали наружу, прибыли три "Лендровера" с высокими антеннами. Один остался бы здесь, другой был бы с парасами - по эту сторону реки, один - вверх с гуркхами, все они способны добраться до Фритауна - так они утверждали. Офицеры Paras взяли на себя ответственность за первый джип - после того, как обыскали его на предмет бомб, на глазах у озадаченных водителя и операторов.


Закат принес спокойствие на базу, многие из обитателей были менее чем спокойны, на их лицах ясно читалось напряжение. Теперь все пара были в своем базовом лагере, места для засад были разбиты над дорогой, а также растянулись вдоль нее почти на полмили.


Эскадрилье "G" предстояло провести ночь в трех операциях вдоль намеченного маршрута, а завтра отправиться в путь. Либан позвонил, его команда разделилась на патрули из четырех человек, и они рассредоточились вдоль намеченной дороги, сообщая о большом движении взад и вперед, множестве грузовиков и множестве вооруженных людей.


Я предоставил SIS London пространную инструкцию, и они передадут ее в Министерство обороны и всем заинтересованным сторонам.


Полковник Дин позвонил после того, как я закончил есть с Генри и Сашей, говядину из столовой, ребята из "Эхо" проснулись и сейчас с ней. "Сэр?"


"На пути вниз есть несколько дополнительных тел, многие из которых принесли снайперские винтовки. Как там дела?"


Пара и эскадрилья "G" развернулись к своим исходным точкам. Эскадрилья "G" ползет на восток, французское Эхо и их Пара высаживаются в Гвинее на севере, чтобы двигаться на восток. У меня две операции в центре, сообщают о движении, сегодня вечером добавлю еще."


"Кто отвечает за паразитов?"


"Подполковник Марш, сэр". Мужчина, о котором шла речь, повернулся ко мне.


"Свяжи его".


Я передал трубку. "Полковник Дин".


Марш улыбнулся. "Ты сидел за письменным столом, Дино?" - начал он и вышел, громко смеясь по коридору, пока шел. Вернувшись внутрь, десять минут спустя, он передал мой телефон. "Мы прошли много курсов вместе, затем его повысили раньше меня, когда я сломал ногу и выбыл на три месяца. Мы возвращаемся далеко назад."


"Без этой сломанной ноги, сэр, вы могли бы стать главой SAS", - поддразнил я.


"Может быть, через несколько лет. Посмотрим."


"Вы хотите эту работу, сэр?" Майор Таггард спросил его


"Не уверен" - это простой ответ. Я разговаривал с полковником Роулсоном после того, как он уволился, и он ненавидел политику."


"Игра в вину", - отметил я. "Я добился того, что я есть, благодаря везению. Несколько неудач, и я достаточно быстро окажусь в стороне; ни политики, ни пресса не любят неудач."


Макс повернул голову. "Они сообщают о беспорядках в Париже, возле штаб-квартиры Elf. Французские граждане чертовски ненавидят эту компанию."


Подъезжающие грузовики вынудили меня выйти, прибыл армейский медицинский корпус. "Не оставайся здесь", - сказал я капитану, который спрыгнул вниз. "Подъезжай к Парасу, остановись рядом с ними, у нас здесь медики королевских ВВС".


Я завел его внутрь и показал карту, подполковник забросал его вопросами, и грузовики были должным образом развернуты. Подразделение будет базироваться по эту сторону границы, недалеко от Парас, но также и близко к гуркхам. Я обновил карту, добавив к ней заметку, когда Рокко собирал Echo ready.


Снаружи я проверил их, а затем убедился, что у каждого есть 66-миллиметровый пистолет для ношения. Дикки позаимствовал GPMG у гуркхов, у всех "соленых" были длинные цепочки с боеприпасами. Саша спросил о вставке, и я уступил, его команда взяла 66 мм.


"Хорошо, слушайте. "Чинук" высадит вас на дороге, обращенной на север. Эта дорога проходит с севера на юг. В нескольких милях к северу находится перекресток. Саша, отправь свою команду на тот перекресток. Дикки, когда выйдешь из вертолета, иди направо, то есть на восток, в деревья, устроь засаду над дорогой.


Рокко, иди налево в лес, оставь команду из четырех человек напротив Дикки, затем отправь команду на северо-запад на милю, и ты пересечешь другую дорогу, ведущую к тому перекрестку. Следите, но пока ни на кого не нападайте из засады.


"Если вы получите сигнал к засаде, сделайте то, что мы делали раньше: откройте огонь на две минуты, отойдите от дороги, переместитесь на пятьсот ярдов, снова ударьте по ним и продолжайте это делать.


"Я попытаюсь доставить вам припасы на парашюте, но возьмите все лишнее и сбросьте в вашем базовом лагере. Возьмите несколько канистр с водой, но там будут ручьи."


"Кто рядом с нами?" Спросил Рокко.


Моран находится в нескольких милях к северу, Риццо - в нескольких милях к северо-западу. Пара находится в двадцати милях к западу, эскадрилья "G" в двадцати милях к северо-западу, французы в Гвинее. Вся армия президента находится в Монровии, защищая столицу. Любое черное лицо - честная игра."


Слайдер спросил: "Где мы будем... в связи с тем лагерем, на который мы напали?"


"Из этого лагеря, если вы проедете двенадцать миль на восток по дороге, вы попадете на тот перекресток, о котором я упоминал. Одна длинная дорога."


"А плохие парни?" Спросил Томо.


"Две группы по пятьсот человек, где-то на дорогах к северу от вас. Если пилот вертолета заметит какое-либо движение, он высадит вас в другом месте. Колонна может быть к югу от вашей позиции к настоящему времени."


Они были готовы, стремились уйти, Николсон подтрунивал над Томо по поводу меткости стрельбы, Анри и Жака грубо спросили, платили ли им дважды - один раз мы и один раз Elf.


"Я стоял и смотрел, как они садились на "Чинук", желая отправиться с ними, но мне пришлось координировать все здесь. Тяжелый гул вскоре превратился просто в отдаленный гул, древесные лягушки вернулись к своим серенадам.


Внутри я обновил карту и стал ждать.


Час спустя, в 9 вечера, приземлился вертолет, но это был американский морской ястреб, и я был потрясен, увидев, как Фрэнкс и его приятель садятся с сумками, а Морской ястреб сразу же взлетает.


" Не помню, чтобы я приглашал вас, джентльмены, " поддразнил я. "И вы проделали долгий путь от Тихого океана".


"Я уверен, что все это прошло по каналам", - съязвил Фрэнкс, когда я ввел его внутрь. Хейнс нашел им комнату, чтобы сложить снаряжение, и я представил их присутствующим офицерам.


"Это мистер Фрэнкс, смертоносный убийца из ЦРУ, нож пристегнут к его голени".


Фрэнкс бросил на меня взгляд. "Я всего лишь аналитик военной разведки, как и ваш капитан Харрис".


"Замешаны ли американцы?" Подполковник Марш озадачен.


"Теперь они такие", - съязвил я. "Авианосец в море".


"Черт возьми", - выдохнул Марш.


Фрэнкс внимательно посмотрел на карту. "Я вижу, люди на месте. Уже были какие-нибудь выстрелы?"


"Никаких сообщений не поступало, и я жду, когда основные силы двинутся на юг".


Он выпрямился. "В Париже происходят беспорядки на улицах, множество групп левого толка стремятся линчевать Elf Oil, наряду с большинством других желающих линчевать их. Этот последний эпизод является продолжением длинного списка скандалов, которые обошлись французским налогоплательщикам в сотни миллионов. Президент Франции ... немного измученный, если не сказать больше."


"Так ему и надо, черт возьми", - вставил подполковник Марш. "Никогда не думал, что моим людям будет угрожать опасность со стороны французского нефтяного конгломерата. В Сандхерсте этому не учат."


С чаем в руках я сидел с полицейскими возле столовой, все они были в хорошем настроении, рады быть в центре событий, задавали вопросы различным подразделениям и о том, что происходит. С предложением сержанта Крэба я согласился на две операции на реке, одну северную и одну южную, Крэб и Даффи вскоре увели многих полицейских в тренировочное патрулирование, но на живую операцию.


Наконец-то позвонил Рокко. "Мы все повержены".


"Было бы неплохо, если бы вы сказали мне это через минуту после приземления, старший сержант".


"Ну, сначала мы выпили по чашке чая".


Улыбаясь, я сказал: "Следите за обновлениями регулярно, иначе я могу по ошибке послать сержанта Краба спасать вас".


"Как будто он мог нас найти".


В столовой я сказал сержанту: "Сейчас вокруг меньше людей, так что немного сократи, но может появиться больше парней. Патрули ушли, так что сегодня вечером и утром их будет меньше."


"Как продвигается война, сэр?" - спросил шеф-повар, поэтому я ввел их в курс дела, все стремились узнать подробности.


В полночь два "Чинука" грубо нарушили ночной покой, как раз когда я устраивался поудобнее. Я спустился вниз и вышел поприветствовать того, кто это был, обнаружив, что парни из эскадрильи "D" тащат тяжелое снаряжение, а с ними капитан Хэмбл.


"Возьмите палатки сзади", - сказал я им, приветствуя знакомые лица.


Второй "Чинук" привел следопытов, и я удивился, почему никто не потрудился сообщить мне о передвижениях - в конце концов, я был всего лишь ответственным парнем. Я снова поприветствовал знакомые лица и показал им палатки, указав на столовую палатку.


Я нырнул в палатку столовой, обнаружив, что они играют в карты. "Никогда не верь ни одному моему слову, нужно накормить сорок голодных ртов".


"Мы будем готовы через десять минут, сэр".


Десять минут спустя Хэмбл появился в командной рубке с жестянкой, полной еды, и кружкой чая в другой руке, сопровождаемый капитаном следопытов. Они поприветствовали всех, капитана следопытов, известного всему персоналу 2 Пара.


Пока Хэмбл ел, я подробно описал расположение войск на карте, но его люди были измотаны и хотели немного отдохнуть, прежде чем за что-либо браться. Они встали рано, несколько часов просидели в "Брайз Нортон" перед вылетом на "Тристаре" и были нетрезвы, все в комнате накачались шлаком королевских ВВС, даже Мортен.


"Считай, что тебе повезло", - сказал ему подполковник Марш. "Они доставили нас на "Геркулесе" из Кении, восемь долгих часов".


В 12.45 я вернулся в свою одинокую комнату и лег, надев маску для лица и перчатки.


Меня разбудил пинок под зад. "Сэр, 5.15 утра, сэр".


"Что случилось с твоими часами?" - Спросила я, расслабляясь, когда серый рассветный свет проник в комнаты.


"До этого момента мне никто не говорил, сэр". И он ушел, где-то произошел сбой в коммуникациях.


Внизу мне сунули в руку пиво полицейские, которые загнали раннего оленя. С половиной кружки во мне я побрел к палатке-столовой, обнаружив, что несколько человек снаружи уже сидят и едят.


Внутри я спросил: "Когда вы все спите?"


"Мы меняем это, сэр, у нас все в порядке. Несколько армейских парней дежурят ночью, поэтому мы сказали им, в какое время быть здесь, и все они получили немного еды."


Я купил вафли, фасоль и яйца-пашот, и я сидел снаружи на металлическом ящике, болтая с капитаном пара, который вытащил раннего оленя по радио, солнце грозило скоро взойти. Его люди провели спокойную ночь, одного отправили обратно этим утром после того, как его кто-то укусил.


Я кивнул. "Один из обычных солдат SAS, он был укушен животным типа мангуста в Замбии, размером с кошку, но, как он все еще описывает это, он был более шести футов ростом".


"Это чертовски большой мангуст, с которым можно столкнуться в джунглях. Какое существо самое большое?"


"Ягуар. Но они бы бежали за милю на запах мужчин. У всех моих людей маски и перчатки, кожа не обнажена, поэтому мы не получаем укусов."


"У нас есть стандартные маски для лица, и мы используем их ночью, закатав рукава".


"Эти маски на лице не отпугивают моззи. Тебе придется взять что-нибудь из наших. У нас также есть версия для холодной погоды, очень удобная в болотах Северной Ирландии."


"Говорят о скором подписании мирного соглашения в Северной Ирландии", - заметил он, когда мы ели на тихом рассветном воздухе.


Подошел парень из 2-го эскадрона. "Сэр, приближается корова".


"Он вооружен?" Я дразнил.


"У него есть рога, но мы подумали... барбекю. Повара говорят, что они могли бы это сделать."


"Подожди, пока люди проснутся, затем пристрели эту гребаную тварь", - сказал я ему. "На самом деле, я воспользуюсь своим глушителем. Напомни мне позже."


"Точно, о, сэр".


"Кто-нибудь может прийти искать свою корову", - с улыбкой сказал Пара-капитан.


"И мы бы отрицали, что видели это - и ели это".


"Это ты застрелил тех трех коров в Арме?"


"Да, и один остался стоять прямо. Я надеялся, что они этого не заметят."


После моей второй кружки чая несколько человек зашевелились, следопыты, направляющиеся в столовую палатку с бойцами эскадрильи "D". Я посидел и поболтал с двумя моими внештатными сотрудниками, и все они были здесь всего месяц назад, так что были знакомы с местностью, и у всех были маски и перчатки, хорошие аптечки первой помощи и противоядие.


"Что у нас запланировано, босс?" - спросил меня один.


"Я вставлю тебя через Чинука, ты увидишь несколько дорог, и когда придет время, ты будешь преследовать повстанцев, применяя тактику "бей и убегай". Возьми немного 66 мм, побольше пайков."


"Мы привезли несколько гранатометов и патроны".


"Хорошо, полезно для засад. Не забывайте стрелять в брезентовые кузова проезжающих грузовиков."


Медики королевских ВВС уже встали и бродили вокруг, добывая немного горячей пищи.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Передаю тебя премьер-министру".


"Уилко?"


"Да, сэр. И разве вы не должны попросить своего министра обороны поговорить с министерством обороны, поговорить с армией, которые разговаривают со мной?" Я дразнил.


"Вот почему я обращаюсь к вам напрямую, чтобы покончить со всей этой чепухой. Как там, внизу?"


"Люди на позициях, мы наблюдаем за движением повстанцев, но я жду, когда еще больше их двинется на юг, прежде чем мы атакуем".


"Почему?"


"Ты хочешь, чтобы они задержались до следующего месяца или ушли?"


"Я понимаю, что ты имеешь в виду, да. Если их вынудят вернуться, они попытаются еще раз позже."


"Мы загоняем их в угол, сэр".


"И диктатор в Монровии отозвал своих людей назад?"


"Да, он более чем счастлив помочь любым способом".


"Мы получили записку от французов, их люди сейчас в Гвинее, движутся на восток".


"Я надеюсь, что они отрезали любое отступление после начала боя".


"Все наши подразделения хорошо работают вместе?"


"Пока, сэр, никаких препирательств".


"Это вносит изменения. У меня была просьба от морской пехоты."


"Если бы они послали небольшой отряд, я мог бы организовать операцию с низким риском, и они получили бы хороший заголовок, подходящий для вербовки, сэр".


"Как мы уже обсуждали ранее. Хорошо, я позволю им послать небольшой отряд. Американцы связались с вами?"


"Пока мы разговариваем, двое парней из ЦРУ сидели и ели, корабли были в открытом море".


"Они всегда ставят меня в тупик, какова их мотивация".


"Наверное, просто нужен хороший заголовок в газете, сэр".


"Как и все мы. И прямо сейчас я бы не хотел быть президентом Франции. Я думаю, он спал в жестяной шляпе, ночью беспорядки, большой ущерб. Предположение, что Эльф пытался взорвать французских солдат, потрясло их."


"Никаких предположений, сэр, они чуть не взорвали французских солдат, хотя я сомневаюсь, что они знали, что кто-то из них был здесь в то время".


"Несколько руководителей Elf были найдены мертвыми этим утром, причина смерти пока не установлена. Там полный бардак, некоторые газетчики просят людей не покупать французские товары, чего лучше всего было бы избежать."


"Я поговорю с репортером The Sun здесь, попрошу его смягчить такие вещи".


"Получат ли различные подразделения необходимую экспозицию?"


"Вы можете держать пари на это, сэр".


"Я собираюсь разрешить доступ нескольким другим газетам, возможно, Би-би-си, иначе они будут критиковать меня".


"Я вижу это, сэр, и мы защитим их здесь, внизу. Скажите им, чтобы они надели какую-нибудь подходящую одежду."


"Да, хорошая идея. Скоро поговорим."


Я позвонил сонному капитану Харрису, теперь обеспокоенному ответственностью, возложенной на мои плечи. "Я хочу, чтобы один "Чинук" был готов к полету в любое время, с четырьмя медиками на борту в полном снаряжении. Сейчас много людей на поле боя, кто-то скоро пострадает. И пусть армейские медики, которые сейчас работают с паразитами, посадят двух человек в джип здесь, на мосту."


" С этим я сейчас разберусь, - последовало после зевка.


"Дайте мне знать, если возникнут какие-либо механические неисправности или время простоя. Пусть пилоты поменяются местами."


Подполковник Марш вышел, выглядя далеко не свежим. Как и все остальные, он был в простой зеленой рубашке с закатанными рукавами и помятой до чертиков. "Хорошо спалось, сэр?"


"Черт возьми, нет, эта раскладушка всю ночь впивалась в меня".


"Принесите дополнительные резиновые коврики, сэр, они есть наверху".


Он кивнул, прежде чем направиться в столовую палатку. Вернувшись ко мне, он сидел на мешках с песком, пока мужчины ходили взад-вперед к столовой палатке.


"Скоро приедут Би-би-си и другие, так что ... возможно, нужно будет еще немного ознакомиться с этим, прежде чем выходить по утрам, сэр".


"Би-би-си? Христос. Я почищу зубы."


"И подготовьте несколько заметок, сэр, контрольный список. Чего мы надеемся здесь достичь? Как правительство Сьерра-Леоне оказало вам помощь? Представляет ли диктатор в Монровии угрозу для наших мальчиков? Как долго продлится эта кампания? Что получают от этого британские налогоплательщики? Ваши люди - это кучка кровожадных убийц, которым нравится сражаться?"


"Кто-то спрашивает меня, буду ли я их бить".


"Если кто-то спросит тебя об этом... вы дадите дипломатичный ответ, сэр, или премьер-министр лично надерет вам задницу."


"Хммм. Гребаная пресса."


"Составьте контрольный список, сэр, посидите со своим майором и перебрасывайте его туда-сюда, пока не запишете".


Он кивал, пока ел, мужчины ходили взад и вперед к столовой палатке. "Не хочу, чтобы они меня обманули, нет. Рад, что ты предупредил меня. В этом году я прошел курс по ней, но большую часть забыл."


"Их не будет здесь до завтра, тогда некоторые захотят внедриться к вашим людям. Но офицеры армейской прессы могут быть с ними."


"Это должно немного помочь".


Я только что просмотрел парней из 2-й эскадрильи, все в приподнятом настроении, когда появилась колонна джипов, полковник Марчант ушел в отставку.


"Время выхода из офиса, сэр?" - Спросил я, отдавая честь. "Здесь поблизости нет поля для гольфа".


Он увлекся этим занятием. Я слышал, что поле для гольфа во Фритауне неплохое, но у меня нет на это времени. Я думал, это место будет битком набито мужчинами."


"Все зарабатывают себе на пропитание в джунглях, сэр, здесь их осталось немного".


Я завел его внутрь и представил офицерам, и он узнал подполковника Марша, приготовленного по рецепту. Он стоял с напитком в руке, пока я детализировал карту. Доска.


"Тебе что-нибудь нужно?" он наконец спросил.


"Еще джипы, сэр, если можете, спросите Лондон. Пластиковые мухоловки для джунглей, те же люди, которые поставляют нам. В последние несколько дней дождя было не слишком много, но он будет."


Он кивнул, изучая карту. "Я каждый день захожу и общаюсь с отделом информации, и они держат меня в курсе событий. И у меня есть команда мужчин, вырабатывающая рационы питания и воду в день на человека, и сейчас у нас здесь более тысячи человек."


"Возможно, стоит добавить антисептический крем и мыло, сэр, бритвы bic, куча дерьма".


Его помощник сделал пометку, прежде чем группа осмотрела палатку-столовую, обнюхала здание и, наконец, отправилась восвояси.


Час спустя пара-майор спросил, могут ли его люди прокрасться по той дороге и посмотреть. Я согласился, но они пока не должны были приближаться к городу. Я также согласился на то, чтобы большой патруль двинулся на север вдоль русла реки и обратно.


Затем позвонил Либан и сообщил о веренице грузовиков длиной в милю, движущихся на восток, включая водовозы и бензовозы, а также что-то похожее на сложенные мешки с пшеницей. Я сказал ему отпустить их, затем двигаться на восток и не позволять им возвращаться на запад. Мы хотели, чтобы они оказались на территории Либерии.


Положив трубку, я сказал: "О'кей, все, игра продолжается". Я обновил карту. "Основные силы движутся на восток, не собираясь пытаться соблазнить нас вторжением в Сьерра-Леоне, и это означает, что они воспользуются одной главной дорогой на юг, а затем, возможно, разделятся".


"И какова численность этого отряда?" - Спросил подполковник Марш.


"Две тысячи с лишним, основная масса мужчин на севере, и это должно привести их всех в Либерию".


"Они разделят страну", - отметил Марш.


"На севере нет ничего, кроме дерьмового болота, так что это был бы плохой ход", - сказал я ему.


Я перевел Морана и Риццо, за которыми последовал Рокко, в эскадрилью "G". Капитан "Следопытов" доложил, что его люди готовы к высадке, и я послал за "Чинуком", выбрав уединенное место в трех милях от главной дороги, недалеко от холма Лоракс на севере.


Хэмбл был готов уйти, но я хотел, чтобы два отряда остались здесь для спасения и нанесения точечных ударов, а он остался. Он жаловался, но тихо. Это привело к появлению майора Гуркхов, который захотел каких-то действий.


Проблема в том, сэр, что дорог действительно не хватает. И если вы поедете не по той дороге, вы столкнетесь лицом к лицу с очень большими силами, у вас не будет времени на развертывание."


"Затем мы входим. Это небольшая страна."


"Нет, просто два или три дня ходьбы, чтобы добраться до чего-нибудь полезного", - подумал я. "Тем не менее, у нас есть "Чинук", и они могли бы разместить шестьдесят с лишним человек одновременно". Я изучал карту. "Но .... Но как быстро вы могли бы доставить все свои машины и людей к мосту через реку к северу от нас?"


"Может быть, часа три".


"Мятежники не доберутся до этого района по крайней мере день или около того, сэр, так что, если вы поторопитесь, вы могли бы добраться куда-нибудь полезное, пока дороги свободны".


"Тогда мы сделаем это".


"Прикажите им построиться у моста, сэр, как можно быстрее".


Он вышел.


Я столкнулся с подполковником Маршем. "У меня есть задание для ваших людей, сэр. Есть бумага и ручка?"


Майор подошел с блокнотом наготове.


"Соберите большой патруль, тридцать человек, двигайтесь на северо-восток через деревья к возвышенности. Затем они увидят лагерь под собой. Сообщите, есть ли кто-нибудь в лагере. Если там нет крупных сил, отправьте их на север и вокруг края лагеря в зарослях речного тростника, все очень тихо, и на полмили к грунтовой взлетно-посадочной полосе. Обратите внимание на грунтовую взлетно-посадочную полосу.


"Если там большие силы, отступайте. Если нет, организуйте операции и наладьте цепочку пополнения запасов, регулярное патрулирование туда и обратно по этому маршруту. Как только вы будете готовы, сэр."


Он вошел в назначенную радиорубку.


"Наконец-то можно заняться чем-нибудь полезным", - проницательно заметил Марш, взглянув на карту. "Эта взлетно-посадочная полоса могла бы снабжать повстанцев".


"Если у них есть подходящие самолеты, сэр, а в прошлом они у них были".


Появился парень из 2-го эскадрона. "Сэр, пришло время пристрелить эту корову".


Лица приняли хмурый вид.


"Ты делаешь это, выстрел в голову".


Он вышел.


"Корова?" Марш повторился.


"Забрела корова какого-то фермера, так что ... приготовь барбекю позже".


"А, хорошо. Стейк!"


Пара сообщила, что патруль сформирован и отправлен полчаса спустя, Следопыты доложили перед обедом, что они спустились и идут пешком. Я обновил карту.


Гуркхи сообщили, что половина их людей на мосту, поэтому я дал им добро двигаться к стратегическому перекрестку дорог и занять скрытые позиции.


Выйдя, я позвонил нашему услужливому диктатору. "Это Петров".


"Ах, немного ... новости?"


"Основные силы движутся на восток через Гвинею и сегодня перейдут на юг".


"Ты не можешь ... остановить их?"


"Мы не хотим, чтобы их останавливали, мы хотим их смерти".


"Ах, да, я понимаю".


"Британские солдаты движутся по мосту через реку и на восток, убедитесь, что ваших людей поблизости нет, и скажите им, чтобы они не стреляли в белые лица".


"Я сказал им, да, они понимают".


"К концу сегодняшнего дня у нас могут быть помолвки".


"Мы перекрыли дороги вокруг Монровии, мы готовы".


"Будьте осторожны, господин президент, мы считаем, что они попытаются убить вас, поэтому у них должен быть кто-то из близких".


"В любом случае, я очень осторожен, мои люди верны. По крайней мере ... мой внутренний круг."


"Я сообщу вам, если произойдет что-нибудь интересное. Теперь у нас есть люди по всему северу, которые сообщают о движении."


Я поболтал с медиками, которым было скучно, и предупредил их, что первые действия будут позже сегодня. Внутри Пара обновили таблицу карт, когда их патруль двинулся на северо-восток, и в конце концов сообщили, что лагерь пуст, за исключением скваттеров. Они двинулись дальше к реке.


Звонили следопыты, теперь уже над главным шоссе, и что грузовики проехали в обоих направлениях. Я расставил их вдоль дороги. Рокко также сообщил о грузовиках, движущихся в обе стороны, что означало, что грузовики что-то выгрузили и направлялись обратно за добавкой.


Я позвонил Либану и обсудил это, и он перекроет дорогу, когда вернутся грузовики. 1ST Батальон французских парашютистов медленно продвигался на восток, некоторые люди шли пешком, другие на джипах с установленными GPMG, некоторые со 105-миллиметровыми, и мы знали, что об их передвижении скоро будет доложено повстанцам - и их казначею.


Изучая карту, я задавался вопросом, что было на уме у главного человека вон там, и почему он не боялся меня, учитывая ущерб, который я нанес ранее.


Мой телефон зазвонил. "Это звонит Майкл Пейпер".


Я улыбнулся. "Это папа Виктор".


"В деревне Джомболо повстанцы устраивают засаду для машин, они прячутся на деревьях с большими пушками".


"Спасибо тебе. Папа Виктор на свободе."


Я отметил на карте деревню к северу от того места, куда направлялись гуркхи. "Чертовски странно".


"Что есть?" Спросил Марш, мужчины приближались.


"Повстанцы устраивают для нас засады".


"Но мы не въезжаем", - заметил Марш.


"Нет, но они думают ... мы бы так и сделали."


"Что ж, полагаю, типичный армейский прием", - заметил Марш.


Я позвонил майору Гуркха и проинформировал его, но его маршрут пролегал в нескольких милях от места засады. И он был почти у цели. Затем Парас вызвал, но по радио, транспортный самолет, выгружающий солдат на грунтовую полосу, тридцать человек убито и установлены палатки.


"Стреляй в гребаный самолет!" Я кричал, майор выкрикивал приказы радисту.


"Дорогие вещи, самолеты", - отметил Марш.


"Очень дорого. И это может заблокировать взлетно-посадочную полосу. Отправьте на ту полосу больше людей, сэр, по крайней мере, еще тридцать, с GPMG и 66-миллиметровыми. Это становится интересным."


Майор Таггард подошел к столу. "Мои люди недалеко от того места".


"Сообщите им, сэр, может быть, они смогут пересечь реку - не утонув - и повернуть на восток, но я хочу, чтобы один отряд был на том пути, не спускал глаз".


Он кивнул, достал свой спутниковый телефон и отошел, Макс взглянул на карту и сделал заметки.


Десятью минутами позже вошел Парас-майор, улыбаясь. "Этот самолет вырулил на полосу, начал поворачивать, и мы попали ему в нос 66-миллиметровым снарядом, разнесли его на куски, он быстро сгорел. Тамошние боевики подбежали к нему, думая, что это несчастный случай, и мы перестреляли ублюдков - всех их. Записывайте на наш счет тридцать убийств."


"Превосходно, майор", - похвалил я. "Теперь скажите людям, чтобы они сбивали любой приземляющийся самолет, но очень быстро убегали, если на эту полосу выедет тысяча человек".


"О, ну, да, возможно, они были немного в меньшинстве". Он ушел.


"Первое действие за нами", - гордо заявил Марш.


"Первая акция британской полиции с нами, которые застрелили тридцать повстанцев несколько дней назад".


"Они полицейские, они не в счет!" Сказал Марш, выпятив подбородок.


Звонил Моран. "Уилко, мы потеряли несколько грузовиков".


"Потерял их?"


"Длинная колонна проехала на юг мимо меня, но они так и не добрались до того перекрестка, а Саша там".


"Тогда куда они пошли?"


"На карте показана пара следов, без основных дорог".


"Затем они где-то остановились. Возможно, для ремонта."


"Мимо проехала небольшая группа, пять грузовиков, и они добрались до Саши".


"Я посмотрю на карту. О, паразиты на той старой базе, на которую мы нападали три раза. Они переместились на грунтовую полосу за ней, самолет взлетел после высадки повстанцев, и поразил его 66-миллиметровым снарядом."


"Так что они получают все удовольствие. Когда мы сможем устроить кому-нибудь засаду?"


"Когда французы перекроют ту дорогу на север. Что может быть скоро."


Я взглянул на карту, и вот она, дорога на запад, тупик, деревня и река. Я вышел и позвонил господину президенту.


"Это Петров. Ты знаешь деревню под названием Каме?"


"Да, это была старая база".


"Что там?"


"Казармы, взлетно-посадочная полоса, деревня".


"Взлетно-посадочная полоса? А, теперь я понимаю, почему они направляются туда. Британцы только что уничтожили транспортный самолет недалеко от того лагеря, где я встретил тебя."


"Хорошо, замена будет стоить денег".


"Не могли бы вы найти мне кого-нибудь, кто знает базу Каме, и попросить его описать ее мне в деталях".


"Я так и сделаю. У вас есть номер факса?"


"Подожди". Внутри я попросил Макса записать номер его умной машины, и я передал этот номер. "Папа Виктор на свободе". Отложив телефон, я сказал Максу: "Жди от меня факс. И если кто-нибудь когда-нибудь позвонит по этому номеру и спросит обо мне... прикидывайся дурачком."


"Это будет нетрудно", - сказал Макс с радостной улыбкой.


Я позвонил Морану. "Это Уилко. Эти грузовики через несколько миль свернули на запад по трассе. Там есть казармы и взлетно-посадочная полоса."


"Тогда мы должны пойти посмотреть".


"Да, после того, как мы срежем дороги. А пока пусть они соберутся там. Но я думаю, что это какой-то командный центр."


"Тогда наша главная цель".


"Да".


Двадцать минут спустя у Макса было три страницы рисунков для меня, детали не так уж плохи.


Я положил их на стол. "Это, джентльмены, вражеский штаб".


"Только одна подъездная дорога, так что немного глупо?" Таггард отметил.


Я кивнул. "Если только там нет следов, о которых мы не знаем". Я повернулся к Фрэнксу, склонил голову набок, и он последовал за мной. "Не могли бы вы воткнуть для меня 2000-фунтовую бомбу в взлетно-посадочную полосу?"


"Достаточно просто".


"Отправьте запрос завтра, в течение часа после рассвета, на аэродром штаба".


"И СМИ получат ... что?"


Я широко улыбнулся. "Чего бы ты хотел ... какие средства массовой информации нужно заполучить?"


"Я тоже расскажу об этом в дальнейшем".


После моего вкусного ужина, состоящего из толстого стейка, хорошо прожаренного, позвонил майор Либан, дорога перекрыта, грузовики в огне, контакт продолжается. Я позвонил каждой из своих команд по очереди и сказал им начинать устраивать засады по своему усмотрению.


В командном пункте я громко объявил: "Джентльмены, операция... Свобода Либерии началась, всем подразделениям приказано вступить в бой с врагом. Это примет форму организованных засад, чтобы перекрыть дороги и измотать их. Теперь вся команда гуркхов на месте, так что они могут делать больше, чем просто устраивать засады.


"Парас, двигайся до конца этой дороги, чтобы было видно город, но пока не приближайся к городу".


"У нас есть джипы на том узком мосту", - сказал мне майор. "Медленно, туго, но мы справились".


"Отлично, тогда ты можешь пополнить запасы своих людей".


"Мы также перевели медиков", - добавил он. "И эта дорога хороша для посадки "чинуков"".


"Да, сэр, лучше для отвода глаз".


Майор Таггард вставил: "Люди на другом берегу реки, они тоже не утонули. Они к востоку от того аэродрома, могут видеть сожженный самолет."


Я столкнулся с парасейджором. "Сообщите своим людям, сэр, чтобы они не стреляли друг в друга".


Мой телефон зазвонил, когда люди загудели в переполненном командном пункте. "Уилко".


"Это Рокко. Мы только что попали в грузовик с 66-мм пушками, расстреляли грузовики и джипы, и они убежали на деревья, те, кто жив. Горят грузовики, некоторые из них."


"Я пока отмечу эту дорогу как заблокированную. Подождите, чтобы увидеть, кто остановится, чтобы помочь, затем пристрелите и их."


"Кто-нибудь еще в действии?"


"Еще нет, только 2 параграф. Они сбили транспортный самолет 66-миллиметровым снарядом."


"Пока он летел?"


"Нет, Дурень, сел на землю".


"В остальном, я хотел сказать, чертовски хорошая цель. Скажи им от меня, что любой может сбить самолет на земле. Отрывайся."


Улыбаясь, я повернулся к параграфам. "Роко говорит, что любой ублюдок может сбить самолет на земле. Если ты хочешь произвести на него впечатление... сбей одного в полете."


" В бегах? " повторил майор.


"Дерзкий ублюдок", - вставил Марш. Он повернулся к своей специальности. "Утром, если прилетит другой самолет, сбейте его до того, как он приземлится. Это заставит SAS замолчать."


Широко улыбаясь, я повернулся к Таггарду. И ждал.


"Небольшое соревнование, не так ли?" - спросил он. "Мои люди в хорошем месте, и если мы увидим приближающийся самолет, мы поразим его".


" Двадцать фунтов, " сказал ему Марш.


"Да, сэр" начинается.


Марш вернулся к своей специальности. "Убедись, что они не потеряют у меня эти двадцать фунтов, или я оставлю их в этих чертовых джунглях".


Полчаса спустя парас на двух джипах поехал на юг по руслу реки на либерийской стороне. Местами было трудно, грязно, но они добрались до моста, другие британские подразделения охраняли мост, несколько гуркхов все еще там. Теперь у них была линия поставок тяжелых предметов.


Риццо устроил засаду на небольшой конвой, параинструкторы в действии, но Свифти случайно врезался в кузов грузовика, набитого боеприпасами, в ушах звенело, РПГ летели во все стороны и взрывались на деревьях, параинструкторов это совсем не впечатлило, они упали лицом в грязь и избежали взрыва - и проклинали Свифти.


Никто не приблизился к позиции гуркхов, что меня озадачило; повстанцы, казалось, ждали, когда мы подойдем к ним.


Стоя там, я чувствовал себя генералом последней войны, стоящим над картой поля боя, или Цезарем, стоящим в палатке и смотрящим на нарисованную от руки карту на шкуре животного. Хитрость заключалась в том, чтобы знать местность и знать своего врага. Я достаточно хорошо знал местность, но мой противник был полной загадкой. Его тактика не имела для меня особого смысла.


Позвонил Томск, и я вышел. "Da!"


"У меня есть кое-какая информация, я заплатил взятку. Тот торговец оружием, он назвал имя, так что я связался с этим человеком, заплатил немного денег. Корабль на пути в доки Монровии, приземлится завтра вечером, на борту двести вооруженных людей. Они двинутся на президента после минометного и ракетного обстрела с этого корабля. Минометы будут падать повсюду, поднимая дым и прочее, чтобы посеять панику."


"И помоги мужчинам встать на свои места, да. Резиденция президента находится недалеко от того места, где мог приземлиться этот корабль. Ты должен предупредить его сейчас, а я позабочусь о перехвате этого корабля."


"Хорошо, я позвоню ему сейчас".


Внутри я нашел Фрэнкса и вывел его наружу. "Корабль, полный вооруженных людей, пришвартуется в Монровии завтра вечером, быстро продвигайтесь к резиденции президента".


"Мы могли бы перехватить его в море, что-то для военно-морского флота".


"Он будет хорошо вооружен", - предупредил я. "RPG, пулеметы. Шестеро морских пехотинцев, спускающихся по веревке, долго не продержатся."


"Я предупрежу их".


"Если вы не перехватите его, они все равно получат его в доке".


"Позвольте мне передать это по порядку".


"Вот почему они ведут себя странно, они ждут, когда нашему диктатору отстрелят яйца, и у них, вероятно, есть человек или два внутри. После смерти диктатора остальным людям придется выбирать сторону."


"Или сражаются между собой, а затем повстанцы отступают, когда наступает хаос".


"А ты всего лишь военный аналитик разведки, да", - поддразнил я.


К полуночи все были заняты, сообщения о боестолкновениях поступали густо и быстро, об уничтоженных грузовиках и джипах, убитых повстанцах. На грунтовой взлетно-посадочной полосе эскадрилья "G" увидела въезжающие три грузовика и вступила с ними в бой, пассажиры этих грузовиков выпрыгнули и открыли ответный огонь, что позволило Пара приблизиться и расстрелять повстанцев сзади.


Пара двинулась вперед, эскадрилья "G" отошла обратно к линии деревьев, и Пара разгрузила РПГ, несколько сержантов были знакомы с ними, и стрелять из них в любом случае было нетрудно.


Я получил отчет, шестьдесят человек сейчас на грунтовой взлетно-посадочной полосе, остальные не слишком далеко, патруль крадется вокруг старого разрушенного лагеря.


Час спустя вереница джипов и грузовиков, которых, по сообщениям, было около двенадцати, приблизилась к старому лагерю. Джип въехал и, пошарив вокруг, обнаружил, что все разрушено - молодые Парас прячутся, и он выехал обратно.


Затем колонна по глупости проехала прямо между позициями Пара, скрытыми на высоких обочинах дороги, был подан сигнал, машины взлетели на воздух, несчастные пассажиры машин побежали к тем деревьям, где прятались Пара. Никто из повстанцев не выжил, дорога перекрыта несколькими машинами, загоревшимися после попадания 66-миллиметрового снаряда.


Я выпил кофе и остался за столом с картами, не в последнюю очередь потому, что большая часть действий происходила прямо сейчас, никакого затишья на некоторое время, офицеры Paras бодрствуют и планируют свою собственную маленькую войну в своем собственном маленьком секторе.


Один молодой паралимпиец получил серьезное ранение рикошетом, поэтому шел пешком по дороге на запад, пока его не подобрал "Лендровер", который отвезли к нам, медикам, которым теперь было чем заняться, небольшая операция на карточках.


Когда я забрел в их палатку здесь, на ФОБ, я нашел трех раненых мужчин. "Мне сказали, что один раненый".


"Двое наехали на своем джипе на выбоину и вылетели из нее", - сказал мне Мортен. "У меня сломана ключица и вывихнуто плечо".


"Ладно, дорожно-транспортные происшествия меня не волнуют".


"Большое спасибо", - пришло от пациента.


"Не то чтобы мне было все равно, но я несу ответственность за то, что в людей стреляли, а не за плохое вождение", - сказал я ему. В следующий раз езжай помедленнее и смотри, куда едешь - это создает для меня бумажную волокиту. С кем ты вообще?"


Он взглянул на лица. "Транспорт, сэр, я водитель".


"Продолжай в том же духе, возможно, ты скоро пройдешь свое испытание", - сказал я ему.


Мортен спрятал ухмылку, когда я уходил.


Нарастал рев, "Геркулес" низко кружил и, взглянув вниз на темную полосу, включил фары. Крутой заход на посадку, и он пошел вниз, выровнялся и коснулся земли, быстро остановившись. Трап опущен, длинная вереница людей вышла и направилась ко мне под рев двигателей. Я узнал лица и улыбнулся; Свон и Леггит, Волки за ними.


Свон начал: "Четырнадцать одиноких волков, босс, некоторые по болезни или на работе, а один, я думаю, уволился".


Я посмотрел мимо него.


"Королевские морские пехотинцы, их пятьдесят с лишним. Что-то вроде разведывательных взводов."


Я указал Одиноким волкам на палатки, когда капитан морской пехоты приблизился со своими людьми, Бергенс тащил винтовки наизготовку.


"Капитан Нейсмит, а вы, должно быть, Уилко".


Я пожал ему руку. Добро пожаловать на брелок. Берите палатки, снаряжение, столовую палатку там, отдыхайте и акклиматизируйтесь, и мы отправим вас, когда вы скажете мне, что вы в форме и готовы."


"В данный момент стоит отказаться. Еда, потом отдых." Он увел своих людей.


Вернувшись в дом, я объявил: "Королевские морские пехотинцы здесь, так что теперь вы, парасеки, можете делать настоящие ставки". Недовольный. "А также мои одинокие волки".


"И что именно делают эти одинокие волки?" - Спросил подполковник Марш.


"Грязные дела за границей, и если их убивают, мы отрицаем, что они с нами".


"О, такого рода работа".


"Они все хорошо обучены - мной, и отличные снайперы".


Меня прервал капитан следопытов. "У мужчины ранение в плечо, не легкое, но серьезное".


"Я организую "Чинук", но они должны разорвать контакт и отойти по крайней мере на пятьсот ярдов, на открытое пространство. Наведи меня на них."


Я позвонил капитану Харрису, его телефон теперь обслуживался коллегой, пока он спал. "Это Уилко. Мне нужен спасательный круг "Чинук", медики на борту, а также два солдата - на всякий случай. Они летят на холм Лоракс, сектор следопытов. Перезвони мне, когда они будут готовы, чтобы узнать, как все исправить."


Капитан "Следопытов" точно указал своим людям на карте, и что они движутся вверх по холму. "Тот выстрел, который он нанес, был с расстояния более шестисот ярдов".


"Они распыляют его повсюду, так что любой, кто находится в радиусе тысячи ярдов, может получить пулю", - сказал я ему. "Я всегда напоминаю своим людям: спрячьтесь за что-нибудь надежное".


Вмешался Свон. "Мы захватили несколько дополнительных патронов, и немного 66 мм, босс".


Я уставился на него. "Они ... готов идти прямо сейчас?"


"Спал во время полета вниз, так что не хочется спать".


"Пусть они готовятся, встречаемся у входа через десять минут. О, у вас есть спутниковые телефоны?"


"Они выпустили их в Брайзе, сестренки, и мы их протестировали". Свон выбежала.


" СЕСТРЕНКА? " повторил капитан.


"Секретная разведывательная служба, которая была Ми-6, которую я до сих пор называю Ми-6".


"Я тоже", - вставил подполковник Марш.


"Но SCS - самые важные", - добавил я.


"Кто они?" Майор Таггард озадачен.


"Специальное кулинарное обслуживание", - сказал я ему, и офицеры засмеялись.


Мне позвонили с телефона капитана Харриса, его коллега нажимал на кнопки. Я выдал координаты, человек дважды проверил их, указав расстояние до близлежащих объектов, но затем я попросил его приземлиться на брелоке для переброски войск в это место.


Снаружи, при доступном освещении, собрались Волки, все выглядели точно так же, как парни из Echo, все с радостными улыбками для меня. "Хорошо, слушайте. Для этой работы вы будете вместе. Свон, ты назначена старшим, Леггит - 2ic.


Вас высадят на холме Лоракс, недалеко от границы с Гвинеей. Вы узнаете, где находятся Следопыты, чтобы избежать встречи с ними, перейдете дорогу и направитесь на юго-запад, ориентируясь примерно на 205 градусов. Вам предстоит преодолеть двадцать миль по джунглям, чтобы добраться до аэродрома и казарм с сотнями повстанцев вокруг - не спешите.


"Позвони, я определю твое местоположение, а затем проведу тебя. Старайся не попадаться на глаза, шагай уверенно, но я бы поставил на то, что в том районе, где ты пройдешь, не будет повстанцев. Не надо ... приблизьтесь к этому аэродрому, не посоветовавшись со мной, там полно плохих парней. К тому времени, как вы доберетесь туда, возможно, прибудут еще несколько команд.


"Встретьте по пути любых чернокожих солдат, стреляйте в них, прячьте тела, прячьте любые улики, время от времени пытайтесь скрыть свои следы, время от времени делайте зигзаги. Вокруг этого аэродрома дерьмовые джунгли и болота, движение медленное, но хорошо то, что по ним не пойдут разумные люди."


Они смеялись.


"Джентльмены, я ожидаю отличного выступления, большого количества убитых, никаких препирательств. Теперь формируйте пары и команды, придерживайтесь их. И позвони, как только перейдешь дорогу и отправишься в путь. Удачи."


Вернувшись домой, гуркхи позвонили, желая каких-то действий, поэтому я договорился о небольших тайных патрулях на север, прежде чем ожидаемый Чинук громко объявил о своем прибытии, и мои волки унеслись в черную ночь. Палатки в очередной раз использовались не полностью, и в них было много временных помещений, повара делали ставки на то, кто приедет следующим.


На планшете лежала таблица показателей, и по состоянию на 2 часа ночи мы повредили или уничтожили шестьдесят пять транспортных средств, и мы перечислили заявления о более чем четырехстах убитых повстанцах. Я стоял и изучал таблицу показателей.


"Мы побеждаем?" - Спросил Марш.


"А?"


"Мы побеждаем?"


Я вернулся к таблице показателей. "Сегодня вечером мы застали их врасплох, и очень легко устроить засаду на колонну транспортных средств с горного хребта в джунглях, но они не будут просто сидеть и терпеть это, сэр".


"Нет. С наступлением утра они будут избегать дорог или продолжать терять людей."


Пара-майор вышел из своей боковой комнаты. "Мы периодически подвергаемся неточному минометному обстрелу этой взлетно-посадочной полосы, они сбрасывают снаряды повсюду, но некоторые из них близко".


Майор Таггард все еще не спал.


"Работа для вас, сэр", - сказал я ему.


Он расслабился и потянулся.


Я продолжил: "Если они идут на восток через деревья, медленно и тихо, затем на юг, тогда минометы должны быть на грузовиках на дороге".


Он поднял свой спутниковый телефон и говорил в течение десяти минут. Повернувшись ко мне, он сказал: "Ребята все равно не спали, некоторые из этих минометов пролетели совсем близко. Они уже сняты."


Я обновил карту, добавив к ней свежую заметку.


Фрэнкс высунул голову из своей комнаты с затуманенными глазами, остальные последовали за ним, прижав телефон к уху. "Военно-морской флот отслеживает транспортный самолет, появившийся из ниоткуда, направляющийся примерно в этом направлении."


Я повернул голову. "Разбудите всех здесь, отведите их к линии деревьев, у нас прибывающие!" Последовала паника. Я обратился к Фрэнксу с вопросом: "Могут ли они перехватить это?"


"Возможно, это просто невинный транспорт".


"Тогда пусть они полетят рядом с ним с включенными фарами".


"Я спрошу сейчас".


Я бросился сквозь свалку к палатке медика. "У нас поступление, отведите себя и своих пациентов к линии деревьев и внутрь! Пошевеливайся." Я поднял голову. "Люди на крыше, приготовьтесь стрелять по самолету!"


Я побежал в столовую палатку, там сидело несколько поваров, другие спали по соседству. "У нас поступление, доберитесь до линии деревьев в дальнем конце и ждите! Шевелись!" Стуча по капоту радиоуправляемого "Лендровера", я крикнул: "Съезжайте с дороги и подождите немного".


Вернувшись внутрь, подполковник Марш все еще был со своим майором, Таггард все еще был здесь с Хейнсом.


"Это транспортный самолет, как сказал тот американец", - указал Марш.


"И могут открывать дверь и ронять вещи, сэр, как мы это делали с ними".


"Что ты с ними сделал?"


В прошлый раз мы пролетали над их лагерем на "Чинуке" и выбрасывали головки РПГ с заднего сиденья. Они падают носом вниз ... и взрываются, когда они падают на землю."


"Ты вручную выбрасывал РПГ-головки из долбаного вертолета?" - поинтересовался майор.


"Это оказалось очень эффективным, сэр, и мы уничтожили дюжину бронетранспортеров".


"Кровавый ад". Они обменялись взглядами.


"Что RPG сделает с этим местом?" Спросил Марш, взглянув на бетонный потолок.


"Двумя уровнями выше нас и сооружением, поэтому проникнуть сюда очень маловероятно, но люди снаружи в палатках".


Фрэнкс снова вышел из своей комнаты. "F18 двигаются на перехват, нет полномочий открывать огонь".


"Джентльмены, крыша".


Я повел их наверх, парней из 2 эскадрилий, державших GPMGS как винтовки, готовые стрелять под углом, и мы стояли, глядя в черное небо и прислушиваясь, над нами были разорванные облака.


Неясный визг приближался, но не нарастал, невидимые F18 в миле к востоку; мы слышали их, но не могли видеть. Появился Фрэнкс, его лицо было зеленым от телефона, из него доносились голоса.


"Они просто врубили это в лоб, зажгли свет. Они кружат вокруг. Это что-то вроде "Фоккера"?"


"Может быть, F28", - предположил я.


Несколько минут спустя кто-то крикнул: "Там!"


Мы все посмотрели на восток, вскоре увидев три группы огней, два небольших реактивных самолета и один транспортный. У всех горели огни.


Фрэнкс вставил: "Это должно приземлиться".


"Земля?" - спрашивали люди.


"Это капитуляция".


Мы бросились вниз, многие схватили винтовки.


"2-я эскадрилья, за мной!" Я закричал, люди бежали со всех сторон, Парас и Таггард с винтовками наготове. Мы бросились к краю полосы и ждали, пока F18 пронесутся над головой на малой высоте.


Транспорт выровнялся, опустил колеса, закрылки и совершил плавную посадку, его маленькие задние двигатели завыли, вскоре отключившись, когда мы вышли. Машина резко остановилась, вскоре открылась дверь, ступеньки вылетели, и вниз шагнул стройный седовласый мужчина в гражданской одежде.


" Па Руски? " спросил он, закуривая.


На русском я начал. "Да. Кто ты?"


"Мы перевозим грузовое дерьмо, нелегальное дерьмо". Он пожал плечами. "Но нам предложили хорошие деньги, чтобы мы ее украли, но потом за нами прилетели самолеты".


"Что внутри?"


"Оружие, конечно".


Я сразу же приблизился. "Кто заплатил тебе, чтобы ты это украл?"


"Могущественный человек в Панаме.


"Томск?"


"Ты его знаешь?"


"Очень хорошо. И ... тебе здесь рады, мы вывезем тебя из страны, не задавая вопросов."


"Да?"


Я обратился. "Отойдите, все вернитесь к тому, чем вы были, уберите людей с деревьев - и медиков, и чертовых поваров. Продолжай, возвращайся к тому, кем ты был."


"Кто они?" - Спросил Марш.


"Российские контрабандисты оружия. Но лондонская разведка предложила им взятку, и они украли этот чертов самолет у повстанцев. Там полно оружия."


"Они украли это?" Марш повторился.


"Им заплатили, чтобы они доставили это, поэтому они... приземлился где-то в другом месте."


"Мы их арестуем?"


"Нет, Разведка уведет их прочь. Не задавайте вопросов, которые могут положить конец вашей карьере."


Хейнс вышел на свет из самолета.


Я сказал ему: "Пусть ваши люди начнут выгружать оружие из этого самолета, раздобудьте пилотам немного еды, не задавая вопросов".


Он поднялся на борт с двумя мужчинами.


"Вы вращаетесь в каких-то очень странных кругах, капитан", - сказал мне Марш, когда мы шли обратно. "И ты говоришь по-русски".


"И арабский", - сказал я ему.


Фрэнкс стоял в ожидании у двери.


"Спасибо флоту, но для нас это не представляло опасности. Лондонская разведка подкупила пилотов, чтобы те угнали самолет у повстанцев. Там полно оружия."


"Иисус". Он схватил меня за руку и отвел в сторону. "Лондон..?"


"Панама".


"Ах. Что ж, он при деньгах, он может себе это позволить."


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Полковник Мэтьюз".


"Полковник, как погода в Вашингтоне?"


Фрэнкс вопросительно поднял брови.


Я отступил.


Раньше все было хорошо. Мы только что получили сообщение о том, что военно-морской флот перехватил транспорт, вынуждая его сесть на вашей базе ..."


"Да, и я выражаю благодарность от британского правительства, но это не было угрозой".


"Не угроза?"


"Нет, это было украдено. Третья сторона подкупила их, чтобы они украли самолет из-под носа повстанцев. Он напичкан оружием."


"Они украли это?"


"Они сделали".


"Кто такие пилоты?"


"Самолет приземлился без пилотов, он был совершенно лишен пилотов, и с этого момента никаких записей о пилотах найдено не будет".


"О, я понимаю. Что еще происходило?"


"Наши команды развернуты, происходят нападения из засад, нанесен большой ущерб, большинство дорог перекрыто, но завтра повстанцы изменят свою тактику. Мы знаем, где находится их ШТАБ, люди движутся к нему."


"Вы просили нас повредить взлетно-посадочную полосу".


"А ты будешь?" Я нажал.


"Это было санкционировано, да".


"Эта взлетно-посадочная полоса - спасательный круг командования повстанцев, ответственный человек с огромными эполетами и десятигаллоновой шляпой, с пистолетом с золотой эмалью на бедре".


Кто бы ни был сейчас на другом конце провода, он рассмеялся.


Я сказал: "Нет, серьезно, он, наверное, выглядит точно так же, как и все здесь".


"Он будет зол на тех пилотов, которых не существует".


"Завтра он будет еще больше зол на тебя".


"Может быть, да. Есть жертвы?"


"Пока несколько незначительных ран".


"У вас с собой большое количество разных юнитов?"


"Ты шпионишь за нами?"


"Прочти это в британских газетах".


"Да, мы делаем это, потому что каждое подразделение получает некоторую известность в прессе, повышение боевого духа, помощь в наборе персонала".


"Вы специально ориентируетесь на публикацию в прессе на единицу?"


"Абсолютно. Отлично подходит для набора персонала и для сержантов следующего года."


"Интересно. Я вернусь к вам утром, мы получим прямую трансляцию авиаудара ВМС."


"Поблагодари их от меня".


Я вернулся к Фрэнксу, который ждал. "Утром ваш очень добрый флот проделает дыру в чьей-нибудь прекрасной взлетно-посадочной полосе. Пентагон, по-видимому, будет бодрствовать и наблюдать."


"Они всегда так делают".


Пилоты подошли. Двигатели заглушены, грузовой люк открыт. Вам что-нибудь нужно?" - спросили они по-русски.


"Ты хорошо рассмотрел базу в Каме?"


"Однажды мы приземлились при дневном свете".


"Мне нужно, чтобы ты нарисовал мне картинку, затем утром мы отвезем тебя к президенту Монровии, который является близким деловым партнером мистера Томска. О тебе хорошо позаботятся, и ты вылетишь отсюда."


"О, хорошо".


Внутри они сидели и рисовали картинки, а мы сравнивали их с другими набросками базы Каме. Они подробно описали позиции пятидесяти кэлов в мешках с песком, минометы, бронетранспортеры, сторожевые вышки, всех, кого очень интересовали детали.


Хейнс вошел, обливаясь потом. "На том самолете тонны оружия; винтовки, РПГ, около пятидесяти винтовок Cal, несколько хороших телескопических линз, бинокль".


"Принесите сюда дорогой комплект, РПГ сложены вдоль полосы, подальше от людей".


У тех офицеров, которые все еще не спали, вскоре у каждого была новая пара биноклей, остальные были сложены, с телескопическими линзами повозились.


Я провел экскурсию и заверил людей, что, возможно, теперь это в некотором роде безопасно, когда внезапно появились парни из 2 эскадрилий с новыми винтовками AKML с телескопическими линзами. Я сказал им: "Возьмите их с собой, когда вернетесь в Великобританию, теперь нашу".


Когда подъехала колонна джипов, паразиты после некоторых поставок, я выдал им РПГ, все еще упакованные в заводскую бумагу. Проблема заключалась в том, что самолет блокировал нашу взлетно-посадочную полосу. Это нужно было бы отодвинуть назад, а затем куда-нибудь улететь. Его владельцы и страховщики были бы недовольны. С другой стороны, если бы они знали, для чего это используется, они бы все равно не были счастливы.


Когда взошел рассвет, я все еще бодрствовал, принимал звонки от команд, устраивал засады, подсчитывал результаты, но неосторожное движение повстанцев на дорогах сократилось почти до нуля. Мои русские пилоты после того, как их покормили, выспались на раскладушках, майор Таггард немного поспал, подполковник Марш и его майор все еще бодрствовали и все еще были со мной.


Капитан эскадрильи "G" принял вызов. Повернувшись ко мне лицом, он начал: "Парни пошли за этими минометами, нашли два в кузове грузовика с открытым верхом, убили из них людей, затем отогнали грузовик и припарковали его рядом с тем местом, где они были раньше".


"Что они планируют с этим делать?" Я спросил.


"Много минометов, так что они могли их метать... на что-то."


Я скорчил гримасу. "Достаточно справедливо".


Я направился в столовую на завтрак, которого в этот час немного.


"Нам нужны наши жестяные шляпы?" - спросил меня шеф-повар. "И что этот самолет там делает, сэр?"


"Жестяные шляпы, здесь всегда хорошая идея. Тот самолет? У туристов из Ганы закончилось топливо."


"Значит, эти туристы берут с собой много коробок с боеприпасами?"


"Здесь всегда полезно быть вооруженным".


"Вы бы не стали нам врать, не так ли, сэр?"


"Это на основе необходимости знать, ребята, так что не спрашивайте. Большую часть времени я даже себе не говорю, что происходит."


Я сидел с несколькими полицейскими, всем было любопытно узнать о самолете, и мы уплетали вкусный завтрак, запивая его очень мягким чаем, еще было предложено много стейков - но я не мог переварить мысль о том, чтобы съесть их на завтрак.


С рассветом мои русские зашевелились, поэтому я отвел их в столовую палатку, болтая по-русски и ловя на себе странные взгляды со всех сторон. На задней нижней части самолета было жесткое крепление, поэтому я выделил несколько человек и джип, и они очень медленно отбуксировали его назад, насколько могли.


Моим пилотам не терпелось полететь, они попросили об одолжении, и я согласился. Я проводил их до самолета, и они исчезли внутри, двигатели вращались и медленно нарастали воем. Я отступил.


Выбрана полная мощность, тормоза отключены, они выехали на взлетно-посадочную полосу, как многие наблюдали, и они едва миновали деревья в дальнем конце, вскоре сделав узкий круг и направляясь на короткое расстояние к низкому уровню Монровии.


Я сделал звонок.


" Алло? " подошел сонный президент.


"Это Петров. В ваш аэропорт направляется небольшой самолет, люди работают на мистера Томска. Это будет через несколько минут. Поприветствуй мужчин, затем поговори о них с Томском позже, после 14:00."


"Oh ... er ... Хорошо."


"Папа Виктор на свободе".


В назначенный час в командном пункте, полном выжидающих лиц, Фрэнкс подробно описал самолеты в воздухе ... приближаемся к цели ... бомбы уничтожены ... Взлетно-посадочная полоса в выбоинах. Он остановился и нахмурился, затем повернулся ко мне. "Они сбросили бомбу весом в две тысячи фунтов, которая попала в самолет, стоявший на взлетно-посадочной полосе, прошла прямо сквозь него, разнесла его на куски и оставила большую дыру".


Подполковник Марш взглянул на меня. "Там был самолет, который сидел и ждал?"


"Больше нет", - съязвил Фрэнкс. "Три хороших попадания, взлетно-посадочная полоса не используется. Локатор не зафиксирован, трассировщик не замечен, флот сбил их слишком быстро."


Я объявил: "Они не будут получать никаких пополнений по воздуху, и все дороги перекрыты. Макс, напиши хорошую историю об этих F18. Подключитесь к Reuters сейчас, пожалуйста. "


"Тот самолет прошлой ночью ..." - спросил Макс.


"Какой самолет?" Я столкнулся с Маршем. "Вы видели самолет, сэр?"


Он покачал головой. "Вертолет, один из наших". Он столкнулся с Максом. "Тебе снился сон?"


Макс нахмурился. "Я услышал шум самолета, он разбудил меня. А затем этим утром все пошло наперекосяк."


Мужчины покачали головами, Макс подозрительно разглядывал их, готовя свой набор.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Передаю тебя премьер-министру".


Я вышел.


"Уилко?"


"Да, сэр".


"Мы только что услышали, что ВМС США нанесли удар по какой-то базе повстанцев".


"Да, сэр, и они заложили три большие бомбы на взлетно-посадочную полосу, так что ею не пользуются - мы надеемся. К сожалению, самолет оказался не в том месте и получил прямое попадание, поэтому мы отбросили их назад."


"И самолет был сбит".


"Мои друзья из низов подкупили экипаж не для доставки оружия повстанцам, а для угона самолета. Я думаю, что это было на пути во Фритаун. Итак, мы разгрузили оружие, которое пригодится."


"Если это выйдет наружу ..."


"Мы должны попытаться и убедиться, что этого не произойдет, сэр".


"А пилоты?"


"Ускользнул у нас из рук и сегодня утром украл самолет, и доставил его в Монровию, не подлежащую экстрадиции".


"Ты немного мастер, ты это знаешь".


"Вы хотели, чтобы мы попытались объяснить пилотов?"


"Нет, лучше там, где они есть. Я просто надеюсь, что причины, стоящие за этим, не выйдут наружу."


"Кто бы поверил в такую сказку, сэр?"


"Должно быть, много людей видели этот самолет".


"У них есть другие причины для беспокойства, сэр, все заняты".


"Как дела?"


"Мы устроили им засаду ночью, нанесли по ним сильный удар, уничтожили множество грузовиков, повстанцы убиты, дороги перекрыты. Французы на севере перекрыли дорогу, отрезали пути к отступлению, потери с нашей стороны пока минимальны."


"Сегодняшние утренние газеты освещают кампанию, называя ее крупнейшим развертыванием со времен Фолклендских островов - что, я полагаю, так и есть. The Sun имеет разворот на шесть страниц, в котором перечислены все различные подразделения."


"Пресса на пути вниз?"


"Да, я думаю, скоро будет с тобой. Каким вы видите следующий шаг?"


"Мы изматываем их каждый день, сбиваем и убегаем".


"Вероятно, не самое лучшее предполагать, что ты загнал их в угол, звучит почти жестоко".


"Я буду скромным, сэр, и они могли бы поехать прямо на восток и вроде как сбежать".


"С сегодняшнего дня в вашем распоряжении будут несколько морских королей, а также Рысь, так что подготовьте для них заголовки".


"Будет сделано, сэр. Ты ... хочешь, чтобы я растянул ее или закончил быстро?"


"Действуй осмотрительно, но помни о вербовке - и очень низких потерях".


Через несколько минут подъехал грузовик, из которого выгрузили аптечку: антисептический крем и куски мыла, бритвы bic, зубную пасту, туалетную бумагу. Я загрузил джип, чтобы ехать в Парас, второй джип, чтобы ехать к гуркхам, 2 парня из эскадрильи собирали вещи - особенно туалетную бумагу.


Внутрь я положила мыло с антибиотиком. "Все присутствующие мужчины обязаны принимать душ с этим мылом, в качестве примера для мужчин. Если выстирать им подмышки рубашки, они быстро высыхают в такую жару и хорошо пахнут. "


Офицеры схватили прутья и понюхали их.


После хорошей чашки чая, отчеты пока идут медленно, сегодня утром у меня зазвонил телефон.


"Это Рокко, нужен вертолет, Гонзо потерял руку".


Мое сердце упало. "Потерял руку?"


"Нашел в грязи какое-то старое оружие, дотронулся до него, оторвало руку ниже локтя. Мы наложили жгут, он будет жить."


"Позвони капитану Харрису, он определит твое местоположение, попроси "Рысь", если она у них есть, под рукой должна быть "Морская рысь", может быть, лебедка".


"Хорошо, я позвоню ему сейчас".


Трубку сняли, люди спросили, в чем дело.


"Один из моих людей, которому следовало бы знать лучше, он нашел что-то в джунглях, старые боеприпасы, дотронулся до этого и потерял руку. Пожалуйста, предупредите все свои подразделения, здесь была дюжина войн, вокруг валяется много дерьма."


Я вышел и позвонил майору. "Это Уилко, сэр. Гонзо тяжело ранен, потерял руку, так что сообщите семье."


Технически он взят напрокат, постоянный игрок. Насколько серьезно он ранен?"


"Он нашел в джунглях какое-то старое оружие, дотронулся до него, потерял руку".


"Глупый человек, он должен был знать лучше! Я начну оформлять документы, поговорю с Креденхиллом. Как дела в остальном?"


"Жертв немного, он - первая серьезная жертва, и мы окружили их и перекрыли дороги. Теперь медленное истощение."


"У газеты "Сан" хороший разворот, хорошее освещение гуркхов, плюс куча фотографий чернокожих с мачете, рассказывающих о том, какие они монстры".


"Эти ребята приготовили бы нас и съели, если бы захватили одного из наших парней".


"И в этом замешан флот США?"


"Да, стремились помочь; они проделали дыры в взлетно-посадочной полосе для нас".


"Я нужен тебе там, внизу?" он снова спросил.


Здесь подполковник Марш, несколько майоров. Хотите немного отдохнуть от работы, сэр?"


"Жена не была бы счастлива, она хочет, чтобы я поскорее ушел на пенсию".


"Нет острой необходимости, сэр, никаких препирательств".


"Это меняет дело".


Отложив телефон, я повернулся к зданию, но повернул обратно, когда прилетел вертолет Sea King, цвета королевского флота. Первым погибшим был тот самый Джик мандарин с Борнео, тот, кто действительно мог бодрствовать.


"Вот и все, без пререканий ..." - вырвалось у меня, когда я вышел, чтобы поприветствовать его.


Позади него ушел в отставку генерал Деннет и его команда. Я пожал руку нашему мандарину, пострадавшему от нисходящего потока вертолета, и с улыбкой поприветствовал Деннета, когда он опустил свой берет. Мы пожали друг другу руки. "Добро пожаловать на брелок, сэр".


"Я много слышал об этом. Удивлен, что ты не в джунглях."


Я привел их к двери. "Я должен координировать все это, сэр". Внутри я крикнул: "Присутствует старший офицер!" - и люди встали.


Подполковник Марш вытянулся по стойке смирно. "Общие сведения". Они пожали друг другу руки.


"Рад видеть вас снова, давно не виделись", - предложил Деннет Маршу, и Марш представил своих офицеров, пока я готовил чай и немного еды.


Я представил Хейнса и Мортена, майора Таггарда, а затем потратил двадцать минут, подробно описывая карту и то, что произошло к настоящему времени с генералом Деннетом и его командой, а также с нашим ДЖИКОМ мандарином.


"Как вы думаете, сколько времени займет эта операция?" Деннет наконец спросил меня.


"Если мы хотим, чтобы потери были очень низкими, сэр, несколько недель медленного истощения. Мы перекрыли дороги, так что их запасы начнут заканчиваться."


"Пополнение запасов по воздуху?"


"ВМС США раскопали свою взлетно-посадочную полосу, сэр. Но вокруг много небольших полос, используемых для контрабанды, возможно, есть несколько, о которых мы не знаем, и они часто используют вертолеты Ми-8. Тем не менее, они не будут доставлять четыре тысячи человек на вертолете."


"Нет, вполне. Давай поговорим на улице." Он вывел меня в тихое место. "Хорошо ли играют различные юниты?"


"Пока все идет хорошо, все жаждут каких-то действий, сэр, никаких препирательств".


"А подполковник Марш?"


"Очень полезно, он позволил мне взять инициативу в свои руки".


Деннет кивнул. "Освещение в газетах огромно, половина наших рядовых вызвалась добровольно приехать, моральный дух хороший, вербовка идет хорошо. Есть те, кто ... хотел бы выжать из этого все, что в его силах, при условии, что потери невелики. Ваши предыдущие успехи в укреплении боевого духа подразделения являются ключевым фактором, силы стремятся к большому количеству газетных страниц."


Я кивнул, рассматривая радио Land Rover, прогуливающихся мужчин. "Может быть... что-то. Основные силы повстанцев загнали себя в угол, но, возможно, они хотели это сделать, потому что для нас подъехать по дороге было бы самоубийством. Вокруг них двадцать миль джунглей и болот. Но, согласно карте, там есть несколько участков пастбищ, достаточно больших для десантирования пара."


"Бросьте силу на траву, затем прогуляйтесь", - размышлял он. "Кажется, все в порядке. В чем обратная сторона?"


"Полдюжины сломанных лодыжек, вертолет взлетает".


"Мы получаем это во время учений в Великобритании!"


"Будут бои в джунглях, а значит, жертвы, но боевой дух тех, с кем мы сталкиваемся, с каждым днем будет все меньше, и ВМС США, должно быть, напугали их до усрачки. Они, вероятно, думают, что здесь десять тысяч американских морских пехотинцев."


Он кивнул. "Сколько человек в розыске?"


"Триста параграфов".


"Это было бы самое большое падение со времен Арнема, 1944".


"И освещение в газетах ..."


"Да, я смотрю документальный фильм в будущем".


Я вставил, улыбаясь: "Если они увидят, как самолеты сбрасывают "Парас", они обделаются. И если они увидят много самолетов ..."


Он кивнул. "Они быстро потеряли бы боевой дух. Что бы тебе понадобилось?"


"Здесь два Геркулеса ..."


"Трое сидели на взлетно-посадочной полосе, которую я видел".


"Еще несколько помогли бы, сэр. Я позвоню командующему ВВС, пусть сюда спустят парашютистов и побольше инструкторов."


"У вас, очевидно, здесь есть инструкторы по параподготовке?"


"Да, сэр, кто-то в джунглях, кто-то помогает здесь. Они спустились, чтобы набраться опыта, потому что SAS их не уважает."


"А теперь?"


"У них есть подтвержденные убийства и оперативные потери HALO, чего у многих в SAS даже нет".


"А эти полицейские, о которых никто не должен знать?"


"У них много подтвержденных убийств, опыт в джунглях".


"Они могли бы заменить SAS в Лондоне?"


"Да, сэр, и SAS возвращаются к солдатской службе на зеленых полях".


"Это то, что предложил полковник Дин, и я согласен с ним". Он уставился на палатку столовой. "Это морские пехотинцы?"


"Да, сэр, их пятьдесят. Сегодня им будет задано задание."


Он кивнул. "Мой человек, полковник Клиффорд, останется здесь с командой, попросите его о том, что вам нужно, и мы посмотрим, что произойдет после окончания боевых действий".


"Поддержание мира, сэр?"


"Это обсуждается на политическом уровне, за исключением того, что это происходит каждый год".


"Наш друг в Монровии будет сотрудничать".


"Ты говоришь это так, как будто знаешь его".


"Мы общаемся каждый день".


Его глаза расширились. "Ты делаешь".


"Я открыл ему внутренние каналы для получения информации в Лондоне. Но никогда не повторяйте этого, сэр."


"Он не нападет на наших людей?"


"Он чертовски боится ... наших мужчин".


"Он видел, как ваше маленькое подразделение уничтожило базу с пятью сотнями человек, так что неудивительно. Таким образом, мы могли бы заключить сделку и не подпускать бандитов."


"Да, сэр".


Он кивнул. "Запах этой еды убивает меня".


"Я распоряжусь, чтобы вам прислали немного, сэр". Я пошел в столовую палатку и сделал запрос, а вернувшись наружу, позвонил командующему ВВС.


"А, Уилко, мой мальчик, как дела? У моих инструкторов по параподготовке все в порядке?"


"С ними все в порядке, сэр, и они в гуще сражения. Но, возможно, я забыл рассказать им о четырех тысячах повстанцев, окруживших их, когда они появились в ОРЕОЛЕ."


"Господи, они в опасности?"


"Не совсем, повстанцы немного дерьмовые. Послушайте, я только что говорил с генералом Деннетом, он здесь, внизу, ему нужно еще несколько "Геркулесов" и вся парашкола, а также достаточно парашютов и резервов, скажем, для четырехсот человек."


"Четыреста?"


"Мы можем использовать крупномасштабное сокращение, которое бесконечно повысит вашу парашколу. Они ... занят прямо сейчас?"


"Погода ужасная, так что нет, и сейчас зима".


"Тогда отправь их всех и любого пилота "Геркулеса", который хочет испытать высадку вживую".


"Они бы все выстроились в очередь! Но как насчет 2 эскадрильи, вы могли бы привлечь их?"


"Ну, может быть. Сколько у тебя парашютов?"


"Достаточно, чтобы уничтожить три тысячи человек на войне".


"Тогда отправь остальную часть 2-й эскадрильи вниз, они могут высадиться в каком-нибудь месте с небольшой опасностью, но они не будут этого знать".


"Большая часть 2-й эскадрильи уже там, я пришлю остальных".


"Пришлите мне еще одну эскадрилью для защиты этого места, в качестве замены, сэр".


"Будет неплохо иметь что-то живое, чем можно заняться вместо более проклятых сценариев".


"Передай от меня привет своей жене".


Вернувшись внутрь, генерал Деннет и его команда беседовали с Парас.


Я приблизился к JIC mandarin под громкую фоновую болтовню. "Я бы подумал, что ты будешь здесь раньше".


"Ну, есть тонкая грань между регулярной армией и спецоперациями, и это было связано скорее с армией, чем с нами, но я отстаивал свою точку зрения".


"Надеюсь, ты не заснешь во время моих брифингов", - поддразнила я.


"Я выспался в самолете и буду продолжать пить кофе", - сказал он с усмешкой.


"Что вообще случилось с тем парнем с Борнео?"


"Вернулся за свой стол, ему больше никогда не будут доверять в полевых условиях".


Я кивнул. "Так же хорошо".


"И вы поддерживали регулярные контакты со своими друзьями из неблагополучных мест ..?"


"На ежедневной основе, и они оказались чрезвычайно полезными. Самолет, направлявшийся к повстанцам, был перенаправлен, пилоты подкуплены, оружие сложено снаружи."


"Всегда полезно отобрать у них оружие. А идиот в Монровии?"


"Полностью сотрудничает, прячется под кроватью".


Генерал Деннет поговорил со многими группами перед отъездом, теперь у его команды есть комната и раскладные кровати, его полковник уже дает о себе знать вопросами логистики, даже вопросами морали.


Майор Таггард принял вызов и улыбнулся Маршу. По телефону он сказал: "С вас двадцать фунтов, сэр".


"Что! Черт!" Марш вышел из себя.


"Что случилось?" Я спросил Таггарда, все слушали.


Заходил самолет, увидел другой самолет и сделал круг, и мои ребята открыли огонь по GPMG, попав в двигатель. Он загорелся, неудачно приземлился, и добрых пять минут спустя парас поразили его четырьмя выстрелами из РПГ."


"Хах! Итак, мы попали в точку!" Марш сказал. "Ты только повредил его! Мы уничтожили его."


"Да, это плохой спорт, сэр", - пожаловался Таггард.


"Назовем это ничьей", - сказал я. "Ставка переходит на следующий уровень".


"Прекрасно", - сказал Марш, Таггард покачал головой.


Моран позвонил через десять минут. "Мы видели, как три вертолета Ми-8 пролетели неподалеку, направляясь к тому аэродрому".


"ВМС США вышли на взлетно-посадочную полосу, так что это имеет смысл. Как у тебя с припасами?"


"Становимся слабее, но мы подстрелили оленя, хорошего размера, и теперь мы все чучела".


"Тут сзади забрела корова, мы ее подстрелили, и шеф-повар нарезал ее для нас на стейки".


"Да, ну, Рокко и Дикки хорошо питаются".


"Они? Как так вышло?"


"Обнаруженный грузовик остановился, сломался, застрелил людей. Сзади было полно еды, поэтому они отвезли ее в джунгли, замели следы. У них есть консервированные персики, груши, мясной фарш, картофель."


"Чертовски повезло, но это экономит запасы".


"У них есть патроны и немного коробочного корма, они у Дикки".


"Чем ты занимался сегодня?"


"Мы скопировали Сашу".


"Саша?" Я поинтересовался.


"Он ждет, пока проедет грузовик, затем бьет нескольких мужчин в спину. Большинство грузовиков никогда не останавливаются, водители не замечают, поэтому мы стреляем по ним."


"На той дороге все еще движение?"


"К черту все сейчас, несколько машин, по одной в час".


"Свяжись с Рокко и попроси его направить свою команду к тебе, найди ту тропу на запад, но будь осторожен, тысячи людей идут по этой тропе. Подкрадывайся незаметно, но чертовски медленно. И если над вами пролетит Ми-8, стреляйте в них, но с расстояния - вас заметят, и на вас в мгновение ока будет пятьсот человек. О, ты слышал о Гонзо?"


"Да, действительно жаль, но он должен был знать лучше".


"Это то, что сказал майор".


"Что происходит в другом месте?"


"Парас сбил еще один самолет, Гуркхи еще не вышли на контакт, а основные силы Пара расстреляли колонну, серьезных потерь пока нет, но половина армии на пути к гибели."


"Большой скачок?"


"Да, и, возможно, большое десантирование в ближайшее время, к западу от этого аэродрома".


"Почему капля?"


"Дороги и тропы будут заминированы, расставлены засады. Будь чертовски осторожен, приближаясь к этому месту."


"Хорошо, мы тщательно все обнюхаем".


Убрав телефон, капитан морской пехоты забрел внутрь. "Люди отдохнули и накормлены, снаряжение проверено, так что у вас есть для нас какое-нибудь дело?" - спросил он, поворачивая головы.


"Тебе есть чем заняться", - сказал я ему. "Мы достанем тебе какой-нибудь транспорт. Вы едете к гуркхам, присоединяетесь к их лагерю, затем отправляетесь пешком на северо-восток. Там есть возвышенность, небольшая река, несколько троп, несколько деревень.


"Будьте хорошо замаскированы, двигайтесь незаметно, сообщайте о передвижениях противника. Если вы наткнетесь на небольшой вражеский патруль и будете уверены в себе, найдите надежное прикрытие, нападите на них и отступайте. Если вы думаете, что они преследуют ваших людей, устройте засаду, затем отойдите и сделайте круг.


"Если вы находитесь на гребне холма, проезжают грузовики и джипы, черные лица в зеленой форме, откройте на шестьдесят секунд, а затем убирайтесь прочь. Возьмите побольше 66 мм. Это ... это война в джунглях "сбей и беги", никакого героизма, пожалуйста, уменьшите потери. "


Капитан Гуркха вмешался.


"Ах, просто мужчина. Организуйте транспорт для морских пехотинцев сегодня, пожалуйста, они присоединятся к вам."


Он кивнул капитану морской пехоты. "Мы украдкой осмотрели что-то вроде лагеря, в нем должно быть триста человек". Он ткнул пальцем в карту. "Они устроили засады на двух дорогах поблизости. Но мы думаем, что можем нанести некоторый урон, они не настолько включены. Мы можем поражать здания и транспортные средства из 66-мм оружия и РПГ, открываться на некоторое время, а затем отступать."


"Здесь есть еще RPG, много, так что возьми немного", - сказал я ему. "Цельтесь ударить по ним завтра на рассвете, и пусть морские пехотинцы будут на фланге, координируйте атаку".


Два капитана вышли поболтать, когда зазвонил мой телефон.


"Уилко".


"Это капитан Харрис. У нас есть движение, группа движется на запад по дороге, которая ведет к тому лагерю, который вам так понравилось посещать."


"Мы предупредим тамошних людей, спасибо".


Я предупредил майора Таггарда, и он приказал своим людям следить за дорогой.


Десять минут спустя подошел майор Таггард, размахивая параграфами. "Мои люди говорят, что по этой полосе марширует длинная колонна чернокожих".


Я начал: "Пусть ваши люди отойдут поглубже в деревья, не рискуя, приготовьте минометы. Если им придется ... пересечь реку." Я повернул голову к главному параграфу. "Предупредите своих людей, сэр. Но если эти силы слишком велики ... откройте огонь, а затем отступите обратно в лагерь, там есть прочные стены, которые вы можете использовать."


Марш приблизился, чтобы посмотреть на карту. "Эти люди пешком идут прямо к месту моей засады".


"Вопрос в том, сэр, насколько они тупы".


"О, некоторые из моих людей не так уж плохи", - сказал Марш, и офицеры засмеялись.


"Предупредите их, чтобы были готовы, сэр", - сказал я с улыбкой.


Эскадрилья "G", решив, что у них не получится эффективно использовать минометы, подожгла грузовик после того, как переместила его, минометы оставили в тылу для приготовления пищи - специально. Затем они вернулись к месту недалеко от реки, что также дало им возможность обстрелять взлетно-посадочную полосу, несколько человек взобрались на деревья.


Параситы отошли назад и сгруппировались, РПГ наготове, их обзор частично загораживали два самолета, один из которых все еще горел. Однако они выиграли от шести GPMG, нацеленных по всей полосе, и большого количества боеприпасов.


Взволнованным офицерам поступили сообщения; две шеренги черных иррегулярных войск, хорошо вооруженных, идут по взлетно-посадочной полосе и забирают горящий грузовик и горящий самолет. Силы повстанцев остановились и ждали. Мы ждали. Эскадрилья "G" ждала, как и пара на полосе.


После пятнадцати минут обсуждения, когда повстанцы собрались в кучу, человек, отвечающий за этих повстанцев, разделил свои силы. Некоторые следовали вдоль линии деревьев в обход к эскадрилье "G", основная масса направлялась к лагерю через деревья. По главной дороге к городу и воротам лагеря брели двести человек, и пока это выглядело как крупнейшее столкновение на сегодняшний день.


Пара на полосе ждала до последнего момента и открыла огонь, снайперские винтовки выбивали патроны, шестьдесят человек стреляли через полосу. Это отвлекло людей, которые собирались напасть на эскадрилью "G".


Повстанцы открыли огонь по пара, повернувшись спиной к эскадрилье "G", которая ждала, и подождала еще немного, пока они подбирались ближе, затем открыла огонь, несколько повстанцев попали всего в десяти ярдах позади, когда они отвлеклись.


Затем миномет на грузовике решил взорваться, несколько повстанцев попали под взрыв, через пять минут сдетонировала вторая миномет медленного обжига.


Те повстанцы, которые достигли главных ворот лагеря, услышали сражение и решили, что они прокрадутся за спинами парас, через лагерь. Они осторожно продвигались через развалины лагеря, единственный взвод пара, спрятанный в сгоревших зданиях, и в неподходящем месте в неподходящее время.


Взвод открылся, несколько повстанцев попали в цель, остальные рассеялись, этот взвод Пара вскоре был прижат и звал на помощь. К счастью, между ними и повстанцами был голый бетон, ничейная земля, так что ни одна из сторон в ближайшее время не будет наступать на другую.


Пара из засады на дороге быстро покинули свои позиции и спринтерски прорвались сквозь деревья, выйдя за поврежденные казармы, мужчины заняли позицию в развалинах и открыли огонь.


В течение часа более сотни парас пробрались в лагерь и вступили в бой с повстанцами, которые начали отступать. Первый Пара был убит, когда он упал с обломков и ударился головой, простой несчастный случай.


На грязной полосе в бою осталось несколько повстанцев. Те, кто остался в живых, сбежали, ходячие раненые были подобраны. Эскадрилья "G" пробежала сквозь деревья тем же маршрутом, что и при угоне грузовика, и обнаружила обескураженного шамбла, удаляющегося по дороге. Они открыли огонь, большинство повстанцев бежали или прятались, немногие отстреливались.


За рекой скучающий отряд парней из эскадрильи "G" внезапно обнаружил тридцать человек, крадущихся вдоль реки, и устроил им головокружительную засаду, десять повстанцев были убиты, остальные разбежались.


В командной комнате я обновил доску, "Чинук" с медиками отправлен в северную часть лагеря Парас, восемь раненых парас извлечены, в основном царапины и рикошеты, найдено одно мертвое тело.


Марш выпрямился. "Совсем неплохо, если не считать одного глупого несчастного случая. Менее десяти незначительных ранений, и после битвы против трехсот выпущено много пуль. Мужчины преуспели."


"Вы можете с таким же успехом переместиться в этот лагерь и удерживать его сейчас, и заблокировать дорогу от него, сэр", - сказал я ему.


Он кивнул и отдал приказ. "Мы также заберем оружие у мертвых".


"Пусть каждый второй взвод отдохнет и поест, сэр, мы не знаем, когда будет следующая атака. И вам нужно будет перевезти тела, они созревают за несколько часов. Лучший выбор - местные жители из города, несколько фунтов на рытье могил - это то, что мы делали раньше. Если у вас нет наличных, мы можем организовать их."


Он отдавал приказы, когда я приказал "Чинуку", нагруженному припасами, приземлиться в лагере и выгрузить лакомства.


Вмешался Мортен.


"Ах, док, у тебя есть доллары?" Я спросил.


"Да, в наши дни они всегда при мне".


"Верно. Я хочу, чтобы ты на джипе добрался до лагеря пара, наличные на руках, тела для захоронения. Но я также хочу маски для лица, резиновые перчатки и лайм, прежде чем ты уйдешь."


"В аэропорту есть припасы, но я должен спросить о лайме". Он направился к выходу.


В 5 вечера я устал, но еда поддерживала меня в тонусе.


Фрэнкс вошел с телефоном в руке. Флот перехватил этот корабль, или, по крайней мере, попытался. Когда они подошли ближе, по ним открыли огонь из РПГ, без попаданий, но близко. Итак, F18 нанесли удачный удар."


"Удачное попадание?" Марш бросил вызов. "У ваших людей есть компьютеры и управляемые бомбы; они могли бы выбрать правильное отверстие для попадания!"


Фрэнкс повернулся ко мне от Марша. Они попали в топливный отсек машинного отделения, разнесли бак пополам. Судно перевернулось и быстро затонуло, выживших было немного."


"Лучшее место для них", - твердо заметил Марш. "Дно океана".


"Я уверен, что несколько других согласились бы с этим", - сказал я Маршу, но удерживал зрительный контакт с Фрэнксом. Выйдя на улицу, я назвал Майка папой.


"Алло?"


"Господин Президент, это Петров. ВМС США потопили корабль, направлявшийся к вам, выживших нет."


"Мой ... бог".


"И у британских и французских солдат все хорошо, так что вы можете расслабиться".


"Это хорошая новость, да, действительно. У мистера Томска, безусловно, хорошие связи."


Скоро поговорим. Папа Виктор на свободе."


Я позвонил в Томск. "ВМС США потопили этот корабль".


"Они сделали? Дорогой бог."


"Для этого и существуют друзья. Как у тебя с талией?"


"Ах, не так уж хорошо. Я просыпаюсь ночью и иногда перекусываю."


"Перекусить ... или бургер?"


"Ну, если я выпью, мне нужно что-нибудь крепкое".


"Оставь салат".


"Салат? После выпивки. Тьфу!"


Вернувшись в дом, я пристально уставился на доску с картой.


"Что-то?" - Спросил подполковник Марш. "Ты кажешься ... обеспокоенным".


Полковник Клиффорд приблизился, когда я постучал по карте. Я сказал: "Мы устроили засаду на определенной позиции. Но почему?"


Мужчины повернулись к нам.


"Подумал, что мы заедем на машине", - заметил Марш.


"Никогда раньше, сэр, и я два года пинал этих мальчиков".


Майор Таггард вставил: "Может быть, они рассчитывают, что армия Монровии будет передвигаться по дорогам".


Я покачал головой. "При каждом предыдущем столкновении или любых неприятностях армия Монровии защищает Монровию - и к черту всю остальную страну".


"Есть ли сообщения о подобных засадах где-нибудь еще?" Спросил Марш, полковник Клиффорд внимательно слушал.


"Никто не сообщал", - выдыхаю я со вздохом.


Майор Таггард предположил: "Возможно, они остановились на паузу, пока тот корабль направлялся в Монровию, ожидая, чем все закончится. И если результат не был хорошим, они разворачивались и убирались восвояси."


Я погрозил ему пальцем. "Здесь десять разных групп, которые собираются вместе".


Полковник Клиффорд вставил: "И, возможно, у кого-то есть планы на высшую должность".


"Они годами вцеплялись друг другу в глотки", - отметил я.


Майор Таггард постучал пальцем по карте. "Штаб-квартира находится вон там, главный сидел крепко и был хорошо защищен, пока другие группы сражались с нами. Он хитрый."


"Он трус", - сказал Марш всем. "Он сидел и ждал, что произойдет, и если бы этот корабль приземлился и диктатора сместили, он мог бы прилететь и взять управление в свои руки".


Я кивнул. "Или он сидит и наблюдает, что происходит, потому что с уходом диктатора была бы свобода для всех - никаких правил".


"Теперь, когда с кораблем разобрались...?" - выпалил полковник Клиффорд.


Я взглянул на него. "Главный человек сейчас хотел бы отправиться домой, сэр, но не смейте показывать страх перед своими людьми. Кроме того, мы перерезали все дороги на север, так что он застрял."


Хейнс приложил руку к микрофону в ухе. "Выстрелы на дороге!" Мужчины схватились за винтовки, пока я спокойно слушал. "Подозрительный автомобиль".


Мы все посмотрели вверх, когда снайперы на крыше выбивали патроны. Мгновение спустя взрыв потряс здание.


"Есть раненые?" Я спросил Хейнса.


"Несколько парней сбились с ног, вот и все".


"Доставьте их к медикам, отправьте больше людей на дороги". Я позвонил полковнику Марчанту. "Сэр, у нас только что взорвалась заминированная машина, еще одна. Вы следующий, сэр, так что приготовьтесь." Я позвонил капитану Харрису.


"Ах, Уилко, мы как раз собирались тебе позвонить, какие-то странные сигналы рядом с тобой".


"У нас только что был взрыв заминированной машины, никто не пострадал, но могли бы использовать это предупреждение раньше".


"Мы в ударе, это было всего минуту назад", - настаивал он.


Собери несколько дополнительных солдат для этого района, отправь их вниз. Спасибо." Я сказал, убирая телефонную трубку: "Заминированные машины - это эмоциональная реакция человека, попавшего в ловушку".


"Как они прошли через наши линии?" Расстроенный Марш спросил.


"Вверх по этой дороге и налево - город, сэр, много машин. Нам нужно было бы остановить и обыскать их всех. В любом случае, сэр, вы выглядите усталым - вы не спали два дня, так как насчет небольшого отдыха?"


"Я в порядке".


Я встретился с ним лицом к лицу. "Они не нападут до полуночи, мы не будем атаковать до рассвета ..."


"Спаси пару заминированных автомобилей".


"Сэр, к рассвету вам нужно быть свежим", - настаивал я.


"Ты дольше не спал", - тихо запротестовал он.


"Он Уилко", - заявил полковник Клиффорд. "Ты простой смертный. Так что будь хорошим пациентом и немного отдохни. Это касается любого другого, кто подталкивает себя."


"У меня будет несколько часов отдыха, сэр, чтобы подготовиться к полуночи", - сказал я Маршу, и он смягчился, отправившись немного отдохнуть.


Я воспользовался раскладушкой мистера Хейнса внизу, капитан Хэмбл предложил предупредить меня, если что-нибудь случится. Я закрыл глаза, смертельно уставший, и обнаружил, что кто-то пинает мою еду мгновением позже, но каким-то образом это произошло тремя часами позже. "А?"


"Ваш телефон, сэр".


"Что? О, точно." Я схватился за свой телефон, когда расслабился.


"Алло?"


"Это я", родом из Томска. "Ты говоришь так, как будто спал".


"Это были долгие несколько дней".


"Ну, послушай, я подкупил там кое-кого, и сегодня вечером будет атака на британцев в аэропорту, минометы, а затем нападение на какого-то капитана, о котором писали газеты".


"Я дам знать британцам, и тебе воздастся по заслугам. Если еще что-нибудь подобное случится, немедленно дай мне знать. Спасибо." Я расслабился и потер лицо, делая глоток воды. Вскинув винтовку, я вышел. "Стоять всем", - сказал я Хейнсу. "Компания приближается".


Я позвонил капитану Харрису, пока люди суетились вокруг, проверяя оружие. "Это Уилко. Разведданные о людях в реальном времени, минометный обстрел, ваш аэропорт. Установите периметр на расстоянии мили, людей спрячьте. Если они собьют самолет, то чертовски дорого заплатят."


"Я сейчас всех предупрежу".


Телефон отключен, подполковник Марш проснулся, но определенно не с ним, капитан Хэмбл доложил, что его люди готовы и рассредоточились. Я уставился на карту, гадая, какую форму атаки она примет, предполагая, что целью был я. Я наконец повернул голову к Фрэнксу, который тоже спал. "Проверь радар. Быстрее, пожалуйста. "


Он позвонил, когда мне в руку сунули кофе. Я сделал несколько глотков и передал его Маршу, который нуждался в нем больше, чем я.


"Как долго я спал?" - спросил он.


"Три часа с небольшим, сэр", - проинформировал его Хэмбл.


Фрэнкс повернулся ко мне, прижимая телефон к уху. "Прерывистый контакт с радаром, возможно, вертолет, в десяти милях к северу, направляется на юг, сюда, к нам".


"Я хочу, чтобы медики были здесь с поварами, каждый способный мужчина с винтовкой вышел наружу и рассредоточился". Я столкнулся с Маршем. "Сэр, соберите вместе нескольких своих офицеров, возьмите 66-мм и доберитесь до середины полосы. И, сэр, вам следует сбить тот вертолет... мало кто имеет достаточно высокий ранг, чтобы называть тебя Умником."


Он улыбнулся. "За мной!" - сказал он своим офицерам.


"Я хочу, чтобы через две минуты погасили свет!" Я закричал. Я позвонил капитану Харрису. "Есть ли у нас какие-нибудь вертолеты, которые летают прямо сейчас?"


"Нет, все внизу, все сидели здесь".


Перепроверьте, потому что мы собираемся подстрелить одного. Позвони мне, если появятся какие-нибудь новости." Следующий звонок был майору Либану.


"Oui?"


"Это Уилко. Есть ли у вас какие-нибудь вертолеты, направляющиеся ко мне прямо сейчас?"


"Я так не думаю, есть три Пумы, но они используются в медицинских целях, у нас здесь продолжается бой".


Перепроверьте, мы собираемся его пристрелить. Позвони мне, если это твое."


"Хорошо".


Вбежали медики с аптечкой, повара вошли с черного хода.


"У нас поступление, так что пригнитесь!" - Крикнул я, проходя мимо медиков и выходя на улицу. Я дважды проверил свое оружие, когда погас свет. "Люди на крыше, приготовьтесь к появлению вражеского вертолета".


"Мы здесь", - крикнул подполковник Марш, и я побежал вперед по полосе, приближаясь к их темным очертаниям. "У нас есть десятки 66-миллиметровых".


"Рассредоточьтесь и проверьте свой тыл, прежде чем стрелять!" Я кричал в темноте. "Двигайся влево и вправо".


" Уилко? " раздался голос капитана Хэмбла.


"Вот".


"Где бы ты нас ни хотел, у меня есть летучий отряд". Оружие щелкнуло, невидимое в темноте.


"Прямо здесь, приготовьтесь стрелять по вертолету с севера. Надеюсь, это не один из наших."


"Ты звонил в аэропорт?" Спросил капитан Хэмбл с осторожностью в голосе.


"Да, и они сказали, что все они сидят на асфальте. Плюс мы получили наводку, что это враждебно."


"Это всегда помогает".


"Я что-то слышу!" - крикнул мужчина.


"Приготовься!" Я закричал. "И рассредоточьтесь, вы все еще слишком близко друг к другу!" Я опустился на колени, держа винтовку наготове, лицом на север, и теперь я мог слышать это. "Это русский вертолет, значит, не один из наших!" Я закричал. "Стреляй только тогда, когда уверен в правильности выстрела!"


Я включил автоматический режим, резонирующий гул нарастал, затем я увидел его, и он двигался к восточному концу лагеря, а не к зданию. "Вот оно! Приготовиться!"


Он увеличивался, черный контур, огни не горели, но мне показалось, что я вижу свет в кабине пилота.


"Приготовиться!" Его тяжелый гул заполнил воздух, и я чувствовал, как он сотрясает меня. "Три... два .... один ... огонь!"


66-миллиметровый снаряд выстрелил, почти сбив меня с ног, и несколько секунд я ничего не мог сделать, кроме как попытаться устоять на ногах, когда вокруг меня разверзся настоящий ад. Открыв глаза, я увидел вращающийся огненный шар, в который попали десятки трассирующих пуль. Мне не было смысла стрелять. Огненный шар врезался в траву в дальнем конце полосы, подняв огромный сноп искр, за которым последовали три мощных накладывающихся друг на друга взрыва.


Бах! Что-то упало на землю рядом со мной.


"Человек ранен!" - раздалось эхом из нескольких районов.


"Зажги свет!" Я закричал. "Медики снаружи! Медики!"


Люди разбежались в нескольких направлениях, и я помогал нести человека, только когда зажегся свет, осознав, что Марш нес своего капитана.


В медицинской палатке зажглись лампы, и я помог уложить мужчину со шрапнелью в животе. Я схватил лампу и внимательно рассмотрел, как дюжина человек пыталась втиснуться в палатку за один раз.


"Это не смертельно", - заверил я капитана. "Хороший шрам, есть что рассказать".


Пока медики пытались проникнуть внутрь, я вытолкал нераненых наружу, и мы вернулись к столу с картами, где яростно горел разбитый вертолет.


"Могло бы быть и лучше", - выдохнул Марш.


"Не совсем", - сказал я, взглянув на доску с картой. "Он пролетел над деревьями, времени перехватить его не было, и если бы они были начеку, то выпустили бы несколько ракет в это здание, и мы все были бы мертвы".


Полковник Клиффорд спросил: "Должны ли мы пересмотреть эту позицию?"


"Нет, сэр, это лучшее место, но я бы чувствовал себя лучше, если бы кто-нибудь из старших офицеров вернулся в аэропорт".


"Чушь собачья", - выдохнул подполковник Марш. "Я остаюсь здесь. Мы на войне, и мы побеждаем. Просто жаль, что на борту вертолета было десять тонн взрывчатки, несколько человек ранены."


"Никаких смертельных случаев?" - Спросил полковник Клиффорд.


"Я не видел смертельных ран, сэр", - сказал я ему. "Сплошная шрапнель".


Вмешался капитан Хэмбл. "Один из моих получил удар по голове, без сознания, но это не выглядит серьезно. Один получил осколок металла в ногу."


Главный повар вошел с черного хода. "Капитан Уилко. Сэр. В столовой зияет большая дыра, так что хорошо, что нас там не было, немного вертолета вперемешку с яйцами. В связи с тем, что вы сказали о том, что здесь тихо, сэр."


"С этого момента все должно быть лучше", - сказал я ему.


"Что ж, от имени парней ... ваше определение тишины нуждается в некоторой долбаной доработке, сэр."


Полковник Клиффорд выступил вперед. "Это идея Уилко о тишине. Ты должен видеть это, когда он говорит, что это будет громко."


"Скорее нет, сэр. И мы собираем мешки с песком, чтобы построить стену, и настоящим мы официально запрашиваем шлемы и бронежилеты."


" Сержант, " начал я. "Как часто у вас есть отличная история, которую вы можете рассказать за кружкой пива о каком-нибудь действии в далекой стране?"


Майор Таггард столкнулся лицом к лицу с шеф-поваром. "У Йи теперь отличная история, не говоря уже о медали кампании в конце, без сомнения".


"И личное письмо с благодарностью от меня", - добавил я. "Если ты, конечно, переживешь следующие несколько дней".


Подполковник Марш приблизился. Сержант, без вас мы бы застряли. Ты нужен нам. Я постараюсь раздобыть вам несколько шлемов и побольше мешков с песком."


"Спасибо, сэр", - поблагодарил шеф-повар, разглядывая лица, но все еще выглядя раздраженным. Он бросил на меня взгляд, прежде чем уйти.


"Я расстроил самых важных людей здесь", - сказал я со вздохом.


" Тот вертолет... " начал полковник Клиффорд.


"Эмоциональная реакция человека, попавшего в ловушку, отчаянная мера", - сказал я всем. "Мы можем ожидать, что дороги возле его штаб-квартиры будут заминированы, расставлены всевозможные ловушки, несколько бомб взорвутся вот здесь".


"У нас хорошая разведданная", - сказал всем капитан Хэмбл. "Мы получили предупреждение".


"Уже трижды увернулся от пули", - отметил подполковник Марш. "И на тыловой базе".


"Так кто сбил вертолет?" Спросил я с усмешкой.


"Трудно сказать", - признал Марш, выпятив грудь и выпятив подбородок. "Но я действительно попал в цель".


"Умница", - выдохнул полковник Клиффорд, офицеры рассмеялись.


Чуть более чем через десять минут "Чинук" приземлился, огни горели, по нему никто не стрелял, раненых унесли на носилках, в общей сложности забрали восемь человек, что вызывает у меня беспокойство. Но Мортен настаивал, что все они будут жить.


Моран позвонил полчаса спустя. "Большая часть Ехо теперь объединена, и мы находимся к юго-западу от перекрестка между этой дорогой на запад и главной дорогой".


"Будь осторожен, на этой дороге две тысячи человек, минометы и тяжелые пулеметы. И на нас только что напали с вертолета, сразу после другого взрыва заминированного автомобиля."


"Они впадают в отчаяние".


"Да, и если они узнают, что вы там, они захотят взять вас в заложники - так что будьте осторожны".


"У нас много людей, Russian box feed, RPG и много еды".


"Я хочу, чтобы параинструкторы вышли на рассвете, им нужно подготовиться к большому десантированию пара. В то же время я распоряжусь, чтобы вам доставили припасы, так что найдите открытое место, которое скрыто."


"Мы двинемся на юго-запад. Кто вокруг нас?"


"Риццо с тобой?"


"Да".


"Одинокие волки в нескольких милях к северу от вас, движутся на юг. Я попрошу Свон поменяться с тобой номерами."


"Когда будет пара-дроп?"


"Самое раннее, послезавтра".


"Тогда мы можем их немного проредить", - предложил Моран.


"Доберись до этого дорожного перекрестка, а затем уходи на юго-запад, пока они не сбросили минометы. Для главного удара ваш сектор находится к югу от этой трассы, но к востоку от центральной линии, то есть в юго-восточном секторе. Французы могли бы быть с вами примерно через день, но я отправлю их к северу от этого пути."


"Хорошо, я устрою здесь место для засады, и мы нашли реку и болото, так что есть места, где они могут попасть в засаду, если патруль придет за нами, и какие-нибудь непроходимые гребаные джунгли, так что, если они пошлют много людей, им придется туго".


"Скоро поговорим".


Я вспомнил номер, который я записал; Одинокие волки.


"Капрал Свон слушает".


"Это Уилко. Где ты?"


"Мы только что украдкой взглянули на этот лагерь, но сейчас мы отошли на пятьсот ярдов и спрятались, они выставили патрули".


"Ты видел что-нибудь интересное?"


"Там хороший забор, много колючей проволоки и небольшое минное поле шириной около десяти ярдов по эту сторону забора. У них есть патрули на джипах, пешие патрули и охрана, несколько патрулей с собаками."


"Ничего для мужчин твоего калибра", - поддразнила я. Держитесь подальше и рассредоточьтесь, но перед рассветом уведите несколько человек на деревья и спрячьтесь, не спускайте глаз весь день. Французы к северу от вас, они могут присоединиться к вам. Эхо находится к юго-востоку от этого лагеря, возможно, примерно в трех милях от вас. Послезавтра к западу от вас в трех милях будет большой десант, вы будете отвлекать внимание."


"Мы будем готовы, босс, но это большой старый лагерь, много людей, несколько белых лиц."


"Будь осторожен и пока никого не привлекай, если можешь помочь. Уилко на свободе."


Положив трубку, я столкнулся с подполковником Маршем. "В этом штабе есть минное поле, забор, сторожевые вышки, собаки, работы". Я повернул голову на несколько дюймов в сторону полковника Клиффорда. "Не могли бы вы связаться с аэропортом, сэр, и узнать, есть ли у нас парни-артиллеристы. И мне нужно поговорить с военно-морским флотом, так что спросите, могут ли они прислать сюда диспетчера передовой авиации, пожалуйста. "


Он кивнул и направился прочь.


Я позвонил капитану Харрису. "Это Уилко. Эти морские короли у тебя с собой?"


"Да, с их корабля, который находится где-то в море. Здесь двое, но я думаю, что у них больше."


"Мне нужно будет доставить припасы и забрать восемь человек сразу после рассвета, к юго-востоку от главного штаба противника. Позвоните капитану Морану и уточните местоположение, когда он найдет место для посадки."


"Какие припасы бросить?"


"Вода, пайки, наши патроны калибра 7,62 мм, 66 мм, если они там есть".


"Здесь тонны боеприпасов всех видов. Вертолеты на пути к вам."


"Кто идет?"


"Еще один полк королевских ВВС".


"Хорошо".


"Утром прибывают еще два Геркулеса. Здесь много теплых тел, никогда не видел столько военнослужащих вместе."


Два "Чинука" приземлились несколько минут спустя, Хейнс приветствует своих людей и направляет их к палаткам, с нами теперь 1 эскадрилья, пятьдесят человек, что, должно быть, составляло почти всю эскадрилью.


Я отдал честь командиру эскадрильи в темноте. "Добро пожаловать на брелок, сэр".


Он пожал мне руку. Командир эскадрильи Мейвен. Много слышал об этом месте."


"Только три нападения за последние два дня, сэр, все достаточно тихо".


"Ну, мужчинам нужно какое-то действие, а не маршировать взад-вперед", - язвительно заметил он, когда я вел его и его старших сотрудников внутрь. Я познакомил его с существующим старшим персоналом, нашел комнату, сбросил снаряжение, прежде чем показал ему доску с картой.


"В каком состоянии ваши люди, сэр?" Я спросил.


"Дневной полет, вчера хорошо выспался, так что с ними все в порядке".


Хейнс вступил в игру вместе с другим офицером полка королевских ВВС. Я встретился с ним лицом к лицу. "Мистер Хейнс, возьмите половину новичков, остальным отдыхайте. Я хочу одного из ваших плюс одного или двух из них, и по периметру, и команду вверх по дороге, команду вниз по дороге. Сейчас мы привлекем всех SAS."


Хейнс кивнул, когда я повернулся к капитану Хэмблу, который теперь должен был привести своих людей.


"37-я эскадрилья тоже здесь", - отметил командир эскадрильи Мейвен. "Твои старые друзья".


Я улыбнулся. "Все, что они сказали о моем пребывании в Эр-Рияде, не могло быть использовано в суде".


"Вы снабдили их десятью тоннами выпивки, а это серьезное преступление!"


"Как я уже сказал, я все отрицаю".


"Единственный артиллерист полка королевских ВВС, который был арестован во время плавания голышом с дамой во время атаки "Скадов"".


"Рассказывай", - подбодрил его подполковник Марш.


"Всего лишь слухи, сэр", - сказал я ему, ухмыляясь. "Я не из тех, кто нарушает правила". Собравшиеся мужчины рассмеялись.


Я убедился, что новые офицеры получили еду и что они знали, где что находится, многие из вновь прибывших быстро приступили к службе.


В полночь было достаточно тихо, сообщений о контактах не поступало, паразиты собрались в своем лагере, и теперь в нем содержится двадцать заключенных. Ранее в тот же день Мортен передал деньги Парас, и было обнаружено, что мужчины из города проявляют энтузиазм и желание, вырыта братская могила.


Эта могила и заключенные беспокоили меня. Я столкнулся с полковником Клиффордом. "Сэр, свяжитесь с Лондоном, пожалуйста, попросите советников по пленным и раненым, и попросите советников Британского Красного Креста приехать как можно скорее.


"Хоронить мертвых полезно для здоровья нашего парня, но на грани незаконного, потому что мы должны идентифицировать и помечать тела, отдельные могилы для последующего перезахоронения или возвращения семьям, которые требуют тела. И наши парни, удерживающие заключенных, должны делать это определенным образом, иначе нас раскритикуют Красный Крест и пресса."


"Я знаю, с кем можно поговорить", - заверил он меня и схватил свой спутниковый телефон.


Вмешался Хейнс. "На данный момент все готово, там много людей, все проинструктированы, остальные спят, выступайте на рассвете".


"Как будто ты делал это раньше", - съязвил я.


"Хорошо смазанная машина", - ответил он, хватая пиво.


Вошел подполковник Марш, вокруг сидело полдюжины офицеров. "Все тихо?"


"Пока, сэр. Мистер Хейнс хорошо защищает нас, и у него было много практики."


"Становится легче", - заметил Хейнс, стоя и потягивая чай.


Я ткнул пальцем в его сторону. "Он повидал много экшена, несколько раз был на стороне противника".


"Первое правило работы с Уилко", - начал Хейнс. "Никогда не верь ни единому его слову, всегда предполагай, что что-то взорвется". Собравшиеся офицеры рассмеялись. "Как заметил шеф-повар, его представление о тишине, по сравнению с остальными из нас, несколько отличается. Когда мы добираемся до места, мои люди знают достаточно хорошо, чтобы предположить, что они остаются начеку и не высовываются."


Я снова ткнул пальцем в сторону Хейнса. "В Конго он нашел вход в подземный бункер, сбросил в него гранаты и попал в склад боеприпасов. Взрыв поднял землю и отбросил его и его людей на двадцать ярдов. Затем я получаю радиосообщение, в котором говорится: Капитан Уилко, я думаю, что что-то взорвалось."


Офицеры рассмеялись.


"В течение следующего часа мои люди говорили мне: сэр, я думаю, что что-то взорвалось, сэр".


"У меня было сотрясение мозга", - запротестовал Хейнс. "Попробуй сообщить новости по радио, когда видишь звезды".


"Ты помнишь свое первое настоящее действие в Джибути?" Я спросил его.


"Я никогда не забуду тот день. Я чувствовал себя таким опустошенным, потом ты произнес ободряющую речь, и я немного отдохнул, после чего почувствовал себя лучше. Кажется, что тот день был очень давно." Он отхлебнул чаю. "Когда я вспоминаю тренировки, которые мы проводили до встречи с тобой, это кажется таким жалким сейчас - стрелять по бумажным мишеням, и мы сильно изменили наши методы тренировок.


"Теперь, когда мужчины тренируются, это потому, что они верят, что на следующей неделе им понадобятся эти навыки, совершенно новый взгляд. И мужчины заботятся друг о друге; они знают, что от этого зависят их жизни."


"Какие изменения в твоем обучении?" - Спросил полковник Клиффорд.


"Дело в том, сэр, что если человек собирается выстрелить из винтовки в гневе, то это будет после долгого перелета, нескольких дней без надлежащего отдыха или еды, и когда он устанет как собака. Если человек хорошо выспался ночью в своей постели и ездит на стрельбище поражать бумажные мишени, польза от тренировок равна нулю. Мы больше этим не занимаемся.


"Мы не даем мужчинам спать всю ночь, подвергаем их стрессу, затем отводим их на стрельбище, и они целятся в мелкие предметы, стреляя на ходу. Заставить человека лечь и никуда не торопиться кажется нам смешным сейчас - реальная жизнь не такова.


"Я написал трехдневный сценарий Уилко, и это чуть не убило меня, но только спустя месяцы - после того, как я увидел несколько экшенов, - я понял, насколько это было реалистично, насколько актуально, так что теперь мы пытаемся подражать этому. Если идет дождь, мы отправим людей на штурмовые курсы на несколько часов, затем на полигон, покрытый грязью, и они будут стрелять от бедра.


"Но дело в том... мужчины знают, почему мы это делаем, и они ценят это, и все они считают пустой тратой времени попадание в бумажные мишени в погожий день. И что касается морального духа и сплоченности... мы сплоченная команда, все сейчас изучаем первую помощь и полевые травмы - потому что это актуально."


"Пища для размышлений", - отметил подполковник Марш.


"Определенно", - добавил полковник Клиффорд. "Мы заново осваиваем навыки, которые были у нас в 1944 году. Мой отец шесть лет сражался на войне, но я никогда не убивал человека. На Фолклендах я просто сильно промок и сильно дрожал. Но, как Уилко уже убедил МО, небольшие войны генерируют хороших сержантов в следующем году."


"Большинство моих сержантов служили на Фолклендах", - вставил подполковник Марш. "Это точно сделало из них мужчин и лидеров".


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Моран. Мы только что врезались в небольшую колонну транспортных средств на перекрестке, окружили их, несколько человек убежали, остальные мертвы."


"Попытайтесь перекрыть дорогу, сожгите грузовики".


"Хорошо, сойдет, мы просто крадем РПГ, но никто из парней не хочет рис или пшеницу".


"RPG? Что ты мог бы сделать... подобраться на тысячу ярдов и пустить в ход РПГ, по одному и час, не давая им уснуть."


"У меня много RPG".


"Скажи это Рокко, если он действительно умен ... он установит на дороге растяжку, прикрепленную к спусковому крючку РПГ или русского автомата."


"Я пойду подразню его сейчас".


Расставьте ловушки далеко по ходу. Тогда не давай им уснуть."


Пятнадцать минут спустя Моран снова включился. "Небольшая проблема".


"Что это?"


"Мы подожгли грузовики и уехали, но кто-то никогда не проверял грузовики должным образом. В одной из них были противотанковые мины, и взрывы слышали все в радиусе десяти миль. Какое-то время мы думали, что они стреляют из артиллерии."


"Помогает им не заснуть. Где ты сейчас?"


"В миле к юго-западу наш временный лагерь. С одной стороны у нас широкая мелководная река, с другой стороны болото, полоса густых джунглей, в которых можно спрятаться. О, я договорился о месте встречи с капитаном Харрисом."


"Хорошо".


"Но параинструкторы рады остаться".


"Крутые, им нужно подготовиться к падению", - сказал я Морану.


Убрав телефон, Свон позвонила мне. "Мы слышали отдаленные взрывы, и теперь они нарастают - у нас на глазах. Стало скучно, и несколько человек были готовы к переезду."


"Эхо подожгла грузовик, не заглядывая в кузов, в нем были противотанковые мины. Отступайте, если они вышлют большие патрули, не показывайтесь."


"Наши люди на высоких деревьях, хорошо спрятаны, следов нет. Мы считаем, что могли бы достаточно легко заполучить охрану башни."


"Ты сделаешь это в тот день. Держите меня в курсе."


Я перезвонил Морану. "Ты разбудил их, они формируются".


"В любом случае, мы в миле от этой дороги, они нас не найдут".


"Не забывай, что у них есть французские наемники, и эти люди могут знать, как мы думаем".


"Да, ну, Рокко в миле отсюда по этому пути расставляет растяжки, так что он их немного замедлит".


Я раздобыл немного еды, в штабной комнате теперь тихо, в течение следующего часа ничего не происходит.


Когда зазвонил мой телефон, это был Рокко. "Мы расставили несколько ловушек, и тупые ублюдки поехали прямо в них с РПГ в носу. Затем они потратили полчаса, стреляя по гребаным деревьям. Возможно, они ранили нескольких древесных лягушек. Держись ... они только что попали во вторую ловушку, две коробчатые, проволока на спусковом крючке соединена с согнутой веткой, растяжка для высвобождения ветки, так что теперь они вступили в перестрелку с разъяренным деревом."


Я рассмеялся. "Старший сержант, вам не должно это нравиться".


"Должен появиться второй пункт".


"Я дам им знать, что ты сделал, у них спокойная ночь, но гуркхи атакуют позицию на рассвете".


"У вас есть волки рядом с нами?"


"К северу от того лагеря, растянутый. Они все на деревьях, наблюдают за лагерем."


"Так почему они не открываются?"


"Они мои глаза и уши, поэтому я не хочу, чтобы их заметили. Уилко на свободе."


Капитан Хэмбл вошел, зевая.


"Не можешь уснуть?" Я спросил его.


"У меня всего четыре часа, я в порядке".


"Послушай, Морские короли могли бы ввести восемь человек, если хочешь".


"Конечно, дайте им какое-нибудь занятие".


"Подготовьте их за час до рассвета, я позвоню в аэропорт и скорректирую план полета". Я постучал по карте. Их высадят там, где находится Echo, но я хочу, чтобы они отправились на юго-запад сюда, в миле точно к югу от вражеского штаба, обнюхать окрестности, оставаясь незамеченными. Убедитесь, что у них есть спутниковый телефон и много принадлежностей."


"Я разбужу их через несколько часов".


В 5 утра два "Морских короля" громко приземлились, восемь человек из эскадрильи "D" подбежали и сели, вертолеты вскоре взлетели. После этого один человек направился ко мне, когда я стоял у двери.


"Ты командир ВМС?" Я спросил.


"Да", - ответил он, таща тяжелый комплект.


"Есть хорошее радио?"


"Расстояние в тридцать миль".


"Этого должно хватить", - сказал я ему.


"Мне нужна антенна на самой высокой точке, опустите провод".


Мы разберемся с этим после рассвета. Заходи внутрь."


Несколько капитанов сидели с закрытыми глазами, несколько просто сидели тихо, Марш и Клиффорд спали. Я принес своему гостю пиво, и мы сидели, тихо болтая.


Он сказал мне: "Я знал человека, который был здесь раньше, в прошлом году".


"Вы пропустили большую часть волнующих событий: две заминированные машины и одну атаку с вертолета".


"Я кое-что слышал об этом в аэропорту, который сейчас забит военнослужащими и самолетами".


"С какой ванны сняты эти вертолеты?"


"Бесстрашный".


"Сколько вертолетов?"


"Восемь".


"Возможно, они пригодятся". Я поднял палец и достал свой телефон, чтобы позвонить капитану Харрису, но зная, что ответит его коллега.


К нам подошла дама.


"Это Уилко. Послушай, гуркхи атакуют на рассвете, поэтому я хочу, чтобы все вертолеты - с медиками в них - были наготове, и проверь позиции гуркхов с их помощью."


"Ок, понял".


"Они атакуют позицию в нескольких милях к северу, поэтому вертолетам, возможно, придется приземлиться на дороге к северу от главной позиции гуркхов".


Положив трубку, я сказал: "Для чего мне нужна твоя Рысь, так это для ракетной атаки на аэродром. Там есть позиция из мешков с песком с десятью минометными орудиями, и если они будут активны, когда мы атакуем, мы потеряем много людей."


Обе "Рыси" могут поразить его ракетами, а затем использовать тридцатимиллиметровую пушку или пятидесятимиллиметровую пушку. Когда они нападут?"


"День большого десантирования парашютистов к западу от этого аэродрома. Если ваша Рысь сможет поразить эту минометную позицию, то задержитесь - как долго они смогут задерживаться?"


"Полчаса полета от корабля, сорок минут ожидания, полчаса обратно".


"Вокруг есть старые вертолеты Ми-8, поэтому я бы хотел, чтобы "Рысь" сбила их на земле или в воздухе, прежде чем они нападут на наших парашютистов. У Ми-8 могли быть ракеты или просто люди, стреляющие вниз. Рысь когда-нибудь сталкивалась лицом к лицу с другим вертолетом раньше?"


"Насколько я слышал, нет, но Ми-8 будет медленным - и большим - а тридцатимиллиметровая пушка превратит его в месиво".


"Что мне нужно в этот день, который может наступить завтра, так это ударить по минометам, затем чтобы ваши вертолеты зависли поблизости, так что как насчет того, чтобы один зашел и атаковал, улетел обратно, и когда он доберется до корабля, вышел второй, причем первый был готов к дозаправке. Вторая рысь найдется для любой Ми-8."


"Достаточно прямолинейно".


"Ваша рысь могла бы также просканировать область, на которую упадут паразиты, и подать сигнал "ОК". На земле будут люди, следопыты, но ваша Рысь может покрыть большую территорию и заглянуть вниз."


Он кивнул. Я поговорю с командой позже. Ты не хочешь сегодня ударить по минометам?"


"Они бы знали, что мы идем, если бы ты это сделал".


Звонил Моран. "Инструкторы-параноики уехали, эскадрилья "D" снята, выпьем по чашечке чая и поболтаем перед отправлением".


"Хорошо. Ты не даешь им уснуть?"


"Робби пошел вперед, чтобы бросить РПГ на базу, но обнаружил несколько грузовиков задолго до базы, и он врезался в них, поднял шум, теперь направляясь на юг и в обход".


"Хорошо, держи меня в курсе".


Приближались неприятности, но не такие, как я ожидал. Гуркхи выдвинулись раньше, у них было достаточно времени, чтобы занять позицию, морские пехотинцы находились за лагерем повстанцев и в местах постоянной засады. Было замечено, что люди в местах засады бодрствовали и были настороже, остальные все спали, многие были под кайфом от наркотиков, было замечено, что было выставлено несколько часовых.


За десять минут до официального времени атаки гуркха случайно выпустил RPG, преждевременный старт. К нему присоединились его приятели, стреляя по палаткам, грузовикам, джипам - и по зданиям, захваченным повстанцами.


Повстанцы, которые не спали, те, кто был на дорогах, внезапно обнаружили, что сзади приближаются РПГ, а гранатометы выбивают патроны. Многие побежали вниз по дороге и наткнулись на взвод гуркхов, которые не ожидали увидеть никаких действий; они были в резерве.


Повстанцы на дороге развернулись и побежали в другую сторону, к ним присоединились полуголые и полностью обнаженные коллеги, выбирающиеся из палаток и зданий, когда на них обрушился адский ливень из двухсот увлеченных и возбужденных гуркхов, многие из первых рядов гуркхов бросали гранаты.


Давка вызвала проблему, поскольку морские пехотинцы расположились на дороге позади повстанцев и ждали, чтобы начать отвлекающий маневр в установленное время, задаваясь вопросом, что делать, когда атака началась раньше.


Не уверенные, что делать, они двинулись вперед, чтобы поддержать гуркхов, внезапно столкнувшись в сером рассветном свете с сотней повстанцев, некоторые из которых были голыми. Морские пехотинцы открыли огонь с двадцати ярдов, повстанцы снова разворачивались или бросались в деревья, некоторые стреляли в ответ.


В битве, которая длилась полчаса, морские пехотинцы застрелили столько людей, что у них закончились боеприпасы, и они решили отступить, не в последнюю очередь потому, что у них было десять раненых из тридцати шести.


Я отправил обоих морских королей в точку к северо-западу от текущей позиции морской пехоты, запасной пункт морской пехоты, за которым должен был следовать "Чинук".


Пока я расхаживал взад-вперед, гадая, что пошло не так, "Морские короли" увели восемь человек, "Чинук" троих - человека, раненного дальним огнем при отступлении, "Чинук" затем подобрал восемь раненых гуркхов. Пока сообщений о погибших не поступало.


Мне позвонили из аэропорта, раненые убиты, вертолеты наготове, а теперь точный отчет о случившемся, командный пункт теперь полон сонных лиц, чайные кружки держатся так, как будто от этого зависит их жизнь.


По телефону я сказал: "Гуркхи напали на десять минут раньше, что должно было быть задачей морских пехотинцев, которые ждали, только чтобы обнаружить, что более сотни человек бегут прямо на них. Они открылись, рукопашный бой, десять морских пехотинцев с ранениями - чего, блядь, никогда не должно было случиться."


"Самые продуманные планы", - сказал подполковник Марш. "И эта позиция повстанцев?"


"Брошенный. Гуркхи должны были напасть и убежать, но остались и наводят порядок. Двести убитых повстанцев."


"Хороший подсчет", - воодушевился Марш.


"Не уверен, где, черт возьми, находятся морские пехотинцы", - подумал я вслух, изучая карту.


Прибывшие грузовики заставили меня выйти на улицу на рассвете, где я обнаружил людей из армейского артиллерийского корпуса, майора, ушедшего в отставку, а также сорок королевских инженеров.


Капитан инженерных войск сказал: "В аэропорту полно людей, так что мы должны помочь на границе. И мы хорошо вооружены."


"Я наполовину представляю, что ты можешь сделать; пока оставь своих людей в грузовиках. Ребята из артиллерии ... захватите палатки, немного еды, вы понадобитесь завтра. Майор, капитан, заходите внутрь."


Я ввел их в курс дела, представил. Я показал капитану инженерных войск карту и указал ему маршрут, которым нужно следовать. Ты будешь с Парас в старом лагере, но я собираюсь послать к тебе также гуркхов. Вы удерживаете этот лагерь, там есть отставшие, все еще опасное место. А пока приготовь пиво."


Я столкнулся с майором артиллерии. "У меня есть для тебя работа, и ты бы занялся ею после того, как паразиты высадятся в одном месте на востоке". Я указал на карту. "Вот".


"Мы зайдем?" Спросил подполковник Марш, сильно нахмурившись.


"Да, сэр".


"И Лондон это одобрит?"


"Уже закончили, сэр".


"О".


"Вы бы первым вышли за дверь, сэр".


"Я бы хотел?" Его лицо было картинкой.


"Да, потому что я подумал, что нам нужна ваша штаб-квартира на земле, а не здесь".


Он взглянул на свою специальность. "Прошло два года с тех пор, как я бросил в последний раз, и то всего один раз, и я забыл все свои упражнения".


"Не волнуйтесь, вы нужны нам на случай высадки, сэр. Учись по пути вниз."


Он столкнулся с Клиффордом. "Меня собираются обвинить в том, что я решил повеселиться?"


"Если бы ты предложил это - да, но Уилко попросил об этом, так что нет".


Я сказал Маршу: "Пусть все ваши люди сегодня же вернутся в аэропорт, сэр. Инженеры и гуркхи переедут в этот лагерь. Примерно через час мы составим план, план крупнейшего выброса паразитов со времен Арнема, 1944."


Парас обменялись взглядами.


Вмешался Хейнс. "Пресса здесь".


"Всем, им не разрешается сообщать о сбросе до окончания", - громко заявил я. "Мистер Хейнс, следите за ними, как ястреб, убедитесь, что они не фотографируют SAS. Мистер Марш, мистер Клиффорд, приготовьте свои глупые улыбки, пожалуйста. "


"Чертовски изумительно", - выдохнул Марш. "Я начищу свои ботинки".


Многие из старших офицеров ушли. Я показал майору-артиллеристу эскизы штаба повстанцев. "Здесь, сэр, за забором, полоса шириной в десять метров, со всех сторон заминирована. Нам нужно преодолеть это, а не разоружать всех. И чертовски быстро."


"Мы можем подстроить мягкие обвинения. Они взрываются, волна давления взрывает мины поблизости, осколков нет. Как вспышки грома. Нужен только проход."


"Внутри лагеря, после того как мы его захватим, могут быть мины-ловушки. Вот тут-то и вступаешь ты. Возможно, они заминировали дороги, которые нам нужно будет расчистить в какой-то момент позже."


Он кивнул. "Мы можем соорудить несколько зарядов на палке, длинной проволоке, бросить ее и привести в действие. Быстро и грязно, но достаточно, чтобы расчистить путь для шеренги мужчин."


Я похлопал его по паракрылкам. "Когда вы в последний раз падали, сэр?"


"Несколько лет назад".


"Готовы к этому, сэр?"


Он скорчил гримасу. "Это ограничивает набор".


У них будут аптечки. Тщательно обозначьте свою."


"Наши заряды не сработали бы, они очень стабильны. В него можно положить сигарету, и он не задуется."


"Тогда подберите несколько человек, сэр. Задержись на брифинге, затем возвращайся в аэропорт, высадка может быть завтра. Хорошенько выпей на ночь, тебе это понадобится."


Я надел маску и вышел, пока старшие офицеры беседовали с прессой. За рулем был Макс, водитель-гуркха. "Где ты был?"


"На позиции гуркхов". Он изучал своих коллег по прессе. "Сплю на мягких кроватях во Фритауне, держу пари, выпивка на расходы".


"Таким мог бы быть и ты", - поддразнила я.


К нему подошел журналист. "Макс?"


" Эй, давненько не виделись, " неохотно выдал Макс.


Мужчина повернулся ко мне лицом. "Вы капитан Уилко?"


"Я боюсь". Я боюсь.


"Как там у тебя дела?"


"Этим утром гуркхи сражались с морскими пехотинцами, это была жестокая битва". Я рассказал ему подробности, и он это записал.


"Десять раненых морских пехотинцев", - уточнил он.


"По крайней мере, десять".


"И враг мертв?"


" Более двухсот, " вставил Макс. "Я видел их".


"А SAS..?"


Я сообщил ему: "Продвигаются по джунглям, устраивают засады на колонны грузовиков повстанцев, передают нам информацию о передвижениях в тылу".


"Мы знаем о полиции".


"Что ты знаешь?" Я нажал.


"Новое подразделение по борьбе с терроризмом, обученное, как SAS".


Это казалось разочарованием; я ожидал неудобных вопросов. "Да, они здесь, усердно тренируются, и тренируются со мной в Великобритании".


"И они будут действовать как SAS?"


"Они будут иметь дело с одиночными боевиками в Лондоне, осадами банков и более сложными операциями с участием иностранных террористов, но SAS будет рядом с ними, если их призовут. Они тренировались много месяцев, элитная команда, и они достигли высокого стандарта. Многие из них были в патруле, когда их поймали боевики повстанцев, и они хорошо справились, многие повстанцы погибли."


"Они действительно стреляли в людей?"


"Они застрелили солдат повстанцев, которые угрожали нам, после того, как я приказал им вступить в бой с повстанцами. Они также жестоко спали в джунглях и отрабатывали сценарии спасения заложников здесь, внизу."


"Тот обломки вертолета...?" - Он указал на восток.


"Зашел, чтобы напасть на нас, но подполковник Марш расстрелял его 66-мм ракетой".


"Он сделал?"


"Он сделал, да".


Мужчина направился к Маршу, а Макс ухмыльнулся.


Я проигнорировал прессу и позавтракал, вызвав недовольные взгляды поваров, а пресса ушла через полчаса. Вернувшись в комнату штаба, я собрал старших офицеров. "Джентльмены, у меня есть идея, но это ваше дело, так что вы можете все скорректировать. И, учитывая, что десантирование совершают паразиты, давайте назовем это операцией "Пегас"."


Парас одобрительно кивнули головами.


Я постучал по карте. "Здесь, на востоке, находится штаб повстанцев. Аэродром, казармы, деревня. У него хороший забор, минное поле по периметру, сторожевые вышки, патрули, собаки, тяжелые пулеметы, минометы и около двух тысяч человек.


"То, что я предлагаю ... заключается в том, что завтра на рассвете, если все будет на месте, "Морская рысь", которую мы используем, попадет в минометную яму, выбив ее. Эти рыси также будут искать любые вертолеты Ми-8, севшие на палубу, и будут слоняться без дела, пока производится десантирование пара.


"Сегодня все пара должны вернуться в аэропорт на джипах и грузовиках, и мы наймем людей для перевозки "Чинуков". Все парашюты нужно будет почистить, поменять местами снаряжение, проверить, нам не нужны грязные парашюты в "Геркулесе". Я предлагаю всем паразитам, находящимся в дропе, быстро пройти медицинское обследование, залатать порезы, хорошенько помыться и вкусно поесть, а затем лечь спать около 8 вечера сегодня вечером - не позже.


"Я отзываю Следопытов сегодня, и они придут сюда сегодня вечером, здесь. Примерно в двух милях к западу от лагеря находится открытая равнина длиной около мили и шириной в полмили. Они появляются, выполняя работу военного времени, для которой их обучали. Они разведают местность и сообщат о любом движении повстанцев.


"У меня есть люди здесь, к северу от забора, и здесь, на юго-востоке, и здесь, прямо на юге. Они сообщат о передвижении, и когда выпадение пара будет уверенным, они начнут отвлекающие маневры." Я взглянул на майора Таггарда. Сегодня я переведу эскадрилью SAS "G" в точку к юго-западу, вот сюда.


Паразиты отступят" когда Следопыты скажут, что это безопасно, как можно больше людей убьют как можно скорее, построятся и двинутся на восток. Штаб-квартира Paras будет расположена здесь, на деревьях с восточной стороны зоны приземления. С ними будут армейские артиллеристы, которые при необходимости разберутся с минным полем, но есть точки пересечения - вражеские патрули отваживаются выходить. Убедитесь, что команда по разминированию будет под рукой, когда вы доберетесь до заграждения.


"После того, как Пара будет повержена, "Чинуки" высадят медиков здесь, в штабе Пара "Вперед", а вертолеты доставят припасы, а также вывезут раненых - со сломанными лодыжками.


Парас выдвинутся к ограде, оценят сопротивление и наилучший способ проникновения, затем атакуют в координации с моими людьми. Это большая база, много зданий, которые нужно будет разминировать - возможно, несколько мин-ловушек, много опасных боеприпасов, лежащих вокруг.


"Мы не можем составить четкий план, пока не узнаем, с чем имеем дело, и, скорее всего, они разбегутся после короткой схватки. Как только у нас будет база, мы ее удержим, выставим патрули, подберем отставших. И французы могут надвинуться с севера, я поговорю с ними сегодня." Я столкнулся с подполковником Маршем. "Вы думаете, это выполнимо, сэр?"


"Прямолинейно, вы рассмотрели все основы. Следопыты подадут сигнал "Вперед", медики и вертолеты будут наготове."


"Каков наихудший сценарий развития событий?" - Спросил полковник Клиффорд.


Я скорчил гримасу. Например, крушение "Геркулеса". Или если у них есть вертолет с ракетами и наемники на земле, или если их минометы не выведены из строя. Эти минометы отбросят нас назад, но мои люди будут стрелять по ним с севера."


"Но пилоты "Рыси" сообщили бы о выходе их из строя", - спросил Клиффорд.


"Да, сэр. И мы могли бы прервать или отсрочить это."


"У них есть боевые вертолеты?" - Спросил Клиффорд.


"Один сидел снаружи и тлел, сэр, могло быть и больше, но пока никого не видели и не поступало сообщений".


"Ракеты класса "Земля-воздух"?"


"Здесь никого не видели, сэр. И наш "Геркулес" должен был находиться в двух милях к западу, на низкой высоте и вне досягаемости ракет."


Клиффорд кивнул. "Кажется, ты изучил все основы. Но есть ли альтернатива выпадению пара?"


"С боем пробиваемся по заминированной дороге с одной колеей, сэр".


"И попадать в засады на каждом шагу", - усмехнулся подполковник Марш.


"Это быстрый способ покончить с этим, сэр", - сказал я Клиффорду. И если мы сокрушим их" то потери будут невелики. Альтернативный вариант - это неделя боев и сопутствующие им потери."


Он кивнул. "Я обсудлю это с модом, но это кажется разумным и меньшим из двух зол".


Я чуть повернул голову к Маршу. "Собирайте свои вещи, сэр, и возвращайте своих людей в аэропорт. Встретимся там позже." Он выкрикивал приказы. Я столкнулся с майором артиллерии. Возвращайтесь, приготовьтесь, сэр. Остальная часть вашей команды прилетит на вертолете через час после высадки."


Комната начала очищаться.


Отключившись от телефона, я позвонил капитану Харрису и попросил вертолеты отправиться за следопытами, за которыми должна последовать эскадрилья "G". Полчаса спустя позвонили следопыты, удивляясь, почему их вернули, и были тихо ошеломлены, когда я рассказал им о плане HALO.


Я позвонил майору Либану.


"Oui?"


"Как проходит бой?"


"Ах, Уилко. Мы продвигаемся по дороге, несколько небольших групп вступают в бой, но мы убиваем, может быть, четыреста, а то и больше. Много грузовиков уничтожено."


"Помнишь штаб повстанцев, о котором я упоминал?"


"Да?"


"Сможешь ли ты добраться туда завтра к рассвету?"


"Это всего на двадцать миль меньше".


"Если ты сможешь добраться туда и напасть с северо-востока, это помогло бы. Наши следопыты прибудут сегодня ночью, затем триста парашютистов высадятся к западу от этой базы."


"Они спускаются по парашюту?"


"Да, хорошая история для газет".


"Ах, политики нет".


"Если сможешь туда добраться, дай мне знать. Мои люди из "Эхо" окружают эту базу на юго-востоке, "Одинокие волки" на севере, SAS на юге."


"Ах, ты загоняешь их в угол. Какие люди на этой базе?"


"Две тысячи человек, тяжелые пулеметы, минометы, патрули с собаками, забор, минное поле".


"Ах, как сценарий, в который можно попасть, и сложный, нет".


"Трудный человек".


"Да, мы постараемся добраться туда к рассвету".


"Подойди тихо, иди через джунгли, чтобы тебя не заметили".


"Хорошо, сейчас я составляю план, и мы смотрим на карту".


"Напиши мне позже. Уилко на свободе."


Вмешался сержант Крэб. "Мы остаемся на проводе?"


"Черт возьми, да, это место полно сюрпризов".


"Как та гребаная развалина вертолета там". Он взглянул на доску. "Где парни?"


"Повсюду вокруг штаба повстанцев. Парас опустится к западу от них завтра."


"Пара-дроп"? Сколько?"


Доступно триста шесть "Геркулесов". Ореол следопытов сегодня вечером."


"Чертовски большое шоу!"


Я кивнул.


"Мы оставим здесь полицию?"


"Когда со штабом повстанцев разберутся, они смогут патрулировать в опасных районах, добыть несколько убийств. Пока никто не просит их вернуть."


"Где Донохью и его пара?" - Спросил Краб.


"Понятия не имею. Возможно, в аэропорту." Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Дэвид. Как дела?"


"Мы готовимся к нападению на штаб повстанцев, завтра большая десантура".


"Ну, я был занят, и мы вышли на след Келли, арестовали трех бывших военных и гражданского, некоторые в бегах. Но похоже, что твои друзья из низов были активны, группа руководителей Elf Oil убита в Нигерии, Гане, Кот-д'Ивуаре."


"Да, это могли быть они".


"Если это так, то он посылает громкий сигнал не связываться с ним".


"Молодец для него".


"Мы не можем потворствовать убийству".


"Как ты думаешь, для чего я здесь, если не для массового убийства этих повстанцев?" Я мог бы оставить сектор открытым, и они отправились бы на север, но тогда мы повторили бы это в следующем году."


"Да, вполне. Была встреча о том, что будет дальше, и нам нужно, чтобы вы поговорили с Монровией о нашем присутствии после того, как конфликт утихнет."


"Он будет сотрудничать, но как насчет какой-нибудь морковки - например, ремонта дорог, денег для школ".


"Быть достаточно дешевым, да".


"И не включать французов было бы плохой идеей".


"Да, это обсуждалось, и мы рассмотрим совместные силы по поддержанию мира. Это выпадение пара..?"


Не обязательно, но заполнит кучу газетных страниц и несколько книг по истории. Многие юниты получат приятный фактор."


"Рискованный?"


"Нет, вовсе нет, и мои люди окружают эту базу. Мы могли бы справиться сами."


"Что ж, давайте умолчим об этом факте. Я встречался с премьер-министром час назад, он очень доволен тем, как все идет, и освещением в прессе. Выборы в мае следующего года, но я сомневаюсь, что он победит."


"Без него было бы странно, мне этот парень очень нравится".


"Возможно, к вам приедет посол, его проинформируют о том, что может произойти потом".


"Как много он знает?"


"Он посол, он может хранить секреты, не волнуйся".


Отложив телефон, вмешался Донохью.


Минуту назад я только что говорил о тебе. Где ты был?"


"Пришлось отвезти этого гребаного парня обратно в Великобританию. Сначала нам нужно было оформить документы, потому что нет договора об экстрадиции, поэтому они выписали ордер Интерпола, который нужно было проверить и отправить.


"Затем ему пришлось пройти медицинское обследование и встретиться с адвокатом и представителем Красного Креста, затем мы забрали его обратно, и он был зарегистрирован в оксфордской полиции, затем в Оксфордском магистратском суде, все документы проверены, затем переведен в Лондон, предстал перед судьей и заключен под стражу. Единственной хорошей вещью было то, что он хотел сотрудничать, чтобы смягчить свой приговор, но он все равно получит двадцать пять лет."


"У нас был еще один взрыв заминированной машины и атака с вертолета".


"Мои ребята не пострадали, не так ли?" - забеспокоился он.


"Нет, все в порядке, немного потренируюсь в охране этого места. Я сказал сержанту Крэбу, что, когда все это закончится, они отправят несколько живых патрулей в Либерию. Ты ... спешишь вернуть их в Великобританию?"


"Ни хрена себе, мы хотим, чтобы они усердно работали".


"Одна вещь, которая поразила меня ... заключается в том, что они выглядят и чувствуют себя как регулярное армейское подразделение. Итак ..."


"Они могли бы быть ... на базе, униформа, совместные тренировки."


"Иногда больше солдат, чем полицейский, и уважение со стороны армии. Как мои одинокие волки. Они действовали как солдаты, даже прыгали с парашютом, так что можно провести прямое сравнение с SAS при передаче ваших полномочий."


"Ты подпишешь их?"


"Да, и скоро. Вам нужно спланировать следующую партию, переподготовку и подумать, что они будут делать, когда в этом не будет необходимости - что происходит большую часть времени. Сидел на базе, и тренировка могла бы быть идеей."


Они обменялись взглядами. "Мы можем использовать фабрику несколько дней?"


Я кивнул.


"А твое место?"


Я снова кивнул.


"Мы составим кое-какие планы".


Я тоже составил кое-какие планы, позвонил майору Брэдли и обсуждал это с ним в течение десяти минут. Заказывая "Морского короля", мне сказали, что поблизости находится "Рысь" и что они могут отвезти меня и полковника Клиффорда в аэропорт. Я спросил КВС, что делает Рысь, поскольку никто не сказал мне, что они активны.


"Только что пригласил некоторых представителей прессы на увеселительную прогулку по району Гуркха".


"А". У меня появилась идея.


"Рысь" подобрала меня и Клиффорда, члена экипажа ВМС и журналиста, сидевших сзади, во время десятиминутного перелета в аэропорт, во время которого я проинформировал журналиста о нескольких вещах, о действиях морских пехотинцев, которые теперь рассматриваются как героические, несмотря ни на что.


В аэропорту я вышел посмотреть на ряд "Геркулесов", всего шесть. Приземлился "Чинук", за ним последовал второй, Парас, выходящий со своими рюкзаками. Сначала я привел Клиффорда в разведку в районе старой Франции - французов не было видно, все лица повернулись ко мне, и я поприветствовал капитана Харриса и тех, кого знал.


Капитан Харрис сказал мне: "Несколько небольших групп повстанцев движутся на восток, к тому аэродрому штаба".


Я кивнул. "Дай мне знать, если они где-нибудь съедут с дороги. О, собрание командования через час." Я посмотрел на часы. "Скажем, в час дня".


"Здесь есть комната, достаточно большая".


"Мне нужны все пилоты, старшие параинструкторы".


Выйдя на улицу, я остановил джип, и нас отвезли на дальнюю сторону, в кабинет полковника Марчанта, где сейчас кипит жизнь.


" А, Уилко, - начал Марчант после того, как я отдал ему честь. "Несколько вопросов без ответов об этом выпадении пара".


"Я попросил о встрече командования в 13:00, так что, может быть, тогда мы сможем все это закончить, сэр".


"Да, этого должно хватить, разберитесь с вопросами и ответами".


Он приготовил нам обоим чай, и мы сидели пятнадцать минут, наверстывая упущенное, под жужжание потолочных вентиляторов.


Я сказал ему: "Скоро я встречусь с послом, поболтаем о миротворчестве. Вам поручено остаться, сэр?"


"Да, осталось восемь месяцев".


"Британские и французские войска, вероятно, некоторое время будут патрулировать большую часть Либерии, постепенная передача. Для вас еще одна бумажная волокита, сэр."


"Хорошо быть занятым и быть в центре событий. Некоторые восприняли это сообщение как тихую заводь."


В 12.50 мы нашли назначенный зал для совещаний в главном здании терминала, и я был практически единственным, у кого на плече была винтовка. Я поприветствовал знакомые лица, пилотов "Геркулеса" - знаменитых цементных бомбардировщиков, кивнул подполковнику Маршу и его старшим сотрудникам. Там стояли два офицера военно-морского флота, двадцать офицеров королевских ВВС, включая флайт-лейтенанта-инструктора и командира его эскадрильи, и различные армейские подразделения.


Полковник Клиффорд совершал обход, полковник Марчант и его старший штаб приветствовали людей. Я обнаружил, что ко мне подбегает командир 2-й эскадрильи.


"Ах, Уилко. Надеюсь, у тебя есть идея насчет подброса и для моих парней."


"Я уверен, что смогу найти подходящую работу, сэр", - сказал я ему.


"Хорошо, хорошо, нам нужна практика. Есть аэродромы для захвата?"


"Возможно, несколько грязных полос все еще в руках повстанцев, сэр. Я проверю в разведке."


В 13:00 я стоял у входа, уровень шума падал. "Хорошо, мы все здесь?" Кто-нибудь знает о руководящем органе, который должен быть здесь?"


Они огляделись.


"Хорошо", - начал я. "Есть то, что мы хотели бы сделать завтра, и то, к чему мы могли бы быть готовы и способны сделать. Итак, инструкторы парашколы готовы?"


Командир эскадрильи начал: "У нас есть парашюты, у нас есть люди на местах, и самолеты на месте, и они оснащены. Окончательная проверка снаряжения примерно через час. Однако мы хотели бы провести час с кем-нибудь из тех, кто находится в поиске ... менее чем уверен."


"Звучит как отличная идея, сэр, и это повышает безопасность высадки". Я чуть повернул голову. Подполковник Марш, пожалуйста, проследи, чтобы все, кто не бросил в этом году ... у него есть этот час."


"Я сам буду там".


"Хорошо, что у нас есть ... это ШТАБ повстанцев на востоке, и они крепкий орешек; они крепко окопались. У них есть заборы, сторожевые собаки, патрули, минное поле, тяжелые пулеметы и минометы. У них также две тысячи человек, прибывают еще.


"Мы ... они представляют собой меньшую силу, но им не хватает воли к борьбе, когда начинается стрельба. По всей этой базе у меня есть свои люди, и мы не дадим им уснуть и немного проредим их ряды, так что, когда паразиты доберутся туда, они могут обнаружить группу подавленных людей, спешащих снять пижамы."


Мужчины рассмеялись.


"У нас также есть французы, приближающиеся с севера, и к рассвету у нас может быть несколько сотен человек в северо-восточном секторе. Пара должны придерживаться своего сектора, и находясь внутри периметра, они не должны стрелять за пределы периметра.


"Итак, сегодня вечером мы высадим "Следопытов" в месте, примерно в двух милях к западу от штаба повстанцев. Между этой зоной и повстанцами лежат две мили дерьмовых джунглей, болот и ручьев, идти нелегко. Некоторые из следопытов могли бы патрулировать этот район до рассвета. Подполковник Марш, пожалуйста, посиди с ними и составь план.


"Следопыты доложат, если в LZ возникнет какое-либо движение повстанцев, и мы можем прервать его. Если все будет в порядке... мы высаживаем как можно больше паразитов в кратчайшие сроки, что является крупнейшим сбросом со времен Арнема, 1944, поэтому убедитесь, что пресса правильно написала ваши имена ... дети еще долгие годы будут читать о вас в книгах."


Они обменялись взглядами.


Учитывая минное поле, небольшое количество парней по обезвреживанию бомб упадет вместе с парами. Есть пути через шахты, повстанцы используют их, но мы должны быть в безопасности. Пункты... пусть парни из шахты будут впереди, когда доберетесь до забора.


"Как только с паразитами будет покончено, "Чинуки" приземлятся с медиками и припасами. Припасы будут вывезены, всех мужчин со сломанными лодыжками затолкают внутрь. Полевой ШТАБ Парас будет находиться на деревьях на восточной стороне LZ и останется только до взятия базы, после чего переместится внутрь - с медиками.


"Я бы предположил, что Чинук берет с собой медиков, за исключением прогулок по болоту с хорошими медикаментами. Где находятся следопыты ... решать вам. Однако важно, чтобы Парас и Следопыты придерживались только западной зоны ограждения, иначе вы наткнетесь на SAS и моих людей.


"Как только паразиты преодолеют барьер, идея в том, что мои люди откроются и прикроют ваших людей, когда они войдут внутрь, когда это будет безопасно. Пожалуйста, без героизма, давайте уменьшим количество жертв. Стреляйте в них, пока они не разбегутся, затем продвигайтесь вперед и консолидируйтесь, здание за зданием. Мои люди не войдут на базу, но будут стрелять из-за колючей проволоки и разбираться с патрулями за колючей проволокой.


"Теперь мы используем "Морскую рысь", по крайней мере, две, и им будет поручено нанести удар по минометным позициям на базе за пять минут до высадки десанта, так что это нужно будет тщательно скоординировать. "Геркулес" должен сообщить флоту, что они в десяти минутах езды, а "Рысь" должна быть на позиции.


"Рысь также посмотрит на LZ и сообщит о любых проблемах. Геркулес и Рысь должны общаться и координировать действия, Рысь там на случай, если пропадет старый вертолет Ми-8. На этих вертолетах могут быть ракеты наземного базирования, но у них не будет ракет класса "воздух-воздух", и мы не видели здесь никаких ракет класса "земля-воздух".


Опасность будет, если один из этих вертолетов Ми-8 откроет огонь по одному из наших вертолетов, когда он будет садиться на палубу. Все пилоты вертолетов ... следите за любой Ми-8. Посмотри один ... убегай. Или действительно улететь."


"А как насчет дверного стрелка?" - спросил мужчина.


"В чем?"


"Морской король".


"Да, GPMG поможет, но я не знаю, сможет ли GMPG сбить Ми-8 на расстоянии. Это разбило бы стекло и заставило бы их дважды подумать, а мои люди сбили Ми-8 из винтовок."


"Это заставит их отвалить", - сказал мужчина.


Я кивнул. "Во что бы то ни стало возьмите человека с GPMG, но мы надеемся, что Рысь будет рядом, если понадобится. На этой ноте я предлагаю установить в "Рыси" две телевизионные камеры, и чтобы они засняли падение Пара для потомков. Я также предлагаю, чтобы у следопытов были фотоаппараты, и они сделали снимок для книг по истории."


Мужчина поднял руку. "Мы купили кучу этих одноразовых фотоаппаратов в сувенирном магазине. 35 мм, двадцать щелчков."


"Пожалуйста, раздавайте их, поощряйте их использование. И если есть видеокамера, попросите кого-нибудь в "Геркулесе" снять падение."


"У одного из репортеров две маленькие видеокамеры".


"Попросите этого репортера сесть в "Геркулес" и заснять выход, пожалуйста. Давайте просто надеяться, что все пройдет хорошо. Параграфы, соберите все, что вы хотите, и в чем нуждаетесь, для загрузки в "Чинук", первый "Чинук", который вас пополнит. Возьмите с собой побольше боеприпасов и GPMG на тот первый вертолет. И на борту всех вертолетов всегда должны быть медики.


"Из подземелья легко вывести людей, но из джунглей - нет, поэтому, Паразиты, по мере продвижения ищите места сбора в джунглях, где можно поднять раненого. Лучшее место было бы в 500 ярдах от забора, выбранное до начала стрельбы. Военно-морской флот - пожалуйста, возьмите дополнительных морских королей с военно-морскими медиками на борту, наготове, они могут нам понадобиться."


Один из двух морских офицеров поднял руку. "Морским пехотинцам на "Бесстрашном" не терпится чем-нибудь заняться".


"Сколько вертолетов осталось на борту?"


"Шесть, и все они исправны".


"Тогда пусть на борту будут морские пехотинцы с автоматами и большим количеством боеприпасов, на тот момент, когда пара доберутся до ограждения. Параграфы - выберите время, и вертолеты могут пролететь мимо и выстрелить вниз, отвлекающий маневр, когда вы приближаетесь. Военно-морской флот, эти вертолеты должны находиться на высоте тысячи футов и в пятистах ярдах от периметра по бокам. У повстанцев есть РПГ fifty cal, так что ваш самолет может получить удар, если будет слишком низко."


"Я поговорю с ними об этом. Но как насчет морской пехоты?"


"Там есть дюжина небольших групп, а после того, как основной лагерь будет атакован - еще больше отколовшихся групп, поэтому я поручу морским пехотинцам поисковые и атакующие миссии, когда мы обнаружим группы. Но пусть они будут наготове завтра, на случай, если нас ждет сюрприз."


"И когда этот лагерь будет взят?" - спросил мужчина.


"Тогда нам нужно патрулировать большую территорию, выслеживать множество небольших групп. На то, чтобы разобраться со всеми ними, уйдут недели, но они работают за плату - и если главный человек мертв или схвачен, они очень быстро теряют интерес и убираются восвояси. Они сражаются не за свою страну или идеалы, а за звонкую монету и несколько ложных обещаний."


Пилот королевских ВВС спросил: "Ребята из парашколы действительно ушли в тыл?"


Я воспользовался моментом. "Много недель назад ... кто-то в SAS предложил, чтобы HALO обучали люди, подобные американцам, потому что наши собственные инструкторы RAF никогда не стреляли в гневе. Я обсуждал это с модом, который позволил мне получить им некоторый опыт.


"Я отвез некоторых из них на Борнео, и они увидели действие, подтвержденные убийства. Некоторые приходили сюда со мной несколько недель назад, и они практиковались в сбрасывании ОРЕОЛА здесь, в обстановке, отличной от домашней, и не очень безопасной.


Затем я отправил восьмерых из них, всех добровольцев, присоединиться к моим людям в высадке HALO глубоко в тылу. Они много дней были в тылу, убивали повстанцев, жили в суровых условиях, так что выполняли работу, которую выполняют SAS, - и делали это хорошо. Мои люди не жаловались на них.


"Теперь здесь есть инструкторы парашколы, у которых на счету дюжина подтвержденных убийств, в то время как у многих бойцов SAS и SBS этого нет. Цель такова... когда бои здесь затихнут, они отправятся в известные враждебные районы и разовьют навыки, которых, по словам некоторых в SAS, им не хватало. Теперь эта дискуссия практически закрыта."


Майор поднял руку. "У нас здесь пятьдесят драгун и излишек в этом районе".


"Они были бы наиболее полезны, присоединившись к гуркам, сэр, и продвигаясь на север от лагеря повстанцев, который гурки захватили этим утром".


"Тогда я отправлю их гуркхам".


"Как насчет восстановления всех парашютов?" - спросил офицер королевских ВВС.


"Я бы отправил ребят из парашколы на прогулку на "Чинуке" позже в тот же день. Итак, кто-нибудь, запишите это карандашом. Паразиты и следопыты, пожалуйста, сложите их где-нибудь сухими, готовыми к сбору, иначе МОД будет подсчитывать затраты - и кричать. О, у нас есть авиадиспетчеры RAF Forward Air Controllers?"


"Несколько, присоединяйтесь к здешнему полку королевских ВВС".


Я спросил: "А лица ВМС - кроме того, что уже со мной?"


"Мы можем раздобыть немного", - предложил офицер флота.


"Я хочу, чтобы КВС королевских ВВС и один ВМС на первом "Чинуке" достигли Параса после высадки, и под этим я подразумеваю, что "Чинук" должен приземлиться через пять минут после приземления последнего человека. Они остаются с подполковником Маршем."


Полковник Марчант спросил: "Дорожное снабжение, как только эта база будет взята?"


"Не так уж много дней, сэр, здесь все еще сотни повстанцев между тем и другим. Нам понадобится пополнение запасов "чавычи" как минимум на три дня."


"Тогда будь отрезан", - отметил он.


"Да, но речь идет об отрубании головы врагу, после чего повстанцы больше не получают приказов и не платят, теряют интерес и растворяются.


"Но наибольшая опасность будет исходить от изолированных групп, стреляющих по нашим машинам, когда они проезжают. Путешествие по дорогам там будет смертельно опасным, пока мы не очистим территорию. Если нет, то после боя мы понесем больше потерь, чем во время него. Лучшее время для передвижения по дороге - рассвет, потому что они любят лежать."


Собравшиеся офицеры рассмеялись.


"Сейчас я возвращаюсь на базу, чтобы скоординировать своих людей и разведданные, так что успех этого зависит от вас, и не забывайте, что сообщат газеты; сделайте так, чтобы любая ошибка выглядела преднамеренной и героической".


Я по очереди поговорил со многими офицерами, полчаса были израсходованы, затем я и полковник Клиффорд вылетели обратно на "Си Кинг", направлявшемся для доставки припасов гуркам.


Вернувшись за стол с картами, Хейнс, Хэмбл и майор Таггард со мной, мой телефон зазвонил, премьер-министр.


"Уилко?"


"Да, сэр".


"Все готово к завтрашнему дню?"


"Да, сэр, и это достаточно просто. О, не могли бы вы опубликовать срочное D-уведомление, чтобы никто не сообщал об этом рейде до завтрашнего полудня."


"Сейчас я сделаю пометку. Как дела?"


"Послезавтра ответственный человек должен выйти из игры, а потом все просто зачистят".


"И диктатор в Монровии не будет вмешиваться?"


"Нет, сэр. Но могу я сказать ему, что мы потратим немного денег на дороги и тому подобное?"


"Да, и мы бы в любом случае хотели, сердцами и умами".


"Как там освещают события в прессе, сэр?"


"Новости полны этим, мало что еще сообщается".


"Завтра там должна появиться хорошая история, сэр, и люди берут с собой видеокамеры и фотокамеры, так что это получит хорошее освещение".


"И вы ... организовали это на сцене?"


"Вы можете подумать, сэр, что я не могу это прокомментировать".


"Так этот прыжок с парашютом предназначен для хорошего освещения в прессе?"


"Это за отличное освещение в прессе, но более того, за увлеченных молодых рекрутов следующего года".


"Произошел всплеск вербовки, в бюро по набору персонала регистрируют, кто заходит и общается, цифры в день".


"На следующей неделе будет намного больше, сэр, намного больше".


"Что ж, удачи".


"Благодарю вас, сэр".


Сидя за едой, я позвонил Саше и узнал о том, что он делал, по-русски, ловя на себе странные взгляды окружающих, затем десять минут болтал с Мораном по телефону. Они устроили засаду на небольшой патруль, двадцать человек, всех быстро убили, и теперь у них было радио, с помощью которого они слушали сообщения патрулей повстанцев.


Майор Таггард связался со своими людьми, и после того, как я закончил есть, он доложил, что они атаковали изолированный аванпост, высокую башню на поляне, небольшой лагерь внизу, тридцать человек, никого не осталось в живых. Это было тревожно, потому что мужчины в лагере знали бы, что мы теперь окружили их.


Когда зазвонил мой телефон, это был Свон. "Босс, только что приземлился долбаный самолет".


"Но взлетно-посадочной полосы не было?"


"Он приземлился на рулежной дорожке, достаточно долго".


"Что это?"


"Транспорт с двумя двигателями, довольно большой".


"Кто-нибудь вышел?"


"Нет, но к нему идет группа. Выглядит как главный герой."


"Перезвоню тебе". Я указал на Фрэнкса. "Есть ли поблизости какой-нибудь самолет?"


"Всегда готовый к полету по тревоге".


Запускайте их сейчас, добирайтесь до штаба повстанцев, на земле есть транспорт, главный вот-вот улетит. Сбейте его с ног или повредите."


Фрэнкс позвонил, когда офицеры приблизились, все внимательно слушали. Он, наконец, отчитался. "Пять минут. У них были самолеты для тренировок, но у них есть боеприпасы в пушках."


Я перезвонил Свон. "Что он делает?"


"Он взлетает ... ускоряется .... Нос задран ... будем ли мы стрелять в него?"


"Нет, сиди тихо, флот США в пути".


Я ходил взад-вперед, глядя на доску с картами, ради всего хорошего, что это могло бы принести.


Когда мой телефон отключился, это был Свон. "Все возвращается на круги своя. Я услышал шум реактивных двигателей, и теперь он вернулся, но с горящим двигателем."


"Он собирается приземлиться?"


"Пытаюсь, но это под странным углом".


"Что ты имел в виду?"


Правое крыло опущено, левое поднято. Держись ... черт возьми, оно только что подрезало крыло зданию. Черт ... все могло бы пройти лучше."


"Что случилось?"


"Этот самолет - поджаренный, разорванный на десять частей и подгорающий".


"Кто-нибудь выбрался?"


"Чертовски маловероятно, босс. Все они прожарены во фритюре и очень хрустящие."


"Эта рулежная дорожка свободна?"


"Нет, сейчас заблокирован".


"Хорошо, сообщайте обо всем интересном. Уилко на свободе." Я столкнулся с Фрэнксом. "Ваши самолеты повредили его, и он попытался приземлиться, но перевернулся и развалился, теперь горит".


"Думаю, он не хотел сотрудничать", - сказал Фрэнкс, пожимая плечами.


Поблагодари своих парней от меня. Макс, сообщи об этом агентству Рейтер: лидер повстанцев при попытке государственного переворота в Либерии погиб при аварийной посадке самолета. Пока никаких упоминаний о ВМС США." Я столкнулся с Фрэнксом. "Как ты хочешь это сформулировать?"


Он скорчил гримасу. "Я проверю линию".


Звонил Моран. "Из лагеря поднимается столб дыма высотой в милю".


"Лидер повстанцев пытался улететь, ВМС США повредили его самолет, который разбился и сгорел".


Итак... они могут просто сдаться сейчас."


Я тихо сказал: "Мы не хотим, чтобы они сдавались, мы хотим, чтобы они умерли".


"Или мы встретимся с ними в следующем году".


"Именно".


Свон перезвонила мне полчаса спустя. "Босс, какой-то парень выстраивает их в шеренгу и говорит им старую ободряющую речь".


"Они слушают?"


"Да, похоже на то. И у этой группы есть рюкзаки."


"Ты сказал ... рюкзаки?"


"Да".


"Не спускай с них глаз".


Двадцать минут спустя он снова включился. "Они отходят, босс, приближаются к ограде с северо-восточной стороны".


"Сколько?"


"Скажи ... двести."


"Как они вооружены?"


"Отягощенный оружием".


"Отпусти их, французы сами с ними разберутся".


"Для нас меньше".


"Не могли бы вы приблизительно подсчитать людей, все еще находящихся на базе?"


"Ну, с того места, где я нахожусь, это должно быть в тысяче ярдов в дальнюю сторону, и вокруг много движущихся тел. Я бы сказал, тысячу с лишним, легко. Там около тридцати деревянных хижин, все используемые, и четыре длинных кирпичных барака, затем один большой кирпичный барак, затем маленькие домики у восточной стороны, гражданские вокруг там, и куча палаток на юго-западной стороне."


"Ладно, будь начеку, десантирование назначено на рассвет. Вы получите заказы до этого. Сегодня вечером дайте людям отдых, будьте начеку в течение часа до рассвета."


Я ввел в курс дела майора Либана, и теперь он был всего в пяти милях отсюда, люди шли пешком. Они устраивали засаду, когда находили подходящее место. Следующий звонок был Морану. "Двести вооруженных до зубов мужчин только что покинули лагерь и направились на север. Французы устраивают засаду."


"Сколько их осталось?" Спросил Моран.


"Более тысячи, еще больше прибывает с юга. Основные силы все еще целы, и у них новый лидер, который уже выступил с ободряющей речью."


"Он мог бы справиться лучше, чем тот придурок, который сбежал".


Младшие ранги часто так и делают. Так что будь начеку. Отдохни и будь готов за час до рассвета, но не дай им уснуть сегодня ночью."


"Я слышу вертолет. Один из наших?"


"Нет. Перезвоню тебе". Я вспомнил номер Свон. "Ты видишь вертолет?"


"Да, только что появился в поле зрения. Ми-8, под ним подвешен груз. Принадлежности. На завтрак у них будут кукурузные хлопья."


"Мы ничего не можем сделать, и это не принесет много пользы".


"Это снижает нагрузку ... ЧЕРТ!"


"Что? Ты попал?" Я закричал, люди в командной рубке приближались. "Ты там?"


"Иисус. Это взорвалось."


"Заряжено ли оружие?"


"Да, чуть не сбил меня с чертового дерева".


Обычное снаряжение не могло этого сделать. Это должно было быть что-то другое."


"Этот вертолет раскололся на десять частей и горит повсюду. И в результате этого взрыва погибло около двухсот человек."


"Это произошло?"


Повсюду тела, окна выбиты. Эти парни такие ... не очень удачный день. База, похоже, нуждается в зачистке."


"Я вернусь к тебе".


Мой телефон сразу же зазвонил, офицеры слушали; Моран. "Только что слышал мощный взрыв".


"Прилетел Ми-8, тот, который, как вы слышали, что-то подвесил внизу, и это сработало при приземлении".


"Что за хрень была подкинута?"


"Я думал, это боеприпасы, но, чтобы расшатать наших парней на деревьях, понадобилась бы тонна мощной взрывчатки".


"Зачем им это нужно?"


"Хрен знает, но что бы это ни было, им нужно будет заказать еще".


Хэмбл и Таггард, отложив телефон, проявили любопытство, и я посвятил их в детали.


"Что, черт возьми, в нем было?" Хэмбл размышлял вслух, они обменялись взглядами.


Когда зазвонил мой телефон, это был Томск. Я вышел. "Da!"


"Я был занят подкупом людей. Я заплатил поставщику оружия, чтобы он изготовил бомбу - "


"А, это был ты".


"Ты знаешь?"


"Британская разведка сообщила об этом, мощном взрыве, погибло двести чернокожих".


"А, хорошо, пошли они нахуй".


"И человек, ответственный за переворот, мертв, его самолет был сбит американцами".


"Ах, что ж, это упрощает дело, потому что я назначил цену за его голову. Значит, они отброшены назад, нет?"


"Да, и вскоре британцы и французы начнут крупную атаку. Ваша нефтяная платформа в безопасности."


"Хорошо, теперь я могу лучше спать".


"Когда салат в холодильнике готов".


"Тьфу! В любом случае, теперь у меня есть работающая машина."


"Ты используешь это, чтобы убежать?"


"Нет, я хожу пешком, но все это помогает".


"Ты застрелил здесь нескольких эльфийских нефтяников?"


"Да, несколько. Они знают, что это был я?"


"Они подозревают, но я не думаю, что им насрать. Еще неделя, и все закончится, повстанцев не останется. Послушай, когда вокруг будет чисто, ты мог бы потратить немного денег, дешево купить у своего друга участок земли, несколько небольших предприятий."


"Британцы меня не остановят?"


"Поверь мне, они будут рады, если им помогут сохранить это место в тишине".


"Да, я поговорю с президентом".


День становился жарким, и я пил свежую воду с остальными, на небе было мало облаков. Может быть, утром погода будет хорошей - я надеялся.


Позвонили перегруппированные морские пехотинцы, и, подумав на ходу, я сказал им приготовиться к отправке на корабль ее величества "Бесстрашный". Я позвонил в аэропорт и отправил "Чинук", и он забрал оставшихся двадцать пять здоровых морских пехотинцев и их снаряжение, высадив их на палубе "Бесстрашного".


Майор морской пехоты, но не из подразделения, связанного с двадцатью пятью морскими пехотинцами, позвонил мне. "У нас на борту наши морские пехотинцы, не уверен, что мы должны с ними делать".


"День отдыха, сэр, пополнение запасов, быстрая медицинская помощь при незначительных ранениях, и им и другим морским пехотинцам будет поставлена совместная задача либо завтра, либо послезавтра".


"Хорошо. Что ж, у нас наготове по два морских пехотинца для каждого вертолета, плюс два медика на борту."


"Подготовьте их к рассвету, сэр, возможно, им понадобится забрать раненых. Отвлекающий маневр для основных сил пара должен быть, по крайней мере, через два-три часа после рассвета. Завтра будет исторический день, надеюсь, без промахов, но это также может быть долгий день - многое произойдет."


"Безопасно ли продвигать "Бесстрашный" ближе к либерийской границе?"


"В полной безопасности, сэр, идиот-диктатор прячется под своей кроватью, пока мы делаем за него его работу. Они не нападут на вас и не причинят вреда экипажам, которые совершают аварийные посадки на их участке."


"Хорошо, мы будем готовы".


Стоя снаружи и болтая с капитаном Хэмблом, несколько его людей все еще были здесь, я заметил сложенные РПГ и у меня заложило нос. "Капитан Хэмбл, у меня есть для вас работа на 10 вечера. Ты помнишь, что я сделал, сбрасывая головы с RPG?"


Он взглянул на РПГ, улыбнулся и кивнул.


"Положите их в подходящую коробку, наденьте защитные колпачки. Вы снимаете защитные колпачки, когда бросаете. Возьми с собой троих мужчин."


Я позвонил капитану Харрису и заказал "Чинук" на 10 вечера. У королевских ВВС было несколько экипажей, поэтому вертолеты могли работать круглосуточно.


В 18:00 я сказал всем, что отдохну несколько часов, и снова воспользовался раскладной кроватью в комнате для старшего персонала.


Они разбудили меня как раз перед тем, как "Чинук" громко объявил о своем прибытии, капитан Хэмбл и его люди вбежали на борт, пока я готовил кофе. Чего я не знал, так это того, что Хэмбл и его парни изменили мой план.


Экипаж "Чинука" был хорошо осведомлен о технике и не волновался по этому поводу, и вскоре они приблизились к штабу повстанцев на скорости в тысячу шагов, сбавив скорость. Они могли видеть хорошо освещенную базу внизу, и когда они приблизились, никто не открыл по ним огонь.


У Хэмбла было десять РПГ в вертикальном положении в круглом контейнере, колпачки сняты, содержимое вытеснено, у основания веревка. Все десять РПГ были выпущены одновременно, контейнер убрали обратно, второй выдвинули другие мужчины.


Продолжая полет, они посмотрели вниз, вскоре увидев рябь взрывов. Разворачиваясь, "Чинук" ускорился, но был ниже, до 500 футов, люди на рампе были либо с GPMG, либо с русской коробкой передач. Когда база появилась внизу и позади них, бушуя огнем, они открыли огонь, пока периметр базы не оказался за их пределами.


Мой телефон зазвонил. "Это законно, сэр. Тебе было весело с чинуком?"


"Да, как все прошло?"


"Они сбросили РПГ, десятки из них, попали в деревянные хижины, повсюду пожары, а затем обстреляли это место. Там сейчас много мертвых тел, и они только что убрали последнего из мертвых, с которого были ранее."


"Спасибо. Сообщи мне, если что-нибудь изменится. Уилко на свободе." Я повернулся лицом к собравшимся мужчинам. "Чинук уронил головки РПГ, много повреждений, начались пожары, видели много тел. Они также обстреляли его, должно быть, сзади были гранатометы GPMG."


"Будьте деморализованы, когда наши люди доберутся туда", - отметил полковник Клиффорд.


"Таков план, сэр".


"Чинук" приземлился десять минут спустя, Хэмбл вошел с широкой ухмылкой. "Уже есть какие-нибудь отчеты разведки об этом месте?"


"Да, вы напали на деревянные хижины, подожгли их, погибло много людей".


Он кивнул. "Нас было шестеро на хвостовой рампе с пулеметами, дал им тысячу патронов или больше для пущей убедительности".


Мой телефон зазвонил. "Это Рокко. Ты писаешь в "Чинук"?"


"Только что скинул какую-то RPG".


"Мы услышали это, и с вершины дерева ребята могут видеть, как горит несколько костров. Они там мало спят. Паразиты придут утром?"


"Надеюсь, на рассвете. Твои старые приятели из "Следопытов" уйдут в полночь."


"Самое время им заслужить свое кровавое содержание".


"Отдохни немного, старший сержант, я не хочу, чтобы ты завтра был сварливым".


"Я спал с двух часов дня, когда было жарко, так даже лучше. Я буду бодрствовать до рассвета."


"Тогда не дай нашим друзьям тоже уснуть".


Час спустя, когда следопыты готовились в аэропорту, эскадрилья "G" сообщила о большом движении людей по грунтовой дороге, направляющихся в штаб повстанцев с юго-запада.


"Дайте им беспрепятственно пройти", - приказал я, майор Таггард звонил.


" Ты хочешь, чтобы они были внутри? " спросил он после окончания разговора.


"Да, все в одном месте, а не разбросаны по деревьям".


"Да, имеет смысл. Но их довольно много, они переезжают."


"То, что они найдут, их шокирует", - сказал я всем. "Они будут спотыкаться о тела и заняты тем, что помогают хоронить мертвых".


Я был уведомлен, когда "Следопыты" взлетели, и еще раз, когда "Геркулес" вернулся. Я перезвонил Леггиту, и он подумал, что, возможно, слышал шум самолета, но не сообщил о каких-либо странных движениях со стороны повстанцев.


Он перезвонил полчаса спустя. "Босс, несколько несчастных парней вон там только что застрелили еще нескольких несчастных парней".


"Они дерутся между собой?"


"Похоже на то".


"Держи меня в курсе".


Майор Таггард положил трубку и отметил: "Дисциплина падает".


"Или ... некоторые из новичков не в ладах с теми, кто уже там", - подумал я вслух.


"Если они будут сражаться друг с другом, нам нечем будет заняться", - заметил Хэмбл.


Мой телефон зазвонил. Стремительный.


"Привет, незнакомец", - сказал я. "Что ты задумал?"


"Сидел на высоком дереве, моя очередь. Слушайте, ублюдки там, внизу, ссорятся и стреляют друг в друга."


"Мы слышали от волков, да. Но я думаю, что это могут быть новички."


"Новички?"


"На юго-западе эскадрилья "G", трасса, повстанцы вливаются".


"Да, это могло бы все объяснить. Это ты был в "Чинуке"?"


"Нет, капитан Хэмбл и его парни".


"Подожди".


Я услышал треск.


"Ты там?" Спросил Свифти.


"Да, что это было?"


"Я сбил человека с расстояния 1000 ярдов, человека, возглавляющего какую-то группу. Они не знают, откуда идут снаряды, и они обвиняют мужчин в лагере."


Я рассмеялся. "Продолжайте в том же духе, к рассвету они устанут".


Следующим, кого вызвали, был майор Либан. Он начал: "Мы устраиваем им засаду, большой бой, почти час, у нас есть раненые. Они стреляют из РПГ, бросают гранаты. Эти люди, они хорошо сражаются."


"Если они были лучшими людьми, то хорошо, что они встретили людей твоего калибра".


"Тьфу, отсоси мой член".


Я рассмеялся. "Прекрасный язык майора армии Наполеона".


"Наполеон? Хах, он был идиотом. Мы сейчас приберемся здесь и двинемся в тот лагерь."


"Они дерутся между собой, главный убит".


"Да? Думаю, тогда нас никто не увидит и не услышит."


"Не забывай, северо-восток, мои люди находятся в других районах. Крупная атака примерно через два часа после восхода солнца, до тех пор оставайтесь в укрытии, британцы атакуют с запада."


"Тогда я немного отдохну и буду спать допоздна, нет".


Следопыты сообщили, что у одного сломана лодыжка, дали морфий. Он бы выдержал это и подождал. У другого мужчины было вывихнуто запястье, но кроме этого они были внизу и обыскивали район LZ, о контактах пока не сообщалось.


Часть группы Pathfinder insert использовала свое стандартное снаряжение, две команды выбрали мои сумки HALO, дополнительный комплект был в сумках.


Я взглянул на часы, было чуть больше часа ночи, так что я рассчитывал на несколько часов нервного ожидания перед выходом. И если бы все пошло не так, я был бы тем, кому досталось дерьмо, моя золотая репутация была бы подорвана.


Мне пришлось остановиться и подумать, что беспокоило меня больше всего - жизни мужчин или моя репутация, и все свелось к мужчинам; к черту истеблишмент, если они придирались ко мне. Я стоял снаружи с пивом, глядя на темную полосу, на приходящих и уходящих людей, и я задавался вопросом, как чувствовал себя Черчилль в День высадки Десанта. Где его внутренности переворачиваются, как у меня?


У меня был соблазн отправить капитана Хэмбла обратно наверх, и он предложил это, но я пока воздержался; у меня были образы всех повстанцев, выходящих из того лагеря. Это уменьшило бы потери, но также выставило бы британскую армию в очень глупом свете - крупное нападение на пустую базу. Изображение заставило меня улыбнуться, изображение подполковника Марша с кремом от камуфляжа на лице, штурмующего пустую базу. "Привет, здесь есть кто-нибудь?"


Я побрел в столовую палатку, там был командир эскадрильи Мейвен с несколькими своими офицерами. "Вы поздно встали, сэр".


"Биологические часы - это немного забавно, я сплю несколько часов, а потом просыпаюсь".


"Все готово для большого шоу?" - спросил меня офицер.


"Надеюсь на это, или мы получим какое-нибудь дерьмо сверху".


"Задействовано много групп", - отметил Мейвен.


"У меня есть люди вокруг вражеского лагеря, и они сейчас сообщают, что повстанцы сражаются между собой, и что сражаются новички".


"Это помогает нашим парням, если моральный дух низок", - отметил Мейвен.


Я сидел с ними за ужином, обсуждая стратегию здесь и постконфликтное поддержание порядка в этом районе.


Час спустя я забрел на крышу. "Вы, ребята, в порядке?" Я спросил позицию GPMG.


"Пока, сэр".


"Что это значит?"


"Мы остаемся начеку, сэр. Не доверяй ни травинке в этом месте."


"Завтрашняя главная битва должна положить всему конец", - сказал я им. "И парень, который там главный, мертв, его самолет разбился. Мои парни вон там сообщают, что чернокожие дерутся между собой."


"Парас" отправляются на рассвете, сэр?"


"Да, Следопыты сейчас внизу, докладывают о результатах. Пока... все в порядке, кроме одной сломанной лодыжки."


"Мы переезжаем туда, сэр?"


"Я планирую десантирование десанта для 2-й эскадрильи в реальном времени, через несколько дней".


"Самое время заняться этим по-настоящему, сэр".


"Ты был со мной на Борнео?"


"Был с вами повсюду, сэр. Я и Смаджер здесь, мы выполнили все задания."


"Какой был твой любимый?"


"Любимое? Не уверен, что мы бы назвали это именно так, сэр. Если мы проделаем хорошую работу без травм и выйдем живыми, мы счастливы. В Марокко было тяжело, в ту последнюю поездку. Ангола, мы ничего не делали. Джибути был адом."


"Ребята, через десять лет после того, как вы уйдете со службы, вы оглянетесь на те времена и сделаете все, чтобы вернуть их. Сейчас это может показаться адом, но снаружи, в гражданской жизни, у тебя никогда не будет таких друзей, как сейчас, ты никогда не сможешь доверять людям так, как сейчас. Один общий фактор среди ветеранов Вьетнама... было то, что все они пропустили свое время на войне и скучали по своим приятелям."


Я оставил их размышлять об этом.


Леггит позвонил позже, сообщив, что все прошло спокойно, и что повстанцы в основном спят в кроватях.


Час спустя он снова включился, докладывая о движении в северо-западном секторе, приближении незаметных людей - и были ли это французы. Его человек в том районе уронил ветку на голову французскому парашу, французы не заметили его до этого момента, а затем прокляли его. Он спустился вниз и выпил с ними чашку чая, подробно рассказав о лагере для них.


Я ввел в курс дела тех, кто проснулся в разведке в аэропорту, прежде чем позвонить Свифти. Я сказал ему: "Пусть все знают, что французское эхо и 1ST Параплан батальона находится через дорогу от вас, в северо-восточном углу. Они в контакте с Одинокими волками."


"Теперь все тихо, мне не в кого стрелять. Но прибыла дерьмовая куча людей, некоторые спали на полу, некоторые в грузовиках."


Я услышал взрыв по телефону. "Что это было?"


"Tomo. Он совсем близко, просто положи РПГ в грузовик. Все горит, люди выпрыгивают через заднюю дверь. Сегодня ночью им не будет покоя. Подожди ... это миномет ... врезался в джип. Кто-то обстрелял лагерь из миномета."


"Кто?"


"Не мы".


"Французы не стали бы таскать с собой минометы, и ни у кого другого их нет", - отметил я.


Не уверен, откуда это взялось. Держись ... еще один только что попал в минометную яму." Он рассмеялся. "Вон те минометчики только что получили минометом по голове".


"Кто, черт возьми, стреляет?"


"Имеет ли это значение?"


"Нет, но было бы здорово, если бы тебе, блядь, сказали такие вещи! Я всего лишь главный."


"Что происходит в другом месте?" Спросил Свифти.


Гуркхи, инженеры и драгуны находятся в нескольких милях от пересечения моста, удерживая этот район. Этим утром гуркхи напали на базу повстанцев, убили большинство из них, остальные разбежались. Единственные другие известные группы направляются к вам."


"Можно подумать, они могут улететь. Они будут разочарованы. Как насчет дороги на север?"


"Блокирован французами".


"Значит, тогда они застрянут. Держись ... приближается колонна людей, я почти вижу их, снова юго-западная дорога, мимо палаток."


"Попроси команду невидимых минометчиков нацелиться на них", - съязвил я.


"Это длинная очередь из мужчин, рюкзаков, РПГ".


"Видишь человека, который за них отвечает?"


"Да..?"


"Попробуй ударить его".


Свифти прицелился, выстрелил на 800 ярдов при ограниченном освещении и выстрелил, оставив мужчине царапину. Мужчина опустился на колени, положив руку ему на плечо. Свифти выстрелил снова, попав мужчине в палец ноги. Он перезвонил мне. "Я поймал его. Вроде того."


"Что ты имел в виду, вроде того?"


"Я ударил его крылом, а затем попал в ногу".


"Тогда ты трус".


"Ты приходишь и всю ночь сидишь на дереве и пытаешься подстрелить кого-нибудь с расстояния 800 ярдов!"


Я услышал еще один взрыв. "Что это было?"


"Их минометный расчет взбешен, они наполовину представляют, где мы находимся. Это было в пределах ста ярдов."


Еще один взрыв.


"Они подбираются все ближе", - отметил Свифти.


"Переместитесь на некоторое время, если потребуется".


"Держись ... да!"


"Что?"


"Наш таинственный минометный расчет только что подбил их минометный расчет. Держись ... Томо только что выстрелил ... это продолжается ... все еще продолжается ... ha!"


"Во что он врезался?"


Внешняя стена из мешков с песком. Тем не менее, у них разболелась голова. Подожди ... патруль приближается. Нет... не патруль, гражданские с тяжелыми сумками пробираются сквозь кустарник."


"Отпусти их, предупреди остальных".


"Не могу их винить, в этом месте трудно выспаться. Черт..."


Я услышал взрыв по телефону. "Что это был за взрыв?"


"Позади меня, по дороге на восток, большой взрыв".


"Прослушай все вокруг, посмотри, что происходит, а?"


Мне подали свежий чай, и я сообщил тем, кто еще не спит, что капитан Хэмбл ревнует из-за того, что меня не было там сегодня вечером.


Свифти перезвонил мне полчаса спустя. "Это был тот пройдоха Робби и его команда. Они нашли грузовик, убили людей из него и забрали минометы. Подожгите грузовик. У них было шесть минометов, теперь все израсходованы."


"И минометная яма была обстреляна?"


"Три раза. Томо теперь играет с ними в русскую рулетку."


"Что ты имел в виду?"


"Он стреляет под углом, и когда ракета заканчивается, голова опускается, но они не видят и не слышат этого, пока она не попадает им в голову".


"Они пытаются уснуть?"


"Да, многие спят на полу. Те, кто только что вошел, выглядели уставшими, как собаки."


"Погода в порядке?"


"Ни дождя, ни ветра. Держись ... приближающийся вертолет."


"Попробуй пристрелить его".


Положив трубку, я взглянул на Хэмбла. Вертолет приближается, так что... откуда это взялось, и кто оплачивает счета?"


"Не тот человек, которого убили ранее".


"Нет..." Я потер лицо, думая о властных баронах в отдаленных местах и о том, почему они все еще активны.


Леггит вызвал его, чтобы сообщить о кружении вертолета.


Затем Свифти перезвонил мне через пять минут. "Все могло бы пройти лучше".


"Что случилось?"


Вертолет не хотел садиться, просто сделал круг, и Томо промахнулся, но кто-то, использующий коробочную подачу, ударил его, и он разбился - в деревне. Убил по меньшей мере дюжину гражданских, их деревянные дома были в огне."


"Никто не должен знать, что это были мы, предупредите всех".


"Сойдет".


Положив трубку, я взглянул на Хэмбла. "Вертолет рухнул ... на гражданские дома".


"Не то, о чем нужно знать прессе".


"Тем не менее, эти гражданские собирают вещи и уезжают".


Из своей последней RPG Томо выстрелил в штабель деревянных ящиков, понятия не имея, что в них было. Внутри были маленькие однолитровые газовые баллоны, которые устанавливались на газовые плиты. Как заметил Свифти, широко раскрыв глаза, десятки газовых баллонов разлетелись, как ракеты, во всех направлениях, ракета помогла, когда выходящий газ сгорел. Ни один из них не взорвался при приземлении, но все "лопнули", когда оставшийся внутри газ разорвал поврежденные баллоны, сделанные из тонкого алюминия.


Томо выступил по радио и заявил, что это заслуга того, что он наделал больше всего шума и устроил самый большой беспорядок. Французы позвонили мне, затем Волкам, все сообщили об этом странном зрелище и спросили, хранились ли на базе фейерверки.


Я покачал головой. "Вы изо всех сил пытаетесь вести настоящую войну, а ваши люди превращают это в посмешище", - сказал я, капитан Хэмбл и еще несколько человек рассмеялись. По крайней мере, на этой базе никто не выспался как следует.


В 4 утра мне позвонили из аэропорта, парашюты выстроились в линию, парашюты надеты, "Геркулес" тестирует двигатели, рядом крутятся видеокамеры, съемочная группа Би-би-си на HMS Cardiff готова. Мой военно-морской офицер теперь проснулся, готовя кофе.


Позже меня уведомили, что Парас поднялись на борт, поэтому я позвонил Следопытам, и они сообщили, что на земле все спокойно. Пальцы были скрещены, мужчины ходили взад и вперед, обменивались взглядами.


"Геркулес отправляется в путь", - последовал звонок.


КВС ВМС был занят, связался с двумя Рысями, кивнул в мою сторону, когда я посмотрел на него.


Чуть более чем через десять минут мы все услышали характерный гул "Геркулеса", вышли и уставились в темно-синее небо. Шесть Геркулесов наткнулись на нас на низком уровне, по двое в ряд, их следы отчетливы, потрясающее зрелище.


Вернувшись в дом, я услышал радиочат с Рысью. Я позвонил Свифти.


"Да?"


"Ты спал?"


Я немного задремал. Что случилось?"


"Как дела? Парас падет через пять минут, Рысь ударит по позиции минометчиков, так что открой свои чертовы глаза."


"Подожди. Хорошо, я смотрю на лагерь, все тихо, ни один ублюдок не шевелится. Держись ... Я слышу вертолет, очень далеко. Не могу этого видеть."


"Посмотри на юг вдоль центральной линии".


"На юг вниз по ... о, подожди, я вижу это, быстро приближается, низкий уровень ... выпущены ракеты! Черт!"


Я мог слышать взрыв в свой конец. "Сообщить о нападении".


"Минометная позиция покрыта дымом, ни хрена не видно".


"Они попали внутрь или в стену?"


"Внутри видна стена. Держись ... они возвращаются... открываем огонь из пушек ... Поражена минометная позиция. Ни один ублюдок не смог бы этого пережить. Подожди ... еще один вертолет ... быстро приближается ... просто снова попади в минометную яму. Они должны быть выведены из строя."


"Что делает Рысь?"


"Улетел ... эээ ... запад, да, запад."


"Тогда дело сделано, минометы выведены из строя. Есть какие-нибудь движения?"


"Да, каждый ублюдок проснулся и смотрит на дым. Теперь я слышу тяжелые выстрелы. Они чинуки?"


"Нет, "Чинук" вернулись по крайней мере на десять минут. Проверьте север и восток."


"Подожди... приближается еще одна Ми-8."


"С какого направления?" Я закричал.


"Полагаю, на северо-восток".


"Подожди". Я поспешно опустил телефон и указал на военно-морскую факторию. Ми-8 приближается с северо-востока. Перехвати его! Быстрее!" Я снял трубку. "Свифти?"


"Да?"


"У него есть ракетные отсеки?"


"Подожди... да, это так."


"Как они узнали о выброске пара!" Я повесил трубку и сосредоточился на ФАКЕ.


Мужчина доложил: "Рысь движется на восток, чтобы перехватить. У одной рыси на станции возле LZ начали выпадать паразиты."


"Черт ..." - позвал я Свифти, все смотрели на меня, офицеры обменивались обеспокоенными взглядами.


"Алло?" Спросил Свифти.


"Ты видишь Ми-8?"


"Да. У него был нос у основания, и он движется ... запад, да, запад ... подожди ... Приближается рысь ... Иисус ... судя по всему, собираюсь протаранить его ... черт ... Линкс что-то выстрелил, много дыма, гребаный Ми-8 рухнул как камень ... это внизу, на деревьях, за проволокой ... поднимается дым... Рысь кружит на большой скорости. И каждый ублюдок не спит и следит за происходящим. Подожди ... вторая Ми-8 на подходе."


"У него есть ракетные отсеки?"


"Э-э ... нет".


"Подожди". Опустив телефон, я указала на FAC. "Второй Ми-8 приближается, перехватите его!" Когда я поднял трубку, FAC получил срочное сообщение. "Ты там?"


"Да".


"Что он делает?"


"Игнорируя базу, летим на запад, туда, где горит другая, держись ... Рысь вернулась ... чертова штуковина, должно быть, делает сотню миль в час ... это стреляет ... трахни меня. Поцарапайте еще один Ми-8, он загорелся и упал, как камень, прямо по периметру."


"Пусть все Эхо наблюдает за небом, позвоните мне, если заметите вертолет, который не наш". Я опустил трубку. "Линкс получил оба сообщения Ми-8". Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Свон. Ты слышал о Ми-8?"


"Да".


"Есть раненый, рядом с ним приземлился чертов горящий вертолет".


"Насколько плохо?"


"Несерьезно".


"Подлатай его, попроси остаться на посту и сражаться, если сможет".


"Сойдет".


Отключив телефон, я ждал, ожидая звонка. Пять минут спустя из ВМС США мне сообщили, что все парашюты выведены из строя. Они обменялись улыбками, облегчение было ощутимым.


КВС сообщил об одном Lynx с неисправностью и низким расходом топлива, и он улетал. Я кивнул ему.


Мой телефон зазвонил. " Капитан Вилко, " послышался французский акцент.


"Да".


"Здесь капитан Марсель, 1ST Батальон. Мы на севере. К этому месту, где находится майор Либан, летит небольшой самолет."


У меня вытянулось лицо. "Какой тип самолета?"


"Как "Спитфайр", ракеты на крыльях".


Я опустил телефон и крикнул в FAC. "Зафиксируйте приближение штурмовика с севера!"


"У "Последней рыси" заканчиваются топливо и боеприпасы ..."


"Это остается на месте!" Я зарычал на него. "Набери высоту и приготовься перехватить самолет с севера, или я пристрелю тебя и этих гребаных пилотов!"


Полковник Клиффорд обошел меня. "Как старший офицер, я приказываю Рыси оставаться на месте. Он может приземляться на траву."


Несчастный FAC отправил сообщение, которое пришлось разъяснять этим несчастным пилотам.


К западу от лагеря повстанцев, к востоку от ЛЗ, оператор Би-би-си получил больше, чем рассчитывал, - и он с самого начала не был заядлым летчиком. Тем не менее, он был уверен в том, что поездка пройдет гладко, обоснованность этого утверждения теперь под сомнением, его тошнит спереди. Именно его "Рысь" сбила оба Ми-8, мужчина в ужасе сидел сзади.


Теперь его швыряло из стороны в сторону, когда "Рысь" набирала высоту по кругу, и внезапно он обнаружил, что у него во рту застрял живот, когда "Рысь" спикировала вниз с высоты двух тысяч футов, делая резкий вираж, почти вверх тормашками, ускоряясь к низкокрылому моноплану с ракетами, самолету камуфляжной расцветки, двухместному сиденью.


"Рысь" заняла позицию сверху и сзади, перегрузка высока, оператор все еще снимает - крича, как девчонка, и приближаясь на скорости, "Рысь" выпустила все, что у нее осталось, всего в ста ярдах от себя, едва избежав столкновения со штурмовиком, когда тот задымился, "Чинук" накренился и закричал по радио, те, кто был в задней части "Чинука", бросились врассыпную.


Моноплан сильно накренился на север, но не смог справиться с управлением и врезался в дерево. Было видно, как поднимается дым.


Я указал на FACT. "Пусть эта Рысь приземлится здесь, если необходимо, мы отправим противотанковый газ". Отключившись, я столкнулся лицом к лицу с полковником Клиффордом.


"На волосок от смерти", - обеспокоенно отметил он.


Я вздохнул и кивнул. "Мы могли потерять Чинука". Я столкнулся с Максом. "Макс, опубликуй статью в агентстве Рейтер". Он приготовил блокнот и ручку. "Во время крупнейшей парашютной высадки, проведенной британской армией с 1944 года, два вертолета королевских ВМС "Рысь" нанесли удар по базе повстанцев, минометной яме на этой базе, затем оставались рядом с "Геркулесом" королевских ВВС, когда эти самолеты сбросили людей из 2 п.


Появились два ударных вертолета Ми-8, оба сбиты пилотами "Рыси". Затем появился легкий самолет, оснащенный ракетами, и атаковал вертолеты королевских ВВС "Чинук", когда они выгружали людей и припасы. "Рысь" набрала высоту и снизилась, чтобы перехватить атакующий самолет, несмотря на то, что у нее было очень мало топлива.


Пилот остался на станции" несмотря на то, что у него было мало топлива, и он сбил три атакующих самолета, что является замечательным подвигом. Никогда прежде британский вертолет не сбивал самолет с неподвижным крылом.


"Добавьте цитату от меня: никогда прежде вертолет не сбивал два других вертолета и самолет с неподвижным крылом в бою. Это был замечательный полет, и пилоты спасли жизни британских рядовых на земле и спасли вертолеты королевских ВВС от атаки в ключевой момент - капитан Уилко, SAS." Я кивнул Максу.


Все слушали.


Полковник Клиффорд столкнулся лицом к лицу с FAC. "Я помню, как ты советовал Рыси, у которой кончилось топливо, уйти, но они вызвались остаться".


"Я тоже это слышал", - сказал майор Таггард FAC.


"Верно, сэр", - сказал КВС полковнику Клиффорду, на которого посмотрели.


Мой телефон разрядился. "Уилко здесь".


"Это подполковник Марш. Мы в безопасности, но здесь все похоже на битву за Британию. Рысь только что сбил маленький самолет."


"Да, мы знаем".


"Пилот "Чинука" был недоволен, они чуть не столкнулись".


"Эта Рысь также сбила два вертолета".


"Кровавый ад. Ну, теперь мы все на деревьях, так что атака с воздуха - меньшая проблема, люди продвигаются вперед."


"Дайте нам знать, когда увидите забор, сэр".


"Сойдет".


Я столкнулся с Максом, когда он управлялся со своей машиной. "Макс, ты можешь опубликовать в агентстве Рейтер историю о высадке Пара прямо сейчас".


Гул вертолета возвестил о прибытии нашей Рыси. Винты заглохли, и вошли два очень потных пилота, за которыми следовал оператор, белый как лист бумаги, с блевотиной спереди. Их сопровождал Хейнс, старший пилот, седовласый и немного полноватый.


Я отложил винтовку и теперь начал хлопать, другие офицеры присоединились, два озадаченных потных пилота смотрели в ответ, когда их похлопывали по спине и поздравляли, Макс фотографировал.


Полковник Клиффорд пожал им руки. "Отлично сделано, фантастическое шоу, и никогда не делается раньше, чем мы думаем".


"Благодарю вас, сэр".


Стараясь не смеяться над оператором, я позвонил капитану Харрису и запросил на брелоке газ для аудиовизуальной съемки, а также проинформировал его о том, что произошло.


"Чертов ад..." - выдохнул он.


"Пусть все там знают". Отключившись от телефона, я сосредоточился на FAC. "Пожалуйста, запросите вторую "Рысь" вернуться на станцию после дозаправки и ... без сбоев".


Он достал свой спутниковый телефон, пока оператор показывал людям запись, пилоты раздавали свежее пиво.


Мой телефон зазвонил, премьер-министр. "Мы следили за ходом событий, но, пожалуйста, обновите меня".


"Парас" все сбиты и в безопасности, отходят, но пилот "Рыси" только что попал в учебники истории. Он сбил два боевых вертолета и штурмовик, которых никогда раньше не видел."


"Никогда не видели раньше?"


"Нет, сэр; один для телевизионных новостей. Я передам тебя им, они прямо здесь." Я поднял свой телефон. "Премьер-министр".


Уровень шума резко снизился, ошеломленный пилот принял вызов. "Сэр? ДА... два вертолета Ми-8 ... затем самолет с неподвижным крылом, сэр ... Нет, я не слышал об этом раньше... Коммандер Кристоферс, сэр, и младший коммандер Дэвис, HMS Cardiff ... да, сэр... благодарю вас, сэр."


Снова прижав телефон к уху, я сказал: "Мои люди не давали повстанцам спать всю ночь, и группы начали сражаться друг с другом. Я надеюсь на быстрый конец и низкие потери с нашей стороны."


"И Рысь что-то выбила ..."


"Они выбили минометные трубы, иначе они могли бы нанести некоторый ущерб. И французы сейчас на месте на северо-востоке, готовые атаковать, когда мы это сделаем."


"Я встретился с их официальными лицами, и мы все снова стали хорошими друзьями, совместными усилиями, когда боевые действия прекратятся. Каков следующий шаг?"


"Примерно через два часа парас нападут, французы их ждут".


"Все тщательно спланировано".


"Определенно. Фильм о войне получается лучше, сэр."


"Поговорим позже".


Полчаса спустя приземлился "Морской король" с портативным дозатором топлива и насосом, а также четырьмя техниками ВМС. Они дали "Рыси" достаточно топлива, и она последовала за "Морским королем" прочь, оператор остался со своей "Рысью".


Позвонил Дэвид Финч, увидев репортажи на Reuters. Он попросил экспертов проверить, сбивал ли когда-либо вертолет самолет с неподвижным крылом раньше. Конечно, ни один британский вертолет никогда не сбивал другой вертолет.


Парас нашел извилистую тропу и пошел по ней, не встретив никого, идущего другим путем, и вовремя добрался до забора, получив вызов. Только несколько отрядов преодолели барьер, остальные буквально увязли.


По совету Эхо и Волков Морские короли вылетели с "Бесстрашного", и двадцать минут спустя вертолеты выстроились в линию к северу от лагеря, открывая огонь, когда сонные повстанцы начали готовить завтрак.


Но только пятьдесят пунктов были на месте. Тем не менее, у них было шесть гранатометов, и они открыли огонь, сильный огонь обрушился на деревянные хижины, те, что ближе всего к забору западного периметра.


Лес был негустым, повстанцев убивали внутри или когда они убегали, некоторые отстреливались. Волки решили, что им следует открыться, и сделали это, стреляя по любому, в кого могли попасть, но в центре лагеря, несколько минометных орудий все еще стояли вертикально, их операторы попали.


Французы перерезали проволоку, а в некоторых местах перебросили веревки и натянули через забор, мины не сработали. Они пустили в ход более десяти РПГ, плюс дюжину человек с РПГ, снятых с колонны, попавшей в засаду, и еще больше людей с автоматическим питанием, снятых с этой колонны.


Французы открыли огонь примерно в то же время, что и Парас, поймав тех повстанцев, которые бежали от Парас, здания и транспортные средства были обстреляны из РПГ и подожжены. Ехо в основном сидели на деревьях и стреляли в любого на южной стороне. Это оставило брешь, южную трассу, и поэтому многие новички бежали этим путем, натыкаясь прямо на эскадрилью "G", которая продвинулась вперед.


Эскадрилья "G" открыла огонь, большая куча тел вскоре перекрыла трассу, повстанцы разворачиваются, некоторые убегают в густые джунгли.


Тридцать минут боя в лагере привели к тому, что в суматохе было убито очень много повстанцев, но еще больше снова отстреливались, стреляя во всех направлениях, некоторые из них были хорошо окопаны и спрятаны.


РПГ начали бить по деревьям по периметру, и открылся бой с коробочным питанием, Волкам пришлось пригибаться и прятаться, французы получали попадания и получали ранения от твердого ядра из примерно ста человек в главных казармах, некоторые из которых находились на крыше.


Имея в наличии Рысь, и поскольку я сейчас получаю сообщение о противостоянии, я отправил туда эту Рысь. Он ворвался на место происшествия на высокой скорости, две ракеты попали в главную казарму, которая вскоре была окутана дымом, окна выбиты, начались пожары. Рысь пронеслась над вершиной и исчезла, только чтобы снова появиться на том же пути, использованная 30-мм пушка, долгий громкий треск, казармы снова попали в цель, прежде чем Рысь улетела перевооружаться.


Раненые люди, пошатываясь, выходили из казарм, подхваченные Эхом, сейчас наблюдается небольшая стрельба снаружи.


В течение часа Пара наращивали численность у забора, все остальные подразделения следили за передвижениями на базе, первый взвод Пара двигался через минное поле внутрь, к деревянным хижинам. Одну за другой они очищали хижины, поскольку все больше парас перемещалось внутрь, на виду у волков и французов, главные казармы теперь хорошо освещены.


Пара использовали гранаты через окна, после чего стреляли через эти окна, прежде чем очистить каждую хижину, многие из хижин были повреждены или тлели. Повстанцы, некоторые полуголые, убегали только для того, чтобы быть убитыми Парас, те повстанцы, которые двигались к Парас, были обстреляны Волками в вест-энде.


Увидев поднимающийся дым, майор Либан рискнул, и вся его команда воспользовалась сломанным ограждением, чтобы перелезть через минное поле, и они побежали сквозь дым к сгоревшему транспортному самолету и в большую дыру на взлетно-посадочной полосе, оставленную 2000-фунтовой бомбой. Они опустились, спрятались и открылись в поддержку Парас.


В течение получаса повторялась одна и та же история. Повстанцы убегали, и их расстреливали, другие двигались к Парас и были ранены, Парас набирали силу, получив пока только две незначительные раны - царапины.


Вернувшись на БРЕЛОК, я тщательно координировал все это, беспокоясь о том, что дружественный огонь может привести к жертвам. Томо и Николсон пробрались вперед и нашли подходящее дерево рядом с проволокой. Оттуда они вели снайперскую стрельбу, и, рискуя, что у них кончатся боеприпасы, они поразили так много повстанцев.


Основная часть повстанцев была оттеснена на юг, к эскадрилье "G" и скрылась за деревьями. В эскадрилье "G" также было большое количество убитых, и они забирали у убитых винтовки и патроны, чтобы использовать их, держа наготове M16.


Когда пара добрались до главных кирпичных казарм, стало ясно, что сотни повстанцев бежали на юг, и я сомневался, идти ли за ними. Учитывая потенциальные жертвы, связанные с поиском в джунглях, я решил этого не делать.


Рысь вскоре вернулась, и ей не терпелось что-нибудь предпринять, поэтому я отправил их в кирпичные казармы, не подозревая о том, насколько близко был передовой взвод Пара. Эти люди получили сильный шок, им оторвало ноги, и они были покрыты стеклом, отступая, когда Рысь снесла кирпичное здание казармы.


Когда дым рассеялся, и после того, как парас прекратили ругаться, они ринулись вперед, стреляя по нижнему уровню и лестничным клеткам, когда повстанцы бежали вниз по этим лестничным клеткам и наружу, спасаясь от сожжения заживо. Первый Пара был убит выстрелом в голову, трое его товарищей были ранены той же очередью.


Основная часть пара теперь находилась внутри заграждения, но я отправил многих на юг и в обход, чтобы укрепить этот район и обстрелять обширную территорию палаток. Кирпичные казармы были в огне, так что работу делали за них.


Вторая кирпичная казарма оказывала упорное сопротивление, удерживая парас, стоявших перед ней, прижатыми к земле. Я попросил Парас подождать возвращения Рыси. Это возвращение было проигрышным для шести морских королей, GPMG в doors, и они нацелились на оставшийся барачный блок, единственное здание, в котором не курят.


После пролета мощность огня, исходящего из казарменного блока, уменьшилась, Парас открыл огонь, использовав 66 мм.


Возвращение рыси было почти мокрым кальмаром, поскольку обе ракеты отказались стрелять. Он вернулся и открыл огонь из своей 30-мм пушки, разрезая казармы.


Когда он отклонился, обе ракеты внезапно решили выстрелить, и они попали в деревья за Парасом, который все удивлялся, что они сделали, чтобы расстроить гребаный флот этим утром. Были сделаны отчаянные звонки, объяснены неисправные ракеты. Мне пришлось объяснить, что это не было преднамеренной целью.


Когда эскадрилья "G" приблизилась к проволоке, они залечивали множество мелких ран, и каждый убил больше людей, чем мог сосчитать. Но в то время мне было неизвестно, что более шестисот повстанцев ускользнули.


Те повстанцы, которые остались в лагере, устремились на юг сквозь дым, Paras стреляли с запада, эскадрилья "G" стреляла с южной линии деревьев, разыгрывалась резня, многие повстанцы были безоружны, некоторые полуголые.


Еще больше пара двинулись на юг и в обход, получили ранения, когда эти отчаявшиеся повстанцы открыли ответный огонь при попытке к бегству, по пара начали попадать случайные пули, второй человек убит, дюжина ранена.


Я отправил срочные приказы, чтобы Парас стреляли издалека и не нападали, поскольку Моран повел Эхо мимо деревни, все жители убежали на юг, а Эхо заняла позицию за деревьями и открыла огонь по основной части оставшихся повстанцев, которые теперь были загнаны в небольшую зону - многие безоружны.


После тридцати минут стрельбы, клубы дыма, в живых осталось несколько повстанцев, и в лагере воцарилось спокойствие. Мужчины откинулись назад и отпили воды.


Я приказал парас объединиться, проверить тела и перевязать раненых повстанцев. За нашими ранеными были отправлены вертолеты, которые приземлились внутри лагеря на западной оконечности, "Чинук" сел, дюжину раненых увезли.


Эхо дважды постучало по телам, но внутрь не зашло. Волки присоединились к французам и двинулись внутрь как команда, дважды проверяя тела на восточной стороне, очистив и проверив несколько зданий.


Подполковник Марш и его команда высадились на "Чинуке" и присоединились к своим людям, и мои слова, обращенные к нему, были четкими и громкими. Он повторил эти слова своим людям, расположенным в штабе, медикам поблизости, саперам, бродящим вокруг.


Пара разделились на команды по три человека. Двое мужчин проверяли тело, пока один прикрывал их, целясь в голову мертвого или раненого человека. Внезапное движение того, кто притворяется мертвым, приведет к удару коленом в спину или выстрелу в голову.


Эхо сказали двигаться дальше и присоединиться к Волкам, французам 1ST Батальон вливается, майор Либан добирается до подполковника Марша, пожимая ему руку.


"Двое убитых, две дюжины раненых", - констатировал я, стоя над столом с картами. Офицеры обменялись взглядами.


"Какими вы ожидали увидеть цифры?" - Спросил полковник Клиффорд.


"Я ожидал, что они будут выше, сэр, но я надеялся, что они ниже".


"А их мертвецы?" - спросил он.


"Более тысячи, сэр".


"Тогда у нас все получилось", - осторожно предположил он. "Хотя я опасаюсь некоторой критики со стороны прессы, здесь что-то вроде резни".


Я столкнулся с Максом. "Прокатись туда на вертолете. На рыси."


Макс столкнулся с FAC, когда тот человек сделал звонок.


Вмешался Мортен. "Мы упакованы и готовы к выходу".


"Я достану тебе Морского короля", - сказал я ему, и отправил медиков Мортена на базу повстанцев, но в основном для того, чтобы предложить медицинские услуги повстанцам, и чтобы пресса видела, как они это делают.


Эхо зашла внутрь и нашла кирпичное здание на восточной стороне, на которое претендовала, тела убраны, боеприпасы и еда изъяты. Волки присоединились к ним, мужчины немного отдохнули, другие подкрепились.


Эскадрилья "G" все еще была связана, а теперь оказалась в окружении. Повстанцы, которые бежали ранее, возвращались, чтобы посмотреть, что происходит, парни из эскадрильи "G" были в постоянном контакте.


Я забыл о бойцах эскадрильи "D", пока капитан Хэмбл не упомянул о них, пятеро из которых теперь ранены. Они обнаружили повстанцев, убегающих по тропе, и открыли огонь, только чтобы обнаружить, что восемь парней из эскадрильи "D" противостоят более чем сотне повстанцев, большинство из которых вооружены.


За час ожесточенных боев в лесах на юге было убито много повстанцев, эскадрилья "D" забирала боеприпасы у убитых, и несколько раз они заканчивались. Теперь они были в пределах слышимости эскадрильи "G", и при радиосвязи несколько повстанцев оказались между ними.


На юге наконец воцарилась тишина, когда последние повстанцы скрылись в густых джунглях, и эскадрилья "D", прихрамывая, направилась к эскадрилье "G", и вместе они доковыляли до базы, молодые пара спешили на помощь, вряд ли их можно назвать солдатами SAS без ран, у многих из них было по нескольку ран.


Мортен и его команда были уже внизу, и они подтолкнули раненых SAS к северо-западному концу полосы, приближался "Чинук", все, кроме десяти SAS, вылетели. Оставшиеся присоединились к Echo, чтобы отдохнуть, эпическая битва закончилась из-за напитка.


Французские солдаты теперь патрулировали восточную часть лагеря, винтовки были собраны и сложены. Мортен выдал перчатки и маски для лица дюжине парас и дюжине французских солдат, которые теперь начали перетаскивать тела в центральную зону.


Имея под рукой бульдозер, французский солдат, знаток в его использовании, начал рыть большую яму сразу за проволокой. Второй французский солдат-новатор проехал на грузовике по минному полю, взорвав противопехотные мины, как заметили британские парас, посчитав этого человека сумасшедшим.


Полковник Дин позвонил мне. "Уилко, что, черт возьми, случилось с моими людьми?"


"Ну, сэр, эскадрилья "G" плюс восемь человек из эскадрильи "D" находились к югу от штаба повстанцев, и когда начались бои, большинство повстанцев убежали на юг, в леса. Ваши люди оказались у нас на пути, и они открыли часовую перестрелку, и, судя по всему, у них регулярно заканчивались боеприпасы, они забирали оружие и амуницию у убитых, чтобы продолжать сражаться.


"Негативные новости ... заключается в том, что эскадрилья "G" теперь выведена из строя до дальнейшего уведомления, и пока у них не будет человека, способного стоять прямо. Позитивные новости ... заключается в том, что все они живы и получили большой опыт, у всех десятки подтвержденных убийств."


"Ни один человек не остался на ногах?"


"В эскадрилье "G" ни один человек не остался без ранения, сэр".


"Иисус. Ну, они умоляли устроить их туда на работу, так что им не на что жаловаться. Как дела?"


"Главный лагерь повстанцев был уничтожен, его лидер мертв, его люди в основном мертвы, некоторые сбежали. Великая победа, сэр."


"Я слышал об этой акции Lynx - это только что появилось в полуденных новостях, и упоминалось о высадке, и я каждый день читал The Sun. МОД довольны всем этим."


"Инструкторам парашколы есть чем заняться при высадке, сэр, и что испытать раньше, так что теперь они должны быть счастливы".


"С тобой даже морские пехотинцы".


"Да, сэр, они видели кое-какие бои, но подобрали много раненых".


"Я узнал подробности, но было ли это ошибкой?"


"Нет, сэр, это была ошибка гуркхов, человек, по ошибке выстреливший на десять минут раньше".


"Вам нужны замены для эскадрильи "G"?"


"Нет, сэр, сейчас я просто убираю. Но если у вас есть парни, которым нужен опыт, они получат несколько живых патрулей, отставших, которых можно отстреливать."


"На меня набрасывается множество мужчин, так что я пришлю кого-нибудь. Я отведу эскадрилью "G" в местный дом престарелых."


Стоя и глядя на карту, я прикинул, какой район французы будут патрулировать после того, как бои ослабнут, и позвонил в Кабинет министров.


Мне перезвонил премьер. "Мы взглянули на карту, и ваше предложение имеет смысл - французы на севере и востоке, наш участок на юго-западе - более короткие пути снабжения".


"Тогда я выведу британцев с этой базы завтра, сэр. Чтобы собрать отставших, потребуется время."


Я попросил двух "Чинуков" вернуть Эхо и Волков, и когда солнце начало опускаться низко над горизонтом, они отступили на бреющем, но с последними несколькими бойцами из эскадрилий "G" и "D" также - но даже у них были незначительные ранения. Я поприветствовал Сашу и его команду, коротко поболтал и осмотрел Волков на предмет ран.


Парень, который был под падающим Ми-8, получил легкое сотрясение мозга, осколок и небольшой ожог, но сейчас чувствовал себя намного лучше. Он был бы солдатом дальше.


Майор Таггард поприветствовал своих людей и узнал подробности боя, то же самое касается капитана Хэмбла, Таггард теперь знает, что его вытаскивают - его отправляют в местный дом престарелых вместе с его людьми.


Я сказал Эхо привести себя в порядок, но потом отдохнуть, и они заняли комнаты наверху. У нескольких были незначительные раны, но они залатали себя, даже зашили несколько ран. Вскоре я сидел со Свифти, Мораном и Махони, когда они готовили пиво в нашей старой комнате, и у всех у них теперь была щетина на перепачканных грязью лицах.


"Без вас здесь я спал внизу на раскладушке", - сказал я им. "Но еда была вкусной - мне кажется, я набираю вес".


"Мы остаемся здесь?" Спросил Моран.


"Немного порази отставших. Эскадрилья "G" была уничтожена, поэтому их выводят - те, кто остался на ногах, другие на подходе. Но часть, о которой не знает пресса, и многие здесь не знают, это то, что около шестисот хорошо вооруженных повстанцев убежали на юг в леса. Нам нужно их немного проредить."


"Они наткнулись на эскадрилью "G", " отметил Махони. "Парни сказали, что они дюжину раз нажали "пусто". Один замахнулся винтовкой на человека."


"Та же проблема с морскими пехотинцами, и у них было ранено одиннадцать человек", - сказал я им. "Когда гуркхи напали на лагерь повстанцев, повстанцы разбежались и наткнулись прямо на морскую пехоту. У морских пехотинцев закончились боеприпасы, они перестреляли так много."


"В том лагере много тел", - отметил Моран. "Будь чертовски спелым завтра".


Я сказал им: "По общему мнению, двести лучших бойцов вчера ушли на север, попав в засаду французов, которые сказали, что им противостояли хорошие парни".


"Рысь изменила ситуацию", - отметил Свифти, подогревая воду. "Иначе потребовался бы весь день, чтобы измотать их".


"Рысь сбила два Ми-8 и самолет с неподвижным крылом, это во всех новостях", - сказал я им. "Никогда не делалось раньше. И этот маленький самолет мог сбить "Чинук". Это доставило бы мне кое-какое дерьмо, настоящее беспокойство. И ублюдок, финансирующий все это, знал о высадке пара, так что, возможно, у него были шпионы в аэропорту."


"Кто за этим стоит?" - Спросил Махони.


"Нигерийские нефтяные бароны. Они хотят проникнуть сюда, там есть нефть на шельфе. И ваш флот внес свою лепту, продырявил взлетно-посадочную полосу и сбил самолет главного пилота."


"Зарабатывают себе на жизнь, да", - выдохнул Махони.


Прилетел и приземлился морской ястреб. "Ах... чушь собачья, - вырвалось у меня, когда я заглянул в окно.


"Что это?" Спросил Моран.


"Гребаное ФБР".


"Скажи им, что той девушке было больше шестнадцати", - съязвил Махони.


Внизу я холодно поприветствовала агента Манстьена. "Как приятно видеть вас снова", - сказал я ему и его коллегам, четверо агентов ФБР с кислыми лицами теперь стояли и смотрели на меня, все они были одеты в бежевые жилеты, с сумками в руках.


Манстьен указал на пустые ящики из-под оружия. "Они пришли из-за границы?"


"И сейчас используются нашими мужчинами, да. Если вы увидите, что кто-то бродит с русским набором, вы можете узнать серийные номера."


"Это улика, и ваши люди разгуливают с ней повсюду!"


"Могу ли я чем-нибудь помочь вам, джентльмены?"


"Ваше правительство сказало, что вы будете сотрудничать".


"И я такой. Столовая там, туалеты за домом, возьмите палатку, если хотите."


"Здесь был сбит самолет".


"Да, и мы выгрузили оружие, затем пилоты украли его, прежде чем у нас был шанс идентифицировать их, но мы, по крайней мере, накормили их и предоставили им кровать на ночь".


"Вы знаете, насколько серьезное обвинение вам грозит?"


"Ты знаешь, насколько мне насрать, учитывая, что пилоты работали на ЦРУ", - соврал я.


"Они ... что?"


Я кивнул, улыбаясь. Они перехватили груз, и Лондон заплатил пилотам, чтобы они прилетели сюда. Итак ... если у вас есть вопрос, задайте его кому-нибудь, кто стоит выше в пищевой цепочке, чем скромный капитан."


Они обменялись взглядами. "Мы хотим получить доступ к тому лагерю, на который напали ваши войска".


"Это ... теперь вроде как безопасно, так что лети туда."


"Сначала мы зарегистрируем эти ящики".


"Все, что тебе нужно, я здесь, чтобы доставить тебе удовольствие", - съязвила я. Они не выглядели довольными, когда я уходил.


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Чертово ФБР здесь, вынюхивает что-то, и они уже пригрозили арестовать меня".


"Я получил записку об этом, и мы хотим сотрудничать, поэтому, пожалуйста, не стреляйте ни в кого из них".


"Я попытаюсь вести себя прилично".


"Что происходит в штабе повстанцев?"


"Все стихло, тела хоронят".


"Здесь во всех новостях, включая фильм о высадке пара."


"Как им удалось так быстро это получить?"


"Они передают фильм через спутник из Фритауна. У них были изображения, как Парас садятся на "Геркулес", "Геркулес" в полете, а затем открываются двери и Парас падает, и какой-то фильм изнутри "Рыси". Позже вечером об этом будет часовой выпуск."


"Хорошая работа, все прошло нормально, но без этой Рыси у нас мог быть сбит "Чинук", несколько человек ранено на земле. И все еще остается вопрос о том, откуда взялись эти самолеты и кто их финансировал."


"Мы выразили протест Кот-д'Ивуару, было озвучено несколько экономических угроз, и они пообещали усилить охрану границы. Мы мало что можем сделать с нигерийцами."


"Я мог".


"Что ж... мы должны быть осторожны с этими вещами."


"Вы намекнете мне, кто, по вашему мнению, несет ответственность в Нигерии, и я поручу своим друзьям из низов провести расследование".


После паузы последовало: "Оставь это мне".


"Я уверен, что премьер-министр будет стремиться к тому, чтобы интерес Нигерии к этому месту уменьшился, и я уверен, что премьер-министр также присматривает за нефтью - если вы понимаете, к чему я клоню".


"Как я уже сказал, оставь это мне".


На закате я позвонил Либану, а затем подполковнику Маршу и предупредил их, что контратака с юга весьма вероятна. Они бы приготовились. Я также сказал Маршу, что завтра он сдастся французам.


Не успел я закончить разговор, как раненый повстанец бросил гранату, шестеро парас серьезно ранены, также ранен медик, один из команды Мортена.


Я вскинул руки в воздух. "После этой чертовой битвы мы получаем больше раненых, чем во время нее".


Десять минут спустя вмешался майор-гуркха. "Я вернулся за припасами, но подумал, что еще мы могли бы сделать". Он указал на карте область, которую контролировал.


Я сказал ему: "Каждый день продвигайся на восток, но пешком, а после того, как проедешь несколько миль, двигай машины вперед".


"Мы делаем это сейчас".


"Ну, это небольшая территория, так что в конечном итоге мы охватим ее всю, но французы будут контролировать север и восток. Завтра парашютисты снимаются с того места, где они находятся, возвращаются в аэропорт и, возможно, будут отправлены домой, как подразделения регулярной армии, используемые для поддержания мира."


Полковник Клиффорд спросил: "Никаких планов относительно Пара?"


"Мне нужно, чтобы Лондон указал мне на это, сэр. Если Лондон хочет, чтобы они были заняты, здесь есть чем заняться."


"У них было два сражения, и они подобрали убитых и раненых", - отметил Клиффорд.


"Да, сэр, но после того, как они вернутся, они будут сидеть в казармах в течение десяти лет, прежде чем что-то подобное повторится".


Я вышел и позвонил подполковнику Маршу, команде ФБР, которая проверяет ящики. "Сэр, вы будете отозваны завтра, как вы знаете, но ... ты хочешь остаться здесь и, чтобы я находил тебе задания?"


"Что ж... вплоть до модификации. Что они сказали?"


"Пока ничего, но у вас есть убитые и раненые, так что они могут вытащить вас. Если они это сделают... тогда может пройти десять лет, прежде чем вы получите еще одно из них, они не часто появляются."


"Верно, да, большинство мужчин видят одно действие за всю жизнь, и в Северной Ирландии сейчас тихо. Если бы это был мой выбор, я бы сказал остаться, и я объясню мужчинам почему."


"Я сделаю несколько звонков, сэр". Я позвонил в министерство обороны, и они попросили генерала Деннета перезвонить мне.


"Уилко, ты за мной?"


"Да, сэр. Паразиты публикуют здесь; они хотят знать, будут ли они отозваны."


Кто-то упоминал об этом сегодня, но я очень хочу увидеть, как это будет доведено до конца, чего бы это ни стоило. Сколько раненых?"


"У них двое убитых, двадцать с чем-то раненых, плюс первый парень, который упал и умер. Но дело в том, сэр, что, когда они вернутся домой, они могут не получить такую постоянную работу в течение десяти лет."


"Так как насчет того, чтобы оставить их там, но несколько дней отдохнуть, и я отправлю группу из 1 пункта."


"Существует множество небольших групп повстанцев, сэр, поэтому пункты... каждый из них выстрелит в гневе, но с ограниченным риском."


"Тогда я пришлю несколько человек из 1-го пункта, ты можешь отдохнуть во 2-м пункте несколько дней".


"Морским пехотинцам не терпится что-нибудь предпринять, поэтому я задам им задание завтра".


"Да, хорошо".


"О, и эти пилоты Lynx - я буду рекомендовать их к высшей награде".


"Да, они справились хорошо, и никто не может вспомнить случай, когда вертолет сбил самолет с неподвижным крылом, это во всех новостях. Я уверен, что они будут в списке почетных гостей Нового года."


Подумывая о том, чтобы немного поспать, и теперь привыкнув спать в это время, майор позвонил мне. "Только что в GL4 была поставка этих винтовок из Финляндии".


"Это было быстро".


"Они надеются на хорошую поддержку, вот почему - учитывая происходящие там бои".


"Не могли бы вы прислать их вниз, сэр?"


"Я могу сбросить их в Брайз сегодня вечером, должно быть, самолет направляется вниз, много движения - только что смотрел это в новостях. Удивительно видеть, как "Геркулес" выстроился в линию, Парас идет на борт. Никто не видел этого со времен последней войны."


"Ну, пара подбирают больше раненых после акции, чем во время нее, раненые повстанцы бросают гранаты."


"Часто так, да. Как дела у Эхо?"


"Все вернулись сюда, со мной, отдыхают, серьезных ран нет, а когда их ранили, они лечились сами, даже накладывали швы".


"Ну, они уже прошли достаточно чертовых курсов. А волки?"


"Я тоже вернусь сюда. Эскадрилью "G" выводят, ни одного человека без ранения."


"Как, черт возьми, это произошло?"


Мятежники на базе побежали на юг, прямо в эскадрилью "G". Они застрелили так много, что щелкали холостыми патронами и били черных по голове из незаряженных винтовок. Парни из эскадрильи "D" тоже получили ранения, та же проблема."


"И у вас там все еще есть полиция?"


"Да, сержант Крэб поручил им патрулирование здесь".


"В одной из газет была статья о них, но она была справедливой и сбалансированной".


Полковник Дин пришлет нескольких своих парней, и 1 параграф скоро будет снят. МОД хочет, чтобы как можно больше людей отправили в патрулирование."


Иначе они бы просто сидели в казармах. О, чуть не забыл, причина звонка, Лэсси ушла."


"Ушли, сэр?"


"У него было время подумать, он был на волосок от смерти, поэтому он увольняется, быстро выбирается, к выходным станет гражданским. Его девушка беременна, и она хочет, чтобы он был жив."


"Я не виню его, это опасное времяпрепровождение".


"Теперь двое убиты".


"Я подумал, что Леггит и Свон из "Волков" могли бы перебраться через реку. Они чертовски горячие, с хорошим отношением. Поговорите за меня с О'Лири, сэр, и попросите его отправить это по линии их менеджеру."


"Хорошо, сойдет".


"На базе тихо, сэр?"


Столовая закрыта, дамы в отпуске, и я редко отваживаюсь заходить, здесь только я, О'Лири и Бонго. Капрал-администратор в отпуске. Виски тоже в отпуске, ПТИ в Херефорде. Бонго ужинает в пабе. Когда ты вернешься?"


"Не раньше, чем через неделю, сэр".


"Тогда я оставлю столовую закрытой, потому что готовить только для Бонго - пустая трата времени, несмотря на то, сколько он ест".


Я перезвонил подполковнику Маршу. "Сэр, Министерство обороны оставит вас здесь, не в последнюю очередь потому, что они видят, что после вашего возвращения ваши люди годами не будут принимать участия в боевых действиях. И некоторые мужчины из 1 параграфа придут сюда за опытом."


Только что ранил еще одного человека. Здесь могло бы стать оживленнее, если эти ребята хотят вернуть свои кровати."


"Предупредите людей, чтобы они оставались внизу, сэр, мятежники будут стрелять из-за деревьев".


У нас наготове несколько их минометных установок, много минометных снарядов, так что они получат удар. И у французов здесь сейчас четыреста человек, так что мы хорошо укомплектованы."


Я наконец-то сдался, но только после того, как перевел Леггита и Свон к Эхо. Двое мужчин были довольны и увлечены, но я объяснил, что Лондон может заблокировать переезд.


Я проснулся в 11 вечера, весь окоченевший, Хейнс протянул мне пиво. "Что-нибудь происходит?" Я спросил, сотрудники ФБР сидели за едой, а также разглядывали карту, Фрэнкс сидел с ними и болтал.


Полковник Клиффорд все еще не спал. Он сообщил мне: "Пара видят зондирующие атаки, но отражают их. У них есть минометы и гранаты, и, по-видимому, они хорошо окопались. О, майор Таггард не хотел тебя будить, но он уехал в аэропорт с последними своими людьми, скоро вылетает."


"Они потерпели поражение, дрались в ближнем бою, иногда врукопашную", - отметил я, прежде чем отхлебнуть пива. Мой телефон зазвонил. "Уилко".


Командующий ВВС начал: "Ах, Уилко, мой мальчик, только что прослушал часовой специальный выпуск по телевизору. Фантастика, действительно фантастика, ты точно заслужил свое содержание на этой неделе."


Я улыбнулся. "Благодарю вас, сэр".


"Они заставили парашколу делать свое дело, загружать людей, и это выглядело так, как будто сто Геркулесов выстроились в ряд. Снял их в воздухе, и, сбросив паразитов, пришлось потратить двадцать минут на "Только мой Геркулес" - миллион объявлений о наборе.


"И последние полчаса мой телефон не умолкал, все были очень взволнованы всем этим, даже министр обороны был на взводе. И завтра они напечатают дополнительные экземпляры The Sun, а также несколько отрывных страниц. Это совсем как во время Фолклендской войны, когда мы высадились."


"Держу пари, ваша жена будет говорить вам успокоиться, сэр".


"Она уже закончила", - засмеялся он. "Я позвоню через день или около того. Продолжайте в том же духе."


"Благодарю вас, сэр". Люди не отвечали по телефону, гадая, кто это был. Командир авиации, как ребенок на Рождество. По телевизору показали часовой специальный выпуск, много репортажей о "Геркулесе" и высадке Пара. Все в Великобритании смотрят это шоу. "Я столкнулся с полковником Клиффордом. "Все годится для вербовки, сэр".


"Чертовски хорошо", - согласился он.


Вмешался капитан Хэмбл. "А, ты проснулся. Мы получаем задание, те из нас, кто остался?"


"Если ты хочешь одного. Но, может быть, тебе стоит подождать, пока кто-нибудь спустится сюда."


"Кто спускается?"


"Не уверен, но полковник Дин посылает больше людей. Или ты объединяешься с Волками и Эхо."


"Прекрасно".


"Но они отдыхают день или около того". Мой телефон зазвонил, и мне пришлось проверить уровень заряда батареи. "Уилко".


Майор Лэнгтон, морская пехота, корабль ее величества "Бесстрашный". Просто интересуюсь насчет работы для нас."


"Многие повстанцы убежали в джунгли, так что вам есть чем заняться. Есть карта, сэр?"


"Передо мной".


"Посмотрите на штаб повстанцев, сэр".


"Понял".


В двух милях к югу есть дорога. Завтра, в удобное для вас время, прилетайте, выберите район. Обстреливайте линию деревьев перед приземлением, затем вниз и наружу. Разбейте лагерь среди деревьев на юге, срежьте эту дорогу, обучите снайперов на дороге. Затем разошлите местные патрули. Если мятежники пойдут по этой дороге ... открывайте им огонь, ни одна из наших сил не воспользуется этой дорогой."


"Хорошо, достаточно прямолинейно".


"Убедитесь, что у вас большая группа, хорошо вооруженная, там сотни повстанцев".


"У нас больше сотни человек".


"Есть 66 мм, сэр?"


"Да".


"Возьми их, бей по любым грузовикам, но следи за гражданскими".


"Сейчас мы составим план. Как долго мы бы остались?"


"Сколько пожелаете, сэр, или пока не освободитесь, это ваш сектор, ваше шоу".


"И Парас находятся в нескольких милях к северу?"


"Они будут выведены завтра, французы удерживают эту базу. На данный момент они находятся в контакте с повстанцами. Эти леса к северу от вашей предполагаемой позиции кишат повстанцами."


"Тогда будет жаркая посадка".


"Может быть, сэр, будьте осторожны".


Я обновил доску с картой, отметил предполагаемое местоположение морской пехоты, ВМФ заинтересовался этой позицией. Его рысь была подавлена, но утром стремилась к каким-то действиям. "Поддержи своих морских королей, когда они войдут".


"В наши дни они в основном коммандос Вестленда", - сказал он мне, но без особого отношения.


Я кивнул.


Он ответил на звонок десять минут спустя. "Ее величество "Бирмингем" здесь, на нем имеется один "Рысь", - сообщается.


"Пусть ее Рысь присоединится к двум другим, как группа. Кто-нибудь уже готов?"


"Двое есть".


"Тогда пусть они расположатся над Парасом и стреляют на юг, в джунгли. Я сейчас проверю с Параграфами."


Я позвонил подполковнику Маршу, который казался уставшим как собака. "Сэр, у вас есть люди в деревьях на юге?"


"Нет, все отошли по крайней мере на сотню ярдов, время от времени стреляя".


"Рысь поможет тебе, но убедись, что на этих деревьях у тебя никого нет".


"Маловероятно, в нас стреляют нерегулярные формирования".


Я предупредил майора Либана, попросив его не стрелять по "Рыси", затем поручил "Рыси", опытному новому пилоту и еще одному вернуться к Парас, и пятнадцать минут спустя "Рысь" висела над лагерем, громко выпуская 30-мм снаряды, ракеты, наконец, были выпущены, четыре громких взрыва в джунглях, и повстанцы теперь дважды подумают, прежде чем атаковать Парас. Это было даже к лучшему, потому что паразитам нужно было немного поднапрячься.


"Рысь" пролетела здесь над головой десять минут спустя, КВС получил отчеты о том, что было сделано, отчет, направленный мне.


После того, как я поел, все стихло, никаких значимых сообщений не поступало, паразиты больше не исследовались. Свифти проснулся и смотрел на доску, желая увидеть, что делают различные устройства.


Многие ребята из "Эхо" спустились ночью, так как днем они спали. Они пополнили снаряжение, постирали вещи, много поели и посидели, болтая, большинство из них уткнулось носом в доску с картами.


За час до рассвета, когда в командном пункте мало кто остался, мне позвонили и сказали, что морские пехотинцы поднимутся в воздух через полчаса, чтобы приземлиться на рассвете - и где был их КВС?


Я разбудил КВС, сунув ему в руку чашку кофе, и рассказал ему о морских пехотинцах. Он был почти у цели к тому времени, когда был установлен радиоконтакт, "Рысь" двигалась впереди вертолетов "Уэстленд Коммандос", чтобы осмотреться.


Ведущий Рысь приземлился в выбранном месте и осмотрелся, сообщив, что все спокойно, не осознавая, что он только что разбудил несколько сотен сварливых повстанцев. Эти повстанцы были голодны, устали и спали на полу - и были немного злы на нас, британцев.


Рысь поднялась, когда прибыла основная часть, люди быстро вышли и спустились, без обстрела линии деревьев, как предлагалось. Шестьдесят человек вскоре были на южной стороне отверстия, когда основные вертолеты улетели. На целых две минуты воцарилась тишина, прежде чем повстанцы на линии деревьев к северу, примерно в 300 ярдах от нас, открыли огонь.


Морские пехотинцы, у которых было много гранатометов, открыли ответный огонь, повстанцы не поднимали голов, но в сторону морских пехотинцев было выпущено несколько РПГ. Рысь была на высоте 1000 футов, как раз поворачивая к дому, когда раздались отчаянные крики.


Они обернулись и увидели, как трассирующие пули морской пехоты бьют по линии деревьев на севере, поэтому открыли огонь из 30-мм пушки несколькими короткими очередями, прежде чем улететь на восток. Возвращаясь, обе Рыси выпустили по две ракеты в деревья, на этот раз ракеты сработались.


Когда "Рысь" отправилась домой перевооружаться, повстанцы притихли, морские пехотинцы ждали. Но теперь возникла проблема с пополнением запасов, плюс вторая партия людей не смогла приземлиться. Они позвонили мне.


"Отправьте патруль на юг, поищите поляну, которую можно использовать. В то же время не высовывайтесь и следите за своими флангами и тылом. Ваша задача - остановить движение на этой дороге, поэтому открывайте огонь по любым грузовикам, но пока не пытайтесь атаковать через эту дорогу. Просто пока держи повстанцев в загоне."


Я указал на КВС, который теперь проснулся и вместе с ним. "Не отправляйте больше вертолеты на позиции морской пехоты, они принимают огонь на себя. О, у них есть веревки, чтобы соскользнуть вниз?"


"Да, как обычно".


"Подгоните их, пусть морские пехотинцы будут готовы спуститься по веревкам через деревья, но морские пехотинцы ищут поляну на юге".


Я обновил карту желтым стикером и стоял, размышляя, как лучше всего поступить здесь. Это была патовая ситуация и противостояние.


Военно-морской флот установил веревки, но это означало, что пополнение запасов было проблемой. Они ждали на борту корабля.


Полчаса спустя была найдена поляна, по дереву ударили 66-мм снарядом, а затем повалили. Зона была достаточно большой, вызвали вертолеты. Эти вертолеты взлетели с "Бесстрашного" с людьми и комплектом, привязанными на всякий случай веревками, и через пятнадцать минут приземлились, по одному, люди вышли, кит вытолкнули на мягкую грязь.


К тому времени, когда вертолеты оторвались всей группой, погибло сто двадцать морских пехотинцев, плюс один моряк, готовый к каким-то действиям. Мужчины заняли позицию как раз в тот момент, когда были замечены повстанцы, переходящие дорогу дальше на восток, чтобы обойти морских пехотинцев с фланга.


Мне позвонили, и я посоветовал морским пехотинцам тактику засады. Они сообщили о ручье и болоте шириной около десяти ярдов, и я попросил их занять оборонительную позицию на своей стороне этого ручья, но не использовать в густых зарослях гранатометы калибра 66 мм. Требовались винтовки, камуфляж и острый глаз.


РПГ начали попадать в деревья рядом с морпехами, появились легкие ранения; осколки. Когда Рысь вернулась, был открыт ответный огонь, деревья, в которых находились повстанцы, снова пострадали и их окутал дым. Но на этот раз на борту "Рыси" было два морских пехотинца, каждый из которых сидел в дверях с автоматами.


Выпустив свои 30-мм пушки и ракеты, "Рысь" пролетела бортом вперед на высоте 500 футов, чтобы морской пехотинец по левому борту мог вести огонь вниз, возвращаясь другим путем, чтобы морской пехотинец по правому борту мог вести огонь вниз.


Вернувшись к доске с картами, я тогда понятия не имел о потерях на стороне повстанцев, но сотня была убита, двести ранены, остальные здорово разозлились.


Подумав, я позвонил подполковнику Маршу, майору, отвечающему на телефонные звонки. "Сэр, не могли бы вы направить свои минометы на юг. Взгляните на карту, расстояние около двух миль. Морские пехотинцы зажаты, повстанцы вон там, к северу от дороги. Стреляйте для эффекта, и я сообщу о группировке."


Минометные расчеты все равно только готовились. Дайте нам пять."


Я перезвонил морским пехотинцам и попросил их сообщить о группировке минометов. И пять минут спустя загремели минометы, первый попал в дорогу - морские пехотинцы пригнулись, остальные на северной стороне, но слишком долго.


Я попросил Парас отрегулировать трубы, укоротив их на двести ярдов, и они выстрелили снова, шесть раз. Эти пули попали в деревья, и невезучие повстанцы прятались на этих деревьях. Я доложил об этом Парас, которые быстро выпустили двадцать четыре миномета подряд, и повстанцы получили удар в то время, когда их самые храбрые люди подкрадывались к морским пехотинцам.


Эта группа из тридцати повстанцев медленно продвигалась вперед, опустив головы, и приблизилась к ручью, не видя морских пехотинцев. Когда первый ботинок коснулся воды, морские пехотинцы открыли огонь, двенадцать повстанцев были убиты первой очередью, остальные разбежались, несколько получили ранения в спину. Морские пехотинцы удерживали позицию, не преследуя. Мне позвонили и сообщили, я доволен этим.


Подполковник Марш позвонил мне. "Наши минометы принесли какую-нибудь пользу?"


"Повстанцы, которые вчера сбежали, все были сгруппированы к северу от дороги, морские пехотинцы - к югу от нее. Ваши минометы попали по повстанцам, так что сегодня вам придется столкнуться с меньшим количеством людей."


"В таком случае мы выстрелим еще немного, ящики с минометами валяются здесь".


"Немного сократите дистанцию, наугад влево и вправо, сэр".


"Хорошо, сойдет, но когда мы уходим?"


"Когда "Чинуки" доберутся туда, по два вертолета за раз, сэр. Свяжитесь с аэропортом, чтобы согласовать это, сэр, не спешите."


Морские пехотинцы оказались втянутыми в скромную снайперскую дуэль до 14:00, фактически в противостояние, и я был доволен этим. Морские пехотинцы вели бои с небольшими потерями, и повстанцы не могли ни пополнить запасы, ни воспользоваться этой дорогой.


"Чинуки" начали возвращать "Парас", и французы заняли позиции, оставленные этими "Парас", французскими пумами с десантными припасами.


Майор Либан позвонил мне. "Повстанцы на юге, не так ли?"


"Да, на связи с морскими пехотинцами, в двух милях к югу".


"Мы спустимся и нападем на них?"


"Вы потеряете двадцать человек убитыми".


"Итак, что здесь лучше всего?"


"Там есть дорога, ведущая на восток. Отправьте свое Эхо вниз по ней, затем на юг вдоль линии деревьев, пока не окажетесь рядом с британцами, затем замедлите снайперскую кампанию, чтобы измотать повстанцев, чтобы никто не погиб."


"Хорошо, мы сделаем это, мы будем там, может быть, к заходу солнца или после".


"Дай мне знать, когда окажешься рядом с британцами, я сообщу им новости".


Вертолет Westland Commando приземлился на брелоке с коробками, на которых было мое имя. ФБР проявило любопытство, и это были странные коробки. После того, как коробки были сложены, мы со Свифти открыли одну и обнаружили финские винтовки.


"Откуда они взялись?" - потребовало ответа ФБР.


"Финляндия". Я приклеил свою существующую винтовку. "Сделано на заказ для нас Valmet. Свяжитесь с ними, если хотите."


Ребята начали собирать винтовки и магазины, все зеленого цвета, и я сказал Волкам, чтобы каждый взял по одной, имеющиеся винтовки нужно положить в наши ящики. Там было четыре телескопических объектива, не те два, которые я, помнится, заказывал, поэтому я выдал их Томо и Николсону, Свон и Леггиту.


Манштейн спросил: "Так чем же они отличаются?"


Я вкратце изложил ему то, о чем просил.


Он справился с одним. "Тяжелый, чертовски тяжелый".


"Так будет точнее", - сказал я ему.


"Итак, вы хотите автоматическую снайперскую винтовку?" - спросил один из сотрудников ФБР.


"Мы хотим точности, надежности, дистанции и удара. У нас также есть быстрый выпуск журнала, так что это соответствует многим требованиям. Мои парни используют это на дистанции 800 ярдов, и с группировкой, как яблоко."


"С этим вам не нужно пятьдесят кал", - отметил Манштейн.


"С этим я бы никогда не подумал просить пятьдесят кал, чтобы поддержать нас".


Ребята установили стрельбище и стреляли в течение часа, то включаясь, то выключаясь. Я передал винтовки Хейнсу и Хэмблу, чтобы они оставили их себе, и они попрактиковались с ними. Когда пришли Крэб и Даффи, я выдал им новые винтовки.


"Морские ястребы" приземлились позже и увели ФБР на восток. Я надеялся, что французы будут прямо-таки отказываться сотрудничать с ними - не настолько, чтобы предложить чашечку французского жареного кофе и усталую улыбку.


Гуркхи, тем временем, оставили драгун на ключевых перекрестках дорог - местных жителей, дружелюбных и торгующих продуктами, и двинулись на восток. Они нашли участок дороги, на котором в радиусе четырехсот ярдов не было деревьев, были сельскохозяйственные угодья и болото, и поэтому поехали по этой дороге, а теперь разбили лагерь всего в четырех милях от морских пехотинцев.


Видя, что слишком много парней из полка королевских ВВС бродят вокруг FOB, я попросил Maven совершить два рейса на восток и найти какой-нибудь транспорт. Были предоставлены грузовики, драгуны на джипе с GPMG, и Мейвен увел своих людей в сторону гуркхов, когда Мортен и его медики вернулись, выглядя уставшими как собаки.


Мейвен и его люди прибыли в условленное место около захода солнца и позвонили, и полку королевских ВВС предстояло удерживать перекресток, пока гуркхи продвигались на восток к морской пехоте, но гуркхи вскоре наткнулись на группы повстанцев, создав еще одно противостояние. Я обновил картографическое поле.


"Все происходит здесь", - сказал я Морану, когда мы стояли над доской, водя пальцем по карте. "Группы повстанцев на деревьях".


"Эхо - это хорошо, что ты ушел".


"Я мог бы отправить тебя к "Чинуку" на рассвете", - предложил я. "Выбери место. О, возьмите капитана Хэмбла и его последних людей."


"Я предлагаю приземлиться на северо-западе и пройти несколько миль пешком", - сказал Моран.


"Я отправлю наших четырех снайперов к морским пехотинцам, они прижаты. Ребята могут попробовать новые винтовки."


"А волки?" Моран подтолкнул локтем.


"Здесь посередине большая площадь деревьев, почти десять квадратных миль. Кто-то должен пройти через это, и я не хочу, чтобы там бродили обычные солдаты."


Хейнс позвал меня на улицу, подъехала вереница машин, знакомые сержант и капитан сошли с поста; валлийские гвардейцы.


"Они притащили тебя обратно?" Я спросил.


"Мы знаем местность, поэтому они согласились позволить нам вернуться".


"Я хочу, чтобы вы, капитан, и вы, сержант, с одним взводом здесь, остальные отправились к гуркам через границу. Сколько вас?"


"Шестьдесят, несколько в аэропорту".


"Экипирован, готов?"


"Да, все экипировано".


"Тогда отправь их через мост на восток, на каждом перекрестке есть люди, и они отправят тебя на передовую. Сегодня ночью остановитесь на стыке с полком королевских ВВС, на рассвете двигайтесь к Гуркхам. Не ходи писать в темноте."


Один грузовик припарковался, остальные развернулись и вскоре уехали. Я поручил сержанту и его взводу помочь защитить БРЕЛОК, с которым они были знакомы, провел капитана внутрь и представил его полковнику Клиффорду и его команде, подробно описав доску с картой.


У меня было два рейса 2-й эскадрильи здесь, на аэродроме FOB, остальная часть 2-й эскадрильи и их офицеры в аэропорту, пока защищали "Геркулес". Я некоторое время смотрел на доску, затем позвонил капитану Харрису.


"Сходи к боссу парашколы, посмотри, сколько парашютов у него осталось, а затем к командиру 2-й эскадрильи и скажи ему, что я постараюсь в ближайшее время отправить его эскадрилью на парашютный десант, но половина его людей здесь, защищают склад. Сначала проверьте парашюты. Пусть босс 2-й эскадрильи и пара-босс составят план, я найду подходящую цель."


"Я вернусь к тебе. Морские пехотинцы все еще зажаты?"


"Да, но гуркхи близко, и я послал валлийских гвардейцев присоединиться к ним. Итак, завтра после рассвета мы можем увидеть какое-то движение на этой дороге, и я отправлю Эхо на северо-запад. Французы также окружают повстанцев."


"Уложи их в коробку. Но в некоторых кругах задаются вопросы о низком количестве заключенных."


"Они не сдаются, они убегают в джунгли. Там, где они сдались, пара присматривала за ними, никакой резни, и медики оказали им первую помощь в штабе повстанцев, так что я не беспокоюсь об этом."


Отключив телефон, я уставился на карту и забеспокоился о том, кто задает вопросы. Белых флагов не было видно, и теперь французы хоронили мертвых повстанцев в лагере, а не британцы, так что чрезмерное количество тел было бы меньшей проблемой. На самом деле я хотел, чтобы они все умерли, а не возвращались домой; я просто не мог позволить никому узнать об этом.


Перед рассветом "Чинук" снял "Эхо", все летели вместе, коммандос из Вестленда подобрали моих четырех снайперов, когда они доставляли снабжение морской пехоте. После этого остались Волки, и я проинформировал их о том, чего я хотел. Они позаботились о том, чтобы в рюкзаках у них была дополнительная еда, много боеприпасов, и разделились на команды по четыре человека, Рысь, чтобы поставить каждую команду в другое место для меня.


Каждая команда волков позвонила капитану Харрису после вставки, и он проверил точные позиции, прежде чем Волки начали прочесывать джунгли в поисках следов. Моран доложил, что все в безопасности и тремя группами отходят на юго-восток, но что шел дождь.


На Томо, Николсона, Леггита и Свона теперь смотрели морские пехотинцы; странная форма и странные винтовки.


" Хорошо, босс, " обратился Томо к майору морской пехоты. "Где плохие парни?"


"Через дорогу".


Томо приготовил свою винтовку, когда трое других полезли на деревья, а морские пехотинцы наблюдали за ними. "Поехали, сэр, попробуем это".


Майор морской пехоты принял винтовку стоя, ветку, используемую для поддержки. "Боже, это хороший объектив, я могу их видеть".


"Затем крепко держите его левой рукой, расслабьте руку с пистолетом, глубокий вдох, половина выдоха, первое нажатие и огонь".


Майор ударил мятежника по голове. "Трахни меня, я проделал дыру в его голове".


"Ну, тогда продолжайте, босс, я приготовлю пиво", - нахально сказал ему Томо и сел рядом с морскими пехотинцами.


Майор убил шестерых повстанцев шестью выстрелами, сержант попробовал, у Николсона, Свон и Леггита вскоре закончились люди, в которых можно было стрелять. Они спустились вниз, сдали винтовки и заодно приготовили пиво. Когда позвонил майор морской пехоты, он рассказал мне историю, которая заставила меня улыбнуться, о морских пехотинцах, стоящих в очереди, чтобы опробовать винтовки.


Эхо приблизилось к морским пехотинцам на расстояние мили, три группы двигались параллельно на расстоянии ста ярдов друг от друга, капитан Хэмбл и его оставшиеся четыре человека с Робби. Они нашли поляну и могли слышать отдаленные взрывы. Когда Эхо спряталась за деревьями к северу от поляны, в поле зрения появилась колонна повстанцев, двигавшаяся на запад, как будто для того, чтобы таким образом обойти морских пехотинцев.


Моран подождал, пока в поле зрения не появилось около шестидесяти повстанцев, главный из которых вот-вот исчезнет, и Эхо открыло огонь, все шестьдесят повстанцев были быстро убиты, хвост убежал. Тела были дважды перебраны, раненых прикончили, на поляне воцарилась тишина. Они ждали.


Через полчаса, так и не дождавшись контратаки, они пробрались на запад через деревья и продвинулись немного дальше на юг, повернув на восток. Моран ввел меня в курс дела, я ввел в курс дела морских пехотинцев, и я сказал КВС держать Рысь подальше.


Моран приказал командам выстроиться в линию и медленно продвигаться от дерева к дереву. Вскоре можно было почувствовать запах готовящейся пищи, услышать голоса. Моран подошел на расстояние двадцати ярдов к самодельному лагерю, вокруг сидели пятьдесят человек, РПГ были прислонены к деревьям, внутри повстанцев шло что-то вроде перебранки по поводу того, что делать дальше.


Установлены глушители, Эхо подобрались как можно ближе, прежде чем их заметили, и открыли огонь. Никто из повстанцев не выжил, все дважды прослушивались, когда Эхо перемещалось по самодельному лагерю.


- Подожди, - крикнул Роко, когда Моран отошел. Вскинув винтовки, он и Слайдер подняли РПГ, прицелились высоко и выстрелили на восток, десять голов метнулись, взрывы были слышны из-за деревьев.


Эхо было так близко к дороге, что Томо перехватил радиочат и сообщил об этом Морану. Морским пехотинцам было приказано прекратить огонь.


Я позвонил майору Либану, и он был на противоположной стороне позиции повстанцев, в полумиле от нас, медленно продвигаясь вперед, как будто был зажат в клещи. Майор Либан вышел на контакт первым, сражение услышало Эхо. Это сражение заставило оставшихся повстанцев повернуться лицом на восток, многие бежали на запад.


С вонью мертвых тел в носу, отрубленными конечностями и поваленными деревьями повсюду, Эхо ждал, когда будет слышно движение. Обескураженные повстанцы, и часто безоружные, бежали в сторону Ехо, все изрубленные, никто не выжил.


Но повстанцы дальше на восток не слышали выстрелов с глушителем, убивающих их соратников по оружию, и поэтому не знали, что их обошли с фланга.


Главный человек - из тех повстанцев, которых можно было считать организованными, - решил, что с него хватит, и повел своих людей на запад, надеясь повернуть на север и убраться к чертовой матери из Додж-Сити. Томо нашел линию видимости этих повстанцев через просвет в деревьях и открыл огонь, заставляя повстанцев двигаться дальше на север - и быстрее.


Основная часть повстанцев, из ста пятидесяти оставшихся в живых, двинулась к левому флангу Ехо, но была замечена и услышана издалека. Моран подождал, пока некоторые пройдут мимо него, затем открыл огонь, капитан Хэмбл и Робби возглавили атаку вокруг южного конца, повернувшись спинами к морским пехотинцам.


Томо действительно мог видеть некоторых из них, прокричал об этом, и мои снайперы перебежали дорогу, чтобы присоединиться к битве. Видя это действие, два взвода морских пехотинцев отправились с ними.


Мои снайперы засекли хвост повстанцев, несколько боев крупным планом, Робби и Хэмбл слева от них, и, увидев морских пехотинцев, они послали этих морских пехотинцев на восток - удерживать линию деревьев.


Французское Эхо все еще поддерживало связь в трехстах ярдах к востоку, эти мятежники бежали, вскоре попав под огонь опытных морских пехотинцев.


Через десять минут контакта в округе воцарилась тишина, Моран крикнул всем прекратить огонь. Я получил отчет от майора морской пехоты и был обеспокоен. Я позвонил Либану и проинформировал его, затем позвонил Томо, чтобы получить оценку, и, наконец, Морану.


"Следите за огнем, только черные лица!" - крикнули из-за деревьев.


Когда сообщили о двух раненых французских солдатах, я послал за ними "Рысь", чтобы они приземлились на дороге, морским пехотинцам сказали ожидать этого. Морские пехотинцы взяли на себя заботу о раненых парнях из французского "Эхо" и погрузили их в "Рысь", оставив винтовки и ремни безопасности позади, "Рысь" улетела, чтобы отвезти раненых обратно в аэропорт.


После разговора с Мораном Эхо разбила лагерь с морскими пехотинцами к югу от дороги, чтобы выслать патрули на север, северную линию деревьев, которую теперь удерживают морские пехотинцы. Французское Эхо разбило неподалеку лагерь и отправило патрули на северо-восток.


Я попросил Мортена передислоцировать его команду и их снаряжение, и они приземлились на вертолете Westland Commando полчаса спустя, как раз вовремя для раненого морского пехотинца, человека, раненного повстанцем, который прятался в кустах.


Капитан Хэмбл попал в переделку, но продолжал сражаться, Робби назвал Хэмбла "кровожадным маньяком" за возглавляемую им атаку.


Спокойствие снизошло на позиции морской пехоты, когда французские патрули начали покидать старый лагерь повстанцев и отправляться на юг, маски на ртах необходимы из-за тел. Когда они нашли район, где эскадрилья "G" столкнулась с повстанцами, они сообщили, что остатки устроили резню библейского масштаба.


Глядя на карту, я теперь был рад, что мы могли затянуть это дело с меньшими потерями: гуркхи медленно продвигаются на восток, валлийские гвардейцы сражаются на боковой дороге, периодические контакты с обескураженными повстанцами, некоторые из этих повстанцев сдаются и их отправляют обратно в лагерь драгун.


Мой телефон зазвонил, знакомый номер. Я вышел. "Здесь папа Виктор, господин президент".


"Какие новости с боевых действий?"


"Это почти закончено, несколько небольших групп прячутся в джунглях, но большинство уже мертвы".


"Это приятно знать. Я смотрел британское телевидение и был ... шокирован. Есть ли опасность, что они обратят свое внимание на меня?"


"Нет, никаких. Вы друг мистера Томска, вы в полной безопасности, и скоро британцы вступят в контакт и потратят немного денег на дороги, чтобы помочь вам."


"Приятно знать, да, это было ... самое грандиозное зрелище на телевидении".


"Пусть ваши люди выдвигаются вперед, к британцам, на джипах белые флаги, и передайте несколько цыплят и свиней. Поздоровайся. Повесьте свой флаг на любой джип с белым флагом."


"Да, я это устрою".


"Если вы удержите определенные дорожные развязки, британцы смогут догнать тех, кто остался в укрытии".


"Хорошая идея, да. Спасибо."


"Скоро будем на связи, господин президент".


После обеда я получил сообщение от гуркхов о том, что армия Монровии подъехала к позициям гуркхов, свиньи и цыплята переданы, разделена чашка чая. Я предложил гуркхам сотрудничать, поскольку мы были гостями в чужой стране.


Новость об этом дружеском жесте дошла до аэропорта, и мне позвонили, чтобы прояснить ситуацию, а час спустя прилетел британский посол, Мэлли и трое старожилов ушли в отставку.


"Где ты прятался?" Я спросил Малли.


"Был здесь все это время, но занят".


Я пожал руку посла. "Добро пожаловать на брелок, сэр".


"Я много слышал об этом", - сказал он, осматривая небольшую базу.


"Эти люди хорошо выступают?" - Спросил я, указывая на парней из моей эскадрильи "Е". "Они работают на меня, так что если у вас есть какие-либо комментарии ..."


Малли и остальные выглядели обеспокоенными.


Посол оглянулся на них. "Нет, с ними все в порядке. Должны ли мы ... поговорим наедине?"


Я увел его на полосу, ухмыляясь дискомфорту Малли.


"У меня был брифинг, детали которого меня совершенно шокировали, а затем они сказали, что остальные детали зависят от вас - подробности о нашем хорошем друге диктаторе по ту сторону границы".


Я обдумывал, что ему сказать, рассматривая линию деревьев. "Много лет назад в Лондоне был убит русский стрелок, его тело было на льду. Я занял его место и создал сеть контактов, в которой участвовали как Лондон, так и ЦРУ, в меньшей степени французы. Как это альтер-эго у меня тесные личные отношения с диктатором."


"Я понимаю. И вы могли бы организовать встречу?"


"Я могу отвести тебя туда, да, ты будешь в безопасности".


"Лондон хотел бы обсудить с ним предлагаемый план поддержания мира и спокойную границу".


"Лондон хотел бы подобраться поближе к нефти ..." - указал я.


"Ну, на данный момент в стране действуют санкции ..."


"Но если бы их сняли, Лондон оказался бы в выгодном положении", - сказал я с усмешкой.


"Возможно, вы так думаете, но я никак не могу это прокомментировать".


"Просто дай мне знать, когда захочешь пойти туда. Мог бы доехать отсюда или прилететь. Но там вы должны обращаться ко мне так, как будто я - это мое альтер эго."


"О, я понимаю. Ну, да, ты должен поддерживать этот образ. Но британские послы обычно не общаются с такими людьми."


"Крутой".


Он бросил на меня взгляд. "Не могли бы вы прилететь сегодня, поболтать?"


"Я приостановлю войну и организую вертолет".


"В любом случае, как дела?"


"Сейчас просто небольшие группы, зачистка".


Посол ответил на звонок со своего спутникового телефона. "Так и есть ... теперь .... о, ну, лучше не расстраивать его ... да, отправь его вниз ... Я уже на месте". По телефону он сказал: "Чертовски напористые американцы".


"Американцы?"


"Здесь сенатор США, парень, брата которого вы спасли из Гвинеи".


"Ах, он. Я ожидал его в какой-то момент. Тем не менее, их флот помог нам, так что мы все должны вести себя хорошо вместе, да."


Я принес послу чаю перед посадкой "Морского ястреба", нашему сенатору помогли спуститься два морских пехотинца, вооруженных, похоже, зелеными винтовками М4. Сенатор был одет в синие джинсы и элегантную белую рубашку с закатанными рукавами, в руках у него был синий пиджак.


" Сенатор Либерсон, " поприветствовал я, пожимая ему руку. Его поездка прервалась, поэтому я решил, что он пришел на ланч. "Это британский посол в Сьерра-Леоне".


Они пожали друг другу руки, обменялись любезностями. Затем сенатор повернулся ко мне. "Вы капитан Уилко?"


"Я боюсь". Я боюсь.


Он оценил меня. "У меня был неофициальный брифинг, затем они сказали мне, что вы можете просто пристрелить меня, и что если я увижу и услышу то, чего не должен... что они могут пристрелить меня."


"Происходит ... больше, чем общественность осознает".


"Я сижу в Комитете по разведке, поэтому я бы надеялся на большее раскрытие".


"Иногда, сенатор, Intel не без оснований нарушает закон", - сказал я ему.


"Не волнуйся", - сказал ему наш посол. "Меня тоже держали в неведении, и мне тоже угрожали, но не тем, что я буду застрелен".


"И что вы можете рассказать мне о людях, которые держали моего брата?"


"Как он выздоравливает?" Я спросил.


"Это медленный процесс, и они обращаются с ним, как с анорексиком".


Я кивнул. "Как только мышцы и жир покидают сердце, их чертовски трудно вернуть. Большинство страдают от сердечных приступов."


"Что ж, мы надеемся на лучшее, и он немного прибавил в весе. И мой вопрос ..."


"Как ты думаешь, с чем я могу тебе помочь?"


"Я знаю, что наши люди высадились и взяли заложников, но что ваши люди выполнили работу, и что вы лично получили информацию".


"Это правда".


"Был ли президент Монровии замешан в этом?"


Я взглянул на посла, морские пехотинцы США держались поодаль. "Когда тебе сказали, что тебя могут застрелить... они не шутили. Вам обоим нужно держать то, что мы обсуждаем, в секрете, потому что и британское правительство, и ЦРУ будут очень разозлены, если это выйдет наружу."


Они обменялись взглядами.


"Как я уже сказал, я сижу в Комитете по разведке".


"А я посол правительства Ее Величества", - последовало раздраженное и краткое заявление.


Я воспользовался моментом. "Я попросил президента выкупить группу заложников, в которой содержался ваш брат".


"Купить их?" - спросил сенатор.


"Где-то здесь банды покупают и продают заложников".


"Ты знал, что мой брат был в группе?"


"Нет".


"Ты только что попросил его купить группу?"


"Да, чтобы твои люди выглядели хорошо, спасая их".


"Это было подстроено?"


"Согласно пожеланиям вашего правительства", - сказал я ему.


"Так есть еще заложники?"


"Это еще не все, но наши правительства волнует только то, что эти заложники получат некоторую огласку. В Африке, должно быть, десять тысяч изнемогающих, без надежды - большинство с черными лицами и так низко в списке."


"А западные заложники?"


"Десятки, возможно, некоторые в радиусе пятидесяти миль".


"И стимул отправиться за ними?" - подтолкнул сенатор.


"Когда вмешается пресса", - сказал я ему. "У меня тридцать человек, и это большая планета, я могу сделать не так уж много".


"А группа, которая схватила моего брата?"


"Из Мали, несколько штук я положил в землю".


"Там еще есть кто-нибудь?"


"Люди, которые были непосредственно ответственны за поимку вашего брата, все еще на свободе".


"И ты знаешь, кто они?"


"Я мог бы вернуться по следу, и президент Монровии мог бы помочь там, у него есть контакты".


"И зачем ему сотрудничать с нами?"


"Это трудно объяснить, но он сделает все, о чем я попрошу".


"Вы встречались с ним?"


"Да, и мы разговариваем почти каждый день".


"Но он в розыске, санкции действуют ..?"


"Вот мир, который вы видите, сенатор, а затем есть слой под ним. Вот что такие люди, как вы, говорят прессе, и о чем такие люди, как вы, болтают за закрытыми дверями. Люди общаются с диктатором за закрытыми дверями, а у вашего правительства мораль бродячей кошки."


"ЦРУ разговаривало с ним?"


"Через меня".


Сенатор повернулся к послу. "И британцы разговаривают с ним".


"И французы", - добавил я.


"Ты капитан армии", - отметил он.


"В свой выходной я занимаюсь другими вещами", - съязвил я.


"Ну, я хотел бы разыскать людей, которые похитили моего брата, так что, возможно, я мог бы встретиться с этим диктатором на границе".


"Нет необходимости встречаться, я просто позвоню ему и все уладится".


"Ну, теперь я здесь, и я хотел бы больше рассказать о заложниках, новом увлечении после похищения моего брата".


"Опять же, я могу сделать несколько звонков".


Он издевался и оценивал меня. И я хотел бы, чтобы меня увидели ... делать что-то позитивное."


"Тогда почему ты не сказал, что хочешь возможность сфотографироваться. Но я мог бы захотеть что-то взамен."


Он взглянул на посла, совершенно обескураженный. "Что взамен?"


"Вы могли бы помочь подтолкнуть различные правительства к захвату заложников".


"Это то, чего ты хочешь?" - недоумевал он.


"Это то, чего хочет большинство людей, но для того, кто специализируется на спасении заложников ... это что-то вроде данности."


Он скорчил гримасу. "Как я уже сказал, это мой любимый проект, поэтому было бы желательно поработать с вами, чтобы вернуть других. Но из того, что ты сказал, ты встречаешь сопротивление."


"Наши правительства не всегда заботятся так сильно, как должны, и если бы я тайно спас группу людей - без газетной статьи - они были бы очень расстроены. Ты хочешь фотосессию, они тоже."


"Я в хорошем положении, чтобы призвать к действию, когда я знаю, что где-то есть заложники".


"Тогда я больше склонен представить тебя и наладить рабочие отношения с нашим другом за границей. Но... тебе придется поработать над тем, чтобы не реагировать на происходящее, и не обсуждать происходящее там, и не обсуждать мою роль."


"Достаточно справедливо".


"Я принесу вертолет. Вашим морским пехотинцам придется остаться здесь."


"Так и есть ... в безопасности? " спросил сенатор.


"Да, очень безопасно".


Я зашел внутрь и попросил у командования ВМС США "Рысь" для перелета в Монровию. Он должен был запросить пункт назначения. Вернувшись на улицу, пока посол и сенатор болтали, я сделал звонок. "Господин президент?"


"А, Петров".


"Послушайте, я привожу британского посла и американского сенатора, мы приземлимся на вашей лужайке. Убедитесь, что на виду не слишком много мужчин с оружием, и будьте очень приветливы."


"Да, конечно, но ... почему они идут?"


"Британцы хотят поговорить о миротворческих силах, и сенатор хочет, чтобы вы помогли ему найти заложников в регионе. Его брат был в группе, которую вы купили - за что он благодарен."


"О, я понимаю, хорошо ... да, я буду ждать тебя."


"Убедись, что никто не стреляет по этому чертову вертолету".


"Я предупрежу их всех сейчас. Когда ты придешь?"


"Примерно через полчаса. И, господин президент, не отвечайте ни на какие вопросы обо мне и мистере Томске, просто скажите, что я друг. Эти люди не являются частью внутренней группы."


"Я понимаю".


Отложив телефон, я пытался не улыбаться, довольный собой и тем, что я мог сделать, чтобы поддержать предысторию Петрова. Мне было интересно, что сказал бы Дэвид Финч, но я также знал, чего он хотел, а он не всегда говорил то, что хотел. Это был риск, но оно того стоило.


Внутри я вручил полковнику Клиффорду свою винтовку и попросил, чтобы он присмотрел за ней некоторое время, сняв с меня капитанские мундиры. Я проверил свои карманы и оставил несколько предметов, достав AKLM из ящика, проверяя его. Увидев одноразовую камеру, я отобрал ее, осталось много снимков.


Вернувшись наружу, морские пехотинцы США были недовольны тем, что оставили сенатора, их ужаснула мысль о том, что он полетит в Монровию, но сенатор был настойчив. Морские пехотинцы не выглядели довольными мной.


"Ребята, перекусите в палатке и расслабьтесь", - сказал я им, когда Рысь вскоре заходила на посадку. Я повернулся лицом к своим гостям. "Там, не называй ни моего имени, ни капитана. Просто называй меня "наш друг"."


"Наш друг?" - переспросил сенатор.


"Только это, или у вас будут неприятности". Я провел своих гостей через реку и поднялся на борт "Рыси". Оказавшись внутри, я закрыл дверь и надел наушники. Пилоту я сказал: "Лети на юг вниз по реке, затем на восток двадцать миль, ты увидишь город. Я введу вас в курс дела. О, ты можешь заглушить двигатели и снова запустить?"


"Да, но это не всегда на 100%".


"В таком случае, уходи и возвращайся через час, не позже".


"Это немного необычная просьба", - заметил пилот, когда мы взлетели, и когда он повернул голову, я увидел, что это был наш герой-пилот.


"Посол собирается поболтать здесь о миротворчестве, нас ждут, так что расслабься".


Мы помчались вниз по реке и повернули налево на высокой скорости на высоте пятисот футов, вскоре город стал казаться большим.


Я сказал пилоту: "Видишь реку, уходящую вглубь материка, следуй за ней, зеленая трава на востоке, белое квадратное здание. Приземляйся на лужайку, а затем оставь нас."


Чуть более чем через шесть минут мы наткнулись на нескольких охранников, разбросанных вокруг. Я открыл дверь и помог своим гостям выйти, и когда Рысь отъехала, я увидел нашего хозяина и его сотрудников, большинство из которых были в военной форме.


Мы подошли к ним.


Я начал: "Это британский посол, а это сенатор Либерсон из Америки".


Они пожали друг другу руки, изобразив фальшивые улыбки.


"Заходи в дом, у нас есть холодные напитки".


Внутри дворца было прохладно, и он был очень красиво оформлен, президент здесь ничем не страдал. Я увидел внутренний двор с фонтаном и бассейном. Нас провели в большую комнату, которая напомнила мне Букингемский дворец, официанты были под рукой.


Русский мужчина, которого я встречал раньше, был там, и я приблизился к нему, пожимая руки.


По-русски он спросил: "Как идут бои?"


"Почти закончено, но мы хотим их смерти, а не заключенных в каком-то гребаном лагере Красного Креста".


Он кивнул, посол и сенатор обратили внимание на мои русские слова. Пока они рассаживались, я присел на край стола.


"Господин Президент", - начал посол. "Мы хотели бы поблагодарить вас за вашу любезную помощь в этой недавней кампании, и я здесь, чтобы обсудить поддержание мира после окончания боевых действий к нашей взаимной выгоде. Мы хотим тихую границу, вы хотите тихую страну, свободную от бандитов."


"Действительно, да, и я очень рад сотрудничать в таких вопросах".


Я выключил и включил хорошие картины, пока Посол вносил свою лепту в течение десяти минут.


Затем посол спросил также о присутствии миротворцев ООН. Президент повернулся ко мне, и я покачал головой, что заметил посол, который усердно старался сохранять хладнокровие.


Когда его спросили о французском присутствии, президент снова взглянул на меня, и я кивнул.


Сенатор, наконец, влез со своей стороны. "Я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы сделали для моего брата, но спросите ... не могли бы вы найти других заложников в этом регионе, и взамен ... мы могли бы помочь снять некоторые санкции."


"Это было бы очень приятно, но захватившие заложников не самые надежные люди, и они постоянно перемещаются. Конечно, я сделаю все, что смогу."


Я вмешиваюсь: "Если нужно купить заложников, купите их, приведите их сюда, о деньгах поговорим позже".


Президент кивнул, когда я достал камеру и включил ее. "Сенатор".


Он встал, президент последовал за ним, и они пожали друг другу руки, когда я сделал три снимка.


Сев обратно, сенатор спросил: "Что было бы первым шагом для вас в продвижении интересов вашего народа к процветающему будущему?"


Я пытался не смеяться.


"Что ж, любое снятие санкций пошло бы на пользу, да, любым торговым сделкам. У нас есть нефть на шельфе."


"Я предполагаю, что мое правительство будет оказывать на вас давление с целью проведения свободных и честных выборов ..."


"Ха!" Я выдыхаю, когда на меня пялятся. "Как в России, Китае и большинстве стран Африки - с кем имеет дело ваше правительство, никаких санкций".


"Это ... справедливое замечание, " согласился сенатор.


"Что справедливо, - сказал я ему, - так это то, что вы запугиваете такие маленькие страны, как эта, и в то же время умоляете Китай о дополнительных займах. Так что, может быть, вы сможете проиллюстрировать этот момент в Палате представителей и Сенате, что не ко всем диктатурам относятся одинаково."


"Действительно", - сказал он с фальшивой улыбкой.


Посол передал документ. "Чтобы вы посмотрели и поразмыслили, там есть номер моего факса и электронная почта, господин Президент".


Звук нашей рыси, наконец, проник в уютную комнату.


"Я скоро свяжусь с вами", - сказал президент, вставая. Они все пожали друг другу руки. Затем президент вручил мне сумку. "Для твоих людей. Небольшая благодарность."


"Очень любезно", - сказал я ему, заглядывая внутрь, на наличные. "Если найдете заложников, дайте мне знать".


"Я сделаю".


И с этими словами я повел своих гостей к нашему аттракциону, забрался на борт и помахал нашему хозяину. Дверь закрылась, мы взлетели и вскоре вернулись на низкий уровень.


"Что ты будешь с этим делать?" - крикнул посол, чтобы его услышали, указывая на деньги.


"Это пойдет туда, куда и должно пойти, к бедному народу Либерии". Я забыл упомянуть, что в первую очередь это достанется беднякам в Ехо.


Приземлившись обратно на ФОБ, я помог им спуститься, морские пехотинцы сидели и ели с Малли и его людьми, но вскочили, когда увидели нас, и подошли. Рысь вырвалась.


Сенатор махнул рукой морским пехотинцам, и они остановились достаточно далеко. Он повернулся ко мне лицом. "Этот человек ждал твоего совета, так что здесь происходит нечто большее, чем я знаю".


"Намного больше", - сказал я ему.


"И он дает деньги за тебя и твоих людей?"


"Попросите ЦРУ объяснить это. Если они это сделают, прекрасно, если нет ... это касается только вас и их." Я провел их внутрь, передав сумку полковнику Клиффорду. "Позаботьтесь об этом, сэр, о деньгах для похоронных вечеринок за границей и о нескольких проектах. Только не спрашивай, откуда это взялось." Я снова надел очки и схватил винтовку.


Сенатор с живым интересом изучал доску с картой. Он, наконец, посмотрел мне в лицо. "Если мы получим подробности о заложниках ... ты отправишься за ними".


"Если мое правительство позволит мне".


"И ты будешь рисковать своей жизнью и жизнями своих людей". Он ждал.


"Это то, что мы делаем, сенатор. Мы команда по спасению заложников, и нам нравится то, что мы делаем, и нам нравится воссоединять людей с их семьями, и нам нравится закапывать плохих парней в землю."


"Будет ли ваше правительство возражать против того, чтобы я связался с вами напрямую?"


"Многие по ту сторону пруда уже знают, но я поговорю с ними об этом. На данный момент я бы сказал, что это было прекрасно ". Я повернулся к Фрэнксу. "Что вы сказали, мистер Фрэнкс?" Хорошо, если сенатор свяжется со мной напрямую."


"Выше моего уровня оплаты".


Сенатор приподнял бровь. "Ты американец, и ... внедренный сюда в британскую армию?"


Я вмешиваюсь: "Один из моей команды - лейтенант сил "Дельта", родившийся в Бостоне. Все как одна большая счастливая семья."


"В вашей команде есть русские?"


"Да, и два французских солдата, один новозеландец".


"Довольно смешанный".


"Все как одна большая счастливая семья", - повторила я, выходя. Я позвонил Дэвиду Финчу. "Это Уилко. Я только что перевез британского посла и сенатора США через границу, чтобы встретиться с нашим другом-диктатором."


"Ты сделал?"


"Все прошло хорошо, и предыстория Петрова значительно улучшилась в глазах нашего диктатора и тех, кто его окружает".


"Ты играл Петрова ... перед ними?"


"Никаких имен не использовалось, они бы не знали этого имени".


"Кровавый ад. В следующий раз, как насчет того, чтобы предупредить меня, достаточно времени для приема Валиума."


Я широко улыбнулся, наслаждаясь этим. "Если бы я предупредил тебя тогда, ты мог бы остановить поездку, и тогда это было бы совсем не весело. Но, по крайней мере, таким образом, у вас есть правдоподобное отрицание."


"Чего хотел этот сенатор?"


"Чтобы нас увидели" ... спасать застрявших заложников, как его брат."


"Ах. И есть ли какие-нибудь?"


"Может быть, наш друг по ту сторону границы поищет немного".


"А Посол?.."


"Поболтали о миротворчестве, передали документ".


"Как продвигается кампания?"


"Разворачивающийся, как будто срежиссированный, и в правильном направлении".


В новостях об этом полно всего, и видео с нападением Рыси получило много эфирного времени прошлой ночью и этим утром. Съемочная группа по набору модеров направляется вниз, должна быть уже там, плюс несколько человек из съемочной группы."


"Не могу их винить; как только это закончится, эти солдаты вернутся к бумажным мишеням на следующие десять лет".


Вернувшись внутрь, я был проинформирован, что высадился 1 Пара, двести человек, посол беседует с полковником Клиффордом, сенатор беседует с Фрэнксом. Я позвонил капитану Харрису. Попросите босса парашколы отправить использованные парашюты и попытаться достать еще, может быть, из Кении. Он мог бы отправить парашюты в Кению и вернуть их обратно упакованными."


"Хорошо, я поговорю с ним сейчас, но в терминале выстроены ряды желобов".


"Сколько?"


"Сотни".


"Хорошо, спасибо".


К югу от старого штаба повстанцев морские пехотинцы теперь патрулировали юг, французское Эхо патрулировало северо-восток, а Эхо подкрадывалось и добивало небольшие группы. Поскольку морские пехотинцы проходили некоторую практику, я был достаточно счастлив.


Гуркхи продвинулись по дороге, открыв огонь по нескольким небольшим очагам мятежников, и теперь были всего в миле от морских пехотинцев. К сожалению, гуркхи оттеснили значительную группу назад, к морским пехотинцам, которые теперь могли слышать стрельбу на западе.


Без моего участия были вызваны "Рыси", и они обстреляли колонну транспортных средств, а также повстанцев, идущих по дороге, снаряды попали в деревья. Повстанцы рассеялись. Я получил отчет и просто кивнул.


Наконец прибыл автомобиль посла, и он сдержанно поблагодарил меня за помощь, сенатор болтался поблизости, морские пехотинцы США делали его снимки - что заставило меня улыбнуться.


На закате сенатор поблагодарил меня перед отлетом, и я дал ему номер своего спутникового телефона. Возвращаясь домой, поступали сообщения о том, что гуркхи и валлийские гвардейцы добрались до морских пехотинцев.


"Это все, на что способны британцы на востоке", - сказал я полковнику Клиффорду. Я приказал валлийским гвардейцам развернуться и направиться обратно к последнему перекрестку, после чего повернуть на север.


Французам, тем временем, не нравилось пробираться по джунглям к югу от старого штаба повстанцев, там все еще скрывалось множество небольших групп. Они отступали до утра после того, как получили ранения.


Сообщалось, что 2 человека находятся в терминале аэропорта, 1 человек - поблизости, 2 человека - чтобы немного отдохнуть и привести себя в порядок. В другом сообщении говорилось о том, что монровская армия в настоящее время удерживает четыре ключевых перекрестка, там осталась лишь горстка гуркхов, которых хорошо кормят их хозяева.


Я позвонил подполковнику Маршу и попросил его пообщаться со своим оппонентом по номеру в 1 параграфе и посчитать парашюты.


"Что ты имеешь в виду?" Марш спросил меня.


"Брось 1 пункт в том же месте, что и ты, и они будут патрулировать юг, затем брось тебя в том же месте, и ты будешь патрулировать запад - все еще много повстанцев по трое".


"Вторая высадка для нас?" Это дало бы нам опыт, да. Я посмотрю насчет парашютов."


"Я дал вам задание, сэр, так что вы можете сами разобраться с деталями. Пусть у Следопытов снова будет ОРЕОЛ, но сначала доставьте эту телевизионную команду на вертолете."


"Здесь по меньшей мере три телевизионные команды! И люди из Министерства обороны, занимающиеся вербовкой. Как на чертовой съемочной площадке!"


"Тогда они смогут снять все это и использовать для молодых рекрутов следующего года".


"Сейчас я поговорю с нужными людьми и составлю кое-какие планы. Сколько повстанцев осталось?"


"Несколько сотен, небольшими группами, так что засада - это проблема. Вам нужны хорошо замаскированные подлые патрули, иначе вы потеряете людей."


"И наземный штаб?"


"Там, где это было раньше, сэр, вместе с 1 пунктом. Итак, вы снова сдаетесь вместе со своими офицерами."


"Я вернусь к тебе позже".


Я рассказал полковнику Клиффорду, с чем я поручил Пара.


"Хорошо, что телевизионная команда на месте", - отметил он. "Качественные кадры".


Час спустя подполковник Марш снова включился. "Из Кении уже едут парашюты, их хватит для нашей высадки. Здесь почти достаточно, но твои друзья из королевских ВВС сами хотят шестьдесят за выпивку - и хнычут."


"Когда сюда прибудут парашюты, сэр?"


"К рассвету".


"Затем, параграф 1 задания с высадкой на рассвете следующего дня, вы выходите в полдень".


"МОД хочет, чтобы мы повторили выпадение, поэтому мы сделаем это наоборот".


"Как вы сочтете нужным, сэр".


Я взглянул на карту и нашел изолированную взлетно-посадочную полосу в двенадцати милях к востоку от штаба повстанцев, в нескольких милях от границы с Кот-д'Ивуаром. Я позвонил господину Президенту и спросил об этом, и есть ли у него поблизости человек. Стрип в данный момент не использовался, небольшая деревушка с домами неподалеку.


"Британцы скоро высадят людей и проверят этот район", - сказал я ему. "Дай мне знать, если поблизости появятся какие-нибудь повстанцы".


"Хорошо, я позвоню вон тому человеку".


Я схватил Хейнса. "Сколько из вашей группы обучены HALO?"


"Есть четверо, которые прыгали с вашими ребятами, но они не прошли официальный курс - они прыгают с парашютом для развлечения".


Будьте готовы перебросить своих людей отсюда в аэропорт для десантирования, и я хочу, чтобы эти четверо отправились вместе с четырьмя "Следопытами" на грунтовую полосу на дальнем востоке Либерии. У меня здесь будет больше солдат."


"Когда бы нам уйти?"


"Завтра после рассвета".


Он кивнул и направился к выходу. Я позвонил капитану Харрису и попросил дополнительный взвод людей на замену 2-му эскадрону.


Командир 2-й эскадрильи позвонил мне позже. "У вас есть взлетно-посадочная полоса, на которую мы можем сесть?"


"Возьмите из трех безоружных жителей деревни, которые сидели там, да".


"Никаких повстанцев?"


"Будьте осторожны в своих желаниях, сэр. Это практика, но поблизости могут быть повстанцы, поэтому патрули могут попасть под обстрел. Пусть ваши четверо обученных HALO людей высадятся с четырьмя Следопытами в полночь за день до вставки, которая будет в полночь завтрашней ночью."


"Они могли бы взять видеокамеру?"


"Если они смогут уложить его на землю целым и невредимым, да".


"А миссия?"


"Потренируйтесь в высадке, обезопасьте полосу на несколько дней и надейтесь, что шестьсот вооруженных до зубов повстанцев не выйдут из-за деревьев".


"Ну, да, надеюсь, что нет".


"Есть карта?"


"Подожди. Хорошо, продолжайте."


"Увидите ШТАБ повстанцев, пройдите двенадцать миль на восток, дорога идет на северо-восток, сверните налево".


"Понял. Там написано Эмм-белл-ии что-то вроде этого."


"Это все, сэр".


"Хорошо, сейчас мы составим план, остальное у меня на брелоке утром".


"Да, сэр, пришлите два грузовика". Я обновил доску.


"Три выпадения пара", - отметил Клиффорд. "Ну, мы определенно набираемся опыта".


Полчаса спустя "Чинук" громко приземлился, люди из эскадрильи "А" уходят, два отряда. Сержант Фиши был на передовой.


"Хорошо, босс", - предложил он мне.


Я пожал ему руку. Добро пожаловать. Столовая палатка вон там, палатки сзади или комнаты наверху. Но, пожалуйста ... не стреляйте друг в друга."


Смеясь, они побрели прочь со своими тяжелыми бергенами в комнаты наверху.


Полчаса спустя Фиши спустился вниз. "Итак, что у тебя есть для нас, чтобы сделать?" - спросил он, изучая карту.


"Там есть Скайван, так что ты можешь заходить в ОРЕОЛ и патрулировать окрестности, все еще много повстанцев бродит вокруг". Я постучал по карте. "Вот здесь, в десяти милях к северо-западу от вражеского штаба, который был. Выберите место, составьте план, день на акклиматизацию и в путь."


"Нет проблем. И что, черт возьми, случилось с эскадрильей "G"?"


"Когда Парас нанесли удар по вражеской базе, шестьсот повстанцев побежали на юг, прямо в эскадрилью "G"".


"Черт..."


"У них закончились патроны, и они забрали АК47 у убитых".


Восемь парней из резерва были призваны, и двое парней, которые только что перешли в эскадрилью "D", были переведены, двое на правах аренды. Может быть, четверо, которые будут в форме на этой неделе, с незначительными ранами, но эти кожные лоскуты на царапинах заживают целую вечность. Полковник хочет, чтобы люди пришли и изучали кое-что по мере выздоровления."


"Кто-нибудь сильно пострадал?"


"Четверо парней не вернутся, это я точно знаю. Расскажи об одном из них, потерявшем руку."


Я кивнул. "Жалость".


Звонил Моран. "Мы вернулись с морскими пехотинцами, отсутствовали весь день".


"Количество убитых?"


"Я бы сказал, сорок, небольшими группами".


"Не беспокойтесь о ночных патрулях, у вас будут потери".


"Это то, что я подумал, так что мы ляжем спать и отправимся на рассвете. Что-нибудь происходит?"


"Нет, там тихо. 1-й и 2-й пункты выйдут на том же месте послезавтра - работают телекамеры."


"Просто трюк?"


"Частично, и частично для того, чтобы расчистить те леса. А 2-я эскадрилья высадится на заброшенной полосе к востоку от вас, просто для практики."


Единственной значимой акцией за ночь было столкновение с валлийской гвардией, обстрел двух небольших автоколонн и короткие перестрелки с повстанцами на деревьях.


На рассвете прекратился ужасный ливень, парни на крыше, обслуживающие GPMG, теперь сидели в дюйме воды - и жаловались. После завтрака я проверил парашюты HALO для эскадрильи "А" и свои сумки HALO, чтобы они могли ими пользоваться, и Хейнс отбыл со своими людьми, когда прибыл взвод драгун, некоторые из их людей унаследовали позицию на промокшей крыше.


Я приказал сержанту из валлийской гвардии взять на себя командование драгунами и расставить людей вокруг брелка. Молодой парень из драгунского полка взвел курок своего оружия и выпустил пулю, попав в лобовое стекло автомобиля, его сержант обезьянничает на нем, валлийские гвардейцы качают головами.


Позже было замечено, что парень заваривал чай, рядом с ним не было опасного ружья. Когда я поговорил с ним, я узнал, что ему семнадцать, и прошло шесть месяцев, поэтому я был с ним помягче; всем нам нужно было с чего-то начинать.


Сержант Крэб привел полицейских, которые переняли пристальный взгляд в тысячу ярдов, а также неприятный запах и множество порезов и царапин. Я заставил их всех принять душ с мылом с антибиотиком, а также хорошо поесть и отдохнуть здесь. После этого я поручил Крабу и Даффи патрулировать до самой базы, которую я трижды обстрелял, и за ее пределами. Полиция теперь могла бы размять ноги.


Донохью и его подруга исчезли, но мне сообщили, что они улетели обратно в Великобританию два дня назад, но уехали, когда я спал. Я не заметил, как они ушли. Они взяли с собой одного полицейского с семейными проблемами - в том смысле, что, если он не вернется домой сразу, он будет разведен, другой полицейский потерял родителя и ему нужно было организовать похороны.


На следующий день после завтрака я увидел, как парни из эскадрильи "А" бродят по окрестностям, немного тренируясь, и я заказал "Скайван", чтобы приехать за ними в 3 часа дня. Они должны были проверить снаряжение в аэропорту, и HALO прилетит сегодня в полночь - поле у дорожной развязки, вертолет, предназначенный для сбора парашютов и доставки некоторых припасов через час после рассвета. Королевские ВВС хотели вернуть свои парашюты - иначе!


В назначенный час я стоял с капитаном и сержантом валлийской гвардии, полковник Клиффорд и некоторые из его команды бодрствовали, когда мы получили отчеты; Скайван вылетает, Скайван возвращается.


Мне позвонил Фиши и сказал, что команды отстали, и что они следили за дорогой, несколько проезжающих машин, парни не уверены, гражданские они или нет. На данный момент у них заваруха, один мужчина немного прихрамывает.


Примерно в то же время, когда "Скайван" вводил эскадрилью "А", люди "Следопытов" выпрыгивали из "Геркулеса" на высоте 14 000 футов, не используя кислород. Я проинформировал майора Либана, и он предупредил французов, но французских патрулей вблизи LZ не было.


Следопытам удалось спастись только из-за одного раненого человека, у которого болела спина, и ему понадобится "Извлечение на рассвете", "Чинук", который должен доставить команду пропаганды министерства обороны, будущие фильмы, чтобы показать новым молодым рекрутам, что может происходить раз в десять лет. И пока Следопыты обыскивали местность под дождем, я снова стоял у доски с картой.


Затем я принял звонок от Хейнса, который сказал, что его команда HALO ликвидирована, на полосе все тихо, но в лачугах поблизости были замечены огни. И что теперь на целевой полосе лил дождь. Они воспользовались Скайваном и моими сумками для хранения HALO.


В 3 часа ночи морпехам вызвали Рысь, двое мужчин были тяжело ранены, шестеро повстанцев застрелены, повстанцы только что вышли из-за деревьев на дорогу. Поскольку все повстанцы были вооружены, в адрес морских пехотинцев не было никакой критики, кроме их способности прятаться за чем-нибудь прочным.


В 4 утра мне позвонил капитан Харрис.


"Ты не спишь в такой час?" Я дразнил.


"У меня была небольшая роль в фильме", - сказал он мне.


"Ты сделал?"


"Да, MOD Productions. Я хотел сказать несколько строк - по крайней мере, мой затылок снят. Затем они сняли Парас, которые, как мы говорим, загружают "Геркулес", пилоты все с чистыми зубами и причесанными волосами."


Я рассмеялся. "Они доят его?"


"Отдельная телевизионная команда снимает документальный фильм, так что все здесь ведут себя наилучшим образом".


"Прекратился ли дождь над LZ?" Я спросил.


"Да, но, по-видимому, местами она промокла".


В назначенный час пять "Геркулесов" захватили Парас, многие люди ушли с ранениями и не на десанте, последний "Геркулес" решил высадить 2 эскадрон.


Я снова ходил взад-вперед, задаваясь вопросом, что могло пойти не так. Полковник Клиффорд поспал несколько часов, но хотел бодрствовать до высадки, и теперь он стоял с кофе в руке, капитан валлийской гвардии с нами.


Один из Следопытов, один из моих внешних помощников, позвонил мне, чтобы сказать, что началась высадка, повстанцев не видно и что в данный момент дождя нет - телевизионщики наготове. Но что мужчины приземлялись в лужи.


Позже он позвонил снова, чтобы сказать, что все пара были повержены, двое вывихнули лодыжки, несколько человек покрыты грязью и жалуются, подполковник Марш разворачивает свой полевой ШТАБ, 2 Пара снова разбивают лагерь на деревьях на восточной стороне.


Он перезвонил, чтобы сказать, что пара незадачливых повстанцев открыла огонь с западной линии деревьев, телевизионщики нырнули в укрытие, снайперская винтовка заставила пару замолчать, патруль мчался навстречу. Никто не пострадал.


Я поддразнил его: "Поскольку в оригинальной версии этого никогда не было, им придется это отредактировать".


Полчаса спустя позвонил Хейнс, все его люди были ранены, но с тремя вывихнутыми лодыжками, одним поврежденным коленом и сломанным запястьем - они приземлились на твердую полосу. У них также было двое мужчин, которые приземлялись на деревьях, причем мужчинам нужно было помочь спуститься. К счастью, не было телевизионщиков, которые могли бы увидеть этот пиздец, просто человек с маленькой видеокамерой - права на монтаж гарантированы.


2-я эскадрилья доложила, что их незащищенная полоса "удержана" полчаса спустя, "Чинук" отправили за парашютами, для раненых и для сброса припасов. Второй "Чинук" приземлился в LZ Para's, выгрузил припасы, не в последнюю очередь несколько палаток. Это было ужасно.


В полдень, перерыв в дожде, выпал 1 параграф, все благополучно, сообщалось о нескольких вывихнутых лодыжках. Я вздохнул с облегчением, но затем позвонил капитан Харрис, и у меня вытянулось лицо. Мужчины вокруг меня могли видеть по моему взгляду, что что-то не так.


Положив трубку, я на мгновение взглянул на их лица, прежде чем повернуться к полковнику Клиффорду. "Во Фритауне взорвалась бомба, сэр, за пределами аэропорта, в кафе, которым пользуются наши люди. По меньшей мере четверо британских военнослужащих убиты, десять ранены, несколько местных жителей убиты."


"Они проиграли, так что же это им дает?" - спросил он, качая головой.


"То же, что и с другими бомбами, сэр - это эмоциональная тактика уличного гангстера", - сказал я ему. Я вышел на улицу и несколько раз глубоко вздохнул, чувствуя, что эти молодые люди погибли из-за меня. Но я этого не начинал.


Увидев проходящего мимо молодого солдата, все еще подростка, я мог представить лица родителей, стоявших на похоронах. Это была не моя вина, но мне так казалось. Подумав и теперь разозлившись, я позвонил.


"Петров?"


"Да, господин президент. Во Фритауне взорвалась бомба, погибли британские солдаты. Поспрашивай вокруг, посмотрим, что ты сможешь выяснить."


"Я был занят с момента нашей встречи. У нигерийцев есть база за границей, в Кот-д'Ивуаре, скажем ... в двенадцати милях от границы. Англичане находятся на взлетно-посадочной полосе в деревне Мбелену; это место недалеко от границы. Вот где находятся некоторые из них."


И на этой базе ... это что?"


"Там есть бетонная взлетно-посадочная полоса, много зданий, казармы, деревня рядом с ней".


"И правительство в Кот-д'Ивуаре закрывает на это глаза?"


"Они берут свою долю, чтобы смотреть в другую сторону".


"Найдите кого-нибудь, кто знает эту базу, сделайте хороший рисунок, отправьте по факсу, как раньше".


"Да, я сделаю это быстро. И, возможно, скоро у меня будет информация о похитителях этого американца."


"Хорошо. Скоро поговорим."


Положив трубку, я знал, что Макс был в аэропорту и сейчас, вероятно, находится в резиденции Пара. Я позвонил ему. "Где ты?"


"У подножия горы Пара".


"Твой набор с собой?"


"Да, всегда".


"Я жду факс. Если и когда ты ее получишь, срочно отправь ее мне через helo."


"Хорошо. Ты слышал о бомбе?"


"Да, и я скоро отправлюсь за ними".


"Не думал, что осталось кого-то, за кем можно было бы охотиться".


"По ту сторону границы, в Кот-д'Ивуаре, есть лагерь, но пока никому об этом не говорите".


Когда зазвонил мой телефон, это был премьер-министр. "Уилко, у тебя есть какие-нибудь предположения, кто стоял за бомбой?"


"Да, и некоторые из них разбили лагерь в двенадцати милях от берега Слоновой Кости, тамошние чиновники откупились".


"Я хочу их, и мы можем побеспокоиться о том, чтобы не сбиться с пути через границу позже. У нас были подозрения насчет Берега Слоновой Кости, по крайней мере, у некоторых людей там."


"Я спланирую миссию, сэр, я жду подробной информации и карт базы".


"Делай то, что должен, но... у нас никогда не было этого разговора."


"Я понимаю, сэр, оставьте это мне".


Я позвонил Морану и попросил его вернуть Эхо. Затем я позвонил капитану Харрису, поскольку он следил за Волками, и попросил вернуть их. Отправив валлийских гвардейцев на север, я попросил их подобрать эскадрилью "А", после чего позвонил Фиши.


Час спустя "Чинук" доставил Эхо, а также капитана Хэмбла и нескольких оставшихся в живых людей.


Я заставил их собраться вокруг меня. "Слушайте внимательно. Во Фритауне взорвалась бомба, четверо британских военнослужащих убиты, десять ранены, несколько местных жителей убиты." Они обменялись взглядами. "Мы направляемся к известной оперативной базе, через границу с Берегом Слоновой Кости, небольшая ошибка в чтении карты. Мы сделаем вставку сегодня вечером до наступления темноты, на полосе, удерживаемой 2-й эскадрильей. После этого мы идем пешком, нам предстоит преодолеть пятнадцать миль.


"Захвати патроны, припасы, 66 мм, РПГ. Мы пробудем там всего одну ночь, так что пайки не обязательны. Приведи себя в порядок, хорошо поешь, посри и будь готов через два часа."


Они прошли мимо, Моран, Рокко и Риццо приближались ко мне.


"Что находится на этой базе?" Спросил Моран.


"Взлетно-посадочная полоса, здания, самолеты - ждем некоторых деталей".


"Там гарнизон?" Спросил Моран.


"Сомневаюсь, но скоро узнаем". Я указал на винтовку Рокко. "Как у них все получается".


"Да, чертовски хорошо", - воодушевился Рокко. "Получил по ним удар. Я ударил парня по голове, убил человека сзади."


Риццо сказал: "Я ударил парня в живот, ранил двух мужчин позади него - и я даже не видел людей позади".


Моран вставил: "Я стрелял из автоматического оружия со ста ярдов, но всадил все три пули в одного и того же человека. Морда не сильно приподнимается."


"Хорошо. Сегодня вечером мы устроим им настоящее испытание. Приготовься."


Я позвонил Хейнсу и рассказал ему о своих планах, но о том, что наша поездка через границу может навлечь репрессии на его позицию.


Он доложил: "У нас шесть гранатометов, у нас есть несколько 66-мм, и на северной стороне есть хорошее оборонительное место, несколько старых каменных зданий - убито сорок четыре человека".


"Пусть эти каменные здания будут прикрыты ветками, ожидайте появления враждебной Ми-8 или двух".


"Хорошо, мы будем готовиться".


Повернувшись, я уставился на ящики с боеприпасами, подзывая сержанта валлийской гвардии. "Когда мои ребята уйдут, я хочу, чтобы РПГ и 66-мм пистолеты были упакованы для полета на вертолете, ремни GPMG. Они переходят во 2-ю эскадрилью."


"Верно, сэр".


Увидев Гонзо возле ящиков с боеприпасами, я вспомнил Слэйда. Я позвал его, и он подошел. "Как ты справляешься?"


Он посмотрел мимо меня и воспользовался моментом. "Он долгое время был моим лучшим другом, мы начинали вместе. Не предвкушая встречи с его родителями или моими - они провели отпуск вместе. Пребывание здесь помогает, это оправдание, чтобы не видеть их."


"Ты хочешь остаться с Эхо?"


"На данный момент это мой дом, и мне нравится работа и команда. Но после того, как мы вернемся, мне придется пойти и повидаться с родителями и с ним, и я уверен, что он будет очень недоволен этим. Не уверен, что я скажу, чтобы подбодрить его."


"Вы говорите ему, что он внес свою лепту в Echo, то, что очень немногим удается сделать, и что он изменил ситуацию. Он спас заложников, убил плохих парней и приступил к действиям. Лишь горстка людей когда-либо делала это."


Он кивнул и направился прочь.


Когда коробки были рассортированы, подъехал конвой, эскадрилья "А" спрыгнула вниз.


"Почему изменились планы?" - спросила промокшая и грязная Рыбешка.


"Во Фритауне взорвалась бомба, убиты британские военнослужащие, мы ищем виновных, и, вероятно, ситуация станет немного сложнее. Достань дополнительные патроны, 66 мм, РПГ, мы уходим через два часа."


Фиши собрал ребят из эскадрильи "А", объяснив новое задание.


Полчаса спустя, брелок занят, "Рысь" приземлилась, четыре Волка осторожно спускались мимо ракетных отсеков. Я проинструктировал их и указал на боеприпасы, пока ребята из "Эхо" готовились.


Полчаса спустя приземлился десантник из Вестленда, мужчина подбежал с горстью листов бумаги для меня, прежде чем убежать обратно, вертолет поднялся в воздух. Внутри я разложил листы. Я подобрал название деревни, и это действительно было недалеко от места высадки 2-го эскадрона, реки, обозначающей границу.


На эскизах была обозначена взлетно-посадочная полоса с севера на юг, деревья на западе, перрон на востоке, здания, затем дорога, идущая с севера на юг перед началом деревни. Но там было много забавных маленьких символов, и я наконец понял, что это были самолеты, большие и маленькие, и что на перроне стояло около двенадцати самолетов.


Выйдя, я позвонил господину президенту.


"Петров?"


"Вы знаете, какие самолеты базируются на этом аэродроме в Кот-д'Ивуаре?"


"Я только что разговаривал с этим человеком. Есть несколько больших транспортных самолетов, несколько маленьких, несколько вертолетов и маленький самолет с ракетами на крыльях."


"И кому они принадлежат?"


"Это место в основном для контрабандистов, поблизости живет не так много людей, только джунгли, несколько шахт".


"Как далеко до ближайшей армейской базы?"


"Долгий путь, скажем, миль восемьдесят".


"А есть ли у Берега Слоновой Кости военно-воздушные силы?"


"Немного вертолетов, несколько маленьких самолетов, немного".


"Есть какие-нибудь большие города поблизости от этого места?"


"Нет, до города тридцать миль джунглей. Контрабандисты используют это место, потому что оно изолировано."


"Солдаты на этой базе?"


"Официальных солдат нет, несколько вооруженных людей, да".


"Благодарю вас, господин президент, вы сэкономили мне некоторое время при получении этой информации".


Положив трубку, я изучил диаграммы. Скорчив гримасу, я прервал свой военно-морской инструктаж и попросил все три экипажа "Рыси" срочно приземлиться здесь. Двое все равно были в пути с волками, третий должен был прийти с корабля.


Рядом со мной появился Моран. "Есть информация?"


Я указал на диаграммы. "На перроне сидело много самолетов, не так много солдат, десять миль джунглей в любом направлении".


"Подходит нам больше, чем им", - отметил он.


Фрэнкс появился с другой стороны от меня. "Берег Слоновой Кости?"


"Ошибка чтения карты", - сказал я ему.


"Нужна какая-нибудь помощь?"


Я взглянул на Морана, затем снова на Фрэнкса. "Вы расстроили бы правительство Кот-д'Ивуара. Так что отправляй это по очереди."


Он постучал по карте. "Это место входит в наш список известных террористических убежищ. Госдепартамент действительно жаловался на это, кажется, в прошлом году."


"В любом случае отправьте это по линии, завтра через час после рассвета, взлетно-посадочная полоса будет разрушена".


Он отошел, но вернулся через десять минут. "Они не очень увлечены, но обсуждают это. Возможно, придется принять решение до рассвета."


"Это не обязательно", - сказал я ему. "Я хочу повредить самолет и отправить сообщение".


Мой телефон зазвонил, когда полковник Клиффорд начал спрашивать, что я задумал. "Папа Виктор", - ответил я.


"В том месте, которое вас интересует, находятся двое американских заложников, они пришли туда сегодня, и трое немцев".


"Это так ... действительно, интересные новости. Спасибо. " Положив трубку, я повернулся к Фрэнксу и садистски улыбнулся ему. Я посмотрел номер и, набрав цифры, дозвонился до полковника Мэтьюза, когда вышел на улицу.


"Уилко?"


"Да, сэр. У меня двое американских заложников, но они за границей, в Кот-д'Ивуаре, всего в двенадцати милях. Но если бы ваши морские пехотинцы смогли их забрать ..."


"Да, мы определенно заинтересованы. Когда?"


"Завтра через час после рассвета".


"Я перезвоню тебе очень скоро".


Вернувшись в дом, я уставился на Фрэнкса, и мой взгляд озадачил его. "На том аэродроме двое американских заложников".


"Ах..."


"И милые парни в Пентагоне теперь знают об этом".


Две рыси приземляются, Волки спускаются вниз, последняя команда волков направляется к фургону с вестландским коммандос, отправляющимся за припасами. Вошли пилоты ВМС, и молодой парень, который разрядил свою винтовку, угостил их чаем. Я должен был стараться не пялиться на этого парня; он выглядел слишком молодым для того, чтобы быть здесь.


Третья Рысь прибыла через десять минут, но на всякий случай с портативным генератором. Я поприветствовал команду внутри, а затем отпустил всех, сказав, что не хочу этого слышать. Рокко, Риццо и Робби стояли с капитанами Хэмблом и Мораном, подозрительно выглядевшими в стороне.


"Хорошо, слушайте", - громко позвал я, и все смолкло. "Ранее сегодня во Фритауне взорвалась бомба, в результате чего погибли британские солдаты, и мы можем ожидать новых бомб и новых смертей, пока не поймаем людей, стоящих за этим. Некоторые из этих людей и многие из дорогих самолетов, которыми они владеют, находятся в двенадцати милях от границы с Кот-д'Ивуаром. У них также есть заложники.


Итак, джентльмены, мы отправляемся за ними. Я поговорил с Лондоном о том, как это будет работать... будет заключаться в том, что мы выполняем работу, не имея официального благословения. Если что-то пойдет не так, Лондон откажется посылать нас.


"Причина, по которой вы, пилоты "Рыси", здесь ... это потому, что мне нужно, чтобы вы допустили навигационную ошибку на рассвете в двенадцать миль. Ваша официальная миссия - сбить любой самолет на взлетно-посадочной полосе здесь." Я постучал по карте. "Там нет самолетов, эту базу удерживает полк королевских ВВС - пожалуйста, не бомбите их.


"То, что мне нужно... что я хотел бы, чтобы вы, джентльмены, сделали ... состоит в том, чтобы сразу после рассвета обстрелять самолеты на другой полосе, самолеты, принадлежащие людям, которые базировались в Либерии и Гвинее, создавая проблемы, но сейчас скрываются в Кот-д'Ивуаре, заказчике переворота. Те вертолеты Ми-8, которые вы сбили, прилетели с этой базы.


"И, джентльмены, завтра мы можем увидеть больше самолетов, прибывающих с этой базы, убитых британских военнослужащих, так что это высокий приоритет. Это также работа волонтера, и я пойму, если у кого-то из вас возникнут сомнения по поводу перехода границы." Я указал на нашего героя-пилота, коммандера Кристоферса. "Что ты скажешь?"


"Я бы сказал... что, черт возьми, правительство Кот-д'Ивуара делает с этой базой?"


Фрэнкс вмешивается: "Это было там долгое время; они получают свою долю, чтобы смотреть в другую сторону".


Коммандер Кристоферс сказал: "В таком случае, к черту правительство Кот-д'Ивуара. Если они спонсируют такое дерьмо, они заслуживают всего, что получают."


Я указал на следующий пилот.


Он сказал: "Мой номер 2 чертовски бесполезен по утрам, его чтение карты - дерьмо".


Большинство присутствующих в комнате рассмеялись.


"Нет, серьезно. Этим утром мы разминулись с кораблем на две мили. Они засекли нас на радаре и спросили, куда мы направляемся."


"Неисправный набор", - с улыбкой вставил мужчина, о котором шла речь.


Я указал на третьего пилота.


"У меня мало времени, шесть месяцев, так что если я смогу где-нибудь пострелять - отлично".


Пилоты рассмеялись.


" Итак, " начал я. "Сегодня ночью вы перемещаете свои корабли вдоль побережья и до рассвета летите на север вдоль границы к этой полосе, затем поворачиваете на восток, намереваясь прибыть на рассвете 06.00. Вы приближаетесь на высоте верхушки дерева, в трехстах ярдах от забора; таким образом, никто не узнает, к какому типу самолета вы принадлежите. Вы поражаете все, что находится на перроне, в частности маленькие монопланы с ракетами, Ми-8, плюс все остальное, на что у вас есть время.


Шестьдесят секунд, разворачиваемся, снижаемся предельно низко, набираем высоту до двух тысяч для обратного полета, чтобы никто не сообщил о британской рыси. Мои люди будут на проводе на рассвете, так что установите радиосвязь, чтобы подтвердить ситуацию, вы должны быть в состоянии поговорить с нами, вертолеты королевских ВВС могут."


"Нужно ударить по самолету сбоку", - вставил коммандер Кристоферс. "В какую сторону они смотрят?"


"Понятия не имею, но если вы хотите передвигаться, прекрасно, просто оставайтесь на деревьях или на расстоянии, не подходите близко. Решать вам, но у них нет тяжелого вооружения, не так много солдат."


"Судите об этом на глаз, когда мы туда доберемся", - предложил пилот.


Я сказал: "Свяжись со мной на расстоянии мили, и мы сообщим тебе, в какую сторону они смотрят и где они находятся".


Они кивнули.


"Возвращайтесь на свои корабли, и не рискуйте из-за механической неисправности на работе сегодня вечером, пожалуйста. Желаю хорошо выспаться."


Они вышли гуськом, чтобы посмотреть, запустятся ли их вертолеты. Если нет, то у них был этот генератор.


Фрэнки приблизились. "Тюлени в пути, они хотят присоединиться к вам, морские ястребы готовы к спасению, верхняя крышка прилагается".


Я кивнул. "Джентльмены, мы начинаем игру". Они переговаривались между собой, когда я попросил обоих "Чинуков".


"Чинуки" прибыли пятнадцатью минутами позже, "Эхо" разделилось между двумя вертолетами, на борту были волки плюс постоянные сотрудники SAS, припасы загружены. Команды должны были ждать меня на базе 2-й эскадрильи, а вертолеты исчезли на востоке.


Я сказал Фрэнксу связаться с военно-морским флотом США и забрать меня, позвонив Хейнсу и сказав ему ожидать нас. Я схватил запасные магазины калибра 7,62 мм, мой патронташ был полон, и я проверил свой паек. Вода пополнилась, я проверил свою аптечку и прихватил аптечку побольше. Через десять минут, когда начало смеркаться, приземлились два морских ястреба.


Полковник Клиффорд пожелал мне всего наилучшего, и я попросил его держать оборону, бежал, согнувшись пополам, к первому Морскому ястребу, моя винтовка была разряжена и проверена. Войдя внутрь, я схватил запасные наушники, когда дверь была закрыта.


"Второй пилот, посмотри на карте на маленькую деревню под названием Мбелеу, недалеко от границы с берегом Слоновой Кости". Я наклонился и указал, когда он показал карту в тусклом зеленом свете.


"Ладно, понял. Заголовок ... ноль восемь пять, остановитесь на перекрестке дорог и поверните на север."


Мы взлетели, и я с трудом мог разглядеть лица людей, которые были со мной. Но я заметил, что у них были M4. По сравнению с ними, у меня было ружье на слона.


Наш "Морской ястреб" мчался на восток со скоростью 500 футов, и я вглядывался вниз в деревни и маленькие городки, транспортные средства на дорогах - некоторые из них могли быть нашими, и пятнадцать минут спустя мы сбавили скорость и повернули на север, заметив полосу в последнюю минуту, пилот теперь опускал очки ночного видения.


На земле вспыхнули факелы, значит, мы были в нужном месте. С глухим стуком двери открылись, и мы вышли, согнувшись пополам, удаляясь от вертолетов. Оба морских ястреба поднялись в воздух и повернули на запад, древесные лягушки, наконец, дали о себе знать.


Я мог слышать Хейнса сквозь темноту.


"Уилко, сюда".


"Итак, все становимся в большой круг, по два человека в ряд, с факелами, оружие наготове. Не 2 эскадрилья."


Они образовались вокруг меня, когда я использовал палку и нарисовал схему в твердой грязи при свете факела, печати с одной стороны.


"Кто старший в "Тюлене"?" Я спросил.


"Я, лейтенант Бишоп".


"Хорошо, мы сейчас примерно в трех милях к западу от границы с Берегом Слоновой Кости, и это граница по реке, так что я надеюсь, что мы найдем мост или мелководное место, иначе эта миссия закончится, не успев начаться.


Мы будем двигаться прямо на восток двенадцать миль, надеясь прибыть к рассвету, но одна из причин, по которой мы идем пешком, заключается в том, что я хочу увидеть ту пограничную зону, и посмотреть, кто рядом, и на что похож наш путь к отступлению.


"Сейчас ... 18:30, так что у нас полно времени. Когда мы доберемся туда, мы проведем оценку охраны, защитников, всех мужчин в казармах, план состоит в том, что мы нападем на заложников примерно в то время, когда наши вертолеты ударят по самолетам, припаркованным на перроне.


"В шуме и неразберихе мы займемся заложниками, пока другие команды разбираются с любыми защитниками. Если мы освободим заложников, и у вас будет такая возможность, стреляйте по любому транспортному средству, зданию или самолету, которые вам понравятся, с целью максимизировать издержки для придурков, которые управляют этой базой, которые нападают на британских военнослужащих и которые похищают людей.


"Джентльмены, если мы обнаружим, что район кишит патрулями, мы изменим подход или уйдем, но Разведданные предполагают, что нам стоит беспокоиться только о джунглях и натертых ногах. Чтобы вы, морские котики, знали, мы много раз сражались с этими людьми на протяжении многих лет, и они любят вечером лечь в постель, а на рассвете становятся дерьмом.


"Несмотря на то, что чернокожие родились и выросли здесь ... они ненавидят джунгли и избегают их. Я был бы чертовски впечатлен, если бы они устроили засаду ночью на деревьях.


"Хорошо, я хочу, чтобы вы были в своих командах, в одной длинной шеренге людей, с одним набором следов, оставленных только позади. От тех, кто посередине и сзади, будет мало толку, если передний конец попадет в засаду, но двигайтесь вперед и в стороны, когда вас попросят об этом. Эскадрилья "А", эскадрилья "Д", подключитесь к моей частоте радиосвязи, но не выходите в эфир, если это не срочно.


"Вы, морские котики, должны быть в состоянии поднять нас, Дельты это сделали. Я буду передавать, ты попробуй найти частоту." Я считал вверх и вниз.


"Понял", - прозвучало от нескольких мужчин.


"Хорошо, когда мы двинемся в путь, во главе буду я со своей командой, за мной последуют отряд Рокко, отряд Риццо и Соленые, но следующими я хочу, чтобы были Морские котики. Робби, позади наших американских гостей, затем команда Саши, затем эскадрилья "А", капитан Хэмбл в тылу, но когда мы доберемся туда, у каждого из вас будет свой сектор и работа. Хорошо, Одинокие волки, что касается меня, я проинструктирую вас отдельно. Мистер Хейнс?"


"Вот".


Я шагнул к каменным зданиям, Волки следовали за мной, 2 человека из эскадрона спрятались. "Хорошо, все волки здесь?" Они сосчитали головы, мужчины просто темные очертания. "Хорошо, вероятность того, что это место подвергнется нападению, высока, особенно после того, как мы завтра атакуем этот аэродром. Итак, мистер Хейнс разработает план, и пары волков отправятся во всех направлениях по компасу, примерно на милю, в поисках повстанцев, а завтра - по следам.


К востоку от нас есть дорога. Я хочу, чтобы два волка и два парня из полка королевских ВВС всегда были там, для раннего предупреждения. Возьмите 66-мм пистолет или РПГ, поразите приближающуюся автоколонну, а затем убирайтесь восвояси.


"Мистер Хейнс, если прибудут очень большие силы, отступайте в джунгли и бегите сломя голову, прикрывая огнем, без героизма, и докладывайте о действиях как можно раньше. Устройте засаду на трассе, ведущей от этой дороги, и на полпути вниз по полосе расставьте людей с РПГ и 66-миллиметровыми винтовками. Если в дело вступит Ми-8... разрази меня гром. Выпейте немного GPMG, нацеливаясь на рассвете.


"Сегодня вечером дайте отдых своим людям, будьте готовы после рассвета к некоторым репрессиям, и они решат, что мы использовали эту базу для нападения через границу. Так что будь готов."


"Мы будем готовы", - заверил меня темный силуэт Хейнса.


Я вернулся к большой группе мужчин, которые стояли и болтали в темноте. "Итак, джентльмены, одна нога перед другой в быстром темпе", - громко позвал я. "Если вам нужно остановиться, скажите об этом, но будут регулярные пит-стопы".


Свифти был у меня за плечом, Моран и Махони позади, Махони болтал с тюленями, прежде чем я повел свою команду прочь, только теперь заряжая винтовку и взводя курок. Я миновал лачуги и двинулся на север, обходя их, и через триста ярдов легкого перехода мы пересекли дорогу, никакого движения не было видно, когда мы перебегали ее.


Я мог видеть открытые поля, но на них была только высокая трава, под ногами не чувствовалось урожая как такового, когда я быстро продвигался на восток. Местами трава примялась, но в остальном эти поля давали нам устойчивую опору, и я задался вопросом, сколько пуль теперь прилипло к моим ногам.


Найдя тропу, ведущую на северо-восток, я пошел по ней, не ожидая засады, но все равно был начеку. Найдя темный участок, я достал фонарик и осмотрел землю, никаких заметных следов.


Свифти я сказал: "Никто не ходил по этому следу месяцами".


Больше квадратных полей с высокой травой помогали нам, пока мы не попали в какие-то неприятные узкие джунгли, мое зрение в джунглях теперь приспособилось, и деревья были черными, все остальное зелено-серым, почти люминесцентным.


Я включил радио. "Это Уилко, здесь какие-то непроходимые джунгли, так что держись рядом, никогда не теряй из виду людей впереди, не сбавляй темп".


Тридцать минут по упомянутым плотным джунглям привели к ручью с неглубоким дном, и я последовал за ним вниз, когда он привел к реке, слышно было, как вода разбивается о камни.


Двигаясь налево через камыши, я пробивался сквозь них, и мы, наконец, добрались до больших плоских камней, в промежутках между которыми быстро текла река. Я начал переправу, ни один из прыжков не был проблемой, и на другой стороне я остановился, когда команда присоединилась ко мне, вскоре двигаясь вверх по крутому берегу.


На вершине берега я нашел участок с высокими деревьями, но деревья росли широко, по рельефу легко было идти в хорошем темпе, и, найдя участок возвышенности, я остановился.


Я включил радио. "Это Уилко, мы остановились, поэтому, когда человек впереди останавливается, ты останавливаешься. Выпей, отлить, если нужно."


"Это Риццо. Генри рано принял ванну."


Моя команда смеялась.


"Сейчас не время для ванны, Генри", - передал я.


"Нет, я пахну лучше", - прозвучало в ответ.


Через несколько секунд раздалось: "Это Бишоп. Один из моих тоже принял ванну, но мы рады, что вы сделали это первыми."


"Насколько трудными были эти камни?" Сказал я со вздохом.


"Силы специального назначения?" Свифти выпустил. "Ha."


Поскольку Хэмбл сообщил, что купаться некогда, я снова отправился в путь в темноте, пока что достаточно легко.


Я нашел след, ведущий на юго-восток, и мой фонарик показал, что им недавно не пользовались, а потом просто кто-то шел босиком. Ветер дул в лоб - я был бы предупрежден, если бы кто-нибудь курил, и поэтому я поддерживал хороший темп.


Когда тропа повернула на юг, я свернул с нее и двинулся на северо-восток в джунгли, сделав крюк, чтобы избежать небольшого озера, в северном конце которого протекал ручей. Древесные лягушки пели нам серенаду, стрекотали сверчки, а обезьяны пронзительно кричали над нами - мы грубо нарушили их спокойный ночной покой.


Через два часа я объявил привал на поляне, команды собрались в кучу. Я позвонил капитану Харрису, и он определил наше местоположение, и предположил, что я забрался слишком далеко на юг, но примерно на полпути - почти.


Американцы закурили сигареты, несколько человек из эскадрильи "А" присоединились к ним, тихо беседуя.


Мой телефон зазвонил, знакомый номер. "Da!"


Томский начал: "Это я. Президент рассказал мне об этом месте, на которое нападут британцы, и оно было знакомым, поэтому я сделал несколько звонков. Там оружие было выгружено человеком, которого я знаю."


"Он сейчас там?"


"Да".


"Если он тебе нравится, скажи ему, чтобы он ушел прямо сейчас, придумай какой-нибудь предлог. Ты доверяешь ему?"


"Да, я знаю его долгое время, и все это время он снабжал меня информацией об этих говнюках".


"Скажи ему, чтобы он уходил до того, как утром аэродром подвергнется бомбардировке, но он не должен их предупреждать".


"Он говорит, что самолеты прилетают и улетают в любое время, так что он может сказать, что у него дела. Они его не подозревают."


"Он поблагодарит тебя за предупреждение".


"Тогда он у меня в долгу. Хорошо. Я звоню ему сейчас."


"Дайте мне знать, что он скажет об этом месте, я расскажу британцам".


"Хорошо".


Я ждал пятнадцать минут, и Томск перезвонил мне. "Он вылетает через час, он говорит им, что он в качестве груза, но он говорит, что там есть несколько нигерийцев, так что, может быть, британцы бомбят этих ублюдков, нет".


"Может быть. Сколько солдат на этой базе?"


"Солдаты? Немного, вокруг него сорок километров грязных джунглей, никто не сможет к нему приблизиться."


"Я дам вам знать, что делают британцы. Пукка." Я позвонил Фрэнксу. "Сообщите своим людям, что на этой базе есть торговцы оружием и нигерийцы. Возможно, ФБР заинтересовалось кем-то из этих мальчиков."


"Я отправлю это по очереди".


Я предупредил ребят, чтобы они были готовы, и минуту спустя повел свою команду на восток через деревья. Когда зазвонил мой телефон, я сказал: "Свифти, пойми суть. Моран, Махони, за ним. " Я последовал за Махони, когда ответил на вызов.


"Это полковник Мэтьюз. Ты можешь говорить?"


"Да, сэр, просто приятно прогуляться по джунглям".


"Мы очень заинтересованы в показательном процессе над торговцами оружием, у ФБР вот-вот начнется эрекция".


"Означает ли это, что я не должен быть милым с агентом Манштейном?" Я мог слышать смех на заднем плане.


"Я слышал, вы двое не поладили. И нет, ты не обязана быть с ним милой, но, пожалуйста, не стреляй в него. Причина вызова в том, что мы хотим обострить ситуацию - нам нужны заключенные."


"Я узнаю, когда доберусь туда, насколько это осуществимо, сэр".


"Наши котики у тебя с собой?"


"Да, сэр, их было десять".


"На рассвете в готовности будет множество морских пехотинцев и вертолетов".


"Я составлю план с учетом этого, сэр".


"Я буду здесь весь день и вечер, так что звони, если понадобится".


"Будет сделано, сэр". Отложив телефон, я снова перешел к делу. Я включил радио. "Слушайте внимательно. На этой базе есть люди, которыми интересуется ФБР, поэтому после нашей атаки мы можем увидеть высадку большого американского контингента. Идея сейчас в том, чтобы попытаться схватить кого-нибудь из вовлеченных в это людей, так что будьте осторожны, в кого стреляете.


"Если ты видишь кого-то, кто явно не моет унитазы, ударь его пониже, свяжи. Если вы видите кого-то, у кого на витрине много золота, в хорошем костюме, попытайтесь поймать ублюдка, не стреляйте в него - и да, вы можете украсть его часы."


"Есть ли награда?" - спросил Рокко.


"Да, подписанная благодарность от ФБР".


"К черту записку, а как же деньги?" - пришло от Риццо.


"За нашу выходку в отряде уже заплачено, не волнуйтесь", - сказал я им.


Моран сказал по радио: "Я не буду спрашивать, откуда взялись деньги".


" Лучше не надо, " ответил я из темноты.


"Один нерадивый владелец", - отметил Свифти.


Два часа влажных тесных джунглей привели нас на возвышенность, откуда открывался вид на лагерь, и мы значительно опередили график. Я велел командам готовить пиво, скрытое от взлетно-посадочной полосы возвышенностью, полоса внизу была хорошо освещена.


Я включил радио. "Томо, Николсон, Свон, Леггит, за мной".


Они подошли ко мне и приблизились, заглядывая вниз.


"Используй свой прицел, оценивай ситуацию в течение десяти минут, затем приготовь пиво". Я спустился вниз, чтобы присоединиться к своей команде.


"Как это выглядит?" - Спросил Махони, сидя и грея воду.


"Все освещено, не ожидаю никаких неприятностей", - сказал я им. "Снайперы проведут оценку".


"Надеюсь, Томо ничего не рисует", - пожаловался Свифти, заставив нас рассмеяться.


Пока мы сидели там, самолет взлетел, еще одна посадка.


"Оживленное место", - отметил Моран.


"Ночные охотники за оружием", - съязвил я.


Николсон спустился ко мне. "Это ты, босс?"


"Вот".


Его темный силуэт сообщил: "Там, внизу, нет сторожевых вышек, нет патрулей снаружи, нет транспортных патрулей, но несколько вооруженных людей возле самолета и охраняют ящики".


"Охранять оружие", - сказал я.


"Кругом густые джунгли, к ним легко подобраться", - добавил Николсон. "Там есть главное здание, похожее на отель, люди приходят и уходят, охрана у дверей".


"Какие-нибудь казармы?" Я спросил.


"Одно здание похоже на казарму, но не видно формы".


"Самолет?" Я спросил.


"Слева четыре маленьких самолета, похожих на "Спитфайр", с ракетами на крыльях, затем две "Сессны", затем "Скайван", затем две большие штуковины с четырьмя двигателями, затем еще "Скайван", там сидели два Ми-8 и два маленьких убогих вертолета - понятия не имею, что это такое, но просто двухместные, и красивый гладкий черный вертолет, похожий на что-то из фильма о Джеймсе Бонде. Немного похоже на полковой вертолет."


"Ангары?" Я спросил.


"Четыре, и у некоторых есть самолеты, но мы не можем видеть".


"А главные ворота?"


"Примерно в пятистах ярдах за ангарами, затем дорога, а за дорогой деревня. Единственная опасность - это два джипа с включенными пятьюдесятью автоматами."


"Всего вооруженных людей?" Спросил Моран.


"Видны двадцать", - доложил Николсон.


"Налей себе пива", - сказал я ему, и он ушел в темноту.


"Прямолинейно", - отметил Моран. Окружите их, дождитесь Рыси. Опасность в том, что кого-то рано замечают."


"Это всегда опасно", - заметил Махони.


"У нас много людей, " сказал я им, " и у них есть только одна подъездная дорога, которую мы можем перекрыть. Они никуда не денутся."


Выпив пива, я сел, всматриваясь вниз с помощью прицела винтовки Николсона, чтобы лучше прочувствовать это место. Я попросил каждую команду подойти и посмотреть по очереди.


В 3 часа ночи я посмотрел на часы. У меня был час или два, чтобы занять позицию, три часа до появления Рыси. У меня был соблазн подождать еще немного. Когда я начал обдумывать, какую команду где разместить, мое внимание привлек тяжелый гул. Приближался транспорт.


"Босс", - позвал Николсон. "Самолет приближается на трех двигателях".


Снайперская команда, надеть глушители, приготовиться. Цельтесь в исправный двигатель рядом с поврежденным, как только он окажется в пределах досягаемости."


Люди бросились вокруг, некоторые просто чтобы получше рассмотреть транспорт, приближающийся с севера, трасса, которая подвела бы его совсем близко. И это уже было низко, становится все ниже.


"Уилко, взлетно-посадочная полоса!"


Я смотрел вниз, когда джипы и грузовики перекрывали взлетно-посадочную полосу.


"Что за хрень..?" - крикнул Моран мне в плечо. "Они собираются остановить его посадку!"


"Что ж... мы все равно добьемся своего, " предложил я.


Он приближался, гул нарастал, снайперская команда вскоре открыла огонь, когда все шеи вытянулись вверх. Вспышка, дым, и двигатель цели загорелся.


"Прекратить огонь!" Я передал.


Транспорт пролетел низко над нами, направляясь на юг, затем резко развернулся и выровнялся со взлетно-посадочной полосой, но я не мог видеть никакого пламени из двигателя. Самолет был полон решимости приземлиться, несмотря на заблокированную взлетно-посадочную полосу, и он заскользил всего на двух двигателях, начав заваливаться вбок.


"У него ничего не получится!" Моран зашипел.


Как мы наблюдали, он врезался в взлетно-посадочную полосу и заскользил в сторону ограждения, задел грузовик - двигатель взорвался, затем повернул обратно на взлетно-посадочную полосу в огне, остановившись, блокируя взлетно-посадочную полосу, когда люди внизу открыли по нему огонь.


Огонь в крыле разрастался, крыло взорвалось, внезапно раздался мощный взрыв, люди рядом с ним были убиты или сбиты с ног, повсюду разлетелись обломки, высоко взлетел огромный столб искр.


"Не лучшее приземление, которое я видел", - отметил Махони. "Парень, должно быть, тренировался с Pan Am".


"Почему они хотели это остановить?" Моран размышлял вслух.


"Какая-нибудь местная вражда", - предположил я.


"Этот взрыв был взрывчаткой в задней части", - настаивал Махони. "Это был не взрыв топлива".


Я включил свое радио. "Команда снайперов, просканируйте дальнюю сторону, посчитайте вооруженных людей, теперь, когда они проснулись".


Пять минут спустя зазвонил мой телефон. Томск.


"Da!"


"Это я, и я связался с этими нигерийцами".


"Что ты сделал ..?" - спросил я со знанием дела.


"Я заплатил немного денег, и они получили наводку, что прилетал самолет с британскими солдатами в кузове, но вместо этого у меня была коробка со взрывчаткой".


"Ты немного повозился. Британцы только что сообщили об этом."


"Они сделали?"


"Да, у них есть люди рядом с той взлетно-посадочной полосой. Взлетно-посадочная полоса была заблокирована, но самолет все равно приземлился и взорвался, заблокировав взлетно-посадочную полосу."


"А, хорошо, тогда деньги потрачены не зря".


"В следующий раз, дай мне знать, ха, я предупреждаю британцев, что должно произойти. Ты напугал их людей."


Томский рассмеялся. "Я произвожу большой взрыв, нет".


"Вы, безусловно, сделали это, судя по тому, что они сообщили. Пукка." Я вернулся на хребет.


Моран доложил: "Все вооруженные люди приготовились, теперь отступают".


Я мог видеть пожарную машину, которая боролась с огнем, и я знал, что они не найдут ни британских солдат, ни дополнительных поджаристых тел. Но что бы они тогда сделали?


Я включил радио. "Слушайте внимательно. Эскадрилья "А", вы двигаетесь влево и в обход, предельно медленно, предельно тихо, никогда не приближайтесь слишком близко к базе и к главной дороге. Возьмите несколько 66-мм винтовок или РПГ, займите позицию, чтобы заблокировать подъездную дорогу и главную дорогу, но ваши четверо парней с ВЕПРЕМ присоединяются к моей снайперской команде здесь, наверху. Не рискуй быть замеченным до 5.30 утра, держись подальше, хорошо спрячься. Отправляйся, когда будешь готов."


Они ушли, просто темные очертания.


"Капитан Хэмбл, вы и ваши люди, аналогичным маршрутом, вниз к развалинам здания в этом конце подъездной дороги, это ваша позиция, пока вас не вызовут вперед. Возьмите несколько 66-мм и РПГ."


Они забрали несколько 66-мм винтовок и один РПГ у моих парней, пять голов, и отправились за хребет.


Снайперская команда, оставайтесь здесь, объявляйте, но в 5.30 утра вы должны быть на деревьях ниже по склону, рядом с горящими обломками. У вас есть поле огня в четыреста ярдов. Все остальные обойдут меня справа, мы атакуем с юга. Приготовьтесь к движению, предельно медленно, предельно тихо."


Я увел свою команду, скрытую от посторонних глаз возвышенностью, и мы медленно, неуклонно продвигались на юг сквозь густые деревья. Время от времени я бросал взгляд на аэродром и его огни, легко ориентируясь, и через полчаса мы достигли точки напротив кирпичного здания, похожего на казарму, рядом стояло несколько деревянных хижин и несколько грузовиков.


Я ждал, когда "мужчины" закроются. "Робби, иди направо, но не подходи ближе, чем на триста ярдов до 05.30, а затем займи позицию у того большого здания. Очень медленно, очень тихо. Вперед."


Я слышал, как они уходили. "Саша, спустись вниз и налево, займи надежную позицию, будешь стрелять сбоку, пока тебя не позовут вперед. Смертельно медленно. Вперед.


"Всем остальным оставаться на местах, сохранять тишину. Когда мы двинемся вперед, я хочу, чтобы Риццо был слева от меня, Рокко справа, американцы позади меня. Нам нужно добраться до заложников до того, как их убьют, а это означает штурм нескольких зданий. Милые западные заложники - это одна цель, озорные торговцы оружием - вторая цель, не менее важная."


Опустившись на колени во влажную грязь, я позвал Фрэнкса, который все еще не спал. "Это Уилко. Мы занимаем позиции вокруг аэродрома, ожидаем атаки "Рыси" примерно в 06:00. Ваш флот увидит их на радаре, так что следуйте за ними."


"Хорошо, я упомяну об этом сейчас".


Прилетел самолет, но это была уловка. Мой друг в Панаме убедил людей на аэродроме, что на борту самолета были британские солдаты, поэтому они заблокировали взлетно-посадочную полосу, но у нас был прострелен двигатель. Он совершил аварийную посадку и взорвался, потому что мой друг в Панаме напичкал его взрывчаткой."


"Иисус..."


"Отправляйте это только надежным получателям".


"Ни хрена себе".


"Уилко на свободе". Я позвонил в Лондон и оставил сообщение, еще одно осталось с дамой" ответившей на звонок капитана Харриса.


Десять минут спустя мой телефон зазвонил, когда я спрятался за большим корнем дерева со своей командой. "Уилко".


"Полковник Мэтьюз, вы можете говорить?"


"Да, сэр". Я встал и отошел.


"Лэнгли получил информацию об этом самолете. Взлетно-посадочная полоса заблокирована?"


"Это пока, сэр".


"Ну, я думаю, это помогает, это останавливает их уход. И это не мешает нам приземлиться. Вы послали сигнал времени, чтобы следовать за вашими вертолетами ..."


"Да, сэр, это было бы жесткой координацией. Ты должен быть на пять минут позади них. Ваши вертолеты должны приземлиться на южном конце взлетно-посадочной полосы, приближаясь только с запада, и ваши морские пехотинцы должны знать, что стрелять можно только в чернолицего - и только в вооруженного человека, потому что нам нужны пленные - и мы не хотим, чтобы ваши люди стреляли в моих людей."


"Я отправлю подробный отчет сейчас."


"Ваши морские пехотинцы должны знать, что у нас за плечами будут снайперы, но не беспокоиться о них. Если к западу от зданий появятся враги, мы вас уведомим. На данный момент западная сторона свободна."


"А план?"


"Когда наши вертолеты ударят по самолетам на палубе, мы откроем огонь по вооруженным людям и двинемся вперед, пытаясь обезопасить каждое здание. В настоящее время мы окружаем их, но мы не знаем точно, сколько там вооруженных людей. Разведданные предполагают, что их немного. План состоит в том, чтобы убить всех вооруженных людей, затем быстро перебрать тех, кто остался, а затем отступить."


"И контратака?"


"Поблизости нет известных баз, сэр. Ближайшие города находятся далеко, эта база выбрана за ее изолированность. И мы все равно перекроем дорогу."


"Хорошо, скоро поговорим".


Я устроился со своей командой, разглядывая базу, несколько мужчин видели, как они двигались под нами, даже несколько дам. Прямо подо мной, вниз по пологому склону, стояли деревянные хижины, и к одной из них был пристроен навес, крошечное кафе, где подавали еду трем местным чернокожим, которые выглядели как работники физического труда, а рядом бродила курица.


В половине хижин горел свет, не было видно ни одного белого лица, и после того, как крошечное кафе закрылось, я послал Свифти и Махони украдкой заглянуть в окна. Они переходили от одной темной тени к другой, быстро заглядывая внутрь, пятнадцать минут прошло, прежде чем они вернулись.


Свифти доложил: "Последняя хижина справа, мужчины прикованы цепями, черно-белые, некоторые комнаты, в которые я не мог заглянуть".


Я включил радио. "Робби, ближайшая к тебе деревянная хижина, та, что ближе всего к большому зданию, в ней заложники. Не стреляйте в его сторону. Все люди рядом со мной, в последней хижине справа заложники, "Морские котики" идут на это, пять человек, и это цель номер один. Некоторых заложников, возможно, придется нести. Цель - обезопасить его и ждать."


"Это Робби. Там большая груда ящиков, которые хорошо охраняются, но мы могли бы поразить их из РПГ и 66-миллиметрового оружия."


"Сделай это, как только откроется Рысь", - подтвердил я. "А вон то большое здание, воткни РПГ на первом этаже, дым выгонит их".


"Вас понял".


"Николсон для Уилко, ты меня слышишь?"


"Да, разумный сигнал".


"Я могу видеть в большом здании, и богатые ублюдки находятся на верхнем этаже - у них есть слуги".


"Вас понял. Вторая команда "Морских котиков", ваша цель - подняться по лестнице на верхний этаж, если только дым не собьет их с ног."


"Это лейтенант Бишоп. У нас есть дымовые шашки, противогаз и гранаты, мы их достанем."


"Ваши вертолеты приземлятся здесь слева от нас, в юго-западном углу, так что отведите заложников и пленных туда".


"Понял".


Через десять минут пришло сообщение: "Это Робби. Какого-то бедолагу только что вывели из большого здания и застрелили, тело хоронили, пока мы разговариваем."


"Белый парень?"


"Нет, черный. Но я вижу двух белых парней в форме, которые стояли и курили."


"На рассвете бей их по ногам, они нужны нам живыми".


"Если они все еще будут там на рассвете", вернулся.


"Томо для Уилко".


"Продолжай".


"Они обыскивают обломки самолета".


"Вас понял. Капитан Хэмбл, вы меня слышите?"


"Да, но плохой сигнал".


"Ты на месте?"


"Да, хорошая позиция, хороший обзор, и мы можем поразить любое движущееся транспортное средство, могли бы поразить и самолеты".


"Не высовывайтесь на рассвете, на случай, если Рысь выстрелит рядом с вами. Эскадрилья "А" на месте?"


"Подожди". Я мог бы просто послушать разговор в течение минуты. "Хэмбл для Уилко, у них все готово, команды прикрывают дорогу и перекресток, в данный момент все тихо, но в деревне замечено движение".


"Понял", - сказал я.


Моран прошипел: "Эти ублюдки бодрствуют всю ночь и спят весь день".


"Саша для Уилко".


"Продолжай".


"Мы видим второй этаж, большое здание, много белых лиц. Русские, я думаю, несколько пилотов."


"Вас понял. Эхо, эти люди нужны нам живыми. По крайней мере, некоторые из них."


Лейтенант Бишоп был теперь рядом, и по радио сказали: "Этот парень Саша...?"


"Русский плохой парень, работающий на нас", - сказал я ему.


"И ты доверяешь ему?"


"Больше, чем ты, мой друг; он спасал мою жизнь бесчисленное количество раз. И ваше ЦРУ любит время от времени одалживать его. И они ему доверяют, так что расслабься."


"У тебя также есть два французских языка ..."


"Да, и новозеландец, и янки, но с ним все в порядке".


"Просто хорошо?" Поинтересовался Махони.


"Кто приземлился по задницу в грязь и застрял?" Свифти спросил его.


"Это не моя вина, Кноббер", - парировал Махони, а Моран рассмеялся.


"Наббер"? Вопросил Бишоп.


Махони объяснил: "Это причудливое староанглийское выражение, обозначающее дурака. Ты должен потакать этим англичанам."


"А английская еда?" Спросил Бишоп.


"Все в порядке, и возвращайся на базу свободным".


"Бесплатная еда?"


"И аренда тоже бесплатная", - сказал ему Махони.


"Как я перевелся?"


"Ты должен пройти трехдневный тест Уилко", - сказал ему Махони. "Но поверь мне, это сука".


"А эти винтовки?"


Я сказал ему: "Специально разработан для меня компанией Valmet в Финляндии. Укороченный российский стандарт калибра 7,62 мм, двадцатидюймовый ствол, очень толстый, газовая перезарядка выключена, на основе AK47 и AKML, очень надежный, и в нем чувствуется удар. Попади в того, в кого целишься, убей и того, кто сзади.


"И мои снайперы могли выбирать, в какой глаз стрелять с тысячи ярдов. Моя команда на дистанции 400 ярдов, и для них это все равно, что стоять рядом с парнем. Они могли отрезать ему волосы, не проливая крови."


"Почему русский стандарт?"


"Подбери боеприпасы мертвых", - сказал я ему. "В недавней перестрелке одна из наших команд застрелила столько чернокожих, что у них закончились патроны, и им пришлось забрать АК47 у убитых. Мы постоянно забираем боеприпасы у мертвых."


"Мы решили, что для джунглей лучше всего подойдут M4".


"Для тесных джунглей - да, но здесь нам также нужно стрелять из лука, разбивать стекла, прокалывать транспортные средства и самолеты. Но одна из этих винтовок с глушителем - это сука в непроходимых джунглях, да."


"Грузовики приближаются", - написал Николсон.


"Оставь их в покое", - передал я.


Капитан Хэмбл передал это повторно.


Десять минут спустя Робби доложил: "Два грузовика загружают ящики".


"Это нормальная деятельность, всем оставаться на местах", - приказал я.


Я почувствовал, что становится светлее, и я посмотрел на часы: 05: 15. Когда зазвонил мой телефон, это был мой командир военно-морского флота, спрашивающий, придерживаемся ли мы графика.


На базе воцарилась тишина, почти никто не двигался, наблюдалось лишь несколько сонных охранников, эта курица все еще бродила вокруг.


"Николсон для всех подразделений: все эти плохие парни сейчас лежат в кроватях со своим любимым плюшевым мишкой, почти не видят никакого движения".


И все оставалось тихо, когда древесные лягушки отправились спать, серый рассветный свет начал иллюстрировать основу. Основные огни на рулежной дорожке отключились, несколько внешних огней погасли.


Я посмотрел на часы. Робби, подойди ближе, приготовься, полная тишина. Рокко, Риццо, постройтесь, начинайте спускаться. Американские команды готовятся, вы знаете свои цели."


Я расслабился и потянулся, Свифти рядом со мной, Моран и Махони рядом. Гадая, что за слизистые существа прилипли к моей голове, я снял маску и перчатки и тихонько встряхнул их, и команда повторила. Я передал: "Всем, кто движется внутри базы, снимите маски, покажите свои лилейно-белые лица".


Последний взгляд через плечо, и я медленно повел свою команду вниз, оглянувшись на тюленей, и мы двинулись к краю линии деревьев, вокруг хижин ничего не шевелилось. И мы ждали, напряжение нарастало, мужчины размышляли, получат ли они ранение в ближайшие полчаса.


Я мог видеть Рокко слева от себя, Риццо справа от меня, противоположность тому, о чем я просил - не то чтобы они могли отличить правое от левого, Бишопа позади и, казалось, обеспокоенного тем, что он собирался сделать. Я спокойно проверил свою винтовку и стал ждать.


"Вертолеты приближаются!" - написал Николсон.


Робби, приготовься попасть по этим ящикам и большому зданию при первом же ударе Рыси. Снайперы, бейте по охранникам, как только они отреагируют на вертолеты. Приготовьтесь все."


Дрон рос.


"Рысь на землю - Уилко, прием", - раздалось у нас в ушах.


"Иди головой".


"Ситреп, прием?"


"Все самолеты направлены на восток, поэтому заходите с юга и севера, прием".


Менее чем через тридцать секунд раздался взрыв, шипение и свист, за которыми последовал мощный взрыв, и огромный столб черного дыма, когда был сбит транспортный самолет.


Первая команда "Морских котиков", вперед! Быстрее!"


Они пробежали мимо меня размытым пятном, пока я проверял все направления.


Раздался треск, справа влетел гранатомет и взорвался внутри большого здания, послышался приглушенный взрыв, выбило стекло, когда я двинулся вперед, вскоре пройдя между хижинами и заглянув внутрь.


Увидев мужчин, сидящих на кровати, чернокожих, я выстрелил через стекло и в каждого мужчину по очереди, выстрелы раздались повсюду вокруг меня, еще два громких взрыва ракет "Рысь", теперь ужасающий треск 30-мм пушек, и я смог увидеть "Рысь" прямо за деревьями.


Автоматные очереди подали сигнал морским котикам, и я посмотрел в их сторону, когда они направлялись в хижину для заложников. Двигаясь к следующей хижине, дверь внезапно открылась, я и Свифти инстинктивно открыли огонь, полуголый чернокожий отлетел назад.


Один взгляд на Свифти, и я просунул туда свою винтовку, а затем и голову, и я застрелил двух испуганных мужчин, голых мужчин, от горящего самолета теперь валил дым, неподалеку потрескивал и вспыхивал костер.


Пробежав от конца деревянных хижин, я добрался до главного кирпичного здания и опустился на колени спиной к стене, моя команда копировала. Капитан Бишоп высунул голову из хижины для заложников. Увидев меня, он закричал: "У нас восемь заложников, все живы!"


"Оставайся там", - крикнула я в ответ, прежде чем обойти большое здание со стороны Робби. Первое окно было разбито, и я заглянул внутрь, увидев ползущих людей. Я неловко поднял винтовку высоко и выстрелил в них сверху вниз.


Просунув верхнюю часть тела внутрь, быстро и грубо прицелившись, я попал в троих мужчин, которые были еще живы, кто-то стрелял из окон надо мной, на меня градом сыпалось стекло - Свифти ругался сзади.


"Вторая команда "Морских котиков", вперед!" Я передавал, когда опустился на колени и прижался к стене, и они пробежали мимо согнутого вдвое к главной двери.


Мы поднялись и побежали за ними, когда был зарегистрирован автоматический огонь.


Морские котики сгруппировались возле главной двери, мертвые охранники усеяли пол вокруг нас, затем выстрелили в стекло двери, внутрь бросили дымовые шашки, за которыми последовала обычная граната. Стекло в дверях вылетело, когда Тюлени пригнулись, вскоре двери распахнулись, и они ворвались внутрь. Мы последовали за ними внутрь, обнаружив лестницу справа, и что Тюлени уже поднимались по ней, шаги отдавались эхом.


Я громко выстрелил в коридор, просто чтобы не высовываться, и мы двинулись вперед. Я опустился на колени и передал: "Мы внутри большого здания, никому не стрелять в большое здание. Робби, нападающие, установите периметр."


Глухие взрывы эхом отдавались со второго и третьего этажей, когда я двигался по коридору, переходя из комнаты в комнату, этот уровень в основном пустовал, не использовался под спальные помещения. Но я нашел большой стальной сейф.


Выйдя на улицу, я увидел приближающуюся команду Робби, Рокко осматривал ящики. Робби, возьми 66-миллиметровый пистолет, там есть сейф, последняя комната справа. Не убивай себя."


"Рысь для Уилко, мы вылетаем, прием."


"Уилко - Рыси, спасибо, хорошая работа. Конец." Я подошел к краю кирпичного здания, прижимаясь к углу, и выглянул наружу сквозь дым, стелющийся по перрону. Два больших транспорта были охвачены пламенем, один "Скайван" в огне, еще один "Скайван" полностью разбит. Один из маленьких вертолетов был объят пламенем, а в дальнем конце горели монопланы с ракетами.


Я прицелился в маленький вертолет, который не горел, и выстрелил в него, вскоре переведя прицел на гладкую черную "Агусту", которая сидела там. Десять выстрелов, и он начал дымиться.


Рокко появился рядом со мной и выстрелил в Агусту. "Отличный вертолет. Джеймсу Бонду нужно будет подать страховой иск."


Я включил свое радио. "Саша, выйди вперед".


"Это Хэмбл, приближаются грузовики, их три".


"Останови их, уничтожь их".


Стекло на нижнем уровне вылетело со стороны взлетно-посадочной полосы; Робби пробует свои силы в безопасном взломе. Я направился внутрь сквозь дым, автоматический огонь теперь доносился с верхних уровней.


Робби повернулся и улыбнулся, его руки были полны наличных.


Я сказал ему. "Убери немного, остальное - улика для янки".


"Эти шарики?" он спросил.


"Кровавые алмазы, ты болван!"


"Бриллианты?"


"Необрезанный".


"Ах".


Я прошел по коридору и, собрав свою команду, направился вверх по лестнице. Риццо зачистил второй этаж, белые люди устали, несколько истекли кровью. На верхнем уровне Тюлень опустился на колени у двери, кивнув мне, когда я вошел внутрь.


Двое чернокожих лежали мертвыми, но не были похожи на главарей. Двое других были связаны в своих белых трусах, еще троих выволокли из комнаты и бросили на пол, голые чернокожие девушки кричали.


Послышался рев вертолетов, и шесть морских ястребов сделали круг, посмотрев вниз, прежде чем сесть на южной оконечности, вскоре через нее пробежали люди. Я подошел к открытому окну и помахал рукой, показав свое белое лицо, но мог видеть, как заложников уводят вперед. Те первые несколько человек с "Морских ястребов" помогли заложникам.


Я обратился. "Немедленно отведите заключенных вниз! Шевелись!" Я схватил толстого чернокожего мужчину за локоть и поднял его. "У меня для тебя хорошая камера в Америке".


"Америка?"


"Да, хорошая еда, телевизор, и они приводят девушек для тебя - нет!"


На нижнем уровне я сбросил его с последнего пролета лестницы, когда морские пехотинцы вошли внутрь. "Возьмите его", - сказал я им, когда других заключенных тащили за мной, предлагая большие суммы наличными за их свободу.


Выйдя на улицу, я поприветствовал майора морской пехоты игривым жестом. "Доброе утро, сэр. Отличный день для этого."


"Сколько заложников?"


"Восемь, сэр, и примерно столько же перебежчиков с оружием плюс русские пилоты".


"Мы здесь в безопасности, капитан?"


"Пока, сэр".


"ФБР хочет войти и зарегистрировать все".


"Отправьте их, сэр, но трудно сказать, сколько времени пройдет, прежде чем кто-нибудь появится на этой дороге. Может быть, несколько часов."


Он кивнул и повернулся к сержанту, тому человеку, который держал рацию, босых и полуголых протестующих чернокожих, которых теперь тащат к "Морским ястребам".


"Дело нечистое, дорога перекрыта, грузовики горят".


"Вас понял".


"Что это было?" - спросил майор.


"Главная дорога заблокирована горящими грузовиками, у меня там команда, сэр".


Майор кивнул, вскоре отдавая приказы своим людям.


Робби появился с мешком кровавых алмазов, взглянул на меня, когда я подняла брови - сигнал. Он передал их майору. "Для вас, сэр. Доказательства. Кровавые алмазы нравятся."


Майор заглянул в сумку, прежде чем передать ее морскому пехотинцу. "Ваши люди честны", - отметил он, когда Робби уходил, деньги выпирали у него из кармана.


Я спрятал свою улыбку. "Да, сэр".


Один из лаборантов Робби передал мне тяжелый пакет. "Все бумаги из этого сейфа".


Я передал ее прямо майору. "Для ФБР". Услышав стрельбу, я передал: "Кто стреляет?"


"Это Николсон, несколько самолетов еще не совсем испорчены".


"Приблизься и сделай это с близкого расстояния, глупец!"


Взрыв, и морские пехотинцы спикировали вниз, что-то в горящем самолете взорвалось. Они поднялись и огляделись, ругаясь.


"Заварил кашу, капитан", - отметил майор.


"В этом и была вся идея, сэр, остановить их торговлю оружием".


Еще один взрыв заставил нас всех опуститься на колени, посыпались обломки, взлетели три "Морских ястреба".


Видя, что мои ребята ничего не делают, я крикнул: "Начинайте открывать ящики, готовые для ФБР!"


Они повесили оружие и открыли коробки, головы внутри, винтовки вытащены, плюс РПГ.


Я столкнулся с майором. "Сэр, что я мог бы сделать, чтобы помочь вам, так это доставить сюда мои "Чинуки" и перевезти часть этого обратно в Сьерра-Леоне. ФБР может изучить это там "


"Конечно, хорошая идея".


Я позвонил капитану Харрису, обнаружил, что он не спит, и попросил срочно доставить два "Чинука", не раскрывая морским пехотинцам своих истинных мотивов.


Я остановил сержанта морской пехоты. "Есть какие-нибудь гранаты?"


"Да, сэр".


"Видишь эти вертолеты - взрывай эти чертовы штуки".


Он взглянул на своего майора, который кивнул. Услышав крики, он бросил гранату внутрь "умной Августы" и убежал, но взрыв не смог поджечь ее. Четверо мужчин отступили, прицелились и выпустили длинные очереди. Огня по-прежнему нет. Вторая граната, и теперь начался пожар, морские пехотинцы бросили гранату в маленький двухместный вертолет, но снова не подожгли его. Увидев топливный бак, они стреляли в него, пока он не взорвался.


Майор повернулся ко мне. Должно быть, сгоревший самолет стоимостью в сто миллионов долларов. Кто-то отошел от дел."


"Надеюсь на это, сэр".


"И что, черт возьми, используют ваши люди?"


Я поднял свою винтовку ради него. "Видишь тот джип над взлетно-посадочной полосой. Встань на колени, прицелись и стреляй в стекло." Он ударил по стеклу пять раз. "Двадцатидюймовый ствол, тяжелый ствол, 7,62 мм". Я установил на него автоматический. "Попробуй несколько очередей".


Он снова врезался в джип. "Морда не сильно поднимается".


"И это впечатляет, сэр. Ударь одного человека, убей человека позади него."


Он вернул мне мою винтовку.


"Быстросъемный магазин, быстрая перезарядка и очень надежный".


Николсон подошел, и я схватил его винтовку. "Положите это мне на плечо, сэр".


Майор целился в джип, рукоятка цевья балансировала на моем плече. "Господи, чертовски большое увеличение". Он выстрелил. "Я сбил боковое зеркало". Он вернул ее Николсону.


"Ваши люди когда-нибудь стреляли из РПГ, сэр?"


"Сомневаюсь в этом".


"Было бы стыдно упустить возможность обучения здесь ..."


Пять минут спустя морской пехотинец взорвал сломанный хвост самолета, двое морских пехотинцев, используя российскую картонную коробку, взорвали горящие вертолеты, глупо улыбаясь. После двадцати РПГ все самолеты были разбиты вдребезги, теперь мишенью стали джипы.


Мои "Чинуки" приземлились, прекратив стрельбу по мишеням, но я заставил их двигаться так, что их хвосты почти касались ящиков. Крича, чтобы меня услышали, я приказал своим парням загружать ящики с винтовками, автоматами и РПГ.


Загрузившись, "Чинуки" тронулись с места, и их тяжелый беспилотник снизил скорость как раз в тот момент, когда приземлилось ФБР, агент Манштейн вел свою команду через реку, тщательно фотографируя все по мере продвижения.


"Уилко", - приветствовал меня Манштейн, как будто навешивая ярлык на отвратительную болезнь.


"Агент Манштейн, как всегда, рад вас видеть. И прежде чем ты начнешь ныть, у нас есть для тебя кровавые алмазы и документы." Майор морской пехоты передал их. "Мы также перевезли ящики обратно в Сьерра-Леоне, чтобы вы могли осмотреть их, не подвергаясь обстрелу".


"Здесь безопасно?"


"Черт его знает", - сказал я ему. "Работай быстро. И ваши пленники такие... с морскими пехотинцами, перевозчиками оружия."


"А, хорошо". Он уставился на ящики. "Ваши люди открыли ящики, не так ли?"


"Только для того, чтобы помочь вам ускорить процесс".


Морской пехотинец взорвал джип.


"Эта РПГ - гребаная улика!" - заорал Манштейн на майора.


"Изложите жалобу в письменном виде", - последовало в ответ от майора, Манштейн умчался прочь. Майор повернулся ко мне лицом. "Он твой друг?"


"В прошлом году я напал на базу торговцев оружием в Либерии, и появился Манштейн. Он хотел зарегистрировать все оружие, но я отправил его через полчаса, и через десять минут место было захвачено - но я не получил благодарности."


"Ты спас его задницу".


"Да, сэр, но он все еще не любит меня. И то оружие, которое мы взяли, я использую его, просто чтобы разозлить его."


Фрэнкс позвонил мне. "Мы следуем графику этого авиаудара?"


"Нет, ФБР здесь и доставляет массу хлопот, так что это будет после того, как они уйдут, так что ... ровно через час с этого момента. И попросите их также ударить по зданиям, устроить беспорядок."


" Ровно через час, " повторил Фрэнкс.


"Что это было?" - спросил майор.


"Ваш флот сбросит на это место 2000-фунтовые бомбы ровно через час".


Тогда лучше не появляться здесь в течение часа. А ФБР?"


"Мы могли бы оставить их здесь ..."


Он ухмыльнулся, уходя.


Взрыв заставил нас всех пригнуться, самолет в ангарах взорвался, или, по крайней мере, его груз взорвался. Выстрелил 66-мм снаряд, и взорвался бензовоз, ФБР не впечатлило, они были немного близки к этому.


"Морские ястребы" забрали многих морских пехотинцев, двадцать оставили присматривать за ФБР, мои ребята стреляли во все, что им нравилось. Они обстреливают небольшие здания из РПГ и поджигают их.


За пятнадцать минут до вылета "Морские ястребы" вернулись, ФБР приказало выйти - и протестовало против этого шага. Майор морской пехоты пригрозил оставить их позади, когда мои люди двинулись на юг, тем путем, которым мы пришли.


Когда последний "Морской ястреб" поднялся в воздух, я повел свои команды обратно к хребту, подсчитал численность, команды перепроверил.


Я передал: "Капитан Хэмбл, эскадрилья "А", отходите на двойной, американский авиаудар через десять минут, держитесь подальше от взлетно-посадочной полосы".


"Двигаемся сейчас", - пришло от Хэмбла.


"Это Уилко, для всех, кто остался на базе - бегите со всех ног, авиаудар неизбежен!"


Я повел команды в быстром темпе, пока мы не оказались на возвышенности примерно в трехстах ярдах к югу от периметра. Я остановился и оглянулся вместе со своей командой, посмотрел на часы, не увидел никакого движения на базе, только поднимался сильный дым.


Вой реактивного самолета предшествовал взлетно-посадочной полосе, нас достиг мощный взрыв, грязь взметнулась на сотню футов в воздух, посыпался бетон.


Второй взрыв, рядом с разбившимся транспортом, и взлетно-посадочная полоса была разрушена, третий взрыв на северном конце взлетно-посадочной полосы, бетонная полоса полностью разрушена.


Главное здание взорвало нижние уровни и обрушилось само на себя в облаке пыли, казармы пострадали и снесены, ангары пострадали и частично разрушаются. Стало тихо.


"Что ж, мы отлично провели время", - выдохнул Рокко, оглядываясь на аэродром. "И Джеймсу Бонду понадобится новый аттракцион".


"За мной", - крикнул я и повернул на запад, и двадцать минут спустя мы встретились с Хэмблом и эскадрильей "А", на лицах были маски, наш маршрут изменился.


Я позвал Хейнса, когда мы ступали по траве и грязи. "Там все спокойно?


"Пока. Каков твой конец?"


"Мы освободили восемь заложников, несколько пленных, и разрушили базу, раненых нет. Возможно, скоро увидим реакцию, когда новость распространится."


Я шел по тому же следу, и по отпечаткам пятидесяти человек было легко проследить, но я полагал, что ни у кого еще не было времени среагировать, поскольку на месте не было войск. Кроме того, между этим местом и границей не было дороги, грузовикам негде было выгружать войска.


Я поддерживал хороший темп в течение часа, прежде чем дал отдых людям, ни у кого из которых не было 66-мм пистолетов или РПГ.


Смитти снял маску с лица. "Что ты думаешь, босс?" - спросил он с красным пятном на лице.


"Эта царапина инфицирована", - сказал я ему, смазал ее кремом и ввел ему половинную дозу антибиотика.


Я подошел к Робби и отвел его отряд в сторону. "Деньги, положи их в мой пакет первой помощи. Все это. Если тебя поймают - это десять лет в камере. Я сообщу об этом по телефону сестре, и мы получим хорошую долю - и заодно избежим тюрьмы."


Робби неохотно засунул деньги в мой рюкзак, немного в лямки.


"Любые кровавые алмазы - выбросьте их. Если вас поймают, это будет долгий срок", - предупредил я их. "И ни с кем это не обсуждай".


Вернувшись в свою команду, я открыл рюкзак Морана и засунул туда наличные.


" Наличными? " переспросил Махони.


"Доказательства", - сказал я ему. Я позвонил сестре в Лондон. "Это Уилко. Отправьте сообщение Дэвиду Финчу: вернули около ста тысяч долларов США, вернем их. Конец сообщения."


"Зачем рассказывать им?" Свифти пожаловался.


"Мы все равно сохраним большую часть этого, но так это будет занесено в журнал, и нас не смогут арестовать".


Полчаса спустя мы двинулись дальше, но вскоре услышали вертолеты. Я передал: "Рассредоточьтесь. Рокко, идите налево, Робби идите направо, Риццо немного отойдите, все вы оставайтесь в пределах радиуса действия."


Я брел дальше, все глаза были устремлены в небо, и вскоре мимо с ревом пронеслись два Ми-8, оба с ракетами, двери открыты, и люди смотрят вниз. Я позвонил Хейнсу. "Ударные вертолеты Ми-8 направляются к вам, приготовьтесь!"


Я услышал гул и остановился как вкопанный. "Ты, должно быть, издеваешься надо мной", - никому конкретно я не сказал.


"Что?" Спросил Свифти.


"Это Ми24!"


"Чертов ад ..." - выдохнул Моран.


Я передал: "Всем командам оставаться в укрытии, это ударный вертолет Ми-24, покрытый броней, ракетами и пулеметами".


Деревья впереди поредели, поэтому я двигался от корки к корке, команда копировала меня.


Мистер Хейнс поверг всех в панику на их полосе, теперь все смотрят в небо, РПГ наготове, 66-мм винтовки наготове, люди спрятаны. Рев нарастал, два Ми-8 кружили, внизу никого не было видно. После третьего обхода Ми-8 ошеломили Хейнса приземлением.


Двери распахнулись, первый член экипажа был ранен из РПГ, выпущенного всего с двадцати ярдов, все внутри погибли, начался пожар. 66-мм пуля попала во второй Mi8, убив всех внутри, по нему открыли огонь из снайперской винтовки, дверь открыта.


Теперь, когда оба Ми-8 в огне, тела на полу, Ми-24 подкралась с юга.


Хейнс поднял глаза и обделался. "Беги!" Только после того, как он побежал, он предупредил тех, кто был на полосе.


Mi24 открыла огонь, ранее удерживаемые позиции были громко разорваны ракетами и пушками, когда парни из 2-й эскадрильи скрылись за деревьями. Возбужденная команда в середине не слышала приказов, но отошла назад, только чтобы обнаружить, что сочная цель просто парит там. Они стреляли из РПГ и 66 мм, "лаки страйк" повредил рулевой винт. Ми-24 начал медленно вращаться, пилот изо всех сил пытался управлять им.


По подбитому вертолету открыли огонь по GPMG, задет хвост, потерян еще один рулевой винт. Mi24 начал вращаться быстрее. Не имея особого выбора, он с глухим стуком опустился.


Ликующие артиллеристы 2-й эскадрильи подбежали к нему с точностью до пятидесяти ярдов - в ушах у них стоял рев, и их обдувало нисходящим потоком, и они по глупости стреляли из РПГ и 66 мм, несколько взрывов, по-видимому, указывали на то, что вертолет поврежден, но броня Ми-24 была в основном неповрежденной, пилота видели выглядывающим в окно - и теперь с воспаленными ушами.


Увидев дыру в задней двери кабины, парень из 2-й эскадрильи вбежал внутрь и выдернул чеку из красной дымовой гранаты, просунув ее через отверстие ударом кулака. Он отступил назад, когда кабина наполнилась красным дымом, которого лучше избегать тем, кто надеется дышать.


Минуту спустя дверь открылась, белокожие пилот и стрелок сдались, и им вспороли животы, когда они упали на колени, из глаз текли слезы. Съемочную группу должным образом избили и утащили, когда Хейнс вернулся на полосу, люди сообщили по рации, что Ми-24 сбит. Чего он не знал, так это того, что его люди теперь целились из 66-мм ружей и стреляли через открытую дверь.


Взрывная волна вырвалась из открытой двери, прохожие получили незначительные ранения, но вертолет не загорелся, что разочаровывало, потому что два Ми-8 ревели. Капрал вбежал и вскарабкался по борту вертолета, открывая люк. Крышка отвинчена, он почувствовал запах топлива. Отбежав назад, четверо мужчин приготовились и открыли огонь по заполненному паром отверстию.


Вспышка пламени, и они ликовали. Не так с Хейнсом, который кричал на них, чтобы они убрали шарпиш, Ми-24 - теперь хорошо оснащенный ракетоносец.


Поскольку все ожидали большого взрыва, ничего не произошло, и полчаса спустя Ми-24 превратился в сгоревший Ми-24, его каркас и броня все еще были целы. В этот момент короткое замыкание электрического тока выпустило ракеты через полосу, повалив несколько деревьев возле гражданских хижин. Все согласились держаться от этого подальше, на всякий случай.


Я тащился дальше, наконец-то получив отчет от Хейнса. "Отличная работа, мы будем на месте через несколько часов". Я передал: "2-я эскадрилья уничтожила три вертолета, так что мы никогда не услышим конца этому. Закрой еще раз."


Добравшись до реки, когда все уже были разгорячены и вспотели, я услышал гул. "Еще больше гребаных вертолетов", - выдыхаю я.


" Можно подождать до темноты, " предложил Моран.


"Может дойти и до этого", - сказал я со вздохом.


Сидя на опушке леса, потягивая воду, мы все смотрели вверх, когда Ми-8 проплывал мимо, разыскивая нас, и мы не хотели, чтобы нас застали на открытом месте. Он вернулся, но мы все вскочили, когда громкий треск 30-мм пушки наполнил воздух, Рысь ворвалась внутрь, Ми-8 упал камнем и задымился.


Я передал: "Всем вставать, скоро вернусь к чаю и медалям". Я бросился вниз и пересек реку, не упав в нее, моя команда следовала за мной. Мы наблюдали за остальными, когда они пересекали границу, Стрейч разразился смехом и несколькими очень громкими оскорблениями.


Тащимся дальше, день был чертовски жаркий, мы потратили чуть больше часа, чтобы добраться до полосы, три вертолета все еще тлели, из-за деревьев появились 2 парня из эскадрильи.


"Было весело?" Я спросил Хейнса.


Он с гордостью заявил: "Мы прыгнули с парашютом, мы сбили этих троих, так что у нас получилась хорошая история. У некоторых парней есть фотоаппараты, и мы сфотографировали сцену, и у нас есть видеокамера."


"Рекламный плакат следующего года", - съязвил я. Отключившись от телефона, я позвонил капитану Харрису и попросил прислать двух "Чинуков", парни осматривали сгоревшие вертолеты и обгоревшие тела внутри, двое заключенных сидели связанные. Теперь вопрос ... было то, откуда они пришли, и кто им платил.


Я стоял над русской командой и допрашивал их по-русски, мужчины признались, что являются инструкторами по подготовке для армии берега Слоновой Кости, и что Ми-8 принадлежали правительству Берега Слоновой Кости. Я покачал головой и отошел, доставая телефон. Я позвонил Максу.


"Уилко?"


"Послушайте, сообщите об этом агентству Рейтер прямо сейчас. Два вертолета Ми-8 армии Кот-д'Ивуара атаковали британские силы в Либерии, оба сбиты, экипаж убит. Вертолет Ми24, также принадлежащий армии Кот-д'Ивуара, был сбит при нападении на британские войска, пилоты взяты в плен. Тогда прокатись туда, где живет мистер Хейнс, и сделай несколько снимков. Как дела с парами?"


"Они убили много повстанцев, взяли несколько пленных, и около десяти пара были ранены, никто не погиб".


Я позвонил в Кабинет министров и изложил им историю, а позже на посла Кот-д'Ивуара будут кричать.


Когда прибыли "Чинуки", они выгрузили припасы, наши заключенные поднялись на борт, команды "Эхо" разделились, и двадцать минут спустя мы приземлились на "ФОБ", наши заключенные направлялись во Фритаун - и им предстояло несколько неловких моментов перед телекамерами. Я оставил "Волков" позади с Хейнсом, его полоса все еще была под угрозой.


За "Чинуками" я мог видеть штабеля ящиков с оружием, но также и ФБР. Я проигнорировал ФБР и вошел внутрь с ребятами, мое оружие в безопасности, полковник Клиффорд приветствует меня.


"В разных местах появляются новости о заложниках и пленниках, происходит небольшой дипломатический скандал, американская пресса пытается проникнуть в Кот-д'Ивуар", - сообщил он.


"2 Эскадрилья сбила 3 вертолета на своей полосе, вся армия Кот-д'Ивуара".


"О, черт. Эта полоса находится внутри Либерии, да?"


"Да, сэр, значит, Берег Слоновой Кости в беде". Я принял напиток от молодого парня, и Клиффорд рассказал мне о том, что произошло в другом месте. Выйдя позже, я позвонил командующему ВВС.


"А, Уилко, мальчик мой, как дела?"


"Очень хорошо, особенно для 2-й эскадрильи".


"Неужели? Почему?"


"Они приземлились на парашютах на изолированном аэродроме, а затем этим утром сбили три боевых вертолета".


"Они сделали? Клянусь богом, мы получим от этого хорошую экспозицию. Есть раненые?"


"Нет, сэр".


"Я попрошу этих операторов из МО вылететь, чтобы заснять все это. И инструкторы парашколы справляются хорошо, четыре падения, большой опыт."


"Да, сэр, все это должно очень помочь. Скоро поговорим, Уилко выйдет."


Я незаметно положил сомнительную наличность в свой ящик и забрал наличные у Морана, прежде чем присоединиться к своей команде, когда они деловито хватали еду из палатки-столовой. Мы сидели и ели на солнышке, потом все разошлись по домам, ФБР все еще изучало ящики с оружием.


Я проснулся, когда солнце начало садиться, весь затекший, и вышел, не разбудив остальных, потому что мне захотелось пописать. Внизу мне дали пива, затем я усадил увлеченного молодого парня почистить мою винтовку, пока я инструктировал его, что делать.


Теперь ФБР ушло, полковник Клиффорд помешал им забрать ящики, что заставило меня улыбнуться. Он проконсультировался с Лондоном, а затем послал Манштейна нахуй.


Мой телефон зазвонил, номер в США. "Уилко здесь".


"Полковник Мэтьюз. Ты можешь говорить?"


"Да, сэр, только что проснулся. У тебя есть заложники?"


"Да, два американца, два немца и несколько африканцев, которых мы высадили во Фритауне. Один из американцев был сотрудником ЦРУ, но похитители никогда не знали этого."


"Я уверен, что парень заявит, что он позволил себя схватить". Я мог слышать смех на заднем плане.


"Заявления в этом роде уже были сделаны, да".


"А пленники, сэр?"


"У нас крупная рыба. Большинство из них находились в розыске, но один - нигерийский нефтяной миллиардер, так что ему придется объяснить, что он делал на том аэродроме."


"Возможно, британское правительство тоже захочет с ним побеседовать, сэр, и я хотел бы несколько минут побыть с ним наедине".


"Держу пари, ты бы так и сделал. Что произошло возле границы?"


"Два Ми-8 и один Ми-24 напали на наших людей, но были сбиты. Они подошли слишком близко."


"Государственный департамент поднимает шумиху по этому поводу и по поводу той базы, которую вы атаковали, Берег Слоновой Кости называет это неспровоцированным нападением, Африканский союз собирается встретиться, Белый дом чуть ли не угрожает засунуть им ядерную бомбу в задницы".


"Ваши ребята получили хорошую рецензию, сэр?"


"Они сделали это во всех новостях за завтраком, так что мы должны тебе еще одну. Но у нас снова была жалоба от ФБР, но на этот раз они также жаловались на наших морских пехотинцев."


"Если бы они оставались еще немного, эти ударные вертолеты были бы проблемой, сэр. Они думают, что они пуленепробиваемые?"


"Гребаное ФБР думает, что значка достаточно. Итак, что дальше в вашей кампании?"


"Там все еще есть отставшие, сэр, это займет несколько дней, затем это миротворческая операция".


"Сенатор Либерсон был в новостях за завтраком, упомянул, что он встретился с президентом Либерии и попросил информацию о заложниках, отчасти подразумевал, что это спасение зависело от него".


"Политики во всем мире одинаковы, сэр. Но скоро у нас может появиться информация о захватчиках заложников в Мали, о тех, кто держал в заложниках скелетов."


"Мы были бы очень заинтересованы в этой работе".


"Я посмотрю, что я могу сделать, сэр".


"Отличная работа, и спасибо за все, мы получили историю, которую хотели. Успокойтесь, капитан."


Положив трубку, Клиффорд поинтересовался, кто такой "сэр", немного расстроенный тем, что американцы назвали меня.


"Нам нужно их сотрудничество, сэр, и время от времени их самолеты. Все как одна большая счастливая семья в НАТО, и все это чушь собачья."


"Эти фэбээровцы расхаживали с важным видом, как будто они владели этим чертовым местом!"


"Но, по крайней мере, вы были добры к ним, сэр", - сказал я с усмешкой, парень все еще чистил мою винтовку.


Подполковник Марш позвонил мне. "Мы думаем, что очистили эту область, так как насчет того, чтобы двинуться на восток".


"Запад, сэр, к западу прячутся повстанцы, к востоку от вас - никого".


"В таком случае, тогда мы двигаемся на запад".


"Да, сэр. Переместитесь в 1 параграфе на пять миль к западу и на две мили к северу, переместите свой отряд на пять миль строго на запад и на две мили к югу, и прочесывайте местность, и продолжайте двигаться на запад, пока не достигнете своей старой базы, сэр. "


"Мы выдвигаемся утром".


"Сообщите майору гуркхов, сэр, у него есть люди на всех дорогах. И любые лишние запасы в вашем текущем местоположении, попросите "Чинуков" перенести их, иначе МОД начнет ныть."


"Хах, я теперь кинозвезда, предназначенная для киноэкрана. Они нанесли на меня косметику, затем поверх нее крем для лица, и мне пришлось почистить зубы."


Я рассмеялся. "Я уверен, что вы выглядели очень мило, сэр".


"Это то, что сказали здешние дерзкие ублюдки".


Изучая карту, я передал задание морским пехотинцам, сорок человек должны быть переведены во 2-ю эскадрилью сегодня вечером, на всякий случай. Я попросил, чтобы они были хорошо вооружены GPMG и 66 мм, и я обновил Хейнса, его полоса пока еще тихая и ласково известна как "кладбище вертолетов".


Многие ребята из "Эхо" спустились ночью, так как большинство из них спали днем. Они почистили снаряжение и пополнили его, и я провел двадцать минут с Дикки и Моури, описывая действие на доске с картами. У Смитти все еще болело лицо, но армейские медики проходили мимо и осмотрели. Я кричал на Рокко, Риццо и Робби, и они проверяли каждого на наличие инфицированных ран или сокращали им зарплату.


Рано утром я получил сообщение, что премьер-министр нанесет сегодня секретный визит и приземлится на рассвете. Я потратил полчаса, пытаясь привести себя в порядок, но это была всего лишь надежда, и я сел в джип, направляясь в аэропорт в 4 утра. Я впервые ехал по этому маршруту, и было приятно путешествовать по сельской местности и городам - хотя и в темноте.


Долгими двумя часами позже, на плохих дорогах, мы проехали два отдельных контрольно-пропускных пункта, и я был впечатлен, когда мы ехали вдоль линии Геркулеса, полиция королевских ВВС с собаками охраняла их вместе с парнями из 37 эскадрильи в сером полумраке.


В отделе разведки было тихо, ночные дежурные озадачены моим внезапным появлением.


"Премьер-министр спускается", - сказал я им, внезапная паника, чтобы прибраться в комнате, несколько человек проснулись рано - и не ценят, что их разбудили рано. Я сидел с кофе, мне подали бургер из микроволновки, и я был очень признателен сотрудникам Intel, которые расспрашивали о моей поездке в Кот-д'Ивуар.


Час спустя, когда дневная смена начала прибывать и меня уведомили о визите, приземлился самолет, и я вышел на улицу, захватив джип. Мы подъехали к самолету и подождали, пока он остановится, маленькому пассажирскому реактивному самолету HS748 цвета королевских ВВС.


Когда двигатели заглохли, дверь наконец открылась, как раз в тот момент, когда подъехали джипы с полковником Марчантом и его старшим штабом.


Я отдал честь. "Премьер-министр поднял вас рано, сэр?"


"Он сделал. Но он босс."


Премьер-министр ушел в отставку с непринужденным видом, министр обороны вместе с ним, глава Военно-воздушных сил и глава Объединенного комитета начальников штабов.


Я отдал честь. "Добро пожаловать в Сьерра-Леоне, премьер-министр". Мы пожали друг другу руки.


"Сегодня тихо?" - спросил он, пожимая руку полковнику Марчанту.


"Пока, сэр, но еще рано".


Мы сели на джипы и направились к офису полковника Марчанта, охрана снаружи вытянулась по стойке смирно. Внутри был приготовлен чай и кофе, предложен торт, множество стульев расставлено по краям офиса.


Все еще прижимая к груди винтовку, я сел с чашкой кофе, вскоре все расселись.


Премьер-министр столкнулся со мной. "Ночью американцы разбомбили две базы в Кот-д'Ивуаре, сбили вертолеты и другие самолеты, но избежали жертв, эскалации, в которой я все еще не уверен. Вертолеты, которые атаковали наших людей ..."


"Я говорил с русскими пилотами, которые выжили, и они работали на армию Кот-д'Ивуара, обучая других пилотов - в этом факте не было сомнений, и база, на которую я напал, находилась там десятилетиями".


Он кивнул. "Завтра состоится заседание Африканского союза, ООН обсудит это, призовет миротворцев".


"Последняя группа миротворцев торговала кровавыми алмазами и насиловала местных девушек", - указал я.


"Да, вполне, поэтому мы сопротивляемся. Что осталось делать?"


"Есть небольшие группы повстанцев, сэр, но это не угроза. Они представляют угрозу для наших людей, разъезжающих по дорогам, поэтому нам нужно попытаться убрать как можно больше, но из четырех тысяч оригиналов ... около пятисот человек все еще живы."


"Иисус", - глава Военно-воздушных сил не упомянул. "Вероятно ли, что нас будут критиковать за это?"


"Возможно, сэр, но французы похоронили большинство из них, Красный Крест не шарит поблизости, и большинство убитых в джунглях останутся гнить там, где они есть".


Премьер-министр сказал: "А наш друг в Монровии?"


"Рад помочь любым способом, и если мы хотим не допустить Красный Крест, он мог бы охранять свои собственные границы, впуская нас и никого другого".


"Это один из вариантов", - размышлял премьер-министр. "И я слышал, что его люди встречаются с нашими и болтают?"


"Да, сэр, и они передают свиней и цыплят".


"От него не исходит никакой угрозы в будущем?"


"Он видел программу Би-би-си о нашем десанте пара ... и нагадил в штаны."


Они смеялись.


"Да, это были хорошие кадры", - согласился премьер-министр. "И это подразделение солдат королевских ВВС?"


" 2-я эскадрилья полка королевских ВВС, сэр, " поправил я его. "Они приземлились на парашютах на отдаленном аэродроме на рассвете, захватили его, затем сбили три боевых вертолета - по крайней мере, так будет сказано в истории".


"Что произошло на самом деле?" - спросил глава королевских ВВС.


"Вертолеты не смогли обнаружить ваших людей, сэр, приземлились и открыли двери, затем получили ракету в голову с расстояния двадцати ярдов".


"Мы замнем это", - предложил он, мужчины засмеялись. "И 1 эскадрон?"


"Они присоединились к гуркхам и увидели кое-что интересное, сэр, все еще находясь глубоко в Либерии и живя нелегкой жизнью, кое-какие контакты".


"А Парас?" - спросил глава Армии.


"Движутся на запад одним большим отрядом, сэр, прочесывают джунгли в поисках отставших, несколько человек получили незначительные ранения".


"Сколько времени это займет?" - спросил премьер-министр.


"Несколько дней, сэр, если только ... ты хочешь, чтобы я затягивал это."


"Стоимость - это один фактор, раненые - другой, но как только с этим покончено, они возвращаются в казармы", - отметил премьер-министр. "Мы решили отменить некоторые крупные учения и вместо этого направить сюда людей, даже морскую пехоту и флот".


"Рысь никогда не делала так много и не сделает этого снова", - сказал я им. "Они обстреляли ту базу с заложниками и сбили четыре боевых вертолета и один стационарный, и теперь телевизионщики снимают документальный фильм".


"Этот фильм будет показан в каждом вербовочном пункте", - вставил премьер-министр. "И шип огромен, больше, чем тройной".


"Что янки сделают с главарем, стоящим за этим, сэр?"


"Мы просим, чтобы он предстал перед судом у нас или в Гааге, но сначала они хотят знать, какая у него была связь с похитителями. По-видимому, он допустил ошибку, дав интервью на каком-то авианосце. Его спросили, почему он остановился в здании с похищенными американскими гражданами, на что он ответил, что они были ... его держат в хижине."


Мы смеялись.


"Он вляпался в это", - предположил я с улыбкой.


"Американцы сказали ему, что он получит электрический стул, поэтому он стремится сотрудничать", - отметил премьер-министр.


Я кивнул. "Вы хотите, чтобы я попробовал запустить здесь пробные миссии, сэр, чтобы получить больше опыта для различных подразделений?"


"Мы отправим обратно Пара и поменяем другие подразделения, по три недели здесь за раз", - сказал он мне. "Морские пехотинцы должны были провести масштабные учения, но сейчас они придут сюда".


"Для них этого достаточно, сэр, нужно обыскать много джунглей, там много маленьких групп. Когда будет выход?"


"Дней через пять или около того", - сказал он.


"Затем, через семь дней после этих пяти дней, - начал я, " мы должны организовать грандиозное мероприятие в Брайз Нортон, вроде авиашоу, семьи и хот-доги, все тамошние подразделения, облет. И французский, конечно."


"Да, это будет хорошее шоу, шанс поблагодарить их всех", - согласился премьер-министр.


"Шанс вручить пилотам "Рыси" официальную благодарность, сэр, чтобы доить это в прессе".


"У тебя талант манипулировать прессой", - сказал он с улыбкой. "И да, награда, в преддверии новогодних почестей".


"Военно-морским силам не стоит о многом кричать, это поможет", - предложил я.


"У вас здесь снова было ФБР?" - подтолкнул премьер-министр.


"Да, сэр, и на этот раз именно полковник Клиффорд послал их нахуй". Они смеялись. "Не я".


"У них есть пленники и оружие, чего еще они хотят?" - спросил премьер-министр.


"Они хотели, чтобы мы сдали это оружие, но им пользуются мои ребята, сэр".


"Общая стоимость самолетов, уничтоженных в Кот-д'Ивуаре, была оценена в более чем сто шестьдесят миллионов фунтов стерлингов", - отметил премьер-министр. "Но мы винили американцев".


"На перроне стоял очень сексуальный элегантный черный вертолет Augusta, поэтому мои парни использовали его для стрельбы по мишеням". Они смеялись. "И я одурачил морских пехотинцев США, заставив их присоединиться, поэтому, когда высадилось ФБР, они обезумели. Они пытались регистрировать оружие, морские пехотинцы США пытались стрелять из него."


"В американских новостях их люди спасали заложников, никаких упоминаний о ваших людях, и что их люди шли через джунгли".


"Их люди действительно шли через джунгли, сэр, следуя за моими людьми".


Премьер-министр взглянул на главу армии. "МОД немного смутил тебя ... призвал к авиаударам США, вместо того, чтобы действовать по каналам."


"Время было дорого, сэр, но если от меня потребуется действовать по каналам, я это сделаю".


"Учитывая, что делают ваши люди, и законы, которые они нарушают, я думаю, мы все знаем, что лучше не обращаться по каналам или записывать вещи".


Я столкнулся с главой армии. "Я консультировался с полковником Клиффордом на каждом этапе пути, сэр, и с руководителем операций в SIS, и я обсуждал высадку десанта со многими".


Он кивнул. "Мы ценим вас, просто остальная Армия пользуется каналами".


"Если бы вы знали о том, что натворили мои люди, вы бы не спали, сэр, так что считайте, что вам повезло, что отчеты не попадают на ваш стол".


"И мы надеемся, что ничего из этого никогда не выйдет наружу", - отметил премьер-министр.


"Это маловероятно, сэр".


" А американцы?.. " подтолкнул локтем командующий армией.


"Они звонят почти каждый день, сэр, полковнику Мэтьюзу из Пентагона, и я - несколько раз - организовывал спасение его людей, их рекламную акцию. Как прямой результат, когда британские военнослужащие подвергались риску, они помогали со своими самолетами. Жизни были спасены."


"Таким образом, мы не можем слишком сильно жаловаться на эти отношения", - вставил премьер-министр.


Глава армии начал: "Какой была поддержка отсюда, в аэропорту?"


"Мы получаем все, что нам нужно, в два раза быстрее, подразделения на передовой получают полную поддержку, поставки всегда вовремя или досрочно. Команда полковника Марчанта проделала отличную работу."


"А королевские ВВС?" - спросил глава королевских ВВС.


"Пилоты "Чинуков" проделали фантастическую работу, сэр, они, должно быть, устали, и десантирование с парашютом прошло без сучка и задоринки".


"И это странное использование инструкторов нашей парашютной школы?"


"Некоторые в SAS привыкли считать, что ... обучать HALO людей, которые никогда не стреляли в гневе, было неправильно. Теперь с этим разобрались, потому что они в гневе сделали выстрел и выбросились с парашютом за линию фронта. Я бы хотел оставить их здесь на некоторое время, сэр, им нужно набраться большего опыта.


"И по моему возвращению я предлагаю создать объединенную группу разработчиков HALO, регулярные встречи, регулярную практику".


"Да, я мог бы это организовать".


Я начал: "Джентльмены, маленькие войны хороши для вооруженных сил, хороши для набора и обучения, для приобретения опыта, для сержантов следующего года. Если до следующей войны останется десять лет, люди устареют, и я смогу инсценировать небольшие конфликты в последующие годы. Может показаться странным, но что нужно солдатам, так это время от времени устраивать маленькие войны, иначе им становится скучно. Это как тренировать гонщика, который никогда не участвует в гонках.


"Мы могли бы обойтись без этого десантирования, но вы все видели это в новостях, и вы знаете, какой эффект производит эта видеозапись, как на публику, так и на военнослужащих. Эта маленькая война продвинула британские вооруженные силы на годы вперед."


"Да, мы очень хорошо знаем об этом", - вставил премьер-министр. "И стремлюсь подоить его до того, как все закончится. Фактор хорошего самочувствия в армии никогда не был лучше."


"Боюсь, премьер-министр, что мне было бы трудно найти какой-либо сценарий, в котором использовались бы наши тяжелые танки".


Они смеялись.


"Им придется придерживаться Солсберийских равнин", - сказал премьер-министр с улыбкой.


Они задавали полковнику Марчанту вопросы о логистике и правительстве Сьерра-Леоне, затем последовали моему предложению прокатиться на "Чинуке".


Два полицейских королевских ВВС с винтовками сопровождали премьер-министра, и мы полетели сначала на склад, вниз и наружу, "Чинук" остался ждать, его винты работали на холостом ходу. Я позвонил заранее, так что большинство проснулись и смирились с этим.


Я представил полковника Клиффорда и его команду премьер-министру, были даны ответы на вопросы, валлийские гвардейцы выстроились в шеренгу, премьер-министр беседовал с молодыми парнями. Внутри они изучили карту, предложили чай, и я отправил Николсона, Свона и Леггита вниз с капитаном Мораном, зная, что они будут хорошо себя вести.


Николсон продемонстрировал свою винтовку и прицел, задал вопросы о нестандартном дизайне, и я попросил своих снайперов пойти с нами, на всякий случай.


Следующей остановкой была база морской пехоты в джунглях, удивленная группа морских пехотинцев отдавала честь, майор морской пехоты был растрепан. Он показал премьер-министру свой лагерь и подробно рассказал, чем они занимались, пока "Чинук" работал на холостом ходу.


Следующей остановкой был новый полевой штаб Пара, перекресток, и мы сели на этом перекрестке, озадаченные Пара выглядывали. Подполковник Марш вышел из-за деревьев со своим старшим штабом и отдал честь, ведя нашу группу обратно в их самодельный лагерь, взлетает, дается краткое описание их операции. Поскольку у него было двое раненых, они должны были лететь обратно с нами.


Конечной остановкой была база, которую я посещал три раза, и нас встретили драгуны и гуркхи, задавали те же вопросы, пожимали руки, делали фотографии, осматривали лагерь военнопленных, в котором сейчас находится более двухсот человек - все хорошо накормленные.


"Что мы будем с ними делать?" - спросил меня премьер-министр.


"Лучше всего было бы дать им гражданскую одежду, немного денег и выставить их за ворота", - сказал я ему. "Если им никто не платит, они не возьмутся за оружие".


"Кажется достаточно справедливым; это их страна, так что они могут снова слиться с населением, и у нас не будет такой головной боли".


"Чинук" высадил меня и моих снайперов обратно на брелоке, премьер-министр махнул рукой и направился обратно в аэропорт, к своему отъезду.


Внутри Моран спросил: "Все в порядке?"


"Да, быстрый визит, никто в него не стрелял".


"Что нас ждет дальше?"


"Немного отдохни, потом посмотрим, но паразиты будут выведены через несколько дней, и мы, вероятно, передадим это регулярной армии".


И два дня спустя Парас получили свои приказы о высадке большого отряда морской пехоты. Парас были отправлены на грузовиках обратно во Фритаун, полк королевских ВВС отозван, морские пехотинцы удерживают базу недалеко от границы совместно с французскими солдатами. Волки были возвращены.


Но я поручил инструкторам парашколы сделать несколько вставок с имитацией ОРЕОЛА, и все они спустились ночью и прошли десять миль до ближайшей дороги, чтобы вернуться обратно. Они снова упали днем и снова следующим вечером.


Я позвонил майору Либану, и его тоже вытаскивали. Он сообщил, что жители деревни вернулись в свои дома, и что им заплатили за то, чтобы они похоронили тела и починили здания, французы обустроили счастливый дом и починили взлетно-посадочную полосу. Французские транспорты приземлились.


2-я эскадрилья вернулась на базу на "Чинуке", которую отвезли в аэропорт после того, как я поблагодарил их всех. После хорошей стирки Пара сели на самолет "Тристар", направляющийся в Великобританию, в Кению они не вернулись, их снаряжение в Кении было отправлено домой.


За плечами у полиции теперь было очень много патрулей, и поэтому их отозвали, мужчинам обещали отпуск, теперь все с бородами и очень грязными ногтями на пальцах.


Самолеты королевских ВВС "Геркулес" отправились в свое долгое путешествие на север, некоторые направились в Кению, "Чинуки" остались и получили подкрепление, четыре должны были действовать.


После того, как мои ребята упаковали ящики и проверили их, прилетел полковник королевской морской пехоты, и я проинформировал его о том, что осталось сделать. У него было четыреста морских пехотинцев, и они должны были патрулировать с гуркхами и валлийскими гвардейцами, которым было поручено остаться на некоторое время.


Последнее, что я сделал перед тем, как покинуть БРЕЛОК, это передал карту и прикрепленные к ней заметки Максу и сфотографировался с молодым парнем, у которого произошла осечка, в маске для лица.


Наш "Тристар" забрал Echo, Intel и the Wolves обратно в Брайз Нортон, и мы приземлились в 3 часа ночи под дождем, чертовски холодным дождем, все жаловались. Автобусы были загружены для короткой обратной поездки, и в нашем доме Свифти нашел записку от члена парламента Пита, а также дюжину газет. В записке говорилось: "Сегодня четверг, свежее молоко в холодильнике".


Мы приготовили пиво, а затем тихо сидели в нашем холодном жилище, наша одежда провоняла.


Через несколько минут я сказал: "Я достану ребятам немного наличных на следующей неделе, неделю отдыха. Я говорил с Дэвидом Финчем. Он поменяет доллары США на фунты."


"Куда-нибудь собираешься?"


"Лондон, у меня есть вещи, с которыми я хочу разобраться. И они захотят подробного отчета. Многое произошло."


Свифти кивнул.


"Ты куда-нибудь собираешься?" Я спросил его.


"Не думал об этом. Зима здесь, так что ... Может быть, Тенерифе."


Я кивнул. "Теплое солнце, песчаный пляж, девушки в бикини, холодное пиво, никто в тебя не стреляет".


Уилко:

Одинокий волк


Книга 5


Джефф Волак


Богота


Не успел я привыкнуть к доктору Саре, как однажды вечером она случайно обронила в нашей беседе за ужином, что ей предложили краткосрочную должность для замещения кого-то другого на Борнео, и она уезжает через неделю. И что это продлится "всего три месяца".


Я плохо скрыл свое разочарование и вздохнул, а несколько дней спустя она упаковала свои вещи, и вскоре в моем холодильнике не осталось корма для кроликов. Я сразу пошел и купил бургеры для микроволновки, проявив свою бунтарскую жилку; моя мужественность снова отпечаталась на моем холодильнике, рулона туалетной бумаги больше нет на подставке, сиденье унитаза поднято.


Но ночью я снова был один.


"Я буду здесь, когда ты вернешься", - сказал я ей, прежде чем она уехала, но она уловила мой тон, не то чтобы я был полностью уверен, каким был мой тон на самом деле, или почему я теперь боялся пустой квартиры.


Я заехал к Свифти, который несколько дней назад вернулся из отпуска; за несколько дней до этого мы выпили пива "наверстаем упущенное". Он поехал на Майорку один, некоторое время отсутствовал, загорел, расслабился на несколько дней, познакомился с немецкой девушкой и несколько дней трахал ее, потом ему наскучило - и загорать, и трахаться с немецкими девушками.


Загорелая Стриж впустила меня и открыла для меня банку пива. "Проблемы?"


"Моя девушка ушла, бросив меня", - передразнил я.


"Заведи другого", - категорично заявил он.


Я сидел со своим пивом, пока он изучал меня. "Она возвращается через три месяца".


"Тогда возьми одну на три месяца или по одной в неделю, пока она не вернется". Он сел и уставился на меня.


Я воспользовался моментом. "Когда я вернулся из Сьерра-Леоне, я... несколько часов сидел в холодной темной квартире, размышляя, что бы я делал, если бы оставил все это позади."


Свифти отступил назад. "У нас с тобой обоих несколько раз был такой день". Он воспользовался моментом. "Хрен с твоей головой, не так ли, пытаешься быть нормальным".


Я кивнул и отхлебнул пива. "Я не могу представить, каким бы я был без службы".


"Я тоже, и есть несколько таких, как мы, вот почему на кладбище полно бывших солдат, как и в тюрьмах".


Я снова кивнул. "У меня не было ничего, кроме презрения к старожилам, но теперь я понимаю это немного лучше".


"Своего рода боевая усталость", - предположил Свифти. "Мы видим больше действий, чем кто-либо другой, гораздо больше, чем придурки из эскадрильи "Е", которые теряют самообладание, поэтому, когда мы остановим это дерьмо ... мы будем намного хуже их.


"Адреналиновая усталость" - это другое выражение, привыкание быть на вершине, на грани, рисковать своей жизнью каждый день, чувствовать кайф, значит ... пустая квартира, нечего делать. Как ты думаешь, почему все старые придурки сидят в баре и рассказывают истории. Это потому, что они одиноки и не могут справиться."


"Я не знаю, когда это случилось, это просто ... внезапно ударь меня", - сказал я ему.


"До отряда Эхо я был в порядке, по твоей вине мне сейчас пиздец", - сказал он мне. "До того, как появился ты, у меня была одна опасная работа каждые три месяца".


Я заглянул в свою банку. "Ты бы вернулся к тому, как это было?"


Он воспользовался моментом. "Нет, мне нравится то, что мы делаем, я зависим от этого, как и все остальные. Мы футболисты премьер-лиги, и мы побеждаем каждую неделю, наша аудитория любит нас, наши менеджеры похлопывают нас по спине. Кто бы захотел бросить это?"


Я медленно кивнул. "Думаю, с этого момента я буду придерживаться случайных отношений".


"Она добралась до тебя?"


"Не она как таковая, просто ... то, что кто-то был рядом, когда я вернулся домой, было лучше, чем то, что там никого не было."


"Нам нужно чаще бывать в клубах, может быть, снять квартиру в Кардиффе, отдельную квартиру, несколько комнат, пользоваться ею по выходным. Мы бы не сказали об этом Трэвису и Жаку, только старшему персоналу."


Я улыбнулся. "Я уверен, что Боб устроил бы нас".


"Я слышал, что Роулсон ведет себя подло ..."


Я поднял глаза и кивнул. "Он избавился от многих старших, пришло больше молодых парней, и они проходят круглосуточный тест, а теперь еще больше из них проходят трехдневный. Он задумал создать команду добровольцев, чтобы соперничать с нами."


"Неплохая идея, " предложил Свифти. "Они могут поддержать нас. Но я думаю, что он задумал заменить нас, по крайней мере, отобрать у нас несколько рабочих мест."


"Как и должно быть, и у меня с этим нет проблем, но силы не разлучат наших ... побеждающая футбольная команда после нескольких неудач."


"Тогда лучше избегать неудач, " отметил Свифти.


"Я встречался с Бобом, и он хочет, чтобы было больше шпионских тренировок, меньше минометов и 105-мм, но многие парни не подходят для такого рода работы, ни Рокко, ни Риццо, ни Стрейч, ни Солти. Ты и Моран, Слайдер, Смитти и Томо, Трэвис, может быть, Лэсси, не уверен, кто еще был бы хорош под прикрытием."


"Да. Свифти вздохнул. "Рокко в смокинге - это Джеймс Бонд".


Мы смеялись.


"Не вижу этого, " добавил Свифти.


"Тебе нравится такая работа?" Я спросил его напрямую.


"Немного поработал, неплохо справился. Предпочитаю бой стоя. Но... это зависит от работы и команды."


"Скоро будет больше работы телохранителя", - сказал я ему. "Такие места, куда не пошел бы ни один нормальный человек. Как в Боготе."


"Приятное местечко", - съязвил он. "Но у SAS давние отношения с Колумбией, несколько парней из эскадрильи "Е" регулярно работают там телохранителями, кое-что работает с американцами, рейды на кокаиновые фермы - но местные всегда знали, что они придут. Не могу доверять местной полиции, или политикам, или некоторым американцам, несколько агентов DEA были найдены с чемоданами, полными наличных."


"Парни возвращаются в понедельник, я видел нескольких поблизости", - начал я. "Но мы можем уехать на следующей неделе из-за угрозы британскому послу там".


"Кого бы ты взял?"


"Нас всего пятеро. Ты, Риццо, Томо и Наполеон, как я понял, ребята хорошо владеете пистолетами. Один парень всегда остается в стороне, действует команда из четырех человек."


"Я слышал, Томо хорошо обращается с пистолетом".


"Он рисует быстрее меня и попадает туда, куда целится, как и Наполеон. Моран и майор могут управлять делами, организовать некоторое обучение."


На следующий день мне позвонил Риццо, вернувшийся из своего десятидневного отпуска в Таиланде со Стретчем и Рокко. Я встретил их в "карри хаус", парни загорелые и выглядят расслабленными, в кричащих рубашках, и они рассказали мне все в деталях.


Они прилетели в Бангкок, а затем на Пхукет, в хороший отель с несколькими бассейнами, чтобы порезвиться, и пробыли там всего час, когда в двери их гостиничного номера постучали проститутки - предлагали массаж при смене часовых поясов. Ну, когда в Таиланде.


После этого они много пили и платили за минет три раза в день - и, по-видимому, с большой скоростью, и все трое признались, что не трахали маленькую тайскую леди, поскольку массаж и минет были такими хорошими, и ни один не признался в сексуальном заболевании.


Похоже, они хорошо провели время, и я немного завидовал моим взлетам и падениям с доктором Сарой, но они признались, что в конце каникул им стало скучно, они немного побегали и поплавали и с нетерпением ждут возвращения.


Я убедился, что засиделся допоздна и много выпил, а поздно вернувшись на такси, сразу лег спать, даже не проверив квартиру на наличие смертоносных убийц, у меня не было времени размышлять о своей сексуальной жизни - или ее отсутствии.


В воскресный обеденный перерыв я встретился с Анри и Жаком. Они поехали домой в Лион, встретились с семьей, а затем отправились на южное побережье Франции со старыми друзьями из Иностранного легиона, оба моих француза теперь загорелые.


Через час после расставания с ними я встретился с Махони, только что вернувшимся из Флориды. Он явился к своему командиру для беседы и подведения итогов, несколько дней встречался со своими приятелями и взял старую любовь во Флорида-Кис, но все пошло не так хорошо.


После отличного начала им вскоре не о чем было говорить, и она рано уволилась, оставив его с одинокой квартирой, в компании всего одного незадачливого грабителя, которого Махони избил до полусмерти, и нескольких дней, потраченных впустую полицией. Тем не менее, он немного порыбачил и расслабился на несколько дней, и после того, как я рассказал ему обо всех своих проблемах, он почувствовал себя лучше.


Утро понедельника, 8.45 утра, и Отряд был переполнен и шумел, и я не делал попыток созвать собрание до 10 утра. Все обменивались историями, некоторые показывали фотографии, некоторые хвастались тем, как хорошо прошли их каникулы, Трэвис поймал модель в пин-ап на пляже на Ибице, повсюду демонстрировались снимки обнаженной полароидной натуры.


В конце концов, они договорились.


"Хорошо, " начал я, пока майор проверял свое досье. "Сначала нам нужно проверить комплект, посмотреть, что было повреждено или утеряно. Итак, сержанты, вы знаете, что делать, полная проверка снаряжения, все оружие еще раз почищено и проверено.


"У всех, у кого все еще есть травмы - смотрите МО, дайте нам знать, если вам нужно время на восстановление, и дайте нам знать, если уровень физической подготовки вызывает сомнения.


"Хорошо, в эту среду следующие люди отправляются на работу телохранителями; я, Свифти, Риццо, Томо, Наполеон. Мы отправимся в Боготу в Колумбии, очень неприятное и опасное место для простых смертных, но не для нас. Поработайте с пистолетом и с М4, который у нас, вероятно, там будет.


"Мистер Моран, Роко, вы организуете обучение, пока нас не будет, но Боб хочет, чтобы больше занимались подготовкой шпионов, а у майора есть детали, так что вы будете посещать курсы по наблюдению и контрнаблюдению, фотографии, подслушивающим устройствам, вещам о Джеймсе Бонде - все это очень весело.


"Вам будут даны упражнения по слежке за кем-либо в группах в транспортных средствах, пешком и в лондонском метро. Я ожидаю, что у тебя все получится - иначе. Многие из вас пройдут модифицированный курс рукопашного боя, и я хочу, чтобы все достигли очень высокого стандарта владения пистолетом, те, кто еще не достиг его.


"Майор, если бы вы могли пригласить кого-нибудь из экстернов на те же курсы, мы бы увеличили количество людей, которые могут выполнять функции наблюдения.


"Кроме того, капитан Моран, Смитти, возьмите несколько уроков пилотирования, и мы организуем уроки вертолетостроения, когда я вернусь, для меня и Свифти в том числе, чтобы однажды мы могли украсть старый русский вертолет или использовать его для вставки. Итак, сегодня весь комплект проверен, формы заполнены. " Я повернул голову. "Майор".


Майор просмотрел список травм, сделанные записи, людей, которые должны пойти посмотреть на МО и быть выписанными. Тесты на пригодность будут через две недели, и многие ребята получат репетиторов по языкам, кассеты и книги, экзамены, которые нужно сдать, и прогресс, которого нужно добиться.


Во вторник я повел свою команду из Боготы на стрельбище, все снимали и чистили пистолеты до боли в пальцах, вынимали и стреляли в штатских куртках, израсходовав огромное количество патронов.


Под холодным серым небом мы практиковались в командной работе, стреляли холостыми патронами в пистолетах, и чем хороши холостые патроны, так это тем, что они вызывали много "заеданий", поскольку пистолеты не всегда выбрасывали патрон. "Остановка!" часто раздавалось, когда мы водили сержанта Краба по базе, изображая посла, вытаскивая оружие и стреляя холостыми патронами, когда на нас нападал руководящий персонал.


Мы были готовы настолько, насколько могли быть готовы после четырех часов сценариев и практики, и все мы собрали запасные магазины, чтобы каждый носил по пять полных магазинов в полевых условиях. Наши M4 были проверены, произведен пробный выстрел и заперты в металлические ящики с большим количеством боеприпасов, и в среду мы вылетели из Нортхолта королевских ВВС на самолете представительского класса среднего размера, с ящиками для посылок в задней части и несколькими дипломатами на борту.


Неизвестные нам до полета, мы сделали остановку в Канаде, затем на Багамах и, наконец, приземлились в Боготе спустя долгих восемнадцать часов после вылета из Лондона, новые пилоты везли нас с Багамских островов на юг. Моя задница потеряла все чувства.


Во время полета я читал книги о торговле наркотиками, партизанских войнах и операциях ЦРУ в Колумбии и Центральной Америке, книги в мягкой обложке распространялись повсюду, как шлюхи в Таиланде. Риццо храпел большую часть пути, и мне удалось поспать пять часов, прежде чем мы приземлились, и я чувствовал себя достаточно хорошо, когда мы выруливали из аэропорта Боготы в предрассветной темноте.


Нас ждали джипы с кондиционерами и пуленепробиваемые, нас встречал человек из посольства. Незадолго до того, как мы приземлились, я открыл нашу металлическую коробку и выдал кобуры и пистолеты, а также магазины, но никому не разрешалось заряжать их в самолете.


Теперь, сидя на заднем сиденье большого джипа, где хватило места для всех нас, мы зарядили оружие и взвели курок, парень из посольства бросил быстрый взгляд через плечо на металлический лязг.


"Итак, ты Уилко", - сказал он, когда мы отъезжали в колонне из двух машин, окружающий мир был средне-серого предрассветного цвета.


"Настоящее имя капитан Милтон", - сказал я его затылку. "Но немногие используют это".


"Твоя репутация опережает тебя", - заметил он, когда мы выехали на главную улицу, ведущую на восток, к далеким зеленым холмам. "У нас есть конкретная угроза, исходящая от семьи члена картеля, схваченного в Лондоне ..."


"Чарло Родригес?"


"Тебя проинструктировали?"


"Нет, просто почитай газеты".


"Ну, его семья - влиятельные игроки, и они обещали поквитаться за гибель британских граждан, поэтому мы принимаем дополнительные меры предосторожности, если это действительно возможно - здесь все равно очень туго. VIP-посетитель через несколько дней, и он спрашивал о тебе."


Я понял, кого он имел в виду, когда выглянул из окна на современный город, прямые проспекты с газоном посредине. Все выглядело достаточно цивилизованно, чистый и современный город, несколько желтых такси, совершающих свою утреннюю торговлю.


Мы повернули прямо на юг по главной улице, слева от нас был крутой холм за многоэтажными домами, и мы миновали несколько парков.


"Это не выглядит таким уж опасным", - отметил я. "В Африке я видел и похуже".


"Для среднего гражданина жизнь в порядке, просто когда вы касаетесь банд, чиновников и коррупции, жизнь становится интересной. Безработица высока, поэтому хорошо оплачиваемая работа в банде привлекает некоторых молодых людей."


"Посол повсюду разъезжает на пуленепробиваемой машине?" Я спросил.


"Да".


"Единственный способ остановить это - пятьдесят кал или РПГ, так что шансов взять его живым после такого попадания очень мало".


"Этот стакан, он должен выдерживать температуру в пятьдесят кал, разбиться, но не разбиться".


"Ты веришь в это?" Спросила я, гуляя по пустым улицам. Я изучил карту улиц, ребята тоже, и все было очень прямолинейно - длинные параллельные проспекты, высокий холм на востоке - отличное средство навигации.


"Я бы предпочел не подвергать это испытанию. В меня стреляли на таком же джипе год назад, стекло треснуло. Внутри немного шумно, это нервирует, но перед тем, как я вышел, я прошел все курсы, и они продемонстрировали различные виды оружия, поражающие это стекло, так что я был достаточно уверен."


Я кивнул. "Это стекло хорошо для скользящего удара, но двести пятьдесят кал при девяноста градусах пробьют дыру, если они попадут в одно и то же место", - сказал я, когда мы проезжали оранжево-коричневые высотные жилые дома и офисные здания со стеклянными фасадами.


Мы свернули с главной авеню, трамвайные линии были видны на зеленой разделительной полосе, и мы остановились у шлагбаума, где дежурили двое полицейских в форме. Окна опущены, предъявлены удостоверения личности, шлагбаум поднят, и нас пропустили на парковку, которая находилась на уровне улицы, двое британских королевских морских пехотинцев на посту настороженно наблюдали за нами с винтовками в руках.


Мы подъехали и спрыгнули вниз, двери машины хлопали и отдавались эхом, наш набор достали сзади, плюс металлические ящики, и мы дотащили набор до лифта, поднялись на три уровня и оказались в помещении, очень похожем на гостиничный коридор, несколькими дверями ниже и в общую комнату с выходящими из нее дверями.


"Это ваши, команда бывших телохранителей SAS уже здесь, сейчас, я полагаю, спят". Он раздал ключи от комнат, и мы поставили металлические ящики в мою комнату, маленькую комнату, похожую на любой гостиничный номер во всем мире.


"Ты отстраняешься до завтра, так что можешь немного отдохнуть. В общей комнате есть микроволновая печь и гриль, хорошо укомплектованный холодильник и полноценная столовая на этом уровне в конце. Утром будет полный брифинг, так что... думаю, просто успокойся."


Я сказал ребятам принять душ, распаковать вещи, поспать, если они хотят, и никуда не уходить.


После душа я воспользовался общей комнатой, Свифти присоединился ко мне, с восходом солнца приготовили кофе, и мы сидели, болтая, изучая карту улиц.


Час спустя, зевая, вошел мужчина и оглядел нас. Ему было чуть за сорок, но выглядел он соответственно - бывший солдат. "Тогда кавалерия здесь", - язвительно заметил он, постучав по чайнику.


"Ты, должно быть... Малкольм, известный как Малли, - сказал я.


Он покосился в мою сторону. "Мы встречались?" - спросил он, готовя себе кофе.


"Я прочитал ваше досье, поскольку я действительно командую эскадрильей "Е". Я Уилко, также известный как капитан Милтон, и ваша дальнейшая прибыльная работа зависит от моего согласия."


"О, тогда ладно. Я бы лучше почистил ботинки, " сказал он, садясь напротив меня.


"Твои ботинки.... Мне плевать на твое отношение, мне плевать, так что забудь об этом быстро или сядь в самолет, чтобы никогда больше не работать на нас. Если у меня есть какие-либо сомнения на твой счет... ты не будешь работать бок о бок со мной и моими ребятами. Итак, допейте свой кофе, плесните немного воды на лицо и подумайте о том, что бы вы хотели сделать ... краткосрочная карьера с точки зрения."


Он улучил момент, бросил взгляд на Свифти. "Ну, с точки зрения краткосрочной карьеры... Мне здесь очень нравится, тепло и дешево, за работу хорошо платят. Капитан. Так что я хотел бы остаться."


"Все, что тебе нужно, делай... будь профессионалом, прими наше присутствие здесь, не желая сравнивать свой член с нашим, и я внесу рекомендацию в твое досье." Я сварил себе еще кофе.


" Я Свифти, " вставил Свифти.


" А, так и думал, что узнал тебя. " Он отхлебнул кофе. "Итак, вы были заняты спасением каждого заложника, которого нужно было спасти. Мы получаем газеты здесь, и мы получаем сплетни."


Свифти сказал: "У нас хорошая маленькая команда, два отряда, и мы хорошо работаем вместе. Уилко не потерпит вокруг себя идиотов, все парни подобраны вручную, тщательно обучены. Мы выставляем постоянных клиентов в плохом свете."


Он кивнул. "А ваши подтвержденные убийства?"


Свифти скорчил гримасу и пожал плечами. "Когда ты убиваешь пятьдесят шестьдесят человек в день, каждый день, ты не в счет. Мы наблюдали действие каждый месяц в течение двух лет."


" А Сьерра-Леоне? " подтолкнул он локтем. "Против наших собственных".


Свифти кивнул. "Мы застрелили около десяти бывших солдат, тренируя плохих парней, готовых к перевороту. Включая Трелласио и Мэллоя."


"Я хорошо знал Мэллоя, знал Трелласи - немного неуравновешенный. Я бы сказал, что он продал бы собственную мать, но, полагаю, он действительно это сделал."


" Он забрал кровавые алмазы, " вставил я. "И он обучил плохую компанию, поэтому он переступил черту. В такой работе всегда лучше не расстраивать Лондон. И они знали, что мы из SAS, и все равно напали на нас, немного подло."


"Да", - согласился Малкольм. "Но некоторые парни сделают что угодно за нужные деньги, они тратят все, а затем возвращаются к следующей работе ... пока что-то не пойдет не так. Как тюремная камера или неглубокая могила в джунглях. Я бы не пошел по этому пути, я бы сначала устроился охранником, но это неплохой номер."


"В тебя стреляли здесь?" Я спросил.


"Однажды, случайный идиот с крыши. Вы получаете их, и коммунистов, конечно, странный шанс. Здесь не так уж плохо, достаточно тихо, но на севере - настоящий ад. Некоторые из наших парней работают там частными телохранителями, и это опасная работа. Расстрои картели, и они тебя порежут, расстрои коммунистов, и они тебя порежут. " Он встретился взглядом со Свифти. "Ты знаешь Хаггарти?"


"Встречался с ним несколько раз", - признал Свифти. "Настоящий гребаный идиот".


"Он отправился на север, телохранитель, и однажды в его главного героя стреляют из 9-миллиметрового пистолета, никто не пострадал, но Хаггарти открывает стрельбу в кафе из М4, убивает сестру босса картеля. Картель обратился к руководителю Хаггарти, который передал его, и Хаггарти был повешен возле того кафе, кастрирован, с вырезанными глазами, языком, оставлен там умирать. Они сказали, что смерть заняла десять дней, не самый приятный путь."


"Приятное местечко", - съязвил Свифти.


"На севере есть прибрежный городок, и если тебя поймает конкурирующая банда, они разрубят тебя на куски и выбросят в море, под домами на сваях. Ночью сюда приходят акулы, это не место для купания, но местные дети плавают в нем. Немного хреновое место."


"А коммунисты?" Свифти подтолкнул локтем.


Недавно они поймали одного, и он оказался местным уважаемым школьным учителем, который просто надевал ботинки в выходные, чтобы немного развлечься. Женат, трое детей, награды "За заслуги" за благотворительную деятельность. Поди разберись, да."


Малкольм потягивал кофе, изучая меня. Он обратился к Свифти, указывая на меня. "Он так хорош, как о нем говорят?"


"Просто повезло", - сказал ему Свифти с ухмылкой. "Три или четыре раза в неделю ему везет, он убивает плохих парней, спасает заложников, выходит живым. Просто большая удача."


Я улыбнулся. "Я продолжаю говорить людям это, но они не слушают. Все сводится к удаче."


Свифти добавил: "В Сьерра-Леоне пуля попала в магазин, который он носил, иначе пуля прошла бы прямо через его грудь и сердце. Слепая удача."


Я кивнул. "В Боснии меня ударили восемь раз в грудь, каждый раз по журналу. Еще дюйм влево, и мы бы не вели этот разговор. Быть национальным героем с отличной репутацией ... это результат длинной серии удачных моментов."


"Что ж, " начал Малкольм, " будем надеяться, что ваша удача продержится еще немного, капитан, или, по крайней мере, пока я не получу эту рекомендацию. Отправь это, пока тебя не пристрелили."


"Твоя забота о моей безопасности вызывает у меня теплое сияющее чувство", - сказала я ему, быстро рассмеявшись.


"А если бы я хотел лучшей работы в будущем?" Малкольм подтолкнул локтем.


"Тебе придется доказать свои способности", - сказал я ему. И твоя решимость. Тебе придется пройти некоторые из моих тестов."


"Мне больше не двадцать пять", - пожаловался он.


"И я уверен, что мировые террористы дали бы вам фору, прежде чем преследовать вас, учитывая ваш возраст".


Свифти посмеялся над Малкольмом, когда наш старожил откинулся назад с раздраженным видом.


Сидели за обедом в переполненной столовой со Свифти и Наполеоном, Риццо и Томо спали, подошел мужчина в костюме и сел.


"Помнишь меня?" - спросил он меня.


Я воспользовался моментом. "Церемония награждения".


"У тебя острый глаз и хорошая память. Я работаю с Бобом. Извините, я работаю на Боба, не хотел бы, чтобы меня убили."


Я улыбнулся. "Боб и мухи бы не обидел, если бы это не стояло у него на пути".


"Именно. Раньше я был с ним на равных, но благодаря тебе ему повезло. И Петров - золотой козырь, так что я здесь, в солнечной Боготе."


"Наркотики?" Я спросил.


Он кивнул. "С тех пор, как "Русский дом" прекратил свое существование, или его сокращение, мы занимаемся серьезными преступлениями, наркотиками, перевозчиками оружия".


Я кивнул, точно зная, как все это работает. "Что-нибудь интересное" ... здесь, внизу?"


"Мы сыграли важную роль в том, что случайно удалось вырваться на Чарло. У его пластического хирурга была шлюха, которой он хвастался, когда был пьян, и это привело Чарло в холодную британскую тюремную камеру. Но все же мы утверждаем, что все это было результатом тяжелой работы."


Я широко улыбнулся и отхлебнул кофе.


Он добавил: "Чак из лондонского ЦРУ был здесь несколько недель назад, и мне не доставляло удовольствия дразнить его из-за твоего похищения".


"Он был раздосадован, если не сказать больше", - сказал я, ухмыляясь. "И теперь он в большом долгу перед Бобом после того, как мы поймали горстку русских торговцев оружием в Африке".


"Да, и Боб никому не позволил ... забыть о таких успехах. Скажи мне, как ты поймал Олега?"


Вставил Свифти: "У его вертолета возникла неисправность, он врезался в бетон, его занесло и он остановился прямо перед нами, а он спрыгнул в шести футах перед нами и сдался".


Наш гость откинул голову назад и рассмеялся. "Конечно, ходящая вокруг история о хорошей разведке, о том, как вы выслеживали его в джунглях, о длительной перестрелке ..."


Я сказал ему: "Это версия, которую мы предпочитаем".


"Твой секрет в безопасности со мной".


"Правдоподобна ли эта угроза?" Я спросил.


"Так же правдоподобно, как и остальные десять, которые были у нас на этой неделе. Но, поскольку Чарло находится в сырой камере, а местным нравится их месть, в этом есть некоторый смысл."


"Единственный способ напасть на пуленепробиваемую машину - это уничтожить ее", - указал я.


Он кивнул. "Они бы выбрали платного уборщика на каком-нибудь мероприятии. Вы знаете, некоторые люди на самом деле добровольно идут на такую работу, потому что их семья получает вознаграждение и настроена на всю жизнь, так что отец с тремя детьми, собирающимися поступать в колледж, может взяться за такую работу, даже зная, что его убьют."


"Это делает мою работу намного сложнее", - сказал я со вздохом. "Одноразовые убийцы".


"Давайте просто перестреляем всех уборщиков", - съязвил Свифти.


В тот вечер, после их дежурства, я встретил трех других телохранителей, одного бывшего военного полицейского с хорошим отношением, одного бывшего сотрудника СБ с разумным отношением, еще одного из эскадрильи "Е" с плохим отношением. Тем не менее, после того, как я взвел курок своего пистолета, завел его и ткнул пистолетом ему в пах, он получил сообщение - что я не буду придуриваться, что его член чувствует мой пистолет.


Утром у нас был брифинг о том, как себя вести, обычных протоколах общения с послом и его сотрудниками, планировке здания, достопримечательностях города, обычных маршрутах и альтернативных маршрутах, правилах ведения боевых действий.


Брифинг продолжался до обеда, раздавались заметки и карты. У меня был с собой спутниковый телефон, также Swifty, и мы запрограммировали номера; прямая линия здесь с назначенным координатором по безопасности, местной англоговорящей полицией безопасности, офицерами разведки, парнем из FCO в Лондоне, отвечающим за безопасность всех посольств по всему миру.


Этот парень был ключевым, потому что предполагалось, что у него будут все последние данные о любом уровне угрозы в любой точке мира, и у него будут обновленные данные о Чарло и его родственниках.


Я позвонил ему за ланчем.


"Дежурный офицер."


"Мистер Барридж?"


"Да?"


"Уилко, SAS".


"А, звоню из солнечной Боготы. Как дела?"


"Как раз собирался спросить тебя об этом".


"Ответ ... никаких изменений, но очень правдоподобная угроза, учитывая, что мы проводим призовую индейку здесь, в Лондоне".


"Есть ли фотографии и имена местных жителей?"


"Выеденного яйца не стоит, нет, они, как правило, платят людям с чистыми послужными списками за то, чтобы они снимали пот".


"Так я слышал. Любые изменения, пожалуйста, дайте мне знать. "


"Одно небольшое обновление; вчера был избит его шурин по незначительному обвинению. Местные власти пытаются оказать на него давление, не в последнюю очередь содержанием на открытой территории тюрьмы строгого режима в Боготе. Ходят слухи... это не очень приятный отель."


"Я могу себе представить. Уилко на свободе."


Я сидел, размышляя в течение часа, а затем позвонил Бобу. "Ты не спишь, Боб?"


"Здесь мы опережаем вас на четыре часа, так что да".


Просто проверяю. Послушай, сделай мне одолжение, и выясни, есть ли какие-нибудь русские плохие парни, томящиеся в отвратительных тюрьмах Боготы."


"Почему ..?"


"Брат Чарло избит, и ... Петров."


"Ах ... о, это было бы здорово".


"Должен был выглядеть искренним, и тебе пришлось бы вытащить меня из тюрьмы".


"Я немного подумаю над этим, проверь записи".


На следующий день нам предстояло первое дежурство, хитрый, Томо в запасе. И на следующий день мы просто сидели без дела, проходили часы, посол совершал одну короткую поездку в английскую школу для британских бывших пэтов, никто не стрелял в него травкой, даже уборщик.


Мы вернулись к 15:00 и стояли до 19:00, когда мы сопроводили посла в его роскошную резиденцию. Он пригласил меня войти, ребятам сказал подождать в боковой комнате, и он представил своего сына, который сейчас в гостях и собирается поступать в Сандхерст. Будущий молодой офицер чуть не упал в обморок, когда его отец объяснил, кто я такой.


Я ел с семьей, хорошая еда и в изобилии, много говорили о моих спасениях и о том, что повлечет за собой армейская жизнь для парня. Мы обсудили военное право, кодекс поведения и этику, и я дал ему несколько сценариев, хорошую подготовку к его предстоящим занятиям.


На обратном пути ребята все были заинтригованы, а потом все ныли, что мне удалось поужинать с послом и его семьей, когда они пили только кофе и печенье.


В тот вечер позвонил Боб. "Ты один?"


"Да, сидел в моей маленькой комнате".


"Нас интересует русская банда, мы хотели бы иметь кого-то внутри, и они переправляют оружие преступникам и наркоторговцам одинаково. В основном они прячутся в Панаме, присутствуют в пограничном городе. Вопрос в том... как вы встречаетесь с ними и предлагаете свои услуги."


"Можно было бы создать впечатление, что я в бегах, каковым Петров и является. Но нам нужен кто-то, кто его знает."


"Среди наших местных мужчин мало кто его знает, но одно неверное слово, и они тебя пристрелят".


"Что ж... это высокий приоритет?" Я спросил.


"Расправляюсь с этой бандой, да".


"Поймай их или просто заставь уйти".


"Смотря что проще".


"А брат в тюрьме?"


"Мог бы посадить тебя в камеру рядом с ним, но я бы посоветовал сделать это после некоторого участия в банде в Панаме. Иначе, как мы объясним твой побег из тюрьмы?"


"Здесь люди сбегают из тюрьмы?" Я спросил.


"Раньше так и было, охранники были подкуплены, но не сейчас", - настаивал Боб.


Итак... Я встречаю банду на севере, а затем попадаю в плен."


"Это опасно, и если бы тебя убили..."


"Не более опасно, чем все остальное, что я делаю", - предположил я. "Вертолет может упасть в любой момент".


Через два дня наступит вечер, тебе нужно быть там, но после этого ... это дает нам время что-то спланировать."


"Небольшая группа избранных, Боб, держи себя в руках, ничего не записывай на бумаге или в компьютере, у здешних плохих парней достаточно денег, чтобы подкупить людей в Лондоне".


"Это будет сохранено в тайне", - заверил он меня.


На следующий день мы возили заместителя посла на встречи, увлекаясь этим, Томо с нами.


После третьей встречи Томо быстро отыграл, но не стал стрелять, заместитель посла бросился в свою машину, когда я приближался к дворнику с поднятыми руками.


"Пистолет у него в штанах", - спокойно сообщил Томо, когда прибыла полиция.


Офицеры в форме обыскали мужчину, нашли старый револьвер и забрали мужчину.


"Отличная работа", - сказал я Томо. "Рад, что ты его не застрелил".


Заместитель посла выглядел взволнованным в машине, прежде чем мы тронулись с места, а час спустя пришел Малкольм и застал нас за едой.


Он сел. "Тот парень с револьвером, он чист, он просто носил его для защиты, как и многие люди здесь". Он столкнулся с Томо. "У тебя хорошее зрение, сынок. Но почему ты не пристрелил этого ублюдка?"


"Не нужно", - настаивал Томо. "Он был разбит, вокруг никого больше не было, и ему пришлось бы потрудиться, чтобы вытащить его оттуда, где он был".


"Хорошая работа", - сказал я Томо. "Нам не нужно, чтобы местная пресса поливала нас дерьмом просто так".


Утром посол попросил меня, и я объяснил инцидент.


"Ваши люди спокойны под давлением, но я подозреваю, что остальные четверо уложили бы этого дворника двадцатью выстрелами".


"Что бы вы предпочли, сэр?"


"По-вашему, никакой стрельбы без крайней необходимости".


Я кивнул. "Мой любимый способ тоже, сэр".


На следующее утро прибыл премьер-министр со своим отрядом - и он тепло приветствовал меня, прежде чем мы сели с послом и обсудили стабильность в Западной Африке и спасательные операции, посол провел несколько лет в Африке.


Час спустя, с накладными усами на месте и в солнцезащитных очках, я повел свою команду к автомобилям, парковка теперь была заполнена, и мы поехали вслед за машиной премьер-министра по мертвым прямым дорогам, полицейские мотоциклы впереди нас, и мы вернулись в 4 часа дня без происшествий, весь день в автомобилях с кондиционерами или в конференц-залах с кондиционерами. У меня начался кашель.


В 17:00 парень из Ми-6 пришел и нашел меня в спешке. "У нас есть достоверная информация, вооруженные люди готовы стрелять в машину посла сегодня вечером".


"Достань мне побитую старую машину, или две, и оставь посла здесь. Мы прокатимся до резиденции посла и обратно. Проинструктируйте его обычного водителя - и заверьте его."


Я собрал парней, забрал четырех первоначальных телохранителей и повел их в общую комнату. "Хорошо, слушайте внимательно, затем готовьтесь; у нас есть небольшая работенка. У разведки есть достоверная информация о сегодняшнем нападении, поэтому мы отправим машины посла следовать тем же маршрутом, но мы будем на гражданских машинах, одна впереди, одна позади. Я буду впереди, Риццо в машине посла - тебя повысили до посла."


Я указал на Малкольма и его команду. "Ты следуешь позади, и - если происходит нападение - ты нападаешь на них сзади".


"Подожди", - сказал бывший полицейский, выглядя обеспокоенным. "Если у нас есть информация, что местный отряд по борьбе с беспорядками устроит ловушку и схватит их, мы не будем стрелять во всеоружии".


Я столкнулся с Малкольмом. "Это здесь обычная процедура?"


"Да, мы бы не стали переходить в наступление".


"Что может произойти, если мы позвоним в местную полицию?" Я спросил его.


"Что ж... они бы отправили несколько дополнительных машин и расследовали сами."


"Они, должно быть, уже что-то знают", - настаивал я. "Разведданные должны быть местными!"


"Возможно", - согласился Малкольм. "Но местная полиция никогда бы не позволила нам устроить засаду".


"Мы не устраиваем засаду, мы просто ... проверяем маршрут, прежде чем посол поедет домой", - тихо настаивала я, широко разведя руки. "Теперь скажите мне, если полиция будет присутствовать, боевики просто отвалят и попытаются снова на следующей неделе?"


Команда Малкольма переглянулась. "Возможно", - согласился Малкольм.


"Итак ... на следующей неделе нас здесь не будет, будешь ты", - указал я. "Мы отпугнули их несколькими мигающими синими огоньками, а ты... на следующей неделе устрою облаву в задницу." Я вздохнул. "Хорошо, я не могу рисковать вами, ребята, мы протестируем маршрут и посмотрим, что получится, вы отступаете".


Малкольм нахмурился, глядя на меня, а затем встал. "Я вызываюсь помогать. Капитан."


"Хорошо, твой выбор. Ребята, возьмите M4s."


Они выстояли.


Бывший парень из SBS встал. "Я тоже доброволец".


"Итак, принято к сведению, приготовьтесь, мы отправляемся, когда у нас появятся машины для слежения".


Я оставил двух последних старожилов сидеть с озадаченным видом, и мы открыли нашу металлическую коробку, раздали М4 и проверили, раздали боеприпасы, дымовые гранаты и светошумовые шашки, маленькие французские светошумовые шашки, содержащие CS-газ.


Для этой работы использовались радиоприемники меньшего размера - проводные наушники, которые были розданы и протестированы. У Малкольма и других были ручные радиоприемники, зашифрованные, но наши можно было переключить на постоянную передачу, и они либо работали хорошо, либо издавали помехи.


Я позвонил в Министерство юстиции.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, SAS, Богота. Сегодня вечером у нас реальная угроза, мы собираемся проехать маршрут без Посла в машине и посмотреть, что произойдет. Обязан ли я уведомлять местную полицию?"


"Нет, они обязаны уведомить вас и защитить посла".


"Делаем ли мы что-нибудь не так, двигаясь по маршруту в тяжелом вооружении?"


"Нет, вовсе нет".


"Правила ведения боевых действий, учитывая, что мы подозреваем нападение?"


"Как обычно, защищайте себя и директора, очень осторожно, в кого стреляете, не распыляйте это вокруг".


"Дымовые гранаты подойдут?"


"Да".


"Благодарю вас, сэр".


"Ты - существо... вы очень осторожны, капитан?"


"Мне не нужно еще одно навязчивое расследование, у меня их было несколько".


"Я понимаю, но вы отметили все флажки, и вы действуете профессионально, делая этот звонок и проверяя".


"Я сообщу вам позже, сэр. Уилко на свободе."


Следующий звонок был Бобу. "Слушай, у нас есть информация о засаде ..."


"Я только что услышал, да. Что ты будешь делать?"


"Проедьте маршрут без Посла в машине, посмотрите, что произойдет. Скорее всего, ничего не произойдет."


"Хорошо, держите меня в курсе".


В гараже мы встретили обычных водителей, и я заверил их, что, скорее всего, ничего не случится, и они казались довольно скучающими. Я догадался, что это была не первая их ложная тревога.


Наш парень из Ми-6 организовал передачу двух служебных машин. Они не были избиты, но и не выглядели как официальные машины. Риццо занял место Посла, М4 остался на месте, когда я сел в маленький "фиат" со Свифти и бывшим парнем из SBS. Наполеон, Томо и Малкольм были бы в маленькой оранжевой Шкоде.


По радио раздался голос Томо. "Босс, пообещай мне, что ты никому не скажешь, что мы были в оранжевой Шкоде", - взмолился он, и смех отозвался эхом.


"Если ты хорошо поработаешь... возможно, я оставлю это за рамками своего отчета. Кроме того, с того места, где я сижу, она больше розового цвета."


"Это, блядь, оранжевый!" - прозвучало в ответ.


Свифти выехал первым, все еще улыбаясь, предварительно согласовав маршрут туда и обратно с обычными водителями, и нашим обычным водителям было поручено следовать за нами, но на расстоянии двадцати ярдов, или максимум двух машин между нами. Остальная часть моей команды последовала бы за мной.


Когда солнце начало садиться, мы поехали на север, вскоре подъехав к светофору. Я опустил окно, быстро переписывая. Освещение изменилось, напряжение ощутимо, взгляды повсюду, мы со Свифти часто смотрим в зеркала, сзади видны два белых джипа, между нами одна гражданская машина, в ней две женщины.


Мы поехали дальше, но медленно, машины двигались вокруг нас, несколько разгневанных вечерних пассажиров сигналили нам, и мы без происшествий проехали еще один светофор, миновав полицейский патруль и что-то похожее на чей-то пуленепробиваемый конвой.


Проехав милю, мы свернули на восток, съехав с двухполосной дороги, и теперь движение усилилось, вскоре мы повернули обратно к себе и направились на юг, к дому посла.


"Мусорный контейнер!" Мы со Свифти сказали почти одновременно.


"Приготовиться!" Я передал. "Мусоровоз, справа, большая зеленая штука, странно припаркованная".


Двое мужчин стояли рядом с ним, курили, окурки валялись у их ног, двое мужчин сидели в кабине.


"Чертовски очевидно или что!" - пожаловался Свифти.


"Пройди мимо них и полегче", - прошептала я, мы были так близко, окна опущены.


Сразу за мусорным контейнером я приоткрыл дверь на дюйм, М4 наготове. Внезапное движение в зеркалах привлекло наше внимание, большой зеленый мусорный контейнер выдвинулся и протаранил головной джип, раздался хлопок и хруст, из мусорного контейнера вырвался столб дыма.


Свифти нажал на тормоза, но мы все равно ползли. Я резко повернул налево, громко сигналя на заблокированную дорогу и на то, что казалось простой аварией.


Человек в машине позади нас пригнулся при виде моего M4, и когда я проходил мимо него, согнувшись пополам, я увидел восьмерых вооруженных людей, которые тоже согнулись пополам и двигались шеренгой, используя мусорный контейнер в качестве прикрытия. Они увидели меня слишком поздно, когда я обогнул гражданскую машину, на их лицах был полный шок. И все они были сбиты в кучу, под углом ко мне, почти спереди.


Я был вне своей машины в течение двух секунд, когда нажал на спусковой крючок, одна длинная очередь прошила людей от передней части их маленькой шеренги до задней, а затем снова до передней.


Когда я стрелял, я не знал, что стреляет Свифти или парень из SBS, но когда я опустился на колени за гражданской машиной, чтобы сменить магазины, раненые передо мной были усеяны десятками пуль.


Очередь разорвала асфальт рядом со мной, глухое эхо пробивающегося металла донеслось до меня, когда я выстрелил снова, попав в двух раненых, которые отстреливались - но короткими очередями, и они были единственными, кто стрелял в ответ.


Когда эти люди были повержены, я развернулся, полный круг, люди бегали и кричали, но я не мог видеть, чтобы кто-нибудь наставлял на нас оружие.


"RPG!" - раздался голос, и я нырнул вниз. Взрывная волна накрыла меня, и я знал, что в спину мне попал рикошет.


В ушах звенело, дым валил, я в спешке поднялся и остановился как вкопанный. Кабину мусорного контейнера подбили, и она раскололась, как жестянка, теперь ревущая и горящая, чья-то голова на дороге рядом со мной. На мгновение мне пришлось остановиться и моргнуть, озадаченный этим.


Повернувшись направо, туда, откуда прилетела РПГ, я прицелился в окно, из которого выглядывали два лица. Я поразил обоих, или, по крайней мере, они исчезли из виду.


Внезапно стало тихо.


Рядом со мной появился Свифти, его лицо было в крови. "Не самая лучшая цель, не так ли?"


"Они попали в мусорный контейнер", - недоумевал я.


"Целились в джип, но слишком высоко".


Риццо обошел вокруг, сквозь дым. "Ты все еще жив?"


"У меня какая-то хрень в спине", - сказал я ему, осматривая сцену. Я столкнулся со Свифти. "Тебе больно?"


"Немного рикошета".


Томо и Наполеон подбежали трусцой, Малкольм с ними, завыли полицейские сирены.


"Ты в порядке, босс?" Томо спросил меня. "Ты весь в крови".


"У меня есть кое-какие детали", - сказал я ему, пока Малкольм проверял тела и отбрасывал АК47.


Наполеон улыбнулся. "Томо ударил парня по яйцам".


"Он сделал?" Я озадачен.


Томо объяснил: "Этот дорожный знак мешал, пришлось пригнуться, почти ничего не было видно, так что ударь его несколько раз по ягодицам". Он пнул по голове, как футбольный мяч. "У этого парня был плохой день".


Я указал на открытое окно второго этажа. "Какой-то ублюдок там, наверху, с РПГ".


"Дерьмовый, блядь, прицел", - сказал Риццо, обычный водитель посла, потрясенный и смотрящий на нас, как на сумасшедших.


Когда полиция приблизилась, я крикнул: "Оружие на землю, руки вверх!" Мы все положили оружие, руки подняты, полиция бежит вперед и осматривает место происшествия и тела, наш водитель объясняет, кто он, кто мы, полиция не слишком беспокоится в любом случае, руки опущены, а оружие подобрано.


Свифти похлопал меня по плечу, широко улыбнувшись. Он указал на наш аттракцион, теперь его пересекала диагональная линия отверстий. "Принадлежит какой-то секретарше".


"Ой", - выдыхаю я. "Мы будем популярны".


Из гражданской машины, которая была позади нас, ближе к мусорному контейнеру, выполз мужчина, широко раскрыв глаза и осматривая сцену. Только сейчас я заметил повреждения на его машине.


"Извини, приятель, тебе нужно будет потребовать свою страховку", - пошутил я.


"Ты... Британец? " послышался британский акцент.


"Да, откуда ты?"


Брайтон. Я... живи здесь ... например ... строительство." Он взял свою машину, теперь изрешеченную дырами.


"Просто машина, приятель, радуйся, что ты жив".


Он потер лицо и сделал глубокий вдох, втягивая голову в ноги Томо. "Первая неприятность, с которой я столкнулся с тех пор, как попал сюда, до сих пор все было хорошо: дешевая вилла, красивый вид, бассейн".


"Звучит заманчиво", - сказал я ему, когда прибыло больше полицейских, а также машин скорой помощи, на улице собралась толпа, лица выглядывали из окон. "Свифти, за мной, остальные - возвращайте другие машины, сопроводите посла домой. Но не признавайся, что ты розовая Шкода."


Они смеялись.


"Это, блядь, оранжевый!" Настаивал Томо, исчезая в затяжном дыму.


Они обогнули мусорный контейнер, пока я вел Свифти к машине скорой помощи, доставая свой телефон. "Боб, мы попали в засаду, застрелили десятерых из них, повреждена одна из машин посла, легкие ранения, я сейчас направляюсь в местную больницу, организуй для нас полицейское прикрытие, а?"


"Ты ранен?"


"У меня какая-то хрень в спине, потребуется операция".


"Жук. Хорошо, я сейчас сделаю несколько звонков."


Я позвонил в Министерство юстиции. "Это Уилко, SAS, Богота. Ситреп: попадание в засаду, десять рентгеновских снимков сделаны, легкие ранения на боку, угроза устранена."


"Дорогой бог, я подумал, что это была просто еще одна угроза. Целью мог быть премьер-министр!"


"Должен ли он был позже обедать в доме посла?"


"Нет".


"Тогда он не был целью. Уилко на свободе."


Мы позаботились о нашем оружии, не то чтобы болтливого парамедика это заботило, ему нравился футбольный клуб "Манчестер Юнайтед", и вскоре мы были в больнице, без моей куртки, с прокладками на ранах, с М4 в руках.


Нас перехватил ряд полицейских федералов, один из которых хорошо говорил по-английски, и мы сдали наше оружие, когда вошли в больницу, в сопровождении четырех офицеров с каждой стороны. Но, по крайней мере, они не хотели говорить об английских футбольных лигах.


Врачи, которые все хорошо говорили по-английски, подвели меня к кровати, сняли с меня наплечную кобуру и рубашку, и я потряс их. Они осмотрели мою спину лицом вниз, и я был усыплен.


Я проснулся от яркого солнечного света, проникающего в окно, и я расслабился, морщась. Я расслабился, когда ко мне вернулись воспоминания: двое полицейских в синем по другую сторону стеклянной панели, Томо сидел в кресле и читал книгу в мягкой обложке.


Он поднял голову. "Ты все еще с нами, шкипер?"


Я кивнул. "Вода", - прохрипел я.


Он протянул мне воду, и я отпил из нее. "Они оперировали тебя, но сказали, что это несерьезно, что это можно было сделать под местной анестезией, вытащив несколько кусочков металла и немного ветрового стекла - или что-то в этом роде".


"Приятно знать".


"Этим утром я разговаривал со своей мамой в Великобритании, это во всех новостях, и они говорят, что мы предотвратили покушение на премьер-министра, и они упомянули вас и то, что мы избили их, фотографии тел и того сгоревшего грузовика с мусором".


"Ты выстрелил какому-то парню в яйца?" Спросила я, нахмурившись.


"Да, единственный вариант, который у меня был", - сказал он с улыбкой. Риццо так и не смог выстрелить, его протаранили, и двери заклинило. Хотя эта RPG могла испортить ему день."


Я кивнул, как мог, лежа под углом. "Премьер-министр все еще в посольстве?"


"У него сегодня какая-то встреча, сотня гребаных полицейских вокруг посольства; ну и смущены они были, во всех новостях".


"А люди, стреляющие из РПГ?"


"Мужчина и женщина, вы окрылили их обоих. Тупые ублюдки бьют своих же людей."


"Нам повезло".


"Нам всегда везет, шкипер. И несколько вкусных медсестер здесь, и все, что я заметил, вроде испанских птичек."


"Так и есть ... Испанские птицы. Свифти в порядке?"


Пара швов, вот и все. Он вернулся прошлой ночью."


"Немного приподними мою кровать", - попросила я, и он нажал кнопку на проволоке, и я приподнялась.


Час спустя подошла группа, посол и премьер-министр вошли ко мне.


"Как дела, капитан?" - спросил премьер-министр, пожимая мне руку.


"Ничего серьезного, сэр, просто несколько осколков в спину от попадания РПГ в грузовик. Я надеюсь, что сегодня тебя здесь не будет."


"Вы и ваши люди предотвратили нападение, убили двенадцать человек, двое взяты под стражу", - сообщил мне премьер-министр, когда они стояли надо мной. "Отличная работа во всех отношениях, но именно поэтому мы попросили тебя".


"Они охотились за вами, сэр", - сказал я послу, и улыбка с его лица исчезла. "ПМ не должен был посещать ваш дом".


Он угрюмо кивнул. Рискованная работа, но, по крайней мере, процесс разведки сработал, и мы, вероятно, также отправили бы конвой-приманку. Могла ли эта РПГ проникнуть в транспортное средство?"


"Трудно сказать, но я бы сказал, что да - они могут пробивать броню, если бы стреляли из противоборствующей головки. К счастью, они были никудышными стрелками, плохо подготовленными и дрессированными, и они убили своих людей по ошибке."


"Счастливый случай", - отметил премьер-министр. "Нам не нужны люди, стреляющие ракетами по нашему персоналу. Ну, ты выздоравливай, я думаю, они скоро доставят тебя обратно, и молодец, отличное шоу."


Парень из Ми-6 заглянул позже, после моего ужина. "Ты все еще цел и невредим?"


"Ничего особенного".


"Я говорил с Бобом, и у нас есть ваше оружие, телефон, удостоверение личности и тому подобное, местным бы не доверял".


"ПМ предложил мне вылететь самолетом, но я останусь, я могу восстановить силы здесь, может возникнуть необходимость ... быть здесь."


"О, ну, нет проблем, доктор может посетить посольство. Я не думаю, что были приняты какие-либо меры, чтобы отправить вас отсюда."


"Есть что-нибудь о стрелках?"


"Все чистые, наняты на одну работу, немного обучены, обычная история, но один из них связан с Чарло".


"Тогда кусочки головоломки складываются. Я сомневаюсь, что этот мусорный контейнер вскрыл бы пуленепробиваемый джип, и их винтовки не пробили бы его. RPG могла бы сработать, но вторая машина могла ускользнуть, так что это был не самый продуманный план."


"Нет, любители, что часто бывает здесь в наши дни; выбросьте одноразовых убийц, которых чертовски трудно предотвратить".


Они выпустили меня около 10 вечера, и это странное время для того, чтобы кого-то освобождать, и несколько парней сопроводили меня обратно, моя куртка теперь испорчена. Мне пришлось бы купить одну.


Я нашел Свифти и Малкольма в общей комнате.


"Все еще жив?" - Спросил Малкольм.


"Испортил эту чертову куртку", - сказал я, постучав по чайнику. "Любая жратва, больничная еда была дерьмовой".


Свифти указал на холодильник. "Сэндвичи там, бургеры в микроволновке".


После бургера и банки пива я почувствовал себя лучше, многие парни заходили поболтать; вчера Риццо возглавлял команду, защищавшую премьер-министра, никаких инцидентов. Я поболтал с майором и Бобом по спутниковому телефону и с Мораном, который завидовал, что его здесь нет, и он передал несколько грубых сообщений от парней.


Той ночью я спал лицом вниз, чертовски неудобная поза на маленькой кровати, а утром Свифти проверил мои швы, смазал их антисептическим кремом, снова надел прокладки.


В середине утра, когда все еще было спокойно, позвонил Боб. "У нас есть возможность, но нам нужно действовать быстро. Раздобудь грубую одежду, немного наличных - я поручу своему человеку в посольстве помочь, и он отвезет тебя в аэропорт, частным самолетом в Панаму, документами дипломатической защиты.


"Как только вы окажетесь в Панаме, вас высадят на обочине дороги, и вы станете Петровым в бегах. Направляйтесь к пограничному городу Ла Пальма, но будьте очень осторожны и не показывайтесь на глаза. Найдите отель Granada на главной улице, посидите с пивом, наш человек найдет вас, кодовое слово "ледяное пиво", которое, как мы надеемся, больше никто не должен использовать."


"Ла Пальма", отель "Гранада", пиво со льдом", - повторил я.


"Он сведет тебя с местными русскими, остальное зависит от тебя. Скажи, что ты пытаешься добраться до Боготы, к русскому по имени Юрий Слав, который все исправляет. Он был убит несколько дней назад, но ваш персонаж этого не знает."


"Юрий Слав. Понял. Как я узнаю, что это та самая русская группа?"


"Босс из Томска, очень низенький и толстый, любит высоких девушек".


Я рассмеялся, представив их. "А моя добыча?"


"У нас есть фрегат королевского флота на Карибской стороне, так что я под каким-нибудь предлогом возьму на борт четверых ваших, при наличии "Рыси". Позвоните на коммутатор здесь и оставьте сообщение, но если вы находитесь в жаркой местности, это будет сложно, вам нужно будет находиться на склоне холма или на побережье."


"Я иду туда ни с чем, кроме наличных?"


"Да, сделай так, чтобы все выглядело так, будто Петров пытается спрятаться, никаких следов за ним не осталось. Мы создадим предысторию в Панама-Сити, включая ваши недавние травмы. Большая команда ФБР пробудет в Панаме еще несколько дней, вы можете заявить, что они охотились за Петровым."


"Настоящая шпионская работа, да".


Положив трубку, я стоял и смотрел в окно, задаваясь вопросом, правильно ли я поступаю - в том смысле, что мной двигала профессиональная гордость. Это был вызов, я наслаждался им, но это было также безрассудно и глупо, большой риск. Я, как обычно, был в раздумьях, но, как обычно, я хотел преуспеть, продолжать получать похлопывания по спине - но в переносном смысле, потому что прямо сейчас похлопывание по спине причинило бы боль.


Слишком скоро я уехал, сказав ребятам, что у меня назначена встреча со специалистом по позвоночнику в Штатах, и меня не будет две недели или больше, Риццо остался за главного. Но, поскольку угроза была устранена, сотрудники посла посчитали, что команда все равно будет отозвана.


В самолете я поболтал с парнем из Ми-6, и мы составили план, обсудили несколько вещей. Чуть более чем через час мы приземлились, предъявив удостоверения сотрудникам аэропорта, и вскоре мы были в большом и квадратном джипе с кондиционером, выезжающем из аэропорта. Я переоделся, сдал все, что у меня было, и принял пачку долларов, эквивалентную 10 000 фунтов стерлингов.


Мы поехали на юго-восток, и на окраине трущобного городка он высадил меня со словами: "Удачи, а ты, должно быть, чертовски зол".


Когда он отъехал, я понял, что я голый, образно говоря, деньги пристегнуты к моим голеням под выцветшими синими джинсами, часть в карманах, часть приклеена скотчем под мышками, свободная рубашка с коротким рукавом прикрывает мою заначку - и в карманах у меня нет даже крышки от бутылки.


Прогуливаясь по улице, когда местные жители поглядывали на мускулистого "гринго", я незаметно достал мелкие долларовые купюры и скомкал их. Найдя грязную лужу, я испачкал свою рубашку, лицо и волосы, и, увидев свое отражение в витрине магазина, я подумал, что выгляжу как гринго, которому не повезло, большой противный.


Когда солнце село, я зашел в кафе на углу, заказал жареного цыпленка с пивом и сидел, привыкая, настраивая свой разум на новую роль. На мое обветшалое состояние посмотрели несколько человек, но никто не был заинтересован в том, чтобы беспокоить меня, что стало разочарованием.


Я наполовину надеялся, что какой-нибудь бродячий русский боевик оспорит мою биографию или что местная банда затеет драку, но у здешних людей были свои ежедневные хлопоты, и им было наплевать на меня. Я был немного подавлен отсутствием интереса ко мне.


После цыпленка, который был чертовски вкусным, я сидел на невыносимой жаре, наблюдая за перекрестком, за движением, за длинноногими проститутками, которые бродили по улице, занимаясь своим делом под уличными фонарями, меня беспокоили мухи.


Поднялась суматоха, и я повернул голову, дама отвесила мужчине пощечину, мужчины сидели на порогах и смеялись над парнем. Мужчина, которого курица расклевала до такой степени, что он угрожал расправой, сел в побитое старое такси и уехал, но сразу за углом, достаточно далеко, чтобы его не видела его дорогая жена.


Он выбрался наружу, выглядя немного пьяным, и сел на капот, куря. Я расплатился за еду маленькой банкнотой, скомканной, проверил сдачу, пытаясь выглядеть бедным, и подошел к незадачливому водителю такси.


"Говоришь по-английски?"


"Немного", - ответил он, пожав плечами, его веки немного опустились.


"La Palma."


" Ла Пальма? " переспросил он, прищурившись на меня. " Мучо... " он махнул рукой в направлении того места, где, по его мнению, находилась Ла Пальма.


Я кивнул и показал ему три пальца. "Триста американцев, никакой полиции".


Его глаза расширились. "Триста. La Palma?"


"Никакой полиции".


"Никакой полиции?" Он потер щетину на подбородке, чувствуя открывающуюся возможность. "Пятьсот американцев".


Четыреста. Если хорошо провести время, пятьсот."


Он потер указательный и большой пальцы. "Бензин".


Я протянул ему мятую стодолларовую купюру. "Бензин".


Он выпрямил его и со скрипом открыл заднюю дверь. Я расслабился, изо всех сил стараясь не улыбаться. Он забрался внутрь, завел эту рухлядь, вызвал такси, и мы тронулись в путь, когда стемнело, мой нос сморщился от странных запахов, исходивших с заднего сиденья. На ум пришло то, как он спал на ней, а также то, как он трахался на ней, возможно, с одной из тех длинноногих смуглых шлюх.


Вскоре я сидел, уставившись на ритмично мигающие желтые уличные фонари, и они немного успокаивали, они каким-то образом напомнили мне о моей юности.


Проехав милю по дороге, он остановился, чтобы заправиться, и принес мне фанту, не дожидаясь моей просьбы. Мы оба с шипением открыли наши банки, и я потягивал свой напиток, когда он оторвался.


"Английский?" - спросил он.


"Нет. Русские."


"Русские? Россия, да?"


"Да. Никаких разговоров, веди машину."


Он пожал плечами, и мы поехали по дороге на восток, а затем на юг, по достаточно хорошей дороге, сохраняя хорошую скорость.


Час с небольшим спустя он указал направо, и на воде появились огни. "La Palma."


Я изучал город под этим углом, но это был всего лишь ряд мерцающих огней на черном холсте.


Он добавил: "На дороге, на юге, нет полиции, много полицейских, граница, коммунисты - бах, бах".


Потребовалось полчаса по дерьмовым дорогам, чтобы добраться до центра города, и это была настоящая свалка. Я сказал ему найти отель, и он остановился, чтобы спросить, указал дальше и завернул за угол. Найдя отель, я сказал ему ехать дальше и остановиться, достав свои мятые доллары, переданные четыреста.


"Никаких разговоров с полицией, ты труп", - сказал я, изо всех сил стараясь не усмехнуться абсурдности моих собственных слов.


Он кивнул, вскоре заметив проститутку, когда она неторопливо проходила мимо в своей короткой юбке. Когда я покинул его приятную компанию и дурной запах, я подумал, что его дорогая жена не доживет до полных четырехсот, но он может заразить ее какой-нибудь неприятной болезнью.


Вернувшись в захудалый отель, я забрел внутрь и обнаружил маленькую стойку администратора из темного дерева с одинаковыми отверстиями для хранения вещей, бар справа с несколькими посетителями и местными жителями, сидящими под латунными потолочными вентиляторами, нескольких темнокожих проституток, занимающихся своим ремеслом с посетителями, устаревший музыкальный автомат в углу.


Мужчина за столом оглядел меня с ног до головы, не как счастливый кролик.


"Комната?" Я спросил с акцентом.


"Сколько в день?"


Я пожал плечами.


"Двадцать долларов в день, если нет документов".


Я порылся в кармане, нашел мятую стодолларовую купюру и бросил ее на стойку, полагая, что переплачиваю за эти дерьмовые чаевые. И я ждал, выглядя злым и уставшим.


Он вручил мне ключ. "Номер десять". Он показал десять пальцев.


Я кивнул, положил ключ в карман и посмотрел на бар. Сначала я поднялся по скрипучей деревянной лестнице и нашел десятую комнату в конце темного коридора, а я останавливался и в худших. Я спрятал деньги из-под мышек, вымыл эти подмышки крошечным мылом, которое есть в упаковке, вымыл лицо и волосы и направился в бар. Было уже 10 вечера.


Как только я вошел, я заметил своего марка, но проигнорировал его; он был единственным другим гринго, тощим парнем, который за милю выглядел русским. Сев в баре, я заказал пиво, вскоре подошла темноволосая проститутка. Я похлопал себя по карманам и пожал плечами, и она неторопливо ушла, поскольку я выглядел дешевкой.


Пиво было великолепным на вкус и было так необходимо, учитывая, что сегодня вечером было жарко. Я допил половину пива, когда мой марк сел рядом со мной, заказывая пиво.


По-русски он спросил: "Это пиво достаточно холодное?"


Я скорчил гримасу. "Не помешало бы немного льда".


"Я сам люблю ледяное пиво. Когда я уйду, следуй за мной." Он сел обратно, никто не обращал на нас вообще никакого внимания, что было немного разочаровывающим, мое шпионское ремесло почти не испытывалось.


Когда он ушел после своего пива, я заплатил за выпивку и последовал за ним на десять ярдов назад, и он привел меня в другой бар, но более качественный, с большим швейцаром, охраняющим вход. Местный связной ждал на углу, в тени, и я поднял уровень.


"Внутри ты найдешь того, кого хочешь. Я буду проводить в отеле каждый вечер в течение нескольких дней, с 9 до 10 вечера. Если ты не покажешься, я сообщу об этом."


Я кивнул и поблагодарил его, развернулся и направился в бар.


Швейцар настороженно посмотрел на меня. "Русские?"


Я кивнул.


Внимательно посмотрев на меня, он наклонил голову, и я прошел. Внутри мне очень понравился кондиционер, безвкусная техно-музыка не понравилась, и я нашел бары в голубых неоновых окнах, аквариумы с рыбками, тощих русских проституток и больше гангстеров, чем я мог ткнуть палкой. И большинство настороженно смотрели на меня, новое лицо в городе.


В баре я подозвал молодого человека, русского официанта озабоченного вида. По-русски я спросил: "Где босс?" И как его зовут?"


Он оглядел комнату, неуверенный, подчиняться или нет, но затем махнул какому-то крупному мужчине. "Он хочет босса".


Здоровяк пытался, но безуспешно, запугать меня. "Кто ты?"


"Самый разыскиваемый человек в мире. Номер один ... в списке ФБР и Интерпола."


Здоровяк покосился на меня. "Что тебе здесь нужно?"


"Немного помощи, чистая рубашка, машина и проводник. Я покинул Панама-Сити в спешке."


"Подожди", - сказал он, прежде чем направился через бар.


Но я нашел свою цель, лицо из досье Боба, человека, который не встречался с Петровым, но любил хвастаться своими известными связями с моим альтер-эго. Я подошел.


Мужчина сидел с девушками по обе стороны, и я засек невысокого жирного уродливого ублюдка рядом с ним, швейцар с мясной головой, теперь согнувшийся вдвое, что-то шептал ему на ухо. Они остановились и посмотрели на меня, и я улыбнулся метке, кивнув, как будто я знал его. Он кивнул в ответ, но выглядел неуверенным в себе.


Метка, Рами, встал, слегка нахмурившись, но скрывая это от коротышки.


"Не говори, что забыл мое имя", - тихо сказал я ему, больше никто не стрелял в ухо. Я протянул руку, и мы пожали ее. "Петров запоминающийся".


Глаза Рами расширились. Он обернулся. "Это ... это знаменитый Петров."


"Петров?" - эхом сорвалось с нескольких губ, невысокий толстый парень встал, уровень глаз не изменился.


Рами спросил: "Что ты здесь делаешь?"


"В бегах, ФБР у меня на хвосте. Я остановился в захудалом отеле, и мне сказали, что здесь были русские."


Невысокий парень освободил место и жестом указал мне сесть, прогоняя девушек, сидевших рядом. "Твои подвиги таковы... легендарный."


"Слишком легендарно, в Панама-Сити за мной следили пятьдесят парней из ФБР. Послушай, мне нужны антибиотики, у меня свежие раны. Я заплатил местному доктору из захолустья, но я не уверен, что он мне вколол."


"Я могу это устроить", - предложил Томский, изображая из себя большого человека, несмотря на свои габариты, и я изо всех сил старался не рассмеяться; этот парень был живым клише.


"Ты можешь отвезти меня в Боготу?" У меня есть немного наличных, больше ничего, кроме этой одежды."


"У нас есть люди на границе и трубопровод. Почему ... Богота?"


"Контакт там достанет мне кое-какие документы".


"Я, наверное, знаю его ..." Томский толкнул локтем, как будто проверяя меня.


"Юрий Слав".


"Ах. Он был убит два дня назад."


"Мертв? Черт. " Я воспользовался моментом. "У тебя есть для меня какая-нибудь работа в обмен на хорошие статьи?"


Рами вставил: "Лучший в мире убийца, даже своими руками".


Томский кивнул, отступая назад и входя в роль крупного торговца дерьмом, не в последнюю очередь потому, что его слушала аудитория. "Да, мне нужен такой мужчина. Ты хороший снайпер?"


"Лучший", - сказал я ему. "Любое оружие. В Западной Африке у меня была тренировка в джунглях, маскировка, и я убил много людей примерно в шестистах ярдах."


"Ты хорошо ориентируешься в джунглях?" Томск, пресса.


"Да, но мне нужно кое-какое снаряжение, хорошая снайперская винтовка".


"Ты мог бы ... пробираться через джунгли, атаковать поселение?"


"Зависит от того, сколько людей внутри и насколько они хороши".


Томский кивнул, размышляя. "У меня есть трое хороших парней, они служили в армии, ты мог бы повести их. И мы можем достать любое снаряжение. Не могли бы вы... захватить лагерь, в котором тридцать человек?"


"Насколько хорошо обучены люди внутри?"


"Местные мужчины, плохо обученные, никакой военной службы, просто хулиганы", - объяснил Томский, пренебрежительно махнув рукой.


"Тогда да".


"Тогда, возможно, у нас найдется для тебя кое-какая работа, и скоро. У меня здесь есть соперник, ему нужно уйти. Мы подозреваем, что он заинтересован в том, чтобы покончить со мной."


"У тебя есть место, где я могу остановиться, подальше от города?" Я спросил.


"Да, вилла на побережье, очень милая".


"Меня ждет награда, и ФБР будет искать, так что будь осторожен - принять меня у себя может оказаться тебе не по силам".


Рами сказал, пока Томск скрывал свою уязвленную гордость: "ФБР - не единственные, кто хочет заполучить твою голову. Ты убил Семова и его команду, а также Слонгкина. У них есть друзья и долгая память."


Я пожал плечами. "Я убиваю тех, за убийство кого мне платят, так зачем винить меня, вини человека, который меня нанял. И Слонгкин не мертв."


"Нет?" Рами озадачен.


Я покачал головой. "Они делают это так, как я это делаю... Я вырубаю их и их телохранителей, затем ввожу им под волосы химическое вещество без следов. Они слепнут и глухи, не могут чувствовать вкус или обоняние, но они в полном сознании внутри своих собственных черепов, но не могут общаться. Они живут долго, медленно сходя с ума, в безмолвном черном мире."


"Боже мой", - выдохнул Рами. "Думаю, я предпочел бы просто пулю".


Томский сказал: "Наказание, настоящее наказание, пожизненное заключение в черной камере без окон. Мне это нравится, я имею это в виду для нескольких человек."


Усердно стараясь не смеяться над тем, насколько это было нелепо, каким стереотипным был Томск, каким избитым, я твердо сказал Томску: "Я здесь на виду, мне нужно спрятаться".


Он кивнул, какой-то мужчина помахал мне рукой, и вскоре я был в джипе с кондиционером и направлялся из города по дерьмовым дорогам, которые превратились в чуть более чем грунтовые дороги, по обе стороны от меня были черные джунгли. Вооруженный человек на контрольно-пропускном пункте проверил нас и пропустил, и через десять минут мы прибыли к высоким воротам в высоких стенах, еще больше вооруженных охранников проверяли, кто мы такие.


Выйдя из машины, я был представлен рослому русскому, его глаза расширились при упоминании моего имени, и они провели меня через роскошную виллу в очень красивый номер, похожий на пятизвездочный отель, с белой плиткой и белыми стенами.


Я столкнулся с человеком, который привез меня сюда. "Это все, что у меня есть", - сказала я ему, одергивая рубашку, только тогда вспомнив о деньгах в гостиничном номере. Тем не менее, спрятанные там деньги были запасным вариантом.


"Я достану тебе какую-нибудь одежду", - согласился он. Собираясь уходить, он проверил шкаф, найдя одежду. "Попробуй это", - сказал он, пожимая плечами.


"Что случилось с последним парнем в этой комнате?" - Спросил я, доставая рубашки.


"Он был убит, конкурирующая банда".


Я снял рубашку.


"Черт", - выдохнул здоровяк. "Сколько раз в тебя стреляли?"


"Я перестал считать в двадцать".


Он засмеялся, качая головой. "А твоя спина?"


"Провалился сквозь стеклянную крышу".


Приняв душ и надев чистую одежду, оставив наличные в комнате, я вышел и нашел кухню, вокруг сидело несколько мужчин, все русские, среди местных не было темнокожих.


Я принял пиво от большого парня, которого, кажется, звали Саша. "Кто эти люди с военной подготовкой?"


"Мы все служили национальной службе, не ты?" - озадачился здоровяк.


Я покачал головой. "Отец работал в Аэрофлоте, я вырос в Канаде, Англии, Германии и Турции. Я поссорился со своим отцом в семнадцать лет и остался в Лондоне, когда он уехал. Жил в основном в Лондоне, несколько лет в Румынии и Болгарии, сражался в клетке." Я отхлебнул пива. "Томск сказал, что здесь были хорошие солдаты".


Здоровяк указал на троих мужчин, которые в ответ уставились на меня. "Они были десантниками".


"Томск имеет в виду, что мы атакуем какое-то поселение", - сказал я им.


Они обменялись взглядами. "У тебя есть ... опыт солдатской службы?"


"Я много раз был в Западной Африке, у меня были хорошие инструкторы, британский спецназ, работавший наемниками, я провел много времени в джунглях, хорошо разбираюсь в слежении. Я убивал людей с расстояния в семьсот ярдов, какое-то время у меня была хорошая небольшая команда чернокожих.


"Я водил их на задания через джунгли, они жили в суровых условиях, маскировались. Мы подкрадывались к месту, устанавливали взрывчатку и приманки, убивали людей внутри. В прошлом году я был в Сьерра-Леоне пять месяцев."


Один из мужчин принес "ВЕПРЬ" и поставил его на стол. "У меня с этим проблемы. Возможно ... ты можешь найти проблему."


Я улыбнулся его идее испытания, которую он уловил, поставил свое пиво и быстро снял винтовку, поддерживая зрительный контакт с ним, много раз проверяя затвор. "У этой винтовки не тот затвор. Поменяй слайд местами; Я знаю, я проходил курс по уходу за винтовками."


Мужчина сел и поднял винтовку, передернул затвор и застрял в нескольких местах. Он кивнул. "Это прилипает".


"Не используй масло, это не поможет", - сказал я, возвращая себе пиво. "Поменяйте местами слайд. Кто-то уже поменял слайд местами, это не оригинал. Оригинальный слайд был бы протестирован на станке с точностью до микромиллиметра."


"Ты полезный человек", - признал один из бывших солдат. "Ты можешь проверить все оружие".


Я кивнул и отхлебнул пива.


Большой Саша сказал, указывая на меня: "Босс имеет в виду нечто большее, чем просто починку оружия; это Петров, знаменитый убийца".


Глаза расширились.


Томск прибыл с группой дам несколько часов спустя, и у меня на столе лежали три винтовки и два пистолета, я был занят их чисткой и проверкой.


Большой парень сказал: "Он зарабатывает свой ужин, босс, хорошо обращается с оружием".


"Превосходно", - воодушевился Томский и предложил мне девушку. Она была достаточно милой, и когда была в Риме, или даже в Панаме.


Я отвел ее в свою комнату, сделал хороший минет, но сказал, что всегда сплю один, и занял большую кровать, надо мной жужжал кондиционер.


Утром я приготовил себе кофе до того, как большинство проснулось, и сел на балконе, глядя на океан и аккуратно ухоженные газоны и кустарники. Томск здесь ничуть не страдал.


Позже он присоединился ко мне на балконе, ему принесли блинчики. "Ты мог бы обучать моих людей, руководить командой?"


"Да".


"Я бы хотел поскорее разделаться со своим соперником ... прежде чем он двинется на меня."


"Возьмите какую-нибудь камуфляжную одежду, перчатки и маски для лица, патронташи для боеприпасов и тесьму. Внесите разнообразие, и я скажу вам, чего я хочу. Достань мне ботинки, затем я обучу людей, и если они хорошо сработаются, тогда мы уйдем. Возьмите несколько радиоприемников с наушниками и немного зеленой краски, подходящей для винтовок, немного камуфляжной ткани."


Он широко улыбнулся. "Ты знаешь, что делаешь. Запишите, что вам нужно, мы разберемся с этим сегодня."


После завтрака я почистил и проверил четыре винтовки, два пистолета Браунинга, две Берретты, сложил магазины стопкой. У них уже были лямки и немного камуфляжной одежды, поэтому я отщипнул брюки и рубашку, используя черную краску для создания полос на обоих.


Когда Томск был где-то в отъезде, мужчина доставил несколько пакетов со старым военным снаряжением, и я разобрал его, отложил рубашки и брюки в сторону, почистил и отрегулировал лямки, проверил и свернул пончо, выстирал и затем покрасил зеленые перчатки.


Я вырезал камуфляжную рубашку и сделал рукава для винтовок, привязывая их, пока другие наблюдали за мной, а когда прибыла металлическая краска, я принялся за детали из черного металла. На тесьму я прикрепила зеленые эластичные шнуры, готовые для листьев.


На закате Томск вернулся, но с несколькими большими сумками всяких вкусностей, на местных военных складах не хватало нескольких предметов. Я сложил гранаты, дымовые шашки, аптечки первой помощи, оптические прицелы и поправил маски, которые нашел, добавив несколько дополнительных черных полос, сверху вшитых зеленой резинкой.


Пока они наблюдали за мной, были скроены и сшиты зеленые жилеты, набиты журналы, и я все еще был за этим в полночь, главная столовая выглядела как склад армейских излишков.


Утром мы вчетвером стояли в ряд у высоких кустов в саду, Томский широко улыбался нашему камуфляжу, и мы вчетвером были очень похожи на моих парней на задании.


Сняв маски, я повел свою маленькую команду в ближайший лес и медленно провел их по командной тактике, ведя прикрывающий огонь, отходя и прикрывая огнем, перетаскивая раненого. Я сказал им подойти к месту с подветренной стороны, понюхать воздух, как искать следы и сколько им лет, как установить проволочную ловушку для гранат.


"Джентльмены, если вы примените несколько простых правил, вы выиграете и останетесь в живых. Сначала нажимай на спусковые крючки, пока не будешь готов кого-нибудь убить; если ты споткнешься, ты убьешь своего приятеля. Если вы находитесь в безопасном районе, подстрахуйтесь, не взводите курок несколько дней подряд, вы разрушите пружину.


"Одиночные меткие выстрелы, высокая грудь, два выстрела. Прежде чем приблизиться к телу, выстрелите еще раз, но всегда лучше обходить его на всякий случай. Когда вы собираетесь открыть огонь, подумайте о надежном укрытии, а не о кустах, и о том, где у вас путь к отступлению.


"Оставайтесь в своих парах, двигайтесь как один, всегда в трех-пяти шагах от следующей пары. Жгут в верхнем кармане рубашки наготове, тампоны в кармане - отлично подходит для огнестрельных ранений. Держите много запасных магазинов спереди, прикрывая грудь, они работают как бронежилет.


"Когда стреляешь, считай свои патроны. Всегда вкладывай в магазин только восемнадцать патронов - когда дойдешь до шестнадцати, меняй его местами, не щелкай пустой. Всегда держите пистолет под рукой, на всякий случай, а пистолеты лучше использовать для уборки дома."


На обратном пути я встретил веселую и болтливую компанию солдат, мужчин, более уверенных в своих шансах на выживание, судя по всему, не испытывающих симпатии к Томску. Вернувшись домой, я собрал снаряжение и смастерил четыре глушителя, один из пластиковой бутылки, два из алюминиевых трубок и покрасил, но Томский сказал, что попробует найти подходящие глушители, прежде чем показывать мне карту.


"Вот где мы находимся, а здесь, в двенадцати километрах, находятся колумбийцы. У них одновременно около тридцати человек и пятьдесят кэлов на джипе, который я однажды видел. За домом холмы и джунгли, спрятаться легко, но у них есть собаки и фотоаппараты."


Я кивнул. "Я бы бил их тихо, когда они входили и выходили из дома, изматывал их, а затем бил по дому. Если люди исчезают, они посылают больше людей на поиски."


"Решать тебе".


Я отступил назад. "Какова здесь цель?"


Он пожал плечами и широко развел руки. "Убейте как можно больше и попытайтесь забрать их гребаные деньги, они хранят много денег в доме. У меня есть еще люди, которые могут помогать и стрелять, но они не эксперты."


"Эти трое парней кажутся нормальными", - сказал я ему. "Мы выдвигаемся сразу после наступления темноты, так что высади нас в миле от целевой виллы".


"Хорошо", - похвалил он.


Я отступил назад. "Так почему ты раньше не преследовал колумбийцев?"


"Эти трое мужчин, они в порядке, но это всегда сопряжено с риском, и я думал об этом много раз, но когда я увидел, как ты обращаешься с оборудованием и изготавливаешь глушители, я понял, что у тебя было бы больше шансов сделать это.


"Если ты потерпишь неудачу, они придут за мной, так что я тоже должен быть готов к этому. Если в the house все пойдет хорошо, мы посетим их бар и другие заведения в городе."


Я наполнил свою бутылку водой и проверил свои ремни, проверил аптечки первой помощи, и когда стемнело, мы снарядили четыре ходячих куста. Я попросил каждого человека надеть глушитель и испытать оружие, стреляя в далекий океан. Мы были готовы.


Двое из нас ложатся на заднее сиденье одного джипа, двое в следующем джипе, и мы отправляемся вниз по трассе, подложив руки под головы, чтобы нас не вырубило, когда мы преодолевали ухабистую трассу.


Это был риск и, вероятно, глупо, но это был вызов, и я хотел добиться успеха, моя профессиональная гордость была поставлена на карту. Прямо сейчас премьер-министр пришел бы в ужас, если бы узнал, и я задавался вопросом, что бы сказал Боб, зная, что он хотел, чтобы такие люди, как эти колумбийцы, ушли - предпочтительно ногами вперед.


Но чтобы убить Томска и его команду, я должен был сначала завоевать их доверие, стать частью команды, выяснить, кем был каждый человек, где у него деловые интересы. Мне нужно было время, и мне нужна была информация. На данный момент ... Мне нужно было вести себя так, как мог бы Петров.


После двадцатиминутной поездки мы остановились и спрыгнули вниз, вскоре оказавшись в черных густых джунглях, джипы отъехали. Если бы нас высадили в нужном месте, мы были бы в миле к северу от намеченной виллы, но я все равно проверил свой компас, а также местную топографию.


"Тестовые радиостанции", - крикнул я, вставляя наушник, уже пропитанный потом. "Я номер один". Поскольку у нас было два Юриса и один Саша, я дал им номера, и, поскольку рации работали, по крайней мере, на таком близком расстоянии, мы отправились в путь.


"Уберите пальцы со спусковых крючков", - крикнул я, ведя их через дорогу и сквозь деревья, начиная спускаться по склону в устойчивом темпе.


Пятнадцать минут спустя мы нашли поляну, и, посмотрев вниз, я смог разглядеть целевую дорогу и целевую виллу, ее ухоженные лужайки были освещены, как будто это был отель. Вглядываясь в свой оптический прицел, я мог видеть патрули с собаками, людей с винтовками на стенах, и мне это нравилось, я прятал улыбку под маской и был близок к эрекции.


Я повел свою команду влево и вниз, по горному хребту между нами и намеченной виллой, медленно, неуклонно пробираясь сквозь густую растительность в течение двадцати минут, пока мы не отправились в путь, и я сильно вспотел от жары и влажности. Я выбрал поворот на дороге и расположил двух мужчин, взяв с собой своего второго. Когда мы были на позиции, я снова проверил радио. Затем мы просто ждали.


Прошло почти сорок минут, прежде чем появился первый джип, задача второй команды быстро подтвердить, кто в нем был, и скомандовать "Открыть огонь!" в каком бы направлении ни ехал джип.


Фары джипа приблизились со стороны целевой виллы, и мы прицелились, готовясь, вскоре раздался крик "Открыть огонь!", и мы все четверо выстрелили, тихие трески раздались в черной ночи.


Я дважды ударил водителя в лобовое стекло, и он отвернул от нас и врезался в дерево, люди на заднем сиденье были обстреляны, прежде чем я побежал вперед, добивая людей и дважды нанося удары. Убито шесть человек.


"Вытащите водителя, загоните его назад и в деревья, спрячьте его!" - Позвал я, наблюдая за дорогой.


Джип дал задний ход, свернул в просеку и помчался вперед, подпрыгивая на склоне, с выключенными фарами. Номер три снова вскарабкался по склону.


"Вернуться на те же позиции!" Я зашипел, и мы побежали парами обратно через дорогу к темной линии деревьев и спрятались, вскоре просто слушая кваканье древесных лягушек в темноте.


Тридцать минут спустя от целевой виллы подъехала колонна из двух джипов. "Оставь их!" Я сделал заказ, и они проехали прямо мимо нас в сторону города.


"На вилле достаточно людей", - предложил я по радио и повел своего второго номера по дорожке к остальным, вскоре пробежав по дороге сотню ярдов, прежде чем перейти на шаг. Имея в виду намеченную виллу, я нашел плоский кусок дерева на обочине дороги и очень осторожно положил его вниз, подложив под него гранату. Это дало бы нам справедливое предупреждение о приближении транспортных средств.


Не доходя трехсот ярдов до виллы, я ворвался прямо в деревья и повел свою команду быстрым шагом к точке над виллой, наша цель теперь была всего в ста ярдах от нас и ярко освещена.


Посмотрев вверх, я увидел высокое дерево с множеством лиан и дуплом. "Номер два, вскинь винтовку, залезай на дерево, ты наш снайпер".


С нашей помощью он начал подниматься, используя лианы и ветки, и добрался до лощины.


"Что ты видишь?" Я спросил по радио.


"Я могу видеть все, кроме дальней стороны, но я вижу немного травы на дальней стороне и стену".


"Сколько людей?"


"Шесть".


"Ждите моего сигнала к стрельбе", - приказал я и повел последних двоих вперед, медленно и тихо. Добравшись до стены, мы нырнули в тень от фонарей на лужайке и, найдя бревно, повозились с ним, прислонив к стене.


"Номер два, прикрой нас, мы переходим".


"Хорошо, я вижу тебя".


Я сначала расслабился, повернул голову и взглянул, человека видели удаляющимся от нас, собачий патруль на южной окраине. Я подождал, пока собака скроется из виду, и осторожно взобрался на стену, сделав пять шагов прямо к темному пятну. Я опустился на колени и прицелился.


Трое и четверо взобрались наверх и тихо спустились вниз, предварительно передав винтовки, и заняли позицию за кустами.


"Машина приближается!" - сказал наш снайпер на вершине дерева. "Он приближается к гранате ... пройдя мимо этого ..."


Раздался эхо взрыва, граната взорвалась за джипом. Теперь я мог видеть джип, когда он остановился, людей, спрыгивающих с него и оглядывающихся назад, с винтовками в руках, много криков в доме, в окнах загорается свет.


"По моей команде, номер два - бейте по людям за стеной". Я подождал, пока четверо мужчин подойдут к воротам. "Открыть огонь!"


Я попал в собаку, затем в ее проводника, когда раздались выстрелы, люди снаружи стреляли в деревья, не в нас, люди внутри тоже целились в деревья, но не знали, что делать, и четверо мужчин у ворот были быстро убиты.


Лицо в окне, и я выстрелил, движение вправо, и я повернулся и выстрелил, кинолог попал, собака убежала.


"Удерживать позицию!" Я сделал заказ и двинулся вдоль стены, внезапно оказавшись на одном уровне с окном и заметив движение внутри. Я выстрелил четыре раза, стекло разбилось, и я был уверен, что попал в двух мужчин. Винтовку в левую руку, гранату вытащил, чеку выдернул большим пальцем левой перчатки, я сильно бросил в окно, прежде чем снова прицелиться.


Взрыв отозвался эхом, видимость ухудшилась, когда я двинулся прямо вдоль стены, теперь легко видимой любому на вилле, и я, наконец, увидел дальнюю сторону, двух крадущихся мужчин. Я попал обоим в голову с пятнадцати ярдов.


"Номер два, что ты видишь?"


"Никто не двигается".


"Третий и четвертый, двигайтесь медленно, приблизьтесь к стенам виллы, используйте гранаты через окна".


Рука на стене, и я спрыгнул вниз, вскоре оказавшись на краю виллы, система полива с шипением выпускала воду, и я застрелил собаку, когда она смотрела на меня в ответ.


Пробираясь вдоль стены, я прошел мимо двух тел и услышал голоса, доносящиеся изнутри, красивую терракотовую лестницу и террасу, ведущую к белым пластиковым столам и стульям и декоративным стеклянным дверям. Выстрелив четыре раза, я разбил стекло, вытащил и бросил внутрь гранату, эхо взрыва, женские крики - мне пришлось напомнить себе, что я Петров.


Поднимаясь по ступенькам, я прицелился в дом, увидев мужчину, стоящего на коленях с пистолетом и выкрикивающего инструкции. Я выстрелил дважды, один раз, чтобы разбить оставшееся стекло, и он упал. Достав дымовую шашку, я бросил ее внутрь и стал ждать.


Вспышка огня разбила стекло надо мной, вторая длинная вспышка, вскоре третья, но я был под террасой, оглядывался назад - и на мгновение восхитился очень ухоженными газонами. Когда стрельба стихла, а голоса стали громче, я бросил еще одну гранату, взрыв отозвался эхом, крики усилились.


Раздалась еще одна длинная очередь, мужчина замолчал после двух тихих выстрелов, поэтому я решил, что Третий и Четвертый застрелили мужчину.


Пригнувшись, я отступил с террасы и двинулся вдоль стены виллы, по пути гася свет, и вскоре на этой стороне виллы стало темнее.


В передней части виллы я слышал приглушенные голоса и панику. Выглядывая из-за края стены, двое мужчин оценивали свои шансы убежать. Я подождал, и через две минуты они выбежали наружу и двинулись вперед, направляясь к нижним лужайкам и, возможно, к боковому входу.


Я подстрелил одного, но второго, должно быть, подстрелил мой снайпер на вершине дерева. Я дважды постучал по обоим телам, и стало тихо.


Поднимаясь по ступенькам крыльца, прижимаясь плечом к стене, я очень медленно продвигался к входной двери, но ничего не мог услышать.


"Приближается машина!" - прошипело из радио.


"Сколько?" Я спросил.


"Только один".


"Не стреляйте, пока люди не выйдут и не подумают, что мы ушли, позвольте им проникнуть внутрь. Третий и четвертый, идите туда, где сможете прикрыть ворота."


"Мы на втором уровне, мы можем видеть врата".


"Приготовься", - сказал я, сбегая по ступенькам к низкой стене, присаживаясь за ней, ряд декоративных карликовых кустов скрывал большую часть моей позиции.


Я слышал, как приближается джип, замедляется, останавливается, хлопают дверцы машины, раздаются крики, призывы, теперь шаги на дороге.


Появились двое мужчин, заглядывающих внутрь главных ворот.


"Не стрелять", - крикнул я по радио. "Когда я стреляю, ты стреляешь".


Я прицелился, выстрелил с двадцати ярдов, люди хорошо освещены. Они протиснулись внутрь, держа винтовки наготове, осмотрели тела, и двое вскоре превратились в четверых, но отсутствие стрельбы ввело их в заблуждение, и они решили, что было слишком поздно, четверо мужчин вскоре выпрямились и двинулись вперед.


Я выстрелил, мужчина попал в грудь и отшатнулся, его коллеги погибли до того, как упали на пол.


По радио я сказал: "Третий и четвертый, очищайте комнату за комнатой, я у входной двери, нижний уровень - не стреляйте в меня".


Я вскочил и взбежал по ступенькам внутрь, в коридоре было темно, клубился дым, ничего не было слышно, пока я стоял на коленях и ждал. Заглянув в первую комнату, шикарную комнату, похожую на музей, было очевидно, что она пуста. Вторая комната, напротив, тоже напомнила мне музей и тоже была пуста.


Двигаясь по центральному коридору, я услышал движение наверху, возможно, кто-то в задней части виллы. В следующих двух комнатах было мертвенно тихо, никого дома, и я добрался до террасы с разбитым стеклом, клубами дыма, двумя телами, звуками, доносящимися из-за двери впереди. Под ногами хрустнуло стекло.


Спрятавшись за прочной стеной, я всаживаю четыре пули в дверь, высоко вверху. Поднялись крики, но ответного огня не последовало. Опустив винтовку, я вытащил пистолет и запасной магазин для левой руки, встал и медленно двинулся вперед, звуки все еще доносились сверху. И я все еще давил это чертово стекло под ногами.


Тихий треск сверху, и я застыл у стены, второй треск, затем все стихло. Подбежав к двери, прижавшись спиной к стене, я прислушался. Повернув дверную ручку, я толкнул дверь, раздались крики и мольбы на испанском.


На английском я сказал: "Женщины и дети, выходите, выходите через парадную дверь и бегите. Сделай это сейчас, и тебе не причинят вреда."


После минутного колебания мимо пробежала пожилая леди, за ней по пятам следовали две женщины средних лет и три визжащие девочки.


Я включил радио. "Женщины убегают, оставь их".


Когда стук обуви по кафелю стих, я сунул нос в кухню, заглядывая через щель в стене. Опустившись на колени, я проверил под большим центральным столом и протиснулся внутрь, никого не слыша.


Достав дымовую шашку, я бросил ее в дальний конец и стал ждать.


Кашель. Движение.


Я отступил и стал ждать, вскоре из-за двери донесся взрыв огня. Я застонал, как будто меня ударили, и упал, издав звук, как будто меня ударили. И я ждал, направив пистолет на дверь, пока дым выходил наружу и клубился.


Движение, видна пара ног. Я прикинул, где должно было находиться тело, принадлежащее этим ногам, и выстрелил три раза, раздался крик, сковородки сдвинулись с места и загремели, а тело упало с глухим стуком. Расслабившись, я всадил в него две пули, затем отступил от дыма, забирая свою винтовку, когда Третий и Четвертый спускались по лестнице.


"Там все чисто?" Я спросил.


"Да".


"Позвони боссу, дай ему знать", - предложила я, снимая маску, разглядывая великолепную виллу и ее декоративные вазы.


Они сняли маски, чтобы показать покрытые потом лица и спутанные волосы, и нет. Третий снял трубку домашнего телефона, улыбаясь, когда сообщил о нашем успехе. Положив трубку, он сказал: "Босс в пути, он хочет сохранить это место".


"Сначала лучше переместить несколько тел", - съязвил я.


Войдя в кабинет, я перепробовал все ящики и шкафчики, нашел запертый шкаф, замок вскоре отстрелился. Внутри я нашел четыре больших портфеля и положил их на стол из красного розового дерева, когда вошли Третий и Четвертый. Открыв сумки, мы нашли доллары США, миллионы.


"Хорошая добыча", - съязвил я. "Тебе следует попросить у босса завтра полдня и двадцать долларов на пиво!"


Они истерически смеялись, вытаскивая толстые пачки долларов.


Сорок пять минут спустя подъехали джипы, о которых сообщил наш лесной снайпер, и Томский вышел из джипа, когда я стоял на крыльце, у моих ног лежали четыре открытых мешка с наличными.


Он сунул свой нос в каждого.


"Погрузите их, чтобы забрать обратно", - предложил я, когда его люди приблизились. "Мы не обыскивали каждую комнату, вы можете это сделать".


"Я собираюсь сохранить это место", - предложил он, рассматривая колонны двойных входных дверей. "Мне всегда нравилась эта вилла". Повернувшись ко мне, он сказал: "Кто-нибудь ранен?"


"Нет, твои ребята молодцы".


Он поднял палец. "С тобой ... они преуспели." Он схватил две толстые пачки и протянул их мне. "Теперь ты можешь купить себе рубашку".


Я улыбнулся, когда его люди забрали тяжелые сумки с деньгами. "Может быть, два".


Помощник Боба постучал и вошел. Боб оторвал взгляд от файла и ждал. Мужчина начал: "Прошлой ночью наш хороший друг Петров возглавил налет на виллу колумбийца Пабло Депаскуале, которая сейчас находится во владении Томска. Наш человек прислушался к пьяному подшучиванию, и они нашли много больших мешков с наличными на вилле, теперь у Томска."


"А Депаскуале?"


"Мертв, и все его люди".


"Одним гангстером стало меньше", - съязвил Боб.


Уилко... укрепил ли руку Томска?"


"Завоевывать его доверие, пока у него не сложится полная картина", - предложил Боб. "И если тем временем Уилко убьет нескольких наркобаронов, тогда отлично".


"О чем мы сообщаем?"


" Пока ничего, " настаивал Боб. "В файлах ничего нет, я поговорю с пауэрсом напрямую".


Я выспался после большого количества пива, устроенного накануне вечером на вечеринке, и провел несколько часов, загорая или плавая в ухоженном двадцатиметровом бассейне.


Я сидел на террасе в тени с холодным пивом в руке, Томский вышел и сел рядом со мной. Я повернул голову. "Найди еще денег в том месте?"


"Да, многое. Это пригодится, и я оставил кое-что в твоей комнате. Ты ... мог бы убить моих людей и забрать это."


Я любовался видом. И что с этим делать? Я не знаю, кому доверять в этой стране. Кроме того, у меня есть деньги."


"Ты делаешь?"


"У меня есть три миллиона в разных банках, но я не прикасался к ним десять лет".


"Тогда ты делаешь это не ради денег ..."


Я скорчил гримасу. "Я не уверен, почему я это делаю. Но тогда... когда полиция подходит близко, я прилагаю большие усилия, чтобы сбежать, раздобыть еще немного денег, а затем снова расслабляюсь."


"Но ты не счастлив ... когда вы расслаблены."


Я покачал головой. "Нет".


"Тебе нравятся давление и риск".


"Может быть".


"Не мог бы ты сегодня вечером поработать еще над чем-нибудь?"


"Конечно", - сказал я первое, что пришло в голову, поскольку я вряд ли мог отказаться, и у меня не было особого плана на этот счет.


"Еще одна вилла, в нескольких милях отсюда. Сначала немного поспи."


В 9 вечера нас выгнали, снова экипировали, много боеприпасов и гранат, моя команда была уверена в себе, в наших рядах было еще два человека, но они не были одеты так, как будто отправлялись на войну.


Двадцатиминутная поездка по широкому кругу, и мы остановились, снижаясь, круговая оборона, когда джипы отъехали. Я разместил двух новичков в кустах и сказал им следить за этой дорогой на случай, если нас окружат. Пробираясь сквозь темные густые джунгли, я повел свою команду вниз по пологому склону.


"Убери пальцы со спусковых крючков", - крикнул я и услышал смех.


Найдя тропу, мы некоторое время шли по ней, но затем пересекли поле для гольфа, по крайней мере, очень маленькое. Мы миновали теннисные корты и зашли за виллу, углубляясь в джунгли.


"Номер два, Саша, на это дерево, очень тихо". Я опустился на колени во влажную грязь, и мы укрыли его, когда он поднимался.


Включилось радио. "Хорошо, я встал, хороший вид на виллу, я вижу три стороны. Там четверо мужчин, две собаки."


"Максимальное расстояние для выстрела?"


"Самое большее, триста".


"Хорошо, предупредите нас, если увидите движение", - передал я, уводя последних двоих. Найдя возвышенность и высокое дерево, я послал наверх троих, и мы накрыли его, когда он взбирался, наш человек не совсем такой тихий, как мне бы хотелось.


"Хорошо, я встал, я вижу спереди и сбоку, к черту все остальное, и дорогу".


Я повел четверых вниз, к дороге и дальше, медленно через густые джунгли и вокруг, теперь перед виллой, ее лужайки были так же ярко освещены, как и предыдущая целевая вилла.


Найдя подходящее дерево, я послал Четверку наверх, и сам прикрыл его, уходя, когда он был готов, по длинной дуге вокруг лужаек и на противоположную сторону, к дереву, выбранному после того, как я оставил несколько ложных следов вокруг него. К тому времени, как я взобрался на дерево, я весь вспотел, но я нашел хорошее дупло примерно в тридцати футах над землей.


"Ладно, отключись".


"Здесь двое".


"Здесь трое".


"Здесь четверо".


"Хорошо, оставайтесь на деревьях, у нас есть много гранат, чтобы бросить вниз, если понадобится. Наденьте глушители, наденьте тряпки в конце, и мы собираемся сыграть с этими людьми в небольшую игру. Просто следуйте моим инструкциям, сохраняйте спокойствие."


Я прицелился в первую собаку, раздался тихий щелчок, дрессировщик не был уверен, что произошло, пока я не всадил пулю ему в грудь, и вскоре я попал во второго дрессировщика, за которым последовал его верный пес. А потом я ждал на своем высоком насесте.


Прошло добрых шесть минут, прежде чем бродячий охранник заметил своих друзей и поднял тревогу. Мужчины выбежали из бокового входа, выключив свет.


"Двадцать человек с этой стороны", - пришло от трех. "Но они понятия не имеют".


"Не стрелять", - приказал я. "Но сообщайте о передвижениях".


"Они продвигаются вперед, некоторые прижимаются к стене. Подождите, четверо мужчин проходят через ворота вдоль стены."


"Это два. Я вижу восьмерых сзади, они крадутся вперед."


Я подождал, пока люди доберутся до своих мертвых коллег и мертвых собак, и подождал, пока они не пришли в замешательство из-за отсутствия нападения. Многие встали и огляделись по сторонам, отданы приказы, двенадцать человек отправлены за ворота в моем направлении.


Винтовка у меня между ног, я приготовил две гранаты в темноте, выдернул чеки, пока мужчины крались, спотыкаясь в темноте подо мной. Они были в десяти ярдах от меня и красиво сбились в кучку, когда я подбросил первую гранату высоко, и она взорвалась у них над головами. Поднялись крики, все они получили по куску раскаленного металла, некоторые упали и, похоже, уже мертвы.


Огненные всплески осыпали деревья, но им бы и в голову не пришло посмотреть вверх.


"Номер четыре, разделайся с ними".


Темные очертания исчезли, но грохот их дикой стрельбы скрыл наши тщательно нацеленные выстрелы, и я бросил вторую гранату, даже выше первой, пригнувшись за веткой, и она разорвалась в нескольких футах над их головами, подняв крики.


Двое мужчин вернулись в дом, и я прикончил троих, прежде чем все стихло.


Из дома вырвался огонь, и я спрятался за веткой, некоторые пули прошли немного близко. Это были случайные выстрелы, но достаточно близко, чтобы вызвать беспокойство.


"Третий, у тебя есть шанс?"


"Да, я вижу четырех мужчин".


"Убей двоих и жди".


Минуту спустя он вернулся. Двое убиты. Я вижу человека на балконе, у него пулемет."


"Убивайте его только после того, как он выстрелит".


Сильный огонь из пулемета ненадолго потревожил древесных лягушек, но винтовки периодически стреляли, пока я ждал.


"Машины приближаются!"


"Сколько?" Я звонил.


"Четыре".


"Жди моего сигнала. Третий и четвертый, приготовьтесь к гранатам, бросайте высоко, дробью, вы хотите, чтобы они разорвались на высоте десяти футов. Когда они открывают огонь ... стреляйте в них, остановитесь, когда все стихнет."


Были видны автомобильные фары, за которыми последовал визг шин, за которым последовали призывы, крики и шаги. Наконец-то у меня был хороший обзор: тридцать с лишним человек, согнувшихся пополам возле главных ворот, другой человек направляет их ко мне.


"Гранаты наготове, теперь вытащите чеки ... подожди ... теперь бросай высоко."


Я отступил назад, но не спускал глаз с банды мужчин, когда они опустились на колени, две яркие вспышки и рентгеновские снимки деревьев, крики нарастали.


В мою сторону полетели очереди, некоторые слишком близко, но они понятия не имели, где я, и через прицел я мог видеть, как они падают. Четверо из них приближались ко мне, и я поразил всех четверых, когда они стреляли на уровне земли, понятия не имея, где я был.


Трое мужчин вбежали на виллу, я отпустил их, и стало тихо, когда группа из четырех человек захромала к вилле, и, наконец, мы вернулись к древесным лягушкам и сверчкам. И мы ждали, прошло пятнадцать минут.


"Это двое, женщины и дети, уходящие в тыл".


"Отпусти их", - приказал я. "Они будут думать, что тыл в безопасности".


"Несколько раненых тоже уходят".


"Позволь им".


"Это трое, двое мужчин, снова берущихся за пулемет".


"Когда они выстрелят, убейте их".


Я нырнул за ветку, деревья вокруг меня вскоре засыпало песком, но взрыв длился недолго.


"Я достал их обоих", - прозвучало от Третьего.


Прошло тридцать минут, и из окон стали выглядывать лица, для которых отсутствие у нас четкой логики было загадкой. Чего мы ждали? Чего мы хотели? Сколько нас там было? Я подумал, что они, должно быть, были свидетелями яростных дебатов внутри той виллы.


Услышав шум, я отвернулся от виллы, потревожив животных. Кто-то приближался.


"Это Петров, с моей стороны заходят люди, я позволю им добраться до ворот, затем мы снова используем гранаты".


На вилле зажегся свет, лужайки теперь ярко освещены, территория вокруг меня осветилась. Вглядываясь в прицел, я мог разглядеть приближающихся людей, от укрытия к укрытию, наполовину приличное приближение, и когда один из них вышел на свет, стало очевидно, что это солдаты, причем регулярные.


"Это Петров", - прошептал я. "Приближаются панамские солдаты, не стреляйте, оставайтесь в укрытии, ведите себя тихо, ждите моего сигнала. Я повторяю ... не стрелять."


Мое сердце пропустило удар, когда люди подошли к моему дереву и вокруг него, более тридцати солдат, вскоре подошли к телам - проверили факелами, к стене, а затем к воротам, проверили джипы. Десять человек вошли внутрь, остальные заняли оборонительные позиции, некоторые тащили GPMG.


"Это второй", - раздался шепчущий голос. "Солдаты, идущие от теннисных кортов, может быть, тридцать".


"Сохраняй спокойствие, оставайся очень тихим".


Позволить солдатам приблизиться действовало на нервы, и теперь мы были по уши в дерьме, но люди внизу понятия не имели, где мы прячемся, и никогда бы не подумали, что мы ошиваемся поблизости.


Симпатичная лужайка вскоре была полна солдат, большинство стояли вокруг, курили или болтали, и, как правило, им было наплевать на все, кроме своих кроватей.


На главных ступенях появился мужчина в сопровождении телохранителей, и он, похоже, был королем пин. Он также, казалось, был в яростной дискуссии с офицером, если не в споре, размахивал руками.


Офицер затащил все тела и выстроил их в ряд в течение двадцати минут, подъехали джипы, и он снова исчез внутри виллы.


Когда я услышал рычание тяжелых грузовиков, я подумал, что нам конец, или, по крайней мере, нас прогнали или ранили, и четыре грузовика вкатились внутрь.


Но пока я наблюдал, широко раскрыв глаза и нервничая, машины разворачивались, скучающие солдаты загружались, появлялся офицер, король пин в очередной раз высказывал протест своему военному связному. Этот связной хотел его постель, и он ушел, оставив ряд тел, двенадцать гражданских боевиков остались на территории.


"Что нам теперь делать?" - спросил Третий. "Кажется, я обосрался".


"Мы ждем и смотрим, прибудут ли еще люди, мы хотим убить как можно больше. Так что устраивайтесь поудобнее."


В час ночи подъехали джипы и замедлили ход, из них вышли около двадцати человек, все хорошо вооруженные, и невероятно - они столпились вокруг тел, чтобы выкурить сигарету.


"В режиме ожидания. Когда я стреляю, ты стреляешь." Я установил автоматический режим, поменял магазины, тщательно прицелился, а затем нажал на спусковой крючок, израсходовав полный магазин, и на таком расстоянии и с такой высоты я мог бы почти ткнуть им в глаз своим глушителем.


Выжившие стреляли очередями во всех направлениях, в том числе по вилле, разбивая стеклянные окна, а некоторые ползли или бежали, но далеко им не удалось уйти.


Я поменял магазины, когда раздались тихие щелчки, сделал одиночный выстрел и прикончил четверых выживших, но, заметив движение на вилле, прицелился; кегля выглядывала из окна. Он был скрыт, но не для хорошего телескопа, и я снял его лицо, человек позади него попал выстрелом в голову.


Просматривая Windows, я сбил троих мужчин за десять минут, мой насест на дереве убил мои бедра.


"Это двое, люди, выходящие с тыла".


"Убейте их! Третий и четвертый, дважды коснитесь тел, чтобы убедиться."


Я проверил землю подо мной, просто чтобы убедиться, и прошло десять минут, когда послышался странный тихий треск. Я быстро спустился по лиане, взял винтовку и, внимательно прислушиваясь, двинулся к Четвертому.


"Спустись с деревьев. Третий и четвертый, встретимся у ворот, проверьте свой огонь."


Я услышал, как четверо спустились и приземлились кучей, вскоре ко мне, и мы встретили троих у ворот, джипы были осмотрены. Двигаясь внутрь, ворота закрылись и заперлись за нами на засов, мы дважды постучали по любому телу, которое казалось менее мертвым, двигаясь вдоль стены и к углу виллы, пригибаясь под разбитыми окнами фасада. Я прошел мимо открытой входной двери, сигналы поменялись местами, и три дымовые шашки полетели внутрь.


Мы ждали, дым валил из разбитых окон, выходил высоко над дверью, но внутри ничего не было слышно. Сняв глушители, опустив винтовки, мы взяли пистолеты, запасные магазины в руки, и вошли на животах, в доме стояла мертвая тишина. Я проверил первую комнату, пока они проверяли комнату напротив, и мы продвигались - очень медленно и очень тихо.


Нижний уровень был чист, горел свет, и мы прикрывали друг друга, поднимаясь по украшенным белым мрамором ступеням, на вилле было мертвенно тихо. Каждая роскошная комната оказалась пустой, под кроватями проверили, шкафы открыли, и мы ничего не нашли.


Вернувшись вниз, мы подобрали винтовки и позвонили в Томск, двенадцать человек сидели наготове и ждали, но, похоже, они спали.


К тому времени, когда они прибыли, мы собрали восемь больших чемоданов, полных наличных, тонну кокаина и кое-какие драгоценности, проверенные Томском.


"Сколько человек ты убил?" он спросил.


"Впереди пятьдесят шесть тел, восемь сзади", - сказал я ему.


"Шестьдесят четыре", - отметил он. "Отличная работа".


Четвертый вставил: "И я обосрался, когда сюда пришла армия".


"Армия?" Повторил Томский, внезапно испугавшись.


Я сказал ему: "Около шестидесяти солдат подошли, позвали нас, но мы спрятались и вели себя тихо, а через час они уехали, и тогда мы закончили работу".


"Я чертовски рад, что ты не стрелял в солдат, они бы пришли за мной", - сказал Томский. "Всегда избегай их".


"Человек, которому принадлежала эта вилла, расплачивался с ними", - указал я.


"Мы все расплачиваемся с ними", - сказал Томский, пожимая плечами.


"У тебя есть десять новых джипов, которыми ты можешь пользоваться", - сказал я с улыбкой. "Открыть автосалон".


Мы вернулись незадолго до рассвета, и после душа я лег спать. В полдень Томск застал меня сидящей на балконе, Большой Саша был мастером готовить, и его блинчики были великолепны.


Томск выложил огромную пачку наличных. "Хорошая ночная работа".


"Держись за это".


"Держаться за это?" - спросил он, садясь.


"Что, черт возьми, мне с этим делать?" Я спросил. "На что бы мне пришлось потратить их здесь, а?" Я любовался видом. "Запишите, что вы хотите мне подарить, и, если я выживу, возможно, сделайте банковский перевод".


Он скорчил гримасу. "Как пожелаешь".


"Сколько было в том месте?" Лениво спросил я, наливая моему щедрому хозяину кофе.


Двадцать миллионов долларов и, возможно, пять миллионов в виде наркотиков, драгоценностей ... Я должен получить оценку."


"Удачной добычи тебе".


"Тебя это не соблазнило..?"


Я не отрывал глаз от этого вида. И что с этим делать? Напиться до смерти, трахнуть кучу девушек, остановиться в хороших отелях?" Я покачал головой.


"Да, тебе бы быстро наскучило", - сказал он, берясь за блинчик, мужчины патрулировали лужайки под нами.


"Мне недолго осталось жить", - небрежно упомянул я.


"Как же так?"


"У меня в мозгу осколок пули, он медленно движется. Я могу прожить час или год, " солгал я.


"Ах, это многое объясняет, и почему деньги не приносят тебе пользы. Что говорят врачи?"


"Что это не может быть удалено, и когда-нибудь ... это перережет артерию. Год назад мне дали три месяца."


"Итак, у тебя занято время".


"Я много лет жил в долг".


"Рами сказал, что тебя пытали много дней, но ты не говорил ..."


"Я не чувствую боли так сильно, как раньше, и я не боюсь смерти", - сказал я ему, потягивая кофе.


"Идеальный убийца, как те... Самурай, да."


Я улыбнулся. "Они никогда не разговаривали и сражались до последнего".


"Но ты ничего не хочешь для себя?"


Я обдумал это и скорчил гримасу. "Я принимаю каждый день таким, какой он есть, и ... У меня нет особых желаний. Но мне нравится тренировать мужчин и руководить ими. Я думаю, что в прошлой жизни я был солдатом."


"Ко мне прибывают еще люди, они были хорошими солдатами, скоро станут хорошей командой".


"Мы уже хорошая команда", - настаивал я, подняв палец.


"Да, шестьдесят человек убиты четырьмя мужчинами; невероятно. Ты можешь ... сегодня вечером отправишься на другую виллу?"


Я вздохнул, но затем улыбнулся.


Помощник Боба постучал и вошел днем позже. "Некоторые новости о Петрове".


Боб прекратил то, что он делал, и посмотрел вверх.


Его помощник продолжил: "Четверо мужчин сразились с шестьюдесятью четырьмя и выиграли, забрали еще одну виллу и ... двадцать миллионов долларов плюс. Но это еще не все. Рота панамских солдат отправилась на поиски четырех человек, но не смогла их найти, поэтому вернулась в казармы."


"Кто, черт возьми, мог найти Уилко в джунглях", - заявил Боб. "Его собственные люди не могут найти его на поле со скошенной травой".


Днем позже я взял свою команду из четырех человек и атаковал другую виллу, несколько часов снайперской стрельбы измотали жильцов, стрельба из РПГ велась через окна, последних нескольких жильцов выгнали, и РПГ использовались, потому что Томску не нужна была эта изолированная вилла.


Когда действие закончилось, вилла сгорела, мы поохотились на территории и нашли то, что искали, туннель. Для взрыва металлической двери была использована взрывчатка, и внутри мы нашли еще одну огромную партию наличных, но наткнулись на препятствие.


Ко времени прибытия в Томск мы собрали двенадцать тонн кокаина, парни волновались.


Томский остановился и уставился на кокаин, выглядя обеспокоенным. "Это не их".


"Чей это?" Я спросил.


"Они второстепенные игроки, связанные с колумбийской группой, большой группой, так что это их".


"Они узнают, что это был ты?" Я спросил.


"Да, и они придут".


"Позволь им, мы устроим ловушку", - уверенно предположил я. "Тем временем я буду обучать новых людей".


Боб сел рядом с директором, леди, открывающей папку, министром внутренних дел и несколькими мужчинами из Кабинета министров, присутствующими на совещании.


Министр внутренних дел повернулся лицом к Бобу. "Возможно, вы могли бы объяснить ... цель вашей операции в Панаме."


"Мы увидели возможность использовать персонажа Петрова, которого Уилко играет очень хорошо. Человек, на которого он сейчас работает, Томск, в прошлом продавал оружие многим группам, которым мы бы предпочли, чтобы он не продавал оружие, отсюда и наш интерес, и он впервые появился на нашем радаре, когда оружие прибыло в Великобританию на корабле, косвенно из Панамы.


Работа Уилко заключается в том, чтобы внедряться и получать информацию об их операциях, но... он играет персонажа Петрова, убийцу и снайпера мирового класса, так что... он не мог отказаться ... использовать оружие для своего работодателя, скажем так. Петров сыграл важную роль в оказании помощи Томску в продаже ... еды на вынос ... большая часть местных соревнований."


"Это та часть, которая нас беспокоит", - заявил министр внутренних дел.


"Уилко теперь пользуется их доверием, и поэтому он познакомится с внутренней работой. Чем дольше он там, тем больше мы узнаем, и - когда он выйдет из себя - мы сможем наиболее эффективно вывести аппарат из строя.


Факт в том, что если Томск станет единственным крупным игроком в этом регионе, то, когда придет время, мы будем иметь дело с одной целью вместо двадцати. И для протокола, люди, которые были ... отодвинутые в сторону, были наркоторговцами, убивающими отморозков и их приспешников."


"Насколько сильно выиграл этот Томск в результате действий Уилко?" - спросил министр внутренних дел.


Боб взглянул на свой лист. "Приблизительно... двести сорок миллионов долларов."


Присутствующие в комнате обменялись взглядами, подняв брови.


Режиссер вставил: "Я думаю, это ставит Уилко в выгодное положение у его нынешнего работодателя".


Они засмеялись и кивнули.


Боб добавил: "Министр внутренних дел, если что-то пойдет не так, то вина ляжет на Петрова, известного убийцу ... и самый разыскиваемый человек в мире. Здесь у нас есть возможность, человек внутри мира, в который мы никогда раньше не могли проникнуть. Мы могли бы закончить самым крупным наркопреступлением в истории этой планеты."


Мои новобранцы были достаточно хорошо натренированы, все крупные и крепкие, но не настолько подтянутые, поэтому я велел Томску купить тренажеры для бега, теперь всем ребятам требовалось бегать по часу в день. Прибыл новый набор, и даже больше, и Томск "нанял" у регионального военного коменданта заброшенную базу в джунглях с полигоном и штурмовыми курсами.


С помощью нескольких квалифицированных местных рабочих старые хижины базы были вычищены, подправлены и покрашены, устранено несколько протечек в крыше, отремонтирован забор, установлены инфракрасные камеры. Было построено помещение для охраны, и начались собачьи патрули.


Я тренировал людей как новобранцев Echo, и поскольку номер Два был прирожденным игроком, он стал лидером второй команды. Теперь у нас в подчинении было бы по семь человек, две команды по восемь. Я усердно обрабатывал мужчин в течение семи дней, по ночам приводил девушек и пиво, они ничуть не страдали от изоляции, и я был доволен прогрессом.


Томск прибыл на следующий день с Большим Сашей и дюжиной телохранителей и отвел меня в сторону. "У нас есть новости о колумбийцах, пограничники подкуплены, чтобы пропустить их сегодня вечером".


Я привел его в свой "офис" и показал ему карту.


"Вот, по этой дороге они пойдут, но это не точно", - объяснил Томский.


"Если я поведу людей в засаду, и мы их упустим ..."


Он кивнул. "Да, риск, но я не хочу, чтобы здесь бушевала гребаная война. Я буду спать в городе, на конспиративной квартире с секретным ходом и надежной комнатой, и я не думаю, что они хотят, чтобы люди их видели."


"Нет, они не пойдут в город", - согласился я. "Ты можешь нанять армейский грузовик и сопровождение на восток?"


"Только пока, это территория коммунистов".


"Тогда мы скоро уходим, пора заходить. Но если мы наткнемся на коммунистический патруль?"


Он скорчил гримасу. "Всем похуй на коммунистов, здешнее правительство похлопало бы нас по спине".


"Но в тех коммунистических патрулях часто больше пятидесяти человек, так что у нас были бы раненые, и мы бы задержались", - указал я.


Он обдумал это. "Попытайся избежать драки, спрячься, подожди на дороге". Он протянул мне спутниковый телефон. "Дайте мне знать, если вы думаете, что колумбийцы обошли ваших людей, нам нужно, чтобы они вернулись сюда в спешке"


"Не могли бы вы быстро вызвать вертолет?" Я нажал.


"Есть один, который мы могли бы использовать, если срочно. Позвони мне, у меня это будет в режиме ожидания."


"Как мы узнаем колумбийцев?" Я спросил.


"Пограничники скажут мне, я скажу вам; сколько грузовиков, какого цвета". Он поднял палец. "И чтобы пройти этим путем, они заплатили гребаным коммунистам".


"Для коммунистов нормально урезать то, что движется по их территории", - сказал я.


Томский кивнул. "Иногда я плачу свою долю. Но они должны были позвонить мне, продать мне эту информацию, эти гребаные парни с гор."


"Не спи в одном месте", - сказал я Томскому. "Продолжай двигаться. У колумбийцев глубокие карманы, кто-нибудь проболтается, доверяют лишь нескольким людям, меняют планы в последнюю минуту."


Он кивнул. "Я был так же осторожен год назад, теперь у меня гораздо больше людей, плюс ты и твоя команда".


Я присматривался к новым командам, пока они тренировались. "Ты можешь доверять всем этим мужчинам?"


"Все они рекомендованы, все разыскиваемые преступники, и я осторожен".


"Но если бы кто-то предложил человеку там миллион долларов ..?"


Он обдумал это. "Пока оставь их здесь".


"Я предпочитаю это место", - сказал я ему с улыбкой. "Мне нравятся джунгли".


"Я понимаю тебя лучше, чем ты думаешь", - сказал он, погрозив пальцем. "Ты отказываешься от денег и красивых вилл, и тебе нравится это дерьмо. Тебе нравится быть занятым, тебе бросают вызов, тебе нравится решать головоломки."


Я улыбнулся. "Может быть. Но я говорил тебе, что в прошлой жизни я был солдатом, возможно, под Сталинградом."


Час спустя мы были снаряжены и готовы, прибыли два грузовика, изрыгая дым, и мы сели в седла, день был жаркий, вскоре мы катили на восток и рычали на грузовиках американского производства, наши водители были сержантами панамской армии, которым нужны были дополнительные деньги.


Потребовалось чуть больше часа, чтобы добраться до места высадки, перекрестка, и мы подождали, пока движение прекратится, прежде чем спуститься вниз и побежать к деревьям, включив рации, в наушниках.


"Постройтесь в свои пары, Вторая команда позади. И убери пальцы со спусковых крючков."


В масках и перчатках мы двинулись дальше, и я повел их параллельно дороге вдоль хребта, высматривая хорошее место для засады. Найдя идеальное место для засады, множество путей отхода и высокие деревья, я приказал командам установить маскировочные сетки и расстелить пончо, и каждый второй человек поспал бы несколько часов, поскольку день был чертовски жарким.


Я устроился, моим ведомым был номер три, и мы устроились поудобнее, наблюдая за дорогой внизу, проезжающими старыми грузовиками, несколькими автобусами, даже несколькими ослами, медленно трусящими мимо.


Колонна из шести джипов, набитых вооруженными людьми, на некоторое время привлекла наше внимание, люди отходили от границы, но больше всего нас напугала колонна коммунистов, пробиравшаяся по противоположной от нас стороне долины, а затем занявшая позицию, как будто для того, чтобы устроить засаду кому-то внизу.


Я позвонил в Томск. "Это Петров".


"Проблема?"


"Большая гребаная проблема; рядом с нами коммунисты, они устраивают засаду на дороге."


"Для кого?"


"Могли ли они поджидать колумбийцев?" Я спросил.


"Нет, определенно нет, у них отношения с наркокартелями. Должно быть, они ждут армейский патруль."


"Если они нападут на армию, дорога будет перекрыта, солдаты выйдут, колумбийцы повернут назад."


"Черт." После паузы последовал вопрос: "Сколько коммунистов?"


"Не более тридцати, мы можем взять их или, по крайней мере, отпугнуть, затем мы ждем колумбийцев."


"Черт. После паузы последовало: "Сделай это, дай мне знать, если что-нибудь еще произойдет".


Отложив телефон, когда солнце садилось, я включил радио. "Встань, приготовься.


"Слушайте: по ту сторону долины находятся коммунисты, они устроили засаду на армию, но если они это сделают, дорога будет закрыта, и мы упустим нашу цель. Итак, занимайте огневые позиции, и быстро, пока мы не потеряли свет. Мы в тени, у них все еще есть немного света. Приготовься."


Я посмотрел в прицел и увидел несколько лиц, мужчин с красными шейными платками, которые готовились, некоторые с РПГ и пулеметами. "Хорошо, когда я стреляю, стреляй и ты. Вторая команда, цельтесь в крайних слева и действуйте в них, Первая команда, начинайте справа и действуйте слева. Ожидание."


Я тщательно прицелился в парня, которого считал главным, простым выстрелом на триста ярдов без ветра, и я мягко нажал на спусковой крючок; лязг перезарядки отдался в моей скуле, латунный патрон отлетел высоко и точно.


Мужчина упал, окружающие бросились ему на помощь, и я ранил троих в спину, когда вокруг меня раздались трески. Коммунисты понятия не имели, откуда ведется огонь, прозвучало несколько беспорядочных очередей, и через шесть минут мы не могли найти никого, в кого можно было бы попасть.


Тридцать минут наблюдения не дали никаких дальнейших целей, поскольку мы потеряли доступный свет.


Я позвонил в Томск. "Мы убили коммунистов тихо, они едва успели выстрелить".


"Хорошо, хорошо."


"В этом есть одно преимущество."


"Что это?"


"Их могут обвинить в нападении колумбийцев из засады".


Томский громко рассмеялся. "Это было бы хорошо, да. Я позвоню тебе, когда узнаю о них."


Отложив телефон, парни вернулись к отдыху.


В час ночи мой телефон тихо зазвонил, перекрывая рев древесных лягушек, поблизости зашевелились мужчины. "Алло?"


"Теперь у нас есть детали: шесть грузовиков, два джипа спереди, джипы синие - не то чтобы ты, блядь, мог разглядеть это в темноте. Больше никого не должно быть на этой дороге в этот гребаный час. Позвони мне, если что-то случится."


"Ладно, спокойной ночи".


Я вытер грязь с перчатки и включил радио. "Слушайте внимательно; шесть грузовиков, два джипа впереди. Целься в заднюю часть грузовиков, установи автомат на первый магазин. Первая команда, последние три грузовика. Вторая команда, первые два грузовика и джипы, если сможете. Приготовьтесь, они должны быть здесь в течение двадцати минут, граница недалеко."


"Мы попытаемся остановить их?" - раздался голос.


"Нет, мы стремимся убить и ранить многих из них, они развернутся, мы не рискуем жизнями в ближнем бою, в этом нет необходимости". Я стащил большую многоножку с моего оптического прицела и приготовился, ночные животные с визгом бросились на нас.


Пятнадцать минут спустя мы увидели фары и услышали шум грузовиков на фоне постоянного фонового стрекота сверчков и древесных лягушек, и в поле зрения появились семь комплектов фар, два джипа впереди, так что я был удовлетворен тем, что мы не собирались стрелять не в тех людей - разумно уверенный, что это была не группа туристов.


Я прицелился в третий грузовик с открытым левым глазом, мой оптический прицел мало пригоден для ночного видения, и я прицелился в брезентовую заднюю часть грузовика и в ничего не подозревающих людей, находящихся внутри.


Когда он приблизился, я открыл огонь, остальные члены команды присоединились, и я разрядил свой магазин в этот третий грузовик, поворачивая вправо, когда он проезжал, меняя магазины, когда дорога была заблокирована джипом, который вильнул и перевернулся.


Достав свой второй магазин, я выстрелил в четвертый грузовик длинными контролируемыми очередями, щелкая пустыми, и я израсходовал четыре магазина, наконец объявив прекращение огня.


"Постройтесь в команды, отступайте тем же путем, которым мы пришли, медленно и тихо, и ... уберите пальцы со спусковых крючков".


Поравнявшись с горящим джипом, я оглянулся, не заметив никакого движения, и позвонил в Томск, пока мы медленно продвигались по трассе.


" Алло? " раздался сонный голос.


"Это Петров, работа выполнена".


"Закончили?"


"Судя по всему, все мертвы, с нашей стороны никто не ранен, они едва успели выстрелить".


"Ах, ты чудотворец".


"Немного поспи, мы вернемся пешком, хорошая разминка".


Обратная прогулка прошла достаточно хорошо, двух армейских патрулей удалось избежать, нырнув в деревья, и мы преодолели шестнадцать миль за приличное время, вернулись после рассвета, приняв прохладный душ, съев еду, прежде чем отправиться в свои походные кровати.


Я проснулся в 2 часа дня и был вызван, меня ждал джип, поэтому я снова умылся и переоделся в гражданскую одежду, вскоре направляясь на запад с четырьмя охранниками виллы, болтая о ночных событиях.


На вилле Томский вскинул руки в воздух и громко приветствовал меня с широкой улыбкой на лице. Он схватил меня за плечи. "Армия была на месте происшествия, и коммунистов обвиняют в нападении не на тот конвой. Блестяще - двумя зайцами одним выстрелом. Пойдем, пойдем, выпьем."


Сидели, болтая на террасе, я расслабился с пивом, затем с тремя кружками пива, день был жаркий, но в 16:00 нас ждал сюрприз, неожиданный посетитель, неожиданный министр правительства. Томск внезапно был очень обеспокоен, но поприветствовал мужчину, сопровождавший нашего гостя солдат вынес холодные напитки. Большой Саша предложил министру холодный лимонад после того, как мужчина сел лицом ко мне и Томску.


Отхлебнув лимонада, священник начал: "Вы говорите по-английски?"


"Да", - сказал я.


" Немного, " предложил Томск.


"Есть три причины моего визита. Во-первых, мы находимся под большим давлением со стороны американцев и Интерпола, поскольку они считают, что вы укрываете кого-то по имени Петров." Он сосредоточился на мне. "Я видел наброски, поэтому предполагаю, что вы - Петров".


"Да", - подтвердил я, Томск не выглядел довольным этим откровением, но у меня были свои подозрения относительно нашего священника. Как правило, правительственные министры не заглядывали поболтать с разыскиваемыми лицами и наркоторговцами.


Во-вторых, вы обошли здесь своих соперников и находитесь на пути к тому, чтобы стать здесь главной силой. У ваших соперников есть ... исчез, тел не обнаружено." Он ждал.


"Я снайпер мирового класса, солдат спецназа. Я тренировал команду, чтобы ... решайте проблемы спокойно."


У Томска, похоже, был сердечный приступ, тихий, и он потягивал свой собственный лимонад.


Наш министр кивнул. "И у вас теперь есть военный лагерь в джунглях, где вы тренируете людей?"


"Так и есть, министр", - подтвердил я. "И я рад, что вы здесь, потому что мы, возможно, искали какого-то подразумеваемого разрешения на то, что мы хотели бы сделать дальше".


"Что делать дальше?"


"Нам не очень нравятся коммунисты", - начал я. "Они ... вмешиваться в наши деловые дела, поэтому мы собирались разослать патрули и ... убейте ублюдков."


Наш священник потягивал лимонад, обдумывая мои слова. "И ты бы попросил подразумеваемого разрешения ... чтобы сделать это?" Он снова отхлебнул лимонада. Наконец он скорчил гримасу. "Если бы вы убивали коммунистов, у нас не было бы с этим проблем. На самом деле, мы были бы весьма признательны."


"Тогда, возможно, министр, в определенном секторе вы могли бы отвести своих солдат, потому что мы не хотим наткнуться на ваших людей ночью".


"Мы могли бы это сделать".


"И ... торговцы наркотиками в этом секторе?" Я подтолкнул.


"В том секторе ... любой мужчина с оружием ... убей его."


"Здесь также есть дороги", - добавил я. "Они не очень хороши. Мы подумывали о том, чтобы заплатить за их починку, за наш счет, через городской совет, конечно, работа для местных мужчин."


"Отличная идея".


"Мы также планируем выделить немного денег местным школам, возможно, на компьютеры для детей. Мы желаем ... хорошие отношения с правительством."


"Мы будем рады любой подобной помощи".


"Министр, вы здесь ... беспокойные банды в других частях Панамы, которые вне вашей досягаемости, это возможно ... мы могли бы помочь вам с?"


Томский уставился на меня широко раскрытыми глазами и повернулся к министру.


"Есть, теперь, когда я начинаю думать об этом. Любая ... помощь, была бы с благодарностью принята."


"Если вы пришлете нам подробности, мы посмотрим, что можно сделать". Я повернул голову к Томскому, и он кивнул. "Теперь, если бы мы ввели больше русских солдат, обучили их и нанесли сильный удар по коммунистам вдоль границы, это сэкономило бы вам немного денег и жизни ваших молодых солдат, а нашим людям даны строгие инструкции никогда не рисковать и не стрелять в ваших людей".


"Я думаю, если бы вы нанесли такой удар по коммунистам, мое правительство было бы вам очень благодарно".


"И давление со стороны американцев?" Я подтолкнул.


"Это наша страна, а не их", - сердито заявил он, подняв палец.


Я столкнулся с Томском. "Наш гость, должно быть, израсходовал много бензина, пока ехал сюда, так что самое меньшее, что мы могли сделать, это заплатить ... его расходы."


"Конечно, где мои манеры", - с улыбкой сказал Томский и открыл розыгрыш, раздав несколько больших пачек. "Налогоплательщики не должны быть в растерянности, когда вы приходите к нам в гости, и вам всегда рады".


Священник встал, пачки упакованы в пакет. "Я думаю, мы хорошо сработаемся вместе. И если тебе что-нибудь понадобится ..."


"У вас есть вертолеты Хьюи и пилоты, которых мы могли бы ... нанять кого-нибудь?" Я рисковал.


Министр пожал плечами. "Заплати за топливо, они твои". И он ушел, Томску захотелось выпить чего-нибудь покрепче.


Он сел и повернулся ко мне лицом. "Что только что произошло?" он озадачил.


Я широко улыбнулся. "Здешнее правительство дало вам незаполненный чек, чтобы делать все, что вы, блядь, захотите, при условии, что мы разобьем коммунистов и несколько банд".


"Я не могу в это поверить", - выдохнул он. "Они будут сотрудничать".


"Если мы разобьем коммунистов, мы сможем перейти границу, перекрыть границу. Если вы контролируете границу, это большие деньги. Американцы говорят, что приграничная торговля стоит три миллиарда долларов в год."


Томский уставился в ответ, опуская свой стакан. "Три миллиарда?"


Я кивнул. "Ты станешь очень богатым человеком".


Боб уставился на своего помощника, покачал головой и помчался к режиссеру.


" Проблема? " спросил Режиссер после того, как Боб ворвался в комнату.


Боб обдумал его слова, улыбнулся, затем выдавил это из себя. "Уилко".


"А". Режиссер отступил назад.


Боб объяснил: "Правительство Панамы осведомлено о его присутствии как Петрова и сопротивляется всем попыткам американцев что-то сделать с Петровым, вплоть до того, что они говорят американцам об этом... отвали."


"Они ... что? " недоумевала она.


"У правительства Панамы сложилось впечатление, что командует Петров, а не Томск".


Уилко пробыл там всего две недели! И он заправляет этим чертовым шоу?"


"Да, но это не самое лучшее. Правительство Панамы напрямую сотрудничает с Петровым, вплоть до предоставления военной базы и вертолетов, и позволяет Уилко обучать бывших российских солдат, как он обучал наших парней."


Режиссер встал. "Он - это что!"


Боб улыбнулся. "При условии от правительства Панамы, что эта маленькая армия нанесет удар по коммунистам на границе и уничтожит колумбийские банды наркоторговцев".


Режиссер смотрела в ответ, ее челюсть была на полу. Через мгновение она широко улыбнулась, покачала головой и начала смеяться. Она приблизилась к Бобу, когда Тот встал. "Боже, это грандиозно. И американцы будут раздосадованы, довольны, напуганы, обеспокоены и увидят возможность - все в одно и то же время. Тебе нужно будет проинформировать премьер-министра."


Боба ввели, когда премьер-министр ел свой обед, и у него был десятиминутный перерыв. "Спасибо, что приняли меня так быстро, премьер-министр".


"Они сказали, что это важно", - сказал он, не поднимая глаз.


"Это о Уилко".


Премьер-министр поднял глаза. "Он ранен?"


"Нет, премьер-министр, он ... довольно хорошо. Если можно, я начну с самого начала: Уилко очень хорошо играет роль русского гангстера - "


"И американцы очень завидуют этому факту".


"Действительно, премьер-министр. И ... после того, как Уилко недавно помог вам в Боготе, мы послали его под прикрытием в Панаму, и ему удалось внедриться в русскую банду, которая поставляла оружие в Великобританию - отсюда наш интерес к ним."


"Он в опасности?"


"Нет... действительно."


Премьер-министр покосился на Боба. "Продолжай".


"С тех пор, как Уилко присоединился к этой группе, группа ... преуспела, и ... очень быстрорасправился со многими соперничающими бандами."


Глаза премьер-министра расширились. "Я действительно не хочу знать, что значит отодвинуться".


"Ну, он... помогал этой группе, и они значительно выиграли в территории и ... фонды." Премьер-министр поднял глаза, когда ел. Боб продолжил: "Уилко, похоже, был ... тренирует мужчин в этой группе сражаться."


Премьер-министр опустил нож и вилку и уставился в ответ. И ждал.


Уилко обучал бывших российских солдат" как действовать... как эхо отрешенности." Рот премьер-министра приоткрылся. Боб продолжил: "Они практически уничтожили конкурентов в южной Панаме, что привлекло к ним внимание тамошних властей, которые... связался со своей группой."


"Выходил на связь?"


"Была проведена встреча на уровне министров, по-видимому, с Уилко ... председательствующий на собрании."


"Дорогой бог".


"В результате этой встречи была заключена сделка с правительством Панамы, в которой... правительство не только оставило бы эту группу в покое, но и предоставило бы базы и вертолеты в обмен на ... Команда Уилко наносит удар по силам коммунистов на границе."


"Он ... борется с коммунистами?"


"Так и есть ... уничтожаем их в спешке, премьер-министр."


Премьер-министр потягивал чай, глядя перед собой. "Делаю то, за что нас не поблагодарили бы, хотя мы и американцы помогали в этой области в прошлом, но на стороне Колумбии".


"Если группа Уилко продолжит расти, тренироваться и продолжать в том же духе, тогда его группа будет контролировать приграничную торговлю наркотиками, всю ее".


"Это сделало бы эту группу очень богатой, очень могущественной и чертовски опасной".


"Я думаю, премьер-министр, мы должны доверять суждению Уилко по этому поводу, поскольку он, по-видимому, принимает решения".


"Он взял на себя ответственность?"


"Он взял на себя ответственность за элемент, который нападает на коммунистов", - объяснил Боб.


"И уничтожение конкурирующих банд наркоторговцев".


"Да, и ... в течение трех недель Уилко высвободил около трехсот миллионов долларов для своего нового босса."


"Если это выйдет наружу ..."


"Петров возьмет вину на себя".


"Наши агенты под прикрытием не могут ходить и стрелять в людей".


"По крайней мере, не попасться на этом", - подчеркнул Боб, заметив. "Премьер-министр... когда Уилко звонит, каковы ваши ... желания в регионе?"


Премьер откинулся на спинку стула и уставился в окно. И конца торговле наркотиками никогда не будет, и если убрать одну банду, появится другая. Оттеснение коммунистов на границе пошло бы на пользу региону, но то, на что вы намекаете, это ... что бы мы делали, если бы эту границу контролировала единая всемогущая сущность."


"Это образование, премьер-министр, похоже, готово говорить и вести переговоры. Все стороны хотят, чтобы с колумбийскими бандами было покончено, все стороны хотят, чтобы коммунисты отступили, и все стороны согласились бы, что торговля наркотиками всегда будет, так что ..."


"Можно ли как-то повлиять на торговлю наркотиками?" Избиратели повесили бы нас даже за попытку. Этой встречи никогда не было, но держите меня в курсе."


Когда Боб вернулся, было сообщение, что ЦРУ требует встречи сегодня.


В 17:00 Боб и его помощник встретились с Чаком и его командой в гостиничном номере рядом с Риджентс-парком. Впустили, Боб сел там, где показано.


Чак несколько секунд пристально смотрел на Боба, затем начал: "Петров ... находится в Панаме. Петров ... стреляет до полусмерти в любого в кричащей рубашке, в Панаме. Петров ... заключил какую-то сделку с тамошним правительством, что стало для нас неожиданностью, если не гребаным шоком, потому что это наш задний двор, и эти ублюдки в Панаме должны рассказывать нам об этом дерьме ". Он откинулся на спинку стула и ждал.


Боб спрятал ухмылку. "Мы послали Уилко внедриться в определенную группу, поскольку эта группа поставляла оружие в Великобританию. Но... что ж, Уилко ничего не делает наполовину."


"Ни хрена себе".


"Он ... играл роль Петрова, и как таковой он нашел хорошее применение, устраняя конкурентов и тренируя людей."


"Он тренирует людей?" Чак громко спросил.


"Так и есть, и правительство Панамы предоставило ему базу, вертолеты, грузовики и поставщиков".


"Какого хрена они это сделали?" Чак громко потребовал.


"Потому что... Петров заключил сделку по нападению на коммунистов в приграничном регионе и уничтожению наркоторговцев в обмен на то, что власти Панамы оставят его в покое."


"Он бьет коммунистов?"


"Бить их сильно. Как таковой ... мы рады позволить этому продолжаться на данный момент. Что касается конкурирующих банд, мы рады, что их отодвинули в сторону."


"Какова его компетенция?" Спросил помощник Чака.


"Его первоначальной задачей было выяснить все, что он мог, об этой русской группе, с целью их уничтожения".


"Уничтожаю их! Ублюдок их наращивает!" Заявил Чак.


"На данный момент он завоевывает их доверие".


"И где это заканчивается?" Потребовал Чак. "Мы сможем уничтожить эту банду с помощью какой-нибудь своевременной информации?"


Боб колебался.


"Нет? Что, черт возьми, происходит, Боб?"


"Что произойдет, если эта группа станет главной, и тогда вы арестуете их всех?"


"У нас будет хороший судебный процесс", - сказал Чак. "Хорошее освещение в прессе".


"И что происходит на земле, на границе".


"Подходит другая группа", - заявил помощник Чака.


Чак уставился на Боба. "Ты предлагаешь ... мы оставим их в покое?"


"Тогда, по крайней мере, пока с коммунистами не разберутся ... мы обсуждаем все с Уилко и принимаем решение."


"Мы могли бы просто послать гребаных морских пехотинцев!" Чак предложил.


"Не без разрешения нового правительства Панамы и не без отчуждения населения - опять же, и всех южноамериканских наций в придачу. Хватит ли у Белого дома смелости на это?"


"Белый дом считает, что Петров убил наших людей", - указал Чак.


"Если дело дойдет до драки, ты можешь просветить их, или это сделаем мы", - пригрозил Боб.


Помощник Чака подался вперед. "Ты сказал... он уничтожает торговцев наркотиками. Что это оставляет наркоторговцам ... на кого он работает?"


"В состоянии ... переговоров со своим домовладельцем".


"Ты издеваешься надо мной?" - спросил мужчина. "Ты говоришь ... что правительство Панамы будет терпеть их - в обмен на то, что они будут подавлять коммунистов?"


"Терпи их", - выплюнул Чак. "Ты имеешь в виду... возьми долю."


" Джентльмены, " позвал Боб. "Каким бы ни был конечный результат, у нас на руках все карты".


Я быстро разобрался с двумя вещами. Одним из них была пара Хьюи и пилоты, вторым был новый тир в джунглях неподалеку. Пилотам "Хьюи" предложили девушек и деньги, и они не могли быть счастливее, и вскоре я заставил своих парней спускаться по канату с "Хьюи" на высоте шестидесяти футов и практиковаться в переноске раненых на носилках.


Под наблюдением Томска "Хьюи" вошли на базу, восемь человек ворвались на борт, "Хьюи" взлетел за три секунды, и мы практиковались в этом снова и снова.


В тот вечер, когда предстояло поразить еще одну виллу, я вылетел с четырьмя бойцами на каждом вертолете, десятки головок РПГ упали с высоты тысячи футов, вилла разрушена и горит, подбиты транспортные средства. Мы въехали по дороге за час до рассвета и подобрали выживших, Хьюи позвонили, чтобы забрать нас, а также сумки с наличными и кокаином. Мы вернулись как раз к завтраку и спали в разгар дневной жары.


Новое стрельбище получило широкое применение, команды двигались как единое целое, стреляли как один, снова и снова, а на соседнем склоне холма мои ребята стреляли по мишеням на расстоянии более 600 ярдов.


В тот вечер две команды отправились в путь, одна по дороге, другая на вертолетах. Я был в дорожной колонне, и мы спешились в миле от цели, нам предстояло пересечь несколько непроходимых джунглей и глубоких ручьев, чтобы подойти к вилле с тыла, поскольку она стояла на побережье - по-видимому, это была хорошая вилла на первой линии пляжа.


В полночь был слышен вертолет, отчетливый резонирующий гул "Хьюи", и люди на вилле посмотрели вверх, когда вниз полетели РПГ. Среди неразберихи и взрывов моя команда обстреляла виллу из ручных РПГ, джипы попали в цель и подожглись, вилла сильно загорелась, и мы стреляли по ним в течение часа, прежде чем въехать.


В наших командах мы координировали движение внутрь, раненых убрали, углы прикрыли, но пришлось ждать, пока вилла сгорит дотла, чтобы войти в ее тлеющую оболочку. Мы нашли дверь в подвал неповрежденной, сброшенные дымовые шашки, женщинам и детям разрешили уйти, главного мужчину и его телохранителей - все с закопченными лицами - задержали, пока женщины не убежали. Затем моя команда расстреляла их в упор - то, что обеспокоило бы меня несколько лет назад, но теперь казалось обычным делом.


В подвале оказалось много наличных денег и марихуаны, наши Хьюи доставили их обратно, и, как и было условлено, армия прибыла, когда мы уходили, требуя кредит, наркотики и найденные наличные, солдаты в черных масках сфотографировались стоящими на коленях возле добычи, эта фотография скоро появится в панамских газетах.


На следующий вечер обстановка была бы другой, и на этот раз армия взяла штурмом место, когда мы сидели на деревьях, мои команды первыми ликвидировали многих боевиков, армия заявила о своих правах, несколько человек были взяты живыми и должны были предстать перед судом, была выставлена добыча наличных денег и наркотиков. И мы тихо улизнули, так как телевизионная команда была внедрена вместе с солдатами.


Теперь в моей команде было восемнадцать человек, все усердно тренировались, но однажды ночью один человек напился и убил другого, что стало небольшой неудачей. Томск прибыл на следующее утро, убийцу всю ночь пытались привязать к дереву и избивали. Томский разрядил обойму в человека, просто чтобы подчеркнуть свою точку зрения, и прикрикнул на команды, поскольку теперь у нас было два человека в меньшинстве.


В тот день я вывел своих шестнадцать оставшихся людей, всех предупредив о профессионализме. После трехчасового перехода мы заняли позицию над небольшим городком и окружили его с трех сторон, мои люди вскоре взобрались на деревья, но теперь у нас были подходящие веревки для быстрого отхода. Со своего собственного возвышения я смотрел вниз через прицел.


"Хорошо, главная улица, у фонтана, мужчины в джипе. Приготовьтесь ... огонь."


Преследуемые люди немного потанцевали, их джип был разорван в клочья, под желтыми уличными фонарями осталась сцена резни.


Через несколько минут было замечено, как люди проходили мимо и смотрели, забирали винтовки, деньги и часы, а через час кто-то вытащил тела из джипа и угнал джип, заставив меня улыбнуться.


Полчаса спустя подъехали три джипа, главный спустился, чтобы осмотреть тела, вскоре сам устроил небольшой танец, его джипы были разорваны в клочья, все его люди перерезаны, никто не выжил.


На этот раз местным потребовалось больше времени, чтобы отреагировать, но уже через полчаса люди крали оружие, часы с запястий, деньги из карманов - и большинство воров были женщинами.


Вглядываясь в прицел, я обнаружил окно, в котором мужчина избивал женщину, а затем приступил к изнасилованию девочки-подростка. Я выстрелил, но попал в него, и это дало девочке и ее матери время схватить нож и зарубить мужчину чем-нибудь ужасным. Расплата действительно была сукой, фактически, их было двое.


Заметив мужчину, пристававшего к уличным проституткам под дулом пистолета, я ударил его в живот, и он упал, мой выстрел с глушителем озадачил проституток, которые оглядели улицу, затем наступили на парня, когда он истекал кровью, его карманы были опустошены, пистолет украден. В здешних краях стая пираний может ободрать мужчину до костей за считанные минуты, но эти дамы могут сделать это за секунды.


Мы ушли за час до рассвета, убив более шестидесяти человек, и вернулись за столь необходимым завтраком. И я понял, что мне это слишком нравится.


По моей просьбе я попросил Томского сделать несколько постеров, несколько повысив голос по поводу деталей, но он отправил их на следующий день. В ту ночь мы взяли плакаты с собой и прибивали их ночью, убивая любого в соседнем городе, у которого было оружие.


Плакаты объясняли, что любой, кто торгует наркотиками, будет убит, любой, кто носит оружие, будет убит, дети, не посещающие школу, будут избиты, грабителям отрубят руки, а мужья, плохо обращающиеся с женами, будут застрелены.


Последняя часть вызвала большое веселье у моих команд и множество обеспокоенных взглядов на лицах мужчин в местных городах. Поскольку мы оставили на улицах более шестидесяти тел, к этому отнеслись серьезно.


Плакаты попали в национальную прессу, их показали по телевидению, жены Панамы аплодировали этому, мужья были обеспокоены таким странным поворотом событий, у одной предприимчивой группы были футболки с похожей формулировкой. Там говорилось, что "Наркоторговцев следует расстреливать, боевиков следует расстреливать, дети должны посещать школу, мужья должны уважать жен!"


В тот вечер я повел свою команду на наших замечательных новых армейских грузовиках, косвенно подаренных милыми ребятами из Пентагона через Панамскую армию, на северное побережье, и мы случайно остановились возле виллы, люди на стенах видели нас, но думали, что мы панамские солдаты.


Мы отошли к линии деревьев, рассредоточились, приготовились и ударили по поселку из гранатомета и РПГ, стены вскоре были покрыты крошевом, здания в огне, все люди внутри убиты, а мы даже не потрудились войти на территорию, мы уехали, израсходовав более сорока гранат для РПГ и шесть тысяч патронов к GPMG.


Фотографии лагеря попали в национальную прессу, банда, которая управляла комплексом, печально известна в регионе своими карательными убийствами и расчлененными телами. Никто не оплакивал свою внезапную потерю.


Все шло хорошо, обучение продвигалось, но наша удача была на исходе.


Одним сырым дождливым вечером я вывел команды на грузовиках, и мы беспрепятственно добрались до места высадки, хотя и промокшие. Построившись, мы на некоторое время придерживались линии мокрых деревьев, нападали на наркоторговцев на мокрой дороге и продвигались к границе, поднимаясь по крутым мокрым грязным холмам.


После рассвета мы нашли поля коки и потратили час на их уничтожение, убив четырех коммунистов. После отдыха на скрытой позиции я повел команды, теперь в составе двадцати четырех человек, и мы пережили ужасный дождь, все промокли насквозь и чувствовали себя несчастными.


Через час после того, как дождь прекратился, солнце выжгло влагу, и мы немного обсохли, влажность была хронической, и, идя по грязной дорожке, я что-то заметил и опустился на колени. Шахта. Кто-то заложил мину, дождь смыл грязь, чтобы обнаружить ее, счастливый случай.


Команды отступили, вскоре скрывшись высоко на гребне, и я бросал камни в шахту, пока она не взорвалась, взрыв эхом разнесся по долине. Я присоединился к своим людям на гребне холма, в пятидесяти ярдах над дорогой, и мы окопались, ожидая, не выйдет ли кто-нибудь - услышав взрыв.


Час спустя был замечен коммунистический патруль, и мы приготовились, но наш тыловик доложил, что за нами приближается другой патруль, большой. Затем поступило сообщение о третьем патруле, идущем с востока, и теперь мы были в дерьме, вокруг нас было более сотни человек, возможно, вдвое больше.


" Занять надежные огневые позиции, " приказал я. "Это может стать интересным".


Оставался один пробел, и я решил попытаться обмануть коммунистов. Я приказал четверым мужчинам снять маски и перчатки, снять глушители, отойти на поляну среди деревьев и ждать. Когда первый коммунистический патруль заметил их, моя команда-приманка открыла огонь, прежде чем побежать вниз по крутому грязному склону.


Были посланы радиосигналы, и коммунисты изменили свой подход, сосредоточившись на бегущих людях, патруль приближался ко мне теперь трусцой и красиво сбивался в группы. Это была бы лучшая возможность, которую мы, вероятно, получили.


С шестнадцатью моими людьми, целившимися во встречный патруль, наш тыл немного обнажился, я подождал, пока коммунисты обойдут взорванную мину, и около шестидесяти человек теперь сгрудились подо мной и двигались мимо. Я подождал, пока ведущие поравнялись с хвостом моей позиции, и, тяжело вздохнув, открыл огонь.


Я стрелял из автомата в людей, которые были достаточно близко, чтобы учуять мой запах, метаясь влево и вправо, когда я отчаянно палил сквозь кусты - птицы кричали и уходили в крыло, большая группа закоренелых коммунистов ФАРК целилась, пока я не нажал пустую. Я прижался спиной к дереву, грязная земля вокруг меня разорвана - дерево разлетелось на куски, я поспешно перезарядил, затем передумал и вытащил две гранаты, просто бросив их вокруг дерева.


Взрывы прикончили тех, кто был поблизости, следующие две гранаты разлетелись дальше, взрывы были едва слышны среди продолжающейся рукопашной схватки. Опустившись на колени и выглянув из-за дерева, чтобы выстрелить, я выпустил длинные громкие очереди по мужчинам в радиусе двадцати ярдов - заметил нескольких женщин-бойцов, земля вокруг меня теперь была цвета меди.


Мимо меня просвистел РПГ, позади прогремел взрыв, на меня посыпалась грязь, повалил дым, когда я стрелял в безумной панике, цели были повсюду. Перезаряженный, я выглянул из-за дерева в неподходящее время, головка РПГ задела мой череп и взорвалась далеко позади меня.


Качая головой, с легкими, полными дыма, я продолжал стрелять, и уровень шума в конце концов снизился со всего ада на Земле до просто периодических перестрелок.


Я прикончил двадцать раненых и подбил десятерых человек на расстоянии ста ярдов, прежде чем разрядил оружие, вернулся за дерево и перезарядил, уровень шума упал еще больше.


"Большой патруль приближается сзади!" - раздался крик.


"Все мужчины оборачиваются!" Я отдал приказ и побежал по грязи сквозь деревья - деревья с большей частью содранной коры, вниз по склону, чтобы встретить следующую атаку. Увидев, что они были под нами, я крикнул: "Гранаты!"


Вскоре я нащупал свои собственные гранаты в мокрых и грязных перчатках, осталось несколько гранат, и я бросил их, вскоре десятки взрывов эхом прокатились по пышной зелени, серый дым развевался, как утренний туман.


Свои последние две гранаты я бросил высоко, и они взорвались намного выше людей, прячущихся внизу. Наступление на нас было хорошо и по-настоящему остановлено, и я отчаянно стрелял во всех, кого мог видеть, пока они не повернулись, чтобы убежать, мои глаза щипало от пота.


Развернувшись, я пробрался обратно к гребню и выше, как раз вовремя, чтобы столкнуться лицом к лицу с четырьмя мужчинами, достаточно близко, чтобы увидеть красные шейные платки и широко раскрытые глаза, когда я стрелял. Я нырнул вправо, продолжая стрелять, и все четверо упали, их выстрелы разрывали землю вокруг меня.


Номер три был там мгновением позже, одиночными меткими выстрелами прикончил четверых, вскоре стреляя по другим, пока я перезаряжал. Вскоре я уже продирался сквозь влажный кустарник и врезался в дерево, занимая огневую позицию ниже по склону, теперь недалеко от того места, где взорвалась мина.


Я подстрелил шестерых мужчин и одну женщину, вокруг осталось еще несколько человек, но, посмотрев на восток, я увидел приближающихся мужчин в двухстах ярдах, и поэтому я стрелял по ним, пока они все не спрятались, тогда появились РПГ и снесли деревья вниз по склону или просвистели мимо меня и улетели в следующую долину.


Заметив движение всего в нескольких дюймах от себя, я несколько секунд изучал большеглазую древесную лягушку, пока она изучала меня, переводя дыхание. Мы немного нарушили его экосистему.


Тридцать минут прерывистого огня и подлетающих РПГ привели к затишью, мой пот остыл, и я выпил столь необходимый напиток, пока команды перегруппировывались и оценивали ситуацию.


"Это Семнадцатый, мы сейчас в противоположной долине, мы можем их видеть".


"Стреляй в них!" Я заказал, вскоре раздались трески. Мужчины и женщины-товарищи по оружию, которые были скрыты от нас, теперь подвергались ударам сзади.


"Мы поймали многих из них, может быть, двадцать, некоторые убегают!" - раздался ликующий голос.


Вызвав свою грязную команду, я быстро повел их вдоль хребта, под нами был крутой обрыв, было видно множество хромающих раненых коммунистов, когда мы начали стрелять по ним, десять попали быстро, дальние группы были нацелены, и они, по-видимому, не думали, что мы сможем поразить их с такого расстояния. Люди, стоявшие вокруг на расстоянии шестисот ярдов, упали с удивленными выражениями на лицах.


Час спустя, когда не в кого было стрелять, я повел свою команду на запад, по пути собирая боеприпасы с убитых. Мы присоединились к номеру Семнадцатому и его команде, и я был абсолютно измотан, выпивая то, что осталось от моей воды.


Остановившись в миле от дома, я включил радио, так как мог видеть хромающих мужчин. "Есть раненые?"


"Здесь, номер восемь, рана на ноге".


"Десятый, ранение в ногу".


"Пятнадцатый был убит, мы оставили его".


"Восемнадцатый был разрезан пополам РПГ".


Я вызвал Хьюи по спутниковому телефону и повел команду к разрушенным маковым полям, круговая оборона была занята, пока мы не услышали, что едут наши машины.


Восемь усталых, перепачканных и окровавленных мужчин сидели на борту первого "Хьюи", восемь - на втором, а остальные из нас тридцать минут ждали второго рейса, вскоре направлявшегося низко над джунглями, как в каком-нибудь старом фильме о войне во Вьетнаме, и я не мог удержаться от улыбки. Приземлившись на базе, "Хьюи" улетели заправляться - и, без сомнения, счищать грязь, которую мы оставили, - пилоты получили премию.


Томск ждал, и я подошел к нему, на мне было больше грязи, чем на профессиональном борце в грязи. "Что, черт возьми, произошло?" он спросил, но без гнева или явной вины, когда он рассматривал раненых, с которыми работали.


"Случайно наткнулся на большой коммунистический патруль, возможно, триста человек, и они окружили нас прежде, чем мы осознали это", - доложил я, ведя его в свой кабинет.


"Триста?" спросил он, следуя за мной.


Я отложил винтовку и начал снимать свой грязный комплект, весь в поту, с мокрыми ногами. "Вооружен РПГ и пулеметами".


"Это большая сила!"


Я кивнул, открыл холодильник и взял холодную фанту.


"Ты ранен".


Я дотронулся до своего лица и взглянул в зеркало. "Несколько порезов и царапин".


Допив фанту, я схватила спутниковый телефон и набрала номер, пока Томск с любопытством наблюдал за мной. "Министр, это приятный русский джентльмен из Ла-Пальмы".


"Чем я могу помочь?" - раздался очень вежливый и цивилизованный голос.


"Мы наткнулись на большой патруль коммунистов, около трехсот человек, хорошо вооруженных".


"Это не патруль, это гребаное вторжение!" - заорал он.


"Да, министр, но мы убили большинство из них".


"Ты сделал?"


"Да. Не могли бы вы послать вертолеты, а затем людей, захватить раненых и собрать оружие." Я дал ему должность. "И, министр, всеми средствами сделайте так, чтобы это выглядело так, будто это сделали ваши люди, нас там никогда не было".


"Да, и спасибо тебе".


Положив трубку, с лицом, покрытым потом и кровью, я посмотрел на Томск.


Он сказал: "Они будут требовать признания?"


"Да, потому что, если бы мы это сделали ... тогда многие люди в этой стране были бы очень обеспокоены размером и возможностями наших команд".


Он кивнул, обдумывая это. "Да, я так думаю. Пойдем, в городе есть врач, забирай раненых, мы уходим."


Боб постучал и вошел в кабинет директора. Он подошел, сел и громко вздохнул. Режиссер отступил назад и ждал.


Новости из Панамы, не в последнюю очередь из их телевизионных новостей. Люди Уилко напали на коммунистическую бригаду, убили или ранили почти триста мужчин и женщин."


"Женщины?"


"В их рядах есть женщины", - объяснил Боб. "Товарищи по оружию".


Режиссер кивнул. "Триста. Он немного ускоряет ход событий, вот и вся наша война."


"Правительство Колумбии собралось на чрезвычайное заседание, чтобы обсудить это, то же самое относится и к правительству Панамы, но панамская армия утверждает, что это их победа".


"К чему это нас приводит?"


"Это оставляет нас... с коммунистами, вероятно, готовящимися к тотальной борьбе." Он воспользовался моментом. "Я чувствую... возможность здесь."


"Продолжай".


"Мы должны предложить наши услуги колумбийцам, использовать отряд "Эхо", ударить по коммунистам с юга, Уилко ударит по ним с севера. Это позволило бы нам также случайно снабдить Уилко оружием и снаряжением."


"Звучит так, будто ему это не нужно!"


"Все это помогает".


"Я читал отчеты из Панамы; он уничтожил десятки соперников, скоро останется только один основной игрок. Все еще нет контакта?"


"Я подозреваю, что ему могли бы позвонить, если бы он пожелал, но ... если он позвонит, и мы скажем ему отключиться ..."


"Это испортило бы ему удовольствие?" - раздраженно спросил Режиссер.


"Возможно, вы думаете, что, режиссер, я не могу это комментировать".


"Хммм. Я поговорю об этом с властями, американцы, должно быть, обеспокоены."


"Они должны быть довольны тем, что мы делаем", - настаивал Боб.


Мое выздоровление - от незначительных ранений от рук товарищей-коммунистов - длилось недолго, и два дня спустя я проснулся, когда мне в лицо светили факелы и произносились странные слова. Слова были на незнакомом языке, но каким-то образом я знал, что эти люди были моими друзьями. Я был почти голый, в одном зеленом нижнем белье, лежал в грязи и холодных листьях, вокруг была темнота.


Сильные руки схватили меня и подняли, и вскоре они тащили меня мимо расколотого дерева, сквозь дым, что-то горящее, части тел разбросаны вокруг, моя нога ступила на теплую кровь. Меня швырнули на заднее сиденье машины, и мы умчались, подпрыгивая вверх-вниз, отчего меня затошнило.


Пальцы проверили пульс на моей шее, на лицо полилась холодная вода, и ко мне вернулись воспоминания - о том, кем я был и где я был. К тому времени, как мы добрались до виллы Томска, я был в курсе, но притворился обиженным; казалось, так лучше для той роли, которую я играл.


Сильные руки вынесли меня с безвольно опущенной головой на яркий свет, в знакомую обстановку, Томск выглядел испуганным, когда стоял в халате. Они усадили меня, и я мог видеть свои ноги; кровь, грязь и зеленые разводы, ко мне прилипло несколько листьев.


" Я в порядке, " прохрипела я, мои веки отяжелели. "Сотрясение мозга. Приготовь мне холодный душ."


Они подняли меня по указанию Томска, и я вернулся в свою обычную комнату, сунулся в душ, холодная вода лилась на меня в течение пяти минут, и я почувствовал себя лучше.


Выйдя из душа, Большой Саша помог мне вытереться. "У тебя порезы на ногах".


Я сидела на кровати, пока он вытирал мои ноги, и я сняла мокрое нижнее белье, предложенный халат и надела его, завязав шнурок. Он положил мою руку себе на плечи и помог мне дойти до кухни, тот самый доктор, который сейчас здесь. Доктор посветил мне в глаза, проверил мой слух - не доволен результатами, и проверил мои ноги, смазанные антисептическим кремом.


В какой-то момент он ушел, я не был уверен когда, и Томск протянул мне виски.


"Как ты себя чувствуешь?" Спросил Томский, беспокойство отразилось на его лице.


"Что ... случилось?"


"Ночные стражи, они нашли бомбу за вашей дверью, и они перенесли ее. Они прошли десять ярдов, когда он взорвался, иначе ты был бы мертв. Мы потеряли двух человек, они повсюду, многие ранены."


"Бомба?" Я озадачен.


"Какой-то соперник, или, может быть, нас предали, кто-то взял деньги".


"Почему я, почему бы не взорвать тебя нахуй, ты же босс!"


"Большое спасибо", - съязвил он. Он указал на меня. "Тебя они хотят убрать с дороги, тебя они обвиняют в успехах против других".


Я допил виски. "Я иду спать, мне больно". Я расслабился и упал на твердый кафельный пол, Большой Саша бросился ко мне. "И теперь мне еще больнее".


Большой Саша уложил меня на кровать, приглушил свет и оставил дверь открытой.


Я проснулся около полудня, и мне показалось, что на меня обрушился дом - несколько раз. Вставать с кровати было мучительно, в спине трещало, и я пошатывалась, пока добиралась до душа. Долгий горячий душ очень помог, и я сменил его на холодную воду, чтобы прийти в себя. Обнаружив, что в шкафах еще осталось много одежды, я надела спортивные штаны и обтягивающую футболку и поплелась на кухню.


"А, ты жив", - громко заявил Томск. "Чувствуешь себя лучше?"


"Ни хрена себе". Я сел и снял чьи-то солнцезащитные очки, Большой Саша поставил сок и кофе, которые я отпил.


"Ты дерьмово выглядишь", - отметил Томский.


"Есть новости?"


"Мы не знаем, кто подложил бомбу, но это, должно быть, были либо охранники, либо один из ваших людей, которому заплатили".


Я обдумывал это. "Мои люди могли бы легко убить меня в джунглях, никто бы не узнал во время перестрелки".


"Тогда, возможно, один из охранников. Я поручил местным армейским специалистам искать фрагменты бомбы, пытаясь идентифицировать ее."


"Покажи мне, что они найдут, я хорошо разбираюсь в бомбах". Я отхлебнул кофе. "Был ли нанесен большой ущерб?"


"Ваша хижина была разрушена, следующая хижина повреждена, каменные здания целы, окна разбиты. Я очень быстро все исправлю. Они забрали твой набор, он в безопасности."


Я кивнул. "Хорошо, нужно продолжить кое-какие тренировки. Гребаные коммунисты придут за нами достаточно скоро."


"У меня повсюду глаза", - заверил меня Томский. "Мы бы получили какое-нибудь предупреждение".


Я сидел на террасе, ел блинчики и потягивал апельсиновый сок, несколько часов работал над своим загаром, расслабляясь, и мне стало лучше, тошнота понемногу проходила. Но дела шли все хуже и хуже.


В 7 вечера появился мужчина, которого приветствовали, когда я сидел там. Он был гринго, седовласый, с множеством морщин. Он бросил на меня один взгляд и остановился как вкопанный, замеченный Томском, который посмотрел в мою сторону. Правдивы ли слухи? Он Петров?" он спросил с американским акцентом.


"Что это за слухи?" Томск играл с человеком.


" Ты укрываешь Петрова? " взорвался мужчина. "Ты что, блядь, с ума сошел?" Он ткнул в меня пальцем. "Он самый разыскиваемый человек в мире. Ты знаешь, что они с тобой сделают!"


Томск угрожающе ткнул пальцем в мужчину. "Ты в моем доме, так что заткнись нахуй и сядь". Большой Саша положил большую руку на плечо мужчины и заставил его лечь. Томский продолжил: "Я плачу вам, а не наоборот. Ты работаешь на меня!"


"Ты хочешь, чтобы гребаные морские пехотинцы США высадились на твоей гребаной лужайке?" Ты хочешь, чтобы ЦРУ напало на тебя? И правительство Панамы!"


"Ну, раз уж ты упомянул правительство Панамы", - Томский забавлялся. "Они знают, что он здесь. На самом деле, Петров регулярно беседует со священником, и этот человек сидел здесь с нами."


"Что!"


"Да, мой друг, они знают, и это так... сотрудничество."


"Сотрудничаешь? Чем?"


Томск кивнул мне. Я повернулся, чтобы посмотреть новичку прямо в лицо. "Те фотографии, которые вы видите в местных газетах, успешные наркопреступления. Мы дали им это, мы сделали работу, моя команда."


"Команда?"


"Я тренировал команду русских солдат по своему стандарту, и это были мы... кто напал на коммунистов на границе."


"Ты!"


"Да, мы. И сотрудничающий ... означает, что министр рад, что мы нападаем на коммунистов и уничтожаем все колумбийские банды здесь."


"Вы заключили сделку?" - спросил мужчина, сидя с широко раскрытыми глазами.


"Мы сделали", - сказал я ему.


Он помолчал, а затем указал на мои ноги. "Что, черт возьми, с тобой случилось?"


"Бомба", - сказал ему Томский. "Кто-то пытался его убить".


Наш новичок указал на меня. "Несколько недель назад в Панаме была большая команда ФБР, только сейчас они признают, что преследовали вас. Но человек, за которым они гнались, провалился сквозь стеклянную крышу, а ты не порезался."


"Я сделан из стали", - сказал я ему. "Я ношу нижнее белье поверх брюк".


Большой Саша и остальные рассмеялись, все видели раны в то время, Томский сидел с самодовольным видом.


Томск, наконец, повернул ко мне голову. По-русски он сказал: "Это Фрэнк, он десятилетиями был здесь в управлении по борьбе с наркотиками, полезный человек, он знает здесь всех. Не говорит по-русски."


Я кивнул. По-английски я сказал: "Привет, Фрэнк, как дела на пенсии?"


"Прекрасно", - коротко прозвучало в ответ. Он столкнулся с Томском. "Пока он здесь, ты будешь главной мишенью, за тобой будут охотиться все агентства мира".


"Я буду осторожен", - заверил Фрэнка Томский, но в зловещей манере.


Фрэнк ткнул пальцем в мою сторону. "Он убил агентов ЦРУ и ФБР, черт возьми".


"Я никогда никого не убивал", - предположил я, охранники смеялись над Фрэнком.


Улыбаясь, Томский повернулся ко мне. "Ты убил ЦРУ?"


"Я сбил вертолет в Западной Африке с ФБР и ЦРУ на борту".


"Зачем ты его сбил?" Спросил Фрэнк.


"Траектория полета, над моей хижиной, они будили меня по утрам", - сказал я ему, и охранники засмеялись. "Вы знаете человека из ФБР по имени Манстьен?"


"Да, встречался с ним много раз".


"Я скучал по нему. Скажи ему ... Говорит Петров ... в следующий раз."


"Кто этот человек?" Спросил Томский.


Я повернул голову. "Он рыскал по Западной Африке и схватил нескольких русских торговцев оружием, что было проблемой, потому что в то время они платили мне".


Глаза Фрэнка сузились. "Когда ... точно ... вы были в Западной Африке? И где?"


"Почему?" Я спросил. "Вы собираетесь сообщить обо мне в ФБР?"


"Нет, конечно, нет".


"Ах, тогда тебе не нужно вести светскую беседу".


Фрэнк повернулся к Томску, теперь спокойнее. "Причина, по которой я спустился - ходят слухи в разведывательных кругах, что у американцев есть кто-то, кто работает на вас под прикрытием, близко к вам".


Я повернул голову к Томску. "Я думаю, мы нашли нашего подрывника".


Он кивнул. Повернувшись к Фрэнку, он сказал: "Ты знаешь, кто?"


Фрэнк покачал головой и, наконец, взял кофе и отпил его маленькими глотками, интересуясь нашими битвами с коммунистами и тем, чью виллу я разгромил.


Полчаса спустя в комнату втащили мужчину с окровавленным лицом, и мое сердце пропустило удар; это был мой связной из отеля. Я оставался спокойным, задаваясь вопросом, что он знал, или от чего он отказался бы, если бы от этого зависела его жизнь - и я полагал, что он заговорит без особого давления.


Охранник сказал: "Он шнырял вокруг, поэтому мы проверили его квартиру, и у него есть записи на всех нас. Но потом мы хотели заключить сделку, сказал, что знает о здешнем шпионе."


Томский сказал: "А, тогда, возможно, он спасает свою собственную жизнь, потому что мы знаем, что здесь есть шпион".


Охранник сосредоточился на мне. "Он говорит, что работает на британцев, и это... Петров - британский агент."


Я никак не отреагировал, кроме легкого прищура на мужчину.


Фрэнк мгновение смотрел на меня, затем повернулся к пленнику. "Вы говорите, что работаете на британцев?" Он получил одобрение. "Это странно, потому что за тридцать лет я ни разу не видел, чтобы британцы проявляли интерес к этому месту".


Я повернулся к Томску. "Британцы интересуются тобой?"


Он покачал головой. "Никогда".


Фрэнк столкнулся с нашим пленником. "Что ты знаешь о Петрове?"


"Я встретил его, когда он приехал, в отеле, я был его связным".


Я снова не отреагировал, все взгляды были прикованы к нашему пленнику.


"Что должен был сделать Петров?" Спросил Фрэнк.


"Я должен был отвезти его поближе к Томску, показать ему бар".


Томск указал пальцем на нашего пленника. "Тебе запрещено посещать мой бар, ты никогда не был другом или клиентом, просто канализационной крысой. Как ты мог ... найди кого-нибудь поближе ко мне!


"И все знают, где находится мой бар, вывеску можно увидеть со всего города, и есть только одна главная улица, как ты можешь, блядь, пропустить это. Какого хрена кому-то нужно, чтобы ты водил их в мой гребаный бар?"


"Это была моя задача, и я должен был доложить", - взмолился мужчина.


Фрэнк спросил его: "Как ты доложился?"


"Я набираю номер, оставляю сообщение".


"Нет местных контактов, нет голоса?" Спросил Фрэнк.


"Нет, я набираю номер".


"Какие первые несколько цифр?" Спросил Фрэнк.


"001."


"Это Штаты, тупица, а не Англия. Англия - 0044. Вам платят дорожными чеками." Пленник кивнул. "Отправить из Панама-Сити?" Он снова кивнул. Фрэнк повернулся к Томску и уверенно заявил. "Стандартная практика УБН".


Томский кивнул. "Но почему британец?"


Фрэнк улыбнулся. "Я сделал это один или два раза, потому что кто-то другой получил бы вину, если бы что-то пошло не так. Этот парень отчитывается перед Управлением по борьбе с наркотиками. " Он столкнулся с нашим пленником. "Я знаю все о британцах, и ты знаешь что... их агентам не разрешается никого убивать."


"Нет?" Томск озадачен.


"Нет, определенно нет", - настаивал Фрэнк. "Там противозаконно".


"Это неправда", - вставил я. "Я видел, как этот британец убил много людей, Джеймс Бонд".


Охранники засмеялись, Томский стрельнул в меня взглядом.


Фрэнк сказал мне: "Настоящие британские агенты зарабатывают 35 000 долларов в год".


"35 000 долларов в год?" Я задавал вопросы.


"Просрал деньги, чтобы рисковать", - отметил Томск.


"Они не рискуют", - настаивал Фрэнк. "Они вербуют местных жителей из тюрьмы". Он столкнулся с нашим пленником. "Где они тебя нашли?"


Наш пленник колебался. "Тюрьма Панама-Сити".


Фрэнк столкнулся с Томском. "Еще одна тактика УБН".


"Думаю, я бы хорошо смотрелся в смокинге", - заявил я, и охранники улыбнулись. "Зайди в казино, убей плохих парней и забери девушку".


Томский бросил на меня раздраженный взгляд. "В смокинге ты был бы похож на охранника у дверей!"


"Что?" Тихо спросил я, притворяясь раздраженным. "Я бы отлично смотрелся в смокинге". Охранники засмеялись. "Большая Саша выглядела бы как охранник у дверей, такая большая шишка, но я бы выглядел хорошо".


"Большая шишка?" Повторила Саша, когда охранники засмеялись, разочарованный Томск.


"Ты бы выглядел как охранник!" Томск настаивал.


Я предупреждающе погрозил ему пальцем. "Я собираюсь купить смокинг и показать тебе".


"Где, черт возьми, ты здесь возьмешь смокинг!" Томский кричал. "Кто, черт возьми, носит смокинг в гребаной Панаме!"


"У вас в баре есть кондиционер, я мог бы надеть его там!"


Томский вскинул руки в воздух. Он указал на нашего пленника. "Привяжите его к дереву недалеко от города, повесьте знак на шею - информатор УБН. Убедись, что он умирает медленно."


Они вытащили протестующего мужчину на улицу, и мне стало жаль парня.


"Я могу заказать один из Панама-Сити", - сказал я Томскому, вставая. "Я бы отлично смотрелся в таком. Я мог бы быть британским агентом."


"Ты говоришь не по-британски!" - настаивал Фрэнк. "И ты никогда не заканчивал Оксфорд или Кембридж".


"Я учился в Оксфорде".


"Ты учился в Оксфордском университете?" Фрэнк озадачен.


"Нет, однажды я ходил за покупками в Оксфорд, недалеко от Лондона".


Томский кричал: "Поход по магазинам в Оксфорде не квалифицирует тебя как гребаного британского шпиона-сноба!"


"Большая шишка?" Повторила Саша, Томский раздраженно вздохнул.


Час спустя Томский присоединился ко мне на террасе с пивом в руке. Он сел. "Приятная ночь".


"Здесь есть пляж?" Я лениво спросил.


"Да, но это дерьмо, растут мангровые заросли, мимо проплывают трупы".


Я кивнул. "Я думал о деньгах, которые у тебя есть. Как насчет того, чтобы немного отмыться, купить отель на восточном побережье - говорят, там хорошо, и мы с мальчиками иногда ездим туда на выходные; купаемся, девочки в бикини."


"Ты, должно быть, умеешь читать мысли, я это имею в виду".


"Но с хорошим песчаным пляжем, заросшим травой, бассейном для детей и одним для взрослых. Я люблю плавать, но всегда мешают гребаные дети." Я встретился с ним лицом к лицу. "Знаешь, я был чемпионом по плаванию среди юниоров, я мог бы поехать на Олимпийские игры или что-то в этом роде".


"Я играл в шахматы, но никогда особо не интересовался школой".


Я кивнул. "Нам нужно быть осторожными, одна хорошая бомба, и мы потеряем людей, которых я обучал, тогда мне придется начинать все сначала. Я распределю парней, не буду спать рядом."


"Да, хорошая идея".


"Через несколько дней мне станет лучше, возвращайся к этому, ударь коммунистов снова - пока они не оправились".


Томск принял звонок и поблагодарил, кто бы это ни был. "Армия говорит, что бомба была местной".


"У того, кого мы сбили, есть друзья, но у кого?"


"Колумбийцы, кто же еще".


Итак... они заплатили охраннику, чтобы тот заложил бомбу."


"Должно быть, так и было".


"Я буду спать в джунглях", - предложил я. "Всегда любил джунгли".


"Эх, тьфу".


"Фрэнк говорил, что ФБР следило за мной в Панама-Сити?"


"Кое-что о Доминиканской Республике".


"Ах. Я получил оттуда корабль, гребаный капитан продал меня; в моем списке людей, которых нужно убить, есть еще кое-кто."


"Должно быть, это длинный список", - съязвил Томский. Он воспользовался моментом. "Вы хотели убить людей из ЦРУ и ФБР?"


"Да, мне заплатили за это", - солгал я. "Но нет никаких доказательств, просто они думают, что это был я, потому что я действовал в том районе, хорошая догадка". После глотка пива я сказал: "Мы должны попросить военного посредника, карты, чтобы мы могли координировать действия против коммунистов".


"Ты думаешь, они послали бы одного?" Томск озадачен.


"Мы делаем за них их гребаную работу, почему бы и нет. Где мой спутниковый телефон?"


"Вот, твои вещи были сняты, то, что они спасли".


Томский попросил охранника принести ее, а затем передал мне. Я проверил время и выбрал число. "Министр, это милые русские джентльмены из Ла Пальмы, надеюсь, я звоню не слишком поздно".


"Нет, и я собирался позвонить тебе. Наши солдаты говорят нам, что вы пострадали от взрыва бомбы."


"Да, министр, покушение на меня. Должно быть, я расстроил чью-то жену." Он рассмеялся. "В любом случае, мы хотели бы запросить военную связь с картами, рациями и телефонами, чтобы помочь координировать наши действия против коммунистов".


"Я мог бы предположить, что да, я разберусь с этим".


"Спасибо вам, министр, и если мы можем чем-нибудь помочь... дайте нам знать. Спокойной ночи."


Я столкнулся с Томском. "Они стремятся послать связного. И что нам нужно ... так это хорошая информация о движениях коммунистов. Есть ли у вас кто-нибудь в их рядах?"


"Ни хрена себе, все они коммунисты, закоренелые маньяки, борющиеся за правое дело, а не за деньги".


"Если они объединят силы с колумбийцами, это будет ты и я, привязанные к дереву, очень медленная смерть".


"Ты более подходящая мишень, чем я", - с усмешкой отметил Томский.


"Если они схватят меня, я скажу им, что это была твоя идея и твоя вина".


"Ха, как будто это что-то изменит!"


Я любовался видом. "Здесь нет шпиона".


"Нет?"


"Шпиона на американцев заинтересовал бы ваш канал поставки наркотиков, а не то, что я делаю в джунглях."


"Что ж... да, это правда. Итак, кто-то взял деньги, чтобы заложить бомбу, у колумбийцев."


"Кто-нибудь новенький... спрашиваешь о твоем конвейере?"


"Нет, определенно нет".


"Значит, не американцы. И какого хрена маленькому британскому острову понадобилось от тебя, а. Совершали ли вы какие-либо преступления в Англии?"


"Никогда там не был."


Вошел помощник Боба, выглядевший обеспокоенным. Контакт Уилко в Панаме не смог связаться, поэтому я проверил местные газеты, и у нас есть контакт с полицией поблизости. Мужчина был изрезан и привязан к дереву, на его голове была табличка с надписью "Информатор DEA"."


Боб кивнул. "Это была поддерживающая остановка, которую мы создали. Есть что-нибудь о Уилко?"


"Этот человек, должно быть, проболтался".


"Если бы они ему поверили, они бы не вздернули его - и Уилко был бы мертв, поэтому мы должны предположить, что история Уилко подтвердилась".


Два дня спустя я вернулся на базу, снова в форме, и очень хотел вернуться к этому, но также задавался вопросом, что задумал Echo и что Боб хотел, чтобы я здесь делал. Я немного отклонился от плана.


Теперь у нас было три переносных кабины с кондиционерами, а теперь еще куча мешков с песком - на всякий случай. Мои команды очень беспокоились за меня и приветствовали мое возвращение. Они продолжали тренироваться под номером два, они не сидели сложа руки, и раненые выздоравливали. Они даже совершили налет на новый город, убив за ночь сорок боевиков.


В тот вечер я вывел свою команду, номер два, направляющуюся в другом направлении, и мы оба устроили засады, вначале было много торговли, стреляли боевики на джипах. И, как сейчас принято, я бы назвал местного полковника, и его люди заявили бы о другом замечательном результате - фотографиях, сделанных, когда мои люди сидели высоко на гребне, смеясь.


На следующий день местный полковник сообщил мне, что выйдет капитан, который будет нашим связующим звеном с военным штабом, и что у него будет хорошее оборудование для связи.


Когда он появился, я спрятала улыбку. Капитан Бегущий Медведь, Силы Дельты, вышел из зеленого армейского джипа, выгрузил сумки, приготовил для него комнату, никто особенно им не интересовался, поскольку весь местный армейский персонал можно было купить. Когда его снаряжение было снято, сержант устанавливал коммуникационное оборудование, я приготовил ему кофе, мой номер два со мной.


"Вы говорите по-русски или по-английски?" Я спросил Бегущего Медведя.


"Английский, испанский и коренные индейцы".


"Индеец?" Я повторил.


"Моя семья с севера, с островов".


"Ты выглядишь как индеец", - прокомментировал я. Я тоже отхлебнул кофе. "Ваш английский хорош, но вы говорите по-американски".


"Я учился в колледже в Америке по программе военного обмена, два года служил в армии США, затем вернулся сюда, чтобы создать семью. Многие из наших офицеров проходят стажировку в Штатах."


Я кивнул, стараясь не ухмыляться. "Вы можете снабдить нас информацией о движениях коммунистов?"


"Насколько мы знаем, что они собой представляют, обычно это дерьмо. Если бы мы знали, где они, мы могли бы что-нибудь с этим сделать."


"Но ты знаешь их старые базы, маршруты патрулирования, места, где была засада?"


"Да, это ты можешь взять".


"Это начало", - сказал я Номеру Второму, и он согласился, и мы оставили нашего гостя распаковывать вещи.


У себя в офисе я позвонил в Томск. "Это Петров, здесь есть связной, но я подозреваю, что он из ЦРУ".


"Почему?"


"Он учился в Америке, получил военную стипендию, его будет легко завербовать".


"Многие офицеры здесь делают это. Ты ему не доверяешь?"


"Я не знаю, посмотрим, будет ли он задавать вопросы - или попытается взорвать меня. Ни в чем нельзя быть уверенным, только в том, что он несколько лет служил в американской армии."


"Не стреляйте в него, мы разозлим армию".


"Я бы этого не сделал. Если мы думаем, что он из ЦРУ, мы скармливаем ему какую-нибудь дерьмовую информацию, нам не нужна высадка морской пехоты США на вашей лужайке."


"Нет, дела идут хорошо, в газетах каждый день пишут об очередном успехе гребаной армии. Мы должны быть на комиссионных!"


Я рассмеялся и попрощался.


С Бегущим Медведем, известным как капитан Паса, предоставившим карты и разведданные, я составил план, и на следующий день мы вылетели на трех Хьюи, спустились по высоким деревьям, все благополучно, сгруппировались и улетели, три отдельные команды. Я усердно работал над тем, чтобы не улыбаться слишком много или не наслаждаться этим слишком сильно.


Моя команда следовала по высокому гребню, но застряла на отвесном утесе, поэтому мы спустились по нему по канату, перчатки пригодились. Благополучно спустившись, мы продвигались параллельно грунтовой дороге, которую, по мнению армии, предпочитали коммунисты, и мы могли видеть растения коки по ту сторону долины.


С наступлением ночи мы спрятались под камуфляжными мухобойками и внимательно, но тихо наблюдали, как коммунистический патруль выдвинулся на позицию и разбил лагерь по ту сторону долины. Я объявил об этом, и другие команды знали, в чем заключалась опасность, ╧ 3 спросил меня, думаю ли я, что мужчины-коммунисты трахали женщин-коммунисток холодной ночью в джунглях.


На рассвете Вторая команда прокралась через вершину противоположного хребта, дала о себе знать и грубо открыла огонь по коммунистическому лагерю внизу - независимо от того, трахались братья и сестры-коммунисты или нет. Это привело к тому, что коммунисты повернулись спиной к моей собственной команде, и в суматохе и шуме мы ударили по ним сзади, и мы уничтожили их патруль увлеченных карточных дел товарищей.


Вторая команда ушла, но мы остались на месте, чтобы перекусить и немного отдохнуть.


День становился жарким, затем разразилась мать всех гроз, поэтому мы укрылись, солдаты, не желающие сражаться под дождем. Буря длилась час, земля промокла, выглянуло солнце и выжгло влагу, все промокли насквозь.


На следующее утро был замечен патруль, приближающийся с юга, патруль побольше, но с несколькими мужчинами в гражданской одежде, видны длинные винтовки. Глядя в прицел, я прикинул, что винтовки были пятидесяти калибров, и предупредил всех. Я также хотел отобрать винтовки.


Я позволил патрулю подобраться поближе, и Третья команда стала видна в долине. Коммунисты прокрались прямо под нами, и люди с пятьюдесятью кэлами приготовились. Я связался по радио, и Третья команда исчезла.


Люди с пятьюдесятью кэлами внизу почесали затылки и встали, готовые уйти, как раз в тот момент, когда моя команда бросила вниз шестнадцать гранат, высоко брошенных, птицы пронзительно кричали, пышная зеленая долина была окутана серым дымом, до нас доносились крики. Нескольким коммунистам удалось сбежать.


Я заставил людей подождать час, мы дважды проверили тела, и Третья команда спустилась в долину, чтобы забрать оружие, когда мы накрыли их сверху, все мы теперь чувствовали запах сырости.


"Это третья команда, у нас три пятьдесят кал, около шестидесяти раундов".


"Неси их", - приказал я. "Это будет поддерживать тебя в форме. Мы движемся на юг, ты медленно идешь по их следам, мы будем двигаться вдоль хребта. Вторая команда, идите на юг, но оставайтесь на дальней стороне долины. Уходите."


Мужчины стонали от тяжелой пробежки по скользкой грязи, за нами оставался след, по которому мог пойти любой, и потребовалось три часа крутых скользких склонов, прежде чем мы заметили под нами поселение. Карта военной разведки говорит о том, что он был заброшен, а происходящая внутри серьезная готовка говорит об обратном.


Я заставил третью команду взобраться на крутой гребень, что заняло почти час, но перед заходом солнца они были на месте, и они должным образом открыли огонь по поселению, громкие выстрелы пятидесяти калибров эхом разносились по долинам; товарищи дерзко получали удары из своего собственного оружия.


Тем временем я вел свою команду вниз по грязному склону и изо всех сил старался не поскользнуться и не сломать шею или не скатиться с борта в смертельно опасное скалистое ущелье.


В какой-то момент мы привязали веревки, чтобы помочь людям сзади, но в конце концов заняли позицию в двухстах ярдах над поселением. Мы устроились поудобнее, вытерли грязные перчатки, приладили винтовки и начали стрелять по товарищам внизу, пока они крались, избегая огня в пятьдесят калибров.


Когда мы потеряли свет, казалось, что мы убили тридцать или больше, ответного огня на нас не было, поэтому мы просто натянули пончо и покрывала и немного поспали, устроившись на влажном высоком насесте, с несколькими мужчинами на оленях, чтобы наблюдать за поселением.


Я проснулся в час ночи и обнаружил, что все тихо, поэтому послал четырех человек вниз, и они пробрались на территорию комплекса и подожгли здания, прежде чем отступить. Но они нашли несколько РПГ и ради забавы разнесли здания вдребезги.


За час до рассвета я повел людей дальше на юг, и теперь к границе, ее нечеткой линии через джунгли всего в миле отсюда, команды объединились, когда мы двигались параллельно очевидным следам. Я позвонил нашему надежному местному полковнику, и он отправил армию в лагерь, на который мы напали, - еще одна великая победа, одержанная панамской армией.


На границе, обозначенной просто линией высокого хребта, мы разделились и двинулись параллельно друг другу, Третья команда сообщила о движении первой. Я повернул свою команду на северо-восток, и в конце концов мы наткнулись на длинную извивающуюся линию коммунистов, направляющуюся к сгоревшему комплексу - и теперь идущую курсом на столкновение с панамской армией.


К счастью, мы были почти в четырехстах ярдах над ними и поэтому просто открылись, стреляя по ним сверху, пятьдесят кэлов в действии дальше по крутой долине.


Результатом того, что мы открылись, стало то, что братья и сестры-коммунисты попытались подобраться к нам, что они и сделали, с разной степенью успеха - грязь, уклон и жара брали свое. Я рассредоточил свою команду - Вторая команда присоединилась к нам после трудного подъема, и мы спрятались в густом кустарнике.


В нашем камуфляже, глушителях и лохмотьях нас было чертовски трудно заметить, и ни один из коммунистов не смог подобраться к нам ближе, чем на сотню ярдов, несмотря на отважные усилия.


Сверившись с картой, я приказал третьей команде вернуться назад и обойти длинный путь, остальные из нас взбирались на вершину и спускались вниз, подальше от места действия, и мы спускались мимо высоких водопадов по узким звериным тропам.


Обнаружив поле коки под крутым углом, мы приступили к его уничтожению, но группа фермеров спугнула нас. Прогнав фермеров, мы пошли по их следу и заняли позицию над старым шатким веревочным мостом прямо из фильмов, мост опасно возвышался над обрывом в сто футов и бушующим водопадом.


Если бы не тот факт, что это была зона боевых действий, полная банд наркоторговцев, это было бы приятным местом для туристов, туман от бушующего водопада поднимался и постоянно держал все вокруг очень влажным. С каждым вдохом мы вдыхали воду.


В конце концов, два джипа остановились на дальней стороне, под склонившимися ветвями пышных зеленых деревьев, внутри были видны вооруженные люди, и эти люди направились через мост - не самая лучшая идея.


Мы позволили ведущему пройти почти половину пути, прежде чем ударить его, и он полетел вниз по водопаду, человек позади был пойман и болтался за лодыжку, джипы сбиты с пятидесяти килограммов, те люди, которых видели, что они ушли, далеко не уйдя.


Становилось все тише, если не считать постоянного рева водопада, так что ради забавы мы отложили ставки и попытались попасть в различные части джипов или в человека, раскачивающегося за лодыжку. Час серьезных усилий уничтожил джипы, но также повредил многие опоры моста. Пересечение его теперь было бы рискованным предприятием для местных жителей, а поскольку единственным занятием в этом живописном отдаленном месте была торговля наркотиками - мне было все равно. Я повел своих людей на север по тропе, и мы улеглись спать после захода солнца, все скоро отдохнут, хотя и очень промокли.


Выдвинувшись перед рассветом, мы двинулись вдоль долины и ее бурлящего потока и, наконец, наткнулись на деревню, приютившуюся среди деревьев, и меня поразило, что сверху это место будет практически незаметно. Меня также поразило, что сюда никогда не пустили бы вертолет, и что единственный вход и выход был через ослиную тропу, тропу, которую было бы легко защищать.


На нашей стороне ущелья стояло несколько домов, встроенных в крутые склоны, лениво поднимался дымок, веревочный мост через скалистый выступ, где ущелье сужалось. Я остановил людей и поднялся на гребень, используя веревки. Собаки залаяли, когда мы двигались параллельно хижинам на этой стороне ущелья, и мы заняли позицию.


На другой стороне долины люди вышли и огляделись, никто не предполагал, что мы будем настолько глупы, чтобы карабкаться вверх и обходить. Я приготовился, прицелился сквозь деревья, и вскоре упал человек с АК47.


Вряд ли кто-нибудь заметил, но его собака сходила с ума. Это привлекло других мужчин, также вооруженных, а также четырех коммунистов - красные шарфы на их шеях гордо заявляли об их политической преданности.


Мы терпеливо ждали, пока они сгруппируются вокруг мертвеца, затем быстро разделались с ними, ударив каждого по нескольку раз. Теперь три собаки сходили с ума и беспокоили птиц на деревьях.


Как мы наблюдали, пожилая леди вышла из маленькой хижины, побрела дальше, подобрала АК47, повозилась с ним и случайно выстрелила в тело, наконец сделала это правильно и выпустила очередь по деревьям за хижинами на своей стороне леса, но упала навзничь в грязь. Если бы кто-нибудь из меня мог перестать смеяться достаточно долго, они, возможно, застрелили бы старую леди, "Бабушку" по-русски.


Мужчина, только что проснувшийся, вышел в одних штанах, крича на старую леди, как будто она устроила резню. Она снова встала, прицелилась и попала мужчине в ногу, и я снял ставки на то, что произойдет дальше.


Когда она приблизилась к нему, он пнул ее здоровой ногой и отправил ее вниз и назад, собака напала на нее. Это было нечестно, поэтому мы застрелили собаку, раненый мужчина успокоился и задался вопросом, кто застрелил собаку.


Он заполз обратно в свою хижину, старая леди, наконец, пришла в себя. Поскольку ее ружье не работало, она принесла другое, проверила его и обрызгала дом мужчины, его окна были выбиты, дверь искрошена, ни у кого на этой стороне долины не было сухого глаза.


В конце концов она заковыляла вниз по дорожке, но через двадцать ярдов была сбита и убита. Мы все посмотрели вниз и, наконец, нашли мужчину с этой стороны, и он застрелил ее. Ну, это испортило нам веселье, поэтому мы застрелили его, пуля калибра пятьдесят кал снесла ему голову.


Поскольку смотреть было больше не на что, и мы не хотели ходить от дома к дому, мы двинулись вдоль хребта, двигаясь медленно, но нашли место, свободное от деревьев, и поэтому ускорили шаг, открыв нам великолепный вид на север.


Пробираясь сквозь влажную растительность, огромные растения, похожие на что-то из фильма о динозаврах, мы спускались параллельно бушующему потоку, и три часа непрерывного продвижения привели нас к точке над перекрестком дорог, хорошему месту для засады.


После того, как мы устроились, рев усилился, внезапно над долиной пролетел вертолет, такой низкий, что подрезал деревья, черный вертолет "Джет Рейнджер", и он исчез за горным хребтом.


Десять минут спустя он вернулся, и когда он поравнялся с нами, мы разорвали его светлую шкуру, вертолет врезался в высокие деревья и рухнул в густой подлесок. Я повел свою команду к нему, большую часть времени скользя по грязным склонам на заднице.


Вертолет не горел, но дымился, когда висел вверх тормашками, его единственный пилот был мертв. Я протянул руку и открыл дверь, сумки вывалились, куча наличных и наркотиков, поэтому я позвал остальных парней.


Каждому дали что-то нести, нагрузка выровнялась, и мы вскарабкались обратно по склону, закрепив веревки, тяжело продвигаясь, все обильно вспотели на вершине.


Возвращаясь назад, мы выехали на открытую местность, и я вызвал наших попутчиков, заверив их, что это безопасно, поскольку карта местного полковника указывала, что мы пересекли границу.


Хьюи прибыли полчаса спустя, немного перегруженные нами и сумками, но мы вернулись после очень приятного тридцатипятиминутного перелета, болтая ногами. Я позвонил в Томск, и он стоял в ожидании с Бегущим медведем, когда мы приземлились, сумки несли или тащили, Хьюи направлялись домой.


Все сумки были выстроены в ряд, открыты и проверены, чертовски большой улов, стоимостью в миллионы. Но в одном пакете было найдено руководство, и его вручили мне. У меня вытянулось лицо. Я передал руководство Бегущему Медведю. "Сообщите вашему правительству; эта партия была платой за восемь ракет с тепловой самонаведением".


Бегущий Медведь просмотрел руководство и сделанные в нем заметки, его глаза расширились. "Да, я должен сообщить об этом". И он ушел.


"Ракеты?" Спросил Томский.


"Гребаные коммунисты платили наличными и наркотиками за ракеты, которые могут сбить вертолет или авиалайнер".


"Вертолеты, которыми вы пользуетесь, находятся под угрозой?"


"Черт возьми, да. Они могли бы перестрелять их всех. Или они могут поехать в Панама-Сити и сбить авиалайнер."


"Гребаные коммунисты, почему они не могут просто зарабатывать деньги, а", - вырвалось у Томска.


Я схватил свой спутниковый телефон и нажал кнопку вызова. "Министр, это милые русские джентльмены из Ла Пальмы, можно поговорить?"


"Пожалуйста, побыстрее".


"Мы нашли разбившийся вертолет, а в нем были наличные и наркотики, оплата после доставки восьми ракет с тепловой самонаводкой".


"Что! Ты уверен!"


"Да, министр".


"Ты знаешь, где находятся ракеты?"


"Мы знаем, где их высадили".


"Не могли бы вы вернуться в то место, пожалуйста, мы будем вам очень благодарны".


"Сегодня я подготовлю миссию, министр".


"Спасибо тебе".


Убрав телефон, я повернулся к Томску, который слушал. "Он отчаянно хочет, чтобы мы вернулись и попытались найти эти ракеты".


"Что ж... мы держим его милым, нет."


"Я дам мужчинам поесть и умыться, а потом мы вернемся".


Час спустя Бегущий Медведь увидел, как мы уезжаем на наших Хьюи, и я лениво помахал ему рукой. Теперь все нервничали, зная, что у коммунистов есть ракеты, особенно наши пилоты. Они летели низко над уровнем моря на высокой скорости, что было еще опаснее, чем попасть под ракетный обстрел, и они высадили нас обратно в точке сбора.


Когда резонирующий гул "Хьюи" стих, мы сформировали команды и двинулись в путь на удвоенной скорости к месту посадки "Джет Рейнджер", пройдя милю пешком через дерьмовые джунгли и крутые ущелья.


По мере нашего продвижения темнело, за нами тянулся след - что было рискованно, понятия не имею, были ли ракеты уже перемещены или нет. Я притормозил всех, мы внимательно слушали, держась на приличном расстоянии друг от друга, и у нас не было другого выбора, кроме как промокнуть, пересекая тот же самый бушующий поток, веревку, по которой людей уносило в темноте. В любом случае, весь деликатный набор был в пластиковых пакетах, потому что здесь бумага намокла просто от влажности.


Пройдя весь путь благополучно, но промокшие и жалующиеся, мы проверили винтовки и тронулись в путь, выбрав дорогу, поскольку я хотел встретить любой конвой в лоб. Эта дорога привела нас туда, где, как я предполагал, приземлился "Джет Рейнджер", и, увидев огни, мы прорвались сквозь линию деревьев и двинулись вверх по пологому гребню, очень медленно, оглядываясь по сторонам.


Последние сто ярдов были мучительно медленными, команды двигались влево и вправо, и вскоре мы почувствовали запах готовящейся еды и услышали болтовню.


Когда все были на своих местах, теперь расположившись вокруг группы из шести хижин и открытого пространства, похожего на футбольное поле, я опустил винтовку и бросил гранату, разбив окно в кухне и напугав тех, кто внутри наслаждался тушеным мясом. Это ошеломляющее чувство длилось недолго, взрывной волной выбило окна, тонкое дерево было разворочено автоматным огнем, и никто не выбрался оттуда живым.


Несколько очередей вернулись к нам с дальнего конца, защитники вскоре замолчали. Стало тихо, но я ждал, на всякий случай бросив гранаты. Наконец, почувствовав, что это безопасно, мы двинулись внутрь, используя факелы, дважды простукивая тела.


Крик, и я побежал через футбольное поле, нашел два ящика, внутри ракеты. Но только двое. Я очень осторожно вынул ракеты и положил их на стол, а когда мы уходили, под ним разожгли костер. Я позвонил нашему другу, местному полковнику, а затем Бегущему Медведю, прекрасно зная, что ЦРУ очень быстро получит информацию.


Мы были в четырехстах ярдах от нас, когда взорвались ракеты, адский взрыв, долина на мгновение осветилась, взрыв несколько раз эхом отразился от холмов.


Поскольку мы были здесь, в сельской местности, я решил немного прогуляться, и мы снова выбрали дорогу, на приличном расстоянии друг от друга, направляясь обратно к домашней базе. Наш ночной переход не представлял никаких возможностей, и на рассвете мы заняли позицию на перекрестке в долине с крутыми склонами, в подходящем месте.


Мимо проехали фермеры, желтый школьный автобус, один джип, набитый вооруженными людьми, - разорванный в клочья, а затем съехавший с дороги, боеприпасы изъяты.


Когда день потеплел, мы ждали, вознагражденные хорошей колонной из десяти джипов, водитель ведущего джипа выстрелил из пятидесяти кал с близкого расстояния. Нескольким мужчинам удалось добраться до деревьев, но у них была дурная привычка бегать прямо к моим спрятанным людям. В результате ожесточенной десятиминутной перестрелки было убито пятьдесят восемь боевиков, оружие выброшено в ручей, несколько пистолетов украдено.


Когда мы двигались на север на наших новых украденных джипах - и при дневном свете, позади нас бушевали пожары, многие из оставшихся джипов были подожжены. Какой-то местный король пин потерял своих людей и свои джипы.


На следующем перекрестке мы наткнулись на дерзкий блокпост. Мы подъехали прямо к нему и открыли огонь, джипы и люди были разорваны в клочья точным автоматным огнем более чем десяти моих людей, и мы просто проехали блокпост.


Я обогнул город, выехал на более-менее приличную дорогу, и мы неплохо провели время, въезжая на базу в колонне из пяти джипов с одним нерадивым владельцем. Спустившись с джипов, я вошел в офис Бегущего Медведя и со вздохом сел, мои ноги были покрыты грязью.


"Вы уничтожили две ракеты", - категорично отметил он.


"Я бы предпочел восемь, но ... они ... где-то, вероятно, по ту сторону границы."


"Я уведомил мое правительство..." Он посмотрел через плечо на открытую дверь. "- и другие, которые больше всего обеспокоены ракетами с тепловой самонаведкой в этом районе."


"Такими, какими они должны быть. Ничего хорошего из этого не выйдет."


"Ты продолжишь поиски?"


"Бессмысленно, их прогнали, и я не думаю, что мой босс хочет, чтобы я пока находился к югу от границы".


"Я слышал, что есть отголосок ... действий сил специального назначения на колумбийской стороне, также активных против коммунистов, также теперь заинтересованных в этих ракетах".


"Приятно это знать. И является твоим ... правительство обеспокоено тем, что я делаю?"


"Все же обеспокоен ... оптимистичный, ожидающий увидеть, как все обернется."


Я кивнул и успокоился. Быстро умывшись, я отправился в Томск в гражданской одежде.


"Как все прошло?" он спросил.


Я взял холодного пива. "Мы нашли две ракеты, остальные были отброшены, я думаю, через границу. Они могли бы уже быть в Боготе." Я сидел и потягивал свой напиток.


"Вы должны быть осторожны с вертолетами".


"Чертовски верно. Мы поведем. На обратном пути мы наткнулись на колонну из десяти джипов, убили их всех, так что кому-то не хватает нескольких человек. И на сегодняшний день мы убили очень много коммунистов."


"В новостях сообщают о ракетах, все очень обеспокоены, солдаты возле аэропорта".


"Эти ракеты были доставлены в горы, поэтому они намерены использовать их в горах", - предположил я. "Они хотят маленькой победы над армией, чего-то, что сплотит войска и поможет вербовке в общее дело".


"Ты видишь эти вещи ясно, лучше, чем я", - отметил Томский.


"Означает ли это, что я получу повышение зарплаты, некоторое время отпуска?" Я дразнил.


"Ха, что бы ты делал в свободное время, а? Тебе нравится это дерьмо."


"Даже если я не хочу отпуск или больше денег, ты должен хотя бы предложить это", - сказал я ему. "Это то, что сделал бы хороший босс".


"Хочешь немного отдохнуть?"


"Нет, но спасибо за предложение", - сказал я с улыбкой, Большой Саша засмеялся, Томский вскинул руки в воздух.


В течение следующих нескольких дней мы наносили удары по виллам и городам в отдалении, всегда предупреждая сначала местные подразделения армии и полиции, и они скрывались, когда мы били по торговцам наркотиками и контрабандистам оружия, немного отдохнув от охоты на коммунистов.


По прямой просьбе министра мы поехали на север на армейских грузовиках, совершив вопиющий маневр при дневном свете, обогнули Панама-Сити и направились на север, к границе.


После ночи, проведенной на вилле для отдыха, арендованной Томском, агентство по прокату не знало, что двадцать пять вооруженных до зубов боевиков займут временное место жительства, мы сели в наши грузовики и двинулись к границе с Коста-Рикой, в горы. Спешившись, мы отправились пешком через высокую траву, доходившую нам до плеч.


После двух часов обливания потом, небольшой передышки в виде кратковременного ливня, мы наткнулись на поля коки, усиленно охраняемые. Мои команды рассредоточились, заняли позиции или забрались на деревья, и по сигналу около двадцати вооруженных людей тихо спустились вниз. Моя команда двинулась вперед, через посевы и на дальнюю сторону, группа из десяти ленивых стрелков выстрелила вверх и ушла.


Собрав свои команды, мы уничтожили мечи, изготовленные на полях сражений, оказавшиеся наиболее эффективными инструментами, было потрачено несколько часов, колонна джипов приблизилась ближе к вечеру и попала в засаду сверху, около двадцати боевиков убито, джипы разрушены и подожжены.


Когда мы уходили, я подумал, что местному наркобарону придется оплатить большой счет, заменить некоторые культуры, немного задержать некоторые обещанные поставки.


Мы вернулись на виллу, нескольких человек посадили на оленя, а утром мы напали на склад и лабораторию наркобарона, персонал отпустили, бандитов тихо убили, большая часть продукции была украдена до того, как Армия прибыла вовремя, чтобы заявить о еще одной великой победе - еще одном хорошем заголовке в газете.


Долгая обратная дорога была прервана тремя Хьюи, но мы не боялись поездки, так как мы были бы над водой, а не над враждебными джунглями с убежденными коммунистами, нацеливающими на нас ракеты.


Но Томск недооценил своего соперника, и этот человек был чертовски зол, полагая, что многомиллионный ущерб, нанесенный его маленькой кустарной промышленности, был нанесен нам - русским с юга.


Два дня спустя я был на вилле Томска, сидел под лучами послеполуденного солнца и обсуждал стратегию действий на севере, когда заметил рыбацкую лодку немного ближе к берегу. Я стоял и смотрел на это, Томскому тоже было любопытно, и я спрашивал, не ЦРУ ли это.


Я вовремя заметил подозрительное движение. Я захватил Томск.


Толчок, рывок, и я увел его. Я услышал хлопок, увидел РПГ через плечо, и я практически поднял Томска и бросил его под белую мраморную скамью, которая была удобно расположена рядом, и я нырнул рядом с ним, прикрывая его своим телом.


Взрыв прогремел над дверями во внутренний дворик, и я получил удар раскаленным металлом в затылок и спину, в ушах зазвенело. Я был в порядке, но решил немного приукрасить ситуацию.


Я застонал, перевернулся и остановился лицом вниз.


"Петров!" Томский закричал, когда воздух наполнился автоматным огнем, наши охранники стреляли по лодке. "Петров!"


Сильные руки подняли меня, Большой Саша и некоторые другие втащили меня внутрь.


"Позовите гребаного доктора!" - раздался голос, мои глаза закрылись.


Они усадили меня, облили холодной водой, осмотрели рану на голове, приложили тампон.


" Я в порядке, " прохрипела я, мои глаза все еще были закрыты.


"Ты ранен в спину и голову", - раздался голос Большого Саши, все еще слышался автоматный огонь.


Я поднял глаза: Томск с окровавленным носом. "Ты ранен".


"Нет, нет, просто ударь меня по носу, когда ты толкнул меня вниз".


Я снял футболку, морщась, никаких действий не требовалось.


"У тебя может остаться шрам", - сказал Большой Саша, и охранники засмеялись.


"Умница", - сказала я ему, мои глаза снова закрылись.


"Ты рисковал своей жизнью... и спас мне жизнь", - отметил Томский.


"Да, это был глупый поступок", - съязвил я, ребята засмеялись, Томск выглядел раздраженным.


Когда прибыл врач, он дал мне местную анестезию и вытащил металлическую занозу из моей спины, осколок из скальпа, и он тщательно зашил меня, сделал инъекцию антибиотика, и я лег лицом вниз, моя команда сейчас здесь и бдительно стоит на страже.


В полночь я был смертельно голоден и расслабился - очень медленно -. На кухне Томский как раз заканчивал разговор. Я попросил у Большого Саши немного еды, запах готовки пробудил во мне голод.


Томск сел напротив меня, когда я принял холодное пиво. "Армия, они догнали эту лодку на вертолете, обстреляли ее из пулеметов, патрульный катер поднялся на борт, все люди погибли".


"Посланный человеком на севере, которого мы сбили?"


"Да, это ведет к нему".


"Мы пойдем и прикончим его. Скоро. Но урок, который следует усвоить; когда мы нападаем на место, сначала бей босса."


"Да, ошибка, потому что мы даем гребаной армии то, что они хотят - их фотографии в газетах! Я отправил твоих людей на север на вертолете, номер два за главного. Как его вообще, блядь, зовут?"


"Саша Риминов. Но у нас четыре Саши, пять Юри, так что у них есть номера. Кроме того, их имена скрываются от властей и любого, кто слушает радио - например, от ЦРУ. Номер два хорош, с ним все будет в порядке, но я бы подождал; этот человек будет ожидать неприятностей, возможно, спит где-то в другом месте."


На следующее утро моя команда вернулась на базу, убито было меньше на одного человека, Ко мне спускался Номер Два с небольшим количеством засохшей крови на лице.


"Отчет", - сказал я ему, когда он сидел со мной и Томском.


"Мы попали по вилле из гранатометов, сброшенных с вертолета, ваш трюк, и место было разрушено, его машины подожжены. Мы вошли и перестреляли людей, но у него был туннель с обратной стороны, который мы заметили слишком поздно - гребаный туннель был длиной в триста ярдов.


"Он выскочил с несколькими своими людьми и выстрелил в сторону наших машин, люди, стоявшие на страже, попали издалека, один убит. Мы пошли по его следам и настигли его - он пробирался через кустарник в мягкой обуви.


"Мы убили его людей, затем прострелили ему колени и локти, прострелили ступни, отстрелили нос - и бросили его".


"Он может выжить!" Томский пожаловался.


"Возможно", - согласился Номер два, не слишком уважая Томска. "Но он никогда не будет ходить или двигать руками". Он повернулся ко мне лицом. "Мы вернулись по туннелю, вышли на вилле с огромной добычей наличных и кокаина, но немного оставили для армии. Загнал его обратно. И золотые слитки тоже."


"Где наличные?" Спросил Томский.


"Снаружи мы сбили его".


Томск вышел и вернулся с тяжелыми золотыми слитками, один из которых передал мне.


Я поднял его, и он весил около двадцати килограммов. "Это того стоит... о нас... около полумиллиона долларов." Я поставил ее на стол с тяжелым стуком.


Охранник принес сумку и сбросил ее вниз. Я открыл ее и заглянул. "Это евро, крупные купюры. Черт возьми, это ... вау." Я пересчитал пачки, каждая пачка стоила 15 000 евро. Я пересчитал пачки, посчитал и повернулся лицом к Томску. "В этой сумке около четырех миллионов евро".


Охранники принесли еще шесть сумок, все евро.


"Двадцать четыре миллиона евро, это ... около двадцати восьми миллионов долларов прямо здесь."


"Да?" Томский озадачен, проверяет сумки.


"Мы оставили третьего для армии", - объяснил Номер Два. "Значит, там было еще, и доллары, и десять тонн гребаного кокаина".


"У этого парня все было хорошо", - съязвила я, возвращаясь к своему кофе.


Томский объяснил: "Он был крупным игроком в Коста-Рике и Никарагуа".


"Значит, его друзьям будет его не хватать", - сказал я Томскому, который на мгновение задумался над этим.


"У меня на крыше пятидесятикалиберный пулемет и длинные линзы." Он сердито поднял палец. "В следующий раз будь с ними жестче!"


Спрятав деньги и золотые слитки, Томский передал сумку с долларами второму номеру, чтобы тот поделился с моими ребятами, мой заместитель отправился обратно на базу, когда я успокоился, одна из проституток помогала мне - и тоже неплохо с этим справлялась.


Два дня спустя я вернулся к тренировкам, усердно тренируя людей, израсходовав огромное количество патронов, бросив огромное количество гранат, но теперь ребята могли достать гранату, чтобы она взорвалась над головами людей-мишеней - или, по крайней мере, бумажных мишеней.


Но в тот вечер за мной подвернулся джип, меня вызвали, и по дороге вниз они объяснили, что кто-то, кто хорошо знал меня, заболел в Томске. Мое сердце пропустило удар, затем я успокоился, потому что предыстория должна была быть проверена, и если этот парень знал меня ... если бы он знал Петрова лично, то я мог бы вскоре стать трупом.


Сидя за рулем, я задавался вопросом, посмеет ли Томск причинить мне вред, поскольку он признался, что беспокоился о моих людях и о том факте, что они были более лояльны ко мне, чем к нему. И, учитывая все, что я для него сделал, будет ли его волновать, кто я такой, кем я был на самом деле? Пока мы ехали вниз, мои мысли сменялись от страха к решимости.


Внутри стен виллы охранники вели себя нормально, никто не выглядел так, будто собирался застрелить меня, и я вошел внутрь, в оживленную кухонную зону. И там, встав, когда я вошел, был Юрий из Лондона. Я был в безопасности, вроде как. Но Томск не выглядел счастливым, и я подумал, что знаю почему.


"Посмотри, что притащил кот", - сказал я, подходя ближе к Юрию. "Все еще цел?"


Его первоначальный нейтральный взгляд сменился улыбкой, и он схватил меня за предплечья. "Я обязан тебе своей жизнью и некоторыми деньгами".


"Чертовски верно, и тоже не забывай".


Он обнял меня, а затем отстранился. "Я был удивлен, обнаружив тебя здесь".


Я начал: "Гребаное ЦРУ было повсюду вокруг меня в Лондоне. Не ФБР, это были нерегулярные сотрудники ЦРУ, и они хотели моей смерти. Итак, я выбрался в спешке, на лодке до Франции, до Испании, на лодке до Карибского моря, затем сюда. Они заставляют меня работать ради моего ужина."


"У меня есть несколько вопросов", - прервал его Томский, и не очень радостным голосом. "Не в последнюю очередь, как ты догадался предупредить Юрия о том, что британская полиция собирается напасть на него".


"Тогда давайте поговорим наедине, втроем", - предложил я и повел Юрия по Томску и за его пределы, усадив за обычный столик для завтрака на открытом воздухе.


Томский сидел и ждал с таким видом, как будто он меня поймал. Я столкнулся с Юрием и грубо проигнорировал Томска. "Это не британцы пришли за вами, их подтолкнули к этому американцы".


"Американцы?" Юрий озадачен. "ФБР?"


Я кивнул. "У меня есть контакт в британской разведке, теперь на самом высоком уровне". Я повернулся к Томску. "Ты должен был поверить тому человеку из города, он был моим местным контактом. Ты слишком доверчив."


На мгновение Томский выглядел испуганным, как будто я мог убить его, и что он должен был сделать, но выглядел так, будто понятия не имел, что делать прямо сейчас. "Ты... ты работаешь на британцев?"


"Нет, глупый", - сказал я ему, получив в ответ раздраженный и смущенный взгляд.


Я столкнулся с Юрием. "У меня есть женщина и ребенок в Лондоне".


"Ах. Они знают о них."


"Да, так что это сделало посещение их очень трудным. Несколько лет назад меня поймали, не полиция, это были агенты разведки, но они хотели заключить сделку, не сажать меня в тюрьму. Итак, я начал убивать для них людей в Лондоне, некоторых из них политических деятелей; британским агентам не разрешается убивать."


Юрий кивнул. "Но если ты сделаешь за них грязную работу... кто бы поверил, что это были они."


"У меня был контакт внутри, менеджер, и я знал о нескольких русских шпионах в Англии и Европе, поэтому каждые несколько месяцев я сдавал одного, и этот парень - он преуспел. Теперь он в хорошем положении. Я даже убил его соперника, обставив это как несчастный случай."


"Какую власть они имеют над тобой?" Спросил Томский.


Я повернулся к нему лицом и воспользовался моментом. "Только мое желание увидеть свою дочь. Они дают мне хорошие документы, держат американцев подальше от меня."


"Они не позволят твоей семье уехать?" Спросил Юрий.


"Моя женщина не уйдет, даже если бы могла. У нее есть семья, моя дочь учится в школе, у нее есть друзья, и она считает себя англичанкой. Они не сдвинутся с места, если я попрошу их об этом. В следующем году у нее экзамены в школе." Я скорчил гримасу и пожал плечами.


"И по какой причине ты пришел ко мне?" Томск потребовал.


"Я не приходил к тебе, идиот", - сказал я ему, Томский не знал, как реагировать на мою дерзость. "Когда я приехал сюда, я позвонил своему человеку в Лондон, и он сказал, что поможет мне через несколько месяцев вернуться в Лондон, но что тем временем, если я смогу раздобыть какую-нибудь полезную информацию о поставках оружия, он может ею воспользоваться - и тогда он вернет меня в Лондон.


"Вы заинтересовали его, когда он узнал, что я направляюсь на юг, в Ла Пальму, из-за какой-то партии оружия в Англию".


"Я никогда не поставлял оружие в Англию", - озадачился Томский.


- Какой-то корабль под названием "Аргос III", - напомнил я ему.


"Этот корабль отправился во Францию!"


"Нет, он приземлился в Англии, и было найдено оружие, которое привело к вам".


"Этот гребаный идиот капитан корабля, он должен был выгрузить их во Франции! Итак, теперь я нужен британцам?"


"Они так и сделали, но потом я начал наносить удары по колумбийцам, и они очень быстро забыли об оружии, им хотелось увидеть, как колумбийцы нанесут ответный удар. И затем, когда мы нанесли удар по коммунистам, они были очень взволнованы, очень хотели увидеть, как мы отбросим коммунистов на границу. Эта поставка оружия сейчас не имеет значения."


"Ударить по коммунистам было твоей идеей!" Томский указал.


"Да, и это означает, что правительство Панамы будет сотрудничать, а значит, и правительство Колумбии". Я столкнулся с Юрием. "Я заключил сделку с местными властями; Томск может делать все, что ему заблагорассудится, они оставят его в покое".


"Пока ты сражаешься с коммунистами", - отметил Юрий.


Я кивнул. "Но он вырос. Я и моя команда, мы уничтожили всех конкурентов здесь, убили сотни коммунистов." Я столкнулся с Томском. "Вчера президент США в течение часа беседовал со своей командой национальной безопасности и обсуждал вас".


"Я!"


Как бы я хотел, чтобы у меня был фотоаппарат. "Да, ты", - сказала я, наслаждаясь его взглядом, и я придумала эту часть.


"Ты стал игроком в политической игре", - предупредил Юрий Томского. "Региональные правительства хотят, чтобы коммунисты были свергнуты, торговля наркотиками контролировалась. Ты попал в самую точку."


Я столкнулся с Юрием. "В данный момент для тебя здесь небезопасно".


"Небезопасно?" Задан вопрос Томску. "Американцы, они придут сюда?"


Я пожал плечами. "Я так не думаю, и не юридически. Но я не получаю служебных записок из гребаного Белого дома, так откуда мне знать."


"Твой человек в Лондоне?" Юрий толкнул локтем.


Я кивнул. "Он не испытывает любви к американцам. Он может предупредить меня, если они планируют прийти сюда. Но пока, если мы ударим по коммунистам, они подождут."


"Ты играешь в очень опасную игру", - предупредил меня Юрий. "Крупные политические игроки на мировой арене".


"Мне нечего терять", - сказал я ему.


Томск выглядел испуганным. "Вы думаете, американцы будут ждать? Но что потом?"


"Поговори с ними, узнай", - легкомысленно предложил я.


Томский бросил на меня недоверчивый взгляд. "Пообщаться с ними?"


"Мой парень в Лондоне, у него будет имя для контакта с ЦРУ здесь, в Панаме, вы могли бы поговорить с ним, заключить сделку".


"Сделка?" Томск озадачен.


"Они такие же, как тот министр местного самоуправления. Этих ублюдков не волнует, правильно это или нет, их не волнует, торгуем ли мы наркотиками и убиваем ли людей, их волнуют заголовки в газетах и продвижение их собственной гребаной карьеры. Посмотрите на газетные статьи, которые мы создали для них здесь, чтобы они выглядели привлекательно.


"Им насрать на то, что мы делаем, пока они хорошо выглядят. То же самое касается моего парня в Лондоне; ему все равно, чем мы занимаемся, пока его карьера движется в правильном направлении. Так что заключите сделку."


"Как?" Спросил Томский.


"Просто. У вас есть какие-то некачественные наркотики?"


"Конечно, несколько плохих партий".


"Положите немного на лодку и несколько старых винтовок и скажите мне название лодки, маршрут, дату и время ее отправления. Я отдаю это своему парню в Лондоне, он организует остановку корабля, он получает хорошую статью в газете, он нравится его боссу, я могу просить об одолжении.


"Затем вы подбрасываете наркотики в лодку на тихоокеанском побережье, а мой парень в Лондоне рассказывает американцам, и они получают хорошую историю - но мой парень мог бы попросить американцев об одолжении".


Юрий улыбнулся. "И после одной хорошей истории они захотят другую".


Я погрозил пальцем Томску. "Регулярно рассказывайте американцам хорошие истории, и они оставят вас в покое. Они подождут."


Томск рассмотрел это. "У нас есть много наркотиков, которые мы можем потерять, и старые винтовки. Если я быстро что-нибудь организую, ты можешь позвонить своему контакту?"


Я кивнул. "И если вы будете давать им по одному хорошему аресту за наркотики в месяц, что ж... они будут держаться вечно."


"Они не нападут на меня?"


"Если они избавятся от тебя, что произойдет?" Я позировал, широко раскинув руки.


"Колумбийцы возвращаются", - вставил Юрий. А британцы и американцы не получают ежемесячных статей. Но как только вы начнете кормить тигра, вам всегда придется кормить тигра - очень опасная игра."


Я кивнул. "Верно". Я столкнулся с Томском. "Сколько тонн вы можете сбросить за месяц, не причинив при этом вреда?"


"Теперь мы теряем много тонн в месяц. Корабли останавливаются, грузовики и вовсе останавливаются. Мы теряем по меньшей мере тридцать процентов."


"Если УБН здесь регулярно получает от вас наводки, они не будут так усердно искать", - сказал я Томску. "Ты будешь делать за них их работу". Я повернулся к Юрию. "Как ты вообще здесь оказался?"


"После того, как вы предупредили меня, я добрался до Франции, затем Швейцарии, но кто-то преследовал меня, возможно, американцы, как вы сказали, всегда кто-то преследовал - и это были не швейцарцы или Интерпол. Поэтому я сбежал. Это ... здесь небезопасно?"


Я скорчил гримасу. "Если мы заключим сделку с британцами и американцами, это будет очень безопасное место на некоторое время. Вопрос только в том, заглотнут ли они наживку."


"Я очень скоро организую отправку", - пригрозил Томский. "Тогда посмотрим. И ты продолжаешь нападать на коммунистов, да."


Я кивнул. "Это единственный козырь здесь - все стороны хотят, чтобы гребаные коммунисты ушли".


Томск задержался на мгновение. "Ты мог убить меня в любое время, но вместо этого ты сделал меня очень богатым. Ты ... сообщил бы мне об этом корабле, вот и все?"


Я скорчил гримасу. "Они хотели знать, кто отправил это, еще немного, и я бы отправился прямо в Боготу, если бы мог. Но эта игра изменилась, и ты... " Я указал на Томска. "- обсуждаются на самых высоких уровнях по всему миру; ожидаемая продолжительность нашей жизни выглядит не очень хорошо. Колумбийцы хотят нашей смерти, коммунисты хотят нашей смерти, американцы хотят, чтобы мы оказались за решеткой. На твоем месте я бы не строил никаких долгосрочных планов."


У меня был с собой спутниковый телефон, я достал его и посмотрел на часы. "Я все время путаю номер этого парня, в прошлый раз попал в гребаный итальянский ресторан", - сказал я, набирая номер. Гудок промурлыкал мне в ухо.


"Алло?"


"Роберт, это Петров, звонит из Панамы".


"Как ... вещи ... там?" - раздался очень осторожный голос.


"Жарко и липко, в джунглях нужен гребаный кондиционер", - сказал я с акцентом. "Послушай, когда-нибудь, очень скоро, мой босс погрузит наркотики и оружие на лодку, а затем скажет тебе, на какую лодку, на карибскую сторону. Тебя арестовывают за наркотики, и ... затем на регулярной основе. Для тебя это чего-нибудь стоит?"


"Да, мы были бы ... вполне доволен таким раскладом."


"И если ты предупредил американцев, это будет чего-то стоить для тебя?"


"Это ... заставило бы нас хорошо выглядеть, да".


"Хорошо". Я взглянул на Томск. "Скажи мне, ты думаешь, американцы нападут на нас здесь?"


"В этот момент времени ... Я бы сказал... не в ближайшем будущем, они - и мы - заинтересованы в том, чтобы коммунисты были отброшены назад."


"Хорошо, приятно знать, и если ты что-нибудь слышал ... ты дашь мне знать?"


"Было бы нормально использовать этот номер, Петров?"


"Да, мой босс знает о нашем соглашении. Я дам тебе знать, какой корабль остановить, ты дашь мне знать о гребаных американцах, хорошо?"


"Да, сойдет".


"Спокойной ночи". Я повесил трубку. Оказавшись лицом к лицу с Томском, я начал: "Он ничего не знает об американцах, наступающих на нас в данный момент, они все ждут, что мы нанесем больший ущерб коммунистам".


"Мы делаем за них их гребаную работу", - выплюнул Томский. Я кивнул. "И мы заставляем их хорошо выглядеть в газетах".


"Альтернатива ... там на якоре стоит охрененно большой авианосец", - сказал я, указывая на близлежащий океан. "Что ты предпочитаешь?"


Он поглотил черный океан. "Как, черт возьми, я должен хоть немного поспать?" Мне будут сниться авианосцы и вертолеты."


"Посмотри с этой стороны", - начал я. "Ни один другой русский гангстер не обсуждался президентом США в Овальном кабинете. Ты должен гордиться, ты войдешь в учебники истории."


Томский подавился смехом. "После того, как меня приговорят к ста годам в какой-нибудь тюрьме строгого режима, я смогу почитать о себе, а!"


"Тебе идет оранжевое?" Я спросил, Юрий громко рассмеялся.


На следующий день, пока я обучал людей, Томск погрузил наркотики на лодку, излишки винтовок и несколько РПГ и отправил их на корабль, причем бедный капитан и команда не знали о грузе. Томск позвонил мне, я сделал пометку, затем я позвонил Бобу, HMS Argyle в нужном месте для перехвата.


Боб также сообщил мне имя и номер телефона начальника резидентуры ЦРУ, но я поклялся хранить тайну относительно того, откуда взялась эта информация. Я набрал номер.


"Алло?"


"Дэвид Сандерс?"


"Да..?"


"Меня зовут Петров, я работаю на человека по имени Томск, в Ла-Пальме. Удобно ли ... общаться?"


"Как, черт возьми, ты узнал этот номер и мое имя?"


"Это Панама, здесь можно купить все, что угодно. Итак ... мы можем поболтать?"


"Я слушаю".


"Есть бумага и ручка?"


"Теперь знаю".


Корабль называется "Хэмбл II", сегодня вечером он покидает Панама-Сити и направляется в Сиэтл. В переднем грузовом отсеке находится партия 1173-876, наркотики и оружие."


"Какого черта ты мне это рассказываешь, товарищ?"


"Знак доброй воли и грядущих событий. Мой босс желает вам хороших отношений, так что... ты утверждаешь, что получил эту информацию, делай с ней все, что захочешь, хорошая картинка в газетах... люди вернулись домой, да. Мы будем предоставлять вам такую информацию каждую неделю."


"Каждую неделю?"


"Да, каждую неделю. Мы ... рад заключить сделку, ... компромисс. Приезжайте в гости, мы обеспечим вашу безопасность, вы же не пытаетесь нас арестовать, нет?"


В ту ночь два корабля в двух разных океанах, но соединенных каналом, были взяты на абордаж, наркотики изъяты. Это стало новостью как в Панаме, так и за ее пределами, война с наркотиками, похоже, выиграна, по крайней мере, на этой неделе немного отступила.


На следующий день, получив запрос от министра, моя команда отправилась на север от Панама-Сити и заняла загородную резиденцию, огромное здание, похожее на отель, с шикарной территорией, куда приезжают и уезжают дорогие машины. Это не было похоже на логово наркоторговца, и я был настороже. Я позвонил министру.


Министр, местоположение, которое вы нам указали... это больше похоже на отель, чем на дом наркоторговца."


"Это используется для многих вещей, ни одна из них не хороша. Скажем так... мужчины, которым нравятся маленькие мальчики и наркотики, посещают заведение."


"А, понятно. И вы хотите, чтобы ее закрыли, а вину свалили на нас."


"Именно".


"Мы сделаем, что сможем, министр, но нам может потребоваться несколько дней, чтобы осмотреть это место. Спокойной ночи, министр."


Отложив телефон, я решил сразу же переехать, так как опасался подставы, и чем больше времени мы болтались поблизости, тем больше был шанс быть замеченным, вызвать полицию.


От линии деревьев мы ждали до 3 часов ночи, когда уходил последний "посетитель", свет гасили один за другим, и мы двинулись внутрь, нашли и использовали слепую зону, мои люди гуськом согнулись вдвое.


Остановитесь, посмотрите и послушайте, и мы взобрались на угол, где чередовались камни в форме лестницы, и мы добрались до крыши незамеченными. Я собирался попробовать дверь на крышу, когда охранник обошел здание с задней стороны, и номер 2 тихо отпустил мужчину.


Я открыл дверь и посмотрел вниз, снизу не доносилось никаких звуков, и с пистолетом с глушителем в руке я повел людей вниз на первый этаж. Там я оставил восемь человек и переехал ниже, камер пока не было видно, что было странно.


На втором уровне я снова оставил восемь человек, двенадцать следовали за мной вниз, все вели себя очень тихо. На нижнем уровне я приник глазом к щели в двери, лестница была темной, и я увидел, что старый охранник в форме сидел и спал. Охрана здесь была не такой уж строгой, и мы видели только двух вооруженных мужчин, патрулирующих богато украшенную территорию.


Осторожно открыв дверь левой рукой, я прицелился, шагнул внутрь, остановился и проверил коридор, затем всадил две пули в спину мужчины. Он медленно соскользнул со стула. Теперь я мог видеть камеру, и она была направлена прямо на меня.


Я включил свое радио. "СЕЙЧАС!"


Двигаясь к первой двери, моя команда пробежала мимо меня, я открыл ее и ворвался внутрь, обнаружив большую пустую комнату с кожаными креслами с высокими спинками, шахматными досками, книжными шкафами и без теплых тел. В коридоре я услышал несколько тихих щелчков, когда переходил во вторую комнату.


"Пусто", - сообщил один из моей команды, поскольку у меня был нюх, а помещение было шикарным рестораном.


Радио ожило. "Убил десять человек на втором этаже".


"Убил шестерых работников кухни во время уборки".


"Нашли общежитие молодых парней!"


Я включил свое радио. "Скажи мальчикам, чтобы они оделись, а затем выведи их через парадную дверь, скажи им, чтобы они бежали".


"Кто они?" - спросил мужчина рядом со мной.


"Мальчики напрокат".


"Э... фу".


"Петров, быстро поднимись на верхний уровень, мы кое-что нашли".


Я направился обратно к лестнице и пробежал трусцой на верхний уровень и по коридору, мимо нескольких тел, толстых стариков в белых трусах. В конце коридора меня провели в комнату, затем в боковую комнату, двое местных мужчин в элегантных костюмах лежали мертвыми на полу, комната была полна мониторов скрытых камер.


"Они снимали, как старики трахают мальчиков по найму", - сообщили мне.


"Ах... Теперь я понимаю, почему гребаная армия хотела, чтобы мы были здесь. Соберите кассеты, положите их в пакет и подожгите здание."


Еще на лестнице я услышал, как выбегают молодые парни, их была небольшая армия; их должно было быть тридцать. На нижнем уровне я встретил ╧ 2.


"Есть деньги?" Я спросил.


"Немного, но не много, всего лишь маленький пакетик наркотиков. Что это за место?"


"Старики приходят за мальчиками по найму".


"Эх ... черт."


"Сожги это! Мы уходим."


На следующий день я позвонил священнику из внутреннего дворика Томска. "Министр, это Петров".


"А, как все прошло?"


"У меня есть кассеты, которые ты хотел".


"Не я, но ... некоторые ищут их."


"Вы можете забрать их в любое время, мы не заинтересованы в том, чтобы кого-либо шантажировать".


Томск не выглядел таким уверенным.


"Спасибо, я так и сделаю", - закончил министр.


Положив трубку, Томский сказал: "Мы могли бы использовать эти записи против людей. Судьи и тому подобное."


Я предупреждающе погрозил пальцем. "Если кто-нибудь хотя бы заподозрит, что они у нас, национальная полиция направит против нас пятьсот человек. Что бы мы ни делали... это так же опасно, как хранить эти кассеты."


Он обдумал это. "Тогда лучше от них избавиться".


Я кивнул. "И этот гребаный священник обвел нас вокруг пальца".


"Нам придется быть осторожными в том, что мы делаем для этого ублюдка".


Я пожал плечами. "Мы делаем его счастливым, он оставляет нас в покое".


Следующая миссия должна была быть на восточном побережье, недалеко от границы, на вилле и наркобизнесе, на которые нужно было напасть. Моя отборная команда отправилась бы первой, чтобы осмотреться в течение дня, поскольку это пахло засадой. Мы заходили на Хьюи, чтобы нас высадили в десяти милях от района цели, и мы хорошенько осматривались, прежде чем остальные люди отправлялись на следующее задание.


Я взял с собой ╧ 2 плюс шестерых мужчин, которым я доверял вести себя тихо в джунглях, и после проверки снаряжения, обмена шутками и приподнятого настроения мы сели в нашу поездку. Я сидел сбоку с номером 2, держа оружие на коленях, и мы смотрели вниз на джунгли, пока летели быстро и низко. Я не мог не улыбнуться; мне это понравилось.


"Нам нужно проверить наши головы", - прокричал ╧ 2, перекрывая рев "Хьюи".


"Что?" Я крикнул в ответ.


"Тебе это нравится так же сильно, как и мне, поэтому нам нужно проверить наши головы".


Я улыбнулся ему в ответ, кивая.


За следующим гребнем невезучая стая птиц оказалась не в том месте не в то время, разорванная роторами, с разлетающимися перьями. Я проверил стекло кабины на предмет повреждений, не увидел никаких, и мы помчались дальше.


Приближаясь к нашей зоне высадки, я случайно взглянул назад, и время застыло. С широко раскрытыми глазами, с остановившимся сердцем я секунду или две наблюдал, как ракета медленно описывала дугу в нашу сторону, оставляя за собой длинный белый хвост дыма.


Мышцы живота напряглись, я согнулся вдвое в замедленной съемке, нога на поручне, рука под мышкой у Саши, и, не сводя глаз с ракеты, я выпрыгнул, прихватив с собой номер 2.


Мы медленно падали, а также двигались вбок со скоростью "Хьюи" - но почему-то очень медленно, глаза были полны зеленых верхушек деревьев, и через две секунды был зафиксирован взрыв. Я закрыл глаза и отвернул голову от дерева, к которому направлялся.


Ожидая худшего, я слегка притормозил, ветка грациозно наклонилась и замедлила меня, и это мягко уронило меня на следующую ветку. Приземлившись на живот, я запыхался и заскользил по ветке, пока не стал держаться обеими руками и болтаться. Звуки вернулись, и время вернулось к нормальной скорости для меня.


Я понятия не имел, где был номер 2 или моя винтовка. Отпустив его, я пролетел десять футов и приземлился на другую ветку, сразу же соскользнув и в итоге повиснув вниз головой, как ребенок на игровой площадке. Опустив ноги, я посмотрел вниз и спрыгнул на следующую ветку. Поскользнулся и снова оказался, как ребенок на игровой площадке.


Подо мной был большой куст, ветви были обращены вниз, поэтому я отпустил его и согнул колени. Я последовательно натыкался на гибкие ветви, и они замедляли мое движение, отбрасывая меня на грязный склон.


Я соскользнул вниз, пока огромный корень дерева не подхватил меня, и я остановился на спине, глядя на высокий навес, переводя дыхание.


Я широко улыбнулся, затем заставил себя убрать это; ╧ 2, мужчины. Я расслабился, внезапно почувствовав боль, и почувствовал теплую кровь на своем лице. Мое чудесное мягкое приземление не было таким уж чудесным; адреналин заглушил боль.


Вздрагивая и вскрикивая, я перевернулся и встал на ноги, вынимая пистолет. Поскользнувшись, но, наконец, поднявшись на ноги, я чувствовал себя пьяным, но мой гнев и решимость подталкивали меня вперед.


"Саша?" Я тихо позвал. "╧ 2?"


Ничего не вернулось, только крик невидимых животных высоко в кронах деревьев.


"Саша!" Я попробовал еще раз, громче, но опасаясь коммунистов поблизости. В конце концов, они выпустили эту чертову ракету.


Болезненный шаг за шагом я продвигался вверх по склону. Остановившись и посмотрев вверх, я попытался понять, куда я попал, в каком направлении мы двигались. Я знал, куда мы направляемся, и поэтому проверил свой компас.


Имея в виду направление, я брел дальше через густые джунгли, выкрикивая. Ничего не найдя, я удвоил ставку.


Услышав стон, я замер, пытаясь понять, откуда он исходил. Определив свою позицию у большого дерева, я сделал круг в пяти ярдах и, наконец, увидел ботинок, бросился к нему и вырвал у него подлесок.


"Саша! Ты слышишь меня?"


Все, что я услышал, был стон. Вытащив его, я убрал пистолет и вытащил аптечку первой помощи, разорвав ее. Поскольку он стонал, он, должно быть, дышал, его сердце билось, критических повреждений мозга нет. Я смыл кровь с его лица, наложил два быстрых шва на серьезную рану, смазал кремом. На затылке небольшая опухоль, наложен еще один шов.


Уложив его на бок, я методично продвигался вниз по позвоночнику, нажимая на каждый позвонок, все, казалось бы, в порядке. Уложив его на спину, я осмотрел его перепачканные грязью плечи, правое плечо вывихнуто. У меня не было времени ссать, поэтому я сжал кулак, поднял его руку и сбросил ее, вызвав стон.


Двигаясь вниз по обеим рукам одновременно, листья сорваны и выброшены, я проверил кости, локти, обнаружив, что его правая лучевая кость сломана, но не пробила кожу. Я потянул и удлинил предплечье, постучал по нему, затем привязал к небольшой ветке для поддержки.


Проверив запястья, я обнаружил, что его правое запястье было сломано, и поэтому я заклеил его скотчем, сломанный и вправленный палец приклеил скотчем к пальцу рядом с ним.


Бедра в порядке, я проверил его ноги, обнаружив кусок дерева, глубоко вошедший в заднюю часть бедра. Я в спешке срезаю брюки, оглядываясь через плечо и прислушиваясь, нет ли компании. Вуд вышел, кровь откачана, тампон, покрытый антибиотическим кремом, застрял внутри и туго заклеен скотчем.


Проверил колени - одно опухло, проверил голени - ОК, лодыжки опухли.


Его лямки развязались, патронташ расстегнулся, я сразу увидел сломанное ребро, выступающее из кожи, кожа не повреждена. Вытащив иглу и кран, я сделал дренаж из грудной клетки, и через минуту пенистой жидкости ему стало легче дышать.


Вытащив пистолет, я вскочил и побежал вверх по склону на возвышенность, и я обнаружил крутой утес подо мной. Там, внизу в долине, лежал горящий вертолет, а вон там, справа, появился коммунистический патруль.


Я вздохнул и отвернулся. Вернувшись в Сашу, я остановился, чтобы выпить воды, и обдумал свои варианты. Панамские солдаты не захотели бы, чтобы за нами послали еще один вертолет, а у Саши оставалось самое большее несколько часов. Ничего не оставалось, как позвонить.


"Дежурный офицер".


Я огляделся в поисках кого-нибудь поблизости. "Это Уилко, SAS, звонит из Панамы; отследите координаты этого телефона. В мой вертолет попала ракета с тепловым наведением, я ранен, со мной человек в критическом состоянии, нужен "Рысь" с HMS Argyle. Свяжитесь с Бобом Стейнсом. Я собираюсь идти прямо на север к побережью, перезвони мне. Понял?"


"Да, понял".


Не имея времени на пустую болтовню или на правильные медицинские процедуры, я поднял Сашу к себе на спину и усадил его на свои ремни. Достав компас, отметив положение солнца, я наклонился вперед и осторожно побрел вниз по склону.


Найдя ручей с заманчивым плоским песчаным дном, я вошел в него и пошел по его течению вниз по склону. Я понятия не имел, были ли поблизости коммунисты или банды наркоторговцев, и я не был уверен, какая группа захочет порезать меня больше. Одинокая смерть в джунглях казалась лучшим вариантом, чем быть обнаруженным здесь.


Должно быть, прошло полчаса, и я знал, что мне больно, и временами в глазах у меня как-то странно двоилось.


Найдя путь, я выбрал его и побрел дальше, рискуя, но у меня было очень мало вариантов.


Мой телефон некоторое время трезвонил, прежде чем я вспомнил, что делать, и поэтому ответил на звонок.


" Петров? " раздался голос Боба.


"Да ... эээ ... вот."


"У тебя ужасный голос".


"Немного нервничаю, неся человека на спине, направляясь на север".


"Ты можешь куда-нибудь съездить, куда-нибудь в Томск, чтобы тебя забрали?"


"Нет, в этой области доминирует военачальник, которого мы пришли убить. Что насчет той Рыси?"


"У него небольшая неисправность, в данный момент он не летает".


"Оу ... это нехорошо, Боб."


"Насколько серьезно ты ранен?"


"Насколько плохо? Нет Рыси, нет Уилко. Боюсь, конец пути, это вопрос нескольких часов или около того, прежде чем я отключусь... тогда я либо умру, либо кто-нибудь найдет меня и разрежет на куски."


"Я собираюсь вернуться к ним, держись там".


Отложив телефон, я побрел дальше, отчаянно нуждаясь в питье, моя вода была теплой. Это не сильно помогло.


Наклонившись и оказавшись позади себя, я проверил пульс на запястье Саши, прежде чем тащиться дальше, день был чертовски жарким. Я не был уверен во времени, но солнце, казалось, все еще стояло высоко.


Каждый шаг был болезненным, что-то болело у меня в боку, и я остановился передохнуть, прислонившись к дереву, и это была Босния заново. Я проснулся, прислонившись к дереву, задаваясь вопросом, не отключился ли я, и понимая, что отключился.


Время тянулось медленно, но в следующий раз, когда я поднял глаза, солнце стояло низко. Дорога повернула на юго-восток, так что я въехал на поле коки, пройдя через него, никого не встретив, и вышел на травянистый склон, который когда-нибудь можно было бы использовать для чего-то. Я был в тумане и больше ни в чем не был уверен.


Опустившись на колено, я опустил Сашу и плюхнулся рядом с ним.


Мой телефон зазвонил. "Петров?" Это был Томск.


"Да..."


"Звучит не очень хорошо, и вертолет так и не вернулся?"


"Ракета с тепловым наведением".


" Ты ранен? " раздался очень обеспокоенный голос.


"Остался час или два ..."


"Черт. Есть кто-нибудь поблизости? Я могу отправлять грузовики!"


"Коммунисты рядом. Это конец пути, так что ты... попроси Большого Сашу покормить тебя зеленью, сбрось немного вес, а."


"Ты можешь спрятаться, мы придем после наступления темноты?" - раздался безумный голос, и на мгновение я подумал, что это майор Брэдли.


"Я не сдвинусь с этого места". Я отключил звонок, уставившись на него, но что-то заставило меня позвонить Бобу.


"Петров?" он ответил.


"Да..."


"Рысь в пути, держись там, мы отследим это местоположение, попробуем поймать сигнал".


"Оу ... Хорошо."


Телефон выпал у меня из рук, и с остатками энергии я вытащил фонарик.


Я помню, как услышал громкий шум, сильный холодный ветер, люди тянули меня...


Я проснулся и обнаружил, что пристегнут, спит на книжной полке в подводной лодке. Я задавался вопросом, как я попал на подводную лодку, почему я оказался на книжной полке, и я попытался успокоиться. Сквозь приглушенное освещение ко мне повернулось лицо.


"Где я?"


Он уставился на меня, нахмурившись.


"Вода?" Я просил.


Вмешался другой мужчина.


"Он говорит на каком-то языке, сэр".


Новый человек приблизился. "Ты меня слышишь?" Ты говоришь по-английски?"


"Конечно", - сказал я по-английски.


"Ты просто говорил по-русски, я думаю, раньше говорил. Ты знаешь, где ты?"


Продолжаю ... подводная лодка?"


Он широко улыбнулся. "Вблизи почти каждый день чувствуешь себя как на подводной лодке. Это ее величество Аргайл, Королевский флот. Ты помнишь свое имя?"


"Уилко, я думаю".


"Ну, какое-то время мы не были уверены, пришлось несколько раз звонить в министерство обороны, у вас нет удостоверения личности, но они вас описали. У другого парня были татуировки."


"Саша..?"


"Это его имя?" Ну, он все еще в операционной. Ты просто успокойся пока."


"Вода".


Он принес пластиковую бутылку с насадкой и брызнул водой в мой пересохший рот. "Отдохни пока, хорошо".


Я расслабился, мои воспоминания медленно возвращались.


Я проснулся, чтобы обнаружить более яркий свет, людей, перешептывающихся, и я медленно сориентировался, пульсация двигателей всегда присутствовала.


"Позовите капитана".


Они повернулись ко мне. "Чувствуешь себя немного лучше?"


"Да, позови капитана".


"Наверное, он сейчас немного занят".


"Убери гребаного капитана, или я оторву твою гребаную голову с плеч, пизда! Операция все еще продолжается, жизни в опасности!"


"О, точно. Er ... просто держись там."


Я отстегнулся, на случай, если мне действительно захочется кого-нибудь ударить, второй мужчина возразил и попытался уложить меня обратно в постель. Я вывернул его руку и встретился с ним взглядом. "Отвали".


Он сделал, как просили, не слишком довольный, и мои босые ноги коснулись прохладной металлической палубы. Я был голый, чистый и пахнущий свежестью, в синем одеяле в области паха.


"Какие у меня травмы?"


"Что ж, сэр, мы думаем, у вас было сотрясение мозга, и ваши ребра были в синяках, но не сломаны, несколько порезов и ушибов, грудина была сильно ушиблена".


Я приложил к этому руку и вздрогнул, приложив руку к голове, обнаружив, что все это перевязано.


Минуту спустя появился капитан, и выглядел он не слишком довольным этим. Я указал на второго и третьего человека. "Вне пределов слышимости".


Капитан кивнул им, и они удалились.


"Как много вы знаете о текущей операции?" Я спросил его.


"Вчера был отчаянный звонок или десять из министерства обороны, наконец-то запустили нашу Рысь - несмотря на несколько неисправностей, и они нашли тебя по координатам, полумертвого. Второй человек в основном мертв."


"Он жив?"


"Да, должно получиться, скоро мы перевезем его на Ямайку".


"Нет".


"Нет? Ему нужна забота, больше, чем мы можем предоставить - "


"Он русский, агент".


"Русский?"


"Да, и если бы его личность стала известна, это сорвало бы большую операцию, жизни были бы в опасности".


"Ты говорил по-русски, когда вошел, в бреду".


"Кто слышал это из вашей команды?"


"Ну, санитары, доктор, еще несколько человек".


"Вам нужно будет жестко ужесточить меры безопасности. Есть какой-нибудь способ, которым рейтинг может вывести сообщение из строя?"


"У нас есть электронная почта и спутниковый телефон, они получают ассигнования. К чему паника?"


"Операция продолжается, и Британия и Америка вложили в нее значительные средства, так что случайный промах в рейтинге, и вы будете объяснять это комиссии по расследованию".


Он быстро испортился. "И это как-то связано с вашими людьми в Колумбии?"


"Нет".


"Нет?"


"Мои люди не видели меня месяцами, они думают, что я в Штатах, у меня операция на спине. Я был... занимаюсь чем-то другим и, скорее всего, вернусь туда, где был."


"Мы бы вернули тебя обратно?" Ты едва выбрался оттуда живым?"


"Подходит к работе". Я установила сильный зрительный контакт. "Это не твоя вина, но ты случайно оказался в центре очень важной операции, и очень незаконной. Если бы это вышло наружу... они бы поджарили тебя, сиди ты в камере, так что держись крепче, проверяй сообщения, разговаривай с теми, кто слышал, как я бормочу по-русски, - и регистрируй все исходящие сообщения."


Он выдохнул: "Христос".


"И где мой телефон, мне нужно позвонить".


"Да, там был телефон".


Я чуть не упала в обморок.


"Ты не в том состоянии, чтобы что-либо делать".


"Поговорите с Бобом Стейнсом, главой оперативного отдела Ми-6, прямо сейчас". Я ложусь.


Когда я проснулся в следующий раз, я просто лежал, глядя на лес надо мной, на людей, приходящих и уходящих. Я, наконец, выпрямился и попросил у своего сторожа немного еды. Он позвал корабельного врача, который подробно осмотрел меня, затем разрешил принести немного еды.


"Не в первый раз тебя избивают, не так ли", - заметил он перед уходом.


Пока я ел, ожила корабельная сигнализация: "Приготовьтесь к трансляции, приготовьтесь к трансляции".


Зазвучал другой голос. "Это капитан. Как некоторые из вас, наверное, знают ... у нас на борту два джентльмена, подобранных с побережья. Природа их пребывания здесь засекречена, и любые пустые разговоры будут пресекаться очень жестко.


"Никто не должен упоминать их в исходящих электронных письмах, звонках ... или когда-либо снова, в любом качестве, или этот человек получит свою собственную камеру без окон, на хлебе и воде. Конец трансляции."


Мой помощник повернулся ко мне и изо всех сил старался ничего не говорить и не задавать вопросов, которые ему до смерти хотелось задать.


На следующее утро я почувствовал себя намного лучше, капитан морской пехоты принес мне кое-какую одежду. Он был крупным мужчиной, так что они пришлись впору, мои старые ботинки кто-то достал и почистил. В какой-нибудь одежде я чувствовал себя лучше, а на рубашке даже были капитанские нашивки.


Выведенный наружу, с солнцезащитными очками в руках, я стоял на устойчивой палубе и вглядывался в какой-то остров, увлеченные молодые люди сходили на берег.


Капитан появился рядом со мной. "Чувствуешь себя лучше?"


"Да, сэр, намного".


"Твой друг... выглядел так, будто упал с дерева."


"Выпал из вертолета, сэр".


"Тогда ему повезло, что он остался в живых. У нас были для вас две координаты, и вы, кажется, прошли десять миль между ними."


"Я пытался добраться до побережья, так проще, чтобы меня подобрали. Были ли ваши пилоты Lynx предупреждены о ракетах с тепловой самонаведением?"


"Нет!"


"Тогда лучше им не знать".


"Христос". Он окинул взглядом окрестности. "Мы доставим вас на берег завтра, вылетайте, ты и твой друг".


"Выживет ли он?"


"Он стабилен, все повреждения устранены".


"У вас есть мой телефон, сэр?"


Он попросил кого-нибудь принести его, прежде чем приступить к своим обязанностям.


Я позвонил Бобу. "Это Уилко".


"А, ты уже на ногах".


"Капитан корабля сказал, что ты доставишь меня самолетом, но куда?"


"Лондон".


Я наслаждался кристально чистой водой подо мной. "Почему бы тебе не отправить меня обратно?"


"Потому что у нас там есть многое из того, что мы хотели, и ... есть те, кто думает, что ты должен руководить Echo, а не заниматься такого рода работой".


"Не уверен, что дает наилучшие результаты, но да - я пренебрег ими. Чем они занимались?"


"Они были в Колумбии четыре недели, громили коммунистов, также пострадали несколько наркоторговцев. Затем на этой неделе они отправились за ракетами, тоже получили одну, но немного опоздали для вас. Но они получили травмы на последнем задании, у Наполеона серьезная травма руки, раздроблена кость - он не вернется."


"Жалость".


Они только что приземлились в Брайз Нортон. Моран, без сомнения, заставит их тренироваться."


"Четыре недели в джунглях, дай им немного гребаного отпуска, а?"


"Да, конечно".


"Итак, больше никакого Петрова ..."


"На данный момент, но никто не считает его мертвым. Итак, в ней нет конца."


Я сидел рядом с Сашей, когда он открыл глаза, его лицо было сильно в синяках и порезах.


"Петров", - прохрипел он, и я дал ему немного воды. Он был забинтован с головы до ног, рука и нога в гипсе.


"Не пытайся двигаться, ты весь разбит", - сказал я по-русски.


"Вертолет..."


"Чертова ракета с тепловой наводкой".


"А остальные?"


Я покачал головой.


Он занял комнату. "Где мы?"


"На британском военном корабле, мой друг".


"Твоя одежда..."


"Это может показаться неожиданным, но настоящий Петров умер много лет назад, и я занял его место; я капитан британской армии, сил специального назначения".


"Британец?"


"Да. У меня было много травм, много шрамов, поэтому я выглядел как Петров, и я говорил по-русски, я был бойцом, так что все это подходило. Я занял его место."


"Ты был... шпионишь за Томском?"


"Сначала, но потом миссия изменилась, и я немного изменил вещи без разрешения моего босса в Лондоне. Дать отпор коммунистам было правильным решением и убить всех этих наркобаронов.


Так что я зациклился на этом, наслаждаясь этим. Когда мы переехали в города, мы убивали отморозков и помогали людям, и это мне нравилось - мы делали что-то хорошее."


Итак... что теперь со мной происходит?"


"Они доставят тебя самолетом обратно в Лондон, обеспечат тебе хорошее медицинское обслуживание, зададут тебе несколько вопросов, возможно, предложат тебе какую-нибудь работу".


"А если я откажусь?" он спросил.


"Возможно, с вами случится еще один несчастный случай, но, как правило, им не разрешается убивать людей".


Он изучал потолок. "Ты вытащил меня из джунглей".


Я кивнул. "Я отнес тебя на побережье, получил вызов, но затем потерял сознание. К счастью, они нашли нас."


"Но я враг британцев".


"Ты никогда не был моим врагом. Наши боссы могут меняться, и все боссы - придурки, но мужчины остаются теми же. У меня есть своя команда в Англии, я тренировал их, как и нашу команду." Я воспользовался моментом. "Ты хочешь вернуться в Томск?"


Он отвел взгляд и подумал об этом. "Нет, если тебя там не будет. Мне нравились бои и тренировки, никогда не нравился Томск или обогащение этого толстого гнома."


Я рассмеялся. "Не беспокойся о моем боссе или работе с ним. Он купит тебе дом, машину."


"Я всегда хотел побывать в Англии, увидеть замки и церкви".


"Теперь ты можешь. Уделите немного времени, подумайте о том, чего вы хотите. Ты должен был быть мертв, так что это твой второй шанс."


Сидя на палубе, загорая - но одетый, я все обдумал и был отчасти опечален тем, что оставил Петрова позади. Я перезвонил Бобу.


"Хорошо, как насчет этого. Подождите несколько дней, я перезваниваю в Томск из Боготы. Мы говорим ... коммунисты схватили меня, затем продали колумбийским бандам, которые хотели меня заполучить, но грузовик, в котором я ехал, был остановлен полицией. Я сбежал с помощью местного жителя, который нанял мне врача, и теперь хочет немного денег. Томск доставляет деньги, и неделю спустя я говорю ему, что я вернулся в Великобританию, ты меня вытащил."


"Ты пропал даром как солдат, ты это знаешь. Да, хороший план, и Петров жив и здоров на будущее."


"Живой и арестованный, Боб, возможно, чтобы вернуться. О, я поговорил с Сашей, объяснил, кто я такой."


"Он знает правду?"


"Я думаю, ему нравится работать со мной больше, чем в Томске".


"Ты думаешь, он будет работать с нами?"


"Да. Он хочет посетить замки в Англии, увидеть влажную зеленую землю, выпить чашечку чая с булочками."


Перед отъездом я спросил капитана, могу ли я поблагодарить команду. Он колебался, но разрешил трансляцию.


"Это капитан Уилко, SAS, плохо хранимый секрет здесь, на корабле. Прежде чем я уйду, я хотел бы поблагодарить пилотов Lynx, они спасли мою жизнь и жизнь человека, который был со мной. Еще несколько часов, и многие домохозяйки в Херефорде оплакивали бы меня.


"Я хотел бы поблагодарить доктора и медицинскую команду, которые помогали мне и которые спасли жизнь моему коллеге. Я знаю, что некоторые хотели бы сообщить о моем присутствии здесь, в конце концов, я симпатичный парень, но нам нужно обеспечить строгую безопасность, чтобы помочь спасти жизни людей, все еще работающих под прикрытием.


"И я никогда не знал, что у вас на борту были девушки или что еда была такой вкусной. У вас у всех легкая жизнь, так что найдите нормальную работу, а." Я вернул телефон улыбающемуся командиру, все на мостике либо улыбались, либо жаловались на эту легкую жизнь.


Моя старая квартира была возвращена два дня спустя, мой полицейский эскорт поблагодарил. Полицейские проверили квартиру, прежде чем отправиться за покупками для меня.


В тот вечер позвонил Боб; его люди подкрадывались к моим ребятам в пабах и записывали болтовню, он даже прокрутил мне кассету, и я не смог уснуть той ночью. Какое приятное возвращение; я мог бы пристрелить Боба за то, что он сделал, и за то, что это заставило меня чувствовать.


Первое утро возвращения, и это утро не обещало быть добрым. Я прятался в кабинете майора, пока он не пришел, игнорируя людей, и потягивал кофе, болтая с ним, пока не появилось большинство.


Когда я выходил из кабинета майора, многие приветствовали меня и задавали очевидные вопросы, но я пожал им руку, и они отступили. Они могли видеть мое настроение. Пока я ждал, они собрались, офицеры, как обычно, повернулись лицом к солдатам.


"Ладно, успокойтесь", - крикнул я, оставаясь стоять, и я ждал, рассматривая их лица, большинство из которых я не видел довольно давно. И никто не знал о проблемах этого утра.


"Элкин, встань".


Он встал, обменявшись озадаченными взглядами с несколькими Солеными.


"В выходные ты выпивал и болтал без умолку. К несчастью для вас, человек, стоявший рядом с вами, записывал на пленку, что это была Ми-6."


Теперь он знал, что попал в беду, так же как и остальные, лица повернулись к нему.


Я продолжил: "Вы назвали имена, вы подробно описали операции, и вы заявили, что мы... никого не оставлял в живых и добивал заключенных. Если бы этот человек был полицейским, то многие в этой комнате были бы арестованы этим утром, им грозили бы длительные сроки тюремного заключения, наша репутация была бы разорвана в клочья, отделу почти пришел конец. Вероятно, распущен.


"Единственная причина, по которой вы сейчас не в больнице, - это ваша хорошая служба у нас и время, проведенное в действии. Настоящим вы возвращаетесь в подразделение, вступает в силу немедленно. Вы покинете эту базу, чтобы никогда не возвращаться, все снаряжение возвращено."


Я воспользовался моментом, когда люди смотрели на него, потрясенные. В вашем досье будет отражено время, проведенное вами в действии, но также будет указано на нарушение вами правил безопасности. Что касается вашего друга из SBS, Хэмпсона, то его заберут сегодня, и он проведет шесть недель в камере - просто чтобы подчеркнуть свою точку зрения, послание, которое нужно отправить тем, кто интересуется нашими операциями.


"Ты можешь навестить его жену и двух дочерей и объяснить, почему папа какое-то время не вернется домой. И Элкин, если я услышу от тебя хоть писк в будущем, я всажу в тебя пулю. Убирайся."


Они смотрели, как он уходит, все были больше шокированы, чем разгневаны на него.


"Томо, встань".


Рокко резко повернул голову к Томо. "Что ты наделал!" - рявкнул он.


"Ничего большего, чем сделали большинство в комнате, но его поймали", - заявила я без энергии в голосе. Томо выглядел испуганным. "Томо, тебя тоже записывали на пленку, но твоя болтовня была не такой жестокой, как у Элкина. Настоящим вы оштрафованы на 500 фунтов стерлингов. Рокко, найди для него какие-нибудь дерьмовые задания, убедись, что он страдает. Томо, сядь."


Я смотрел на их лица, когда они оглядывались, все теперь очень обеспокоенные. "Многие из вас также были записаны на пленку, некоторые телефонные звонки прослушивались, и в будущем вы все можете ожидать, что за вами будут следить на предмет того, что вы проболтались посторонним.


"Теперь позвольте мне кое-что вам объяснить; гражданское право может превалировать над военным. Если вы пьяны, но признаетесь, что прикончили раненого человека, может быть возбуждено дело, и вы получите двенадцать лет, если вас признают виновным. Но если дело будет возбуждено, вас вышвырнут до того, как дело дойдет до суда, так что вы будете предоставлены сами себе, никакой мод вам не поможет.


"И было бы бесполезно просто говорить полиции, что вы выполняли приказы, вам нужно было бы это доказать. Итак, давайте посмотрим на это в перспективе. Вы стреляете во вражеского солдата, он падает без сознания. Десять минут спустя у этого безоружного человека обнаруживается пульс, вы всаживаете в него пулю. Это двадцать пять лет тюрьмы, если это выйдет наружу."


Я позволяю им подумать об этом. "Что мы делаем в джунглях ... никогда не должен возвращаться сюда, в Великобританию, и сплетни следует пресекать, так же как и болтовню, когда ты пьян. Но если кто-нибудь спросит, то ты не этого делал."


Я перевел дыхание. "Если вражеский солдат падает, откуда вы знаете, что он мертв?" Я широко развел руки. "Ты не понимаешь. Так что подходить к нему опасно, и мы избегаем этого.


"Может быть, он ранен, выдернул чеку из гранаты, надеясь, что ты пройдешь вперед. Если он потянется за оружием, вам по закону разрешается стрелять снова. Если вы подойдете к нему, и он положит руку на гранату, вам разрешается выстрелить снова.


"По сути, вы продолжаете стрелять до тех пор, пока больше не перестанете думать, что вам угрожает опасность, и это критерий - вы думаете, что вам может угрожать опасность. Вы стреляете в человека, он поворачивается и падает, скорее всего, он ранен - и зол на вас, и очень опасен. Итак, вы стреляете снова и снова, пока он не перестанет двигаться. Это не добивание раненого человека - это хорошая практика.


"Но что думают некоторые старшие офицеры, что думают некоторые адвокаты по гражданским правам, так это то, что если мы выстрелим в человека один раз, и он упадет ... мы не должны стрелять снова, мы должны броситься вперед и оказать первую помощь. Проблема в том... если бы мы это сделали, нас бы убили чертовски быстро.


"Как офицер, отвечающий за ход сражения, я был бы призван к ответу, если бы послал вас вперед, прорваться через укрытие и оказать первую помощь, а вы были бы убиты. Так что мы этого не делаем. Мы стреляем снова, пока не будем достаточно уверены, что они мертвы.


"А что насчет человека в трехстах ярдах от нас, уходящего от нашего патруля?" Похоже, стрелять ему в спину было бы неправильно. Но что, если мы позволим ему уйти? Он проходит еще несколько шагов, слышит нас, поднимает рацию, ожидая минометного обстрела, люди убиты и ранены. То, что он уходит, не означает, что он не представляет для нас опасности.


"Я еще не стрелял в человека с белым флагом, или умоляющего сохранить ему жизнь, или сдающегося, и я надеюсь, что никто из вас ... когда-либо делал. Это определенно было бы судебное дело. Но когда мы никого не оставляем в живых, это рассматривается высшим руководством как политика "стреляй на поражение". Мы не берем много пленных, раненых или других.


Причина этого проста: в основном мы - небольшое подразделение в тылу врага, которое быстро перемещается. Если мы остановимся, чтобы оказать первую помощь, нам придется остаться с ранеными, а как мы это делаем в джунглях? Вызываем ли мы вертолеты, чтобы вывезти раненых, всех пятьдесят из них? Нет, потому что, если мы будем болтаться поблизости, нас убьют.


"Для небольшого подразделения в тылу... ключ к выживанию - действовать быстро, не останавливаться, чтобы оказать первую помощь, и никто не говорит, что мы должны рисковать своими жизнями ради спасения вражеского солдата. Кроме того, мы сталкиваемся с террористами и отморозками, они не солдаты. Многие из них фанатики, которые с радостью выдернули бы чеку из гранаты."


Я поднял указательный палец. "Нет закона, который говорит, что вы должны рисковать своей жизнью или пожертвовать ею, чтобы помочь вражескому солдату. И если кто-нибудь когда-нибудь спросит, критерии, которые мы используем, таковы: если мы находимся на вражеской территории, мы в опасности, и если мы в опасности, мы стреляем в любого врага, который может представлять угрозу, и мы не останавливаемся и не оказываем первую помощь, потому что это означало бы выйти из укрытия - риск, и, склонившись над раненым человеком, мы, вероятно, погибли бы. Запомни это; если кто-нибудь когда-нибудь спросит, это может сэкономить тебе некоторое время в тюремной камере."


Я обратился. "Майор, мне нужно кое-что сделать, и нужно показаться врачу, пожалуйста, возьмите это на себя". И я оставил их обсуждать проблему.


Майор неожиданно появился в моей квартире однажды вечером в 8 вечера, в гражданской одежде, и моя шикарная квартира теперь была в моих руках более шести месяцев, о которых я договорился с Бобом Стейнсом.


"Проблемы с женщинами, сэр?" Я небрежно спросил, впуская его. "Нуждаюсь в чем-нибудь... брачный совет?"


" Чайник включил, чувак? " громко спросил он, игнорируя мой вопрос.


Я улыбнулась, включила чайник, пока он любовался видом из окон моей гостиной.


Наконец сев с чаем в руке, он собрался с мыслями и начал: "База скоро закроется, переезд больше нельзя откладывать. Боб ... У Боба все еще есть идеи о его собственной частной армии, и сейчас самое время прижать нас."


"Потому что новая база немного меньше, и если у нас будет своя база, у нас будет некоторое расстояние между нами и завсегдатаями", - отметил я, а затем отпил чаю, сначала подув на него. "Но, учитывая количество внешних участников, у нас не может быть просто стола в углу какого-нибудь сарая с кондиционером и флуоресцентными лампами".


"Нет, вполне, отсюда и сжатие", - отметил майор. "Он, конечно, обратится к тебе за руководством".


"Что сказал МОД?"


Он скорчил гримасу. "Роулсон хотел бы, чтобы мы ушли, и тогда он относился бы к нам как к отдельному подразделению, конкурируя с нами за рабочие места. Его устроило бы, если бы мы были в другом месте и финансировались по-другому."


"Я очень ... не в пользу того, чтобы это произошло."


"Я так и думал, так что тебе нужно поговорить с Бобом".


"Мне нужно поговорить с МО и премьер-министром, остальные следуют приказам", - кратко указал я. Я отхлебнул чаю. "Что бы ты сказал ... был ли самый важный аспект того, что делает Echo?"


Он обдумал это. "Получение хороших заголовков в газетах было бы легкомысленным ответом, и это выгодно для всех".


"Роулсону было бы неважно, если бы при следующем спасении не упоминалось о SAS".


"Он почувствовал бы жар, и были бы заданы вопросы", - твердо заявил майор. "У него было бы меньше власти, меньше влияния и, возможно, меньше бюджета. И, не дай бог, "Эхо" должно хорошо поработать, когда завсегдатаи облажаются."


"Я не сторонник сокращения числа постоянных клиентов или повторного изобретения колеса. Я думаю, у нас всегда должно быть пятьдесят процентов SAS в долг и тесные рабочие отношения."


"Я тоже, или мы соревнуемся - и станем как 14 Intel".


"Итак, ответ таков ..." - подтолкнул я.


"Не уверен, и это не дает мне уснуть. Можно было бы снять комнату на новой базе, а потом ребята поедут на объекты."


"Но с учетом внешних факторов?" Я плыл.


"Да, нам негде встретиться, если только мы не воспользуемся фабрикой. Это уже неплохая небольшая база."


"Итак, какой самый важный аспект Echo?" Я размышлял вслух, рассматривая акварель на моей стене с магнолиями. "Спасение или борьба, как мы делали в Сьерра-Леоне?"


"До сих пор это были спасательные операции, не считая ИРА", - указал майор.


"Если мы станем предпочтительным вариантом спасения, Роулсону и МОД может понадобиться драка", - отметил я. "И бюджеты будут обсуждаться. У нас был бы Роулсон, посылающий человека убить меня."


Майор приподнял брови. "У него было бы несколько добровольных помощников из числа постоянных клиентов, особенно если бы мы лишали их работы".


Я поднял палец, схватил свой мобильный и набрал Боба, предварительно проверив время. "Боб, послушай, если бы нам пришлось переехать с базы, поскольку эта новая база немного меньше, где бы ты хотел, чтобы мы базировались - на макушке твоей головы?"


"В идеальном мире, вероятно, на небольшой заброшенной базе королевских ВВС, которую я недавно осмотрел, в десяти милях от Брайз Нортон".


"Старая школа воздушных шаров?"


"Да, хорошая догадка. Ты знаешь это?"


"Делал там одно-два упражнения, когда был в Лайнхеме с медиками. Итак, какой бюджет будет доступен для ремонта и оснащения?"


"Там есть казарменный корпус в хорошем состоянии и дюжина современных домов, которые использовались как жилье для супружеской пары офицеров из Брайз Нортон - сейчас там пусто, если не считать сторожа, большой ангар все еще в хорошем состоянии, несколько кирпичных зданий и офисов, территория в двадцать пять ярдов, и большая часть вспаханной земли вокруг него принадлежит министерству обороны и сдана обратно фермеру".


"Так почему именно там, о чем ты думаешь?" Я настаивал, майор изучал меня.


"Это изолированное место, хорошее для безопасности, но достаточно близко к Херефорду и фабрике, недалеко от Брайза и Лайнхема, в нескольких минутах езды от Глостера и Бристоля, на таком же расстоянии от Кардиффа".


"Интересно. Скоро нам придется взглянуть. Уилко на свободе." Я столкнулся с майором.


"Он хочет, чтобы мы приземлились на каком-нибудь старом аэродроме?" - спросил майор.


"Южный Глостер, в сорока пяти минутах езды отсюда, недалеко от Брайза и Лайнхэма, изолированный, много земли, казарм и домов".


"А для парней? Жить и пить?"


Я пожал плечами. "Херефорд - это немного дерьмово, Глостер и Бристоль достаточно близко к этому месту, так же как и Сайренчестер. Хорошей вещью была бы безопасность, отсутствие любопытных глаз, и вертолеты и "Геркулес" могли бы забрать нас, никто бы не увидел."


Брэдли кивнул. "Быть подальше отсюда может быть и хорошо, ты знаешь, как они сплетничают; безопасность - это проблема. Но ребятам может не понравиться изоляция."


"Теперь им это не нравится, Херефорд - гребаная деревня - мы все едем в Кардифф!"


Он кивнул. "Взлетно-посадочная полоса под рукой" было бы неплохо. Но если мы будем на месте и у нас все получится, Боб сможет ускорить процесс, и, прежде чем вы успеете оглянуться, мы вступим в прямую конкуренцию с SAS - и вернемся к исходной точке."


"Как я уже сказал, мне нужно выяснить, чего хотят силы, а не чего хотим мы с Бобом. Если они принимают решение, я соглашаюсь с ним. То, что нужно ... это план, который делает всех счастливыми."


"Удачи с этим", - усмехнулся он.


На следующий день я пошел и нашел полковника Роулсона. "Есть минутка, сэр?"


"Подойди, сядь. Я просто сортирую новую базу, " сказал он в своей обычной отстраненной манере. "И Министерство обороны хочет, чтобы местные жители посмотрели на это, показали, что там нет ничего зловещего, никаких ячеек, никаких бомб, которые вот-вот сравняют с землей местные окрестности. Итак, что вам нужно, капитан?" Всякий раз, когда он использовал мой ранг, я знал, что он пытается поставить меня на место.


Я отступил назад. "Этот переезд усложняет жизнь Echo, потому что мы растем, а новая база немного меньше. Чего бы хотел Боб Стейнс, так это чтобы у нас была своя база - "


"Он строит империю, не так ли?"


"Он хочет управлять всем шоу", - съязвил я. "В любом случае, проблема в следующем: если бы у нас была отдельная база, и если бы мы росли, и если бы финансирование шло напрямую, тогда мы бы конкурировали напрямую с вами и ... Боб постарался бы сократить ваш бюджет и вашу численность - поскольку мы выполняли бы то, что поручило Министерство обороны вам."


"Я стремлюсь бороться с подобными вещами", - твердо заявил он.


"Я тоже, сэр, поскольку я не хочу, чтобы число постоянных клиентов уменьшалось, или чтобы заново изобретали колесо. Я за то, чтобы у Echo всегда была большая часть ваших парней в аренде, при вашей поддержке, и я бы боролся за изменение этого."


"А если у тебя есть база в Эссексе?" - поддразнил он.


"База в Эссексе усложнила бы общение, да. Я бы пошел туда, куда мне приказал МОД, но... У меня есть некоторое влияние, я могу повлиять на парней, и их мнение имеет значение. Что нужно, сэр, так это наше совместное выступление."


"Мы, ты и я, капитан?"


Да, сэр, вы и я, полковник.


Он обдумал это. "Я сильно встряхнул вещи, избавился от сухостоя, и были внедрены новые стандарты, так что, если бы нам предстояло соревноваться в будущем, мы бы поборолись за ваши деньги. Я стремлюсь вернуть работу, которая нам подходит."


"Всегда будут задания, которые вам не подходят, с которыми справляемся мы, и если они проходят хорошо, то мы получаем похвалу, тогда как сейчас похвалу получает SAS. Если бы был... "Бригада эха", и мы действительно боролись за рабочие места, тогда Боб усердно работал бы, чтобы добиться нашего успеха - и у него есть поддержка и бюджет."


"Возможно".


Я мог видеть, что быстро у меня ничего не получается. "Сэр, вы в этом кресле на следующие восемнадцать месяцев". Он напрягся, разозленный. "Возможно, сэр, вам следует немного подумать о том, что лучше для линейного продвижения Полка за пределами вашего времени, и чего хотят от вас гребаные министр обороны и премьер-министр, и прикажут вам ... что делать." Я встал. "Вы могли бы быть в одном маленьком шаге от ошибки, которая будет стоить вам этого стула, сэр".


Я отдал честь и оставил позади тихо ошеломленного полковника.


Я позвонил Бобу после разговора с Мораном. "Боб, организуй встречу, пожалуйста. Ты и я, генерал Деннет, министр обороны, ЮКСФ, Объединенный комитет по разведке и ... Роулсон."


"Проблема?"


"Вовсе нет, нам просто нужно решить, в каком направлении движется Echo и где оно базируется".


"Имеет ... Роулсон что-нибудь сказал?"


"Он хотел бы, чтобы мы ушли, но мы всегда это знали. Он хотел бы, чтобы мы разделились и соревновались лицом к лицу."


" А ты? " подтолкнул он локтем.


"Я выполняю приказы, Боб. Назначь встречу на завтра, если сможешь, давай договоримся. Мне все равно нужно повидаться с твоими ребятами по поводу Панамы."


Боб перезвонил мне два часа спустя, встреча продолжалась, так что я собрал сумку, мой сержант полиции отвез меня, и мы поболтали по дороге. Он забронировал номер рядом со мной в обычном отеле, и мы поели вместе после того, как я провел час с человеком Боба, ответственным за все дела в Центральной Америке.


Утром меня отвезли в здание министерства обороны, и я начал чувствовать себя немного бесполезным; было время, когда я водил Air Commodore, и то, что меня возили повсюду, казалось показным.


Я был в костюме, Роулсон в униформе и, казалось, был рад меня видеть, но он также выглядел обеспокоенным, увидев меня, не в последнюю очередь из-за того, что эта встреча состоялась так скоро после моей вспышки гнева.


Я подошел к генералу Деннету, и мы пожали друг другу руки. "Как поживает ваша дочь, сэр?"


"У нее есть парень, так что, к счастью, она забыла о тебе".


"Что плохого в том, чтобы иметь меня в качестве зятя, сэр?" Я дразнил.


"Я мог бы составить список ..." - съязвил он, и мы рассмеялись.


Я поприветствовал сотрудников JIC и UKSF, кивнул Бобу, когда он сидел с бумагами, затем вошел министр обороны с двумя помощниками, и мы двинулись вокруг овального стола.


Министр обороны устроился поудобнее и кивнул Бобу.


Боб начал: "Мы собрались здесь сегодня, чтобы обсудить будущее направление Echo Detachment ..."


"Это вызывает сомнения?" - спросил министр обороны.


"Сомнений нет, просто SAS перемещаются на меньшую базу, когда Echo растет и ... ему нужно больше места, " объяснил Боб.


"И в чем проблема?" - подтолкнул министр обороны.


"Можно мне?" - перебиваю я. Боб уступил мне. "Если Бы Echo Detachment пришлось передислоцироваться из-за проблем с размером, то с обычным SAS может возникнуть непреднамеренный естественный разрыв. И давайте внесем ясность, это Подразделение Echo SAS, а не что-либо другое, и большинство нынешнего персонала - из SAS.


"Такой естественный разрыв, возможно, когда между нами сотни миль прекрасной английской сельской местности, может привести к объединению родителей и ребенка ... отдаляемся и, возможно, даже конкурируем за бюджеты.


"Когда меня недавно спросили мнение по этому поводу, я сказал ... давайте спросим правительство и Министерство обороны, чего они хотят. Итак, чего вы хотите от нас в будущем?"


"Опять то же самое", - начал министр обороны. "Хорошие заголовки в газетах".


Я столкнулся с генералом Деннетом. "Сэр, какой аспект того, что мы делаем, вы бы назвали самым важным?"


"Хотя спасать людей - это хорошо, - начал он, - я бы сказал, что наша международная репутация является ключевой характеристикой. Как это достигается, не имеет значения."


"А если Echo перестанет использовать ярлык SAS, и SAS будет сокращен?" - Спросил я, и Роулсон напрягся.


"Да, это немного похоже на изобретение колеса", - согласился генерал Деннет. "В чем проблема?"


"Проблема, сэр, в том, что некоторые из наших работ - это то, что лучше всего подходит Бобу здесь, и выходит за рамки SAS. Часть работы накладывается на SAS и забирает рабочие места у SAS. Если бы Echo полностью раскрыло свой потенциал, как того хотел бы Боб, тогда это оказало бы давление на МОД, чтобы уменьшить SAS - то, что я не одобряю, поскольку мы бы заново изобретали колесо, тратили деньги и соревновались."


"Согласен", - вставил министр обороны. "Итак, ответ таков ..?"


"Ответ, сэр, заключается в том, чтобы вы подумали, чего вы хотите".


Он воспользовался моментом. "Эхо" начинала с целью ... непристойной работы, работать с SIS за границей, и все прошло очень хорошо, я уверен, мы все согласились бы. Джибути и Сьерра-Леоне были скорее примером регулярной военной службы, и, насколько я был обеспокоен, все это было SAS. Разве цифры не состояли в основном из SAS?"


"Да, сэр, после наращивания, и мы слаженно работаем вместе".


"Тогда я бы на это надеялся ... плавно продолжается в будущем." Он изучал лица.


"Я согласен", - вставил генерал Деннет, и я мог бы прямо в этом обвинить Роулсона.


Я начал: "Я думаю, джентльмены, что у Echo всегда должно быть ядро, состоящее в основном из солдат SAS, предоставленных в аренду, и SAS, работающих с нами, и много совместных учений, как сейчас, - даже если бы мы были на отдельной базе. И мы сохраняем название, SAS."


"По-моему, звучит неплохо", - отметил министр обороны, взглянув на лица.


Я указал на Боба. "Боб раньше выдвигал идею отдельной базы, а я сопротивлялся - потому что мог образоваться естественный разрыв. Но... но я много думал о том, что самое важное в том, что я делаю, и о моем уникальном способе делать это." Я смотрел на их лица, когда они выжидающе смотрели, Боб теперь выглядел обеспокоенным.


"Я должен сказать ... это то, что я считаю самым важным ... это влияние, которое я оказываю на другие виды вооруженных сил, работая вместе; самолеты, вертолеты, корабли - и внешних членов, которые тренируются с нами.


"Если в следующем году я ничем другим не займусь, кроме как обучу двести сержантов следующего года из различных подразделений и приобрету у них некоторый боевой опыт, то, на мой взгляд... мой самый большой вклад в то, что эти люди становятся хорошими сержантами и офицерами и учат других, готовые к следующей маленькой войне, в которой мы окажемся. Как уже говорил Боб, ценный опыт военного времени накапливался в мирное время."


"Совершенно верно", - согласился генерал Деннет. "На днях я разговаривал с командующим ВВС, и он сказал, что вы привели к резкому изменению отношения во многих его подразделениях, что люди усердно тренировались и соревновались за то, чтобы попасть к вам на следующую работу, повысить квалификацию - даже для чертовых медиков.


"И посмотрите на Сьерра-Леоне. О морских пехотинцах хорошо написали в газетах, пилоты получили некоторую практику и хорошую характеристику, все отлично подходит для вербовки, полк королевских ВВС завален новобранцами, число людей, подающих заявления в SAS, утроилось по сравнению с тем, что было два года назад - а это было резкое сокращение. "


"Да, все хорошо", - согласился министр обороны. Он сосредоточился на Роулсоне. "Полковник?"


Я мог чувствовать боль Роулсона и спрятал свою улыбку.


"Как уже было сказано, заново изобрести колесо было бы ... расточительно для налогоплательщика, и переезд, вероятно, был бы таким ... наносит ущерб линейной истории SAS."


"У тебя есть план?" - спросил меня бригадир ЮКСФ.


"Есть старый аэродром, который Боб предложил нам использовать, и, учитывая, что я хотел бы тренировать больше экстернов и проводить больше учений с участием нескольких подразделений, это кажется лучшим выбором, сэр. Это в южном Глостере, недалеко от Брайз Нортон и Лайенхема, достаточно близко к Херефорду, и безопасно - вдали от любопытных глаз."


"Звучит идеально", - отметил круглолицый государственный служащий JIC. "Но мы бы сохранили фабрику в Леоминстере?"


"Да, сэр, от этого много пользы. Это в часе езды от этого аэродрома."


"И что тебе нужно?" Спросил Деннет.


"То же, что и сейчас, сэр, но, возможно, более разнообразные учения с участием большего количества подразделений, и ... как я уже говорил о сержантах следующего года, я бы привлекал подразделения, когда не было никакой необходимости, кроме их собственной выгоды - выгоды опыта".


"Вы рады так обучать других?" - спросил министр обороны.


"Много времени и денег ушло на мое обучение, сэр, так что я должен вернуть их".


"Да, определенно", - согласились они.


И Боб здесь получает то, что он хочет - в виде ресурсов, которыми располагают люди, и обычные SAS и SBS также получают выгоду. Но чего я хотел бы, чтобы вы помогли мне спать по ночам, так это совместного документа от всех вас, джентльмены, относительно плана и масштабов того, что делает Echo, ваших желаний и нужд. Таким образом, я не буду отклоняться по касательной, и ... как и никто другой."


Они обменялись взглядами, скрытый смысл которых был очевиден всем.


"Это будет составлено и обсуждено", - отметил представитель JIC. "Просто жаль, что мы никогда не делали этого с 14 Intel".


Я улыбнулся, взглянув на Роулсона. "Люди должны просто выполнять приказы сверху вниз, эх."


Когда встреча закончилась после нескольких непринужденных моментов и шуток, министр обороны попросил меня проводить его.


"Так о чем там не было сказано?" он прямо спросил.


"Сестренки хотели бы иметь собственную частную армию, но проблема не в них".


"Нет?"


"Нет, сэр. У них есть желание и потребность, но они не сделают ничего глупого."


"Полковник Роулсон..?"


"Он позволил бы образоваться естественному разрыву, если бы не поощрял его, и выставил бы своих людей против моих, но то, что некоторые могли рассматривать как конкурирующие дружественные подразделения, пошло бы так же, как 14 Intel".


И это было чертовски неловко. Я составлю документ, но что вы хотите, чтобы он оговаривал?"


"Что Echo всегда отдает приоритет при наборе любому парню из SAS, который достаточно хорош и хочет присоединиться, что мы тренируемся вместе и что наше финансирование частично осуществляется за счет бюджета SAS".


"А надзор ДЖИКА?"


"Рад, что они приходят поболтать в любое время, сэр".


"Не могли бы вы ... попутешествовать по округе и поболтать с новобранцами в разных полках?"


"Да, сэр, если позволит время. Они не дают мне покоя."


Он остановился. "Значит, тебя беспокоил не Боб, а Роулсон".


Я кивнул. "Он хочет, чтобы Эхо исчезла. И, честно говоря, если бы его люди выполняли свою работу с меньшим рвением, мы бы никогда не начали."


"Но именно такое отношение к делу заставило тебя начать, и такое же дерьмовое отношение в рядах SAS смущало нас раньше".


"Полковник Роулсон проделал очень хорошую работу по избавлению от сухостоя и повышению стандартов".


Он обдумал это. "Итак, он хочет вернуть работу". Он кивнул. "Посмотрим, что из этого выйдет".


В кабинете Боба он приготовил мне кофе. "Я думаю, мы все получаем то, что хотим, от того, что Эхо находится на аэродроме и расширено".


Я кивнул. "Я могу определить звезды для тебя и психопатов-одиночек", - сказал я с улыбкой.


Он сел. "И твой ... реальные опасения?"


"Конкурировать с обычными SAS было бы плохой идеей, потому что они закончили бы как 14 Intel и захотели бы отрезать нам яйца, и тогда как мы будем работать с ними в реальном времени?"


"Да, там лучше избегать вражды. Но вы рады одобрить расширение?"


"Если основные люди - SAS, тогда да. Если они обойдут SAS, то не так сильно. Нам нужны близкие и дружелюбные сотрудники SAS."


Он кивнул. "Я вижу, что разлом был бы плохим для всех вокруг. А Роулсон? Он извивался."


"Он хочет, чтобы мы ушли, но я твердо сказал ему, что все решает Министерство обороны, а не он, или я, или ты. Возможно, в следующем году нас здесь не будет, но Армия продолжает. Думай о долгосрочной перспективе, Боб, смотри на картину в целом."


Он пригубил свой напиток и кивнул, пребывая в задумчивости. "Многие здесь хотели бы, чтобы ты играл Петрова полный рабочий день, а американцы кричат на меня каждую неделю".


"Они добились результата в Панаме, так какого хрена им нужно - весь мир, покоренный одним человеком?"


Зазвонил мой спутниковый телефон, и я забыл, что взял его с собой, Боб внезапно очень остро сосредоточился на нем. Я узнал номер. "Da!"


"Это я", - раздался голос Томска.


"Как продвигается диета, ты, маленький жирный засранец?"


Он вздохнул долго и громко. "Иногда я беспокоюсь, что на том конце провода не ты, но никто другой не мог быть таким грубым".


Я рассмеялся. "Саша кормит тебя зеленью?"


"Он старается, и я плаваю больше".


"Хорошо, я хочу, чтобы ты был жив еще долгое время".


"Послушай, у меня есть кое-какая информация, которая может оказаться полезной твоим британским друзьям, о поставке оружия из Америки коммунистам".


"Не трогай это".


"Нет?"


"Нет, потому что говнюки, которые делают и продают это оружие, в постели с гребаным ЦРУ".


"Но оружие направляется коммунистам!"


"Как будто американцам не насрать. Они делают это и продают, им все равно, как это используется."


"Ты думаешь, они были бы проблемой, если бы я остановил это?"


"Да, не трогай это. Но я все равно поговорю со своим мужчиной. Лучшее, что можно сделать ... попытайтесь раздобыть серийные номера и описания, передайте это панамскому министру, но не говорите ему, что вы могли остановить отправку. Я перезвоню тебе, если мой парень что-нибудь скажет."


"Ты даешь хороший совет, мой друг, ты ясно видишь эти вещи".


"Я просто всегда предполагаю, что те, кто притворяется праведником, - гребаные маленькие мальчики".


Он засмеялся, когда я отключил звонок. Я столкнулся с ожидающим Бобом. "Томск получил информацию о поставке оружия, американские поставщики продавали его коммунистам. Ты хочешь расстроить дядю Сэма?"


Боб откинулся назад, задумавшись, и выглядел подавленным. Через некоторое время он сказал: "Мы бы хотели, чтобы такие сделки прекратились, но... как вы сказали, ЦРУ, вероятно, все равно знает об этом. Оповещение панамских властей об этом постфактум приносит некоторую пользу."


"Если вы хотите, чтобы это было перехвачено, дайте мне знать в ближайшее время, просто остерегайтесь какого-нибудь дерьма от янки".


На следующий день дерьмо попало в сеть, и каждый получил по кусочку. Томск предупредил министра, но посылка была задержана на день, и поэтому панамская полиция обнаружила ее случайно, обвинения были выдвинуты в адрес американских производителей, сюжет транслировал CNN.


ЦРУ пронюхало от панамских чиновников о наводке из Томска, и они тихо сошли с ума, их приятели по производству оружия из кармана - и теперь очень сошли с ума. Теперь еще одна группа хотела смерти Томска вместе с Петровым, который, как считалось, все еще жив и действует с Томском.


Около полудня полковник послал за мной, и я прошел через улицу, отдав честь - и ожидая скандала.


"За мной, сэр?"


"Сидеть".


Я сидел.


Он воспользовался моментом. "Ты мог бы бросить меня прямо в это вчера ..."


"Чего бы это дало, сэр?" Нам нужно работать вместе."


Обычно полковник говорит это капитану, а не наоборот, что я понял на обратном пути. Что я был неправ." Он воспользовался моментом. Разрыв между нами создаст больше проблем" чем решит, и ... думая об этом, я бы предпочел не ставить свою судьбу против тебя - у тебя есть способ мышления, которого им не хватает.


"И долгосрочные интересы этого места необходимо учитывать, потому что я здесь всего полтора года или около того, теперь я это вижу. Просто нужен был пинок под зад. Это я всегда говорю людям следовать субординации, и вот вы напоминаете мне об этом факте.


"Итак, когда директива будет составлена, у нас обоих будут свои приказы, и, надеюсь, это пойдет на пользу всем, и ... Я услышал и понял, что вы сказали об обучении других, и это то, чего никто другой здесь никогда не делал и никогда бы не подумал сделать. Но преимущества очевидны; сержанты в следующем году.


"Я признаю, что завидую тому, что делает ваше подразделение, но... но я постараюсь в будущем больше походить на отца, если это то, чего ты хочешь."


"Ваш предшественник сказал нам, что делать, когда работал с Бобом Стейнсом. Никто не говорил вам, сэр, что вы не можете быть замешаны. Мы работаем под вашим началом больше, чем под его."


"Я не хотел конфликтовать с Бобом Стейнсом".


"Вы этого не сделаете, сэр, когда дело доходит до солдатской службы на зеленых полях. Спроси его, каковы его желания, затем помоги нам достичь их, и я найду больше твоих парней, выполняющих работу для Боба. И когда мы получим эту новую базу, приходи в гости и подтверди свои полномочия."


"Боб не попытается сделать что-нибудь тайное по отношению ко мне?"


"Не спросив меня сначала, сэр, я бы сказал ему "нет". Но если вы сядете с ним и поболтаете, вы обнаружите, что у него есть идеи, но нет навыков солдата на зеленом поле. Вот тут-то и вступаешь ты.


"Он хочет, чтобы люди проникли, вы говорите - предоставьте это мне. Вы бы поссорились, только если бы он хотел, чтобы мы устроились на работу, а вы сказали "нет". Но опять же, если работа выглядит как провал с самого начала, так и скажи. Я тоже.


"Способ справиться с ним, это сказать - ты хочешь плохой заголовок, Боб? И он уйдет и подумает. Просто нужен правильный подход, и он не армейский - он змея."


"Но ты хорошо с ним работаешь ..."


"Иногда я кричал на него, угрожал пристрелить и говорил ему отвалить. Некоторые из его идей были немного опасными. Но в конце концов он прислушается к голосу разума, и он чертовски боится плохих газетных заголовков."


"Это все из-за заголовков?" он усмехнулся.


"Да, потому что мы работаем на политиков, сэр, а не на людей со здравым военным суждением. Они все змеи, и им похуй на жизни заложников - это только для камер. Им нравятся хорошие заголовки. И Фолклендская война - это было без какой-либо практической выгоды, потому что у Тэтчер не было выбора, если она хотела остаться у власти."


Он кивнул. "Ты ясно видишь эти вещи. Ох. У меня есть двое мужчин, которых ты можешь взять, они сами попросили. Оба были в течение двух лет, получили очень высокие оценки, в девяностых."


"Да, сэр, у нас действительно есть для них пробел. Пригласи их поболтать."


На следующий день я устроил большое паувоу, все сидели в комнате по интересам с чайными кружками в руках. "Хорошо, как многие из вас знают, эта база скоро закрывается, на самом деле она должна была закрыться год или два назад. Новая база, чуть дальше по дороге, это ... база немного меньших размеров, куча современных жестяных сараев с кондиционерами, рассчитанных одновременно всего на одну эскадрилью.


"Итак, нам нужно сделать выбор, если, конечно, этот выбор еще не сделан Бобом и МОДОМ, с которыми я встретился вчера. Предпочтительный выбор заключается в том, что у нас есть собственная база - "


"Чертовски верно" и "как раз вовремя" эхом прокатились по комнате, головы закивали.


"- и этой базой мог бы быть изолированный старый аэродром королевских ВВС в южном Глостере, недалеко от Брайз Нортон и Лайнхэма, старой школы аэростатов, которой многие из вас воспользовались бы".


"Будь готов к вылету", - сказал Риццо.


Я кивнул. "Да, и это в нескольких минутах езды от баров в Глостере, Бристоле и Сайренчестере, так что не так изолированно, то же расстояние до Кардиффа, что и сейчас, сорок минут езды отсюда".


"Где мы жили?" Рокко озадачен.


"На базе есть дома, казармы, деревня, или вы въезжаете", - сказал я.


"Я голосую "за", - вставил О'Лири.


"Ты живешь в трех милях от этого", - указал я, когда они засмеялись.


"Как я уже сказал, я голосую "за"", - подтвердил он с улыбкой.


" Мой жених живет в Дерсли, " вставил капитан Харрис. "Итак, я тоже голосую "за"", - смеются парни.


"Итак, что находится на этой базе?" - Спросил Стрейч.


Взлетно-посадочная полоса, достаточно большая для "Геркулеса", трава для посадки вертолетов, беговая дорожка вокруг аэродрома, большие ангары, сараи, казармы и комнаты, дистанция в двадцать пять ярдов, а вокруг - современная земля, так что мы можем ее пощипать. Здесь одиннадцать качественных домов, отдельно стоящих - старые апартаменты для супругов офицеров королевских ВВС, так что для начала мы можем воспользоваться ими."


"Я не собираюсь делиться с Риццо", - вставил Свифти, и парни громко рассмеялись.


Улыбаясь, я сказал: "В каждом доме по три спальни, так что каждый может переехать туда, если захочет, а казармы можно использовать для наружных работ. Там должна быть старая столовая, так что мы могли бы собрать внешних и потренироваться."


"Это помогло бы", - отметил Моран, майор кивнул.


Я повернул голову. "Майор, нам все равно нужен стол здесь, наверху, вы сидели за ним некоторое время, несколько дней назад с нами. Нам все еще нужна координация, мы не отделяем себя от SAS."


Он кивнул. "Да, я бы предложил что-то подобное".


Я столкнулся с бандой. "Был бы кто-нибудь здесь недоволен переездом и расстоянием?"


Они обменялись взглядами.


"Жак, Трэвис, любой ... должны родиться местные дети?"


Ребята рассмеялись.


"Нет, босс", - прозвучало в ответ.


"Я получил контракт на аренду", - сказал Томо.


"Я тоже", - пришло от нескольких.


"Переезда не будет в течение нескольких месяцев, а затем мы поможем с такими контрактами, письмо от командования о том, что ты умер за границей, банковский счет заморожен".


Томо поднял руку. "Эта птица, которую я вижу, не могли бы вы сказать ей это в любом случае?"


Я покачал головой, когда комната сотряслась от смеха. "Она - наказание?"


"Она убьет меня, если я пошевелюсь, босс, если я буду истекать кровью".


"Не говори ей", - вставил майор. "Мы инсценируем твою смерть".


"У кого-нибудь возникли проблемы с переездом?" Я спросил.


"Я как раз собирался купить дом", - сказал мне Моран.


"Немного длительный срок", - отметил я. "Ты думаешь, что проживешь так долго?"


Он бросил на меня взгляд. "Надеюсь на это".


"У меня есть половина дома", - сообщил нам Стрейч. "Мог бы сдавать ее в аренду".


"Будь честен", - крикнул я. "Кто-нибудь пострадает от переезда или долгой поездки?"


"Это ближе к тому, откуда мы все пришли", - отметил Роко. "Здесь немного изолированно. Было бы здорово иметь свой собственный лагерь, регулярные тренировки."


Я столкнулся с Генри. "Мы могли бы отправить ваших людей на тренировку".


Он кивнул. "Они предложили такую вещь, да".


"Немного съездили в Брекон", - заметил Свифти.


"Как я это вижу, " начал я, - мы бы организовали обучение таким образом, чтобы, если бы мы захотели поехать на фабрику, мы бы сделали это двухдневным мероприятием, то же самое для Сеннибриджа, мы не просто ездим куда-то на один день. Таким образом, меньше времени в пути. Итак, два раза в месяц мы ездим на Фабрику на два дня, что-то в этом роде."


"Было бы разумно", - согласился майор.


Я столкнулся с Махони. "Лейтенант?"


Он скорчил гримасу. "Я снимаю небольшое помещение, не уверен, как работают ваши британские договоры аренды".


"Мы с этим разберемся", - заверил его майор.


"Твои шесть месяцев с нами скоро истекут", - парировал я.


"Они сказали оставаться на месте", - сообщил он нам, и впервые мы обменялись взглядами.


"Я поговорю с Бобом, узнаю, можешь ли ты остаться", - сказал я ему с ухмылкой. Я посмотрела на Генри, нахмурившись. "Твой командир что-нибудь сказал?"


Он ответил с акцентом: "Он говорит остаться, и чего вы не видите, так это того, что французские газеты думают, что нас здесь двадцать человек, и все успехи зависят от нас".


Мы покатились со смеху.


Майор спросил его. "Это успехи с дамами или со спасателями?" Жак съежился на своем месте, когда люди насмехались над ним.


Анри широко, по-галльски, пожал плечами. "После Джибути... мы национальные герои, награждены медалями Франции."


Когда они устроились, я сказал: "Это еще не на 100%, но этот аэродром имеет смысл, мы могли бы даже отправить туда "Сессну" для занятий. Если кто-то из вас столкнется с проблемами, финансовыми потерями, приходите ко мне, поговорите об этом, дайте нам знать, что вы думаете."


"Мы бесплатно снимаем комнату?" Спросил Рокко.


Я ответил: "Для начала, тогда скупой МОД хотел бы немного арендной платы, но не много. Если бы вы жили в барачном блоке, я бы сказал, что квартплаты нет."


"Поместите меня в казарму", - предложили несколько парней. "Больше денег на пиво".


Два дня спустя я, Моран, Харрис, О'Лири и майор приехали на двух машинах, чтобы встретиться с Бобом в пабе "Фазан" в деревне Литтл-Риссингтон. Боб повел нас по дороге, окруженной высокой живой изгородью, которая расширялась к воротам и забору, караульному помещению и знакам МО, предупреждающим нарушителей.


Полицейский открыл для нас ворота из зеленой сетки, его вышедшая собака была прикована, и мы въехали мимо караульного помещения справа, небольшого кирпичного здания слева и выехали на дорожку по периметру аэродрома. Перед нами я мог видеть взлетно-посадочную полосу, короткую взлетно-посадочную полосу по сравнению с Бризом Нортоном, а на другой стороне летного поля стояли два больших зеленых пустых ангара, к которым пристроились одноэтажные кирпичные здания. Учитывая, что это был аэродром, все вокруг было очень плоским.


Слева от ангаров находилось более крупное одноэтажное кирпичное здание, рядом с ним двухэтажные казармы, рядом с ними несколько одноэтажных зданий - и больше ничего.


Мы повернули налево, объехали вокруг и сразу увидели ряд симпатичных отдельно стоящих домов, бывших супружеских кварталов. Боб остановился у первого дома, и мы вышли, встреченные стариком, выходящим из первого дома с ключами в руке.


" Здравствуйте, " сказал он с сильным акцентом. "Я покажу тебе следующий дом, остальные такие же". И он пошел открывать дверь, с третьей попытки подобрав нужный ключ, пока я рассматривал маленькие огороженные сады с одинокими бельевыми веревками, покрытыми паутиной, внешний забор, фермерские поля за ним.


Внутри мы обнаружили дома в том виде, в каком они были оставлены, довольно красиво оформленные. Казалось, что жильцы недавно съехали, но на большинстве вещей была пыль.


"Прошло всего два года с тех пор, как ушел последний офицер", - сообщил нам наш гид. "Вода в порядке, электрическая". Он доказал свою точку зрения, выплеснув воду в пыльную раковину, включив и выключив свет.


Мы поднялись наверх, осмотрели ковер в спальне, проверили каркасы кроватей, матрасов нет.


"Матрасы пошли вприпрыжку", - сообщил он нам сзади. "Но по дороге есть десять, о которых забыл какой-то ублюдок, все еще в пластике".


"Оставь их себе", - сказал ему Боб.


"Довольно мило", - сказал я. "У меня не было бы проблем с тем, чтобы жить здесь. К тому же более безопасный, лучше подходит для борьбы со смертоносными убийцами."


Смотритель уставился на меня. "Там, где вы живете, много смертоносных убийц?"


"Да" прозвучало у всех одновременно.


"О". Он нахмурился, опустил голову и повел нас вниз.


Оседлав смотрителя на его велотренажере, мы последовали за ним вокруг казармы, дверь была открыта. Внутри было пусто, за исключением металлических каркасов кроватей и деревянных шкафчиков между кроватями, но все было в хорошем состоянии.


"Отопление работает нормально", - сообщил он нам. "Котел обслуживается".


Я пересчитал кровати. "Двадцать четыре внизу, столько же наверху?"


"Да, там то же самое, что и у тебя".


"Хороший номер", - похвалил я. "Сорок восемь посетителей", - Боб кивает, когда майор открывает деревянные шкафчики.


Затем наш гид повел нас в старую столовую и внутрь, и все выглядело так, как будто последняя партия солдат только что ушла.


"Выглядит недавно использованным", - отметил я.


"У вас была школа воздушных шаров, затем летные курсанты с планерами летом ушли", - сообщили нам. "Газ сейчас отключен, но просто клапан как."


"Сюда пришло бы пятьдесят человек", - сказал я майору, и он кивнул.


Ангары были огромными, наши шаги отдавались эхом, несколько металлических шкафчиков были осмотрены. Выйдя из задней части ангаров, мы вышли на дистанцию 25 ярдов и получили нос.


Вернувшись к передней части ангаров, Боб спросил: "Итак, что ты думаешь?"


"Идеально", - сказал я. "Но каков бюджет на здешние удобства?"


"МОД потребует большого бюджета, потому что генерал Деннет и ваш командир ВВС хотят использовать его с пользой", - отметил Боб. "Совместные упражнения. Землю за нами можно вернуть, фермер знает об этом, поэтому расстояние в 600 ярдов - это вариант."


"Это помогло бы", - сказал я. "Но где ближайший полигон?"


"Армейские полигоны находятся в тридцати минутах езды, Оксфордшир".


Я кивнул. "Этот ангар, он может быть домом для убийств. Двухэтажный, металлический каркас, затем дерево, толстое дерево, стрельбище наверху, как на фабрике."


Боб делал заметки.


"Нам нужно здание, переоборудованное под оружейный склад, два трехтонных грузовика, четыре джипа, четыре джипа с длинной осью, затем хороший запас старых "бэнгеров" - любой марки или модели, для оборонительного вождения, плюс любой старый грузовик, который вы сможете найти, для практики вождения. Нужно одно из этих кирпичных зданий в качестве штаб-квартиры и администратора, несколько классных комнат, стулья и белая доска."


Боб продолжал делать заметки, и банда оглядела аэродром.


Я продолжил: "Медицинский отсек, просто комната с двумя кроватями, все самое современное оборудование. Я бы занимался мелочами, когда я здесь, для упражнений мы привлекаем медсестру из королевских ВВС. И для безопасности, четыре вооруженных полицейских все время посменно."


"Мы можем получить замену от Брайза или армии в Халлавингтоне", - предложил Боб.


"Халлавингтон - это королевские ВВС?" Я озадачен.


"Нет, это вернулось в армию, Сигналы".


Я кивнул. "И это все, остальное будет сделано вне базы. Хотя я бы посоветовал небольшой магазин НААФИ, работающий допоздна, столовая открыта до 8 вечера."


"С этим можно разобраться", - заверил меня Боб.


"Магазины за пределами базы?" Я спросил.


"Деревенский магазин, почтовое отделение, больше ничего, затем большой Теско на окраине Сайренчестера, который находится всего в нескольких милях отсюда".


Я указал. "Разбейте травяной каток или сделайте бетонный круг для одного-двух вертолетов, но они могли бы приземлиться и здесь".


"Кажется, места достаточно", - отметил Боб, принимая фартук.


"Пусть они проверят взлетно-посадочную полосу, и мы могли бы вызвать "Геркулес" сюда для упражнений. Раздобудь самолетную рацию для караульного помещения, одну для штабной комнаты. И это стандартное ежемесячное упражнение, которое выполняют 7-я эскадрилья и 47-я, перенесите сюда, когда мы будем готовы."


"Отличная идея", - воодушевился Боб.


"Лучше для безопасности", - отметил майор. "Лучше для групповых тренировок".


"Я бы бегал по этой трассе по утрам", - сказал я ему, заставив его рассмеяться.


"Курс нападения?" Спросил Боб.


"Может быть, со временем, но сначала курс равновесия", - ответил я.


"Баланс?" Поинтересовался Боб.


Я объяснил: "Небольшие препятствия и стены; мужчины преодолевают, держа винтовку направленной на инструктора, стараясь не упасть. Приоритет - жилые помещения, арсенал, транспортные средства и топливо, затем полигон."


"Это не займет много времени", - заверил нас Боб. "Жилые помещения будут готовы через несколько дней, на несколько дней хватит места для копания, остальной комплект доступен."


" И безопасность, Боб, " начал я. "Инфракрасные камеры, все ракурсы зафиксированы, подъездная дорога, тот паб - потому что мы будем проводить в нем почти все ночи!"


"У меня наготове съемочная группа, подержанный комплект, но хороший".


Я сказал ему: "Поставь несколько знаков в конце этой дороги, МОД - доступ запрещен, возвращайся. У полицейского есть винтовка. И навес от дождя рядом с воротами, возможно, шлагбаум для поднятия". Он делал пометки. "Тот смотритель..?"


"Он бы остался, поддерживал дела".


"Мне нужно было бы знать, что он не сплетничает в пабе".


Уже проверено, но я перепроверю. За это место отвечает офицер ВВС в Брайзе, он был бы постоянным посетителем."


"Отлично", - сказал я. "Этот второй ангар для транспортных средств и запчастей".


"Нужен оружейник?"


"Ну, да, если только мы не сделаем это сами".


"Тогда одно из Бризе", - сказал он.


Я улыбнулся и поднял телефон, вспоминая номер. "Арсенал, пожалуйста... Капитан Уилко ...."


- Уилко, это ты? - раздался озадаченный голос, который я хорошо знал.


"Для тебя - капитан Уилко, ты, маленький жирный засранец".


"Эй, я немного похудел. Так что тебе нужно? И как получилось, что ты забыл своего лучшего друга, э, прошел год или три."


"Ты знаешь старую школу воздушных шаров по соседству?"


"Да..."


"Мое подразделение берет это на себя. И нам нужен оружейник."


"Да? Я подумывал уволиться, с меня хватит, сержант здесь такой же придурок, как и новый командир."


"Приходи работать на меня, легкий номер".


"Ты серьезно?"


"Пройдет несколько месяцев, прежде чем это место заработает, тогда у тебя будет свободное место. Ты можешь приехать сюда на машине или жить здесь."


"Там есть жилье?"


И столовая, и паб снаружи. Я мог бы снять вам несколько бесплатных комнат."


"Да? Чертовски превосходно. Я в деле."


"Жди звонка, пока тихо. Уилко на свободе." Я столкнулся с Бобом. Бонго, оружейник из Брайза, схвати его, пока он не ушел из королевских ВВС. Мы с ним давно знакомы. Но как насчет арендной платы за комнаты?"


"В течение первых шести месяцев я могу отказаться от этого, затем министерство обороны хочет арендную плату за дома, а не за казармы".


Я об этом немного подумал. "Как насчет - только на данный момент - двух таких длинных домов отдыха на ножках. В каждом из них по три или более комнат."


"На базе, где я был, есть несколько таких же, по шесть комнат в каждой, туалеты, небольшая гостиная, тепло и уютно".


"Возьми два или три", - решительно подтолкнул я. "Засунь их куда-нибудь поближе к столовой, но в тихое место".


"Будь в рамках бюджета", - сказал Боб с улыбкой.


"Хорошо", - похвалил я. "О, мы можем доставить сюда этого майора Тилли на его "Сессне", уроки для парней".


Боб заглянул в ангар. "Можно было бы получить больше офисов в переносных квартирах, по одному с каждой стороны, сэкономить на строительстве зданий сзади. Столы и стулья, тренировочные залы."


"Отлично", - сказал я. "Быстро доставай их, они не обязательно должны быть пригодны для королевы".


Также есть сараи для хранения запасных частей и снаряжения. На самом деле, я знаю, где их собираются утилизировать. Я могу ущипнуть их практически за бесценок. Больше денег на другие вещи."


"Несколько старых больших зеленых палаток для упражнений", - предложил я.


"Я тоже могу достать это".


Мы выехали за ворота и направились к пабу, заехав на парковку у паба. Внутри было тихо, только двое стариков, хозяин удивился, увидев нас.


"Я думал, они закрыли ту базу?" - сказал он.


"Это снова откроется", - ответил я.


"У тебя будет много возможностей для торговли", - сказал ему майор.


"О, точно, тогда что я могу вам предложить, ребята?"


"Подавать обед?"


Немного поздно, но какого черта. Присаживайтесь, меню на стене."


Напитки доставила симпатичная молодая девушка, которую еще не соблазнил Жак. Мы сидели, обсуждая меню, но наши потребности были невелики, и вскоре принялись за креветки и чипсы, все, что осталось, под любопытными взглядами двух пожилых местных жителей.


"У нас большой бюджет", - парировал Боб.


Я пожал плечами. "Нам не нужно много. Приоритетным является диапазон."


"Это не будет стоить много", - сказал Боб, как будто он был разочарован.


"Держи деньги про запас", - посоветовал Моран.


"Проблема с модом, - начал Боб, пока ел, - в том, что если вы им не пользуетесь, они забирают его обратно".


"Вероятно, подумаем о нескольких вещах, когда мы переедем", - предложил О'Лири.


Я нарезаю свою еду. "Я бы сказал, что приезжим инструкторам может понадобиться приличное жилье, преподаватели языка и тому подобные специалисты".


"Мог бы оставить один из домов свободным", - предложил Моран. "Несколько парней в хижинах".


"Будут приезжие офицеры", - вставил майор.


Я повернул голову, чтобы посмотреть Бобу в лицо. "Рядом с казармами есть небольшое двухэтажное здание, для чего оно использовалось?"


"Это было здание штаб-квартиры, но оно было повреждено водой и оставлено гнить", - ответил он.


"Так что выпотроши его и сделай в нем хорошие номера, в базовом отеле", - сказал я ему. "Не в последнюю очередь, когда ты спускаешься с премьер-министром".


Он улыбнулся и сделал пометку.


"И несколько мотоциклов", - легкомысленно предложил Моран. "Как у того смотрителя. Небольшая прогулка, от домов."


"Есть ли свет?" Я спросил.


"Огни?" Поинтересовался Боб.


"Для ночного времени?"


"Возле домов и караульного помещения были, я думаю, не уверены", - ответил он.


"Нам понадобилось бы освещение повсюду и прожекторы", - предположил я.


"Прожекторы?" - Спросил Моран.


Я объяснил: "Ночные тренировки, прилетающие вертолеты, нам понадобятся огни в ангарах, освещение площадки, мощные прожекторы".


"Определенно", - согласился майор.


"Ближайшие соседи?" Я спросил Боба.


"Этот паб; ближайший фермер в тысяче ярдов к югу, больше".


Майор начал: "Если полигон находится по другую сторону ангара, то это ... больше мили отсюда, может быть, две. Они не должны нас слышать."


" Это специальная военная база, " начал Боб. "Так сложно, если они это сделают".


"Этот паб может вызывать беспокойство", - сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь. "Бомба, взорвавшаяся здесь в пятницу вечером, может убить половину команды".


Боб озабоченно нахмурился и пошел в паб. "Я поговорю с хозяином, дам немного денег, установлю здесь камеру или две, проверю всех местных".


"Ты же не какой-нибудь шпион", - поддразнила я.


"Еда в порядке?" - спросил хозяин с кухонным полотенцем в руке.


"Хорошо", - согласились мы все.


"Вы выглядите как солдаты, а не королевских ВВС".


"Полк королевских ВВС", - сказал я ему. "Но база будет использоваться для комбинированных упражнений. Время от времени вертолеты, не слишком часто, взрывов нет."


"Эти офицеры королевских ВВС часто заходили сюда. Вечер викторин в четверг, " подтолкнул он локтем, надеясь на дальнейший обмен. "Рыба по средам по хорошей цене".


"А как насчет людей в форме?" Я спросил.


"Ну, я не возражаю, но местным жителям может не понравиться, что в пятницу или субботу вечером в остальное время недели тихо. В четверг вечером больше всего народу. И по будням мы обмениваемся хорошим обедом с главной дороги."


После обеда я прощаюсь с Бобом, и он будет занят составлением планов; у него наконец-то будет своя команда на его собственной базе, и он сможет, по крайней мере, представить, что мы - его собственная частная армия.


На обратном пути я сказал майору. "Сэр, как насчет того, чтобы вы ездили туда четыре утра в неделю, после обеда, в пятницу на новую базу".


"Я не слишком волнуюсь из-за поездки, не слишком далеко, но да - мне нужно было бы бывать на базе несколько раз в неделю и быть рядом с бойцами эскадрильи "Е"".


"Когда эта база заработает, мы вернем им форму", - пригрозил я. "И усердно тренируясь".


"Некоторым это понравится, они скучают по действию и духу товарищества", - отметил майор.


Когда я уходил тем вечером, меня перехватил сержант Крэб. "У вас есть минутка, сэр?"


"Сэр?"


"Ну, ты знаешь, капитан и все такое".


"Чего ты добиваешься?" Спросил я с ухмылкой.


"Ну, я и Даффи, нам дали уведомление, осталось шесть месяцев".


"Жаль это слышать. Как давно ты в "Сейчас"?"


"С семнадцати лет, почти двадцать лет назад, двенадцать лет здесь".


"Что ты будешь делать здесь после?"


"Ну, мне не нравится работа наемника или телохранителя у какого-то арабского придурка, интересно, есть ли что-нибудь у твоих друзей-шпионов".


"Ты действительно думаешь, что создан для этой игры?" Я твердо спросил.


"Должно быть лучше, чем ничего".


"Это хороший способ надолго отсидеть в какой-нибудь адской тюрьме. Никогда не доверяй типам шпионов. Но, возможно, я знаю что-то для тебя, я позвоню."


Дома я позвонил Бобу. "Послушайте, сержант Крэб и его напарник, долго служили, получили приказ о выходе в отставку, выходят через шесть месяцев".


"Ты хочешь, чтобы они были в Ехо?" - недоумевал он.


"Там никогда не пройдут испытания. Нет, я думал о новой базе, логистике, складах и обучении - они идеальны."


"Они разбалтывают?"


"Не так часто, как раньше, и они были на всех наших заданиях, мы достаточно хорошо работаем вместе. И ... нам нужен кто-то в этой роли, кто-то, кого мы знаем, а не посторонний, освободите парней."


"Хорошо, мы можем поговорить об этом снова, когда база будет дальше".


На следующий день появились солдаты Слэйд и Гонзо, которых радушно приняли, и они могли бы быть близнецами. Оба были среднего роста, невзрачной внешности, со средне-каштановыми волосами - типичные парни из SAS, только что вышедшие из моды. Мы задали им обоим вопросы о том, чего они хотели, какие курсы они прошли и каковы были результаты их трехдневных тестов, и записали их на замену Наполеону и Элкину.


Когда ребята уехали на неделю в Сеннибридж, я на две недели уехал в Лондон, в Гринвич, поработать над книгой, на этот раз сосредоточиться на логистике и планировании.


Когда я вернулся, надеясь на какую-нибудь опасность вместо классной комнаты, майор сообщил мне, что новая база быстро строится и, возможно, скоро будет готова - Боб старался изо всех сил.


В понедельник, после приказа по отделению, я поехал с майором на новую базу, размышляя, как нам ее назвать. Мы не хотели использовать старое название RAF, и поскольку почтовый индекс был GL4, мы пока использовали его. Черт возьми, мы все равно хотели это скрыть.


Бдительный член парламента стоял с винтовкой, но он был полицейским королевских ВВС. Я опустил окно. "Я Уилко".


"А, значит, ты - это он. Сэр." Он открыл ворота.


Дома выглядели одинаково, за исключением того, что из одного вышел художник - соответствующим образом покрытый белой краской, и теперь в наших будущих жилищах на окнах были занавешены шторы. Мы остановились у казарм, когда оттуда вышли люди в комбинезонах, и обнаружили, что в комнатах свежий слой краски, пластиковые матрасы на кроватях, занавески на окнах. Туалеты были чистыми, свежевыкрашенными, и в сортирах хорошо спускали воду.


По соседству мы обнаружили старое здание штаб-квартиры, распотрошенное, мужчины наносили штукатурку или красили, вывеска: Центр для посетителей.


Колючая проволока привлекла наше внимание, когда мы проходили за столовой, зданием, которое сейчас изолировано, окна заложены кирпичом и наносится цемент. Войдя внутрь, армейские инженеры остановились и вытянулись по стойке смирно или отдавая честь, мы обнаружили, что устанавливаются прочные металлические шкафы, и эти шкафы знавали лучшие дни. Тем не менее, они были прочными, стойки с оружием были прикреплены к стенам.


В столовой мы были удивлены, обнаружив дюжину гражданских работников, которые ужинали, и поэтому спросили, как там еда. У них не было жалоб, и мы поболтали с тремя дамами, двумя из деревни и одной из Брайз Нортон, которые обслуживались в тамошней столовой.


"Помнишь меня?" Я спросил ее. "Уилко".


"Боже мой, да. И я видел те истории о тебе в газетах. Что ты здесь делаешь?"


"Это будет моя новая база, мое подразделение здесь. И они всегда голодны."


"Сейчас мы просто кормим строителей", - указала она. "Иногда бывает тихо".


"Не знаю, когда мы переедем через реку, но скоро", - сказал я ей. "И никто не должен знать, так что тише-тише".


Выйдя на улицу, мы направились к ангарам, обнаружив, что там полным ходом идет большая работа. В первой стояли две длинные желтые переносные кабины, рядом с ними многочисленные металлические шкафы для магазинов. Мы зашли в одну переносную кабину, стол был привинчен вместе.


"Много места", - отметил майор. "У меня мог бы быть здесь офис".


"Если нет подходящих кирпичных зданий, выбирайте сами, сэр".


Бродя по соседству, мы нашли офицера королевских ВВС с планшетом. "Вы, должно быть, капитан Уилко", - сказал он, и мы пожали друг другу руки.


"Как продвигается дело?" Спросил я, когда он приветствовал майора, металлический каркас обретал форму, высотой в два этажа, второй этаж почти закончен, укладываются огромные деревянные плиты.


"Это копия, более или менее, Фабрики - я был там, чтобы снять детали. Но здесь больше места, поэтому у нас есть несколько длинных секций, больше комнат, разных размеров, несколько внутренних окон для разнообразия."


"Хорошая вещь", - похвалил я, прочитав ее. "Ты закончил ее?"


"Еще нет, и деревянные блоки можно передвинуть. Тяжелые, но они двигаются, а затем мы скрепляем их вместе, бетон или кирпич не используются, сверху идет резина."


Я взглянул на план. Правая сторона была такой же, как на фабрике, только с большим количеством комнат, с зигзагообразным центральным коридором. "Эта область здесь слева, оставьте всю эту область свободной, мы разместим здесь старые грузовики и легковушки".


"Верно, О. И дизайн может быть изменен через год."


"Как продвигаются дела на полигоне?" - спросил майор.


"Общий план выполнен, восемь огневых точек, окопы к северо-западу, дальше на милю ничего нет. Бетон в окурках займет некоторое время, металлические каркасы из ассортимента, который закрылся. Боюсь, что старомодные отжимания с противовесом и опускание."


"Пока все в порядке", - сказал я. "Двенадцатидюймовые металлические пластины?"


"Я могу попросить о них".


"И одиночные мишени для мужчин на деревянных кольях, по крайней мере, пятьдесят", - сказал я ему.


Он сделал пометку.


"Неплохо продвигается", - похвалил майор, когда мы обошли круг на дистанцию 25 ярдов. Здесь был свежий песок, только что вспаханный под углом 45 градусов, старые деревянные железнодорожные шпалы, которые армейские инженеры теперь укладывают для изготовления боковых стен.


Мы зашли в паб пообедать, обнаружив, что там многолюдно, несколько армейских инженеров набивают морды.


"А, ты вернулся", - приветствовал меня хозяин.


"Ты выглядишь занятым", - отметил я.


"Да, похоже, настало время обеда, нанял двух дополнительных сотрудников. И теперь мы предлагаем холодные чебуреки, пироги, торты и тому подобное."


"Возможно, скоро у вас будет много дополнительных людей, которых нужно обслуживать", - сказал я с улыбкой. "Ты можешь втиснуть нас сегодня?"


"Конечно, чего ты добиваешься?"


"Два стейка с картошкой?" Я спросил. "Два Шанди".


"Я разберусь с этим сейчас", - предложил он, и мы сели прямо рядом с капитаном.


"Инженеры?" Я спросил.


"Да", - озадачился он. "С кем ты?"


"SAS".


"Просто проходил мимо?"


"Нет, мы будем время от времени пользоваться этой базой", - солгал я. "Вертолетные операции".


"А, понятно. Должно быть готово достаточно скоро, мы находимся под давлением сверху, какой-то безликой бюрократической задницы из Уайтхолла."


Мы с майором обменялись взглядами, пряча улыбки. "Пригрози прострелить ему ногу", - предложил я, когда наши напитки были поставлены на стол.


После обеда мы поехали в деревню, отметив магазин и почтовое отделение, церковь и древнее кладбище, парикмахерскую, полную пожилых дам, выкрашенных в голубой цвет, несколько старых коттеджей и небольшое поместье из довольно новых домов.


Но через полмили вверх по дороге я увидел указатель и свернул в сторону Сайренчестера, где нашел большой развлекательный центр с бассейном и тренажерным залом - полезная находка. Заглянув в бассейн, где несколько стариков вытягивались во весь рост, мы заглянули внутрь, наша форма привлекала странные взгляды.


"Насчет менеджера?" Я спросил, когда вышла дама средних лет.


"Чем я могу вам помочь?" - прозвучало от сурового старого лица, которое напугало бы до смерти закаленного солдата.


"Мы из ... База королевских ВВС дальше по дороге, " начал я. "Могли бы мы... нанимать весь комплекс на утро раз в неделю?" - Спросил я, майор бросил на меня озадаченный взгляд.


"Ну, да, это было сделано. Бассейн и тренажерный зал?"


"Да, бассейн и тренажерный зал", - повторил я. "Сколько?"


"Стандартная стоимость составляет 75 фунтов стерлингов плюс НДС".


"Это кажется разумным. Спасибо, мы вернемся."


"Вам придется бронировать заранее, и я могла бы предложить скидку на групповое бронирование", - предложила она перед тем, как мы ушли.


"Хорошая идея", - похвалил майор. "Спортзал и плавание для парней".


Два дня спустя, когда я возвращался из местного магазина, когда я переходил дорогу в Абергавенни, начался дождь, и я нырнул на автобусную остановку. И это внезапное движение спасло мне жизнь, раздался треск, щекотка в волосах означала, что кто-то подстриг меня.


Я упал на пол, металлические нижние части укрытия защищали меня от посторонних взглядов, мои покупки были разбросаны.


"С вами все в порядке, мистер?" - спросила девочка-подросток. Я перекатился на спину, вынимая пистолет. "Беги, там человек с винтовкой. Беги!"


Она с криком убежала, когда я заглянул через дыру в металлическом рекламном щите, ожидая, что пули прошьют его. Но никто не пришел. Через секунду мой телефон был у меня в руке. Я позвонил сестре.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, SAS, прогремели выстрелы, я прижат. Абергавенни-роуд, Херефорд, недалеко от ... Паб "Черный лев", стрелок из скоростной винтовки с глушителем, помоги мне здесь!"


Я набрал 999. "Это офицер SAS капитан Уилко, Абергавенни-роуд, недалеко от паба "Черный лев", слышны выстрелы, совершается террористическая атака, снайпер с высокоскоростной винтовкой!"


Затем была база. "Дежурный офицер".


"Это Уилко, стреляли, продолжается атака, Абергавенни-роуд, перекресток с пабом "Черный лев", найдите мне здесь какую-нибудь гребаную помощь!"


Люди дальше по дороге странно смотрели на меня, пока не увидели мой пистолет, затем они убежали, без сомнения, чтобы позвонить в полицию, движение проезжало мимо меня нормально - и я задался вопросом, когда следующий автобус.


Я снова медленно приблизился к металлу и заглянул в дыру, вскоре сосредоточившись на трехэтажной многоэтажной автостоянке. Я понял, под каким углом и где я находился. Это был единственный выбор.


Я позвонил в полицию. "Это Уилко, SAS, улица Абергавенни. Я полагаю, что снайпер находится на многоэтажной автостоянке над "Супер Шоппер". Понял?"


"Да, это понял".


Я повесила трубку, взглянула на свои покупки и поняла, что он уже ушел. Но у него была винтовка, а у меня пистолет, поэтому я остался лежать, вскоре услышав вой сирен. Если бы снайпер все еще был поблизости, он бы сейчас убирался восвояси.


Полицейская машина с визгом остановилась, и я развернулся, чтобы помахать им рукой. Они поймали волну и двинулись вдоль зданий, пока не заглянули за угол в сторону многоэтажного. Они, должно быть, получили сообщение.


Заглядывая под металл, я мог видеть мигающие синие огни за многоэтажным зданием. Я подождал минуту, поднялся и побежал в паб с пистолетом в руке, офицеры волновались, пока не узнали меня вблизи.


"Что случилось?" - спросил один.


"Я снова расстроил чью-то жену", - съязвил я, вскоре услышав шум вертолета над головой.


Мой телефон зазвонил минуту спустя, люди отошли назад. "Уилко".


"Ты в порядке?" Спросил Боб, в его голосе звучало отчаяние.


"Просто промахнулся на миллиметр".


"К ним со всех сторон приближается полиция, на дорогах блокпосты, второй вертолет".


"Если человек профессионал, у него будет выход, они его не поймают. И я склоняюсь к профессионалам."


"Тебе понадобится другая квартира".


"Я пойду жить на этот гребаный аэродром".


"Скоро будь готов".


Почти все полицейские, которые были в Херефорде, теперь были на улицах, вооруженная команда двигалась в многоэтажный дом позади шести наших, но я сомневался, что этот человек все еще был поблизости или оставил какие-либо улики.


Два зеленых "Лендровера" пропустили через полицейское заграждение, и они остановились, майор и Моран спрыгнули вниз, парни высыпали, все до зубов вооруженные - беспокойство местных жителей.


"Ты попал?" - спросил меня майор.


"Я постригся", - сказал я с улыбкой. "Промахнулся на миллиметр, а я в тот момент бежал".


"Профессионал", - отметил майор, бросив взгляд вдоль улицы. Полиция на пути из Глостера, лондонская мафия в пути, начинается настоящий ад. Куда попал снаряд?"


Я указал на покрытые травой игровые площадки. "Будь там. Рокко, Риццо, за мной."


Мы всей группой подошли к автобусной остановке. "Я стоял здесь, снайпер был на многоэтажном, скажем, третьем этаже. Рокко, положи свою винтовку мне на плечо и целься в третий этаж. Риццо, посмотри вниз по стволу и прикинь, куда попал патрон. Томо, на траве, в двадцати шагах."


" Хорошо, " крикнул Роко, теперь винтовка у меня на плече.


Риццо заглянул в ствол. "Томо, отойди немного, твой... слева. Еще. Остановка. Вернемся немного назад. Вот."


"Смитти", - позвал я. "Тот дорожный конус, туда, где Томо". Я набрал номер базы. "Это Уилко. Отправь кого-нибудь на склады и принеси сюда два металлоискателя для разминирования, будь добр, поосторожнее. Сначала проверьте батарейки."


"Как он узнал, где ты будешь?" - спросил майор, оглядывая улицу. "Должно быть, за ним следовал второй человек".


"Этот многоэтажный дом - самое высокое здание в округе, если не считать церкви. Из нее вы можете увидеть мою квартиру, подъездную дорогу, по которой я бегаю трусцой, мой местный магазин."


"Таким образом, он подстраховался и дождался своего шанса", - отметил майор. И если бы он отслеживал ваш мобильный телефон или у него был трекер на вашей машине, это сузило бы круг его поисков. Но почему выстрел на расстоянии, почему не с близкого расстояния?"


Моран сказал: "Они знают, что это Уилко, и то, что произошло бы вблизи - Уилко быстро закончил бы несколько раундов".


"Да, хорошее замечание", - согласился майор. Он повернулся ко мне лицом. "Кто, черт возьми, наставил бы на тебя пистолет и надеялся остаться в живых".


Пятнадцать минут спустя, когда многоэтажное здание было зачищено и теперь тщательно обыскивалось, появился сержант Краб с миноискателями. Батарейки починены, наушники надеты, они с Даффи прошли по траве и начали раскачивать круглые катушки за дорожным конусом, офицер с лопатой стоял рядом, криминалист в белом комбинезоне стоял неподалеку.


"Здесь!" предшествовало неглубокой перекопке, человек в белом комбинезоне просеял почву, извлек патрон. "5,56 мм", - крикнул Краб.


Парень из отдела криминалистики собрал все в пакет и вернулся к нам. "В хорошем состоянии, без ржавчины или обесцвечивания, новенький, блестящий".


"Это наш раунд", - отметил майор. "Хорошо, все возвращаемся на базу". Он повернулся ко мне. "Перестань расстраивать людей, а?"


Я приподнял бровь, глядя на него, прежде чем направиться к своей квартире, член парламента Питер ждал у полицейского заграждения с извиняющимся видом. "Ты ничего не смог бы поделать с высокоскоростным снарядом", - заверил я его. "Прибереги это для меня".


"Ну, давай не будем заходить так далеко", - съязвил он.


"Не могли бы вы пропустить раунд за меня?" Я дразнил.


"Ну, может быть, из дробовика ... в ногу."


Дюжина звонков спустя, а три часа спустя в новостях сообщили об инциденте со стрельбой, премьер-министр оценил ситуацию.


Боб позвонил в четвертый раз. "У нас есть зацепка, машину толкнуло недалеко от вас, вторая машина не остановилась. У нас есть общее описание, машина и мужчина, мужчине за пятьдесят, седой, с усами, белый мужчина."


Бывший солдат эскадрильи "Е"? Сделай мне одолжение и проверь местонахождение всех, всех SAS, всех бывших SAS, всех 14 разведчиков, даже моих. Все. И ... SBS также могут злиться на меня. Проверьте оружейный склад здесь и в других местах, посмотрите, были ли выписаны какие-либо M16."


"Хорошо, сойдет, но я надеюсь, что это был не кто-то из наших".


"Если нет, то кто? Колумбийцы не знают, что я Петров. АЙРА, возможно, но они бы пошли на бомбу. Может быть, сербы."


"Это длинный список", - со вздохом отметил Боб.


"Не дам тебе скучать. В любом случае, сегодня вечером я пакую чемоданы, будь завтра на базе готов или нет, предупреди их."


"Дома готовы, казармы, столовая".


"Это все, что нам сейчас нужно", - заверил я его. Я позвонил Свифти. "Утром я переезжаю на эту новую базу, любой, кто хочет прийти, может присоединиться ко мне - мне нужна защита".


"Завтра, да? Я соберу вещи сегодня вечером, в любом случае, у меня все нахуй, на выходных разобрался."


"Я понял ... ты и я, а не я и Моран."


"Моран мог бы подумать ... офицеры вместе".


"Я сведу его с Махони".


"Что с ним не так?"


"Он настоящий офицер, я нет, я больше на вашем уровне. И после работы я не хочу говорить о работе."


"Что ж... может быть, да. Ты объясни это ему."


"Я просто скажу, что подумал, что он хотел иметь собственное пространство".


Утром, член парламента Питер провел ночь на диване с SA80 под рукой, Смитти спал на полу с АКМ, полицейская машина или две снаружи, мы поехали на базу, почти все упакованы, многие планируют вернуться на выходных за вещами.


Плакаты были сняты, чайные кружки упакованы, чай и сахар упакованы, папки упакованы, и к полудню мы были готовы к подъехавшему автобусу с затемненными окнами. Снаряжение было погружено, коробки, и несколько человек сели в автобус, когда наш конвой отбыл, полицейский эскорт из двух машин.


О'Лири и наш капрал-администратор оставались и упаковывали вещи, и расставляли фургоны для шкафов с документами, полицейские следили за комнатой, если она была пуста.


Потребовалось меньше часа, чтобы добраться до нашего нового дома, по А40, а затем по А417 прямо туда, ребята собирались увидеть это в первый раз. У ворот стояли двое полицейских, один с винтовкой, и они тщательно нас проверили.


Я занял первый дом рядом со смотрителем вместе со Свифти. Пока Моран осматривал второй дом снаружи, я крикнул ему: "Только для тебя, вон тот. Возьми это сейчас, если не хочешь поделиться."


Он скорчил гримасу и вошел внутрь, пока парни стояли вокруг, осматривая базу. "Рокко, Слайдер, пока в соседнем доме. Риццо, Стретч, следующий за мной. Три соленых, следующий дом, если хочешь."


Они отправились посмотреть, двери открыты, ключи оставлены в дверях.


Я столкнулся с теми, кто остался, когда они стояли, осматривая аэродром. "Пока не выбирайте место, потому что за эти дома вам придется платить арендную плату". Я указал. "Увидишь вон те белые домики, иди посмотри и дай мне знать, они бесплатны".


О'Лири, майор и капитан Харрис не остались бы на ночь, так что это не было проблемой. И я забыл о нашем капрале-администраторе, понятия не имею, где он жил.


Я оставил свои вещи в спальне с видом на летное поле, мою машину разгрузили с помощью члена парламента Питера, который теперь не был уверен, в чем состояло задание его команды. Ему пришлось бы позвонить своему боссу. Сейчас он жил бы в доме со своей парой и присоединился к другим полицейским, все еще предполагалось, что он отвезет меня в Лондон.


После того, как Свифти выгрузил свою последнюю коробку - двигать было особо нечего, - мы пошли в столовую, где два армейских инженера сидели с чашками чая и с нашим менеджером по оборудованию королевских ВВС. Я пожал ему руку. "Мы только что прибыли", - сказал я ему.


"О, все еще продолжается кое-какая работа", - сказал он, вставая, выглядя обеспокоенным.


"Без проблем, здесь в меня стреляет меньше людей".


Он сидел, думая, что я шучу, и мы оставили их наедине. Карета теперь была припаркована возле первого ангара, Харрис и Майор разгружали ящики.


Томо вернулся полчаса спустя. "Я возьму каюту, босс, чертовски уютную и шикарную вместе с ней. Парням это нравится."


"Отлично, убери свои вещи - тогда помоги майору", - сказал я ему, прежде чем войти в ангар со Свифти, работа все еще продолжалась по соседству в Доме убийств. Мы схватили коробки и снаряжение и помогли перенести их в переносную кабину.


"Это будет мой кабинет", - отметил майор, указывая. "Вылупитесь в эту область, капрал и О'Лири. По кабинету для тебя и Морана, Харрис в конце, еще есть свободная комната."


Выйдя на улицу, я обнаружил, что Генри что-то вынюхивает. "Ну?" Я спросил его.


"Эта комната в хижине хороша".


"Вы можете жить в одном доме с Жаком, если хотите, готовьте сами".


Он широко, по-галльски, пожал плечами и скорчил гримасу. "Возможно, но эта комната в порядке, не похожа на казарму".


"Решать тебе, но ты старший".


В столовой я обнаружил, что многие парни заказывают еду, а был только полдень.


"Хорошая столовая, босс", - отметил Смитти. "Паб дальше по дороге, уютная комната, сделай мне одолжение".


Они болтали, пока я стоял в очереди за едой, быстрое обслуживание, поскольку многие блюда уже испарились, выбранные блюда нужно было просто положить на тарелку. Рокко и Риццо врываются внутрь, их привлекает запах.


"Дом в порядке?" Я спросил их.


"Да, как у моего старого", - сказал Риццо.


Томо спросил: "А как насчет того, чтобы вернуть сюда птиц?"


"Не без письменного разрешения, и, возможно, даже не тогда, безопасность является проблемой", - сказал я ему, другие слушали. "Иди, посмотри на их дома".


Вошли Моран и Махони, заказали еду и сели со мной и Свифти.


"Это место тебя устраивает?" Я спросил Морана.


"Хорошие дома, да". Он ткнул пальцем в Махони. "Для начала поселись у меня".


Махони сказал: "Дом сам по себе, и я бы в нем покрутился".


"Ребятам нравятся хижины", - сказал я им. Довольно просторный. Даже Генри хочет такую."


Когда я заканчивал свой обед, вошел майор. "Так вот где вы все прячетесь". Он налил себе чаю и сел. "Где бы мы проводили брифинги, нет достаточно большой комнаты для одного человека?"


"Пока что это место, сэр", - предложил я. "Но я поговорю с тем офицером королевских ВВС об отдельной каюте, большой комнате".


"Что такое центр для посетителей?" Стретч спросил меня за соседним столиком.


"Посещение важных персон и офицеров, как в офицерской столовой, хорошие комнаты. На случай, если премьер-министр приедет погостить, - сказал я ему.


Когда все собрались здесь, без инженеров, я встал. "Слушайте внимательно. Сегодня просто прогуляйтесь и узнайте, где что находится. Скоро может быть готово оружие, затем полигон, а пока храните набор в коробках и держите их при себе, спите рядом с коробками. Эта столовая открыта допоздна, до 8 вечера, а по соседству будет магазин.


В деревне есть паб, где готовят еду, а также магазин и почтовое отделение. Идите вверх по дороге, прямо, она не очень большая. Если вам нужен тренажерный зал, пройдите милю по шоссе A417, справа указатель, через полмили поверните направо в сторону Сайренчестера. Он открыт с 7 утра до 9 вечера."


"Не так далеко, как я думал, это место", - отметил Риццо. "Достаточно быстро, чтобы добраться сюда".


"Если ты хочешь жить в Херефорде, ты можешь, здесь нет правил. Теперь сначала помоги нам разгрузить и распаковать канцелярский набор. Второй Портакин, слева, будет для магазинов, так что все, что должно быть в магазинах, положите туда. Второй ангар, где ведутся строительные работы, будет Домом убийств, а наверху - стрельбище.


"За ангарами находится 25-ярдовый полигон, готовый к использованию, а за ним дальнобойный, возможно, скоро будет готов. И это все, больше здесь ничего нет, но у нас есть отличная беговая дорожка по периметру, и каждый день вам нужно будет пробегать несколько кругов. Я также куплю несколько работающих машин на тот случай, если будет плохо."


"А казармы?" Спросил Рокко.


"Для внешних, когда они придут", - проинформировал я его. "Теперь слушайте внимательно. Когда здесь, помни о безопасности, а когда в пабе, не болтай лишнего - ты знаешь, какое наказание." Я позволяю им подумать об этом. "Есть вооруженные полицейские, но мы также можем время от времени устраивать мальчишник. После работы вы можете воспользоваться этой столовой, остаться в своей комнате, покинуть базу, но я не хочу, чтобы люди бродили вокруг поздно ночью, и никогда не приближайтесь к офисам, полигонам или чему-либо еще, если на то нет причины.


Большинство из вас раньше жили на базах, так что вы знаете, как это работает, и здесь есть вооруженные патрули полиции - и нервные. Мочись, и я выбью из тебя все дерьмо, или вышвырну тебя вон." Я позволяю им подумать об этом.


"Здесь, на этой базе, тренироваться легче, потому что мы можем бегать по утрам и вечерам, и я обустрою небольшой тренажерный зал, а у нас есть тренажерный зал по соседству. Рокко, Риццо, вам не нужно разрешение, чтобы взять своих людей на дистанцию 25 ярдов или дальнюю дистанцию, просто сообщите командиру, чтобы мы не переплачивали. Когда "Дом убийств" будет готов, вы закажете время в нем - но там только вы двое, так что решайте это каждый день за завтраком.


"Скоро появятся транспортные средства для практики, грузовики, всех видов. И пока я думаю об этом, кто-нибудь, точно измерьте трассу, потому что мы пройдем здесь десять и двадцать миль, возможно, также 24 часа, поэтому нам нужно знать расстояние. Я думаю, это меньше двух миль.


"Как только появятся транспортные средства и снаряжение, а полигоны будут готовы, мы не дадим вам скучать. До тех пор у нас может быть некоторое время простоя, так что - штаб-сержанты - занимайте их, начиная с завтрашнего утра. Есть вопросы?"


"На другой стороне Сайренчестера находится гражданская парашютная школа", - отметил Свифти.


"Да, вам всем это могло бы пригодиться, не сломайте ногу".


Я поднял глаза, как и все остальные, и принял тяжелый хмурый вид. Подойдя к окну, я увидел, как приземляется "Геркулес". "Кто-нибудь заказывал "Геркулес" на сегодня?" Я обратился. "Смитти, ты снова заказываешь "Геркулес"?"


Они засмеялись, когда я открыл дверь, и вскоре увидели, как серо-голубой "Геркулес" выруливает и останавливается. Двигатели заглохли, члены экипажа и пилоты вышли, когда многие из нас подошли к нему.


"Ты не можешь припарковать эту гребаную штуку здесь!" Я легкомысленно сказал. "Мы бежим по этому следу".


"Уилко? Что ты здесь делаешь? - спросил пилот.


"Это наша новая база, и мы хотим побегать по трассе".


"Ну что ж... бегай вокруг нас."


"Ты оставляешь там эту чертову штуковину?" - спросил майор.


"Предупреждение о пожаре. Огня нет, только датчик, но нам не разрешено летать дальше. Они выйдут на нас. Это случилось на прошлой неделе. И эта взлетно-посадочная полоса, мы часто ею пользуемся, трогай и уходи."


С этого момента проверяйте, есть ли в нем люди, но мы будем держать это в секрете. Авиационные радиостанции устанавливаются в помещении охраны."


"Мы можем ... время от времени заглядываешь на ланч?"


Я кивнул. "Кто хочет полный английский завтрак, столовая работает, туалеты внутри".


"Черт возьми, да", - сказал пилот, когда полицейские вышли из своего джипа с оружием в руках.


Я сказал им. "Следи за этим самолетом, вдруг кто-нибудь проколет колеса".


О'Лири появился час спустя с нашим капралом-администратором, были заданы вопросы о "Геркулесе", снаряжение выгружено.


Наземные экипажи королевских ВВС прибыли час спустя из Лайнхэма и поменяли местами один маленький датчик, шесть человек, чтобы сделать именно это, и он взлетел, многие из наземной команды находились в хвосте и добирались домой автостопом.


В 17 вечера я вернулся в свой новый счастливый дом, дверь была не заперта, и я не беспокоился о том, что она не заперта, не здесь. Свифти распаковывал вещи в своей комнате, и позже мы встретились в гостиной с чаем в руках и некоторое время сидели в тишине, разглядывая стены.


"Никакого телевизора", - отметил он.


Я кивнул. "В моей квартире был такой же".


Он тоже кивнул. "У меня есть одна большая старая вещь, но хорошая картинка. Забирай ее поскорее. Собирался выбросить это. Арендная плата за мое жилье действует еще шесть недель."


"Как здесь работает отопление?" Я озадачен. Трубы к радиаторам были теплыми, радиаторы выключены, но бойлера не было.


"Должно быть, из того базового котла", - отметил Свифти.


"Где эта парашютная школа?" Я лениво спросил.


Он расслабился, достал брошюру и протянул ее мне. "Этим заправляет бывший солдат, или управлял им, Пит какой-то".


"У меня есть идея, или три". Я набрал номер Боба. "Ты проснулся".


"Только что вернулся домой".


"Мы на новой базе, мы помочились на кусты и пометили нашу территорию запахом, тренировки начинаются завтра".


"Приятно слышать".


"Слушай, рядом с комнатой охраны сооруди мини-площадку из асфальта, переносную кабину, большой старый сарай. Мы доставим сюда эту "Сессну" для регулярных занятий, оставим ее, возможно, на ночь, заправим топливом и создадим здесь мини-парашютную школу, идеальная местность.


"Я пойду посмотрю местную гражданскую парашютную школу. Они могут прилетать, парашюты с ними, парни и экстерны прыгают, когда погода хорошая, парашюты обратно. Если мы сделаем это через RAF, это будет больно."


"Да, прекрасно, не будет стоить много".


"О, нужна переносная кабина, достаточно большая для брифингов и лекций, пока воспользуюсь столовой, попробуй найти такую".


"Сойдет, вас не так уж много".


"Но с внешностью?"


"Да, это может быть непросто, оставь это мне".


"Завтра я все хорошенько рассмотрю и дам знать тому парню из королевских ВВС, что нам нужно, он, по-видимому, здесь каждый день. И приземлился "Геркулес"."


"Это произошло?"


"Да, они используют это место, чтобы прикоснуться и уйти - и это прекрасно, пока они знают, что мы здесь. У этого был недостаток."


Я плохо спал, чужая комната, странные запахи, и я слышал, как несколько раз проезжал полицейский джип. В 5.30 утра я встал и двигался тихо, чтобы не разбудить Свифти; Я помочился через заднюю дверь, не спуская воду в туалете.


После чашки чая с печеньем на кухне, надев спортивную форму, я рискнул выйти в темно-синее утро, закрыв дверь на щеколду, и спустился по мокрой садовой дорожке к дорожке по периметру, избегаемой улитками. Моя машина блестела от росы.


Я вдохнул холодный воздух затемненного аэродрома и широко улыбнулся. Мне было хорошо, я чувствовал себя как дома. И иметь возможность бегать в безопасной среде было здорово.


После двух кругов MP Land Rover поравнялся со мной. "Я так и думал, что это вы, сэр, мы заключили пари".


"Не в такой форме, как я был, так что это не будет долгая или быстрая пробежка", - выпалил я


"Все еще в лучшей форме, чем мы, сэр".


"Ничто не мешает тебе бегать несколько раз в неделю, сержант".


"Уже время от времени совершаю пробежки, сэр".


"Также используй дистанцию, будь начеку - у меня есть враги".


"Да, мы слышали, и мы бдительны. Прошлой ночью цыган свернул не туда, несмотря на знаки, получил винтовкой в нос, мы напугали его до усрачки."


"Хорошо", - выдохнул я. "Будь тверд. И не позволяй никому соваться в чужие дела."


На четвертом круге ко мне присоединились Томо и Смитти. "Доброе утро, босс, так и думал, что мы найдем тебя здесь".


"Задавайте свой собственный темп", - сказал я им. "Не жди меня".


"Мы делаем медленно-быстро, босс, наращиваем потенциал".


"Звучит знакомо", - сказал я, когда они побежали прочь, и я позавидовал их телам и отсутствию накопленных травм.


Двое новых парней, Слэйд и его приятель, пробежали мимо меня в другую сторону, передавая приветствия, и когда я закончил, то увидел, что по меньшей мере восемь человек бегают группами.


Свифти зашевелился, поэтому я воспользовался душем. Вернувшись в мою комнату, он позвал: "Уже побегал?"


"Уже семь часов".


"Тогда мне лучше всего совершить пробежку", - последовало с зевком.


"На трассе полно парней".


Я сидел с чашкой чая, когда Свифти вышел, а в 8.15 утра мы направились в столовую, половина парней уже была там, и мне понравился полный английский завтрак.


Когда появился майор, я пересчитал людей, и мы провели брифинг в столовой, записали курсы, выслушали вопросы, перечислили болезни или травмы, забронировали время отпуска.


Когда мы закончили - Рокко и Риццо принялись поочередно использовать плиты, - появились трое седовласых мужчин в гражданской одежде, и я забыл, что просил их об этом. Я ожидал, что они будут на старой базе.


"Ладно, у всех меняются планы. У этих джентльменов большой опыт личной охраны по всему миру, и они с нами сегодня, может быть, дольше. Рик служил в американской секретной службе, Тед был ТАКИМ 13 с незапамятных времен, а Джон служил в полку - и у него за плечами много лет работы телохранителем.


"Итак, пока они у нас, вы все получите лекцию от каждого и немного практической работы, пистолеты и патроны, чтобы быть наготове. Возьмите эти места, один стол, и поставьте их в ангаре, сегодня не холодно, создайте лекционную зону. Шевелись."


Пока Рик вспоминал забавные истории из своего пребывания в Белом доме, я поехал с майором, имея в виду парашютную школу.


Поездка была короткой, и на травяной полосе сел самолет, который я видел в брошюре, "Скайван" в шортах, короткая приземистая штуковина с хвостовой рампой; люди могли выходить сзади, как "Геркулес", используемый для групповых гражданских прыжков в свободном падении.


Припарковавшись, мы направились к "столовой / магазину / информации", как указано на дисплее, где было разбросано множество легких самолетов.


"Могу я вам помочь?" - спросила молодая женщина недружелюбным тоном.


"Босс где-то поблизости?" Я спросил.


"Босс ... что?"


"Босс ... этого самолета", - сказал я, указывая на него большим пальцем.


"Он сдается в аренду парашютному клубу на шесть месяцев в год, и у нас есть два человека, которые имеют квалификацию, чтобы управлять им. Ты... Армия?"


"Что выдало это?" - спросил майор, когда мы стояли в форме.


"У нас в клубе бывают солдаты и летчики", - сообщила она нам, не слишком впечатленная. "Я позову Пита, он владелец парашютного клуба".


Пит вышел на улицу пять минут спустя, когда мы въезжали на маленький аэродром. Он был седым, но выглядел подтянутым. "Ты... Майор Брэдли."


"Мы встречались?" Брэдли спросил его.


"Я был в эскадрилье "Б" шесть лет. Вышел пять лет назад."


"Тогда мы, вероятно, встречались", - съязвил майор. Он указал мне. "Это Уилко".


"Ах, сам человек". Мы пожали друг другу руки. "Ты хочешь послать сюда парней?"


"Типа того", - ответил я.


"В каком роде?" он повторил.


Я ткнул пальцем в "Скайван". "Как ты смотришь на финансовую помощь с этим?"


Он покосился на меня. "В обмен на..?"


"Мы бы регулярно выбрасывали людей из этого, оплачивали топливо и расходы, мы бы арендовали парашюты у вас, а не упаковывали их сами, мы бы позаимствовали инструкторов, и ... вы могли бы припарковать его на нашей взлетно-посадочной полосе."


"У вас есть взлетно-посадочная полоса?" - недоумевал он.


"Ты знаешь старую школу воздушных шаров по соседству?"


"Да, мы много раз получали разрешение на групповые заброски туда".


"Мы взяли верх, так что теперь ты спрашиваешь у меня разрешения".


"Ты... ты сейчас там?"


"Там находится мое специализированное подразделение", - сказал я. База SAS закрывается, численность немного сокращается."


"Я слышал, да, о жестяных сараях. Итак ... вы хотели бы разделить самолет, разделить счета?"


"Мы могли бы предложить взлетно-посадочную полосу и несколько ангаров, деньги на топливо, но никаких больших групп гражданских, бродящих поблизости - за исключением определенных периодов. Когда вам нужна птица, вы садитесь за руль и улетаете на ней, когда она нужна нам, мы координируем с вами действия и нанимаем вас."


"Почему не РАФ?" - спросил он.


Я приподнял бровь. "Если у нас выдастся удачный день, нам это нужно тогда, а королевским ВВС нужно уведомление за год".


"Ты знаешь, как это работает", - сказал ему майор.


Он кивнул.


Я сказал: "Если я проснусь и ветра не будет, мы прыгнем. И у нас есть куча внешних участников, которые пришли бы и прыгнули, это принесло бы много пользы. Также есть несколько пилотов, прошедших квалификацию Cessna. Они могли бы научиться управлять этой чертовой штукой."


"Ну, нам было бы интересно, да, потому что все двадцать дней в году становится холодно. Но теперь наша аренда рассчитана на шесть месяцев."


"Мы бы использовали его зимой, когда стихает ветер", - настаивал я. "И летом только по будням".


"Аренда на двенадцать месяцев больше, но меньше в день", - сообщил он нам.


"Сколько у вас статических линейных парашютов?" Я спросил.


"Около сорока".


"Свободное падение?"


Около двадцати. Но у многих участников есть свои собственные."


"Двойные установки?"


"Четыре".


Я кивнул, обменявшись взглядом с майором. "Что я думаю, сэр, так это то, что медики и почти все, с кем мы работаем, делают несколько прыжков".


"Закаляй их, да. Разберись со слабаками."


Я столкнулся с Питом. "Я поговорю со своим боссом, ты все обдумаешь, и мы скоро встретимся снова. Если хочешь чашечку чая, поезжай на аэродром и спроси меня, объясни, кто ты ... или они пристрелят тебя."


"Так ты теперь работаешь оттуда?" - озадачился он.


"Мой специализированный отдел - это, и не болтай об этом слишком много. Мой казначей в Разведке застрелил бы тебя."


"Он бы тоже", - добавил майор.


Вернувшись на аэродром, я подъехал к северной оконечности и остановился. "Посмотрите на это поле, сэр".


"Да?"


"Это наше, мы возвращаем его фермеру. Может создать зону высадки."


"Достаточно большой".


Мы остановились на северо-западной оконечности, чтобы взглянуть на поле для гольфа Balance, которое почти готово.


Вернувшись в переносные кабины, где армейские инженеры протягивали телефонные линии, я слушал лекцию, пока ребята не разошлись. Некоторые будут водить свои собственные транспортные средства - так что не сходите с ума, некоторые на полигоне. На дорожку плеснули бы воды, сверху немного масла - и, надеюсь, потом убрали.


Поболтав с Бобом по мобильному, наблюдая за заносящимися машинами, я позвонил фермеру.


"Это Роберт?"


"Да".


"Я капитан Милтон, с аэродрома".


"О да, здравствуйте".


"Послушай, поле к северу от нас, мы хотели бы использовать его для прыжков с парашютом".


"Прыжки с парашютом - это оно. Ну, сейчас я использую его только для ягнят весной, просто убрал их вроде. Теперь оставайся под паром."


"Не могли бы вы перевернуть почву, оставить глубокие заросли, быть мягче при посадке, мы бы оплатили ваше время".


"О да, и вы достаточно хорошо платите, да. Я попрошу своего парня сделать это "завтра".


"Не спеши. И спасибо."


В тот вечер позвонил Боб. "У нас есть ... наводка на стрелка. Этот подозреваемый прилетел за два дня до этого, вылетел через два дня после через Амстердам. Камеры наблюдения в аэропорту соответствуют его описанию, но поддельный паспорт был обнаружен под пристальным вниманием."


"И он...?"


"Бывший сотрудник ЦРУ".


"О боже", - сказала я со вздохом. "Дай угадаю; Панама?"


"Это было бы бессмысленно, они любят наводки".


"Эта партия оружия?" Я подтолкнул.


"Ну, никто не знает, что ты Петров, и если поставщики оружия узнают, они просто предупредят прессу, а не застрелят тебя. Даже Чак не знает, где ты живешь, а ты много переезжаешь."


"Вы просили ЦРУ провести расследование?"


"Да, премьер-министр прислал дерьмовую записку на высоком уровне, скоро мы узнаем больше".


Я привык к своему новому распорядку дня, и мне это нравилось. Я бегал по утрам, посещал тренажерный зал по вечерам, иногда со Свифти или другими, ел в столовой. В пятницу вечером несколько из нас отправились в Сайренсестер, чтобы проверить это, и нашли отличную закусочную с карри, хороший винный бар неподалеку и нескольких приятных дам, с которыми можно поболтать - никаких признаков Жака или Трэвиса.


В субботу я поехал в Брайз и встретил Бонго, привез его обратно, оружейную комнату отпер и осмотрел. Ему нравились дома и хижины, и если это было бесплатно, он был в восторге.


Его босс получил уведомление о его "заявлении" о переводе в GL4 и поинтересовался, где, черт возьми, оно находится, недовольный потерей Бонго. Бонго сказал своему боссу, что GL4 - это Германия, и взял положенный отпуск, что означало, что он просто уехал со своими вещами, чтобы никогда не возвращаться.


Мы помогли ему покрасить стены оружейной в белый цвет и переставить вещи, шкафы, выкрашенные в белый цвет, чтобы их было легко чистить, и теперь у него было свое маленькое королевство. Но его первая ночь была встречена жалобами на храп - и парни угрожали застрелить его, поэтому его перевели в последнюю комнату второго домика, две пустые комнаты между его храпом и другим живым существом.


Когда его не было в оружейной, он был в столовой, но это была небольшая база, и поэтому, если нам что-то было нужно, его было легко найти. И все ребята слышали о четырех годах моего озорства в Брайз Нортон и в Эр-Рияде, большинство из которых не знали этих историй.


"Тебя застукали за сексом в бассейне на крыше, когда приземлился "скад"?" - спросили меня парни.


Мини-парашютный клуб обретал форму, на скорую руку был возведен металлический навес и спущена кабина-переноска, уложено асфальтовое покрытие, и день спустя наш "Скайван" приземлился и покатался по кругу, Пит сошел со своего приятеля.


Я посмотрел на небо, подняв мокрый палец. "Есть какие-нибудь парашюты?" Я дразнил.


"Восьмой, свободное падение", - сказал он с улыбкой.


Я позвал: "Рокко, Риццо, Стрейч, Слайдер, капитан Моран, Свифти". Я обвел взглядом парней. "Томо, у тебя есть какие-нибудь прыжки в свободном падении?"


"Нет, босс".


"Пойдем с нами. Рокко с одной стороны, Риццо с другой, держите его за руку. Подай сигнал на четырех тысячах, и если он не дернется, хватай его."


Надев снаряжение, Пит проверил всех, но эти спортивные парашюты были приятны в использовании по сравнению с военными аналогами. Ремни отрегулированы, у вас был основной выпуск и резерв; это было несложно.


Рев двигателей, такси, пока мы сидели на параллельных скамейках, защитные очки, и мы взлетели через двадцать ярдов, набирая высоту и описывая круги по квадрату, отсюда хорошо видно базу, аэродром выглядит крошечным, когда мужчины поправляют перчатки и защитные очки.


Я указал на шлем Стретча, и он снял его, сбоку была розовая наклейка "Мой маленький пони", ребята смеялись.


Выравниваясь, вспыхнули огни, дверь трапа поднялась, рев вторгся в самолет - даже в шлемах, и мы встали, я и Свифти первыми.


Посмотрев вниз, затем вверх, свет вспыхнул снова, и мы вышли. Я упал, чтобы начать, осел, выгнув спину и испытывая боль, раскинув руки, и я нашел Свифти в двадцати ярдах от нас, и мы сомкнулись, обменявшись поднятыми вверх большими пальцами.


Аэродром выглядел крошечным, пейзаж внизу напоминал дорожную карту, лоскутное одеяло полей, простиравшихся до горизонта.


Левое запястье подвернуто, уже четыре тысячи. Но мне это нравилось, я больше не испытывал страха высоты, как в юности.


Три тысячи, слегка согнув колени, мы отступили друг от друга, теперь аэродром был отчетливо виден.


Две тысячи, и я ждал, затем потянул. Резко выпрямился, хороший продолговатый навес - розовый всех цветов, и я обнаружил Свифти надо мной. Глядя вниз, держа руки на рычагах, я нацелился на аэродром и медленно описал круг. Приближаясь, целью было поле на севере, я решил сэкономить на обратном пути и прицелился в кабину-портакабин с парашютом, Свифти следовал за мной, в поле зрения был паб.


Ветра почти не было, стояла мертвая тишина, и когда я вошел, я сильно нажал на оба переключателя и приземлился быстрой походкой, оставаясь в вертикальном положении, парашют опустился от запаха свежескошенной травы. Свифти приземлился мягким шагом, когда я взяла свой парашют, мой розовый парашют, завернутый в мои руки.


" Это розовый парашют? " раздалось у меня за спиной.


"Нет, скорее красного цвета ... с примесью белого."


Я поднял глаза, большинство парней решили последовать за мной и заходили сейчас, когда я шел к переносной кабине. Я ждал со свертком на руках, все остались целы, лишь несколько человек упали или поскользнулись на задницах.


Томо подошел широкими шагами, сияя. "Чертовски превосходно, босс".


"Вытащил свой собственный релиз?"


"Да, они отпустили меня, но были рядом".


Приземлившись в Скайване, мы положили парашюты в сумки и стали ждать, когда их владелец приедет за своим имуществом. Я подписал форму, попросил его вернуться на следующий день, если ветер будет слабым, и Пит пролетел совсем небольшое расстояние обратно на свой аэродром, хорошая утренняя работа для него, и Боб заплатит напрямую.


Многие из молодых парней прыгали на следующий день, остальные на дальней дистанции, которая была готова, если не считать медленно высыхающего бетона в окурках, ни флагштока, ни красного флага, которые пока не были развернуты.


Инженеры вернулись к нам на следующий день с двумя грузовиками, перегруженными друг на друга, а в ангаре, как мы и наблюдали, был скреплен хрупкий металлический каркас. Панели из гипсокартона вырезаны, уложены в пазы и подрезаны, стороны приобрели форму, выложен тонкий деревянный пол.


Крыша над головой, поддерживаемая треугольником наверху, и к концу дня у нас была комната для брифингов. Стены будут покрашены, столы и стулья доставят, всех предупредят, чтобы они не прикасались к стенам и не опирались на них, потому что они могут выпасть.


Стулья и столы появились на следующий день, бывшие в употреблении, их установили в новой комнате, когда на стены наносили краску, и на следующее утро мы этим воспользовались, Дикки умудрился пробить стену локтем.


"Хорошо", - начал я, стоя перед нашей спартанской и клинически белой комнатой, в которой достаточно места для всех. "Мы... почти готово. "Убивающий дом" выйдет на этой неделе, осталось только дождаться инфракрасных камер и подтверждения армией безопасности их использования ... и не убьет майора, который сидел по соседству. Скоро будет готов пистолетный тир, и ... в нем будет несколько хитроумных электрических мишеней, а также датчики движения, которые заставляют мишени всплывать.


"Сессна" сегодня здесь, легкий юго-западный бриз создает круги и ухабы. Свифти, Моран, Смитти, по часу каждый, объединитесь и тоже наблюдайте. И ... Капитан Моран, хотели бы вы научиться управлять "Скайваном"?"


"Конечно. Сколько часов?"


"Много, и некоторые книги нужно изучить, но было бы лучше, если бы с нами был пилот. Возьми книгу у владельца Пита, имей нюх."


"Я попробую, да".


"Свифти, тоже отдохни несколько часов. Итак, Слэйд и Гонзо, вы забронированы на 13-й рейсовый самолет сегодня вечером с несколькими ребятами из эскадрильи "G", подъезжайте около 16:00. И ... удачи в вашем предстоящем побеге. Однако в наши дни это сложнее.


"Рокко, на следующей неделе веди свой отряд в Сеннибридж. День на полигоне, затем 24-часовое упражнение по чтению карты маршрута, которое я задумал как ... сложное." Они стонали. "Риццо, на следующей неделе. И да, другой курс карты - так что никакого обмана.


"Хорошо, сегодня прибывают M16, несколько старых добрых зеркальных фотокамер, четыре GPMG, 2-дюймовые минометы. Да, вы можете использовать 2-дюймовые минометы на полигоне - при условии, что они поражают полигон, а не овец поблизости." Они смеялись. "У нас есть некоторые, которые взрываются, большинство не взрываются - выкопайте их из грязи и отчистите.


"Риццо, с понедельника я хочу, чтобы твои ребята быстро разобрали каждый тип оружия, стреляли и чистили, разработали процедуру. Мы получим 81-мм минометы, которые не взрываются, и 66-мм учебные патроны, которые не 66-мм, а 10 мм, и РПГ, которые не взрываются, когда попадают во что-нибудь - например, в овцу. Я хочу, чтобы все были в восторге от всего, и давайте поддерживать физическую форму каждый день."


Услышав нарастающий рев, поворачивая головы, я посмотрел на часы. "Они пришли раньше. Этот звук ... это 7-я эскадрилья и 47-я эскадрилья - вместе с медиками, их первое стандартное ежемесячное упражнение здесь, которое будет проводиться регулярно. Они будут в палатках, их не пустят в столовую или магазин - будьте тверды, но вежливы, они должны выдержать это.


"Штаб-сержанты, пожалуйста, организуйте время на стрельбище, пробежки, зачистку оружия, работы; они здесь для того, чтобы поработать, и, если ветер останется слабым, им предложат спортивный прыжок или тандемное свободное падение, чтобы закалить их.


" Жак, Трэвис... " Я предостерегающе подняла палец. " никаких медсестер, " сказал я, парни засмеялись.


Когда мы вышли на улицу, мы обнаружили, что на нас напали два громких "Геркулеса" и четыре очень громких "Чинука", маленький аэродром теперь выглядел переполненным, поскольку повсюду толкались генераторы-манипуляторы и багги для дозаправки, люди доставали палатки.


Мортен подошел ко мне с улыбкой. "Хорошая постановка", - сказал он, когда мы пожали друг другу руки.


"Тебе не разрешается ходить в столовую или магазин", - поддразнила я.


"Я знаю это", - сказал он, осматривая помещения.


"Выбери четырех человек, с которыми нужно ... немного повозиться. Включая вас, у нас есть ... приближается несколько парашютов."


"Парашюты?" он спросил. "Сейчас у нас обучено шесть парашютистов. Хотя процесс медленный, Великобритания выдерживает все."


"Ветер сегодня достаточно слабый, не ешьте слишком много на обед".


"Что бы мы... прыгнуть откуда?" - озадаченно спросил он, оглядываясь по сторонам.


Самолет прибудет после обеда. Мы можем поднять двадцать человек сегодня, приземлившись на поле к северу."


После обеда, его обед состоял из пайков, приготовленных на траве в северной части, Мортен и трое других стояли наготове, "Скайван" приземлился, и пилоты королевских ВВС внимательно наблюдали за ним. Из-за того, что два "Геркулеса" перекрыли рулежную дорожку, места для выруливания не было, он развернулся, вернулся на взлетно-посадочную полосу, где снова развернулся.


Я провел четверку через реку, не разглашая деталей, и они забрались в заднюю часть "Скайвана", где их ждали четверо ухмыляющихся гражданских инструкторов.


Вернувшись в палатку пилота "Чинука", мы все наблюдали, как взлетает коробчатый "Скайван". "Они вернутся через минуту", - сказал я.


"Они прыгают?"


"Из семи тысяч".


"Они прошли квалификацию?"


"Нет".


Они обменялись взглядами. "Что ты задумал?"


"Тандемное падение".


"Ах. Мог ... мы начинаем?"


"Да".


"Мы можем?" - недоумевали они.


"Бюджет рассчитан на весь персонал, участвующий в этом упражнении, если позволят время и погода".


"Как ты это провернул?"


Хороший бюджет и гражданская парашютная школа под рукой. Мы также оплачиваем топливо."


Высоко вверху появились точки, люди вытягивали шеи, прикрывая глаза руками, другие недоумевали, на что мы смотрим, и чуть более чем через три минуты парашюты начали опускаться, без сомнения, все приветствовали мягкую посадку.


Мортен подошел с широкой улыбкой, со шлемом в руке. "Хитрый ублюдок", - сказал он мне. "Если бы я знал об этом, я, возможно, струсил бы. Но это было хорошо."


Женщина-медсестра приближается с широкой улыбкой. "Лучшее упражнение на сегодняшний день, сэр", - с энтузиазмом заявила она.


"Вам предстоит немного поработать на стрельбище и почистить оружие", - сказал я им. "Остальные из вашей группы могут попробовать статическое падение линии, но сначала это хорошая двухчасовая тренировка, так что, возможно, они не все поместятся, но мы возьмем еще четыре тандема".


"Большинство из нас, пилотов, прыгали раньше", - отметили пилоты.


"У нас есть дополнительные тандемные парашюты из другого клуба, думаю, достаточно".


Еще четверо медиков прыгнули в тандеме, за ними последовали четыре счастливых пилота, в то время как группа из двенадцати человек получила урок статической линейки; отработайте приземление и перекатывание, прыжки и счет, процедуры экстренной помощи, ориентацию и оценку дрейфа ... согни колени!


Формы подписаны майором и Мортеном, Боб согласовал разрешения с министерством обороны, и в 5 часов вечера - ветер ослаб - двенадцать больших серых парашютов открылись в линию над северным полем и медленно поплыли вниз. Поскольку все шли к нам, я был уверен, что у них не сломаны ноги, и я увидел ряд улыбающихся лиц.


В 7 вечера их провели по трассе с тяжелыми рюкзаками, десять миль, затем разрешили отдохнуть, а в 10 вечера я сидел с пилотами и Мортеном на складных стульях внутри больших зеленых палаток, болтая. В следующем месяце SME будет длиться два дня, и я буду пытать их, включая пилотов.


Я пробежал мимо них в 6 утра, Мури на ногах, никто из королевских ВВС не шевелился, полицейские были начеку, и после моего душа начался рев. Сидя в своей гостиной с чаем в руке, я наблюдал, как включаются и прогреваются двигатели, убираются палатки, шумные "Чинуки" отъезжают, "Геркулес" разгоняется по взлетно-посадочной полосе.


Ничего не осталось, на аэродроме вскоре стало тихо, когда я направился завтракать со Свифти, которого грубо разбудили.


Когда Боб позвонил, его тон с самого начала был неестественным. "Мы ... есть информация о стрелке, полученная после того, как было найдено его тело. Мертв неделю или больше, квартира в Ниагара Фолс, Штаты, на границе."


"Так чего же ты мне не договариваешь?"


ЦРУ настаивает" что он не был с ними, несколько грубых слов на высоком уровне, и они любят Петрова, поэтому мы не думаем, что у них была причина - да и какая у них могла быть причина. У ЦРУ есть зацепка к банде в Молдове."


"Moldova? Я там не был, так что пока никого там не разозлил."


"Мы изучаем это. Может появиться зацепка."


На следующее утро мы забронировали место в развлекательном центре, половина ребят плавали в течение часа, половина в тренажерном зале, затем поменялись местами, капитан Харрис с нами, поскольку я настоял, чтобы он поддерживал форму. Я также отправил Харриса на полигоны и составил еженедельную программу для членов парламента, чтобы все было в порядке, но они сами были увлечены. Было странно видеть двух мужчин, бегущих по дорожке с собаками бок о бок, но они часто бегали по траве, что, по-видимому, лучше для собачьих подушечек.


"Собаки не отстают?" Я спросил их.


"На несколько кругов, потом им становится скучно. Они больше спринтеры, чем животные с выносливостью. После пробежки они получают корм и засыпают."


"Некоторые из моих парней такие".


Прошло два дня, и Боб снова включился. "У нас есть зацепка по банде Молдова, и ... все не так плохо, как мы думали. Главарь банды - серб, и ... он потерял двух сыновей в Боснии."


После долгой паузы, мои глаза закрылись, я сказал: "Потерял их ... для меня."


"Да. И он каким-то образом собрал историю по кусочкам. Кто-то проболтался, но большая часть этой истории теперь известна."


"Так почему бывший стрелок из ЦРУ?" Я спросил.


"До того, как его выгнали, необъяснимые наличные, он был двойным агентом, предположительно внедрившимся в банду Молдова".


"Больше похоже на тройного агента", - съязвил я. "На взводе. И он нашел меня ... как?"


"Все еще продолжается работа, но в окрестностях Херефорда полно болтунов".


"Могу я навестить этих мальчиков, прежде чем они снова придут за мной?"


"Да, это может быть вариантом".


После звонка я стоял у входа в ангар и десять минут смотрел на дождь. Я убил двух его сыновей ... и они могли быть кем-то из напуганных молодых призывников, которых я застрелил, кем-то из бойскаутов, в которых я целился, и я чувствовал себя плохо из-за этого, действительно плохо.


Мой момент размышлений был нарушен прибытием конвоя, довольно странного конвоя, машины подъехали и припарковались внутри ангара, укрывшись от дождя. Теперь у нас были четыре зеленых "лендровера", два трехтонных грузовика, четыре длинноосных джипа - водители промокли насквозь, четыре старых "бэнгера", которые нужно было разбить, микроавтобус и два иностранных грузовика, чтобы попрактиковаться в левостороннем управлении с неудобными передачами.


Это заставило меня подумать о Крабе, и я перезвонил Бобу. "Пришло время нанять сержантов Краба и Даффи, они могут управлять складами и транспортными средствами".


"Хорошо, я сейчас свяжусь с Роулсоном, ему придется одолжить их до того, как истечет срок их действия".


Крэб и Даффи объявились на следующий день, явно не нужные Роулсону, дом занят, сумки выгружены, обнюхали аэродром, прежде чем мы заставили их работать.


"Краб присоединяется к нам?" - Спросил Риццо, не слишком впечатленный.


"Магазины и транспортные средства; он и Даффи получили уведомление за несколько месяцев. Приведи их в порядок, веди себя хорошо." Я встретился с ним лицом к лицу. "Вы хотите делать то, что предполагает ваше звание, и сидеть за столом и заполнять формы весь день?"


"Чертовски маловероятно".


"Тогда позволь им сделать это", - громко и лаконично указал я.


Позже я обнаружил, что Краб и Даффи проверяют джипы с длинной осью. "Послушай, я не могу гарантировать, что ты будешь выполнять каждую работу или тренировать парней, но у тебя есть работа здесь на несколько лет, кроме сидения в пабе. Когда мы приступим к работе, вы будете, как и раньше, участвовать в каких-то действиях, но вы будете отвечать за логистику. Есть мысли, джентльмены?"


"Лучше, чем быть на свободе", - согласились они оба.


"Не позволяйте таким, как Риццо, вешать вам лапшу на уши, но он у нас старший сержант и имеет свой собственный отряд. Если возникнут проблемы, дай мне знать, и я надеру ему задницу. Здесь выбор делаю я, никто другой. И вы также будете вовлечены в обучение внешних. Просто напомни этим ублюдкам, какой у тебя опыт."


"Должно быть нормально", - предположил Крэб. "Мы много раз работали с ними раньше. Есть где жить, столовая, паб по дороге, что еще нам нужно."


"Если вы проболтаетесь в этом пабе, вы уйдете", - предупредил я их. "Элкин был арестован после того, как парни из Разведки тайно записали его на пленку. Они могут сделать то же самое с тобой. Томо оштрафован на 500 фунтов стерлингов. Так что постарайся, чтобы тебя не оштрафовали, и будь начеку, людям нравится стрелять в меня."


"Они уже нашли этого ублюдка?" - Спросил Краб.


Я обдумал свой ответ. "Пока нет. Когда они это сделают, мы пойдем навестить его."


На следующей неделе предстояло пройти экстернат, и в субботу днем, немного побаливая с похмелья, я начал набрасывать программу, программу "Одинокий волк", на которую Боб намекал почти два года.


В течение двух часов, сидя за кухонным столом, я составил список требований для отбора, а затем и саму программу, и к тому времени, когда я закончил, у меня был двенадцатинедельный курс, который я сжал в десять недель, и это было бы тяжело для кандидатов.


Свифти сидел с чашкой чая. "Одинокий волк?"


"Производить больше таких мужчин, как ты".


"Нравлюсь ли я? Ты имеешь в виду, симпатичный?"


"Ты определенно одинокий волк, и не очень хорошо выглядишь. Посмотри, чем ты занимался до того, как появился я."


"Ну, может быть". Он обратил внимание на некоторые детали. "Вы ожидаете, что кто-нибудь пройдет это и останется в живых?"


"Это особая роль. Итак, если они не могут пройти это, нет смысла отсылать их - они просто облажаются и будут убиты."


"И использовать "Скайвэн" для высадки?"


"Почему бы и нет, самолет есть самолет. И вы будете с режиссерским составом на большей части этого."


"Я?"


"Да, это подходит тебе больше, чем кому-либо другому".


Позже я позвонил Бобу, застав его за работой в саду. "Тебе нравится садоводство?"


"Помогает мне расслабиться, помогает мне думать".


"Послушай, я только что изложил программу обучения одинокого волка".


"Неужели? Я весь внимание."


"Десятинедельный курс, очень сложный, могут отсеяться. Но в конце у вас есть еще один Свифти. Вопрос в том, кого вы хотите провести через это?"


"Смитти наверняка, вероятно, Томо, возможно, Николсон, затем несколько гражданских, которых я имею в виду, некоторые из наших, затем любая другая версия Смитти, томящаяся в каком-нибудь странном подразделении".


"Гражданским может быть трудно".


"Они обучены владению оружием, выживанию, в хорошей физической форме и, как предполагается, способны делать это по-настоящему. Большинство из них, конечно, бывшие военные."


"Давайте назовем это снайперской программой "Одинокий волк", чтобы не было слишком много неудобных вопросов, и я проведу по ней нескольких инструкторов-снайперов, чтобы они могли помочь в будущем. А как насчет того, чтобы МОД санкционировал значок на руке, морду волка. Другие увидят это и захотят привести себя в форму и попробовать."


"Да, хорошая идея".


"Итак, продайте наброски моду, нам, очевидно, нужно их участие, организуйте встречу".


"Когда ты мог бы начать?"


"У меня записаны этапы и тесты, но после первой партии будут некоторые уточнения. Хорошая вещь - это новая база, идеально подходящая для этого. О, не могли бы вы выкопать траншею вдоль хребта, там есть место. Глубина пять футов, ширина десять футов, уплотните стенки, затем наполните водой."


"Достаточно просто, просто копатель на несколько дней. Ты бы заставил людей плавать в нем?"


"В полном снаряжении и незаметно".


"Я понимаю. Звучит ужасно. Хорошо, оставь это мне, и мы встретимся на следующей неделе, чтобы начать, это то, чего я добивался все это время."


"В конце концов, мы добрались туда, Боб. Берегись этих садовых слизней."


В воскресенье вечером, в 8 вечера, наши ожидаемые гости прибыли двумя группами: "Следопыты" и 2-й эскадрон; восемь следопытов и восемь парней из 2-го эскадрона плюс Хейнс. Я показал им казармы, и они все были бы вместе на первом этаже, сблизившись. Поскольку они все вместе были в Сьерра-Леоне, я не слишком беспокоился о столкновениях.


"Ладно, слушайте", - громко позвала я, когда они схватили кровати, положили снаряжение. Они смотрели в мою сторону. "Вы все более или менее знаете друг друга, так что вам следует ладить здесь - в сторону вонючих ног. Мистер Хейнс отвечает за эту комнату, так что не придуривайся.


Свет выключается в одиннадцать, столовая открыта с 7 утра, по аэродрому можно бегать - но не делайте этого в свободное время. Спи, когда сможешь, отдыхай, когда сможешь, потому что ты устанешь - и тебе будет больно.


Инструктаж для моей группы каждое утро в 8.45 утра в первом ангаре, странном белом здании внутри него. Ты будешь там какое-то время. Позади есть тир на 25 ярдов, центр для особо важных персон, Дом убийств и стрельбище для пистолетов, тир на 600 ярдов, оружейный склад и, черт возьми, все остальное.


Дома через дорогу для моих парней, не подходите к ним, и там патрулируют вооруженные полицейские, так что не бродите - вас пристрелят. В белых домах отдыха есть мои парни, кое-кто из вспомогательного персонала. Веди себя тихо рядом с ними.


В конце дороги есть паб, вход в который запрещен, если я не скажу, и наш магазин NAAFI открывается сегодня с 8:30 утра до 8:00 вечера, так что перекусите чем-нибудь поздно вечером. Бойлер здесь работает нормально, всегда горячая вода, поддерживайте чистоту.


"У нас есть небольшой медицинский отсек, так что кричите, если вам больно. В нерабочее время отведи полицейских на гауптвахту. Внутри первого ангара находятся транспортные средства, слева - склады, справа - администрация и КО.


"Если у вас появятся волдыри или растяжения, дайте нам знать, откажитесь от некоторых занятий на день, это не базовая подготовка, и вы все ветераны. Завтра утром у тебя пробежка в 7 утра, после завтрака."


Я протянул Хейнсу листок. Там идет программа на эту неделю, режиссерский состав проведет вас до конца. Избегайте плотного завтрака, съешьте вместо него обильный ужин, скромный обед.


И к концу недели у вас должны болеть ноги и спины, но также, возможно, вы узнали что-то новое и попрактиковались в нескольких других вещах. Устраивайся и отдыхай - тебе это понадобится."


Я оставался полчаса, болтал со многими мужчинами, вспоминал сражения, сомнительную еду в Сьерра-Леоне и плачущих младенцев, несколько мужчин показали мне свои боевые шрамы.


В понедельник утром я отдал О'Лири свои заметки на машинке, и он передал их нашему капралу-администратору, который теперь каждый день приезжал сюда; он все равно жил недалеко от Глостера.


В конце брифинга Echo я начал: "Я создаю новую программу обучения для Боба Стейнса и МО, которая называется "Программа одинокого волка".


"Одинокий волк?" Задан вопрос Слайдеру.


"Это не для вас, не для всех. Это будет своего рода курс снайпера с обучением выживанию, цель которого состоит в том, чтобы человек мог сам забросить себя в тыл, пройти шестьдесят миль, взорвать какое-нибудь место и застрелить несколько человек, а затем вернуться с радостной улыбкой и без единой царапины."


Они обменялись взглядами.


"Похоже на работу SAS", - отметил майор. "Предполагается, что они способны на это".


"Чего хочет Боб, так это людей, способных работать в одиночку, а не в команде, и практиковаться в подобных вещах, и некоторые люди, проходящие курс, будут типа шпионов".


"Гражданские?" - Спросил Риццо.


"Да, но большинство из них бывшие военные. Это десятинедельная программа, и это сука. Смитти, Боб хочет, чтобы ты этим занялся, возможно, ты, Томо, и Николсон."


"Я готов к этому, босс", - предложил Николсон.


"Почему только они?" Спросил Рокко.


"Остальные из вас в любом случае справились бы с этой работой достаточно хорошо, Свифти, безусловно, справился бы. Чего хочет Боб, так это чтобы Смитти и другие в будущем больше занимались внедрением."


"Смокинг?" - Спросил Смитти.


"Неглубокая могила в лесу", - сказал я ему. "Так что будьте уверены, на что вы подписываетесь".


"Я готов к этому", - вставил Томо.


"Решение остается за Бобом, " сказал я им, " потому что у него где-нибудь найдутся люди для грязной работы, например, в эскадрилье "Е". В любом случае, я встречусь с Бобом и составлю кое-какие планы, и когда у нас будет группа из десяти или более человек, мы начнем."


"В конце будьте группой из одного или двух человек", - вставил Свифти. "Я видел детали".


"О, и полковник Роулсон будет сегодня в гостях, не забудь встать и отдать честь, иначе получишь удар по голове".


Я мог видеть выражение лица Риццо. "И никогда не забывайте, это подразделение Echo из SAS, он босс, ваша зарплата поступает через него. Мы не являемся независимой единицей. Штабные сержанты, держите своих людей в узде вокруг полковника, или я урежу вашу гребаную зарплату. Уволен."


Когда мимо проходил менеджер по оборудованию королевских ВВС, я остановился и схватил его. "Есть бумага и ручка?"


Он приготовился.


"Чего я хочу... это четыре веревки, натянутые с крыши ангара, с одной стороны, толстая веревка для лазания по канату и те большие старые мохнатые маты, их много."


Он сделал пометку.


"Тогда мне нужны металлические брусья рядом с казармами, достаточно высокие, чтобы мужчина мог подтягиваться, несколько человек одновременно, нижние брусья для отжиманий под углом. И ... думаю, было бы неплохо использовать решетки, защищенные от ржавчины, потому что они на открытом воздухе. Так покрыто оловом."


После того, как внешние участники пробежали несколько кругов, они были разделены на две группы: одна на дальней дистанции с устаревшими зеркальными фотоаппаратами, другая на дистанции 25 ярдов, результаты установлены и записаны.


Вторая пробежка по трассе в группах, команды меняются местами в течение часа, затем обе команды выходят на стрельбище для соревнования с АКМС, спринт и стрельба по четырем мишеням на человека, четыре этапа, начиная с 500 ярдов и снижаясь до 100 ярдов, подсчитываются баллы.


Когда появился Роулсон с RSM, я показал им окрестности, что не заняло много времени, сержанту Крэбу пришлось прикусить губу и не сказать, что у него на уме.


"Милая маленькая база", - отметил Роулсон. "Я ревную".


"Заходите, когда захотите, сэр, вы босс. И отправляйте людей вниз, чтобы они пользовались удобствами, когда захотите, просто дайте нам знать."


Я пригласил их на ланч в паб, RSM охотно болтали - задавали вопросы смертоносным убийцам.


Начал Роулсон, майор рядом со мной: "Мы могли бы послать туда воздушные войска, когда погода будет благоприятной, они время от времени используют "Шобдон" - Королевские ВВС доставляют неудобства, но если у вас есть выгодная сделка на этот самолет, тогда мы могли бы сэкономить деньги. У воздушных войск есть ... поставлена под сомнение способность королевских ВВС обучать HALO - поскольку персонал королевских ВВС никогда не делал этого по-настоящему - на вражеской территории."


"Да, сэр", - согласился я. "Скайван свободен большую часть будних дней, используется по выходным, и там есть свободные комнаты для парней и казармы".


"Когда заказан участок Росс-он-Уай, они могут прийти сюда, не так уж далеко", - отметил он. "Но я думаю... Я думаю, возможно, мы могли бы использовать это по-другому, начиная с новых парней.


"Их нужно где-то разместить после Форта Подражатель, и они в основном будут на курсах, но им нужно место, чтобы переночевать и немного потренироваться, когда они не на курсах, и они могут способствовать лучшему отношению здесь - среди вас".


Мне пришлось ломать голову над его целью и его планом действий. "Будьте рады помочь, сэр, мы могли бы наставить их на путь истинный, и я могу их обучить".


"И раненые мужчины. Есть парень со сломанной рукой, делать нечего, - объяснил полковник. "Здесь, внизу, он может есть и спать, но также ходить по трассе, помогать, наблюдать, чувствовать себя вовлеченным. В данный момент он сидит дома и хандрит."


Я улыбнулся. "Отправьте его вниз, сэр, мы подбодрим его".


Вставил RSM: "Есть кое-какой странный набор для хранения, не хочу его выбрасывать, на новом месте мало места. Вещи из лодочного домика тоже."


"Это твоя база", - сказал я ему. "О, гребля на каноэ. Мы прокладываем канал в шестьсот ярдов, мужчины могут спуститься по нему на каноэ и вернуться обратно, чтобы поддерживать себя в форме."


Полковник кивнул. "Да, мы можем найти этому применение. И если погода будет хорошей, мы можем провести мини-упражнения; прыжок с парашютом, работа на дистанции, катание на каноэ или плавание, бег по трассе, Киллинг Хаус."


Майор вставил: "Мы не так часто пользуемся удобствами, сэр. И мы бы какое-то время отсутствовали."


"Что ж, похоже, тогда это был хороший ход", - сказал мне полковник, но всегда умудрялся говорить так, как будто он говорил не то, что на самом деле было у него на уме.


Армейские инженеры вскоре вернулись, и с желтым экскаватором на грузовике вскоре была вырыта глубокая траншея вдоль края полигона, ожидаемым преимуществом которой стала новая боковая стена полигона.


Но на следующий день они пришли и сказали мне, что местный уровень грунтовых вод на десять футов ниже, и любая вода в нем будет просачиваться - поэтому они будут использовать бетон, что займет больше времени. Я предоставил им самим сделать для нас бассейн с узкостью в шестьсот ярдов.


В тот вечер Боб разговаривал по телефону. "Ты уложил Роулсона?"


"Как ты узнал об этом, Боб, ты шпионишь за нами?" Я дразнил.


"Камера у ворот связана с этим".


"Приятно знать, насколько мы в безопасности. Да, полковник нашего полка действительно заглянул повидаться со своими людьми, и он хочет запастись кое-какими запасными вещами, время от времени выполняя упражнения. Но одна хорошая вещь, которую он предложил, заключалась в том, чтобы несколько парней из нового полка на некоторое время поселились у нас. Таким образом, я тренирую их, и они получают хорошее отношение - возможно, несколько одиноких волков в стае, которых нужно отобрать на ранней стадии."


"Это могло бы принести пользу, да, и у меня есть шесть солдат и два морских пехотинца, подходящих для программы "Одинокий волк"".


"Это было быстро".


"Какое-то время я думал о них, о двоих из Стеклянного дома".


"Учитывая, что здесь три блюда, этого может быть достаточно для начала".


"Многие бросят учебу", - предположил он. "Так что, может быть, еще несколько".


"Возможно, есть идея сначала протестировать и усовершенствовать этапы, лучше поработайте со второй партией, это займет всего десять недель".


"Тогда жди их в ближайшее время. Они будут рады уйти оттуда, где они сейчас находятся."


"У них есть отношение?"


"Они - более молодые версии тебя, так что да".


Я рассмеялся. "У меня не было отношения, Боб; я всегда был прав, а другие всегда ошибались".


На следующее утро, после пробежки в 7 утра, Внешние были на дальней дистанции, стреляли из 2-дюймовых и 81-мм минометов, без громких хлопков, чтобы напугать овец, подсчитывались очки.


Еще одна пробежка, обед, и они добрались до GPMG, целясь в 12-дюймовые металлические пластины, которые были установлены между прикладами и огневой точкой на 100 ярдов, мужчины раздевались и убирались после этого, Крэб и Даффи помогали.


Меня отозвали, когда появился еще один портакабин, за которым следовали три фургона и три машины. На нас напали. Майор вышел, когда раздались знакомые сигналы и подошли сотрудники Разведки.


Я стоял и ждал.


Капитан остановился передо мной. "Полковник Роулсон сказал, что было бы неплохо разбить лагерь здесь, поскольку пространство на новой базе - это премия, и ... мы все равно предпочли бы быть здесь. Я говорил с Бобом этим утром, и он сказал, что это тоже нормально, так что вот мы и здесь. Где мы можем построить новый дом?"


Я указал в сторону ангара рядом с магазином Portakabin. "Красиво и сухо, под рукой. Кто-нибудь из вас захочет здесь жить?"


"Забавно, что ты это говоришь, но моя жена только что выгнала меня".


Я широко улыбнулся, обменявшись взглядом с майором. Дома через дорогу, все еще несколько пустых. Майор разберется с этим. Или уютная комната в аренду бесплатно."


"Бесплатная аренда звучит заманчиво, мне нужно оплачивать развод".


После пробежки и обеденного перерыва внешние стреляли с 600 ярдов, подсчитывали очки, затем бежали от прикладов до линии 500 ярдов, поворачиваясь на каждой огневой точке и используя два патрона, "Следопыты" все еще впереди, дополнительный круговой штраф для 2 эскадрильи.


На следующее утро я поднял мокрый палец в воздух и посмотрел вверх, звонок был сделан позже. После завтрака приземлился "Скайван", Внешние направились к нему, недоумевая, зачем - и вскоре осознав. Включились статические линейные парашюты, они выключились, быстрый круг на высоте 2000 футов и они ушли, и я снова вздохнул, когда увидел, что все круглые серые парашюты открыты. Тем не менее, все эти парни должны были быть дерьмовыми по определению должностей, на которых они работали.


"Скайвэн" опущен, парашюты уложены в сумки, "Скайвэн" покинул нас, половина внешнего снаряжения вела на стрельбище внутри помещения, половина - на открытое стрельбище. Через час они поменялись местами, оценки снова подсчитаны.


После обеда они вернулись на стрельбище, результаты улучшились, было выпущено огромное количество патронов, пистолеты разобраны и вычищены до боли в пальцах.


Когда они закончили и сгруппировались, Скайван вернулся, и они озадачили его; что опять?


"Да", - крикнул я. "Еще раз!"


Еще один ряд полностью открытых серых парашютов стал долгожданным облегчением, но когда последний человек спустился, над ним пролетел легкий самолет, который заметил его слишком поздно и затем отклонился в сторону. Это потрясло пилота, но не так сильно, как парня, наблюдающего за самолетом, направляющимся к нему.


В тот вечер им дали тест на чтение карты, всю аудиторную работу, плюс тест для офицеров, который я привез из Гринвича.


"У вас десять человек, один ранен. У вас есть грузовик и джип. Грузовик сломан и не должен разгоняться выше 15 миль в час, утечка масла составляет 1 пинту в час при скорости свыше 30 миль в час. Доступное топливо такое, дороги такие, а этот мост иногда не работает... оставшиеся пайки составляют ..."


Головы чесались, когда они все это отрабатывали, преодолевали мили, затем возвращались и делали это снова в группах, когда на них кричали. Когда топлива было достаточно, утечки масла были проблемой, пайки заканчивались и т.д.


Я провел тот же тест для Рокко и Риццо, и они боролись. Поскольку Экстернаты облажались, они все проехали три круга и стонали - не в последнюю очередь потому, что начался дождь.


Затем наступила трудная часть. На следующее утро им пришлось выдержать две одночасовые пробежки, за которыми последовало быстрое соревнование на дальней дистанции, прежде чем я повел их к северному краю аэродрома.


"Хорошо, то, что происходит дальше, известно как тяжелая рутина, потому что ... это чертовски тяжело для ваших тел и для ваших умов, - начал я, когда они стояли вокруг меня.


Я продемонстрировал, как прятаться под травой, подробно описал, что я делал в Северной Ирландии, и дал им указания о том, как устроиться поудобнее, пописать, избежать мышечных спазмов, поесть.


"Ты весь потный, так что этот пот остынет, и тебе станет очень неудобно. Сегодня достаточно тепло, поздно вечером будет прохладно. От вас всех требуется спрятаться здесь вдоль забора, лицом к взлетно-посадочной полосе, а затем залезть в него и оставаться как можно тише.


"Во время событий днем и ночью" ... это произойдет на взлетно-посадочной полосе, и вы должны их отметить и записать. Усни, и ты будешь скучать по ним - и получишь много дополнительных кругов. Джентльмены, вы будете лежать неподвижно до завтрашнего полудня."


Они стонали.


Ночью я буду красться и наблюдать. Если вы слишком сильно извиваетесь, вы получаете штраф, если ваша шкура разваливается, вы получаете штраф.


"Теперь у вас есть перчатки и маски для лица, но днем они не понадобятся, и вам будет тепло. Когда вы их используете, зависит от вас. Не пейте всю воду, распределите ее по порциям. И не пытайся ничего готовить. Теперь у вас есть пятнадцать минут, чтобы рассредоточиться и спрятаться. Вперед!"


Они распространились, и я наблюдал, как Хейнс подстригал траву своей лопатой, два аккуратных квадрата, трава подстрижена, земля выгребена и выброшена за низкий забор. Пончо спущено, лямки сняты, винтовка опущена, лямки натянуты, вода вылита, банки вынуты и стратегически расставлены. А затем он вытер подмышки и пах, хороший ход.


"Пять минут", - громко позвал я.


Хейнс сел, ноги прикрыты пончо, края травы подогнаны, пончо накрыто, как одеяло, трава натянута и подогнана, принято положение лицом вниз, извивайся, еще немного извивайся, и он был почти у цели.


Когда время истекло, я смог увидеть семнадцать курганов, немного заметных для вражеского солдата, но они были ограничены в выборе местности здесь.


"Ладно, хватит, блядь, шевелиться!" Я крикнул и ушел, улыбаясь.


В 14:00 сержант Краб выехал на взлетно-посадочную полосу и выкурил сигарету. В 3:25 Даффи вышел и отлить. В 6 вечера член парламента Питер выехал и минуту стоял, подбрасывая желтый теннисный мяч.


В 8 вечера, когда уже стемнело, фары все еще горели, Томо выехал на взлетно-посадочную полосу с девушкой и трахнул ее на капоте - что не было запланировано, но было замечено и записано. В 10 вечера полицейские подъехали и остановились, у них отобрали сигарету, и они повторяли это всю ночь.


В полночь мужчина, одетый как женщина, пересек взлетно-посадочную полосу примерно в трехстах ярдах от спрятавшихся людей, а в 2 часа ночи каким-то образом забрела овца и остановилась, наслаждаясь нашей травой.


Внешние части тела лежали, дрожа, трава медленно покрывалась росой.


В полдень я вышел с майором, дунул в свисток и позвал их, все они одеревенели и забыли, как пользоваться ногами, - и стонали по этому поводу.


"Вернись и убери эту гребаную траву на место!" - кричали несколько раз, прежде чем я собрал бумаги, велев многим полумертвым солдатам вписать в них свои имена. По крайней мере, у Хейнса был аккуратный почерк.


"Трахаться на капоте машины?" Я озадачен.


"в 10 вечера", - настаивал Хейнс, остальные согласились.


Я взглянул на майора. "Нам нужно перекинуться парой слов с ребятами".


"Машина была синяя, Гольф".


"Томо", - сказал я, обменявшись взглядом с майором.


Когда люди были выстроены, по большей части с затуманенными глазами, некоторые были в грязи, их отвели обратно, чтобы принять горячий душ и перекусить, до следующего этапа оставалось два часа.


Вернувшись в ангар, я обнаружил Рокко и его отряд, возвращающихся с урока вождения грузовика.


"Старший сержант Роко!" Я позвал, мои слова отозвались эхом, и они остановились всей группой.


"Томо", - позвал я, подходя к майору рядом со мной. "Похоже, Томо, что прошлой ночью ты трахал даму на капоте своей машины - на взлетно-посадочной полосе".


"Кто я, босс?" спросил он, когда парни посмотрели на него.


" Да, ты, " вставил майор. "Синий гольф".


"Ну, я выпил и с тех пор спал, сэр, так что ... не могу точно вспомнить".


"И все же, " начал я, - семнадцать человек, спрятавшихся поблизости, запомнили и записали это".


Томо теперь выглядел обеспокоенным, но тихо произнес: "Извращенцы".


"Старший сержант, он в вашем отряде, так что я хочу два круга", - заявил я. "Ты... иди с ним."


Рокко набросился на Томо, который убежал. "Ты, маленький засранец!" - проревел Роко, когда он побежал за Томо, парни смеялись над ними.


"Два круга должны получиться быстрыми", - отметил майор. В своем кабинете он спросил: "У Томо... отношение к безопасности здесь?"


"Его отношение ... это образ дерзкого солдата, который будет нарушать правила, и это то, чего я хочу. Когда он видит вражеский патруль, он не обделывается, он думает о том, чтобы бросить гранату ради забавы или прострелить какому-нибудь парню яйца - и это то, что нам нужно, а не тот, кто боится. Что касается его отношения... Я не могу винить его. Я не скажу ему этого, и мы слегка приучим его к дисциплине, но я бы не хотел его потерять."


Майор кивнул и обдумал это.


Внешним участникам предстояло пройти несколько часов технического обслуживания джипов, некоторые все еще выглядели уставшими, после чего они проехали на джипах по крутым участкам хребта, которые были непригодны для транспортных средств, сержант Краб руководил испытаниями.


На закате внешним участникам предстояло пройти шесть кругов с полным снаряжением и винтовками, и в конце они потерпели поражение, но им разрешили лечь спать пораньше.


В пятницу утром, при подходящем ветре, при высоте облаков всего около 2000 футов, "Скайван" вернулся, экипировался снаружи, и группы поднялись на борт, и, как я заметил, двоим из них пришлось вылететь из-за поворотов, но они благополучно спустились.


Поскольку их ждали установки для свободного падения, "Следопыты" отправились прямо вверх, на высоту 14 000 футов с частичным разрывом в облаках, им было приказано потянуть за веревку, прежде чем они ударятся о что-то твердое, например, о землю.


Все они спустились чуть ниже основания облаков и добрались до мини-парашютной школы, и я почувствовал облегчение. Я задержал ребят из 2-го эскадрона, не в последнюю очередь потому, что некоторые из них предприняли всего одну или две попытки десантирования в свободном падении.


Когда облачная база поднялась позже и распалась, я дал добро, и восемь человек спустились живыми, Хейнс уступил свое место человеку под его началом.


Поскольку погода улучшалась с каждым часом, я отправил "Скайван" обратно в 17:00 на шести установках свободного падения, и я взял Хейнса со Свифти, Смитти и Крабом, Смитти некоторое время находился в свободном падении в Шобдоне. Мы достигли пика выше 14 000 футов и прыгнули, некоторое время держался своего рода круг, отдельные облака проходили на скорости, и я сбросил скорость ниже двух тысяч. К счастью, я упал на траву без травм.


Хейнс, однако, ударился о крышу сарая, и его пришлось спасать оттуда, чего его парни никогда бы не позволили ему пережить.


Боб позвонил сразу после того, как я отмахнулся от тренеров. "Как справились Внешние?"


"Все они прошли хорошую подготовку, освоили несколько новых трюков и несколько прыжков, так что счастливая компания".


"Ни с кем из них не возникло проблем?"


"Не эта группа, они достаточно хорошо работают вместе, никаких сообщений о драках, никаких проблем во время обучения тоже. Будь счастлив продолжать брать на себя такую долю работы."


Возможно, скоро появится еще один. Твой стрелок."


"Разве он не мертв?" Я дразнил.


"Да, но мы нашли ссылку на Либерию".


"А, полковник Роуч, без сомнения".


"Да, он в Конго, и у него много друзей в Херефорде, которые могли бы тебя заметить".


"Так почему бы не заставить одного из них застрелить меня?"


"Они бы испугались чего-то подобного на пороге своего дома, и, без сомнения, боялись вас, поэтому, должно быть, обратился посторонний, кто-то, кто вас не знал".


"Были ли заложники в Конго?" Я дразнил.


"Много. О, в понедельник пообщаемся с высшим руководством, поговорим об Одиноком Волке, а также посмотрим, как продвигается база."


"Я начищу свои ботинки".


В тот вечер я заказал микроавтобус, который доставил меня и Свифти, Генри, Морана и Махони, капитана Харриса и одну будущую разведенку в Бристоль, член парламента Питер поехал с нами на Уайт-Леди-роуд, и мы нашли хороший маленький винный бар, несколько очень милых дам, чтобы попробовать и поболтать, разной степени успеха добились, попробовали карри поздно вечером - и микроавтобус, чтобы отвезти нас обратно.


За выходные я совершил две длительные пробежки, но у меня болело колено, а также левое плечо, спина болела, как обычно, и я снова стал подумывать о болеутоляющих.


Появились гантели, брусья и подходящие скамейки для силовых тренировок - все бывшее в употреблении, и я велел поместить их в единственное подходящее маленькое кирпичное здание, которое пока ни для чего не использовалось. С расставленными скамейками и гирями, двумя боксерскими грушами, подвешенными к потолку, в комнате могли одновременно тренироваться десять человек, не соприкасаясь локтями.


В субботу днем я показал Рокко и Риццо, и теперь им было поручено выводить своих солдат туда раз в день, хотя бы на полчаса, с определенной чередой упражнений.


На утреннем брифинге в понедельник толпа SIGINT сидела и слушала в задних рядах, и теперь комната была полна.


"Хорошо", - начал я. Сегодня здесь высшее руководство, так что... убери все, что сможешь, и постарайся выглядеть профессионально. Не забудь сказать "сэр", или ты получишь удар по голове и несколько кругов - довольно много кругов.


"Хорошо, как большинство из вас знает, у нас теперь есть небольшой тренажерный зал, и Дом убийств теперь готов, камеры установлены. Риццо, ты пользуешься этим утром, Рокко - днем - сообщи мне, если что-то не так. Сержант Крэб, расставьте цели, и у нас теперь тоже есть манекены, и следите за камерами, пожалуйста.


"Хорошо, стрельбище выше также готово, и теперь все движущиеся цели движутся - и смотрят в нужную сторону, сенсоры работают, поэтому я хочу, чтобы все прошли через это, результаты подсчитаны - затем результаты улучшены.


Конец этой недели, рассчитано на десять миль, рассчитано на двадцать миль. Штаб-сержанты, разберитесь с этим.


"Далее, у нас может появиться работа в ближайшее время, заложники в Конго, прекрасное место. Возможно, нам будет трудно получить вертолетную поддержку, и на выходных я подумал, что такой самолет, как "Скайван", мог бы доставить нас туда и обратно. Капитан Моран, сосредоточьтесь на учебе, у вас будет много часов, возможно, вам скоро предстоит боевое задание."


Он выглядел обеспокоенным.


Я продолжил: "Свифти, ты можешь быть вторым пилотом, так что потратьте еще несколько часов на трассы и ухабы, а потом еще немного. Я тоже думал ... возможно, мы используем рабочую вставку HALO, не в последнюю очередь потому, что никто раньше этого не делал. Это ограничивает набор, но... У меня тоже есть идея на этот счет. Что я хотел бы сделать ... это вывести из себя постоянных игроков, предложив армии нашу собственную команду HALO. По крайней мере, есть о чем подумать.


"Сигналы и разведданные, спешно начинайте изучать Конго, готовьте лекции на следующую неделю. Мистер О'Лири, найдите нам эксперта по Конго, возможно, наемника, для нескольких лекций."


Он кивнул. "Что это за канал на заднем дворе?"


Частью программы нового курса "Одинокий волк" будет плавание на длинные дистанции и скрытный подход к воде. А также гребля на каноэ; они поднимались и опускались, пока не умирали от истощения. Но цель состоит в том, чтобы они плавали на каноэ, затем плыли в полном снаряжении и с оружием, выползали на берег и стреляли, затем возвращались тем же путем, каким пришли."


"Похоже, это подошло бы и нашим парням", - заметил майор.


"Да, сэр, может быть, после этой работы в Конго".


О'Лири вставил: "Боб рекламирует "Одиноких волков" во всех подразделениях службы, с условием, что они, конечно, уже годны, плюс определенное количество лет, оставшихся до службы. МОД будет отсеивать кандидатов."


Я кивнул. "Если они выбраны правильно с самого начала, то процент отсева должен быть низким, и мы не тратим время впустую. И я не уверен, что стал бы выбрасывать людей только потому, что мы хотим сократить численность и сохранить элиту. Если они соответствуют уровню... затем они проходят.


"Если десять парней пройдут, а кто-то скажет, что просто наградите пятерых лучших, я расценю это как пустую трату времени. И я бы позволил им сделать это дважды. Но я мог бы предложить однодневный процесс отбора, здесь, просто чтобы отсеять идиотов."


"А как насчет внешнего вида?" - Спросил О'Лири.


Я обдумал это и скорчил гримасу. "Им не нужно доказывать себя, они достаточно хорошо провели три дня, но ... это может быть дополнительной тренировкой для них. Но десять недель дерьма, захотят ли они это сделать?"


О'Лири ответил: "Как насчет инструкторов-снайперов, которые затем помогают с программой?"


"Да, я бы подумал об этом, и у нас есть Николсон, так что он будет ассистировать впоследствии". Я поднял голову и посмотрел на Николсона. "Свяжись со своим старым боссом, поболтай об этом, посмотри, есть ли у него кто-нибудь достаточно сумасшедший, чтобы захотеть это сделать".


"Есть два капрала, Свон и Леггит, и они отсидели три дня и получили восемьдесят семь и восемьдесят восемь баллов, и они марафонцы, босс".


"Скажи им об этом. Мистер О'Лири, расскажите о них Бобу. И этот парень, Свон, он должен хорошо поработать в канале."


Они смеялись.


"А как насчет того, чтобы мы научили их?" Спросил Рокко.


"Возможно, мы уедем на работу на шесть недель, в противном случае - да", - ответил я.


Высшее руководство прибыло на двух громыхающих вертолетах Puma, вертолеты сели на перрон лицом к нам, пока мы стояли в ожидании, их реверберация сотрясала ангары. Выгрузив человеческий груз, Пумы быстро взлетели. Скорее, они развернулись и медленно набрали высоту над аэродромом.


"Тен-шун", - крикнул я, отдавая коллективный салют, когда наши гости надевали шляпы, Боб хорошо рассчитал время и теперь подъезжает к нам.


Генерал Деннет ответил салютом на приветствие стаи, в которую на этот раз входили командующий ВВС и помощник. Деннета окружали чиновники JIC и старшие офицеры UKSF, и они остановились, чтобы осмотреть базу.


С майором на моей стороне, капитанами в линию, СИГИНТ выстроился, я двинулся вперед. "Добро пожаловать в GL4, джентльмены".


"GL4?" Деннет озадачен.


"Это наш почтовый индекс, сэр. Не смогли придумать название, поэтому мы используем его, чтобы сбить с толку смертоносных убийц."


"Только ты мог привлечь смертоносных убийц, никто другой", - заметил командующий ВВС, приближаясь, улыбнулся и пожал мне руку. "Есть какой-нибудь ... прогресс в этом вопросе?"


"Мы знаем, куда нам нужно обратиться, чтобы справиться с этим, сэр. И с этим нужно разобраться в ближайшее время. Остальное нам лучше не обсуждать открыто."


Он кивнул, когда подъехала машина Боба, которого они все знали достаточно хорошо. Боб и помощник вышли, взглянув на погоду, когда они подошли ближе.


"Джентльмены", - начал я. "Мы можем начать экскурсию, а затем выпить чашечку хорошего чая". Я ткнул пальцем через плечо. "Здесь у нас есть домик штаба, склады, а также средства связи и разведки - которые предназначены не только для нас, им просто немного не хватает места по дороге в Херефорде.


"По соседству с нами находится Дом убийств, в данный момент в нем находятся парни, а над ним - стрельбище. В этом диапазоне есть комнаты, которые нужно очистить, и цели, появляющиеся или разворачивающиеся на основе датчиков. Ребята не просто стоят и стреляют по неподвижным мишеням, но у нас также есть дистанция в двадцать пять ярдов позади нас. Сюда, пожалуйста. "


Я провел их несколько шагов к Дому убийств и внутрь, в затемненную подготовительную зону, где стоял всепроникающий запах резины и влажного дерева, парни готовились к очередному нападению, используя M4 и пистолеты, Краб сидел за черно-белыми экранами камер в углу.


Краб встал и отдал честь. "Сэр".


"Таким, каким ты был", - предложил Деннет, когда наши гости выстроились в очередь и вошли в жуткую комнату.


Риццо проверил свою команду, отдал кивки, вытащил чеки из боевых гранат, гранаты были брошены в первые два окна.


Взрывы застали гостей врасплох, автоматический огонь парня также немного шокировал их. Я указал на экраны, и они приблизились, видя, как команда перемещается из комнаты в комнату, от укрытия к укрытию, поражая цели или манекены.


"Чисто!" - донеслось до нас эхом.


Команде удалось справиться достаточно хорошо, никто не был ранен в ногу, и они отступили, таща за собой подставных заложников.


"Мы предлагаем первоклассную команду по спасению заложников, джентльмены", - проинформировал я своих гостей. "И с течением времени мы становимся все лучше и лучше. В дополнение к двум моим постоянным отрядам у нас есть около двадцати внештатных сотрудников, и все они также хороши в спасении заложников."


Командующий ВВС начал, пока парни обеспечивали безопасность: "И эти внешние могут вмешаться, если у вас есть раненый или больной человек".


"Да, сэр, как "L" Company SAS; плавное заполнение пробелов, а не годы обучения". Я жестом пригласил их наружу, к металлической лестнице, ведущей на стрельбище, тяжелый лязг возвестил о нашем прибытии Даффи, который отдал честь.


Стоя за скамейкой для статической стрельбы, я поднял пистолет и передал его генералу Деннету. "Это оружие заряжено и взведено, сэр".


Он стоял наготове, когда я отступил назад, кивнул Даффи, и мишень переместилась вбок в поле зрения, Деннет дважды поразил ее, вторая мишень появилась слева - два выстрела, третья справа, два выстрела.


"Опусти оружие", - крикнул я, и он подчинился.


"Как это было?" - спросил он с усмешкой.


"Пойдемте посмотрим, сэр", - сказал я, делая шаг вперед.


"Первая цель, твой выстрел пришелся ему под мышки, второй человек, одно хорошее попадание, один промах под подбородок, последний человек - ты отрезал ему ухо и попал в руку. Итак, это были штаны для девочек-гидов."


Они смеялись.


"Мы, старики, оставляем это вам", - признал Деннет.


"Все мои ребята стреляют, как Билли Кид, и у них всегда под рукой пистолет. В Сьерра-Леоне они дважды проникали в здания, предварительно отложив винтовки и достав пистолеты, спасая заложников. Все солдаты должны обладать базовыми знаниями по обыску домов."


"Многие практикуют это", - заметил Деннет, прежде чем я повел их вниз, на металлической лестнице стоял сильный грохот, майор ждал.


Майор встал в строй, когда мы прошли небольшое расстояние мимо ангара.


"Перед нами, джентльмены, столовая, самое важное здание на базе". Они смеялись. "И это оружейный склад. У нас есть оружейник из ВВС Брайз Нортон."


Мы завернули за угол. "Это центр для посетителей, хорошие шикарные номера, так что если кто-нибудь из вас когда-нибудь захочет, чтобы комната - жена досталась слишком дорого ..."


Они громко смеялись.


"Это наш диапазон в 25 ярдов, от него много пользы".


Я повел их дальше, туда, где мы могли видеть дальнюю дистанцию. И остановился. Они вглядывались вперед. "Это наш дальнобойный пистолет, и от него тоже много пользы".


"Что это за траншея, дренаж?" - спросил командир ВВС.


"Нет, сэр, это будет что-то вроде длинного узкого бассейна. Участники программы "Одинокий волк" проплывут по нему в полном снаряжении, оставаясь незаметными, заберутся наверх и постреляют по мишеням, затем вернутся тем же путем, особенно ночью. Они также могут плавать по ней на каноэ."


"Как долго это длится?" - спросил офицер UKSF.


"Около 500 ярдов, сэр. Итак, это... 20 длин местного бассейна для каждой длины здесь, и они сделали бы десять длин."


"Ого", - выдохнул тот же человек.


Отряд Рокко пробежал мимо, направляясь к стрельбищу, по-видимому, из столовой.


"И кандидаты на участие в этой программе "Одинокий волк" будут из всех подразделений службы?" - спросил представитель JIC, Боб внимательно посмотрел на него.


"Да, сэр".


"И когда они закончат, из них получатся отличные снайперы", - подтолкнул он.


"Цель, сэр, состоит в том, чтобы заполучить человека, который сможет проникнуть в тыл, пройти шестьдесят миль, жить за счет земли, взорвать местный командный центр и уйти обратно - в одиночку".


"Звучит как типичная работа SAS", - отметил командир ВВС.


"Да, сэр, но SAS больше ориентированы на командную работу и специальные цели".


"Ваш человек прыгнул бы с парашютом?" - спросил командующий ВВС.


"Да, сэр, они получат много практики прямо здесь. Мы избежали временных задержек, заключив сделку с местной парашютной школой, и прыгаем несколько раз в неделю, если позволяет погода."


"Вы заставили моих медиков прыгать", - сказал он с улыбкой. "И свободное падение".


"Да, сэр, им это понравилось".


"Но почему бы не использовать королевские ВВС?" - подтолкнул он.


"Время, сэр. Если я проснусь и ветра не будет, мы прыгнем. Если мы запросим "Геркулес", то пройдут часы или дни, прежде чем мы его получим; эти дорогие самолеты королевских ВВС не просто стоят без дела, ожидая нас."


"Нет, вполне", - согласился он.


"И какой вы видите работу снайпера после окончания курса?" - спросил сотрудник JIC, за которым Боб внимательно наблюдал.


"Они вернутся в свои родительские подразделения, сэр, затем сидят и ждут вызова. Их преимущество здесь больше для Боба, чем для армии."


"Как же так?" Деннет вопросительно взглянул на Боба.


"Такой обученный человек был бы великолепен в небольшой войне или мятеже. Нам просто нужна эта маленькая война, а не человек, который черствеет."


Он кивнул. "А в Северной Ирландии?"


"Они патрулировали в одиночку вдоль границы сырого вечера. Поставь дюжину на место, ИРА обосралась бы."


"Тогда это пригодится им в мирное время", - отметил Деннет, и мужчины закивали. "И в поддержку ваших операций или обычных операций SAS?"


"Если они пройдут курс, то будут так же хороши, как обычные SAS - так что да, превосходны в роли поддержки, сэр".


"Кандидаты в ваши команды?" - спросил представитель UKSF.


"Да, сэр, возможно, но мы стремимся вернуть их в их подразделения. В течение года их может быть сорок-пятьдесят. Если где-то вспыхнет небольшая война, они пройдут переподготовку, а затем отправятся сеять хаос."


"И хорошие будущие лидеры?" Деннет толкнул локтем.


"Нет, сэр".


"Нет?"


Я взглянул на Боба. "Их выбрали бы за то, что они в хорошей форме, но также немного одиноки, не женаты, имеют троих детей и психически устойчивы".


"Кажется ... странным", - отметил представитель JIC.


"Сэр, если бы я попросил вас спуститься с высоты вглубь Ирака, пройти пятьдесят миль, взорвать какое-нибудь место и попытаться выбраться обратно, ваша первая мысль, вероятно, была бы о вашей семье - и о том, что вы никогда их больше не увидите. Мне нужен кто-то, кто достаточно глуп, чтобы рассматривать это как веселую неделю.


"Мы ищем определенный тип людей, а большинство обычных солдат не относятся к этому типу людей. Все мои родственники психически неуравновешенны - они предпочли бы быть в джунглях, сражаться, чем сидеть дома с женой и детьми у телевизора. Они хороши в том, что они делают, потому что они не беспокоятся о семье, оставшейся позади, они на 100% посвящают себя работе - и они любят эту работу."


"Ваши успехи говорят о том, что это формула победы", - отметил сотрудник JIC.


"Хорошая команда, правильное отношение, хорошая подготовка", - перечислил я.


"А как к этому относятся обычные солдаты SAS?" - спросил сотрудник JIC.


"Сейчас лучше, потому что полковник Роулсон избавился от большого количества сухостоя и ввел новые стандарты и усилил внутреннюю конкуренцию".


"И это он ... полезно для тебя?" Деннет задал очень дерзкий вопрос, и я увидел, как майор вздрогнул.


"Настолько полезен, насколько мне нужно и чего я желаю, сэр", - сказал я с усмешкой. И, конечно, не помеха для нас. Но, естественно, он хотел бы, чтобы его ребята получили хорошую работу."


"На прошлой неделе одного из его людей избили за то, что он отрезал ухо своей жене и бросил его семейной собаке", - вставил офицер ЮКСФ.


Я кивнул. "Такой человек ... Я бы сразу заметил и избавился. Мне нужны хорошо обученные хладнокровные убийцы, но не психи. В различиях есть тонкая грань, на которую нужно обращать внимание."


Они дружно кивнули.


"Эта база способствует обучению?" Спросил Деннет.


"Очень похоже, сэр. Мы каждый день бегаем по трассе, и этот регулярный режим помогает в тренировках. Обычные спецназовцы завидуют."


"Ну, большую часть времени большинство из них не на базе", - вставил генерал ЮКСБ. "Отсюда и сокращение. Они все на курсах, в Кении или в контртеррористической готовности в Лондоне, на базе почти нет мужчин."


"Эта традиционная схема, трехмесячные циклы, не уверен, что я согласен с этим как с хорошей практикой".


Они обменялись взглядами.


"Что еще вам нужно для поддержания стандартов?" Спросил Деннет.


"В основном у нас есть все, что нам нужно, но я хотел бы проводить упражнения в опасных местах и привлекать больше юнитов. Здесь проводятся ежемесячные учения по рассредоточению 7-й и 47-й эскадрилий королевских ВВС, но здесь нет никакой опасности.


"Может показаться странным, но я бы взял пятьдесят многообещающих сержантов, обучил их здесь, несколько недель в Марокко, две недели в Сьерра-Леоне и обратно. Таким образом, эти сержанты получат некоторую подготовку и опыт на будущее."


Деннет кивнул. "Курс лидерства, но с элементом опасности. Хотя многие служили в Боснии."


"Там не так уж много опасности, сэр. Если бы они сошли с самолета в Сьерра-Леоне и были встречены мной... они бы обосрались."


Посетители рассмеялись.


"И хорошие молодые офицеры с потенциалом", - добавил Деннет.


"Да, сэр. Небольшие войны отлично подходят для улучшения стандартов, но также и очень дорогостоящие. Необходимо эффективно имитировать небольшую войну, сэр."


"Вы могли бы взять группу офицеров на четыре недели и формировать их?" Спросил Деннет.


"Да, сэр. И если мои ребята отправятся с ними в Африку, мои ребята тоже получат выгоду. Итак, чай и кофе, джентльмены."


В столовой несколько посетителей заказали еду, а также чай и кофе, и они задавали безобидные вопросы майору и мне.


Час спустя рев усилился, пумы вернулись, наши гости бегут согнувшись пополам, шляпы в руках, машут руками.


Боб остался, как я и предполагал, и мы сидели со мной в кабинете майора.


"У тебя есть все, что тебе нужно?" это был очевидный первый вопрос и знак авторитета.


"Я думал, Боб, о том, чтобы мы предложили лучшую команду HALO, может быть, даже подделали пару живых вставок, скажем, в Сьерра-Леоне".


Он скорчил гримасу. "Если ты сможешь безопасно добраться до какого-нибудь места с помощью HALO, конечно. Но сломанные ноги - это проблема."


"Нет, если мы выбираем парашюты, за исключением того, что нам их диктуют. Все ребята могут приобрести знания HALO здесь, мы создаем наш собственный комплект, и мы отправляемся."


Он кивнул. "Итак, что бы тебе понадобилось?"


"Пит, босс местной парашколы, бывший SAS, упомянул тональные высотомеры. Когда вы набираете высоту 4000 футов, раздается звуковой сигнал, более быстрый на высоте 2000, предупреждающий на высоте 1000 футов и т.д. Хорошо подходит для ночных прогулок."


Он сделал пометку.


"Тогда есть наборы для набора. У SAS и RAF есть эти капсулы из стекловолокна, но у американцев есть такой большой старый мешок, скажем, с четырьмя ручками, с набором внутри. Мы прыгаем вместе, держась за него, стабилизируемся, отрываемся на высоте 4000 и ждем, затем тянем, в парашюте есть автоматический выпуск на высоте 1000 футов, несколько мигающих огней, чтобы найти его при падении, возможно, маяк самонаведения."


"Никогда не найди это в джунглях!" - отметил майор.


"Мы бы не перепрыгивали через лес, сэр, мы бы стремились к плоской местности, надеюсь", - возразил я.


Боб сделал пометку. "Если это используется, мы можем достать это". Он поднял глаза. "Я думал о том, чтобы натаскать некоторых типов Джеймса Бонда на HALO".


"Почему бы и нет", - согласился я.


Он воспользовался моментом. "Как только типы одиноких волков готовы, они - технически - являются внешними".


"Почти, не совсем, нужно заполнить некоторые тренировочные области. Одинокие волки не убирают в доме."


Он медленно кивнул, размышляя. "Но они были бы хорошими людьми, стояли бы наготове".


"Что они бы сделали", - согласился я. "Самая большая опасность в том, что они сидят и скучают там, откуда бы они ни пришли".


"Мы могли бы скоро начать программу", - заметил Боб.


"А как насчет Конго?" Я спросил.


Он скорчил гримасу. "Конго" займет максимум неделю. Несколько заложников, другие дела - и пропал. Я не думаю, что вам нужно быть там, чтобы получить опыт."


"Нет", - согласился майор. "Прошел много тренировок в джунглях в Сьерра-Леоне".


"Мы отправили бы вас в Конго, когда у нас были бы нужные данные и план", - добавил Боб.


"У меня есть Моран, который учится управлять маленьким двухмоторным пассажирским самолетом", - сообщил я ему. "И другие мужчины тоже. Мы могли бы нанять одного, прилететь на грунтовую полосу, сделать работу и уехать. Вертолетов в пределах досягаемости нет."


Боб поднял палец. "У меня есть в наличии Mi8, здесь, в Великобритании, какой-то парень из Эссекса купил его, предлагает прокатиться на нем".


"Тогда запишите его на несколько интенсивных уроков здесь", - твердо предложил я. "Если мы можем нанять одного или украсть его в Африке, мы используем его".


Боб сделал пометку. "Блочная книга была бы дешевле всего, и парень очень полюбит тебя, настоящий подражатель, восстановивший танки в своем саду".


"У меня просто есть садовые гномы", - вставил майор, заставив нас улыбнуться. "Танк расстроил бы моих соседей".


Боб повернулся ко мне, на его лице было такое выражение, что он не был уверен, соглашусь я с чем-то или нет, и раздражен тем, что мне приходится спрашивать. "Я хотел бы начать программу, и если вас вызовут в Конго, это займет неделю или две, чтобы те, кто остался здесь, могли выполнять ваши указания".


Я кивнул. "У меня в голове все разложено по полочкам, как их обучать, но также и как их мотивировать. Ободряющая речь."


"И в конце вы бы сообщили, какие из них были подходящими ..."


Я снова кивнул. "Если парень распущенный, я бы его выгнал, если он другой я ... Я бы дал тебе знать."


Он кивнул. " Сказал Роулсон ... попытаться утвердить его авторитет в этом месте?"


Я мог бы предвидеть этот вопрос. "Нет, он просто ревнует и чувствует себя обделенным. Но после лондонской встречи с модом он вроде как извинился за то, что был трудным, и теперь он хочет сотрудничать.


"Он хочет воспользоваться этим местом, но он знает, что не закрыл бы нас, поэтому он пробует другой путь - и ведет себя мило. О, не помешал бы еще один домик с комнатами, когда его парни будут тренироваться с нами. Казармы годятся для экстернов на неделю, но некоторым из его парней может не понравиться, что с ними обращаются как с новобранцами."


Боб сделал пометку. "Как дела с парашютом?"


"Очень хорошо, они получают много практики без всего этого дерьма в Brize Norton, в том числе и в экстерналии. Это единственное ключевое преимущество этого места."


Боб казался довольным. "О, Бэтмен и Робин, они достаточно хорошо ходят, могут быть полезны, оба ... нуждающийся в некоторой поддержке, the ... правильное окружение."


Я улыбнулся. "Еще домики. Осталось несколько комнат, но некоторые находятся рядом с нашим оружейником, а о его храпе ходят легенды."


"На следующей неделе, не могли бы вы взять десять человек из эскадрильи "Е" и ... улучшить их?"


"Здесь достаточно просто", - похвалил я. "Они будут хорошо работать вместе?"


"Надеюсь, а если нет, то я уверен, что ты их разобьешь".


Майор сказал мне: "Мы выбрали эту партию, поэтому возлагаем большие надежды. Лучший из всех."


Два дня спустя у нас были гости; один двухлетний постоянный сотрудник SAS со сломанной рукой - его присутствие для меня загадка, четверо новых парней из Fort Wannabe, плюс Бэтмен и Робин - парни тепло приветствовали наших бывших участников и болтали о прошлых операциях - и автомобильных авариях.


На данный момент SAS находились в казармах, но не жаловались. Я отвел парня со сломанной рукой в сторону. "Ты отсидел два года, ты знаешь счет, но если я услышу от тебя хоть одно негативное слово в адрес новых парней, я отрежу тебе вторую руку. Ты понял это?"


"Да, капитан".


"Они здесь для того, чтобы их поощряли, а не обескураживали; пусть они сами составляют свое мнение о Полке. Аналогично, если кто-нибудь из новичков ... я хочу знать, что с головой в дерьме и хочу убивать ради удовольствия."


Он кивнул. "Да, сэр".


"Пользуйся столовой, ходи по дорожке, стреляй одной рукой, повидайся с сержантом Крабом, он поможет. И изучай - языки, карты, не сиди без дела, не набивайся в паб и не болтай о нас; за это полагается штраф в 500 фунтов стерлингов и сломанная нога. Наш казначей в Ми-6 посылает людей стоять рядом с нами в барах и заклеивать нас скотчем. Один парень попал за это в РТУ, несколько оштрафованы. Не попадайся."


Я встретил и поприветствовал подражателей внутри. "Слушайте внимательно. Что вы видите и слышите на этой базе ... ты не болтаешь об этом. В отличие от обычного SAS, я бы выбил из тебя все дерьмо, и никто никогда не подаст на меня в суд."


Они выглядели обеспокоенными.


"Ваши карьеры ... они такие, какими ты их делаешь". Я широко развел руками. Усердно тренируйся, сиди в пабе, заведи семью, занимайся по вечерам. Ваш выбор. Я каждое утро рано вставал и бегал, по вечерам занимался - настоящий необщительный мерзавец."


Они смеялись.


"Ты можешь преуспевать или сидеть и терять время. И моя команда - мы начали, потому что у постоянных игроков было дерьмовое отношение. В SAS было много мужчин, которые считали себя великими, они ходили с развязностью, они носили берет, но когда дело доходило до добровольной работы - они этого не делали. Так почему они были там?


"Вы все усердно работали, чтобы набрать форму и пройти отбор, так что же будет дальше? Почивать на лаврах, плыть по течению? Если вы послушаете сержантов, отсидевших срок в Херефорде, они скажут вам, что все это пустая трата времени и вам лучше отправиться куда-нибудь еще. Это потому, что они придурки.


"Если ты будешь усердно работать, усердно учиться, придешь в форму, ты мог бы работать у меня. И девиз моего отряда: мы пришли сражаться, а не читать об этом. Вы все умеете сражаться, или вы можете прочитать о том, как это делаю я.


"Главное, что нужно делать, это прислушиваться к советам отслуживших свой срок сержантов, но не к ерунде. Если кто-то говорит, что тебе лучше в другом месте, скажи ему, чтобы тогда шел в другое место. Спроси его, почему он здесь."


Я широко развел руки. "Я слышал, как старожилы говорили новичкам вроде тебя, что ты зря тратишь свое время. Нет, ты не такой, он был. Он был придурком, он не был в форме, его не отбирали для хорошей работы.


"Если у тебя хорошее отношение, если ты остаешься в форме, то тебя приглашают на хорошую работу. Решать тебе. Большинство обычных солдат SAS никогда ни в кого не стреляли, каждый из моих парней застрелил сотни. Кто здесь профессионалы?


"Что ты делаешь и как далеко заходишь, зависит от тебя, но никогда не забывай: что бы ты ни делал в жизни, всегда найдется какая-нибудь сволочь, которая усложнит тебе жизнь без всякой на то причины. Может быть, его жена уходит от него, может быть, он сыт по горло. Вы встретите отслуживших свой срок сержантов с характером. Хитрость в том, чтобы дать отпор.


"Иди к полковнику, скажи ему, что этот сержант продолжает подбивать тебя уйти. Если сержант что-то скрывает по этому поводу, обыщите его дом за одну ночь и его машину. Если ты не способен сделать это так, чтобы тебя не поймали... ты не заслуживаешь быть здесь. Что бы ты ни делал, не принимай это просто так, не думай об уходе. И если ты действительно застрял, приходи ко мне; я имел дело со многими постоянными клиентами, которых вышвыривал."


У меня была долгая беседа с Бэтменом и Робином, их лицевые шрамы были очевидны, и они были чертовски рады быть живыми и вернуться ко мне. Я назначил их сержантом Крабом и запасами на данный момент, за что они были благодарны.


Вернувшись в кабинет майора, он сказал: "У Боба достаточно парней, чтобы начать программу через две недели".


Я сидел, обдумывая это. "Он увлечен этим".


"Он хочет несколько типов Джеймса Бонда. Если там есть настоящие звезды, он утащит их куда-нибудь в неглубокую могилу год спустя."


Я медленно кивнул. "Если мы их правильно обучим, неглубокой могилы не будет. По крайней мере, хороший шанс избежать этого."


"Он все еще хочет иметь собственную частную армию, выполняющую работу, о которой не узнают ФБР Великобритании, обходя их стороной".


Я снова медленно кивнул. "Это то, ради чего мы здесь; "Психо-машины для убийства" в следующем году".


"А если кто-нибудь из них выстрелит в кого-нибудь сзади на гражданской улице?"


"Я хотел бы надеяться ... мы должны первыми заметить таких людей."


"Они возвращаются куда-нибудь на казарменную службу, смертельно заскучав. Что потом?"


"Вероятно, было бы ежегодное переобучение, может быть, два раза в год".


"Им все равно было бы скучно", - настаивал майор. "Давайте просто надеяться, что "Одинокий волк" не станет синонимом серийного убийцы в британской прессе".


Я уставился за дверь. "Большинство солдат, ставших убийцами, были провалившими SAS, а не отсидевшими срок".


Бэтмен и Робин начали помогать, а также регулярно бегать трусцой, некоторое время на полигоне. Наш парень со сломанной рукой помогал готовить Крабов, которых часто можно было увидеть по вечерам в столовой, а наши новички бегали группой, использовали полигон под присмотром или ездили куда-нибудь на курсы.


В понедельник утром громкий рев предшествовал заходу Ми-8 на посадку, вертолет был выкрашен в ярко-красный и синий цвета с красными, белыми и синими российскими звездами на бортах. Пилот и второй пилот спрыгнули вниз, когда его винты остановились, и они подошли, когда я вышел к ним с Мораном и Свифти.


"Вы, должно быть, Рикки Хартнесс", - сказал я, пожимая ему руку. "Я Уилко". Владелец был немного полноват, лет сорока с небольшим, но седой, его волосы торчали дыбом.


"The ... Уилко?" он спросил, и я подумала, не гей ли он.


"Единственный и неповторимый".


"Рад с вами познакомиться". Он заглянул в ангар. "Это новая база SAS?"


"Нет, мы просто используем это для прыжков с парашютом и полетов, нескольких упражнений", - сказал я ему, не уверенный, что именно сказал ему Боб.


"Что ж, она заправлена, обслужена, готова к полету. О, это Майк, коммерческий пилот, мне не разрешено летать по Великобритании в одиночку за штурвалом, сплошная бюрократическая волокита. Он потратил много времени на мою прекрасную девочку."


Я старался не улыбаться и не ударить его. "Это капитан Моран и Свифти. Я хочу день интенсивных занятий, перерыв на обед."


Рикки энергично кивнул, уводя Морана и Свифти прочь.


Я позвонил Бобу. "Найдите мне двух пилотов 7-й эскадрильи Puma, которые хотят научиться управлять этим Ми-8, пригодятся в будущем, и мы могли бы использовать их в Конго. И те пилоты, которые летали на Cessna в Мали, верните их и, обучаясь на Skyvan, могли бы использовать их в Конго, Моран не настолько уверен в длительных путешествиях, ночных полетах, плохой погоде."


"Оставь это мне. И первое поступление перенесено на эти выходные, воскресенье."


"Мы готовы. Сколько?"


"Шестнадцать, но, думаю, они достаточно быстро бросят учебу".


Отложив телефон, я решил, что шестнадцать проходящих мимо обучают их правильно.


К ангару подъехала машина, такси, член парламента Питер на буксире. Он спрыгнул первым. "Эта леди здесь, чтобы увидеть тебя, она говорит".


Молодая и стройная чернокожая леди вышла из такси с сумками в руках, и я был озадачен ее присутствием здесь.


С сильным акцентом она сказала: "Я ищу капитана Вилко".


"Ты нашел его".


"Меня послал мистер Боб Стейнс, я работаю на него".


"И..."


"Я родился и вырос в Конго".


"Ах. В таком случае, добро пожаловать. И ... похоже, ты останешься надолго."


"Да". Она ждала.


Я столкнулся с депутатом Питером. "Добавьте ее имя в список. Спасибо." Я поднял ее сумку, когда люди уставились на нее. "Сюда". Я привел ее в центр для посетителей, нашего первого официального посетителя, те парни, которые выходили из столовой, внимательно смотрели на нее, проходя мимо нас.


"Как мне тебя называть?" Я спросил ее.


"Сандра. Мое настоящее имя Санли Мгунтоу. Но теперь я констебль Сандра Монтгомери."


"Констебль?"


"Столичная полиция, советник по делам иммигрантов".


Я провел ее внутрь и поднялся по лестнице в комнату, оставив ключ в двери. Я бросил ее сумки на кровать, комната очень похожа на гостиничную. Но в этом отеле постельное белье было не на кровати, а сложено аккуратными квадратами или все еще в пластиковых пакетах.


Она открыла шкаф. "Это очень мило. Я подумал, может быть, комната солдата."


"Ты леди".


"Я не мягкая", - настаивала она.


"Оставь свои вещи, возьми ключ, я принесу тебе чашечку чая".


Она закрыла дверь, вытащила ключ и проверила, что она заперта, последовала за мной вниз и обратно в переносную каюту штаб-квартиры, привлекая еще больше странных взглядов.


В административной зоне майор стоял, озадачивая ее, а также Харриса и О'Лири.


Джентльмены, это констебль Сандра из лондонского Метрополитена. Она родилась и выросла в Конго, поэтому будет давать нам советы."


Она повернула голову ко мне. "Я буду вашим гидом в моей стране".


"Проводник!" - спросил майор. Он повернулся ко мне лицом. "Ты бы взял с собой девушку?"


Она приблизилась к нему на угрожающее расстояние. "Когда мне было десять лет, меня изнасиловали. Когда мужчина уснул, я отрезал ему член бритвой." Майор моргнул. "Когда мне было тринадцать, меня изнасиловали четверо солдат. Когда они спали, накачанные наркотиками, я украл пистолет и перестрелял их всех, отрезал им члены и прибил их к двери.


"Когда мне было пятнадцать, я присоединился к движению сопротивления, а днем позже убил своего первого человека из винтовки. В шестнадцать лет я добрался до Уганды, где я учился и получил стипендию, и я путешествовал через Сахару в Тунис, на лодке в Испанию, затем в Англию по поддельному паспорту и попросил убежища.


"Я сдал экзамены здесь и поступил в полицию в качестве советника иммигрантов, но ваше правительство попросило меня вернуться домой. Я уже дважды возвращался и каждый раз убивал людей."


Майор уставился на него широко раскрытыми глазами.


Я взял ее за плечи и развернул, указывая на дверь. "Она мне нравится", - сказал я майору с ухмылкой.


В другом конце ангара я нашел Краба и Бэтмена в магазинах, их удивление было очевидным. "Сержант, найдите какие-нибудь ботинки и комбезы, которые подойдут этой даме, ремни и патронташ".


Она бросила на меня вопросительный взгляд.


"Она ... присоединяешься к нам? Как та леди из эскадрильи "Б"?"


"Взаймы на некоторое время".


Она была того же размера, что и Краб, так что набор был достаточно легким, и я помогла отнести его обратно в ее комнату. "Если ботинки слишком велики, наденьте два носка".


Она скинула туфли и примерила сапоги. "Да, может быть, два носка. Это на то время, когда мы уйдем?"


"Нет, это для некоторой тренировки для тебя, тогда, может быть, я возьму тебя с собой".


"О".


"У тебя есть спортивный набор?" Я спросил.


"Да, в моей сумке", - прозвучало в ответ с сильным акцентом.


"Поддерживаешь ли ты форму?"


"Я бегал со школой, когда был молодым, я мог бы стать чемпионом. Теперь я иногда бегаю на забавных тренажерах в спортзале."


"Ты можешь бегать по аэродрому, когда тебе удобно, но с этого момента и до того, как мы улетим, мы тебя немного потренируем, и это будет непросто".


"Я хорошо обращаюсь с оружием и являюсь солдатом, ты не беспокойся за меня".


"Мои люди проходят шестьдесят миль в полном снаряжении без передышки", - поддразнила я.


"Тогда, может быть, они понесут меня какое-то время".


"Переодевайся, возвращайся туда, где мы были".


Она посмотрела на меня. "Мистер Боб говорит, что ты видел много сражений, что ты лучший солдат. Ты был в Сьерра-Леоне."


"Мы были, да, и мы убили много вооруженных людей - что мне очень нравится".


Она бросила на меня испуганный взгляд, за которым последовал озадаченный.


Я придвинулся ближе. "В Боснии я столкнулся с солдатами, насилующими и убивающими, и я убил этих солдат и спас женщин".


Она опустила взгляд.


"Мои люди знают, за что они сражаются, так что постарайтесь поладить с ними. Но в основном это дети. Ублажай их." Я закрыл дверь.


Снаружи, когда мимо проходила банда, Риццо спросил: "Кто эта черная леди?"


"Она шпионка, работает на Боба. Вырос в Конго."


"Она идет с нами?"


"Она такая. И небольшое предупреждение; она специализируется на убийстве мужчин, будучи милой с ними, соблазняя их, а затем, когда они спят, она отрезает им члены."


Парни обменялись взглядами, морщась.


Стретч сказал: "Давайте предложим Риццо добровольно переспать с ней", - и банда засмеялась.


Она появилась десять минут спустя, в патронташе и ремнях, приобретая еще более странный вид. Я отвел ее обратно к Крабу, Бонго сидел с ним. "Сержант, достаньте этой даме АКМ, с которым она знакома, стол и стул, которыми можно пользоваться, и проследите за тем, как она раздевается и убирается, а затем немного потренируйтесь".


"Oh, er ... верно."


Бонго лениво прокомментировал, сидя: "В армии должно быть больше женщин, все, кого я встречаю, чертовски крутые. Моя последняя птица могла победить меня в армрестлинге."


"Эта могла бы сломать тебе шею, так что не расстраивай ее", - сказал я ему. Я столкнулся с Сандрой. "В 5 вечера найди меня или сходи в столовую. На тебя будут бросать странные взгляды, просто будь вежливой - или я вышвырну тебя с базы."


"Да, капитан".


В 17 вечера я повел ее в столовую, место оживленное, и принес ей поесть, пока мужчины украдкой поглядывали на нее, недоумевая, зачем она здесь. Мы сидели рядом с Рокко.


Старший сержант, это Сандра, и она будет нашим гидом в Конго. Она такая ... жесткая леди. Организуй для нее кое-какие тренировки, занимай ее, но я хочу, чтобы она ела с ребятами и познакомилась со всеми.


"Отведи ее сегодня вечером на часок в тир для стрельбы из пистолета. Когда будешь на стрельбище, возьми ее, она знакома с АК47. Несколько уроков вождения на джипе." Я столкнулся с Сандрой. "Вы обучались парашютному спорту?"


"Парашют? От... самолет? Нет."


Я столкнулся с Рокко. "Потренируй ее статическую линию, затем свободное падение".


"Я должен прыгнуть с самолета?" - спросила она в ужасе.


"Мы можем спуститься на парашюте. Ты... боишься пробовать что-то новое?"


"Нет, но .... Мне не нравится быть высоко."


"Пришло время преодолеть свой страх", - сказал я ей с ухмылкой.


Она опустила голову, чтобы поесть, выглядя обеспокоенной.


На следующий день армейские инженеры вернулись, но неожиданно, чтобы возвести два сарая - для полковника Роулсона.


Я обменялся взглядом с майором и заставил их работать: металлический каркас быстро подняли, желтую стальную обшивку прикрепили на место, и к концу дня у нас было два больших сарая с запирающимися дверями.


В столовой, в 5 вечера, я сидел с Сандрой и Рокко. "Как прошел твой день?" Я спросил ее.


"Я практиковался с винтовкой, много раз чистил и стрелял много раз из разных мест, а затем бегал и стрелял. И пистолет, с которым я теперь умею обращаться. Я делаю успехи."


"Старший сержант?"


"Она может попасть в цель, становясь все лучше по ходу дела. Полон решимости сделать все правильно. И она называет Томо "петушиная ласка", так что она не может быть плохой."


Те, кто был в пределах слышимости, засмеялись. Анри обменялся с ней фразой по-французски.


"Ты говоришь по-французски?" Я спросил ее.


"Да, у нас были французские учителя-миссионеры".


Я повернул голову к Генри. "Убедитесь, что у этой леди есть то, что ей нужно; любые покупки, проводите ее, пожалуйста". Он кивнул. Я встретился с ней лицом к лицу. "Генри - наш отец, он позаботится о тебе".


"Он не такой уж старый. Сейчас мне двадцать шесть."


"Послушай, Генри, одна молодая леди сказала, что ты не так уж стар, так что все еще надейся на тебя", - сказал я, а те, кто был поблизости, засмеялись. Я повернулся к Сандре. "Ноги в порядке в этих ботинках?"


"Да, но сегодня в них не так много беготни".


Моран присоединился к Свифти. "Как полет?" Я спросил их.


"Эта Ми-8 - свинья", - сказал Моран, быстро соглашаясь. "Множество элементов управления, все перевернуто".


"Сможешь ли ты управлять им, если понадобится?"


"Со временем", - сказали они.


"У тебя может быть две недели или меньше".


Они обменялись взглядами, скривив губы. Когда они сели, они озадачили Сандру.


"Это Сандра", - объяснил я. "Наш гид по Конго".


" Рад с вами познакомиться, " предложил Моран, быстро кивнув.


Позже я заметил Сандру на пробежке с Генри.


Утром я зашел в комнату для совещаний, где в эти дни появилось много новых тел, даже чернолицый Бонго выглядел таким же неряшливым, как всегда, в своем потрепанном, заляпанном маслом сером комбинезоне.


"Хорошо, слушайте. На следующей неделе мы будем заняты. У нас есть потенциальная работа в Конго - спасение заложников, и это будет нелегко, плохое место, чтобы ошибиться, далеко от спасения вертолетом. Как вы, возможно, видели, у некоторых уроки на вертолете Ми-8, у некоторых уроки на "Скайване" - пешком мы заходить не будем.


Кроме того, с понедельника у нас здесь будут проходить переподготовку старожилы эскадрильи "Е", и многие из вас помогут в этом. Имейте в виду, вы можете столкнуться с ними, постарайтесь не сообщать мне о любых проблемах. И не слушайте дерьмовые истории о войне, у вас гораздо больше опыта, чем у них. Рокко, сохрани спокойствие вечером, посети казармы, бей людей, если придется.


"В дополнение к старожилам, у нас здесь около шестнадцати военнослужащих "Одинокого волка" со всех сторон, и снова многие из вас будут участвовать в их обучении. Томо, Смитти, Николсон, вы готовы к этому. Гонзо, я так понимаю, ты вызвался на это добровольно?"


"Похоже, это то, чем я люблю заниматься".


"Хорошо, ты можешь это сделать, но это пока освобождает тебя от любой реальной работы. Но не волнуйся, за год у нас будет много работы. Мои ребята, об этом: вы расскажете о некоторых вещах, которые вы уже знаете или должны уже знать, просто выполняйте движения и делайте хорошо.


"И мои ребята, если кто-то из этих одиноких волков - психопат-убийца, жаждущий крови, дайте мне знать об этом. Нам нужны мужчины с хорошим отношением.


"Хорошо, бойцы эскадрильи "Е" будут в казармах наверху, кандидаты в "Волки-одиночки" внизу. Бэтмен и Робин, Крэб и Даффи, вы будете помогать, и гай со сломанной рукой - вас тоже будут использовать в качестве арбитра."


О'Лири сказал: "В эту канаву сегодня попадет вода ... когда-нибудь. Но она не прямая, с изломом посередине."


"Быть натуралом не имеет значения", - заверила я его. "У тебя есть дополнительный набор?"


Он поднял брови и поднял листок. "У меня есть ... трубки и маски, множество старых гидрокостюмов, различные ласты, карты, футляры для карт, старая тесьма, записные книжки, каноэ, черный зодиак - поврежденные, но отремонтированные, мы получаем сегодняшнее качество ... старые зеркальные фотокамеры FN и запасной АКМ, дополнительные оптические прицелы, кролики, цыплята, свиньи, крысы и козы.


"Скоро должен появиться ... будут маски и перчатки раз по тридцать, бои раз по тридцать - без ботинок, пластиковые камуфляжные накидки, дополнительные пончо, три старых триал-байка напрокат. Другие вещи поступят в ближайшие недели."


"Хорошо, похоже, мы можем начать. Сержант Краб, помощники по складам, мне нужно много чего отдельного, часть в новых сараях, а также загоны и клетки для животных - их тоже нужно покормить. Сходи в садовый центр и купи ограждение." Я столкнулся с майором,


Майор сказал: "Сначала возьми у меня немного наличных или задери цену".


Я указал на человека со сломанной рукой. "Ты только что стал главным специалистом по животным. Огораживай их, корми два раза в день - не ешь их. Хорошо, Интел, ты готов к нескольким лекциям о Конго?"


"У нас есть подробности, карты и геополитика, пара видеороликов".


"Хорошо, организуйте вечерние сеансы. Рокко, Риццо, организуйте ребят. Капитан Моран, "Свифти", вертолет вернулся сегодня на несколько часов, продолжайте в том же духе, затем на "Скайване", но пилоты королевских ВВС уже в пути для обоих."


"Скайван доступен сегодня", - вставил Моран. "Ветер слабый, и должно стать лучше. Должен ли я попросить парашюты?"


"Да, пожалуйста. Рокко, Генри, займитесь обучением Сандры."


Они взглянули на нее, когда она ответила им обеспокоенным взглядом.


"Майор, мистер О'Лири, капитан Харрис, если вы можете помочь, сержанты Крэб и Даффи, Бэтмен и Робин, пожалуйста, останьтесь, остальные займитесь тем, чем вы занимаетесь сегодня".


После того, как они вышли, я начал: "Нам нужно составить планы. Майор, если бы вы могли проследить за всем, если позволит время. Нам нужны списки имен для каждого отдела, диаграммы на стенах с людьми и прогрессом, нам нужно, чтобы в столовой было достаточно еды, в магазине НААФИ больше запасов. Хранит людей, нам нужен список снаряжения, выдаваемого каждому новому человеку, повреждения и замены, проверенный уровень боеприпасов.


Майор, О'Лири, у нас могут быть претензии на бензин и проезд от бойцов эскадрильи "Е", не то что от одиноких волков, но время от времени у них будут средства к существованию, командировочные ордера, чтобы добраться домой в отпуск. Итак, нам нужно быть организованными. Чтобы усложнить задачу, нам также нужно подготовиться к Конго.


"И у всех новых людей будут ближайшие родственники, которых нам нужно знать, и номера телефонов подразделений на случай несчастных случаев".


"Они заполнили формы", - вставил О'Лири. "Должен передать им, когда они доберутся сюда, несколько отсеянных в последнюю минуту. У меня есть список и некоторые детали, но он неполный."


Я хлопнул в ладоши и сел. "Хорошо, давайте составим некоторые планы, делегируем некоторые задачи. Во-первых, нам нужно нанять несколько автобусов и микроавтобусов для "Одиноких волков"."


" ВВС Брайз Нортон нас устроит, " вставил майор. Они поддержат нас в нескольких вопросах логистики. Также воспользовался их бассейном."


Я столкнулся с О'Лири. "Складные автоматы АК47, взятые напрокат, для Конго".


Он сделал пометку. У Боба есть какой-то странный набор для ... высотомеры."


"Да, я ожидал этого, хорошо".


"И странный вещмешок с прикрепленным парашютом", - добавил О'Лири.


Мы все еще работали над этим час спустя, планы были составлены, задачи распределены, а майор был занят, наш капрал-администратор должен был быть занят.


Когда мы заканчивали собрание, RSM подъехал и припарковался. "Тебе было скучно", - поддразнила я. "Тайм-аут в офисе?"


"Рассредоточенные запасы".


Подъехали зеленые трехтонные грузовики. "Два желтых сарая", - сказал я ему и направил грузовики, завсегдатаи которых разгружали ящики и короба и складывали их в сараях. Они также выгрузили каноэ и "зодиаки" и странный набор старого запыленного снаряжения из старого лодочного домика в Херефорде, озадачив жужжащую вокруг Ми-8, - и неудачно приземлились, "Скайван", как видели, забирал парней.


Я ездил по округе и наблюдал, как Сандра научилась выгибать спину, сводить ноги и сгибать колени, а затем перекатываться.


Когда "Скайван" опустился, Пит встал рядом со мной, я спросил его: "Есть какие-нибудь тандемные парашюты?"


"В-четвертых, никакие инструкторы мне не запрещают, и я летаю на нем".


"Рокко", - позвал я. "Тандемная установка", отведи Сандру наверх. Попробуй это первым."


Пит помогал Рокко, Сандра ломала голову над странным устройством, Анри, Жаку и Трэвису с приспособлениями для свободного падения, и они отправились, RSM подъехал на своей машине.


"Здесь много теплых тел", - отметил он.


"Приходи на следующей неделе, еще двадцать пять".


"Эта новая штука с одиноким волком?"


"Да, и несколько старых парней из эскадрильи "Е"".


"Полковник ... в эти дни кажется лучше", - RSM деликатно всплывал, когда "Скайван" взлетал.


"Сейчас у нас все хорошо", - ответил я. "Как дела на новой базе?"


"Старая база сейчас - город-призрак, мне немного грустно, я был там долгое время. Но новая база современная, с некоторыми высокотехнологичными установками для интелов и Signals, синим ковром и белой плиткой на потолке - по сравнению со старой базой это похоже на лондонский офис."


"Ты остаешься до конца?" Я дразнил.


"Подал заявку на комиссионные".


"Вау, предатель по отношению к бедным скромным парням".


"Смотрите, кто говорит, капитан".


Несколько минут спустя "Скайван" приблизился, появились точки, и мы наблюдали, как точки росли, четыре парашюта вовремя раскрылись, и все они направились прямо к нам, Рокко приземлился достаточно удачно, но в итоге оказался в куче с Сандрой, когда мы схватили его парашют. Отстегнувшись, она встала, снимая шлем и защитные очки.


"Как это было?" Я спросил.


"Сначала я был очень напуган, и ветер был ужасный, но теперь мне нравится, когда я приземляюсь в безопасности".


"Хорошо. Рокко, отведи ее обратно наверх, трое разных парней."


"Что ... сейчас?" Спросила Сандра. "Я хочу в туалет".


"Кусты вон там, поторопись", - сказал я ей.


"Никто не смотрит", - сказала ей Мури с дерзкой ухмылкой, когда Сандра уставилась на нее.


Она проклинала что-то на иностранном языке, когда бежала к кустам, парни собирали парашюты, приземление "Скайвана", вертолет Ми-8, по-видимому, был сбит пьяным.


"Кто пилотирует этот Ми-8?" - недоумевал RSM.


"У капитана Морана уроки. Непростая птица в освоении, судя по всему, все инструкции на русском." Я повернулся, чтобы посмотреть ему прямо в лицо. "Послушай, мне бы не помешал хороший человек, который помогал бы с программой "Одинокий волк", время от времени посещая некоторые территории".


"Конечно, у меня есть немного времени, я подключу нескольких парней".


"Подумай, в какие дни сможешь, позвони мне. И я хочу, чтобы вы поговорили с ними об Омане, войне в Персидском заливе и отношении SAS ..."


Когда мой телефон отключился, это был Боб. "Привет, Боб, как Лондон?"


"Сероватый, как обычно".


"Мы только что выбросили Сандру из самолета".


"Ты сделал? Почему, ради бога?"


"Мы можем отправиться в мой парашют".


Я бы послал вперед на разведку. Пожалуйста, не причиняй ей вреда."


"Она тренируется с оружием, поддерживает форму, а теперь прыгает с парашютом. Так что она нас нисколько не задержит."


"О, точно. Ну, я звонил насчет Саши."


"Ему лучше?"


"Все лучше, ты становишься в форме и готов работать на нас".


"Для нас или с нами?" Он мог бы вернуть деньги с Томском."


"Ему не очень нравится Томск, у него тоже был опыт, близкий к смерти, и он согласился на сделку с нами; право жить здесь, зарплата. Он уже предоставил ценную информацию о нескольких людях."


"Что у тебя на уме относительно него?"


"Пока в Конго".


"Конго? Ну, да, подходи идеально. Он и я, мы могли бы притвориться русскими торговцами оружием."


"Вы могли бы сыграть Петрова, и есть русский, которым мы интересуемся, и он в том же городе, что и Роуч. Возможно, они даже знают друг друга."


"Двух зайцев одним выстрелом. Пришлите ко мне Сашу, ему нужно немного потренироваться, если он приедет."


"Тебе придется объяснить его поведение".


"Хорошо, не волнуйся. У тебя есть для него поддельные документы?"


"У него совершенно новая личность и предыстория, и он запомнил ее".


"Его ведь не зовут Джон Смит, не так ли?" Я дразнил.


"Саша Любовь, сын русского перебежчика в 1960-х годах".


"Теперь достань ему другое удостоверение личности, для Конго, сделай из него плохого парня с судимостью".


"Он мог ... используй его оригинал. Как ты думаешь, Томский разозлился бы, если бы узнал?"


"Не уверен, но я сомневаюсь в этом. Давайте я придумаю историю и позвоню в Томск."


Пока RSM болтал с парнями вокруг меня, я отошел в сторону и позвонил в Томск, позвав Большого Сашу.


"Привет, большая шишка".


"Петров. И я не такой уж большой болван, да."


Я рассмеялся. "Карлик где-то поблизости?" Я ждал.


"Я не гребаный карлик!" - прозвучало минутой позже.


"Ты для меня. Послушай, ╧ 2, он не мертв, он в тюрьме в Боготе."


"Живой, да. Пробыл там какое-то время и попался?"


"Он был тяжело ранен, каким-то образом коммунисты добрались до него, а затем потеряли. Мой английский контакт попытается вытащить его."


"И что с ним делать?"


"Вероятно, допросите его подольше и попытайтесь обратить его."


"Я мог бы попросить его вернуть, нет, у нас хорошие отношения с вашим человеком".


Я поговорю с номером 2 по телефону, когда он будет за пределами Колумбии, если сделка состоится, посмотрим, что он скажет. Насколько нам известно, он потерял руку и ногу."


"Ах, да. Ну, если бы он выжил в катастрофе, ему было бы плохо. Как ты выздоравливаешь в эти дни?"


"Я могу нормально ходить, но у меня мигрень, спина - это проблема. Проблема с потливостью в постели, всю ночь то жарко, то холодно, и я не очень хорошо сру в эти дни."


"Ты ходячий мертвец, мой друг".


"Как продвигается твоя империя?"


"Мы напали на коммунистов сразу за границей, справились хорошо, скоро никого не осталось, и мы напали на банду в Панама-Сити, трупов не осталось, полиция забрала их наркотики, я забрал их наличные".


"А твоя талия?" Я дразнил.


"Лучше, у меня новая девушка, она поддерживает меня в форме, и я теперь много плаваю".


"Я ревную".


"Ты будешь... работаете ли вы на британцев?"


"Скоро подойдет, иначе они не будут счастливы".


"Семья в порядке?"


"С дочерью все в порядке, я думаю, ее мать предпочла бы, чтобы я ушел".


"Всегда так, мой друг, всегда - но ей хотелось бы, чтобы деньги продолжали поступать".


Я рассмеялся. "Когда я умру, она получит миллионы, но она еще не знает об этом - она может прикончить меня. Я дам вам знать о ╧ 2."


Сандра совершила свой второй прыжок без происшествий, Рокко дразнили за положение его паха, и к концу дня она выполнила три прыжка в тандеме.


"Я могу сделать это сейчас", - настаивала она. "Я не так уж и боюсь". Но потом пошла прилечь в своей комнате и заснула.


В пятницу вечером, в 17:00, в местном пабе было оживленно, в нем была большая часть меня.


Бонго предложил мне немного чипсов, когда мы сидели группой. "Лучше, чем Бриз", - лениво прокомментировал он. "Здесь некому меня насрать".


"Я мог бы, если это заставит тебя затосковать по дому", - сказал я сквозь фоновый шум.


Он бросил на меня взгляд. "Значит, эта черная птица - своего рода шпион, да".


"Она проводник, но если она идет с нами, она тренируется".


Свифти начал: "Я думаю, мы разобрались с Ми-8, но это как тот грузовик Мерседес: привыкаешь ко всему странным образом. Я мог бы взлететь и приземлиться, если бы от этого зависели наши жизни."


"Скайван?" Я спросил Морана, когда он брался за карри в пабе.


"Я мог бы это сделать, но мне хотелось бы больше практиковаться, немного полетать ночью в плохую погоду".


Сандра вошла с Генри, заказали напитки, лица на мгновение повернулись.


"Она делает успехи?" Спросил Свифти, потягивая свой напиток.


"Выполнил три тандемных падения в свободном падении и до сих пор не раскололся. Она в хорошей форме, хорошо обращается с оружием, и ей не нравится Томо."


Сидящие за столом рассмеялись.


Свифти сказал: "Теннер говорит, что старожилы начнут драться на следующей неделе".


"Они будут слишком уставшими", - ответил я. "Они будут сидеть, лопая волдыри, и рано лягут спать".


Моран спросил: "Мы не берем Николсона с собой в Конго?"


"Нет, он на курсе с Томо и Смитти, и этот курс - то, что Боб изначально хотел для Смитти".


"Конго - большое старое место", - предупредил Моран.


"Отсюда и тренировки в Скайване, мы бы то и дело сталкивались с чем-то подобным", - сказал я.


"Этот Скайван возьмет не больше двенадцати с полным снаряжением", - предупредил Моран, и я кивнул. "Хотя у него дальность полета почти 700 миль - если медленно. В книге написано максимум 19 человек, но мы уже несколько раз превышали это количество, и полный комплект."


"Для быстрого перехода сюда, перегрузка - это нормально", - предложил я, перекрывая фоновый гул и дерьмовую музыку.


Сандра и Генри сидели с Рокко и Риццо, которые освободили для нее место, а я не спускал с нее глаз. Наши четверо обычных новичков вернулись с какого-то курса и держались вместе, но как группа они общались со Стретчем и Слайдером.


Я загнал домовладельца в угол. "Надеюсь, ты не производишь слишком много шума".


"Нет, тебе там хорошо, а у меня хорошая сделка. Местные жители знают, что теперь можно зайти в другой бар."


Я видел, как Томо и Смитти болтали с молодой барменшей, и я забеспокоился - в конечном итоге нас забанят отсюда. Махони тоже их заметил, обменявшись со мной взглядом, когда он стоял с Дикки и Солеными.


Час спустя вошел член парламента Питер, в форме и с пистолетом на бедре. Он искал меня, кто-то стоял за ним, затем вышла Саша. Я подошел, поднял руки вверх, крепко обнял и повел его внутрь. Лица повернулись ко мне.


"Все, это Саша, русская армия, разыскиваемый русский боевик и отличный друг. Он будет с нами в Конго."


Я поблагодарил члена парламента Питера, который был на страже снаружи, и купил Саше большую порцию водки. Он сидел с нами, и я попытался представить людей.


"Русский?" Свифти спросил меня. "Разве нет ... ты знаешь... рисковать безопасностью и все?"


"Он перебежчик, не волнуйся. И я обучал его, он очень хороший солдат."


"Ты обучил его ... когда?" Моран озадачен.


"Не позволено говорить, даже вам, многим".


Они обменялись взглядами и начали расспрашивать Сашу о его жизни и военной подготовке.


Когда время подошло к концу, все в основном пьяные - веки опустились, банда направилась к машинам, но когда я вышел, то обнаружил, что меня ждет полицейская машина. Казалось, что это было здесь для того, чтобы ловить пьяных водителей, в чем мы все были очень виноваты. Я подошел к нему и грубо постучал в окно, все еще в форме - как и большинство.


"Ты здесь из-за пьяных водителей?" - Спросил я, наклонившись.


"Выпивали, сэр?"


"Да, и мы все собираемся пойти по этому пути, ты ничего не сможешь сделать".


Два больших копа вышли, надев шляпы. "Мы ничего не можем сделать, сэр?"


"Видишь вон то дерево, это начало свойства MOD, и ты хорошо знаешь, что ты не можешь перейти к свойству MOD".


Они уставились на вывеску. "Мы все еще можем запретить пьяным садиться в свои машины, сэр, это все еще преступление, даже если это всего двенадцать дюймов дороги общего пользования".


Я покачал головой. "Две вещи. Во-первых, меня зовут капитан Уилко, SAS. Второе - " Я расстегнул свой jacked, чтобы показать кобуру. "- все эти люди вооружены. Ты можешь уйти, или я сделаю телефонный звонок и положу конец твоей карьере."


Раздраженные, они вернулись в свою машину и сидели там, тушуясь, пока мы проезжали очень короткое расстояние до базы. У ворот Томо удалось подрезать Трэвиса, и нужно было оплатить счет.


Проезжая через ворота, очень пьяный Трэвис поехал прямо по траве, через взлетно-посадочную полосу по прямой к своему домику, разбив при остановке светофор. Позже полицейские нашли Томо спящим в его машине, сержанта Крэба нашли бродящим вокруг и не помнящим, где находится его комната.


Утром член парламента Питер накричал на меня, потому что вождение в нетрезвом виде на территории МО все еще считалось преступлением. Я пожал плечами и сказал ему просто игнорировать это - пожалуйста. У Саши была маленькая спальня в моем доме, постельных принадлежностей для него пока не было - только спальный мешок, и я ознакомил его с удобствами базы, убедившись, что полицейские знают, кто он такой. Потребовалось некоторое объяснение.


Посмотрев на часы в 17:00, я позвонил в Томск, пытаясь правильно рассчитать разницу во времени. "Эй, Большой Саша, Его Величество здесь?"


"Подожди".


Минуту спустя раздалось: "Его Величество? Ты думаешь, я сейчас показной?"


"Сколько ты заплатил за ту дурацкую картину на стене?"


После паузы последовало: "Это инвестиция".


"Был бы, если бы это было хоть сколько-нибудь хорошо. Послушайте, номер 2 в руках британцев, направляющихся сюда, в Англию."


"Он что, попался?"


"Не очень-то подходит для службы в армии, но теперь он ходит".


"И ... ты говорил с ним?"


"Да, и на какое-то время ему надоела Центральная Америка. Коммунисты были не очень добры к нему, как и тамошняя полиция и тюрьмы."


"Британцы спросят его обо мне?"


"Нет, в данный момент они любят тебя. Кроме того, что он знает?"


"Ну, ничего важного. Он был со мной незадолго до того, как появился ты."


"Вы знаете кого-то по имени Юрий Стемпоф?"


"Да, и я хотел бы заполучить его в свои руки".


"Возможно, представится шанс, он нужен британцам, поэтому я могу пойти за ним. Он в Конго."


"Конго, да, он торгует оружием".


Итак... тогда вы дадите мне несколько долларов, чтобы я убил его?"


"Ты только что сказал, что британцы хотят, чтобы ты выполнил эту работу!"


"Может быть, вы неправильно расслышали", - сказал я, смеясь.


"Ты окажешь мне услугу".


"Я дам тебе знать, если поймаю его".


В те выходные я доработал детали курса для программы "Одинокий волк" и заключительное упражнение, проверяя карты Брекон-Биконс, Свифти помогал, потому что он был бы вовлечен.


"Ты думаешь... Генри и Сандра?" - он представился, когда мы остановились выпить чашечку чая.


Я скорчил гримасу. "Не знаю, и я надеюсь, что нет, потому что, если кто-то пострадает в Конго, это проблема".


"Она довольно милая, с хорошей фигурой, и видеть, как она стреляет из винтовки ..."


Мы смеялись. "Только тебя могла возбудить девушка в боевых действиях".


" Этот русский... " подтолкнул Свифти.


"Мы с ним работали вместе, я могу доверить ему свою жизнь, и он чертовски горяч. У парней не будет с ним проблем, когда они увидят, на что он способен."


Субботним вечером я отправился на прогулку только с Сашей, и у нас была долгая беседа о старых временах - и будущем. Он не горел желанием возвращаться в Томск, ему нравилось работать со мной, и теперь он стремился вернуться к каким-нибудь тренировкам.


"Мне нравится английская сельская местность", - сказал он мне. "Маленькие деревни, эти старые церкви и замки".


"И рискуешь своей жизнью ради меня?"


Он скорчил гримасу. "Как и раньше. Теперь, здесь, я Джеймс Бонд, нет."


"Нет, ты враг Джеймса Бонда, смертоносного русского убийцы".


Мы смеялись.


Он сказал: "Если я выживу, и у меня здесь будет дом, машина, может быть, женщина, тогда это не так уж плохо. Жара в Панаме была невыносимой."


Я кивнул. "Они пошлют тебя на работу, опасную работу".


Он скорчил гримасу. "Я спрошу вас о них, если подумаю, что это путешествие в один конец, но мне также нравится волнение. Ваши люди, они напоминают мне людей, которых мы обучали, тот же взгляд, то же отношение."


Тот же набор, как вы узнаете в понедельник. Завтра, в воскресенье, к нам прибывают люди, старики из группы под названием эскадрилья "Е", приписанные к Разведке. В основном у них плохое отношение, понаблюдайте за ними. У нас также есть набор новых лиц с курсов снайперов, которые я разработал, они будут в казармах."


Саша кивнула. "Мне нравится идея вернуться к обучению мужчин или, по крайней мере, к работе в команде".


"Тебе придется очень постараться, чтобы не упоминать Петрова или Панаму, они бы тебя пристрелили".


Он кивнул. "Мне нравятся эти истории с обложек, которые я выучил".


В воскресенье днем начали появляться бойцы эскадрильи "Е" - некоторые седовласые, имена проверены у ворот, кровати приняты в казармах, вещевые мешки расставлены. Появился Малкольм из Боготы, вскоре его приятель, и мы поболтали об охране посла - и о вождении розовых автомобилей Skoda.


С тремя другими я встречался мельком, остальные были мне неизвестны, к ним проявляли разную степень уважения, и с нами было одиннадцать человек, один пропал без вести.


Одинокие волки начали прибывать с 6 вечера, сержант Краб отмечал список и показывал им, где что находится.


Когда все бойцы эскадрильи "Е" были в сборе, я сказал: "Не ходите в паб, у вас пробежка в 6 утра".


"в 6 утра?" - спросили несколько недовольных лиц.


"Вам не обязательно быть здесь", - сказал я им. И я ждал. "Ты можешь уйти в любое время, когда захочешь". Они затыкаются. "Отдыхайте, когда сможете, ваши бедные старые тела будут болеть каждый день. Итак, внизу несколько новых лиц для прохождения снайперских курсов. Поговори с ними, если хочешь, но если я услышу одно негативное слово, то говорящий это негативное слово получит приятное длительное пребывание в больнице. Есть ли кто-нибудь, кто хотел бы посмотреть, что произойдет... когда ты выводишь меня из себя?"


Они хранили молчание.


"Хорошо. Вы все выбрали это, так что вы в моих хороших книгах, и если вы преуспеете, вас возьмут на работу. Тебе не нужно быть в такой же форме, как раньше, я больше всего на свете ищу хорошего отношения. Остальное зависит от вас. И четыре новичка полка пользуются этой комнатой, когда они поблизости, тот же уговор - никаких негативных слов."


"Это будет новая база полка?" - спросил один.


"Нет, это Эхо, мои люди, но у нас здесь есть склады для полка, нескольких их раненых парней, нескольких подражателей. Новая база - это несколько желтых офисов со стальными крышами, современных офисов с кондиционерами и компьютерами."


"Я слышала", - сказала Малли.


"Немного уменьшил размер, потому что большинство парней из полка большую часть времени в отъезде".


Мужчина спросил: "Мы можем тренироваться здесь?"


"Ты можешь, это твоя официальная база. Все сводится к отношению."


"А жилье? Бэтмен и Робин здесь", - спросил мужчина с густыми усами.


"Тебе пришлось бы поболтать с О'Лири и Бобом, а затем мы бы оценили твое отношение, твой взгляд на безопасность и твою любовь напиваться и трепаться в пабе".


"Но это может быть возможно?" - настаивал он.


"Да, и там есть место. Произведи на меня впечатление, и мы посмотрим."


"Для чего снаружи металлические прутья?"


"Подтягивания и отжимания", - объяснил я. "Ну, для тех мужчин, которые достаточно молоды, чтобы все еще совершать их".


Я подождал, пока все волки-подражатели соберутся, и побрел в переполненную нижнюю комнату казармы, где все парни были в гражданской одежде.


" Тен-шун! " позвал сержант Краб.


Они вытянулись по стойке смирно и повернулись ко мне, уронив сумки.


Я разглядывал их пытливые молодые лица, некоторые совсем юные и казались нервными, другие выглядели как Рокко - и при этом были уверены в себе. Там были круглые лица, заостренные, сильные лица с короткими волосами, правильная старая смесь.


Вольно, мужчины. Меня зовут капитан Милтон, они зовут меня Уилко, " громко заявил я. Добро пожаловать в GL4. Это наш почтовый индекс ... потому что мы слишком ленивы, чтобы дать этому месту приличное название."


Я шагнул вперед. Устраивайтесь, отдыхайте, столовая для вас открыта допоздна, до 10 вечера, и там есть магазин НААФИ. в 6 утра, в снаряжении, зеленых легких брюках, рубашке и куртке, поношенных ботинках, зеленой кепке на голове, без беретов." Я остановился. "Есть сержанты?"


Несколько поднятых рук. "Суонн и Леггит, сэр, Школа снайперов", - сказали двое, стоявшие ближе всех.


Добро пожаловать. Николсон находится через дорогу, в "белых домиках"." Я столкнулся с основной группой. "Те, кто являются сержантами, не носят звания, если это не вшито, вы все здесь кандидаты, вы не отдаете приказы другим, но мы можем назначить людей руководителями групп.


"Теперь слушайте внимательно. Наверху живут несколько старожилов, и вы встретите постоянных сотрудников SAS, отслуживших здесь срок, как сержант Краб. Если вы сядете и поболтаете с ними, вы можете обнаружить, что у них есть отношение - не сержант Краб здесь. Некоторые старожилы скажут вам, что все это чушь собачья и что вам лучше уйти, став художником-оформителем.


"Такие люди никогда не прилагали усилий, они никогда ничего не достигали, они впустую тратили свое время. Я рано вставал и бегал, я учился, и я получил от армии то, что вложил. Это довольно просто: вы прилагаете усилия, вас замечают, вы получаете хорошую работу, и если вам действительно не везет ... ты работаешь на кого-то вроде меня.


"Если кто-то говорит тебе - тебе лучше в другом месте, тогда твой ответ должен быть: почему бы тебе тогда не съебать куда-нибудь. У них был шанс, но они его упустили. Это твой шанс. Итак, кто эти парни, которые отсидели срок в Оранжерее?"


Трое неохотно подняли руки, на них уставились остальные.


"Я тоже отсидел, и мне все равно, что ты делал в прошлом. Важно то, что ты делаешь сейчас. Кто такие гражданские?"


Четверо поднятых рук, крепкие пожилые мужчины лет тридцати, и они выглядели как материал для шпионажа.


"Если вам нужен комплект, попросите его, и если вы не в курсе некоторых видов оружия, попросите дополнительную подготовку. Я полагаю, что вы все достаточно здоровы, чтобы начать это."


Я столкнулся с основной группой. Сегодня вечером сержант Крэб проведет для вас инструктаж. Для некоторых тренировок вас могут разделить на группы, и если вы ранены или у вас появился волдырь - не волнуйтесь, это не беспощадно, просто говорит нам, возьмите выходной. Если у вас есть волдырь, носите кроссовки день или два, и вы можете заниматься в классе. Если вы не выполнили какой-то раздел, вы можете повторить это или попросить повторить. Хорошо, кто обучен пара?"


Десять поднятых рук.


"Вы все пройдете парашютную подготовку с нами прямо здесь, включая свободное падение. Но это не будет официальным паракрылом на вашей форме, для этого вам нужно пройти официальный курс в Brize Norton.


"Итак, плавание является элементом этого курса. Не обычное плавание, кроль спереди, а плавание в полном снаряжении, толкающее поплавок. Если ты не великий пловец... это не имеет большого значения, не нужно делать бабочку. Если вам нужна дополнительная тренировка, вы ее получите, просто дайте нам знать, если вы не очень любите плавать.


"Завтра ты познакомишься с четырьмя моими парнями, которые также проходят курс. Они уже хорошие парни, они убили много людей, но они проходят этот курс, чтобы усовершенствовать свои навыки и специализироваться. Один даже попросил об этом, о чем он может пожалеть, когда поймет, насколько это тяжело.


"С нашими ребятами - вы можете задавать им вопросы или просить о помощи или дополнительном обучении, не стесняйтесь. Если вы чего-то не знаете, не скрывайте этот факт. Эта первая неделя или две - базовое обучение, немного скучное, некоторым из вас нужно изучить основы. Мы также будем следить за отношением, физической подготовкой и уровнями мастерства.


"Что важно, джентльмены, так это такое отношение, и если вы меня разозлите, это будет не обвинение или штраф, это будет сломанный нос, а затем ваша задница выставлена за дверь. Я не такой, как другие офицеры, и никто никогда не привлечет меня к ответственности, если я вас арестую." Я столкнулся с сержантом Крабом. "Сержант, я когда-нибудь несправедливо бил человека?"


"Не последние три, которые я видел, нет, сэр. Но в Мали мы помешали тебе выстрелить парню в ногу."


Я скорчил гримасу. "Если бы я прострелил ему ногу... тогда я уверен, что впоследствии извинился бы."


"Извинился?" Задан вопрос Крабу. "Да, я уверен, что это уладило бы с ним все".


"В любом случае, они остановили меня, никто не пострадал. Итак, располагайтесь, отбой в 11 утра, ни от кого ни звука, полицейские патрулируют снаружи - не бродите. Если у вас возникнут вопросы, сержант Краб поможет. И когда у вас будет время отдохнуть, сделайте это, вы можете обнаружить, что на следующий день вам не удастся выспаться.


"Отдыхай, когда сможешь, хорошо поешь после тренировки. У тебя есть несколько выходных, используй их для отдыха, а не для того, чтобы сильно пить. Утром просто глоток воды и шоколадный батончик, вечером много белка. И ... удачи вам всем."


"Для чего эти металлические решетки у входа?" Краб спросил меня.


"Ах, ты напомнил мне. Все, снаружи есть брусья для подтягиваний и отжиманий, так что, когда у вас выдастся свободная минутка, сделайте что-нибудь, а внутри ангара есть или скоро будут веревки для подъема. Когда у тебя будет свободное время, полезай по канату. Не используйте их по утрам перед пробежкой, вы закоченеете."


Вернувшись домой, я позвонил в Томск. "Наполеон дома?" Я спросил, Большой Саша смеялся.


"Наполеон?" Задан вопрос Томску.


"Великий военачальник".


"Он был очень маленького роста!"


Я рассмеялся. "Номер 2 здесь, несколько дополнительных шрамов, довольно много, но он был очень рад видеть меня, теперь в безопасном доме. Со временем он поправится, еще несколько операций."


"Что вы за пара, да, пара зомби".


"Я дам тебе знать о Конго, если меня пошлют".


"Делает ╧ 2 ... так ли это... у тебя есть грубые слова для меня?"


"Нет, он знает, что ты ничего не мог сделать, чтобы вернуть его или меня. И ты помог мне, он это знает."


"Приятно это знать. Он мог бы поболтать со здешними мужчинами ... да?"


"Да, я тоже. Не волнуйся."


Я позвонил Бобу. Томский думает, что ты вытащил Сашу из колумбийской тюрьмы, что он разорен, но в порядке, и он знает, что Саша со мной, и его это устраивает. Томск знает нашу русскую цель в Конго и все равно хочет его смерти."


"Ты зря служишь в армии, ты это знаешь".


Выбросьте эту идею из головы. Я всего лишь скромный солдат."


В 6 утра, день был уже довольно ясный, дул прохладный ветерок, я посмотрел на часы, когда подошел к мужчинам, выстроившимся снаружи казарм, две группы в два ряда смотрели друг на друга, Даффи был на дежурстве и организовывал их.


Бойцы эскадрильи "Е" демонстрировали разнообразную униформу, Волки выглядели более единообразно, все мужчины были с ремнями безопасности. В конце я заметил Смитти, Томо, Николсона и Гонзо, которые ухмылялись.


Если бы Краб выполнил свою работу, то у всех этих людей было бы по две полные бутылки воды, пайки в жестяных банках, свинцовые гирьки в подсумках, где могли бы быть патроны.


Сначала я обратился к бойцам эскадрильи "Е". Мэлли, пока ты за главного. Я хочу бегать-ходить-пробегать, в твоем лучшем темпе, шесть кругов, всегда по часовой стрелке, избегая остальных. Я буду наблюдать. Вперед!"


Мэлли уводила их прочь, эхо шагов отдавалось.


" Тен-шун, " позвал Даффи и отдал честь.


Я ответил на приветствие. "Спасибо, сержант". Оказавшись лицом к лицу с волками, я сказал: "Вольно".


Они встали в непринужденную позу, сцепив руки за спинами.


"Хорошо, некоторые из вас знакомы с QMAR, способом, которым я тренируюсь. Если нет, мы рассмотрим это сейчас."


И в течение двадцати минут я читал им лекцию о своих первых тренировках и беге и о том, как поддерживать оптимальную физическую форму.


Джентльмены, давайте внесем ясность; я жив, потому что я в форме, я выжил в Боснии, потому что я был в форме. Если ты в тылу и ранен - замерз, промок и устал, твоя физическая форма помогает тебе выжить. Набирайся сил не ради меня или армии, набирайся сил, потому что когда-нибудь тебе это может понадобиться, чтобы выбраться из какой-нибудь адской дыры.


"Если ты преуспеешь здесь, тебя могут позвать обратно, чтобы выполнить где-нибудь работу, настоящую работу, без выстрелов. Если ты получишь незначительную рану, то ты залатываешь себя и возвращаешься на наши позиции. Мы не хотим, чтобы ты был пригоден для дерьма или наказания, мы хотим, чтобы ты был пригоден для того, чтобы выполнять свою работу и дольше оставаться в живых."


Я продемонстрировал выпады ногами, бег боком, а затем мы отправились, бойцы эскадрильи "Е" через летное поле, трава аэродрома покрыта росой, воздух немного прохладный, на взлетно-посадочной полосе собирается стая скворцов.


Мы обогнали старожилов на скорости, почти держась аккуратной группы, и проехали устойчивые четыре круга, никто пока не выбыл и не жаловался. Четвертый круг состоял из выпадов ногами и бега боком, пятый круг - спринты и отдых.


Закончив, их повели в ангар, сержант Краб стоял, ухмыляясь, каждому человеку дали четырехфутовый кусок дерева, который весил столько же, сколько GPMG. Но, по крайней мере, дерево было достаточно гладким, без заноз, чтобы пострадать.


" Спасибо, сержант, " саркастически поблагодарил его Томо. "Он заряжен?"


Я взял один сам и быстрым шагом повел команду прочь, бойцы эскадрильи "Е" направлялись обратно, чтобы принять душ, а затем позавтракать.


На втором круге я продемонстрировал движение, команду, которую нужно скопировать. Когда я поднял дрова, они должны были поднять дрова. Подними мою голову, толкай вверх и вниз, и примерно каждые двадцать шагов я поднимал ее, иногда отступая назад и наблюдая за парнями. Несколько лиц выглядели огорченными, но они не выглядели так, как будто собирались уйти.


В 10 утра мы все еще занимались этим, в 11 утра люди начали расслабляться - гражданские выглядели огорченными, и я повел их в ангар, майор ждал. Вуд вернул деньги, выпили, они сели в комнате для брифингов, майор прочитал лекцию о JIC, британских силах специального назначения, и о том, как все это работает и интегрировано. По крайней мере, о том, как это должно было работать в идеальном мире, не считая конкурирующих юнитов.


Я направился позавтракать, затем на полигон, где обнаружил Сашу с отрядом Рокко, бегающего и стреляющего, теперь уже против Слайдера.


"Как у него дела?" Я спросил Рокко.


"Как будто ты его обучал", - съязвил Роко. "Он знает наш стиль, слова и обороты".


"Сможет ли он не отставать?"


"Да, хороший оператор".


"Он попал в аварию на вертолете, был ранен, все еще восстанавливается. Имейте это в виду."


Саша присоединился ко мне, когда подсчитывались баллы, с широкой улыбкой на лице. "Я вернулся в ритм, нет?"


Я улыбнулся. "Надеюсь на это. Тело в порядке?"


Он скорчил гримасу, хватая немного воды. "Некоторые вещи причиняют боль".


"Для меня тоже, мой друг, для меня тоже".


Сняв пончо, он снял свое оружие и почистил его рядом с парнями, произведя на них впечатление. Я оставил его наедине с этим.


На дистанции 25 ярдов я нашел Сандру с Анри и Жаком, которые стреляли изо всех сил. "Как у нее дела?" Я спросил Генри, когда они замолчали.


"Она полна решимости, и становится все лучше и лучше, да".


Сандра крикнула: "После у меня руки, как у фермера". Она показала мне свои ладони.


Пока майор все еще разговаривал, я проверил документы, выпил кофе с О'Лири, когда мы обсуждали старожилов, людей, которые сейчас наверху, на стрельбище.


Полчаса спустя я поднялся наверх и обнаружил много смеха среди стрельбы, белую доску с именами и оценками, за которой наблюдал сержант Краб.


Малли проверил свою цель и выругался, возвращаясь на огневую точку.


"Как у них дела, сержант?" Я спросил Краба.


"Некоторые все еще чертовски сексуальны, некоторые из этих старых придурков немного теряют самообладание".


"Дави на них изо всех сил", - подбодрил я его и наблюдал, как Малли стрелял, перемещался и стрелял, пока над ним насмехались, в спешке менял магазины и стрелял снова, его результаты улучшились, оскорбления вернулись, табло обновилось.


Я решил поболтать с некоторыми мужчинами, желая проникнуть в их головы, чтобы увидеть, как у них идут дела и каково их отношение.


Когда основная часть была закончена, волки проголодались, RSM подъехал как раз вовремя. Ребятам приготовили чай, они снова сели, и старший сержант рассказал о своем опыте в Омане, Фолклендской войне и Персидском заливе, на что ушло больше часа.


Майор отвел меня в сторону. "С нами русский солдат?"


"Русский солдат, затем наемный убийца русского гангстера, сэр", - указал я.


"Здесь, на базе? Ты с ума сошел?"


"Я хорошо его знаю ..."


"Ты хорошо его знаешь?" Из того, что ты делаешь для Боба и ЦРУ по выходным? Другие люди отправляются на рыбалку в свой выходной!"


Я улыбнулся. "Он перешел на нашу сторону после того, как я спас ему жизнь, теперь у него британский паспорт. Я обучал его, сражался с ним, я могу доверить ему свою жизнь."


"У тебя какие-то чертовски странные развлечения на выходных!"


Я кивнул. "Да, я знаю. Поверьте мне, сэр, с ним все в порядке, все проверено Бобом."


"Сначала девушка, теперь русский наемный убийца!"


"Ну, по крайней мере, это никогда не бывает скучно, сэр".


Когда RSM закончила, Волков отвели к их деревяшкам, теперь Свифти повел их по кругу, четыре круга, и в конце они выстроились перед ангаром, многие выглядели измотанными, большинство потными и напряженными, мои ребята справились.


"Без сомнения, проголодался", - сказал я. "Крутое дерьмо". Я разделил их на две группы. Одного отправили наверх после того, как спустились старожилы, другого - на дистанцию 25 ярдов со Свифти и Даффи, пистолеты забрали из оружейной - и много патронов.


Наверху я давал советы по стойке и удержанию, перемещению и пригибанию, а затем каждый парень пробовал мишени в быстрой последовательности, записывая оценки, и они повторяли это в течение часа перед уроком по раздеванию и чистке от меня и Краба. И пока что можно сказать, что стандарты сильно различались, от Кида Билли до нервозности.


Это заняло у нас 5 часов вечера, ребята отправились в столовую, чтобы вернуться в ангар в 7 вечера.


В 7 вечера они выстроились в два ряда, когда я вышел с планшетом в руке, Краб, Свифти и Даффи рядом со мной.


"Хорошо, Томо, Смитти, отведите следующих пятерых парней наверх, поработайте с Даффи с пистолетом. Ты помогаешь их тренировать." Я читаю имена. "Иди". Они двинулись прочь, Даффи последовал за ними.


"Не болели ноги или волдыри, не растягивались мышцы?" Я звонил.


Один из гражданских поднял руку. "У меня скоро будет ужасный волдырь, сэр".


" Я тоже, " вставил другой штатский.


"Вон там", - указал я. "Свифти, взгляни, алкоголь и скотч". Они отошли в сторону. "Остальные, в комнате для совещаний".


Сержант Краб прочитал лекцию о структурах SAS, базах, повседневной жизни. Капитан Харрис появился в 8 вечера, заняв место на час после того, как был заварен чай - роль разведчика и сигнальщиков в поддержке, парни сверху спустились вниз и присоединились к нам, а в 9.15 вечера им разрешили купить что-нибудь в магазине НААФИ до его закрытия, в том числе пироги, и им, наконец, разрешили отдохнуть.


Старожилы только что пробежали три круга и завершили их с кусками дерева, без сомнения, у них болели руки после этого.


В 6 утра они были готовы, две группы, Даффи снова на дежурстве, но Генри помогал старожилам. Их призвали к вниманию, и я увел Волков, шепнув им в уши: "Вы знаете порядок", - двух гражданских в кроссовках.


Сегодня я разрешил им пообедать, всем сказал не есть слишком много, и в 14:00 все они были на выгуле. Дождь прекратился, но все равно все промокли. Сняв пончо, они по очереди разбирали и чистили наши старые зеркальные камеры, затем стреляли из них - группой перебегая с огневой позиции на огневую позицию и обратно, израсходовав сорок патронов.


Следующая группа вступила во владение, разделась, вычистила и уволила. И они повторяли это до 6 вечера, приближались темные тучи, требовалось поспешное отступление.


В 8 вечера все они сидели в комнате для брифингов, на уроке по GPMG от Крэба и Даффи, некоторые не очень знакомы с этим, некоторые подзабыли, моим четырем парням дали выходной.


В 9 вечера я повел Волков в Дом убийства, расставил свечи по коридору и в некоторых комнатах, создавая эффект привидения.


"Ты, первый человек", - позвал я. Он шагнул вперед, принимая от меня пистолет. "Там есть мишени, манекены с оружием. Тихо войди, пристрели их. Взвести курок оружия. Продвигайтесь."


Он вошел внутрь, держа пистолет наготове на расстоянии 45 градусов, и заглядывал в разные комнаты, слыша двойные постукивания. Я наблюдал на экранах за выставленной оценкой; хорошо, плохо ... или просто дерьмо.


Все попробовали, Леггит и Свон натуралы, и в 22:30 вечера Волков отправили обратно в казармы для столь необходимого отдыха.


Следующее утро было ясным и свежим, безветренным, так что я звонил после пробежки, теперь уже с четырьмя парнями в кроссовках, старожилами, отбивающими медленные круги.


Я сократил пробежку и прогулку, всего на два часа, и Волкам разрешили быстро позавтракать, пока мы договаривались. После завтрака мои парни помогали, час занимались базовой парашютной подготовкой, пока Моран и Свифти снова сбивали Ми-8.


"Скайван" приземлился и подрулил к нам, и те парни, у которых было меньше всего парашютного опыта - или его вообще не было, были экипированы, полчаса тренировались, были сделаны последние проверки, дан последний совет, и они стартовали, быстро набирая высоту, и они вылетели, вскоре открылись круглые серые парашюты.


Но номер пять стал Римской свечой, мое сердце пропустило удар. Его парашют вовремя открылся, напугав беднягу. И я вместе с ним, мы с Риццо обмениваемся взглядами, не в последнюю очередь потому, что мы нарушили здесь несколько законов.


"Это его первый прыжок?" он спросил меня, и я кивнул. "Бедный ублюдок".


Когда все вернулись, без сломанных лодыжек, я спросил: "У кого не открылся парашют?"


"Мой, сэр".


"Сейчас ты возвращаешься наверх, просто чтобы испытать свою удачу. Ты... сильно обеспокоен?"


"Я сделаю это, сэр".


"Хороший человек. Позже ты получишь дополнительный десерт."


Открытые парашюты уложили в сумки, приготовили новые парашюты, тот же человек вернулся наверх, вторая группа состояла в основном из парней, которые уже прыгали в своей карьере. Десять серых парашютов порадовали меня, и я снова вздохнул.


Трое из этих парней ранее прыгали в свободном падении, один из них эксперт. Теперь они будут прыгать с Риццо и Свифти, которые будут держать за руки двух новичков.


Пока остальные волки бегали по дорожке, я обратил внимание на приведенные выше характеристики, и ни один из них не вспахал фермерское поле, все безмятежно спускались ко мне. Имея в запасе достаточно парашютов, я отправил двух менее опытных парней обратно с Риццо и Свифти, к счастью, не имея необходимости составлять отчеты о смертях.


В 8 вечера, внутри ангара, Краб и Генри раздали десять живых и извивающихся кроликов, двое упали и побежали за ними, как я наблюдал с улыбкой. Применялись удары каратэ, один кролик не поддавался, поэтому парень схватил его за задние лапы и несколько раз впечатал в бетон. Это сделало свое дело.


Те, у кого были кролики, освежевали их на глазах у остальных - получилось месиво, их разделали, каждый получил по куску, для приготовления мяса использовались банки, некоторые готовились на открытом огне на палочках или ножах, парни вскоре разделывали крольчатину.


"Те двое парней, которые бросили кроликов", - позвал я. "Каждому по кругу, и в следующий раз не бросайте гребаных кроликов".


В 6 утра я повел их по знакомой схеме, все еще четверо парней в кроссовках, и лил дождь, все промокли насквозь. Я позволил им всем переодеться и принять теплый душ, у меня был час свободного времени, пока я ходил и переодевался, надев пластиковую камуфляжную куртку, когда я выходил из дома.


В комнате для совещаний, где Бэтмен и Робин помогали сегодня, у каждого из Волков был АКМ, который нужно было разобрать, и Бэтмен заставлял их разряжать, разбирать и собирать снова и снова, пока я заходил в кабинет майора поболтать и выпить кофе.


"Как у них дела?" он спросил.


"Слишком рано говорить ... это ответ, но пока никто не выделяется как придурок или обуза, а парень с Римской свечой был в порядке и вернулся наверх, так что он получает несколько умных очков."


"А старожилы?"


Сегодня утром на полигоне работали устаревшие FN SLR и GPMG, но им, похоже, это нравится, они соревнуются как сумасшедшие - и это хорошо. Как и в случае с Волками, стандарты сильно различаются."


Когда я вернулся к "Волкам", они чистили винтовки, и я дал указания, на что обращать внимание, как чистить, где смазывать, прежде чем мы повели их на дальний стрельбище, теперь свободное от старожилов. Разложив пончо на влажных гравийных платформах на расстоянии 200 ярдов, первые восемь человек разобрали, собрали и зарядили десять патронов, затем выстрелили по металлическим пластинам, демонстрируя разную степень точности.


Поменявшись местами, следующие восемь прошли ту же процедуру, и они продолжили. Оружие разобрано и вычищено, они проверяли это снова и снова, израсходованы сотни патронов. И между каждым залпом запасные парни выбегали вперед и ставили металлические пластины обратно - один порезал руку.


Я передал Саше, когда он вышел к нам, парней озадачил его акцент, когда он заставил их становиться на колени, поворачиваться и стрелять, бегать и стрелять, кружиться и стрелять.


"Как ты это находишь?" Я спросил одного из парней.


"Никогда так много не делал, сэр. После базового обучения становится немного спокойнее, немного однообразно."


"Из какого ты подразделения?"


"Легкая пехота, сэр".


"Хороший бегун?"


"Марафоны, сэр, неплохое время. До сих пор помню, как в тебя стреляли по телевизору."


"Кажется, это было в прошлой жизни очень давно", - сказал я, размышляя. "Итак, чего ты хочешь от этого в конце?"


"Что ж, немного действия, сэр. Я был за четыре года, натворил всего, черт возьми. Думал о SAS через год или два в будущем."


Я кивнул. "Это то, что ты делаешь, если ты не просто сидишь в пабе, как большинство военнослужащих".


В 17:00 подъехал "Лендровер", ящики с кроликами были выгружены. Я позвал парней. "Возьмите по одному на каждого, приготовьте и съешьте, это ваш ужин. Если кролик убежит - ты останешься голодным."


"Можно мне две, сэр?" - позвал парень, заставив нас улыбнуться.


Саша раздавал полезные советы о том, как приготовить вкусное рагу из кролика, используя рационы, и ребята использовали подветренную сторону позиции для обжига, чтобы включить плиты, повсюду остались потроха.


Я принес пластиковый пакет из "Лендровера", парню было поручено собрать внутренности.


Кроликов было недостаточно, двое сбежали, поэтому Томо и Смитти бросили своих, когда Николсон схватил патроны. Раздались два треска, головы повернулись, и теперь у нас было достаточно кроликов, сбежавших заключенных разорвало на куски и вернуло с пастбища.


В 8 вечера все ребята были в комнате для брифингов, изучали тему на продвинутой карте, пока Бэтмен приводил примеры и тесты. Одним из тестов было запомнить, как выглядел полигон, область за ним - нарисовать картинку. У некоторых парней были деревья там, где их не было, у других было далекое озеро, которое на самом деле было полем блестящих цветов.


От всех них требовалось нарисовать базу в виде карты и добавить расстояния, многие здания были расположены не в том месте, некоторые расстояния были неправильными.


Утро четверга выдалось ветреным, грозя пролиться дождем, когда я водил их по трассе, надев всего две пары кроссовок, а после полноценного завтрака я повел их на стрельбище с Сашей, Бэтменом и Свифти, тема сегодняшнего дня - снайперская стрельба в лоб.


Ложатся восемь человек одновременно, АКМЫ с оптическими прицелами, и они целились в мишени, показанные Крабом и Даффи, несколько моих парней помогали прикладами и метили. С этой целью я и Саша раздавали экспертные советы тем, кто в них нуждался.


Десять выстрелов на человека, затем обмен, результаты записаны, и мы продолжали, пока все люди не выпустили пятьдесят выстрелов, у некоторых улучшилась меткость. Леггит и Свон набрали почти 100% очков, у одного из гражданских столько же, остальным пришлось немного повозиться.


Худший из этой партии может убить человека с третьей попытки и может напугать его с первой попытки.


К нам на обед пригнали кроликов, и каждый парень схватил по одному и убил его, Томо решил застрелить его с близкого расстояния. Другие парни скопировали его технику. В меню было рагу из кролика. Снова.


Томо и мои парни изготовили дозаторы для соли, чем рассмешили меня. Они выглядели как те, что использовались в пабе.


После обеда липкие пальцы были дочиста вылизаны или вымыты в канале - канал теперь полон воды и угрожает переполниться, мы взяли очко в 100 ярдов, поскольку те, кто обслуживал окурки, установили металлические пластины.


Каждый из восьми парней разворачивался и стрелял, бросался вперед и стрелял - несколько пуль попадали в грязь, некоторые возвращались в нашу сторону, пригибая головы - повышая голоса.


Между каждым сетом парни выбегали вперед и ставили на место сбитые металлические пластины, и отбегали назад, и мы выдерживали по шестьдесят раундов на человека, прежде чем это угрожало обоссать нас.


Вернувшись в комнату для брифингов, я обнаружил, что старожилы проходят уроки первой помощи, переподготовку, один из врачей королевских ВВС Мортена читает лекцию о травмах, на столе манекен, повсюду трубки.


Я вернулся в 9 вечера, поблагодарил доктора и повел старожилов на пробежку, теперь уже заметно некоторое нытье.


Следующее утро казалось пасмурным, но после пробежки сразу прояснилось и стало тепло, за которым послали Небесные жители. С десятью волками - теми, у кого меньше опыта, предназначенными для какого-нибудь статичного линейного экшена, остальные вернулись на полигон со мной, Сашей и Бэтменом.


Но когда мы добрались туда, я увидел большую стаю чаек, которые кружили между огневыми точками в 200 и 300 ярдах, и они обошли охрану наших ворот. Когда восемь парней были наготове, оружие заряжено, я подал сигнал, и они открыли огонь, чайки никак не отреагировали, а их товарищей разнесло в клочья, полетели перья. Второй залп, и половина была мертва, остальные разлетелись.


"Береги себя. Иди и приведи их, " приказал я. "Они в меню!"


Нескольких птиц пришлось прикончить, остальных разложить.


"Они большие птицы", - отметил Томо. "На них есть немного мяса".


На расстоянии трехсот ярдов группы из восьми волков становились на колени и стреляли, раздевались и собирались вместе, затем стреляли снова, когда руководящий персонал стоял позади, по шестьдесят патронов на каждого человека, прежде чем они поменялись местами, сначала чистили оружие, фермер проезжал мимо на своем тракторе.


В 13:00 к нам выгнали кроликов, к пиршеству добавили чаек, повсюду были белые перья.


Птицы и кролики были приготовлены и съедены, и все предпочли кролика чайке - мясо темное и не очень похоже на курицу. Но я убедился, что все они съели немного чая.


"Мы едим много кролика, сэр", - заметил парень, когда они прибирались.


"Как ты думаешь, что ты будешь есть, оказавшись в тылу врага, может быть, в "Макдональдсе"?"


"Я понимаю, сэр, да".


"Рацион на десять дней и вода весят столько же, сколько ты".


После того, как липкие пальцы были очищены, потроха подобраны, мы восстановили стрельбище на огневой точке в 100 ярдов, металлические пластины установлены вертикально, каждый человек должен был попасть по десяти тарелкам десятью выстрелами стоя, счет ведется.


Я стоял позади тех, у кого были самые низкие оценки, корректировал стойку, раздавал полезные советы и повышал баллы.


Появился Боб, его визит не был объявлен, но почему-то очень ожидался. "Как у них дела?" спросил он, выйдя из своей шикарной машины, его водитель также вышел из машины, как будто телохранитель.


"Слишком рано, но пока нет идиотов, нет выбывших, никого не выгнали. Нужно три недели или больше. О, одна эскадрилья "Е" не смогла появиться."


Он кивнул, рассматривая парней. "Завернул на своей машине за дерево. Я только что поговорил с остальными. Итак, что эти парни делают на этой неделе?"


"Эта неделя - базовая подготовка, специальные материалы придут позже, я не хочу тратить деньги на того, кто потерпит неудачу".


Он кивнул. "У тебя есть все необходимые принадлежности?"


"Думаю, да, не буду использовать в течение нескольких недель".


Перед уходом он схватил по очереди нескольких человек, в основном гражданских, чтобы тихо поболтать вне пределов слышимости.


В 17 вечера в ангаре я проверил свой планшет. "Хорошо, эти четверо остаются на эти выходные, отдыхайте до воскресенья в 8 вечера - если хотите пойти. Ты можешь остаться здесь, пользоваться удобствами - не попадай ни в какие неприятности." Я зачитываю имена, откладывая их в сторону, остальные пропускаю.


"Хорошо, вы четверо в нижней четверке, но моя политика в том, чтобы никого не выбрасывать, если я могу. Итак, завтра мы продолжим работу с пистолетом и стрельбой - при условии, что вы этого захотите. Если ты не хочешь, то на следующей неделе ты либо чудесным образом исправишься, либо тебя выгонят."


Они обменялись взглядами, никто не хотел уходить.


"Хорошо, завтра в 10 утра, здесь, перед ангаром, в форме. Уволен."


Старожилы пробежались трусцой, как единый отряд. Они остановились передо мной.


Я вгляделся в их лица. "Хорошо, вы все отработали свою неделю ... и я никого не бил."


"Звучит разочарованно", - заметила Малли.


"Удивлен ... больше, чем разочарован".


"Это значит, что мы получаем хороший отчет?" - спросил один.


Это значит, что ты ... не получишь плохого отзыва. В целом я достаточно доволен тем, что вы прошли переподготовку, немного позанимались фитнесом, работали вместе и не начали драться. Меня интересовало отношение, и ты справлялся нормально - до сих пор. Приглашаем вас всех вернуться сюда для дальнейшего обучения, постоянных новичков."


Один поднял руку. "Я говорил с О'Лири, который сказал спросить тебя, но ... моя жена выгнала меня, остались только чемодан и моя машина, так что... могу ли я временно снять комнату?"


Я послала ему разочарованный вздох. "Да, на данный момент. Оставайтесь на месте или снимайте комнату в коттеджах." Я поднял палец. "Первое неверное слово, первая драка в пабе, любые негативные комментарии в адрес молодых парней - и ты ушел, после моего урока бокса".


"Я не доставляю хлопот, босс".


Мэлли подняла руку. "Я провел восемь недель в Конго. Тебе нужен любой ... вспомогательный персонал?"


"Может подойти, да. Расскажи об этом О'Лири и Бобу. Но тебе не терпится истечь кровью в какой-нибудь дерьмовой дыре в джунглях?"


Он скорчил гримасу. "Все это риск".


"Хорошо, спасибо, джентльмены, скоро увидимся. Уволен."


Я позвонил Бобу. "Уже дома?"


"В отеле, папки на столе".


"Слушай, эскадрилья "Е" прошла нормально, но у этих парней ни хрена не получается в качестве повседневной работы, так что как насчет переносной кабины здесь для них, и они будут заходить, когда захотят, используя полигоны".


"Если ты рад, что они не будут конфликтовать с твоими парнями, тогда да".


"Сделай это клубом, а не поденной работой, они приходят, когда хотят".


"Да, хорошая идея".


В пабе тем вечером я обнаружил восьмерых Волков в штатском, которые стояли, выпивая и болтая, с ними Томо, Смитти и Николсон. Я надеялся, что Волки напьются и раскроют внутреннюю сущность; хороший человек, или психопат-убийца следующего года.


Я сидел со Свифти и Мораном, Саша отправился в Лондон, чтобы пообщаться с Intel, Махони отправился в Лондон, чтобы пообщаться с несколькими дельтами, которые были в гостях.


Свифти указал на Волков. "Как у них дела?"


"Слишком рано говорить, но стандарты сильно различаются. Несколько действительно отличных парней, некоторым приходится нелегко. Четверо остаются позади, и завтра я хорошенько поработаю с ними. Не уверен, зачем Бобу некоторые из них, мне нужно проверить их файлы; возможно, они подойдут ... но плохие кадры."


"У меня есть немного времени на "Скайване", - вставил Моран, когда Краб и Даффи появляются с парнем, который разводится. "Не совсем то, что я представлял, когда подавал заявление в SAS, но в целом неплохо повеселился".


"Ты бы предпочел быть таким, как Хэмбл?" Я дразнил.


"Черт возьми, нет, он летает на столе".


Свифти улыбнулся. "Он, вероятно, управляет этим столом лучше, чем мы управляем Ми-8", - сказал он, и все мы рассмеялись


"Когда мы отправляемся в Конго?" Спросил Моран.


"Дело Боба, который больше заботится об одиноких волках", - ответил я, Сандра снова появилась с Генри и снова сидела с Рокко и Риццо.


"Как у нее идут дела?" Спросил Свифти.


"День ото дня становлюсь лучше, увлекаюсь этим. Леди в мире мужчин, но она, кажется, хорошо приспосабливается, и, судя по всему, хорошо стреляет из винтовки."


Час спустя я сидел с Сандрой и Генри и спросил о прогрессе, Сандра показала мне свои загрубевшие руки, небольшой порез на лице.


После этого и перед тем, как я ушел, я стоял с Николсоном, который казался трезвым. "В группе есть идиоты?" Я деликатно поинтересовался.


"Один или двое стремятся к каким-то действиям, но и я тоже. Некоторые держатся особняком и почти не произносят ни слова".


"Ну, это "Одинокий" волк, а не "Тусовочный" волк", - указал я.


"Утром нужна помощь, босс?"


"в 10 утра, если ты не спишь".


"Я мало пью".


"Как поживают два ваших капрала?"


"Они оба чертовски горячие, пока им легко".


"Они кажутся хорошими, почти на 100% соответствуют ассортименту".


"Кролик завтра на обед?" - поддразнил он.


"Ничего не осталось, нужно достать еще", - сказал я с улыбкой.


В баре поднялась суматоха, и головы повернулись. Кто-то приставал к Смитти, но я не узнал этого человека. Лица повернулись ко мне, но я просто наблюдал, поэтому остальные не двигались. Когда парень ткнул Смитти в грудь, Смитти сломал парню запястье, и мужчина оказался на полу.


Я медленно приближался, хозяин приходил в себя. Я просто стоял и ждал.


Смитти взглянул на меня. "Не моя вина, босс, он не любит солдат".


Хозяин сказал мужчине уйти и вывел его, держа за руку, затем вернулся к нам. "Шеймус, немного смутьян, но он кончил еще хуже".


"Симус, да?" Я повторил, уходя. Я достал свой телефон и набрал сестренку.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, SAS. В местном пабе на моей базе был мужчина по имени Симус, не любит солдат, один из моих вывихнул ему запястье. Должно быть, живет поблизости, он известен домовладельцу, проверьте его как можно быстрее."


"Теперь я перейду к деталям."


Мне перезвонили полчаса спустя, в 22:30 вечера.


"Мы проверили этого человека, что было легко сделать, поскольку он подал жалобу на то, что на него напали десять солдат. Но есть камера, которая все это засняла, так что мы говорим с полицией. Этот человек, Симус, родился в Лондоне в семье ирландцев, ему нравится думать, что он из ИРА, но на самом деле он просто полон дерьма, никаких связей, совершает множество мелких преступлений, и местная полиция знает его как болтуна."


"Хорошо, если ты счастлив, я счастлив. Спокойной ночи."


Утром я рано отправился на пробежку, вокруг никого не было, но после двух кругов я обнаружил, что все четверо тех волков, которых задержали на этих выходных, вышли на пробежку, хороший настрой; они могли бы быть в постели, всем тепло и уютно.


В 10 утра мы встретились за пределами ангара, Николсон с нами, Генри взялся помогать, и, когда Бонго встал и потягивал кофе, мы выписали винтовки и патроны, много патронов, патронташи заправлены.


На стрельбище в пончо на дистанции 100 ярдов четверо Волков дюжину раз разбирали и собирали винтовки заново, затем чистили оружие и проверяли, как я им сказал, - детали изношены или треснули.


Бросив оружие, они подбежали к окуркам, схватили тяжелые металлические пластины, по одной на каждого, и положили их на землю, работая до седьмого пота. Но я также захватил с собой теннисные мячи и шайбы для гольфа.


Они приготовили свое оружие, опустились на колени и прицелились, позиции скорректировали я, Генри и Николсон, и они попали по металлическим пластинам в быстрой последовательности, и, казалось, они немного улучшились за ночь.


Сложив оружие, они пробежались по полигону и поправили те металлические пластины, которые нуждались в починке, и обратно. Оружие поднято, предохранитель снят, они снова выстрелили, и мы продолжали в том же духе в течение часа.


Затем я попросил парня пройти несколько шагов впередсо свежим журналом в руке, принять стойку на изготовку, теннисный мяч, брошенный Генри, выстрелить. Хотя мяч, вероятно, уже нервничал, в нем не было дырок, был брошен еще один, и он попал после нескольких отскоков.


У следующего получилось немного лучше, или, может быть, удачный удар, и как только они все попробовали, я бросил мяч для гольфа. Когда он осел, каждый из них попытался ударить его, грязь вокруг него взлетела вверх. Последний человек разнес его на куски.


Пока Николсон укладывал игральные карты на деревянную накладку на торцах, ребята снова и снова разбирали и собирали, снова очищали детали, наконец, все готово, занято положение на коленях, карты нацелены - и многие попали.


Металлические пластины вернулись на место, мы пробежались до отметки 500 ярдов, выпустили оптические прицелы, закрепили их на предметных стеклах и протестировали. В положении лежа - выбранном инструкторами положении, они не торопились, работали над своим дыханием и подключались к металлическим пластинам.


Набрав около семидесяти процентов баллов, я не был недоволен, их еще не выгоняли, и мы все вернулись в оружейную, болтая, но, как и ожидалось, нашли Бонго в столовой с врученными ключами для открытия оружейной.


В воскресенье вечером я приветствовал возвращение всех Волков, Краб отметил имена в своем листе, и я встретил их в 6 утра, земля была очень влажной после очень дождливой ночи, но, по крайней мере, дождь прекратился. Никто не был в кроссовках, когда мы отправились в путь, часовая непрерывная пробежка, пятнадцатиминутная прогулка, затем еще часовая непрерывная пробежка перед завтраком, несколько выпадов ногами и бег в стороны.


Пока они были на дальней дистанции, Боб позвонил, сообщил информацию о заложниках в Конго, время подходящее, мы могли бы улететь на следующих выходных. Не успел я убрать телефон, как появилась еще одна переносная кабина, стол и стулья. Это должен был быть переносной дом эскадрильи "Е", поэтому я разместил его за металлическими навесами - рядом с северным полем, в некоторой изоляции для них.


О'Лири позвонил Малли, которая позвонила нескольким другим, которые отправились за покупками, и они поехали, чтобы заявить о своем новом месте встречи, расставив кружки, чайник, чайные пакетики и сахар. К ним присоединился бездомный разведенный парень. Они уехали, чтобы вернуться с фургоном, несколькими подержанными удобными креслами для разгрузки, микроволновой печью, несколькими картами и плакатами, развешанными по стенам.


Я заскочил к майору и обнаружил, что они сидят вокруг кофейного столика в удобных креслах.


" Хорошо, босс, - предложила Мэлли, не вставая, пока я осматривал место. "Какие здесь правила?"


Я начал: "Вы приходите и уходите, когда вам заблагорассудится, но члены парламента будут недовольны поздними ночами или пьяницами. Вы планируете встречу, а затем просите О'Лири проверить, кто здесь, свободны ли места и т.д. Вы можете выписать оружие и боеприпасы, но вы должны выписать их обратно до 17:00 - или мы отправим за вами полицейских.


"Я не хочу, чтобы оружие и боеприпасы валялись здесь, иначе будут проблемы. Уточните у нас насчет Skyvan, вы можете прыгать с нами или в группе самостоятельно. Идея в том, что вы поддерживаете форму и тренируетесь здесь, когда не занимаетесь с пользой в другом месте."


Я указал на нашу разведенную. "Ты живешь здесь, поэтому у тебя есть ключи и ты содержишь это место".


"Без проблем", - бодро предложил он.


Майор сказал: "Каждый четверг утром, в 10 утра, встречайте меня здесь с остальными. Распространяйте информацию."


Они кивнули. Они встречались в Херефорде.


Я отправил войскам сообщения о задании в Конго, и майор организовал разведку, чтобы начать лекции, посмотреть несколько фильмов, Сандра теперь нервничает из-за прыжка с парашютом.


В тот вечер, когда Волки читали лекцию о том, какие животные в каких странах съедобны, какие растения, я сидел с Мораном, Сашей и Свифти у себя на кухне, изучая карты. У разведки были заложники в сотне миль от границы с Угандой, и угандийцы согласились сотрудничать, поскольку они верили, что мы нанесем удар по определенной группе повстанцев, которая доставила им проблемы.


Эта группа находилась примерно в двадцати милях от наших заложников и враждебно относилась к банде с заложниками, и эта банда была в тридцати милях от Роуча - таким образом, у нас было три цели.


Моран сказал: "Нам не обязательно нападать на банду, которая нужна угандийцам, мы могли бы просто сказать, что не смогли их найти".


Я кивнул, изучая карту.


Моран добавил: "Мы просто летим обратно в Уганду. Они не собираются нас останавливать и разворачивать."


"У нас есть разрешение Руанды и Танзании на пролет их воздушного пространства из Кении", - отметил я. "Это ... было бы лучше всего, но ... это много миль."


"Почти триста", - отметил Моран. "От Уганды сорок миль - дальность полета вертолета".


"Значит, сначала мы нападем на Роуча?" Спросил Свифти.


Я отступил назад. "О любом действии там могут быть услышаны белые солдаты, захватчики заложников начинают нервничать".


"Разделить команды?" - парировал он. "У Роуча не будет с собой армии".


"Нет, но в городе, в котором находится Роуч, есть русские торговцы оружием", - сказал я, Саша поднял голову.


"Мы говорим, что мы в бегах", - вставила Саша. "Попроси этих русских о помощи, затем мы поищем того человека, который тебе нужен. Он не знает меня."


"Это наш козырь в рукаве", - сказал я всем. "И у меня есть способ связаться с этими русскими".


"Значит, цель в том...?" - всплеснул руками Моран.


"В пять раз", - сказал я. "Во-первых, найдите несколько заложников и хороший заголовок в газете. Во-вторых, сделайте угандийцев счастливыми, поэтому Министерство иностранных дел счастливо. Мы убиваем Роуча и его людей, документы восстановлены, и мы создаем ОРЕОЛ в какой-нибудь области, где нет вооруженных людей, делая это похожим на самый первый британский оперативный ОРЕОЛ, фотографии сделаны и в прессе здесь. Наконец, мы убиваем всех этих русских."


Свифти взглянул на Сашу. "Возможно, ты знаешь некоторых из них".


"Может быть, но я сомневаюсь в этом, я сам составил себе компанию".


"Ты в порядке, чтобы ... ну, ты знаешь ... пристрелить их?" Свифти нажал.


Он пожал плечами. "Они преступники. То, что делает Уилко, - это не зарабатывание денег, это то, что правильно. Я усвоил этот урок и изменился."


"Итак, пять заданий", - со вздохом отметил Моран.


Я вставил: "Погода на завтра, похоже, нормальная, тренировка HALO, по крайней мере, четырнадцать тысяч футов практики, без кислорода".


"Более четырнадцати тысяч, без медленной акклиматизации?" - Спросил Моран.


"Короткие периоды лучше всего", - заверил я его. "Не акклиматизируюсь. Самолет удерживает воздух, раскрывается и летит, снижаясь достаточно быстро, чтобы не запыхаться. Но Боб получает какой-то американский кислородный набор, гражданское барахло, не военное, намного лучше. Предположительно, у вас есть двести секунд эфира, три с половиной минуты. Хотя в самолете должен быть кислород."


Я позвонил Питу домой, пока ребята слушали. "Пит, с какого максимума ты упал в Великобритании?"


"Летний групповой прыжок - четырнадцать тысяч, но мы сделали шестнадцать с кислородом".


"У вас есть кислородные наборы?"


"Нет, у членов клуба они были, но затем ассоциация признала их небезопасными, несколько несчастных случаев. К тому же дорогая."


"Мы будем практиковаться в HALO, четырнадцать тысяч".


"Четырнадцать - это нормально, я прыгал с шестнадцати без кислорода, но это риск".


"У меня есть американские тональные высотомеры", - сказал я ему.


"Да, можем мы как-нибудь их позаимствовать?" он проницательно спросил.


"Конечно. На этой неделе вы нам понадобитесь, если погода будет в порядке. И несколько ночных прыжков."


Моран, отложив телефон, сказал: "Зачем рисковать ради хорошей статьи в газете?"


Я пожал плечами. То же, что и другие риски, то же преимущество в прессе, верхушка довольна, валюта в наших руках. Если бы это был военный комплект, я мог бы быть обеспокоен, но мы будем использовать наш собственный гражданский комплект и новые сумки для снаряжения, никакого веса на вашем теле. Недостатком является ... приземляйся подальше от вещмешков, и у тебя будет пистолет, больше ничего."


"Мы инсценируем это, вдали от боевых действий?" Спросил Свифти.


Я кивнул. "В десяти милях от места сражения, заходите".


"А как насчет местного ополчения?" Спросил Моран. "На что они похожи?"


"По общему мнению, хуже, чем в Сьерра-Леоне", - сказал я ему. "Не так хорош, как люди в Либерии, с которыми мы столкнулись".


Саша вставила: "Я разговаривала с мужчинами, которые продавали оружие в Конго, и эти солдаты - они мальчишки или мужчины без подготовки, всегда с наркотиками".


Свифти предложил: "Так почему бы нам не упасть им на головы?" В 4 утра они будут под кайфом и будут спать, бомба их не разбудит. Если мы приземлимся в четверти мили отсюда, у нас не будет шансов на реакцию, вероятно, часовых не выставлено."


"Нет хороших групп?" Спросил Моран, и я покачал головой. "Тогда давайте упадем им на головы и потребуем каплю живого ОРЕОЛА - или две".


"Если нам понадобится позаимствовать парней, в Кении появятся обычные SAS", - лениво прокомментировал я.


На следующий день Скайван на рулежной дорожке, Пит, я и вся банда разглядывали новое снаряжение HALO - большую коричневую сумку с простыми веревочными ручками - узел на конце, маленький парашютный мешок наверху - высотомер мигает.


"Просто", - начал я. "Ты берешься за ручки, поднимаешь его, выдвигаешься сзади, мы вчетвером держим его. Масса находится в центре пакета, окружена пеной, затем несколькими слоями... чем бы ни был этот материал. Мы плывем вниз, держась за нее, разбиваемся при звуке, вытаскиваем парашюты. Мешок открывает свой желоб на высоте 1000 футов, или на что мы его там устанавливаем.


Кроме того, здесь есть спускной желоб, который стабилизирует сумку. Просто вытащи его, пока мы не упали. Опасность нарастает. В первой модели были кольца, в которые можно было просунуть руку, но если парашют раскрылся раньше, это оторвало бы руку. Итак, мы держимся, мы не привязаны.


"Свифти, Моран, Рокко, мы попробуем это. Риццо, Стретч, следуйте за нами на случай, если мы попадем в беду."


Мы наполнили сумку четырьмя винтовками, завернутыми в ткань, затем положили десять упаковок с пайками, канистру с водой и решили, что на данный момент этого достаточно. Мы вчетвером встали вокруг него и подняли его.


"Чертовски тяжелая нагрузка", - пожаловался Свифти. "Это упадет, как кирпич".


"Форма мешка замедляет это", - настаивал я. "Так сказано в книге".


Загрузив сумку в заднюю часть "Скайвэна", проверив снаряжение, мы взлетели, майор постоял, наблюдая в бинокль, вскоре сел на алюминиевые скамейки самолета, когда мы набирали высоту, за пятнадцать минут до пика на высоте чуть более 14 000 футов. Свет мигает, мы встали, позиции заняты, левая рука на сумке, пока стоим на коленях.


Дверь-пандус поднялась, завыл ветер, и мы подняли тяжелую сумку, медленно отошли в сторону назад, и, держа сумку левыми руками, мы все стояли лицом почти назад, правые руки на плечах членов команды.


Зажегся свет, мы обменялись кивками, Риццо и Стрейч шли рядом, мы отошли назад, насколько могли, крепко держась за плечи, и устремились в небо. Я держался так крепко, как мог, но в этом не было особой необходимости, и, если не считать того, что чьи-то ноги колотили мои, мы успокоились, сменив позы.


Сумка загораживала мне вид на Рокко, но я мог видеть Свифти и Морана в стороне, левые руки на сумке, правые трепещут, когда мы падаем, небольшой спускной желоб для сумок довольно устойчив. Затем я заметил маленькие планки в желобе; он был сконструирован так, чтобы не трепыхаться.


Мой высотомер начал медленно пищать на четырех тысячах, предварительно настроенный, быстрее на трех тысячах, твердый сигнал на двух тысячах, и мы отпустили - запас прочности, колени слегка согнуты, чтобы отойти, парашюты потянуты на счет пять с момента выпуска.


Я видел, как были развернуты четыре козырька, доволен этим, сумка стремительно падала, пока я наблюдал за этим, ее парашют вскоре раскрылся. Все, что нам нужно было сделать сейчас, это проследить за этим.


Посмотрев вверх, я увидел два желоба выше нас и дальше. Посмотрев вниз, я увидел, как наша сумка дрейфует к вершине фермерского поля, и она долетела добрых десять секунд, прежде чем я опустился рядом с ней, мягко приземлившись на мягкую грязь.


Парашют собрали, прибежали шестеро парней, осмотрели сумку, пока я шел, снимая защитные очки, перчатки и шлем.


"Ну?" Я спросил.


"Коробки с пайками помяты, с Джерри кэном все в порядке", - сообщил Стретч. Он скорчил гримасу. "Повреждений нет".


"Это было легко", - сказал Моран с улыбкой. "Достаточно стабильная платформа".


Вернувшись в Парапортакабин, я нашел улыбающегося Пита, его приятель делал снимки с помощью телескопического объектива. "Сработано хорошо", - с энтузиазмом отметил он.


"Возьми следующих четырех парней". Я обернулся. Слайдер, Анри, Жак, Махони. Надевайте снаряжение, взлетайте, когда будете готовы. Фокус в том, чтобы перекинуть сумку через край хвоста, сзади двое мужчин держатся за плечи, наклоняются и падают."


Пока Пит менял парашют на сумку, мой парашют теперь в сумке, я приблизился к Майору. "Работает хорошо, сэр. Мужчины убиты и снаряжение уничтожено, но без того, чтобы мужчины были отягощены индивидуально."


"Первая оперативная подборка HALO для нас, тогда скоро будет хорошая рецензия".


После глотка холодной воды я сел в кресло на траве с майором, день был ясный и солнечный, и мы наблюдали, как приближался "Скайван", сумка была совершенно отчетлива, как только она покинула самолет, и мы последовали за ней вниз, майор наблюдал в свой бинокль.


Парни отделились от мешка одновременно, почти одновременно, отошли и потянули, видно четыре козырька, мешок резко упал. И сумка продолжала лететь, ее парашют раскрылся как раз вовремя, чтобы остановить удар, всего за несколько секунд до того, как она упала.


"Это должно было случиться?" - спросил майор.


"Нет!"


"Автоматический высотомер и механические устройства выходят из строя", - напомнил он мне.


"Винтовки были бы в порядке, пайки, вода бы пролилась. Итак, в сумке нет деликатного набора."


Парни спустились и приземлились.


"Риццо, потянись, двое других, следующий ход".


Я присоединился к "Волкам" в 17:00, сам пережив второе падение HALO, и я болтал с ними, пока они наслаждались ужином. В течение дня они были напряжены - пробежали несколько кругов по полигону, прежде чем разобрать и собрать винтовки, выстрелили, затем еще немного пробежали, и так добрых шесть часов - снова, и снова, и снова. Лица были перепачканы грязью и устали, Волки были голодны.


Сегодня вечером у них снова было чтение карты, и они должны были провести пальцем по маршруту на обзорных картах OS, представляя, как это выглядит на местности, затем отмечая точки, которые соответствовали пронумерованным черно-белым фотографиям на доске перед классом. Мост было легко установить, долины и пологие холмы - нет, но подсказки были налицо.


После того, как они закончили, и я помогал им в 9 вечера, мы рассмотрели их ошибки и то, на что им следовало обратить внимание. Провожая их обратно, они спросили о каплях HALO, всем было очень интересно.


В 10 вечера я вернулся в Парапортакабин, собралась толпа - несколько Волков наблюдали, несколько опытных друзей Пита были с нами, майор вернулся, СИГИНТ наблюдал.


Снаряженный, я снова потащил сумку к "Скайвэну", одному из джемперов Пита, чтобы у него на голове была камера с низкой освещенностью, и он снимал нас по пути вниз. Только теперь на каждом из нас были бы слабые зеленые огоньки, а на сумке - красная лампочка.


Вспыхнул свет, и открылась дверь-пандус, так что мы прошаркали вперед, снова заняли позицию - левые руки на тяжелой сумке, правые неловко на плечах, обменялись взглядами в тусклом свете.


Быстрая перетасовка, падение вбок, и мы вылетели, сначала трудно было понять, перевернуты мы вверх ногами или нет, но мы достаточно хорошо стабилизировались. Я мог видеть красный огонек на сумке, зеленые огни сбоку от меня.


Теперь предстояло самое сложное - доверять тональным высотометрам, но я мог видеть уличные огни внизу, Сайренсестер прямо впереди, даже отдельные автомобильные фары.


Я считал в уме, и мой счет был подтвержден звуковым сигналом на четыре тысячи, и с непрерывным звуковым сигналом я отпустил, слегка согнув колени, отступая, считаю и тяну, рывок, и я почувствовал облегчение.


Схватились за рычаги, я быстро обернулась и закричала, мои ноги задели кого-то еще, но, к счастью, мы не запутались. В этом и заключалась опасность ночного десанта. Устроившись, я проверил, нет ли зеленых огней, нашел их, радуясь, что они были не слишком близко. "Смотри на эти расстояния!" Я закричал.


Посмотрев вниз, я увидел развернутый серый желоб сумки - он был над аэродромом, и, дрейфуя, я понял, что направляюсь на юг, поэтому я повернул к парапортакабину, внимательно наблюдая за людьми поблизости, и я мог видеть Свифти ясно как день, когда наземные огни освещали нас.


Я мягко коснулся земли, но поскользнулся на мокрой траве, множество рук помогали мне подняться. Сняв очки, шлем, я столкнулся с командой высадки. "В чью ногу он попал?"


"Мой", - сказал Свифти. "Могли запутаться".


Я приблизился к ним. "Итак, нам нужны разные подсчеты. Прорыв, две тысячи рывков, следующий человек три, затем четыре."


Он кивнул, когда мы несли свернутые парашюты. "Да, лучше разлука".


Когда Скайван был убит, Риццо готовился, я сказал ему: "Когда услышишь непрерывный сигнал, отпусти, но у каждого человека свой счет, иначе ты можешь запутаться. Мы врезались друг в друга."


Он проинформировал свою команду.


Пока я сидел с майором, "Скайван" взлетел.


"Как это было?" - спросил он.


"Страшно в темноте, но я достаточно хорошо доверяю снаряжению, и у тебя есть фары, но я столкнулся со Свифти - мог запутаться, так что нам нужно лучшее разделение".


"Тангл может убить вас обоих", - предупредил майор, и я кивнул, чай из кувшина передал мне Моури.


"Новозеландские солдаты прыгают с десятью тоннами снаряжения", - заявил Мури. "Я не доверяю этому, ты достаточно легко вращаешься. SLR была большой старой винтовкой, которую стоило иметь под рукой."


"Мы здесь на переднем крае, новые методы", - сказал я ему. "Тебе будет что забрать с собой".


Утренняя погода не годилась для прыжков с парашютом, но предполагалось, что позже прояснится. Было не холодно, но Волки вот-вот промокнут - и им было чертовски неудобно из-за этого.


Когда волки выстроились в линию на краю пастбища, позади них виднелся уродливый серый бетонный канал, на соседнем поле паслись обезумевшие овцы, я начал: "О'кей, вчера ты бежал и стрелял, и вот на что это похоже на войне. Мы не подталкиваем вас к этому, чтобы позлить, мы стремимся имитировать войну ... чтобы, когда ты окажешься на этой войне, ты мог справиться. Сражаться - это значит бежать, пригибаться и подниматься, метко стрелять, а затем повторять одно и то же снова и снова.


"Учись сейчас... этот адреналин - наш враг. Если ты не в форме, и если ты напуган, ты накачиваешься адреналином, и это помогает в краткосрочной перспективе. Но тогда это отнимает у вас энергию. Фокус в том, чтобы сохранять спокойствие, что сложно, когда в тебя стреляют, за тобой гонятся собаки, перспектива быть схваченным и подвергнутым пыткам.


"Если бы вы видели моих парней в бою, вы бы подумали, что они сумасшедшие. Они не паникуют, но действуют достаточно быстро, сдерживая выброс адреналина. За вами могут гнаться десять миль в течение десяти часов. Этот адреналин поможет в течение первых тридцати минут - что потом? Итак, постарайся оставаться спокойным, но сосредоточенным.


Верно, как часть проникновения, вам нужно знать, как пересекать воду, теплую воду и холодную воду, потому что мосты будут охраняться вражескими солдатами. Если вы промокнете свою карту, вам крышка, промокнут ваши спички, и вам крышка, промокнет одежда - и вы замерзнете до смерти.


Итак, у нас есть для вас пластиковые пакеты разных размеров. Теперь каждому из вас выдадут спички и карты, держите их при себе до конца программы, и мы будем время от времени проверять, не промокли ли они."


"Промокший?"


Я покачал головой, глядя на мужчину. "Мокрый".


"О, верно, сэр".


Были розданы карты и спички, а также большие и маленькие пластиковые пакеты и резиновые ленты.


"Хорошо, если ты в джунглях, промокнуть не проблема, ты все равно будешь мокрым весь день и всю ночь. И если вы собираетесь пересечь ручей в джунглях, лучше всего быть полностью одетым, иначе что-нибудь укусит вас за задницу.


"В холодной стране промокнуть, а затем попытаться уснуть - это смертный приговор; холодная вода высасывает тепло из вашего тела в двадцать раз быстрее, чем в противном случае - вы очень быстро получите гипотермию. Ложись спать в холоде и сырости, и ты не проснешься.


"Итак, в холодной стране, и если вы не вступаете в контакт с врагом, вы раздеваетесь, упаковываете это, плаваете, а затем одеваетесь. Ты также используешь свою сумку в качестве поплавка и быстро одеваешься, не пачкая себя грязью. Прежде чем надевать ботинки, проверьте, нет ли камней.


"Когда я скажу "уходи", ты получишь большой пластиковый пакет от сержанта Краба и найдешь место на канале, которое мы заполнили колюшками-людоедами". Они смеялись. "Вперед!"


Когда выстроились в шеренгу на расстоянии пяти ярдов друг от друга, я крикнул: "В свое время, но не слишком медленно, пересекайте канал, чтобы винтовки не намокли".


Они разделись догола - на экране появилось множество татуировок, некоторым пришлось не забыть снять ботинки перед тем, как надеть брюки. Они сложили все свое снаряжение в сумки, погрузились в холодную воду, с разной степенью успеха положив сверху винтовки, и переправились. На другой стороне они забрали снаряжение и оделись.


Одевшись и приготовившись, я крикнул: "Слушайте внимательно. На войне не обязательно носить с собой ремень безопасности, наденьте его и держите винтовку. Если на вас нападут в середине потока, вам понадобится ваша паутина. Раздевайся и возвращайся на ту сторону."


Пятнадцать минут спустя все их бледно-белые тела были разделены и одеты.


"Хорошо, достань карты и проверь их".


Так и было, двое парней заходили в воду, Даффи забивал человеческие мишени на краю канала со стороны полигона.


"Хорошо, у вас у всех есть по два магазина патронов. Когда я скажу "вперед", вы пойдете к верхнему концу канала в линию, в ту же линию, в которой вы находитесь сейчас. Ты снимешь куртку и положишь ее в пластиковый пакет вместе с лямками, остальную одежду оставишь на себе. Вверху вы увидите футбольные мячи, так что по одному на человека в пластиковом пакете.


"Вы осторожно войдете в воду, медленно поплывете к нам - здесь неглубоко, и когда вы доберетесь до сержанта Даффи, вы сделаете два выстрела по мишеням, а когда вы доберетесь до сержанта Краба, вы сделаете два выстрела по мишеням. Не ... касайся дна ногами!


"Приготовьте оружие, прежде чем лезть в воду, наденьте предохранитель. Безопасность отключена, огонь, безопасность включена, плывите, не стреляйте друг в друга. Когда вы дойдете до конца, вы выходите, надеваете куртку, снова надеваете лямки, убираете пластиковый пакет - неповрежденный, добегаете до верха и начинаете снова, всегда с промежутком в десять ярдов в воде.


"Небольшое предупреждение. Если вы намочите свое ружье и выстрелите из него, оно может взорваться у вас перед лицом. Если вы окунете винтовку в воду, постучите по стволу, приоткройте затвор на полдюйма и поднимите его, выньте магазин, встряхните, снова вставьте. Будь осторожен. Всегда направляйте ствол вниз и нажимайте на него на мгновение перед выстрелом. Если вы совершаете ошибку, попросите о помощи. Это лучше, чем покончить с собой. По вашим следам ... вперед!"


Они развернулись и побежали прочь.


Когда первый человек выстрелил, майор появился рядом со мной, когда я стоял, наблюдая за мокрыми Волками.


"Даже морские пехотинцы так не поступают, открывая огонь с воды. Я тоже не видел, чтобы наши делали это."


"Мы делаем очень много того, чего не делают другие", - с гордостью заявил я.


"Как у них идут дела?"


"У меня есть политика дополнительного обучения для тех, кто находится в конце списка. Некоторые хороши во всем, некоторые подходят, но не очень хорошо стреляют, некоторые наоборот. Чтобы они проходили дополнительную подготовку там, где это необходимо, я пока ничего не биндую."


"Должно быть, они были подходящими, чтобы добраться сюда", - отметил майор, когда послышался треск, первые люди теперь бежали обратно по другой стороне, некоторые пинали свои футбольные мячи.


"Подходит ... психологически. Не знаю, как Боб оценил некоторые из них, но один парень, который не настолько хорош, говорит на трех языках."


"У него есть языки, ему просто нужно входить и выходить из места целым и невредимым. А гражданские?"


"В целом неплохо, сэр, двое чертовски крутые, настоящие шпионы. Вон тот парень, Хаммингтон, по-моему, это произносится, у него тюремное заключение, куча проблем, но он решителен и чертовски хорош в этом, марафонец."


"Психопат-убийца следующего года?"


"Пока он сходит с ума от плохих парней, я не возражаю. Посмотрите на Смитти, сэр, теперь он намного лучше. Он был списан системой."


После обеда я вернулся, и они все еще были за этим. "Не вставайте, чтобы стрелять, вы, маленькие ублюдки!" Я закричал. "Взлетай и стреляй!"


В верхнем конце образовалась очередь, поэтому я попросил людей ускорить шаг и войти, там было достаточно места. Проблема была в том, что некоторые были более быстрыми пловцами. Более медленных пловцов поощряли, более быстрым говорили притормозить.


В 3 часа дня мы остановили их, принесли чай и урну, черные пластиковые стаканчики наполовину наполнены, ребята собрали изрядное количество грязи.


Проглотив чай, они проехали три круга по трассе, прежде чем снова пуститься в путь по каналу, еще через час.


Когда закончил, они выстроились в две шеренги передо мной. "Хорошо, теперь вы знаете, каково это - входить и выходить, и стрелять из воды. Разработайте свою собственную технику, нет правильного или неправильного пути. Правильный путь заключается в том, чтобы ваш комплект был сухим, чтобы вы были начеку и могли убить врага, а не обмазаться грязью.


"Если вы находитесь в холодном климате, тогда снимайте с себя одежду, пересекайте реку или озеро, снова надевайте, пока не замерзли до смерти, чашечку чая, уходите. Если вы упадете в реку, вылезайте, снимайте одежду, надевайте запасной комплект или замерзните насмерть через двадцать минут.


"Если очень холодно, тогда сними рубашку и пиджак, рубашку и джемпер в сумку, снова надень куртку, перейди реку, сними куртку и размахни ею, снова надень сухую рубашку и джемпер, снова пиджак. Всегда старайтесь, чтобы внутренние слои были теплыми и сухими. Позже вы расскажете о выживании в холодную погоду. Хорошо, рассредоточиться, снять пончо, разгрузить, раздеть и почистить оружие. Вперед!"


Полчаса спустя у Краба и Даффи были грязные команды из четырех человек, которые продвигались вперед и стреляли, отступали и стреляли, перед перерывом на ужин. После ужина они продолжили чтение карты, на этот раз, чтобы спланировать маршруты с учетом рельефа местности, а также рассчитать время и спланировать источники воды, поскольку карты были из Канады.


Когда это происходило, мы все были в столовой, где читал лекцию наемник, работавший в Конго. И мы подробно расспросили его, этот человек язвительно отозвался о качестве ополченцев; казалось, что наибольшая угроза исходила от старого оружия, валявшегося повсюду. Это и отвратительные болезни.


Четверг был лучшим днем для прыжков с парашютом, и мы надеялись, что ветер немного стихнет.


Волки вернулись в канал, вода была не холодной, они проплыли в полном снаряжении по каналу, сделали круг по пастбищу и вернулись обратно, снова и снова в течение четырех часов, и им принесли чай, пока они стояли мокрые. Вынося столы, мы ждали, наконец, увидев, как к нам подъезжает Magsee с сумками - и мертвыми животными - в руках. Он выглядел как охотник на бобров на каникулах.


Я поприветствовал своего старого друга, представил его ребятам, и он начал с маленькой козы, крыс в клетке и мертвых цыплят под рукой. Я оставил их в его умелых руках и направился к парапортакабину, ветер был достаточно слабым. Это было недостаточно низко, чтобы быть законным, но близко.


Снаряжение надето и проверено, Малли и его приятели наблюдали, мы проверили сумку с снаряжением, ее парашют и настройки высотомера, и мы отправились. В мою команду теперь входил Махони, поскольку именно так мы прыгали по-настоящему, и после небольшого удара погодой мы мягко выпали из задней части "Скайвана" на высоте 15 000 футов, и отсюда я мог видеть мост через реку Северн примерно в тридцати милях от нас.


На этот раз, когда я считал, я заметил, что двигался к Свифти и обратно, в качестве альтернативы, мы, конечно, не были статичными на наших позициях.


Сигнал начался в нужное время, я считал в уме, и мы отпустили и двинулись назад, на этот раз дольше, считая - и нечетно, - прежде чем тянуть. Я вытащил последним, и на этот раз у нас было достаточно разлуки, чтобы быть в безопасности.


Но у нашей сумки был свой разум, и она, казалось, выпустила парашют раньше, и - как мы заметили - она решительно направилась к пабу, и поэтому мы последовали за ней. Я мог видеть бегущих людей и проезжающие машины, лица, обращенные вверх, когда мы продвигались далеко за ограду, полицейские на воротах смотрели в небо.


Теперь мы были в беде, я знал это, наша сумка обладала собственным разумом, ветер был сильнее, чем нам бы хотелось, главная дорога становилась все ближе. Члены моей команды могли приземлиться где угодно, но наш рюкзак просто дрейфовал.


"Это попадет в паб!" Свифти крикнул в двадцати ярдах слева от меня.


"Мы не станем популярными!" Я крикнул в ответ.


"Сегодня будет рыба?"


"Завтра!"


Теперь сумка направлялась к дороге, люди в садах смотрели вверх, церковь приближалась, и она упала на крышу машины, которая поворачивала в деревню.


Я приземлился неподалеку, парашют втянулся, когда машины остановились, очки и шлем были сняты, когда хозяин вышел с двумя стариками. "Свифти" плавно приземлился, Моран и Махони приземлились на парковке у паба, когда багажник поглотил машину, просто нам повезло, что по главной дороге ехала полицейская машина.


Со свертком в руках я подошел и попытался отодвинуть желоб от машины, кто-то внутри искренне пытался выбраться. Появился старик с широко раскрытыми глазами.


"Ты в порядке?" Я спросил.


"Что, черт возьми...?" - Он огляделся. "Почему ты приземлился здесь?" Это главная дорога!"


Я прикусила губу, удерживаясь от саркастического ответа. "Мы последовали за нашей сумкой, ее парашют раскрылся слишком рано".


Он посмотрел на повреждения своей машины, которые были значительными. "Я был пилотом королевских ВВС, бомбардировщиков "Вулкан".


"Я капитан Милтон, сэр, и мы заменим вашу машину".


"Действительно. О, как вовремя, в этом году я собирался бросить водить. Я бы предпочел наличные."


"Мы разберемся с этим, сэр", - сказал я ему, когда полиция остановила движение, мои парни подъехали и помогли. "Но я бы хотел посмотреть, что вы укажете в страховом требовании".


"Что? О да, это может показаться странным."


"С вами все в порядке, сэр?" - спросили полицейские старика, парашют трепыхался.


"Да, да, все в порядке".


Я столкнулся с полицейским. "Мод покроет ущерб, нанесенный машине".


"Что, черт возьми, произошло?" - спросил полицейский.


Сумка с вещами предназначена отдельно для парашютистов, и ее парашют открылся рано, поэтому ее отнесло слишком далеко ... полмили."


"И кто вы такие, ребята?" он спросил.


"SAS".


"Неужели? Мой брат - пара, ему понравится эта история."


Мои парни подняли сумку и потащили ее, и я погрузил свое снаряжение в машину, пока Свифти безуспешно пытался не ухмыляться. Я обратился к домовладельцу. "Мы были голодны, поэтому решили приземлиться поближе. Это нормально?"


"Конечно", - сказал он, глядя мимо меня. "У меня со вчерашнего дня осталось немного рыбы, если тебе интересно".


"Вчера была среда ..?" - недоумевал я.


"Нет, спонтанно устроил рыбный день, завтра то же самое".


Вернувшись в Парапортакабин, без рыбного обеда, Малли и его приятели ухмылялись. "Все могло бы пройти лучше. Я сказал, что ветер был слишком сильным."


"Ветер не был проблемой", - сказал я им. "Этот сумчатый высотомер с точностью до 1000 футов, плюс-минус тысяча".


"Это чертовски большая погрешность", - заметила Мэлли.


Я кивнул. "Да", - медленно выдыхаю я, вздыхая.


"Это будет в газетах, - предупредил Моран, - там были люди с камерами".


Я достал свой телефон и рассказал Бобу историю, о том, что к фотографиям должно быть приложено уведомление D и указаны точные местоположения, о поврежденной машине, которую нужно заменить - или за которую нужно заплатить, Боб беспокоился о высотометрах.


Свифти сказал: "На живом задании установи скорость в 1200 футов. Если он попадет в палубу, винтовки будут в порядке, и мы, возможно, раздавим одного из плохих парней."


"В Конго мы не будем беспокоиться о столкновении с машинами", - отметил Махони. "Или повозки, запряженные ослами".


"Мы снова берем Макса с собой?" Спросил Моран.


Я обдумал это, кивнул и позвонил нашему надежному репортеру. "Макс, ты в форме и готов к работе?"


"Черт возьми, в самый раз, когда ты позвонил, я начинаю черстветь. Где это?"


"Конго".


"Чертовски милое местечко. Есть заложники на Коста-дель-Соль?"


"Будь здесь утром, и здесь ... теперь это новая база." Я дал ему указания.


Я все равно отправил вторую команду наверх, высотомер установил на 1500 футов, и она развернулась примерно на 1000 футов, что было нормально, и она приземлилась на краю северного поля, все были в безопасности, Сандра наблюдала за ними с некоторым трепетом.


Я сказал ей: "Ты бы поехала туда на автобусе". Она все еще казалась нервной.


Когда я сидел в столовой с Волками, все выглядели уставшими, наша третья команда поднялась, но приземлилась не с той стороны забора на сотню ярдов, немного походив вокруг.


Когда я выходил из столовой, зазвонил мой телефон, звонил Боб.


Уилко, несколько небольших изменений в плане. Угандийцы отозвали разрешение, но у нас все еще есть разрешение на пролет над воздушным пространством Руанды и Танзании, и правительство Конго в Киншасе с радостью допускает нас. Итак, это Кения."


"Ну, британские военные постоянно находятся в Кении и из Нее, так что мы не будем привлекать внимания. Подходящий самолет?"


"Я обнаружил старый "Скайвэн" и старый русский транспорт, плюс Ми-8 или два, их там можно взять напрокат".


"Радиус действия и надежность Ми-8 - это проблема", - сказал я ему. "Только короткие поездки".


"У меня есть человек, который доставит один, и тогда вы могли бы использовать его в стране".


"Ладно, звучит лучше. А Скайван?"


"Не такой уж старый, хороший послужной список. Мы проверили двух пилотов королевских ВВС на Ми-8, двух на "Скайване"."


"Когда это случилось?"


"Ты сам напросился, поэтому у них были уроки в RAF Marham".


"Прекрасно. И вам нужно подписать парашюты, которые мы возьмем в Сайренсестерском клубе, по три на каждого, так что парашютов будет много."


"Ты вернешь их обратно?"


"Нет".


"О".


"Используй этот бюджет, Боб. Боевые парашюты не возвращаются. О, и Макс, репортер, уже в пути."


"Некоторые вещи, которые он не может видеть, например, Плотву".


"Я могу доверять ему".


"Как поживают одинокие волки?"


"Продвигаюсь вперед, получаю много хороших тренировок, и я наращиваю их неделю за неделей. Возможно, скоро мы преодолеем несколько барьеров."


"Что ты будешь делать потом?"


"Продолжай в том же духе, дай им вторую попытку. Я приведу их туда. Пока... никакого нытья или драк."


"Они многообещающие?"


"Это действительно так, Боб. Есть семь или восемь человек, которые могли бы прийти ко мне на работу."


Утром я повел Волков на пробежку с Генри, старшим сержантом, который будет здесь позже, и он проведет некоторые тренировки, пока меня не будет. В понедельник для волков пройдут курсы по владению любым оружием, в том числе старыми винтовками .303 времен Второй мировой войны, винтовками Анри Мартини .22, "Узи", the works. У них даже была бы тренировка по минометам, 66-мм ракетам и РПГ.


До прибытия RSM прибыли еще два сарая, а также инженеры для их возведения. Я спросил майора о них.


"Территориальные", - объяснил он. "Центральные магазины. Здесь будет базироваться майор-квартирмейстер, человек, ответственный за все склады и оборудование TA SAS, он будет выезжать - это центральный. Центры ТА расположены в Лондоне, Портсмуте, Ньюпорте, Бирмингеме и на севере, так что это подходит."


"Ты его знаешь?"


"Да, время, проведенное в должности администратора, с нами с незапамятных времен".


"Нужна офицерская столовая", - пошутил я.


Он скорчил гримасу. "Нижний уровень центра для посетителей не используется".


"Я не против, попроси у О'Лири небольшую столовую и бар. СИГИНТ может поесть там."


"А ты?"


"Мне нужно держать руку на пульсе, прислушиваться к полу".


"Теперь ты капитан!"


"Только в Echo, не настоящий", - поддразнила я.


Макс появился в полдень, впустил и отправил ко мне. Полицейские позвонили мне, поэтому я встретил его, когда он подъехал.


" Что это за место? " спросил он, выходя из машины и наблюдая за "Скайваном", летящим через летное поле.


"Моя новая секретная база, без упоминания о том, где она находится, выберите сделанные фотографии. Скажи, что это ... недалеко от Леоминстера."


Он кивнул, осматривая ангар и переносные кабины. Я помахал Крабу рукой. "Пистолет и винтовка работают на Макса, работай с ним усердно. Делитесь этим с другими, если вас отзовут. И немного первой помощи при травмах."


Я наблюдал, как Волки прыгнули в статической линии, все благополучно упали, одна подвернутая лодыжка, один поворот для удара ногой. Все прыгнули, многие испытали тандемное свободное падение.


В 17:00 я встретил Макса в столовой, когда он сидел с несколькими Волками и задавал вопросы. "Макс, это новая снайперская программа - ты можешь сфотографировать их в конце или, по крайней мере, позже в ней. Позвони мне."


Он кивнул, пересаживаясь, чтобы сесть рядом со мной. "Итак, когда мы отправляемся?"


"В воскресенье мы вылетаем в Кению, обставив это как развертывание обычной армии".


"А заложники?"


"Внутри Конго, так что мы полетим туда на небольшом самолете. Но мы планируем несколько оперативных операций по удалению ОРЕОЛА, которые раньше не проводились - по крайней мере, британцами. И нет, ты не можешь пойти с нами. Какова твоя цель?"


"Становлюсь лучше, да, надеюсь, мне это не понадобится".


"Конго - плохое место, безопасных районов нет", - предупредил я. "Тебе выдадут пистолет".


Он кивнул, окидывая взглядом шумную столовую. "Как долго ты здесь?"


"Месяцы. Мы переехали, потому что новая база SAS меньше. Здесь лучшие условия."


"И эти одинокие волки?"


"Курс снайпера, специализированный, некоторые аспекты засекречены, ничего не печатайте, не показав мне".


Он кивнул. "Как долго вы в Конго?"


Недолго, неделю или около того, если все пройдет хорошо. Убедитесь, что у вас такой же набор, как в Сьерра-Леоне."


"Я принес это. А эта черная леди?"


"Никаких упоминаний о ней, она Интел, наш гид по стране".


"И русский парень".


Та же сделка. Упомяни их в своей статье, и я убью тебя сам."


"Хорошо, хорошо, не снимай трусики".


Когда зазвонил мой телефон, я вышел, звонил командующий ВВС. "Я слышал, ты ушел на работу".


"Да, сэр, в воскресенье, отправляюсь в Кению".


"Не бери с собой многих из моих ..." - подтолкнул он.


"Это короткая работа, и ... непослушный."


"И все же, если бы все прошло нормально, несколько фотографий в моих газетах помогли бы".


"Если бы все пошло не так, как надо ... это могло бы стать плохой рекламой, сэр".


"Твой конец, но мой был бы на какой-нибудь тыловой базе", - настаивал он.


"Что вы имели в виду, сэр?"


"Пара вылетов полка королевских ВВС, медики. Даже если они ничего не сделают, но доберутся туда и изменят весь свой опыт."


"Когда они могут быть готовы?" Мы уезжаем в воскресенье."


"Так уж случилось, что они у меня наготове, чтобы отправиться в путь в любой момент".


Я широко улыбнулся. "Прекрасно, сэр. Для начала отправьте их в Наньюки, Кения, а затем мы переедем в Мванзу в Танзании - небольшой захолустный аэродром. Но разведка говорит, что там не видно вооруженных военных, но мы можем пролететь через это."


"МОШЕННИЧЕСТВО в сельской местности?"


"Еще не установлено, я посмотрю на карту. Вы готовы подставить свою шею, сэр?"


"Что ты имеешь в виду?"


"Если что-то пойдет не так вон там, то до подмоги еще далеко, и если бы у самолета была неисправность, его бы бросили там, а это не тот заголовок, который нам нужен. Я сажусь в старый побитый гражданский транспорт."


"Ну, я бы предпочел не терять Геркулеса, но Ангола прошла нормально".


"Вы могли бы подготовить для нас спасательную команду. Как это звучит?"


"Да, мы можем написать это так. И если это путешествие туда и обратно, мы могли бы оставить припасы. В стране есть какие-нибудь ракеты?"


"Никаких шансов, только несколько старых ржавых пятидесятикалорийных, если что".


"Местные возможности?"


"Накачанные наркотиками ополченцы, боевики и наемники, торговцы оружием".


"Таким образом, мы получаем хороший заголовок для меньшего риска".


Я улыбнулся. "Да, сэр. Уводите своих людей, я посмотрю, что я могу для вас организовать."


Я позвонил Бобу. "Только что звонил командующий ВВС, он недоволен, хочет заголовок, поэтому он посылает силы, полк королевских ВВС и медиков в качестве нашего спасательного отряда, но они не покинут Кению. Тем не менее, мы раскрутим историю."


"Если это делает его счастливым, тогда прекрасно, нам нужно его сотрудничество. И они постоянно ездят в Кению."


"А как насчет внешнего вида?" Я спросил.


"Им было нужно?"


"Не совсем, это операция небольшой команды".


"Для них нет брелка".


"Нет, но ситуация может измениться на местах, как это часто бывает, и 2-я эскадрилья все равно пришлет своих. Они могли бы загореть или быть вызваны вперед."


"Хорошо, я посмотрю, не захотят ли "Следопыты" развернуться, но уже немного поздно".


"У них всегда есть упакованный набор", - настаивал я. "О, ты знаешь о SAS TA major?"


"Да, и Роулсон ведет себя подло, влияние медленно нарастает. Я собираюсь проверить, израильтянин ли он."


Я рассмеялся. "Перехитри его, Боб, ты мастер шпионажа".


Вернувшись в дом, я позвал старших ребят из Echo, а также Малли на брифинг через пятнадцать минут. В комнате для брифингов я сдвинул столы вместе и разложил большую карту Восточной Африки. Свифти вышел со мной из дома, Макс тащился за мной по пятам, остальные появлялись группами и садились вокруг стола.


"Хорошо, все немного изменилось", - начал я. Королевские ВВС пожаловались" что они не участвуют в этом задании, поэтому сейчас они посылают "Геркулес" и полк королевских ВВС, собственно, наши спасательные силы, но они не покинут Кению. И все же, Макс, пожалуйста, немного хорошей экспозиции. Там будут офицеры нашего полка королевских ВВС, вероятно, "Следопыты", так что... в действии ... у нас есть надежные силы, которые придут за нами, если нам это понадобится."


"Так будет лучше", - предложил Моран. "Что-то всегда идет не так, всегда меняется план".


Я кивнул. "Итак, у нас теперь есть возможность, в которой мы могли бы спрыгнуть с "Геркулеса" - они позволят нам пролететь над землей и упасть. И если понадобится, какой-нибудь несчастный случай или наш самолет облажается, мы берем "Геркулес", чтобы забрать заложников."


"Лучше во всех отношениях", - похвалил Махони.


Я сосредоточился на Максе, на идее в моей голове. "Макс, это совершенно секретно, но мы попытаемся схватить полковника Роуча и вернуть его для суда".


"Превосходно", - с энтузиазмом отозвался Макс. Это будет грандиозная история. Могу ли я... пнуть его несколько раз?"


Ребята рассмеялись.


"Некоторые вопросы законности", - сказал я ему. "Похищаю кого-то. Но, по-видимому, правительство Конго дало добро на продолжение. Разведка думает, что они знают, где он, и если мы найдем его, то вернем обратно, но это вторично по отношению к заложникам, которые находятся чуть дальше по дороге от него."


"Нам все еще нужно угождать угандийцам?" Спросил Моран.


"Нет, так что пошли они нахуй", - ответил я.


"Одной проблемой меньше", - отметил Моран, остальные закивали.


"Хорошо, итак, план таков ... в нынешнем виде. Мы летим в Кению, на обычную тренировочную площадку, выглядящую как обычная командировка. Затем мы летим на нашем арендованном "Скайване" на небольшой аэродром в Танзании, который мог бы стать нашей базой, но танзанийцы не хотят, чтобы людей видели с оружием - так что небольшая проблема. Мы можем, по крайней мере, заправиться и отправиться дальше.


"Проблема в числах. Четырнадцать, чтобы въехать. Однако есть второй самолет, и за нами прилетит Ми-8, которым мы сможем воспользоваться там, если захотим. Согласно разведданным, существует дружественная группа повстанцев, наличные на руках, авиационное топливо под рукой."


"Мы летим двумя группами", - предложил Моран.


Я кивнул. "И с парашютами наготове, на всякий случай. Я не доверяю этим самолетам." Я взглянул на карту. "Хорошо, есть грязная полоса - или двадцать, достаточно близко к заложникам. Я получу информацию о том, какие из них тихие. Там также есть дороги, и в 4 утра на них будет тихо. Но план заключается в оперативном извлечении вставки HALO с помощью самолета с неподвижным крылом. Высадка будет состоять из трех команд по четыре человека, снаряжение в сумках."


"Сколько сумок?" Спросил Моран.


"Трое".


"Это одна капля, как насчет других капель?"


"Я надеюсь, мы сможем собрать кое-какие вещи, когда доберемся туда, это не сложно. И у нас есть дополнительные парашюты для багажа и высотомеры."


Махони начал: "Дальше по дороге какая-то стройка, и у них прочные мешки, точно такие же, как у нас, набитые гравием".


"Пойди пощипай немного позже, мы посмотрим, возьми их с собой".


Мэлли спросила: "Согласен ли я на выпадение ОРЕОЛА?"


"Нет, вы бы путешествовали с нашим гидом, Сандрой, возможно, другим маршрутом. Саша с тобой. И если у вас есть какие-либо предложения, дайте нам знать."


Малли начала так: "Проблемы, с которыми ты сталкиваешься, меняются в зависимости от проклятых времен года. Группы формируются, сражаются, расформировываются, формируется следующая группа. Если вы неправильно рассчитаете время, то столкнетесь лицом к лицу с тремя сотнями хорошо вооруженных мотивированных людей. Месяц спустя они все снова отправляются домой."


"У Разведки нет больших групп, о которых нам стоило бы беспокоиться, только фрагменты", - проинформировал я его. "Но я ценю то, что вы говорите, группы подвижны".


"И дождь - это проблема", - добавила Малли. На карте показан ручей, и это так, но после дождя он достигает десяти футов в высоту и быстро течет, а на следующее утро это снова ручей. Хитрость в том, чтобы знать погоду выше по течению, а не где ты находишься."


"Хорошая мысль, я попрошу разведку следить за погодой для нас. Хорошо, встречаемся здесь завтра в 10 утра, все, в воскресенье у нас выходной, в субботу никакой выпивки. Набор для джунглей, такой же, как в Сьерра-Леоне, но у нас также есть несколько складных автоматов ak47. Я собирался использовать их, пока мы не рассортируем пакеты с ОРЕОЛОМ."


Я принес карту в дом и положил ее на кухонный стол, изучая ее; район, близкий к заложникам, русским ... и таракан. Как бы я подошел к русским? Возможно, как Петров, но за мою голову была назначена награда.


Саша подошел и сел со мной. "У тебя есть план?"


"Это плавно, но не сложно. Они плохо вооружены, плохо подготовлены; это демонстрация и газетные заголовки. И с хорошими заголовками мы получаем то, что хотим, когда мы действительно нужны."


"Вы ясно видите эти вещи и играете в их собственную игру", - отметил он.


"Ты готов снова рисковать своей жизнью рядом со мной?" Я дразнил.


"Это будет как в старые времена, но, надеюсь, в нашу сторону не полетят ракеты. Тот момент, который я вижу в своем воображении, когда сплю, и страх, когда ты вытолкнул меня. Все остальные умерли?"


"В Томске никого не было рядом с разбившимся вертолетом, но панамские солдаты сказали, что похоронили двух пилотов и шестерых мужчин".


Саша кивнула, опечаленная. "Если бы мы получили эти ракеты раньше ..."


Я откинулся назад и потянулся спиной. "Когда мы въехали в города, я почти забыл себя", - начал я, глядя не в фокусе. "Мы убивали уличных торговцев наркотиками и боевиков, но ... но мы оказали этому городу услугу, мы убрали дерьмо с их улиц. Я мог бы остаться в Панаме навсегда, сидеть на дереве и отстреливать бандитов."


Он улыбнулся. "Очисти поверхность этой Земли и начни сначала".


"На свете есть хорошие люди, мой друг, Сандра - один из примеров".


"Я слышал, у нее было трудное детство".


Я кивнул. "Неоднократно подвергался групповому изнасилованию".


"Но она не сумасшедшая, значит, она сильна своим умом. Я не буду беспокоиться о ней, когда мы будем там."


"Как прошло твое обучение?"


"Я лучше, я лучше бегаю, и у меня есть много дней, чтобы пострелять из винтовки и пистолета, и я вожу эти "Лендроверы". Я не так хорош, как раньше, но... закрыть."


"Близко" - это достаточно хорошо, - сказал я с ободряющей улыбкой.


Утром появился Пара Пит с коробками в своей машине. "Только что получил доставку для тебя, кислород".


"Возможно, они нам не понадобятся, мы бы вошли на высоте 14 000 футов", - сказал я, когда мы выгружали коробки в комнату для брифингов. "И нам нужно, чтобы это отправил "Геркулес", а не на гражданском авиалайнере".


"Но ты заплатишь за них?" - спросил он, теперь обеспокоенный.


"Да, не волнуйся".


Когда он вышел к своей машине, ему позвонили на мобильный, и его лицо вытянулось. Он махнул мне в сторону, проверяя через плечо. "Ваши парашюты, один из которых готов для этой работы, некоторые были повреждены".


Я смотрела мимо него, когда вокруг двигались люди. "Никому не говори, ни слова, доставь их как обычно, притворись, что с ними все в порядке, мы не будем их использовать. Кто их нашел?"


"Моя девочка, Сью. Она заметила что-то странное, а затем обнаружила, что окно взломано."


"Никакой полиции, Разведка разберется с этим. Предложи этой девушке несколько фунтов, будь настойчив, ни слова."


Он кивнул и перезвонил своей девушке.


Я позвонил Бобу. "Послушай, у нас проблема. Пока никто не знает, но наши парашюты были испорчены."


"Что!" Боб зашипел.


"В Сайренсестерской школе пара. Приведите кого-нибудь туда, никакой полиции, они знают, что полицию вызывать нельзя. Они доставят парашюты как обычно, мы заберем их, не предупредив, кто бы это ни был."


"Кого-нибудь вы подозреваете?"


"Мог ли Роуч знать, что мы приближаемся, что какой-то старый придурок из эскадрильи "Е" проболтался?"


"Возможно".


"Тогда мы играем с ними в их собственную игру. А пока мне нужны парашюты. Они французы, марсельская компания, узнай подробности у Пита в парашколе, закажи что-нибудь для Кении. И начните выяснять, кто это сделал. Если вы начнете с бывших SAS, это сузит ваши возможности. И усилить меры безопасности в Кении."


"Когда я найду этого человека ..." Он повесил трубку.


После собрания, когда были составлены планы и обсужден Кит, Пит принес парашюты, все в пластиковых пакетах и упакованные в коробки. "Те, что в черном пластике, - это ... знаешь, остальные выглядят нормально."


"У меня есть еще на заказ. Сохраняйте это в тайне, Разведка ведет расследование."


"Будь осторожен там", - предложил он.


"Нам нужно быть осторожными здесь больше, чем там!"


Когда появился майор в гражданской одежде, я отвел его в сторону. "Это совершенно секретно, сэр, вы никому ничего не должны говорить". Я оглянулся через плечо. "Прошлой ночью с нашими парашютами что-то случилось".


"Что?" - прошипел он.


Я кивнул. "Если бы кто-то сделал это несколькими днями раньше, мы потеряли бы несколько человек".


"Христос. Есть какие-нибудь подсказки?"


"Бывший SAS, на связи с Роучем, единственное объяснение".


Он оглянулся через плечо. "Если он знает, что ты придешь...?"


"У меня есть туз в рукаве, когда дело касается его. И никто не знает о заложниках. Я никому не говорил, за какими заложниками мы идем - и я не уверен, по каким группам мы бы все равно нанесли удар."


Он сдулся. "Кровавый ад".


"Носите пистолет, сэр, будьте начеку, проверьте свою машину".


Он кивнул.


"И веди себя естественно, иначе кто-нибудь может догадаться, что мы вышли на него".


Он уставился на меня. "Кто-то на этой базе?"


"Если бы Роуч предложил 100 000 фунтов стерлингов одному из старожилов нашей эскадрильи "Е" ..?"


Он обдумал это. "Адское искушение, да. Они могли бы уехать на пенсию в Испанию и открыть бар!"


Веди себя с ними как обычно, люди Боба ведут расследование, и он чертовски зол. Для этого парня не будет тюрьмы, кем бы он ни был."


Я отвел члена парламента Питера в сторону. "У нас есть информация, что кто-то на этой базе общается с наемниками-плохишами в Конго. Они взяли деньги и продали нас, запланирован теплый прием."


Он заглянул мне через плечо. "Ты знаешь кто?"


Я покачал головой. "Будь начеку, предупреди остальных, но никому ни слова, это может быть кто угодно - даже старый смотритель. Привлеките двух дополнительных людей, под любым предлогом, хорошо вооруженные патрули, всегда по одному человеку возле ангара, и присматривайте за моими одинокими волками в их казармах и во время тренировок."


"Ведет ли расследование гражданская полиция?"


"Информация есть. Этот парень не сядет в тюрьму. И если бы мне пришлось делать ставку, я бы поставил на старых бойцов эскадрильи "Е"."


"В их новой переносной кабине". Он кивнул. "Я буду присматривать за ними".


Я нашел Николсона. "Это только для твоих ушей. Мы подозреваем, что один из старых бойцов эскадрильи "Е" предал нас, передал информацию плохим парням в Конго за наличные. Если кто-нибудь забредет в казармы или проявит интерес, будьте подозрительны, будьте готовы, но никому ничего не говорите, даже Томо и Смитти. Я надеюсь, что ты случайно не проболтаешься."


"Я занимаюсь этим, босс".


"Если ты видишь что-то очень неприличное, и тебе нужно убить, сделай это. Полицейские знают об этом, поэтому майор, и никто другой, пусть так и остается."


Некоторое время спустя подъехала Малли. Он остановился рядом со мной, когда я болтал с несколькими Волками, которые остались на выходные.


"Кто-то украл мою гребаную машину", - крикнул он в окно, теперь сидя за рулем того, что выглядело как женская машина, ярко-красная и новая.


Когда Малли сидел в своем переносном такси, там было припарковано еще несколько машин, я набрал номер Боба. "Послушай, у Малли украли машину. Проверь точно, где он был прошлой ночью, камеры контроля скорости и историю с украденной машиной."


"Он полетит с тобой и прыгнет с парашютом!"


"Я сказал ему вчера, что он войдет не по парашюту, а с Сандрой".


"Я понимаю". Через некоторое время пришло: "Я сейчас этим займусь. Вы подозреваете его?"


"Все подозреваемые, Боб, за деньги можно купить друзей. Проверь финансы Малли. И, учитывая, что мы берем его, работай быстро."


"Мы часто проверяем их финансы, они это знают. Это должен быть платеж наличными или через офшор."


"И его финансовое состояние?"


"Ужасный. Бывшая жена обескровила его."


"Так что ему не помешали бы деньги. Поторопись, Боб."


Я несколько раз проверил свой собственный набор и сложил его готовым у себя дома, прежде чем встретиться с бандой в районе магазинов, где проверяли и чистили набор, загружали металлические ящики, вокруг царила суета.


"Что ты думаешь?" Махони позвонил, и я подошел к нему. У него было три серых мешка с надписью "Masons Builders" сбоку, и они были примерно нужного размера, с четырьмя большими ручками. "Материал чертовски прочный, выдержит тонны гравия".


Я кивнул. "Найди какую-нибудь мешковину или несколько одеял".


"Мы захватили одеяла, у смотрителя был запас", - вставил Моран.


"И пластиковые пакеты на случай, если он попадет в канаву", - сказал я. "Нужно зашить верх или закрыть его, прикрепить желоб."


"Не так много силы рывка, когда открывается желоб", - сказал Махони. "Зависит от того, что мы в нее вложим".


"Хватит на три дня", - сказал я.


"Это не так уж много", - отметил он. "Четверо мужчин, три дня".


"Когда мы доберемся до Кении, нам помогут местные специалисты", - предложил я.


Меня осенила идея, и я отошел, достал телефон, командир ВВС позвонил домой.


" Уилко, мой дорогой, " начала его жена, и мы поболтали минут пять.


" Уилко, мой мальчик, " наконец произнес командующий ВВС. "Что-то срочное?"


"Мне нужны упаковщики парашютов".


"В Кении их много".


"Мне нужно прислать двух лучших экспертов, которые есть".


"Хорошо, это я могу сделать, они бы хотели отдохнуть. Упаковщики парашютов в этой стране - гражданские лица, за которыми присматривают наши сержанты королевских ВВС."


"Они нужны мне там быстро, сэр".


"Предоставь это мне, но там, внизу, есть несколько хороших людей".


Он перезвонил мне пятнадцать минут спустя. "Не нужно никого посылать, два наших лучших инструктора находятся там, обучают людей".


"Тогда предупредите их, что мне понадобится немного их времени, сэр".


"Сойдет".


Боб перезвонил мне час спустя, когда ящики были погружены в трехтонные грузовики. "В угнанной машине Малли сработала камера контроля скорости недалеко от Сайренчестера. Найден сгоревшим недалеко от Херефорда."


"Сюжет усложняется".


"Полиция говорит, что на фотографии два человека в машине, мужчина, вид сзади, ничего полезного".


"Его местонахождение?"


"Я попросил О'Лири поболтать с ним под предлогом обвинения в пьяной драке неподалеку от того места, где он живет. По словам Малли, он допоздна был в Ньюпорте с приятелями. Мы проверяем эту историю и записи с камер видеонаблюдения."


"Все еще мог бы добраться до Сайренчестера позже. История с украденной машиной подозрительна."


"Вы обсуждали его с командой?"


"Нет. Майор знает, полицейские и Николсон наблюдают за Одинокими волками на случай, если кто-то нападет на них."


"Ты беспокоишься, что кто-то может напасть на Одиноких волков?"


"Если бы я был конченым старикашкой, я бы чертовски завидовал новой молодой крови, пришедшей мне на смену".


"Что ж... да, хорошая мысль."


"На подходе дополнительные полицейские, придумайте какую-нибудь угрозу со стороны ИРА или что-то в этомроде".


"Сойдет. Я вернусь к тебе."


В 18:00 команды все еще были в ангаре, все проверялось и перепроверялось, идеи циркулировали, боеприпасы были упакованы, Бонго продолжал работать.


Я позаботился о том, чтобы у нас были винтовки для наружного применения, и двенадцать автоматов AK47 со складным прикладом в любом случае отправились бы с нами, дополнительные пистолеты, дополнительные мушки.


У каждого из нас было по три шлема, и мы нарушили несколько правил, потому что это были американские легкие шлемы, которые не разрешались для использования с парашютом - даже в Штатах. Некоторые ребята даже предположили, что в них нет необходимости, мы приземлимся мягко или задание будет прервано.


Наручные высотомеры забирали вместе с нашими драгоценными звуковыми высотомерами, и мы приносили их обратно. Кислородные наборы были отправлены в Лайнхэм, но затем нам сказали, что баллоны были опустошены и что они будут заполнены в Кении, комплекты должны быть отправлены на нашем Tristar - клапаны открыты и протестированы.


Свифти стоял рядом со мной и Мораном, когда мы смотрели на оставшийся комплект. "Как насчет... обычное радио в одном ухе, звуковой высотомер в другом, кто-то вызывает его и считает?"


Я кивнул. Хорошая идея, у нас будут рации и, возможно, кислородные маски. Не ломайся раньше времени."


"И с чем мы прыгаем на нас?" Моран позировал.


Я перечислил: "Пистолет в кобуре, запасные магазины, карта, компас, возможно, бутылка с водой, небольшая аптечка первой помощи ... и камуфляжная маска, и надетые камуфляжные перчатки."


"Мог бы носить маски", - вставил Свифти. "Шлем на макушке".


Я кивнул. "Мог бы привязать что-нибудь к лодыжкам, на всякий случай. У некоторых из нас будут спутниковые телефоны."


"Карман на ноге", - подсказал Моран.


"Если это лажа, мы обращаемся в Ми-8, или мы крадем грузовик под дулом пистолета и едем туда, где может прилететь самолет".


" Если позволит погода, " вставил Свифти.


- Что "Скайван" может приземлиться в шторм, " твердо предположил я. "Ми-8 будет действовать в шторм".


Майор вышел из кабины и приблизился. "Поговорил со своим коллегой в Кении, майором эскадрильи "А" Чалмерсом, я хорошо знаю этого парня, и у него будут готовые хижины, вооруженная охрана, он знает правила. Вы будете находиться вдали от других британских солдат там.


Его люди были там шесть недель, так что готовы действовать, если вам понадобится помощь. И у них есть снаряжение, джипы, парашюты и тому подобное."


"Хорошо. Итак, все, что нам сейчас нужно, - это немного хорошей погоды ... и немного удачи, " громко заявила я, люди обменялись взглядами.


В 7 вечера мы все поели в столовой, предметы снаряжения все еще обсуждались, несколько человек из эскадрильи "Е" ели с Малли, что заставило меня насторожиться.


В 9 вечера, когда мы с Сашей и Свифти смотрели телевизор, у меня зазвонил телефон, и я вышел, избегая улиток на садовой дорожке. "Уилко".


"Это Боб. История Малли почти подтверждается, но неизвестно, что он делал после того, как предположительно лег спать. У меня там сейчас команда криминалистов, может, повезет."


"У Мэлли есть мобильный телефон, отследи его".


"Мы сделали, он был выключен всю ночь".


"Большинство людей не снимают их".


"Согласен. На данный момент он подозреваемый номер один, у него есть сообщник, так что ему следует остаться."


"Нет. Если вы найдете веские доказательства, то он попадет в аварию, без суда. Кроме того, если ты уберешь его, тогда Роуч узнает, что мы за ним следим. Пока он думает, что он впереди."


"Ну, да, но чертовски рискованно брать его с собой".


"Если у меня возникнут сомнения, я изолирую его, но Саша может устроить несчастный случай после того, как мы разработаем план. Мне нужно, чтобы Роуч думал, что он в безопасности до дня задания."


"Рискованно, но да - нам нужно, чтобы Роуч был самодовольным".


Перед тем, как лечь спать, я проверил двери и окна, но также знал, что у полиции будет человек, наблюдающий за нами всю ночь, наш набор хорошо охранялся острым мокрым носом и острыми зубами.


Я только начал расслабляться, когда мой телефон зазвонил, издав тихое проклятие. "Уилко".


"Это Боб, извини, что разбудил тебя, но у нас есть отпечатки Малли на окне в школе пара".


Я испускаю долгий вздох. "Могло ли это быть ... что, может быть, он просто напился и хотел нам досадить?"


"В любом случае, он наш человек".


"Не торопись, проверь рисунок печати. Если бы я собирался сделать что-то подобное, я бы хотел найти козла отпущения."


"Теперь они там, я попрошу их перепроверить".


Десять минут спустя он снова включился. "Иногда ты заноза в заднице, ты это знаешь".


"Что я сделал?"


"Эти отпечатки, странный рисунок, так что они могли быть размещены".


"В любом случае, мы действуем осторожно".


"Да. Спокойной ночи."


Я спал, когда раздались выстрелы, меня разбудил собачий лай, и я не был уверен, что слышал. Но когда зажегся прожектор, прозвучал сигнал тревоги на базе, у меня не осталось сомнений, я натягивал одежду, натянул кроссовки, с пистолетом в руке и спускался по лестнице в темноте, кто-то следовал за мной.


Я встал на колени у входной двери, в комнату вбежал полицейский со своей винтовкой, кто-то еще за моим домом.


Русские слова идентифицировали Сашу, когда мы осторожно передвигались по дому. Член парламента стоял с лающей собакой, его винтовка висела на ремне, кто-то опустился на колени у внешнего забора лицом наружу.


"Злоумышленник ранен!" - крикнул из темноты член парламента Питер.


Свифти встал рядом со мной, когда я приблизился к Питеру. "Мне приснился прекрасный сон..."


"Что случилось?" Я спросил Питера.


"Человек в поле, крадущийся. Я некоторое время наблюдал за ним, но потом он, казалось, заметил меня, и я застрелил его. Десять или двенадцать раз."


"Ты кричал предупреждение?" - Спросил я, вставая.


"Er ... должен ли я был?"


"Я слышал крик предупреждения", - сказал я ему. "Это то, что разбудило меня".


"Я тоже", - раздался голос Свифти. "И в следующий раз, кричи тихо, возьми еще и гребаный глушитель. И может кто-нибудь выключить этот гребаный будильник?"


Я повернул голову к кинологу. "Что ты слышал?"


"Я слышал предупреждение, сэр".


"Обойди вокруг, отпусти собаку, посмотри, жив ли этот парень".


"Он не живой", - пробормотал член парламента Питер, когда кинолог убежал.


Я поднял свой телефон, когда прибежали Моран с Махони, с пистолетами в руках, и набрал номер SIS.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, SAS, на базе GL4. Атака продолжается, раздаются выстрелы, человек убит. Соедините меня с полицейскими из Брайз Нортон, полицией и криминалистами, вертолетом или двумя."


Телефон отключен, сигнализация отключена.


"Капитан Моран, я хочу, чтобы все были в форме, снаряжены, с оружием и боеприпасами. Используй старые зеркальные камеры, наш набор упакован." Я указал на полицейского, когда Моран, Махони и Свифти убежали. "Иди, разбуди всех в белых домиках. Особенно Бонго-оружейник. Громко хлопни!"


Я наблюдал, как собака в конце концов добралась до тела, облаяла его, укусила, но затем успокоилась, когда не получила ответа, член парламента приближался сбоку, член парламента Питер прикрывал свою подругу.


"Этот парень мертв, пуля прошла через его голову, большая часть головы отсутствует!" - донеслось с поля.


"Хорошая стрельба", - похвалил я. "Пятьдесят ярдов, и темно".


"У него пистолет!" - донеслось до нас.


"Проверьте, нет ли бомб!" Я закричал. "И вложи этот пистолет ему в руку".


"Никаких бомб", - прозвучало в ответ.


"Значит, он был не один", - предположил я. "Может быть, приманка. Нам нужна полная зачистка."


Выстрелы эхом разносились по летному полю, поэтому мы побежали к полицейскому "Лендроверу".


Член парламента Питер поднял рацию. "Докладывай!"


"Человек ранен, но он застрелил мою гребаную собаку!"


Мы ехали прямо по траве, с визгом затормозив перед ярко освещенным ангаром, мертвой собакой и мертвым злоумышленником на влажном бетоне.


Я осмотрел тело, найден пистолет. "Просто гребаный пистолет?"


"Сапоги на асфальте" объявили о наборе команды из четырех человек в форме и с пистолетами: Николсон, Смитти, Томо и Гонзо.


"Обыщите заднюю часть ангара", - сказал я им. "Команда, прикрывающая позиции, будьте осторожны".


Они обежали ангар, Николсон вернулся всего через несколько секунд. "Там сумка, босс".


У члена парламента был фонарик, поэтому мы бегали вокруг. Я опустился на колени, открывая сумку. Бензин, гранаты, даже Джемтекс. Это больше похоже на настоящую атаку."


Я поднял свой телефон, отодвигая людей от него.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, SAS. Мы только что нашли Cemtex, второй злоумышленник убит, срочно доставьте сюда саперов."


Звонок прерван, он зазвонил сразу. "Это Боб, что случилось?" - раздался взволнованный голос.


"Двое злоумышленников, пистолеты, гранаты, Джемтекс".


"Кемтекс? Иисус."


"Это не парни из эскадрильи "Е"".


"Нет, я думаю, что нет. И они знают, что ты спишь с пистолетом. Ты уйдешь, как планировалось?"


"Почему бы и нет?" Должно быть безопаснее, чем здесь."


"Только ты мог так небрежно относиться к чему-то подобному".


"К утру нам нужна идентификация тел".


"Я направляюсь в офис. Я попрошу местного криминалиста прислать нам отпечатки и фотографии."


Начали появляться парни, разъезжающие на машинах в униформе, схватившие зеркальные камеры или несколько последних АК47.


"Старший сержант Рокко, я хочу, чтобы ты и трое мужчин вышли за ограду с факелами, поищите отпечатки, проследите за ними до машины. Махони, Свифти, садитесь в свою машину, выезжайте за ворота, продолжайте поворачивать налево, найдите ту машину. И остерегайся сбежавшего водителя. Иди. Риццо, защити казармы, проверь тот район."


Они все ушли, много расспрашивая о факелах - и где их, черт возьми, раздобыть.


Наш разведенный капитан разведки появился взволнованный, но без оружия. "Что я могу сделать?"


"Пойдем со мной, собери все факелы из магазинов".


Раздав факелы Рокко, а затем команде Риццо возле казарм, я направился внутрь казарменного блока. Все волки были на ногах и в форме.


"Ладно, слушайте", - громко позвал я, Томо и Смитти вернулись с зеркалками в руках, все Волки встали у своих кроватей, как будто для осмотра. "Ты не будешь спать всю ночь, можешь поспать утром. Как вы, возможно, слышали, двое мужчин пытались проникнуть в это место, вооруженные пистолетами и бомбой."


" АЙРА? " спросил один из штатских.


"Нет. Мы... есть идея, на кого они могут работать. Не волнуйся, они были любителями, мы убили их, а такое случается не часто."


Томо и Смитти рассмеялись. Томо сказал. "Дюжина людей пыталась тебя убить, и это только в этом году".


Я указал на него пальцем. "Их было не больше девяти ... не преувеличивай". Я вгляделся в их лица. "Вам всем нужно столкнуться с проблемами безопасности в том, что вы делаете или намереваетесь делать; кто-то может прийти за вами домой. Они сделают это, только если ты разболтаешь в пабе о том, чем занимаешься. Вот ... что ж, многие люди знают, что мы здесь.


"Итак, есть шесть вооруженных полицейских с собаками - одна собака немного сдохла, и они сорвали эту попытку, и они сорвут следующую, так что расслабьтесь, но будьте бдительны. Если ты боишься, тогда ... возможно, тебе стоит подумать о смене карьеры. Не выключайте свет, ложитесь. Мои парни, оставайтесь здесь, будьте начеку, устройте бойню с здешними сержантами."


Снаружи у ворот мигали синие огни, и я мог слышать вертолет. Моран подбежал. "Я взглянул на Семтекс, разложил его по полочкам. Бомба не была заряжена, обычный предохранитель с таймером - напомнил мне Северную Ирландию."


"Пусть саперы зарабатывают себе на пропитание".


"Взорвали бы они наше снаряжение?" - недоумевал он.


"Это отбросило бы нас назад, задержало бы нас", - подумал я вслух. "Но если бы бомба была в наборе, это было бы проблемой. Утром откройте все, внимательно посмотрите."


Он кивнул. "Роуч знает, что мы приближаемся".


"Что он и делает".


"Мы все еще идем за ним?"


"Саша будет".


"Саша?"


"Саша - это ... хорошо известный русский боевик, работающий на другого хорошо известного русского. Он может призвать к себе милостей там, внизу. Но никому не говори об этом."


"Роуч не узнает о Саше", - заметил Моран, когда мы разглядывали полицейский вертолет, который теперь давал о себе знать.


Махони проехал со Свифти к освещенному фасаду ангара. "Нашел машину", - начал он. "Спрятанный в переулке. Я вставил патрон в шины, приберег его, отъезжая, на случай, если мы кого-то пропустили. Отправил туда копов, получил регистрацию у копов." Он сосредоточился на мне. "Мы все еще идем?"


"Да".


"Будь радушен, - предупредил он.


"Есть вещи, которых вы не знаете, а у меня на руках все козыри", - сказал я им. "Расслабься".


Моран вставил: "Этот член парламента был расстроен, его собака убита".


"Они растят их из щенков, дрессируют, живут дома - это все равно что потерять ребенка", - объяснил я.


Когда Рокко вернулся, он обнаружил, что отпечатки ведут обратно к машине, а полиция в машине. Это были двое мужчин, и только двое мужчин.


Я позвонил Бобу. "Ты в офисе?"


"Да, здесь маниакально. И я утроил меры безопасности в Брайз Нортон, и ваш самолет будет подвергнут досмотру и охране, дополнительные меры безопасности в Кении."


"Мы поймали машину для побега, нашли следы - всего двух мужчин. О чем я сейчас думаю, Боб, так это о том, что эти люди мало знали о наших способностях. За десять фунтов можно сказать, что они иностранцы."


"Мы скоро узнаем, у нас есть регистрация этой машины, украденной в Лондоне".


Бойцы эскадрильи "Е" не стали бы угонять машину в Лондоне."


"Нет", - согласился он.


И это могло быть спланировано лучше. Кто бы ни планировал это, он не был бывшим в SAS."


"Возможно, у них было ограниченное время, люди и ресурсы".


"Возможно", - согласился я. "Но это выглядело так, будто они были настроены взорвать наш набор или подложить бомбу в наш набор. Первый человек шел за мной, но у него было мало шансов, я чутко сплю."


"Они этого не знают".


"У Мэлли есть, он был со мной в Боготе".


"Что ж... все еще не уверен насчет него, но он мог бы справиться с этим лучше, да."


"Эти парашюты были бы проверены в Кении и, вероятно, обнаружены. Пока что Роуч меня не особо впечатлил."


"Как я уже сказал, ограниченное время и ресурсы. Но это говорит о том, что он не очень хорошо защищен там, внизу, иначе он бы устроил ловушку за городом. Не похоже, что вокруг него сотня хорошо вооруженных людей."


"Хорошая мысль, и да, это кажется странным", - согласился я. "А как насчет нашей молдавской банды?"


"Это могло бы иметь больше смысла, учитывая, что Роуч предоставил информацию о тебе".


"Роуч никогда бы не допустил, чтобы на дежурстве было шесть вооруженных полицейских", - указал я. "У них никогда не было вооруженных людей на дежурстве на старой базе SAS".


"Верно. В любом случае, ты можешь поспать в самолете."


"Придется, мы не будем спать всю ночь".


Когда взошел рассвет, дул прохладный свежий ветерок, мои ребята все еще патрулировали, несколько полицейских машин были усеяны вооруженными офицерами, вокруг сновали люди из SOCO в белых комбинезонах, Саперы только что вернулись домой после двух контролируемых взрывов на траве. Утром мы не были бы популярны в деревне.


Тела были вывезены, два "Лендровера" из Брайз Нортон здесь, полицейские королевских ВВС патрулируют окрестности. Мертвую собаку упаковали в пакет и увезли, кровь смыли перед тем, как Макс приехал, так как он навестил родственников в Бристоле.


"Что, черт возьми, произошло?" он спросил.


"Что случилось... в том, что ты купил себе эксклюзив", - поддразнила я. Мы посвятили его в детали, сказали ему, что он мог и чего не мог сообщать, и он сделал снимки, настроил свой набор, чтобы отправить детали в Лондон, и он целую вечность висел на телефоне.


Поскольку автобусы королевских ВВС должны прибыть через час, я созвал всех парней в ангар. "Хорошо, слушайте. Оружие возвращаем в оружейную, кто-нибудь, найдите Бонго и разбудите его, затем мы выгружаем все наше снаряжение, открываем его и проверяем, и обыскиваем грузовики и джипы. Они пришли с бомбой, мы их остановили, но, возможно, у них было две. Итак, мы ищем ... или бомба взрывается в полете. У нас меньше часа до прибытия автобусов."


Полчаса спустя, и Малли подъехала, опустив Кит. "Что, черт возьми, здесь произошло?"


"Двое мужчин пытались проникнуть внутрь с бомбой, мы убили их", - сказал я ему, оценивая его реакцию. "Похоже, они хотели поместить бомбу в комплект с таймером, чтобы она сработала в середине полета".


Он выглядел испуганным. "Кто?"


"Пока не знаю, но некоторые предполагают полковника Роуча, поскольку он скрывается в Конго".


Лицо Мэлли вытянулось. "Таракан?"


"Есть ... ты должен сказать мне что-то сейчас, прежде чем мы узнаем позже?"


Он улучил момент, бросив взгляд мимо меня. "У меня был визит, странный визит, старый друг, они зовут его Стэн, мы служили вместе. Он упомянул Роуча. И что он вербовал людей."


"И..?"


"Сказал ему, что меня это не интересует, я бы не стал работать наемником в Африке".


"Но ты должен был сообщить об этом разговоре".


Он опустил голову. "Ну, может быть, стоило это сделать".


Я придвинулся к нему поближе. "Наши парашюты были испорчены, но мы заметили это". Его глаза расширились. "Ваши отпечатки были найдены на окне, которое было взломано".


Он выглядел испуганным. "Мои ... отпечатки?"


"Я думаю, что твой друг Стэн хотел больше, чем просто поболтать, он также хотел получить твои отпечатки. Боб раздумывает... неглубокая могила для тебя где-нибудь."


"Я... Я ни во что не вмешивался."


"Затем твой хороший приятель Стэн получил твои отпечатки пальцев и угнал твою машину. И подставил тебя, чтобы тебя убили или посадили на пожизненный срок."


"Этот... ублюдок".


"Итак, это то, что ты собираешься сделать для меня. Во-первых, ты пока никому об этом не рассказываешь. Второе, ты разворачиваешь свою блестящую красную машину, едешь домой и начинаешь выяснять, с кем еще разговаривал Стэн, навещаешь всех своих старых приятелей - будь настойчив. И может быть ... ты избегаешь тюрьмы."


"Если я найду его, полиция найдет его гребаные внутренности".


Я позвонил, когда Малли отъезжала.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, SAS. Я хочу приложить все усилия, чтобы найти бывшего солдата SAS, известного как Стэн. Он наш человек, стоящий за нападением, дай Бобу знать. И пусть аэропорты присматривают за ним."


Тщательный обыск базы не выявил бомб, но одна полевая мышь захотела прокатиться в солнечный климат, и когда прибыли автобусы, мы загрузились, используя багажные отделения автобусов для наших металлических ящиков, и на двух автобусах отправились в Брайз-Нортон с полицейскими на буксире.


В Брайз Нортон мы обнаружили полицию у выхода на посадку и полицейских в зале вылета, немногочисленных в такую рань в воскресенье. И, как и ожидалось, нам пришлось сидеть без дела и ждать два часа, не в последнюю очередь потому, что собаки-ищейки разрывали нашу поездку на части.


Парни из 2-й эскадрильи полка королевских ВВС подоспели вовремя, два звена из них - наши экстерны в составе, так же как и медики, но не они были причиной задержки, и я приветствовал их всех как зомби. Команда следопытов из восьми человек была здесь, но по какой-то причине с офицером на буксире. СИГИНТ полетел бы другим рейсом.


По крайней мере, Макс был счастлив, заново познакомившись со старыми друзьями.


"С вами все в порядке, сэр?" - спрашивали меня несколько раз, когда я выглядел уставшим, изумленным слушателям вспоминалось волнение прошлой ночи, не в последнюю очередь потому, что они ожидали теплого приема в Африке, Мортен был не просто немного обеспокоен.


Мортен ушел с медиком и вернулся с бутербродами, их было много, все мы умирали с голоду. Бутерброды запивали чаем от продавца, пока продавец не перестал работать.


Мы, наконец, поднялись на борт, и я, наконец, закрыл глаза, всем сказали вести себя тихо. Поскольку все были такими же уставшими, как и я, это было все равно что сказать собаке погрызть кость.


Я проснулся семь часов спустя, затекший, у меня болела шея, наш самолет находился недалеко от места назначения, летный состав королевских ВВС принес мне чай, и я постепенно начал чувствовать себя лучше, мои парни зашевелились.


По какой-то причине наш рейс приземлился в Найроби, а не на базе, где действительно была отличная взлетно-посадочная полоса, и гражданские автобусы ждали двухчасовой поездки, которая превратилась в три часа с заходом солнца. Наш опасный и ценный набор был оставлен местным работникам аэропорта и гражданским грузовикам, что не произвело на нас впечатления.


Садилось солнце, и мы, наконец, остановились рядом с одноэтажными зданиями с выжженной травой, аккуратно окаймленной побеленной галькой и камнями, вооруженные полицейские стояли на посту в рубашках с короткими рукавами. Вещи из багажного отделения автобуса, и мы побрели внутрь, куда нам было указано, латунные потолочные вентиляторы работали, но кондиционера не было, кровати были заняты, это помещение было достаточно просторным для всех нас - Сандры и Саши с нами.


Собрав вещи, я отправился на прогулку, обнаружив сержанта МП, направляющего своих людей. Медики были по соседству, 2-й эскадрон за ними, затем следопыты в палате с большим количеством запасных кроватей.


"Сержант, ты главный?"


"Да, сэр".


"Скажи своим людям, чтобы были начеку, мы ожидаем неприятностей".


"Здесь?"


"Да, здесь профессиональные стрелки, наемники".


"Зачем им приходить сюда, сэр?"


"Потому что мы планируем лететь туда, где они есть ... и убиваю ублюдков."


"О, точно, сэр. А ты...?"


"Уилко, SAS".


"SAS? Нам сказали, что это были королевские ВВС."


"И королевским ВВС обычно требуется столько охраны?" Я залаял.


"Ну, нет, сэр. У ваших людей есть комната здесь, на базе, сэр, в SAS, там майор. И, сэр, вы, кажется, перепутали мужчин и женщин ..?"


"Ну и что; они так работают в поле. В джунглях нет отдельной женской палатки, сержант. Теперь, как насчет еды и воды?"


Офицерская столовая будет открыта, сержантская столовая будет открыта допоздна, столовая рядового состава... ну, их несколько, но вы должны быть изолированы, сэр. В магазине неподалеку, где продается бутилированная вода, будут брать английские деньги."


Я кивнул. "Мы справимся. Спасибо, сержант. И будь начеку."


Я схватил Риццо. "Ты бывал здесь раньше?"


"Много раз". Другие повторили это.


Я снял свои косточки. "Тогда давай купим немного еды, затем воды в бутылках, у меня есть деньги от Майора".


После нашей трапезы, которую мы ели под скрипящими потолочными вентиляторами в здании с высокой крышей в форме купола, мы с Мораном направились в здание SAS, где горел свет.


Мы вошли, чтобы найти нескольких армейских администраторов. "О главном?"


"Кто спрашивает?" - коротко прозвучало в ответ.


"Капитан Уилко спрашивает, ты, сука!"


"О, э-э ... минутку, пожалуйста, сэр".


Голоса предшествовали появлению тела, и я узнал этого человека. "А, ты здесь. Устроился?"


Снаряжение готово, желудки накормлены, охрана выставлена, сэр. Вы случайно не знаете ... куда они положили наш набор?"


"Понятия не имею. Позвольте мне сделать несколько звонков, это часто происходит в одном конкретном месте."


После звонка он вручил нам карту, на которой было обозначено здание, о котором шла речь, и мы отправились туда, встречая странные взгляды из-за отсутствия головных уборов. Но я снова надел свои очки.


В номере мы обнаружили клерка, сидящего за столом. "Могу я вам помочь?" Эх, капитан."


"Наш набор, с самолета. САС."


"О, одну минуту, сэр". Он вернулся через пять минут, и вокруг огней запорхали мотыльки. "Не могли бы вы... вы случайно не знаете, на что это похоже, сэр?"


Обменявшись взглядами, мы последовали за ним, в большую комнату с большим количеством снаряжения, несколько металлических ящиков, похожих на наши, и Моран заметил наши сумки HALO, а за ними было сложено наше снаряжение.


"Нам нужна комната, большая, и транспорт, чтобы перевезти это", - сказал я клерку.


"Не по моей части, сэр, извините".


Я указал ему на его стол. "Позвони майору SAS. Итак."


Он проверил номер, когда Моран закатил глаза, набрал номер и передал мне телефон.


"Майор, Уилко слушает, сэр. Нам нужна комната для использования и хранения нашего снаряжения."


"До утра ничего не смогу сделать, надо было договориться заранее."


"Это было. И вы должны были организовать это, как и обещал майор Брэдли."


"Сделал ли он, ну, я этого не помню".


"Нужно ли мне соединить полковника или моего друга премьер-министра, который послал меня сюда?"


" Дай мне час, пожалуйста. " И он повесил трубку.


Я вернул телефон, разозленный. "Ты, тащи сюда полицейского и какой-нибудь транспорт, или я прострелю тебе ногу. В этих гребаных ящиках оружие и боеприпасы."


Нервный клерк сделал звонок, или пять, пока мы ждали, прибыли полицейские. Я приказал им защищать наш набор.


Двадцать минут спустя появился трехтонник, и я послал Морана за парнями. Он вернулся через десять минут, как утверждали наши металлические ящики. Вернувшись в нашу комнату, мы выгрузили их.


"Поставьте свои ящики рядом с кроватями, проверьте снаряжение, приготовьте оленя", - приказал я.


Когда подъехал джип, это были майор Чалмерс и сержант SAS, которые выглядели смутно знакомыми.


"Я вижу, у тебя есть снаряжение", - с сожалением отметил он, Трэвис стоял на олене и был хорошо вооружен. "Но есть базовые правила относительно оружия".


Я изо всех сил пытался контролировать свой гнев. "Это сложно, сэр, потому что против нас существует конкретная угроза. Прошлой ночью на нашу базу в Великобритании было совершено нападение, вооруженные люди со взрывчаткой, посланные российскими торговцами оружием в Конго, которые мы должны были посетить, двое мужчин убиты. Так что к черту ваши гребаные базовые правила и приведите себя в порядок, блядь, прежде чем я начну стрелять в людей. Сэр."


" Нападение в Херефорде? " обеспокоенно спросил сержант.


"Нет, моя новая база недалеко от Брайз Нортон".


"Ты нарываешься на неприятности", - заметил сержант. "У нас есть комната, которой ты можешь воспользоваться, я поставлю охрану".


" Спасибо, сержант, " поблагодарил я, едва скрывая свое презрение к майору.


- Нам не сообщили, - сказал майор, прежде чем удалиться.


Час спустя у нас была комната с китом, охранник снаружи, остальной набор доставили под руководством сержанта, который знал здешних людей и знал, как все делается.


"Как тебя зовут, сержант?" Я спросил.


"Они называют меня подозрительным".


"Что ж, Рыбка, ты назначена ассистентом, поскольку, похоже, ты увлечена. Утром я буду здесь в 9 утра, и первое дело - упаковщики парашютов."


Когда мой телефон отключился, это был Боб. "Как дела?" он спросил.


"Пока... типично военные облажались. Они ожидали нас, у нас были комнаты, но наше снаряжение было запихнуто в складское помещение - оружие и боеприпасы, но теперь у нас есть комната, которой можно воспользоваться после того, как я начал угрожать стрелять в людей.


"И Боб, мы приехали сюда на гражданском автобусе, вторая группа гражданских перевозила наше снаряжение. Один человек с винтовкой мог убить нас всех."


"Утром я собираюсь сам немного покричать. Ты акклиматизируешься?"


"Может быть, на день. Главный приоритет - эти парашюты, и работают ли они. Есть какие-нибудь данные о стрелках?"


"Румынский, но никаких записей мы не можем найти".


"Итак, у нашего молдавского друга были под рукой несколько стрелков-любителей, информация от Роуча".


Следы Cemtex ведут во Францию, поэтому они ведут расследование, их люди тоже были в опасности. Ты не забрал Малли?"


"Я знал, что он невиновен и его использовали, поэтому я сказал ему. Он ищет любые зацепки по этому парню Стэну и ссылки на Роуча."


"Я позвоню ему, удостоверюсь, что он не сорвется на одном. Я позвоню тебе завтра."


Комната заперта, охрана снаружи, я поблагодарил Фиши, и мы направились обратно сквозь теплый ночной воздух, поначалу заблудившись, и я проверил медиков и внешность. Во 2-й эскадрилье был второй офицер, два летных сержанта, со всеми поболтали, и я поболтал с офицером "Следопытов", его полковником, стремящимся лучше контролировать своих людей.


Сандра была на кровати рядом с Генри. "Ты в порядке?" Я спросил ее.


"Здесь на меня странно смотрят, но это черная страна".


"Здесь нет женщин-солдат, только в администрации", - сказал я ей. "Генри, присмотри за ней".


Он кивнул, чистя свое ружье.


"Макс, осторожнее с фотографиями здесь, командир базы, вероятно, хочет что-то добавить".


Он кивнул.


У своей кровати я сказал Морану: "Ты знаешь того офицера-следопыта?"


"Да, он хороший человек".


"Немного нахально посылать кого-то без предупреждения".


"Он за администрацию и проблемы, а не за то, чтобы лезть в джунгли".


Сев на свою кровать, я проверил ремни безопасности, затем снял и почистил винтовку, остальные делали то же самое, Дикки и Моури болтали о здешней рыбалке, и мне стало интересно, что предлагают местные озера заядлому рыбаку.


После отбоя Свифти позвал сквозь темноту: "Уилко, ты... спишь со своей винтовкой?"


"Да, и мой пистолет".


"Я тоже", - сказал Моран.


"Какая же мы все-таки грустная компания", - заметил Свифти, и мужчины рассмеялись.


Через некоторое время я сказал: "Должны ли у нас быть сети моззи".


"Да!" Сказал Риццо. "Я задавался вопросом об этом".


"Без проблем", - сказал Роко, вставая с кровати. Он включил свет и зажег свернутую газету. Затянувшись, он разогнал дым вокруг. Моззи ненавидят газетный дым. Лучше всего использовать ежедневную почту."


Мы смеялись, вскоре к потолку потянулось много дыма, и я задался вопросом, что Сандра подумала о Рокко в его трусах.


"Это сделала моя мать", - отметила Сандра, спящая в своей гражданской одежде на кровати.


"Рокко", - позвал я. "Есть моззи, стреляйте в ублюдков".


Я проснулся в 6 утра, чувствовал себя нормально, сидел на кровати, размышляя, когда несколько мужчин зашевелились, рассвет угрожал появиться. И я заметил укус моззи. Я воспользовался туалетом в номере, достаточно далеко, чтобы никого не разбудить смывом, после чего принял прохладный душ - похоже, горячей воды не было, Моури в соседнем душе и такая же щебечущая, как всегда.


После того, как я вытерся и снова надел штаны, рядом со мной появилась Сандра, протирая глаза.


"Боже мой, ты много страдал. Я видел много таких людей в моей стране."


"Я был ранен во многих конфликтах, а не подвергался пыткам", - заверил я ее.


Она разделась и приняла душ, совершенно не заботясь о том, кто ее увидит, но когда она повернулась, я увидел отметины на спине; ее выпороли, сквозь розовую кожу просвечивало.


Позже, выйдя из нашей хижины и повернув направо, я обнаружил Следопытов. "Сегодня займись физическими упражнениями, немного акклиматизируйся, проверь снаряжение. Вы записаны в нашу спасательную команду, и нам не понадобится спасение, пока мы не уйдем, а мы не уйдем, пока у нас не будет плана, и у нас не будет плана, пока Intel не доработает его. Попробуй поработать на полигоне." Я передал аналогичное сообщение Хейнсу.


После завтрака, который был сносным, люди глазели на черную леди в боях, мы пошли в комнату с экипировкой и стали ждать Фиши. Пока мы ждали, мимо прошел дородный уоррент-офицер и возмутился моему сброду.


Я вытащил свой пистолет, взвел курок и приставил к его шее, шокировав его. Уилко, SAS, приехал сюда на ежегодную конференцию по коллекционированию марок. Все эти люди - коллекционеры марок, и к тому же они необщительны, так что оставьте их в покое, пожалуйста. "


Широко раскрыв глаза, он ушел, прежде чем появился Фиши с двумя сержантами королевских ВВС на буксире. Королевские ВВС отдали мне честь.


Фиши начал: "Это упаковщики парашютов".


"Хорошо", - начал я. Внутри вы найдете штатские приспособления для свободного падения в пластиковых пакетах, я хочу, чтобы вы взяли их все туда, где вы упаковываете парашюты. Те, что были в черных пластиковых пакетах, были подделаны ..."


"Подделанный!"


"Да, вражеским агентом". Их глаза расширились. "Я хочу, чтобы ты сказал мне, был ли этот человек экспертом или нет - и можно ли их исправить. Во-вторых, я хочу, чтобы все остальные парашюты были открыты и протестированы, затем очень быстро упакованы заново, тащи ту помощь, которая тебе нужна, это имеет приоритет, мой хороший друг, командующий ВВС, ждет мнения о твоих способностях."


Я указал на Фиши. "Я хочу, чтобы вооруженная охрана постоянно находилась на этих спусках и в здании". Я указал на королевские ВВС. "Используйте только людей, которых вы знаете и которым доверяете".


Они кивнули. "Мы получили сообщение от командующего ВВС".


Подозрительно отпер комнату, у нас никогда не было ключа, и мы начали проверять снаряжение, когда были вынесены мусоропроводы.


Час спустя появился командир базы, полковник, с несколькими своими сотрудниками, все выглядели крайне обеспокоенными.


Я встретил его возле двери, и мы вышли на узкую гравийную дорожку, по сторонам которой белела галька. "Сэр?" - Спросил я, щурясь на ярком солнце.


"МОД надрал мне задницу перед завтраком, так что я чертовски хотел бы знать почему".


"Сначала нас доставили сюда в гражданских автобусах, когда министерство обороны указало хорошо вооруженный эскорт. Во-вторых, наш комплект - оружие и боеприпасы - был доставлен сюда гражданскими лицами без сопровождения и брошен в комнате, которую мы должны были найти сами, и эта комната была предоставлена нам только для приведения себя в порядок после того, как я пригрозил расстрелять людей."


"К чему эта чертова паника?"


Я громко заявил: "Потому что, сэр, гребаный премьер-министр ожидает, что я и моя команда прыгнем с парашютом в Конго сегодня ночью, спасем нескольких заложников и вернемся живыми!


"Вдобавок ко всему, на нашу базу в Великобритании напали перед нашим отъездом, люди с оружием и бомбами, посланные теми же людьми в Конго, которых мы должны застрелить на этой неделе. И те же самые люди знают, что мы здесь, так что к обеду вы можете получить большую бомбу и кучу трупов военнослужащих. Это проясняет причину гребаной паники, сэр?"


Он контролировал свой шок и гнев. "Это так, да, и я сам себе надеру задницу; с этим следовало лучше справиться". Он повернул голову. "На воротах черное условие. И я хочу, чтобы все сообщения от министерства обороны об этом были отправлены в течение следующего часа."


Двое мужчин отошли в сторону.


Полковник разочарованно вздохнул. "Что еще тебе нужно?"


"Немного сотрудничества, затем немного удачи, сэр".


"Здесь, по-видимому, для вас "Геркулес", наземный персонал и несколько странных самолетов".


"Я скоро встречусь с пилотами, проверю самолет, но мы задержались, наши парашюты были испорчены".


"Подделали? Знаешь кто?"


"Да, мы убили двух мужчин там, в Великобритании".


"Господи, ты именно такой, каким я его себе представлял, а здесь вывихнутая лодыжка - новость".


"Мы достаточно скоро уйдем, сэр, подальше от вас".


"И ... эта черная женщина?"


"Ми-6. Таков и русский человек."


"У вас довольно экзотическая команда. Как ты туда доберешься?"


"Падение ореола, сэр".


Его глаза расширились. "ОРЕОЛ, оперативный ОРЕОЛ?"


"Да, сэр".


"Иисус. И они знают, что ты придешь?"


Я кивнул. "Да, сэр".


Он столкнулся с майором. "Убедитесь, что у них есть все, что им нужно, строгая охрана".


"Немного холодной воды было бы неплохо, сэр", - всплеснул я руками.


"Я разберусь с этим сейчас", - предложил майор, прежде чем уйти.


" И полковник, " позвал я. "У нас есть внедренный репортер, модификация очищена. Если у вас есть сотрудник пресс-службы, пришлите его."


" Я вернусь позже, " предложил полковник, так, чтобы это прозвучало как угроза, и уехал.


После обеда Фиши отвез меня и Морана в parachute packers, оживленное здание, полное длинных скамеек, направляющих станций, расположенных вдоль скамеек, подвесных канатов, установленных в пазах, закрепленных стояков, поддерживающего и растягивающего купола. У них было сорок скамеек и сотня местных женщин под рукой, дюжина военнослужащих королевских ВВС.


Подошли летные сержанты королевских ВВС. "Установлены четыре фальсифицированных желоба - это сделал не специалист, довольно неуклюже, сейчас дамы это чинят. Линии замены выглядят толще, вы можете заметить их, если знаете парашюты, но они прочнее. Остальные, кажется, в порядке, скоро все будет проверено, дамам все равно нечего было делать."


Я кивнула, разглядывая полных местных дам, которые оглядывались на меня. "У нас также есть парашюты HALO bag, мы доставим их вам, но мы не сбросим их сегодня или завтра. Есть специалист по высотометрам?"


"Здесь есть человек, да, Инженер".


"Пришлите его ко мне, пожалуйста. И спасибо. О, а как насчет запасных парашютов здесь?"


"Сотни, все готово к учениям в следующем месяце, и снаряжение HALO с отрядом парашютной школы королевских ВВС здесь".


"У нас есть сумки для набора HALO, и мы привезли похожие сумки, но их нужно пошить. Пойди взгляни на пакеты с ОРЕОЛОМ и раздобудь мне несколько экземпляров, пожалуйста. "


"У нас кое-что есть, подойдите, взгляните", - и он показал нам похожие сумки. "Френч использовал их, но оставил в прошлом году".


"Есть спускной парашют?"


"Пилотные парашюты, как мы их называем, и да".


"Выброс с высотомера?"


Он улыбнулся. "Да, для Геркулеса брошены рюкзаки для выживания, которые никогда не бросают в кустах".


"Так что сделай мне несколько мешков с ГАЛО, установи высотомер на 1000 футов, и командир ВВС получит записку о том, какой ты чертовски хороший".


Ребят из авиаотряда "А" отозвали из отпуска на несколько дней и приказали помогать, но они стремились помочь и не злились на нас.


Когда они увидели сумки HALO, у всех у них одновременно возникла эрекция, на нас посыпались вопросы, сумки осмотрели. Они чертовски завидовали, что их не взяли с собой.


Мортен появился в 16:00. "Мы разместились в ангаре с другим персоналом королевских ВВС, готовы, если мы вам понадобимся".


"А пока приведи себя в порядок, не распаковывай вещи и устраивайся поудобнее, займись физическими упражнениями, возможно, какой-нибудь тренировкой на дистанции. Завтра мы узнаем больше. Мне еще предстоит найти сигналы и разведданные."


"Я видел их, здание, похожее на все остальные здесь, за магазином".


Итак... Я ищу то здание, которое похоже на все остальные?"


Он бросил на меня взгляд.


"Мы найдем их", - сказал я с улыбкой.


Когда Мортен отсутствовал всего минуту, капитан Харрис забрел внутрь. "SAS сказал, что ты был здесь."


"Пока что ты облажался", - сказал я ему. "Приехали из аэропорта на гражданских автобусах, без охраны".


"Я снял комнату под управлением воздушного движения, как командный центр, достаточно большую".


"Хорошо, покажи мне. Капитан Моран!"


Мы объехали окрестности, Харрис уже купил джип, и мы обнаружили, что на его стоянке становится уютно.


Я указал на большой стол. "Это центральное командование, разложите карту. Иди поговори со следопытами, здесь всегда мужчина, то же самое со 2 эскадрильей и медиками. Первое совещание командования в 9 утра. Найди пилотов, приведи их сюда на встречу. И ... есть какие-нибудь обновленные данные?"


У нас есть подробности о заложниках от Боба, местных ополченцев, оценка численности. Мы ежедневно получаем обновления, но обычно в них говорится "без изменений"."


После ужина я организовал пробежку, Риццо, Дикки и другие знали, как нужно бегать, и я сидел, изучая карты, размышляя, Сандра читала книгу, Макс возился со своим снаряжением. Наконец-то у меня в голове сложился план.


Когда зазвонил мой спутниковый телефон, это был Боб. "Я просто сидел и смотрел на карту", - сказал я ему. "Зарабатываю себе на пропитание".


"Что ж, посмотри дальше на юго-запад, план изменен, премьер-министру дают рекомендации, пока мы разговариваем".


"О чем?"


"Двенадцать белых шахтеров из Замбии; пятеро британцев, четверо французов, бельгиец и некоторые другие. Их вытащили из мины на границе, автобус перехватили."


"Я знаю, как они здесь относятся к автобусам ..."


"Итак, мы хотим их вернуть".


"А другие заложники?"


"Мог бы пойти за ними потом".


Простая работа, максимум неделя... " передразнил я.


"Не вини меня, поговори с премьер-министром. Я отправляю подробности капитану Харрису."


"И эта банда похитителей ..?"


"Вполне способные, около сотни человек".


"Не должно быть способных групп такого размера!"


"Они замбийцы, поэтому их не было в списке".


"Чертовски чудесно", - вздохнул я. "О, собрание командования в 9 утра каждый день. И могу ли я привлечь дополнительных людей?"


"Тащи кого хочешь, это ПМ зовет, не я. Его вина, его бюджет."


Положив трубку, Сандра спросила: "Проблемы?"


"Да, замбийская банда похитила работников шахты, к югу от границы. Мы займемся ими первыми."


"Я буду участвовать?"


"Вряд ли для этой первой работы".


"Я не знаю этот южный район".


Я шел по соседству с парнями из 2-го эскадрона. Они остановились и посмотрели на меня. Планы меняются. Мои внешние, приготовьтесь к прямой трансляции, у нас новая проблема с заложниками, миссия расширена. брифинг для офицеров и сержантов в 9 утра." Я повторил это со следопытами, чей офицер хотел сначала посоветоваться со своим майором.


Я побежал в командный центр, дежурный офицер показал мне факсы. Я забрал копию обратно.


Когда на моей стоянке захрустел гравий снаружи, я вышел к ним. "Слушайте внимательно, соберитесь вокруг".


Они тяжело дышали, руки на бедрах, лица сияли. "Произошло новое похищение, дальше на юг, расширенная миссия, мы отправимся за ними. Сейчас идут внешние испытания, возможно, тачдаун "Геркулеса". Спокойной ночи, кип, побольше воды, мы можем отправиться завтра ночью."


Сидя на своей кровати, пока ребята мылись, я сопоставил координаты и нашел шахту, дорогу через границу, соответствующий город - и там была взлетно-посадочная полоса. В десяти милях отсюда, у черта на куличках, также была взлетно-посадочная полоса.


Очищенный Моран сидел со мной. "Как это выглядит?"


Я тыкаю пальцем в карту. "В том маленьком городке находятся заложники, взлетно-посадочная полоса на окраине города, еще одна взлетно-посадочная полоса здесь, в десяти милях отсюда - выглядит заброшенной".


"Тогда это наше место, ночная посадка с помощью Skyvan".


Я скорчил гримасу. "У нас есть еще люди, которых нужно рассмотреть, и эта взлетно-посадочная полоса, возможно, вся в дерьме. На некоторых установлены старые грузовики, чтобы помешать любой посадке. Итак ... как насчет того, чтобы отправиться на этот аэродром, произвести оценку, привлечь остальную команду. Двигайтесь по городу, проведите оценку, захватите заложников и используйте их собственную взлетно-посадочную полосу для посадки."


"Нужно было бы обезопасить эту взлетно-посадочную полосу", - предупредил он. "Или в самолет стреляют".


"Альтернативный вариант - угнать транспорт и переправить заложников на другую взлетно-посадочную полосу".


"А если это прерывание?" Спросил Моран.


"Встреча с Ми-8, или долгая прогулка. Вот здесь, тридцать миль, хорошая взлетно-посадочная полоса, врагов нет, "Скайван" припаркуется там, пилоты Ми-8 готовы."


"Мог бы поехать туда. На что похожи дороги?"


"Дерьмо, его можно смыть, бандиты повсюду".


"Итак, сначала это заход, произведена оценка, затем оценка города, несколько позиций отмены".


Я кивнул. "Поэтапно, осторожно, этап за этапом".


В 9 утра в командном пункте было оживленно, Макс слушал, а также майор с кислым лицом, представляющий командира базы.


Моран был здесь, но я оставил остальных парней проверять снаряжение - и проверять наши парашюты. Я попросил майора Чалмерса, и он не выглядел счастливым, он выглядел так, как будто получил пинка под зад. Фиши был здесь по моей просьбе, плюс пилоты королевских ВВС, обучавшиеся на "Скайване" и Ми-8, множество сотрудников SIGINT, Мортен и командир эскадрильи королевских ВВС, которого я не знал, - и наш странный офицер "Следопытов".


"Хорошо", - начал я. "У нас новые заказы. Группа из двенадцати западных рабочих была похищена с замбийской стороны границы с Замбией, сейчас их удерживают в Конго, здесь." Я тыкаю пальцем в карту. В маленьком городке, в котором они находятся, есть действующая взлетно-посадочная полоса, так что это может пригодиться. В десяти милях к северо-востоку отсюда есть еще одна взлетно-посадочная полоса, предпочтительная точка въезда, но они, как правило, перекапывают такие взлетно-посадочные полосы или ставят на них препятствия.


План состоит в том, чтобы ночью на эту взлетно-посадочную полосу высадились двенадцать моих людей и произвели оценку полосы. В этот момент мы можем прервать полет, мы можем вызвать самолет, если у нас сломаны ноги. Альтернативный трансфер может быть осуществлен вертолетом.


"Если все пойдет хорошо, мы переедем в город и проведем оценку. После этой оценки мы можем попросить о переброске больших сил самолетом или даже на парашюте. Это подразделение второй линии - мои последние четыре человека, восемь следопытов и девять человек из 2-го эскадрона, которые являются нашей спасательной группой, если что-то пойдет не так.


"Если понадобится, тогда я прошу, чтобы у майора Чалмерса были две команды, готовые прийти нам на помощь. Мистер Мортен, "Геркулес", отправленный за заложниками, должен иметь на борту медиков, аптечки для травматизма, и когда мы приземлимся с заложниками, их нужно будет осмотреть. Итак, сколько у нас Геркулесов?"


Командир эскадрильи сказал: "Здесь двое, одному поручено поддерживать вас".


"Спроси о втором. Что касается первого - я бы хотел, чтобы он слонялся без дела, с медиками и командой спасателей на борту, он бы не сел."


"Я спрошу", - предложил он.


Пилоты Skyvan, вы бы доставили нас в Танзанию, заправились и на второй свободной взлетно-посадочной полосе южнее, сбросили HALO, затем ждали в Конго в безопасном месте, полностью заправившись. Все вы должны знать, что танзанийцы не хотят видеть солдат, разгуливающих по этому аэродрому - он используется для туристов, так что это не розыгрыш как таковой."


"Гражданская одежда?" - спросили пилоты.


"Да. УДОСТОВЕРЕНИЕ личности при вас, пистолеты спрятаны, снаряжение для выживания на заднем сиденье, спутниковые телефоны на случай, если вы погибнете. И если вы отправитесь в Конго, вас похитят и продадут обратно. План таков, что у нас есть слоняющийся без дела "Геркулес", спасательная команда и медики - он может даже приземлиться на дороге.


"Но, если бы королевские ВВС хотели быть по-настоящему профессиональными, они могли бы иметь парашюты на борту и могли бы высадить двух медиков и двух солдат на крышу разбившегося "Скайвана"".


Они обменялись взглядами.


Итак, сегодня у нас будет более широкая группа, которая будет практиковать HALO с нами, на всякий случай. Майор Чалмерс, я бы хотел, чтобы все ваши воздушные войска попробовали десантирование с нашим новым снаряжением."


"Если они довольны новым набором".


"У них у всех была эрекция, когда они увидели это вчера".


Несколько человек ухмыльнулись в сторону майора Чалмерса.


"Следопыты и 2-я эскадрилья", вы бы тоже попрактиковались, и, может быть, у кого-нибудь есть камера на шлеме, чтобы Максу было что отправить после успешного завершения задания. Макс, если мы все испортим... никакой истории."


Они смеялись.


"Я знаю, как это работает", - съязвил Макс.


"Хорошо, пилоты Skyvan проверяют вашу машину, пожалуйста, будьте готовы к какому-нибудь местному боевику HALO примерно через час". Я столкнулся с майором из штаба командующего базой. "Есть ли причины для беспокойства о воздушном сообщении?"


"Не сегодня".


"И мы можем снизиться над аэродромом?"


"Обычно нет".


"Я буду считать это согласием".


Они смеялись.


Пилоты, рассчитайте скорость и направление ветра, а также точку сброса. С высоты 14 000 футов ветер со скоростью шесть миль в час отбрасывает нас менее чем на полмили. Когда парашют для багажа открывается, предположительно, на высоте 1000 футов, он дрейфует при текущей скорости ветра в течение шестидесяти секунд. Достань калькулятор. Мои люди могут поворачиваться, мешок - нет. Хорошо, есть вопросы, пожалуйста? "


"Когда ты уйдешь?" - спросил ВВС.


"Если сегодня все пройдет хорошо, мы отправимся завтра, цель - попасть в HALO после наступления темноты, но не так важно, когда именно после наступления темноты - это не обязательно должно быть, когда враг спит, потому что, согласно разведданным, на рассматриваемой полосе никого нет. Мы просто не хотим, чтобы нас видели."


"И "Геркулес" стал бы слоняться без дела?" - спросили они.


"В идеале да, но мы бы обошлись без этого".


"Геркулесу не нужно было бы заправляться в Танзании", - указали они.


Я кивнул. Цель состояла бы в том, чтобы "Геркулес" находился над головой примерно в момент вставки и разворачивался, когда "Скайван" поворачивает обратно. Спасение больше для сбитых пилотов королевских ВВС, чем для меня, мы можем уйти или угнать машину. О, пилоты Skyvan, надевайте парашюты - на всякий случай, или возьмите их."


Примерно через час назначенные мной одиннадцать человек устанавливали парашюты рядом со "Скайваном", двигатели были запущены, сумки вскоре загружены, позиции заняты. Разница теперь заключалась в том, что у нас были кислородные маски без кислорода - только отверстие на месте шланга, чтобы мы могли пользоваться рациями. Большой палец вверх пилоту, и мы оторвались едва ли на двадцать ярдов, набирая высоту и делая круги.


Я проверил камеру на шлеме, переданную Фиши, и включил рацию. "Никто не сломает ногу, там, внизу, за нами наблюдает куча ублюдков".


"Может быть неловко делать аборт сейчас", - заметил Моран.


Я передал: "Хорошо, ведущий - это я - ждет сигнала, произносит "три-два-один-брейк", затем считает до тысячи, и каждый участник делает брейк по согласованному счету, ведущий последним. Все просто."


Мы все получили хорошую оценку базы Skyvan, а также горы Кения на севере, кольца облаков вокруг вершины.


Загорелся красный, и мы встали и отошли к задней части, дверь с пандусом поднялась, и мы поползли дальше назад, сумка тащилась за нами. Я настроил свое радио на постоянную передачу и включил камеру, и в течение двух минут каждые двадцать секунд делались снимки.


Зажегся зеленый, и мы медленно вывалились на задний двор плотной группой. Но Свифти сумел освободиться и несколько секунд плавал рядом, пока не схватился за отведенную ему рукоятку, но правой рукой. Затем он поменялся местами.


"Мило с твоей стороны присоединиться к нам", - крикнула я, звуча гнусаво для самой себя.


Глядя вниз, я мог видеть взлетно-посадочную полосу, а также отдаленные тренировочные полигоны, отсюда открывался захватывающий вид.


Гудки начались слишком рано, и на непрерывном звуке я сказал: "Три... двое ... один ... перерыв", и мы все отпустили и отступили. "Тысяча... две тысячи ... три тысячи ... четыре тысячи ... тяни." И я вытащил свой собственный релиз "the bag left behind".


Рывок, навес открыт, никаких разрывов, веревки в порядке, я посмотрел вниз после того, как взялся за рычаги, не видя сумки. Он открылся поздно, довольно низко, но, по крайней мере, не ударился о землю.


"Это было низко", - передал Свифти.


"Да", - согласился я. "Следуй за мной".


Когда мы снижались, мы могли слышать потрескивание кого-то другого, использующего радио, и мы последовали за сумкой, когда она упала в красную грязь на северо-восточном конце взлетно-посадочной полосы. Я приземлился рядом с ним, приближался джип, Свифти следовал за мной.


Парашюты собраны, мы оглядели друг друга, довольные, что обошлось без промахов, затем встали и наблюдали, как спускается следующая команда, их парашюты уже открыты, парашют сумки оживает.


Раздевайся и садись в джип, следующий пакет хотел попасть в наш джип и напугал водителя, когда мы, смеясь, пробежали несколько ярдов.


Вернувшись в ангары, мы встретили толпу, многие из тех, кто должен был участвовать в операции в Конго, стояли и наблюдали. "Скайван" мягко приземлился.


"Хорошо", - позвал я. "Следопыты, вы готовы, две команды плюс мои соленые огурцы. 2 эскадрильи, три команды, если у вас есть люди."


"А мы?" - спросил Воздушный десант.


"Если есть время, и сумки готовы - и ваш майор, конечно, доволен".


"У нас есть французские сумки, подходящий груз - и чушь собачья майору".


"Тогда, пожалуйста, брось". Я вернул им камеру на шлеме.


К 5 часам вечера бедный старый Скайван вставал четыре раза, и позже ему предстояло совершить ночные высадки, парашюты были заново упакованы местными дамами.


В SIGINT не было ничего нового, так что мы все еще были готовы, чтобы получить подтверждение на утреннем собрании.


Я позвонил майору. "Уилко здесь, сэр, развлекается на солнышке".


"Как дела?"


"Сегодня у нас появился ОРЕОЛ, у всех был, сегодня ночью выпадет, утром мы сделаем выбор, но, похоже, все в порядке. Вы слышали об изменении планов?"


"Да".


"Как поживают мои одинокие волки?"


"Был на выгуле весь день, после утренней пробежки. Настраивайтесь на этот шаблон всю неделю, сегодняшний урок - точное определение расстояния, завтра здесь RSM. О, ТА майор здесь."


"Я расстроил твоего приятеля, майора Чалмерса".


"Я знаю, он позвонил мне, но он должен был быть лучше подготовлен, и отсутствие сопровождения из аэропорта было чертовски рискованным, учитывая, что это ты".


"Есть что-нибудь новое в расследовании, сэр?"


"Это было во всех новостях, но они записали это как "Леоминстер", что прекрасно. Полиция возвращалась несколько раз, заявления от полицейских. Жители деревни знают об этом, но владелец паба еще не запретил нам. Краб и Даффи носят пистолеты на бедрах, на всякий случай."


"Скоро все будет улажено, сэр".


"А Малли?" - спросил майор.


"Подготовка к падению".


"Я знаю этого человека, Стэн, его зовут сержант Райс. Что нужно сделать."


"Деньги, сэр, великое искушение".


Боб позвонил после нашего ужина, и я вышел. "Как дела?" он спросил.


"Я заставил всех сегодня сделать выпадение ОРЕОЛА, никто не пострадал, все прошло очень хорошо, слишком хорошо, достаточно скоро что-то пойдет не так".


"А план?"


"Сегодня вечером мы потренируемся в ОРЕОЛЕ, утром примем решение".


"Тогда поговорим завтра".


Для ночной высадки нам пришлось протестировать наши фонари, но эти зеленые огоньки были прикреплены не к шлемам, а к верхней части груди. Индикатор сумки работал нормально для запуска, но отключился после того, как парашют раскрылся.


Когда я спускался, люди спрашивали: "Где эта чертова сумка?"


Мы приземлились на перроне, вскоре спросив: "Кто-нибудь видел нашу сумку?"


"Он приземлился позади диспетчерской службы", - последовал ответ. "И они несчастливы".


Раздевайтесь, нам принесли сумку, недовольные офицеры жалуются.


Вторая сумка также была потеряна, но попала в центр управления воздушным движением, третья сумка упала на взлетно-посадочную полосу. Нам нужен был лучший свет - и лучшая цель.


Следопыты были предупреждены, и поэтому прикрепили фонарик к своей сумке, чтобы его включили перед падением. Первая команда следопытов не сводила глаз со своей сумки, когда она приземлилась на восток, вторая команда гадала, куда делся их фонарик, когда он разлетелся на миллион осколков на перроне, напугав нескольких человек поблизости.


Для команд 2 эскадрилий были надежно закреплены факелы, а также немного фольги, и они приземлились без сучка и задоринки.


На брифинге в 9 утра, на котором присутствовали те же лица, я начал: "Хорошо, прошлой ночью было несколько заминок, не ной, это упражнение не повторится. Проблема с подсветкой на сумке была, мы думаем, исправлена.


"Поскольку вчера мы справились со всем этим без переломов, мы уходим сегодня. Итак, время полета Skyvan до Мванзы меньше двух часов, да? "


"Да, в зависимости от ветра, это летящий кирпич".


"И теперь мы летим на юго-запад, нет необходимости пролетать над Руандой, три часа, до взлетно-посадочной полосы рядом..." Я проверил карту. "- Мпанда для следующей дозаправки, затем в Конго, прямой отрезок в три часа."


"Это не дает нам много времени на раздумья", - заявили пилоты Skyvan.


"Целевая область в любом случае будет темной, без огней. Мы рискуем. Прямая линия, снижение, десятиминутное промедление - дождитесь радиосигнала, и вы поворачиваете обратно, чтобы приземлиться возле Кабало, дружественные повстанцы ждут вас, топливо под рукой, немного местного самогона, чтобы выпить. Ми-8 должна быть там, чтобы пара пилотов Ми-8 могла это проверить."


"А Геркулес?"


Цель состоит в том, чтобы, когда "Скайван" пересечет озеро, "Геркулес" отставал на полчаса и догонял в точке выпуска, пообщайтесь по радио. "Скайван" поворачивает назад, "Геркулес" тоже, но "Геркулес" делает петлю, пока "Скайван" не окажется возле Кабало, затем "Геркулес" уходит на северо-восток. Есть ли у "Геркулеса" дальнобойность?"


"Да, это около восьмисот миль туда, столько же обратно, много погрешностей, есть несколько запасных аэродромов для посадки".


"На "Геркулесе", - начал я, " должны быть мои четыре запасных парня с парашютами, четыре медика с парашютами, у экипажа должны быть парашюты, снаряжение для выживания, оружие - на всякий случай. Если все идет хорошо, они просто возвращаются."


"Почему бы не спрыгнуть с "Геркулеса"?"


"Мы могли бы сделать, но "Скайван" все равно должен быть там, и если мы будем ранены при приземлении, есть шанс посадить "Скайван" с зажженным огнем, в меньшей степени для "Геркулеса". Я не хочу быть Геркулесом и объяснять это."


"Мы тоже", - твердо прозвучало в ответ.


"Команда "Геркулеса": спутниковый телефон под рукой, убедитесь, что у вас есть мой номер".


Я пошел и нашел Дикки и Соленых в комнате с набором. "Дикки, ты и Соленые, на "Геркулесе", спасательная команда, парашюты и снаряжение. Если "Скайвэн" падет, ты падешь вслед за ним. Иди, найди пилотов "Геркулеса", представься, не дай им уйти без тебя."


Он скривил губы. "Милый, удобный Геркулес".


"Лучше, чем этот гребаный Скайван, приятель. Свернись калачиком и спи."


Набор был проверен и перепроверен, затем проверен еще раз, выпита холодная вода, многие пожелали нам всего наилучшего, когда мы направлялись к самолету, Дикки, Лэсси и Солти шли с нами. Стоя на асфальте, я воспользовался своим спутниковым телефоном, чтобы позвонить капитану Харрису - теперь он стоял всего в десяти ярдах от меня. Все было готово, команда "Геркулеса" стояла и смотрела, как мы уходим.


Двенадцать из нас сидели на заднем сиденье "Скайвэна", где пахло несвежими подмышками, несколько парней взяли бутылки с водой. Два пилота Ми-8 сидели на одном ряду кресел впереди, и они были очень похожи на шпионов, собирающихся куда-то прыгнуть с парашютом, в солнцезащитных очках. И нам всем было неуютно в парашютах. Я захватил множество пакетов с пайками, чтобы мы не были голодны в долгом путешествии.


В этом устаревшем "Скайване" был всего один ряд сидений спереди, шесть сидений, затем просто скамейки, сделанные из тонких алюминиевых труб, зеленая сетка удерживала все это вместе, места хватило бы всем нам с сумками HALO.


Двигатели с грохотом ожили, выпустив клуб дыма - нехороший знак, мы вырулили, и я сидел, гадая, кто помочится первым; у нас были пластиковые бутылки, чтобы помочиться. Пауза в конце взлетно-посадочной полосы, питание включено, и мы тронулись, все надеялись, что обойдется без сбоев, база вскоре осталась позади. Я достал свою книгу в мягкой обложке и нашел свою страницу, один из пилотов Ми-8 копировал меня, Риццо уже спал.


Пересекая озеро и болотистую местность, мы посмотрели вниз, и, приближаясь к Мванзе, пилот подал мне знак двигаться вперед. Я надел запасные наушники, пока два пилота Ми-8 с любопытством наблюдали за мной в солнцезащитных очках.


Пилот повернул голову. "Мы хорошо провели время и почти не израсходовали топливо, так как насчет того, чтобы продолжить?"


"Прекрасно. Мы сообщим об этом, когда покинем Мпанду, но я обновлю их сейчас. Скажи ... на час раньше запланированного?"


"Да, этого должно хватить".


Сев, я достал свой спутниковый телефон и набрал номер капитана Харриса. "Ты слышишь меня?" Я закричал.


"Почти".


"Мы приземляемся не в Мванзе ... у нас много топлива, мы идем прямо вперед. Скажите пилотам "Геркулеса" - мы на час опережаем график."


"Понял. Удачи."


Отложив телефон, я написал записку о незапланированных изменениях и распространил ее по округе.


Моей командой по прыжкам были бы Свифти, Моран и Махони. Второй командой были бы мы, Рокко, Слайдер, Трэвис, Слэйд. Третьей командой будут Риццо, Стрейч, Анри, Жак. И Генри первым пописал в бутылочку, пытаясь при этом встать и пошатываясь.


Свифти написал записку. "Если мы все выпьем из этой бутылки, Риццо даст нам дозу", заставляя нас смеяться.


Время тянулось все дальше и дальше, и я не раз проваливался в сон, как и многие другие, гул двигателей помогал нам отдохнуть. Я даже поменялся книгами в мягкой обложке с одним из пилотов Ми-8.


Мпанда, наконец, стал виден на горизонте, и меня позвали вперед, надев наушники. "Наши расчеты скорости и расхода топлива ни к черту, мы намного впереди и расходуем меньше топлива - хуй знает почему".


"Лучше, чем наоборот", - подчеркнул я.


"Мы приземлимся и заправимся, быстро отчаливаем, они ожидают нас, и я не думаю, что у них будет много пробок".


Наш вибрирующий аттракцион снижался сквозь разорванные облака, пока мы не смогли разглядеть взлетно-посадочную полосу, и мы плавно коснулись земли, мелькая перед низкими зданиями с красными крышами, простым металлическим забором вокруг летного поля, полуголыми детьми, которые стояли и смотрели на нас, когда мы разворачивались и проезжали короткое расстояние до бензовоза. Я убрал парашют, парни скопировали, и я указал на бутылки с мочой.


Двигатели заглохли, мы вышли на послеполуденное солнце и потянулись бедными ноющими телами, Риццо бросил три полные бутылки мочи за небольшим сараем.


Пять минут спустя Свифти похлопал меня по руке и указал. Вбежали трое почти голых местных парней, схватили бутылки и унесли их, добравшись до внешнего забора, прежде чем отхлебнуть из украденных бутылок. Они остановились, оглянулись на нас и уронили бутылки, без сомнения, ругаясь на местном наречии, большинство парней согнулись пополам в припадке, когда я игриво предостерегал Риццо, погрозив пальцем.


"Это научит их злиться", - вставил Свифти.


Отложив телефон, все еще улыбаясь, я позвонил капитану Харрису. "Мы в Мпанде, скоро вылетаем".


"Хорошо, мы отправим сообщение на "Геркулес", скорректированное расчетное время прибытия, но все примерно так, как и должно быть".


Затем я набрал номер Боба. "Мы собираемся пересечь границу Конго, сообщите вашим людям расчетное время прибытия в Кабало, мы опережаем график примерно на час".


"Сойдет".


Топливо быстро пополнилось, мы сели в наш уродливый фургон, его двигатели завелись, и мы тронулись в путь, пока любопытные местные жители смотрели на нас через забор, вскоре направляясь на запад, навстречу заходящему солнцу, и пересекли озеро Танганьика, узкое озеро, пересекающее наш фронт от горизонта до горизонта.


Когда стемнело, парни теперь знали, что мы в стране бандитов, и мы присмотрелись к деталям внизу, пока не стало слишком темно, чтобы что-либо разглядеть. Земля под нами была черной, но впереди нас все еще ждал яркий янтарный закат.


Когда все ребята устроились поудобнее, некоторые задремали, я устроился сам, надеясь, что эта старая птица доставит нас туда без сучка и задоринки, и этот проклятый дрон пролетел у меня под ногами. Это был не самый комфортабельный самолет, на котором я летал, он был хуже, чем "Геркулес".


Я проснулся и потягивался, когда погас свет, что означало, что мы приближались, только тусклые точки света исходили от пульта управления для ориентира, парни вскоре поправили ремни и проверили свои парашюты. Двигатели сбавили обороты.


Загорелся красный свет, и мы встали, сумки оттащили в тыл, команды построились, факелы прикрепили к сумкам и включили. Каждый включал свой маленький зеленый огонек, пока хижина не стала выглядеть так, словно в нее вторглась стая светлячков.


Я сделал последний глоток из бутылки с водой, сначала понюхав ее на случай, если она была не та, и раздал ее по кругу. Ремни затянуты, рукоятка разблокировки проверена в двадцатый раз, пистолет щелкнул, дверь трапа поднялась, рев вторгается в кабину.


"Проверка радиосвязи", - крикнул я.


"Моран вперед".


"Махони вперед".


"Поскорее".


Мешок был сдвинут на дюйм назад к краю, плечи были подняты, из-за некоторой турбулентности принимались широкие позы.


"Не забывай, целься в центр взлетно-посадочной полосы, должно быть видно ее ниже 500 футов".


Загорелся зеленый свет, и мы осторожно вывалились через заднее сиденье, держась левой рукой за наш сверток, и мы быстро устроились, виднелись зеленые огни, белый фонарик в сумке был четким и ярким.


Посмотрев вниз, когда мою шею обдало холодом, я увидел несколько городов и деревень, далекую главную дорогу с виднеющимися фарами автомобилей, какой-то далекий завод с прожекторами, возможно, шахту.


Проходя сквозь облако, мы на мгновение были ослеплены и увлажнены, и мои ноги ненадолго коснулись чьих-то еще.


Сигнал начался слишком рано, и после непрерывного сигнала я крикнул: "Три - два - один - перерыв. Тысяча... две тысячи ... три тысячи ... четыре тысячи ... тяни." И я вытащил свой собственный релиз, когда заметил отдаленный поток машин на дороге. Рывок вверх, и я почувствовал облегчение.


"Отключи звук".


"Моран слушает".


"Махони слушает".


"Свифти здесь. И я вижу огонек сумки под нами."


Я посмотрел вниз и увидел, что сумка светится, внезапно приобретя серый оттенок, когда раскрылся парашют.


"По крайней мере, это не попало в колоду", - отметил Свифти.


"Следуй за этим", - крикнул я.


"Я вижу взлетно-посадочную полосу", - крикнул Махони. "Сумка есть ... думаю, двигаемся к северу от этого."


Я обернулся, чтобы убедиться, что нахожусь впереди мешка, и внимательно осмотрел его.


"Взлетает долбаный самолет!" Свифти закричал. "Смотри".


"Я изучал взлетно-посадочную полосу, заглядывая себе между колен, и вот оно, черный контур самолета, набирающего скорость, без огней".


"Он будет скучать по нам", - заверил я их.


"Эта гребаная полоска используется", - крикнул Свифти. "Смотри, огни на юге, похоже на небольшой лагерь".


" Мы дрейфуем на север, " вставил Моран. "Там темно, нет света".


Тихо снижаясь, мы услышали, как самолет взлетел и оторвался, земля быстро приближалась. Я все еще мог видеть сумку, и когда она остановилась, я указал место приземления, более светлого цвета на фоне черного окружения, которое должно было быть деревьями.


Колени согнуты, руки на рычагах, я прикинул расстояние и начал нажимать на рычаги, пока мои руки не оказались на коленях, и я мягко коснулся земли.


Очки, маску и шлем снимаю, парашют снимаю в спешке, я слышал, как приземлялись остальные, но все они были достаточно тихими. И теперь я хорошо оценил тот лагерь за полосой травы.


Достав пистолет, я побежал к сумке, все еще видя сумку - теперь она была прикрыта парашютом от факела. Я оторвал парашют, секунду спустя он был там, сумка расстегнулась. Я вытащил винтовку из-под одеяла с магазином, взведенным и готовым к стрельбе, осматривая горизонт.


Моран и Махони перебежали дорогу, вскоре схватив винтовки и патроны.


Я поднял глаза и включил радио. "Всем, кто еще в воздухе, приземлиться на северной стороне аэродрома, подальше от огней, мы приземлились и в безопасности". Я мог видеть парашюты.


"Это Рокко, мы удаляемся от тех огней".


"Что-то вкусно пахнет", - заметил Махони. "Цыпленок по-каджунски, я полагаю".


Я изучал лагерь в течение нескольких секунд, прежде чем за глухим стуком рядом со мной последовал обвал парашюта прямо на меня.


"Хорошая цель", - сказал Свифти, смеясь. "Подойди еще ближе, и это убило бы тебя".


"Осторожно, следующий пакет", - прошептала я, поднимая глаза.


Четыре темных предмета опустились вниз и приземлились на расстоянии вытянутой руки, Махони сбило с ног, и он выругался. В ответ пришло извинение на французском.


Я схватил патронташ и надел его на чей-то ремень - все они были одинаковы на этом спуске, маска была снята, перчатки на мне, и я был готов, двигаясь к раздевалке, когда сзади раздался глухой удар, сопровождаемый несколькими тихими проклятиями.


Я достал свой спутниковый телефон и набрал номер капитана Харриса. "Мы в безопасности, никто не пострадал, но враги поблизости, скоро выдвигаются".


"Понял".


К настоящему времени "Скайван" должен был снизиться на высоте 5000 футов и кружить в миле от нас, прослушивая нашу частоту. "Уилко для Скайван, прием, окончен?"


"Скайван, Уилко, обновление окончено."


"Мы в безопасности, никаких проблем, сообщений о пострадавших нет. Задержитесь на десять минут, эта полоска очистится и будет использована. Повторяю, это чисто и используется, лагерь неподалеку. "Геркулес" там?"


"Да, мы находимся в контакте с ними, они бродят в нескольких милях к северо-востоку на высоте двенадцать тысяч".


"Ожидание".


Опустившись на колени, я всмотрелся в объектив и увидел женщин, готовящих еду, бегающих вокруг детей, несколько бензовозов, мужчину, работающего с двигателем, другие мужчины сидели и ели. И не было видно никакого оружия, никто не носил форму.


Я включил радио, когда парашюты были свернуты и засунуты под разгрузочные пакеты. "Слушай сюда, прикрывай меня отсюда, круговая оборона, я иду туда поболтать. Кто-нибудь, разберите набор."


Я поднялся и начал ходить, снимая маску и перчатки, держа винтовку наготове. Когда я приблизился к лагерю, залаяла собака, которую вскоре отчитали, и женщина взглянула на меня - не слишком обеспокоенная.


Дети бежали ко мне, останавливались и убегали, хихикая. Я прошел мимо старых и новых бочек из-под масла, навесов и палаток и до места, которое выглядело как уличное кафе среди деревьев.


Двое местных мужчин с лоснящимися лицами, которые сидели и ели, подняли глаза, а затем посмотрели мимо меня, озадачив меня.


"Добрый вечер. Ты ... говоришь по-английски?"


" Да, - сказал мужчина постарше, когда он снова посмотрел мимо меня. "Откуда ты взялся, парень?"


"Парашют".


Они посмотрели вверх, как будто могли что-то увидеть.


"Ты упал с неба?"


"Да, я приехал из Англии".


"Англия? Ты свалился с неба из Англии?"


"Да. Скажи мне, любой ... здесь есть вооруженные люди?"


"Вооруженные люди? Нет, это мой бизнес, мой аэродром. Я Джордж."


"Я Уилко. Есть ли такие... Замбийские боевики где-то здесь?"


"Мы слышим плохие слова о них, теперь вы пришли сюда с небес. Плохая магия."


"Они похитили много людей, привезли их сюда".


"Ах, я слышу слова, плохие люди, очень плохие, в городе". Он показал большим пальцем через плечо, когда дети с криками носились вокруг.


"Не могли бы вы... хочешь помочь нам с плохими людьми?"


Он смотрел мимо меня. "Кто ты?"


"Мои люди на деревьях, придут еще, и ... с деньгами. Американские доллары."


"Американские доллары - это хорошо, хорошо, да, да. Хочешь поесть?"


"Это было бы здорово". Прицелившись, я достал доллары, которые у меня были, и передал двадцать долларов. "Немного еды для моих людей".


Он смотрел мимо меня и был озадачен этим.


Я включил свое радио. "Подойди ко мне, убери пальцы со спусковых крючков, оружие опусти, еда пахнет великолепно".


Темные тени предшествовали команде, мой хозяин смотрел на них широко раскрытыми глазами.


"Ты пришел с неба?"


Парашюты лежат поперек взлетно-посадочной полосы. Мы заберем их утром."


Банда сомкнулась, некоторые сидят. "Рокко, Слайдер, правая сторона, вниз по взлетно-посадочной полосе, понюхайте полчаса и обратно, очень старайтесь ни в кого не стрелять. Риццо, потянись, левый конец и назад, мы оставим немного еды." Они побрели прочь. "Остальные, садитесь".


Принесли тарелки, парни улыбались гостеприимству.


Я столкнулся с Мораном. "Поблизости нет врагов, в десяти милях от того города, в нем замбийцы".


"Нет, нет", - сказал Джордж. "Дорога ведет в город, слева, а справа находится старая тюрьма, через милю-милю они будут там".


"Хорошая местная разведка", - похвалил Моран с ухмылкой.


"Скайван для Уилко!" - раздался крик у меня в ухе.


"Продолжай".


"У нас только что отказал двигатель, мы снижаемся, есть огни?"


"Я тебя уговорю, включи фары, местные дружелюбны". Я вышел на полосу и встал посередине, оглядываясь по сторонам, пока не увидел их огни. "Хорошо, продолжай идти, я... на своей позиции "десять часов"."


Они изменили курс.


"Есть какие-нибудь холмы поблизости?"


"Нет, просто пологие холмы дальше, но много деревьев. Продолжай идти, ты выглядишь так, будто тебе две тысячи, так что снизься до тысячи." Я ждал. "Продолжай приближаться". Звук нарастал. "Хорошо, ты вот-вот перелетишь через меня ... сейчас. Крутой поворот налево ... выпрямись ... спокойно... Хорошо, очень крутой поворот налево, на 180 градусов."


Я наблюдал, как они круто разворачивались, пока не оказались лицом ко мне. "Заходите на посадку, опустите закрылки, сбросьте газ ... ты такой ... подходим к концу взлетно-посадочной полосы ... немного притормози ... Еще... ты немного левее ... Еще... хороший трек." Я отошел в сторону от полосы. "Десять секунд ... ровно ... Снова дрейфую влево ... вот и все."


"Теперь мы это видим".


Они плавно коснулись земли и начали ползти прямо передо мной, поворачивая направо и останавливаясь - единственный способ, поскольку правый двигатель был неисправен. Я подбежал к боковой двери и забрался внутрь, когда заглох последний двигатель. Пилоты и пилоты Ми-8, казалось, испытывали облегчение от того, что потерпели поражение, но были обеспокоены тем, где именно они оказались.


"Есть что-нибудь интересное в радио?"


"Да".


"Скажи "Геркулесу", что ты в безопасности, и мой оперативный приказ для них - вернуться в Кению и быть в готовности к выводу основных сил, мы сделаем это нашим брелоком".


Я вывел пилотов Ми-8, и их, и пилотов Skyvan в гражданской одежде.


Джордж ждал. "Только один двигатель. У меня есть мужчина, он отлично разбирается в двигателе."


"Если вы заставите это работать, мое правительство хорошо заплатит", - сказал я ему.


"Мы смотрим утром, да, да. Пойдем."


Я отдал ему оставшиеся у меня доллары. "Этот грузовик, мы можем одолжить его на несколько часов?"


"Конечно, это хороший грузовик, но медленный".


Я сидел с пилотами Ми-8, которые наблюдали за странной сценой с ироничными улыбками.


"Вряд ли это враждебная территория", - пошутили они.


"Людям, оставшимся дома, не обязательно это знать", - сказал я им, расставляя тарелки, пока крупная местная дама разливала ложкой бульон. Я набрал номер капитана Харриса. Продолжение. У "Скайвана" отказал двигатель, он приземлился, он с нами, никто не пострадал. Эта полоска будет нашим брелоком, она достаточно безопасна. Мы выдвигаемся через час и проведем оценку жителей Замбии. Они в старой тюрьме в миле к северо-западу от города."


"Ладно, понял. А Геркулес?"


"Я приказал вернуть ее. Подготовьте ее к загрузке завтра, ждите звонка, сообщите Лондону."


Ребята улыбались и шутили, доедая куриный бульон, болтая с Джорджем о футбольном клубе "Манчестер Юнайтед" - он завидовал, что они были на стадионе, что его дети были рядом с нами и задавали вопросы.


Пилоты Skyvan присоединились к нам, и пришли Рокко и Риццо - там все было мертво тихо, другие отправились на оленя неподалеку.


Когда желудки были полны, я поручил Свифти разобраться с грузовиком и его механизмами, а сам сел рядом с ним, пока парни забирались наверх. Я сказал пилотам расслабиться, но если появятся незнакомцы, бежать через взлетно-посадочную полосу в кусты и прятаться - и прекратить ныть об их безопасности.


Заскрипели передачи, мы покатили по тропинке в джунглях, тряся парней в спину, и, наконец, выехали на дорогу, повернули направо и набрали скорость, осталось около десяти миль. Или меньше. Я проверил свой компас, и мы направлялись на юго-запад, так что я был достаточно счастлив.


Мимо нас проехало много машин, и мы свернули, чтобы объехать странного осла без фар, странного мужчину на велосипеде, обеспокоенного вождением Свифти.


Город приближался, слева виднелись огни, и на главном перекрестке - если это можно так назвать, мы повернули направо. Пройдя милю по этой дороге, мы миновали высокие белые стены - вокруг никого, и когда мы миновали эти стены, мы увидели, что это тюрьма. Свифти выключил фары и подъехал, сворачивая в кустарник.


Я спрыгнул вниз. "Все вон! И осторожно, не вывихни лодыжки." Стоя там, я вглядывался в отдаленную тюрьму через объектив, видя несколько горящих огней, но в целом она казалась незанятой, полуразрушенной, заброшенной на десятилетия.


Вскинув винтовку, я включил радио. "Слушайте внимательно. Это тюрьма, в ней должны быть замбийцы, выглядит тихо, горит немного света. Там, где стена встречается с трехэтажным зданием, стена опущена, поэтому мы заходим туда и разделяемся, некоторые поднимаются на крышу, и мы смотрим. Если вы видите большие силы, вызывайте их.


"Строимся в команды, Рокко позади меня, затем Риццо, последний прикрывает наш тыл. А теперь уходим."


Я увел Свифти, и мы огибали кусты и ныряли под деревья, несколько раз шлепая по воде, древесные лягушки пели нам серенаду. У дыры в стене я остановился, чтобы изучить тюрьму, никого не видя, но теперь чувствуя запах готовки. Я прокрался вперед, чтобы рассмотреть поближе, заглядывая за стену.


"Хорошо, там есть прогулочная площадка с четырьмя джипами и двумя грузовиками, двое мужчин стояли и курили, держа винтовки наготове. Слева горит несколько огней, люди готовят, и я вижу четверых, сидящих вокруг костра на первом этаже. И пока это все, покой должен быть где-то внутри.


Моран, Махони. По разрушенной стене на первую крышу, затем тихо на самый верх. Вперед."


Они прошли мимо меня, когда я нацелился на прогулочный двор, вверх по разрушенной стене, удобно выполненной в виде лестницы, и на первую площадку. Повесив винтовки, они довольно легко взобрались на второй уровень, помогая друг другу забраться на крышу.


"Это Моран. Двое мужчин сели у главных ворот. Двое мужчин у грузовиков, четверо под нами, и это все на данный момент. Подожди." Он вернулся с. "В крыше есть большая дыра, и мы можем видеть вниз, несколько групп сидели вокруг, готовили и болтали, может быть, человек двадцать. Некоторые уже спят. Никаких заложников. Режим ожидания, движущаяся позиция.


Уилко, на дальней стороне мертвый белый парень, он весь в крови, может быть, двух, не совсем видно. Для нас есть путь вниз, на следующий уровень, он пуст, если не считать обломков, выглядит так, как будто его построили и никогда не использовали. Двигаемся вниз."


Мы ждали, и я наблюдал за мужчинами возле грузовиков.


"Уилко, я вижу четырех мертвых заложников, все белые".


Я обменялся взглядом со Свифти.


"Это Моран, нашел главную казарму, небольшой лаз к ней, в нем около шестидесяти человек. И чертовски много травки, они все под кайфом, как воздушный змей."


"Точки доступа?" Я спросил.


"Одна главная дверь".


Приготовьте свои гранаты. Риццо, Растягивайся, обойди спереди, ты берешь двоих у ворот и заходишь внутрь. Попытайтесь прикрыть главный вход в здание. Все остальные, следуйте за мной."


Я медленно вскарабкался по разрушенной стене на первый уровень, обходя обломки, пока не смог разглядеть темный силуэт Морана, который стоял на коленях примерно в двадцати ярдах от меня. На этом уровне были только голые серые бетонные столбы и крыша, больше ничего.


Рокко, Слайдер, Трэвис, Слэйд, спускайтесь по этим ступенькам слева, очень тихо, займите хорошую огневую позицию. Двигайся медленно, смертельно медленно."


Они двинулись прочь, согнувшись пополам, в нескольких местах хрустя щебнем под ногами.


"Анри, Жак, здесь справа, цельтесь в людей, выходящих из казарм". Я повел Свифти дальше и привел к Морану.


Моран молча указал на вентиляционные отверстия в крыше. Я достал свои гранаты, быстро копируя.


"Заложники?" Свифти толкнул локтем, и мы обменялись взглядами.


Я задержал на нем свой взгляд. "Мы оба знаем, что они все мертвы".


Он кивнул, кладя свои гранаты.


"Это Рокко", - донесся шепот. "Занял хорошую позицию. Если ты будешь немного шуметь, мы поймаем их, когда они выйдут. И, Уилко, я вижу шесть тел, белых людей."


"Приготовьтесь все. Риццо, ты на позиции."


"Да, эти ублюдки обкуренные и под кайфом".


Заглянув вниз, в ярко освещенную главную комнату, я увидел, что нахожусь в одном ее конце, и что она простирается в сторону Морана. "Пять секунд".


Я выдернул чеки из двух гранат, Моран дальше, темный силуэт Махони в пятнадцати ярдах от меня и опустился на колени лицом к нам с гранатами в руках. Я кивнул, и мы упали, Свифти пихнул его внутрь, вскоре раздались взрывы, крики усилились. Я установил автоматический режим, навел винтовку и разрядил магазин, прежде чем подойти к краю, откуда-то вылетело много пуль.


Магазин поменялся местами, Свифти рядом, я прицелился, вскоре мужчины перебегали двор для упражнений и вскоре были застрелены. Я мог видеть Риццо и Стретча у ворот, бьющих на автомате.


Замбийцы, прихрамывая, вышли, стреляя во всех направлениях, их легко сбивали сверху и сзади, многие стреляли в сторону главных ворот.


Когда у меня закончились люди, в которых можно было бы прицелиться, я крикнул своей команде следовать за мной, и мы побежали в дальний конец, наружу и вниз к стене. Опустившись на колени, мы несколько секунд стреляли в главную комнату, прежде чем переместиться вправо и уйти с линии огня, обойдя здание сзади.


Задний вход был освещен, несколько человек выбежали или прихрамывали, убитые, когда мы опустились на колени. Я двинулся вниз и вперед, к краю двери, замбийцы пробежали прямо мимо меня и были сбиты парнями позади меня.


Я заглянул внутрь, увидел мужчин, пытающихся неуклюже зарядить оружие, и я поливал тех, кого мог видеть - слева направо и обратно. Отступаю назад, киваю Свифти, пока я менял журналы, и он встает. Опустившись на колени, я развернулся и выстрелил длинными очередями, когда он стрелял поверх меня.


Достав гранату, я выдернул чеку и бросил ее внутрь, последует последняя граната, крики усиливаются.


Мощный залп огня, раздавшийся изнутри, звучал как "мои парни". Я передал: "Рокко, мы у задней двери. Отчет."


"Не заходи с этой стороны, мы убираем".


Прогремели взрывы.


"Это Риццо, ни один ублюдок здесь не выживет".


"Двигайся вверх, дважды нажми, будь осторожен. Анри, Жак, прикройте их."


Я заглянул внутрь, когда стрельба из команды Рокко продолжалась, но минуту спустя стало очевидно, что они стреляли дважды.


"Это Рокко, никакого движения не осталось".


Я проскользнул внутрь к серой бетонной колонне и опустился на колени, Быстро к противоположной колонне, несколько тел дважды ударили. Раздается стон, и я всаживаю пулю в голову мужчины.


Рокко, находившийся теперь в пятнадцати ярдах от меня, указал на боковую комнату, поэтому я двинулся к ней вдоль стены, по пути прикончив двух замбийцев. Выглянув из-за угла, я увидел, что комната разделена на две части, в одной тайники с оружием, в другой тела, один живой.


"Один все еще жив", - крикнул я. "Прикрой меня".


Рокко придвинулся ближе, когда я медленно вошла внутрь. Заметив движение и черное лицо, я всадил в человека три пули, он врезался в стену и сполз по ней, оставив кровавое пятно. Он был последним, кто остался на ногах.


Я бросился к раненому белому человеку, который сидел, прислонившись к голой серой бетонной стене, с окровавленным лицом; он получил удар, или десять. "Ты меня слышишь?"


Один глаз открылся, но это было все, что он смог изобразить.


Я проверил его пульс, присел и послушал грудную клетку, позади меня послышалось движение, приближалась команда. "Коллапс легкого, мне нужно его дренировать".


Я включил радио. "Кто-нибудь, попробуйте завести грузовик или джип. Пришлите кого-нибудь за нашим грузовиком. Дважды нажмите и проверьте их все, затем снимите с кроватей одеяла, мы забираем тела заложников обратно. И проверь у тел пульс, никогда не знаешь наверняка."


Я уложил мужчину, когда раздался треск, Свифти был рядом со мной, моя аптечка первой помощи была наготове, и я ввел дренаж в его грудную клетку, заставив его поморщиться, но после того, как я осушил это легкое, он задышал лучше и пришел в сознание.


"Успокойся", - сказал я ему. "Мы вытащим тебя".


" Мои дети... " прохрипел он.


"Ты увидишь их снова, просто расслабься".


Когда он был достаточно стабилен - несколько порезов зашиты, смазано кремом, наложено несколько прокладок - мы перенесли его на отдельно стоящую деревянную дверь и вынесли наружу, Моран и Махони тащили тела, завернутые в одеяла.


"Одиннадцать тел", - отметил Моран. "Это все они. Ни у кого нет пульса."


Когда деревянную дверь - и раненого мужчину - поместили в джип с работающим двигателем, я поднял телефон, наблюдая за телами, загружаемыми в наш грузовик.


"Капитан Харрис слушает".


"Это Уилко. У нас есть один заложник, но он может не выжить, остальные были мертвы до того, как мы добрались сюда, все избиты до смерти. Мы возвращаем тела, похитители возвращают ... Спящие. Обнови Лондон."


"Сойдет. Ты сейчас отказываешься?"


"Черт возьми, у нас есть один полумертвый заложник, так что мы поищем других, пока мы здесь, а затем отправимся на север. Отправь наружников и медиков завтра на полосу, приземляйся у Геркулеса - это хорошая полоса. О, и хороший запас мешков для трупов, несколько пластиковых листов. Уилко на свободе."


Сев на лошадей, мы выехали за ворота, быстро оглянулись и стали ждать дальше по дороге. Стретч и Риццо прибежали, забрались в джип, прежде чем мы уехали, взрыв прогремел тридцать секунд спустя, и все в радиусе десяти миль услышали бы его.


Вернувшись на полосу, найденную после того, как мы вернулись назад и поискали дорожку, мы спрыгнули вниз, Джордж ждал.


Я указал на джип. "Это для тебя, когда мы уйдем, подарок".


"Для меня?" - он подошел к украденному джипу. "Ты хороший, да". Он наблюдал, как раненого мужчину вынесли, все еще на носилках у деревянной двери, и положили на стол.


Я проверил жизненные показатели мужчины и снова осушил его грудную клетку.


Он повернул голову. "Мой брат..?"


Я уставился на него сверху вниз. "Он тоже был заложником?"


"Да", - прохрипел он.


"У нас есть его тело, боюсь, он мертв".


"О нет ..." - Он начал всхлипывать.


"Трэвис, сядь здесь и следи за его дыханием, проверяй каждую минуту".


Пилоты приблизились и взяли бывшего заложника. "Что случилось?"


"Все заложники были забиты до смерти, этому повезло", - начал я. "Мы прибыли сюда на два дня позже".


"Они похитили их всего три дня назад!"


"Совершенно верно; выкупа никогда не будет".


Я сел в стороне от остальных и позвонил Харрису, который включил Макса, история была продиктована для него. Наконец я подошел к нашему заложнику. "Как тебя зовут?"


"Питер... Выдумки. Я знаю, странное имя." Я посвятил Макса в детали. "Питер, какой у тебя номер домашнего телефона?" Я ввожу "0044" и другие цифры, отвечает женщина, голос у нее очень усталый. Я поднес телефон к его лицу.


"Сью...?" Он расплакался, как мы наблюдали, обменявшись несколькими фразами. Я, наконец, поднес телефон к уху. "Это капитан Уилко, SAS, мы только что спасли вашего мужа, но, боюсь, его брат не выжил".


"Его жена здесь, сидела со мной и детьми".


"Мы вернем его тело и подадим в суд - вашему мужу плохо, внутреннее кровотечение, он может не выжить. Скрестив пальцы." Я прервал разговор и принял немного еды, сидя со своей командой.


"Бедный ублюдок", - выдохнул Свифти.


"Бедная семья", - сказал я. "Дом был полон всех родственников, детей и всего остального".


Полчаса спустя зазвонил мой спутниковый телефон. "Уилко".


"Это Боб, я получил отчет. Что ты теперь будешь делать?"


"Пока не хочу уходить, вряд ли это хороший результат".


"Это не твоя вина".


"Нет, но должны быть и другие заложники, так что, может быть, счастливый конец, и тогда есть первоначальные заложники на севере".


"Я проверю последнюю информацию. О, этот бывший солдат SAS, Стэн или Райс, они нашли его тело в Эссексе, избитое до смерти, с хлоркой в горле и в глазах."


"Кое-кому нужно было свести счеты, так что не расследуй слишком усердно".


"Мы скроем это, если это были Малли и его приятели".


"Если это были они, то это показывает, что они на нашей стороне ... и готов пойти на все ради нас."


"Ну, да, я полагаю".


"Я сообщу тебе последние новости завтра". Положив трубку, я сказал: "Рокко, Риццо, устройте "оленя" из двух человек, остальные поспят в самолете. И перенесите нашего заложника в самолет - осторожно."


Час спустя, когда мужчины начали рассаживаться, по очереди наблюдая за нашим заложником, зазвонил мой телефон; капитан Харрис.


"Уилко, этот "Геркулес" вернулся, небольшая ошибка, но они загрузили второй, и он будет у тебя через час после рассвета".


Звучит заманчиво, мы остаемся ненадолго. Этим занимаются врачи-травматологи, капельницы, они привезут человека с внутренним кровотечением - если он переживет ночь. "


"Не могли бы вы вывезти его на "Скайване"?"


"Не с одним двигателем, нет. Возможно, завтра запустят второй двигатель."


"Местные больницы?"


"Знаете ли вы какие-нибудь хорошие книги, которые могли бы его забрать, и где они?" Я раздраженно спросил.


"Не ближе пятидесяти миль, нет".


"Точно, и нам пришлось бы вести его, рискуя попасть в засаду на блокпосту".


"Ладно, мы ничего не можем сделать, ты далеко ушел. Геркулес скоро отправится в путь. О, а как насчет леди и русского?"


"Отправь их, они смогут заработать себе на пропитание".


Поблагодарив Джорджа, его детей, которые сейчас спят в своей хижине, я успокоился, потому что в 4 утра должен быть на мальчишнике. Я проверил нашего заложника, усадил его и дал ему воды, затем дал ему поспать.


Нам всем было тесно в "Скайване", некоторые предпочли спать сидя, и мы попытались устроиться поудобнее.


Мужчины, отправлявшиеся на мальчишник и возвращавшиеся, будили меня несколько раз, но я проспал несколько часов, наконец разбуженный Слейдом. Снаружи, все еще теплой ночью, я отлил, ночные животные все еще перекликались друг с другом.


Выпив и съев немного шоколада, я побрел по стрип, прислушиваясь к незваным гостям, и совершил извилистую прогулку прямо до главной дороги и обратно, размышляя о том, как комфортно я чувствовал себя в глубоких темных джунглях - хотя поблизости и было удобное кафе.


Я наблюдал, как черная ночь становится темно-синей, как туман вокруг деревьев, очень похожий на Сьерра-Леоне, как несколько птиц ранним утром вылетели на охоту за сочными личинками. Я стоял там, большая змея скользнула мимо меня на запад. Я должен был бы проверить "Скайван" на наличие змей, прежде чем он уйдет отсюда, если он вообще уйдет отсюда.


С каждой минутой становилось светлее, и когда я обернулся, то увидел, что заложник поднялся на ноги, поэтому я вбежал.


Он был у Слэйда. "Он настоял на том, чтобы пописать на улице", - прошептал он.


Я подвел заложника к дереву, он прислонился к нему и помочился.


"Тебе больно, когда ты мочишься?" Я спросил.


"Нет".


Я включил фонарик-ручку. "Это хороший знак, и в моче нет крови".


Слэйд передал нашему заложнику бутылку воды, и мужчина выпил немного, немного вылил ему на лицо, смыл засохшую кровь. Он снова начинал выглядеть человеком.


"Скоро прибудет самолет, мы отправим тебя на нем", - заверил я его.


"Спасибо. Много усилий для нас."


"Это то, что мы делаем".


Он кивнул. "Где мой брат?"


"В грузовике. Ты не хочешь смотреть, он такой же помятый, как и ты."


Он посмотрел мне в глаза. "Я хотел бы попрощаться".


"Вы можете сделать это в Кении, они вымоют тело". Я достал свой телефон, набрал номер и передал его.


"Сью, это я". Он отошел, что-то тихо говоря, и пять минут спустя вернул книгу, держась за грудь, мой сливной кран все еще был включен.


"С ней все в порядке?" Я спросил.


"Что ж... взволнованный, мало спал, моя невестка там со своими детьми. В этом году это был мой последний год отсутствия, так что, я думаю, она убьет меня, если я попытаюсь вернуться."


"Ты подошел близко, есть момент поразмыслить".


"Я читал о тебе в газетах. Странно с вами познакомиться. Я не буду тебя осуждать, но ты холодный человек. А ваши люди, они отпускают шуточки после чего-то подобного."


"Во время Второй мировой войны ... солдаты сражались годами, но затем разошлись по домам к женам и семьям. Почему мы должны чем-то отличаться?"


Он улучил момент, кивнул, и Слэйд помог ему вернуться.


Когда зажегся свет, большая семья Джорджа зашевелилась, и пропел петух. Загорелся костер, местная женщина вскипятила воду, и на моих глазах она сломала шеи нескольким невезучим цыплятам, которые до этого вертелись у нее в ногах, а ее дети рвали птиц и выдергивали перья, превращая это в игру.


Я услышал отдаленный гул, и мое радио, потрескивая, ожило. "Геркулес для Уилко".


"Уилко здесь, продолжай".


"Мы приближаемся к полосе, каковы условия на местности?"


"Чайник закипел, еда готова, ветра нет, врагов нет".


"Геркулес для Уилко, мы сначала облетим".


"Я вижу тебя".


Они зашли низко и сделали вираж, внимательно изучая полосу.


"Геркулес для Уилко, в каком состоянии эта лента?"


"Она широкая, длинная и прочная - ни выбоин, ни камней. Но у вас могут возникнуть проблемы с превращением. Здесь грузовик, который при необходимости может отбросить вас назад."


"Геркулес для Уилко, это выглядит достаточно длинным. Сейчас прибывает."


Ребята стояли на краю полосы, "Геркулес" снижался, он убрал передачу, и когда показалось, что он может подрезать дальние деревья, он просто пронесся над ними и коснулся земли, раздался рев, когда включилась обратная тяга. Остановившись, он начал двигаться назад на несколько ярдов, прежде чем остановиться, и, казалось, приземлился в сотне ярдов.


Спуск вниз, Внешние сбежали. Я помахал им рукой, когда экипаж королевских ВВС спустился с тяжелыми сумками между двумя людьми, Соленые присоединились к моим ребятам. Сандра вышла, Генри приветствовал ее, Саша, одетый и готовый к войне, улыбался, подходя ко мне.


"Мы вернулись в джунгли", - отметил он.


Я улыбнулся. "Это мы". Я громко крикнул: "Хорошо, опустите оружие, уберите пальцы со спусковых крючков, сейчас здесь нет опасности. Так, все вы, вон там, берите парашюты и сумки и возвращайтесь в самолет. Шевелись."


"На "Геркулесе" для вас есть парашюты", - крикнул кто-то, и я пошел посмотреть.


Мортен подошел ко мне, двое мужчин позади с носилками, наш заложник на ногах и выглядывает из задней части "Скайвэна". Опустите носилки, он лег, как просили, четверо мужчин несут его, Макс делает снимки.


"Мортен, он писает нормально, без крови, хороший знак!" Я кричал, перекрывая рев "Геркулеса".


Мортен кивнул, сопровождая носилки обратно, теперь уже довольно большую кучу снаряжения на краю взлетно-посадочной полосы. К нам отнесли мешки для трупов, медиков направили в заднюю часть грузовика, несколько моих парней помогали, когда наружные сотрудники переносили парашюты и сумки HALO в заднюю часть ожидающего "Геркулеса".


Многие из нас помогали перетаскивать тела - Макс мешал, когда делал снимки, все тела были уложены на черный пластик в задней части трюма, и теперь я мог видеть нашего заложника с капельницей в руке, медики склонились над ним.


Тела погружены, парашюты загружены, я показал члену экипажа поднятый большой палец и отошел в сторону, Джордж стоял, широко раскрыв глаза, наблюдая за всем происходящим. "Геркулес" на полной мощности включил четыре двигателя на тридцать секунд, отпустил тормоза и съехал с полосы, круто поднявшись и не задев деревья в дальнем конце, пологий берег справа, и снова стало тихо.


"Мистер Мортен, разбейте лагерь на деревьях, выберите место. Мистер Хейнс, установите периметр и патрули, но будьте очень осторожны, в кого стреляете, местные жители по большей части дружелюбны."


Он отправил людей, когда другие схватили Кита.


"Следопыты", - позвал я, когда они встали группой. "Устройте счастливый дом, снимите пончо, расправьте мухобойки, прикрепите к своему снаряжению оленя - местные дети могут поиграть с ним или забрать его себе".


"Враги поблизости, босс?" - спросил один.


"Не рядом, и мы убили всех захватчиков заложников прошлой ночью".


"Как прошла высадка?"


"Сработало как по волшебству", - похвалил я. "Как мы и практиковались, но второй пакет чуть не приземлился мне на голову". Я шагнул к Мортену. "У тебя есть наличные?"


"Да, всегда обращай внимание на такие вещи".


Он вручил мне тысячу долларов США. "Посмотрим, смогут ли местные парни починить двигатель", - сказал я со вздохом.


Джордж взял деньги, очень довольный, и попросил своего напарника завести двигатель, рядом с ним поставили лестницы, пилота попросили сесть за штурвал. Пока готовился завтрак, вокруг кипела деятельность, я наблюдал, как инженер выкрикивал инструкции.


Пилоты запустили левый двигатель с третьей попытки, но правый не завелся - как и ожидалось. Что-то было отсоединено, осмотрено и снова прикреплено, большой палец вверх. Упрямый двигатель завелся, но не заводился.


Снова вытащил часть, снова почистил и поскреб, ее положили обратно. Двигатель с шипением ожил, а затем так же быстро заглох. Часть удалена, местный житель отнес ее на стол для работы, Skyvan закрылся.


Я позвонил Харрису. "Геркулес" благополучно улетел, люди убиты, снаряжение убрано, тела вывезены. Этот раненый парень пережил ночь, так что он должен выкарабкаться."


"Приятно слышать. Каков план?"


"План таков ... что ты найдешь мне здесь несколько заложников, и поосторожнее; немного хорошей быстрой рекламы, а потом мы съебем домой."


"Я проверю последние отчеты и свяжусь с вами".


Сандра начала болтать с Джорджем на местном языке.


Поскольку Сандра участвовала в боевых действиях, я спросил: "Джордж, есть ли у твоей жены какая-нибудь одежда, которая подошла бы этой даме?"


Он так сильно смеялся, что упал, те, кто был рядом, бились в истерике, очень крупная жена Джорджа, к счастью, не слышала, поскольку Сандра стояла, уперев руки в бедра.


"Ладно, Джордж, может быть, что-нибудь из города, а?"


После завтрака, на котором снова была курица, позвонил Боб.


"Ты рано встал?" Я спросил его, Сандра сейчас помогает готовить.


"Здесь 7 утра, так что не так уж рано. Как дела?"


"Геркулес забрал тела, и наш живой, похоже, может это сделать. Внешность снижена, медики снижены, так что они снова получают некоторый опыт. Я жду информации."


"У меня есть команда, которая занимается этим, ассистируют французы. Похитители?"


"Убит человек, сильный взрыв на их базе, джип угнан. О, я позволил раненому мужчине позвонить его семье, возможно, получил бы за это какую-нибудь хрень, но он был на связи, и мне нужен был его настрой, чтобы пережить ночь."


"FCO не будет счастлив, я объясню это. Эта история есть во всех газетах и в новостях BBC, но одно бельгийское издание предполагает, что заложники погибли в перестрелке."


На телах нет пулевых отверстий, Боб, расслабься. И у нас есть живой свидетель."


"The Sun заявляет о первом в истории британской армии оперативном ореоле, но никто не мог указать на него раньше, так что вы можете получить это название".


"Я не слышал ни о одном".


"У них разворот на четыре страницы, много фотографий, карт".


"Итак, теперь каждый стрелок здесь знает о нас", - сказал я со вздохом.


"Они ожидали, что ты уйдешь, и в истории говорится, что это был вход и выход".


"Верно, они не ожидают, что мы будем ошиваться поблизости, и Роуч, должно быть, чешет в затылке".


"Да, ты в его саду за домом, но еще не пошел за ним. Но я уверен, что сейчас он меняет местоположение. Позвони мне, когда у тебя появится план."


"План на данный момент - это ценный военный опыт, накопленный в мирное время ..."


Когда с лагерем почти разобрались, я попросил Рокко взять следопытов в патруль на северо-восток, а Риццо на час или два отвести на северо-запад парней из 2 эскадрилий. И медики - они оперировали ужасный фурункул у одного из детей, плюс инфицированную рану на ноге другого ребенка.


Джордж подошел ко мне. "Ничего страшного, босс, если ... какой-нибудь друг придет к доктору мэну?"


"Да, было бы, мы здесь, чтобы помочь. И, Джордж, поспрашивай у кого-нибудь о заложниках. И ... немного одежды для леди."


Он кивнул. "Я сделаю, да, да".


Я приблизился ко второму офицеру 2-й эскадрильи, молодому человеку со свежим лицом. "Ты не против быть здесь?"


Он напрягся. "Капитан?"


"Я сомневаюсь, что ты убил человека, и тебе, возможно, придется. Итак ... ты не против быть здесь?"


Он захватил лагерь. "Когда-нибудь мне придется научиться, мне платят за то, чтобы я выполнял работу. И мой дедушка, он приземлился в Нормандии, случайно выстрелил своему лучшему другу в ногу, был ранен и был доставлен домой."


Моя улыбка изогнула щеку.


Он продолжил: "Пока... В мой первый день у меня получается лучше."


"Мы немного потренируем тебя, пока ты здесь. В этом преимущество этого места."


"И каковы шансы на перестрелку?"


"Кайф. Вооруженные люди в нескольких милях отсюда."


Рокко и Риццо вернулись, выстрелов не последовало, Моран и Генри отправились с патрулями, чтобы набраться опыта для внешних. Я отправил нового офицера 2-й эскадрильи с Мораном.


Час спустя, когда я наблюдал, как беременная женщина на большом сроке выходит из машины, зазвонил мой спутниковый телефон.


"Это Моран, мы только что убили четырех боевиков".


"Ты сделал? Где?"


"Две мили или больше к северо-западу. Мы собирались повернуть назад, когда увидели дым, поэтому я решил, что мы посмотрим - подумал, что это работники лесного хозяйства, но это были четверо вооруженных мужчин в форме, сидевших около самодельного лагеря - и, как ни странно, на них были резиновые сапоги."


"Тот новый офицер с тобой?"


"Да, он был вовлечен, было произведено несколько выстрелов".


"Первая кровь", - отметил я.


"Следы из их маленького лагеря ведут к тюрьме, до которой должно быть пять миль по прямой".


"Может быть, они из той же группы", - предположил я. "Но если вы не разбираетесь в местных акцентах и лицах, мы бы вас не узнали. Есть какие-нибудь документы?"


"Нет, ничего. Только травка и кокаин."


"Оставайся там, иди на юго-запад и сделай круг, на всякий случай".


"Сойдет, я имею в виду... Уилко."


Улыбаясь, я убираю телефон, Хейнс садится. "Ваш приятель-офицер только что кого-то застрелил".


"Он немного нервничал, выходя. Он ранен?"


"Нет. Что ж, день еще только начался."


Он бросил на меня взгляд, прежде чем смахнуть со стола большое летающее насекомое.


"Ты помнишь ту прогулку обратно на холм в Джибути?" Я спросил его.


"Да, и твоя ободряющая речь, и я сейчас не получаю адреналинового сока". Он покачал головой. "Я чувствовал себя как в аду, поднимаясь на этот холм, совершенно опустошенный".


"Твой командир скулит?" У вас было немало раненых парней?" Я позировал.


"Черт возьми, нет, ему это нравится. Теперь он думает о нас как о парас или морских пехотинцах. Один из большой тройки ... кем мы не являемся. Мы быстро сокращаемся, базы королевских ВВС закрываются каждую неделю, скоро нас может быть вдвое меньше."


Я кивнул. "Больше никакой холодной войны. Я был в Вильденрате, мне там понравилось. Там отличная атмосфера."


"Теперь законсервирован", - указал он.


Как и старая база SAS. Сначала были линии Брэбери, затем некоторое время линии Стирлинг, а теперь современные здания с кондиционерами и настольными компьютерами. Кто бы мог подумать, солдаты SAS используют компьютеры."


Моран вернулся с новостями о новых замеченных бандитах, поэтому я отправил Рокко, Риццо и их команды присоединиться к Морану."


Боб позвонил после захода солнца, все команды вернулись - никаких дальнейших действий, мальчишник. "У меня есть кое-какая информация", - начал он. "Те люди, которых ты убил, они не были бандой похитителей, заложники были переданы им для безопасного содержания".


"Это то, что вы называете обеспечением безопасности, да".


"Ну, основная группа только что совершила налет на другую шахту, еще больше заложников, и они подожгли здания, нанеся большой ущерб. Итак..."


"Дай угадаю. Rio Tinto, спонсоры партии, оказывают давление на премьер-министра, чтобы он разобрался с отчетом о прибылях и убытках города за следующий год."


"Ты пропащий пехотинец, ты это знаешь".


"Итак, какие плохие новости, Боб?"


"Она состоит из двух частей. Во-первых, похитители ищут вас, и местные жители сообщат о вашем шумном самолете. Во-вторых, ПМ хочет, чтобы ты переехал в Замбию и разобрался с бандами."


"Почему Замбия?" Где эти банды?"


"На стороне Конго ..."


"Так почему, блядь, Замбия?" Я нажал.


"Демонстрация силы, дополнительные уступки со стороны замбийцев".


"И эскадрилья "А" в Кении сидела и загорала?" Я подтолкнул.


"Будет включено в дополнение, на ваше усмотрение".


"Этот майор Чалмерс не мой поклонник, и капитан не должен указывать ему, что делать".


"Можно было бы вытащить Брэдли туда", - парировал Боб.


"Я поговорю с ним сейчас. Когда мы переезжаем в Замбию?"


"Несколько дней".


Я позвонил Брэдли домой. "Майор, есть минутка, сэр?"


"Стреляй дальше".


"Хочешь отдохнуть?"


"Почему? Что случилось?"


"Произошло расширение, и эскадрилья "А" в моем распоряжении, но мне нужен ты для связи, а не какой-то скромный капитан".


"Ты бы хотел, чтобы я был в Конго?"


"Нет, Замбия, мы переезжаем туда".


"О'Лири упомянул большой старый аэродром в Замбии в качестве возможного подарка для вас".


"Я думаю, это то место, которое имеет в виду Боб".


"Если ты говоришь, что я нужен... что ж ... тогда я нужен."


"Прекратите нести чушь, сэр. Ты хочешь выйти на неделю или нет?"


"Прогулка не помешала бы, да. Жена скоро уезжает в Шотландию, к ужасным родственникам там."


Я рассмеялся. "Ты хочешь сказать... вы используете меня как оправдание, сэр?"


"Вы позвонили мне, капитан, а не наоборот".


"Соберите вещи, сэр, поговорите с Бобом, объясните проблему майору Чалмерсу".


"Сойдет".


"Как поживают мои одинокие волки?"


На этой неделе все еще занимаюсь оружием, затем на следующей неделе интенсивная первая помощь - самостоятельное оказание первой помощи. Им придется пустить себе кровь и колоться, как наркоманам."


"Скоро я узнаю больше, сэр, но, пожалуйста, проверьте для меня этот аэродром. Спокойной ночи."


Отложив телефон, я крикнул: "Всем приготовиться!"


Я созвал большинство десять минут спустя, на полосе, но при свете из лагеря. "Хорошо, слушайте. Банда, которую мы нашли с заложниками, была не теми людьми, которые их похитили, и эти люди ищут нас, пока мы стоим здесь и тявкаем. Назло нам они подорвали еще одну шахту.


"Через день или два мы переберемся на аэродром в Замбии и расширим эту операцию. Тем временем капитан Моран, Махони и Соленые, плюс четыре человека из 2-го эскадрона, пройдите милю или две на юго-запад, разбейте лагерь в хорошем месте, прислушивайтесь к появлению больших групп людей. Поставь оленя, спи, оставайся там.


"Рокко, твоя команда, плюс четыре эскадрильи 2, идите на северо-запад в двух милях, разбейте лагерь, сделка та же. Риццо, Растяжка, Следопыты, скрытая засада у дороги, поворот, сон и олень.


"Мистер Хейнс, последние люди, сомкните патрули вокруг полосы, полная тишина, будьте начеку. Мистер Мортен, оружие на всякий случай. Хорошо, мои увлеченные добровольцы, выдвигайтесь, когда будете готовы." Они зашаркали прочь в темноте.


"А я?" Спросила Саша.


"Оставайся со мной и Свифти, мы защищаем этих людей". Я подошел к Джорджу. "У тебя есть спутниковый телефон, я видел, как ты им пользовался".


"Да, хороший телефон".


"Позвони всем, кого знаешь в городе, пусть поищут замбийцев. И сегодня вечером."


"Приходят еще замбийские мужчины?"


Я кивнул.


"Нехорошо для бизнеса, нет, нет".


Я повернул голову к Сандре, когда сел. "Носи оружие, на всякий случай".


Пилоты, сидевшие в своей повседневной гражданской одежде, спросили: "Мы ожидаем неприятностей?"


"Да, так что же случилось с тем двигателем?"


"Парень уехал с ролью, с тех пор о нем ничего не известно".


"Он вернется", - заверил я их. "И держите свои пистолеты наготове, защищайте этот самолет".


Мужчина, о котором идет речь, вернулся час спустя, улыбаясь. Я сидел с холодной фантой, болтая с десятилетним ребенком о Лондоне и королеве - знаю ли я ее, и я наблюдал, как пилоты снова пытались запустить двигатель. Со второй попытки он ожил, и они включили его на десять минут.


Двигатели заглохли, они подошли ко мне. "Нам нужно отодвинуть это назад. Тогда мы сможем привлечь сюда Ми-8."


Я кивнул, как раз в тот момент, когда Мортен позвал меня. Я сбежал.


"Это Слэйд", - сказал Риццо. "Что-то укусило его".


"Ищи следы, быстро!" Я кричал, использовал яркие лампы.


"Здесь", - сказала медсестра. "Два маленьких прокола".


"Это паук", - сказал я.


"У нас есть противоядие, змея и паук", - заявил Мортен, когда Слэйд упал. Укол в руку, и Слэйд потерял сознание.


"В самолете два медика, мы доставим его в Танзанию", - крикнул я. "Есть свободные люди, немедленно отведите самолет назад!" Я взревел.


С помощью Джорджа, его детей на пути, мы отбросили "Скайван" назад и развернули его, Слэйд и медики сзади с пилотами Ми-8.


Заработали двигатели, пилоты сверились с картой; тридцать миль на северо-восток до Кабало, затем прямо на восток до Танзании - и приличная больница. У них почти было топливо, но они могли заправиться в Кабало. Я позвонил Бобу, и он позвонил своему человеку в Кабало, и "Скайван" пронесся по взлетно-посадочной полосе и улетел.


Саша сказал: "Если сегодня вечером будут съемки, тебе нужен этот самолет".


"Скоро у меня будет Mi8", - заверил я его.


Вернувшись в лагерь, Сандра помогала готовить, на ней была наплечная кобура поверх зеленой футболки, АК47 висел на ремне, ее грудь просвечивала.


Джордж подошел, приложив ухо к спутниковому телефону, и наконец опустил его. "Возле города есть люди".


"Сколько людей?"


"На грузовике, может быть, на пяти грузовиках и легковой машине".


"Сто с лишним человек", - отметил я, обменявшись взглядом с Сашей. "Джордж, если начнется стрельба, собери свою семью на полу". Я включил радио. "Это Уилко, послушай. Все местные патрули, заходите сейчас, к нам приближаются грузовики. Риццо, приготовься. Выделите людей на дорогу, затем поверните направо и расположитесь в своих группах на прочных огневых позициях. Ожидание."


Саша проверил свое оружие, Сандра сделала то же самое, когда услышала щелчок взводимых курков.


"Сандра, защити семью", - твердо сказал я ей, получив кивок, когда раздался топот сапог по грязи, вбегающие мужчины. "Макс, оставайся с ней, пистолет наготове".


Отключив телефон, я позвонил Морану, приказав ему вернуться к двойной дозе. Я повел Сашу, Свифти и группу из двух бойцов эскадрильи через деревья. "Риццо, где ты?"


"Мы по обе стороны от поворота".


"Хорошо, я буду в двадцати ярдах дальше по дороге. Слушайте все, нам нужно посадить людей в грузовики до того, как они выйдут из грузовиков. Риццо, веди джипы, когда они подойдут, в упор. Все остальные, когда я выстрелю, стреляйте, цельтесь в брезентовые спины на автомате, а затем наблюдайте, как люди спрыгивают вниз. Те из вас, кто был в Анголе, это то же самое, так что расслабьтесь и делайте свою работу."


"Совсем как в Анголе", - заметил Свифти. "Если не считать запаха курицы".


Я стоял за деревом, Свифти и Саша были рядом, все мы пристально вглядывались в темную дорогу. Двадцать минут спустя, когда проехало несколько машин, я заметил конвой, но они остановились в полумиле от меня и спешились.


"Слушайте, замбийцы спешились, они на деревьях дальше по дороге. Все 2 эскадрильи группируются вместе, в ваших полетах пересекайте полосу и уходите в деревья, рассредоточивайтесь до конца полосы на запад, парами, длинной линией. Вперед!


"Риццо, все ваши - к лагерным огням, Следопыты - к огням. Шевелись!"


Мы пробежали короткое расстояние до лагеря и сгруппировались. Выжидающие лица уставились на меня, некоторые в масках. "Риццо, твоя группа слева от меня, Следопыты справа, мы продвигаемся между дорогой и полосой в линию. Они могут пройти этим путем или с другой стороны по направлению ко 2-му эскадрону.


"Mister Morten!" Я закричал, и он прибежал с винтовкой в руке. "Приготовьтесь к потерям, но отведите своих людей на палубу за деревом, выключите свет. И не стреляйте в тени, стреляйте только в то, в чем вы уверены на 200%! Вперед!"


Он сбежал.


"Ладно, все остальные за мной", - крикнул я.


Мы осторожно продвигались линией, обходя готовящихся медиков, дорога слева от нас, полоса справа, площадка шириной в сто ярдов для игры.


Я достал свой телефон и в спешке позвонил Бобу, пока мы медленно продвигались вперед. "Это Уилко, лагерь вот-вот подвергнется нападению, нужно- чтобы пилоты Ми-8 немедленно отправились туда".


"Я свяжусь с ними сейчас".


Мы сразу сбросили скорость, проверили углы, темные тени и добрались до конца полосы без контакта.


Мой телефон зазвонил, но я быстро отключил его, выругавшись. Я опустился на колени, все остальные опустились на колени.


Затем мое радио затрещало. "Это капитан Моран, вы меня слышите?"


"Это Уилко, где ты?"


"Заходим с запада, но в сотне ярдов от нас крадется группа".


"Когда мы откроем огонь, вы приближаетесь и стреляете по этой группе. Одна минута. Приготовьте все команды и следите за своим чертовым огнем, здесь темно, как в аду. И займите надежные огневые позиции, а не гребаный куст."


Я чувствовал дыхание Свифти справа от меня, Сашу слева от меня, древесных лягушек, поющих нам серенаду.


Звучали голоса, иностранный язык, отдаваемые приказы.


Я понял, где они, по звукам, еще до того, как увидел их. Но я ждал, напряжение было ощутимым.


В поле зрения появились первые темные очертания, вскоре их стало десять в ряд, еще больше позади, некоторые дымились.


Я прицелился и нажал на спусковой крючок, повсюду вспыхнули яркие вспышки, когда наступающая шеренга была разорвана. Но каждый раненый стрелял, когда падал, деревья вокруг меня разлетались в щепки.


Крики, приказы, отдаленное эхо стрельбы.


Я включил радио. "Удерживая линию, дважды нажмите. 2-я эскадрилья, что ты видишь?"


" Это Хейнс, " раздался напряженный голос. "Мы открыли огонь по группе, остальные убежали".


"Не становись с фланга, смотри назад".


"Это Моран, они направляются к дороге".


"Риццо, налево, к дороге".


"Перемещение".


Я слышал, как они убегают, вскоре послышались трески.


"Это Риццо, они разбегаются",


"Оставайся в этом положении. Моран, докладывай."


"Мы подобрались ко многим из них сзади, все сбились в кучу, и когда они бежали".


"Моран, отойдите на несколько ярдов в своих группах, ложитесь на землю, полная тишина. Подождите отставших."


Стало тихо, в темноте прозвучал странный выстрел.


"Есть раненые?" Я звонил, но не получил ответа.


"Как ты думаешь, сколько их?" Прошептал Свифти.


" В тех грузовиках могло быть сто человек, " прошептал я в ответ.


Свифти начал: "Двадцать здесь, десять на дороге, десять со 2-й эскадрильей, двадцать или больше сбито Мораном, это больше половины".


Я кивнул. Передавая, я сказал: "Моран, ты можешь подбить их грузовики?"


"Выстрел издалека, но да".


"Сделай это. Колеса."


Трещины отдавались эхом, прозвучало тридцать или более выстрелов, прежде чем снова стало тихо.


Короткий резкий обмен репликами, и я передал по радио: "Докладывайте".


"Их пятеро", - сказал Махони. "Все сбились в кучу".


"Было ли похоже, что они шли в нашу сторону?"


"Не-а, просто бродил, блядь, потерянный".


"Команда капитана Морана, если у вас есть гранаты, выкурите темные участки".


Тридцать секунд спустя раздался громкий взрыв, за которым последовали еще три.


Двадцать минут спустя ночные создания отозвались, и мы не стали свидетелями новых контактов. "Капитан Моран, идите на север и в обход, очень медленно, очень тихо, заходите туда, где были наши парашюты. 2 эскадрильи, один перелет обратно в лагерь, круговая оборона. Те, кто со мной, медленно отходите к медикам."


Медленно пятясь назад, с винтовками наготове, мы двигались тихо, пока не преодолели двести ярдов до Мортена.


"Медики!" Я звонил. "Уберите пальцы со спусковых крючков, отойдите. Горит свет. Риццо, на дорогу, поворачивай. Следопыты, здесь четверо мужчин, остальные сменяются."


В лагере я обнаружил Джорджа, выглядывающего из-за грузовика. "Все в порядке, мы разобрались с ними", - заверил я его, и прибежали дети.


Сандра вышла на свет и стояла гордо. "Я был готов сражаться".


"Можно мне сделать фотографии?" Макс спросил.


"После рассвета, не раньше", - сказал я, когда самолет 2-й эскадрильи заходил на посадку с другой стороны полосы.


"Как проходит твой первый рабочий день?" Я спросил нового офицера после того, как он снял маску.


"Второй день, и я собрался с духом, так что, думаю, у меня все получилось".


"Тогда будь профессионалом и береги свое оружие".


Он приказал своим людям разгрузиться, когда я достал свой телефон. Боб позвонил, и я перезвонил ему.


"Я только что лег в постель", - пожаловался он.


"Пижама с медведем Рупертом?" Я дразнил.


"Синие полосы".


"Послушай, у нас здесь было нападение, мы отбили их, раненых нет. Половина сбежала, так что мы пойдем искать утром."


"Они пришли искать тебя?"


"Да, но у нас отличная местная разведка. Есть изменения в плане?"


"Нет, но если ты отбросишь эту группу назад, это еще больше их ослабит".


"Это могли быть люди с шахты, так что теперь мы могли бы избежать Замбии".


"Нет, у нас есть указание от премьер-министра, демонстрация силы".


"Послушай, этот аэродром, он достаточно безопасный?"


"Ну, я думаю, да, какая-то замбийская армия там, башни с пулеметами".


"Так как насчет того, чтобы вывести Волков на неделю, и они получат первоклассный опыт", - предложил я.


"Я за, да. Все они военнослужащие, отслужившие свой срок, и в хорошей физической форме, так что они должны быть в состоянии справиться. Брэдли может улететь с ними. "Тристар" в Кению, "Геркулес повержен", дополнительный опыт для них."


"Опыт неудобства в "Геркулесе"", - съязвил я.


"Они должны привыкнуть к этому".


Рев нарастал, и я вышел на полосу, Ми-8 приближался со сверкающими огнями. Казалось, он точно знал, где мы находимся, и сел рядом с лагерем. Винты заглохли, трое мужчин вышли, и я заметил Слейда.


"Слэйд?"


"Эта инъекция сделала свое дело, босс, теперь все как по маслу".


"А скайванцы, наши медики?"


"Они заправлены топливом, проверены, вернутся после восхода солнца".


"Вы пропустили действие, на нас напали здесь".


"Вы были?" - спросили пилоты, оглядываясь по сторонам.


"Мы отбросили их назад, и мы уберем тела после восхода солнца", - объяснил я. "Ты можешь облететь круг и поискать отставших на рассвете, так что немного поспи".


Час спустя появился Моран с патрулем Рокко, который дважды отступил, услышав звуки гранат.


"Немного не в себе?" Спросил меня Рокко, когда я сидел за столом, а дети предлагали ему холодную фанту.


"К счастью, у нас был Риццо, который в одиночку отбил нападение, пока ты собирал цветы".


"Да, чушь собачья", - произнес Роко, когда те, кто был поблизости, засмеялись.


"Перед самым рассветом, старший сержант, прочесывай запад, ищи отставших. Отдохни немного."


Когда взошел рассвет, я наблюдал за маленькой обезьянкой, которая наблюдала за мной, за легким туманом, окутывающим деревья, за стеклом и металлическими конструкциями Mi8, которые теперь начали сиять. Стая птиц стройным строем грациозно пролетела надо мной, и я присмотрелся, когда вышел олень, издал несколько пронзительных криков и снова удалился.


Мужчины зашевелились, разожгли костры, поменялись местами, конечности затекли. Я пописал, целясь в жука.


Полчаса спустя, когда команды были сформированы, Рокко повел свою команду вниз по дороге и дальше. Моран повел свою команду на запад, Макс последовал за ним, а я разослал бродячие патрули на север и восток, Саша возглавил патруль.


Я отправил следопытов в Ми-8, и они громко вылетели на местный маршрут.


Моран доложил, что отставших нет, ни одного живого, поэтому я отправил запасных людей забрать оружие и боеприпасы у мертвых. Джордж тем временем забрал брошенные джипы и грузовики и загнал их внутрь, у многих были проколоты шины, но их можно было починить.


"Джордж, мне нужна услуга", - начал я. "Собери людей из города с лопатами, чтобы похоронить мертвых. Вы платите им хорошие деньги, мы заплатим вам."


"Да, да, я делаю это. Мужчинам нравятся деньги за работу."


Мортен передал еще тысячу долларов, и пока "Скайван" кружил над лагерем, наши люди из города копали ямы для тел.


Рокко нашел нескольких отставших в хижине и приклеил их, но, кроме этой маленькой группы, не было никаких признаков тех, кто сбежал. Мы полагали, что они направляются в город или за его пределы.


На одной из столешниц теперь было выставлено большое количество винтовок - все в целости и сохранности, а также огромное количество магазинов, которые дети держали подальше от них. Я дал Джорджу четыре винтовки и много патронов.


После обеда, день был жарким, мужчины спали на жаре, мой телефон зазвонил, когда я укрылся под крылом "Скайвана", а Свифти храпел рядом со мной. Мой телефон всегда был прижат к правому уху, а радио - к левому.


"Это капитан Харрис, у нас есть подробная информация об аэродроме в Замбии, и мы говорили с их местным офицером - дважды, наконец, он получил разрешения, так что вы можете лететь туда, когда захотите, сто шестьдесят миль".


"У нас слишком много людей для "Скайвэн" и Ми-8, и я не рискую оставлять здесь небольшой отряд, так что отправьте "Геркулес" и их наземную команду в Замбию".


"Я пойду поболтаю с ними сейчас, оба "Геркулеса" здесь, но им поручено захватить эскадрилью "А" и сигналы ... и мы."


"Хорошо, сначала отправь их, а потом вернись за нами, это ничего не изменит".


"Я посмотрю, что они скажут".


Мы отнеслись к этому спокойно, ничего не нужно было делать, кроме странного патруля, никаких местных сведений о замбийцах. Когда я сидел в тени, Свифти спал рядом со мной, Саша чистил свою винтовку, я мог видеть, как Сандра играет с детьми - хлопает в ладоши. Игра.


Большой тарантул вышел из куста и двинулся к полосе, к которой приближалась шеренга людей. Все прошли прямо по нему, никто не убил его случайно, и счастливый паук побрел дальше. Я наблюдал за его продвижением, внезапно появилась тень, когда большая птица налетела и схватила его.


"Удача отвернулась", - тихо сказал я этому.


Маленькие патрули отважились выйти в жару - мерцающая дымка на полосе, они должным образом появились вовремя, и солнце опустилось ниже, запах готовки пробудил во мне голод. Мы переместились к столикам, насладились холодными закусками - холодильник работал от генератора, подали острую курицу.


Никто не позвонил Джорджу, чтобы предупредить о готовящемся нападении, и поэтому мы расслабились, слушали радио или люди просто сидели группами и болтали.


Пришли несколько местных жителей, медики оказали небольшую помощь сердцам и разумам, лечение бесплатное, но всех пациентов спрашивали о мужчинах-замбийцах или заложниках.


Ночь была тихой, если не считать обычного фонового жужжания мелких насекомых, перекликающихся друг с другом, а рассвет застал меня мочащимся на газон, а боров, бредущий мимо, проигнорировал меня. Меня так и подмывало подстрелить его на завтрак.


Когда зазвонил мой телефон, это был капитан Харрис. "Не разбудил тебя?"


"Нет, я встал и пописал".


"Мы в Замбии", эскадрилья "А" и разведывательный отряд".


"Так почему бы тебе не расправиться с повстанцами, и мы немного успокоимся, а?"


"Ну, эскадрилья "А" может это и сделать, но даже они не уверены, какая у них задача".


"Демонстрация силы для правительства Замбии... это то, что им поручено. Great Britain Plc хочет больше концессий на добычу полезных ископаемых; ребятам ничего не нужно делать. Итак, на что это похоже там?"


Небольшой армейский лагерь, дюжина хижин, затем аэродром, хорошая взлетно-посадочная полоса, диспетчерская вышка, два больших ангара, несколько небольших винтомоторных самолетов типа "Спитфайр", затем несколько кирпичных казарм, еще хижины, стрельбище, деревня неподалеку. И что-то вроде аванпоста Летающих врачей. Здесь есть топливо и механика, так что это не слишком примитивно, и две Сессны."


"Вдали от дома, эх. Итак, когда Геркулес придет за нами?"


"Они уйдут сейчас, если я скажу, что ты готов".


"Мы готовы".


"Буду с тобой в течение часа".


Положив трубку, я первым делом направился к медикам. Сворачиваем лагерь, собираем вещи, через час прилетаем самолетом, мы вылетаем в Замбию. Шевелитесь, люди."


За столами я крикнул: "Сворачивайте лагерь, собирайтесь, мы уезжаем в течение часа, Скайван и Ми-8 готовятся". Я подобрался к пилотам Ми-8. "Сможешь ли ты проехать 160 миль?"


"Теоретически, да, за исключением ошибок".


"Ты можешь лететь пустым или взять двух солдат".


"Определенно, двое солдат".


"Как насчет... ты идешь первым, Скайван вторым, и Скайван там, чтобы усыпить и спасти тебя, если понадобится."


"Да, так было бы безопаснее".


"Ты полностью заправлен?" Я спросил.


Они кивнули.


"Тогда приготовься к отправке, согласуй действия со Скайваном, внимательно проверь карту".


Покончив с фантазиями, они отправились немного пошуметь.


Я приблизился к нашему ведущему. "Джордж, мы уезжаем, направляемся в Замбию, так что ты будь в безопасности. Если кто-нибудь спросит, мы держали вас под прицелом и заставили сотрудничать."


"Все будет в порядке, здесь все в порядке", - заверил он меня, его угольно-черное лицо было таким же потным, как обычно.


"Мистер Хейнс, погрузите освобожденные винтовки и боеприпасы в "Скайвэн". Рокко, твоя команда в Скайване. Слэйд и Лэсси в Ми-8, отдыхают в "Геркулесе"." Я обратился. "Сандра, попрощайся с детьми, возьми свой набор".


Она казалась опечаленной отъездом.


Я включил радио. "Все патрули возвращаются, дорожная засада остается до вызова".


Ми-8 с воем ожил, затем зарычал, "Скайван" запустил двигатели - к счастью, оба теперь работают, местные животные встревожены, дети взволнованы и стояли, наблюдая за самолетом.


Ми-8 поднялся на двенадцать дюймов и развернулся, вскоре направляясь по взлетно-посадочной полосе, как самолет, и медленно набирая высоту. "Скайвэн" уже был направлен в нужную сторону, поэтому на несколько секунд включил полную мощность, тормоза отказали, и он тронулся с места, оторвавшись всего на сотню ярдов. Гул становился тише с каждой секундой.


Медики положили свой набор сбоку от полосы, как я и наблюдал.


"Слушайте внимательно: когда "Геркулес" приземлится, помогите медикам загрузить аптечку в рекордно короткие сроки".


Я взял банку фанты у молодой девушки с сопливым носом, и она с шипением открылась. Выпив, я передал ее Свифти, а затем Саше, пока мы ждали.


Двадцать минут спустя рев усилился, и люди посмотрели вверх, сквозь деревья, когда два Геркулеса кружили.


"Половина на половину", - сказал я Морану, и он кивнул.


"Геркулес для Уилко".


"Продолжай".


"Ты готов уйти?"


"Да, все упаковано".


"Направление ветра?"


С северо-востока на юго-запад, так что приземляйтесь, как раньше. И мы разделим наших людей на двух зайцев." По радио я крикнул: "Изготовьте безопасное оружие!"


Первый "Геркулес" упал, раздался рев обратной тяги, и множество рук подняли кит внутрь, медики внутри с одним звеном из 2-й эскадрильи и несколько моих.


Включаю питание, выключаю тормоза, он с грохотом пронесся мимо меня и улетел, второй самолет на подходе, плавное приземление, все забегают на борт меньше чем за минуту, машу Джорджу и его детям, и дверь трапа начала закрываться.


Я сидел, держался, и мы выехали на взлетно-посадочную полосу, пологий подъем и крутой правый поворот, и я мельком увидел дорогу, по которой мы ехали в город, прежде чем прорваться сквозь облака.


Не прошло и тридцати минут, как мы начали спуск и, развернувшись, увидели наш новый дом и плавно приземлились. Опустив трап, мы вышли на солнечный свет, любуясь пыльной базой, перроном и Сесснами, маленькими военными самолетами, "Скайваном" и Ми-8, к счастью, здесь.


Командир эскадрильи королевских ВВС стоял и ждал. "Это кирпичное здание - заготовка", - сказал он мне, ведя нас к нему. "Другие SAS находятся на первом уровне, вы, люди, уже на верхнем уровне".


"Медики, сэр?"


"Они в ангаре".


"Полк королевских ВВС?"


Пока что раскладушки в ангаре. Ты ... хочешь четвертаков для леди?"


"Нет, сэр, она остается с нами", - сказал я ему.


Поднявшись по бетонным ступеням, мы заняли кровати в длинной комнате, вмещающей пятьдесят человек, без потолочных вентиляторов или кондиционеров, без моззи нетс, Слэйд и Лэсси уже здесь, плюс команда Рокко.


"Штаб-сержанты, попытайтесь найти немного воды - не в кранах".


Сняв паутину, прихватив оружие, я схватил Морана, и мы направились к выходу. В УВД мы нашли комнату SIGINT, и там действительно были потолочные вентиляторы.


"Это центральный командный пункт?" Я спросил.


"Эта комната настолько хороша, насколько это возможно", - доложил капитан Харрис. У него уже были карты, разложенные на столах, сигналы с их странных компьютерных телексов и коротковолновых радиостанций, Intel с их надежным факсимильным аппаратом, подключенным к спутниковому телефону.


"Геркулес" взлетел.


"Куда они направляются?" - Спросил я, заглядывая в окно.


"В Кению, за волками".


"А". Я кивнул. "Холодная вода?"


"По соседству, большой холодильник забит битком, подъезжает местный грузовик, на нем можно купить все, что угодно".


"У тебя есть наличные?" Я нажал.


"Немного, больше по пути, мы действительно просили об этом".


"Итак, что произошло на той полосе", - спросила меня женщина-капитан, и мы с Мораном прочитали им двадцатиминутную лекцию обо всем, что мы делали. Они бы писали отчеты.


Вошел майор Чалмерс с двумя капитанами, с бутылками воды в руках, в рубашках с короткими рукавами, в беретах.


"Сэр", - сказал я, кивнув.


"Ну, мы здесь, не совсем уверены, зачем", - с несчастным видом заявил он.


"Полегче, сэр. Рио Тинто добывает здесь. Rio Tinto - крупные спонсоры партии и друзья премьер-министра. Рио Тинто взорвал их мины, так что... вот мы и пришли. И я думаю, что ваша роль здесь, сэр, просто демонстрация силы, чтобы дать замбийцам понять, что мы заботимся."


Он изучал лица. "Мы действительно для этого здесь?"


"Да, сэр, в точности".


"А заложники?"


"Работаю на Рио Тинто, сэр".


"Чертовски чудесно". Он вздохнул. "Итак, каков план?"


"План состоит в том, чтобы дождаться достоверной информации, затем составить план, сэр. Бродячие патрули не помогут, это большая территория, а у нас пока нет джипов." Я поднял палец. "Но мы могли бы перебросить ваших людей на вертолете или "Скайване", на шахтах есть взлетно-посадочные полосы - если вы хотите потренировать их".


"Что ты имеешь в виду?"


"У меня достаточно людей для некоторых сердец, умов и устрашения. Итак, пока у нас не будет надежной информации, и пока вам не будет поручено помогать нам, такие перемещения были бы ... конфиденциальными, сэр. "


Мы привели людей не для того, чтобы просто посидеть и позагорать, поэтому, когда у вас будут подробности, мы пришлем людей. Сердца и умы, как сказал бы мой дядя - он был в Малайе."


"К утру у нас будут подробности, сэр. И тогда майор Брэдли будет здесь с моим подкреплением."


"Подкрепление?"


"Двадцать одиноких волков, сэр".


"Одинокий... Волки?"


"Людей, которых я тренирую для проникновения на большие расстояния в тыл врага, роль снайпера-специалиста. Они идут поодиночке. Некоторые пришли из Ми-6."


"Я понимаю. И они отнимут у нас работу?"


"Нет, сэр, разные роли, но похожие. Они будут отвечать непосредственно перед Ми-6."


"Будет интересно посмотреть. Итак, мы ждем разведданных, и вашего подкрепления." Он вывел своих капитанов.


Сержант Фиши пришел и нашел меня в ангаре с Воздушным десантом, когда я болтал с Хейнсом о наблюдении за забором. Они окружили меня.


"Босс, как насчет того, чтобы добавить сюда немного ОРЕОЛА?" Спросил Фиши.


"Конечно, мы можем запросить парашюты".


"У нас есть немного", - ответил он. "Но я имел в виду ... из-за плохих парней".


"Ах, оперативное снижение ОРЕОЛА, второе после моего ... первого оперативного снижения ОРЕОЛА", - поддразнила я.


"Общественность думает, что это все SAS", - возразил один человек.


"А твоя специальность?" Я нажал.


"Да, нам пришлось бы это прояснить, но если бы вы продали нам пособия ..."


"Преимущества ... без сломанных ног или людей, приземляющихся на деревья?" Я ждал.


"Это все риск", - сказал другой мужчина. "Найди нам ровное место".


"Предоставьте это мне, джентльмены, но ... одно одолжение заслуживает другого. У меня на подходе несколько новых рекрутов, и ты можешь помочь им с обучением HALO, плюс статическая линия."


"Новобранцы?" - они были озадачены.


"Ты увидишь завтра".


Я зашел, чтобы увидеть капитана Харриса. "Свяжись с базой в Кении, мне нужна чертова куча парашютов, столько, сколько они смогут выделить, они вернут их".


"Они уже упаковали остальных", - ответил он.


"Отлично, прикрепи их к выходящему "Геркулесу". И сумки с ОРЕОЛОМ."


"Ты сделаешь еще одну попытку?"


"Мы здесь, чтобы набраться опыта, но Волки также будут обучены".


"Они уже кажутся хорошими", - заметила женщина-капитан.


Я кивнул. "Они пришли из других служб и были пригодны для начала. Некоторые из них - типы шпионов."


Вернувшись в казарму, я нашел сложенную воду в бутылках, а также фрукты.


"Старший сержант Риццо, возьми несколько человек, обойди проволоку, посмотри, насколько мы в безопасности".


Я протестировал устаревшие туалеты со сколами, туалетной бумаги под рукой не было, но можно было пользоваться шлангом для воды.


Час спустя Риццо вернулся. "Этот забор ни хрена не стоит, им благоприятствует линия деревьев, охранник у ворот спит".


"Ты можешь забраться на эту плоскую крышу?"


"Там есть лестница".


"Всегда двое мужчин, начиная с этого момента".


Я пошел и нашел Хейнса, и он также менял двух человек на крыше с припасами под рукой. У местных мужчин в УВД был бинокль, и я попросил их следить за линией деревьев, на всякий случай, беспокоя их.


Вернувшись на постой, я осмотрел свой ненадежный матрас. Было очень сухо и пыльно. "Хорошо, слушайте. Все матрасы снаружи, взбейте их, накройте сверху пончо, когда будете на них спать, иначе у вас появятся вши - и вы будете чертовски чесаться."


Некоторые из парней уже лежали на матрасах, а теперь вскочили, начали жаловаться и проклинать наших хозяев.


На следующее утро, когда мои волки сошли с "Геркулеса", я был удивлен, увидев капитана Саманту Хедж в военной форме. Она одарила меня застенчивой улыбкой, приближаясь с сумками в руках.


"Снова в форме, капитан?" Я дразнил.


"Для этой прогулки, да".


"И ты здесь для ...?"


"Одинокие волки. Часть моей задачи - оценить их и распределить рабочие места в будущем. Я помогал их отбирать."


Я кивнул. "Пока... никаких идиотов или психопатов-убийц."


Подошел майор Брэдли, на нем была легкая зеленая одежда, он тащил свой набор. Я отдал честь, и он закатил глаза. "Где постой?"


"Ты в комнате с Чалмерсом и капитанами - его капитанами, и каким-то знаком". Я увел его. "О, это капитан Саманта Хедж, она работает на Боба и проводит оценку одиноких волков".


"Где-нибудь неглубокие могилы?" - съязвил майор, когда мы обходили ангар.


"Я бы надеялась, что нет, сэр", - ответила она.


Я заметил Краба и Даффи и почему-то знал, что они согласятся спуститься сюда. Я прощаюсь с Майором, указав ему правильное направление, и дважды отступаю. Когда волки собрались на площадке, все в легких боевых доспехах, на ремнях, с рюкзаками, я подошел, остановился и повернулся к ним лицом. У всех них были зеркальные камеры, направленные на их левый ботинок, мои четверо парней ухмылялись, как всегда.


"Откуда взялись старые зеркальные камеры?" Я спросил.


"У армии их было в избытке в Кении", - объяснил Крэб. "Хотя они ждут их возвращения - я за них расписался. Кенийские мальчики до сих пор их используют."


Я кивнул, разглядывая их лица. Некоторые выглядели увлеченными, некоторые все еще казались нервными и неуместными, все щурились от яркого солнечного света, на головах зеленые шапочки. "Хорошо, у нас нет комнат для вас, и это тренировочный сценарий, так что... поворот налево. Следуй за мной."


Я побежал трусцой к пастбищу на дальнем южном конце, остановив людей. "Правильно, Руководящий персонал, у вас есть полоска песка у забора. Это твой счастливый дом. Спи на песке, готовь на песке, сри в песок. Сбегай за свежей водой и фруктами, у нас есть продуктовые наборы. Ты принес какие-нибудь пайки?"


"У каждого из них есть по коробке", - объяснил Краб.


"Хорошо. Итак, возьмите сухие ветки, которые вы видите, соорудите пончо - будет дождь, и устройте счастливый дом. Здесь нет правил, так что устраивайтесь поудобнее. Я ценю, что ты не в себе после смены часовых поясов, так что отдохни несколько часов на жаре. Сколько боеприпасов?"


"Шестьдесят выстрелов на человека", - ответил Краб. "Еще в ящиках".


"Итак, руководящий персонал, после отдыха раздевайтесь и мойтесь, стреляйте, снова раздевайтесь и мойтесь, работайте усердно. После захода солнца долгий тираж, чтобы поднять тираж. И будь осторожен, всегда бери с собой заряженное ружье, куда бы ты ни пошел, есть шанс, что кто-нибудь выстрелит из-за колючей проволоки. Всегда череда оленей."


Они посмотрели на забор, линию деревьев на востоке, примерно в двухстах ярдах от них, несколько домов местной деревни, видневшихся дальше на юг.


Я добавил: "Завтра мы попробуем устроить всем статическое падение, некоторым - свободное падение. И, скорее всего, вы все получите патруль за кордоном, есть вероятность перестрелки. Хорошо, наденьте пончо, чтобы защитить от солнца, пончо расстелите, мужчины всегда парами, немного отдохните.


Сержант Крэб, пошлите кого-нибудь к людям СИГИНТА за водой, кирпичное здание за ангарами. И режиссерский состав все время остается с мужчинами. Если здесь произойдет нападение, ты знаешь, что делать."


"Правила ведения боевых действий, босс?" Спросил Томо.


"Если в тебя стреляют, ты стреляешь в ответ. Всегда позволяй им сделать первый выстрел, так мы в безопасности."


Я отвернулся, затем повернул обратно. "О, кто говорит по-русски?"


Четыре поднятых руки.


"Здесь мой говорящий по-русски, Саша, так что ты получишь некоторую практику".


Сержант Крэб разместил двух человек в небольшом кирпичном здании, пристроенном к задней части полигона, и я оставил их, выглядевших обеспокоенными здешними опасностями, чего я и добивался.


Возвращаясь в казарму, я позвал: "Саша?" Он приблизился. Надевай снаряжение, бутылку воды, отправляйся на пастбище, к волкам. Четверо мужчин говорят по-русски или учатся, оставайтесь с ними, позвольте им практиковаться каждый день."


Он схватил свой набор и направился прочь.


"А как же я?" Спросила Сандра, сиськи, как обычно, выглядывали из-под ее топа. "И у меня есть обычная одежда, которую мне купили у Джорджа".


"Когда мы пересечем границу, ты, вероятно, пойдешь с нами. Не спеши подставляться под пули."


"Я не боюсь".


"Есть разница между храбростью и профессионализмом", - сказал я ей, Свифти слушала. "Храбрость убивает тебя, быть профессионалом - значит жить, чтобы сражаться в другой раз". И ... достань лифчик."


"Бюстгальтер? Мне не нужен лифчик, я все еще молода и крепка."


Свифти пришлось отвернуть голову.


"Henri, er ... объясни это ей, пожалуйста."


Капитан Саманта схватила меня позже, когда я проверял парашюты и боеприпасы. "Что у тебя запланировано для "Волков", мне нужно подумать о тестировании и оценке?"


"Ну, я напугал их ранее, они думают, что здесь на них будут нападать и что они отправятся на патрулирование в режиме реального времени - рискуя быть застреленными".


"Это хорошо, да - держи их в страхе. Пойдут ли они в патрулирование?"


"Может быть, посмотрим, что из этого выйдет".


"В какой-то момент я возьму интервью у каждого, и это идеальное место".


"Мы также заставим их прыгать, немного свободного падения. Но моя цель здесь - дать им всем испытать настоящую работу, спать на полу, элемент риска, готовить на песке. Вы не можете научить этому опыту."


"Нет. Так что в конце они почувствуют, что сделали настоящую работу."


Я кивнул. "Это цель".


"О, есть ... есть риск нападения здесь? " спросила она.


"Если банда, на которую мы напали, знает, что мы здесь, тогда... фейерверк."


Я оставил ее с озабоченным видом. В командной рубке я обнаружил майора, беседующего с капитаном Харрисом.


Майор повернулся ко мне. "Что ты запланировал для волков?"


"Они будут спать на песке, сэр, готовить на песке, выполнять мальчишеские обязанности, и они думают, что здесь им грозит опасность".


"Они? Так ли это?"


Я скорчил гримасу. "Сомневаюсь в этом, сэр. Но если бы эта банда знала, что мы здесь, они могли бы захотеть попробовать. Мины, на которые они наехали, находятся неподалеку, так что плохие парни активны в этом районе."


"Они бы не хотели будоражить местную армию", - предположила женщина-капитан.


Майор повернулся к ней лицом. "Зависит от того, что представляет собой местная армия, и что они думают об этой местной армии!"


"У нас здесь много теплых тел, сэр, так что мы выиграем бой", - заверил я его.


"Победа в битве ... ты имеешь в виду, после того, как они обстреляли эту базу и разбудили меня пулей в окно."


"Я бы никогда не позволил им разбудить вас, сэр", - поддразнил я.


" А план? " настаивал он.


"Мы ждем хороших разведданных, но завтра я отправлю людей в шахты, несколько сердец и умов. Майор Чалмерс действительно сказал, что поможет с этим."


"Я поговорю с ним сейчас", - заявил майор, направляясь к выходу.


Когда перед заходом солнца прогремели выстрелы, люди запаниковали, пока я не заверил их, что это была тренировочная стрельба на полигоне. И позже, сидя на крыше с теми, кто был на олене, я наблюдал, как Волки бегают группой.


Размышляя, я спустился в ангар и нашел складной приклад АК47 плюс патроны. Нас было двенадцать, поэтому я тогда раздал некоторым из Волков для использования.


Мы пережили ночь без происшествий - только небольшой дождь, несколько парней из Echo потянулись на рассвете. В 9 утра мы провели совещание командования, только старшего состава, на нем присутствовал Мортен, а также майор Чалмерс и капитаны его подразделений, пилоты стояли сзади - в комнате было довольно тесно.


"Хорошо", - начал я. К северу от нас в основном джунгли, холмы, немного болот, затем граница. К западу от нас более высокие холмы и дерьмовые джунгли. Повсюду ведутся горные работы - в той, которая пострадала всего в нескольких милях к северо-западу отсюда. На востоке равнинная земля, немного фермерства. Юг - это деревня, еще южнее - город. Можем ли мы попросить замбийцев не размещать никаких военных к северу от нас?"


Вмешался капитан Харрис: "Я действительно спрашивал, и они не патрулируют, они реагируют как полиция. Там есть пограничные посты, на каждом по дюжине солдат, и это все. На шахтах работает полиция- частный подрядчик, несколько вооруженных людей, большинство из них сейчас немного мертвы."


"Майор Чалмерс, если бы вы хотели разместить отряд здесь, на подорвавшейся мине, второй отряд в десяти милях к северо-западу, и сменить их, это охватило бы сердца и умы".


"Мы сделаем", - согласился он, все еще оставаясь настороже.


"Я организую патрулирование, чтобы они были между шахтами и границей, запрет на зону. Итак, последняя информация о заложниках?"


"Немного", - ответил капитан Харрис. "Но не рядом. Дальше, чем та полоса, на которой ты был."


"Итак, вставь Скайван или ОРЕОЛ", - предложил я. Я обратился к майору Чалмерсу. "Ваш воздушный десант мог бы получить ценный опыт во время тренировки в HALO, сэр, а затем десантироваться живым".


Он обдумал это. " И поддержка для них? " настаивал он.


"Мы были бы поблизости, сэр, и вертолет у входа доступен, спасательная команда наготове. Геркулес также мог высадить спасательную команду."


"Когда у вас будет цель и план, давайте обсудим это", - предложил он. "Но я не хочу, чтобы люди были ранены и убиты ради тренировочных упражнений".


"Нам поручено, сэр, освободить заложников ..."


"Прекрасные, но настоящие заложники; живые были бы хороши".


Я кивнул, стараясь не раздражаться. Я столкнулся с основной группой. "Хорошо, сегодня мы заходим в шахты, и запускаем патрулирование, и ... пока мы здесь, мы проводим для мужчин ценную подготовку. Капитан Харрис, если вы подробно опишете положение заложников и их численность, мы составим план. Спасибо вам всем, и давайте все встретимся в 17:00, пожалуйста. "


Я подбежал к "Волкам", несколько парней теперь стояли на коленях, разбирая и чистя складные прикладки АК47 на пыльном полигоне, Саша с группой из четырех человек в стороне.


"Они хорошо спят?" Я спросил Даффи.


"Да, ни один ублюдок пока в нас не стреляет, только несколько жутких ползучих тварей".


"Сегодня я собираюсь организовать для вас патрулирование, дерьмовые джунгли, крутые холмы. К западу отсюда. Но в этом районе нет плохих парней - будем надеяться. Убедитесь, что у них много боеприпасов, аптечек первой помощи. У них есть маски и перчатки?"


"Мы купили несколько штук перед выходом, и где-то в ящиках лежат те легкие куртки".


"Найдите их, выдайте то, что у нас есть, но здесь тепло днем и ночью. Будь готов выйти через час, встретимся возле комнаты регистрации."


Изучая карты, я составил маршрут патрулирования через несколько суровых на вид районов, а затем схватил Анри и Жака. Они ходили по пятам и помогали с Волками, и, надеюсь, справлялись с любыми неприятностями.


Когда Крэб и Даффи объявились, я дал им ссылки на карты и взял на себя управление картами от Intel, карты были помещены в пластиковые пакеты, блокноты использовались для детализации маршрута. Мы с Генри повели Волков в ангар, карта была разложена на полу, Саманта слушала.


Группы по пять человек стояли рядом со мной на коленях, патрулировали подробно, и они делали заметки, а также смотрели на карту. Когда все было готово, они все встали полукругом.


"Окей, этот патруль отрицает территорию, в том смысле, что если тебя видят жители деревни, они говорят плохим парням, что ты рядом, и плохие парни должны отвалить.


"Вы будете спать снаружи, по два часа каждый, в своих парах, смененный олень. В горах вы найдете воду для умывания и питья, не забудьте пури-табс. Руководство проведет для вас небольшую тренировку в джунглях, но это живой патруль, так что смотрите и слушайте внимательно.


"Вы ходите с заряженным оружием, не взведенным, и вы взводите курок, если вам прикажут, или если возникнут проблемы. Предохранитель включен, пальцы на спусковых крючках, пока вы не будете готовы кого-нибудь убить - так вы не выстрелите кому-нибудь в ногу по ошибке.


"Пейте больше воды, следите за увлажнением, сообщайте о любых недомоганиях - какашках или судорогах. Если возникнут проблемы, обратитесь за помощью к моим четырем парням и к Генри. Вы - большой патруль, так что вы должны быть в состоянии справиться.


Сержант Крэб, три группы по девять человек или около того, возглавьте людей с рациями. Саша, держись вчетвером, практикуй язык. Вы - команда Руски. Выйди за ворота, когда будешь готов."


Саманта приблизилась, когда патруль двинулся в путь. "Два дня, мало сна?"


Я кивнул.


"Опасности?" она спросила.


"Может случиться с этой бандой, так что да. Но я выбрал холмы на западе, как менее вероятное место для неприятностей."


Позже, стоя в тени, я заметил, что "Скайван" был загружен бойцами эскадрильи "А", и он поднялся на север, направляясь к шахте.


Я схватил Хейнса и его подругу. "Ладно, патруль для тебя. Восемь человек, два часа на северо-восток, побродить и вернуться к закату. Сообщите Intel, где вы находитесь."


Вернувшись на постой, я крикнул: "Ладно, пора размять ноги. Приготовься съезжать. Сандра, останься здесь, помоги в командной рубке, пожалуйста. "


Макс вскочил. "Могу я присоединиться?"


"Конечно, поддерживаю тебя в форме. Оставьте свой набор в Intel."


Банда готова, снаряжение проверено, туалеты использованы, запас воды взят, я повел их вниз, а затем вокруг участка к воротам, длинная очередь, восемь следопытов с нами.


Выйдя за ворота, мы повернули направо, прямо на север, и я позвонил капитану Харрису. "Это Уилко, собираемся размять ноги на север, никакого конкретного маршрута, пусть все знают. Вернусь утром."


"Ладно, удачи".


Проехав пять миль, мы попали в более густые джунгли, тропа поднималась вверх и огибала крутой холм, и с вершины нам открывался хороший вид на север, никто еще не носил маски для лица.


Я включил радио. "Хорошо, используй свои линзы, ищи движение или дым". Я сидел на бревне со Свифти и смотрел на север, просматривая несколько миль джунглей, день был чертовски жарким.


Через десять минут Рокко позвал меня. "Посмотри на мою винтовку".


Я смотрел в том направлении, когда держал его за плечи. "Дым".


"Возможно, это племя пигмеев", - предположил Роко.


"Они в Папуа-Новой Гвинее, так что я так не думаю". Я смягчился. "Итак, все, мы выдвигаемся на северо-запад".


"Значит, здесь нет ублюдков-пигмеев, уменьшающих головы", - заметил Роко, когда мы уходили.


Я повел команду вниз по крутому склону, через ручей - нужно было быстро умыться, - и дальше по высокой траве. Вверх по противоположному склону мы поднимались медленно, теперь настороженно, и полчаса спустя я почувствовал запах дыма. Опускаясь на колени, я надеваю маску и перчатки, все остальные копируют.


Двигаясь медленно и бесшумно, мы продвигались на запад через густые джунгли, над нами кричали обезьяны, и мы нашли ручей. Двигаясь к ручью, мы скрыли наши следы, и мы воспользовались крутыми берегами, чтобы спрятаться - и открыть огонь, если понадобится.


Пройдя сотню ярдов, я заметил движение. Я включил радио. "Рокко, Соленые, идите налево и вокруг, очень медленно, очень тихо. Идите".


"Следопыты, обойдите направо, медленно, мертвая тишина. Иди. отдыхай крупным планом."


Я приподнялся и вылез из воды на животе, прицеливаясь, и теперь вижу небольшой лагерь, укрытый большими кустами, вооруженных людей в зеленой форме, но в резиновых ботинках, с автоматами AK47 за спинами. Свифти встал слева от меня, Моран и Махони справа, остальные отошли вправо. Мы ждали.


"Рокко, что ты видишь?" - Что случилось? - прошептал я в радио.


"На дальней стороне есть трасса, два джипа, может быть ... человек двадцать".


"Следопыты, что вы видите?"


"Просто позади каких-то хижин, пахнет готовкой".


"Когда я говорю "вперед", Следопыты распыляют это в течение десяти секунд. Рокко, стреляй и двигайся, когда они это сделают. Ожидание. Следопыты ... три - два - один - огонь!"


Начался треск, все нерегулярные солдаты передо мной смотрели на хижины и целились в ту сторону, внезапно ударив сзади. Моя группа убрала всех, кого смогла увидеть, прежде чем стрельба прекратилась.


"Прекращение огня", - крикнул я. "Рокко, иди далеко налево и в обход, не заходи. Следопыты, крайний справа и по кругу." Выключив радио, я вместе с остальными уставился вперед, услышав несколько криков и стонов.


"Это Рокко, кто-то сбежал по этому следу. Я вижу дорогу дальше."


"Не гоняйся за ними, проверь эти джипы на наличие ключей и топлива".


"Перемещение".


Мы ждали в липкой жаре.


Джипы ожили.


"Уилко, эти джипы заводятся с половиной бака. И, Уилко, в задней части джипов есть тонна оружия."


"Садите свою команду в джипы, поезжайте по этой тропе к дороге, подальше от того места, где бежали отставшие, обратно на базу. Следуйте по этой дороге на юг, затем налево, скажем, через ... четыре мили. Если вы заблудились, остановитесь и спросите дорогу."


Под смех Свифти мы сбавили обороты, дважды постукивая телами, когда джипы отъезжали, джипы слышали, но не видели.


"Следопыты, возвращайтесь к ручью, мы уходим".


В потоке, сняв маску, я позвонил капитану Харрису. "Это Уилко, мы только что напали на небольшой лагерь, угнали несколько джипов. Когда Рокко доберется до тебя, попроси его показать тебе местоположение на карте. Мы немного побудем здесь и побродим."


"Ладно, понял".


Я вывел команду из игры, подсчет персонала завершен, единственная травма - колючка в руке. Мы вернулись к высшей точке, израсходовав больше часа на жару, и разбили лагерь, устроив оленью охоту.


Я позвонил Харрису, когда сидел, прихлебывая воду, спиной к бревну, с лицом, покрытым потом. "Это Уилко, Рокко вернулся?"


"Да, я здесь уже полчаса, люди разгружают оружие. Что мы с ними делаем?"


"Использовать их для тренировки, что там?"


"РПГ, боеприпасы, гранаты, несколько ящиков пива, немного травы, два русских пулемета".


"Уничтожь пиво, никогда не узнаешь, откуда оно взялось".


"Сойдет".


"И у нас должна быть веревка, так что пусть Ми-8 вернет Рокко на вершину, спустившись по канату".


"Я скажу ему сейчас, он в ангаре".


Полчаса спустя Ми-8 громко объявила о своем прибытии, дверь открыта, веревка спущена, и каждый из мужчин спустился на веревке примерно на тридцать футов, некоторые приземлились кучей. Веревка натянулась, Ми-8 отошла.


"Это чертовски очевидно, не так ли", - пожаловался Роко. "Каждый ублюдок на десять миль вокруг укажет на нас здесь".


Я кивнул.


"Это то, чего мы хотим", - предположил Моран.


"Избавляет нас от необходимости идти к ним пешком", - съязвил Махони.


Варка продолжалась, банки были заняты, мы сидели и болтали, четверо мужчин на мальчишнике. И, несмотря на наше громкое объявление о том, где мы находимся, никто не вышел поиграть.


" Я тут подумал, " начал Моран. "Отставшие; они никогда не видели белых людей".


Я обдумал это, когда Свифти нахмурился. Итак... они могут предположить, что это конкурирующая банда?"


"Возможно", - вставил Махони. "У этих парней есть профсоюз?"


Я скорчил гримасу. Я бы сказал, "вцепились друг другу в глотки".


После наступления темноты зажегся огонь - просто чтобы быть действительно очевидным, мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это майор Брэдли. Эскадрилья "А" подверглась обстрелу, применяя тактику "бей и убегай". Тем не менее, это дало им пищу для размышлений."


"Это будет держать их в узде, да".


"Чем ты там занимаешься?"


"Мы наделали много шума, разожгли костер, но никто не хочет выходить и играть. А что слышно от Краба?"


"Да, он звонил. Они разбили лагерь, поблизости бродили небольшие патрули, устроили засаду на тропе. Волки получают хороший опыт."


"Прыгнул ли воздушный десант?"


"Да, с нашими сумками HALO все прошло нормально. Им нравятся пакеты, наверное, они их отнимают."


"Легко приготовить, сэр. О, утром, как насчет того, чтобы организовать SIGINT, поработать с оружием. В твоих устах звучало бы лучше, но им нужна практика."


"Да, хорошая идея. Тебя не было дома всю ночь?"


"Да, сэр, вернусь утром".


"Спокойной ночи".


Положив трубку, я сказал: "Воздушно-десантные войска сбросили ОРЕОЛ над базой, и Волки устраивают засады. О, и в отряд "А" стреляли." Я смахнул большую коричневую многоножку, намеревавшуюся переползти по моей ноге.


Свифти сказал: "Итак, мы направляемся к шахте и стреляем в них еще немного", - парни смеялись в темноте.


Ночь прошла без происшествий, за исключением нападения чего-то на Следопыта, никто не уверен, что это было, болезненные следы укусов, требующие некоторого внимания. Его крики проникали в темноту и беспокоили животных вокруг нас так же сильно, как они беспокоили нас. И, по его словам, это существо было десяти футов ростом, оценка его приятеля приближалась к двенадцати дюймам.


На рассвете мы двинулись на восток, вниз по склону в устойчивом темпе, дыма не было видно. Остановившись перекусить и выпить, я сверился с картой и понял, что мы были недалеко от шахты, поэтому после нашего отдыха мы двинулись к ней на юг.


Обнаружив предупреждающий знак, странно расположенный в густых джунглях, мы остановились, отправив Свифти на дерево.


"Я вижу шахту в четырехстах ярдах отсюда. Подожди, я тоже вижу несколько дерзких парней."


"Сколько?"


"Трое".


"Тогда пристрели их".


Свифти устроился поудобнее, прицелился и выстрелил. "Трое убиты".


"Оставайся там, наверху. Рокко, вперед, но не подходи близко к шахте. Следопыты, идите налево, посмотрите."


Я достал свой спутниковый телефон и позвонил Харрису. "Это Уилко, мы в полумиле к северу от шахты, к северу от вас, только что сбросили трех нерегулярных солдат, подкрадывающихся к ней. Предупреди солдат на шахте."


"Я сделаю это сейчас".


Рокко прикончил раненого человека и вернулся к нам, Следопыты никого не заметили. Двигаясь на восток, мы обогнули шахту, ее огромные рудные насыпи были видны сквозь деревья, и повернули на юго-восток вдоль реки, которой махали несколько местных жителей.


Услышав "Скайван", а затем увидев его, мы достаточно точно определили местоположение взлетно-посадочной полосы, и полчаса спустя мы двинулись вдоль северного края и вокруг к воротам, сняв маски.


Я отправил свою потную и перепачканную команду на постой и направился в SIGINT, и в ряд, все взгляды были устремлены на меня, майор Брэдли выглядел расстроенным.


" Капитан, " начал майор Чалмерс. "Один из моих людей на шахте был ранен в то время, когда вы вступали в бой с повстанцами всего в нескольких сотнях ярдов к северу от периметра шахты".


"Это ты ... предполагаете, что это были мы, майор?" Спокойно спросила я, вытирая лоб.


"Ты чертовски прав, я предполагаю, что это был ты, кто, черт возьми, еще это мог быть?"


"Мятежники, майор. Мы застрелили троих, могли быть и другие."


"Или кто-то из ваших попробовал травку ради забавы!" Все взгляды были прикованы ко мне.


Я стоял твердо. "Я мог бы представить, что все наоборот, но мы вам не завидуем, мы не отбираем у вас всю хорошую работу ..... у вас. Так почему мы должны хотеть стрелять в вас? Кроме того, мы были близко друг к другу, я бы услышал выстрел."


"У твоих людей есть глушители!"


"Да, сэр, я им тоже доверяю. Ты успел выстрелить?"


"Нет, это была передряга".


"Все еще мог бы найти патрон, сэр".


"Немного поздновато для этого. Вы слышали выстрел?"


"Нет, сэр. Это было до или после того, как я позвонил капитану Харрису?"


"Не прошло и минуты, как мы разобрались", - сказал Чалмерс, как будто это было неопровержимым доказательством.


"И в кого стреляли, сэр?"


"Листертон".


"Могу я, сэр, получить полный список имен людей, которые были в той шахте?"


Капитан отряда записал их.


"Были ли они вместе?" Я спросил капитана отряда.


"Что ты предлагаешь?" - Потребовал Чалмерс.


"Это мы расследуем, сэр. Итак, были ли они вместе?" Я нажал на капитана.


"Нет, две группы, иногда некоторые в столовой".


"И когда человек был ранен, кто был с ним?"


Он назвал мне два имени, и я вычеркнул их из списка. Я столкнулся с Чалмерсом с каменным лицом. "Вы сделали официальное заявление перед свидетелями, и это будет иметь очень серьезные последствия". Он моргнул. "У меня здесь оперативное командование на местах, вы можете проверить этот факт, если хотите. Всем вашим людям вернуться сюда, все ваши действия приостановлены."


Чалмерс взглянул на Брэдли.


Брэдли сказал: "Это очень серьезное обвинение, причем в присутствии свидетелей, и я действительно предупреждал вас. И у нас здесь оперативный контроль, так что привлекайте всех своих людей."


Я с угрожающим видом поднял свой спутниковый телефон, оглядел лица и вышел. "Боб, вот в чем проблема. Кто-то стрелял в парней из SAS на шахте, неприятности, но Чалмерс только что обвинил мой патруль в присутствии свидетелей."


"Вы уверены, что это был не один из наших?"


"Более или менее, я бы услышал выстрел, и у них не было бы причин". Я направился к месту службы. Увидев Воздушный десант, я помахал им рукой. "Боб, у меня есть список имен". Я их зачитал. "Проверь, не затаил ли кто-нибудь обиду, и быстро".


"Сойдет".


"И я приостановил все операции эскадрильи "А", и тебе нужно немного покричать".


"Отлично. Еще больше хлопот."


Я убрал свой телефон, когда они приблизились. "Ваш майор обвинил моих парней в том, что они стреляли в одного из ваших".


"Мы только что услышали", - сказал исполнитель главной роли.


"Ты знаешь о вражде между тамошними мужчинами?"


"Всегда есть шанс на что-то, и мы бы не знали".


"Все твои операции приостановлены, загорай".


"Что?" - жаловались они.


"Ты слышал. Я отправляю тебя отсюда."


Поднявшись наверх, я созвал всех вместе. "Слушайте внимательно. В то время, когда Свифти был на дереве, стреляя в плохих парней, солдат был ранен." Я сосредоточился на Свифти. "Мог ли один из ваших патронов сбиться с пути?"


"На пути были большие насыпи, и я стрелял вниз под углом. Кроме того, я нихуя не промахиваюсь. Что они говорят?"


Я пожал ему плоскую ладонь. "Рокко. Есть шанс, что вы выстрелили высоко и пуля пролетела вдалеке?"


"Нет, я прицелился и дважды нажал".


"Кто-нибудь слышал выстрел, кроме нас?"


Они обменялись взглядами.


"Кто-нибудь знает человека по имени Листертон?"


" Я его знаю, " предложил Риццо.


"Какие-нибудь обиды?"


Он скорчил гримасу. Насколько я знаю, нет. Я прослушал с ним курс радиосвязи."


"Все вы - никаких проблем с мужчинами внизу, или я очень расстроюсь. Штаб-сержанты, держите людей в узде. Если мужчины внизу сделают замечание, проигнорируйте его - иначе. Макс, ни одного ебаного слова не записано."


Я спустился вниз с винтовкой в руке. "Слушайте внимательно, соберитесь вокруг".


Они приблизились, и некоторые казались раздраженными. "Один из ваших был ранен, обвинения выдвинуты против моих парней. Итак, кто-нибудь знает о вражде между одним из моих парней и этим человеком, или общей вражде?"


Они обменялись взглядами.


"Служил ли этот человек Листертон с кем-нибудь из моих?" Из какого полка он был?"


"Пришел из легкой пехоты".


"У меня нет с собой легкой пехоты, может быть, парня из "Одиноких волков", но я проверю. И если у кого-нибудь из вас есть какие-либо идеи по поводу обиды на этого человека, дайте мне знать. Я был там, я проверил выпущенные пули и углы, и между нами были большие холмики.


"Я не слышал случайных выстрелов, и мы бы знали, мои парни держатся парами - даже чтобы отлить. О, и вы, возможно, выйдете отсюда утром, чтобы никогда больше с нами не работать."


"Это не наша гребаная вина!"


"Ваш майор сделал официальное заявление".


"Этот придурок", - жаловались они.


"Слушайте внимательно. Если возникнут какие-либо проблемы с моими ребятами, вы заплатите за это очень высокую цену. Мы проведем расследование, и, возможно, докопаемся до сути. И если бы это был один из моих ... Я проткну ему ногу, можешь быть уверен."


Я оставил их обсуждать разные вещи, и это были громкие дебаты.


Позже, когда мы возвращались из нашей новой столовой самообслуживания, Фиши подошел ко мне. "Вы никогда не слышали этого от меня, но жена Листертона, возможно, играла на стороне". Он ушел.


Я позвонил Бобу. "Послушай, этот человек, Листертон, проверь все звонки ему домой и из дома, особенно когда он был в отъезде".


"У тебя есть зацепка?" Я говорил с Роулсоном, и он предупредил Чалмерса."


"Может быть. Работай быстро."


Волки вернулись, когда солнце начало садиться, многие выглядели разгоряченными и уставшими. Я пошел с ними на их участок песка.


"Как это было?" Я спросил одного из гражданских.


"В меня не стреляли, сэр, но джунгли могут быть жуткими, все эти странные звуки. И этот рев по ночам - трудно услышать собственные мысли."


"К этому привыкаешь. Я люблю джунгли."


"Маска для лица пришлась кстати, по мне ползали всевозможные твари и огромный паук".


На стрельбище я выстроил их в линию в угасающем свете. "Хорошо, теперь у вас есть некоторый опыт того, на что похож патруль, настоящий патруль. Мы были к северу от вас и стреляли по двум разным группам, так что плохие парни там и поблизости.


"То, чего вы, вероятно, не слышали ... это то, что солдат SAS был ранен на мине, и что его босс обвинил моих парней в том, что они стреляли в человека из травматического пистолета. Итак, будьте осторожны с теми, с кем разговариваете по ту сторону, никогда никуда не ходите в одиночку или без оружия.


"Это..." Я воспользовался моментом. "... является хорошим примером политики и дерьма, которые возникают, когда подразделения соревнуются. Тебя учат работать в одиночку, и тебе повезло; работа в команде иногда может быть занозой в заднице. Люди конфликтуют.


"Хорошо, отдохни немного, оружие почисти, на рассвете ты отправишься в следующий патруль. Уволен."


Я подобрался к Саше и его маленькой команде. На русском я спросил: "Как у них дела?"


"Я учу нескольким нецензурным словам и тому, как ругаться по-солдатски".


Они смеялись.


"Полезный материал для работы под прикрытием", - похвалил я. "Вы можете притвориться русскими солдатами". Саше я сказал: "Пока держись своих людей".


"Я также преподавал командную тактику и оружие. Точно так же... как я раньше это делал."


Я кивнул, улыбнулся и похлопал его по руке.


Я разместил двух бойцов 2-го эскадрона у подножия лестницы, ведущей на постой, чтобы они были там всю ночь и поддерживали порядок.


Незадолго до рассвета я проверил волков, убедился, что у них есть свежая вода и припасы - короткая беседа с Анри и Жаком, приветствия моей четверке, и я желаю им хорошего патрулирования.


Когда взошло солнце, противоборствующие стороны, наши противоборствующие стороны, не сделали ни одного выстрела, мне позвонили рано.


"Уилко, это помощник Боба".


"Продолжай".


"У нас есть зацепка: жена Листертона регулярно общалась с Джеймисоном, когда Листертон был в отъезде".


"Нет причин для звонков?"


"Нет, и у нас тоже есть обычный номер в отеле".


"Хорошие новости, спасибо".


С Рокко позади меня, с винтовкой наготове, я вошел в расположение эскадрильи "А", когда они зашевелились. "Соберитесь вокруг!"


Они неторопливо направились в мой конец комнаты, многие полуголые. "Кто такой Джеймисон?"


"Я есть", - коротко прозвучало в ответ.


Я внимательно посмотрел на него. Ми-6 проверила записи ваших телефонных разговоров. Ты звонил Листертону домой всякий раз, когда он был в отъезде, и Ми-6 отследила гостиничный номер, который ты регулярно используешь, чтобы трахнуть его жену. Ходят слухи... она отказывается оставить его ради тебя. " Последнюю часть я выдумала, но его лицо подтвердило это.


Теперь все взгляды были прикованы к Джеймисону, и он понял, что облажался. Фиши двинулся первым, нанеся удар сбоку по голове, к нему присоединились другие.


Когда мы вышли, Роко сказал: "Если бы кто-то забрал мою жену... Я бы дал ему несколько фунтов."


После завтрака у меня была неприятная задача. В командном пункте я столкнулся с Чалмерсом. "Майор!" Я почти кричал. Ми-6 проверила телефонные записи ваших людей и обнаружила схему, которая привела в гостиничный номер, что привело к тому, что жена Листертона трахалась с Джеймисоном, но отказывалась уйти от мужа.


"Пока мы говорим, ваши люди вершат правосудие". Все взгляды были прикованы к Чалмерсу, который покраснел, Брэдли оставался в стороне. "Вы выдвинули официальное обвинение, и я знаю свои права как офицера, поэтому я буду требовать - и получу - комиссию по расследованию. Тебе придется кое-что объяснить.


"И мой босс в Ми-6 позаботится о том, чтобы любое решение относительно тебя было принято до того, как ты войдешь в эту гребаную комнату. А пока... не стой у меня на пути, у меня есть работа, которую нужно делать, и мне похуй на политику, а мои люди не пьют травку."


Я вышел, оставив после себя ошеломленную тишину.


Я сидел на крыше барака, болтая с парнями из 2-го эскадрона, когда зазвонил мой спутниковый телефон.


"Капитан, это полковник Роулсон. Есть минутка?"


"Да, сэр".


"Майора Чалмерса отзывают, глупый поступок, но он сам подставил себе спину, чрезмерно отреагировав и выдвинув официальное обвинение. Я надеюсь, ты не будешь держать это против всех нас."


"Нет, сэр. Но было бы неплохо просто заняться работой, оставив политику в стороне."


"Да, согласен. Вы можете использовать эскадрилью "А", я назначил Брэдли. Обучите их, возможно, какой-нибудь реальной работе."


"Будет сделано, сэр".


"И этого парня Джеймисона отзывают, не в последнюю очередь потому, что он получил взбучку".


"Я вижу, как заряжают "Геркулес", пока мы разговариваем, сэр".


"Удачи в операции".


"Благодарю вас, сэр".


Посидев на утреннем солнышке и поразмыслив минут десять, и, возможно, немного потеплев - или много потеплев, я спустился вниз и спустился на нижний уровень. Внимание. Соберитесь вокруг."


Я ждал, пока они группировались. "Хорошо, Чалмерс вернулся в Великобританию, мой главный заместитель, что означает, что ты теперь работаешь на меня. Итак ... чем бы ты хотел здесь заняться?"


Они обменялись взглядами.


"Возьмите несколько заложников", - сказал Фиши, другие согласились. "Вставка с ОРЕОЛОМ".


"Очень хорошо, но я уточню у полковника, нам не нужны раненые". Я указал на Фиши. "Идите к капитану Харрису, выберите место для заложников, которое вам нравится, затем - все вы - составьте план. Это твой план, твоя операция."


Почувствовав себя лучше, я сказал Хейнсу разослать небольшие патрули, оставив детали на его усмотрение.


После обеда я сидел с Брэдли, пока сержанты эскадрильи "А" излагали план. ОРЕОЛ на месте, Ми-8 слоняется без дела, Геркулес наготове, спасательная команда наготове здесь. Два отряда высадятся в ОРЕОЛЕ, один приземлится на Ми-8 с китом, как только район будет в безопасности, одна команда вернется сюда для спасения - Ми-8, чтобы вывезти всех раненых и, возможно, заложников, место для двенадцати сзади.


План состоял в том, чтобы доставить заложников в Ми-8 или угнать джипы, взлетно-посадочную полосу всего в шести милях отсюда. Я мог видеть недостаток, но придержал язык.


"Ну?" Брэдли наконец спросил меня.


"Кажется, это охватывает все аспекты, сэр, но я бы спал спокойнее, зная, что мы сначала очистили ту взлетно-посадочную полосу. Возможно, там пусто, но никогда не знаешь наверняка. Итак, я отведу людей на эту полосу на несколько часов вперед."


"Хорошо", - согласились они.


"Приготовьтесь к вставке сегодня вечером", - сказал я им, и счастливая компания отправилась обсуждать план.


Как заметил Брэдли, я позвонил Роулсону. "Полковник, это капитан Милтон".


"Проблемы?


"Нет, сэр, только то, что эскадрилья "А" настаивала на спасении заложников, разработала план, и все это кажется разумным, и мои люди окажут поддержку".


"Это то, за что им платят, так в чем проблема?"


"Они могут заразиться".


Он воспользовался моментом. Из-за этого я не могу сдерживаться. Скажи им, что у них есть шанс."


"Будет сделано, сэр".


Я уточнил у капитана Харриса о рассматриваемой взлетно-посадочной полосе.


"Был в употреблении, упоминание о русских торговцах оружием", - сообщил он, поэтому я позвонил Крабу и отправил Mi8 забрать Сашу и его русскоговорящих, а также Генри, Сандре сказали готовиться к работе.


"Мы не полетим на парашюте?" - нервно спросила она.


"Нет", - сказал я с улыбкой. "В небесах". И на ней все еще не было лифчика.


Моран собрал банду, пока я обсуждал идеи с майором.


Когда банда собралась в ангаре, на стене была нарисована грубая карта, я начал: "Наши хорошие приятели из эскадрильи "А" собираются захватить несколько заложников, не будем сидеть сложа руки и загорать, мы окажем поддержку - вроде как.


"Капитан Моран, вы говорите по-французски, так что вы с Анри будете со мной; постарайтесь выглядеть как плохие парни-наемники. Генри, тебе не нужен никакой грим."


Они смеялись над ним.


Рокко, Риццо, ваши команды высадятся на Скайване на дороге, вот здесь, и двинутся на северо-запад к полосе, в нескольких милях. Избегайте любых контактов, оставайтесь на месте, не показывайтесь.


Хорошо, эскадрилья "А" выйдет на равнину в миле к северу от города, примерно в шести милях от полосы, два отряда. Они придут с севера, потому что на окраине есть большое старое здание ... здесь предполагается разместить заложников. После того, как они освободят заложников, они либо позвонят в Ми-8, либо угонят машину и доберутся до взлетно-посадочной полосы, после чего будут освобождены.


"Один отряд будет находиться в "Скайване", готовый к спасению в случае необходимости, и "Скайван" может приземлиться на дороге или взлетно-посадочной полосе, в зависимости от потребности в спасении - или большого количества заложников. Последний отряд вернулся сюда, "Геркулес" готов к спасению, 2-я эскадрилья готова прийти за нами.


"Я приземлюсь в сумерках на полосе, с русскоговорящими, франкоговорящими и Сандрой, и если она будет занята, мы притворимся наемниками.


Итак... Скайван высаживает вас, возвращается, высаживает мою команду и улетает, готовый к появлению HALO позже. Mi8 будет доступен для любого из нас, если возникнут проблемы.


"Самая большая проблема ... это будет группа захвата заложников, ломающая ноги при приземлении или получающая ранения при штурме здания, так что Ми-8 будет нужна - в воздухе, когда они будут штурмовать это здание. Есть вопросы?


Роко спросил: "Мы придержим эту полосу для них?"


"Там может никого не быть, или сотня вооруженных до зубов людей. От вас зависит, дадите ли вы нам совет."


"А если там ... двадцать вооруженных людей?" Спросил Рокко.


"Убейте их тихо, захватите полосу".


"И провал в городе?" - Спросил Риццо.


"Возможно, нас позовут вперед, да, это недалеко. Разведданные говорят о двадцати плохих парнях и пяти заложниках."


"С каких это пор Intel все делает правильно?" Спросил Свифти.


"Мы исходим из того, что знаем, пока не узнаем больше", - ответил я. Проверь снаряжение, отдохни. Рокко, Риццо, вы уходите за два часа до захода солнца, разберитесь с этим. Саша, постарайся, чтобы твоя команда выглядела по-русски. Сандра, ты... Возлюбленная Анри и убийца."


Она подняла бровь, глядя на меня, затем посмотрела на Генри.


"Сандра, после того, как я подам сигнал, ты кричишь на Генри и уходишь. Анри, иди за ней, умоляя по-французски - затем начнется стрельба. Все вы, наденьте гражданские футболки, если они у вас есть. Выглядите подло."


"Что за сигнал?" Спросил Моран.


Я об этом немного подумал. "Я... почеши мне макушку, и Сандра с Генри затевают перебранку."


Я отвел Сашу и его команду в сторону. "Хорошо, когда мы приземлимся, там могут быть люди, вооруженные. Ведите себя достойно, вы бесстрашные русские наемники и торговцы оружием. Много ругайся, косись на дам.


"Если кто-то смотрит тебе в лицо, скриви губы и выругайся, приготовь оружие. Если мы обвиним их в том, что мы русские, то по сигналу мы убьем их всех, остальные наши команды поблизости. Теперь, кто угодно ... нервничаешь?"


"Нервничаешь из-за того, что тебя не приняли за русского, босс", - сказал один.


"Не говори слишком много, предоставь это нам. И помни, если там есть плохие парни... тогда мы на их стороне, мы все преступники вместе, одна большая счастливая семья."


Нам не нужно было сильно менять нашу одежду, чтобы выглядеть как плохие парни, и когда Брэдли увидел нас, он покачал головой.


Когда эскадрилья "А" была готова, Рокко и Риццо со своей командой заявили права на Скайан, проверили часы и отправились в путь.


Когда они взлетели, я решил, что лучше позвонить Бобу. "Послушайте, я беру четырех русскоговорящих из the Wolves, а также Сашу и Сандру, мы собираемся притвориться плохими мальчиками и приземлиться на раздевалке с русскими. Остальная часть команды будет располагаться на линии деревьев."


"Это рискованно, но ... что ж, это то, для чего они нам нужны. Присмотри за Сандрой."


"Она хочет сражаться. И она храбрая леди."


"Итак, каков твой план?"


"Убьем любого, кого найдем".


"Это упрощает задачу; почему я вообще потрудился спросить".


Эскадрилья "А" отправляется за заложниками."


"Надеюсь, у них все получится, дай мне знать".


Когда час спустя "Скайван" вернулся, я поднялся на борт со своей международной бандой плохих парней - и плохой леди Моран, соответственно одетый в гражданскую мятую футболку с наплечной кобурой поверх нее. У меня был спутниковый телефон и радио, как и у Морана, но они были в карманах.


Я перешел к пилотам. "Как все прошло?"


"Нашел дорогу, вокруг никого, высадил их и ушел".


Высадите нас на взлетно-посадочной полосе и взлетайте. Любая стрельба, уходи. Если ты поврежден, сядь на дороге."


Они обменялись взглядами, и банда села - по моему сигналу, мы включили питание и тронулись в путь, вскоре набирая высоту, примерно тридцать минут езды, солнце низко над горизонтом.


Снижаясь и описывая круги, янтарный закат ослепил нас, я увидел огни, здания и грузовики. Кто-то был дома, много кого-то, и я надеялся, что Рокко и мальчики были на месте; это был чертовски рискованный поступок.


Выстроившись в линию, мы снизили скорость и приземлились, но, по крайней мере, никто не открыл по нам огонь, и когда мы сбавили скорость, я смог разглядеть район кафе, похожий на заведение Джорджа, грузовики, а также многочисленные одноэтажные кирпичные здания, спрятанные среди деревьев. К нам двигались солдаты с черными лицами, но в полумраке я видел и белые лица.


Открылась боковая дверь, я вылез, Сандра за мной, затем Саша, и мы, должно быть, выглядели менее угрожающе, на нас не направляли оружие, когда я вел команду через лес.


"Прейвьет", - сказал я, проходя мимо чернокожего боевика, и он кивнул. Я целился в белое лицо, но выбрал станцию для приготовления пищи. "Скайван" включился и взлетел, не дав мне оглянуться. Я приблизился к белому лицу, второму и третьему белым лицам, выходящим из кирпичного здания.


"Преевьет", - сказал я первому мужчине, немного бросается в глаза его русская футболка.


"Кто ты?" - спросил он по-русски.


" Петров? " спросил мужчина позади.


" Петров! " повторил человек из шкафа. "Что ... что ты здесь делаешь?"


Я узнал одно из лиц из Ла Пальмы. "Еда хоть какая-нибудь вкусная?" Я задержал на нем свой пристальный взгляд.


"Эм... да, пожалуйста, садитесь."


Человек, который узнал меня, сидел со мной. "Ходили слухи, что вы были убиты, ваш вертолет сбит".


Я кивнул, указывая большим пальцем на Сашу. "Нас выбросили, мы приземлились на деревья, коммунисты поймали нас, продали колумбийцам, но полиция добралась до нас первой. Томск вытащил нас."


Саша сидел.


"Я помню тебя", - сказал ему мужчина. "Хотя у тебя есть несколько дополнительных шрамов".


"Это случается, когда ты падаешь с вертолета", - съязвила Саша.


Итак... что ты здесь делаешь?"


"Мы ... мы собираемся попытаться захватить британских солдат", - сказал я им.


"Они были здесь, они спасали заложников, теперь о них говорят в Замбии"


"Любая информация, которой вы располагаете ... буду признателен."


Моя банда сидела за столами, бросая на меня суровые взгляды.


"Эти британцы - спецназ, их трудно убить", - предупредил мой хозяин.


"Рядом со мной еще люди, и мы... их тоже трудно убить."


Подали еду, и, попробовав ее, я насчитал количество чернокожих солдат - двадцать три.


Мы с Сашей вспомнили истории о боевых действиях в Панаме, прежде чем я извинился и направился в туалет на открытом воздухе. Спустив штаны, я сел и включил радио. "Рокко, если ты это услышишь, подожди, пока я снова сяду, затем прогремиет несколько отдаленных выстрелов".


Вернувшись за стол, я потягивал пиво, слышались отдаленные трески. Я случайно повернул голову. "Охота?"


Наш хозяин выглядел обеспокоенным. "Нет". он отправил двенадцать человек, остальные двинулись к полосе.


"Должен ли я подготовить своих людей?" Спросил я, пока ел.


"Нет, нет, у нас здесь есть несколько человек, накачанных наркотиками и стреляющих. Эти черные, ни хрена себе идея."


Я кивнул и рыгнул. Встав, я встретился взглядом с несколькими людьми и почесал макушку. Руки очень медленно потянулись к оружию, и Сандра встала, осыпая Генри бранью и уходя. Он пошел за мной, крича по-французски, несколько чернокожих сосредоточились на них, когда я ухмыльнулся, мои хозяева ухмылялись.


Я прошел мимо своих хозяев, когда Генри потянулся за своим пистолетом. Удар, и черный, который смотрел на меня, упал. Вспышка огня, и я схватил свой пистолет, развернулся и очень неблагодарно выстрелил моим добрым хозяевам в спину, в то время как Сандра разрядила свой магазин в чернокожих возле полосы, Генри опустился на колени и стрелял.


Сандра выпустила десять пуль в нашего шеф-повара и его жену, разлетев кастрюли и сковородки; она была скорее энергичной, чем точной. Моран и двое других опустились на колени и стреляли в чернокожих возле полосы, когда я бежал к кирпичным зданиям, встретил выходящего чернокожего, два выстрела в лицо в упор. Магазин поменялся местами, я развернулся, двое мужчин ударили, когда они схватились за оружие, повсюду раздались трески.


Убираю пистолет, поднимаю винтовку, вставляю наушник. "Рокко, докладывай".


"Мы уложили их всех, некоторые прятались в кустах, теперь ни хрена не видно".


"Не спускайте с них глаз, нам нужно обезопасить эту полосу".


После того, как Сандра закончила стрелять в раненых, стало тихо.


"На колени, круговая оборона", - крикнул я. "Обыщите грузовики и здания".


Генри ушел с Сашей и Мораном на буксире, Сандра настойчиво преследовала их.


Я сидел среди тел наших бывших хозяев, поднял свой спутниковый телефон и позвонил капитану Харрису. "Это Уилко, Стрип теперь в безопасности".


"Значение ... что это было не тогда, когда ты приехал?"


"Нужно переместить несколько тел. Скажи эскадрилье "А", что у них есть шанс."


"Уилко!" - раздался голос Морана, и я побежал. У второго кирпичного здания я остановился и осторожно вошел внутрь.


Там, прислонившись к стене, сидели шестеро заложников, все с белыми лицами, все связанные, окровавленные и в синяках.


"Говоришь по-английски?"


"Некоторые", - послышался французский акцент.


Генри начал с коротких предложений. Наконец-то он повернулся ко мне лицом. "Они были в городе, сегодня переехали".


"Кто-нибудь остался в городе?"


"Черные заложники, двадцать", - объяснил Генри.


Двадцать. Сколько солдат?"


"Может быть, тридцать".


Я вышел и позвонил капитану Харрису. "Это Уилко, они еще не ушли?"


"Нет, стремлюсь быть там рано утром".


Обновление разведданных: двадцать чернокожих заложников, тридцать солдат. Мы нашли здесь шестерых белых заложников."


"Мы прерываем?"


"Нет, просто ... объясни это, и что я был бы зол, если бы они прервали. Скажи им, что они получают по заслугам за всех заложников."


"Сойдет".


Отложив телефон, Моран вышел. "Они делают аборт?"


"Надеюсь, что нет, мы бы получили немного дерьма. Кто-нибудь из заложников пострадал?"


"Нет, все достаточно хорошо, немного ушибся".


"Принеси им немного воды, скажи, что мы уходим на рассвете".


"Ты видел Сандру?" - спросил он, вытирая лоб рукавом.


Я громко вздохнул. "Я думаю, у нее проблемы с гневом".


"Она также застрелила женщину - и кастрюли и сковородки!" Он направился обратно внутрь.


В "русскоязычных волках" я спросил: "У вас все в порядке?"


"Да, сэр", - уверенно прозвучало в ответ.


"Действовал на нервы", - признался один.


"Твоя первая шпионская работа, и ты выжил, чтобы рассказать эту историю. Только никому больше не рассказывай, даже при приеме."


Десять минут спустя Рокко привел свою команду, сняв маски. "Думаю, мы прикончили их всех, оставив там несколько парней. Курица осталась?"


"Оглянись вокруг, угощайся, Сандра застрелила чертовых поваров".


"Еда не на высоте?" - пошутил он.


Заложников вывели и усадили на скамейки, большинство из них потирали запястья в тех местах, где они были связаны, и все они пахли несвежей мочой.


Генри подошел ко мне. "Они были захвачены на севере".


"На север?" Я покачал головой. "Никогда ничего не идет как надо, не так ли?" Я обратился. "Риццо, отправь команду на перекресток с дорогой".


Были названы имена, мужчины ушли.


"Когда прибудут остальные?" - Спросил Роко, принимаясь за еду мертвеца.


" Они собираются уйти рано утром. Так что приготовься, отдохни немного. И все вы, уберите отсюда несколько тел, а!"


Сандра подошла, села и уставилась на меня. "Мне жаль, я... стреляй и в женщину тоже."


Я кивнул. "Ее можно было пощадить. Но она работала на плохих людей, так что... возможно, она была одной из них. Но, сгоряча, такие вещи случаются. Двигайся дальше."


Она опустила голову и кивнула.


Я добавил: "У нас здесь заложники, так что это хорошо. Мы спасли хороших людей."


Я позвонил Бобу, когда сидел там. "Боб, у нас шесть французских заложников".


"Французский?"


"Да, на взлетно-посадочной полосе. И у тех, кого оставили в эскадрилье "А", у всех черные лица."


"Они делают аборт?


"Нет, я сказал им продолжать".


"Что ж, в любом случае это результат. Сейчас я дам знать французам."


Генри помахал мне рукой. "Они знают о других заложниках, дальше на юг, в городе. И эти заложники - британцы."


Я записал детали, затем передал французскому менеджеру шахты свой телефон, чтобы он мог поболтать со своей женой.


Перезвонив, Генри сказал: "Его жена - политик, и она поговорит с DGSE и прессой".


Час спустя дорожная команда предупредила о приближении конвоя.


"Приготовьтесь все. Саша, говорящие по-русски, оставайтесь, остальные прячьтесь, устройте здесь засаду. Уберите эти гребаные тела! Вперед!"


Я включил свое радио. Дорожная команда, впустите их, затем мы открываемся по моему сигналу. Отойди от них. Сколько транспортных средств?"


"Четыре".


Я проверил свое ружье, положив его на скамейку рядом со мной, Сандра теперь притворялась, что готовит.


"Сандра, сними свой топ!" Я зашипела.


"Что!"


"Это отвлечет их".


Она немного подумала, пожала плечами и сняла топ, но вернулась к приготовлению.


За деревьями появились огни, вскоре зажглись фары, машины со скрипом остановились, когда я что-то съел, не совсем уверенный, что это было.


Черные иррегулярные войска сошли с места, улыбаясь, и я оценил ситуацию - и возможности моих гостей. Я помахал им рукой. Они медленно приблизились, бросив взгляд на Сандру.


"Немного хорошего запаха, да", - сказал один из них, с винтовкой за спиной.


"Тебе нужен самолет?"


"Что?" - недоумевал он.


"Самолет, чтобы куда-то лететь, мой друг?"


"У нас похищение, люди с шахты".


"У вас есть заложники?" Из города?"


"Да, да". Он огляделся, теперь внезапно с подозрением. Когда я собирался пойти за своей винтовкой, Сандра плеснула кипятком в лицо мужчине. Они все повернулись на крики, я схватил винтовку и выстрелил, поднялся адский шум - и не мной.


Я с некоторой настойчивостью включил радио. "В грузовиках заложники, следите за огнем, заложники в грузовиках!"


Кабины грузовиков были подбиты, когда я двигался к машинам, внезапно по бокам от меня появились люди, когда мы двигались между столами и деревьями - плюс набор обломков, правильная полоса препятствий. Стрельба быстро стихла.


Я подбежал к задней части затемненных грузовиков, отстегнул заднюю дверь и позволил ей опуститься, пока Генри и другие прикрывали меня.


Оттуда выглядывали перепуганные лица, все связанные. Внутрь был посветлен факел.


"Все в порядке, мы британские солдаты, теперь вы в безопасности". Я повернул голову. "Помоги им спуститься, развяжи их".


Возвращаясь в зону приготовления пищи, я поднял свой спутниковый телефон.


"Капитан Харрис".


"Это Уилко". Я вздохнул. "По какой-то причине остальных заложников только что привели сюда, и они у нас, двадцать чернолицых".


"Мы прерываем?"


"Нет, они могут высадиться на полосе, хорошая практика, они сопровождают заложников обратно. Макс может записать это как они. Посадите Макса на "Геркулес", чтобы он пришел за заложниками и эскадрильей "А" после рассвета."


"Хорошо, сойдет".


Моран приблизился. "Двое заложников мертвы, случайные пули".


Я тяжело вздохнул. "Мы не знали, кто был в этих чертовых грузовиках".


"И эскадрилья "А"..?"


"Сейчас зайду сюда". Я смотрел мимо него. "Сандра?"


"Да?"


"Эх ... надень свой топ обратно, любимая."


Она вскинула руку в воздух. "Сними с меня майку, надень мой топ, надень планку. Что это за исследование моих сисек, а."


Многие озадаченные лица повернулись ко мне. Я пожал плечами и покачал головой.


После некоторых дебатов и повышенных голосов, очевидно, эскадрилья "А" все равно решила высадиться, и мы бы их не услышали и не увидели, если бы не ожидали их появления - в результате высадки один из них вывихнул лодыжку.


Снаряжение восстановлено, парашюты восстановлены, "Геркулес" приземлился через час после рассвета, заложники загружены, эскадрилья "А" загружена, Макс делает фотографии. После того, как "Геркулес" с ревом унесся прочь, приземлился "Скайван", половина команды отправилась восвояси, остальные вернулись через два часа.


Покидая "Скайван", майор пошел в ногу со мной. "Французские заложники отправились на "Геркулесе" в столицу, чтобы их вывезли самолетом, этим занимается их посольство".


Я кивнул. Двое были ранены в перестрелке. Мы можем признать это."


"Как вспоминают об этом французские заложники, приземлился самолет, ужасный автоматный огонь, пятьдесят убитых боевиков, и ваши десять человек освободили их".


Я улыбнулся. "Большинство парней были на периметре, так что они бы их не увидели".


"Единственная небольшая загвоздка в том, что они сообщили о пяти французских и пяти британских солдатах".


Я широко улыбнулся. "Французское правительство будет счастливо".


"Макс докладывает о людях из эскадрильи "А" и сбросе ОРЕОЛА, отвлекая внимание от вашей группы".


"Я не против".


Я заскочил в комнату эскадрильи "А", почти бодрый.


"Слушайте". Они повернулись ко мне. "Заложники были перемещены, не по нашей вине, и это случается. Собери информацию, чтобы найти других заложников, займись ими вместо этого."


"Мы можем?"


"Да, ты можешь. А теперь немного отдохни."


Моран встал в очередь, когда я шел обратно в ангар. "Эти русские люди, прошлой ночью, они... узнал тебя ... и боялся тебя."


"Моя работа на другой день".


Мы пошли дальше.


"И ты никому здесь об этом не рассказываешь. Работа в ЦРУ?"


"Что это за работа такая ... это дало бы мне двадцать пять лет пожизненного заключения, и Боб не смог бы мне помочь."


"Так зачем это делать?"


"Хороший вопрос. Думаю, ответ за меня... то же самое и с тобой, в том смысле, что ты никогда не предполагал этого, просто это медленно подкрадывалось к тебе. И ты сделал достаточно, чтобы также получить длительный тюремный срок."


"Если я проживу так долго", - язвительно заметил он.


Я остановился и посмотрел ему в лицо. "Есть сомнения?"


"Много, какой нормальный человек не стал бы, но я не мог представить, что брошу это, каким бы безумным это ни было".


Я кивнул. "Мы оба наркоманы, которых сами создали".


В ангаре мы нашли Хейнса. "Когда Одинокие волки вернутся, доставьте им оружие - по крайней мере, некоторые из них, и используйте их на полигоне. Ты также захвати немного для тренировки в стрельбе по мишеням."


Вбежал капрал полка королевских ВВС. "Сэр, мошенники на проводе".


Я сказал: "Сделайте предупредительные выстрелы рядом с ними". Капрал убежал. "Мистер Хейнс, команды из четырех человек, спрятанные, попытайтесь схватить грабителей, передайте их замбийцам здесь".


"Придут ли сюда банды?" Моран озадачен.


"Нормальный человек не стал бы, но это зависит от того, с кем мы имеем дело", - сказал я ему. "Возвращайся и поставь кого-нибудь из наших на крышу, установи поворот".


В командной рубке я сидел с Брэдли, Саманта передала мне холодный напиток. "Мошенники на прослушке, сэр".


"Итак, следующим будут минометы за проволокой", - предупредил он, люди оглядывались по сторонам.


"Может быть, сэр. И кое-что в операции прошлой ночи беспокоит меня."


Я позвонил Бобу, когда сидел там, Брэдли слушал. "Боб, прошлая ночь была странной, поскольку заложники были переданы русским. Никогда не слышал о русских, торгующих заложниками."


"Я тоже, и я бы сказал, что они никогда не стали бы вмешиваться, Совет Безопасности ООН задал бы им немного дерьма".


"Две группы заложников были доставлены на полосу".


"Чтобы меня куда-нибудь доставили самолетом", - предположил Боб. "Военачальники действительно обмениваются заложниками, как валютой".


"Разберись с этим побыстрее, Боб, потому что, возможно, обмениваются и другими заложниками. И если мы убьем вовлеченных ублюдков, заложников станет меньше."


"Сойдет. И эти французские заложники во всех новостях Европы."


"Бельгийцы все еще утверждают, что заложники были убиты в перестрелке?"


"Нет, тела были осмотрены в Кении, пулевых отверстий нет, как вы сказали".


Положив трубку, я взглянул на Брэдли. "Кто-то торговал заложниками".


"Тогда мы идем за этим кем-то", - непреклонно заявил он.


Я кивнул. "Капитан Харрис, мне нужно собрать всю информацию о передвижениях заложников, и в ближайшее время ищите закономерность, заявления бывших заложников. Нам нужно посмотреть, куда они направляются, в центр, чтобы найти хорошего парня в центре."


Саманта шагнула вперед, выглядя сексуально, ее грудь выделялась, несмотря на лифчик. "Была странная закономерность, я читал отчет. Были перемещены три группы французских и бельгийских заложников, о которых с тех пор ничего не слышно. В центральный регион."


"Почему?" - Спросил Брэдли. "Выкуп?"


"Выкуп был бы единственной причиной, сэр", - заявила Саманта.


"И чем больше заложников, тем больше кошелек", - добавил Брэдли.


Я смотрел в пол. "Еще больший конфуз".


"Что?" Капитан Харрис озадачен.


"Верно", - вставил Брэдли. "Заложники - это очень неудобно для любого правительства; много общественного резонанса, мало кто может что-то сделать. Посмотрите на драму с иранскими заложниками в Тегеране, которая, вероятно, стоила Картеру выборов."


"Я думаю, Картер сделал это с собой", - съязвила я, улыбаясь. Я вышел и взял свой телефон. "Боб, исходи из предположения, что французы не были честны с тобой по поводу здешних заложников".


"Почему у меня плохое предчувствие по этому поводу?"


"Потому что ты должен".


Медики вернулись после скоростного марша по периметру в полном снаряжении, теперь они сильно вспотели.


"Они становятся лучше?" Я спросил Мортена, когда его команда глотала воду.


"Похоже на то", - выдохнул он, вытирая пот.


"Отдохни немного на дистанции", - предложил я.


"Мы сделали это на днях".


Волки вернулись после обеда, Краб повел их на скоростной марш, теперь все мокрые от пота. Я велел им раздеться и вымыться в ангаре, использовать стояк, вода достаточно прохладная, шампунь под рукой.


Высушенный, накормленный фруктами и печеньем, напоенный холодной водой, я попросил Хейнса передать часть запасов оружия Волкам, Крабу и Даффи было поручено потренироваться в стрельбе из РПГ для мужчин, за которыми последуют русские пулеметы с коробчатыми магазинами; зачистка, чистка и стрельба.


Прилетел воздушный десант и нашел меня в ангаре, новый план, не в последнюю очередь надежда бледнолицых британских заложников. Час спустя они представили план в командной комнате, выслушав мнения. На этот раз силы будут разделены, некоторые поедут на наших украденных джипах, один отряд будет введен через HALO. Отряд HALO должен был разведать цель, не спуская глаз с приближающихся джипов, и проникнуть внутрь, чтобы отвлечь внимание.


Заложников отведут на ближайшую дорогу, менее чем в миле отсюда, длинную и прямую, и "Скайвэн" сядет, а Ми-8 будет слоняться без дела. Ми-8 выбрала бы отряд HALO, четырех человек из Ми-8 на всякий случай, моих людей, готовых к спасению в случае необходимости - вместе с медиками.


"Вы можете попробовать", - сказал я им, и бойцы отправились проверять снаряжение.


Боб вернулся, когда я наблюдал, как Волки взрывают песок из РПГ. "Ты был прав. Я поговорил со своим коллегой в Париже и обманул его, сказав, что у нас были разговоры о французских заложниках."


"И..?"


"Некий военачальник по имени Джамал, из другой страны под названием Конго, к северу от вашего Конго. Раньше он выполнял грязную работу для французов, затем однажды французы попытались убить его, но преуспели только в том, что взорвали жену и детей, поэтому Джамал разозлился. Он переехал на юг и зарабатывает деньги на кровавых алмазах, добыче полезных ископаемых, наркотиках и оружии."


" А теперь похищение и вымогательство, " вставил я.


"У него более пятидесяти французских и бельгийских заложников, и он хочет двадцать миллионов евро. Он отправил французам фотографию сильно укрепленного места, к заложникам подключена взрывчатка, так что они не пойдут за ними - и мы тоже."


"Ну, по крайней мере, теперь у нас есть счет. Так что же собираются делать французы?"


"Пока они скрывали это от прессы, но Джамал угрожает передать это прессе, человеческие руки отправлены обратно".


"Французы не будут платить?"


"Нельзя допустить, чтобы они финансировали кого-то подобным образом, и он просто получил бы больше в следующем году. Итак, у них проблема."


"У меня есть идея".


"Вы не можете штурмовать это место, устраивайте кровавую баню!"


"Нет необходимости. Я вернусь к тебе."


Я посмотрел на часы и сделал звонок. "Наполеон проснулся?"


Большой Саша рассмеялся. Я мог слышать на заднем плане: "Этот смутьян хочет Наполеона".


" Петров? " раздалось несколькими секундами позже.


"Да. Послушай, в Конго есть военачальник по имени Джамал, установи с ним контакт. У него пятьдесят французских и бельгийских заложников, и он хочет за них двадцать миллионов евро. Предложи ему меньше и скажи, что оставишь его в живых."


"Я? Я выкупаю их? Какого хрена?"


"Что ты думаешь ..?"


Через двадцать секунд он сказал: "Французы были бы у меня в долгу".


И они заплатили бы часть денег, просто нельзя, чтобы было видно, как они платят Джамалу. Сначала сделай, потом спрашивай. Ты будешь иметь над ними власть, они никогда не захотят тебя расстраивать."


"Это правда. Это предложили британцы?"


"Да, у Боба есть свои люди в Конго, которые пытаются спасти британских заложников. Но нельзя, чтобы было видно, что он говорит с тобой об этом."


"Конечно. Я знаю там кое-кого, я выясню, что смогу, и поговорю с этим Джамалом."


"Перезвони мне поскорее, эх, этот ублюдок казнит заложников день за днем".


"Да, да, скоро".


В полночь я был в командной рубке с Мораном, оба чувствовали себя странно, потому что мы слышали об акции для разнообразия и не были ее частью. Капитаны регулярных войск делали пометки на карте и ставили галочки.


Завсегдатаи уехали на наших украденных джипах, замбийцы также одолжили нам старый грузовик. ВВС подключились, один человек с поврежденным плечом - он врезался в забор при приземлении, и они выяснили местоположение заложников, принимавшие гостей были так же под кайфом от травы, как и мы.


Когда член воздушного отряда буквально столкнулся с боевиком, выходящим посрать, игра была окончена, но короткая перестрелка привела к двадцати убитым боевикам и одному тяжелому ранению рикошетом у солдата - на данный момент связанного.


Затем регулярные войска быстрым маршем увели заложников, одного несли, и они встретились с джипами и грузовиком. Заложники в грузовике, они отправились на юг, и мы ждали их прибытия, наблюдая за часами.


Когда конвой вернулся, эскадрилья "А" ликовала, медики проверяли заложников перед тем, как они сели на ожидающий их "Геркулес", и заложников должны были доставить в столицу вместе с раненым солдатом, который считал, что это один из его людей случайно выстрелил в него.


Я договорился, чтобы принесли пиво, и раздал его завсегдатаям, примерно на две бутылки каждому. И Макс, маленький засранец, сел в грузовик без моего разрешения, теперь сидел, рассылая фотографии и повествование - и избегая зрительного контакта со мной.


Это была прямая передача HALO, перестрелка и отход в полном порядке, так что в любом случае это заслуживало хорошей истории. И я убедился, что Макс описал это как "эскадрилью SAS". Единственным недостатком была потеря парашютов и сумок HALO, Брэдли теперь несет ответственность за эту потерю в качестве исполняющего обязанности командира эскадрильи "А". Были даже разговоры о том, чтобы вернуться за набором.


Когда взошел рассвет, я сидел в пыли вместе с Волками, Ми-8 уехала с некоторыми из моих людей, и они вернулись с парашютами и сумками, заставив меня улыбнуться. Брэдли рисковал вертолетом и ранеными ради комплекта, сержант Крэб описал его как Брэдли-счетчик бобов.


Сегодня Волки будут прыгать с парашютом, статичная линия и свободное падение, пока у нас не закончатся парашюты.


Боб объявил время обеда. "Как дела?"


"Я только что был с Сашей и его командой".


"Его команда?


"Он у меня с четырьмя русскоговорящими, и он проделал отличную работу, заставив их всех казаться русскими солдатами, даже произнося правильные ругательства. У нас есть кое-какой потенциал, Боб, наше собственное маленькое поддельное подразделение из шести русских боевиков, если ты включишь меня."


"Я не думал об этом для них, по крайней мере, пока, но да - отличный потенциал. Вчерашний рейд во всех новостях, заложники опрошены, премьер-министр очень доволен."


"Ты еще станешь режиссером", - поддразнила я.


"Как поживают волки?"


"Разве Саманта не докладывает о каждом нашем шаге?"


"Нет, она пришлет письменные оценки кандидатов в конце".


"Что ж, пока что она проделала хорошую работу, никто из них не идиоты, так что процесс отбора прошел хорошо".


Приятно знать, что они поняли это правильно, у меня была команда из восьми человек, работавшая над этим, включая психиатров. Как ведет себя эскадрилья "А"?"


"Ликующий" - вот подходящее слово. И они не злятся на меня, нет никакого раскола. В отличие от Чалмерса, я не буду их сдерживать."


"Ты отправишь их снова?"


"Если возникнет необходимость. Решать тебе. Какова наша временная шкала здесь?"


"Нет срочной необходимости отзывать вас, но как насчет программы дрессировки волков?"


"Делаю это здесь, и это в десять раз лучше, чем в Великобритании".


После перекуса позвонил Томск. "Я был занят", - начал он. "Этот человек Джамал в долгу у нескольких моих знакомых, поэтому я купил маркеры за два миллиона евро. Теперь он у меня в долгу, и поэтому я позвонил ему. Я снизил цену до двенадцати миллионов евро - и я оставил его в живых."


"Как будет произведена оплата?"


"У него счет на Каймановых островах, в том же гребаном банке, что и у меня. Я только что дал ему пять миллионов для пущей убедительности."


"Скажите ему, что вы хотите, чтобы заложников погрузили в грузовики и отвезли на аэродром, откуда гражданские самолеты доставят их в Замбию. Но не размещайте самолеты, позвольте французам устроить засаду на конвой, они заявят, что вывели заложников."


Томский громко рассмеялся. "Ты знаешь, как играть с этими говнюками. Мне очень повезло получить ваш совет."


"Дай мне знать, когда он освободит заложников".


"Подойдет, да".


Я позвонил Бобу. "Слушай, Томск выкупил долговые маркеры для Джамала".


"Чем ты занимался?"


"Прошу об одолжении. Он снизил цену до двенадцати миллионов евро, и заложников вывезут конвоем. Так что немедленно отправляйте сюда сотню французских коммандос."


"Ты поможешь им напасть на конвой?"


"Почему бы и нет, они считают это своей победой, они в долгу перед тобой, и они в долгу перед Томском".


"Почему Томск должен вот так помогать?"


"Он хочет вернуть французам немного денег и их добрую волю".


"Ты хочешь сказать, что ты подал ему эту идею".


"Ты можешь подумать, Боб, что я не могу это прокомментировать".


Он рассмеялся. "Ты маленькое дерьмо, пропавшее даром в армии".


"Соедините меня с коммандос", - настаивал я.


"Я тебе перезвоню".


Волки, с помощью моих парней, сбросили статическую линию над аэродромом, два сброса с интервалом в час, многие падали свободно, удерживаемые руками более опытных людей. Одна группа опытных парней даже прыгала с сумкой HALO. У эскадрильи "А" был выходной, и большую часть времени они загорали, некоторые помогали.


"Геркулес" прибыл из Кении, на борту новый майор, медика отправили с распухшей от укуса ногой, рядового из эскадрильи "А" отправили в отставку после того, как он поскользнулся и вывихнул плечо. Парашюты были доставлены, использованные упакованы и отправлены, так что теперь у нас было под рукой очень много парашютов, сложены свежие пайки и боеприпасы.


Я отдал честь майору, квартирмейстеру ТА с нашей базы GL4. "Добро пожаловать в Замбию, сэр".


"Я просто временный", - сказал он вскоре в разговоре с Брэдли, который теперь был освобожден от своих обязанностей в отношении эскадрильи "А".


После захода солнца, когда Волки бегали по дорожке по периметру, Боб перезвонил. "Французские коммандос на пути из Западной Африки. Я проинформировал премьер-министра, которому нужно было присесть и выпить чего-нибудь покрепче, но затем улыбнулся по поводу французов. Многое из этого не для протокола."


"Только ты и я знаем об этом", - заверил я его. "Заплатят ли французы Томску?"


"Они заплатят нам, мы платим Томску через Каймановы острова".


"Какие странные у нас товарищи по постели, эх".


"Дай мне знать, когда у тебя появится план или временные рамки".


"Сойдет. О, доставьте мне палатки из Кении, и быстро, здесь не так много места для французов. И много парашютов, они могут нам понадобиться."


"Оставь это мне".


На посту я сказал: "Слушайте внимательно. Французские коммандос в пути, так что мы можем уступить эту комнату этим мягким французским мальчикам." Они издевались над Анри и Жаком, которые дали несколько красочных ответов. "Капитан Моран, осмотритесь в поисках других комнат, раскладушек или полоски песка для нас".


"В этих зеленых хижинах, черт возьми, все солдаты", - сказал он.


"Я попрошу капитана Харриса спросить замбийцев. Или мы можем спать в кузове грузовика."


"Давайте вернемся в кафе Джорджа", - предложил Роко, остальные согласились.


"Да, это может быть вариантом", - согласился я. "Но нам нужно спланировать совместное предприятие с французами, крупную операцию. Генри, ты будешь нашим посредником, когда они доберутся сюда."


Я пошел и подтолкнул капитана Харриса, он поговорил со своим коллегой, и да - хижины можно использовать.


На рассвете французы громко объявили о своем прибытии и приземлились, три зеленых транспорта С-160 вскоре выгрузили людей и снаряжение, тележки отчалили.


Я узнал майора, но не смог вспомнить его имя. Он был коренастым и лысым, по лицу было нанесено несколько ударов; он не выходил из-за стола. "Еще раз здравствуйте, сэр".


"Рад видеть тебя снова", - прозвучало в ответ с акцентом, но не таким мягким французским, как у Анри. Он мог бы быть плохим парнем в старом черно-белом фильме, вроде "Касабланки".


Я смотрел мимо него. "Это палатки?"


"Oui."


"Разместите их перед казармами, сэр, и у нас есть маленькие хижины и для вас".


"У нас есть люди поддержки, палатки и еда", - сказал он, широко по-галльски пожимая плечами.


Некоторые мужчины бросали дружеские оскорбления в адрес Генри, получая некоторые в ответ, майор смеялся, и вскоре у нас было двенадцать больших палаток на выжженной траве, плиты работали, повара готовили еду.


Позже пришел французский майор и нашел меня с Анри под руку. "Каков здесь план?"


"Мы ждем информации о французских заложниках, многих из них. Ты пойдешь за ними и получишь признание."


"Почему мы, у вас здесь много мужчин?"


"Политика. Я выполняю приказы." Я пожал плечами.


Тьфу. Гребаный Париж никогда не ведает, что творит", - выдохнул он, прежде чем увести Анри прочь.


На следующий день французы заметили, что статическая линия "Волков" упала, прежде чем мы направили французов к полигону, и они несколько часов пристреливали оружие, теперь на базе кипела жизнь. Волки получили по три статических выпадения на линии каждый, так что они наращивали опыт и навыки.


Следующий "Геркулес" из Кении пригласил нескольких мужчин с серьезными лицами из министерства обороны и чиновника из JIC. Боб не хотел рисковать здесь - никаких шансов, что его в чем-то обвинят. Я поселил их, нашел комнаты и сказал им, что мы ждем информацию и поэтому просто тренируемся до этого времени.


В полночь мне позвонил Томск, сейчас утро в Панаме. "Мы заключили сделку, и я получил хорошую цену. Заложников перевезут послезавтра, отвезут на какую-нибудь взлетно-посадочную полосу." Он дал мне имя, и я записал его. "Он думает, что я пришлю самолет".


"Французы будут. Освободит ли он всех заложников за один раз?"


"Да, пятьдесят восемь французов, шесть бельгийцев и несколько человек из гребаного места, о котором я никогда не слышал".


"Скажи ему, что он восстановит баланс, когда они доберутся до самолетов".


"Что будут делать французы?"


"Убей ублюдка".


"А, тогда это еще и сэкономит мне немного денег".


"И последнее..."


В 9 утра мы провели совещание командования, часть сообщений была разослана, потому что просто не хватило места. Наши модники с кислыми лицами слушали, а также мандарин из JIC, французский майор и два капитана в стороне от Морана и капитанов эскадрилий "А". Макс сидел на полу с блокнотом в руке.


"Теперь у нас есть информация о французских заложниках. Их держат на укрепленной позиции, и было бы очень неразумно пытаться атаковать это место и надеяться вывести заложников живыми. Но то, чего мы так долго ждали, наконец произошло, и завтра заложников увозят на грузовике.


"Есть пятьдесят восемь французов, шесть бельгийцев и некоторые другие - у нас есть человек, помещенный в ряды захвативших заложников", - солгал я. "План таков, при условии, что мы получим одобрение, ввести в бой рано утром несколько команд. Одна команда приблизится к укрепленной позиции и доложит о движении.


"Одна небольшая группа будет находиться на дороге возле укрепленной позиции, сообщая о конвое - и, если в нем есть заложники с белыми лицами, о его скорости и направлении, но есть только одна дорога к взлетно-посадочной полосе, к которой они, как предполагается, направляются.


"Если все пойдет хорошо, французские войска устроят засаду на грузовиках на дороге. Затем отдельные и крупные силы двинутся на укрепленную позицию с целью захвата находящихся там людей ... взят под стражу."


Щеки присутствующих в комнате расплылись в улыбках.


"Любой, кого мы арестуем, будет передан французам для судебного преследования", - добавил я. "Есть вопросы?"


"Кажется, достаточно прямолинейно", - вставил мандарин из JIC. "Но как насчет вашей оценки потерь?"


"Французам нужно будет быть очень осторожными при остановке конвоя. Жертвы там находятся вне моего контроля. На укрепленной позиции мы не будем штурмовать ее, а окружим и измотаем их."


"Звучит неплохо", - заметил мандарин из JIC, рассматривая лица. Придурки из МО торжественно кивнули.


Я столкнулся с Брэдли. "Сэр?"


"Риска не больше, чем во всем остальном, что мы делали. Я не вижу недостатков в плане, и у нас это хорошо получается - есть некоторая практика."


Мужчины улыбались.


Я столкнулся с французским майором. "Вы можете проникнуть внутрь на грузовике, вертолете или с парашютом. На грузовике есть опасность быть остановленным на блокпосту и доложенным, плюс жертвы. Один из вариантов ... это небольшая взлетно-посадочная полоса рядом с дорогой, о которой идет речь. Мои люди могут проникнуть внутрь, обезопасить его, и ваши транспортные самолеты приземлятся."


"Это было бы лучше всего", - согласился он.


"И эту полоску можно использовать для извлечения заложников", - указал я.


"Oui."


"Тогда... мои люди высадятся в полночь, вызовите свои транспорты на рассвете, если все пойдет хорошо."


Он кивнул.


"Вам предстоит трехмильная прогулка до дороги, джунгли, но это не сложно, много тропинок и проселков. Конвой прибудет в полдень. ВВС, вы выведете SAS на полосу одновременно с выводом заложников, позже вернетесь за силами, атакующими укрепленную позицию - время будет скорректировано, ждите сигнала."


Французский майор начал: "Чтобы остановить конвой, нам не нужно так много людей, возможно, тридцать".


"Остальные могли бы присоединиться к атаке на укрепленную позицию".


"Oui. И мы берем захваченный грузовик, чтобы отвезти заложников, возможно, раненых."


Я кивнул. "Мистер Мортен, медики на французских транспортах и на нашем".


Он кивнул.


"Полк королевских ВВС, мои внешние силы пойдут с нами, остальные в готовности выступить в случае необходимости, некоторые оставлены для защиты этой базы. Пилоты "Геркулеса", у вас на борту будет много людей - французов и британцев, вы будете слоняться около полудня, и если будет получен сигнал "Вперед", высадите этих людей на определенной полосе, возвращайтесь за заложниками и постоянными сотрудниками SAS на французской полосе."


Они кивнули.


Пилоты "Скайвана", вы высадите передовую группу на этой полосе, вторую команду возле укрепленной позиции. Пилоты Ми-8, вы вылетите на полосу Джорджа, заправитесь, после того, как она будет обеспечена, на вторую полосу, после чего ждите медикаментозного лечения. Первый отрезок ты уже прошел, второй отрезок - восемьдесят миль."


Они кивнули.


"Скажем ... четверо солдат сзади и два медика". Я перевел дыхание. "Итак, первые команды отправляются около полуночи, Скайван совершит несколько высадок, и мы ждем их отзывов. Если что-то пойдет не так... у нас есть только один шанс захватить заложников, поэтому мы можем высадиться на взлетно-посадочной полосе, к которой они направляются, и атаковать в качестве последнего средства. Сегодня я проведу брифинг для каждой отдельной команды."


"Погода?" - Спросил капитан Харрис.


"Какой прогноз?" Я спросил его.


Он поднял лист. "Погода здесь сегодня плохая, завтра переменная. Над зоной сброса легкая облачность на высоте пять тысяч, ветер немного сильный для сброса, но не страшный."


"Мы все равно уходим, у этих заложников есть один шанс. Спасибо вам всем."


На плацу эскадрильи "А" я вызвал их всех. "Хорошо, сегодня вечером в прямом эфире операция, большая и очень важная; вы все будете в ней участвовать.


"Ваша задача - выйти на полосу и закрепиться на ней, французские транспорты приземлятся, когда вы дадите сигнал "ОК". Вы будете держать эту ленту примерно до 14:00 следующего дня, "Извлечение Геркулесом". Если поблизости есть плохие парни, вы убиваете их и удерживаете."


"Мы можем это сделать", - сказал один.


"Местная оппозиция?" - спросил мужчина.


"Настолько хорош, насколько вы встречали до сих пор", - съязвил я, и они рассмеялись.


"Мы приклеим их", - предложили они.


Проверь снаряжение, достань парашюты - у нас еще есть хороший запас, составь план, посмотри на карту, уходишь в 11 вечера. Но некоторым из вас, возможно, придется воспользоваться нашими гражданскими парашютами."


"Мы практиковались с ними", - заверил меня Фиши.


"Они лучше", - крикнул кто-то.


Поднявшись наверх, я созвал всех вместе. "Хорошо, сегодня вечером у нас крупная операция, все вовлечены - не ты, Сандра".


"Почему бы и нет!"


Я вздыхаю. "Ты не солдат".


"Я умею драться".


"Хочешь прыгнуть с парашютом?"


"Ну ... нет. Но нужно же что-то делать."


"Дай мне подумать. Хорошо, Саша, и твоя банда из "Волков", вы, статичная линия, заходите и наблюдайте за дорогой. Создайте небольшой блокпост, чтобы немного замедлить их движение, сломанную машину, и в полдень проедет колонна.


"Пусть это пройдет, но подтверди, есть ли у него заложники - белые лица, и сколько. После того, как конвой пройдет, вы незаметно двигаетесь на север, готовые присоединиться к атаке на укрепленную базу. Убедитесь, что у вас есть спутниковый телефон и мой номер, а также номер капитана Харриса здесь.


Рокко, Риццо, Солтис, вы приземляетесь на взлетно-посадочной полосе и закрепляете ее, неподвижная линия, вероятно, потому, что постоянным пассажирам понадобятся парашюты для свободного падения. Возьмите с собой нескольких следопытов, чтобы составить номера. Если что-то пойдет не так, у нас будет больше людей наготове. Если все пойдет хорошо, то "Геркулес" высадит большие силы после полудня.


Свифти, Моран, Махони - со мной. Мы окружим укрепленную позицию и посмотрим, произведем оценку, сообщим об уходе конвоя, объявим атаку или прервем. Остальные отправляются на "Геркулесе" с волками."


"Волки?" - Спросил Моран.


"Почему бы и нет, они должны учиться", - сказал я.


"В прямом нападении?" Моран бросил вызов.


"Они достаточно хороши, и они не будут в гуще событий. Кроме того, они могут прийти и спасти наши задницы, когда мы, профессионалы, попадем в беду."


"Мы в главной атаке?" - Спросил Риццо.


"Да, ты оставляешь эту полосу позади. Хорошо, проверь снаряжение, составь кое-какие планы, побольше еды, потом немного отдохни, выходи около 11 вечера."


Я подбежал к Волкам с винтовкой в руке, тучи грозили дождем, и я прервал их тренировку со стрельбой. "Соберитесь вокруг." Я ждал. "Завтра ты присоединишься к живому заданию, крупномасштабной атаке; я думаю, ты к этому готов. Сержант Крэб, Даффи, вы возглавите две команды по восемь человек, русскоговорящие, зайдите к Саше сегодня вечером.


"Проверьте снаряжение сегодня, запаситесь пайками и водой, большим количеством боеприпасов, будьте готовы к завтрашнему дню около полудня, хорошего ночного отдыха. Вы будете зваться Геркулесом, но для большинства из вас парад не пройдет. Сегодня командная работа на полигоне."


"РПГ?" - Спросил Даффи.


"Осталось что-нибудь?"


"Да, двадцать".


"Возьми их. А русские пулеметы?"


"Их четверо, много боеприпасов".


"Да, возьми их".


В ангаре я схватил Хейнса и его товарища-офицера. "Внешние придут завтра от Геркулеса, вместе с Волками и остальными моими людьми. Но направьте двух своих людей в Ми-8, двух французских парней. Спроси о них позже. И убедись, что у нас здесь достаточно людей, чтобы следить за прослушкой."


Следующим был Мортен. Он вызвал своих медиков. "Послушайте", - начал я. "Завтра вы будете разделены на небольшие команды, по крайней мере, двое из вас будут полностью экипированы на каждом французском транспорте. Не отправляйте никого на "Геркулесе" за моей партией, но присылайте людей, когда они приедут за нами. Здесь зона сортировки раненых заложников и мужчин. Вы все делали это раньше, так что это рутина."


Я поболтал с пилотами "Геркулеса", "Скайвана" и парой Ми-8, всем ясно, что должно было произойти - что могло быть просто прервано в любом случае. Я стоял и болтал с ними, и оказалось, что пара Mi8 была снята с регулярных полетов обратно в Великобританию и теперь была прикована к столу, следовательно, вызвалась на это. Им также оставалось служить меньше года.


Макс пришел и нашел меня. "Где ты хотел меня видеть?"


Я остановился, чтобы посмотреть на него. "С каких это пор ты спрашиваешь моего разрешения?"


Он немного опустил голову. "Мое пребывание здесь как бы подразумевается", - сказал он, пожимая плечами.


"Вы можете быть на французском транспорте, забирающем раненых и заложников, или пойти в атаку, но не на то и другое вместе, потому что это происходит в одно и то же время".


"Oh. Er ... Я подумаю об этом". И он ушел.


Генри подошел ко мне в ангаре. "Я иду со своим отрядом?"


"Нам нужен кто-то хороший, чтобы вести их", - язвительно заметила я, заставив его улыбнуться. "Убедитесь, что вы перекрыли дорогу на углу, бейте водителей, охранников в спину, а не заложников. Никто ... стреляет автоматически."


Он кивнул.


Когда зазвонил мой телефон, это был Боб. "Все готово?" он спросил.


"У нас есть план, они знают, что делать, так что все, что нам сейчас нужно, это немного удачи, и чтобы этот придурок Джамал сдержал свое слово".


"А если он этого не сделает?"


"Я не буду рисковать заложниками, нападая в лоб. Нам придется подождать удобного случая; большое тренировочное упражнение впустую."


Сандра пришла и нашла меня, сиськи, как обычно, выпирали из-под ее футболки, мужчины старались не смотреть. "Я не имею никакого отношения к этой битве".


Я отодвинулся, стараясь не смотреть на ее сиськи. "Ты можешь... предпочитай французов, простую одежду. Они остановят конвой, вы можете притвориться, что машина сломалась. Как тебе это?"


"Отлично, я делаю это". Сандра и ее сиськи выпятились, мужчины обменялись взглядами.


Я проглотил две банки мяса, хорошенько выпил воды, и, поскольку солнце стояло высоко, я немного поспал вместе с остальными, день был чертовски теплым и влажным.


Я проснулся около 8 вечера, потягивался, мужчины шевелились. Посидев десять минут на унитазе и порадовавшись, что с этим покончено, я умылся, проверил свое снаряжение и направился к выходу, пока мужчины собирались.


Эскадрилья "А" сложила свое снаряжение и парашюты, а затем спала почти в полном снаряжении, и теперь, как видно, готовится.


Направляясь в командный пункт, я увидел группы французских солдат, совершающих пробежки в составе отделений, и в командном пункте я выпил кофе, попросив запасные батарейки для своего спутникового телефона.


" Были какие-нибудь изменения в последнюю минуту? " спросил майор, стоявший в зеленой рубашке с короткими рукавами, как и многие другие.


Я скорчил гримасу. "Пока ничего. И мы можем просто прерваться."


"А дозаправка для Ми-8?"


Я поднял палец, затем набрал номер. Джордж, капитан Уилко. Как дела, дружище... хорошо, хорошо ... слушай, у тебя есть авиационное топливо ... хорошо, я пришлю тебе вертолет поздно вечером ... да, тот же самый ... заправь его для меня... у них будут наличные... сколько тебе нужно... Хорошо, хороший человек. Ожидайте этого позже."


Положив трубку, я сказал Брэдли: "Всего за две тысячи долларов он получил от нас грузовики и оружие".


"Здесь полно наличных".


Я откинулся на спинку стула. "Ты знаешь... эти пилоты Ми-8 сейчас прикованы к работе, так что за пилотов Skyvan. Мог бы лучше использовать их в будущем, сэр."


"Им бы понравилось действие, а не стол", - согласился майор.


Саманта подошла ко мне. "Ты берешь на себя волков ..."


"Ты кто?" Брэдли громко спросил.


"Да, потому что нам нужна огневая мощь, а им нужен опыт. Но я прикажу им держаться в стороне и стрелять вместо меня, никаких штурмов зданий. А некоторые уже побывали в действии и справились достаточно хорошо."


"Будет хорошим испытанием", - согласилась Саманта, майор бросил на нее взгляд. "Я возьму у них интервью после".


"Проверьте и оцените, сэр", - сказал я майору.


"Или принеси одного обратно в сумке", - возразил он.


Я сказал: "После программы они могут свободно выполнять задания для Боба. Так будет безопаснее, вокруг них люди, поддержка под рукой, сэр."


"Немного безопаснее. Некоторые выглядят немного свежоватыми."


Саманта нахально заявила: "Надеюсь, после этого лицо будет менее свежим, сэр", получив строгий взгляд.


"У них есть RPG", - начал я. "Чтобы они могли бить плохих парней издалека".


Я проверил, как там медики и 2-я эскадрилья, "Геркулес" приземлился, паллеты были сдвинуты, сумки перенесены, длинные тележки, полные парашютов. Три французских транспорта теперь заняли весь перрон, для "Геркулеса" осталось совсем немного места.


Вернувшись на базу, я собрал свою команду, и в 10 часов вечера мы собрали парашюты и проверили их, наш набор был в сумке HALO, но в нее также были засунуты дополнительные боеприпасы, дополнительные гранаты. Рации проверены, аккумуляторы проверены, спутниковые телефоны проверены, мы были почти готовы.


Пистолеты извлечены и проверены, карты в пластиковых пакетах, мини-аптечка первой помощи в кармане брюк, легкие шлемы проверены - не слишком тесные, защитные очки почищены. Куртки надеты, карманы проверены, даны кивки.


Эскадрилья "А" стояла прямо рядом с нами в ангаре, применялись аналогичные процедуры.


Надев парашюты, я кивнул команде эскадрильи "А", и они экипировались, сумки тащили к "Скайвану" по четыре человека за раз. И завсегдатаи стащили складные автоматы AK47. Двигатели оживают.


Почти все из командной рубки стояли и смотрели на край ангара, Ми-8 взлетал перед нами и исчезал в черном небе, ветер здесь усиливался.


Я помахал рукой, прежде чем мы развернулись и загрузили "Скайван", моя команда должна была войти первой и выйти последней. Эскадрилья "А" решила высадить одну команду сейчас - на своей полосе, две должны следовать за ней, один вещмешок должен быть выброшен без сопровождения при второй высадке, а также один французский вещмешок HALO. Это был их план, поэтому я оставил их на это.


Сел в знакомой рутине, кивок пилотам, трап опущен, рывок, и мы взлетели, выруливаем, включаем мощность, нос задирается в мгновение ока, крутой левый поворот, и мы оказались лицом к северу, черная ночь поглотила нас.


"Проверка радиосвязи", - крикнул я, вглядываясь в их темные очертания.


"Моран вперед".


"Махони вперед".


"Поскорее".


Эскадрилья "А" была в другом сеттинге, но, как обычно, получила некоторые помехи.


Час спустя, когда по темному салону разливали воду, загорелся красный свет, эскадрилья "А" поднялась - у мужчин включились индивидуальные зеленые огни, загорелся свет сумки, их сумку теперь тащили в тыл. Задняя дверь открылась, в салон ворвался рев.


Мигнул зеленый огонек, загорелся зеленый, и они вывалились сзади и исчезли в темноте, холодный воздух кружился вокруг нас, пока рампа не опустилась. Они ушли, их судьба была решена, эта судьба определялась снаряжением и навыками - и навигацией нашего пилота.


Десять минут спустя снова загорелся красный свет, но на этот раз пандус застрял на полпути, и мы втроем медленно поднимали его. То, что мы застряли вертикально, не было для нас большой проблемой, но сделало бы жизнь интересной для пилотов.


Замигал зеленый свет, мы схватили сумку - в спешке включили фонарик. Руки на плечи, зеленый включен, и мы провалились в пустоту, больше нащупывая свой путь, чем видя что-либо, когда мы стремительно падали. Моей единственной точкой отсчета был светильник в сумке.


Осев, с ревом в ушах, несмотря на шлем, я сказал в маску: "Низкая облачность, ни хрена не видно".


"Мы можем приземлиться на гребаном участке", - пришло от Свифти.


"Мы должны быть в нескольких милях к северо-востоку", - крикнул я.


Сигнал прозвучал слишком рано, но когда мы пробились сквозь слой облаков, я смог увидеть огни внизу, и я засек город. Мы были к северу от него, а не на северо-востоке.


"Мы чертовски близко", - сказал Свифти, когда тон сменился на непрерывный. "Три - два - один - перерыв. Тысяча - две тысячи - три тысячи - четыре тысячи - тяни."


Мой парашют рывком поднял меня в вертикальное положение, и рев утих. Теперь я был в безмолвном мире. "Отключи звук".


"Моран слушает".


"Махони слушает".


"Свифти слушает".


"Зеленый свет выключен". Я выключил свет и проверил это.


Посмотрев вниз, я увидел сумку, и она направлялась прямо к освещенному футбольному полю, и если бы она промахнулась, то врезалась бы в дорогу или дома.


"Мы придерживаемся пакета?" Спросил Моран.


"Да", - сказал я. "Если нас увидят, мы можем прервать операцию".


"Ветер усиливается", - сказал Свифти.


Я попытался угадать, куда мы направляемся, и у нас все еще было шестьдесят секунд. "Может врезаться в деревья".


"Мы приземляемся на деревьях?" - Спросил Махони.


"Выбора нет", - крикнул я в ответ.


Подростки на футбольном поле, возможно, и заметили нас, но мы были теперь в пятистах футах над ними и перешли дорогу, все еще оживленную в этот поздний час.


"Вон та поляна, следуйте за мной до нее, последний человек следит за сумкой". Я маневрировал парашютом и оставил достаточно времени, чтобы развернуться против ветра, хорошо замедляясь и ударяясь о мягкую землю, примерно представляя, где была сумка.


Глухие удары позади меня обозначили команду, когда я сорвал парашют и схватил пистолет, как раз перед тем, как Моран сбил меня с ног. Чертыхаясь, я встал, лицо было в грязи. "Кто видел сумку?"


"Он приземлился в стороне от дороги", - сказал Моран. "Дальше в деревья".


Мы осмотрели близлежащую местность, увидели огни дороги и спрятали парашюты под большим кустом. И в течение пятнадцати минут мы на ощупь пробирались сквозь деревья, углубляясь в трясину по колено. Наконец мы смогли увидеть призрачный серый свет и оторвали парашют, сумка открылась в спешке, так как она висела на дереве.


"Снеси парашют, перережь его, кто-нибудь может это увидеть", - прошептал я в темноте.


Патронташ надет, перевязь на месте, оружие проверено на ощупь, я потянулся за бутылкой с водой и засунул ее сзади за перевязь Свифти. Дополнительные гранаты и патроны раздавались на ощупь и с комментариями шепотом, карманы были наполнены. Лишние кислородные маски сняты, они были засунуты в сетчатые подсумки; мы будем использовать их повторно.


Вытащив телефон, я позвонил по брелку, мое лицо осветил телефон.


"Капитан Харрис слушает".


"Мы приземлились, приземление по учебнику, никто не пострадал, сейчас выдвигаемся".


Из темноты донесся смешок.


"Эскадрилья "А" в порядке, один вывихнул лодыжку, на этой полосе пока никого нет".


Приятно знать. Уилко на свободе." Отложив телефон, я объявил сквозь темноту: "Завсегдатаи не нашли никого, кого можно было бы застрелить на этой полосе".


"Где именно мы находимся?" Моран спросил в темноте, и я понятия не имел, где он был.


"Мы идем на север, восток, переходим дорогу, затем на юг. На мне."


"Где, черт возьми, ты?" Моран жаловался. "Я ни хрена не вижу".


Я повел их прочь - такой плотной группой, что мы почти соприкасались, в ужасном темпе, и мы полчаса продирались сквозь деревья и грязь, как древние исследователи джунглей, - но нуждались в мачете, наконец, свернули направо на тропу, немного света с дороги.


В конце трассы мы спрятались от проезжающих машин, медленно продвигались вперед и, наконец, незамеченными перебежали дорогу, за которой следовала другая трасса, ведущая в холмы. Поскольку это привело нас на юго-восток, мы придерживались этого.


Час спустя я сориентировался: вдали виднелись оранжевые огни города, на переднем плане - жилой комплекс.


"Э-э, Уилко, это комплекс или президентский дворец?" Спросил Моран.


"Это чертовски великовато", - выдохнул Свифти.


"Немного, блядь, показушно", - поправил его Моран.


"Будет стыдно все испортить", - съязвил я.


"Я вижу ... двадцать грузовиков, двести человек", - перечислил Моран. "Давай не будем их злить, а?"


"Мы постараемся этого не делать, пока не прибудет кавалерия", - согласился я. "На мне".


Я медленно вел их вниз через густые джунгли, мучительно медленно, по крутым склонам и глубоким ручьям, и вверх по небольшому хребту, потратив почти час - все жаловались. Посмотрев вниз, мы увидели, что теперь мы были всего в трехстах ярдах от самых дальних уголков дворца, в четырехстах ярдах от здания. "Пончо спущено, мухобойка поднята", - прошептала я.


Полчаса спустя Моран сказал: "Я вижу патрули с собаками вокруг двора".


Я беспокоился, но эти собаки, по крайней мере, не полезли бы в густые джунгли.


"Я вижу белые лица", - прошипел Махони. "Здание справа, второй уровень".


Мы все посмотрели. "Да, гуляю по округе. Вот и все, что связано со взрывчаткой, " отметил я.


"Он бы не повредил свой гребаный дворец", - усмехнулся Свифти. "Все напоказ".


Откинувшись на спинку пончо, я достал свой телефон. "Это Уилко, уточните, пожалуйста".


"Саша и его команда уничтожены, остальная часть эскадрильи "А" приземлилась вместо прыжка, пока никаких проблем. Ваши люди высадились на своей полосе, но убили двадцать повстанцев. Пока что в безопасности."


Приятно знать. Мы находимся над поселением и видим, как вокруг разгуливают белые заложники."


"Французские силы из засады высадятся на рассвете, Сандра с ними".


"Хорошо, Уилко уходит".


Через свой объектив я осмотрел здание и обнаружил то, что, как я думал, было помещением главного человека, с выставленной охраной. Я также мог видеть синий крытый бассейн, чернокожих девушек в бикини. Этот идиот совсем не страдал здесь, в джунглях.


Начался дождь, но мы уютно устроились под мухобойкой, раздраженные постоянным падением кажущихся огромными капель воды на мухобойку. Я отломил маленькую ветку, покрытую листьями, и поместил ее на верхушку мухоловки, и уровень шума значительно снизился.


"Двое на олене, двое отдыхают", - прошептала я и попыталась устроиться поудобнее, но вода попадала на пончо, и вскоре моя задница промокла насквозь.


Я не спал, но когда взошел серый туманный рассвет, я был весь мокрый, и снова начался небольшой дождь, легкий туман загораживал нам обзор. Но этот туман также помогал скрывать нас, густая зеленая растительность вокруг, казалось, вся она капала на нас водой.


Внизу кое-кто шевелился, случайный патруль мельком заметил, когда мы готовили пиво, банку мяса съели, пока я изучал землю передо мной.


Дворец был грязновато-белого цвета, продолговатой формы и с плоской крышей, по которой передвигались люди в зеленых пончо. Он мог похвастаться тремя этажами и, возможно, шестьюдесятью комнатами, окруженный асфальтированным двором, несколькими хозяйственными постройками и высокой белой стеной вокруг. Справа от дворца, в тридцати ярдах, располагалось нечто вроде двухэтажных бараков рядом с гаражами.


Дорога проходила по дальней стороне дворца, поперек нее стояли дома, за которыми тянулся крутой холм. С этой стороны дворца, между нами, как стена, лежала неровная земля, видны несколько промокших участков, высокая трава и несколько деревьев, видны несколько следов.


В сырую ночь мы по очереди выпивали по часику, и я чувствовал себя не так уж плохо, даже лучше после еды и напитка. Я позвонил, французская группа по засаде снялась с места и двинулась к дороге с Сандрой, Анри и Жаком вместе с ней. Все, что нам оставалось делать сейчас, это ждать и надеяться, что Томск провел день правильно, и что Джамал был верен своему слову, и что никто не был замечен...


День немного прояснился после ливня, и я мог видеть, как внизу готовят грузовики и джипы. Я также мог видеть два собачьих патруля ниже, но кинологи были немного дерьмовыми, придерживались следов, не промокая в кустах. Мокрые собаки и мокрые укротители в конце концов вернулись во дворец, и теперь я хорошо оценил его размеры - и его великолепие.


"Кыш", - сказал Свифти. Лица повернулись к нему, зеленая древесная лягушка теперь сидела на его оптическом прицеле.


"Жаль собаку того полицейского", - заметил Махони, счищая листья со своего ружья; мы все собирали листья и жутких ползучих насекомых, когда продирались сквозь кусты прошлой ночью.


"Они очень привязываются к ним", - лениво прокомментировала я, снимая зеленую лягушку Свифти и рассматривая ее.


" Он собирается завести щенка, " вставил Моран, когда я положила лягушку на огромный лист.


"Щенок?" Поинтересовался Свифти.


"Шесть месяцев на их обучение", - указал Моран. "Они не приходят готовыми".


"Кураторы тренируют их?" Спросил Свифти, вглядываясь в его прицел.


"Некоторые делают, некоторые собаки проходят курсы, но собакам нужна связь с дрессировщиком, чтобы научиться, что делать; награда и наказание", - отметил Моран.


Десять минут спустя Махони спросил меня: "Ты когда-нибудь думал о жертвах?"


Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он имел в виду. "На нашей стороне?"


"Да".


"Ты думаешь о наших потерях, Л.Т.?" Я тихо выстрелил в ответ.


"Что ж, когда ты хорошенько все обдумаешь, я решил позаимствовать твой подход".


"Оу. Ну, да, я думаю о потерях, но в эти дни я все чаще сомневаюсь в себе, как это делали солдаты - игра в вину, кто виноват. Я много думаю о людях, обвиняющих меня в том, что я делаю, но, как сказал бы майор, я - винтик в колесе.


"Если бы меня здесь не было, если бы нас здесь не было, был бы кто-то другой; мир не вращается вокруг нас. Конфликты были здесь до того, как мы прибыли на место происшествия, будут здесь после того, как мы умрем."


Моран спросил: "Тебя больше беспокоит обвинение?"


"Если ты ведешь людей, ты беспокоишься", - ответил я.


"Я делал это в Северной Ирландии", - ответил Моран. "И тебя, как офицера, учили этому - заботиться о подчиненных тебе людях. И игра в вину не нова для Параграфов."


"Иногда я так думаю... когда-нибудь я облажаюсь, потому что сам сомневаюсь, " объяснил я. "Если бы это были только я и Свифти, я бы не волновался, что нас убьют, и не набросился на них".


"Ты бы не беспокоился о том, что я могу пострадать?" Свифти дразнил.


"Ты такой же тупой, как и я, тебе нравится это дерьмо", - указал я. "До того, как я появился, ты был ╧ 1 в Разведке, в миссиях Джеймса Бонда и сам по себе".


Махони повернул голову к Свифти. "Много раз выполнял работу сам?"


"Несколько, да; таким образом ... никто не смеет надо мной издеваться. Я два года работал с обычными солдатами, и они ссорились, как подростки, трахались с аптечкой друг друга. Я был рад оказаться подальше от всего этого. Старший сержант полиции надо мной, он видел, как я делаю неприличную работу, и пытался подставить мне подножку, ревнуя, пока однажды поздно ночью на него не набросились, проколов лодыжку."


Я фыркнул.


Моран начал: "Когда я подал документы в SAS, мой командир попытался усложнить мне жизнь, дал мне работу в магазинах".


"Вы пришли к нам ... из магазинов?" Свифти дразнил. "Гребаный укладчик одеял, толкающий ручку".


Моран ответил: "Это дало мне время потренироваться, так что все было не так уж плохо".


Я сказал Махони: "Ответ, Л.Т., заключается в том, что я склонен быстро двигаться дальше, когда кто-то, кого я знаю, убит или ранен. И если никто не обвиняет меня, я продолжаю работу. Я скучаю по Смурфу, но то, что сказал мне его отец, все это отражает контекст; Смурф был никем за пределами подразделения, потраченной впустую жизнью, так что, по крайней мере, он чего-то добился, пока мог.


"Итак, ответ таков ... Я не жалею, что потащил Смурфа за собой на работу, которая привела к его травме, которая привела к его смерти, и я не думаю, что Смурф поступил бы по-другому - даже если бы знал, что будет ранен. Его отец вообще не держал зла.


"Эти люди - наши мужчины - добровольцы, их не призывали. Если бы они были, я бы ужасно переживал из-за их смерти, но они усердно работали, чтобы попасть сюда, и они знают о рисках, они не глупы. Рокко и Риццо, они как Свифти и я: на мчащейся лошади, слишком быстрые, чтобы замедлиться или остановиться, но любящие поездку. Мы знаем, что это плохо закончится, но мы остаемся на коне."


Время тянулось, погода улучшалась час от часу, и в 10.30 утра мы заметили, что грузовики и джипы готовы, топливо заправлено. Я послал сигнал, что конвой готовится к отправлению, влажность теперь была очень высокой; я вспотел под маской для лица.


"Уилко, слишком много грузовиков только для заложников", - пришло от Морана.


"Двадцать заложников на грузовик", - подумал я вслух.


"Меньше с охраной сзади", - вставил Свифти.


Итак... восемнадцать заложников на грузовик, максимум четыре грузовика, " сказал я.


"Готовятся девять грузовиков", - указал Моран. "Тамошний сброд уходит с заложниками".


Я поднял свой телефон и стер с него маленькую многоножку.


"Капитан Харрис слушает".


"У меня проблема; сотня солдат с колонной грузовиков. Пусть SAS выдвинется к засаде на дороге."


"Бойцы эскадрильи "А" находятся с французами на дороге, три отряда, один удерживает полосу".


"Перепроверьте, предупредите их сейчас".


Отложив телефон, Свифти спросила: "Может ли Саша устроить засаду в хвосте?"


"Что, если у них есть радио?" Махони возразил. "Они могут все остановиться и обернуться".


"Он мог пробить одну шину и не предупредить их", - сказал я. "Шины все время лопаются".


"Итак, это последний грузовик", - отметил Моран. "Немного уменьшает их численность, предполагая, что в последнем грузовике есть солдаты".


"Нам придется начать отсюда", - предложил я. "Единственный способ".


Я вглядывался в свои прицелы с новым интересом, если не с некоторым трепетом. Наши главные силы, Ехо и французы, направлялись сюда, но основные силы плохих парней должны были быть на грузовиках.


С течением времени активность внизу возрастала, пока мы, наконец, не увидели, как грузят заложников, всех связанных и прикованных, и прикованных друг к другу. У французской засадной команды внезапно возникла очередная головная боль, и я вызвал ее.


Прошло пятнадцать минут, а заложников, как мы наблюдали, все еще грузили, и я насчитал более шестидесяти, среди них было несколько черных лиц. Солдаты начали садиться в седла, четыре полных грузовика и несколько джипов, и конвой выстроился в линию.


"Солдаты в тылу", - прошипел Моран.


Я позвонил Саше.


" Алло? " раздался голос с акцентом.


На русском я сказал: "Это я, у нас проблема. Первые пять грузовиков - заложники, последние четыре - солдаты, так же как и джипы. Я хочу, чтобы ты прострелил переднюю шину последнего грузовика, и только этого грузовика. Не показывайся. Если они остановятся более чем на пятнадцать минут, или если я позову, открывайте по ним огонь, не подходите близко."


"Ладно, понял".


Я торопливо нажимал кнопки, мои пальцы в перчатках были влажными и грязными.


"Капитан Харрис слушает".


"Конвой готовится. Первые пять грузовиков - заложники, последние четыре и все джипы - солдаты, предупредите французов и SAS, я предупредил Сашу."


"Хорошо, сойдет. Какое расчетное время прибытия?"


"Они готовы двигаться сейчас, скажем, через десять минут. Мы будем информировать вас."


И мы ждали, напряжение нарастало, день немного прояснялся по мере того, как проходили минуты. Наконец конвой был готов, и главный сам махнул им рукой, окруженный своими лейтенантами. Я наблюдал, как он возвращался в дом, возможно, чтобы поплавать с кем-нибудь из своих дам или сыграть в снукер на столе, который я мог видеть. Я поднял свой телефон.


"Капитан Харрис".


"Конвой движется, состав, как описано, расчетное время прибытия до французов - полчаса".


"Ладно, понял".


Я позвонил Саше. "Они движутся, будут с тобой меньше чем через десять минут, пробей это колесо".


"Хорошо, сойдет".


"Теперь мы ждем", - сказал Моран со вздохом, поднял маленькую желтую змею и бросил ее в кусты.


"Из наших рук", - отметил Махони, его маска была сорвана; я мог видеть его зубы. "Достаточно ли людей в команде по засаде?"


"Почти пятьдесят", - сказал я. "Хватит. Но они должны захватить заложников и одновременно отбиваться от солдат."


"Закованные в цепи заложники", - вставил Свифти. "Потратьте десять гребаных минут только на то, чтобы вытащить их из грузовика".


"План состоит в том, чтобы украсть грузовики с заложниками внутри", - сказал я им.


"Что это?" Звонил Свифти. "Это гребаный вертолет!"


Мы все подняли головы и наблюдали, как маленький вертолет вытолкнули из здания, похожего на гараж, его несущие винты были откинуты назад.


Я поднял свой телефон. "Это Уилко, у них есть небольшой вертолет, чтобы следовать за конвоем, предупредить французов, чтобы они попытались его сбить".


"Ладно, понял".


"Этот вертолет мог бы отправиться на полосу и проверить это, они бы там никого не увидели", - настойчиво прошипел Моран.


"Они думают, что прилетят самолеты", - вставил я.


"Он не вооружен", - отметил Махони.


Появились двое белых мужчин и сели в вертолет.


"Пилоты-наемники", - отметил я. "Хорошо, на нас глушители, и если у нас будет шанс, мы попадем по хвостовому винту. Они не услышат нас из-за шума этой штуки."


Мы подготовились.


Вертолет запустил двигатели, послышался громкий вой, эти двигатели работали в течение пяти минут и мягко оторвались. Он прошел прямо перед нами, примерно в двухстах ярдах от нас. Каждый из нас выстрелил по два раза. Винтовки опущены, вертолет покачнулся и завертелся, восстановился, развернулся и сел на траву, двигатели заглушены, пилоты вышли и осматриваются. У нас было всего несколько минут, прежде чем они заметили отверстия от пуль, все мы затаили дыхание.


Когда зазвонил мой телефон, я поспешил ответить на него.


"Это Саша. У нас лопнула шина, они все остановились, и солдаты из последнего грузовика сели в следующие два грузовика, и они умчались."


"Хорошо, пробирайся сюда, чтобы тебя не заметили".


Я позвонил Харрису. "Слушай, последние два грузовика перегружены солдатами, бей их сильно. Понял."


"Понял".


"Уилко", - позвал Моран, пилоты теперь осматривали свой поврежденный самолет.


На территории комплекса завелись два больших грузовика.


"Пристрели их, сейчас же! Пилоты."


Свифти выпустил патрон прежде, чем я закончил фразу, Махони ударил второго человека.


"Это все испортило", - отметил Моран. "Их найдут через несколько минут".


"Может быть", - выдыхаю я. "И этому конвою нужно пятнадцать минут".


Напряжение было настолько сильным, что его можно было резать ножом, когда от этого пятнадцатиминутного путешествия уходили минуты, и мы нервно наблюдали, как мужчины работали в лагере. К счастью, пилоты находились в высокой траве и их никто не видел.


Прошло десять мучительных минут.


"Уилко, собачий патруль", - прошептал Свифти.


"Дерьмо", - выдохнул Махони.


"Приготовься. Свифти, человек, не целись в собаку, в нее трудно попасть."


Человек и зверь побрели к задней стене, остановились поболтать и выкурить сигарету, просто чтобы подразнить нас, а затем пошли дальше. Человек и зверь отвернулись от вертолета, прошли десять ярдов, но чертов пес тянулся к спрятавшимся пилотам. Затем он начал лаять.


Когда куратор решил взглянуть, я сказал "Сейчас" и нажал на спусковой крючок. Проводник упал, его бедная сумка извивалась, нога дрожала. Все взгляды были прикованы ко двору; услышали ли нас?


Я поднял телефон и набрал номер.


"Капитан Харрис слушает".


"Это Уилко, есть что-нибудь о засаде?"


"Они сообщили, что конвой был замечен минуту назад. Думаю, они сейчас заняты."


"Высади людей сейчас".


"Я пошлю сигнал".


Положив трубку, Махони сказал: "Приезжает еще один гребаный кинолог!"


"Не имеет значения, конвой попал в засаду или находится в засаде, пока мы говорим".


"Смотри!" Моран зашипел. Мужчины внизу начали бегать как сумасшедшие. "Они знают о засаде".


"Им потребуется тридцать минут, чтобы добраться туда", - сказал я. Я позвонил Саше. "Где ты?"


"Двигаюсь по следу в твою сторону, над дорогой".


Готовятся дополнительные люди. Если увидите какие-нибудь грузовики или джипы, открывайте."


"Хорошо, сделаем". Положив трубку, я сказал: "Саша на той дороге, он собьет их, когда они будут проезжать".


Моран повернул голову. "А если они спешатся и пойдут за ним?"


"Тогда он должен обратиться к нам за поддержкой", - сказал я, вздыхая.


"Мы отвлекаем внимание?" - Спросил Махони.


"Там, внизу, все еще двести человек, и они нам здесь не нужны", - сказал я, всматриваясь в объектив.


"Джипы отъезжают", - отметил Свифти.


Мы мало что могли сделать, и мы ждали, пока выезжали грузовики, нагруженные людьми. Я вспотел в маске для лица, и когда гигантская многоножка проползла по моей руке, а затем и по винтовке, я просто проигнорировал это.


Мой телефон зазвонил. "Это капитан Харрис, основные силы высадились, самолеты слоняются без дела в поисках заложников".


"А засада?"


"Пока ничего не известно".


"Хорошо, спасибо".


Саша позвонила минуту спустя. "Мы сбили джипы и грузовики, теперь мы стреляем по ним".


"Они остановились?"


"Один грузовик поехал дальше, но мы попали людям в спину".


Я мог слышать выстрелы со стороны Саши. "Держите их прижатыми, но отойдите в густой кустарник, если они приблизятся".


"Хорошо".


Положив трубку, я сказал: "Саша остановил большинство из них. Один грузовик поехал дальше, но был сбит."


" Ой, " выдохнул Свифти, и мы все посмотрели. "Вытаскивают пулеметы с крыши. Я считаю ... пока восемь."


"Мы ждем", - сказал я, расстроенный, вода капала на меня, все мы промокли.


Десять минут спустя зазвонил мой телефон. "Это Риццо, где ты?"


"Над объектом нападения, к северо-востоку от него".


"Мы позаимствовали два грузовика, у одного нерадивого владельца, и мы ... рядом с холмом с острой вершиной."


Я резко посмотрел налево и увидел трассу, а теперь и два грузовика. Продолжайте приближаться, патрулей внизу не видно. Остановитесь рядом с поворотом трассы, распределитесь по группам. Но у них на крыше восемь пулеметов, так что не подходите близко, держитесь плотных зарослей и прокрадывайтесь группами по четыре человека."


"Хорошо".


"Что это было?" Спросил Моран.


"Рокко и Риццо угнали несколько грузовиков, они просто остались от нас".


"Немного рискованно", - пожаловался Свифти.


"Да, не так рискованно, как высадка ОРЕОЛА на хорошо защищенный комплекс", - съязвил Махони.


"Это другое, часть плана. Этих шишек можно было остановить на блокпосту."


"Шишки?" Махони повторил. "Без сомнения, древнеанглийское множественное число для обозначения шишек или членов".


"Убери ручку, дергай".


Я покачал головой.


"Это Рокко, есть кто-нибудь там, наверху, дома?" - донеслось по радио.


"Это Уилко, не высовывайтесь, рассредоточьтесь, они готовы к драке. Сколько вас?"


"Пятьдесят с лишним".


"В двух гребаных грузовиках?" Я поинтересовался.


"Немного сдавливает спину".


"Набберы", - повторил Свифти.


"Рокко, Риццо, Солтис, ваши команды, поднимайтесь сзади по крутому хребту ко мне. Кто еще там, внизу?"


"Следопыты здесь, босс".


"Иди прямо к вилле, чтобы тебя не заметили, доберись до стены".


"Хейнс тоже здесь".


"Идите далеко налево и вокруг, чтобы вас не заметили, следите за пулеметами на крыше". Я мог видеть отъезжающие грузовики. "Куда едут грузовики?"


"Отправляюсь за остальными и волками", - сообщил Роко. "Они бегут трусцой в эту сторону".


"Французский?"


"Их чертовски много, табуляция здесь, длинная очередь из них".


"Хорошо".


Вглядываясь в прицел, я ждал, когда команда подойдет и обойдет вокруг, вскоре услышал, и я приказал им идти вперед и занять позицию. Я приказал своей команде отойти в сторонку и спрятаться за бревном. Свифти был под бревном, земляная насыпь перед ним.


"Это Хейнс, мы на позиции, чтобы стрелять в них".


"Пока подождите, сообщайте о любом близком движении".


"Следопыты, здесь мертвый парень и его собака, но собака все еще дергается".


"Проходите мимо, спиной к стене, смотрите по сторонам, следите за тем дверным проемом". Я присел за бревном и сделал глоток.


"Засада?" Моран подтолкнул меня, и я сделал звонок.


Капитан Харрис доложил: "Небольшая неразбериха. Несколько заложников убиты, один французский солдат, несколько раненых, несколько солдат SAS ранены. SAS сдерживает черных, французы отогнали грузовики на полосу, самолеты уже должны быть там."


"Хорошо, спасибо. Эхо здесь, плюс внешние, ждут остальных, прежде чем мы двинемся." Положив трубку, я увидел выжидающие лица. "Несколько убитых и раненых с нашей стороны, несколько заложников убиты, но заложники на взлетно-посадочной полосе, самолеты приземляются, SAS сдерживает нерегулярные формирования".


"День еще не закончился", - заметил Свифти.


Моран предположил: "Если мы нападем на базу, возможно, они отзовут своих людей. Сними напряжение с эскадрильи "А"."


Я немного подумал над этим, затем кивнул. Я включил радио. "Все Эхо на хребте, стреляйте в людей на крыше. Открыть огонь."


Послышались трескотни, быстрая стрельба, вскоре раздался треск автоматического огня, но в нашу сторону пуль не было.


"Их у меня шестеро", - отметил Махони. "Остальные прячутся".


Я включил радио. "Стреляйте во все окна. Хейнс, твои люди тоже."


Я выглянул из-за журнала и увидел, как разбиваются окна. Мой телефон зазвонил.


"Это Саша, мы рядом с поселением, мы слышим стрельбу".


"Как далеко?


"Скажи ... шестьсот, меньше."


"Открывайся при любом движении и любых транспортных средствах. Не рискуй." Телефон отключился, послышались трески, но мы получали очень мало входящего огня.


"Где они?" Спросил Моран. "Спишь?"


"Хейнс для Уилко".


"Продолжай".


"Позади меня есть вентиляционное отверстие. Есть ли что-то под нами?"


"Туннели!" Я закричал. "Всем остерегаться туннелей. Следи за своим тылом. Хейнс, попробуй найти, где это выходит наружу."


Пули врезались в мой журнал, и мы упали. "Откуда это взялось?" Я закричал.


Свифти сказал: "Участок травы вон там, слева. Гребаная огневая позиция в туннеле."


"Хейнс, постарайся уйти резко, не высовывайся. Следопыты, не высовывайтесь, у них есть туннели - и они могут стрелять из них. Спрячьтесь. Соленый, возвращайся вниз по хребту тем путем, которым пришел, посмотри, что сможешь заметить."


"Нужен дым", - сказал Свифти и начал быстро стрелять.


"К чему ты стремишься?" Я спросил.


"Этот гребаный вертолет".


Я включил радио. "Те, у кого есть оружие, бейте по этому вертолету".


"Это Следопыты, мы близки к этому, так что мы сделаем это, остальные, идите нахуй, стреляйте в нас".


За вспышками огня последовало: "Это в огне!"


Я выглянул из-за бревна, увидел пламя и много дыма. "Следопыты, прокрадывайтесь к дверному проему, стреляйте по машинам и попытайтесь поджечь их".


"Перемещение".


"Это Рокко, мы можем сбивать машины отсюда".


"Сделай это".


Я позвонил Саше. "Переезжай. Пошумите немного, разведите огонь. У них есть туннели, они все в туннелях."


"Хорошо, теперь двигаемся".


"Хейнс, ты меня слышишь? Есть гранаты?"


"Да".


"Подойди к тому вентиляционному отверстию, которое ты видел, сломай его и брось немного".


"У нас тоже есть дым".


"Брось это вниз".


"Сейчас двигаемся".


Еще одна очередь обстреляла мою позицию, заставляя нас пригнуть головы.


"Бьюсь об заклад, у главного героя есть комната страха", - сказал Махони. "Мог бы выживать там неделями".


"У него будет счет за косметический ремонт, когда он выйдет", - съязвил Моран.


"Это Риццо, у него загорелись два грузовика, много дыма".


"Хорошо, продолжай в том же духе".


"Это Хейнс, мы прострелили вентиляционное отверстие и бросили гранаты, слышали крики, сейчас идет дым".


Я поднял голову и посмотрел вниз по склону на Хейнс как раз в тот момент, когда земля внизу очень странно приподнялась и опустилась обратно. Взрыв поразил нас, и в нескольких местах пламя поднялось высоко.


"Что за черт!" раздалось с нескольких сторон.


"Хейнс, ты жив?"


"Немного потрясен, просто нас отбросило на двадцать ярдов, мы уронили винтовки. Я думаю, что что-то взорвалось."


С холма донесся смех, и я покачал головой, обменявшись взглядом с Мораном через наши маски.


"Смотри", - сказал Свифти. "Дом". Теперь из нескольких окон валил дым. "У них в туннелях была RPG или что-то в этом роде", - добавил Свифти.


"Приближаются грузовики", - послышался голос Дикки. "Наши парни".


"Иди им навстречу, будь осторожен, следи за туннелями".


"Вот так!" Свифти закричал, и мы посмотрели на территорию, видели бегущих местных чернокожих мужчин.


"Открыть огонь по поселению!" Я передал.


Через пять минут раздалось: "Это Дикки, где ты хотел взять этих парней?"


"Кто они?" Я спросил.


"Краб и волки, кучка французов".


"Это сержант Крэб".


Сержант, двигайтесь влево вокруг стены, держитесь в 200 ярдах от нее, встретьтесь с Сашей у дороги. О, у тебя есть RPG?"


"Да".


"Стреляйте по ним с того места, где вы находитесь, цельтесь высоко, попадите в здание. Дикки, пусть французы поищут туннели."


"Хорошо, сойдет".


Минуту спустя мимо нас просвистела РПГ и попала прямо в окно, взрывной волной выбило стекло, поднялся столб дыма. Три РПГ последовали одна за другой, одна попала в стену, две пробили окна и взорвались в комнатах.


Последовало пять РПГ, еще пять после этого, здание покрыто рябинами и дымится, виден пожар. Они терпели поражение.


Закончив с РПГ, Краб двинулся влево.


"Следопыты для Уилко: большинство из них находятся в передней части дома".


"Иди направо, вокруг стены к дороге, стреляй в них".


"Перемещение".


"Хейнс, ты жив?"


"Я укусил вуси, двое мужчин получили сотрясение мозга".


"Оставайся на месте, защищай наш тыл и ищи туннели".


Десять минут спустя появился Крэб. "На дороге и за дорогой чертова куча".


"Тогда стреляйте в ублюдков!" Я ответил.


Раздался автоматный огонь, и мы достигли пика.


"Это те русские автоматы с коробочным питанием", - небрежно заметил Махони.


"Крыша!" Свифти заметил и выстрелил.


Я удобно устроился за бревном и стрелял по головам, выступающим над стенами крыши, попасть чертовски трудно, дым не помогает.


"Это Дикки, грузовики вернулись".


"Пусть французы соберутся наготове, ждите их всех".


Пять минут спустя Дикки сказал: "Это все они, босс".


Я повернул голову к Морану. "Спускайся, поддерживай связь".


На моих глазах он согнулся пополам и, поболтав с французским капитаном, отвечающим за дело, спросил, каков план.


Я сказал: "Это их захватчик заложников, их атака, их слава. Они входят через боковые ворота и занимают здание, мы прикрываем."


Вскоре мы увидели две шеренги французских солдат, бегущих, согнувшись пополам, под нами, мимо горящего вертолета и к стене, вскоре распространившейся слева и справа от стены. Когда я посмотрел вниз, они перебросили гранаты через стену, эхом отозвались дюжина перекрывающих друг друга взрывов, и вскоре отряды осторожно двинулись внутрь.


"Это Уилко, всем британским солдатам, стреляйте по верхним окнам и крыше". Я прицелился и выпустил по две пули в каждое окно по очереди, вскоре увидев, как французы входят в боковую дверь. "Прекращение огня! Слушайте, французы внутри здания, я повторяю - французы внутри здания, не стреляйте по зданию, стреляйте только в черное лицо, и только тогда, если вы уверены. Проверьте свой огонь!"


Я воспрянул духом. "На меня! Эхо от меня! И снимите маски!"


Мы двинулись вниз по задней части склона, часть пути скользя, в обход Хейнса, захватили Дикки и Соленые пирожки и последовали по наезженному грязному маршруту, которым воспользовались французы, к боковой двери в стене, все еще отряд французов стоял на коленях там. Увидев нас, они вошли внутрь.


"Распространяйся!" Я кричал, прижавшись спиной к стене, Свифти заглядывал внутрь, Рокко с другой стороны от него, эхом отдавались выстрелы из стрелкового оружия.


Двое французских солдат протащили мимо нас третьего с ранением, положили его на траву и начали работать над ним.


Я передал: "Отчет следопытов".


"Большинство убежало по дороге. Несколько отставших."


"Сержант Крэб, докладывайте".


"К черту всех, в кого осталось стрелять, они уехали или сбежали".


Еще одного французского солдата вытащили и обработали, еще двое получили легкие ранения, когда эхо выстрелов стихло. Я повел свою команду внутрь, но прямо и непринужденно, и к двери.


Французский солдат вышел и, увидев меня, сказал: "Пойдем".


Я последовал за ним внутрь по белому мраморному полу, мимо разбитых ваз и перевернутой мебели, мимо тел и к группе людей, стоявших рядом с массивными двойными дверями.


"Комната страха", - проинформировал меня Моран.


Я стукнул в дверь кулаком.


"Металл, а не дерево", - сказал французский капитан.


Я повернулся к Морану. "Пусть они осмотрятся в поисках РПГ или взрывчатки, где-то здесь должна быть пристройка".


Моран выкрикивал приказы на французском, передавал сообщения по рации.


Пока мы ждали, я столкнулся с Мораном. "А ты ... случайно не вломились в дом с французами, капитан?"


Он воспользовался моментом и пожал плечами, зная, что он сделал не так, а французы этого не понимают.


Раздался топот сапог, и пары французских солдат принесли длинные деревянные ящики, удерживаемые веревочными ручками. В первой были десять противотанковых мин, в следующей - РПГ.


"Свифти, принимайся за работу. Всем остальным выйти и удвоить численность за стеной!"


Моран выкрикнул приказ, и французы побежали, и я вместе с ними. Стало тихо, пока я помогал Свифти складывать мины у стены, вытаскивать предохранители. Сняв предохранительный колпачок с РПГ, Свифти вставил конец в отверстие, оставленное для запала мины. Под РПГ он положил бумажную карточку, затем соломинку от упаковки и, наконец, газеты.


Он поднял глаза. "Дверной проем. Проверь, все ли они вышли."


Я пробежал по коридору с мраморным полом и вышел, никого не увидев. "Любой, кто может это слышать, отступайте на удвоение, здание готово к взрыву. Беги изо всех сил. Следопыты, докладывайте."


"Мы убегаем", - раздался напряженный голос.


"Сержант Крэб?"


"Мы уезжаем".


"Саша с тобой?"


"Да, все здесь".


"Все подсчитайте численность. Моран, где французы?"


"Назад за горящий вертолет".


"Подсчитайте их численность, раненых в грузовиках, отправьте грузовики сейчас".


Я выглянул в конец длинного коридора, когда прибежал Свифти. Развернувшись, когда он поравнялся, мы побежали к воротам в стене, его шаги отдавались эхом - так что я знал, что он со мной, и мы прошли через ворота, вскоре миновав горящий вертолет и едкий дым, и оказались в хвосте французской колонны. Мы перешли на шаг и оглянулись.


"Уверен, что все сделал правильно?" Я спросил.


"Я туда не вернусь", - непреклонно заявил он.


Взрыв был замечен до того, как его услышали, дым повалил сбоку здания, и, как мы наблюдали вместе с французами, два верхних этажа обрушились на нижний этаж, поднялся огромный столб пыли и дыма.


"Закопал их в комнате-сейфе", - отметил Свифти.


"Где-то должен быть туннель", - отметил я. "Ублюдок, возможно, сбежал".


Когда я добрался до Хейнса, грузовики отъезжали, полные французов, их раненых погрузили, вокруг стояло сто человек.


"Двое наших в грузовике", - доложил Хейнс.


Я окинул взглядом их мокрую грязную одежду, некоторых из внешности с широко раскрытыми глазами и тяжело дышащих после боя, оглянулся на поднимающийся дым. "Хорошо, все, долгая прогулка, в ваших командах сначала повторите".


Я сошел с самолета и обнаружил, что майор ждет с сотрудниками JIC и MOD, плюс многие из SIGINT, улыбающаяся Саманта.


"Все еще цел?" - спросил майор.


"Только несколько французских парней ранены, сэр", - ответил я, останавливаясь. "А как насчет "в засаде"?"


"Двое заложников убиты, несколько ранены, один французский парень мертв, восемь раненых, двое солдат SAS ранены - несерьезно. И Сандра."


У меня вытянулось лицо. "Сандра?"


"До конца, она справится".


"Она настаивала на каких-то действиях", - сказал я, качая головой.


"Во-первых, его не должно было там быть", - громко пожаловался майор.


"Боб в любое время отправил бы ее в опасность".


Мы повернулись и пошли, долгий разбор полетов на картах, мое влажное грязное состояние стало предметом некоторых дебатов.


"А этот парень, Джамал?" - спросил сотрудник JIC после того, как я наполовину выпил чашку чая.


"Заперся в безопасной комнате, а французы использовали слишком много взрывчатки, чтобы попытаться взорвать замок, и обрушили дом ему на голову".


Они обменялись неодобрительными взглядами.


Капитан Харрис доложил: "Пятьдесят семь заложников живы, и, учитывая сложность этого - чертовски хорошее представление; три оперативных сброса ОРЕОЛА. Французы ликуют, во всех французских новостях. Макс передал фотографии агентству Рейтер."


Вернувшись на постой, я уронил свой промокший грязный комплект на пол, требовался душ, многие мужчины уже спали, кое-кто умылся. После чуть теплого душа я был чистым, в сухой одежде, и на своей кровати я достал ложкой консервированное мясо, запил теплой водой из бутылки.


И, как я заметил, твари либо выползали, либо выползали из моей паутины. Откинувшись на пыльный матрас кровати, я спустился с высоты и замедлил шаг, внезапно почувствовав, что что-то было оставлено позади или потеряно. Это было почти грустное чувство.


После короткого двухчасового сна я проснулся, и поэтому почистил свой грязный комплект и винтовку - убрал ползучих насекомых и листья, несколько человек зашевелились, и я вышел в теплый, но пасмурный день.


Я проверил медиков и то, что они сделали, какие раны были обработаны в кузовах самолетов. Пара медиков Ми-8 была направлена на полосу SAS и работала с ранеными, а затем улетела обратно на французских транспортах. Ми-8 вылетел обратно только с пилотами.


Затем я проверил 2-ю эскадрилью, большинство из них спали, несколько пропали без вести и отправились в больницу - возможно, было повреждено внутреннее ухо, затем побежал к "Волкам", где обнаружил Сашу со своей бандой, которые чистили оружие.


Он вскочил и закричал, и мы обнялись. "Я пережил еще одну битву".


"А ваша команда?"


"Они справились хорошо, никаких травм, несколько царапин".


Я поблагодарил его команду и немного поболтал, затем прошел вдоль шеренги Волков, когда они сидели на песке, все уставшие, но все в хорошем настроении. Леггит и Свон, капралы Школы снайперов, были в приподнятом настроении, и они заявили о многих убийствах, Томо и Смитти завершили их. Я поблагодарил Краба и Даффи, которые теперь собирались немного поспать, в чем так нуждались, и, наконец, побрел обратно в командный пункт.


"Какой у нас теперь план?" - Спросил капитан Харрис.


"Если Боб и МОД согласны, мы еще немного потренируем Волков здесь", - сказал я им.


Начал майор, эскадрилья "А" отправится обратно в Кению и завершит там свою службу. Пока мы разговариваем, французы собирают вещи."


"А майор Чалмерс?" Я подтолкнул.


"Получил выговор, но пока продолжит. Ты собираешься настаивать на расследовании?"


"Нет, сэр".


Мандарин из JIC пожал мне руку. "Мы вылетим следующим самолетом, так что молодцы, что показали хорошее шоу".


"Благодарю вас, сэр. Безопасного полета."


Саманта упомянула: "Завтра я возьму интервью у Волков, это было отличное полевое исследование".


Я кивнула, когда майор бросила на нее взгляд.


Выйдя на улицу, под ярким солнцем, я позвонил Бобу.


"Ах, просто мужчина", - начал Боб. "Я только что проинформировал премьер-министра. Скажи мне... потери французов ..?"


"Засада была их планом и операцией, и они хотели штурмовать дворец Джамала в джунглях - они могли бы сказать "нет".


"Они не слишком беспокоятся о потерях, я просто хотел прояснить ситуацию - на всякий случай".


"Ты слышал о Сандре?"


"Да, и этого лучше было бы избежать".


"Не совсем, все это рискованно, и где бы здесь она ни ступила, везде опасность. И она хотела пойти, так что, возможно, она усвоила урок. Насколько серьезно она ранена?"


"Просто насквозь, пропустил ее аппендикс. О, один из французских солдат сфотографировал дом Джамала, до и после, это во всех французских новостях. Французам действительно нравится их месть. О, и еще кое-что странное: полковник Роуч."


"Я почти забыл о нем".


"Твой хороший друг Джамал убил его и всех, кто был рядом с ним, за день до того, как ты убил Джамала".


"Ну, это закрывает главу, да. И нас ни в чем не обвиняют."


"И высокопоставленный французский сотрудник DGSE встретился с Томском в Панаме".


"Я выясню, что он сказал, и дам тебе знать".


"Что ты теперь будешь делать?"


Я ковырял песок ботинком. "Если ты не против, мы останемся здесь и немного потренируем Волков. Неделя или около того."


"Отлично, Саманта проводит оценку".


На следующее утро банда более или менее пришла в норму. После завтрака я велел им выстроиться снаружи. Рокко, Слайдер, выведите четырех Волков в патруль, вернитесь к заходу солнца, заставьте их двигаться так, как вы хотите, чтобы они двигались - научите их. Риццо, Стрейч, сделка та же. Свифти, Махони, тоже четверо. И согласуйте с мистером Хейнсом, куда вы направляетесь - не стреляйте друг в друга.


"Капитан Моран, используйте Крэба и Даффи, возьмите наших следопытов и экстернов. Беги, стреляй, убирайся, еще немного беги, стреляй, убери. Завтра учения с парашютом, если у нас будут парашюты.


"Анри, Жак, Солтис, возьмите несколько парней из двух эскадронов, которые действительно могут стоять на ногах, и патрулируйте север вокруг шахт, возвращайтесь к заходу солнца. Приступайте к своим обязанностям ... выпади."


Я пошел с ребятами к "Волкам", захватив Сашу и его команду, когда они заканчивали завтракать на песке. "Выведи свою команду в патруль, строго на восток, возвращайся к заходу солнца".


Группы построились и, поднимая пыль, направились к воротам, Краб и Даффи ныли, что им нечего делать, пока я не объясню насчет внешнего вида."


В командном пункте я сидел с майором, нужно было просмотреть документы, написать отчеты, Саманта ныла, что ей больше не с кем взять интервью, и что у меня очень грязные ногти.


"Мог бы пойти с ними в патруль", - предложил я, на что на меня прищурились. "Они вернутся на закате, так что хватай их тогда".


Позже я поблагодарил французов, когда они тащили свое снаряжение к самолетам, и мы с майором смотрели, как они взлетают, вскоре показавшись на горизонте к северу.


Возвращаясь, он сказал: "Очевидно, полковника Роуча постиг ужасный конец".


"Немного поссорились с нашей целью, Джамалом. Здесь не подают в суд за безнадежные долги."


"Плохие дела, оружие напрокат", - сказал он. "Но немногие делают это".


"Хорошая работа, мораль на нашей стороне, а?" Я съязвил, взглянув.


На следующий день некий Геркулес принес экземпляры газеты The Sun, и я сидел и читал о нашем славном спасении; они списали нас на поддержку, но упомянули HALO в. Теперь, только увидев это на бумаге, я понял масштаб происходящего, координацию всех различных команд. Я передал бумагу майору.


"Величайший рейд в истории", как называют это французские СМИ, отметил майор. "И это было сложно, много единиц, многое могло пойти не так".


"Многое действительно пошло не так. Мы чуть не приземлились на футбольном поле, в разгаре ночной матч. И нас почти заметили. И эта засада могла обернуться кровавой баней. Из того, что я слышал, многие из постоянных игроков расположились в двухстах ярдах от нас. Я был бы в двадцати ярдах от той дороги, заложники могут быть живы сегодня."


"Политика встает на пути, передаю это французам", - усмехнулся майор.


"Это все о политике, сэр. Ты думаешь, французским министрам похуй на этих заложников?"


"Когда ты стал таким циничным?"


Я на мгновение уставился вперед. "Где-то после моего первого лондонского марафона, сэр".


Четыре дня спустя нам было приказано возвращаться, премьер-министр и президент Франции должны были встретиться с нами в Брайз Нортон на следующей неделе. Снаряжение было отряхнуто и упаковано, мужчины побрились, и мы улетели на двух "Геркулесах" в Кению.


Теперь, подавленные, мы провели там ночь, наши металлические ящики были извлечены, проверены и упакованы, заперты и отправлены, и на следующий день мы сели на два коммерческих рейса из Найроби, самолеты, доставляющие солдат обратно в Великобританию, все молодые люди со свежими лицами.


Никто не догадался, кто мы такие, и мы высадились в Брайз Нортон под дождем в 3 часа ночи, среди длинных рядов солдат, ожидающих, когда их встретят кареты. Зеленые автобусы королевских ВВС довезли нас на короткое расстояние до базы, член парламента Питер у ворот - улыбка и взмах, и я занял кровать, которая казалась странной.


Я поспал час, а затем нашел Свифти внизу, сидящим с чаем. Я сделал один, не говоря ни слова, и сел.


Через некоторое время я спросил: "Откуда взялось молоко?"


Записка от Питера копа. И хлеб тоже. В моей постели не было девушки - было холодно."


Я улыбнулся и отхлебнул чаю. "Эта работа была бы намного проще, если бы нам не нужно было возвращаться домой".


Он кивнул.


Я добавил: "Взлеты и падения".


"Вернемся к этому завтра".


"Завтра суббота, кноббер".


"Так и есть. Черт. Тогда выходной". Через мгновение он сказал: "Карри".


Я отхлебнул чаю. "Ты ставишь на это свою жизнь. И пару кружек пива."


Через минуту он сказал: "Сзади колючая проволока".


"У нас высокий забор у ворот, здесь колючая проволока, открытая территория полигона и северная оконечность".


Свифти обдумал это. "Викинги".


"Что?" Я озадачен.


"У нас есть оборонительные сооружения только на востоке. Не подпускайте гребаных викингов."


"Вы, мистер, отдохните немного, черт возьми, это приказ".


Во время субботнего ланча я сидел с Сашей и спрашивал его, чем он хотел бы заниматься в будущем. Боб уже дал ему несколько намеков о том, что он мог бы сделать для нас в будущем, но ничего слишком конкретного. Саша указал, что очень хотел тренироваться со мной.


Я вышел и позвонил Бобу. "Снова садоводство?"


"Как ты узнал?" - пошутил он.


"Послушай, Саша не уверен, что ты запланировал для него на ближайшее будущее".


"Факт таков ... у нас есть кое-какие идеи, возможно, какая-то работа под прикрытием, но мы не хотим отправлять его обратно в Россию, его там разыскивают, так что работа ограничена."


"Так как насчет того, чтобы он остался со мной; он проделывает хорошую работу по дрессировке Волков и подготовке русскоговорящих к работе под прикрытием".


"Ну, я думал об этом, но в какой-то момент факт того, кто это, может выплыть наружу - несколько неудобных вопросов, и посещение других военных баз в Великобритании может стать проблемой".


"Я могу изолировать его, держать его здесь в тайне".


"Пока оставь его при себе и тренируйся, да, но у нас есть определенная роль, и это обучение некоторых наших полевых агентов", - объяснил Боб.


"Он здесь, когда он тебе нужен. И мои носители русского языка могли бы быть охранниками лагеря в Шталаге Люфт 13. Засунь сюда своих шпионов и прикажи кричать на них по-русски!"


"Этот сценарий уже на картах".


"Как Сандра?"


"Мы доставили ее обратно, проверили, она в отпуске по болезни. Как бы вы ее оценили?"


"Больше агрессии, чем способностей; она может сорваться на одном. Я был бы обеспокоен тем, что, если бы я отправил ее на работу, она могла бы отвлечься. Если бы она увидела, как какой-то парень избивает свою жену, она бы вмешалась, вместо того чтобы скрывать свою личность."


Жаль, мы возлагали на нее надежды, но ты не ошибаешься. Увидимся в понедельник."


В понедельник утром мы совершили короткую поездку в Брайз-Нортон на двух автобусах, с нами были волки, полицейский эскорт спереди и сзади. И, как обычно, мы были неряшливы, майор в своей форме ╧ 1.


Автобус высадил нас перед ангаром парашютной школы, так как шел дождь, и шоу должно было начаться внутри. Мы сформировались, Волки сформировались под руководством Крэба и Даффи, и мы бродили вокруг в неряшливой манере.


Внутри мы нашли нарядно одетую вторую эскадрилью, с ними был их командир, и я пожал ему руку и улыбнулся. Все медики были нарядны в форме ╧ 1, Мортен был впереди. Странные пилоты стояли вместе, рядом с обычными пилотами "Геркулеса", а через дорогу стояли два бойца эскадрильи "А" с майором Чалмерсом.


Я расставил свой сброд, и мы стали ждать, вскоре из-за угла появился командир базы с командующим ВВС, генералом Деннетом и JIC, Бобом и его помощником, пресс-офицером королевских ВВС на буксире - все в шляпах, влажных и блестящих.


Я призвал свой сброд к вниманию и отдал честь, когда старшие офицеры приблизились, маленький реактивный самолет только что приземлился. "Ты проделал весь этот путь не только ради нас?" Я дразнил.


Командующий ВВС улыбнулся и пожал мне руку. "Отличная работа, еще одна хорошая статья в газетах".


" И ты взял с собой своих новобранцев, " вставил Деннет.


"Да, сэр, обучение без отрыва от производства. Но они справились хорошо, никто не погиб."


"Немного рискованно", - отметил он.


"Ничто по сравнению с риском, которому они подвергаются, проезжая по британским дорогам, сэр".


"Действительно. И теперь они завершат свое обучение?"


"Да, сэр, теперь им становится тяжело".


Мы все обернулись, когда подъехали две машины, премьер-министр и его помощник в одной, президент Франции и его команда в другой, маленькие флажки развевались на ветру. Высшее начальство держалось в стороне, болтая с моими ребятами, пока я вел политиков сначала в эскадрилью "А", объясняя их роль, затем к пилотам, медикам, 2-й эскадрилье и, наконец, к моему сброду.


Моран объяснил французам падение ОРЕОЛА, пока остальные из нас столпились, обсуждая снаряжение и людей.


Наконец, и это достаточно странно, французы назвали Анри и Жака по имени и званию, которые вытянулись по стойке смирно и отдали честь. Президент вручил им маленькие синие коробочки, прикрепил к ним медали и пожал им руки. Они снова отдали честь и построились.


Вскоре я был озадачен тем, что меня вызвали вперед, президент вскоре наградил меня медалью. Теперь я был кавалером ордена Почетного легиона пятой степени - рыцарем за заслуги перед Францией, высшее начальство аплодировало. Я поблагодарил президента, прежде чем он подошел к Анри и Жаку, немного поболтать.


Я показал Бобу свою медаль. "Ты не даешь мне медалей", - поддразнила я.


"Ты получил нашу высшую награду", - отметил он.


"Придумай другого", - сказал я ему.


Когда отсыревшие машины были убраны - мужчины стояли с зонтиками для важных персон, политики отправились выполнять свои плотные графики, поэтому я показал банде свою медаль.


"Почему мы не получили гребаную медаль?" Роко пожаловался.


"Во-первых, слишком уродливый", - сказал я ему.


Меня оттащили, начальство отвело меня в чайную парашютной школы и закрыло дверь.


Деннет спросил: "Как вы оцениваете обычные SAS в наши дни?"


"Они намного лучше действуют под командованием полковника Роулсона, на правильном пути, сэр".


"Один из них застрелил другого!" - громко указал Деннет.


"Ну, кроме этого".


"Что тебе нужно?" спросил он, теперь уже спокойнее.


Я показал большим пальцем через плечо, обращаясь к командующему ВВС. Пилоты" которые пришли с нами, они собираются уволиться, разозленные, из-за того, что сроки их продажи истекли. Как насчет того, чтобы поручить их нам?"


Мистер Лоутон ответил: "Если, как вы говорите, они ... в их сумеречные годы, тогда я поговорю с ними, да."


Я сосредоточился на Бобе. "Как насчет "Скайвана" в аренде, а также другого, и мы им воспользуемся".


"Аренда достаточно дешевая", - ответил он.


"Мы можем попрактиковаться в подборе нескольких команд за один раз", - сказал я им. Я столкнулся с командующим ВВС. "А как насчет... пятидневные курсы для всех летных экипажей, вместе с нами."


"Не нарушай их", - предупредил он.


"Иногда они совершают аварийную посадку в тылу, поэтому им нужно стрелять, ходить и сражаться. И время в нашей мнимой тюрьме. Два ваших пилота Skyvan были ... обеспокоены опасностями."


Он кивнул. "Я создам программу тестирования".


"Что-нибудь еще?" - Спросил генерал Деннет.


"Удача, сэр, все сводится к везению. На моей вставке HALO ветер подхватил нас, и мы направлялись к футбольному полю с подсветкой - игра в разгаре!"


Они смеялись.


"Похоже, что ваша атака на базу и полковник Роуч были связаны", - заявил генерал Деннет.


"Да, сэр, но Роуч мертв, так что... может быть, покончим с этим вопросом."


"Может ли кто-нибудь обвинить ваших людей в его безвременной кончине?" Генерал Деннет надавил.


"Нет, сэр, местные свидетели сообщили, что военачальник Джамал убил Роуча. В то время мы были далеко, было много свидетелей."


"Приятно знать", - заявил генерал Деннет.


Когда высшее руководство ушло, мы стояли группами и болтали, ожидая автобусов, и я продемонстрировал свою медаль. Перейдя к пилотам Skyvan, я сказал: "Хочешь пойти работать ко мне?"


"Как?" - недоумевали они.


"Королевские ВВС назначили бы тебя по бессрочному контракту".


"Что бы мы делали весь день?" - недоумевали они.


"Пилотируй "Скайван", когда нам это нужно, в остальное время ты бы потренировался с оружием, поддерживал форму".


"Нам больше не двадцать один!"


"Подумай об этом".


Они обменялись взглядами.


Позже в тот же день я стоял у входа в ангар на GL4, наблюдая за дождем, мои бедные промокшие волки бегали по периметру трассы, а сегодня они преодолели двадцать миль, давление возросло. Свифти, Моран и Махони сравнялись со мной.


"Сегодня никаких полетов", - отметил Свифти, глядя на темные и угрожающие облака.


Подъехал полицейский джип. Сначала был возбужденный щенок, которого держал член парламента, потерявший собаку. "Ваш последний рекрут, сэр, скорее желающий, чем способный", - сказал он с улыбкой.


Щенок изучал лица.


"Немного ... короткая, " указал Свифти.


"Никаких возражений", - упомянул Махони. "Не годится для лазания по веревке или стрельбы из винтовки".


"Голова неправильной формы для шлема", - добавил Моран.


"Год, и он будет кусать злоумышленников", - объяснил член парламента.


"Мы можем подождать год", - предложил Свифти. Он повернулся ко мне лицом. "Что-нибудь об этом году?"


Я покачал головой, щенок лизнул мой подбородок.


Когда "Лендровер" скрылся под дождем, мы наблюдали за его отъездом.


" Теннер говорит, что оно мочится ему на ногу, " предположил Свифти.


"Мы могли бы оставить дерьмо на чьем-нибудь столе и обвинить щенка", - предложил Махони.


"Какой прогноз погоды на завтра?" Спросил Моран.


"Всю неделю шел дождь", - ответил я и вздохнул. "Тем не менее, на этой неделе волки в основном находятся в помещении, им оказывается интенсивная первая помощь".


Уилко:

Одинокий волк


Книга 20


Джефф Волак


Макдональдс и кокаин


Я проснулся с чувством вины и, лежа там, думал о Сесилии. Тайни обнимала меня, и это было хорошо, это было очень хорошо. Я не провел много времени с Сесилией, и, возможно, это сработало бы, но прямо сейчас я подумал, что она в опасности, реальной опасности, бывшие идиоты из Глубинного государства, вероятно, заинтересованы в любом, с кем у меня были отношения.


Я нежно провела рукой по идеальным маленьким ягодицам Тайни и вздохнула, разрываясь между тем, что могло бы быть, если бы я была нормальной, и образом живой легенды, который преследовал меня повсюду, как неприятный запах. Но если бы я был художником-декоратором в Великобритании, уважал бы меня Тайни, встречались бы мы как нормальная пара? Был бы я скучным?


Затем были Кейт, которая должна была родить, и моя дочь. Мне нужно было бы организовать отдельную охрану, возможно, водителя. Я подумал о том, чтобы попросить Боба Стейнса организовать кого-нибудь, поскольку стоимость постоянного водителя и телохранителя может быть оспорена как министерством обороны, так и британской общественностью.


Оставив Тайни спящим, я тихо вышла на балкон в одних брюках, на рассвете, кивнула охраннику внизу и позвонила Дэвиду Финчу. В Лондоне было бы 9 утра. "Возьми защищенный китайский спутниковый телефон и перезвони мне".


"Оу. Звучит не очень хорошо."


Он перезвонил пятнадцать минут спустя, когда у меня было время посрать и спокойно принять душ, пока Тайни спал. "Это незарегистрированный спутниковый телефон, и он проходит через систему безопасности Королевского флота. Вас беспокоят наши офисные телефоны?"


"У меня есть опасения по поводу того, что ЦРУ и Глубинное государство связаны с FARC, так что это мера предосторожности".


"Вовлеченный ... как?"


"Чего вы еще не знаете, что я утаил от Лэнгли, так это то, что бывший сотрудник ЦРУ Чарли Роуз консультировал FARC. Я убил его."


"Я помню Чарли Роуза, он служил в Лондоне, и он был хорошим человеком и хорошим агентом, какой-то скандал, и его уволили".


"Он заявил о своей невиновности, так что, я думаю, у него могли быть счеты, которые нужно было свести. Не разглашайте его имя, но предположите, что он был грязным, и копайте вокруг. Но давайте исходить из предположения, что он был патриотом, каким они его считали, и что он работал на Глубинное государство, планы глобального господства, Макдональдс на каждом углу.


"И давайте предположим, что канадские подрядчики обнаружили, что им не нравятся планы Глубинного государства, и отвернулись от них, инсценировав собственную смерть, чтобы освободиться от них. Итак, давайте предположим, что эти планы Глубинного государства не настолько приятны обычному человеку.


"Я думаю, кто-то видел, как я строил Томск, и решил, что они могли бы сделать это для себя, чтобы заработать деньги, которые будут использованы Глубинным государством для грязной работы. У нас есть Spectre, у них есть своя версия. Давайте пока назовем их "Вне штата", которыми управляет кто-то, кого мы назовем ... зулусом.


"Я думаю, у Зулу проблемы с его командой, потому что эта команда выпустила крылатые ракеты по ВМС США, и я не думаю, что другие государства настолько тупы. Но, может быть, они не такие тупые, и, может быть, горящего авианосца было бы достаточно, чтобы избиратели поддержали что-то радикальное, жажду мести, начали маленькую войну. Вопрос в том ... где?


"Я знаю, что Зулу существует, но я не уверен, что у него на уме. Я уверен, что он хочет заменить Томска и получить доступ к торговле наркотиками - "


Вмешался Дэвид: "Пытаться захватить торговлю наркотиками - нелепо, если это то, о чем думают эти парни. Даже заменить Томска было бы чертовски сложно, потому что у него есть российская сеть, доверие, наработанное десятилетиями, трубопровод, наработанный десятилетиями.


"В Лос-Анджелесе будет какой-нибудь портовый чиновник, который проработал с ним десять или более лет. Без Томска нашим друзьям за пределами штата пришлось бы нанимать людей вроде портового чиновника, а это чертовски сложно и требует многих лет доверия."


"Что, если их план проще этого? Что, если они стремятся уничтожить картели после их дискредитации, затем заключить сделку с производителями, вырезать Центральную Америку всю вместе? Им не нужен конвейер, только производители."


"Да, " соглашается Дэвид. "Но им все еще нужно продавать товар, а местные дилеры в Америке - не самые надежные люди, кого-нибудь поймают и он проболтается, и вскоре у ФБР возникнут подозрения в том, откуда взялись наркотики.


"Нет, с какой стороны ни посмотри, у них ничего не получится. Они могли бы попробовать это, но в конечном итоге потерпят неудачу, просто это слишком сложная задача для выполнения, слишком много вовлеченных людей, чтобы сохранить ее в секрете, слишком много винтиков и проводков. И когда они потерпят неудачу, последствия будут огромными."


"Но они пытались и будут пытаться снова ..."


"Да, и любой, кто знает, что вы сделали с Томском, будет чертовски ревновать, особенно если им нужны деньги, чтобы уйти на пенсию. Итак, они попытаются, но потерпят неудачу."


"И если я разоблачу картели, помогаю ли я им случайно?" Я позировал.


"Если они стремятся отделить картели от производителей, то нет. Им нужен Медельин - производители, а не Тиухана - трубопроводчики."


"Кто-то взорвал бомбы в Медельине, никто не пострадал".


"Послание. Кто-то отправил предупреждение."


"Я не могу представить, чтобы Зулу делал это, они ему нужны. Он бы не рискнул их расстраивать, " указал я.


"Нет, это показалось бы странным. Это был Томск?"


"Он говорит "нет", он покупает у них".


"Итак, у нас есть проблема, кто-то достаточно хороший, чтобы установить десять заминированных автомобилей незамеченным, никого не поймав. Они профессионалы, и иметь наглость напасть на Медельин в их родном городе ошеломляет."


"Что возвращает нас к Внешнему государству и их реальной повестке дня здесь. И что я делаю дальше."


"Что ты будешь делать дальше?" Дэвид задал раздражающий вопрос, потому что он должен был указывать мне, что делать.


"Белый дом захочет нанести удар по FARC, и наш премьер-министр согласится, и ... все стороны хотят, чтобы FARC была отстранена от любых ракет, которые у них могут быть".


"Включая меня".


"Я знаю, что Чарли Роуз и Зулу были рука об руку с ФАРК, поэтому, если я пойду на поводу у ФАРК, сопротивление будет жестким и изощренным. FARC будет получать мой трафик связи и спутниковые снимки."


"Да, беспокойство".


"Но лучшим способом нанести удар по зулу было бы снова нанести удар по FARC. Вопрос в том, поддерживает ли Глубинное государство зулу, и есть ли здесь какая-то странная повестка дня, которую я упускаю? Меня беспокоит то, что я делаю то, чего хочет Белый дом, но расстраиваю Глубинное государство или, по крайней мере, фракцию внутри Глубинного государства."


"Что сказал твой контакт?"


"Он не знает, кто такая фракция, и, возможно, он не знает, что делают все ноги осьминога. И он ни от чего меня не предостерегал.


"Но имейте в виду, эти люди были в одной постели с бельгийским банком, и у них там были противоречивые интересы; я выяснял вещи, которые должен был знать мой контакт. И снова с Теротски. Мой контакт думал, что он мертв, но Зулу работал с ним."


"Да, осьминог со множеством ног и беспорядком".


"Я могу понять их желание заменить Томска и добраться до денег, но ракеты не имели смысла, и эти ракеты были выпущены после того, как Теротски и Ли Син были убиты Deep State, так что, возможно, они были выпущены в гневе".


Дэвид отметил: "Внешнее государство кажется, мягко говоря, неспокойным. Нет единства целей, и ракетные удары могли быть предупреждением или местью за убийство Теротски и Ли Син, да. Какая запутанная паутина. Вопрос в том, что будет дальше, и я предполагаю, что нам это не понравится."


"Мой инстинкт - пойти за Зулу и отобрать у него игрушки, поэтому я был бы признателен за некоторые советы от вас. Босс."


"Ну, как вы сказали, все хотят напасть на людей с ракетами, то есть на ФАРК, но, поступая так, вы можете навлечь на себя гнев внешнего государства и в конечном итоге вести войну на два фронта".


"И мы не осмеливаемся разоблачать ни Глубинное государство, ни Внешнее государство", - указал я.


"Нет, это заставило бы американскую общественность потерять веру в ЦРУ".


Я тяжело вздохнул. "Итак ... Я преследую FARC и пытаюсь привлечь людей, помогающих им, поскольку они изо всех сил стараются, чтобы меня убили, или дискредитировали, или заменили двойником."


"Да, война на два фронта".


"Нам нужно разгадать, чего на самом деле хочет Внешнее государство, чтобы иметь надежду на победу здесь, но если я причиню вред Внешнему государству, тогда Глубокое государство может разозлиться".


"Тогда посоветуйся со своим парнем и посмотри, что он скажет".


"Сделай мне одолжение, неофициально. Пойдите в GCHQ и попросите их проверить каждый телефон, который мы когда-либо захватывали или подозревали, на соответствие коду города Вашингтон."


"Если бы вы узнали, что член иностранного государства сидел дома со своей семьей и смотрел телевизор, что бы вы сделали?"


"Не уверен, но нам, возможно, понадобится какое-то оружие, чтобы использовать его против них, когда придет время".


Я могу попросить режиссера сделать это втихаря. Если эти парни замешаны в нанесении ущерба нашим интересам, нам, возможно, придется дать отпор, когда придет время - они не избранное правительство Америки. И это то, что нам нужно держать в центре внимания здесь, каковы они на самом деле. Если бы Спектр перешел черту и дискредитировал политика здесь без уважительной причины, тогда Спектр был бы неправ."


"Тогда молодец, что у Призрака есть верный слуга королевы и страны, и никаких обид".


"Никаких обид? Ни одного?"


"У него есть самоуважение, он создал Echo, он делает что-то хорошее для королевы и страны и не держит зла на вас всех".


"Приятно знать, потому что это подводит меня к следующему пункту. Моего помощника, старого помощника Боба, уволили этим утром. Он ударил другого парня по носу."


"И что этот другой парень сделал?"


"Он сделал замечание: всегда подружка невесты, никогда невеста".


"Ах. Заставь его позвонить мне."


"Жди звонка".


Старый помощник Боба перезвонил мне полчаса спустя, Тайни все еще спал. "Уилко?"


"Да, как твоя жизнь в конце?"


"Они уволили меня, такова жизнь, так почему я должен звонить тебе?" У меня есть листок бумаги, в котором говорится, что меня арестуют, если я позвоню кому-то вроде тебя ", - раздраженно заявил он.


"Ты готов уйти на покой, с трубкой и тапочками, или ты хотел бы прийти и работать на меня?"


"Работать на тебя?" Команда intel в GL4? " спросил он тише и с меньшим настроем.


Не совсем, но похоже. И ты был бы в опасности."


"Я не совсем полевой агент ..."


"Ты был бы в офисе, выполнял хорошую работу для королевы и страны, с лучшей оплатой и условиями, никто не приставал бы к тебе, и ты работал бы до шестидесяти пяти или когда захочешь уйти на пенсию".


"Что бы я делал?"


"Точно так же, как вы занимались все эти годы, работаете в разведке. Без изменений, почти плавный переход."


"Но не на GL4 ..."


"Нет. Вопрос в том, хотели бы вы работать со мной?"


"Ну ... да, ты там, где происходит действие".


"Каково было ваше мнение о покойном Бобе Стейнсе?"


"Он был хорошим человеком и отличным руководителем операций, еще одна карьера оборвалась из-за дерьма".


"Ходят слухи, что он еще не совсем остыл".


После долгой паузы прозвучало: "Боб жив? И все еще работаю с тобой?"


"Возможно, вы так думаете, но я никак не могу это прокомментировать".


"Блядь ... ад."


"У тебя есть семья?"


"Не совсем, жены и детей нет. Разведен."


"Тебе нравится Франция?"


"Люблю это, всегда отдыхаю там".


"Собери все свои вещи, приведи в порядок свои дела, сдай свой дом в аренду или продай его, затем съезди в отпуск в Ниццу и позвони мне, но не затягивай, у нас идет война, и люди пытаются меня убить. Мне нужен хороший человек."


"Будет разобрано через несколько дней. Черт возьми..."


Затем я позвонил Бобу Стейнсу, бросив взгляд через плечо на спящего Тайни. "╧ 1, у меня есть для тебя помощник, так что зови его ╧ 2".


"Помощник?"


"Ваш старый помощник, который стал помощником Дэвида Финча".


"Терри?"


"Он ударил человека по носу, поэтому они отпустили его. Как ты думаешь, сможешь ли ты работать с ним, как раньше, потому что он думает, что мог бы работать на тебя?"


"Ну ... да, мы работали рука об руку, хорошая команда".


"Он приведет свои дела в порядок и отправится в Ниццу".


У меня есть его старый номер, я позвоню ему через день или два. Но как насчет Дэвида Финча?"


"Это была его идея".


"Это было? Это ... меня удивляет."


"Он похвалил тебя за тот факс, который ты отправил, и ценит тебя".


"Что ж, приятно знать, что он ценит мою работу".


"Боб, единственное, что имеет значение, это то, что я ценю тебя. И по большей части у тебя получается лучше, чем в Лондоне. И это подводит нас к следующей головной боли. Бывший сотрудник ЦРУ Чарли Роуз - "


"Я знал его".


"Он присоединился к FARC, я убил его".


"Кровавый ад".


"Я думаю, что он принадлежал к Глубинному государству, по крайней мере, к фракции, которую мы с Дэвидом называем Внешним государством. Его лидера мы называем зулу. Я думаю, нужно найти Зулу и похоронить его, но они будут настороже, если кто-то будет искать. Итак, Боб, мне нужно, чтобы ты развил проникновение в Вашингтон, деньги потрачены."


"Проще, чем ты думаешь. Для начала скажу, что у нас отличный бюджет."


Я позвонил Тинкер. "Это я. Верните Реджи в офис, у меня есть для него проект."


"А, хорошо, мы спрашивали. Он скучает по команде. Что это за проект?"


"Глубинное государство".


"О черт".


"Нам нужно вести себя тихо, иначе на базе может произойти нападение, которое помешает рыбалке", - съязвил я. "В любом случае, вашего директора попросят сопоставить все наши телефоны плохих парней с кодом города Вашингтон. Вопрос в том, можете ли вы получить старые телефонные данные для Вашингтона?"


"Я знаю одного или двух человек, хорошо разбирающихся во взломе компьютеров. И мы бы направили это через Китай, они бы свалили вину."


"Займись этим, но Сандерсон не должен знать".


"Понял".


Положив трубку, я оглянулся через плечо на Тини в постели, и я забеспокоился за нее, вскоре разозлившись, разозлившись на то, что мир не оставит меня в покое. И что я был идиотом, который позволил себе вляпаться в эту историю.


Когда Тайни наконец проснулась, я вручил ей чашку чая и сел рядом с ней на кровать.


"Как долго ты не спал?" - спросила она.


"С 5 утра".


"Если бы мы были женаты, я бы накачал тебя наркотиками или забил до смерти. Я люблю поспать."


"Я тебя разбудил?"


"Я так не думаю, нет. Я хорошо сплю здесь, в Панаме."


"Ты не беспокоишься об опасностях, таких как большая крылатая ракета в форме фаллоимитатора, влетающая в окно?"


Она хихикнула и покачала головой. "Может быть, я глуп, но мне здесь нравится, и у меня есть настоящая работа".


"Чувство цели", - отметил я. "Это то, что нужно большинству людей, чтобы вставать по утрам".


После совместного душа у нас был секс на кровати, но медленно, и мы вместе спустились на завтрак в 9 утра.


"Ты допоздна спишь в эти дни?" Спросил Большой Саша.


"Нет, я рано встал и разговаривал по телефону".


"Неприятности здесь закончились?"


Я бросил на него обеспокоенный взгляд и покачал головой.


"Они продолжают приходить за ним?"


Я кивнул. "Они все хотят эту территорию".


"Я продолжаю говорить ему уйти в отставку. У него есть деньги."


"Он такой же, как я, и ему было бы скучно сидеть и ничего не делать. Нам всем нужна цель, чтобы встать с постели."


После завтрака я поплавала в бассейне, затем час посидела в раздумьях, после чего отправилась в отель La Palma проверить, нет ли незнакомцев, ее "дневная работа", как она это называла, в 9-5, обед с коллегами.


Томский присоединился ко мне за завтраком. "Эти солдаты еще долго пробудут в моем отеле?" он жаловался.


"Они спасли твою задницу, так что оставь их в покое. Но некоторые присоединятся ко мне на следующем этапе, в борьбе с FARC."


"Вы думаете, FARC создаст проблемы?"


Большой Саша положил омлет для Томска, кофе и сок.


"Я бы поставил на это хорошие деньги, но не они здесь командуют. Им помогали бывшие люди из ЦРУ, и они помогают им до сих пор. Ты слышал что-нибудь о заминированных автомобилях в Медельине?"


"Они спросили меня, знаю ли я. Я сказал им, что если это я, то бомбы взрываются, когда люди бодрствуют и находятся поблизости."


"Подкупите полицию в Боготе и Медельине, попытайтесь получить результаты экспертизы бомб и того, откуда взялись машины. И сегодня."


"Как ты думаешь, кто это был?"


"Часть меня думает, что это было Глубокое состояние, предупреждение, но я пока не могу понять всех игроков и мотивы".


Томский разрезал свой омлет. "Многие люди говорят о боливийце. Американцы разбомбили его, его семья уничтожена, от его дома остались одни развалины."


"Я попросил их об этом".


"Ты?"


Я кивнул, любуясь океаном. "Он подтолкнул босса картеля Тиухана напасть на аэродром в Ла-Нинге и обвинить в этом Чолоса. Мои люди могли быть убиты, я мог быть убит."


"Он дурачился со всеми подряд, и с той кофейной лодкой. Но его скоро заменят, и в Боливии все будет как обычно." Он пожал плечами. "У Карлоса все хорошо, много заказов, мы перевозим много товара, скоро излишков не будет".


"У вас есть люди на границе?"


"Да, люди ищут FARC, пока никаких признаков".


"Есть ли взлетно-посадочная полоса рядом с границей?"


"Есть один на восточной стороне, небольшой аэропорт".


"Как далеко от границы?" Я нажал.


"Близко, меньше десяти миль".


"Там была грязная полоса, вершина холма ..."


"Да, в центральном нагорье. Там никого нет."


"Отправь кого-нибудь сегодня на вертолете посмотреть на эту полосу, спросить, может ли маленький самолет безопасно приземлиться".


"Там был какой-то химический пух, белый порошок, чтобы остановить рост травы. Я узнаю это сегодня. Ты им пользуешься?"


В качестве базы нападающих и приманки для ФАРК. Но сначала я дождусь разрешения от вовлеченных лиц. Отправьте команду из четырех человек, из ваших лучших, на эту полосу, спрячьтесь поблизости и наблюдайте за любым движением. И сегодня."


Я отошел в сторону и позвонил Морану в отель "Айленд", и он дозвонился до полковника Де Хэвилленда.


"Уилко, я как раз собирался пойти порыбачить".


"Скоро будет еще одна кампания, сэр, на южной границе, битва с FARC. Это будет отвратительно, бои в джунглях, много жертв, так что ты бы вызвался добровольцем?"


"Я иду туда, куда мне приказано идти".


"Хватит нести чушь. Ты бы принял участие?"


"Если вы просите моей помощи и моих морских пехотинцев, то я бы сказал "да".


"Даже зная о рисках, сэр?"


"Они выпустили крылатые ракеты по нашим кораблям, так что, если я перепачкаюсь в крови, так тому и быть. Мы хотим крови FARC, так что не беспокойтесь о нашем боевом духе."


"Спроси за меня майора Моргена. Но что насчет авианосной группы, они уже просрочены; я не хочу втягивать их в шестинедельную войну."


"Джордж Вашингтон" здесь или будет здесь через день, и многие вспомогательные корабли ошиваются поблизости, все жаждут какого-нибудь действия. Морякам с авианосца и авиакрыла здесь сказали быть готовыми к тому, что их заберут завтра в полдень. Моряки с кораблей поддержки могут остаться здесь подольше."


"Никаких пьяных драк, сэр?"


"Пока нет, все в хорошем настроении. Мужчины устали, им нужен был хороший сон в настоящей постели. Но мой командир спросил, кто это организовал."


"Отправьте его в мою сторону, сэр".


"Я действительно винил тебя, да. Итак, когда начинается следующая кампания?"


"Не раньше, чем вы хорошенько порыбачите, сэр".


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Мне нужно официальное мнение о том, что я здесь делаю".


"Я должен проинформировать премьер-министра около 17:00 по нашему времени. Я позвоню тебе позже."


После прогулки по территории в задумчивом настроении, поболтав с охранниками, я позвонил по контактному номеру Миллера. Он перезвонил полчаса спустя, когда я стоял на лужайке лицом к океану. "Уилко, ты за мной?"


"Я подумывал о шестинедельной войне в джунглях против FARC, но я подумал, что должен спросить вас, есть ли у вас что-нибудь, на что вы хотели бы, чтобы я посмотрел".


"Белый дом и сенаторы все задают трудные вопросы. Кто выпустил ракеты, где они находятся и почему мы их еще не выпустили?"


"Если я разобью лагерь на границе и подниму флаг, они выйдут поиграть, и это будет неприятно".


" Ну, мы никогда не начинали этого... " я хотел поправить его, но воздержался. "- но нам нужно удовлетворить Конгресс. Так что иди и делай то, в чем ты хорош; ты получишь всех людей и оборудование, какие захочешь."


"А как сегодня осьминог?"


"Давайте просто скажем, что те, кто пукает в приличной компании, не признаются в этом".


Мой следующий звонок был в Лэнгли. " Уилко? " подошел заместитель начальника. "Хорошие новости или плохие?"


"Мой официальный доклад разведки для вас заключается в том, что FARC сосредотачиваются на границе и, возможно, имеют больше ракет, и что я прошу разрешения на поиск и уничтожение, плюс материальные ценности в поддержку".


"Я могу сказать без каких-либо сомнений, что ответ будет утвердительным. Начинают задаваться трудные вопросы."


"Тогда отправляй это вверх по линии и планируй войну. Но дай ребятам из отеля здесь еще несколько дней."


"По этому поводу тоже задают сложные вопросы".


"Они не докажут права собственности, так что расслабься. Вини меня."


"Я верю".


Следующий звонок был полковнику Мэтьюзу. "Сэр, я бы хотел, чтобы следующая группа волков присоединилась ко мне здесь, немного ... потренировавшись на рабочем месте".


"Первая партия подверглась бомбардировке и отправилась на базу Кэмел Ту, но в какой опасности окажется эта новая партия?"


"Примерно столько же, сколько средний солдат был на линии фронта во Вьетнаме, сэр".


"Господи, генералы будут сомневаться в этом".


"Все они - военнослужащие, так что, если бы была война, они должны были бы сражаться, да?"


"Ну ... да".


"Так что это ничем не отличается, сэр. Сколько их там?"


"Сто двадцать с чем-то. Сержанты заставляли их прыгать с парашютом и ходить пешком, каждый совершил не менее тридцати падений."


"Экипируйте их для джунглей, сэр, оптическими прицелами".


"У них есть Valmets и ружья для слонов".


"Еще лучше. Подготовьте их к войне, когда они сойдут с самолета. Но сначала попросите их стать добровольцами и обсудите риски, посмотрите, кто не является добровольцем - и выбросьте их."


"Каковы здесь риски?"


"Мы могли бы потерять двадцать раненых, десять убитых, сэр".


"Иисус. Я не осмеливаюсь сообщать об этом вслух."


"А если потонет авианосец?.."


"Да, погибло бы намного больше".


"Если кто-нибудь усомнится в размещении, сэр, напомните им о том, что чуть не произошло. И это еще не конец, там могут быть еще ракеты. Подготовьте корабли и морскую пехоту, нам понадобится способность к нанесению ударов с воздуха, помощь вертолетов."


"Я начну строить кое-какие планы. Скажем, шесть недель искать и уничтожать вдоль границы?"


"Да, сэр".


Следующим я позвонил Хейнсу. "У ваших людей есть время простоя?"


"Да, все расслабились, плавали и загорали".


"Будет еще одна кампания, которая начнется, возможно, через несколько дней, шесть недель дерьмовой войны в джунглях и гадости. Если ты думаешь, что это слишком быстро, я не буду просить твоих людей."


"Я поговорю с ними, посмотрим, что они скажут, но мы идем туда, куда приказано".


"Если ты думаешь, что это слишком, я попрошу командующего ВВС сменить тебя".


"Ну, мы еще не так много сделали. Было бы странно пойти сейчас домой и прочитать об этом."


"Пообщайся с ребятами, дай мне знать. Человек, прошедший через все, возвращается, и последний парень, который может управлять радио."


Дэвид Финч перезвонил мне в 14:00, солнце стояло высоко, а день был теплым. Я сидел у бассейна с холодным пивом. Премьер-министр согласен с тем, что нам нужно ослабить FARC, и он отправил американцам записку, и он рад получить больше телевизионных минут. Наш флот много говорил об этом, и они выглядят неплохо на этом фоне. О, Саша и команда готовы присоединиться к вам. Как насчет 14-й информации?"


"Да, хороший опыт для них, но ... ну, большинство из них немного хромают. Шесть недель в джунглях создадут или сломают их."


"Возможно, это то, что нужно, процесс отбора. Нам нужны хорошие люди, а не хромые. А мои четверо мужчин?"


"Если они переживут этот следующий шаг, они годятся на все".


"И что, по-вашему, будет включать в себя этот следующий шаг?"


"Шесть недель жестоких боев в джунглях, ежедневные контакты, повторное посещение Вьетнама, в то время как Зулу получает мои распоряжения по часам".


"И как именно вы могли бы его перехитрить?"


"Об этом мне нужно подумать. Сначала я устанавливаю приманку, чтобы привлечь акул, затем мне нужно удержать акул от поедания приманки. О, я запросил новую партию американских волков, так что для них это будет испытание огнем."


"Я думаю, ты можешь немного приструнить их", - язвительно заметил он.


"Таков план".


Тайни вернулся в 5 вечера, жалуясь на тяжелый день, проверяя людей. К сожалению, ни один из них не был грязным. Я сделал ей массаж ног и спины, после чего хорошенько потрахался в душе, выпил холодного пива во внутреннем дворике с Томском, и она, казалось, подняла ему настроение и заставила его смеяться.


В 8 вечера прибыл священник, одетый в элегантную повседневную одежду, и забронировал номер в соседнем отеле. Мы пожали друг другу руки и сели, но он казался другим по сравнению с предыдущими встречами, более сдержанным теперь, когда он знал правду. "Итак, сеньор Петров, что будет дальше?"


Американские солдаты выдвинутся к южной границе, и мы нанесем удар по FARC до того, как они вторгнутся и попытаются захватить Томск. Я хочу твоих Хьюи, несколько солдат. Если вы защитите одну область, это будет означать меньшую территорию, о которой мне придется беспокоиться. Отправляйтесь на западное побережье, в двадцати милях от берега."


"Это мы можем сделать, и люди обеспокоены. Эти заминированные машины в Медельине ..?"


"Не мы", - сказал ему Томский. "Я пытаюсь выяснить".


"Все заминированные автомобили были взорваны после полуночи, вокруг было мало людей, поэтому они не должны были никого убивать ...", - отметил министр.


"Предупреждение", - сказал я им. "Все равно что послать кому-нибудь пулю по почте".


"Ла-Нинга теперь пуста ..."


"Да", - подтвердил я. "Но мы поможем с ремонтом". Я обратился к Томску.


"Скоро у меня там будут люди, не волнуйтесь", - сказал он министру.


"А банда наркоторговцев на границе?"


"Мы убили большинство из них, забрали их наркотики и уничтожили их посевы, когда нашли их. Им понадобятся годы, чтобы снова стать проблемой."


"Хорошо. А картель Тиухана?"


"Я попал в город-трубопровод, который они используют в Мексике, недалеко от американской границы, Чолос убит со своими лейтенантами. В этом месте американские вертолеты расстреляли двести повстанцев ФАРК."


"Так далеко от дома".


"Да, министр, на службе у Чолоса. Но после его смерти остальные члены картеля Тиухана праздновали, а не оплакивали его потерю."


"И этот человек Карлос - Шакал?" Мы слышали, что он растет."


"Он наш близкий друг", - сказал я министру. "Вот почему он растет".


"А, понятно. И чего хотят американцы?"


"В основном, хорошие телевизионные минуты для избирателей, и чтобы было видно, что они что-то делают с ракетами".


"Чтобы тебя увидели ..."


Я взглянул на Томск. "От меня зависит найти их и разобраться, что произошло на самом деле", - сказал я ему.


"И все ЦРУ не может делать то, что делаешь ты?"


"Не тогда, когда бывшие агенты ЦРУ помогают FARC".


"Боже мой", - выдохнул священник. "Мы думали, что УБН были достаточно плохими".


"Ваша территория имеет большую ценность для картелей, и все они хотели бы попасть сюда", - указал я.


"В прошлом году у нас был рекордно низкий уровень убийств и бандитизма. Никто не стремится вернуться к тому, как все было."


"Мы будем сражаться и умрем, чтобы так и оставалось", - заверил я его. "Я думаю о здешних людях как о своих".


"Люди поддерживают тебя, но после твоего интервью в "маске" было задано много вопросов. Многие узнали тебя и были озадачены этим."


"Однажды правда выйдет наружу. Я просто надеюсь, что люди поймут."


"Люди теперь ходят по улицам без страха, и, как они понимают, рабочих мест становится все больше".


Когда министр ушел, ему заплатили и он уехал, Томский спросил: "Что я могу сделать, чтобы остановить эти атаки?"


Я пожал плечами. "Уходи".


"И куда идти, а? Багамы, и посидеть на пляже!"


"Это было бы разумно, но я бы скучал по тебе здесь. И то же самое сделали бы жители Панамы. Они ходят по улицам в безопасности благодаря тебе; ты слышал, что сказал министр."


"Я действительно чувствую, что делаю здесь что-то полезное", - признался он. "Я купил клинику для той женщины-доктора, мне это нравится, я иногда навещаю ее".


"Гордись, ты многого здесь добился. Ты больше не просто торговец наркотиками, ты отец для здешних людей. Ты - их надежда."


Он выдохнул. "Так как же мне здесь остаться в живых?"


"Предоставь это мне. Это моя работа."


"Есть только один из вас!"


"Неправда, таких, как я, трое", - сказал я с улыбкой. "Кроме того, за нами стоят все вооруженные силы США".


Утром, в 9 утра, позвонил Хейнс. "Мы обсудили это и добровольно переходим к следующему этапу".


"Отдохни еще день или два, но сохраняй форму. Я позвоню тебе, когда буду готов."


"Все мужчины здесь болтают об этом, все жаждут новых действий, SAS в том числе. Никто пока не стремится вернуться в старую холодную Англию."


"Порыбачьте немного, вы можете неделями находиться в джунглях, или вам оторвет ногу".


"Жизнерадостный ублюдок".


Робби позвонил мне полчаса спустя. "Могу я взяться за эту работу?"


"Да, приведи тех, кто остался в 14 разведданных."


"Это все, кроме двух девушек. Они с тобой?"


"Да, выполняю шпионскую работу".


"Рокко хочет выйти, и майор Коулридж".


"Билли хочет немного пошевелиться, да. Он поддерживает форму?"


"Он пробегает несколько кругов в день".


"Скажи Билли, чтобы он посоветовался с бригадиром. А ты, ты посоветуйся с Сандерсоном. А также твоя жена."


"Она в Бенидорме".


"Кто присматривает за твоими детьми?"


"Джилл по соседству".


"Женат на одной из наших?" Я озадачен.


"Нет, ей пятьдесят с лишним, но она не терпит дерьма от двух моих смутьянов. Тем не менее, им нравится, как она готовит."


"Получите билет на самолет, после того как получите разрешение. И скажи Рокко, чтобы привел Стретча. Он может заработать себе на пропитание."


"Стретч подвернул лодыжку на новом полигоне".


"Тогда пусть он займется кое-какой бумажной работой. Или поработай в оружейной с Хомяком."


"Хомяк хорошо обращается с пистолетом и арматурой, поддерживает себя в форме".


"Боже мой, оружейник, подражающий бойцу. Он мог бы стать следующим Уилко."


Когда Томск проснулся, я приказал его русским солдатам покинуть взлетно-посадочную полосу, которой он пользовался, к востоку отсюда, и заплатить местной полиции, чтобы она охраняла ее наготове. Я попросил его достать сотню лопат и кирки, мотки колючей проволоки, двухметровые бревна, молотки и длинные гвозди, веревку, плюс десять тысяч мешков с песком. Он делегировал задачу.


Я позвонил Морану и попросил Эко быть готовой к отъезду утром и убедиться, что Томо будет готова вовремя.


В 14:00 выпало нечетное число. " Майор Уилко? " послышался американский акцент.


"Да..?"


"Адмирал Маллой, Джордж Вашингтон".


"Вы на месте, сэр?"


"Достаточно близко, и мы официально вступаем во владение в полночь".


"По этому номеру с вами можно связаться, сэр?"


"Это дежурный телефон без флэш-памяти, что означает, что мы используем его для большинства случаев, кроме ядерной войны".


"Есть бумага и ручка, сэр".


"Стреляй дальше".


Я зачитываю координаты взлетно-посадочной полосы. "Там есть гражданская взлетно-посадочная полоса, и это будет новый пункт пропуска, медики и первая точка эвакуации, морские пехотинцы начеку. Полковник Мэтьюз из Пентагона пришлет вам заметки об этом, сэр. "


"И операцию, которую мы должны поддерживать, помимо принятия солнечных ванн и рыбалки?"


Я широко улыбнулся. "Людям нужно было немного отдохнуть, сэр. И операция заключается в поиске и уничтожении границы. Мы установим брелок в джунглях на границе, спецназ отправится наружу, временные рамки неизвестны."


"Вращающаяся опора?"


"Да, сэр, совершенно определенно".


"Наземная атака с неподвижным крылом?"


"Да, сэр, как только у нас появится подходящая цель в виде мятежников FARC с красными шейными платками".


"А крылатые ракеты?"


"Я бы поспорил, что там не было ни одного готового к использованию, но, может быть, что-то в будущем, сэр. У нас нет достоверной информации о других ракетах или рокетах."


"И какова здесь цель?"


"Вашингтон хочет, чтобы люди, выпустившие ракеты, были найдены, или их нашли затем с дырками от пуль - под рукой журналиста, плюс поиск дополнительных ракет".


"Можно было бы просто поискать в долине джунглей и найти сквот ..."


"Я объявлю о своем присутствии в первый же день, сэр, и FARC выйдет на сцену. У нас есть история, вещи, о которых вы не знаете."


"Я понимаю. Как странно."


"Что вам поручено, сэр?"


"Для поддержки ваших операций в этом районе. Та же задача, что и у предыдущей группы, но у нас здесь много времени, командам не терпится что-то сделать."


"Я понимаю, сэр, но давайте надеяться, что в конечном итоге вам не придется объяснять комиссии по расследованию факт повреждения носителя".


Нас не поймают спящими, и у меня там будет двадцать кораблей пикета. Ни одна чертова ракета не приблизится ко мне и не потревожит мой сон. И мы тестировали пушки Фаланги, модели с дистанционным управлением, которые летали на нас и других кораблях."


"И какова вероятность успеха, сэр?"


"Это засекречено".


"Я понимаю. Что ж, сэр, сегодня мы начнем строить планы, смыть крем для загара и снова надеть ботинки. О, мой разведчик, майор Харрис, он скоро присоединится к вам и вкратце расскажет обо всем, что произошло."


"Хорошо. Маллой уходит."


Фрэнкс позвонил через десять минут. "Я кое-что нашел, меня разыскивал друг в Лэнгли. У Чарли Роуза и его телефона была связь с человеком в Колумбии. Этот человек связан с компанией по производству медицинских опиоидов."


"Мы уже обнаружили две такие компании, наверняка появятся еще несколько. Где они базируются?"


"Бразилия".


"Может быть, ссылка на Petrobras. Будь любимым и найди его для меня, мы знаем, что Медельин инвестирует в Petrobras."


"Я буду продолжать поиски. Но где вы хотите, чтобы мы провели следующую операцию?"


"Нехорошо, что ты в джунглях. Я бы сказал, на борту корабля с майором Харрисом. Проверь линию."


Прежде чем Тайни вернулся, позвонил капитан корабля. "Мы уходим".


"Так я слышал, сэр".


"Толстая леди берет верх".


"Толстая леди"?


"Джордж Вашингтон. Она не может пролезть через Панамский канал, мы можем."


Я улыбнулся. "Я обязательно воспользуюсь этим описанием, сэр. И поблагодари своих людей от меня."


"Они все рады, что были частью этого и выжили, на них по-другому смотрят, к ним по-другому относятся. Семьи волновались, но мы вернемся в Норфолк через неделю, чтобы хорошо отдохнуть."


"Новый адмирал, Маллой, с ним все в порядке, сэр?"


"Я служил под его началом, был рад двигаться дальше".


"Он заноза?"


"Он хороший офицер, но не тот, с кем я бы стал пить пиво. Никакого чувства юмора."


"Я буду иметь это в виду. И не забудьте проверить свое оружие "Фаланга"."


"Мы будем, мы все узнали, каково это - смотреть смерти в лицо. О, наши корабли поднялись на борт грузового судна на рассвете у Пуэрто-Рико."


"Я ожидал этого, я получил информацию. Адмирал Джейкобс пропустил этот корабль, он отправился в Западную Африку, чтобы выпустить там ракету, но ракета оказалась неисправной."


"И здесь настоящая история?"


"События еще не разворачиваются, сэр, а завтра я отправляюсь на войну, чтобы расстроить нескольких повстанцев ФАРК".


"Что ж, удачи, мы будем смотреть это по CNN".


Фрэнкс перезвонил мне в 3 часа дня. "Они остановили судно у берегов Пуэрто-Рико, мало что найдено, но удобное руководство по подготовке крылатой ракеты упало между двумя ящиками, экипаж не может это объяснить, а телефон капитана подключен. Они все под стражей."


"Предложите им электрический стул, они могут заговорить".


"В этом вся надежда".


Мой телефон зазвонил полчаса спустя, когда я сидел во внутреннем дворике, полковник Мэтьюз. "У меня есть все подразделения в этой чертовой армии, желающие поучаствовать в боевых действиях. Тебе нужны дополнительные люди?"


"Нет, сэр, это будут усиленные патрули в джунглях".


"Это длинная граница ..."


"Они придут за мной, сэр, не для того, чтобы я пересекал границу ради забавы".


"Приманка, да. Итак, каков план?"


Я дал ему координаты. "Эта взлетно-посадочная полоса - пункт высадки и снабжения, эвакуационный пункт. Разместите там медиков, морских пехотинцев на проводе, несколько медиков отправятся в глубь страны, когда там будет безопасно. У вас на корабле есть свои вертолеты, но у нас также есть местные "Хьюи"."


"Есть два французских военных корабля с вертолетами и два корабля вашего флота".


"Я попытаюсь использовать их, сэр. Запишите эти другие координаты и посмотрите на карту." Я их зачитал. "Это плоская вершина холма с небольшой посадочной полосой, подходящей для вертолетов и самолетов типа "Скайван". Соколиный Глаз мог приземляться и взлетать.


"Я говорил с правительством Панамы, сэр, но прошу разрешения использовать эту взлетно-посадочную полосу, приземлиться за городом и патрулировать, искать и уничтожать."


"Меня попросили пригласить туда еще нескольких сотрудников пресс-службы и впустить гражданских репортеров".


"Все в порядке, отправьте их после первого дня, но проверьте состояние здоровья, физическую форму и одежду - они будут спать в траншее под дождем, среди змей и слизней".


В тот вечер я пригласил Тайни поужинать в шикарный ресторан в Ла Пальме, несколько русских вошли и приветствовали меня, множество охранников снаружи.


"Вероятно, утром я перееду на границу, меня не будет некоторое время".


"Это не так уж далеко ..."


"Это ... будет неприятно".


"Оу. Ну, я не должен вмешиваться или беспокоиться, так что я постараюсь этого не делать."


"Я тоже. Я попытаюсь."


"Чего ты ожидаешь, что произойдет?"


"У FARC есть несколько типов из бывшего ЦРУ, помогающих им, так что они будут прослушивать мои сообщения и узнают о моих планах."


"Так что измените свои планы".


"Ну, девочка, я планировал изменить свои планы, да".


Она бросила на меня взгляд. "Если они подслушивают, используй это".


"Я должен отправлять точные отчеты в casevac и службу поддержки, так что ... это будет нелегко. О, ваша партия выходит наружу."


"Буч Мэгги и плохие парни", - язвительно заметила она. "С некоторыми все в порядке".


"Скоро увидим, я отправлю их на передовую".


Утром я проснулся в 6 утра, для меня поздно, и немного посидел на балконе. Размышления. Всплыло мало новых улик, несколько новых арестов, никто из крупных игроков не схвачен - и даже не опознан.


Раздался стук в дверь, и я был удивлен, что Тайни не проснулся. С пистолетом в руке я открыл дверь, чтобы найти охранника, мне вручили записку. Я поблагодарил его шепотом и прочитал записку, вскоре перезвонив старому ╧ 7 с балкона.


"╧ 7?"


"Эй, босс, у нас компания".


"Ты на грунтовой полосе?"


"Мы осмотрели его прошлой ночью, перед тем как погас свет, и он в достаточно хорошем состоянии для небольшого самолета, никаких камней. Затем мы патрулировали вокруг холма, никакого движения, но мы разбили лагерь среди густых деревьев, скажем ... в четырехстах метрах к северо-западу. Теперь у нас есть компания."


"ФАРК?"


"Похоже на то".


"Сколько?"


"Отсюда сотня, может больше".


"Где именно они?"


"Долина, прямо к югу от конца грунтовой полосы, под ней".


"Что они делают?"


"Окапываюсь, прячусь".


"Приготовьтесь, я посмотрю, смогу ли я испортить им завтрак".


Я позвонил контр-адмиралу Маллою, по крайней мере, по обычному номеру спутникового телефона корабля, чтобы узнать командира. "Это майор Уилко, и мне нужен воздушный удар, как только вы будете готовы".


"Можно подготовить четыре самолета за ... пятнадцать минут, другим потребуется больше времени".


"Есть карта пограничного региона?"


"Только что изучал это".


"Получил координаты, которые я передал?"


"Уже в компьютере".


"У тебя есть компьютер?"


"Миссии загружаются на компьютер, все регистрируются".


"Центральное нагорье, примыкающее к границе, полоса грязи".


"LZ2, синие силы".


К югу от конца взлетно-посадочной полосы в 200 ярдах находится долина, протянувшаяся с востока на запад, сейчас кишащая повстанцами FARC, которые окопались и ждут, когда кто-нибудь отправится навестить LZ. Мне нужно, чтобы его разбомбили с востока на запад. У тебя есть напалм?"


"Топливо взрывоопасно, да, но им нужно время на подготовку".


"Как ты это сделаешь, зависит от тебя, но повстанцы рассеяны".


"Бомба весом 2000 фунтов убьет любого в радиусе ста ярдов, а любому, кто окажется в радиусе двухсот ярдов, понадобятся новые уши и помощь в ходьбе".


"Убедись, что они не попадут на грунтовую полосу, мы воспользуемся ею позже".


"Понял, сейчас я спланирую схему нанесения удара".


"Запускайте, как только будете готовы, я слежу за целью".


"Им лучше уехать".


"Я дам им совет сейчас. И следите за ракетами с тепловым наведением."


"Самолет может вспыхнуть на разбеге бомбометания".


Я перезвонил ╧7. "Как далеко вы находитесь от долины и FARC?"


"Отсюда, скажем, 300 ярдов".


"Найдите какое-нибудь укрытие, американцы скоро будут бомбить ту долину".


"Когда-нибудь ты объяснишь, как ты заставляешь американцев работать на тебя, а?"


"Когда-нибудь, да. Отойди в укрытие, чтобы тебя не заметили."


Я выскользнул и взял кофе и немного хлеба внизу, вскоре вернувшись на балкон.


╧ 7 перезвонил полчаса спустя. "Петров?"


Я услышал глухие гудки в трубке. "Продолжай".


"Напомни мне никогда не расстраивать гребаных американцев!"


"Ты в порядке?"


"Даже отсюда мы это чувствуем, и эти сумасшедшие ублюдки сбросили двадцать бомб, не осталось ни одного гребаного дерева! И они бросают сигнальные ракеты, началось несколько небольших пожаров."


"Куст зеленый и влажный или коричневый?"


"Смесь, в основном влажная".


Я слышал новые взрывы.


╧ 7 спросил: "Что эти ублюдки пытаются сделать, вырыть яму по всей планете до Австралии?" И теперь мы видим, как сбрасывают гребаный напалм."


"ФАРК мертвы?" Я спросил.


"Никто не смог бы этого пережить, и теперь милая зеленая долина - сплошная коричневая грязь и белый дым".


"Они пропустили какой-нибудь ФАРК?"


"Они поразили обширную территорию". Я слышал взрывы. "Черт. В той долине никого не осталось в живых. Они изрублены и сожжены."


"После окончания бомбардировки подойдите поближе и выше, посмотрите. Позвони мне, когда это закончится."


Он перезвонил через десять минут. "Сейчас самолетов нет, но какой-то странный самолет пролетел и посмотрел".


"Аэрофотосъемка. Хорошо, иди посмотри поближе, но не ходи в долину." Я позвонил Джорджу Вашингтону. "Это майор Уилко, у меня есть для вас оценка ущерба от бомбы".


"Продолжай".


Цели хорошо прикрыты, поблизости нет мирных жителей, сопутствующего ущерба нет, мои люди приближаются, чтобы посмотреть поближе, все вражеские бойцы, похоже, убиты. Итак, хороший первый удар. О, немедленно отправьте вертолет за майором Харрисом в отель "Холидей". Он проинформирует вас о местных разведданных. Уилко на свободе."


Я позвонил Харрису, разбудил его и предупредил о движении. Он все равно был упакован, почти ничего не распаковав. Он сообщил, что Эхо будет снаряжаться, но после завтрака.


"Тебе делали массаж?" - поддразнила я.


"Нет".


Когда Тайни проснулась, я передал ей чай. Она похвалила: "Это жизнь, за которой прислуживают, чай в постель".


"Я отправлю через несколько часов. Где Сьюзи?"


"У нее роман с симпатичным парнем из службы безопасности, местным жителем, и они небольшой командой проверяют незнакомцев по всему городу. Сьюзи играет роль тупой туристки, они никогда не подозревают ее."


"Скажи ей, что я сказал, что она продолжает это делать, и ты помогаешь. Мне нужно знать, не шныряют ли где-нибудь американцы или канадцы."


"Будь осторожен там".


"Давай пообещаем друг другу, что не будем так говорить или волноваться".


"Хорошо, я попробую. Но ты там будь осторожен."


Я вздохнул и поцеловал ее в лоб.


В 9 утра я позвонил панамскому министру. "Ты можешь перевести моих людей на Хьюи сегодня?"


"Вертолеты готовы, да".


"Вы знаете отель, где остановились солдаты?"


"Нет?"


"Думаю, тогда они держали это в секрете. Тот же отель, в котором Хьюи высадили меня."


"Ах, это место. Она должна была быть незаконченной."


Да, осталась кое-какая работа. Пусть они заберут моих людей, затем высадят их на взлетно-посадочной полосе к востоку от Ла Пальмы, к востоку от старой виллы Томска. Они совершают несколько заходов. Американцы будут действовать сами. И отправьте бензовозы на полосу, мы заплатим."


Я позвонил Морану, и он собрал всех в форме, даже Томо, и Риццо не спал и был согласен с этим. Они скоро будут готовы и будут ждать Хьюи на траве.


Я сказал ему: "Сначала "Эхо", затем "Британские волки", SAS. Уточните у капитана, ответственного за "Американские волки", за передвижение волков. Я скоро поговорю с ним."


В 10 утра я позвонил полковнику Де Хэвилленду. "Сэр, действие началось, так что я организую грузовики, и вам предстоит долгая поездка на юг. Я предлагаю вам выехать после полуночи, хотя грузовики расположены на расстоянии ста ярдов друг от друга, вооруженные люди наготове. Никогда не знаешь наверняка."


"В зоне канала есть грузовики, я что-нибудь организую; мужчины, которые еще здесь, могут зарабатывать себе на пропитание. Куда мы идем?"


Я дал ему ссылку на сетку. "Это взлетно-посадочная полоса. Оттуда вертолет доставит вас на границу, слишком опасную для вождения."


"Вертолетоносец морской пехоты все еще находится в море", - указал он.


"Лучше попросите их передислоцироваться, сэр, действие будет происходить на юге, у границы, но они должны держаться подальше от побережья Колумбии".


"Ты ожидаешь неприятностей?"


"Меня зовут Уилко?"


Он рассмеялся. "Я начну строить кое-какие планы. Я поговорил со своим командиром, и он рад нашему участию, наше подразделение получает здесь признание."


"Вы поймали какую-нибудь рыбу, сэр?"


"Да, поймал монстра, также получил фотографии. Они приготовили это для нас на гриле. Этот отель находится в прекрасном месте."


"Вы всегда могли бы когда-нибудь посетить это место в мирной Панаме".


"Когда-нибудь да, здесь все еще немного оживленно".


Думая о журналистах, я позвонил Максу.


"Эй, Уилко, я слышал, у тебя есть работа на?"


"Ты все еще в отеле?"


"Да, брал интервью у многих людей, достаточно для книги".


"Следующая часть - джунгли, ты будешь спать на полу".


"Отлично", - пожаловался он. "Хорошо, я возьму немного зелени. Моя работа летит в моем тяжелом комплекте с мужчиной и моими боями."


"Пусть он тоже будет в зеленом, и, если он не в форме, держи его подальше от дороги".


"Он был королевским морским пехотинцем, но сейчас ему сорок два".


"Верните ему форму. И внимательно проверьте его удостоверение личности - "


"Я знаю его много лет".


"В любом случае, проверь, у плохих парней дерьмовая куча денег, и они хотят получить доступ внутрь. Стал бы этот парень говорить за миллион фунтов?"


"За миллион фунтов я бы поговорил. Ты можешь организовать встречу с плохими парнями?"


"Осторожно, Макс, мне бы не хотелось в тебя стрелять".


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Вчера я сообщил американцам о своих запланированных передвижениях, и на рассвете FARC выдвинулись в точное место, готовые устроить нам засаду".


"Это подтверждает, что оно, Внешнее состояние, связано с внутренним".


"Но я приказал янки разбомбить ФАРК к чертовой матери, никого не осталось в живых".


"Итак, Зулу будет раздосадован и будет задаваться вопросом, как он может помешать своей собственной армии нанести ущерб его интересам. Вы могли видеть помехи сверху."


"Это могло бы помочь определить, кто у Зулу в кармане".


Я позвонил по контактному номеру Миллера.


Он перезвонил. "Уилко, ты за мной?"


"Видели какие-нибудь странные движения или сигналы ночью?"


"Нет, почему?"


"Через десять часов после того, как я передал вашим военным мою запланированную зону дислокации, FARC выдвинулись к этой зоне дислокации и устроили засады, мои люди наблюдали за ними. Затем, просто чтобы быть злым, я приказал вашему флоту уничтожить всех ФАРК, они даже использовали напалм. Итак, мистер Миллер, левая рука знает, что делает правая?"


"Теперь у меня есть беспокойство". После последовала пауза. "Не могли бы вы расставить другие ловушки и предупредить меня, чтобы я мог перехватывать трафик связи?"


"Для тебя - все, что угодно. А если ты опознаешь маленьких засранцев?"


"Это решать моему боссу, но мы не хотим здесь сражаться друг с другом".


"Я расставлю ловушку и дам тебе знать. И, мистер Миллер, внимательно слушайте, не высказываются ли генералы или сенаторы против того, чтобы ваши военные поддерживали меня здесь."


"Что, черт возьми, это значит?"


"Это означает, что у кого-то могут быть планы, отличные от ваших, и мир достаточно велик только для одного Глубинного государства. Иди, послушай сплетни."


Снаряженная, я попросила подвезти меня и сопроводить до взлетно-посадочной полосы, Тайни здесь нет, она занимается своей повседневной работой. Томск желал мне всего наилучшего, но, казалось, беспокоился за меня. Вскоре я был в джипе и направлялся на восток, знакомой дорогой, болтая с водителем о здешних квартирах. Он купил один и сдал его в аренду.


Через сорок минут мы миновали поврежденную виллу Томска и двинулись на восток, к аэродрому, через полицейский блокпост, но это были полицейские, которым платил Томск. Я обнаружил, что аэродром хорошо охраняется, и что припасы были сложены наготове.


Я позвонил в номер 7. "Что ты видишь?"


"Никого в живых, но нам показалось, что мы видели, как кто-то шел на юг".


"Немедленно покиньте этот район, американцы скоро высадятся. Дважды побывал на севере."


"Хорошо, мы уходим сейчас".


Мы двадцать минут болтали с моими охранниками на солнышке, наконец мы услышали Хьюи, и девятый вошел и приземлился, Эхо видели сидящими по бокам, Британских волков и команду Бегущего медведя.


Когда показалось, что они могут сойти с рук, я поднял плоскую ладонь, затем один палец и указал на принадлежности. Мужчины побежали вперед, согнувшись пополам, с винтовками в руках, Моран с ними.


Я крикнул Морану: "Лопаты и кирки, по одной на человека, если у нас будет достаточно".


Монстр схватил четыре кирки и потащил их обратно, Моран схватил шесть лопат. Я помахал рукой в "Бегущем медведе". Он схватил лопаты и отнес их обратно, когда "Хьюи" загрохотал.


Когда Моран вернулся за добавкой, я прокричал сквозь рев: "У тебя есть паек?"


Он широко улыбнулся. "У меня есть солонина, мясной фарш, картофель и груши. У меня даже есть заварной крем!"


"Где ты украл все это?"


"Отель позволил нам это".


Я, наконец, схватил две большие канистры с водой "Джерри" и потащил их к "Хьюи", забираясь внутрь. Я надел запасные наушники. "Пилот, ты знаешь грунтовую полосу на границе, на холме?"


"Да, я это знаю".


"Мы летим туда, вы быстро высаживаете нас, затем возвращаетесь сюда и забираете побольше припасов, чтобы сбросить нам. Не слоняйтесь без дела и следите за ракетами с тепловой наводкой."


"У них есть ракеты?"


"Мы не знаем, просто мера предосторожности - я не хочу снова выпрыгивать".


Громко вибрируя, мы оторвались и развернулись, мой пилот взял на себя инициативу, а я сел сбоку рядом со Слайдером и Николсоном, ноги на поручнях, оружие направлено вниз.


Вскоре наш воздушный конвой мчался на юго-запад, вскоре над деревьями, мои волосы разметались.


Слайдер толкнул меня локтем и крикнул: "Не смей меня выгонять!"


Я улыбнулся. "Ты видишь ракету, ты прыгаешь!"


Он выглядел обеспокоенным.


Николсон кричал: "Вот способ приступить к работе! Почему у нас не может быть Хьюи?"


"У нас могут быть Хьюи, это просто проблема крушения, горения и умирания".


"Хватит говорить о крахе!" Слайдер жаловался. "Я узнал эту историю от Саши, и от этого мне снятся кошмары!"


Пятнадцать минут спустя мы приблизились к цели, LZ2-синей, согласно военно-морскому флоту, и пролетели над другими небольшими круглыми холмами. Мчась по всей длине грунтовой полосы, мы спотыкались, кирки и лопаты были выброшены и брошены, когда мы подбежали к траве и опустились на колени, круговая оборона, когда наш аттракцион громко тронулся с места, там сидели две банки Джерри. Я огляделся.


Вершина холма была плоской и лишенной деревьев, только несколько небольших кустов были разбросаны вокруг, так что негде было устроить засаду. Полоса была покрыта коричневой грязью, окруженной высокой травой, колышущейся на ветру, и взлетно-посадочная полоса выглядела в хорошем состоянии, всего несколько луж.


Когда последний из "Хьюи" ушел, гул стих, я выпрямился и крикнул, чтобы выключили все радио, когда я взглянул на открывшийся нам панорамный вид. Мы были на самом высоком холме.


"Слушайте внимательно, враг может прослушивать наши радиостанции и дома, так что пока отключите их. Волки, идите на север к краю, хорошенько осмотритесь, вернитесь сюда через пятнадцать минут."


Большая команда сбежала во главе со Свифти.


"Риццо, западная сторона, взгляни потом назад".


Он увел свою команду, мои четыре шпиона последовали за ним.


"Слайдер, с этой стороны. Бегущий медведь, Саут-Энд - посмотрите, где ваш флот разбомбил его. Саломея, здесь, со мной."


Остались Док Вилли и Макс, Макс тащил свой тяжелый чемодан с новым парнем, тем мужчиной в зеленом, но с лучшим синим нагрудником, на котором было написано "Пресса".


"Сядьте, расслабьтесь", - сказал я им. "Макс, сделай несколько снимков, пока это место все еще выглядит чистым".


Я указал на нового мужчину; сорока лет, с густыми усами. "Как тебя зовут?"


"Тревор. Был сержантом в 42-м коммандос."


"Что это за бронежилет?"


В газете говорится, что мы должны носить это, иначе нам не заплатят. Какая-то страховка."


Я столкнулся с Максом. И ждал.


"Я забыл свою. Пошли они нахуй."


Я покачал головой, глядя на него. "Я не собираюсь предъявлять претензии за тебя. Кроме того, ты теперь богат."


Я пошел на юг, к Бегущему Медведю, и, обдуваемый прохладным бризом, любовался видом, прикинув, что дно долины находится в шестистах футах под нами.


Эта полоса была выше окружающих холмов, но всего на шестьдесят футов или около того. Все окружающие холмы были слегка округлыми и покрыты травой, несколькими кустарниками, но с высокими деревьями, покрывающими дно долины между холмами, плотными деревьями в центре долин.


Пока я шел, я мог видеть, вероятно, на десять миль во всех направлениях и вспомнил, что однажды приземлился здесь с Сашей.


Достигнув южной оконечности, Бегущий Медведь повернулся ко мне. "Там, внизу, тела, по крайней мере, их части".


"Сотня ФАРК выдвинулась на рассвете, готовая встретить нас".


"Да, так откуда они узнали о наших планах?"


"Утечка".


"Утечка? Где?"


"Пентагон".


"Ты издеваешься надо мной?"


Я покачал головой и посмотрел вниз, долина перевернулась, как сад гиганта, деревья расколоты и лежат по бокам. "Там, внизу, кто-нибудь еще жив?"


"Никакого движения", - доложил Чарли.


"Когда будете уверены, возьмите лопаты и кирки и сделайте здесь глубокие траншеи для двоих, приготовьтесь к минометам".


"Мы планируем сохранить эту недвижимость?" - Спросил Бегущий Медведь.


"Мы выйдем в патруль, но когда вернемся сюда, нам понадобится прикрытие".


Я вернулся к своей команде. "Ладно, док, завязывай. Ты тоже, Макс и Тревор. Сбрось бронежилет."


"Должен ли я снять свое снаряжение?" Спросила Саломея, Док Вилли стрельнул в нее взглядом, Тревор озадачился этим вопросом.


Я спрятал свою усмешку. "Нет, просто ... присоединяйся и помоги, пожалуйста".


Я положил свой собственный набор, винтовку сверху, и схватил кирку, найдя естественное углубление и размахнувшись на нем, почва достаточно рыхлая и не твердая. Вскоре у меня была неглубокая могила длиной шесть футов, и я начал с лопаты, превратив рыхлую землю в стену.


Слайдер вернулся и схватил лопаты и кирки.


Я сказал ему: "Мне нужны хорошие и глубокие окопы для двоих, откуда ты можешь целиться вниз. Устраивайся поудобнее, мог бы побыть здесь какое-то время. О, Тревор был 42-м коммандос, посмотри его историю."


Слайдер отвел Тревора в сторону, когда Саломея присоединилась к рытью, начиная вторую траншею с Максом. Слайдер вернулся ко мне десять минут спустя. "Он настоящий. Он ненавидел тех мудаков, которых ненавидел я."


Когда Хьюи вернулись, мы все вспотели, но остановились, чтобы посмотреть вверх. "Хьюи" заходили низко, но так и не приземлились, лопаты и кирки выбрасывались, когда они медленно продвигались на метр от палубы, плюс пустые мешки с песком, дерево всех видов.


Когда последний "Хьюи" отъехал, я взял немного дров и осмотрел их, разложив магазины сбоку на полоске на случай, если они нам понадобятся.


При прохладном боковом ветре Док Вилли помогал мне рыть траншею; я разбивал почву киркой, а он быстро выгребал ее. И вскоре глубина была четыре фута. Я остановил раскопки, и мы собрали дерево, квадратную раму, прибитую гвоздями, и положили поверх траншеи, выкопав небольшие отверстия для деревянных ножек.


Установив каркас и выпив, мы соорудили крышу из обрезков дерева, но с двухдюймовыми зазорами.


Риццо подошел, обливаясь потом. "Что ты готовишь?"


"Командный центр. Возьмите несколько мешков с песком, используйте грязь, создайте счастливый дом."


"Можно мне немного дров?"


"Три части, рамка, сколоченная вместе".


Он сделал рамку и перетащил ее обратно. Я попросил Макса помочь нам наполнить мешки с песком землей, и сначала мы разместили их на крыше для защиты от минометов.


Когда Хьюи вернулись час спустя, у меня был приличный командный центр и некоторая защита от входящих. Хьюи сформировали команды SAS, и как только Хьюи ушли - шум утих, я созвал их всех вместе, майора Таггарда впереди с капитанами.


"Хорошо, слушайте. Место, где мы находимся, находится всего в нескольких милях к северу от колумбийской границы. Это, джентльмены, страна бандитов, так что будьте осторожны. В долине позади меня находятся обугленные останки сотни повстанцев ФАРК; они попали в руки ВМС США. Это может запахнуть через день или два.


"Мои люди копают, и вы тоже, так что берите лопаты, кирки и мешки с песком. Какое-то время ты будешь патрулировать, но когда ты здесь, тебе нужно безопасное место для жизни, так что копай глубокие траншеи для двоих, надевай пончо. Это твой первый приоритет, потом ты отдыхаешь.


Расположите траншеи в своих войсках так, чтобы вы могли видеть вниз и стрелять оттуда. Траншеи должны находиться на расстоянии десяти ярдов друг от друга. Сделай это сейчас, пока мы не получили никаких сообщений. Используйте северо-западную половину этого холма, с той стороны, где Волки находятся прямо к северу от вас."


Я столкнулся с Таггардом. "Создайте командный окоп, достаточно большой для четырех или шести человек. У нас здесь есть дрова."


Он кивнул. "Дети в песочнице, э, роют ямы".


Они схватили лопаты и кирки и отправились на поиски места, которое можно было бы назвать домом.


Мой телефон зазвонил. "Это майор Морген. Безопасно ли лететь в эту зону?"


"Да, пока, но пусть вертолеты коснутся земли и улетят".


"Мы на взлетно-посадочной полосе, и здесь есть припасы".


"Возьмите с собой все, что сможете, приоритетными являются лопаты и мешки с песком".


"Кажется, здесь их предостаточно".


Он прибыл полчаса спустя, солнце уже село, приближалась длинная вереница морских ястребов. Они громко приземлились в определенной последовательности, снаряжение утащили, морские пехотинцы с тяжелыми рюкзаками вскоре отошли от вертолетов М16 в камуфляже в тигровую полоску и фуражках с квадратным верхом.


Я пожал руку Морген. "Добро пожаловать во Вьетнам".


"Похоже на то", - согласился он с улыбкой. "Полковник на полосе организует медиков и припасы".


"Я хочу, чтобы несколько медиков были здесь, когда мы выроем для них яму".


Когда "Морские ястребы" с грохотом уносились прочь, я указал. "Видишь тот холм на востоке, он твой, и тот, что на западе, тоже. Сначала возьмите одного и окопайтесь, затем второго или разделите своих людей. Твой командный пункт здесь, выкопай траншею рядом с моей." Я указал на это.


Раздались приказы, команды построились, неловко волоча лопаты, и два капитана повели около восьмидесяти морских пехотинцев на восток вниз по склону, в то время как Морген - с двумя сержантами и двумя капитанами плюс наши первоначальные два сотрудника пресс-службы - остался со мной.


Я привел их в свой окоп. "Вот один, который я сделал ранее". Они улыбнулись. "Перепиши это, пока у нас есть свет".


Пока Морген и его команда приступали к работе, я набил еще мешков с песком, возводя стены, пока Док Вилли укреплял фасад, он даже немного замаскировал его.


Я выкопал две ямы, поместил в них деревянные жерди и уплотнил почву, и вскоре с моей крыши на жерди, а затем и дальше, воткнул в землю большую мухобойку. Теперь у меня было место для десяти человек или командного совещания под дождем, почти достаточно высокое, чтобы можно было встать.


Вскоре я увидел морских пехотинцев на следующем холме, некоторые целились, в то время как большинство начало окапываться, пока я совершал обход, несколько глубоких траншей были готовы, некоторые нуждались в доработке, но все солдаты знали, как делать траншеи.


Риццо нашел углубление в грязи, как будто холм треснул, и его траншея была достаточно большой для шести человек, с дровами, мухобойкой над ней, мешками с песком спереди и по бокам. Мужчины могли целиться с пологих сторон или прятаться в глубоком участке. Он уже был под кайфом.


После захода солнца вертолеты доложили о приближении, мы зажгли факелы, "Морские ястребы" высадили еще больше морских пехотинцев, и когда мы смогли слышать достаточно хорошо, чтобы разговаривать, их отправили на следующий холм к западу.


Я крикнул им: "Выкопайте раковину, наденьте пончо, дождитесь рассвета".


Мой телефон зазвонил, полковник Мэтьюз. "Уилко, кто ранен?"


"Эхо отключено, Бегущий Медведь и его команда, мои британские волки и несколько ваших американских волков, британские SAS и два отряда морской пехоты вошли, все рассредоточились и окопались. У вас есть карта этого района, сэр?"


"Передо мной?"


"Контуры?"


"Да".


С моей позиции, зона 2, первый холм к востоку - это морская пехота, назовем ее зона 2-восток. Запад, первый холм - это тоже морские пехотинцы, LZ2-запад. На данный момент это все, но мы окопались."


"Никто не входит?"


"Пока нет, сэр".


Когда температура немного понизилась, я, Док Вилли, Тревор, Макс и Саломея устроили дом под мухобойкой, и при необходимости мы могли нырнуть в траншею. Морген и его команда все еще копали, сотрудники пресс-службы передали "траншею Саломеи", и вскоре у них были пончо.


Я поменял оленя местами с Доком Вилли, и он разбудил меня в 5 утра, холодный рассвет вот-вот должен был наступить на востоке, небо надо мной теперь было насыщенного темно-синего цвета, виднелись облака в елочку. Я отлил на резком прохладном ветру, бросил взгляд на траншею Моргена, которая теперь стала глубокой и с поднятым пончо. По ту сторону долины я мог видеть передвигающихся морских пехотинцев.


Направляясь на юг к району Бегущего Медведя, Чарли посмотрел вверх. "Твоя очередь играть в "оленя"?" Я спросил.


"Нас всегда двое, сэр". Он указал вниз. "Прошлой ночью мне показалось, что я слышал голоса внизу".


"Какой-то бедный раненый ублюдок", - отметил я. "Неприятно".


"Какой у нас план, сэр?"


"План в том, чтобы ... попытаться перехитрить вон того парня, моего оппонента".


"Командир FARC?"


"Нет, ему советовал белый человек".


"Ах, Еще их".


"Там, где у тебя есть наркотики и деньги, у тебя есть ... они".


Когда стало светлее, я разбудил команду, и мы приготовили пиво, а после завтрака из консервных банок из отеля я насыпал еще мешков с песком, наш счастливый дом улучшился и застроился.


Макс и Саломея продолжили рыть траншею после того, как сотрудники прессы покинули ее, поместив внутрь деревянные шесты, натянув пончо, обложив Саломею мешками с песком, когда я добавила стены из мешков с песком по бокам моего лагеря для мухоловок.


Морген сообщил о приближении "Морских ястребов" и "Хьюи", и вскоре спокойный утренний воздух был грубо нарушен чудовищным гулом.


"Хьюи" высадили 2-ю эскадрилью первыми, и я махнул им, чтобы они отошли подальше от полосы, а с ними и мой отряд постоянных солдат. Я отправил своих постоянных клиентов в Моран разобраться, Стиффи повел их по грунтовой взлетно-посадочной полосе.


"Морские ястребы" сбросили новых лиц, молодых людей во главе со знакомым американским сержантом, а также Краба и Даффи, новую партию американских волков, по крайней мере, часть из них. Я помахал им рукой, и они опустились на колени возле 2-й эскадрильи, все выглядели немного потерянными. У них были лямки, без рюкзаков.


Когда "Морские ястребы" улетели, я подошел к Хейнсу. Команды окопались в траншеях по два человека, но большую часть времени будут патрулировать. Сегодня ваши люди также окапываются, но когда Echo выходит, вы перемещаете своих людей, чтобы охватить все углы здесь.


"Взгляните на мой фантастически построенный командный центр и сделайте такой же поблизости. Подготовьте своих людей к очистке от снарядов на случай, если к нам подойдут, а также к рытью траншей. Вы также будете чередоваться с другими командами и патрулировать."


Хейнс организовал своих людей, начал рыть траншеи, и у нас все еще были запасные мешки с песком и лопаты. У нас также были лопаты и кирки, которые теперь освободились, поскольку Echo закончили рыть траншеи.


Я проходил мимо "Американских волков". "Сядь, подожди". Я повернулся и крикнул через всю полосу. "Эхо, стройся! Пять минут!" Слайдеру, который был рядом, я сказал: "Возьми Мерфи и его приятеля".


"Они чертовски горячие".


"Оставь мне Митча и Грини".


Вернувшись с новой большой коллекцией волчьих рекрутов, я взглянул на их проницательные молодые лица, когда они смотрели вверх, сидя в три ряда. "Меня зовут майор Уилко, и вы все оказались в дерьме. Следующий этап отбора и обучения пройдет здесь, в стране бандитов. И пока вы сидите там, вас окружают вооруженные до зубов коммунистические повстанцы, ФАРК, а также торговцы наркотиками.


"Вчера здесь была убита сотня или больше бойцов FARC, разбомбленных вашим флотом, и вы скоро почувствуете на ветру запах их гниющей плоти. Привыкайте к этому, узнавайте запах. Сюда могут попасть минометы и ракеты, так что вы в опасности, реальной опасности, и на нас могут двинуться большие силы.


"Пока что ты прошел отбор, у тебя была некоторая подготовка, и если бы ты не подходил для этой работы, тебя бы здесь не было. Итак, я предполагаю, что вы готовы к работе, и хотите выполнить ее, и отомстить за то, что эти ублюдки обстреляли крылатыми ракетами ваш флот.


"Хорошо, здесь, на этом холме, у нас есть Эхо, моя команда, у нас есть британская SAS, у нас есть ветераны "Одиноких волков" - британцы и американцы, у нас есть американский спецназ и морская пехота. На том холме... - Я указал, и они посмотрели. "- это морские пехотинцы, то же самое для следующего холма к западу. Не стреляйте ни в кого, если не уверены, кто это.


Сержанты, научите их, как делать траншеи на склоне холма, целясь вниз, на расстоянии десяти ярдов друг от друга, но также сделайте командный пункт рядом со мной, подобный тому, который вы видите. Сначала я хочу получить царапины от панциря, на случай, если к нам кто-то придет. Работай быстро."


Люди встали, когда были сформированы команды, разбитые на пары, и сержанты распределили людей. Я принес кирки и раздавал их, когда Эхо формировалось без особой спешки.


Морану я сказал: "Ваши радиоприемники могут быть отслежены, так что будьте осторожны. Используйте спутниковый телефон для сбора информации. Сначала вы отправляетесь на юг, в долину, подвергшуюся бомбардировке ВМС США, потому что мне нужны удостоверения личности и телефоны. Задача не из приятных.


"Когда вы закончите поиски, идите на юг, но немного восточнее по долине, там есть следы от уходящих раненых. Следуйте за ними до конца, даже если это тридцать миль. И ожидайте, что кто-то пойдет противоположным путем."


"Новый отряд?"


Я рассматривал их, когда они были готовы. "У тебя не так много мужчин, так что да, возьми их".


Он, наконец, увел команды, Волк Мерфи и его приятель последовали за мной, но я сдержал своих четырех шпионов с Митчем и Грини.


"Хорошо, вы, плохие парни, здесь для того, чтобы вас проверяли и развивали, и так оно и будет. У вас у всех есть вода и еда?"


"Сложено", - сказали они мне с ухмылками.


"Митч, ты идешь по западной стороне на юг, избегая разбомбленного района, и вдалеке ты увидишь холм с зазубренной скалой на нем, скажем, в двух или трех милях. Под этой скалой, где сходятся три долины, вас увидят и доложат.


"Если вы видите небольшой патруль FARC, вы устраиваете им засаду. Ранен, и позвони мне по спутниковому телефону. Не пользуйтесь радио, они вас обнаружат. Два или три дня, потом обратно. Иди. Подожди. Митч, если ты хочешь устроить ловушку, ты мог бы некоторое время пользоваться своими рациями."


Он кивнул.


Я наблюдал, как они тащились на запад через полосу, а затем приблизились к Хейнсу, когда он и сержант продолжали создавать свой командный центр. "Мистер Хейнс, мне нужен патруль из восьми человек. Когда ты будешь готов. Но возьмите с собой четырех британских волков, чтобы они ходили за вами по пятам. Сделайте эту восьмерку двумя командами. Уточни у Свифти."


Его сержант схватил винтовку и пошел на север по краю грунтовой взлетно-посадочной полосы.


Хейнсу я сказал: "Позже проверь все траншеи".


Подойдя к Моргену, он теперь строил деревянную раму, похожую на мою, и соединял две траншеи в одну длинную, сотрудники ПРЕССЫ больше копали, чем снимали, но добились хорошего прогресса.


Передняя часть моей траншеи теперь была сплошной, накопилась земля, и я срезал дерн и уложил его, чтобы немного замаскировать позицию. Стоя в траншее, я мог видеть и прицеливаться, но она была слишком глубокой для Саломеи. Она сделала ступеньку для себя из деревянных планок, которые я не видел, как они появились. И каждый раз, когда она проходила мимо меня, ей удавалось потереться обо меня.


Я набил еще мешков с песком и помог укрепить стены вокруг моего командного пункта, к внешним стенам насыпали кучу грязи, пол в центре углубили на шесть дюймов - и теперь я мог встать под мухобойкой. Он немного трепетал на ветру, и я подумал, выдержит ли он шторм.


Мой телефон зазвонил. "Это Рокко, мы на этой взлетно-посадочной полосе, командует какой-то полковник-янки".


"Доберитесь на вертолете до зоны 2, но захватите все запасные припасы, которые у них есть, воду и еду, дерево, пластиковые листы".


"Там чертова куча зеленых резиновых ковриков".


"Да? Приведи их. Что происходит на этом аэродроме?"


"Дюжина зеленых палаток, в некоторых - медики, вокруг патрулируют морские пехотинцы, морские пехотинцы на проволоке, джипы и грузовики - и несколько милых леди-репортеров".


"Выходи, когда будешь готов".


Положив трубку, я подошел к майору Таггарду. Его траншея была круглой, в ней хватало места по крайней мере для четырех человек, половину ее занимали мухобойки, была сделана стена, уложено несколько мешков с песком.


"Есть дерево, которое можно использовать, молоток и гвозди", - сказал я им. "Ваши люди готовы размяться?"


"Да, прошлой ночью они хорошо выспались", - сказал мне Таггард.


Я указал на северо-запад. "Посмотри на изолированный холм".


"Да".


"Они идут в гости, остаются на ночь и возвращаются, скажем, шестнадцать человек, два отряда по восемь человек. И как только они спускаются с холма, они остаются начеку, это страна бандитов. Если они видят местных, они оставляют их в покое, выращивание наркотиков - они оставляют это в покое, мы не расстраиваем местных здесь. Ранен, и позвони мне, мы пришлем вертолеты."


Я пошел обратно, попросив Хейнса проверить пробелы в саут-сайде и расставить людей вокруг. Я попросил его отправить патруль из своих людей и британских волков на несколько миль севернее, чтобы вернуться до наступления темноты.


Мой телефон зазвонил. "Это Моран, и парни проклинают твое гребаное имя".


"Что я сделал?"


"Повсюду части тела, и это воняет".


"Тогда быстро ищи и уходи".


"Подождите ... Есть живой, без ноги. Черт, это молодая женщина."


"Перевяжите раны, отнесите ее на полпути к вершине холма, мы встретимся с вами". Я обернулся: "Док Вилли, возьмите свою аптечку!" Я пошел на южную сторону, пока мужчины гадали, кто пострадал. "Бегущий медведь, отправь несколько человек вниз по склону, раненая пленница".


Он отправил четырех человек, остальные смотрели вниз. Я мог видеть Морана, и вскоре увидел, как они кого-то поднимают, когда рядом со мной появился Док Вилли.


Когда женщина прибыла, и ее было легко нести, Док Вилли посмотрел. "Оторвало ногу ниже колена, пульс в порядке, она выживет".


"Приближаются вертолеты, посадите ее на один".


Они понесли ее к командному пункту, когда головы выглянули из окопов, и я помахал сотрудникам прессы, которые немедленно начали снимать раненых боевиков РВСК. Один говорил по-испански и поэтому он с ней поболтал.


Тревор заметил: "Странно видеть женщину-солдата".


"Я убил здесь нескольких, и если бы у нее была возможность, она бы разрезала тебя на куски и кастрировала".


"Звучит совсем как моя бывшая жена. И когда она не смогла меня найти, она разбила мою машину."


"Ты жульничал?"


"Ну ... не совсем?"


"Не совсем? Либо ты засунул свой вонючий конец в другую женщину, либо нет ..."


"У меня была травма спины, а у массажистки была ... ну, хорошая пара, и одно привело к другому".


"У меня был очень похожий опыт, поэтому я не могу тебя осуждать. Но в то время я не был женат."


Когда вертолеты почувствовали свое присутствие, мы все посмотрели вверх и по сторонам, линия "Морских ястребов" приближалась, сопровождаемая "Хьюи", и если их целью была скрытность, они потерпели неудачу, Макс снимал странное зрелище неба, полного шумящих вертолетов.


"Морские ястребы" приземлились первыми, медики выбирались оттуда вместе с другими морскими пехотинцами, тащили тяжелые сумки и, кажется, палатки, полковник сошел с места и побежал к ним с опущенной головой, М16 в левой руке, шляпа надвинута. Мужчины отдали честь.


Я отдал честь. "Неразумно с вашей стороны находиться здесь, сэр".


Он перестал улыбаться. "Мои люди здесь, так что мне здесь чертовски хорошо".


"Если в тебя попадет миномет, они получат пропагандистскую победу. Дело не в размере твоих яиц. Вот почему у нас нет Объединенного комитета начальников штабов в окопе."


Он остановился, чтобы обдумать это. "Мне придется избегать этого раствора".


Я видел, как Док Вилли погрузил раненую леди и вернулся, "Морские ястребы" улетели, снаряжение выбросили на взлетно-посадочную полосу. Мужчины подбежали вперед и схватили это, большой запас канистр с водой и пакетов с пайками.


Пришли Хьюи и громко нарушили покой, Рокко ушел вместе с Робби и Билли, и было странно видеть Билли на поле боя. Появился Саша со своей командой, все загорелые, за ним следовали 14 разведчиков, их капитаны, все тащили припасы, большие зеленые мешки, полные мешков с песком.


Когда Хьюи ушли, мир восстановился, я сказал Робби: "На западной стороне есть траншеи, оставленные Ехо и SAS, захвати их сейчас и жди. Иди быстро."


Он провел 14 разведчиков по всему миру.


"Рокко, Билли, моя командная зона". Я указал. Собирайся, начинай копать. Полковник, если к нам поступят, раздобудьте компромат у майора Моргена. Любые запасные люди, они копают."


Я поприветствовал Сашу объятиями, когда морские пехотинцы посмотрели на нас, вскоре болтая по-русски с бандой. Я выделил им участок к югу от меня, и они принялись рыть траншею.


Я подошел к медикам, которые стояли с потерянным видом. Это были новые лица, не та компания, что была в Ла Нинге. "Я майор Уилко, и ... добро пожаловать во Вьетнам. Теперь слушайте! Вы можете получить ступкой по голове через пять минут или завтра. Здесь есть несколько пустых траншей, которые вы можете использовать, или просто залечь и надеяться, что к нам кто-нибудь подойдет."


Они не выглядели обнадеживающими.


"У вас есть палатки?"


"Да, несколько".


"Сначала вы перемещаетесь на двести ярдов севернее, так безопаснее, затем выкапываете квадрат размером с палатку, глубиной около двух футов. Палатка внутри, стены сделаны, мешки с песком заполнены. Я пришлю запасных людей помочь тебе."


Я повел их на север и призвал нескольких рекрутов из "Американских волков". "Помоги медикам копать, и быстро! Кто-нибудь из вас, сбегайте вокруг и принесите запасные кирки и лопаты." Я повернулся к медикам, когда они выбирали ровные участки. "Медики, полог вашей палатки обращен внутрь, высокая стена грязи позади вас. Не слишком близко к взлетно-посадочной полосе."


У медиков было двадцать теплых тел и еще тридцать волков, помогавших им, офицеры организовывали все, так что это не заняло бы много времени.


"А как насчет туалетов?" - спросила женщина-капитан.


Я уставился на нее.


Она обменялась взглядом со своими коллегами. "Тогда мы справимся".


"Вы спускаетесь по склону, но не в том случае, если идут минометы. Выкопайте отхожее место."


Она не выглядела счастливой.


"Кто здесь главный?" Я спросил.


"Я есть", - сказал седовласый майор.


"Вы хотите звонка из Пентагона, очень громкого звонка?"


"Нет, мы прекрасно справляемся с этими условиями". Он громко добавил: "Не так ли?"


"Да, сэр", вернулся.


Я взял с собой десять рекрутов-Волков и заставил их наполнять мешки песком или рыть траншеи для Морген и полковника.


Полковник спросил, держа наготове М16: "Мы ждем, когда они придут к нам?"


"Нет, сэр, мне просто нужно, чтобы команды были здесь, обосновались и окопались. Первые патрули дальнего действия вышли сегодня утром. Кроме того, это станет хорошей заманчивой мишенью, большим количеством радиопереговоров."


"Кто нас слушает?"


Я отвел его в сторону, и мы стояли на сильном ветру. "Я могу ответить на некоторые из ваших вопросов, сэр, но это может повредить вашей карьере".


Он приподнял бровь. "Еще больше шпионского дерьма".


"Да, сэр, ваш ... шпионское дерьмо."


"Наш?"


"Я держал это в секрете, но мы нашли тело бывшего сотрудника ЦРУ среди мертвых повстанцев ФАРК".


"Иисус. ФБР, ЦРУ, все распродаются."


"Когда речь заходит о наркотиках, можно заработать деньги, много денег для человека, который еще не готов уйти на пенсию - или стремится уйти на пенсию с пенсией, превышающей пенсию Министерства обороны. Держите это при себе, сэр, даже Лэнгли еще не знает."


"Почему, черт возьми, нет?"


"Я расставил ловушку, и кто-то в Пентагоне ее захлопнул".


Его лицо вытянулось. "Один из наших разговаривает с картелями?"


"Разговор с FARC".


Он посмотрел на юг и покачал головой. "Вы живете в очень странном мире, майор, теперь это мой мир. Трудно понять, кому доверять."


"Доверяй ворчунам, не доверяй шпионам".


Он сдулся. "Так что же мне здесь делать, кроме как избегать долбаного миномета?"


"Проектирование командного центра и руководство вашими морскими пехотинцами, сэр". Я отвел его назад, и он посмотрел на существующие траншеи. Он соединял их вместе и использовал больше мешков с песком.


"И не забывайте, сэр, когда люди спрашивают - это не еще один Вьетнам", - сказал я с улыбкой, Морген рассмеялся.


Морген заметил: "Эти грязные траншеи на склонах холмов в тропической стране совсем не похожи на Вьетнам".


Свифти зашел поболтать, и мы сели с Сашей выпить чашечку чая.


Час спустя зазвонил мой телефон. "Это Митч, и мы только что застрелили двух парней из хитроумного радиосканера".


"Где?"


"В сундуке".


Я вздохнул. Громко. "Где ты, идиот?"


Он рассмеялся. "На втором холме. Думаю, отсюда тебя видно."


"Я хочу этот сканер. Отправьте обратно двух мужчин, тем же путем, которым они ушли. Грини плюс еще один."


"Я расправлюсь с ними сейчас".


Я шагнул на западную сторону. "Слушайте внимательно!" Я закричал, из окопов показались 14 разведчиков, включая бутча Мэгги. "Патрули входят и выходят, не стреляйте, пока не будете уверены, очень уверены.


"Сложите свое снаряжение, возьмите кирки и лопаты и начинайте рыть дополнительные глубокие траншеи для двух человек с юго-западной стороны." Я указал. "Или увеличьте те, которые вы видите, сделайте их длиннее".


Робби начал приводить их в порядок.


"Робби, какие у тебя припасы?"


У всех есть 24-часовой рацион и вода. На том аэродроме скопилось еще больше."


"Напомни мне принести еще, если я забуду. У Эхо у всех есть консервы. Груши, заварной крем, мясной фарш ..."


"Счастливчики".


"Сержант-майор, вы могли бы быть в Бенидорме прямо сейчас", - поддразнил я.


"Я займу траншею".


Вернувшись в свой командный пункт, я обратился к Рокко и Билли. "Когда мы окопаемся здесь, вы двое будете управлять этой вершиной холма с полковником морской пехоты. Он хороший человек, у вас не возникнет никаких проблем. Майор Морген из морской пехоты, тоже хороший человек.


"Нам нужны ежедневные запасы в полном объеме и вода, у нас здесь около трехсот человек плюс морские пехотинцы на ближайших холмах. Рокко, прогуляйся вокруг, представься, объясни, что ты мой старший сержант."


"Где этот придурок, Томо?"


"Выйди в патруль, крикни ему, когда он вернется."


Он ушел. Я сел на мешки с песком рядом с Билли. "Ну что, старина, как-нибудь отдохнешь от работы?"


"Меньше старика".


"По сравнению с большинством ты древний".


"Я все еще в форме".


"Не дай себя убить здесь, мне нужно, чтобы ты запустил GL4".


"Я был на вершине холма, похожего на этот, когда ты был в школе", - напомнил он мне.


"Я слышал, что вы участвовали во Второй мировой войне, да".


"Отвали".


Подойдя к району майора Моргена, я увидел человека с большим радиоприемником, на самом деле двух мужчин с радиоприемниками, собранным снаряжением, боеприпасами и пайками. Почва здесь была рыхлой, так что траншеи выкопали быстро, даже Саломея засыпала.


Внизу, в зоне медиков, новобранцы-Волки занимались легкой обработкой углублений для палаток, выкопали три участка и быстро углублялись, земля использовалась для стен, Док Вилли болтал со старшим медиком.


Двадцать минут спустя прибежал Грини с одним из моих шпионов, оба сильно вспотевшие.


"Хорошо пробежался?" Я спросил.


"Поддерживает нас в форме". Он передал устройство, удостоверения личности и спутниковый телефон, прежде чем убежать трусцой.


Я отнес добычу майору Моргену. "У вас есть специалист по радио?"


" Два. " Он помахал одной рукой.


"Что это?" Я передал устройство.


"Стандартный сканер, сэр, наш армейский выпуск, но это более старая модель".


"Диапазон?"


"Несколько миль, если вы не высоко, сэр. Это немного похоже на радиосканер CB; он ищет сигнал в широком диапазоне частот, а затем фиксируется, и вы слушаете. Вы получаете направление, но на самом деле не расстояние."


"Спасибо. Каким ты был." Я передал ее Морген. "Пусть они убедятся, что он выключен, что внутри нет мины-ловушки, никакой бомбы. О, нам, вероятно, следует нанять авиадиспетчера Navy forwards."


Он указал. Техник-сержант морской пехоты, имеет одинаковую квалификацию с военно-морским флотом. Как они это сделали в Великобритании?"


"У нас есть авиадиспетчеры передового полка королевских ВВС, армейских не видел, и у нас есть подразделения ВМС, и у нас есть морские офицеры, которые проходят курс морской пехоты, а затем имеют право сойти на берег и вызвать артиллерию. Предполагается, что мои мальчики знают код RT.


"Но мой первый урок пилотирования, подарок, был в Cessna, гражданском клубе недалеко от авиабазы, на которой я служил. У моего пилота, старого жирного ублюдка, случился инсульт, так что мне пришлось попытаться посадить эту чертову штуковину, поэтому я полетел на свою авиабазу и связался по радио с секс-офицером.


"Позже я встречался с ней, что в Великобритании является нарушением закона, и она могла предстать перед военным трибуналом. Годы спустя я встретил ее сестру, Йемен, тоже авиадиспетчера, но ... работа мешает."


"Так бывает, когда ты находишься в таком месте, как это, во время своей годовщины".


"Женат?"


"Двадцать лет. И когда я вернусь, у нее будет длинный список оправданий, почему я должен тратить деньги на то, чтобы сводить ее куда-нибудь."


Я широко улыбнулся. "Зайди ко мне, прежде чем уйдешь, у меня есть доллары, которые можно потратить на местных осведомителей и припасы. Никто не будет скучать по ним."


"У меня уже были исследования контрабанды, задавались вопросы".


"Вини меня".


"Это единственная хорошая вещь, и твое имя заставляет их замолчать очень быстро".


"Я должен был заработать немного денег на этом чертовом фильме, но они даже не посоветовались со мной".


"И после этой кампании ..?"


"Да, мини-фильм, так что убедись, что тебя сыграет Брэд Питт".


Сев на стену из мешков с песком, я проверил спутниковый телефон и позвонил в Лондон, чтобы отследить его, отметив последние набранные номера, всего три, и зачитал удостоверения личности и номера.


Когда мой телефон зазвонил, это был полковник Мэтьюз. "Уилко, кто ранен?"


Я взглянул вдоль продуваемой ветром полосы на занятые команды. "Только что прибыли медики, мои дополнительные британские команды, а теперь и полковник Дехавилланд".


"Пока никаких контактов?"


"Мы только что поймали людей, которые шпионили за нами с помощью умного радиоприемника, вашего армейского комплекта".


"Наш? Это дерзко."


"Мы ожидаем здесь еще морских пехотинцев?"


"Еще больше морских пехотинцев наготове и на аэродроме. Новички были отозваны, но Дельты присоединятся к вам сегодня, получив временное назначение в ударную группу адмирала Маллоя."


Я вернулся к майору Моргену. "Ваши люди готовы размяться?"


"Конечно".


Я указал на холм к югу, напротив зоны 2-восток. Патруль из десяти человек, они ходят вокруг вершины и обратно дважды в день. Они ищут людей, шпионящих за нами."


Мы услышали глухой взрыв и посмотрели на юг, все стояли, на противоположном холме виднелось облачко дыма, на другой стороне разбомбленной долины карнаж. Зарегистрирован второй взрыв.


"Минометы", - отметил я.


"У нас там нет людей", - недоумевала Морген.


Минометная группа получила неправильные координаты. Предупреди всех своих людей о минометах, но быстро отправь этот патруль." Он включил радио, когда я кричал: "Резервные траншеи, приготовьтесь к минометам, но продолжайте копать!"


Я пошел к медикам. "Продолжайте окапываться, но будьте готовы нанести удар по палубе, минометы подходят к близлежащим холмам".


Главный майор спросил: "Какое название будет у этого места?"


"Ваш флот называет это LZ2".


"Я имею в виду, как основание верблюжьего носка".


"Ах. Подумай об одном, дай мне знать."


"Лагерь Нада", - предложила женщина-медик, ее команда засмеялась.


Я улыбнулся. "Это лагерь Нада. Повесьте табличку. И расстояние до Канзаса."


Квадратные углубления теперь были глубокими, была установлена одна палатка, глинобитные стены уже высотой в два фута, в некоторых местах еще выше с мешками с песком. Нам просто нужно было еще несколько часов.


На северной стороне я вызвал восемь опытных американских волков, и они приготовились к патрулированию. Я отправил их на северо-запад, чтобы они вернулись утром, предупредив о маршруте патрулирования SAS и патрулировании 2-й эскадрильи.


Вернувшись в командный пункт, Роко спросил: "Почему мы не используем радио?"


"Они могут подслушивать".


"К черту все, что они могут сделать".


"Они могли бы подражать тебе", - поддразнила я.


"Ha. Я думаю, что я должен быть на канале с Хейнсом."


"Да, обойдите вокруг и привлеките к этому старших людей, я послушаю, но предупредите их всех о потере чата".


"Я сделаю лучше, я попрошу их поболтать об армии Сьерра-Леоне, базирующейся на том холме позади нас, обо всех пяти тысячах из них".


Я рассмеялся. "Да, это должно испортить их отчеты разведки".


Минометы продолжали падать на холме напротив, напоминая людям о необходимости быстро окапываться. Я добавил дополнительные мешки с песком на свою крышу, уверенный, что прямое попадание убьет нас всех внутри, и что эта чертова крыша рухнет.


Подойдя к краю холма, я оглянулся на свое творение, и, кроме очевидной крыши, его местоположение было скрыто. В своей берлоге я выгнал Билли и срубил еще шесть дюймов, Билли выгреб их лопатой и соорудил из них стену, ударив по ней лопатой, чтобы она стала тверже.


"Когда здесь идет дождь, он сильный?" - спросил он.


"Это тропики".


"Тогда это место будет прекрасным".


"Но, по крайней мере, дождь будет теплым".


"Я собираюсь прорыть сток вниз по склону".


"Кажется, ты делал это раньше", - поддразнила я.


"Все солдаты учатся рыть траншеи на склонах холмов", - размышлял он. "Моя первая была в параграфах. 1972."


"Боже мой, брюки-клеш и Элвис".


Я проверил Крэба и Даффи, когда они организовывали себе траншею.


Краб поднял глаза, щурясь от яркого солнечного света, и спросил: "Что ты планируешь для этой партии?"


"Немного трудностей, несколько патрулей, затем повышение, посмотрим, кто сломается".


"Они попросили их стать добровольцами, а четверо не стали, поэтому их четверых выгнали".


"Пообщайся со всеми ними, узнай, кто хочет убивать ради забавы".


Он кивнул. "Похоже на предыдущую серию, но у этих парней была дерьмовая куча пустынных капель в Аризоне".


"Они ждали меня, но я был связан".


"Жаль Пита, я иногда ходил с ним на рыбалку".


"Многие люди ходили на рыбалку, но меня так и не пригласили".


"С каких это пор тебе нравится рыбачить?"


"Ну, в последний раз мне было ... десять лет. Но весной я попробую."


"Это расслабляет".


Патруль 2-й эскадрильи вернулся на закате, и они живо доложили о живописном ручье и водопаде, и я это запомнил.


Я подошел к Крабу. "Завтра ты возьмешь примерно треть новых волков, в двух милях к северу, там есть водопад. Вы устанавливаете точки засады, обучаете их, меняете их местами, используете как тренировочную площадку, затем возвращаетесь через день и меняете команды. Спросите парней из 2-й эскадрильи, где это."


Вернувшись в командный бункер, мы все еще могли слышать отдаленные выстрелы минометов, когда погас свет. Теперь у нас были простые деревянные скамейки по бокам, и мы уютно устроились на них, а лампа на батарейках давала нам некоторое освещение.


Саша протянул мне пиво, его траншея на пятерых человек уже была готова. "Как и в случае с базовым обучением, я копаю траншею, нет".


Полковник спросил: "Откуда ты?"


"Новоград, сэр."


"И как ты оказался в Echo?"


"Ах, долгая история, к тому же засекреченная. Но я был плохим парнем-наемником, в Африке, затем здесь, и мы с Уилко работаем здесь. Однажды мы летим на Хьюи недалеко от побережья к востоку отсюда, и к нам приближается ракета с тепловой самонаведкой.


"Мы летим быстро, но пролетаем над деревьями совсем близко внизу, и Уилко хватает меня за руку, и мы летим без крыльев. Мы врезаемся в деревья, они замедляют нас, и мы приземляемся в грязь."


Он задрал рубашку. "Дерево пронзило меня насквозь, но Уилко нашел меня в грязи, подлатал и отнес за десять миль к побережью для спасения на вертолете".


Полковник повернулся ко мне. "Ты спрыгнул с гребаного Хьюи?"


"Да, сэр, это казалось лучше, чем оставаться на борту, и все оставшиеся на борту погибли."


"Как вы пережили удар?"


"Деревья, сэр, я падал с ветки на ветку."


"Его порезали нахуй", - вставила Саша.


Полковник заметил: "Но вы все равно пронесли этого человека на спине десять миль ..."


"Да, и к тому же он тяжелый жирный ублюдок. Мне позвонили, а потом я потерял сознание."


Саша добавила: "Я проснулась на британском корабле "враг", и Уилко сказал, кто он на самом деле, и хочу ли я работать у него. Отдых для меня - это просто скучная кабинетная работа."


"Ха, " выдохнул Рокко.


Я сказал американцам: "У него есть девушка в Великобритании, которая не знает, чем он зарабатывает на жизнь".


"Это было бы трудно объяснить, " сказала Саша.


"Это было бы чертовски невозможно, " отметил полковник. "А эти французские солдаты?"


"Один равен 1ST Первый батальон был Иностранного легиона - большой черный парень, самбо."


"Самбо! Ты называешь его Самбо!"


Рокко и Саша рассмеялись.


Я объяснил: "Это его имя, сэр, Самбонвилл, сокращенное до Самбо, он сам выбрал".


"Господи, " выдохнул полковник. "А Док Вилли?"


"Название? Его выбор, сэр."


"Звучит как врач, лечащий от неприятных болезней." Он столкнулся с Саломеей. "Ты никогда не рассказывал мне, как ты оказался привязанным к Эхо".


"Я спасла ее, " вставила Саша.


"У меня все было хорошо, " настаивала Саломея.


"Тебя голого привязали к стулу, избили, и они собирались убить тебя ... " указал он.


"Я ждала своего момента", - настаивала она, заставляя нас смеяться.


Полковник указал на Билли. "А вы, майор, вы почти кажетесь нормальным".


Мы смеялись.


"Я двадцать пять лет прослужил в армии, поднялся по служебной лестнице, был полковым сержант-майором. Я служил в Омане и на Фолклендской войне. Я оформляю документы для Echo, и да - вменяемый по сравнению с этой компанией."


Полковник покачал головой. "Там, где я работаю, если вы теряете скрепку, это расследование".


Я сказал ему: "Мы ведем нерегулярную войну, сэр. А вот Рокко, он высунулся из "Хьюи" с пятидесятикалиберным пулеметом и сбил "Геркулеса"."


"Чуть не отстрелил мне пальцы на ногах", - вспоминал Роко.


"Где это было? - спросил полковник.


"Засекречено, сэр, " сказал ему Роко. "Нас не должно было там быть. По ту сторону границы."


Мой телефон зазвонил, Моран. "Мы видим минометные расчеты на трассе, может быть, в миле отсюда, сейчас мы доберемся до них".


"Капитан, не будь идиотом."


"Что ..?"


"Есть ли в море авианосная боевая группа?.. " поддразнил я.


"Ах, да. Они могут бомбить."


"Дай мне координаты после того, как посмотришь на карту." Я достал фонарик и блокнот.


"Какое-то действие? - спросил полковник.


"Расчет минометчика. Мои люди собирались проникнуть внутрь и застрелить их."


"За что им платят, " возразил Роко.


"Политика, старший сержант."


"Не смей на меня ругаться."


Саша смеялась над Рокко, когда я доставал свою карту из пластика. Моран перезвонил и сообщил координаты, и я их записал. На карте был показан след, так что это были правильные координаты.


Я вызвал корабль, пока остальные слушали. "Это майор Уилко, у меня запрос на бомбардировку. Есть бумага и ручка?"


"Продолжай."


Я зачитываю координаты. "Примерно в трех милях к югу от зоны 2, подтвердите местоположение изогнутой дорожкой на карте".


"Ожидание. Ладно, понял."


"Минометный расчет и грузовики в режиме реального времени."


"У нас готов самолет, пусть ваши люди убираются отсюда."


Я перезвонил Морану. "Не подходите близко, но присмотритесь и оцените ущерб. Тогда мне нужны телефоны и удостоверения личности."


"Мы снова копаемся в этих чертовых телах!"


"Это то, за что тебе платят. Перезвони мне."


Полковник заметил: "Вы передаете это?"


"Ваш флот заслуживает похвалы. И факт в том, что если бы это сработало должным образом, SAS подкралась бы к кому-нибудь и вызвала авиаудар или артиллерию. Предполагается, что они стреляют только в крайнем случае."


"Это верно", - вставил Билли. "Мы стреляем в целях самообороны, потому что в основном мы оцениваем и сообщаем. Мы должны оставаться незамеченными, как Уилко в Боснии."


Большинство смеялись.


"Я прочитал книгу", - отметил полковник. "И я думаю, они заметили Уилко".


Я рассказал ему историю о собаках.


"Господи, я бы чертовски испугался, если бы за мной гналась свора дрессированных собак", - отметил он.


Мы услышали отдаленный визг, вскоре сменившийся глухим рокотом. И грохот продолжался, Рокко подумал, что он увидел вспышку.


Мой телефон зазвонил. "Это Моран, и что не так с этими гребаными янки?"


"Что ты имеешь в виду?"


"Они ударили по минометам и грузовикам первой бомбой, убили всех, разбили грузовики и минометные установки, затем ударили еще восемь раз".


"Я узнаю. Не забудьте удостоверения личности."


Положив трубку, полковник спросил: "Проблемы".


"Военно-морской флот сбросил десять тонн бомб". Я вызвал корабль. "Это майор Уилко, адмирал здесь?"


"Ожидание".


"Майор Уилко?"


"Да, сэр. Ваши парни только что подстрелили минометный расчет, хорошая работа, но мои люди на земле неподалеку хотят спросить вас, почему у них больше не работают уши. Первая бомба уничтожила цель ..."


"Тренируйтесь, майор, потому что мы не так часто получаем работу вживую. Я знаю, что это перебор, но нам все равно, мы хотим, чтобы пилоты тренировались."


"Я понимаю, сэр, и я согласен. Я им это объясню."


"Был какой-нибудь сопутствующий ущерб?"


"Никаких, сэр. Спокойной ночи и спасибо." Я разглядел их темные очертания. "Военно-морские силы хотят попрактиковаться, им нечасто достаются задания вживую, поэтому они сбросили девять бомб на небольшую колонну грузовиков".


"Хорошая практика для пилотов, да", - согласился полковник. "Они могут не увидеть действия в течение десяти лет после этого".


Пиво освежилось, и мы все посмотрели вверх, когда зарегистрировался взрыв.


"Еще минометы?" - спросил полковник.


"Нет, может быть, ракета", - предположил я, выходя вместе с Рокко.


Взрыв на южном холме, и мы увидели сноп искр.


"Это не миномет", - заметил Роко.


Вернувшись в дом, я сказал им: "Ракеты дальнего радиуса действия, как на границе с Коста-Рикой. Итак, кое-что осталось." Я позвонил майору Харрису. "Фрэнкс с тобой?"


"Да".


"Скажи ему, что к нам прибывают ракеты большой дальности, такие же, как в прошлой партии. Передайте это по порядку, у FARC осталось несколько человек, с которыми можно поиграть."


"Сойдет. И я получил отчет минометного расчета."


"Позвони Морану через полчаса".


Следующая ракета была к северу от нас.


"Что, черт возьми, это было?" Роко замешкался. "Это дерьмовая цель. Это в миле от последней посадки."


Пятнадцать минут спустя ракета упала на склоне холма рядом с нами, люди пригнулись.


"Так-то лучше", - похвалил Роко. "Теперь они выпили свой кофе".


Я взглянул на карту. "Последние два попадания были по склонам этих холмов ... итак ... двадцать пять миль дают нам ... по этому пеленгу ... след в лесистой местности".


Я записал координаты и вызвал корабль. "Это майор Уилко, у меня есть для тебя задание".


"Продолжай."


"Обратите внимание на эти координаты." Я зачитал их, и он прочитал их в ответ. "Двадцать пять миль вглубь территории Колумбии, так что сначала проверь политическое мнение".


"Погоди ... Адмирал говорит, к черту политические взгляды."


"Достаточно справедливо. Мне нужны глаза, поиск экипажей ракет и грузовиков, ракеты запускаются в режиме реального времени, но вы должны быть осторожны, сначала нам нужна положительная идентификация, и ваш пилот будет привлечен к ответственности. Здесь случайно не разбомблены грузовики фермеров."


"Мы определим критерии с помощью the Prowler, сигнала "вперед"."


"Не могли бы вы послать морских пехотинцев или морских котиков на вертолетах поблизости, и они ворвались бы и забрали удостоверения личности и телефоны, только пять минут на земле."


"Я добавлю это в описание миссии."


"Отлично. Удачной охоты." Положив трубку, я сказал: "Разговаривать с этими парнями из военно-морского флота - все равно что общаться с гребаным компьютером".


Полковник вставил: "Ты становишься командующим флотом на авианосце, если ты чертовски крут, входишь в пятерку лучших процентов. Без ошибок."


"А ваша судьба, сэр?"


"Мы пехотинцы, мы можем совершать ошибки. Но если у тебя есть доступ к дорогим самолетам и опасным бомбам, они не допускают ошибок."


Взрыв на западе, и морские пехотинцы получили удар, Морген по радио. "Никто не пострадал", - наконец сообщил он. "Но это их разбудило".


Мой телефон зазвонил, Боб Стейнс. "Привет, ╧ 1"


"Я говорил с номером 2, он будет здесь через несколько дней."


"Хорошо, некоторый прогресс."


"Основная причина звонка, я думаю, Теротски дал нам кого-то другого. Если имя не шутка, то это полковник Рейвуд."


"Почему шутка?"


"Это было записано фонетически, как простой код."


"Есть какие-нибудь подсказки относительно того, кто он такой?"


"Угадай, как я узнал?" он гордо позировал.


"Потому что ты гениален."


"ДА. У меня есть списки выпускников Вест-Пойнта за прошлые годы, поэтому я учел возраст полковника. М.Дж. Рэйвуд. И, подождите, они с гордостью перечисляют его достижения и публикации, у меня даже есть фотография. Он был разведчиком сигналов, с пробелами, так что, возможно, АНБ или ЦРУ. Вышел на пенсию три года назад. И, для переворота, он мертв. "


"Я думаю, он все еще может быть теплым."


"Да, но где-то прячется."


Я вышел. "Я хочу его вдову и детей, потому что он, вероятно, присматривает за ними финансово. Потратьте немного денег."


"Оставь это мне."


Вернувшись в дом, полковник спросил: "Что-нибудь?"


"Часть головоломки, сэр." Я позвонил в Томск и попросил доставку на русском, Саша и Саломея смеялись над деталями.


Час спустя позвонил Харрис. "Они нашли экипаж ракеты и разбомбили их после того, как пилот получил визуальное изображение, ракеты были видны в свете фар грузовика".


"Очень профессиональные экипажи ракет, нет!"


"Морские котики приземлились, получили телефон и несколько окровавленных удостоверений личности. Они у Фрэнкса."


"Что ж, пока мы добиваемся хорошего прогресса. Какие там офицеры?"


"Все упрямые и без чувства юмора. Рад, что тебя здесь нет."


"Что, черт возьми, это значит?"


"Ты не такой, как они, другой ... стиль. Они бы пристрелили тебя за то, что ты не заполняешь анкету, когда пользуешься туалетом."


Когда взошел рассвет, я бродил вокруг, обдуваемый прохладным ветерком, проверяя людей на олене. Таггард проснулся и потягивал пиво.


"Ваш патруль звонил?" Я спросил.


"Да, там все уютно, ни в кого не стрелять и даже не кричать. Ракеты прекратились ночью."


"Прекратились после того, как янки разбомбили их. Янки добрались и до минометного расчета."


"Эти парни из FARC изменят свое мышление и попробуют что-нибудь другое. Или у них никого не останется."


"Да, они будут ... изобретательны."


После завтрака я отправил Рокко к новобранцам "Американских волков", чтобы прочитать пару лекций. Теперь медики хорошо окопались, и у них появилось немного свободного времени, чтобы собраться с силами.


В 11 утра "Скайвэн" был на подходе, все подготовились заранее, вызвали флот - на всякий случай, если они сбили его. Приземлился он плавно, шестеро местных мужчин вскоре разгрузились. Я пошел вперед, схватил тяжелый белый унитаз и потащил его обратно к медикам, бросив перед женщиной-врачом, которая жаловалась.


"И что мне с этим делать, майор? " спросила она, уперев руки в бедра.


"Хотите, я продемонстрирую?" Я спросил, когда ее коллеги ухмыльнулись ей.


"Он смывается?"


"Вы используете воду вручную, чтобы смыть ее. Там есть дерево, так что иди построй сарай на склоне. Используй эту свою степень."


"Моя степень была в медицине, по специальности, а не в сантехнике!"


Я пошел и принес ей деревянные доски. "Не получи занозу в задницу".


Теперь нам пригодились очень большие пластиковые емкости для воды, деревянные доски, молотки и гвозди, пилы и шестьдесят гофрированных металлических листов. У нас также были куры в клетках и свиньи. Я попросил Крэба и Даффи захватить животных, новых американских волков, чтобы немного попрактиковаться.


Последним блюдом была моя пицца; пепперони. Я сел в командной зоне и открыл ее.


"Ты заказал гребаную пиццу! - спросила Морген, когда "Скайван" отъехал.


"Почему бы и нет." Я заправила одеяло, ревнивые мужчины пялились на меня, Макс делал снимки сбоку.


"Майор Уилко, это несправедливо, " пожаловался полковник, уперев руки в бока.


"Хорошо, " выдохнул я. "Можешь взять кусочек".


"Отлично." Он взял кусок, когда Морген пожаловался на понижение в звании, и я отдал кусок Саломее, кусок для Билли и последний кусок для Саши - его люди громко жаловались.


Покончив с пиццей, я спросил Тревора, как у него дела.


"Это как вернуться к упражнениям на Брекон Биконс. Копать траншею, готовить пайки, смотреть на овец, метать молнии сержантами, стоять. Только это ракеты."


"Подожди, пока пойдет дождь, тогда ты вспомнишь Уэльс."


Морген схватил дерево и положил его поперек теперь уже длинной траншеи, сверху положил два куска гофрированного металла, сверху насыпал кучу грязи высотой в два фута.


Я сделал обход, и когда я вернулся к Билли, он же Боб Строитель, у меня был деревянный треугольный каркас над траншеей, металлические листы прижаты к дереву под углом сорок пять градусов, насыпана земля.


"Мы начинаем выглядеть организованными, " сказал я команде, Робби хватал металлические листы и стаскивал их.


Я взял металлические листы, согнул их посередине и положил поверх волчьих траншей, чтобы они могли выглядывать наружу. "Придумайте еще что-нибудь", - сказал я им. "Сверху грязь, чтобы она не блестела".


Сидели с пивом, мимо прошла свинья, посмотрела на полковника, когда он уставился на нее сверху вниз, и пошла дальше, вскоре за ней погнался рекрут-Волк, мужчины смеялись.


Вскоре свинья побежала в противоположную сторону, парни из SAS дразнили молодого Волка чем-то ужасным. Пресытившись, он поднял винтовку и застрелил свинью под громкие жалобы. Он утащил его обратно на север.


Билли отметил: "Итак, большой злой волк никогда не пыхтел и не крушил дом, он подумал - к черту это, и застрелил их из Валмета, приготовил и съел бекон".


Мой телефон зазвонил в полдень, когда я подумал, что отвратительные черные тучи на востоке могут принести нам небольшой дождь, или много дождя. По крайней мере, у многих траншей теперь была металлическая крыша.


"Это Моран, к вам приближается транспортный самолет, под ним что-то подвешено!"


Я уронил телефон, поднял винтовку и выпустил очередь. "Приближается! Приближается самолет, уходите в укрытие!" Я указал на радиста. "Вражеский самолет приближается с юга!"


Он включил радио, когда я схватил свой телефон и быстро повел Рокко на юг. Когда мы достигли конца полосы, мы услышали отдаленный гул, теперь напрягаясь, чтобы разглядеть его, прибежал Макс.


"Макс, не высовывайся!"


"Там", - указал Роко.


Двухмоторный транспорт был низким, всего в двухстах футах над холмами, и это мог быть перевозчик наркотиков.


"Что это значит?" Рокко озадачен.


"Не наркотики", - отметил я. "Может быть, бомба".


"Как это взлетело с чем-то подвешенным?" он озадачил.


"Где мои снайперы, когда они мне нужны, а? Бегущий медведь, целься в этот самолет." Я передал: "Всем людям на южной стороне, прицелиться в приближающийся самолет, проверить углы и не стрелять друг в друга. Приготовьтесь к своим окопам."


Я посмотрел на юг. "Расстояние?"


"Миля".


Мы опустились на колени и приготовились, настроили прицелы, люди Бегущего Медведя целились из своих траншей.


Робби появился рядом со мной. "Что это за комок под самолетом?"


"Скорее всего, бомба", - сказал я ему, когда он приготовился. "Или доставка местной почтой".


"У нас будут неприятности, если это почтальон", - язвительно заметил он, опускаясь на колени и прицеливаясь.


Когда транспорт миновал холм к югу, я начал стрелять, целясь высоко в кабину, но потом подумал, что выпуклость может быть бомбой, и поэтому прицелился в нее, выпустив десять патронов, Рокко и Робби выпустили патроны.


Визг, крик Макса, и я открыл левый глаз, чтобы увидеть две ракеты с тепловой самонаведкой, проносящиеся мимо, оставляя за собой большие следы белого дыма. Белый шар с волной давления быстро расширился от плоскости и направился прямо к нам, когда мои глаза расширились.


Мы все отвернулись, опустив головы, вскоре нас лягнул мул, в ушах зазвенело. Разворачиваясь, самолет был разорван на мелкие кусочки и плыл вниз, некоторые части вращались, большое облако дыма задержалось.


"Реактивный самолет!" - крикнул Роко. "Это неправильно".


Я посмотрел вверх: F18 раскачивался примерно на высоте тысячи футов, прямо над облаком дыма. И было тихо. "Пламя погасло. Его двигатель выключен."


Пока мы стояли во весь рост и наблюдали, F18 резко накренился вправо и сделал круг над LZ2-west.


"Его колеса спустили", - отметил Робби.


"Он собирается приземлиться?" Рокко озадачен, Макс снимается с Тревором.


F18 сделал вираж, быстро теряя высоту, и резко развернулся, опустив закрылки, и казалось, что он врежется в палатку медиков.


Ему удалось не зацепить колесами их палатку, он сильно накренился и выпрямился, вскоре коснувшись земли плавно и тихо, нос задирался вверх и вниз, когда пилот нажал на тормоза, F18 снизил скорость до ползания в сотне ярдов от нас, остановившись всего в двадцати ярдах от нас, когда мы обошли его сбоку.


Фонарь кабины поднялся на несколько дюймов, пилот, по-видимому, нажимал кнопки в течение двадцати секунд, вскоре отстегнул ремни безопасности, кабина поднялась, и он вылез задницей вперед, ступенька нашлась в обшивке самолета, затем он просто опустился, когда прибежал командный состав.


Сняв шлем, он оглядел лица: мужчина лет тридцати с небольшим, слегка полноватый, с редеющими светло-каштановыми волосами.


"Удачное приземление", - сказал я ему. И добро пожаловать в LZ2. Но я думаю, комиссия по расследованию установит, что вас следовало выгнать. Когда ты пришел в себя, у тебя не было места для маневра, и ты чуть не убил себя - и некоторых из нас вместе с этим!"


Он кивнул. "Я должен был катапультироваться, да, но ... Я увидел полосу и сделал выбор. Однажды над небольшой островной полосой вспыхнуло пламя, сбило птицу."


"Мы доставим вас обратно на ваш корабль", - предложил полковник.


Пилот отдал честь. "Благодарю вас, сэр".


"Мы не можем оставить эту штуку там", - сказал мне Роко. "Столкни его за борт".


"Столкнуть его за борт?" - пожаловался полковник.


Рокко громко сказал ему: "Этот гребаный фаллоимитатор установлен на самой высокой точке самого высокого холма в округе, они могут видеть его за мили, и все долбаные сонные минометные и ракетные команды будут целиться в него!"


"Это дорогой самолет, мистер".


"Он прав", - сказал я полковнику. Они нацелятся на него, потому что это дорогой самолет, и они убьют или ранят кого-нибудь из нас, десять человек. Этот самолет стоит вашей жизни, сэр?"


Полковник уставился на него в ответ. "Пилот, его можно отодвинуть назад, на другой конец?" Мы можем забросать его мухоморами."


"Есть трудный момент, сэр, если у вас есть веревка".


"Никакой веревки", - отметил я. "Но мы можем достать немного. Можно ли ее выпустить самолетом?"


"Вылетел?" - повторил пилот.


"Да, вылетел. Вы взлетаете с авианосца, так что, если это можно исправить, можно ли улететь с этой полосы?"


"На корабле у нас есть катапульты! Вот ... " Он взглянул на полосу. "Может быть достаточно длинным. Но мне понадобится разрешение; это рискованно."


Я ткнул пальцем через плечо. "Смотри, у тебя перепад высот шестьсот футов, и если ты правильно накренишься, то получишь долину. Допустимая погрешность."


"Я должен был бы посоветоваться со своим боссом".


Я достал свой телефон и набрал номер. "Майор Уилко для адмирала Маллоя".


"Значит, ты Уилко", - отметил пилот. "Ты похож на того парня из фильма".


Я вздохнул, мои плечи опустились.


"Майор Уилко? Мы с тобой попали в авиакатастрофу?"


"Да, сэр, но ваш пилот совершил превосходную посадку, которую засняли репортеры, так что это будет на CNN позже".


"Ах, превосходно".


"Послушайте, сэр, не могли бы вы прислать техников осмотреть самолет, это было простое возгорание, поэтому я думаю, что мы могли бы улететь с этой полосы. Если нет, ФАРК заявят, что они сбили его, тогда ударьте по нему из минометов и провозгласите победу."


"Команда отправится в путь через десять секунд". Он повесил трубку.


"Команда в пути", - сказал я пилоту. Я указал на F18. "У вас есть десантные танки и ракеты. Если их снять, слить топливо, чтобы у вас оставалось ровно столько, чтобы добраться до корабля, вы будете легче, верно?"


"Что ж ... да."


"Если ты не выпутаешься, я найду того, кто это сделает". Я повернулся к Максу. "Ты определился с посадкой?"


"Да, и ракеты, и взрыв".


Отредактируй это, отправь. Но запомните правильное написание его имени."


"Это просто", - сказал пилот. "Лейтенант-коммандер Килька, позывной Собачья рыба".


Я уставился на него, мы с полковником обменялись взглядами. "Я этого не понимаю".


"Я выбираю рыбу-Догфиш", звучало круто, потому что в школе новичков меня называли кошачьим кормом".


"Ах", - выдыхаем мы. "Давай угощу тебя чашечкой чая, собачьим кормом".


Мы направились вниз по стрип-стрит, медики были наготове, но в них не было необходимости, и вскоре мы начали готовиться.


Адмирал был верен своему слову, и мы высадили двух морских ястребов, когда мы выпивали наши чашки, людей и снаряжение, когда мы помогали, группу инженеров и командира.


Командир подошел к нашему пилоту, и не с его счастливым лицом. "Что, черт возьми, произошло?"


" Макс, покажи ему фильм, " вмешиваюсь я.


Макс показал запись, Командир уставился на маленький экран, прикрыв его рукой от солнца.


Командир наконец поднял взгляд, когда его техники открыли панели на F18. "Волна давления. Это был адский взрыв."


Я сказал ему: "Транспорт перевозил взрывчатку, чтобы сбросить ее на нас здесь".


"А если бы они это сделали?"


"У нас были бы убитые и раненые".


"Итак ... мы можем утверждать, что спасали жизни, шли на большой риск, храбрый пилот ..."


Я скрестила руки на груди и уставилась на него. "Вы занимаетесь пропагандой, мистер?"


Он изучал лица. "Хороший отзыв для группы".


Я взглянул на полковника. "Полковник?"


"Они подорвались на бомбе".


"Они никогда", - вмешался Макс. "Я смотрел в замедленной съемке. Бомба взорвалась до того, как взорвались ракеты, люди стреляли в нее."


Макс, отредактируй запись кусочком. Снаряды попали в бомбу". Я задержал на нем взгляд.


"Ракеты попали в бомбу", - отметил он.


"И Макс, не забудь о времени на борту корабля, хорошенько о них напиши".


Он повернулся лицом к Командиру. "Я хочу полет на EA6, запуск с катапульты, или никакой гребаной истории".


"Сделано".


У меня возникло подозрение, когда техники осмотрели самолет, и через полчаса F18 медленно потащило назад, пилот сидел за рулем. В дальнем конце мы заложили мешки с песком под колеса, двигатели завелись, громко воя в течение десяти минут, прежде чем их заглушили.


Десантные баки убраны, ракеты аккуратно извлечены, и два "Морских ястреба" прилетели, чтобы забрать дорогие вещи и высадить двух офицеров. Один подошел к южному концу полосы, другой к F18, выстрелил из лазера, расстояние отмечено.


Они подошли к нам. Длина этой полосы составляет примерно 600 ярдов, что ... почти законно для порожнего F18. С минимальным расходом топлива это возможно, но сопряжено с риском. Здесь есть немного травы, которую мы также можем разровнять и выкопать с обоих концов."


"Рокко, все инструменты, все доступные волки", - громко позвал я. Он пошел на север.


"Сколько это добавит?"


"Может быть, ярдов шестьдесят".


"Звучит неуверенно".


"Это риск".


"У тебя есть долина", - указал я.


"Если бы полоса шла под углом вниз по долине ... тогда это было бы лучше. Ветер тоже боковой. Если ветер изменит направление, мы можем прибавить двадцать узлов, и это поможет."


"Свяжитесь со своим кораблем, получите прогноз погоды". Они подошли к радисту, который вскоре сообщил об усилении ветра, за которым последует надвигающийся шторм.


Я сказал им: "Мы можем подождать несколько дней, может быть, мы сможем повесить зеленые мухобойки над самолетом, чтобы скрыть это, но ... к нам летят ракеты".


"Адмирал сказал нам: верните самолет или не возвращайтесь".


"Ах. Найдите траншею, которую можно назвать домом, и переждите немного ветра."


Рокко выкопал оба конца полосы и утрамбовал землю, и на южной стороне теперь была подходящая дорожка, изгибающаяся над концом подъема и немного спускающаяся вниз. Тем не менее, это добавило несколько дополнительных ярдов.


Участок за трассой F18 был раскопан и выровнен, и это дало нам дополнительные 30 ярдов. Мы действовали почти легально, ставки были отменены. Счет был 2:1 в пользу катапультировавшегося пилота, самолет взорвался на дне долины.


Прогремел взрыв, и люди стали озираться по сторонам. "Западный холм", - доложил Морген.


Второй взрыв на том холме, и морские офицеры забеспокоились. Я помахал Командиру. "Что делает ветер, он переменился".


Он смотрел на юг, на юго-восток. "Да, немного освежает. Это помогает."


Взрыв в долине, и ракеты летели в нашу сторону.


Я сказал ему: "Найди траншею рядом с самолетом и надейся".


Он бежал трусцой в ту сторону. Я повернулся к окопам командного района. "Доберись до обложки! Поступление!" Я также передал предупреждение, вскоре несколько голов поднялись над уровнем земли, на палубе осталась только большая соблазнительная мишень в виде F18.


В моем командном центре кипит бой, ракета попала около 14 км/ч, никто не пострадал. Следующая ракета, одиннадцать минут спустя, приземлилась за медиками, но близко.


Я выбежал и уставился в ту сторону. "Медики, вы в порядке?" Я передал.


"Отвали!" - прозвучало в ответ.


"Повтори последний фрагмент", - заявила я, озадаченно нахмурившись.


"Сарай, который мы построили, был взорван."


Когда небо потемнело, вокруг прокатился смех. Я взглянул на восток, на собирающиеся грозовые тучи.


"Это действительно дерьмовые новости", - пришло от кого-то.


Другой голос сказал: "У вас есть прикроватные тазики для пациентов, пользуйтесь ими".


Когда ракета приземлилась в восточной части долины, я прошел по полосе, мимо палаток медиков и траншей, и спустился к техникам F18. "Ракеты пролетели мимо, сейчас они должны быть в безопасности, но если вы не уйдете в ближайшее время, на нас обрушится шторм".


Командир поднялся и посмотрел на юг. "Ветер в двадцать узлов, свежеет".


Я повернулся лицом к пилоту, когда он вылезал из траншеи. "Ну?"


Он повернулся лицом к командиру. "Мы легальны?"


"Длина законна, птица законна, просто обстоятельства ... не указаны в книге".


"Послушай, Собачий корм, если ты совершишь этот взлет с включенными камерами, о тебе сегодня расскажет весь CNN. Если тебе придется катапультироваться, мы сотрем пленку. Как тебе это?"


Он взглянул на Командира. "К черту все, я говорю, мы уходим, сэр".


Командир рассмотрел свои варианты и свою будущую карьеру. "Я разрешаю взлет".


Подняв колено и поставив ногу в нишу, пилот поднялся на борт своего реактивного самолета, нескольким Волкам пришлось передвинуть траншеи или разогреть морды. Пристегнувшись, он провел проверку, кабина была закрыта. Сигнал командиру и техникам, стоявшим в стороне, и он запустил двигатели, на проверку ушло десять минут, ракета приземлилась на LZ2-восток, никто не пострадал.


Когда почти все стояли и смотрели, а не сидели в окопах, Макс и сотрудники ПРЕССЫ снимали с южной оконечности, мы услышали пронзительный рев, на северной оконечности были видны люди, закрывающие уши руками.


Нос опустился и поднялся, и F18 двинулся вперед, казалось, мучительно медленно, но когда он проезжал мимо меня, казалось, что он делает сто миль в час. У подножия горы он нырнул вниз и скрылся из виду. Я ждал, когда откроется желоб.


Но вместо этого он появился справа, сделал правый вираж и полетел вниз по уровню долины на протяжении мили, затем поднял нос прямо вверх, и он поднялся вертикально, прежде чем перекатиться через вершину.


"Умная задница", - крикнул Роко.


F18 прожужжал над нами и помчался на восток, "Морские ястребы" забронировали для техников перед началом шторма. Я ждал радиста, и собачий корм благополучно приземлился. Макс мог бы разослать фильм.


"Морские ястребы" забрали счастливых техников, и они ушли, улыбаясь и маша мне на прощание, а я схватил последние несколько металлических листов и втиснул их в свой командный центр, чтобы закрыть пробоины. Я использовал дерево поперек них и прибил части к моей опорной древесине, полностью перекрыв две стороны.


Снаружи я передал: "Все команды, приготовьтесь к шторму, убедитесь, что пончо плотно прилегают и на них тяжелые мешки с песком. И мне плевать, что ты мокрый, ты содержишь оленя."


Я позвонил Морану. "Ты сейчас промокнешь".


"Ты хочешь, чтобы мы вернулись?"


"Нет, настройка и ОПЕРАЦИЯ, постарайся остаться сухим".


"Там, где мы разбили лагерь, есть несколько хороших деревьев, мы можем оставаться сухими и наблюдать за дном долины".


Следующим я позвонил Митчу. "Ты там в порядке?"


"Да. Собирается ли дождь?"


"Все будет кончено, так что устройте счастливый дом".


"У нас есть местечко, не такое уж плохое".


Патруль SAS вернулся как раз вовремя, Волки у водопада сказали разбить лагерь там. Они сообщили о навесе.


Я добавил балласта к своим опорам для мухоловок, и это было все, что я мог сделать на данный момент, вскоре внутри и вне ветра, так как начался дождь.


Моя траншея теперь соединялась с несколькими другими, так что мы могли передвигаться, если бы по нам открыли огонь, но многие участки были открыты дождю. Билли, однако, вырыл узкий канал, чтобы вода стекала вниз по склону.


У полковника и майора Морген была надежная крыша, у Хейнса была надежная крыша, но у нескольких пар в качестве крыши было только пончо.


Пытаясь заварить кашу, Билли сказал: "Если ветер изменит направление, эта махалка будет парашютом".


"Да", - согласился я, металлические листы слегка задребезжали. Я засунул между ними ткань.


Вскоре мы сидели в темноте, когда хлестал дождь, ударялись о металлические листы и мухобойки, раздавался странный звук, и мы, конечно, не увидели подкрадывающихся к нам вооруженных до зубов повстанцев. В нескольких милях к западу я мог видеть яркое солнце, только то, что шторм теперь навис над нами и движется на север.


Билли указал. "Вон там неплохо смотрится".


"Когда я был здесь в первый раз, я промок, но днем ты высохла. Ночью ты оставался мокрым и чувствовал себя неуютно."


"На Фолклендских островах мне было мокро и холодно с той минуты, как я приземлился. Первый горячий душ на корабле был великолепен."


"Здесь нет горячего душа, не то что унитаза".


"Не повезло медикам".


"Я достану им другую".


Дождь продолжался час, и, прогуливаясь, мы теперь были в грязи, все мужские ботинки были в грязи, некоторые мужчины были в грязи по колено. Но побег Билли спас нас, вода, как видно, стекала по склону, и он с гордостью указывал на это всем и каждому.


Звонил полковник Мэтьюз. "Только что посмотрел CNN, и этот инцидент с F18 невероятный. В конце шоу у них также был перерыв, вертолеты снимали на видео, как они приближаются, играла музыка войны во Вьетнаме."


"Не уверен, что это хорошо, многие из ваших сенаторов все еще указывают на Вьетнам как на причину, по которой не стоит ввязываться в небольшие войны".


"Это уменьшается, и избиратели хотят крови".


"В этом-то и проблема, в желании избирателей действовать. Кто-то ... может это использовать."


"Кто-то ... ты имеешь в виду правых ястребов?"


"Над вами есть люди со скрытыми намерениями, но я еще не совсем разобрался в этом. В любом случае, мы переведем многие команды в новую зону, в двенадцати милях к юго-западу, на холм над деревней. Сделай пометку. Назовем это LZ3."


Положив трубку, я уставился на нее, не имея намерения создавать LZ3. Я набрал номер Миллера, и он перезвонил через десять минут.


"Уилко, ты за мной?"


"Я только что сбросил кое-какую ложную информацию полковнику Мэтьюзу в Пентагоне. Посмотри, к чему это приведет, ключевое слово - LZ3."


"Я готов, и мне интересно посмотреть, к чему это приведет. АНБ может искать меня по ключевым словам."


Я позвонил Тинкер. "Пусть ваши люди проверят пограничную зону, все спутниковые телефоны, даже если им несколько недель. Нарисуйте несколько шаблонов."


"Мы скорректировали наш подход к Тиухане, и мы думаем, что теперь у нас есть хорошее понимание групп".


"Это моя следующая проблема, после этой проблемы. Реджи дома?"


"Да, он был усерден в этом".


"Проверь, нет ли здесь звонков".


"Я тебе перезвоню".


Он вернулся к работе через десять минут, когда солнце висело низко. Неделю назад мы получили телефонный звонок из Вашингтона в местечко в тридцати милях к югу от вас. Если мы используем местную точку, у нас есть два спутниковых телефона, используемых в радиусе ста ярдов, и один связывает с Бразилией и Медельином."


"Медельин все еще бесится, да. Попросите вашего режиссера сделать это главным приоритетом. И выясни, что находится на месте, дай мне координаты."


Я шагнул к Морген. "Пусть ваши морские пехотинцы отправят людей на запад и восток к следующим холмам, пожалуйста, проведите ночную операцию в южной долине".


Он отдавал приказы своим капитанам, вскоре включилось радио.


Я добавил: "И выясни, что случилось с тюленями".


Поступил вызов, и адмирал Маллой хотел, чтобы они прибыли на корабль для операции по захвату. Это мало что изменило, но было бы неплохо быть в курсе.


Тинкер перезвонила, когда я сидел с пивом в пахнущем сыростью командном центре, с грязью на ботинках. Я записал координаты. Он объяснил: "Это дорога и группа жилищ, больше о ней ничего не известно. Это не рассадник телефонных звонков, а значит, и не деревня."


"А бразильский конец?"


"Город Пайзо, северо-восточное побережье".


Я позвонил Фрэнксу. "Город Пайзу в Бразилии".


"Где находится компания по производству медицинских опиоидов".


"Есть телефонная связь с местом в тридцати милях к югу от меня, а также с Вашингтоном".


"Наркотики для этой компании. Я проверил их, они кажутся чистыми."


"Они всегда выглядели чистыми. Продолжайте искать и проверьте владельцев акций и директоров. О, и тихонько проверь покойного полковника Рейвуда."


"Умерший?"


"Когда дело доходит до ЦРУ, это относительный термин. Будьте осторожны, он может быть крупным игроком."


Полковник приблизился. "Может быть, нам усилить нашу игру здесь, показать ее им - если позволит погода?"


Я увел его прочь, свет угасал, дул прохладный ветер - и теперь под ногами грязь. "Когда это началось, казалось, что речь идет о наркокартелях, которые трахают друг друга, но потом мы узнали о Теротски и ракетах, и игра изменилась.


"Мы знаем, что они хотели убрать местного наркобарона, а вместе с ним и меня, и это имело смысл - его территория многого стоит. Эти холмы фермеры используют для выращивания кокаина, а он его продает. Но затем последовали смерти Теротски и Ли Син, и ракеты, выпущенные по вашим кораблям. Это было ... странно.


"Что мы имеем сейчас, так это то, что FARC подталкивают напасть на меня здесь, пока немного неубедительно, но с моим прошлым здесь понятно, что они хотят добраться до меня; им не нужно много подталкивания.


"Но все еще есть игроки, и я не знаю, что они задумали, или почему они вообще были вовлечены, поскольку теперь они, должно быть, задаются вопросом, смогут ли они захватить эту территорию, защищенную старыми добрыми НАМИ из A."


Он кивнул. "Чтобы понять людей, нам нужно знать, что их мотивирует. Если это просто деньги, это легко, но если они хотят отомстить, если это идеология, это сложнее."


"Верно, сэр".


"Итак, ты ждешь".


"Да, сэр, и мои разведчики получают информацию о тех людях вон там, которые подталкивают ФАРК".


"И если вы поймаете этих людей, то больше никаких подталкиваний".


"Верно, сэр. Но я не могу понять их и их мотивы. Нормальный человек не стал бы связываться с вашими военными или ЦРУ."


"ЦРУ не такие уж умные, я никогда не считал их такими хорошими, какими их изображают в романах об аэропортах".


"Вы когда-нибудь сталкивались с полковником Рейвудом?"


"Да, встречался с ним несколько раз, он был предназначен для вершины, прежде чем, по слухам, ему нравились молодые девушки. Погиб в автокатастрофе. Почему ты спрашиваешь?"


"Я не думаю, что он настолько мертв".


"Что! Иисус..."


"Нужно вести себя тихо, сэр, иначе он может нас услышать".


"Он здесь!"


"Я думаю, к югу от нас, в плохой компании".


"На кого, черт возьми, он работает?"


"Вот в чем вопрос, сэр. Это ... и что его мотивирует."


"Он никогда бы не выпустил ракеты по собственному флоту!"


"Если бы тебя застали со спущенными штанами, выгнали, разозлили, но предложили какую-нибудь работу под прикрытием ..?"


"Для начала я мог бы разозлиться, разозлиться на систему, и если бы мне предложили какую-нибудь значимую работу, ну ... заманчивую".


"А если бы вы оказались на свалке, все же увидели способ заработать миллиард долларов и помочь своей стране?"


"Помочь моей стране?"


"Избавляемся от наркобаронов, чтобы их заменили хорошими мужчинами с семьями".


"Но ... Я бы все еще продавал наркотики, а они убивают людей в городах Америки, ношу я рубашку и галстук или нет."


"Тогда мы должны предположить, что Рейвуду все равно, и у него есть острое желание заработать немного денег.


"Что меня озадачивает, так это то ... что я думаю, что люди, убившие Теротски и Ли Сина, раздражали ФАРК, и поэтому ФАРК открыли огонь по вашим кораблям. Но если это так, то почему ФАРК все еще доверяют белым людям?"


"Что, если это не так ..?"


"Затем ... ракеты предназначались для потопления авианосца, люди, вернувшиеся домой, скоро захотят отомстить, "ястребы" используют это, чтобы где-то развязать маленькую войну".


"Они должны быть холодными и мозолистыми, чтобы так думать".


"И в начале войны во Вьетнаме..?"


Он выдохнул. "Да, они лгали, преувеличивали, даже бомбили наших собственных людей, чтобы начать войну".


И они могли бы снова. С потопленным авианосцем."


"ФАРК будут обвинять, так что ... почему война здесь? Колумбия на нашей стороне, они хотят, чтобы ФАРК исчезли."


"Может быть, война с наркотиками, а не с ФАРК. В центре всего этого наркотики, наркотики и деньги. Война с картелями привела бы к ослаблению этих картелей, а когда пыль уляжется, заговорщики расставят своих людей по местам и перехватят конвейерную торговлю наркотиками. Это стоит девять миллиардов в год, заманчивая цифра."


"Очень заманчиво. Итак, почему мы здесь сидим?"


"Больше телевизионных минут, что помогает при вербовке, и это приносит пользу военным - вашим и моим. Затем, чтобы ослабить FARC, потому что, каковы бы ни были их мотивы, они взяли в руки ракеты и выпустили их.


"Кроме того, чтобы стать хорошей мишенью для их атаки и, возможно, показать свои силы. Но в основном, это для меня поймать нескольких пехотинцев и поставить человека над ними, затем человека над ним, пока я не поймаю паука в центре паутины."


"Ты всегда собираешь телефоны и удостоверения личности, хорошая политика, да. Я учусь у тебя. Итак ... мы продолжаем подбирать пехотинцев, пока не получим список управленческих типов в рубашках и галстуках."


"Да, сэр, и мы делаем успехи".


"Что они бросят в нас следующим?"


"Что ж, сэр, я думаю, мы можем с уверенностью сказать, что они видели, как взлетали CNN и F18, поэтому они хотят порвать эту полосу".


"Они знают, где мы сейчас", - понял он со вздохом. "Каждый в мире знает, где мы сейчас находимся. Итак, минометы и ракеты, чтобы не дать нам уснуть."


К счастью, у них нет ничего тяжелого, чтобы использовать против нас, и мы рассредоточились и окопались. Итак ... Я понятия не имею, что они попробуют дальше."


Ночь прошла спокойно, люди все еще были влажными, ветер свежим и прохладным, а рассвет принес густой туман. В 5 утра я смог увидеть проблему - я посветил фонариком и создал эффект ореола, и в этом тумане враг мог перебросить армию на место, и мы не увидели бы их, пока они не подошли бы близко.


Моран позвал меня, когда я стояла, вглядываясь в серое одеяло вокруг нас. "У нас компания".


"Где ты?"


"Недалеко от того места, где были минометы, так что где-то на юге есть тропа".


"Что ты видишь?"


"Ни хрена не видно, но на операции в долине есть движение, вереница людей направляется к тебе".


"Дайте колонне пройти, оцените численность и перезвоните мне, затем идите позади них, чтобы забрать отставших. А также телефоны и удостоверения личности."


Я подошел к дежурному радисту, который теперь выглядел замерзшим и несчастным в своем промокшем пончо. "Свяжитесь с аэродромом и кораблем, приготовьте вертолет к эвакуации через час, но сообщите им о здешнем тумане. К нам приближается колонна с юга. О, у морских пехотинцев была организация операций, да?"


"Да, сэр."


"Немедленно отзывайте их обратно в их окопы - если они смогут их найти."


Я спустился к медикам, обнаружив одного на страже, также завернутого в пончо. Через час у нас будут гости, и нам понадобятся медики. Итак, это ваш график времени, чтобы разбудить их и приготовить кофе."


"Верно, сэр".


Я подошел к Свифти, спрашивая людей, где находится его траншея. Волк, с которым он делил траншею, подтолкнул его к пробуждению.


Свифти выпрямился и выглянул наружу, потирая лицо. "Это туман?"


"Да, и они движутся под этим. Я хочу, чтобы все ваши британские и американские волки-ветераны были готовы к бою. Ты отдохнул?"


"Да, спустился в полночь".


"У тебя есть двадцать минут, чтобы заварить кофе, прежде чем ты уйдешь. Разбуди их всех, затем встретимся со мной на командном пункте."


Я пошел обратно вдоль полосы, разбудив Хейнса, его сержанта в "олене", и тоже выглядел замерзшим и несчастным. Хейнс выбрался из своей норы.


"Приготовьте пиво, и через час Чарли будет у нас на проводе. Люди выдвинутся, чтобы перехватить их, но некоторые из FARC могут проникнуть внутрь. Поднимай своих людей, готовь пиво, но у тебя есть как минимум час."


Затем я пересекаю полосу и направляюсь к Робби, когда он стоит в своем окопе. "У тебя ранний мальчишник?" - Спросил я, опускаясь на колени.


"Рано лег спать и только что проснулся".


"Разбуди их всех, готовься, через час Чарли будет у нас на проводе".


"Используя этот туман".


"Ага".


Я дошел пешком до SAS и до большой траншеи Таггарда.


Мужчина поднял лицо. "Верно, босс".


"Разбуди всех, готовься, компания приближается, через час".


Моим последним звонком был Бегущий медведь, человек на олене, который обернулся, чтобы посмотреть, кто я такой. "Разбуди их всех, выпей себе кофе, скоро придут гости, но им потребуется час, чтобы добраться сюда".


"В каком направлении, сэр?"


"Прямо перед вами, приближается с юга".


"Не вижу приседаний, сэр".


"Тогда слушай и стреляй".


Вернувшись на командный пункт, я приготовил кофе, разбудив Рокко, когда он был готов. Я протянула ему плитку шоколада, Саломея завернулась в свое пончо, Билли храпел. "Смирись с этим, у нас есть компания".


Рокко отпил кофе и выглянул наружу. "Это ... туман?"


"Туман, да. Они медленно приближаются с юга, Моран за ними."


После шоколада и кофе он наклонился и потянулся, прежде чем усердно проверить свою винтовку, и вскоре вышел в туман пописать. Когда он вернулся, он сообщил: "Пока их не слышно. И глупо с их стороны передвигаться в этом тумане, они закончат тем, что перестреляют друг друга. Если бы они были умны, они бы использовали этот туман, чтобы определить позицию, а затем подождали."


"Может быть, они становятся умнее", - сказал я ему. "Ничто другое у них не сработало".


Я разбудил Морген, полковник проснулся, так как они были бок о бок. Морген был свеж и проснулся через несколько минут, и по радио морские пехотинцы с близлежащих холмов предупредили. Я приготовил еще один напиток и разбудил Билли, напиток потягивал слепой мужчина с плотно закрытыми глазами.


"Я чувствую запах кофе", - донеслось из-под пончо Саломеи.


"Мы включились в игру. Тридцать минут, " сказал я ей.


Она расслабилась, взяла кружку Билли, сделала два глотка и вернула ее слепому мужчине.


Выйдя на улицу, я встретил полковника после того, как он отлил. "Вы жаворонок, сэр?"


"Должен быть в морской пехоте. Но траншею нужно расширить, так что это задача на сегодня, это и удаление проклятой грязи. Они используют туман?"


"Да, сэр".


Мой телефон зазвонил. "Это Моран, и их там сотни".


"Тогда дерись как следует, но не вступай в бой, у тебя маленькая команда. Если туман рассеется, вы можете разместить снайперов высоко. И когда сброд пройдет мимо вас, отправьте наших новых постоянных клиентов на юг, чтобы найти грузовики, которыми они пользовались. Может быть лидером команды в грузовиках, поэтому они убивают его и забирают его телефон и удостоверение личности, а затем поджигают грузовики."


"Они идут одни?"


"Их восемь".


"Я имею в виду, без одного из нас".


Пусть Риццо поведет их. Но пусть он дважды вернется к тебе, если тебе противостоит хорошая команда."


"Они кажутся возбужденными, эта компания FARC, никаких разговоров, все двигаются тихо".


"Они скучали по тебе, значит, они не настолько хороши".


"Да, они скучали по храпу Риццо".


Положив трубку, я уставился в туман, и он начал светлеть, когда я подошел к Хейнсу и его сержанту. Сержант, обойдите вокруг, тихо встаньте перед всеми людьми и убедитесь, что все командиры групп находятся на моей частоте. Убедитесь, что кто-то защищает медиков, поручите капитану-Волку."


Он бросился на север.


Минуту спустя раздалось: "Капитан-волк для Уилко, мы в деле?"


"Мы начинаем".


Пришел Свифти со своей большой командой. "Что мы делаем?"


"Рокко, хочешь размять ноги?"


"Да, черт возьми, слишком долго сидел без дела".


"Рокко, ты ведешь их. Здесь, ниже по склону, все красиво, медленно и тихо. Вы идете на юго-восток и мысленно представляете холм напротив морских пехотинцев к востоку от нас.


"Вы поднимаетесь на этот холм на двадцать ярдов, чтобы набрать высоту, затем двигаетесь на юг, скажем, на пятьсот ярдов - так что вы на левой стороне долины, затем найдите хорошее место, чтобы прицелиться в долину, распределите их парами, на расстоянии десяти ярдов друг от друга.


"И ожидай, что этот туман поднимется без предупреждения, когда потеплеет. Иди".


Они прошли мимо меня, значительная сила, почти пятьдесят человек. Я просто надеялся, что они не столкнутся с равными силами, идущими другим путем по дну долины, не в этом тумане.


"Таггард для Уилко, ты с нами?"


"Мы начинаем, приготовься".


Полковник шагнул ко мне. "Чего мы здесь ожидаем?"


"Они используют туман, сэр, и, возможно, приближаются с нескольких направлений, что разумно, но в то же время глупо, потому что они не могут видеть нас и стрелять в нас. Лучшим выбором для них было бы спрятаться и, возможно, дождаться наступления ночи."


"У вас там есть люди?"


"Да, сэр, и они сообщают, что двести бойцов FARC пробрались внутрь, длинная очередь".


"Мы не можем бомбить их в такую погоду", - отметил он.


"Туман рассеется, и тогда у нас будет преимущество, сэр. Ключевым элементом здесь является то, что у меня есть команда, направляющаяся к грузовикам FARC. Хотелось бы надеяться, что мужчина в рубашке и галстуке сидел там и ждал."


"Ключевой игрок."


"Капитан, но у него может быть телефонная линия с человеком, который над ним".


"Проследи за этим по цепочке, да. Я руководил полевой разведывательной группой морской пехоты, но после этого я переписываю эту чертову книгу."


У солдат есть сержант, а у него есть капитан, и он отчитывается перед майором, а майор отчитывается перед полковником. И если вы застрелите полковника, вся цепочка командования рухнет. Так что не высовывайтесь, сэр."


"Ха, ты здесь главный".


"Займите позицию, сэр, слушайте".


Он залез в траншею с Моргеном и прицелился.


"Бегущий медведь для Уилко".


"Продолжай".


"Мы включились в игру?"


"Используй свои уши и скажи мне".


"Пока все тихо".


"Так не останется, это желанная недвижимость".


Мой телефон зазвонил. "Это Митч, и Моран позвонили и предупредили нас, и теперь мы слышим движение, но они действуют скрытно".


"Не вступайте в бой, пока не рассеется туман, затем спускайтесь, добывайте отставших. У вас есть приблизительные цифры?"


"Грини говорит, что компания мужчин".


"Будьте бдительны, никакого риска".


Я шагнул к полковнику. "Теперь к нам приближаются четыреста человек".


"Тогда будет оживленный бой".


"День будет длинным", - сказал я ему. Я передал: "Робби, ты слушаешь?"


"Вот".


"Робби, майор Таггард, у нас двести человек, поднимающихся по долине под вами. Приготовься, это может стать неприятным." Я повернулся к Морген. "Предупреди своих морских пехотинцев, приближаются большие силы".


Он попал на радио.


Я позвонил по номеру полковника Мэтьюза и оставил отзыв, аналогичный отзыв для Джорджа Вашингтона.


Полчаса спустя мне позвонил Свифти. "Мы на позиции, пока никакого движения".


"В той долине двести человек, столько же в следующей долине. Никакого героизма."


"Сначала нам нужно было бы их увидеть".


"Следи за своим тылом".


Когда зазвонил мой телефон, это был адмирал Маллой. "Майор, вы окружены?"


"Нам здесь ничего не угрожает, сэр, кроме опасности несчастных случаев со стрелковым оружием. Туман густой, ни хрена не видно, ни нас, ни их. Они могут попытаться подкрасться вплотную или занять позицию и ждать. Это будет растянуто."


"Мои люди говорят, что туман всего лишь ниже тысячи футов, мы могли бы бомбить".


"У меня есть люди для скрытых операций, сэр, так что нам нужно быть осторожными здесь, но может появиться подходящая цель".


"У нас готовы вертолеты, медики".


"Если бы они попытались приземлиться, они бы покончили с собой в этом тумане, сэр, а у нас здесь есть медики, так что пока мы можем потерпеть неудачу".


"Мы готовы, майор".


"Вы рано встаете, сэр?"


6 утра - мое обычное время, я рано ложусь спать, так что я начеку и при этом. Ты рано встаешь..."


"С самого начала моей военной карьеры, сэр. Я лег спать незадолго до полуночи и проснулся в 5 утра, хотел я того или нет."


"Некоторые люди такие, да. У меня здесь командир, хороший человек, но ужасный в первый час. Но в отличие от меня он начеку в полночь, когда меня подводят глаза."


"У меня есть сержант, который проспал много атак, но он хорош, когда начинает действовать".


Он рассмеялся. "Я бы проснулся, я чутко сплю".


"Что было в новостях прошлой ночью, сэр?"


"Мой корабль, мой F18, вот что. Мне звонили ревнивцы отовсюду, и я очень злорадствовал."


Теперь настала моя очередь смеяться. "Смакуйте это, сэр, потому что такие события происходят раз в десять лет".


"Удачи, майор, без сомнения, скоро поговорим".


Вернувшись на мой командный пункт, они пили чай и ждали, когда все будет готово. Я прошел мимо командного пункта и прислушался, не услышав движения внизу по склону. Я перешел к "Бегущему медведю", по-прежнему никаких звуков, когда я вглядывался в туман, цвет которого постепенно менялся.


"Уилко для Таггарда, пришлите мне четырех человек".


"Скоро буду с тобой".


Через минуту я услышал мужчин позади себя и их вопросы, задаваемые шепотом.


"Где ты, черт возьми, находишься?"


"Продолжай приближаться".


Появились их очертания.


"Хорошо, ты ходишь взад и вперед по этой южной стороне, отмечаешь здесь американскую позицию, используешь свои уши. Не спускайся по склону."


Они медленно продвигались на запад.


"Бегущий медведь, убедись, что ты в них не стреляешь".


"Я спрошу их: кто выиграл чемпионат мира в 1966 году?"


"Кто же все-таки победил?" - спросил один из его людей.


"Боже мой, у нас есть лазутчик", - отметил Бегущий Медведь. "Пристрели его!"


Мой телефон зазвонил. "Это Свифти, мы что-то слышим, звуки выше, через долину".


"Хорошо, приготовьтесь".


Я стоял с Бегущим медведем, и мы внимательно слушали, вглядываясь в туман, видимость которого составляла двадцать ярдов и улучшалась. Десять минут спустя раздались глухие взрывы.


"Что это?" Бегущий Медведь задумался. "Слишком мал для минометов".


Гранат нет, так что ... может быть, минометы небольшого диаметра. Они притащили их."


До нас донесся треск стрельбы из рук Смоллса.


Мой телефон зазвонил. "Это Свифти, кто на связи?"


Здесь никого нет, Митча тоже, а он в двух милях отсюда. В каком направлении?"


"Через долину от нас, перед тобой".


"Там никого нет, никого из нас".


"Так в кого они стреляют?"


"Я позвоню Митчу." Я попал в цифры. "Митч, ты на связи?"


"Нет, но мы слышим минометы и стрелковое оружие к северу от нас".


"Оставайся незаметным". Отложив телефон, я повернулся к Бегущему Медведю и громко вздохнул. "Не смейся".


"Они не..."


"Они есть".


Он согнулся от смеха.


"Смотри, ты, маленький засранец, вон там какой-то молодой лейтенант делает все возможное в тумане".


Подошла команда SAS. "Что тут смешного?"


Я передал: "Всем командам, приготовиться, ФАРК атакуют не тот холм".


Парни из SAS истерически смеялись, уходя, а я вернулся на командный пункт.


"Прекратить огонь, перерыв на чай!" - прозвучало по радио.


Саломея стояла там. "Что делают эти глупые люди?" Она имела в виду SAS.


"Дамы и господа", - громко позвал я. "Приготовьтесь, потому что ФАРК атакуют холм по ту сторону долины".


"Но ... там никого нет?" Морген озадачен.


"В таком тумане, ты бы нашел правильный гребаный холм?" Я сидел и готовил пиво, а Саша и его команда выкрикивали в темноте русские шутки.


Полковник отметил: "Ну, это чертовски неловко, это не войдет в мои мемуары. Мы объявляем привал, пока они не выберутся на нужный чертов холм или как? Майор Морген, отправьте им записку, скажите, где мы находимся."


Я вызвал корабль. "Майор Уилко для адмирала Маллоя".


Через десять секунд раздалось: "Маллой слушает".


"Сэр, не смейтесь и ... скройте это от записей, но пока мы разговариваем, ФАРК целенаправленно атакуют не тот холм".


"Не тот холм? Что, черт возьми, с ними не так? И да, мы скроем это от СМИ, это выставляет ФАРК глупым. Всегда говори о своем враге."


"Я сообщу вам позже, сэр. Уилко на свободе."


Я позвонил Свифти. "Послушай, не смейся, но ... они атакуют не тот холм."


Он засмеялся, и я услышал Рокко на заднем плане.


"Подожди, пока они во всем разберутся".


Я сидел, Билли долго и громко ругался. Казалось, он собирался предъявить обвинения кому-то из тамошних сержантов. И они разбудили его рано.


Отдаленные взрывы, отдающиеся эхом, продолжались, до нас доносился треск стрелкового оружия. Рядом с нами был сбит мешок с песком.


"Они целятся в нас?" - спросил полковник.


"Нет, сэр, но яростно стрелял. От нас до них около тысячи ярдов."


"Если бы у нас были минометы, мы могли бы поразить их".


"Напрасная трата минометов, сэр, это большая старая территория".


"И что теперь?"


"Мы подождем, пока они не осознают свою ошибку".


"Они могут вернуться домой!"


"У меня есть люди, готовые устроить им засаду, если они это сделают".


Двадцать минут спустя все стихло.


"Теперь они понимают", - отметил полковник. "Надеюсь, у них есть компас и чертова карта".


Мой телефон зазвонил, Риццо. "Мы расстреляли людей в грузовиках, и у главного был телефон".


"Запишите это число". Я прочитал это по памяти. "Позвони и скажи, кто ты, будь вежлив, попроси, чтобы его быстро отследили. Затем сожги грузовики."


"Парни в контакте?"


"Нет, и не смейтесь, но ФАРК атаковали не тот холм".


Он действительно рассмеялся, когда повесил трубку.


"Туман рассеивается", - отметил Билли. "Но если они подождут, пока все закончится, флот разбомбит их".


"Да", - подтвердил я, выходя из машины и направляясь на юг.


Бегущий Медведь стоял рядом со своим сержантом. "Они приближаются?"


"Может быть, если у них нет раненых".


"Может быть, это был очень умный отвлекающий маневр, и они приближаются к нам сзади".


"Это мало что изменило бы, им все равно нужно атаковать в гору против людей в траншеях".


"Может быть, они думают, что мы переезжаем к ним".


"Только если они глупы", - возразил я, и теперь у нас было пятьдесят-шестьдесят ярдов видимости.


"Иисус", - вырвалось у Бегущего медведя.


"Что?" Я озадачен.


"Если они спустятся в долину и пойдут этим путем, они почувствуют это и будут ходить по частям тела своих друзей. Это перевернет их с ног на голову."


"Если они там, внизу, им это не понравится".


Мой телефон зазвонил. "Это быстро, и некоторые из них вернулись сюда, движутся к тебе. Некоторые направляются на юг."


"Те, кто направляется на юг, могут быть ранены. Пока не вступайте в бой". По телефону я передал: "Всем командам, в нашу сторону движутся небольшие группы, приготовьтесь. Теперь они выпили свой кофе, колумбийский кофе местного производства."


Я вернулся к Моргену пешком. "Предупредите своих морских пехотинцев, небольшие группы движутся в нашу сторону".


"Значит, у них все-таки есть компас", - съязвил полковник.


Саломея и Билли приготовились и прицелились, когда стало светлее.


Через десять минут Саломея сказала: "Я что-то слышу. Глупый ФАРК." Она выругалась на иврите.


Я передал: "Всем командам, подпустите их поближе, подождите, пока вы их не увидите".


Тем, кто был рядом со мной, я сказал: "Не стрелять", - и вышел. Постоял, прислушиваясь, я услышал странный звук внизу и поэтому вернулся. "Если они пройдут мимо нас, это будет вдвойне неловко".


"Это Бегущий медведь, и у нас наконец-то появилась компания. Эти парни ищут правильный холм."


"Позволь им подобраться поближе, а затем откройся".


Я забрался в траншею и вгляделся в серый туман. Начинало кружиться, ветер усиливался.


Раздался взрыв, ответный огонь. Над головой прогремели пули.


"Теперь они знают, что мы здесь", - отметил я. Внезапно я увидел очертания человека. " Полковник, " прошептал я.


Он тщательно прицелился и выпустил очередь, мужчина упал.


"Стреляйте одиночными, сэр, заставьте их считаться. Целься в грудь."


Макс жаловался: "Ни хрена не видно".


"Лежи", - зашипела я на него.


Теперь я мог слышать исходящий огонь повсюду вокруг. Затем отдаленная очередь из пулемета. "Майор Морген, это были ваши морские пехотинцы?"


"М60".


У нас зарегистрированы трещины, поражена верхняя часть моего командного пункта.


Билли сделал единственный выстрел. "Поймал его".


"Могла бы быть женщиной".


"Не могу сказать, что я хотел бы стрелять в женщин".


"Дай им шанс, они бы перерезали тебе горло и кастрировали тебя".


С позиции Бегущего Медведя велся сильный огонь. Я передал: "Бегущий медведь, тебе нужна поддержка?"


"Пока нет, только небольшими группами".


"Робби, ты на связи?"


"Мы подстрелили нескольких".


"Следи за своими флангами и за своей спиной".


Прошло пять минут, и Билли заметил: "Ветер усиливается. Они будут легкой добычей. Скоро пробьется Солнце."


"Тогда они могут стрелять с деревьев, но мы ударим по людям через долину, морские пехотинцы могут сделать то же самое".


Полковник выстрелил, одним выстрелом. "Поймал его".


Я передал: "Уилко для капитана "Волков"".


"Продолжай".


"Медики в порядке?"


"Да, вокруг них полно мужчин".


"Скажи им, чтобы в данный момент не пользовались уборной".


Полковник повернулся ко мне, качая головой. "Хороший совет".


Полчаса спустя я смог разглядеть верхушки деревьев, поднялся ветерок, солнце выглянуло прямо надо мной, и нападение было отменено. Но теперь было бы интересно передвигаться по долине внизу.


Я позвонил Свифти. "Эти люди сдались".


"Мы слышим движение".


"Стреляйте, когда будете в безопасности, сейчас это просто небольшие группы. Посмотри на них."


Звонил майор Харрис. "Ты на связи?"


"Да, последний час, но туман почти рассеялся, и они прячутся на дне долины, мы высоко. Когда рассеется туман, мы будем стрелять бекасами."


"Вам нужна поддержка с воздуха?"


"Нет, не стоит бомбить большие группы".


"Ранен?"


"Пока нет, всего несколько выстрелов, но это будет долгий день".


В 7 утра солнце уже пригревало нас, от влажной травы вокруг нас поднимался устойчивый пар, от влажных мешков с песком шел пар, и казалось, что они горят. Теперь мы наслаждались прекрасным видом на вершины холмов, дно долины все еще было окутано туманом. Казалось, что мы парим над облаками, сюрреалистическая сцена.


Я тщательно прицелился и убил раненого повстанца на расстоянии 800 ярдов, ниже морских пехотинцев. Передав свой Valmet полковнику, я позавтракал с Билли, полковник увлеченно стрелял по раненым внизу.


Таггард подошел. "Там не осталось ни одного человека, который двигался бы туда".


"На деревьях их еще много осталось".


"Мы вытащим их?"


"Это показало бы потери в боях крупным планом, так что сначала стреляйте весь день. Мои люди находятся в долинах на юге, так что, если мятежники уйдут, они будут у нас."


У некоторых из моих ребят есть оптические прицелы, так что я попрошу их поискать отставших. Они приходят снова после наступления темноты?"


"Вряд ли, им нужно переосмыслить. И еще несколько добровольных помощников в этом деле."


Он окинул взглядом окрестности. "Это напоминает мне высокогорье летом, когда я просыпаюсь на холме над туманом".


"Я был там только один раз", - сказал я ему. "И выпрыгнул из вертолета, попавшего в беду. Риццо был со мной, остальные парни уже мертвы."


"Время летит быстро для тех, кто за ним не следит", - заметил Таггард, и мне пришлось остановиться и подумать о годах, которые были вычеркнуты из календаря. Большую часть времени я с трудом понимал, какой сегодня день или какой месяц.


После завтрака я подошел к Бегущему Медведю и опустился на колени возле его траншеи. "Кто-нибудь остался в движении?"


"Несколько раз мы получаем удачный выстрел, нацеленный на нас".


Я подошел к Робби, бросил взгляд на южный холм, увидел тела. "Вы, кучка героев, В порядке?"


Мэгги сообщила мне: "У меня их три".


"Я поймал двоих", - сообщил мне мужчина.


"Они сплоченная команда", - сказал мне Робби.


"Поворачивай его, продолжай прицеливаться при любом движении. Весь день."


У палаток медиков они теперь передвигались, но держались низко. "Вы все в порядке?" Я закричал.


"Мне нечего делать, сэр", - пожаловался мужчина.


"Будь осторожен в своих желаниях, это еще не конец. И если бы ракеты с тепловым наведением не попали в тот транспортный самолет с бомбой ... вы все были бы мертвы. Так что дыши и радуйся тому, что жив, тебе есть что рассказать своим внукам."


"Медики!" - донесся крик с севера, и я побежал в ту сторону, новобранец "Волка" с окровавленным лицом.


"Что-то ударило меня по голове, сэр".


"Рикошет". Я отвел его к медикам, и теперь им было чем заняться, вскоре вошел парень из SAS с ужасной царапиной на плече.


Вернувшись в "Волчьих рекрутах", я сказал капитану: "Пусть четыре человека намажут травой свои головные уборы и плечи. Затем они ползут вниз по склону и ищут людей внизу. Чередуй каждый час."


Он позвал четырех человек, и они опустились на колени, маскируя друг друга, и вскоре стали похожи на кусты, когда начали ползти по траве, как леопарды.


Я опустился в траншею рядом с капитаном и наблюдал за движущимися задницами. Когда я больше не мог их видеть, они открыли огонь, быстро выпустив дюжину патронов, но затем снизили темп стрельбы, вскоре не увидев, во что можно попасть.


"Что они там делают внизу?" - спросил капитан, имея в виду FARC.


"Надеялся заполучить кого-нибудь из нас, прежде чем они уйдут с наступлением темноты".


"Я отправлю больше людей двигаться вперед, дальше вниз".


"Хорошо. Спасибо." Я оставил его наедине с этим.


Мой телефон зазвонил, когда я добрался до командного центра. "Это Моран, и мы убили дюжину раненых, когда они ковыляли к нам".


"Риццо снова с тобой?"


"Да".


"Оставайся на месте, я доставлю тебе припасы, прикончи их всех. Рокко и Свифти находятся в этом конце долины, они присоединятся к вам позже."


"Что Роко делает, играя в солдата?"


"Надеюсь, он зарабатывает себе на пропитание".


Час спустя, день стал теплым, некоторое время не поступало сообщений о приближающихся снарядах, все еще было сделано несколько выстрелов. Моран обыскивал свой конец долины, группа Свифти оставалась неподвижной, но убила двадцать или более повстанцев.


Я передал: "Каждый второй мужчина, получите немного еды и час сна, затем сменитесь".


Морген сообщил о морпехе с царапиной на LZ2-восток.


"Посадите вертолет, он не сможет пройти здесь через долину. Ему все равно нужно быть на борту корабля. Скажите вертолету, чтобы он ожидал огня из стрелкового оружия со дна долины. Подождите, у нас тут человек с порезом, так что пусть вертолет тоже приземлится здесь."


Радиосообщение было отправлено и подтверждено.


Мой телефон зазвонил, адмирал Маллой. "Майор, как дела?"


"Отвратительные густые джунгли и раненые повстанцы ФАРК, спрятанные в них, сэр. Теперь речь идет о тактике маленькой команды."


"Звучит как Вьетнам. Но ты эксперт по дерьмовым джунглям."


"Даже если так, сэр, мы будем получать раны. Сейчас идет медленное истощение, местность пахнет спелостью."


"Да, не из приятных. В мой вертолет будут стрелять?"


"Неэффективное стрелковое оружие, сэр, на расстоянии тысячи ярдов".


"Хорошо, сообщи мне позже."


Морской ястреб, наконец, вошел в зону 2-Восток, но затем я заметил второго морского ястреба выше. Первый вертолет сел на вершине холма, скрытый от долины, раненый морской пехотинец поднялся на борт, прежде чем он скользнул к нам.


Пройдя две трети пути, мы все увидели головную РПГ, но слишком поздно, пилот сильно накренился, но РПГ все равно промахнулся бы. Он сел на нашей полосе, разместил наших раненых на борту и улетел на север, прежде чем двинуться на восток.


Полковник отметил: "Этому пилоту понадобятся чистые штаны".


"Шансы попасть в движущийся вертолет из РПГ невелики, поэтому я бы похвалил человека, который выстрелил из РПГ - если бы он попал".


Час спустя солнце припекало, туман в основном рассеялся, приближались "Хьюи", но я приказал им подойти с севера. Двое присели всего на минуту, максимум на съемку, воду и пайки выгрузили, но мы нашли гражданские банки, а также армейские пайки. На обед я бы заказал говяжий фарш с картофелем.


Никто не слышал свиста, миномет небольшого диаметра приземлился рядом с медиками, двое медиков и морской пехотинец пострадали. И теперь им было чем заняться.


Я подошел к ним вместе с полковником.


Главный врач пожаловался полковнику: "Сэр, мы не получили предупреждения".


"Предупреждение?" Я поинтересовался. "Вы окружены со всех сторон вооруженными до зубов повстанцами FARC, и это может продолжаться шесть недель. Как, черт возьми, ты собираешься делать свою работу из окопа? Ты солдат, мы на войне, так что оглянись вокруг и пойми, где ты, черт возьми, находишься, мистер!"


Полковник сказал ему: "Вам лучше всего подготовить своих людей с правильным мышлением, майор, это не упражнение. Здесь погибнут люди."


"Верно, сэр".


Вернувшись к рации, мы вызвали еще "Морских ястребов", троих раненых нужно было вывезти, но ни одно из ранений не было опасным для жизни, по крайней мере. Вертолет громко приземлился двадцать минут спустя, но зашел с севера после того, как я предупредил их, уходя тем же путем, прикрываясь сверху на высоте 1000 футов.


Мой телефон зазвонил, полковник Мэтьюз. "Уилко, ты в порядке, мы получаем отчеты о боевых действиях и раненых".


"Пока пять незначительных ранений, никакой драмы, сэр. И у FARC скоро закончатся теплые тела. Проблема в том, что в долине густые джунгли, и в них спрятан FARC. Бои в джунглях крупным планом всегда приводят к жертвам."


"И какой здесь план?"


Медленное истощение, несколько хороших минут на телевидении, пока я не получу представление об их командной структуре. Но скажите мне, сэр, что сказало колумбийское правительство?"


"Они хотят, чтобы FARC уменьшилась, и чтобы мы это сделали; они не хотят, чтобы у FARC были ракеты".


"А если мы перейдем границу?"


"Им сейчас на все насрать, они в ужасе от крылатой ракеты, врезающейся в Боготу. Итак, если у вас есть цель, мы поражаем ее."


Затем я набрал номер Миллера, и он быстро перезвонил.


"Уилко, я как раз собирался позвонить тебе или подумать о том, чтобы пристрелить тебя".


"Не стреляй в посыльного".


Он вздохнул. "Я отследил LZ3, и теперь у меня есть беспокойство".


"И ты приведешь свой дом в порядок, или мне следовать своей информации, пока я не пристрелю кого-нибудь, в кого ты, возможно, не захочешь, чтобы я стрелял?"


"Мой босс теперь в курсе этого, и его босс над ним".


"Как я узнаю, в кого не стрелять?"


"Ты не понимаешь, но ... делай то, в чем ты хорош, мы не говорим, что ты не следишь за информацией".


"Э-э ... ты хочешь, чтобы я рассортировал твою кучу дерьма за тебя, мистер Супершпион?"


"Я никогда этого не говорил, просто так ... мы не предостерегаем вас от кого-либо или чего-либо."


"Отлично, это так полезно, я действительно ценю помощь".


"Не будь стервозной, я не так уж много могу сделать".


"А если я случайно разоблачу одного из ваших ключевых игроков?"


"Это его наблюдательный пункт".


"Иисус". Я повесил трубку, подошел к южной стороне и посмотрел вниз. Размышления. Я позвонил Дэвиду Финчу.


"Уилко?"


"Я только что говорил с Deep State, и ... теперь они знают, что некоторые из их собственных людей крутят вокруг да около, но конкретно не предупредили меня, чтобы я не следил за разведданными и не стрелял в людей".


"Боже милостивый, они хотят, чтобы мы сами делали за них грязную работу, разбирали офисную перепалку в джунглях".


"Что, если мы случайно разоблачим ключевого игрока?"


"Вероятно, вину возложат на ЦРУ, а маленькие крысята продолжают делать свою работу в канализации".


"Итак, я должен отрубить левую руку здесь, и тихо".


"Осторожный шаг за шагом", - предупредил он меня.


Я позвонил Тинкер. "У тебя был телефонный звонок от Риццо".


"Да, и я просто смотрел на это по карте; я думаю, у нас есть штаб FARC или тренировочный полигон. Это в тридцати милях к юго-востоку от вас, и мы нашли старые спутниковые снимки от ЦРУ, так что они просмотрели это много лет назад. Это лагерь из регламентированных деревянных хижин, но вокруг них высокие деревья, на холме, вокруг него отвратительные глубокие ущелья, изолированный, поблизости нет дорог, только тропинки."


"Телефонные схемы?"


"За последний год использовалось много спутниковых телефонов, сейчас мы устанавливаем связь между ними".


"Дай мне координаты". Я их записал. "Продолжай смотреть на это, но я тоже пойду посмотрю поближе".


Я позвонил адмиралу Маллою.


"Уилко, пилот пожаловался на то, что в него стреляли из РПГ".


"Это не последний, сэр, замените его лучшим пилотом".


"Я сказал ему, чтобы он заткнулся нахуй и продолжал работу - иначе."


"Хорошо. Есть бумага и ручка, сэр?"


"Стреляй дальше".


Я зачитываю координаты. "Мне нужно тепловизионное сканирование на большой высоте после наступления темноты, сэр, но здесь мне нужен умный подход... в том, что у них будут люди в местном аэропорту, которые будут смотреть на экраны радаров. Мне нужен излучающий рисунок, покрывающий широкую область, чтобы они не заподозрили, что мы на них смотрим."


Первым шагом станут военно-воздушные силы - у них есть спутники для этого, так что, возможно, у них уже есть один из этого места. Если нет, мы попытаемся обмануть их и на время отключим местный радар."


"Осторожно, сэр, на подходе может быть самолет с туристами".


"Я проверю местные аэропорты и крупные аэропорты, и тогда у нас будут пробки всего на десять минут".


"Сэр, если вы запросите спутники, пусть они покроют большую территорию, а не только эти координаты".


"Значение ... что? Ты думаешь, у нас утечка?"


"Нам нужно поговорить с глазу на глаз, сэр, просто ... пожалуйста, сделай, как я прошу."


"Мне не нравится, как это звучит. Хорошо, я охвату широкую область, и мы поговорим лицом к лицу, но намекаете ли вы на то, на что, как я думаю, вы намекаете?"


"У ЦРУ есть несколько человек, которые выходят на пенсию, им нужны дополнительные деньги на новую машину".


"Сукины дети, я никогда им не доверял".


"Два человека из тридцати тысяч, сэр, вот и все".


"Это все равно на два больше, чем мы должны были иметь!"


"Да, сэр, и ... недавно мы нашли тело белого человека".


После паузы последовало: "Бывшее агентство?"


"Было бы хорошей ставкой, сэр".


"Это так и не попало в репортаж или в СМИ".


"Вы этого хотите, сэр?"


"Нет, но ... Хотел бы я посмотреть, как надерут кому-нибудь задницу, как несколько ублюдков сядут на электрический стул."


"С этим разбираются, сэр, пожалуйста, не обсуждайте это ни с кем другим на борту корабля".


Он фыркнул. "Хорошо, и, очевидно, здесь происходит нечто большее, чем я знаю. И в том фильме "Верблюжья лапка" ты все время разговаривал по телефону. Теперь я понимаю почему."


"Я работаю на разведку столько же, сколько и на армию, сэр".


"Не знаю, как ты перевариваешь все это дерьмо".


"Иногда это тяжело, сэр. Дайте мне знать о тепловых изображениях, и подготовьте морских котиков к теоретической атаке."


"На подходе один теоретический сценарий, а мы чертовски хороши в теоретических сценариях, это все, чем мы занимаемся весь год. И у нас на корабле есть два офицера ЦРУ, вы их знаете?"


Фрэнкс и Дик, солидные мужчины, которые были со мной годами. Они помогают мне нарушать правила и иметь дело с ... другими. Они хотят того же, что и вы, сэр, и они не хотят, чтобы их запятнали той же кистью."


"Я понимаю. Ладно, Маллой уходит."


Я внимательно рассмотрел карту и позвонил Морану. "Я собираюсь перевезти вас по Хьюи при дневном свете, так что поднимайтесь на вершину холма к востоку от вас и будьте готовы через час. Когда вы приземлитесь, быстро уходите из LZ, идите на восток, но избегайте любых контактов с кем бы то ни было. Затем вы идете на юг, а затем на запад. Твой блокнот с собой?"


"Подожди. хорошо."


Я зачитываю координаты. "Это ШТАБ-квартира FARC или тренировочный полигон, но мне нужен присмотр, а не разрушенное место. Если нам повезет, мы увидим белого человека или высокопоставленную фигуру и схватим его. Когда закрываешься, выключи радио, используй спутниковые телефоны."


"Сейчас мы поднимемся на холм".


Я позвонил Свифти. Поднимайся на холм позади себя так, чтобы тебя никто не заметил, приготовься к вертолетной посадке в глубь страны, у меня будут припасы на вертолетах. Вас высадят в уединенном месте, затем я хочу, чтобы вы немного пошумели, отвлекли внимание сегодня вечером, и когда они выйдут поиграть, я вызову вертолеты, чтобы забрать вас."


Я попросил полковника позвонить на аэродром и подготовить "Хьюи" к вылету через полчаса. "Сначала здесь приземляются за припасами, потом забирают моих людей". Я показал ему карту.


Подойдя к Моргену, я сказал ему: "Эта миссия не записана и не передана на корабль или ... куда-либо еще".


Он обменялся взглядом с полковником. "Тогда неофициально".


В районе магазинов я схватил большую сумку и наполнил ее консервными банками и несколькими упаковками с продуктами. Вода не была проблемой, здесь много горных ручьев с пресной водой. Я добавил немного патронов и несколько мухоловок, которые я заметил, эластичных.


Хьюи громко объявили о своем прибытии полчаса спустя, один из них сел, нагруженный тяжелой сумкой. Я схватил запасные наушники. "Ты слышишь меня?"


"Да".


"Есть карта?"


Второй пилот поднял его.


Я указал пальцем на точку сбора. "Ты наберешь здесь мою команду, около тридцати человек. Затем вы летите сюда, но вы летите не по прямой линии, и вы избегаете всех деревень. Обойдите их по кругу, сбрасывайте, а затем на обратном пути приземляйтесь на каждом холме, как бы сбрасывая людей."


"Чтобы обмануть их", - отметили они.


"Да. И удачи."


"Это место находится далеко за границей", - отметил пилот.


"Колумбийскому правительству насрать, мы выполняем за них их работу против FARC".


"Как и прежде".


"Возвращайся, когда стемнеет, выдвигай еще одну команду, пятьдесят человек".


Я спустился вниз и побежал, Хьюи громко взлетел и направился на юг, его приятели последовали за мной. Я наблюдал за ними, никто не стрелял из РПГ, и вскоре гул утих, Макс снимал с сотрудниками прессы с нашей высокой наблюдательной точки.


"Куда они ушли?" - спросил он.


"Чтобы взглянуть на командный пункт FARC. Пока не отправляй это."


"Я не глупый".


Я встретился с ним лицом к лицу. "Мистер, вы сейчас стоите в грязи, под огнем или в пятизвездочном отеле?"


Он оглянулся, когда Тревор ухмыльнулся ему. "Ладно, значит, я глупый".


Почти полчаса спустя позвонил Моран. "Мы внизу, на вершине холма, окруженной джунглями, сейчас уходим".


"Зигзаг, они будут искать тебя. Прячь свои следы."


"Там есть дорога, которой мы можем воспользоваться, колея, так что никаких отпечатков не останется".


Я позвонил Томску и попросил у него РПГ, гранаты, взрывчатку с таймерами. И новый унитаз.


В 16:00 приземлился "Скайван", мужчины спрашивали о пицце. Я вытащил унитаз и поставил его перед женщиной-доктором. "Для тебя, особый заказ".


Она уперла руки в бока и покосилась на меня, но придержала язык.


Выгрузив припасы, я сложил их рядом с командным пунктом, предупредив людей о взрывчатке. Наконец, я унес большую стопку картонных коробок, "Скайван" отправлялся на север. Я открыл верхнюю коробку и заглянул внутрь.


Я передал: "Всем командам, заходите и возьмите немного торта". Я передал коробку Билли, Саломея грубо схватила немного, полковник вскоре попробовал местный пирог.


Бегущий Медведь схватил коробку и отнес ее обратно, Робби, затем Таггард, капитан "Волков" и, наконец, медики. Оставалась одна коробка, и Саша схватила ее.


"Здесь не все так плохо", - заметил полковник. "У нас есть торт".


"У нас тоже есть солнечный свет, сэр, чего еще мы хотим, а?"


Я сидел с Билли и Саломеей, мы ели пирог, как умирающие с голоду дети, после чего нам всем захотелось чего-нибудь выпить.


Когда солнце опустилось низко, Хьюи вернулись, и я уточнил у Свифти, где он находится. Со своего командного пункта я почти мог их видеть.


В том же Хьюи лэндинге несколько человек помогли мне погрузить припасы, но осторожно. Надев наушники, я сказал пилоту: "В этих ящиках взрывчатка и РПГ".


Они оба нервно оглянулись на принадлежности.


"Видишь вон тот холм, на нем мои люди, в двух кликах к югу от этого конца. Но их, может быть, сорок пять. Подберите их, затем пройдите двадцать миль на юго-запад, выберите уединенное место, любое, высадите команды на холме. Все просто."


Сняв наушники, я спрыгнул вниз, Хьюи с ревом унесся прочь, а его приятели последовали за ним на холм, и с того места, где мы стояли, мы могли просто видеть, как они приземляются и взлетают.


"В чем заключается миссия вертолета?" - спросил полковник.


"Одна команда увидит штаб FARC, сэр, а другая вызовет отвлекающий маневр, несколько громких звуков. Если у FARC будет встреча матерей, ваши морские котики нападут, мои люди обеспечат им прикрытие."


Моран позвонил час спустя, когда мы потеряли свет. "Мы только что застрелили патруль из восьми человек".


"Хорошенько спрячьте тела".


"Ребята, здесь отвратительная глубокая долина".


"Подожди. Зачем патрулировать людей так далеко?" Я задавался вопросом.


"Когда я говорю "патруль", у всех у них на плечах были винтовки, а большие пальцы были засунуты в задницы и они пели".


"А, ладно. Новый отряд хорошо играет?"


"Они знают, что делают, все проработали не менее пяти лет, и они были на многих наших работах".


Он снова включился час спустя, свет теперь погас. "Видел, как впереди приземлился вертолет, я думаю, недалеко от нашей цели, возможно, гражданский "Джетрейнджер".


"Это лучше, чем проезжать по опасным участкам".


"Мы движемся по большому кругу, приближаясь к ним с юга".


"Ты действительно мудрый и осмотрительный лидер".


"Что там происходит сзади?"


"Нам доставили припасы, торт".


"Торт. Счастливчики. А ФАРК?"


"Может быть, некоторые и подкрадываются ниже, но они прямо-таки нелюдимы и не навещают. Когда вы приблизитесь к этому лагерю, попросите снайперов хорошенько осмотреться, есть ли там немного света, в противном случае пошлите туда самых маленьких людей, очень медленных, и хорошенько все разглядите.


"Если увидишь белого парня, сразу позвони мне или кому-нибудь, кто выглядит важным. Тюлени приземлятся, если у вас есть пленники, так что возьмите несколько. Но белый парень, не позволяйте морским котикам забрать его, он слишком много знает."


"Мы заставим его говорить?"


"Ты делаешь, потому что то, что он знает, спасет здесь жизни. Пусть Риццо сожжет человеку ноги, но сначала заткни рот кляпом. Я имею в виду Риццо с кляпом во рту."


Он рассмеялся. "С ним все в порядке, Риццо, когда он спит".


Мой телефон зазвонил десять минут спустя, Тайни. "Это я, ты можешь говорить?"


"Стреляй дальше".


"Мы поймали двух мужчин, мой блестящий и непризнанный талант, конечно, и мы проследили до дома, и они только что нашли десять тонн Семтекса".


"Ты взял их телефоны?"


"Конечно, и я только что сообщил об этом".


"Заставь их говорить, и быстро".


"Это моя следующая задача. У меня готова жидкость для зажигалок."


Положив трубку, темный силуэт полковника спросил: "Все в порядке?"


"Они нашли большой запас Семтекса в Панама-Сити".


"Чтобы тебя использовали для чего?"


"Жертвы среди гражданского населения, сэр, или нанести удар по отелям, принадлежащим Томску".


"Здесь против нас ничего не выйдет?"


"Нет, если только их не доставили самолетом и не сбросили, сэр. Больше никакой пиццы, не могу доверять доставщикам."


"Ну, давайте не будем здесь чрезмерно осторожны, майор, пицца важна".


Свифти позвонил через десять минут. "Что мы делаем?"


"Найдите каких-нибудь людей или FARC и пошумите, подожгите что-нибудь. Заставь их думать, что идет битва."


"Свифти" снова включили пятнадцать минут спустя. "Рокко хочет знать, нормально ли это - рухнуть с моста и разгромить заправочную станцию".


"Да, но не показывайся никому на глаза и не причиняй вреда гражданским лицам".


Мой телефон зазвонил, звонок с корабля. Майор Уилко, коммандер Доусон. У нас есть старые спутниковые фотографии указанной цели, и это небольшой лагерь, вмещающий пятьдесят человек или больше. Ты хочешь, чтобы тебе прислали изображения?"


"Нет, я просто хотел узнать, что это было - лагерь в джунглях или Макдональдс".


"Лагерь в джунглях" соответствует всем требованиям. Сейчас делаются тепловизионные снимки, я сообщу вам позже."


Моран позвонил сорок минут спустя, когда я совершал обход и проверял, все ли у нас в порядке. "Я загнал Томо и Николсона на высокое дерево, они звонили мне по спутниковым телефонам. Они могут видеть длинные деревянные хижины на деревьях, небольшой плац, столовую, полную счастливых людей, которые едят, несколько грузовиков, что-то вроде складских помещений, небольшое стрельбище и небольшой штурмовой курс."


"Настоящая игровая площадка для маленьких солдатиков, да".


"Пока что белых людей не видели, вертолета на земле нет".


"Показывает ли телефон Риццо его точное местоположение по GPS?"


"Да".


"Запишите их для авиаудара, передайте их майору Харрису, сделайте поправку на разрыв между вами и ними".


"Хорошо".


Я вызвал корабль, спрашивая коммандера Доусона. "Это Уилко, и теперь мы присматриваем за этим лагерем, и это настоящая небольшая тренировочная площадка, где проживают повстанцы ФАРК. Резервные котики для разгрома и захвата, и ваше ударное крыло для бомбометания."


"Мы не используем "круши и хватай", мы используем "возвращение человеческих активов".


"Твои звучат лучше, но если бы ты встретил моих людей, ты бы выбрал "круши и хватай". Уилко на свободе."


Моран перезвонил через десять минут. "Мы пропустили вертолет, он был на трассе, сейчас разогревается".


"Посмотри, кто на кого нападает, и пристрели эту тварь из глушителей, затем доберись до нее раньше, чем они это сделают - если сможешь. Как размещены ваши люди?"


"Мы могли бы взять его штурмом, если понадобится".


"Сколько вооруженных людей в этом месте?"


"Шестеро вооруженных охранников, остальные пьют и закусывают".


"Если вы думаете, что крупный игрок собирается сесть в этот вертолет, бейте его по ногам, убивайте охранников и ... затем всех остальных, прежде чем вы дважды отправитесь на восток. Если вы начнете стрелять, вы все равно уйдете через десять минут."


"Перезвоню тебе".


Десять минут спустя он снова был в форме и запыхался. "Пойман белый парень, вертолет в огне, охранники мертвы, а танцевальная вечеринка на дискотеке была грубо прервана".


Я услышал треск в трубке. "Прочитай удостоверение личности белого парня", - настаивал я.


"Эндрю Джон Солисикер, 10.12.1954, колумбийские водительские права, но белый парень, наличные, к черту все остальное, кроме пяти тысяч долларов, которые мы украли".


"Опиши его".


Седой, полный, с сильным ожогом на левом предплечье" но старый. Он говорит по-английски с американским акцентом."


Утащите его, перегруппируйтесь на восток, затем заставьте его говорить, но подальше от нового отряда, только Риццо, ты и Генри. Работай быстро, ноги обожжены, потом яйца. И скажи ему, что Уилко передает привет."


Я позвонил Бобу Стейнсу. "Проснулся?"


"Я просто успокаивался. О, Терри здесь."


"Он счастлив работать с вами?"


"Да, это было странное воссоединение, на самом деле, немного слезливое. Он уже в самом разгаре."


Обратите внимание на это имя. Эндрю Джон Солисистер, 10.12.1954. Возможно, вымышленное имя, но посмотрите, где он его использовал. Колумбийские водительские права."


"Я посмотрю сейчас, и мой друг в Интерполе может проверить имена, не попавшись."


Моран перезвонил, когда я ходил взад и вперед в темноте. "Я позвонил в GL4 с телефона, принадлежащего этому парню".


"Хорошо".


"Дай нам пять минут, мы приводим себя в порядок и выдвигаемся. Парни поджигают все подряд."


Вот и весь десятиминутный лимит. Я позвонил на корабль и попросил подготовить авиаудар, никаких "КОТИКОВ", которых нужно разбить и захватить, координаты у майора Харриса от Морана.


Когда Моран перезвонил десять минут спустя, он сообщил: "Этот парень потерял сознание, и теперь он предлагает нам большие суммы денег. Я думаю, Риццо заинтересован."


"Предложи ему сделку, в которой ты позволишь ему получить информацию о полковнике Рейвуде или Чарли Роузе".


"Подожди".


Я мог слышать. "Вы знаете полковника Рейвуда или Чарли Роуза?" Ну?" Моран вернулся со словами: "Уилко, он выглядит немного шокированным." Я услышал приглушенный крик. "И Риццо только что поджег ему яйца".


"Скажи ему, что ты сожжешь его заживо и оставишь на съедение жукам".


Я слышал, как Моран угрожал мужчине, за чем последовал громкий приглушенный крик.


Моран продолжил: "Он говорит, что у него припрятаны деньги, миллионы".


"Свяжи его".


" Алло? " послышался вздох.


"Это Уилко. Хочешь заключить сделку, расскажи мне о том, что задумал Рейвуд. Я позволю тебе уйти, и тогда ... тогда твои собственные люди никогда больше не будут доверять тебе, поэтому тебе нужно будет уйти в отставку."


"Синтетический кокаин, но ... он производится путем смешивания экстракта ... семейства какао, растения Люсинда, которое разрешено ... и используется в медицине, это ... это вызывает онемение кожи", - с трудом выдавил он, пытаясь высвободиться. "Они смешивают это в чане ... бактерии ... с пятьюдесятью процентами настоящего кокаина ... и после ... после этого в нем в четыре раза больше ... но проходит тест на кокаин, и ... и люди думают, что это кокаин".


"Рейвуд хотел, чтобы Томск исчез, чтобы он мог продавать этот заменитель кокаина?"


"Он хочет уничтожить все картели".


"Где я могу найти Рейвуда?"


"Иногда здесь, или в Бразилии. Он работает с Манчезом, Медельин."


"Подключи моего мужчину".


"Уилко?"


"Мне нужно, чтобы ты убедился, что его тело никогда не найдут, никогда".


"Нам придется нести его".


"Подождите, американцы разбомбят лагерь, останутся только обугленные останки, этого хватит. Оставь его в вертолете и беги, как угорелый."


Я позвонил майору Харрису. Цель в огне, ее так легко заметить в джунглях. Мне нужно, чтобы все было выровнено, тщательно, там есть ... подземные склады оружия, поблизости нет мирных жителей. Запускайте с целью нанести удар по этому лагерю примерно через десять минут."


"Я поговорю с ними сейчас, самолеты готовы".


Я позвонил Морану.


"Да", - запыхавшись, ответил мужчина.


"Ты убрался из того лагеря?" Вытащил Томо с дерева?"


"Сейчас просто ухожу".


"Есть раны?"


"Порезался стеклом и получил осколок".


"У вас есть десять минут, прежде чем они сбросят бомбы на этот лагерь".


"Черт". я мог слышать. "Беги! Американцы разбомбят это место." Моран наконец сказал: "Позвоню тебе позже".


Я позвонил Харрису. "Наши люди вышли из этого лагеря, бомбите, когда будете готовы".


"Ожидание".


Я рассказал основные подробности полковнику и Моргену, американец не вдавался в подробности. Затем я позвонил в GL4, ответила милая леди капитан, и я назвал ей вымышленное имя американца, для Тинкер.


Моран перезвонил пять минут спустя, запыхавшись. "Янки бомбят нахуй этот лагерь, от того парня ничего не останется, никакого вскрытия".


"Доберись до места в нескольких милях отсюда, высоко, тогда мы запустим вертолеты".


Я позвонил коммандеру Доусону на корабль. Оценка ущерба, данные человеческого глаза. Цель уничтожена, подземные бункеры уничтожены, жертв среди гражданского населения или сопутствующего ущерба нет, сначала получены ценные разведданные с места происшествия, мои люди не пострадали, работа выполнена хорошо. Уилко на свободе."


Я позвонил в Томск. "Ты не спишь?"


"Да, не в клубе сегодня вечером".


"Я выяснил, в чем все дело; поддельный кокаин".


"Подделка?"


"Там есть растение, Люсинда Плант ..."


"Я знаю это, что-то здесь растет, но это действует не так, как кокаин. Древние племена использовали его для обработки ран, отчего кожа немела. Некоторые ели его, но им приходилось отрезать ноги ниже колена.


"Врачи используют это сейчас, для некоторых лекарств во время операции, и стоматологи используют это, но у некоторых людей это вызывает почечную недостаточность. Какая им от этого польза?"


"Они смешивают его с настоящим кокаином в чане с бактериями, возможно, генетически модифицированными бактериями, и то, что остается, достаточно хорошо, чтобы обмануть людей, это кокаин, но, я думаю, его производство намного дешевле. Они увеличивают объем в четыре раза."


"Если это сработает ... Я выхожу из бизнеса."


"Все картели были бы такими, никаких производителей, таких как Медельин, никаких конвейеров, потому что это можно было бы производить в Америке. Я думаю, они хотели напасть на все картели и начать войну против них, идиоты вроде меня делали за них грязную работу и напали на Тиухану, а затем на Медельин.


"Но через несколько лет у людей отказали бы почки, отрезали ноги, так что у них было бы всего несколько лет, чтобы получить хорошую прибыль и уйти на пенсию."


"Ты знаешь, кто за этим стоит?"


"Да, и нам нужно кое-что сделать. В городе Пайзо в Бразилии находится компания по производству медицинских опиоидов. Подкупите людей, узнайте, есть ли у них какие-нибудь здания в джунглях, которыми они владеют, где они могли бы изготовить и протестировать это вещество. Выясните, где это растет естественным путем.


"Начните искать белых мужчин, посещающих эту компанию и лабораторию джунглей, следуйте за ними, но у меня есть несколько телефонных зацепок, и, возможно, мы могли бы найти, где они это делают."


"Я могу разбомбить эту компанию! У меня есть их Семтекс."


"Пока нет, нам нужны все игроки, а затем нам нужно, чтобы они были дискредитированы, чтобы люди знали о поддельном кокаине и беспокоились об этом."


"Они могли бы сделать что-нибудь и продать мне, я бы не знал, тогда мои клиенты заболеют, и я потеряю бизнес."


"Наймите нескольких очень хороших ученых, пусть они проведут для вас тестовые партии, и быстро."


"У меня есть кое-что, но я получаю больше, самое лучшее."


"Пусть они поищут ДНК растения Люсинда. О, ты знаешь человека из Медельина, Манчеса?"


"Да, он третий в очереди. Он стоит за этим?"


"Возможно, но я сомневаюсь, что он знает, что они запланировали. Медельин оказался бы не у дел."


"Да, они не глупы".


"Пока держи это в секрете, никто не должен знать, у них должны быть близкие тебе люди".


Тайни заставляет этих двух мужчин говорить. Пока что они признают, что будут бомбить мои отели и клубы."


"Я не думаю, что Медельин сделал бы это, они хотят захватить власть, а не унаследовать только пепел. Поговорим завтра."


Я позвонил по контактному номеру Миллера, и он перезвонил.


"Я как раз собирался ложиться спать".


"Постель для тебя... для вас это лучше, чем неглубокая могила, и вот что будет дальше, мистер Миллер, неглубокая могила от рук ваших собственных людей."


"Почему ... почему ты так говоришь?"


"Потому что я выяснил, что на самом деле здесь происходило, какова была настоящая мотивация, и это не очень приятно. Видите ли, не такой уж мертвый полковник Рейвуд работал с Чарли Роузом, бывшим сотрудником ЦРУ, и тоже не так мертв, как вы думали, пока я его не убил. Вы знаете полковника Рейвуда?"


"У нас ... есть сделки. И я подумал, что его обложка была идеальной."


"Не тогда, когда против кого-то вроде меня. Добрый полковник, он был занят в компании по производству медицинских опиоидов в Бразилии, используя генетически модифицированные бактерии для производства поддельного кокаина, больших объемов поддельного кокаина.


"Видите ли, мистер Миллер, план состоял не в том, чтобы заменить Томска, план состоял в том, чтобы начать войну с картелями и заставить идиотов вроде меня уничтожить их для вас, а затем - в неразберихе - Рейвуд заработал бы несколько миллиардов, продавая свой поддельный кокаин.


"Единственным недостатком было бы побочное действие растения Люсинда, которое они используют, оно вызывает почечную недостаточность, и людям приходится отрубать ноги.


"Итак, после продажи больших количеств препарата в Америку, где, я думаю, вы живете, у нас было бы десять миллионов человек на диализе с отрезанными ногами, и было бы проведено расследование, дознание, и было бы обнаружено, что произошло.


"Было бы обнаружено, что Глубинное государство убило десять миллионов американских граждан и сделало еще миллионы больными в Штатах и по всему миру.


"Тогда, мистер Миллер, генералы и адмиралы, которые поддерживают вас, отвернутся от вашей маленькой грязной организации и захотят, чтобы вас всех похоронили поглубже, не оставив никаких улик, чтобы ваше тело сожгли вместе с доказательствами того, во что вы были втянуты.


"И мне интересно, мистер Миллер, сколько из этих армейских генералов знают о плане вашего полковника Рейвуда. Я бы предположил, что общая сумма равна нулю. Генералы и адмиралы не занимаются торговлей наркотиками. А вы, мистер Миллер, вы знали?"


"Нет, нет, я этого не делал".


И как далеко, по-твоему, ты сможешь зайти, когда появятся новости, когда это покажут на CNN? Не могли бы вы уйти? Возможно, пластическая хирургия?"


"Это выйдет наружу?"


"Я нашел улику, другие тоже могут, и когда люди заболеют, они поймут, что произошло. В Бразилии над этим работают ученые и техники, любой из которых мог бы продать эту историю. И Томск скоро выступит против них, люди будут задавать вопросы."


"Смогли бы вы сдержать это?"


"Господи, ты ведь многого не хочешь, не так ли?"


"Ни в чьих интересах, чтобы это вышло наружу".


"Верно, очень верно, но вы всегда можете спрятать большую ложь за маленькой. Поддельный кокаин может быть обнаружен без связи с вашими людьми, и тогда потребители наркотиков будут осторожны, проведут тесты.


"Это остановило бы операцию, не разоблачая тех подонков, с которыми вы делите офис. Поговори со своим боссом, составь план, но я могу сдержать только свой конец, я не могу сдержать бразильский конец."


"По крайней мере, это начало".


"А как насчет доброго полковника?"


"Ему ... нужно было бы уйти".


"Я буду сотрудничать, если вы скажете мне, кто тянет его за цепь".


Через мгновение последовало: "Сенатор Филсон".


"А есть ли какие-нибудь личные военные, связанные с Рейвудом?"


"Нет. Как вы сказали, они были бы в ужасе от этой идеи. Я с этим согласен. И в целом, я должен был бы сказать, что это был очень глупый план; в конце концов, он должен был просочиться, когда люди заболели. CDC внимательно изучает изъятые партии кокаина, некоторые из них уже заражены и убивают людей. Они бы взялись за это в течение месяца, так что Рейвуд идиот."


"Может быть, когда-нибудь они правильно выведут бактерии и в итоге не получат побочных эффектов".


"Это все еще торговля наркотиками, и ... почти все те, кто наверху, выступили бы против этого".


"Но они хотели бы получить миллиарды долларов, которые это могло бы принести ..."


"Возможно, некоторые бы так и сделали".


"И топить свои собственные авианосцы?"


"Есть ли ... доказательства существования этого плана?"


"В умах людей, нескольких из них. Будем надеяться, что Рейвуд никогда не выступит в суде. Поддержали бы это ваши боссы?"


"Нет, по крайней мере, я надеюсь, что нет. Хотя Филсон немного экстремален. Он был во Вьетнаме - и ему там понравилось."


"И когда ваши боссы узнают, захотят ли они заставить вас замолчать?"


"Мы не такие головорезы. По крайней мере, я надеюсь, что это не так."


"И все же ты был готов свести Рейвуда в могилу".


"У меня нет планов убивать десять миллионов американцев или топить наши собственные авианосцы. Что ты будешь с этим делать?"


"Я попытаюсь остановить их, и тихо, сгладить углы, получить несколько хороших минут на телевидении, а затем вернусь к настоящей работе, которую я делаю - и спасу нескольких заложников. Я не должен тратить свое время на вскрытие фурункулов для тебя. Позвони мне завтра, если у тебя будут какие-нибудь новости."


Я пошел, нашел Макса и увел его. "Немедленно опубликуйте статью в агентстве Рейтер. Майор Уилко и его люди обнаружили партии кокаина в Никарагуа, и анализ, проведенный британскими экспертами, показал, что кокаин был смешан с растением Люсинда.


"Люди, употребляющие это, заканчивали бы почечной недостаточностью и были бы ампутированы ноги. Это новое тревожное событие, партии очень большие и поставляются картелем Тиухана. Запустите это сейчас."


"Черт возьми, пользователи будут обеспокоены".


"Так и должно быть. Иди и сделай это."


Я кое-что поел с командой, половиной мужчин из "оленя" и "готов", поскольку сейчас самое подходящее время для вторжения FARC. После выпивки и беседы Миллер перезвонил.


"Я только что видел Reuters, и я думаю, что вы запустили процесс. Хороший первый тактический ход."


"Что ж, спасибо вам, мистер Миллер. А теперь твоя очередь. Вы получите от своего CDC отчет о том, что он нашел кого-то в Штатах."


"Я могу ... сделать что-то в этом роде, да".


Я нашел Саломею и вывел ее на темную полосу. "Ваши люди интересовались ракетами, вот почему у них был человек на разбившемся транспорте?"


Ее темный силуэт ответил: "Нет, он пытался внедриться к торговцам оружием, он не знал о ракетах".


"Почему именно эти торговцы оружием?"


"Некоторые из пистолетов, которые мы нашли в Израиле, мы отследили, как они попали к этим людям. Почему?"


"Я знаю, что здесь сейчас происходит, но это не влияет на ваших людей".


"Нет?"


"Нет".


"Ты уверен?" - спросил ее темный силуэт.


"Да".


"Но если ты сказал мне, и я сообщил об этом, это помогает мне".


"Почему я хочу тебе помочь?"


"Я помог тебе в Йемене".


"И ты поможешь нам когда-нибудь снова?"


"Конечно".


"Когда-нибудь скоро..?"


"Откуда мне знать?"


"Если бы я сказал тебе, у меня была бы к тебе просьба".


"Что..?"


"Вы посылаете одного из своих людей, пользующегося успехом в Америке, без вопросов".


"Я делаю это".


"Ты?"


"У меня есть отличная история для обложки в Америке, а также друзья и контакты там".


"Это было бы резонансно. Если тебя поймают..?"


"Ха, придурок, если меня поймают на какой-нибудь работе, они зажарят меня заживо".


Я рассказал ей историю за десять минут.


Наконец она спросила: "Кого из них ты хочешь убить?"


"Полковник Рейвуд, если мы его найдем".


"Что я делаю это для развлечения".


"И сенатор".


"Притворный сердечный приступ, инсульт, он уходит на пенсию, не задавая вопросов".


"Тогда иди отчитывайся, приведи себя в порядок".


Она достала свой телефон и отошла. Я сбил ее с ног и перекатился, вспышка огня, вторая очередь и упавшее тело. Это была не Саломея, она извивалась подо мной.


"Проверь свой огонь! Проверьте свой огонь!" Я закричал. Включив фонарик, я проверил тело, когда опустился на колени рядом с ним, мятежник. Я передал: "Уилко, всем командам, у нас Чарли, пробирающийся за проволоку. Разведите огонь, если они у вас есть."


Я уложил Саломею и приготовился, вспыхнули сигнальные ракеты, но только один мятежник был пойман и поражен дюжину раз. Я отвел ее назад, и мы нырнули в траншею.


"Ночь будет долгой", - заметил полковник.


"Поворачивайте, сэр, у нас достаточно людей, которые ищут".


Мой телефон зазвонил, Моран. "Мы высоко, вокруг никого. Обратите внимание на эти координаты."


Включив фонарик, я их записал. "Ждите вертолеты".


Я позвонил на корабль и попросил шесть морских ястребов, и были ли пилоты в сознании. У них была ротация экипажей, так что да - пилоты не спали, как они сообщили. "Как можно быстрее, ищите горящие факелы, в данный момент поблизости нет врага, нет горячей зоны. Высадите людей в зоне 2, и вы получите огонь из стрелкового оружия, так что, я думаю, это горячая зона."


Я позвонил Морану. "Морские ястребы будут с вами через ... скажем, минут двадцать, я думаю. Зажгите факелы, когда услышите их. Когда вернешься сюда, будь осторожен, ФАРК близко. Вниз, беги и преклони колени."


Он перезвонил мне, чтобы сказать, что они слышали вертолеты. Десять минут спустя я услышал приближение вертолетов. Я передал: "Огненные ракеты, если они у вас есть, уничтожьте всех нарушителей до того, как приземлятся вертолеты!"


Вспыхивают сигнальные ракеты, и пилотам вертолетов будет во что целиться. Выстрелов не прозвучало.


"Морские ястребы" последовательно приземлились, люди выскочили и побежали, вскоре опустились на колени, следующий вертолет в последовательности быстро коснулся земли.


Ко мне зашел Моран. "Где ты?"


Я включил свой фонарик. "Иди сюда". Он нырнул внутрь. "Ранен?"


"Ничего серьезного, они сами могут дойти до медиков".


"Ваша миссия классифицирована как совершенно секретная", - сказал я ему. "Убедись, что они это понимают".


"У меня будет слово позже. Подтвердилась ли информация?"


"Да".


Когда последний вертолет улетел, Моран отправился за траншеей и обустроить счастливый дом.


Полковник спросил меня: "У тебя есть менеджер в рубашке и галстуке?"


"Мы сделали, сэр, и человек над ним. Лучше не спрашивать."


"О, точно. И что, по-вашему, здесь должно произойти?"


Какое-то время Хромой атакует, затем мы отступаем. Настоящая битва ... в другом месте, сэр."


В 5 утра я пошел пописать и позвонил Дэвиду Финчу. В Лондоне было бы 9 утра.


"А, Уилко, как дела?"


Прошлой ночью мы получили хороший результат, теперь у меня есть почти все фрагменты. Человек из глубинного государства, не совсем покойный полковник Рейвуд, разрабатывал поддельный кокаин, используя растение Люсинда."


"Это растение используют стоматологи, оно омертвляет десны".


"Он смешивает его с настоящим кокаином, или экстрактом коки, и какими-то умными бактериями, и их получается в четыре раза больше, и это сходит за обычный кокаин, но с побочным эффектом в виде почечной недостаточности и ампутации ног".


"Черт возьми, это не будет популярно даже для наркомана. Какого черта ему понадобилось создавать что-то подобное?"


"Он хотел, чтобы картели были уничтожены, затем он зарабатывает деньги, продавая поддельный кокаин, деньги, которые можно использовать для ... того, что есть в его крошечном мозгу. Через год люди заболевали, и игра заканчивалась. Мне нужно, чтобы ты опубликовал фальшивую историю, убедил премьер-министра, что это опасно."


"Это чертовски опасно".


"Говори громче. Я уже попросил Макса опубликовать кое-что в Reuters о препарате и его побочных эффектах, так что поддержите это."


"Есть и другой аспект этого, и это то, что произойдет через год, если бы план осуществился. Люди перестали бы доверять поставщикам и производителям кокаина."


"Пока они не смогли каким-то образом протестировать наркотики, идентифицировать их".


"И цена на настоящий кокаин взлетела бы", - отметил Дэвид.


"Это ... интересно, потому что Медельин рука об руку с Рейвудом, по крайней мере, один из них. И я до сих пор не знаю, кто заложил бомбы в машину. Но я не думаю, что Медельину нравится идея распространения там испорченных наркотиков."


Наркотики часто бывают испорченными, и дилеры разбавляют их пищевой содой и другими видами. Если бы Медельин мог гарантировать качество, они могли бы зарабатывать больше денег; настоящий колумбийский кофе или поддельный кофе. Было очень много смертей от отравленных наркотиков."


"Итак, Рэйвуд зарабатывает миллиард или десять на поддельных лекарствах, затем снова отмывается, продавая товар подлинного качества за большие деньги. В любом случае, я попытаюсь остановить распространение отравленных наркотиков, потому что следует избегать гибели нескольких миллионов американцев."


"Да, так и должно быть. Насколько коварны Deep State, что они даже рассматривают это?"


"Филиал Глубинного государства, но они предпринимают шаги, чтобы навести порядок в доме. Так они утверждают. Послушай, у меня есть несколько телефонов и плееров, так что я смогу нанять руководство среднего звена. Я полагаю, вы хотите их остановить."


"Да, потому что мы не хотим, чтобы здесь, в Великобритании, погибло пятьдесят тысяч человек. И большинство потребителей кокаина - это городские типы, летящие высоко. У нас бы некому было управлять лондонскими банками."


"А если бы это был героин?"


"Я мог бы представить, что некоторые люди, в определенных кругах, не потеряли бы сон из-за смертей. Кокаин для среднего класса, а не для бездомных наркоманов. Что ты будешь делать там, на земле?"


"Найдите несколько хороших минут на телевидении, подержите связь, а затем посмотрите, что произойдет с информацией. Американская пресса не успокоится, пока не узнает, кто выпустил ракеты, и я бы ни за что не сказал им, что это был Рэйвуд."


"Ну, нет, это был бы странный момент, но вину возложили бы на ЦРУ. И знаем ли мы наверняка, что это был Рейвуд?"


"Только благодаря тому, что его подчиненный сдался, когда на него нажали. Но я надеюсь когда-нибудь в скором времени спокойно с ним поболтать."


Я позвонил Тинкер.


"Ах, Уилко, мы были заняты. Телефон этого человека, адвоката, отслеживается на телефоны в Америке, Медельине, Панаме и Бразилии, а также отслеживался на Никарагуа и Коста-Рику."


"Он был менеджером среднего звена."


"Был?"


"Американцы сбросили на него 2000-фунтовую бомбу."


"Ой. Что ж, его удостоверение личности поддельное, по крайней мере, в той мере, в какой настоящий мужчина с таким именем находится в инвалидном кресле в больнице штата Вирджиния в Канзасе."


"Мне нужны люди, связанные с ним, но больше всего мне нужен человек над ним. А как насчет номера в Панаме?"


"Есть бумага и ручка?"


"Подожди. Хорошо."


Он назвал номер. "Он использовался в квартале шикарных квартир и доме на окраине". Он дал мне адрес.


"А в Бразилии?"


Он перечислил номер и точку сетки.


"Отлично, продолжайте в том же духе, он - наш приоритет. О, к чему восходит американский номер?"


"Отель, ресторан и гольф-клуб на окраине Вашингтона".


"Попробуй найти кого-нибудь, кто был бы общим для всех них. Перечислите их для меня. " Я записал местоположения.


Следующий звонок был Бобу Стейнсу. "Есть бумага и ручка?"


"Стреляй дальше".


Я перечислил детали.


"Я могу кое-что сделать с парнем из Вашингтона, возможно, оставьте это мне".


"Посмотри на сенатора Филсона".


"Сенатор? Черт возьми."


Я позвонил в Томск. "Запиши это". Я рассказал ему подробности о Панаме. "Посмотри, кто живет в этом доме и связан с этими квартирами, и прежде чем они уйдут".


"Я разбираюсь с этим сейчас, я хочу это дерьмо".


"Кто-то предложил мне кое-что, о чем вам следует подумать. Если эти поддельные наркотики с побочными эффектами будут широко использоваться, цена на настоящий кокаин вырастет в десять раз."


"Я поручил ученым разработать тестовый набор, и я отправлю его Карлосу и другим, и мы протестируем все партии здесь. Пока совпадений нет."


"Если у вас есть наборы для тестирования, и у Карлоса, и у людей, которых вы знаете в Америке, тогда ваши наркотики можно было бы протестировать. Цена поднялась бы. Тебе нужно достать этот тестовый набор и сказать, для чего он нужен."


"Да, я работаю с ними быстро".


"Пусть все узнают о поддельном кокаине, раздайте тест-наборы, и пострадают ваши враги, а не вы".


"Сколько еще раз ты меня спасешь, а?"


"Это моя работа, за что мне платят".


"Британцы платят вам за то, чтобы вы стреляли в таких людей, как я!"


"Хорошо, значит, я не образцовый работник. Немедленно взгляните на эти апартаменты."


День быстро прояснялся, люди высматривали отставших членов ФАРК. Я подошел к Хейнсу и помахал Моргену. "Я хочу патруль из восьми человек, когда вы будете готовы. Они идут к северному концу, вниз, поворачивают направо и вверх к разбомбленному району, затем обратно.


"Но им нужно быть предельно осторожными, потому что в кустах могут прятаться раненые бойцы FARC". Я повернулся к Морген. "Убедитесь, что никто не стреляет, вместо этого они сообщают о цели, вы докладываете мистеру Хейнсу, он обновляет свой патруль".


Я подошел к Таггарду. "Ваши люди свежи и готовы?"


"Да, хотя не мешало бы побриться".


"Я хочу патруль из восьми человек. Они спускаются в долину и ищут, но им нужно быть очень чертовски осторожными, там могут быть спрятаны раненые FARC."


"Я предупрежу их".


Рокко не спал и писал. "Старший сержант!"


Он подошел. "Скоро под нами появятся патрули, так что поговорите со всеми группами, уберите пальцы со спусковых крючков".


"Здесь начинает вонять".


"Может быть, мы сможем достать химикат". Я шагнул к полковнику. "Сэр, позвоните в свой штаб, спросите, какое химическое вещество мы могли бы распылить, чтобы избавиться от запаха тел внизу".


"Я попрошу, да, но это необычная просьба".


"Попросите у них также несколько сотен мешков для трупов".


Я позвонил в Томск и попросил "Скайван" доставить бочки с нефтью и бензином, было сделано несколько рейсов.


Вернувшись к полковнику, он сказал, что они свяжутся с ним.


"А как насчет фосфора, сэр?"


"Да, они все еще есть у ВВС".


У ВМС было немного. Зона канала?"


"Не уверен. И я говорю это потому, что фосфор - это оружие в джунглях. Было бы разумно привести их сюда. Я сделаю звонок. Будем надеяться, что ветер изменит направление."


Я спустился к медикам и вызвал старший персонал. "У нас очень много тел внизу, в долине, и частей тел с того места, где бомбил ваш флот. Каков наилучший способ остановить их запах?"


"Похороните их", - резко прозвучало в ответ с несчастным лицом.


"Мы не можем похоронить их с поросятами, когда они намазаны повсюду, как джем, намазанный джемом. И их двести или больше. К концу мы бы устали."


Обложка в лайме в качестве промежуточного этапа. Но закон и все условности требуют, чтобы мы возвращали тела и проявляли должное уважение."


"Долина слишком опасна, там все еще ФАРК. Если вы спуститесь вниз, чтобы собрать тела, вас застрелят и добавят запаха."


"Затем, в качестве промежуточного звена, солдаты могли бы намазать немного извести".


Я отошел, позвонил в Томск и попросил доставить десять тонн извести.


"Какого черта?"


"Триста трупов FARC, они начинают пахнуть".


"Ах, да. Я получаю немного. Фу. Но я знаю людей, которые хорошо обращаются с телами, они могли бы навести порядок."


"Если бы они были в гражданской одежде, ФАРК не стреляли бы в них. Пусть им хорошо заплатят и отправят с мешками для трупов. Мы отправим тела в Колумбию и будем выглядеть как хорошие люди. Мы застрелили их близких, но вернули хотя бы вонючие тела."


Час спустя приземлился "Скайвэн" с бочками масла, и я приказал отвезти их в саут-энд.


"Что мы будем с ними делать?" - Спросил Бегущий Медведь.


"Я думал, что мы скатаем их и подожжем, когда наберем достаточно".


"Это начинает дурно пахнуть".


"Также прибудет лайм и несколько гробовщиков".


"Всего в тридцати ярдах под нами тела", - пожаловался он. "Опасно идти за ними".


"Пусть это сделают гражданские".


Эти гражданские спустились позже, одиннадцать из них в белых комбинезонах с красными крестами, и они вытащили огромную кучу мешков для трупов. Каждый мужчина был стар, хорошо сложен, и на его лице никогда не было улыбки.


Я спросил: "Говорите по-английски?"


"Да".


"Ты спускаешься в долину внизу, складываешь тела повстанцев ФАРК в мешки, возвращаешься сюда, улетаешь на самолете, зарабатываешь достаточно денег, чтобы прокормиться десять лет".


Они кивнули.


"Все еще есть несколько раненых из FARC, но они не будут стрелять в вас. Если ты найдешь их, помоги им, мы хорошо смотримся по телевизору."


Они пожали плечами и смирились с этим.


Я шагнул к Хейнсу. "Предупредите своих людей, что зомби-подобные личности в белых комбинезонах собирают тела, и не стреляйте в них. Мистер Морген, предупредите своих морских пехотинцев." Я выпустил аналогичное предупреждение по радио.


Звонил Свифти. "Мы облажались в этом районе, нанесли большой ущерб, и мы нашли лагерь FARC и расстреляли тридцать из них, сожгли его дотла. Мы разгромили ту заправочную станцию, Рокко разрушил мост, а затем и второй мост, так что местные будут на нас в ярости."


"Возвращайся к нам на север в поисках того, что можно сжечь".


Звонил коммандер Доусон. "У нас есть список целей, лагерей военного типа, но воздушная разведка показала, что они пусты. Адмирал интересовался, можем ли мы использовать их для стрельбы по мишеням."


"Определенно. И пусть несколько реактивных самолетов пролетят на низкой высоте и высокой скорости к югу от меня, надорвут барабанные перепонки, но там, где есть города и деревни."


"Что мы можем сделать, да, заставить их думать, что на них напали".


Подумав, я позвонил полковнику Мэтьюзу. "Сэр, каково сейчас настроение средств массовой информации и людей в Штатах, думают ли они, что мы побеждаем?"


"Похоже на бойню, и у военно-морского флота были камеры на самолетах и на самих бомбах, и это продолжалось несколько дней. Похоже, мы разбомбили ФАРК к чертовой матери, с нашей стороны потерь немного, так что, я думаю, избиратели довольны."


"У нас здесь есть люди, местные мужчины, которые собирают тела, так что мы, по крайней мере, будем выглядеть как заботливые люди".


"К чему этот вопрос?"


"Я не уверен, что мы получим подписанное признание от людей, которые выпустили крылатые ракеты, сэр. Итак ... это имеет значение?"


"Трудно догадаться. Люди видели, как мы нанесли ответный удар, но политики хотят знать подробности о том, кем они были."


"Возможно, мы никогда не докопаемся до сути этого, сэр. Итак, вопрос в том, причинили ли мы здесь достаточно вреда?"


"Я бы сказал "да", чтобы успокоить большинство людей. Ты хочешь выйти из игры?"


"Нет, только то, что мы стреляем в пехотинцев и упускаем казначеев".


"Да, я понимаю ваше разочарование".


"Я продолжу в том же духе, посмотрим, смогу ли я навести кого-нибудь из старшего персонала, но, насколько я знаю, некоторые были убиты прошлой ночью в лагере, который разбомбил ваш флот".


Я совершала обход, болтала с мужчинами и рисковала быть застреленной снизу. Но пока все было тихо, зомби собирали тела в мешки. Я остановился в траншее, где принимали Паркера и Монстра.


"Паркер, как дела?"


"Пока никто не пострадал, босс".


"Как тебя угораздило столкнуться с монстром?"


"Что со мной не так?" Монстр запротестовал.


"Сколько у тебя времени?" Я возразил, и они рассмеялись.


Паркер сказал мне: "Он насрал в бумажный пакет и бросил его в сторону Риццо".


"Вы должны были поджечь бумажный пакет", - сказал я им.


Я поболтал с Моури и Свон, оба в хорошем настроении, Тиллер и Брейс, и двинулся вдоль очереди к Моран и Джинджер.


"Мы здесь побеждаем?" - Спросил Моран.


"Внизу, как варенье, разбросаны куски мертвых боевиков FARC, повсюду тела. Так что да, но нам все еще нужна часть их командного состава."


"Посидеть в Боготе с холодным пивом", - усмехнулась Джинджер.


"А история этого человека?" - Спросил Моран.


"Было ключом к пониманию этого беспорядка, реальной истории, так что не повторяйте этого, убедитесь, что Риццо замолчит".


Напротив, в медпункте, я нашел Дока Вилли. "Как ты справляешься. Док?"


Он вытер лоб тыльной стороной рукава. "Ну, в детстве я смотрел все фильмы о войне во Вьетнаме, и это как оказаться в одном из них, американцы с М16! У нас есть грязь, джунгли и входящие, так что все это немного сюрреалистично и далеко от стерильной больницы в Великобритании.


"Что касается солдатского аспекта, я здесь не страдаю, я могу достаточно хорошо жить в норе в земле, и пришедшие не напугали меня, как и лазутчики. В целом я бы сказал, что предпочел бы быть здесь, чем возвращаться в Каттерик."


"Хорошо, тогда для тебя есть надежда".


Зомби вернули тело с пульсом, медики осмотрели его, а затем приступили к работе. Они могли бы спасти человека, что-нибудь для них сделать. Час спустя у них было десять раненых бойцов FARC, которым нужно было оказать помощь, вызвали вертолеты, раненых отправили обратно после стабилизации состояния.


У них также была длинная очередь из набитых мешков для трупов, Макс отрывался от сотрудников прессы.


К трем часам дня, в жаркий и липкий день, у нас было сорок тел в мешках, очень длинная очередь, и я вызвал "Скайван". Он прибыл с лаймом и начал перевозить мешки с телами на взлетно-посадочную полосу.


Патруль 2-й эскадрильи вернулся, четверо повстанцев FARC застрелены, отмечено несколько раненых, проверена куча трупов. Зомби теперь будут уничтожать известь и использовать ее на телах и частях тел.


Звонил Митч. "Мы остаемся здесь?"


"Есть какое-нибудь движение?"


"Nada."


"Медленно возвращайся, дай нам знать, когда будешь рядом".


Звонила Тинкер. "Получил телефонный звонок. Есть бумага и ручка?"


"Подожди. Хорошо, продолжайте." Я записал сетку. "Хорошо, спасибо". В командном бункере я взглянул на карту и нашел дорогу в пяти милях к западу-юго-западу от нас."


Звоню на аэродром и прошу четыре Хьюи. Я передал: "Эхо, мне нужны шестнадцать человек для миссии Хьюи, пять минут".


Вскоре я увидел, как они выстраиваются в четыре команды по четыре человека, с ними были мои снайперы. Через несколько минут с ревом ввалились Хьюи, и я побежал к первому из них. Внутри, надев наушники, я сказал: "В пяти милях по направлению 260 есть дорога, обыщите местность на предмет грузовиков и боевиков FARC".


Слайдер шел дальше, поэтому я крикнул ему на ухо: "Стреляй сверху или приземляйся и вступай в перестрелку, если что-то увидишь".


Он кивнул и сел в стороне.


Убегая подальше, я мог видеть, как Монстр и Паркер сидели наготове, Джинджер был готов к поездке, Макс сидел рядом с ним - не то чтобы я приглашал Макса с собой, Хьюи с ревом унеслись на запад и вниз по долине, вскоре скрывшись из виду.


"В чем заключается миссия?" - спросил полковник.


В телефон врезались на дороге, в пяти милях к западу. Может быть, ничего."


Прошло всего около трех минут, когда зазвонил мой телефон. "Это Джинджер", - донесся искаженный крик. "У них есть артиллерия!"


Я опустил трубку. "Приближается! Добирайся до обложки!" Я передал: "Приближается артиллерия, заходите в траншеи!" Я выпустил очередь. "Приближается!"


Я снял трубку. "Джинджер, ты там?"


"Мы стреляем вниз, рассеивая их".


"Какой тип артиллерии?"


"похоже, что 105 мм".


"Убейте их всех, тогда я заставлю флот бомбить". Я повернулся к Моргену и полковнику. "105-мм артиллерия. Они бы убили некоторых из нас."


Я позвонил на корабль, поскольку командный состав выглядел обеспокоенным. "Это Уилко, экстренное задание, РВСК с артиллерией, в пяти милях к западу от LZ2, пеленг 260. Любая птица поблизости может обстрелять, но сейчас "Хьюи" ведут огонь по артиллерии. Предупредите своих пилотов, сначала мне нужно визуальное подтверждение целей, артиллерийских орудий и грузовиков."


"Понял".


Я перезвонил Джинджер. "Это Уилко, что там происходит?"


"Мы многих застрелили, остальные разбежались".


"Уходите, флот будет бомбить, сделайте круг в миле от цели".


"Вас понял".


Минуту спустя два реактивных самолета с визгом пролетели над нами и направились на запад. Мы смотрели в ту сторону, не слыша никаких отдаленных взрывов, но артиллерийские орудия были в пяти милях от нас и в долине.


Мой телефон зазвонил. "Это Джинджер", - донесся искаженный крик. "F18 обстреляли артиллерию и грузовики".


"Бомбы в пути. Когда они закончат, заходите и берите телефоны и удостоверения личности!"


Я попросил Моргена раздобыть побольше "Хьюи" и разместить "Морских ястребов" на борту для воздушного патрулирования к югу от нас, как только они будут готовы.


Раздался визг, и мы все подняли головы, когда мимо группой пронеслись четыре F18.


Джинджер позвонила минуту спустя. "Сейчас бомбят F18, от них остались только куски тел".


"Сядь в миле отсюда, войди, отправь Хьюи обратно ко мне".


Вас понял."


Я передал: "Капитан "Волков", мне нужны шестнадцать человек, четыре команды по четыре человека для "Хьюи", две минуты. Они летают вокруг и высматривают ФАРК, чтобы стрелять, артиллерию, патрули. Пусть с ними побудет сержант, полчаса и обратно."


Вскоре до нас добрался беспилотник Huey, когда они поднимались по долине, садясь в линию на полосе, наши грудные клетки задребезжали. Я помахал Волкам на борту, пока медики наблюдали, как "Хьюи" вскоре отчаливают и направляются на юг.


Они отсутствовали пять минут, когда с северо-востока подошли еще три "Хьюи". "Мистер Хейнс, двенадцать человек плюс сержант, найдите и уничтожьте, полчаса и обратно".


Хьюи успокоился, Хейнс махнул своим командам на борт, вскоре трио тронулось и направилось на юго-восток, пока сотрудники ПРЕССЫ снимали.


Я только сел, когда гул усилился, и, посмотрев на восток, я увидел линию из восьми "Морских ястребов", заходящих внутрь, двери открылись. Они пролетели мимо нас, на уровне вершины холма, и дальше, два сотрудника пресс-службы снимали. Я подошел к радисту, обеспокоенный.


"Предупреди их, что у нас патрулируют дружественные "Хьюи", и мои люди приземлились недалеко от артиллерийского обстрела вашего флота".


Сообщение было отправлено и подтверждено как раз в тот момент, когда F18 с визгом пронеслись мимо нас вслед за "Морскими ястребами".


Мой телефон зазвонил, коммандер Доусон, Джордж Вашингтон. "Майор Уилко, доложите обстановку".


"Мои люди в "Хьюи" прикончили артиллеристов до того, как они смогли открыть огонь, затем ваши F18 обстреляли и разбомбили, мои люди сейчас выдвигаются, чтобы получить результаты экспертизы. Теперь у нас есть две группы Хьюи, отправившихся на поиски, плюс ваши морские ястребы. В районе LZ2 пока тихо, тела упаковывают в мешки и вывозят, пока небольшие команды прочесывают долины в поисках отставших."


"Ладно, все это понял".


Телефон отключен, и Морген предупредил меня о приближении репортеров. "Как я выгляжу?"


Бодрый и свежий, в отличие от остальных из нас. Хотя, возможно, нужно побриться."


"Почему, я надел маску".


На мне была эта маска до того, как они приземлились, и я повел их к командной зоне. "Фильм на фоне командной зоны".


Полковник и майор Морген присоединились ко мне, когда репортеры собирались, некоторые из них были теми же, что посетили Ла Нингу.


Кивок оператору, и ведущая начала: "Майор Уилко, какова была цель миссии здесь?"


"Миссия здесь была продолжением миссии в северной Панаме, в районе аэродрома Ла-Нинга, по поиску ракет и людей, которые ими управляли. Мы пришли сюда, потому что знали, что FARC расположены всего в нескольких милях к югу, и что FARC действовали и выпустили ракеты.


"Мы разбили здесь лагерь, и как только нас заметили, ФАРК пересекли границу и напали на нас, силами в двести солдат повстанцев. Мы не начинали бой здесь, на нас напали, как только сообщили о нашем присутствии, и мы в пяти милях внутри Панамы, на вершине этого холма.


"Со времени той первой атаки мы видели продолжающиеся и усиливающиеся атаки, в том числе самолет с бомбой, и сегодня мы видели артиллерийскую установку, готовую открыть по нам огонь."


"И потери с нашей стороны?"


"Дюжина раненых, никто не убит".


"Красный Крест здесь?"


Я взглянул на зомби в их ярко-белых комбинезонах. "Нет. Мы попросили правительство Панамы прислать людей, чтобы они помогли собрать тела и перевезти их обратно в Колумбию для захоронения."


"Сколько членов ФАРК погибло здесь?"


"Сотни, большинство разбомблено вашим флотом. Ночью ударная группа с авианосца "Джордж Вашингтон" нанесла удар по лагерю FARC и убила высших руководителей, а ваши F18, пока мы говорим, бомбят различные лагеря и тренировочные группы, склады оружия, грузовики и артиллерию."


"Как долго будет продолжаться эта кампания?"


"Пока мы не уменьшим возможности FARC, и, надеюсь, когда у нас будут некоторые из членов их руководства, вопросы о ракетах, на которые нужно ответить".


"Что вы знаете о зараженных наркотиках, найденных в Никарагуа?"


Я обдумываю свой ответ, у меня на уме Миллер. "Теперь мы считаем, что это было частью того же плана, что и крылатые ракеты. Мы считаем, что первоначально предполагаемым применением крылатых ракет было бы убийство различных лидеров картеля и создание путаницы и перебоев в поставках кокаина в Америку по центральноамериканскому маршруту на север.


"Британские ученые, работающие с британской разведкой, уверены, что кокаин не был случайно испорчен, но вместо этого он был хитро разработан, чтобы действовать как медленный яд.


"Мы считаем, что в неразберихе, последовавшей за смертями лидеров картеля здесь ... что наркотики могли быть использованы в качестве террористической атаки, чтобы медленно отравить миллионы людей. Мы знаем, что босс медельинского картеля Манчес причастен к созданию отравленных наркотиков.


"Мы полагаем, что он употреблял отравленные наркотики в течение нескольких месяцев, люди заболевали, прежде чем предлагать настоящий кокаин по гораздо более высокой цене. Теперь похоже, что картель Тиухана и другие были обмануты. Они - конвейерные люди, медельинцы - производители.


"Различные ученые сейчас разрабатывают наборы для тестирования, и вскоре должна появиться возможность идентифицировать зараженный кокаин и избегать его употребления".


"А как насчет людей, которые уже использовали это?"


"Они будут страдать от почечной недостаточности, их лапы почернеют и будут ампутированы".


"Это была атака, направленная против Америки?"


"Нет, кроме того факта, что ты употребляешь большое количество кокаина. Атака была направлена на качество наркотиков в трубопроводе, и этот трубопровод отправляет наркотики по всему миру. Это убило бы много людей в Центральной Америке и Европе.


"Целью было вызвать панику, за которой последовало повышение цен на кокаин. Случилось то, что мы раскрыли заговор, и картели обратили на нас свое внимание. Мы считаем, что FARC были нанятыми наемниками, которым платили за управление ракетами за деньги, дали несколько ложных обещаний и обращались с ними как с пушечным мясом.


"На данный момент человеком, наиболее ответственным за ракеты, является Манчес из Медельинского картеля. Картель Тиухана был одурачен ... но хотели ли они нанести ответный удар по американским военным, мы пока не знаем почему, мы не знаем, что им пообещал Медельинский картель."


Мой телефон зазвонил. "Сделай перерыв, сними лагерь". Я отошел.


"Это я, " раздался голос Тайни.


"Привет мне."


"У нас двое мужчин в доме на окраине, я только что позвонил и сообщил их номер."


"Местные мужчины?"


"Жители Томска говорят, что у них колумбийский акцент."


"В таком случае заставьте их говорить, но используйте переводчика."


"И миллион долларов, который у них есть ..?"


"Если бы ты взял это, и если бы ты захотел это иметь, я больше не мог бы доверять тебе и работать с тобой."


"Ох. Ну, тогда я этого не хочу, у меня и так достаточно платьев на данный момент."


"Передайте это Томску. Быстро разберись с этими двумя мужчинами."


Репортеры взяли интервью у полковника, а затем сняли район командного бункера, взяли интервью у некоторых медиков и сняли со стороны холма. Они все еще были здесь, когда первые четыре Хьюи громко вернулись, хороший образ для фильма. К счастью, люди на борту бежали на запад, скрыв лица.


"Морские ястребы" вернулись за прессой, и я был рад избавиться от них.


Час спустя позвонил заместитель начальника. "Уилко, в агентстве Рейтер есть статья о зараженных наркотиках. Это читается как массовая атака на Америку."


"Технически, это означало бы, что заболели бы десять миллионов американцев, но только обычные потребители кокаина".


"Иисус. Кто за этим стоит?"


"Близкие тебе люди".


После долгой паузы последовал вопрос: "А улики?"


"Скрывается".


"Что именно вы раскопали, и почему нет сообщений из Лондона?"


"Не по телефону".


"Мне не нравится, как это звучит".


И тебе не следует. Мы ... продвигаемся медленно, и история, которую я скормил СМИ, была верна в том, что могло бы произойти, но не в мотивации или в том, кто за этим стоял."


"Медельин?"


"Нет. Другие."


"Ты бросил в нее Медельин?"


"В этом замешан их человек Манчез, его наблюдатель".


"Белый дом будет задавать вопросы, громкие вопросы".


"Тогда давайте надеяться, что они не узнают, кто на самом деле стоял за этим. И я надеюсь, что жажда крови ФАРК была удовлетворена, и что они просто выглядят как наемные работники - что, я подозреваю, правда."


Следующим позвонил Боб Стейнс. "Привет, ╧1".


"Я раздобыл немного экстракта растения Люсинда, попросил эксперта смешать его с обычным кокаином и организовать, чтобы парижская полиция его нашла. Паника будет распространяться."


Хорошая работа, организуй еще. И Боб, ты злой, противный, строящий козни и интриги дерьмо мирового класса."


"Я знаю. Спасибо."


Миллер позвонил после того, как команды вернулись, артиллерии больше не было замечено. "В агентстве Рейтер появилась статья о том, что французская полиция обнаружила кокаин, зараженный растением Люсинды ..."


"Я думаю, слух распространится".


"Паника будет распространяться. В течение часа ЦКЗ найдет кого-нибудь."


"Итак, я думаю, полковнику Рейвуду будет трудно продать это, и если он попытается - и это не пройдет проверку, покупатели будут ... им недовольны".


"Они бы сделали, да".


"И у тебя его нет в твоем справочнике?"


"Нет, потому что такие вещи хранятся в строжайшем секрете".


"Ах, если бы только".


"Только ... что?"


"Если бы только идиоты, на которых ты работал, могли держать все в секрете. Скоро поговорим."


Следующим позвонил Тайни. "Эти парни были довольно жесткими, но они сломались и теперь умоляют, чтобы это закончилось".


"Ты беспокоишь меня, девочка".


"Мне нужно разобраться с некоторыми проблемами гнева. Так сказал психотерапевт."


"Что они сказали?"


"Они работают на Манчез, Медельин, и они знают, где находится американец, использующий имя Марти Баннистер, прикрываясь тем, что он чиновник ООН, занимающийся просвещением деревень".


"Так где же он?"


"Богота".


"Хорошая работа".


Я позвонил Бобу Стейнсу. "У тебя есть фотография Рейвуда?"


"Не из недавних".


"Немедленно отправьте копию по факсу в Томск, что у вас есть. И с ростом, и с чертами лица."


"У него шрам на левой руке. Возможно, его уже удалили хирургическим путем."


Я позвонил в Томск. "У тебя есть люди в Боготе?"


"Да, хорошая команда".


"Пусть они посмотрят на всех менеджеров ООН, на американца Марти Баннистера, у него шрам на левой руке. Похитите его, но у него, вероятно, есть защита поблизости. К вам направляется факс с описанием того, как он выглядел, когда был моложе."


"Кто он?"


"Человек, который спланировал все это, выдавая себя за менеджера ООН".


"Я нахожу дерьмо. За деньги, которые я предлагаю, они забирают всех менеджеров ООН."


"Это привлекло бы внимание, так что просто ищите нашего человека. И быстро. Мы могли бы положить этому конец."


Я позвонил в Лэнгли, заместителю шефа. Обратите внимание на это имя: Марти Баннистер, менеджер ООН, сейчас в Боготе. Подделать какие-нибудь улики, секс с маленькими мальчиками, что угодно, пусть его заберут, если он снова въедет в Штаты."


"Что он сделал?"


"Он нацелил несколько ракет в своего дядю Сэма. Если вы поймаете его, заставьте его тихо уйти."


"И на кого он работает?"


"Ты не хочешь знать, а они бы напали на твою семью".


"Нам нужно поговорить с глазу на глаз, очень скоро".


"Это не будет приятной беседой", - предупредил я его.


Стоя и глядя на близлежащие холмы, я вызвал транспорт и отправил Саломею в Томск, чтобы она вылетела рейсом в Штаты. Она предвкушала горячую ванну.


Свифти появился, когда мы потеряли свет; потный, весь в засохшей грязи. "Мы отстреляли все РПГ и выбросили часть оставшейся у нас взрывчатки, так что мы притащили обратно всю хуйню".


"Так же хорошо, я не хочу, чтобы это оставалось где-то на случай попадания миномета. Отдохни, если тебе это нужно, тогда я хочу, чтобы ты обучал американских волков."


Томск позвонил после наступления темноты. "У меня есть тот человек в Боготе, шеф полиции там его поймал, я уже приказал им отрезать ему пальцы".


"Ах, в таком случае ему было бы трудно заключить сделку - он не смог бы ее подписать", - съязвил я.


"Они доставляют его ко мне на частном самолете".


"Будь осторожен, здесь повсюду американские самолеты".


"Они летают низко над побережьем", - заверил он меня. "Их никто не видит".


Час спустя и адмирал Маллой был включен. "На нас летела крылатая ракета, корабль пикета сбил ее!"


"Я ... удивлен, что у них был готовый. С какого направления это пришло?"


"С побережья Колумбии".


Я закрыл глаза и откинул голову назад. "Ах... черт".


"Что?"


"Спроси парня с радаром, был ли у него большой профиль. Наркокурьеры летают на частных самолетах низкого уровня в этом районе."


Так что это мог быть один. Ад. Я уточню у разрушителя."


Я тяжело вздохнул, покачал головой и позвонил в Томск. "ВМС США только что сбили реактивный самолет, летевший на низкой высоте со стороны Карибского моря."


"Они застрелили моего пленника?"


"Они подумали, что на них летит крылатая ракета".


"Эти идиоты!"


"Чей это был самолет?"


Они сказали "Частный самолет".


"Кто был на борту?"


"Пилоты, накачанный наркотиками заключенный и двое охранников".


"Тебе лучше проверить всех вокруг и объяснить им это".


"Их проблема в том, что они обещали доставку".


"Все равно заплати им немного денег, будь с ними ласков. Они могут нам скоро понадобиться."


"Сейчас я не получаю ответов!"


"Мы продолжим искать ответы, не волнуйся".


Билли предложил мне плитку шоколада, когда мы сидели в темноте в моем командном отсеке, лампа отбрасывала немного света вокруг. "Как продвигается разведка?" Команда GL4 вернулась к делу?"


"Эта команда делает хорошую работу, но в основном GCHQ отслеживает полученные нами телефоны. Итак, мы получаем схему использования телефона и человека, стоящего выше пехотинца в полевых условиях. В любом случае, как ты справляешься?"


"Устал за два дня, но теперь вошел в рутину, и твое тело помнит. Я делал подобные упражнения, сотни из них, и это напоминает мне об Омане.


"Мне снились сны об Омане, которые я давно забыл, действительно странно, но кажется, что это было вчера. Тебе снится Босния?"


"Нет, или, по крайней мере, я не помню, помню ли я. Когда я вспоминаю сон, это с точки зрения ребенка, а не взрослого ума."


"Я прочитал книгу о Боснии, попытался представить, как это было, и, как и все солдаты, я знаю, каково это, когда ты устаешь через несколько дней. В какой-то момент на Фолклендах я устал, проголодался и замерз, и мне действительно хотелось, чтобы это закончилось."


"Эхо" получает возможность увидеть маленькие войны, но мне интересно, как бы они отреагировали, если бы они были здесь шесть месяцев, ежедневно приходя".


"У них пропал бы аппетит к этому", - заметил Билли.


"Я бы тоже, я думаю".


Маллой перезвонил. "Это мог быть реактивный самолет, разрушитель будет искать обломки, но он летел со скоростью 400 узлов на высоте пятидесяти футов! Как, черт возьми, мы могли заметить разницу?"


"Не беспокойтесь, сэр, просто торговцы наркотиками".


"Мы проинформировали Государственный департамент и власти Колумбии, и они займутся этим".


Томск перезвонил мне. "Этот самолет уже должен был приземлиться, контакта с ним нет. Я сказал им, и они недовольны американцами. Я выгляжу нормально, и я уже плачу им немного денег."


"Борьба продолжается", - сказал я ему. "Мы смотрим под другими углами".


Положив трубку, я подумал, было ли "Глубокое государство" достаточно хорошим, чтобы знать о захвате Рейвуда, и сбили ли они самолет?


Я набрал номер Миллера, и он перезвонил. "Ты преследуешь меня?"


"Не смейся, но наш хороший друг, полковник Рейвуд, был схвачен в Боготе".


"С чего бы мне смеяться?"


Томск отправил его в Панаму на частном самолете низкого уровня. Ваш флот, решив, что это крылатая ракета, сбил ее за счет налогоплательщиков."


"Это ... странный поворот событий, да, и это закрывает главу. Я ... передам это по очереди. Они сначала допросили его?"


"Нет, его накачали наркотиками, а затем запихнули в самолет. Военно-морской флот собирается собрать обломки, чтобы они могли найти его, за исключением его пальцев."


"Без его пальцев?"


"Они были отрублены до того, как он улетел".


"Значит, никаких отпечатков пальцев. Их отрубили по этой причине?"


"Нет, просто чтобы причинить ему боль".


"Тем не менее, это поможет нам, если они найдут тело, но также придаст ему подозрительный вид, человек, летающий без пальцев".


"Да, было бы трудно открывать бесплатные орешки".


Я ввел в курс дела Тинкер и Боба Стейнса и позвонил Дэвиду Финчу, которого соединили с его мобильным. "Ты ходишь танцевать диско?" Я спросил.


"Вряд ли, поешь со своей женой".


"Наш хороший друг, полковник Рейвуд, был подобран в Боготе людьми, нанятыми Томском, и доставлен на небольшом представительском самолете в Панаму. Только одна маленькая загвоздка ..."


"Что?"


"Они летели низко над уровнем моря, прямо на американский эсминец".


"О черт, они сбили его".


"Да, Рейвуда убивают налогоплательщики США, поэтическое правосудие".


"Они могут найти тела и обломки".


"Они уже ищут, но ему отрубили пальцы перед полетом".


"Какого черта?"


"Томск организовал это, я полагаю, какое-то наказание".


"Это будет выглядеть так, как будто кто-то пытался скрыть личность тела".


"Было бы, да. Я задавался вопросом, было ли Deep State настолько умным, но после недавних событий ... Я склоняюсь к тому, что нет."


"Я бы тоже сказал "нет". Итак, что будет дальше?"


"Мы преследуем фармацевтическую компанию в Бразилии и продолжаем искать игроков в этой игре".


"Британская полиция только что дала телеинтервью с суровым предупреждением о зараженных наркотиках, аналогичные предупреждения раздаются по всей Европе".


"Холодная индейка в меню для некоторых".


Утром я разослал патрули по всем направлениям, команды были заняты, Хьюи прилетели, Риццо повел группу на юг, чтобы осмотреться.


Томск позвонил в 11 утра, когда я стоял и наблюдал, как зомби собирают новые тела. "Мне позвонил контакт в FARC, и они хотят поговорить о мире".


"Почему они разговаривают с вами, а не с американцами?"


"Они думают, что Петров убивает их людей".


"Значит ... они пошлют кого-нибудь поговорить?"


"Да".


Встретимся на вилле. Где мой двойник?"


"В лагере".


"Пришли его ко мне сюда, мы поменяемся. И убедитесь, что он одет как я."


"Хорошо, я беру те армейские вертолеты, чтобы забрать его".


Я шагнул к полковнику. "Мне нужно ненадолго заскочить на север, ФАРК направляются в Панаму, чтобы договориться о мире".


"Они сдаются?"


"Вероятно, они хотят создать видимость того, что они не сдаются, чтобы сохранить лицо".


"Итак, битва здесь закончена".


"Да, если не считать неприятных сюрпризов".


"Неприятные сюрпризы?"


"Пятая колонна, подосланная влиятельными людьми. Но главный герой мертв, просто мы не знаем, там ли еще его команда, деньги на руках, месть на уме. Так что будьте осторожны, сэр, никому не доверяйте, следите за людьми, собирающими тела."


Наконец-то прибыл Хьюи, гей Дейв слезает и подходит к нам.


"Какого хрена..." - выдохнул полковник.


"Притворись, что я здесь, сэр, и не позволяй ему ни с кем разговаривать", - с усмешкой сказал я полковнику и побежал за Хьюи.


Пилот и второй пилот оба повернулись и уставились на меня.


Надев наушники, я сказал им: "У меня двойное тело. Таким образом, я могу быть в двух местах одновременно и всегда иметь алиби. Vamos."


Они обменялись взглядами и ушли, вскоре направившись на север. Я приземлился на траву у оригинальной виллы Томска, вскоре побежал и выпрямился, Томск ждал. "Где этот человек из FARC?"


"В отеле или по пути".


"Они его обыскивали?"


"Да, и проверил на наличие ошибок".


"Ты его знаешь?"


"Я встретил его, и мы платим ему, чтобы он переправлял наркотики через границу в некоторых местах". Он сморщил нос. "Я думаю, тебе нужно принять ванну".


"Нет, я иду вот так. Он думает, что я убиваю его людей, так что это поможет."


Томский пожал плечами, но сделал это с выражением боли от моего запаха.


В джипе старый ╧ 8 повернулся ко мне и сморщил нос.


"Просто веди", - сказал я ему с усмешкой.


В отеле, недалеко от Ла Пальмы, стояло много полицейских, но все они были на зарплате. Я спустился вниз и привлек их внимание с винтовкой в руке. Те, кто стоял ближе всех, отдали честь и ухмыльнулись, несколько платных гостей были шокированы, увидев меня, одна дама помахала мне рукой и широко улыбнулась.


Внутри мы прошли в шикарный и по-спартански обставленный зал для совещаний на первом этаже, представитель FARC был элегантно одет, панамский министр тоже здесь, по углам стояли русские охранники. Я заметил одинокую белую доску, ожидающую нескольких фломастеров, и верхний проектор, стоящий в углу.


Когда представитель FARC уставился на меня, мужчину лет пятидесяти, но все еще черноволосого, я положил свою винтовку, ремень и патронташ, осталась только пистолетная кобура. Я подошел к нему и пожал ему руку. "Да, мне нужно принять ванну".


Он забрал мои грязные ботинки. "Ты был занят в горах ... Наверное."


"Да, занят".


Мы сели за большой стол из красного дерева, и я налил себе воды, Томский сел рядом со мной.


"Итак, чего хочет ФАРК?" - Спросил я и отпил воды.


"Они желают прекращения военных действий. Руководство было ... не полностью проинформировано о том, что делали некоторые члены, и старшие были наказаны."


"Чтобы положить конец сражениям, мне понадобились бы некоторые ответы".


"Возможно, я смогу ответить на некоторые из твоих вопросов".


"Есть ли еще крылатые ракеты?"


"Нет, их использовали".


"Ракеты?"


"Немного, горстка. Мы уничтожим их."


"А поддельный кокаин?"


"Один из наших старших сотрудников был ... менее чем честный. Он заплатит за свою ошибку."


"Его контакт, американец в Боготе ..."


"Ты кажешься хорошо информированным".


"Всегда. Итак ... тот контакт?"


"Не отвечает на звонки".


"Может быть, потому, что мы его порубили. Есть ли другие контакты?"


"Мы все еще расследуем случившееся. Нам нужно больше времени."


"Вы знаете, почему крылатые ракеты были выпущены по американцам?"


"Они сказали, что это всегда было планом".


"И ваши люди, те, кто пошел на это, не задумывались о репрессиях со стороны американцев ..?"


"Нам еще предстоит задать им вопросы. Как вы можете себе представить, некоторые сбежали."


"И связаться с Медельином?"


Он пожал плечами. "У нас были тесные контакты в течение длительного времени, мы разрешаем производителям продавать в Медельин и перевозить транзитом наши территории".


"Вы знаете, чем здесь интересовался Медельин?"


"Человек, Манчез, был убит прошлой ночью, это мы знаем. Медельин внезапно перестал продавать много наркотиков, все производители обеспокоены."


Я повернул голову к Томску. "Ваши продажи упали?"


Снижение на тридцать процентов или больше, но теперь у нас есть тестовые наборы, которые отправляются, некоторые в Америку. Скоро будет десять тысяч наборов для тестирования."


Я снова обратился к посреднику FARC. "Если ваши люди ни на кого не нападают, на вас больше не будут нападать. Но нам нужно, чтобы некоторые люди были признаны лидерами, были пойманы и отправлены в тюрьму, чтобы американцы были счастливы здесь. Тела подойдут, если они свежие."


"Есть ... несколько человек, которых мы можем тебе оставить, я имею в виду, все еще живых".


Свяжи их с помощью их удостоверений личности, дай мне точное местоположение. Но если это уловка, я сожгу дотла все деревни рядом с границей и приду за тобой."


"Никакого подвоха не будет, мы желаем положить конец этой ... этой ошибке. Мы уже потеряли слишком много людей."


"Что сказали бы эти люди, когда их допросили американцы?"


"Мы удержим их семьи", - холодно заявил он. "И поскольку они вовлечены ... они говорят правду".


"Убедитесь, что они не признаются, что вы их передали, они говорят, что их схватили люди в масках с американским акцентом. И они не делают никаких комментариев ни о каких белых мужчинах, бывших сотрудниках ЦРУ или других."


"Как пожелаешь. И уйдут ли американцы?"


"Они перестанут вас бомбить и уйдут через неделю или две".


"Ты кажешься уверенным".


"Я есть. Иди, подготовь этих людей." Я встал, и мы пожали друг другу руки, и я пожал руку панамскому министру, который все еще выглядел сдержанным рядом со мной.


Вернувшись на виллу, я принял душ, Большой Саша купил мне одежду, и у меня была зелень, подаренная солдатами в лагере.


Вышел из душа, и ворвался Тайни. "Эй, солдат, тебе нужно потереть спинку?"


"Это не будет стоить мне миллиона, не так ли?"


Она подбежала и повалила меня на кровать, вскоре усевшись на меня верхом. "У Томска есть деньги, которые он предложил мне вернуть". Она сняла платье. "Боже, мне так нужно почистить ногти на этих пальцах".


Она схватила свою сумку и повела меня в ванную, и я сидел на унитазе, пока она чистила мои ногти, долго жалуясь. Я даже сделала маникюр, пока мы болтали о мужчинах, которых они со Сьюзи захватили в плен, Тайни стоял голый, если не считать ножа для ног.


Она сделала маникюр, подстригла мне волосы, почистила уши и помогла побриться. "Так-то лучше, милый чистоплотный мальчик".


Я отнес ее на кровать, вскоре вошел в нее и толкался, как мужчина, у которого годами не было секса.


"Кто-то скучал по мне", - отметила она, ее дыхание было прерывистым.


Когда я почувствовал, что приближаюсь, я замедлился, ее ногти впились мне в спину, и я продолжал двигаться, пока она не закричала. Я, наконец, выпустил над ее животом.


"Я принимаю таблетки, все в порядке", - выдохнула она.


"В следующий раз". Я плюхнулся рядом с ней, и мы обнялись после того, как я вытер ее салфеткой.


Пять минут спустя она спросила: "Как продвигается война?"


"Они сдались, но я немного затяну, тренируясь для команд".


"Вернусь ли я, когда вернешься ты?"


"Если ты останешься здесь, я не смогу тебя видеть".


"Ну, это есть, да. Но я здесь хорошо работаю."


"Если ты помогаешь мне, значит, ты делаешь хорошую работу где угодно".


"Ты хочешь, чтобы я был в команде в GL4".


"Да, но никогда не говори о пытках кого-либо или о деньгах. У них есть правила."


"У Сандерсона нет чувства юмора".


Внизу мы поужинали с Томском, что-то вроде атмосферы вечеринки, Сьюзи появилась со своим местным парнем. Как и Тайни, Сьюзи относилась к Томску как к отцу, которого можно обнять, а не как к главарю опасной банды наркоторговцев.


Я поговорил с ее мужчиной, высоким латиноамериканцем с хорошей кожей, и он был моим поклонником.


Утром мы с Тайни бездельничали у бассейна, загорали.


Мой телефон зазвонил в 11 утра, Миллер. "У них есть обломки того самолета, найдено несколько тел, одно из которых - белый человек без пальцев, уже задают несколько странных вопросов".


"И в состоянии ли вы приказать сжечь тело?"


"Это будет передано колумбийским властям, у них есть юрисдикция, и Государственный департамент принес извинения за сбитый самолет".


"В таком случае я могу получить тело".


"Я надеялся, что ты это скажешь".


"А другие, его команда, все еще где-то там ..?"


"У меня нет списка, но если вы столкнетесь с ними, то стреляйте в них во что бы то ни стало".


"Немного холодновато, учитывая, что это твои люди ..."


"Не мои люди, у меня есть команда, с которой я работаю, и здесь нет пересечений. То, что хранится отдельно, - это то, что хранится в безопасности."


"Хорошая политика, да. О, ФАРК вчера сдались."


"Я ничего не слышал", - пожаловался он.


"Они сдались мне, но я буду тянуть с этим, тренируясь для команд. И вскоре ваш флот одержит великую победу, успокоив избирателей."


"Что ты имеешь в виду?"


"Подожди и увидишь".


Эта великая победа была на картах около 16:00, место указано. Я попросил Морана посадить Хьюи, а сам направился к месту, но приземлился в миле или двух от него и прокрался внутрь.


Он перезвонил более чем через час, когда начало темнеть. "Мы на месте, и там шестеро мужчин, привязанных к деревьям, штатские. Это те люди, которых вы ожидали?"


"Да. Проверь местность на предмет засад, будь тщательным, поищи бомбы, затем отступи и позвони мне. Оставьте мужчин в покое, не позволяйте Риццо красть их часы. И следи за своим тылом, это может быть уловкой."


Я вызвал корабль. "Это Уилко. Мне нужны печати для извлечения человеческих ресурсов. Обратите внимание на это место. Целевое время - один час. Мои люди на земле неподалеку, так что пусть лидер "Морских котиков" позовет меня."


Катовски перезвонил через десять минут. "Майор, с нами сейчас лейтенант, он передает вас".


"Это лейтенант О'Хирн".


Я должен был помнить, насколько высоко занимал должность лейтенант ВМФ. Этому парню могло быть сорок лет.


"Что ж, лейтенант, для вас настало время сделать карьеру или сломать ее".


"Почему ты это сказал?"


"Потому что сейчас время ЦРУ. Когда вы приземлитесь, вы найдете нескольких мужчин, привязанных к деревьям. Вы добудете их, но сообщите о том, что они захвачены, правильный отчет только адмиралу Маллою. Заставь его позвонить мне."


"Итак, мы заставляем людей дома думать, что мы поймали этих людей".


"Да, мои люди на деревьях с несколькими парнями из ЦРУ. Предупреди своих людей. ЦРУ уже поймало этих людей, но ты получишь медаль. Понимаешь?"


"Да, я понимаю".


"Удачной охоты".


Моран перезвонил час спустя. "Мы обыскали все вокруг, здесь никого, и у нас есть пары, которые охватывают все углы".


"Я пришлю печати, ты прикрой их".


"Риццо действительно забрал часы парня".


Я рассмеялся и вызвал корабль. "Это Уилко, задание для морских КОТИКОВ. Обратите внимание на эти координаты." Я дал им координаты, и они прочитали их в ответ. "Вы высадите и заберете нескольких заключенных, чтобы вернуться в Штаты и предстать перед судом, при этом офицеры JAG будут наготове, а также санитары для проверки заключенных. Команды ЦРУ прячутся в кустах, но это твое шоу, тебе воздается должное."


"Мы получаем похвалу?"


"Да, попросите адмирала Маллоя позвонить мне после успешного завершения миссии".


Моран позвонил мне двадцать минут спустя, "Морские ястребы" сбиты, верхняя крышка поднята, пленники схвачены и вывезены, вертолеты улетают.


Я спросил его: "Как далеко ты ушел?"


"Десять миль или больше".


Медленно вернитесь, осмотритесь, но по возможности избегайте контакта. И будь осторожен."


"Сейчас уходим".


Звонил адмирал Маллой. "Майор, что за история с этими заключенными?"


"Это высокопоставленные люди из FARC, сэр, связанные с крылатыми ракетами. Команда ЦРУ выслеживала их, и с моими людьми мы их схватили, но заслуга за вами. Мы не можем упоминать команду ЦРУ, их прикрытие может быть раскрыто."


"Я понимаю. Хорошо, мы заявим права на кредит, с чем у меня нет никаких проблем."


Я рассмеялся. "Подоите его, сэр".


Моран вернулся к работе двадцать минут спустя. "Мы наткнулись здесь на команду, грузовики и ракеты с тепловой наводкой. Они наблюдают за вершиной холма."


"Могли бы вы сказать, что именно такую вершину холма вы бы выбрали для эвакуации с вертолета?"


"Единственный подходящий здесь".


"Захватите людей, свяжите их, достаньте телефоны, и я пришлю к вам Хьюи, людей, которые будут переброшены ко мне на север. Двигайтесь медленно, на случай, если у них есть скрытые позиции."


Я вызвал корабль. "Это Уилко, и у нас есть разведданные в реальном времени о людях с ракетами с тепловой самонаведкой к югу от пограничной зоны. Предупредите все стационарные и винтокрылые самолеты, приготовьтесь к бомбардировке, целевое время - тридцать минут."


Я попросил Большого Сашу позвонить в Томск в отель, и он мне перезвонил. Я сказал ему: "Свяжись с тем человеком из FARC, с которым мы разговаривали, спроси, почему люди с ракетами с тепловой самонаведкой устанавливают ловушки".


"Они обманули нас?"


"Возможно, у них есть группы, действующие за пределами обычных командных структур. Предположим, что он на уровне, но надавите на него "


"Да, я давлю на него", - предупредил он.


Я взглянул на карту, и это была очевидная точка эвакуации. Я вызвал корабль и сообщил местоположение.


Моран перезвонил, запыхавшись. "Кто-то издевается над нами здесь, мы только что расставили ловушку. Томо и Николсон забрались на дерево, почувствовали запах сигаретного дыма и вовремя заметили команду из засады."


"Есть раненые?"


"Несколько рикошетов, немного крови, потребовалось наложить несколько швов, но это было близко, они почти прикрывали нам спины. И мы убили или ранили ракетчиков, которые сражались лучше, чем эти придурки из ФАРК."


"Команда по засаде, мне нужны их удостоверения личности и телефоны, они важные люди. У тебя есть фотоаппарат?"


"Да, от "Ла Нинги" остался какой-то фильм".


"Я хочу их лица. Убирайтесь оттуда через десять минут, американцы будут бомбить."


"Мы собирались взорвать ракеты ..."


"Не делай этого, но разожги огонь. Есть ли грузовик?"


"Да, их трое".


Разжигайте костры и отправляйтесь в путь. Работай быстро."


Я вызвал корабль. "Ждите моего следующего звонка, цель будет разведена поблизости. Операторы ракет нейтрализованы, ракетной угрозы с первой позиции нет, но здесь необходима большая осторожность."


Моран ответил, все еще запыхавшись: "Мы бежим на север".


"Будь осторожен, для тебя могут быть расставлены другие ловушки. Двигайтесь зигзагом, и расставьте команды на расстоянии ста ярдов друг от друга." Я вызвал корабль. "Это Уилко, бомбите, когда будете готовы, мои люди находятся к северу от цели и отходят".


Моран перезвонил пятнадцать минут спустя. "Мы видим вспышки, слышим разрывы бомб, сигнальные ракеты, как будто это гребаный фейерверк. Янки сбросили уже десять бомб. У меня был номер GL4, поэтому они дали мне номер для отслеживания телефонов, поэтому я позвонил с двух спутниковых телефонов."


"Хорошая работа".


"У меня тоже есть их лица. Они были местными жителями, но у них были доллары. У одного было удостоверение полицейского коммандос."


"Это неприлично".


Я позвонил в Томск. "Позвони своему контакту, который схватил нашего белого человека в Боготе, предложи хорошие деньги, узнай, кто нанял колумбийских полицейских коммандос для действий вблизи границы с ракетами с тепловой наводкой. Предложите много денег, у нас все еще есть проблема, кто-то все еще пытается нас убить."


Я позвонил по контактному номеру Миллера, и он перезвонил, когда я садился ужинать с Тайни. "Мистер Миллер, у нас проблема".


"Еще один?"


"Да, еще один. Люди с ракетами с тепловой наводкой на границе, и целью было Эхо. У них был четкий снимок ваших морских котиков, и они проигнорировали их, ожидая, пока мои люди сядут в вертолеты. И у этой засадной команды была спрятана другая засадная команда, чтобы посмотреть, не нападет ли кто-нибудь на команду ракетной засады."


"Это ... все это звучит далеко за пределами возможностей FARC."


"Это так, не так ли. Есть какие-нибудь подсказки?"


"Там все еще есть люди, друзья Рейвуда".


"Профессиональные друзья, возможно, его команда. И все еще кто-то сверху дергает их за ниточки."


"Я уже сообщил о проблеме, я мало что могу сделать".


"Мистер Миллер, если им удастся убить моих людей, я последую за ними обратно в Вашингтон и обнародую то, что я знаю. Почему бы тебе не упомянуть об этом своему боссу. И, мистер Миллер, у моего правительства есть все доказательства, вся судебная экспертиза, очень толстое досье."


"Ты доверяешься им во всем?"


"Некоторые ключевые личности, на всякий случай. И я думаю, что мы приближаемся к ... на всякий случай. С того места, где я сижу, Глубинное государство только что попыталось стереть с лица земли Эхо отрешенности. Я могу понять людей, пытающихся стрелять в меня, но хочет ли кто-нибудь в Deep State, чтобы моя команда перестала делать то, что мы делаем?"


"Нет, определенно нет".


"И Объединенный комитет начальников штабов был бы взбешен, я полагаю, если бы такое досье попало к ним на столы".


После паузы последовало: "Да, они бы хотели, им всем нравится то, что ты делаешь для нас".


"Итак, мистер Миллер, пришло время еще раз поговорить со своим боссом, прежде чем вы прочтете о себе в "Нью-Йорк пост"".


Я ел с Тайни, но был рассеян и беспокоился, давление нарастало. Я посмотрел на часы.


Миллер перезвонил. Сенатору Филлсону только что снесло голову возле ресторана в Вашингтоне. Из того, что описывает полиция, в него попали из пистолета калибра пятьдесят кал, брызги крови разлетелись на двадцать ярдов, и пятьдесят гостей."


"Кто-то убирает в доме?"


"Если это так, то это была не моя команда, и это было очень шумно и очень беспорядочно. Расследование будет глубоким."


"Жаль, что так получилось".


"Что ты имеешь в виду?"


"Я имею в виду, что если люди покопаются в Филлсоне, они могут раскопать что-то, что им не нравится, и что-то, что не нравится вам".


"Ну, да, может быть проблема".


"Возможно, вы могли бы найти психически неуравновешенного человека с зубами на Филсона".


"Ну ... может быть. О, дополнительная записка здесь, на моем столе. Мать Рейвуда была кокаиновой наркоманкой, покончила с собой, когда ему было десять лет. Он зарегистрирован как ненавидящий потребителей наркотиков."


"Ах, так он был бы не прочь убить их всех, я полагаю".


"Это может в какой-то степени объяснить странное поведение". После паузы последовало: "Если бы ваша команда убила Филсона, вы бы мне сказали?"


"Нет".


"В этой игре мы должны уметь доверять друг другу".


"Мистер Миллер, человек в соседней кабинке с вами, парень, с которым вы болтаете у кулера с водой, изо всех сил пытается убить меня и мою команду. Какого черта я должен тебе доверять?"


После долгой паузы последовало: "Я надеюсь вернуть это доверие".


"Иди, заработай это и наведи порядок в доме". Я закончил разговор.


Звонила Тинкер.


"Ты поздно встал?" Я спросил.


"Да, но вышедший. Мы сопоставили телефоны с физической точкой, а также сопоставили телефоны, используемые поблизости от Боготы и связанные шаблоном. У нас в Боготе крупная рыба сел."


"Дай мне адрес".


Он зачитал ее. "Это дорогая вилла на холме с видом на город".


Томск вернулся из отеля через несколько минут. "Я поручил шефу полиции искать того, кто был на границе. Он стремится заработать немного денег, и американцы заплатят за тот сбитый самолет. Полиция скоро получит тела."


"Убедитесь, что белый человек немедленно испепелен", - предупредил я.


Он кивнул, выглядя усталым.


Я дал ему адрес. "Возвращайтесь к начальнику полиции, потому что по этому адресу находится главный игрок, человек, стоящий за ракетами с тепловой самонаведением".


"На этот раз никаких самолетов, они заставляют его говорить о своем конце. Я хочу получить ответы от этих ублюдков!" Он давал указания менеджеру.


Тайни подбодрил его, и мы сели вместе, вскоре появился менеджер. "Сэр, этот адрес, это министр в правительстве Колумбии".


Я обменялся взглядом с Томском.


Томск, наконец, повернулся к мужчине. "Сейчас цена составляет пять миллионов долларов".


Мужчина удалился.


"В этом есть смысл", - сказал я ему. "Кто-то в правительстве помогает им".


"Всегда", - сказал он со вздохом.


"Некоторые новости из Америки. Сенатору Филлсону, который, по слухам, был боссом белого человека без пальцев, снесли голову, устроив небольшую заварушку."


"Твой народ?"


"Мои люди и мухи не обидели бы, ты это знаешь".


"Одним дерьмом там меньше", - отметил Томский.


После полуночи Томский принял звонок, колумбийский министр повесил трубку голым, и я догадался, что ему было неудобно в такой позе, и он совсем к этому не привык.


Рано утром позвонил Миллер. "Филсон был убит тефлоновым патроном с длинной гильзой".


"О боже, я надеюсь, никто не подумает, что я это сделал".


"Маловероятно, когда ты даешь интервью на CNN за тридевять земель. Кроме того, никто бы не подумал, что у тебя была причина."


"Кроме тебя и людей, создающих ракеты с тепловой самонаведением, конечно".


"Я думаю, теперь они могут быть ... обеспокоены".


Следующим позвонил заместитель начальника. "Сенатор Филсон".


"А что насчет него?"


"Две вещи. Во-первых, в него попал тефлоновый патрон с длинной гильзой, выпущенный с расстояния 500 ярдов, и во-вторых, у меня были подозрения насчет плохой компании, в которой он водился. Нам не разрешается расследовать дела сенаторов или вообще разрешено действовать на территории США, но у нас были свои подозрения."


"На твоем месте я бы ... попытайтесь запутать расследование того, с кем Филсон, возможно, имел дело. Я думаю, что, возможно, кто-то из ваших бывших сотрудников появился бы, и тогда ... ну ... ты бы получил какую-нибудь хрень."


"Мы бы хотели". Он вздохнул. "Итак, я прикрываю беспорядок, ты на это намекаешь?"


"У тебя были подозрения на его счет, и ты был прав, и у него на пальцах кокаин, смешанный с растением Люсинды".


"Иисус".


"Итак ... делай то, что считаешь лучшим".


Саломея звонила из Нью-Йорка. "Я вижу в новостях о сенаторе Филлсоне".


"Да, печальная кончина. Возьмите отпуск, навестите друзей."


"Да, я делаю кое-какие покупки. Но я пришел, так что ... ты все еще у меня в долгу."


Я рассмеялся. "Я все еще твой должник. Даже несмотря на то, что я передал тебе информацию как часть сделки ..."


"Тогда мы квиты. Шестьдесят-сорок."


Я позвонил Бобу Стейнсу. "Привет, Боб, как дела в индустрии путешествий?"


"Наш друг вернулся через канадскую границу, все в целости и сохранности, его винтовка в очень глубоком озере, никаких улик не осталось, кроме отпечатков пальцев Ли Харви Освальда, кропотливо воссозданных экспертом и помещенных на гильзы вместе с отпечатками пальцев Дж. Эдгара Гувера".


"Боб, это было подло, это собьет с толку полицию".


"Я бы так подумал, да. Им действительно следует поссориться с Канадой."


"Они должны. Но, по крайней мере, у меня был участок мексиканской границы, обнесенный колючей проволокой. Десять миль."


"Десять миль. Это отпугнет людей, да. О, испорченный кокаин, найденный в нескольких европейских столицах. Распространяется паника."


"Возможно, они откажутся от вредного кокаина и вместо этого будут придерживаться вредного алкоголя. Но и то, и другое вредит вашей печени."


"Действительно, и знаете ли вы, что в Шотландии самая высокая частота почечной недостаточности из-за алкоголя?"


"Я бы поставил на это хорошие деньги".


Обнаружив по телевизору CNN, мы с Тайни сидели и смотрели, как я растираю ей ноги, рассказывая историю о захвате руководства FARC, которая теперь является основной.


Звонил Дэвид Финч. "Эти парни из ФАРК, которые были захвачены ..."


"Я заключил сделку с руководством FARC после того, как они сдались, люди должны быть переданы".


"Значит, они действовали не с согласия руководства".


"Нет".


"И что они скажут в суде?"


"Их семьи удерживаются FARC".


"Ага, значит, они скажут все, что мы захотим, чтобы они сказали. Послушай, военно-морской флот находится в открытом море, если ты можешь им воспользоваться."


"Я попытаюсь, но стрельба закончилась".


"И, говоря о стрельбе, есть что-нибудь о покойном сенаторе Филлсоне?"


"Кто-то посылает сообщение, используется патрон с длинной гильзой, как в случае с тем саудовцем".


"Никаких подсказок?"


"Нет, и я сомневаюсь, что они найдут какие-либо доказательства".


В 11 утра менеджеры Томска приняли звонок и подробно изложили детали.


Наш колумбийский министр работал с Рейвудом в течение двух лет и поддерживал связь с Медельинским картелем, который их познакомил. Министр вместе с полицией помогал картелю, что ни для кого из нас не стало шоком; это продолжалось десятилетиями.


Министр мало что знал о зараженных наркотиках или крылатых ракетах, но помогал Рейвуду, он же Баннистер, перевозить грузовики вокруг границ, на корабли и с них. Ракеты с тепловым наведением прибыли на корабле, он не знал, откуда, и его инструкции поступили по телефону, номер которого не был указан, американцу, говорившему по-испански с колумбийским акцентом.


Кто бы ни использовал министра, он был осторожен, настоящий профессионал, но Рейвуд встречался с министром много раз, и он был не таким профессионалом. Теперь я был уверен, что кто-то сидел между Рейвудом и Филлсоном, настоящим зулусом, поскольку ни тот, ни другой не были достаточно хороши, чтобы действовать на таком уровне.


Я позвонил Бобу Стейнсу. "Тероцкий дал нам двух человек, так что, возможно, он хотел дать нам больше. Отправь кого-нибудь в его бывший дом в Канаде и поищи скрытые сообщения на русском. И вернитесь к этим контрактам, посмотрите, от кого еще он отказался."


"Этим займется моя команда, и теперь Терри экономит мое время."


Я дал ему подробную информацию о колумбийском министре.


Боб заметил: "Найти грязного министра правительства Колумбии - все равно что найти крысу в канализации - это вроде как ожидаемо".


"Меня беспокоит его контакт."


"Да, профессионал. И иметь команду по засаде за командой по засаде, что ж, это было просто умно."


"Слишком умный, он почти достал нас."


"Ты предупредил Морана, чтобы он искал подвох?"


"Да."


"Тогда ты такой же умный, как и он. И теперь он без гроша в кармане и страдает. Кроме того, у Эхо есть глаза на затылке."


"У этого человека, похоже, личные проблемы со мной, " отметил я.


"Ты нарушил его планы, убил его людей и заслужил похвалу, осыпанную на тебя. Будучи таким же, как я, и работая в тени, он ни от кого не получил бы благодарности и никогда не смог бы признаться в том, что он делает. Иногда нелегко, работать в тени, без медалей."


"Я придумаю для тебя медаль: награда за подлое дерьмо."


"Терри приготовил две кружки, ╧1 и ╧ 2."


"Это мелочи, которые облегчают течение дня", - отметил я.


"Это так, да."


"Ты положил глаз на Кейт?"


"Да, статичный и мобильный, две хорошие команды и хорошо оплачиваемый."


"Я думаю, что МОД обеспокоился бы стоимостью."


"Они бы так и сделали, но я рассматриваю это как шанс поймать того, кого они пошлют. И в любом случае это твои деньги."


"Напомни мне никогда не заводить семью, в конечном итоге ты слишком сильно о них беспокоишься."


"Нормальные люди не беспокоятся о своих семьях, только те, кто работает на высоком уровне, как мы."


"Если они поймают меня, используйте деньги, чтобы выследить всех, кто связан с Deep State, и убить их всех."


"Я бы сделал, да."


В 16:00 был включен заместитель начальника. Уилко, гребаное ФБР сняло отпечатки с гильз, оставленных на месте убийства Филсона, и они совпадают с отпечатками Ли Харви Освальда и Дж. Эдгара Гувера! И единственная причина, по которой эти люди находятся в компьютеризированной системе отпечатков пальцев, - это тренировать и тестировать молодых агентов ФБР. Это попахивает шуткой ФБР!"


"Я думаю, люди подумают, что происходит какой-то заговор."


"Есть! И Филсона только что связали с платежами мафии, чтобы скрыть скандал с коммунальным контрактом в его родном городе Кливленде. Washington Post опубликует статью завтра."


"Должно быть лучше, чем правда."


"Обнаружилось еще больше этого испорченного кокаина, здесь паника."


"Только среди обычных нюхачей."


"Их двадцать миллионов!"


"Сделай мне одолжение. Если вы найдете кого-то, с кем Филсон общался, кого-то похожего на нас и очень способного, будьте добры и дайте мне знать."


"Смог бы он дойти до места свидетеля?"


"Тебе лучше надеяться, что нет. Они бы заставили тебя стоять рядом с ним, протестуя против твоего невежества в отношении бывших сотрудников. Вы ... думаете, что этот аргумент был бы убедительным?"


"Ни хрена себе, они бы меня повесили сушиться".


На следующий день я улетел обратно, Гей Дейв прислал обратно в Томск мою благодарность, все мужчины странно смотрели на меня.


Полковник попытался скрыть свою ухмылку. "Твой двойник в теле, он ... выглядит точно так же, как ты, даже двигается, как ты, просто когда он говорит ..."


"Я знаю. Но когда он говорит по-русски, его голос звучит лучше."


Я посидел с Билли и Рокко и догнал их в течение получаса, затем сделал обход, угрожая ударить нескольких мужчин. У нас было много патрулей и несколько команд на Хьюи, но новых контактов не было.


Краб и Даффи тренировали новых американских волков, люди Эхо помогали. Теперь у всех Волков был некоторый опыт позиционной войны, стрельбы из подствольников и минометов, поездок на "Хьюи", и все они несколько раз патрулировали джунгли. С их первого дня здесь они выглядели лучше, более расслабленными и профессиональными и менее обеспокоенными.


Позвала Тинкер, когда я стоял, глядя вниз, на долину. "У нас есть совпадение по этим трем адресам в Вашингтоне, с сенатором Филлсоном, я имею в виду покойного сенатора Филлсона. Итак, мы проверили близость и получили несколько пингов."


"Пинги?"


Неиспользуемый телефон сообщает спутнику, где он находится, готовый к входящим вызовам. Это просто нужно включить."


"А мой собственный телефонный чип?"


"Сидит в машине за металлической клеткой с вооруженной охраной".


Приятно знать. Ты что-то говорил?"


"У нас есть второй телефон, и он звонил в какие-то странные места, и у нас есть дом. Однажды в доме сработал сигнал. Домом владеет Селена Гомес, и мы немного покопались, потому что она старая и довольно богатая, а ее брат - некто Коммандер Гомес. Он служил в ВМС США, связист разведки, сейчас прикреплен к министерству обороны, согласно некоторым старым записям, которые у нас есть, но близок к пенсионному возрасту."


"Дай мне ее домашний номер".


"Подожди ... перечислено здесь ... где-то. Хорошо. - Он зачитал это.


"Попытайся установить местонахождение коммандера Гомеса".


Я позвонил Бобу Стейнсу, и мы с увлечением взялись за это дело. Затем я позвонил доброй леди.


" Алло? " раздался голос пожилой дамы.


"Меня зовут Петров, и я искал твоего брата".


"Петров?"


"Петров из Панамы".


После долгой паузы наступило. "У него проблемы?" Это был глубокий и печальный вопрос от того, кто знал, что происходит.


"Был ли сенатор Филсон в беде?" Больше нет. Пуля устраняет неприятности и облегчает боль."


Она повесила трубку.


"Должно быть, я что-то такое сказал". Я позвонил Миллеру, и он перезвонил. "Мистер Миллер, как сегодня поживает ваш хороший приятель, коммандер Гомес?"


"Как ... как ты узнал о нем?"


Я проигнорировал вопрос. "Где он занимает место в цепочке командования, и будет ли его не хватать?"


"Он ... старший, да. Что ты знаешь о нем?"


"Он оставил неаккуратный след, когда заплатил начальнику полиции Боготы за организацию ракет с тепловым наведением, нацеленных на Echo. Это небрежное судебное разбирательство скоро дойдет до ФБР, так что, возможно, вам стоит упомянуть об этом своему боссу. Было бы неловко, если это попадет на CNN сегодня вечером, они могут посмотреть, чем он занимался последние несколько лет."


"Мне ... нужно поговорить". Он перерезал линию.


Час спустя выпало нечетное число. " Майор Уилко? " раздался глубокий голос, в нем чувствовалась властность.


"Да".


"Сенатор Делани. Мы не встречались, но я следил за твоими подвигами, как ребенок, читающий комикс, и я прочитал книгу "Призрак". Я большой фанат, поэтому я был сильно обеспокоен недавними событиями и совсем не скучал по покойному сенатору Филлсону.


"Вы проделали отличную работу с уликами, намного лучше, чем кто-либо мог ожидать, и намного лучше, чем когда-либо смог бы сделать отстойный британский истеблишмент, так что у вас есть активы и ресурсы, о которых мы не знаем".


"Я знаю, да. И знаете, что действительно странно и парадоксально?"


"Что?"


"Это ваше ЦРУ и военные попросили меня заняться крылатыми ракетами. Поговорим о том, что левая рука не знает, что делает правая ..."


"Да, странная ситуация, чтобы оказаться в ней. Как человек, убивающий свою жену, а затем платящий лучшему детективу, чтобы тот попытался найти какие-то оставленные улики. Всегда есть опасность, что детектив что-нибудь найдет."


"Так что не вините детектива".


"Я не знаю, и я рад, что у вас есть набор навыков, просто они должны быть направлены на расследование реальных угроз".


"Реальные угрозы? Райуд собирался отравить очень многих американцев."


"CDC обнаружил бы партии, и были бы предприняты шаги, я уверен в этом".


"И крылатые ракеты были выпущены по вашим собственным кораблям?"


"Да, это прискорбная ошибка, но, как кто-то недавно сказал мне - готовы мы или нет, и если нет, то нам нужно быть. Я думаю, что вы цитировали слова о том, что пожарная сигнализация нуждается в тестировании время от времени."


"Это так, но в менее драматичной манере, когда американская общественность не хочет, чтобы тебя линчевали".


С Гомесом разбираются, его офис проверен, его команда распущена. Он сильно переступил черту и держал все в секрете, и я был очень зол, услышав, что он нацелился на Эхо. Тем не менее, я не думаю, что ваши команды допускают ошибки или попадают впросак."


"Они не бессмертны".


"Нет, но ты, кажется, такой".


"Просто удачи, сенатор".


"Я собираюсь пойти на многое, чтобы попытаться сдержать это, кое на что наступить, и я хочу, чтобы вы знали, что мы хотим, чтобы вы были рядом и помогали нам еще долгое время. Мы наблюдаем увеличение числа рекрутов и улучшение самочувствия; вы обратили вспять сокращение численности вооруженных сил, которое вызывало у нас беспокойство. И то, что вы сделали для британских военных, вызвало здесь большую зависть.


"Мы исправим это, надеюсь, и без последствий, и я надеюсь, что вы не запятнаете всех нас одной кистью".


"Многоногий осьминог - не очень эффективная организация".


"Верно, и это то, что я часто говорю, именно поэтому мы проведем реорганизацию, покончим с сухостоем. Скажи мне, стрелок сенатора Филсона..."


"Извините, здесь нет подсказок".


"Он не оставил никаких улик, только гильзы с отпечатками пальцев Ли Харви Освальда, четкое сообщение о заговоре. И чтобы использовать длинный патрон калибра 7,62 мм, еще одно послание."


"Будем надеяться, что тогда послание дойдет".


"Дайте нам немного времени, чтобы разобраться с этим, и не теряйте веру в нас".


"Я никогда не верил в тебя, у меня просто не было выбора, с кем иметь дело".


"Тогда ... может быть, в будущем мы сможем построить некоторое доверие".


"Может быть".


"У вас нет финансовой мотивации, так что же заставляет вас вставать с постели по утрам, майор?"


"Мне нравится спасать заложников, мне нравится тренировать солдат, и мне нравится закапывать плохих парней в землю. Еще немного, и мне будет удобно в норе в земле."


"Что там происходит на земле?"


"ФАРК сдались Петрову, но я затяну с этим, сценарии тренировок для команд."


"Ты мог бы сидеть на пляже ..."


"Мне стало бы скучно".


"Когда-нибудь мы встретимся. Удачи с учебными сценариями, майор."


Я обновил Боба Стейнса и Тинкера, затем позвонил Дэвиду Финчу. "Похоже, с крысами в Глубоком государстве, которые писали здесь, внизу, разобрались. Я поймал нескольких из них, и теперь их собственные люди разбираются с остальными. Главным засранцем был коммандер Гомес, бывший военный флота.


"И проведите некоторое исследование о сенаторе Делани, потому что он, кажется, находится на вершине дерева, когда дело касается Deep State".


"Он лидер республиканцев в Сенате, может баллотироваться в президенты через несколько лет. Я достану его биографию и посмотрю. Он открыто называет себя Глубинным государством?"


"Не совсем так, но если бы мой последний разговор был записан на пленку, у него были бы проблемы. Сделай мне одолжение, поговори с режиссером и узнай, есть ли у тебя мнение о том, имею ли я дело с Deep State."


"Учитывая, кто они, у нас не было бы особого выбора; они бы надавили на премьер-министра, чтобы вы сотрудничали. Но я думаю, что ваши отношения с ними изменятся, не в последнюю очередь потому, что вы убили многих их людей и разрушили их планы. Они, конечно, не всемогущи, и теперь, возможно, испытывают здоровое уважение к тому, что мы можем сделать."


"Я получаю результаты благодаря моим друзьям, занимающим низкие посты, и это было бы трудно объяснить парламентскому специальному комитету".


"Да, так бы и было, но когда дело касается тебя, они знают, что публика поддерживает тебя, поэтому не будут заходить слишком далеко".


"Как прошло телевизионное освещение?"


"Каждый вечер большой фрагмент, несколько шестидесятиминутных специальных выпусков, последний вечер посвящен испорченным наркотикам и их эффектам. Этот круизный лайнер стоит в порту и ремонтируется, но страховщики не рады выплачивать его. И количество бронирований на круизы по Карибскому морю упало на девяносто процентов."


Затем я позвонил Харрису, и он связался с двумя британскими кораблями "Рысь", чтобы их доставили мне самолетом. Я подготовил Макса, и когда два "Рыси" приземлились, у меня были загружены люди из 2 эскадрилий, двери были открыты, когда они улетали на юг, камеры работали.


После приземления "Скайвана" в 15:00 я раздал торт и фрукты всем командам, а также банки тушенки - на вершине нашего холма создалась атмосфера вечеринки.


Утром я получил сообщение от старших американских офицеров о прибытии. Я подумывал попытаться очистить команды, но это было бы бесполезно. И мне на самом деле было насрать прямо сейчас. Я страдал от попыток британского истеблишмента убить меня, а теперь от попыток Глубинного государства убить меня.


Соколиный глаз, наконец, коснулся полосы, но затем, казалось, развернулся обратно до конца и остановился. Двери открылись, ступеньки вниз, и появились знакомые лица, но теперь в боях, люди, вооруженные М4, в качестве охраны.


Группа подошла, капитан "Волков" и сержанты отдали честь, и наши высокопоставленные гости встретили меня возле командного пункта, полковник и майор Морген отдали честь и приветствовали их. Мы с Билли отдали честь, когда они приблизились, во главе с генералом Болтвейром.


Мы пожали друг другу руки, но на моем лице не было улыбки. "Добро пожаловать во Вьетнам, сэр".


Он улыбнулся, когда Соколиный глаз загудел позади них: "Похоже на то, да. И в телевизионных новостях часто показывают здешних Хьюи."


"Моим людям нравится играть в "Хьюи", сэр, постреливать. Все дети в глубине души."


"Здесь очень мало раненых..." - отметил он.


Я отвел его на несколько шагов. "Сцена удалась, сэр, и ваш флот разбомбил ФАРК к чертовой матери. Когда мы заметили цели, мы позволили вашему флоту получить похвалу."


"Итак, я собрал воедино отрывки из адмирала Маллоя. А захваченные бойцы FARC ..?


"Сценический образ тоже удался, сэр".


"Сражение здесь закончилось?"


"Да, сэр, я заключил сделку с руководством FARC".


"Ты ... заключил сделку?"


"Я командую здесь на земле, сэр, и ... У меня есть резервные каналы."


"И эта сделка?"


"Лучше оставить без записей, сэр. Этого никогда не было."


Он кивнул. "Значит, ты уходишь?"


"Черт возьми, нет, мы будем доить это неделями". Он рассмеялся. "Это отличное место для тренировки команд и новых американских волков, воспринимаемых опасностей и реальных опасностей".


"А первая партия американских волков?"


"Некоторые из них чертовски горячи, достаточно хороши, чтобы присоединиться к Echo, все они разобьют врага".


" А полковник Де Хэвилленд?


"Хороший человек, сэр, я хочу, чтобы он был с моим следующим заданием, с майором Моргеном".


"А другой американский персонал?"


"Ваши медики - полное дерьмо, сэр". Он моргнул. "Они прибыли, выглядя потерянными, затем жаловались, как девочки-скауты, на отсутствие туалетов, а затем жаловались, что они в опасности".


Он взглянул на палатки медиков. "Это ... очень разочаровывает".


"Военно-морские медики справились хорошо, справились с этим, но эта группа и первая партия в Ла-Нинге не хотели, чтобы у них под ногтями была грязь".


"Ну, теперь они получат тонну дерьма", - пригрозил он. "А флот?"


"Команда адмирала Маллоя чертовски крута, сэр, все они звучат как компьютеры, когда я говорю с ними по телефону. И в том, что был сбит гражданский самолет, не было ничьей вины."


"Черт возьми, нет. Если я нахожусь на корабле и самолет приближается ко мне на скорости 400 узлов прямо над волнами, я стреляю!"


"Это Аллея наркодельцов, сэр".


Он кивнул и окинул взглядом открывшийся вид. Напоминает мне Вьетнам. Мне был двадцать один год, я был новым молодым офицером. Один тур, и война закончилась прежде, чем я смог вернуться. " Он повернулся ко мне. "Бывшие сотрудники ЦРУ, замешанные здесь ..."


"Что вам известно, сэр?"


"Не так много, как хотелось бы знать".


"А вам нравятся хорошие романы о заговорах, сэр?"


Он изучал меня. "Я слышу, как ты отвечаешь на звонки из Глубинного государства".


"А как насчет вас, сэр, вы отвечаете на их звонки?"


"Мы общаемся".


"Тогда вам нужно меньше болтать или, может быть, говорить громче, потому что некоторые из их людей были финансово мотивированы, и если их поймают ... американский народ захочет линчевать их и всех, кто связан с ними - таких, как вы".


Он стоял, выглядя потрясенным.


"Они действовали не в чьих-либо интересах, и уж точно не в интересах Америки или военных. Они нанимают людей, и у людей есть недостатки и предрассудки, и люди становятся жадными и совершают ошибки.


"И если то, что здесь действительно произошло, выйдет наружу, то американский народ, избиратели, никогда больше не будут доверять истеблишменту. И вокруг плавает множество доказательств, так что какой-нибудь умный репортер может когда-нибудь связать все это воедино."


"И что здесь происходило на самом деле?"


Я обдумал свой ответ. "В начале войны во Вьетнаме ваши собственные люди организовали нападения и взорвали бомбы, чтобы обвинить вьетконговцев, чтобы люди вернулись домой раздраженными и поддержали войну. То же самое произошло и здесь, желание вывести людей из себя, началась война с картелями, чтобы какие-то грязные маленькие засранцы могли зарабатывать деньги на продаже наркотиков.


"Но они поссорились между собой, планы изменились, потому что они просто люди, а люди думают не так, как компьютеры, и люди совершают ошибки, и людям, безусловно, нравится идея иметь несколько миллиардов долларов для игры. Говорят, искушение ведет к греху.


"И человек в центре всего этого, его мать умерла, когда ему было десять лет, от наркотиков, и поэтому у него не было проблем с попытками отравить миллионы американских потребителей наркотиков. Если это то, для чего существует Deep State, и ты поддерживаешь их в их действиях, тогда у меня есть пуля с длинной гильзой и твоим гребаным именем на ней. Сэр."


Он отшатнулся, потрясенный. Через мгновение он окинул взглядом открывшийся вид. "Я понятия не имел. Но теперь я знаю, и ... все изменится. А сенатор Филсон?"


"Могли бы предстать перед судом и назвать имена, и вы вернулись бы туда, где были после убийства Кеннеди. Ваши вооруженные силы были бы запятнаны, поскольку на Deep State работало много бывших военных офицеров, людей старшего ранга, но при этом полных гребаных придурков со своими личными планами.


"Бывший полковник продавал наркотики и пытался отравить американцев, бывший командующий ВМС тратил деньги налогоплательщиков США, чтобы попытаться убить меня и мою команду. Ваш недавний всплеск вербовки привел бы к полному краху, ваши собственные рядовые офицеры испытывали отвращение к тому, что они были на той же службе, что и эти люди.


"Если то, что сделали эти люди, выйдет наружу, ваши вооруженные силы сократятся настолько сильно, что вам потребуется пятьдесят лет, чтобы восстановить их."


Он выглядел соответственно испуганным. "Мне нужно кое-что обдумать, а также проделать кое-какую работу. Но выйдет ли это наружу?"


"Те из нас, кто может видеть общую картину, усердно работают, чтобы сдерживать ее и мутить воду для общего блага. Ваши вооруженные силы и ваша политическая система не должны быть запятнаны четырьмя мужчинами, сидящими в комнате и играющими в Бога."


Он окинул взглядом окрестности. "Я видел, как мужчины во Вьетнаме убивали проституток, офицеров, и у меня от этого скрутило живот. Вот что я чувствую сейчас, что делать с моим собственным народом."


"Вы находите свой моральный компас, сэр, и вы делаете свой собственный выбор, в одиночку".


Он повернулся ко мне лицом. "Ты видел слишком много смерти, слишком много дерьма; тебе удалось все это рационализировать и не потерять из-за этого сон. Повлияет ли то, что здесь произошло, на наши рабочие отношения?"


"Нет, сэр".


"А Глубинное государство?"


"Могут прийти за мной, я убил их людей. Вы знаете сенатора Делани?"


"Да, мы возвращаемся к прошлому".


"Ему нужна организация сверху вниз, а не люди, делающие свое дело без надзора. То, что я получил от Deep State, было неубедительным комментарием: "мы никогда не знали". Если вы платите кому-то зарплату, вы должны знать, что он делает."


"Черт возьми, да. Я встречусь с ним, когда вернусь, для нас это могло обернуться катастрофой."


"Мужчины, играющие в Бога. Всегда есть путь к катастрофе, сэр. Когда Теротски узнал, что задумало Deep State, он повернулся против них, как и большинство людей. Я не виню Теротски."


"Мы, военные, хорошо выглядим в этой кампании, так что было бы чертовски обидно все бросить из-за нескольких говнюков со своими собственными планами". Он вздохнул. "У меня всегда были сомнения по поводу Глубинного государства, но они хотят того же, чего хочу я".


"Тогда смените водителя автобуса, сэр, не сдавайте автобус в утиль".


Он кивнул. "Нужно кое-что сделать". Мы пожали друг другу руки. "Я надеюсь, мы сможем вернуться на правильный путь, мы достигли слишком многого, чтобы все это портить".


"Идите нанимайте нового водителя автобуса, сэр. И если тебе понадобится помощь и совет, ты знаешь, где меня найти."


Приятно знать. И ... не стреляй в меня из длинной гильзы, я хочу, чтобы у меня был открытый гроб, когда я умру."


Я привел его обратно, поболтав минут десять, прежде чем они улетели, "Соколиный глаз" легко взлетел, преодолев половину длины взлетно-посадочной полосы.


Полковник приблизился. "Все в порядке?" - осторожно спросил он.


Я изучал его мгновение. "Если бы вы были во Вьетнаме и видели, как другие молодые офицеры насилуют и убивают, что бы вы сделали?"


"Сложный вопрос. Ради блага моего подразделения я бы, вероятно, попытался разобраться с этим делом тихо."


"И годы спустя, когда ты сидишь в своем кресле-качалке и вспоминаешь..?"


"Я мог бы сожалеть о прошлых решениях, да. Но современная армия совсем другая, не призывники."


"У меня для вас новости, сэр, они ни хрена не отличаются".


Он воспользовался моментом. "Ты заполучил мужчин в рубашках и галстуках?"


Я кивнул, любуясь видом.


"Похоже, это не вызвало улыбки на твоем лице ..." - отметил он.


"Человек, наиболее ответственный за это, был полковником. Над ним командующий флотом. Они выпустили крылатые ракеты по вашим кораблям, чтобы увеличить голоса за правое крыло у себя дома."


"Иисус..."


"Лучше держите это при себе, сэр, и ... люди, на которых они работали, вы им нравитесь, они думают, что когда-нибудь скоро вы присоединитесь к ним и будете выполнять их приказы. Очевидно, у вас правильный профиль."


Он выглядел испуганным. "Мой профиль ... предполагает, что я буду работать на них?"


"Это так, так что, может быть, с этого момента ты найдешь свой моральный компас и поймешь, что у нас есть избранное правительство не просто так. Возможно, они немного бесполезны, но есть система сдержек и противовесов, которая не позволяет подобным вещам происходить.


"Когда-нибудь ты станешь генералом, и тебе предстоит небольшая война, люди над тобой будут шептать тебе на ухо, что делать. Вам предстоит сделать выбор, который не имеет никакого отношения к предстоящей войне."


"В колледже персонала этому не учат", - съязвил он. "Они учат нас выполнять приказы".


"Тогда делайте, как я, сэр. Кивни головой, скажи "да", но затем иди и делай свое дело." Я любовался видом. "Кто-то точно такой же, как ты, начал войну во Вьетнаме, бомбя свой собственный народ. И посмотрите, чем это обернулось. Может быть, однажды вы окажетесь в такой ситуации, когда начнется война. Я надеюсь, что вы сделаете правильный выбор в то время."


"Рад, что я поехал в это путешествие, это определенно открыло мне глаза и стало хорошей тренировочной площадкой. Не в последнюю очередь о том, как работать с дерьмом из ЦРУ."


"Это важная часть, сэр, служба в армии - легкая часть".


Я оставил Морана за главного и улетел обратно на виллу, с меня на некоторое время хватило двурушничества.


Тайни вернулся в 4 часа дня и сел со мной у бассейна. "Война улажена?" - спросила она.


"Думаю, да, но я задержу команды здесь подольше, хорошая практика для них."


"Ты кажешься ... отстраненным."


Я окунулся в океан. "Весь этот беспорядок был вызван мелкими засранцами в Глубинном государстве, одна часть американской системы боролась с другой частью, настоящая трата времени и денег, и почти огромное количество потерянных жизней".


"Эхо в порядке?"


"Да, просто незначительные раны. И им нравится играть с Хьюи."


"14 Разведданных?"


"Серьезных ран нет."


"Так что нет худа без добра..."


Я улыбнулся, и мы обнялись. "Было хорошо, что ты здесь, это помогает унять боль".


"Приятно чувствовать себя нужным. Никогда раньше не чувствовал себя нужным. Я послушная маленькая жена, которая поддерживает своего мужчину."


Я громко рассмеялся. "Ты никогда не будешь маленькой женой, ты чокнутая шпионка, которая обжигает мужские яйца".


"Я не чокнутая", - запротестовала она.


"Чтобы выполнять эту работу, мы все гребаные психи".


Томск прибыл в 18:00 с панамским министром. Я сказал министру: "Мы нашли и разобрались со всеми вовлеченными людьми. Их планы в отношении Панамы теперь просто забытые идеи, по крайней мере, на данный момент."


Томский вставил: "Я схватил человека из компании в Бразилии, главного научного сотрудника чего-то там. Они заставили его заговорить, и он дал мне местоположение лаборатории." Он посмотрел на часы. "Скоро у них появятся посетители".


"Значит, мы можем увидеть здесь мир?.." - спросил министр.


"У таких людей, как Медельин, всегда будут идеи о том, как быть здесь", - сказал я ему. "Но у меня появилась идея, и я позвонил. Посмотрим, сможет ли мой дядя Сэм немного расстроить "Медельин"."


В 8 вечера позвонила Тинкер. "Та компания в Бразилии, которой вы интересовались, она просто взорвалась и сгорела дотла. У них был небольшой пожар, поэтому в то время его эвакуировали. Все девять этажей рухнули в результате контролируемого взрыва."


"Те, кто живет мечом ..."


"Им нужно будет начать все сначала, несколько новых столов и мензурки."


Я пошел и нашел Томск. "Что ты делал в Бразилии?"


" Кто я? " спросил он не слишком убедительно.


"Эта фармацевтическая компания, их здание рухнуло".


"Вероятно, порыв ветра", - предположил Томский.


В час ночи зазвонил мой телефон, Тайни жаловался, когда мы лежали в постели. "Уилко".


"Посылка вот-вот будет доставлена".


"Сообщи мне позже, я проведу оценку человеческим глазом".


Мой телефон зазвонил десять минут спустя. "Посылка доставлена".


"Спасибо".


"Что это было?" - Спросил Тайни.


В Медельине есть два главных моста за пределами города, оба взорваны, поэтому у жителей города будут некоторые проблемы с передвижением. Потребуется год, чтобы восстановить мосты."


"Итак, как там бедные девочки, собираются завтра за покупками?" Это было подло, это было."


"Ты смотришь на это под совершенно другим углом, не так ли".


Утром Томский ухмылялся. "Я разговаривал по телефону с Медельином, теперь он очень обеспокоен, их мосты разрушены. Осталось использовать всего две проселочные дороги, а пробка уже в десять миль длиной.


"И та лаборатория в джунглях, у меня есть их документы, и мой здешний ученый думает, что это может сработать, чтобы производить кокаин лучшего качества и удвоить объем, так что мы смотрим на это."


"Сколько они произвели?"


"Очень мало, это все еще разрабатывалось и тестировалось. Но они могли бы сделать из этого тонны."


Мы наслаждались продолжительным завтраком всей группой, Сьюзи здесь со своим мужчиной, настроение лучше, чем в последние недели.


Томск сообщил мне: "Эта женщина-доктор открывает вторую клинику, я пожертвовал миллион долларов".


"Это были деньги, которые ты нашел", - пожаловался я.


"Итак, я все еще жертвую это и хорошо выгляжу, да".


Я покачал головой, глядя на него.


После обеда, переодевшись в зеленое, я поехал с Томском в первую клинику, надев маску для лица, когда выходил, без ремней безопасности и без винтовки.


В переполненном зале ожидания шум болтовни очень быстро стих, толпа расступилась, женщина-врач теперь осматривает меня. Она подошла и вытерла глаз, раздались крепкие объятия, громкие аплодисменты больных, репортер, которого мы организовали, делал снимки.


Я позировала репортеру, а затем позировала с разными семьями, наконец-то была сделана групповая фотография.


В ее заднем кабинете я снял маску. "Кажется, ты нашел свое призвание".


"Да, и я встретил мужчину, другого доктора". Она энергично помахала нам своим кольцом.


"Если ты платишь ему зарплату, ты можешь им командовать", - сказал я ей.


"Здесь, в Панаме, деньгами распоряжается женщина".


"Вот почему мужчины всегда нервничают".


"Вы сражаетесь с FARC?"


"Да, и сражение закончено. Может быть, теперь немного покоя."


Она столкнулась с Томском. "Я нашел двух медсестер для следующей клиники, они будут путешествовать".


"А, хорошо".


"И старый джип для бедных горных дорог".


Она повернулась ко мне лицом. "Телевизионщики были здесь много раз, и они снимали с леди историю моей жизни". Она воспользовалась моментом. "Было очень тяжело говорить обо всем, что произошло, но я хочу, чтобы люди знали, на что похожа здешняя жизнь".


Томский вставил: "Я позабочусь о том, чтобы это увидели по всей Центральной Америке".


"Это может принести какую-то пользу", - печально заметила она. "Может быть, когда-нибудь в Никарагуа появится Петров".


Я обменялся взглядом с Томском. "Никогда не знаешь наверняка".


На следующий день я вылетел обратно в зону 2, команды все еще патрулировали, "Рысь" теперь используется каждый день. Я взглянул на карту и проложил зигзагообразный маршрут для следования команд, и Волков отправили парами, чтобы выдержать сорокамильный переход, и теперь каждый день около 16:00 шел дождь. Я даже поручил Билли и полковнику руководить патрулями.


Я отправлял шпионов на длительные задания с Митчем и Грини, каждый раз проделывая долгий путь пешком, и 14 Разведданных каждый день отправлялись в двадцати милях к востоку или западу, долгий путь обратно.


И Макс, он прилетел на "Джордж Вашингтон" и летал на электронной птице EA-6, запускаемой с катапульты.


Дэвид позвонил в 16:00, как раз когда начался дождь. "Есть какие-нибудь новые разработки?"


"Нет, все стихло, и ФАРК все разъехались по домам".


"И ты вернешься к нам в ближайшее время?"


"Я тебе там срочно нужен?"


"Не настаиваю, но было бы хорошо, если бы вы были готовы именно к такой неотложной необходимости - если возникнет неотложная необходимость".


"Команды приступают к тренировкам, ваши шпионы, 14 разведчиков. Все ценное. Как там погода?"


"Ужасный".


"Вот тебе и еще одна веская причина быть здесь, в стране муссонов".


"Если бы вы могли закончить это поскорее, мы были бы признательны, мы, британские налогоплательщики".


"Ой".


На следующий день я спланировал маршрут до взлетно-посадочной полосы протяженностью сорок пять миль, и группы отправились через равные промежутки времени, сначала морские пехотинцы, планируя провести одну ночь под звездами. Или, в данном случае, промокание в грязных джунглях.


Затем я отправил 14 разведданных, Робби жаловался, что у нас под рукой были отличные вертолеты. Я отправил с ними свой регулярный отряд на случай, если у них возникнут проблемы.


"Новые американские волки" двинулись одной длинной колонной, их сержанты во главе. За ними последовал Свифти, ведущий "Волков-ветеранов", также жалующийся на доступные вертолеты.


Таггард уводил SAS, и за ним оставалось несколько глубоких грязных отпечатков ботинок. Бегущего Медведя отвезли на вертолете обратно на корабль после того, как я поблагодарил его команду, на полосе теперь все спокойно. Полковник, майор Морген и его команда были следующими, пожимали руки, морские ястребы забирали их с медиками, задавали вопросы о пляжных отелях.


Я позвонил адмиралу Маллою, поблагодарил его и сказал, что мы уезжаем. Он разворачивал свою толстую леди и направлялся на юг вокруг мыса.


Я, наконец, сплотил людей Ехо, теперь с Мерфи и его подругой, приставленными к нам. И, когда рядом не было никого, кто мог бы пожаловаться, Хьюи переправляли нас на поврежденную виллу Томска, где двухъярусные дома в основном остались нетронутыми.


Улетая, я оглянулся на пустую вершину холма, мне было немного грустно покидать его, командный пункт все еще стоял, траншеи не засыпаны, мусор оставлен позади, бочки с маслом все еще стояли на южной оконечности и были готовы к спуску.


Внизу, на строительной площадке "Вилла приходит", мужчины энергично захватывали комнаты, Билли немного недоволен тем, что находится здесь. Он был еще более недоволен, когда прибыли проститутки, и он воздержался, разделив комнату в главном доме с Мораном, Джинджер и мной.


Принесли пиво и еду, и я уехал с Сашей, расставив вокруг охрану.


На первоначальной вилле Томский спросил: "Они все поселились?"


"Да. Я дам им день, а потом мы улетим."


Вымывшись, мы сели за обильный ужин, Сьюзи и ее мужчина снова здесь, Тайни притворялся, что мы не были предметом обсуждения, ╧ 3 и ╧ 5 присоединились к нам с Веселым Дейвом, и Томск выглядел и звучал лучше. Но мне было интересно, сколько еще попыток будет предпринято, чтобы заполучить эту первоклассную недвижимость.


Гей Дэйв улучшал свой русский, и Томск и солдаты, казалось, приняли его.


Сашу, наконец, отвезли обратно, он был немного пьян, и я осталась с Тайни. В нашей комнате я сказал: "Я думал оставить Сьюзи здесь на некоторое время, всегда полезно иметь кого-то, кто знает местность".


"А я..?"


"Я хочу, чтобы ты вернулся в Великобританию, чтобы тебя немного потренировали".


"Оу. Это все?"


"И странная поездка в Борнмут".


"От Панамы до Борнмута. Ты действительно знаешь, как испортить девушку, " пожаловалась она.


"Не хотели бы вы присоединиться к остальным 14 разведчикам, провести несколько недель в окопе?"


"Нет, э-э-э, не совсем".


"Это то, за что тебе платят, то, чего они от тебя ожидают".


"Но я показал, на что я способен".


"Да, так что теперь ты в команде, и ты идешь туда, куда иду я. Но ... если ты действительно хочешь остаться здесь и больше меня не видеть, я разрешу это."


"Я никогда этого не говорил, просто ... почему ты не можешь найти какую-нибудь работу здесь или в Майами, Aston Martin, вертолет."


Я погрозил пальцем. "Осторожнее, девочка, или ты вернешься к 14-й разведке. Но я буду санкционировать для вас поездки сюда, несколько раз в год. И у меня есть для тебя кое-какая работа на юге Франции."


"Это больше похоже на правду. Нудистские пляжи и казино."


Долгими 48 часами позже мы приземлились обратно в Брайз Нортон, на ледяной ветер и дождь, все жаловались.


Билли сказал мне: "Теперь я сожалею о том, что сказал об этой грязной дыре. Теперь все выглядит неплохо."


Автобусы доставили нас в сопровождении усиленного эскорта местной полиции и членов парламента, и вскоре в 8 вечера мы прошли через холодные мокрые ворота. В моем доме мы нашли включенное отопление, молоко и хлеб, записку от члена парламента Грейвсона. Мы были должны ему немного денег.


Набор выгружен, все это воняет, мы включили стиральную машину, затем посидели с напитком.


"Как прошла эта прогулка?" - Наконец спросила я, изучая пол.


"Заблудились и попали в какие-то мерзкие джунгли, что замедлило нас".


"Да, есть несколько неприятных долин. То, куда мы с Сашей прыгнули, было отвратительно."


"Хьюи" мне понравились больше, чем прогулка. Риццо любит "Хьюи", хочет, чтобы мы их купили."


Я потягивал чай, когда зашумела стиральная машина. "Я разобрался с людьми, которые организовывали ракеты. Может быть, сейчас тихо."


"Сказал это в честь лорда Майклза. Другой месяц, другое дерьмо вызывает проблемы."


"Ага", - выдохнул я.


"Что дальше?" - спросил он через мгновение.


"Дрессировка волков. Они получают передышку, затем ... может быть, Мавритания."


"Мерфи теперь с нами".


"Да, он стреляет как Дэйви Крокетт, и ему нравится эта работа".


Мой телефон зазвонил. "Это Кейт!"


Я вскочил. "Ты в порядке?"


"Какой-то ужасный человек порезал меня, затем я врезал ему, затем он выскакивает и кричит на меня с мечом в руке, затем его голова взорвалась".


"Ах..."


"Что, черт возьми, это значит?"


"Мои люди незаметно следуют за тобой".


"Я не видел ни одного".


"Как я уже сказал, конфиденциально".


"Так что, черт возьми, мне сказать полиции?"


"Ничего, просто ты беременна и в шоке, и ты понятия не имеешь, что произошло, никаких упоминаний о моих мужчинах. Я все равно буду отрицать, что мужчины со мной. И почему ты за рулем?"


"Ты тоже не начинай!" Она прервала звонок.


"Проблемы?" Спросил Свифти, когда я сел.


"На Кейт напал мужчина с мечом, и ее защита выстрелила ему в голову".


"Так же хорошо. В чем проблема?"


"Мужчины ... не лицензированы и не одобрены для улиц Великобритании".


"Кто они?"


"Не могу сказать".


"Ты заставил эту команду молчать".


Я бросил на него взгляд. "Сколько раз у нас была гребаная утечка!"


Он отступил назад. "Несколько, да. Так же хорошо держать их подальше от сети. Лондон не знает о них?"


Я покачал головой и отхлебнул чаю.


"Точно так же, не знаю, кому доверять в Лондоне".


Я посмотрел на часы и позвонил Дэвиду. "Моя леди, Кейт Хавершем, была атакована разъяренным водителем с мечом, после чего его голова взорвалась".


"Его застрелили. Твои люди?"


"Призраки".


"О, я понимаю. Я займусь этим сейчас. Ты умолчал об этом."


"Я сделал, да, таким образом никаких утечек".


"Я хотел бы оспорить это дело, но ... Я бы проиграл. Я так понимаю, они не будут делать заявления."


"Их не существует".


"Я разберусь с этим. А мой старый помощник?"


"На обложке есть кружка с его именем, ╧2".


"Итак, все улажено. Когда у тебя есть кружка с твоим именем на обложке, ты определенно остепенился."


"Пока ты здесь, Сьюзи из 14 Intel останется в Панаме, местный парень, работающий под прикрытием у нашего друга".


"И продолжают ли налогоплательщики платить ей?"


"Нет, так инсценируй ее смерть".


"И что мы получаем от этого соглашения?"


"Контакт в этом районе с отличными местными знаниями и контактами. Если у вас в регионе был мужчина, попавший в беду, она там."


"Это было бы полезно, да. И она доступна для нас?"


"Конечно, и если бы вы возражали, я бы отозвал ее. Это твой последний звонок."


"И крошечный?"


"Присоединится к моей команде разработчиков и доступен для вас. Она чертовски сексуальна и прирожденна."


"Тогда хорошая находка."


"Да, добавьте их обоих в свой список активов."


Минуту спустя позвонил Боб Стейнс. "Произошел инцидент ..."


"Да, она звонила, Дэвид Финч разберется с этим".


"А команда?"


"Они отступают на день или два, отдыхают, затем возобновляют".


"Я разберусь с этим сейчас. Это был просто дорожный инцидент."


"Да, но все равно она была в опасности, так что поблагодари их от меня".


Сев обратно, Свифти начал: "Та девушка, Тайни ..?"


"Настоящий, чертовски горячий агент под прикрытием. Она может делать в отеле и казино то, что мы делаем в джунглях. Она очень помогла нам в Панаме, поймала для нас несколько человек."


"Твоя новая птица..?"


Я громко вздохнул и уставился вперед. "Она в опасности. И я не хочу думать о ней. Хватит беспокоиться о Кейт."


"Тебе нужна ясная голова, поменьше дерьма там".


Я кивнул и с минуту смотрел в свою чашку. Наконец-то найдя номер, я вышел на холод и позвонил.


" Алло? " раздался голос Сесилии.


"Это я, я только что вернулся".


"Почти каждый день видел тебя в новостях, это было странно. И беспокойство."


"Послушай, есть ... несколько человек, которые изо всех сил пытаются убить меня, и ... они могут последовать за мной к тебе, и ... стоять у твоей могилы - это не то, что мне сейчас нужно в моей голове".


"Оу. И эти люди?"


"Изгои ЦРУ. Они могут найти тебя даже на базе королевских ВВС."


"Это отчасти усложняет тебе жизнь".


"Какая жизнь?" Я пошутил. После долгой паузы я сказал: "Послушай, если все изменится ..."


"Когда именно люди перестанут пытаться застрелить тебя?" - раздраженно спросила она.


"Ну, может быть, в будущем ..."


"Делай то, что лучше для тебя, не беспокойся обо мне. Я знал, что это будет тяжело, и ... когда я каждый вечер смотрел новости по телевизору, ну, я не могу представить, под каким давлением ты, должно быть, находишься со всех сторон."


"Мы могли бы встретиться снова ..."


"Или ты получишь пулю на следующей неделе. Я никогда не планировала сближение, глупая идея девочки-подростка, я должна была знать, во что ввязываюсь с Джеймсом Бондом. Но в реальной жизни у Джеймса Бонда есть шрамы, и люди изо всех сил пытаются его убить. Так что не беспокойся обо мне. Начинаю думать о себе для разнообразия. Пока". Она прервала звонок.


Вернувшись в дом, я сел и вздохнул.


"Ты порвал с ней?"


Я кивнул.


"Она нормально к этому относится?"


Я снова кивнул.


"Очисти голову. Это приказ."


Я кивнул.


Утром я оставил Свифти спать, а сам пошел в столовую на пронизывающем холодном ветру, вошли несколько человек, Мерфи и его приятель.


Я захватил еду и сел с Генри и Самбо, Хомяк пришел пораньше и ел.


Мерфи повернулся ко мне. "Босс, не могли бы мы выбрать, с кем из сержантов мы будем?"


"Какую из них ты предпочитаешь?" Я спросил. "Потому что их всего двое".


"Любой, кроме Риццо".


Генри и остальные громко рассмеялись.


Я сказал Мерфи: "Он хороший солдат, у него большой опыт".


"Я никогда не видел, чтобы мужчина вытирал задницу и ел сэндвич, а потом нюхал свою руку".


Анри чуть не плакал от смеха.


"Ты можешь быть со Слайдером".


В комнате разведки я нашел белые доски и взглянул на них, когда вошла команда. Я сидел с Сандерсоном и брю, и мы вместе рассмотрели несколько аспектов, и он понял, что было несколько вещей, которые мы не могли обсудить.


Я сказал ему: "Файлы для этого будут классифицированы как Совершенно секретные, сэр. Соберите весь материал."


Он сделал пометку. "Всегда странно, когда ты называешь меня сэром".


"Ты рангом выше и настоящий офицер".


"Мы все знаем, где находится настоящая сила".


"Хочешь поменяться?"


"Нет, люди продолжают пытаться тебя убить. И это длинный список, который продолжает расти."


Я бросила на него раздраженный взгляд. "О, девочка, Тайни, теперь она часть этой команды, и у нее будет работа на высшем уровне для меня и для Лондона".


"Она казалась ... немного легкомысленно."


"Она, как и Томо, но в Панаме она была великолепна, убила нескольких человек, и она великолепно работает под прикрытием. Ей просто нужен был шанс показать, на что она способна. И ее пара, Сьюзи, теперь отделена от нас, она останется там на некоторое время, может даже инсценировать свою смерть, так что обновите файл."


"Лондон доволен этим..?"


"Да, потому что у них, блядь, все настоящие шпионы чего-то стоят. Эти дамы доказали свои способности работать под прикрытием. Если бы у SIS была хорошая команда, мы бы не делали за них эту чертову работу."


"Большая разница между Джеймсом Бондом по телевизору и в реальной жизни. Я встречал нескольких, и все они были немного неубедительными."


Я приподнял брови. "ЦРУ задает мне вопросы, но у них есть несколько хороших команд, улик не осталось". Я воспользовался моментом. "Кто-нибудь из команды беспокоится о безопасности здесь?"


"Сейчас это не так важно, и у нас очень много людей, желающих работать здесь, и они понимают, что если они уйдут отсюда, то это будет обычная бумажная волокита, теории и сценарии".


Я кивнул.


Он сказал мне: "Отдохни немного, майор, ты дерьмово выглядишь".


"Долгий полет. Всегда требуется несколько дней, чтобы привыкнуть к этому."


"И как бы вы оценили 14 Разведданных сейчас?"


"Они становятся лучше, они накапливают опыт, но, кроме Тайни и Сьюзи, никто не выделяется как суперзвезда. Я бы не отправил их выполнять работу в одиночку."


"14 Разведка завербовала нескольких человек, которые, по их мнению, могли бы стать суперзвездами, они скоро присоединятся к нам, и я поменяю некоторых из менее способных."


"Спроси Робби, я думаю, я не часто имею с ними дело".


"А Мэгги?"


Я обдумывал это. "Если бы она играла гражданскую роль под прикрытием, она была бы хороша, потому что, когда выпадают карты, она может ударить человека или убить его. О, как дела в пабе?"


"Восстановленный сейчас, Лондон щедро компенсировал владельцу. Им пользуются полицейские, и у нас здесь были обычные SAS и Paras, и они им пользовались, так что это принесло владельцу немного денег."


В разговоре с Тинкер и Реджи я начал так: "Реджи, как ты смотришь на то, чтобы уехать на юг Франции и работать у меня неполный рабочий день. Ты получал бы зарплату полный рабочий день, хорошие деньги."


"Звучит заманчиво, но ... немного странно. Где бы я жил?"


"У меня там есть команда, они все объяснят. Просто нужен увлеченный доброволец."


"Погода здесь ужасна для моего здоровья, обычно я уезжаю на зиму".


"Тогда иди собирай вещи, а я организую встречу с твоим новым боссом, но ты оставайся на связи с Тинкером на ежедневной основе, выполняя для нас ценную работу небольшой командой".


Он обменялся взглядом с Тинкер и забрал свои файлы, прежде чем отправиться в поисках лучшего климата.


Тинкер спросила: "Мы все еще смотрим на Вашингтон?"


"Глубинное государство навело порядок в доме, так что ... вероятно, нет. Но может наступить время, когда они выведут меня из себя, так что ... нам нужно прислушаться к земле. Давай позже съездим в Челтенхэм."


После обеда мы поехали на север на двух машинах, член парламента Грейвсон теперь мой официальный телохранитель. К Тинкеру также был приставлен член парламента. В GCHQ мы зарегистрировались, вскоре оказались в большой комнате со многими менеджерами, многими знакомыми лицами, Директор приветствовал меня.


Он призвал меня к порядку.


Я начал: "Прежде всего, спасибо за всю тяжелую работу, вы изменили ситуацию и спасли жизни, а именно мою. Сегодня я здесь для того, чтобы запросить дополнительные ресурсы данных. У вас здесь есть большие компьютеры?"


Режиссер вставил: "Одни из самых больших и быстрых в мире".


"Чего я хочу ... так это следующего".


Они приготовили блокноты.


"Мне нужны все телефонные номера в мире, все мобильные, все спутниковые телефоны, а также все старые и мертвые. Все они. Мне нужен телефонный справочник эскимосов и людей в Непале. Все они.


"Мне нужны все автомобильные номерные знаки планеты, все когда-либо выпущенные удостоверения личности, все имена и адреса для стольких стран, сколько вы сможете достать. Если я нахожу старую машину с кузовом, я хочу иметь возможность сказать: эта марка и модель, когда она была произведена? Эта регистрация принадлежит кому, это удостоверение личности принадлежит кому, и когда они пропали.


"Я хочу иметь возможность посмотреть регистрацию воздушного судна, позвонить вам и спросить, кто им владеет и управляет. Я хочу иметь возможность узнать название судна, а вы скажите мне, кто им владеет и управляет, и куда оно ходит, даже если это паром из Греции в Турцию.


"Мне нужны серийные номера оружия, насколько вы сможете их раздобыть, и мне нужны все компании в мире, имена, адреса, телефоны и чем они занимаются. Если это означает, что вам нужно больше компьютеров, я поговорю с премьер-министром о вашем бюджете. И есть внешние агентства, которые помогут с бюджетом."


Я столкнулся с режиссером.


"У нас уже есть кое-что из этого, и мы можем получить больше, нанять нескольких программистов по базам данных и связать базы данных вместе. В конце у нас был бы ценный инструмент для любого полевого агента, а также для здешней полиции."


Я сказал группе: "То, что вы делаете с телефонными схемами, вызывает зависть у ЦРУ и АНБ, поэтому это следует развивать и хорошо финансировать - это наше ключевое оружие. Если вы можете взломать несколько башен и баз данных, сделайте это. Затем я хочу, чтобы мне позвонили по номеру, старшие мужчины там посменно, потому что часто это вопрос жизни и смерти."


Менеджер сказал мне: "Ваш номер указан в качестве приоритетного. На самом деле, это звучит как "Без паники!"."


Они смеялись.


Я улыбнулся. "Возможно, вы этого не осознаете, но многие люди чертовски завидуют моему телефону, а в конце концов и вам. Но в будущем я хочу, чтобы моя команда тоже могла звонить, используя какой-нибудь пароль."


"Мы знаем многих из них по именам и репутации, говорили с некоторыми. Но должны ли мы были бы отвечать на звонки от Риццо?"


Смех.


"Может быть", - сказал я с улыбкой. "И Мерфи".


"Мерфи, который говорит как подросток из захолустья ..?"


"Да, но он отличный солдат, и теперь с Эхо".


Режиссер сказал: "Мы быстро что-нибудь придумаем".


"И можно ли отследить их спутниковые телефоны?"


"Да, но мы можем сделать то же самое, что сделали с вашим".


"До следующего развертывания", - сказал я ему. Я повернулся к ним лицом: "Две дамы из 14 Intel, которые со мной, Сьюзи и Тайни, теперь они полевые агенты intel, а Тайни чертовски хороша в этой работе, она бы посрамила агентов SIS. Мне понадобится очень защищенный телефон для нее.


"Не путайте их, потому что Тайни на самом деле Сьюзен Найт, так что они обе Сюзан.


Сьюзи останется в Панаме на некоторое время, возможно, она тебе позвонит. Я также хочу, чтобы внешние полевые агенты могли звонить по определенному номеру, используя пароль. Вы не предоставляете им конфиденциальную информацию, но предоставляете доступ к базе данных автомобилей и телефонов. Лондон одобрит это."


Директор отметил: "Мы уже предоставляем такую услугу SIS и MI5".


"Я бы хотел, чтобы мои люди были огорожены кольцом, и я, возможно, захочу посмотреть, о чем они спрашивают, так что ведите записи. Если Риццо спросит о лошади в Дерби ..."


Они смеялись.


Мы с Режиссером посидели, выпили кофе и поболтали о практических шагах.


Я спросил его: "У вас есть счет, на который я могу положить деньги?"


"Да, установка для тихих операций". Он протянул мне лист бумаги.


Я сложил ее и спрятал подальше. "Я не хочу, чтобы Лондон жаловался на стоимость, но я прислушаюсь к мнению премьер-министра".


"Что ж, мы делаем с вами настоящую работу, а не просто планируем день, когда мы займемся какой-нибудь реальной работой, поэтому здесь мы корректируем бюджеты и команды. Все они хотят заниматься настоящей работой, а не исследованиями."


"Эта новая база данных ..."


"У нас есть компьютеры, но получение информации и ее загрузка потребуют времени".


"Используй деньги, которые я тебе посылаю, работай быстро, пожалуйста".


"Мы пользуемся услугами сторонних компаний, и они все равно понятия не имеют, для чего это нужно, только для баз данных. Недавно мы получили список кораблей, и у нас есть GPS-треки многолетней давности."


"Этот аспект раскрыл дело", - сказал я ему.


"У нас есть команда, занимающаяся этим, и на любые будущие вызовы мы можем ответить довольно быстро. Военно-морской флот уже использует это для перехвата наркотиков в различных местах, и некоторые странные следы привели к появлению кораблей, предупрежденных Интерполом."


"Необходимость действительно мать изобретательности".


На обратном пути я поболтал с членом парламента Грейвсоном, и он казался нормальным, уравновешенным. Он ловил рыбу в холодном канале, который теперь, по-видимому, больше походил на озеро. Мне пришлось сказать ему, чтобы он перестал называть меня "сэр", когда мы в машине.


Вернувшись на базу, когда вокруг было несколько человек, он отвез меня на джипе к каналу с выпуклостью, и я спрыгнул вниз. Теперь он был длиной в тысячу ярдов, большая часть его была всего в три метра шириной, но в центре он был шириной в двадцать метров. И глубоко, сообщил он; человеку, пробирающемуся туда, пришлось бы переплывать.


Внизу, на южной оконечности, на восток тянулся новый небольшой канал, но его еще не соединили с главным каналом, его берега были просто илистыми, вода коричневой. Он тянулся к южному лесу, почти на 400 ярдов, где стояла новая башня.


"Мистер Сандерсон добыл какую-нибудь рыбу?"


"Он утвердил бюджет, и мы поехали в одно место и добыли их: мелкую плотву, красноперку, линя и карпа. Плотва растет быстро, линь и карп медленнее, но в итоге они становятся огромными. Мы подкидывали немного корма, но в такую погоду они мало едят. Они хорошо приспособились."


"Откуда ты это знаешь?" Я ничего не вижу!"


"Они не умерли и не всплыли на поверхность", - сказал он с улыбкой.


"Что уже было в канале?"


"Всевозможные, это было там двести лет. Там тоже есть какие-то монстры, видели окуня, угрей, все такое. В южном конце мы ставим металлическую решетку, чтобы крупная рыба не улетала. Мелкая рыбешка могла бы прорваться."


"Это был действующий канал?"


Не уверен, потому что он просто останавливается, а ближайший подходящий канал находится в двух милях отсюда. Похоже, что это место использовалось для водопоя скота летом, поэтому ручей, который в основном расширили, но он слишком глубокий для скота."


Отойдя, я позвонил Бобу. "Переведи немного денег на мой счет в GCHQ". Я зачитал подробности, и он прочитал их обратно.


"Сколько?"


"Все, что мы можем выделить. Они создадут новую супер-базу данных о лодках, самолетах и автомобилях, спутниковых телефонах и мобилях, базы данных о всех гражданах всех стран. У тебя будет доступ."


"Звучит неплохо, да. Как насчет двадцати миллионов?"


"Кажется, это много, не оставишь нас в недоумении?"


"Черт возьми, нет, я зарабатываю хорошие деньги на фондовых рынках. И это не похоже на то, что мы платим налоги!"


"Если ты уверен, тогда отправь это. Но можете ли вы получить сомнительные базы данных?"


"Черт возьми, да. Купленный, украденный и взломанный."


"Возьмите те, которые, по вашему мнению, имеют отношение к делу, и отправьте их Тинкеру в GL4".


"У меня есть главное досье европейских масонов".


"Ах, это было бы неплохо".


"И досье о заработной плате российских офицеров и гражданских служащих".


"Ты действительно подлое дерьмо. Но используйте часть из этих двадцати миллионов для баз данных, потому что это то, для чего это нужно. Собери команду для этого, делегируй. Мне нужен список людей, которые, возможно, захотят убить меня в будущем."


"Понадобилась бы большая команда, не уверен, что у меня есть ресурсы. Не могли бы вы расстраивать людей чуть меньше?"


"Я попытаюсь".


Зайдя к бригадиру поболтать, я попросил, чтобы он подключил внешние подразделения для использования нового полигона, начиная прямо сейчас, нескольких инструкторов для управления. Он бы перебрал несколько паразитов.


Я сказал ему: "Министерство обороны заплатило за это, сэр, и может ныть, так что пусть этим пользуются сержанты, назовем это курсом боевой готовности. Если полки близко, они могут навестить нас при дневном свете, или они остаются в Брайз Нортон, я не хочу, чтобы здесь были посторонние, когда мы находимся в резиденции."


"Ты часто уезжаешь, так что они могут пользоваться хижинами. Все обычные SAS использовали это, сделали ставки и настроили систему показателей."


"Мы говорили раньше об искусственной деревне, так что давайте начнем с этого, с возведения больших глинобитных стен к югу от нового хребта. Внутри они строят бетонные дома, одноэтажные, похожие на маленькую деревню. Но ... вы знаете зеленое металлическое ограждение, рейки, которые должны быть пуленепробиваемыми, мы установили это как крышу на высоте двадцати футов."


"Захватите патроны, выпущенные из какого-нибудь молодого бойца".


Я кивнул. "Мы недалеко от деревни. С обоими возможностями МОД будет доволен. И, как ты сказал, мы подолгу отсутствуем."


"Завод используют различные армейские подразделения, даже полк королевских ВВС и морская пехота". Он улыбнулся. "Они любят соревнования по пейнтболу".


"О, можешь ли ты повысить Морана до майора, он сильно опоздал и вредит своей карьере, оставаясь с нами. Возможно, даже отправлю его на какие-нибудь курсы."


"Да, он опоздал. Но если бы он ушел отсюда ... они бы дали ему собственную компанию."


Я столкнулся с Тайни возле столовой. "Ты отдохнул?"


"Что ты имел в виду, солдат?" - поддразнила она.


"Немного тренировки для тебя. Так что будь готов утром в 9 утра, в гражданской одежде, ты больше не носишь форму. Я говорил с Сандерсоном, он знает. И ты получишь новый спутниковый телефон, спроси Тинкер через несколько дней."


Утром прибыл грузовик, на нем был розовый скутер, инструктор вручил Тайни розовый шлем.


"Это не Aston Martin", - пожаловалась она.


"Если бы вы были на юге Франции, кто бы вас в этом заподозрил?" Я позировал. "Ты пользовался им раньше?"


"Будучи подростком".


"Мне нужно, чтобы ты был экспертом в этом, так что потренируйся и здесь, на улице. Завтра к тебе придут другие инструкторы."


Надев розовый шлем, скутер завелась с некоторыми базовыми инструкциями, и она тронулась с места на медленной скорости, вскоре привлекая странные взгляды, когда объезжала дорожку по периметру.


Час спустя она объезжала дорожные конусы, инструктор держал стрелу так, что ей пришлось пригнуться, полицейские улыбались этой сцене.


В 14:00 меня вызвали, когда я убирала Кит в моем доме, и я побежала к воротам, обнаружив Тайни, который протестовал с огромным полицейским, его машина была припаркована.


"Могу я вам чем-нибудь помочь, офицер?"


"Эта леди работает на вас?"


"Я Уилко, и да, она любит".


Тайни вышел: "Он остановил меня, потому что думал, что я несовершеннолетний водитель!"


Я так сильно смеялся, что она попыталась ударить меня, но полицейские удержали ее. Я столкнулся с офицером. "Она не несовершеннолетняя".


"Она ушла со сцены и угрожала напасть на меня".


"Какого ты роста?"


Он взглянул на ухмыляющихся полицейских. "Шесть футов шесть дюймов".


"И двадцать камней. Хотели бы вы, чтобы ваша фотография появилась в местной газете рядом с ней? Или, может быть, газета Sun. Я мог бы позвонить им, если хотите."


"Я оставлю ее вам, чтобы вы с ней разбирались, сэр". Он уехал в гневе.


"Тайни", - позвал я. "Первое правило работы под прикрытием: не привлекай к себе внимания".


"Чушь собачья".


Она вскочила в седло и промчалась мимо, все полицейские ухмылялись.


Капитан полиции вставил, глядя ей вслед: "Я просто рад, что она никогда не била его по яйцам".


Утром появились двое мужчин, домушники со стажем, и Тайни теперь пытался проникнуть в дома базы с помощью различных уловок и инструментов. Я запрыгнул в машину с членом парламента Грейвсоном, и мы направились в Лондон в сопровождении полиции штата Коннектикут. В эти дни они не рисковали.


В Воксхолле я получил повышение, новое лицо на замену Терри, вскоре присоединившееся к режиссеру и Дэвиду.


"Ты выздоровел?" - Спросил Дэвид, заваривая чай.


На этот раз обошлось без травм. Я становлюсь менеджером."


"Я думаю, в армии их называют офицерами".


Я бросил на него взгляд. "Да, я делегирую больше".


"Та компания в Бразилии, штаб-квартира которой была взорвана, сейчас находится под следствием тамошних властей, произведены аресты. Ну, аресты тех, кто еще жив. Были найдены части тел остальных."


"Томск был ими недоволен".


Режиссер спросил: "А каковы шансы утечки информации?"


"Глубинное государство наводит порядок в доме, и в их интересах скрыть это, но в этом было замешано много людей".


Дэвид отметил: "Колумбийские власти затрудняются объяснить, как случайно сгорело тело человека, извлеченное из обломков самолета".


"Его ДНК было бы трудно объяснить. Он был признан мертвым много лет назад."


Режиссер спросил: "Знаем ли мы наверняка, что нужен точный план?"


"Глубинное государство" признает существование отдельных секретных отделов, никакого пересечения, никакой пустой болтовни вокруг кулера с водой, и что Рейвуд зашел слишком далеко. И мать Рейвуда была наркоманкой, умерла, когда ему было десять, поэтому у него был зуб на потребителей наркотиков в целом - и на их поставщиков, в частности, я полагаю.


"Когда я говорил с сенатором Делани о том, что крылатые ракеты были выпущены по кораблям, он не слишком волновался по этому поводу, но утверждал, что никогда не знал. Однако я поговорил с генералом Болтвайером и разъяснил ему суть Deep State. Теперь он будет для них очень осторожным другом."


Дэвид отметил: "Я говорил с главой здешнего отделения, и он думает, что это была FARC, и что у них есть все действующие лица и фигуры".


"Он несет чушь, просто для вида. Но если ЦРУ думает так, и Комитеты Конгресса по надзору, тогда отлично."


"А заместитель шефа?" режиссер спросил.


"Я намекнул на несколько вещей, и он попытается скрыть улики ради своего же блага. Чарли Роуз поставила бы его в неловкое положение. И Теротски, он выдал их, спрятал сообщения в страховых документах, которые, как он надеялся, мы найдем. Наш призрак нашел их."


"А как Терри?" - спросил Режиссер.


Рука в перчатке, кружка с его кодовым именем. О, ты знаешь Реджи из GCHQ?"


"Да".


"Он направляется на юг, скоро у него будет кружка с его собственным кодовым именем".


"Создание команды и талантов", - отметила она.


"Это необходимо", - настаивал я. "Когда-нибудь Глубинное государство может быть более настойчивым, чем тихая просьба о сотрудничестве".


"Да, беспокойство", - согласилась она. "Но мы не можем запихнуть их обратно. И эта Сьюзен Найт, она доступна для нас?"


"Да, но она лучше всего подходит для отелей и казино, если никто не считает ее угрозой. И она убивает без угрызений совести или потерянного сна. Двое мужчин похитили ее, недооценили, оба с ножевыми ранениями в шею."


"Вот это да", - выдохнул Дэвид.


"Убедитесь, что вас никогда не привлекут к ответственности за то, что она делает", - предупредил я их. "Она может пойти по следу или заколоть его до смерти ради забавы. Я имею в виду, что она работает с Бобом."


"Возможно, это лучше подходит", - согласился Дэвид. "О, мы получили письменное предложение от GCHQ, в нем было ваше имя, новая супер база данных. Это с JIC и PM."


"Наш призрак переведет за это двадцать миллионов".


Режиссер смягчился. "Кажется, он ... богат наличными?"


"Он и Банкир, они тайно шпионят за директорами компаний, а затем торгуют на фондовых рынках. Итак, все честно."


"Я думаю, что шпионская часть может быть не откровенной", - отметил Дэвид.


Режиссер спросил: "Вы не беспокоитесь о том, что Боб сбежит с деньгами?"


"Нет, ему нравится эта работа, она дает ему ощущение цели. Он создал Echo, он хочет, чтобы у него все было хорошо. Если бы он сидел на пляже с деньгами, он не был бы счастлив. И что случилось с женой Холлистера?"


"Снижение ответственности, непредумышленное убийство", - сказал мне Дэвид.


"Стрелявшие в моем отеле?"


"Мы думаем, что у нас есть зацепка, человек в Праге, но он выглядит как платный помощник".


"Есть его данные?"


Дэвид принес их, записал и передал мне. "Можно тебя на пару слов?"


"Возможно, это громкое слово".


"Вы этого не видели". Он откопал высококачественный набросок, похожий на картинку из мультфильма. "Они не смогли показать фотографию, поэтому им сошел с рук рисунок. Это было в газетах на прошлой неделе."


Я уставился на изображение, я сидел рядом с телом Пита, на моем лице было печальное выражение.


Дэвид показал мне газету Sun. Название гласило: "Сколько еще?" "История спрашивала, сколько еще людей убито террористами и боевиками".


Режиссер вставил: "Прозвучал громкий призыв улучшить полицейские подразделения и увеличить бюджеты подразделений по борьбе с терроризмом".


Я вздохнул. "Может быть, мне стоит просто уйти. Тогда было бы тихо."


Дэвид заметил: "Тогда им это сошло бы с рук, и лорд Майклз управлял бы Западной Африкой, а Глубинное государство буйствовало бы в Центральной Америке".


Режиссер отметил: "Теперь на улицах Лондона гораздо больше компьютерной полиции, мобильных патрулей".


"Как поживает мистер Китсон?"


"Он навел порядок в доме", - начал Дэвид. "Несколько арестов, некоторых отпускают. Он высоко держит голову."


Она спросила: "Как дела у нашей команды в Панаме?"


"Они неделями страдали, живя в норе в земле, в опасности, и умудрялись улыбаться и шутить по этому поводу. Не уверен насчет шпионской работы, но они могут быть достаточно хорошими солдатами.


"Если бы их миссия заключалась в том, чтобы незаметно пересечь границу в Центральной Америке и кого-нибудь убить - они могли бы сделать это хорошо."


"Приятно знать".


"14 Я слышал, что Intel завербовала несколько лучших людей ..?"


"Да, профилированный. Скоро они начнут с тебя. Нам будет интересно посмотреть, сияют ли они."


Я кивнул. "В нынешней партии не замечено суперзвезд".


"Мы позаимствовали кое-что из первой партии компьютерной томографии Police, и они хорошо работают", - отметил Дэвид.


Режиссер спросил: "Вы схватили двух американских волков ..?"


"Да, оба чертовски крутые. Не уверен, что они тебе подойдут, они разговаривают как подростки из захолустья. Но если бы миссия состояла в том, чтобы забраться на крышу и застрелить кого-нибудь на расстоянии тысячи ярдов, не оставив никаких улик, они могли бы это сделать."


"Интересно", - отметил Дэвид, взглянув на Режиссера. "А сенатор Филсон?"


"Какие-нибудь улики остались валяться поблизости?"


"Только гравюры Ли Харви Освальда. Это, а также отсутствие доказательств, вызывает большой шум о заговоре в Америке. Они думают, что его убила мафия."


"Могло бы быть. Кто знает, и кого это волнует, да."


Они обменялись взглядами.


"Итак, у вас есть что-нибудь, на что я могу посмотреть?" Я спросил.


"Тренируем и отбираем суперзвезд для нас", - предложила она.


"Тайни, она пройдет через переполненный зал незамеченной, украдет ваш кошелек и уйдет незамеченной".


"Хорошие навыки, которыми нужно обладать в нашей игре", - отметил режиссер.


На следующей неделе я пошлю ее поиграть в кошки-мышки. Пусть она остановится на ночь в каждом из лучших отелей, чтобы она знала их, я выделю ей немного наличных для казино. Затем, когда возникнет необходимость, она сможет поиграть здесь в кошки-мышки."


Дэвид сделал пометку. "О, американцы получили записку из Медельина, что они сами навели порядок в доме. Они в ужасе от бомбардировщика B2. Я имею в виду еще один бомбардировщик B2."


"Возможно, это заставит их на время замолчать, но люди всегда будут завидовать Томску".


"Сообщается, что картель Тиухана испытывает трудности с продажей наркотиков", - сказал мне Дэвид.


Томск разработал тестовые наборы и отправил их в Штаты для использования своими дистрибьюторами. Я думаю, люди скопируют наборы."


"Да, я так думаю", - согласился Дэвид. "Но образцы, найденные в Европе?"


"Подделки. Они так и не выпустили большую часть этого, они все еще готовились."


"Значит, там нет зараженных партий?" - спросил Режиссер.


Я покачал головой. "Насколько нам известно, нет".


"И гей Дэйв, которого так зовут?" - Спросил Дэвид.


"Все еще с Томском, совершенствует свой русский, чтобы сойти за меня и заставить людей думать, что я рядом. Так в Томске безопаснее."


"И можно ли его использовать для чего-нибудь полезного?" - Спросил Дэвид.


Я бросил на него взгляд. "Он похож на меня, поэтому, куда бы он ни пошел, он привлечет слишком много внимания, и люди будут стрелять в него. Для Петрова все еще есть награда."


"А третий человек?"


Не слышал, чтобы он где-нибудь появлялся, так что ... когда-нибудь скоро он сделает что-нибудь, что поставит меня в неловкое положение. Есть ли у нас интерес к Косово?"


Дэвид ответил: "Надпись на стене гласит, что косовцы будут сражаться и добьются независимости, и НАТО, вероятно, окажет помощь, но пока не принято никакого решения о вводе войск на землю. Но если потребуются авиаудары, то понадобятся SAS на земле."


"А Алжир, я что-то читал в газетах?"


Дэвид ответил: "Задействовано французское эхо, многочисленные агрессивные группы на юге, атаковано несколько деревень".


"Отправились бы обычные SAS в Косово или в мою группу?"


Режиссер отметил: "У ваших людей больше шансов вернуться живыми".


"Американские волки подошли бы", - сказал я им. И мы не можем помешать американцам использовать их. Если работа заключается в том, чтобы проникнуть внутрь и вызвать авиаудары, то в двух словах это их роль в военное время."


"И для британских волков тоже", - отметил Дэвид.


"Итак ... должен ли я обучать их для Косово или пустыни?"


"Я бы сказал, Косово", - ответил Дэвид, обменявшись взглядом с Режиссером.


Вернувшись в GL4, я столкнулся с Тайни в столовой. "Как у тебя дела?" Я спросил, сидя с ней и двумя 14-ю сотрудниками Разведки, в столовой было тихо в 7 вечера.


"Отличная забава, я мечтаю о карьере домушника, чтобы воровать драгоценности".


"На следующей неделе вы поиграете в кошки-мышки в Лондоне, проведете ночь в каждом из лучших отелей, чтобы вы знали планировку".


"Еще лучше".


"И нет, ты не можешь украсть никаких драгоценностей. Вам будет поручено добраться из пункта А в пункт Б незамеченным или быть пойманным, затем вам будет поручено обнаружить шпионов. Возьмите карту лондонского метро и изучите ее."


"У меня есть один".


"Возьмите какое-нибудь удостоверение личности на случай, если вас не пустят в бары отеля".


Ее коллеги засмеялись, когда она покосилась на меня.


"Увидимся перед отъездом на выходные", - сказал я ей.


Два часа спустя я поменял свою старую машину на взятую напрокат в Суиндоне без охраны на буксире и встретился с Тайни в Борнмуте, в отеле Royal, в хорошем номере на верхнем этаже, с видом на пирс и ледяную воду. По крайней мере, радиаторы были теплыми.


"Это не совсем "Ритц", " пожаловалась она.


"Я бедный солдат".


"У тебя есть наличные, у меня тоже".


"Мои наличные используются не для того, чтобы я хорошо проводил время. Если бы это было так, и меня поймали, то все последние несколько лет были бы напрасны. Когда вы рискуете своей жизнью, вы делаете это ради правого дела, а не ради денег."


"Ладно, дедушка, остынь".


Мы отправились перекусить, завернув все в теплое. "Я упоминал о вас в Лондоне, но мы считаем вас ... неподходящим материалом для них".


"Что, черт возьми, это значит?" - спросила она, пока мы шли.


"Не могли бы вы правильно и вовремя заполнить бланки расходов на два фунта пятьдесят долларов за сэндвич?"


"Ни хрена себе, у меня есть деньги".


"Чтобы быть шпионом для Лондона, ты заполняешь табель учета рабочего времени. Вы хотите заполнить табель учета рабочего времени?"


"Ни хрена себе".


"Итак, возвращаясь к твоей пригодности для работы в Лондоне ..."


"Так что бы я сделал?"


"Работайте на меня и на человека с юга Франции, бывшего старшего менеджера лондонской Intel. Он основал Echo, но теперь работает вне системы, никаких расписаний для заполнения."


"Лондон платит за это?"


"Нет, Томск частично заплатил за это, французская разведка".


"Итак ... что бы я конкретно делал?"


Тренировка, пока что-нибудь не всплывет. И такие вещи часто всплывают."


Мы нашли хороший ресторан, не слишком много людей, и сели поесть, обсуждая запланированные сценарии тренировок. Она хотела знать, как взламывать компьютеры, поэтому мы добавили бы это в список.


Утром рано позвонил Дэвид. "ФБР хотело поговорить с вами о недавней кампании, но мы можем заблокировать ее. Если мы заблокируем это ... ну, это покажется странным."


"Я не могу ответить на все их вопросы".


"Нет, и они, вероятно, ценят это, но они будут оказывать на нас давление. У меня для тебя тоже было приглашение посетить слушания в Конгрессе."


"Это было бы плохой идеей".


"Да, они могли бы задать несколько неудобных вопросов и не позволили бы тебе сидеть в маске. Тем не менее, американские СМИ любят тебя прямо сейчас. Заключительный момент: заместитель шефа ЦРУ прилетает сегодня вечером, хочет встретиться."


"Я могу подъехать".


"С достаточной защитой".


"Хорошо, я принесу презервативы".


Он вздохнул. "Другой вид защиты".


Звонок закончился, я сказал Тайни: "Собирай сумку, мы уезжаем в Лондон".


"Что мы делаем?


Я начала собирать те немногие вещи, которые достала из своей сумки. "Ты ничего не делаешь, кроме как ходишь по магазинам, комната рядом с моей, мне нужно будет поболтать с ЦРУ".


"Лондон лучше, чем здесь", - непреклонно заявила она.


"Забронируйте номер в моем отеле, он не так уж плох. И проверь отель на предмет людей, которые, вероятно, захотят меня пристрелить. Я высажу тебя в Суиндоне, ты сядешь на поезд, я должен взять вооруженный отряд. И не показывайся. Начните практиковаться, приобретите маскировку. Черный парик."


"Вот и все для спокойных выходных".


Я выпрямился и повернулся к ней лицом. "Ты бы предпочел быть здесь или выслеживать плохих парней?"


"Ну, выслеживаю плохих парней. В отеле на Сейшельских островах, с коктейлем в руке."


"Стая, женщина-солдат".


"У меня есть название?"


"Полевой агент, я полагаю".


"Есть ли у них звания?"


"Нет, но менеджеры Intel, привязанные к офису, знают. Мы будем называть тебя ╧ 4."


"Почему ╧ 4?"


"Во Франции работают три человека, не считая субподрядчиков. У них есть номера для обеспечения безопасности."


"Тогда зови меня ╧7, как на канале ╧ 7".


Я улыбнулся. "Убийца с губной помадой".


Вскоре мы выехали пораньше и попали в пробку, но я воспользовался проселочными дорогами до Бат-Хэмптона, а затем до шоссе М4, до Суиндона, где высадил ее на главном железнодорожном вокзале, вскоре вернув арендованную машину пораньше.


У них на стоянке была моя личная машина, я им за это доплатил, и я тщательно обыскал ее на предмет бомб. Я даже завел двигатель, высунувшись в окно.


Вернувшись в GL4, у ворот, я крикнул им, чтобы они готовились к поездке в Лондон; двое в форме, Грейвсон должен быть в гражданской одежде.


"Он на рыбалке".


"Иди, прерви его! И заставь его вытереть грязь с ног."


Грейвсон появился в доме десять минут спустя.


Я внимательно посмотрел на него. "Оставил свои рыболовные снасти?"


"Один из парней схватил его".


"Надень что-нибудь приличное, начальство будет рядом".


Он выбежал.


Когда он был готов, полиция КТ села в свою машину и оделась в черную форму, мы отправились в путь на машине Грейвсона, но это была собственность МО, что означало, что каждая миля должна была быть записана.


Когда мы выехали на главные дороги, он спросил: "Паникуете, босс?"


"Нет, просто визит нескольких американцев".


"Должен ли я ожидать неприятностей?"


"Всегда. Но на данный момент нет никаких конкретных угроз, кроме обычных, и это незапланировано, так что ... все должно быть в порядке."


Мы добрались до Лондона за хорошее время, затем сбавили скорость из-за субботних пробок, доползая до отеля. Зарегистрировавшись, я позвонил дежурному офицеру, чтобы сообщить ему, где я нахожусь, и что я готов встретиться с посетителями из ЦРУ.


Дэвид перезвонил час спустя, когда я перекусывал с Грейвсоном в баре, мои полицейские из КТ теперь сидели в фургоне со своими коллегами с тонированными стеклами, чтобы избежать паники среди публики.


На улице грохот, и я оглянулся: черный BMW попал в аварию, из него выходят высокие чернокожие мужчины. У одного из них за поясом был заткнут пистолет, и теперь он подбивал водителя сзади.


Полиция штата Коннектикут появилась из-за припаркованного фургона, вооруженный чернокожий вскоре смотрел в дуло Valmet, четыре винтовки были направлены на них, полиция штата Коннектикут кричала, прохожие разбегались.


Чернокожие передумали и встали на колени, заложив руки за головы, под вой сирен.


Когда местные мужчины были арестованы, полиция КТ вернулась в свой фургон, на улице воцарилось спокойствие.


Грейвсон отметил: "Просто еще один день в Лондоне".


"С чего ты начинал?"


"Уотфорд, потом сюда".


"Семья?"


У него была постоянная девушка, коппер, но переезд нас разлучил. Потом у меня была другая постоянная женщина-офицер, но работа мешает. У нас были противоречивые схемы смены, и это разделило больше копов, чем что-либо другое."


Я кивнул. "Я слышал, да. А ребята из компьютерной томографии здесь?"


"Четыре дня впереди, три выходных, что лучше. Четыре дня - это двенадцатичасовые рабочие дни, но нам нравится свободное время. Ты можешь видеться с семьей и делать разные вещи."


Я засек Тайни в парике. Она посмотрела прямо на меня, когда вошла.


"Что?" - Спросил Грейвсон, бросив взгляд через плечо. "Немного юбки?"


"Я бы не стал здесь баловаться, слишком опасно. Она, вероятно, убила бы меня во сне."


Дэвид позвонил в 7 вечера, когда я сидел в своей комнате с Грейвсоном, по телевизору шел старый фильм о войне. "Ты свободен около 9 вечера?"


"Конечно, просто сидел в отеле и смотрел телевизор".


"Я пришлю фургоны".


"Снаружи стоит полицейский фургон компьютерной томографии".


"Мы дадим им знать".


Фургон прибыл в 8:30 вечера, и мы сели в него, а существующий компьютерный фургон последовал за нами. Я вернулся к фургону компьютерной томографии и незаметно для посторонних передал наличные. "Приготовь мне карри".


"Спасибо, босс".


В Воксхолле фургоны ждали на подземной автостоянке, новый помощник Дэвида проводил меня, и он показался мне знакомым. Я подумал, не тот ли это "парень", которого Терри ударил по носу.


В комнате для совещаний я нашел заместителя начальника, который был совсем не рад меня видеть. "Перенес смену часовых поясов?" Спросил я, когда мы пожали друг другу руки. Я сел рядом с Дэвидом.


"Были тяжелые несколько недель".


"Я видел кое-что из этого по телевизору", - съязвил я.


"Мы скрывали улики", - раздраженно заявил он. "Но все еще есть несколько дерьмовых вопросов, поступающих от Конгресса и Сената. В "Нью-Йорк таймс" даже была статья о самолете, сбитом военно-морскими силами, о человеке, у которого были восстановлены пальцы. Теории заговора распространяются густо и быстро.


"И еще есть сенатор Филсон, связанный с мафией и публично убитый. Этому уделяется много эфирного времени. А что касается ракет, то все еще задаются вопросы."


Я начал: "В чем признались люди из FARC?"


"Их истории отрывочны, ФБР считает, что они что-то скрывают".


"Будут ли им предъявлены обвинения?"


"Они предстанут перед судом по тысяче обвинений, и всем им грозит электрический стул".


"Мертвецы не меняют своих историй позже", - съязвил я.


"И собираюсь ли я узнать от тебя правду?"


"Нет, если ты достаточно туп, чтобы хотеть заняться Глубоким государством".


Он воспользовался моментом. "Я знал о них годами, до меня доходили слухи до этого, но всякий раз, когда у нас появлялось что-то большее, чем слухи, это касалось кого-то, кого мы не могли расследовать".


"Как это есть сейчас. Но если у тебя есть план действий, который ... не самоубийственный, я помогу."


"Если я буду понимать их, тогда я смогу лучше выполнять свою работу и ... может быть, немного сбить их с толку".


Я взглянул на Дэвида.


Дэвид предположил: "Он имеет право знать".


Я вздохнул. Сенатор Филсон дергал за ниточки коммандера Гомеса, бывшего разведчика связи ВМС и очень способного оператора. Гомес был выше полковника Рейвуда, хороший оператор, но он рисковал. Чарли Роуз был ниже Рейвуда.


"Итак, сегодня сенатор Делани, похоже, в лидерах, и есть несколько разных команд, ни одна из которых, похоже, не разговаривает друг с другом, отсюда и неудачи. Одна группа поддерживала меня и поощряла исследовать ракеты и вернуться к ним, будучи шокирована, когда судебное разбирательство вернулось в то же здание, в котором они сидели.


"Когда я столкнулся со своим контактом с тем, что я знал, он был шокирован и не принимал участия в том, что происходило".


"Значит, они не такие уж умные", - самодовольно заметил заместитель начальника.


"Нет, определенно нет; левая рука понятия не имела, что делает правая. И правая рука стреляла ракетами и рисковала быть разоблаченной. Что касается испорченных наркотиков, они все еще готовились и производили немного, но могли бы сделать.


"Человек по имени Солиситор, работая на Рейвуда, отказался от того, что Рейвуд хотел уничтожить все картели, возможно, по личным причинам - потому что его мать умерла от передозировки, когда ему было десять. Несмотря на свое желание уничтожить наркобизнес, Рейвуд работал с Медельинским картелем по меньшей мере два года.


"Он работал с человеком из картеля ╧ 3, Манчезом, который был убит своими людьми, когда они внезапно перестали продавать наркотики. Что касается пехотинцев, у вас есть все телефоны и удостоверения личности. Итак, что ты планируешь делать?"


"Я мало что могу сделать, потому что, если их раскроют, люди сочтут это заговором агентства".


Я кивнул. "Я дал тебе хорошую характеристику в средствах массовой информации".


"Все это помогает, и то, что люди думают, что у нас есть внедренные к вам агенты, заставляет нас выглядеть лучше. Но как спрашивают конгрессмены - почему мы не знали о ракетах?"


"Потому что твои собственные люди обманывали тебя. А Глубинное государство, они получили все мои отчеты в Пентагон через минуту после того, как я их передал."


"Существует защищенный список получателей, и я не могу этому помешать", - сказал он, вздыхая.


"У вас есть какой-нибудь полезный совет для меня?" Я спросил. "Насколько это касается Глубинного государства?"


Он пожал плечами. "Если вы откажетесь сотрудничать, они будут оказывать давление на ваше правительство. Дилейни - лидер Сената, может стать президентом через два года, но он сказал, что не будет баллотироваться."


"Итак, любой из нас мало что может сделать".


"Учитывая то, что они сделали, мы должны следить за ними", - предложил он. Они чуть не потопили авианосец! Они представляют большую угрозу, чем чертовы северокорейцы!"


"Верно, но то, что мой исследователь предположил мне некоторое время назад, заключалось в том, что Глубинное государство росло и сжималось подобно приливу, изменяясь с каждой новой администрацией. Если вы остановите, заблокируете или сдержите эту кучу, через несколько лет появятся другие. У него не было того же персонала в течение двадцати лет."


Вмешался Дэвид: "У вас всегда будут военные, думающие, что они знают больше, чем Белый дом, и у вас всегда будут секретные группы в той или иной форме. Два сенатора в приватной беседе - это мини-глубинное государство.


"Здесь, в Великобритании, у нас были похожие проблемы, и недавно лорд Майклс был ярким примером. Но у нас не было военных, общающихся с людьми, с которыми им не следовало бы общаться."


Я вставляю: "Генерал Болтвейр признает, что контактировал с ними, но был в ужасе от того, что я ему сказал. С этого момента он будет держаться на расстоянии и будет осторожен. И если бы Объединенный комитет начальников штабов знал, они бы хотели, чтобы "Глубинное государство" исчезло."


Заместитель отступил: "Объединенный комитет начальников штабов близок к Дилейни, он входит в высшие комитеты. Они его не расстроят."


"Любые подходящие доказательства, вероятно, к настоящему времени похоронены", - предположил я.


Он кивнул. "АНБ взбешены, они хотят большей роли, но не смогли сделать то, чего добились вы. И вы нашли Ли Сина и Теротски, что заставило тех, кто выше, спросить, почему мы их так и не нашли."


Я широко развел руки. "У меня хорошая команда, и у меня есть контакты в преступном мире. И вы помогали налаживать эти контакты."


"Да, я сделал это заявление".


Дэвид начал: "Итак, вкратце, любой из нас мало что может или должен сделать против Глубинного государства, кроме как оставаться бдительным, потому что они, похоже, склонны пытаться править миром по-своему - и, похоже, не имеют проблем с массовым убийством собственных граждан".


Помощник шерифа повернулся ко мне. "А если они выйдут за рамки?"


"У меня есть несколько человек, которые убьют их, никаких улик не осталось. Если бы они не убирались в доме, я бы попытался сделать это за них."


Он столкнулся с Дэвидом. "Это говорит Лондон или говорит Уилко?"


"Это Уилко говорит, но от нашего имени и в наших наилучших интересах".


Помощник шерифа снова повернулся ко мне. "У вас есть люди в Штатах?"


"Нет, но я мог бы найти тебя дома, прокрасться и украсть твои часы, пока ты спишь, и не оставить никаких улик. Моя команда выросла и продолжает расти, и ее хорошо финансируют."


"Мы также хорошо финансируемся", - язвительно заметил он.


"Вы все еще ведете холодную войну!"


"Это изменится, потому что теперь у нас есть специальный отдел по борьбе с терроризмом, много талантов и хороший бюджет. У нас даже есть новое подразделение по борьбе с наркотиками."


"Если это подразделение хочет что-то узнать, спроси меня", - сказал я ему. "Но держись подальше от Томска".


"А если бы нам приказали отправиться за ним?"


"Это была бы кровавая баня. И если бы он дал показания, твоя голова лежала бы на полу зала суда. Так что, если они прикажут тебе это сделать, сообщи мне и предоставь мне во всем разбираться. И если вы столкнетесь с кем-то таким же сумасшедшим, как Рэйвуд, пришлите мне их данные, и я разберусь с ними, прежде чем они начнут свою игру за мировое господство и массовые убийства, с примесью кокаина в бургерах McDonalds."


"Ты вообще боишься Глубокого состояния?"


"Нет. Несколько лет назад я бы понятия не имел ни о таких людях, ни о том, как защитить себя, ни о том, как связаться с ними, и я бы испугался. Сейчас они просто люди в рубашках в офисе, обладающие некоторыми полномочиями, но они совершают ошибки, они совершают много ошибок, и моим людям нужно, чтобы они допустили только одну ошибку, и они у нас есть.


"Они действуют на высоком уровне, как и мы. Теперь, по крайней мере, мы можем отступить и позаботиться о себе. Мне нужно обратиться во многие агентства, плюс ко всем моим контактам в преступном мире, и мой телефон даже намного мощнее твоего; мои люди могут нарушать законы, когда ты пытаешься их соблюдать."


Он столкнулся с Дэвидом. "Вы прошли долгий путь, теперь у вас впечатляющая команда".


Дэвид ответил: "Говорят, что необходимость - мать изобретений, и за последние годы на нас много раз нападали, и с каждым разом мы все лучше справляемся с ситуацией, каждый раз мы чему-то учимся и корректируем наши процессы.


"И нашим Глубинным государством был Лорд Майклс, и мы извлекли из этого урок, и у нас есть ... люди на месте сейчас, чтобы помочь разобраться с такими вопросами."


Вождь медленно кивнул, размышляя, и выглядел усталым. "Далее идет Косово. Они уже строят планы."


"Захотят ли они американских волков?" Я спросил.


"Скорее всего. Они рассматривают это как операцию спецназа плюс выборочную бомбардировку. Но у нас есть загвоздка в том, что ОАК ... не так надежны, как хотелось бы, и некоторым нравится грабить и убивать ради развлечения. Нам придется держать их выходки подальше от СМИ."


"Я начну тренировать волков для работы в глубоких темных лесах, полных сербских солдат".


Он рассмеялся. "Может быть, они читали книгу".


Дэвид вставил: "Будем надеяться, что сербы никогда не прочтут это".


"Томский перевел это на сербохорватский и русский", - сказал я ему. "Значит, они могли это прочитать". Я повернулся к помощнику шерифа. "Будет ли ФБР задавать мне трудные вопросы?"


"Они хотят ответов, и ни у кого нет ответов, чтобы дать им".


Я столкнулся с Дэвидом. "Здесь есть что-нибудь о Глубинном государстве?"


"Нет".


"Никто из игроков?"


"Теротски и Ли Син, канадские контактеры, Чолос, Манчез, американцев нет".


"Если ваши люди составят хронологию ключевых фактов, я пройдусь по ней вместе с ними, просто чтобы быть готовым к встрече с ФБР".


Он сделал пометку.


Я столкнулся с помощником шерифа. "Вы пытаетесь провести тонкую грань между тем, что законно, и тем, что необходимо, и это всегда будет вызывать у вас стресс. Если бы Дэвид здесь работал в одиночку и пытался разобраться с лордом Майклзом, он бы ничего не добился, те, кто над ним, мешали ему выполнять свою работу.


"Ты застрял на прямой и узкой дороге, и из-за этого испытываешь стресс, мелкие засранцы над тобой нарушают закон, и ты не можешь к ним прикоснуться. Так что мило улыбнись, кивни головой, затем позвони мне, и мои друзья из низов встретят зло злом, и мы все притворимся, что они нейтрализуют друг друга.


"Если нет, Дилейни где-нибудь начнет войну, и кто-нибудь вроде Рейвуда отравит миллионы людей. Мы в одной команде, так что начинай думать о нас таким образом. Вы помогали нам достаточно часто, и мы можем помочь вам сейчас. Содержи свой стол в чистоте, не совершай преступлений, и позволь нам протянуть руку помощи, потому что у нас общее дело - избегать придурков, играющих в Бога."


Дэвид сказал ему: "Мы на расстоянии телефонного звонка".


"Приятно знать, и да - у меня стресс".


Дэвид сказал ему: "Ты пытаешься бороться с огнем без каких-либо инструментов. Ты не можешь сказать огню, что он не прав, и, пожалуйста, воздержись."


Мы наконец пожали друг другу руки, и я отправился обратно в свой отель на микроавтобусе. Вернувшись в свою комнату, Грейвсон ушел смотреть фильм в своей комнате, я позвонил Тини, и она подошла, все еще в своем черном парике.


"Кто-нибудь сомневается в парике?"


"Одна дама так и сделала, но я сказал ей, что у меня рак. Это заставило ее замолчать."


"Хорошая мысль. Ладно, пора в душ."


После секса в душе, за которым последовал душ в душевой, мы заказали еду и двадцать минут спустя сидели и ели ее.


"Как прошла ваша встреча?" - спросила она.


В Америке много групп, и все они тянутся в разных направлениях. Здесь у нас был лорд Майклс, и у них похожие проблемы, Сенаторы, играющие в Бога."


Я изучал ее.


"Что?"


"Не могли бы вы ... нажать на курок в ком-то, кого вы не знаете?"


"Черт возьми, да. Убить тех двоих было легко, и я не теряю из-за этого сна."


Я достану тебе М4 с прицелом, и ты сможешь потренироваться. Вы когда-нибудь смотрели фильм "Терминатор два"?"


"Да, понравилось".


"Ты видел ту женщину в конце, М4 с глушителем ..?"


"Да, я могла бы это сделать", - воодушевилась она. "Я бы одурачил этого Терминатора и надрал ему яиц".


"Я ... не думаю, что у робота были яйца".


"Но в первом фильме он ходит голый, и люди видят его, поэтому у него должен был быть член и яйца, иначе они бы что-нибудь сказали".


"Это был сценарий, сумасшедшая женщина, а не реальная жизнь!"


"Я думаю, у робота есть яйца, чтобы выглядеть нормально".


Я вздохнул и покачал головой.


В 6 утра мой телефон зазвонил, Тайни жаловался. "Уилко".


"Это Рокко, и мы только что выловили мертвое тело из канала, человек в боях".


"Один из наших?"


"Нет, они нашли его, когда отправились на рыбалку".


"Я возвращаюсь".


Положив трубку, Тайни спросил: "Тебе нужно идти?"


"Мертвое тело в канале на GL4. Если хочешь, сходи за покупками." Я вскочил и оделся. Когда все было готово, я поцеловал ее в макушку. "Не беспокойся о приеме, я скажу им, что ты проститутка".


"Лучше бы тебе этого не делать!" - донеслось от лица в подушке.


Я разбудил Грейвсона, и он собрался, пока я готовил ранний завтрак и кофе. Он присоединился ко мне, бодрый и настороженный, если не нервничающий, и мы первыми побежали к аппарату компьютерной томографии.


Я крикнул: "Нужно возвращаться в GL4! Там проблемы."


Грейвсон схватил машину, и мы увели фургон, достаточно светофора.


Мы остановились на второй станции техобслуживания. Фургон припаркован рядом с нами.


Я сказал им. "Проверь запас топлива, выпей кофе на прощание, сходи в туалет, если понадобится". Я взял на прощание два кофе, один передал Грэйвсону. Когда мы уезжали, Грейвсон и фургон заправились.


Час спустя мы подъехали к GL4, видели машины местной полиции. Когда фургон CT остановился, поприветствовав старых друзей, я поехал с капитаном MP к каналу, обнаружив белую палатку, в ней тело, людей в белых комбинезонах, полицейских, разбросанных вокруг.


Роко начал: "Выстрел в спину, мелкокалиберный - он никогда не тонул".


Я указал за канал. "Кто-нибудь искал?"


"Пока нет".


Я провел его и Грейвсона на двести ярдов на север, через ворота, по старому каменному мосту и к дороге, которая очерчивала нашу землю. На этом треке я опустился на колени. Никаких транспортных средств в течение нескольких недель. Я пошел дальше, вскоре опустившись на колени. С принтами.


"Сюда шел один человек, а не двое". Впереди я мог видеть начало изгороди и ряд деревьев, утопающих в этой изгороди. "Рокко, следи за теми кустами".


Он приготовил свой Валмет и вызвал двух вооруженных полицейских. Они рассредоточились и нацелились в кусты, когда я продвигался по следам. Следы вели мимо кустов и дальше, но вскоре я заметил вторую пару следов, идущих в противоположную сторону. Я отступил назад и изучил кусты. Посмотрев вверх, я увидел следы царапин на дереве.


Стоя во весь рост, я мог видеть кровь на сломанной ветке. "Приведи криминалиста!"


Полицейский сбежал, криминалист вскоре бежит этим путем.


Я указал: "Человек забрался на дерево, там кровь, но не из тела. Это кровь нашего стрелка."


Нога вверх, и маленькая сломанная ветка была отрезана, вскоре упакованная в мешок.


Развернувшись, я последовал за обоими наборами отпечатков к дороге, после тщательного осмотра никаких новых улик обнаружено не было. Мы вернулись пешком в нашу собственную собственность.


Нырнув в белую палатку, я встал над телом и всмотрелся в лицо. "Я откуда-то знаю это лицо". Я рассмотрел получше. "Сделай мне одолжение. Сфотографируйте его, затем сделайте набросок художника и сделайте так, чтобы он выглядел нормальным или загорелым. И быстро. И мне нужно быстро извлечь пулю."


Я прошел двадцать ярдов на восток, сказав всем держаться подальше, и проверил, нет ли отпечатков в радиальной линии, на этом участке была грязь, а не трава. Там были отпечатки, четко очерченные, человека и собаки, но не было отпечатков какого-то замерзшего и очень мокрого убийцы, идущего к базе.


Вернувшись к главным воротам, я вошел в дом у ворот. Капитану полиции я сказал: "Во сколько был последний патруль в этом районе?"


"Они каждый час, сэр, но мы меняем время, чтобы никто не мог нас предсказать. Ничего не было видно, и собаки ничего не видели, не нюхали и не слышали."


"Вы обыскали базу?"


"Сверху донизу, сэр".


"Я нашел следы, и человек на дереве оставил немного крови, так что ... человек на дереве застрелил человека, которого вы нашли купающимся. Вопрос в том ... почему? Кто-то послал этого человека, и кто-то другой застрелил его."


"Полицейские водолазы в поисках оружия, сэр".


Я кивнул и направился в столовую в сопровождении дюжины парней из Echo.


"Как ты относишься к нашему холодному мокрому трупу?" - Спросил Моран.


"Ловил рыбу без лицензии, бейлиф застрелил его".


"Чертовски верно", - согласились несколько человек. "Наша рыба".


Я взял пиво и посидел с Мораном, Джинджер, Митчем и Доком Вилли.


"Грядут новые неприятности?" - Спросил Моран, не слишком обеспокоенный.


"Кто бы ни послал этого человека, его прослушивали, и другой человек добрался туда первым. Итак, у нас там есть друзья."


"Почему бы просто не предупредить нас?" Док Вилли озадачен.


"Это было бы самой простой идеей", - согласился я. "Но что мертвый парень собирался делать, плавать? Должно быть, он стоял на краю, когда в него стреляли, чтобы упасть. Вторых отпечатков нет."


Митч вставил: "Он увидел воду, подумал, каковы были его шансы, а затем его застрелили".


"Парень на дереве ждал наготове", - отметил Моран. "Собаки упустили его".


"Это дерево в трехстах ярдах от воды", - сказал я им. "Собаки наверняка скучали бы по нему. Маршрут патрулирования добавляет еще ... как минимум шестьдесят ярдов."


Митч отметил: "Выстрел на триста ярдов, ночью. Он профессионал, стрелок."


" Риццо спрашивал о бонусах, " вставил Моран.


"Утро понедельника", - сказал я им. "Затем мы начинаем подготовку к войне в Косово. Вы окажетесь в глубоком темном лесу, за вами будут охотиться сербы с собаками."


Они смеялись.


"Нет, серьезно".


"Мы будем?" - Спросил Док Вилли. "Потому что я читаю книгу, и мне снятся кошмары".


"Ты написал трехдневный сценарий, так что пребывание в Косово будет таким же", - сказал я ему. "Для того это и существует, чтобы чувствовать то, что чувствовал я".


Я пошел в ангар и поговорил с командой Intel, и теперь им было чем заняться в холодное воскресенье. Я предупредил их о Косово, и они начнут изучать геополитику.


Появились полицейские водолазы, надели снаряжение и погрузились в холодную воду, как я наблюдал, с несколькими ребятами из "Эхо". Только сейчас я был в своей теплой снайперской форме и снаряжен, готовый к войне. Водолазы искали, но не нашли оружия, и у мужчины не было при себе пистолета.


Мы с Рокко обменялись озадаченными взглядами.


Роко спросил: "Что он собирался сделать, обругать нас?"


Водолазы возвращались утром, когда ил оседал, и пытались снова. Они отправились в пустой барак, чтобы принять горячий душ. И устроить беспорядок у меня на полу.


Звонил Дэвид Финч. "Как продвигается расследование?"


"Это головоломка. Человек номер один подходит к кромке воды без оружия, получает выстрел в спину. Второй мужчина слезает с дерева и уходит, оставив образец крови. Разыщите полицейских криминалистов."


"Мистер Китсон сейчас этим занимается, это его область".


"Мертвый мужчина показался мне знакомым, поэтому я попросил фотографию и впечатления художника - ну, вы знаете, - как он мог бы выглядеть, если бы не провел несколько часов в холодной воде".


Я позвонил Бобу Стейнсу, Терри ответил на звонок по-французски. "Это Уилко".


"Верно, босс".


"Где Боб?"


"Кулинарные уроки с банкиром, какой-то замок".


"Я слышал, они любят готовить. Упомяни ему, что у нас было нападение на GL4, и спроси, может ли он раздобыть какие-нибудь базы данных ДНК."


"Я сделаю пометку".


"Как ты устраиваешься?"


"Это здорово, никаких придурков, с которыми нужно работать".


"Это то, чего мы все хотим в жизни. Скоро поговорим. О, ты можешь позвонить Тинкер и спросить, какие телефонные проверки были сделаны, так что не стесняйся. Скажи ему, что я разрешил тебе."


Я позвонил в GCHQ и попросил отсканировать телефоны, которыми пользовались на моей базе и в пяти милях от нее, все автомобильные номера на М4 рядом со мной. И могут ли они получать платежи по кредитным картам на автосервисах. Они сказали, что полиция может, и они сами попросят об этом.


Утро понедельника, и Эхо собрались в комнате для совещаний, все в форме и готовы к работе, Мерфи и его приятель теперь слышат, теперь слышат наши регулярные войска. Свифти присутствовал, но также будет присутствовать на встрече с волками.


За главным столом я сидел с Мораном и Билли, Рокко стоял позади нас. "Ладно, заткнись и успокойся". Я ждал. "Какие-нибудь травмы, перечислите их для нас, но на данный момент у нас ничего нет, так что вы, кучка ленивых отдыхающих, можете немного потренироваться.


"Рассортируйте снаряжение, почистите оружие и проверьте, пополните то, что вам нужно. Хорошо, на выходных у нас был злоумышленник, который ловил рыбу без нашего разрешения, так что кто-то застрелил его."


Они смеялись.


"Сегодня здесь будет полиция, полицейские водолазы сильно замерзли в мутной воде. Хорошо, теперь с нами Мерфи и его пара." Я указал на мужчину. "Как они тебя называют?"


"Меня зовут Теренс О'Дауд, сэр, но они называют меня Наппи."


Я ждал. "Я этого не понимаю".


"Там, откуда я родом, это марка подгузников, сэр. "


"Как тебя называла мама?"


"Говнюк."


Ребята рассмеялись.


"С этого момента ты Терри. Мерфи и Терри."


"Верно, сэр."


Билли бросил на меня взгляд и покачал головой.


"У нас также есть новый регулярный отряд, возглавляемый Стиффи; однажды у него была утренняя эрекция в Парасе, но сейчас он женат, так что эрекций больше нет. Познакомьтесь с ними, их именами и настроениями. У них впереди годы, они достаточно преуспели в Панаме, не ныли и не жаловались."


"Мы жаловались на запах крови, " вставил Стиффи, и Эхо закивало головами.


"Во всем виноват флот США", - сказал я ему.


"Почему у нас не может быть Хьюи?" Риццо жаловался.


"Если бы они были здесь, а у нас была работа на ... Борнео, как бы они туда добрались, а? Итак, вы все познакомились с Доком Вилли, который не сломался в Панаме и не жаловался. Слайдер, Риццо, я хочу, чтобы для него было организовано кое-какое обучение. Мы знаем, что он может лечить, так давайте сделаем из него убийцу."


Вошла Саломея в штатском и села.


"Рад, что ты смогла присоединиться к нам, " сказал я ей.


"Неважно."


Я столкнулся с группой. "Хорошо, просто чтобы вы знали, две девушки из 14 Intel, Тайни и Сьюзи, они очень хорошо поработали в Панаме, убили несколько человек, раскопали нескольких плохих парней, так что они больше не в 14 Intel, мы их забрали, и они будут работать на меня и на Лондон.


"Вы можете увидеть их где-то здесь, но они не будут часто здесь базироваться. Томо, твои яйца могут восстановиться."


Они смеялись над ним.


"Хорошо, у нас есть бонусы для большинства из вас, имена на конвертах, а некоторые получат немного больше в зависимости от количества уничтоженных ими наркотиков. Если ты считаешь, что у тебя недостаточно сил, дерзи и отваливай, тебе повезло, что ты вообще получаешь бонусы."


Я начал раздавать мягкие подарочные пакеты, после чего получатели покинули комнату. Новый отряд получил деньги, даже Билли получил немного, пытаясь сказать, что он этого не одобряет.


Саломея получила сумку, удивленная. "Для чего это?"


"Ваши расходы на перелет в Нью-Йорк."


Она пожала плечами. "Томск дал мне денег".


Я пошел забрать сумку обратно. "Отвали, мистер", - прорычала она. "Никогда не забирай деньги у женщины".


Следующей встречей были "Британские волки", американцев с нами на данный момент не было - все они были в отпуске, Свифти, Робби и Стрейч сидели напротив Сандерсона и меня, дюжина мужчин сидели позади них.


"Хорошо, следующим конфликтом, в котором вы, ребята, будете сражаться, может быть Косово, глубокие темные леса, полные сербов с собаками. Я научу тебя, что делать, у меня есть некоторый опыт."


Они улыбнулись.


"Вы все получите небольшой бонус за пребывание в Панаме, но никому не афишируйте этот факт. При любых травмах сообщайте мистеру Сандерсону. Свифти, Робби, Стрейч, продолжайте их тренировать и убедитесь, что у всех у них есть по два комплекта моей снайперской одежды. Запросите больше, если потребуется. Если мы отправимся в Косово, это будет необходимо.


"Свифти, пусть они поживут в нем 24 часа, пробираясь по северным лесам, и мы скоро займемся кое-какими тренировками в лесу. Кто-нибудь знает, где находятся самые отвратительные глубокие темные леса?"


Сандерсон вставил: "Германия, тренировочные площадки, протяженностью в мили, и многие солдаты заблудились внутри".


"Проведите небольшое исследование по размещению, сэр, возможно, мы скоро туда отправимся."


Он сделал пометку.


"Свифти, я хочу, чтобы у всех волков был острый нож, который легко и быстро вытаскивать рукой в мокрой перчатке. Подумайте о собаках и о том, как зарезать их до смерти. Положение ноги было бы наилучшим. И все они стандартно снабжены леской для растяжек. Скоро мы проведем для всех вас тренинг по оказанию первой помощи, вводя себе антибиотики.


"Вы все читаете книгу "Призрак" и, возможно, скоро окажетесь в таком же положении, так что подумайте, какой комплект вы могли бы взять."


Я раздал бонусы и, наконец, повел Сандерсона наверх, на совещание по разведке, бригадир слушал, Тайни сидел в стороне от Саломеи. "Хорошо, Лондон предупредил меня, что НАТО может вмешаться в Косово, и команды SAS могут нанести артиллерийский удар, как и раньше. Мы можем быть вовлечены, и Волки, и я спланирую некоторые тренировки, чтобы подготовить их к глубокому темному лесу.


"Начните изучать Косово, возьмите карты, вы знаете, что делать. Верно, радиосканеры, которые использует GCHQ, я хочу, чтобы у каждого волка был такой, если мы войдем. Кроме того, маленькие ручные сканеры для приема радиочата, по одному на человека.


"В GCHQ мне сказали, что у них есть небольшой GPS-трекер, который они устанавливают на машину и затем отслеживают ее. Я хочу, чтобы у всех Волков и парней-Эхо был такой стандарт, чтобы мы знали, где они находятся."


Я столкнулся с Тинкер. "Есть ли умный компьютер, чтобы следить за ними?"


"Мы могли бы организовать такое, да."


"Я хочу, чтобы это было здесь, и ответственный за это человек, здешний персонал, обученный его использованию, параллельный в GCHQ. Если Волк запаздывает с отчетом, мы получаем исправление позиции. И все спутниковые телефоны и GPS-трекеры проходят через GCHQ, так что никто другой не может видеть, где мы находимся. Я даже не хочу, чтобы американцы видели нас, никто."


Я указал на Тайни. Сьюзен Найт, известная как Тайни, теперь в команде, она доказала свою ценность в тяжелых условиях и убила нескольких человек. Она пройдет шпионскую подготовку, и затем ее можно будет вызвать, когда у нас появится опасный враг, стоящий в смокинге в коктейль-баре."


Они смеялись.


"Нет, серьезно, это ее область. Если нам нужно проверить отель, она наша девушка, от нее мало толку в Косово. Другая девушка, Сьюзи, все еще в Панаме и развивает свои навыки и местные контакты, после чего у SIS будет в общей сложности ... один полезный агент в Центральной Америке."


Они смеялись, Сандерсон качал головой, глядя на меня.


"Хорошо, попробуй выяснить, кем было наше мертвое тело, и кто в него стрелял, и почему. И повесьте табличку: никакой рыбалки, или мы вас пристрелим!"


В 14:00 я собрал всех Echo и the Wolves в ангаре, вынесли сиденья. Морану и Билли было поручено делать заметки, которые предстояло создать в качестве учебного документа.


Некоторые сидели на сиденьях, мужчины постарше, Волки стояли сзади, все расположились большим кругом, два члена парламента с собаками позади меня.


"Ладно, джентльмены, у жизни плохая привычка дважды оборачиваться, чтобы укусить вас за задницу. Много лет назад я был пойман в ловушку в тылу в Боснии, и скоро мы вернемся в глухой темный лес с сербскими солдатами и ... собаками. Милые, дружелюбные, пушистые маленькие эльзасские собачки. Вот такие." Я указал на тех, кто стоял позади меня.


"Те из вас, кого укусили в мой "трехдневный", попробуйте представить, что пятеро из них пытаются перегрызть вам горло. Итак, глухой темный лес, собаки и сербы - это сегодняшняя тема.


"Собаки используют движение, чтобы видеть, больше, чем фокусировку. У них замечательные глаза, но если ты далеко и стоишь неподвижно, они тебя не увидят. Они используют свои носы и уши, и они получают указания от дрессировщика.


"Те из вас, кто прошел обычную SAS, как Риццо, пройдут курсы - и все забудут. Итак, будьте внимательны.


"Пока я стою здесь и говорю, у меня перехватывает дыхание, и в нем остаются маленькие капельки воды с моим запахом. Некоторые падают на пол и остаются там в течение нескольких часов, и собака может взять след. Итак, если вы сможете задержать дыхание на час - отлично.


"Вы также потеете, и воздух движется вокруг вашей кожи и одежды, когда вы идете и бегаете, часть выходит наружу, и она падает на пол, приземляется на кусты и траву, и собака может идти по вашему следу.


"У американцев есть химическое вещество, чтобы одурачить собак, но я не думаю, что оно работает, и вам понадобится его много. Если дует ветер и идет дождь, вам нужно будет продолжать им пользоваться - так что это не очень практично.


"Что практично, так это маленькая пластиковая бутылочка, полная твоей мочи. Ты находишь неприглядные заросли кустарника и далеко опрыскиваешь их. Вы обходите кусты и немного разбрызгиваете, вы распыляете это на деревья, и собаке потребуется полчаса, чтобы понять, куда вы пошли.


"Риццо, тебе запрещено использовать эту технику, поскольку это было бы жестоко по отношению к животным".


Они смеялись и дразнили его.


"Итак, трюк номер один, лучший трюк, - это бутылка мочи или пластиковый пакет. Трюк номер два - это рыболовная леска. И да, собаки спотыкаются так же, как и их хозяева. Вы устанавливаете немного ниже для собаки, немного выше для проводника, и лучше всего - у вас есть граната на конце веревки.


"Если у вас есть только одна граната, сначала используйте ее, затем оставьте тетиву на видных местах. Им понадобится целая вечность, чтобы ходить вокруг да около и смотреть, куда они идут.


"В первые дни SAS я всегда носил с собой леску, и в Боснии это имело значение и спасло мне жизнь. Я установил растяжки, чтобы предупредить меня о приближении людей, и прикрепил растяжки к гранатам. Как только сербы узнали об этом, они сразу замедлили ход.


"Я хочу, чтобы все вы взяли с собой рыболовную леску. Кто-нибудь, напомните Билли, чтобы он купил кучу дерьма, и нет - вы не можете использовать его для рыбалки в канале. Это не обязательно должно быть сильным, достаточно двадцатифунтового напряжения. Но всегда помните, что вам нужен маленький острый нож, чтобы разрезать его.


"Если у вас есть застежка на одном конце, то ночью вы обматываете ее вокруг дерева, идете к следующему дереву и обматываете ею, и так далее, по всему периметру. Утром ты разматываешь ее и сохраняешь.


"Но давайте поговорим о привычках ко сну. Вы можете спать на земле, на дереве или в гамаке. Если вы спите на полу, это хорошо для попадания снарядов, артиллерии и минометов. Это нехорошо для того, чтобы избегать собак.


"Если вы спите на дереве, это хорошо для того, чтобы избежать собак и вражеских патрулей, плохо для артиллерии, минометов и приближающихся снарядов. Если вы находитесь в глубоком темном лесу, я бы подумал о гамаке-пончо или о том, чтобы забраться на дерево.


"Если вы заберетесь на дерево, вы услышите приближающийся патруль, и вы избегаете собак - и маленьких черных медведей. Эти медведи не нападут на вас, если вы их не потревожите, тогда они кусаются - как барсуки.


"Если погода плохая, используйте наземную позицию с верхним укрытием, потому что в плохую погоду все вражеские солдаты убираются восвояси и не могут заниматься патрулированием.


"Если вас двое или четверо, то собачий патруль не проблема, вы просто убиваете их. Но если твой приятель убит, если ты ранен и один, тогда тебе нужно подумать тактически о том, чтобы потерять людей, следующих за тобой.


"Большинство из вас выполняли упражнение в Каттерике, и там мы одурачили собак и разозлили кинологов, перелезая через заграждения из колючей проволоки, что всегда является хорошей тактикой. Дрессировщик должен поднимать свою собаку вверх и переворачивать, и после того, как он проделает это десять раз, он сдастся и пойдет домой выпить чашечку горячего чая.


"Вы также одурачили собак, обрызгав дерево мочой, и всегда помните, что моча пахнет сильнее, чем запах вашего тела. Теперь, ты можешь скрыть запах своего тела? Нет, но ты можешь говорить потише. Каждые несколько часов мойте с крепким мылом пах, задницу, подмышки.


"Если вы вспотели, попытайтесь смыть пот, все это помогает, но вы никогда не избавитесь от запаха на 100%, не в последнюю очередь потому, что вы выдыхаете аромат, а мятный леденец ничуть не поможет.


Асфальтированные дороги полезны, но они не на 100%. Проводник не глуп, и он побежит за тобой по дороге. Фокус в бутылке мочи. Побрызгайте немного, когда будете бежать по дороге, это замедлит их.


Реки и ручьи также полезны тем, что вы можете до некоторой степени скрыть свой запах, но вы будоражите воду и оставляете след. Вы также замерзаете и промокаете, и если это зимнее время, вы не можете позволить себе терять тепло тела, особенно если вы ранены.


"Если есть пологая широкая река, тогда да - отправляйтесь в долгое плавание, и вы потеряете их. Вы также потеряете часть снаряжения и немного тепла тела и, возможно, утонете.


"Один из лучших способов избавиться от собак - использовать других людей. Вы натыкаетесь на изолированный фермерский дом с находящимися в нем людьми, вы брызгаете мочой на их садовую дорожку и входную дверь, обходите по кругу, оставаясь незамеченным, затем убегаете.


"Но давайте предположим, что вы находитесь в глубоком темном лесу, без дорог, без ручьев, без фермерских домов. Ты ранен и устал. Во-первых, вам нужен план, приблизительное представление о том, какой путь безопасен. Тогда вы идете зигзагом, никогда прямым курсом. Ты разбрызгиваешь мочу, перелезаешь через вещи и под ними и ставишь в тупик кинолога, потому что у него собака на поводке.


"Собака на поводке в глубоком темном лесу - чертовски тяжелая работа для дрессировщика. Ты ... можешь лазить по деревьям, у тебя есть большие пальцы. Собаки не могут лазить по деревьям. Итак, вы ищете упавшие бревна, ветки, вы используете веревку, чтобы перекидываться через предметы, вы переходите из рук в руки, зная, что собака не сможет хорошо следовать за вами.


"Вы видите груду упавших бревен, вы брызгаете мочой, и кинологи подумают, что вы внутри, они будут кричать, затем стрелять и тратить время. Если вы слышите их и знаете, что они в полумиле от вас, тогда вы можете немного побегать по открытому месту.


"У всех вас есть ножи того или иного вида, и я хочу, чтобы вы убедились, что у вас есть нож, похожий на нож для потрошения рыбы, с тонким острым лезвием и длинным.


"Теперь обрати внимание. Я заколол нескольких собак в Боснии, и они не умирают быстро и не отпускают тебя, они продолжают давить на твою руку, и после этого твоя рука немеет и покрывается синяками. В снайперском снаряжении они не разорвут кожу, но вы будете испытывать боль и медленно ходить.


"Я ударил одну собаку ножом десять раз, и она умерла, все еще сжимая челюстями мою руку. Нет смысла вонзать нож в живот. Ветеринар сказал нанести удар между лопаток и повернуть. Позвоночник перерезан, основные мышцы передних ног перерезаны и выведены из строя, и все это быстро заканчивается."


Я опустился на колени, дрессировщик принес свою дворняжку, и я повторил это действие. "Нанеси удар снизу и повернись". Я встал. "В первый раз, когда на меня напали, я сидел спиной к дереву. В таком положении трудно нанести удар, вам приходится бороться с собакой.


"Во второй раз, когда на меня напали, у меня была идея включить свой фонарик. Было очень темно, деревья росли густо, и при включенном фонарике я мог видеть пару глаз, поэтому я застрелил собаку.


"Если вы находитесь в густой темноте деревьев, нет ничего плохого в том, чтобы включить фонарик, потому что, если они будут достаточно близко, чтобы увидеть это, вам все равно крышка. В моем случае я услышал рычание, так что я получил некоторое уведомление. На самом деле, я представил, что демон из ада пришел забрать меня, и я обосрался."


Они смеялись.


"Но это была всего лишь собака. Худший инцидент произошел, когда я был почти свободен от сербов. Была ночь, но я мог видеть, и я пересекал поле с травой. Я услышал их и ускорил шаг, а оглянувшись, увидел двадцать собак в свете фар грузовика. Затем я увидел двадцать черных шариков, мчащихся ко мне.


"Я добрался до линии деревьев и выпустил сигнальную ракету, а потом действительно обосрался - на меня набросились тридцать собак. Я начал стрелять и многих ранил, но только ранил, несколько ковыляли рядом. Некоторые сдались, некоторые ушли в лес за мной.


"Я нажал "пусто" и схватил свой пистолет, и я застрелил их, когда они пробирались сквозь деревья, и я нажал "пусто", когда собака укусила мой пистолет. Я снес ему затылок.


"Остальные убежали, и если бы они не ... Меня бы здесь не было, они бы разорвали меня на куски. Всегда полезно иметь с собой пистолет в глубоком темном лесу и запасные магазины.


"В этом случае я выбросил свой пистолет и перезарядил свой AKML, и я открыл огонь по кинологам, которые одумались и убежали.


"Итак, некоторые из вас любят рыбалку, поэтому вы можете изготовить леску с несколькими крючками на ней, застежками на концах и хранить ее в своем наборе в сумке, которая позволит вам ловить ее самостоятельно или в своей форме. Если собаки идут на вас, установите его на нужной высоте и попытайтесь заставить собаку зацепиться за крючок. Установите его выше, и вы заставите проводника зацепиться за крючок."


"Не учите их этому", - умолял член парламента, парни смеялись.


Я указал на него. "Посмотрите, какого роста собака, посмотрите, какого он роста, установите линию соответственно. И все вы, если вы на тренировке, не пытайтесь причинить вред собаке или проводнику." Я предупреждающе погрозил пальцем.


"В Боснии я был ранен, моя задница была повреждена, у меня повсюду вытекала жидкость из организма. В таких обстоятельствах пытаться скрыть свой запах невозможно, но вы все равно пытаетесь сбить собак с толку.


"Ты делаешь зигзаги, разбрызгиваешь мочу, поднимаешься вверх и снова, продираешься через плохие кусты, помни, что собака на поводке и что поводок легко поймать. Ты устанавливаешь растяжки, ловушки с гранатами или становишься умнее.


"В какой-то момент, думая, что собаки преследуют меня, я обнаружил сербский патруль, и поэтому я последовал за ними, прежде чем спрятаться за деревьями. И не ожидайте, что собака побежит на вас и захочет вас убить. Они обучены находить вас, останавливаться и лаять, иногда кусать.


"Одна собака бросилась на меня, затем остановилась и позволила мне ее погладить". Я пожал плечами. "Оно хотело, чтобы его хорошенько погладили".


Член парламента сказал: "Этот только лает и не кусается. Он напугает тебя, но если ты побежишь на него, он побежит обратно ко мне. Большинство собак служат средством устрашения, чтобы охранять какое-то место, но некоторые собаки обучены нападать, и они вцепятся вам в горло и разорвут его. Это зависит от того, с кем ты столкнешься."


Я сказал им: "В Боснии у меня была смесь. Они послали двадцать собак, и пятеро хотели убить меня, некоторые хотели немного любви, а некоторые просто сели и выглядели скучающими. Они послали отряд собак Эхо."


Ангар содрогнулся от смеха.


"Хорошо, в ближайшие недели мы немного потренируемся в глубоком темном лесу, сделаем несколько комплексных упражнений. Снайперы, вы все чертовски бесполезны в глубоком темном лесу, пока не выйдете из леса и не найдете то, во что стоит стрелять. Ношение слоновьего ружья будет для вас недостатком, поэтому подумайте о миссии и местности. Ты мог бы носить винтовку М4, привязанную к спине.


"У вас у всех сейчас есть преимущество в том, что я разработал снайперское снаряжение с учетом Северной Ирландии, но оно идеально подходит для Косово; перчатки и маска для лица много раз спасали мне жизнь. Сербские солдаты прошли мимо меня, посмотрели прямо на меня и пошли дальше, поэтому я выстрелил им в спину. А ночью снаряжение согревает тебя, иначе я бы замерз до смерти.


"Теперь, с учетом предстоящих запланированных упражнений, мы будем использовать две дополнительные вещи. Во-первых, ваши GPS-навигаторы и, во-вторых, набор для обнаружения радиосигналов. У всех вас будут спутниковые телефоны, и ваши позиции будут известны и отслеживаться, так что вы можете получить звонок, в котором говорится- "пройдите милю на запад, поищите вражеский патруль".


"Если ты обнаруживаешь сигнал, ты сообщаешь о нем, о пеленге. Кто-то другой делает это, и мы проводим триангуляцию, тогда у него есть координаты врага, и мы можем приблизиться и напасть на них."


Я поднял палец. "Но! И это важное "но", всегда помните, что выигрывает статичная позиция. Если ты двигаешься, а они прячутся, ты умираешь, а они живут. Если вы думаете, что враг находится в определенном месте, не подходите близко, устройте поблизости засаду и позвольте им прийти к вам.


"Если ты двигаешься, ты производишь шум и тебя заметят. Статика всегда лучше. И если ты кого-то увидишь и пригнешься, подожди. Как долго? 24 часа, если нужно. Ты ждешь и позволяешь им совершить ошибку.


"Теперь у вас, волков, будет меньше опыта в глубоких темных лесах, так что обратите внимание на все это. Во-первых, слепое пятно человека. Ночью или в сумерках ты смотришь на изображение человека ... и это исчезает. Вы смотрите налево и направо, и вы можете видеть его, но, глядя прямо на него, он, кажется, исчезает.


"Ты всегда используешь свое периферийное зрение, ты постоянно поворачиваешь голову, ты прислушиваешься и ты всегда нюхаешь воздух. Я жив, потому что нюхаю воздух, как и большинство Эхо. Вражеские солдаты - дерьмо, и они курят. Используй это, чтобы зафиксировать их положение. И, Мерфи, не ешь там белок."


Они громко смеялись над ним.


"Ладно, Свифти, почисти пейнтбольные пистолеты, надень снайперское снаряжение, и после наступления темноты пара против пары в северных лесах, и мы отправим полицейских подальше на случай, если кто-то прокрадется и попытается порыбачить без лицензии.


"И Свифти, найди глубокий темный лес в Бреконе и организуй ночную тренировку по пейнтболу, затем передай детали Робби, чтобы он повторил 14 раз. Слайдер, Риццо, смените несколько человек на проводе после наступления темноты, ищите нежелательных посетителей. И мы все еще получаем дерьмо за то, что напали на последнюю партию из Слоновьих ружей."


В 17:00 мы получили несколько факсов из местной полиции. Сначала изображение в стиле фотографии погибшего пловца в нашем канале, затем впечатления художников от парня, улыбающегося с открытыми глазами. И обратите внимание, что кровь была кровью животного. Они пытались определить, что это было за животное.


Харрис спросил меня: "Какие животные хорошо лазают по деревьям и хорошо стреляют?"


"Партизаны", - сказал я ему, и команда засмеялась. Я изучил изображение, и я где-то видел покойного раньше. "Пусть полиция отправит это изображение в SIS и Mi5, и Креденхиллу, кто-нибудь может его знать. Они проверили его отпечатки пальцев?"


"Нет соответствия", - сказал мне Харрис. "Сейчас пытаюсь связаться с Интерполом".


"Полиция нашла винтовку?"


"Ни винтовки, ничего".


"Итак, он просто вышел прогуляться. Пропал кто-нибудь из местных?"


"Они проверяют".


Звонил Томск. "Я получил кое-какую информацию от криминалистов тех бомб в Медельине, и посредник работает на боливийцев".


"Боливийцы проиграли на кофейном судне, но всего двенадцать миллионов долларов кокаина".


"Может быть, они были расстроены тем, что их разыграли".


"Зачем посылать предупреждение, почему бы не убить несколько человек?"


"Босс, отправивший команду, теперь он мертв, кто-то другой займет его место".


"Вы посылаете предупреждение, когда хотите продолжить с кем-то работать, поэтому найдите связь между Медельином и боливийцами".


"Никогда не слышал о таком, они соревнуются".


"Продолжай искать".


"Как там Тайни?"


"Она проходит подготовку в Лондоне, шпионскую подготовку".


"А, хорошо, в следующий раз еще лучше".


"Это надежда. Как там гей Дэйв?"


"Его русский становится лучше, он занимается каждый день, и он пугает людей. У него есть поддельная граната, и он смотрит на них и выдергивает чеку, не говоря ни слова."


"Не похоже на то, что я бы сделал".


"Ха, ты подключаешь здание к взрыву".


"Зачем людям нужно угрожать?"


"Просто пьяницы и идиоты".


"А, ладно.


Я отправил факс с изображением лица нашего мертвого тела Бобу Стейнсу, в Томск, даже Миллеру в Deep State.


На следующее утро, когда я подходил к ангару, позвонил Дэвид. "Они проанализировали кровь, которую вы нашли на дереве. Это кровь гориллы, вид с высокогорья Конго, подтверждено Лондонским зоопарком."


"Чья-то идея пошутить".


"Либо это, либо он хочет, чтобы ты посмотрел на Конго".


"У этих людей нет электронной почты или факсов?" Зачем стрелять в кого-то и сбрасывать в мой канал?"


"Что, если этот человек направлялся предупредить тебя о чем-то?"


"Тогда где он оставил свою машину, которую не нашли, и как он передвигался без документов или наличных?"


"Да, головоломка. У нас есть люди, которые смотрят в лицо."


Я проверил у Тинкер, и у них не было телефонных звонков вокруг моей базы. Убийца был призраком.


Я позвонил Либинтову.


"А, Петров, как дела?"


"Хорошо, но я был занят в Панаме, нужно было уладить кое-какие проблемы".


"Да, я видел новости".


"Послушай, что происходит в Конго?"


"Руандийцы и угандийцы планируют вторгнуться и захватить восточную часть, где находятся лучшие рудники, но в данный момент две внутренние группировки ведут гражданскую войну и отвлекаются".


"Ах. Отлично, спасибо."


Я позвонил Дэвиду. "Сходи к премьер-министру, узнай мнение. Руанда и Уганда намерены вторгнуться в восточное Конго и захватить его, пока внутренние партии сражаются друг с другом."


"Ах, это неприлично. Я пойду к премьер-министру и узнаю мнение, да."


Поднявшись на крышу казармы, я поговорил с полицией штата Коннектикут и полицейскими и, наконец, выглянул наружу. Я позвонил Бобу Стейнсу. "Узнайте все, что сможете, о конфликте в Конго, потому что, похоже, Руанда и Уганда вторгнутся и отрежут восток. Поговорите с наемниками."


"На востоке есть все шахты. И кровавые алмазы."


"Кровавые алмазы были задействованы в выплатах северокорейцам".


Я вернулся в ангар и нашел Тинкер. "Я хочу, чтобы вы изучили телефонные связи между воюющими сторонами в Конго и ... кем угодно еще. Особенно Берег Слоновой Кости или Либерия. Руанда и Уганда вторгнутся."


"Ты зайдешь, это обширная территория?"


"Мы не остановим гражданскую войну или вторжение. Нам понадобилась бы тысяча человек и несколько танков."


Миллер позвонил, когда я сидел перед телевизором с пивом в руке.


"Мистер Миллер, вы все еще работаете?"


"Да, моя команда была разделена, и ... ситуация меняется. Теперь у нас есть надзор."


"Странно, иметь надзор за незаконной шпионской операцией".


"По внутреннему надзору мы не будем отвечать на вопросы Конгресса".


"А Гомес?"


"Перенес сердечный приступ".


"Урок для вас; у ваших казначеев нет пенсионного плана для вас".


"Я не создатель политики и не нарушитель правил", - слетело с его языка.


"Итак, зачем я тебе нужен?"


"Ты отправил факс, лицо. Давайте просто скажем, что я видел его возле кулера с водой."


"Ах, это нехорошо".


"Что он сделал?"


"Его нашли лицом вниз в пруду для рыбалки на моей базе. Выстрел в спину."


"Это ... лишит меня некоторого сна".


"Кто-то с твоей стороны все еще ссется, да".


"Я бы надеялся, что нет, не сейчас. Черт."


"Что ты слышал о Конго?"


"Там ... есть несколько американских компаний, которые хотели бы войти туда, проблема в враждующих группировках."


"Руанда и Уганда планируют вторжение. Есть какие-нибудь подсказки?"


"Нет, и ... Я должен пропустить это мимо ушей. Но если они собираются вторгнуться, то, я думаю, несколько французских компаний поддержат их."


Война чужими руками. Снова."


"Тебе поручали что-нибудь?"


Пока нет, если не считать Косово. Мое правительство думает, что НАТО поддержит движение за независимость, и мы пойдем стрелять в сербов. Сейчас мы готовимся к этому."


Звонок закончился, я позвонил Дэвиду Финчу. "Наш мертвец в канале - это Глубинное государство".


"О, черт. Ты говорил со своим контактом?"


"Да, и он не знает, чем занимался этот человек".


"Он направляется предупредить тебя, оставаясь незамеченным?" Дэвид предложил.


"Мог бы просто заехать и поздороваться".


"Он пробирался черным ходом по какой-то причине".


"Сделай мне одолжение, и пусть они трижды проверят отчеты об токсикологии, и переделают их, поищут экзотические наркотики, и быстро".


"Вы думаете, он был без сознания до того, как упал в воду?"


"Нам нужно выяснить".


"Я поговорю с мистером Китсоном. Но если он был без сознания, зачем человек забрался на дерево?"


"Очевидное место, где я бы посмотрел и нашел кровь".


"Послание о Конго". Он вздохнул. "Эти парни из Глубинного государства читают слишком много романов об аэропортах".


"Возможно, ему нужно было действовать осторожно, чтобы не насторожить своего босса, его жизнь была на кону".


"Он мог отправить письмо анонимно".


"Тогда его боссы узнали бы, что нас каким-то образом предупредили. Попросите мистера Китсона держать это в секрете."


Следующим я позвонил Майку папе. "Господин президент".


"Ах, Петров, я вернулся домой, и они говорят, что ракета была неисправна. Я рад."


"Мы разобрались с вовлеченными в это людьми".


"Я видел тебя в телевизионных новостях, и ты в самом центре событий".


"Послушай, что ты слышал о кровавых алмазах, финансирующих боевые действия в Конго?"


"Они всегда финансировали какие-то боевые действия во многих местах. Но объем хороших и крупных алмазов вырос за последние шесть месяцев. Они проходят через посредника в Кот-д'Ивуаре. До меня дошел слух, что военачальник Мголо в Конго получает оружие самого высокого качества, поэтому возникает вопрос, как он его финансирует.


"Я также продал ему часть акций, которые у нас здесь есть, и он хорошо платит, наличными вперед. Но он не принимает чью-либо сторону в гражданской войне, насколько я могу видеть, он пока сидит на стороне."


"Уганда и Руанда планируют вторжение. На чью сторону он встанет?"


"Да, я слышал о связях с Угандой".


"Продай ему больше оружия по хорошей цене, подойди к нему поближе, поболтай по телефону".


"Да, я сделаю это, чтобы посмотреть, что он из себя представляет".


"В каком городе он живет?"


"Чанженге".


Я позвонил Бобу Стейнсу. "Боб, этот парень, Мэлон Убел, он все еще активен?"


"Да, несколько сделок в месяц".


"Пусть он активизирует работу, отправит современное оружие в Либерию и проведет кое-какие исследования о военном диктаторе Мголо в Конго. Он готовится к чему-то, но в данный момент не принимает ничью сторону. Он мог бы вообразить себя новым лидером в Конго или, по крайней мере, в восточной части."


"Да, я проведу кое-какие исследования".


Я позвонил Тинкер. "Я хочу, чтобы GCHQ направил все силы на город Чанженге в Конго". Я произнес это по буквам. "Военачальник по имени Мголо собирается что-то предпринять, возможно, захватить власть. Мне нужно знать, с кем он общается."


"Я позвоню им сейчас".


Боб перезвонил мне утром. "Мголо - это не его настоящее имя, оно означает "воин с большим членом" или что-то подобное. Его настоящее имя Сэмюэл Дэвидсон, усыновлен и вырос в Штатах, с семьей в Либерии."


"Глубинное государство".


"Похоже на то. Он три года служил в вооруженных силах США, затем исчез."


"И сейчас продает кровавые алмазы, чтобы собрать деньги на покупку оружия, чтобы он мог захватить Конго".


"Не обязательно. Я нашел бельгийского наемника, друга человека, который описал американский акцент Мголо, и он претендует на Либерию."


"Ах". Мои плечи опустились. "Он бы занял пост после того, как президент в Монровии был грубо сбит крылатой ракетой. Продолжай копать, Боб, мы включились в игру."


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Кто-то в Глубинном государстве дал нам наводку, как и Теротски. Военачальник в Конго - это созданный американцами Глубокий государственный фронт, но он пока не принимает чью-либо сторону, и у него есть связи с Угандой. Но, и это самое интересное, он предъявляет права на Либерию - дом своих предков."


"И масло, без сомнения".


"Мне нужно политическое мнение - мы убьем его?"


"Я поговорю с директором, затем с премьер-министром и с Министерством иностранных дел".


Я перезвонил Майку Папе. "Боюсь, у меня плохие новости".


"Что это?" - раздался обеспокоенный голос.


"Наш друг в Конго является прикрытием для группировки в Америке, он вырос в Америке, но претендует на дом своих предков - Либерию".


"Он ... утверждает, что родом отсюда?"


"Он хочет, чтобы твою голову отрубили и использовали как табуретку для ног. Так что ты можешь обмануть его. Продайте ему оружие, поспрашивайте вокруг, и я разберусь с ним в нужное время. Сначала мы собираем информацию."


"Да, я так и сделаю ... стройте планы."


Тайни позвонил в 9 вечера. "Это я".


"Привет, я".


"Я нахожусь в хорошем отеле, и я заметил карманника и сообщил о нем. Полиция схватила его."


"Молодец. Ты учишься игре."


"Кем было мертвое тело?"


"Глубинное государство Америки, но его смерть передала мне сообщение о проблемах в Конго".


"У них что, там, где они живут, нет телефонов?"


Я улыбнулся. "Вы бы так не подумали. Как прошли кошки-мышки?"


"Они продолжают ловить меня!"


"Они профессионалы, на это нужно время".


"У меня есть старик, который учит меня. Он был в Москве несколько раз."


"Продолжайте в том же духе, требуется время, чтобы освоиться".


"У меня огромная кровать, я не могу дотронуться до бортиков, и джакузи".


"У меня неуютное старое семейное жилище".


"Ты мог бы навестить ..."


"Возможно, мне завтра понадобится быть в Лондоне, я дам тебе знать".


Утром, в 10 утра, мне позвонил Дэвид Финч. "В Лондоне осада заложников, ограбление банка пошло не так. Они хотят тебя в качестве советника, команды SAS наготове, полиция КТ вокруг этого."


"Можешь достать мне "Пуму" королевских ВВС?"


"Дай мне проверить".


Я пробежал через ангар и нашел Рокко снаружи. "Рокко! Я хочу, чтобы мои снайперы были снаряжены для войны и готовы к отправке, у нас неприятности в Лондоне, вертолет в пути."


"Они на мальчишнике в казармах".


"Иди и достань их!" Я побежал к себе домой и взял рацию, член парламента Грейвсон забеспокоился и ворвался.


"Проблемы, босс?"


"Держись поближе, мы отправляемся в Лондон, может быть, на вертолете".


Он отвез меня в ангар, где мои снайперы уже были снаряжены для войны.


"У тебя есть радио?"


"Да", - ответил Томо.


"Осада заложников в Лондоне, мы консультируем и, возможно, стреляем".


Дэвид перезвонил, "Пума" в пути, и эта "Пума" приземлилась пятнадцатью минутами позже, всем ребятам было любопытно, в чем дело. Я запрыгнул на борт со снайперами и Грейвсоном, и мы взлетели.


Я указал на Николсона. "У тебя есть маска для лица?"


Он передал ее. Свежевымытый. Что, если они снимут меня?"


"Ты мог бы переспать", - сказала я ему, заставив его улыбнуться.


Мы проехали на низком уровне до Лондона, сев на конных стражей. Надев маску, я спрыгнул вниз, фургоны ждали, громко воя сиренами, когда мы мчались на северо-восток, к месту захвата заложников.


На месте происшествия и на пленках нас провели в офисное здание и подняли на лифте без масок, вскоре мы оказались на крыше со многими другими людьми, мои снайперы привлекали взгляды со всех сторон. Я засек дежурного офицера SAS КТ и его сержанта, и мы пожали друг другу руки.


Он объяснил: "Сообщения отрывочны, двое человек выбрались, четверо вооруженных грабителей, дробовики и пистолеты".


"Любители", - отметил я.


"Пока никто не убил, и они застряли внутри".


Я посмотрел вниз на улицу и на банк, четырехэтажное здание, офисы над банком, но без соединяющей их лестницы. Казалось, что вход и выход один, главные двойные двери. Это может затянуться на целую вечность. Я пойду поболтаю с ними."


"Что? Вы не можете, полиция контролирует ситуацию."


Я нашел начальника полиции внизу, в кабинете на третьем этаже. "Я бы хотел пойти поболтать с ними, покончить с этим".


"Пообщаться с ними?"


"Если бы ты был вооруженным грабителем, и я зашел бы поболтать, ты бы выстрелил?" Послушайте, эти ребята каждый день читают обо мне в The Sun, так что давайте воспользуемся этим здесь."


"Что, если они застрелят тебя?"


"Дробовики и пистолеты, я могу с этим справиться, и я буду у двери, а не внутри".


"Это не совсем по правилам, и если ты пострадал, то это моя голова".


"Послушай, люди пытаются убить меня каждый день гребаной недели. И это мой выбор, сделанный при свидетелях, и ваш лучший выбор для мирного конца. И ... ты скажешь им, что я тебя ослушался."


Я вышел и спустился вниз, на лице маска, пиджак снят, пистолет засунут за пояс брюк, озадаченные офицеры наблюдали, как я пересекаю улицу и направляюсь прямо к банку. Заглянув внутрь, я шагнул внутрь, снимая маску.


Мужчины выглянули из-за ряда кассовых аппаратов.


"Я майор Уилко, SAS, здесь для переговоров".


Они обменялись озадаченными взглядами.


"Ты действительно он?"


"Вы видели набросок на солнце".


"Ты мог бы быть кем угодно".


Я немного продвинулся вперед, бросая плачущих сотрудников и заложников на пол, и, не доставая пистолета, снял рубашку. Женщина на полу была потрясена еще больше, чем тем, что ее держали в заложниках.


"Черт возьми", - выпалил боевик.


Я громко заявил: "Ты думаешь, я бы так выглядел на кабинетной работе?" Я ждал, начиная надевать рубашку. Итак, что это будет сегодня? Вариант 1, вы попадаете в тюрьму за вооруженное ограбление, Вариант 2, вы попадаете в тюрьму за вооруженное ограбление и убийство, Вариант 3, мои люди застрелят вас насмерть. Если вы думаете, что у вас есть другие варианты, вы ошибаетесь. Итак, что это будет, джентльмены?"


Я ждал. Указывая на человека с пистолетом, я сказал ему: "Тебе нужно взвести курок и снять его с предохранителя, чтобы выстрелить".


Он взглянул на своего коллегу с дробовиком и положил его. "Во всяком случае, копия".


"Ребята, я не хочу видеть, как ваши головы размазывают по стене, так что идите на наименьший срок в тюрьму; мне нужно разобраться с несколькими террористами".


Они медленно встали, обменялись взглядами, опустив оружие.


"Хорошо, дамы и господа, выходите на улицу с поднятыми руками". Я помахал им, плачущие женщины выбегали, молодые мужчины и старики. Я пошел вперед.


Надев рубашку должным образом, я засунул пистолет за спину. "Похоже, у тебя будет время прочитать пару книг в мягкой обложке, но однажды ты будешь свободен".


"Я прочитал книгу "Призрак".


Я вздохнул. "Я никогда не получал за это никаких гребаных денег, ничего".


"Ничего?"


"Нет. Пошли. " Я вывел их, снова надел маски, руки подняты, мужчины вскоре опустились на колени с руками над головами, когда ворвалась полиция.


Подошел начальник полиции. "Что ты им сказал?"


"Я спросил их, читали ли они эту гребаную книгу, - сказал я ему, уходя, - кто-то послал за моими снайперами".


"Мы никогда ни в кого не стреляли", - пожаловался Томо, когда мы направлялись к фургонам.


"Но теперь мы можем хотя бы немного пообедать".


Вернувшись в Horseguards, мы вышли из фургонов, премьер-министр хотел поговорить, поэтому мы пошли в ту сторону, мои снайперы не сняли свои большие винтовки. В ╧ 10 на мою четверку странно посмотрели.


Премьер-министр вышел вместе с министром внутренних дел. "Молодец, это уже в новостях. Как тебе удалось их уговорить?"


"Я спросил их, читали ли они книгу".


"Что ж, твоя слава положила конец тому, что могло бы стать уродливой ситуацией, так что молодец, обошлось без смертей".


Ему пришлось срочно уехать, поэтому нас проводили, всего лишь на чашку чая с печеньем, вскоре в "Пуму" и отправили обратно. В GL4 мы приземлились перед ангаром, пилоты поблагодарили.


В комнате разведки Харрис начал: "Мы видели это в новостях. Почему ты никогда не стрелял в них?"


"Не в каждой ситуации нужно, чтобы я стрелял в людей".


"В основном так и есть", - настаивал он.


На следующий день к нам пришел человек с компьютером из GCHQ, и мы нашли ему стол, много свободных отделений для использования. Он был очень высоким, худым и долговязым.


"Как они тебя называют?"


"Меня зовут Натан Лонг, но они зовут меня Бинпол".


"Не могу понять почему".


Когда все было готово, он показал мне экран, список номеров и сетки GPS.


"Верно, чего я хочу, так это чтобы какой-нибудь компьютерщик с большими мозгами показал мне моих людей на экране в позах, соответствующих друг другу".


Я схватил белую доску, пока люди слушали. Верхняя часть экрана находится на севере. Здесь две точки с именами, а не номерами, а ниже две точки с другими именами. Когда они перемещаются, экран меняется, так что, если группа "север" переместится на восток, а группа "юг" переместится туда, где была первая группа, они окажутся бок о бок, а не один над другим."


Он начал: "Есть программный пакет, который делает это для кораблей, мы используем его сейчас с Адмиралтейством. На заднем плане есть карта."


"Можно ли это адаптировать, люди в лесу с указанием местоположения по GPS?"


"Ну ... Да, точно такие же данные, похожая карта, север и юг, восток и запад, все то же самое".


"А если GPS-трекеры моих людей были подключены к системе корабля?"


"Они появлялись на соответствующих позициях, так что одна группа к северу от другой".


"Я хочу эту систему. Ваша распечатка помогает, но не тогда, когда мы вступаем в контакт с врагом и должны сделать выбор."


"Я позвоню им, пусть пришлют сюда компьютер слежения за кораблем".


"Как часто это будет обновляться?"


"У вашего спутникового телефона есть пинг, но он отличается от GPS-трекеров. Мы должны определить местоположение вашего спутникового телефона, но ваши GPS-трекеры посылают сигнал непосредственно нам, чтобы сказать: "Эй, я здесь". Я думаю, это можно устанавливать каждые пять минут."


"Продолжайте, пожалуйста, и обучите этой системе здешний персонал. Вы получили предупреждение о безопасности здесь?"


"Я смотрю новости", - съязвил он.


"Если ты будешь здесь регулярно, у тебя будет время на стрельбу, личный пистолет для ношения и водитель".


"Я немного поработал для GCHQ, я говорю по-албански".


"Хорошо, так что не дай себя подстрелить здесь, это создает для нас бумажную волокиту".


После обеда я выбил несколько кругов, время на брусьях возле казарм, работал до седьмого пота.


Дэвид позвонил в 5 вечера. "Вы были правы насчет токсикологического заключения, странный наркотик в его организме, похожий на галлюциноген".


"Я не думаю, что он принял это добровольно".


"Нет, поэтому его немного покормили, отвезли к вам, отправили на позднюю ночную прогулку и застрелили".


"Мстительный. Стрелок - псих."


"Или, может быть, мертвец был плохим персонажем и заслужил то, что получил".


"Кто-то в Глубинном государстве хочет, чтобы мы помешали Мголо захватить Либерию. Но делаем ли мы за них грязную работу?"


"После неудачной попытки с крылатой ракетой, я думаю, он им не нужен, и он вызывает смущение, так что да - мы убираем для них их дом. Но если он представляет угрозу для Либерии, нам все равно нужно действовать."


"Я знаю, что у Deep State есть несколько хороших команд, они использовали их в Лондоне против лорда Майклза, но неужели у них нет людей, подходящих для работы в джунглях?" Я позировал.


"Я бы сказал "нет", иначе мы бы увидели их раньше. Никогда не видел американского наемника в Африке."


На следующий день прибыл другой компьютер, на этот раз с огромным экраном. Когда Рокко был готов, он передал GPS-трекеры полицейским, и они приступили к своим обязанностям. Программное обеспечение установлено, сигналы поступают с сервера в GCHQ, и у нас появилось изображение зеленого фона и нескольких точек с цифрами рядом.


Я указал: "Парадные ворота, фермерский дом, ангар. Кажется, что-то вроде того."


Бинпол увеличил изображение, пока мы не смогли разглядеть очертания Великобритании. Все точки были в Южном Глостере. "Это подскажет вам, в какой стране они находятся".


"Можешь достать хорошую карту Косово?"


"Да, они могут сканировать их, людей, которые создали систему".


"Я хочу Косово и Конго. Сьерра-Леоне и Либерия. А потом мы это протестируем. О, и Германия, особое место." Я спросил Сандерсона, и у него был адрес леса. Я передал ее Бинполу. "Мы проведем там упражнение, чтобы проверить это. Через несколько недель."


"Я отправлю запрос по поводу карт".


"Напиши на нем мое имя", - предложил я. "Может быть, они прочитали эту чертову книгу".


Сегодня к нам прибыла полиция КТ, двадцать человек, остальные на дежурстве в Лондоне, и они, по моим наблюдениям, освоили новый диапазон, несколько парней из Echo попробовали его на этой неделе.


Крэб был в диспетчерской с Рокко, пуленепробиваемое стекло защищало их, и я наблюдал вместе с командирами полиции, как их люди преодолевали препятствия и стреляли налево, поднимались над фиктивным домом и стреляли налево, и через колючую проволоку стреляли налево.


- Крикнул Граб в микрофон. "Остановка стрельбы! Переключись на пистолет!"


Опустив винтовку, мужчина продвигался вперед, стреляя по целям в радиусе пятидесяти ярдов, все дважды. Он перезарядил оружие, стоя на коленях, и закончил упражнение, вернувшись за своей винтовкой. Его оценка была значительно ниже Echo.


"Это было неубедительно", - сказал ему Крэб. "Попробуй попасть в гребаную цель!"


Я поговорил с начальством полиции о работе в лондонском банке и об обучении в целом, вся полиция КТ усердно работала сегодня, у всех было по крайней мере три попытки пройти курс.


Пятница, и я пропустил все Echo через новый диапазон, ставки отменены, оскорбления устранены. Мои снайперы использовали бы обычный Valmet, но у Саломеи был M4, который ей нравился.


Я был последним, и когда зарядился и был готов, я принял свое военное обличье, мысленно вернувшись в Боснию; этими целями были сербы, идущие на меня. В конце курса я был на одном уровне с Томо, джойнт топ, и доволен; я не становился старым и черствым.


Док Вилли был в самом низу, но он был новичком, и никто не давал ему дерьма.


Приведя себя в порядок, я поехал с охраной в Лондон, но забронировал номер в отеле лучшего качества, крошечном, спрятанном внутри, с полицией КТ, ожидающей снаружи на холоде. Грейвсону забронировали номер в старом отеле, и я сказал ему поесть и немного поспать - это был приказ.


В своей комнате, расплатившись наличными, я бросила сумку и позвонила Тайни. "Я в 304".


"Я знаю, тупица, я следил за тобой".


"Ты сделал?"


Раздался стук в дверь, поэтому я заглянул в глазок, вскоре открыв его.


Она сказала мне: "Тебе нужно почаще оглядываться через плечо".


"Тебя не было в лифте ..."


"Здесь шесть лифтов, дурачок. Один из них находится за углом от стойки регистрации."


"Итак ... в моем лифте отображался этаж, на который я поднялся?"


"Да, и в лифте был только ты. Я подхожу сюда как раз вовремя, чтобы услышать, как закрылась дверь, тебе потребовалась минута, чтобы найти ее."


"Ты учишься на шпиона или что-то в этом роде?" Я дразнил.


"Мне становится лучше, и сегодня я победил. Но они плохие неудачники."


"Что ты наделал!"


"Я столкнул женщину с автобуса и попал кирпичом в машину".


Я рассмеялся. "Что бы ни сработало. И в реальной жизни это было бы вполне приемлемо." Я повалил ее на кровать, вскоре вылизывая ее киску, заставляя ее стонать, прежде чем умолять меня остановиться.


Поднявшись с кровати, я заказал доставку еды и напитков в номер.


"Что? У меня нет члена?" - вырвалось у женщины со спутанными волосами на лице.


"Позже. И сначала мне нужно помыться. Я не могу пойти и предложить тебе вонючий член."


"Внимательный любовник, да".


Мы ели вместе, сказки о кошке и мышке.


Я сказал ей: "Когда я впервые поехал в Панаму, у меня была проработана предыстория Петрова, но когда я туда приехал, никому на это было наплевать, никто не бросал мне вызов. Это было настоящим разочарованием."


"У меня есть поддельное удостоверение личности, которое они мне дали, паспорт и множество страниц предыстории. Предполагается, что я должен все это запомнить."


"Сделай так, разложи все это по полочкам в своей голове, возможно, это скоро понадобится".


"Ты был в Лондоне, но так и не пришел повидаться со мной ..."


Я фыркнул. "Они не дают мне скучать, у меня есть база, которой нужно управлять, и Echo, и команда Intel! Чертов телефон не перестает звонить. Ты тоже хочешь цветов?"


"Цветы могли бы быть милыми".


"Я пошлю своих полицейских телохранителей за чем-нибудь, хорошо? Или нам сохранить это в тайне. Потому что, если люди подумают, что ты мне нравишься, они попытаются тебя убить."


"Ладно, мистер ворчун, остынь".


На следующей неделе вы можете слетать в Ниццу и насладиться несколькими хорошими французскими отелями. Познакомься со своим новым боссом."


"Будет ли он моим боссом?"


"Отчасти да, но я его босс".


"Какой он из себя?"


"Шикарный, веселый, придирчивый к деталям. Ты ему не понравишься на личном уровне, но он постоянно работает с убийцами и судит о них по результатам. Он был руководителем операций в SIS, и он отлично справляется со своей работой. Он основал Echo и завербовал меня. Мы возвращаемся далеко назад, к первой войне в Персидском заливе."


"И что я там буду делать?"


"Найдите свою нишу и немного потренируйтесь. То, что ты сделал в Гамбурге, это то, что ты мог бы сделать для нас. Находить людей, приставать к ним, даже убивать их. Работа с ногами. Некоторые недели - сплошная занятость, другие недели - ничего не делать, куча свободного времени, нудистские пляжи и солнечные ванны."


Я не могла рисковать, отправляясь утром с Тайни за покупками, поэтому отправилась обратно. На GL4 я переоделся в спортивный костюм и кроссовки и выбил несколько кругов, несколько парней бежали, затем я снова остро схватился за металлические прутья возле казарм.


Это был приятный день, и, заинтересовавшись рыбалкой, я побежал туда трусцой и обнаружил, что восемь мужчин сидят на рыбалке. Два члена парламента сидели поодаль от Краба и Даффи, которые были поодаль от капитана разведки. Я побежал трусцой к Свифти и Николсону.


"Когда ты начал ловить рыбу?" Я спросил Свифти.


"Сегодня у Николсона был весь комплект. Впервые я насадил личинку на крючок с тех пор, как мне было десять лет."


"Итак ... это расслабляет, да".


"Очень весело, и у нас идет соревнование. Пока что мне попалась небольшая плотва в сети. Но я видел, как мимо проплывали какие-то монстры, мы думаем, Лини. Куда ты ходил?"


"Лондон, шикарный отель, милая блондинка".


"Да, точно".


Я улыбнулся и покачал головой; лгать о Тайни было достаточно легко.


В понедельник я сидел за новой компьютерной системой, огромный экран показывал мне карту базы, выделенную MPS. Это сработало достаточно хорошо. Я позвонил капитану полиции и попросил его медленно объехать базу снаружи, останавливаясь на пять минут через каждые 600 ярдов.


Его номер переместился от главных ворот к северной дороге, затем на милю к западу, вниз к каналу, внешней дороге южного леса и обратно. Это сработало хорошо, и вскоре они отсканировали карты стран, которые я запросил.


После обеда поступил звонок от генерала Деннета. "Майор, мы хотели набрать больше представителей этнических меньшинств в армию, в основном это белые мужчины, как вы знаете, и мы подумали, нельзя ли как-нибудь использовать вашу славу".


"У вас есть бумага и ручка, сэр?"


"Да. Стреляй дальше."


"Есть две вещи, которые заставляют молодого человека остановиться и дважды подумать об армии. Первый, далеко от дома и семьи. Во-вторых, он застрял и не может выбраться, если ему это не нравится.


"По всей Великобритании у вас есть территориальные базы, абсолютно, блядь, пустые с понедельника по пятницу. Итак, вы создаете Дневной полк. Они появляются в 8.30 утра, живут неподалеку. Они надевают форму, проходят обучение, в 5 вечера отправляются домой к своим матерям. И у вас есть предложение о быстром выходе для них.


"Через несколько месяцев вы видите, какие из них хороши, и отбираете их, используя постепенный процесс обучения. Первые две недели они никуда не ходят, затем делают однодневную тренировку. На следующей неделе ночная тренировка, домой к маме.


"Через несколько месяцев они проводят тренировку по выходным, три ночи вне дома, к маме. Тех, кто блистает, вы отбираете у них и предлагаете перевести в регулярные подразделения."


"Майор, ты гребаный гений".


"Я знаю. Но вам придется продать мод из-за идеи быстрого выпуска. Им это не понравится. Если кто-нибудь встанет у вас на пути, я поговорю с личкой."


"Я напишу на ней твое чертово имя. Тогда они не будут с этим бороться. Дневной полк Уилко."


"Могу я ... получить кое-что, сэр?"


"Нет! Скоро поговорим." Он прервал звонок.


"Не за что".


Во вторник морские пехотинцы проходили новый курс стрельбы, Рокко кричал на них, несколько выстрелов попали в грязь. Во вторник Тайни также встретился с Бобом Стейнсом. Я надеялся, что они не столкнутся.


Он позвонил мне в 3 часа дня. "Номер 7 был здесь, только что ушел в отель".


"Как вы с ней ладили?"


"Отлично, у нее похожие вкусы в еде, вине и архитектуре, она очень хорошо говорит по-французски".


"Позаботься о ней ради меня, но она убьет любого, кто встанет у нее на пути. Она играла в кошки-мышки с сестрой, ей это надоело, и она запустила кирпичом в хвостовую машину."


Он рассмеялся. "Такие упражнения могут быть напряженными, да. О, есть наемник, который был близок к Мголо не один раз, причем недавно. У него довольно небольшая армия, хорошо обученная и дисциплинированная, БТР."


"Если он не двинется в Либерию, я сомневаюсь, что они пошлют меня за ним, он у черта на куличках играет в солдатские игрушки".


"Если он двинется, я могу получить предупреждение, я предложил наемникам хорошие деньги за информацию. Что ты хочешь сделать с номером 7?"


"Дрессировка. Знаешь каких-нибудь хороших карманников?"


"Лучший".


"Научи ее, затем немного поиграй в кошки-мышки, взломай дом, немного полазь по зданиям и стреляй из лука. Купи ей М4 с глушителем и оптическим прицелом, и "Берретту", и много тренируйся каждую неделю.


"Сценарий мог бы заключаться в том, что она едет в Берлин, регистрируется в отеле и находит метку, выскальзывает и стреляет в него, затем ее видят на камерах видеонаблюдения в отеле в качестве алиби".


"Я что-нибудь придумаю".


Я позвонил Дэвиду. "Есть ли у нас мнение о Конго?"


"Здесь нет сильных чувств, это у черта на куличках, и у нас там нет никаких интересов, и пытаться остановить их от боевых действий в Конго было бы все равно что пытаться принести мир на Ближний Восток. Следующим шагом может стать Косово."


"Наша новая система слежения GPS хороша, и команда Intel, работающая здесь, могла видеть, где мы находимся в любое время. Та же система, что используется на кораблях."


"Это облегчило бы спасение заблудившихся или раненых людей, но если у нас есть координаты их местоположения по GPS, они вообще никогда не заблудятся".


"Если только не застрелен, не ранен, винтовки нет, спутниковый телефон потерян в кустах ..."


"Ну, да, в таком случае они бы заблудились в лесу".


Когда Волки поднялись в Брекон, я снова отправил Эхо на новый полигон, мягко угрожая тем, кто внизу. Самбо был хорошим стрелком, но не блестящим, и он был не очень быстрым. Генри был старым и медлительным, но хорошим стрелком, Док Вилли становился лучше с каждым днем. Дикки не был быстрым, но мог метко стрелять большую часть времени.


Тобо позвонил мне в 16:00, когда мы покидали полигон. "Майор Уилко, сэр, это сержант Тобо, он звонит вам по телефону".


Я улыбнулся. "Давно не виделись, сержант, ты в порядке?"


"Да, да, все хорошо, сэр".


"Чем я могу вам помочь?"


"Я разговариваю с человеком, который раньше был другом, и он говорит, что ди мэн предложил хорошие деньги за солдата ди, и солдат ди отправляется в Кот-д'Ивуар готовым".


"Готов к чему?"


"Я не знаю, сэр".


"Попытайся выяснить все, что сможешь".


"Оу. Они спрашивают о человеке, который говорит на кру, сэр."


"Кру? Где говорят на кру?"


"На юге Либерии, сэр".


"Спасибо за информацию, ты получишь награду. Продолжай расспрашивать окружающих." Положив трубку, я крикнул: "Надевай свою зеленую одежду для джунглей, готовься к поездке в Сьерра-Леоне, готов выдвигаться!"


Последовала безумная схватка, когда я побежал к ангару. За пределами ангара я заметил капитана разведки. "Проникни внутрь и предупреди их, переворот в Либерии неизбежен!"


Он бросился внутрь. Я позвонил Дэвиду. "Это Уилко, и наш друг Мголо, я думаю, вербует людей, готовых к перевороту в Либерии. Мои чернокожие солдаты из Гвинеи говорят, что для Кот-д'Ивуара вербуют мужчин, которые могут говорить на кру - языке юга Либерии!"


"Звучит не очень хорошо".


"Достаньте мне какой-нибудь транспорт, но не приводите в боевую готовность людей в Сьерра-Леоне и Либерии, лидер переворота будет наблюдать. Пусть команды в Мавритании пролетят над ними, высадятся на шахте в Либерии. Эта шахтная взлетно-посадочная полоса готова?"


"Да, используется самолетами типа "Геркулес"".


"Двигай ими тихо, это обозначено как тренировочное упражнение, этот парень не глуп".


Внутри я попросил контактный номер для заказа в Сьерра-Леоне. Они посмотрели это и позвонили по спутниковому телефону дежурных офицеров и передали это мне.


"Это майор Уилко".


"Капитан Норт, чем я могу помочь, сэр?"


"Кто в резиденции?"


"Морские котики здесь, SAS, параграфы".


Пусть "Морские котики" и SAS перебазируются на шахту в Либерии для учений, скажите им, что к ним присоединятся другие, это демонстрация силы в Гвинее. Они переезжают через несколько часов."


"Верно, сэр".


Положив трубку, я указал на Харриса. "2 эскадрильи и медики".


Он подошел к столу.


Я повернулся к Тинкер. "Военный диктатор в Конго двинется на Либерию".


"Я займусь этим сейчас". Он вошел в свой кабинет.


Сандерсону я сказал: "Отзывайте 14 разведданных и Волков из Брекона, сэр, как можно быстрее".


Он вошел в свой кабинет.


Бригадир спросил меня: "Нужны постоянные игроки?"


"Посмотрите, кто в Западной Африке, сэр, я попросил, чтобы группы из Мавритании были переброшены в Либерию, и там уже есть отряд на складах в Сьерра-Леоне".


Я вышел и назвал Майка папой. "Господин Президент, слушайте внимательно. Наш друг в Конго набирает людей, говорящих на кру -"


"Кру?"


"Да, и они собираются в Кот-д'Ивуаре".


"Значит, он собирается напасть на меня".


"Мне нужно, чтобы ты составил план, но его шпионы будут внимательно следить, так что никаких резких движений. Мои люди уже в пути. Если он нападает, то, возможно, у него есть близкие вам люди, я сомневаюсь, что он хочет пробиваться с боем по дороге."


"Нет, это было бы трудно, так что, может быть, снова придет корабль".


"Будь готов к отправке корабля, но не давай им знать, что ты ищешь. Также не доверяйте своему телефону, не пользуйтесь радио, ведите себя как обычно. Я буду с тобой завтра."


Я позвонил Либинтову. "Это Петров. Вы слышали о рейсах из Кот-д'Ивуара в Конго и обратно?"


"Таких полетов много".


"Вы слышали о солдатах, летевших в Кот-д'Ивуар из Конго?"


"Нет".


"Поспрашивай, пожалуйста, вокруг, но осторожно".


"Кто движет людьми?"


"Военачальник Мголо в Чандженге".


"Зачем ему уводить людей оттуда, где он сейчас?"


"Он утверждает, что его семья имеет право править Либерией, и у него есть несколько сильных иностранных покровителей".


"Ах, он хочет нефть. Я сделаю несколько звонков. Но я перевез для него оружие, и он платит хорошо и вовремя."


"Я намереваюсь убить его, рано или поздно. Послезавтра держите свой самолет подальше от Кот-д'Ивуара."


"Спасибо за предупреждение".


Внутри бригадир сказал мне: "Один отряд в Мавритании, один в Сьерра-Леоне, один на шахте в Либерии - но они должны были уехать сегодня. Я остановил их."


"Спасибо, сэр, и, пожалуйста, никаких официальных распоряжений о передвижении, у стен есть уши".


"Что это значит?" Утечка информации в Лондоне?"


"Утечка ... где-то, сэр".


"Господи, там еще больше дерьма".


"Не то, что вы думаете, сэр, я объясню позже. И у нас есть друзья, которые нас предупреждают." Я шагнул к Харрису. "Ты управляешь шоу отсюда, тебе не нужно быть в стране. Когда Волки вернутся, закажи им самолет в Сьерра-Леоне, обозначенный как тренировочное упражнение. Перелет с пересадкой на шахту в Либерии."


Снова снаружи, на полу ангара, люди приходят и уходят, я позвонил полковнику Мэтьюзу. "Сэр, я организую кое-какие тренировки в джунглях для британских волков в Сьерра-Леоне, но хотели бы они, чтобы американские волки были с нами?"


"Я бы предположил, что да, я проверю. И я только что получил приказ о перемещении наших людей в Мавритании ..?"


"В Гвинее, к северу от шахты с длинной взлетно-посадочной полосой, есть небольшая группа вооруженных людей. Демонстрация силы, сэр, потому что я слышал, что людям было скучно и они жаловались."


"Ну, что-нибудь для них сделать, да. Вы ожидаете состязания в стрельбе?"


"Нет, сэр. Я ожидаю какого-нибудь постановочного действа для камер против десяти плохо вооруженных крестьян."


Он рассмеялся. "Все это заставляет нас выглядеть хорошо, а Панама по-прежнему получает дерьмовую кучу телевизионных минут".


"Скоро поговорим, сэр".


Внутри Харрис сообщил: "Тристар в 10 вечера, обычный запуск".


"Если понадобится, освободи территорию от отрядов".


Вторая эскадрилья может быть готова вовремя. Скрестив пальцы. Второй самолет может быть готов к 10 утра."


"Подключи к этому волков", 14 разведданных. Сначала я разберусь с Эхо."


Я побежал к себе домой и переоделся в полосатую одежду джунглей, ремни проверены, ящик приготовлен, смена одежды в ящике, банки с мясом в ремнях, бутылки с водой вычищены. Когда пришел Грейвсон, я попросил его отвезти меня и мой ящик на перрон, ящик свалили в ангаре.


В магазинах я купила эластичный мухобой и несколько зеленых бандажей. Открыв ящик с боеприпасами в ангаре, мужчины загружали магазины, я зарядил четыре магазина и уложил их наготове, патронташ и лямки в ящик. Я проверил свои карманы на лямках, запасные 9-вольтовые батарейки, и у меня все еще была леска.


Подошел Рокко. "Ты ... э-э ... хочешь, чтобы я участвовал в этом?"


"Ты стремишься снова выйти на пенсию, чтобы тебя убили?"


"Здесь так же опасно. Даже на рыбалку ходить опасно."


Я остановился, чтобы обдумать это. "Вы можете организовать брелок, но никаких долгих прогулок в кустах".


"Тогда я сделаю это".


"Иди, готовься".


Он помчался переодеваться.


Вскоре ангар был полон, люди проверяли снаряжение и оружие в хорошо отработанной процедуре, люди помогали Доку Вилли.


Краб приблизился. "Мы в этом замешаны?"


"Если американские волки присоединятся к нам, ты выходи. Подожди денек, спроси Харриса. Приготовь нам несколько журналов."


Мне позвонил Свифти. "Мы спускаемся с холма, так что за паника?"


"Переворот в Либерии. Подготовьте их к походу в джунгли, вылет в 10 утра. У меня есть наш ящик, но в нем твои запасные части, носки и штаны, а также твои книжки с головоломками, несколько банок из дома."


Автобусы прибыли в 8 вечера, полицейское сопровождение готово, численность персонала подсчитана, команды проверены, тяжелые ящики с боеприпасами загружены в автобус, за ними следуют тяжелые ящики.


Я заставил их выстроиться в ряд. Моран и Джинджер, Митч и Грини, Док Вилли и Саломея, Риццо и Дикки, Моури и Свон, Николсон и Томо, Тиллер и Брейс, Мерфи и Терри, Слайдер и Генри, Самбо, Рокко, наш отряд постоянных игроков, Саша и его команда плюс Смитти, Монстр и Паркер. "Проверьте свои жгуты, вы, неряшливая компания!"


В Брайз Нортон мы встретили половину 2-й эскадрильи, два звена бойцов, многие на учениях в Каттерике, но здесь были наши медики, приветствовал док Мортен, все в зеленой форме джунглей.


Я поддразнил его: "В Панаме у нас были настоящие медики, американцы".


"Какими они были?"


"Полный поток дерьма, не готовые к войне, обеспокоенные тем, что они в опасности, и где туалет в джунглях?"


Нам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к этому, и для любого медика это шок - жить в яме в земле и иметь под рукой минометы. Итак, что это за кампания?"


Переворот в Либерии, но держи это в секрете. У стен есть уши."


"Даже здесь?"


"Даже здесь".


"Мы все смотрели панамскую кампанию, и они завидовали. Распроданный Уилко работает с американцами." Он покачал головой.


"Я шлюха, я буду работать на любого, у кого есть авианосная боевая группа. У тебя есть такой?"


"Отвали", - сказал он с улыбкой. "Это несправедливо".


Я шагнул к Хейнсу. "С твоими ранеными все в порядке?"


Пересадка кожи займет некоторое время, насквозь пройдет обязательный период, прежде чем они позволят ему вернуться, но он вернется. Третий человек здесь, так что мы никого не потеряли."


"Следите за дружественным огнем, эй, не высовывайтесь".


Он хмуро смотрел на меня, когда я здоровался со знакомыми сержантами и капралами, все спрашивали, в чем заключалась работа.


С небольшой задержкой мы, наконец, поднялись на борт, в задней половине самолета разместились молодые солдаты. Я вернулся к ним и поприветствовал их офицеров; они отправлялись во Фритаун, в трехмесячное турне. Я сказал им, что мы отправились на тренировку в джунгли - предлог сбежать от британской погоды.


Как ни странно, Саломея не сидела рядом со мной, у меня был недавно загримированный майор Моран с одной стороны и проход с другой. Я сказал всем спать, так как мы могли увидеть действие с самолета через семь часов. Я разбудил Риццо, он сидел, скрестив руки на груди, с закрытыми глазами.


"Что?" - спросил он.


"Я просто хотел сказать, выспись в самолете, будь свежим, когда мы доберемся туда".


"Да, никаких проблем". Он снова закрыл глаза, когда люди ухмыльнулись.


Усаживаясь на мое место, Моран с усмешкой заметил: "Ты разбудил Риццо только для того, чтобы сказать ему поспать в самолете?"


"Любой другой понял бы шутку, но не он".


Долгими семью часами позже мы приземлились в темноте, виднелось устье реки, весь освещенный дерьмовый терминал, несколько скучающих работников аэропорта стояли вокруг. Было 5 утра, рассвет еще не коснулся нас.


Присев и потянувшись, мы дождались ящиков и снаряжения, вскоре надев патронташи, ремни, проверив и зарядив винтовки, и я прихватил еще три магазина. Автобусы стояли наготове, а грузовики обслуживались молодыми британскими солдатами.


Я приказал командам подключить рации, и я распределил их по двум грузовикам и одному автобусу, джипам с полицейскими впереди и сзади, и мы отправились на восток, несколько парней на задних сиденьях джипов - оружие наготове.


Когда мы покидали аэропорт, я увидел двух чинуков, без дела сидевших на палубе, и двух французских пум. Я был достаточно счастлив, что мы делали это в 5 утра, но был бы обеспокоен, если бы это было позже.


Дороги были пусты, все местные жители в этот час вполне благоразумно спали, только сумасшедшие люди и солдаты передвигались в этот час.


Мы добрались до ФОБ вовремя, в нас никто не стрелял, но мы проехали мимо и дальше, через мост - валлийская охрана на месте - и в Либерию, к главному перекрестку, который теперь контролируется подразделениями либерийской армии, и в двадцати милях к северу от шахты, когда день прояснился.


Через ворота с экипажем мы вышли на взлетно-посадочную полосу, теперь на обоих концах которой были установлены оранжевые ветрозащитные экраны, и покатили по широкой дороге, ведущей на взлетно-посадочную полосу. Справа я мог видеть деревянные хижины, примерно двадцать, молодых чернокожих солдат, расположенных аккуратными блоками, и когда мы приблизились к бетонному зданию, я смог разглядеть желтые переносные кабины, тоже, возможно, двадцать, белые хижины рядом с ними, несколько зеленых палаток в военном стиле возле деревьев.


Бетонное здание было выкрашено, припарковано с десяток джипов, несколько грузовиков. Более высокая башня также была раскрашена, и теперь в ней было стекло, а также маленький вращающийся радар. Лица смотрели на нас сверху вниз, мужчины в белых рубашках.


Выйдя из грузовика, я пошел обратно к автобусу, пока мужчины спрыгивали с грузовиков, Хейнс сидел внутри со 2 эскадрильей. Я сказал Хейнсу: "Одевайся, затем поставь своих людей на прослушку, некоторых на крышу, ожидай неприятностей".


"Всегда", - съязвил он.


К нам вышел капитан и отдал честь Морану, затем мне. "У нас есть комнаты внутри, сэр, несколько, и палатки, несколько деревянных хижин".


Я ткнул пальцем через плечо. "Черные солдаты, которых я видел?"


"Либерийцы, сэр, мы их тренируем".


"Люди, которых я просил у президента", - сказал я, кивнув. "Как они?"


"Хорошие солдаты, сэр, подтянутые, но не настолько умные. У них есть уроки английского."


"2-я эскадрилья разместит своих людей на крыше и на проволоке".


"Мы ... ожидаем неприятностей, сэр?"


"Да. Но держи это в секрете, и неприятности все равно будут в другом месте, не здесь."


Сержант повел Эхо к деревянным хижинам с их ящиками, офицеров - внутрь бетонного здания, и я обнаружил разительную перемену в этом месте. Теперь это было похоже на мотель, и все красиво оформлено в стиле магнолия, есть кафе и бар.


Мы с Мораном сбрасывали ящики, вскоре нас представили ответственному лицу, пятидесятилетнему нефтяному боссу, который работал на правительство Великобритании, но у него здесь был и французский коллега.


"Это место сильно изменилось", - сказал я ему.


"Я видел, как это было, и да, сейчас хорошо".


"Как успехи?"


"Здесь есть команда, которая занимается урановым рудником, и несколько команд из разных компаний, которые работают на трубопроводе и бурении. Сначала нужно закончить и протестировать трубу, иначе нефти некуда будет деваться. Тем не менее, они делают хороший прогресс."


"Ты здесь?"


"Да, из-за урана".


"Кто в более высоком здании?"


"Нефтяная компания, частные подрядчики, по крайней мере, административный персонал. У мужчин есть белые хижины, некоторые остаются здесь, некоторые в городе."


Он повел меня в соседнюю дверь и наверх, гражданские работники бросали на нас с Мораном странные взгляды. На третьем этаже мы встретились со старшим персоналом.


"Теперь это место выглядит неплохо", - сказал я им.


Американец начал: "Мы видели фильм о том, что здесь произошло. Но послушай, приятель, мы ожидаем неприятностей здесь?"


"Нет, расслабься, просто несколько групп в Гвинее пугают жителей деревни".


"Они не посылают тебя, если только это не Третья мировая война". Он ждал.


"У меня нет информации о каких-либо запланированных нападениях на это место". Я широко развел руки. "Что еще я могу сказать?"


Они обменялись обеспокоенными взглядами.


"Наши морские котики прибыли вчера, и ваши британские силы специального назначения ..."


"Упражнения, расслабься". Он не выглядел расслабленным. "Так что вы, ребята, здесь делаете?"


"Дороги и мосты, трубопровод, портовые сооружения. Бурильщики живут в сельской местности, но они приезжают сюда на время простоя."


После десяти минут пустой болтовни я пошел и нашел котиков, нашел знакомые лица, улыбки и грубые приветствия, вопросы о Панаме.


Я вывел их лейтенанта на улицу. "Ничего не говори никому за пределами своей команды, но мы думаем, что в Монровии будет попытка государственного переворота".


"Мы спускаемся туда?"


Мы сделаем это, и это может стать неприятным. Будьте начеку, постовые, потому что, если солдаты переворота узнают, что мы здесь, они могут захотеть прийти за нами первыми."


"Происходит переворот?"


"Спланированный переворот. Мы попытаемся остановить их."


Он кивнул, прежде чем я направился к зеленым палаткам, где нашел SAS, двух солдат из эскадрильи "B", знакомого сержанта.


"А вот и неприятности", - приветствовали они меня.


"Наденьте непроницаемые лица, приготовьтесь к неприятностям, попытке государственного переворота в Монровии. Но если они узнают, что мы здесь, они могут прийти сюда. Ничего не говори никому снаружи, никаким гражданским."


"Эти местные парни - дерьмо", - настаивали они.


"Они все еще могут распылить это вокруг и убить вас", - предупредил я их.


Я направился к деревянным хижинам, Рокко организовал смену оленей. Я сказал ему: "Четверо мужчин возле подъездной дороги, четверо мужчин ниже по течению нижней реки".


Он называл имена и команды, люди, отправленные в качестве гражданских работников, занимались своими делами, все поглядывая на нас.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Полковник Томас, Фритаун. Майор, вы прошли через это, не выпив даже чашки чая."


"Не хотел никого будить, сэр".


"Мы ожидаем неприятностей?"


"Не там, где вы, сэр, но у нас есть разведданные о небольшой группе в Либерии. На данный момент, сэр, никаких упоминаний об этом никому, кроме вашего командного состава, абсолютно никаких упоминаний местным жителям."


"Для меня это звучит как проблема".


"В данный момент я могу сказать немногое больше, сэр, так что потерпите меня. Но мне понадобятся "Чинуки" наготове, а также пумы, если они одолжат их нам, дополнительные пайки, отправленные на шахту в Либерии."


"Я начну строить планы. Тихо."


"О, сэр, у побережья есть британский эсминец?"


"Да".


"Предупредите их, что мне может понадобиться их Рысь, активная боевая роль".


Я назвал Майка папой. "Это Петров, я на шахте".


"Я слышал о некоторых странных людях на востоке".


"Мы сможем быстро спуститься к вам, так что не волнуйтесь. И у нас полно мужчин." Я позвонил Дэвиду. "Кабинет министров что-нибудь сказал?"


"Мы определенно не хотим дестабилизации Либерии, мы инвестируем в нефтяную инфраструктуру".


"Обновите GCHQ, у нас есть движение на востоке Либерии. Я на шахте. Если кто-то нападет на Монровию, мы можем быть там через час, и пока мы скрываем наши намерения здесь."


Либинтов позвонил, когда я смотрел вниз на шахту и ее белую пыль, думая об убитой даме с огромными сиськами. Я даже не мог вспомнить ее имя. "Я только что услышал о шести больших транспортах, вылетевших ночью и приземлившихся в Кот-д'Ивуаре. Видели, как мужчины выходили из машины."


"Спасибо, и дайте мне знать, если будут какие-нибудь другие новости".


Я позвонил Дэвиду. Штурмовая группа высадилась в Кот-д'Ивуаре ночью. Обновите кабинет министров, я думаю, мы примем меры сегодня или сегодня вечером."


Я перезвонил полковнику Томпсону. "Сэр, мне скоро понадобятся эти "Чинуки", и хочу сказать вам, что мы в нескольких часах езды от попытки государственного переворота в Монровии. Стройте планы спокойно, сэр. И предупредите флот."


Я подумывал позвонить адмиралу Джейкобсу, но воздержался от этого; я хотел, чтобы атака произошла первой, на случай утечки информации. Я повернулся к Рокко. Старший сержант, вызовите людей, они скоро будут готовы выступить, у нас проблемы. Я хочу, чтобы обычные SAS и SEALs были готовы к выходу!"


Один или два гражданских работника услышали меня, и на их лицах не было радости. Но было слишком поздно.


Я мог видеть Хейнса у двери. "Мистер Хейнс! Скоро у нас будет компания, мы движемся на восток, ты можешь присоединиться к нам, но мне нужно, чтобы это место также было защищено. Разбуди здесь армию."


Я достал свою карту и положил ее на капот джипа, когда появилось Эхо. Морану я сказал: "На востоке нет хороших дорог, но они в основном проходят с севера на юг, а на востоке болота, так что ... если плохие парни придут с берега Слоновой Кости, им лучше всего двигаться на север, в обход и вниз".


"Эта главная дорога, ведущая в Монровию, находится всего в пяти милях к востоку от нас, можно дойти до нее пешком".


"Вопрос в том ... найдем ли мы их, проезжающих по ней?" Я назвал Майка папой. "Это Петров. У вас есть люди, которые следят за всеми дорогами?"


"Да".


"Из Кот-д'Ивуара нет хороших дорог, если только они не идут с севера".


"Я бы знал, и они были бы остановлены и обстреляны. Это был бы не очень хороший план."


"Значит, у них есть другой план, возможно, корабль".


"У меня есть люди, спрятанные в порту, с тяжелым оружием".


"Тогда мы ждем хитроумного плана, потому что я не думаю, что они просто попытаются приехать сюда. Посоветуйся со всеми своими людьми вблизи границ."


Положив трубку, я сказал Морану, пока мы изучали карту: "Лучшие дороги ведут на север, но ... у либерийской армии есть люди, наблюдающие за границами и дорогами, и бронетранспортеры, чтобы блокировать их. В прошлый раз они пытались атаковать корабль, но высадка противника привела бы к большим жертвам."


Ко мне вышел гражданский. "Приближаются самолеты, сказали ваши люди, и чтобы вы знали".


"Спасибо". Я обратился. "Очистите взлетно-посадочную полосу! Приближается самолет!"


Моран отметил: "Мы здесь собрались в кучу".


Я кивнул: "Рокко, всем командам занять позиции на линии деревьев и ждать, SAS и морские котики, рассредоточьтесь и готовьте пиво, мы пока никуда не уходим. Но не позволяй им пользоваться хижинами, мы можем преподнести неприятный сюрприз, появившись из-за деревьев."


Команды начали выдвигаться к линии деревьев, вскоре на ветру послышался гул "Геркулеса", двое приближаются, как ни странно, но я не ожидал больше тридцати человек. Первый самолет коснулся земли, подняв облако белой пыли, люди вышли и разбежались в стороны. Включили питание, и он взлетел с ревом примерно в сотне ярдов над нашими головами.


Второй "Геркулес" приземлился через минуту, люди выскочили и побежали. Когда гул "Геркулеса" утих, я пошел с Мораном поприветствовать команды, обнаружив двух солдат SAS, двух морских котиков, одного французского Echo и двух 1ST Батальон.


"Откуда вы все пришли?" Я озадачен.


"Мавритания", - сказал мне капитан SAS.


"Я попросил подготовить команды ..."


"Некоторые только что прибыли, день назад. Это звучало так, как будто ты хотел всех."


"Да, у нас происходит переворот. Итак, путаница хороша." Я предупредил каждую команду о перевороте и о том, что мы свяжемся с наступлением темноты, затем отправил их на линию деревьев. Два отряда SAS также были эскадрильей "B", так что почти вся эскадрилья "B" была здесь.


Я провел десять минут с French Echo, отвечая на вопросы о Панаме, прежде чем поприветствовал 1ST Бойцы батальона, некоторые из которых служили со мной раньше.


Старший гражданский персонал вышел ко мне. Менеджер заметил: "Майор, у вас здесь половина НАТО". Он ждал.


"Мы получили намек на переворот в Монровии. Итак, вы хотите, чтобы мы были здесь или чтобы завтра мы проснулись с новым правительством и сражались на улицах?"


"Мы могли бы вырваться!"


"У нас нет надежной информации, иначе мы могли бы вытащить вас. Intel так не работает, и мы получаем предупреждения, которые оказываются пустяками, и этот переворот может произойти через месяц. Итак ... мы здесь на всякий случай, и если бы вы все уходили каждый раз, когда кто-то хотел организовать здесь переворот, вы бы ни хрена не сделали.


"Я не хочу упоминать об этом посторонним, или я начну стрелять в людей. У нас может быть переворот сегодня, или в следующем месяце, или его вообще не будет. Вы понимаете меня, мистер?"


"Мне связать его?" Спросил Рокко у меня за спиной. "Может быть, избил его до потери сознания?"


"Пока нет, сержант-майор, подождите час и посмотрите, что он сделает".


Капитан-резидент вежливо сказал менеджеру: "Возможно, вам следует пойти поработать. Я буду держать вас в курсе."


Гражданские в гневе ушли.


Я встретился взглядом с капитаном. "Сколько у тебя людей?"


"Всего, сэр, шестьдесят, но их здесь нет, они разбросаны по округе".


"Позовите их всех, пожалуйста".


"Будет сделано, сэр".


Я столкнулся с Рокко. "Я хочу, чтобы в каждой команде был старший".


Он направился к линии деревьев.


Мы с Мораном вернулись к карте. "Итак", - вздохнул я. "Как бы я поступил на их месте ...."


"У них, должно быть, есть человек внутри", - предположил Моран.


Я кивнул, изучая карту. "Президент - параноик, но его ближайшему окружению можно доверять".


"Как насчет корабля, но приземляющегося не в Монровии, а ... в пяти милях отсюда?"


Мелководье, мангровое болото, к черту все дороги. И даже если это было всего в миле к востоку, у Монровии есть сотня бронетранспортеров, блокирующих дороги."


"Что, если он приземлится на востоке и удержит восток?"


"Удачи ему. Монровия занимает 99% территории страны, а нефть находится к западу от Монровии."


Старшие мужчины, наконец, собрались вокруг меня, и я проверил, говорят ли французы по-английски.


"Хорошо, у нас есть лидер переворота, сидевший в Конго, но этот шутник вырос и получил образование в Америке, и ... он прошел хорошую подготовку. Вчера в Кот-д'Ивуаре приземлились самолеты, большие транспорты, солдаты выходят, так что ... это может быть пятьсот человек или больше.


"Им нужно добраться до Монровии, потому что остальная часть страны - просто дерьмовое болото, но в этой части к западу от Монровии есть нефть и шахты. В прошлый раз, когда они планировали переворот, люди прибыли на корабле, идея заключалась в том, что они высаживаются в доках Монровии и штурмуют берег.


"На данный момент в доках есть тяжелое вооружение, поэтому любой корабль, пытающийся выгрузить людей, будет обстрелян. В Монровии есть аэропорт, в котором они могли бы приземлиться, но это было бы самоубийством, там БТР."


Вышел менеджер. "Радар показывает большой медленный самолет, направляющийся сюда, на низкой высоте, контакта нет".


Озадаченно нахмурившись, я прошел мимо собравшихся мужчин и уставился на взлетно-посадочную полосу. Оказавшись лицом к лицу с Мораном, я начал смеяться, и он присоединился.


"Что?" - спросил лейтенант "Морских котиков".


"Они собираются приземлиться здесь. Собирайтесь в свои команды, рассредоточивайтесь, приготовьтесь, поднимите людей на деревья! Вперед!" Они убежали. Я обратился. "Мистер Хейнс, вражеский самолет на подлете, встречная посадка. Тренируйте свое оружие на взлетно-посадочной полосе!"


Я указал на менеджера. "Пусть все гражданские спрячутся за чем-нибудь прочным. Вперед!"


Он вбежал внутрь. Я передал: "Всем Эхо, приготовьтесь к приближению самолетов, солдаты будут приземляться. Поднимите несколько человек на деревья, рассредоточьтесь. Пять минут."


Я повел Рокко и Морана к началу взлетно-посадочной полосы.


"Экономит время", - заметил Роко. "Они идут к нам".


"Эти бедные ублюдки", - отметил Моран. "Они ожидали здесь дюжину солдат, а не три сотни".


Наконец-то мы смогли услышать гул.


"Там". Моран указал на восток.


Вскоре я смог разглядеть приближающийся огромный Ан12, за ним другие самолеты, воздух был полон гудения больших винтовых самолетов. Первый Ан12 выровнялся, закрылки опущены, и плавно зашел в посадку, из двигателя внезапно вырвался дым, когда я услышал треск. Он приземлился достаточно удачно, теперь виден белый дым из поврежденного двигателя, и огромный зверь в виде самолета грубо направился к нам с гулом, который потряс наши грудные клетки.


Стекло кабины разлетелось вдребезги с одной стороны, самолет немного развернулся к линии деревьев и съехал со взлетно-посадочной полосы, прежде чем остановился в 200 ярдах от нее, слегка опустив нос. Хвостовая аппарель была опущена, двери открыты, черные солдаты высыпали, но не очень далеко, крыло загорелось, когда приземлился второй самолет.


Я опустился на колени и прицелился, остальные подражали, и я выстрелил в тех людей, которые вбежали в шахту и спрятались за укрытием. "На меня!" Я побежал к шахте и перепрыгнул через насыпь и вниз, вскоре покрывшись белой пылью. Заняв позицию, я стрелял вместе с остальными, но для наших посетителей было достаточно укрытия в волнистом белом порошке.


Я передал: "Это Уилко, они в шахте и прячутся!" Отправьте команды SAS к зданиям и за ними, затем вниз, в шахту."


Пули просвистели мимо меня, и я пригнулся.


"Смотрите", - указал Моран, и замыкающие четыре самолета кружили на низкой высоте, создав адский беспилотник. "Они не приземлятся".


Я передал: "Снайперы, цельтесь вверх и сбейте эти самолеты!" Я прицелился в Рокко и достал магазин.


Столб дыма, видно пламя, и Ан12 по штопору летит прямо на нас - наши сердца замирают, а глаза расширяются, - но он приземлился с другой стороны здания с треском, от которого содрогнулась земля, 2 парня из эскадрильи на крыше нырнули в укрытие, когда в них полетел кусок крыла.


Резкий звук, и меня ударили по лицу, Рокко зашипел, его лицо было в крови.


Взгляд вверх, и последние три самолета улетали.


"Уилко!" - раздался крик.


Я обернулся.Регулярные подразделения SAS находились за зданием, с этой стороны. Я указал им вниз, в шахту, и они побежали и перепрыгнули через горы белого порошка, в то время как некоторые из них стреляли в сторону повстанцев, которые все еще были видны. Нам пришлось пригнуться.


Раздался взрыв, и Роко сказал: "Это была граната, но они не могут бросить ее так далеко".


Раздался свист, и в здание позади нас мощной очередью попал гранатомет, дым окутал нас на тридцать секунд, пока мы пригибались.


Я, наконец, поднял глаза и увидел три огромных самолета, охваченных пламенем и ревущих, языки пламени поднимались высоко. Позади меня парни из 2-го эскадрона теперь расстреливали повстанцев в шахте - у них была высота, и я мог видеть пятерых из них с Хейнсом, все стреляли вниз.


Посмотрев направо, регулярные войска были теперь в сотне ярдов ниже по шахте, за насыпью и стреляли на восток.


Я передал: "Эхо, отправь людей на восток и в обход, окружи их!" Выключив радио, я сказал: "За мной", и мы вскарабкались по белой пыли и, согнувшись пополам, пробежали мимо здания в черный дым, вглядываясь сквозь горящие обломки огромного Ан12, две разрушенные белые хижины, все мы теперь покрыты белой пылью.


Движение, раненые повстанцы в трюме, трап опущен. Я опустился на колени и выстрелил, остальные присоединились, магазины поменялись местами, и мы продолжали стрелять.


" Уилко, ты попал? " раздался голос Хейнса надо мной.


Я поднял глаза. "Что?"


"Ты попал? Ты весь в крови."


"Рикошет от скальпа".


"Не допускай попадания урановой руды в рану".


"Урановая руда?" Обеспокоенно спросил Роко.


"Нет, это силикатный известняк".


Мой телефон зазвонил, папа Майк. Я повернулся и опустился на колени, когда остальные открыли огонь. "Мы получили сообщения о странных самолетах".


"Да, господин президент, мы только что сбили трех из них, остальные улетели. Они бы приземлились здесь, на шахте, захватили это место, возможно, удерживали заложников. Нападение на вас было отменено."


"Да, это приятно знать".


"Надо идти". Убрав телефон, Рокко все еще стрелял. Взрыв, и он оказался на спине, совсем рядом с нами, окутанный дымом.


Я потащил его к дверному проему, кашляющего. "Ты в порядке?"


" Думаю, да, " прохрипел он.


Я помог ему подняться, пока Моран продолжал стрелять в горящие обломки. "Ты получил кусочек?"


"Ничего не чувствую". Он оглядел себя. "Кажется, все в порядке. Но выглядишь ты дерьмово."


"Ты тоже, лицо в крови".


"Я все еще буду красивым потом".


Появился Док Мортен. "Иди сюда!"


Я завел Рокко внутрь, медсестры ждали наготове, аптечка была разложена. Опустившись на колени, они очистили наши лица, приложив подушечки к порезам. Я поморщился. "Кусочек там".


Мортен промыл рану и вытащил осколок металла."


Появился Док Вилли. "Ты в порядке, босс?"


"Бывало и хуже. Пострадал кто-нибудь из гражданских?"


"Никто не кричал", - ответил Док Вилли. "Они были здесь, на полу".


"Это место было построено, чтобы быть жестким", - сказал я ему. "Следи за дверью".


Он прошел мимо и прицелился, но Митч и Джинджер ворвались внутрь.


"Ты в порядке?" - Спросил Митч.


"Просто сокращение. Кто-нибудь там остался?"


"Они прячутся, до них трудно добраться".


"Спрячься под ними, в шахте". Он вывел Джинджер.


Рокко громко воскликнул: "Черт возьми, женщина!"


"Не смей жениться на мне, мистер, или получишь хорошую пощечину".


Я улыбнулся. "Рокко, будь хорошим пациентом".


После трех болезненных швов я расслабился, Рокко наложил два болезненных шва. Я вышел, отряхиваясь, Док Вилли был рядом, все еще слышалось несколько тресков, воздух был полон черного дыма, и, как ни странно, все еще работало несколько авиационных двигателей, высокая хвостовая часть находилась в такт и закрывала солнце, она была такой высокой.


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Мы на шахте, и мы прибыли сюда как раз перед тем, как шесть тяжелых транспортов доставили силы вторжения. Мы сбили троих, выживших нет, трое улетели."


"Ого! Итак, переворот был отменен, я полагаю."


"Возможно, им понадобится еще несколько человек. Поговорим позже."


Я позвонил Харрису и провел совещание, когда пришли многие команды.


"Устроил здесь беспорядок", - отметил печати лейтенант. "Итак, мы обвиняем тебя".


Обломки позади здания взорвались, но это был небольшой взрыв.


"RPG", - подсказал я. "Обжаренный на медленном огне".


Еще один взрыв заставил людей пригнуться.


Треск стрельбы из стрелкового оружия ослаб и прекратился, люди вскоре поднялись на вершину шахты и посмотрели вниз, в живых не осталось ни одного повстанца, который мог бы нас побеспокоить.


Старшие менеджеры появились позади меня с капитаном-резидентом, этот капитан был травмирован, когда принимал разбитые горящие самолеты.


Я уставился на них на мгновение. "Ладно, я немного соврал. Но, честно говоря, мы не знали, где они приземлятся. В любом случае, ты можешь прояснить этот беспорядок?"


"Потратьте месяц и немного тяжелого снаряжения!" - пожаловался главный.


"Что ж, теперь у тебя есть хорошая история, которую ты можешь рассказать за кружкой пива, и, без сомнения, скоро появится пресса. Теперь иди проверь, что у тебя нет раненых, и нет - тебе не нужно эвакуироваться отсюда."


Я позвонил Максу и подробно рассказал историю. Подумав, я добавил: "Мы получили наводку от ЦРУ. Получите это в Reuters."


"Должен ли я спуститься?"


"Мы пробудем здесь несколько дней, если ты сможешь добраться вовремя". Я убираю свой телефон.


"Мы получили наводку от ЦРУ?" - Спросил Моран.


"Нет, но это разозлит парня из-за того, что они послали тех людей. Давайте просто скажем, что он привык думать об американцах как о своих спонсорах."


"Тогда он будет обижен".


Я позвонил Либинтову. "Это Петров, и я только что сбил три Ан12".


"Боже мой, как дорого это кому-то обошлось".


"Поспрашивай вокруг, узнай, чьи это были самолеты".


"Я сделаю, да".


Мой телефон зазвонил, папа Майк. "Господин президент".


"Самолеты приземлились на дорогах на востоке, солдаты вышли и блокируют дороги".


"Не посылай никаких людей, мы с ними разберемся. Где они?"


Он подробно описал мне две позиции.


Я отвел Морана к джипу и снова разложил карту, когда повалил дым, раздалось несколько хлопков, когда разогревались боеприпасы. "Они приземлились на дорогах, здесь и здесь, так что эти два города отрезаны".


Морн постучала пальцем по карте. "В том единственном городе есть порт".


Взрыв заставил нас пригнуться.


"Ага, так что, возможно, у них есть корабль с каким-нибудь тяжелым вооружением". Я позвонил Дэвиду Финчу. "Прибрежный город на востоке, Эмджоло, пусть флот возьмет его в блокаду. Обыщите все подозрительные корабли. Скажи им, чтобы были осторожны, оставаясь на общих местах."


"Они используют боевые станции".


"Это скучно. Даже красной тревоги нет?"


"Нет, это "Звездный путь". Оригинал был разбит на четверти."


"Тогда пусть их разделают по четвертакам. О, как звали женщину-палеонтолога, убитую здесь внизу?"


"Доктор Абрахамс?"


Я выдохнул. "Я забыл ее имя".


"Если ты постоянно занят, об этом легко забыть".


"Кажется неуважительным забывать".


"Не ты создал мир таким, какой он есть".


"Послушай, здесь триста тел, все сгоревшие до хрустящей корочки. Возьмите Красный Крест или кого там еще, мешки для трупов, медиков, и давайте покажемся такими заботливыми людьми, какими мы и являемся, да."


"Я разберусь с этим сейчас, но куда мы репатриируем тела?"


"Некоторые приехали из Конго, некоторые из этого региона, и, вероятно, у них нет документов. Нам просто нужно, чтобы видели, что мы пытаемся."


Полковник Мэтьюз позвонил пятнадцать минут спустя. "Уилко, мы только что получили отчеты от наших морских котиков, а ты участвуешь в гребаной войне!"


"Этого не ожидали, сэр". Я посвятил его в детали.


"Я предупрежу наши корабли поблизости. Волки в пути. Они собрались в Аризоне, и психиатры поговорили с ними после Панамы. Двое уволились, а троих выгнали."


"Так же хорошо, сэр, избавиться от тех, кто тратит время впустую".


Я перезвонил майору Харрису в GL4 и сообщил ему последние новости.


"Какой у нас план?" - наконец спросил он.


"Нам нужно выбить этих людей с востока, поэтому мы пойдем пешком, через болото".


Я шагнул к Морану. "Проверьте людей, которые вышли и были застрелены, телефоны и удостоверения личности".


Он назвал имена и сформировал команду, самолеты все еще горели, теперь видны искореженные алюминиевые рамы, похожие на кости мертвого кита.


Полчаса спустя приземлилась "Пума", полковник и майор ушли в отставку, сопровождаемые двумя телохранителями из МП. Я отдал честь, когда они приблизились, мужчины смотрели на обломки и обугленные тела, потрясенные до глубины души.


"Я ... полковник Томпсон, и ... помилуй бог, майор, вы заварили кашу. Я был здесь на прошлой неделе, спокойно выпил в баре."


"Возможно, потребуется зачистка, да, сэр".


Взрыв заставил его пригнуться и выглядеть обеспокоенным.


Я предположил: "Лондон пришлет мешки для трупов и медиков, сэр, чтобы сделать это по правилам. Тогда ... тогда они могут использовать бульдозеры, свалить обломки в шахту."


"Что бы случилось, если бы ты прибыл сюда поздно?"


"Местные SAS и морские котики сражались бы с людьми, выходящими из самолетов. Меньше числом, но ... возможно, они отразили атаку здесь. В нынешнем виде последние три самолета приземлились в районе восточного побережья и перекрыли две дороги. Они намерены остаться и сражаться, сэр."


"У нас нет людей в этих районах, французы к северу от них".


Я помахал капитану французского отряда Echo, и он подошел, отдавая честь полковнику. "Обновите свое правительство, солдаты повстанцев на восточном побережье, они будут сражаться вместе с вашими солдатами".


Он отошел и достал свой телефон. Полковнику я сказал: "Мы двинемся на восток сегодня или когда сюда прибудут остальные люди, и проберемся через болото".


Моран подошел и отдал честь полковнику. "В самолете мертвый белый парень", - сказал он мне.


"Выведи его, пожалуйста".


"Это будет нелегко", - предупредил Моран. "Я тоже не получу от него всего".


"Тогда поищи телефон и какой-нибудь идентификатор. Пусть Мортен проверит это на предмет отпечатков пальцев."


"Одна рука в порядке, остальная часть тела черная".


"Не из приятных", - отметил полковник.


Полковник зашел внутрь и поболтал с гражданскими. Двадцать минут спустя он снова вышел. "Нефтяники недовольны".


"Если бы нас здесь не было, они были бы сейчас пленниками, сэр, играя в русскую рулетку. Я думаю, они предпочитают этому несколько громких ударов."


"Да, так поступило бы большинство людей. Что мне нужно здесь делать?"


"Пришлите запасных людей, сэр, грузовики, джипы, припасы".


Он улетел обратно во Фритаун, оставив меня пялиться на руку белого человека, просовывающуюся сквозь искореженные алюминиевые стойки, Мортен достает спутниковый телефон и бумажник, маску и перчатки.


Я порылся в бумажнике. Он оказался законным консультантом по шахтам. Телефон работал, поэтому я позвонил туда.


Десять минут спустя, когда тело было извлечено - без ноги, позвонил Миллер.


"Мистер Миллер, вы рано встали?"


"Здесь 7 утра".


"Чем я могу помочь тебе сегодня?"


"Вы отразили вторжение в Либерию ..."


"Да, я зарабатывал себе на пропитание после подсказок ... привел меня сюда."


"Я понимаю. И эта история в "Рейтер"?"


"Должен разозлить вашего человека из глубинного государства, Мголо, настоящее имя Дэвидсон, вырос в Штатах, был военным США, затем в Глубинном государстве".


"У меня ... на данный момент нет комментариев по этому поводу, я еще не пил свой кофе".


"Мы нашли тело белого человека. Но я позабочусь о том, чтобы его идентификатор оставался скрытым."


"Почему?"


Потому что для этого и существуют друзья. Он был бывшим сотрудником Агентства и водился с плохой компанией, а теперь сгорел дотла."


"Какова ситуация на местах?"


Три самолета были сбиты здесь, три приземлились на востоке, и повстанцы захватили два города. Мы пойдем и убьем их всех, потому что это помогает поддерживать поток масла, а западные автомобилисты обеспечены дешевым топливом."


"Как долго длится кампания?" Это был странный вопрос.


"Неделя или две".


"Скоро поговорим, мне нужен кофе".


Следующим позвонил заместитель начальника. "Что, черт возьми, это за история в "Рейтер"?"


"Военный диктатор по имени Мголо, настоящее имя Дэвидсон, бывший военный США и Deep State, отправил своих людей из Конго вторгнуться в Либерию - родину предков его семьи. Я сбил три Ан12, остальные приземлились на востоке и захватили землю."


"Зачем говорить, что он был в Глубоком государстве?"


"Он бы занял здесь пост от имени Глубинного государства после того, как неисправная крылатая ракета убила президента в Монровии. Но ... Я получил подсказку о нем."


"От кого?"


"Кто-то внутри Глубокого государства. Это привело меня сюда."


"Итак, левая рука трахает правую. Они не самые организованные люди."


"Я думаю ... что этот проект отошел на второй план после Панамы, но кто-то увидел в нем возможность заработать. Либо это, либо Мголо не понравилось то, что его проект был свернут. Он продавал кровавые алмазы, чтобы финансировать своих людей, и теперь ... теперь ему понадобится банковский кредит, чтобы заплатить за три An12."


"Они стоят недешево! Что ты будешь делать дальше?"


"Иди на восток и сражайся на болотах".


Я позвонил Бобу Стейнсу и ввел его в курс дела, указав поддельные документы нашего шахтного инженера.


Когда день разогрелся, я распределил команды, приготовив мужчин на мальчишник, на всякий случай, но я ждал прибытия других команд. Я также рассматривал свои варианты здесь и не хотел ввязываться ни в какие уличные бои.


Но к этому времени эти солдаты-повстанцы были в городах и пили чай с местными жителями, по крайней мере, с теми, кто говорил на кру. Остальные, вероятно, прямо сейчас насиловали и мародерствовали.


Я позвонил во Фритаун, полковнику, и попросил, чтобы у "Чинуков" были готовы веревки для высадки людей на деревья, дополнительные канистры с водой, вертолеты, набитые пайками, и чтобы "чинуки" высадили людей и припасы до рассвета.


Звонил адмирал Джейкобс. "Уилко, почему ты делаешь на моем участке и не звонишь мне?"


"Нам пришлось действовать быстро, сэр. У нас тоже есть утечка."


"Утечка? Мой конец?"


"Агентство, сэр".


"Иисус".


"Пожалуйста, не повторяйте этого, сэр. Какие корабли у вас есть поблизости?"


"Всего три разрушителя".


"У нашего флота здесь есть корабль, и он будет блокировать порт Эмджоло, если вы сможете помочь".


"Да, конечно. Но чего ты ожидал здесь?"


Попытка государственного переворота провалилась, мы сбили три транспорта, но три приземлились на востоке Либерии, люди вышли и теперь удерживают два города. Мы проберемся через болото и избавимся от этих людей."


"Я расскажу своим людям".


Изучив карту, я позвал Морана. "Здесь, между двумя городами, есть возвышенность."


"Но что вокруг этого? Если это мангровые заросли, мы быстро никуда не денемся."


"Я вызову Рысь и пойду посмотрю". Я позвонил в Лондон, и через десять минут поступил звонок.


"Майор Уилко, это капитан Дэвис, ее величество Нортумберленд".


"Ваша рысь исправна, сэр?"


"Да, вооружены и готовы, и мы приближаемся к целевому городу. Но чего мы можем ожидать здесь?"


"Город захвачен повстанцами, сэр, но мы можем увидеть, что подкрепление прибудет на корабле. Ты должен остановить их ради меня, я буду на болоте атаковать этот город. Шаг первый, мне нужна твоя Рысь, чтобы добраться до цементного рудника в Либерии. Ты знаешь это?"


"Да, это есть на карте военных баз".


"Пришлите Рысь, сэр, мне нужно осмотреть район поражения".


"Скоро буду с тобой".


Я оставил Морана за главного, Николсона и Томо полетели со мной, оружие было в безопасности, но перезаряжено.


Темно-серая рысь пролетела над нами пятнадцать минут спустя, сделав круг, прежде чем приземлиться. Мы вскарабкались на борт через ракетные отсеки, вскоре сели, надев наушники.


"Ты меня слышишь?"


Они повернули головы. "Да. И какого хрена ты здесь делал? Похоже на поле битвы!"


"Они пытались высадить солдат для переворота в Монровии, но бедняги разбились и сгорели заживо".


"Иисус".


"Лети в сторону города Эмджоло, но на милю вглубь страны, мимо дороги, которая идет с севера на юг, затем сбавь скорость, мне нужно осмотреть местность".


Мы взлетели и опустили нос. "Ожидаем ли мы наземного огня?"


"Стрелковое оружие, да, ракеты маловероятны, возможно, какой-нибудь РПГ, так что не задерживайтесь".


Вскоре мы приближались к Эмджоло, всего в сорока милях от шахты, и пилот предупредил меня. Я посмотрел вниз, когда мы пересекали главную и единственную дорогу, увидел кустарник и деревья, но мало воды, заметив один залив, который казался мелким и песчаным.


"Притормози и, пожалуйста, сделай круг".


Я посмотрел вниз на песчаную почву с небольшими кустарниками, место, где могли бы присесть мужчины. "Высади нас здесь, пожалуйста. Не летайте вблизи города."


Мы зависли и приземлились, выбрались и побежали вниз по склону, Рысь тронулась с места. Когда все стихло, мы поднялись обратно на круглую вершину, спотыкаясь о небольшие кусты, и остановились, выглядывая наружу.


К северу земля поднималась к пологим хребтам, покрытым джунглями, и с того места, где мы стояли, казалось, что кругом джунгли, но я мог видеть участки песчаной почвы.


Я позвонил сестре. "Это Уилко, запишите это местоположение, передайте его майору Харрису, чтобы его отправили во Фритаун, "Чинукс" отправлен привести моих людей и другие команды в это место".


Я позвонил Морану и ввел его в курс дела, и он передал бы "Эхо" двум "Чинукам", SAS с ними, остальным следовать за ними."


Положив трубку, Николсон заметил: "Они слышали, что Рысь ..."


"Надеюсь на это, потому что я бы предпочел сражаться здесь, чем в городе".


"Города - это всегда плохая идея", - заметил он. "Но они бы послали патруль, а не сотню человек. Прямо сейчас эти мужчины насилуют местных женщин."


"Скорее всего. Используй свои прицелы, смотри, что можешь увидеть."


Через десять минут Николсон сказал: "Там есть залив или река, человек в каноэ ловит рыбу, в миле к югу, больше ничего. Никакого дыма из домов или деревень."


Полчаса спустя мы услышали тяжелый гул и встали во весь рост, когда вошли "Чинуки", махая им. Они резко развернулись, замедлились, опустили хвост и сели рядом с нами, люди вышли и побежали вниз по склону. Второй "Чинук" приземлился на юге, вскоре оттуда вышли люди, вывозились тяжелые припасы.


Пока я шел за припасами, оба "Чинука" унеслись на северо-запад. У нас были канистры с водой и продуктовые наборы.


Я крикнул: "Отнесите припасы вниз, на деревья". Я стащил вниз тяжелую банку из-под Джерри. Морану я сказал: "Ты здесь главный в лагере, устраивайся поудобнее. Риццо, возьми четырех человек, двигайся на запад медленно и уверенно, пока не выберешься на дорогу, или не обнаружишь, что на тебя идет сотня человек, это должно быть в пяти милях. Оставь снайперов. Позвони мне, когда доберешься до дороги, или если увидишь тридцатифутового крокодила."


Мужчины громко дразнили Дикки.


"Слайдер, иди на восток, пока не выйдешь на дорогу, пока избегай контакта, докладывай, что видишь, примерно в пяти милях. Возьмите побольше воды."


Они обзывались и уводили свои команды после того, как долили воды и выпили.


"Саша, пройди милю или две на север, осмотри окрестности, а затем возвращайся до темноты. Остальные, немного отдохните, мы двинемся ночью."


Я разместил отряд SAS на восточной стороне, среди деревьев. Своих собственных постоянных клиентов я разместил на юге. В самый разгар я стоял с Томо и Николсоном, Саломея присоединилась к нам со своим M4.


Она выглянула наружу. "Мы идем к ним или они приходят к нам?"


"Я не хочу идти в город, если мне не нужно. Это небольшой город, но что бы мы ни делали, они будут утверждать, что мы били по мирным жителям."


Полчаса спустя "Чинуки" вернулись с убитыми людьми, и теперь мы были большой силой. Теперь у нас было французское эхо и 1ST Батальон, два дополнительных бойца SAS, всех отправили на деревья и сказали разбить лагерь, но рассредоточиться.


Мортен позвонил мне. "Мы выйдем туда?"


"Да, но оставьте 2 эскадрилью на крыше. Попросите местного капитана набрать туда больше регулярной армии - оставьте Рокко за главного."


"Сейчас их немного, прибыли грузовики и джипы, думаю, их достаточно, чтобы защитить это место - после того, как они оправятся от шока и запаха горящей плоти".


"МОРСКИЕ котики" прибыли в третьем заходе вместе с медиками. Я отправил их на деревья отдыхать до наступления темноты, старших мужчин - быть на моей частоте радиосвязи. Я обошел вокруг, убедившись, что каждый старший находится на моей частоте, затем вызвал их всех на возвышенность.


Поскольку мужчины стояли вокруг меня, я указал. Возвышенность на севере, океан на юге с реками и заливами. Пять миль на запад и восток приведут вас к главной дороге - других дорог здесь нет, два города к югу от этих дорог заняты повстанцами.


"Мы произвели здесь шумную посадку, так что, надеюсь, они выйдут поиграть, я не хочу идти в город, если нам не придется. После наступления темноты мы отправим большинство из вас на восток и запад, возможно, нескольких оставим здесь для доставки припасов и раненых.


Медики разделятся на две команды и последуют за нами, у нас есть Рысь для эвакуации больных, у нее есть лебедка и корзина. У нас большие силы, поэтому мы должны быть в состоянии справиться с повстанцами с минимальными потерями.


"План будет таков: четверть из вас перейдет дорогу и пойдет на юг, в город, четверть по эту сторону, в оба города. Но продвигаться это будет медленно. Насколько я знаю, у них есть только стрелковое оружие, возможно, РПГ, то, что они привезли на транспортах.


Военно-морской флот блокирует порт, поэтому повстанцы не получат никаких припасов, и там нет взлетно-посадочных полос, но они приземлились на дороге. Правильно, проверьте спутниковые телефоны и радиоприемники -"


"Смотри!"


Мы все повернули на юг, линия из четырех Ми-8 двигалась с востока на запад более чем в миле к югу.


"Хорошо, теперь у них есть кое-какие припасы, и нам нужно не высовываться. Они могут использовать эти вертолеты, чтобы высадить людей позади нас, так что ... мы немного изменим план."


Мой телефон зазвонил. Майор Уилко, это капитан Дэвис. У нас на радаре четыре вертолета."


"Я как раз собирался позвонить вам, сэр. У тебя есть ракетный замок?"


"Они просто исчезли из поля зрения".


"Если они убегут, бейте их, сэр, и пусть Рысь попробует тоже поразить их".


"Мы готовы, и мы подойдем ближе".


"Отбой по четвертям, сэр".


"Не использовал это с 1875 года. Смирись с этим, майор."


Улыбаясь, я положил трубку. Повернувшись лицом к командирам групп, я начал: "Военно-морской флот попытается сбить вертолеты. Если нет, они могут высадить людей, скорее всего, там, где мы стоим, потому что вокруг дерьмовое болото, кроме этого холма, вот почему я выбрал его.


"1ST Батальон, вы защищаете эту высоту, не дайте им приземлиться."


Их капитан кивнул.


Рассредоточьтесь и немного отдохните, мы выдвигаемся после наступления темноты. И у нас есть вода и пайки, спроси, нужно ли тебе немного."


Они разошлись.


Я спросил Морана: "Были ли у Ми-8 ракетные отсеки?"


"Слишком далеко, чтобы видеть".


Десять минут спустя Николсон громко закричал, люди побежали вверх по склону и приготовились, все глаза смотрели на юг. Линия Ми-8 вернулась.


Николсон опустился на колени и посмотрел в прицел. Никаких ракетных отсеков, двери открыты, люди смотрят вниз ... черт!"


Мы услышали взрыв несколькими секундами позже, хвостовой Ми-8 упал. Второй взрыв, и второй Ми-8 сброшен. Третий взрыв, и второй Ми-8 в очереди нырнул носом вниз. Последняя операция Ми-8 быстро взяла ситуацию под контроль.


"Французское эхо! Строиться!"


Они вбежали. Я указал: "Вертолет Ми-8 приземлился там, в двух километрах. Новичок!"


Он прибежал.


"Ты можешь летать на Ми-8, так что следуй за французским эхом. Вперед!"


Они побежали на юг и скрылись за деревьями.


Я указал на сержанта эскадрильи "Б". "Бери своих людей, отправляйтесь на поиски обломков, мне нужны спутниковые телефоны и удостоверения личности. Вперед!"


Он созвал свою команду и повел их на юг, но на запад по сравнению с французским Эхом.


Мой телефон зазвонил. "Это капитан Дэвис".


"Ты сбил троих, один приземлился. Хороший выстрел, сэр."


"Спасибо компьютеру, мы просто нажимаем кнопки".


"Если последнюю можно спасти, мы вытащим ее самолетом, так что не стреляйте".


"Я предупрежу их сейчас".


"Эти ракеты, сэр, не похожи на "сайдвиндерс" ..."


"Черт возьми, нет, гораздо крупнее, дальнобойнее. Они наверняка устроят беспорядок с вертолетом."


"Уилко на свободе".


Я позвонил Харрису и рассказал ему подробности, прежде чем сесть с Мораном и командой за пиво, чтобы разогреть день.


"Они потеряли три An12 и теперь три или четыре Mi8", - отметил Моран. "Кое-кто остался без гроша в кармане".


"Эти An12 кого-нибудь разорят", - сказал я им, стоя спиной к дереву и открывая банку с мясом.


Час спустя, когда несколько человек спали на жаре, мой телефон зазвонил. "Это новичок, и мы застрелили пилотов и членов экипажа, у меня все запущено, топлива достаточно, так что мы будем с этим делать?"


"Лети сюда, потом в город, люди сзади стреляют вниз, но это разведывательный полет".


Я поднялся по склону и позвонил капитану Дэвису. "Сэр, последний Ми-8 теперь в нашем распоряжении, не стреляйте в него".


"Очень хорошо. Что ты будешь с этим делать?"


"Пойдите и расстроьте несколько человек, сэр".


Я позвонил Слайдеру. "Мы захватили Ми-8, не стреляйте в него".


"Мы слышали какие-то удары на юге".


"Военно-морские силы сбили три Ми-8".


"Дорого для кого-то".


"На что похожа местность?"


"Песчаный, местами с густым кустарником, несколько ручьев, но они кристально чистые и песчаные".


Я позвонил Риццо и предупредил его, вскоре услышав громкий гул приближающегося Ми-8. "Мои снайперы для меня".


Когда Ми-8 приземлился, французское эхо прыгнуло вниз, я отправил своих снайперов на борт.


" Уилко, ты меня слышишь? " раздалось по радио; Новичок.


"Да. Ты перегрузил это французским эхом в конце?"


"Возможно, да, но я не заполняю журнал регистрации".


"Лети в город, расстреляй солдат повстанцев, двигайся на север по дороге, хорошенько осмотри, то же самое для города в десяти милях к востоку. Ориентируйтесь по побережью."


Я отошел назад и помахал им рукой, гул сотрясал мой мозг, а Грини развернул большого зверя и полетел на юг.


Мой телефон зазвонил, как только я сел. "Это Риццо, и там небольшой лагерь солдат, скажем, пятьдесят с лишним".


"Рядом с дорогой?"


"Нет, никаких признаков дороги".


"Я тебе перезвоню". Я назвал Майка папой. "Господин Президент, мы только что сбили три вертолета Ми-8, они везли людей и припасы в Эмджоло".


"Они хорошо финансируются ..."


"Кровавые алмазы, да. Послушайте, у вас есть армейские базы неподалеку отсюда, на деревьях?"


"Нет, городской гарнизон находится на реке в порту. Я поговорил с ними, и БТР были уничтожены из РПГ, многие мужчины убежали в джунгли."


"Этот лагерь в джунглях был создан не сегодня ..."


"Может быть, старый лагерь, но не мои люди".


"Очень хорошо, мы нападем на них".


Я позвонил Риццо. "Люди в том лагере не из либерийской армии. Уточните позицию майора Харриса для королевского флота, Рысь может поразить его. Что делают эти солдаты?"


"Сидел и ждал, работая над несколькими грузовиками и джипами. На некоторых джипах стоят 105 мм."


"Если рысь нападет, стреляйте в нее, но не подходите близко. Тогда отправляйся в путь."


Положив трубку, Моран спросил: "Что это было?"


"Риццо нашел лагерь, но это не регулярная либерийская армия".


"Они планировали заранее, повстанцы?"


"Я не думаю, что они построили лагерь незаметно, им понадобились бы грузовики для хижин. И грузовики и джипы там ехали по северной дороге, так что ... как им удалось миновать блокпосты?"


"Заплатил кому-то", - предположила Джинджер.


"Ты не можешь откупиться от кого-то ... когда этот кто-то узнает, ты убьешь его позже и изнасилуешь свою жену."


Саша позвонила через десять минут. "Мы в двух милях к северу, и там есть дорога, грунтовая колея, на ней бульдозер".


"Ах, это неприлично. Присмотрись для меня поближе, никакого риска." Положив трубку, я сказал им: "Кто-то проложил здесь дорогу с помощью бульдозеров".


"Это заняло бы неделю", - отметил Моран. "Или месяц".


"Да, но кто мог их увидеть и сообщить об этом", - позировал я.


"Они могли бы перебросить людей за нами", - заметил Моран.


"Если бы они были хоть сколько-нибудь хороши в буше", - возразил я.


Десять минут спустя мы услышали, как Ми-8 пролетел над нами и на восток.


Мой телефон зазвонил, Саша. "Мы видим два бульдозера, люди улучшают трассу".


"Какие-нибудь грузовики движутся?"


"Нет".


"Ты умеешь водить бульдозер?"


"Да".


"Убейте водителей и повредите эту трассу, чтобы никто не мог ею пользоваться, затем уничтожьте бульдозеры".


"Нет, я немного развлекаюсь".


Я сказал своей команде: "Большой парень Саша своими руками повредит дорогу бульдозерами там, наверху".


" Томо может водить одного, " вставила Саломея.


"Он может?" Джинджер озадачена.


"Он был кладчиком кирпича, затем бульдозеристом, после школы. Затем он вступил в армию."


" Господи, " начал Моран. "Представьте, что вы покупаете дом в Ньюпорте, который построил Томо".


Мы все улыбнулись.


Док Вилли вставил: "Я умею играть на виолончели. Нужно ли это здесь."


Мы смеялись.


" Я играю на пианино, " предложила Саломея. "У нас есть дуэт".


" Однажды я переплыл Ла-Манш, " вставил я.


"Ты сделал?" - Спросил Док Вилли. "Мой брат собирался попробовать это".


"Я практиковался на канале в Кембриджшире. Он был длиной в милю, и я прошел вверх и вниз двадцать миль. Потом заболел. Люди, которые практиковались со мной в Дувре, все были дамами старше шестидесяти."


Мой телефон зазвонил пятнадцать минут спустя. "Это Риццо, и Рысь разгромила тот лагерь четырьмя ракетами, и мы перестреляли, кого смогли, остальные убежали. Но послушай, у меня здесь два хороших джипа, оснащенных GPMG и 105-мм ..."


"Да, используй их, выезжай на дорогу. Соберите отставших, проведите разведку. И уничтожьте этот лагерь."


Положив трубку, я сказал Морану: "У Риццо два джипа, GPMG и 105 мм".


"Стыдно тратить их впустую".


Мой телефон зазвонил. "Это капитан Дэвис, как дела у моей рыси?"


"Четыре хороших попадания, лагерь поврежден или разрушен, мои люди проводят зачистку".


"У нас на радаре этот Ми-8 ..."


"Внутри мои люди, сэр".


"У нас есть еще один контакт, в пяти милях к востоку, направляется в вашу сторону".


"Я тебе перезвоню". Я позвонил Николсону.


"Привет?"


"Ты слышишь меня?"


"Почти".


"Вражеский вертолет, приближается с востока, в пяти милях от нас. Найди его и пристрели!"


"Хорошо".


Я бросился вверх по склону, остальные последовали за мной, и я посмотрел на юго-восток, ничего не видя. Мы наконец услышали слабый отдаленный гул.


"Вот так!" Моран указал.


Я мог только разглядеть вертолет, секунду приближающийся к нему. Они летели бок о бок в течение десяти секунд, вертолет был дальше всех, затем снизился. Второй вертолет направился к нам, но, когда он приближался, он начал раскачиваться и вращаться.


"Он в беде!" - крикнул Моран.


"Слезай с возвышенности!" Я закричал, люди побежали вниз. Я побежал на юг, чтобы понаблюдать за этим. "Медики!"


Ми-8 зашел сбоку, снизился и пролетел, двух человек выбросило, и он жестко приземлился в двухстах ярдах к югу от меня. Мы сбежали.


Кустарник был низким, и я нашел песчаные следы, добравшись до тлеющего Ми-8 всего за тридцать секунд. Николсон сидел справа от меня.


"Ты жив?"


"Немного больно".


"Tomo!"


"Вот".


Я побежал налево, нашел его с окровавленным лицом и вскоре бросился к подбитому вертолету. Грини спрыгнул вниз и помог Свон выбраться. Я схватил Свона за руку и поднял его, уводя от вертолета, когда многие мужчины подбежали, чтобы помочь.


"Доставай оружие!" Я крикнул через плечо. "Что случилось?" Я спросил Грини, у которого шла кровь из носа.


"Что-то сломалось, я это слышал. И это тридцатилетняя птица." Он вытер кровь из носа.


Мы передали Свона Мортену, его глаза были закрыты. "Свон, ты меня слышишь?"


"Да, босс".


"Что-нибудь сломано?"


"Не уверен".


Мортен уложил его и проверил конечности, несколько раз вздрагивал, но ничего не было сломано.


"Отведите его на холм", - сказал я мужчинам. Я обратился. "Мури, ты жив?"


"Я в порядке, шкипер". У него было окровавленное лицо. "Просто приземлился немного жестко".


"Отойди от вертолета!" Я закричал, и мы все двинулись на север, когда из него начал выходить дым.


Вернувшись в лагерь, я подождал, пока Мортен и его команда проверят моих снайперов и новичка. Наконец он сказал: "Несколько разбитых носов, несколько синяков и болей, но ничего не сломано, сотрясения мозга нет".


"Они могут остаться здесь и присматривать за лагерем". Я опустился на колени рядом с Грини. "Что ты видел?"


Гнусавым голосом он начал: "Пролетел над тем городом на западе, там небольшой порт, несколько горящих БТР, несколько тел. Мы расстреливали людей на дороге, джипы охраняли блокпост. В миле к северу - и никого. На востоке мы нашли другой город, там пятьдесят повстанцев, мы застрелили нескольких, дорога свободна."


"Насколько велик город на западе?"


Площадь в две мили. Потребуется день, чтобы разобраться с этим. Другой город вдвое меньше."


Мой телефон зазвонил. "Это Саша. Я перерезал дорогу, как непослушный мальчишка, и мы подожгли бульдозер, теперь у нас компания, шесть грузовиков, много солдат."


"Нападай и отступай. Я посылаю людей." По телефону я крикнул: "Морские котики, стройтесь, французское эхо, мои постоянные игроки".


Я подошел к северной стороне небольшого холма, когда они были готовы построиться. Я указал на Стиффи. "Ты ведущий, дважды на север, иди по следам Саши, свяжись с ним по радио, когда увидишь, что грунтовая дорога закончилась. У нас шесть грузовиков, набитых солдатами. Вперед!"


Они помчались на север.


Я передал: "Всем командам, у нас сотня пеших солдат в двух милях к северу. Приготовься."


Звонил Риццо. "Никого не видно, и мы поехали в сторону города, где у них блокпост, поэтому мы развернулись".


"Идите на север мимо того места, где вы вышли на дорогу, немного дальше, и там будет грунтовая дорога, ведущая на восток. Переходи к действию, свяжись с Сашей по радио. Действуй быстро."


"Так или иначе, сейчас мы движемся на север".


"Здорово, вроде. Уилко на свободе."


Я позвонил Саше. "Риццо приближается к вам с запада, не стреляйте в него. Люди приближаются с юга, но на это уйдет не менее двадцати минут."


"Они вышли из грузовиков, спускаются и стреляют в нашу сторону, но не могут нас видеть. У нас есть главный."


"Лежи, типа."


"Например, что?"


Улыбаясь, я отключил звонок и вспомнил номер корабля ее величества "Нортумберленд", глядя поверх деревьев на север.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко. Готова ли твоя рысь к полету?"


"Сейчас перевооружаюсь".


"Они летят в тот же лагерь, на милю, грунтовая дорога ведет на восток, вниз по дороге к горящим машинам, целятся в зеленые армейские грузовики. Мои люди используют дружественные джипы к западу от дыма, мои люди в деревьях к югу. Понял?"


"Да, все понял, сейчас я обновлю операции".


Я стоял и смотрел на север, пустая трата времени, учитывая расстояние, но я мог видеть только столб дыма.


Рысь была услышана, но не замечена пятнадцать минут спустя.


Звонила Саша. Вертолет врезался в грузовики, теперь все в огне, а Риццо на возвышенности к западу от нас ведет огонь. У него GPMG."


"Команды, идущие за вами, скоро будут с вами".


Моран появился рядом со мной, бросив взгляд на север. "Что они делают?"


"Рысь сбила грузовики, поэтому повстанцы возвращаются домой пешком. У Риццо есть один или два GPMG, обученных на них."


Пока что немного неубедительно. Высадка в той шахте была бы хорошим ходом, хотя там было много заложников."


"У него был план, но мы его испортили, и прямо сейчас владелец этих самолетов и вертолетов просит денег, которых у нашего парня нет. Больше никаких кредитов в банке."


Звонил Боб Стейнс. "Ваш инженер-рудокоп, он ведет свой путь обратно к бельгийскому наемнику."


"Их здесь полно. Ищите ссылки на Америку, но он мог быть просто наемным работником. Взгляните на детство этого человека, потому что, возможно, у него есть предыстория."


"Я буду продолжать копать".


"Спросите Леона, не нужен ли кому-нибудь взаймы три потерянных An12 и четыре потерянных Mi8".


"Я позвоню ему сейчас, потому что кое-кто останется без очень большой суммы".


Саша позвонила через десять минут. "Команды здесь, они рассредоточиваются и медленно продвигаются".


"Сообщайте мне о любых раненых".


"Я думаю, что многие из чернокожих уже сбежали по следу".


Положив трубку, я столкнулся с Мораном. "Предполагалось, что на этого парня работают несколько хороших парней, так где же они?"


"Может быть, в городе, грабит".


Когда начало смеркаться, я вспомнил о командах на север, о царапине, полученной от раненого человека, спрятавшегося в кустах, и о том, что в одного из тюленей попала большая заноза.


Когда они прибыли во главе с Сашей, я попросил Мортена взглянуть на царапину и занозу.


Вошел Риццо. "Ты бросил джипы?" Я спросил.


Он снял кепку и вытер лоб. "Не осталось боеприпасов, нет топлива".


"Ты скоро поведешь нас на запад тем же путем". Я позвонил Слайдеру. "Где ты?"


"Наблюдаю за дорогой, немного гражданского транспорта, несколько зеленых грузовиков и джипов".


К вам присоединятся команды, затем вы приблизитесь к городу на рассвете и, бекас, сначала хорошенько осмотритесь. Остальное поочередно."


Я подошел к зоне медиков, вокруг сидело много мужчин. "Томо, ты в порядке?"


"Я готов идти, просто немного побаливаю".


"Николсон?"


"Я могу ходить, говорить и стрелять, но не втягивайте меня ни в какие конкурсы красоты".


"Лебедь?" Я спросил с улыбкой.


"Я могу не отставать и что-нибудь сделать ... если это не слишком сложно".


"Mouri?"


"Всего лишь мой нюх, шкипер".


"Новичок?"


"Только мое лицо, остальное в порядке. Итак, давайте избегать дискотек в этом городе."


"Тогда приготовься съезжать. Мистер Мортен, как вам эта передряга?"


"Это под шерстью, так что ему все равно не пересадили бы кожу. И заноза вышла, вставь шов."


"Они могут пойти с нами?"


"Да. Я буду следить за инфекцией, если мы останемся здесь на несколько дней."


Я передал: "Всем командам построиться, готовым выдвигаться. Французское эхо, 1ST Батальон, Стиффи, отправляйся на восток, найди Слайдера, свяжись с ним по рации или телефону. Медленно и неуклонно. Стиффи, ты ведущий. Выдвигайтесь, когда будете готовы."


Я наблюдал с возвышенности, как они построились и двинулись прочь, четырех медиков послали за Стиффи. Там, на западной стороне, формировались команды. "Риццо, ты впереди, Эхо позади, затем медики, затем команды SAS, затем морские котики. Налейте себе воды, выпейте, оставьте тяжелые банки здесь, пополните рационы, но в городе есть магазины, и у меня есть доллары."


Десять минут спустя Риццо тронулся в путь, свет погас.


Я передал: "Подсчитайте численность ваших команд, никто не остался с дерьмом".


Я увел Морана, Митча и Джинджер, Саломею и Дока Вилли. Передо мной были Риццо и Дикки, Монстр и Паркер - легко сказать, кто из них был монстром. "Монстр, даже отсюда ты выглядишь как гребаная Горилла, напялившая форму".


Мужчины рассмеялись, когда Монстр возмутился размером своей талии.


Риццо удалось пойти по своему собственному предыдущему следу, Моран жаловался, что Риццо оставил такой след. Вскоре мы взяли след животного, Моран жаловался, что Риццо ранее следовал по такому следу.


Примерно через два часа мы наткнулись в темноте на тлеющий лагерь и медленно обогнули его, до дороги оставалось полчаса. Риццо выбрал левую сторону дороги, внутри линии деревьев, и мы медленно побрели на юг, пригибаясь всякий раз, когда мимо проезжала машина, к нескольким заболоченным канавам, чтобы избежать столкновения в темноте.


Дойдя до ветхого деревянного кафе, нам пришлось свернуть налево и обойти вокруг, на нас лаяли собаки. Проехав милю, мы нашли двадцать тел на обочине дороги, гражданских, как женщин, так и мужчин. Тела еще не пахли, значит, их убили сегодня.


Моран отметил: "Вот и все для местных сердец и умов".


Когда вдали показались оранжевые уличные огни города, мы разделились, американские команды парами перешли дорогу в достаточно темном месте, чтобы пересечь его незамеченными, никаких блокпостов не было видно.


С "Морскими котиками" через дорогу мы медленно продвигались на юг, как две команды параллельно, вскоре до первого блокпоста, десять человек сидели вокруг, засунув большие пальцы за задницы, один использовал свою винтовку как клюшку для гольфа, чтобы отбивать камни.


"Наденьте глушители".


Я надел глушитель, когда позади меня раздались тихие щелчки. "Румпель и Брас, Мерфи и Терри, сюда, наверх".


Они переместились вверх, просто черные пятна.


Я прошептал: "Мерфи, Терри, мужчины справа. Румпель и скоба, люди слева. Моран, Джинджер, центральная область. Ожидание." Я выбрал дерево и прицелился. "Три ... два ... один ... огонь". Я ударил человека в грудь и отбросил его назад. Десять тихих щелчков, и все было кончено. Залаяла собака, Мерфи заставил ее замолчать.


"Мерфи, не ешь эту собаку".


Раздался тихий смех, когда я вывел их спринтом к телам, вскоре оттащив их прочь, а их винтовки забросив в кусты. Я мог видеть двух котиков, стоявших на коленях и нацелившихся на город, готовых. Вскоре мы вернулись на деревья и двинулись на юг.


Моран фыркнул. "Что это?"


"Бензин", - подсказал я.


"Где это?"


Мы шли дальше, запах был повсюду.


"Мерфи, Терри, вперед, проверьте эти дома".


Они подбежали к домам и заглянули внутрь, вскоре прибежав обратно. "В этих домах стоят бочки, босс".


"Люди внутри?"


"Не живые, какие-то тела".


Я передал: "Отступай, быстро. Морские котики, ты в деле?"


"Продолжай".


"Здесь есть дома, полные бензина. Отойди немного назад."


"Резко отступаю".


Вернувшись за контрольно-пропускной пункт, я сказал Мерфи: "Ты помнишь, где были бочки?"


"Да, вроде того".


"Тогда попробуй поразить их, Дэйви Крокетт".


Он обошел джип и опустился на колени, прицелился и выстрелил три раза, ночь сменилась днем, вторая вспышка, третья, и эта часть города была хорошо освещена.


Я передал: "МОРСКИЕ КОТИКИ, идите глубже в деревья и на юг, пока не загорели здесь". Выключив радио, я прошипел: "За мной!" - и повел их по тропинке сотней ярдов на восток, затем на юг, в лес, свет от костров отбрасывал тени на верхушки деревьев.


В двухстах ярдах вниз по тропинке я нашел пустую хижину и забрался наверх, крыша скрипела и двигалась. Отсюда я мог видеть солдат, которые смотрели на огонь, сотню из них.


"Уилко - "МОРСКИМ котикам", сотня солдат, пятьдесят-шестьдесят ярдов к югу от костров. Обходи их стороной."


"Вас понял".


Шум нарастал, стены хижины двигались и медленно опускали меня на пол, складываясь, как картонная коробка.


"Это был дом какого-то бедняги", - пожаловался Моран, когда мужчины тихо засмеялись.


Благополучно спустившись с крыши, я двинулся на юг, обнаружив темную дорогу с домами, в которых горело несколько огней. "Крупным планом!" Я передал, затем побежал по дорожке. В конце дорожки был большой куст, разрушенная стена, а слева от меня было большое бетонное здание, но полуразрушенное.


"Снайперы, Румпель и Брейс, Мерфи и Терри, поднимитесь на крышу здесь слева и прицелитесь".


Я опустился на колени и вытер пот, вдалеке лаяли собаки. "Моран, Митч, Джинджер, Док, Саломея, нижний уровень".


Они вошли внутрь.


"Медики, внутри".


Я вызвал отряд эскадрильи "Б", и они опустились на колени рядом со мной, Риццо позади меня. "Риццо, видишь то трехэтажное здание, поднимайся в него. Тихо идите налево."


Его команда прошла мимо.


Я передал: "Николсон, что ты видишь?"


"Дерьмовая куча солдат там, внизу, справа от вас, наблюдают за огнем и чего-то ждут".


"Посмотри налево и доложи". Я ждал.


"Говорят некоторые солдаты... в трехстах ярдах вниз стояли вокруг нескольких джипов, несколько солдат возле кафе в центре, несколько возле бара, несколько тел на улицах. Эти парни выглядят как куча дерьма."


"Что находится по другую сторону этого большого куста?"


"Не сильно, они могут поразить тебя оттуда, где они находятся".


"Если бы мы стреляли из-за кустов, в кого бы мы попали?"


"Ты бы сразил тридцать из них".


"Моран, есть вид на юг?"


"Да".


"Займи мальчиков там, внизу, когда начнется веселье. Когда я стреляю, люди на крыше поражают солдат дальше на запад, затем подходящие цели. МОРСКИЕ КОТИКИ, ты в деле?"


"У нас есть небольшая возвышенность, земляной вал, и у нас есть четкий снимок мальчиков, наблюдающих за барбекю".


"Целься в тех, кто тебе ближе всего. Ожидание. Риццо, ты готов?"


"Да, на верхнем этаже пусто".


Я помахал командам SAS и выстроил их на коленях, целясь сквозь кустарник. Я попросил Сашу развернуться и посмотреть на трассу позади нас. Постоянным игрокам SAS я сказал: "Залп огня, длинная очередь, затем по мне".


Я достал свой журнал и взвесил его, вернул обратно, проверил настройки. Я тяжело вздохнул. "Ожидание".


Я прицелился, перевел дыхание и выстрелил, разбрызгивая слева направо адский рев, когда двадцать человек стреляли рядом со мной, восемь выше. Я вскочил и побежал, миновал брешь и на секунду оказался незащищенным, и врезался в стену, когда мужчины подошли ко мне сзади. Увидев человека, целящегося в эту сторону, я дважды попал в него, когда завсегдатаи пробегали мимо позади меня.


Развернувшись направо, я пробежал мимо стоящих на коленях солдат к углу, сбив человека, бегущего в этом направлении.


Я остановился и опустился на колени. "Николсон, докладывай".


"Большинство ранено, остальные побежали на север, раненые передвигаются".


"Морские котики, докладывайте".


"Чертова охота на индейку, сейчас почти никого не видно".


"Моран, что они делают на юге?"


"Они убежали, те, кто еще жив".


"Риццо, у тебя есть какие-нибудь движения?"


"Нет, они свалили".


"Морские котики, стоять крепко, снайперы остаются, всем остальным отступить по тропе, удвоить время. Риццо, спустись ко мне."


Я подождал, пока они побежали обратно, вскоре последовала группа Морана, и мы побежали до конца темной дорожки и скрылись за деревьями. Я передал: "Численность, перегруппировка, рассредоточение, отдых. Николсон, ты в деле?"


"Вот, босс".


"Попадание в любое движение, десятиминутный отчет мне".


"Что ты думаешь?" - Спросил Моран.


"Загоняй их до рассвета, может быть, еще бензина или взрывчатки".


Мы услышали свист, минометный обстрел в четырехстах ярдах к северу, ощущаемый сквозь землю.


"Дерьмовая, блядь, цель", - отметил Риццо.


Второй залп, а минометы не приближались.


"Николсон, ты видишь минометы?"


"Я видел вспышку в тысяче ярдов к югу. Похоже, там корабль."


"Вы хотите сказать, что минометы находятся на корабле?"


"Может быть, или рядом с ним".


"Ты видишь электрические коробки на столбах?"


"Да".


"Тогда собери немного в южном конце".


Десять минут спустя он снова включился. "Там сейчас темнее, сегодня вечером телевизора нет".


"Зачем вырубать свет?" - Спросил Док Вилли.


"Заставь их думать, что мы хотим, чтобы было темно, чтобы проникнуть туда тайком. Они будут стрелять по теням."


"Здесь Мерфи, босс, и я застрелил парня, который стоял на крыше с биноклем".


"Хорошая работа".


Я услышал рычание, увидел черные очертания. "Эта собака хочет напасть или немного любви?"


Риццо дважды выстрелил в собаку. "Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть".


Две минуты спустя на дорожке появилась женщина. "Нуки, Нуки, иди сюда, мальчик".


Тихое хихиканье прокатилось по команде.


"Риццо, ты бессердечный ублюдок", - крикнул Моран.


"Откуда мне было знать".


"Приближается бронетранспортер", - пришло от Томо.


В каком направлении?


"Слева".


"Бей по шинам".


Пришло опоздание на пять минут: "Машина остановлена, водитель выходит и осматривает свои шины. Ну, он был таким до того, как мы его застрелили."


Наступила тишина, и прошел час, пока мы сидели в темноте, а древесные лягушки пели нам серенаду.


Когда зазвонил мой телефон, это был сержант Тобо. "Сэр, это сержант Тобо звонит вам по телефону".


Я улыбнулся. "Продолжай".


"Я поговорил с прежним другом-солдатом, и теперь он очень несчастен, много мужчин погибло, и им не понравится убивать женщин и мужчин".


"Где он?"


"Он должен быть в городе Эмджоло, сэр".


"Предложи ему деньги, от меня, хорошие деньги за информацию".


"Я говорю ему, чтобы вы присмотрели за ним, да, сэр, и он спрашивает, что он может сделать".


"Спроси его, кто был на самолете, который разбился и сгорел, и сколько человек все еще в Кот-д'Ивуаре и Конго".


"Я спрашиваю его сейчас, сэр".


Он перезвонил через пять минут. "Это сержант Тобо, сэр".


"Продолжай".


"Он сказал, что много людей погибло, когда самолет приземлился и загорелся, он видел вниз из своего окна, сэр. И затем он приземлился на дороге на юге, недалеко от Эмджоло, но теперь несколько человек готовятся приземлиться на самолете в Гвинее, где ее бомбили раньше, но не возражают приземлиться там, где я впервые встречаю вас, сэр."


"Сколько человек?"


"Четыре больших самолета, сэр".


"Когда они приземляются?"


"Некоторые сейчас, сэр, некоторые скоро".


"Где ты сейчас?"


"В десяти милях к югу от того места".


"Доберись туда быстро, понаблюдай за людьми и доложи". Я стоял во весь рост. "Морские котики, ты в деле?"


"Продолжай".


"Мы возвращаемся на шахту, там проблемы, ты остаешься здесь и медленно изматываешь их, стреляй издалека, не ходи в город, держи меня в курсе".


"Вас понял".


Я передал: "Снайперы, ответьте мне, удвоенное время. Всем приготовиться двигаться на север по дороге." Я позвонил Харрису, когда мужчины встали и приготовились. "Мне нужны чинуки, город Эмджоло, в миле к северу, они приземляются на дороге, когда видят нас. Как можно быстрее, и пумы, если они доступны. Сообщаю всем, повстанцы высадились в Гвинее, будут наступать на юг."


Я позвонил Рокко, когда пришли мои снайперы. Старший сержант, ожидайте неприятностей с севера, мы возвращаемся. Сколько там британских солдат?"


"Сотня, разношерстный народ. Некоторые из них - долбаные участники группы и повара."


"Пусть они приготовятся, но повстанцам потребуется несколько часов, чтобы добраться до вас, если они пойдут пешком".


"Я соберу команды на линии деревьев".


"Когда мы доберемся туда, нам понадобятся джипы и грузовики".


Я повел команды обратно тем путем, которым мы пришли после подсчета численности, вызвав Слайдера. "Где ты?"


"Стреляю по городу, сейчас не вижу много солдат".


"Скоро я собираюсь прислать за тобой "Чинуков". Оставив французское Эхо только для того, чтобы подстрелить и измотать их, основные силы высадились в Гвинее, чтобы нанести удар по нефтяным районам. Отойдите на милю к северу и ждите у дороги."


"Скоро переезжаем".


Мы двигались мимо сожженных домов, некоторые из которых все еще тлели, воздух был полон дыма и горелой резины. Найдя след, я пошел по нему, но увидел человека слишком поздно. Мой выстрел убил его, но не раньше, чем он выстрелил.


Я услышал крик, женский. "Кто ранен?"


"Медик".


"Неси ее, мы уходим!" Я повел их за собой. "Мортен, выкрикни это!"


Через минуту он сказал: "Серьезная царапина, глубокая, но она справится".


"Подлатай ее по ходу дела, скоро вернемся на шахту". За блокпостом я заставил их выбрать дорогу. Разделитесь на группы, следите за линией деревьев. Мерфи, Терри, румпель и Брейс, вперед на сто ярдов."


Они пробежали мимо.


Я махнул своей команде и, вернувшись, обнаружил Монстра, несущего леди-капрала на спине. "Ты в порядке?" Я спросил ее.


"Жалит, как сука, сэр, но уже немеет".


"Вертолеты скоро будут здесь". Я передал: "Последняя команда, идите задом наперед, проверьте наш тыл".


Вернувшись на фронт, Мерфи встал на колени и выстрелил, убив двух повстанцев на деревьях.


Проходя мимо кафе, мы были замечены ошеломленными местными жителями. Я помахал рукой и улыбнулся, чтобы заверить их, что мы не похожи на повстанцев.


Прошло десять минут, и мы услышали тяжелый гул, вскоре увидели "Чинуков", вспыхнули факелы. Они окружили нас и сели перед нами.


"Приготовьте безопасное оружие, затем доставьте раненого медика на борт, сначала обычных солдат SAS. Вперед."


Они пробежали мимо меня и вошли, "Чинук" тронулся с места и уехал, когда мы побежали ко второму "Чинуку". Я опустился на колени и помахал Эхо, все на борт, на двадцать четыре монстра меньше, чем у Слайдера, на четыре монстра меньше, и Рокко был на шахте, мой отряд постоянных клиентов со Слайдером.


Я был последним на борту, взглянул вниз по дороге, никто не видел, как подбегал, большой палец вверх к члену экипажа.


Вскоре мы катились по дороге, как самолет, вверх и влево, десять минут громкой вибрации, потом обратно в шахту и вниз, на исходе. Я отправил "Чинуков" за Слайдером, 1ST Батальон и Стиффи.


Возле главного здания я позвал старших мужчин. Они собрались вокруг меня в свете, падающем из здания. "Снайперы, здесь, на крыше, на высокой башне. Поверни это, приготовь напиток. Вперед!"


Они убежали.


Риццо, Дикки, Тиллер и Брейс, Мерфи и Терри, Монстр, Паркер. Вы идете на северо-запад, находите дорогу через реку, в шести милях к северо-западу находятся нефтяные вышки. Представьтесь, затем спрячьтесь в лесу и ожидайте неприятностей, защищайте рабочих. По пути поищи, не прокрался ли кто-нибудь. Вперед!"


Риццо увел их.


Я указал на сержанта эскадрильи "Б". "Веди постоянных прямо на север, там есть тропа. Вы попадаете в реку и можете видеть, где люди переходят ее, следите за другими берегами."


"Я помню это".


"Устройте засаду на этой стороне реки, будьте осторожны, в кого стреляете, потому что у нас будут патрули. Вперед!"


"Мистер Хейнс, главное здание и линия деревьев. Вы хватаете местных солдат и организуете их вместе с Рокко. Найди этого капитана."


Он увел своих людей.


Я завел Морана и Джинджер, Митча, Дока Вилли и Саломею внутрь.


Я нашел Мортена, посещающего свою леди капрал, теперь в футболке, сиськи торчат из коричневой футболки с пятнами пота. "Как это?"


"Нужна операция, чтобы спасти руку".


"Я заведу пуму". Я вышел наружу, когда вошли две пумы, поэтому я побежал к ним. Две группы британских солдат спрыгнули вниз. "Найди старшего сержанта Роко", - приказал я. Они убежали.


Я махнул рукой матросу и крикнул ему в ухо. "У нас есть раненые для Фритауна!"


Он кивнул, прежде чем я побежал обратно. "Медики, Пума ждет!"


Капрал вышла сама с Мортеном, сержантом-медиком, чтобы отвезти ее во Фритаун, обе Пумы вскоре ушли.


Я мог видеть солдат с GPMGS. "Вы, мужчины, готовьтесь выдвигаться". Я нашел местного капитана. "Мне нужен грузовик".


Он позвал капрала, который подбежал, остановился и отдал честь.


Я сказал тому капралу: "Люди, которые только что прибыли, люди с GPMG, погрузите их на грузовик и доставьте в район добычи нефти, защитите рабочих. Пусть грузовик вернется за припасами. Добавьте несколько человек к их числу. Вперед!"


Мужчины поднялись на борт, но грузовику пришлось медленно объезжать обломки, прежде чем он помчался по взлетно-посадочной полосе.


Громкие "Чинуки" объявили о своем возвращении, люди вскоре выскочили и побежали ко мне, Слайдер впереди.


"1ST Батальон!" Они пришли. "Идите на запад через шахту к реке, разделитесь парами на расстоянии двадцати метров друг от друга, следите за рекой на предмет любых неприятных сюрпризов, пересекающих реку. Достань немного воды изнутри. Вперед!"


Они быстро прошли мимо главного здания.


Слайдер, подожди здесь, пока у нас не будет цели, иди по главной дороге на север. Налей себе пива."


Мой телефон зазвонил. "Это Свифти, мы только что приземлились".


"Поезжай на рудник, там "Чинуки", будь готов к неприятностям".


Он перезвонил через десять минут. "Янки только что приземлились".


"Отправьте их на грузовиках к шахте, или они могут использовать "Чинуки" после вас, попросите присутствующего старшего офицера - британца - перевезти их, как только он сможет. Если они едут на грузовиках, они вооружены и настороже."


"Ты на связи?"


"Что ж, давайте посмотрим. Мы сбили три Ан-12, затем двинулись на восток, сбили четыре Ми-8, атаковали два города, и теперь мы вернулись на чашку чая."


"О, тогда все, спокойный день".


"Когда ты доберешься сюда, мы сможем отдохнуть!"


"Скоро буду, поставь чайник".


Внутри я обнаружил обеспокоенных нефтяников. Я указал на менеджера. "Вызови своих людей за границу, эвакуируй их сюда".


"А как насчет этого? Безопасно ли это?"


"У нас повсюду мужчины, их сотни. Расслабься."


Не выглядя расслабленным, он подошел к телефону.


Выйдя на улицу, я позвонил Харрису и ввел его в курс дела.


Он сообщил: "На рассвете французские солдаты двинутся по этим двум дорогам к городам".


"Не так уж много повстанцев осталось в живых", - сказал я ему. "Я думаю, что хорошие мальчики приземлились здесь. Расскажи им о тайной дороге."


"Тайная дорога"?


Повстанцы использовали бульдозеры, чтобы проложить грунтовую дорогу от одной дороги к другой, но мы заблокировали ее. Если они пролетят над нами, то увидят это." Я перечислил команды здесь и те, что все еще на востоке.


Звонок закончился, мой телефон сразу же зазвонил. "Это сержант Тобо, говорит по телефону, сэр".


"Продолжай".


"Мы видим, как люди ди движутся на юг, много мужчин, и у них есть РПГ ди и ракеты, а также ракета ди для самолета ди".


"Хорошо, спасибо, продолжай наблюдать за ними, чтобы тебя не заметили".


Я позвонил Харрису. "Обновите Фритаун, у повстанцев есть ракеты с тепловой самонаведением, запрещены полеты в районе границы с Гвинеей. Обновите флот и французские подразделения здесь, в Либерии. О, эти маленькие самолеты, самолет королевских ВВС, пусть приготовятся к наземным атакам на рассвете."


Два "Чинука" с грохотом ворвались десять минут спустя, "Свифти" вывел "британских волков" с 14 разведчиками плюс группой валлийских охранников.


Я отправил валлийских гвардейцев к капитану, чтобы расставить людей на линии деревьев, затем помахал Волкам и 14 разведчикам. "Слушайте внимательно. К нам на юг движутся триста повстанцев, они будут здесь через несколько часов, так что у вас есть время перекусить.


"Свифти, волки, будьте готовы выступить через полчаса, соберите вещи, воду и пайки.


"Робби, через час отправляйся с разведданными 14 на север к реке, там эскадрилья "Б". Идите на запад на триста ярдов, парами по лесу на расстоянии десяти ярдов друг от друга, устраивайтесь поудобнее, но будьте начеку, над рекой вас может ждать неприятный сюрприз. Французы на реке к западу от нас."


После разговора со Свифти и Робби о том беспорядке, который мы здесь устроили, я собрал капитана и сержанта валлийской гвардии, местного капитана и его сержанта, а также Хейнса и Рокко.


"Пройдитесь вверх и вниз по линии деревьев, расположите своих людей парами прямо внутри, в надежном укрытии, накиньте пончо на случай дождя. Расположите их на расстоянии двадцати ярдов друг от друга, и они будут слушать столько же, сколько смотреть. Никто не должен пробираться сквозь деревья, поэтому, если они кого-то заметят, они стреляют.


"Наши патрули приходят и уходят, но они будут использовать главную дорогу. Соберите хорошую команду на главной трассе, но не стреляйте без уверенности, кричите предупреждающе, зажигайте фонарик. Скажите людям, чтобы они сообщали о неприятностях, прежде чем стрелять, если смогут. Мистер Хейнс, отправьте двух своих людей на главную трассу, они объявят об этом, сержант там.


"Убедитесь, что люди спят по очереди, по два часа за раз, и что у них есть еда и вода, будьте готовы к действию через три часа или на рассвете, повстанцы идут этим путем. Имейте в виду французов, на западе у реки, на севере у реки. Никаких блужданий."


"А как насчет черных солдат?" спросил местный капитан.


"Хороши ли они?" Я задавался вопросом.


"Да, солидные мужчины".


"Пусть они займут восточный конец, четыреста ярдов, рассредоточившись вдоль".


Я предоставил им самим организовываться.


В милом кафе-баре, когда Митч ел сэндвич и сидел за милым столиком, он спросил: "Какой у нас план на игру?"


"Они идут на юг, к нам сюда. Я сомневаюсь, что они хотят повредить нефтяное предприятие или убить нефтяников, это сделало бы бессмысленным захват власти здесь. Итак ... понятия не имею, чего они хотят, кроме как пройти мимо и напасть на Монровию."


"Долгая прогулка", - отметил Док Вилли. "И ты сказал, что у них есть блокпосты и бронетранспортеры к югу от нас".


Я кивнул. "Если бы я был циничным человеком, я мог бы подумать, что они были здесь, чтобы уничтожить нефтяное предприятие, от имени кого-то, кто не хочет, чтобы это место развивалось. Может быть, нигерийцы. Но даже нигерийцы хотели бы, чтобы нефть текла рекой, так что ... хуй знает."


"Они придут за тобой?" Саломея позировала.


"На самом деле, это может иметь смысл, да. Они добираются сюда, берут заложников, зная, что меня призовут спасти этих заложников. Но их планирование - дерьмо, а мы добрались сюда первыми."


Моран отметил: "Откуда-то у них появилось больше самолетов".


Я поднял палец, достал свой телефон и вышел, позвонив Либинтову. "Это Петров".


"Ах, я видел изображения тех разбившихся самолетов в новостях, затем немного покопался. Они принадлежат южноафриканцу Ван де Бергу. Он занимается шахтами и нефтью."


"Я думаю, ему может понадобиться ссуда на несколько новых самолетов".


"Да, конечно".


"Для высадки солдат в Гвинее использовались другие транспорты, есть какие-нибудь подсказки?"


"Я поспрашиваю вокруг, но кое-кто идет на многое, чтобы сохранить в тайне свои деловые интересы".


Размышляя о том, как изображения попали в новости, я позвонил Бобу Стейнсу. "Ван де Берг в Южной Африке, начинай копать, он занимается нефтью и шахтами - и посылает людей напасть на меня. Посмотрим, знает ли его Банкир."


"Он здесь. Подожди."


Через минуту раздалось: "Петров, как дела?"


"Ты знаешь, как обычно, в битве".


"Этот человек Ван де Берг попросил взаймы".


"Он очень скоро умрет".


"Итак, неудачное деловое предложение для меня".


"Скажи ему, что Петров заблокировал это, это выведет его из себя. И деньги были бы использованы, чтобы попытаться перехватить нефтяную сделку Томска в Либерии."


"Ах, ну, мы бы не хотели финансировать это, я сильно вложился в это".


"Но... если вы сможете обеспечить его активы выгодной сделкой, а я убью его, и он не выполнит своих обязательств ..."


"Да, я мог бы хорошо зарабатывать".


"Сделай это, но прикройся, поговори с Томском сейчас, на случай, если он услышит об этом".


Боб вернулся. "Проведи кое-какие исследования о нашем друге", - сказал я ему.


"У Леона уже есть подробная финансовая карта".


"Посадите ╧ 7 на самолет до Южной Африки с подкреплением".


"Я позвоню ей сейчас, она практиковалась в карманных кражах и взломе домов, и у нее хороший пентхаус с видом на море".


"Похоже, она нашла свою нишу", - съязвил я.


Когда Свифти и его волки были готовы, я сказал им: "Идите на север по тропинке к реке, там дежурит эскадрилья "Б", так что не стреляйте друг в друга, переходите, поднимайтесь по тропинке, не оставляя мокрых следов, на милю и рассредоточивайтесь. Отправьте команду до самой дороги, четырех человек. Прячься, наблюдай и докладывай, не вступай в бой."


Свифти увел их.


Внутри у Робби была куриная ножка.


"Это мило?" - Саркастически спросил я.


"Отлично, но позже мне захочется пить".


Мортен сидел с холодным напитком и выглядел усталым.


"Твоя девушка, она поправится?" Я спросил.


"Эта рана, вероятно, будет означать выписку, мышца никогда не восстановится. Она могла вести продуктивную жизнь, но не могла взять в руки винтовку."


"Жалость".


"Она будет в реабилитационном центре целую вечность. Но вы не можете заново нарастить мышцы."


"Та девушка, убитая в Анголе ..."


"Да, я знал ее. Мы потеряли не слишком много, не учитывая риски." Он ущипнул себя между глаз.


"Отдохни здесь часок, хорошая кровать".


"Поражает тебя, когда заканчивается выброс адреналина", - отметил он.


"Пусть все ваши люди лягут полностью одетыми, ничего не происходит в течение двух часов. Нам нужно, чтобы ты проснулся позже."


Он кивнул.


Громко приземлилась Пума, вошел майор, когда я схватил немного еды.


"Я майор Бентон, связной полковника, штаб-квартира во Фритауне". Мы пожали друг другу руки.


"Устраивайтесь поудобнее, у вас есть два часа до начала съемок".


"Чего мы здесь ожидаем?"


"До четырехсот повстанцев высадились на север, видели, как они шли этим путем. Не уверен, что у них на уме, но я уверен, что они не туристы."


"Нет, вполне. Что ж, мы укрепили границу, выставили патрули."


Меня вызвали, прибыли грузовики, почти шестьдесят гражданских рабочих из нефтяного района. Я встретил их снаружи. "Кто остался в нефтяном районе?"


"Никто".


"Как насчет защитного покрытия, пожаров?"


"Нефть пока не качается. Есть кое-какой набор, который можно украсть, домики, компьютеры. Ты Уилко?"


"Я есть".


"Я прочитал книгу", - сказал он мне. Я вздохнул. Он достал из рюкзака ручку, протянул мне, чтобы я расписался.


"Ты должен мне пиво", - сказал я ему.


"Бар внутри".


"Мы не можем пить, грядут неприятности. Найдите комнату внутри, по шесть или восемь человек в комнате, устраивайтесь поудобнее, это прочное здание, хижины не остановят пулю."


"Что за паника, в любом случае?" - спросил мужчина.


"Четыреста вооруженных до зубов повстанцев идут сюда".


"У меня есть винтовка, я пристрелю нескольких ублюдков".


Возможно, до этого дойдет на рассвете. Отдохни немного."


Они вошли внутрь.


Я позвал местного капитана. "Убедитесь, что в хижинах нет гражданских, затем составьте список всех имен гражданских здесь".


Я вызвал всех тех участников Echo, которые были внутри. "Некоторые из этих нефтяников могли взять деньги, так что держитесь подальше от этого здания. Если вам нужно быть внутри, ищите бомбы, всегда группами, будьте осторожны."


"Я наблюдаю за ними", - предложила Саломея. "Я разговариваю с ними, я хорош в общении со шпионами".


"Сделай это, но будь осторожен. Предупредите мистера Мортена; у одного из этих ублюдков может быть бомба в рюкзаке. И Саломея, ищите южноафриканцев."


Она направилась обратно.


"Я возьму крышу", - предложил Моран, Митч согласился.


Звонила Тинкер. "Ты поздно встал?" Я спросил.


"Сейчас 11 вечера, и вы находитесь в том же часовом поясе", - раздраженно отметил он.


"Это был долгий день для меня. Что у тебя есть?"


"Телефон человека в самолете, он ведет обратно в Конго, как и ожидалось, и Йоханнесбург".


"В Южной Африке есть человек, Ван де Берг, и он финансировал самолет. Не уверен, какова его роль, но он ищет займы у преступного мира."


"К северу от вас звонит телефон, подключенный по близости".


"Повстанцы высаживаются в Гвинее, да, идут на юг".


"Это в двух милях к северо-западу".


"Это неприлично. Это движется?"


"Был статичным в течение нескольких часов".


"Мне нужно идти". Я нашел Сашу и собрал его команду, готовую к работе. "Вы идете на север к реке, там эскадрон "Б" - не стреляйте друг в друга, переходите, затем идите на запад на милю, затем на северо-запад, там неподвижная позиция, могут быть минометы. Будь очень осторожен, у них есть несколько профессиональных парней. Отчитайся передо мной, прежде чем стрелять. Вперед."


Они ушли, болтая по-русски.


Риццо позвонил час спустя. "Мы на руднике, он весь освещен, и мы на юге, на краю, хотя здесь ни одного ублюдка".


"Они все приехали сюда. Найдите хорошее место, какую-нибудь возвышенность, приготовьтесь, потому что к вам приближаются три или четыре сотни повстанцев. Здесь представлена тактика "Бей и убегай". И за вами, в двух милях от нас, неподвижная команда повстанцев, так что следите за своим тылом. При любом контакте звони мне."


"Мы будем держаться на этой высоте, нам почти все видно".


"Эти повстанцы должны быть с вами через час, готовьте пиво сейчас".


Громкие "Чинуки" объявили о своем приближении, и я вышел на подиум вместе с Мораном. Хвост опустился, и я увидел, как сержанты "Американского волка" вывели своих людей наружу и направились ко мне, обходя обгоревшие обломки, все изучали их, проходя мимо.


Сержант улыбнулся и отдал честь. "Заварил кашу, сэр".


"Да, это нужно будет подмести. Подключись к моей частоте радиосвязи, затем отправь сержанта с восемью людьми к реке." Я указал. "Ищите людей, переходящих границу".


"Чинуки" с грохотом унеслись прочь, команда, посланная через шахту.


"Следующий сержант, восемь человек, возвращайтесь к концу этой взлетно-посадочной полосы, к воротам, прячьтесь вдоль подъездной дороги, приближаются неприятности". Команда тронулась, тяжелое снаряжение было брошено у края взлетно-посадочной полосы.


"Пока размести остальных в коричневых деревянных хижинах, а потом возвращайся ко мне".


Когда он вернулся, я подробно описал, что где было, патрулирование, повстанцы приближаются.


"И какой здесь план?"


"Сначала нам нужно знать, что у них на уме, затем мы реагируем. Зайди внутрь и принеси свежей воды, и там есть немного еды."


"У нас в аэропорту много пресной воды", - сообщил он мне.


Когда "Чинуки" вернулись, у нас был большой отряд волков, но я бы не стал посылать их ночью небольшими группами, пока нет.


Капитан и его сержанты пришли ко мне, и я снова подробно рассказал, что где было.


"Возле хижин есть несколько траншей", - отметил капитан.


"Направьте туда несколько человек, но будьте осторожны, в кого стреляете, здесь, в Ист-Энде, чернокожие либерийские солдаты".


"Мы ожидаем поступления?"


"Всегда", - сказал я ему, и его команда улыбнулась.


Я позвонил в Лондон и попросил их дать задание флоту атаковать "Рысь" примерно через час или на рассвете.


Саломея вышла ко мне. "Есть два южноафриканца, один подозрительный".


"Не спускай с него глаз, и если у него есть сумка ... обыщи под дулом пистолета, мне плевать, если он будет жаловаться. Попроси Митча поддержать тебя."


Мы с Митчем пошли за ней обратно в дом, и я заказал себе кофе, пока мужчины задавали мне вопросы о Панаме и книге. Крик, выстрел, и я выхватил пистолет. "Все вы, резервисты, сохраняйте спокойствие".


Саломея вышла из комнаты, в одной руке у нее был мобильный телефон, в другой - бомба. Она ждала, уставившись на меня.


"Я говорю, что это делает его виновным, да. Подбрось бомбу, а затем пристрели ее."


Митч вытащил мужчину и повалил его на землю, у того была прострелена коленная чашечка, Мортен оказал помощь.


"Свяжи его", - сказал я Мортену. Я столкнулся с мужчинами в кафе-баре. "Он собирался установить эту бомбу здесь. Теперь вас всех будут обыскивать, и любой, кто замешкается - получит пулю. Кто знает этого человека?"


"Да, мы взяли его из агентства".


"Был ли он дружелюбен с кем-нибудь конкретно?"


Он указал на мужчину, который теперь выглядел обеспокоенным.


Митч направил пистолет мужчине в голову. "Одно маленькое движение, и я убью тебя".


Мужчина медленно поднял руки.


Я указал на мужчину рядом с ним. "Обыщи его".


При обыске был обнаружен спутниковый телефон, бомбы нет, при взрыве снаружи видели, как люди пригибались. Я вывел нашего раненого наружу, Док Вилли тащил его, и я последовал за ним.


Стоя над мужчиной, я начал: "Ты можешь поговорить со мной, или мы передадим тебя президенту в Монровии. Он выколет тебе глаза, кастрирует тебя, а потом ... потом он станет противным. А что касается Ван де Берга, он скоро умрет, так что не беспокойся о том, что он придет за тобой. Если ты поговоришь со мной, тебя отпустят в следующем городе."


Он с вызовом посмотрел вверх на мгновение, затем опустил голову. "Солдаты высадились на север и движутся сюда, три сотни".


"Мы знаем. И у нас здесь четыреста солдат спецназа."


Он казался опустошенным.


"Их цель - захватить здесь заложников?"


"Нет, чтобы разрушить нефтяную инфраструктуру".


"И там я подумал, что они хотели это запечатлеть".


"Они сделали, затем изменили план. Кто-то заплатил им, чтобы они уничтожили это сегодня утром."


"И что ты знаешь о Мголо, он же Дэвидсон?"


"Дэвидсон?"


"Он марионетка ЦРУ, или был им, пока они не освободили его, он вырос в Штатах".


Он был озадачен этим. "Мголо? Он убивает людей публично, чтобы поддерживать страх."


"Хороший актер. Так где же он?"


"В Конго".


"Чанженге".


"Да".


"Итак, кто заплатил им этим утром?"


"Я не знаю, но они получили банковский перевод в Йоханнесбурге".


Местный капитан приблизился, чтобы послушать. Я встретился с ним лицом к лицу. Высади этого человека в местном городке, это приказ, не спорь. Возьми джип."


Озадаченно нахмурившись, он организовал джип и водителя.


Я уставился на нашего раненого пленника. "Есть ли взрывчатка на нефтяных скважинах?"


"Они принесут немного".


Когда мужчине помогли сесть в джип, а Саломея протестовала против того, что он все еще жив, я приказал американским волкам построиться, сделав вызов "Чинукам". Были вызваны волки в шахте и те, что находились у главных ворот.


Беспилотник долетел до нас двадцать минут спустя, американские команды Wolf отправились на борт с сержантами, капитан должен был сопровождать.


Я сказал ему: "Ты приземляешься у нефтяных вышек, лети на юг, там мои люди, распределись группами не менее чем по четыре человека, приготовься к перестрелке. Послушай совета моего человека, Риццо."


" Риццо? " с улыбкой пожаловался капитан.


"Я знаю, но он хорош в своей работе. Пусть ваши люди пригнутся и спрячутся, готовые стрелять."


"Чинуки" устремились на север, в черное ночное небо. По крайней мере, дождя не было.


Мой телефон зазвонил. "Это Саша, и мы видим несколько человек, четыре минометных орудия".


"Сколько человек?"


"Пока восемь".


Продолжайте наблюдать, но - вы знаете - не позволяйте им стрелять в нас. Когда вы будете уверены, где все люди, убейте их, направьте трубы на северо-запад."


"Хорошо".


"Мистер Хейнс!"


"Сюда!" - донеслось с крыши.


"У них установлены минометы на северо-западе, но Саша там, готовый стрелять по ним. Там могут быть другие минометные группы, так что будьте готовы уклониться."


Моран спросил: "Почему ты позволил этому парню уйти?"


"Как ты думаешь, как далеко он зайдет?" Я позвонил Майку Папе, мужчине, которого нужно забрать. Я сказал Морану: "Пройдись вокруг, посмотри, не ведут ли себя странно гражданские, загляни в окна".


Он ушел. Вернувшись в дом, я заказал кофе, настроение какое угодно, только не устоявшееся.


"Мы здесь в опасности?" - спросил мужчина.


"Немного, да. Но если бы это случилось без нашего присутствия здесь ... они бы убили вас всех и взорвали нефтяные вышки и новый трубопровод."


"Кто такие они?"


"Это засекречено". Я столкнулся с ними. "Сколько человек прочитали книгу "Призрак"?"


"Большинство поднятых рук".


"Когда об этом эпизоде напишут книгу, ты будешь в нем". Они обменялись взглядами, теперь уже менее испуганными. "Ты можешь рассказать своим детям и друзьям, что ты был здесь".


Разгорелась тихая дискуссия.


Старый толстый мужчина громко заявил: "Вы выстрелили этому человеку в ногу, и это незаконно".


"Он напал на мою женщину-офицера, когда она наставляла на него пистолет, и он случайно выстрелил, после чего мы оказали ему первую помощь".


"Чушь собачья".


"Ты был в комнате?" У него не было ответа. "Еще одно дерьмо от тебя, и я высажу тебя в городе. Ты можешь постоять за себя."


"Что ты с ним сделал?"


"По его желанию меня отвезли в город после того, как он снабдил меня информацией".


Другой человек сказал: "Он собирался убить нас всех, а ты позволил ему уйти. Это незаконно."


"Судить меня будет мое правительство, а не вы все. Имея шанс спасти жизни, ваши жизни, я заключил с ним сделку и придерживался ее."


Местный капитан, наконец, вернулся. Я спросил: "С нашим пленником все в порядке?"


"В местном отеле, сэр, послали за доктором. Хотя было странно позволить ему уйти."


"Я держу свое слово, и его свидетельства спасут жизни. Но все равно напиши отчет."


"Верно, сэр".


С возвращением "Чинуков" они переправили вторую половину "Американских волков" на северо-запад.


Полчаса спустя Пума приземлилась, Макс и Тревор спускались с двумя британскими сотрудниками прессы. Когда пришел Макс, я сказал ему узнать историю от гражданских и правильно написать их имена. И сфотографировать беспорядок утром.


"Это у меня на камере", - предложил мужчина, и Макс предложил ему несколько фунтов, заставив меня улыбнуться.


"Ты относишься к этим вещам легкомысленно", - пожаловался мужчина постарше.


"Это моя работа, я делаю это каждый день. К этому привыкаешь."


Саломея раздраженно фыркнула. "Почему мы вообще защищаем этих людей, отсылаем их".


"Они могут попасть в засаду на дороге", - сказал я ей. "Но утром мы можем отправить их, возможно, на "Чинуке". Они могут сидеть во Фритауне, пока их боссы не предложат больше денег, а затем вернуться." Я указал на мужчину. "Сколько ты зарабатываешь здесь в месяц?"


Он взглянул на остальных. "Четыре штуки в месяц, без налогов".


"Господи, это намного больше, чем я зарабатываю. Я даже не получаю гонораров за книгу или фильм. И ты все еще жалуешься."


Снаружи зазвонил мой телефон, бетонная крыша подавляла сигнал внутри.


"Это Риццо, и у нас компания, их чертовски много".


"Волки повержены?"


"Да, с нашей левой стороны, растянувшись вдоль, их, блядь, миллионы".


"Что делают повстанцы?"


"Они только что выяснили, что это место пусто".


"Следите за тем, чтобы они не закладывали взрывчатку, затем открывайте. Постарайся поймать как можно больше на открытом месте."


"Они все ходят, засунув большие пальцы в задницы".


"Это разочаровывает, думал, у них были хорошие парни. Посмотри позади себя, прежде чем открыть, пусть Волки развернутся."


Он перезвонил через пять минут. "У нас за спиной какое-то движение".


"Разверните треть волков, вы все разворачиваетесь и ложитесь, затем пусть Волки откроют огонь - вы сидите тихо, пока не увидите их".


"Хорошо".


Мой телефон сразу же зазвонил. "Это Саша, и мы убили этих людей, но получили несколько ран".


"Насколько серьезны раны?"


"Получил царапину и сквозное ранение, несколько заноз".


"Если вы можете уничтожить минометы или отнести их к реке, сделайте это, но следите за нашими людьми по ту сторону реки. Тогда возвращайся."


"Хорошо, мы медленно хромаем".


Я посмотрел номер и позвонил Робби. "Ты в порядке там, внизу?"


"Мы слышали отдаленную стрельбу".


"Это Саша. Он может подойти к вам и сбросить минометные трубы в реку, предупредить ваших людей, а затем оказать помощь - у него есть раненые."


"Хорошо, но в этой реке плещутся какие-то большие мерзкие твари".


"Пристрели их, киска".


Риццо перезвонил десять минут спустя, когда я стоял с Мораном снаружи. "Мы поражаем людей позади нас, но они включены. Мы убили, может быть, десятерых, отдыхаем, лежим и прячемся, сейчас стреляем."


"Сколько повстанцев было поймано на открытом месте в районе добычи нефти?"


"Около шестидесяти, сейчас они на линии деревьев, перестреливаются с Волками, они нас не видят".


Я позвонил в Пентагон и застал полковника Мэтьюза все еще за своим столом, но в Вашингтоне было не так уж поздно. "Сэр, ваши волки в самом разгаре, к рассвету будут раненые, сообщений пока нет. Но это хорошее испытание для них, мерзких джунглей и мерзких солдат-повстанцев."


"Сколько из них в действии?"


"Все они, сэр, в группе, ваши сержанты и офицеры с ними".


"Это большая сила. С чем они столкнулись?"


"Триста повстанцев, но восемьдесят уже мертвы".


"Они должны быть в состоянии легко постоять за себя, это хорошие шансы".


"Да, сэр. Но где же волки-ветераны?"


"Отправлено на корабли по запросу адмирала Джейкобса".


"Они видели какое-нибудь действие?"


"Они выполнили несколько разведывательных миссий, ни одного раненого, ни одного промаха. О них сообщают как о профессиональных и компетентных."


"Они видели достаточно экшена".


"Я буду дома всю ночь, держи меня в курсе".


"Позвоните этому капитану-волку, сэр, выясните это напрямую".


"Сойдет".


Я позвонил во Фритаун и устроил там полковнику длинную беседу, в конце концов позвонив Дэвиду Финчу. "Ты дома?"


"В отеле. Как дела?"


"Мы поймали южноафриканца с бомбой, и он признался, что план изменился, от захвата страны до разрушения нефтяной инфраструктуры. Ван де Берг в Южной Африке получил деньги этим утром и просьбу уничтожить нефть."


"А человек, который посылал деньги ..?"


"Вот в чем вопрос".


"Кому, черт возьми, было бы выгодно все разрушить?" Дэвид позировал.


"Это стоило бы денег, чтобы исправить, но мы бы начали все сначала".


"Может удержать некоторые компании от сотрудничества с Либерией".


"Нам нужно допросить Ван де Берга, и у меня есть люди, которые уже в пути".


"А Глубинное государство, мы уверены, что они здесь ни при чем?"


"Их первоначальный план состоял в том, чтобы захватить нефть, и я не вижу, какую выгоду они получают, откладывая нас на несколько месяцев".


"Эта нефть сделает Томск богатым, так что ... есть ли здесь какая-то причина, страх перед ним в некоторых кругах".


"Хорошее замечание, и да - Медельин может опасаться этого, но что касается Глубинного государства - они спрашивают меня, и я спрашиваю Томск. Зачем от него избавляться?"


"Это головоломка".


"Утром у нас будут раненые, напряженные бои в джунглях".


"Я не думаю, что слишком много людей задаются вопросом о том, чем ты занимаешься в эти дни".


"Некоторые из нефтяников так и сделали. Громко."


"Я поговорю с их боссами, и они лицензированы и застрахованы нами, так что они играют в мяч - или больше не работают".


Полчаса спустя Робби сообщил о больших всплесках и ругательствах на русском. Пятнадцать минут спустя вошла команда Саши, все промокшие, Мортен и Док Вилли наготове, кафе-бар скоро превратится в больницу - на полу беспорядок.


Саше извлекли занозу из ноги, второму мужчине болезненно извлекли несколько заноз из головы на глазах у нефтяников. Но, по крайней мере, ругательства были на русском.


Выходя, Свифти позвал. Он прошептал: "Мы заметили движение, маленькие незаметные группы. Если мы нападем на одну команду, то люди, стоящие сзади, достанут нас, так что эти ребята выпили свой кофе."


"Где они?"


"Спускаюсь по тропинке к реке".


"Пусть эскадрилья "Б" отвлечет их, затем использует глушители". Я отправил Рокко присоединиться к эскадрилье "Б" и предупредить их.


До нас донеслись тихие раскаты. Я передал: "Николсон, ты слушаешь?"


"Продолжай".


"Откуда это взялось?"


"Запад, французы".


"Будьте начеку, ищите группы, которые пробираются внутрь. Я вытащил волков с южной оконечности, так что будь начеку."


"Все белое, как снег, мы бы их увидели!" Это как Рождество."


"Ты бы стрелял в людей на Рождество, в сезон радости?" Я дразнил.


"Рождество - это особое время для того, чтобы стрелять в людей, потом ты ешь индейку и засыпаешь".


Хейнс обошел здание. "Я мог бы спускать людей в шахту".


"Мы не знаем, с какой стороны они придут, поэтому будьте готовы послать команду, когда мы узнаем. И у нас есть минометный расчет, по крайней мере, один минометный расчет."


Мой телефон зазвонил. "Это Риццо, и все стихло, теперь только странный выстрел. Эти, что рядом с нами, убрались восвояси, но на юг, к вам."


Оставайтесь неподвижными, защищайте нефтяные скважины до рассвета. Наливай себе пива. О, а как насчет британских солдат, которые были с тобой?"


"Здесь их нет".


Я посмотрел номер и позвонил капитану "Волков". "Это Уилко, ты в порядке там, наверху?"


"У нас двое убитых, восемь раненых", - раздался мрачный голос.


"Ты останешься до рассвета, я не смогу посадить вертолет до тех пор, слишком рискованно".


"Мы их подлатали, но один может и не выжить".


"У нас мало выбора, вертолет был бы обстрелян".


"Хотя убил многих из них".


"Оставайтесь внизу до рассвета, затем обходите патрули с флангов".


"Понял".


Я позвал Макса и рассказал ему историю, чтобы он немедленно передал ее агентству Рейтер.


"У того парня была цифровая камера, так что я получил снимки обломков и тел".


"Утром будешь чувствовать запах. Но у нас есть известь, по крайней мере, миллион тонн."


Мой телефон зазвонил. "Это Рокко, и мы застрелили первую группу пловцов, теперь это перестрелка в темноте".


"Свифти идет за ними, ударяя в хвост".


"Они знают, что не перейдут реку, так что эта компания отвалит".


"Зависит от того, насколько хорошо им платят. Французы тоже стреляют в них. Два американских волка убиты, но они потрепали основные силы. Возвращайся, если все стихнет."


Я пошел и нашел местного капитана. "Куда подевались британские солдаты в грузовиках?"


"К насосной станции, началу трубы, где сходятся три трубы".


"Они сообщили об этом?"


"Да, сэр, все спокойно".


"Предупреди их о мятежниках к северу от них".


"Там открытая местность, сэр, вся снесенная бульдозером, а также река и болото, хорошая оборонительная позиция".


Десять минут спустя залп был встречен хихиканьем в деревьях на востоке, короткой перестрелкой, раненый британский солдат доставлен с тяжелым ранением ноги. Он выглядел на восемнадцать лет. Я попросил капитана взять Пуму.


Рослый сержант доложил: "Четверо черных, сэр, мы убили их".


"Отличная работа, сержант, иди проверь все свои позиции".


"Верно, сэр".


Я спросил парня, не хочет ли он, чтобы я поговорил с его родителями, и он назвал номера, когда я их набирал. Снаружи я нажимаю на зеленую кнопку.


" Алло? " раздался голос.


"Этот мистер Хиллборо?"


"Да?"


Майор Уилко, британские спецназовцы, Либерия. Твой парень Майкл со мной."


"С ним все в порядке?"


"Ранен в ногу, но с ним все будет в порядке".


"Его мама будет волноваться, но у меня есть все вырезки из ваших кампаний, Майкл тоже любит их читать. Очень странно, что ты мне звонишь."


"Вы получите официальное уведомление из армии, но не волнуйтесь, он должен все уладить".


Внутри я десять минут говорил с молодым человеком о Панаме.


Рокко появился, когда "Пума" садилась, а нашего раненого подняли на борт. "Сержант-майор, у нас Чарли на линии деревьев. Не спускай глаз с этой двери."


"Должно быть, они переправились через реку дальше вверх по течению, возможно, от города".


Вспышка огня из самого высокого здания, и я заглянул вниз, в шахту, почти увидев черные пятна на более светлом фоне. Я установил автоматический режим и разрядил магазин, Рокко копирует, черные бобы убегают обратно к линии деревьев.


" вторая эскадрилья, " позвал я. "Сделай несколько выстрелов по линии деревьев на юге".


Восемь человек стреляли вниз, в шахту, и те мятежники, которые хотели подняться сюда, теперь будут сдержаны.


"Они зайдут сбоку", - заметил Роко.


"Ага. Мистер Хейнс, пожалуйста, четверо мужчин. - Я повернулся к Рокко. "Идите на запад, к деревьям, а затем спрячьтесь, но имейте в виду, что французы в трехстах ярдах ниже по склону, у реки".


Он встретил парней из 2-го эскадрона и побрел прочь, поднимая пыль.


Я передал: "Снайперы, всем командам, у нас есть команда из пяти человек, которая движется на запад к деревьям для операции, проверьте свой огонь". Опустившись на колени на краю шахты, я посмотрел вниз, увидел тела, но никто не был настолько глуп, чтобы попытаться подобраться к нам.


Я встал, увидел вспышку, RPG подбирался к нам. "Приближается!" Я наблюдал, как он полетел прямо к более высокому зданию, ударившись о стену, когда я опустился на колени, звякнув металлом об пол рядом со мной. Я снова встал. "2-я эскадрилья, ты в порядке?"


"Есть кусочек", - раздался крик.


"Спускайся сюда".


Я осмотрел рану на ноге, завел мужчину внутрь, медсестра вскоре извлекла металл и наложила четыре болезненных шва. Нога перевязана, я отправил его обратно наверх.


Снаружи я как раз вовремя увидел РПГ и пригнулся, голова пролетела надо мной и дальше, над деревьями и скрылась из виду.


Мой телефон зазвонил тридцать секунд спустя. "Это эскадрилья "Б", и с вашей стороны, с холма, прилетел РПГ..?"


"Стреляли с юга, прошло прямо над нами. Но не волнуйся, в этом не было ничего личного."


"О, ну тогда все в порядке".


"Там тихо?"


"Да, они свалили".


"Пошли мне несколько человек по следу".


Следующая РПГ попала в главное здание, но не попала в окна, никто не пострадал, парни из 2-го эскадрона громко жалуются. Четвертая РПГ попала в обломки самолета, никто не пострадал, пятая снова попала в главное здание, но без окон.


Вспышка огня на западе, и я смотрел в ту сторону.


"Это Николсон, и Рокко в ссоре с повстанцами".


"Не рискуй стрелять рядом с ними".


Вошли постоянные сотрудники SAS, их было восемь. "Где бы ты хотел, чтобы мы, красивые парни?"


"Встань на колени здесь, на краю шахты". Они опустились на колени. "Целься вниз, увидишь хижины, иди направо тридцать ярдов до деревьев. Каждому мужчине по одному журналу. Огонь."


Гогот нарастал быстро, деревья внизу разлетелись в клочья, и наши РПГ-бойцы, надеюсь, получили бы немного горячего свинца в болезненное место.


"Перезаряди", - наконец приказал я. "Оставайся возле этой двери, будь готов к тому, что несколько нахальных парней прокрадутся внутрь. Присматривай за хижинами там, внизу."


В ист-энде были зафиксированы выстрелы, и я посмотрел в ту сторону вместе с остальными. Молодые либерийские солдаты были в действии.


Сержант спросил меня: "Хороши ли эти молодые чернокожие?"


"Они знают, что с ними случится, если они проиграют здесь, поэтому они мотивированы. Здесь нет Женевской конвенции, поэтому они сражаются или умирают."


Вышел майор связи. "Нам ... нужно вызвать службу поддержки?" он спросил.


"Мы - поддержка. Больше никто. Но я занимался математикой, и у них заканчиваются теплые тела. По-моему, осталось около шестидесяти. Они потеряли половину своего числа на нефтяных вышках, многие здесь. Хуй знает, почему они все еще сражаются, им, должно быть, предложили дерьмовую кучу денег - и исходя из результатов."


Мой телефон зазвонил. "Это быстро, и мы можем слышать вертолеты".


Я опустил телефон: "Приближаются вертолеты! Приготовьтесь открыть огонь". В панике мечущихся людей я передал: "Всем командам, вертолеты приближаются, приготовьтесь открыть огонь!"


Постоянным игрокам рядом со мной я крикнул: "Спускайтесь по подиуму, рассредоточьтесь". Я отключил звонок и проверил свой журнал. Я был на исходе.


Я шагнул к двери, майор выглядел потерянным. "Солдаты, медики, сейчас же на улицу!"


Прибежал Митч с Саломеей и Доком Вилли.


"Вниз по взлетно-посадочной полосе, рассредоточиться". Моран вышел из-за угла. "Вниз по взлетно-посадочной полосе!" Мортен вывел свою команду из игры. "Спускайся по взлетно-посадочной полосе, найди укрытие в шахте, приготовься".


Они убежали.


Я обнаружил, что майор связи стоит позади меня с местным капитаном. "Майор Уилко?"


"Капитан, выходите сюда, цельтесь в вертолеты, когда они атакуют. Пусть ваши люди целятся вверх. Майор, вернитесь, пожалуйста, внутрь, это здание прочное." Я поднял голову. "Люди на крыше, приготовьтесь к вертолетам, рассредоточьтесь там".


Я позвонил в Лондон, как только беспилотник зарегистрировался. "Это Уилко, направь к нам "Морскую рысь", у нас на подходе вражеские вертолеты".


Мой телефон зазвонил. "Это быстрый, и я вижу S61 с включенными фарами и женщин в нем, за ним два Ми-8!"


"Черт!" Я опустил трубку и передал: "Всем командам, это уловка, коммерческий S61 на подходе с гражданскими лицами - не стрелять, Ми-8 позади, убедитесь, что у вас правильные вертолеты!"


Я отчаянно побежал к хижинам и линии деревьев, стараясь не спотыкаться об обломки, поскольку гул нарастал. "Британские солдаты, не стрелять! Это трюк! Передай это дальше!"


S61 громко выстрелил, весь загоревшийся, в него попало несколько пуль. "Прекратить огонь!" Я закричал, когда он выезжал на взлетно-посадочную полосу, вскоре подняв винтовку на громкий Ми-8, который теперь расчищал деревья; я был на его понижающей тяге. Я начал стрелять, передняя часть вертолетов вскоре заискрилась от множества попадающих в них снарядов, изуродованные пули попадали в землю вокруг меня. Носок моего ботинка получил удар.


Вырвались четыре ракеты, главное здание обрушилось, когда я выстрелил, мои волосы разметались, грудная клетка задребезжала. Гудящий Ми-8 слева от меня внезапно упал, мои глаза расширились, но я увернулся, когда он с глухим стуком ударился, вспыхнуло пламя, когда его задняя часть сломалась, все еще слышался тяжелый гул второго Ми-8 надо мной, когда люди открыли по нему огонь.


Я бросился к Ми-8, когда дверь открылась, стреляя с бедра в рукопашной схватке, не уверен, скольких людей я ранил в его темном салоне. Когда вспыхнул огненный шар, я развернулся и побежал в противоположную сторону, увидев свою собственную тень на земле.


Я мог видеть S61 на взлетно-посадочной полосе, двери открывались, когда второй Ми-8 спускался к шахте и заходил внутрь, вскоре послышался глухой стук. Я побежал к S61 вокруг сгоревших обломков An12.


В свете из кабины я мог видеть изможденные останки человеческих существ, одетых в лохмотья, все изможденные, снаружи шесть или больше. "Откуда ты взялся!" - Потребовал я, целясь в них.


Женщина сзади заговорила. "Мы были заложниками в Конго".


"Твои похитители пытались обманом заставить нас застрелить тебя. Есть ли взрывчатка на борту?"


"Я .... не уверен".


"Иди ко мне, быстро. Леди, выведите остальных." Я повернул голову. "Медики!"


Прибежал Мортен.


"Не подходи слишком близко, это может быть еще один трюк. И пошлите кого-нибудь в здание проверить, нет ли раненых!"


Двое мужчин-медиков побежали в ту сторону.


Заложники направились к нам, и я мог видеть двух чернокожих пилотов, выглядывающих наружу, когда двигатели заглохли.


"Продолжай приближаться. Быстрее! Мортен, отойди, уведи их." Я сам шел задом наперед. "Приходи к нам, быстрее!" Они сбежали.


Взрыв сбил меня с ног, и я почувствовал обжигающий жар пламени. Я перевернулся и покачал головой, S61 превратился в огромный огненный шар, четверо заложников у двери кричали и горели, те, кто был дальше, теперь лежали в пыли.


У меня был большой соблазн прикончить горящих заложников, но были свидетели, и их мучительные крики на секунду или две привлекли мое внимание. Я схватил заложника перед собой и оттащил его, но, к счастью, он был очень легким. Ворвались обычные солдаты SAS и захватили заложников, и в общей сложности у нас было восемь скелетов в вонючих грязных лохмотьях. Но это выглядело так, как будто вертолет приземлился, по крайней мере, с двадцатью на борту.


Повернувшись, я изучил дым вокруг главного здания и побежал в ту сторону. "Пощадите людей, за мной!"


Я добрался до двери и нырнул внутрь, минуя дым, вскоре вытащив тело наружу, в бело-коричневую пыль. У него не было пульса, кровь на голове. Вернувшись внутрь, я обнаружил кашляющего мужчину и вытащил его наружу, общаясь плечом к плечу с завсегдатаями SAS. В боковой комнате я нашел три тела, двух раненых мужчин, и так вытащил их по одному за раз.


В главном кафе-баре мужчины были в порядке, просто шокированы и ошеломлены и в основном лежали лицом вниз, пока медики занимались двумя ранеными мужчинами, дым поднимался к потолку.


"Оставайся здесь, не высовывайся! Возможно, это еще не конец."


"Вы эвакуировали своих людей и бросили нас!" - предположил толстый старик.


Я опустился на колени и повернулся к нему лицом. "Что ты за подонок, ползающий по сточной канаве, если даже думаешь так?" Я навел на него винтовку. "Мои люди вышли, чтобы сбить атакующие вертолеты, рисковать своими жизнями на открытом воздухе, чтобы спасти вас, медиков, чтобы ухаживать за ними, когда они ранены, вы здесь в безопасности".


"В безопасности! Теперь есть мертвые люди."


"Снаружи еще больше мертвых, придурок. По крайней мере, у тебя были бетонные стены. Двадцать человек сгорели заживо в вертолете, трюк." Я встал и вышел, прежде чем застрелил его.


Снаружи Макс делал снимки. "Что случилось?" он спросил.


Я взглянул на ярко горящий S61 и тяжело вздохнул. "Трюк, и хороший. На гражданском вертолете S61 были заложники из Конго, пилотам заплатили, чтобы они каким-то образом прилетели сюда с берега Слоновой Кости, но он был подстроен так, чтобы взорваться. Они хотели, чтобы мы сбили его и свалили вину на них, но я посчитал это правильным и воздержался от стрельбы. За этим последовали двое из Ми-8."


Я тяжело вздохнул. "Двенадцать или около того заложников на S61 сгорели заживо, пилоты, четверо или более человек внутри здания были убиты. И придурки внутри думают, что это все моя вина."


"Человек, отправивший S61, хотел, чтобы вина в любом случае пала на тебя".


Я кивнул. "Фокус в том, чтобы немедленно опубликовать статью в агентстве Рейтер". Я передал: "Всем командам, следите за периметром, ищите повстанцев, пробирающихся внутрь!"


Я подошел к разбитому Ми-8, когда он тлел, но он не горел, рядом с ним были молодые британские солдаты. "Отойди от этого вертолета, он может взорваться. Возвращайся к линии деревьев!"


Они сбежали. Я мог видеть разбитое стекло кабины, мертвых пилотов. Я подошел к краю шахты и посмотрел вниз, вертолет лежал на боку у хижин. Команда, возможно, выбралась наружу и добралась до деревьев.


Вошел Рокко. "К черту все движение там сейчас, мы убили десять или больше".


"Тот горящий S61, это была уловка, на борту были заложники. Они хотели, чтобы мы сняли это по моей ошибке."


"Что за сборище мудаков, эх".


"Четверо мертвых гражданских, а все остальные злы на нас".


"Пошли оник черту, мы рискуем нашими жизнями, чтобы спасти их".


"Проверь здание, заделай дыры". Я поднял голову. "Мистер Хейнс?"


"Вот".


"Твои люди в порядке?"


"У некоторых болят уши, ракеты попали в нижние уровни".


"Будь начеку, ищи отставших". Я позвонил Свифти. "Это был трюк, и на S61 было двадцать заложников из Конго, они надеялись, что мы будем стрелять в него, но он также был подключен к взрыву. Мы отыграли восемь, прежде чем все сорвалось. Если бы мы были внутри вертолета ... мы бы потеряли команду."


"Кто-то пытается сыграть с тобой в твою собственную игру, и он хорошо тебя знает".


"Это все в гребаных СМИ и книгах. Где ты?"


Все еще на том пути, и мы убили двадцать отставших. А теперь тихо."


"Двигайся после рассвета, возвращайся сюда, не двигайся в темноте". Я положил трубку и спросил: "Мистер Мортен, какова статистика?"


"Четверо погибших нефтяников, один может не выжить, с остальными все в порядке, они были поблизости и получили сотрясение мозга".


"Могло быть хуже".


"Тот вертолет..."


"Был подстроен взрыв, когда мы садились на него, чтобы освободить заложников".


"Господи, как человеческий разум может так думать".


"У нас по крайней мере восемь живых". Я приблизился к даме, которая говорила по-английски. "Мне нужно, чтобы ты рассказала нам все, что можешь вспомнить о том, где тебя держали, и о мужчинах, чтобы мы могли пойти и найти их".


"Меня схватили в Уганде, на границе, шесть недель ада. Они убили нескольких заложников просто ради забавы, главный человек, Мголо."


"Макс!" Он перебежал. "Возьми историю этой женщины, изложи ее там".


Я отошел в сторону и позвонил по номеру Миллера, когда С61 сгорел дотла. Он перезвонил мне. "Мистер Миллер, Глубинное государство снова в беде, много бед".


"Что там происходит на земле?"


"Что случилось... ваш человек Мголо захватил заложников, казнил нескольких просто ради забавы, а затем отправил их самолетом в Кот-д'Ивуар. Затем он переправил их мне, зная, что я сбью неопознанный вертолет. Но я воздержался от стрельбы по нему, он приземлился, и мы освободили нескольких заложников до того, как он взорвался, другие заложники сгорели заживо.


"Эта история очень быстро попадет в Reuters, и знаете что, я подумываю о том, чтобы навесить на Mgolo ярлык Deep State в СМИ. Но, может быть, мне и не нужно этого делать, потому что он был неаккуратен, и есть улики, не в последнюю очередь Ван де Берг в Южной Африке. Как это повлияет на твой сон, придурок?"


Я отключил связь, услышав вертолет. Но жужжание было от рыси. "Приготовьте раненых!" Я передал: "Британский вертолет, не стреляйте!"


"Рысь для Уилко, принимаешь?"


Уилко здесь, и ты немного опоздал, оба Ми-8 сбиты. Забирайте наших раненых во Фритаун, отправьте Пуму с дополнительными военными медиками. Вам нужно быть осторожным, у повстанцев есть ракеты с тепловой самонаведением."


"Рысь" приземлилась возле главного здания, сдуло белую пыль, двое раненых и двое заложников поднялись на борт, "Рысь" быстро отчалила.


Вышел майор связи с перевязанной головой. "Ты в порядке?" Я спросил.


"Меня сбили с ног. Что случилось?"


"Это был трюк, рекламный ролик S61, набитый заложниками, в надежде, что мы его подстрелим. За ним прилетели ударные вертолеты. Мы пытались открыть огонь по S61, но он был подстроен так, что заложники сгорели заживо. Но мы вытащили восьмерых."


"Кровавый ад". Он ткнул большим пальцем через плечо. "Эти люди угрожают судебным иском или обратятся в прессу".


"Что еще, по их мнению, мы могли бы делать, а?" Четыреста повстанцев высадились, намереваясь взорвать нефтехранилище и убить всех рабочих. Если бы я отправил рабочих по дороге, они могли попасть в засаду, тогда вина легла бы на меня, и мы знаем, что у них есть ракеты с тепловой самонаведением, поэтому я не могу рисковать ими на вертолете."


"Полагаю, будет расследование".


"Я немного посидел".


"Ты ожидаешь здесь новых неприятностей?"


"Да, так что оставайся внутри. Кто-то очень решительно настроен разрушить здесь перекачку нефти."


Мой телефон зазвонил. "Майор Уилко, мистер Миллер работает на меня".


"Ты на вершине пищевой цепочки или в середине?"


"Теперь я возглавляю операции и исследования, чтобы лучше координировать все".


"Ну, ты мог бы выполнять работу не хуже последнего идиота, он позволил бы миллионам американцев заболеть, потопить один или два авианосца".


"Он тоже заплатил за это, и мы навели порядок в доме".


"Кроме Мголо ..."


"Да, кроме него, и то, что произошло сегодня, было экстраординарным и не планировалось. После Панамы он вырвался на свободу, но, очевидно, ему не понравилось, что его оторвали. Что вы знаете о Ван де Берге?"


"Он заплатил за транспортные самолеты, которые я сбил, и этим утром принял от кого-то крупную оплату, изменив планы. Они перешли от попыток захватить страну к разрушению здешней нефтяной промышленности."


"Никому не выгодно разрушать там нефтедобычу, все извлекают выгоду и зарабатывают немного денег, многие страны получают контракты, так что я в недоумении, кто мог хотеть ее уничтожения".


"Спроси Ван де Берга".


"Тамошние власти очень скоро получат ордер на экстрадицию мертвой проститутки в Чикаго во время его последнего визита".


"Ты с ним разговаривал?"


"Нет записей о том, что кто-либо здесь встречался с ним".


"А его известные сообщники?"


"Во-первых, нигерийцы, во-вторых, южноафриканская нефть и наемники".


"Это могло бы объяснить хороший план, который представил Мголо, он думал и был хитрым. Он набил S61 заложниками и доставил их ко мне, надеясь, что я сбью вертолет и получу плохую прессу."


"Итак, часть этого направлена на то, чтобы дискредитировать вас ..."


"Да, потому что я пользуюсь большим влиянием здесь, в Либерии, и в Панаме. Без меня твои бывшие коллеги по работе могли бы взбеситься."


"Что ж, я рад, что вы их остановили, потому что, если бы что-нибудь из этого просочилось, на нас охотились бы еще больше, чем на Mgolo, и мы потеряли бы всех наших друзей и сторонников".


"Возможно, в будущем вам следует избегать использования психопатов ... таких, как Рейвуд и Мголо".


"Я ... не мог бы поспорить с этим пунктом, нет. Что происходит на земле?"


"У них закончились теплые тела, осталось несколько отставших, но, возможно, на меня надвигается еще несколько неприятных сюрпризов. И я бы предположил, что СМИ уже скормили историю."


"Что ты имеешь в виду?"


"Взорвавшийся S61 будет помечен как "мои люди, сбившие его". Посмотрите, кто получит эту историю раньше, и отследите ее."


"Я буду, да. Но скажи мне, к чему привели нас последние несколько недель в наших рабочих отношениях?"


"Я никогда не работал с тобой, потому что ты мне нравился или нравилось то, что ты делал. Я упомянул о вас своему боссу в самом начале, и он почувствовал, что вы в любом случае будете давить на него, чтобы он сотрудничал, так что мы с вами в лодке и застряли с вами, самым большим ребенком в каноэ."


"Что ж, вы нам очень помогли, так что, возможно, мы сможем проявить себя в будущем".


"Если вы наведете порядок в доме ... и избежите убийства миллионов собственных граждан, возможно, у нас сможет быть нечто большее, чем просто общие цели. Может быть, когда-нибудь мы сможем сесть и выпить кофе."


"Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы остановить Мголо, но он на шаг впереди нас и получает финансирование извне".


"Если ты заставишь Ван де Берга замолчать, то у Мголо не останется денег ни на что, даже на сэндвич".


"Сегодня вечером активы Ван де Берга будут заморожены".


"Тогда заморозьте некоторые активы. Уилко на свободе."


На рассвете я взял кофе в кафе-баре, несколько человек еще не спали, многие спали на стульях или на полу.


Мужчина уставился на меня усталыми глазами. "Он был неправ, эта жирная пизда, предполагая, что ты бросил нас".


"Все, что имеет значение, это то, что моя команда думает обо мне, а не такие люди, как он. И теперь, когда все тихо, мы могли бы попытаться вытащить тебя. Или ... ты возвращаешься к работе и не позволяешь им претендовать на победу."


"Я бы вернулся наверх. Они все ушли, черные?"


"Большинство из них мертвы или ранены, и мы догоним остальных".


"Те заложники выглядели жестоко".


"Ты сам чуть было не стал заложником, и ты оказался бы в таком состоянии через шесть недель".


Выйдя на улицу, я назвал Волков капитаном. "Ты там в порядке?"


"Никаких контактов в течение пяти часов".


Я пришлю вам вертолет, но разошлите патрули поблизости, тщательно обыщите местность и расставьте статические группы по всему нефтяному району. Я достану тебе людей и припасы."


"Сейчас я с этим разберусь".


Я позвонил в GL4 и попросил, чтобы они передали сообщение "Лекарство Пума" нефтяным вышкам.


Когда мой телефон зазвонил, это был рейс королевских ВВС во Фритаун. "Майор Уилко, командир эскадрильи Чейз, подразделение воздушного крыла Сил обороны Сьерра-Леоне".


"Вау, это был полный рот".


"Большинство называет нас старыми придурками".


"Это короче, да. Ты готов идти?"


"Все готово, какова миссия?"


"Летите к шахте по длинной взлетно-посадочной полосе, затем направьтесь на север, чтобы найти очаги мятежников. Если у вас будет возможность кого-нибудь подстрелить, сделайте это. Затем вы заправляетесь и продолжаете поиски весь день напролет."


"Мы скоро взлетаем".


Я вызвал морских котиков в Эмджоло. "Лейтенант, как у вас дела?"


"Французы только что прибыли, но сопротивления было мало, большинство убежало, и мы видели, как многие переоделись в гражданскую одежду и растворились. Мы захватили корабль с минометами, убили десять человек и выбросили орудия за борт."


"Я скоро пришлю за тобой вертолеты, где можно приземлиться в порту?"


"Да, много места".


"Будь готов".


Я позвонил в GL4 с заданием, оставив французское Эхо с их соотечественниками.


Свифти вошел через десять минут, его ноги были мокрыми. Он подобрал обломки. "Это место было милым, когда мы приехали".


"Есть раненые?"


"Несколько эпизодов, никакой драмы. Мы прикончили нескольких раненых, остальные давно отъебались."


"Сначала отдохни в хижинах, набери еды и воды, шесть часов, а потом отправляйся на охоту".


Он кивнул и зевнул. "Долбаный это был день".


Звонил Риццо. "Боже мой, сержант, ты проснулся".


"Конечно, я такой . Что мы делаем?"


"Ты как-нибудь отдохнул?"


"Мы изменили это".


"Если ты готов идти, и у тебя есть вода, пайки и боеприпасы, тогда отправляйся на север и выслеживай отставших".


"Мы скоро выдвигаемся, здесь есть столовая, на которую мы можем совершить набег, боеприпасы с мертвых".


1ST Капитан батальона вошел ко мне, выглядя усталым. "Твои люди в порядке?" Я спросил.


"Никто не пострадал, и мы убиваем, может быть, двадцать, когда они пытаются пересечь реку".


"Раздобудь еду и воду для мужчин, пусть они отдыхают по очереди, шесть часов, затем ты отправляешься на прогулку".


Он кивнул и направился внутрь.


Я нашел обычных солдат SAS в окопах, двое мужчин на оленях. "Ты немного отдохнул?"


"Да, мы поменяли местами".


"Шесть часов, потом ты идешь на прогулку".


Вернувшись в главное здание, я увидел, что Хейнс ходит по нему. "Мистер Хейнс".


Он посмотрел вниз.


"Отведите половину своих людей в хижину, отдохните шесть часов. Сортируйте пищу и воду."


Он кивнул.


Я передал: "Николсон, ты жив?"


"Это Томо, он в ударе".


"Ты хорошо отдохнул?"


"По два часа на каждого, у нас все в порядке".


"Смотри во все стороны весь день, до заката". Поднялся шум, приближаются три пропеллерных самолета. Я передал: "Все в порядке, это "Спитфайры" королевских ВВС, все еще находящиеся на вооружении".


Они прожужжали над нами и кружили на высоте пятисот футов, вскоре расходясь по радиусу наружу, люди осторожно вглядывались вверх.


Мой телефон зазвонил. "Это Мастерс, эскадрилья "Б", внизу у реки. Что мы делаем?"


Отдохните шесть часов, затем половина из вас пойдет на прогулку, некоторые останутся смотреть на реку. Пришлите Робби и 14 разведчиков обратно ко мне."


"Хорошо".


Робби появился двадцать минут спустя, его команда выглядела уставшей.


"Сними хижину, раздобудь еду и воду, шесть часов кипятка".


Он кивнул, глядя на поврежденный Ми-8, все еще тлеющий. "Черт возьми, мы заварили кашу".


"Четыре мертвых гражданских плюс мертвые заложники". Я рассказал ему историю.


"Вау, облажался или что". Он покачал головой, направляясь к хижинам.


Макс вышел, зевая и почесывая яйца. "Все тихо?"


"Они все свалили, никто им не платит достаточно. Раздобудь там несколько фотографий. Заберись на высокое здание и возьми немного - не упади."


Я позвонил сестре, когда смотрел в шахту на разбившийся Ми-8. "Это Уилко. Что в Reuters об этой операции?"


"Десятки историй. Странная история о том, как вы сбили вертолет, полный бывших заложников."


"Кто выпустил это?"


"AP Бельгия".


"Они работают с Ван де Бергом в Южной Африке, найдите связь между ними".


"Есть история ... здесь ... Руфус Ван де Берг, один из богатейших людей Южной Африки, разыскивается в Штатах за изнасилование и убийство, а также за нарушения SEC, его активы заморожены."


"Он финансировал нападение на нас здесь. Что еще на проводе?"


"Макс написал полдюжины историй, изображений и смертей американских военнослужащих, смертей на шахте и трюка с заложниками".


"Оказать давление на AP Belgium".


"Я передам это сейчас".


Я позвонил Бобу Стейнсу. "Ты рано встал?"


"Нет, но все в порядке, мне нужно было отлить".


"AP Belgium, им скормили историю Ван де Берга в Южной Африке, утверждающего, что я сбил вертолет с заложниками".


"Заложники?"


Я рассказал ему историю.


Итак, у AP есть ссылка на него. Я знаю людей, близких к AP, я докопаюсь до сути, нескольких человек повесили за большие пальцы."


Поговорим позже. О, это ты расправился с Тайни?"


"Да, она уже должна быть там".


"Возможно, она ни при чем, Глубинное государство заморозило его активы и сфабриковало обвинение в убийстве".


"Все равно потребуется месяц, чтобы уладить документы об экстрадиции, и я уверен, что он это оспорит".


"В таком случае она могла бы найти его".


В 9 утра, в разгар рабочего дня, Пума сбила полковника из Фритауна и его высокопоставленных сотрудников, как раз в тот момент, когда прибыли грузовики.


Он осмотрел обломки, когда приблизился ко мне. "Боже мой, майор, на уборку и ремонт этого места уйдет вечность".


Я отдал честь. "Да, нужно подмести".


"Дерьмово выглядишь, майор, когда ты спал в последний раз?"


"Два дня назад, сэр".


"А эта история по радио о вертолете с заложниками?"


Я наполнил его, указав на сгоревшие обломки S61, тела, все еще находящиеся внутри, когда грузовики высаживали британских солдат. Я, наконец, сказал ему. "Нам понадобится чертова куча мешков для трупов, сэр, штук ... триста".


"Я с этим разберусь", - заверил он меня.


"Заложников нужно будет идентифицировать по ДНК и отправить обратно. Это будет нелегко. Пришлите медиков и могильщиков, сэр."


Он кивнул, рассматривая обломки. "Нефтяные районы в порядке?"


"Неповрежденные, сэр, американские волки защищали вышки, потому что погибли два человека. Но будьте готовы к какому-нибудь дерьму от нефтяников, они жаловались, что были в опасности."


"Ну, работать здесь опасно, они это знают, вот почему мы окружили их армией. И если кто-то начнет переворот ... тогда да, это опасно."


"Я эвакуировал нефтяные районы и привел их всех сюда, это здание прочное. Выбор был в том, чтобы отправить их на грузовике, вертолете или оставить их здесь.


Грузовики могли быть перехвачены и обстреляны, и мы знали, что у них были ракеты с тепловой самонаведением, поэтому я решил оставить их здесь. Этот выбор будет рассмотрен под микроскопом, сэр, и ваша роль в нем."


"Я не вижу проблем, потому что дороги опасны во время переворота, и, как вы сказали, у них были ракеты, и я знаю, что в этом здании восемь дюймов железобетона - и оно было окружено несколькими сотнями лучших солдат в мире. Так какого хрена им еще нужно?"


"Они захотят поныть и поныть, сэр".


"Я готов к этому, и ты держал меня в курсе каждого шага. И вам нужно только взглянуть на повреждения здесь, чтобы понять, в какой опасности они находились. Что касается боевых вертолетов, что мы могли бы здесь сделать? У нас нет ни ракет класса "земля-воздух", ни хрустального шара!"


Макс прошел мимо и сделал снимки полковника и его команды.


"Макс, позже, сделай официальное заявление о том, что ты видел и слышал, когда прилетели вертолеты".


Он кивнул. "Я уже опубликовал эту историю".


"AP Belgium называет тебя лжецом".


"Что! Эти пезды. Я попрошу свою статью вызвать их на бой." Он подошел к телефону.


"Кто такие AP Belgium?" - спросил полковник.


"Associated Press Бельгия".


"Их здесь не было, Макс был, так что они гадают".


"Да, сэр, и ... помешивал дерьмо".


Он десять минут болтал с британскими солдатами, прежде чем потребовать обратно свою поездку, самолет королевских ВВС все еще гудел вокруг.


Моран не спал и зевал, поэтому я оставил его за главного и забрался на крышу - как на самое безопасное место, вскоре используя мешок с песком в качестве подушки, парни из 2-го эскадрона сказали разбудить меня через четыре часа. Я натянула пончо на голову.


Толчок, и они разбудили меня через пять часов по приказу Морана, и я медленно расслабился, моя спина болела. Внизу и внутри я выпил чашечку чая с Доком Вилли и Саломе, многие нефтяники уже проснулись. Док Вилли дал мне шоколад и сэндвич, который был немного черствым.


Вошел управляющий шахтой, выглядевший так, словно спал в рубашке. "Битва закончилась?"


"Да, они все разъехались по домам". Я отхлебнул свой напиток. "Итак, ты уходишь или остаешься?"


"Остаешься?"


"Ты здесь работаешь, не так ли?"


"Ну ... да".


"Так ты уходишь или остаешься?"


"Что сказали в армии?"


"Что ты мог бы поехать во Фритаун и приседать, пока здесь ничего не происходит, и вернуться через две недели. Но через две недели опасность будет такой же, как и сейчас."


"Итак ... каков уровень опасности сейчас?"


"Около нуля. Выгляни за гребаную дверь и подсчитай стоимость самолета, который они потеряли."


"Миллионы, сотни миллионов".


"И затем добавьте триста тел в джунглях, которые созревают. Тогда спроси себя ... вернутся ли они?"


"Черт возьми, нет, не после этого".


"Итак, начните с какого-нибудь тяжелого снаряжения, чтобы перенести обломки, и попросите нескольких местных жителей перенести тела и вырыть могилы. Имейте в виду стоимость, потому что различные правительства будут участвовать. И я знаю человека, который руководит этим шоу. Быстро наведите порядок в этом месте, и вы получите приятный бонус."


"О, точно, тогда мне лучше взять метлу".


"Возьми телефон и займись им". Выйдя на улицу, я посмотрел на часы и позвонил в Томск. Он не спал.


"Что, черт возьми, произошло?" он спросил.


"Военный диктатор Мголо в Конго хотел захватить Либерию, но я убил его людей и сбил его самолет. Он разозлился и послал людей взорвать ваши нефтяные скважины, поэтому мы убили их и сбили его вертолеты. Это сокращенная версия."


"А ущерб?"


"Нефть не пострадала, четверо нефтяников погибли".


"Ну, это нормально".


"Потратьте немного денег здесь, на шахте, чтобы быстро ее почистить".


"А этот военачальник?"


"В моем списке людей, которых нужно убить. Он был связан с Deep State и ракетами, и он должен был захватить власть после того, как здешний президент был убит. Он получил деньги от Ван де Берга в Южной Африке."


"Банкир упомянул его, да, мы выжали из него все соки".


"Американцы заморозили его активы, сфабриковали преступления против него".


"Значит, ему пиздец. Хорошо, не могу заплатить долг."


Полчаса спустя приземлилась "Пума", на борту были журналисты и два сотрудника пресс-службы, мужчины и женщины. Я остановил их жестом руки.


"Некоторые из вас знают счет, но я повторю вам правила. Никаких фотографий лиц солдат спецназа, британских, американских или французских. И никаких имен, но вы можете использовать их кодовые имена.


"Возможно, вы здесь в некоторой опасности, но мы думаем, что все кончено, они понесли тяжелые потери и бежали, их никто не видел ... десять часов или больше. Если вы почувствуете что-то плохое, это будут обгоревшие тела в самолетах и вертолетах."


Носы и лица сморщены.


"Вы майор Уилко?"


"Я есть".


"Как это началось?"


"Мы получили сообщение от ЦРУ о попытке государственного переворота здесь, поэтому мы прилетели. Команды были вызваны из Сьерра-Леоне и Мавритании, так что у нас были большие силы.


"Мы только прибыли сюда, когда получили сообщение о приближении транспортного самолета, низкого и медленного, без радиосвязи, и нас предупредили, что солдаты повстанцев где-то приземлятся. Мы открыли огонь по самолетам, когда они заходили на посадку, повреждения, как вы видите, три самолета Ан12 уничтожены.


Нескольким повстанцам удалось спрыгнуть с самолетов, но мы убили их всех. Затем мы получили известие, что оставшиеся три самолета приземлились на востоке, недалеко от Эмджоло, поэтому мы полетели туда на вертолетах RAF "Чинук". Когда мы приземлились, нас атаковали четыре вертолета Ми-8, но эсминец королевского флота HMS Northumberland выпустил по ним ракеты и сбил три из них.


"Мы поймали одного на земле и застрелили другого, недалеко от Эмджоло. Мы продвинулись к Эмджоло и следующему городу и убили найденных повстанцев, после чего многие просто сбежали.


"Мы получили сообщение от ЦРУ, что самолет приземлится в Гвинее, поэтому мы вылетели обратно сюда, но "Морские котики США" остались в Эмджоло. Когда мы вернулись, мы разогнали людей и призвали всех нефтяников, чтобы их здесь защищали более трехсот человек.


Численность повстанцев составляла менее четырехсот человек, так что мы никогда не подвергались большой опасности быть захваченными. Повстанцы атаковали нефтяные вышки, но были убиты и отбиты.


Некоторые из них направились сюда, небольшими группами, несколько наших людей, раненных в боях в джунглях вблизи. Мы услышали приближение вертолетов и приготовились открыть по ним огонь. Но, увидев, что один из них был гражданским S61 с включенными фарами, я приказал, чтобы люди не стреляли по нему.


"Он приземлился, когда два боевых вертолета Ми-8 открыли по нам огонь, нефтяники погибли в этом здании позади меня. Мы сбили два боевых вертолета.


"Вертолет S61 не был поврежден, и заложники выбрались, но я посчитал это уловкой".


"Почему?" - спросила дама.


"Как, черт возьми, двадцать заложников из Конго могли попасть сюда, за тысячу миль, в глушь, в гребаную зону боевых действий!"


Она немного съежилась.


"Это был трюк, S61 был подключен к взрывателю. Но мы освободили восемь заложников до того, как он взорвался, остальные сгорели заживо. Если бы это было законно, он бы воспользовался своим радио или приземлился где-нибудь вроде аэропорта, а не здесь. Заложники были отправлены из-за моей работы по спасению заложников, дурацкая шутка.


С тех пор все стихло, и мы начинаем убирать здесь мертвых. Есть вопросы?"


"Сколько убитых и раненых с вашей стороны?"


"Два мертвых американских волка, может быть, третий, около тридцати человек ранены с нашей стороны, самое серьезное - в районе нефтедобычи, где американские волки вели бой в джунглях.


"У нас была застрелена женщина-медик из королевских ВВС, молодой британский солдат с серьезной раной в ногу, остальные - просто легкие ранения. Четверо гражданских нефтяников погибли, еще четверо ранены."


"А солдаты-повстанцы?"


"Около трехсот человек погибло здесь, когда разбились самолеты, еще сотня возле Эмджоло и следующего города, сотня на нефтяных площадях, люди на вертолетах, так что ... по меньшей мере пятьсот были убиты".


"И откуда они взялись?"


"Большинство прибыли из Конго, некоторые были завербованы в Гвинее".


"И кто их послал?"


Я был готов к ответу. "ЦРУ еще предстоит публично назвать его имя, человека по имени Руфус Ван де Берг в Южной Африке, работающего в сговоре с военачальником по имени Мголо в Конго, этот военачальник продает кровавые алмазы через Ван де Берга.


"Мое правительство и американское правительство будут преследовать его за террористический акт против британских и американских военнослужащих, многочисленные акты изнасилования и убийства, похищение заложников в Конго, поставку и использование незаконного оружия, а также за восстание и организацию государственного переворота здесь.


"Мы уже продвинулись в планировании вторжения в Конго с британскими и американскими солдатами и авиацией, чтобы разобраться с Мголо. Страны, имеющие с ним дело, такие как Уганда, столкнутся с санкциями. Теперь вы можете задавать вопросы здешним офицерам и гражданским нефтяникам."


Я отошел, позвав Дэвида. "Я только что назвал имена для СМИ, это могло бы принести какую-то пользу и напугать игроков, заставить людей говорить. И я не думаю, что мголо в Конго сейчас чувствуют себя в безопасности."


"Я видел изображения, и затраты астрономические, намного превышающие стоимость захвата Либерии и, конечно, стоимость уничтожения нефтяной инфраструктуры - или, по крайней мере, восстановления ее".


Я пнул сапогом белую пыль. "Мы убьем или раним пятьсот солдат повстанцев здесь, так что это повлияет на баланс сил в Конго. Очевидно, он послал своих лучших людей, так что все, что осталось в Конго, - это дерьмовые люди."


"Остается вопрос о том, кем были эти люди, и что бы они делали, если бы не были мертвы и сожжены - на чьей стороне они сражались бы. Но да, там произошел сдвиг в динамике власти на местах."


"Я назвал Уганду в качестве поддерживающей его страны, так что немного побряцайте оружием и угрожайте Южной Африке по поводу Вена Де Берга, белого человека, пытающегося свергнуть режим чернокожих - они отнесутся к этому. И посмотрим, предпримет ли премьер что-нибудь по поводу Кот-д'Ивуара."


Когда мой телефон зазвонил, он был совсем крошечным. "Это я".


"Привет, я, ты с пингвинами?"


"Они на побережье, я в Йоханнесбурге, но я навещу их, дам им немного хлеба".


"Er ... Я думаю, они любят рыбу, а не хлеб, они не живут в пруду в Гайд-парке. Итак, у тебя есть план на игру?"


"Я видел его вчера по телевизору, как его преследовали репортеры. Он в своем большом доме. Я подумал, что мог бы попросить Боба достать мне поддельное удостоверение личности, "Международная амнистия", а затем пойти встретиться с ним."


"Амнистия?"


"Они встанут на его сторону, пойдут на что угодно, лишь бы разозлить американцев".


"Хорошая идея. Но будь осторожен и всегда помни - работая под прикрытием, старайся казаться глупым и неуклюжим."


"Я великий актер. И слишком мал, чтобы представлять угрозу."


"Тогда проведите некоторое исследование о том, как отсрочить его экстрадицию, ему это понравится".


Я совершал обход, готовил людей к патрулированию, проверял припасы, проверял уровень воды. И я сказал большинству быстро умыться.


В 13:00, позже, чем я планировал, я отправил Свифти и Волков на север, в Гвинею, 1ST Батальон направляется на запад для патрулирования, а SAS - для патрулирования поблизости и проверки тел. Молодым либерийским солдатам выдали маски и перчатки и дали задание собирать тела; у нас была известь.


Тайни перезвонил. "Я чертовски раздражен".


"Мини-бар вашего пятизвездочного отеля не на высоте..?" - поддразнила я.


"Моя цель, Ван де Берг, снайпер только что снес ему голову, это показывают в новостях".


"Ах. И все же, возможно, это не он, возможно, это уловка, чтобы инсценировать его смерть. Загорай, иди покорми пингвинов на расходы. Я тебе перезвоню."


Я позвонил Дэвиду.


"Ты слышал?" - начал он.


"Да, кто-то застрелил Ван де Берга, так что, возможно, Deep State, или ... может быть, кто-то, кому он был должен денег. Но сделай мне одолжение, подтолкни их проверить зубы и ДНК, на случай, если он вернется к жизни на следующей неделе."


"Да, хорошая идея, никогда не знаешь, он мог это инсценировать. Вашингтон сейчас бряцает оружием."


Полковник Мэтьюз позвонил полчаса спустя, когда я стоял на крыше, болтая с ребятами из 2-го эскадрона, и почувствовал запах мины. "Уилко, у меня на Диего-Гарсии разогреваются бомбардировщики B1, ожидающие одобрения Белого дома".


"Кого бомбить, сэр?"


"Мы просмотрели спутниковые снимки этого места, где живет Мголо. У него большой дом на холме с видом на раскинувшиеся казармы. Я попросил разрешения зайти в казармы и случайно попал в его дом. Я сказал Белому дому, что они намеренно нацелились на американцев, и они знают о заложниках - четырех американцах.


"СМИ сходят с ума, призывают к мести, и - как ни странно - Африканский союз осуждает его".


"Он пытался свергнуть незаконный режим, так что да - они все обеспокоены этим".


"Белый дом также оказывает давление на Уганду".


"Дай мне знать".


"Как дела в командах?"


"Они немного отдохнули, получили еду и воду, и теперь мы отправимся в патруль и заберем всех отставших, уберем тела, на несколько дней".


Из Фритауна прибыли военные медики, а также представители ООН и Красного Креста, приехавшие на джипах и грузовиках, пятидесяти местным мужчинам заплатили за то, чтобы они надели пластиковые костюмы и маски, тела упаковали в мешки и посыпали известью - извести было предостаточно. Некоторые из этих людей ранее выполняли эту же задачу.


Когда они это делали, многие нефтяники подъехали к нефтяным районам, чтобы посмотреть, какой ущерб был нанесен, и вернуть старые хижины, которые они называли домом, и найти вещи, которые они оставили - надеюсь, не украденные Риццо.


Толстый старик, который жаловался, я застал его упрекающим Макса. "Ты, жирная пизда, я говорил здесь с президентом, и твоя виза была аннулирована. Вы уходите сейчас или вам грозит тюремное заключение в Монровии."


"Что? Ты не можешь этого сделать!"


"Уже сделал это. Если ты будешь здесь завтра, я тебя арестую. Или застрелю тебя."


Покраснев, он убежал, когда Макс обзывал его.


Подойдя к обгоревшему остову S61, я бесстрастно смотрел на него, пока они убирали тела.


Женщина-работник Красного Креста подошла ко мне, сняв маску. Ей было под тридцать, но она была очень хороша собой. "Ты когда-нибудь к этому привыкаешь?"


Я мгновение смотрел ей в глаза, затем осмотрел тела. "Ты всегда изо всех сил стараешься спасти как можно больше. Но это влияет на нас, когда мы не можем спасти их всех."


Она стояла рядом со мной в течение пяти минут, странно поддерживая светскую беседу. Одно слово было произнесено неправильно, и она походила на южноафриканку.


"Откуда ты?" Я, наконец, спросил.


"Изначально из Канады, редко возвращаюсь, зимой холодно".


Я кивнул. Увидев местного капитана со своей командой, я помахал им рукой. "Возьмите эту леди под стражу".


" Что? " запротестовала она. "Ты не можешь этого сделать!"


Сержант, задержите ее. Капрал, обыщите ее."


"Тронь меня, и я подам на тебя в суд!" Теперь она звучала как Южная Африка.


Я быстро переместился, нанеся удар в нос, и она упала обратно на сержанта, который схватил ее. Капрал начал проверять карманы, когда подошел седовласый мужчина, капрал протянул мне удостоверение личности и паспорт, канадский паспорт. Я изучал их, когда седовласый мужчина приблизился.


"Какого черта ты делаешь?" он потребовал.


Я пока проигнорировал его, проверяя документы. Они не были похожи на одного и того же человека. Я позвонил в Лондон, когда капитан попросил мужчину отойти, богоматерь истекала кровью. "Приготовьте для меня паспорт и удостоверение личности". Я зачитываю детали.


"Подожди".


Начала собираться толпа, леди сопротивлялась.


"Это два разных человека".


"Она работает на агентство, выясни, на какое именно, и быстро". Положив трубку, я повернулся к седовласому мужчине. "Ты знаешь эту женщину?"


"Да".


"Насколько хорошо ты ее знаешь?"


"Она работала со мной на нескольких работах по всей Африке".


"Можете ли вы объяснить, почему ее удостоверение личности и паспорт принадлежат двум разным людям?" Я ждал.


Он взглянул на нее. "Ну ... нет".


Я встретился взглядом с капитаном. "У вас есть местные власти, поэтому вы арестовываете ее за шпионаж. Свяжите ее, пусть женщины-медики обыщут каждое отверстие, затем ее передадут президенту Либерии."


"Нет, ты не можешь! Я хочу заключить сделку."


Я столкнулся с седовласым мужчиной. "Заключи сделку, - сказала она".


Он повернулся к ней лицом. "На кого ты работаешь?"


Я сказал ему: "Она работает на людей, которые доставили сюда этих заложников и сожгли их заживо". Кивок, и сержанты утащили ее, наша пленница громко кричала. "Когда у тебя будет обеденный перерыв, проверь удостоверения личности всех своих людей, прежде чем я начну стрелять".


Я позвонил в Лэнгли, когда шел к главному зданию.


"Уилко, ты за мной?" - спросил заместитель начальника.


"Проверь этот паспорт". Я посвятил его в детали.


"Она была подрядчиком", выпущена три года назад."


"Она только что появилась на шахте".


"Работаю на кого?"


"Ван де Берг в Южной Африке было бы хорошим предположением, но я думаю, что она была в Глубоком государстве. Покопайся для меня."


"Что ты будешь с ней делать?"


"У здешнего президента есть юрисдикция".


"Они группой изнасилуют ее и убьют!"


"Я не вижу обратной стороны. Но они заставят ее заговорить."


Внутри я обнаружил связанную женщину, местный менеджер усомнился в этом. Я сказал ему: "Она работает на военачальника, который напал на нас".


Она кричала: "Вы не можете передать меня либерийцам!"


"Почему бы и нет, может быть, тебе понравится быть изнасилованной группой", - сказал я ей. "Все равно, они сожгут твое тело потом. Прах к праху."


"Я хочу заключить сделку".


Я сел, взял кофе, не торопясь. "Я думаю, что знаю все, поэтому сомневаюсь, что у тебя есть что-то, что мне нужно".


"А если я это сделаю..?"


"Я высаживаю тебя в городе".


Капитан спросил: "Было бы ... законно освободить ее?"


"Позволь мне беспокоиться об этом". Я повернулся к ней лицом. "Итак, удиви меня". Я отхлебнул кофе.


"Я могу назвать вам ключевых игроков в Штатах".


"Филсон мертв, Гомес мертв, Рэйвуд мертв, Чарли Роуз мертв, Адвокат ... мертв, Теротски и Ли Син мертвы, Дилейни сотрудничает". Я ждал, и она казалась опустошенной.


В конце концов она сказала: "У меня есть "крот" в британском истеблишменте".


"Возможно, это стоит твоей жизни". Я проверил свои грязные ногти, пока медсестра ухаживала за ее разбитым носом. "Был ли этот крот активным здесь?"


"Да".


"Ради денег, идеологии или ... чего?"


"Деньги, это и тот факт, что он тебя ненавидит".


"Ах. Еще один ревнивый придурок. Вам понадобятся некоторые доказательства, подтверждающие это."


В сентябре прошлого года он совершил поездку в Канаду, встретился с Теротски в отеле Hyatt в Торонто. Теротски оставил улики, чтобы британца поймали."


"Как он поступал с другими". Я достал свой телефон и вышел, позвонив Дэвиду. "У нас есть высокопоставленный британский "крот". Предположительно, он встречался с Теротски в отеле Hyatt, Торонто, в сентябре. Быстро прогоните все имена, но предполагается, что Теротски оставил улики."


"Ад и проклятие". Он вздохнул. "Я сейчас соберу команду для этого".


"Можете ли вы вспомнить кого-нибудь, кто был в Канаде?"


"Не с моей головы свалилось".


"ДЖИК?"


"Я быстро проверю расходы".


Я сидел с ребятами из 2-го эскадрона на крыше и ел немного еды, банку пива meet и самогон, пока мы болтали, все ребята выглядели усталыми.


Два "Чинука" с ревом ворвались внутрь, "котики" опустились на землю. Я мог видеть, как Моран приветствует их. "Уилко для Морана, предложи тюленям несколько хижин, проверь раненых с Мортеном."


Мой телефон зазвонил. "Это Дэвид, и представитель JIC Боб Кир тогда был в Канаде".


"Были какие-нибудь поездки в Южную Африку?"


"Трое за последний год".


"Где-то в записях отеля есть подсказка от Теротски. Я думаю, нам нужно больше, прежде чем ты задашь ему вопросы и ответы."


"Скоро у нас будут записи из отеля".


Я встретил тюленей возле хижины и спросил после акции, когда уставшие мужчины хватались за кровати.


Дэвид перезвонил пятнадцать минут спустя. "У нас есть подсказка, и Теротски зарегистрировался под русским именем, похожим на сом. Его комната была рядом с Киром."


"Продолжай копать".


"Я не могу оставить ему доступ к файлам, поэтому у меня нет выбора, кроме как задать ему вопросы и ответить и временно отстранить его. Я сейчас обновлю Кабинет министров, но мистер Китсон ответит на вопросы."


Вернувшись в главное здание, я сел лицом к лицу с леди. Теперь на ней была только футболка, хорошая большая пара, расходящаяся в стороны. "Пока что ваша информация соответствует действительности. Что еще у тебя есть? Какая у тебя связь с Ван де Бергом?"


Она взглянула на лица, не желая говорить при свидетелях.


"Выведи ее наружу", - приказал я, и вскоре мы остались только вдвоем, солдаты были рядом.


Она начала: "Ван де Берг продавал кровавые алмазы и имел дело с Рейвудом".


"Был ли Ван де Берг глубинным государством?"


"Нет, он никогда не знал о них".


"И кто убил Ван де Берга?"


"Он мертв?"


Я кивнул.


"Вероятно, Глубинное государство, подчищает концы".


"И какова ваша позиция в пищевой цепи?"


"Я был контактером, но после встречи с Рейвудом ... не поверил в то, что планировал этот псих".


"Ты и я оба, а также Теротски. Что мотивировало Теротски?"


"Глубинное государство" инсценировало его смерть, хотело, чтобы он работал над ракетами, поставлял их различным режимам, чтобы поддерживать высокий уровень угрозы, больше финансирования от Конгресса. Он отвернулся от этой идеи."


И ваше участие здесь? Сегодня?"


"Банначек послал меня, чтобы подобраться к вам поближе, выяснить, откуда вы так много знали о том, что происходит, и где произошла утечка".


"И этот человек..?"


"Был контактером и Глубинным государством. Его уволили несколько недель назад, поэтому он обратился к Мголо и Ван де Бергу за пенсионным планом."


И отправил тебя на верную смерть. Если они или вы думали, что сможете прижаться ко мне, то вы идиоты, а не профессионалы."


"Я ... обычно хороша с мужчинами".


"И сколько мужчин, которых ты встречал, прожили мою жизнь, убили столько же людей, потеряли столько друзей?"


Она опустила голову и отвела взгляд.


"Где мне найти Банначека?"


"Он направлялся в Йо-бург", - сказала она, стоя со связанными за спиной руками, выставляя напоказ свою красивую грудь.


"Опиши его".


"Пятьдесят, полный, среднего роста, редеющие каштановые волосы, солнечные пятна на лбу".


"Что выделяет его в толпе?"


"Ему нравятся высокие худые чернокожие полукровки, особенно эфиопы, светская жизнь, хорошие отели и казино".


"И что мотивирует ... ты?


"После Рейвуда я разочаровался, тоже не мог вернуться в агентство, попробовал какую-нибудь внештатную работу, потом со мной связался Банначек и предложил хорошие деньги. Он знал, что я работал здесь на Глубинное государство."


"Я ооочень... мне не нравится, как это звучит. Какую работу ... вы выполняли здесь для Deep State?"


"Конспиративные квартиры в Сьерра-Леоне и Гвинее, держи ухо востро, человек в аэропорту докладывает о твоих передвижениях".


"А". Я взял шахту. "Как левая рука не знает, что делает правая. Как твое настоящее имя?"


Она колебалась. "Мария, испанские бабушка и дедушка".


"И если бы вы были свободны, какой карьерой бы вы занялись?"


"Это все, что я знаю. Если бы я обслуживал столики, я бы убивал клиентов."


"Если бы я высадил тебя в местном городке, у тебя был бы выход?"


"Да", - последовал непреклонный ответ.


"Если вы выживете, подождите несколько недель и свяжитесь с нами. У меня могла бы быть для тебя работа, за которую хорошо платят, работа, которой ты можешь гордиться, при условии, что у тебя осталась душа."


Я помахал капитану рукой. "Высади ее в местном городке, развяжи, когда доберешься туда, это приказ - или я начинаю стрелять".


"Верно, сэр".


Когда они отъехали, Мортен подошел ко мне. "Отпустить ее?"


"Ее разведданные подтвердились, и мы поймали высокопоставленного британского крота".


"Еще один". Он выдохнул. "Что, черт возьми, не так с этими людьми?"


"Сочетание власти, чувства бесполезности в личной жизни и ревности к таким, как я, увековечено на большом экране".


"Не пойми меня неправильно, но я бы не стал меняться с тобой местами".


Я широко улыбнулся, когда он уходил, и позвал Тайни. "Ты не спишь?"


"Просто принимал приятную ванну".


"Слушай внимательно". Я подробно описал Банначека. "Иди и найди его".


"Здесь три казино, так что это будет несложно. Что мне с ним делать?"


"Выведи его из строя, накачай наркотиками, всади стилет в глаз, сбрось с верхнего этажа ... решать тебе".


"Мне с ним будет весело. Это должно быть сделано тихо?"


"Черт возьми, нет. Просто не попадайся на глаза."


"Я не гребаный любитель!"


"Ты недолго был в игре, так что будь осторожен, я бы скучал по тебе".


"Ах, это так мило".


"Иди поработай немного, ленивая жаба".


Прибыли команды, было найдено несколько тел, несколько раненых были добиты, но поблизости не было никого, кто жаждал бы драки.


В полночь позвонил полковник Мэтьюз. "Мы получили разрешение на B1s, они поразят цель в 3 часа ночи по вашему времени".


Утром я обнаружил место или бойню, на которой было меньше смердящих тел. либерийские солдаты тащили лошадей и повозки по рельсам и возвращали тела, вручая им дополнительные доллары.


Дэвид позвонил в 10 утра. "Кир провалил вопросы и ответы, перенес сердечный приступ".


"Сколько еще?" Я выдохнул.


"Возможно, он думал, что работает на ЦРУ - и не делает ничего плохого".


"Возможно, там есть еще несколько таких".


"Что будет дальше?"


"Они установили личность Ван де Берга?"


"Да, его жена, а также ДНК и зубы. Его жена выступает за разморозку активов и совсем не оплакивает его кончину. И полиция Южной Африки задержала дюжину людей, работающих с Ван де Бергом, допросив нескольких менеджеров, его деловые интересы на первых полосах. Нельсон Мандела решительно осудил его, организовав расследование."


"Вы получили записку об американских бомбардировках?"


"Это уже в новостях, казармы разрушены, много погибших солдат".


"Но они получили Мголо?"


"Возможно, никогда не узнаю, возможно, в него попала бомба и его разнесло на мелкие кусочки".


Полчаса спустя я выехал в составе колонны в район нефтепровода, поболтал там с британскими солдатами и поблагодарил их всех, а вскоре и до нефтяных вышек. Рабочие вернулись, на них были каски, Волки патрулировали парами.


Я нашел капитана и его сержантов в хижине. "Это не очень тактически, ты должен быть в яме в земле".


"Мы берем перерыв", - сказал капитан с усмешкой. "Здесь тоже работает столовая".


"Мы уходим?" - спросил сержант.


"Нет, потому что это отличное тренировочное поле для ваших волков. Они патрулируют, они учатся, и вы решаете, хороши ли они, вы можете бросить несколько."


"Большинство из них прочные", - сказал мне капитан.


"Продолжайте давить", - сказал я им. "И я попрошу своих людей научить их".


Вошел сержант Крэб. "Борьба окончена?"


"Где ты был?" Я озадачен.


"Вот. Почему, я должен был быть в местном пятизвездочном отеле?"


"Нет, крестьянин, так поработай немного и научи Волков".


"Мы были".


"Я пришлю сюда еще нескольких парней из "Эхо", чтобы они также обучали, руководили патрулями. Я хочу, чтобы Волки появились быстро."


"Некоторые из них чертовски привлекательны", - сказал мне Крэб.


"Это те, кого я хочу, суперзвезды".


Я встретил многих Волков и поболтал, осмотрев несколько траншей и операций.


Вернувшись на шахту, я попросил Слайдера, Генри и Самбо обучить либерийских солдат и организовать для них патрулирование.


Когда шел дождь, все жаловались, но потом пахло не так уж плохо. Прибыли бульдозеры, и обломки были перенесены в шахту, взлетно-посадочная полоса вскоре расчищена, самолеты An12 разобраны и перевезены в шахту, несколько дополнительных тел обнаружены и упакованы.


К концу следующего дня обломки исчезли или, по крайней мере, были перенесены с глаз долой в шахту. Местных мужчин наняли собирать мусор и сбрасывать его в шахту, и место выглядело и пахло намного лучше.


Тюлени исчезли, некоторые отправились в Мавританию, 1ST Батальон подняли в С160 после того, как я поблагодарил их, команды SAS отправили домой, кроме дежурной группы в Мавритании.


В тот вечер позвонил Тайни. "Я поймала его", - самодовольно начала она.


"Есть какие-нибудь доказательства?"


"Что ж... некоторые."


"Что ты сделал?" Я волновался.


"Нашел проститутку, эфиопку, дал ей немного денег на одежду, затащил ее в казино и усадил рядом с собой, и он был весь на ней. Наверху, в его комнате, она накачала его наркотиками и впустила меня.'


"И..."


"Я уверен, что горничная хихикнула, когда нашла его".


"Мертв?"


"Мозг мертв, антифриз под волосами - твой трюк".


"Как, черт возьми, ты раздобыл антифриз в Южной Африке?"


"Они используют это в кондиционерах, дурачок".


"Отпечатки пальцев?"


"Стерто", - настаивала она.


"Видеонаблюдение?"


"Черный парик и очки. Кроме того, это похоже на проблему с наркотиками."


"Его телефон?"


"Он у меня, уже вызван в Лондон".


"Умная голова. Его наличные?"


"Я отдал это на благотворительность".


"Да, точно. Что ж, иди покорми пингвинов, а потом возвращайся."


"Не спеши. Когда ты вернешься в Великобританию?"


"Скоро мы здесь заканчиваем".


Я поручил Эхо возглавить патрулирование с американскими волками, два человека Эхо против шести волков, и они дали полезные советы, объяснив содержимое карманов на тесемках. Но из-за жалоб Лондона мне пришлось заканчивать дела, и я пропустил следственную группу ФБР. Тем не менее, они видели это в новостях, и меня нельзя было обвинить в том, что я избегал их.


Долгими тридцатью шестью часами позже я открыла дверь в наш дом, Свифти сбросила кита с громким театральным стоном. Был полдень, и шел дождь. Продолжая готовить, мы сидели и смотрели в пол в вонючих носках, на нас все еще был белый порошок.


"Американские волки кажутся нормальными", - наконец заметил Свифти.


Я потягивал чай, уставившись в пол. "Тяжелая первая битва для них. Во-вторых, извините, они были в Панаме."


"Также есть несколько патрулей". Он отхлебнул чаю. "Трое мертвы, четверо не вернутся".


"Трое?"


"Они сказали, что один умер в больнице".


Я кивнул и отхлебнул чаю. "Сражение в джунглях, повстанцы распыляют его повсюду, наверняка их будет несколько".


"Значит, Рокко вышел на пенсию?"


"Ему не разрешают патрулировать, только вешать лапшу на уши. Если он ударится головой, его сетчатка будет испорчена."


"А если вертолет приземлится ему на голову?"


Я кивнул. "Что ж ... да ... Тогда будь ты проклят."


"Ты понял, что за этим стоит дерьмо?"


"Я думаю, что да, но у нас нет удостоверения личности на теле военачальника Мголо, он мог быть жив".


"Янки разбомбили его".


Я кивнул. "Возможно, он навещал родственников, свою любимую тетю, или насиловал и мародерствовал. Ваши ребята получили какие-нибудь травмы?"


"Третий будет отсутствовать некоторое время, но должен вернуться".


Я кивнул и отхлебнул чаю.


"Скоро весна, порыбачьте", - заметил Свифти.


"Какой-то закон о запрете рыбной ловли ..."


Нерест, да, предположительно, придется подождать до апреля. Мы остановимся на рыбах-самцах, только больших."


До сих пор не знаю, почему этот парень оказался на нашем канале. Но подсказки привели нас к Мголо и перевороту, так что ... они помогли нам, тайно. Проблема в том, зачем делать это втайне, кого они боялись?"


"Тот, кто очень скоро испортит тебе день".


Я взглянул на него, затем вернулся к своим вонючим носкам. "Вероятно, да".


Уилко:

Одинокий волк


Книга 18


Джефф Волак


Игра в шахматы


Мои хорошие приятели в Глубинном государстве Америки сообщили, что Аль-Каида знала, что мы планируем напасть на них в Йемене, и мне пришлось задуматься, о чем мертвый саудовский дипломат собирался предупредить меня в Вегасе. Я также должен был задаться вопросом, что такое Глубокое государство и мистер Миллер, и играли ли они здесь в игры, играя на обеих сторонах?


Вопрос был в том, знал ли тот дипломат, что в Йемене готовится ловушка, и если да, то это могло означать только то, что кто-то в правительстве Саудовской Аравии был вовлечен в организацию этой ловушки и поставку оружия - а также, без сомнения, некоторой суммы наличными.


В этом не было ничего нового, поскольку саудовский принц, которого убил Каспер, не только снабжал деньгами Аль-Каиду, он подтолкнул их отправиться за песками пустыни. В Великобритании левая рука не знала, что делает правая, но казалось, что саудовцы превзошли нас, когда дело дошло до двуличия на виду.


Но если бы я отправился в Йемен без предупреждения, я бы действовал так, как будто они все равно знали, что мы придем, как в случае с сомалийской вставкой, так что мало что изменилось бы в моем мышлении. И первый сельский житель - или бродячий пустынный кочевник со спутниковым телефоном - который нас заметит, сообщит о нас, этот аспект должен быть учтен в моем мышлении на местах.


Нет, ловушка не была бы проблемой или сюрпризом для нас, поэтому мой разум был сосредоточен на том саудовском дипломате - и на том, о чем он действительно хотел меня предупредить.


Команды усердно тренировались, когда я выехал во вторник утром в Лондон с депутатом Питером под дождем, и я решил, что теперь, когда с заговорщиками разобрались, ездить по Великобритании стало достаточно безопасно. Надеюсь, с этим разобрались. Я был в форме, и у меня была с собой маска для лица, пистолет под мышкой, ботинки достаточно чистые.


Под низкими серыми облаками мы быстро добрались до центра Лондона, вскоре оказались позади дома ╧ 10, где нас ждали, проверили у ворот, проверили машину. Припарковался там, где было сказано, Пит остался с машиной - на случай, если кто-то захочет подложить под нее бомбу, меня сопроводили внутрь, десятиминутное ожидание с чашкой чая, поскольку премьер-министр присутствовал при важных государственных делах.


Меня, наконец, ввели, премьер-министр со своим министром внутренних дел, канцлером и министром обороны. Помощники были разосланы, так что это будет приватный чат.


"Ты ранен?" спросил премьер-министр, указывая мне на стул.


"Нет, сэр. На этой неделе я в вертикальном положении."


"Только вы могли легкомысленно относиться к чему-то подобному", - отметил министр обороны.


"Это профессиональный риск, сэр. Итак, как ваши рейтинги на этой неделе?"


Они не могли не улыбнуться.


Канцлер начал: "Возьмите нас за яйца с самого начала, майор, затем немного скрутите нам руки".


Я спрятал свою усмешку. "Я бы никогда не мечтал сделать такую вещь".


Премьер-министр отметил: "Наши рейтинги настолько высоки, что нам понадобились бы обе стороны прохода, гнев против шикарных тори - так, как это видят избиратели".


"Тогда, возможно, будет принят какой-нибудь закон", - съязвил я.


Министр внутренних дел отметил: "Я изменяю старый закон и создаю новый, закон о раскрытии личной заинтересованности для государственных должностных лиц - ваша идея".


"Вы заставите многих государственных служащих нервничать, сэр".


"Это надежда", - добавил он с усмешкой.


"Расскажите нам о Мексике", - подтолкнул премьер-министр, и он отступил.


"С самого начала моей карьеры в Intel ... Ми-6 назначила меня играть персонажа, русского наемного убийцу, который был убит здесь, в Лондоне. Он был мелким, поэтому они приукрасили его репутацию и добавили к ней. У меня были шрамы на теле от Боснии, я был боксером и говорил по-русски - так что я мог притворяться этим конкретным русским.


"Но мой русский был не настолько хорош, да в этом и не было необходимости, поскольку этот конкретный русский, Петров, вырос в Канаде и здесь, в Великобритании, почти не проводя времени в России. Я начал выдавать себя за этого человека, и мне удалось раздобыть информацию о русских бандах в Лондоне - бандах, которые хотели, чтобы мой персонаж убивал других русских.


"Когда я был в Боготе, после защиты бывшего премьер-министра во время визита туда, Ми-6 послала меня в Панаму, чтобы я прижался к тогдашнему мелкому торговцу наркотиками по имени Томск, который, по слухам, отправил корабль, полный оружия, в Великобританию. Он этого не сделал, они предназначались для Франции, но капитан корабля по ошибке пришвартовался здесь и был пойман.


"Играя роль агента под прикрытием, я начал нападать на другие банды наркоторговцев в Панаме для Томска, и это помогло создать его в качестве побочного эффекта. Я обучал его людей и создал небольшую армию, которую использовал против ФАРК на границе с Колумбией.


"Когда это происходило, я подтолкнул своего хозяина и казначея к тому, чтобы они предупредили Великобританию, Францию и Америку о поставках наркотиков, в основном о поставках, принадлежащих конкурентам Томска.


"Моей мотивацией было открыть для него каналы связи - и получить для нас хороший заголовок в газете, у военно-морского флота хороший показатель успеха в борьбе с наркотиками по всему Карибскому морю, валюта для нашей репутации за рубежом.


"ЦРУ послало человека под прикрытием, с которым я встречался ранее, так что у меня тогда был канал связи с ЦРУ, которому нравились наводки. После того, как ФАРК сбили мой вертолет ракетой с тепловой наводкой, меня спасли военно-морские силы и вернули обратно, но я поддерживал телефонную связь с Томском, и он продолжал информировать различные страны о наркотиках и оружии на кораблях.


"В Либерии, когда я столкнулся с сотней заложников в авиалайнере, которых вот-вот должны были убить, я пришел в лагерь и сказал диктатору Монровии, что я Петров, и я проклял его, что заложники вскоре будут спасены американцами после того, как число вооруженных людей, охранявших их, значительно уменьшится - накопилось несколько хороших телевизионных минут.


"Я убедил диктатора, что Томск был частью секретной группы, которая пользовалась поддержкой ЦРУ и других, и хотел бы он присоединиться. Он сказал "да", и я заключил с ним сделки, которые напрямую спасли жизни британских военнослужащих в Сьерра-Леоне и заложников, и вместо того, чтобы сражаться с нами, он оказал нам большую помощь во время различных конфликтов в регионе.


Также в то время Томск познакомил меня с различными российскими торговцами оружием, и они также помогли мне с разведданными в Либерии, а на базе "Кэмел Тоу" эти торговцы оружием сыграли важную роль в спасении жизней и помогли нам победить - заставив нас выглядеть лучше, чем мы есть на самом деле. Эти торговцы оружием доставляли оружие для атакующих нас исламистов, а затем звонили мне, чтобы рассказать, что они доставили.


Затем бывший сотрудник JIC отправил Томску файл с моей настоящей личностью ...


"Господи", - выдохнул министр внутренних дел.


"И в этом файле были подробности о моей дочери и ее детской, предложение Томскому пойти и убить ее".


Они обменялись испуганными взглядами.


Но я поговорил с Томском, и он знал, что я дюжину раз спасал ему жизнь и ставил его на место, так что это было обычным делом. Я также доверилась диктатору в Монровии, и он знает, кто я на самом деле.


"Я приобрел Томск вместе с торговцем оружием, у которого есть самолеты, и они создали авиакомпанию в Либерии и Сьерра-Леоне, а Томск получил нефтяную концессию у побережья Либерии - сделку, над которой я работал.


"Джентльмены, если наемный убийца в Западной Африке пукнет слишком громко, я получу предупреждение об этом, британские интересы там защищены. И эти предупреждения, предупреждения преступного мира, также включают Центральную Америку, Восточную Африку и некоторое проникновение на Ближний Восток.


"Недавно был похищен высокопоставленный сотрудник ЦРУ, и я отправился на его поиски, используя свои связи в преступном мире. Ми-6 были недовольны, это была не моя работа, поэтому это было указано как неоплачиваемый отпуск."


"Почему они не были счастливы?" - недоумевал премьер-министр.


"Этот человек был сотрудником ЦРУ, но также работал на ... других."


"Ах, - вырвалось у премьер-министра.


"Итак, я отправился на Ямайку и выследил его, и я обнаружил, что он был похищен Карлосом Шакалом из Мексики. Я прилетел в Панаму за счет Томского, затем за его счет вылетел в Америку, где ЦРУ помогло мне пересечь границу. Они были рады видеть, как я прижимаюсь к Карлосу, чтобы получить информацию о бандах наркоторговцев вдоль границы. Это не работа ЦРУ, но все это способствует безопасности Америки.


"Оказавшись на месте с Карлосом, я начал нападать на конкурирующие банды, чтобы укрепить Карлоса, как я это сделал для Томска. Для справки, его следует называть Котенок Карлос - тихий семьянин. Его главными соперниками был картель Лобоса, и Лобос послал людей убить меня, когда они узнали, что я помогал Карлосу. Со мной было несколько человек из "Эхо", плюс русские наемники, плюс небольшая команда ЦРУ, выдававшая себя за наемников, и мы использовали вертолеты.


"Мы наносим удары по Лобосу везде, где только можем, по конкурирующим лабораториям по производству наркотиков, и теперь Карлос-Шакал в гораздо лучшем положении, но что более важно, он сообщит мне о людях Лобоса в Штатах, а я сообщу ЦРУ, и вы все получите благодарность.


"Я сообщил ЦРУ о вооруженных людях Лобоса, пересекающих границу, и я сообщил им об отмывании денег в Лос-Анджелесе - большой шум для газет, а затем Лобос послал три транспортных самолета, полных вооруженных людей, чтобы напасть на меня.


"У меня были мои люди в вертолетах, оснащенных пятьюдесятью пулеметами cal, и когда ночью транспорты заходили на посадку, мы сбили их, один из транспортов содержал тридцать или более американских наемников.


"Один транспорт, охваченный огнем, приземлился на границе. История о том, что Лобос хотел напасть на американцев, была всего лишь спекуляцией прессы, но это дало им то, чего они хотели - единый фронт против таких наркокартелей, некоторый общественный гнев.


"Эта недавняя миссия в Мексику принесла американцам огромную пользу, и они окажут нам огромную помощь и поддержат нас в Западной Африке и других местах, когда мы в них будем нуждаться - например, в Сомали. У них под рукой авианосцы, это, конечно, не односторонне - только я помогаю им; мы получаем оборудование для поддержки, когда оно нам понадобится."


Премьер-министр начал так: "Я был рад, что президент США не позвонил мне, чтобы поблагодарить, я бы выглядел глупо".


"Это была неофициальная работа, премьер-министр, так что, если бы что-то пошло не так, вина легла бы на меня, а не на вас."


"Я не могу понять, рад я этому или обеспокоен! Но нам нужна американская поддержка, поэтому мы должны соглашаться на подобные миссии. К счастью, сестренка никогда ничего не записывала."


Министр внутренних дел начал: "Что вам известно о нападении "Аль-Каиды" на банк в Бельгии?"


"Я получил наводку о людях Аль-Каиды в этом районе, о русском оружейнике, который перевозил их в ящиках с Северного Кипра, " солгал я. "Я предупредил ЦРУ, несмотря на то, что хотел видеть, как банк будет уничтожен".


"И они навели банк?" - спросил премьер-министр.


"Похоже, что нет, " сказал я ему. "Их забота, я внес свою лепту".


"Один из арабских террористов провел некоторое время в тюрьме в Омане", - заявил премьер-министр. "И оманцы проиграли банку, и с их зданием здесь ..."


"Вы хотели в чем-то обвинить оманцев?"


"Нет, если мы хотим продать им оружие, мы этого не сделаем!"


"Премьер-министр, нападение на банк, смерти здесь и в Западной Африке, послали сообщение тем, кто должен прислушаться к сообщению: если вы нападаете на Великобританию и наши интересы и убиваете наших людей ... мы нанесем ответный удар."


Они обменялись взглядами.


Премьер-министр отметил: "Смерти в Лондоне поставили полицию в тупик, доказательств нет, но многие люди сплетничают, что в этом виноваты вы и ваши люди".


"Это могло бы улучшить нашу репутацию, но мы не настолько хороши - и мы не работаем на улицах Великобритании. А настроение людей..?"


"За моей спиной, за вашей, конечно, и против заговорщиков - редкое сплоченное общественное мнение. Мы арестовали многих, и они предали своих друзей, несколько государственных чиновников тихо ушли в отставку, так что мы думаем, что разобрались с ними всеми - и я надеюсь, что разобрались со всеми."


"Тестом будет ... если кто-нибудь попытается застрелить меня на следующей неделе."


"А Йемен?" - спросил министр обороны.


"Сначала израильтяне спросили, можем ли мы нанести удар по тренировочному лагерю Аль-Каиды там, затем американцы захотели нанести удар по этому лагерю. Но это зависит от вас, хотите ли вы, чтобы мы участвовали в этом."


"И каковы шансы на жертвы?" - спросил министр обороны.


"Если вертолет падает, мы теряем десять человек, то же самое, если миномет удачно попадает. Потери в боях были бы минимальными, потому что мы бы поразили их на расстоянии 600 ярдов, у нас есть снайперы, как мы сделали на базе Кэмел Тоу."


"Мы смотрели этот фильм", - отметил премьер-министр. "Итак, я ценю твою повседневную работу".


"В Йемене есть загвоздка, и это ... то, что высокопоставленные саудовские чиновники отправили деньги и оружие Аль-Каиде и предупредили их, что я приеду."


Они исправились.


"И вы хотите продолжить это?" - озадачился премьер-министр.


"Я бы предположил, что сельский житель все равно предупредил плохих парней, это не изменило бы моей тактики, и после первого выстрела они бы узнали, что мы там, так что ничего не меняется. Вопрос в том, что вы все хотите получить от этого?"


Они обменялись взглядами. Премьер-министр начал так: "Разгром "Аль-Каиды" выгоден всем нам, помощь американцам необходима, а хороший газетный репортаж помогает с вербовкой, а также нашей репутации на Ближнем Востоке и в других местах. Но могли ли они расставить ловушки в Омане в какой-нибудь зоне поддержки, убив людей?"


"Я всегда осторожен и никому не доверяю, даже оманцам. Мужчины никогда не были бы сгруппированы или уязвимы. Но вы должны предположить, что несчастный случай уносит десять или двадцать жизней - и соответственно взвесить риски."


Министр обороны вставил: "Что вы, вероятно, уже оценили ... так это то, что такие фильмы, как "База верблюжьих лапок", являются для нас валютой во многих отношениях, а не только в плане вербовки. Мы продаем больше оружия, мы продаем наши консультационные услуги по безопасности, и маленькие страны больше уважают нас, что полезно для бизнеса.


"Этот фильм стоил нам бесчисленные миллиарды фунтов, так что еще один подобный ему добавляет к этой куче денег. Когда я встречаюсь с иностранными военнослужащими - они спрашивают о тебе. А эти нахальные мужланы из Valmet в Финляндии, у них ты есть в их чертовой брошюре!"


Я широко улыбнулся. "Они действительно разработали винтовку для меня".


Он отметил: "Восемь стран приняли Valmet в качестве стандартной пехотной винтовки вместо винтовок старого образца семейства AK47".


"Тогда я просто надеюсь, что мы не будем сражаться с ними."


Канцлер спросил: "Вы можете придумать другой фильм?"


"Да, даже если операция пойдет не так."


"Ты мог бы ... написать сценарий?" он плыл.


"Я мог бы, да."


Он отметил: "Этот фильм об Анголе тоже скоро выйдет".


Я кивнул. "Королевские ВВС были недовольны фильмом на базе Camel Toe, их люди не получили упоминания".


Министр обороны сказал мне: "Набор в полк королевских ВВС увеличился в четыре раза, так что они могут отобрать хороших людей".


Премьер-министр прямо спросил меня: "Майор, есть ли шанс, что один из ваших людей или известных сообщников будет арестован за причастность к тому, что произошло здесь, в Лондоне?"


"Нет, премьер-министр. Если бы я хотел высказать смелое предположение - неофициально, я бы предположил, что команды были канадскими и американскими, хорошими командами, с надежным алиби относительно того, где они находились в то время. Но американцы никогда бы в этом не признались и были бы очень расстроены, если бы вы спросили."


"И причина, по которой они заходили так далеко в теории?"


"Во-первых, чтобы скрыть свое собственное участие в банке. Они были вовлечены финансово, не были связаны с расстрелом людей или нападением на меня в Западной Африке.


"Во-вторых, они хотели поддержать меня и сохранить мне жизнь для такой работы, как в Йемене. И, наконец, потому что они поняли, что банк обнаглел и устраивает беспорядки по всему миру и убивает людей вместо того, чтобы спокойно зарабатывать деньги."


Канцлер отметил: "Это здание можно было бы спасти, провести некоторые структурные переделки, но оно все равно будет стоить дорого, пустовать в течение года".


Я кивнул. "Джентльмены, принимая во внимание ваши естественные опасения по поводу перестрелок на британских улицах, примите во внимание, что эти люди хотели разрушить высокое здание с помощью взрывчатки. Их нужно было остановить, и был только один способ сделать это, иначе что бы они сделали дальше?"


Они обменялись обеспокоенными взглядами.


Я спросил: "У вас есть мнение по Йемену, премьер-министр?"


"Чего я хочу от этого ... это, очевидно, максимальной выгоды для Британии, и это достигается через средства массовой информации - и ваши экспертные манипуляции с ними. Мы, очевидно, хотим ограничить потери, но мы понимаем риски аварии, и я не думаю, что СМИ будут требовать моей головы, если вертолет упадет, они падают каждый год и убивают военнослужащих.


"Но могли ли саудовцы, замешанные здесь, сфабриковать какие-то плохие новости, заявить, что наши люди расстреляли деревню женщин и детей?"


"Так или иначе, они часто это делают, но у нас есть внедренные репортеры."


"Не могли бы вы взять с собой дополнительных репортеров?"


"Определенно, сэр, и команда пропаганды королевских ВВС с их видеокамерами."


"Очевидно, они ненавидят это название", - отругал меня министр обороны.


"Тогда я назову их расширенной командой по подбору видео".


"Да, лучше."


"У вас достаточно людей?" - спросил премьер-министр.


Я улыбнулся. У американцев будет целая авианосная боевая группа у побережья и несколько тысяч морских пехотинцев наготове. Я также возьму с собой американские команды."


"А французский?"


"Если они захотят присоединиться к нам. Возможно, вы могли бы спросить их, премьер-министр."


"Я сделаю, мы скоро встретимся. И если что-то пойдет не так, то это очень поможет сделать это многонациональным усилием. И как получилось, что чертова новозеландская пресса думает, что у них с тобой целый взвод людей!"


Я широко улыбнулся. "У меня есть один новозеландец, два француза".


"Окровавленная щека."


"У вас уже есть план?" - спросил министр обороны.


"Это заезженная процедура, сэр, тот же план, что и в предыдущих кампаниях. Мы продвигаемся медленно, используем наши глаза и уши, делаем оценку. Планы не годятся, когда начинается стрельба. Но могу ли я позвать кого-нибудь, кто мне нужен?"


"Да, чем больше юнитов получат некоторое воздействие, тем лучше. Ты бы взял с собой полк королевских ВВС и медиков?"


"Да, плюс, возможно, следопыты и обычные спецназовцы. У меня было бы много людей, спрятанных на границе, без риска, но с пониманием риска для них, и это помогает закалить солдата. И это большая область, которую нужно охватить."


"Эти маленькие самолеты королевских ВВС в Сьерра-Леоне получили широкое освещение ", - отметил премьер-министр. "Королевские ВВС были очень довольны, по их словам, это хорошо для набора пилотов".


"Флот мог бы сыграть свою роль, если вы хотите, чтобы они послали корабль или два, - подтолкнул я.


"Я скоро проведу совещание по этому поводу", - сказал премьер, поворачиваясь к министру обороны, который кивнул. "К каким временным рамкам мы стремимся?"


"Американцы ожидают, что мы выдвинемся через две недели, но мы могли бы просто позволить террористам сидеть и тушиться некоторое время. Я не особо спешу."


"И этого израильтянина, как я слышал, поместили к вам?" - подтолкнул министр обороны.


"Хотел бы пойти с нами, но ... это нужно было бы сохранить в тайне, возможно, поддельное американское удостоверение личности."


"Может создать больше проблем, чем решит", - отметил канцлер.


"От вас зависит, дадите ли вы разрешение."


Премьер-министр сказал: "Достань для него поддельное удостоверение личности".


"Она."


"Леди!"


"Да, но она выносливая, обученный солдат."


"Христос, женщина-солдат."


"Пока мы говорим, у меня есть женщина-шпион в Центральной Америке; у них есть истории прикрытия получше."


"Как они это делали во время Второй мировой войны", - отметил премьер-министр. "В тылу во Франции. Моя двоюродная бабушка была одной из них, она прыгнула с парашютом."


"Я встречусь с директоратом UKSF и Министерством обороны на этой неделе, распределю команды, свободный план, " предложил я.


Они выстояли.


"К настоящему времени это должна быть хорошо смазанная машина ", - отметил премьер-министр.


После собрания я направился в Воксхолл, вскоре сел в удобный лифт и поднялся в кабинет директора. Она разговаривала по телефону, но махнула мне, чтобы я заходил, Дэвид сидел, уткнувшись в файлы. Он расслабился и приготовил мне чай, когда Режиссер закончила свой звонок.


Она подошла и села. "Не ранен?"


"Не на этой неделе, " съязвил я.


"А каким был премьер-министр?"


"Очень хочется посмотреть больше пропагандистских фильмов о наших славных военных авантюрах ... при условии, конечно, что потери будут минимальными. Он спросил о Мексике, и я объяснил это, и они не кричали об этом - они понимают, что нам нужны американцы на борту. Итак, все как обычно, МОД встретиться, чтобы обсудить Йемен."


Она заметила: "Но они знают, что ты придешь ..."


"Да, и это не проблема, я бы предположил это, и первый житель деревни, который нас увидит, сообщил бы о нас. Я бы не стал организовывать рискованную тотальную атаку на цитадель, поджидая в хитроумной ловушке. Мы проберемся тихо, как обычно."


Дэвид начал: "Мы не продвинулись дальше мертвого саудовского дипломата, направлявшегося к столам для блэкджека в Вегасе ..."


"И мне все еще интересно, о чем он собирался меня предупредить. Должно быть, он был в чем-то не согласен со своим начальством, в моральном выборе, и он решил попытаться предупредить меня. Но почему я ... а не вы все?"


"Кое-что личное для тебя, " отметила она. "Покушение на вас, а не на ваших людей, или на цель здесь".


"Что ж ... он мертв, у нас нет дополнительной информации, так что ... мы продолжаем как обычно", - сказал я им. "Я сомневаюсь, что саудовцы сказали бы нам, к чему у него был доступ".


Дэвид отступил назад. "Мы думаем, что теперь у нас есть полная картина того, чем занимался банк, и лорда Майклза - каким был, и, кроме горстки людей в бегах, у нас нет вопросов без ответов".


"Деводен находится в Южной Африке."


Дэвид сделал пометку. "Я предупрежу Интерпол. В бегах четыре человека, с которыми мы хотели бы поболтать."


"Как дела в Ми-5 в эти дни?"


"Мистер Китсон навел порядок в доме", - сообщил мне Режиссер. "В последнее время не было никаких инцидентов, и он думает, что у него есть полная картина".


"Так что, может быть, какое-то время все будет тихо, " сказал я со вздохом. "Есть ли что-нибудь, что вы хотите, чтобы я сделал перед Йеменом?"


Дэвид отметил: "Карлос-Шакал нам ни к чему. О, бриллианты были переданы вашей даме в Панаме."


"Крошечный, из 14-й разведки", - отметил я. "Я позвоню в Томск позже. Куда вы хотите отправить деньги?"


Они обменялись взглядом. Дэвид сказал мне: "У нас есть полуофициальный аккаунт на Каймановых островах, которым мы пользуемся. Пусть он проложит маршрут так, чтобы его невозможно было отследить."


Я кивнул. "Я разберу это позже, да, но, думаю, потребуется время, чтобы вырезать их и продать. А бывший президент Гвинеи-Бисау?"


Дэвид сказал мне: "Заключил сделку с американцами и прямо в ней бросит армейского генерала, а также других лиц, причастных к торговле оружием. Он получит более короткий срок."


"Африканский президент, уличенный в коррупции, кто бы в это поверил".


Они закатили глаза.


Дэвид отметил: "У вас есть два сотрудника компьютерной полиции с 14 данными, но есть несколько других парней, которых мы хотели бы обучить и ... протестировать настолько, насколько обучены, посмотрим, хватит ли у них мужества".


"Отправляй их скорее, я отвезу их в Йемен. Это отделит мужчин от мальчишек!"


"Сама мысль о поездке в Йемен обеспокоила бы большинство здравомыслящих людей", - отметила она. "Ты ... уверен в себе?"


"Это холмы и песок, так что мы победим", - сказал я ей. "Если только ... если только у саудовцев не припасен для меня неприятный сюрприз".


"Они обстреливают пески пустыни ракетами ..." Дэвид предостерег.


"Я не буду использовать вертолеты для посадки и не буду прыгать с парашютом, мы войдем пешком или на машине ... или воспользуемся верблюдами".


"Итак, где мы уязвимы?" - спросила она.


Я скорчил гримасу. "Корабли в море, тыловая база в Омане - но нападений внутри Омана в наши дни не существует, оманцы хорошо справляются со своей безопасностью. Будьте наиболее уязвимы, когда летите туда, над территорией Саудовской Аравии!"


"Они не стали бы стрелять в британский самолет", - настаивал Режиссер.


"И все же я бы предпочел не рисковать, так что ... некоторые команды пересекают их воздушное пространство, я пойду в обход".


"Трудно обойти", - отметил Дэвид. "У вас есть Египет и Сомали с одной стороны, Иран с другой стороны".


"Тогда, может быть, я летаю коммерческим рейсом под вымышленным именем", - съязвил я. "Спектр может организовать это для меня, у них есть лишние деньги".


"Лишние деньги ..?" - подтолкнул Дэвид.


Томск прислал еще, за награды в прессе, много чего осталось. О, Spectre отправляет немного наличных в GL4, поэтому нам нужна история для прикрытия."


"Я могу вернуть перевод из нашего денежного резерва", - отметил Дэвид.


"У тебя есть резерв наличности?" Я дразнил.


"Подстава во время холодной войны, чтобы поддерживать нас в течение шести месяцев, если банковская система рухнет после ядерного удара. У нас также есть золотые монеты. Раньше у меня были банки с сухим молоком."


"Думаю, срок его использования истек", - предположил я. "Не добавляй это в свой кофе".


Режиссер спросил: "Какие-нибудь ... всплывающие свидетельства относительно инцидента в Антверпене?"


"Насколько мне стало известно, ничего подобного, и я уверен, что ... все так, как кажется в средствах массовой информации. В худшем случае ... Меня могли бы обвинить в телефонном звонке, не более того."


Она отметила: "Бельгийская полиция подозрительна из-за NordGas и инцидентов здесь, в Лондоне. Они соединяют точки."


"Я сомневаюсь, что они что-нибудь найдут, а если и найдут ... некоторые подозрения могут пасть на оманцев, которые находятся за пределами их сферы влияния и в любом случае не будут сотрудничать. Итак, я доволен предысторией."


" А перестрелки в Лондоне? " настаивала она.


"Глубинное государство признается им. Какие-нибудь улики остались на грязных тротуарах нашей столицы?"


"Нет, никаких, и в этом проблема - здешняя полиция думает, что кто-то высокопоставленный скрывает улики, а именно мы".


"Премьер-министр спросил меня, и я намекнул на американцев, и он не настаивает на этом".


Дэвид заметил: "Многие представители общественности думают, что это были вы и ваши люди ..."


"Они делают, так я слышал, но они также аплодируют поступку". Я столкнулся с режиссером. "Никто не пытается отодвинуть тебя в сторону?"


Она холодно посмотрела на меня и отступила назад. В темноте раздавались голоса, теперь почти тихие. Единственная критика, которую мы получаем ... это то, что мы недостаточно настойчиво расследовали дело лорда Майклза."


"Это было проблемой для всех, включая полицию - и JIC", - сказал я им. "Люди, которых считают выше закона. О, со мной двое ваших полицейских из компьютерной томографии, вы хотите, чтобы они были в Йемене?"


"Да", - сказал мне Дэвид. "На линии фронта".


Я нахмурился, глядя на него.


Он объяснил: "Возможно, в будущем от них потребуется некоторая работа ногами, так что ... мы должны быть уверены, что они смогут справиться с чем-то большим, чем толкаться в переполненном баре на Рождество. То, что вы сделали с нашими русскоговорящими ... мы хотим большего, эти люди теперь вполне превосходны в ... требуемой работе."


"Они никому не рассказывают о работе, которую делают для тебя, когда они не со мной, они даже мне не говорят".


"Рада это слышать", - съязвила она.


Дэвид сказал мне: "У них очень хороший показатель успеха, никаких улик не осталось, и они работают вместе, как и положено команде. Просто мы хотим, чтобы таких команд было больше; они уникальны."


Режиссер начал: "То, что вы сделали с нашими людьми, эта запланированная зрелость на спусковом крючке, которая заставила переосмыслить в некоторых кругах. Мы часто набираем военных, и после Второй мировой войны мы набрали из бывших SOE и других подразделений отличных людей, которые были испытаны в бою.


"В последние десятилетия бывшие солдаты SAS были ... менее чем желательны, как вы знаете. Казалось, что на бумаге у них были навыки, опыт, но отношение SAS было проблемой. Мы нашли несколько хороших людей, и несколько очень плохих."


"Вашим людям доступны стандартные маршруты патрулирования в Сьерра-Леоне и Либерии", - сказал я ей. "И я мог бы поместить людей к Томску или Карлосу. Пребывание с Карлосом стало бы испытанием для их нервов."


"Да, это идея", - согласилась она.


Вернувшись в GL4, сейчас 6 вечера, я поел в шумной столовой, выясняя, чем занимались некоторые команды сегодня. После еды я направился в отдел разведки, и милая леди-капитан отправила факс в Директорат UKSF, приглашая их спуститься, чтобы обсудить предстоящие операции, аналогичное приглашение для полковника Марша в Креденхилле.


В сарае для отдыха я намеренно общался с американскими волками и задавал вопросы как о праздниках, так и о сегодняшней тренировке, убедившись, что поговорил с каждым волком хотя бы по одному разу, и я ходил по комнате, болтая с британскими волками, некоторые из которых были капралами.


Робби вошел в 9 вечера, привлек мое внимание и помахал мне рукой, чтобы я выходил.


"Я думал, ты сбежал, не попрощавшись", - поддразнил я.


"Парни должны вернуться на следующей неделе, некоторые из нас с тридцатидневным продлением аренды домов, что делает поездку долгой". Он тяжело вздохнул. "В любом случае, у меня проблема. Креденхилл хочет, чтобы я вернулся и помирился, сержант, но моя жена разведется со мной, если нам снова придется переезжать."


"Ах..."


"Моим дочерям нравится школа, у них есть местные парни, так что ... Я хотел спросить об Эхо."


"Да, ты подходишь, но у нас пока достаточно штабных сержантов и солдат, и я не хочу расстраивать полковника Марша, поэтому сначала поговори с ним о своей жене".


"А как насчет полевой разведки ╧ 1, у них вообще нет сержантов?"


"Верно, да, они могли бы это сделать с некоторым обучающим персоналом. Утром пойдем к Сандерсону и спросим, это его шоу. Это моя база, но ... Я стараюсь, где могу, уважать тех, кто выше меня."


Он отправился повидаться со своей разгневанной женой.


Утром я забрал бригадира и Сандерсона, и мы с Робби сидели в кабинете Сандерсона.


Я начал: "У Робби здесь семья в доме в деревне, дочери в школе - и он доволен этой школой, а у дочерей есть местные парни - они довольны этими парнями. И его жена угрожает развестись с ним, если он переедет обратно в Херефорд."


"А", - понял Сандерсон.


"Вы хотите, чтобы он был в Ехо?" - спросил бригадир.


"Это одна из возможностей, но с риском расстроить людей в Креденхилле. Что очевидно ... заключается в том, что в полевой разведке ╧ 1 нет руководящего состава - вообще никакого. У вас есть капитаны, затем несколько капралов."


"Верно", - согласился Сандерсон. "И кое-что, к чему я надеялся вскоре обратиться".


"Так как насчет того, чтобы назначить Робби старшим сержантом, ответственным за подготовку", - предложил я. "Свифти поможет, так же как Краб и Даффи, но они могут быть далеко со мной. За плечами у Робби годы и опыт. И суть в том, что ... вы не можете допустить, чтобы кто-то здесь пытался указывать людям, что делать, если он не сделал этого сам. Над новичком-сержантом из другого места посмеялись бы."


"Это хороший довод", - отметил Сандерсон. "Немногие могли попытаться сказать Волкам, что делать. У меня нет возражений, но у Креденхилла могут быть некоторые."


"Я бы ушел из SAS", - предложил Робби. "Это или быть одиноким мужчиной, которому предстоит дорогостоящий развод".


Я сказал: "Они не могут помешать ему уволиться, и они обработают его через день".


Бригадир предложил: "Я позвоню Маршу сегодня, улажу это".


"А как насчет других сержантов?" Сандерсон поплыл.


Я сказал ему: "В обычных SAS есть несколько человек, которых я мог бы порекомендовать и с которыми я мог бы поработать, тебе не нужны люди из Echo, во всяком случае, пока - разве что на некоторое время из Rocko. И американцы ожидают, что их люди будут находиться под моим руководством, а Intel хочет, чтобы я обучал британских парней, поэтому я всегда должен принимать в этом непосредственное участие."


" А если тебя не будет? " подтолкнул локтем бригадир.


"Если бы Эхо была на задании ... тогда, скорее всего, по крайней мере, некоторые из Волков были бы рядом, как Йемен".


"А политическая воля для работы в Йемене?" Сандерсон подтолкнул локтем.


"Я встретил премьер-министра, и он достаточно счастлив. Они хотят еще один фильм вроде "База верблюжьего носка"."


"Тогда лучше избегать неудач и жертв", - коротко заметил бригадир.


Я приподнял брови и кивнул.


Войдя в кабинет Билли, я сказал ему: "Скоро мы отправляемся в Йемен, база в Омане, так что ты сможешь прочитать несколько лекций - хотя почти все знают, чем ты занимался в Омане".


Он бросил на меня взгляд. "Я был там, тебя не было, так что да - я пополню запас знаний своим опытом, молодой человек".


Ой. Я не говорил, что мне не понравилась твоя история за кружкой пива."


"Я откопаю свои заметки и фотографии".


"Заметки и фотографии..?"


"Я ... собирался написать об этом книгу".


"Прошло двадцать лет, так когда же ты собирался заняться этим?"


"После того, как я вышел на пенсию, которую теперь вернули на место", - пожаловался он.


"Ты нужен своей стране, старожил".


Вокруг базы я наблюдал за тренировками различных команд, кричал на нескольких, поощряя их пробежать круг между занятиями. В Доме убийств Саломея работала с Томо и Николсоном, МР5 и гранатами.


Когда они прошли четыре комнаты, я бросил гранату в комнату позади них, шокировав их, что вызвало паузу - Риццо кричал им, чтобы они двигались дальше. Пока Саломея продвигалась дальше, вглубь Дома убийств, я поболтал с Монстром и Паркером, пока они ждали своей очереди с Тиллером и Брейсом.


Снаружи Стретч был с Анри и Самбо, они бегали по трассе в полном снаряжении, но не в отличном темпе, небо, как всегда, было тускло-свинцово-серым. После того, как я проверил каждую команду, я проиграл несколько кругов члену парламента Питу.


В 5 часов вечера, после того как я остыл и сменил рубашку, я позвонил полковнику Мэтьюзу.


"Ах, Уилко, мы как раз думали о Йемене".


"Работа все еще продолжается, сэр, недели две или около того, но они знают, что мы приближаемся".


"Они знают?"


"Саудовцы узнали о плане и сообщили об этом Аль-Каиде, затем предоставили оружие и деньги".


"Сукины дети, мы защищаем их от Ирана!" В чем, черт возьми, их проблема!"


"Проблема, сэр, в том, что левая рука не знает, что делает правая, и если один из принцев отправляет деньги Аль-Каиде, его не сажают в тюрьму - ему хлопают по запястью".


"Так что ты будешь делать?"


"Продолжайте вставку, заходите и бейте их по краям, ваш флот готов к воздушным ударам. О, у вас есть подводная лодка с крылатыми ракетами?"


"Поймал двоих из них в Красном море".


"Будет возможность сфотографироваться, чтобы побывать в тренировочных лагерях террористов, прежде чем я туда войду".


"Смягчи их, да, они потеряют немного сна. А как насчет мужчин?"


"Это большая территория, тыловая база плюс, вероятно, база нападающих, так что я могу взять много людей и найти им применение. Возможно, те же люди, что были на базе "Кэмел Тоу" - я не хочу, чтобы кто-то был новым на вставке, но мы можем попробовать новых людей на базе нападающих."


"Я посмотрю на команды, да. Новички говорили, что им было скучно после возвращения из Африки."


"А раненые мужчины в Либерии?"


"Один потерял ногу, но с ним все в порядке, он привыкает к протезу в больнице штата Вирджиния. У одного было тяжелое ранение в живот, его залечили, и он вернулся к работе, но успокойся, парень со шрапнелью в легких перенес операцию без осложнений и вернулся к работе."


"Есть ли вертолетоносец вблизи Йемена, сэр?"


"Я могу найти и переместить одного. Двух недель может быть достаточно, чтобы перенести это, но я думаю, что разделенная оперативная группа адмирала Джейкоба в любом случае должна перегруппироваться у берегов Сомали."


"Давайте нацелимся на две недели, сэр, в качестве ориентира".


"А как прошел ваш отпуск в Мексике?"


"Мексика, сэр, я никогда там не был".


"Маленький лживый засранец".


"Кто я ..?"


Затем я позвонил адмиралу Джейкобсу, в порядке вежливости, и он оказался в Эр-Рияде, из всех мест, где он мог скоро вернуться на корабль.


К 17 часам вечера Робби ждала отсрочка в его браке, после того как полковник Марш смягчился. На самом деле, полковник Марш накричал на бригадира, затем позвал меня и накричал на него за то, что я ущипнул его лучших людей - в этот момент я подробно описал свои внешние данные, которые он ущипнул, после чего он накричал еще немного.


Робби напрямую позвонил Маршу и сказал ему, что утром получит свои документы, и что Робби получит работу художника-оформителя, чтобы спасти свой брак, - и что полковник Марш может идти к черту.


У полковника Марша не было выбора, и поэтому он уволил Робби, который был назначен в полевую разведку ╧ 1 десять минут спустя, прямое перемещение, которое, по словам МО, должно занять недели, и в этот момент я накричал на МО о том факте, что мы находимся на войне и нам нужны хорошие люди. Они бы оформляли документы задним числом.


В тот вечер сплетничали о сержанте-майоре Робби, который сейчас служит в полевой разведке ╧ 1, приятеле Рокко, о видеокартах, которые нужно сравнивать по утрам, о людях, на которых нужно кричать в стерео.


На следующий день я серьезно проверил команды, предложил идеи, прикрикнул на нескольких, чтобы подбодрить их. Некоторым я сказал фразу: "Разве вы не знаете, что идет война!", вызвав много смеха.


Во второй половине дня я осмотрел большие илистые насыпи вокруг нового штурмового поля, строился бетонный дом, укладывались бревна, выкапывался ров, а в сотне ярдов к северу в линию укладывался гравийный фундамент, сверху небольшие железнодорожные пути, копия боковых движущихся мишеней, которые можно было найти в Сеннибридже по моему трехдневному сценарию.


В 17:00 прибыли шестеро мужчин, все выглядели так, словно могли постоять за себя, и всем было далеко за тридцать лет, у некоторых виднелось несколько седых волос.


Я сгруппировал людей из SIS перед передником, Рокко и Моран по бокам от меня. "Джентльмены, вы здесь, чтобы учиться ... и вы здесь, чтобы пройти тестирование, и через несколько недель мы отправимся в Йемен". Брови были подняты. "Да, Йемен, опасное место, так говорится в туристической брошюре. Ты будешь сопровождать нас и продемонстрируешь самоотверженность, профессионализм и стальные яйца. Если нет ... Я оставлю тебя там."


Я указал на первого человека. "Соответствующий опыт?"


"Параграфы, два года SAS, эскадрилья "Е" в течение нескольких месяцев перед долгосрочным назначением."


"Когда ты был в эскадрилье "Е"?"


"Почти девять лет назад."


Я указал на второго мужчину. Он начал: "Полицейский, бегун на длинные дистанции, триатлон, специалист по взлому в домах и альпинизму".


"Полезные навыки, если вы живете в Норвегии и испытываете нехватку наличных. - Он улыбнулся. Я указал на следующего мужчину.


"И полиция тоже, " послышался белфастский протестантский акцент. "Работал под прикрытием в провинции, по Европе и Африке, несколько лет в Колумбии".


"На чьей стороне?" Я дразнил.


"Я расправился с бандой, убил большинство из них в их постелях."


Следующий мужчина начал: "Новозеландский САС, год здесь, встретил девушку и остался, затем развелся с этой сукой. Специалист по скалолазанию, навыкам плавания и дайвинга, навигации на большие расстояния и навыкам выживания."


"Полезная штука, " отметил я.


Последний человек, самый пожилой на вид, начал: "Инженеры, SAS, эскадрилья "Е", Ми-6 в течение семи лет. Специалист по электрике."


"Все полезные навыки, я полагаю, именно поэтому у тебя есть работа в Ми-6, и почему ты здесь. Теперь слушайте внимательно. Я не терплю никакого инакомыслия, никакого дерьма, никакой хуйни на своей базе, и да поможет тебе бог, если ты будешь хуйней заниматься на живой работе; я прострелю тебе ногу и растопчу лицо.


"Никто никогда не будет преследовать меня в судебном порядке, я слишком много знаю, так что будьте осторожны. Будьте профессионалами, никаких розыгрышей, пока не окажетесь за воротами, никогда не прикасайтесь к чужому снаряжению. И где-то здесь ... проверьте под своей машиной, убедитесь, что за вами нет слежки, будьте вооружены - это опасное место.


"Не броди по ночам, тебя подстрелят по ошибке. Не заходите в здание, если только вам не положено заходить в это здание, и не задавайте вопросов о миссиях - некоторые из них, очевидно, засекречены, и если вы случайно проболтаетесь о своих предыдущих миссиях в Ми-6 здешним людям - вас вышвырнут из SIS.


"Вы будете проживать здесь всего около двух недель, мы вас обучим, а затем отправим. Какую роль вы будете играть, когда мы отправим товар, будет зависеть от вашего отношения здесь и ваших навыков. В Йемене вы будете близки к действию, но я не стану рисковать вашими жизнями. Итак, у всех ли у вас есть обувь и одежда?"


Они сделали.


"Хорошо, старший сержант Рокко будет наблюдать за вашим обучением, а вы задавайте ему вопросы о здешних объектах. Ориентироваться на этой базе несложно, экскурсия за десять долларов займет две минуты. Утром вы завтракаете до 9 утра и будьте готовы тренироваться в 9 утра или незадолго до этого. Я бы посоветовал легкий завтрак и обильный ужин, иначе вы можете заболеть.


"Если ты думаешь, что я подталкиваю тебя только для того, чтобы тебя облапошить, то ты ошибаешься. Я хочу знать, сломаетесь ли вы под давлением и погибнете ли вы сами - и погибнет ли ваша команда. Мне нужно знать, что ты будешь делать, когда устанешь, проголодаешься и окажешься в опасности. Эта оценка поможет мне оценить ваши шансы на выживание в миссии, о чем я сообщу по ходу дела.


"Здесь у нас большой опыт, гораздо больший, чем в SAS, и мы хороши в обучении и оценке людей. Здесь все мужчины знают, как продолжать действовать, когда большинство солдат уже без сознания от усталости. Возможно, вы слышали все это раньше, но фитнес и тренировки возвращают вас домой, когда что-то идет не так, а на реальных заданиях все всегда идет не так.


"Если у вас есть вопросы - задавайте нам, если вам нужен комплект, если у вас травма, дайте нам знать. Никогда не скрывай травму, это просто выведет меня из себя. Я уделю время каждому из вас на этой и следующей неделе, и если есть какие-то области, над которыми, как вы знаете, нужно поработать - скажите нам. Мы здесь, чтобы помочь вам, а не подставлять подножку. Старший сержант."


"Следуйте за мной", - сказал он им, ведя их к казармам.


Когда люди из SIS ушли, Моран спросил: "Можете ли вы доверять такой куче шпионов?"


"Попросите О'Лири перепроверить удостоверения личности, на всякий случай. И линейный менеджер "Волков", он может знать некоторых из них лично. И команда Саши. В Йемене мы будем следить за ними, но я сомневаюсь, что они будут работать на Аль-Каиду. Другие распорядители средств? Что ж, посмотрим, когда они попытаются меня убить."


Покачав головой, он направился внутрь.


На базе теперь кипела деятельность, больше людей, чем у нас когда-либо было здесь, некоторых послали на фабрику, некоторых в северный лес потренироваться в пейнтболе - попрактиковаться подкрадываться друг к другу, когда наши наличные, наконец, прибыли, пересчитаны и подписаны, их происхождение указано в документах, оставленных как SIS.


В тот вечер в 7 вечера ребятам выдали подарочные пакеты, Дикки получил солидный бонус в двадцать штук, большинство парней получили бонус в пять штук. Те, кто был со мной в Мексике, все получили дополнительные десять тысяч сверх своих пяти, все поклялись хранить тайну. Томо получил дополнительную штуку за то, что застрелил двенадцать человек за двадцать четыре секунды, но ему выставили счет в сто фунтов за использование дорогих боеприпасов.


На следующий день прибыло управление UKSF, вскоре после этого полковник Марш сел в полковой вертолет - и, надеюсь, больше не кричал. Столы в комнате для брифингов наверху сдвинуты вместе, чтобы получился один большой стол, стулья вокруг него, белые доски с картами.


Марш взял с собой своего старшего сержанта Бейкера и майора Притчарда из эскадрильи "Б" вместе со своим SSM, поскольку эскадрилья "Б" была доступна и ей предстояло отправиться в Йемен. Я расспрашивал о людях, которых знал, готовил чай и кофе, пока Сандерсон и бригадир разговаривали с Маршем.


На собрании присутствовали майор Харрис, капитан Моран и Джинджер - они сидели позади меня.


Когда все устроились, я начал: "Джентльмены, спасибо вам всем за то, что пришли сюда сегодня, тема - запланированная миссия в Йемене. Премьер-министр дал первоначальное одобрение, но дальнейшие встречи проходят в МОД. Американцы проявляют интерес и располагают авианосной боевой группой у побережья, но мы еще не получили известий от французов."


Бригадир Дин вмешался: "Только что получил записку через министерство обороны. Они пошлют один французский взвод "Эхо" и около тридцати 1ST Бойцы батальона. У них также будут два корабля в море - не уверен, что этот старый вертолетоносец является одним из них, но у них возникли некоторые проблемы в Западной Сахаре, поэтому, возможно, задержка."


Я кивнул: "Как и мы, сэр, они хотят продавать оружие Оману и другим странам и хотят это хорошо продемонстрировать".


"И какова цель?" - Спросил Марш.


"Наш интерес к Йемену начался, когда адмирал ВМС США Джейкобс предложил это год назад. Совсем недавно израильтяне предложили это, и я передал эту идею дальше по линии. Заявленная миссия - просто отбросить Аль-Каиду, чтобы они не закрепились, не обучали людей и не посылали их нападать на людей." Я повернулся к майору Харрису.


Он начал: "Мы знаем о трех лагерях, и вокруг сидело много людей, но, похоже, Аль-Каида больше похожа на идею, чем на группу людей, и что настоящих бойцов Аль-Каиды в общей сложности не более двадцати, остальные - подражатели и местные бандиты.


"В этом году партия Всеобщий народный конгресс и президент Али Абдалла Салех одержали уверенную победу, оппозиционные партии бойкотировали выборы - так что никакого мандата от масс. После гражданской войны 1994 года страна объединилась, но, очевидно, с негодованием, и Аль-Каида проникла медленно, всего лишь горсткой людей.


"Они объединили силы с исламистами на юге и востоке, вдали от столицы - Саны на западе и вдали от старого британского порта Аден".


"Я родился в Адене", - с улыбкой сказал нам бригадир ЮКСФ. "Отец служил там - в посольской миссии, мать, конечно, там же - в квартире для замужних, прежде чем мы переехали на Кипр. В 1962-1965 годах там действовала британская армия и, конечно, SAS."


"Вы бы не хотели идти в гости сегодня, сэр", - сказал ему Харрис. "Теперь немного грубо. Продолжая хронологию событий, в прошлом году произошел конфликт между Эритреей и Йеменом из-за спорных островов, который все еще остается проблемой. Оппозиционные политические группировки к югу и востоку от Саны все еще находятся в небольшой тлеющей гражданской войне с правительством вокруг Саны - и факт в том, что 90% людей и торговли находятся на западном побережье, восток малонаселен и населен племенами.


"Диссиденты на востоке берут оружие и деньги у любого, кто готов помочь, и это включает Аль-Каиду. Саудовцы всегда поддерживали отношения со своим южным соседом, но поддержка Саудовской Аравии, похоже, меняется вместе с песками. Египет был сильно вовлечен в гражданскую войну - и у него все еще есть некоторый вклад, и Иран посылает людей и советников - но не много, и хуситам, а не Аль-Каиде.


"Находящийся на долгом посту йеменский президент, и, как говорят некоторые, недемократичный президент, не в ладах с саудовцами. Аль-Каида, по-видимому, при поддержке и деньгах Саудовской Аравии, взорвала бомбы в Сане, чтобы вывести из себя тамошнего президента.


"В качестве дополнительного примечания важно отметить, что население там небольшое, и что их ВВП примерно равен размеру ... самой бедной страны в мире. У них нет ресурсов, чтобы выступить против, но у них есть стратегическое расположение в Красном море и порт Аден.


"Упоминая Аден, недавнее увеличение портовых расходов - и тот факт, что судам не нужно заправляться там, - ударило по экономике некогда оживленного Адена.


"Что касается местности, то это пустыня и горы, а от границы с Оманом можно пройти сотню миль и никого не увидеть, только маленькие деревушки, разбросанные дальше на юг. От этой границы до главного района, где сосредоточена Аль-Каида, 180 миль по прямой, дольше по суше из-за извилистых долин.


"На севере, где проходит граница с Саудовской Аравией, пустыня, которую можно пересечь на машине, остальное - горы и возвышенности, дорог мало - очень мало."


Я вставил: "Это пологие холмы и кустарник, мы не будем подниматься через опасные горы. Как насчет дорог и взлетно-посадочных полос?"


"Здесь есть старая взлетно-посадочная полоса, утрамбованная земля, использовалась во время конфликта 1960 года, сейчас заброшена. Это к северо-востоку от района, на который нацелена Аль-Каида, скажем, в ста двадцати милях от границы с Оманом, примерно в сорока милях к югу от границы с Саудовской Аравией."


"Температура в это время года?" Я спросил.


"Дневная температура в это время года все еще может достигать тридцати градусов, в январе до двадцати, без облаков или влаги, но в следующем месяце температура ночью может упасть до нуля, очевидно, на высоте будет прохладнее".


"А как попасть внутрь?" - Спросил Марш.


Я сказал ему: "У нас есть ВМС США и, возможно, французские вертолеты, в нашем распоряжении также военно-воздушные силы Омана и вертолеты, джипы и грузовики, но ... Я бы предпочел, чтобы мы прошли как можно дальше, учитывая, что они знают, что мы приближаемся, и у них могут быть ракеты класса "земля-воздух"."


"Они знают, что мы приближаемся?" - повторил бригадир ЮКСФ.


"Бывший сотрудник ЦРУ, который пять лет проработал в Саудовской Аравии, инсценировал свою смерть, затем закончил тем, что стал работать на саудовскую разведку в Америке, и, похоже, он узнал о моем плане атаковать Аль-Каиду. Саудовцы сообщили об Аль-Каиде, затем отправили оружие и деньги."


"Они должны быть на нашей стороне!" Марш отметил.


"Правительство Саудовской Аравии, сэр, так что это военные, но некоторые богатые люди все еще поддерживают Аль-Каиду".


"Таким образом, мы можем рассчитывать на теплый прием", - отметил Марш.


"Не совсем, сэр", - сказал я ему. "Это будет как две черепахи, сражающиеся друг с другом. Это открытая местность, мало дорог, нет тяжелого вооружения. Это будет маленькая команда против маленькой команды в пустыне или на холмах." Я широко развел руки. "Где они могут устроить засаду?" В песках?"


Бригадный генерал отметил: "У нас есть преимущество, люди, которые могут хорошо действовать на этой местности и стрелять на расстоянии. Речь идет не о городах и уличных боях."


Марш кивнул в знак согласия. "И план таков?"


"Плана пока нет, только цель, плюс доступные ресурсы, плюс сильное желание избежать попадания ракеты с тепловой самонаведением в задницу".


"Приехал на джипе?" - Спросил Марш.


"Часть пути, да, но последние двадцать миль придется пройти пешком, тихо. И там есть взлетно-посадочная полоса, которую мы могли бы захватить для пополнения запасов, при условии, что у них там не сидит шестьсот человек."


"Главная дорога - плохая идея", - заметил майор Харрис. "Только одна дорога от границы с Оманом, и она ведет на юго-запад, есть труднодоступные места, на нас легко устроить засаду".


Я сказал им: "Для начала я попрошу американцев запустить крылатые ракеты по подходящим целям ночью, чтобы плохие парни не спали, были на взводе и отвлекались, когда мы будем пересекать границу".


"Пара упасть в песок?" - Спросил Марш. "Как Мавритания?"


"Да, сэр, возможно, но ... Саудовский радар засек бы наши самолеты, а я не доверяю саудовцам. Я бы предпочел джипы плюс пеших мужчин. Мы проходим несколько миль, обходим, оставляем команду, проходим еще десять миль и оставляем маршрут позади нас открытым, если нам это нужно."


Харрис отметил: "Потребовалась бы целая вечность, чтобы преодолеть 180 миль".


Я встретился с ним лицом к лицу. "Предполагая, что они там, где ты думаешь, и не ждут нас в десяти милях. Будет неловко, если мы прыгнем с парашютом ... только для того, чтобы найти их обратно на границе, их базы пусты."


"Они знают, что мы приближаемся", - отметил Марш. "Значит, они не будут сидеть вокруг обычного водопоя, нет. Они знают, что Оман - это отправная точка, туда есть только несколько путей, поэтому у них будут люди, которые будут шпионить, люди, готовые стрелять по транспортным средствам. Нам нужно быть нетрадиционными."


Я кивнул. "У нас есть в наличии вертолеты, сэр, так что мы можем высадить группы в подходящих местах на рассвете, и они смогут использовать бинокли, чтобы обнаружить истребители до того, как истребители заметят нас. Эти вертолеты могут летать над местностью, где человек с ракетой, запущенной с плеча, не смог бы устоять. Надеюсь."


Бригадный генерал отметил: "Одна-две такие ракеты были бы чертовски тяжелыми, их не втащили бы в гору или очень далеко, они были бы на джипе. Если все наши вертолеты будут избегать дорог на пять поперечных миль, с ними все будет в порядке, эти ракеты малой дальности."


"Да, сэр, так что, возможно, мы сможем спланировать воздушный коридор и наземный коридор". Я повернулся к Харрису.


"Там есть что-то вроде подземного коридора, если вы осмотритесь. Рядом с ним нет дорог, но он останавливается примерно в тридцати милях от вражеского лагеря на востоке."


"Хватит", - сказал я ему. "Мы возьмем его и удержим, и коридор полета будет таким же маршрутом, наши люди внизу будут высматривать своих людей с ракетами. Как далеко от конца этого маршрута до взлетно-посадочной полосы?"


"Около двадцати миль, но через холмы".


Майор Притчард спросил: "Нужна ли нам вообще эта взлетно-посадочная полоса для пополнения запасов?" Геркулес может сбрасывать поддон."


"Главной причиной захвата этой полосы было бы остановить местную торговлю оружием, предоставив плохим парням хорошую цель для атаки, например базу верблюжьих лапок".


Харрис предупредил: "Рядом с этой полосой есть дорога, и они могут уничтожить всех своих людей за считанные часы".


"Найдите мне место на этой дороге с водопропускной трубой, и я попрошу ВМС США раскопать дорогу", - сказал я Харрису. "Они любят бомбить все подряд".


"Там есть узкое ущелье, через которое проходит дорога, и оно может обрушить на него гору", - отметил Харрис.


Марш спросил: "И какой уровень подготовки у них был?"


Харрис ответил: "Никакой профессиональной военной подготовки, сэр, час на АК47, некоторое время, потраченное на 105-мм, минометы, небольшие ракеты, и все. Это бандиты, которых учили их отцы, участвовавшие в гражданской войне, и у многих все еще есть старые зеркальные фотокамеры FN, у некоторых даже есть винтовки Enfield калибра .303. Но их, по оценкам, около полутора тысяч."


Я вставил: "На корабле тысячи морских пехотинцев, "Морские котики", сотни американских спецназовцев, желающих действовать, и более сотни из нас, плюс французы. И у нас есть авиация."


"А SBS?" - спросил бригадир UKSF.


"Последнее, что я слышал ... они получили весь желаемый опыт и возвращались к основным навыкам плавания, сэр".


"Ну, они уходят, если мы говорим, что они уходят", - указал он. "Ты хочешь, чтобы они пошли с тобой?"


"Нет, если у них будет настрой и они захотят быть где-то в другом месте, сэр".


"Я поговорю с ними. Громко, - пригрозил он.


"Какого черта они в форме?" Марш фыркнул.


"Сколько человек вы могли бы взять и использовать", - спросил бригадир ЮКСФ. "МОД стремится получить каждому юниту некоторый опыт".


"Этот сухопутный коридор почти двести миль длиной, сэр, так что ... мы могли бы взять очень много людей и найти им применение."


"У различных армейских подразделений есть подходящие джипы, а также у морских пехотинцев, так что я прощупаю их и пообщаюсь с модом", - предложил он.


"У нас в Кении есть джипы, которые мы можем захватить", - отметил Марш. "Здесь еще немного коричневой краски".


"Перевезите их в Оман, когда будете готовы, сэр, здесь нет необходимости в секретности".


"Следопыты"? - Спросил бригадир Дин.


"Да, сэр, столько, сколько захочет присутствовать".


"Это были бы все они. Недавно я разговаривал с их новым командиром, но две команды всегда находятся на ротации либо в Мавритании, либо в Сьерра-Леоне."


Сандерсон отметил: "Штаб-квартира во Фритауне действительно предполагает, что на границе спокойнее, у нас там достаточно людей на ротации, и многие команды сменяются там для получения опыта, так что Йемен для них ничем не отличается - у всех опыт".


"И каковы ваши цели и желания здесь?" - спросил меня бригадный генерал UKSF.


"Мы подойдем вплотную и измотаем их, сэр, маленькая команда против маленькой команды в горах, набирая по миле в день, если потребуется ... пока у них не кончатся теплые тела. Мы отбросим основных бойцов Аль-Каиды, их последователей, уничтожим их оружие и обойдемся им в некоторую сумму денег. Это капля в море в борьбе с терроризмом, но мы должны попытаться."


Встреча завершилась, были проведены частные беседы, пока снова готовили чай и кофе, полковник Марш стремился ввести своих людей в курс дела и акклиматизироваться, поэтому я позвонил принцу Калиду.


"А, майор, как поживаешь, мой друг?"


"Прекрасно, сэр, и мы разрабатываем планы нападения на Аль-Каиду в Йемене. Скоро к вам прибудут некоторые армейские подразделения, джипы, грузовики и припасы, так есть ли база недалеко от границы с Йеменом?"


"Там старая база, но взлетно-посадочная полоса в порядке, достаточно хороша для "Геркулеса". У меня там уже есть люди, которые все убирают и чинят."


"Это север или юг, как близко к Вади Каллам?"


"Недалеко от этого вади, скажем, в двадцати милях к юго-востоку от него. Это будет твоей отправной точкой?"


"Да, сэр, так что разместите там людей, подготовьте припасы. И начните высматривать шпионов в этом районе."


"Там недалеко живет мало людей, это земли племен, они знают всех и не потерпят чужаков".


"Есть ли у вас люди, которые знают это вади?"


"Да, конечно, местные племена перегоняют своих верблюдов туда и обратно, пограничного заграждения нет".


"А перебежчики с гражданской войны в Йемене?"


"Да, много".


"Попроси их встретить меня, когда я приеду, пожалуйста, с хорошими картами на руках. О, у вас есть хорошие джипы?"


Он рассмеялся. "Куплен у британской армии! Кое-что из французского. Я позабочусь о том, чтобы многие были в вашем распоряжении, топливо под рукой."


"Какие у вас отношения с президентом Йемена?"


"Мы соседи, но мы не разговариваем через садовую ограду, как это делаете вы, англичане. Он трудный человек, и между нами нет сухопутной торговли, совсем мало торговли. Но мы получили ваше молчаливое разрешение войти на его землю. Факт в том, что ... у него нет солдат к востоку от Саны, и он мало заботится о земле и людях на востоке.


"И второй факт ... он рад, что вы делаете за него грязную работу, ему это ничего не будет стоить".


"И Аль-Каида станет для вас проблемой, если мы нападем на них?"


"Мне не нравится, что они сидят в Йемене и шепчутся с племенами, мой народ предпочел бы, чтобы они ушли. Здесь люди любят монархию больше, чем ислам, у нас очень мало внутренних разногласий, очень низкий уровень преступности в глобальном индексе."


"Звучит так, будто ты этим гордишься".


"Мы. Здесь дети не громят автобусные остановки, как в вашей Британии, на зданиях нет граффити."


"Мое правительство не позволило бы мне стрелять в таких детей", - посетовал я.


"Вот мы бы. За граффити полагается двадцать ударов плетью."


"Скоро мы снова поговорим, сэр".


Следующим я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, вы можете говорить?"


"Стреляй дальше".


"Мне нужны все морские пехотинцы, которые являются хорошими снайперами, в коричневой униформе пустынника, с коричневыми винтовками. Йемен - это как база верблюжьих лапок, все о стрельбе на дальность."


"Я проверю униформу, не уверен, что у них коричневые цвета пустыни, но я могу попросить прислать какую-нибудь. У тюленей есть снаряжение для пустыни."


"Сколько тюленей вы хотите использовать, сэр?"


"Как можно больше телевизионных бригад на корабле были готовы".


"Тогда подготовьте их, я найду место, которое они смогут удержать, или дорогу, которую они смогут перерезать, но вертолетные операции должны проводиться вдали от дорог и рельсов, у "Аль-Каиды" есть ракеты с тепловой наводкой".


"Сколько ракет?"


"Мы не знаем, но недавно они получили больше оружия и хорошо окопались".


"Мы можем поиграть с ними в цыплят. Заходят два F18, один низко, сигнальные ракеты наготове, и когда ракета видна более высокой струей, запускаются сигнальные ракеты, и они уходят в сторону."


"Звучит ... опасно, сэр".


"Предполагается, что пилоты в любом случае чертовски хороши в этом, а на войне нам противостояли бы силы с ракетами, так что им нужно разобраться с этим и быть готовыми - или нам придется переписать чертово руководство!"


"У ЦРУ есть три целевых лагеря, вот где у нас есть местоположения, так что не могли бы вы поручить своим людям изучить их и, возможно, сделать несколько разведывательных снимков с высоты".


"Ты попадешь в лагеря?"


"Черт возьми, нет, мы их выманим. Я подумал ... что если в лагерях нет гражданских лиц, то вы могли бы немного пошуметь, не дать им уснуть, когда мы войдем. И, сэр, нам потребуется около десяти дней, чтобы добраться до них от границы."


"Ты используешь гребаных верблюдов?"


"Джипы, сэр, и пешие люди. Я ожидаю встретить их на полпути, их небольшие группы приготовились устроить нам засаду."


"Да, прогресс может быть медленным. А как насчет вертолетов?"


"Если мы будем прыгать через край, сэр, тогда мы упустим людей, которых больше всего хотим убить. Я думаю, что некоторые из их лучших парней будут в засадных отрядах, а не готовить еду на базе."


"Хороший момент, да - я бы поставил свою команду Альфа на точку. Я составлю кое-какие планы и свяжусь с тобой."


Миллер позвонил в 9 вечера, когда я совершал обход казарм и хижин, время ушло на то, чтобы поговорить с ребятами из SIS. Они были на пробежке и провели некоторое время на Valmet, и для всех них это был первый раз с винтовкой.


"Мистер Миллер, вы все еще свободный человек в безопасной демократической стране?"


"В Вашингтоне небезопасно, а что касается демократии - у нас извращенный двухпартийный маятник".


"Чем я могу вам помочь?" Спросил я с усмешкой.


"Я видел перехваченные сообщения о Йемене. Ты думаешь, все пройдет нормально?"


"Единственной движущей силой в этом деле будут саудовцы, и если они смогут вытащить кролика из шляпы - хитроумная засада моих людей".


"Были переговоры на высоком уровне, и правительство Саудовской Аравии не обвиняет вас в убийстве их человека, а их глубинное государство отрицает какой-либо интерес к вам".


"То самое саудовское глубинное государство, которое действовало у вас под носом в течение десяти лет ..?"


"Тебе не доставляет удовольствия дразнить нас, не так ли?"


"Немного, поскольку предполагается, что ты всемогущ".


"Репутация, которой мы никогда бы не оправдали. Итак, если не считать вмешательства саудовцев, вы уверены."


"Какова ваша оценка вооруженных сил Саудовской Аравии?"


"Они дерьмо. У них есть несколько хороших самолетов от нас, хорошо обученные пилоты без боевого опыта, которые любят послеобеденный сон, и наземные солдаты, которые также любят послеобеденный сон. Да поможет им Бог, если бы им понадобилось воевать с Ираком или Ираном, они проиграли бы в первый же день."


"А их силы специального назначения?"


"Дерьмо".


"Нет возможности экспортировать спецназ и шпионов в Оман или Йемен?"


"Они попросили бы нас сделать это, они не любят делать что-то сами. У саудовцев есть рабы - чтобы отвечать на телефонные звонки!"


"Итак, о чем собирался предупредить меня тот саудовский дипломат, и если бы вы знали, вы бы мне сказали?"


"Я бы сказал вам, если бы это имело отношение к вам, но мы не знаем, во всяком случае, пока".


"Следует избегать большой кучи мертвых американских солдат в Йемене, поэтому постарайтесь узнать об этом предупреждении".


"Это рассматривается", - заверил он меня. "Как поживают американские волки?"


"Все хорошие люди, все усердно тренируются. Процесс отбора сделал свое дело, и мы избавились от идиотов на раннем этапе. Хорошие люди отталкиваются друг от друга и поддерживают хорошее отношение."


В 11 вечера позвонил Карлос. "Привет, котенок Карлос".


"Я собирался задать несколько вопросов, чтобы проверить, действительно ли это был ты ..."


Я рассмеялся. "Как дела в семье?"


"С ними все в порядке, и мы оттесняем Лобо, где бы мы их ни нашли. Но причина этого звонка в том, что завтра вечером их старшие люди встретятся за пределами Чегали."


"Ах. Можете ли вы сообщить мне точное местоположение и подтвердить, прибудут ли они?"


"У меня есть люди поблизости, и они знают место встречи".


"Дай мне координаты на карте".


"Мигель уже сказал, что ты спросишь". Он прочитал их дважды, и я записал их на клочке бумаги. "Это поселение на холме, в километре к северо-западу от небольшой плотины, за городом".


"Другие дома рядом с ним?"


"Не подходи ближе, чем на 500 ярдов".


"Я посмотрю, смогу ли я что-нибудь организовать со временем, но я сейчас в Западной Африке", - солгал я. "Я скоро свяжусь с тобой".


Я позвонил в Лэнгли и попросил заместителя начальника срочно перезвонить мне.


Он позвонил пятнадцать минут спустя. "Уилко, у тебя проблема?"


"Что у меня есть ... так это встреча руководства Lobos завтра вечером в изолированном комплексе. Думаешь, ты мог бы достать бомбардировщик-невидимку?"


Обычно шансов нет, но в данный момент ... шанс есть. Я сейчас отправлю записку советнику по национальной безопасности."


Запишите эти координаты." Я перечитал их дважды. "Если вы не можете разбомбить их, то, может быть, мексиканцы смогут что-нибудь сделать".


Мексиканцы продали бы информацию в мгновение ока, и Лобоса бы давно не было. Я вернусь к тебе."


Утром я проехал несколько кругов до завтрака, несколько парней были со мной на трассе, и я чувствовал, что мне нужно быть в лучшей форме. Я кричал парням, чтобы они набирали форму, поэтому решил, что мне следует прислушаться к собственному совету.


После завтрака я поговорил с Рокко о том, кто чем занимается, и я помогал с лекцией о первой помощи при травмах 14 командам разведки. Команда SIS была на стрельбище наверху, и когда я зашел понаблюдать за ними, они стреляли как профессионалы, некоторые не хуже Томо.


Когда все они закончили, я крикнул: "Теперь делай это левой рукой, твоя правая рука сломана. И да - выпуск журнала слева, не забывайте. Пистолет в горизонтальном положении, большим пальцем левой руки удерживай магазин. Практикуйся, затем практикуйся еще немного!"


Внизу пары британских волков двигались по Убойному дому, Краб ухмылялся как раз перед тем, как большая бешеная собака напала на одного из Волков, собака была застрелена, но не раньше, чем вонзила зубы в красивую мягкую ногу.


"Идите сюда, вы, бесполезные ублюдки!" Я кричал, мои слова отдавались эхом. Они оба вернулись к началу. "Всегда ожидай собак, люди держат собак, и то, как ты застрелил ту собаку, тебе повезло, что у тебя остались пальцы на ногах. Включите свои мозги."


"Хорошо, сэр", - предложили они.


"У тебя болит нога?" Я спросил раненого мужчину.


"Да, сэр".


"Крутое дерьмо, сделай это снова!"


После обеда позвонил Фрэнкс. "Они будут бомбить руководство Лобоса и беспокоиться о последствиях с мексиканским правительством после этого, но ... есть вероятность, что мексиканскому правительству будет насрать, но поднимет шумиху о том, что мы вторглись в их воздушное пространство на двадцать миль".


"Есть люди на позиции, чтобы подтвердить цель, и есть ли поблизости гражданские", - сказал я ему. "Я перепроверю это".


"Шоу ведет твой приятель полковник Мэтьюз, он позвонит тебе позже".


Я потратил час, рассказывая офицеру по материально-техническому обеспечению королевских ВВС, что делать с новым штурмовым курсом - жаль только, что он не был готов для обучения команд сейчас, до того, как я занялся бумажной работой с Билли, куча бланков магазинов, которые нужно было отсортировать, дополнительный комплект для всех, дополнительные винтовки Valmet - выкрашенные в коричневый цвет винтовки. И у нас было бы двенадцать дополнительных слоновых ружей, которые мы могли бы взять с собой.


В 5 вечера позвонил командующий ВВС. "Мы получили документы от вашей компании. Ты пытаешься все делать по правилам в эти дни?"


Я широко улыбнулся. "Теперь я майор, и у меня есть команда, так что никаких оправданий тому, что я исключаю людей из цикла".


"У меня наготове 2 эскадрильи, дополнительные медики, назначены два "Геркулеса". Будет ли брелок?"


"Возможно, да, но это в плохом месте и может быть перегружено. Это также неровная полоса, поэтому нам нужно было бы проверить ее перед посадкой, а не во время приземления. О, у оманцев есть вертолеты Puma, от нас и из Франции, так что как насчет того, чтобы несколько пилотов и членов экипажа погибли."


"Да, хорошая идея - сменить команды. У них есть шестнадцать вертолетов Lynx, от нас, я знаю человека, который тренирует их там."


"Тогда свяжись с ним, и я попрошу принца Калида одолжить немного. Что еще у них есть?"


"Там довольно много современного снаряжения, от нас. У них все еще есть старые штурмовики "Ягуар", которые скоро будут сняты с производства, "Геркулес", несколько старых "Хьюи", несколько французских транспортов. А на дальнем востоке находится база американских ВВС."


"Что у них там есть?" Я остро спросил.


"Дозаправка, транспорт и чертова куча палаток и медиков наготове".


"Палатки и медики? Я попробую отщипнуть несколько штук, раздобыть для них несколько хороших газетных дюймов. Как поживает наша эскадрилья "Спитфайров" в Сьерра-Леоне?"


"Отличная реклама, несколько раз показывали в новостях, но всем пилотам столько же лет, сколько мне, и они не самая фотогеничная компания!"


Я рассмеялся. "У вас нет молодых бойцов-асов?"


"Все они начинают с винтомоторных самолетов, а затем переходят на "ястребы", одномоторные реактивные самолеты. На самом деле, в Омане у нас есть тренеры по их ястребам. И у них есть возможность наземной атаки, если вам это нужно."


"Вполне может сойти, поскольку у нас нет четкого плана или мы точно не знаем, где плохие парни ставят свои палатки и пасут верблюдов".


Он рассмеялся.


"Нет, на самом деле, они передвигаются на верблюдах и ставят палатки, некоторые из бойцов. Там, куда мы направляемся, мы не увидим ни одного живого существа - если только они не стреляют в нас."


"Тебе нужны парашюты?"


"Я собирался сказать "нет", но вашим людям не помешал бы некоторый опыт, так что отправьте команду вниз, и я попрошу ваших инструкторов высадиться в безопасном месте и вернуться пешком".


"Новая местность для них, да."


"Собери мои парашюты, ГАЛО-парашюты и статическую линию, мы могли бы пойти этим путем или перепрыгнуть позицию".


Я разберусь с этим на этой неделе. И когда вы спуститесь туда, не удивляйтесь, обнаружив там офицеров королевских ВВС и армии, у нас там шестьдесят или больше внедренных."


"Можете ли вы достать мне чертову кучу радиостанций "земля-воздух", сэр, и людей, чтобы ими управлять?"


"У нас есть десятки квалифицированных бойцов полка королевских ВВС, я захвачу их - и рации".


И мобильный радар" который использует 2-я эскадрилья. Насколько она мобильна?"


Задняя часть трехтонного грузовика, но потряси ее по песку" и она сломается. К сожалению, они не такие уж горячие."


Я пошел и нашел Тинкер. "Я хочу чертову кучу подслушивающих устройств. Мы разместим их по ходу движения на случай, если кто-то зайдет к нам сбоку или сзади. И здесь у нас есть маленькие радиодетекторы. Проверь их, получи больше, мы возьмем их. В пустыне мы могли бы засечь группу боевиков на расстоянии нескольких миль, но для этого нужно было бы обнаружить спутниковый телефон."


"Спутниковый телефон должен быть включен, а это сканер другого типа. Я соберу команду для этого."


Я позвонил полковнику Мэтьюзу.


"Ах, Уилко, мы готовимся к сегодняшнему удару по Лобосу, пока все совершенно секретно, мало кто знает об этом".


"Я буду бодрствовать и вызову подтверждение цели, сэр. Но причина вызова - ваша база в Омане."


"Тамрит?"


"Понятия не имею, как это называется. Но у них есть палатки и медики?"


"Да, это складское помещение. Сейчас я отправлю записку, пусть они будут разогреты. Вам нужны палатки и медики на границе с Йеменом?"


"Да, сэр, хотя бы для того, чтобы ваши люди приобрели там некоторый опыт, как репортер".


"Им понравится шанс что-нибудь сделать, это тихое место, мертвая тишина".


"Поговорим позже, сэр, и учтите разницу во времени - шесть часов".


"У меня восемь часов на чертовой стене", - указал он.


"Просто проверяю".


После ужина с командами я рассчитал разницу во времени, и я рано ложился спать и рано вставал, ночному персоналу отдела разведки было поручено разбудить меня.


В 2 часа ночи я проснулся, мой будильник отключился, и Свифти по утрам стонал на меня. Я открыл дверь до того, как полицейский постучал, и они зашли выпить чашечку кофе, пока я пытался сфокусировать взгляд, поболтать о предстоящей операции в Омане.


В отделе разведки я позвонил полковнику Мэтьюзу, и для него это приближалось к 10 вечера, 9 вечера у цели. Следующий звонок был Карлосу.


"Ах, Петров, они начинают собираться, у меня там есть надежный человек".


"Есть ли семьи с ними?"


"Нет", - усмехнулся он. "Они держат семьи подальше от работы, и у многих нет семей. Их вербуют за их агрессию, которая не способствует спокойной жизни дома."


"Значит, они не меняют подгузники?"


"Я бы так не думал, нет".


"К каким временным рамкам мы стремимся?"


"Они все должны быть собраны, скажем ... минут за сорок. Что ты будешь делать?"


"Подожди и увидишь. И если поблизости есть гражданские, сразу дайте мне знать."


Я перезвонил полковнику Мэтьюзу и назвал ему временные рамки в один час. "Я позвоню вам, только если планы изменятся, сэр. Звонка нет, все хорошо."


"Отсутствие новостей - хорошая новость", - язвительно заметил он. "Вы следите за оценкой ущерба?"


"Да, люди на месте".


Пожелайте нам остроглазых пилотов и хорошей погоды. Или в этом случае пожелайте нам работающий компьютер; пилот будет сидеть сложа руки и наблюдать, как этот чертов самолет летит сам по себе."


Я ходил взад и вперед, команда Intel задавала вопросы, но я был легкомыслен в ответах. Милая леди-капитан пришла на дежурство полчаса спустя, желая выпить кофе, а то и три.


В гостиной я указал на дерзкий сосок и погладил его. "Что это?"


Она посмотрела вниз. "Это сосок. Ты не видел ни одного раньше?"


"Не на тебе, и не дерзко". Я ждал.


"Я надела не тот бюстгальтер", - она покраснела.


"Это тот, кого ты изматываешь танцами на дискотеке?" Я дразнил.


Обычно на нем был бы верх. Перестань смотреть."


"Я? Это ты собираешься выколоть кому-то глаза."


"О боже", - сказал он, когда она уставилась на них сверху вниз. "Я воспользуюсь целлофановой пленкой".


"Ой..."


"Мы, девочки, иногда пользуемся целлофановой пленкой". Она отправилась за кассетой и направилась в туалет. Вернувшись, она была менее самоуверенной.


"Лучше", - сказал я. "С профессиональной точки зрения".


"Почему ты пришел так рано?" - спросила она.


"Работа продолжается, я передаю сообщения американцам".


"Ничего не записано", - озадачилась она.


"Я записал это, а затем прикрепил к груди на целлофановой ленте для надежности".


Она покосилась на меня и нахмурилась.


Карлос перезвонил мне, руководство Лобоса теперь на месте, по крайней мере, многие из них. Я посмотрел на часы, нет необходимости звонить полковнику Мэтьюзу.


Двадцать минут спустя Карлос снова включился. "Мой человек, наблюдавший за поселением Лобоса, испытал сильнейший в своей жизни шок".


"Что случилось?"


"Вы спрашиваете меня, что произошло? Конечно, это взорвалось."


"Я имел в виду, был ли взрыв в нужном месте?"


"Да, лагерь сровняли с землей, никто не выжил. Все в Сегали слышали это, возможно, несколько окон было разбито. Мой мужчина был в полумиле от меня и был шокирован этим. Сколько взрывчатки вы использовали?"


"Это был не я, это был американский бомбардировщик-невидимка, бомба весом 2000 фунтов".


"У вас странные отношения с американцами..." - отметил он.


"Они чего-то хотят, ты чего-то хочешь, и я чего-то хочу, и там, где они пересекаются, мы сотрудничаем, у нас общая цель, пока наши пути снова не разойдутся".


"Странные товарищи по постели на час, эх".


Не так уж и странно, если посмотреть на общую картину. Попроси Мигеля объяснить это. " Он выругался по-испански, но я уловил суть. "Спокойной ночи, Карлос К-Е-О."


Я позвонил полковнику Мэтьюзу. "Это Уилко. Цель поражена, точность 100%, мирных жителей нет, сопутствующего ущерба нет."


"Приятно знать, я сейчас передам это в Белый дом".


Поскольку вокруг было мало народу, а мне нечего было делать, я вернулся к себе домой, полчаса посидел за книгой, а затем уснул внизу. Я проснулся, когда Свифти пошел пописать в 6.30 утра.


Расслабившись и зевнув, я поставил чайник, нуждаясь в разминке и пробежке.


После нескольких кругов в нокауте, пока я был в полусне, я наслаждался ранним завтраком, в столовой было оживленно, вскоре в офицерской столовой, поскольку там обычно завтракали мужчины, их жены не были обременены ранним вставанием и приготовлением пищи для своих мужей.


Команда Тинкера из GCHQ приехала в 10 утра из Челтенхэма, на некоторое время отлучившись из офиса для них. Я показал им окрестности, вид с крыши казармы, прежде чем они научили дюжину солдат и офицеров пользоваться сканерами. Время автономной работы было проблемой, приходилось носить с собой запасные части, тяжелые запасные части.


По моему предложению они согласились, чтобы с нами отправились двое мужчин в форме, оба выдавали себя за капитанов, поскольку они были капитанами в начале своей карьеры. Сандерсон обеспечил бы их беретами. Двое мужчин должны были перевозить сканеры и тяжелые батареи и присматривать за комплектом там, внизу.


Я спросил: "Если бы вы сели в Рысь и полетали вокруг, сработали бы сканеры?"


"Должно подойти, никаких микроволновых вспышек от Lynx для помех нет, а спутниковый телефон в пустыне различим".


"Тогда я могу посылать тебя сканировать местность раз в день".


"А как насчет парней из Ordnance?" - спросил меня один из сотрудников GCHQ.


"А что насчет них?" Я озадачен.


"Легко устанавливать мины в песке".


"Да, но это чертовски большая территория".


"Если мины были заложены где-то, где они могли бы помочь, достаточно просто выкопать мины в песке, я видел, как они это делали".


Я кивнул. "Я сделаю звонок". Я разговаривал с бригадиром, и он знал человека, которому можно позвонить, и он бы так и сделал, команда артиллеристов для поездки вниз, некоторый опыт для них, некоторое время вне офиса.


В ангаре готовили ящики, раскладывали части снаряжения, Моран часто стоял, глядя на набор, и сортировал разные предметы. У всех наших гостей теперь были коричневые цвета десерта и запасные части, коричневая ткань, коричневые маски для лица и перчатки, так что мы добились прогресса.


Еще больше коричневых вельветов были в пути, и они должны были быть под знаменем полевой разведки ╧ 1, а не Эхо, винтовки должны были храниться в прочных металлических сараях, на горках в оружейной. Команда SIS теперь состояла из мальчиков Саши и усердно тренировалась, изучая тактику командных перемещений и снайперскую стрельбу. Новички впервые взяли в руки ружье для слонов, уроки Николсона и Свона.


Я дал разрешение, и металлические пластины были размещены на новом илистом берегу вокруг нового штурмового поля после того, как рабочие ушли в 4 часа дня, и на крыше казармы команда SIS выстрелила по этим металлическим пластинам с расстояния 1000 ярдов.


Двое старожилов SIS были натуралами, и поэтому, бывая в Омане, носили слоновьи ружья.


Я сказал им: "В пустыне все зависит от расстояния. Мы можем стрелять метко на расстоянии, они - нет. И с помощью этих длинноствольных 7,62-мм патронов вы можете уничтожить джип. Затем бойцы выходят и идут домой.


"Если вы наткнетесь на глинобитную хижину, стреляйте сквозь стены, кирпичное здание или многоэтажный дом - все равно что бумага для одной из этих винтовок. Если человек прячется внутри здания и стреляет оттуда, цельтесь в стену, и он получит рикошетом в лицо.


"На недавнем задании Николсон и Томо проделали дыру в стене жилого комплекса, и стена рухнула. Бей ими по стене, и это все равно что бить по ней кувалдой. Также хорош против летящих на вас вертолетов. Целься в пилотов."


Фрэнкс вышел в эфир в 9 вечера. "Белый дом признался в бомбардировке Лобоса, об этом сообщают в новостях, и у них уже есть изображения последствий. Мексиканское правительство осудило это, но тихо разговаривает за закрытыми дверями.


Лобос верил, что они в безопасности, что это их ошибка, которую картели больше не повторят, поэтому у нас был наш единственный шанс, и мы им воспользовались. Мексиканцы говорят, что было убито шестьдесят человек, многие просто водители и наемные убийцы, но двенадцать из так называемых "лордов" были убиты, и мы знаем, что у них их шестнадцать, так что для них это большой разрыв. Убито много лейтенантов.


"Пока нет заявлений от гражданских лиц, среди которых нет женщин и детей, и в местных телевизионных новостях не сообщается о каких-либо жертвах, кроме членов картеля. Там федералы, и они будут использовать ДНК для идентификации людей, нужно иметь несколько отпечатков пальцев."


"Значит, все проделали хорошую работу", - отметил я.


Популярность президента резко возросла, люди прямо поддерживают это. Я думаю, что твой приятель Карлос сейчас ╧ 1 в регионе."


"Он - мой следующий звонок".


Когда Фрэнкс повесил трубку, я позвонил Карлосу.


"Ах, Петров, я только что разговаривал с мужчинами в Чегали".


"Убиты ли гражданские лица?"


"В лагере только Лобо плюс водители, конечно".


"Как это влияет на вашу позицию?"


"Многие люди хотят купить у меня и перейти на мою сторону".


"Ты им доверяешь?"


"Ну, до определенного момента. Они не придут сюда на ужин."


"Если появится дополнительная информация, дайте мне знать, мы прикончим Лобоса и других ваших соперников".


Приятно знать, и теперь я покупаю больше в Томске. Мы заняты."


Я позвонил в Томск.


"Ах, Петров, я хорошо выгляжу в своем клубе - я говорю всем, что узнал подробности о Лобосе и tipped of the Americans."


"Твой секрет в безопасности со мной", - поддразнила я.


"Карлос теперь ╧ 1, эти гребаные Лобос не отвечают на звонки!"


"Как поживает моя девочка?"


"Ей весело, да, у нее были выходные, поехали в мой отель на севере, посидели у бассейна".


"Я поговорю с ней, когда увижу ее", - пригрозил я. "Ты хочешь оставить ее?"


"Если я смогу. Могу я ... отправить ее в Майами?"


"Зачем?"


"Кое-кто, за кем я хочу шпионить".


"Она была бы в опасности ..."


"Никто ее не подозревает, она слишком маленькая! И она притворяется пьяной, как голливудский актер!"


"Я свяжусь с Лондоном и дам тебе знать, но я думаю, что все было бы в порядке".


На следующий день бригадный генерал сообщил мне, что официальное разрешение и приказы о передвижении были выданы Кабинетом министров и Министерством обороны, и что группа снабжения королевских ВВС отправится через несколько дней, а старший офицер будет отвечать на местах.


Билли неуверенно спросил, не пойти ли с нами, но я указал, что он просто будет сидеть без дела. По выражению его лица я понял, что он не хотел идти, но решил, что его следует рассматривать как добровольца. Я попросил его присмотреть за базой вместе с Рокко.


Затем мы получили уведомление, что было выделено не менее шестидесяти британских морских пехотинцев, джипы должны быть отправлены C5, так что премьер-министр потратил немного денег - загадка. Я попросил бригадира сделать несколько звонков, и позже он подтвердил, что два крупных зарубежных учения были отменены и что вместо этого люди отправятся с нами в Оман.


В список добавлено пятьдесят пунктов, их запланированное упражнение также отменено, МОД теперь пытается найти достаточно коричневой одежды. Но занятость на базе отвлекла меня от дерьма в Лондоне, и вскоре меня вызвали предстать перед Отборочным комитетом. Как выразился Саша, я бы снова оказался в логове льва.


Когда Митч попросил что-нибудь сделать, я поручил ему людей из SIS, и он должен был вести их в пустыню вместе с Грини. Он отвел их в сторону и подробно рассказал о том, что он знал о тяжелых длительных прогулках по пустыне и о количестве пищи и воды, которые человек обычно использует изо дня в день.


В конце дня я вспомнил о Тини, когда кто-то спросил о ней, поэтому я позвонил Дэвиду, когда стоял возле столовой, засунув руку в карман, пока приходили и уходили команды. "Я хочу, чтобы Тайни подольше оставалась с Томском, но он хочет, чтобы она пошла шпионить за кем-то в Майами".


"Ну, вопрос в том, способна ли она сделать это, не будучи пойманной? Если это так, то она для нас материал. Если ее поймают, что ж ... мы надеемся, что она этого не сделает."


Итак, мы проверим ее и посмотрим. Она либо становится лучшим агентом, либо ... застрелена и оставлена плавать в океане."


"Возможно, будет трудно объяснить это 14-й разведке".


"Я бы обставил это как автомобильную аварию, не волнуйся".


Я позвонил Томску, и он попросил Тини позвонить мне, когда она не загорала у бассейна.


Она позвонила мне полчаса спустя. "Правильный босс?"


"Загораешь?"


"Повсюду, даже у меня в заднице".


"Это ... было больше деталей, чем мне нужно". Она рассмеялась. Томский хочет, чтобы ты отправился в Майами, на шпионскую работу. Как ты думаешь, ты справишься с этим?"


"Определенно".


"Если они поймают тебя..?"


"А если они поймают меня за выполнением задания для 14 Intel? Тот же риск, но так планирую я, а не какой-то придурок-капитан из 14-й разведки, планирующий это. Никто в Великобритании не знает, кроме тебя, поэтому они не могут это слить."


"И ты ... откладываешь немного наличных для себя?"


"Что ж ... Возможно, я наткнулся на что-то и сохранил это, какие-то невостребованные драгоценности."


"Молодец. Будьте осторожны в Майами, я ухожу, чтобы начать войну на несколько недель, и ваши тоже идут следом."


"Куда ты собрался?"


"Йемен".


"К черту это, Майами намного лучше - там есть коктейль-бары!"


"Используй свои сильные стороны, девочка".


Боб Стейнс позвонил через несколько минут.


Я начал. "Привет, ╧ 1, как продвигается "Предприятие зла"?"


"В эти дни я больше биржевой трейдер, чем шеф разведки, зарабатывающий деньги. Тем не менее, деньги смазывают колеса."


"Это так, да".


"Причина вызова, Томск хочет, чтобы несколько человек были найдены и разобрались с ними ..."


"Прекрасно, при условии, что эти люди не будут полезны нашим собственным разведывательным агентствам или странам НАТО. Сначала проверь, прежде чем просто кого-то застрелить."


"В этом-то и заключалась проблема, что мы сначала их проверили. Если это русский владелец казино или торговец оружием - прекрасно, но если это кто-то другой, я могу сначала обсудить их с вами."


"Что за люди в списке?"


"В основном русские, немного восточноевропейцев. Я бы все равно сначала проверил их, провел небольшое исследование для команды, прежде чем они нападут на кого-то."


"Возможно, вы могли бы попросить команды обставить это как несчастный случай или впрыснуть им под волосы антифриз, Томску нравится этот метод".


"Хорошо, это упрощает задачу, никакого расследования убийства. О, догнал того парня в Южной Африке, но он спрыгнул с высокой башни."


"Вопрос в том, Боб: он прыгнул или его столкнули?"


"Я склоняюсь к тому, что меня толкнули".


"И люди, связанные с банком?" Я спросил.


"Там все еще горстка людей, которые прячутся".


"А расследование бельгийской полиции?"


"Они держат это в секрете, давление со стороны богатых семей мертвых богачей".


"Это работает для нас", - похвалил я.


Здание было снесено, все банковские счета переведены в другой банк. И Леон скупил несколько их активов."


"Я уезжаю в Йемен на несколько недель".


"Милое местечко. Будет ли в вашем отеле бассейн?"


"Я склоняюсь к тому, что пула не будет".


В пятницу днем мужчины по очереди смотрели часовой документальный фильм, по двадцать или тридцать человек в комнате для брифингов одновременно, документальный фильм о верблюдах в Йемене, снятый именно в том вади, который меня заинтересовал.


После одного показа Николсон отметил: "Действительно красивое место, я люблю пустыни, все чисто и безоблачно, ни людей, ни суеты".


"Если один караван верблюдов встречает другой лоб в лоб в час пик, это безумие, часто драка", - сказал я ему, заставив его рассмеяться.


"Они останавливаются, когда встречают незнакомца и устраивают вечеринку, так редко можно увидеть другое живое существо".


Старший сержант Робби давал о себе знать среди Волков, организовывая тренировки и крича на людей, иногда его и Рокко видели сравнивающими планшеты перед ангаром.


В пятницу вечером в местном пабе было многолюдно, вооруженная полиция и полицейские снаружи на всякий случай. Сидя в переполненном баре, я спросил Свифти: "Как дела у Волков?"


"У них у всех хорошее отношение, они не ссорятся, не скулят друг на друга. Некоторые британские парни все еще немного странные, временами немного замкнутые. Пошутишь, а они не совсем знают, как это воспринять."


"Они были завербованы из-за этого факта".


Он кивнул и потягивал пиво, пока Рокко, Монстр и Риццо что-то громко обсуждали. "Все они хорошо стреляют, соответствуют этому".


"Американцы?"


"Солидная компания, и я думаю, что база Camel Toe изменила их, уровень зрелости вырос, и вы не видите, чтобы они выглядели обеспокоенными или увлеченными, скорее как мы в эти дни".


"Это нехорошо, я предпочитал увлеченных молодых людей", - съязвил я.


"Что случилось с вкусной птичкой, Тайни?"


"На задании, совершенно секретно".


Он бросил на меня обеспокоенный взгляд. "Ты собираешься ее убить?"


Я пожал плечами. "Если 14-я разведка пошлет ее куда-нибудь под прикрытием? Те же риски, но, как она мне сказала, ни один придурок-капитан из 14 Intel не планирует свои миссии, она делает это сама."


"Я говорил с этими капитанами, и если бы я был в плохом положении, я бы не хотел, чтобы они были со мной ..."


Мы обменялись взглядами, пока я обдумывал это.


Я отметил: "Итак, им нужна работа. Мы дадим им немного трудностей, посмотрим, как они справятся."


Когда Моран сидел со мной немного позже, а Джинджер принесла две новые пинты пива, я сказал Морану: "У Свифти есть сомнения по поводу этих двух капитанов из 14 Intel".


"Я тоже", - отметил Моран. Он повернулся к Джинджер и ждал.


Джинджер начала: "У них нет опыта, и, как вы говорите о молодых волках, опасность закаляет их. Им нужно какое-то время провести в грязной дыре, в которую стреляют. Их отношение в порядке, они стремятся проявить себя, так что ... просто нужна эта кампания, чтобы успокоить их."


"И ты остепенился?" Я спросил его.


"Не мог представить, что вернусь", - сказал он мне. "Если бы я ушел отсюда ... хуй знает, что бы я делал, но я бы не вернулся туда, где я был - заполнять формы".


Я столкнулся с Мораном. "Ты мог бы стать майором к настоящему времени ..."


Он пожал плечами, потягивая свой напиток. "И заполнение форм, да. Не могу представить, что занимаюсь чем-то другим, ты погубил меня."


"Что случилось с той милой девушкой, на которой ты собирался жениться?"


Он бросил на меня взгляд. "Это была твоя вина", - поддразнил он. "Меня ранили на первом задании, я испытал волнение, и это изменило меня - и она это увидела. Она попросила меня устроиться на кабинетную работу, но я отказался."


"А если бы ты потерял ногу на том французском авианосце ..?"


Моран обдумал это. "Я бы не хотел никого убивать или заканчивать свою жизнь. У него были проблемы, не только в браке."


Саломея вошла в теплом пальто, но сняла его, под ним была только футболка, без лифчика, сиськи покачивались, когда она шла в обтягивающих джинсах, все парни пялились на нее, но не примеряли, все знали, что она опрокинула Томо на стол.


Она протиснулась внутрь, уткнувшись задницей в лицо Джинджер, затем в лицо Морана, плохо скрывая ухмылки, когда мы освобождали место.


" Майор, - предложил я, когда она села.


Она попробовала немного моего пива. "Когда мы полетим?"


"Еще не забронировал, может быть, на следующие выходные. Есть куда пойти?"


"Нет", - сказала она, защищаясь.


Моран рискнул: "Тебя никто не ждет?"


"Тебя не ждала женщина?" - парировала она. "Только ты и твоя теплая рука в постели?"


Джинджер сказала мне: "Мне нравится, когда она говорит непристойности", а Моран ухмыльнулся.


"Тебе нужна своя жизнь", - сказала она Джинджер.


Джинджер парировала: "И тебе нужно перестать наслаждаться вниманием, которое привлекают к тебе твои сиськи, и развивать личность".


Я громко рассмеялся, когда она подумала о том, чтобы ударить Джинджер, стиснув зубы, а Моран отступил с дороги. Я обнял ее, чтобы она не двигалась. "Кто-то может подумать, что мы пара, но я пытаюсь помешать ей убить одного из моих сотрудников. Джинджер, играй хорошо."


"Я сделаю, если она захочет", - предложил он, Рокко бросил на меня озадаченный взгляд, когда я сидел, обняв Саломею.


"Выглядит довольно естественно", - отметил Моран.


"Чувствую себя хорошо", - сказал я ему. "Мне нужна женщина, чтобы согревать мою постель".


"Ты не проявляешь ко мне никакого интереса", - отметила она.


Я сказал ей на ухо, но достаточно громко, чтобы услышали Моран и Джинджер: "После Йемена тебя выпустят, и тогда мы сможем посмотреть, хороша ли ты в постели".


"Выпущен?"


"Заниматься другими вещами, важными вещами, а не просто слоняться по этой базе".


"Ты отошлешь меня?"


"Поскольку ты не говоришь мне настоящую причину, по которой ты здесь, у меня нет выбора".


"Я провожу исследование, изучаю привычки британских солдат к мастурбации".


" Мы внесем свой вклад, " предложила Джинджер, когда Моран, поперхнувшись, допил свой напиток. "Левша и правша".


Я повернулся к Рокко за соседним столом. "Саломея наконец-то рассказала, зачем она пришла к нам, и это для того, чтобы изучить привычки британских солдат к мастурбации".


"Мы можем добавить к этому главу", - предложил он, те, кто сидел за его столом, хрипло рассмеялись, Саломея толкнула меня локтем в ребра.


"Где Тайни?" - Спросил Риццо.


"На работе, но я видел ее обнаженной на Ямайке".


"Чертовски повезло".


"У нее татуировка на спине. Там сказано: не останавливайся, пока я не скажу."


Они откинули головы назад и рассмеялись.


Джинджер спросила Саломею: "Есть какие-нибудь татуировки, майор?"


"У нее их нет", - сказал я ему.


"Откуда ты знаешь?" - спросил он.


"Ямайка, мы вместе принимали душ".


"Расскажи?" Джинджер подтолкнула локтем.


"Придурок", - сказала ему Саломея.


Моран отметил: "Она достаточно хорошо усваивает наш язык".


Я сказал Джинджер, теперь уже убрав руку: "У нее стройная и дерзкая фигура, подтянутая, оливковая кожа ..."


Саломея повернулась ко мне. "Он начнет дрочить здесь, если ты будешь так говорить".


"Джинджер, сходи куда-нибудь на этих выходных и найди себе девушку", - сказал я ему. "Возможно, был убит в Йемене".


"Как Кейт?" Моран спросил меня.


"Становясь больше, очевидно, мы иногда разговариваем по телефону. Николсон провел неделю, охраняя ее, и этого было достаточно, он не хочет возвращаться. У нее есть одно мнение, и это единственное, которое имеет значение."


"Доктора, все такие", - усмехнулась Саломея. "Военные врачи и все. Слишком умны для их же блага."


"Я думаю, ты был разочарован", - выпалил я.


"Много раз. Трудно уважать мужчину."


"И какого мужчину ты уважаешь?" Сильный?"


"Да, конечно, я солдат".


"Никаких прогулок при луне, цветов, ужинов при свечах ..?"


"Ха", - усмехнулась она, доставая сигарету.


"Это не курение", - сказал ей Моран.


"Английские законы о кисках. Я выхожу на улицу." Она протиснулась мимо меня, ткнувшись задницей мне в лицо. Я толкнул эту маленькую задницу мимо, но она не ударила меня и не отреагировала.


Рокко ухмылялся ей, и всего в нескольких футах от него, когда Саломея проходила мимо него. Она наклонилась и задрала футболку, чтобы показать ему грудь с расстояния двенадцати дюймов, прежде чем направилась за сигаретой. Он повернулся ко мне: "Думаю, я собираюсь добавить что-то к тому опросу, который она проводит. Ты и она ..?"


Я покачал головой. "Нет".


"Не могли бы вы достать нам несколько полароидных снимков?" Спросил Рокко, парни засмеялись.


В следующий понедельник я отправился в Лондон с членом парламента Питом, но в костюме, чтобы я мог незаметно проскользнуть внутрь. Мы остановились выпить чаю на станции техобслуживания, когда хлынул холодный дождь, раньше запланированного срока, вскоре миновав плотное движение в Западном Лондоне под дождем, затем плотное движение в центре Лондона под дождем и к зданию Министерства обороны.


Выйдя из машины, оставив в ней ключи, мы забрали влажный фургон с тонированными стеклами и охранниками из Ми-6, вскоре направляясь к сырому зданию рядом с парламентом, поскольку наши тонированные стекла запотели изнутри. К счастью, там была подземная парковка, но я все равно надел маску для лица.


Смотритель покачал головой, глядя на меня. "Это как бы навешивает на тебя ярлык Уилко. Я думаю, сейчас они продаются в магазинах и раздают их на детских вечеринках!"


Вскоре ему пришлось проглотить свои слова, поскольку репортеры слонялись по первому этажу, некоторые хватали меня. Поднявшись этажом выше, мы вскоре избавились от репортеров и ждали в боковой комнате - чая или кофе под рукой не было.


Наконец-то привели соседа - сняв маску, Пит подошел и сел в стороне. Передо мной сидели полукругом десять мужчин и две женщины, лицом ко мне, перед ними были раскрыты папки, остальная часть комнаты была совершенно пуста.


Сотрудники Ми-6 сообщили, что председатель был бывшим армейским офицером и близок к новому премьер-министру, поэтому я был почти уверен, что он не будет пытаться подставить мне подножку здесь. И эти люди знали о моей популярности в средствах массовой информации - и о том, что я сообщу о том, что они сказали, газете Sun.


Председатель сосредоточился на Пите. "А кто ты, собственно, такой?"


"Военная полиция, сэр".


Я сказал председателю: "Ходят слухи ... несколько человек пытались меня убить. И да, у меня под мышкой пистолет, у него тоже, поскольку люди, которые пытаются меня убить, имеют очень хорошие связи и могли проникнуть в это здание - как они и проводили расследование."


"Что ж, мы обойдемся, поскольку ты часто занят - или в отпуске". Подвох был очевиден, но я просто улыбнулся, и это разозлило его.


Он собрался с мыслями. "Этот специальный комитет был создан как общепартийный комитет для расследования недавних чрезвычайных событий в Лондоне и других местах, чтобы выяснить, были ли недостатки в полиции и разведывательных службах, и действовали ли различные ветви власти соответствующим образом. Мы отчитаемся перед парламентом, когда будем готовы.


"Вы здесь сегодня, майор, поскольку вы, кажется, находитесь в центре почти всего, что произошло, и начальники разведки указали, что вы были в курсе того, чего не знали они, очень странная ситуация.


"Итак, во-первых, майор, возможно, вы могли бы объяснить, почему вы, как майор армии, посвящены в вещи - и вовлечены в них, - которые выходят за рамки обычной цепочки командования."


Я давно планировал этот день. Теперь я тихо вздохнул.


"Начнем с самого начала. Я был замечен нашими разведывательными службами, когда находился в Эр-Рияде с королевскими ВВС, во время войны в Персидском заливе. Я говорил по-арабски, и я водил вокруг арабских офицеров, притворяясь, что я не говорю по-арабски, и я слушал информацию.


Позже Intel попросила SAS откомандировать меня, и я согласился. Intel хотела, чтобы я работал на них, но сначала я сопротивлялся. В SAS я преуспевал, и я преуспевал в Северной Ирландии, приближаясь все ближе и ближе к Intel, пока не стало трудно понять, где заканчивался SAS и начинался Intel.


"Я начал работать на Intel, но это было прервано Боснией, где я был тяжело ранен. После того, как я полностью восстановил свою физическую форму, работы в Intel было столько же, сколько и в SAS, но я оставался солдатом в форме. Важно отметить, что я одной ногой стоял в SAS, другой - в Intel.


"После Боснии и после того, как я выздоровел, Intel начала посылать меня и мою команду на задания по освобождению заложников, первое из которых было в Сомали, и оно увенчалось успехом. И поскольку успех нравится всем - как офицерам разведки, так и полицейским, меня поощряли предпринимать больше операций по спасению заложников, и за эти годы я добился заметного успеха.


"Этот успех создал мне репутацию, и эта репутация означала, что высокопоставленные офицеры и правительственные министры обращались ко мне напрямую, а не по инстанциям, и мне было сказано развивать отношения с американской и французской разведкой, и я наладил личные отношения как с иностранными военными, так и с иностранными офицерами разведки, вплоть до того, что предыдущий премьер-министр одолжил меня им".


"Одолжил тебя?"


"Да, меня направили в ЦРУ и французскую разведку для работы, которая не приносила прямой выгоды Великобритании".


"Так зачем же их делать?"


"Во-первых, потому что меня попросили их выполнить, а во-вторых, потому что было указано, что наше правительство приобрело благосклонность таких людей, как американцы, и это помогло нам напрямую. Речь идет о поддержке ВМС США нас в Западной Африке."


"Как же так?"


"Я организовал это, а не правительство Великобритании".


"Ты ... организовал это?" Вы, майор, позвонили в ВМС США и просто попросили несколько кораблей?"


"Да. И на этой неделе я попросил у них целую авианосную боевую группу для предстоящей операции. Что вам нужно понять, так это временную шкалу, так что давайте вернемся назад." Я сложил пальцы домиком.


"Меня направили в ЦРУ, и я работал с американскими силами специального назначения, налаживая личные отношения. Я добился для них нескольких успехов, очень больших успехов, вплоть до того, что они захотели, чтобы я пошел к ним работать. Я провел много времени, участвуя в операциях ЦРУ, и мы хорошо справлялись, операциях, о которых вы никогда не узнаете."


"Почему мы никогда не узнаем о них, ты майор британской армии?"


Я бросил на него усталый взгляд. Новозеландский офицер, прикомандированный к британской армии, подчиняется британскому военному законодательству, о чем вам всем должно быть хорошо известно. Если его подразделение отправляется на войну, то и он тоже, и он убивает от имени этой страны, как многие делали во время Второй мировой войны. Он не подчиняется приказам Новой Зеландии.


"Британский офицер, переведенный в вооруженные силы США, подчиняется их законам и постановлениям на срок этого перевода, и мое назначение в ЦРУ заключалось в том, чтобы выполнять их работу по их законам, а не по нашим. Если вам нужна помощь с этим, я попрошу МОД раскопать для вас различные положения."


Ему совсем не понравились эти раскопки. "Я в курсе положений".


"Очевидно, что нет, иначе вы бы поняли - и не задали вопрос, который вы задали".


Он сдержал свое раздражение. "Двигаемся дальше ..."


"Я не закончил свою историю. В продолжение скажу, что в разное время меня направляли в иностранные разведывательные агентства, и я наладил личные отношения с людьми в этих агентствах, и добился для них успехов - и был награжден их правительствами.


"Находясь на таких должностях, я внедрился в несколько преступных группировок и продвинулся по служебной лестнице в этих бандах до такой степени, что получаю от этих банд наводки о нападениях на британские интересы, после чего информирую SIS.


"Итак, вы можете понять, почему я в состоянии знать то, чего не знают наши разведывательные службы, по крайней мере, до тех пор, пока я не сообщу факты так, как мне доложили. И на этом этапе я должен прояснить, что я не сообщаю и не могу сообщать нашим людям обо всех деталях операций, проведенных для ЦРУ, поскольку это может испортить отношения.


"Наш предыдущий премьер-министр хотел, чтобы я развивал отношения, которые у меня были, и новый премьер-министр позволил этому продолжаться, поскольку он видит выгоды, которые исходят от этих отношений".


"А если тебя убьют..?"


"Ты теряешь наводки".


"Плохая ситуация, чтобы оставлять себя в ней".


"Мои подсказки - это глазурь на торте, а не сам торт. Ты действовал достаточно хорошо до того, как я появился, и будешь действовать так же после того, как меня убьют."


Он указал на мужчину слева от себя.


Этот человек начал, взглянув на свои записи: "Какую роль вы сыграли в фиаско с покойным лордом Майклзом?"


"Будучи солдатом, я был послан в Западную Африку, чтобы остановить попытки государственного переворота, поскольку у Великобритании был договор об обороне со Сьерра-Леоне. Со временем эти попытки переворота становились все более агрессивными, включая покушения на мою жизнь здесь, в Великобритании, после того, как пресса похвалила меня лично за подавление переворотов.


"В то время я получал информацию из своих источников, и те люди здесь, в Лондоне, которые организовывали перевороты, не могли понять историю, которую я только что изложил вам. Некоторые считали меня больше, чем просто солдатом, они не могли понять, какие наводки я получал.


"Количество покушений на мою жизнь значительно превышает те, о которых вы знаете, со многими разобрались тихо, и большая часть вины легла на нигерийских нефтяных баронов, заинтересованных в спрятанной нефти в Либерии.


"Только в этом году мы узнали о том, что лорд Майклз давит на тех нигерийских нефтяных баронов, и когда мне сообщили о нем, я передал эту информацию SIS, которая предположила, что он был слишком влиятельным человеком, чтобы проводить расследование."


"Никто не должен быть слишком силен, чтобы вести расследование", - отметил мужчина.


"Прекрати нести чушь", - заорал я на него, шокировав их. "Вы обратили внимание на то, что произошло здесь, в Лондоне! Масоны, лорды и пэры, судьи и полиция. Сколько из них вы расследовали!" Я сердито ткнул в него пальцем. "Ваш вклад в защиту этой земли и нашей демократии заключался в том, что вы сидели, закрыв глаза на то, что происходило вокруг вас".


Председатель протянул мне плоскую ладонь. "Мы здесь, чтобы выяснить, что произошло, и предотвратить повторение этого".


"Ha!" Я выдохнул и отступил назад.


Следующий человек взял верх, последний сидел с кислым лицом. "Майор, в чем вы видите здесь недостатки?"


"Недостатком ... была идея, что люди с хорошей репутацией не могли заниматься чем-то незаконным. Провалом ... была идея, что член Палаты лордов никогда бы не планировал взорвать здание. Недостаток ... заключался в том, что Ми-5 и Ми-6 боялись проводить расследование в отношении таких людей и подвергаться критике со стороны JIC и других."


"И каково решение?"


"Свободная пресса и агрессивная пресса".


"У нас есть один, но у нас все еще была проблема", - отметил он.


"Ми-5 нужны полномочия для расследования любого, включая правительственных министров и гражданских служащих, судей и полицейских. Им нужно наугад прослушивать телефонные разговоры и следить за разговорами. Если человек невиновен ... то его телефонные звонки впоследствии могут быть стерты.


"Это проблема, с которой вам всем предстоит разобраться, надзор за Mi5 и ее компетенцией, а также роль аудиторов и JIC. Mi5 не может выполнять свою работу и в то же время получать выговор от JIC, выговор потому, что Mi5 ведет расследование в отношении старого школьного приятеля председателя JIC. И вы не должны задавать мне этот вопрос, это не моя компетенция; мне не поручено защищать королевство."


"Но ты вовлечен в защиту королевства на каждом шагу. Все заголовки газет возвращаются к тебе ..."


"Мои люди на переднем крае, и мы видим больше действий, чем кто-либо другой, и - к сожалению - моя роль в разведывательных органах поставила меня в центр внимания в борьбе с лордом Майклзом и его бандой. Я пытался обезопасить Либерию как офицер SAS, и сухари привели обратно в Лондон, совпадение."


"Предпринимали ли вы или ваши люди какие-либо действия на улицах Лондона?" Это был очень дерзкий вопрос, председатель бросил на мужчину взгляд.


"Мои люди не работают на британской земле, единственным исключением является работа телохранителей, и я учу их иметь моральный взгляд, а не просто выполнять приказы. Когда вы ожидаете, что человек будет рисковать своей жизнью, очень поможет, если вы объясните, почему он сражается - и против кого именно он сражается. Перед каждой миссией я объясняю людям факты, а не просто отдаю приказы атаковать.


"Я говорю своим людям: нет смысла спасать восьмерых заложников, если вы случайно убиваете восьмерых гражданских одновременно. Лучше держаться подальше. Мне удается продолжать эту работу и преодолевать полученные травмы, потому что я правильно разбираюсь в моральных вопросах. Если я нахожу ребенка в джунглях, мы спасаем его, а не оставляем позади. Я не теряю сон из-за того, что я делаю. И если бы мне и моим людям было разрешено выходить на улицы Британии, если бы я следовал разведданным и своим предчувствиям, тогда с лордом Майклзом разобрались бы год или два назад."


"Ваши подозрения были проигнорированы?"


"Они были, да".


"Почему их проигнорировали?"


"Иностранные источники предполагали, что лорд Майклз что-то замышлял в Западной Африке, но Ми-6 хотела получить веские доказательства, прежде чем это произойдет".


Они перешли к даме слева от последнего оратора. "Где ваши люди, участвовавшие в нападениях на NordGas или Commertz Bank в Антверпене?"


"Нет, но я хотел бы, чтобы мы были вовлечены. Я знал о NordGas много лет назад, но Ми-6 не собиралась ни в чем обвинять норвежцев, им нужны были веские доказательства, а не слова информатора."


"В конце концов, это надлежащая процедура".


"Чушь!" Я накричал на нее. "Это был информатор, который рассказал мне о бомбах в грузовиках по пути в Париж и Лондон, и мы их остановили". Я вздохнул и указал на нее. "В этом-то и проблема! Ты ... и есть проблема!


"Мои информаторы были точны на 100% на каждом шагу, и мы предотвратили взрывы, но вы не хотите, чтобы я использовал этих информаторов или чтобы Ми-6 действовала в соответствии с ними, потому что у вас есть процедуры. Эти процедуры едва не привели к обрушению высокой лондонской башни с тремя тысячами человек внутри.


"Когда я впервые сообщил об этой угрозе, никто в это не поверил, все думали, что это просто слишком притянуто за уши. Затем мы нашли термит в грузовике, затем мы обнаружили неисправности в здании и завышенную страховку, и, наконец, это было не так уж надуманно - но задержка могла убить тысячи.


"Если на следующей неделе я получу сообщение о том, что в Лондон направляется ядерная бомба, вы хотите, чтобы я передал это дальше?" Ну, а ты?"


"Да, конечно".


"Почему да, конечно?" Зачем верить наводке, когда те же самые наводки о лорде Майклзе были проигнорированы, когда была проигнорирована наводка о разрушении того здания. Кто, черт возьми, решает действовать или не действовать? Кто играет в бога жизнями лондонцев, мадам?"


Председатель вмешался: "Мы надеемся, что информация о веществе будет расследована. Очевидно, что подозрения в отношении отдельного человека имеют меньший вес."


"Что ж, вот тебе моральная дилемма. Чтобы наладить отношения, которые у меня есть, я нарушил много законов, и люди, которые рассказали мне о заминированных грузовиках, были людьми в розыске, закоренелыми преступниками, которые убивают ради развлечения. Вы готовы принять мои подсказки с юридической точки зрения?"


"Ну, с юридической точки зрения, это серая зона, но, похоже, она расширяет некоторые законы. Я хотел бы надеяться, что цель оправдывает средства."


"А если я буду пытать кого-нибудь, чтобы получить информацию о бомбе в Лондоне ..?"


"Наши законы не позволяют вам пытать кого-либо".


"Отлично, просто проверяю. Я бы позволил бомбе в Лондоне взорваться, а не преследовал создателя бомбы. Приятно знать."


Он театрально вздохнул. "Мы не можем стать такими же плохими, как преступники, независимо от того, насколько плоха ситуация, с последствиями, подобными взрыву бомбы".


"Я нарушаю закон каждый день, поддерживая свои связи с иностранными разведывательными агентствами, которые пытают людей, и я нарушаю закон, когда получаю информацию из источников преступного мира вместо того, чтобы сообщить об аресте этих людей в полицию. Как мне следует действовать - конкретно?"


"Это серая зона, майор, и работа на Ми-6 часто бывает серой зоной, и наши отношения с такими людьми, как американцы, не зависят от того, применяют ли они наши законы - мы знаем, что они идут дальше, и такие люди, как израильтяне, идут гораздо дальше, но у нас все еще рабочие отношения, и мы тесно сотрудничаем, поэтому мы знаем, что это выдумка и серая зона, и мы боремся изо всех сил.


"Будучи демократией с законами, мы должны относиться с состраданием к человеку, который привел в действие бомбу, даже если мы хотели бы повесить его на улицах. Это цена, которую мы платим за свободу, и то, как мы избегаем полицейского государства. Вы бы не согласились?"


Я задавался вопросом, почему он был снисходителен ко мне. "Да, я действительно согласен на самом деле. Мне просто нужно, чтобы вы поняли, что я живу в вашей серой зоне, и те, кто надо мной, ни хрена не помогают мне выбирать между законным и незаконным."


"Учитывая области, в которых вы работаете, я не уверен, что у вас когда-нибудь будет прямой ответ и руководство по правильному или неправильному. В течение многих лет агенты разведки работали под прикрытием в Северной Ирландии и нарушили несколько законов, чтобы остановить взрывы бомб. Для нас это не что-то новое. Двигаемся дальше."


Мужчина справа от него начал: "Знаете ли вы, кто был причастен к недавним смертям людей в Лондоне?"


"Никто из моих людей не был вовлечен, и я чертовски уверен, что Ми-5 и Ми-6 не были вовлечены, я был бы впечатлен, если бы они были вовлечены".


"И что сказали вам ваши источники?"


"Что в банке было много фракций, конкурирующих фракций, и они сражались друг с другом за контроль. Что вы должны оценить, так это то, что у банка была своя частная армия и шпионское агентство, и в них было несколько очень способных людей - большинство из которых были бывшими профессионалами, работающими на правительство, как наши бывшие агенты Mi5 работали на лорда Майклза."


"Значит, в этой частной армии все еще есть люди?"


"Да, очень похоже".


"И представляет опасность для общества ..."


"Любая частная армия, работающая ради прибыли, представляет опасность для общества, да".


"JIC известно, что вы, майор, предупредили американцев о нападении Аль-Каиды на банк ..."


"Да, один из моих источников - российский торговец оружием, и он переправлял людей из "Аль-Каиды" в Европу. Это была не операция Аль-Каиды, они были пешками в игре, их использовали для нападения на банк и попытки переложить вину на кого-то другого." Я был доволен своим ответом, моим двойным отрицанием, чтобы скрыть правду.


"Значит, эта частная армия, которая все еще существует ... организовала это?"


"Это было бы моим предположением, но у меня нет надежной информации на этот счет".


"Банк изо всех сил пытался напасть на вас, но вы все равно предупредили американцев ..."


"Так же сильно, как я хотел увидеть разгром банка, я также хотел остановить Аль-Каиду".


"И ты предупредил Ми-6?"


"Конечно, и JIC увидел это в записи. Но информация была расплывчатой, планировалось нападение в Голландии с целью кражи денег. Я узнал подробности полета в Европу позже, " солгал я.


"Значит, иногда ваши источники расплывчаты ..?"


"Конечно, они что-то слышат и сообщают об этом. В случае с лордом Майклзом это была очень конкретная информация, с перечисленными деталями, но Ми-6 хотела получить веские доказательства, боясь обвинить видную фигуру. Если бы это был человек из рабочего класса, они бы его сразу подобрали."


"В глазах закона ко всем людям следует относиться одинаково".


"Но это не так, и обвинение против видной фигуры в Лондоне сегодня все равно встретит сопротивление; сеть old boy не исчезла, просто потерпела неудачу".


"Что ж, это то, о чем следует сообщить этому комитету, неравный характер закона".


Они перешли к последней женщине, которая жевала дужку своих очков. "Что вы знаете о разыскиваемом преступнике, известном как Петров?"


"Что его не существует".


"Не существует?" Он самый разыскиваемый агент ФБР и Интерпола."


"Он вымысел, предыстория, тот, кого нужно винить, когда убивают другие. Я знаю, потому что я убил его несколько лет назад в Западной Африке, по крайней мере, я убил одно из его альтер-эго. Год назад я ранил второго Петрова. Он потерял руку."


"И кто продолжает притворяться, что он реальный человек?" - спросил председатель.


"Кто может манипулировать ФБР?" Я позировал.


"Американцы?"


"Я никогда этого не говорил, и с вашей стороны было бы мудро не настаивать на этом вопросе. Но он никогда не будет пойман и не предстанет перед судом, поскольку его не существует."


"В Панаме они провели Национальный день Петрова", - отметил председатель. "Бесплатное пиво, поставляемое бандами наркоторговцев, не меньше".


"Помогает увековечить басню о Робин Гуде", - сказал я с улыбкой. "Но я действую на основании информации, предоставленной мне моими источниками, и вы предположили, что информация была ... субъективной".


"У вас дурная привычка быть правым, майор", - отметил председатель.


Они задавали вопросы о лорде Майклзе, спящих агентах, принцессе Диане, переворотах в Западной Африке, на это ушел почти час, но дерьмовых вопросов было немного, и когда вмешался председатель, он был твердо на моей стороне.


Наконец, председатель постучал пальцем по листу. "Обнародованное сообщение ЦРУ в SIS называет вас самым ценным разведывательным активом в мире и критикует нас за то, что мы не делаем больше для вашей защиты.


"Из того, что я вижу, ты оказалась в непреднамеренном положении, когда тобой обходятся как популярной шлюхой... " Я улыбнулся. "- и без какого-либо собственного замысла создали для себя большую серую зону, которая находится не только между законным и незаконным, но и между нациями - и конкурирующими интересами этих наций.


"Ваша работа, по-видимому, жизненно важна, но она висит в воздухе, чтобы ее извлекли и использовали, когда это удобно разведывательным агентствам и полиции, чтобы ее игнорировали, когда это их не устраивает - с ужасающими последствиями, которые могут последовать.


"Система виновата, мы виноваты в том, что поставили вас на такое положение, но вы, похоже, преуспели на этом посту и имеете фантастический послужной список в спасении людей и военных кампаниях, и благодаря историям в СМИ изменили порядок набора в армию в этой стране - вы даже помогаете нам продавать оружие за границу.


"Итак, нравится нам это или нет, нравится это вам или нет, по-видимому, для защиты королевства лучше всего, чтобы вы были там, где вы есть, делали то, что вы делаете, и вас не только критиковали за это, но и пытались убить вас за это - и убить членов вашей семьи.


"Ты стоишь у врат ада, держа дверь открытой для побега еще нескольких душ, и только ты мог это сделать, но твоя непосредственная близость к аду означает, что тебя могут обвинить в сговоре с самим дьяволом.


"Только Никсон мог поехать в Китай, и, похоже, что современный эквивалент ... только Уилко может хранить секреты".


Я был немного ошеломлен и впечатлен. "Ты не такой тупой, как пишут газеты, не так ли?"


"Надеюсь, что нет". Он спросил, отступая назад: "Я знаю, у тебя было очень много трудных моментов, так почему же ты продолжаешь?"


Я пожал плечами. "Еще одна неделя, еще один застреленный плохой парень, еще несколько заложников возвращаются домой к своим семьям. У меня очень краткосрочный взгляд. Босния избавила меня от страха смерти."


"Как кто-то теряет страх смерти?" - недоумевал он.


Я стоял, без пиджака, без кобуры, в расстегнутой рубашке.


"Майор..?"


Я обошел вокруг, снимая рубашку, слышны вздохи, на их лицах явный шок. "Когда ты пятьдесят раз смотришь смерти в лицо, это теряет смысл. Я лег умирать в Боснии, но я проснулся, и жизнь продолжалась ". Я начал снова надевать рубашку. "Я смирился с тем, что это был конец, но ... Я пошел дальше. Итак, смерть - это просто следствие, а не беспокойство."


Снова надев кобуру и пиджак, председатель сказал: "Боюсь, вы и то странное положение, которое вы занимаете, подходите друг другу. Только человек, над которым нельзя было издеваться или угрожать, мог сидеть в такой позе, только человек, который сам видел Смерть вблизи.


"Но скажите мне, майор, реалистично - есть ли практическая карта маршрута, чтобы избежать повторения той же ситуации?"


"Нет, потому что человеческая природа никогда не изменится. Богатые и влиятельные люди всегда будут сидеть за закрытыми дверями и строить планы, интриги, как они делали во времена римской Империи, как они будут делать через тысячу лет.


"Вы не можете издавать законы, противоречащие человеческой природе, только сдерживайте эксцессы там, где можете. Как понял Платон, власть и коррупция идут рука об руку и подобны хлебу и плесени."


Он улыбнулся. "Рано или поздно хлеб покрывается плесенью".


"Вы не можете издавать законы, чтобы обуздать людей, ведущих себя как люди, церковь уже пыталась и потерпела неудачу в этом; угрозы вечного проклятия недостаточно, чтобы держать людей на прямой и узкой дороге, чтобы они оставались ... прямыми, уравновешенными".


Он поднял бровь и посмотрел на меня.


Возвращаясь, позвонил Дэвид. "Как все прошло?"


"Несколько дерьмовых вопросов, но я дал им разумное объяснение того, как все произошло, и они не обвиняли меня в каких-либо конкретных преступлениях. Этот председатель вам известен?"


"Давайте просто скажем, что он пьет в правильных клубах".


Я вздохнул. "Еще больше коррупции и сети старых приятелей, на этот раз по благой причине".


"Наши плохие люди против их плохих людей. Все готово для Йемена?"


"Да, и то, что должно было стать тихой вставкой, теперь половина британской армии в движении".


"Ну, это не похоже на то, что Аль-Каида может убежать и спрятаться, вы бы нашли их, и я думаю, они захотели бы напасть на вас, а не прятаться - это их родная территория, и их нужно видеть, чтобы сохранить лицо, арабский менталитет".


"Да, они будут сражаться с нами", - согласился я. "Вопрос в том ... как".


На следующий день появились морские пехотинцы и Парас, их офицеры, некоторые из которых должны были отправиться с нами в Йемен, некоторые просто старший персонал или набор, связанный с логистикой.


В комнате для совещаний наверху у меня было двадцать четыре гостя, я приготовил чай и кофе, бригадир, Сандерсон и Харрис присутствовали на встрече и уже знали многих в лицо.


В конце концов я с ними разобрался и подробно изложил то, что мы знали. "Роль ваших команд будет заключаться в том, чтобы просто занять позицию и удерживать ее, пока мы продвигаемся на запад, и вода будет проблемой - берите много, поблизости нет магазинов. Хорошая вещь ... в том, что вы увидите следы на песке и остановитесь, поскольку на песке не должно быть следов транспортных средств или пеших людей.


"Если вы увидите караван верблюдов, улыбнитесь и помашите рукой, держа в руках винтовки, кому угодно еще - и есть вероятность, что они выстрелят первыми, а после предложат вам чашечку хорошего чая. Мы думаем, что они будут устраивать засады, но это большая старая территория, и здесь легко избегать узких оврагов. Если увидишь узкий овраг, иди пешком и посмотри, пока люди сзади прикрывают тебя.


"Учитывая рельеф местности и отсутствие дорог, мы должны быть в состоянии отрезать территорию и изолировать ее, а также контролировать любое движение в этой безопасной зоне и из нее. Они могут передвигаться по холмам, да, но не на джипе, и в этой части мира никто не ходит пешком по пустыне.


"Если и когда мы узнаем, где находится "Аль-Каида", при условии, что они не будут просто сидеть и ждать, пока мы постучим в дверь, будут спланированные атаки, и у нас есть в распоряжении ВВС Омана - самолеты, проданные нами, вертолеты Lynx также - проданные нами, их люди, обученные нами.


"Недалеко от вражеских лагерей есть взлетно-посадочная полоса, и мы могли бы захватить ее силой, но мы не могли бы приземлиться, пока не узнаем состояние взлетно-посадочной полосы; они могли бы перекопать ее или поставить на ней препятствия. Возможно, вы причастны к удержанию той взлетно-посадочной полосы.


"Для начала вы добираетесь до Омана, добираетесь до пограничного аэродрома и акклиматизируетесь, отправляете людей гулять по жаре. Как правило, вы должны заставить почти всех спать с полудня до 16:00, затем с полуночи до 4 утра, всегда бодрствовать в сумерках и на рассвете и передвигаться, когда холодно - а ночью становится действительно чертовски холодно, холоднее, чем в Брекон-Биконс зимой, так что возьмите джемперы, куртки и спальные мешки.


"В это время года днем от 25 до 30 градусов тепла, но на улице прямой солнечный свет - ни облачка, поэтому загар - это проблема. Предупреждаю мужчин, никакой открытой кожи. Для передвижения в полдень потребуется много воды, лучше передвигаться, когда прохладно, но всегда иметь при себе мужчину на олене.


"Хорошо, учитывая, что это Аль-Каида, вы можете быть чертовски уверены, что они пошлют человека с бомбой на самоубийственную миссию, на наши тыловые базы. Итак, с того момента, как ты выходишь из самолета, ты становишься мишенью. Я не хочу, чтобы группа была больше десяти человек в любое время, никаких парадов, никаких лекций, мужчины всегда на расстоянии двадцати ярдов друг от друга, случайные ходы.


"Они будут ... пытаться подложить бомбу на нашу базу недалеко от границы, вы можете быть уверены в этом, так что выделите своих людей. Не паркуйте свои автомобили в ряд, расставляйте их на расстоянии двадцати ярдов друг от друга, не создавайте центральную зону магазинов только для того, чтобы кто-то ее взорвал, и никому не доверяйте.


Все оманские офицеры проходят обучение в Сандхерсте и прекрасно говорят по-английски, но если у местного разносчика чая черные зубы ... вышвырните его с базы, не доверяйте ему. Джентльмены, если я увижу группу людей, стоящих вместе, я прикажу своим хорошим друзьям в Объединенном комитете начальников штабов поджарить идиота, ответственного за этих людей." Я позволяю им подумать об этом. "Вы сражаетесь с террористами.


"Если у вас есть автобус, чтобы куда-то поехать, ограничьте количество людей в нем, скажите оманцам, чтобы они отъебались, возьмите больше автобусов, человека или двух впереди с винтовкой. Если есть хорошая казарма с кондиционером, ограничьте количество людей в ней в любое время, спите на расстеленном песке.


"Двигаясь по песку, двигайтесь по следам впереди идущей машины, идите по следам впереди идущего человека, там будут установлены мины, особенно близко к вражескому лагерю. Если вы проводите дни в уединенном месте, не так часто, как верблюд, будьте начеку - не теряйте бдительности - к вам может подкрасться опасный верблюд.


"Проверьте одежду и припасы, и учтите, что ваши люди будут жаловаться на жару в полдень, а затем на то, как холодно в полночь; человек в рубашке может получить переохлаждение через час. Сражаясь с врагом, вы будете бороться с перепадами температур, поэтому планируйте заранее и проинструктируйте всех.


"Что касается местных опасностей, то здесь водятся змеи и скорпионы, да, но у нас будет helo medivac. И верблюды плюются и лягаются, так что никакого верблюжьего секса."


Они смеялись.


"У вас у всех будут внедренные репортеры, так что мужчины должны вести себя наилучшим образом, пожалуйста, никаких разговоров о стрельбе по вогам. Там будут телевизионщики, так что зубы почистите. Есть вопросы?"


"Как длинен маршрут снабжения?"


"От начала до вероятного конца двести миль песка, поскольку мы не будем рисковать, используя хорошие дороги. Но у нас есть в наличии вертолеты и грузовые паллеты "Геркулес". О том, чтобы отвезти раненого обратно, не может быть и речи, это заняло бы по меньшей мере два дня."


"Вероятный конец?"


"Я предполагаю, что они устраивают засады и готовятся, а не просто сидят с удивленным видом, когда мы бросаем гранату в их окно. В вас могут выстрелить за милю от границы, а позже вы столкнетесь с несколькими сотнями человек.


"Хорошая вещь ... в том, что вы увидите их издалека. Если у вас есть GPMG и снайперские винтовки, возьмите их, все дело в стрельбе на дальность и в том, кто стреляет лучше всех. Не так много шансов выстрелить в кого-то на расстоянии 400 ярдов."


"Можем ли мы взять Valmets?"


"У тебя есть что-нибудь?" Я спросил.


"МОД сказал, что они могут быстро достать немного, уже коричневого цвета."


"Да, возьмите что-нибудь, простое в использовании, и мы сможем обучить на них ваших людей".


"Многие сержанты уже испробовали их в Сьерра-Леоне".


"Валмет ударит человека в лицо за тысячу ярдов, и это спасет жизни - никакого боя крупным планом".


"У нас есть десятки L96, так что мы возьмем их вместо SA81".


"Как я уже сказал, ты никогда не нажмешь на курок в человеке, находящемся на расстоянии 400 ярдов".


"И наиболее вероятная причина жертв?" - спросил майор.


Бомба в твоей палатке на тыловой базе. Вторая наиболее вероятная причина - мины в песке, третья - тепловой удар, солнечные ожоги и дизентерия. Тебя подстрелили? Маловероятно, если только вы не встали, когда вам следовало бы лечь."


"Местная поддержка?" - спросил мужчина.


В Омане к вам будут относиться как к почетным гостям и из кожи вон вылезут, чтобы помочь. Пересеки границу, и они будут использовать тебя для стрельбы по мишеням, если ты им позволишь. Есть группы, выступающие как против "Аль-Каиды", так и против тех повстанцев, которые разбили лагерь на востоке, но эти группы находятся в шестистах милях к западу - и не собираются покидать свои удобные бараки с кондиционерами, когда в этом нет необходимости.


"Бедуины ни на чьей стороне, они держатся племен и семей, но честь обязывает их приготовить вам чашку чая. Если вы встретите караван верблюдов, предложите им немного еды и воды, сядьте, и если среди вас есть офицеры, говорящие по-арабски, задавайте деликатные вопросы о замеченных незнакомцах."


"Какой-нибудь оазис?" - с усмешкой спросил мужчина.


"Ни одного. Если вы увидите одного, выпейте больше воды и немного отдохните."


Они смеялись.


"Есть ли у Аль-Каиды самолеты?"


"У них может быть старый Ми-8 или два, самолет-корректировщик "Сессна", небольшой транспорт. Вы вполне можете обнаружить, что на вас летит Ми-8 с ракетными установками. Если да, вызови Рысь."


"Как нам уничтожить Ми-8, который у вас есть?"


"Слоновье ружье пробьет броню и лобовое стекло, иногда Valmet, GPMG просто вызовут у них головную боль. Валмет с тефлоновыми патронами - хорошая идея."


"66 мм?"


"Если ты чертовски хороший стрелок, и тебе повезет, и они летят низко. Лучше всего рассредоточиться, вывести свои транспортные средства, стрелять вверх из того, что у вас есть, но вызвать рысь. У оманцев также есть американские реактивные самолеты Hawk, они вооружены, и есть сотня F18 ВМС США, готовых к некоторым действиям."


"Военно-морской флот США?"


"У южного побережья сидела и скучала целая авианосная боевая группа, вертолетоносец, подводные лодки, работы".


"Итак, кто главный на земле?"


"Да, американцы поддержат моих людей на земле, некоторые из их людей с нами, но они попытаются создать впечатление в американских СМИ, что они главные и выполнили всю работу".


"На базе Кэмел Тоу вы вызвали бомбардировщики В2?"


"Нет, они предложили это, вроде как навязали это мне. Но это очень помогло."


"И Мексика..?"


"Я никогда не был в Мексике", - сказал я ему, и они обменялись взглядами. "Хорошо, предупреди своих людей - веди себя наилучшим образом в Омане, или премьер-министр сойдет с ума. Мы продаем им оружие, мы обучаем их людей, у нас тесные рабочие отношения.


"Ваши люди отдают честь оманским офицерам и говорят "сэр". Пожалуйста, держите это в секрете, или Министерство иностранных дел и Министерство обороны отправят ответственного офицера на Фолклендские острова для подсчета пингвинов."


Пока готовили чай и кофе, покупали пончики в местном магазине, они беседовали небольшими группами с нашими офицерами, задавали вопросы, обсуждали пункты, но никто из этой компании не захотел сравнить свой член с моим, что внесло приятную перемену.


Макс, репортер, позвонил мне в тот вечер. "Пара отправились на задание в Оман?"


"Пока ничего не печатай, и я собирался тебе позвонить. Будьте готовы к отправке в конце этой недели, дезерт браунс."


"Итак, в чем суть действия?"


"Крупномасштабное вторжение в Йемен".


"Йемен? Прекрасное место. Я слышал, это хуже, чем подошва из верблюжьего носка."


"И ты доишь свою славу ..?"


"Что ж ... приятно получить хоть какое-то признание".


"Трахаешься?"


"У меня ... все хорошо, да".


Улыбаясь, я сказал: "Зайди поскорее и пообщайся с командами, но здесь есть несколько групп, которые ты не можешь упомянуть. Сфотографируйте тренировку, опубликуйте ее позже."


Утром майор Харрис и его команда хотели поделиться со мной идеей. У них была большая карта, разложенная на столе с соответствующим названием, бригадир стоял со мной и капитаном Мораном.


Харрис начал: "Есть единственная хорошая дорога от предполагаемой тыловой базы в Омане, на юго-запад к побережью Йемена. К югу от него с севера на юг тянутся долины, которые трудно пересечь. К северу от этой дороги низкие холмы, и местами их может пересечь джип. Далеко на севере находится пустыня Саудовской Аравии, труднопроходимая, но ее можно пересечь там, где заканчиваются холмы и начинаются пески.


"Есть зигзагообразный маршрут, старый маршрут верблюжьей вереницы, и твоего друга Мэггси спросили, и он прошел по нему, по крайней мере, часть пути. Он говорит, что джип может проехать, но если пойдет дождь, местами песок станет слишком мягким, чтобы его можно было пересечь.


"Дождя не было, мы проверили, но он должен пойти в следующем месяце, так что у нас есть временные рамки. Если вы выберете этот зигзагообразный маршрут, он приведет вас близко к району Аль-Каиды, который находится за холмами."


Он постучал по карте. "Если мы предположим, что они знают, что мы приближаемся, и хотят расставить ловушки, есть три подходящих места, где они могли бы проехать по хорошей дороге, затем пересечь тропы, на север до верблюжьей тропы и устроить вам засаду.


"Здесь отмечены места для засады, где они могли бы устроить засаду на кого угодно на верблюжьей тропе, и куда они могли бы добраться на джипах".


Я сказал ему: "Я попрошу ВМС США сделать снимки с большой высоты, и если истребители будут там, я высажусь рысью на расстоянии десяти миль и зайду им в тыл ночью, готовый к рассвету. Это могло бы быть первым действием, но я не хочу начинать действие, пока у нас не будет склада припасов где-нибудь впереди."


Харрис постучал пальцем по карте. "Самое западное место для засады находится к югу от широкой долины, три мили в поперечнике. Любой, кто сидел в середине, увидел бы, как кто-то приближается. Карты и исторические заметки говорят, что местность плоская, почти подходящая для "Геркулеса"."


"Мы могли бы посадить Рысь и посмотреть", - сказал я ему. "Затем сбрасывается поддон "Геркулеса", трата топлива на посадку. Но я также поищу Скайвана."


"Как насчет блокпостов к югу от целевой зоны?" он спросил.


"Это означало бы, что группа наших солдат останавливает транспортные средства, а Аль-Каида любит взрывать себя. Заминированный автомобиль убил бы двадцать человек, так что нет, слишком большой риск."


"Хорошо, держи". Он постучал по карте. Узкое ущелье, плато над ним, чертовски трудно подниматься и спускаться к нему. Вооруженные люди в джипах могут быть обстреляны."


"Да, отличная идея. Мы бы включили команду на ранней стадии, возможно, кого-то вроде "Следопытов"."


"И здесь, к востоку от него", - сказал он, постукивая по карте. "Та же сделка, точка отсчета".


"Да, хорошо, но сначала мы проведем разведку, возможно, они уже засели там, ожидая, что мы проедем мимо и устроим нам засаду. Рысь может произвести разведку и приземлиться, если там чисто."


"А если дорога к этой точке будет отрезана и удержана?" Мы могли бы воспользоваться этой дорогой."


"Нет, потому что у них был бы подросток на велосипеде с милой улыбкой, с десятью фунтами взрывчатки, привязанной к груди; мы потеряли бы больше людей, чем в бою. Нет, мы будем избегать любых тесных контактов с гражданскими."


Я указал на верблюжий маршрут. "Планируйте, чтобы люди проходили этот верблюжий маршрут, скажем, через каждые десять миль, выбирая хорошие места. Мы берем всех морских пехотинцев и парашютистов, или тех, кто находится в резерве, разделяем их, и они едут по этому маршруту, оставляя команду в определенных местах, пополняя запасы рысью.


Следующая команда, которая подъедет, проезжает мимо них, возможно, доставлены припасы, дошли сплетни. Если чего-то из этого достаточно для грузовика, отправьте грузовик. Я хочу линию баз, и каждая команда патрулирует местность. Таким образом, я знаю, что за мной никто не стоит, когда я иду вперед, и это дает командам возможность что-то сделать."


Он постучал по карте. "Здесь, наверху, Аль-Каида может объехать вокруг, приехать на юг и напасть".


"Выберите хорошее место для группы волков insert, чтобы сидеть и прятаться, и сообщать нам. Они уходили рано."


"Есть только три подходящих маршрута, которыми они могли бы пойти на юг", - указал он.


"Хорошо, три операции".


" А план? " подтолкнул он.


"Если бы я думал, что они сидят в своих лагерях, это был бы один план, но я уверен, что они будут устраивать засады и минировать, так что это другой план. Мой окончательный план будет готов после того, как мы проведем верблюжий маршрут, а также операции над дорогой и пути к ним. Затем мы наносим удар по основным силам - если таковые существуют.


"Я работаю над предположением, что несгибаемые фанатики находятся на обочине этой дороги с привязанной к груди взрывчаткой, на джипах, готовых протаранить нас и взорвать. Когда они узнают, что мы используем верблюжий маршрут, они передислоцируют хороших парней, чтобы атаковать нас там, где вы указали, но это займет несколько дней.


"Если и когда мы очистим восточную часть страны, я двинусь на их лагеря, ожидая, что они будут спрятаны в холмах здесь - к востоку от этих лагерей. Мы прочесываем холмы, маленькая команда против маленькой команды, затем мы нападаем на лагеря. Если мы нанесем достаточный урон, мы уйдем с минимальными потерями.


"Моя цель - отбросить их назад, а не захватить землю и контролировать ее, не обыскивать каждый каньон. Если мы нанесем достаточный урон через три дня - мы уходим, - твердо заявил я.


Сандерсон отметил: "Учитывая, насколько они будут разбросаны, это займет больше трех недель!"


Я повернулся к нему лицом и кивнул. "Да, сэр. Время не проблема, но потери есть. Двести мертвых террористов мало что значат для людей, смотрящих телевизионные новости здесь и в Штатах, но двадцать мертвых солдат значат чертовски много. Как я сказал бригадиру, когда он принял командование полком: одним глазом следите за СМИ, другим - за политиками."


Он улыбнулся. "Ты сделал, да. Единственное место, где можно выиграть войну ... это средства массовой информации."


Сандерсон усмехнулся: "Военное планирование, чтобы потакать прихотям наших политиков, а не здравому военному смыслу!"


Я повернул к нему голову. "К сожалению, сэр, именно так действуют западные армии в мирное время".


Харрис спросил: "Кто спускается туда из моей команды?"


"Вы принимаете решение, основываясь на угрозах развода или времени вдали от супругов. Но я бы хотел, чтобы ты был там."


"Моя жена не против этого", - сказал он мне. "Много добровольцев из команды".


"Убедись, что у нас достаточно людей, чтобы прикрывать поле боя здесь, 24 часа", - сказал я ему. Тинкер будет поддерживать связь с GCHQ. Не нужно много людей в стране, небольшая команда. У вас есть список подразделений, принимающих участие?"


" Да, и контактные телефоны."


Я столкнулся с бригадиром. "Свяжитесь с министерством обороны, сэр, и давайте раздобудем кучу спутниковых телефонов для этих команд, по крайней мере, по два на каждую команду, которая может прерваться на поле. Если паразиты оставляют восьмерых мужчин в каком-то месте, им нужен спутниковый телефон, и если этот спутниковый телефон сломается - им крышка."


"Значит, почти по одному на сержанта", - отметил он.


"Да, сэр. И, если потребуется, используйте наш бюджет, купите пятьдесят, когда-нибудь они нам пригодятся."


"У каждого волка есть спутниковый телефон", - отметил Сандерсон. "И у вас сейчас почти по одному на человека".


"Волки никогда не будут в команде меньше, чем из четырех человек, сэр, поэтому они могли бы одолжить наши телефоны другим, если понадобится. Но нам нужны все подразделения, грим, имена и телефоны, прежде чем мы перейдем границу."


"Я поработаю над этим сегодня", - предложил Харрис. "Но как насчет французских и американских команд?"


"В любом случае, у них часто хорошая связь, и я проверю, скажите им, чтобы не оставляли команду изолированной без связи. О, и авиационные радиоприемники, их чертова куча. Большинство американских самолетов и систем АВАКС могут принимать наши базовые радиостанции, но у нас возникают проблемы с передачей на них на расстоянии. О, кто-нибудь знает дальность действия российской ракеты, запускаемой с плеча?"


Бригадир вставил: "В книге сказано 17 000 футов, но у них проблемы с прицеливанием, поэтому, если самолет выше 5000 футов, они плохо прицеливаются - если только самолет не горит. Если самолет идет лоб в лоб, у него возникают проблемы с прицеливанием, нужно стрелять по реактивным выхлопам.


"Протащи его через гору, брось, и он перестанет работать. Многие из существующих ракет пролежали на складах двадцать лет и, вероятно, не будут работать. Зависит от того, был ли у них свежий запас."


"Я бы сказал, да, свежий запас. Но ВМС США уверены."


"У них был сбит F18 в Сомали!" - отметил Сандерсон.


Я кивнул. Ракета была выпущена всего в 500 футах ниже самолета, оператор находился на вершине горы. Тем не менее, я попросил ВМС США поиграть в курицу с ракетами. Будем надеяться, плохие парни израсходуют несколько снарядов, прежде чем нападут на Рысь или Геркулеса. У этих плохих парней также есть Душка на джипах, представляющий угрозу для Рыси."


В 8 вечера мне позвонил Либинтов.


"Как дела у авиакомпании?" Я спросил.


"Хорошо, мы единственный перевозчик, и теперь мы перевозим грузы".


"Чем я могу помочь тебе сегодня?"


"У меня есть кое-какая информация об одном сопернике, и завтра ночью он доставит оружие в Сомали для отправки в Йемен".


"Какая воздушная полоса?"


"На той, которую разбомбили раньше, взлетно-посадочная полоса цела, несколько ям".


"Я что-нибудь устрою, но скажи мне - там есть гражданские?"


"Некоторые живут на краю полосы и работают на погрузке и разгрузке, поблизости нет деревни".


"Сколько самолетов?"


"Два На 12, у меня нет точного времени".


"Оставь это мне".


Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, мы начали игру. Вы помните ту полосу в восточном Сомали, на которую напали ваши корабли, торговцы оружием?"


"Да..?"


"Завтра ночью приземлятся два Ан-12 с оружием, предназначенным для Йемена".


"Йемен? Тогда мы выбьем из них все дерьмо, когда они приземлятся."


"У меня нет точного времени, так что тебе нужен радар".


"Мы бы увидели их издалека".


"Сделайте мне одолжение, сэр, тщательно проверьте информацию о рейсах ООН, Красного Креста и исключите возможность ошибки здесь".


У "Кошерного рейса" будет план полета, так что мы проверим. Мы проследим за ними и посмотрим, а затем выбьем из них все дерьмо бомбами."


"Если бы вы могли, сэр, повредить самолеты во время разгрузки, дать экипажу десять минут на то, чтобы убраться восвояси, затем разбомбьте их к чертям собачьим - на всякий случай. Нам здесь не нужен плохой заголовок."


"Я попрошу птицу понаблюдать за ними, и мы нападем, когда будем уверены, или сначала высадим ТЮЛЕНЕЙ на берег, чтобы посмотреть поближе".


"Удачи, сэр."


Утром бригадный генерал сообщил мне: "Ваш хороший друг полковник Клиффорд отправится со штабом, чтобы ... наблюдать за происходящим, как он делал во время кампании в Либерии".


"У меня нет проблем с тем, что МО протягивает руку помощи, сэр, или действительно берет на себя некоторую ответственность за то, что я делаю. Предполагается, что я лидер группы спецназа, а не координатор всех команд." Я широко развел руки. "Я иду стрелять в людей, они складывают одеяла".


Он сообщил мне: "Сегодня вылетают регулярные части, вся эскадрилья, экипировка на Кипр, затем один "Геркулес", там будут два "Геркулеса" королевских ВВС плюс оманский "Геркулес". Я думаю, завтра полетят паразиты, Следопыты с морскими пехотинцами, Тристар экономит топливо."


"Надеюсь, в самолете не будет драки", - съязвил я. "А джипы, сэр?"


"C5 из Фэйрфорда заберет снаряжение в Brize Norton, теперь с пилотами RAF в эти дни мы покупаем немного C5 у американцев".


Я поболтал с Мораном и Джинджер, с Крабом и Даффи, и мы просмотрели весь комплект, большая его часть разложена в ангаре, достаточно коричневых оттенков, но не хватает подходящих курток. Интендант SAS одолжил нам немного, и на ночь коричневая куртка все равно была не нужна - сойдет зеленая.


Всем мужчинам было сказано взять футболки, большинство из которых были зеленого цвета, а также джемперы в ящиках - все зеленого цвета. Многие решили взять шерстяные шапки, так как у нас, как ни странно, было много коричневых шерстяных шапок. Зеленые перчатки и маски для лица можно было бы взять, хотя бы для того, чтобы спать в них.


У нас были маленькие рюкзаки, и я предложил нам купить побыстрее, Моран знал гражданский магазин, где продавались бежевые рюкзаки, которые бы подошли, поэтому он брал наличные и покупал все, что у них было.


Я сказал им: "Мы стремимся избегать долгих прогулок по пустыне, но мы достаточно хорошо прогулялись в Мали, когда нашли останки Легиона. Ночью было холодно, а днем тепло, поэтому мы применяем ту же тактику в Йемене - двигаемся ночью, останавливаемся, чтобы выпить чашку теплого чая, днем спим.


"Я распоряжусь, чтобы командам были переданы сумки HALO с снаряжением, а также одеяла, так что вместо того, чтобы переходить от одного оазиса к другому, мы переходим от одной раздачи снаряжения к другой - больше шансов отморозить яйца, чем умереть от теплового удара".


Моран вернулся с рюкзаками, тридцать шесть из них в дополнение к имеющимся у нас запасам, и мы обнаружили, что рюкзак для гранатомета Valmet подходит, когда в нем нет гранатомета. Считая рюкзаки, у нас их было достаточно для всех Echo, британских Wolves, 14 Intel и SIS, у американских Wolves были свои рюкзаки, больше наших, но не такие громоздкие, как у Bergen. У нас даже были запасные части.


Снова отправившись в путь, Моран вернулся с сорока бежевыми рубашками, рубашками из очень плотного хлопчатобумажного материала, не уступающими по качеству курткам, которые раздали мужчинам Echo, примерили и поменяли местами.


Подумав, я попросил МОД попросить у оманцев маленькие лопатки, побольше, и мешки с песком - пустые. Каждый человек должен был взять с собой в пустыню один или два пустых мешка с песком, наполнить их - если удастся найти немного песка - и использовать в качестве опоры для предплечий во время снайперской стрельбы.


Полковник Клиффорд появился без предупреждения, Кит на буксире, его небольшая команда на буксире, для них нашли комнаты в офицерской столовой.


Я приветствовал его как любимого дядюшку за пределами ангара. "Некоторое время вдали от жены?" Я дразнил.


Он перестал улыбаться. "Ты бы не слышал, но я потерял ее из-за рака шесть месяцев назад".


"Жаль это слышать, сэр". Мы вышли на траву, танки были в поле зрения. Я ждал.


"В конце концов, два года страданий принесли облегчение".


Я кивнул. "Итак, теперь ты свободный холостяк ..."


"Кажется странным, что после всех этих лет я съехал из семейного дома - дети работали в отъезде, и я продал его, квартиру с двумя спальнями, без фотографий на стенах. Консультант по скорби сказал, что лучший способ двигаться дальше - это быть эгоистом и делать то, что мне нравится больше всего, не зацикливаться на этом, не хранить ее имущество."


"Звучит как разумный подход. Ты остаешься на пенсию?"


"Я больше ничего не знаю, так что ... Да, я, вероятно, узнаю".


Я завел его внутрь и приготовил нам чай, мы двадцать минут приватно беседовали обо всем, кроме военных, прежде чем я встретил его команду, некоторые из них были мне знакомы. Я привел их в тренировочный зал, и мы сели.


"В чем здесь проблемы?" Полковник Клиффорд спросил меня.


"Аль-Каида" проникнет в Оман и взорвет бомбы рядом с нами, а также пошлет туда нескольких террористов-смертников, а внутри Йемена они будут ждать, чтобы устроить нам засаду на дорогах, так что мы прилетим на вертолете - или пойдем пешком по пескам. Вы должны быть готовы в первый день, сэр, люди рассредоточены, не более десяти человек, хорошо распределены, повсюду охрана."


Он кивнул. "Снова пятая колонна, и с нас этого было достаточно в Сьерра-Леоне. Я получил от них больше промахов, чем от действий противника."


"И ты снова будешь здесь, так что будь осторожен, где ты ешь и спишь, мешки с песком у стен и вокруг палаток, вооруженные люди у командной палатки, и когда ты идешь посрать, у тебя есть вооруженный человек снаружи".


"Я был в Омане, на торговой выставке, и обучал некоторых из их людей, и с ними приятно работать, у нас не будет никаких проблем".


"Я беспокоюсь не об оманцах, сэр".


Он кивнул. "Их базы, как правило, широко открыты, никаких ограждений, только вооруженные патрули и тот факт, что у них есть десять миль песка для проникновения".


"Аль-Каида" месяцами ожидала моего нападения, так что к настоящему времени они могли бы придумать что-нибудь поумнее, заложить бомбу в водопропускную трубу рядом с базой".


"Я позабочусь о том, чтобы праздные руки тратили свое время на поиски".


"И если наших солдат будут перевозить на автобусах по Оману, мы потеряем полный автобус. Настаивайте на "Геркулесе" или вертолетах, сэр, никаких сухопутных конвоев, если только это не просто снаряжение. И если набор перемещен таким образом ... найдите его, когда он прибудет, сложите его где-нибудь отдельно.


"От Маската до западной границы пятьсот миль, только одна главная дорога, легко устроить ловушку, и оманская полиция не может проверить сотни миль дороги."


Он согласился кивком. "Для наших людей поездка на автобусе будет адской, но я понимаю, что оперативная база на западе не подходит ни для "Тристара", ни для радара, ни для ILS".


"У оманцев есть флот "Геркулес", сэр, у нас будет два, и у американцев есть несколько на их базе близ Маската. Перемещение джипов - проблема, но пятьсот миль - многовато для джипа с длинной осью. Им потребуется неделя, чтобы добраться туда."


"Далеко на юге есть оманский аэродром, старый аэродром королевских ВВС Салала, так что я поговорю с королевскими ВВС и оманцами и попытаюсь приземлиться там, но я знаю, что он, вероятно, не подходит для "Тристар" - думаю, только для региональных рейсов".


"Вы уже зарабатываете на жизнь, сэр", - похвалил я с улыбкой.


"Чего вы ожидаете в плане потерь, МОД спросила меня?"


Я тяжело вздохнул и посмотрел на их лица. "Саудовский дипломат был убит в Штатах, когда он направлялся предупредить меня о чем-то, так что ... Я думаю, что у Аль-Каиды где-то есть большая бомба, и что саудовцы знают, где, но не будут действовать - не в последнюю очередь потому, что мы знаем, что они предупредили Аль-Каиду и недавно предоставили оружие и деньги."


Он обменялся взглядами со своей командой. "Мы пока оставим это при себе". Они кивнули.


"Бомба, которая стоила вам жизни, сэр, вполне могла быть оплачена кем-то в Саудовской Аравии".


Он посмотрел в ответ, смирившись с этой идеей, но в ужасе, и отхлебнул чаю.


Вместе с парой офицеров GCHQ, доставлявших новые сканеры, я отправился на северное поле и включил свой спутниковый телефон, вскоре пройдя на восток несколько сотен ярдов, когда они стояли у забора. Вернувшись к ним, они были счастливы, что сканеры работали, по крайней мере, на таком расстоянии.


У этих новых сканеров был переключатель, и они могли перехватывать радиочат, но я сомневался, что у бойцов будут рации, им бы это не понадобилось. Небольшие команды общались друг с другом, используя встроенные голосовые связки, и использовали спутниковые телефоны на расстоянии.


Наши коробчатые патроны калибра 5,56 мм были заряжены, но мы решили, что можем передать их командам из других подразделений, а не нести их самим. Гранатометы тоже были заряжены, но, опять же, мы бы использовали их только в труднодоступных местах, если бы у нас была команда, расположившаяся над дорогой. Гранаты брать не будут, как и 66-мм, но у других подразделений будут 66-мм ракеты.


Министерство обороны прислало нам десять радиостанций класса "земля-воздух", маленьких портативных радиоприемников, Риццо пользовался ими в Ираке, и они его не впечатлили. При включении мы могли слышать движение королевских ВВС в Брайз Нортон, так что они работали достаточно хорошо. Я раздал их офицерам и старшим по званию.


Магси появился без предупреждения, его радушно приняли, и в его машине у него было двадцать легких спальных мешков для пустыни, мои команды использовать их, и я стащил один для себя. Они были маленькими, но раскрытыми и красиво распушенными, по слухам, ночью были теплыми.


Я собрал несколько команд, незаметно сунул немного наличных в руки Магси, и он прочитал лекцию о Йемене и Омане. Он предупредил нас, чтобы мы ничего не трогали левой рукой, если встретим соплеменников в вади, и не смотрели на дам и девушек в вуалях - это было бы перестрелкой.


Той ночью в 9 вечера мне позвонил адмирал Джейкобс, но это было позже, в Сомали, учитывая разницу во времени. "У нас были вставки SEALs, и они сообщили о вооруженных людях, выгруженных ящиках, так что F18 устроили беспорядок, и мы также разрушили взлетно-посадочную полосу и рулежную дорожку, сбросили двадцать четыре бомбы, так что некоторое время никто не будет пользоваться этой полосой".


"Тюлени выходят нормально?"


"Они прошли несколько миль и были подобраны, без травм. И с ними у нас был внедренный репортер."


"Репортер?"


"Он был офицером морской пехоты, теперь журналист. Мы вернули ему форму. Я пришлю его к вам с теми двумя другими, мужчинами, которые были в Либерии на той шахте."


"Один был ранен ..?"


"Только незначительное ранение. Он снова за свое."


К вечеру пятницы мы были готовы, у команд болели несколько мест после двух недель напряженной работы, но все израсходовали много боеприпасов и проехали несколько кругов, все стремились двигаться дальше, Саломея жаловалась на несколько болей и то, что она немного прибавила в весе.


"Тренировка развивает мышцы, которые тяжелее", - заверил я ее. "Но подтянутое тело выглядит лучше".


"Мое тело выглядит лучше?" - спросила она с серьезным лицом.


"Откуда мне знать? Спроси парней."


"Откуда им знать", - съязвила она.


Высокая 14-летняя женщина-разведчица, Мэгги, теперь демонстрировала мускулы, и теперь ее открыто называли "Бутч". Генри проиграл пари и трахнул ее, подробно рассказав об этом.


Я отвел Митча в сторону. "Как дела у шпионов?"


"Не такие здоровые, как некоторые, но у них хорошее отношение, у всех есть годы. Двое из них марафонцы и в хорошей физической форме, и группа ничуть не замедлила бы нас. Они хорошо стреляют, некоторые не хуже Николсона на дистанции, некоторые отлично владеют пистолетом, но все они используют свои мозги по сравнению с кем-то вроде Томо."


"Не слишком удачное сравнение", - пожаловался я.


Он улыбнулся. "Они надежные, никаких проблем. Если я поведу их как команду, я никого не буду беспокоить, а некоторые уже бывали в пустыне раньше. Или, как написал Риццо, десерт."


Я широко улыбнулся. "Он бросил школу в пятнадцать, чего ты ожидал, а?"


Слайдер вывихнул запястье, но он все равно придет, запястье перевязано, Волк жалуется на боль в лодыжке - но он тоже придет.


В субботу днем мы еще раз все перепроверили, все были в дезерт-коричневых брюках - почти все в куртках, поскольку было чертовски холодно, - и мы погрузили ящики в автобусы королевских ВВС, чтобы вскоре отправиться в Брайз-Нортон с эскортом и дальше, в сторону более теплого климата. По крайней мере, днем было бы теплее.


Полковник Клиффорд и его команда вылетели в пятницу вместе с майором Харрисом и его командой плюс несколькими другими, и они должны были начать осмотр командной зоны до моего прибытия. Мне сказали, что для меня будут готовы мыло и туалетная бумага.


Рокко остался бы мучить территориалов SAS, Робби пошел бы с нами, иначе ему было бы нечего делать. Шесть автобусов королевских ВВС совершили два рейса, зал вылета в Брайз Нортон был переполнен, не в последнюю очередь потому, что там сидела 2-я эскадрилья с медиками. И мистер Хейнс, теперь лейтенант авиации, не поддался давлению со стороны своего жениха, чтобы тот меньше рисковал.


Рассредоточившись по двум Tristar, twenty Wolves, чтобы насладиться поездкой на C5, мы дождались своего места и вскоре поднялись по ступенькам на холодном ветру и оказались внутри, Саломея сидела по одну сторону от меня, Моран - по другую. Когда на высоте я шел обратно, разговор с Хейнсом, затем с его людьми - занял час, разговор с Мортеном и его командой - потратил еще час, пока мы направлялись на Кипр.


Выйдя из самолета в прохладный вечерний воздух Кипра, они заправили наш самолет и поменяли наших пилотов, и вскоре в темноте мы направлялись на юг, направляясь к маяку Шарм-эль-Шейх на южной оконечности Синая. Я поддерживал дисциплину и ждал до полуночи, когда несколько человек обошли вокруг, чтобы занять два места или даже три.


Это оставило Саломее свободное место рядом с ней, поэтому она подняла подлокотник и положила подушку мне на ноги, вскоре свернувшись калачиком. Я нежно погладил ее по волосам, не получив от нее никакой реакции, кроме звуков чьего-то довольного сна.


Моран проснулся в 2 часа ночи - разбудив меня - и он посмотрел мимо меня на нее, на меня, а затем улыбнулся, когда я пожал плечами.


Вскоре мы пролетали над территорией Саудовской Аравии, и я забеспокоился. Я был чертовски уверен, что они не будут сбивать этот самолет, но что, если у них будут вопросы ко мне и они попросят нас приземлиться, а меня будет ждать группа допросов с горячими кочергами наготове? Я отбросил свою паранойю, но не полностью.


Я проснулся и обнаружил, что чья-то рука легла на грудь Саломеи, и убрал ее до того, как она проснулась, задаваясь вопросом, видел ли это кто-нибудь. Поскольку в хижине было мертво тихо, все спали, я надеялся, что нет.


Объявление пилота заставило людей проснуться и зашевелиться, и мы зашли на посадку, когда появился рассвет, пилот заявил, что мы приземляемся в аэропорту Салала; в конце концов, взлетно-посадочная полоса была достаточно большой.


Из окна я мельком увидел выжженные коричневые холмы и пустынный пейзаж, вскоре этот вид был испорчен промышленным районом, доки были видны, когда мы развернулись и выстроились в линию над океаном. Плавно снижаясь, вскоре мы выруливали к небольшому терминалу, который я видел при заходе на посадку.


Дверь открыта, ноги и спины вытянуты, и я вышел, щурясь от яркого солнечного света, чтобы увидеть солдат и полицию, их было много, поэтому я расслабился. Два бежевых "Геркулеса" ждали, и один "Геркулес" цвета морской волны с носом-луковицей, команды вели по летному полю к ожидающему "Геркулесу".


Оманский капитан задал кому-то вопрос, а затем отдал честь мне. "Майор Уилко, сэр, "Геркулес" доставит вас и ваших людей на аэродром в Хамджаде, короткий перелет".


" Спасибо тебе, капитан, " сказал я по-арабски.


Сидя на борту "Геркулеса", мы ждали, пока наши ящики прибудут и будут закреплены, все три "Геркулеса" погрузили одновременно, двигатели заработали, и вскоре мы вырулили с такой степенью планирования и эффективности, которой часто не хватало королевским ВВС.


Полет длился всего сорок минут, и я смотрел вниз на местность, ничего, кроме моря песка под нами, одна черная асфальтированная дорога прорезала этот песок. Выстроившись, мы пролетели над военным аэродромом, у ворот виднелась полиция, солдаты и джипы, и я мельком увидел центр УВД и несколько кирпичных зданий рядом с ним, два больших ангара, плюс ряд регламентированных коричневых палаток, разбитых вдалеке.


Выруливая, я мог видеть длинноосные джипы SAS и патрульных, оснащенные GPMG, и они, казалось, несли караульную службу. Мы спустили трап, когда многочисленные наземные работники оманских ВВС подошли, чтобы получить ящики, джипы и жучки, и нас повели к зданиям.


Я чувствовал себя голым, не так сильно, как с пистолетом, но вокруг было много британских солдат и оманских полицейских в синей форме. И теперь я мог видеть рулежную дорожку напротив ВПП со стороны УВД, восемь "рысей" сидели в ряд, три "Пумы", палатки, установленные в сотне ярдов позади них, и то, что, по-видимому, было позициями для пулеметов из мешков с песком.


Полковник Клиффорд подошел с пара-телохранителем на буксире.


Я отдал ему честь. "Как вам размещение, сэр?"


"Не так уж плохо, и я внес некоторые изменения. В кирпичных зданиях есть комнаты, довольно прочные, мои люди на крыше и рассредоточены по округе, SAS рассредоточены по всему периметру, патрули по периметру, пока никаких проблем."


Я махнул командам следовать за мной, когда последовал за полковником Клиффордом, люди внимательно рассматривали свой новый временный дом, редкий и заброшенный дом. Я мог видеть высокую водонапорную башню позади УВД, что-то вроде мастерской, и дальше у нас был забор по периметру, так что это было хорошо, полковник Клиффорд указал на особенности, а также на ряд одноэтажных зданий из старого кирпича, которые мы могли бы занять.


Клиффорд сказал мне: "SAS, морские пехотинцы, пара и следопыты находятся в палатках на другой стороне аэродрома, в некоторых местах стены из мешков с песком, готовы рвы. Ты можешь пользоваться этим, пока не съедешь, Внутри вода в бутылках, продуктовые наборы, одеяла, мыло и туалетная бумага!"


"Дом вдали от дома", - пошутил я, ящики были сняты с ожидающего грузовика и идентифицированы, и когда Свифти нашел наши, я помог ему затащить их внутрь. Мы нашли металлические каркасы кроватей со свернутыми и перевязанными тонкими пыльными матрасами, одеяла в пластиковых пакетах, маленькие деревянные прикроватные тумбочки и высокие шкафы в одном конце комнаты. И неприятный запах.


Ящик открыт, мы надели патронташи, перевязи, винтовки проверены, заряжены и взведены, пока парни копировали эти действия. В отличие от предыдущих поездок, я положил заряженные журналы в личные ящики, что сделало ящики тяжелыми.


Выйдя на улицу, я последовал за полковником Клиффордом и его телохранителем в сторону УВД.


Он сказал мне: "Оманцы не подпускают к этому месту никого из местных жителей, никаких гражданских работников, но есть несколько гражданских авиационных рабочих - даже несколько человек из British Aerospace, осуществляющих надзор".


Парни из SAS в джипе помахали нам, проезжая мимо нас, и Клиффорд провел меня внутрь, в комнату, которая была забита теплыми телами и завалена картами.


" Майор Харрис, " позвал я. "Одна бомба здесь, и мы теряем очень много людей ..."


"Только начинаем сортировать, потом у нас три смены, так что ... треть этой партии будет здесь в любой момент. Стены тоже прочные, мы проверили, у окна и задней двери выставлена охрана."


Я кивнул, но сделал это с неодобрительным видом, вскоре меня представили майору Армии Омни. "Ас-салам алейкум", - предложил я.


По-арабски он начал: "Для меня большая честь познакомиться с вами, я слышал много историй". Он привел меня в УВД и выше, рассказывая о своем пребывании в Сандхерсте и своей любви к сырым английским лесам, о четырех офицерах ВВС Омана и одной леди-офицере королевских ВВС в сине-сером. Мне пришлось посмотреть дважды, так как она была немного похожа на Триш Делойт.


У них были радиоприемники, но не было радара, никакой навороченной электроники, просто блокноты с рейсами и расписанием времени - и большой бинокль.


Я посмотрел вниз на темно-серую асфальтированную взлетно-посадочную полосу, которая по краям была светло-серой, на ней было видно множество черных следов заноса, выжженный коричневый песок и кустарник по обе стороны от него, но грязно-коричневый песок и не очень приятная сцена из "Лоуренса Аравийского".


Майор начал: "Южные ворота, а дальше по той дороге блокпост, никого не впустят. Вокруг нас пустая земля, на мили в любом направлении. Если кто-то появится на горизонте ... мы стреляем."


Я окинул взглядом плоский горизонт, низкие холмы, видневшиеся в нескольких милях к северо-востоку - возможно, в шести милях, никаких домов, вообще ничего.


Через взлетно-посадочную полосу, на юго-востоке, находится стрельбище, ваши SAS уже были там. По ту сторону находится армейское авиакрыло, вертолеты. Солдаты и офицеры живут в палатках. За ними, в четырехстах ярдах, песчаный барьер, с другой стороны - палатки ваших SAS и морских пехотинцев, обширная территория, водяное пугало от ваших ВВС там.


"Рядом с ними парк грузовых автомобилей, двадцать грузовиков и тридцать джипов. Грузовики не пройдут весь путь через вади, это сделают джипы. Мы купили у вас джипы с длинной осью, некоторые во французском стиле, и несколько простых гражданских джипов с хорошим кондиционером.


На севере есть небольшое стрельбище. Позади нас здесь палатки для транзитников, их хватит примерно на двести человек, за ними мы делаем стену из мешков с песком и рвы, в которых можно спрятаться, если они нам понадобятся.


"Здесь есть пехота, наши люди, хорошие солдаты, вам не нужно патрулировать периметр и базу".


Приятно знать. Как далеко проходит граница?"


"На запад, может быть, миль двадцать. До начала Вади Каллам примерно двадцать пять миль к северо-западу."


"Есть ли здесь дорога или проселок?"


"Не очень хорошая, нет. Отсюда тропа идет на запад к границе, а у самой границы местами есть тропа, ведущая на север."


"Достаточно хорош для джипов?" Я спросил.


"Да, с некоторым терпением".


"А гражданские здесь поблизости?.."


Поблизости никого нет, но пастухи овец и верблюдоводы ходят поблизости. Мы понятия не имеем, где они, и вы можете с ними столкнуться. С ними не будет проблем."


"Как долго ты здесь?"


"Команда пришла две недели назад, мы пришли неделю назад. Мы обыскали, как просили, и не нашли никаких следов, мы пока не нашли никаких мин-ловушек."


"Полезно знать, и никогда не стоит недооценивать Аль-Каиду; они получают хорошую помощь извне".


"От наших добрых соседей на севере", - прошептал он.


Я кивнул. "Рысь в моем распоряжении?"


"Да, пилоты, обученные вашей армией", - сказал он с усмешкой. "Мы будем ожидать хорошего отчета о них".


Я широко улыбнулся. "Если нет, виновата наша армия. Какое у них оружие?"


"Ракеты могут быть установлены, да, и дверные пушки. Еще не установлено. Какой будет первичная конфигурация?"


"Просто дверные пистолеты, люди, которых нужно вставить. Ты знаешь здешние земли?"


"Мальчишкой я разбил лагерь в здешнем вади, а молодым офицером мы носились по вади на производящих шум джипах".


Я вывел его на улицу. "Какова вероятность того, что мы встретим кого-нибудь на верблюжьей тропе?" - Спросил я, когда приземлился третий "Геркулес".


"Очень маловероятно, но пастухи верблюдов действительно используют его, да, в основном по традиционным причинам. В наши дни у большинства есть дома и спутниковое телевидение!"


"А что говорят ваши люди из разведки об активности по ту сторону границы?"


"Что люди из Аль-Каиды покинули свои дома больше недели назад, с тех пор их не видели, в лагерях сейчас находится всего несколько человек".


Я заметил полицейский джип на перроне, когда они наблюдали за нами, беспилотник "Геркулес" приближался к нам. "Вы бы предположили, что они устанавливают ловушки над главной дорогой на юго-запад?"


"Я бы поставил на это, да".


"И Аль-Каида в пустыне, насколько хорошо они обучены?"


"Совсем не обученные, они ненавидят песок и любят свои джипы!" - сказал он с усмешкой. Говорят, что они выросли в городах, с горничными, которые все делают под рукой! Местные бойцы называют их мягкотелыми."


"И после окончания гражданской войны..?


Запад Йемена - родина хуситов, но президент не пользуется популярностью ни у кого, кроме тех, кому он платит; на его жизнь были покушения. Те, кто находится за пределами Саны, мало видят правительство, а племена на востоке имеют религиозную склонность к Саудовской Аравии, и склонность платная - они получают деньги из Саудовской Аравии, школ и мечетей."


"А те, кто вокруг Аль-Мукаллы?"


"Они хотят, чтобы президент ушел, хуситы ушли, и они на стороне Саудовской Аравии".


"Они на стороне Аль-Каиды?"


"Нет, но терпи их, поскольку Аль-Каида получает деньги от своих богатых родственников. В вашей стране некоторые солдаты заявляют незнакомцам, что они из SAS, когда они таковыми не были, а здесь люди утверждают, что они из Аль-Каиды, когда они таковыми не являются."


"А исламисты, их воля к борьбе?"


"Они сумасшедшие и пойдут на все; они будут сражаться до последнего".


"Числа?"


"Несколько тысяч, но основное ядро, возможно, шестьсот. Когда-нибудь у них есть планы на Сану, халифат в Йемене."


"И люди из Аль-Каиды проникают через эту границу?"


Пока о таком не слышал, есть не так много мест, которые нужно пересечь. В пустыне нет ограждений, но если вы не будете хорошо подготовлены и не знаете местность, вы не совершите путешествие по ней." Он поднял палец. "Мы говорим: Аль-Каида летит первым классом, а не приезжает на верблюдах".


Я широко улыбнулся. "Избалованные богатые детишки, жаждущие приключений".


"Очень похоже".


"Ты слышал это имя, Бен Ладен?"


"Еще один избалованный ребенок, и он в немилости у руководства Аль-Каиды. О нем сообщают в Йемене?"


"Нет, скрывается в Судане".


"Он будет скучать по отелю Hyatt и обслуживанию номеров".


"Когда сюда доберутся американцы?"


"Они в море, несколько человек уже высадились на Тамрите. Они прилетят сюда, но я не знаю когда."


Я мог видеть мужчин, собирающихся перед кирпичными зданиями, в снаряжении наготове. "У вас есть несколько сержантов, которых я мог бы использовать?"


"Я приведу их сейчас". Он ушел, когда я приблизился к командам, большая группа людей теперь сбилась в кучу - несмотря на мои предупреждения. "Послушай, здесь есть дистанция для использования нулевого оружия, так что ты пройдешься вокруг и воспользуешься им, а также немного размяни ноги. Я хочу, чтобы никто не спал, пока я не скажу, что вы отдохнули. Готовьте команды.


"Мистер Хейнс, в вас нет необходимости на проводе, так что вы, вероятно, отправитесь в какое-нибудь опасное место. А пока немного акклиматизации и упражнений. Медики, успокойтесь на денек. Робби, присмотри за волками и 14 разведчиками, люди на олене. Краб и Даффи, идите разнюхайте, что здесь есть, и запустите систему: еда, вода и боеприпасы."


Вернулся "Правильный босс".


Когда появились три сержанта, все со старыми зеркальными камерами FN, я заговорил по-арабски. "Выведи людей на прогулку вокруг базы, им нужно размяться. Затем на дистанцию до нулевого уровня оружия." Я указал на первого сержанта. "Обогнув один раз, начинаем с севера".


Я встречался с командами. "14 Разведка, Митч и твоя команда, 2 эскадрон, следуйте за этим сержантом."


Сержант отдал честь Митчу и повел их прочь.


"Американские волки, падайте. Когда будете идти, рассредоточьтесь на случай, если вам на головы упадут минометы." Следующий выделенный сержант повел их на юг, когда я ему указал.


"Эхо, британские волки - без Робби, формируйте команды, рассредоточивайтесь, через несколько минут обойдите с сержантом вокруг на север, для начала используйте небольшую дистанцию, затем переходите на большую дистанцию позже, не собирайтесь в группы!" Сержант отдал честь Морану и повел их прочь.


Робби, осмотри окрестности, проверь припасы, кто и что где находится. Теперь ты сержант-майор, так что веди себя соответственно - и будешь занозой."


Я попросил у майора водителя, и полицейский джип отвез меня в "Рысь". Я спустился перед шумной зоной палаток, за которой с любопытством наблюдали механики, и попросил позвать командира.


Из палатки появилось белое лицо в сером летном комбинезоне, и он показался знакомым. Он улыбнулся. "Помнишь меня? Коммандер Филлипс."


"Ты действительно выглядишь знакомо".


"Я был в Сьерра-Леоне, в ВМС, расстреливал базу повстанцев в Либерии". Мы пожали друг другу руки.


"Флот? Какого черта ты здесь делаешь?"


Он стоял во весь рост, уперев руки в бедра. "Технически я гражданское лицо из British Aerospace, вернулся в военную форму на двенадцать месяцев здесь, приятный бонус без уплаты налогов в конце. Я преподаю приборостроение, ночную работу и навигацию."


"Насколько хороши местные пилоты?"


"Все чертовски крутые, все с высшим образованием, многие из Сандхерста, многие учились в школе-интернате в Великобритании, некоторые поступили в Итон".


"Тебе было поручено помогать мне и какие-то правила ведения боевых действий?"


"Наследный принц послал эскадрилью, все стремились все перепутать и получить медаль. Эти ребята никогда не стреляли в гневе."


"Оружие?"


"Реактивные снаряды наземного базирования, противотанковые ракеты, дверные пушки".


"Вспышки?"


"Нестандартно, но может быть установлено".


"Подгони их, быстро - или получишь ракету с тепловой самонаведением в задницу".


"У них есть ракеты?"


"Они делают".


"Я могу быстро доставить комплекты и подогнать их. Но что я точно знаю, так это то, что ракете, запускаемой с плеча, трудно попасть в низко летящий вертолет."


"Предупреди их всех о ракетах и ездовом Душке, но мы планируем использовать старую верблюжью тропу, так что лети по этой тропе и избегай дорог. Ни дорог, ни Душки, ни ракет."


"На днях янки нанесли удар по какому-то месту в Сомали?"


"Да, по нашим данным, поставки оружия для Йемена". Я указал на рысь. "Ты можешь быстро лететь на низкой высоте вниз по вади?"


"Черт возьми, да, парням это нравится. И у вади низкие пологие склоны, никаких утесов, пока вы не пройдете двести миль. Мы заправляем "вади" со скоростью более ста узлов на высоте шести футов от палубы."


"Вы сможете ввести наши команды в ближайшее время, при дневном свете, предупредите об этом пилотов. О, поспрашивай вокруг и постарайся достать мне "Сессну" для разведки, и я проведу для тебя несколько опасных разведывательных миссий, как только у тебя появятся сигнальные ракеты, и ты будешь уверен в их использовании. Сначала мне нужны ваши гарантии." Я указал на ряд современных коричневых палаток. "У вас здесь есть свободная палатка?"


"Мы могли бы объединиться".


"Я хочу, чтобы здесь были медики, вы обеспечите 24-часовую эвакуацию".


"Я освобожу немного места".


"А если бы пришел вооруженный Ми-8 и сбил вашу рысь на палубе ..?"


"Вероятно, меня бы расстреляли". Он захватил вертолеты. "У них есть Ми-8?"


"Они делают, так что разгоните свои очень дорогие вертолеты".


Мой водитель отвез меня в лагерь SAS, и я спрыгнул у командной палатки и вскинул винтовку, пока солдаты приветствовали меня, насмехались и отпускали несколько грубых колкостей, обнаружив майора Притчарда со своим старшим штабом. Я нырнул внутрь.


"Ах, Уилко, ты в хорошей форме?"


Парни, как всегда, вялые, они не дисциплинируют себя во время длительных перелетов. Я не сплю."


"Это место в порядке, никаких шансов, что кто-то подкрадется к нам. Джипы были протестированы, были пешие патрули - здесь полно мужчин. Итак, что у вас есть для нас?"


"Если ты хочешь съехать завтра, ты можешь". Я обошел стол с картами. "Отправляйтесь на запад к границе на своих джипах, медленно двигайтесь на север вверх по границе к вади. Я говорю медленно, потому что хочу, чтобы сообщалось о любых следах - кроме следов верблюда. И вы знаете, как выглядит верблюжий носок."


Они смеялись.


"В вади вы поворачиваете налево, въезжаете внутрь и ищете следы. У вас есть сотня миль до первого вероятного места засады, вот здесь."


Они отметили это на карте.


"Прежде чем вы доберетесь туда, я проверю это по воздуху, " предложил я им.


"И каковы шансы, что кто-то пойдет другим путем?"


"Очень низко. У них должны были быть хорошие джипы, хорошие припасы и какое-то военное планирование, чтобы зайти так далеко, а эти парни немного дерьмовые. Останавливайся с полудня до трех, если жарко, не езди ночью, копай ночью - без гребаных фар." Они смеялись. "Как только увидите какие-нибудь следы, остановитесь и сообщите об этом. Следов быть не должно, так что, если твои ребята их увидят - паникуй."


"Мины в песке?" - спросил капитан.


"Я бы сказал, да, в указанной точке - и к западу от нее, поскольку до нее можно добраться по дороге или треку. Никто не понесет тяжелый ящик с минами по этому вади."


"Как далеко мы зашли?" - Спросил Притчард.


"До конца." Я постучал по карте. "Ты остановишься и удержишь эту точку, но ты будешь в нескольких минутах ходьбы от плохих парней, тысяч из них. Но если они там, где я думаю... - Я постучал пальцем по карте. "- тебе нужно будет сражаться и обходить их, а мы войдем и нападем сзади."


"Может достичь этой первой точки за три дня ", - отметил Притчард.


"В основном езжайте при ярком солнечном свете, не отрывая глаз от песка, внимательно глядя по сторонам."


"Пополнить запасы?"


"Автор: Рысь, или падение поддона Геркулеса. О дорожном снабжении здесь не может быть и речи."


"Дело закрыто?"


"Убедитесь, что у ваших людей есть номер телефона майора Харриса, он доставит туда Рысь через несколько минут. Сержантам или офицерам войск нужны спутниковые телефоны."


"У нас есть они, и предоставленные номера, и ваши."


"Итак, все, что вам нужно сейчас, это найти несколько вооруженных до зубов бойцов, иначе будет неловко." Они смеялись. "Но что мы знаем, так это то, что лагеря подготовки террористов опустели. Где они ... это нам предстоит выяснить, натыкаясь на них и визжа, как девчонки, когда мы открываем огонь.


"О, собери немного дров и сделай несколько знаков, чтобы люди сзади следовали за тобой, на случай плохих участков, мягкого песка - и мин. Оставьте на них несколько маркеров, бумажную записку: оставайтесь слева."


Выйдя на улицу, я прошел небольшое расстояние до лагеря пара, мой водитель последовал за мной, и вскоре услышал крики офицеров, собравшихся в GL4 и в других местах, когда их люди толпились вокруг палаток и джипов. Они приветствовали меня в своей командной палатке, карта была разложена наготове, из кулера предложили холодную воду. Когда я отпил глоток, вода оказалась скорее прохладной, чем просто холодной.


"Итак, когда мы получим задание?" - спросили они.


"SAS пришлет людей завтра, вы последуете за ними через два дня, по их следам - буквально по их следам. У вас будут места для хранения припасов, которые нужно сложить, морские пехотинцы, которые подойдут и пропустят вас, и в конечном итоге все вади будет перекрыто.


"Я не могу сказать, как и когда вы увидите действие, но будьте осторожны в своих желаниях здесь."


Выйдя на улицу, я проехал двести ярдов до морских пехотинцев, и они были в хорошем настроении и хотели чего-нибудь предпринять. Покидая морскую пехоту, я заметил "Следопытов" и остановился, а у них здесь было двадцать джипов, большинство с прицепными тележками.


"Каков план?" - предсказуемо спросили они.


"Вы следуете за SAS день или два, с морскими пехотинцами и парашютистами, почти двести миль по песку, пока не достигнете точки соприкосновения. Но между этим и там они попытаются устроить вам засаду. Держите ухо востро, но по большей части вади имеет ширину в милю. Там, где проход сужается ... будьте осторожны, возможно, вперед идут пешие мужчины.


"Вам потребуется неделя, чтобы добраться туда, и к тому времени у нас будут кое-какие разведданные и аэрофотоснимки, возможно, какие-нибудь контакты."


"Заставил этих рысей поддержать нас", - с энтузиазмом заявили они. "Устроить беспорядок из-за того, что кто-то пытается в нас стрелять".


"К сожалению, ракеты с тепловым наведением, которые есть у истребителей, приведут в замешательство "Рысь"."


Я оставил их обеспокоенными.


Вернувшись в комнату штаба, я созвал старших сотрудников, Моран стоял в дверях с Джинджер, полковник Клиффорд и его люди сгрудились в одном конце, Робби просунул голову внутрь. "У нас есть местные люди, чтобы защищать это место, и нападение пеших людей на нас здесь маловероятно, поэтому 2-й эскадрон может выдвигаться вперед". Я постучал по карте. "Если отряды проедут двадцать миль на запад, они упрутся в границу, так что я отправлю туда один вылет из 2-й эскадрильи.


"Если вы проедете двадцать миль на север, вы достигнете вади, точки входа, так что, я думаю, у нас там будет одно звено из 2-й эскадрильи, остальные рассредоточатся по маршруту на границе и будут патрулировать на джипах и пешком. Они могут вставить утром, SAS отправятся в вади и войдут в него завтра.


"Медиков нужно отправить в палатки "Рыси", там есть место, и нам нужен по крайней мере один "Рысь" наготове в любое время с сидящими в нем медиками, меняйте пилотов. Главный человек там - британский флот."


"Мы встретились с ним прошлой ночью", - сообщил мне Харрис.


"Что ж, как только у него будут установлены сигнальные ракеты, он сможет сделать что-нибудь полезное. План таков: как только SAS преодолеют десять миль, Para выдвинутся и войдут в вади, морские пехотинцы за ними. Каждые десять миль пара останавливаются, оставляют несколько джипов и разбивают лагерь. Когда мы узнаем, что все вади в безопасности, они могут подняться и вступить в бой.


"Морские пехотинцы проезжают мимо последнего пункта и делают то же самое, разбивая небольшие лагеря через каждые десять миль по мере продвижения SAS. Если в вади возникнут какие-либо проблемы, у нас есть люди рядом, а не в сотне миль езды, чтобы помочь кому-то.


"Когда морские пехотинцы и парашютисты обосноваются в вади ... начните пополнение запасов рыси. Все это должно занять неделю, и к тому времени у нас должны быть кое-какие сведения о том, где находятся бойцы. Мы не можем начать вечеринку, пока не узнаем, где они."


Женщина-капитан разведки спросила: "ВМС США разбомбили аэродром в Сомали?"


"Да, моя информация. Оружие направлялось в Йемен, но не более того."


"Знаем ли мы, что они взяли с собой?" - Спросил Харрис.


"Нет, и это вызывает беспокойство."


Выйдя на улицу, я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, я нахожусь на земле в Омане со своими людьми, недалеко от границы, завтра границу пересекут джипы. Не могли бы вы прислать мне старшего человека?"


"Он на пути в какой-то аэропорт, думаю, скоро будет с вами, и эти ребята из ЦРУ, плюс Пресс Корпорейшн."


"Вы сделали несколько снимков с большой высоты, сэр?"


"Да, они у него, около двадцати небольших лагерей, замеченных, в их главных лагерях тихо."


"И играете в курицу с ракетами, сэр?"


"Вчера птицы пролетали над сектором, никаких действий, сегодня другой сектор."


"Где ваши котики, сэр?"


"На корабле, готов к отправке."


"А зеленые береты?"


"Приземлился прошлой ночью на востоке, для тебя Геркулес, не уверен когда."


"Скоро поговорим, сэр."


Макс подъехал и спрыгнул вниз.


"Как ты сюда попал?" Я спросил его.


"С параграфами, и у меня готова дерьмовая куча картинок. Когда я смогу опубликовать рассказ?"


"Теперь, потому что я хочу разозлить Аль-Каиду, которая, как мы все знаем, читает газету Sun". Я дал ему несколько абзацев для использования, цитаты из меня. "Убедитесь, что оманцы здесь получат очень хорошую оценку".


Внутри я нашел кабинет полковника Клиффорда, и он занимался оттуда логистикой и поддерживал связь с оманцами. Мы посидели с напитками и поболтали полчаса.


Когда команды вернулись с прогулки, они застелили постели, попробовали теплую воду в бутылках и осмотрели здешние туалеты, книги в мягких обложках были раскрыты, несколько пар сидели за приготовлением пайков у задней двери - у нас не было палатки для столовой.


Я обошел здание УВД и нашел оманского майора. "Здесь есть палатка для столовой?"


"Только для офицеров, совсем маленький. Извините, но нас заставили поверить, что вы сразу же приступите к работе."


"В течение дня или двух, да. Ничего особенного, у них есть рационы - и они должны быть жесткими."


Вернувшись в свою кирпичную хижину, я застелил постель и лег на нее. "Итак, каков план?" - Спросил Риццо.


Эскадрилья "Б" отправляется в поездку завтра, через три дня, чтобы добраться до первого места засады, которое мы предполагаем. Вы будете ждать, пока разведданные нацелятся на группу, затем развернетесь рысью, подкрадетесь к ним.


"Если у постоянных игроков возникнут проблемы, мы отправимся туда на "Пуме" или "Рыси", приземлимся в нескольких милях отсюда и двинемся дальше. Возьми свой набор для проверки войск, сгибайся и разминайся, никогда не знаешь наверняка - аль-Каида может пойти и изменить мои планы и дать нам что-нибудь сделать."


"Они всегда, блядь, меняют наши планы". Риццо жаловался.


Николсон вставил: "Я ставлю десять фунтов на большой взрыв в течение 48 часов после приземления. Риццо атакует самолет, но Томо поставил на то, что нас атакует корабль."


Час спустя приземлился "Геркулес", поэтому я вышел и обошел перрон, пока за "громким Геркулесом" ухаживала дюжина опытных наземных работников. Вскоре я увидел, как Фрэнкс и Дик тащат тяжелое снаряжение вниз по трапу, а за ними следуют два знакомых сотрудника пресс-службы морской пехоты - те же люди, что были на шахте в Либерии. За ними тащилось что-то похожее на десять американских офицеров, большинство в зеленых мундирах, на ремнях или при переноске, на ремнях M4 или M16, у нескольких на бедре виднелись пистолеты.


Надеясь, что у них найдется немного десертного коричневого, я помахал им рукой, когда полковник Клиффорд вышел поприветствовать их. Пожимая Фрэнксу руку, я сказал: "Какая-нибудь подходящая работа для человека твоего уровня оплаты?"


Он бросил на меня взгляд. "Лобос потерял тридцать шесть старших людей из-за той бомбы, которую мы сбросили, но ... их филиалы в Лос-Анджелесе убили двух полицейских в отместку."


Я пожал руку Дику, когда он знакомился с базой, вскоре улыбаясь и кивая сотрудникам прессы. "Как поживает та тяжелая рана на руке, которую ты получил?"


Мужчина, о котором идет речь, поднял ее с улыбкой. "Я несколько дней держал на нем пластырь. Она была воспаленной, зудящей и красного цвета."


"Ах, что ж, воспаленная и зудящая рана определенно стоит Пурпурного сердца".


Фрэнкс повернулся и жестом указал на крупного мужчину с квадратными плечами и квадратной головой, со злобным выражением лица. "Майор Хикс, "Зеленые береты" и некоторые из его сотрудников".


Я пожал мужчине руку, похожую на огромный стейк.


Начал Хикс, обращаясь к УВД: "Команды будут здесь завтра".


"Завтра отсюда уезжают британские группы", - сказал я ему. "После этого будет много запасных палаток".


Фрэнкс указал на трех морских офицеров. "Из команды адмирала Джейкоба".


"Коммандер Ковски", - представился мужчина, одетый в стандартную коричневую форму ВМС США - так что, по крайней мере, он был замаскирован как раз для пустыни. Мы пожали друг другу руки, и он назвал свою команду, полковник Клиффорд повел их к кирпичному зданию с кроватями, фактически офицерской столовой.


После того, как они сбросили Кит, я подождал Ковски, и когда он появился, в руках у него была большая квадратная кожаная сумка.


"Твои фотографии, - сказал он, когда мы пошли в ногу. В командной комнате я отправил людей освобождать место, только старшие сотрудники ушли, когда я достал большие черно-белые фотографии формата А4. У каждого была привязка к сетке вверху справа и удобные координаты на карте.


Харрис зачитал координаты, маленькие пластиковые модели, размещенные в координатах на карте. Он, наконец, улыбнулся. "Я был прав, они там, где мы и предполагали, что они будут, до всех точек можно добраться на джипе - ленивые ублюдки никуда не ходили пешком!"


Я внимательно осмотрел лагерь, в который SAS наткнется через три дня. "Похоже, здесь больше сотни человек, джипы, конные душки, даже минометы. Мы не можем позволить эскадрилье "Б" просто подъехать к ним, или ... может быть, мы могли бы. Я зайду за лагерь и буду готов, используй эскадрилью "Б" в качестве приманки."


Харрис отметил: "Вади в этом месте имеет ширину около двух миль, так что, если бы эскадрилья "Б" находилась на дальней стороне, они были бы видны, но вне пределов досягаемости".


"Да", - согласился я.


Фрэнкс вмешался: "Несколько дней назад мы получили радиолокационный контакт, достаточно большой, чтобы быть транспортным, пролетел низко рядом с основными лагерями, так что они получили некоторое оружие".


Я повернулся к нему и кивнул.


Ковски спросил: "Какой здесь план?"


Я сказал ему: "Сначала мы узнаем, где они, какова их тактика, затем атакуем; расставляем фигуры, вводим вертолет, поддерживаем джипами". Я показал аэрофотоснимки. "Это наводит на мысль о двадцати небольших лагерях по сто человек в каждом, расположенных на расстоянии тридцати миль друг от друга".


"Можно было бы просто разбомбить их", - предложил он.


"Нам нужны данные и тела - лица и отпечатки пальцев, спутниковые телефоны ... и письма домой женам и подругам. Некоторые заключенные тоже были бы хороши, немного сплетен о лагерях подготовки террористов, посещенных в других местах."


Он кивнул. "Итак, мы делаем это старомодным способом и разыгрываем индейцев перед их ковбоями".


Я улыбнулся аналогии. "Окружи эти фургоны. Сколько опытных вооруженных людей у вас на корабле?"


Шестьдесят морских котиков и четыреста морских пехотинцев. У морских пехотинцев есть снайперы, и мы меняем М16 на оружие с большей дальностью стрельбы, но у нас также есть хорошие оптические прицелы для М16."


"Я вручу вашим морским котикам орден почета завтра, если вы сможете предупредить пару команд".


"Они готовы, им не терпится уйти".


"Вертолетоносцу нужно будет следовать узким маршрутом и избегать определенных мест". Я показал ему карту. "Здесь, к западу от нашей первой точки засады, нас поджидают бойцы. Вы приземляетесь по крайней мере в десяти милях к северо-западу, недалеко от холмов, а не на открытой местности. Твои люди медленно входят и приглядываются, затем докладывают мне.


"Ваши вертолеты летают на восток, сюда и вокруг, чтобы одурачить их, тем же путем. Предупреди их о ракетах с тепловым наведением и Душке пятьдесят кал, здесь много Душки. Предупредите своих пилотов о вертолетах "Рысь" и "Пума" оманских ВВС в районе вади - должен сработать IFF, и что наши люди движутся на запад по этому вади."


"Сейчас я пришлю отчет и задание."


"Единственная опасность - это старый Ми-8, но он не догонит ваши вертолеты".


"Черт возьми, нет".


Час спустя приземлился "Геркулес", команда из тридцати механиков королевских ВВС и Омана вышла с тяжелыми вещевыми мешками, поддонами и тележками, оттолкнувшись, инструкторы королевских ВВС по парашютному спорту ушли, но их было всего шестеро. Ко мне подошел командир эскадрильи королевских ВВС, и он показался мне знакомым, голубой берет дополнял его зеленую форму.


"Мы встречались раньше", - сказал он. "Angola."


"Ты здесь, чтобы служить Геркулесу?" Я озадачен.


"Они, я офицер материально-технического обеспечения королевских ВВС, время, проведенное с командующим ВВС Лоутоном. Я был в аэропорту Салала, должен был провести оценку, прежде чем мы им воспользуемся. Радар в порядке, нет ILS ... или многого другого. На пути вас ждут парашюты, и эти инструкторы королевских ВВС спустились раньше них. " Он ткнул большим пальцем через плечо.


"Возможно, нет необходимости использовать их в оперативных целях, но я попрошу людей попрактиковаться с ними".


"Пропагандистская группа королевских ВВС тоже в пути", - сказал он с ухмылкой.


"Меня отчитывают за то, что я их так называю".


"Они снимут мини-документальный фильм о различных аспектах RAF, части будущих фильмов о вербовке".


Я отвел его к полковнику Клиффорду, и они делили кабинет, оба занимались здесь логистикой. И оба оказались из Суррея, так что я оставил их болтать.


Вернувшись в ангар, я поприветствовал знакомых инструкторов по парапланеризму, вспомнил истории о Сьерра-Леоне и Либерии. "Ребята, пока у нас не появятся парашюты и не возникнет необходимость ими воспользоваться, вы солдаты, вы защищаете королевские ВВС здесь. Поддерживай форму, тренируйся на полигоне, не ной, что я тебя пока не использую."


Позже я готовил пайки со Свифти, разогревая помещение угольными горелками, и, поскольку все кровати были заняты, оно прогрелось от человеческого тепла. Я сказал им регулировать сон или проехать по десять кругов каждому, то же самое сообщение командам по соседству. По соседству я нашел время остановиться и полчаса посидеть с Митчем и его командой шпионов-плохишей, обсудить здешнюю тактику.


В 6 утра SAS были выстроены наготове на перроне, двадцать три джипа были сложены, семь из них были позаимствованы у оманцев. Притчард сидел в хорошем джипе с кондиционером.


"Вы идете с нами, майор?" Я спросил его, когда он высунулся из окна своего джипа.


"Черт возьми, да, командный пункт впереди, отсюда мало что видно".


"Если тебя ранят, объясни это полковнику Маршу!"


"Возможно, я забыл упомянуть, что шел по пятам. Но, по крайней мере, у меня есть кондиционер и откидывающиеся сиденья."


"Медленно и размеренно ищите следы - откидываясь назад и наслаждаясь видом".


Когда они выехали из главных ворот, я подъехал к Рыси, Мортен и его команда сейчас в палатке, но, по крайней мере, он не спал. "Я хочу, чтобы два медика с комплектом сели в рысь", - сказал я ему, когда он зевнул.


Он указал. "Они сказали, что этот номинирован до 16:00".


"Тогда я хочу видеть, как чертовы пилоты сидят внутри него с кофе в руках, двигатели запускаются каждый час".


"Сейчас я с этим разберусь, я встретил пилота - он учился в Сандхерсте. Его английский лучше моего!"


Я улыбнулся. "Убедитесь, что его радио включено, вышка проверена, спутниковый телефон проверен с вами".


"Когда начинается действие?"


"SAS выезжают сейчас, но им может потребоваться три дня, чтобы связаться. Так что несколько дней будет тихо, если только кто-нибудь не обстреляет нас здесь из минометов."


"Десять фунтов на минометы и ракеты".


"Один из моих парней поставил десять фунтов на то, что на нас нападет корабль!"


"Я подозреваю, того, кого зовут Томо".


Я широко улыбнулся.


Вернувшись в центр УВД, я поднялся наверх, там сидели два оманских офицера, выглядевших усталыми. На арабском я начал: "Солдаты SAS выдвинулись, как вы видели, и они достигнут границы через час, затем отправятся на север, так что у нас там есть "Рысь", готовая к спасению раненых. Всегда проверяйте радиостанции на резервном Lynx.


"Мы всегда хотим иметь наготове "Рысь" или "Пуму", в которой сидели бы медики, двигатели включались бы каждый час".


Они приготовили мне кофе и поболтали о верблюжьей подошве; они смотрели фильм.


Внизу, в командной рубке, я обнаружил Харриса, только что заступившего на дежурство, с кофе в большой кружке, на которой было изображено лицо Саддама Хусейна в костюме Санта-Клауса - сувенир из войны в Персидском заливе.


Я сказал ему: "SAS выехали, будь на границе через час. Какое-то время никаких действий, так что выпейте кофе."


Он сел и кивнул, ему нужно было некоторое время, чтобы разобраться с этим.


В полдень, когда команды маршировали по аэродрому, приземлился "Геркулес", знакомые солдаты в зеленых беретах выходили с тяжелыми сумками, эффективные оманские наземные команды были наготове с джипами. Но все американцы были в зеленом.


Капитан Холстедер подошел и ухмыльнулся. "У тебя есть какая-нибудь работа в Европе, приятель?"


"Что плохого в кусочке песка?" Мы пожали друг другу руки.


"Ни океанов, ни баров, ни девушек ..."


"Ах, вы заметили единственный недостаток этого места - отсутствие океана. У тебя есть десертные коричневые?"


"В сумках, да". Его люди погрузили снаряжение на джипы, для них был приготовлен автобус. "Итак, каков план?" - спросил он, когда "Геркулес" стоял и громко гудел, глядя на нас.


"SAS выступили на рассвете, сегодня они достигнут пограничного вади и двинутся на запад, в Йемен. У нас есть данные воздушной разведки вашего флота, дюжина небольших лагерей в дикой местности, возможно, по сотне человек в каждом. Так что ты можешь выбирать."


"И как попасть внутрь?"


"Вертолеты, либо вашего флота, либо военно-воздушных сил Омана".


"Что нравится оманцам?"


"Все крутые, все ходили в шикарные школы в Англии. Эти рыси прибыли из Великобритании, и там есть британские инструкторы."


Когда его люди разместились в палатках к западу от моих хижин, Холстедер и два других капитана присоединились к нам в командной комнате со своим боссом, майором Хиксом, потягивая кофе и рассматривая карты.


Хикс сказал: "Я дам ребятам день на обустройство, немного упражнений, никакого оружия - у них был долгий перелет".


Я кивнул.


Саломея вошла, удивленные взгляды приняли выражение американских лиц. Она бросила на них равнодушный взгляд и повернулась ко мне. "У моих людей есть кое-какая информация". Она нашла место на карте, где Харрис указал на карте лагерь боевиков, в дне езды на запад от первого места засады. "Здесь лидеры Аль-Каиды".


"Итак, призовые индейки", - заметил Хикс. "Ты уже выделил это нашим морским котикам", - напомнил он мне.


"Да, но у меня будет команда к югу от лагеря, чтобы хватать всех, кто убегает".


Хикс столкнулся с Саломеей. "Израильтянин?"


"Нет", - твердо сказал я ему. "Она ... Канадско-польский, немного с акцентом."


Саломея бросила на меня озадаченный взгляд, затем пожала плечами, прежде чем покинуть нас.


Холстедер заметил: "У всех этих польско-канадских дам отличные задницы".


"У нее дурная привычка разгуливать голышом, так что держись подальше от моей квартиры", - поддразнил я. "С нами три дамы. Один симпатичный, другой сложен как танк. Но мужчины отменяют ставки, и тот, кто проигрывает, должен ее трахнуть." Американцы рассмеялись.


" Здесь присутствуют дамы, " раздалось из-за моей спины, женщина-офицер разведки.


Я встретился с ней лицом к лицу. "Согласно лимерику на стене туалета на базе ... ты не леди".


Она положила руки на бедра, но прищурилась на Харриса, а не на меня, заставив меня задуматься, были ли они предметом, каким-то внебрачным действием, о котором я не знал.


Вторая эскадрилья загрузила джипы припасами, запустила двигатели и проверила их езду, два гражданских оманских джипа использовались с буксируемыми тележками, и каждый джип мог перевозить шесть человек плюс снаряжение. У них даже были багажники на крыше. Сверху были замечены буксировочные тросы, цепи и металлические гусеничные пластины, чтобы вытащить упрямый джип из глубокого песка.


Когда все будет готово, Хейнс выведет их за ворота, и он создаст командный пункт в вади.


Он позвонил час спустя, чтобы сказать, что они достигли границы и оставили группу людей с палаткой и некоторыми припасами, теперь продвигаясь на север. Ему потребовалось чуть меньше двух часов, чтобы добраться до вади по хорошо проторенным тропам, проложенным SAS, с одним поворотом вокруг участка мягкого песка.


В вади он выбрал группу камней, чтобы разбить лагерь вокруг, его люди патрулировали границу на джипах, но он также отправлял пешие патрули, чтобы занять людей - и поддерживать их в форме.


В 5 вечера, незадолго до захода солнца, позвонил майор Притчард. "Уилко, мы нашли большой старый транспортный самолет, примерно в восьми милях, разбившийся в вади ..."


"Не приближайся к нему!"


"Расслабься, мы в трехстах ярдах отсюда".


"Что ты видишь вокруг себя?" Опиши это."


"Здесь все плоско, возможно, поэтому оно и упало, но оно в хорошем состоянии, без битого стекла, приземлилось, судя по виду, шлепком на брюхо. Слева тысяча ярдов до скал, справа около 600 ярдов до высоких песчаных дюн."


"Сколько человек могло поместиться в этом самолете?"


"Скажем ... сорок или больше".


"Эти люди в южных скалах, наблюдают за тобой, пока мы говорим, так что иди на север и в обход. Отошлите джип на расстояние 200 ярдов и используйте GPMG на песке рядом с ним."


"Ты думаешь, они заминировали самолет?"


"Я бы. Оставь это в прошлом." Я побежал в УВД и выше. "Поднимите рысь, и в вади, в восьми милях отсюда, разбился транспортный самолет. Я хочу, чтобы они искали следы к югу от вади. Приготовь Пуму для вставки, быстро! Принеси это сюда."


Я бросился вниз и побежал к кирпичной кладке. "Риццо, снаряжай семерых, быстро, "Пума" в пути. Остальные, готовьтесь, в вади начинается бой! Свифти, позови Робби и подготовь всех британских волков. Но Робби остается здесь!"


Вернувшись на улицу, оманский майор прибежал с зеркалкой в руке. "Здесь готовится нападение?" - спросил он, когда Рысь умчалась на низком уровне.


"Нет, но в восьми милях вглубь вади разбился транспортный самолет. Люди, которых он перевозил, слезли с него."


Мой телефон зазвонил. Уилко, это Притчард. Мы стреляли в песок, и мина взорвалась, так что ты был прав."


"Двигайтесь дальше, я попрошу ВМС США разбомбить эту чертову штуку. Вертолеты в пути, чтобы высадить людей для поиска следов."


"Мы пройдем милю или две и остановимся на ночь".


Многие из старших сотрудников были сейчас снаружи, гадая, что случилось. Я сказал Фрэнксу: "Тот радиолокационный контакт, который вы получили, был большим транспортным самолетом, перевозившим людей на низкой высоте вниз по вади; он совершил аварийную посадку. Мог бы вместить сорок человек, которые сейчас вышли и идут пешком. Когда ты это заметил?"


"Две, три ночи назад".


"Значит, они могли бы пройти тридцать миль на запад и сейчас быть со своими приятелями, долго петь у лагерного костра".


Фрэнкс заметил: "Если они высадились в вади, они намеревались высадить людей где-нибудь здесь и войти пешком".


"Возможно, но насколько они решительны?" Я возразил с. "Они идут этим путем, или они убрались восвояси". Я позвонил Хейнсу. "Это Уилко, у нас есть пешие бойцы в восьми милях к западу от вас, понятия не имею, где они и в какую сторону направляются, приготовьтесь".


Бежевая Пума с шумом проплыла через взлетно-посадочную полосу и приземлилась рядом с нами. Я махнул Риццо и его отряду вперед и внутрь, Риццо подбежал ко мне. Положив руку ему на плечо, я прокричал ему в ухо: "Садись к югу от разбившегося транспортного самолета, который ты увидишь, ищи следы, используй свои фонарики, если придется после наступления темноты, доложи. Вперед!"


Он был последним, кто забрался на борт, когда нисходящий поток "Пумы" накрыл нас, "Пума" бежевого цвета поднялась, опустив нос, и понеслась на низкой скорости на запад по песку.


Я шагнул к Харрису. "Убедитесь, что у нас есть Рысь, готовая к эвакуации".


Он ворвался в здание УВД, и несколько из нас последовали за ним, выйдя на плоскую крышу, когда солнце висело низко, западный горизонт был в огне, высокие слои облаков были видны указывающими на север. Песок становился коричневым по мере того, как температура падала, с севера дул резкий холодный ветер.


Харрис сообщил, что "Рысь" готовится, медики готовятся, поскольку "бдительная рысь" умчалась без медиков на борту - даже не попрощавшись.


Пятнадцать минут спустя "Рысь" сообщила о своем возвращении, и я слушал его по радио своего самолета. Следы вели на юг от разбившегося транспортного самолета, затем на юго-восток, "Пума" из-за высадки людей рядом с этими следами.


Риццо позвонил после того, как "Пума" благополучно приземлилась у нас, и дневной свет уже исчез. Следы ведут на юго-восток, много людей. Мы следуем за ними?"


"Да, дважды, они посадили этот самолет три дня назад".


"Они могли бы сейчас трахаться где угодно", - пожаловался он.


"Гуляйте всю ночь, делайте перерывы, будьте начеку - не попадите в засаду. Обновляйте меня каждый час, и у нас будут готовы вертолеты caesvac. И не забывай, что ты в восьми милях от границы, так что прикинь расстояние. 2-я эскадрилья находится на границе."


Я повернулся к Хиксу, когда он присоединился к нам в УВД. "Иди, пожалуйста, предупреди своих людей в палатках, что к западу от нас большой пеший патруль, пока не знаю, где, но, скорее всего, они подойдут сейчас, когда стемнеет. Пусть несколько человек несут караульную службу и нацелены на запад, но дальше оманские солдаты, выкопали его."


Он кивнул и без особой спешки спустился по лестнице.


Фрэнкс спросил: "Ты думаешь, они нападут?"


"Среди нас есть несгибаемые фанатики, так что ... вопрос в том, выполняют ли они разведывательную миссию, как заметили наши вертолеты, или они хотят сдаться?"


Я спустился вниз и направился к месту дислокации и обнаружил Свифти и Робби с британскими волками, полностью снаряженными. "Хорошо, слушайте. К западу от нас до сорока пеших бойцов, понятия не имею, где они. Они могут быть неподвижны и наблюдать за нами, или у них есть РПГ и они хотят сбить вертолет. Или они развернулись и уже отъебались домой - сидели, наслаждаясь банкой томатного супа-пюре Campbell's."


Они смеялись.


"Свифти, проведи людей строго на запад две или три мили, затем остановись, создай командный пункт из трех человек, затем разошли пары по точкам компаса; на север, запад и юг - не на восток. Команды окопались и ждут, может быть, несколько дней. Найди контакт, позвони ему, прежде чем стрелять. Протестируйте радиоприемники, протестируйте спутниковые телефоны, затем выезжайте."


Он увел их, пока Робби стоял со мной, и вскоре мужчины превратились в просто черные очертания на более светлом фоне песка. Я попросил Слайдера держать свою команду наготове, но в хижинах тепло, американские волки жаждут каких-то действий. Я зашел в раздел 14 Intel и объяснил ситуацию, прежде чем повторить это с американскими волками.


В комнате штаба мы обновили списки и карты, внезапно обнаружив, что нам есть чем заняться.


Харрис отметил: "У них были мины на том самолете ..."


"Да, чтобы они могли разместить мины где-то здесь".


"У них уже было время добраться до границы и установить мины", - недоумевал он. "Так почему же шины джипов до сих пор не разорваны в клочья?"


"Они никогда бы не подумали, что мы едем на запад, а затем на север по пескам, так что, возможно, на более прямом пути к вади есть мины, но они бы решили, что мы пользуемся дорогами, а не вади - а дороги минировать нельзя".


"Ты можешь", - настаивал Хикс. "Вы вырезаете круг, размещаете мину, посыпаете ее песком. При условии, что ветер не сдует песок, в него врезается джип."


"Никто не сообщал", - сказал я ему. "И никакие оманские военные машины не пользуются этой дорогой, поскольку она ведет на запад к границе - только местная полиция".


"Вопрос времени", - предположил он. "Мы только что добрались сюда, так что ... когда они догадались, что мы пользуемся этой дорогой?"


Я кивнул, взглянув на Харриса. "Сидел рядом с дорогой, ожидая появления колонны военной техники. Это имело бы смысл, но им придется долго ждать."


Мой телефон зазвонил. "Это Риццо, и следы расходятся. Одна группа следов ведет на северо-восток, другая в том же направлении - на юго-восток."


"Разделите свою команду, продолжайте преследовать их, но не вступайте в бой".


"Ладно, выдвигаемся".


Я столкнулся с Харрисом. Они разделились надвое. Одна группа направляется на северо-восток, другая все еще движется на юго-восток."


Он изучил карту. "Они бы уже были внутри границы".


"Может быть, они так и стоят, окопавшись, с биноклем в руке", - сказал ему Фрэнкс.


"Как насчет вертолетов с ночными прицелами?" - Спросил Хикс.


"Они могли бы получить пулю из РПГ в живот", - сказал я ему. "На данный момент мы используем людей с ногами, потому что бойцы оставили след, по которому легко идти. К рассвету мы определим их позицию, затем окружим их и уничтожим."


Дик постучал пальцем по карте. "Десять долларов с одной группы, находящейся здесь, на юге, у обочины дороги".


Харрис повернул голову к Дику. "Одна группа ... которая не слишком хорошо ориентируется?"


Дик пожал плечами. "Курс на юго-восток приведет к дороге в миле от этой базы. Но я бы не был так близок, если бы это был я."


"Скоро увидим", - предположил я, заваривая чай, пока Харрис вызывал GL4 и давал длинную реплику, Ковски информировал адмирала.


Когда Ковски вернулся, я сказал ему: "Этот разбившийся транспорт, вокруг него мины, так что пусть твои ребята разбомбят эту чертову штуку утром. Вопрос в том, приведет ли ваша бомба в действие мины?"


"Черт возьми, да. Бомба весом 2000 фунтов создаст волну давления, которая приведет в действие мины на расстоянии ста ярдов."


Я кивнул. "Хорошо, местные пастухи верблюдов не будут стоять на этих приисках через год. Нет ничего хуже, чем подлый трехногий верблюд."


Хейнс позвонил в 9 вечера. "Мы нашли следы, похоже, что двадцать человек шли на восток, чуть севернее вади. Даже несмотря на ночь, следы видны отчетливо."


Отправь команду из восьми человек по этим следам и следуй за ними. Дважды."


"Сейчас я с этим разберусь".


Я тыкаю пальцем в карту. "Одной группе бойцов удалось пересечь вади, не оставив следов, и они ушли прямо на восток. Либо это, либо SAS не искали следов, когда въезжали в вади." Я столкнулся с капитаном разведки. "Пошлите кого-нибудь предупредить морских пехотинцев и парас, враг в нескольких милях к северу".


Он выбежал.


"Они не нападут", - предположил Хикс, глядя на карту. У них было время добраться до проволоки и выстрелить, так что, возможно, они чего-то ждут. Может быть, песчаная буря, как в "Верблюжьей лапе"."


Я столкнулся с Харрисом. "Сводки погоды в УВД, быстро".


Он выбежал. Когда он вернулся, он сообщил: "Ветер усилится через четыре дня, недостаточно для песчаной бури".


"Безлунная ночь?" Лениво спросил Хикс. "Или координация с другой командой?"


Я обдумывал это. "Я бы сказал ... Грузовики на дороге мчат на нас, отвлекают нас, пока команды пробираются внутрь". Я пошел и нашел оманского майора и попросил, чтобы он чем-нибудь перекрыл дорогу. Там был большой тяжелый экскаватор, так что он сразу же его убрал.


Вернувшись в штаб-квартиру, я доложил: "Большой механический экскаватор катится на юг, чтобы перекрыть дорогу".


Фрэнкс заметил: "Итак, все, что нам сейчас нужно, - это колода карт".


Люди тихо сидели, ожидая, пока я подробно описывал песчаную бурю на базе Кэмел Тоу.


Мой телефон зазвонил в полночь, люди выпрямлялись. "Это быстро, и одна из моих команд уловила сигаретный дым и движение". Он зачитал координаты.


"Двигайте своих людей медленно и тихо, соберитесь в группы, готовые атаковать. Смертельно медленно. Она там плоская?"


"Нет, волнистый, какое-нибудь прикрытие для нас".


На карте я отметил место и дважды проверил координаты, пока люди смотрели. Покончив с этим, я позвонил Риццо и дал ему координаты, он был недалеко.


"Здесь чертовски холодный ветер", - пожаловался он. "Мы идем быстро, чтобы не замерзнуть!"


"На что похожа видимость?"


"Чертовски опасно, вот на что это похоже! Мы могли бы увидеть их, если бы они подошли поближе, но и они могли видеть нас. Я вижу всех парней ясно как день!"


Я убираю свой телефон.


Хикс спросил: "Какого хрена они просто сидели там на холодном песке?"


"Ожидание", - предположил я. Достаточно близко, чтобы быть с нами в течение часа, так что они ждут сигнала "Вперед". Команда север, должно быть, делает то же самое."


Час спустя позвонил Свифти. "У нас есть радиосвязь с Риццо, он к западу от нас и подкрадывается, так что мы здесь делаем?"


"Все ваши люди на месте?"


"Полукругом вокруг них, скажем ... на расстоянии двухсот ярдов или меньше, какая-нибудь неровная земля, за которой можно спрятаться. Время от времени мы слышим, как они что-то бормочут."


"Есть точный выстрел?"


"Нет, они окопались".


"Решать вам с Риццо, но вы могли бы дождаться рассвета и пристрелить их, или подвести человека поближе и быстро поразить их".


"Я говорю, мы уходим сейчас, пока мой член не отмерз!"


"Твое дело, разберись с Риццо, но без риска. И мне нужны телефоны и удостоверения личности, и если вы получите раненого бойца, я хочу, чтобы он был жив."


Отключив телефон, я столкнулся с сонными мужчинами. "Мы окружили боевиков, но они окопались, так что мои люди проведут оценку, а затем нанесут удар по ним".


Полчаса спустя появился запыхавшийся Свифти. "Мы подкрались и быстро нанесли им удар, никого не оставив в живых. Они были в траншее, которая была почти прямой линией, поэтому мы обстреляли траншею - им негде было спрятаться. Есть спутниковые телефоны и удостоверения личности."


"Какое оружие у них было?"


Немного АК47, немного ВЕПРЯ, пара РПГ. Нападая на нас, они бы далеко не ушли."


"Возвращайся, ускоряй марш, чтобы не замерзнуть. Зажечь факелы!"


Положив трубку, я повернулся лицом к мужчинам, которые теперь сосредоточенно стояли вокруг стола с картами. "Все мертвы, и ... только легкое оружие, так что ... Я разочарован. Они летели на низкой высоте, чтобы добраться сюда, хорошо, вошли и окопались, хорошо, затем ... наполовину спланировали атаковать нас легким оружием."


"Или команда разведчиков без подсказки", - предположил Фрэнкс.


"Те, кому нужно поспать, идите спать, к черту все происходящее", - подбодрил я их, и мужчины гуськом вышли. Я приготовил кофе, когда заступила на дежурство следующая смена капитанов разведки.


Хейнс позвонил полчаса спустя, тоже запыхавшийся. "Мы нашли их, застрелили их".


"Будьте осторожны, продвигаясь вперед, дважды коснитесь. Мне нужны телефоны и удостоверения личности, может быть, подождать до рассвета, если они ранены и спрятались."


"Вряд ли, они встали и шли цепочкой к нам, по открытой местности, это было неловко".


"Вы профессионалы, а они нет. Достань мне эти телефоны, оставайся с телами, пока утром за ними не приедут джипы. А вы, мистер Хейнс, были ... в гуще событий?"


"Я ... был", - нерешительно ответил он.


"А твой жених..?"


"Не хочу об этом слышать; она опаснее, чем эти бойцы".


"С нами репортеры", - предупредил я. "И не обижайся, будет трудно объяснить это бедной девочке".


Я встретился с командой Разведки, и они обновили контактные листы как раз перед тем, как вбежал взволнованный оманский капитан и отдал честь.


"Сэр, два грузовика на юге, на контрольно-пропускном пункте, они оба взорвались при обстреле, дорога заблокирована."


Я столкнулся с командой. "Итак, план был ... протаранить главные ворота, возможно, протаранить дорогой самолет, произвести некоторый шум - на тот момент, когда две команды проникнут внутрь".


"Настолько хорошо, насколько могут придумать любители", - отметил капитан.


Я кивнул. "Позвони в GL4 с новостями, то же самое для Лондона, я ухожу спать на несколько часов".


Я проснулся два часа спустя, когда Свифти и Риццо вернулись, производя шум. Они нашли теплое жилище с угольными горелками на обоих концах и начали долго скулить и жаловаться, пока я не велел им заткнуться. После теплого напитка они улеглись спать полностью одетыми.


Я проснулся, когда серый свет просачивался через окна, и я пошел пописать, вскоре тихонько выскользнув, на стекле джипа появился морозный блеск.


В комнате разведки я нашел тех же людей, мне подали чай и бутерброд. "Что-нибудь?" Я спросил.


"Никаких дальнейших действий, и мы скоро отправим джипы за телами, паразиты уйдут. У нас есть спутниковые телефоны и удостоверения личности, Лондон обновлен."


"Хорошо". Я съел сэндвич и отхлебнул чаю, постепенно просыпаясь и чувствуя себя лучше по мере того, как прояснялся новый день.


В приличное время я позвонил принцу Калиду. "Вы можете говорить, сэр?"


"Да, я в машине".


"Четыре дня назад транспортный самолет совершил аварийную посадку в вади неподалеку отсюда, и сорок исламских боевиков вышли из него без травм. Они разделились и приблизились к этой базе, но мы увидели следы и нашли их, все убитые, но они протаранили южные ворота и взорвали себя, никто не пострадал."


"Они пересекли наши границы?"


"Да, сэр, три дня назад, и мы пересекли их границу вчера, так что вы могли бы сказать, что мы отправились на их поиски после того, как они нарушили границу, раскрутить это в прессе".


"Я это сделаю", - пригрозил он. "Им не разрешено пересекать мою границу! Как там дела?"


"Мы прибыли сюда два дня назад, SAS сейчас движется на запад вниз по вади, и команды добавят сегодня, возможно, какие-то действия сегодня вечером, сэр".


"Я навещу тебя, когда смогу", - пообещал он. "Мои люди хорошо справляются?"


"Да, сэр, пока никаких проблем".


"Хорошо".


Внутри я спросил: "Где Макс?"


"Он поступил в SAS".


"Он сделал? Этот маленький засранец, он никогда не спрашивал меня об этом."


Я обошел 14 разведчиков, назначив им Анри, Самбо и Стретча, и они получили бы несколько кругов и некоторое время на дистанции.


Парас разъехались в двух направлениях, тела привезли завернутыми в пончо и выстроили в ряд, готовые к фотографированию оманской полицией. Когда все тела были разложены на площадке, сотрудники пресс-службы морской пехоты сделали снимки, а видеогруппа королевских ВВС сняла сцену.


Сплачиваем британских волков и Свифти после 14:00, когда мужчины немного поспали, они проверили снаряжение и пополнили запасы под присмотром Робби. В командной рубке я показал Свифти карту. "Пройдите несколько миль на юго-запад, и вы попадете в дорогу. Держитесь на расстоянии не менее четырехсот ярдов от дороги, но следуйте по ней до границы и переходите ее незамеченными.


"Затем медленно следуйте на юго-запад, но вне поля зрения, так что, возможно, двигайтесь ночью или держитесь на расстоянии. Работайте, исходя из предположения, что кто-то окопался, наблюдая за этой дорогой, так что найдите их и пристрелите ублюдков. Если вы думаете, что они на холме, обойдите и посмотрите - отправьте команду.


"Если и когда вы найдете хорошее место с хорошим видом, разместите там четырех человек и оставьте их на несколько дней. Разделите свои команды и разместите несколько на южной стороне дороги, но избегайте всех гражданских лиц с приличным отрывом, милю или две - никаких контактов. На самом деле, возьми Митча и его команду с Грини, размести их к югу от дороги после того, как пересечешь границу.


"Возьмите рюкзаки и побольше припасов, но я могу распорядиться, чтобы припасы доставила Рысь". Я повернулся к Харрису. "Запасные карты?"


У него было несколько фотокопий непосредственной местности, дополненных линиями сетки.


Я сказал Свифти: "Тебе не нужна карта, кроме как для указания координат - там только одна дорога на сотню миль в любом направлении!"


"А как насчет радиосканеров?" он жаловался.


"Ах, я и забыл о них". Я зашел в соседнюю дверь и нашел двух капитанов GCHQ, которым вернули форму. "Покажи моим людям, как снова пользоваться сканерами, выдай их".


"Все ваши волки прошли подготовку, британские парни".


"Хорошо, выдайте им сканеры сейчас, быстрое обновление, прежде чем они уйдут".


"Могу я пойти с тобой?" - Спросил Робби.


"Нет, ты потерял эту привилегию, когда тебя повысили. Ты тренируешься и организовываешься, тебя не ранят."


Он ушел надутый.


Схватив офицеров и сержантов "Американских волков", я обошел с ними постой, крича "Американским волкам", чтобы они построились, надели рюкзаки, пополнили запасы, взяли с собой дополнительную воду, дополнительные боеприпасы.


Когда они были готовы и разделились на команды по четыре человека, я раздал радиосканеры и ксерокопии карт, но у нас также была дюжина крупномасштабных карт для использования.


"Хорошо, слушайте. К юго-западу от нас есть дорога, только одна дорога, никаких других дорог - ни одной. Вчера SAS проехали прямо на запад к границе по пескам, двадцать миль, затем на север к вади, затем на запад вниз по вади.


"В четырех милях к северо-западу отсюда мы обнаружили группу боевиков и застрелили их, есть следы, не запутывайтесь в них. На границе находятся 2 эскадрильи полка королевских ВВС, патрули на джипах и пешие, так что не стреляйте друг в друга.


"Первая команда, идите по дороге на юг, поздоровайтесь с оманцами. Когда вы доберетесь до сгоревших машин, идите прямо на юг через пустыню, десять миль, двадцать, до вас, осмотритесь в поисках следов, доложите, что видите, затем идите обратно - с открытыми глазами.


Вторая группа, на юг по дороге к тем грузовикам, затем по пеленгу 225, та же сделка.


Третья группа, отсюда следуйте по азимуту 240. На юго-западе есть британские волки, они движутся на юго-запад, так что притормози, если увидишь их, не обманывайся их следами.


Четвертая команда, пеленг 250, две ночи в пути и обратно, максимум три ночи в пути. Пятая команда, пеленг 260. Шестая команда, пеленг 270, и шестая команда, вы можете наткнуться на небольшие холмы после двухдневного перехода.


"Теперь вы в хорошей форме, так что я ожидаю, что вы установите рекорд по тому, как далеко и как быстро вы ходите. Для тех, кто направляется на запад, граница в двадцати милях, так что доберитесь до нее после наступления темноты и продолжайте идти, позже будет чертовски холодно. Остановитесь на рассвете и приготовьте пиво.


"Все вы, перед уходом проверьте личные радиоприемники, спутниковые телефоны, попросите одного человека принести большую емкость для воды, но не беспокойтесь о воде, она чертовски холодная двенадцать часов в сутки. Если у вас есть спальные мешки, возьмите их и два пончо. Лучше всего спать в середине дня, мужчина на олене.


"Если вы столкнетесь с арабскими боевиками, сообщите об этом, стреляйте в них издалека, не подходите близко и не перепутайте. Если у вас есть раненые, сообщите об этом, мы можем быстро прислать вам Рысь. Ты делал все это раньше, все это рутина, и я особо о тебе не беспокоюсь - кроме как трахнуть пару верблюдов."


Они смеялись, в хорошем настроении и уверенные в себе, и выглядели точь-в-точь как люди из Echo.


"Хорошо, когда у вас будет все, что вам нужно ... выдвигайтесь, назовите имена офицеров каждой команды, затем отправляйтесь".


Вернувшись внутрь, Ковски сказал мне: "Скоро появятся "Морские котики", приземление при дневном свете, но ... в любом случае, это пустая пустошь".


"Они полетят по маршруту собачьих лап?"


"Да".


"Сколько человек нужно уложить?"


"Около тридцати".


"Когда они будут разбиты, соедините меня по телефону с ответственным человеком".


Я подробно описал для Харриса пеленги по компасу и команды волков, делая пометки на западной стороне карты, пока не появился оманский майор с зелеными пластмассовыми солдатиками в руках, модели высотой в дюйм.


Я сказал Харрису: "Мы прикрываем юго-запад и запад на случай, если там появятся другие бойцы. Эта первая партия попала сюда на разбившемся транспорте, летевшем низко, так что ... Сомневаюсь, что у нас еще будут такие посетители. Самолеты - дорогостоящие предметы, и я сомневаюсь, что владелец этого самолета знал, для чего он будет использоваться."


Ковски сказал мне: "Военно-морские силы разнесли его на куски час назад".


Я повернулся к Харрису и театрально вздохнул, хлопнув себя руками по бокам. "Гребаный Гринпис выльет на нас тонну дерьма, когда увидит, какой беспорядок мы устроили на песке".


"Можно было бы убрать это после окончания боя", - предложил Харрис.


"Черт возьми, вокруг него были мины, некоторые могли быть живыми. И теперь, когда металл разбросан повсюду, мы не можем использовать металлоискатели." Я остановился как вкопанный. "Подожди, где парни из артиллерии?"


"Вместе с парасом, палатки в северной части", - сообщил он мне.


"Черт возьми, я забыл поздороваться".


Лейтенант команды "Морских котиков" позвонил мне двадцать минут спустя. "Майор Уилко? Лейтенант Кравиц." Он говорил как человек, который гонит на скорости и запыхавшийся.


"Ты спустился и идешь пешком?"


"Мы здесь, и это чертовски уединенное место, вокруг никого, и мы можем видеть на многие мили".


"Где именно ты находишься?"


"Скажем, в восьми милях к западу от цели, к северу от нас широкий песчаный пляж, к югу низкие холмы, крутые холмы, скажем, в четырех милях к югу. Мы дважды перемещаемся в сторону укрытия, медленнее приближаемся к цели, когда получаем какое-нибудь укрытие."


"Я собирался разместить "Зеленых беретов" завтра к югу от цели, чтобы они были на месте к полудню".


"Таким образом, мы можем замедлиться и занять хорошую позицию, разведать местность и проникнуть внутрь".


"Завтра я поговорю с майором Хиксом, чтобы вы скоординировали это. Либо ты отпугнешь их на юг, либо новички пошумят и отвлекут бойцов. Решать вам, но в любом случае это ваши приказы от меня - человека, ответственного на местах: вы сохраняете дистанцию, стреляете в них, изматываете их, никакого героизма.


"Если завтра мы раним десять человек, то этот идиот в Белом доме запаникует из-за своих рейтингов и захочет убрать вас, поэтому мы пойдем на многое, чтобы избежать потерь, и используем наши сильные стороны - снайперскую стрельбу на расстоянии при дневном свете."


"Я разбираюсь в политике, я был в Сомали в 93-м".


"Тогда помоги мне избежать плохого газетного заголовка здесь. Стреляйте с расстояния, маскируйтесь, ждите, пока они истечут кровью. Было бы неплохо отобрать у них телефоны и удостоверения личности, но не ценой нескольких мертвецов, так что подумайте, прежде чем двигаться дальше. И если кто-то выглядит мертвым, стреляйте еще раз, просто чтобы убедиться, но никогда не признавайтесь в этом на корабле."


"Верно".


"Удачи, и ... позже ты отморозишь себе яйца".


"У всех нас с собой теплые куртки, головные уборы, мы получили предупреждение о перепадах температуры".


Майор Притчард позвонил в 5 вечера. "Мы просто остановились, разбили лагерь, не видели ни одного похотливого верблюда, никаких следов. Это красивое место, но вы бы не хотели быть здесь одиноким и потерянным. Немного жутковато, не так много шума, кроме ветра, и никого не видно милю за милей."


"Как далеко вы находитесь от места засады?"


"Около шести миль мы продвигались сегодня медленно, местами приходилось сдавать назад".


"Значит, вы могли быть в поле зрения засады ... когда?"


"Скажем, завтра в полдень, если позволит песок".


"Я отправлю людей на рассвете, к югу от места засады, и тогда мы это скоординируем. Боевики установили пятьдесят автоматов и минометов, так что не подходите близко, оставайтесь рассредоточенными. Дай мне свои координаты." Он прочитал их дважды. "Поговорим завтра".


Я обновил карту и таблицу для SAS.


Майор Хикс спросил: "Что у вас есть для нас?"


"Они отдохнули?"


"Более или менее, комплект готов, подрумянивается".


"Тогда я разделю их на группы завтра после восхода солнца, пройдя десять миль, чтобы добраться до цели. Скажите им, чтобы они хорошо питались и хорошо спали сегодня вечером, после того, как они вставят, у них не будет качественного сна."


Я подошел к месту дислокации и разбудил ребят из "Эхо", сказав им, что они выступят на рассвете и должны быть готовы за час до рассвета - в 5 утра, припасов на три дня в песке. Сидя на кровати с Мораном, Джинджер, Риццо и Слайдером, я показал им карту.


"Регулярные войска SAS здесь, движутся на запад вниз по вади. Здесь засада, сотня бойцов, пятьдесят кэлов, минометы. Вы приземляетесь в десяти милях южнее и поднимаетесь в два раза выше, SAS, чтобы отвлечь бойцов около полудня.


"Поднимаясь по тропе, вы можете наткнуться на бойцов, поэтому убивайте их тихо. Когда вы приблизитесь к вади, разделитесь налево и направо, идите через скалы, координируйте это, застигните их врасплох, если сможете.


"Не подходи близко, держись на расстоянии, прячься, стреляй в них, изматывай их, но после того, как они все умрут, нам понадобятся удостоверения личности и телефоны. И они могут разбежаться, а это большая старая территория, чтобы преследовать их."


Слайдер заметил: "Мы могли бы собрать пять команд по четыре человека, рассредоточиться полукругом к югу и поймать их, когда они будут убегать".


"Конечно, решать тебе. Когда закончите, идите на север в вади, но следите за минами. На самом деле, нет, идите на юг, и мы поймаем пуму, они могли поставить несколько мин рядом со своей позицией в вади."


"А завсегдатаи?" - Спросил Риццо. "Они проедут по этим минам!"


"Нет, потому что это две мили в ширину, и они будут держаться севера. Не могу добыть две мили песка, может быть, первые пятьдесят ярдов."


Прозвучало мое имя, и я вышел, коммандер Филлипс из эскадрильи "Рысь". "У нас есть комплекты осветительных приборов, мы поднимались и испробовали их - к счастью, под нами нет леса, который можно поджечь, только песок".


"Тогда завтра я поручу тебе опасную работу. И завтра у нас будут команды в действии, так что приготовьте четырех рысей к отправке, двух для эвакуации, трех пум к отправке. Я хочу, чтобы все три "Пумы" вставили "Люди на рассвете", верхняя обложка "Рыси"."


"Сейчас я с ними разберусь, им не терпится что-нибудь сделать."


"Тогда будем надеяться, что они не получат РПГ в бок или ракету в задницу."


"Что ж, это был бы громкий разговор с моим боссом, да - безналогового бонуса. Сейчас я предупрежу их всех об опасности."


"Завтра действие будет происходить в пятидесяти калифорниях, так что им нужно держать ухо востро."


Он последовал за мной обратно в комнату штаба, и я подробно описал вставку с Пумой. "Я не могу сказать вам, где сесть, потому что мне нужно, чтобы вы использовали свои глаза и выбрали хорошее место, поблизости нет бойцов. Позже в тот же день вы добавляете "Зеленых беретов". Пойди скажи медикам, что завтра в полдень будут произведены выстрелы в гневе, так что они могут доставить раненого."


Он отправился в путь, съемочная группа королевских ВВС спросила, могут ли они вылететь на рыси. Я сказал офицеру: "Если в "Рысь" попадет РПГ, а вы направитесь к скалам со скоростью сто миль в час, у вас будет всего две секунды, чтобы обдумать мудрость своих действий".


Офицер посмотрел в ответ, теперь обеспокоенный. "Ну ... да. Верно."


"Я оставляю это на твое усмотрение, это твоя жизнь, которую ты можешь потерять".


Хикс повернулся лицом к офицеру. "Сначала напиши письмо домой, оставь его у нас".


Волки сообщили, когда мы потеряли свет, Свифти вызывает, замечено движение, бойцов не видно. Сегодня на нем были футболка, сорочка и куртка, маска для лица и перчатки. Он собирался согреться.


К нам подъехали старшие сотрудники Paras и морской пехоты, чтобы проверить свою миссию на утро.


"Вы уходите с первыми лучами солнца, в 6.30 утра", - сказал я им. Вы оба можете отправиться в путь в одно и то же время, но сегодня вечером вам нужно выбрать команды, которые будут расставлены вдоль маршрута, скажем, через каждые десять миль. Эти команды следят за вади и патрулируют пешком, так что я бы сказал, по крайней мере, шесть человек в команде и припасы с ними.


"Затем мы организуем отсюда цепочку поставок, а также доставку паллет. Но склады будут доставлены в одно или два места, после чего припасы будут доставлены на восток и запад, или в каждом месте у нас будет склад "Рысь".


"Через восемь миль самолет разлетается на куски, избегайте этого, держитесь севернее. Здесь, в тридцати милях отсюда, находится лагерь боевиков, устроивших засаду, и мы нанесем по ним удар завтра. Проезжайте мимо них на север, не спускайтесь по этой дороге - она будет заминирована.


"САС впереди вас, и после того, как вы рассредоточитесь по вади, есть хороший шанс наткнуться на группу бойцов. Если нас устроит вади и прилегающие к нему районы, вы можете перейти к главному действию." Я постучал по карте. "Здешние холмы.


"Предупреди своих людей, никто никуда не ходит в одиночку, потому что, оказавшись в вади, вокруг больше никого нет, так что, если человек пойдет на север или юг и заблудится, он так и останется заблудившимся. И остерегайтесь вертолетов Ми-8, которые собираются напасть на вас, не стреляйте по рысям и пумам или вертолетам ВМС США.


"Здесь на карте у нас есть местоположения истребителей, отмеченные на аэрофотоснимках ВМС США, но будут и другие, небольшими группами, и ... хуй знает, где они; это большая старая территория. Мой план, этап первый, состоит в том, чтобы проверить и очистить эту область, между нами и их основными лагерями, и эти основные лагеря сейчас пусты."


"И обезвреживание бомб?" - спросили они.


"Возьми их с собой, да. Они могут понадобиться."


Мой телефон зазвонил. "Это Вольф Мерфи, сэр, и мы только что заметили парня, который был один, у него была винтовка, поэтому мы застрелили его. Он упал, но затем взорвал себя, повсюду были ошметки парня."


"Где ты?" Я озадачен.


"Примерно в четырех милях к юго-западу, в миле отсюда видна дорога".


"Если сможешь, достань с тела пропитанное кровью удостоверение личности и телефон".


"Верно, сэр".


У меня была комната с выжидающими лицами. С озадаченным выражением лица я сказал им: "Вооруженный человек, юго-запад, взорвал себя".


"Террорист-смертник", - отметил Харрис. "И он на юго-западе, поэтому они высадили его на дороге, и он пошел пешком".


"И скольких еще они высадили?" Хикс поплыл.


"Почему ты так озадачен?" Ковски спросил меня.


"Террорист-смертник-одиночка? Это не имеет смысла. Это было бы в городе, но не в гребаной пустыне! Они могли бы послать тысячу, и у них не было бы шансов добраться до нас."


Холстедер спросил: "Они знают, как здесь все устроено?"


"Очевидно, что нет", - сказал я ему. Я вызвал оманского майора и подробно рассказал ему о том, что мы знали.


Он сказал нам: "Это их менталитет - проявить себя, странная бравада, которая захватывает настолько, что они готовы взорвать себя. Они все соревнуются, как дети, чтобы увидеть, кто может бросить вызов другим мальчикам; я не удивлен. Может быть, пятьдесят человек вызвались на это, чтобы попытаться дойти сюда пешком."


Хикс отметил: "Значит, все дело в размере их яиц, никакой практической выгоды".


Оманский майор встретился с ним лицом к лицу. "Да, посторонним это трудно понять".


"Я их хорошо понимаю", - предположил я. "В большом городе, но не в гребаной пустыне!" Я позвонил Хейнсу. "Послушайте, к нам приближаются террористы-смертники-одиночки, так что предупредите своих парней. Сначала стреляй, потом поздоровайся, пожимай только правую руку."


Он рассмеялся. "Мы используем левую руку для подтирания задниц, старое правило королевских ВВС".


Позже я сидел с Мораном и Хиксом, наслаждаясь теплой едой, пока мы не погасили свет.


"Это смущает", - сказал я Хиксу. "Террористы-смертники в пустыне".


"Не могу применить к этому военное мышление", - отметил Хикс.


"Иногда парни стесняются тех, в кого мы стреляем", - добавил я. "Недавно я был на работе, ночью, и этот парень прокрался на мое место в большой белой ковбойской шляпе".


Моран рассмеялся.


Я сказал Хиксу: "Я чувствую себя менее профессиональным, когда сталкиваюсь с кем-то вроде этого".


Моран сказал Хиксу: "В Сьерра-Леоне, во время моей первой миссии там, мы попали в лагерь чернокожих, и после того, как началась стрельба, дюжина мужчин разгуливали в трусах, обкуренные, пытаясь взвести курок оружия. Высмеивает профессиональную военную службу."


" Радуйся, что они не профессионалы, " начал Хикс. "На каждом задании ты терял бы еще несколько человек".


Я спросил его: "Ты был в Сомали в 93-м?"


"Да, но в командной палатке, не на работе".


"И..." Я подтолкнул.


"У каждого есть мнение о том, что пошло не так, но, в конце концов, план был основан на предположении, что мы быстро въедем и выедем обратно, никто нас не заметит - что было глупо. У каждого чертова сомалийца было ружье, даже у женщин и мальчиков-подростков. Десять кварталов, и в каждом чертовом окне кто-то стрелял вниз."


"Я сам выбираю свою работу", - сказал я ему. "И я составляю планы, так меньше ошибок. Всегда проблема, когда кто-то говорит вам, что работа должна быть выполнена сегодня, и определенным образом определяет точку входа и точку выхода. Факт в том, что решать должен человек на земле, потому что то, что хорошо выглядит на карте, часто оказывается дерьмом на земле.


"У нас хороший послужной список, потому что мы выбираем сами, а не нам диктуют планы. Если бы мы сделали ... Я был бы уже мертв, команда была бы распущена, плохая репутация, список неудач."


Хикс заметил, но не в дружелюбной манере: "Благодаря вам - я склонен полагать, адмирал Джейкобс подтвердил это своим авторитетом, и он следит за тем, чтобы не было жестких планов, чтобы человек на местах делал выбор. Я думаю, он прислушался к тебе."


"Он хочет хороший заголовок в газете, поэтому я объяснил это в недвусмысленных выражениях, то же самое с полковником Мэтьюзом в the E-Ring; это мой путь или не мой вовсе. Я не потерплю, чтобы какой-то придурок за письменным столом указывал мне, как я должен вести шоу."


"Никакого уважения к субординации", - отметил он, и мы с Мораном оба посмотрели вверх. "Но этот человек над вами когда-то был в поле, солдатом, и он должен знать, что делает - отсюда и звание".


"Ха", - выдыхаю я. "Мужчины получают звание за выслугу лет и правильные связи". Хикс напрягся. "Надо мной бригадир, хороший человек, но у него нет подтвержденных убийств, вообще никаких, он никогда не истекал кровью в джунглях или пустыне, в него никогда не стреляли, ему никогда не приходилось бежать, пока у него не сгорели легкие - люди преследовали его и пытались убить, никогда HALO не отступал за линию фронта. Он знает свои пределы." Я ждал.


Хикс уставился на него в ответ. "Если бы проверкой хорошего офицера были подтвержденные убийства, тогда у нас были бы совсем другие вооруженные силы, а в мирное время у нас вообще не было бы офицеров. Но у нас есть структуры и процедуры, которым двести лет, у вас - больше, и они работают - они выпускают хороших офицеров."


Я взглянул на Морана. "До того, как я появился, у этих хороших офицеров не было послужного списка успехов, хороших спасений заложников, длинный список ошибок. В Ираке, во время войны в Персидском заливе, офицер SAS три дня ездил взад-вперед по песчаному заграждению на границе, не находя пути внутрь. Позже ему показали, что для того, чтобы снести барьер, восьми мужчинам потребовалось меньше получаса.


"Во время Фолклендской войны офицер SAS повел группу на "Чинуке" в Чили, чтобы атаковать авиабазы в Аргентине. Когда он приземлился, он сказал людям, что миссия была слишком сложной и опасной, поэтому они просто пошли в ближайший полицейский участок в Чили и попросили подвезти их домой.


"Если система производит хороших офицеров, мне еще предстоит встретиться со многими из этих хороших офицеров." Я указал на Морана. Капитан Моран присоединился к моей команде после того, как доказал, что умеет бегать и стрелять, и он был на любой работе, а не сидел за письменным столом.


"И когда он окажется за письменным столом, он будет хорошо планировать миссии, но всегда будет понимать, что последнее слово остается за человеком на земле, и что жесткие планы - плохая идея."


"Определенно", - отметил Моран. Он столкнулся с Хиксом. "Это не обычная война, майор, речь идет не о перемещении роты людей, не о правильном снабжении и логистике, речь идет о тактике маленькой команды. Обычная военная подготовка, предлагаемая британским офицерам, неприменима, и мы успешны, потому что мы нетрадиционны. Мы обманываем врага, а не действуем предсказуемыми способами.


"Речь идет о победе, а не о том, как мы побеждаем, и иногда мы обливаем людей цементом, иногда мы притворяемся русскими торговцами оружием, иногда мы используем местных чернокожих, чтобы они проникли к нам. Мы хотим, чтобы заложники вернулись домой, а боевики были мертвы, нам все равно, как мы этого добьемся."


Я заметил: "Зеленым беретам поручено вести нетрадиционную войну, не так ли?.."


"Так и есть, но у нас также есть субординация".


"И Белый дом, который не отправил бы вас туда, потому что боялся облажаться, и Белый дом, который вытащит вас, если люди будут ранены или убиты. Но Белый дом ознакомился с моим послужным списком успехов, и вот вы здесь ... Риск, на который пошел Белый дом, надежда, что все пройдет хорошо.


"И несмотря на то, что я сказал о том, что человек на земле является главным, я помогу составить свободный план для ваших людей и настаиваю ... чтобы они стреляли с расстояния, не выходя из укрытия, с меньшими потерями, присматривая за тем, что может сделать хороший человек в Белом доме.


"Миссия состоит в том, чтобы уничтожить Аль-Каиду, поэтому, если мы пристрелим двадцать человек и отправимся домой, работа выполнена. Если мы застрелим сотню без потерь, отлично, мы отправляемся домой и поем дифирамбы самим себе в прессе. Но если мы убьем четыреста из них на двадцать наших раненых и десять убитых, то это будет расценено как провал, и это повлияет на будущие совместные миссии.


"Я играю в политику здесь, и я играю с прессой, или они заберут наши игрушки, и мы не сможем спасти заложников и отвезти их домой. Этому учат в Вест-Пойнте?"


Он уставился в ответ, обдумывая свой ответ. "Нет, они не учат манипулированию прессой, или как вести себя с политиками, или обливать людей цементом. И есть ли у оманцев право голоса в вашем планировании?"


Моран улыбнулся. "Наследный принц делает все, что захочет Уилко".


Хикс озадаченно нахмурился.


Я объяснил: "Сын наследного принца был убит на моей базе агентамибританской разведки-мошенниками". Глаза Хикса расширились. "Я помог ему выследить их, затем организовал доставку мужчин сюда в ящиках, и когда они оказались здесь, их жестоко пытали, прежде чем публично повесить.


"Я также предотвратил потерю им огромной суммы денег, и с помощью вашего ЦРУ я помог ему отомстить тем, кто хотел заполучить его деньги."


Моран заметил: "Есть кое-что еще, чему не учат в нашем Сандхерсте - и на то есть веская причина".


Позже я отвел Хольстедера в сторону. "Твоя специальность..?"


Он закатил глаза. "Старая школа, по правилам, но мы не должны быть такими по правилам, мы ведем нетрадиционную войну - так сказано в руководстве. Но он хочет, чтобы все было сделано по правилам, нашей нетрадиционной войны."


"И что думают обо мне мужчины?"


"Они все безумно любят тебя; ты главный, которого они хотят видеть выше себя. Хикс, когда-нибудь он станет генералом. Некоторые из этих парней были в Либерии, некоторые в Кэмел Ту, и все, о чем они говорят в Брэгге, - это ты. Полагаю, это задевает за живое кого-то вроде майора."


В 9 вечера позвонил лейтенант "Морских котиков". Майор, мы недалеко от лагеря цели, скрытого в скалах. Мы видим огни, они не такие уж и незаметные."


"В какую сторону они смотрят?"


"Они спрятаны в скалах, где ответвление выходит на главное вади, лицом на север, пятьдесят кэлов на джипах смотрят на север, минометы направлены, как нам кажется, на северо-восток".


"Сколько там людей?"


"Вот почему я звоню; мы думаем, что их больше четырехсот".


"Значит, если бы ты напал, это было бы больше, чем просто драка", - поддразнила я.


"Было бы, мальчики обеспокоены".


"Насколько разнесены бойцы?"


"На краю лагеря есть люди, хорошо окопавшиеся, но дальше по линии она сужается, сбоку скалы, и они сбиваются в кучу рядом со скалой - скажем, высотой в десять метров, уходящей назад на милю. Мы не можем видеть заднюю часть палаток и джипов."


"Принес бы ли какой-нибудь толк пробежка с бреющего полета?"


"На заднем плане, да, они плотно сбились в кучу".


"Хорошо, это ваши оперативные приказы, не совершайте здесь ошибку. Медленно возвращайся назад и пройди не менее мили, заберись в скалы и спрячься, будь готов снова двинуться вперед завтра в полдень. Понял?"


"Да".


"Я прикажу вашему флоту нанести удар по лагерю, затем мы нанесем удар вертолетами, после чего вы откроете огонь. Держитесь на расстоянии, убирайте их, парами, без больших групп."


"Верно".


"И веди себя тихо сегодня вечером, да", - сказал я с усмешкой.


"Ну, я рассчитывал на это, да".


Я пошел и нашел Ковски, когда он спокойно пил кофе. "У нас проблема". Другие офицеры посмотрели в нашу сторону. Лагерь" к которому подошли "тюлени", намного больше, чем мы предполагали, или у них недавно появилось больше людей. Мне нужен авиаудар ровно к 11 утра."


Он достал свой маленький блокнот из кармана рубашки.


"Сделай пометку. Лагерь тянется с севера на юг, десятиметровый утес, люди, палатки и джипы прижались к обрыву, поэтому нам нужно обстрелять эту линию палаток с юга на север и несколько раз, плюс несколько бомб в северной части лагеря. Подтверди мои распоряжения о переходе утром."


"Почему бы не напасть на них в полночь, когда они будут в тех палатках?"


"Насколько хороши ваши ночные прицелы?"


"Пилоты видят ясно как день", - сообщил он. Я колебался, и он это заметил. "Зачем бить их в 11 утра?" - настаивал он.


"Чтобы у нас была предсказуемая реакция, ваши люди на позиции готовы. Ударь их сейчас, и они могут разбежаться, что для нас сложнее. Но ... интересно, сколько человек будет в джипах и палатках при дневном свете?"


"При дневном свете они наверняка рассеялись бы".


Я покачал головой. "Нет, они бы сидели и болтали, а не думали как профессиональные солдаты, и они там уже неделю. Итак, каким был бы их обычный распорядок дня?" Я думал вслух.


Фрэнкс предложил: "Спать днем, когда тепло, быть готовым к нападению ночью и на рассвете. Они знают, что западные армии всегда атакуют на рассвете."


"Пожалуйста, со мной", - сказал я им, и в комнате штаба я нашел аэрофотоснимок лагеря, о котором идет речь. В "Это было время", 13.05. "Итак, это фото было сделано в 13.00, и ... они сидят вокруг, но видно не так много мужчин. Я не вижу людей, спрятавшихся в скалах, так что ... что ты думаешь?"


Я показал Фрэнксу, и он использовал чьи-то очки, чтобы увеличить изображения, которые он рассматривал. "Джипов и палаток хватит на двести человек, но я насчитал всего двадцать человек, которые передвигаются".


"А скалы?"


"Никто в скалах не ложится наготове, по крайней мере, здесь этого не видно. Возможно, они спят в дневную жару, бодрствуя ночью, как и предполагалось."


Ковски отметил: "Итак, мы напали на них в полдень. Или в 14:00, когда жарко."


"Мы подождем", - твердо предложил я. "Завтра "тюлени" могут заметить сонный лагерь и подтвердить это. Я прикажу зеленым приземлиться как раз в тот момент, когда начнется бомбардировка, я не хочу, чтобы шум вертолета кого-нибудь разбудил."


Мой телефон зазвонил. "Это"Свифти", и мы убили двух человек, и один из ублюдков взорвался, повсюду его ошметки".


"Американские волки застрелили человека в одиночку, и он тоже взорвался. Террористы-смертники. Где ты?"


"В паре миль по этой дороге, еще не близко к границе".


"Попробуй раздобыть телефоны и удостоверения личности, но не подставляйся, ладно. Сначала стреляйте в голову и ждите". По телефону я сказал им: "Еще террористы-смертники, у дороги на юго-запад". Я указал на Ковски. "Цельтесь в полдень, сообщите адмиралу Джейкобсу, но объясните, что мы можем прийти на час раньше или опоздать после того, как "Котики" хорошенько осмотрят этот лагерь".


Я нашел Хольстедера в его палатке. "Завтра ваш флот нанесет удар по целевому лагерю около полудня, вы приземляетесь на вертолете примерно в то же время, двигайтесь на север, когда истребители устремятся к вам на юг. У морских котиков был пик скрытности, и они оценивают его в четыреста человек в том лагере."


"Немного в меньшинстве", - отметил он.


"Отсюда и взрыв. И когда вы подниметесь на Рысь, вертолеты здесь будут атаковать, вы столкнетесь не со многими людьми, не с живыми."


Мой телефон зазвонил. "Это майор Притчард, и мы слышим вертолет. У тебя есть какие-нибудь планы?"


"Нет, так что готовься и спускайся. Продолжайте поступать отчеты. В каком это направлении?"


"К югу от нас, мы думаем, на юго-запад".


"У вас есть ружья для слонов?"


"Да, несколько, и у каждого джипа есть GPMG".


Этого должно быть достаточно" чтобы уничтожить Ми-8. Целься в стекло кабины. Сообщи мне, летит ли он на восток." Положив трубку, я крикнул: "Сообщите всем, вражеский вертолет к западу от нас!"


Я обошел вокруг УВД, оманцы теперь взволнованы. "Пусть кто-нибудь заберется на эту крышу, напряги уши, прислушайся к вертолетам, приготовь "Рысь" к вылету. И выключи, блядь, свет!"


По всему помещению я разбил все слоновьи ружья, восемь человек поднялись на плоскую крышу.


Хикс появился из темноты со своими капитанами. "У нас есть компания?"


"Вертолет, один из их, не один из наших. Может использоваться для пополнения запасов ночью, или ... он может прилететь сюда и запустить ракету в здание."


"Военно-морской флот находится в открытом море", - указал он.


"И этот вертолет полетит по вади на низкой высоте, вероятно, используя ночные прицелы. Если бы ваш флот мог это видеть, они бы уже предупредили меня - у них есть мой номер. Не могли бы вы попросить своих ребят закрыть полог палатки и не включать свет."


Капитан-новичок вернулся к палаткам.


Я сказал Хиксу: "Ваш профиль миссии на завтра изменился, в этом лагере намного больше мужчин, чем мы предполагали. Флот сначала разбомбит их, проредит, затем мы атакуем двумя способами."


"А если бы мы вошли, как планировалось?" Хикс настаивал.


"Вы бы увидели и сообщили о большем, чем ожидалось, лагере, и мы бы нанесли тот же авиаудар, чтобы склонить чашу весов. Это была ваша оценка военно-морского флота и ЦРУ относительно численности, если вы хотите отправить жалобу вверх по линии."


Я ушел и оставил его там, вернувшись в комнату штаба. Когда я добрался туда, позвонили морские котики.


"Майор Уилко, мы слышим вертолет. Он прилетел с запада, приземлился на пять минут, с запада."


Тот же вертолет пополнял запасы в лагере к востоку от вас, вот как они перемещаются. Ничего особенного."


"Вас понял".


Я сказал Харрису, когда вошел Моран: "Они используют вертолеты для пополнения запасов ночью, летая незаметно для радаров".


Моран отметил: "Значит, сюда это не дойдет".


"Нет", - подтвердил я. "Если только у них нет больше". Я столкнулся с Харрисом. "Заклейте все окна бумагой. Давай, чувак, разве ты не знаешь, что идет война!"


Моран рассмеялся, когда Харрис показал мне средний палец, Моран схватил кассету и газету.


Американский волк позвонил, бойцы-одиночки застрелились, но взрыва не было. У него были сняты с тела документы, жилета со взрывчаткой не обнаружено, и он шел дальше со своей командой.


Я сказал собравшимся мужчинам: "Хорошо, теперь я в замешательстве. Они застрелили одинокого человека, но у него не было бомбы."


Фрэнкс пошутил: "Может быть, у них закончились бронежилеты со взрывчаткой".


Я погрозил ему пальцем. "Ты не помогаешь".


" Может, у него вместо этого была граната, " вставил Дик. "Он был из бедной части семьи".


В полночь Свифти достиг границы после быстрого марша, чтобы согреться, и теперь он получал радиосигналы впереди. Он позвонил мне. "Получен сильный сигнал, множество сигналов, так что разговорчивая компания".


"Опиши местность".


"Здесь не плоско. Дорога проходит через небольшие гряды, скажем, высотой в пятьдесят футов, но округлые, и повсюду разбросаны камни, их целые глыбы. Мы примерно в полумиле от дороги, в миле внутри Йемена. Сигналы идут на северо-запад, понятия не имею, как далеко."


"Подойди поближе ..."


"Ракета!"


"В каком направлении?"


"Твое гребаное направление!"


Отодвинув телефон от уха, я крикнул: "Входящий!" - и бросился наружу, к месту дислокации. "Приближается!" Я выпустил автоматную очередь в воздух как раз перед тем, как увидел "стрик", и он приземлился к северу от аэродрома, недалеко от кого-либо, глухой взрыв достиг нас несколькими секундами позже.


Стоял там, а вокруг суетились люди, я позвал Свифти.


"Это приземлилось рядом с тобой?" - спросил он.


"К северу от базы, но хорошенько прицеливайтесь на это расстояние, это более двадцати миль. Подойди поближе и пристрели их, будь добр, людей, пытающихся здесь уснуть."


"Сейчас мы приближаемся к ним, скажем, меньше чем на милю".


"Большая часть команды все еще с тобой?"


"Да, таких, как мы, тридцать. Мы вставим их."


Прибежал оманский майор. "Что это было?"


"Ракета, выпущенная из Йемена".


"Ракета? Добраться сюда - это не маленькая ракета."


"Мои люди скоро нападут на ракетную команду", - заверил я его.


Мой телефон зазвонил, когда я вышел на плоскую крышу здания УВД. Оманский офицер, дрожа, стоял надо мной, прислушиваясь к вертолетам, и спросил, может ли он спуститься. "Нет, оставайся там. Уилко."


" Еще одна ракета! " раздался голос Свифти.


"Приближается!" Я закричал.


"Теперь я могу слезть?"


Я поднял глаза. "Нет. И каковы шансы, что ракета попадет в вас, а?"


Вспышка была на западе, за пределами провода, звук донесся до нас двумя секундами позже.


Хикс вышел ко мне с Фрэнксом на буксире. "Мы сидим и принимаем это?"


"Мои люди приближаются к экипажам ракет, закончите через десять минут". Я осмотрел горизонт в поисках ракет.


"Если только не будет больше экипажей ракет ..."


"У тебя есть план действий, чтобы предложить ...?" Я ждал.


"Мы могли бы разогнать людей".


"Эти ракеты приземляются случайным образом после двадцатимильного полета, они могут приземлиться где угодно. Я осуществляю оперативный контроль на местах, и я говорю, что ваши люди остаются на местах и используют свои шансы, как и все мы. Это ... субординация, согласованная с вашим начальством."


"Так и есть", - наконец заметил его темный силуэт.


"Расслабься. Когда начнется самое интересное, ты будешь по колено в частях тела, это ерунда."


"Что это значит?"


"Это означает ... что наши хорошие друзья саудовцы снабдили деньгами, разведданными и оружием тех людей, и, возможно, у них есть сюрприз для нас, неприятный сюрприз".


Он повернулся к Фрэнксу. И ждал.


"Без комментариев", - пришло от Фрэнкса.


"Без комментариев?" Хикс повторил. "Итак, здесь происходит нечто большее, чем я знаю".


Я сказал ему: "Всегда происходит что-то еще. Эти солдаты, они являются продолжением ЦРУ и британской разведки, и эти две группы являются продолжением политического двурушничества нашего правительства. Мы - рука, правительство - голова, избиратели - сердце."


Пятнадцать минут спустя, когда Хикс ушел, позвонил Свифти, запыхавшийся. "Мы обстреляли их с расстояния, скажем, двести ярдов, всыпали им дерьмовую порцию свинца, теперь дважды стреляем, не похоже, что кто-то остался в живых".


"Остерегайтесь мин-ловушек. Если остались ракеты, взорвите их. Нет, подожди, оставь их, они улика." Я столкнулся с темными очертаниями Фрэнкса. "Сделай несколько звонков, узнай, у кого есть ракеты, способные достигать двадцати миль или больше, и кто мог бы их поставить".


Не у многих армий они есть, а палестинские и ливанские ракеты собственного производства. Радиус действия палестинских ракет составляет пять-семь миль, ливанских - еще больше, но не двадцать миль - и это неточно. Они были точны, так что у них была система наведения, а не просто слепая удача."


Он достал свой телефон, когда я звонил в Лэнгли, чтобы связаться с заместителем шефа, ближе к вечеру на Восточном побережье. "Уилко, ты все еще цел?"


"Это ненадолго, мы принимаем на себя ракетный обстрел, точный огонь с расстояния в двадцать миль".


"Двадцать миль, и точно? Никогда не слышал о такой маленькой ракете - по крайней мере, в руках террористов. У иранцев есть ракеты, но я сомневаюсь, что они здесь замешаны, они ненавидят Аль-Каиду и саудовцев."


"Поспрашивай обо мне".


"Я сделаю, да, это вызывает беспокойство, они могут напасть на судоходство в Красном море, поджечь нефтяной танкер".


"Я соберу осколки ракеты, а ты пошли кого-нибудь взглянуть".


"Они будут экспертами на корабле, я пошлю записку; они могут взять мазок с топлива и получить химический отпечаток пальца".


По дороге на постой я сказал мужчинам немного поспать, если они смогут, они будут вставлены через шесть часов. "У Свифти есть ракетный экипаж", - заверил я Тиллера и Брейса, когда они спросили о жестяных шляпах. В разделе "С информацией 14" я поговорил с двумя офицерами компьютерной томографии.


"Мы держали пари, что будем разбомблены в течение двух дней", - пошутил один из них.


Дойдя до палаток новичков, я дал им некоторые гарантии и предложил отдохнуть несколько часов, у них была работа, но они могли бы отдохнуть утром.


В комнате штаба я отправил спать всех, кому нужно было лечь, сделал обход, а затем отправился спать сам, надеясь выиграть четыре часа. Когда я ложился, а мужчины ворчали по поводу того, что им потревожили сон, мне пришлось задуматься о том мертвом саудовском дипломате - и о чем он собирался меня предупредить.


Я проснулся, когда капитан разведки толкнул меня локтем.


"Вы сказали 4.30 утра, босс."


Я расслабился и зевнул, свет выключен, в комнате темно. "Спасибо", - прошептала я, вскоре схватив свой набор и тихо следуя за ним в тихую ночь, еще не совсем рассвело. В комнате штаба мне сунули кофе и плитку шоколада. Я сел, в комнатах и коридорах было тихо, я откусил шоколад и отхлебнул кофе. "Все спокойно ночью?"


Прошло всего четыре часа с тех пор, как ты ушел. Для большинства людей ... это половина ночи."


Я улыбнулся, чувствуя усталость, но кофе помогал с каждой минутой. Они зачитали ночные отчеты: два волка стреляют в одиноко бродящих боевиков, один боевик взорван.


Я сказал им: "Пусть местная полиция с первыми лучами солнца отправится туда, где был Свифти, и заберет компоненты ракеты для анализа".


Капитан доложил: "Свифти сказал, что он оставил одного нетронутым, прежде чем двинуться дальше. Он сказал, что ростом три метра."


Я кивнул и откусил шоколад. "Пусть они также соберут здесь части ракеты, может быть, они чему-нибудь научатся у них".


В 5 утра я подошел к месту дислокации, когда небо стало темно-синим, и я крикнул людям, прежде чем поехал к Пумам, обнаружив, что в палатках тихо, но пилоты проснулись и готовятся.


Молодой оманский пилот указал в сторону центра УВД. "Сэр, когда мы запустим двигатели ... это разбудит других офицеров".


"Все в порядке, идет война. Запускайте двигатели, будьте готовы через полчаса или когда у вас не возникнет механических проблем. Перепроверьте все."


Я проверил, что пилоты "Рыси" не спят. Они проснулись, но едва ли были свежими. "Выпейте кофе, немного шоколада, промойте лица холодной водой!"


"Да, сэр".


Вернувшись в the billet, я позаботился о том, чтобы Риццо, Стретчу и Монстру принесли кофе и немного шоколада; по утрам они были дерьмовыми.


В 5.45 утра, а не в 5.30 утра, Пумы с ревом подлетели к нам, люди Эхо выстроились группами по восемь человек - Саломея с ними, Моран пересчитал их по головам, а затем помахал ими Пумам, пока местная полиция и солдаты наблюдали, как пумы песочного цвета отрываются и, потревожив тех, кто все еще спал, улетают к темно-синему горизонту над черным песком.


Вскоре они были просто отдаленным гулом, когда две Рыси прожужжали высоко и к северу от базы, отправляясь преследовать пум. Я надеялся, что их сигнальные ракеты сработали, иначе мне пришлось бы объяснять кронпринцу, что такое сбитая Рысь. И я беспокоился о Саломее.


В комнате штаба я приготовил свежее пиво, протянул сэндвич, когда появился полковник Клиффорд, выглядевший далеко не свежим.


"Вы в порядке, сэр?" Спросила я, готовя ему отвар.


"Я лег спать в 11 вечера, так что выспался вдоволь, но кровать была чертовски неудобной, и что-то всю ночь сновало по моей комнате."


"Гекконы, сэр, но они едят насекомых, поэтому не убивайте их."


"Я прикажу перенести это в соседнюю дверь, " пригрозил он. "Он может есть чужих насекомых".


"Хитрость в том, сэр, чтобы ложиться спать, когда очень устал, так вы проспите гекконов."


Звонил Моран, все команды благополучно приземлились, вокруг никого, но в долине полно следов от джипов, мусор разбросан по песку. Команды разделились по обе стороны долины и теперь движутся на север, пока никого не видно.


Он вернулся в 8 утра. Прибывает все больше джипов и грузовиков, некоторые ездят на Душке. Они знают, что мы планируем нападение здесь?"


"Я сомневаюсь в этом, но у них может быть какая-то помощь извне, какие-то мощные радиосканеры на границе с Саудовской Аравией."


"Отлично, снова они. Итак, мы продолжаем?"


"Да, потому что эти радиосканеры не могут остановить воздушный удар."


Я попросил Харриса, который теперь проснулся, и вместе с ним подготовить "Рысь" к воздушному удару, прежде чем позвонить майору Притчарду.


"А, Уилко, мы встали, позавтракали и сейчас пробираемся к западу от целевой долины, команда пробирается с другой стороны".


"Мне нужно, чтобы мои люди сначала присмотрелись, сосчитали тех, кто там. В лагере к западу от вас четыреста человек, поэтому сначала нам нужны цифры. И я также организую нападение Рыси, чтобы занять их, когда вы будете приближаться. Пока это только для ознакомления."


"У нас много укрытий, небольшие круглые холмы и узкие овраги, через которые нужно перебираться."


"Остерегайтесь мин в песке."


"Мальчики будьте осторожны после этого самолета."


"Я хочу, чтобы ты сначала посмотрел на меня, так что отправь своего лучшего человека вперед, чтобы он украдкой взглянул, а потом позвони мне."


"Мы должны быть на виду через час."


Моран перезвонил первым. "Нам приходится действовать широко, группа мужчин охраняет долину. Если мы нападем на них, это насторожит остальных, но мы можем видеть главный лагерь, скажем, в миле или больше к северу. И эти говнюки оставили повсюду тонну мусора!"


"Когда будете рядом, попросите Николсона сосчитать для меня; джипы, палатки и людей. О, дай мне координаты того места для засады." Он перезвонил мне через несколько минут и перечислил координаты, карта была обновлена.


В 9 утра Ковски принял звонок, адмирал Джейкобс направлялся ко мне на самолете системы АВАКС "Хоукай". Джейкобс приземлился полчаса спустя, над ним кружили F18, его обложка. Самолет системы АВАКС с небольшой командой поднялся в воздух и полетел на юго-запад.


Стоя в шеренге с полковником Клиффордом, оманским майором, Хиксом и командиром эскадрильи королевских ВВС, мы отдали честь адмиралу Джейкобсу и поприветствовали его, проведя его команду внутрь, пока они осматривали малонаселенную базу, задавали вопросы об объектах и логистике.


Внутри, пока варился кофе, майор Харрис подробно описал действия на данный момент и передвижения, наконец, последние позиции.


Закончив, я добавил: "Сегодня утром мы видим прибытие подкрепления, надеюсь, в этот раз утечки не будет".


"Если они соберутся в кучу ... мы их разбомбим", - заметил Джейкобс, пожимая плечами.


"Несколько бомб заставят людей разбежаться, и мы хотим, чтобы все они были мертвы или схвачены, у них были изъяты удостоверения личности, несколько отпечатков пальцев и фотографий с лица земли, поэтому я пытаюсь не только обезопасить команды, снизить активность лагерей, но и подобраться поближе пешком.


"И этим утром джипы отправились в путь и привезли ракеты и их части, так что мы пытаемся разобраться, кто их сделал".


Джейкобс указал через плечо. "Ты хочешь этого вундеркинда".


Молодой офицер сказал мне: "Я из артиллерии, сэр".


Я указал на оманского майора. "Отведи его к ракетам, пожалуйста". Они вышли.


Джейкобс заметил: "Итак, они приходят к вам так же часто, как и вы к ним ..."


"Да, сэр, у них, должно быть, были шпионы поблизости, и они были довольно изобретательны с этим транспортным средством аварийной посадки. Ракеты больше в их стиле, но эти ракеты новые, их раньше не видели."


"Пока только одна связка ракет?"


"Одна команда, да, на границе. Если у них есть фиксированная дистанция, то им будет трудно стрелять больше, там только одна дорога, и, черт возьми, все на пути следов через холмы и песок. И после сегодняшнего дня они переосмыслят свою стратегию."


"Вы хотите, чтобы мы бомбили в полдень?"


Примерно в это время мы ждем подробностей от ваших "Морских котиков". Мы думаем, что они спят в жару, и если это так, то ТЮЛЕНИ увидят людей сбившимися в кучу, а не спрятавшимися в скалах."


"Никто еще не выпустил по нам ракету", - отметил он.


"Вы пролетали вблизи этих целевых лагерей?"


"Нет, мы избегали их намеренно, не хотели их спугнуть".


"Тогда сегодня можно было бы увидеть ракету, выпущенную по вашим самолетам, сэр. Когда мы посмотрим своими глазами, мы можем подтвердить, что люди стояли наготове с ракетами, ожидая, когда пролетит дорогой F18."


Мой телефон зазвонил, все взгляды устремились на меня.


"Это Моран, и мы заметили большой радар российского производства, управляемый на пятьдесят кал, большой, как танк. Они накрыли его маскировочными сетями."


"Ты можешь подойти к этому тихо?"


"Нет, открытая местность рядом с ним".


"Хорошо, продолжайте поступать отчеты". Я столкнулся с Джейкобсом. "Российский радар, управляемый fifty cal sat, ждет, чтобы оказать вам теплый прием, но здесь". Я постучал по карте. "Не там, где вы собираетесь бомбить".


"Пятьдесят кал годятся только ниже 2000 футов", - отметил Джейкобс. "Я предупрежу их об этом, но это может испортить работу вертолета".


"У вас есть противорадиолокационные ракеты", - указал я.


Он указал на Ковски. "Вызовите корабль, немедленно снарядите птицу, пробегитесь к радару одновременно с нашим заходом, вторую птицу в этот другой лагерь. Обновите систему АВАКС, они могут точно определить активный радар."


Ковски вышел.


Когда зазвонил мой телефон, это были тюлени, примерно в десяти милях к западу от Морана. "Майор Уилко, это лейтенант Кравиц".


"Продолжай".


"После рассвета они собрались и устроили что-то вроде переклички, за которой последовали молитвы, и мы их пересчитали, затем после этого они поели, прежде чем разойтись по палаткам. Большинство сейчас в палатках, несколько человек на страже."


"Есть какие-нибудь пятьдесят кал Душкха?"


"Мы видим троих, в основном на северном конце, указывающих на север".


"Какие-нибудь ракеты, запущенные с плеча?"


"Не то, что мы можем видеть".


"РПГ активизировались?"


"Некоторые перенесли и сложили раньше, но просто переместили из пункта А в пункт Б."


"Они выглядят так, как будто ожидают неприятностей?"


"Нет, они засунули большие пальцы себе в задницу".


Продвигайтесь очень медленно, не рискуйте быть замеченными, дождитесь большого взрыва, а затем бросайтесь вперед, чтобы занять лучшую позицию. В режиме ожидания." Отложив телефон, я столкнулся с Хиксом. "Пусть ваши люди будут готовы отправиться сейчас".


"Я подумал, что пойду с ними, настройка тыловой командной зоны".


"Нет".


"Нет?" Он взглянул на адмирала Джейкобса и выпятил грудь. "У вас есть оперативное командование на местах, но это мои люди. Итак, я хотел бы знать, почему нет."


Я взглянул на Джейкобса, но он не вмешивался. "Мои источники сообщают мне, что ты хороший офицер, и что когда-нибудь ты станешь генералом, так что иди в штабной колледж и учись - и стань генералом". Я указал. "Капитан Холстедер - офицер спецназа, хорош в полевых условиях, а вы нет. И он никогда не станет генералом.


"Что лучше для американского налогоплательщика и для дальнейшего продвижения вооруженных сил США, так это то, что ты становишься генералом и хорошо выполняешь свою работу, а не получаешь пулю в лоб в пустыне. Другие подходят лучше. Это ясно?"


Адмирал Джейкобс попытался скрыть свою усмешку.


"Чисто", - согласился Хикс, отдавая честь Джейкобсу и выходя.


Холстедер в шутку спросил: "Ты пытаешься сказать, что я ворчун?"


Джейкобс рявкнул: "Да, это он, так что отправляйся туда и зарабатывай свое чертово содержание, мистер!"


"Верно, сэр", - согласился Холстедер, отдавая честь Джейкобсу, когда тот выходил.


Я столкнулся с Джейкобсом. "Разбомбьте этот лагерь к чертям собачьим, сэр, не откладывайте".


Он взял свой телефон и вышел на улицу.


Клиффорд повернулся ко мне лицом. "Приятно видеть, что ты все еще заводишь друзей с приезжими офицерами".


Харрис спрятал ухмылку.


"Майор Хикс - не оператор спецназа, на земле он был бы обузой".


Когда адмирал Джейкобс вернулся вместе с Ковски, он сообщил нам: "Тридцать минут или чуть меньше".


Я позвонил лейтенанту Кравицу. "У вас есть тридцать минут до воздушного удара. Не подходите слишком близко, шальная бомба может разорвать ваши барабанные перепонки."


"Мы уже видели F18 в действии раньше, мы знаем, на что это похоже".


Звонил Свифти.


"Где ты был?" Я спросил.


"Спящий", - пришло в ответ от сварливого мужчины.


"Где ты?"


"На холме, скажем, в пяти милях к юго-западу от этих ракет. Митч со своей командой напротив, через дорогу, вокруг ни одного ублюдка, но на дороге есть движение."


"Оставьте двух мужчин, смотрите на дорогу. О любых подозрительных грузовиках или джипах, вооруженных людях, они сообщают об этом."


"Хорошо, я разберусь с этим после завтрака. О, ребятам показалось, что они слышали низко летящую "Сессну"."


"Да? Это дерзко. Поговорим позже." Я столкнулся с Харрисом. "Сессна" низко летит, в десяти милях к юго-западу, над границей, значит, в тридцати милях отсюда. Я столкнулся с Джейкобсом. "Пусть ваши системы АВАКС посмотрят, сэр".


"Если это лежит на чертовой палубе в долине, оно не появится, они знают это так же хорошо, как и мы!"


"Направьте F18 в этот район, сэр, берду может повезти, если он достаточно замедлится".


"Сбить "Сессну" чертовски сложно", - пожаловался Джейкобс.


"Только в таком количестве мест он мог приземлиться, " отметил Харрис, взглянув на карту, - дорога и ... очень мало что еще".


Я предложил Джейкобсу: "Мог бы слетать по этой дороге и посмотреть, сэр".


Он кивнул Ковски, который поднял свой спутниковый телефон. "Парень в этой "Сессне", должно быть, региональный командир, выезжающий поболтать с войсками, сплотить их, передать сообщения".


"Ваш оппонент, сэр", - отметил Харрис.


"Что? Ну, да, я думаю, он был бы таким."


"Сначала всегда стреляй в старших сотрудников", - отметил Харрис. "Нарушить командование и контроль".


"Ха, они бы прекрасно справились и без меня, если не лучше".


Я вывел его на улицу, видно, что новички готовятся, Пумы и рыси готовятся, Дрон приближается к нам. Три пумы в конце концов съехали, по восемь зеленых и комплект на птицу, по четыре зеленых на каждую из двух рысей на этой вставке, деревенщины не участвуют в поездке.


Издавая шум, они последовательно поднялись в воздух и полетели на низкой высоте на запад, Рысь жужжала, когда они взлетали, немедленно поднявшись выше Пум. Когда они были просто отдаленным гулом, мы вернулись в комнату штаба, приготовив свежие напитки.


Пятнадцать минут спустя Холстедер доложил, что его команды уничтожены, вокруг никого, и что они движутся на север - и что они определенно зарабатывают на жизнь.


Когда Ковски доложил, что ударное крыло в пути, я позвонил лейтенанту Кравицу. "F18" в пути, десять минут или меньше. Что ты видишь?"


"Они все относятся к этому спокойно, судя по всему, большинство из них спят".


"Предупредите свои команды, не высовывайтесь, пока не закончится фейерверк".


"Здесь для нас несколько глубоких оврагов. Но у нас есть человек на утесе, и он следит за лагерем. Он в 400 ярдах от лагеря."


"Должно быть нормально. Сообщите об ущербе и количестве жертв, произведите оценку. Скоро поговорим." Я столкнулся с Джейкобсом. "За тюленями следят, их люди не слишком близко".


" Пять минут, " объявил Ковски, прижимая телефон к уху. "В настоящее время у Соколиного глаза нет активного радара на земле".


Моран позвонил мне. "Они все бегают как сумасшедшие, кто-то предупредил их!"


"Они ищут тебя?"


"Нет, они готовятся к воздушному удару".


"В вашу сторону пока не наносится авиаудар, это в тридцати милях к западу от вас. Я тебе перезвоню." Я столкнулся с Джейкобсом. "Люди в восточном лагере готовятся к воздушному удару".


"Возможно, я знаю почему", - сказал Ковски всем. "Наши птицы летают собачьей лапой, чтобы сбить с толку любого на земле." Он указал на карту. "Примерно на курсе к тому лагерю, затем они поворачивают на юго-запад, затем на север".


"У них должен быть радар", - заявил я. "Может быть, небольшое подразделение на побережье".


Джейкобс сообщил: "Ребята скоро установят противорадиолокационные ракеты и выведут из строя любые наземные радары, которые мы найдем".


Я позвонил лейтенанту Кравицу. "Они что, носятся повсюду?"


"Небольшая группа мечется вокруг, не основная масса. Почему?"


Бойцы в других лагерях мечутся повсюду. Оставайтесь на линии, получите хороший обзор." Я положил трубку. "Некоторая реакция в целевом лагере, но всего дюжина человек, остальные не прячутся".


Харрис поднял свой телефон. "Да?" Он слушал. Повернувшись ко мне, он сказал: "Это Свифти, он не смог до тебя дотянуться. Эта "Сессна" направляется сюда, в десяти футах над палубой!"


"Рассредоточьте вертолеты, быстро, отправьте "Рысь" за "Сессной"! Морские пехотинцы и парашютисты ушли, верно?"


"Да, никто не ушел".


"Жестяные шляпы на всех", - сказал я с улыбкой, выводя Джейкобса и Ковски наружу и на плоскую крышу, все еще на связи с Кравицем.


Джейкобс язвительно заметил: "Если они приземлятся, одолжи мне винтовку; в этой "Сессне" их может быть двое".


"Должен ли я спуститься?" - спросил знакомый голос, и мы посмотрели на крышу УВД.


"Нет, оставайся там", - сказал я молодому оманскому офицеру. "Ищите "Сессну", приближающуюся с юго-запада".


"Черт возьми!" раздалось по телефону, и я услышал взрыв.


"Ты в порядке?"


"Черт ... у меня звенит в ушах. Эта бомба упала на северном конце, недалеко от нас."


"Во всем виноваты ваши парни из военно-морского флота". Я услышал два взрыва, когда осматривал горизонт на юго-западе, вертолеты позади меня издавали шум, заработали двигатели. "Отчет".


"Пострадали палатки, они покрыты песком и дымом, почти ничего не видно". По телефону было зарегистрировано еще два взрыва. Пострадал задний конец палаток. Подождите, F18 сейчас обстреливает, вторая птица за ней." Я услышал визг. "Все еще приближаемся ... Обстрел ... Несколько человек стреляют ... Повсюду части тел, джипы перевернуты, некоторые в огне. Черт!"


"Что?"


"Ракета преследует F18 ... Выпущены сигнальные ракеты ... ракета ныряет прочь. Еще одна ракета!"


Я столкнулся с Джейкобсом. "По вашим F18-мам выпущены ракеты!" Вернувшись к телефону, я спросил: "Какие-нибудь F18-мыы повреждены?"


"Отрицательно, они быстро ушли, ракеты отклонились в сторону".


"Какие-нибудь самолеты остались в этом районе?"


"Сейчас ничего не вижу".


"Сколько ракет?"


"Я видел по крайней мере четыре выстрела".


"Двигайтесь сейчас, уничтожьте их, сообщите о потерях". По телефону я доложил: "По вашим самолетам выпущено четыре ракеты с тепловой наводкой, так что на лагерь приходится по четыре, может быть, десять лагерей".


"Сорок гребаных ракет!" - Спросил Джейкобс, обменявшись взглядом с Ковски.


"И они стоят недешево", - заметил Ковски с обеспокоенным видом, когда Пумы улетели на юго-восток. Рысь поднялась и медленно описала круг, пока они не оказались на высоте более тысячи футов, наши шеи вытянуты вверх, руки прикрывают глаза.


"Там", - крикнул кто-то, и мы посмотрели на юго-запад, увидев "Сессну", следовавшую по дороге.


Я приготовил свою винтовку. "То, на чем мы остановились, будет главной целью".


"Могу я сейчас спуститься, сэр?"


"Нет!"


Треск огня, и оманские солдаты открыли огонь по "Сессне". "Сессна" загорелась всего в десяти футах от дороги, но задела крылом высокий придорожный фонарь, потеряла конец этого крыла, когда разворачивалась, ударилась о землю и прогнулась, вскоре перевернувшись вверх дном и дымясь.


"Что, черт возьми, задумал этот отстойный пилот?" Джейкобс жаловался.


"Сессна" взорвалась, взрыв долетел до нас, адский взрыв, солдат сбило с ног ближе к месту происшествия.


"Это больше похоже на правду", - похвалил Джейкобс. "В конце концов, не так уж и отстойно. Я даю им ... пять за подход, восемь за бомбу, восемь за план, два за выполнение плана."


"Суровый, но справедливый результат", - отметил Ковски, когда пыль и дым разлетелись в стороны и поднялись огромным коричневым облаком.


"Теперь я могу спуститься, сэр?"


"Нет".


Холстедер позвонил мне в панике. "Уилко, они запустили старую русскую крылатую ракету, она летит на юг!"


"Черт". Положив трубку, выражение моего лица говорило само за себя, я сказал им: "Крылатая ракета направляется к вашим кораблям!"


Ковски в спешке достал свой телефон. "Это я! Запущена крылатая ракета, направляется к вам на юг, время полета - пятнадцать минут!"


Я в спешке включил свое радио класса "земля-воздух", когда на него уставился перепуганный адмирал Джейкобс. "Наземный Уилко для любых птиц ВМС США над головой, экстренный вызов!"


"Пятая тревога земле Уилко, прием".


"Истребители запустили старую русскую крылатую ракету из лагеря-цели, который подвергся бомбардировке, направляясь на юг, к вашим кораблям! Найди эту чертову штуку, или тебе негде будет спать сегодня ночью!"


"Тревога пять, мы идем на перехват".


Я посмотрела на Джейкобса и обеспокоенно вздохнула. "Очки за их план?" Я сухо спросил.


"Десять из десяти за изобретательность, мой сфинктер дергается!"


"Это может быть старая противокорабельная ракета, поэтому она попытается нацелиться на что-то большое, радиолокационную блокировку. Если между побережьем и вашими кораблями окажется нефтяной танкер ... это тост. На каком расстоянии находятся ваши корабли?"


Ковски ответил: "В сорока милях от побережья, множество кораблей-пикетчиков, там фрегат вашего королевского флота, французский военный корабль".


Рысь вошла и приземлилась в ряд, пока мы стояли, наблюдая за ними, Пумы кружили перед приземлением.


Я мог видеть Мортена и его команду рядом с оманскими солдатами. В конце концов он подъехал к нам, и мы спустились с крыши УВД.


"Никто серьезно не пострадал", - доложил он, сняв кепку и вытирая лоб тыльной стороной рукава. "Просто потрясены, сбиты с ног, пыль во рту и глазах".


"Возвращайтесь к Рыси, потому что скоро у нас будут потери, четыре большие команды в действии, пока мы говорим. И скажи Рыси, что я пока отменил запланированную наземную атаку, у истребителей дерьмовый запас ракет класса "земля-воздух"."


Он бросился обратно на Рысь.


Ковски ответил на звонок, когда мы вошли в комнату штаба. Он выслушал, кивнул, затем, наконец, опустил трубку. "F18 поймал крылатую ракету, попал в нее, она взорвалась, но взрыв разрушил металл F18 в воздухозаборниках двигателя, пилот катапультировался в море".


"Черт возьми!" Джейкобс зашипел.


Я сказал ему: "Доложите об этом как о нападении птицы, сэр".


Джейкобс кивнул Ковски, который сделал звонок. Вернувшись, Ковски доложил: "Корабли пикета теперь будут расположены близко к берегу, радар активен".


"Пока кто-нибудь не нацелится на сами корабли пикета", - съязвил я.


Принесли бутерброды, мужчины вышли и воспользовались туалетом.


Кравиц наконец позвонил мне. "Мы достаточно легко отбиваемся от них, несколько случайных выстрелов из пятидесяти калибров в нашу сторону, несколько выстрелов из РПГ, но мы рассредоточились по скалам и приближаемся. Многие из них идут на юг, помогая раненым идти этим путем."


"Зеленые береты на юге, так что ходячие раненые далеко не уйдут".


"Один из наших снайперов увидел ракету, упавшую на ящик, попал в нее, и она взорвалась, две уничтожены одновременно".


Хорошая работа, теперь ищите дальше. Сколько погибших с их стороны?"


"Я насчитал шестьдесят тел, южную сторону видно не слишком хорошо, на пути камни, но судя по тому, как они были обстреляны - должно быть, сотни убитых и раненых".


"Позже проведите полную оценку, но не подходите близко. Продвигайте своих людей на юг дюйм за дюймом, осторожно."


Я позвонил Холстедеру. "Ты уже в действии?"


"Только за эти последние пять минут джипы, идущие на юг, которые мы обстреляли и остановили, затем раненые позади, замеченные идущими".


"Мне не разрешено вести политику стрельбы на поражение, но ... ты знаешь, что делать."


"Да, оставь это нам".


Положив трубку, Джейкобс спросил: "Что это было?"


"Раненые в результате авиаудара уходят на юг, в зеленушки".


"Я надеюсь, они не позволят им просто так уйти", - хрипло заметил он.


"Технически, сэр, мы не можем делать то, что хотим, или быть замеченными за этим".


Он кивнул, бросив взгляд на мужчин в комнате. "Чертовы террористы, а не солдаты. При первом удобном случае они взорвали бы себя - и нас вместе с ними."


Выйдя на улицу, я нашел тихое местечко и позвонил Либинтову.


"Ах, Петров, моему сопернику плохо, его самолеты потеряны - груз и все такое."


"Хорошо. Послушай, что ты знаешь о ракетах, которые могут пролететь двадцать миль, точных и старых русских противокорабельных крылатых ракетах, отправленных в Йемен?"


"Ты раздражающе человек с хорошими связями. Да, я слышал, но они не такие, какими кажутся. Они пришли от человека, которого я знаю, но не от того, кого я хочу убить, и он заработал хорошие деньги, чтобы все выглядело так, будто они пришли от него, но они были подарены ... иранцами."


"Иранцы? Они ненавидят Аль-Каиду!"


"Да, но враг моего врага ... стал моим другом на несколько дней. Оружие было захвачено в Ираке во время войны, которая у них была, старый запас, серийные номера соответствуют иракским."


"И, может быть, кто-то хочет выставить Ирак в плохом свете". Я вздохнул. "Спасибо".


Я позвал адмирала Джейкобса на улицу и отвел его в тихое место. "Иранцы поставляли ракеты и крылатую ракету".


"Иранцы! Они не на стороне Аль-Каиды!"


"Враг моего врага, сэр. Если они поставляют сюда оружие, мы сражаемся с Аль-Каидой и убиваем их, и, возможно, в процессе вы теряете самолет или корабль, несколько человек погибают."


"Они хотят разжечь огонь". Он отвел взгляд и вздохнул.


"Еще одна загвоздка ... в том, что все оружие имеет иракские серийные номера, так что вина ляжет на Ирак".


"ЦРУ могло бы использовать этот факт", - отметил он, пожав плечами. "Итак, что еще доставили иранцы?" он задумался.


"Что бы это ни было, саудовцы узнали об этом и были настроены предупредить меня, затем передумали".


"Какой-то другой ублюдок играет в игры. Отлично." Он твердо посмотрел мне в глаза. "Если я потеряю здесь много людей или получу повреждение корабля ..."


"Нам придется быть умнее, чем они, сэр, или столкнуться с расследованием - смертью от ПРЕССЫ, смертью от тысячи слов в печати".


Он вздохнул. "У нас тут дурачатся гребаные иранцы и саудовцы, и мы сидим прямо в центре этого".


Я договорился, чтобы за Максом прислали Рысь, и ему пришлось бы идти на север через вади, чтобы встретить вертолет.


Следующий звонок был в Лэнгли. "Уилко, у тебя проблема?"


"Большая гребаная проблема - для нас обоих. Иранцы перебросили дерьмовую партию оружия в Йемен через посредника, надеясь увидеть здесь крупномасштабную битву. Мы уже потеряли F18, и по вашим кораблям была выпущена старая русская крылатая ракета, по вашим F18 были выпущены четыре ракеты с тепловой наводкой, на палубе в ожидании лежала куча ракет."


"Господи, и у меня был тихий день. Тебе нравится портить мне день, не так ли. " Он громко вздохнул. "Мне придется обсудить это с Белым домом".


"Если это выйдет наружу ..."


"Да, вину бросают со всех сторон".


"Я уверен, что саудовцы знали, но не смогли предупредить нас".


"Тот мертвый дипломат в Вегасе", - отметил он.


"Оружие было изъято у иракцев во время ирано-иракской войны, оно ведет к иракцам".


И иранцы хотят, чтобы мы использовали этот факт. Черт, это будет грязно. Я вернусь к тебе."


Я позвонил Морану. "Где ты?"


"Все еще подкрадываемся, они все на боевых постах, но я думаю, они просто поняли, что где-то еще был обстрел".


"Они выпустили старую российскую крылатую ракету в сторону ВМС США, F18 сбили случайно - подошли слишком близко, и они выпустили четыре ракеты с тепловой наводкой. Никому там не говори, но иранцы поставили десять тонн оружия, надеясь, что мы все здесь поубиваем друг друга."


"Им не нравится Аль-Каида или мы, так что да - они позволят нам покончить с этим".


"Если вы вступите в бой, стреляйте издалека, я не хочу потерь. Надеть глушители, тряпки, медленно и уверенно. Решать вам на земле, SAS к северу от вас пробирается незаметно."


"Эти оборванцы не включены, мы можем убить большую часть этой компании и двигаться на север. И я хочу убить этих ублюдков за то количество гребаного мусора, которое они оставили после себя!"


"На ваше усмотрение, но никаких боев крупным планом".


Майор Притчард позвонил пятнадцать минут спустя. Макс ушел, его подобрали, но шум рыси напугал их, они бегают вокруг. Мы можем видеть ракеты, запускаемые с плеча."


"Я сказал своим ребятам к югу от вас, что не хочу ближнего боя, только снайперскую стрельбу. Пусть мои люди сначала стреляют, затем вы атакуете, когда они отвлекутся; они не смогут нанести удар с вертолета из-за этих ракет."


"Слишком поздно для этого, они выслали пеший патруль, и они увидят наши следы через пять минут".


"Тогда начинай стрелять из лука и попадай по этим ракетам - или ты в штанах". Я позвонил Морану. "SAS вот-вот нанесут визит крупным планом, так что открывай". Я мог слышать: "Николсон, открывай сейчас же!"


Вернувшись к телефону, Моран сказал: "Подождите ... Главный только что упал от удара в голову, его заместитель держался за яйца".


Я улыбнулся. "Вызывайте скорую помощь, если она вам понадобится".


Джейкобс вышел ко мне. "Что-нибудь?" Он выглядел обеспокоенным.


"Мои люди стреляют в них снайперами, чтобы измотать их. Это может занять весь день."


"Что еще они могут бросить в нас?"


"Еще один транспортный самолет, на этот раз начиненный взрывчаткой, но у нас здесь только вертолеты "Рысь", командный состав, больше некому ранить".


"А твои люди на поле боя?"


"Слишком растянутый - чтобы пострадать".


"Корабли находятся в общих чертах. Но если в кого-то попадет, то это буду я, стоящий на коленях перед президентом и молящий о прощении, прежде чем он отрубит мне голову."


"Летите обратно, сэр, и давайте составим несколько планов, начиная с того, что наскучим им до смерти. Я позволю им сделать ход, а не то, чего они от меня ожидают. Если придется, я буду стрелять в них по одному."


Он кивнул и направился обратно в дом, когда Рысь вернулась, опуская Макса на землю.


Макс подошел, таща свой тяжелый рюкзак. "Что за паника?" - пожаловался он.


"Ты пропускаешь все это чертово действо, так что иди к майору Харрису, сфотографируй ущерб и делай свою работу."


"Какой ущерб?" - недоумевал он, направляясь внутрь.


Оманский майор прошел мимо. Я остановил его и указал на человека на крыше УВД. "Этот бедняга там, наверху, пусть его поменяют местами и спустят вниз".


Майор уставился на меня. "Ранее он подал жалобу на то, что ты держишь его там наверху!"


"Должно быть, он меня неправильно понял", - сказал я с усмешкой, получив в ответ хмурый взгляд.


"Я читал о ваших подвигах и смотрел фильм, но я никогда не думал, что окажусь в центре такой сюрреалистической истории. К тому времени, когда это закончится, все мои волосы будут седыми! Ракеты, бомбы на грузовиках, самолет, который взрывается!"


Я улыбнулся и похлопал его по плечу. "Есть что рассказать своим внукам".


Полчаса спустя "Соколиный глаз" приземлился, адмирал Джейкобс махнул рукой, и мы вернулись в комнату штаба, где нам заварили свежий чай и раздали пирожные, пока мы тихо сидели.


"Где офицеры морской прессы?" Я лениво спросил.


"В последний раз, когда я слышал, они были на рыси", - отметил Харрис. "С "Котиками" какой-то парень из прессы".


Вмешался Клиффорд. "Я почистил подъездную дорогу на случай, если она нам понадобится, прямо старый бардак от той Сессны, только мелкие детали. Хвост был цел, части тела повсюду. Дальше вниз они отогнали сгоревшие грузовики в сторону, так что дорога теперь свободна. Макс, репортер, сейчас там, внизу."


Я кивнул. "Я думаю, что в предстоящие дни им предстоит еще большая зачистка".


Клиффорд был обеспокоен. "Еще ракеты?"


"Больше всего".


"Безопасно ли брать с собой "Геркулес", припасы?" - спросил он.


"В течение следующих нескольких часов все более или менее в безопасности. Но не настанет времени, когда это станет лучше."


"Я прикажу им приземлиться на рассвете", - решил он. Подойдя к двери, он добавил: "Они принесут нам жестяные шляпы и немного спрея от гекконов".


Вмешались двое сотрудников GCHQ. "Что-то, что мы могли бы сделать, вместо того, чтобы просто попасть под бомбежку?"


"Остался какой-нибудь из тех радиосканеров?"


"Те, что в старом стиле, да".


"Хватай оманского майора, возьми несколько человек, джип и ищи странные сигналы вокруг нас, но не на западе. Когда найдешь кого-нибудь, паникуй. " Они обменялись взглядами. "И, ребята, в следующий раз ... не будьте настолько тупы, чтобы добровольно браться за подобную работу, а."


Харрис ухмыльнулся им, и они вышли.


Фрэнкс и Дик вошли через десять минут. Фрэнкс начал, когда они сели: "На "Сессне" есть остатки взрывчатки, местная военная полиция проведет анализ. У меня также есть несколько пальцев, так что на них можно снять отпечатки."


"Осколки ракеты?"


"Это старинный русский дизайн, но с некоторыми современными компонентами, значит, кто-то с ними возился. Кто-то, кто знает, что он делает. Нам придется попытаться отследить компоненты, а не корпус или ребра."


Я сказал: "Араб ... который тренировался в России."


"Многие из тех, кто сейчас на пенсии, сидели в кафе в Египте, Сирии и Ираке и оплакивали Насера".


Я приподнял бровь. "Не такие стенания по Насеру, как громкие проклятия".


Дик начал громкие дебаты о взлете и падении Насера, Харрис - эксперт по этому периоду истории.


Когда начало темнеть, позвонил Моран. "Мы измотали их и отбросили назад, но они окружены со всех сторон, не осознавая этого. Группы продолжают ускользать и наезжать прямо на нас."


"Ты слышишь SAS на севере?"


"Да, скажем, 800 ярдов".


"Жди рассвета, оставайся на месте, не приближайся". Я позвонил лейтенанту Кравицу. "Ты все еще жив?"


"Да, и это не самые умные парни в мире. Мы застрелили по меньшей мере сотню, и сейчас нам трудно кого-либо разглядеть."


"Оставайся на месте, дождись рассвета, отдохни и поешь, затем выдвигайся".


Я позвонил Холстедеру. "Все еще отрабатываешь свое содержание, капитан?"


"Если забивать ягнят - прибыльное занятие, то да".


"Объясни".


"Мы убили больше раненых, чем здоровых мужчин. Тем не менее, у них были винтовки и лямки, никаких белых флагов."


"Сколько?"


"Скажем ... двести".


"Есть раненые?"


"Получил небольшой рикошет, но пока не нужно выезжать".


"Оставайтесь на своих позициях до рассвета, затем очистите территорию. Укутайтесь потеплее сегодня вечером."


"Это чертовски холодный ветер, это точно; температура очень быстро падает".


Когда Макс был в курсе событий, я дал ему некоторые рекомендации по использованию и подробно описал различные кампании и цели, немного растянув их.


Позже я сказал Харрису: "Все команды держатся по краям, они выдвинутся на рассвете, мы не рискнем вести ближний бой ночью".


Моран позвонил в 10 вечера. Он закричал: "Только что взорвалась чертовски большая бомба, десять тонн взрывчатки!"


"Где?" Я запаниковал.


"В центре лагеря погибли те бойцы, которые ушли, как какое-то массовое самоубийство. Вылетел металл, и мы получили несколько легких повреждений, значит, бомба была завернута в шарикоподшипники или что-то в этом роде."


"Что ж ... Я ... полагаю, у них был план на случай, если их захватят."


"Там, внизу, ни один ублюдок не остался в живых, а если и остался, то им понадобится слуховой аппарат!"


"Держись на расстоянии".


Звонок закончился, он сразу же зазвучал трелью.


"Это Притчард, и лагерь взорван!"


"Я только что получил известие от своих людей. У тебя есть раненые?"


"Две раны, для которых понадобится вертолет".


"Пусть раненые пройдут милю на север, прихватив с собой какую-нибудь компанию для них, я сейчас пошлю Рысь".


"Хорошо, скоро отправлю их. И если я кричу, то это потому, что у меня, блядь, отнялись уши!"


Я столкнулся с капитаном разведки, и он проверил координаты на карте для casevac Lynx, который вскоре выбежал. Мы все слышали гул двигателя в течение пяти минут, прежде чем "Рысь" умчалась на запад. Когда он вернулся, я поехал туда, увидел яркие огни в палатке медиков, двух солдат, над которыми работали, раны на голове и плече с металлическими осколками внутри.


"Им придется вернуться", - сказал мне Мортен.


"В Маскат, в тамошнюю больницу", - сказал я ему. "Геркулес утром".


"Они стабильны", - заверил он меня.


Я позвонил Кравицу, найдя его бодрым и настороже. "Послушай, в лагере к востоку от тебя была мина-ловушка, две тысячи фунтов взрывчатки, завернутой в шарикоподшипники".


"Ой!"


"У нас пострадали несколько человек, так что предупреди своих парней".


"Я также поболтаю с новичками, они выступают по радио".


Командный состав успокоился, ожидая, что что-то произойдет, а я спал в кресле в кабинете полковника Клиффорда, разбуженный в 5 утра - не так сильно, как бродячий верблюд, угрожающий нам ночью.


Два "Геркулеса" приземлились через час после рассвета, вскоре в спешке разгружая поддоны, и вскоре резко рванули отсюда, не задерживаясь, улетая на восток без происшествий, на борт были замечены раненые бойцы эскадрильи "Б".


Я позвонил Морану, когда стоял на перроне, местная полиция выглядела усталой и настороженной по сравнению с тем, когда я увидел их в первый раз. "С тобой там все в порядке?"


"Да, после той бомбы все затихло, прозвучало несколько выстрелов. Теперь все, налегке, мы дважды нажимаем и поражаем раненых, несколько живых передвигаются или прячутся."


"Попробуй раздобыть какие-нибудь удостоверения личности и телефоны, затем присоединяйся к SAS и воспользуйся их припасами, затем я отправлю тебя на запад вертолетом после дня возвращения сюда. Отдохни немного сегодня вечером. О, скажи SAS, чтобы оставили беспорядок позади и завтра двигались на запад, как и планировалось."


Принц Калид позвонил мне час спустя. "Я слышал, что на базе были проблемы".


"Ничего серьезного, сэр. У нас было несколько ракет, люди шли, чтобы напасть на нас, затем несколько грузовиков протаранили ворота и взорвались, "Сессна" с пилотом-самоубийцей влетела внутрь и разбилась, прежде чем он смог что-то протаранить и взорваться."


"Ничего серьезного? Я называю это объявлением войны!"


У боевиков нет правительства, перед которым они должны отчитываться, и хуситы ненавидят их, поэтому мы не воюем с Йеменом, сэр. И мы начали эту борьбу."


"Тем не менее, я посылаю больше людей. Хватит тренировок от British Aerospace и ваших офицеров, давайте посмотрим, на что они способны!"


"Американцы потеряли F18 после того, как он сбил крылатую ракету, запущенную в сторону их кораблей".


"Боже мой".


"И мы нанесли удар по двум большим лагерям за ночь, говорят, было убито до шестисот боевиков, и я думаю, что это были бойцы с передовой".


"А твои раненые?"


"Два легких ранения, люди улетели на восток, в Маскат. Возможно, ты сможешь навестить их в больнице, под руку с репортером."


"Хорошая идея, да. И что ты будешь делать дальше?"


"Мы будем медленно изматывать их и обыскивать территорию, которую они могли бы занять. Они не подойдут достаточно близко, чтобы снова запустить ракеты, но у них может быть больше крылатых ракет."


"Эти ракеты могут долететь до Маската?" - забеспокоился он.


"Нет, сэр, не беспокойтесь об этом".


"Я скоро навещу тебя ..."


"Нет, сэр, это небезопасно. Если тебя убьют, они получат великую победу."


"Тем не менее, я должен показаться храбрым перед своим народом".


"Тогда нанесите ему быстрый визит, сэр, через несколько дней".


"Да, я проверю свое расписание. Просите то, что вам нужно, майор, мы должны победить в этом - и быть замеченными, чтобы победить в этом."


"Предоставьте это мне, сэр".


Полчаса спустя появилась пара капитанов GCHQ. "У нас есть сигналы на восток и север".


"Следуй за мной". Выйдя на улицу, я обнаружил Робби, возвращающегося с 14 командами разведки. "Сержант-майор, подготовьте эту неряшливую компанию к войне, у нас есть сигналы на восток и север!"


"Могу я пойти с ними?" - раздраженно спросил он.


"Конечно, ты можешь, им нужен человек твоего калибра, чтобы руководить ими".


Он стиснул зубы, прежде чем отвернуться и пролаять приказы.


Я столкнулся с капитанами GCHQ. "Две команды, и да - ты идешь с ними. Возьми винтовку, кое-какие припасы, отдохни за столом."


Они обменялись обеспокоенными взглядами. "Мы получаем ранение, и ты объясняешь это режиссеру".


"Я буду, письмо твоим ближайшим родственникам, часы украдены. Иди, готовься." Внутри я сказал Харрису: "Приготовь две "Рыси" к наземной атаке с востока и севера, в них - дверные стрелки".


"Они жаловались, что им нечего делать".


Я тыкаю пальцем в карту. "Пусть остальные начнут обыскивать сектор к западу от нас, продвигаясь на запад квадрат за квадратом, пусть твой персонал зарабатывает на жизнь, а?"


Уставшие капитаны разведки подняли головы и обменялись усталыми взглядами, сердитыми взглядами.


Когда позвонил майор Притчард, он начал так: "Парас только что прибыл с нами, большой отряд, но они оставили людей в нескольких местах дальше по линии. Что мы делаем дальше?"


Оставайся там на ночь, а завтра отправляйся на запад. Ты понял суть. Оставьте команду пара на месте, но предупредите людей, чтобы они не ходили в таком беспорядке."


"Это воняет, части тела повсюду".


"Пусть они разобьют лагерь посреди вади и будут остерегаться зомби. О, Боеприпасы могут быть заминированы у входа в вади."


"Мы нашли одного, частично погребенного, так что там есть несколько".


Следующий звонок был Кравицу. "Вы все еще живы, лейтенант?"


"Немного поспал, несколько часов, постель из холодного песка", - съязвил он.


"Какие-нибудь проблемы за ночь?"


"Мы отдыхали, но на рассвете подстрелили несколько боевиков, небольшими группами прятавшихся и ускользавших. Новички здесь, с нами, на возвышенности к северо-западу от лагеря."


"Сколько бойцов погибло в лагере?"


"Трудно сказать, сколько человек погибло в результате авиаудара, но мы насчитали двести тел".


"Сегодня вертолетом будет произведена эвакуация в режиме ожидания". Но если сможешь, доберись до ближайших бойцов и достань телефоны и удостоверения личности."


"Мы уже закончили, у нас полная сумка."


"Ждите вертолеты, будьте готовы к вылету через час".


Я вернулся внутрь и отдал Харрису приказы о передвижении, списки обновлены, Пумы забронированы, Ковски вызывает флот. "Вызвали ли тех парашютистов и морских пехотинцев, которые остались в вади?"


"Да", - сообщила мне леди-капитан разведки.


"Позвони им, скажи, что я хочу, чтобы пешие патрули проехали милю на юг или около того - в миле от края вади, искали следы, но не вступали в бой ни с кем, не позвонив предварительно".


Командир эскадрильи королевских ВВС предложил: "Как насчет того, чтобы сбросить поддоны, они готовы".


"Конечно, брось это прямо в центре вади, где находятся SAS. Парас и морские пехотинцы сейчас там. Нет необходимости сообщать об этом, они увидят самолет - и там достаточно места."


Вмешался Макс. "Что происходит?"


"Хватайте рысь, привлекайте съемочную группу королевских ВВС и снимайте падение поддона с земли. Ты можешь остаться с людьми, идущими вперед, если хочешь, но ты будешь скучать по действию. Если ты вернешься сюда, я могу отправить тебя на следующую вставку."


Харрис ответил на звонок со своего спутникового телефона. "У Робби есть контакт в шести милях к востоку, группа примерно из двадцати бойцов. С ним один взвод разведчиков из 14 человек."


"Пусть Рысь отвлечет бойцов и пристрелит их, Робби атакует одновременно".


Раздавались приказы, люди суетились вокруг, обновляли отчеты, Макс мчался к Рыси, чтобы сфотографировать действие. Наверху, на крыше УВД, в жаркий день, я наблюдал, как две Рыси подъехали и развернулись, опустив носы, когда они умчались на восток от меня. На горячем асфальте сидели всего две "Рыси", а механики суетились вокруг, заставляя меня задуматься об остальном и вспомнить маршрут поиска на запад, который я заказал.


Ковски присоединился ко мне с Хиксом. "Какое-нибудь действие?" - Спросил Ковски.


"Пеший патруль на востоке, каким-то образом обошел нас".


"Скорее, заблудиться", - предположил Ковски.


Я повернул голову к Хиксу. "Никто из ваших людей не был ранен за ночь".


"Да, я слышал, и появилось хорошее количество бойцов".


"И ты злишься на меня?" Я спросил. Я ждал, Ковски был встревожен.


Хикс мгновение изучал меня, когда выпрямился. "Я подумал о том, что ты сказал, сразу после того, как я рассказал тебе об офицерах в мирное время, и ты прав - когда-нибудь Холстедер не станет генералом, это сделаю я".


Ковски незаметно приподнял бровь, глядя на Хикса.


Я сказал Хиксу: "Когда ты станешь генералом, ты сможешь помочь мне выпутаться из любых неприятностей, в которые я попаду в данный момент".


Внутри башни УВД я слушал треск радиосвязи с остальными, вскоре "Рысь" сообщила, что ведет огонь по замеченным истребителям, ракеты выпущены в песок, дверные стрелки открываются.


Запыхавшийся Робби позвонил мне десять минут спустя. "Мы напали после того, как Рысь открыла огонь, и Рысь убила большинство из них, спрятаться было негде, но мы получили легкие ранения, их было много; какой-то ублюдок подорвал себя".


"Я пришлю двух пум. В режиме ожидания." Я отдал офицерам УВД приказ об отправке, медикам быть на "Пумах". Я мог видеть, как медики спускались с "Пумы", когда две "Пумы" заглушили двигатели, а пять минут спустя "Пумы" громко затормозили и медленно повернули на юг, ускоряясь на восток, когда "Рысь" вернулась и села.


Пилоты покинули приземлившийся "Рысь", но Макса с ними не было, поэтому я решил, что он на земле. И, возможно, сейчас ранен.


Когда Пумы вернулись, я поехал туда с полковником Клиффордом, обнаружив, что палатка медиков очень занята.


Мэгги стояла снаружи с окровавленной повязкой на лбу. "У раненого была бомба, босс, я мог его видеть. Я думаю, что мой выстрел привел к срабатыванию бомбы."


"Насколько вы были близки?"


"В тридцати ярдах отсюда, за песчаной дюной".


"Всегда выгодно дважды нажимать на расстоянии, урок для тебя".


"Болезненный", - сказал один из мужчин с ужасной раной на голове.


"Мистер Мортен, чьи-нибудь жизни в опасности?" Я громко спросил.


"Нет, но несколько неприятных порезов".


"Те, кто может остаться и исцелиться здесь, делают это", - настаивал я. "У нас идет война".


Выйдя на улицу, я одарила Робби своим несчастным лицом. "Из-за тебя вся твоя гребаная команда ранена!"


"Я загнал их за дюну, дважды постучал, промахнулся по человеку с бомбой".


"Держи свою гребаную дистанцию, сержант-майор, ты это знаешь. В следующий раз ты будешь гребаным помощником шеф-повара."


Он опустил голову. "Верно, босс".


Собери тех, с кем все в порядке, и иди искать бойцов к северу от нас. Стреляйте издалека. Получишь еще хоть одно ранение сегодня, и я сам тебя пристрелю!"


Он назвал имена и сформировал команду из четырех здоровых мужчин, чтобы присоединиться к оставшимся 14 разведчикам.


Вернувшись в палатку медиков, я заметил одного из капитанов GCHQ. "Как, черт возьми, тебя ранили?"


"Я был в сотне ярдов от него, внизу, но что-то упало мне на голову".


Мортен сказал мне: "Просто порез, много крови, он может остаться здесь".


Я заметил, что Макс опустился на колени рядом с мужчиной. "Макс, ты попал?"


"Нет, я оказывал первую помощь, а не свою кровь".


"Иди сними падение поддона - после того, как помоешь руки".


Ведя машину обратно, Клиффорд вздохнул. "Могло бы быть и лучше, шесть раненых. Семь с парнем из GCHQ."


"Руководителю группы следовало бы знать лучше, но мы должны проверить тела и попытаться получить удостоверения личности и телефоны, а все эти люди любят взрывать себя. Будет еще несколько жертв, вплоть до террористов-смертников.


"Люди, развернутые в пустыне, прислушались к моим предупреждениям и держались на расстоянии, иначе у нас была бы дерьмовая куча людей."


"А если бы их убили?"


"Политики хотели бы покончить с этим. Сегодня." Мы обменялись взглядами.


В комнате штаба я проинформировал Харриса о том, кто был ранен, большинство имен назвал правильно, имена сверил с 14 капитанами разведки. Я воспользовался моментом, чтобы рассмотреть их обоих, поскольку Робби не взял их с собой.


Харрис коротко заметил: "14 Разведка хотела каких-то действий, теперь они их получили".


Громкое приземление "Геркулеса" заставило некоторых из нас выйти и посмотреть: два "Геркулеса" упали, низкорослые оманские солдаты в коричневой форме уходят с винтовками и большими вещмешками.


Новый майор подошел ко мне, когда к нам вышел наш майор-резидент из Омана. Он пожал руку своему колледжу. Новичок начал так: "Майор Хаджид, Первая оманская десантная бригада, и единственные оманские десантники - второй и третьей нет, и мы десантники один месяц в году, остальное время пехота".


Я улыбнулся. Добро пожаловать. И ... какие будут ваши приказы?"


"Чтобы помочь тебе, конечно, любым возможным способом".


"У меня проблемы с девушкой в Великобритании, я забеременел ..."


Он рассмеялся. "У нас есть пределы, мы не чудотворцы".


"И ваши береты не розовые?" Я дразнил.


Он громко рассмеялся. "ССФ - розовые, и с нашими силами по борьбе с терроризмом шутки плохи, они крепкие парни - по крайней мере, такие, если вы привязаны голым к стулу".


"Сколько человек ты привел?"


"Я привел шестьдесят человек, всех, не считая шеф-повара, который также имеет квалификацию парашютиста".


Я мог видеть, что у всех у них были М16, когда они тащили снаряжение и выстраивались в линию. "Вам понадобится какое-нибудь дистанционное оружие, майор".


"У нас есть оптические прицелы и L42A1".


"Все еще хорошие винтовки", - похвалил я. "Оставшиеся после конфликта в Дофаре?"


"Мы усыновили их впоследствии, на спортивной охоте, и их популярность росла. У многих мужчин есть такие дома, и мы учимся стрелять в возрасте десяти лет. Они есть у всех стариков."


"У вас есть разрешение на пересечение границы?"


"У нас приказ догнать террористов и вырезать им сердца!"


"Если вы будете бегать в такую жару, вам понадобится много воды, поэтому воспользуйтесь вертолетами".


Он смеялся, когда я вел его людей к палаткам, которые были освобождены зелеными.


Я сказал ему: "Вы можете получить ракеты и пилотов-самоубийц, обмотанных взрывчаткой. Но в остальном все должно быть мило и тихо. Я найду тебе место для атаки через день или два. Я собирался сказать, что тебе нужно время, чтобы акклиматизироваться ..."


Он улыбнулся. "Нам нужно время, чтобы прийти в себя после поездки на Геркулесе! Жара и песок ... не такая уж большая проблема."


Я кивнул. "Завтра, майор".


Макс вылетел, приземлившись в вади как раз вовремя, чтобы увидеть, как сбрасывается поддон, два "Геркулеса" сбрасывают по два поддона с парашютами, каждый из которых находится всего в двадцати футах от песка, с запасами, достаточными, чтобы наши люди могли там прослужить несколько месяцев.


Пумы вернули Эхо, люди дасти - два незначительных ранения, затем вернулись за зелеными, ВМС США забрали морских котиков, время вернуться на корабль, пока у меня не будет подходящей цели для них. Теперь у зеленых было меньше палаток, поэтому я выделил им кирпичные домики, освобожденные Волками.


Я поприветствовал новичков с "Пум" и проводил их до их нового жилья, задавая вопросы взад и вперед, обмениваясь подробностями о том, что они видели и что они сделали.


Парас оставили три джипа и десять человек рядом со складами с поддонами, с тремя джипами морской пехоты, когда все остальные длинной вереницей двинулись на запад. В случае атаки было не так много людей, чтобы оставлять их позади, но у любого, кто атаковал позицию, была миля открытого песка, чтобы вести переговоры, плюс шесть пулеметов для ведения переговоров.


Полчаса поболтав с ребятами из "Дасти Эхо", я позвонил Свифти. "Ты все еще цел и невредим?"


"Только что хорошо выспался на солнышке, теперь хорошо и тепло".


"Какие-нибудь действия?"


"Все чертовски тихо, так что кто-то, стреляющий в нас, развеет скуку. Когда стихает ветер, вы слышите, как трещат камни."


"Они нагреваются днем и остывают ночью, и издают звуки, да. Некоторые сходят от этого с ума. Принадлежности в порядке?"


"Да, хватит с нас, вода не проблема. Мы выпиваем несколько чашек чая после наступления темноты, днем особо не двигаемся."


"Продолжайте двигаться по этой дороге, сообщайте о любых опасных песчанках".


Фрэнкс пришел и нашел меня. "Мы не можем использовать эту историю о падении птицы, Белый дом узнал, и они хотят наградить пилота медалью".


"Это не имеет большого значения, и он был героем, преследуя его - было бы трудно объяснить, что загорелся корабль".


Он приподнял брови. "Чертовски жестко! О, у нас есть телефоны и удостоверения личности, которые они привезли, и некоторые из них египетские, а некоторые пакистанские, агентство сейчас просматривает их все, хорошая информация."


"Аль-Каида" состоит в основном из саудовцев, но да - они берут любого, кто хочет воевать против Запада. И обвинять Ирак?"


"Белый дом распространил информацию о том, что какое-то оружие поступает обратно в Ирак. И просочилось, что вы здесь, новички и морские котики, так что CNN транслирует это вместе с основными СМИ."


"С "Котиками" был репортер, так что изображения того лагеря могут скоро всплыть".


"По общему мнению, немного сумбурно ..." - парировал Фрэнкс.


"Будем надеяться, что изображения не будут опубликованы, они принесут больше вреда, чем пользы, особенно здесь, на Ближнем Востоке".


"Два крупных лагеря уже уничтожены, может быть, убито шестьсот бойцов, и это половина их лучших людей", - похвалил он.


Дерьмовое планирование с их стороны, удача с нашей, но теперь становится сложнее, потому что большой лагерь легко найти и поразить, одного человека с бомбой чертовски трудно поразить. Слабое место - эта дорога. Оманцы останавливают джип, он взрывается, каждый раз несколько солдат убиты и ранены.


"И теперь, когда они знают, что мы их разбомбим к чертовой матери, они рассредоточатся. Попросите военно-морской флот прислать свежие аэрофотоснимки завтра. И спросите у своих котиков телефоны и удостоверения личности, которые они собрали, и которые мои ребята вернули."


Я некоторое время посидел с ранеными 14 мужчинами и женщинами из Разведки, но они были в хорошем настроении.


Вернувшись в командный пункт, Харрис доложил: "Робби приближается к радиосигналу на север, видимости нет, какие-то высокие песчаные дюны. Рыси стоят рядом."


Леди-капитан вставила: "Рысь, прочесывавшая запад, нашла тело, по крайней мере, части одного, черное пятно песка, кратер".


"Он слишком рано привел в действие свою бомбу, " отметил я.


Вошел Моран, бросив взгляд на стол с картами. "Что происходит?"


Харрис ввел его в курс дела и передвижения на запад вниз по вади, пока я сидел с пивом.


Моран наконец спросил меня: "Так что они делают дальше?"


"Я бы сказал, разброс."


Моран кивнул. "Они знают о военно-морском флоте США, поэтому они должны быть глупцами, чтобы оставаться сбитыми в кучу".


"Как там Саломея?"


Он улыбнулся. "Яростно отстреливаясь от арабов, да. Если бы это стало известно ..."


"Этого не будет, " заверил я его.


"Она пошла на некоторый риск, чтобы раздобыть удостоверения личности и телефоны."


"Если вы приказали ей не делать этого, и она все равно сделала, тогда это проблема. Ты пойди и объясни ей, где проведена граница, цепочка командования на реальном задании, и что мы отправим ее собирать вещи."


"Она майор, " напомнил он мне.


"Она гостья, у нее нет звания, - настаивал я.


Робби позвонил, чтобы сказать, что они нашли тело с работающим телефоном, бомбы на теле не было, и что он приносил телефон, больше никого вокруг. Я отправил Рысь на поиски, прежде чем мы потеряли свет.


Вошел Макс, на его коричневой рубашке были пятна крови.


"Где ты был?" Я озадачен.


"Вернулся и поболтал с медиками, затем с новыми оманскими Парас, сделал несколько фотографий".


"Отдохни немного, возможно, завтра для тебя найдется вставка".


"У меня есть несколько отличных фотографий, SAS в пустыне и отличные фотографии пустыни. Я собираюсь сделать книгу, большую, с цветными фотографиями."


"Ваша газета напечатала это?"


Разворот на четыре страницы вчера и сегодня. И завтра мы подробно расскажем об этой крылатой ракете."


"Сделайте пилота похожим на героя, которым он и является. Это, или он гребаный псих."


Мой телефон зазвонил, и я подошел к окну. " Петров, у меня есть кое-какая информация, " начал Либинтов. "Йеменские исламисты получили восемь старых противокорабельных ракет".


"Восемь?"


"И у них есть два сирийца с ракетами, эксперты по этим ракетам".


"Кто послал этих людей?"


"По-видимому, их забрали из тюрьмы в Каире".


"Хорошо, спасибо". Я столкнулся с командой ожидания. "Отправляясь с первыми лучами солнца, я хочу, чтобы все "Рыси" и "Пумы" искали пусковые установки крылатых ракет, их осталось семь. Пусть мои парни сядут на эти вертолеты." Я указал на Ковски. "Поднимите своих птичек на ноги, пока ракета не попала в авианосец. Вы обыщите основные лагеря, мы обыщем восточную часть этих лагерей."


Он вышел.


Харрис заметил: "Если они уволят их всех одновременно...?"


"Тогда кто-то прорвется, и у нас будет горящий транспортер".


Они обменялись обеспокоенными взглядами.


Полчаса спустя я стоял на площадке, наблюдая, как Рысь приходит и уходит, когда зазвонил мой телефон. "Привет?"


"Это сержант Мэйс, 2 пара, находится к востоку от склада поддонов".


"Продолжай".


"Наши люди смотрели на юг, и они увидели крылатую ракету".


"В каком направлении он летел?" Я закричал.


"Восток".


Я отключил звонок. "Приближается!" Я побежал обратно в комнату штаба, когда командир эскадрильи королевских ВВС крикнул людям, чтобы они прикрывали. В коридоре я крикнул: "Входящий! Залезай под стол!"


Выйдя на улицу, я побежал в УВД и наверх. "Предупредите вертолеты, к нам приближается крылатая ракета!" Отошлите их!"


Снаружи, на плоской крыше, я выпустил очередь из автомата. "Приближается!" Я мог видеть, как парни из "Эхо" карабкаются на крышу их дома, Томо и Николсона со слоновьими ружьями, как новички разбегаются по канавам.


Минуту спустя я услышал крики и посмотрел на запад, но солнце стояло уже низко, и из-за этого было трудно что-либо разглядеть. Затем я заметил его, мчащегося примерно в шестидесяти футах над песком, он был значительно южнее нас и собирался промахнуться. "Не стреляйте в него!" Я закричал, но было слишком поздно, когда раздалось что-то похожее на три выстрела GPMG, выстрелили слоновьи пушки.


Облачко дыма, и оно начало двигаться по дуге на север, к нам, вскоре снижаясь. Удар был сильным, поднялся столб песка, но потребовалась секунда, чтобы принять решение, прежде чем взорваться, поднялся огромный столб песка, взрывная волна достигла нас и покачнула меня.


Я вошел в центр УВД, когда они кричали на арабском, вызывая медиков. "Для кого нужны медики?"


"Десантники были на стрельбище, сэр".


"Черт". Я бросился вниз, схватил полицейского водителя и помчался по перрону, обогнул южный конец взлетно-посадочной полосы и на восток, в то время как другие джипы мчались туда впереди меня, сердитое коричневое облако медленно плыло на север.


Выскочив из джипа, я побежал сквозь облако, находя согнутых пополам и рубящих мужчин, нескольких видели помогающими другим мужчинам, и я остановился, чтобы помочь мужчине с ранением в голову.


Майор Пара, спотыкаясь, шел рядом.


"Ты в порядке?" Я спросил по-арабски. "Ты ранен?"


"Просто... кружится голова ... Я думаю." Он упал на колени.


Десять минут спустя облако пыли рассеялось, и Мортен сообщил мне, что смертельных случаев не было, но у него было двадцать или более легких ранений в голову, что все были контужены и что дюжина человек вдохнула пыль и песок. И что бригада теперь распущена.


Вернувшись на перрон, за пределами комнаты штаба, я нашел оманского майора.


"Как поживают мужчины?" спросил он, выглядя испуганным.


"Никто не погиб, но ... мы отправим бригаду обратно туда, откуда они пришли. Попросите другую единицу, пожалуйста. "


"Они все ранены?"


"В значительной степени, да".


"Наследный принц захочет чью-нибудь голову", - беспокоился он.


"Расслабься, они поправятся". Внутри все лица повернулись ко мне. "Эта гребаная ракета просто собиралась пролететь мимо и промахнуться мимо нас, но люди открыли огонь, и она упала недалеко от полигона, а на полигоне были оманские парашютисты, теперь все полегли, несколько серьезных ранений в голову, все задыхаются. Организуй для них "Геркулес", отправь их всех восвояси."


Харрис уставился на меня широко раскрытыми глазами. "Они все ранены?"


"Большинство просто контужены, пыль в легких, но они тут неделю будут ни к черту не нужны, будут легкой добычей. Так что отправь их в Салалу сегодня вечером. Посадите самолет."


"Все могло бы пройти лучше", - заметил Клиффорд.


Я твердо посмотрел ему в глаза: "Если бы он приземлился на сотню ярдов ближе, у нас было бы шестьдесят мертвых оманских солдат".


"Мы расходуем наши девять жизней", - отметил он.


"Нужно найти эти чертовы ракеты", - вставил Харрис.


Я подвел его к карте. "Парас видел это так ... это было недалеко от лагеря, на который мы напали".


"Эти ракеты большие и тяжелые", - отметил Фрэнкс. "Им нужны грузовики!"


"Вот", - отметил Харрис. "Трасса, по которой может проехать грузовик. Если она отмечена здесь, на карте, то это, должно быть, хорошая трасса."


Я столкнулся с Ковски. "Я хочу сделать инфракрасный высотный облет этого района после наступления темноты, высший приоритет".


Он взглянул на карту и отметил сетки, вскоре выйдя с Фрэнксом на буксире.


Когда Моран вмешался, я сказал ему: "Эхо войдет, если мы подтвердим наличие ракетных установок".


"Почему не военно-морской флот США?" - Спросил Дик.


"Потому что пусковые установки, вероятно, рассредоточены и замаскированы. Кроме того, мне нужны серийные номера."


"Осталось шесть", - отметил Харрис. "Каждый день по одному выстрелу".


Дик вставил: "Чертовски сложный в обслуживании комплект, русская технология двадцатилетней давности, подверженная воздействию жары, песка и холода. Они, должно быть, работают сверхурочно, чтобы подготовить их к стрельбе."


Мой телефон зазвонил, наследный принц. "Ваше высочество?" Я начал, как только вышел.


"База была поражена крылатой ракетой?"


"Да, сэр, но никто не был убит, только ... незначительные ранения".


"Кто был ранен?"


"Ваша парашютно-десантная бригада".


"Сколько человек?"


"Все они".


"Все они!"


"Да, сэр, у них у всех сотрясение мозга, двадцать ранений в голову. Я отправляю их сегодня вечером на Салалу."


"Люди захотят крови!"


"Мы ищем ракетные установки, и мои люди отправятся за ними завтра утром. Сэр, не скрывайте тот факт, что ваши люди пострадали, используйте общественное мнение, это был акт агрессии против вас."


"Люди не будут довольны, мы выглядим слабыми."


"Затем перечислите всего десять слегка раненых мужчин, что почти соответствует действительности. О, и пришлите мне еще один отряд, а."


"Боже мой..."


"Могло быть хуже, намного хуже. Нам не нужно слишком много людей на этой базе, это цель."


"Никогда раньше наши границы не нарушались подобным образом".


"Никогда раньше у тебя не было меня здесь. Я - цель."


"Как ты был в другом месте. У вас есть страховка, на которую я могу претендовать?"


Я рассмеялся. "Нет, сэр, никакой страховки".


"Я пришлю другое подразделение". Он вздохнул. "Как мне сообщить об этом?" - спросил он себя.


"Я уверен, вы что-нибудь придумаете, сэр". Вернувшись в дом, я сказал им: "Это был наследный принц, которому нужен валиум и крепкий напиток. Он пришлет другое подразделение."


Макс спросил: "О чем я должен сообщить?"


"Правда; крылатая ракета, запущенная Аль-Каидой. Американцы считают, что ракета была поставлена иракцами."


Макс вышел.


"Это были не иракцы", - отметил Харрис.


"Политика".


"Не нужно клясться", - сказал мне Клиффорд.


Я обошел дом и подошел к Эхо-посту. "Кто, черт возьми, выстрелил в ту ракету?"


Они все посмотрели вверх, теперь озадаченные.


"Я попал в цель", - похвастался Томо.


"Он собирался промахнуться по нам, ты, гребаный болван! Он был значительно южнее нас и направлялся мимо, но попадание в него означало, что он повернул на север и приземлился рядом с полигоном, ранив шестьдесят оманских десантников!"


"Попал не мой выстрел, я просто вспомнил", - сказал мне Томо, Слайдер хлопнул его по затылку.


"Они сильно пострадали?" - Спросил Генри.


"Двадцать ранений в голову, все контужены, пыль в легких, их вытащат".


Саша отметила: "Не лучший результат, нет. Здесь только один день."


Я сказал им: "Отдохните немного сегодня вечером, будьте готовы выступить пораньше, если мы выясним, где находятся ракетные установки. Русскоговорящие, мы попытаемся захватить ракеты и посмотрим, и мы прочитаем документы, если они есть."


Я оставил их, чтобы подразнить Томо.


Вернувшись в комнату штаба, Харрис начал, склонившись над картой: "Британские парашютисты видели ракету, и поэтому она должна была быть близко к ним - в пределах мили, поэтому я думаю, что знаю, где они".


"Пошлите Рысь с ночным прицелом, чтобы она быстро пролетела мимо, как будто она их не видела, не задерживаясь. Делайте это сразу после наступления темноты, только один раз взлетайте."


Час спустя, после того как я поел в офицерской столовой, упомянутая Рысь вернулась на землю. Пилот сообщил о тепловых сигнатурах там, где их не должно было быть, и что это не было стадом верблюдов, сидевших на отдыхе.


Я пошел и уведомил Echo, что мы уйдем в полночь, под некоторые стенания. У них было пять часов на отдых, более чем достаточно, как я посчитал. Вернувшись в штаб-квартиру, я попросил Харриса организовать Пум и Рысей на полночь - мы отправлялись на войну.


Впервые здесь я пополнил запасы воды и пайков, которые до сих пор не использовались, и проверил магазины и свою винтовку. Сидя в кабинете Клиффорда, я поспал два часа, но затем внезапно проснулся, слишком бодрый, чтобы снова заснуть, поэтому я набил лицо яйцами с ветчиной, запил большим количеством кофе.


Многие из команды тоже вздремнули, в штабной комнате было тихо, пока они не начали засыпать, многие зевали.


В 11 вечера я проверил, готовы ли "Пумы" и "Рыси", можно ли использовать ночные прицелы, но приземление ночью в вади было достаточно прямым. Харрис отметил место вставки на моей карте, в двух милях к северу и четырех милях к востоку от цели, на полпути между двумя нашими аванпостами в вади.


План был достаточно прост. Выходим из вертолетов и на юг, пока не упремся в скалы, четыре мили на запад, затем две мили на юг. Это привело бы нас к месту, которое находилось примерно в трех милях к востоку от лагеря, подвергшегося обстрелу. Трасса, по которой полетели бы любые ракеты, проходила значительно южнее лагеря, ее не пересекли Моран и команда, когда они заходили.


В 11:30 вечера я позвал людей на постой в "Эхо", но половина из них все равно сидела наготове. Пиво было быстро выпито, вода выпита, оружие лязгнуло при проверке.


"Слушайте внимательно. Саломея, Саша и его команда, вы со мной, команда "Вперед". Капитан Моран, Риццо, Монстр, Николсон, Свон и Томо, вторая команда. Остальные со Слайдером позади нас.


"Русскоговорящие доберутся до ракет первыми, при условии, что мы их найдем, и мы расстреляем операторов и любых бойцов там, прикроем снайперской командой, затем мы получим документы. Никто ... не стреляйте этими гребаными ракетами, они улика."


Лица повернулись к Томо.


"Кто, я?" Томо притворялся.


"Когда мы покидаем вертолеты, мы идем на юг, строимся, ускоренным маршем идем на запад, просто. Нужно дерьмо, возьми его сейчас. Пятнадцать минут. Снаружи, когда будете готовы, на перроне, подсчитайте численность. И берегите свое гребаное оружие, э, как профессионалы, которыми вы и должны быть.


"Но если вы на рыси, тогда приготовьтесь, прежде чем спускаться, и если вы видите какие-то проблемы при заходе на посадку, тогда вы можете открыться - если вы сидите лицом наружу. Не стреляйте случайно в пилотов, а."


Я вернулся в отдел УВД и уточнил у них детали, и все было готово. "Приземлился ли "Геркулес" для десантников?"


"Да, сэр, с наступлением темноты".


В полночь команды в темноте подсчитали количество голов, Хикс, Холстедер и Ковски стояли и смотрели.


Фрэнкс подошел ко мне: "Дик чертовски горяч старыми русскими ракетами".


"Он готов к какому-нибудь приключению, не так ли?"


"Если присмотреться, да."


"Поймай его, быстро."


Дик появился пять минут спустя с бежевым жилетом, бутылкой воды и пистолетом, когда Пумы проскользнули мимо.


Я сказал ему: "Не шуми, когда мы приблизимся к вражескому лагерю, ты остаешься с капитаном Мораном. Если вы не можете идти в ногу, у вас болят ноги, скажите нам ". Повернувшись лицом к командам, я крикнул: "Только шесть человек на "Пуму", четыре на "Рысь"!" Убедившись, что мы не сбились в кучу и не подвергаемся риску попадания ракеты в вертолет.


Я повел команду Саломеи и Саши в первую "Пуму", обе двери были открыты, и вскоре мы взлетели. Опустив нос, мы двинулись вперед, набирая скорость по светлому песку под нами, при свете звезд и хорошей видимости.


Вскоре мы достигли вади и повернули налево, немного сбавив скорость, и проследовали по южному краю извилистого вади, и я был уверен, что смогу увидеть лагерь наших парашютистов или морских пехотинцев на джипах, когда мы проезжали над ним. Вади было пустым и безликим, так что четыре черных объекта должны были быть нашими джипами.


Замедляясь, я зарядил и взвел курок, многие парни подражали, и с Саломеей, прижавшейся к моему левому плечу, грудью тершейся о мою руку, мы вспыхнули и врезались вниз.


Держась за край, я спрыгнул вниз, пробежал вперед, согнувшись пополам, двадцать ярдов, прежде чем опуститься на колени, видя, как черные очертания выстраиваются позади меня, когда песок ударяет нас по открытой коже, как миллион надоедливых насекомых. Я, наконец, закрыл глаза, как самый безопасный вариант, когда Пума с ревом унеслась прочь, другие Пумы слышали, но не видели, поскольку я держал глаза закрытыми.


Рысь опустилась подальше от нас, и я, наконец, открыл глаза, когда последняя Пума покинула нас. Группы черных силуэтов появлялись и исчезали, когда Рысь удалялась, и вскоре вади затих.


Я стоял и рассматривал черты лица на холодном ветру, но там не было никаких черт, только мы. Увидев созвездие Ориона, я сориентировался и поэтому направился на юго-запад.


Я передал: "Моя команда, проверка радиосвязи".


""Саломея здесь" появилась перед Сашей и его командой, и я слышал, как другие команды прекратили игру, когда я набрал темп, песок был достаточно твердым.


Пятнадцать минут быстрой ходьбы привели нас к тому месту, где слева от нас, в сотне ярдов, виднелись темные скалы, и я медленно приближался к ним, ведя группы на запад, вдыхая холодный влажный воздух на ходу.


Я считал свои шаги, а теперь начал снова, сказав парням делать то же самое. Местами песок был мягким, и мы все время от времени спотыкались, но здесь я был уверен, учитывая окружающую видимость.


В назначенный час я остановил команды, сказав им забраться на камни и сварить пиво, проверив, что Дик все еще с нами. Я сидел с Саломеей и Сашей, скрестив ноги, с остальными в узком овраге, расположенном в стороне от вади.


Темный контур Саши отметил: "Три тысячи шестьсот шагов".


"Три тысячи четыреста, " сказала ему Саломея.


"У тебя ноги короче, - сказал я Саломее. "Тебе нужно больше".


"У меня широкий шаг, " настаивала она. "У меня нет яиц, чтобы помешать мне".


Я незаметно улыбнулся. "А как поживает твой отец?"


"Моя мать теперь признает, что он болен."


"После этого ты можешь улететь домой, " предложил я.


"Он не хочет сочувствия."


"Все равно дай ему немного, " предложил я. "Ты можешь скучать по нему, когда он уйдет".


"Он приводит свои дела в порядок, очень по-еврейски, - пожаловалась она.


"Мой отец оставил свой сад без присмотра, а моя мать в Испании, поэтому мне неприятно думать, в каком беспорядке сейчас сад. Я мог бы продать дом с разрешения моей матери, она не хочет туда возвращаться."


"Она не дорожит воспоминаниями?" Спросила Саша.


"Нет, дом напоминает ей о нем, а она не хочет, чтобы ей о нем напоминали."


"Они хорошо поладили? " спросил он.


"Да, но когда вы стареете, вы меняетесь, повседневные дела становятся рутиной", - сказал я им. "Юная любовь угасает, и тело ноет, и ежедневная битва с болью берет верх".


После того, как мы выпили полчаса, я собрал всех, и мы выстроились на берегу вади на холодном ветру, подсчитав количество людей на случай, если кто-то забрел посрать.


"Уилко для Томо. Ты насрал на мину?"


Смех прокатился по рядам, и мне пришлось объяснять это Саломее, когда мы начали идти.


Она рассказала нам: "Однажды у меня была осечка, я извлекаю патрон и смотрю на него, продолжаю стрелять, затем бах - он срабатывает. Один раунд из десяти миллионов делает это."


Саша сказал ей: "Значит, ты одна из десяти миллионов, и особенная, нам повезло, что ты у нас есть".


Я смеялся, когда Саломея проклинала Сашу по-русски.


Приблизившись к восьми тысячам шагов, я запросил средние значения и начал смотреть на юг, вскоре найдя подходящее место в темных тонах и медленно двигаясь на юго-запад. После часа хождения зигзагами по оврагам я почувствовал запах дыма.


Я тихо передал: "Они впереди. Моя команда идет со мной вперед, вторая команда на возвышенность слева, команде Слайдера оставаться здесь до вызова, круговая оборона. Все, абсолютная тишина, абсолютная медлительность, не торопитесь, мы не знаем, сколько их. "


Я двинулся, согнувшись пополам, вниз по песчаной расщелине и вверх, по гладким камням, поглядывая налево, вниз к песчаному основанию и на юг, очень медленно, выверяя каждый шаг.


"Николсон для Уилко", - пришло десять минут спустя.


"Продолжай."


"Мы на возвышенности, нам виден лагерь. На вид людей немного, но пусковые установки расставлены широко, примерно в тысяче ярдов от самых дальних. Я насчитал пять."


"Ты видишь палатки?"


"Палатки в середине и возле пусковых установок, и как будто один джип и один грузовик стояли возле каждой пусковой установки. Какие-то мужчины ходят вокруг, как будто они на страже, но я насчитал только шестерых."


"Видишь подъездную дорожку?"


"Да, в середине, направляясь на юго-запад."


"Если вы увидите, что кто-то движется к гранатомету и включает его, наденьте глушители и убейте его. Я собираюсь перемещать лаунчер с лаунчера на лаунчер. Слайдер, ты меня слышишь?"


"Продолжай."


"Идите налево, на восток и вокруг, за возвышенностью, и будьте на южной оконечности через час."


"Переезд."


"Николсон, используй время для счета." Опустив голову, я медленно продвигался ближе к лагерю, вскоре увидев людей, прогуливающихся вдалеке, видимость была хорошей. Приближаясь к палатке, я услышал храп.


Повернувшись, я прошептал: "Саломея, Саша, ножи наготове, винтовки здесь. Остальные сомкните ряды, цельтесь в палатку, наденьте глушители."


Саломея и Саша тихо положили винтовки и сняли лямки и патронташи, следуя за мной вперед между скал, и вскоре мы были всего в десяти шагах от палатки. Я обошел палатку спереди и обошел направляющие веревки, направляясь туда, где я видел идущих мужчин, когда Саломея и Саша грубо нырнули внутрь.


Я услышал стон, секунду, и двадцать секунд спустя они появились. Тщательно проверив лагерь и медленно пятясь назад, я повел их обратно по скалам.


"Трое мужчин спят", - сообщила Саломея. Они бы не пробудились ото сна.


"Кто-нибудь, " позвала Саша с некоторой настойчивостью.


Мы осмотрели лагерь, к нам подошел мужчина, тепло закутанный.


"Прикрой меня, " прошипела я и направилась к нему. Подойдя к палатке, к приближающемуся мужчине, я выругался по-арабски: "Чертовски холодная ночь".


"Это будет моей смертью", - прозвучало в ответ.


Он увидел мои очертания слишком поздно, мое дуло врезалось в его горло, как удар штыка. Удар по яйцам, и я сбил его с ног плечом, наступив на шею, а затем встав на нее, пока осматривал местность: песок светлого цвета и камни темнее, никакого движения не замечено.


Я знал, что пристальный взгляд на кого-то в темноте приводит к исчезновению его образа, слепого пятна человека, и поэтому я повернул голову, надеясь уловить движение боковым зрением.


Жизнь покинула этого человека, я оттащил его назад, когда Саломея и Саша спустились вниз.


"Саша, он твоего роста, так что надень его головной убор и пальто, - прошептала я, снимая висевшую на ремне винтовку мужчины.


Я поднял тело за шею, пока Саша снимал тяжелое пальто, а затем платок и шерстяную шапку. Вскоре Саша в общих чертах стал похож на мертвеца. Я взял винтовку Саши и вручил ему АК47. "Иди и тихо убей кого-нибудь, держа пистолет наготове".


Ведя Саломею за палатку, я передал: "Человек, который сейчас идет на юго-восток через лагерь, - это переодетый Саша, не стреляйте в него. Николсон, прикрой его."


Несмотря на темноту, мы могли видеть темный силуэт Саши, идущего к следующей палатке, размахивая руками, чтобы согреться. Второй темный силуэт приблизился к нему, когда мы наблюдали. Мы услышали глухой удар, вскоре увидели один темный силуэт над другим и что-то тащили.


Когда Саша приблизился, мы выбежали и схватили тело, оттащив его за палатку, в то время как Саша снова ушел, раскинув руки, как будто для того, чтобы согреться.


Теперь он шел прямо на восток, вскоре его окликнул охранник - другой охранник. Саша подпрыгнул вверх-вниз и замахал руками, прежде чем подойти к мужчине, нанес быстрый удар по яйцам, тот ткнулся лицом в песок и опустился на колени. Спустя целых две минуты Саша потащил тело к нам. Мы встретили его на полпути и оттащили тело назад, отчаянно напрягая зрение, чтобы увидеть движение.


За палаткой Саломея ударила мужчину ножом, просто для верности.


Пять минут спустя Саша убил другого охранника, спрятав его тело в камнях, действие, описанное Николсоном.


Я привел Саломею и наших русскоговорящих в новую палатку, достал ножи, кивнул, и мы ворвались внутрь, вскоре нанося удары ножом и создавая беспорядок, руки в перчатках зажимали рты тем, кто получал грубые удары ножом.


Снаружи, из палатки не доносилось ни звука, мы перешли к грузовику с опущенными брезентовыми пологами. Я приложил ухо к щели и мог слышать звуки спящих людей. Я оставил их одних и повел команду к скалам, чтобы передать подробности.


Обогнув скалы и теперь чувствуя холод, я закрылся в другой палатке, на этот раз услышав голоса. Я разместил команду по бокам палатки.


"Это вертолет?" Я тихо спросил по-арабски.


Мужчины выбежали, все были сбиты с ног и заколоты, поскольку им грубо засыпали лицо песком. Саломея ворвалась внутрь, мужчина ударил ножом в шею, но, падая, он издал шум.


Я поднял винтовку и прицелился в грузовик, я знал, что мой глушитель был включен. Я прицелился и ждал, мое сердце бешено колотилось.


Ничего.


Прошло пять минут, и никто не отказался от теплой постели ради холодного взгляда снаружи.


"Это Слайдер, и у нас прикрыта южная сторона, три палатки прикрыты, затем промежуток."


"Подойдите поближе, приготовьтесь. Команда Николсона, приготовьтесь, но люди, которых вы видите движущимися, - это мы. Я поеду на грузовике на север, потом ты поедешь к палаткам. В режиме ожидания."


Медленно и спокойно я повел свою команду к грузовику, джип рядом с которым оказался пустым. Моя команда прицелилась, Саша прицелился из АК47, я высоко поднял винтовку и сделал восемь тихих выстрелов, результатом были стоны и крики. В спешке открыв клапаны, я выстрелил в троих раненых и дважды попал в других, прислушиваясь к лагерю позади меня.


Удовлетворенный, я отправил Сашу обратно за его снаряжением, и мы стали ждать. Когда его темный силуэт появился и опустился на колени, я повел команду на юг, вдоль края скал.


Звонок, охрана, и игра окончена. Я дважды попал в него, выстрелил с глушителем, затем замер; у нас было шесть палаток на выбор.


Я оглянулся через левое плечо на возвышенность, моих людей не было видно, я по колено увяз в холодном влажном песке, холодный ветер овевал мою шею.


Из палатки вышли два темных силуэта, и я позволил им пройти полпути к нам, прежде чем выстрелил в каждого по очереди. Они упали тихо, но любой бодрствующий услышал бы меня, и все солдаты знали этот звук - треск высокоскоростного снаряда.


Раздался крик, и загорелся свет, эта конкретная палатка внезапно вспыхнула от сильного огня. Я нацелился на следующую палатку и открыл огонь, когда к нам присоединилась моя команда.


"За мной!"


Пробежав вперед и влево и прицелившись от бедра в палатку, я выстрелил, прежде чем соскользнуть на камень и выбросить магазин в поисках нового. К югу от нас вспыхнул пожар. И я наполовину ожидал громкого взрыва в любую минуту, террориста-смертника, раздраженного тем, что его разбудили посреди ночи.


Двигаюсь вокруг скал, кто-то позади меня стреляет в палатку, я увидел движение и выстрелил в него, три выстрела, чтобы уложить человека, теперь поражены все палатки, небольшое движение замечено в центре лагеря.


Джип завелся, я определил это по ушам, и я, Саша и Саломея выстрелили вместе, ветровое стекло разлетелось вдребезги.


Последняя вспышка огня на юге, и все стихло.


Я передал: "Это Уилко. Смотри и слушай, осторожно, в кого стреляешь, мы ниже возвышенности, в центре лагеря, на восточной стороне. Накройте все палатки и грузовики."


Я повел свою команду на скалы, вверх и вокруг, и мы легли, разглядывая странные очертания лагеря, темные и светлые оттенки, черные камни, черные палатки и грузовики, черные тела на песке.


Прошло пятнадцать минут, и мы остыли.


"Это Николсон, и сейчас мы вообще не видим никакого движения."


"Каждый второй мужчина, налившийся, мы ждем рассвета. Не подходи, не высовывайся, здесь может быть террорист-смертник - или их десять. Наш друг из ЦРУ, Дик, все еще жив?"


"Это Моран, и с ним все в порядке, да."


Я отвел свою команду обратно в овраг и, прижавшись спинами к стенам, приготовил комплект.


Саша спросила: "Получат ли они пополнение утром?"


"Может быть, да, джипы на этом пути."


Неподвижно сидя на холодном влажном песке, мы замерзли, но свежий напиток очень помог. Я позвонил Харрису, который должен был бодрствовать, и передал ему отчет.


"Сколько ракет?" он спросил.


"Только тот, которого мы можем видеть, " солгал я. Мы отправимся на поиски с первыми лучами солнца. Сейчас немного отдохни, ничего не происходит, но держи Рысь наготове на случай эвакуации."


"Только один?" Спросила Саломея.


"У меня есть план, " сказал я им. "Подожди и увидишь".


Когда взошел рассвет, мы с Сашей были в овраге, сгибались, потягивались и бегали на месте, чтобы согреться. Рассчитав время, я отправил команду Слайдера на трассу и вниз, приказав им спуститься на милю и устроить засады.


Со мной остались русскоговорящая Саломея и мужчины, которые были в Мексике. Я собрал их всех вместе рядом с возвышенностью, Дик слушал.


"То, что мы делаем дальше, может показаться кому-то ... непослушным. Большинство из вас были со мной на грязных заданиях, так что ... вы знаете, что нельзя разговаривать, даже с другими парнями.


"Дик, Саломея, Саша, пока мы ищем, вы постарайтесь подготовить ракету к выстрелу, и если сможете - не одну. И не задавай глупых вопросов."


"Глупые вопросы, " повторил Дик. "Как ... в каком направлении?"


"В какой стороне Саудовская Аравия?" Я спросил, парни засмеялись.


Я возглавил поисковую команду, грузовики, палатки и джипы обыскивали один за другим, тела вытаскивали, забирали телефоны, удостоверения личности, и день был ясный, когда мы закончили. Саломея нашла египетских экспертов, мертвых экспертов, и забрала их удостоверения личности, позвонив в Тель-Авив на иврите.


Я застал Дика и Сашу играющими с ракетой. Дик начал: "Ты заводишь грузовик, нажимаешь на провода, чтобы запустить генератор в пусковой установке, заряжаешь аккумулятор, включаешь электрику и выключаешь генератор". Он помахал связкой ключей. "Они заряжают боеголовку и запускают ракету".


"Не могли бы вы выстрелить из него?"


"Этот, да. В каком направлении?"


"Юго-восток. На вашем флоте, после того, как вы обезвредите боеголовку."


Дик уставился на меня. "Итак ... они сбили его, никакой опасности, хорошая статья в газетах ..?"


"Ты умный человек, так что продолжай в том же духе."


Полчаса спустя, когда грузовик рычал и изрыгал дым, Дик дернул за трос, установил время и сбежал. Мы все были за камнями на расстоянии 200 ярдов, и он присоединился к нам с некоторой настойчивостью.


Свист, огромное облако белого дыма, и все погасло, что-то упало на землю.


"Это должно было случиться?" - Спросил я, изучая дымовой след.


"Да, это сани."


Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, запущена крылатая ракета, направляется на юг!"


"Черт!"


Я прерываю разговор, команда ухмыляется. "Ладно, Дик, подготовь еще одну".


"В каком направлении?"


"Азимут 295".


"В Саудовской Аравии недалеко от границы есть город ..."


"Какова дальность полета этой ракеты?"


"Четыреста миль в хороший день".


"Этот город находится в пределах двухсот миль", - отметил я.


"Если он получит хорошую радиолокационную блокировку, он попадет в нее. В этом городе есть аэропорт с диспетчерской вышкой? " раздраженно спросил он.


"Может быть. Запустите ракету и увидите."


"Вооружен или нет? " поддразнил он.


"Пожалуйста, без оружия, но я испытываю искушение."


Адмирал Джейкобс позвонил двадцать минут спустя. "Уилко, ваш флот сбил ту ракету".


"Хорошая история для газет."


"Мы получили тепловизионные снимки за ночь, сброшенные на вашу базу на рассвете."


"Мы сейчас ищем тот лагерь, мы увидели ракету, поэтому мы пробираемся внутрь."


"Тебе нужен воздушный удар?"


"Нет, сэр, нам нужны кое-какие доказательства и кое-какие бумаги. Держите свои корабли в боевой готовности, сэр."


"Настороже? Им всем нужны подгузники, они тут обосрались! Если одна из ракет попадет в цель, мы окажемся на дне проклятого океана."


Это заняло час, день был приятный, и для перестановки пусковой установки использовался грузовик. Когда все было готово, Дик нажал на выключатель и побежал к нам, раздался свист, сигнализирующий об удачном запуске, салазки упали на землю, когда ракета улетела на север.


Десять минут спустя поступил звонок из Параса в вади. "Сэр, ракета только что прошла прямо над нами! Чуть не снес нам гребаные головы!"


"В каком направлении все шло?"


"Север, северо-запад."


"Ничего, кроме северного песка, должно быть, была осечка. Расслабься."


Мужчины сидели за готовкой, пока Дик, Саша и Саломея работали над следующей ракетой, нацеленной на саудовскую базу, о которой Дик знал, там не базировались американские войска, пеленг 045, всего в трехстах милях от нас.


Грузовик набрал обороты, заряд аккумулятора увеличился, переключатель был сброшен, потенциальные инженеры бежали в укрытие. Свист, и ракета улетела, но внезапно набрала высоту и отклонилась влево.


"Черт!" - вырвалось у Дика.


"Добирайся до обложки!" Я закричал, когда ракета сделала над нами круг примерно в 500 футах, прежде чем уйти в сторону и направиться на запад. Это вернулось через пять минут, команда была в истерике, когда зазвонил мой телефон.


"Уилко."


"Это Слайдер, мы видели ракету!"


"В каком направлении?"


"Пришел с запада, направляясь на восток, но был неустойчив."


"Хорошо, я предупрежу их." Я достал свою самолетную рацию. "Передайте Уилко любому флоту США, находящемуся поблизости от ранее разбомбленных лагерей".


"Наземный Уилко, это система АВАКС, прием."


"Запущена крылатая ракета, сбейте ее!"


"У нас есть радиолокационный контакт, похоже, что самолет, а не ракета."


"Это гребаная ракета! Найди это!" Я выключил радио.


Моран сказал: "Давайте не будем сообщать об этом, а?"


Дик указал, и мы посмотрели вверх: был виден след, когда ракета набирала высоту и поворачивала на юг, направляясь на запад, теперь на высоте около 7000 футов.


"Смотри!" Николсон крикнул, и мы посмотрели на запад, два F18 были замечены преследующими крылатую ракету "негодяй" на запад.


"Дик, пожалуйста, еще одну ракету, на этот раз хорошую."


"Эти ракеты старше меня!"


"Тебе пятьдесят, а им не по пятьдесят лет!"


"Мне исполнится пятьдесят только в следующем месяце, придурок!"


Пока команды все еще смеялись, он приступил к работе.


Адмирал Джейкобс позвонил пятнадцатью минутами позже. "Уилко, мы сбили ракету, о которой ты сообщил, ракеты класса "воздух-воздух". Это попало в цель."


"Слава богу. В каком направлении это происходило, сэр?"


"Это забавно; пилоты думают, что он управлялся по радио, он уклонялся от них."


Смеясь, я убрала телефон подальше, пытаясь взять себя в руки. Позвонив, я сказал: "Надо идти, бойцов видели".


"Что это было?" Спросил Моран, когда я убрала телефон.


"Американцы думают, что он управлялся по радио и ускользал от них." Команда засмеялась громче. "Они сбили его".


Час спустя, день стал теплым, и Дик был готов, люди, скрестив пальцы, увидели свист, и эта ракета вела себя как положено, направляясь в сторону Саудовской Аравии.


Когда они работали над следующей ракетой, позвонил Дэвид Финч. "Уилко, мы только что получили новости о том, что один город в Саудовской Аравии был в непосредственной близости от крылатой ракеты. Он пришел с юга, промахнулся мимо города и разрушил большую теплицу."


"Ракеты двадцатилетней давности в плохом состоянии. ВМС США только что преследовали одного в небе, траектория полета была случайной."


"Старые ракеты, в плохом состоянии, да. Но саудовцы будут раздражены тем, что по ним стреляет Аль-Каида."


"Поддержка террористов никогда не окупается."


"Нет, вполне. Как дела?"


"Мы идем пешком и движемся туда, откуда видели запуск ракеты."


"Вероятно, просто пустая пусковая установка, оставленная позади."


"И несколько инженеров, которых нам нужно пристрелить, собрать документы. Скоро поговорим."


Дик сообщил мне, что последняя ракета была неразорвавшейся.


"Ты можешь подстроить это так, чтобы взорвать?"


"Я могу привязать сани, вооружить их, запустить. Через полчаса все равно дует."


"Сделай это, мы уходим, когда будем готовы." Командам я крикнул: "Подожгите все грузовики и пусковые установки, сделайте вид, что они были уничтожены, и, возможно, нанесите авиаудар".


Команда приступила к работе, грузовики и пусковые установки подожгли, вскоре высоко поднялся столб дыма.


Звонил Слайдер. "Мы можем видеть дым".


"Мы уничтожаем здесь все, у нас есть удостоверения личности и телефоны. Скоро выдвигаемся, будь готов."


Это заняло полчаса, но большинство грузовиков и пусковых установок прекрасно горели, когда Дик устанавливал последнюю ракету. Я повел команду на запад, к месту, где я мог передвигаться на фургоне со Слайдером. Радиосвязь была установлена с высоты, я вызвал команду Слайдера на север, моя команда поклялась хранить тайну. Я должен был остановить их смех.


Когда Слайдер заходил с юга, взорвалась последняя ракета, мощный взрыв, пробивающий барабанные перепонки, поднялась огромная пелена дыма и песка.


"Что это, блядь, было?" - донеслось по радио от Джинджера.


"Мы все подстроили, чтобы взорвать, поджечь все это. Расслабься."


Команда Слайдера вскарабкалась к нам по розовым скалам, увидела столбы дыма, а затем последовала за нами на север, за час добравшись до вади, к которому призывали Пумы и Рыси.


Адмирал Джейкобс позвонил, когда мы стояли там. "Уилко, две ракеты были нацелены на саудовцев, я только что поставил на кон гребаный Белый дом!"


"Мы пришли туда слишком поздно, увидели, как они стартовали, уничтожили тех, кого нашли, и сожгли лагерь, убили людей. Сколько ракет было запущено сегодня?"


"О четырех мы знаем."


"Мы упустили одного, сэр."


"Итак, один остался."


"Всего в нескольких километрах к северу от нас, сэр, так как же саудовцы увидели ракеты? На радаре?"


"Одна ракета пролетела над городом, поразила какую-то ферму, а другая попала в диспетчерскую вышку на саудовской авиабазе, разрушив вышку, но боеголовка так и не сработала".


"Плохое обслуживание ракет, сэр, они, вероятно, были нацелены на юг или восток."


"Да, ну, один был чертовски хорошим выстрелом, прямо в башню, ничего выше на тысячу миль песка в любом направлении. Это было больше, чем удача!"


"Ранен на той саудовской базе, сэр?"


"Трое мужчин ранены, когда башня была повреждена, но они будут жить."


"Жаль."


"Что?"


"О разрушении башни, сэр: "Я быстро вышел. "Еще одна заявленная победа террористов".


"ДА. Помимо того факта, что террористы в данном случае получают деньги от Саудовской Аравии, так что, я думаю, позже сегодня между спонсором и спонсируемым могут возникнуть резкие высказывания!"


"Я вернусь на базу через полчаса, сэр."


"Есть раненые?"


"Нет, сэр, у нас все в порядке."


"У нас есть запись собачьей драки с камеры наблюдения, выглядит неплохо."


Я заставил себя убрать улыбку. "Скоро поговорим, сэр. И, сэр, разговоры между нами - это прекрасно, но если вы упомянете саудовцев не в тех кругах, вашей карьере придет быстрый и болезненный конец."


"Ни хрена."


Вернувшись на базу, я увидел Ковски и Хикса, ожидающих вместе с Клиффордом.


"Никто не ранен?" - Спросил Клиффорд.


"Нет, они все в порядке, сэр. Мы увидели запуск ракеты, прибыли туда слишком поздно, но мы убили всех инженеров и бойцов, взорвали последнюю ракету, получили удостоверения личности и телефоны. Два инженера были египтянами."


Ковски отметил: "По крайней мере, есть на что посмотреть ЦРУ, и никто не погиб от этих ракет. Дорогая трата времени для бойцов."


Мы вошли внутрь, чайник закипел.


Харрис начал: "Вы слышали о нападениях на саудовцев?"


"Да, от адмирала Джейкобса. Я думаю, они неправильно запрограммировали ракеты."


"Один из них управлялся по радио", - сказал мне Ковски. "Пилоты преследовали его в течение десяти минут, прежде чем сбить".


Я спрятал свою усмешку. "Или просто неисправный набор двадцатилетней давности".


Харрис отметил: "Саудовцы не будут довольны ..."


"Те, кто живет благодаря изогнутому мечу, " сказал я ему, Ковски покосился на меня.


Американские волки начали возвращаться в течение дня, некоторые с рассказами о взорвавшихся истребителях, многие не видели никого и ничего, даже змеи или песчанки, замеченных в песке. В определенных местах были обнаружены следы, и Харрис со своей командой сопоставили сообщенные детали и нанесли линии на карту, вскоре воодушевленные идеей, что патруль прошел мимо нас и разминулся с нами - теперь где-то к северо-востоку от нас.


Я посадил Свона и Николсона в "Рысь полдня" и отправил их по нескольким следам на песке.


Они вернулись час спустя, прикончив четырех раненых бойцов, и вскоре описывали сцену резни, несчастный случай с жилетом смертника, разорвавшим патруль боевиков, раненые несколько дней лежали на песке и истекали кровью, не самый приятный способ умереть; днем их варили заживо, ночью замораживали, как мясо в холодильнике.


Рысь нашла двух боевиков в тридцати милях к западу и застрелила их, никого больше поблизости не видели, ни джипов, ни следов, поэтому нам пришлось предположить, что люди каким-то образом сильно заблудились. Я сообщил Хейнсу, и сегодня он обнаружил следы, но человек, оставивший эти следы, обошел их по кругу и снова направился на запад, возможно, раненый и в бреду - или без компаса.


Ковски нашел меня в офицерской столовой, когда у нас погас свет. "Мы искали пусковые установки, но пока безуспешно. Что они сообщают, так это то, что лагеря, описанные ранее, поредели, видны небольшие группы людей."


"Они разбежались после бомбардировки, да, и это затрудняет их поиск, но это также облегчает нашу работу; изолированную группу из двадцати человек легко убить. Не могли бы вы попросить своих морских пехотинцев приготовиться к некоторой разминке ног?"


"Сколько?"


"Столько, сколько захочешь. Высадите их в точке, где сейчас находятся SAS - или, я думаю, будут утром, - и разбейте лагерь. О, и спроси этих твоих медиков на востоке."


"Они в режиме ожидания", - сообщил мне Ковски. "Палатки здесь, они их поставили".


"Тогда они могут прийти и занять свои собственные палатки, и, возможно, попросить команду добровольцев отправиться вперед в вади на вертолете. Высади их завтра в новом лагере морской пехоты, если они будут рады это сделать."


Полчаса спустя я стоял на плоской крыше, когда оттуда вышел симпатичный авиадиспетчер королевских ВВС с кружкой кофе в руке, в теплой куртке.


"По ночам становится холодно, сэр", - заметила она, когда я осмотрел "Рысь", поисковые миссии все еще выполняются.


"Нет влаги, чтобы удерживать ее в жару", - сказал я ей.


"Я ... должен извиниться, сэр, за то, что не поговорил с вами раньше".


Это меня озадачило. "О чем?"


"Триш Делойт, сэр".


Мои глаза расширились. "Как, черт возьми, ты узнал о ней?"


"Она моя старшая сестра".


"Что ..." - прошипела я. "Ты ... ты та девушка, которую она описала как панк с характером?"


"После университета я разобрался со своим поступком, последовал за ней в Королевские ВВС".


"О ... точно. Иисус." Я покачал головой. "Зачем добровольно соглашаться на такую работу?"


"Я этого не делал, сэр, я все равно был здесь в командировке на шесть месяцев. Некоторые из людей внутри - моя команда, я оцениваю и обучаю их."


"Это небезопасное место, так что теперь я буду беспокоиться о тебе".


"Я офицер королевских ВВС, со своими обязанностями, офицер боевой службы, так что ... Предполагается, что я способен на это."


"И все же это вызывает беспокойство; я не хочу сообщать ей о твоей смерти". Я разглядел ее темные очертания. "Как ... э-э ... в любом случае, как она?"


"Она уволилась из королевских ВВС ради гражданской службы УВД, но ей это не нравилось, так что теперь она работает в издательской фирме друга в Лондоне".


"Женат..?"


"Пока нет, несколько парней".


"Как много она тебе рассказала?"


"Все это, начиная с графа Бурбона Третьего".


Я улыбнулся.


Она продолжила: "У нее есть альбом с вырезками из ваших газетных статей, так что это большой альбом для вырезок, и мы оба сели смотреть "Базу верблюжьих лапок", когда я был в отпуске месяц назад. Это имя ...?"


"Шутка, да".


"Мы так и думали. И когда я увидел тебя здесь, это было очень сюрреалистично, ты прямо как персонаж в фильме, этот актер мог бы быть твоим близнецом."


"Мне следовало бы поступить на службу", - съязвил я.


"Я полагал, что это будут спокойные несколько недель, но ты принес неприятности с собой".


"Неприятности преследуют меня, да, но я изо всех сил постараюсь, чтобы тебя здесь не убили, и если я подумаю, что эта база будет атакована, я отправлю тебя вон - нравится тебе это или нет, ответственный офицер королевских ВВС или нет".


"Она сказала, что ты это сделаешь. И сейчас она пишет, пишет историю любви, основываясь на своем опыте, конечно ..."


"Оу. Ну, если это о нашем времени в королевских ВВС, то это будет скучно."


"Это будет первая половина, вторая половина будет вымыслом, ты спасаешь ее в дальнейшей жизни".


"О, что ж, это могло бы сработать, да. Это предложила другая дама. Скажи мне, кто-нибудь еще знает обо мне и о ней?"


"Нет, она держит это в секрете".


"Она станет мишенью, если об этом узнают СМИ, так что предупреди ее, мне не нужна ее смерть на моих руках".


"Она знает Кейт Хавершем".


"И люди знают об этих отношениях?" Я нажал.


"Черт возьми, да, Кейт хвастается тобой на вечеринках".


Я громко вздохнул и окинул взглядом далекий горизонт. "Я бы хотел надеяться, что она держит язык за зубами, у меня уже есть вооруженные люди, наблюдающие за ней".


"Сколько ... времени ты проводишь с ней ... если ты не возражаешь, что я спрашиваю?"


"Короткий визит раз в месяц, но я согласился сделать ей беременность, второго ребенка от того же отца и все такое дерьмо. Я посылаю деньги."


"Нет ... постоянной девушки, сэр?"


Я рассматривал ее темный силуэт. "Нет, работа мешает. Я занимаюсь сексом меньше, чем большинство восемнадцатилетних."


"А если бы мы однажды встретились в Великобритании, ты бы отослал меня из-за Триш?"


"Не сдерживайся, девочка, говори, что у тебя на уме".


Она улыбнулась. "Я жил с твоим призраком вокруг нас в течение многих лет, и теперь ты здесь, мои трусики намокают".


Я чуть не подавился. "Ты выбрал действительно неподходящее время, ты это знаешь".


"Итак ... в ответ на поставленный вопрос, майор?"


Я закашлялся от смеха и покачал головой. "Как я недавно сказал другой даме, я живу в норе под землей, и в меня стреляют, планка установлена не очень высоко, когда дело касается девушек".


"Чтобы я мог тогда перелезть через перекладину ..."


Я приблизился, запустил руку ей под куртку, нащупал сосок до судорожного вздоха. "Посмотрим, переживем ли мы следующую неделю, эх". Я оставил ее стоять там с ее дымящимся кофе, спускаясь вниз, качая головой, с силой отодвигая напряженный член. Мне нужен был отпуск, какое-то время вдали от всего этого.


В биллете Саломея переодевалась, парни старались не смотреть. Я вскинул руки в воздух и вышел обратно, ребята недоумевали по поводу этого действия. В кабинете полковника Клиффорда я сидел и вздыхал.


Он поднял глаза. "Проблема?"


"Проблемы женщин."


"Ах. Ну, я недостаточно квалифицирован, чтобы помогать в этом. Ты ... хорош с дамами?"


"Время от времени, да, у меня было тело, которое привлекало их, но теперь, очевидно, покрытое шрамами. Теперь у меня есть слава, опасный герой, и это привлекает некоторых женщин."


"Я могу представить, да, героя большего, чем жизнь на большом экране. Этот израильский майор..."


"Хочет, но я не буду. Если она была убита на задании ..."


"Да, проблема, вести свою даму на линию фронта и видеть, как ее убивают у тебя на глазах. Это, мягко говоря, выбило бы из колеи большинство мужчин."


"На этой работе годы летят быстро", - сказал я со вздохом.


"Учитывая выбранную вами профессию, я бы честно сказал ... хватайтесь за каждый шанс, который вам выпадает. Ожидаемая продолжительность вашей жизни выглядит не очень хорошо."


Я рассмеялся. "Спасибо". Я изучал его мгновение. "Если бы ты мог вернуться ... ты бы изменил это?"


Он отступил назад. "Нет, это простой ответ. Больно терять кого-то, но это не причина не быть с ними и не пытаться. У нас было двадцать хороших лет, отличные годы, и, как правило, у нас есть только один шанс на это - так что я не могу жаловаться.


"В твоем случае я бы посоветовал тебе найти кого-то, кто тебе безразличен и не будет безразличен, и пусть это будет просто секс между миссиями, легкое облегчение. Работа, которой вы занимаетесь, требует отсутствия отвлекающих факторов."


Я кивнул, как и думал.


"Эта женщина-доктор ..?"


"Беременна во второй раз, но мы никогда не будем вместе, она заноза в заднице мирового класса, очень твердая в своих взглядах".


"Твой отец. Это ... больно?"


"Только в смысле ... они кое-что у меня забрали, кое-что, представляющее небольшой интерес. Когда кто-то крадет у вас что-то, это главное, больше, чем предмет."


"Вы не были близки?"


"Нет", - выдохнул я. "Но мы неплохо поладили, и я бы предпочел, чтобы время от времени он был рядом, чтобы поболтать, обнадеживающий якорь в прошлом".


"Моему отцу восемьдесят два, и он все еще полон сил. Не считая его дурной привычки щипать за задницу свою медсестру."


Я громко рассмеялся.


"Нет, серьезно, они вызвали на него полицию".


Утром я обнаружил, что SAS продвинулись вперед почти на сорок миль за ночь, большая часть вади была покрыта твердым песком - фары не использовались, да и не требовались. Следопыты, парас и морские пехотинцы догнали нас, две небольшие группы остались позади.


К этому времени SAS миновали лагерь, на который напали "Морские котики", и отошли на десять миль, остановившись посреди широкой ровной местности - большая сила, учитывая, что другие подразделения теперь были с ними.


Я приказал им идти на юг к скалам и ждать морскую пехоту США, приготовив кое-какие припасы для любого, кто в них нуждается. Мы сложили пум и четырех рысей и отправили их в путь, потребовался час полета, чтобы добраться до SAS, большого конвоя на джипах, который легко найти в песках.


Припасы были сброшены, пумы и рыси вернулись к нам, ВМС США начали переправлять морских пехотинцев США на берег и вглубь страны по маршруту "собачьи лапы", избегая дорог и троп.


В 14:00 все морские пехотинцы были на ногах, разбивали лагерь на жаре, британцы помогали, Макс фотографировал, но с морскими пехотинцами было не менее четырех репортеров с включенными видеокамерами.


Когда Ковски спросил о тюленях, я изучил карту и известные расположения противника. "Пусть они высадятся с морскими пехотинцами, затем идите на юг, мы подбросим припасы. Им осталось ... двадцать миль до первого контакта, затем они продвигаются на юг."


Митч позвонил в 3 часа дня. "Мы находимся на холме над дорожной развязкой, примерно в тридцати милях от вас, на месте проведения операции, но у нас только что был внезапный пик вниз по дороге на юг, и там есть БТР и легкие танки, грузовики калибра 105 мм, все необходимое".


"Дай мне координаты".


Он прочитал их дважды.


"Кто с тобой?"


"Новичок плюс шесть шпионов".


"Так что, я думаю, тебе лучше не нападать с холма".


"Ни хрена себе".


"Приготовьтесь к воздушному удару". Я передал Харрису координаты, и он сверился с картой.


"Да, дорожный перекресток", - подтвердил он.


Я столкнулся с Ковски. "Организуйте бомбометание с бреющего полета, пожалуйста, как можно быстрее".


Он записал координаты и вышел, прижав телефон к уху.


"Танки?" Поинтересовался Хикс.


Я сказал ему: "Бронетранспортер с башнями, может быть, 30-миллиметровый, легкие танки - так что, я думаю, больше похоже на бронированные машины".


"А если они направятся сюда?"


У "Рыси" есть противотанковые ракеты и тридцатимиллиметровая пушка, так что они устроят беспорядок в этих машинах. Но ... нам, вероятно, не помешало бы какое-нибудь противотанковое оружие." Я пошел и нашел оманского майора, и он знал о французских 105-мм орудиях, установленных на бронированных автомобилях, которые приобрели оманцы. Он сделал бы несколько звонков; вокруг Салалы были базы.


Ковски подготовил авиаудар, но у меня были наготове четыре "Рыси", установлены противотанковые ракеты, и они исчезнут после того, как ВМС США внесут свою лепту.


Полчаса спустя F18 перекопали дорогу, несколько БТР и легких танков отбросило в сторону и отправило в полет, на дороге остались глубокие воронки, облако пыли закрыло солнечный свет в долине.


Митч использовал свое самолетное радио, чтобы связаться с системой АВАКС, и когда F18 вывели из строя "Рысь", были отправлены туда, несколько поврежденных машин добиты, несколько истребителей убиты автоматчиками "дор", Митч передал нам информацию о действиях.


"Вычеркните одну колонну транспортных средств", - сказал я старшим офицерам в комнате штаба. "Но я думаю, что это не Аль-Каида, а исламисты с юга, непростые союзники Аль-Каиды. И все же мне не нравятся бронетранспортеры так близко к границе, и кем бы они ни были - они не хуситы, не из слегка нелегитимного правительства в Сане, приятно проводящего день вне офиса."


"Есть для нас задание?" - Спросил Хикс.


Я некоторое время изучал Хикса. "Майор Харрис, куда бы вы поместили новичков?"


Он постучал по карте. "К западу от главного лагеря морской пехоты США, в двадцати милях к югу, возвышенность с шестью небольшими лагерями вокруг нее. Согласно карте, на возвышенности есть плато, и оманский майор подтвердил это."


Я столкнулся с Хиксом. "Ты можешь вставить до наступления темноты. Скажите капитану Холстедеру, чтобы он быстро оценил ситуацию перед посадкой, затем оставайтесь на месте в темноте - спускайтесь при дневном свете, небольшими патрулями по всем направлениям компаса - или в любом другом направлении, которое предлагает вам способ спуститься, не сломав шеи."


Он вышел.


Я столкнулся с Ковски. "Я хочу облететь ту грунтовую полосу аэродрома к северу от основных лагерей, оценить количество замеченных".


Харрис указал это место на карте.


Харрису я сказал: "Завтра, на рассвете, два "Рыси" с полным запасом топлива, и они проведут разведку впереди SAS, прямо до конца вади и обратно".


"А волки?" - Спросил Фрэнкс.


"Они отдыхают день, может быть, два, снимают ботинки и сушат ноги".


"Лэнгли взволнован разведданными", - сказал он мне. "Подбрасываю несколько хороших ссылок".


"Есть какие-нибудь ... связи с саудовцами?" Я дразнил.


"Ha! Нравится, блядь."


Харрис отметил: "14 капитанов разведки надеялись сделать больше ..?"


Я обдумывал это. "Переводите их в режим рыси на несколько часов в день - скажем, на десять часов, в составе поисковых команд".


Харрис, нахмурившись, поинтересовался, что я задумал, и сделал пометку.


Я был на перроне, когда Пумы унесли зелененьких, оставался час дневного света, две рыси должны были затенить Пум. Сорок минут спустя мне позвонил Холстедер.


"Как это выглядит?" Я спросил.


"Действительно странно. У нас есть эта горная вершина, которая в одном месте абсолютно плоская, может быть, двести квадратных ярдов, затем она спускается вниз, местами пологая, местами отвесная."


"Скоро стемнеет, так что ищите огни вдалеке и отмечайте точки компаса. И из-за шума, который вы произвели при приземлении, вы можете заставить кого-нибудь попытаться взобраться наверх, так что приготовьте хорошего оленя."


"Там есть овраг с песком, достаточно большой, так что мы спрячемся там, люди будут наблюдать за подходами".


После моего ужина перезвонил Хольстедер. Вертолет пролетел над нами с запада, направляясь на восток. Парни думают, что это звучало как Ми-8."


"Есть ружья для слонов?"


"Мы позаимствовали два вольфрамовых патрона".


"Сегодня вечером не должно быть ни одного из наших вертолетов над головой, так что попробуй сбить его, а, заработай свое содержание."


"Мальчики стремятся попробовать, да - и заработать себе на пропитание".


Десять минут спустя громкий гул "Геркулеса" заставил многих из нас выйти на площадку, приземлились два "Геркулеса", "Геркулес ВВС США", поддоны и тележки отъехали под фонарями площадки, длинная вереница американских военнослужащих вышла с тяжелыми сумками.


Подошел высокий и худощавый седовласый полковник, мы с Хиксом отдали честь.


"Полковник Маш, да, Муш -М - У - С -Х", 381ST Медицинское транзитное отделение, " заявил полковник, сбрасывая свои сумки и осматривая базу. "Мы передвигаем палатки и готовимся к войнам, которые никогда не начнутся, так что это приятное развлечение".


"Я майор Уилко, главный человек, и я попытаюсь организовать для вас кое-какие действия, сэр".


Мы пожали друг другу руки.


"Я видел фильм", - сказал он мне. "Итак, мне нужно, чтобы ты оставил автограф на футболке, будешь чего-то стоить, когда умрешь".


Я моргнул, когда Хикс закашлялся от смеха. Покосившись на Хикса, я сказал Машу: "Здесь небольшая офицерская неразбериха ..."


"Мы воспользуемся палатками, майор, поскольку генерал, перед которым я отчитываюсь, ожидает, что мы докажем, что можем выполнять ту чертову работу, которую должны делать".


Джипы и автобусы могут отвезти вас к палаткам, которые вы оставили, сейчас пустым. Я позабочусь о том, чтобы у тебя была оманская охрана. Поезжайте сюда за водой, сэр."


Автобусы и джипы подготовлены, снаряжение загружено, я сказал оманскому майору, что хочу, чтобы медики были хорошо защищены - иначе. У меня было шесть бодрствующих американских волков, которых прислали вместе с ним, когда я вел полковника и его адъютанта внутрь, приготовив кофе с полковником Клиффордом.


Сидя в кабинете Клиффорда, полковник Маш начал: "Что у вас есть для нас?"


"Вопрос в том, какой степени опасности вы хотите подвергнуться, сэр?"


"Насколько велика опасность на этой базе?" - недоумевал он.


"Исламистские боевики с винтовками и жилетами смертников заходили со всех сторон, наши грузовики протаранили входные ворота и взорвались, начиненная взрывчаткой "Сессна" пыталась прорваться сюда и взорваться, и здесь приземлилась старая российская крылатая ракета, уничтожившая бригаду оманских десантников".


Полковник пристально посмотрел на меня, затем повернулся к Клиффорду. "Он издевается надо мной, верно".


"К сожалению, нет", - ответил Клиффорд. "Все правда".


Глаза полковника расширились. "У тебя есть что-то более опасное, чем просто быть здесь?"


Я сказал ему: "У нас есть передовые базы, сэр, ближе к опорным пунктам противника, но база морской пехоты США была бы достаточно безопасной для вас, там много людей. Чего я хочу, так это чтобы здесь была медицинская бригада для поддержки наших британских медиков - их всего восемь; они отправляются на вертолетах для эвакуации больных.


"Если вы разберетесь с этой базой, сэр, и вертолетами, мои медики могут двинуться вперед, или кто-то другой, а вы пошлите команду к морским пехотинцам."


"Я пошлю команду к морским пехотинцам, да, плюс мы организуем здесь сортировочную площадку; у нас есть полевая хирургическая бригада, хорошая бригада".


"Подготовьте команду к отправке на вертолете утром, сэр, эти морские пехотинцы могут начать боевые действия завтра".


Он кивнул и отхлебнул кофе. "У меня есть команда из четырех человек, отчаянных парней, которые хотели бы действовать на передовой. Эти парни прыгают с парашютом в свободное время."


"Их можно высадить вертолетом на позиции "Зеленых беретов", сэр. Там тридцать человек или больше."


"Значительная сила. Хорошо, я подготовлю их утром."


"И пусть кто-нибудь здесь, в штабной комнате, сэр, и в отделе УВД, будет готов к быстрому реагированию на поступление раненых".


Он улыбнулся. "В детстве мне всегда нравилось это телешоу "М.А.С.Х.". Возможно, это было как-то связано с моим именем, и в детстве надо мной издевались, поэтому я остался в Рединге и стал врачом. Своего сержанта связи я назвал "Радар" в честь парня из сериала - но ему это нравится."


Я спросил: "Вы пьете мартини после обеда, сэр?"


Он рассмеялся. Это было бы нарушением нескольких правил. Современная армия совсем не похожа на тот сериал, сплошные правила, правила, еще раз правила и никакого чувства юмора."


"Попросите несколько стен из мешков с песком, сэр, это оживленное место".


"Ну, вопрос в том ... смогут ли они выполнить работу в жару, на песке и в опасности - или нет?" Он утвердительно кивнул сам себе. "Это будет отличное полевое исследование".


Я познакомил его с Мортеном, и они вышли на улицу, болтая так, как могут только врачи.


Я лег спать в полночь, несколько парней еще не спали.


"Кто приземлился?" Тихо спросил Николсон.


"Американская мясорубка".


"Всегда хорошо иметь врачей под рукой", - отметил Свон, откидываясь на спину полностью одетый, без ботинок, руки за головой. "Есть вкусные медсестры?"


"Похоже, в группе много женщин, да, но я избегаю женщин-врачей".


Они тихо рассмеялись.


Мой телефон зазвонил, но я быстро добрался до него. "Уилко".


"Это я", - пришло от Свифти. "Мы только что взобрались на холм, хорошее безопасное место для ночлега, но мы видим кучу дерьмовых людей, спрятавшихся к югу от нас, в стороне от дороги. Похоже, это то, что ты сказал: люди, готовые устроить нам засаду на дороге."


"Как далеко эта дорога?"


"Скажем ... в четырехстах ярдах от конца скал, в которых они находятся".


"Наблюдайте за ними при дневном свете, оставайтесь незамеченными, затем мы подумаем о нападении рыси. Не будь рядом, когда это произойдет. Как далеко ты от них?"


"Меньше трехсот ярдов, но они не смогут подобраться к нам, если не будут карабкаться по крутому обрыву. Мы примерно в двухстах футах над ними."


"Спрячься хорошенько, будь начеку при дневном свете, тогда мы поговорим о следующем шаге". Я прошел в комнату штаба и обновил карту, ночной команде было чем заняться.


Свифти перезвонил в 9 утра. "Они сидят без дела и ждут, но у них есть РПГ и 105-мм винтовки, какие-то русские пятидесятикалиберные на треножных ножках".


"Сколько мужчин с тобой сейчас?"


"Со мной осталось двенадцать, отдохни по дороге, а Митч на юге".


"Как далеко отсюда Митч?"


"Думаю, недалеко, я позвоню ему и выясню - он мог бы устроить диверсию".


"Сколько мужчин ниже тебя?"


"Скажем ... максимум пятьдесят, но есть некоторые части, которые мы не можем видеть".


Час спустя подразделение MASH поднялось на борт "Пумы", как я наблюдал, но они также использовали шесть "Морских ястребов", которые скользнули внутрь, и большая команда направилась на базу морской пехоты в вади, в то время как "Рысь" доставила четырех несгибаемых медиков к новичкам, которых новички предупредили об их приближении, поскольку этим новичкам не удалось сбить Ми-8.


Свифти перезвонил час спустя. Митч недалеко" но рядом с ним есть несколько неприятных скал. Он хочет остаться и понаблюдать за перекрестком дорог и разбитым бронетранспортером."


"Хорошо, я подберу Рысь, чтобы она стреляла по тем людям внизу, тогда ты сможешь стрелять бекасами".


Объезжая "Рысь", на палубе которой теперь сидели трое, я нашел коммандера Филлипса. "Мне нужен сумасшедший пилот".


"Ахмед!" - крикнул он с улыбкой.


Мужчина подошел и посмотрел на меня. "Майор?"


"Ахмед сумасшедший, он твой мужчина".


Ахмед широко улыбнулся, подняв палец. "Существует тонкая грань между храбростью и безрассудством. Я оцениваю риски и пользуюсь удачей моих предков", - прозвучало с шикарным акцентом.


Я показал ему карту над носом его Рыси и описал местные топографические особенности. "У них есть РПГ, пятьдесят калибров, 105 мм, ракет с тепловой наводкой не видно, но они могут присутствовать. Тебе нужно быстро входить и выходить."


"Если я зайду сверху и сзади, у меня будет элемент неожиданности. Две ракеты, и они будут ослеплены на минуту, дверные стрелки ведут огонь сверху вниз."


"Решать тебе, только не повреди свой аттракцион - или ты вернешься пешком. И не парьте просто так, иначе вас собьют. Мои люди находятся на возвышенностях, и они откроются, когда ты это сделаешь. Не стреляйте на возвышенности, предупредите своих стрелков у дверей. Если они будут стрелять в моих людей - не возвращайтесь сюда."


"Я предупрежу их, что они будут заколоты в песок, да".


Я послал Рысь к Митчу с припасами, и она остановилась и зависла над двумя возвышенностями, чтобы сбросить припасы британским волкам на обратном пути по дороге. Когда он возвращался, штурмовик "Рысь" и его, по слухам, сумасшедший пилот направлялись на юго-запад. Эта Рысь заняла высокую позицию в миле к северу от Свифти, а Свифти использовал свое самолетное радио, чтобы направить их туда.


"Рысь" быстро приблизилась, пикируя вниз, выпущено четыре ракеты, лагерь боевиков уничтожен, местность окутана дымом, когда "Рысь" сделала вираж, дверной стрелок открыл огонь по истребителям, видимым внизу. Но удача была не на нашей стороне.


Мой телефон зазвонил, и я подошел к окну. "Это Свифти", - раздался крик. "Рысь сбит тремя ракетами!"


Мое сердце остановилось. "Жива ли команда?"


"Мы вытащили их, они разбились на возвышенности, но все они разбиты".


Оставайтесь на возвышенности, перевезите раненых на север, подальше от боевых действий, они - ваш главный приоритет! Ожидайте пуму или двух."


Я обернулся и увидел выжидающие лица. "Рысь" была сбита тремя ракетами с тепловой самонаведением недалеко от "Свифти". Я выбежал и бросился в центр УВД, обнаружив там летного офицера Делойт со своими стажерами.


"Была подстрелена рысь, которую только что отправили в атакующий забег. Я хочу, чтобы три "Пумы" были готовы к полету и сюда, в двух из них по два медика, одна пустая, и несколько чехлов из "Рыси" сверху. Предупредите медиков, четверо тяжелораненых из экипажа на подходе! Когда пумы вылетают, они летят по Йеменской дороге на юго-запад, пока не увидят дым к северу от дороги в 600 ярдах, горящую Рысь!"


Я бросился вниз и вокруг к "Американским волкам", обнаружив, что их офицеры и сержанты стоят снаружи. "Подготовьте восемь человек к выступлению сейчас же, в полной экипировке, с водой и пайками, с полными рюкзаками! Когда придут пумы, грузите людей!"


Раздавались имена, когда сержанты вбегали в помещение. Я направился обратно в комнату штаба, ожидающие лица смотрели на меня, когда я вошел. "Я отправляю трех пум, двух с медиками, плюс восемь волков, чтобы укрепить позиции Свифти".


Я указал на Ковски. "Отправь несколько F18 по этой дороге, играя в цыплят, посмотрим, что они смогут увидеть. Пусть они ищут столб дыма!"


Он вышел.


Фрэнкс жаловался: "Больше чертовых ракет и, возможно, дерьмовый заряд больше".


"Я удивлен, что они еще не нацелились ни на один F18", - сказал я ему, изучая карту.


"Выжидая удобного случая", - предположил он. Вертолет, низкий и медлительный, был легкой мишенью. Но зачем стрелять тремя в один вертолет?"


"Любители", - усмехнулся Харрис.


Я стоял на перроне, когда громкие Пумы проплыли мимо, Волки разделились и разместились на борту Пум, когда мои волосы были разбросаны по сторонам, Мортен видел, как он высовывал голову из одной. Я подбежал к нему и крикнул ему в ухо: "Воздействие на позвоночник, как от катапультируемого кресла!"


Он кивнул, отступая назад, люди, наконец, загрузились, громкие Пумы ударили меня, когда они тронулись с места и помчались на юго-запад, одинокая Рысь высоко вверху следовала за мной, пока я проклинал великое множество людей.


Коммандер Филлипс подъехал на своем джипе и вышел из машины. "Ахмед?"


"Травмы позвоночника, судя по звуку, серьезные".


"Ад".


"Когда вертолет касается палубы, позвоночник сотрясается, как при выходе из катапультируемого кресла. Сообщите его командиру. И предупреди других пилотов о ракетах с тепловой наводкой, никакого зависания, всегда, блядь, в движении!"


Его голова опустилась. "Сейчас я сообщу им плохие новости об Ахмеде, они сплоченная команда".


Тридцать минут спустя, после некоторого хождения взад-вперед, Пумы вернулись, и я подъехал к ним, поскольку для перемещения четырех членов экипажа использовались носилки, на мужчинах все еще были шлемы. На каждых носилках было по меньшей мере шесть медиков, а внутри американской сортировочной палатки над ранеными хлопотали по десять медиков.


Когда ботинки и одежда были срезаны с привычной легкостью, мои мысли вернулись в Боснию и больницу Загреба; я знал, каково это - лежать на той кровати.


Рядом со мной появился Мортен. "У дверных стрелков сломаны ноги и руки, вывихнуто плечо, но они поправятся достаточно хорошо. Пилоты были пристегнуты и получили травмы позвоночника, тяжелые шлемы бились о землю."


"Выздоровеют ли они?"


"Если они это сделают, то выйдут из строя на год", - вздохнул он. "Это не будет быстро".


Снаружи я позвал Свифти, щурясь от яркого солнца, когда громкая Рысь заходила на посадку или взлетала. Я подошел к краю асфальта и ступил на грязный коричневый песок.


"Да?"


"С тобой волки?"


"Да, их восемь".


"Отправь их в обход длинным, безопасным путем, они пойдут за боевиками, которые выпустили эти ракеты. Скажи им, чтобы не подходили близко, но мне нужны документы."


"Под нами все еще есть живые люди".


"Сменить позицию, измотать их, получить документы".


"Нам нужно спуститься на низину и прокрасться, так что я оставлю кое-кого здесь, чтобы прикрыть нас. Команда снова с тобой?"


"Да, и они будут не работать год из-за травм позвоночника".


"Черт возьми, я бы предпочел, чтобы меня застрелили, чем сломали спину".


"Ты и я, оба. Держите меня в курсе."


Мой следующий звонок был принцу Калиду. Я тяжело вздохнул и вспомнил его номер.


"Привет?"


"Сэр, это майор Уилко, вы можете говорить?"


"Дома, со своей семьей".


"Я никогда не спрашивал о других твоих детях".


"Три дочери".


"Послушайте, сэр, у меня плохие новости; один из ваших "рысей" был сбит ракетой с тепловой самонаведением".


"Команда мертва?"


"Нет, их спасли, но они сильно пострадали, сломаны кости и поврежден позвоночник".


"Плохие новости для семей мужчин, мы гордый народ".


"Мы добиваемся прогресса здесь, мы убили сотни из них, уничтожили колонну бронетранспортеров и легких танков. Мы изматываем их из-за очень небольшого числа жертв."


"Я навестил бойцов SAS в госпитале, это было в здешних газетах, людей сейчас отправляют обратно в Англию".


"Кто-нибудь в пределах слышимости с твоей стороны?"


"Подожди. Хорошо, продолжайте."


"Я нашел несколько крылатых ракет, поэтому мы развернули их в сторону Саудовской Аравии и выпустили".


Он громко рассмеялся. "Светлое пятно во всем этом; мне было интересно, почему Аль-Каида нацелилась на саудовцев".


"Сначала мы обезвредили боеголовки, одна из которых была выпущена по ВМС США".


"Они сбили его, много шума в прессе".


"Выиграть войну в средствах массовой информации, сэр, важно".


"Люди здесь ни о чем другом не говорят, все поддерживают меня и наших военных, все возмущены Аль-Каидой и исламистами. Здешние газеты каждый день публикуют эту историю на первой полосе, как будто мы на войне."


"Мы побеждаем, сэр, медленно".


"И стратегия в том...?"


"Измотайте их, убейте как можно больше с минимальными потерями. Белый дом не любит жертв."


"Мой народ не призывает положить этому конец из-за потерь, это не наш путь, мы боремся до конца".


"Хорошо, потому что, если бы вы были американским президентом, вы бы, вероятно, уже приняли дерьмовое решение".


"Там президент, у него слишком много советников, и все говорят одновременно!"


"Верно, очень верно".


"Американские врачи сейчас там?"


"Да, и лечите экипаж вашего самолета, пока мы говорим, по десять медиков на каждого члена экипажа".


"По крайней мере, за ними хороший уход, да. Но я беспокоюсь об этих ракетах; что, если они нацелятся на самолет здесь?"


"Я бы сказал, что у вас пятьдесят на пятьдесят шансов, что это произойдет, сэр".


"Боже мой. Я прикажу внимательно следить за аэропортами. Вам что-нибудь нужно, майор?"


"Нет, сэр, все разворачивается так, как я надеялся, мы даже немного опережаем то, что я предполагал".


Вернувшись в штабную комнату, мы обсудили поворот событий, и мы бы держали вертолеты подальше от этой дороги на юго-восток.


Фрэнкс предположил: "У них есть люди, готовые устраивать засады на автоколонны на этой дороге, так что ... у них есть ракеты, готовые поразить F18, которые нацелены на этих людей".


"Имеет смысл", - сказал мне Харрис.


Я изобразил: "Выпущено семь ракет, две уничтожены на земле, так что ... сколько их там осталось?"


Ковски принял звонок, затем спросил меня: "Командующий морской пехотой хочет знать цели своих людей".


"Они патрулируют к югу от вади, в радиальных точках компаса, я бы сказал, не менее двадцати человек. Как далеко они зайдут, зависит от него, но это большая территория. Начните с дневных патрулей, затем день за днем увеличивайте расстояние.


"Когда они обнаруживают группу боевиков, они отступают, возможно, вызывают авиаудар или больше людей. Цель - не входить в зону, искать и уничтожать, собирать документы для ЦРУ."


Снова прижав телефон к уху, он вышел, когда вошел Робби, весь пыльный и потный.


"Бегал трусцой, сержант-майор?" Я спросил его.


"Отвез тех, кто остался в 14 разведке, на полигон, поддерживал их в форме, много времени проводил на полигоне ..."


"И ты здесь, чтобы попросить меня о чем-то более стоящем для них, да?"


"Ну, да".


"Пусть они соберут кучу припасов, пойдут на северо-запад к вади и разобьют лагерь со 2 эскадроном, затем я хочу, чтобы они патрулировали по кругу, день или два за раз, чтобы они были заняты. И вы можете объединиться со 2 эскадроном, если хотите. Также патрулируйте север, там у нас никого нет.


"И старший сержант, будьте осторожны, не пораньте их всех." Я предупреждающе погрозил пальцем.


Он кивнул и вышел.


Десять минут спустя Рысь приземлилась, запыленного заключенного увели и представили нам охранники у дверей, когда местная полиция приблизилась.


Артиллеристы объяснили по-арабски: "Мы нашли его бродящим в одиночестве, сэр, за много миль отовсюду, и он поднял руки и бросил свое оружие, поэтому мы приземлились и забрали его. Он говорит, что хочет заключить сделку."


Я поблагодарил стрелков, которые вернулись к своей Рыси, полицейские в синем теперь занимаются перепуганным заключенным. На вид ему было немногим больше двадцати лет, и он был обезвожен. "Поговори со мной, заключи сделку, и я высажу тебя обратно в Йемене за пределами какого-нибудь города, или ты можешь жить здесь, в Омане".


Фрэнкс и Дик сблизились с оманским майором.


Молодой человек сказал мне: "У меня есть семья на западе, недалеко от порта Аден".


"Ты можешь навестить их снова, деньги у тебя в кармане. Что ты знаешь?"


"Корабль плывет в Салалу, имя грызуна".


"Грызун?" Я столкнулся с Фрэнксом. "Проверьте все реестры местных судов, "грызун" на арабском или подобном."


Он поднял свой телефон и отошел.


"Что будет делать этот корабль?"


"Это взорвется", - сказал он мне, как будто я был глупым.


"Если то, что ты говоришь, правда, тебя вернут. Чтобы заработать немного денег, нам нужно больше информации."


"Месяц назад мужчины отправились в Саудовскую Аравию, чтобы что-то сделать с британскими армейцами, и когда они вернулись, им хорошо заплатили".


"Напасть на советников британской армии в Саудовской Аравии?"


"Нет, в Омане", - сказал он, глядя на меня так, как будто я был глуп, и что я его раздражал.


Я поднял его за шею. "Посмотри на меня так еще раз, и я оставлю тебя голым на неделю, грызун!"


"Извините, сэр, извините".


Я отпустил его, прежде чем он покраснел и подавился. "Так что же сделали эти люди здесь, в Омане?"


"Я этого не знаю, но впоследствии им хорошо заплатили".


Я столкнулся с полицией. "Подержи его здесь, пока не отправляй в Маскат".


Пятнадцать минут спустя Фрэнксу позвонили с корабля с арабским названием "Джербил", курсирующего из Адена. Я посвятил Ковски в детали, и он позвонил адмиралу Джейкобсу, корабль нужно взять на абордаж - или потопить; абордаж был бы рискованным, учитывая, что они планировали взорвать себя. Я позвонил в Лондон и сообщил им подробности, чтобы они это проверили.


Но когда я стоял в комнате штаба, у меня зазвонил телефон. У окна я принял звонок из Лондона, и мое лицо вытянулось. Звонок закончился, они могли видеть мой взгляд, и все они ждали.


Я взглянул на обеспокоенные их лица. "Вооруженные люди только что расстреляли туристический автобус на египетском Синае, западные туристы направлялись в какой-то монастырь ... И у нас шестьдесят два мертвых тела, гниющих в песке".


Они обменялись взглядами. Клиффорд покачал головой. Шестьдесят два? Иисус. Все, что им нужно, - это один человек с винтовкой, нам нужна армия, чтобы попытаться остановить их, самолеты, чтобы найти их, и даже тогда мы не поймаем их всех."


Я сказал ему, внезапно почувствовав сильную усталость: "Если один террорист выживет здесь, он может подорвать автобус с туристами; легко для них, трудно для нас остановить это. И несколько сотен переживут наши атаки в Йемене, эта операция - капля в море. Здесь мы тратим бесчисленные миллионы, но атака на этот автобус обошлась им в десять долларов плюс топливо и упакованный ланч."


"Это насмешка над тем, что мы делаем", - заметила леди-капитан разведки.


Проходя мимо нее, я сказал ей: "Добро пожаловать в мои кошмары и разочарования. И вы можете поделиться ими."


Свифти позвал меня, когда я стоял снаружи. "Мы на равнинных участках, застрелили нескольких раненых, но один из ублюдков взорвал себя. Теперь мы сохраняем дистанцию."


"Выстрелы в голову", тогда принесите мне кое-какие документы днем позже, когда они точно закончат свои солдатские дни. Мне нужна эта информация. Что насчет людей-ракетчиков?"


"Мы думаем, что все застрелены, волки сейчас крадутся к ним, три джипа на трассе".


"Значит, ракеты привезли на джипе, они не были размещены там?"


"Похоже на то, потому что мы не видели никакого движения в той стороне, когда впервые попали сюда".


Я спокойно выпил чашку чая с сэндвичем, размышляя о погибших на Синае.


Вернувшись в комнату штаба, я собрал старших мужчин. "Хорошо, заключенный говорит нам, что корабль войдет в порт Салала и взорвет себя, но также и то, что команда людей прибыла сюда через Саудовскую Аравию и что-то сделала, что-то подготовила, и что они вернулись целыми и невредимыми и им хорошо заплатили. Итак, что они сделали?"


"Большая бомба?" - Спросил полковник Клиффорд.


"Нацелен на британских солдат", - отметил Харрис. "Но единственные британские солдаты здесь, и они рассеяны".


Я указал на оманского майора. "Есть ли другие британские инструкторы здесь, в Омане?"


"Да, много, но не в группе или вместе. Для создания большой бомбы нужна хорошая команда мужчин, а их нет. Ваши люди разбросаны повсюду, по одному или по двое на базу, некоторые в городе."


Фрэнкс отметил: "Итак, бомба здесь".


"Посажен месяц назад?" Я задавал вопросы. На таймере или с детонатором в телефоне? В этом нет смысла, потому что, если бы у них был способ запустить его, то это в первый день привело бы к наибольшим жертвам, сейчас здесь не так много людей."


"Неисправный детонатор", - представил Харрис. "Они ожидали хорошего результата, но так и не получили его. Возможно, это было под песком и координировалось с атакой на ворота и теми двумя группами бойцов. Он все еще в песке, но не лопнет."


" Я не согласен, " вставил оманский майор. "Эту базу никогда не оставляли в покое, здесь были люди, годами защищавшие взлетно-посадочную полосу и эти здания, здесь проводились некоторые учения. Они бы увидели незнакомцев за милю!


"Когда вторая команда добралась сюда, они искали следы и не нашли ни одного, и когда я добрался сюда, мы тоже искали, никаких признаков потревоженной почвы. Место размещения палаток было выбрано наугад американцами, которые привезли палатки, и невозможно было знать, где они будут находиться."


Клиффорд вставил: "Лучшей целью было бы это здание, но вряд ли оно стоит большой бомбы".


Я проинструктировал оманского майора: "Я хочу, чтобы ваши команды по обезвреживанию бомб были здесь, металлоискатели, новый поиск, предполагающий наличие глубинной бомбы, затем поиск вдоль дороги. Может быть, они решили, что нас доставят сюда с аэродрома Салала."


"Таков был первоначальный план", - сказал мне майор. "Не летать здесь, ты изменил это".


"Так что, возможно, есть большая бомба, которая не сработала рядом с дорогой, в водопропускной трубе под мостом, и вам нужно ее найти. Также проверьте наличие этого в аэропорту Салала."


Фрэнкс вставил: "Что, если они нападут на гражданский населенный пункт, например, на городской рынок Салала в выходные?" Нас бы обвинили, оправданно это или нет - потому что мы здесь."


Я кивнул, приняв озабоченный вид. "Мы бы хотели, да", - выдохнул я. "И это меня беспокоит здесь, городской хит, мягкая подноготная. Если они расстреливают автобус, это выглядит так, будто мы не смогли защитить гражданское население, хотя это не входит в наши обязанности."


Оманский майор вставил: "Граница жестко контролируется, так было десятилетиями. Если они едут через реку, они мало что приносят с собой. Если они путешествовали через Саудовскую Аравию, они ничего не брали с собой, только паспорта."


"Шпионская миссия?" - Спросил Ковски. "Макет здесь?"


"Возможно", - согласился я. "Но что они могли сообщить с расстояния в милю?"


"Координаты этой крылатой ракеты", - подсказал он.


Харрис повернулся к нему: "Это было в тысяче ярдов от цели! Еще!"


Он ответил: "Попробуй запрограммировать одну из этих старых штуковин. Тысяча ярдов - это не так уж плохо, и он должен был зацепиться за что-нибудь, когда нашел это."


"Здесь нет активного радара", - отметил я. "Не за что зацепиться".


- Возможно, они предположили, что здесь действующая радиолокационная вышка или переносная, - вставил Харрис.


Хикс отметил: "Что бы ни сделали эти люди, это провалилось. Если бы у них было что использовать против нас ... они бы уже это использовали. Какого хрена они сидели и ждали?"


Я кивнул, уставившись на карту. "Я не люблю, когда остаются незакрытыми концы, и мне не нравится, что этим людям хорошо платят за то, что расстроит наши планы здесь. Итак, все вы, продолжайте думать."


Я указал на оманского майора. "Обновите свою полицию и разведывательные службы. Пусть они поищут мужчин, которые едут в Саудовскую Аравию из Йемена, затем сюда, возвращались месяц назад, возможно, нам повезет."


Я обновил Лондон, короткая беседа с Дэвидом.


Он вернулся ко мне, когда солнце село. "Наш фрегат следует за этим кораблем, Ярбу III".


"Лучше не садиться на него, он вот-вот взорвется", - поддразнила я.


"Да, вполне. План состоит в том, чтобы приказать им покинуть корабль ради спасательных плотов, когда американские военные корабли подойдут ближе, а если нет, они откроют по нему огонь."


"Это будет прекрасное место для плавания осьминога на морском дне, хорошая идея, поскольку я читал, что кораллы исчезают".


Вернувшись на постой в 7 вечера, Моран спросил: "Что мы делаем?"


"Вы единственные, кто остался здесь, спасая нескольких американских волков, так что вы - летучий отряд, который реагирует на инциденты. Когда у меня будет хорошая цель, я отправлю тебя на тот свет."


Мой телефон зазвонил после того, как я сообщил им обо всем, что происходило к западу от нас. "Это Притчард, и мы видим фары впереди нас, более чем в миле от нас".


"Они видели тебя?"


"Нет, пока нет. Но они - значительная сила."


"Дай мне координаты". Он зачитал их. "Жди, я тебе перезвоню. Но можете ли вы послать пеший патруль по краям, чтобы незаметно добраться до вершины?"


Просто готовлю их, только легкое снаряжение. Хорошо использовать их ноги после всей этой езды."


Я бросился в комнату штаба и обновил карту.


Харрис отметил: "В сотне миль отсюда, недалеко от тропы, которая соединяется с дорогой. Но какого хрена они делают на открытом месте с включенными фарами?"


"Очевидно, не ожидал компании сегодня вечером", - съязвил я.


"Что ты будешь делать?" - Спросил Фрэнкс.


Я выпрямился и посмотрел ему в лицо. "Ну, есть пятьдесят джипов с GPMG, которые нуждаются в некотором тестировании. Как думаешь, что ... мы могли бы сделать?" Я позировал.


"Наезжай на них, стреляй на расстоянии, да. Пятьдесят GPMG привели бы в замешательство любую группу."


Я столкнулся с Ковски. "Подготовьте авиаудар сразу после рассвета, пожалуйста".


Он достал свой телефон и вышел.


"Где Макс?" Я спросил.


"Вернулся в SAS", - сказал мне Харрис.


"И когда я только дал ему разрешение?" Я спросил, широко разведя руки, капитаны Разведки смеялись. "А те два сотрудника пресс-службы морской пехоты?"


Харрис сказал мне: "Последнее, что я слышал, они были в лагере морской пехоты США в вади с другими репортерами, сошедшими с корабля".


Я подошел к окну и позвонил Холстедеру.


"Продолжай", - раздался голос на фоне какого-то потрескивающего порыва ветра.


"Это Уилко, как дела?"


"Мы пробрались на восток и напали на небольшую группу, скажем, тридцать человек на шести джипах, один из которых был верхом на пятидесяти кэлах. Никто не выжил, но мы получили несколько рикошетов, не слишком серьезных. Здешние медики подлатали мальчиков, их пока не нужно вывозить. Вернул нам документы и телефоны сюда."


"Хорошая работа, звучит так, как будто вы настоящие операторы спецназа".


"Мы зарабатываем на жизнь, да. Странная штука эти камни, они издают шум и трескаются."


Они нагреваются и остывают, и песчаные дюны также издают звуки. Предполагается, что это сводит мужчин с ума."


"Время от времени мальчикам кажется, что это кто-то подкрадывается, но они не против - пока никаких случаев безумия не наблюдалось, но мы усыновили котенка".


"Котенок? О, пустынная рысь в горах, да. Где мать?"


"Я ее не видел, но котенок явно голоден".


"Верни это обратно, сделай хорошую историю для прессы. У него длинные уши?"


"Да, странная штучка. Любит шипеть на людей."


"Сфотографируй это".


"Уже сделали, да".


"Что тебя ждет дальше?"


"У нас лагерь к югу, мы видели огни, так что мы нападем на них завтра, несколько человек двигаются ночью, чтобы быть начеку. Что происходит в других местах?"


"Морские пехотинцы пока ни с кем не вступали в контакт, но был сбит вертолет Lynx, в его задницу попали три ракеты с тепловой самонаведкой".


"Ой! Экипаж мертв?"


"Они ударились о камни, и мои люди вытащили их, но у них повреждения позвоночника".


"Отвратительный. На начальной подготовке я пережил крушение вертолета, мой лучший друг сломал спину."


"Я бы предпочел пулю, чем травму позвоночника".


"Я тебя понял по этому поводу".


"Спи спокойно, но, по крайней мере, у тебя есть немного киски".


Смеясь, он прервал связь.


Ковски пришел и нашел меня в кабинете Клиффорда. "Завтра нас посетит кое-кто из высшего руководства, несколько генералов из Эр-Рияда, адмирал Джейкобс встретится с ними здесь".


"Я сдую пыль со своих ботинок", - съязвила я, взглянув на свои грязные ботинки, которые теперь были песочного цвета. "Чего они добиваются?"


"Я думаю, это просто обновление плана, и чтобы они чувствовали себя важными".


"Ты совсем не кажешься циничной", - поддразнила я.


"Они получают обновления и отчеты, им не нужно проводить время вне проклятого офиса", - пожаловался он.


"Они проделали весь этот путь..?"


"Нет, они посещали Катар и Саудовскую Аравию, и некоторым пришлось инспектировать базу в Тамрите".


Свифти позвонил в полночь. "Мы отсняли эту партию, получили удостоверения личности и несколько телефонов, затем появилась колонна джипов, так что мы побежали и добрались до возвышенности, прежде чем открылись. Шесть джипов, и мы убили большинство из них, теперь мало что видно. У тупых ублюдков были включены фары!"


"Они так и не поняли, что ты все еще там. Есть раненые?"


"Получил две царапины от камней, а не от боя, так что парни связаны, пока дрожат. Может заразиться."


"Двигайся дальше по дороге, найди место для вертолета, который прилетит завтра за разведданными и подбросит тебе кое-что из припасов".


"Американские волки принесли нам много, нам хватит на четыре дня", - заверил он меня. "Есть кто-нибудь рядом с нами?"


"Американцы ... в пятидесяти милях к северу от вас, небольшая прогулка, чтобы поболтать и выпить чашечку чая".


"Здесь только мы?"


"Да. Но если ты найдешь большие силы, я отправлю Эко; в данный момент они загорают."


"Ленивые ублюдки".


Утром нас предупредили о предстоящем прибытии компании, адмирал Джейкобс и его команда первыми сели на "Соколиный глаз", их приветствовали, приготовили кофе. "Геркулес" ВВС США приземлился пятнадцатью минутами позже, десять старших офицеров в сопровождении бдительных телохранителей, две симпатичные леди-адъютантки, идущие в УВД со своими боссами.


Я отдал честь, узнав трех генералов и адмирала по их визиту на GL4.


Они улыбнулись, один пожал мне руку. "Немного теплее, чем на вашей британской базе", - отметил генерал.


"Да, сэр, но здесь чертовски холодно по ночам".


Я повел их в комнату штаба.


"Что случилось с тем человеком, которого вы поймали, когда мы приезжали, шпионом?"


"Он хотел заключить сделку и предать тех, кто выше его, сэр. Я вручил ему немного наличных и отправил его восвояси."


"Великодушно с вашей стороны..." - озадачился он.


"Хороший информатор имеет решающее значение, и у нас здесь есть один. Он сообщил нам о корабле, направляющемся в Салалу."


Мы вошли в коридоры.


"Они должны перехватить это судно сегодня, когда оно приблизится к границе с Оманом".


В комнате штаба я собрал Харриса, Ковски, Хикса, Клиффорда, Фрэнкса и Дика, оманского майора, других не было. Адмирал Джейкобс приветствует своих соотечественников несколькими грубоватыми колкостями, раздает кофе и холодную воду, а мужчины располагаются вокруг стола с картами.


Ведущий генерал спросил меня: "Не могли бы вы вкратце рассказать нам об операции, майор".


"Конечно, сэр". Я указал на карту. Адмирал Джейкобс упомянул об операции в Йемене год назад как о желании, и мы, наконец, приступили к ней после решения проблем в Африке - Западной Африке и Сомали.


"Это желание состояло в том, чтобы отбросить Аль-Каиду и нанести удар по тренировочным лагерям, получить документы и некоторую информацию от тех, кого мы расстреливаем, параллельно с предыдущими операциями в Красном море.


"Эта база была очевидным выбором в качестве отправной точки, и на ней есть рабочая взлетно-посадочная полоса и базовая вышка, хотя нет радара или ILS. Я сгруппировал наши команды здесь и отправил британских спецназовцев на джипах к границе, на север, в вади, который перерезал бы путь на запад к лагерям подготовки террористов.


Британские парашютисты, следопыты, морские пехотинцы и несколько артиллеристов отправились с ними, и они продвинулись ... сюда. Ваш флот передал нам аэрофотоснимки, и мы обнаружили лагеря во многих местах, первые два обстрела произошли одновременно, здесь и здесь.


"Мы убили много боевиков во время этих операций, уничтожили джипы и захватили пятьдесят кэлов, а также получили документы и спутниковые телефоны для разведки, получив всего несколько незначительных ранений - на руках у репортеров.


"Пока это продолжалось, мы подвергались нападениям на эту базу, но неэффективным. Боевики намеренно совершили аварийную посадку транспортного самолета в вади, люди вышли пешком, сорок из них в составе двух патрулей. Мы нашли их следы и определили их местонахождение, все застрелены.


"Похоже, они собирались напасть на нас, когда два грузовика, начиненных взрывчаткой, протаранили наши ворота здесь. Затем мы увидели, как легкий самолет Cessna, начиненный взрывчаткой, попытался влететь и таранить нас, но он разбился недалеко от наших ворот. За этим последовала крылатая ракета, также сбитая, погибших нет.


"Затем мы послали людей по единственной дороге в Йемен, британские и американские волки шли по обочине незамеченными, и они столкнулись с конвоем или вооруженными машинами, плюс местом засады. Ваш флот сбил бронетехнику, вертолеты Omani Lynx оказали помощь, мои люди добили боевиков.


"Что ясно ... так это то, что боевики ожидали, что мы просто поедем по главной дороге в Йемен, но после того, как мы вошли в вади, они разбили лагеря для атаки в вади, наполовину представляя, как они могли бы это сделать."


Я указываю пальцем на вершину холма Грини. "Я разместил ваших "Зеленых беретов" здесь, на плоской вершине холма, и они атаковали небольшие лагеря, которые они обнаружили, пока серьезных ранений нет. Ваши морские котики находятся к югу от главного лагеря морской пехоты США здесь, и продвигаются на юг к известным небольшим лагерям боевиков.


"Но я должен сообщить, что ваши зеленые береты получили кое-какие пощечины."


"Они что?" - недоумевал генерал, когда Хикс в ужасе уставился на меня.


"Они нашли брошенную пустынную рысь, котенка, и усыновили его."


Они смеялись.


"На минуту я подумал, что наши парни нашли бордель в пустыне!"


"Там, где они есть, ничего, кроме песка и камней, сэр. "


"Так же хорошо, " добавил он, почувствовав облегчение Хикса и скрывая свое раздражение на меня.


Я продолжил: "Наша цель здесь ... лишить их территории и измотать их. После того, как ваш флот разбомбил их, они разделились, рассредоточились небольшими группами, и это благоприятствует нашим пешим патрулям. Пока что мы их уничтожаем."


"У вас был сбит вертолет?" - спросил прибывший адмирал.


"Да, сэр, сбиты тремя ракетами с тепловой самонаведкой. Когда ваш флот бомбил первый лагерь, по ним выпустили четыре ракеты с тепловой самонаведением."


"Итак, они наводнены ракетами", - отметил генерал.


"Да, сэр, но мы знаем, что почти все крылатые ракеты, которыми они располагали, были выпущены или уничтожены."


"Саудовские военные приведены в полную боевую готовность", - отметил адмирал. "В них были выпущены две ракеты".


"Скорее всего, неисправные системы наведения, сэр, ракеты двадцатилетней давности с руководством пользователя на русском."


"Один попал в башню намертво!"


"Предполагалось, что эти ракеты пролетят определенное расстояние по гиростабилизированному курсу, затем налетят на что-нибудь - что они и сделали, сэр; они налетели на радиолокационную вышку и изменили курс, как было запрограммировано, а операторы плохо прицелились."


"А если один из них попадет в корабль? " спросил адмирал.


"Этот корабль был бы на дне океана через тридцать секунд, сэр. "


"Так что для нас это адское беспокойство. ЦРУ нужно отследить эти ракеты."


"Неофициально ... это старые российские ракеты, которые иракцы проиграли Ирану в своей войне, переданные Ираном аль-Каиде просто для того, чтобы позлить нас и свалить вину на Ирак."


"Почему это не для протокола?" - настаивал генерал.


"Потому что некоторые с вашей стороны хотят ... использовать возможность обвинить Ирак, сэр."


Они обменялись понимающими взглядами.


"А иранский плацдарм здесь?" - спросил генерал.


"Такого нет, сэр, они просто надеялись стоить нам корабля или двух. Они также поставляли ракеты малой дальности, двадцать миль и точные. Но поскольку мы плотно закрыли границу, они не могут ими воспользоваться."


"И что, по-вашему, произойдет здесь в ближайшие несколько недель, майор?" - спросил генерал.


"Мы будем медленно изматывать их, сэр, затем ... затем они установят бомбу где-нибудь в автобусе, просто чтобы позлить нас. Они не причинят вреда моим людям здесь, но они могут нанести ответный удар по уязвимым целям."


"Как туристы на Синае", - отметил он. "ЦРУ говорит, что боевики не были связаны с Аль-Каидой, просто местные психи".


"Аль-Каида - это небольшая сила, сэр, первоначальная численность людей составляла менее двухсот, половина убита. На свободе много людей, похожих на членов "Аль-Каиды"."


"Есть все, что вам нужно, майор?"


"Да, сэр, более чем достаточно."


Они задавали вопросы адмиралу Джейкобсу, как будто он был подчиненным, но эта область была его ответственностью, и он призвал их поддержать эту операцию.


Выйдя на улицу, мы поехали к американским медикам, поскольку наш раненый экипаж самолета уже вылетел. Генералы задавали вопросы, как всегда делали приезжие высокопоставленные сотрудники, на что ушло полчаса. Но пока мы стояли там, прилетел F18 и приземлился, припарковавшись на перроне, странный ход.


Возвращаясь на автобусе, мы обнаружили одинокого пилота, который стоял со своим большим шлемом под мышкой рядом со сломанным самолетом, а посетители задавали ему вопросы.


Я столкнулся с Джейкобсом. "Сэр, нам нужно починить этот самолет, или они заявят, что он сбит".


Он кивнул. "Я пришлю команду. Электрическая неисправность, просто деталь для замены. Постарайся сегодня вечером не получить ни одной ракеты, построй вокруг нее стену из мешков с песком, скажем ... высотой в двадцать футов."


Я бросил на него взгляд, пока посетители смеялись, их машина возвращалась с Салалы десять минут спустя, отдавая честь и пожимая руки. Они с ревом пронеслись по взлетно-посадочной полосе и улетели.


Я повернулся к адмиралу Джейкобсу на перроне. "Кое-кто из этой компании допрашивал тебя, как будто ты гребаный лейтенант ..."


"Они на несколько рангов выше, и я отвечаю тем, кто выше меня - мы все делаем. Я несколько раз подставлял шею, кричал о поддержке ваших операций, и это была тяжелая работа, чтобы заставить Белый дом сдвинуться с места."


Мы вошли внутрь.


Он продолжил: "Но теперь у нас есть послужной список, и освещение в СМИ было отличным, и все они посмотрели фильм; гребаный идиот в Белом доме теперь меньше беспокоится о своих рейтингах и размере своей задницы. И мы наблюдаем всплеск вербовки по всем направлениям.


"Они сняли мини-фильм о наших кораблях у берегов Сомали, и у нас на корабле есть люди из киностудий, которые делают то же самое, о чем мы говорим, и это привлекает молодых людей к военным. Они наконец поняли это - после того, как ты запихнул это им в глотки."


Я приготовила ему кофе.


"Что они могут бросить в нас?" он спросил.


"Как я уже сказал, сэр, они могут поразить легкую цель."


"Я ничего не могу с этим поделать. Что они могут мне сделать такого, за что я несу ответственность?"


"Другой корабль пытается протаранить ваш, вертолет, начиненный взрывчаткой, что-то в этом роде."


"Они могут разбомбить нашу базу морской пехоты?"


"Только если старший там полный гребаный идиот - и держит их всех в одной палатке, сэр."


"Я все равно проверю, рассредоточу их, вырою траншеи."


"Такого рода атака наиболее вероятна, сэр, и удачное попадание дорого бы нам обошлось."


Он обдумал это. "Я позабочусь о том, чтобы они разошлись, иначе кто-нибудь предстанет перед военным трибуналом. Как насчет чего-нибудь интересного для СМИ?"


"Там есть грунтовая полоса, сэр, и если она пуста, мы могли бы высадить десант, включить камеры, высадить вертолетную пехоту, дождаться контратаки - и она была бы, вы можете быть чертовски уверены в этом."


"Таким образом, это была бы база Верблюжьего носка в Йемене." Он кивнул сам себе.


Мой телефон зазвонил, Свифти. "Ты в порядке?" Я спросил.


"Вы никогда в это не поверите. У Волка был полный мешок с песком, на который он опирался рукой, он перекинул его через плечо, когда уходил, не потрудился опорожнить его и снова наполнить, получил пулю - попал в мешок с песком."


Я рассмеялся. "Сержант, прикажите всем своим людям надеть несколько мешков с песком спереди и сзади!"


"Это будет следующим."


"Есть еще раненые?"


"Нет, и сейчас мы пересекаем песчаные утесы, видимость хорошая."


По телефону я рассказал им историю, на лицах появились улыбки, когда они вышли к ожидаемому Соколиному Глазу. Их самолет приземлился пять минут спустя, раздавались волны и салюты, "Соколиный глаз" вскоре направился на юг, над головой F18 - один F18 с потерянным видом сидел на палубе.


Час спустя три "Морских ястреба" скользнули внутрь и опустились, прежде чем мы потеряли свет, приземлившись рядом с их раненым коллегой, механики вышли из строя, когда "Морские ястребки" заглушили двигатели.


Вскоре над F18 суетились десять человек во главе с офицером, было оказано много нежной, любящей заботы, наш специалист по оборудованию королевских ВВС приготовил генератор-пугало и немного топлива. С наступлением темноты F18 ожил, не нуждаясь в топливе, и после десятиминутной работы двигателей он с оглушительным визгом помчался по взлетно-посадочной полосе, оставив нам изображение выхлопов своих двигателей, когда он мчался на юг, домой.


Морские ястребы улетели, у нас снова была тихая база, относительно тихая база, рыси приходят и уходят.


Срочный вызов поступил в полночь: новичок стоял на противопехотной мине, когда подкрадывался к небольшой группе бойцов. Перестрелка привела к двум неприятным царапинам и нескольким рикошетным ранениям, когда новички пытались вытащить своего человека оттуда, а также обработать его отсутствующую голень.


Отправив Рысь с медиками, я ходил взад-вперед и, наконец, направился в УВД. К счастью, на дежурстве не было привлекательных женщин. "Дай мне знать, когда Рысь вернется".


"Да, сэр, прошло бы совсем немного времени, если бы они смогли найти раненого".


Контакт состоялся пятнадцать минут спустя, так что я подъехал к палатке медиков, двадцать медиков стояли в готовности, многие хирурги были одеты в синий пластик, на лицах маски.


Рысь с грохотом приземлилась в пятидесяти ярдах от медиков, подъехала тележка, солдат забрался на нее и отодвинулся, когда троих ходячих раненых перевели через дорогу, подали кислород. Новичок, у которого не хватало ноги, вскоре оказался на кровати, и над ним хлопотало множество рук.


Полковник Маш вышел ко мне пятнадцатью минутами позже, одетый не для раздачи лекарств, а для своих боевых действий. "Ногу оторвало ниже колена, а выше колена все в порядке, достаточно кожи, чтобы закрыть ее, и на другой ноге нет серьезного осколочного ранения - или где-либо еще".


"Повезло", - отметил я.


"Его уволят из армии, но он будет нормально ходить с протезом ноги".


"Остальные, сэр?"


"Две царапины, два глубоко засыпанных куска камня, сейчас их удаляют. Люди с царапинами будут вывезены самолетом, двое оставшихся могут остаться здесь, но в правилах указано, что любая незначительная медицинская процедура должна быть проверена, поэтому их, вероятно, отвезут в больницу, вероятно, в Германию. Они должны доказать полную пригодность, прежде чем вернуться к службе."


Я кивнул. "Мины в песке всегда вызывали здесь беспокойство, сэр".


Хирурги квалифицированы для ампутации в полевых условиях, поэтому они это сделают, но с моего разрешения пациента переведут в военный госпиталь, а не в местный. Некоторые спорят об этом, поскольку мы могли бы просто стабилизировать его и улететь. Дело в том, что во время войны мы должны делать все сами, и работать исходя из предположения, что помощь не под рукой."


Мой телефон зазвонил. "Извините меня, сэр".


"Это Притчард, и наши люди внимательно присмотрелись после того, как они пробрались на юг. Похоже, двадцать или более джипов, некоторые с пятьюдесятью кэлами, более сотни человек."


"Сколько у тебя джипов?"


"Чертовы пятьдесят или больше! За нами следопыты, затем Парас, затем морские пехотинцы."


Итак, вот план. Американцы выходят на целевую позицию сразу после рассвета, вы выстраиваете свои джипы в линию и приближаетесь, стреляя на ходу издалека."


"Нетрадиционно, но с той огневой мощью, которая у нас здесь есть ... у них нет шансов."


"Положите мешки с песком на передние части джипов".


"Хорошая идея, да, кто-то предложил это ранее. Просто нужно найти немного песка."


"Я предупрежу вас о воздушном ударе утром". Я подробно рассказал ему о действиях "Зеленых" и о раненых.


"Мины - это наше беспокойство, противотанковые мины. Легко устанавливать мины в пустыне."


"Как, возможно, сделали те, с кем вы столкнулись, так что держитесь на расстоянии. Может быть, стоит потом пострелять в песок, чтобы выяснить."


"Боеприпасы с нами, они могут посмотреть".


В комнате штаба я рассказал им о том, что знал, как о раненых новичках, так и о запланированной атаке SAS. Я попросил позвонить в 4 утра и сел в кабинете Клиффорда в удобное кресло, откинувшись на спинку и закрыв глаза.


Меня разбудили в 4.05 утра, леди капитан разведки подала мне чай с тортом. "Ты как жена, которой у меня никогда не было".


"Когда бы у тебя нашлось время на жену", - усмехнулась она.


В тихой комнате штаба я задавал вопросы подавленным людям, сообщений о каких-либо действиях не поступало, "Морские котики", по сообщениям, готовились к атаке на рассвете.


Ковски присоединился ко мне в 4:30 утра, не совсем свежий. "Воздушный удар назначен на ноль пять тридцать".


Я кивнул, тихо сидел со своим напитком, Харрис появился в 5 утра и, зевая, взглянул на ночные отчеты. Я позвонил Притчарду. "Ты не спишь?"


"Мы все рано легли спать, тепло укутавшись. Мои люди все еще идут пешком на юг, они следят за дорогой на юг, остальные готовы идти."


"На что похожа местность?"


"Мы находимся на повороте, довольно широком, и как только мы обогнем его, они увидят нас, скажем, в 1200 ярдах, чтобы добраться до них".


"Воздушный удар назначен на половину шестого, но не показывайтесь, пока не услышите сильный взрыв. А теперь рассредоточьте своих людей, я всегда беспокоюсь о том, что пилот-янки допустит ошибку и сбросит 2000-фунтовую бомбу туда, куда она не должна попасть."


"Да, беспокойство. Они рассредоточены, но я буду подталкивать их все дальше и назад до окончания удара."


"Держи фонарик наготове, и если на тебя нацелится F18, отправь сообщение".


"Еще одна хорошая идея, и ты заставляешь меня волноваться".


Лучше перестраховаться" чем потом сожалеть. Позвони мне, как только услышишь о воздушном ударе."


По телефону Ковски сказал мне: "Ты беспокоишься из-за инцидента "ни с того ни с сего", такого как война в Персидском заливе?"


"Всегда. Наши люди примерно в 1200 ярдах от цели. У бойцов есть джипы в группе на песке, у нас тоже."


"Я убедился, что у них есть топографические особенности, изгиб вади на востоке, широкое открытое пространство к северу от цели, трасса на юг. Они будут использовать трек в качестве подтверждения."


"Вы действительно прилежный офицер, мистер Ковски".


"Здесь мне не нужно расследование", - язвительно заметил он.


"То, что я часто говорю. Я просидел ... двенадцать, даже больше."


Саломея вошла, поднявшись рано, но ее телефон был у нее в руке. "Звонили мои люди, поступили какие-то сигналы разведки. Что-то о линии мин, заложенных в песок."


"Чертовски удачное время!" Я громко пожаловался, перезванивая Притчарду.


"Привет?"


"Это Уилко, и мы только что получили разведданные о сигналах, кто-то закладывает линию мин в песок".


"Здесь?"


"Как ты себя чувствуешь, насколько тебе повезло?" Я возразил с.


"Не очень. Итак, мы ходим по кругу, приготовив снаряжение для долгой прогулки."


"Стреляйте в песок, но авиаудар может их спровоцировать. Попросите своих людей, которые наблюдательны, поискать вторичные взрывы в песке. Уилко на свободе."


Положив трубку, Саломея спросила с невозмутимым лицом: "Меня крепко обнимут?"


Я обменялся взглядом с Харрис, когда она вышла.


Ковски сказал нам: "Я бы крепко ее обнял. Полезная информация, чертовски полезная."


"Я часто обнимаю своих мужчин, когда у них все хорошо", - сказал я ему.


Харрис спросил: "Что бы произошло без этой информации?"


"Первый джип был бы уничтожен, два или три человека убиты или ранены, остальные остановились бы и дали задний ход".


Полчаса спустя, и Притчард услышал мощный взрыв, вскоре увидев гигантское облако пыли, поднимающееся над скалами, когда небо из предрассветно-черного стало темно-синим, его взволнованные люди сообщили по радио, что зарегистрирован второй взрыв, вскоре раздался визг F18, когда самолет атаковал колонну джипов боевиков.


Когда стало тихо, Притчард позвонил мне под фоновый рев двигателей джипа. "Мы продвигаемся вперед, джипы в очереди на случай мин, южная сторона. Люди говорили, что видели, как взрываются мины, так что ты был прав. Мы прострелим песок перед собой, затем пойдем по следам истребителей, но делать больше нечего - мои люди сказали, что истребители были разорваны в клочья по всему песку, никого не осталось в живых."


"Ленивый ублюдок".


Он рассмеялся. "Почему мы должны это делать, когда очень добрый флот США может сделать это за нас, а?"


"Будь осторожен, сообщи мне позже". Положив трубку, я столкнулся с Ковски. "Ваши пилоты попали в нужное место, и да - там были мины, установленные для наших людей. Поблагодарите своих пилотов от меня."


"Поблагодарите израильтян", - язвительно заметил он. "С крепкими объятиями".


Когда капитаны разведки начали менять смену, Ковски принял звонок. Повернувшись ко мне лицом, он, наконец, передал: "F18 получили удар, по ним было выпущено шесть ракет, когда они включили форсажные камеры и развернулись сигнальные ракеты, кружась над долинами".


"Ни одна из ракет не попала?"


"Нет, но один, должно быть, был неисправен, потому что пилот был достаточно близко, чтобы прочитать серийный номер; это чуть не разбило стекло его кабины. Ему понадобятся новые шорты."


"Повезло", - отметил Харрис. "Но крылатые ракеты также были в плохом состоянии".


"Где были F18, когда были запущены ракеты?" Я озадаченно нахмурился.


"В нескольких милях к югу от цели".


Я вскочил и вспомнил последний номер. Притчард, это Уилко. К югу по этому пути идут значительные силы! Пусть люди поворачивают на юг и готовятся!"


"Хорошо, мы как раз подъезжаем к этой трассе, здесь адский беспорядок, не видно неповрежденного джипа, но я вижу колесо".


"Будь осторожен, поворачивай на юг и разворачивайся! Если вы никого не увидите, двигайтесь на юг, пока не увидите, но снова следите за минами."


"Эти парни никогда бы не заминировали свой путь отсюда", - утверждал он. "Мы пойдем по их следам, сообщим вам позже".


Я столкнулся с Ковски. "Сообщи своим людям, что мы преследуем людей, которые выпустили эти ракеты".


Вошел полковник Маш, лица повернулись к нему. "Поступил звонок, морские пехотинцы ранены, погибших пока нет. Они нашли одинокого стрелка, он поднял руки, чтобы сдаться, а затем взорвался. Получил восемь морских пехотинцев с легкими ранениями, за которыми ухаживают наши медики там."


Качая головой и чертыхаясь, я позвонил адмиралу Джейкобсу, когда вышел на улицу. "Сэр, пострадали несколько ваших морских пехотинцев, потому что тупые ублюдки подпустили террориста-смертника близко. Покричите немного, сэр, или вы получите немного дерьма за мертвых морских пехотинцев."


"Черт возьми. Мне есть на кого наброситься, и громко." Он прервал звонок и оставил меня стоять там, проклиная морских пехотинцев.


Вернувшись в штаб-квартиру, Харрис принял экстренный вызов. "Во 2-й эскадрилье убиты люди!" Он записал координаты, капитан разведки, работающий в УВД. Харрис поднял ко мне лицо. "РПГ попала в песок, затем команда из восьми человек вступила в перестрелку с двадцатью бойцами, большинство бойцов убиты и ранены. 2 Эскадрон получил ранения, не уверен, насколько серьезные."


Я выбежал и побежал на постой. Внутри, когда большинство мужчин спали в своем снаряжении, я крикнул: "Слайдер, приготовь девять человек к выступлению! Как можно быстрее!"


Николсон и Свон вскочили, на вид бодрые, кричали на других мужчин и подзадоривали их.


В УВД я сказал им: "Я хочу, чтобы Пумы отвели моих людей после того, как они заберут раненых, на ту же позицию".


"Да, сэр, они сейчас заканчивают".


Спустившись из УВД, Моран прибежал в снаряжении. "Что у нас есть?" он спросил.


"2 Эскадрон был атакован большим патрулем, у них есть раненые. Мне нужно, чтобы наши парни приземлились и проверили тела, дважды нажмите, затем следуйте по следам туда, откуда они пришли."


Он повернулся и побежал обратно к месту дислокации, когда две Рыси умчались на запад.


Десять минут спустя Пумы с шумом прибыли на площадку, парни рассредоточились по двум из них, и вскоре они направились на запад, Моран с командой. Неудивительно, что Риццо, Монстр и Стрейч не были в команде. Вызывает беспокойство то, что Саломея была с командой.


В комнате штаба я сказал Харрису: "У Echo есть команда из десяти мужчин и одной женщины, которые движутся к раненым, чтобы вернуться по следам".


Он обновил свои отчеты с капитанами разведки.


Двадцать минут спустя Рысь вернулся с четырьмя ранеными парнями из 2-го эскадрона, поэтому я поехал к большой сортировочной палатке. Четверо мужчин вошли сами, один хромал, двое со связанными руками. Я стоял и слушал, как описывали раны - сами парни из 2-го эскадрона, и описывали хорошо в медицинских терминах.


В руках было два металлических осколка, один большой металлический осколок торчал из ноги, одна неприятная царапина на спине мужчины, ударили, когда он лежал. Я почувствовал облегчение. Отойдя, я позвонил Хейнсу. "Вы в целости и сохранности, мистер Хейнс?"


"Я узнал об этом по телефону, на них напали в дальнем конце. Ближайший патруль в спешке подъехал к ним, но все было кончено, мои парни расстреляли двадцать боевиков."


"А RPG?"


"Стрелял с расстояния более 600 ярдов, попал в колесо джипа, бойцы подползли на расстояние 400 ярдов, но у моих парней были оптические прицелы и ружья Elephant, они легко поражали бойцов".


"Тебе нужен новый джип?"


"Просто смена колеса".


"Мои люди высадились?"


"Да, у тел".


"Они пойдут по следам, увидят, откуда взялась эта компания".


В 9 вечера я схватил двух мужчин из GCHQ, у одного была перевязана голова. "Пора отрабатывать свое содержание, джентльмены. Сколько у вас подслушивающих устройств?"


"Двадцать два".


"Прикажите американским волкам расположить их к западу от нас, за 2-й эскадрильей, в линию". Я показал им карту. "Я хочу немного пройти на юг по дороге, затем на север, выстраиваясь в линию. Приступай к этому."


Они вышли.


Вмешался Джинджер. "У нас есть чем заняться, достаточно людей осталось для патрулирования?"


Я указал ему на карту. "Попросите Пум высадить вас здесь, в первом небольшом лагере британских морских пехотинцев, в десяти милях вниз по вади. Затем идите прямо на юг до самой дороги, высматривая следы. Это почти сорок миль."


"Тогда будь там к обеду", - съязвил он, выходя.


Я столкнулся с Харрисом. "Когда он позвонит, убедитесь, что он знает позиции Американских волков и Морана".


"Должны разминуться на ... десять миль".


"Должен, да, но убедись". Я столкнулся с Ковски. "Приведите сюда, пожалуйста, несколько американских морских пехотинцев, у нас здесь осталось мало людей".


Он достал свой спутниковый телефон и вышел.


Час спустя приземлились восемь "Морских ястребов", морские пехотинцы вышли и приземлились, командует капитан, все они с высокими и тугими стрижками. Я предложил ему пару заготовок, прежде чем представить его оманскому майору.


На крыше УВД у меня были капитан морской пехоты и четыре сержанта, и я показал им планировку. "Вы патрулируете день и ночь, охраняете самолет, защищаете медиков, не выходите за линию оманских солдат. И в здешних краях всегда ожидай неожиданного, снаряда, или ракету, или миномет."


Они вошли, летный офицер Делойт улыбнулся мне, когда я вошел в центр УВД.


"Веселое утро, сэр", - отметила она.


"Хорошая работа, я рано встаю".


"Я слышала, ты тоже рано встаешь", - поддразнила она.


Я поднял бровь, глядя на нее, и спрятал свою ухмылку от ее коллег, когда сошел вниз.


Командир эскадрильи королевских ВВС ждал меня возле комнаты штаба. "Могу я пригласить на несколько часов несколько здоровых молодых морских пехотинцев?"


"Да, спроси их капитана, используй их. Их много."


Ковски поднял глаза, когда я вошел в комнату штаба. "Корабли окружили это судно "Джербил", но команда отказывается покидать судно, на палубе замечены вооруженные люди. Чего они не знают, так это того, что прямо под ними находится атомная подлодка, и что эта подлодка больше, чем они сами!"


"А если они не сдвинутся с места?" Я спросил.


"Они получают две рыбки в бок и очень быстро тонут".


"Если таков план, пусть F18 потренируются бомбить по нему примерно в одно и то же время". Я широко развел руки. "Как часто пилотам выпадает такой шанс, а?"


"Да, я принимаю это предложение. Над кораблем кружат самолеты."


Я сел, мне подали кофе.


Фрэнкс предложил: "Могли бы попытаться подняться на борт этого корабля, предполагается, что мы сможем это сделать".


"Зачем беспокоиться, зачем рисковать?" Я отхлебнул кофе.


"Практикуйся, как ты сказал. Почти никогда не делалось."


"Первый признак появления водолазов или вертолетов, и они взорвут корабль", - предположил я.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Моран, и мы проверили тела, получили документы и телефоны, сейчас идем на запад по следам".


"Где-то могут быть джипы, или их сбил вертолет".


"Мы вытянем ноги и посмотрим", - предложил Моран. "Здесь хорошо, ни скал, ни оврагов; мне нравится пустыня".


"Ты мог бы сейчас быть женат, работать в Лондоне, иметь дом в Суррее, ездить на работу, читать газету".


"Er ... к черту это. Моран уходит."


Положив трубку, Клиффорд спросил: "Что плохого в том, чтобы жить в Суррее и ездить на работу в Лондон?"


"Вы могли бы это сделать, сэр?"


"Это то, что ждет меня после армии. У меня есть брат, который страдает от ежедневных поездок на работу, но он говорит, что это дает ему время спланировать день, а поездка домой дает ему время успокоиться."


Харрис вставил: "Я провел год в здании Министерства обороны, каждый день ездя на работу. Я бы никогда к этому не вернулся. " Он покачал головой.


Ковски ответил на звонок. Когда он закончил, он сообщил всем нам: "Морские котики вступили в контакт с силами, возможно, в сотню бойцов, но бойцы в бегах, многие убиты. Они забрали их в кроватях на рассвете, жертв среди тюленей не было, но они получили несколько рикошетов, когда открылся огонь калибра пятьдесят кал. Флот извлечет раненых позже."


Харрис обновил лист, затем повернулся ко мне: "Я считаю, что на основе оценок было убито шестьсот пятьдесят бойцов. С нашей стороны жертв нет."


"Итак, мы побеждаем", - отметил я. "Кроме того автобуса на Синае и восприятия в СМИ - о том автобусе на Синае".


Мой телефон зазвонил. Уилко, это Притчард, и мы поддерживаем контакт с людьми на юге, но мы поливаем их горячим свинцом, джипы поднимаются по пологому склону, и теперь у нас восемь гранатометов, стреляющих вниз. Они рассеиваются и убегают.


"Несколько плохо нацеленных РПГ влетели и попали в камни, а одна угодила под джип, в тот момент в нем никого не было, повреждения незначительные. Я думаю, что песок уменьшил эффект взрыва. Сейчас мы получили около пятидесяти кал с максимальной дальности. Подожди ... Я тебе перезвоню."


Он перезвонил через десять минут. "Убит человек, двое ранены!" Гребаный боец был спрятан под землей, выскочил и начал стрелять."


"У тебя есть смертельный исход?" Я уточнил.


"Да, удар в голову".


"Один из твоих?"


"Следопыт, возвращайся к вади".


"Я пошлю Рысь за ранеными, отведу их на север, в вади. И тело!" Положив трубку, собравшийся старший персонал ждал. "Один следопыт убит, террорист, спрятавшийся под землей, выскочил и начал стрелять. Предупреди об этом все команды, и быстро. Отправьте Рысь на передовую позицию SAS, где дорога на юг выходит к вади."


Клиффорд отметил: "Они становятся изобретательнее".


"Нам придется изменить тактику, глаза на затылках также." Я позвонил Свифти и предупредил его, за мной последовали Моран и Джинджер.


Более часа спустя Рысь вернулся с раненым, плюс тело в пончо, наш первый смертельный случай здесь. Я перезвонил бригадиру в GL4 и устроил ему длинную беседу, и он позвонил командиру "Следопыта" вместо меня. Он передал меня Билли на десять минут, наконец, коротко поболтал с Рокко.


Макс позвонил мне почти сразу, как я отключил связь с GL4. "Могу ли я распечатать подробности о мертвом Следопыте?"


"Нет, сначала они должны поговорить с его семьей. Вы можете упомянуть мертвый пункт. Я думаю, они поговорят с семьей сегодня, еще рано в Великобритании. Сначала посоветуйся с бригадиром, сегодня вечером около 8 вечера."


"Я сфотографировал шкуру на песке, получается хорошая история, и вчера я получил снимок всех выстроившихся в ряд джипов".


Отключившись от телефона, я созвал старших сотрудников. "Хорошо, как заметил полковник Клиффорд, они становятся изобретательнее. У нас также есть палка о двух концах, которая является средствами массовой информации. Изображения джипов в вади опубликованы, так что боевики будут строить планы - и нам не понравится то, что они придумают. Мнения?"


"Смена тактики?" Клиффорд поплыл. "Прыгнуть в вертолет и оставить джипы позади?"


"Да, хорошая идея, потому что теперь они ожидают, что мы поедем дальше по вади". Я указал на Ковски. "Эта грязная полоса?"


"Небольшая группа джипов в южной части, палатки, и все".


"Пусть F18 летит на юг по подъездной дорожке, всю дорогу, смотри в оба. Тогда я хочу оценить, сколько людей они могут бросить на нас."


Вмешался Харрис: "К черту всех мужчин, эти лагеря пусты, они спрятаны в близлежащих холмах. Если они захотят атаковать эту полосу, они могут, но в лучшем случае на день позже."


"Я согласен", - твердо вставил Ковски. "Они уехали, и им пришлось бы возвращаться, по крайней мере, на день".


Я вздохнул. "Это открытая местность".


Харрис заметил: "Потребуется время, чтобы вырыть траншеи, или рискнуть".


Я кивнул, изучая карту. "Как насчет ... хорошие силы высаживаются возле полосы, на юге, занимают позицию в скалах, ВМС США выходят на трассу на юг, где она выглядит узкой, мы высаживаем людей на полосе и окопываемся, предполагая, что они не смогут побывать вблизи в течение ... двух или трех дней. "


Харрис указал: "Эта дорога на юг местами проходит близко к скалам, наши люди могли бы удерживать ее бесконечно".


"Но будьте окружены пешими бойцами", - сказал я им, глядя на карту. "Хорошо, Echo взяли бы эти скалы, SAS и британские силы приземлились бы на вертолете, Следопыты прилетели бы и оценили взлетно-посадочную полосу предыдущей ночью, убили бойцов, которые сидели там у костра, затем мы высадили бы больше людей, немного тяжелого вооружения, погрузили бы припасы на поддоны.


"Я бы приказал "котикам", "зеленым" и морским пехотинцам оставаться на местах, нам нужно нанести удар по этим маленьким лагерям и очистить их. Хорошо, давайте предположим, что День "Д" наступит через три дня. Завтра мы отзываем нескольких следопытов и тренируемся с набором HALO, возможно, также команду SAS."


Вмешался оманский майор. "У нас есть 105-мм пушки у ворот и на юг, к границе, несколько бронетранспортеров и прибывает небольшая бригада пехоты".


"Пусть эта бригада разобьет лагерь к югу от этой базы, где наша подъездная дорога пересекается с главной дорогой, но в 600 ярдах от нее. Я хочу, чтобы патрули были к югу от нас, и вниз по той дороге к границе."


"Я разберусь с этим сейчас", - пообещал он, поворачиваясь.


Фрэнкс спросил: "Что, если эта полоска достаточно хороша для "Геркулеса"?"


"Затем мы высаживаем людей и припасы, джипы и, возможно, 105-миллиметровую пушку - или три. Выбор есть. Начинайте строить планы, все."


Я пошел и нашел командира эскадрильи королевских ВВС в темном прохладном ангаре, когда королевские ВВС занимались снаряжением для "Геркулеса", который посетил нас здесь. "Мне нужно, чтобы мои парашюты отряхнули и проверили, и завтра мне нужен "Геркулес" для некоторой практики, а через три дня ночью мы подключим команду HALO. После этого у нас может быть грязевая полоса для использования, после того, как они ее проверят."


"Сейчас я с этим разберусь, здесь много людей, а инструкторы по парашютному спорту одновременно скучают и находятся на взводе. Пойду подбодрю их."


"Военно-воздушные силы "Геркулес" здесь, в Омане?"


"Нет, отправили обратно после того, как оманцы почти настояли, чтобы мы использовали их".


"Я думаю, мне бы хотелось, чтобы RAF Hercules сняли HALO drop ..."


"Двое в Катаре, упражнения, я позвоню".


"У нас есть какие-нибудь видеокамеры?"


Он улыбнулся. "Да, полная коробка и фотокамеры".


"Есть камеры с низкой освещенностью?"


"У них есть настройка на слабое освещение, я проверю. Для десантирования пара?"


Посадите несколько человек с фотоаппаратами в "Геркулес" и прикрепите камеры к сумкам HALO, включив их, прежде чем они уйдут. Я хочу, чтобы мужчины снимали, как они снаряжаются, загружают самолет и улетают."


"Здесь все еще есть люди из команды пропаганды королевских ВВС ..."


Я улыбнулся. "Тогда пусть они отрабатывают свое содержание".


Час спустя несколько инструкторов по парашютному спорту пришли и нашли меня, все они были одеты как Эхо и хорошо вооружены. "Это падение..?"


Я показал им карту.


"Мы могли бы присоединиться, сэр, у нас есть опыт, и зимой мы на Кипре, играем в солдатики, много патрулировали в Западной Африке".


"Может быть, да, я думаю, это будет достаточно безопасно". Выйдя на улицу, я позвонил Притчарду. "Как дела?"


"Те, кто не убежал, мертвы. Мы не брали пленных, не то чтобы мы афишировали этот факт."


"Не волнуйтесь, вот официальное указание от меня: это террористы в жилетах смертников, не приближайтесь к ним, стреляйте в голову".


"Так принято к сведению".


"Выдели мне небольшую команду людей для высадки в ОРЕОЛЕ, плюс команду следопытов, пусть они едут на север к вади, чтобы их забрали сегодня поздно вечером".


"В чем загвоздка?" - недоумевал он.


"Эта взлетно-посадочная полоса к северо-западу от вас, но она пуста, если не считать горстки истребителей".


"Теперь я разберусь с воздушным десантом".


"Оставьте их джипы на стоянке с людьми, оставленными для удержания этого района, и объясните, что джипы дальше не пойдут, они знают, что мы используем вади и устанавливаем мины".


Конец пути, да? Это была фантастическая поездка, я люблю здешнюю пустыню, это настоящий материал Лоуренса Аравийского."


Вероятно, через несколько дней вертолеты перевезут ваших людей на грунтовую полосу, так что разделите их. Морские пехотинцы США могут удерживать этот район."


"Хорошо, я сейчас с этим разберусь".


В море, но все еще в шестидесяти милях от Салалы, F18 сбили плавающую бомбу, которая была Джербил III, пауза и радиовызов, чтобы побудить людей на корабле покинуть это судно. Военно-морскими силами США было получено радиосообщение, в котором использовались грубые слова, выражающие отсутствие желания покидать корабль. Включив двигатели на полную мощность, "Джербил" взял встречный курс на ближайший британский военный корабль.


Десять минут спустя F18 попал в носовую палубу 2000-фунтовой бомбой, корабль получил пробоину и загорелся за мгновение до того, как две дорогостоящие торпеды врезались в борт корабля ниже ватерлинии, результатом чего стали две большие пробоины, корабль быстро затонул.


Взрыв, наблюдаемый различными военными кораблями, атомной подводной лодкой и различными самолетами, был впечатляющим, все подводники жаловались после того, как их субмарина получила удар грузом по корпусу. Был создан новый счастливый дом для нескольких осьминогов, никто из выживших не был подобран в ходе последовавших поисков, увлеченные съемочные группы телевизионных новостей на вертолетах ВМС США.


В 15:00 "Пумы" были забронированы вместе с шестью "Морскими ястребами", мужчины возвращались в 16:00 и ниже, их старые палатки были заняты. Высадится один воздушный отряд SAS, двенадцать человек, плюс двенадцать следопытов, и все они будут использовать нашу технику HALO bag.


В тот вечер все они были заняты в ангаре проверкой снаряжения и загрузкой сумок HALO, инструкторы по парашютному спорту должны были прибыть на десантирование, поэтому десантировались восемь команд по четыре человека, целью был открытый песок в четырех милях к северу от целевой полосы, целевое время - 3 часа ночи.


Звонил адмирал Джейкобс. "Уилко, я слышал о выпадении ОРЕОЛА, поэтому я хочу, чтобы "Котики" засняли это на камеру".


"Прикажите отобрать команду и отозвать ее ко мне сюда, сэр. Сегодня вечером, если сможешь."


"Командир морских котиков хочет, чтобы в десанте участвовала команда всего из восьми человек с включенными камерами".


"Я отправлю двух Геркулесов на высадку, сэр, места хватит".


"Я разберу их сейчас, парашюты и снаряжение у них на корабле, я отправлю это сегодня вечером".


Десять минут спустя позвонил Моран. "Мы вернулись по следам, по которым легко идти, даже когда темно. Но следы просто обрывались, потом мы нашли вмятины, колеса вертолета."


"Подлый. Хорошо, возвращайся, у меня будет вставка для тебя через два дня. Хорошенько разомни ноги."


Я позвонил Джинджер. "Оставь свою приятную прогулку, у меня есть работа для Эко. Утром позовите пуму для себя."


"Мы можем пройти на восток до границы, не так уж далеко, и по пути можем поискать следы".


"Решать тебе, но возвращайся завтра".


В 11 вечера ожидаемые "Морские ястребы" приземлились на перроне, люди и снаряжение выгрузились, капитан "Морских котиков" сошел с трапа и поприветствовал прибывших, мужчина седеющий и немного полноватый; этот парень управлял конторкой. Он поздоровался с Хиксом и хорошо знал Ковски.


Я показал ему карту и подробно изложил план, насколько это возможно. "Эхо" будет вставляться громким вертолетом, намеренно громким, и это должно поддерживать интерес бойцов к Echo. Команды HALO высадятся в четырех милях к северу от грунтовой полосы, на мягком песке и очень ровной местности, построятся и пойдут вниз.


"Если бойцы услышат "Геркулес" или если у них есть радар - а мы уверены, что он у них есть, - им будет нелегко найти наши команды в темноте на такой большой территории. Кроме того, мы стремимся сократить путь пополнения запасов.


"С первыми лучами солнца ваш флот разбомбит дорогу в нескольких местах, замедляя их движение, пока мы высаживаем людей и снаряжение с вертолетов".


"Вы стремитесь создать еще один сценарий "Верблюжьей лапки"?"


"Более или менее, в том смысле, что это разозлит их, и они захотят добраться до нас. Скорее всего, они будут стрелять ракетами и минометами, но наши люди будут рассредоточены и окопаются. Мы организуем доставку паллет в течение дня. Если ... и это большое "если", взлетно-посадочная полоса подходит, мы сажаем "Геркулесы" и джипы."


"Предполагается, что Геркулес способен приземляться на грунтовые полосы ..."


"Да, но я не отвечаю на запрос, когда у дорогого самолета ломается шасси. Сначала мы тщательно проверяем."


Он кивнул. "Все достаточно прямолинейно, широкие открытые пространства. Просто нужно, чтобы они придержали ракеты, пока на палубе сидит птица с запасом."


"Я отправлю аль-Каиде записку по этому поводу", - съязвил я.


Где-то на постой в "Американских волках" я нашел сержантов. "Сколько человек еще здесь?"


"Думаю, двадцать три, сэр".


"Послезавтра они перейдут на базу нападающих, вероятно, "Геркулесом", может быть, послезавтра. Начните отзывать все свои команды, которые находятся поблизости или устанавливают подслушивающие устройства."


"Сегодня вечером все подслушивающие устройства должны быть на месте, сэр".


"Итак ... через два дня, в полной экипировке, с дополнительными пайками и водой, "Геркулес" или вертолет отправятся в двухстах милях к западу".


"Мы будем готовы, сэр. Мы пойдем с ними?"


"Хочешь размять ноги?" Я позировал.


"Да, сэр", - с живостью ответили они.


"Поговорите со своими офицерами, на "Геркулесе" достаточно места".


Утром, после того как отобранная команда HALO SEAL была извлечена за ночь, я собрал все запланированные команды по установке HALO в ангаре и встал на ящик, в то время как старший персонал отошел в сторону.


"Хорошо, сегодня мы попрактикуемся в технике сумки с ореолом, потому что, как всем хорошо известно ... практика совершенствует и помогает избежать ошибок. Нам не нужно наводить ОРЕОЛ на цель, но нам нужно практиковаться в таких вещах до тех пор, пока у нас не возникнет такая необходимость.


Итак, сегодня у нас есть два оманских "Геркулеса", и пилоты знают, что делать. Когда вы будете готовы, команды сформированы, обратитесь к командиру эскадрильи королевских ВВС здесь." Я указал на него. Загружайте самолет, и вы приземляетесь между старыми палатками и медицинскими. Таким образом, если вы подвернете лодыжку, хромать будет недалеко."


Они рассмеялись, в ангаре было темно по сравнению с ярким солнечным светом снаружи.


"Если ты все-таки подвернешь лодыжку, ты вылетаешь, не жалуйся, это будут другие падения. Параинструкторы, помогайте британским командам, но в любом случае все они эксперты. Затем вы выходите последним, для практики.


"Если мы будем готовы завтра, мы отправляемся завтра вечером. Вы выйдете на открытое песчаное пространство в четырех милях к северу от намеченной грунтовой полосы, построитесь и идите на юг, а на рассвете будете стрелять в любого, кого там найдете. К востоку от этой полосы есть скалы и овраги, и вы, возможно, захотите ими воспользоваться.


Двигаясь ночью по открытой пустыне" вы будете замечены, поэтому последние 400 ярдов нужно пройти незаметно. Вы - люди на земле, так что смотрите, когда приземлитесь ... и найдите какое-нибудь укрытие на востоке, подкрадитесь к полосе, убейте там боевиков и сообщите об этом.


"Эхо будет в скалах к югу от вас, блокируя снабжение по дороге. После восхода солнца, если все пройдет хорошо, вы закажете доставку паллет. Затем вы пошлете людей вниз по грунтовой полосе, чтобы проверить это, посмотреть, сможет ли "Геркулес" приземлиться. Если ты доволен, мы отправляем людей на "Геркулесе", а не на вертолете.


В течение этого и следующего дня наши люди прибудут и окопаются. Возьмите лопаты в сумках HALO, выкопайте щелевые траншеи, укрытия практически нет.


"Хорошо, когда вы нападаете на мужчин на раздевалке, это последовательность команд, и не спорьте со мной. Британские спецназовцы берут на себя инициативу, за ними следопыты, морские котики, затем инструкторы по парашютному спорту. Если нужно будет принять какие-либо решения на местах или возникнут споры, позвони мне. Скорее всего, я отправил бы морских КОТИКОВ на восток и юг на милю, чтобы удержать этот район в течение дня, так что работайте с этим предположением.


"Что последует за этим, зависит от того, что вы сообщаете, сколько бойцов вы там найдете, и есть ли бойцы, спрятавшиеся в скалах и стреляющие в вас. Там могут быть мины, ищите их, идите по следам джипов, но это огромная площадь песка, так что установка мин мало что даст.


"Хорошо, сегодня ты проверяешь снаряжение и падаешь с высоты 14 000 футов, дважды, если есть время, завтра вечером мы отправляемся, если все готово. Вопросы?"


Сержант SAS, которого я узнал, спросил: "Сколько бойцов на полосе?"


Воздушная разведка показала дюжину, не больше. Вы делаете оценку по мере приближения; крупным силам негде спрятаться."


"И скольких они могли бы прислать к нам?" он спросил.


"Если дорога свободна, они могли бы послать тысячу бойцов. Эхо будет на этой дороге, и очень добрые ВМС США разбомбят ее на рассвете. Вы можете ожидать ракет и минометов на второй день, а не на первый, так что копайте глубже.


"На второй день мы высадим сотню человек, может быть, двести, так что у вас будет компания. И если полоса будет в порядке, мы посадим джипы."


"Как далеко это от того места, где мы оставили джипы?"


"Ты оставил свой порнографический журнал?" Я спросил, мужчины смеялись над ним.


"Я оставил свою шерсть", - сказал он мне.


"Это примерно пятьдесят миль дерьмовой местности".


Харрис махнул рукой. "Мы думаем, что, возможно, есть выход, если нам нужно, чтобы они объединились, но это будет не быстро".


Возможно, стоит попробовать, просто ради опыта. Ладно, народ, идите отрабатывать свое содержание!"


Я стоял на крыше УВД со многими высокопоставленными сотрудниками, летный офицер Делойт время от времени поглядывал в мою сторону. В назначенное время "Геркулес" был замечен выше - его беспилотник зарегистрировался, мы все посмотрели вверх, некоторые офицеры стояли с биноклями.


По ту сторону взлетно-посадочной полосы я мог видеть, что медики стояли наготове, все смотрели в небо; без сомнения, обдумывая, скоро ли им придется перевязывать лодыжки.


После первого прохода три команды выбыли, "Геркулес" кружил на востоке, и я мог только разобрать команды. Они увеличивались в размерах и четкости, вскоре обрываясь, парашюты были видны, когда люди внизу снимали действие.


"Смотрите!" - позвал кто-то.


Обвалился желоб, и мужчина на скорости полетел вниз. Он получил свой резерв, но тот просто запутался с его основным парашютом, вскоре мужчина перевернулся вверх тормашками и завертелся, к нему пешком мчались медики. Он приземлился достаточно мягко, и по радиосвязи подтвердили, что мужчина выбыл из строя, но жив и здоров, возможно, у него перелом бедра. Он был следопытом, и его не впечатлило качество парашюта, по-видимому, он использовал какие-то грубые выражения.


У нас здесь были дополнительные люди, и поэтому Следопыты должны были найти человека для конкретной команды, в которой уже было три здоровых участника. Остальные мужчины спустились и приземлились нормально, как мы заметили, один мешок приземлился немного близко к палаткам.


"Лучшие планы, да", - заметил Клиффорд. Мы обменялись обеспокоенными взглядами.


Следующим двум командам удалось прыгнуть без какой-либо драмы, "Морские котики" переняли нашу технику мешка, которую мы изначально позаимствовали у американцев. Все мужчины ранены, переломов нет, и мы вздохнули с облегчением, нужно было пообедать.


Теперь Эхо снова был с нами, Джинджер прошел со своей командой тридцать миль за ночь, мужчины теперь отдыхали, сняв сапоги и нюхая больные ноги.


Я позвонил Свифти. "Ты нашел что-нибудь?"


"Мы нашли лагерь, но он был недавно заброшен".


Я об этом немного подумал. Основное действие будет происходить в районе грунтовой полосы, так что я пришлю вертолеты за тобой и Митчем, предупреди его. Попросите Митча заказать поездку на двух рысях. Позвони Харрису, сообщи ему свое местоположение, пусть его подвезут обратно, собери волков - не оставляй никого позади, а."


"Да, да. Мне просто нужно вспомнить, где я их оставил."


Я перешел к Американским волкам, теперь все вернулись, многие спят после того, как отсутствовали всю ночь. Подслушивающие устройства были на месте, GCHQ следил за ними, так что любые другие боевики, приближающиеся к нам с рациями или спутниковыми телефонами, вызовут предупреждение - будем надеяться.


Я позвонил Тинкеру, когда стоял на площадке перед ангаром, команды готовились ко второй высадке. "Ты все подстроил?"


"Да, но у нас ошибка, что-то странное, три спутниковых телефона к западу от вас, стационарные, они заработали всего час назад".


"Я все равно отправлю Рысь на поиски, потому что боевики отправляют людей на вертолетах низкого уровня под радаром. Позвони Харрису с инструкцией - давай сделаем это по правилам, попроси его прислать двух рысей."


"Хорошо, по-уставному майор Уилко".


Улыбаясь, я отключил связь, услышав мгновение спустя взрыв, доносящийся с северо-запада. Я повернулся в ту сторону, когда люди бегали вокруг, увидев облако пыли в миле от меня.


Войдя в центр УВД, я спокойно сказал им: "Ракеты летят с запада, но продолжайте все операции. Две "Рыси" в режиме ожидания вылетят на запад, когда у майора Харриса будут координаты."


В комнате штаба Харрис только что ответил на звонок Тинкер. Он повернулся ко мне: "Ты думаешь, что эти взломы спутниковых телефонов - это команда rocket?"


"Вставлено сегодня Хело в тайну".


"Эта позиция в двадцати пяти милях отсюда!"


"Итак, у них теперь есть ракеты с такой дальностью, но сколько их они могли бы доставить на вертолетах, а?"


"Самое большее, трое", - предположил Фрэнкс, здание сотрясалось от грохота взрыва. Я выбежал на улицу, поднялся столб пыли и песка в 200 ярдах к югу от УВД, двое оманских солдат ранены, один полицейский джип разбит, но джип принял на себя силы и помог предотвратить полет шрапнели в сторону УВД.


"Доберись до обложки!" Я крикнул в сторону заготовок. Вернувшись в комнату штаба, я сказал им: "Тогда ушла одна ракета. И этот последний упал в грязь, джип сбит, двое оманцев ранены, но живы."


Харрис сообщил: "Рысь сейчас уходит. У них есть GPS и хорошие навигационные компьютеры, они могут лететь прямо туда на скорости."


Я направился обратно в УВД, вскоре стоял рядом с красивой женщиной, но ничего не мог с этим поделать. "Пожалуйста, сообщите, что обнаружила Рысь".


Десять минут спустя я услышал треск. Я смотрел на нее так же, как она смотрела на меня. Я спросил шепотом: "Как тебя зовут?"


" Сесилия, " прошептала она в ответ. Мгновение спустя она сообщила, но громко: "Замечена ракета на земле .... скрытая камера под землей ... стреляют дверные стрелки .... выпущены ракеты ... стреляют дверные стрелки ... убито десять или более бойцов ... Приземление рыси."


"Приземление?"


Она повернулась ко мне лицом. "Два британских капитана на борту".


"А, 14 человек из разведки".


Мы ждали.


"Рысь сейчас покидает зону поражения".


Я объехал вокруг с другой стороны, спрыгнул вниз и стал ждать с коммандером Филлипсом, две Рыси скоро вернутся. Два капитана разведки 14-го ранга спрыгнули вниз с винтовками в руках, на ремнях безопасности, и я помахал им рукой. "Отчет".


Первый мужчина вытер лоб рукавом, выглядя далеко не спокойным и собранным. "Была готова установка для запуска ракет, сэр, но дверные стрелки расстреляли людей, которых мы видели, затем следовавший сзади "Рысь" выпустил ракеты, и оба дверных стрелка открылись, затем мы приземлились и посмотрели, никто не остался в живых.


"У них было подземное убежище, и они сделали это не сегодня; должно быть, у них ушла неделя. У них были припасы, вода, оружие, работы."


Я столкнулся с Филлипсом. "Пусть оманские солдаты отправятся на рысь и заберут все оружие, документы и телефоны".


"О, подожди", - сказал мне капитан разведки 14-го ранга, доставая спутниковый телефон.


Я взял ее. "Отлично, спасибо". Я отошел в сторону, проверил его, вынул и вставил батарейку, и позвонил в Лондон. "Это Уилко из Омана, проверьте еще раз этот номер, его используют террористы в Йемене. Уилко на свободе."


В комнате штаба я доложил: "До того, как мы пришли сюда, они высадили людей и вырыли укрытие, умная штука, так что еще они делали до того, как мы пришли сюда?" Что, блядь, еще зарыто в песок?"


Вставил Хикс: "Зарытый тайник на грязной полосе?"


Харрис предупредил меня: "Это имело бы смысл".


Я кивнул. "Мы предупредим команды и будем искать это". Я повернулся к Ковски. "Ночь вставки", непосредственно перед вставкой, пусть птица пролетит низко, инфракрасная камера работает. Появится шкура. На самом деле, закажите этот отрывок сразу после вставки - на случай, если это их напугает."


Он сделал пометку в своем блокноте, Харрис также записал ее.


"Они становятся изобретательнее", - повторил Клиффорд. "У меня было время посидеть и подумать холодным вечером у походного костра".


"Мы продолжаем подготовку к высадке?" - Спросил Харрис.


"Черт возьми, да, дела как обычно".


"Мы дадим им это понять", - вставил Хикс.


Клиффорд обратился ко мне от Хикса. "Что написали французские газеты после того, как вы остановили этот яд: вы приносите яд туда, где мы живем, мы отправляем 1STБатальон туда, где ты живешь!"


Я улыбнулся. "Да, лучше нам пойти туда, где они живут".


Хикс добавил: "Если эта грязевая полоса сработает как верблюжий носок, они выйдут и нападут на нас, а это не самые умные ребята, поэтому они будут продолжать атаковать, сколько бы их ни было убито".


"Причина, за которую можно умереть", - язвительно заметил Клиффорд. "Лично я не думаю, что богу нужна их помощь, я думаю, что им нужна его помощь".


"Аминь", - добавил я. Выйдя на улицу, я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, я собираюсь взять ту грунтовую полосу, о которой мы говорили, но как насчет временных рамок для удержания на ней?"


"Что ж ... законное правительство Йемена говорит, что мы можем делать то, что, черт возьми, нам нравится, так что ... мы можем растянуть это. Ты думаешь, мы сохраним это?"


"Можно легко пополнить запасы из Саудовской Аравии, сэр".


"Итак, это было бы похоже на базу верблюжьих лапок, и они пришли и напали на нас. Я думаю, что эти парни из "Аль-Каиды" не будут стоять на месте и позволят нам быть там, не как в Нигерии, они были бы чертовски злы и день за днем пробирались бы тайком под ракетными обстрелами."


"Да, это повлекло бы за собой больше действий, но есть преимущество в большем количестве разведданных и уничтожении большего числа террористов".


"Если у нас будут ранены десять человек в неделю, идиот в Белом доме закроет это дело".


"Поговорите с теми, кто над вами, сэр, и полковником Мэтьюзом, и, возможно, мы продержимся две недели и выйдем из игры".


"Хорошо, оставь это мне. Но что вы будете делать, если они откажут в долгосрочном размещении?"


"Продержитесь неделю, затем выходите, после того как я оценю силу бойцов, сэр".


Громкий Геркулес, но зеленый, приземлился, и я ухмыльнулся, когда подполковник Дж. Либан ушел со своими людьми. Однако они были подходящего пустынно-коричневого цвета.


Я отдал честь, и он закатил глаза, сбрасывая свои сумки, когда его люди подошли и сбросили свое снаряжение, все выглядели уставшими, как собаки. "Ты опоздал".


"У нас была работа с заложниками в Западной Сахаре, но все было нормально, десять заложников, несколько небольших ранений".


"Пойдем, у нас есть несколько кирпичных заготовок, которые ты можешь использовать. Сколько человек?"


"Два отряда Эхо, три отряда по 1ST Только для батальона." Он указал на парашютные команды. "Ты заглядываешь?"


"Завтра вечером. Ты можешь прилететь."


С французскими парнями и комплектом в кирпичном домике под присмотром Морана, Анри и Самбо я отвел Либана в комнату штаба, Харрис поприветствовал его, и он знал полковника Клиффорда, остальные представили.


Потребовался почти час, чтобы ввести его в курс дела, раздать кофе и пирожные, поболтать о его спасении заложников.


Наконец он спросил: "Итак, что у тебя есть для нас здесь?"


Я указал на карту. "Британское эхо будет здесь, блокируя дорогу к взлетно-посадочной полосе. Ты нужен мне в этих холмах, потому что они попытаются обойти нас с фланга."


Он кивнул. "В горах мы побеждаем маленькими командами, без тяжелого вооружения".


"Отдохни сегодня, у тебя есть два дня, прежде чем вставлять".


"Да, нам нужно немного времени", - пожаловался он с кислым лицом. "Мы летим во Францию из Западной Сахары, затем в Эр-Рияд, затем сюда. Восемнадцать часов. Айя!"


Наверху, на крыше УВД, я наблюдал за следующим падением, а также за задницей Сесилии в случайные моменты, теперь уверенный, что быть в отношениях с кем-то вроде Саломеи было бы плохой идеей. Просто знание того, что Сесилия была здесь, отвлекало меня.


Команды добрались до финиша без промаха, травм или серьезных промахов, и мы все вздохнули с облегчением. Нулевой час был назначен на завтрашнюю ночь, на 3 часа ночи, а "Геркулес" должен был стартовать в 2 часа ночи.


Я пошел и нашел командира эскадрильи, и он собрал пилотов "Геркулеса", их самолеты стояли на перроне, американские морские пехотинцы расхаживали парами, держа наготове M16. Пилоты стояли в бежевых летных костюмах, с эмблемами подразделений на плечах, с карманами, набитыми картами.


В ангаре я столкнулся с четырьмя оманскими пилотами, и все они казались шикарнее меня. "Вы можете летать на низкой высоте над Йеменом?" Я начал.


"Насколько низко?" - логичный вопрос.


"Чтобы избежать любого местного радара".


"У нас есть ночные прицелы, и местность не сложная, между нами и зоной высадки нет гор".


"Тогда я хочу, чтобы вы летели на расстоянии нескольких миль друг от друга, на низкой высоте. Вы поднимаетесь в последнюю минуту и падаете, быстро спускаетесь и уходите, заходите с севера и выходите на север, но избегайте границы с Саудовской Аравией. Возле полосы вам понадобятся сигнальные ракеты, готовые, но не использованные, иначе люди на земле вас заметят."


"Американцы поднимут систему АВАКС, они смогут видеть запуски ракет", - сообщили они мне.


Согласуйте действия с ними, я предупрежу их о траектории вашего полета и времени. Вы можете выбрать свой собственный маршрут, но он должен проходить к северу от вади и быть спроектирован так, чтобы избегать дорог и троп."


"Мы спланируем маршрут", - предложили они.


Летите достаточно низко, чтобы избежать радаров, но не рискуйте разбиться и погибнуть самим - и моим людям сзади. Уравновесьте риски."


"Ночью по пустыне легко идти, горизонт отчетливый".


Я кивнул. "Хорошо, составьте какие-нибудь планы, пожалуйста".


Командир эскадрильи пришел и нашел меня. Учения в Катаре завершены, так что у нас в пути два "Геркулеса" королевских ВВС плюс несколько "Чинуков".


"Когда они доберутся сюда?"


"Должно быть, завтра".


"Тогда я, возможно, задержусь со вставкой".


Два громких Хьюи скользнули внутрь и сели на перрон, но серые Хьюи.


"Эти чавычи сидели на диете", - отметил я.


Мы вышли и поприветствовали оманских пилотов после того, как заглохли двигатели. Они отдали честь полковнику Клиффорду.


"Мы береговая охрана, но они обещали нам кое-что поинтереснее, так что мы доступны для вас".


"Дополнительные вертолеты - это всегда хорошо", - сказал я им. "Просто имейте в виду, что на нас приземляются ракеты и что ваш аттракцион может разлететься на куски в любую минуту".


Они смотрели в ответ, потрясенные и напуганные.


"Отведи их на дальнюю сторону, повидайся с коммандером Филлипсом - британцем и присоединяйся к программе там".


Они отдали честь и с озабоченным видом вернулись к своим аттракционам.


Клиффорд указал. "У них есть лебедки и корзины".


"Отлично, отлично подходит для раненых в полевых условиях, приземляться не нужно. Более быстрый поворот."


На "заготовке" я попросил Морана направить две команды по четыре человека на "Хьюи" и провести ротацию. Он напомнил мне, что британские волки вернулись, и что Эхо вставит. Поскольку я хотел, чтобы на вставке были все волки, я отозвал Робби и снабдил "Хьюи" 14 мужчинами и женщинами из Intel, а также использовал Крэба и Даффи.


Позже я привел Робби в комнату штаба и сказал Харрису: "Я хочу, чтобы два новых "Хьюи" были отправлены на запад, на двадцать пять миль, отсюда они идут вверх и вниз по радиальной линии. 14 Разведчиков будут на борту, и они приземлятся и будут сражаться, если понадобится. Я предлагаю ... обоим Хьюи лететь вместе, на всякий случай. Затем возвращаемся, заправляемся, отдыхаем, снова отправляемся через несколько часов."


Харрис предположил: "Если Хьюи будут в 500 ярдах друг от друга, они займут больше места".


"Решать вам, и завтра или послезавтра у нас будут два "Геркулеса" королевских ВВС и два "Чинука". Чинук может вставить Эхо и Волков."


Когда солнце опустилось низко, утром мы получили известие о VIP-посетителях, оманских старших офицерах. Оманский майор позаботился бы о том, чтобы место выглядело организованным.


Саломея вошла в комнату штаба в 7 вечера. "Мои люди получили сообщение о перехвате, офицеры должны быть убиты бомбой".


"Все офицеры здесь", - отметил Харрис. "Это здание, но мы дважды его обыскали".


Фрэнкс вставил: "Офицеры тоже в палатках, все врачи - офицеры".


Я спросил Саломею: "И ничего больше?"


"Нет. И я никогда не получаю ни благодарности, ни объятий."


"Когда мы вернемся, ты получишь ужин и немного благодарности. Хорошо?"


Она улыбнулась. "Лучше", - сказала она, уходя от нас, мужчины обменялись взглядами.


Харрис повернулся ко мне лицом. "Я предоставляю вам хорошую информацию, но я никогда не получаю ужин".


Я показал ему указательный палец, прежде чем встретиться с Клиффордом. "У нас все еще есть та бомба где-то там, или, может быть, здесь".


Он был расстроен. "Оманские саперы ходили повсюду, мы были повсюду, и негде спрятать чертову большую бомбу. Песок вокруг нас проверялся много раз, и они построили большой песчаный барьер вокруг заготовок, так что ... бог знает, где это."


"Сэр, попросите у оманского майора чертежи этого места и спросите людей, которые были размещены здесь, о канализационных трубах под нами".


Он тяжело вздохнул и вышел.


Фрэнкс начал: "Если под нами чертова бомба, почему они не переключили переключатель!"


"А как насчет тех важных персон?" - Спросил Ковски. "Могли ли они быть целью?"


"Да", - согласился я. "Но они вряд ли пробудут здесь долго, вряд ли сойдут с бетона на песок, так что ... Хрен знает, как они могут стать мишенью".


"Ракеты, нацеленные на VIP-персон "Геркулес"?" - Спросил Харрис.


Поблизости нет истребителей, а у "Геркулеса" есть сигнальные ракеты. И если у них есть ракеты внутри Омана, они будут нацелены на главный аэропорт."


"Может быть, это еще одно спрятанное укрытие", - предположил Фрэнкс. "Мужчины в этом месяце, но я думаю, что к настоящему времени это было бы немного зрелым".


Я столкнулся с Ковски. "Не могли бы вы попросить тепловизионное изображение этой базы и прилегающей территории, а также сегодня вечером, когда песок холодный?"


"Я буду лучше спать после того, как мы это проверим", - язвительно заметил он, доставая телефон, когда выходил.


Я столкнулся с Харрисом. "В Катаре были большие учения, западные офицеры, так почему бы не нацелиться на них?"


"Возможно, мы слишком много им доверяем", - пожаловался Харрис. "Они были изобретательны до определенной степени, но чертовски неудачно с этим справились".


Хикс вставил: "Десять долларов за сюрприз на этой грязной полосе".


Мы обменялись взглядами. Харрис отметил: "Все наши предыдущие миссии были в британской прессе, так что они, должно быть, думают, что мы когда-нибудь посмотрим на это".


"Мы медленно войдем и посмотрим", - сказал я, широко разведя руки. "Мы найдем спрятанное укрытие. Спрятанный тайник ... где-то в пределах четырех квадратных миль песка и верблюжьего дерьма."


Вернувшись на свою квартиру, я посидел со Свифти и узнал подробности того, что он сделал и что он видел. Час спустя я нашел Митча с его шпионами и вывел его на улицу. "Как вы оцениваете этих шпионов?"


"Один парень, Джессоп, предпочел бы быть где-нибудь в другом месте, но он признает, что он не солдат и не хочет им быть, он действует в городах путем обмана, он не из тех, кто взбирается на горы".


"Они послали его не просто так, посмотреть, не сдастся ли он ..."


"Я бы сказал, что он не сдается, никто из них не сдается, но на самом деле их еще никто не подталкивал".


"А остальные?"


"Все солидные, все прилежные, без стычки или несогласия, без скулежа - они проводили свой мальчишник в жару и холод, спали на камнях, ели на песке".


"Вы можете взять их, когда мы вставим".


Его глаза расширились. "Они будут на передовой?"


Я широко развел руки. "Меня попросили надавить на них и посмотреть, как они отреагируют, так что ... мы это делаем. Они будут стрелять и убивать - и в них будут стрелять, а потом ты выскажешь мне другое мнение. Они все прыгают с парашютом?"


"Некоторые делают, не все".


"Может быть, я отброшу их все, просто чтобы посмотреть. Но после главного события."


"Когда это будет?"


"Послезавтра, вставка Чинука".


Притчард позвонил мне. "Уилко, что мы делаем?"


"Жду несколько вертолетов для последнего рывка вперед, и я пришлю эти вертолеты за вами, не уверен когда. День или два. Там есть какие-нибудь действия?"


"Пара отставших, найденных в скалах, держит парней в напряжении".


Я позвонил Холстедеру. "Капитан, как поживает киска?"


Он рассмеялся. "Холодный, как все мы".


"Какие-нибудь действия?"


"Завтра мы меняем позицию, сейчас рядом с нами никого нет, но мы видим следы джипов, поэтому поедем по ним на юго-запад".


"Осторожно, в нескольких больших лагерях поблизости сначала проведите пик скрытности. И возьми котенка с собой, да."


"Мальчики переняли это, но им не нравится мой сержант. Ему нравятся все, кроме него, кусает за ноги."


Утром мы получили сообщение о летящем самолете, но ни слова о том, кто были наши таинственные посетители. Наследный принц позвонил бы, так что это был не он. Я выстроил морскую пехоту США в ряд с некоторыми медиками, а также с любыми запасными оманскими солдатами и полицией. Представлять Echo было бы плохой идеей; стоять в прямых рядах было не в их стиле.


Ковски пришел и нашел меня. "Они пролетели с инфракрасными камерами, эксперты посмотрели, поблизости нет спрятанных людей. Они все равно мне их подкинут."


Десять минут спустя "Гольфстрим" совершил посадку и зарулил вокруг, чтобы остановиться, и как только трап был выдвинут и опущен, я заметил старших оманских офицеров, но без телохранителей. Они подошли, морские пехотинцы и другие представились и отдали честь, и я привлек внимание старшего персонала, отдав честь генералу, когда он приблизился.


Он улыбнулся и пожал мне руку. "Майор Уилко, я полагаю".


"Да, сэр, и добро пожаловать, но я не могу гарантировать вашу безопасность, мы подвергаемся здесь ракетным обстрелам".


"Да, я так слышал".


Я представил Клиффорда, прежде чем предложить нам зайти внутрь. В комнате штаба все, кроме старшего персонала, убрались, столы и стулья передвинуты, я предложил посетителям напитки. Генерал, с которым я пожал руку, представил трех высокопоставленных оманских сотрудников, а затем удивил меня, назвав последних троих саудовцами. Я приветствовал их всех с фальшивой вежливостью.


Генерал задавал вопросы о том, что здесь произошло до сих пор, и я в течение двадцати минут подробно рассказывал ему - но я избегал упоминания о предстоящей вставке.


Высокопоставленный саудовец, пока что достаточно приятный, спросил: "Каковы были ваши полномочия здесь, майор, от вашего правительства?"


"Британское и американское правительства, сэр, а также французские участники, хотели уменьшить потенциал "Аль-Каиды" в Йемене, и мы переехали в Йемен с разрешения президента Йемена - независимо от того, оспаривают ли некоторые его авторитет или нет.


"К сожалению, они знали, что мы приближаемся - где-то произошла утечка, и были составлены подробные планы нападения на эту базу. Мы пострадали здесь от ракетных обстрелов, пеших людей, а также от старых русских крылатых ракет."


"Я замечаю, что вы не брали пленных ..."


Это был дерзкий вопрос.


"Мои люди получили строгий приказ - от меня - не приближаться к боевикам, поскольку мы сталкивались со многими из них, одетыми в жилеты смертников и приводящими в действие взрывчатку в своих лагерях, чтобы их не взяли живыми, сэр".


Тем не менее, большое количество убитых и ни одного пленного. Что-то вроде резни..."


Я сохранял спокойствие. "Здешние солдаты не входили ни в какие города или деревни, они ехали через пустыню, и бойцы вышли к ним и напали на них, а не наоборот. Эти боевики нарушили эту границу до нашего прибытия, и мы преследовали их по просьбе наследного принца, с которым я часто общаюсь по телефону."


"И вы измените политический баланс в Йемене?"


Это был еще один дерзкий вопрос, и я мог видеть, что оманцам становится не по себе.


"Я всего лишь простой солдат, сэр, я делаю то, что мне говорят. Вам придется спросить Лондон и Вашингтон о вопросах политики."


"Но если вы убьете многих боевиков, то любое политическое сопротивление президенту-хуситам будет значительно ослаблено ..."


"Я не уверен, что политика, демократия и избирательные урны включают людей с оружием и в жилетах смертников, сэр". Я ждал. "Как они это делают в вашей стране?"


Он скис, но контролировал себя. "Ходят слухи, майор, что ваши люди действуют независимо, даже от вашего собственного правительства ..."


Клиффорд едва сдерживал свое раздражение.


Я нажал на свой спутниковый телефон. "Я ношу этот телефон с собой, куда бы я ни пошел, сэр, и он каждую минуту сообщает Лондону мое точное местоположение с помощью GPS. Я не двигаюсь с места, пока не поговорю с Лондоном, и они отправляют меня по всему миру на самолете королевских ВВС ... и платят мне зарплату.


"Я не делаю ничего такого, к чему меня не подталкивали бы, потому что, когда у меня выдается выходной, я отправляюсь на рыбалку, я не пытаюсь изобретать новые способы рисковать своей жизнью или попасть в тюрьму - моя работа и так достаточно опасна."


"И каков здесь план?" - настаивал он.


"Вам придется спросить об этом мое правительство, сэр". Я ждал.


"Вы видите здесь мужчин ... остающихся надолго?"


"Мои люди нигде не задерживаются надолго, сэр, как и американский или французский спецназ".


"Вы не будете занимать какую-либо землю?"


"Мои люди не будут, нет, мы уйдем через неделю или около того".


"Когда, я полагаю, будет достигнута какая-то цель".


"Да, сэр, когда наша жажда крови к убийству невинных прошла, эрекция утихла".


Клиффорд уставился на меня широко раскрытыми глазами, но двое оманских офицеров прятали ухмылки.


Саудовский генерал уставился на меня в ответ, явно разозленный мной. "Я склонен полагать, майор, что у вас очень хорошие связи с российским преступным миром через ваших друзей из ЦРУ. Вы случайно не знаете что-нибудь о смерти нашего принца в Цюрихе?"


"Все, что я знаю, это то, что я слышал, что ваш принц заплатил Аль-Каиде за убийство американских военнослужащих. Могу я узнать, почему вы хотите убивать американских военнослужащих, сэр?"


"Мы не хотим убивать американских военнослужащих, это абсурд!"


"И все же некоторые в ЦРУ считают, что у них есть прямые доказательства этого ... и что здешние боевики получали саудовские деньги".


"Мы не поддерживаем террористов, но мы финансируем различные группы и благотворительные организации в Йемене ..."


"Исламистские группировки, а не группировки хуситов", - вмешиваюсь я. "Есть ли у вас здесь политическая повестка дня, сэр, потому что это могло бы помочь моей кампании, если бы я знал, в чем она заключалась. У вас была цель в гражданской войне."


"Такая повестка дня - решать моему правительству, а не вам задавать вопросы, майор".


"Я понимаю. Тогда, я думаю, мы еще немного побудем с жаждой крови, сэр."


Клиффорд услышал достаточно. "Генерал, вы не в том порядке, чтобы задавать такие вопросы майору британской армии. Мое правительство заявит вашему правительству самый решительный протест, и я уверен, что американцы - ваши союзники - также сделают это. И для протокола, именно американское давление побудило мое правительство направить сюда команды. Если у вас возникнут какие-либо вопросы, генерал, вы знаете, куда отправить свой запрос."


Генерал смотрел в ответ, контролируя себя.


В заключение я добавил: "Генерал, я иду туда, куда меня посылает мое правительство, и если бы мое правительство попросило меня действовать вопреки интересам такого союзника, как вы, я бы сопротивлялся - или уволился из армии. Если у вас есть опасения, отправьте их по соответствующим каналам."


Вмешался оманский генерал: "Это было бы похоже на правильный курс действий". Он задержал взгляд на своем двойнике.


Саудовец склонил голову и повел своих людей к выходу, оманский генерал шепотом извинился передо мной, следуя за ним.


"Чертовски возмутительно", - наконец выдал Клиффорд, капитан "Морских котиков" был озадачен и нахмурился.


Выйдя на улицу, когда делегация шла в одну сторону, а я - в другую, я позвонил в Лондон и застал Дэвида Финча. Он пришел рано. "У меня только что были три офицера саудовского штаба, которые встречались со своими оманскими коллегами, и саудовцы потребовали рассказать, каковы были мои политические цели в Йемене, они обвинили нас в массовом убийстве боевиков и не взятии пленных, и прямо спросили меня о смерти принца в Цюрихе - перед залом, полным людей".


"Дорогой ... боже".


"Ты знаешь, что делать".


"Были ли поблизости журналисты?"


"Нет, мы можем держать это в секрете. Но вы должны задаться вопросом, будут ли саудовцы сидеть сложа руки и смотреть, как мы убиваем здешних боевиков, оставляя хуситов сильнее."


"Они встали на сторону хуситов в гражданской войне, поэтому мы знаем, кого они поддерживают. Боже мой. Я вернусь к тебе. Но как вы на них отреагировали?"


"Вежливо. Честно."


Я позвонил наследному принцу.


"Майор, там все в порядке?"


"Нет, это, блядь, не так! Ко мне только что приходили три саудовских штабных офицера и потребовали рассказать, какова здесь скрытая политическая повестка дня."


Он громко вздохнул. "Мне тоже задавали деликатные вопросы. Они публично заявляют, что хотят убрать террористов, людей с ракетами, но мы знаем, что они поддерживают исламистские группировки и Аль-Каиду там. Мы идем по тонкой грани с ними."


"Я могу закончить это за пять дней".


"К какой конечной цели?"


"К конечной цели, чтобы любой боец с оружием, у которого все еще бьется сердце, был мертв в песке. Но американцы могут быть заинтересованы в более длительной кампании."


"Я побеседую с американцами, и я приеду завтра".


"В это же время здесь будет адмирал Джейкобс, сэр, но послезавтра мы пойдем в атаку - и доведем это дело до разумного завершения".


"Гольфстрим" вырулил на взлетно-посадочную полосу, развернулся и уехал, оставив меня с желанием выстрелить в него. Внутри, мужчины обменивались странными взглядами, я сказал Ковски: "Наследный принц будет здесь завтра, пусть адмирал Джейкобс прилетит, чтобы устроить большой бал-бах".


Хикс спросил: "Этот принц финансировал нападения на наших людей?"


Я взглянул на Фрэнкса, который безучастно смотрел в ответ. "Без комментариев".


"Я приму это как согласие", - отметил Хик, капитан "Морских котиков" оглядывал всех.


Фрэнкс сказал Хиксу: "Правительство Саудовской Аравии любит нас и нуждается в нас, но некоторые богатые саудовцы ... не так сильно любят".


Я сказал Хиксу: "Аль-Каида начала свою деятельность в Афганистане, чтобы атаковать русских захватчиков, богатых арабских парней, ищущих приключений, которым платят саудовцы и обучают ваше ЦРУ. После ухода русских у боевиков появилось свободное время, и по какой-то причине, известной только им самим, они решили, что нападение на Запад было бы лучшим использованием их свободного времени.


"Здесь, в Йемене, остатки Аль-Каиды и их новые последователи являются политическим инструментом саудовцев, которым не нравятся хуситы у власти. Если мы уничтожим боевиков, тогда победят хуситы, и саудовцам придется начинать все сначала с большим количеством бойцов, денег и оружия.


"Побочный эффект Аль-Каиды ... в том, что они нападают на Запад, а также выполняют приказы саудовцев. Итак, мы хотим уничтожить Аль-Каиду, саудовцев - не столько хотим их уничтожения. Но не берите в привычку обсуждать это в приличной компании, это может помешать вам когда-нибудь стать генералом."


"Итак, здесь происходит больше, чем мы знаем ", - отметил Хикс.


"Всегда, " сказал ему Харрис. "Всегда".


Я столкнулся с Харрисом. "Сегодня вечером мы не отправляемся на вставку HALO, но мы отправляем Hercules на низком уровне по пустыне, чтобы посмотреть, какова реакция - и наблюдает ли кто-нибудь за нами. Прежде чем мы это сделаем, подготовьте двух рысей, чтобы после наступления темноты они разделались с несколькими людьми Эхо, на холмах примерно в двух-трех милях к востоку от этой грязной полосы."


Я собрал Джинджер, Томо, Свон и Николсона, а также Тиллера и Брейса. У них не было времени отдохнуть перед вставкой, всем было сказано пополнить запасы на несколько дней.


В 7 вечера я был на крыше УВД, когда они взлетели, "Рысь" вскоре понеслась на низкой скорости на северо-запад через пустыню и вскоре на низкой скорости спустилась по вади. Стоя там, я задавался вопросом, наблюдали ли саудовцы за нами, специалистами по радарам и радиосвязи на границе, по крайней мере, за небольшой группой из них, действующих от имени принца, а не правительства, левой королевской руки, не знающей, что делает правая королевская рука.


В 8 вечера позвонила Джинджер. Мы уходим от зоны приземления, на всякий случай - Рыси шумные. Мы можем видеть холмы вроде как на юго-востоке, и мы можем видеть полосу грунта, как нам кажется, по крайней мере, мы можем видеть отсутствие каких-либо холмов."


"Есть какие-нибудь огни на полосе?"


"Нет, никаких."


"Странно, там были мужчины, они сидели у лагерного костра. Работайте, исходя из предположения, что они расставляют ловушку."


"Мы заглянем туда украдкой, хорошенько разглядим с первыми лучами солнца."


"В час ночи вы должны услышать "Геркулеса", так что понаблюдайте за реакцией."


В полночь два оманских "Геркулеса" взлетели с громким гулом, вскоре снизились и направились на запад, сзади никого не было. Я смотрел им вслед, пока гул не утих, думая и беспокоясь о причастности к этому Саудовской Аравии.


На постой я заметил, что Робби вернулся, и поэтому вошел в комнату 14-й разведки. Они все вернулись. "Отдыхаешь?"


"Ночью многое видно", - сказал мне Робби. Пилоты "Хьюи" хотят отдохнуть и немного поспать. Но это здорово - летать на низкой высоте с открытыми дверцами, свисая наружу. Совсем как во Вьетнаме."


"Помимо того факта, что здесь нет ни деревьев, ни болота, ни дождя ..." Я дразнил.


"Ну ... кроме этого, " съязвил Робби.


"Мэгги, " позвал я. "Ты справляешься?"


"Мне здесь нравится, босс, - сказала она мне. "Не спеши отсылать нас обратно".


Я столкнулся с симпатичной леди, не уверен, как ее зовут. "А ты?"


"Я набираю мускулы, но, по крайней мере, мне не нужно беспокоиться о диете."


Они смеялись.


"Кто-нибудь скучает по Великобритании, хочет быть кем-то другим?" Я громко спросил.


Никто не ответил, поскольку они проверяли взгляды друг друга, некоторые все еще были в бинтах.


"Все надежно, " заверил меня Робби. "И если это не так, то скоро будут".


"Будем ли мы двигаться вперед?" Спросила Мэгги.


"Нет, ты будешь защищать пограничную зону, которая на данный момент достаточно опасна для тебя. Не стремитесь дать себя убить, сначала наберитесь опыта."


Джинджер позвонила в 1.06 ночи, запыхавшись. "Мы слышали "Геркулес", затем увидели вспышки, ракеты, выпущенные по ним, скажем ... в трех милях к северо-востоку от того места, где мы сейчас находимся, то есть на холме. Затем мы услышали визг, мощный взрыв, затем еще два, F18 пронеслись мимо."


"Где были ракеты?"


"Прямо к востоку от того места, где, как вы предполагали, боевики разбили лагерь на полосе, скажем, в четырех милях к востоку. Прямо на траектории полета."


"Есть какое-нибудь движение на полосе?"


"Мы увидели огни, потом ничего."


"Хорошо, продолжайте искать".


В комнате штаба я сказал ночному персоналу: "Истребители поджидали "Геркулес" с ракетами с тепловым наведением прямо на траектории полета".


"Сбитые самолеты?"


"Не знаю, но люди из Echo сообщили о выпущенных сигнальных ракетах, а затем F18 атаковали наземные подразделения боевиков."


Я ходил взад-вперед, затем сел в центре управления персоналом и слушал случайный треск по радио. Прошло полчаса, прежде чем был установлен радиоконтакт, два "Геркулеса" все еще были целы.


Они приземлились пятнадцатью минутами позже, и я был на перроне, чтобы поприветствовать экипажи. Эти команды собрались вместе и направились ко мне. Когда они добрались до меня, они погасли.


"Мы на волосок от гибели, " доложил первый пилот. Большую часть пути мы контактировали с американскими системами АВАКС и просили их поискать ракеты. Когда мы приблизились к району цели, система АВАКС сообщила, что у них были контакты с землей, металлические предметы в песке, джипы, а затем мы увидели вспышку, поэтому мы выпустили сигнальные ракеты и развернулись, выпустив по меньшей мере три ракеты с тепловой самонаведкой."


Я сказал им: "После того, как вы отвернули, F18 разбомбили эти джипы".


"Да, у нас есть болтовня."


Пилот заметил: "Они ожидали нас ..."


"Да, " согласился я. "Пока ... просто назови это ... магией. Но я с этим разберусь. Завтра они нас не будут ждать."


"Волшебный радар ... где-то на земле, да?"


"Где-то, да. Отдохни немного, и молодец, но ты израсходовал одну из своих девяти жизней."


Мой телефон зазвонил. "Привет?"


"Это Миллер, ты можешь говорить?"


"Мистер Миллер, давно ничего не слышно", - сказал я, медленно направляясь в комнату штаба.


"Я не люблю звонить, когда ты занимаешься пайкой, если только это не относится к делу".


"У тебя есть для меня что-нибудь актуальное?"


"У вас был визит саудовского генерала Муллы".


"Да, и он был не очень вежлив".


"Он у нас на радаре".


"Думаю, я в буквальном смысле нахожусь на его радаре".


"Он сын принца, 8это в очереди, значит, кто-то, кого нельзя трогать."


"Каждого можно коснуться, мистер Миллер", - холодно заявил я.


"Ну, мы не собираемся стрелять в этого парня, но он связан с донорами Аль-Каиды".


"И вы не хотите, чтобы эти доноры прекратили делать пожертвования, потому что Аль-Каида помогает оправдать ваши бюджеты ..."


"Ты знаешь, как это работает".


"К сожалению ... да. И как это работает ... сегодня ночью мы чуть не потеряли два самолета "Геркулес"."


"Я уверен, вы придумаете еще один блестящий план, но причина звонка в том, что мы получили сообщение о заложниках".


"Они держат западных заложников?"


"В основном правительственные работники-хуситы, люди, чинящие придорожное освещение, крупной рыбы нет. Но я подумал, что тебе может пригодиться информация."


"Действительно, да", - съязвил я. "Ты можешь их засечь?"


"Все, что мы знаем, это то, что они недалеко от какой-то грязной полосы, к северу от основных лагерей".


"В таком случае не будет большого неудобства, если я пойду посмотрю на них. Как там Карлос-Шакал?"


"Судя по всему, у него все хорошо".


"Без злой воли ..?"


"Немного, но я прошел через это, и теперь более осторожен - транспортировка в ящике не доставляет удовольствия; обезвоживание, описаешься в штаны. Это переоценено."


"Действительно. Если вы хотите быть полезным, мистер Миллер, поищите перехваченные сообщения о большой бомбе в Омане, нацеленной на офицеров."


"Чьи офицеры?"


"Я бы предположил, что наш, в частности ... маленький старый я. Израильтяне получили несколько перехватов, но недостаточно подробных, чтобы точно определить бомбу."


"Если бы что-то всплыло, это было бы отмечено для тебя, но я все равно посмотрю".


"Спасибо". Я позвонил в GL4, чтобы получить милую леди-капитана.


"Как погода?" - спросила она.


"Ночью холодно. Как там дела?"


"Холодно днем, холодно ночью, сыро, серо и темно", - пожаловалась она.


"По крайней мере, у нас здесь есть солнце днем. Слушай, заставь жирного ублюдка и его команду искать заложников в Йемене."


"Их сотни! С чего, черт возьми, нам начать?"


"Недавние, выходцы с Запада, высокая ценность".


Она вздохнула. "Хорошо, для начала я сделаю кое-что для ночной смены".


"У них недостаточно дел?" Я дразнил.


"Не каждый день, нет, но мы регулярно получаем отчеты от команды, файлы для обновления здесь. Было бы приятно, если бы тебе иногда звонили, чтобы добавить кое-какие детали в файлы."


"Я часто думаю о тебе поздно ночью".


"Я лично..?


"Абсолютно. Когда я - холодная сырая дыра в земле, на ум приходишь ты и твой аккуратный почерк. Это и торчащие соски."


"Не упоминай об этом", - прошипела она. "Я больше не допущу такой ошибки".


"Расслабься, дерзкие соски - забава для нас, парней, у которых их нет".


"А Саломея?.."


"Почему люди всегда спрашивают о ней?" Она смертельно опасный агент Моссада, и ей нельзя доверять."


"Ha."


"Иди, заполни бланк своим аккуратным почерком, капитан Перки".


Утром мы готовились к прибытию Наследного принца, все команды HALO жаловались на задержку с запуском вставки, по крайней мере, жаловались, пока я не упомянул расставленную для них ловушку и ракеты с тепловым наведением. Затем они жаловались на риски.


Перед прибытием наследного принца приземлились два "Геркулеса" королевских ВВС - ни один из них не был выкрашен в коричневый цвет, в их кабинах было полно обслуживающего персонала и техников - в униформе brow, Цементные бомбардировщики громко приветствовали, а затем сильно встревожились из-за ракет. Час спустя приземлились два самолета королевских ВВС "Чинук", также не выкрашенных в коричневый цвет, и у них также была кабина, полная техников в коричневой форме.


И на "Чинуках", и на "Геркулесе" были установлены сигнальные дозаторы, так что, по крайней мере, стало на одну проблему меньше, пока они не сказали мне, что у них нет сигнальных ракет и нужно будет достать еще. Были сделаны срочные вызовы, оманские военно-воздушные силы имели их в запасе.


Адмирал Джейкобс совершил посадку на своем "Соколином глазу", его небольшая команда сбежала с взлетно-посадочной полосы, когда "Соколиный глаз" улетел, не было видно ни одного поворота на оживленный перрон. Я отдал честь и поприветствовал его.


" РАФ здесь? " спросил он, бросив взгляд на "Геркулес".


"Они были на учениях в Катаре, сэр".


"Это было на прошлой неделе", - недоумевал он.


"Может быть, они загорали, посещая пляжи".


"Завтра еще одна важная встреча в Маскате".


Я остановился как вкопанный. "Познакомьтесь, сэр?" Его команда остановилась, и они могли видеть мой взгляд.


"Конференция по региональной безопасности". Он также мог видеть мой взгляд. "Что?"


"Сколько человек на этой конференции и кто придет?" Я громко спросил, теперь обеспокоенный.


"Офицеры НАТО, региональные офицеры, консультанты по безопасности ..."


Мои глаза расширились. "Мы получили информацию о том, что группа бойцов Аль-Каиды месяц назад проехала через Саудовскую Аравию сюда и что-то сделала, вернулась и получила хорошую плату за свои усилия, затем мы получаем информацию о бомбе, затем, что ее целью были гребаные офицеры!"


Его лицо вытянулось. "Черт..."


"Позвоните и отмените эту гребаную встречу, сэр!" Я достал свой телефон и позвонил сестре Лондон, пока его команда сбивалась в кучу, отключив телефоны. "Это Уилко из Омана, срочный вызов. Региональная конференция по безопасности в Маскате, Оман, станет мишенью для большой бомбы, предупредите всех и, черт возьми, отмените ее, или вы окажетесь по колено в мертвых офицерах!"


"Не могу отменить это, офицеры уже приземлятся или будут в воздухе, это начинается сегодня. Безопасность всегда строга - "


"Сколько западных офицеров?"


"Более трехсот".


"Триста! Господи! Передайте мое предупреждение сейчас же, МОД и Кабинету министров! Ты понял это?"


"Да".


"И в следующий раз расскажи мне о чем-нибудь подобном! Я здесь сражаюсь с террористами в Омане, а там, по дороге, проходит гребаное совещание западных офицеров! Я хочу знать, хочу, чтобы пизда не сообщила мне!"


Я прервал звонок, теперь серьезно обеспокоенный - а также чертовски раздраженный, "Лирджет" наследного принца на подлете. Я стоял с большой приветственной группой - адмирал Джейкобс все еще разговаривал по телефону, надеясь, что ракет не будет, на перроне теперь находятся "Геркулес" и "Чинук", места для "Лирджета" не так много.


Пилоту удалось проскочить с достаточным зазором и остановиться рядом с нами, открыв дверь и спустившись по ступенькам под завывание двигателей. Наследный принц вышел в элегантном сером костюме, оманский почетный караул вытянулся по стойке смирно и отдал честь, но я смело подошел и грубо отмахнулся от удивленного принца в сторону.


"В Маскате проходит гребаная конференция по безопасности?"


"Да?"


"Мне никто не говорил, и вот уже несколько дней мы получаем информацию о большой бомбе, заложенной месяц назад, чтобы убить офицеров". Его лицо вытянулось. "Отмените место встречи, обыщите его прямо сейчас, или вы будете привлечены к ответственности за пятьсот погибших офицеров!"


Он достал свой телефон и рявкнул на своих помощников. Они также схватили телефоны, собравшиеся здесь офицеры недоумевали, что, черт возьми, происходит.


Я отступил к ним, Клиффорд выглядел обеспокоенным. С суровыми чертами лица и громким голосом я начал: "Чего мне никто не говорил ... так это того, что сегодня или завтра пятьсот офицеров, в основном западных, соберутся в Маскате на региональную конференцию по безопасности, триста офицеров западных стран в одном гребаном здании".


"Боже мой, я совсем забыл, " начал Клиффорд. "У меня там друзья, их десятки".


"Возможно, они очень скоро умрут, " сказал я ему. "Вот где эта чертова бомба, она там уже месяц!"


Ковски обеспокоенно спросил: "Они отменят это?"


"Возможно, это уже началось, " сказал я ему, обменявшись взглядами.


Принц, наконец, подошел, офицеры вытянулись по стойке "смирно" и отдали честь, но у него не было его счастливого лица, как и у меня. "Они обыскивают здание и территорию".


"Пусть они поищут что-нибудь, спрятанное под этим, очень большую бомбу."


"Я кричал на начальников службы безопасности и угрожал повесить нескольких человек, если они не найдут бомбу."


"Когда начинается собрание?"


"Вступительное слово сегодня вечером, в 9 вечера, они должны были собраться в 8 вечера."


"Итак, у нас есть время. Есть ли альтернативное место?"


"Да, они смотрят на это сейчас."


Я вздохнул и повел его в центр УВД и на крышу, указывая на особенности и подробно описывая, что здесь произошло, временную шкалу. Закончив, я сказал ему: "Мои друзья в американском глубинном государстве говорят мне, что саудовский генерал Мулла связан с людьми, отправляющими деньги Аль-Каиде".


"Он нам известен, но мы мало что можем сделать с нашим очень крупным соседом по соседству. Мы ходим по тонкой грани."


"Я беспокоюсь, что Аль-Каида нападет на вашу страну после того, как все закончится."


Он обдумал это. "Мы не хотим, чтобы они сидели в этих лагерях и строили планы, и разговаривали с местными жителями, поэтому ... мы согласились избрать этот курс действий и жить с последствиями, но это дает мне повод усилить охрану здесь и занять армию. Все различные армейские подразделения хотят приехать сюда и получить некоторый опыт."


"У нас даже есть ваша береговая охрана."


Я привел его вниз, и он поговорил с оманским майором, полицией, с Мораном и Слайдером, десять минут с французскими командами, беседа с командой SEALs HALO. Подъехав к "Рыси", он поговорил с полковником Машем и его командой и поблагодарил их за помощь с раненым экипажем "Рыси".


Вернувшись в отдел УВД базы, за пределами комнаты штаба, он принял вызов, и его лицо вытянулось; он выглядел так, как будто вот-вот упадет в обморок. Он, наконец, повернулся ко мне. "Здание взорвалось и рухнуло, когда команда по обезвреживанию бомб что-то нашла. Двадцать саперов убиты, тридцать полицейских убиты или ранены, персонал общественного питания убит ... Здание рухнуло на них."


"И сколько офицеров пережило бы взрыв?" Я нажал.


"Никто", наконец, вернулся.


Я провел его внутрь, старшие сотрудники собрались, комната штаба освободилась от перевернутых столов и убранных стульев. Они могли видеть мое настроение и лицо принца.


Я взглянул на их выжидающие лица, и на них появилась моя посмертная маска хмурого взгляда. "Джентльмены, оманская команда по обезвреживанию бомб вовремя обнаружила бомбу, но ... вся команда была убита, двадцать из них, вместе с тридцатью полицейскими, плюс обслуживающий персонал, готовивший здание. Здание ... было полностью разрушено, там ... не было бы выживших, если бы конференция состоялась."


Они обменялись шокированными взглядами.


Адмирал Джейкобс тихо вставил: "Я должен был быть там в последний день".


"Я сделал звонок, и горстка моих близких друзей и коллег находится здесь, в Маскате", - торжественно сообщил мне полковник Клиффорд.


Я сказал ему: "Ты бы объяснил это их женам и детям, это ... это всемогущий пиздец. У нас были предупреждения, три из них, но никто не сообщил мне о встрече. Если бы эта встреча состоялась, это была бы худшая гибель наших офицеров с тех пор, как ... с тех пор, как начались записи.


"Мы потерпели бы наше худшее поражение за всю историю, и вина пала бы на террористов, людей, с которыми мы пришли сражаться, и на нас - мужчин в этой комнате -. Мы здесь, у нас есть команды разведки здесь, мы получили предупреждения вовремя, но мы полностью облажались.


"Когда полковники, генералы и адмиралы узнают об этом ... они будут требовать крови и голов, наших гребаных голов, всех так называемых талантов в этой комнате. У нас есть британская разведка, у нас есть ЦРУ, у нас есть лучшие операторы спецназа в мире и весь гребаный морской флот США, и мы все равно облажались.


"Вы можете возразить, что мы нашли бомбу вовремя, но случайно обезвредить бомбу за одну секунду до конца - не самая лучшая стратегия для продвижения вперед. Через час старшие сотрудники узнают, как близко они были к смерти, и почувствуют облегчение - на какое-то время, за которым вскоре последует настоящее бешенство из-за того, как близко они подошли.


"Вы можете возразить, что мы заняты борьбой с террористами в пятистах милях от Маската, но у людей дома, у политиков и сенаторов, у них нет ни чертовой карты, и они видят нас в Омане, бомбу в Омане, провал в Омане."


Я указал на Хикса. "Он был в Сомали в 93-м, недалеко от боевых действий, и это не его забота, но люди всегда спрашивают: "где ты был ... и что пошло не так?" Бесполезно говорить людям, что это тебя не касалось, потому что они никогда не поймут. Мы здесь, это наша битва, и я предупреждал вас всех, что они будут бить по слабым целям, и мы все упустили очевидное.


"Это было бы величайшей победой, когда-либо достигнутой террористами, призывом к сплочению для других, величайшим поражением на сегодняшний день для нас - западных держав и наших элитных сил специального назначения.


"Ничто из того, что мы сделали до сих пор, не осталось бы в памяти, только потеря тех старших офицеров, операция, которую здесь сочли провальной, и те, кто консультирует человека в Белом доме, посоветовали бы ему, что наступать на чужую землю - плохая идея.


"Джентльмены, если бы эта бомба задела наших офицеров, это отбросило бы нас на годы назад, и мы бы начали все сначала - войну в средствах массовой информации. Как я продолжаю говорить людям, единственное место, где можно выиграть войну, - это средства массовой информации, и мы собираемся получить тонну дерьма из средств массовой информации, если мы не сможем как-то раскрутить это.


"Мы можем, по крайней мере, утверждать, что получили информацию и передали ее вовремя, просто жаль, что пятьдесят оманцев были убиты. Чтобы не принижать ценность их жизней, важно то, как мы продвигаемся вперед в борьбе с такими людьми, как Аль-Каида, а это означает победу в войне в средствах массовой информации, чтобы Белый дом продолжал посылать вас.


"Итак, что касается внешнего мира ... мы вовремя остановили бомбу, и - Ваше высочество - саперы нарушили ваши приказы и попытались обезвредить ее вместо того, чтобы очистить здание и ждать." Я задержал на нем свой пристальный взгляд.


Он опустил голову и кивнул.


Я продолжил: "Они были храбрыми людьми, но допустили ошибку, а здешние команды не допустили ошибок. Это может показаться корыстным, но мы должны победить террористов, и единственный способ сделать это, имея на нашей стороне Белый дом, а для этого нам нужны хорошие результаты в средствах массовой информации, поэтому мы играем в медиа-игру, даже если мы не совсем точны в наших репортажах."


"Что нам делать дальше? " спросил наследный принц без всякой энергии в голосе.


"Я введу своих людей, плюс Волков, и мы убьем всех бойцов до единого, мы получим информацию и документы - работу, ради которой мы пришли, затем мы уйдем. Дней пять или около того. Я также позабочусь о том, чтобы другие команды получили некоторую информацию об ограниченном риске, никаких жалоб со стороны СМИ на потери здесь."


"Мой босс находится в Маскате, должен присутствовать на этой встрече ", - отметил адмирал Джейкобс. Он покачал головой. "Это будет непростой разговор".


"И мой босс тоже, " вставил Либан. "Я познакомился с его семьей неделю назад". Он покачал головой. "Айя, мне пришлось бы встретиться с ними лицом к лицу".


"Мы увернулись от пули", - отметил Клиффорд. "Независимо от того, сколько секунд осталось на часах, и прямо сейчас мои ноги подкашиваются, учитывая то, что могло произойти". Он смотрел мне прямо в глаза. "Если отбросить бомбы, как дела у здешних команд - в глазах СМИ?"


"Отлично, сэр, никаких проблем, все хорошие истории, еще не все. Команды хорошо работают вместе, без скулежа или соперничества."


"Затем мы продолжаем рассказывать об успехах средствам массовой информации ", - подбадривал он, кивая головами.


Я выпрямился. "Все, сделайте перерыв, выпейте кофе, подышите, затем мы вернемся к войне. Но извлеките урок из этого." Я столкнулся с Харрисом. "Если будет подробное вскрытие, кто-нибудь в моде, возможно, захочет отрезать тебе яйца".


Он опустил голову, теперь выглядя серьезно обеспокоенным, когда люди посмотрели на него.


Я вывел адмирала Джейкобса и наследного принца на улицу, и мы неторопливо направились к самолету "Лирджет". Я начал: "Нам нужно убедиться, что СМИ распространили нашу историю, что мы передали предупреждения, но ошибочно посчитали, что бомба находится в Салале или здесь, и что ... сообщение, переданное оманской полиции, было отложено, возможно, на день".


"Я что-нибудь придумаю, " предложил принц. "Чтобы ты выглядел хорошо, а мои люди - хуже. Таким образом вы продвигаетесь вперед. Мои люди поймут, они не захотят, чтобы чиновника вздернули; Я знаю, какими мерзкими могут быть ваши СМИ."


Адмирал Джейкобс закашлялся от смеха. "Мои люди не поймут". Он вздохнул. "Черт ... Этим должно заниматься гребаное ЦРУ, а не моя чертова работа, но я здесь ... и это моя область, и я просил больше делать, больше ответственности. Я хотел ответственности, и я получил корабль, полный аналитиков intel, так что мне было бы трудно объяснить это."


Я сказал ему: "Когда ты сражаешься с террористами, они всегда бьют по легкой мишени, просто чтобы позлить тебя. Победа в войне на песке - это прямое продвижение вперед, но бойцы - гражданские лица, передвигающиеся по городам, и мы не можем следовать за ними в города. Мы делаем, что можем ... но для борьбы с террористами нет военного решения."


"Это я начинаю понимать", - отметил Джейкобс.


Я сказал принцу Халиду: "Аль-Каиде помогли с этой бомбой, грузовик, привезенный из Саудовской Аравии, был начинен взрывчаткой, я не думаю, что они купили ее на месте".


Он быстро разозлился. "Я найду тех, кто помогал им, и сам их повешу".


Мы пожали руку принцу, отдали честь и пожелали ему счастливого полета, вскоре возвращаясь в штабную комнату, когда двери Learjet закрылись.


"Ты можешь уничтожить их?" - Спросил Джейкобс.


"Да, в них легко играть, мы просто злим их, и они выходят на линию огня, небольшая стратегия. Если бы они были мудры, они бы спрятались в городах и не сражались с нами, но у них есть гордость - поэтому мы оставим их тела в песке, по крайней мере, большинство из них. И там есть заложники, так что я пойду за ними и постараюсь сделать хороший заголовок в газете."


"По крайней мере, это был бы хороший результат, да." Он кивнул.


Фрэнкс вышел из здания штаб-квартиры вместе с Диком. Джейкобс остановил их, сердито указав пальцем. "Вам, двум неудачникам, лучше бы, блядь, действовать сообща. Можешь ожидать от меня дерьмового письма в агентство, " прорычал он.


"Сэр. Опустив головы, они ушли.


Мой телефон зазвонил, и я отошел. "Это Дэвид. Ты лаял на моих сотрудников ..?"


"Бомба была найдена, и она была заминирована, команда по обезвреживанию бомбы убита, двадцать из них, тридцать полицейских, плюс обслуживающий персонал."


"Боже мой."


"Если бы бомба не была найдена, то триста офицеров НАТО были бы убиты, и вы бы объясняли это премьер-министру. У нас были предупреждения, и ваши люди, а именно я, упустили возможность узнать об этой встрече, и никто с вашей стороны не рассказал мне об этом. Так что тебе было бы чертовски трудно объяснить, почему было убито так много старших офицеров НАТО.


"В нынешнем виде вскрытие тоже не будет приятным для вас, потому что мы все упустили очевидное, и будут заданы вопросы, такие как ... вы почти потеряли триста офицеров НАТО, несмотря на три предупреждения, господин шеф разведки."


"Готовится крепкая выпивка, за которой последуют несколько неприятных бесед с разными людьми; у генералов британской армии на этой встрече, возможно, найдется несколько громких слов в наш адрес, министр обороны немного покричит. Боже мой."


"Вы получили от моей команды разведки предупреждение о бомбе?"


"Да, но это было указано как покушение на вашу базу форвардов, плюс отчет о том, что при обыске бомбы обнаружено не было."


"Идиоты в вашем офисе должны были сложить два и два."


"Да, и я буду с ними разговаривать. Министерство иностранных дел получило предупреждение о бомбе, посольство тоже, так что расследование будет далеко идущим."


"Увернуться от пули и быть везучим - не такая уж гребаная стратегия."


"Нет, полагаться на удачу никогда не стоит. Что будет дальше?"


"Я вставлю "Эхо", "Волки", "Американские волки", "Французское эхо". Мы проберемся через холмы и уничтожим боевиков. Через пять дней мы уезжаем, надеюсь, это будет хорошая статья в газете."


"Что ж ... удачи, " съязвил он.


После проверки карты и планов вернулся Соколиный глаз Джейкоба, и я отмахнулся от него. Я поднялся в центр УВД и вышел на крышу, глядя на собранный самолет и понимая, как близко мы подошли, меня пробрал озноб, несмотря на приятное солнце, тяжесть опустилась на мои плечи.


"Вы в порядке, сэр? " раздался голос.


Я повернулся лицом к восхитительному видению, Сесилия. Оглядываясь назад на "Геркулес", я начал так: "Бомба взорвалась в Маскате, многие погибли, но если бы она взорвалась, когда предполагалось, то погибло бы триста офицеров западного флота, всего пятьсот офицеров".


"Боже мой."


"Это отбросило бы меня на годы назад, вся моя тяжелая работа была бы напрасной."


"Тебе нужен отпуск, ты выглядишь усталым".


Я взглянул на нее. "Звучит мило, праздник. Может быть, после того, как все это закончится."


"Я вернусь в Великобританию после того, как все закончится, время наберет обороты", - случайно упомянула она.


Это была тяжелая работа, но я улыбнулся. "Возможно, мне нужно отдохнуть от всего этого".


На the billet я сказал всем тем, кто из Echo все еще здесь, приготовиться к вставке, а Swifty взять на вставку всех британских волков. Я предупредил американских волков, чтобы они были готовы отправиться сегодня, затем сообщил командам HALO, что они отправятся после того, как Echo обыщет район к югу от полосы и даст зеленый свет, никаких ракет с тепловым наведением, которые могли бы обеспокоить команды HALO.


Затем я поговорил со всеми известными мне экипажами "Чинуков", и они должны были взлететь в сумерках. Оманские экипажи "Геркулеса" пришли и нашли меня в ангаре со своими коллегами из королевских ВВС.


Оманский пилот начал: "Мы думаем, что будет лучше, если мы войдем с севера, для любого сброса. Мы летим на низкой высоте над песком недалеко от границы с Саудовской Аравией, но не настолько близко."


"Решать тебе, пока ты не попадаешься на ничьи радары". Оманские экипажи обменялись взглядами. "Спланируйте маршрут, позвольте мне взглянуть на него, но мои люди будут на месте сегодня вечером, чтобы атаковать любые ракетные расчеты. Если ты бросаешь людей, ты бросаешь их завтра ночью."


В комнате ШТАБА, столы теперь в том виде, в каком они были, майор Харрис и его команда все подчинились, я передал им план и приказы о передвижении, листы старательно обновлены.


Когда солнце опустилось низко, я принял решение и пополнил свои запасы. В комнате штаба я сказал Клиффорду, что он главный, но что я был на том конце провода.


"Ты собираешься войти?" - спросил он.


"Здесь заложники, это пахнет ловушкой, и я хочу сделать этот выбор сам. Завтра используй вертолеты, чтобы поднять британских солдат, когда мы обезопасим территорию, затем сбрось паллеты рядом с ними. Скорее всего, я создам штаб нападающих, просто нужно найти хорошее место."


Вскоре я вел "Эхо" к ожидающему "Чинуку" королевских ВВС, когда эти "Чинуки" сидели, громко тревожа базу, людей подсчитали, британские "Волки" возглавили, половина "Эхо" на втором "Чинуке" с другими британскими "волками", американские "Волки" должны были следовать - но их высадили в десяти милях от меня, французы должны были последовать утром с оставшимися британскими силами.


Я похлопал знакомого члена экипажа по руке и сел, и вскоре мы скатились с перрона на взлетно-посадочную полосу, набирая скорость, набирая высоту и делая вираж влево и на запад в лучах заходящего солнца, когда в салоне выключили свет. Но запланированный курс был на северо-запад, к северу от вади и вокруг, на всякий случай.


Напротив меня сидели Моран, Митч и его шпионы, Слайдер и его команда, Риццо на втором "Чинуке", британские волки, которых видели в трюме, все мужчины были одеты одинаково, большинство сидели боком на скамейках, так как на них были рюкзаки. У Самбо был рюкзак, набитый боеприпасами, а у большинства мужчин поверх жестяных подсумков был спальный мешок.


Тридцать минут спустя, когда небо снаружи уже потемнело, в каюте было темно, член экипажа помахал мне рукой, чтобы я поднимался, трап опускался. Я зарядил свое ружье, но не взвел курок, когда опустился на колени, другие подражали и вскоре встали плечом к плечу, как будто собирались начать спринт.


Теперь мы медленно направлялись прямо на юг, Джинджер впереди нас лежала на земле с сигналом факела для нас - надеюсь, и мы приземлились в песчаном овраге, достаточно широком для чинука, вышли и разбежались в стороны, нашли камни и опустились на колени рядом, когда влажный песок и холодный ветер обдали нас, закрыв глаза, когда на нас напали.


Вскоре мои ноздри наполнились запахом влажного песка, в нос попало немного песка, и мне следовало надеть маску для лица, песок царапал мою шею.


Я взвел курок винтовки, но прикрыл ее от взрыва песка своим телом, когда "Чинук" с ревом унесся в черное небо, второй "Чинук" отстал от нас на сотню ярдов, оба экипажа были оснащены ночными прицелами. Когда стало тихо, я поднялся и пошел на юг, пока формировались команды, Моран со мной, а команда Джинджера заходила сбоку, все еще с зажженными факелами.


"Проверка радиосвязи, затем вытряхни чертов песок из своего оружия".


Прозвучали команды, к счастью, у всех были работающие рации, и образовалась длинная очередь, когда я быстро двинулся на юг, напрягаясь, чтобы разглядеть впереди темный овраг, когда позади меня раздался громкий и незаметный лязг. Но мы были большой силой с Волками и шпионами, способными справиться с любой проблемой здесь, более шестидесяти человек.


"Уилко, для Джинджер, есть здесь кто-нибудь из местных?"


"Если вы продолжите в том же духе, мы можем наткнуться на что-нибудь, мы видели огни на юге. Мы посмотрели на ракетчиков после того, как ВМС США сбили их, повсюду их останки, получили несколько удостоверений личности."


"А эта грязная полоса?"


Николсон подобрался поближе и сообщил о людях, спрятанных под землей в нескольких местах, но их было немного. Мы осмотрели этот район, никого не видели, следов нет, и нет подходящих мест для джипов, которые мы могли бы заметить - так что они должны были идти пешком, если они здесь ждут."


Как и ожидалось. Хорошо, спасибо."


Мои глаза привыкли, идти было достаточно легко, песок светлее камней, черное небо с яркими звездами над нами, ветер леденящий меня. Я надеваю маску и перчатки, чтобы согреться и скрыть свои черты.


Овраг петлял на юг, но вскоре я оказался на гладких камнях и взбирался на пологие холмы, останавливаясь, чтобы понюхать воздух и осмотреться. Мы падали и взбирались, снова и снова, ребята вот-вот заболеют морской болезнью.


Через тридцать минут я почувствовал запах дыма. Митч, оставайся здесь со своей командой, прикрывай наш тыл. Риццо, иди налево и вокруг, медленно и уверенно. Свифти, отведи волков направо и в обход, четыреста ярдов на запад, затем на юг. Уходите тихо."


Я сидел на холодных камнях с Мораном, и мы смотрели вперед, на горизонт, не видя никаких огней, но чувствуя впереди запах дыма от готовящейся пищи. Слайдер и его люди были позади нас, в которые теперь входила первоначальная команда Джинджер - теперь она снова превратилась в два отряда.


Я мог видеть темные очертания парней, когда они двигались на восток и запад, вскоре скрывшись из виду, только холодный ветер в компании, влажный песок на холодных камнях под нами. Мне было интересно, как этот котенок выжил здесь, возможно, находя песчанок, чтобы поесть, и, возможно, ночуя в милой уютной пещере.


Через пятнадцать минут затрещало радио. "Это Риццо, ты меня слышишь?"


Я стоял во весь рост. "Продолжай".


"Мы видим лагерь, огни в нескольких местах, дюжину джипов".


"Всем командам, избегать песка на подходе, там могут быть мины. Свифти, ты начеку?"


"Мы видим какие-то огни к востоку от нас, без деталей, слишком далеко".


"Пусть ваши основные силы остаются на месте, медленно отправьте четырех человек вперед, чтобы посмотреть, вторая команда на юг на 400 ярдов, очень медленно, мертвая тишина".


"Немедленно отправляйте команды".


Я махнул им рукой, команда позади меня замедлила ход, и я медленно повел их черные фигуры вверх и вниз по скалам, избегая песка под нами, вверх по гребню. Поднимаясь выше, я почувствовал запах сигаретного дыма. Я быстро пригнулся, мужчины позади молча копировали. Я прошептала: "Мужчины рядом".


Когда я запрокинул голову, Моран и другие подняли головы, и мы увидели палатку на песке - в тридцати ярдах от нас, внутри горел свет, мужчины болтали. Взмах моей руки, и люди тихо расходятся влево и вправо.


За палаткой начинались скалы, но за ними мы мало что могли разглядеть. Я ждал.


"Это Риццо, и мы уже близко, в сотне ярдов или больше".


"В режиме ожидания. Свифти, где твои мальчики?"


"Это Вулф Бригсон, босс, и мы заметили палатки с фонарями, джипы в ряд, скажем, двенадцать джипов, движущихся на юг".


"Как далеко ты продвинулся, Бригсон?"


"Скажем ... двести ярдов или меньше".


"Всем надеть глушители, приготовиться". Я отступил назад и тихо нажал на глушитель, дважды выстрелив в него, вскоре вытянув руку и прицелившись вниз. "Митч, ты слышишь нас?"


"Продолжай", - прохрипели в ответ.


"Там сзади все тихо?"


"Ни огней, ни движения".


"Риццо, стреляй по готовности, затем все команды, у которых есть шанс, присоединяются, остальные разворачиваются и ищут отставших".


Я прицелился в палатку, вскоре услышав характерный треск, и выстрелил, как стрелял Моран, палатка была изрешечена, ни у кого не было шансов выжить - или попасть под пули, латунные гильзы звякнули о камни подо мной.


Горизонт осветился, мощный взрыв достиг нас.


Я срочно связался по радио. "Сообщите о взрыве!"


"Вулф Бригсон, босс, и я думаю, что что-то взорвалось".


Мужчины рядом со мной засмеялись, услышав треск.


"Есть раненые?"


"У нас звенит в ушах".


"Что это было?"


"Что-то в джипе взорвалось, когда мы в него врезались".


"Всем командам, стрелять и ждать, но я думаю, они могут знать, что мы сейчас здесь".


Моран рассмеялся. "Хорошая скрытная операция. И хорошо, что мы захватили с собой глушители, да."


Несколько РПГ, над нашими головами, взрыв вдалеке.


"Это Митч, и кто в нас стреляет, а?"


"Есть раненые?" Я звонил.


"Нет, но это было чертовски близко. По ту сторону скал, и наши люди были бы повержены. Здесь тоже нет убежища."


"Это Риццо, и нам не в кого больше стрелять".


"Пока наблюдай, медленно приближайся, не ходи по песку. Бригсон, докладывай."


"Некоторые из них прячутся, но они не могут нас видеть".


"Уничтожьте все эти джипы, сбейте все ящики на земле".


"Это быстро, и в миле к югу от нас есть огни".


"Двигайся в ту сторону, ищи подъездную дорожку, поднимайся над ней".


"Перемещение".


Взрыв эхом прокатился вокруг нас.


"Сообщите о взрыве", - произнес я в темноте.


"Это натяжка, и какой-то глупый араб-мудак только что наступил на свою собственную шахту там, внизу. Я думаю, у него дырка в сандалии."


Черный силуэт Морана повернулся ко мне. "Мины в песке", - отметил он. "Затрудняет передвижение".


"Не совсем, мы просто избегаем песчаных участков", - сказал я ему, парни смеялись в темноте.


"Здесь есть джунгли?" Моран пошутил.


"Несколько тысяч миль на восток".


Мы прождали час, замерзая в темноте, время от времени слышался треск, стреляли отставшие и раненые. Я, наконец, встал. "Риццо, двигайся на юг, затем на запад, найди тропу, не стреляй в волков. Митч, теперь закройся."


Когда появился Митч и его команда, я повел свою команду на запад, а затем на юг, следуя предыдущему курсу Свифти, и мы, наконец, встретились. Я послал его на запад на 500 ярдов, чтобы затем повернуть на юг, пока моя команда медленно продвигалась на юг.


"Вулф Бригсон - Уилко".


"Продолжай".


"Впереди нас большой лагерь, но в моем прицеле он выглядит пустым".


"Ложись на землю, прячься, они услышали взрыв и готовы спрятаться. Риццо, ты меня слышишь?"


"Да, хороший сигнал, вы, должно быть, близко".


Приближайтесь, пока не увидите огни, затем ложитесь и ждите. Свифти, ты меня слышишь?"


"Сейчас мы выше вас, хороший сигнал, и я вижу огни".


"Медленно и неуклонно, они знают, что мы здесь, двигайтесь к западу от них".


"К западу местность становится выше, так что мы подкрадемся и посмотрим вниз".


"Всем командам, сохраняйте дистанцию, они скрыты, готовы. Пригните головы, прислушайтесь."


Свисток заставил нас поднять головы, взрыв прогремел позади нас в трехстах ярдах.


"Минометы", - отметил Моран. "Нацеливаемся туда, где, по их мнению, мы находимся".


Я стоял во весь рост. "У всех команд есть минометы, так что рассредоточьтесь и найдите какое-нибудь укрытие, не сбивайтесь в кучу".


"Это быстро, и мы можем видеть минометную команду, по нашим подсчетам, в 800 ярдах".


"Риццо, ты видишь их?"


"Пока нет".


"Это быстро, и мы можем проехать 600 ярдов и попробовать".


"Они могут прятаться так далеко, так медленно и неуклонно". По радио я сказал: "Приготовьтесь", командам. "Мы достаточно далеко и с подветренной стороны".


Пятнадцать минут спустя я сидел, прислонившись к камню со своим напитком, и это было очень приятно на холодном ветру, парни шептались, когда мортиры вылетали каждые три минуты или около того, ни одна не приземлялась близко к нам.


"Пустая трата раствора", - усмехнулась Джинджер.


За вспышкой огня, не нашего, последовали три тихих хлопка. Я встал. "Сообщите о стрельбе".


"Это Бригсон, босс, и к нам пришел наглый парень, чтобы посрать прямо рядом с нами. Итак, мы грубо прервали его омовение и застрелили его."


"Все команды, они знают, что мы уже близко, приготовьтесь".


"Это быстро, и "Волки со слоновьими ружьями" на высоте, мортиры починили, всего два ствола, один используется".


"Пусть сначала поищут главного, а потом ударят по минометному расчету".


"Я думаю, мы можем видеть парня, направляющего минометы. В режиме ожидания." Через пять минут пришло сообщение: "Это Свифти, и идиот, направляющий минометы, мертв, как и расчет минометчика".


"Любая команда, у которой есть шанс выстрелить, принимайте его и уничтожайте джипы, но сделайте паузу после стрельбы и поищите поблизости людей, которые прячутся".


РПГ пролетел мимо нас и врезался в камни в сотне ярдов позади нас.


"Это Митч, и он продолжает стрелять в нас из долбаного РПГ!"


"Это не личное", - сказал я ему.


"Ну, пока это не личное", - язвительно заметил он.


Убрав аптечку, проверив ремни, мы медленно двинулись вперед длинной цепью, Митч в пятидесяти ярдах позади. Камни были темнее песка в оврагах, а кусты снова были темнее, так что нам нужно было следить за особенностями.


Через сотню ярдов я увидел движение, опустился на колени и прицелился, но выжидал, копируя команду. Я услышал комментарии, произносимые шепотом на арабском, и, открыв рот, увидел два темных очертания.


На холодном ветру мы ждали, не видя движущихся очертаний.


Голоса впереди.


Я медленно веду свою команду вперед, останавливаясь через каждые десять шагов и опускаясь на колени на твердые холодные камни, оглядываясь и прислушиваясь, наши головы двигаются, как у сов. Темный силуэт двигался через овраг, вскоре ударился шесть раз и упал, прежде чем мы остановились и подождали, услышав треск впереди.


РПГ полетел на восток и врезался в скалу, был виден сноп искр, вскоре ночь снова затихла. Вспышка, взрыв, и мы увидели огни вдалеке.


"Это быстро, и мы сбили джип, который взорвался, два или три джипа сейчас в огне. И мы, должно быть, поразили тридцать из них."


"Риццо, скольких ты подстрелил?"


"Так много, что теперь ни одного ублюдка не видно".


"Будьте неподвижны, глаза и уши, ищите спрятавшихся людей. Увидишь темный угол, стреляй в него."


Моран толкнул меня, и мы упали на хард-рок, когда несколько RPG пронеслись мимо, достаточно близко, чтобы почувствовать запах выхлопных газов, вскоре позади нас прогремел взрыв. Сноп искр, и обрушилась возвышенность на юго-западе.


"Свифти, ты в порядке?" Я спросил.


"Да, никаких проблем, они продолжают бить по передней части скалы, мы на вершине".


"Это Повелители волков, и я слышу вертолет".


Мы все посмотрели вверх и по сторонам, прислушиваясь.


" На Запад, " прошептал Моран.


Я передал: "Всем командам приготовиться стрелять по этому вертолету, если он пролетит над нами".


Дрон рос.


"Это сбрасывание припасов?" Моран задумался. "Или здесь, чтобы обстреливать нас ракетами?"


"Я не чувствую себя счастливым". Я передал: "Всем командам, при необходимости отправляйтесь в укрытие, у вертолета могут быть ракеты".


Гул теперь был достаточно громким, чтобы вызывать беспокойство, глаза напрягались, чтобы увидеть приближающийся вертолет. Я, наконец, уловил блеск стекла, тщательно прицелился и выстрелил, когда к нему присоединились другие, увидев искры на обшивке вертолета.


Мы увидели вспышку и пригнулись в безумной куче, две ракеты врезались в камни перед нами, в ушах звенело, но опасности рикошета не было. Я вскочил и продолжил стрелять, очертания вертолета теперь были отчетливы, рев нарастал, когда нечто, похожее на Ми-8, пролетело к югу от нас, направляясь на восток, внезапно раздался хруст, за которым последовали два ярких взрыва.


"Не лучшее приземление, которое я видела", - съязвила Джинджер, когда пламя поднялось высоко.


Раздались трески, их были десятки.


"Сообщите о стрельбе".


"Это Риццо, и сейчас мы можем видеть множество из них, все освещенные", - раздался взволнованный голос.


Мощный взрыв прогремел позади нас, в миле от нас.


"Что, черт возьми, это было?" Громко спросил Моран, когда мы все посмотрели на север.


"Американские волки не настолько близки", - сказал я ему. "Может быть, что-нибудь в первом лагере, на который мы наткнемся".


"Неправильная позиция", - настаивал Моран.


Стало тихо, огонь от горящего Ми-8 был нашим ориентиром, странный треск, когда был замечен спрятавшийся истребитель.


Еще один мощный взрыв, на востоке, и мы все смотрели в ту сторону.


"Это Риццо, и это была ракета!"


"Случайное нацеливание", - отметил Моран. "Но если им повезет..."


"Риццо, двигайся на юг и вокруг того лагеря, в хорошем темпе, по крайней мере, на милю. Волки и Свифти, уговор тот же, держитесь подальше от лагеря". Выключив радио, я сказал: "Построиться на меня. Митч, приближайся, мы выдвигаемся!"


Подсчитав численность в спешке, я быстрым шагом повел их на восток, проверяя темные углы, и на всякий случай выстрелил в нескольких, вверх и вниз по гладким скалам, вскоре повернув на юго-запад.


Мы были в миле от нашей первоначальной позиции, когда следующий взрыв заставил нас оглянуться.


Моран отметил: "К востоку от нашей предыдущей позиции, но у нас бы звенело в ушах".


Холмы начали подниматься вверх, но они были в основном покрыты грязью и мелким кустарником, немного влаги здесь было доступно для местной флоры, так что карабкаться по ним было не так уж плохо. Достигнув вершины, Свифти приблизился слева вместе с Волками, и внезапно перед нами открылся вид на юг и запад, вид на несколько миль.


Подо мной все выглядело как песок во время отлива, рябь песчаных дюн, но высоких песчаных дюн, а вдалеке вздымались высокие черные горы.


"Там внизу нет джипов", - отметил Моран. "Не в тех дюнах".


"Риццо, где ты?"


"Я слышу тебя, так близко", - пришел неверный сигнал.


"Посвети факелом на возвышенность к западу от тебя".


Мы все посмотрели на восток, вскоре увидев вспышку.


"Риццо, иди прямо на запад, ты увидишь возвышенности на севере и юге, а затем дюны посередине. Когда доберетесь до начала дюн, ищите следы джипов, любым способом джип мог добраться до дюн, затем оставайтесь в начале дюн, но цельтесь на восток."


"Ладно, выдвигаемся".


"Свифти, отведи волков вниз, затем направо, весь путь на запад до конца, затем окапывайся, ищи подъезд к джипу и следы".


"Перемещение".


"Митч, оставайся здесь, занимай круговую оборону, смотри в оба, но найди способ спрятаться от вертолетов при дневном свете".


"Вас понял".


Я вел свою команду вниз, местами буксуя в грязи, пятнадцать минут, чтобы спуститься к дюнам, и вскоре перед нами предстали гладкие округлые дюны высотой в десять футов. Я светил фонариком в течение пяти минут, следов джипа не обнаружено там, где песок был достаточно ровным, чтобы по нему мог проехать джип.


Петляя влево и вправо по дюнам, мы продвигались медленно, но бойцам было бы трудно устроить нам засаду. Мы были в миле, когда мое радио затрещало.


" Уилко, ты меня слышишь? " подошел Риццо.


"Да, продолжай".


"Мы на возвышенности, смотрим на запад, перед нами гребаный океан песчаных дюн".


"Хорошо, это правильное место - мы посреди тех дюн".


"Джипу ни за что не перебраться через эти скалы".


"Проверь налево и направо, убедись, приготовь пиво, дай людям отдохнуть".


"Хорошо".


"Изолированная территория", - отметил Моран. "К джипам не подъехать, к тому же дюны слишком высокие".


Полчаса спустя мы обнаружили возвышающиеся над нами холмы, несколько темных участков, а когда дюны закончились и начался холм, я снова смог разглядеть кусты. Используя свой фонарик, я проверил наличие следов, но их не было.


"Приготовь пиво, немного еды, отдохни. Разбейте лагерь здесь. Румпель, готовься."


Они подошли ко мне, когда я сидел, вытаскивая посуду.


"Босс?"


"Вверх по склону, всю дорогу, не спускай глаз, затем чередуй отдых и еду".


Они посмотрели вверх. "Чертов ад, босс".


"Поддерживай себя в форме. Иди".


Они начали карабкаться по грязи, вскоре поднимаясь по диагонали.


Мой телефон зазвонил, когда я откинулся на землю с пивом в руке. "Это быстро, и мы находимся на юго-западной стороне, немного в стороне, объехали, джип никак не мог сюда проехать, кругом камни".


Разбивай лагерь, отдыхай и ешь, у нас есть люди на возвышенности." Я позвонил сестре Лондон. "Это Уилко в Йемене. Отследите мою позицию, передайте ее команде в Омане, пожалуйста. Скажите им, что это место можно использовать как брелок и для сброса поддонов, но самолет никак не сможет приземлиться."


"Я передам это сейчас".


"Есть что-нибудь дерьмовое с конференции?"


"Тонна этого, крики премьер-министра. На офицеров, которые там были, это не произвело впечатления."


Я громко вздохнул. "Еще один почти промах. Уилко на свободе."


"Что это было?" - Спросил Моран из темноты.


"Мы получили предупреждение от Саломеи, от ее людей, о бомбе в Омане, нацеленной на офицеров. Кроме нас, не было никаких групп западных офицеров, поэтому мы обыскали базу форвардов - несколько раз. Оказывается, бомба была закопана под зданием, предназначенным для проведения региональной конференции по безопасности, там находилось триста старших офицеров НАТО."


"Черт... " выдохнул Моран.


"Бомба сработала, когда ее обнаружила оманская саперная служба, двадцать убитых, тридцать полицейских, обслуживающий персонал. Но если бы это не было найдено ... триста убитых офицеров НАТО."


"И начало расследования того, кто был виноват ", - отметил Моран.


"Майор Харрис может получить пинок под зад, это была его ответственность - сопоставление местной информации. Он получил предупреждения, не подумал о конференции, не проверил местные газеты. Но Министерство иностранных дел и посольство также получили предупреждения, и они пропустили это."


Джинджер вставила: "МОД посетит GL4, когда мы вернемся. Любой, у кого есть корыстные намерения, воспользуется этим."


Я вздохнул. "Ага".


Полчаса спустя пришло сообщение: "Митч для Уилко, ты меня слышишь?"


Я встал. "Примерно в полутора милях от тебя в прямой видимости".


"Мы видим огни на юге, там, где мы были, несколько разрывов ракет, они все еще поражают тот район."


"Хорошо, они зря тратят дорогие ракеты."


"Если мы посмотрим на юго-восток, то увидим фары джипа на трассе, и если Риццо там, где мы думаем, то эти джипы ... почти в миле к востоку от него".


"Это Риццо, и мы отсюда ни хрена не видим, на пути холмы".


"Риццо, отправь двух человек на возвышенность к востоку от себя".


"Хорошо".


Румпель включается, и мы поднимаемся на холм, чертовски сильный ветер, но у нас хороший обзор вокруг. Мы видим джипы, так что, если они что-нибудь предпримут, мы предупредим команды. Мы видим юг, а в нескольких милях к юго-западу находится большой лагерь, скажем, в четырех милях отсюда. Мне показалось, что я слышу ракеты, так что, возможно, они доносятся из того лагеря."


"Вас понял. Я мог бы попробовать нанести авиаудар, но мы не знаем о гражданских лицах в этом лагере. Взгляните при дневном свете."


Достав спальный мешок, встряхнутый и взбитый, я снял лямки и патронташ и забрался внутрь, но сел прямо на землю с винтовкой в руке, когда кто-то из мужчин урвал несколько часов.


Мои глаза открылись, когда небо стало голубым, мы с Генри и Самбо пили пиво, пока Моран спал, между нами состоялся тихий разговор. Паркер присоединился к нам, чтобы поболтать, прежде чем отправиться посрать.


Выпив и немного перекусив, я взял Генри, и мы вскарабкались вверх по склону на сотню ярдов, вскоре открылся хороший вид на симметричные дюны; казалось, что прилив только что закончился. Они были более мили в поперечнике и двух миль в длину, с трех сторон окружены крутыми холмами, где Риццо находился в самой низкой точке, но все еще слишком высоко для проезда на джипах.


"Я приведу команды сюда, это место скрыто от посторонних глаз, и они могут ночью рассеяться по холмам и атаковать. Грунтовая полоса всего в пяти милях к северо-западу."


Генри заметил: "Эти холмы легко пересечь, как для нас, так и для них, но им не так уж нравится ходить пешком, эх".


Пока мы стояли там, я позвонил старшему капитану, ответственному за "Американские волки", и он, и его товарищ капитан вызвались выступить вместе со своими сержантами. Они нанесли удар к северо-востоку от грунтовой полосы, будем надеяться, в районе, где нет боевиков - будем надеяться. Им было приказано медленно двигаться на юго-запад и следить за полосой.


" Алло? " раздался сонный голос.


"Это Уилко, ты в порядке там, наверху?"


"С вертолетов все в порядке, затем мы сгруппировались и пошли на юго-запад, пока не нашли полосу, по крайней мере, плоское пространство - не смогли разглядеть взлетно-посадочную полосу. Мы двигались на юг по краю скал, невысоких утесов и дюн, пока не смогли увидеть огни, теперь вытянутые в линию с севера на юг и скрытые.


"Они только что сообщили о палатках и джипах, скажем, в полутора милях к юго-западу, о небольшом другом движении".


Потратьте весь день на осмотр, но рассредоточьте команды на поиски к югу, пока не увидите подъездную дорожку. Мы в пяти милях к югу от вас, в высоких холмах."


"Я вижу эти холмы отсюда".


"Поешь и отдохни, смотри в оба весь день. Уилко на свободе."


Следующий звонок был от майора Харриса, на его звонок ответила женщина-капитан. "Ты получил наши координаты?"


"Да, некоторое время назад проверил карту. Выглядит как плоская область внутри вулканического кратера."


"Достаточно хорошее описание. Отправьте сюда французское Эхо, затем британские команды, а также медиков. Но имейте в виду, в двух милях к северо-востоку от нас есть лагерь, не пролетайте над ним, и в миле к востоку от нас есть трасса, на ней видны джипы, плюс в пяти милях к юго-западу находится большой лагерь."


"Мы проинформируем пилотов".


"Спуск на поддоне "Геркулес" будет ... интересным, здесь крутые холмы. Я предлагаю, чтобы они зашли высоко с севера, сильно накренились, снизились и пошли на север. Минимальная высота, скажем, 800 футов. Предупреди их, но пока воздержись."


"Сойдет. Что ты задумал?"


"Мы захватили вулкан - как вы это называете, мы соберем здесь людей, а затем атакуем снаружи. Просто. О, попроси Ковски сделать облет лагеря с воздуха к юго-западу от меня, у них там есть ракеты дальнего радиуса действия."


Отложив телефон, я повел Генри вниз, местами поскальзываясь на грязи. Мужчины просыпались и потягивались, вскоре готовясь к завтраку.


Час спустя зазвонил мой телефон. "Уилко".


"Это Вулф Бригсон, босс, и я ухватился за короткую соломинку и взобрался на холм к западу".


Я посмотрел на запад, увидев высокие серые пики над коричневой грязью на склонах. "Что ты видишь?"


"Подо мной какая-то дерьмовая местность, по ней будет трудно передвигаться, затем еще один высокий хребет с обрывами, затем трасса, на ней несколько джипов - скажем, две мили. Но если я посмотрю на юг, я увижу пещеры, людей и джипы рядом с ними."


"Хорошо, вероятно, там находятся наши заложники. Позвони Свифти, пусть команда из четырех человек проследит за этим следом, медленно и неуклонно."


"Верно, босс".


Я перезвонил леди-капитану разведки и сообщил подробности, и она обновила листы и карту.


Когда зазвонил мой телефон, это была Саломея. "Это я".


"Привет мне".


"Я с Николсоном и Свон, вверх по холму к востоку. Ниже показан трек, некоторые передвижения на джипах."


"Сообщать об этом - работа Николсона, а не высококвалифицированного майора".


"Мне нравится звук твоего голоса", - язвительно заметила она. "Мы атакуем движение на этом пути?"


"Да, но не сегодня. Прибудут команды и припасы, и мы защитим их, когда они приземлятся."


"Как бы то ни было..."


"Вы ... чем-то раздражены, майор?"


"Кроме храпа Риццо?"


"Кроме этого, да".


"Кроме того, что Риццо гадит на виду и не прикрывает это?"


"Да, помимо этого".


"Кроме того, что Риццо неправильно произносит арабские слова?"


"Думаю, я вижу здесь закономерность. Подойди ко мне, не заблудись."


"Получу ли я крепкие объятия?"


"После наступления темноты".


"Не дразни меня". Она отключила звонок.


Я покачал головой и убрал телефон, вскоре я сидел на мягком песке, наслаждаясь солнечным теплом на своем лице. Полчаса спустя она вошла и пнула мой ботинок.


Я открыл один глаз. "Загорай, расслабься".


"Голый?"


"Нет".


" Да ладно тебе, босс, " пожаловалась Джинджер.


Я показал ему указательный палец и вернулся к наслаждению теплым солнечным светом после чертовски холодной ночи, мое тело нуждалось в тепле.


В полдень я получил сообщение от "Французского эха", что они в пути, Митч вскоре сообщил о приближении "Чинуков" с севера, и они сообщили ему, когда пересекали хребет.


Я стоял на высокой дюне вместе с другими, пока "Чинук" совершал круг, экипажи, наконец, увидели меня и сели, по крайней мере, посадили задние колеса на высокую дюну с опущенным пандусом, поднялся песчаный шторм, когда мы наблюдали за "Французским эхом" и 1ST Батальон снялся с места с тяжелыми сумками, припасы выброшены членами экипажа.


Они карабкались к нам по песку, таща консервные банки и тяжелые сумки. Я указал им на плоскую площадку между дюнами и холмом и сказал разбить лагерь к востоку от меня, поскольку Либан решил прийти со своими командами.


"Добро пожаловать на вулканический брелок", - сказал я ему, Либан щурился от яркого света.


"Вулкан?" Он поселился в горах. "Да, я полагаю".


"К нам здесь не подъехать на джипах, так что достаточно безопасно - бойцы не любят ходить пешком. Ты выходишь после наступления темноты, так что отдыхай и готовься."


Он отдал указания своим людям, которые вскоре сели, несколько человек видели, как они прикрывались пончо.


Полчаса спустя меня снова предупредили о приближении вертолетов, на этот раз мне сообщили о двух зеленых "чинуках", двух серых "Хьюи" береговой охраны и шести серых "Морских ястребах". Они с ревом пронеслись над хребтом, где сейчас прятался Митч, и кружили, пока не заметили нас, высаживая людей, большинство из которых упали с крутых дюн и катались самым недостойным образом, когда вокруг них поднялась песчаная буря.


"Эти вертолеты должны быть коричневыми?" Моран пошутил.


"Зачем маскировать шумный вертолет, а?" - возразил я.


Я, наконец, поприветствовал Притчарда и его людей, некоторые тащили тяжелые припасы и банки с Джерри, у всех его людей были палестинские шарфы на шеях, коричневые шерстяные шапки на головах. И у многих были черные M16, как обычно. "Идите отсюда на запад, рассредоточьтесь и разбейте лагерь, вы выдвигаетесь после наступления темноты".


Я приветствовал Макса как "сержанта Макса", нашего репортера, тащившего свой тяжелый чемодан, но которому помогали два сотрудника пресс-службы морской пехоты. За ними следовал Мортен и его команда из восьми человек - трое из них женщины, все соответственно одетые в коричневую одежду, с тяжелым снаряжением в руках.


Команды SAS прошли мимо меня, обменявшись несколькими грубыми насмешками и вопросами о странной песчаной лощине, в которой они сейчас находились. Следопыты подошли к ним сзади, также направившись на запад, чтобы пройти мимо SAS.


Капитан "Следопытов" заметил: "Мы должны были въехать. Оставил джипы на произвол судьбы."


"Украсть? Много ли вы видели автомобильных воров в вади?"


"Место было наводнено изворотливыми персонажами", - отметил он, проходя мимо со своей командой.


Час спустя вертолеты вернулись, и теперь местные боевики наверняка знали, где мы находимся. Десантники высадились, плюс морские пехотинцы, и теперь у нас здесь были собраны большие силы.


Когда солнце стояло высоко, а день был теплым, я собрал старших мужчин после того, как новички нашли клочок песка, который можно было назвать домом. Либан стоял со своими капитанами, Притчард со своими, Парас, морские пехотинцы и следопыты позади них, Макс слушал, Мортен слушал.


Я подробно описал вчерашнее действие, местную планировку, где находились вражеские лагеря, где были расположены следы джипов и где мы находились по отношению к грунтовой полосе. "Сегодня вечером французское Эхо двинется с нами к пещерам, когда британские команды двинутся к грунтовой полосе. Идея в том, что Эхо создает некоторый шум и отвлекает бойцов от полосы.


"Когда вы доберетесь до полосы, вы убьете тех, кого найдете, но затем вам придется найти все подземные убежища, в которых прячутся вооруженные люди. Они будут выскакивать и стрелять, пригибайтесь обратно, так что не разгуливайте просто так при дневном свете.


"Затем вы окапываетесь, прокладываете траншеи, потому что, когда они нападут, у вас не будет укрытия. К счастью, к востоку от вас находятся дюны и скалы, полные американских волков, так что никто не будет подкрадываться к вам таким образом. К западу в трех милях простирается плоская пустота.


"Британские волки срежут путь на юг, так что никто не подъедет, чтобы стрелять в вас - мы надеемся. Затем, и после того, как вы проверите взлетно-посадочную полосу, вы вызываете припасы и джипы - оманские джипы, некоторые со 105-миллиметровыми. Истребители попытаются поразить вас ракетами и подкрадутся с запада, так что будьте готовы.


"Они также могут направить на вас вертолет и проявить изобретательность в способах нападения, так что ... думайте о главном, когда рассредоточиваетесь и окапываетесь".


Мы услышали визг и почувствовали взрыв, песок и грязь взметнуло на 400 ярдов к северу, люди вскакивали и смотрели в ту сторону, вид был закрыт высокими дюнами.


"Они примерно знают, где мы находимся", - сказал я офицерам. "Не волнуйся, это большая территория, и если тебя разнесет на куски, то это случайное попадание - ничего личного". Они смеялись. "Будь готов выступить, когда солнце коснется того хребта к западу от нас", - добавил я, указывая на него.


"Нет времени на акклиматизацию, поиграть в песке?" - Спросил Притчард.


"Я не думаю, что вы переместились на карте на много градусов широты, мистер Притчард, или перенесли долгий перелет. Хорошая растяжка ног - это то, что вам нужно после долгого вождения, иначе вы заработаете геморрой и станете занозой в заднице."


Его люди смеялись над ним, когда он уводил их.


Макс приблизился. "В чем была проблема с тем разбомбленным зданием в Маскате?"


Я громко вздохнул и рассказал ему подробности.


Наконец он заметил: "Я полагаю, майор Харрис был виноват. Что мне печатать?"


"Вы упоминаете, что израильтяне получили от нас предупреждения, что я передал их оманским военным и полиции за три дня до конференции и лондонской разведке, и что Министерство иностранных дел и посольство здесь получили предупреждения".


"Итак, они все облажались", - отметил он. "Это не твоя вина".


"Но я главный, и это всегда вина главного".


"Все та же старая чушь, гребаный МОД никогда не ведает, что творит".


"Вы репортер, сержант Макс, или побитый рядовой?"


"В наши дни больше солдат, чем репортер", - проворчал он, уходя.


Подошел Мортен. "Где ты хочешь нас видеть?"


Разделитесь на две команды. Одна команда позади нас в пещерах, вторая команда на грунтовой полосе. Но как только эта полоса будет защищена, пригласите американцев войти, установите палатки."


Взрыв вдалеке заставил людей оглянуться, но дюны были великолепны для поглощения любых осколков.


У меня зазвонил телефон, Матч. "Привет, жирный ублюдок".


"Ваша личность подтверждена", - язвительно заметил он.


"Что у тебя есть?"


"Это длинный список, понятия не имею, насколько он точен и живы ли они еще. Сверху вниз - по важности и уместности - четыре врача ООН, шесть сотрудников ООН по оказанию ПОМОЩИ, два врача MSF, две чернокожие женщины-медсестры из Саны - так что заложники могут достаточно хорошо позаботиться о своем здоровье.


"Далее, у нас есть две дюжины правительственных служащих некоторого описания, плюс член кабинета министров - но они отказались от выкупа, и, по слухам, его застрелили. Вы хотите рассмотреть вопрос о тех, кто пропал более двух лет назад?"


"Два года? Они были бы мертвы. Два года в пещере? Черт..."


Да, они были бы не совсем свежими. Здесь также есть натяжка в том, что пропала парусная лодка, сын французского министра плюс его богатая жена и их команда."


"Когда?"


"Два месяца назад, когда о них в последний раз слышали, они направлялись мимо Адена, никаких признаков лодки, никакого шторма, который мог бы их потопить".


"Может быть на дне океана. Хорошо, спасибо, отправьте этот список майору Харрису."


"Я слышал, у него неприятности ..."


"Возможно, его команда упустила какую-то информацию, но мы вовремя остановили бомбу. Сандерсон что-нибудь сказал?"


"Сандерсону поступил дерьмовый телефонный звонок, или десять громких звонков. Прошлой ночью и этим утром у него было кислое лицо, как и у всех."


"Сыграй песню Монти Пайтона "светлая сторона жизни"."


"Может потребоваться больше, чем это, может понадобиться немного шоколада".


"Тогда, может быть, мы получим несколько заложников и хороший результат. Скрестив пальцы. Уилко на свободе."


Я пошел и нашел Макса. "Опубликуйте эту историю на Reuters прямо сейчас, но сначала прочтите ее мне".


Он достал свой блокнот, прищурившись, и прочитал свои ужасные нацарапанные заметки, когда люди приходили и уходили, многие видели, как они готовили.


"Хорошо, отправь это сейчас. Но добавьте цитату от меня: двенадцать различных органов и агентств получили предупреждения, и все они не смогли соединить точки. В конце концов, безопасность в Маскате обеспечивается оманской полицией и их разведывательными службами."


"Они не будут довольны".


"Я хорошо знаю наследного принца, и он поймет. Сделай это."


Когда солнце висело низко, ракета попала в холм над нами, посыпались грязь и камни, несколько легких ран, которые нужно осмотреть медикам. Это был тревожный звонок, мужчины готовились к отъезду.


Я позвонил Свифти. "Пусть ваши люди на холме поищут безопасный путь к грунтовой дороге на запад, затем отведите туда всех британских волков, рассредоточьтесь над ней, перережьте эту дорогу до рассвета. Если вы на позиции и видите джипы, стреляйте."


"Хорошо, выдвигаемся сейчас, они действительно думали, что нашли хороший выход - когда порезали руки о камни".


Звонил Ковски. "F18 осмотрел этот лагерь, минометы и ракеты в районе, удаленном от лагеря. Может, возьмемся за дело?"


"Да, прямо сейчас, пожалуйста".


Я сказал британскому и французскому Echo приготовиться, и пятнадцать минут спустя они выстроились в длинную шеренгу, наблюдая, как SAS уводит британские войска на запад. Мортен и трое медиков останутся со мной, а также Макс, часть их снаряжения распределят между мужчинами.


Риццо вошел со своей командой, Митч шел через дюны, и после тщательного подсчета численности плюс осмотра местности на предмет оставленных ценных предметов я повел их на запад, Тиллер и Брейс днем проложили свой путь вдоль гребня на запад.


В юго-западном углу вулкана холмы были пологими и ниже, поэтому я начал подниматься, двигаясь местами по диагонали, местами по рыхлой грязи, кругом громоздились серые камни, и я тяжело дышал на гребне, когда встретился с румпелем и брасом, сильный ветер бил мне в лицо, когда я всматривался на юг, серые холмы впереди меня теперь были в тени с восточной стороны.


Пока мы балансировали на гребне, окруженные розово-серыми скалами, Тиллер и Брейс указали, где они видели джипы и пещеры, и сообщили, что видели и слышали взрывы от ударов ВМС США вдалеке - за этими пещерами.


Несколько секунд глядя вниз по склону, я планировал маршрут, пока не погас свет, и, наконец, начал медленно спускаться, грязь становилась темнее с каждой минутой, холмы на западе вскоре закрыли солнце и отбросили огромную черную тень на землю.


Я добрался до плато и прошел по нему полмили, спускаясь с восточной стороны по твердой грязи под ногами, когда вершины холмов впереди меня наконец почернели. У меня были две высокие остроконечные вершины на юге, которые я мог использовать в качестве навигационных средств, и они оставались бы видимыми, здесь не было ни облаков, ни дождя, о которых можно было бы беспокоиться.


Звезды появились, когда мы тихо брели дальше, длинная извивающаяся вереница людей.


"Николсон для Уилко".


"Продолжай".


"Время от времени я вижу дорогу, в двух милях к юго-западу, на ней джипы".


"Она ведет к лагерю и пещерам, так что где-то впереди холмы переходят в долину и тропу, но мы пересечем ее только дальше на запад".


Когда холмы стали более округлыми, я пошел по оврагам, вместо того чтобы подниматься и переваливать через них, и через час медленного петления впереди, вдалеке, показались огни. Я сказал всем сделать перерыв.


Сидя с Мораном и Джинджер, я начал: "Есть много заложников - если они все еще живы, некоторые из них ценные заложники, выходцы с Запада, и ... нам здесь нужна хорошая история. Итак ... как насчет того, чтобы позволить SAS немного пошуметь, и они отвлекут людей, пока мы идем за заложниками?"


"Заложники - это приоритет", - настаивал Моран. "Эта грязная полоса - просто упражнение".


"Определенно", - согласился темный силуэт Джинджер. "Мы команда по спасению заложников".


Я позвонил Притчарду, кнопки на телефоне придавали моему лицу зеленый оттенок.


" Алло? " подошел запыхавшийся мужчина.


"Это Уилко, где ты?"


"Мы встретили команду "Волков", американцев, затем мы просто атаковали небольшую группу джипов, один загорелся, так что люди на той полосе теперь знают, что мы здесь".


"Отлично, это то, чего я хотел, поскольку у нас изменились планы".


"Мы делаем?"


"Да, мы получили известие о заложниках, кое-что ценное, поэтому я хочу, чтобы вы немного пошумели. Атакуй сегодня ночью, не беспокойся о том, чтобы взять эту полосу. Настоящим вам поручается устроить шумную диверсию."


"Так же хорошо после того, как облажался с этими джипами".


"Что за херня, ты получил мои новые приказы час назад".


"Да, это так", - громко согласился он.


"Иди, пошуми немного. Скоро поговорим." Я объяснил по телефону: "Они наткнулись на группу на джипах и расстреляли их, джипы были в огне, и достаточно близко, чтобы предупредить всех людей на этой полосе".


" Профессиональный спецназовец, да, " заметила Джинджер. "Очень скрытный. Хорошая работа, что вы изменили план, иначе полоса была бы расширена."


"Я надеюсь, что это все еще так", - сказал я их черным очертаниям.


После получасового перерыва я отправил Томо и Николсона вперед, остальные из нас медленно брели на юго-запад через овраги, пока у нас не закончились полезные овраги, между нами и пещерами было полмили плоской поверхности пустыни.


"Николсон для Уилко".


"Продолжай".


Внизу проезжают джипы, и трасса огибает небольшие холмы, ведущие к пещерам, и это, должно быть, большие пещеры, потому что джипы въезжают в них. Я вижу неподвижных охранников возле пещер, ни одного внизу, на тропе."


"А если мы пойдем на запад и в обход?"


"У нас было бы какое-нибудь прикрытие, но это займет некоторое время".


"И на восток, и вокруг?"


"Нам нужно было бы перейти дорогу, когда она не использовалась, но есть место, где она пересекает ущелье".


"Хорошо, спасибо, продолжайте искать. О, расстояние до трассы?"


"В шестистах метрах от того места, где мы находимся".


"Доберись до какого-нибудь укрытия внутри четырехсот. Румпель и Брас, вперед, присоединяйтесь к ним. Либан, подойди ко мне, пожалуйста."


Когда Либан подошел к шеренге мужчин, мы стояли, глядя на холмы, на которых располагались пещеры.


"Мы идем налево и в обход", - наконец предложил Либан.


"Хорошо, медленно и уверенно, у нас есть время до рассвета. Возьмите Митча и его команду, они держат этот трек с четырьмя вашими - четырьмя, которые говорят по-английски." Он направился обратно. "Митч, веди свою команду к Либану, ты срежешь этот путь далеко влево".


"Перемещение".


"Кто-нибудь из вас говорит по-французски?"


"Их двое".


"Хорошо. Свон - мне, Саша и нападающие команды - мне."


Они пришли вместе. "Свон, смотри отсюда, завтра ты увидишь то, чего не видим мы, потому что мы будем над пещерами или по бокам от них. Саша, останься здесь, проверь тыл, кто-то может идти по нашим следам."


"А как же я? - Спросил Макс, сидевший теперь в десяти ярдах от него в темноте.


"Следуй за нами, не дай себя подстрелить". Я поднялся, команда собралась, подсчеты сделаны, и я побрел на запад, в овраг, подальше от пещер.


Пока мы шли, я позвонил в Лондон. "Это Уилко, отследи эту позицию. В миле к югу находятся пещеры, надеюсь, в них есть заложники, и, надеюсь, они все еще живы. Французское эхо движется на восток и огибает их, мы движемся на запад, команды рассредоточиваются, чтобы перекрыть подъездную дорогу.


"Сообщите ВМС США эту позицию для возможной эвакуации вертолетов после рассвета, приготовьте "Чинуки", медики при них, "Рысь" для прикрытия, у нас истребители к северо-востоку в нескольких милях."


"Хорошо, я передам это сейчас."


Я позвонил Харрису. "У вас все еще есть голова на плечах, мистер Харрис?"


"Ранее мне дерьмово звонил Сандерсон."


"Что ж, моя история скоро появится в Reuters, и обвинять будут кого угодно, так что расслабься. Есть бумага и ручка?" Я подробно описал здесь местность, команды и план, и он приготовил "Чинуки".


В конце концов он спросил: "Что насчет команд HALO, они стонут?"


"Отправь их сегодня вечером, если хочешь, они высадятся к северу от полосы и пойдут на запад, а не на восток - это запад, вниз по склону полосы, и они проведут разведку для меня. Пусть "Геркулес" пролетит низко и громко, я хочу, чтобы истребители отвлеклись, пока я иду за заложниками."


"Хорошо, я разберусь с этим сейчас. Ты ... все еще доверяешь мне?"


"Да, так что не будь слабаком. Двигайся дальше. Гребаное Министерство иностранных дел и посольство получили это предупреждение за три дня до взрыва, и это люди из управления оценки рисков Министерства иностранных дел, которые должны выдавать предупреждение, облажались."


"Фрэнкс тоже дулся, и не только я".


"Тогда иди, подбодри его, выпей немного пива, потанцуй на коленях".


"Ha."


"Уилко на свободе".


Собираясь уходить, коза сбежала вниз по склону холма, напугав людей настолько, что они прицелились в нее.


"Все в порядке, это козел", - передал я.


"Дикий?" - Спросил Моран.


"Более вероятно, что это было в меню для мальчиков там, в пещерах, и избежало своей участи".


"Тот, который сбежал", - отметил Моран, и парни тихо рассмеялись.


Я брел дальше, присматриваясь к пещерам к западу от нас, и час ушел на то, чтобы добраться до западных холмов, очертания которых теперь вынуждают нас идти на юг. Поблизости не было ни огней, ни дыма, занесенного ветерком, ни звука, кроме тихого посвиста холодного ветра, шелестящего низкорослыми кустами, которые росли здесь.


Мягкая почва под ногами позволяла нам приближаться бесшумно, но проницательный человек с ночным зрением мог бы заметить нас; в пещерах было мало мест, где можно было скрыть тепловые сигнатуры нашего тела от кого-либо. Тем не менее, нам всем было достаточно холодно, чтобы не выделять слишком много тепла тела.


Повернувшись лицом к бризу, мы медленно брели на юг, спускаясь и взбираясь, ветер здесь был не слишком сильный - люди были готовы тепло закутаться, и полчаса ходьбы по низким холмам привели нас к точке, которая находилась в миле к западу от пещер, которые мы видели, теперь это начальная точка медленного устойчивого подъема вверх, чтобы добраться до точки, которая, как я полагал, была по крайней мере на уровне пещер или выше.


Мне пришлось идти зигзагами, в нескольких местах попадались отвратительные камни, мы нащупывали их руками, и вытаскивать раненого отсюда было бы медленно. Я немного вспотел к тому времени, когда остановился, начав медленно двигаться влево вверх по склону, на восток, но вскоре мне помешал огромный выступ. Я спрятал команды за этим.


Затаив дыхание, я уставился вниз на долину и на другой ее берег. "Уилко для Николсона, прием?"


"Достаточно хороший сигнал, босс".


"Что ты видишь?"


"Несколько джипов выехали на трассу и уехали, скажем, шесть, сейчас все тихо".


"Есть ли увеличение числа охранников на дежурстве?"


"Нет, и большинство из них разумно выдержали ветер, завернувшись в тепло и поджаристо".


"Ты продвинулся вперед?"


"Да, мы примерно в четырехстах ярдах от трассы, у нас есть хорошее укрытие и выход".


Не Спускай глаз с охранников и сканируй направо, мы заходим с той стороны. Свяжись от меня с Либаном, узнай, где он."


"Ожидание".


Мы могли слышать исходящие сообщения, входящее сообщение было немного искажено, обнажение мешало четкому сигналу.


"Николсон для Уилко, они пересекают дорогу и поднимаются на холм, медленно продвигаясь к пещерам".


Николсон, просканируй пещеры, посчитай входы, поищи выходы высоко. Митч на месте?"


"Ожидание".


Мы снова прослушали сообщение взад и вперед, Митч звучал искаженно.


"Николсон для Уилко, они к северу от трассы, в труднодоступной точке, сидели наготове, но становилось холодно".


"Вас понял. Уилко на свободе."


"Уилко", - донесся шепот от Макса в конце очереди. "Я чувствую запах готовки".


Все посмотрели вверх по склону и принюхались, затем вниз по склону.


"Над нами", - понял Моран.


"Паркер, вперед". Я мог видеть темный контур в движении. "Вскинь винтовку, поднимайся на холм, не сломай шею".


Он карабкался по грязи, пока не стал перебирать руками по камням, отдельные камни падали вниз с грохотом. Скалы, по которым он шел, не были крутыми, но они определенно не были предназначены для того, чтобы помогать мягким людям перебираться через них.


Мы ждали на холодном ветру пятнадцать минут, поглядывая вверх.


"Паркер для Уилко".


"Продолжай.


"Здесь, наверху, маленькая дырочка, почти достаточная для человека, и я слышу звуки внизу и чувствую теплый воздух; сегодня вечером готовят, пахнет великолепно".


"Саломея, поднимись туда. Моран, ты иди."


"Почему, потому что я маленький?" - поддразнил он.


"Мы не можем послать монстра, не так ли?"


Они вскинули винтовки и двинулись в путь, за десять минут добравшись до Паркера.


"Это Моран, и я, вероятно, мог бы поместиться, как и Саломея, но почему бы нам не заблокировать это. Количество дыма, поднимающегося здесь, означает, что он быстро заполнится."


"Ты можешь заглянуть внутрь?"


"Отрицательный".


"Ты можешь залезть внутрь и посмотреть, а затем заблокировать это?" Ты мог бы дышать там?"


"Да, мы можем дышать. Дай нам пятнадцать минут на разведку."


"Обвяжи себя веревкой, если понадобится".


"У него острые края, за него легко держаться, вредно для коленей и головы!"


Он вернулся к игре двадцать минут спустя, когда команды сидели неподвижно. "Моран для Уилко. Есть путь вниз, можно незаметно провести команду и напасть на них сзади, но там слепая зона, поэтому мы не можем видеть, кто там внизу."


"Ожидание". Я посмотрел на мужчин в очереди. "Макс, вперед".


Он пробрался ко мне.


"У тебя есть эта видеокамера?"


"Да..?"


"Это воспроизводится?"


"Да, маленький черно-белый экран".


"Не могли бы вы установить запись, спустить ее на веревке?"


"Да, достаточно просто".


"Поднимись с камерой к Морану".


Макс бросился обратно к своему снаряжению и схватил камеру, шнур, предложенный ребятами, и вскоре он был Человеком-пауком в движении, двигающимся вверх.


Десять минут спустя пришло сообщение: "Это Моран, мы опустим камеру и посмотрим".


Мы ждали в темноте, замерзая.


Наконец мы услышали: "Это Моран, и вокруг сидело около двадцати бойцов, за ними кирпичная стена, окно, бочки, всякий хлам".


"Ты можешь спуститься так, чтобы тебя не заметили?"


"Нет, если мы хотим жить, нет".


"Тогда блокируй это, используй пончо. Паркер, ты можешь взобраться на вершину этого выступа?"


"Да, босс".


"Сделай так, скажи мне, что ты видишь".


Пять минут спустя он снова продолжил: "Я вижу три входа в пещеру. Сначала, скажем, 200 ярдов, какое-нибудь укрытие, чтобы добраться до него. Второй - в сотне ярдов дальше, третий примерно такой же, третий - самый большой, джипы снаружи. Тропа ведет с этой стороны ко второй пещере и третьей, у этой первой есть только тропинка."


"Видели охранников?"


"Что касается второй и третьей пещер, у меня нет четкого представления о ближайшей".


"Целься во входы, оставайся там, прикрывай нас, поддерживай связь с Николсоном".


Когда Моран и Саломея вернулись к нам, я повел их вниз по крутому грязному склону и вокруг нижней части обнажения, вверх по другой стороне на пятьдесят ярдов, прежде чем мы увидели огни и пещеру. Там были небольшие кусты и гряды, так что у нас было хоть какое-то укрытие во время движения, и вскоре мне пришлось идти согнувшись вдвое.


"Уилко для Либана", я пытался.


"Продолжай, я тебя слышу".


"Ты на позиции?"


"Мы в сотне метров от восточной пещеры, видели охранников. Мы выше их, путь вниз."


"Наденьте глушители, пошлите людей убить охрану и двигайтесь к следующей пещере, мы начнем двигаться прямо сейчас, но здесь нам нужна удача - и пещера, в которой нет пятисот человек или которая подключена к взрыву".


"Мы смотрим и видим, и, возможно, убегаем", - отметил Либан.


"Это Митч, я тебя слышу, и к нам приближается конвой из десяти джипов!"


Митч, открывай огонь с расстояния 200 ярдов. Либан, уходи сейчас же!" Я был на ногах и двигался быстро, не так тихо, как хотелось бы, земля слева от меня шла под уклон, моя винтовка была на уровне, и я добрался до тропинки целым и невредимым, слыша голоса. Я ждал, когда тела двинутся за мной.


Пробираясь между камнями, за затемненным входом, я увидел трех охранников, которые стояли, тепло закутавшись, и болтали. Я прицелился, три тихих удара, прежде чем побежал, целясь в пещеру, когда я опустился на колени, двое мужчин попали, когда они прислонились к стене, Моран позади меня и дважды ударил по охранникам.


Я вбежал внутрь и обнаружил над собой жемчужную нить из тускло-желтых лампочек плюс сильный запах сырости. Пещера казалась естественной, но было очевидно, что отдельные участки были отколоты. Здесь, у входа, стояли бочки, некоторые старые, несколько новых бочек и не ржавых, ржавое оборудование было разбросано повсюду, пещера изгибалась вправо, к дымовой трубе.


"Риццо, возьми двух человек, в следующую пещеру, не стреляй во французов - позволь им войти, у них больше людей. Вперед!"


Я уверенно вошел внутрь, чувствуя людей слева и справа от себя, песчаная основа, но все же маслянистый песок. На первом повороте я заметил, что пещера увеличилась в размерах и теперь разветвляется в обе стороны, правая развилка предлагает более яркий свет и громкую болтовню.


Высунув голову из-за края, я мог видеть вниз по пещере старые железнодорожные пути, ведущие в обе стороны, ко второй пещере, а также к дымовой трубе. А вдалеке стоял странный кирпичный дом с дымоходом, грязные матовые окна показывали движение внутри.


Я отступил назад. "Джинджер, возьми двух человек, идите налево, но будьте осторожны, следите за перекрестным огнем здесь".


Он называл имена и двигался в ту сторону, бросив взгляд вглубь пещеры на забавный маленький подземный дом. Я повел Морана, Слайдера и оставшихся нескольких его людей вперед, вскоре тихо пробежав по песчаному маслянистому основанию к дому.


Стоя в углу, дверь была открыта всего в нескольких дюймах от меня, я взглянул вглубь пещеры и увидел, что она изгибается влево, никого не видно, по бокам старое ржавое оборудование.


Повернувшись, я указал Морану на грязное стеклянное окно, ползунок которого был широко раскрыт. Кивок, и я развернулся, вставив глушитель, когда я начал стрелять, Моран выпускал патроны в тех же людей, в которых попал я - разбилось стекло, Слайдер стрелял через второе стеклянное окно.


Сунув голову внутрь, я убедился, что шестеро мужчин мертвы, их поздняя вечерняя трапеза прервана, и вскоре я побежал вдоль пещеры, слыша звуки шагов позади меня. На повороте я остановился и повернул голову, увидев обширное отверстие, высокую крышу, центральную зону для приготовления пищи и ревущий огонь, а справа начиналось полуразрушенное двухэтажное кирпичное здание.


Между нами и тем кирпичным зданием была стена из мешков с песком и коробчатый русский пулемет, в данный момент без персонала.


Я отступил назад и передал, прошептав: "Большая открытая площадка, большая пещера, кирпичное здание справа, стена из мешков с песком и пулемет, приготовление пищи посередине".


Стена рядом со мной взорвалась, когда по ней прошлись огнем, люди нырнули вниз и укрылись. Я высунул винтовку из-за стены и сделал дюжину выстрелов, давая тому, кто стрелял в нас, пищу для размышлений. Но они не могли видеть нас, а мы не могли видеть их, не было прямой линии выстрела.


"Ни гранат, ни дыма", - пожаловался Моран.


Монстр подбежал вперед и опустился на колени. "У меня есть несколько французских светошумовых шашек с CS-газом". Он вытащил две кегли, вытащил кегли и бросил высоко вокруг стены.


Саломея небрежно подошла и швырнула галлоновую банку вперед, банка ударилась о стену, выплеснув свое содержимое. Она прицелилась, выстрелила несколько раз, и жестянка, наконец, загорелась.


"Как насчет каких-нибудь гребаных заложников?" Моран жаловался. "Они могли бы сейчас убить их всех".


"Ни выкупа, ни возвращения пленных", - сказал я ему. "Почему они все еще должны быть живы?" Это будет хорошая работа, если мы доставим тела домой."


Я повернул голову, дым загораживал мне обзор. Я прицелился туда, где, как я помнил, видел стену из мешков с песком, и прошелся вдоль нее, вскоре вернулся и сменил магазины, когда Моран выстрелил наугад, Монстр установил автоматический режим и громко обстреливал местность без глушителя.


"Подождите здесь", - сказал я им и выбежал на улицу. Я стоял, глядя вниз, на трассу. "Митч, докладывай".


"Третья мировая война здесь. Мы напали на джипы, теперь они убрались пешком в овраг."


"Есть ли французские солдаты, стрелявшие по джипам?"


"Здесь Либан, и 1ST Батальон находится примерно в 1000 метрах."


"Целься выше, по одному журналу на каждого!"


Опустившись на колени, я услышал уходящих, мельком увидел французских солдат, входящих во вторую пещеру.


Через тридцать секунд Либан передал: "Они стреляют, мы пригибаем их головы".


"Митч, докладывай".


"Мы видели, как врезались джипы, люди вскакивали и убегали, и попали, так что это помогло, да. Готовится какая-то RPG."


"Ты можешь продержаться?"


"Да, эти люди не могут добраться до нас по открытой местности, это патовая ситуация времен Первой мировой войны".


"Это Либан, я посылаю один взвод назад и над ними".


"Вас понял".


"Паркер для Уилко!"


Я огляделся вокруг и вверх. "Продолжай".


"Движение у дымохода!"


Подойди поближе и пристрели их! Ты должен быть в состоянии удержать узкий проход!" Я повернулся лицом на юг. "Николсон, докладывай?"


"Сейчас ничего не видно, охраны нет".


"Иди сюда, дважды. Саша, ты меня слышишь?"


"Продолжай".


"Есть какое-нибудь движение сзади?"


"Пока нет. Мы пришли к тебе?"


"Нет, оставайся там, глаза и уши открыты".


"Это Паркер, и это женщина!"


"Скажи еще раз!"


"Чертова женщина в белой футболке!"


"Помоги ей!" Я вбежал внутрь. "Моран, Саломея! Вот!" Они прибежали. "Возвращайся к дымоходу, чертовы заложники вылезают из него!"


"Они ... что?" Моран озадачен.


Я толкнул его на запад. "Вперед!" Я передал: "Мортен, где ты?"


"Я вижу тебя, мы в пятидесяти ярдах к западу".


"Возвращайтесь за тот выступ за заложниками! Приведи их сюда."


Я бросился обратно внутрь, Смитти, Монстр и Слайдер стреляли из-за угла по очереди. "Там заложники, женщина поднялась и вышла. Занимайте этих людей, в суматохе за ними могут скрыться другие." Я обратился. "Самбо, беги к французам, достань CS gas!"


Он убежал, Генри приближался.


Слайдер и Монстр стреляли, Генри пытался, стена напротив нас время от времени попадала.


"Что, если эти ублюдки взорвут сами себя?" Монстр спросил меня.


"У нас будут болеть уши", - сказал я ему. Он бросил на меня взгляд.


Самбо вернулся, вытащил чеки и бросил, гранаты отскакивали от стен и приземлялись за мешками с песком. Раздался отрывистый кашель, и Монстр рискнул выйти, двое мужчин были застрелены, прежде чем он нырнул обратно.


"Двое убиты, но там около шести голов".


В нашу сторону полетела очередь огня, стена ударилась, но рикошет был невелик.


Я вышел обратно на улицу. "Паркер, докладывай".


"Он зашел внутрь", - сообщил Моран.


"Почему, ради всего святого!"


"Зашел, когда мы пришли сюда, увидел его ботинки".


"С той женщиной все в порядке?"


"Здесь шесть заложников, все врачи, большинство из них французы, все недоедают, но в порядке, пробыли здесь недолго. Они рассчитывают на пятьдесят заложников."


Пятьдесят? Черт!"


"Они были в одной комнате, другие заложники в комнатах, движение между ними было запрещено, в полу была дыра, чтобы срать. Говорят, там четыре комнаты, плюс другие комнаты дальше по пещере."


Николсон и Томо, пыхтя, бежали по дорожке, держась за руль и скобу позади них.


Я сказал им: "Оставайтесь здесь, цельтесь вниз, ищите движение". Внутри я обнаружил пещеру, провонявшую CS-газом. Вернувшись к стене, я сказал им: "Заложники сбежали через эту трубу, но они говорят, что там еще пятьдесят".


"Пятьдесят!" Слайдер повторился. "В каком они, блядь, состоянии?"


"Скорее всего, мы будем нести их".


Взрыв заставил нас нырнуть в сторону, были видны искры, вскоре повалил дым.


"Не граната", - предположил Монстр, кашляя.


Мы услышали восемь тихих тресков.


"Пистолет", - отметил Монстр.


"Это Паркер", - донеслось до нас. "У меня все это есть!"


Обменявшись озадаченными взглядами, мы завернули за угол под дым и побежали вперед, увидев Паркера слева. Перелезая через стену из мешков с песком, я прицелился вниз вместе с остальными и дважды нажал.


"Я нашел РПГ, выстрелил из него", - сообщил Паркер с окровавленным лицом.


Слайдер приблизился к нему. "Как близко ты был, когда выстрелил, идиот!"


"Ну, где-то ярдов двадцать".


Слайд ударил его по макушке рукой в перчатке. "Гребаный идиот!"


Я повел их вперед, когда Либан подошел с французским отрядом. Я повернулся к Либану. "Другие пещеры?"


"Все чисто, заложников нет".


Пистолет наизготовку, винтовка опущена, Слайдер и Монстр скопировали, и мы подошли к старым деревянным дверям первой комнаты на первом этаже, прижавшись спинами к стенам. Кивок, и Монстр пинком распахнул дверь, мой пистолет просунулся внутрь.


"Все мертвы", - отметил Монстр, отшатываясь от запаха.


"Нет, это мертвая плоть, а не мертвые люди. Смотри, вон тот движется. Либан, убери их!" Я перешел к следующей двери, мне снова кивнули, дверь распахнулась пинком. Мы нашли заложников на кроватях и стульях, неспособных двигаться, едва способных смотреть на нас.


"Кто-нибудь, позовите медиков!" Я кричал, мои слова отдавались эхом.


Монстр вел нас дальше, вверх по старым деревянным ступенькам, головы высовывались сверху, пистолеты были нацелены, чертова лестница скрипела. У соседней двери монстр лягнулся и отпрыгнул назад, обнаружив группу женщин-заложниц, и они завизжали при виде нас. Этот крик свидетельствовал о том, что они живы, но я не мог назвать их здоровыми.


"Британская армия, мы здесь, чтобы освободить вас". По-арабски я сказал: "Теперь вы в безопасности", многие из них звучали по-арабски.


В последней комнате мы нашли шестерых заложников, все достаточно здоровы, но связаны, были видны ожоги от веревок, когда мы их развязывали.


"Ты говоришь по-английски?" Я спросил, эти шестеро были выходцами с Запада.


" Да, немного, " ответил он с французским акцентом.


"Парусная лодка?" Я спросил.


Мужчина удивленно кивнул, его лицо было черно-синим.


"Наружу, быстро". Я бросился вниз, схватив винтовку, и мимо хромающих заложников, Мортена, вбегающего с Максом. На свежем воздухе я поднял телефон и позвонил Ковски, разбудив его. "Проснись, смирись с этим! Узнай мои координаты у команды разведки и отправь столько вертолетов, сколько сможешь, в пещеры.


"Отправь "Чинуков", и пусть они будут набиты медиками. Я хочу, чтобы эти американские медики создали зону сортировки здесь, в пещерах. Пусть ваш флот пришлет всех доступных санитаров с полным снаряжением, много носилок, у нас более пятидесяти заложников, большинство в плохом состоянии."


"Сейчас этим займусь", - заверил он меня.


Я позвонил сестре Лондон, когда стоял там, как заложники, выходящие в холодную ночь, но не одетые для холода.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко в Йемене. Отследите это местоположение, немедленно передайте его моей команде разведки в Омане и в GL4. Сообщите всем сторонам, что мы захватили пятьдесят с лишним заложников, сын французского министра здесь, так что немедленно предупредите французов. Понял?"


"Понял".


Я отключил звонок. Поворачиваясь, ходячие и хромающие заложники были выведены и сели, но у Монстра и Слайдера была дверь с телом. Я проверил, и у этого тела был пульс; проблема заключалась в некротизирующей ране на ноге. У мужчины был день или два, самое большее.


"Он справится?" Спросил монстр.


"У него меньше 24 часов".


" Тогда чертовски вовремя, " заметил Монстр.


Посмотрев вверх, я увидел не звезды, а темно-синий цвет, до рассвета оставался час.


Первыми прибыли вертолеты "Морские ястребы" ВМС США, два из них были набиты медиками, санитары высадились, "Морские ястребы" отчалили, теперь достаточно светло, чтобы что-то видеть. Заложники получили дополнительную медицинскую помощь, Мортен и американцы выкрикивали технические комментарии взад и вперед.


Мортен наложил жгут выше колена и махнул Монстру, чтобы тот подошел. "Отстрелите ногу ниже колена. Продолжай!"


Монстр приблизил ствол, стреляя через ногу в грязь, когда люди смотрели на него, кость раздроблена, кожа порвана, Мортен приближается со скальпелем, чтобы отрезать то, что осталось.


"Нет времени возиться с некоторыми из них ", - сказал нам Мортен.


Я наблюдал за наихудшими случаями, когда они получали пользу от инъекций и физиологического раствора, записок, написанных на карточках и положенных на бессознательных заложников. Я ассистировал, где мог, команды помогали.


Тяжелый гул, и два "чавычи" заходят с востока, над ними замечены две "Рыси". "Чинуки" приземлились на трассе, но должны были задержаться на некоторое время, двигатели заглохли, когда небольшая армия медиков поднялась по трассе, поднимая пыль, во главе с полковником Машем.


Мортен повернулся к нему лицом и крикнул: "У нас дюжина ампутаций конечностей, прямо здесь и сейчас! Они разлагаются!"


Команда разделилась, в худших случаях у каждого было теплое тело, чтобы хлопотать над ними, пока двигатели "Чинуков" работали на холостом ходу, члены экипажа вышли и оглядывались по сторонам. Я попросил своих парней приготовить чай, который предлагался как заложникам, так и медикам. Большинству медиков во время работы вливали в рот кофе.


Следующие четыре "Морских ястреба" привлекли увлеченных гражданских репортеров и забрали тех заложников, которые могли ходить, заложников, направляющихся к флоту в море. Я отправил многих женщин-заложниц, каждая из которых неоднократно подвергалась групповому изнасилованию. Я рассказал репортерам историю, предупредив о фотографировании лиц моих людей.


Макс подошел с пивом в руке, выглядя усталым. "У меня есть несколько статей на Reuters, мой компьютер сейчас отправляет обратно изображения". Он выдохнул и покачал головой. "Как ты к этому привык?"


"Вы встречаетесь с заложниками шесть месяцев спустя и их семьями".


Он кивнул. "Некоторым из них лучше умереть".


"Некоторые не выживут, слишком далеко зашли. Но это спасло нас, спасло эту миссию от тех, кто мог бы критиковать нас. Расскажи историю, Макс, выставь бойцов плохими, а нас хорошими, и это поможет."


"Не нужно раскручивать эту историю, это похоже на гребаный Холокост".


Следующие шесть "Морских ястребов" высадили морских пехотинцев с припасами и множеством носилок. Нескольких заложников отправили, но многие были слишком больны, чтобы рискнуть пошевелиться; я чувствовал запах мертвой плоти, когда ходил вокруг.


Моран подошел ко мне. "Больные ублюдки". Он имел в виду бойцов. "Какой смысл просто держать людей взаперти, пока они не умрут?"


"Какой смысл расстреливать автобус с туристами?" Ни то, ни другое на самом деле ничего не достигает." Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Притчард, и мы взяли полосу, застрелили здесь дюжину человек, нашли около восьми спрятанных шкур, все еще ищем, парни рассредоточились, некоторые роют траншеи".


"Никто не ранен?"


"Вряд ли", - усмехнулся он.


"Мы нашли пятьдесят заложников в пещере, большинство полумертвых, медики сейчас здесь. Что случилось с выпадением ОРЕОЛА?"


"Они приземлились к северо-западу от нас, позвонили мне, сейчас поворачивают на юг, я думаю, примерно в миле к западу от нас".


"Мои британские волки идут по этому следу к югу от тебя, так что я сомневаюсь, что у тебя будет компания. Позвони майору Харрису, пусть сбросят поддон и высадят несколько морских пехотинцев США. Как тебе эта полоска?"


"Это было спрессовано чем-то, достаточно твердым. Я пошлю людей прогуляться по ней."


"Приземляйся на Геркулеса только тогда, когда ты уверен, не сталкивайся с расспросами".


"Да, я перепроверю".


Я позвонил Харрису. "Что происходит в других областях?"


У "Морских котиков" мужчина наступил на мину, ему оторвало ногу, шестеро ранены. Их доставили по воздуху на корабль. В зеленых беретов попали из РПГ, двенадцать человек с рикошетом, несерьезно. Два эскадрона застрелили человека. Вот и все, действие за тобой."


"Эта полоса тихая, так что захватите ее, высадите "Геркулес" и "Рысь", сделайте из этого шоу, мужчины из всех команд".


"Как там эти заложники?"


"Радуйся, что не чувствуешь их запаха, большинство из них наполовину мертвы".


Это заняло час, но Маш и Мортен были рады начать перемещать пациентов, у многих из которых теперь отсутствовали руки и ноги, чтобы предотвратить распространение яда. "Чинуки" закончили, большинство серьезных случаев должны быть доставлены в сортировочную палатку в Омане, дюжина отправлена во флот на шельфе. Полковник Маш сообщил мне, что несколько хирургов из флота направлялись в Оман, чтобы встретиться с ним, с заточенными скальпелями.


Я позаботился о том, чтобы репортеров вывезли, и мы начали формировать команды, подсчитывая численность персонала, когда раненых загружали в "Чинук", ставили капельницы.


Французы обыскали пещеры, нашли кое-какие документы, несколько телефонов и удостоверений личности, но настоящим сокровищем была орда заложников - и их плохое самочувствие. Как бы я ни сочувствовал заложникам, их состояние отвлекло бы интерес от любых ошибок в разведке здесь.


Когда "Чинук" с ревом улетел, вернулись шесть "Морских ястребов", морские пехотинцы были удалены, остались только первоначальные команды - но мы заполучили двух настырных американских репортеров, готовых на авантюру. Они стояли в джинсах и бежевых куртках, бежевых жилетах. Я назначил их Максу.


Мортен все еще был с нами, его команда теперь мыла руки и лица.


Я передал: "Всем командам, раздобыть немного еды, сварить, затем отдыхать по очереди, мы выдвигаемся после наступления темноты. Медики, вы спите шесть часов, пока тепло - найдите тихое местечко на солнце."


Паркер получил несколько швов от Мортена и теперь сидел, жалея себя. Я ударил его рукой по затылку. "Тупая пизда!"


"В то время это казалось хорошей идеей, босс", - сказал он мне, когда парни подшучивали над ним.


Я сидел с Мораном и Джинджер, готовил кофе, день был ясный и теплый. "Днем здесь хорошо, достаточно тепло".


"С бассейном было бы здорово", - заметила Джинджер.


"Мы получили результат, сбой в разведданных будет затмеваться". Я повернул голову. "Саломея, поблагодари свой народ за меня".


"Получу ли я ужин?"


"Да".


"Правда?" - недоумевала она.


"Тебе нравится индейское?"


"Нет!"


"Крутое дерьмо".


Парни смеялись над ней, возвращаясь к красочному ивриту.


Мой телефон зазвонил. " Уилко, ты цел? " подошел адмирал Джейкобс.


"Да, сэр, мы в порядке, несколько царапин".


"Все это разошлось по агентству Рейтер, Си-эн-эн транслирует, заложников здесь, на корабле, снимают на видео и берут интервью".


"Тогда мы выигрываем войну в средствах массовой информации, сэр".


"Мы сегодня. Что дальше?"


Мы продолжим наносить удары по маленьким лагерям, захватим эту грязную полосу и используем ее, просто чтобы показать, что мы можем. Отправьте туда своих морских пехотинцев."


"Я получил записку об этом, так что мы подберем людей за городом и перевезем их туда. Но ходят слухи, что большие силы местных исламистов с южного побережья собираются напасть на вас. Я подумал, что могу повредить дорогу или две."


"Хорошая идея, сэр, задержите их на несколько дней, к тому времени мы закончим".


"Там есть мост через овраг, так что они могут дойти до тебя".


"Это было бы подло, сэр".


"Было бы да, но пошли они. Они могут делать покупки в местных магазинах."


"Сэр, раненые морские котики, морские пехотинцы и Зеленые береты, их количество начинает привлекать внимание?"


"Любой человек, оставшийся в живых, указан как имеющий незначительное ранение, даже с оторванной ногой. Белый дом считает, что на данный момент у нас есть дюжина незначительных ран."


"Вы действительно подлое дерьмо, сэр".


"Я научился у тебя".


Улыбаясь, я позвал Свифти.


Запыхавшийся мужчина начал: "Мы заняты".


"Что там происходит?"


"Около двадцати джипов, но мы растянулись вдоль них и примерно в 300 футах над ними, они не могут до нас добраться. У них было немного сухого корма и около пятидесяти кал, так что мы не высовывались, но мы измотали их за двадцать минут, и теперь они прячутся, восемь джипов в огне."


"Нужна какая-нибудь помощь?"


"Нет, мы заняли возвышенность, а им некуда идти".


"Более сотни человек к северу от вас, если вам понадобится помощь".


"Я позвоню, если мы это сделаем".


Я поспал два часа на жаре, пока вокруг мертвая тишина. Но я отправил своих снайперов вокруг холма на восток, чтобы наблюдать и поочередно отдыхать, пока они это делают.


Когда солнце опустилось за холм на западе, люди проснулись и зашевелились, температура упала. Я позаботился о том, чтобы у всех было пиво и они пользовались туалетами, которые также известны как участок песка, так как наши настырные репортеры тщательно сфотографировали внутреннюю часть пещер.


Пятнадцать минут спустя мы начали разбиваться на команды, французы уводили нас и повторяли свои шаги, когда к нам подошел Саша, никто не видел, как он подкрадывался к нам. Митч остановил нападавших и сумел немного отдохнуть. Теперь они вскарабкались к нам и встали в конец очереди.


В самой дальней точке к востоку, прежде чем мы обогнули холм, я проверил, что позади никого не осталось, и позвонил Ковски. "Посмотрим, смогут ли ваши пилоты F18 подложить бомбу в пещеру. Мы обогнули холм, так что завтра взорвите пещеры с заложниками - камера работает."


"Я передам это сейчас".


На южной стороне я передал: "Уилко для Николсона".


"Продолжай".


"Что ты мог видеть в том лагере?"


"Много хижин и домов, похожих на казармы, много людей, но в ист-энде полно гражданских, маленький городок, водная вышка, загоны для овец. Около пятидесяти калибров, минометы по-прежнему, ракет пока не видно."


"Жди нас, чтобы присоединиться".


"Водная вышка?" Джинджер задала вопрос.


"Как нефтяная вышка, только для воды. Разве ты этого не знал?"


"Я бы назвал это водяным колодцем или водяной помпой".


"Если у него высокий металлический каркас над землей, это буровая вышка, дурень".


Проехав милю, мы увидели холмы на юге, и холм, на котором находились пещеры - теперь позади нас - можно было увидеть, как он извивается на запад, затем на юг, но с разрывами на гребне, следы джипов видны в узких ущельях. И мы уже могли видеть огни на юго-западе.


Я медленно повел их на запад, теперь на противоположную сторону холма от пещер, всем ребятам сказал искать пещеры на этой стороне, пока мы тащились дальше. Не имея особого выбора, мы были вынуждены спуститься на дно долины, впереди нас были скалы, и я следовал контурам земляных и песчаных холмов, усеянных низкорослым кустарником, до того места, где нас в конечном итоге вынудили двигаться на юго-запад.


Моран заметил: "Если на нас нападут большие силы, мы прижмемся спинами к здешним скалам".


"Ага". Я поднял телефон и позвонил Ковски, попросив нанести авиаудар, но по холмам за лагерем и немного пошуметь.


Пока мы осторожно и тихо продвигались на юг, справа над нами были высокие скалы, я пытался найти безопасный маршрут, но его не было, восточная сторона была чертовски плоской. Мы трусцой пересекли трассу для джипов, оглядываясь по сторонам, и медленно побрели дальше холодной ночью.


Вспышка, и звук донесся до нас несколькими секундами позже, за ней быстро последовали три взрыва, и я мог видеть облако пыли издалека отсюда, огни в лагере становились коричневыми, прежде чем погаснуть, мужчины в лагере не спали - и не чувствовали себя любимыми.


Пройдя полмили, я нашел справа от нас несколько мест, где мы могли спрятаться или забраться наверх.


"Что это?" Моран зашипел.


Я опустился на колени, они опустились на колени, и мы посмотрели на восток, увидев линии в грязи.


"Возможно, урожай, небольшие растения, растущие как в теплице".


Я прошел вперед к краю линий, потушив факел, скрытый теперь от лагеря и в провале. Вернувшись к Морану, я передал: "Слева от нас находятся десять тысяч русских мин "прыгающий джек", все они связаны бечевкой. Внимательно следуйте за человеком впереди."


" Черт... " раздалось у меня за спиной.


К счастью, земляные насыпи превратились в небольшие холмы с сухим коричневым кустарником, и мы обогнули шахты, наткнувшись прямо на охранника. Я выстрелил первым и уложил его, но он выпустил очередь в воздух.


"Всем командам, быстро двигаться вперед! Добирайся до обложки!"


Я носилась вверх и вниз по небольшим холмам, вскоре услышав голоса, и за следующим холмом я увидела два черных силуэта, оба попали быстро, мои выстрелы были беззвучными, но все еще достаточно громкими, чтобы кто-то поблизости узнал.


Продвигаясь вперед с опасной скоростью, мы поднимались все выше, и я нашел тропинку и пошел по ней, опасаясь мин, но я мало что мог сделать, чтобы обыскать тропу. Она змеилась все выше, пока мы не увидели большой лагерь слева от нас, и тропинка оборвалась на странном участке сельского хозяйства на склоне холма, покрытом пластиком.


За грядой с овощами я нашел линию хребта и пошел по ней выше, пока люди, растянувшиеся позади меня, не оказались разбросанными по всей длине лагеря внизу. Я остановился, передавая: "Найдите какое-нибудь укрытие, у них пятьдесят кал, приготовьтесь, цельтесь вниз. Французские команды, цельтесь с близкого расстояния, британские - за 500 ярдов. Снайперы, бейте по джипам, а затем по хижинам, избегайте мирных жителей и этой деревни. В режиме ожидания."


"Это Саша, и к какой группе я отношусь, а?"


"Ты все равно не сможешь метко стрелять", - пришло от Слайдера.


"У тебя поддельное британское удостоверение личности, значит, ты британец", - сказал я ему.


Мы с Мораном и Джинджер нырнули за гребень холма и прицелились, и это было неподходящее место для ранения людей. Тем не менее, позади меня был путь вниз и место, где вертолет мог приземлиться к западу от нас, ниже по склону.


Всем командам приготовиться к стрельбе. Кому-нибудь нужно время, чтобы добраться до обложки?"


Ответа не последовало, поскольку холодный ветер ударил меня в затылок, как нож. Подо мной я мог видеть хижины с включенным светом, примерно в трехстах ярдах от ближайшего места, шесть хижин, расположенных как военный лагерь в нижнем правом углу, когда я смотрел на лагерь, несколько небольших кирпичных зданий, припаркованные джипы и грузовики, видны палатки.


Дальше хижины больше походили на дома, но люди, которых видели бродящими вокруг, были вооружены, некоторые стояли рядом с верхом на Душке, некоторые возле стен из мешков с песком. Это был не сельскохозяйственный колледж.


"Открыть огонь!"


Треск быстро перерос в рев, многие парни не утруждали себя глушителями. Я прицелился в хижину с включенным светом, внутри которой были замечены движущиеся люди, и разрядил в нее обойму, выстрелив с расстояния в четыреста ярдов, я оказался на высоте, может быть, двухсот футов над лагерем.


Джипы загорелись, когда мы стреляли вниз, в нас полетели РПГ, но попали в холм внизу, двум репортерам достались места у ринга - и теперь они хотят быть где-нибудь в другом месте. Снаряды треснули над головой, звук был как в пятьдесят кал, заставляя нас пригнуть головы.


Вспышка осветила большую площадь, люди были замечены и в них быстро стреляли при доступном освещении.


"Это Томо, и у меня есть газовые баллончики для приготовления пищи".


"Возьми еще, умница!" Я сказал ему.


Несколько минут спустя РПГ пролетела слева направо и снесла хижину.


"Кто-то, кого мы знаем там, внизу?" - Что это? - спросил Моран нараспев.


"В человека с РПГ стреляли прежде, чем он смог прицелиться", - предположил я.


Еще одна РПГ вылетела, еще одна хижина поражена, парни смеются.


"Это Николсон, и я вижу, как бойцы стреляют в других бойцов".


"Прекращение огня! Прекращение огня!"


Трещины закончились, и мы все посмотрели вниз, продолжалась перестрелка. Вылетели две РПГ, попали в хижины и подожгли их.


"Это Уилко, и люди, стреляющие, сосредоточены слева от двух горящих джипов. Не стреляйте в эту область, цельтесь как минимум в 100 ярдах от них. Открыть огонь!"


Я целился в хижины в 800 ярдах к востоку, опустошая магазин в течение десяти минут.


Николсон для Уилко. Группа мужчин бежит на север, слева от нас, стреляя по лагерю на ходу."


Поддержите их, не стреляйте в них! Либан, у тебя есть говорящие по-арабски?"


"Да, несколько".


"Отправьте их вниз и налево, кричите по-арабски, кто мы такие, используйте факелы!"


"Я отправляю их сейчас".


Десять минут спустя раздались выстрелы с перерывами, и еще несколько пуль прогремело над головой, донеслось: "Сержант Паскаль для майора Уилко".


"Продолжай".


"Эти люди - хуситы, захваченные день назад. Они убегают и убивают охранников."


"Воспитывайте их, оказывайте им медицинскую помощь, предоставляйте еду и воду. Макс, узнай их истории. Все остальные, медленно и уверенно, дождитесь рассвета, не тратьте патроны. Митч, присоединяйся ко мне со своей командой, но не высовывайся."


Когда прибыл Митч, я отправил его на запад, вниз по склону позади нас, обыскать местность. "Двигайся медленно, не сломай лодыжки".


Я достал радио из своего самолета и взглянул на звезды. "Передайте Уилко любому самолету ВМС США, находящемуся над нами".


"Тревога четыре, реагирует".


"У вас есть координаты пещер с заложниками?"


"Вас понял".


"А большой лагерь к юго-западу от него?"


"Подтверждаю".


"Пролети низко над тем лагерем и сбрось для нас, пожалуйста, несколько сигнальных ракет".


"Четвертая тревога, наземный Уилко, готовность".


Три минуты спустя мы услышали визг позади нас и посмотрели вверх, собираясь получить очередь из двух F18, вскоре вспыхнули сигнальные ракеты, ночь сменилась днем.


"Открыть огонь! Выбирайте свои цели!"


Мгновение спустя взорвался газовый баллон, за которым последовали еще два, веселящиеся Томо и Николсон. Я целился далеко вправо, а вокруг бегали наемные убийцы, и я пробил два джипа, прежде чем погасли сигнальные ракеты. Но внезапно в лагере вспыхнул огромный пожар.


Моран сказал: "Смотри, этот огонь, это растительное масло или дизельное топливо для джипа".


Я передал: "Экономьте патроны, но используйте подсветку, если у вас хороший выстрел".


Хижина загорелась от горящего масла, длинная деревянная хижина, освещение распространилось.


"Четвертая тревога, Уилко, земля".


"Продолжай", - передал я.


"Тебе нужен второй заход?"


"У них, вероятно, есть ракеты с тепловой самонаведением, так что ты чувствуешь себя счастливым?"


"Нам приказано попытаться обманом заставить их начать, так что мы сыграем в трусость".


Вас понял, я поищу ракеты, когда вы будете проходить мимо. Мы на гребне холма к западу от лагеря."


Несколько минут спустя мы услышали визг, сигнальные ракеты, выпущенные одиноким F18, но на этот раз выше. Радио было у меня в руке, палец лежал на кнопке передачи. Вспышка, полоса, и я нажал эту кнопку. "Ракета запущена!"


Я не мог видеть F18, но сигнальные ракеты вспыхнули в миле к востоку и немного южнее, падая за хребтом. Ракета отклонилась и исчезла вдали.


"Передайте Уилко четвертую тревогу, вы только что израсходовали одну из своих девяти жизней".


Я услышал: "Тюряга, ты проснулся".


"Сейчас войду", - раздался другой голос.


Визг над головой, но на севере, и вспыхнули сигнальные ракеты, на этот раз выпущено две ракеты.


"Выпущены две ракеты!"


"Поворачиваю на юг".


Вспыхивают новые вспышки, возможно, в миле или больше к востоку, ракеты отклоняются на север и исчезают, мои ребята все еще периодически стреляют по лагерю при движении.


Мой телефон зазвонил. "Уилко, это Притчард, и к нам приближается артиллерия!"


"Где твои люди?"


"Некоторые в траншеях, большинство в скалах на востоке и уже окопались".


"Есть идея, в каком направлении находится артиллерия?"


"Мы думаем, на юг".


Рассредоточьте своих людей, двигайтесь на восток, бросайте шкуры, если хотите. Насколько точна их цель?"


"Дерьмо, они приземляются повсюду, в трехстах ярдах друг от друга, почти по всей полосе и южнее".


"Я свяжусь с тобой". Я поднял самолетную рацию. "Уилко вызывает систему АВАКС, прием?"


Система АВАКС, наземный Уилко, продолжайте."


"Наша артиллерия бьет по грунтовой взлетно-посадочной полосе, беспорядочно и пока неэффективно. Можете ли вы отслеживать сигнатуры артиллерийских радаров?"


Система АВАКс, Наземный Уилко, подтверждаю, но это не точная наука, мы видим апогей снарядов."


"Сделай все, что в твоих силах, начни в пяти милях к югу от грунтовой полосы".


Система АВАКС, посадка, Уилко, вас понял.


Я убрал свою самолетную рацию. "Николсон, ко мне".


Он вынырнул тремя минутами позже, опустив голову, пули врезались в землю под нами.


"Перевалив через хребет, посмотри на юг, нет ли вспышек, артиллерии или ракет".


Он карабкался по камням и спускался вниз.


"Максимум для Уилко".


"Продолжай, сержант Макс".


"Эти хуситы считают, что знают здание с ракетами внутри".


"Приведи мужчину к Томо. Лебедь, румпель, Брейс, группа с Томо."


"Это Николсон, и я вижу вспышки, в двух милях или больше к югу, азимут 195. Вереница джипов на трассе, несколько хижин, низкие холмы."


Я схватил свою самолетную рацию. "Земля Уилко" для любого F18, артиллерия в двух или трех милях к югу от того места, где ваши ребята сбросили сигнальные ракеты, если вы можете пойти посмотреть. Ищите линию джипов."


Я только что опустил радиоприемник на самолете, когда вспышка потрясла меня, лагерь внезапно осветился ясно, как днем, когда радиальная стена белого тумана вылетела наружу, хижины сдуло ветром, как будто они были сделаны из бумаги. Взрыв настиг нас, когда я закрыл глаза и повернул голову, и нас тряхнуло, даже здесь, наверху, головы пригнулись, когда на нас посыпались камни и куски металла.


Лагерь погрузился во тьму, когда Моран изумленно воскликнул: "Черт возьми ..."


"Это Томо, и я думаю, что что-то взорвалось, босс. И это был мой шанс."


"Ты получаешь бонус. Всем прекратить огонь, дождаться рассвета."


"Прекращение огня?" Моран усмехнулся. "Ты думаешь, там внизу после этого еще кто-то остался передвигаться?"


Я сбавил обороты и двинулся по скалам к Николсону, теперь никто не приближался, в лагере внизу темно и тихо. Я видел вспышку на юге, звук артиллерии достиг нас много секунд спустя, сначала над головой раздался визг. Я зафиксировал грубый "ляпсус", 20-миллиметровую пушку, грубо нарушившую чьи-то артиллерийские учения, десятисекундную очередь, замеченные в огне джипы.


"Никто не смог бы этого пережить", - твердо предположил Николсон.


"Оставайся там, просканируй местность". Я выбрался обратно к Морану и Джинджер.


"Уилко!" Николсон закричал, и я обернулся, увидев дюжину ярких полос света, описывающих дугу.


"Черт! Это РСЗО." Я схватил самолетную рацию. "Земля Уилко любому F18, у нас есть РСЗО в миле к западу от артиллерии, по которой вы попали!" Ярко, как днем, вы не можете пропустить их!"


Я в панике позвонила Притчарду.


" Алло? " раздался взволнованный голос.


"Притчард, у нас есть артиллерия, но они запустили РСЗО!"


"Он приземлился над полосой, отсюда эффектно, но чертовски страшно. Нам нужны норы поглубже!"


"ВМС США задействовали артиллерию, и теперь они будут стрелять из РСЗО".


"У меня нет команды больше, чем из четырех человек, и не ближе, чем в пятидесяти ярдах друг от друга, к востоку от меня, подальше от полосы".


Утром тебе нужно будет заполнить дыры в этой полоске. Где котики?"


"В двух милях к юго-западу, и ближе к артиллерии и ракетам, чем мы, я думаю".


"Иди, чтобы идти". Я позвонил Харрису, чтобы назначить капитана. "Свяжитесь с "Морскими котиками" и командами SAS HALO, пусть они продвигаются на юг на расстояние в две мили, затем ищите ракетные установки".


"Я позвоню им сейчас".


Я вернулся в свое прежнее положение.


"Мы устроили беспорядок в том лагере", - отметил Моран, теперь нас никто не беспокоит.


Я уставился вниз на лагерь черных, огни все еще горели в миле к востоку. "Ты думаешь, это убило гражданских в той деревне?"


" Возможно, Шрапнель могла бы долететь так далеко. В любом случае, они виноваты в хранении ракет."


Мы услышали свист и пригнулись, лагерь обстреляли три раза подряд.


"Кто, блядь, это выстрелил?" Джинджер крикнула, риторический вопрос.


"Они сделали это, целясь в нас", - предположил я, парни громко смеялись в темноте.


Второй залп пролетел над нами и приземлился дальше в лагере, наверняка обоссав всех, кто там еще остался в живых, последний залп приземлился ближе к деревне, теперь видны пожары.


"Для них это могло бы обернуться лучше", - отметил Моран. "Их людям нужно немного потренироваться, начиная с того, как пользоваться компасом".


Наступила тишина, и вскоре все, что мы слышали, это вой ветра в низкорослых кустах, люди пытались согреться здесь, на гребне. Там, где у них было укрытие от ветра, я дал им настояться.


Николсон подбежал к нам. "Я говорил с Митчем там, внизу, никого поблизости, до ближайшей трассы миля, и они ее перекрыли. Сейчас ничего не вижу."


"Подожди до рассвета, приготовь что-нибудь, если сможешь найти местечко подальше от ветра".


Его черный контур двинулся вниз по линии.


Когда взошел рассвет, я приготовил второе зелье, и оно было очень необходимо; мы мерзли на пронизывающем ветру. Теперь я мог видеть контуры и особенности холмов к югу от артиллерии и РСЗО, и теперь стала ясна ужасная ситуация в лагере внизу, повсюду части тел.


Те, кого мы не застрелили, были убиты разрывами ракет или разорваны в клочья артиллерией, их собственной артиллерией, все хижины повреждены и разрушены, по бокам видны джипы.


"Уилко для Либана".


"Продолжай".


"Могут ли ваши люди видеть мины в песке и веревку?"


"Да, позади нас".


"Стреляйте по минам, пожалуйста".


Я выпрямился во весь рост, когда раздался треск, и через минуту раздался небольшой хлопок, но за ним последовала дюжина небольших хлопков, и в течение тридцати минут французы взорвали сотню мин.


"Либан, ты видишь квадратные поля, похожие на фермерские?"


"Да?"


"Стреляй в них".


Когда люди посмотрели вниз, послышались трески, вскоре раздался мощный взрыв, за которым последовали еще шесть.


Либан передал: "Эти идиоты, они устанавливают мины слишком близко! Они понятия не имеют."


Взрывы продолжали тревожить всех, кто еще спал в деревне, сработало пятьдесят или более мин.


Мой телефон зазвонил. "Уилко, это Митч", - пришло с некоторой срочностью.


"Продолжай".


"С юга приближается целая гребаная пехотная дивизия!"


"Приготовьтесь к отступлению". Я передал: "Всем мужчинам приготовиться к отступлению!" Я позвонил Свифти.


"Да?"


"Проснись, поднимайся выше, компания с юга, их тысячи. Снимай выше!" Я схватил свое самолетное радио, когда Моран и Джинджер присоединились ко мне, вглядываясь на юго-запад, в облако пыли, видимое за низкими холмами, когда освещение улучшилось. "Передайте Уилко любому самолету ВМС США, находящемуся над нами".


Ответа не последовало. Я позвонил адмиралу Джейкобсу, чтобы назначить командира. "Мне нужен воздушный удар, двадцать F18, у нас на подходе огромная колонна истребителей, целая гребаная армия. Попросите адмирала Джейкобса позвонить мне. Цельтесь туда, где ваши самолеты бомбили артиллерию и РСЗО. Понял?"


"Я пойду и найду его сейчас".


Я позвонил Харрису. "Ты не спишь?"


"Почти".


"Мне нужны все "Рыси", готовые к вылету, с установленными ракетами, на грунтовую полосу, а затем на юг, мили на четыре или около того, у нас на подходе небольшая армия. Готовь кофе."


Положив трубку, Моран осторожно заметила: "Это много мужчин. Я вижу БТР, 105-мм, буксируемую артиллерию, работы." Он повернулся ко мне лицом. "Если бы здесь были только мы ... без военно-морского флота США?"


"Если бы дело было только в нас, нас бы здесь не было", - сказал я ему. "Янки хотели этого, а не мы, это их шоу".


Мой телефон зазвонил. " Уилко, ты в порядке? " подошел адмирал Джейкобс.


"Мы на холме и смотрим вниз на целую армию, сэр".


"Откуда, черт возьми, они взялись, мы срезали дорогу?"


"Должно быть, это были местные бойцы, но они где-то прятались".


"Мы готовим ударное крыло, ты можешь подождать?"


"Да, сэр, эти парни еще не на позиции".


"Минут тридцать или около того, но у нас есть птицы, которые могут их сбить".


"Любой F18, который собирается вернуться на корабль, с низким запасом топлива, может обстрелять колонну и немного повеселиться, прежде чем они вернутся, один заход".


"Я упомяну об этом сейчас".


"Предупреди их, что мои вертолеты "Рысь" уже в пути, но, вероятно, через сорок минут".


Следующим я позвонил Притчарду, когда мы стояли, глядя вниз на далекую колонну транспортных средств. "Притчард, это Уилко, ты не спишь?"


"Немного поспал после того, как закончились ракеты".


"Приготовьтесь очень быстро бежать на восток, вся дивизия движется по дороге на юг. Собирайся, легкий набор, пока откажись от ленты и любых тяжелых припасов."


"Черт..."


"ВМС США нанесут удар по этой колонне через полчаса, "Рысь" последует за вами, но некоторые могут пробиться к вам - и у них есть БТР".


"БТР далеко не уедет по этим камням и дюнам, они застрянут, но есть несколько следов".


"Составляйте планы, будьте готовы, у вас нет тяжелого оружия!"


Пять минут спустя зазвонил мой телефон. "Майор Уилко?"


"Продолжай".


"Сержант морских котиков Махон, мы встретились".


"Где ты?" Я озадачен.


"Мы сбросили ГАЛО, теперь значительно к юго-западу от этой полосы, высоко, можем видеть большие силы под нами".


"Сиди сложа руки и смотри, как твой флот бомбит их через тридцать минут. Прячься, чтобы тебя не заметили, и не нападай на них, эх."


"Ни хрена себе".


Улыбнувшись, я отключил звонок.


"Уилко!" Моран закричал, указывая.


Я проследил за его пальцем и вскоре увидел приближающуюся белую "Сессну". Я передал: "Снайперы, "Сессна" приближается с юга, сбейте ее!" Все мужчины прячутся! А теперь прячься, накинув на себя пончо."


Я вытащил коричневое пончо Морана и встряхнул его, как одеяло, накрыв нас обоих им, когда мы целились; я не хотел, чтобы эта колонка была нацелена на нас здесь.


Гул двигателя нарастал, глупый пилот шел прямо на нас и пролетел над нами достаточно близко, чтобы я мог забросать его камнями. Выстрел из слоновьего ружья, секунда, и "Сессна" упала, врезавшись в скалы в 400 ярдах к югу, поднялась пелена черного дыма.


Я расслабился. "Идиот. Почему так низко?"


"Смотри!"


Мы повернули на запад, увидев три F18, описывающих дугу вокруг и снижающихся, вскоре до нас долетает запоздалый "blurt", вспышки на земле, поднимается пыль, колонна получает грубый сигнал к пробуждению. Три прохода, и колонна местами рассыпалась.


Пятнадцать минут спустя земля вокруг колонны поднялась, транспортные средства отбросило в сторону, как игрушки, взрыв достиг нас много секунд спустя вместе с визгом реактивного двигателя, когда четыре волнистых взрыва разорвали колонну на куски.


"Бедные ублюдки", - выдохнул Моран.


Я кивнул, глядя вниз на устроенный беспорядок, еще шесть извержений почвы, каждое высотой 200 футов или более, и они продолжали приближаться, бомбы падали в местах, где у нас не было прямой видимости.


Наконец-то наступила тишина, огромное одеяло пыли и дыма скрыло колонну, и мне стало жаль тех, кто находился на принимающей стороне.


Обернувшись, я увидел Макса и репортеров, направленных видеокамерами на юг. Жужжание, и с севера появилась вереница рысей, насчитали двенадцать, и они промчались мимо нас на запад и резко повернули направо, перевалив через хребет в двух милях к юго-западу и повернув на восток, выпустив ракеты.


Часть событий происходила за горным хребтом, но мы могли видеть, как ракеты поражали отдельные транспортные средства и БТР, было сделано два захода, прежде чем Рысь сгруппировалась и улетела на север, к полосе грунта, и скрылась из виду.


Моран отметил: "Я думаю, что их наступление было отменено".


Не в настроении праздновать смерть всех этих людей, я повернулся к нему и кивнул. Я передал: "Все мужчины, поворачивайте на север, начинайте идти. Митч, ты меня слышишь?"


"Мы недалеко внизу".


"Немедленно поднимайся".


" А как насчет парней-хуситов? " раздался голос Слайдера.


"Они идут с нами. Скажи им, что мы высадим их в безопасном месте на вертолете."


Я ждал с Мораном и Джинджер, пока Митч и его шпионы, тяжело дыша, не перевалили через хребет, и вскоре мы всей группой бежали вниз по тропе, ведущей к вершине хребта, вслед за командами, в лагере справа от нас теперь было тихо. Последний взгляд назад, на пыль и дым на юге, на бойню, скрытую под этим дымом, и мы пошли дальше быстрым шагом, возвращаясь по своим следам обратно к тропе, ведущей к пещерам, израсходовав два часа.


Там, где Митч вел свою битву, мы не нашли бойцов и поэтому перешли на другую сторону, вскоре продвигаясь вперед, у нас был час, чтобы вернуться к песчаным дюнам и войти внутрь. Там я объявил перерыв и сказал всем, что у них есть четыре часа.


Я позвонил Харрису. "Это я. Сообщи всем, что мы направляемся к грунтовой полосе, будь там после наступления темноты."


"Десять минут назад "Геркулес" сбросил два поддона, там был Притчард, и теперь у них есть 66-мм и два 105-мм."


"Это помогает".


"Мы получили подробную информацию о колонне, атакованной военно-морскими силами США, и, похоже, уничтожено до сотни транспортных средств - некоторые морские котики наблюдали за происходящим с видеокамерами и фотокамерами".


"Да, я говорил с ними. Позовите этих пыльных сухопутных тюленей, пусть они уходят на север, к полосе грунта. Что еще происходит?"


"Новости хорошие, новости о заложниках, по всему миру, но по телевизору все выглядит так, будто их спасли ВМС США".


"Имеет ли это значение? Они возвращаются домой."


"Двое погибли на корабле, некоторые здесь не ожидали, что выживут - слишком далеко зашли. Французский министр летит сюда, чтобы встретиться со своим сыном и женой."


Я сидел с Мораном и Джинджер и готовил, день был теплый, солнце приятно грело мою кожу.


Свифти позвонил полчаса спустя. "Что мы делаем? Харрис рассказал нам об этих силах к югу от нас, мы видели некоторые из них с высоты."


"Оставайся там, но отправь команду на север к полосе за припасами и 66 мм, нам все еще нужно срезать гусеницу."


Следующим позвонил Дэвид Финч. "Мы отследили телефон гражданина Йемена, находящегося под арестом, в Великобритании".


"Я думаю, он может сопротивляться допросу."


"Да, вполне. Французы произвели четыре ареста, американцы намерены произвести несколько арестов на основании использования телефона."


"Вероятно, мы скоро закончим с этим, они потеряли сегодня так много людей, что им не оправиться."


"Что ты имеешь в виду?"


"Мы уже убили шестьсот или больше человек, затем на рассвете они отправили всех своих людей в составе большой колонны на бронетранспортерах the works, но ВМС США врезались в эту колонну и никого не оставили в живых. В этой колонне должно было быть пятьсот человек или больше, немногие остались в живых."


"Черт возьми. Так что ты будешь делать?"


"Закрепите ленту, выполните несколько упражнений, оцените силу оставшихся - остался ли у кого-нибудь желание сражаться."


"Сегодняшняя газета Sun занимает скромный десятистраничный разворот."


"А игра в вину?"


"Министерству иностранных дел надрали задницу, посольству в Омане тоже, половина вины возложена на оманский аппарат безопасности - ни на вас, ни на меня."


"Тогда результат. Отправьте благодарственное письмо израильтянам от вас и от меня, упоминая ценный вклад Саломеи."


"Я сделаю, поскольку именно их информация помогла нам."


"Именно их разведданные спасли триста офицеров НАТО!"


"Да, вполне. А мои шесть человек?"


"Дела идут хорошо, есть хороший опыт, пока никаких проблем."


Спрятанный телефон, мужчины, замеченные лежащими на дюнах и спящими, Моран небрежно спросил: "Игра в вину?"


Лица смотрели в мою сторону. "Я передал предупреждение жителям Омана, а также Лондону, за три дня до того, как была найдена бомба. Их вина. Я соединил точки, они тоже должны были это сделать."


Когда солнце опустилось за холм на западе, мой телефон зазвонил.


"Уилко, это полковник Мэтьюз, ты можешь говорить?"


"Да, сэр, сейчас мы в безопасном районе".


"Белый дом отзывает всех, президент говорил с вашим премьер-министром".


Я расслабился. "Какого черта?" Лица повернулись в мою сторону.


Исламисты на южном побережье называют это вторжением, и они мобилизовали своих людей - все шестьдесят тысяч человек, плюс тяжелое вооружение. Саудовцы оказывают давление на Белый дом, как и на несколько других, и мы не хотим войны здесь."


"Черт..."


"Можете ли вы снять деньги в надлежащем порядке?"


"Да, сэр, но это может занять день, а нам нужно ехать обратно на джипах, три дня".


"Маловероятно, что силы на юге достигнут этого вади, и наш флот повредил дорогу, которая задерживает их - и сильно выводит из себя".


"Я начну строить планы, сэр. Как там освещение в СМИ?"


"Здесь чертовски здорово, у нас больше минут, чем на играх НФЛ! Все крупные ИЗДАНИЯ показывают это, и изображения тех заложников сделали свое дело, оправдали то, что мы делали, сфокусировали все это, вызвав здесь большой гнев на террористов.


"Президент Франции выступил с речью, сказал: вы берете наших людей в заложники, мы отправляем 1ST Батальон и оставьте свои гниющие трупы в песке. Ему устроили овацию стоя. Французское ТЕЛЕВИДЕНИЕ выпустило свой 1ST Батальон уничтожен за спасение заложников."


"У них в пещерах было больше людей, чем у меня, так что в каком-то смысле они правы".


Набор по-прежнему идет вверх, Объединенный комитет начальников штабов очень доволен. В целом это была хорошая операция, низкие потери, большое количество убитых. Однако они сомневаются в нехватке заключенных."


"Я разберусь с этим, сэр, не волнуйтесь".


"Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится, но убирайся к черту из Додж-Сити".


"Сейчас выдвигаемся, сэр". Положив трубку, я передал: "Мы уходим, удвоенное время, двигаемся в обход дюн, а затем на северо-запад, всем западным силам в Йемене приказано выйти".


"Приказано выйти?" Моран повторил, он и Джинджер собирали пончо.


"Население Йемена мобилизовалось, шестьдесят тысяч человек в пути".


"Ах, в таком случае нам, вероятно, следует уйти", - заметил он.


Когда мы начали идти, я позвал Свифти. "Дважды двигайтесь на север, к полосе грунта, мы уходим, огромные силы к югу от нас".


"Я просто устраивался поудобнее". Он вздохнул. "Хорошо, я сейчас соберу их вместе. Тогда увидимся после полуночи."


Я позвонил Харрису, когда мы поднимали песок. "Это Уилко. У нас есть приказ, и все команды должны немедленно покинуть Йемен, так что начинайте отзывать их. Отправьте "Чинуков" британским командам - вернуть джипы. Посмотрим, сможешь ли ты достать мне немного "Геркулеса" для грунтовой полосы, возможно, рискну совершить посадку - поговори с Притчардом о том, в каком она состоянии. Если нужно, возьми "Геркулес" для "Дон" или "Чинуков".


"Оставьте 2 эскадрилью там, где они есть, они останутся. Что там происходит с заложниками?"


"Многие в палатках, или они были, большинство вылетают, когда становятся стабильными, в Маскат. Некоторым просто нужно помыться и поесть горячего перед вылетом, но сейчас здесь съемочная группа Би-би-си, Си-эн-эн и еще несколько человек."


"Скажите полковнику Клиффорду, чтобы он обеспечивал строгую охрану, никаких имен и подробностей для прессы, которые им не нужны!"


"С ними есть несколько разработчиков модов, которые этим занимаются".


"Займитесь делом, начните планировать организованный уход". Я позвонил Притчарду. "Это Уилко, и нам приказали убираться из Йемена, население растет и направляется в нашу сторону, их шестьдесят тысяч".


"Черт ... Как мы выбрались?"


"Чинуки" отведут вас к вашим джипам, а затем вы поедете - никто не войдет в вади, просто ваша песчаная полоса привлечет некоторое внимание примерно через день. Собирайся, готовься к отъезду, мы идем к тебе, а "Геркулес" может взять любой тяжелый комплект."


"105-миллиметровые орудия находятся далеко к югу, прикрывая этот след".


Оставь их там пока, мы покроем твой вывод. Чинук может быть у вас через 40 минут, так что отведите первую группу людей обратно к джипам."


"Нужно сдуть немного песка с этих джипов!"


Я позвонил капитану "Американских волков", когда мы брели по дюнам. "Это Уилко, и мы уходим. Постройте людей поближе к полосе, утром должны прокатиться на Геркулесе, если нет, то мы пойдем пешком. Скоро британские команды пересядут на джипы Chinook."


"Сейчас я позову их всех, они рассредоточились".


Быстро продвигаясь со своей командой, я в конце концов оказался в начале очереди, когда мы достигли северо-западного угла вулкана, свет угасал, вскоре мы карабкались по грязи по диагонали, тяжело дыша на вершине, холодный ветер бил нас сзади.


Я медленно повел их вниз и немного свернул на запад, где мог, холмы стали низкими и округлыми, когда солнце село.


Прошел час, и я услышал радиочат "Британские волки".


"Уилко для Свифти".


"Продолжай - и где ты, блядь, находишься?"


"Мы к востоку от вас, должно быть, близко, не стреляйте по теням".


"Можем ли мы стрелять в Риццо?"


"Я слышал это, ублюдок!" - прозвучало после того, как парни рассмеялись в ответ на реплику.


Десять минут спустя я посветил фонариком, получив ответные вспышки, и Свифти приказал своим волкам остановиться и присоединиться к хвосту очень длинной шеренги. Тем не менее, эта очередь теперь двигалась быстро, наши гости-хуситы не отставали от нас - даже те, кто был в сандалиях.


Увидев слева от себя взлетно-посадочную полосу, я спрыгнул на нее, бросил взгляд на юг и включил фонарик, прикрепив его к ремню безопасности, когда направился на север.


"Уилко всем британским командам впереди". Ничего. Я тащился еще пять минут. "Уилко всем британским командам впереди".


"Это эскадрилья "Б"".


"Мы поднимаемся по тропе с включенным фонариком, так что уберите пальцы со спусковых крючков - иначе."


"Мы в скалах, немного в трехстах ярдах к северо-востоку".


Я видел вспышки их факелов. "Риццо, я хочу, чтобы ты и твоя команда были здесь, вооружитесь 105-мм и 66-мм. САС, собирайся сейчас же, отправляйся на север на двойном ходу!"


Команды SAS спустились со скал, когда Риццо повел свой отряд наверх, обменялись грубыми насмешками, люди SAS отправились на север, и мы последовали за ними, за тридцать минут до Причарда, вскоре услышав тяжелый глухой гул приближающихся "Чинуков".


При свете факелов я достал самолетную рацию и установил контакт, двадцать пять SAS на первом "Чинуке", Притчард плюс двадцать пять на втором, и это была большая часть SAS. Я сгруппировал парашютистов и морских пехотинцев в темноте, с большим количеством черных очертаний, и крикнул, чтобы производился подсчет численности, оружие было в безопасности.


Полчаса спустя "Чинуки" вернулись из вади, "Следопыты" загрузились и отправились в путь, пока британское и французское "Эхо" пряталось за дюнами и добывало немного еды.


Над головой раздался гул, и я с удивлением обнаружил, что приближается один или три "Геркулеса", контакт был установлен по радио моего самолета. Включились посадочные огни, я скорректировал их заход на посадку, первый "Геркулес" сел, не пристегнув шасси. Я отправил британских волков со Свифти, плюс двадцать американских волков. Рев двигателей ярко освещенного "Геркулеса", и он проехал по полосе, кажется, ярдов 300.


Второй "Геркулес" приземлился с горящими огнями, остальные "Американские волки" отправились на борт с двумя отрядами из 1ST Батальон плюс наши медики. Последний Геркулес забрал оставшуюся часть 1ST Батальон, Макс и два репортера, плюс французское эхо, плюс наши спасенные хуситы - после того, как мы разоружили их под некоторые жалобы.


"Чинуки" вернулись два часа спустя, Парас улетел с несколькими морскими пехотинцами, и до сих пор ни ракеты, ни артиллерия не приземлились. Получен радиовызов, и мы посмотрели на запад, чтобы увидеть линию приближающихся черных пятен - команды HALO приближаются. Вскоре мы приняли их, пятиминутно поболтали, прежде чем я отправил их прятаться в восточные скалы.


Когда "Чинуки" громко объявили о своем прибытии, я отправил морских пехотинцев и наших артиллеристов обратно к их джипам. Становилось тихо, дул чертовски холодный ветер, и я задавался вопросом, когда я смогу вывести оставшиеся команды.


Взрыв с юга, видна вспышка, и мы приготовились.


Мой телефон зазвонил. "Это Риццо, и мы врезались в колонну джипов!"


"Сколько джипов?"


"Шесть".


"Отбивай их в течение пяти минут, возьми немного 66 мм, затем вернись сюда дважды. Мы идем на восток!"


Я столкнулся с темным силуэтом Морана. "Веди команды HALO на северо-восток, быстрым шагом, мы последуем за тобой". Он подошел к командам HALO, когда они сидели, отдыхая, и окликнул их. Слайдер, приготовься уйти пешком на северо-восток, когда Риццо доберется сюда. Следуйте за командами HALO и найдите всех отставших здесь."


Я крикнул: "Здесь есть морские пехотинцы или парас?" Есть следопыты? Здесь есть кто-нибудь, кто не Эхо?" Я передал тот же вопрос, но иди не отвечай.


"А как насчет припасов для паллет?" - Спросила Джинджер.


"Мы оставим их, но могли бы попросить ВМС США разбомбить их".


"Парас сказал мне, что есть шесть GPMG, 66 мм, the works".


Я рассмотрел наши варианты. Слайдер, возьми гранатометы и патроны с поддонов и 66-миллиметровый. Быстро."


Мужчины бросились на полосу, и когда мы наконец нашли в темноте паллеты, я взял тяжелую цепь GPMG cammo, обернув ее вокруг шеи.


"Это Риццо", - запыхавшись, сказал мужчина. "Мы их вставили, сейчас перейдем к делу".


"Есть раненые?"


"Паркер получил рикошет".


"Все в порядке, он уже был ранен".


Вспышки заставили нас нырнуть вниз, полоса была обстреляна артиллерией, достаточно близко, чтобы парни вскочили и поспешно отошли, мужчины подбадривали других. Отчаянно схватившись за последние несколько 66-миллиметровых, мы побежали на восток, пока я выкрикивал численность и призывал всех людей бежать с нами на восток, а Риццо двигаться на северо-восток и присоединиться к нам.


Я был в пятидесяти ярдах от дюн и скал, когда прогремел следующий залп, и мне показалось, что он был ближе, три мощных взрыва позади нас, когда я крикнул ребятам, но мы не последовали за командами HALO, никаких следов впереди нас не было видно.


Я позвонил Харрису, когда мы брели по густому песку, чтобы получить информацию о леди-капитане разведки. Немного запыхавшись, я начал: "Это Уилко, и грунтовая полоса принимает на себя артиллерию, по ней движутся наземные подразделения, так что теперь она в руках врага. Мы идем на восток, попытаемся где-нибудь встретить "Чинуков", предупредим пилотов."


"А как насчет Рыси?"


"Без безумной паники, мы можем идти несколько часов. Геркулес снова с тобой?"


"Да, и они готовят еще одну вылазку".


"Останови их, загони их".


Отложив телефон, мы услышали и почувствовали взрывы позади нас, что придало нам сил идти быстро, даже с очень тяжелым снаряжением.


На рассвете Моран зашел с севера, и, по моим подсчетам, мы были в пятнадцати милях к востоку от полосы. По здешним вади можно было проследить достаточно легко, их окружали невысокие холмы, по грязи было достаточно легко подниматься и преодолевать. Я остановил всех и сказал им отдохнуть несколько часов и перекусить.


В 9 утра я позвонил Притчарду.


" Алло? " донесся крик, перекрывающий рев двигателя.


"Это Уилко, где ты?"


"Мы добрались до джипов - американские морские пехотинцы все еще были там, собрали всех, запустили двигатели - песок в нескольких местах, но, наконец, завели их, едем уже около трех часов, по нашим первоначальным следам, спокойно".


"По пути забирайте команды, которые вы оставили позади".


"Если мы сможем вспомнить, где они!" - съязвил он. "Они должны видеть и слышать нас, у нас колонна джипов длиной в милю!"


"Мы все еще рядом с полосой, пришлось отступать, когда подоспела артиллерия".


Итак, мы выбрались как раз вовремя. Тем не менее, история за пивом получается лучше."


"Это так", - согласился я с улыбкой. Я позвонил майору Харрису. "Это Уилко, как проходит ломка?"


"Британские и американские волки вернулись, и я поговорил с парашютистами и морскими пехотинцами, которые сейчас едут обратно. ВМС США забрали большую часть морской пехоты, затем морских котиков. Зеленые береты ждут, когда их подвезут, и переходят на более выгодную позицию. Мы послали к ним Рысь, двух раненых, царапину и сквозного. Из-за "Морских котиков" человек потерял руку, которую ему отстрелили."


"С моими людьми пока все в порядке", - сообщил я.


"Французское эхо" и 1ST Батальон получил несколько незначительных ранений, рикошет, перевязан. Я думаю, что их врач сортировал их в пустыне. У нас здесь есть эти заключенные-хуситы, оманский майор поручил полиции расспросить их о том, что они знают, что они видели."


"Прежде чем ты пошлешь за нами "Чинуков", позвони мне и уточни местоположение, а, - сказал я ему.


Я позвонил в SIS Лондон и попросил их передать мое текущее местоположение майору Харрису, вскоре я сидел, наслаждаясь солнцем, и два часа поспал. Проснувшись, я патрулировал вверх и вниз по вади, беседуя с различными группами, и мы обменивались историями.


В 3 часа дня приближались громкие "Чинуки", и когда они подняли песчаную бурю, я отослал команды HALO, плюс Митча и наших шпионов. Но когда гул "Чинука" утих, мы заметили приближающуюся жужжащую рысь, каждая из восьми рысей и двух серых Хьюи садились по очереди, по три или четыре человека с тяжелым снаряжением на каждом, и когда моя Рысь остановилась, я посмотрел вниз на вади, чтобы увидеть, не бежит ли кто-нибудь в нашу сторону, в спешке подтягивая брюки.


Мы мчались на высокой скорости и на малой высоте через вади, песчаные и грязевые холмы, и я был взволнован, когда заметил настоящий караван верблюдов на севере, указав на него Морану. Я любил пустыню в целом, и это место в частности, его формы и цвета, огромные округлые дюны. Это место не внушало мне страха, и мне было немного грустно покидать его.


Сорок минут спустя мы приземлились на перроне, вытащили и опустили, GPMG и 66 мм перетащили и сложили в ангаре, командир эскадрильи королевских ВВС попросил оставить их на хранение.


Я потоптался взад-вперед перед комнатой штаба, чтобы смыть песок и пыль, прежде чем войти, мне захотелось выпить чего-нибудь холодного, когда собрались старшие. Я столкнулся с Харрисом. "Все ли мужчины учтены?"


"У нас есть списки, и мы приняли тех, кто был ранен ранее и вывезен", - заверил он меня. "Когда они вошли, мы приказали пересчитать головы".


Я столкнулся с Хиксом. "Твои люди?"


"Подобран час назад в палатках, большинство крепко спит".


Собравшиеся мужчины рассмеялись.


"А котенок?"


"Возвращайся сюда", - пожаловался Клиффорд Мок. "Он бегал по моему офису!"


Я столкнулся с Ковски. "Какой-нибудь самолет или вертолеты повреждены?"


"Никто не сбит, но у нас есть пробоины в двух F18 от наземного огня и пробоины в сегодняшнем "Сихоке". Могло быть и хуже, учитывая, сколько миссий они выполнили."


"Теперь они могут отдохнуть", - заверил я его. Я столкнулся с Фрэнксом. "А политическая низость?"


"Хуситы не будут вмешиваться, а ополченцы южного побережья были мобилизованы для борьбы, их может быть шестьдесят тысяч, и у них есть бронетехника - даже старые танки".


"Не имеет значения, работа была выполнена, мы нанесли удар по "Аль-Каиде" и получили хорошее освещение в СМИ, у команд появился некоторый опыт, так что мы отметили все флажки".


Харрис предупредил: "У нас все еще есть большие силы, направляющиеся назад".


"Скоро они будут за пределами того места, где грунтовая дорога соприкасается с вади", - заверил я его. "Если уже не. И у нас есть обложка Lynx и военно-морской флот США, так что я не волнуюсь."


"Ты можешь присутствовать на пресс-конференции?" - Спросил Клиффорд.


"Да, сэр. Когда?"


"Они готовы к установке снаружи. Пойду проверю." Он вышел.


Я достал свою маску для лица и встряхнул ее, падающая пыль не произвела впечатления на леди-капитана разведки, которой пришлось трясти своими документами. Надев маску, я вышел наружу и обошел ангар, обнаружив толпы журналистов с их камерами и микрофонами. Я сглотнул.


Они увидели, что я приближаюсь, каким-то образом сообразив, что человек в маске - майор Уилко, и выстроились в очередь, схватив камеры. С винтовкой, перекинутой через плечо, я был пыльным и грязным - а также нуждался в мытье, когда стоял перед микрофонами.


Полковник Клиффорд указал на человека из CNN, которого я узнал.


"Майор Уилко, как прошла операция по сравнению с тем, что вы ожидали?"


Операция здесь в основном развернулась так, как мы ее планировали, и так, как мы ожидали. Мы знали, что они выпустят ракеты по этой базе, и они выпустили - до того, как мы обеспечили безопасность границы. Они послали террористов-смертников через пустыню, но мы ожидали их и разобрались с ними.


"Крылатые ракеты были неожиданностью, не в последнюю очередь для вашего флота, и такое оружие могло быть поставлено только правительством, правительством с определенной программой".


"Как вы думаете, кто их поставлял?"


"Я не имею права обсуждать это здесь".


"Это были иракские ракеты".


"Если я достану эту ручку из твоего кармана и воткну ее кому-нибудь в глаз, ты несешь ответственность, потому что это твоя ручка?"


Клиффорд указал на даму с Би-би-си, тридцатипятилетнюю женщину с приятным лицом. "Майор, кто из солдат спас заложников из пещер?"


"Я возглавлял команду британского Echo, с французским Echo и французским 1ST Батальон. Мы штурмовали пещеры посреди ночи, после того как отвлекли внимание в нескольких милях отсюда, и один из моих людей прополз через небольшую пещеру, чтобы расстрелять охранников заложников сзади.


"Когда мы перестреливались с охранниками заложников, небольшая группа заложников - тех, кто был здоровее - убежала и выбралась из маленькой пещеры, через которую проник мой человек. Он был ранен в процессе, не серьезно, ранен во второй раз, когда мы покидали грунтовую взлетно-посадочную полосу."


"Была ли миссия здесь по спасению заложников?" - спросила она.


"Нет, мы узнали о них только после того, как попали сюда, и нас заставили поверить, что все они мертвы и что требования о выкупе не были удовлетворены. Миссия здесь заключалась в том, чтобы отбросить Аль-Каиду и других бескомпромиссных исламистских экстремистов, нанести ущерб тренировочным лагерям и уменьшить их способность совершать террористические атаки по всему миру. Этого мы достигли."


"Вы не брали пленных, и некоторые сомневаются в этом ..."


"Когда мы впервые попали сюда, мы обнаружили людей, пробиравшихся в жилетах со взрывчаткой. Когда мы стреляли в них, они взорвались, многие из наших людей были ранены, поэтому мои приказы были четкими - стрелять издалека и не продвигаться вперед.


"Я отдал четкие приказы всем командам здесь, чтобы они не пытались приблизиться к боевикам в случае использования жилетов смертников, и мы также были свидетелями - в некоторых из их лагерей в пустыне - того, что они установили мины-ловушки, большое количество взрывчатки, завернутой в шарикоподшипники.


"Когда бойцы подумали, что проигрывают битву и что мы приближаемся, они взорвали взрывчатку, наши люди были ранены. Наш подход снова был изменен, чтобы держаться от них на расстоянии."


Клиффорд указал на следующего человека, Sky News UK.


"Был ли кто-нибудь из вашей команды ранен?"


"Несколько легких ран, ничего серьезного. Нам повезло."


"А раненый американец?"


"Их солдаты наступили на несколько мин, потеряли ноги, еще ступни, и в ближнем бою было много незначительных ранений".


"И SAS въехала?"


Обычный отряд SAS проехал отсюда до границы двадцать миль, затем двадцать миль на север до вади, старой верблюжьей тропы. Они вошли в вади и несколько дней двигались на запад, останавливаясь, чтобы сражаться по мере продвижения. Они проехали почти сто миль по пустыне, и теперь едут обратно.


"С ними были люди из парашютно-десантного полка, "Следопытов", Королевской морской пехоты и Армейского артиллерийского корпуса. У них была долгая поездка, и они приобрели ценный опыт вождения по пустыне.


"На границе находятся бойцы 2-й эскадрильи полка королевских ВВС, удерживающие границу и патрулирующие этот пограничный район. Они участвовали в нескольких перестрелках, и у них были люди, раненые, незначительные ранения."


"Взрыв бомбы в Маскате был на волосок от гибели..."


"Это было очень близко, почти катастрофа, и это привело бы к большим человеческим жертвам. Первые перехваченные разведданные, которые предотвратили гибель людей, поступили от израильтян, и мы все благодарны им за своевременную информацию."


"Кто был виноват?" Это был дерзкий вопрос.


"Я лично получил обновленную информацию от израильтян, и я лично передал ее оманским военным и полиции здесь, за четыре дня до взрыва бомбы. Министерство иностранных дел Великобритании и посольство здесь также были обновлены и были виноваты в бездействии."


Клиффорд указал на кого-то, кого я не узнал.


Этот человек начал с американского акцента: "Каков был вклад военно-морского флота США?"


"Это было их шоу, они хотели провести миссию здесь, они спланировали ее, мне было поручено руководить командами спецназа на местах. Военно-морские истребители F18 и системы АВАКС сыграли жизненно важную роль, и без них мы потеряли бы гораздо больше людей убитыми и ранеными, и они предоставили вертолеты и медиков, чтобы забрать больных заложников в пещерах.


"Такая крупная и сложная операция была бы невозможна без сотрудников электронного отдела Пентагона, офицеров военно-морской разведки и морского флота."


"А если бы крылатая ракета прошла мимо?"


"Это потопило бы корабль за считанные секунды, возможно, авианосец. Крылатые ракеты в руках террористов - это то, на что ООН нужно быстро обратить внимание, и нам нужно предотвратить использование такого оружия, его продажу и поставку."


"У них также были ракеты с тепловой самонаведением".


"Они сделали, по крайней мере, двадцать были обстреляны по самолетам здесь. Был сбит оманский вертолет Lynx, и по самолетам F18 было выпущено множество ракет - к счастью, ни одна не была сбита."


Клиффорд указал на следующего мужчину.


"Вы довольны тем, как здесь разворачивалась операция?" - послышался американский акцент.


"Большинство операций спецназа - это хаос, и всегда действуют неизвестные факторы, а на небольшие группы на местах влияют внезапные изменения обстоятельств - и даже погоды. Эта операция прошла хорошо, учитывая большое количество команд здесь и количество наций, работающих вместе.


"Я хотел бы поблагодарить медицинские бригады армии США здесь, они спасли жизни и проделали отличную работу с заложниками. Чего вы, возможно, не знаете, так это того, что они ампутировали несколько ног и рук в пустыне, прежде чем заложников вывезли самолетом, экстренные ампутации из-за того, что мертвая плоть распространяла яд.


"С нами в пустыне были медики королевских ВВС, крутая компания, которая работает с нами и живет с нами. Они также ампутировали конечности в песке и работали под встречным огнем. Ранее у них были убитые и раненые медики на живых заданиях."


"Аль-Каиде здесь нанесен удар?"


"Очень даже. Мы считаем, что было убито более тысячи бойцов и что все руководство было убито. Их плацдарм в Йемене теперь превратился в кровавое месиво на песке."


Вмешался Клиффорд: "Мы поговорим снова завтра, мужчины устали и нуждаются в мытье. Для собеседования доступны отдельные группы, начиная с медиков, экипажей королевских ВВС и пилотов вертолетов Omani helicopters." Он увел меня.


Вернувшись на постой, парни были полуголыми, босыми и приводили себя в порядок перед столь необходимым сном. Я бросил свой набор на пол рядом со Свифти, снял ботинки, выставил на всеобщее обозрение вонючие ступни и лег на матрас без одеял.


"Мы закончили здесь?" - Спросил Свифти.


"Нам не разрешено возвращаться в Йемен, но 2 эскадрилья может остаться и патрулировать границу, плюс несколько Волков. Попросите нескольких добровольцев из "Британских волков", поговорите с Сандерсоном."


"Они остаются и патрулируют эту сторону?" - спросил он.


Я кладу руки за голову. "Да. И некоторые американцы тоже. Но если будет время до того, как они вытащат нас, я принесу несколько капель - у меня здесь весь этот гребаный набор, он запылился!"


Дикки прошел мимо с перевязанной головой.


"Тебе больно?" Я озадачен.


"Выпал вертолет".


"Ты поссорился?.." - громко спросила я.


"Убегая от чинука".


"Тупой ублюдок, ты заставил меня поволноваться". Я повернул голову. "Паркер! Кто такая тупая пизда?"


"Я, босс", - сказал он, опустив голову, когда парни насмехались над ним.


"Какое минимальное безопасное расстояние для стрельбы из РПГ?" Я громко спросил.


Мужчины посмотрели вверх и были озадачены этим.


"По крайней мере, ярдов пятьдесят", - предположил Риццо.


"По крайней мере, двести ярдов", - сказал я ему. "Кусочек металла попадет вам в шею или в глаз с расстояния 200 ярдов и все равно убьет вас. Если только ты не нырнешь за что-нибудь после выстрела."


Митч вошел и сел на край кровати Свифти лицом ко мне. "Что мы делаем со шпионами?"


"Они возвращаются, когда мы возвращаемся, ты составляешь подробный отчет. Есть проблемы?"


"Нет, и парень, который не хотел служить в армии, лучше, он сейчас в самом разгаре. Они все надежные."


"Я попрошу тебя поговорить с их боссом в Лондоне, прямо из первых уст. Но мы могли бы взять их на другую работу, обучить и приобрести опыт - например, в команду Саши."


Он кивнул и направился к выходу.


Я повернул голову к Свифти. "Ваши ребята в порядке?"


"Да, никакой драмы с этой компанией, теперь все выглядят и говорят как Эхо".


"Раны?"


"Получил несколько ранений в голову, вчерашний рикошет".


Моран поднял голову от чистки своего снаряжения напротив меня. У тюленей были оторваны две ноги, я думаю, три. Ступня и две ноги, одна рука. Отвратительный. Первым погиб парень-следопыт, застреленный с близкого расстояния."


"Были и другие?" Я озадачен.


"Погиб американский морской пехотинец, упал со скалы, и еще один морской пехотинец каким-то образом умер от инфицированной раны на корабле".


"Кто-нибудь знает, сколько заложников погибло?"


Джинджер вставила: "Двое здесь, трое на корабле. По крайней мере, это число. Одной из них была женщина, ее киска почернела от инфекции, спасти ее не удалось."


"Мерзкий", - выдохнул Свифти с болезненным выражением лица.


Я повернул к нему голову. "У двадцати заложников конечности почернели, на пальцах рук и ног образовалась гангрена".


"Для чего они их держат?" - недоумевал он.


"Сила, я думаю. Мужчина чувствует себя могущественным, когда у него есть власть над чьей-то жизнью или смертью. Почему некоторые люди жестоки к животным - потому что они могут чувствовать власть над чем-то."


Я проснулся, когда стемнело, после хорошего отдыха, но вставать с кровати было мучительно, моя спина затекла.


"Когда тебе исполнилось шестьдесят?" Свифти спросил меня.


"В Боснии", - парировал я.


Краб и Даффи вошли, снаряженные для войны.


"Где ты был?" - Спросил я, разминая спину.


"На рыси подстрелил несколько свиней, провел день со 2 эскадроном."


"Поезжай к американским волкам и возьми десять добровольцев, чтобы они остались на некоторое время, пограничный патруль".


"Мы уходим?"


"Нам приказали убираться из Йемена, а не отсюда, так что мы можем задержаться здесь на некоторое время".


"Мы продолжаем на рыси?"


"Иди и скажи им - никаких патрулей через границу, максимум в пяти милях внутри".


После столь необходимого дерьма вмешался Робби. "Какие-нибудь распоряжения?"


"Чем они занимались, кроме исцеления?"


"Я занимал их. Немного времени на выгул, несколько рысьих патрулей, несколько пеших."


"А те два капитана?"


"Теперь лучше. Они выполнили примерно двадцать миссий на рысях, несколько пеших патрулей здесь, присмотритесь к ним получше - теперь они похожи на солдат, а не на сидящих за столом водителей."


"Хорошо. Продолжайте в том же духе, мы еще не уходим."


Паркер прошел мимо.


"Паркер, тот гранатомет, из которого ты стрелял, был твоим?"


Мужчины посмотрели вверх и были озадачены этим.


Паркер тоже озадачил это. "Нет ... э-э ... не мой".


"Ты спрашивал разрешения одолжить ее?" Я дразнил, но с невозмутимым лицом, Моран смотрел в мою сторону.


"Э ... нет, босс".


"Значит, вы использовали чужую RPG, не спросив их?" Я нажал.


"Э-э ... да, босс".


"Капитан Моран, мы учим наших парней брать чужие вещи без разрешения?"


"Нет, мы, безусловно, не знаем. Шокирующее поведение."


Слайдер приблизился к Паркеру. "Ты заменил головку для РПГ, которую использовал?"


"Заменить это? Нет, у меня в кармане его не было!" Паркер рассказал ему. "А вы, ребята, можете сразу отваливать!"


Он вышел, парни смеялись.


"Капитан Моран, когда мы вернемся, мы сделаем ему выговор за присвоение чужой собственности".


"Чертовски верно", - согласился Моран.


Хорошенько постиравшись и переодевшись в свежую одежду, я снова надел патронташ, осталось всего четыре полных магазина, так что было светло, лямки сверху, винтовка проверена, и я вышел, когда погас свет. В комнате штаба я поприветствовал обычных старших мужчин, мне подали кофе.


"Ты пахнешь лучше", - отметил Клиффорд.


"Да, я так думаю", - согласился я. "Майор Харрис, где мы находимся?"


"Британские команды все еще гоняют, но добиваются хорошего прогресса, пока никаких инцидентов нет, и они преодолели последнюю точку, где кто-то мог бы напасть на них - по крайней мере, подъехать на джипе. Но если есть враждебный караван верблюдов с несколькими мерзкими плюющимися верблюдами ..."


"Американские команды?"


"Все учтено".


"Я думаю ... что послезавтра мы вызовем адмирала Джейкобса на совещание, полный отчет, чтобы присутствовали старшие офицеры из "Морских котиков" и морской пехоты". Я столкнулся с Ковски. "Спроси его".


Ковски кивнул.


Я обошел палатки "Зеленых" и провел полчаса, болтая о том, чем они занимаются, рассказывая им свои истории из пещер и лагеря, а вскоре и "Американским волкам", выясняя, что именно они сделали после своей вставки - а это было не так уж много.


В книге "С британскими волками" они рассказали мне историю о колонне, атакованной сверху, прежде чем я перешел к шести шпионам, посидел с ними двадцать минут и выяснил их мнение о происходящем.


Позже, в офицерской столовой, я поговорил с пилотами, обсуждались вопросы сбрасывания поддонов и ночных посадок в сомнительных местах, Сесилия тихо сидела в углу, но я несколько раз ловил на себе ее взгляд.


В американском отделении MASH я поговорил с дежурными медиками о заложниках и об их восторге от полетов на вертолетах и оказания жизненно необходимой медицинской помощи, стоя на коленях в песке.


Утром я обнаружил, что наша длинная колонна джипов была на границе, головные джипы проходили мимо 2-й эскадрильи, несколько сломалось по дороге, "Чинуки" послали за ними с прочными стропами. Экипажи "Чинуков" практиковали это в Великобритании, для них это не было неожиданностью.


Я наблюдал, как за палатками медиков приземлились подвесные джипы, а после обеда с запада появилась длинная вереница джипов, Макс и репортеры снимали приближение, спецназовцы в защитных очках, шерстяных коричневых шляпах и с ртами, прикрытыми шарфами в палестинском стиле - небольшая опасность, что их лица будут засняты.


Сообщалось об одном ранении, палец потерян в результате аварии при капитальном ремонте двигателя, мужчина должен сообщить медикам. В течение следующих двух часов мы были свидетелями того, как въезжали группы джипов, чем могла заняться пресса.


В 16:00, когда солнце село, я поехал в их палаточный городок и бродил от группы к группе, выслушивая забавные истории и жалобы - слишком много песка видели какое-то время. Вместе с Притчардом и его командой я рассказал им историю пещер и лагеря, а также подробно рассказал о заложниках - никого из которых все еще не было с нами здесь, на базе.


Я особо поблагодарил Мортена и его команду за мини-совещание с полковником Машем и его медиками, долгую беседу о том, что можно было бы сделать по-другому и лучше в отношении полевой хирургии и раненых заложников. Маш писал отчет для своего начальства о том, что они здесь узнали.


Что я узнал, так это то, что гангрена до колена была смертным приговором, даже если конечность была удалена и пациент получал наилучший возможный уход, потому что потребовалось около десяти дней, чтобы гангрена достигла колена, и к тому времени яд разрушил клетки в печени, мозге и в других жизненно важных органах. Пациент, переживший ампутацию ноги, скорее всего, будет нуждаться в медицинской помощи до конца своей жизни.


На следующий день мы приготовились к большому пафосу, репортеров держали подальше от этого, но у адмирала Джейкобса и его штаба не было проблем с тем, чтобы их снимали и давали интервью, поэтому после приземления он провел полчаса с репортерами - и я был уверен, что ему понравилось внимание.


В углу ангара я принес и расставил столы, стулья за ними, достаточно стульев для многих групп, заварил чай и кофе и доставил их в ангар в больших серебряных вазах, приготовил торты.


Здесь были старшие сотрудники морской пехоты США, которые были развернуты, плюс старшие сотрудники с корабля. Я поприветствовал их и спросил о раненых мужчинах.


Майор ответил: "Один парень упал со скалы, чертовски глупый несчастный случай, а второй парень подхватил инфекцию на корабле - у него было сексуальное заболевание, которое он скрывал, и каким-то образом они испортили его лекарства".


Я рассказал ему и его команде историю пещер и лагеря.


"Ты удерживал наших людей от основного действия?" он наконец спросил.


"Да, потому что они не спецназ ... и этот идиот в Белом доме положил глаз на здешних раненых - и на его рейтинги на телевидении."


"Мы все знаем, как это работает", - пожаловался майор. "Политика становится на пути".


Я поприветствовал командира ВВС из системы АВАКС и поблагодарил его, и он представил начальника авиакрыла. Я начал, пряча ухмылку: "Итак, в Top Gun босс Авиакрыла курит сигару на корабле ..."


Он посмотрел на меня, а затем на командира авиации системы АВАКс. "Если я когда-нибудь доберусь до режиссера этого гребаного фильма". Он повернулся ко мне лицом. "Все это было чушью для большого экрана. На корабле запрещено курить, за исключением случаев, когда это происходит на метеорологической палубе или в специально отведенных местах - не в операционной. И нет, F14 не ведут собачий бой, они стреляют ракетами с расстояния в тридцать миль или больше."


"И F14 летят перевернутыми?"


"Они могут, но это не рекомендуется. Мой старый приятель однажды попробовал это, ручки и карты оказались на фонаре вместе с мелкими предметами, которых не должно было быть в чертовой кабине, - например, подвеской юнита. Тем не менее, это отличный способ найти то, что ты уронил!"


Я поболтал с Холстедером о том, что он вытворял, и с котенком, поболтал с адъютантом адмирала Джейкобса о настроении на борту корабля, когда приближались крылатые ракеты.


Он приподнял брови. "Мы неделю находились в штабе, все экипажи были измотаны. Флот сейчас находится в оманских водах на расстоянии восьмидесяти миль или больше, ему нужен небольшой отдых. Ваш фрегат получил хорошую оценку в британской прессе, мы слышали, что они не часто стреляют ракетами в реальном времени, со времен Фолклендской войны."


"Им всем нужно время от времени практиковаться", - сказал я ему, кивая головами.


Я, наконец, призвал к порядку, старшие за столами, установлены белые доски, разложены карты - вооруженные люди держат репортеров на расстоянии. И впервые за долгое время у меня не было ни ремня безопасности, ни винтовки.


Стоя впереди, я поблагодарил оманского майора и его сотрудников за то, что они приняли нас, и за всю их поддержку.


"Когда ты уйдешь, я буду спать целую неделю!" - сказал он мне, и группа засмеялась. "Мы перешли от полного бездействия ... ко всему этому".


"В этом весь смысл - приобрести вам и вашим людям некоторый опыт, отточить навыки и подготовиться к тому дню, когда эти навыки могут понадобиться. И вы можете ожидать нападений смертников здесь в течение нескольких месяцев, так что не теряйте бдительности."


Я столкнулся с группой. "Вы все можете быть уверены, что освещение в СМИ было хорошим и обширным, почти каждый человек в мире наблюдал за происходящим здесь, очень много телевизионных минут в Штатах и в Великобритании, так что не скромничайте, когда вернетесь".


Они смеялись.


"И, как обычно, французские СМИ сообщают, что все это сделали их люди."


Либан пожал плечами, когда мужчины засмеялись. "Это заставляет меня выглядеть хорошо, нет, бесплатное питание в Париже".


"Наши SAS, парашютисты и морские пехотинцы установили что-то вроде рекорда с их хорошей ездой по песку, некоторой практикой на будущее".


"На какое-то время насмотрелся песка", - сказал мне Притчард. "Я люблю пустыню, но двенадцатичасовая езда по ней - это не мое представление о веселом времяпрепровождении. В следующий раз мы попробуем верблюдов."


"Я видел одного, караван верблюдов, когда мы летели обратно, к северу от вади".


"Мы никогда не видели ни души!" - пожаловался он.


"Британские морские пехотинцы и десантники, вы не видели много боевых действий, но вы приобрели некоторый опыт на будущее, новый навык, который можно добавить к списку, и у вас появилось время отдохнуть от британской зимы".


Парас-майор ответил: "Люди с нетерпением ждут дождя и зеленых полей".


Майор морской пехоты вставил: "Большая часть моей группы скоро отправляется в Норвегию, что немного отличается от пребывания здесь".


Группа рассмеялась.


Адмирал, мы благодарим ваши экипажи F18 и вертолетов, и F18 внесли огромный вклад - без них нам пришлось бы туго. Но, как я сказал своим людям ... без этой поддержки мы бы никогда не предприняли такое крупное и рискованное предприятие, как это.


"И, для тех, кто уже спрашивал, да - я оставил основные боевые действия британскому и французскому Echo, это то, за что им платят, но я не удерживал морских котиков и Зеленых беретов от действий на передовой, просто это Echo пошло дальше.


"Я в какой-то степени сдерживал морскую пехоту США, а также подразделения регулярной армии Великобритании, которые участвовали в боевых действиях в двух местах, но всегда подвергались большой опасности, не в последнюю очередь из-за мин в песке, а также опасности от ракет и минометов, сброшенных им на головы.


"Не было никакого фаворитизма или национализма, просто практичность мужчин с опытом стих мужчин с меньшим опытом - или вообще без опыта. За плечами у "Зеленых" и "Морских котиков" теперь три успешные работы: в Либерии на шахте, на базе "Кэмел Тоу", а теперь и здесь, так что опыт накапливается, а также хорошие телевизионные репортажи и газетные заголовки.


"Американские волки также видели много боев, и когда мы уйдем, несколько человек останутся с британскими волками, чтобы патрулировать границу здесь, поскольку атаки смертников очень вероятны. Адмирал, у нас есть несколько дней, чтобы поиграть, поэтому я организую здесь тренировки для этих волков, прыжки с парашютом и долгие прогулки."


"Я хочу, чтобы после этого на корабле была команда".


"Они готовы, сэр, и у них есть опыт. Самая большая опасность - это скука на корабле - есть о чем подумать."


Он кивнул.


Я указал на майора Хикса. "Майор, есть ли что-нибудь, из-за чего вы недовольны ... с учетом того, как была спланирована и выполнена эта операция?"


"Было странно находиться под чьим-то контролем, но я видел смысл в плане, даже в том, чтобы подождать и позволить им прийти к нам сюда в первые несколько дней. Медикаменты и поддержка были в порядке, как и параметры миссии, и я был в курсе всех перемещений на каждом этапе пути.


"У нас есть несколько незначительных ранений и несколько серьезных, но это связано с работой, и Пентагон послал нас - за это отвечают они и никто другой. Нас не сдерживали, не ставили необоснованных целей, у нас был расплывчатый план, пятно грязи, приказ искать и уничтожать, детали оставлены людям на местах, которые звонили мне каждый день.


"Мы выполнили задание без жертв и промахов, так что нам не на что жаловаться, и, как вы сказали, военный успех - это просто отсутствие промахов, что является нормой."


Головы кивнули.


Я указал на командира морских котиков. "Есть комментарии?"


"Мы прибыли на корабль и вернулись с него, немного отличающиеся настройки и параметры миссии, но тот же стиль и цель, что и у новичков. Мужчины видели несколько тяжелых боев, и у них была плохая привычка наступать на мины; у нас есть пять человек, которые не вернутся к службе.


"Они живы, они будут продолжать вести продуктивную жизнь в гражданских условиях, но это цена, которую приходится платить за миссию здесь."


"Моим допустимым пределом смертности было бы три ваших трупа. Мы надеемся на меньшее, но я бы не стал корить себя, если бы погибли трое и - учитывая местность, продолжительность и бойцов - вам повезло. Браться за подобную работу с надеждой на отсутствие смертельных исходов глупо. Если вертолет падает, вы теряете десять человек. Адмирал..?"


"Мы надеемся на наименьшие жертвы, иначе Белый дом начнет кричать. Пентагон не кричит, они понимают, как все это работает, и когда люди стреляют друг в друга, всегда происходят несчастные случаи, или падает вертолет, или мы сбрасываем минометы на наших собственных чертовых людей, или кто-то направляет на нас грузовик, набитый взрывчаткой.


"Я беспокоюсь о потерях, потому что эта кампания была выборной, и я попросил об этом. Парень в Белом доме хочет, чтобы мы отбросили террористов, немного не вдаваясь в детали относительно того, как мы это сделаем, и как мы сведем риски к ... гребаному нулю.


"Так появились Волки, люди, обученные проникать незамеченными, выполнять работу и уходить, а не привлекать тюленей и зеленых, политику и прочую чушь, связанную с отбором и перемещением различных подразделений.


"У нас двенадцать человек с серьезными ранениями, трое погибших морских пехотинцев - двое из них случайно, так что я чертовски доволен количеством жертв. Учитывая, скольких плохих парней мы убили ... мы чертовски довольны этим.


"Мы могли бы просто разбомбить их с воздуха, но мы много раз просили разрешения на это, и оно так и не пришло. Спасение заложников, которым руководите вы при нашей поддержке, - это пилюля, которую они могут проглотить.


"Захват этих заложников был удачным моментом, и мы оправдали то, что мы сделали здесь, выставили боевиков плохими, действительно плохими. Люди, вернувшиеся домой, должны увидеть, на что способны эти идиоты, новости в прайм-тайм в 18:00.


"Никто в ШТАТАХ не будет беспокоиться о людях, которых мы убили, о количестве, потому что все они видели заложников и состояние, в котором они были. Это решительно поддержало всех в Штатах и здешние команды."


Я сказал им: "Один из моих людей, он прополз через небольшое отверстие и подкрался сзади к охранникам заложников, когда мы вступили с ними в бой, немного застопорившись, потому что они были за стеной из мешков с песком, и мы не могли до них добраться.


"Он нашел РПГ, прицелился и выстрелил в людей, которых нашел, затем остановился, чтобы подумать, что был немного близок, его сбило с ног - он был всего в двенадцати ярдах от людей, в которых он стрелял."


Группа засмеялась, качая головами.


"Я отчитал его".


Адмирал Джейкобс отметил: "Я думаю, что люди, в которых он стрелял, тоже были немного злы на него".


Я указал на полковника Маша. "Вы получили хорошую рекламу, сэр?"


"Черт возьми, да; до этого никто даже не знал, что мы существуем! Поговорил с вашим доктором Мортеном, и мы решили предложить небольшую команду медиков, чтобы отправиться на тот свет. Наша роль в военное время заключается в обеспечении сортировочных палаток в тылу боевых действий, но мы можем немного растянуть это - например, залетать в пещеры с заложниками и ампутировать конечности в песке.


"Если бы кто-нибудь спросил меня об этом месяц назад, я бы подумал, что они сумасшедшие; мы нарушили все чертовы правила в книге о том, как вы ведете медицину. Тем не менее, обстоятельства продиктовали."


Я обратился к Машу, но указал на Мортена. "Он приказал одному из моих людей отстрелить зараженную конечность".


"Любая техника работает", - громко похвалил Муш.


"Выживет ли кто-нибудь из тех, у кого заражены конечности?" Я спросил.


Простой ответ - не так много, но мы живем надеждой. Две ноги были отрезаны, они будут жить, а на одной ноге был жгут, наложенный самим чертовым пациентом, пять дней, плоть уже была мертва. У него должно получиться."


"А женщины?"


"Все те, кого принудили заниматься проституцией, находятся в плохом состоянии, у всех сифилис и целый коктейль других заболеваний - возможно, ВИЧ-положительных, и некоторые будут страдать от этого всю оставшуюся жизнь - не говоря уже о душевных шрамах!"


"А команда французского судна?"


"Они были в лучшей форме, не так долго находились взаперти, с ними все должно быть в порядке. Отец владельца яхты встретил их в Маскате, пятизвездочном отеле, забронированном наследным принцем - в шаге от той пещеры."


"Большой шаг вперед, да, от сна на полу с тараканами - к джакузи. Мы также помогли группе заложников-хуситов сбежать, когда напали на лагерь к югу от пещер. Они одолели своих охранников, схватили оружие и начали стрелять."


Я указал на командира эскадрильи королевских ВВС. "Есть предложения, командир эскадрильи?"


"Война - это управляемый хаос, и мы справились с ним достаточно хорошо, а оманцы оказали нам большую помощь в том, в чем мы нуждались. Бригады технического обслуживания самолетов и вертолетов не выдвигались до извлечения людей, затем им пришлось обходиться без сна. Наши пилоты королевских ВВС получили дополнительный опыт, экипажи "Чинуков" получили богатый опыт работы на этой местности, а оманские пилоты повидали немало боев - и преуспели, учитывая, что они никогда раньше не участвовали ни в каких боевых действиях.


"Оманские экипажи "Геркулеса" и "Рыси" теперь стали опытными игроками, в них появилась новая развязность, вновь обретенная уверенность."


"А экипаж, который был сбит?"


"В комфортабельной больнице в Маскате, лучший уход. Тыловая команда восстановится, и они надеются, что пилоты снова смогут ходить, но эти пилоты не вернутся к службе."


"Жаль. И все же, когда в тебя попадают три ракеты с тепловой самонаведкой, приходится платить определенную цену. Им повезло, что они не сгорели заживо, мои люди там, чтобы вытащить их за считанные минуты."


Я указал на Ковски. "Есть какие-нибудь комментарии, коммандер?"


"Ну, мы вроде как придерживались плана, который начинался поэтапно и методично, но затем мы начали реагировать на передвижение врага - я думаю, так всегда бывает на войне.


"Вы увидели возможности, истребители объединились и нанесли авиаудары - это было эффективно, и наши экипажи хорошо поработали, хорошая координация между системами АВАКС, F18 и вертолетами, и все истребительное крыло получило ценный опыт, не в последнюю очередь в уклонении от ракет с тепловой наводкой.


"Многие пилоты сбрасывали снаряды или подвергались обстрелу, поэтому у них есть это в послужных списках, а персонал оперативного отделения на корабле имеет некоторый опыт ... отсутствия качественного сна."


Они смеялись.


Адмирал Джейкобс вставил: "На корабле несколько человек, похожих на зомби. Когда я их вижу, я заказываю их на 24 часа."


Ковски добавил: "Многие были у берегов Сомали, когда вы вставили, и поэтому сейчас у них все записано, жизнь на общих основаниях; если начнется война, они знают, что делать. Но вы видите лучшее отношение среди экипажей, и они помогают друг другу."


Я указал на полковника Клиффорда. "Сэр?"


"Я уже третий раз работаю с вами на задании, так что я начинаю осваиваться, но, как уже упоминалось, война - это организованный хаос, и дело не только в заполнении форм и проверке магазинов, когда здание сотрясается от ракетного обстрела. И теперь мне нужно покормить кошку."


"Кошка?" - Спросил адмирал Джейкобс.


Я сказал ему: "Новички принесли это из пустыни".


"Удивлен, что они это не съели".


Хикс сказал ему: "Уилко предложил нам принять это, сэр, и мы представили это прессе, когда мужчины вернулись, приятная история. Заставляет нас выглядеть людьми."


Адмирал Джейкобс заметил: "Возьмите больше, чем потерянную кошку, чтобы ваши люди выглядели людьми, майор".


Улыбаясь, я снова указала на Клиффорда.


Он добавил: "Миссия состояла в том, чтобы отбросить Аль-Каиду, но подобные желания - это всего лишь желания. Мы добрались сюда и начали получать поступления, и я должен сказать, Уилко, что всех нас бесит тот факт, что ты не только предсказал это, но и, похоже, чувствуешь себя как дома, когда тебя обстреливают."


Они снова засмеялись.


Клиффорд продолжил: "Мы провели операцию достаточно хорошо, и майор Харрис и его команда провели ее как профессионалы - у них есть списки дел для такого рода операций, у Министерства обороны, конечно, нет. В Сандхерсте тебя не готовят к неожиданностям, только к обыденному, к чему я буду присматриваться, когда вернусь.


"У этой операции было несколько целей, но, как уже упоминалось, нам пришлось отреагировать, когда боевики изменили наши планы в отношении нас, и бомба в Маскате вызвала у всех нас большое беспокойство - ее предотвратили за несколько часов до начала, но большой ценой в оманских жизнях.


"Подобная операция - это план по контролю над хаосом, то, что у тебя хорошо получается, Уилко, ты не позволяешь этому овладеть тобой. Каждая из этих работ уникальна, и политика уникальна, и сюрпризы - это все ... сюрпризы; они определенно должны называть это управлением хаосом. К сожалению, они не проводят курсов по этому, мы учимся по ходу дела.


"На этот раз у нас были крылатые ракеты, новое измерение и большое беспокойство, но вы предвидели террористов-смертников и мины-ловушки, и теперь я понимаю, почему вы снова и снова кричали командам - сохраняйте чертову дистанцию. Вы знали, что должно было произойти, спасли жизни.


"В целом, я не мог придраться здесь, нет желания ни на кого кричать, это сработало хорошо, учитывая обстоятельства, в которых мы оказались. Я бы просто хотел, чтобы майор Хикс убрал кошачье дерьмо из моего офиса."


Хор смеха прокатился по собравшимся мужчинам, эхом отдаваясь в большом ангаре, Хикс пообещал прислать человека.


Я жестом подозвал адмирала Джейкобса и отошел в сторону. Он стоял лицом к собравшимся офицерам, его пальцы надавливали на стол.


"Этого дня давно добивались я и другие, и это была первая настоящая кампания на Ближнем Востоке, моя команда выполняла работу, за которую им платили, работу, которой их обучали, работу, которую они должны были выполнять, но от выполнения которой их удерживали.


"Уилко добился успеха, и его правительство продолжало посылать свою команду плохих парней, и этот послужной список вырос до такой степени, что Уилко теперь говорит своему правительству, что он хочет делать".


Лица расплылись в улыбках. Я поднял бровь, глядя на Джейкобса.


"К сожалению, Белому дому потребовался Уилко и его послужной список, чтобы понять смысл и позволить нам расслабиться и выполнять работу, которую мы должны делать. У нас много дорогого оборудования, великое множество хорошо оплачиваемых умных офицеров с громкими должностями, но это ни черта не значит, если мы просто плаваем по океанам, выглядя злыми и готовыми.


"Время от времени нам приходится на самом деле делать то, что, как мы говорим, мы можем сделать, мы должны пойти убить нескольких террористов или спасти нескольких заложников, но нас сдерживали год за годом до сих пор.


"Это была хорошая первая миссия на Ближнем Востоке во многих отношениях. Мы нанесли удар по Аль-Каиде и уничтожили лагеря подготовки террористов, мы спасли заложников - и мы хорошо выглядели при этом, и мы записали на свой счет победу идей и принципов, за которые я боролся долго и упорно.


"Но более того ... мы ушли с минимальными потерями и хорошим освещением в прессе, шаг по пути, который Уилко прошел много лет назад, пути, который ведет к послужному списку успешных миссий, после чего парень в Белом доме меньше беспокоится о том, что мы выполняем ту чертову работу, которую, как предполагается, мы можем выполнять.


"В будущем наши парни из спецназа и контртеррористических подразделений должны видеть песок на своих ботинках, но не просто упражнение за упражнением, тренировку за тренировкой. У меня на корабле полно офицеров разведки, некоторые с названиями должностей, которых я даже не понимаю, люди, которые готовят отчеты о потенциальных операциях, которые отправляются по инстанциям - только для того, чтобы их отправили в архив, потому что политики на родине боятся гробов, спускаемых с самолетов, покрытых флагами.


"Это была первая крупномасштабная операция, вторая операция с участием наших многонациональных сил после базы Кэмел Ту, и мы работали над ней вместе. Я доволен тем, как все прошло, чертовски доволен телевизионными минутами и с оптимизмом смотрю в будущее, в будущее, когда офицер военно-морской разведки подготовит отчет, который действительно кто-то прочитает.


"С этой отправной точки мы надеемся двигаться вперед, создавая кучу неприятностей по всему региону, террористы в страхе разбегаются, когда CNN сообщает, что адмирал Джейкобс и его плохие парни в городе".


Смех прокатился по рядам офицеров.


Джейкобс задавал технические вопросы офицерам, надевая шляпу "босса", и потратил двадцать минут на детали. Приготовив чай и кофе, предложив торт, мы разбились на небольшие группы и поболтали еще полчаса, делясь идеями.


В 16:00 приземлился "Геркулес" ВВС США, "Зеленые" помахали на прощание и унеслись прочь, второй "Геркулес" взял на буксир полковника Маша и его палатки, команду.


После захода солнца пыль осела с французского Эха и 1ST Батальон, они поймали попутку в сторону Саудовской Аравии, снова отмахнулись. В полночь два "Геркулеса" королевских ВВС с тремя оманскими "Геркулесами" ожили, погрузили джипы и людей, парашютистов, морских пехотинцев и эскадрилью "Б" для короткого перелета в Салалу, "Тристар" сидел в ожидании, "С5" сидел в ожидании какого-то тяжелого груза под строгой охраной.


Не давая местным мужчинам уснуть, "Геркулес" вернулся за снаряжением, когда оманские водители отправили очень длинную колонну джипов на юг, в Салалу, палатки на дальней стороне вскоре лишились вонючих пыльных людей.


Утром, когда все мои ребята жаловались на шум ночью, я поговорил с командиром эскадрильи королевских ВВС и инструкторами по парашютному спорту, и было запланировано некоторое обучение для "Волков", а также для наших шести шпионов.


Шестеро шпионов с Митчем и Грини были высажены Пумой в шестидесяти милях к северу и им было приказано возвращаться пешком, не выспавшись. 14 Разведчиков были сброшены группой в пятидесяти милях к северо-востоку и получили приказ возвращаться пешком, разрешив одну двухчасовую остановку для еды и отдыха, их капитанам вести и ориентироваться.


Волков снабдили стационарными парашютами и коробками для снаряжения, напомнили об учениях и высадили в шестидесяти милях строго на восток, сказав возвращаться пешком, не останавливаясь на сон. Одна сломанная лодыжка означала, что Рысь была убита.


На следующее утро, когда Митч и его шпионы вошли, выглядя запыленными и усталыми, я собрал группу избранных вместе с оманским майором. Капитан Моран, майор Харрис и леди-капитан разведки, полковник Клиффорд - и, наконец, озадаченная Сесилия. На ночь упаковав сумки, они сели в "Пуму", и мы пролетели сорок миль на северо-восток и приземлились в узкой песчаной долине с высокими склонами оранжевой скалы, где нас встретили оманские солдаты с установленными палатками и готовящимся барбекю.


Когда Пума тронулась с места, я повел группу к палаткам, сбросил сумки, затем повел их вниз по мертвенно-тихому вади, вокруг узкого изгиба высоких скал и к звукам бегущей воды, к источнику, который находится у подножия высоких прямых стен оранжевой скалы, к одинокой пальме, растущей в пятне солнечного света.


Оманский майор рассказал нам историю о том, как сюда спустился ангел и создал мини-оазис, одинокую пальму, вмещающую его душу, повторяя слова майора.


Раздевшись до трусов, под копирку Морана, а вскоре под копирку Клиффорда и Харриса, я вошел в холодную воду и лег, подставив лицо солнцу. Сесилия и леди-капитан не стали раздеваться, но сняли сапоги и закатали брюки, плескаясь в холодной воде.


Вода была слишком холодной, чтобы оставаться в ней долго, и, высыхая, я мог видеть выражение лица Сесилии.


"Ты видел слишком много экшена", - сказала она мне, когда я одевался.


"Заложники, которых мы нашли, это все проясняет", - сказал я ей. "Почему мы рискуем нашими жизнями". Я изучал ее, остальные были вне пределов слышимости. "Ты в замешательстве?"


Она прикусила губу и покачала головой, бросив взгляд на остальных. "Я вернусь, как только ты закончишь с этим".


"Тогда я не буду задерживать тебя здесь слишком долго".


Усевшись кружком на песке с пивом в руках, оманский майор рассказывал нам о своих детских приключениях и истории этого места, пока не был готов наш ягненок-барбекю, и все, заправившись, сидели на песке за нашими спинами.


Вокруг вади появился солдат, мать и верблюжонок на буксире, люди вскакивали, чтобы пойти посмотреть и сфотографироваться, Сесилия кормила молодого верблюда, который все еще был выше ее.


Моран заметил: "Было бы неплохо прийти в такое место, как это, без драк".


"Тот полет на рысях, когда нам приказали вылетать, меня немного опечалил; мне здесь нравится, я мог бы остаться и сражаться годами".


"Во многих отношениях лучше, чем джунгли. Здесь у нас нет жуков, змей, слизней."


"Ага", - вздохнул я, потягивая свое пиво.


После наступления темноты, стоя с янтарными лицами у углей барбекю, я рассказывал им истории о том, как таскал сержанта Краба через пустыни Мали.


В какой-то момент, когда мы были вдвоем с Клиффордом, он спросил: "Эта симпатичная молодая леди из королевских ВВС ..."


"Я встречался с ее сестрой давным-давно".


"Я видел, как она смотрит на тебя, поэтому я думаю, что она хочет сохранить это в семье".


"Не понимаю, почему женщины находят меня привлекательным".


"Ты герой большого экрана, телевизионных новостей и газет, тем более на этой неделе. Женщинам нравятся сильные мужчины, их тянет к ним. Мой брат некоторое время руководил колл-центром, в котором было много молодых девушек, и он часто кричал на них, наказывал их, но, несмотря на все это, они часто пытались наброситься на него.


"У тебя есть сила, и они подхватывают это, славу и знаменитость".


"На данный момент у меня есть ... несколько женщин, похожих на нее, но нет времени и мало желания".


Он придвинулся ближе. "Не будь дураком, ты можешь умереть в следующем месяце. Наслаждайся жизнью, пока можешь, она не длится вечно, ничто не вечно."


Я медленно кивнул головой, проведя рукой по теплым углям, когда они остыли, и все тепло укутались.


Две дамы остались в одной маленькой палатке, остальные из нас - в двух больших палатках, выставив охрану.


Мы вернулись на аэродром и обнаружили, что все команды вернулись, у нескольких болели ноги, ноют конечности, болят колени.


"Давай не будем испытывать судьбу здесь", - сказал я Клиффорду. "Призови Геркулеса".


У меня был список из десяти американских волков, которые вызвались остаться и патрулировать пограничную зону, шести британских волков и двенадцати американских волков, которые присоединятся к адмиралу Джейкобсу на борту корабля - и, возможно, примут участие в операциях без меня, беспокойство. Как будто мои дети наконец покидали дом.


Клиффорд должен был остаться на несколько дней, министерство обороны хотело, чтобы все снаряжение было приведено в порядок, и в тот вечер "Геркулес" доставил нас в Салалу, Сесилия была в полете, но не сидела рядом со мной. Компанию мне снова составила Саломея.


После того, как Саломея села, она сказала мне: "Мой босс зол на меня".


"Почему?" Я озадачен.


"Белый дом и ваше правительство поблагодарили Моссад, и ваше правительство упомянуло меня - упомянуло ваше имя. Так что теперь он не может от меня избавиться."


"Он хотел избавиться от тебя?" Поэтому ты пришел ко мне?"


"Отчасти, да, и у меня не было миссии, ради которой нужно было тренироваться. Они хотели, чтобы я снова поехал в Бейрут, но я сказал своему боссу отвалить."


"Не могу представить, чтобы ты был груб с кем-либо".


Она бросила на меня взгляд. "Не забудь поужинать".


"Зачем тебе ужин, ты доказал свою ценность своему боссу и теперь можешь возвращаться ..?" Я ждал.


"Возможно, я сказал своему боссу, что скоро появится похожая работа".


"Хочешь остаться с нами или хочешь избежать возвращения?"


"Оба".


"Мне придется обсудить тебя с моим боссом".


"Ha. Скажи ему, что ты делаешь. " Она повернула голову ко мне. "Будешь ли ты ... позволь мне остаться?"


"Получили бы мы своевременные перехваты, если бы вас не было с нами?"


"Нет. Я позвонил другу, воспользовался услугой, получил информацию. Это разозлило моего босса."


"Тогда ты можешь остаться на некоторое время, приставленный к Риццо".


Она ткнула меня локтем в ребра.


Долгими семнадцатью часами позже мы приземлились в Брайз Нортон, все мы провоняли. Надев теплые куртки, мы сели в автобусы и поехали под дождем обратно в GL4 под усиленным эскортом, и я отвоевал теплый дом у Свифти, а холодильник был набит битком.


Член парламента Пит поставил чайник на огонь. "Это было скучно, никто в нас не стрелял. О, новобранцы в деревянных хижинах."


Мы с Сивфти обменялись озадаченными взглядами.


"Новобранцы?" Я повторил.


Для полевой разведки ╧1. Шесть человек, все хорошо поработали в течение трех дней, после чего у вас было несколько интервью. Рокко тренировал их последние четыре дня. Они говорят на разных языках."


Я кивнул, нуждаясь в хорошей теплой удобной кровати, и я заполз в эту кровать полчаса спустя, мои мысли были о Сесилии и Саломее, но образ обнаженного Тайни на Ямайке не уходил. Я лег спать с твердым членом, задаваясь вопросом, что я мог бы сделать, и с кем, если бы вообще.


Сесилия казалась надежным выбором, вдали от базы, и у меня были номера ее телефонов. Была только небольшая проблема с Триш и с тем, что я чувствовал к ней. Когда я думал о ней, мне все еще было больно, и будут ли две сестры говорить обо мне - они были близки?


Я громко вздохнул. "Мне нужна проститутка или жизнь вдали отсюда".


Уилко:

Одинокий волк


Книга 17


Джефф Волак


Вылетевший из гнезда


Задаваясь вопросом, почему я не был сильно расстроен инцидентом - убийством моего отца, я уведомил члена парламента Пита в сторожке, шокировав его и членов парламента. Он настоял на том, чтобы отвезти меня, поскольку номинально отвечал за меня - по крайней мере, при исполнении служебных обязанностей, а полиция КТ настояла на том, чтобы они поехали с нами, - потому что, куда бы я ни поехал, везде были проблемы. Местная полиция Глостера также настояла на том, чтобы сопровождать их, потому что это была их нашивка, поэтому Саломея должна была находиться на заднем сиденье машины Пита.


Когда мы выезжали из ворот в составе конвоя, я размышлял, почему я был зол на того, кто застрелил моего отца, поскольку я подумывал предложить моему отцу яд, чтобы облегчить его страдания - и страдания моей матери от его рук, и мои страдания от ее рук; в последнее время он стал болезненным и очень несчастным, что вполне объяснимо.


Жизнь в семейном доме стала невыносимой для моей матери, потому что после тридцати лет, когда мой отец никогда не разговаривал, пока моя мама смотрела "Улицу Коронации", мой отец теперь говорил на "Улице Коронации" - говорил о самоубийстве. И моя мать была горячо готова помочь ему, быстрым ударом по черепу старым домашним утюгом для белья.


Я, наконец, понял, что был зол, потому что они пытались причинить мне боль через мою семью, независимо от того, оказали они моему отцу услугу или нет, выполнили ли они желание моей мамы или нет. Я позвонил Кейт, когда мы направлялись на северо-запад в составе конвоя. "Это я".


"Держаться подальше от неприятностей на этой неделе?" - начала она.


"Послушай, они ... они только что застрелили моего отца на улице."


"О боже".


"Ты следующий, так что я пошлю двух человек. Где ты?"


"Челтенхэм, дом матери, здесь живет семья".


"Ожидайте двух мужчин через несколько часов, но тщательно проверьте у меня их документы, когда они прибудут".


Я знал, что Николсон и Свон ошиваются вокруг базы, и поэтому позвонил на свою базу, попросив, чтобы они переодели Николсона и Свона в гражданскую одежду, в режим телохранителей и быстро доставили в Челтенхэм.


"Ты думаешь, они пойдут за ней?" - Спросил Пит, когда мы приближались к Глостеру с юга.


"Это возможно", - сказал я со вздохом. "Это ничего не даст, и это заставит меня сильно ударить им в ответ, поэтому профессионал никогда не стал бы нападать на мою семью. Это покушение на моего отца попахивает русскими."


"Русские?"


" У меня есть на примете кандидат, тот же человек, который ... " Я оглянулся на Саломею. "- выбросил человека из самолета."


" Этот человек мертв, " спросила она с заднего сиденья.


"Да, но когда он отдал приказ об этом, и сколько времени это заняло? И, возможно, ирландские джентльмены - наемники и не имеют ничего общего с ИРА; теперь у нас есть мирное соглашение в Северной Ирландии."


Пит громко предложил: "И теперь у нас есть несколько безработных стрелков!"


Мы обменялись взглядами.


Позвонил Дэвид Финч, когда мы ехали по темным и тихим проселочным дорогам. "Уилко, я только что услышал, где ты?"


"На пути в верхний Глостер".


"Я ужасно сожалею о вашей потере".


"Они оказали ему услугу, у моего отца был рак, жить оставалось несколько месяцев, так что стрелявшие не были профессионалами или хорошо информированы, это не было мотивировано Ми-5 или кем-то еще в Лондоне. Я думаю, что это организовал Соропов, это попахивает русским любителем."


"Я никогда не знал о раке, и да - когда мне оставалось жить несколько месяцев, я бы сам подумал о том, чтобы покончить с ним, я видел, как мой отец прошел этот путь. Соропов мертв, можно ли что-нибудь сделать?"


"Проследи за ирландскими джентльменами до посредника", - сказал я ему.


"У нас есть кое-какая информация о двух мужчинах, которых выгнали из ИРА десять лет назад, за торговлю наркотиками, последний раз о них слышали на Северном Кипре".


"Это подходит, поскольку Соропов должен был быть на Кипре".


" А как насчет нашего друга Людвига? - спросил он в позе.


"Возможно, но я сомневаюсь, что у него был мотив, и нам все еще нужно соединить точки между ним и Сороповым".


"Есть что-нибудь ... о Людвиге?"


"Он был с принцем Калидом неделю, так что, должно быть, что-то сказал, или он умер во время процесса. Я позвоню и спрошу завтра."


Мои мысли обратились к Джереми Майклзу и его коллегам, когда мимо замелькали желтые придорожные огни. Я хвастливо сказал Джереми, что убил его отца, так что был ли этот удар по моему отцу местью Джереми Майклза, лежащего на больничной койке, - или кого-то из их банды масонов.


Дэвид перезвонил десять минут спустя, когда мы ждали на светофоре. "Еще одни плохие новости. Доктор Абрахамс была только что застрелена возле своего лондонского дома."


Я громко вздохнул. "Она получила известность из-за обнаружения спящих агентов, так что кто-то, связанный с этими спящими агентами, мог желать ее смерти. Но у Джереми Майклза тоже была бы причина."


"Мы ведем расследование, посмотрим, к чему это приведет".


"Держу пари, что не было никаких доказательств".


"Пока никаких, но мы проверяем камеры видеонаблюдения вдоль и поперек".


По телефону я сказал им: "Женщина на шахте, доктор Абрахамс, она была застрелена сегодня".


Саломея заметила: "Кто-то обвиняет ее, но ты вызвал ее, она ничего не сделала".


Я повернул к ней голову, положив руку на спинку сиденья. "Когда вы уходите с дежурства, носите пистолет, делайте двойной заход, не рискуйте. Теперь они знают твое лицо по тому моему."


Она кивнула, тихо задумавшись.


Добравшись до моей улицы, улицы, на которой я играл в детстве, мы обнаружили, что она темная и обнесена лентой, и поэтому припарковались неподалеку, одинокая женщина-офицер у ленты удивилась, увидев мою группу, и вскоре оказалась в меньшинстве. Она сняла ленту и пропустила нас, полиция КТ, распугивающая местных жителей обратно в их дома.


Выйдя из дома, я бросил взгляд вниз по улице в тридцати ярдах, криминалист стоял над телом под простыней, включив фары. Мои мысли вернулись к детским каникулам с моим отцом, и теперь мне, наконец, было не все равно, что он мертв.


Внутри я нашел детективов в холле, мою маму в гостиной - но не заплаканную, с ней сидела женщина-полицейский.


Она подняла ко мне лицо. " Они оказали ему чертову услугу, " начала она. "Он сказал, что пойдет прыгнет с моста в эти выходные, если погода будет хорошей".


Я недоумевал, почему тот, кто хочет покончить с собой, сначала проверяет погоду. "Ты в порядке?"


"Да, и мы с Рози отправляемся в Бенидорм в субботу рейсом из Бристоля. Провести месяц там, внизу, должно быть неплохо."


"Да, уводит тебя отсюда. Оставайся там, если хочешь, я положу немного денег на твой банковский счет."


"О, хорошо, спасибо за это, милая".


Я приготовил напитки для Саломеи и Пита из моего старого домашнего чайника, и, похоже, это был тот же самый, которым я пользовался в детстве.


Вошел командир КТ Глостера. "Вы майор Уилко?"


"Я боюсь". Я боюсь.


"Сожалею о вашей потере, ужасный поступок".


"Они оказали ему услугу, он был в последней стадии, рак, он собирался прыгнуть с моста Северн, если позволит погода".


"О, ну, это ... немного облегчает задачу тебе и твоей матери".


"Моей матери было наплевать, так что у меня, по крайней мере, это есть", - сказал я ему. "Мне не нужно беспокоиться о ней".


"Есть какие-нибудь подсказки относительно мотивов этих людей?" он спросил.


"Да, но это дело Ми-6, их шоу".


"АЙРА?"


"Мужчины были членами ИРА десять лет назад, но их выгнали за торговлю наркотиками. Они стали наемниками, и мы думаем, что знаем, для кого."


" А правда, стоящая за лордом Майклзом?.. " рискнул он.


"Он собирался взорвать высокое лондонское здание, в котором находилось три тысячи человек".


"Господи, какая пизда. А его сын?"


"Да, знал об этом, и его люди убили сегодня доктора Абрахамс, женщину с шахты в Либерии".


"Да, я читал о ней на шахте. Они убили и ее тоже? Черт..."


Моя мать сделала краткое заявление, но ничего не видела и не слышала, она смотрела "Улицу Коронации". Я попросил вооруженную команду на несколько дней, сопровождение в субботу в аэропорт Бристоля для нее, и они окажут помощь. Я бы организовал похороны, скорее кремацию; мой отец не хотел быть похороненным в какой-нибудь холодной сырой могиле.


Стоя в темном саду, Макс позвал. "Только что видел это по агентству Рейтер", - начал он. "Какой маленький засранец стоял за этим?"


"Вероятно, Соропов, убит в Гвинее, когда янки бомбили его аэродром. Двум бывшим бойцам ИРА потребовалась бы неделя, чтобы добраться сюда и проверить улицу и дом моих родителей."


"Редактор держит первую страницу, есть цитата?"


Я обдумывал, что я мог бы сказать, и что мне могло бы сойти с рук. Поскольку было известно, что я скорблю и злюсь, мне сходило с рук большее. "Сегодня доктор Абрахамс был убит вместе с моим отцом. Мой отец был убит, чтобы наказать меня за мою работу в Западной Африке, в частности за работу по раскрытию спящих агентов.


"Доктор Абрахамс встречалась с Джереми Майклзом перед тем, как улететь на шахту в Либерии, и на шахте она рассказала мне о своих страхах быть убитой Джереми Майклзом. Я должен был организовать для нее защиту, когда она поселится в старом доме своего отца в Оксфорде в эти выходные.


Джереми Майклз знал о том, что тело ее отца находится на шахте, и о телах спящих агентов там, всего на данный момент найдено двадцать пять тел. Доказательства, похоже, указывают на то, что NordGas, создавшая шахту, была ответственна за убийства тех двадцати пяти человек, карьерами которых в 1977 году завладели агенты sleeper.


"Что мы знаем, так это то, что NordGas пользовалась услугами Рене Бастиона из Bastion Defence Services, и недавние нападения на британских, французских и американских военнослужащих были предприняты Рене Бастионом и его российскими сообщниками, торгующими оружием. Они финансировали себя за счет незаконной продажи кровавых алмазов.


Рене Бастион и NordGas могут быть связаны с предыдущей попыткой государственного переворота в Либерии, подавленной британской армией, попыткой государственного переворота в Сенегале, а также с попыткой государственного переворота в Гвинее. У лорда Майклза была прямая рабочая и финансовая связь с NordGas и Bastion.


Отец доктора Абрахамса изучал древние племена в Либерии в 1977 году, когда он наткнулся на секретную шахту по добыче урановой руды, которую выкапывала компания NordGas, и из-за этого он был убит. Но доктор Абрахамс-старший был российским агентом, и он сообщил Москве об урановом руднике, после чего русские намеренно дестабилизировали Либерию, чтобы иметь возможность тайно добывать руду - что они и делали в течение нескольких лет.


"НордГаз" управляла незаконными рудниками в Африке в течение двадцати лет, они занимались контрабандой кровавых алмазов и были активно вовлечены в перевороты в Африке, произошедшие почти три десятилетия назад. Они не смогли бы сделать этого без прямого ведома и соучастия правительства Норвегии и полиции Норвегии.


"Многие высокопоставленные норвежские чиновники, в прошлом и настоящем, были замешаны в сотнях убийств, военных захватах в Африке и в преднамеренных нападениях на меня и моих людей в Западной Африке, а также на территории Великобритании.


"Но я сомневаюсь, что правда когда-либо выйдет наружу, коррумпированное норвежское правительство идет на многое, чтобы скрыть улики и заблокировать расследования.


"Здесь, в этой стране, о лорде Майклзе знали двадцать лет, и если бы бесполезные придурки из столичной полиции не спали и были на работе, его бы поймали и привлекли к ответственности. Он не был привлечен к ответственности, потому что старшие офицеры столичной полиции, в прошлом и настоящем, встречались с лордом Майклзом и участвовали в преступной деятельности в Лондоне, включая убийства.


"Лорд Майклз завербовал Боба Литтлвуда из Ми-5, а позже Боб Литтлвуд завербовал других агентов Ми-5, людей, которые были под его началом в Ми-5. Лорд Майклз и Боб Литтлвуд подложили бомбу в фургон, в результате чего погиб сын правителя Омана вместе с четырьмя агентами Ми-5. Они также завербовали действующих офицеров SO13.


"Нет никаких сомнений в том, что лорд Майклз и Боб Литтлвуд непосредственно помогали служащим столичной полиции в убийстве людей по всему Лондону и в покушениях на мою жизнь и на моих людей.


"У меня мало уверенности в том, что бесполезные придурки из столичной полиции когда-либо поймают этих людей и привлекут их к ответственности, не в последнюю очередь потому, что многие старшие офицеры полиции находятся в розыске и в союзе с преступной группировкой лорда Майклза.


"Бульварная пресса - это истинный костяк нашей демократии, а не избранные нами члены парламента. Депутаты не расследуют дела богатых и влиятельных, таких людей, как лорд Майклс, они читают о таких расследованиях в газетах, а затем медленно оказывают давление на систему, требуя перемен.


"Эта система, сеть лондонских олдбоев, никогда не изменится. Богатые и влиятельные мужчины тайно встречаются за закрытыми дверями по определенной причине, и это потому, что они замышляют недоброе. Лорд Майклс сел ужинать с судьями, прокурорами, начальниками полиции, лордами и пэрами, богатыми и могущественными. И многие из этих людей слышали, как лорд Майклс предлагал убить Диану, принцессу Уэльскую.


"Это был великий британский фарс, фарс, который могли спродюсировать только мы, британцы, фильм "Продолжай", снятый на студиях Илинга или Пайнвуд Студиос, "Продолжай Лондон", где сеть old boy выходит из-под контроля, кивок, подмигивание и тайное рукопожатие за закрытыми дверями.


"В результате этого фарса британские налогоплательщики потратили миллиарды на вооружение и подготовку британской армии, только чтобы обнаружить, что Армия сражается против людей, которым платит сеть Old boy Лондонского сити. А лорд Майклз так низко ценил человеческую жизнь, что собирался снести лондонское здание, в котором находилось три тысячи человек, просто чтобы заработать немного денег.


"Бульварной прессе необходимо активизироваться и защитить британскую демократию и верховенство закона, потому что, похоже, больше никто этого не сделает. Им нужно расследовать каждого человека, контактировавшего с лордом Майклзом, все его деловые связи и тех, с кем он встречался в обществе.


"Чего не будут делать члены парламента, так это расследовать действия членов Палаты лордов, а богатые и влиятельные в Лондоне сплотят ряды и спрячут улики, и виновные не будут арестованы полицейскими, которые встречаются с преступниками в обществе субботним вечером.


"Судьи в Лондоне не осудят людей, которых они знают по своим тайным обществам, людей, с которыми они ужинают, людей, с которыми они сидят за столом и разговаривают так, как будто они знают, что лучше для нашей страны, что они должны решать, как управлять этой страной, а не избранное правительство.


"Все сводится к тому, что бульварная пресса должна взвалить на себя это бремя, прежде чем великий британский фарс превратится в великую потерю Британией демократии.


"Когда французская разведка и ЦРУ предупреждали меня о лорде Майклзе и его банде заговорщиков, наши собственные разведывательные службы твердо заявили мне, что у лорда Майклза слишком хорошие связи, чтобы подвергаться расследованию, что он был выше закона.


"Несмотря на то, что вы видите в фильмах о Джеймсе Бонде, наши спецслужбы не нарушают законы и не стреляют в людей, у них есть проверки и надзор, и они сильно ограничены в том, что они могут делать, и я знаю, что несколько человек, которые руководили нашими разведывательными службами, предали свою страну.


"Наши разведывательные службы боятся расследовать дела богатых и могущественных, а в Ми-5 проникла банда заговорщиков лорда Майклза. Мне сообщили о заминированном французском грузовике и о термитной взрывчатке, направлявшейся в Лондон, и это было мое собственное прямое вмешательство вне обычных каналов, которое остановило взрывы.


"Если бы я придерживался правил, если бы наши разведывательные службы придерживались правил, тогда бомбы прорвались бы, и было бы разрушено высокое лондонское здание, в котором находилось три тысячи человек.


"Наши избранные должностные лица должны взглянуть на существующие процессы по защите нашей нации, поскольку они кажутся немного дерьмовыми. И когда люди, от которых тебе нужно защищаться, - это лондонская сеть "олд бойз", полиция и титулованные лорды, это очень тяжелая работа.


"Народ Британии должен поддержать новое правительство, и это правительство должно читать газеты и проводить расследования, а не полагаться на отчеты бесполезных придурков из столичной полиции."


Макс рассмеялся. "Ты так ... расстроишь полицию".


"Может принести какую-то пользу. Опубликуйте это в "Рейтер"."


Звонок закончился, темный силуэт члена парламента Пита ухмылялся как идиот. "Я уже говорил вам раньше, босс, мне нравится на вас работать".


Я спустился по темному саду и позвонил в Томск. "Послушай, мне нужна помощь, пока нас обоих не убили".


"Я поймал этого человека Бранко, заплатившего пять миллионов долларов полиции Бразилии".


"Хорошо, заставь его говорить. А пока пошли немного денег Бобу из "Спектра", чтобы он разослал в газеты Франции и Англии деньги, предложенные в качестве вознаграждения за информацию о людях, пытавшихся меня убить."


"Сколько мне отправить?"


"Сколько стоит твоя жизнь?" Если они доберутся до меня, то следующим они доберутся до тебя. Скоро поговорим."


Николсон позвонил мне, когда я собирался возвращаться в GL4. "Мы в Челтенхеме, так где ты, босс?"


"Я в Глостере, но запишите этот адрес". Я подробно описал это. "Центр города, ист-Сайд. Спроси кого-нибудь. Иди туда и спроси Кейт, мою - мать моего ребенка - скажи ей, что я послал тебя. Скажи ей, что я сказал: я навещаю ее только после того, как она выпьет вина."


"Хорошо, мы отправимся туда, слышали о твоем отце ..."


"Они оказали ему услугу, он был смертельно болен и собирался прыгнуть с моста - если погода была хорошей. Не беспокойся об этом."


Когда я собирался вернуться в дом, зазвонил мой телефон. "Это Миллер, и я только что прочитал "Перехват" о твоем отце. Ты ... собираешься сделать что-то, о чем я буду сожалеть?"


Я подумал, смогу ли я мотивировать его помочь мне. "Мистер Миллер, через несколько коротких дней банк и Petrobras прекратят свое существование".


"Продержись там несколько дней, дай нам разобраться с несколькими людьми", - убеждал он. "Мы знаем, кто стоял за пластической операцией "двойник", и у нас есть зацепка за людей, которые убили вашего отца, посланных Сороповым, но по просьбе банка. Мы без ума от этого, очень без ума, нам нужно, чтобы вы обучали людей, так что мы с ними разберемся, просто ... сделайте перерыв на несколько дней."


"У тебя есть несколько дней", - пригрозил я.


Я позвонил Бобу Стейнсу.


Он начал: "Я только что видел в агентстве Рейтер информацию о твоем отце. Ирландские мужчины?"


Бывший член ИРА, работающий на ныне покойного Соропова, я думаю. Слушай, сколько человек в твоем списке, пехотинцев, работающих на банк?"


"Пятьдесят с лишним".


"У вас есть зацепки по председателю правления, его телохранителям?"


"Да, у меня есть на них досье - на всякий случай".


"Ну, это на всякий случай, так что идите за ними и быстро прорабатывайте список. О, Томск собирается выслать тебе немного денег. Отправьте это адвокату в Лондоне, одному в Париже, и пусть газеты предложат крупное денежное вознаграждение за информацию о любом, кто хочет меня убить, о любом, кто связан с лордом Майклзом или вовлечен в заговор с бомбой. И любые коррумпированные полицейские в Лондоне."


"Сколько он отправляет?"


"Понятия не имею. Все равно используй часть наших денег, пошли немного в лондонскую газету The Sun и сегодня вечером."


"Хорошо, сойдет".


По телефону я подумывал съездить повидаться с Кейт, но это могло сделать ее еще большей мишенью, поэтому мы вернулись в GL4.


Вернувшись к себе домой, я задержался у входной двери и направился к следующей двери, обнаружив Морана и Джинджер, которые, увидев меня, сразу стали угрюмыми. "Ты еще не в отпуске?" Я спросил их.


"Мы только что обсуждали это, но мы не в восторге от какого-нибудь пляжа. Слышал о твоем отце..."


Мы сидели.


"Они оказали ему услугу, он был неизлечимо болен, собирался покончить с собой - и моя мать собиралась убить его за то, что он был таким болезненным и несчастным. Она отправляется в Бенидорм."


"А Кейт?" Моран подтолкнул локтем.


"Со мной Николсон и Свон вместе с ней. Я опустил Томо."


Они улыбнулись. "Так же хорошо", - отметил Моран. "Он бы пытался трахнуть ее, беременную и все такое".


Мы целый час говорили о новой полевой разведке ╧ 1, и оба должны были начать с оформления документов и оборудования, с разделенной зоны хранения.


Когда я возвращался к себе домой, член парламента Пит держался поблизости, позвонил Дэвид Финч.


Он начал: "Возможно, вы ... пытаетесь завести друзей в столичной полиции?"


"Нет, пытаюсь стряхнуть паутину. И прежде чем вы это увидите, Томск отправит немного денег таблоидам, крупное денежное вознаграждение за информацию."


"Может принести какую-то пользу, да. Премьер-министр получил сообщение агентства Рейтер, не совсем им недоволен, но, конечно, очень недоволен нападением на полицию. Он ждет известий от норвежцев."


"Человек, который организовал покушение на моего отца, был из банка. Соропов просто нанял людей."


"Значит, банк все еще зол на тебя".


"Еще на несколько дней".


"Что это значит?"


"Означает, что мой дядя Сэм пообещал действовать".


"Оу. Тогда мы будем жадно смотреть на экран Reuters и надеяться, что последствий не будет."


"Джереми Майклз достаточно здоров, чтобы двигаться?"


"Он перенес операцию на шее, сейчас лечится в частной клинике на Харли-стрит, полиция ждет, чтобы допросить его. Ордера на арест пока нет, но к нему есть много вопросов без ответов. Врачи говорят, что ему не следует разговаривать или испытывать стресс."


После перекуса, телевизионных новостей с подробным описанием убийства моего отца, позвонил Лэнгли, заместитель шефа полиции. "Уилко, мы все соболезнуем твоей потере и здесь чертовски злы. Ты знаешь, кто это был?"


"Я думаю, Соропов".


"Он мертв, я не могу убить его дважды!"


"У меня есть зацепка по человеку, который его подтолкнул, он сидит в Бельгии".


"О, опять они. Ты собираешься сделать что-то глупое?"


"Нет, для этого у меня есть друзья".


"Это будет громко?"


"Да. Следите за новостями агентства Рейтер."


Следующим посетителем был принц Калид. "Майор Уилко, я слышал о вашем отце..."


Я рассказал ему историю. Наконец, я спросил: "А как же Людвиг?"


"Он часто теряет сознание, у него наркотическая зависимость, так что это медленная работа. Он отвечал бельгийцу по имени Де Хир, как бы это ни произносилось."


"Спасибо, я займусь этим человеком. И через несколько недель я приведу своих людей в Оман, и мы перейдем границу с Йеменом."


"У тебя будет все, что тебе нужно, мой друг", - пообещал он.


Я позвонил Банкиру, настоящему. "Это Уилко".


"Только что услышал о твоем отце. Ты ... В порядке?"


"Прекрасно. Слушай, ты сталкивался с кем-нибудь из банка по имени Де Хир?"


"Да, он там ╧ 3".


"У вас есть подробные планы здания и дренажных систем, прилегающей территории?"


"Да..."


"Пришлите мне копию так, чтобы никто не знал, прямо сейчас".


"Вы попадете в здание или в людей в нем?"


"У меня есть идея, но я не буду в этом участвовать".


"А посох?.."


Я надеюсь, что им не причинят вреда, но мне нужно положить этому конец - чтобы они не убивали еще больше людей. Могут быть некоторые побочные повреждения, но их нужно остановить, чтобы спасти больше жизней в будущем."


Я схватил Пита, и мы поехали к хижинам и нашли Саломею. Она открыла свою дверь только в лифчике и трусиках, в ее теле не было ни капли застенчивости, и это было очень подтянутое тело с оливковой кожей.


Я начал: "Член правления банка, Де Хир". Я произнес это по буквам. "Он контролировал Соропова, возможно, приложил руку к смерти Каллуса. Отправь это по очереди."


"Я сделаю, да". Она уперла руки в бока, когда заметила, что Пит пялится на нее.


"Что?" Пит запротестовал. "Нет ничего плохого в том, чтобы ценить красивую женщину".


Она пожала плечами, почти улыбнулась и закрыла дверь.


Выйдя на улицу, я сказал Питу: "Возьми отпуск, э, найди себе проститутку".


"У меня есть постоянная женщина, вроде как из оксфордской полиции".


"Своего рода?"


"Они держат ее занятой, другой график смены".


"Смени смену, чтобы навестить ее, на следующей неделе может умереть".


Не, я хреново справляюсь с ночными дежурствами. Я сплю с полуночи до 7 утра, и таким образом я могу прикрыть тебя. Капитан знает это."


В 8 утра Пит принес мне тяжелую кипу бумаг, на его лице застыла огромная глупая ухмылка, когда он выкладывал их на мой кухонный стол. "Ты сделал каждую гребаную статью, большинство из них заняли половину первой страницы. The Sun занимает скромный разворот в шесть страниц."


Я пролистал несколько из них. Все таблоиды были посвящены демократии и борьбе с заговорщиками, на уровне газет - и не критиковали old boy network, своих читателей. У многих была фотография Сида Джеймса и название "Продолжай Лондон".


У меня зазвонил телефон, Дэвид Финч. "Я так понимаю, вы видели газеты".


"Просто сидел и смотрел на них".


"Норвегия в смятении, не в последнюю очередь потому, что прошлой ночью были застрелены три министра правительства, а два бывших министра рассказывают свои истории в обмен на неприкосновенность. В Норвегии мало что происходит, так что это заставит их всех некоторое время читать газеты. И большинство людей там уже подозревали, что NordGas замышляет что-то недоброе.


"Полиция начеку в лондонском доме лорда Майклза и его загородном поместье, его жена под охраной полиции. В его лондонском доме во второй раз разбили окна.


"Подождите ... Радио Лондона ... предлагает вознаграждение в миллион фунтов любому, кто предоставит информацию о лорде Майклзе или информацию о коррумпированных лондонских полицейских. Что ж, сегодня это должно обеспокоить нескольких человек."


"Надеюсь, их довольно много. Томск опубликует денежное вознаграждение."


"Какие у тебя планы на ближайшие несколько дней?"


Это был странный вопрос, очень странный вопрос. Начинаю работу над полевой разведкой ╧1. Я ... буду здесь, если понадоблюсь."


Я позвонил Бобу Стейнсу десять минут спустя.


Боб начал: "Ах, я собирался позвонить. Томск перевел мне сто двадцать миллионов долларов."


"Он ничего не делает по мелочи. Вы уже предложили вознаграждение?"


"Пока нет".


"Нет? Радио Лондона предложило награду. Свяжитесь с ними через адвоката, предложите им дополнительные пять миллионов фунтов, как можно быстрее."


"У меня наготове адвокат, фактически трое".


"Работай быстро, мы можем поймать кого-нибудь из этих говнюков".


У ангара я увидел, как подъехал Майор, в гражданской одежде, но выглядевший усталым, или обеспокоенным, или и тем и другим вместе. Он подошел ко мне. "Ты в порядке?"


"Они оказали ему услугу, у него был неизлечимый рак".


Он кивнул. "Я ухожу, прямо сейчас, мой сосед привезет комплект, к черту бланки".


"И я тебя не виню. Купи билет на самолет сегодня, доплати, я вышлю тебе наличные."


"Нет необходимости, я изменил рейсы, мы летим утром, ночь в отеле в Гатвике, стул у двери!"


"Держи голову высоко, ты молодец и помог нам изменить ситуацию к лучшему, и я побью этих маленьких засранцев - или умру, пытаясь". Мы пожали друг другу руки, и он уехал, оставив меня смотреть ему вслед с дырой в груди. Его отъезд был давно запланирован, но мне все равно казалось, что мой старший брат покидает дом навсегда. Я стоял и смотрел, пока его машина не скрылась из виду.


Я сидел с Мораном и Джинджер, пока они разбирались с бумажной работой. "Майор Брэдли ушел, беспокоясь о своей безопасности и своей семье".


Они не были настолько шокированы.


"Кто берет верх?" - Спросил Моран.


"Вы двое должны быть лидерами в этой области, так что не вы". Я отступил назад, размышляя, затем вышел и направился к складам территориалов - их серому металлическому сараю. Билли, майор Коулридж, сидел за своим столом с сержантом и капралом-администратором.


Он встал. И выглядел жалко меня. "Ты справляешься?"


"Забудь об этом. Послушайте, мне нужен человек, которому я могу доверять, который будет администратором Echo, Брэдли ушел."


"Я?"


"Почему бы и нет, ты самый квалифицированный".


"Я ... планировал уйти на пенсию в конце этого года".


"Не надо, иди помоги мне". Я ждал, сержанты смотрели на Билли.


"А как насчет мода? Возможно, у них есть кандидат."


"Пошли они к черту, это мое подразделение. Если ты согласишься переехать, я поговорю с ними."


"Что ж, это востребованная должность, найдется несколько горячих голов, желающих это сделать".


"Не многим я мог бы доверять. Но будь уверен в этом, потому что ты будешь в опасности."


Он кивнул. "Если ты хочешь, чтобы я это сделал, я это сделаю".


"Я сделаю несколько звонков. Не планируйте отпуск или выход на пенсию!"


В разделе информации они все остановились, чтобы посмотреть на меня. "Слушайте внимательно! Мой отец был неизлечимо болен и склонен к самоубийству, так что ... они оказали ему услугу, моя мама, чтобы он немного успокоился на улице Коронации. Забудь об этом, двигайся дальше." Я вошел в кабинет бригадира. "Брэдли ушел".


"Ушел? Он ... должен был закончиться на следующей неделе."


"Он думал, что его семья в опасности. Я только что попросил майора Коулриджа заменить его, так что не могли бы вы поговорить с полковником Маршем и попросить его освободить Билли."


"Вы с ним возвращаетесь в далекое прошлое", - отметил он.


"Кто-то, кому я могу доверять. Если полковник Марш не против, отправьте записку по линии, посмотрите, не возражает ли кто-нибудь."


За столом с картами ко мне подошел майор Сандерсон. "Я только что услышал, что меня загримируют и я возглавлю полевую разведку ╧ 1. Капитан Харрис станет майором и возглавит эту команду."


Я кивнул. "Хорошо".


"Но ... 14 Разведка предложила одного из них на новую должность."


"Чушь собачья!" Я громко заявил, люди повернули головы. Я тихо добавил: "Сэр". На этом я оставил их.


Час спустя полковник Марш дал свое согласие, будучи на данный момент майором-администратором, заменить Билли, и Билли занял стол Брэдли.


Я сказал Билли: "Посиди с Мораном, просмотри все, что есть на этом столе, затем позови капитана Харриса, который скоро станет майором Харрисом, чтобы он проинформировал тебя обо всем, что он делает, и о внешних базах. К счастью, документы в порядке - и большинство парней в отпуске."


Я нашел Генри и Самбо, тренирующих наших гвинейских солдат на полигоне. Я сказал Генри: "Я хочу, чтобы они занялись чтением карты и планированием маршрута, приемами и тестами, затем оказанием первой помощи. Здесь они учатся тому, чего не могут охватить в Сьерра-Леоне, учебным предметам."


Он кивнул. "Они уже хорошие люди, они хорошо стреляют, хорошо бегают. Многие говорят по-французски."


Когда я стоял там, позвонил Дэвид Финч. "Джереми Майклзу перерезали горло, свидетелей не было".


"Те, кто живет благодаря скальпелю ..."


"Действительно. И сэр Дэвид Честерс был только что застрелен возле своего дома вместе со своей женой и дочерью ..."


"Любитель, чтобы застрелить семью, если только ... если только кто-то не хотел, чтобы ему отправили сообщение".


"Твой дядя Сэм?"


"Во что был вовлечен этот человек?"


"Он много лет был в совете директоров NordGas, прежде чем несколько лет назад ушел на пенсию. У прессы здесь будет день открытых дверей."


"Мертвецы не разговаривают", - указал я.


"Нет, так что будем надеяться, что он не написал откровенную книгу перед смертью. О, Радио Лондона теперь предлагает вознаграждение в десять миллионов фунтов."


"Десять?"


"Да, десять".


"Они кажутся увлеченными".


"Томск?"


"Спектр, деньги из Томска, но только пять миллионов".


"Тогда кто-то хочет, чтобы правда вышла наружу. И завтра в парламенте экстренные дебаты."


"Может быть, бесполезные придурки наконец проснутся".


Я сидел за обедом в столовой, вокруг меня было много мужчин, которые чувствовали себя неловко, бросали на меня странные взгляды. В Норвегии царил хаос, протесты у здания парламента, а здесь, в Лондоне, комиссар столичной полиции подал в отставку, мельком видели, как он прятал лицо от толп прессы, когда нырял в машину.


Дэвид позвал меня, когда я подходил к ангару, несколько Волков бегали по дорожке. "В офисе в Доклендсе взорвалась бомба, шесть человек убиты, дюжина ранена ..."


"И чем эти люди зарабатывали на жизнь?" Я вмешиваюсь.


"Управлял синдикатами лондонской компании Lloyds и тесно сотрудничал с лордом Майклзом и Ричардом Деводеном младшим. Премьер-министр спросил, где вы и ваши люди были прошлой ночью."


"Я был здесь, и это видно по камерам видеонаблюдения, и мои люди здесь ни при чем, это мой дядя Сэм. Ты не хочешь увидеть конец этому беспорядку?"


"Да, конечно, но через аресты и суды".


"Ха, как ты это делаешь, черт возьми. Никто не хочет видеть этих людей на скамье подсудимых, и, вероятно, некоторые из ваших связаны с этим, как ваш парижский филиал. Так что будем надеяться, что они не раскрыты, а вместо этого наткнемся на кусок мыла."


"Ну, я должен поддерживать идею закона, порядка и надлежащей правовой процедуры, по крайней мере, открыто".


Он вернулся час спустя. "Трое застреленных мужчин, двое из бывших SAS, один из бывших полицейских".


"Начинаю соединять точки между ними".


"Мы есть".


С Тинкер, Реджи по-прежнему с нами три дня в неделю, я попросил их также соединить точки.


Бригадир вышел ко мне. "На кону был МОД, и они вернули себе земли вокруг нас".


"У них есть?" Я озадачил, и люди повернулись к нам лицом.


"Они поговорили с фермером о возвращении части земли, только чтобы узнать, что он очень скоро уходит на пенсию, его сына наказали за продажу красного дизельного топлива, так что через несколько дней у нас будет все это - фермерский дом в придачу".


"Попроси, чтобы они расширили забор вокруг этого, вывесили таблички, предупреждающие людей, что мы их пристрелим. Тогда попросите больше хижин, сэр."


"Еще хижины по пути, должны быть здесь завтра. Они были на какой-то закрывающейся базе, деревянной, но симпатичной, не старой."


"Может быть, они могли бы отсидеться за казармами, сэр".


"В бетонных туннелях есть подземные трубы, поэтому хижины должны располагаться рядом с ними, где бы они ни находились".


"У меня есть карта, сэр", - предложила милая леди-капитан.


Мы разложили его и посмотрели, и за казармами был подходящий трубчатый туннель.


Капитан Харрис принял звонок и сообщил нам: "Грузовики с деревянными домиками подъезжают к воротам".


"МОД на день раньше?" - съязвил бригадир. "Невозможно!"


Снаружи мы наблюдали, как большие грузовики медленно двигались по периметру трассы, джип королевских ВВС остановился рядом с нами - у веревочного барьера, тот же офицер службы безопасности королевских ВВС вышел.


" Боюсь, грузовики прибывают на день раньше. " Он отдал честь бригадиру.


"Отлично", - сказал я ему. "За казармами?"


"Да, лучшее место, мы можем использовать резервуар для воды на крыше казармы. В каждой хижине есть два туалета, два душа, небольшая кухня-гостиная, шесть комнат. Совершенно новые, без граффити, они принимали женщин-солдат."


Я насчитал шесть хижин, так что в них могли разместиться еще тридцать шесть человек.


"Всего здесь двенадцать хижин", - сообщили мне тогда.


Я повернул голову к бригадиру. "Вначале я пришел сюда менее чем с двадцатью людьми".


Он кивнул. "Этот аэродром должен был быть продан застройщикам".


В 17:00 Дэвид Финч снова включился и был раздражен. "Я получил официальное требование от премьер-министра, чтобы никто из моих людей и никто из ваших людей не был вовлечен в сегодняшнюю акцию в Лондоне".


"Не волнуйся, мы тут ни при чем. О, здесь шесть новых хижин, скоро прибудут еще шесть, так что много дополнительных кроватей для мужчин, нет недостатка в пространстве для полевой разведки ╧ 1."


"Меньше всего меня сегодня беспокоит то, что за последний час застрелили еще четырех человек. А в Норвегии трое мужчин были найдены повешенными, явные самоубийцы. Один был бывшим министром правительства, двое работали в NordGas. О, французские СМИ предлагают большое вознаграждение за информацию о тех, кто стоит за попыткой вашего убийства."


"Надеюсь, это заставит некоторых людей понервничать".


В 9 вечера позвонил Боб Стейнс. "По-видимому, телохранитель председателя выстрелил себе в голову."


"Должно быть, у него была депрессия, учитывая пробки в Антверпене в час пик".


"И шестеро его известных сообщников были застрелены".


"Полагаю, какая-то ссора".


"Да, ссора. Деньги пошли различным адвокатам, деньги предлагались средствам массовой информации. Один человек, высокопоставленный офицер парижской полиции, предложил рассказать все за пять миллионов евро и безопасный выезд, поэтому я установил контакт через посредника. Мы запишем показания свидетелей на видео, проверим их, а затем опубликуем."


"Хорошая работа".


Когда я укладывался спать, позвонил Риццо. "Видел новости, они застрелили твоего отца?"


"Да, но у него был рак, и жить ему оставалось несколько месяцев, и он был склонен к самоубийству - если позволяла погода".


"Да, ну, тогда это не так уж плохо".


"Как твой отпуск?"


Он выпалил: "Нашел отличное место для приватных танцев, милую компанию девушек прямо из Румынии, всем лет по двадцать, отличные минеты".


"Старший сержант, вы - заслуга британской армии. Как твоя рука?"


"Лучше, но я обгорел на солнце, и это чертовски щиплет".


"Разгромил какие-нибудь бары?"


"Нет, расслабляться, поддерживать форму, каждый день подолгу гулять по набережной перед полноценным английским завтраком".


"Почему они называют это полным английским завтраком, никто в Англии не останавливается, чтобы приготовить по утрам, прежде чем идти на работу, это чай с тостами и за дверь в спешке".


"Его подают в кафе в Великобритании ..."


"Для мужчин с большими волосатыми задницами, работающих на строительных площадках, поэтому они должны называть это полноценным завтраком в кафе для британских рабочих!"


На следующий день я проснулся и обнаружил, что Лондон сотрясается, а в британских новостях за завтраком сообщалось о Третьей мировой войне на улицах города. Не менее пятнадцати человек были застрелены за ночь, трое найдены отравленными, четыре подозрительных сердечных приступа перечислены Дэвидом Финчем в раннем вызове.


После плотного завтрака, полного английского завтрака, основанного на том, что я добавила в тарелку, я сидела, наслаждаясь телевизионными новостями, пока не позвонил Боб Стейнс.


"В Нидерландах снова ссоры", - сообщил он. "Какие-то разборки в Брюсселе. Тринадцать человек мертвы, все ссорятся друг с другом. Пистолет, из которого убили одного человека, был приставлен ко второму убитому, из его пистолета был убит третий, из пистолета этого человека был убит четвертый."


"╧1, ты подлое дерьмо".


"Спасибо".


"А тот офицер французской полиции?"


"На конспиративной квартире неподалеку отсюда, и прошлой ночью он дал видеоинтервью, подробности проверяются. Пока он выглядит законно, все имена совпадают."


В разделе информации капитан Харрис - пока еще не майор - громко начал: "Что, черт возьми, происходит в Лондоне?"


Все взгляды были прикованы ко мне.


"Я бы рискнул высказать предположение и сказал, что одна фракция в преступной организации уничтожает другую фракцию".


"И когда останется только одна фракция, это будет тихая фракция или агрессивная?"


"Я бы рискнул предположить ... и сказал, что они будут очень тихими. Но я не получаю заметок по этой теме."


Майор Сандерсон, еще не ставший подполковником, начал так: "Меня официально спросили, знаю ли я кого-нибудь из присутствующих, причастного к этому делу".


"И..." Я подтолкнул.


"Все мужчины учтены".


Я кивнул. "Боюсь, я должен сообщить, что старший сержант Риццо и компания ... на Тенерифе ... нашли хороший танцевальный бар на коленях".


Они смеялись, майор Сандерсон качал головой, глядя на меня.


Позже я взял Морана, Джинджер и Билли посмотреть на новые хижины. Один из них уже был подключен, поэтому мы включили свет и краны, как будто молодожены впервые входят в свой новый дом.


"Достаточно уютно", - предположил Билли. "Я останавливался в этих хижинах, и в них достаточно тепло. Деревянный пол, деревянная крыша, хорошо изолированы. Но они не выдержали бы минометной атаки." Он повернулся ко мне и ждал.


"Может быть, мешки с песком, или ... может быть, мы просто перестанем раздражать людей", - сказал я ему.


"А убийства в Лондоне?"


Они ждали.


Я вгляделся в их лица. "Если бы я рискнул предположить, я бы сказал, что я нравлюсь американцам, что им нравится то, что я для них делаю, что они хотят больше хороших минут на телевидении, и что они хотят, чтобы я - и вы все - были живы и здоровы на долгие годы".


"ЦРУ?" - Спросил Моран.


"Я никогда этого не говорил. Я сказал, что мы нужны американцам живыми и здоровыми."


Они обменялись взглядами.


Я сказал им: "Держите это при себе. И через несколько недель все это должно быть позади, и мы сможем вернуться к отстрелу мировых террористов - работе, за которую нам платят."


Мой телефон зазвонил, и я вышел на улицу. "Это Кейт".


"Как ведут себя мои люди?"


"Они замечательные, никогда не знала, что у тебя такие милые мужчины. Николсон заставил нашу маленькую принцессу заснуть на нем после того, как прочитал ей сказку. Он был действительно терпелив с ней."


"Я отправил этих двоих, потому что таких, как они, немного. Держи их при себе."


"Что, черт возьми, происходит в Лондоне?"


"Мои друзья выясняют отношения с некоторыми людьми, после чего я, возможно, проживу дольше".


"Все эти застреленные люди были замешаны?"


"Да".


"Боже мой. Отец познакомился с лордом Майклзом на благотворительной вечеринке в сити."


"Я сомневаюсь, что твой отец обсуждал убийство Дианы".


"Нет, маловероятно - он врач".


"Дайте мне знать о ваших планах на путешествие".


"Я собирался провести тихие выходные в коттедже, мне нужно кое-что почитать".


"Держите моих людей внутри, но я также отправлю несколько человек в кусты. И запри свои чертовы двери для разнообразия, эх."


Я нашел двух волков-ветеранов и снабдил их боеприпасами и рациями, дополнительными рациями для Николсона и Свона. Они бы надели мою снайперскую форму, и поэтому было бы достаточно тепло, если бы взяли пончо и тесьму. Когда все было готово, я попросил члена парламента Пита отвезти их, но позвонил SIS и уведомил их о размещении, а также уведомил командира CT в Глостере.


SIS могла бы возразить, они могли бы приказать убрать людей, они могли бы передать это министру внутренних дел, который мог бы поджарить меня заживо за размещение людей без его разрешения, поэтому я бы подождал реакции. Полиция Глостера также может выдвинуть возражения.


Наверху я уведомил капитана Харриса о размещении, и он обновил доску, линейный менеджер "Волков" заполнил форму.


Большинство из 14 разведчиков ушли в отпуск, вокруг болтались только двое мужчин, никаких разгуливающих дам в обтягивающих футболках замечено не было.


В 14:00 я схватил гвинейских солдат и повел их в класс, Генри сидел сзади. "Навигация", - начал я. "В джунглях ... очень трудно ориентироваться, ориентироваться по компасу, потому что вам приходится смотреть, куда вы идете, и вы не можете видеть далеко из-за деревьев.


Итак, забудьте о хождении по прямой. С того места, где вы находитесь, попробуйте определить следующую особенность, скажем, не более 400 ярдов, если не 200 ярдов. На карте, возможно, есть река, и вы можете держаться реки слева от вас на протяжении мили. Возможно, это не прямая линия, но это не имеет значения.


"С холма вы можете увидеть другой холм и участок с вырубленными деревьями слева от вас. Вы идете в район с вырубленными деревьями, затем идете к холму, который вы видели, затем снова смотрите на карту. Вы не можете спланировать прямой маршрут в джунглях, вы должны использовать холмы и реки."


Я раздал карты, бумаги и ручки. "Хорошо, взгляните на карту, и из точки А внизу - как бы вы переместились в точку Б наверху? Какие особенности будут выделяться?"


Я обошел вокруг с Генри, указывая на хорошие черты, и мужчины составили план, все были очень внимательны.


В 17:00 вышел Дэвид Финч. "У газеты Sun есть человек в их офисах, который находится под защитой, и этот человек хочет пять миллионов фунтов и выезд из страны. Ми-5 ведет с ним переговоры, пока мы разговариваем, по телефону. Он расскажет все из Панамы, из всех мест."


"Отправь его в Панаму во что бы то ни стало. Если это уловка, то Томск найдет его за десять секунд. Но кто этот парень?"


"Работает в банке Barclays, в клиринговом отделе, утверждает, что располагает информацией о банковских счетах лорда Майклза на Каймановых островах и других лицах, подробностях отмывания денег, платежах в Африку".


"Тогда он может просто предоставить полиции достаточно доказательств для посмертного вынесения приговора лорду Майклзу. Позволит ли министр внутренних дел человеку летать?"


На данный момент не уверен. Это была бы ситуация осведомителя, но осведомителям не разрешается быть причастными к серьезному преступлению. Если он был замешан, то это будет сделка с коротким сроком, а не отпуск в солнечной Панаме."


Я позвонил Максу. "Это я. У вас есть человек, который хочет награды?"


"Да, и пока все складывается удачно, мы проверили банковские коды".


"Выведите его из своих кабинетов незамеченным, потому что я не уверен, что министр внутренних дел будет играть в мяч здесь. Вы можете сказать полиции, что мужчина сбежал или что-то в этомроде. Найди ему безопасный дом за городом, где-нибудь на юге, в направлении побережья, затем дай мне знать, я доставлю его в Панаму. Есть ли у него семья?"


"Нет".


"Перезвони мне".


Я позвонил Бобу. "У меня есть человек из газеты The Sun, и он поет о банковских счетах на Каймановых островах. Мне нужно, чтобы его в целости и сохранности доставили в Панаму. Первый шаг - Ла-Манш."


"У нас есть пилот вертолета, чтобы сделать это, без проблем, затем поддельные документы и перелет из Мадрида".


"Томск встретит его на другом конце".


Макс перезвонил мне час спустя, когда нашего человека везли на юг, в сторону Брайтона. Боб дал мне название аэродрома, я дал его Максу, и в 9 вечера вертолет поднялся в воздух в темноте, план полета не зарегистрирован, но, поскольку он летел через Ла-Манш прямо над волнами, план полета не был проблемой.


Дэвид позвонил мне в 10 вечера. "Человек, беседующий с газетой The Sun, исчез".


"У меня такое чувство, что он может появиться в каком-нибудь теплом местечке и предоставить какую-нибудь очень полезную информацию. И британское правительство может получить какие-то тайные средства, возможно, большую кучу денег."


"Я понимаю. Что ж, пункт второй в моем списке: у нас есть два выдающихся человека и их семьи, находящиеся под защитой, готовые заключить сделку. Они получат тюремный срок, но не большой. Один из них - деловой партнер Джереми Майклза, другой - бухгалтер Ричарда Деводена."


"А Ричард Деводен?"


"Отсутствует. Пункт третий в моем списке: у голландской и бельгийской полиции на руках двадцать восемь трупов."


"И я всегда думал, что Голландия и Бельгия были такими тихими странами".


"Да, тихо, но не сегодня".


"О, побочное замечание, может быть, пункт 3а", - съязвил я. "Старший офицер французской полиции принял предложение денег и поет как птичка", - сообщил я.


"Тогда французские заговорщики будут обеспокоены. Пункт четвертый: министр внутренних дел не возражал против того, чтобы вы разместили людей для защиты Кейт Хавершем, он пересмотрел разрешение."


"Приятно знать".


"Вы бы поместили кого-то подобного, не сказав нам?"


"Нет, поэтому я уже сказал вам, что мне не нужно еще одно расследование".


"Приятно знать", - съязвил он. "Пункт пятый, и последний пункт в моем списке: три бомбы взорвались в Кот-д'Ивуаре, в офисах компаний, связанных с NordGas, шестьдесят семь человек убиты, еще сто ранены".


"Кто-то посылает сообщение, громкое сообщение, я просто надеюсь, что оно услышано".


"Примечание сбоку: МОД сообщает о плохом настроении среди британских солдат по всему миру, большинство из которых хотят убить людей, которые нападают на вас".


"Дэвид, мне нравится думать, что они нападают на нас, а не на меня".


"Кажется, это просто ты. Еще одно замечание: настроение в столичной полиции зашкаливает, рядовые требуют принятия мер - мер против собственного руководящего состава."


"Возможно, я их немного разбудил. Хорошо. Я рассказывал тебе о наших милых новых хижинах?"


"Ты сделал, да".


Утром в новостях все еще было полно этой истории, но теперь на улицах были не столько трупы, сколько всплывающие улики. И the Telegraph связался с двумя людьми, желающими получить несколько миллионов фунтов, чтобы проболтаться.


В 8 утра позвонил Дэвид. "Скоро за вами прибудет полковой вертолет, премьер-министр хочет поговорить".


"Это будет громкий разговор?"


"Скорее всего".


"Я счищу грязь со своих ботинок, на всякий случай, если там есть фотоаппарат".


Я быстро перекусил в столовой, "Агуста" садится в 8.40 утра. Я вышел к нему в форме с пистолетом под мышкой, но я взял с собой члена парламента Пита и сотрудника КТ с пистолетом. Этот человек был в черной униформе и синей "полицейской" фуражке.


Пристегнувшись, мы взлетели и развернулись, вскоре разозлив жителей деревни, когда мы с грохотом пронеслись над их домами. По дороге наверх мы поболтали о Свон и Николсоне, а также о юридических вопросах их размещения, правилах участия - и о том, почему не был отправлен Томо.


Приземляясь на параде конной гвардии, нас ждали полицейские команды, и они проводили нас внутрь. Вскоре меня провели в ту же комнату, премьер-министр отправил помощь, на встрече были только он и министр внутренних дел.


Он подождал, пока закроется дверь. "Майор, у вас есть какие-нибудь предположения, кто разгуливает по этому городу?" он официально спросил.


"Да". Я ждал.


"И..."


"Это неофициально, или мне нужно присутствие адвоката?" Я нахально спросил.


Они обменялись взглядами. Премьер вздохнул и расслабился. "Это неофициально".


"Несколько недель назад ... Меня посетили высшие генералы армии США в Штатах. Им нравится то, что я делаю, им нравятся телевизионные минуты и газетные полосы, которые я им достал, и они хотят, чтобы я был жив и здоров, а не застрелен мертвым."


"За этим стоит ЦРУ?" - спросил министр внутренних дел.


"Нет, не ЦРУ. Другие."


"Другие?" он настаивал.


"Другие", - повторил я.


"У нас город, полный мертвых тел!" - крикнул премьер-министр.


"И если бы лорд Майклс снес это здание, на что был бы похож ваш славный город?"


Они сердито смотрели в ответ. Премьер-министр начал: "Мы не можем просто сидеть и принимать это!"


"Сесть и принять это?" Я повторил. "Британское правительство получало от янки под зад со времен Второй мировой войны, и если вы дадите им отпор, это дорого обойдется этой стране. Они знают, как оказать давление, начиная с облигаций этой страны и обменного курса фунта.


"И чего вы двое не знаете ... так это того, что ваш бывший главный секретарь Кабинета министров Ричард Белл отчитывался перед ними в течение тридцати лет". Они выглядели испуганными. "Я обнаружил его, пригрозил ему, и он ушел в отставку. Затем был спящий агент в JIC, который также отчитывался перед ... другими.


"И я готов поставить свою жизнь на то, что пять или шесть высокопоставленных государственных служащих в настоящее время все еще отчитываются перед ... другими." Я указал на настольный телефон. "Когда вы пользуетесь этим телефоном, наши американские родственники получают расшифровку через несколько часов".


"Господи", - выдохнул премьер, вставая и подходя к окну.


Я сказал ему: "Если вы когда-нибудь захотите завести интрижку, премьер-министр, не пользуйтесь здешними телефонами".


- Ха! - выдохнул он, откашлявшись.


"Когда, черт возьми, все это закончится?" - спросил министр внутренних дел.


"Банк будет отброшен, с теми, кто хочет моей смерти, разберутся, улик не останется, а банда лорда Майклза будет разгромлена. После этого все успокоится."


Я подался вперед на своем сиденье. "Это произошло потому, что мои успехи в Западной Африке превзошли все ожидания в их колонке прибылей и убытков, и британские мужчины, вовлеченные в это, стали агрессивными и открытыми.


"С этим в значительной степени разобрались, и их уверенность и высокомерие были отброшены назад. Если бы это не было отброшено, они бы разрушили здание, и после этого ... бог знает, что еще они могли бы натворить.


"Так вот, сегодня люди видят мертвые тела, статьи в газетах и понимают, что это просто не стоит того, нарушать закон таким образом, каким они были. И если бы вы попросили полицию провести расследование, они бы быстро ничего не добились. Таким образом, это звучит громко и вызывает беспокойство у среднего жителя Лондона, но это единственный способ.


"Лорд Майклс не уважал тебя, ты был его выбором для этой работы, и он попытался бы подтолкнуть тебя к каким-нибудь плохим сделкам. Ваш спонсор ушел, так что, премьер-министр, может быть, вы можете просто быть самим собой, свободным от внешнего влияния."


Он сел. "Но не свободен от американского влияния ..."


"Никогда, премьер-министр. Никогда. Но янки не хотят тебя подставлять, они дадут тебе денег и военное снаряжение. Они хотят, чтобы мы были в НАТО и помогали в войнах, подобных войне в Персидском заливе, они не хотят, чтобы мы были отброшены назад, они не хотят, чтобы вы были запятнаны, и они много вложили сюда. Они не выкрутят тебе руку, если только это не что-то вроде очередной войны в Персидском заливе."


Министр внутренних дел вставил: "Мы, вероятно, в любом случае были бы частью чего-то подобного".


Я начал: "Премьер-министр, будет больно, если вы будете сопротивляться им, будет больно без необходимости. Они - старший брат, с которым нам всем приходится жить в маленькой комнате, и в Западной Африке они очень помогли."


"Потому что у них был план ..."


Я улыбнулся. "На повестке дня были хорошие телевизионные минуты, ничего более зловещего. У них и так достаточно нефти."


"Можете ли вы идентифицировать людей, которые сообщают об уходе?" - спросил премьер-министр.


"Если и когда я это сделаю, я удалю их, как я уже сделал. Таким образом, вы можете сослаться на невежество и сделать американцев счастливыми."


"А спящие агенты?.."


"Были отправлены не ... другими, они были отправлены небольшой американской группой, работающей с банком и NordGas, больше из-за денег, чем политики. В конце концов, мы должны быть в состоянии идентифицировать всех спящих агентов, но лишь горстка из них - британцы."


"Можете ли вы не делать заявлений для прессы!"


"Если так предписано модом, то да, но это было бы все равно, что оставить своего лучшего футболиста за пределами поля. Я узнал о бомбах через свои контакты в преступном мире, Ми-6 никогда не знала. Я узнал о парижском яде. Подрежьте мне крылья, и бомбы взорвутся."


"А если тебя убьют?"


"Тогда 80% текущей жизненно важной информации, которую получает эта нация, иссякнут".


"Чертовски глупая ситуация, в которой мы застряли!"


"Я никогда не выбирал эту работу, она выбрала меня, и одно привело к другому. Ми-6 обучила меня и послала меня, и я вернулся со связями в преступном мире, что было большим преимуществом. Во всем виновата Ми-6. Но имейте в виду, что те хорошие газетные полосы, которые мы получаем, - это валюта."


" А принц Калид из Омана?


"Теперь он мне как брат".


"Он купил больше самолетов, потому что ты попросил?"


"Ну ... в некотором роде. И моя следующая работа с американцами будет в Йемене, на границе с Оманом. При условии, что вы это одобрите, конечно."


Они обменялись взглядами.


Премьер-министр спросил: "Что не так с Mi5? Почему они не могут делать то, что делаешь ты?"


Во-первых, в них внедрились. Во-вторых, у них есть надзор и правила, и они боятся нарушить JIC. Если у них есть подозрение, то досье никуда не денется, потому что они не могут использовать подозрение против кого-то вроде лорда Майклза. Ми-6 сказала мне, что он был выше закона, высокопоставленный масон, с очень хорошими связями.


"Этот надзор хорош тем, что не дает нам превратиться в полицейское государство, но плох тем, что они боятся действовать, особенно против сети old boy. Если бы Ми-5 открыла активное досье на лорда Майклза, члены JIC рассказали бы об этом лорду Майклзу за ужином и прекратили расследование.


"Вам нужно пересмотреть законы о конспирации, чтобы сказать, что любой высокопоставленный чиновник, который принимает решение или политику, затрагивающую кого-то из его знакомых - без указания этой известной связи для протокола, получает двенадцать лет тюрьмы, и вам нужно кричать на JIC и других.


"Если сотрудник JIC затрагивает действующее дело Mi5, и может быть доказано, что он сел за ужин с человеком, находящимся под следствием, не объявив об этом факте, он отправляется в тюрьму. То же самое касается государственных служащих, вашей самой большой угрозы."


"Почему они представляют для меня наибольшую угрозу?"


"Они просочат в прессу все, что им не понравится, что ты делаешь. Подожди и увидишь. Последний премьер-министр рассказал мне, на что они были похожи."


"И ваш недосмотр?" - спросил министр внутренних дел.


"Если бы я допустил оплошность ... тогда сэр Ричард Белл все еще был бы в этой комнате, высокая лондонская башня рухнула бы, а банк управлял бы Сьерра-Леоне, Либерией и Гвинеей, добывая нефть. Если бы у меня был надзор, то этой страной управлял бы лорд Майклз, а не вы.


"Так что вам лучше надеяться, что у меня правильная повестка дня и мировоззрение, правильные моральные устои и мужество продолжать это делать, когда маленькие засранцы в моем собственном правительстве и разведывательных службах пытаются убить меня или мою семью. Я не вынесу столько дерьма, прежде чем уйду, и пойду работать в другое место."


Они обменялись взглядом.


"А люди, которые убили твоего отца?" - спросил премьер-министр.


"Банк. Но это ключевое событие вызвало реакцию. Я сказал американцам, что приму меры, если они этого не сделают, и они действовали."


"ИРА связалась с нами, напуганная тем, что вас и ваших людей отправят в провинцию. Они предложили полное сотрудничество."


Я кивнул. "Я никогда не думал, что эти мужчины - ИРА".


"А банк?.."


"Будет нанесен удар, и перестанет издеваться над нашей страной". Я сердито ткнул пальцем. "Вы определяете политику, а не они, вы руководите этой страной, а не они".


Премьер-министр кивнул. "Были ли ваши люди вовлечены в какую-либо незаконную деятельность на материковой земле?"


"Нет, и тебе не о чем беспокоиться".


"Бомбы в NordGas и Bastion?"


"Не мы, это были ... другие". И, премьер-министр, важно, чтобы вы никогда не упоминали других, чтобы вы прикидывались дурачком во время визитов в Штаты."


"Ты поддерживаешь с ними связь?"


"Да".


Министр внутренних дел вставил: "Вероятно, существует несколько дюжин законов, которые говорят, что вы не должны быть!"


"Я регулярно общаюсь по телефону с наркобаронами, русскими торговцами оружием и другими, еще менее приятными людьми. Это было то, что организовала Ми-6, и это было то, что уничтожило лорда Майклза и его банду и раскрыло сэра Ричарда Белла и спящих агентов."


"Слишком чертовски ценный, чтобы остановить поток информации", - со вздохом сказал премьер-министр.


"Премьер-министр, вы были избраны рабочим классом, так что воспользуйтесь этим, держите их на своей стороне, призывайте к закону и порядку, а не к хаосу. И используй это на следующих выборах, ты пройдешь; люди будут ассоциировать тори с сетью "Олд бойз"."


Они широко улыбнулись, обменялись взглядами.


"Ты маленький негодяй, ты это знаешь".


"Да, сэр, на это было указано один или два раза".


Вернувшись в GL4, я увидел, что строятся новые деревянные хижины, и я предложил Билли, чтобы наши гвинейские солдаты заняли первые две. И знал ли он каких-нибудь хороших укладчиков одеял?


Сержант Тобо и его люди выдвинулись в 5 часов вечера, постельное белье и матрасы вынесли, чайные пакетики и чайник выдали, туалетную бумагу передали с мылом.


Боб Стейнс позвонил мне в 7 вечера, когда я сидел в столовой и болтал с теми, кто все еще был на базе, включая Тобо. Я вышел наружу.


Он начал: "Мы потратили одиннадцать миллионов на награды, или, похоже, что потратим. Получил очень хорошую информацию от человека в Париже, с двумя мужчинами скоро разберутся. Но парижская газета получила около двенадцати миллионов евро от богатого бизнесмена, так что те, кто замышляет недоброе в коридорах власти, прямо сейчас будут обделываться."


Тогда, похоже, это работает. Хорошо, я буду спать спокойнее."


"Вообще не знаю, как ты спишь. О, Леон дал мне посылку для тебя, она должна быть у тебя утром."


"Достань мне бельгийский полицейский фургон или два - без окон, пока скрытые, но будь особенно осторожен с обратной дорогой".


" Хорошо, " медленно выдохнул он. "Что-то запланировал?"


"Возможно, все еще незавершенная работа".


Положив трубку, я посмотрел на летное поле и нашел номер принца Халида, затем поколебался и вернулся в столовую.


Миллер позвонил час спустя, когда я сидел в сарае для отдыха с людьми Тобо и другими, один из людей Тобо был хорошей бильярдной акулой. "Ты можешь говорить?"


" Стреляй, - сказал я, выходя на улицу.


"Мои боссы теперь придерживаются мнения, что банк обанкротился, так что ... мы разобьем его и возьмем лучшие части. Слишком много рекламы, а NordGas - это гребаная зона бедствия."


"Вы бы хотели, чтобы я потопил банк, раз и навсегда?"


"Если бы это можно было сделать без риска для вас, без доказательств".


"Могло бы, да, у меня есть друзья в низких кругах".


Он рассмеялся. "Как выглядит Лондон?"


Морги переполнены, улицы сейчас тихие, газетам есть что напечатать. Я не недоволен тем, как выглядит Лондон, " сказал я ему.


"Хорошо".


"Не могли бы вы дать мне знать, когда правление банка соберется снова?"


"Через шесть дней".


"Было бы разумно, если бы ваши люди не присутствовали на заседании правления".


"Они не будут, теперь у нас с ними холодные отношения".


Вызов закончился, я взял базу и вздохнул. Я позвал принца Халида, пока мужчины ходили взад и вперед по сараям.


"А, майор, как поживаешь, мой друг?"


"Я все еще жив, что, должно быть, разочаровывает некоторых. Послушай, нам нужно встретиться ..."


"Завтра я в Париже".


"Это больше не мой любимый город для посещения".


Он рассмеялся. "Да, я понимаю почему. Лондонский Гэтвик, у них есть VIP-зал."


"Дайте мне время, но мне нужно около трех часов, чтобы добраться туда".


"Да, я это организую".


В 8 вечера на следующий день я был в костюме, со мной был член парламента Пит, когда мы вошли в VIP-зону. Принц Калид приветствовал меня, Пит нашел место и чашку чая, и мы сели подальше от других VIP-путешественников, некоторые из этих путешественников были рок-группой, которая выглядела знакомой.


Я начал: "Американцы разорвут все связи с банком, поэтому я уничтожу банк".


"А, хорошо".


"Вы упомянули некоторых людей из Аль-Каиды".


"Да, сумасшедшая компания, но ... скажем так, безработные. Я освободил их из тюрьмы, когда они назвали имена и помогли нам. Я думал, что когда-нибудь ... такой день, как этот, может наступить."


"Можете ли вы доставить их в Европу незамеченными?" Частный рейс на Северный Кипр?"


"Да, достаточно просто".


"Оттуда я переправлю их в Голландию. Тебе понадобится хороший посредник -"


"У меня есть один, от наших разведывательных служб. У него алжирский паспорт."


"Идеально. Пусть посредник наймет их на работу, проникнет в банк, отпустит персонал, но удержит членов правления, пока они не переведут деньги на банковский счет в ... скажем, Йемене. Сделайте так, чтобы все выглядело так, будто люди из Аль-Каиды получат миллионы, сотни миллионов, с помощью инсайдера.


"Покажите им карту водостоков, и после того, как они подожгут здание и убьют членов правления, они сбежали бы через эти водостоки, поджидая грузовик".


"И ... они убегут?"


"Черт возьми, нет, у меня там будут американские солдаты, чтобы убить их".


Он улыбнулся. "Мертвецы не разговаривают. И заставить таких людей напасть на банк будет ... поистине поэтической справедливостью."


"Последний гвоздь в крышку гроба".


Он встал. "Мне нужно перевезти несколько человек".


"Я пришлю тебе по факсу план здания"...


"У меня уже есть это, подробные чертежи", - сказал он с усмешкой.


"Убедитесь, что дренажные системы описаны как готовые к открытию, а люди на месте готовы оказать помощь".


Он кивнул. "Мы немного повеселимся с банком. А Джереми Майклз?"


"Съел скальпель, который ему не подошел".


Он рассмеялся. "Удачи нам обоим".


Вскоре я ехал обратно с Питом, которому сказали, что я организовываю секретную отправку в Йемен из Омана, что в любом случае было отчасти правдой.


Дэвид Финч позвонил, когда мы ехали. "Ты встречался с принцем Халидом?"


"Шпионишь за мной?"


"Мы следим за такими людьми, как принц Калид, VIP-посетителями".


"Он устроит, чтобы моя команда незаметно проникла в Оман, когда придет время, без огласки, пока мы не войдем - на всякий случай".


"Разумный ход, да. Ты мог бы просто позвонить ему ..."


"Я доверяю своему телефону, но я не знаю, каков его конец. Возможно, такие люди, как ты, следят за ним. В эти дни я чрезмерно осторожен."


"Может быть, это и неплохо".


Вернувшись, я отошел от машины и позвонил Майку Папе в Монровию. "Господин президент".


"Как дела, мой друг? Я читал об этом нападении на твоего отца."


"Он был болен, ему оставалось жить несколько месяцев, поэтому они оказали ему услугу".


"И мужчины..."


"Отправлено банком, который сам сейчас очень болен и скоро умрет".


"Много людей убито в Лондоне, бомбы в Кот-д'Ивуаре..."


"Мы ... уборка дома."


"Так что, может быть, потом будет тихий район".


"Да. Послушай, я хочу, чтобы ты купил два или три небольших самолета, вроде тех, что напали на меня, с ракетами на крыльях. Я получу пилотов, а британцы будут их обслуживать."


"Вы будете использовать их по всему региону, чтобы сбивать другие самолеты ..?"


"В этом и заключается идея".


"Я знаю человека, который поставляет такие самолеты, я сделаю несколько звонков".


"Томск может помочь тебе".


Следующим звонком был командир ВВС, набравший номер его мобильного телефона. "Уилко, ты в порядке?"


"Да, сэр, не беспокойтесь обо мне. Слушай, можешь ли ты дать мне четырех пилотов, которые могут управлять самолетом типа "Тукано", у нас скоро будут такие в Сьерра-Леоне, вооруженные, используемые для боевого воздушного патрулирования и наземных атак. Я хочу, чтобы на них были нарисованы кругляшки королевских ВВС."


"Битва за Британию! Это принесет нам хорошую рекламу."


"Найдите мне нескольких пилотов, затем организуйте команду для присмотра за самолетом в аэропорту Фритауна. О, и, сэр, отбивайтесь, тэлли хо!"


Утром я поручил Джинджер ввести двух 14 капитанов разведки в курс дела, но не по бумажной работе, а по оружию и физической форме.


Тем временем Тобо и его люди были на аэродроме с компасом и картами в руках, считали свои шаги, переходили с места на место, находили и отмечали маленькие маркеры с нарисованными цифрами, а наши танкисты с любопытством наблюдали за ними.


Дэвид позвонил в 10 утра. "Бесполезные придурки ... так называемые, сегодня утром произвели шесть арестов".


"Значит, есть некоторый прогресс".


"И банковские реквизиты с Каймановых островов оказались очень полезными, то, что мы пока что получили от этого парня - газета Sun прислала их нам. Последуют дальнейшие аресты, не менее шестнадцати человек обсуждаются с Королевской прокуратурой, пока мы разговариваем."


"Определенно, есть прогресс".


"Двух парней из Ми-5 тихо отпустили, двое были арестованы, и когда они предстанут перед мировым судьей, поднимется шумиха, а the Telegraph связала взрывы в Кот-д'Ивуаре со смертями в Лондоне сотрудников NordGas и мужчин, застреленных в Голландии.


"И ... группа депутатов написала премьер-министру с требованием узнать, было ли все это заслугой вас и ваших людей. Команда СИБ спускается, чтобы поболтать."


"Не волнуйся, я был здесь, камеры показывают это, парни на месте".


Положив трубку, я пошел и нашел нашего капитана полиции и попросил, чтобы он перечислил, где находятся все наши люди, и где они были в последние несколько дней.


"Не нужно, у меня это уже есть, разобрал, когда они начали задавать вопросы. Я позвонил в отель на Тенерифе и проверил, что Риццо и его банда были там, то же самое для Свифти и нескольких других. В отеле на Тенерифе не могли опознать Риццо и его банду, пока я не назвал трех здоровяков с дурацкими усами!"


Я улыбнулся. СИБ в пути, так что покажи им свой список. Тогда проверь в оружейной."


"Все оружие учтено, менее рассредоточенные запасы в Африке", - заверил он меня.


СИБ прибыла после обеда, капитан Мурхаус с командой, наш капитан-член парламента просматривал с ними свой список, и всей группой они отправились в оружейную и предъявили требования бдительному Хомяку, проверили формы, оружие старательно пересчитали.


Член парламента Пит сделал официальное заявление и подписал его, бригадный генерал сделал заявление и подписал его. У СИБ не было путей для преследования, кроме Американских волков. Им нужно было бы уточнить в посольстве США местонахождение американских волков, большинство из которых находятся в Штатах.


Я заметил, как Саломея выходила из Дома убийств с Томо и Дикки. "Чем вы трое занимались?" Я громко, но игриво потребовал.


"Работа с пистолетом, босс", - сказал мне Дикки с усмешкой.


"И как работает пистолет майора?" Я тихо спросил.


"Становится лучше", - сказал ей Томо с усмешкой, поймав ее взгляд. Они пошли в сторону оружейной, болтая.


В тот вечер я проводил время с отрядом Тобо, некоторые из моих людей помогали, и мы практиковались в оказании первой помощи, наложении жгутов, перемещении раненого, быстром наложении тампона и перевязке. Люди Тобо тренировались группами по три человека, всегда с улыбкой, всегда увлеченные.


На следующий день я нервничал, нужно было строить планы, проверять детали. Я собирался нарушить столько же законов, сколько и тех, которые я осудил в прессе, если не намного больше.


Два бельгийских полицейских фургона были куплены подержанными, свежевыкрашены, приобретена форма, отпечатки пальцев стерты с фургонов. Теперь шесть старых АК47 были готовы, протерты, магазины протерты, патроны готовы, вместе с шестью пистолетами с глушителями - тоже протерты.


Изюминкой на торте был тот факт, что оружие было изъято бельгийской полицией десять лет назад и внесено в список уничтоженных. Было бы задано несколько громких вопросов, когда бельгийская полиция наконец проверила происхождение оружия.


Боб Стейнс также раздобыл несколько больших газовых баллонов CS, достаточно больших, чтобы быстро очистить бальный зал от гостей.


Я позвонил ему около полудня. "Следующий шаг, ╧ 1, - собрать несколько протестующих".


"Протестующие?"


"Бельгийские демонстранты, протестуют у здания банка в пятницу".


"Ах, отвлекающий маневр, заставляющий охрану быть занятой, и предлог для прибытия полиции - в фургонах".


"Ага. Итак, найдите какие-нибудь группы левого толка, недовольные NordGas и банком, и суньте им достаточно денег, чтобы они заинтересовались."


"Организовать будет несложно, уже несколько групп левого толка протестуют в Амстердаме и Брюсселе".


"Последняя часть головоломки - хороший снайпер, но не наш обычный человек".


"У меня есть хороший мужчина, которым ... можно пожертвовать".


"В тот день он бьет охранников по ногам и разбивает дверное стекло. Если появится настоящая полиция, он ударит по шинам и не даст им тронуться с места, пусть приготовит немного бензина CS и канистры для курения. Если фургон не может въехать, он бьет охранников ворот по ногам.


"Тогда ... нам нужно большое отвлечение внимания в центре Антверпена, чтобы полиция направилась туда в нужное время. Выберите здание, важное здание, стреляющее холостыми патронами, выходящий дым."


"На этой неделе здесь есть художественный музей, несколько очень ценных экспонатов - я читал об этом".


"Тогда сделай так, чтобы это выглядело как ограбление, как раз в тот момент, когда наши фургоны подъедут к банку".


"Похоже, план хорош со всех сторон, просто нужно немного удачи", - предположил он.


Мой следующий звонок был в Лэнгли. "Привет, Уилко, ты в порядке?"


"Да, сэр, я в порядке. Слушай, у меня есть кое-какая информация о людях из "Аль-Каиды", направляющихся в Европу для какой-то атаки. Ты можешь доставить Дельты в Голландию на четверг?"


"Черт возьми, да".


"Это нужно сделать тихо, сэр, или нападавшие могут уйти. Я думаю, что ты простреливаешь в них дырки, а не сдерживаешь их."


"Лучший способ, да".


"Я также должен быть очень осторожен с источником информации. Если тебя увидят готовым к перемещению, то мой агент может быть скомпрометирован и убит."


"Я понимаю, мы приготовим их к спрятанию, разрешение будет запрошено, вертолеты сядут поблизости".


"Я стремлюсь узнать подробности об этих людях, поэтому попросите лидера команды Deltas пообщаться со мной в четверг, возможно, у нас будут профили команды bad boys ".


"Капитан Кастилия в Германии со своей командой, вы работали с ним".


"Это было бы здорово, сэр".


По телефону я знал, что будет дальше. Миллер позвонил в 17:00. "Уилко, ты создан для этой работы, не так ли?"


"Что это за работа?"


"Аль-Каида" атакует банк, "Дельта Форс" получает несколько хороших минут на телевидении. Мой босс прямо сейчас разгуливает с глупой ухмылкой и эрекцией."


"Тогда давайте надеяться, что все пройдет хорошо. Работа, а не его эрекция."


Он рассмеялся. "Тебе нужна какая-нибудь помощь?"


"Сложная часть будет заключаться в перемещении "Дельта Форс" так, чтобы ни у кого в банке не возникло подозрений".


Банк не будет беспокоиться, силы Дельты постоянно заходят в Амстердам и выходят из него, и они используют голландский военный аэродром. Я подтолкну их таким образом, ужесточу меры безопасности."


"Тогда мы ждем и расхаживаем взад-вперед, как они делали до Дня "Д".


Боб позвонил в 9 вечера, чтобы сказать, что "посылка" с Северного Кипра находится на пути в Голландию, Леон организует ее, российский самолет и экипаж. Я ходил взад и вперед, размышляя о том, что могло пойти не так.


Утром Боб должен был сообщить, что ночной охранник был заставлен замолчать на маленьком аэродроме, и что этого человека хватятся - и проведут расследование. Тем не менее, такое расследование заняло бы несколько дней, не оставив никаких улик.


Я пробежал несколько кругов с несколькими британскими волками, люди Тобо бегут группой, МОД спустился в 11 утра, чтобы обсудить планы полевой разведки ╧ 1. Подполковник Сандерсон, который будет сформирован на следующей неделе, будет отвечать перед директоратом UKSF, который будет осуществлять надзор.


Бригадир отвечал бы за базу и Эхо, как и сейчас, не особо надзирая за полевой разведкой ╧ 1, а Билли организовал бы бесперебойную работу базы и складов - с Рокко, когда тот вернется. МОД остановил свой выбор на черном берете с эмблемой парашюта, скрещенными винтовками и латинскими словами "furtim patientia", что означает скрытность и выносливость.


Привезли новую табличку площадью шесть квадратных футов, и теперь ее прикрепляли к главным воротам. Она была зеленой, с эмблемой кепи в центре, "Полевая разведывательная рота ╧ 1" под ней. Похожий знак должен быть на дверях ангара.


Майк Папа позвонил в 5 вечера. "У меня есть три маленьких самолета от человека, который очень хотел продать их за наличные и очень быстро покинуть этот район. Они в аэропорту."


"Свяжитесь с правительством Сьерра-Леоне, скажите, что вы пожертвуете им самолеты, и попросите, чтобы они предоставили их британским военно-воздушным силам для полетов из аэропорта Фритауна для защиты северной границы, а также Либерии. Должно казаться, что самолет принадлежит правительству Сьерра-Леоне, а не вам, ООН все еще числит вас преступником."


"Хорошо, я пришлю их тебе. И на подходе ящики с ракетами, боеприпасами для крыльевых пушек или что-то в этом роде."


"Отлично, отправь это во Фритаун. Как продвигается нефтяной бизнес?"


"Эти нефтяные компании тратят деньги так, как будто они растут на деревьях. Они каждый день платят за оборудование и припасы для своих людей - наличными, и Томск каждый день доставляет корабли, трубы, металл. Он принес металлические ножки от трубы в Нигерии, которые были не нужны, так что теперь они опустят металлическую трубу в воду.


И труба, которая пойдет вглубь материка, будет стоить сто миллионов или больше, если не считать доставки ее из Нигерии. У нас есть карта 1977 года, и они обследовали местность, где можно проложить трубу, поэтому мы копируем ее."


Я рассмеялся. "НордГаз" помогает нам, это любезно с их стороны".


"Мои нефтяники говорят, что их закрыли, активы в Африке распроданы, директоров повесили и расстреляли".


"Да, возможно, я их немного повредил".


"Кажется, это больше, чем немного".


"Мы надеемся, что теперь ваша страна не пострадает от вмешательства извне".


"Да, это был бы необычный день".


На следующий день командир ВВС был включен. "Посольство во Фритауне связалось с нами, предложив предоставить нам три самолета, обозначенных как Силы обороны Сьерра-Леоне. В комплекте с ракетами и боеприпасами, а также сервисными журналами."


"Ты нашел каких-нибудь пилотов?"


"У нас есть тренировочный полет пилотов, которые обучают работе с одновинтовыми двигателями, некоторые вот-вот уйдут на пенсию, так что они были увлечены - очень увлечены. Команда направляется вниз, команда поддержки тоже. Сначала мы протестируем самолеты, сертифицируем их."


"Тогда вам нужно попрактиковаться в навыках собачьего боя, сэр, потому что они могут встретить похожие самолеты в небе над Гвинеей - и попасть под обстрел!"


"Этому мы тоже учим", - с гордостью заявил он. "Только ... для быстрых самолетов".


"Если у вас остался кто-нибудь из участников битвы за Британию, заберите их из дома престарелых и выслушайте несколько советов".


Он рассмеялся. "Мне нужно посмотреть несколько старых фильмов!"


Прибыла моя безопасная посылка - банковские чертежи, и я провел час у себя дома, просматривая их, прежде чем сжечь в своем маленьком и малоиспользуемом саду. Собрав пепел, я спустил его в унитаз и старательно перепроверил сад и оригинальный конверт с мягкой подкладкой. Которую я тоже сжег.


После сокрытия улик я провел несколько часов в магазинах, Краб и Даффи вернулись от встречи с семьей, и рад вернуться от встречи с семьей.


Поскольку Полевая разведка ╧ 1 будет в два раза больше, чем у Echo, по крайней мере, две трети площади складов будут отведены им, одна треть - Echo. Поскольку площадь магазинов была огромной, на каждом стеллаже использовались только две средние полки, это не было проблемой.


Министерство обороны назначило двух седовласых продавцов из Булфордского лагеря в Уилтшире, и им нужно было заполнить множество стандартных формуляров. Они будут заниматься полевой разведкой, Краб и Даффи будут заниматься Эхо.


Один из продавцов, сделав перерыв, сказал мне: "Мой бывший полковник служил в Сьерра-Леоне, еще в семидесятых".


"Тогда?" Я озадачен. "Не знал, что в то время там была армия".


"В посольстве он был майором, впоследствии консультантом по безопасности. Его жена была убита там, внизу."


Я уставился на мужчину. "Его имя?"


"Смоллхэмптон, все в одном слове".


Наверху я нашел Тинкер. "Выследите бывшего армейского офицера по имени Смоллхэмптон".


"Почему это имя кажется знакомым", - удивился он. Беглый взгляд, и Смоллхэмптон работал с Сэндлайном.


Я позвонил сестре. "Разыщите для меня бывшего армейского офицера Смоллхэмптона, который был связан с Сэндлайном". Я ждал.


"Терренс Смоллхэмптон, сейчас ... шестидесяти четырех лет, работает в "Роллс-Ройсе"."


"Жук. Мне нужно, чтобы ДНК семьи его мертвой жены совпала с ДНК женщины, найденной в подвале шахты в Либерии, и быстро. Отправь записку Дэвиду Финчу. Тогда поищите связь с лордом Абрахамсом в Rolls Royce, связь с 1977 годом."


"Это ... звучит не очень хорошо".


Отключив телефон, я бродил по аэродрому, размышляя. Мог ли лорд Абрахамс знать о склонности своего брата к России и убить его, карьера в Rolls Royce была спасена. И убил ли он по какой-то причине молодого доктора Абрахамса, свою собственную племянницу?


Дэвид позвонил мне час спустя. "Мы беспокоимся о лорде Абрахамсе".


"Если бы у меня был брат с симпатиями к России и многообещающей карьерой в Rolls Royce или British Aerospace, я мог бы заставить его замолчать".


Двое мужчин тесно связаны, вместе ходили в школу, так что они знали друг друга в 1977 году. Мы проверяем старые записи посольства и Министерства иностранных дел, пытаясь отследить любого, кто работал там в то время."


"Есть ли у мертвой жены живые родственники?"


"Да, и тестирование ДНК прошло долгий путь. Одна из них в Лондоне, с ней сейчас работает полиция."


"Найди мне номер телефона лорда Абрахамса, его мобильного".


"Почему ... в частности?"


"Если он покончит с собой или исчезнет, это лучше, чем грязный суд".


"Я ... перезвоню тебе".


Дежурный офицер дал мне номер полчаса спустя. Я назвал это.


"Алло?"


"Лорд Абрахамс?"


"Да".


"Майор Уилко". Пауза была слишком долгой. "Я просто хотел спросить, знали ли вы в 1997 году о связях вашего брата с Россией, и ... вы убили его, возможно, с помощью Смоллхэмптона?"


Звонок был прерван.


Я позвонил Дэвиду. "Я только что напугал лорда Абрахамса, и да ... он убил своего брата".


"О боже".


"Мы подождем, чтобы увидеть, что он сделает".


В тот вечер в 9 вечера Дэвид снова был в эфире. "Лорд Абрахамс разбился на своей машине, был пьян, теперь немного мертв".


"Закрывает главу. Отправляйтесь за Смоллхэмптоном."


"Он исчез, как в ... он так и не вернулся со свидания за ланчем в Чешире, его новая жена беспокоится и звонит в местную полицию. Я говорю "новая жена" - в том смысле, что она его вторая жена, но ей пятьдесят восемь лет."


В четверг вечером я волновался, ходил взад и вперед, обдумывая план и то, что могло пойти не так. Принц Калид позаботился бы о том, чтобы с его стороны не осталось никаких недоговоренностей, безопасный транспорт из Леона не был бы отслежен - проблема в мертвом охраннике, а посредником был алжирец.


Люди из "Аль-Каиды" были настоящими, и их опознали бы позже. И если их возьмут живыми, они могут сказать, что планировали украсть немного денег с помощью инсайдера.


Снайпер снаружи был незавершенным делом, но Боб был уверен в этом человеке. Два полицейских фургона были куплены за наличные посредником с поддельными документами и стерты с любых отпечатков. Оружие было старым и было протерто, патроны протерты, следов возврата нет.


Мой телефон трезвонил, номер не был указан. "Алло?"


"Уилко, это Кастилия".


"Ты на месте?"


"Да, две команды готовы, вертолеты готовы. На что мы здесь смотрим?"


"Во-первых, источник информации должен быть защищен, так что если я веду себя скрытно ... это потому, что я веду себя скрытно, понятно?"


"Да".


"Этот источник информации может дать нам зацепки на Ближнем Востоке, так что это очень ценный источник, только для ваших ушей, абсолютно никаких упоминаний никому, кроме полковника Мэтьюза".


"Против кого мы выступаем?"


"Пять, может быть, шесть человек, обученных Аль-Каидой, с автоматами AK47, так что будьте осторожны; они будут сражаться насмерть и взорвут себя".


"Иисус".


"Но разведданные говорят о чем-то странном, о том, что эти парни собираются выполнить задание и украсть чертову кучу денег".


"Деньги? Если эти идиоты крадут деньги, то они не собираются взрывать себя! Они хотят выбраться, найти путь к отступлению, их ждет хороший пляжный отель."


"Думаю, да. Мой источник упомянул Амстердам и Брюссель в качестве целевых районов."


"Алмазные фабрики? Еврейские алмазные фабрики?"


"Возможно, у меня пока нет информации на этот счет, я жду звонка через посредника".


"А уровни мастерства команды?"


"Они были в Афганистане, проходили стрелковую подготовку, так что должны быть умеренно включены. Но есть одна загвоздка, и именно здесь вы рискуете остаться в Ливенворте."


"Что?"


"ЦРУ могло бы остановить их сейчас, но позволит им действовать первыми", - солгал я, но только частично.


"Несомненно, репортер под рукой", - вздохнул он. "Если бы голландцы узнали ..."


"Да, проблема, так что никогда не упоминай об этом. Пристрели ублюдков, защити своих парней, получи медаль."


"Насколько достоверна эта работа?"


"Информация достоверная, на завтра или послезавтра. Будь готов сегодня с полуночи, спи в своем снаряжении. Подготовьте пилотов и вертолеты."


"Я разберусь с этим сейчас, это заезженная процедура, такая же заезженная, как корешок моего любимого романа".


"Мэри Поппинс?"


"Где осмеливаются орлы".


"Тогда никаких летающих нянь. Удачи."


Боб позвонил мне в 11 вечера, все готово, Леон активно помогает, нужно прослушивать полицейские радиостанции в Антверпене, следить за прибытием членов правления - некоторые, вероятно, сами за рулем, телохранителей под рукой нет.


Утром я отправился на длительную пробежку, чтобы прояснить голову, и после долгого горячего душа насладился плотным завтраком с Генри и Самбо.


В течение дня это был тот случай, когда "отсутствие новостей - хорошая новость". По крайней мере, никаких новостей от Боба Стейнса о каких-то арабских террористах, пойманных бельгийской полицией, когда они спали на конспиративной квартире.


Дэвид позвонил в 14:00. "Смоллхэмптон был остановлен в Белфасте, билеты на поезд в Ирландию, его жена была брошена в спешке - вторая жена".


"Он предстанет перед судом?"


"Его здоровье ... скажем так, не очень хорошее".


"Да, он немного преуспевает. ... Все довольны тем, что я был здесь, на базе, а не взрывал бомбы в Африке или стрелял в людей в Лондоне?"


"Это заявления полиции на этот счет. И еще шесть арестов этим утром."


"Я должен задуматься о судье, о тех испытаниях ..."


"Есть три женщины-судьи, которые могли бы заседать, без шансов, что они масоны, но они могли бы - очевидно - быть замужем за масоном".


"Тогда сначала посмотри на них", - предложил я.


"Мы сделаем, мы не хотим провального судебного процесса".


"Мой двойник не разговаривает?"


"Нет".


"Заключи с ним сделку, я мог бы его использовать".


"Может быть полезен, да, конечно, как Петров".


"Попроси его добровольно сыграть Петрова и отправься посидеть в американской тюрьме лет десять или два", - легкомысленно предложил я.


"Это может быть трудно продать".


В 16:00 Боб был включен. "Птицы собираются в гнезде".


В 4.35 он снова включился. "Все известные и ожидаемые птицы сейчас в гнездах, протестующие через десять минут выйдут".


В 4.55 вечера он сообщил: "По имеющимся сведениям, в музее Антверпена происходит ограбление, вся имеющаяся полиция в пути, протестующие шумят в банке. У одного есть табличка "Спасите китов!""


Я рассмеялся. "Ты правильно взял напрокат моб?"


"Я надеюсь на это, иначе может быть неловко, если они начнут требовать равных прав для женщин. Держи оборону ..."


Я неторопливо обошел дорожку по периметру, держа руку в кармане.


"... посылка в пути ... приближается к банку ... Кто-то бросил газ CS, и там ... охранники у ворот, двое у дверей, вооруженные пистолетами на бедре.


"Полицейские фургоны въезжают в боковые ворота, движутся к парадным дверям, тревога пока не подана ... двое охранников застрелены, они ранены ... мужчины выходят из фургонов и заходят внутрь, раздаются выстрелы ... Дым на первом этаже, люди убегают."


"Я должен сделать звонок. В режиме ожидания." Я позвонил Кастилии. "Это Уилко, цель - Антверпенский коммерческий банк, к югу от города по шоссе А12, район, известный как Хемиксен, большое десятиэтажное стеклянное здание, стоящее на берегу реки, изолированное, с большой автостоянкой. Шесть человек, АК47, как описано, и они уже внутри."


"Черт..."


"Удачи. И не высовывайся."


Я позвонил Бобу. "Силы Дельты готовы, но им нужно окончательное разрешение бельгийских властей, что может занять несколько часов".


Боб сообщил: "Бельгийская полиция развернула множество групп, вооруженных отрядов и полицейских снайперов, направляющихся к банку, сообщается, что правительство Бельгии на экстренном заседании.


"Было замечено, как сотрудники покидали здание, очень много, так что, похоже, нападавшие высылают их ... подождите ... Вылетело окно на верхнем этаже, нет ... этажом ниже верхнего. Собрание правления на этом этаже, верхний этаж - кафе."


"Я думаю, что заметки, сделанные для заседания правления, могут остаться незавершенными".


"Перерыв на кофе, да. Подожди ... мужчина в костюме только что с размаху выпрыгнул из окна."


"Вопрос в том, Боб: он прыгнул или его столкнули?"


"Это вопрос, который люди всегда задают ... после ухода из компании высшего уровня. Кажется, он не договорился о золотом парашюте для себя."


"Золотой парашют"? Я озадачен.


Термин" используемый для описания выплаты вознаграждения руководителям после враждебного поглощения. Думаю, я могу с уверенностью сказать, что это квалифицируется как враждебность."


Я улыбнулся. "Позвони мне, если что-то случится".


Звонок прерван, мой телефон сразу же зазвонил, Дэвид Финч. "Похоже, что на банк в Антверпене совершено нападение ..."


"Все мои люди по-прежнему на учете, босс, честно".


"Я бы хотел надеяться на это, премьер-министр уже спрашивал. Подождите ... Поступают сообщения об арабских боевиках."


"Босс, некоторые из моих людей выглядят немного грубовато после нескольких дней без бритья, но их не спутаешь с арабами".


"Действительно, нет. Есть какие-нибудь подсказки здесь ..?"


"Банк кого-то разозлил, я полагаю, кого-то, у кого под рукой арабские боевики".


"Наш друг в Омане?"


"Ты хочешь обвинить его?"


"Черт возьми, нет".


"Я сомневаюсь, что он смог бы незамеченным перебросить арабских боевиков в Европу. Кроме того, банк уже был на коленях."


"Правление проводило совещание, по-видимому, на нем присутствовали некоторые очень высокопоставленные европейские фигуры, министры ЕС".


"Затем могут быть заданы вопросы об их известных ассоциациях впоследствии".


"Смущающие вопросы, да, несколько громких голосов, за которыми нужно следить".


"Дай мне знать, чем это закончится".


Я позвонил Бобу. "Сколько членов правления в здании?"


"Около тридцати".


"Есть женщины?"


"В качестве помощников - да, никаких женщин-членов правления".


"Заповедник для всех мужчин, да. Интересно, будет ли это похоже на "Титаник", мужчины поют, когда корабль идет ко дну, женщины в лодках?"


"Мужчины будут под столами и взывать о пощаде. Плюс, без сомнения, предлагает большие суммы денег за их освобождение."


"Мне почти жаль их. О, где были телохранители?"


"Их видели немного, не обычных тридцать, и, как сообщалось, они были в столовой".


Макс позвонил через десять минут. "Ты видел новости из Бельгии?"


"Только что слышал, да, говорят, какая-то террористическая атака".


"И на твоем любимом берегу..."


"Я не могу сказать, что я недоволен, но у меня нет цитаты, и вы пока не упомянули ни одной ссылки на них, но вы можете упомянуть, что они владели NordGas - и соединить точки".


Боб позвонил пятнадцать минут спустя. "Приземлились вертолеты, четыре из них - американские "Блэкхоки"."


"Отряд Дельта", ожидает некоторого разрешения, получение которого может занять некоторое время".


"Другой человек покинул здание, быстро спустившись вниз".


"Может испортить его костюм. А посох?"


"Полиция окружила их и проверяет удостоверения личности, похоже, их около тысячи".


Я вздохнул. "Итак, по крайней мере, это у нас есть".


"Мой снайпер видел много людей в зале заседаний после того, как были разбиты окна, но сейчас он ушел".


"Похоже, план складывается. Все, что нам сейчас нужно, это чтобы силы Дельты хорошо поработали."


В телевизионных новостях начали подробно описывать ситуацию с "заложниками" в Антверпене, как раз когда позвонил заместитель начальника. "Уилко, мы задействовали силы Дельты, но ... это гребаный банк, который изо всех сил пытался тебя убить!"


"Просто совпадение".


"Совпадение!" - крикнул он. "Кто-то может усомниться в вероятности такого гребаного совпадения".


"Тогда, может быть, вы поможете мне с некоторыми устаревшими сведениями, банк жестоко обращался с бедными мусульманами в ... Мали и Нигерии, людей выгоняли из их домов и убивали, когда расширялись шахты".


"Возможно, не придется притворяться, я проверю".


"Вы ... недовольны появлением людей из Аль-Каиды в Европе?"


"Черт возьми, нет".


"Значит, мой следующий шаг в Йемен может получить поддержку в Штатах?"


"Можешь поспорить на свою задницу, так и будет!"


"Тогда давайте надеяться, что "Дельта Форс" проделает хорошую работу, и в газетах появится хороший результат".


"Это только что попало в телевизионные новости, Белый дом обновлен. Президент только что говорил с премьер-министром Бельгии."


"Неужели люди там все еще думают, что Бельгия находится на Ближнем Востоке?"


Он рассмеялся. "Фокс Ньюс делает!"


Сидел у себя дома, смотрел телевизионные новости - Sky News, я мог видеть, как команды Delta Force в масках проверяют снаряжение.


Звонил Боб. "Полицейское радио сообщает, что контроль на местах передан американцам".


"Это было быстро, я ожидал, что это займет несколько часов. У меня есть попкорн!"


"Я думаю, учитывая, кто является членами правления, это разрешение было предоставлено сразу. Немецкое телевидение освещает это, как и французское и голландское телевидение."


В телевизионных новостях не показывали перемещения команд "Дельта Форс", но Боб сообщил, что команды были в подвале и прокладывали себе путь наверх, никто из персонала не прятался - и вооруженных людей тоже не нашли, несколько тел прошли мимо.


Он вернулся к работе через десять минут. "Трое мужчин только что выпрыгнули из окна, очевидно, их не показывали в телевизионных новостях".


Миллер позвонил через десять минут после Боба. "Ты смотришь телевизор?"


"Я, да, в ужасной ситуации в Бельгии".


"Шокирующе, в каком мире мы живем, да. Кажется, что нигде больше не безопасно", - съязвил Миллер.


"Верно, очень верно. У вас есть информация о сигналах?" Я спросил.


"Я слушаю защищенный канал Дельты, как и Белый дом. У Delta также установлены инфракрасные камеры. Подожди ... еще один прыгун."


"Он прыгнул, или его столкнули?"


"Толкнул, определенно, человек, смотрящий вниз, чтобы увидеть, куда приземлилась его жертва. О, это странно."


"Что есть?"


"Человек, которого толкнули. Он сильно ударился, сначала ногами, но его рука и голова все еще двигаются, он жив, но, возможно, парализован."


"Тела все еще там?"


"Ага. Один ... два ... шесть ... семь ... их восемь."


"Они могут пожалеть о прошлых решениях".


"Я думаю, что это было бы так, да; все лучше, чем быть сброшенным с высокого здания. О ... Подожди ... Террорист только что выпрыгнул в окно, похоже, в него выстрелили первым. Я вижу движение, Дельта-силу. Полагаю, все террористы мертвы."


"Есть ли радиовызовы к медикам, к Дельтам?"


"Нет, и они утверждают, что здание безопасно, просят прислать взрывотехников, собак и медиков. Они ... перечисляют восемь гражданских, которые все еще живы."


"Облом".


"Возможно, это не члены правления, возможно, помощники".


"Дай мне знать".


Вскоре в телевизионных новостях показали, как мужчин в элегантных костюмах выводят из зала, но молодые люди, положив руку на плечо мужчине впереди и выстроившись в шеренгу, спешат в полицию. И я был уверен, что смогу разглядеть, какая Дельта - Кастилия.


Прогремел взрыв, и люди пострадали от падающего стекла, телекамера сфокусировалась на окне третьего этажа, клубился дым. Это не было частью плана.


Я позвонил Бобу в спешке. "Взрыв бомбы?"


"Да, только что видел это в новостях, это не входило в план."


"Значит, кто-то использует ... ситуацию."


"Глубинное государство?"


"Кто же еще."


Пока я сидел, наблюдая за драматическими сценами, здание начало испускать много дыма, вскоре стало видно, что дым идет из окон зала заседаний и с крыши. Бельгийская полиция отступила, на место прибыла местная пожарная команда.


Мой телефон зазвонил. "Уилко, это Кастилия".


"Все ваши люди в безопасности?"


"Да, один рикошет, некоторое время в больнице".


"Заложники живы?"


"Всего восемь, несколько раненых мы оставили медикам на нижних этажах".


Хорошая работа, Белый дом получал прямую трансляцию, так что ждите звонка. И если спросить, информация поступила от ЦРУ. Будьте осторожны здесь, потому что ЦРУ любит играть в игры."


"Ни хрена себе".


"Возьми холодного пива, приятель".


"Это в верхней части моего списка!"


Час спустя Миллер снова включился. "Хороший результат, Белый дом доволен, мои люди очень счастливы".


"Выжившие?"


"Только младший персонал, никто из членов правления не выбрался".


"Я пришлю открытку, несколько цветов. А огонь?"


"Бушует, выходит из-под контроля, здание, вероятно, рухнет".


"Затем я надеюсь вернуться к обучению нескольких человек, готовых к Йемену".


В 11 вечера член парламента Пит и два копа, сидевшие со мной, наблюдали, как здание рухнуло на одну сторону, оранжевое пламя взметнулось в черное ночное небо - как раз в тот момент, когда в Бельгии начался дождь.


"Ты знаешь этих парней из "Дельта Форс"?" спросил полицейский.


"Да, капитан Кастиль, он был здесь несколько раз, и мы обучали их на Фабрике и в Каттерике. Они выполняли задания с нами в Либерии."


Позвонил Боб, и я вышел. Акции банка были приостановлены по понятным причинам, но я поставил на понижение и заработал немного денег. Я также продал в шорт несколько акций, получил деньги, но я должен вернуть акции, когда торги начнутся снова, купив их намного дешевле. Это называется "шорт-лист"."


"А Леон?"


"Записал телевизионную запись с глупой ухмылкой на лице".


Я позвонил принцу Калиду.


"Ах, майор Уилко, я устраиваю вечеринку здесь, в Дубае."


"Тебе понравились телевизионные новости?"


"Действительно, это было, очень похоже на то. Я жив, у меня есть мои деньги, а они мертвы - у меня есть моя месть. Последнее слово осталось за мной!"


"Наслаждайся вечеринкой".


Я лег спать взволнованный, беспокоясь о том, какие доказательства были там, и беспокоился о том, что я становлюсь таким же плохим, как они. Бороться с огнем огнем - это одно, но это была крупномасштабная террористическая атака в центре Европы.


К счастью, было очень мало людей, которые знали о моем участии, и, в конце концов, для спецслужб это выглядело бы так, как будто это были оманцы; у них был мотив и средства.


Утром и французские, и немецкие телевизионные новости объединили точки над "НордГаз". К счастью, у них было очень мало улик, большая их часть сгорела, здание небезопасно - никто еще не мог войти в него.


Один террорист снаружи здания, человек, который упал, был идентифицирован ЦРУ, которое теперь признало, что им сообщили о нападении, но что они не были уверены, где произойдет нападение.


Норвегия была в смятении, немцы теперь задавали вопросы о своих министрах, входящих в правление банка, и о том, что эти люди знали о NordGas.


Подходя к ангару, я остановился у масляного пятна, где погиб мальчик. "Мы поймали вас, ублюдки", - прошептал я, на мгновение разозлившись, кивая сам себе. На ум пришел образ: мой отец протягивает мне мороженое на каникулах, вспомнился солнечный день.


В разделе сведений Тинкер сказала мне: "В изоляторе в Белфасте у Смоллхэмптона случился сердечный приступ".


"Как и большинство людей", - съязвил я. "Они викторианские".


Майор Харрис, теперь носящий свое звание, начал: "Со всеми этими арестами в Лондоне, это конец всему?"


"Я так думаю, да, и я надеюсь на это. Мы разобрали тело и отрезали голову, и люди, которые взорвали ребенка на нашей базе, либо мертвы, либо им предъявлены обвинения. Ми-5 провела зачистку в доме, и столичная полиция находится под сильным давлением. Больше никаких бомб на фургонах на нашей базе. Начните изучать Йемен, но пока это совершенно секретно."


Бригадир вышел ко мне. "Полковник Марш собирается отозвать свой отряд отсюда, прислать новых людей".


"Это была идея, сэр, перевести тех, у кого есть опыт, обратно в Креденхилл". Я столкнулся с майором Харрисом. "Нам нужно обновить несколько досок".


Прибыла безопасная посылка, члены парламента забеспокоились, но оказалось, что это четыре видеозаписи битвы за базу Верблюжий носок на VHS. Многие из нас сразу пошли в тренировочный зал и переоделись, заварили чай, расставили места.


У моего персонажа был правильный акцент, британский и сухой, и он никогда не волновался, командуя командами. Он часто останавливался, чтобы обсудить кое-что с американскими офицерами, история дополнялась диалогами, продюсеры проделали хорошую работу.


Некоторые из американских волков производили впечатление молодых и нервных, британское Эхо все видели как пожилых мужчин с густыми усами, подполковник Либан видел как кто-то много жалующийся - что заставило меня улыбнуться. Его персонаж много размахивал руками.


В какой-то момент армейские медики прибыли на "Геркулесе", осмотрелись, и мой персонаж сказал им: "Добро пожаловать в ад".


Детали были верны, хронология была точной, бомбардировщики B2 видели, как открывались двери бомбоотсека, в финальной сцене мой персонаж - пыльный и окровавленный - стоял, наблюдая за бойней. И они донесли до зрителя жару пустыни, я чувствовал себя выжженным, просто наблюдая за этим.


Удивительным персонажем был Макс, которого звали в фильме, пыльный британский репортер, который повсюду следовал за мной. Они использовали наш диалог, чтобы объяснить историю и различные подразделения. Как мой персонаж объяснял Максу, так и продюсеры объясняли зрителю.


Майор Харрис спросил: "Насколько точным это было?"


"В точку".


Вмешался бригадир. "Этот фильм будет на BBC1 сегодня вечером, в 9 вечера".


"Прайм-тайм?" Я громко поинтересовался.


Харрис предположил: "Кто-то делает заявление? Премьер-министр подарил Би-би-си обнаженную натуру?"


Мы обменялись взглядами.


В 9 вечера почти все мужчины, которые еще оставались здесь, были в столовой и смотрели начало фильма, вокруг болтались наши официантки.


В 8 утра на следующий день позвонил Дэвид Финч. "Я так понимаю, вы видели фильм?"


"Да, они все это сделали, все здешние парни".


"Они сообщают о самых высоких показателях просмотра ... когда-либо, выше, чем на Евровидении и в ночь выборов, таких же высоких, как в новостях BBC после смерти Дианы. Прошлой ночью на улицах было тихо, в пабах пусто, и МОД показал это на базах по всему миру."


"Это было точно, но я не уверен, помогает ли это с текущими проблемами".


"Я бы сказал, что это привлекает среднего гражданина на вашу сторону, больше, чем раньше, и я, безусловно, лучше оцениваю то, что вы делаете - я мог видеть и слышать вас в этом актере. И Министерство обороны надеется, что это еще больше ускорит набор. Фильм об Анголе скоро будет готов."


"Да, я слышал".


Есть также фильм о брате этого сенатора, но с точки зрения истории жизни брата и его выздоровления. О, и сегодня вечером они показывают фильм в Штатах. Белый дом настроен на наблюдение."


"Старая добрая пропагандистская машина вовсю работает".


"Хорошо для Great Britain PLC, продажи оружия растут, наша консультационная служба на высоте, осталось только разобраться с этим ужасным фиаско в Лондоне и двигаться дальше, и с фиаско в Антверпене, от которого нужно двигаться дальше. Тем не менее, средний иностранец считает, что это норвежская и бельгийская проблема."


"И заслуга "Дельта Форс"?"


"О, они делают из этого что-то ужасное, Дельта Форс отозвана в Штаты для встречи с президентом. Похоже, что храбрые американские солдаты спасли глупых европейцев от плохих людей, поскольку у нас, конечно, нет своих солдат или полиции ..."


Я рассмеялся. "Большинство американцев все равно не знают, где находится Европа".


" Есть хорошие новости, " начал он. "Несколько арестованных заключают сделки, а те, кто находится под охраной, поют. Вчера шесть человек бежали из страны, и у нас есть двое бывших комиссаров Скотленд-Ярда, готовых арестовать. Скоро у нас будет полная картина всего, что они вытворяли, всех игроков, двое из которых прошлой ночью перенесли сердечные приступы.


"И, что интересно для Министерства обороны, у нас есть человек, который разместил спящего агента в школе, которую застрелил сын директора, Тристен. Ты был прав, он был там, чтобы угрожать людям через их сыновей."


"Конец эпохи, больше никаких людей, пытающихся меня убить".


"Ну, давай не будем заходить так далеко, всегда найдутся люди, пытающиеся тебя убить".


"Люди из ИРА разговаривают?"


"Нет, они замолчали. Приговоренные к пожизненному заключению, они могут говорить."


"И вдова лорда Майклза?"


"Я больше не могу называть его лордом Майклзом, королева лишила его этого титула. Что касается его вдовы, она планирует навсегда покинуть страну и использовать свою девичью фамилию."


Час спустя он снова включился и был раздражен. "Только что получил официальное благодарственное письмо от американцев за предоставленные разведданные ... о нападении Аль-Каиды на банк". Он ждал.


"Я получил кое-какую информацию из своих источников ... и я предупредил ЦРУ. Должно быть, забыл передать ее тебе, учитывая все происходящее в последнее время."


"Да, должно быть, это вылетело у вас из головы, и теперь это официально зафиксировано в протоколе, и JIC это увидит, и парламент, возможно, сможет это увидеть".


"Это выглядело бы плохо, если бы я получил информацию и не предупредил власти. Предупредило ли ЦРУ банк?"


"Казалось бы, нет, нет".


"Их проблема, не наша, к тому же моя ... информация была отрывочной, и я определил цель только как банк, как раз, когда началась атака".


"Ты сам можешь столкнуться с проклятым JIC! И скажи им это."


"Не волнуйся, я сталкивался с проблемами посерьезнее. В эти дни меня это не так уж сильно волнует."


"Это может просочиться в прессу!"


"Половина населения этой страны все равно думает, что я и мои люди перестреляли всех этих людей в Лондоне, и они поддерживают это! Так что пусть люди судят меня."


"И ваш указанный источник информации?"


"Тот ... Президент Либерии", - самодовольно заявил я.


"Ну, JIC, по крайней мере, не собирается допрашивать его или вызывать в качестве свидетеля".


"А немцы?"


"Они идут на многое, чтобы преуменьшить это, теперь они понимают, как это выглядит, и сколько их служителей были вовлечены. Французы произвели шесть арестов, а Норвегия находится на системе жизнеобеспечения - организованы досрочные выборы. Вы, наверное, еще не видели этого, но премьер-министр Норвегии принес официальные извинения за поведение NordGas - в нем упоминаетесь вы."


"Слишком мало, слишком поздно, на двадцать лет", - усмехнулся я.


Примечание: согласно опросу, лейбористы в этой стране на тридцать пунктов опережают тори. Следующие выборы могут стать убедительными, так что премьер-министр, по крайней мере, доволен. И мужчина был арестован возле дома ╧ 10, ударив полицейского плакатом: "Уилко за премьер-министра"."


Я громко рассмеялся. "Я могу выставить свою кандидатуру на местных дополнительных выборах в маске для лица! Самый почетный член парламента от Южного Глостершира!"


"Лейбористы или тори?" он пошутил.


"Труд, у меня грязные ботинки".


У полевой разведки ╧ 1 теперь был персонал на месте, склады и хижины - теперь ко всему этому подведена вода и подключено электричество. У нас уже были средства, и у нас были люди, чтобы начать, и у нас были - или скоро будут - два отряда разведчиков по 14 человек, приданных этому делу. Все выглядело организованно.


Мне позвонил командующий ВВС. "Ты видел этот тупой гребаный фильм прошлой ночью!"


"Сэр?" Я озадачен.


"У нас вообще нет упоминания!"


Я улыбнулся. "Вы получили видеозапись ваших людей в Либерии, сэр".


"Было бы неплохо, если бы нас упомянули в этом чертовом фильме", - сказал он немного спокойнее.


"Американцы, сэр, я не имею к этому никакого отношения, они меня никогда не спрашивали".


"Ну, в фильме об Анголе прямо поперек написано "RAF" десятифутовыми буквами. Наши самолеты, полк королевских ВВС, наши группы поддержки на складах, работы. У нас есть много минут о королевских ВВС "Геркулес" и экипажах, и я мельком взглянул на некоторые кадры, снятые в Ботсване."


"Я тоже не был связан с этим, сэр".


"Я был очень вовлечен, проверил сценарий, прежде чем мы разрешили использовать нашего Геркулеса".


"Это то, что делает Пентагон. Назову тебя следующим Сталиным."


Час спустя появились двое полицейских из КТ с сумками в руках. Меня вызвали, и я узнал их обоих, здоровых марафонцев по нашему первому приему копов - первому настоящему приему, а не тому, который я отменил.


"Мы приписаны к 14 отделу разведки, босс, для обучения, но мы будем ... работать на Пола Макманнера, если вы понимаете, что я имею в виду".


"Я верю".


"Но они сказали, что если найдется подходящая работа ..."


Я кивнул. "У меня есть джунгли и пустыня, в которых ты можешь тренироваться".


"Вчера вечером смотрел фильм. Было ли это точным?"


"В точку".


"Они правильно изобразили вашего персонажа, очень близко".


"Я выгляжу лучше", - настаивал я. "О, в 14-й разведке есть несколько очень аппетитных дам, так что не удивляйтесь".


"И нам ... разрешено общаться, босс?"


"Я бы настоятельно рекомендовал соблюдать осторожность при смешивании на очень маленькой основе в одной столовой, в одном пабе".


"Да, ты прав", - вздохнул он.


"Тем не менее, вы готовитесь стать шпионами, так что если вы не можете сделать это незаметно ... вы трусы".


Они обменялись взглядами и ухмыльнулись.


Я нашел им комнаты в хижинах и передал их майору Харрису, бланки для заполнения, выдал снаряжение.


О'Лири подошел ко мне. "Было предположение, что "плохие парни Малли" могут быть обозначены как "Полевая разведка ╧ 1".


"Если Министерство обороны этим удовлетворено, в чем я сомневаюсь."


"Это обсуждается на самом верху".


"Да? Что ж ... Меня это устраивает. В любом случае, просто сменил название."


"Горстка бойцов эскадрильи "Е" была бы не прочь поработать полный рабочий день ..."


"Им скучно, не так ли?" Жизнь на гражданской улице не так полноценна, как они думали?"


Он склонил голову, прежде чем уйти.


Бригадир схватил меня и Сандерсона, и мы поехали вниз по пастбищу и проехали милю до заброшенного дома фермера, нас сопровождает член парламента, и мы остерегаемся здесь. Внутри мы нашли фермерский дом старым и сырым, но это был большой добротный дом с восемью спальнями.


Я сказал бригадиру: "Разместите здесь полицейских, сэр, из полиции КТ; таким образом, любой, кто крадется ночью, первым встретит их. Я бы не хотел, чтобы здесь были парни или офицеры, они были бы мишенями."


Он кивнул. "Сначала нужно украсить его, избавиться от всего старого фермерского хлама снаружи. Тогда в нем могли бы разместиться шесть или восемь человек, некоторые с собаками. Они могут патрулировать этот западный район и быть недалеко от дома."


"Кажется мудрым", - заметил Сандерсон.


"А как насчет земли? Что нам со всем этим делать?" - спросил меня бригадир. "Кроме выращивания собственного картофеля".


Курс штурма может помочь, сэр, но с целями в стороне. Мужчины, а теперь и дамы, проходили через поле, стреляя по появляющимся мишеням."


"Реалистичные условия", - одобрил Сандерсон.


"И несколько выстрелов в грязь", - отметил бригадир.


"На мужчин кричали", - добавил я.


"Где бы это стояло?" - спросил он.


"К юго-западу от дальней дистанции, выстрелы производились только на север, большая деревянная стена на всякий случай, вокруг нее десятифутовые земляные насыпи. Трасса будет длиной около четырехсот ярдов, цели будут находиться сбоку и на расстоянии не более 200 ярдов, контролируемые и рассчитанные по времени."


"У нас хороший бюджет", - отметил Сандерсон.


"И, " начал я, " они стреляют влево по мере продвижения, никакой стрельбы с левой стороны, горячая выпущенная гильза попадает кому-то в горло".


"Да", - согласились они.


"И из SA81 все равно нельзя стрелять с левой руки", - отметил бригадир.


"Несколько целей достаточно близко для стрельбы из пистолета, " предложил я.


"Я начну с этого, " предложил Сандерсон. Общий план и для начала постройте глинобитную стену, возьмите несколько тех деревянных бревен, которые они используют на курсах штурма. Какие могут быть препятствия?"


"Заборы, кирпичные стены, дом ..."


"Дом?"


"Они поднимаются и перелетают через здание или проходят сквозь него, но стреляют оттуда. Плюс немного воды, колючая проволока. Никаких раскачиваний на веревке или балансирования."


Вернувшись на исходную дальнобойную дистанцию, мы наблюдали, как люди Тобо передвигались и стреляли группами по четыре человека, а мы трое стояли на сильном холодном ветру.


"Каковы они в сравнении?" Сандерсон лениво спросил.


"Не очень-то похоже на эхо, но у них отличная дисциплина, все очень хотят угодить, плюс они в хорошей форме. Хорошие удары, лучше, чем у большинства британских рядовых - наравне с самбо. Я обучу их здесь, затем отправлю обратно в Сьерра-Леоне, и они будут работать на условиях FOB. Я достану несколько хижин для этого места, постоянных хижин, проведу водопровод, отремонтирую комнаты."


Я столкнулся с Сандерсоном. "Потратьте на это часть нашего бюджета, но я верну его после того, как мы докажем, что удобствами пользуются не только наши люди".


"Мне интересно, да, мужчины там бывают достаточно часто".


"Ваше новое подразделение будет часто бывать там, сэр", - сказал я ему, заставив его улыбнуться. "О, как ты относишься к старым бойцам эскадрильи "Е", которые встанут под твое знамя?"


"Ну, это широкое знамя, мужчины и женщины, отобранные для нерегулярной разведки, теперь с этими двумя полицейскими в придачу, а эскадрилья "Е" - нерегулярная разведка, так что это достаточно хорошо согласуется, да."


Бригадный генерал вставил: "Бойцы эскадрильи "Е" в наши дни стали намного лучше, но для некоторых из них будет странно вернуться в форму с 9 до 5".


"Я бы не стал навязывать форму или с 9 до 5", - сказал я ему. "Некоторые тратят годы на работу телохранителя. Они возвращались сюда всего на несколько недель в году, чтобы немного подучиться обращению с пистолетом, немного подучиться оказанию первой помощи. Некоторые отсидели по десять лет в полку, так что они достаточно хорошо знают свое дело."


"А американские волки?" Сандерсон подтолкнул локтем.


"Буду проводить здесь некоторое время, не больше месяца в году, я думаю", - объяснил я. "Особенность американских волков и того, что они находятся здесь под моей опекой, в том, что я могу перемещать их без специального разрешения в трех экземплярах из Белого дома или Пентагона.


"На данный момент для перемещения американских солдат в какое-либо место, откуда могут быть произведены выстрелы, требуется длительное одобрение Белого дома или вмешательство - как это видит Пентагон. Я отвез их на базу Кэмел Ту, а потом мы сообщили об этом Пентагону."


"Ваше подразделение - исключение", - отметил бригадир. "SAS может быстро выполнять приказы, но другим армейским подразделениям требуется время, чтобы начать действовать. Вы перемещаете людей через день после принятия решения, SAS занимает неделю, регулярной армии требуется в лучшем случае месяц."


Я кивнул. "Вы, наверное, не слышали, но мои друзья из низов купили несколько самолетов у людей, у которых их не должно было быть, самолеты типа "Спитфайр" с ракетами на крыльях. Они были подарены правительству Сьерра-Леоне, которое предоставит их королевским ВВС, и королевские ВВС будут осуществлять боевое патрулирование вокруг границы с Гвинеей.


"Если пеший патруль увидит повстанцев, направляющихся на юг, на бронетранспортерах и грузовиках, самолеты могут налететь и обстрелять ублюдков. Еще несколько месяцев, и повстанцы перестанут пользоваться дорогами. Самолеты также могут быть вызваны на помощь патрулю, попавшему в беду, и задержаны, если мы когда-нибудь поймаем патруль."


"Должно отпугнуть повстанцев", - отметил бригадир.


Я встретился с ним лицом к лицу. "Как насчет того, чтобы предложить армии, чтобы вертолеты Lynx летали там, внизу, чтобы их пилоты получили некоторый опыт - несколько медалей в ближайшем будущем".


"Да, я знаю человека, с которым можно поговорить". Он кивнул. "Я оставлю эту идею".


"Есть ли еще повстанцы на границе?" Спросил Сандерсон, когда мы вернулись в джип.


"Там, внизу, всегда будут мятежники, сэр. Рабочих мест мало, оружие дешевое, и жизнь дешевая. Ваш лучший выбор на следующий год ... это запустить там оперативную нерегулярную разведку, набраться опыта у бойцов, получить несколько медалей и несколько хороших полос в газетах для нового подразделения.


"Мужчинам нужны только предупредительные выстрелы по повстанцу, вооруженному кухонным ножом, и газета The Sun напечатает это для вас, сообщит имя, и тогда к нам присоединятся несколько хороших людей, подающих заявки. Вопрос в том, обращаются ли они в 14 Intel и попадают к нам, или мы набираем напрямую, как в случае с the Wolves?


"Мы рассказали 14 разведчикам о профилировании, и они воспользуются этим, так что, возможно, мы позволим им набирать мужчин и женщин, но мы присматриваем за суперзвездами. Что бы я сделал на твоем месте ... так это пообщался с Креденхиллом, и когда они собираются убить человека, они думают о Разведчике ╧ 1. Многих хороших людей выгнали из SAS просто потому, что они не ладили со своим сержантом.


"На самом деле, я мог бы предложить, чтобы люди, подходящие для Echo, сначала обратились к вам, сэр, провели оценку, прошли некоторое обучение."


Они обменялись задумчивыми взглядами, кивая.


Боб позвонил мне в 5 вечера. "Мы все еще работаем по списку, учитывая, что банк существует только на бумаге?"


"Да, но медленно, не тратьте деньги впустую и не оставляйте улик. Любые игроки среднего звена, разберитесь с ними, давайте не будем сожалеть, что оставили их в покое, когда они будут стрелять в нас в следующем году."


"Поступила информация от французов, у них есть список, и они переведут мне деньги, чтобы ... ускорить составление списка".


"Будь осторожен, не доверяй им, используй нескольких посредников и старайся по возможности использовать яд или инсценировать сердечный приступ, стреляя только в крайнем случае".


"Тихий подход?"


"В последнее время было достаточно плохих заголовков в газетах, давайте дадим бедным обеспокоенным гражданам отдохнуть, а? Что касается мужчин в нашем списке, сделайте их пропавшими без вести, а не мертвыми, тогда не будет плохих заголовков."


"У меня есть несколько хороших команд, они оценят мою работу".


Час спустя позвонил Томский, когда я гладила несколько рубашек. "У меня есть этот человек, я встретил его с самолета".


"Ах, я совсем забыл о нем. Он знает все о банковских счетах на Каймановых островах, так что попросите его сесть с бумагой и ручкой и записать все, что он знает. Приведи ему несколько милых дам, дай ему денег, скажи, что с ним будут хорошо обращаться, если информация окажется достоверной."


"И я мог бы занять немного денег с этих счетов ..?"


Британцы ведут расследование в отношении них, так что вам придется быть очень осторожными. Отправляй большую часть того, что он тебе скажет, мне."


"Я знаю менеджера в этом конкретном банке", - похвастался он. "Ему нравятся его пороки".


"Тогда иди повеселись".


"Я заплатил за эти маленькие самолеты в Либерии, но они были недешевыми! Что ты будешь с ними делать?"


"Стреляй в любого, кто будет приставать к твоему маслу. Королевские ВВС доставят их в обход границы."


"А, хорошо".


"Ты зарабатываешь деньги на нефтяных компаниях?"


"На бумаге у нас заказов за пять лет почти на миллиард евро".


"Черт..."


"Хороший бизнес, нефть".


"Тогда не жалуйся на гребаные маленькие самолеты, а?"


"Что произошло в том банке, Фрэнк говорит, что арабские террористы сожгли его дотла?"


"Банк, они убили сына правителя Омана - страны к югу от Саудовской Аравии, поэтому он поручил нескольким людям из "Аль-Каиды" ограбить банк - с некоторой помощью, конечно. Я подготовил американцев, так что они были довольны телевизионными новостями."


"Американцы убили арабов, так что после этого никто не разговаривал", - рассмеялся он.


"Что сказал Бранко?"


"У меня есть страницы этого, в каких военных захватах они участвовали, нападая на вас и ваших людей".


"Отправьте копию Бобу в Spectre и банковские реквизиты. Мы избавимся от всех, кто еще активен."


"Есть одна вещь, и они уже заплатили за переворот в Гвинее-Бисау, как бы ты, блядь, это ни говорил".


"Ах... черт. Выясни, кто посредники, и перемещалось ли оружие?"


"Деньги пошли какому-то армейскому генералу, и этот идиот зарабатывает деньги, покупая и продавая оружие, для повстанцев в Сенегале, сказал он. Им доставили оружие две недели назад."


"Попроси Бранко рассказать мне все подробно, и побыстрее".


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Я только что получил известие, что Petrobras оплатила государственный переворот в Гвинее-Бисау".


"О, черт. Это по соседству с другой Гвинеей и недалеко от Сьерра-Леоне. У Esso есть некоторые права на бурение там, они думают, что там большой потенциал. Эссо пробурил пробные скважины в 1960-х годах."


"Оружие уже доставлено, идиот армейский генерал уже заплатил".


"Ад. Мне нужно будет проинформировать премьер-министра."


"Я поговорю с американцами, сэкономлю тебе десять центов на звонке, но, Дэвид, все мои люди в отпуске".


"Обычный SAS может вмешаться".


"Тогда я тоже им позвоню".


Мой первый звонок был адмиралу Джейкобсу. "Сэр, где вы и где ваши ванны?"


"Я все еще у берегов Сьерра-Леоне, завтра должен переехать".


"Не надо, скоро в Гвинее-Бисау, к западу от Гвинеи, произойдет переворот. Уберите свои ванны, приготовьтесь к действию, затем отправьте это по очереди за мнением, сэр."


"Мы включились в игру", - с энтузиазмом заявил он. "О, ты видел фильм ..."


"Да, сэр, британское телевидение показывало это, у нас есть видеозаписи".


"Восточное побережье увидит это сегодня вечером, я думаю, западное побережье позже", - воодушевился он. "Гребаные ВВС были в восторге, сделали свои сексуальные B2 чертовски опасными. Они должны тебе пиво!"


"Я попытаюсь собрать с этого деньги. Дайте мне знать, что скажет Белый дом, сэр."


Следующий звонок был полковнику Мэтьюзу. "Сэр, у нас есть информация о перевороте в Гвинее-Бисау, по соседству с Гвинеей. Составьте политическое мнение, затем подсчитайте людей, которые у вас есть в Мавритании или Либерии, мне нужны цифры ".


"Мне нужно отменить встречу, сделать несколько звонков", - воодушевился он. "О, ты видел фильм?"


"Да, сэр, и я только что ввел адмирала Джейкобса в курс дела".


Я обошел сторожку и обнаружил, что Пит сидит и читает. "Пит, подсчитай всех присутствующих здесь мужчин, мне нужны имена, и прямо сейчас. Возможно, нам предстоит сражаться на войне."


Он выбежал, полиция гадала, что случилось.


Вернувшись домой, отложив глажку рубашки, я позвонила Креденхиллу.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко. Слушай, в Гвинее-Бисау, рядом с другой Гвинеей, грядет переворот, но мои люди в отпуске. Спросите полковника Марша, может ли он выделить людей для операции, разведка проводит брифинг с премьер-министром сегодня вечером."


"Я позвоню ему сейчас".


Моран и Джинджер постучали в мою дверь. Моран начал: "Работа продолжается?"


Я привел их в свою гостиную. Переворот в Гвинее-Бисау, рядом с другой Гвинеей, оплаченный теми же озорниками, из-за которых сгорело здание их штаб-квартиры" но они заплатили за этот переворот две недели назад. Понятия не имею, когда произойдет переворот."


"У нас здесь около десяти человек, остальные в отъезде".


"Я попросил у Креденхила людей, и у янки есть авианосная боевая группа в море, морские пехотинцы, и всегда есть люди в Мавритании и Сьерра-Леоне".


"Это единственная хорошая вещь", - заметила Джинджер. "Люди сели там подготовленными, акклиматизированными".


"Мы можем спуститься и понаблюдать за остальными", - сказал я им. "На данный момент у меня нет временных рамок, и если они застрелят нынешнего идиота у власти, все закончится через десять минут".


Я позвонил Тинкер домой, пока они ждали. "Послушайте, в Гвинее-Бисау готовится переворот. Мне нужно, чтобы за главой армии следили и установили прослушку быстро, очень быстро."


"Я позвоню им сейчас".


Я позвонил сестре. "Это Уилко. Отправьте официальный запрос в GCHQ, чтобы он прослушивал командующего армией в Гвинее-Бисау, и записку в директорат UKSF о планируемом перевороте там. Проинформируйте тамошнее посольство, но убедите их держать это в секрете. Дэвид Финч уже знает. И примечание для французов, американцы уже знают. Спасибо."


Моран заметил по телефону: "Время - это ключ. Во время последнего переворота в Конакри мы вовремя получили предупреждения и были в хорошей позиции. Если мы опоздаем на час ... с таким же успехом мы можем остаться дома."


Я кивнул. "Вся страна двадцать миль в ширину и пятьдесят миль в длину".


"Не потребуется много людей, чтобы удержать его", - отметил Моран. "А если армия расквартирована в городе ... они переезжают в соседнюю дверь и захватывают власть."


"Я бы сказал ... лучшая ставка - снайпер-одиночка, застреленный будущий президент".


Они кивнули.


"Проблема в том, - сказал я им, - что американцы жаждут хороших минут на телевидении. Но, возможно, есть способ. Генерал покупал и продавал оружие, и у меня есть кое-какие доказательства - своего рода свидетель." Я кивнул сам себе и позвонил адмиралу Джейкобсу.


"Сэр, у нас есть улики против главы армии в Гвинее-Бисау, оружие доставлено в Сенегал, так что ... как насчет того, чтобы ты связался с ним, договорился, чтобы он приехал инспектировать твои войска, и схватил этого идиота, передал его ФБР.


"Это не даст вам много телевизионных минут, но это будет хороший результат, ни один морской пехотинец не погибнет на улицах города."


"Я предложу эту идею всем, да, и если мы сможем схватить этого идиота, то я за это. Но как насчет его заместителя в команде? Этот парень мог бы просто взять верх и ... вести себя как обычно."


"Захватите и его, и проработайте список, позже разберитесь, кто что делал".


"Я прощупаю Вашингтон".


Положив трубку, Моран с улыбкой сказал: "Добро пожаловать на корабль, и ты арестован. Закажи его, Данно."


"Danno?" Джинджер задала вопрос.


"Гавайи Пять", О, ты болван", - сказал я ему. "Мой любимый полицейский сериал в детстве". Я отвел взгляд. "Забавно, но время от времени всплывает лицо моего отца, и мы с ним смотрели "Гавайи Пять О" как обычное угощение, делили пакет чипсов". Я столкнулся с ними. "В последние годы, с тех пор как я поступил на военную службу, я держался отстраненно - мы никогда не были близки, но ... но я бы предпочел, чтобы он все еще был рядом".


"Отложенный стресс", - отметил Моран. "Ты никак не отреагировал в то время. Этого следовало ожидать. А человек, который заказал убийство?"


"Был выброшен из высотного здания в Антверпене несколько дней назад".


"Забавный старый мир", - заметил Моран. "Аль-Каида помогает тебе вот так ..."


"Это действительно забавный старый мир", - согласился я.


Пит постучал и вошел, держа в руках список. Я проглядел людей Тобо.


Я позвонил сестре. "Мне нужно, чтобы мои чернокожие гвинейские солдаты были переброшены в Сьерра-Леоне сегодня вечером на быстром частном самолете. Перезвони мне, пожалуйста. " Я столкнулся с Мораном. "Иди, возьми Генри и Самбо, снаряжение в ящиках, гражданскую одежду, пистолеты, готовые отправиться сегодня вечером с людьми Тобо".


Они выбежали.


Дэвид Финч позвонил мне двадцать минут спустя. "У меня есть самолет для ваших людей. Я предполагаю, что они пойдут шпионить в Бисау."


"Да".


"Хороший актив, который нужно иметь. Премьер-министр хочет, чтобы нынешний идиот остался, так что ... делайте то, что необходимо для достижения этого."


"Я предложил адмиралу Джейкобсу, чтобы он пригласил главу армии на свой корабль со своим старшим штабом и надел на них наручники".


"Это ... это сократило бы долгий процесс, да. И доказательства против них?"


"Это есть у Томска, у него есть человек, который организовал и оплатил это в комнате".


"И удобно ли этому человеку ... в той комнате?"


"Я должен был бы сказать "нет"."


"И он ...?"


"Бывший глава службы безопасности Petrobras".


"Значит, это были они. И могут ли они стать проблемой в будущем?"


"Нет. Это было сделано несколько недель назад, и с тех пор Petrobras заморозила все свои активы."


"Эти активы были недавно разморожены, поэтому я надеюсь, что они усвоили свой урок, очень болезненный урок. Правительство Бразилии расследует их, пока мы говорим."


"Когда и где для этого самолета?"


"Брайз Нортон, полночь".


Я подошел к новым деревянным хижинам, обнаружив, что в них кипит жизнь. Я крикнул: "Полночь, Брайз Нортон!"


Моран ответил: "Я достану автобусы королевских ВВС", - и побежал к ангару.


Анри я сказал: "Полный военный комплект в ящиках, ты летишь в гражданской одежде, ты отправляешься в Бисау в гражданской одежде, только пистолет, спутниковый телефон спрятан - хорошо спрятан".


Он кивнул, все это было обычным делом. Я вручил ему доллары для использования.


Полковник Мэтьюз перезвонил мне. "У меня есть люди, которых перемещают повсюду, их много в наличии, они высадятся в Сьерра-Леоне и будут ждать наготове. Но Пентагону нравится идея обмануть главу армии, поэтому они расширят приглашение ФБР присутствовать на корабле."


"Никаких шансов на мертвых морских пехотинцев и плохой заголовок в газете", - заявил я.


"Это есть, да".


В 22:30 вечера я отмахнулся от автобусов, многие из местных мужчин вышли и наблюдали, всем было сказано упаковать снаряжение, приготовиться к отъезду и лечь спать. А автобусы сопровождали полицейские и местная полиция; мы не хотели рисковать.


Я также отправил капитана Морана поговорить с королевскими ВВС, поскольку ни у кого из пассажиров автобуса не было паспорта Великобритании или даже британского акцента. У меня были образы сотрудников королевских ВВС, арестовывающих эту иностранную шайку плохих парней.


В 8 утра я зашел в отдел разведки, чтобы запросить отчеты за ночь. Переворота не было, но многие команды были перемещены, сотня человек сейчас находится в Сьерра-Леоне.


Когда я был там, позвонил Генри. "Мы в Бисау, но казармы пустеют, они уезжают на восток".


"Что? Ты можешь последовать за ними, заставить людей Тобо следовать за ними?"


"Я могу дать им долларов, они могут следовать за да, длинной колонной грузовиков, так что, я думаю, не так уж трудно следовать".


"Сделай это, быстро". Положив трубку, я столкнулся с милой леди-капитаном. "Чушь собачья".


"В чем проблема?" - недоумевала она.


"Армия повстанцев в Бисау только что ушла, они движутся на восток, не захватывая власть".


"Что ж, это хорошо, не так ли?"


"Нет, это, блядь, совсем не так. Их предупредили, и теперь они будут разбивать лагерь в сельской местности и создавать проблемы." Я должен был задаться вопросом, почему Миллер не позвонил мне прошлой ночью.


Я позвонил сестре. "Это Уилко. Срочная информация для всех заинтересованных сторон: армия Гвинеи-Бисау покинула столицу и движется на восток, причины неизвестны. Свяжитесь с тамошним посольством, пусть они свяжутся с президентом и выяснят, что ему известно. В любом случае, у меня есть люди на месте."


Я спустился в столовую, размышляя, и обнаружил, что несколько ранних пташек сидят и едят. Я уже поел, но чашка чая и несколько тостов пришлись мне по вкусу, пока я сидел и размышлял.


Когда зазвонил мой телефон, это был Дэвид. "Посольство поговорило с президентом Гвинеи-Бисау, который жив и здоров, и он понятия не имеет, почему армия просто уехала".


"Могла быть только одна причина, и это потому, что они думали, что американские морские пехотинцы высадятся и арестуют их всех".


"Тогда это полный бардак, потому что этим солдатам сейчас не заплатят, и они не будут долго сидеть на месте. Две тысячи покинули казармы, лучшие люди. Они взяли много боеприпасов ..."


Я вздохнул. "Кто, черт возьми, предупредил их и убедил, что он настоящий?"


"Это должен быть кто-то, кого они знают и кому уже доверяют".


"Кто-то, кто заплатил им за переворот, посредник, но как этот посредник узнал о наших планах?"


"Где-то произошла утечка".


"Да, утечка. Утечка информации может быть из Франции."


"Кто-то все еще связан с банком?"


"Да, возможно, еще несколько человек на свободе", - сказал я ему.


"Это оставляет нас в ситуации, когда неминуемого переворота нет, да, но с несколькими тысячами хорошо вооруженных людей, ищущих какую-нибудь прибыльную работу".


Я вздохнул. "Нам нужно уничтожить их, по крайней мере, офицеров. Не могу дождаться, когда они окажутся в Сьерра-Леоне."


"Нет, вполне. Но я еще раз поговорю с личкой, прежде чем мы примем эту идею."


В 9 утра я провел собрание в секции разведки, зал был полон. "Что мы знаем ... так это то, что претендент на трон увел своих избранных людей в глубь страны без разрешения парня, который платит ему зарплату.


"Он собирался выстрелить президенту в яйца и захватить власть, так что ... кто-то напугал его, и этот кто-то убедил его, что он скоро умрет и сбежит из страны. У нас где-то произошла утечка, возможно, в DGSE, которые были предупреждены." Я указал на Паскаля. "Я хочу, чтобы это было расследовано".


Он кивнул.


"Это оставляет нас в нежелательной ситуации ... с несколькими тысячами хорошо вооруженных, но недовольных солдат, которые находятся недалеко от северной границы Сьерра-Леоне, без зарплаты, поэтому они будут стремиться найти какую-нибудь оплачиваемую работу, такую работу, которую мы бы предпочли, чтобы они не брали.


"Итак, мы должны следить за ними и, возможно, напасть и убить ответственных офицеров в надежде, что эти солдаты вернутся домой и попросят прощения - и, пожалуйста, немного жалованья. Люди Тобо в этом районе." Я указал на Паскаль: "Вы не будете передавать этот факт, на всякий случай. Мне бы не хотелось стрелять в тебя."


Он моргал, когда люди смотрели на него.


Я столкнулся с Сандерсоном. "Вы будете руководить операцией отсюда, сэр, и контролировать разведданные и команды, и ... большинство Echo посещают бары для приватных танцев в отдаленных местах. У нас есть список команд?"


Майор Харрис взмахнул листом. "Сейчас в Сьерра-Леоне много мужчин, все опытные".


"Нам нужно, чтобы они были приючены и накормлены в Сьерра-Леоне, готовые уйти, но, учитывая то, что происходит ... они уйдут не сегодня и не завтра. Так что устройте их поудобнее, пожалуйста, а не сидите и ждите.


"План таков, насколько это вообще возможно, мы ждем, пока мятежники выберут место для установки палаток, мы смотрим, затем мы получаем политическое разрешение на атаку - атаку, нацеленную на старший персонал, а не на рядовых.


"Этот план нужно будет передать в тамошнее посольство, так что - мистер Сандерсон - пожалуйста, позвоните нашему послу там и узнайте мнение, настроения на местах, фрагменты местной информации."


Он кивнул.


Я столкнулся с бригадиром. "Если сможешь, поговори с полковником Маршем и узнай, как распределяются люди, но у нас вполне может быть достаточно там, внизу".


Майор Харрис вставил: "Четыре команды SAS".


"Итак ... может быть, нам не нужны дополнительные люди", - сказал я бригадиру.


"Я скоро поговорю с ним, узнаю, какие команды будут ротироваться".


Итак, дамы и господа, мы ждем. Первый шаг - это их переезд, счастливый дом найден, арендная плата необязательна." Я указал на Тинкер. "Люди на месте?"


"Некоторые, еще прибудут, уже наблюдаю за сигналами".


"Спасибо вам всем".


После собрания, когда они сидели в общей комнате с Харрисом, он спросил: "Почему этот израильский майор ошивается поблизости?"


"У нас запланирована работа в Йемене, по крайней мере, это было первоначальным предлогом для нее быть рядом со мной".


"Значение..."


"Может быть, они хотят, чтобы кто-то был рядом со мной, может быть, они хотят выполнить несколько заданий на Ближнем Востоке".


И тебя это устраивает? За кем шпионят?"


"Здесь, с вами, есть американцы и французы, но у меня есть телефон, если мне понадобится поговорить с янки или французами. Они у меня здесь, чтобы им не нужно было подозревать меня или шпионить за мной, все как одна большая счастливая семья."


"А работа в Йемене?"


Тренировочный лагерь террористов "Аль-Каиды", люди, которые расстреливают автобусы с туристами, люди, которые закладывают бомбы. Это не тот случай, когда мы выполняем за них работу Моссада - я хочу, чтобы террористов убили по моим собственным причинам, и по мере того, как мы продолжаем ... убивать террористов, мы получаем несколько газетных полос и телевизионных минут, и это валюта."


Я отхлебнул чаю. "Этот недавний фарс с the old boy network мне удалось уладить благодаря моим сомнительным контактам в преступном мире и моим хорошим рабочим отношениям с американцами. Итак, валюта, валюта рекламы, очень важна.


"Реклама улучшает вербовку здесь и во всех странах НАТО, к нам присоединяются солдаты более высокого качества, и реклама дает мне свободу действий в отношениях с разведывательными агентствами и здешним правительством, и я могу использовать эту свободу действий, чтобы пристрелить нескольких идиотов, которых нужно пристрелить.


А в Сьерра-Леоне и Либерии это становится любимым проектом. Я видел, как люди жили в жестяных лачугах, когда их убивали ради забавы, а под ногами у них были нефть и минералы. Проблема в коррумпированных правительственных чиновниках, бандах и полевых командирах, но неделя за неделей мы закапываем в землю людей, которые останавливают прогресс.


"Я прошу об одолжении, и я прошу, чтобы определенные люди тратили деньги на дороги и школы, и, убивая вооруженных людей, это означает, что фермер может обрабатывать свои поля и растить свою семью в мире. То, что делал антверпенский банк через NordGas, просто брал все, что хотел, никаких денег местным жителям.


"Сейчас это отложено, по крайней мере, до тех пор, пока следующая группа идиотов не захочет добраться до нефти и алмазов, но преступность там упала, рабочих мест стало больше, безопасность намного лучше. Людям не нужна рука помощи, им просто нужно, чтобы этот ботинок на какое-то время сняли с их шеи."


"Робин Гуд", - отметил он.


"А что бы ты сделал на моем месте?"


Он скорчил гримасу. "Я бы хотел навести здесь порядок, да, но выгода в конечном итоге досталась бы нескольким избранным богатым идиотам с деньгами в швейцарском банке".


Я сказал ему: "Мы цепляемся за надежду и продолжаем пытаться, мы не сдаемся. С твоей женой все в порядке?"


"Все еще занят новым домом, нужно привести в порядок большой сад, так что мы сосредоточены на этом. Теперь у нас нет денежных забот, мы продали старый дом, деньги в банке, поступающая зарплата, собственный капитал от нового дома.


"Она разозлилась, когда узнала о сети "Олд бойз", она ненавидит таких снобов, и она была рада видеть, как их арестовали - и расстреляли. Подумать только, что это наши собственные люди напали на нас здесь ... Ну, она выкрикнула несколько грубых слов в телевизор."


Я кивнул. "Масоны в Лондоне тайно встречаются, лорды, члены парламента, судьи, старшие полицейские. Это плохой рецепт, рецепт катастрофы и коррупции."


"Это было с нами долгое время", - сказал он со вздохом.


В 9 вечера, когда я сидел в столовой и смотрел новости по телевизору, мне позвонил Генри. "Солдаты, они пересекают границу Гвинеи".


"Черт..."


"Люди Тобо преследуют".


"Следите за ними, держите меня в курсе".


Он вернулся на полчаса позже. "Какие-то люди пытались убить нас, русских мужчин, мы застрелили их".


"Есть документы?"


Он зачитал их.


"Оставайся в городе, я хочу, чтобы ты сидел в кафе и высматривал белых мужчин, прислушивался, следовал за ними. Если увидишь кого-то, кто тебе не нравится, пристрели его!"


Я позвонила сестренке и назвала им имена. "Проинформируйте все заинтересованные стороны, армия повстанцев продвинулась в северную Гвинею. Обновите штаб армии во Фритауне."


СЕСТРА перезвонила мне полчаса спустя, когда я сидел дома, по телевизору снова показывали новости. "Мы связали русских мужчин в Бисау с Сороповым, я имею в виду покойного Соропова, и с Северным Кипром".


"Да, в этом есть смысл. У меня есть люди в городе, которые присматривают за ними побольше. Спасибо."


Я послал Пита предупредить всех британских волков, чтобы они были готовы к отправке утром, и попросить у ночного дежурного персонала в Разведке самолет в Сьерра-Леоне для "Волков".


Глядя через летное поле, я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, армия повстанцев вторглась в Гвинею, так что они могут причинить неприятности Сьерра-Леоне и Либерии".


"Мы готовы, морские пехотинцы готовы, и несколько репортеров на корабле. И мы послали морских пехотинцев к тамошнему президенту, демонстрация силы, репортер под рукой."


"Хорошо. Скоро поговорим, сэр."


Утром, в 10 утра, прибыл автобус королевских ВВС, одиннадцать британских волков плюс Джинджер отправились рейсом "Тристар" во Фритаун, где их ждали. Доски были обновлены, формы заполнены, таблица карт снабжена пластиковыми моделями с надписями, Сандерсон и Харрис организовали все с привычной легкостью.


Я провел час с Билли, изучил формы, но в основном мы были в курсе событий, немного поболтали о повстанцах в Гвинее. Вопрос был в том, что было у них на уме.


Томский позвонил в полдень, для него рано.


"Ты рано встал?"


"Рано лег спать, желудочная болезнь".


"Тот человек с банковскими кодами еще не пригодился?"


"Да, я ... занял немного денег, проверил несколько банковских кодов и поговорил с менеджером в этом банке. Один из них здесь, в Панаме, деньги отправил кому-то здесь, поэтому мы их выследили, троих мужчин схватили и пытали. Они собирались разбомбить мой гребаный ночной клуб - со мной в нем!"


"После твоей смерти они могли бы поговорить с президентом в Монровии о нефтяных сделках. Но банка больше нет."


"Один из этих людей, он сказал что-то о солдатах в Гвинее. Они собираются украсть кучу алмазов."


"Бриллианты? Кровавые алмазы?"


"Да, алмазы хранятся или спрятаны кем-то в северной Гвинее. Кто-то трахал кого-то другого, и оплата не была произведена, и где-то спрятана большая заначка с бриллиантами. Солдаты думают, что знают, где это, это место. И президент в Бисау в этом замешан."


"О ... это нехорошо", - выдохнула я. "Хорошо, что я знаю, теперь я могу с этим справиться".


"И эти бриллианты могли бы ... достаться мне?"


"Если я получу их, и никто не увидит, тогда да".


Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, нас разыграли. Президент Гвинеи-Бисау послал этих солдат, чтобы все выглядело как сорванный переворот, потому что он знает место на Севере Гвинеи, где спрятана чертова куча кровавых алмазов, спрятанных после того, как их украл один говнюк, облапошивший другого говнюка."


"И мы чертовски хорошо его защищаем!"


"Если я смогу раздобыть веские доказательства, ваши люди смогут его арестовать".


"Да, они могли", - понял он.


"Я попытаюсь получить какую-нибудь информацию о сигналах, сэр. Придержи коней."


Я пошел и нашел Тинкер. "Мне нужна информация о сигналах оттуда, где находится армия повстанцев, обратно президенту. И быстро."


"Если повстанцы используют мобильные телефоны, мы можем перехватить их, там уже есть команда".


"Пусть кто-нибудь сядет рядом с президентом, кто-нибудь с повстанцами в Гвинее".


"Не так много телефонных вышек, которые они могли бы использовать".


Выйдя на улицу, я созвал всех вместе. "Нас разыграли. Президент Гвинеи-Бисау послал этих солдат-повстанцев, притворяясь, что они убегают от нас, сорвав попытку государственного переворота. Повстанцы охотятся за большой партией кровавых алмазов, хранящихся в Северной Гвинее, после чего они целуются и мирятся с президентом, объявляют амнистию и возвращаются в казармы."


"Какие маленькие засранцы", - отметил Харрис.


"Это Африка", - отметил Сандерсон.


"Зачем брать две тысячи человек?" - спросила милая леди-капитан.


Харрис повернулся к ней лицом. "Отобрать алмазы у небольшой армии".


Я поднял палец. "Ищите скопления гвинейских повстанцев, достаточно большие, чтобы для их разгрома потребовалось две тысячи человек. За работу, люди."


С наземной линии я позвонил командующему ВВС. "Сэр, эти самолеты готовы?"


"Готов? Мы получили их всего день назад, они сертифицированы."


"Они мне нужны, точное попадание в шестидесяти-восьмидесяти милях к северо-западу от Фритауна".


"Ну, сообщается, что они в хорошем состоянии, и у нас есть ракеты, пилоты там, внизу".


"Сэр, установите несколько ракет на крылья, слетайте к участку воды и протестируйте их, затем подготовьте пилотов к нанесению удара. И быстрые, сэр, они могут учиться по ходу дела."


Он вздохнул. "Я позвоню им сейчас".


Мы с Харрисом и Сандерсоном смотрели на карту. Повстанцы медленно продвигались на северо-восток, и на главном шоссе были участки болотистой местности и леса; мы могли бы сократить дорогу и закупорить их. Была выложена старая карта, и на ней был изображен мост через болотистую местность.


Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, не могли бы вы разобрать для меня маленький мостик?" Я дал ему координаты. "Бей, когда поблизости нет машин, сэр, в любом случае поблизости нет гражданских, это просто болото".


"Просто мост, достаточно простой. Ты хочешь остановить их прогресс?"


"Да, сэр, заприте их в бутылку. Королевские ВВС нанесут по ним удар."


"Кто?"


"Королевские военно-воздушные силы Англии", - съязвил я.


"У них здесь есть самолеты?"


"Движитель, ракеты на крыльях".


"Ах, мог бы устроить беспорядок в колонне грузовиков".


"Предупредите своих пилотов в этом районе, чтобы они не стреляли в них".


"Мы действительно получили записку о чем-то, она у командующего ВВС".


"Дайте мне знать об этом мосте, сэр".


"Выходит с существующего разрешения, так что этот мост - гребаная история - и в болоте".


Он вернулся через сорок минут. "Моста больше нет".


"Благодарю вас, сэр. Следующий шаг - старые добрые королевские ВВС и несколько низких и медлительных самолетов. Пожалуйста, держите свой высокий и скоростной самолет подальше, сэр. Подожди..."


"Что?"


"У вас есть камеры на крыльях?"


"Черт возьми, в наши дни без них не летают!"


"Не могли бы вы следить за своим радаром, и, пожалуйста, сделайте несколько снимков, когда королевские ВВС покинут аэропорт Фритауна, и когда королевские ВВС столкнутся с этим конвоем".


"Скоро несколько телевизионных минут".


Командующий ВВС позвонил мне час спустя.


"Как мы выглядим, сэр?"


"Они стреляли по илистому берегу, наделали немного шума. Самолеты работают, ракеты работают."


"У меня есть для них задание, сэр. Есть ручка?"


"Стреляй дальше".


Длинная колонна зеленых армейских грузовиков направляется на северо-восток к этим координатам." Я зачитал их, он прочитал их в ответ. ВМС США только что разрушили небольшой мост, так что эта колонна быстро не движется. Мне нужны поврежденные грузовики, чтобы пилоты целились только в грузовики, в лоб, стреляли в решетку двигателя, избегая слишком многих жертв."


"Прямо вперед. Но почему?"


"Если мы не остановим эту колонку, они окажутся в Сьерра-Леоне", - солгал я.


"Ах, точно. Тогда нам лучше остановить их."


"И я попросил ВМС США затенить ваши самолеты камерами, установленными на крыльях".


"О, превосходно".


"Сражайтесь, сэр, сражайтесь!"


Он засмеялся, когда я отключил связь.


Я позвонил Дэвиду Финчу. "ВМС США только что уничтожили мост в северной Гвинее, наши повстанцы никуда не денутся быстро, если не будут плавать, а старые добрые королевские ВВС нанесут удар по конвою своими новыми самолетами".


"Что я упускаю?"


"Повстанцы направлялись на северо-восток, чтобы напасть на другую группу повстанцев, которая украла чертову кучу кровавых алмазов. Переворот никогда не планировался, президент в Бисау был в нем замешан."


Он вздохнул. Громко. "Иногда мне кажется, что люди, с которыми мы имеем дело, могут быть ... немного нечестными время от времени".


"Шокирующе, я знаю".


"И план в том...?"


"Добудь алмазы, отбрось мятежников, раздобудь улики против идиота-президента и схвати его для показательного процесса".


"Кажется, ты делал это раньше".


"Да, у меня есть некоторый опыт решения проблем в регионе. Предоставьте это мне, я сам заработаю себе на пропитание."


Заправленный и перевооруженный, энергичный парень из королевских ВВС с видеокамерой в руках, и три новейших самолета королевских ВВС выстроились в линию, вращая пропеллеры, получили разрешение от Управления воздушным движением, и они отправились - очень медленно, на северо-запад, в шахматном порядке на высоте 2000 футов.


Ведущий пилот бросал взгляд через плечо на два замыкающих самолета, что королевские ВВС в последний раз делали в 1945 году. И в свои сорок пять лет он не мог быть включен в список нового издания, поскольку пилоты ВМС США установили радиосвязь.


Тридцать минут непрерывного полета, и королевские ВВС разобрали пробку по обе стороны разрушенного моста, местные жители внизу теперь здорово разозлились и вынуждены делать тридцатимильный крюк.


Направляясь на север, они резко развернулись и сделали вираж, выровнявшись с дорогой на высоте 1000 футов, закрылки опущены, двигатели сбавили обороты. В миле вниз по дороге они заметили зеленые грузовики, колонну, которая растянулась на 600 ярдов. Не обращая внимания на первые несколько джипов, они опустили нос.


Предохранитель снят, ракеты заряжены, лучшее предположение относительно цели - нос нацелен на цель, красный спусковой рычаг поднят, палец в перчатке помещен внутрь, легкое нажатие, и две ракеты вылетели и опустились. Головной самолет отклонился влево и набрал высоту, человек позади нацелился на следующий грузовик.


Когда ведущий пилот оглянулся через плечо, двигатель грузовика взорвался, водитель погиб. Когда он кружил, он мог видеть, как люди на заднем сиденье спрыгивают и убегают с дороги в болото, вскоре загорелись три грузовика.


Второй заход, и второй самолет врезался в заднюю часть грузовика, этот грузовик выпустил взрыв, достаточно сильный, чтобы повредить самолет. Сильно потрепанный, он отвернулся.


После разговора по радио они нацелились на три грузовика в хвосте колонны, чтобы перекрыть дорогу, использовав последние ракеты. Но снова грузовик разнесло на куски, два остались гореть.


F18 подтвердили, что у них есть хорошие кадры, и отправились домой на гораздо большей скорости, чем королевские ВВС.


Когда истребители реквизита приземлились, они обновили Лондон, а Лондон обновил меня. Я сказал всем в отделе разведки: "Повстанцы зажаты, им некуда идти, грузовики повреждены, люди убиты и ранены".


"Итак, что будет дальше?" - Спросил Харрис.


"Хороший вопрос. Я бы сказал, что они отваливают домой, может быть, садятся на автобус."


"У нас есть подходящая цель". Он показал мне карту. "Здесь, в двадцати милях от конвоя, находится группа из тысячи повстанцев, старые официальные казармы, взлетно-посадочная полоса, город поблизости, повстанцы женаты на местных девушках".


"Тогда мы можем вставить Волков, чтобы пойти посмотреть, что они задумали".


Тинкер выбежал из своего кабинета. "Мы получили разведданные о сигналах, очень нескромный разговор по мобильному телефону генерала Гомото с президентом Деломойном. Колонна остановилась и взлетела вверх, что делать, мы не можем сейчас вот так пойти за алмазами. Расшифровка уже в пути."


"Этого может быть достаточно, чтобы осудить президента", - сказал я им. "Если это так, ВМС США схватят его, и мы не потеряем людей, убитых в бою".


Мой телефон зазвонил, нечетный номер. " Майор Уилко? " послышался американский акцент.


"Да?" Я вышел в коридор.


"Я в некотором смысле несу ответственность за Миллера, его босса. Его похитили."


"Похищен? Я не думал, что он пошел в поле."


"Время от времени он ведет деликатные переговоры. Его схватили на Ямайке, когда он болтал с колумбийским джентльменом."


"У тебя огромные ресурсы, так зачем мне это рассказывать?"


"У вас отличные контакты в регионе, и у нас нет проникновения колумбийских банд. Ты будешь ассистировать?"


"Конечно, но мне нужно разобраться с конфликтом в Гвинее".


"Мы были бы благодарны, он ... многое знает, если бы его пытали. То, что он знает, представляет угрозу и для вас."


Я обдумывал это. "Можешь отправить мне по факсу то, что знаешь?"


"Какой номер?"


"Подожди". Я вернулся в кабинет Тинкера, набирая номер с факсимильного аппарата. "Пришли мне хорошее сходство лица, чтобы я мог также показывать людям. Он принимает какие-нибудь лекарства?"


"Лекарства? Нет, почему?"


"Его похитители могут выскочить, чтобы забрать их, сохранить ему жизнь".


"Подожди ... Есть легенда, которую он использует или должен использовать в такие моменты, как этот. Молодец, что напомнил мне. Э-э ... противоэпилептические препараты."


"Отлично, это помогает. Я буду ждать факс, продолжай звонить мне каждый день, возможно, мне понадобится, чтобы ты проследил за мной."


Факс пришел через десять минут, и я просмотрел детали, прежде чем положить его в карман, вторая страница была изображением лица. В ней он выглядел немного моложе.


Выйдя из ангара, я позвонил Дэвиду Финчу. "Мой контакт в Глубинном государстве был похищен, они хотят моей помощи. Есть возражения?"


"Много. Возьми какой-нибудь неоплачиваемый отпуск."


"Босс, могу я взять неоплачиваемый отпуск?"


"Да, я сделаю пометку".


"Спасибо, босс, я позагораю и почитаю книгу, для начала на Ямайке".


Внутри я сказал им: "У меня есть работа для Intel, не задавайте вопросов, иногда со мной можно связаться по телефону, если это срочно, проблемы в Сьерра-Леоне и Гвинее во многом зависят от вас. Отправь Волков взглянуть на эту группу повстанцев в качестве отправной точки, привлеки Морана и заработай его содержание."


Я вышел и нашел Саломею. "Надевай гражданскую одежду, мы уезжаем на Ямайку отдыхать, нужно найти похищенного мужчину. Не бери ничего, что могло бы идентифицировать тебя как кого-то другого, кроме моей девушки."


Она подняла бровь в мою сторону и отошла как раз в тот момент, когда Саша въехала.


Я крикнул ему: "Готовься к работе на Ямайке, купальным машинам и крему для загара. Мы уезжаем сегодня."


"Я только что вернулся, да", - пожаловался он.


"Иди, готовься".


Я позвонил Бобу Стейнсу, когда стоял там. "Мне нужен частный самолет, мне и еще двоим, из Великобритании на Ямайку, сегодня".


"Берешь отпуск?"


"Был похищен человек из глубинного государства".


"Значит, они все-таки не такие умные".


"Не такой умный, как ты, нет. Куплю самолет и немного наличных, чтобы снять, когда я доберусь туда. О, и запиши меня в качестве ведущего на вечеринку из трех или более человек, так что, может быть, люкс. Хороший отель, не кричащий."


Подбегая к моему дому, Тайни подъехал и помахал мне рукой. Я взглянул на нее, прежде чем ворваться внутрь, вскоре раздевшись догола и открыв свой шкаф. Я хотел выглядеть как Петров, поэтому выбрал простые вещи, вскоре в спешке упаковав свой чемодан вещами, которые мог бы взять с собой обычный турист. Я засунул туда джинсы, полотенца, плавки, носки и брюки


Я положил свой российский идентификационный пакет в чемодан, и у меня были бы проблемы, если бы кто-нибудь внимательно посмотрел на него. Кроссовки, спортивный комплект - да, еще носки, повседневные футболки и сорочки. Я мог бы купить больше вещей, когда мы доберемся туда.


Собрав вещи, Пит постучал и вошел. "Ты куда-то собрался?"


"Бразилия", - сказал я ему. "О, иди, найди Тини - я только что видел, как она вернулась, приведи ее сюда. Вперед!"


Я дважды проверил, как я выгляжу, дважды проверил свои карманы, затем открыл свой кейс внизу и просмотрел все это снова.


Тайни вошел вместе с Питом. "Ты преследуешь меня, босс?"


Я встал. "Во-первых, ты готова пойти на работу под прикрытием, выдавая себя за девушку Саши?" Я поднял палец. "И чтобы помочь тебе принять решение, ты будешь жить в хорошем пляжном отеле на Ямайке".


"Звучит забавно", - с энтузиазмом сказала она.


"Во-вторых, ваш босс вас отпустит?"


"Я все еще в отпуске, еще неделя".


"Позвони ему, выясни, скажи ему, что это важная работа".


Она достала мобильный и вышла на улицу.


Пит спросил: "Нужен я с тобой?"


"Ты не шпион, и ты не говоришь по-русски".


"Но я был бы признателен за хороший отель на Ямайке", - нахально заметил он.


"Чушь собачья", - осторожно заявил я.


Тайни вернулся. "Он говорит, что да, но нам нужны заполненные формы. Ему нужно было бы знать, где я буду, с кем ..."


Я столкнулся с Питом. " Ее босс не понимает всего, что касается шпионажа, не так ли?" Я встретился с ней лицом к лицу. "Соберите сумку для поездки в пляжный отель, паспорт, никакого военного билета или чего-либо, что могло бы вернуть вас сюда ... только паспорт. И никакого оружия!"


Она выбежала.


Я спустился к Саше с Питом, и он был занят сборами. "Куда мы идем?" он жаловался.


"Бразилия", - солгал я. "Хороший отель на берегу моря. Девочка, Тайни, будет изображать твою подружку."


"Что! Что, если моя настоящая девушка узнает!"


"Как, черт возьми, она узнает!" Я закричал. "Ты выполняешь шпионскую работу, и даже гребаное ЦРУ не смогло узнать, так как же она узнает?"


"Ну, хорошо, пока она не узнает".


"Идиот! Приготовься. Полотенца, спортивный комплект, рубашки для жаркого климата, носки и брюки, паспорт, никакого оружия. Презервативы не нужны."


Когда Саломея была готова, она подъехала ко мне в подходящей летней одежде.


"Тебе нужно посоветоваться со своим боссом?" Я спросил.


"Нет". Это было окончательно.


Саша поднялся со своим чемоданом, пока мы ждали, был приготовлен чай, скоро прибудет ожидаемый Тайни. Она не распаковывала свой чемодан, поэтому просто достала несколько вещей для холодной погоды.


Выйдя из дома, я позвонил Бобу.


Он начал: "Аэропорт Бирмингема, 5 часов вечера. Отправляйтесь в терминалы для частных самолетов на грузовой стороне, а не в главный аэропорт. Ищите рейсы Мэнсона. Полет от имени Майкла Милтона плюс вечеринка. Если они спрашивают о медицинской страховке, это было сделано по телефону с Робинсонами. Обратите внимание на этот номер и код."


Я это записал.


"Вам не нужна виза, вы получаете визу по прибытии сроком действия на 90 дней. Вы забронировали номер в отеле "Гедонизм" -"


"Подожди, я видел это по телевизору".


"Тебе не обязательно заниматься сексом на глазах у других, просто смотри. Я подумал, что это будет хорошая обложка", - сказал он нараспев.


"Ты маленький засранец, ты это знаешь".


"Лимузин будет ждать в аэропорту, в отеле для вас будут дорожные чеки".


"Спасибо. Я позвоню, если у нас возникнут проблемы."


"Доведи британцев до конца".


"Отвали". Я повесил трубку и вошел внутрь, размышляя - и, вероятно, выглядя обеспокоенным.


"Проблемы?" Спросила Саша.


"... Отель, в котором Intel забронировала нам номер ... это место, где ... люди занимаются сексом на глазах у других".


Саша выглядела шокированной, но Тайни сказал с широкой улыбкой: "Ого, видел это по телевизору".


"Нас не заставляют потакать", - сказал я им. "Кроме того, мы будем заняты".


Саломея пожала плечами, не смущаясь.


"Могу я разгуливать голышом?" - Спросил Тайни.


"Нет", - сказала ей Саша. "Ты моя сучка".


Я сказал Тайни: "Русские мужчины плохо обращаются со своими дамами, они ... мачо".


"Когда-то у меня был такой парень. В конце концов, я сломал ему нос."


Саша бросила на нее обеспокоенный взгляд. "Мы разыгрываем спектакль".


Я сказал им: "Нам не нужны хорошие предыстории, мы плохие люди и никогда не ответим на вопросы, а если за нами будут наблюдать, мы будем выглядеть подозрительно, в этом вся идея. Будь грубым." Я столкнулся с Саломеей. "Просто будь собой!"


Под смех Саши я вышел на улицу и позвонил в Томск. "Послушайте, я направляюсь на Ямайку, человек из ЦРУ был похищен колумбийской бандой. Ты что-нибудь слышал?"


"Ямайка? Нет, но я поспрашиваю вокруг."


"Ты знаешь там кого-нибудь?"


"Смерц там, у него гостиница".


"Смерц?"


"Русский владелец казино, в бегах, разыскивается Интерполом и ФБР. Я договорился о пластической операции и новом удостоверении личности."


"Свяжись с ним. Мне нужна помощь, немного оружия, немного денег. Я буду в том отеле "Гедонизм", Негрил."


"Отель, где люди занимаются сексом друг у друга на глазах?" - недоумевал он.


"Да, я ... заказал это, чтобы избежать любых типов шпионов", - солгал я.


"Я думал о чем-то подобном здесь, но они думают, что церковь будет возражать".


"Пожертвуйте несколькими маленькими мальчиками, и церковь не будет возражать".


Он рассмеялся. "Я звоню ему сейчас, договорись о чем-нибудь. Какое имя ты используешь?"


"Петров". Я произнес это по буквам.


"Ладно, не нужно быть грубым, я кое-что улажу. Ты бываешь здесь?"


"Если у меня будет время, да. Официально я в отпуске. О, спросите картель Кали о человеке по имени Чарло де Сантос."


"Это имя звучит знакомо".


"Спроси их, я хочу знать о нем все".


Пит организовал для нас мини-автобус с неразборчивым полицейским эскортом, а я достал наличные из своего тайника; фунты, доллары и евро. Когда мы сели в микроавтобус, я раздал доллары команде.


Отправляясь в путь, я сказал им: "Если летный экипаж будет задавать вопросы, выражайтесь расплывчато, скажите, что я богат, отец занимается нефтью, что угодно. Притворись спящим."


"Еда в самолете?" - Спросил Тайни.


"Не уверен, так что перекуси чем-нибудь по дороге, но это дорогой частный самолет, так что я бы так подумал. Я летал на нескольких, но в то время на них не было бортпроводников."


"Как долго длится полет?" - спросила она.


"Десять часов, возможно, с дозаправкой".


"Я бы поспал, это ночной полет", - заметил Тайни.


По дороге в аэропорт Бирмингема мы остановились перекусить в кафе, несколько причудливых предысторий подсказал Тайни. Ее любимым было то, что мы были выздоравливающей группой бывших порноактеров-наркоманов. Когда я подумал, что Дэвид Финч может получить репортаж с Ямайки, я на самом деле рассмотрел предысторию; это шокировало бы его.


Пит наконец нашел нужное место, наш полицейский эскорт припарковался достаточно далеко, чтобы не вызвать к нам интереса. Пит вошел вместе с нами, но, по крайней мере, он был в гражданской одежде. Я подошел к шикарному столу.


"Э-э, сэр, деньги на бензин", - объявил Пит, и я оказался на месте, что и было его намерением.


Я достал деньги и дал ему хорошие чаевые, свирепо глядя на него, когда он самодовольно взял деньги и покинул нас. Я столкнулся с милой леди в элегантном синем наряде. "Вечеринка в Милтоне".


"Всего четверо, сэр?"


"Да. Вам нужны данные нашей медицинской страховки?"


"Пожалуйста, заполните бланк, сэр".


Я встал перед прилавком и заполнил форму, достав из кармана бумажку с кодом медицинской страховки на ней. "Хорошо, все сделано", - сказал я с улыбкой. "Что-нибудь еще?"


"Все организовано вашим агентом, сэр. Если вы последуете за мной." Она провела нас в шикарный лаундж, две дамы под рукой с шампанским и закусками, если мы хотели того или иного. Тайни одним махом опрокинул бокал с шампанским, Саша попросила чаю.


Через десять минут появился капитан. "Когда будете готовы, сэр. Время полета до Ямайки для нас составляет примерно девять часов."


Я взглянул на банду, и они встали, наш багаж уже забрали. Мы шли сквозь сильный холодный ветер к самолету, изящному и сексуальному "Гольфстриму".


"Это способ путешествовать", - пробормотал Тайни.


Внутри нас встретила приятная, но очень высокая хозяйка с поднятыми волосами, мы нашли места, попросили сесть посередине. Сиденье, которое я выбрал, поглотило меня и крепко обняло, Саша вскоре одобрительно кивнул удобному сиденью, когда защелкнулись ремни безопасности. Дверь закрылась, двигатели завыли, вторая официантка начала готовить для нас еду, были розданы изысканные меню Magnolia.


Я видел, как люди в защитных оранжевых наушниках возились снаружи, и вскоре мы рванули вперед, прежде чем остановиться, медленно выруливая. Я задавался вопросом о времени взлета и ожидания, но, похоже, у нас было свободное время между группами туристов, направляющихся в Бенидорм и Тенерифе. Поворот, и мы выехали на взлетно-посадочную полосу. Раздался рев, и мы выключили двигатель, и я был вынужден вернуться на свое место; это был не неуклюжий "Тристар".


Несмотря на турбулентность, мы обнаружили чистое небо, и после того, как ситуация выровнялась, закуски выдавались по мере разогрева пищи.


На русском Саломея спросила: "Каков план?"


Я ответил по-русски: "Я знаю его последнюю должность, поэтому мы начнем с этого. У меня также есть контакт на острове, из Томска."


" Мотив? " настаивала она.


"Хороший вопрос. У него нет денег, но у него есть знания. Он встречался с колумбийцем, и они используют не свои мозги, они используют свои яйца."


" Я кое-что из этого понимаю, " вставил Тайни. "Но русский не входит в число моих языков".


"Ямайский креол?" Я дразнил ее.


"Это не настоящий язык, это сленг", - указала она, откусывая от закусок.


После основного блюда из курицы я выпил пива, еда и напитки были бесплатными, и Тайни задремал. На улице вскоре стемнело, и Саша сложил руки на груди и закрыл глаза. Я выглянул в окно, но смотреть было не на что. Если бы я посмотрел вверх, то увидел бы звезды, задаваясь вопросом, смогу ли я увидеть кривизну Земли.


В полночь я посмотрел на часы, Саломея уже спала, и я закрыл глаза, думая о Миллере в маленькой бетонной комнате, его пальцы уже отрезаны. Я также подумал, не было ли это ловушкой, но для Deep State было бы очень легко избавиться от меня, им нужно всего лишь опубликовать записанный разговор между мной и Миллером. Нет, им не было необходимости расставлять для меня ловушку.


И после хорошей работы, которую они проделали в Лондоне против банды лорда Майклза, я волновался, что такая команда профессионалов может добраться до меня. Во всем мире хорошие команды было чертовски трудно собрать и сохранять сплоченность, и провал был гораздо более вероятен, чем хороший результат - хороший результат, когда не осталось никаких улик.


Я проснулся, когда через маленькое окошко пробился свет, больше никто еще не шевелился. Я потянулся вперед через стол и зевнул. Возвращаясь в комнату хозяйки, я обнаружил, что один бодрствует, другой спит.


Я поднял плоскую ладонь, когда она собралась встать. "Успокойся", - прошептала я и воспользовалась роскошным туалетом, помывшись там. Выйдя на улицу, она предложила мне чай.


Я кивнул, прошел по проходу через несколько кресел и сел. Она присоединилась ко мне с чашкой и серебряным кофейником, наливая. Она добавила сахар, когда я кивнул. "Когда ты спишь?"


"Официально нам не положено", - прошептала она. "Мы приходим на дежурство, летаем, снимаем дежурство и спим, по крайней мере, два дня на другом конце. Это примерно шестнадцатичасовая смена и примерно три выходных дня. Чем вы занимаетесь, сэр?"


"Отец занимается нефтью, так что я провел много времени в самолетах, когда был молодым, навещая его в какой-то адской дыре. Сейчас я работаю с ним, оцениваю риски. Если я поеду в какое-нибудь место вроде Сьерра-Леоне на пять дней, я получу две тысячи по текущей ставке."


"Хорошая работа", - одобрила она.


"Вы начинали с туристических полетов?"


"Да, но я ненавидел это; ужасные британские туристы на Тенерифе. Затем я попробовал дальние рейсы, и это было тяжело, двенадцатичасовые перелеты, затем переключился на роскошные яхты, что было очень весело, владельцы часто уезжали. И случайная встреча с владельцем этой авиакомпании, и я поменялся обратно.


"Проблема с этими рейсами ... в том, чтобы помешать им напиться, открыть двери посреди Атлантики или принять передозировку наркотиков. Мы часто добираемся туда, куда направляемся, и нам нужна скорая помощь, мы не можем их разбудить."


Я широко улыбнулся, представив обкуренных участников Rolling Stones. После второй чашки чая я направился обратно и осторожно вошел, чтобы никого не разбудить.


Они проснулись, когда мы попали в шторм, самолет немного подбросило. На девятичасовой отметке мы были на последнем спуске, и сквозь облака мы могли видеть синий манящий океан и песчаные пляжи, отели, спрятанные в деревьях, лодки на воде, виднелся огромный круизный лайнер.


Плавно снижаясь, мы прорулили мимо неуклюжих боингов 747, вскоре остановились, двери открылись, теплый воздух ворвался в салон, когда Саша встал и, зевая, почесал яйца. Спустившись с самолета, нас проводили в одноэтажное здание и к стойке регистрации, вручили паспорта и поставили печати, как отметил наш отель.


Нас провели, теперь, когда мы привыкли к кондиционированию воздуха в самолете, стало тепло, наш лимузин ждал, внутри было место для восьми человек, наши чемоданы были уложены сзади.


"Можем ли мы делать это каждый месяц?" - Остро спросил Тайни, когда она села, проведя рукой по обивке.


"Это нормально для работы в Echo", - сказал я ей, поймав взгляд Саши.


"Нормальность - это дыра в земле!" - пожаловался он.


Вопрос от местного чернокожего водителя, готовы ли мы, и мы тронулись в путь, вскоре осмотрев дерьмовую часть Ямайки, пока не выехали на шоссе, мельком увидели другие дерьмовые районы, поездка заняла двадцать минут. Во время той поездки я видел две остановки полиции и одно тело; это был не райский остров, если только вы не находились за высокими стенами.


Ворота отеля казались огромными, двое умных охранников были на посту - и вооружены, тенистая аллея, по которой можно было спуститься к зданию отеля, вскоре окажется под крышей вестибюля. Двери открылись, нами, и мы взяли наш собственный багаж, и я дал чаевые водителю. Внутри мы положили паспорта на стойку регистрации.


"Милтон, группа из четырех", - заявил я.


Белая американская леди сказала: "У вас есть секс-люкс".


"Э-э?" Саша выдохнула, поймав взгляд леди.


Ключи в руках, их всего два, вручили конверт с дорожными чеками и расписались, мы поднялись на лифте на четыре этажа наверх - это было небольшое здание отеля, и нас провели вниз к двери. Открыв и повернув ключ, мы обнаружили красные диваны, красный ковер и огромные фотографии людей, занимающихся сексом, на стенах.


"Мне это нравится", - выдохнул Тайни.


Закрыв дверь, Саломея сделала фотографии, и мы обнаружили, что это был люкс, как и было заявлено - три спальни, большие спальни, все со странно круглыми кроватями, и в каждой ванной комнате было джакузи, плюс в главной зоне было джакузи на балконе - балконе, достаточно большом для двадцати человек.


Я оставил свой чемодан в комнате и вышел на общий балкон, глядя сквозь деревья на бассейн, вскоре увидев толстую женщину средних лет, разгуливающую голышом. "Фу".


Внутри я кричал: "У тебя есть один час! Душ, туалет, приготовьтесь съезжать!"


Вернувшись на балкон, я позвал Тинкер. "Не смейся, но я в отеле "Гедонизм", Ямайка".


Он рассмеялся.


Со мной Саша, Саломея и Тайни из 14 Intel, у нас есть работа. Если мне что-нибудь понадобится, я тебе позвоню. Для начала предоставьте мне список всех жителей Запада, убитых здесь на прошлой неделе, район Негрил, любых неопознанных тел или частей тела."


"Хорошо, и ... желаю тебе повеселиться".


"Отвали".


Внутри я наблюдал, как идеальная обнаженная задница Саломеи направилась к душевым. Я громко вздохнул. Но все же я был под прикрытием и играл свою роль. Я распаковал несколько вещей: сумку для ванной, купальный костюм, кроссовки, джинсы, создавая впечатление, что я турист на отдыхе, больной, которому нравится смотреть, как другие люди занимаются сексом.


Когда Саломея сказала, что закончила принимать душ, я разделся, вздохнул и вошел со своей сумкой с туалетными принадлежностями, Саломея стояла перед зеркалом обнаженной.


Она обернулась и ахнула. "Я слышал, но .... Боже мой".


"Давай постараемся не добавлять больше шрамов в этом путешествии, эх". Я зашел в душ, достаточно большой для четырех человек, и насладился горячим душем, за которым последовал прохладный, заметив, что Саломея сидела на унитазе в какой-то момент и у всех на виду.


Выйдя из душа, я вытерлась полотенцем, Саломея была в спальне и разгуливала в трусиках - и больше ничего, когда она занималась своим делом. Ее загорелая кожа выглядела идеально, натурального темно-оливкового цвета, ее грудь была заостренной и выдавалась наружу, по-юношески выглядя.


Рядом с ней я коснулся ее бедра и растяжек. "Ты был толстым в детстве?"


"Мужчины всегда спрашивают об этом, но нет, я не знаю, зачем они здесь".


Я оделся, на мне были джинсы, топа не было, когда я прошел в комнату Саши, обнаружив только Тайни, на кровати, голого, кровать вибрировала.


"Я этого не понимаю", - сказала она мне. "Ничего не делает для девушки". Она приподнялась на локте. "Трахни ... меня".


"Да, у меня есть шрамы".


Она вскочила и переступила порог, совершенно не заботясь о том, чтобы быть обнаженной, провела рукой по моим шрамам. "Это больно?"


"Больше нет, в то время, очевидно, было. Одевайся, будь готов, а. И что это за маленькая надпись, вытатуированная у тебя на спине?" Она обернулась с усмешкой.


Я указал на это пальцем. "Не останавливайся, пока я не скажу".


Она засмеялась, направляясь к своему чемодану, оставив меня качать головой, бросив взгляд на ее бритую киску, просто маленькую розовую щелочку. Подавив вздох, я открыла дверь в гостиную и обнаружила Сашу.


"Три комнаты", - сказал он мне, одеваясь. "Итак, я здесь, на ... дурацкой круглой кровати. Один!"


"Когда мы выходим за следующую дверь, вы - пара, держащаяся за руки, спорящая, целующаяся".


"Айя". Он покачал головой.


"Ты шпион, в чем проблема?"


Он колебался. "Моя девочка, она ... она беременна".


"Планировал?"


"Нет".


"И у тебя голова в двух местах ..?"


Он пожал плечами.


"Лучше приведи в порядок свои мысли, или нас быстро убьют".


Он кивнул. "Я не подведу тебя в джунглях, только то, что ..."


"Обнаженная симпатичная девушка - это отвлекающий маневр, да. Мы делаем работу, мы заканчиваем ее, мы уходим. Профессионалы, да?"


Он утвердительно кивнул.


Я позвонил в Томск, получил Большого Сашу, поболтали пять минут. У него были данные нашего контактного лица, Смерца, посредника, с которым мы договорились встретиться в кафе-баре в нескольких милях отсюда. Я это записал.


Одетый и готовый, я проверил страницу своего факса и попросил их всех изучить лицо Миллера. Карманы были проверены, паспорта в сейфе в номере, деньги пересчитаны, и мы были готовы. "Хорошо, в этом отеле мы две пары, всегда ведем себя хорошо. Снаружи, менее важное, но хорошее прикрытие на Ямайке, пары в отпуске, глупые белые люди."


Поворачиваясь, я взял Саломею за руку и оглянулся. Саша неохотно взял Тайни за руку, получив от нее широкую дразнящую улыбку, когда она взмахнула ресницами, глядя на него. Мы вышли.


В лифте мы стояли рядом с другой парой, американцами.


Вопрос "Откуда вы все?" исходил от дамы лет сорока.


"Англия", - сказал я ей. "Раньше мы были порноактерами и много снимали здесь фильмы. После реабилитации мы подумали, что могли бы снова спуститься и осмотреться."


"Реабилитация?"


"Реабилитация от наркотиков. Большинство порноактеров убивают себя таким образом."


"Я читал что-то подобное, да. Надеюсь, у вас сейчас все в порядке." Она бросила на меня успокаивающий взгляд.


Мужчина коснулся моего предплечья. "Членовредительство?"


"Это сопровождалось низкой самооценкой."


Он кивнул. "Я вернул тебя, сынок".


"Спасибо".


Выйдя на улицу, мы обнаружили ожидающий нас фургон такси и загрузились внутрь, указав адрес.


Когда мы уходили, Тайни ударил меня кулаком по колену. "Ты использовал мою историю".


"Как я играл?"


"Хорошо", - неохотно сказала она мне. "Немного самоповреждения действительно добавило к этому".


Водитель спросил: "Ребята, вам что-нибудь нужно?"


Мы обменялись взглядами. "Может быть, у тебя есть визитка?"


Он протянул мне визитку, и я положил ее в карман. "Я провожу ночные приключенческие туры".


"Звучит заманчиво, но у нас в отеле заболел родственник, болит желудок".


"Обычное дело здесь. Придерживайтесь приготовленной ди пищи, сотрите с нее соус."


"Спасибо, чувак".


В номинированном кафе-баре мы вышли и неторопливо зашли внутрь, обнаружив всего двух туристов, сидящих за завтраком. Я сразу же создал тощего русского парня.


По-русски я начал: "Ты ждешь меня?"


"Кто ты?"


"Петров".


Его глаза расширились. "Приди".


В глубине зала сидел другой мужчина с кофе и газетой. Он встал, но когда вошла Саша, он улыбнулся. Они обнялись. "Долгое время", - отметил мужчина.


Второй мужчина пожал мне руку. "Легендарный Петров. Пойдем." Он повел нас вверх по лестнице на балкон для личного пользования, там сидел старик. "Это Смерц".


Наш хозяин встал, и мы пожали друг другу руки. "Итак, сам человек, Петров. Предполагается, что я должен попросить тебя снять рубашку."


Я был в свободной футболке, так что ее было легко снять.


Его глаза округлились. "Я знаю хорошего пластического хирурга, если он тебе нужен".


"Я с честью ношу свои боевые шрамы". Я снова надеваю свою футболку.


Сев за большой стол, он начал: "Итак, чем я могу вам помочь?"


"Несколько дней назад был похищен человек, нам нужно найти его или тех, кто его убил. Контракт будет заключаться в том, чтобы убить их, если он умрет."


Он кивнул. "У меня есть двое местных чернокожих, которым я доверяю". Он повернулся к мужчине, который обнимал Сашу, тот вскоре вернулся с двумя "Береттами" и запасными магазинами. Я передал свою Саломее, и она умело и профессионально проверила ее, положив в свою сумку. Тайни взял вторую и тоже проверил ее, но медленнее. Тем не менее, Тайни произвела на меня впечатление; она опустила курок пистолета и посмотрела в дуло.


Я спросил нашего ведущего: "Знаешь кого-нибудь в аэропорту?"


"Да, у меня есть контакт".


"Мне нужен список частных самолетов, прилетавших и вылетавших на прошлой неделе, особенно колумбийцев".


"Ах, плохие люди, несколько человек здесь прячутся".


"Подкупи кого хочешь, деньги здесь не главное". Я показал ему теперь уже скомканное изображение Миллера.


"Не тот, кого я встречал недавно".


Когда я возвращал страницу, блестящая сине-зеленая колибри скользнула к нашему столу, и наш хозяин подтолкнул к птице маленький серебряный кофейник. Пока я зачарованно наблюдал, колибри парила над чашкой, длинный язык проник в чашку.


Наш хозяин указал. "Обычное дело в здешних краях. Им нужно питаться весь день, в организме нет запасов энергии или что-то в этом роде."


Тайни поднял серебряный горшочек и поднял его, птица все еще кормилась. Я встал, поблагодарил его и сказал, что мы вернемся на следующий день.


Выйдя на улицу, мы остановили два отдельных желтых такси, одно следовало за другим всего в миле от скромного отеля на главной дороге. Мы остановились на противоположной стороне, и я, оглядевшись, увидел такси на стоянке с другой стороны - скучающие водители с высунутыми из окон руками вскоре вручили 20 долларов нашему водителю. Я показал сотню, и он уставился на нее. Открыв мятый лист, я показал ему лицо и протянул две двадцатки.


"Пойди спроси об этом человеке. Таксисты вон там. Мы ждем."


Бросив на меня взгляд, он взял газету и тронулся с места, вскоре уклоняясь от движения, когда перебегал оживленную дорогу. Мы могли видеть, как он засовывает голову в машину, кладет руку на крышку, показывает бумагу, качает головой. Второе такси, и кто-то кивнул головой, вручил двадцатку, коротко поболтал.


Перейдя через дорогу, он осторожно приблизился. "Этот человек был здесь три дня назад, два дня назад он ездил на такси в кафе "Домино Кафе".


"Как далеко?"


"Десять минут".


"Тогда пошли, больше денег для тебя". Я протянул ему сотню.


Когда мы отправились в путь, он сказал: "Я шесть лет служил в полиции Ди, потом были некоторые проблемы. Я рулю вот уже год. Некоторые туристы платят нормально, некоторые без чаевых."


"У вас есть связи в полиции?"


"О да, чувак, мой брат все еще полицейский, и мой дядя".


"Вам будет достаточно тысячи долларов в день?"


Он взглянул на меня и тряхнул машину. "Ты серьезно, чувак?"


"Да. Найди этого человека, и тебе хватит на год вождения такси."


"Кто этот человек?"


"Друг, которого сейчас нет. Его жена хочет, чтобы он вернулся."


"Ты не англичанин, чувак ..."


"Русский".


Саломея взвела курок пистолета и приставила его к его шее. "Платон и отвес". Пуля или немного денег, серебро или свинец.


"Деньги Ди, да, да", - поспешно выкрутился он.


"Мы хорошо платим тем, кто нам помогает", - сказал я ему, взглянув на его блестящую магнитолу. В машине не было кондиционера, но зато была большая магнитола, на которой мог бы стоять хороший удобный кондиционер.


У кафе "Домино" мы притормозили, и я выглянул на подъездную дорожку. Это выглядело эксклюзивно: стеклянный балкон на втором этаже, прочные двери на первом этаже, без окон, видеонаблюдение под углом к двери.


"Кто идет сюда?" - Спросил я нашего водителя, когда мимо с ревом проносились машины.


"Богатые люди, я иногда беру их".


"Турист?"


"Нет, нет, местные жители, политики, полиция".


"В какое время она открывается?"


"Только после десяти вечера, откройся навстречу восходящему свету".


"Где будет сегодня твой дядя?"


"У него нет работы, потому что он разбил машину, ему платят, чтобы он сидел дома и ходил на рыбалку".


"Тогда пойдем посмотрим на него".


Мы тронулись с места, получив при этом несколько громких гудков от гнева. "Его жена хорошо готовит цыпленка по-каджунски", - с энтузиазмом отозвался наш водитель. "Ты видишь".


Двадцатиминутная поездка привела нас в горы, мимо сельской местности и домов, которые напомнили мне о Сьерра-Леоне; здесь была бедность, которую обычный турист, приехавший сюда на неделю, не увидит. Мы заехали в большой, но обветшалый дом, Саша и Тайни по-прежнему следовали за нами.


Казалось, что участок плантации был грубо вырублен в красной грязи, квадрат на обочине дороги, двухэтажный дом построен - и построен плохо. Вокруг нас раскинулись пышные зеленые плантации, виднелись аккуратные ряды кустарников высотой по плечо, дома, частично скрытые в листве.


Выйдя из машины, я расплатился с такси Саши, дал мужчине хорошие чаевые и сказал ему подождать. Мужчина откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.


Внутри наш водитель представил семью, бегающих вокруг детей. Я дал его удивленному дяде тысячу долларов. "Я ищу человека, который пропал без вести после встречи с колумбийцем", - сказал я, когда мужчина изучил деньги, прежде чем положить их в карман.


"Ах, колумбиец, плохие люди".


"Как ты думаешь, ты мог бы найти причину, чтобы захватить записи с камер видеонаблюдения в ресторане "Домино"?"


"Владелец продает наркотики, поэтому мы иногда угрожаем ему. Я могу попросить своего друга достать кассеты, да."


Я достал еще денег и передал вторую тысячу. "Сейчас, сегодня, быстро, быстро".


Он смягчился, взял деньги, не сводя глаз с Саломеи, и позвонил по домашнему телефону. Вернувшись к нам, он сказал: "Мой друг скоро отведет туда людей, они будут спать в кафе, но мужчины спят внутри, чтобы защитить заведение. Мы разбудим их, без проблем."


"Не могли бы вы позвонить еще раз, узнать, были ли найдены тела белых мужчин за последние несколько дней".


Он направился обратно к телефону. Десять минут спустя он сказал: "Только человек утонул, старик, толстый, в тридцати милях отсюда. Он из Германии."


Я кивнула, когда подали холодные напитки, на кухне что-то восхитительно пахло.


Полчаса спустя мы попробовали цыпленка по-каджунски, поздний завтрак для нас, цыпленок был очень вкусным, наш водитель увлеченно рассказывал о кулинарном творении своей тети, дети задавали вопросы.


Когда зазвонил мой телефон, я отступил. "Это Большая Саша. Он попросил меня дать вам кое-какую информацию. Чарло де Сантос, что-то связанное с инвестиционно-банковским делом, если это правильный человек."


"Могло быть. Что-нибудь еще?"


"Связан с преступным миром".


"Итак, инвестиционный банкинг преступного мира, который они часто называют отмыванием денег".


"Похоже на то".


"Хорошо, спасибо. Спроси Томска, где я могу найти этого парня."


"Работает в Боготе и Майами, это все, что мы знаем".


"Хорошо".


По телефону я сказал себе: "Из Боготы в Майами, остановись на Ямайке". Я скорчил гримасу. "Это на маршруте".


Кивок, и Саша шагнула ко мне. "Колумбиец, который, как мы думаем, схватил моего американского друга, он занимается отмыванием денег. И американец, его люди вложили значительные средства в бельгийский банк. Итак, я думаю, что ... возможно, американцы были вовлечены в отмывание денег - наличных для секретных заданий, и с уничтожением бельгийского банка у них есть вопросы, на которые нужно ответить - нехватка наличных."


"Лучше тебе не встречаться с этим человеком, у него может найтись для тебя несколько громких слов о своем банковском счете!"


Я кивнул, пряча ухмылку.


Час спустя, когда мы сидели за столом, нам принесли холодные напитки, и наш дядя-полицейский ответил на звонок. Он объяснил: "У нас есть рейсы в Колумбию и Флориду, как вы и просили, они доставляют их для меня вместе с пленкой с камеры".


"Хорошо", - признал я.


Когда появилась полицейская машина, я был осторожен, Саломея была наготове со своим пистолетом, спрятанным под топом. Высокий сержант полиции с проницательной улыбкой вручил нашему хозяину страницу с информацией о рейсе, страницу, переданную мне.


Когда я взглянул на это, наш хозяин повел нас в комнату с видеомагнитофоном, и сержанта угостили курицей после того, как он вручил сто долларов. Меня так и подмывало сказать нашему дяде копу, чтобы он был более щедрым с моими деньгами.


Запись вставлена и воспроизведена, мы отметили дату, за вчерашний день, поэтому она была удалена. Найденная запись двухдневной давности, мы быстро перемотали мимо сотрудников, прибывающих на работу, и к первым прибывающим гостям.


Сорок минут спустя я узнал Миллера. Он вошел внутрь в 10: 45 вечера, поэтому мы перенесемся вперед, чтобы увидеть, когда он ушел, и обнаружим, что он уходит с другим мужчиной, по крайней мере, пожимая руку и прощаясь.


"Подожди!" Я закричал.


Наш ведущий нажал на паузу.


Я сказал: "Человек с ружьем".


Он перемотал и прокрутил это снова, и в левом верхнем углу мы увидели, как Миллера и его связного грубо похитили под дулом пистолета и затолкали в странно раскрашенную машину.


"Я знаю эту машину", - сказал наш хозяин. "Торговец наркотиками".


"Ты знаешь, где мы можем его найти?"


"Мы арестовываем его несколько раз. У него есть дом, возможно, в шести милях отсюда."


"Ты можешь показать нам?" Для тебя можно заработать больше денег."


Он схватил свой служебный револьвер и немного патронов и проверил его, и высокому сержанту потребовалось около двух секунд, чтобы решить, что он готов к какой-нибудь незаконной внеклассной деятельности, если за это хорошо заплатят. Я вручил сержанту пятьсот долларов, тем самым улучшив его настроение.


Когда второе такси отъехало, Саша и Тайни сели в оставшееся такси, я, Саломея и наш хозяин - в полицейскую машину. Но я убедился, что сел впереди, чтобы в случае необходимости быстро выйти.


Развернувшись, мы отправились вниз по склону, почти к побережью, затем повернули на восток на милю, прежде чем снова подняться на холм, вскоре выехав на дорогу над полуразрушенным домом, окруженным высоким забором. Этот дом. Когда мы подъехали, залаяли собаки, и я задался вопросом, как далеко зайдут эти копы.


Дядя коп поговорил с сержантом, раздался выстрел, и замок на воротах вылетел, наши копы ворвались внутрь, выбив дверь. Я шел вплотную позади, Саломея была рядом со мной с пистолетом наготове.


Внутри я нашел человека на полу лицом вниз, второго мужчину на стуле, но такого обкуренного, что он даже не знал, что мы были там. Запах травы поразил меня. Я поднял мужчину с пола, у него шла кровь из носа, и швырнул его в кресло на диване. Стоя над ним, пока он разглядывал оружие, я снял футболку, наши копы были шокированы тем, что они увидели.


С ударением я начал: "Меня зовут Петров, я из Панамы, самый разыскиваемый боевик в мире. Я отрезаю части тела у своих жертв и ем их. Итак, я собираюсь задать тебе несколько вопросов, и если мне не понравятся ответы ... Я начну с твоих глаз."


Мужчина в ужасе уставился вверх, Саша смотрела на дорогу.


Я придвинулся на несколько дюймов ближе. "Три ночи назад в кафе "Домино" вы схватили двух мужчин. Один американец, один колумбиец. Теперь за убийство похитителей назначена большая награда - то есть вы. За информацию предусмотрено более крупное вознаграждение от колумбийского наркокартеля. Итак ... где они?"


"Они летают, человек, с маленького аэродрома, на севере, в Бангосе".


Я повернулся к дяде копу.


"Бангос используется контрабандистами", - сообщил он мне. "Это в четырех часах езды через гору Ди".


Я столкнулся с нашим похитителем, но схватил нож со стола. "Я собираюсь отрезать тебе уши, если ты не узнаешь еще что-нибудь". Я медленно подошел ближе, наши копы не реагировали.


"Они летят в Мексику", - умолял он. "Люди, которые придут ко мне, они работают на Карлоса, Шакала".


Дядя-полицейский с потным лицом бросил вызов: "Откуда ты знаешь Шакала, ты же мелкий таракан". Он ударил нашу жертву пистолетом, вскрыв кожу на лбу. Мне не нужно было беспокоиться о копах.


"Нэнди Крофт, я помогал Нэнди Крофту, он забрал Чарли у Карлоса!" - взмолилась наша жертва.


Дядя коп повернулся ко мне лицом. "Крофт - здешний крупный торговец, он иногда пользовался "Банго". Мы совершаем набеги на него каждый месяц, но они всегда знают, что мы приближаемся. Возможно, Крофт знает Карлоса."


Я встретился с нашими наемными полицейскими и снова надел футболку. "Мне нужно, чтобы его подержали несколько дней, никто с ним не разговаривал, никаких звонков".


Сержант предложил: "Я могу это сделать, и мы накачаем его метадоном. Он проспал неделю!"


Я отсчитал пять тысяч евро, внимательно изучая деньги. "Поменяй деньги на доллары. И спасибо, я вернусь через несколько дней."


Я направил свою команду к ожидающему такси, трое втиснулись на заднее сиденье, в то время как на нашего дилера с окровавленным носом надели наручники и грубо швырнули на заднее сиденье патрульной машины.


Волна благодарности, и наше такси начало спускаться с холма, направляясь к тому же кафе. Когда мы подошли, Мерц стоял внутри того кафе, расставляя напитки.


"Так быстро вернулся?" наш хирургически измененный хозяин озадачен.


Я отошел в сторону и позвонил Томску: "Что ты знаешь о Карлосе-Шакале в Мексике".


"Я разбираюсь с ним".


"Черт..."


"Почему?"


"Он схватил знакомого мне человека из ЦРУ здесь, на Ямайке, и переправил в Мексику. Какие у вас с ним отношения?"


"У него есть надежный трубопровод в Америку, поэтому я отправляю через него несколько тонн. С ним все в порядке, я ему доверяю."


"Тогда позвони ему и спроси, почему он похищает американцев с Ямайки. И скажи ему, чтобы он не убивал этого человека, скажи ему, что я знаю этого человека."


"Ты ведь не пойдешь убивать его, правда?" Томск обеспокоен.


"Я мог бы сделать, зависит от того, что он сделает с американцем. Тем временем, найди мне билет отсюда на твой аэродром."


"Ты приходишь в гости, хорошо. Сейчас я кое-что разбираю."


"Нас четверо, со мной номер 2".


"А, хорошо".


Сидя с нашим хозяином и остальными, потягивая холодное пиво, я сказал дамам сдать пистолеты и магазины, и что мы скоро уйдем.


"Хорошо", - заявила Саша.


"Мы только что добрались сюда!" Тайни запротестовал.


"Мы отправляемся в Панаму", - сказал я Тайни. "У нас есть работа, которую нужно делать, помни".


"Мы тоже едем в Мексику?" Спросила Саломея.


"Я мог бы, с Сашей ты этого не сделаешь". Я встретился с ней лицом к лицу. "Я не хочу объяснять твою смерть ... другим".


"Если работа хорошо спланирована, никто не погибнет", - настаивала она.


"В Мексике прекрасные пляжи", - заметил Тайни. "Я мог бы сидеть на пляже и ждать тебя".


Томск перезвонил полчаса спустя, когда я кормил колибри. "Я говорил с Карлосом, и он был удивлен, что я знаю, и удивлен, что ты знаешь этого человека. Оба мужчины все еще живы."


"Почему он схватил их?"


Я услышал громкий вздох. "У него отмытые деньги в некоем голландском банке ..."


"Ах", - выдыхаю я. "И он хотел получить ответы".


"Он думает, что ЦРУ и британцы уничтожили банк, это то, что ему сказали. Он ненавидит этого капитана Милтона ..!"


"Майор Милтон, теперь он."


"Тебе все еще, блядь, недоплачивают! Что ты будешь делать?"


Я обдумывал, что я хотел бы сделать, и что мне, вероятно, могло бы сойти с рук. "Я пойду поговорю с ним, добьюсь освобождения американца".


"Зачем встречаться с ним, я могу надавить на него, чтобы он освободил американца?"


"У меня ... есть идея. Ты хочешь, чтобы этот парень был на борту "тесных связей"?"


"Ну, да, ему можно доверять, и мало кому из гребаных мексиканцев можно доверять! Не стреляй в него."


"Мы можем поболтать, когда я увижу тебя, есть кое-что еще, о чем нам нужно поболтать".


"Я могу подготовить самолет к 8 вечера".


"Мы будем в аэропорту в 7 вечера, сообщите мне подробности до этого".


Положив трубку, я помахал рукой всей банде и поблагодарил нашего хозяина, останавливая такси. В машине я сказал им собираться, когда мы вернемся, Тайни жаловалась; она не видела, чтобы кто-нибудь занимался сексом, или не пробовала бассейн. Или видел Сашу голой.


Вернувшись в отель, мы забрали ключи и отправились наверх, вскоре упаковав те немногие вещи, которые мы взяли с собой. Тайни наполнила свою ванную женственными вещами, отчего все выглядело так, будто она провела здесь уже месяц. Ей потребовалось бы некоторое время, чтобы переодеться.


Выйдя на балкон, я посмотрела налево и увидела знакомое лицо на соседнем балконе. Подойдя, я вскоре увидел нашу высокую хозяйку обнаженной в компании другой девушки, розовый фаллоимитатор на столике на балконе рядом с ведерком со льдом и стаканами.


У нашей хозяйки было подтянутое тело, красивые сиськи, но было очевидно, что у нее были имплантаты. У нее также было несколько татуировок, которые никогда ничего не делали для меня.


"Отличный день для этого", - громко заявила я.


Она развернулась. "Черт". Она схватила полотенце. "Э-э ... еще раз здравствуйте, сэр, не знал, что вы остановились в этом отеле".


Я улыбнулся. "Расслабься. Ты не нарушаешь никаких законов или правил, и я ничего не буду говорить."


" Ты ... хочешь выпить? " предложила она, отбрасывая полотенце.


"Мне нужно лететь, срочная работа в Центральной Америке, но там достаточно хорошо платят. Возможно, увидимся на обратном пути. Веселитесь."


Внутри я упаковал свой чемодан, Саломея уже собрала вещи, и я проверил свой паспорт и поддельное российское удостоверение личности, вспоминая, какое из них я должен был где использовать. Но я был достаточно уверен, что власти Панамы не арестовали бы меня, если бы считали меня Петровым. Они могли бы угостить меня выпивкой, но они не арестовали бы меня.


Поскольку Тайни все еще жаловался, мы проверили номера, стерли отпечатки пальцев - все, что могло принести пользу, - и направились к стойке регистрации.


Я сказал даме: "У меня срочная работа на Багамах, так что мы выписываемся".


"Комната была оплачена за неделю", - недоумевала она.


"Возможно, мы вернемся сюда во времени, но я сомневаюсь в этом".


Ключи были возвращены удивленному клерку, мы вышли и обнаружили тот же микроавтобус, в котором сидел водитель, вскоре по дороге в аэропорт, когда я объяснял нашему водителю семейный кризис.


Он вернул нас туда, откуда мы начали, и я проводил команду, вскоре позвонив Большому Саше. Он начал: "Вы Сергей Романов, просто упомяните это имя менеджеру в здании для частных полетов".


"Спасибо".


Я попросил команду подождать, когда зашел внутрь, спрашивая менеджера. Девушка была расстроена тем, что не могла помочь мне сама, но позвала менеджера. "Я Сергей Романов".


"Ах, добро пожаловать, сэр, мы ожидали вас. Только ты?" - прозвучало с изысканным акцентом.


Я указал на улицу. "Нас четверо".


"Следуйте за мной, сэр. Хорошо отдохнул?"


"Прервись, семейная болезнь".


Он вышел, поэтому я помахал команде рукой и взял у Саши свой чемоданчик, когда нас повели в другую комнату, шикарную зону ожидания.


"Пожалуйста, подождите здесь, сэр, самолет будет готов к 8 вечера, но, возможно, мы сможем подготовиться раньше. Я проверю, сэр."


Мы устроились, стали ждать, принесли холодные напитки.


Саломея спросила: "История для прикрытия Панамы?"


"Не требуется. Просто скажи, что ты моя девушка, и ... они позволят тебе ходить голой по главной дороге, стреляя в людей."


"Я часто хотела это сделать", - заявила она, и я не был уверен, шутит она или нет, обменявшись взглядом с Сашей.


"Но имейте в виду, что у моего персонажа есть женщина и ребенок в Лондоне, но сейчас у них отдаленные отношения".


"Значит, твоя легенда - копия твоей реальной жизни", - громко заметила Саша, ухмыляясь.


"А как же я?" - Спросил Тайни.


"Ты не можешь быть сучкой Саши, они знают, что у него есть постоянная девушка - и хорошая".


Саша рассмеялся, когда Тайни уставился на него.


"Я могу притворяться милой", - настаивала она.


"Он никогда бы не взял ее в Панаму", - настаивал я. "Итак ... ты тоже моя девушка".


"Вот так-то больше похоже на настоящего мужчину".


"Настоящий мужчина?" Несчастный вопрос Саши.


Тайни повернулся к нему лицом. "Ты боишься увидеть девушку обнаженной! Вуси."


Я ухмыльнулся. "Они могли бы сойти за женатых", - сказал я Саломее. Я изучал ее мгновение. "В Панаме ты работаешь на меня, не забывай об этом, глаза и уши закрыты, никакой двурушничества".


Она казалась оскорбленной. "Что это значит?"


"Это означает ... что Томск - ценный друг и актив, поэтому мы не шпионим за ним". Я задержал на ней взгляд.


Она пожала плечами и отвела взгляд.


Час спустя и намного раньше, чем было объявлено, нас отвели в нашу поездку - щурясь от яркого послеполуденного солнца, мы обнаружили небольшой "Гольфстрим", пилоты которого, похоже, были латиноамериканцами.


Я пожал руку капитану, когда он стоял у ступенек в своей белой рубашке с золотыми нашивками на плечах. "Откуда ты?"


"Панама, сэр".


"Я слышал, что в наши дни стало тише, меньше преступлений ..."


"Преступность снизилась, да, банд стало меньше".


Внутри мы заняли места, две улыбчивые и энергичные хозяйки-латиноамериканки позаботились обо всех наших потребностях, двигатели завывали.


Мой телефон зазвонил. "Придержите самолет", - нахально сказал я стюардессе, дверь все еще была открыта. Я спустился вниз, туда, где капитан мог меня видеть, и помахал рукой. "Алло?"


"Это босс Миллера".


"Я нашел его, он жив, я пойду за ним".


"Черт, это было быстро. Когда вы прибыли?"


"Несколько часов назад".


"Черт ... Так где же он?"


"В Мексике".


"Мексика!"


"В плену у шакала".


"Шакал? Этот Карлос-кинг-пин-нечто вроде?


"Ага. У Карлоса была крупная сумма денег, вложенная в определенный бельгийский банк - "


"Ах... черт".


И он обвиняет ЦРУ и британцев. Вопрос в том ... как он узнал о вашем мужчине и где его найти."


"Утечка информации от человека, с которым мы вели переговоры, поездка была запланирована всего на два дня вперед, стандартная процедура".


"Мне помогло бы, если бы я знал, в чем был замешан твой колумбиец, отмывающий деньги. И ты хочешь, чтобы его освободили?"


"Да, мы хотим, чтобы его освободили, и он посредник в трех картелях на юге Колумбии и в Боливии. Мы зарабатываем для них деньги, получаем свою долю, деньги используются на такие проекты, как помощь вам."


"Ой, это было раскопкой?" Я притворялся.


"Нет, я просто объясняю преимущества возвращения Колумбии - и трачу деньги, чтобы спасти твою задницу!"


Я ухмыльнулся. "Я сделаю все, что смогу, он все еще жив".


"В каком он состоянии?"


"Пока понятия не имею, но Томский сказал Шакалу обращаться с ним хорошо и сохранить ему жизнь".


"Томск организует выпуск?"


"Нет, Петров поедет в Мексику для личной встречи".


"Этот идиот-шакал грабит людей ради забавы, так зачем рисковать?"


"Подумай, что я сделал с Томском, и хочешь ты или нет, чтобы Шакал переметнулся на нашу сторону - на том конце провода, сел на границе и приложил ухо к земле ..."


"Отправьте Петрова в Мексику. Определенно."


"Скоро поговорим". Я помахал пилоту и поднялся на борт, дверь за мной закрылась. Сев, я повернулся к Тайни. "В Панаме вы увидите и услышите вещи, из-за которых вас могут убить. Когда ты вернешься, Ми-6 будет приставать к тебе, и если ты проболтаешься, тебя ждет приятный длительный тюремный срок за то, что ты делишься со здоровенной лесбиянкой.


"Есть еще ЦРУ, и они много вложили в этот проект, это они говорили по телефону. Если ты проболтаешься, они всадят в тебя пулю, так что прибавь ходу; ты собираешься перейти в Формулу Один, а это очень опасное занятие. Просто будь профессионалом, играй роль, не задавай вопросов, которые тебе не нужно задавать.


"И, если ты будешь хорошо выполнять свою работу - меньше жаловаться, ты можешь получить больше работы, работают большие парни".


Она казалась оскорбленной. "Я могу это сделать, и я не болтаю", - настаивала она.


"Когда ты вернешься, они будут следить за тобой. И мало кто из солдат на базе знает о Панаме или о том, чем я здесь занимаюсь, поэтому ни с кем не разговаривай, кроме нас. И если твой босс спросит, что ты здесь делал, ты скажешь, что это секретно, и что я пристрелю его, если он спросит еще раз."


Она кивнула, выглядя как отчитанный ребенок.


"Подними свою футболку".


Она на секунду задумалась над этим и задрала футболку, чтобы показать свои маленькие, но красивые сиськи.


Я сказал ей: "Опусти свою футболку". Она сделала, как просили. "Когда я отдаю приказ, ты выполняешь его, а не задаешь вопросы, ты доверяешь моему суждению и веришь, что я не позволю тебя убить без боя. Я знаю риски в Панаме, я знаю людей, и я бы никогда не втянул вас в неизвестную ситуацию.


"Но если я скажу пробежаться по улице голышом, ты это сделаешь. Если я говорю зарезать кого-нибудь до смерти, ты это делаешь."


Она кивнула.


Менее чем через два часа мы выстроились в линию и в темноте спускались к томской полосе. По крайней мере, он использовал эту полоску, я не был уверен, кому она принадлежала.


Мы приземлились плавно, вскоре перешли на ползание, дверь открылась, капитан спустился первым. Наш багаж забрал из грузового отсека местный гражданский, которого я не узнал, но я увидел группу бывших российских солдат в форме у маленьких домиков на обочине взлетно-посадочной полосы.


Спускаясь по ступенькам, я сказал капитану: "Скажи своим друзьям, что ты пилотировал Петрова".


Его лицо просветлело, и он пожал мне руку. "Большая честь, сэр".


Захватив багаж, мы пошли по липкой жаре к хижинам, знакомые лица выходили нам навстречу, заводились джипы - будем надеяться, с установленными кондиционерами, а не с музыкальными кассетами.


Старый ╧ 5 пожал мне руку и улыбнулся. "Давно не виделись, босс".


"Много сражений в эти дни?"


"Нет, достаточно тихо, все еще есть ФАРК, какие-то проблемы на севере, на границе. У нас сто лет не убивали человека."


Улыбаясь знакомым лицам, Саша пожимал руки и был очень груб со старыми друзьями, мы сели в большие джипы - кондиционеры работали, и мы тронулись в путь, Саша был соответственно груб с нашим водителем.


Короткая двадцатиминутная поездка привела нас к вилле, которую я раньше не видел и не помнил, чтобы на нее нападали. Это было высоко - не на уровне моря, океан виднелся в миле к северу, когда мы ехали по ухоженным лужайкам, которые выглядели как поле для гольфа, мимо теннисных кортов и до огромной и роскошной виллы.


"Милое местечко", - одобрил Тайни.


На ступеньках ждал Томск. Сойдя, он обнял меня, что нелегко сделать из-за такого маленького роста, но он был на шаг выше того места, где я стоял.


"Есть холодное пиво?" Я спросил.


"Заходи внутрь", - сказал он, пожимая руку Саше и кивая Саломее.


Он повел нас вверх по ступеням, мимо высоких мраморных колонн. В первой комнате слева он сказал: "Моя нефтяная империя находится там".


Я мог видеть четырех мужчин в элегантных рубашках, множество столов, карты на стенах, мерцающие компьютеры.


В соседней комнате он объявил: "Моя управленческая команда и финансовая команда".


Мрачные пожилые мужчины в элегантных рубашках и галстуках сидели за компьютерами, поднимая глаза, когда мы проходили мимо.


Следующая комната была кинотеатром. Он остановился и наклонился ко мне. "Мы смотрели фильм о базе верблюжьих лапок, но ... здешние мужчины не знают о тебе, но им это понравилось. Я как будто наблюдал за твоей повседневной работой. И этот актер, точно такой же, как ты, да."


На кухне мы нашли Большого Сашу, четверо охранников в элегантных костюмах стояли как статуи, не потея в комнате с кондиционером.


"Хорошая кухня", - одобрил Тайни.


Томский сказал ей: "У меня был французский дизайнер".


"Марсель?"


Он остановился, приятно удивленный. "Да, как ты узнал?"


"Мне нравятся его работы, однажды в Париже у меня был парень".


"Вы увидите его работы в ванных комнатах", - воодушевился Томский.


Она провела рукой по мраморной столешнице и посмотрела на работу карниза.


" Привет, большой комок, " обратился я к Большому Саше.


Он обнял меня, вскоре указав нам на места за большим столом, Томск во главе, расставив еду, вино или пиво, Тайни спросил об убранстве - Томск был не прочь поболтать об этом. Даже Саломея оценила дизайн и спросила об окнах по-русски.


Томский объяснил по-русски: "Дизайн внутри и снаружи, но посередине из безопасного стекла - пуленепробиваемого, но также и фотореактивного, чтобы не пропускать тепло, но пропускать свет".


Он подробно описал свой отель, принес фотографии, на которые мы могли посмотреть, его новое поле для гольфа и пляжный отель на севере. Затем он построит отель на маленьком острове, который он купил.


После ужина я вывел его на улицу, мы вдвоем сидели во внутреннем дворике с холодным пивом в руках. "Человек, которого похитили, принадлежал к американскому глубинному государству".


"Глубинное государство? Фрэнк говорит, что их не существует ..."


"Они делают, и я видел их за работой. Те люди из банка, убитые в Лондоне, это была вся их работа, ни свидетелей, ни улик не осталось, очень профессионально."


"Так что я не хочу их расстраивать, нет".


"Это было бы плохой идеей для нас обоих".


"Чего они хотят?"


"Хороший вопрос". Я отступил назад. "Это группа сенаторов, бизнесменов, военных лидеров, всех людей, которые думают, что идиота в Белом доме нельзя оставить управлять страной и что они ... должны управлять страной".


"В опасную игру они играют ..."


"Да, но ЦРУ знает о них и не будет действовать, они слишком могущественны."


"Не так могущественны, если их человек похищен!"


"Он не был защищен, просто мужчина, вышедший поболтать с кем-то, не привлекающий внимания; телохранители вызвали бы подозрение. В Нью-Йорке они нашли бы его через минуту."


"Чего они от тебя хотят?"


"Им нравится мой послужной список успеха как британского офицера, и им нравятся такие вещи, как фильм о базе верблюжий носок".


"Пропаганда правого толка", - отметил он.


Я кивнул. "За последнее десятилетие было немало провалов американской армии в Сомали и Ливане, но за последние несколько лет я передал им несколько хороших телевизионных минут и хорошие страницы в газетах. Они хотят большего, чтобы американский народ поддержал войну на Ближнем Востоке."


"Ближний Восток?"


"Россия не в состоянии остановить их, поэтому они хотят вторгнуться на Ближний Восток".


"Боже мой. Но ты для них персона грата, не так ли?"


"Я, я создатель хороших телевизионных репортажей".


"И они хотят вернуть своего мужчину".


"Да, но ... они также хотят, чтобы Шакал имел с ними дело и был на борту, как и вы." Я ждал.


Он кивнул головой, размышляя. "Он хорошо расположен, на границе, вероятно, самый большой и сильный в этом регионе, один из сильнейших в Мексике". Он повернулся ко мне лицом. "Если он хочет большего, это помогает мне, да". Он пожал плечами. "Я доверяю ему, он занимается поставками почти четыре года, никаких проблем".


"Американцы захотят, чтобы он уничтожил другие картели. Итак ... что ты хочешь сделать?"


"Что ж, если мы избавимся от других картелей, это пойдет на пользу бизнесу".


"А если этот парень станет ╧ 1, и в дальнейшем он захочет остаться здесь?"


"Зачем ему хотеть прийти сюда?" Томск озадачен. "Он мексиканец, ему нравится их дурацкая еда, разные акценты здешних людей, которые все ненавидят мексиканцев".


"Есть ли у вас какие-либо опасения по поводу того, что он выживет и у него все будет хорошо?" Или мне следует убить его?"


"Не убивай его, он очень полезен, а что касается моих опасений..." Он пожал плечами. "- Я ничего не вижу. Я здесь сильный, никто меня не сместит, все министры правительства на моей стороне."


"Звучит так, будто у него не хватает наличных. Ты хочешь его прижать?"


"Нет, это мне он должен".


"А как насчет того, чтобы разобраться с Глубинным государством?"


"Я ... не уверен, где мы могли бы вести бизнес, пересекаться".


"Они хотят денег за нелегальную работу и могут помогать людям, которые им нравятся. Ты мог бы съездить в Нью-Йорк и пройтись по магазинам."


"Да? Что ж, если они смогут мне помочь, это было бы хорошо, я полагаю."


"Если вы доставите их в Либерию, они окажут вам большую помощь в совместных проектах. Они предложили Atlantic Oil и франко-канадскую компанию, которая будет добывать уран."


"Все идет хорошо, разработка нефти. Чертовы нигерийцы завидуют!" - сказал он мне.


"Подумайте о том, чего вы хотите от отношений с Deep State, и чего вы хотите от The Jackal".


"Ты направишь меня правильно, я доверяю тебе".


"Тогда я говорю, что ты не смеешь расстраивать Deep State. Они могли бы разбомбить это место, бомбардировщик-невидимку, подобный тем, что использовались на базе Кэмел Тоу."


Он поднял взгляд. "Тогда лучше их не расстраивать, эх".


"Ты все еще информируешь ЦРУ?"


"Да, по крайней мере, раз в месяц, или если я найду здесь кого-то нового, торгующего".


"Что этот шакал знает о тебе, обо мне и о ЦРУ?"


"Я не обсуждал с ним ЦРУ, он не знает о наводках, но он ваш поклонник".


Посвящаю ли я его в наши секреты? По крайней мере, наводки."


"Решать тебе, ты знаешь, как играть с этими людьми, хорошо разбираешься в людях".


"Подбери мне самолет в Мексику, без наркотиков на борту".


"Рядом с ним есть аэропорт, он знает людей там, но там действуют федералы. Они остановили бы вас и допросили; туристы не ходят в это место! Лучше поехать в Тусон и пересечь границу."


"Тогда подбрось меня на утро в Тусон, я поговорю с американцами".


Я встал и отошел в темноту, мотыльки порхали вокруг огней, и я набрал номер. "Это Уилко, мне нужно поговорить с заместителем шефа, пусть он перезвонит мне из дома - или где бы он ни был".


Этот звонок раздался пятнадцатью минутами позже. "Уилко, ты все еще цел?"


"Я в порядке, в Панаме".


"Панама? Зарегистрированы какие-нибудь рейсы?"


"Возможно, я забыл зарегистрировать свои планы полета. Ты можешь говорить?"


"Да, обеспечь этот конец".


"Подумай о том, что я сделал с Томском, и хочешь ли ты, чтобы я сделал то же самое с Шакалом в Мексике".


"Шакал? Как, черт возьми, у тебя появилась зацепка в отношении него?"


"Это секрет, босс. Итак, вы хотите, чтобы он был на борту, предполагая, что он придет на борт?"


Нельзя, чтобы нас видели, когда мы имеем с ним дело, слишком близко к дому. Томск - это риск, но этот риск проходит через вас, так что мы могли бы обвинить вас."


"Как ты мог с Шакалом. Послушай, тебе не нужно ничего делать, кроме как помогать мне в выполнении неопределенной работы, и скажи мне, чего ты, возможно, хотел бы здесь достичь."


"Колючая проволока на границе?" - съязвил он.


"Что еще?"


"Меньше наркотиков, меньше иммигрантов, меньше полицейских, убитых на границе ... для начала. Что касается агентства, это не наша компетенция, это зависит от DEA и других. Но ... разгром банд внутри нашей границы очень помог бы, и если бы мы заявили о своих заслугах, это разозлило бы Управление по борьбе с наркотиками и ФБР."


"Если бы у меня были рабочие отношения с этим идиотом-шакалом, я мог бы заняться трансграничным обменом наркотиками и оружием, и навредить бандам на вашей стороне, и получить информацию об этих бандах".


"Это было бы очень востребовано, что-то, что я могу принести в Белый дом, завернутое в гребаный бант. Но это должно прийти из Панамы, а не с этой стороны."


"Сможете ли вы прислать туда людей, если я приземлюсь в Тусоне и буду смотреть в другую сторону, когда легкий самолет повезет меня на юг через границу - ошибка навигации?" Или просто отвези меня к границе, и я перейду."


"Есть участки границы, на которых даже нет колючей проволоки, так что это не остановит вас при пересечении. Просто нужно встретиться с другой стороной."


"Я намереваюсь быть в Тусоне завтра вечером".


"Я подготовлю там команду".


"Тогда сделай мне одолжение, отправь кого-нибудь в Вегас, принеси мне ключ от номера, несколько корешков шоу, мне нужно показать, что я был в Вегасе со своей девушкой".


"Девушка?"


"Моссад".


"Моссад! Какого хрена они здесь делают?"


"Я тренирую одну из их леди-агентов, она охотно помогает мне, выдавая себя за мою девушку".


"Что, черт возьми, у них здесь на уме?"


"Они хотят видеть меня в Йемене и других местах, они послали связного, я сказал ей, что ей придется доказать свою ценность, и она была со мной в Либерии".


"Ах, я помню, мы получали сообщения о женщине-солдате там".


"Что касается их реальной повестки дня ... хуй знает. Твоя догадка так же хороша, как и моя."


"У них всегда три повестки дня".


"Итак, Вегасское доказательство для четырех человек, я возьму с собой команду. пусть будет три человека".


"Сейчас я разберусь с этим и поговорю с несколькими людьми о Шакале".


"Лучше помалкивай, иначе он может причинить мне боль и оставить шрам".


Он рассмеялся. "Ты сумасшедший ублюдок. Дайте мне знать о рейсе в Тусон."


И арендованную машину, джип, с полным баком. Не служебный автомобиль."


"Хорошо, я разберусь с этим".


Вернувшись в Томск, я сказал: "ЦРУ поможет мне в Тусоне и добраться до границы. Позвони своему человеку, Карлосу, и пусть он пришлет людей встретить меня где-нибудь на границе, укажи место."


"Я позвоню ему сегодня вечером".


"ЦРУ с радостью получает информацию о бандах по их сторону границы".


Он скорчил гримасу. "Я могу получить часть этой информации, но они - мои конечные пользователи".


"Как это повлияет на вас, если я нападу на некоторые картели в Мексике?"


"Мне помогает то, что они стреляют друг в друга; Карлос проиграл партию товара другой банде. Они шпионят друг за другом, крадут грузы на джипах. Однажды они даже сбили "Сессну"."


Я позвонил Тинкер, когда сидел там. "Это я".


Я услышал зевок. "Как тебе этот отель?"


"Я в Панаме".


"Ах ... так вот почему ты меня будишь".


"Скажи бригадиру - утром - я хочу, чтобы Риццо и его банда вылетели прямо в Панаму с Тенерифе, возможно, через Азорские острова, а также Томо, Николсон и Свон и русскоговорящих, которые работают с Сашей. Пусть кто-нибудь заменит мужчин, наблюдающих за миледи. И те люди, которые летают, должны выглядеть как туристы, без военной формы."


"Я поговорю с ним утром".


Следующим звонком была сестра, но они сообщили мне, что Дэвид был в своем офисе, так что либо он встал очень рано, либо очень поздно, чтобы разобраться с кризисом на Украине. "Это Уилко. Ты присел, чтобы выпить чего-нибудь покрепче?"


"О боже. Что ты натворил, возможно, сжег отель на Ямайке?"


"Я в Панаме".


"С ... Томск?"


"Да. И я попросил людей из Echo присоединиться ко мне."


"А этот парень, которого вы хотели найти?"


"Находится в Мексике, в плену у Карлоса-Шакала".


"Ты хочешь ворваться и попытаться спасти его в Мексике!"


"Нет, совсем наоборот. Карлос имеет дело с Томском. Карлос отпустит моего мужчину. Карлосу ... могла бы понадобиться помощь, чтобы убить своих соперников в Мексике, и ЦРУ очень хочет, чтобы я получил информацию о мексиканских бандах наркоторговцев по их сторону границы."


"Мне следовало выпить чего-нибудь покрепче. Ты хочешь сделать с ним то, что ты сделал с Томском?"


"Да, если вы не скажете "нет", но вы сами можете сказать "нет" увлеченному и взволнованному ЦРУ".


"Если мы говорим "нет", они становятся трудными и оказывают давление. Но американо-мексиканская граница - это не наша забота, совсем, ни капельки, нада."


Я улыбнулся. "Вы будете получать благосклонность от американцев ..."


"Они уже оказали нам услугу, и им не хотелось бы потерять ссылку на Томск. Итак, я поговорю с режиссером пораньше, а вечером."


Это должно быть неофициально, так что назовите это ... контртеррористической работой" скажем, в Панаме. ЦРУ поможет не без причины."


"Оставь это мне".


"У тебя есть около двенадцати часов, чтобы помешать мне улететь на север".


Внутри, когда Саша и Саломея сидели и болтали, я сказал Тайни: "Я не приглашаю тебя на этот следующий шаг, Мексика, у тебя нет причин быть там". Я столкнулся с Саломеей. "Я мог бы пробыть там месяц". Я ждал.


Она пожала плечами. "Что делаешь?"


"Отстрел торговцев наркотиками".


"Хорошая практика для меня. Но как насчет Йемена?"


"Как только это закончится, мы отправимся в Йемен, и у ваших боссов нет интереса к мексиканским бандам наркоторговцев".


"У меня есть дела в Нью-Йорке", - предположила она.


"Я организую для тебя перелет".


"А как же я?" - Спросил Тайни.


"Я бы отправил тебя обратно, а не стал бы лишать тебя жизни без уважительной причины".


Она сидела надутая, когда Томск приблизился.


"Проблемы?" Томский спросил ее по-английски.


Я сказал ему: "Она хочет выполнить какую-нибудь сложную и опасную работу".


" У меня есть немного, " предложил он. "Ну, не так уж и сложно. В моих отелях у нас есть карманники и похитители драгоценностей, профессионалы, они нападают только на богатых, и мы не можем их поймать."


Она встала и улыбнулась. "Я отлично играю в ночных клубах, я могу притвориться пьяным, и я знаю плохого человека за милю". Она шагнула к высокому охраннику и ударила его кулаком в живот, но не сильно. Он взглянул на нас и напряг мышцы, получив удар посильнее, что заставило его улыбнуться, такой крошечный удар сверху по яйцам, согнувший его пополам, когда мы смеялись.


Она отскочила назад, прежде чем он смог ее схватить. "У меня были старшие братья, и я умею драться", - сказала она Томскому, они оба одного роста.


"Каково ее прошлое?" Томск спросил меня.


"Шпионская работа".


"Ах, превосходно". Он повернулся к ней лицом. "Ты получаешь красивую одежду, украшения, мужчину под руку, деньги на расходы, хороший номер в отеле".


Саша вставила: "Она идеально подходит для этой работы, поверь мне".


"Не подведи меня", - сказал я ей. "Будь профессионалом, развлекаясь".


"Я обещаю тебе, босс, я немного повеселюсь".


Я нахмурился, глядя на Сашу. "Разве она не должна пообещать, что не подведет меня?"


Он рассмеялся.


Сидя за чашкой чая с Томским в полночь, я сказал ему: "Банк отложен, но там все еще может быть несколько гадов. Американское глубинное государство убило многих из них, лучших игроков, а арабы прикончили остальных лучших игроков."


"Так что, может быть, сейчас тихо".


"Вовлечено больше людей, но деньги, которые вы послали, помогают, денежное вознаграждение. Все, что мы не используем, вы можете забрать обратно."


"Продолжай со Спектром, есть несколько человек, с которыми я хочу встретиться в Европе".


"За такие деньги ты купишь много пуль ..." Я ждал, повернувшись к нему лицом.


"Ты много раз спасал мне жизнь". Он пожал плечами.


"Я использую деньги, чтобы сделать мир лучше".


Как насчет отпуска, немного расслабиться? Ты слишком напрягаешься."


Я кивнул. "Они почти достали меня, несколько раз. И Петробрас знал о том, что я Петров, так что вы должны прислушиваться к любым разговорам о Петрове."


"Я получил все, что хотел, от Бранко, прежде чем мы убили его и сожгли его тело. О, здешний нефтепровод, который они закрыли в прошлом году, я подумывал о том, чтобы купить его и перенести, по крайней мере, его часть."


"Здесь есть нефть?" Может быть, вы могли бы начать и взглянуть."


"Я думал об этом, но все говорят, что здесь нет нефти, они смотрели. Последнее место, куда стоит заглянуть, - это Карибская сторона, глубоководье, но это было бы дорого, а Карибские острова против этого. Итак, я концентрируюсь на Либерии."


Я кивнул. "Отправь Карлосу тридцать "Вальме", четыре ружья "Слон", много патронов, восемь оптических прицелов, зеленую армейскую одежду, ботинки, ремни."


"Я получаю ╧ 1 по этому поводу".


"╧ 1?" - спросил я с улыбкой. "Я думал, что я ╧1".


Он бросил на меня взгляд. "Он был ╧ 4, когда вы были здесь, затем получил ранение в ногу, так что сейчас он сидит за письменным столом".


Утром я подъехал посмотреть на нового ╧ 1, узнал его и улыбнулся, мы обменялись объятиями, осмотрели старую базу, несколько новых кирпичных зданий, на которые можно было посмотреть, поприветствовали мужчин.


В его кабинете я подробно изложил, что я хотел бы отправить Карлосу, и что я, вероятно, хотел бы, чтобы десять хороших людей были отправлены в Мексику для каких-то действий. У него был запас РПГ, поэтому многие из них были отправлены на север.


Министр был в гостях на роскошной вилле Томска. "Ах, ты живой. Ходили слухи о твоей смерти."


Мы пожали друг другу руки.


"Я много раз пытался инсценировать собственную смерть", - сказал я ему, когда мы сидели за чашкой кофе.


"Теперь, когда ты здесь, ты готов к какой-нибудь работе для нас?"


"Ты должен спросить об этом Томска".


"Мы сделали, и он сказал спросить тебя".


Я улыбнулся. "Какую работу ... ты имел в виду?"


"Прямо через границу с Коста-Рикой, банда, которая пользуется защитой местной полиции, хорошо подготовленная банда и ... хорошо защищенная местной полицией. В этом замешан местный губернатор."


"Они выращивают наркотики или отправляют их, или что?" Я спросил.


"Они выращивают наркотики на холмах, над кофейными плантациями".


Я столкнулся с Томском. "Есть пестицид, который убивает растения коки, так что возьмите несколько тонн его, и одолжите какой-нибудь самолет панамских ВВС "Геркулес", и как-нибудь поздно ночью опрыскайте холмы. Конечно, этот пестицид вреден для любого, кто его вдыхает."


Томский улыбнулся и кивнул.


Я столкнулся лицом к лицу со священником. "Если мы убьем мужчин, вокруг появятся новые мужчины. Итак, давайте сначала соберем урожай, а?"


Он пожал плечами. "Хорошо, попробуй, посмотри, что получится".


"Мне нужно выполнить работу на несколько недель, а потом я посмотрю на эту банду для тебя", - предложил я.


Министр ушел довольный, обещания были даны, и вскоре у Томска появилась своя команда менеджеров по пестицидам, которые делегировали задачи. Что ж, ему действительно нужно было управлять империей, империей с ВВП, превышающим Панамский.


Был заказан частный самолет, чистый, но Томский знал пилотов, план полета был зарегистрирован в Тусоне. Поскольку ни у кого не хватило бы ума доставить наркотики прямиком в город США из Панамы, я не слишком беспокоился об обыске самолета.


Саломея направлялась в аэропорт Панама-Сити с сопровождающим, а Тайни направлялся в шикарный отель, чтобы снять номер и купить себе какую-нибудь красивую одежду. Каким жестоким мастером выполнения заданий я был.


Я проверил, что у меня было при себе, и у меня все еще было мое российское удостоверение личности, так что, если бы ФБР ждало в Тусоне, мне пришлось бы кое-что объяснять. Я проверил Сашу, и мы побросали чемоданы в джип, Томск вскоре махнул нам рукой, чтобы мы уезжали.


На взлетно-посадочной полосе я позвонил в Лэнгли и уточнил, что меня ждут и мне будут рады, но я сомневался, что они поставят штамп в моем паспорте при приземлении или спросят о цели моего визита.


Пока мы ждали, красивый изящный самолет Learjet приземлился, вскоре развернулся и с ревом вырулил обратно на полосу. Мы поднялись на борт, две милые американские хостессы приветствовали нас на борту, и мы обе сели, наш багаж просто разместили между сиденьями и втиснули внутрь.


Выруливаем к концу полосы, поворот, взрыв мощности, и мы тронулись, вынужденные вернуться на наши удобные сиденья, вскоре набирая высоту, разворачиваясь и направляясь на север. После того, как мы выровнялись, хозяйки принесли нам чай и кофе, и я уставился вниз на побережье Панамы, думая о том, что может пойти не так, и как бы я это сыграл. У меня было пять часов, чтобы подумать.


И я знал, что любое действие вблизи границы очень быстро насторожит власти США - и американские СМИ. Дэвид Финч позвонил не для того, чтобы остановить меня, так что, возможно, он надеялся на какое-то правдоподобное отрицание здесь.


Томск бы снова поболтал с Карлосом, прямо сейчас, несколько человек встретили бы нас сразу за границей, и, надеюсь, это были бы правильные люди, а не конкурирующий картель, желающий проделать в мне дырки. Мы будем вдвоем с Сашей, без оружия, чертовски рискованно идти на это темной ночью в безлюдном месте.


После еды я сказал Саше немного отдохнуть, так как ночь может быть долгой.


Я проснулся, когда кто-то толкнул меня в плечо, и мы начали спуск. Теперь мы были над территорией США, что всегда вызывает беспокойство у любого похожего на Петрова человека с поддельным российским удостоверением личности в кейсе. Мне пришлось остановиться и задуматься о том, на кого я похож, все еще томящийся в камере в Лондоне; кто-то мог схватить его из-за награды за мою голову, так почему он это сделал?


Когда мы вошли, я увидел освещенный Тусон, повсюду оранжевые уличные фонари, здесь ясная ночь. Плавное снижение, лишь небольшое покачивание, и мы подрулили к терминалу, видно, что там стояли 737-е под высокими фонарями, но мы вырулили дальше, и на последней остановке рядом с вереницей внедорожников вокруг нас стояли ожидающие мужчины. Некоторые из них были офицерами местной полиции, что вызывает беспокойство.


Самолет остановился, я был встревожен, вскоре спустился, только чтобы обнаружить Фрэнкса и Дика, стоящих там. Я улыбнулся. "Тебе некуда податься?" Я спросил их, и мы пожали друг другу руки. "Сегодня вечером по телевизору ничего не показывают?"


"Мы все равно были в Штатах, поэтому нас в спешке запихнули в самолет и отправили сюда через Вегас. Заместитель начальника хочет, чтобы мы были вашими связными."


"Достаточно ли далеко вы продвинулись по пищевой цепочке, чтобы он мог обвинить вас, если что-то пойдет не так?"


Они обменялись раздраженными взглядами, и это ответило на мой вопрос.


Садясь на джипы, мало что было сказано, пока мы не покинули аэропорт и не последовали указателям на шоссе 19 на юг. Фрэнкс наконец сказал: "Каков здесь план игры?"


"То, что я делал в Панаме, я попытаюсь сделать и здесь".


Они обменялись взглядами, когда мы выехали на шоссе.


Я добавил: "Цель - получить информацию о бандах по эту сторону Рио-Гранде".


" Ах... " выдохнул Фрэнкс. "А до Рио-Гранде еще далеко".


Полчаса езды, и мы свернули с шоссе, были видны знаки пересечения границы - официальные, вскоре на темной дороге без уличных фонарей, и я заметил, что впереди нас сопровождает местная полиция.


Этот эскорт оставил нас на следующем перекрестке, три внедорожника продолжили движение, и полчаса плохой дороги привели к грунтовой трассе, что привело к окончательной остановке.


Спрыгнув вниз, я разглядел невысокие деревья и далекие темные холмы.


Фрэнкс начал: "Этот внедорожник твой, арендованный на вымышленное имя, сзади М4, бутылки с водой и сумка с вещами из Вегаса. Но я с сожалением должен сообщить вам ... что вы потеряли там немного денег; заведение всегда выигрывает."


Улыбаясь, я повел Сашу в тыл, пока другие внедорожники разворачивались, вскоре проверяя M4s. Из пакета с вкусностями я вручил Саше несколько корешков билетов, пропуск в казино, чек из ресторана, похожие предметы, разложенные по моим карманам. Из своего багажа я достал пакет с российскими удостоверениями личности, и мы с Сашей сдали наши британские паспорта и удостоверения личности во франках, банковские карты и британские фунты.


Карманы проверены, багаж проверен еще раз, и мы были готовы. Я пожал руку Фрэнксу, и он дал мне номер телефона.


Он объяснил: "На этот звонок ответит женщина из магазина видеопорношоп в Нью-Йорке".


"Видеомагнитофон или Бетамакс?" Я спросил, Саша смеялась в темноте.


"Следуйте по тропинке через ручей, вверх по другой стороне ... туда, куда вы направляетесь".


Когда Фрэнкс уже был на борту внедорожника, подняв пыль, я позвонил в Томск. Он дал мне номер спутникового телефона Карлоса, который, как он сообщил, хорошо говорил по-английски.


Пока Саша осматривает местность, я набираю цифры, читая их в свете внедорожника.


"Si?"


"Это Петров".


"А, мой друг, как у тебя дела?"


"Я в порядке и собираюсь пересечь границу. Я примерно в восьми милях к западу от официального перекрестка к югу от Тусона."


"Я знаю это, там нет забора, но много пограничных патрулей".


"Мы можем избежать патрулей", - заверил я его, уверенный, что им дали выходной на ночь.


"Затем перейди дорогу, поднимись на холм, проедь две мили до асфальтированной дороги, иди на запад по дороге до первого перекрестка, небольшого кафе, мои люди сейчас там".


"Вероятно ли, что мы встретим кого-нибудь еще по пути?"


"Возможно, мигранты, да, они постоянно пересекают границу, но мои люди час назад проверили район на предмет конкурирующих банд".


"Тогда скоро увидимся".


Сев верхом, опустив окна, держа оружие наготове, я тяжело вздохнул и обменялся обеспокоенным взглядом с Сашей, вскоре мы уже тряслись по неровной грунтовой дороге, наш видимый мир был ограничен узкой полосой света наших фар.


Осторожно, мы подъехали к темной границе, по пыльной дороге, по которой нужно было ехать, увидели небольшие кустарники, несколько одиноких деревьев без ветвей, наши фары поймали отражающиеся глаза животного, вскоре поймав блестящую воду.


"Мы прорываемся в Мексику", - отметила Саша. "Я уверен, что читал, что люди должны делать все наоборот".


"Мы ... нетрадиционные," - сказал я ему.


"Условность означает собрание людей в большом зале, поэтому условность означает встречаться в больших залах, поэтому мы против встреч в больших залах, нет".


Я бросил на него взгляд.


Перейдя ручей, мы нашли след и пошли по нему, но вскоре наши фары осветили женщин, когда они сошли с трассы.


"Отличная ночь для этого!" Я крикнул, когда мы проходили мимо них.


Теперь, уверенно поднимаясь, мы миновали старика, и я остановился, протянув ему несколько долларов. "Успокойся, парень".


Он уставился на деньги, бесконечно озадаченный, когда мы отъехали.


На асфальтированной дороге мы повернули направо, поднялись на небольшой холм и начали спускаться, через десять минут нашли кафе, вокруг которого было припарковано множество джипов.


При все еще работающем двигателе я высунулся из окна рядом со столом, за которым сидели мужчины, наблюдая за мной, оружия не было видно. "Курица вкусная?"


Местный житель в новой и чистой белой ковбойской шляпе пожал плечами, расслабился и вытер рот салфеткой. "Тебя ожидает Карлос?"


"Это зависит. У него дома будет холодное пиво?"


Второй мужчина, который встал, теперь улыбнулся. "Может быть, фанту. Следуйте за нами."


Они сели в три джипа - за питание было заплачено, и все эти парни были в выглаженных рубашках, аккуратных джинсах и чистых дорогих ботинках. Я ожидал увидеть грязную кучку крепких мужчин в патронташах, с винтовками на плечах, с тонкой сигарой на губе. Рубашки этой компании гладили толстые жены; они не были врагами Клинта Иствуда в каком-нибудь фильме.


С Сашей, держащим свою М4 так, как будто от этого зависела его жизнь - и это было реальной возможностью здесь, мы следовали за джипами несколько напряженных миль, вверх и вниз по пологим холмам, миновали полицейский блокпост, деньги, переданные нашими сопровождающими, как мы наблюдали.


Поворачивая прямо на юг - я мог видеть Созвездие Орион, мы выехали на дорогу получше на протяжении десяти миль и набрали скорость, миновали одну или две деревушки, и мы, наконец, увидели вдали ярко освещенный город, когда перевалили через горный хребет. На окраине города мы проехали через блокпост из джипов, в одном из которых находился навесной fifty cal.


Саша заметила: "Сейчас мы в логове львов".


"Положи свое оружие под сиденье, мое тоже. Здесь они не принесут нам никакой пользы."


"Не против пятидесяти кал, нет, это было бы нетрадиционно".


Я бросил на него взгляд. "Ты опять читал словарь?"


"Глупый язык", - отметил он. "Наука ... совесть. Айя. Не должно ли сознание быть противоположностью науке?"


"Хорошо, значит, в нашем языке есть свои причуды".


"Как ты это пишешь?" - поддразнил он. "Я или Э. Клерки или чистильщики?"


Поплутав по городским улицам, где видели мужчин, сидящих возле типичных центральноамериканских таверн, но вооруженных людей не было видно, мы повернули на восток и по длинной дороге, спустились по боковой улочке к большой вилле с высокими стенами, помахали внутри, но теперь мужчины были вооружены, хорошо вооружены. Могли ли они стрелять по ириске - это другой вопрос.


Припарковавшись там, где было указано, мы вышли, чемоданы остались позади, оружие оставлено, ключи в замке зажигания. Я остановился, чтобы послушать, но на ветру не было слышно выстрелов. На ступеньках большой двухэтажной виллы стояли двое мужчин, старик и мужчина помоложе, причем молодой мужчина был точной копией.


Они оба были довольно высокими, с черными волосами и квадратными челюстями, кустистыми черными бровями и оливковой кожей - почти без загара. Мужчина постарше продемонстрировал внушительный животик под темно-синим джемпером.


"Добро пожаловать, Петров, в мой скромный дом", - прозвучало с акцентом.


"Не такой уж и скромный, я думаю". Я пожал ему руку.


"Это мой сын, Мигель, и он также мой бизнес-менеджер".


Я пожал руку молодого человека. "Вы могли быть близнецами, так что у вашей жены не было тайного любовника". Они обменялись улыбками. Я повернулся. "Это Саша".


Они кивнули Саше, как будто он был подчиненным, поворачиваясь, чтобы провести нас внутрь. Внутри было совсем не скромно, но и не так величественно, как на новой вилле Томска.


В Томске известный французский дизайнер работал над своей новой виллой. Очень мило, но мне нравится простая комната."


"Он пригласил меня, но ... путешествовать не так-то просто".


На огромной кухне женщины готовили, нам показали столик, предложили напитки. Я видел, как "Бешеный пес Шакал" Карлос поцеловал десятилетнюю девочку в лоб, и я с интересом заметил, что в доме не было вооруженной охраны.


Он повернулся ко мне лицом. "Томск предложил тебе снять рубашку, чтобы мы были уверены, кто ты такой ..."


Если бы у меня был доллар, подумал я, вскоре снимая свою хлопчатобумажную рубашку.


"Боже мой", - выдохнул Карлос. "В тебя столько раз стреляли".


"Это прилагается к работе", - сказал я им, начиная застегивать пуговицы, кивнув Саше. Он снял рубашку.


Карлос спросил Сашу: "Возможно, у тебя в животе взорвалась граната?"


Я сказал им: "Я вытолкнул его из вертолета".


"Ты сделал?" Карлос озадачен.


"Мы были в Хьюи, недалеко от границы с Колумбией, когда ФАРК выпустили по нам ракету с тепловой самонаведением. Я решил, что прыгать может быть не опаснее, чем оставаться на борту. Мы врезались в деревья, приземлились достаточно мягко - "


"Для тебя", - бросила вызов Саша. "У меня в животе было дерево".


"Мои люди рассказывают истории о ваших подвигах за пивом по вечерам, они будут рады поболтать с вами".


Мигель спросил: "Как вы передвигаетесь по Америке?" Ты самый разыскиваемый человек?" Акцент определенно принадлежал человеку, получившему образование в Америке.


"Я получаю хорошую помощь от ЦРУ".


Его глаза расширились. "ЦРУ?"


"Томск никогда не рассказывал вам историю?"


"Нет". Они ждали, оба сели напротив меня.


"В Англии меня схватили, пытали, потом я заболел. Я был схвачен британской разведкой, но у них не было желания видеть меня арестованным. Они предложили мне паспорт и немного денег, если я помогу им, и у меня есть женщина и ребенок в Лондоне, поэтому я согласился на сделку.


"В Англии у полиции и разведывательных агентств есть надзор, законы, регулирующие органы, им не разрешается просто стрелять в кого-то ..."


"Но если вы кого-нибудь застрелите, никто никогда не поверит, что это были они", - заметил Карлос.


Я кивнул. "Итак, у меня был способ путешествовать, но команда ЦРУ преследовала меня в Лондоне, и я бежал в Испанию, на Карибы, а затем в Панаму".


"Вы сбили вертолет ЦРУ ..."


"Он летал над моим домом в Африке по утрам, будя меня".


Они смеялись.


"В Панаме я встретил Томска, и я попросил немного денег в обмен на кое-какую работу, и я начал убивать его соперников - их всех, и обучать его людей".


"Вы служили в армии в России?"


"Нет, я вырос в Канаде и Англии, но в Западной Африке я присоединился к британским наемникам, и они хорошо меня обучили".


"И Томску помогает Панамская армия..."


"Да, у нас были "Хьюи" и "Геркулес", джипы и оружие, пока мы сражались с ФАРК".


"Выполняю работу, которую не хотела выполнять ленивая Панамская армия!"


Я кивнул. Я знал, что Управление по борьбе с наркотиками будет что-то вынюхивать, но я также знал, что мой контакт в британской разведке мог бы помочь, поэтому я попросил Томска доставить на корабль старые наркотики и несколько винтовок, и я предупредил своего связного. Он заставил британский флот остановить корабль, хороший заголовок в газете.


"После этого я получил номер телефона ЦРУ в Панаме, и мы проделали то же самое, и мы проделали это десять раз, и я понял, что они облажались, ЦРУ".


Мигеля это озадачило. "Почему их ... трахнули?"


Его отец повернулся к нему. "Если бы было известно, откуда поступали наводки, тогда у них были бы проблемы; ЦРУ не разрешается получать наводки от таких людей, как Томский".


"Менеджеры ЦРУ отправились бы в тюрьму", - сказал я Мигелю. "Но подсказки были слишком хороши, чтобы их игнорировать. Итак, ЦРУ никогда бы не арестовало Томска, и они начали помогать мне против DEA и ФБР.


"Затем у меня был визит, и вот тут-то и появились вы, два идиота". Они выпрямились, оскорбленные. "Человек, которого вы схватили, Миллер, он руководит операцией ЦРУ по контрабанде наркотиков".


Они обменялись взглядами. Начал Карлос: "ЦРУ перевозит наркотики через Томск?"


"Да, стоит больших денег, денег за их незаконную деятельность. В свою очередь, Томск остается один. Никто никогда не арестует его."


"Мы, конечно, никогда не знали".


"Он жив?"


"Да, не пострадал, но ... у нас были к нему вопросы. Мы прослушивали колумбийца, и он рассказал об инвестициях в бельгийский банк, который был уничтожен, как будто он был связан с ними."


"Что он сказал, американец?"


"Он подтвердил, что организовал отмывание денег через банк".


"Это правда, ЦРУ использовало банк, но идиоты в банке развязывали войны и продавали кровавые алмазы. Они стали жадными."


Сердитый Карлос начал, подняв палец: "Я вложил в них деньги, потому что они были в Европе и в безопасности, а не в каком-то жалком банке в Панаме!" Но эти гадости ни к чему хорошему не привели и стоили мне моих инвестиций!"


"Сколько вы вложили?"


Он колебался. "Двести миллионов долларов".


"Как ты это сделал?"


Мигель ответил: "Инвестиционная утилита с пакетом акций, через известного нам нью-йоркского брокера".


"Банк жив на бумаге, вы получите немного денег обратно. В конце концов. Ты пытался продать ее?"


Мигель ответил: "Они предложили нам 30%".


Я указал на телефон на столе, и они подвинули его. Это был умный современный телефон с режимом громкой связи. Я набрал номер Боба Стейнса и выбрал телефон с громкой связью. Каждый мог слышать, как он звенел.


" Алло? " раздался сонный голос.


"Мистер Роберт, это Петров, звонит из Мексики".


"У них в Мексике есть часы?"


Саша широко улыбнулась.


"Прости, если я тебя разбудил. Послушайте, у этого голландского банка, того, который был подожжен, у моих друзей здесь есть инвестиции в него, пакет акций или что-то в этом роде. Мне было интересно, заинтересуется ли этим Банкир."


Карлос выпрямился, узнав название.


"Может быть, я могу спросить, но им нужно действовать быстро".


"Почему ... быстро?"


"В отношении банка ведется расследование, и если выяснится, что ваши друзья, занимающие низкие посты, являются владельцами упакованного портфеля, он будет аннулирован".


Теперь Карлос выглядел очень обеспокоенным.


"Так что ... не стоит сидеть сложа руки, да. Послушай, пакет стоит 200 миллионов долларов, так что ... сколько ты мог бы получить?"


"Если Банкир купит это, это будет безопасно, он просто подождет год, прежде чем продать это. Итак ... может быть, 75% от номинальной стоимости."


Мой взгляд спрашивал Карлоса, хорошо ли это, и его взгляд подсказал, что да, это было чертовски хорошо. Я сказал в трубку: "Не могли бы вы перезвонить мне побыстрее, пожалуйста".


"Завтра. И достань эти гребаные часы!" Он повесил трубку.


"Кто это?" Спросил Карлос.


"Менеджер в британской разведке".


"Он имеет дело с банкиром?"


"Я убиваю людей для него, и я познакомил его с Банкиром, чтобы он помог отмыть немного денег. ЦРУ, британцы, они все одинаковые, люди, пытающиеся получить повышение, а не следующего парня; никогда не ставь их слишком высоко." Я указал на телефон. "Я сделал карьеру этого парня".


Саша вставила: "Теперь у меня британский паспорт, и я исключена из списка Интерпола".


Карлос холодно посмотрел на меня. "Ты им доверяешь?"


"Есть два способа вести с кем-то дела: сначала выстрелить или посидеть за чашечкой кофе".


Мигель громко рассмеялся, бросив острый взгляд на своего отца.


Карлос выглядел раздраженным. "Мой сын часто говорит мне это, как и его мать".


"Он прав. Но скажи мне, как получилось, что у тебя все так хорошо получается? Чем ты отличаешься от других? Томск доверяет тебе, и он никогда не доверяет мексиканцам."


"Спасибо моему сыну. После колледжа в Америке он вернулся с ... идеями, и теперь у нас есть ... структуры. У меня шесть менеджеров, у каждого около восьми команд, в каждой команде есть лидер и его заместитель, а оплата и бонусы структурированы как на заводе.


"У меня также есть человек, который проводит аудит менеджеров и команд, и он составляет отчеты. Но благодаря моему сыну ... мы думаем, прежде чем что-то делать."


"Мне пришлось изменить мировоззрение и идеи Томска".


"Некоторые говорят ... что ты создал его, что ты был настоящей силой ..."


С невозмутимым лицом я сказал ему: "Я ввел структуры".


Мигель рассмеялся, когда его отец снова бросил на меня раздраженный взгляд.


"Я также заставил Томска поговорить с ЦРУ, британцами и французами. Во Франции он отправляет четыре партии товара, одну из которых нужно предупредить, чтобы французы получили информацию об их арестах и большой резонанс в газетах.


Затем я познакомил Томска со своими друзьями в Западной Африке и добился для него нефтяной концессии в Либерии. Когда Томский хотел кого-то убить, я сначала садился и разговаривал с ними. Большинство из тех, кого мы обратили, чтобы они работали с нами, а не стреляли в нас. А затем я напал на картель Кали после того, как они планировали убить Томска."


"Я с изумлением смотрел новости об их падении. Говорят, ты прыгнул с парашютом?"


"Да, прыжки с парашютом высокого уровня, небольшая команда, и мы застали их в постелях, британцы и ЦРУ перехватывали телефонные и радиосообщения в Кали для меня".


"И вы отдали должное американцам", - отметил он. "По сей день никто не получил прямого ответа о том, кем были солдаты".


"Ты скоро с ними встретишься, они направляются сюда".


Карлос выглядел испуганным. "Идешь сюда?"


"Томск хочет, чтобы ваши конкурирующие банды были уничтожены, чтобы вы не теряли грузы".


"Сколько человек?"


"Двадцать или тридцать".


"Не так много ..."


"Подожди, пока не увидишь их в действии", - сказал я с улыбкой. "Они выставляют меня дилетантом".


Саша вставил: "Они выстрелят тебе в глаз с расстояния в тысячу ярдов".


"Могу я увидеть Миллера?" Я нажал.


Карлос встал. "Мы можем высадить его на границе".


"А колумбийцу нужен билет на Ямайку", - настаивал я.


Карлос вывел меня на улицу, и мы обошли виллу ко второму дому, где были замечены вооруженные люди, сидевшие вокруг, и я подумал, был ли Миллер хорошим актером, или у нас обоих могли быть проблемы.


Мужчины встали, когда мы вошли, Миллер сидел на удобном диване с чашкой в руке, но у него был синяк под глазом. Он был потрясен, увидев меня. Его пальцы, однако, все еще были прикреплены.


"Ты ранен, мой друг?" Я спросил, но с акцентом.


"Я буду жить".


"Твой хозяин отвезет тебя на границу, так что теперь ты нелегал", - сказал я с усмешкой. "И Карлос, он ... не знал, кто ты, поэтому я попросил Томска освободить тебя, обычное дело в мире торговли людьми. Мы возместим вам ущерб."


Я мог видеть, как серое вещество Миллера работает на пределе. Он допил свой напиток. "Как ты нашел меня?"


"Твой босс. Я поехал на Ямайку и ... причинил боль нескольким людям, быстро раздобыл кое-какую информацию. Я провел ночь в том отеле, где вы наблюдали, как другие постояльцы занимались сексом."


Карлос повернулся ко мне. "Я видел это по телевизору".


Я посмотрел на него и покачал головой. "Все старые леди, не ходите в гости".


"Гедонизм не в твоем стиле?" Миллер спросил меня.


Ходят слухи, что ... Мне не нравится, когда меня видят голым."


Карлос рассмеялся, Миллер стрельнул в меня взглядом.


Я столкнулся с Карлосом. "Пожалуйста, высади его на границе сегодня вечером".


Миллер встал.


Карлос спросил его: "Вам нужны мои услуги и ... продукты, могу ли я помочь?"


"Ты слишком хорошо известен и слишком близко к границе. Но я передам это предложение по порядку."


Я достал доллары для Миллера. "Когда пересечешь границу, Биг-мак и картошку фри с собой".


Карлос спрятал ухмылку, когда Миллер сверлил меня взглядом.


Я добавил: "И такси до Тусона". Я вручил ему квитанцию о ставках из Вегаса.


Миллер изучил ее. "Ты остановился в Вегасе?" он сердито потребовал.


Я пожал плечами. "Я никогда не видел этого, хотел взглянуть. Но вы знаете, что говорят - заведение всегда выигрывает."


Карлос минуту поговорил со своими людьми по-испански, Миллер вышел и, без сомнения, был рад остаться в живых. С Миллером в джипе, который пялился на меня, они уехали. Карлос заметил: "Он будет зол на тебя".


Забавно, я думал, он был зол на тебя. Они могли бы послать сюда бомбардировщик B2."


"Хах, американцы сюда никогда не приезжают", - усмехнулся Карлос. "Они даже не ремонтируют пограничную проволоку, и здешнее мексиканское правительство не рискнет сунуться в эти края".


"Это потому, что там полно таких, как ты".


"Я не такой, как другие, я не убиваю ради забавы".


"Ах, так вот почему тебя называют Шакалом", - поддразнила я.


"Я получил это имя, когда был молод, перевозил наркотики по холмам и за мной гнались. Это не должно означать, что я ... как животное. И теперь, благодаря моему сыну, я управляю корпорацией!"


"Тогда зови тебя Си-Э-О".


"Да, это следующий шаг", - сказал он со вздохом.


Внутри мы снова заняли столик, еда была готова.


Я спросил: "На что похож здешний город?"


"Этот город в порядке, я контролирую его, но следующий город похож на зону боевых действий, несколько банд, все конкурируют. Здесь у меня есть дантист, за которого я плачу, чтобы помогать людям. И я плачу за детский сад."


"Щедрый благодетель", - отметил я. "Томск платит за школы, он строит отели, и он починил дороги. И мы снизили уровень преступности, избавились от банд. Это помогло Томску, но это также помогло местным жителям.


"В Африке я проводил время с племенами, жил в деревнях, а затем пришли чернокожие солдаты и начали убивать женщин и насиловать молодых девушек, поэтому я убил всех солдат, затем я отправился в следующий город и убил всех солдат, и я оставил тысячу тел в грязи.


"Все, что нужно жителям деревни, - это чтобы сапог сняли с их шеи, им не нужна подачка, им просто нужна надежда."


Карлос отметил: "Ты больше, чем я представлял, и я с подозрением отнесся к тому, что Томск так быстро вырос. Ты мыслитель, как и мой сын."


Саша вставил: "В Панаме, в самом начале, Петров однажды привел нас в маленький городок, и мы лазили по деревьям со снайперскими винтовками, и я задавался вопросом, зачем мы тратим там время. Он сказал нам стрелять в любого вооруженного человека или преступника.


"Я видел, как крупный мужчина насиловал девятилетнюю девочку, и я застрелил его. И я понял ... что все, что для этого потребовалось, - это пуля в пятьдесят центов и желание сделать это. Итак, мы ходили от города к городу и закапывали всех вооруженных людей в землю.


"После крушения вертолета Петров организовал мое спасение из Колумбии, и у меня был выбор. Работай с Томском и зарабатывай хорошие деньги, или сиди на дереве и отстреливай преступников."


"Ты решил следовать за Петровым", - отметил Мигель.


"Я делаю что-то стоящее", - сказала ему Саша. "Мы отправили в могилу много плохих людей. Я высоко держу голову, я не просто телохранитель наркоторговца. И в Африке я видел, что они делали с жителями деревни, поэтому мне нравится стрелять в тамошних ополченцев."


Карлос спросил меня: "И Томск платит тебе ..."


"Нет", - ответил я. "Мне платят несколько человек, заключают контракты, но если я смогу снять деньги с того, кого застрелю, я сделаю это, достаточно, чтобы выжить. У меня отложены деньги."


Саша сказал им: "Томск предложил ему 100 миллионов долларов за то, чтобы он стал его правой рукой. Петров сказал "нет". И в Колумбии, когда мы напали на картель Кали, у Петрова были банковские коды картеля - и наличные, и он передал все это."


"Тебя мотивируют не деньги", - заметил Мигель.


Я сказал ему: "Пощупай мой череп".


Он наклонился и почувствовал это. "Все разбито".


"Мне трижды выстрелили в голову, и фрагменты кости движутся. Три года назад врачи дали мне жить шесть месяцев, но я все еще здесь, постоянно задаваясь вопросом, будет ли этот день моим последним днем." Это была избитая история, и для меня она звучала банально, но для этих парней я услышал ее впервые. Кроме того, они не смеют расстраивать Томск.


"Итак, никакого желания разбогатеть, " отметил Карлос. "Деньги не приносят пользы, когда ты мертв. И эти солдаты..."


"Вы можете повернуть их назад, если хотите, это ваша земля, или мы нападем на ваших соперников."


"Если вы нападете на небольшие банды, то никто не будет возражать, но если вы нападете на моего конкурента, такого как Лобос, тогда они пришлют сюда людей."


"Если они пошлют сюда людей ... тогда у них закончатся люди раньше, чем у нас закончатся патроны. Не волнуйся, у нас есть люди, оружие, подготовка и преимущество. Я также установлю подслушивающие устройства на дорогах и в горах, мы получим раннее предупреждение.


"Моим предпочтительным методом было бы привести их сюда, а не нападать на них в их крепости. Пусть они отправят людей через горы. Они не увидят моих людей и не услышат их, пока не станет слишком поздно. И если мы сделаем все правильно, они не узнают, что это ты. Есть ли шпионы в городе?"


Он пожал плечами. "Каждый в Мексике знает, что за хорошую информацию можно получить хорошие деньги, поэтому даже дети будут продавать информацию".


"У тебя есть место за городом, которым мы могли бы воспользоваться?"


"Да, мой склад упаковки находится в двух милях за холмом."


"Место, подходящее для солдат, хорошая оборонительная позиция?"


"Да, вокруг него ровная земля, хорошие стены."


"Тогда подумай, чего ты хочешь от нас: это твой дом, - сказал я ему.


Он пожал плечами. "Ну, если ты можешь сотворить какое-нибудь чудо и очистить соседний город, тогда ... да, хорошая идея".


Выделенные нам комнаты на ночь были очень хорошими. Не такой роскошный, как на вилле Томск, но все равно роскошный. И в отличие от Томска, Карлос не предлагал никаких дам, его жена и мать познакомили на кухне.


Это было разочарованием, а не вызовом моей предыстории, наркобарону, который жил со своей семьей, который любил свою семью, печально известному и смертельно опасному наркоторговцу, согласно CNN. Ключевые показатели эффективности знаменитого "Шакала" устанавливал его сын, получивший американское образование, а время отхода ко сну - его жена.


Утром мы позавтракали на кухне блинчиками, приготовленными дамами. Когда я сидел там, позвонил Боб Стейнс.


Он начал так: "Петров, товарищ, я поговорил с банкиром, и он купит портфель за 70% от номинальной стоимости за вычетом комиссионных с вашей стороны".


"Это хорошо. Нужно ли ему покупать это через того же нью-йоркского брокера?"


"Да. Дайте мне номер брокера и номер сертификата портфеля и предупредите его о звонке."


"Подожди". Я повернулся к Мигелю. "Номер сертификата портфолио?"


Он выбежал и вернулся с листом. Я подробно описал номер, а также имя и номер брокера.


"Оставь это мне".


"Спасибо вам, мистер Роберт."


"Что ты там задумал?"


"Контракт на убийство нескольких наркоторговцев и боевиков, их около двадцати тысяч. Должен сделать моего дядю Сэма счастливым. Пукка." Я столкнулся с Карлосом. "Позвоните своему брокеру, предупредите его, чтобы он подождал звонка, но что у звонящего человека могут быть разные имена, но он спросит о номере сертификата".


Карлос схватил спутниковый телефон и вышел, страстно желая позвонить, чертовски страстно.


Я попросил у Мигеля карту, и он нашел ее, вскоре подробно описав различные опасные города, опасные дороги, очень опасные поселки и действительно чертовски опасные дороги. К югу от нас было не так уж много безопасных дорог.


Когда зазвонил мой телефон, это был Риццо. "Это Петров?"


"Это тот человек с дурацкими усами?"


"Отвали. И да, это так. Мы на Азорских островах, заправляемся, маленький самолет. Чем мы занимаемся?"


"Работа в Мексике через Панаму, несколько недель тяжелой работы для вас, ленивых отдыхающих."


"И ... бонус? " рискнул он.


"Всегда хороший бонус за такие задания, как это."


"Монстр с нами ..."


"Расскажи ему о прошлых работах."


"У нас нет набора!"


"Прихвати это из Томска в Панаме, купи несколько поношенных ботинок. Приобретите коричневые цвета пустыни и немного зелени, оружие будет отправлено вместе с ремнями, как обычно. И маски для лица, убедитесь, что у вас есть маски для лица, хотя вы все равно выглядите как мексиканский бандит."


"Эти русские парни были экипированы, как мы раньше. Парни спускаются?"


"Томо, Свон и Николсон, плюс мальчики Саши, плюс десять русских."


"Тогда хорошая маленькая команда. Скольким нам противостоит?"


"Сколько вооруженных людей в Мексике?" Я возразил с.


"Миллионы ублюдков."


"Тогда мы их немного проредим. Скажи Стретчу, что у него будет сидячая работа."


Риццо рассмеялся. "Он поддерживал форму, как и все мы".


"Попробуй поговорить с Томо и бандой, предупреди их о том, что говорить и делать, то же самое для Стретча и Монстра, но Томо и банда были с тобой раньше."


"Да, они знают правила игры. И Томо любит этого чувака из Томска."


"Наш хозяин в Мексике - семейный человек, никаких проституток, я не думаю. О, эта 14-летняя девочка-разведчица, Тайни, она из Томска, так что предупреди их всех. Это нормально, что ты знаешь ее по работе наемником, никаких упоминаний о 14 Intel или GL4."


"Она шпионит за ним? - недоумевал он.


"Нет, она помогает ему в его шикарном отеле; у него есть карманники и похитители драгоценностей. Она работает под прикрытием там, в Панама-Сити, так что вы можете ее не увидеть. Позвони мне, когда приземлишься."


В 14:00 Карлосу позвонили, и он широко улыбнулся. Теперь у него снова было несколько фунтов в банке, а я был персоной грата. Его первым банковским переводом будет банковский счет на Каймановых островах, которым пользуется Томск. Теперь Карлос мог заплатить свой долг.


У себя в комнате я позвонил Бобу Стейнсу. "Это Уилко. Что случилось с этим портфолио?"


"Леон считает, что он недооценен, и когда банк будет продан или разделен, он мог бы получить тридцать пять миллионов чистой прибыли".


"Тогда хорошая сделка, и мой хозяин здесь доволен".


"Кто послал тебя туда?"


"Дэвид Финч ... смотрит в другую сторону, правдоподобное отрицание. Мне нужно было вернуть парня из Глубинного государства, но затем я прорежу здешних бандитов, чтобы мой дядя Сэм был доволен."


"Опасная работа, я бы сказал, для любого, кроме тебя. О, я сел с Леоном и его сыном смотреть фильм о базе верблюжьего носка. Теперь он ценит твою повседневную работу, и этот актер прекрасно тебя раскусил.


"Хороший фильм, хорошо снятый, я почувствовал жару и пыль, а после нам всем захотелось чего-нибудь холодного."


Я улыбнулся. "Великая голливудская пропагандистская машина".


Звонок снят, я лежу, размышляя. Когда мой телефон зазвонил снова, это был Миллер. "Мистер Миллер, вы купили биг-мак с картошкой фри?"


"Ты никогда не был в Вегасе, ты просто хотел подразнить меня".


"Мистер Миллер, вы рады быть живым и свободным?" Я нажал.


"Я, и я благодарен, и мои боссы думают, что теперь вы ходите по воде. На Ямайке это была быстрая работа."


"Просто удачи, мистер Миллер. Есть ли у вас какие-либо продолжительные травмы? "


"Нет, я в порядке, немного посплю, чтобы наверстать упущенное".


"Тогда, прежде чем ты уснешь, ты можешь помочь мне. Добудь мне разведданные о любых бандах в радиусе ста миль от того места, где тебя держали. Затем я начну их немного прореживать."


"Сейчас я с этим разберусь. Есть посты прослушивания, и время от времени были проекты, но банды к югу от границы не глупы, они знают, что радиопередачи могут быть перехвачены."


"Затем взломай телефонные мачты и наземные линии".


"У нас будет команда для этого, но, похоже, это произойдет после разговора с заместителем начальника."


Я достал контактный номер Фрэнкса и набрал цифры, думая о VHS-видео порно. Ответила дама, хриплым голосом предложила. "Видеомагазин на углу".


"Мистер Фрэнкс, извращенец, пожалуйста".


"Подожди", - прозвучало грубовато в конце строки.


Я ждал.


"Фрэнкс слушает".


"Это Петров, в Мехико, в милом доме Шакала".


"Как дела?"


"Отлично, все в порядке. Передайте по линии запрос на информацию о сигналах, телефонные вышки взломаны, в радиусе ста миль от меня. А что происходит в Гвинее?"


"Ваши люди пробрались в какое-то место и посмотрели, говорили о штурме, а повстанцы из Гвинеи-Бисау поехали домой, как могли, и обнаружили, что их президента схватили морские пехотинцы - и передали ФБР. Африканский союз осудил нас."


"Это потому, что они все нечестные".


"И идиот-генерал, который должен был организовать переворот, является там временным лидером, поэтому мы поручили ему высший пост".


Я рассмеялся над этим. "Скоро поговорим, ничего особенного не происходит".


Внизу, в 4 часа дня, Карлос сказал: "У меня есть для тебя немного денег".


"И у меня есть для тебя задание, что-то связанное с этими деньгами. Купи немного колючей проволоки, металлических столбов для забора и протяни линию колючей проволоки вдоль границы."


Он смотрел в ответ, сильно нахмурившись. "Какого черта?"


"Это смутит американца, которого я знаю, и заставит некоторых других смеяться, и ... Я бы хотел посмотреть, как они сообщат об этом на CNN. О, сколько ты собирался мне дать?"


"Для начала - сто тысяч долларов."


"Итак, колючая проволока стоимостью в сто тысяч долларов." Я задержал на нем свой пристальный взгляд.


"Ты объяснишь это в какой-то момент, да?"


"ДА. Для начала, пожалуйста, делегируйте команду, форму, которую нужно заполнить."


"Не начинай этого, я достаточно наслушался этого от своего сына!"


В тот вечер большая группа джипов осветила фарами ближайший участок прямой дороги, включила фонари, включился зеленый стробоскоп.


Через несколько минут после включения стробоскопа двойной пропеллер "Шайенн" зашел на высоте пятидесяти футов от палубы, плавно опустился, множество рук быстро выгрузили груз, "Шайенн" включил двигатель, совершил резкий поворот при наклоне и исчез в ночном небе.


На вилле появились джипы, передали ящики, и я был там, когда их открывали. Поскольку ящики были отправлены мне через Карлоса, я взял инициативу в свои руки, проверяя клапаны и боеприпасы, ремни и одежду. Вскоре у нас с Сашей было почти все, что нам было нужно, и я попросил нашего хозяина достать большую аптечку первой помощи плюс резиновые жгуты - всего пятьдесят штук.


Карлос отметил: "Это знаменитые винтовки Valmet".


"Да, и это... " Я поднял ружье для слонов. " - это длинный патрон калибра 7,62 мм. Это пробьет дыру в двигателе джипа и убьет человека на расстоянии мили. Мы стреляем тефлоновыми патронами."


Я сложил ящики в пристройке, уточнив у хозяина, могу ли я оставить снаряжение в своей комнате. Он предложил мне и Саше комнату в общежитии, достаточно милую, с общей кухней и общей комнатой для горстки мужчин.


Мы с Сашей разделись и почистили оружие, пока другие мужчины внимательно наблюдали, задавали вопросы, но их английский был невелик. Ремни и патронташи были подогнаны, но у нас здесь не было патронов. У нас была зеленая военная форма, пока никаких признаков коричневого цвета, но холмы позади нас были в основном зелеными, а приближалась зима, так что они оставались зелеными месяцами.


Сидя там, я черным маркером добавила полоски к своим зеленым брюкам и рубашке. Нам также понадобились бы куртки, ночью было холодно. У мужчин из барака были запасные ботинки, и я нашел черные ботинки, которые мне очень подошли.


Утром мы с Сашей тщательно осмотрели ящики, нашли маски и перчатки, оптические прицелы, зеленые ботинки, глушители и несколько курток. Открыв коробки с патронами, мы приступили к загрузке магазинов, несколько человек охотно помогли нам.


Оптические прицелы не были ни нашими обычными маленькими прицелами, ни нашими обычными большими прицелами, которые использовали мои снайперы, но были чем-то средним между ними. Просматривая их, я был доволен увеличением. Они тоже были зелеными.


После обеда я сказал Карлосу, что пойду куда-нибудь вечером и посмотрю на следующий город.


"Только вы двое?"


"Нас не увидят, и если нас увидят ... мы будем стрелять. Не волнуйся. У вас есть люди к западу отсюда, в горах?"


"Недалеко от города, только на путях, которые заканчиваются здесь".


"Тогда нам нужны джипы, чтобы перевезти нас через первый холм и высадить. Предупреди своих людей, что мы в горах."


"Кто-то может продать эту информацию", - предупредил он.


Я садистски ухмыльнулся. "Будем надеяться на это".


Я насладился хорошим обедом, большим количеством протеина, и вздремнул в 16:00, проснулся в 19:00 и разбудил Сашу. Переодевшись в наш зеленый комплект, вся домашняя охрана внимательно наблюдала за нами, когда мы вышли, готовые к войне, Карлос и его сын выходили с виллы.


Я надел маску для лица, Саша скопировала.


Карлос заметил: "Если они увидят тебя, они не узнают, кто ты, но ... Но никто так не одевается, за исключением некоторых федералов".


"Тогда, возможно, федералов обвинят в любой стрельбе".


Он пожелал нам всего наилучшего, хотя звучал осторожно и неуверенно относительно такого курса действий, и мы сели на джип, два джипа, которые последовали за нами в качестве сопровождения из города.


Саша ничего не сказала, пока мы не оказались в горах, а наши сопровождающие не уехали. "Каков здесь план?"


"План ... в том, чтобы посмотреть, кто из его людей нас продает".


"Ах. Мы получаем теплый прием, нет."


"Это было бы общепринятым мышлением", - съязвил я.


"Итак ... мы думаем как большая группа людей в большом зале".


"Прекрати читать этот чертов словарь".


Оружие проверяли в темноте - просто сверчки для компании, глушители надеты, мы произвели пробный выстрел, затем попали в дальний придорожный фонарь, теперь уверенные в наших оптических прицелах. По глотку из наших бутылок с водой, и я увел Сашу прочь, оружие направлено на наши левые ботинки, глаза широко открыты, уши напряженно прислушиваются.


Я шел по едва заметному контуру следа. "Как твои ботинки?" - Что? - прошептал я.


Пока все в порядке. Твоя?"


"Немного великоват, но удобный".


"Слишком большой лучше, чем слишком маленький", - отметил он.


Поднявшись на гребень, мы выглянули наружу, увидели далекую дорогу, проезжающие машины и, обнаружив след от джипа, я последовал по нему, набирая скорость, чтобы преодолеть несколько миль. Я понюхал воздух, что-то уловил, сладкий запах, возможно, местного вида цветов, и он сильно отличается от Африканского.


Через час нам было тепло в наших куртках, мы остановились, чтобы попить воды из журчащего ручья.


На следующем гребне мы заметили транспортные средства в группе на юге и поэтому изменили курс в их сторону, вскоре оказавшись над этими транспортными средствами на расстоянии пятисот ярдов.


Сквозь прицел я мог видеть, как копают могилу. "Давай", - поторопил я, и мы быстро отошли на расстояние трехсот ярдов, найдя какое-нибудь укрытие.


"Начни налево и действуй в направлении", - сказал я Саше. Оружие проверено, прицелы отрегулированы, мы устроились поудобнее, огляделись вокруг, и я прицелился.


Главный человек стоял, руководя импровизированными похоронами, без священника под рукой, без надгробия, чтобы отметить уединенное место на склоне холма. Я тщательно прицелился, сделал первое нажатие, сделал половину вдоха и задержку, выпустил патрон, щекой почувствовал лязг перезарядки, и я оказался прямо на могильщиках, четыре быстрых выстрела, когда Саша выстрелил вниз.


Когда все похоронные детали были уничтожены, мы врезались в джипы и уничтожили их.


"Мы ждем?" Спросила Саша.


"Их будет не хватать, и мужчины придут, но ... возможно, не в ближайшие часы. Нет, мы идем пешком и сохраняем тепло, но держим эту дорогу в поле зрения."


Я повел Сашу на запад, тропы не было, приходилось преодолевать кустарники высотой по колено, местами медленно, пока не наткнулся на тропу, которая вела примерно в правильном направлении.


Час спустя в миле от нас появились огни колонны джипов.


"Они ищут нас?" Спросила Саша сквозь темноту.


"Надеюсь на это", - сказал я его черному контуру.


"Мы портим им день, нет".


Я продвинулся на пятьдесят ярдов вниз по склону и нашел темный овраг, приняв его на время за новый счастливый дом, нашел хорошую огневую позицию, конвой приближался, шесть джипов.


" Пятьдесят кал! " прошипела Саша.


"Сначала ударь человека на нем, я ударю водителя. Для начала я поеду на переднем джипе."


Я тщательно прицелился в шину, когда она двигалась справа налево, и когда она оказалась почти прямо подо мной, я выстрелил. Шина лопнула, джип вильнул и остановился, джип сзади толкнул его.


Саша тихо рассмеялся, прицеливаясь, и я убил водителя "фифти кэл" - его окно было открыто. Человек, управлявший "фифти кэл", вылетел из джипа, и игра была окончена.


Целясь во второй джип, я трижды попадаю в стекло со стороны водителя, вскоре целюсь в третий джип, разбивая боковое стекло, Саша выкачивает патроны.


Над головой прогремели выстрелы, и я увидел вспышки выстрелов, но они понятия не имели, где мы были в эту темную ночь. Сосредоточившись на стреляющих мужчинах, я выстрелил тремя дульными вспышками и заставил их замолчать, вскоре обнаружив еще больше дульных вспышек, доносящихся из-за джипов. Не торопясь, я сделал два или три выстрела при каждой вспышке дула, целясь немного ниже и немного правее, чтобы попасть в грудь человеку, держащему винтовку.


Пятнадцать минут, и все было кончено, никто не двигался, местность освещалась фарами джипа. Мы пробили шины джипа, поменялись магазинами и попали в бензобаки, три джипа загорелись, когда мы развернулись и двинулись, согнувшись пополам, на запад и вверх по склону.


Двадцать минут спустя мы увидели деревню внизу, но более чем в миле от нас. Мы также могли время от времени слышать стрельбу. Над деревней был горный хребет, тропа вела в ту сторону, поэтому я выбрал тропу и последовал по ней вниз в устойчивом темпе.


Поднявшись над деревней, я теперь двигался медленно, принюхиваясь к воздуху и останавливаясь, гадая, выставил ли кто-нибудь из идиотов внизу часовых. Я думал, что нет; все они были теплыми и поджаристыми в постели со своими толстыми женами.


Неспешные полчаса привели нас к хорошей позиции над деревней и ее главной дорогой, на расстоянии выстрела в четыреста ярдов.


Под нами, на тускло освещенной боковой улице, вооруженные люди грузили что-то в джип. Саша прицелился вместе со мной, спокойно уложив двух человек. Мы ждали, громко стрекоча сверчками. Где-то под нами заблеяла коза.


Появились третий и четвертый мужчины, проверяющие своих мертвых коллег, прежде чем выбежать на главную дорогу с оружием наготове. Осмотревшись, они побежали назад и опустились на колени над своими мертвыми коллегами, представив нам красивые широкие спины. Два тихих удара, и у двоих мужчин теперь были очень большие дыры в груди.


"Джип не будет загружен вовремя", - заметила Саша.


"Вовремя для чего?"


"За их доставку. Думаю, пицца."


Я повернулся к его темному силуэту. "Пицца?"


"Я думал о пицце. Пепперони."


"Перестань думать о пицце, ты съел достаточно перед тем, как мы ушли".


"Что это значит?" - с вызовом спросил он.


"Привыкаешь к домашней кухне, домашний муж?"


"Я не домашний муж!" - прошипел он. Он тихо добавил: "Пока нет".


Направляясь на юг, мы обнаружили банду вооруженных людей около бара, двое стояли и спорили.


Я попал одному из мужчин в голову, остальные пригнулись и развернулись. Установив автоматический режим, я распылил их, те, что не попали напрямую, получили некоторый рикошет.


"Что это было?" Саша усмехнулся. "Пустая трата боеприпасов. Тебе весело, нет."


"Это был меткий выстрел".


"Ха". Он прикончил четырех раненых, когда я стрелял из окон бара и попал в неоновую вывеску, двигаясь к припаркованным джипам, пробивая шины, лобовые стекла.


Веселье закончилось, мы медленно продвигались дальше на юг, стрельба привлекла внимание местных жителей, головы теперь выглядывают из дверей и окон. Десять минут спустя с юга подъехал конвой, десять джипов, тридцать вооруженных до зубов мужчин.


"Это слишком много мужчин", - предостерегла Саша.


"Хорошо, более высокий результат".


Прицелившись, я подождал, пока главный герой спустится, будет расхаживать с важным видом и разговаривать с местными жителями, прежде чем ударить его по яйцам. Саша установил автоматический пистолет со свежим магазином и поливал джипы длинными очередями.


"Веселишься?" Я дразнился, снимая прыгающих мужчин. Наконец, когда никого не было видно, никого живого, я сказал: "Десять добрались до обложки, по крайней мере десять".


Саша выпустил патрон. "Девять".


"Умная голова". Я тщательно прицелился и осмотрел стены домов, вскоре обнаружив лицо, выглядывающее из-за угла. Мой выстрел попал в стену, его винтовка упала, он закрыл лицо руками, когда мой второй выстрел перерезал ему позвоночник. "Восемь".


Саша пропустил раунд. "Семь".


Пули просвистели над головой и упали в грязь рядом с нами. "Беспорядочный огонь, они нас не видят".


"Я вижу белое лицо, американец, возможно, наемник. Мы пристрелим его?"


"Если он работает на эту шайку, черт возьми, да".


Саша выстрелил. "Айя. Я снес ему половину лица."


Я увидел тень под джипом, движущуюся тень, так что удар об асфальт под джипом наверняка приведет к болезненной травме. Из-за задней двери джипа появилось лицо, мой выстрел снес ему затылок. "Осталось пять".


Мужчина встал и побежал, я и Саша открыли огонь, мужчина развернулся и упал. Когда он полз, я ударил его по заднице, мужчина перевернулся. Но это была смертельная рана, поэтому я оставил его истекать кровью, поменяв журнал местами, пока я проверял кустарник позади нас и внимательно прислушивался.


"Пссст", - пришло от Саши. Он посмотрел вниз по склону. "Это смущает".


"Что есть?" - Что? - прошептал я.


"Приближается человек в белой шляпе".


"Белая шляпа?"


"Большая белая шляпа".


Я посмотрел через овраг и вниз, увидев отчетливое движение белой шляпы. Мой выстрел прошел сквозь шляпу, которая перестала двигаться. Отступив назад, я сказал: "Это не солдаты, они действуют в городах, руководствуясь страхом; у них была никудышная подготовка. Отсюда парень в белой шляпе, крадущийся вверх по темному холму."


Десять минут спустя я подтолкнул локтем Сашу, и мы отступили назад, поднялись на гребень и перевалили через него, продвигаясь дальше на юг. Перед отъездом я захватил банки с тушенкой, и мы остановились, чтобы перекусить, посидели в темноте на низкой каменной стене вокруг фермерского поля.


Саша отметила: "Карлос был счастлив, ты вернул ему его деньги".


"Он не хладнокровный убийца, о котором говорят в американских новостях".


"Тьфу! Американские новости всегда преувеличивают, создавая лучшую историю. Говорят, это место опасное. Да, если вы идете по улице без оружия. Здесь, в горах, мы главные."


"╧ 4 теперь ╧ 1", - отметил я, пока ел.


"С ним все в порядке, раньше он мне нравился, теперь рана на колене. Но сейчас там не так много проблем, не то что у FARC - это была битва, окруженная со всех сторон!"


"Может быть, когда-нибудь об этом снимут фильм".


Двигаясь на юг, ветер немного похолодал, и мы потратили час, чтобы оказаться над большим поселением, внутри которого горели яркие огни, а внутри шла какая-то сомнительная торговля. Медленно спускаясь, сторожевой пост был очевиден, выстрел с глушителем заставил замолчать скучающего мужчину, сидевшего там, его винтовка была перекинута через плечо.


За ним и дальше вниз по склону мы были теперь в 200 ярдах над поселением, хороший обзор, хорошая каменная стена, за которую можно спрятаться. Саша нашел дыру в стене и лег, просунув винтовку, достаточно места, чтобы целиться влево и вправо.


Я тихо убрал несколько больших камней и устроил себе огневую позицию, мы оба изучали землю позади нас, затем слева и справа. Казалось, что мы были здесь одни.


"Газовые баллоны", - подсказала Саша. "Левая сторона, дальняя стена".


Я посмотрел в прицел и увидел множество маленьких синих баллонов с кухонным газом и два высоких красных цилиндра. "Я ударю по красным". Запланированный момент, вдох и выдох, готовность, и я выстрелил, вспышка пламени и громкий хлопок, но пламя быстро погасло, никто не пострадал, поскольку люди бегали вокруг с криками.


"Идиоты", - выругался Саша, выбирая автоматический режим. Он опрыскал центральную область, десять человек быстро развернулись, пока я снимал тех, кто, как я думал, отдавал приказы.


Автоматный огонь прогремел над нашими головами, но также попал в стену.


"Это было близко!" - крикнула Саша. "Направо".


Я прицелился правильно, вскоре увидел вспышки на дульном срезе, выпущено три пули, стрельба прекратилась. Целясь вниз, я попал в людей, когда они бежали к джипам, затем попал в джипы; двигатели, шины и ветровые стекла.


Что касается моего второго магазина, то в нашу сторону полыхнуло много огня, и мне пришлось пригнуться, наша стена задела. У них была хорошая идея, где мы были. Отодвигая камни от стены, я занял более низкую огневую позицию и прицелился, дульные вспышки били одна за другой в течение двадцати минут, пока стрельба не стихла.


Отступая и поворачиваясь, я одновременно смотрел и прислушивался к темному холму, никто еще не настолько глуп, чтобы попытаться обойти нас с фланга, Саша все еще время от времени стреляет.


"Давай, не будем испытывать судьбу".


Согнувшись пополам и двигаясь медленно, мы медленно поднимались по гребню, от куста к кусту, от оврага к оврагу. На гребне я замер с винтовкой наготове, ветер донес сигаретный дым. Я бросился обратно вниз и налево, Саша следовал за мной, и мы двинулись широким кругом, спустились на сотню ярдов, миновали полуразрушенный старый сарай, поднялись на небольшой гребень, скрылись за стеной и оглянулись на нашу предыдущую позицию.


Шесть человек медленно перевалили через гребень. Я тихо рассмеялся; на двоих были белые шляпы. "Ты начинаешь слева, я начинаю справа. В режиме ожидания."


Я прицелился в крайнего справа человека, свет из лагеря частично освещал их фасады, и я мягко нажал на спусковой крючок, мой человек отлетел, второй человек опустился на колени, но все еще был в поле зрения, и попал, когда Саша выстрелил дважды. Теперь у нас не было целей, они были повержены и прятались.


"Давай", - прошептала я и двинулась назад и вниз по склону, прочь от мужчин.


Пятнадцать минут поросших кустарником и лугами земель увеличили расстояние между нами, дорогу пересекли, ручей перешли вброд, на гребень вскарабкались. Сидя на стене, мы пили воду и ели солонину в темноте.


"Будет ли ответ?" Лениво спросила Саша.


"Это маленькие независимые банды, так что ... некому ответить, если только они не связаны с какой-нибудь более крупной бандой".


"Мы должны следить за боеприпасами", - предупредил он.


"У меня осталось шесть журналов".


"Примерно то же самое, так что будем действовать полегче или найдем кого-нибудь".


"У многих из этих людей были американские охотничьи ружья", - отметил я. "Немного М16. Я видел только один АК47."


"Конвой", - отметила Саша десять минут спустя.


Сбавив скорость, мы приготовились, настроили прицелы, посмотрели назад, на ближайшую местность, когда приближался конвой, восемь джипов.


" Еще пятьдесят кал, " прошипела Саша.


"Мы на гребне, патроны пройдут мимо", - заверил я его. "Но мы нападаем и убегаем".


Я прицелился в окно водителя головного джипа, и когда он поравнялся с нами, я сделал два выстрела, джип съехал с дороги и разбился. Саша выстрелил в пятидесятикилометровый джип, и тот красиво покатился, человека на заднем сиденье раздавило, джипы сзади подталкивали друг друга локтями, когда они с визгом останавливались.


Я быстро выпустил двенадцать пуль по кабинам джипов, прежде чем сбавил скорость и повел Сашу на запад, 400 ярдов быстрой пробежки мимо посевов, затем прямо на север, шестьсот ярдов, вдали послышались трески; они стреляли по теням.


Часовая работа привела нас к вершине, к городу, который теперь виден к западу от нас и ниже, возможно, к тому городу, о котором упоминал Карлос.


"Поищем патроны или возьмем М16", - сказал я Саше, когда мы начали спускаться, нашли трассу, миновали высокую мачту - возможно, мачту мобильного телефона.


Я остановился, прицелился, белые коробки с набором попали, видны искры.


"Плохой спорт", - сказала мне Саша, когда мы отвернулись. "Никаких звонков с просьбой заказать пиццу".


"Выбрось эту чертову пиццу из головы", - прошипела я.


Чтобы добраться до города, потребовалось сорок минут, мы миновали несколько домов, вдалеке лаяли собаки, и мы вскарабкались по крутому склону, по камням и к обрыву, который позволил бы нам пролететь 400 ярдов до центра города.


Лежа, мы могли бы стрелять так, чтобы люди внизу не видели ограниченной вспышки дула и не слышали нас. Я устроился поудобнее, выбросил несколько камней и нацелился на 500 ярдов. Дыхание под контролем, внесены последние корректировки, моя щека прижата к прикладу, и я принял основную затяжку.


На крыше бара патрулировал мужчина с винтовкой. "На крыше того бара". Я прицелился, ожидая, когда он дойдет до конца своего медленного обхода и развернется, легким нажатием на спусковой крючок я сбил его с ног. Мы посмотрели, но никакой реакции ниже не последовало.


Прицелившись вниз, я увидел огромный джип с соответственно огромными шинами. Когда люди, ухаживавшие за джипом, отошли на дальнюю сторону, я выстрелил, шина красиво разорвалась.


"В шине слишком много воздуха", - издевалась Саша, когда мужчины бегали вокруг и изучали взорванную шину, вскинув руки в воздух.


Местный вор в законе вышел с телохранителями, и этот парень действительно выглядел как персонаж старого вестерна. Мой выстрел попал ему в мочевой пузырь и согнул его вдвое, наверняка будет больно, моя пуля, вероятно, перерезала ему позвоночник там, где он соединялся с тазовой костью.


Его люди опустились на колени и смотрели в нашу сторону, не имея ни малейшего понятия о том, где мы были. Саша выстрелил, мужчина отшатнулся, его мозги забрызгали его коллег. Мой выстрел попал в человека, повернувшего голову, чтобы посмотреть на брызги мозга, мой второй выстрел поразил человека, который поднялся и побежал, сбив его с ног.


Саша выстрелил, и неоновая вывеска бара разлетелась вдребезги, были видны искры.


Я повернулся к его темному силуэту. "Веселишься?"


"Что?" - запротестовал он. Его следующий выстрел попал в распределитель электроэнергии на столбе, было видно больше искр, улица погрузилась в темноту.


Повернув налево, я увидел вооруженных людей на крыше, наблюдающих за происходящим. Мой выстрел подкрутил двоих из них, остальные упали.


Подавшись вперед, я посмотрел вниз и увидел четырех вооруженных мужчин во дворе, и у них были автоматы ak47. "Переместитесь, мы достанем немного боеприпасов".


Теперь мы оба стояли на коленях вертикально, рискованно, мы стреляли вниз, четверо мужчин попали, и вскоре мы карабкались вниз по склону и по камням, вниз по склону хребта, к тропе, собаки лаяли. Когда выбежала собака, большая противная тварь, я застрелил ее с расстояния всего в десять футов, пройдя мимо нее к началу асфальтированной дороги.


Внутри лагеря я обнаружил темную тень, склонившуюся над телом, и дважды выстрелил, вскоре развернувшись влево и стреляя в другую темную тень. Схватив четыре магазина, Саша схватил пять, я поднял АК47 и его владельца, оттащил его на улицу, где сбросил на землю. Используя его винтовку и один из своих наполовину полных магазинов, я выстрелил очередями в сторону главной дороги, прежде чем бросить винтовку и со всех ног броситься назад по дороге.


На грунтовой трассе нам пришлось пригнуться и бежать влево, когда появились пули, плохо нацеленные пули. Вернувшись на скалы и запыхавшись, мы, леопарды, подползли к краю и посмотрели вниз. Теперь мужчины были по обе стороны улицы и крались вперед.


Вставил свежий магазин, сначала проверил, что это не современные российские патроны калибра 5,45 мм, и я выпустил патрон, человек упал навзничь, пуля попала в грудь. Его коллеги открыли огонь по телу дальше по дороге, Саша быстро убил двоих. Я поразил двоих, и наступление было отменено, последние бойцы резко ушли.


Повернув направо, я увидел вооруженных людей на крыше, наблюдавших за происходящим или пытавшихся наблюдать за происходящим, главная улица была затемнена. Я ударил человека в живот, согнув его пополам. Его приятель бросился на помощь, мой выстрел отправил этого человека через край вниз.


Сноп искр, и на улице погас свет.


"Прекрати это делать!" Я зашипела. "Подожди, пока мы не уйдем".


"Не снимай трусы, эх". Он повернул налево и попал в неоновую вывеску заправочной станции, затем в огни переднего двора - обслуживающий персонал, бегущий в укрытие, затем в насосы, языки пламени, взметающиеся ввысь.


Но это пламя быстро погасло, был замечен лишь небольшой пожар, вскоре произошел мощный взрыв, когда заправочная станция решила навестить людей в городе, повсюду шел дождь, Саша смеялась.


Покачав головой, я развернулся вправо, к человеку, которого я сбросил с крыши. Лица выглядывали из-за стены на горящей заправочной станции, двое попали в цель, прежде чем они решили, что здесь разумным подходом было пригнуться.


Подойдя ближе, я заметил движение, парня с винтовкой. Он прицелился на главную улицу, выстрелил, и я увидел, как упал стрелок. "На крыше есть ребенок, который делает за нас нашу работу".


"Мы завербуем его, нет".


Я прицелился на улицу рядом с ним, увидев стрелка, который смотрел вверх и в сторону парня. Мой выстрел попал мужчине в плечо, предотвратив дальнейшее расследование о точном местонахождении молодого мстителя.


Десять минут спустя трое мужчин медленно приблизились к парню, и я надеялся, что парень прекратит стрелять и спрячется. Я ударил первого человека, отбросив его ко второму, третий человек упал на колени, но быстро убил, человек, отползающий, ранен в задницу.


" Ушел, " настойчиво прошипела Саша.


Приближался конвой, огни не горели, люди сзади целились вперед.


"Шины и водители", - прошептал я, удивляясь, почему я говорю шепотом. Мой первый выстрел пробил шину головного джипа, который нажал на тормоза, два быстрых выстрела убили водителя, когда Саша врезался во второй джип.


Поскольку ведущий джип теперь был сбоку, у людей сзади не было шансов, шесть быстрых выстрелов выбили их из джипа. Поворачивая налево, я быстро, почти не целясь, поразил замыкающие джипы, разбил ветровые стекла, и их гордое и мощное продвижение в город было остановлено.


Саша медленно убивала мужчин в течение десяти минут, большинство улиц города теперь пусты.


"Через час начнет светать, мы уходим", - сказал я ему.


Я отступил, отползая от вершины хребта, вскоре двигаясь согнувшись пополам, останавливаясь, чтобы опуститься на колени, посмотреть и послушать, только сверчки в компании, собаки лают поблизости.


Под темно-серым небом мы возвращались по нашему маршруту более получаса, повернув на север и направляясь к более высоким районам до восхода солнца, не желая находиться рядом с дорогой при ярком дневном свете. Мы сидели на вершине, пили воду, наслаждались солониной, когда появился рассвет.


"Как боеприпасы?" Я спросил и начал считать.


"У меня пять с половиной".


"Шесть с половиной", - сказал я ему. "Мы действуем спокойно, стреляя по ходу отступления".


"Сначала мне нужно посрать".


После завтрака и после того, как Саша нагадил в кустах, мы двинулись на северо-восток через холм, потратив время на осмотр старых костей.


Саша спросил: "Какого хрена они тащат кого-то сюда и выбрасывают тело, а?"


"Возможно, здесь была перестрелка, тело осталось", - лениво заметил я, когда мы шли дальше. "Или мигрант, которому не повезло".


За следующим гребнем мы заметили раннего фермера, и я решил пройти мимо старика. Я остановился рядом с ним. "Я Петров, из Панамы. Хорошего тебе дня." Я протянул ему доллары, оставив ошеломленного старика пялиться на доллары, двести долларов.


Направляясь сейчас на восток, я указал вниз на дорогу. "Который ведет на восток к Карлосу".


"Читать карту легко, нет".


"Да, джунглей здесь нет, деревьев тоже немного. Но Карлос пользуется этой дорогой, поэтому мы не можем наехать на джипы на ней."


Мы топали по подлеску, когда шли на восток, вокруг никого, не видно раннеспелых стрелков - или в которых стреляли, несколько существ, убегающих от нас, птицы, отправленные в полет. Теперь, когда совсем рассвело, мы достигли высшей точки и осмотрели местность, сделав мысленную пометку на будущее: небольшая плотина на севере, большая блестящая теплица на юге.


Над Неголесом, городом, которым управляет Карлос, я остановился, чтобы позвать его, надеясь, что не разбудил. Он отправлял джипы в то же место, поэтому мы повернули на север и спустились вниз, и я был достаточно уверен - но не совсем уверен - в том, где они нас высадили.


Выйдя на асфальтированную дорогу, мы ждали, как каменная стена, за которой можно спрятаться, если понадобится.


Двадцать минут спустя подъехали три джипа, и я узнал нескольких мужчин. Сняв маски, мы прыгнули в тыл с оружием наготове, когда конвой развернулся, и вскоре отправились обратно, когда жители города проснулись и приготовили кофе.


Внутри комплекса мы спрыгнули вниз, Карлос и Мигель ждали.


"Ты не ранен?" Спросил Карло, когда мы приблизились к лестнице.


"Нет, у нас все в порядке, спасибо".


"Мы звонили, и ... вы, кажется, убили сотню человек, трех лидеров ..."


"Ночь выдалась неспешной, и у нас закончились патроны, поэтому мы отнеслись к этому спокойно".


"Тебя никто не видел", - отметил он.


"Но они действительно почувствовали нас", - сказал я ему. "Хочешь позавтракать?"


"Да, приведи себя в порядок и приходи".


Прибравшись, мы поприветствовали его жену и мать и сели, поставив еду, бекон, но толстый бекон, картофельные оладьи и фасоль.


Мигель заметил: "Ты ходишь здесь без страха".


"Вооруженные люди жестоки в городском баре, но когда вы находитесь в сельской местности, ночью, тренированный человек всегда победит".


Карлос отметил: "Одной из банд стало известно, что вы были в этом районе, требовалось денежное вознаграждение, так что ... кто-то в городе сообщил, что вы здесь".


"Один из твоих людей?"


Они обменялись взглядами. "Хотелось бы надеяться, что нет, но это возможно".


"Чтобы узнать мое имя, это должен быть один из твоих людей", - решительно подтолкнула я. "В джипе видели не просто двух мужчин в масках и с винтовками в руках. Возможно, мы могли бы устроить ловушку, рассказывать разным людям разные вещи и посмотреть, кто что сообщит."


"Мы ... можем составить план, да", - неохотно согласился смущенный Карлос.


После плотного завтрака мы с Сашей отправились в барак, где нам предстояло немного поспать, в чем мы так нуждались после долгой ночной прогулки, а наша охрана была доверена людям Карлоса. Надеюсь, они боялись его, и, надеюсь, он боялся Томска, и, надеюсь, его люди боялись того, что может случиться с ними, если они попытаются схватить меня ради награды. Тем не менее, я спал, положив рядом с собой винтовку.


Проснувшись в 4 часа дня, я насладился горячим душем, после чего привел в чувство Сашу, выпил кофе с Мигелем и его матерью, прежде чем мне сообщили, что мои люди уже в пути, но в пути окольным путем. Я переоделся в свое зеленое, сказав Саше сделать то же самое.


В 17:00 первый самолет-близнец "Шайенн" приземлился к северу от города, Риццо и его банда выгрузились и подъехали ко мне, Тенерифская банда летела из Панамы в Мексику на самолете С160 тихоокеанским маршрутом, достаточно далеко в море, чтобы избежать наблюдения оператора радара, и достаточно низко, чтобы вызвать беспокойство пассажиров.


Они приземлились на изолированной полосе в Байе, прежде чем пересесть на другой самолет, низкоуровневый и опасный перелет через горы, чтобы пересесть на другой самолет, чтобы добраться сюда шайеннами - шайеннами низкого уровня, следовавшими маршрутом, который избегал городов, а также опытных операторов радаров.


Риццо спрыгнул вниз в повседневной одежде, но с большой зеленой холщовой сумкой, Рокко спускается с Монстром, Стрейч закуривает сигарету, прежде чем сделать движение, чтобы спуститься.


Риццо начал, потягиваясь: "Я чувствую себя как мешок с гребаным кокаином!"


"Вы выбрали живописный маршрут?" Я дразнил.


"Низко над уровнем моря, несколько гребаных часов, затем мы приземлились на какой-то грязной полосе, затем самолет поменьше пересел на другую гребаную грязную полосу, затем тот же самолет, который был на базе Кэмел Ту, так низко, что мы получили штраф за превышение скорости!"


Карлос приблизился.


Я указал на Риццо. "Это Риццо, британский наемник. Мы много раз работали вместе в Западной Африке." Я указал на Рокко. "Это Рокко". Указывая на Монстра, я сказал: "Это кто-то новенький. Как мне тебя называть?"


"Они называют меня монстром".


"Монстр?" - Спросил Карлос.


Я бросил взгляд на Карлоса. "Это от человека по имени Шакал".


Карлос бросил на меня раздраженный взгляд. "Не то имя, которое мне нравится".


"Ха", - выдыхаю я. Я указал на Стрейча. "Это Стич".


"Растяжка", - поправил меня Риццо, подыгрывая.


"Пока вы ждете, я распоряжусь, чтобы в барак принесли еду и питье", - предложил Карлос, и я повел банду к этому бараку, Саша встала у двери и поприветствовала банду.


Внутри, сброшенные сумки, были найдены раскладушки, но план состоял в том, чтобы переместиться сегодня вечером. Разложив холщовые сумки, приготовив кофе, предложив банде недовольных холодные напитки, они переоделись в зеленую одежду, позаимствованную в Томске, захватили с собой подходящие ботинки. Однако у всех у них были с собой пистолеты.


Из ящиков я достал патронташи, тесьму и защитные перчатки, парни вскоре проверили оружие, как заметили несколько охранников. Я принес коробки с патронами, и мы приступили к загрузке магазинов, охранник помогал нам.


Еда прибыла на подносах, большие стейки, парни вскоре принялись за еду, пиво в бутылках, чтобы запить его, и через час после того, как голодная компания прибыла на виллу, появились три моих снайпера.


Я встал. "Как прошел полет, английские мальчики?" Спросил я с усмешкой.


"Лучше бы нам за это хорошо заплатили", - пригрозил Томо. "Это было выше всяких похвал служебному долгу для чьих-либо задниц!"


Николсон вставил: "У нас есть лучший способ вернуться, босс?"


"Да", - сказал я ему. "Я могу что-нибудь устроить. Одевайся, снаряжайся, ты в опасном месте. Американская граница примерно в десяти милях к северу, кругом банды, некоторые немного разозлились на нас ... после того, как мы с Сашей устроили перестрелку."


"Кто цель?" Спросил монстр, пока ел.


"Здесь все мужчины работают на Карлоса Шакала, громкое имя, но он слабак; он заполняет анкету, прежде чем кого-то застрелить. В нескольких милях отсюда ... и у любого будет винтовка - это честная игра, стреляйте в них всех."


"А план?" - Спросил Рокко, закусывая усы.


"Прорежьте плохих парней, затем уходите". Я столкнулся с Томо. "Обеспечил ли Томск тебе какое-нибудь развлечение?"


"Он сделал", - вмешался Роко. "Хотя всего два часа. С Томо были три девушки."


Мои снайперы переоделись, пока Томо хвастался своими подвигами, ящики открылись, оружие и оптические прицелы были схвачены и проверены, прибыло еще еды.


Через час после прибытия моих снайперов Саша поприветствовал своих людей по-русски, в бараке царила атмосфера вечеринки, теперь комната была довольно полна. Они переоделись, Саша выдал им оружие, вызвал джипы, пока мужчины ели сэндвичи, сэндвичи с солониной.


Я загрузил в джипы несколько ящиков с боеприпасами, остальные ящики с оружием, бутылки с водой, банки с тушенкой и, наконец, погрузил людей, задействовав не менее восьми джипов - мой оригинальный джип, который будет использоваться командой Саши, M4 все еще там, где мы их оставили. Карлос был в переднем джипе, так что он должен был сам показать нам наш новый счастливый дом.


Помахав Мигелю и его матери, мы выехали за ворота и поехали в темноте вниз с холма, на юг через город, проехали несколько миль на восток, а затем снова на север, в темную долину, поднялись на плато по грунтовым дорогам, увидели множество сторожевых постов и, наконец, оказались в обнесенном высокой стеной комплексе.


Внутри темного комплекса я мог видеть множество маленьких квадратных зданий с плоскими крышами плюс несколько сборных блоков заводского типа, освещенных фарами jeep, а также ряд из четырех деревянных хижин, похожих на те, что были в GL4.


Выйдя из джипов, Карлос махнул нам рукой в сторону деревянных хижин, и внутри мы обнаружили стопку бутилированной воды, сложенное пиво, еду в жестяных банках, доступные маленькие плиты, кухонную зону, ведущую к кроватям в стиле милитари в два ряда, по двенадцать кроватей в хижине.


Я указал на одного из людей Саши. "Первый олень, за пределами этой хижины, два часа и смена". Он вышел наружу, когда мужчины хватали кровати, сбрасывая зеленые холщовые мешки.


"Николсон, когда твой набор будет отсортирован, на стене поверни его, не рискуй здесь". Я громко сказал: "Все вы, спите, готовые к войне в любое время!"


Снаружи Карлос сказал мне: "Другие мужчины по пути придут сюда".


"Здесь есть мужчина, который говорит по-английски или по-русски?"


Он помахал рукой пожилому мужчине, показались седые волосы. "Это Рада".


"Я говорю по-английски", - сказала мне Рада, когда мы пожали друг другу руки.


"Нам нужно координировать меры безопасности", - начал я. "Мои люди будут сидеть на стенах, и любой, кто попытается подобраться ближе, поднимет тревогу".


Рада пожала плечами. "Люди едут по дороге. Кто-нибудь еще ... стреляйте."


Я столкнулся с Карлосом. "А если федералы захотят прийти и арестовать меня?"


"Они не приблизятся, пока один из их людей не продаст мне информацию."


"Я дам людям отдых, возможно, чтобы завтра вечером выдвигаться. Прежде чем мы уйдем, подумай о ком-нибудь поблизости, с кем ты хочешь иметь дело, или мы просто выбираем случайные варианты, чтобы остановить продажу информации. Мне нужно знать, где твои люди, чтобы мы их не застрелили."


"Моих людей не будет в соседнем городе с винтовками в руках. Большинство женаты, ночью дома. Если вы видите пьяных мужчин с оружием... " Он пожал плечами. " - они не мои люди."


"Если вам нужно отправить конвой, предупредите меня, и если вы получите информацию о конвоях, движущихся в этом направлении, дайте мне знать".


Рада получает предупреждения, но мы не держим здесь много запасов. Это обработано, проверено, быстро удалено."


"Как ты переправляешь это через границу?" Я спросил.


"Верхом".


Я широко улыбнулся. "Хороший способ вести себя тихо ночью, да".


"В нескольких милях за границей нам помогают полицейские и пограничники, хорошая команда, никаких арестов или перехватов".


Я отмахнулся от него, и он отправился домой к своей жене, Рада показывала мне территорию. Он был квадратным, с высокими стенами и двумя входами и выходами, так что планировка была несложной.


Вернувшись в первую хижину, я попросил Сашу переехать в соседнюю комнату с Томо и Свон - взяв сумку Николсона, команда Саши была рядом со мной на случай, если кто-нибудь из русских из Томска задаст наводящие вопросы.


Риццо поднял лицо с того места, где он сидел на кровати. "Нас ... э-э ... здесь прослушивают, товарищ?"


"Очень маловероятно, английский джентльмен. Карлос работает на Томска в Панаме и боится его. Если бы Карлос плохо обращался с нами ... он бы дорого заплатил. И ... Я помог нашему ведущему заработать кучу денег на этой неделе, так что я персона грата на следующие десятилетие или два."


"А план?" - Спросил Стрейч.


Прошлой ночью я отправился с Сашей через холмы в соседний город. Мы обнаружили, что идет захоронение, и убили людей, которые хоронили, мы расстреляли несколько автоколонн на джипах, и мы стреляли из снайперских винтовок в вооруженных людях в деревнях и городах, прореживая плохих парней. Один человек, он пытался подкрасться к нам в белой ковбойской шляпе."


"Белая шляпа?" Роко замешкался. "Включенный или что?"


"Местные парни отлично пугают жителей деревни, гадят на холмах", - сказал я им. "В любом случае, немного поспи, но сначала потянись, эх, горячий душ".


"Большую часть пути мы спали", - сообщил мне Риццо. "Просто чертовски больно".


"Если хочешь, есть пиво, но будь осторожен, всегда будь готов к драке".


Я сидел на стене рядом с темным силуэтом Николсона на прохладном ветерке, кустарник вокруг нас был черным, ни огней, ни деталей, которые можно было бы различить. "Как Кейт?"


"Милая леди, симпатичная для своего возраста и все такое, я думал, ей около двадцати восьми, и я сказал ей об этом".


"Ты, старый обольститель, ты", - поддразнила я.


"Твоя дочь плакала, когда я уходил, поэтому я сказал, что вернусь через несколько дней".


"Ей четыре года, они быстро забывают".


"Некоторые родственники Кейт были настоящей занозой".


"Как ты думаешь, почему я держусь подальше!"


Он рассмеялся. "Один парень, капитан, он был занозой, пока я не спросил о его боевом опыте и о том, сколько подтвержденных убийств у него было".


"Хорошо, ты заставил его замолчать".


"Почему мы здесь, босс, по пути в Мексику?"


"Мне было поручено найти похищенного парня из ЦРУ на Ямайке, что я и сделал. Со мной был израильтянин, а также Саша и Тайни."


"Крошечный? Томо запал на нее, но она отказывается от двухсот фунтов и ужина."


"Дорого, для быстрого секса. На Ямайке она часто разгуливала голой, как и Саломея, так что заводи Томо. И нет, я не трахался с Тайни. И прямо сейчас она помогает Томску найти нескольких карманников в его шикарном отеле, чего не одобрил бы ее босс, или министерство обороны, или ... правительство Великобритании, если уж на то пошло."


"А парень из ЦРУ?"


"Его держал здесь Карлос-Шакал".


"Он плохой мальчик?"


"Он маменькин сынок. С ним живет его мать, жена и дети, организованная банда наркоторговцев. Он перевозит наркотики через границу в Томск и делает хорошую работу - его не ловят. Я подумал ... пока я был здесь, я протянул ему руку помощи, проредил здешнюю сволочь-убийцу и попытался раздобыть янки какую-нибудь информацию о бандах по их сторону границы. Таким образом, услуги могут быть востребованы позже."


"А Йемен?"


"Это наше следующее задание, после этого, все жаркое и пыльное. Но приближается зима, такая... холодная по ночам в здешних холмах, я думаю."


Я внимательно наблюдал за Кейт в течение недели, и ... Я понимаю, почему ты держишься подальше. Она очень зациклена на своем способе ведения дел, резка с людьми; единственное мнение, которое имеет значение, - это ее."


"Вы действительно узнали, на что была бы похожа супружеская жизнь - я был бы на принимающей стороне. Красивая женщина, хорошо образованная, с великолепным телом, но супружеская жизнь - это то, чем ты занимаешься в промежутках между сексом, и это в 95% случаев. Нельзя строить отношения только на сексе."


"Ты разобрался с дерьмом в Лондоне?"


"ЦРУ сделало это для меня, но не повторяй этого. Они убрали людей, в которых я бы побоялся стрелять, снобов с хорошими связями."


"Когда на тот банк напали арабы, я был ошеломлен ..."


"У меня ... нет комментариев, это слишком опасно. Не обсуждайте это широко, в это вовлечены некоторые опасные игроки."


"Опаснее нас?"


"Мы непобедимы в джунглях и пустынях, но не на улицах Лондона".


"Может быть, нам нужно больше шпионской подготовки ..."


Я разглядел его темные очертания. И кивнул. "Возможно, да, но мы разозлим правительство Великобритании, если нас поймают, и они закроют нас. Я бы не стал рисковать будущим Echo и всей той хорошей работой, которую мы проделали.


"В конце концов, самое важное ... это делать то, что говорит премьер-министр, и не становиться такими плохими, как те, с кем мы боремся. Они нарушают закон, мы тоже нарушаем закон ... но бороться с огнем огнем."


Утром к нам доставили пятерых больших сильных русских с воспаленными задницами, за которыми часом последовали еще пятеро с воспаленными задницами, жалобы были громкими и обильными. Они угрожали вернуться.


Мои ребята хорошо выспались ночью, вдоволь поели, а при дневном свете устроились в своем новом счастливом доме - любопытные совали носы в лаборатории по производству наркотиков, на стене была установлена ротация, выслан небольшой патруль во главе с Сашей. И то, что нас поймали здесь, было бы трудно объяснить.


Наконец-то заработали наши рации, все протестировано и выдано, батарейки проверены, и к 5 часам вечера у нас были люди, снаряженные всем необходимым: банки с солониной в ремнях, жгуты, свисающие с левых карманов рубашек. Проблема была в том, что если бы кто-нибудь сфотографировал нас, мы выглядели бы точно так же, как люди Эхо, поэтому передвижение при дневном свете было бы ограничено.


В 8 вечера, когда уже стемнело, я сформировал патруль, Свон ушла на стену с Монстром, Саша возглавил пятерых русских. Я проверил комплект одежды парней, сформировал пары и команды, проверил рации и повел их через северные ворота на север через кустарник высотой по колено для переговоров.


Мы начали спуск вверх по пологому холму, дорога просматривалась в миле к северо-западу, поэтому я побрел на северо-восток и, найдя подходящую трассу, двинулся прямо на восток, предупредив команды.


Часовая прогулка привела нас к темному гребню над дорогой, идущей с севера на юг, внизу было видно какое-то движение, гараж внизу с ярко освещенным кафе, вокруг сидели за едой вооруженные люди. Я позвонил Карлосу и проверил, и у него не было людей в этом районе, которые сидели бы и набивали морды. Он предупредил меня, что они, скорее всего, контрабандисты людей, наиболее распространенный вид животных, встречающийся на этой дороге - после голодных койотов.


Парами и командами мы медленно продвигались все ниже, Стретч был моей правой рукой. На расстоянии 300 ярдов я остановил людей и заставил их рассредоточиться.


Когда все было готово, я передал: "Томо, здесь двенадцать человек. Я дам тебе двадцать четыре секунды в качестве бонуса, чтобы убить их всех. Стреляйте, когда будете готовы."


Я мог видеть, как он двинулся вперед и опустился на колени, прицелился, сделал глубокий вдох, прежде чем первая гильза калибра 7,62 мм выстрелила, человек отлетел на дорогу. Четырнадцать быстрых раундов спустя, и никто из мужчин не двигался, несколько человек были ранены во время бега, и теперь территория кафе была залита кровью, мужчинам оторвало полголовы, и было видно, как они устраивают беспорядок на дороге.


Я повернул голову налево. "Сержант-майор, с ним все было в порядке?"


"Надо было поменять магазин на патроны подешевле. Я выставлю ему счет, когда вернусь - из его премии."


Вокруг мужчин прокатился смех.


Я встал: "Уходи".


Теперь осторожно и внимательно следя за дорогой, я прошел с патрулем полмили на юг, свернув на тропинку, и мы без происшествий пересекли тихую дорогу, поднялись на гребень и вскоре снова двинулись на север. Николсон остановился напротив кафе, чтобы хорошенько рассмотреть.


Он сообщил: "Там пожилая женщина смывает кровь и крадет часы. Она обыскивает их карманы."


Черным контуром Рокко отмечено: "Я думаю, они не смогли дать ей достаточно чаевых за жареного цыпленка".


Двигаясь на север, мы оставили бойню позади и поднялись на пологий холм, ветер посвежел, и мы использовали холодный час, чтобы продвинуться на северо-восток.


Идя по тропе, я услышал шум и заметил что-то, кто-то лежал на дорожке. Я опустился на колени, команды опустились на колени. "Раненый впереди, круговая оборона. Будь начеку."


Со Стретчем на моей стороне, Риццо и Рокко рядом, я двинулся вперед, зажег фонарик и обнаружил мертвое тело, старую леди, на ней не было обуви.


"Она никогда не издавала этого звука, она мертва уже день", - прошептал я.


"Что она здесь делает?" - Спросил Риццо.


"Мигранты, направляющиеся к границе, возможно, с эскортом, но если бы она была одна, то мужчины в том кафе ограбили бы ее и оставили умирать. Зажечь факелы, искать парами, будьте осторожны, но я думаю, что это просто раненые гражданские."


Десять минут тщательного поиска в зарослях высотой по пояс привели к крику "Здесь!", и многие из нас бросились туда. Я вскинул винтовку и опустился на колени, потушив фонарик, обнаружив беременную женщину, которая вот-вот должна была родить, ее влажное влагалище было открыто холодному ночному небу.


"Пончо, веревка, сделай носилки!" Я зашипела.


"Почему ты говоришь по-английски?" - спросила она, испаноязычная женщина лет тридцати.


"Почему ты понимаешь английский?" Я считал, проверяя ее пульс.


"Я врач".


"Доктор?" - Поинтересовался Риццо. "Какого хрена ты здесь делаешь, милая?"


"Я ... пытался пересечь границу ... с другими, но ... они на нас напали и ограбили." Она кашлянула. "Когда они увидели, что я беременна ... они забрали мой рюкзак и мою воду".


"Что за сборище мудаков, а", - заметил Риццо, когда пончо было в спешке застегнуто.


"Почему здесь английские солдаты?" Ты не американец."


"Это не граница", - сказал я ей. "Это в десяти милях к северу. Ты все еще в стране бандитов."


Шесть рук уложили ее на пончо, веревки подняли, богоматерь вот-вот вынесут на дорогу. Подняв ее, я подбодрил мужчин.


"Откуда ты?" Я спросил ее, когда мы шли на запад.


"Изначально я был из Панамы".


"Мы только что приехали из Панамы", - сказал ей Николсон. "Ла-Пальма, юг".


"Я родился недалеко оттуда".


"Тесен мир, да", - съязвил я. "Зачем долгий путь на север, да еще беременная!"


"После получения квалификации я работала в Панама-Сити, затем в Никарагуа, где встретила своего мужа". Она затихла, слышались рыдания, когда мы тащили ее через кустарник. "Он был убит после операции на члене банды. Они подумали, что я видела членов банды, поэтому они пришли за мной, и я сбежала, будучи на четвертом месяце беременности.


"У меня есть друзья в Америке, но ... потребовалось бы время, чтобы получить медицинскую лицензию для Америки, и не раньше, чем после родов. Я потратил все деньги, которые у нас были с контрабандистами людьми, чтобы добраться сюда, но вчера они бросили нас и уехали."


"Чертовски подходящее место, это", - отметил Риццо, когда мы продирались через кустарник.


"Схватки?" Я спросил.


"Да, но они ослабли, так что, думаю, у меня есть день".


"И твой план был ... каким?" Я спросил.


"Если бы я пережила роды, я бы ходила с ребенком".


"Что за долбанутая страна", - отметил Риццо.


"Что ты собираешься со мной делать?" - спросила она обеспокоенно.


"Окажу тебе хорошую медицинскую помощь", - заверил я ее.


"Кто ты?"


"Это нелегко объяснить, просто ... Роди ребенка, выздоравливай, тогда мы сможем поговорить о твоих планах на будущее. Не волнуйся, сосредоточься на ребенке. Они могут испытывать стресс."


"У вас есть медицинское образование?"


"Да. И у меня есть дочь, еще одна на подходе."


Риццо вставил: "От него дважды забеременела одна и та же женщина, и она не хочет, чтобы он был рядом, он просто посылает деньги. Как это глупо!"


Мужчины, несущие нашу беременную леди, тихо смеялись в темноте, когда мы перевалили через гребень и начали спускаться.


"Я не понимаю", - сказала она.


"Я тоже", - сказал я ей.


Через двадцать минут мы вспотели, и нас сменяли другие мужчины, русские подходили, чтобы попробовать.


Наш пациент слышал имя Петров. " Вы Петров? " выдохнула она.


"Я Петров из Ла-Пальмы, к вашим услугам".


"Боже мой, мой дядя рассказывает мне истории о вас, он все еще живет неподалеку. Ты национальный герой Панамы."


"Я убил многих наркоторговцев и застрелил ФАРК", - сказал я ей, когда мы двигались по дороге. "Все то, что мне нравилось делать; никому не нужно было заставлять меня или платить мне".


"Что ты здесь делаешь?"


"То же самое, в точности то же самое; мы найдем людей, которые бросили тебя, и убьем их".


"Я думаю, мы уже это сделали", - съязвил Роко. "Мы прервали их жареную курицу".


"На самом деле, да, они вполне могли быть одной и той же бандой. Активная месть." Я достал свой телефон и позвонил Карлосу, чтобы тот выслал джипы на дорогу внизу.


"У тебя есть раненые?"


"Нет, у нас беременная женщина, которая вот-вот родит".


"Зачем приводить ее сюда?"


"Если бы я повторил то, что ты только что сказал своей жене и матери ..."


После паузы последовало: "Конечно, мы предложим любую помощь, мне просто было любопытно".


"Конечно. Пришлите джипы и позовите врача и медсестру, акушерку, и быстро."


Полчаса медленного спуска по песчаной почве привели нас к дороге, подъехали джипы, и я узнал Раду, нашу беременную леди, загруженную на заднее сиденье джипа.


"Очень хорошо заботься о ней, или я буду расстроен".


Он вздрогнул. "Я присмотрю за ней, да, не волнуйся".


"Отведи ее к Карлосу".


Когда джипы развернулись и поехали дальше, я повел команду обратно вверх по склону, гораздо быстрее, чем спускался.


"Я хочу убить кого-нибудь из этих говнюков", - громко заявил Риццо, Николсон повторил это чувство.


"Тогда давайте поищем кого-нибудь", - сказал я им. "Ночь только начинается".


Пройдя мимо мертвой пожилой леди, мы ускорили шаг, увидев далекие огни, и полчаса хождения вверх и вниз по оврагам привели нас к небольшому лагерю джипов, четыре тела были замечены на полу и освещены фарами джипа. Когда мы прицеливались, похитители выстрелили мужчине в голову.


Я передал: "Риццо, Рокко, Николсон, цельтесь в людей. Томо, уничтожь джипы. Приготовьтесь, Николсон стреляет первым, остальные присоединяются."


Николсон снес верхнюю половину головы человека, треск усилился, шестеро человек разлетелись в стороны, прежде чем стрельба ослабла, Томо продолжал уничтожать джипы в течение двадцати секунд, один подожгли.


"За мной", - крикнул я и повел их на север, огибая хребет и оглядываясь назад, на случай, если кто-нибудь прячется. Я насчитал четыре джипа и шесть мертвецов. Недостаточно тел. "Ложись на землю, ищи, кто прячется, мертвая тишина".


Ожидая, мы немного остыли, когда с далекого холма донесся крик койота. Спустя целых пятнадцать минут я заметил движение.


"Придержи это", - передал я.


Мы ждали.


Двое мужчин вернулись к джипам, других не было видно, и они начали пытаться завести джип. Но Томо завел двигатель, так что это была тщетная попытка.


"Томо, Николсон, убейте их".


Ветровое стекло побелело, видны большие пробоины, два выстрела на двоих, результатом стали большие дыры в груди. Я ждал пять минут, никакого движения не замечено, так что мы оставили после себя один горящий джип, три поврежденных джипа и восемь тел. Мне было интересно, ели ли койоты падаль.


Пройдя на север, затем на восток, мы наткнулись на вереницу усталых мигрантов и спрятались, наблюдая, как они проходят. Они тащились дальше, опустив головы, и я задавался вопросом, смогут ли они пересечь границу, быть ограбленными и убитыми или пограничник вернет их обратно. И были ли беременные женщины в колонке с черными контурами?


Теперь, когда колонна отдалилась, мы тихо проехали мимо и на восток, увидели деревню, растянувшуюся вдоль дороги. От черного кустарника мы подошли ближе, на расстояние 200 ярдов, увидели кафе и бар, припаркованные джипы, передвигающихся вооруженных людей.


"Риццо, Рокко, посмотрите, хороша ли ваша цель после этого долгого перелета сюда".


"Моя задница все еще онемела", - пожаловался Риццо.


Они двинулись вперед, нашли низкую каменную стену и устроились поудобнее, когда всего в пятидесяти ярдах от нас залаяла собака. И он продолжал лаять, пока Рокко не заставил его замолчать.


"Это было жестоко", - отметил Николсон. "Он застрелил ту бедную собаку".


Риццо выстрелил, мужчина, писающий в темной задней части бара, попал, член этого мужчины все еще торчал наружу, когда он съехал по стене. Рокко выстрелил, видно, как мужчина упал с крыши и с грохотом врезался в джип.


"Что, черт возьми, это было!" Я жаловался.


"Он смотрел в ту сторону, откуда доносился собачий лай", - объяснил Роко, когда мужчины толпой выходили из бара.


Шесть быстрых выстрелов, и шесть человек были повержены, несколько видели ползающими. Я включил автоматический режим, и без глушителя я встал и выстрелил в окна бара, поднялся адский шум, все окна были разбиты, посетители поражены летящим стеклом.


"Что, черт возьми, это было?" Рокко дразнил, когда все присоединились, джипы попали, окна попали, неоновые вывески попали.


Стрельба утихла, когда Николсон, смеясь, опустился на колени. "Очень профессионально".


"Уходите!" Я зашипел, убегая на юг, люди слышали, как они следуют за мной, и я четко определил расстояние в 600 ярдов между тем местом, где мы сейчас были, и тем, где мы были раньше, несколько трещин, донесшихся до меня на ветру. Сбегая по гладкой и наезженной дороге, мы добрались до дороги и пересекли ее, поднялись на другую сторону и достигли низкого хребта, вскоре сгруппировавшись.


Опустившись на колени и приготовившись к упражнению, я увидел вооруженных людей, передвигающихся от укрытия к укрытию возле кафе. "Николсон, Томо, бейте по вооруженным людям, медленно и уверенно".


Четыре взрыва спустя и шесть минут спустя четверо мужчин были убиты, других вооруженных людей не видно, несколько гражданских поспешили в укрытие.


"Конвой позади нас!" - пришло от Саши.


"Приготовься", - передал я. "Найди хорошую обложку".


Оглядевшись вокруг, я заметил, что у нас было преимущество в виде каменной стены вокруг урожая и, по крайней мере, в сотне ярдов между нами и дорогой, канавы рядом с дорогой. Я повернул голову налево и увидел приближающуюся колонну джипов, задаваясь вопросом, было ли их приближение реакцией на стрельбу здесь. Я подумал, что более вероятно, что они не были связаны и просто проходили мимо.


"Николсон, кто в тех джипах?"


"В третьем джипе сзади сидят вооруженные люди, в последнем джипе установлен пятидесятикалометровый".


Николсон, Томо, сначала последний джип. Остальным приготовиться. Мужчины слева начинают сзади и продвигаются вперед, мужчины справа спереди, ждите моего первого выстрела. Саша, отправь человека на хребет позади нас."


Я взглянул на темный склон, когда нарастал рев шин по асфальту, не было видно никакого движения или огней, вскоре я прицелился в движущуюся шину. Когда я больше не мог ждать, я выстрелил, лопнула шина, джип вырулил из-под контроля, его водитель вскоре получил удар в лицо - джип больше не управлялся. Он с громким треском врезался в припаркованный автомобиль, что стало страховым иском от разгневанного домовладельца.


Грохот разрывов быстро усилился, когда я поворачивал влево и искал людей для удара, но меня опережали снова и снова, убив только одного человека, который спрыгнул вниз, мои парни сделали всю работу за меня.


Я передал: "Поражаю шины и двигатели".


Вскоре загорелись три джипа, и вскоре я повел их вверх по склону на восток. В кульминационный момент я объявил привал, мужчинам разрешили есть солонину из банок, без света.


Сидя на камне рядом со мной, Риццо заметил: "Эти парни немного дерьмовые".


"Они не солдаты, они запугивают людей в барах ... и приходят туда, где ты живешь по ночам".


Роко сказал об этом: "Десять лет назад я бы сделал все, чтобы не оказаться в этом гребаном месте, видел все это по телевизору, но они дерьмово справляются с работой".


"Здесь также нет единства", - сказал я их темным очертаниям. "Они убивают друг друга, они не работают вместе. У Карлоса хорошая команда, вот почему он выживал все это время. Эти маленькие местные банды ... понятия не имею."


"И они грабят женщин и пожилых леди", - прорычал Риццо. "Не настоящие мужчины, не делайте этого".


" Ни хрена себе, - согласился Роко. "Они круты с оружием в руках, в остальном не такие крутые".


" Мы, должно быть, сбили их с толку, " вставил я. "Они нас не видят, и они, блядь, не могут нас запугать".


"Пссстст", - пришло от Саши. Мы посмотрели вниз по склону на север, на цепочку бредущих мигрантов.


"Это место похоже на гребаную Оксфорд-стрит в Лондоне!" Риццо жаловался.


"Как далеко проходит граница?" - Спросил Роко.


"Десять миль или меньше. Их высаживают здесь, и они идут пешком, тысячи из них каждый год."


Зазвонил мой спутниковый телефон. Карлос. "Здесь у нас леди, здесь доктор и медсестра, мои ... жена и мать оказывают помощь".


"Они уже проходили через все это раньше. Твоя бедная мать терпела тебя в детстве!"


"Что она тебе сказала?" - спросил он, но я это выдумал.


"Что ты стал лучше с возрастом", - солгал я.


"Что ж, с возрастом все становятся лучше. Мигель был трудным ребенком, после тринадцати ему стало лучше."


"Эта леди - врач, поэтому она может посоветовать вам, что ей нужно".


"Да, я разговаривал с ней. Четыре месяца, чтобы добраться сюда, дважды похищена, все ее попутчики убиты. Она была шокирована тем, что это был ты, очень шокирована. Ее жизнь спас легендарный Петров, история для газет."


По телефону я сказал: "История для газет".


"Ты что?" - Спросил Стрейч.


"Пропаганда", - загадочно ответил я.


Мой телефон зазвонил после того, как я отлил, заместитель начальника. "Ты можешь говорить?" - тихо спросил он.


"Да, прекрасный этот конец".


"Что, черт возьми, ты наделал!" - заорал он.


"Делать?"


"СИ-Эн-Эн только что показал, как мексиканцы на мексиканской границе возводят забор из колючей проволоки!"


Я улыбнулся. "Это было то, что ты сказал, что хотел".


"Я пошутил, ты, мудак! Это, блядь, от побережья до побережья в новостях! Сколько ты потратил?"


"Карлос хотел дать мне сто тысяч ..."


"Сто тысяч за колючей проволокой?" На это можно купить кучу дерьмовой колючей проволоки! Они взяли интервью у владельца ранчо, чья земля простирается до границы, и он заснял вооруженных людей, возводящих секцию забора. На данный момент никто не знает, кто это делает и почему."


"В любом случае, это не твоя забота".


"Это когда ты рядом с границей, а CNN транслирует это от побережья до побережья! Они будут задавать вопросы."


"Я сомневаюсь, что они получат ответы от Карлоса или его людей".


"И когда правительство в Мехико увидит это?"


"Они будут сбиты с толку, очень сбиты с толку. Но я сомневаюсь, что они бы сняли это."


"Чем еще ты занимался?"


"Мы прореживали местные банды".


"Сегодня я получил первые перехваченные сообщения, их получило АНБ, сообщения о расстрелах местных банд, о скрытых снайперах, убивающих людей в вашем районе".


"Только убийство вооруженных людей", - подчеркнул я. "И я сомневаюсь, что это попадет на CNN".


"Вероятно, нет; сообщения об убийствах к югу от границы - старые новости. Но ты собираешься сделать что-то, из-за чего я потеряю сон?"


"Нет, мы просто проведем неделю или две, прореживая банды, чтобы помочь Карлосу помочь Томску. Не волнуйся, что может пойти не так, а."


"Это то, что я пытаюсь выяснить".


Я повел команды на восток, и через сорок минут зазвонил мой телефон.


"Вы можете говорить, товарищ Петров?" Это была жертва похищения Миллер.


"Почему все начинают с "товарищ", Петров не советский?"


"На случай, если кто-то другой ответит на твой звонок".


"Они не будут, не волнуйся".


"Мы знали, и мы знаем, где вы находитесь, поэтому, когда CNN показал прокладку колючей проволоки на границе, мы все стояли, уставившись в телевизор, ошеломленные. Потрясен. Озадачен. Отсюда и призыв облегчить нашу растерянность."


"Однажды я говорил с сотрудниками ЦРУ о границе и спросил, чего они, возможно, хотели бы достичь, и они в шутку сказали, что хотели бы больше колючей проволоки. И некоторое время назад я получил громкий и сердитый звонок от заместителя начальника, поскольку он также решил, что это я."


Он рассмеялся. "От побережья до побережья, парень в Белом доме лишился дара речи. Он был на встрече, когда журналист спросил об этом, его советник по национальной безопасности подумал, что это шутка."


"Это шутка, направленная против ЦРУ, так что смирись с этим. Но ранее кое-кто подкинул мне идею для некоторой рекламы старого доброго Петрова, он же Робин Гуд."


"Вы должны организовать Национальный День Петрова!"


Я сделал паузу, размышляя. "Какая отличная идея".


"Что? Ты не можешь, я пошутил!"


"Скоро поговорим".


"Подожди ..."


Я позвонил в Томск.


"А, как дела? Карлос сказал, что ты убил много людей."


"Да, мы закончили, но мы только разогреваемся. Слушай, как насчет того, чтобы поговорить с министрами в Панаме, потратить немного денег и организовать Национальный День Петрова. Это поможет тебе так же, как и моей персоне."


" Это взбесило бы УБН и ФБР, так что мне это нравится. Я буду поставлять бесплатную выпивку в свои отели!"


"И, глазурь на торте, и причина для вас нанять съемочную группу документальных фильмов - хорошая. Мы только что спасли беременную женщину на границе, через несколько часов после родов, которую контрабандисты людей бросили умирать. Она врач, и из Ла-Пальмы."


"Отсюда? Боже мой, да, мы можем создать историю. Когда я встречаю посетителей в своих отелях, они всегда спрашивают, как у тебя дела."


"Как поживает моя девочка, Тайни?"


"Она пнула мужчину по яйцам и ударила его бутылкой по голове на глазах у всех, затем взяла ожерелье из его кармана и вернула его женщине, которая его потеряла".


Я рассмеялся. "Утонченный, да".


"Ну, она поймала его, неважно как. Мы пытали его, поймали его напарника и повесили их обоих - вокруг них табличка с надписью "карманники". Я дал ей небольшой бонус."


"Не позволяй ей чувствовать себя слишком комфортно, я должен объяснить, где она".


"Как долго ты там пробудешь?"


"Может быть, несколько недель".


Часовой переход на юг по хорошей дороге привел к поселению, мало чем отличающемуся от того, в котором мы сейчас жили, где видели пятьдесят вооруженных людей.


"Босс, это дерьмовая куча вооруженных людей для всего лишь фабрики мороженого", - сказал мне Николсон, изучая территорию. "Похоже, они ожидают неприятностей".


"Кто-то видел нас?" Риццо озадачен.


"Нет", - заверил я его. "Но они знают, что я поблизости". Я оглянулся через плечо. "Переместитесь на гребень через правое плечо, на надежные огневые позиции. Саша, целься на север и следи за тылом, у них будут патрули."


Мы двигались тихо, и, потянувшись, я нашел ложбинку, вскоре сложив камни спереди. Он вышел, притащил кусок бетона и сбросил его вниз. Он был длинным и квадратным в поперечном сечении, возможно, часть дома, который так и не был достроен.


Уложив камни, мы положили его поверх них и могли стрелять снизу. Рокко вышел с Риццо и нашел точно такой же фрагмент, притащил его обратно, Томо и Николсон скопировали.


Это заняло двадцать минут, но вскоре мы все устроились поудобнее. Я передал: "Николсон, Томо, используйте дешевые патроны, тряпки поверх глушителей, не попадайтесь на глаза. Продолжайте стрелять, когда будете готовы. Саша, будь готов к случайному обстрелу, который попадет тебе в задницу."


"Там есть канава, мы в ней, достаточно глубокая. Я надеюсь."


"Все остальные, смотрите по сторонам, они попытаются обойти нас с фланга".


Прогремел первый раунд, человек отлетел от стены, второй удар, прежде чем они пригнулись. Но они пригнулись, головы все еще выглядывали из-за стен, поэтому следующие два выстрела проделали дыры в черепах, последующие два выстрела сделали то же самое, теперь больше людей прятались за стенами.


Снаряды упали рядом с нами, беспорядочный огонь, но такой огонь все еще мог убить и ранить человека.


Николсон продолжил: "Они крадутся с правой стороны".


Две трещины, и джип загорелся, нужно использовать какое-то освещение, несколько человек оказались на открытом месте, когда раздался рев исходящего огня, над головой раздался треск пуль, несколько пуль попали в грязь рядом с нами, звон от попадания в бетон надо мной.


"Это было неприлично", - отметил Стрейч. Он включил автоматический огонь и обстрелял темную область справа от лагеря - его пуля попала мне в левое плечо, и приближающийся огонь ослабел.


Я мог видеть вспышки в темноте и поэтому осторожно стрелял по вспышкам, заставив замолчать два оружия в течение десяти минут.


"Они подкрадываются справа", - сказал один из русских на русском.


Я ответил по-русски: "Позволь им подобраться поближе, но не ближе 100 ярдов. Стреляйте, когда будете готовы." Я прицелился вправо, установив прицел на 400 ярдов, и мой взгляд уловил блеск, мой палец на спусковом крючке отреагировал. Я не был уверен, попал ли я в человека, но увидел вспышки из дула, вскоре нацелился на эти вспышки, когда попал в грязь передо мной.


Появились огни джипа, и они случайно высветили людей на открытом месте, залп огня быстро убил двадцать человек, остальные пригнулись. Джип развернулся, но, когда он припарковался за комплексом, это снова проиллюстрировало людей справа, и я быстро убил пятерых, много пуль было выпущено в их сторону моими парнями.


И джип, он припарковался и оставил включенными фары, видна передняя половина. Николсон выстрелил, двигатель заглох, шина пробита, водитель убит.


"Дрочеры", - выдохнул Стретч. "Запишите имя этого водителя, он находится под следствием." Он выстрелил. "Получил один, в задницу, когда думал уходить". Он выстрелил снова. "Получил от своей пары, тоже в задницу".


"Хорошая работа, что майора Брэдли здесь нет", - отметил я.


"Черт возьми, стрелять людям в задницу в Северной Ирландии. Это было двадцать лет назад?" Стрейч пошутил.


"Похоже на то".


Я слышал, как стреляли из слоновьих ружей. "Снайперы, во что вы стреляете?"


"В стене была дыра, поэтому мы сделали ее больше, чтобы оттуда выпадали куски. Врезался в джип внутри и в человека."


"Попробуй снести стену, умник".


Они продолжали стрелять, и я сфокусировался на дыре через прицел, поскольку она становилась все больше и шире. Секция стены над ним в конце концов обрушилась, вызвав всеобщий смех, образовав дыру в стене на половину ее высоты.


Теперь я мог видеть внутреннее здание с окнами, эти окна вскоре разбились, ударилась дверь, врезался второй джип.


Вспышка, и внутреннее здание загорелось.


"Это Николсон, и я попал газовым баллоном в окно. Получу ли я бонус?"


"Нет, потому что я никогда не предлагал бонус заранее".


"Испортить спорт", вернулся.


Люди выбежали из лагеря, их видели и застрелили, видели, как они убегали от нас в южном направлении, когда темную ночь осветила яркая вспышка, взрыв достиг нас секундой позже.


"Это был не я", - передал Николсон.


"Жаль, я собирался дать тебе за это бонус".


Второй взрыв заставил нас вскочить и оглядеться, посыпались обломки, люди в белых халатах были замечены убегающими и должным образом застрелены и развернуты. Другие мужчины выбежали через боковую дверь, также стреляли и разворачивались.


Комплекс горел десять минут, никто не двигался, последний третий взрыв осветил ночное небо, более мощный, чем первые два.


"Что, черт возьми, это было?" - Спросил Риццо.


"Возможно, химикаты", - ответил я. "Приготовьтесь отступить назад, после того как погаснет свет. Ищите всех, кто еще жив, и стреляйте. Десять минут."


Через десять минут я вывел Стрейча, леопарда, проползшего двадцать ярдов, прежде чем побежать, согнувшись вдвое, к Саше и его команде, за ними и вниз по склону, когда мужчины последовали за мной. Выпрямившись, я проверил команды и передал сигнал по радио, быстрым шагом, пока мы не оказались в 600 ярдах к северу, и я повернул на запад, чтобы обойти лагерь с фланга.


Тяжелая пробежка на юг на протяжении мили, горящий комплекс был удобным навигационным средством, и я повернул на юго-восток, сбавляя скорость, теперь команды насторожились. в 400 ярдах от дороги на юг мы увидели огни приближающихся джипов. Быстрым шагом я повел их на юг, к разрушенной каменной стене и высокому урожаю. Этот урожай был позади нас и мог бы обеспечить хорошее прикрытие, если бы нам это понадобилось.


"Залезай, пригибайся, приготовься. Саша, двое мужчин за этим урожаем, нацелены на запад."


Опустившись на колени, я прицелился с натяжкой, конвой приближался.


"Эти парни что, тупые?" Стретч усмехнулся. "Они получили известие, что их ферма для хобби подверглась обстрелу, и они подъезжают с включенными, блядь, фарами".


"Они привыкли сражаться с гражданскими, а не с солдатами. Иначе у нас были бы здесь проблемы." Я прицелился в шину ведущего джипа и проследил за ней влево, пока она не оказалась напротив меня, мой выстрел заставил головной джип замедлиться и остановиться, колонна замедлилась, когда мои парни открыли огонь, все водители попали, люди сзади попали, но двадцать человек спрыгнули и убежали в темную ночь.


"Пригнись, спрячься и жди", - передал я.


Томо выстрелил, джип загорелся, Николсон скопировал это движение, и теперь любой, кто будет передвигаться рядом с джипами, будет подсвечен. Я дважды выстрелил и поджег джип, остальные скопировали. Затем мы стали ждать.


Джипы сгорели дотла, когда мы остыли, а спрятавшиеся люди остались внизу. Либо это, либо они убежали на восток, а затем на юг.


Я передал: "Выдвигайтесь, вокруг урожая, затем на юг. Вперед!"


Мы были в трехстах ярдах от цели, когда огонь пятидесяти калибров, раздавшийся неподалеку от фермы, уничтожил урожай, рядом с которым мы находились.


"Снайперы, получите пятьдесят кал! Всем остальным пригнуться."


Выпущено четыре пули, и "фифти кэл" умолк. Я прождал десять минут в темноте, дул холодный ветер, прежде чем мы двинулись на юг, к далекому городу, видневшемуся на юго-востоке, по крайней мере, в трех милях отсюда.


Остановившись передохнуть и перекусить, Николсон сообщил о конвое - колонне полицейских машин.


Я передал: "Им заплатили, но все еще ... оставь их в покое."


Конвой проехал мимо, дорога была примерно в 600 ярдах к востоку от нас, и он направился к лагерю, тому, что от него осталось.


Продвигаясь на юг, мы миновали несколько ферм, вдалеке лаяли собаки, но я не видел ни одного разъяренного фермера, и в нашу сторону не стреляли.


В миле от окраины города полицейская колонна снова проехала мимо нас, на этот раз направляясь домой к теплым постелям и толстым женам, полиция, без сомнения, раздражена тем, что ее вызвали в такой час. Их жены, без сомнения, были бы еще более раздражены.


Я попросил Николсона просканировать город, и он сообщил, что бары закрыты, кафе закрыты, движения мало. Казалось, что мы немного опоздали для вечернего разгула убийств, поэтому я повернул строго на запад, поднимаясь и спускаясь по пологим холмам в течение часа.


Остановившись, чтобы рассмотреть неприятное глубокое ущелье передо мной, я вдохнул и нырнул вниз, мужчины последовали моему примеру. Лежа на спине, я передал: "Люди впереди нас, так что повернитесь лицом к ветру. Залезайте в укрытие, головы опущены, на гребне нет силуэта, мертвая тишина. Снайперы направляются ко мне."


Леопард Стретч отполз обратно в углубление и спрятался, пока Николсон и леопард Томо ползли по твердой земле ко мне.


Я сказал им шепотом: "Перед вами отвратительное глубокое ущелье, на другой стороне кто-то курит. Попробуй найти их, сначала сосчитай." Я подполз, чтобы размяться, и забрался во впадину, целясь по ветру, трудно что-либо разглядеть, было так темно.


Через пять минут Николсон передал: "Замечены две сигареты, оранжевое свечение, но к черту все остальное, босс".


"Вернись к чему-нибудь основательному, затем ударь мужчин, держащих эти сигареты. Саша, отойди на сто ярдов и повернись." Я слышал, как смещались камни, когда люди ходили вокруг.


Николсон и Томо подвинулись ко мне сбоку, устроились поудобнее и, наконец, выстрелили. Я пригнул голову, когда залп автоматического огня разорвал землю вокруг нас, и мне показалось, что один или несколько M60 выпускают патроны; это не было похоже на АК47.


Я передал: "Саша, обойди их с фланга, мы прижаты!"


"Перемещение".


Зафиксирован взрыв, близко, но в глубоком ущелье.


"Что, черт возьми, это было?" Стретч усмехнулся. "Попытка бросить гранату с пятидесяти ярдов? Придурки!" Он установил автоматический режим, вскинул винтовку и разрядил магазин по вспышкам напротив.


Были слышны крики, значит, кто-то был ранен, возможно, несколько из них.


С десяти ярдов к югу Риццо выстрелил, выпустив магазин, хорошая идея, откуда велся огонь, люди вон там не все прятались за чем-то твердым. Еще больше криков донеслось до холодного ветра. Я расслабился и прицелился.


Справа Саша открыла огонь, обрушив на противника шквальный огонь. Увидев вспышки прямо перед собой, я выстрелил по этим вспышкам, Рокко и Риццо вместе с нами откачивали патроны, Николсон и Томо тщательно прицеливались в силуэты людей, которые вскакивали и убегали.


Наш совместный огонь, наконец, измотал их, видно, что отставшие убегают, и я объявил перемирие. "Пригнись, спрячься, жди!"


В дуновении ветра были слышны стоны, ничего не было видно, и я подождал, пока не убедился, что здоровые мужчины ушли - раненые остались позади. "Отступай, отползай, медленно и уверенно".


Я со Стретчем отполз назад, услышав, как ползут Риццо и Рокко.


"Черт!" - донеслось из темноты.


"Что?" Я спросил.


"Гребаная змея", - пожаловался Роко.


"Здесь водятся гремучие змеи", - сказал я им.


"Они опасны?" - Спросил Риццо.


"Чертовски смертоносный".


Мы сбавили темп и побежали, согнувшись вдвое, а не ползком, на север и вокруг Саши, когда он пришел с российской командой, на дорожку и медленной трусцой пробежали на север 500 ярдов, прежде чем перейти на ходьбу.


"На сегодня хватит, давай не будем испытывать судьбу".


Риццо заметил: "При таких темпах через неделю не останется ни одного ублюдка".


"По-моему, звучит неплохо", - сказал я ему, когда мы шли на запад к дому.


Когда мы добрались до лагеря, я установил радиосвязь, Монстр взгромоздился на стену, и внутри мы объявили себя счастливым домом, в хижинах зажгли горелки, приготовили теплые напитки. Я проверил, кто был на мальчишнике, прежде чем быстренько умылся, съел сэндвич с солониной, запил пивом, занял свою кровать, снял ботинки.


Утром, которое для нас было полуднем, Карлос прибыл в сопровождении конвоя. "Никто не ранен?"


"Пока нет, нет. Как поживает эта женщина?"


"Она родила мальчика, моя жена теперь игнорирует меня".


Я широко улыбнулся. "Новый ребенок привлекает внимание, да".


"Вы уничтожили фабрику в шести милях к востоку?"


"Да, хороший подсчет прошлой ночью".


"Человек, которого оно снабжало, теперь хочет купить у меня, заказывает заполнить и две другие группы. Я немного поднял цену, но это выгодный бизнес, когда мне не нужно отправлять его."


"Что-то горело и взорвалось. Что это было?" Я спросил.


"Химикаты, да, возможно, газовые горелки. Они используют много тепла, бензина для генераторов."


"И кого в этом обвиняют?"


"Тебя зовут, и повсюду распространяются слухи, что ты захватишь этот район".


"Я уйду через неделю", - сказал я ему. "Мои действия доставили вам проблемы?"


"Нет, сейчас мы зарабатываем хорошие деньги на местном уровне, но некоторые создают угрозы, небольшие банды, это не проблема. Что нам делать с доктором и ее ребенком?"


"Если она согласится, я отправлю ее самолетом обратно в Панаму с некоторой суммой денег на руках, достаточной для хорошей жизни".


"Она хотела уехать в Америку?" он озадачил.


"Из-за банд и отсутствия работы в Панаме. Я могу найти ее работы в Панаме. У меня есть идея."


"О, хорошо". Он пожал плечами.


Прошлой ночью, после того, как мы попали в лагерь, к нему подъехала полиция. Ты знаешь почему?"


"Из города, да. Как и здесь, местная полиция находится под моим контролем, поэтому они в том городе."


"Я убедился, что мы не открыли по ним огонь".


"Они бы выстрелили в тебя, заплатили бы за это. Не сдавайся таким людям."


"Сдаться?" Спросил я с веселой улыбкой. "Они бы нас даже не увидели".


В 8 вечера я выслал три небольших патруля, любопытствуя посмотреть, наблюдает ли кто-нибудь за нашим поселением, мои снайперы спрятались в четырехстах ярдах к северу от поселения, но были тепло одеты для "тяжелой рутины" - неподвижного лежания на холодном ветру на твердой неровной поверхности. И у каждого из них было по два пончо на случай дождя, Томо отметил, что это были не настоящие мексиканские пончо.


В полночь была слышна стрельба, легкий ветерок доносил треск, вскоре поступил вызов по рации; двое мужчин были замечены пробирающимися внутрь, оба убиты.


Я передавал со стены. "Я хочу, чтобы тела доставили сюда. Итак."


"Как ты думаешь, кто?" Спросил монстр, тепло укутавшись рядом со мной.


"Конкурирующая банда, или кто-то хочет получить приз за мою голову. Дело в том, что эту награду предлагает ФБР, и если бы меня похитили или со мной плохо обращались по пути в ФБР, они не смогли бы привлечь меня к ответственности. Первоначальное вознаграждение от наркокартелей истекло, они не стали платить."


Я вздохнул. "Нет, слухи о вознаграждении намного больше, чем реальные награды, немного похоже на мою репутацию. Итак, как прошел твой отпуск?"


"Хорошо, да, у меня годами не было мальчишеских каникул. Отличный бар для приватных танцев, но мы потратили немного денег. Тем не менее, может быть мертв на следующей неделе, так зачем хранить это."


"Хороший прогноз", - похвалил я.


"У парня, которого я знаю, там внизу есть бар, мы ходили к нему, но мне было бы до смерти скучно управлять баром".


"Тогда у тебя не было соблазна покинуть нас", - поддразнила я.


"Пока нет, мне нравится работа, и это, как ты и сказал, нерегулярно".


Когда Томо и Николсон притащили два тела - оба теперь потеющие и жалующиеся, я сразу же отправил своих снайперов обратно, Раду и его людей осмотреть тела, проверить удостоверения личности. Это были мужчины из этого региона, но одетые в зеленую одежду, черные балаклавы-маски для лица, с охотничьими ружьями и пистолетами в руках. А также отличный новый спутниковый телефон.


Используя этот телефон, я позвонил в Лэнгли и попросил, чтобы его отследили, отчет был отправлен заместителю шефа. Я повторил это с сестрой.


"Где ты?" - спросил дежурный офицер SIS.


"Ямайка, в отпуске", - сказал я ему.


"Да, точно".


"Нет, правда, в отеле "Гедонизм". "


"Я видел это по телевизору ..."


"Не беспокойтесь, дамы среднего возраста разгуливают голышом".


"Зависит от того, сколько тебе лет, и что тебе нравится, я думаю".


"Перезвони мне с этим номером, пожалуйста".


"Пока ты наслаждаешься расслабляющим отдыхом", - усмехнулся он.


Рада подошла ко мне десять минут спустя. "Эти люди - банда Лобоса". Он казался обеспокоенным.


"Где они базируются?"


"Повсюду, но большинство из них в городе в шестидесяти милях к востоку". Он указал на запад. "И немного южнее". Он указал на северо-восток. "У них есть члены банды, татуировки на груди. Ты присоединяешься, ты остаешься на всю жизнь - или умираешь."


"Сколько людей они могли бы привести сюда - если они знают, что такое восток от запада?"


Он пожал плечами и скорчил гримасу. "Тысячи".


"Спроси Карлоса о RPG, которая уже должна была появиться". Он отошел, когда я позвонил в Томск. "У меня есть список покупок". Он передал меня менеджеру, поэтому я подробно описал оружие, которое хотел получить, без сомнения, заполняя форму аккуратным почерком.


Когда Томск вернулся, он начал: "Карлос сказал, что вы нанесли поражение его местным конкурентам, поэтому он больше продает, больше покупает у меня, так что это работает".


"Пока что, но теперь за нами шпионят люди Лобоса".


"Они могут создавать проблемы, да, я не буду иметь с ними дела. Я послал человека на переговоры, и они убили его, гребаные животные."


"Так что, может быть, я уничтожу их. Достань мне это оружие."


Час спустя позвонил Миллер.


"Ты поздно встал", - заметил я.


"Чуть за полночь, не так поздно. Тот телефон, который вы хотели отследить, ведет к картелю Лобос в Чегали, но с него также совершались звонки в Штаты, в Лос-Анджелес, так что нам интересно узнать, кто это."


"Ты хочешь, чтобы я уничтожил Лобоса?"


"Это было бы трудно, чертовски трудно, потому что это франшиза, по десять человек в каждой деревне, разбросанной от побережья до побережья. Мужчины начинают с более низкого ранга и продвигаются вверх, все очень организовано и регламентировано, и когда тебя повышают, ты делаешь новую татуировку, а если тебя делают капитаном, ты делаешь татуировку на шее."


"Так легко заметить в баре", - отметил я.


"В баре с ними было бы двадцать человек. Под началом наркобарона находятся лейтенанты, затем наемные убийцы, затем соколы."


"Соколы?"


Глаза и уши наемных убийц, которые выполняют работу и отчитываются перед лейтенантами, которые не выполняют никакой работы ногами. У Лобоса шестьдесят или более лейтенантов, и у каждого до ста человек."


"А если я убью босса?"


"Его бы очень быстро заменили".


"Итак, нам нужно, чтобы они собрались в кучу. А на вашей стороне Рио-Гранде?"


"Банды в Лос-Анджелесе имеют точно такую же структуру, но они зависят от поставок через границу. Они отправляют обратно оружие и боеприпасы, а также джинсы Levis и кроссовки - настоящие, а не подделки. Банды любят подлинные вещи. А до Рио-Гранде еще далеко."


"Значит, когда я кого-то убиваю, я должен проверить качество его джинсов ..."


"Ага. И татуировки на груди."


"Мы убили двух мужчин, шпионивших за нами".


"Они были бы наемными убийцами, квалифицированными, но было бы нормально послать человека, которому нужно что-то доказать, сказав ему не возвращаться с пустыми руками".


"Ты читал обо всем этом?"


Несколько лет назад я составил отчет об этом, прочитал много книг. Все пришли к выводу, что мы ничего не могли поделать с ситуацией. Убей торговца наркотиками, и его заменили бы через час, убей наемного убийцу или его лейтенанта, и десять человек ждут, чтобы занять его место."


"Карлос теперь зарабатывает деньги на местном уровне; я разгромил лабораторию по производству наркотиков и уничтожил множество мелких банд. Надеюсь, он вырастет, чтобы доминировать в этой дерьмовой части региона, и он поговорит со мной и будет сотрудничать."


"Мы обсуждали это по ходу дела, и нам это нравится - по крайней мере, мы хотим попробовать и посмотреть, что получится. Хуже того, что мы имеем сейчас, быть не может. О, эта колючая проволока, теперь она тянется на две мили, и мужчина из Техаса пригнал грузовики своей компании к границе с колючей проволокой, и его засняли, как он прокладывал ее - на своем собственном участке."


"Так почему ваше правительство так и не починило забор?"


"Местами это хороший забор, но для этого нужны федеральные деньги, и Конгресс никогда не смог бы согласовать политику, поскольку, даже если бы забор был высотой в сто футов, они бы проложили туннель под ним или сломали его.


"Ни один из пограничных штатов не хочет тратить еще больше денег на патрулирование, и вам постоянно, днем и ночью, понадобилось бы по человеку через каждые шестьдесят ярдов. Когда речь идет о наркотиках, есть деньги и ресурсы на туннели - и на то, чтобы срезать забор, но я думаю, это немного замедлило бы мигрантов."


"А если бы однажды Аль-Каида захотела проникнуть внутрь?"


"Они прошли бы без сопротивления", - сказал он со вздохом.


"А канадская граница?" Я спросил.


"Десятиметровая просека в деревьях, совсем без забора. Если тебе удастся пройти больше десяти метров - ты в деле."


"Слава богу, что большинство террористов в мире не могут пройти и десяти метров, а?"


В 2 часа ночи Риццо и его команда притащили двух мужчин в пончо, и я осмотрел грудь мужчин, обнаружив идентичные татуировки.


"Какие-то бандитские разборки?" Спросил Риццо, когда мы склонились над телами.


Франшиза "Лобос". Как Макдональдс. Если ты продвигаешься по службе, у тебя на шее появляются татуировки, а не сетка для волос."


"В шею?" Но люди увидели бы их."


Я встал. "Я думаю, в этом был бы весь смысл. Как бейдж с именем в желто-оранжевой рубашке MacDonalds."


Монстр стоял над телами. "Зачем посылать две пары шпионить за нами?" Они случайно стреляли друг в друга!"


"Таких людей посылают с предупреждением; принеси какие-нибудь новости или ... не возвращайся. У них нет профсоюза, оплачиваемого отпуска или медицинской страховки."


"Если они не заботятся о своих мужчинах, они не получат от них хорошей работы", - усмехнулся Монстр.


"Но они делают", - настаивал я. "Они работают на страхе, страхе быть сожженными заживо, если они облажаются. Второго шанса не будет."


Используя спутниковый телефон, который я нашел, я позвонил на него, чтобы отследить номер.


"Хороший дорогой телефон", - отметил Монстр. "За бессловесную помощь".


"У них есть деньги, чтобы тратить их впустую, оружия полным-полно".


Риццо поднял охотничье ружье мужчины. "Неплохо, хорошая дальнобойность, хороший оптический прицел".


"Оставь это и остальных".


Ночь прошла без дальнейших инцидентов, Раде предстояло избавиться от четырех тел, на двух из которых были настоящие джинсы Levis. В полдень я поймал попутку, Саша вместе со мной, и мы колонной направились к вилле в наших зеленых костюмах, полностью снаряженных на случай дорожной засады.


На вилле мы спрыгнули вниз, повесив винтовки, и Мигель провел нас внутрь. Я обнаружил, что наш доктор выглядит лучше, местный врач-мужчина хлопочет над ней, ребенок спит на матери Карлоса, которая широко улыбнулась, когда я наклонился, чтобы взглянуть на маленький красный комочек радости. Этот сверток в тот момент был тихим, не выл громко.


Я сказал Карлосу, когда мы сидели: "Я отследил спутниковый телефон, которым пользовались люди, шпионившие за нами, звонившие в Лос-Анджелес, а также в Сегали".


"Мужчины Лобоса, да, проявляют к тебе интерес".


"И ... ты боишься их расстроить?"


Он пожал плечами и широко развел руки. "Они пытались убить меня много раз, с ними не поговоришь. Любой признак слабости - и они придут, но я получу предупреждение, а у меня здесь хорошие люди. О незнакомцах в городе сообщают сразу, причем на много миль южнее."


"Эти четверо мужчин пришли с севера, возможно, через границу, и незамеченными..."


"Да, но они не могут вот так переправить много людей, несколько человек, одетых как солдаты, пройдут. Но после того, как они стреляли, мы бы быстро перекрыли дороги, подождали на границе. Они бы не ушли - и они это знают."


"Ваша "колючая проволока" была в американских новостях, а теперь ее копирует "богатый человек из Техаса".


Он пожал плечами. "Территория, на которой мы установили колючую проволоку, используется только мигрантами, не нами. Всегда найдется легкий путь на ту сторону, и на востоке они роют туннели. Некоторые даже запустили воздушный шар. Он задел линии электропередач и отключил город."


Я улыбнулся. "Торговля наркотиками всегда найдет выход, но ... с тем, что вы становитесь сильнее, и Томск, возможно, станет более регулируемым и менее жестоким".


"Если маленькие банды уйдут, да, надеюсь".


"О, не могли бы вы достать мне сигнальные ракеты, пистолетные и побольше".


"Я могу достать почти все, что угодно в этом роде, и оружие; здесь хороший черный рынок, все это поступает через границу. Американцы, они стремятся продавать оружие таким образом, ящиками, очень дешево. Затем они жалуются, когда оружие попадает в Лос-Анджелес к бандам."


"Я создам зону уничтожения к северу от вашего участка, посмотрим, каких мух мы поймаем на мясо. Доставьте в лагерь немного колючей проволоки и несколько человек с кирками и лопатами. Несколько мешков с песком, скажем ... тысяча."


"Поселение привлечет внимание", - предупредил он.


"Я расставлю приманки и капканы за милю, я не хочу, чтобы комплекс пострадал. У вас ... есть группа из двадцати человек, которых мы могли бы обучить?"


"Я могу найти солдат".


"Солдаты?"


"Они прослужили два года в резерве, они знают солдатское дело, тихие ночью, умеют маскироваться. Я использую их на своих посадочных полосах."


"Приведи их, если сможешь пощадить их, и если ты им доверяешь".


"Я доверяю им, их семьи живут в городе. Моя домработница, ее сын - один из них."


"Тогда мы сделаем из ваших людей хороших солдат".


Женщина-врач пришла и села с нами.


"Ты чувствуешь себя лучше?" Я спросил.


"Да, намного лучше, я был обезвожен - и умирал с голоду. Я пока не могу кормить грудью." Она взглянула на Карлоса, прежде чем сфокусироваться на мне. "Вы хотите отправить меня в Панаму?"


"Я подумал ... что, если я заплачу за небольшую клинику недалеко от Ла Пальмы, ты будешь там работать, получать зарплату, наймешь няню для ребенка. Вы были бы близки со своей семьей и друзьями и ... приносили бы пользу обществу. Ваша безопасность была бы гарантирована.


"И если вы пересечете границу здесь, вас все равно могут арестовать и отправить обратно, и как нелегал вы не сможете заниматься медициной". Я ждал.


"Я бы хотел иметь свою собственную клинику, да. Ты бы заплатил?"


"Не беспокойся о стоимости, у меня достаточно денег".


"Как бы я вернулся?"


" Я могу подготовить документы, " предложил Карлос. "Ты бы полетел. Никто не будет допрашивать беженца, направляющегося домой. Они допрашивают их, направляющихся на север!"


"Когда ты достаточно поправишься, чтобы путешествовать", - заверил я ее. "Не торопись, наберись сил".


Она вытерла слезу тыльной стороной ладони. "Я назову своего сына Петро Карлосом Санчесом".


Я повернул голову к Карлосу, который широко улыбнулся. Когда дама направилась в туалет, я сказал ему: "Возможно, я не упомянул ... но в Томске есть съемочная группа, заинтересованная документальным фильмом о докторе и ее путешествии "счастливый конец". Конечно, в ней будешь изображен ты."


Его глаза расширились. "Я?"


"Щедрый благодетель. Итак, вопрос в том, как вы хотите, чтобы вас изображали на большом экране." Он был слегка ошеломлен.


Возвращаясь в лагерь, я попросил Томска прислать нам еще тридцать "Валметов", гранатометы и коробку с едой. У меня было ощущение, что Лобо активизируют свои усилия.


При дневном свете я приказал командам захватить те немногие лопаты, которые были в наличии, и мы отправились на север, считая шаги и отмечая дистанции секциями по 100 ярдов. Там, где окопались мои снайперы, мы теперь копали дальше, выкопали глубокую траншею, разбросали грязь, замаскировали переднюю часть траншеи.


Час спустя, идя на запад, мы нашли овраг и углубили его, навалили камней, установили постоянный чехол из пончо. И прежде чем мы потеряли свет, мы вырыли яму в хорошем месте на восточной стороне, с обратной стороны - путь к отступлению.


Колючую проволоку привезли на грузовике, когда стемнело, поэтому мы осторожно протащили ее на север, в двухстах ярдах перед траншеей, и натянули вниз по склону. Любой приближающийся мог остановиться, или споткнуться, или произвести шум - пища для моих снайперов.


Вторая катушка проволоки закрывала неприятный глубокий овраг, который можно было использовать, чтобы подкрасться к нам, третья катушка располагалась поперек крутого склона к востоку, так что любой, спускающийся по склону, мог запутаться.


Вернувшись в лагерь, я убедился, что все что-нибудь поели, выпили горячего напитка и были готовы. Саша повел троих русских на запад, на тамошнюю позицию, Монстр повел двух сашиных шпионов на восток, а мои снайперы захватили их прежнюю позицию, всех троих. Остальные парни будут поочередно дежурить на стене, круговая оборона занята, южная дорога охраняется людьми Рады.


Я проверил радио, связался с Сашей, связался с Николсоном, наконец, с Монстром, который прихватил с собой черное одеяло. Русские, оставшиеся здесь, в хижинах, разложили колоду карт, мои парни либо на стене, либо сидели, тихо болтая.


В полночь я получил сообщение о замеченных огнях джипов, шести джипах, замеченных в месте, где раньше не было видно джипов, в миле к востоку. Я сплотил Стрейча и Риццо, а также двух последних шпионов Саши, русские предупредили, чтобы они были готовы, когда я поведу команду на восток, установлен радиоконтакт с Монстром.


На его позиции мы спустились в овраг, где было достаточно места, и посмотрели на восток.


"Люди вышли, мы могли их видеть", - сообщил Монстр. "Затем джипы уехали, такие чертовски подозрительные".


"Я пойду на юг и обойду их с фланга, не стреляйте в нас. Мы будем справа от вас."


Я вывел Риццо, Стретча и двух шпионов, и мы двинулись, согнувшись вдвое, на юг, прежде чем быстро зашагать на юго-восток. пройдя 600 ярдов, я повернул прямо на восток, теперь двигаясь медленно, и теперь чувствуя запах сигаретного дыма. Ветер дул с севера на юг, так что положение группы было достаточно точным.


Медленно продвигаясь на север, я, наконец, впал в депрессию и лег, парни расслабились и подражали.


"Дрочеры", - выдохнул Стретч. "Даже я чувствую запах дыма".


" Похоже, их человек двадцать, " прошептал Риццо.


Я тихо передал: "Монстр, ты там?"


"Да, продолжай".


"Двадцать человек, теперь в четырехстах ярдах перед вами. Видишь их?"


"Один из здешних парней думает, что мог бы увидеть свет".


"Это потому, что приближающиеся плохие парни все курят".


"Придурки, да", - прохрипел в ответ.


"Николсон для Уилко, у нас есть по крайней мере трое незаметных парней, которые подкрадываются слева от колючей проволоки. Саша ведет репортаж дальше к западу от него."


"Мы все стреляем одновременно. Готовность, десять секунд."


Люди рядом со мной приготовились, прицелились в темноте, выстрел с пятидесяти ярдов. Внезапно к нам подбежал мужчина, но остановился и достал свой член, чтобы отлить, не видя нас.


Я тихо передал: "Три ... два ... один ... огонь!"


Мужчина, писавший, был согнут пополам, воздух выходил из его легких, его омовение грубо прервали. Я установил автоматический режим и теперь распылял справа налево вдоль линии, а когда они закончились, я распылил в противоположную сторону, точно зная, где они находятся, и что у них мало прикрытия, чтобы использовать его.


Меняя журналы, я слышал отдаленную стрельбу. Передо мной мужчина встал и стремительно побежал обратно к тому месту, где его высадил джип, но его развернуло. Когда он опустился на колени, я ударил его, над головой прогремели пули, видны вспышки от выстрелов. Я прицелился в дульные вспышки, но все быстро стихло, темнота вернула ночь.


Другой мужчина попытался убежать, ударил четыре раза и отвернулся.


Кто-то полз, и Стретч ударил его по голове. "Дрочила", - выдохнул Стретч.


Я передал: "Монстр, докладывай".


"Мы стреляли в них, плохо видно, могли видеть вспышки вашего дула справа. Они повержены?"


"Убитые и раненые. Николсон, докладывай."


"Мы уверены, что убили двоих, один ранен и спрятался".


"Не открывай обложку. Как дела у Саши?"


"Они поразили большинство приближающихся мужчин, остальные убежали".


Устраивайтесь поудобнее, все вы, и ждите. Смотри и слушай." Я отступил назад. Я тихо начал: "Когда я впервые присоединился к полку, сержант Крэб сказал мне... человек, который прячется и выжидает, остается в живых."


"Чертовски верно", - отметил Риццо, проверяя журналы.


Стрейч поднял камень и запустил им. Его громкое приземление - на другие камни - вызвало вспышку огня. Риццо навел прицел на дульные вспышки и выстрелил, раненый теперь кричал.


"Что он говорит?" - Спросил Риццо.


"Возможно, сдается", - заметил Стрейч, замедляясь и запуская еще один камень. Это задело кого-то, кто издал громкий стон, все мы смеялись в темноте. "Это сэкономит боеприпасы, если мы забьем их камнями до смерти".


"Что это?" Прошептал Риццо.


Я расслабился и посмотрел на север. "Сигарета. Но если бы я истекал кровью, у меня могла бы быть одна, мои последние несколько минут."


Риццо встал, установил автомат и выстрелил в тусклый огонек сигареты, прежде чем разрядить магазин в том месте, где упали мужчины. Отступив, он поменял журнал местами. "Никто не ушел, отстреливаясь".


"Они прячутся", - предположил я. "Боюсь, что Стрейч разобьет им голову камнем".


"Нам нужны гранаты", - лениво заметил Стретч.


"Кое-что в пути, и гранатометы, и сигнальные ракеты, и коробочное питание".


"Мы, черт возьми, приклеим их", - воодушевился Риццо.


Расслабившись, мы тихо сидели в течение часа. Стрейч закурил, но никто не выстрелил по огоньку его сигареты. Когда я был уверен, что нам не угрожает опасность со стороны раненого человека, я повел их на восток, к сообщенной позиции джипа, поддерживая радиосвязь. Мы нашли трассу, джипов не видели, и поэтому я повел их на юг по трассе, обнаружив, что она змеилась на восток по пологому склону.


Час медленного движения привел нас к месту над дорогой, где нас ждали шесть джипов, вокруг стояли мужчины, курили и болтали. Я позвонил Раде, которая все равно должна была проснуться, и проверил. У него здесь не было людей, он был непреклонен.


Подобравшись на расстояние 200 ярдов, мы рассредоточились парами налево и направо со свежими журналами, и я засек время по радио: убито шесть человек - скучающие водители джипов.


"Эти джипы стоят несколько фунтов ..." Риццо намекнул.


После тихого обсуждения мы спустились вниз и обыскали местность, обыскали джипы и сели на пять из этих джипов. Я повел их вверх по склону, подъем был достаточно легким, и пятнадцать минут неровной дороги привели нас к месту высадки.


Опустив окно, я передал: "Монстр, ты меня слышишь?"


"Да, продолжай".


"Мы угнали джипы, шесть из них, там, где вы видели их раньше, не стреляйте".


"Вас понял".


Я свернул с трассы, но ехать было достаточно легко, каждый раз, когда шина наезжала на куст, возникала кочка, сопровождаемая скрежещущим звуком, и четыреста ярдов тряски привели к появлению тел в моих фарах. "Прыгай вниз, поднимай тела, дважды нажми".


Я открыл свою дверь и осторожно вышел, целясь в тела, когда люди бежали вперед, дважды постукивая. Риццо вернулся с двумя спутниковыми телефонами, брошенными на пассажирское сиденье, четырьмя винтовками, сваленными сзади, и кулаком, полным долларов. Он ухмыльнулся, помахав ими передо мной.


Оседлав лошадей, мы поехали вверх по пологому склону, на север мимо Чудовищного оврага, который нужно объезжать, глаза животных попадали в свет наших фар.


"Николсон, ты видишь нас?"


"Увидимся? Ты в двухстах ярдах от нас на громких джипах, включенных на полную мощность!"


Просто проверяю, не спишь ли ты. Мы выделим область к северу, вы стреляете по движению. Мужчины на джипах, езжайте параллельно мне."


Они двигались вверх и бок о бок, пока я медленно катил на север, вскоре осветилось широкое пространство размером с футбольное поле, и вскоре были видны два тела. Белые люди.


"Какого хрена?" Я сдаюсь.


Я спрыгнул вниз и схватил винтовку, целясь в приближающихся мужчин. Опустившись на колени рядом с первым мужчиной, я проверил пульс, заметив большую дыру в его груди, а также предсказуемое отсутствие сердцебиения. Обшарив его карманы, я нашел американские водительские права.


"Он белый", - отметил Риццо. "Наемник?"


"В своем роде, да. Твой преступник больше, чем наемник."


Николсон и Томо прошли мимо и пошли дальше, на север, когда я схватил спутниковый телефон и позвонил в Лэнгли и Лондон, назвав имя этого человека.


Лэнгли позвонил через десять минут. "Майор Уилко?"


"Да, и это хороший способ начать телефонный разговор с кем-то под прикрытием."


"Ладно, извини. Ну, парень, о котором вы нас спрашивали, он служил в спецназе, какое-то время в агентстве в Центральной Америке, сообщалось о его смерти несколько лет назад в Гватемале."


"Ну, теперь он определенно мертв, и работал на картель Лобоса".


"Утром будет несколько громких слов".


Отследите, как недавно пользовались телефоном" и отправьте отчет заместителю начальника. И я не хочу, чтобы кто-либо звонил мне, если он этого не разрешит. Понял?"


"Да, я удостоверюсь, что компьютер обновлен. Извините."


По телефону я сказал банде: "Этот белый парень и его друг некоторое время служили в американском спецназе, ЦРУ в Центральной Америке, решили рискнуть с наркокартелем".


"Самый высокооплачиваемый человек на кладбище", - отметил Риццо, повторяя фразу Роко.


Николсон и Томо вернулись в свет фар. Николсон сообщил: "Третий человек истек кровью. Выглядит белым, но может быть смешанным." Он вручил мне американские водительские права.


"Возвращайся туда, где ты был, ночь еще не закончилась".


Сев на лошадей, мы развернулись и направились на север, когда мы приблизились к поселению, установили радиосвязь, джипы въехали, Рада стояла в ожидании.


Спрыгнув вниз, я сказал ему: "Мы сохраним тезисы, но, возможно, поменяем номера".


"Номерные знаки? Они были бы зарегистрированы на человека, умершего десять лет назад!"


"Я беспокоюсь не о полицейском контрольно-пропускном пункте, а о том, что картель Лобос хочет их вернуть".


"Да, я могу поменять номера".


"Много стоит?" Риццо спросил его.


"Здесь? Нет. Каждый год они крадут десять тысяч таких из Америки. Их можно купить за тысячу долларов или меньше. Используй один раз для убийства - и сожги это."


"Придурок", - выдохнул Риццо, вскоре направляясь за теплым напитком.


Утром, поздно утром, в 11 утра, позвонил заместитель начальника. "Ты можешь говорить?"


"Продолжай".


"Мы не были так уж удивлены мертвыми американцами, ваш конец, многие идут этим путем, но эти ублюдки регулярно звонили в Лос-Анджелес. К счастью, ночной персонал проверил цифры и вышел на след человека в южном Лос-Анджелесе, ФБР только что задержало его, найдено оружие, наркотики. Таким образом, агентство получит кредит."


"По крайней мере, в Белом доме тебя похлопывают по спине".


"Большое похлопывание по спине, похоже, парень в Лос-Анджелесе - крупная рыба. Он латиноамериканец, мексиканец, но его жена американка и работает в банке, так что мы копаем глубже."


"Как она прошла эту гребаную проверку?"


"Хороший вопрос, очень хороший вопрос. На ум приходит отмывание денег, деньги картеля Лобоса. Возможно, это счастливый случай."


"Я думаю, они могут злиться на меня, еще больше злиться. Они послали четырех человек подкрасться, но мы убили их, а прошлой ночью они послали двадцать-тридцать человек, плюс американских наемников, всех убили. И я украл их джипы."


"Ты украл их джипы?" Какой ублюдок!"


Я рассмеялся. "Очевидно, они здесь не так уж много стоят".


"Нет, это место наводнено украденными джипами. Они меняют их, ставят новые номера и везут в Лос-Анджелес, чтобы продавать поддельные документы. Зарабатывает хорошие деньги для банд на западном побережье."


"Поищи для меня какие-нибудь сигналы, например, о ... большом отряде людей из племени Лобос, которые едут сюда, упакованный ланч в машине, термос с кофе".


"У меня уже есть команда, занимающаяся этим, АНБ прослушивает".


"Как ты это объяснил?"


"Угроза границе, торговля оружием. Никто не будет подвергать это сомнению."


Полдень, и двадцать два человека появились на грузовике в сопровождении джипа. Когда они спрыгнули вниз, все в гражданской одежде, я увидел, что они были молоды и подтянуты, с высокими и тугими стрижками. К каждому прилагалась большая зеленая холщовая сумка и M16.


"Рокко, Риццо!"


Они неторопливо подошли.


У этих прекрасных молодых людей есть семья в городе, и они преданы Карлосу, так что вы будете обучать их - и быстро. Начните с Валмета, создайте стрельбище к востоку от нас, но я не хочу, чтобы кто-нибудь шпионил за нами, поэтому используйте углубление или дно долины."


Я помахал Раду. "Кто-нибудь говорит по-английски?"


"Двое изучали английский в школе и отправились на курсы в Америку, на курсы радиосвязи американской армии". Он позвал их вперед, когда они, остальные, вошли в лагерь и огляделись.


Я спросил первого молодого парня, как его зовут.


"Я Эдмундо, сэр, это Эдвардо".


"Это упрощает задачу. Ты будешь переводить для моих здешних инструкторов и для меня. Скажи людям, чтобы они построились в две шеренги."


Приказ был выкрикнут, когда я передавал Риццо свою винтовку, снимая рубашку. Я шагнул вперед, пока они смотрели. "Меня зовут Петров, русский солдат из Панамы".


Это было переведено, несколько молодых людей выглядели испуганными.


"Кто слышал обо мне?"


Все они подняли руки.


"Как вы можете видеть, в меня стреляли один или два раза, и я убил несколько человек".


Один из парней выдавил слабую улыбку.


"Здесь вас научат сражаться как солдат спецназа, а затем работать на Карлоса, защищая его. Но ты будешь сражаться с честью. Две ночи назад мы нашли на горе беременную женщину, которая собиралась родить - или умереть. Я отвел ее к Карлосу, и мы вызвали врача. Это ... было правильным поступком, благородным поступком.


"Мы убиваем не ради забавы. Мы не убиваем женщин или детей, мы выполняем приказы сверху и выполняем работу как можно лучше с высоко поднятой головой."


Я столкнулся с Эдвардо. "Они будут спать здесь?"


"Есть, и некоторые живут поблизости. Один живет у подножия холма."


"Там есть хижина для двенадцати из них. Убедитесь, что принесли достаточно еды, возможно, кто-нибудь приготовит для них."


"К нам приходит повар, мой дядя", - сообщил он мне. "Я поговорю с ним сегодня".


"Хорошо". Я снова надеваю рубашку. "Переоденься в форму и ботинки, используй последнюю хижину".


Эдвардо увел их, когда я столкнулся с Рокко и Риццо. "Они нервные и увлеченные, не нужно их преследовать или слишком беспокоиться о физической форме. Я хочу оружие и снайперскую стрельбу, командные движения, первую помощь, крутой курс обучения.


"И не забывай, что все они здесь, блядь, чистокровные, так что, если ты повредишь одного, его дядя накричит на Карлоса и набросится на тебя с мясным умником."


Час спустя я наблюдал за молодыми людьми, склонившимися над пончо, теперь в зеленом, они занимались с Valmet, а Риццо и Роко кричали на них. Но, насколько я мог видеть, они быстро справились с этим, некоторые улыбались, работая над сборкой клапанов.


Появилось еще больше колючей проволоки, плюс запрошенные мешки с песком, и я приказал своим ребятам наполнить мешки и отнести их в укрытия, пока они не предложили отнести их пустыми и заполнить там.


Люди Рады отвезли колючую проволоку на север на наших украденных джипах, и мы расширили существующую секцию проволоки, но сделали это, разместив проволоку в канавах и оврагах - чтобы неосторожные спотыкались ночью. Теперь, чтобы подобраться поближе, Лобо должны были бы следовать определенными маршрутами, маршрутами, которые вывели бы их прямо на прицел наших трех скрытых позиций.


Заметив, что кто-то наблюдает за нами издалека, я уточнил у Рады, что это не был местный фермер или наблюдатель за птицами, Николсон выстрелил после того, как было снято несколько ставок, выстрел с 1000 ярдов, человек убит. Чтобы уладить спор, моим снайперам пришлось выйти и проверить тело. Тем не менее, это было хорошим упражнением для них.


Услышав треск, я запаниковал, вскоре уставился вниз по склону и не увидел своих снайперов, но услышал стрельбу. Я включил свое радио. "Николсон, докладывай".


Ответа не было, поэтому я позвонил ему.


"Алло?"


"Это я, ты жив?"


"Да, три грузовика прямо на восток, примерно в пятистах ярдах, мы их поймали".


Я сплотил Сашу, и он схватил пятерых человек, вскоре отправившись в патруль. Мои снайперы добрались до человека, которого они застрелили, отобрали телефон и удостоверение личности, винтовку, рассмотрели татуировки; но у мужчины не было татуировок.


Вернувшись ко мне, они передали телефон и удостоверение личности, удостоверение личности, вероятно, поддельное. Я позвонил в Лэнгли и подробно описал личность и телефон.


Заместитель начальника перезвонил через десять минут. "Товарищ Петров". Я вздохнул и закатил глаза. "Этот телефон снова ведет в Лос-Анджелес, несколько звонков в Мексику, и жену того парня только что арестовали, банковские выписки найдены дома. Похоже, что сто миллионов долларов денег Лобоса инвестированы через банк, обновлено Белым домом, об этом сообщает CNN."


"Я думаю, что Лобо будут на меня злы".


"Конечно. Но продолжайте получать информацию, я получаю преимущества."


"А я-то думал, что работаю на Лондон".


Думая о Лондоне, я посмотрел на часы и позвонил Дэвиду Финчу. Он все еще был в офисе. "Верно, босс".


"Где ты?"


"Солнечная Мексика, на границе со Штатами, и я только что устроил ЦРУ и ФБР небольшой арест в Лос-Анджелесе".


"А я-то думал, что ты работаешь на нас".


Я широко улыбнулся. "Я взаймы, и ты получаешь благосклонность, точно так же, как заместитель начальника получает благосклонность от своих боссов".


"Как оно там?"


"Выгребная яма смерти и насилия, как и ожидалось. Местные жители грабят мигрантов и оставляют их умирать; мы спасли беременную женщину и приняли роды в доме Карлоса-Шакала, но это должен быть Котенок Карлос."


"Значит, он не такой, как рекламируется?"


"Черт возьми, нет".


"И ты делаешь ... что именно?"


"Прореживаю плохих парней, помогаю Карлосу, который поможет Томску, и я собираюсь начать войну с картелем Лобоса".


"Завтра я проведу брифинг по различным картелям и посмотрю на карту. А тот парень из Глубинного государства?"


"Спасен, жив и здоров и благодарен - прилагаю пальцы".


"Ну, я полагаю, это пособие. А израильтянин?"


"В Нью-Йорке, понятия не имею, что она задумала".


"14 Разведчиков задавали вопросы об их даме, которую ты позаимствовал."


"Она работает в отеле, которым управляет Томск, под прикрытием, выявляет карманников и похитителей драгоценностей".


"И как именно это соответствует заявленной компетенции 14 Intel, за которую платят британские налогоплательщики?"


"Послушай, 14 Разведчиков хотели получить опыт. Она за границей, наблюдает за некоторыми действиями, работает под прикрытием, получает новый и ценный опыт - шпионскую работу."


"Что ж, полагаю, для выбранной ею профессии это почти подходит".


"Желаете ли вы добавить к своему персоналу женщину, которая имеет тесные личные контакты с Томском и может действовать по всей Центральной Америке незамеченной?"


"Ну ... да, поскольку у нас их нет. Ни одного. Nada."


"Ну вот и все, новый актив в процессе становления".


"Европейская полиция отмечает исчезновение большого количества мужчин. Единственное, что их объединяет, это то, что все они плохие люди и связаны со злополучным банком и его злополучными дочерними компаниями."


"Я думаю, кто-то все еще убирается в доме. Что происходит с банком?"


"В здание вошли после того, как его подперли, тела вывезли и вернули семьям - обугленные тела, ДНК использовалась для их идентификации. Все парни из "Аль-Каиды" также были сожжены дотла, как будто это было спланировано таким образом."


"Добрый Господь действительно движется неисповедимыми путями".


"Он делает. В Лондоне сейчас тихо, если не считать многочисленных арестов и маниакального внимания прессы, которое они привлекают. На скамье подсудимых находится дюжина высокопоставленных фигур, многие предлагают сделки, но так много предложили сделок, что они нам больше не нужны. Мы думаем, что около двадцати пехотинцев находятся в бегах, причем за границей, и вряд ли вернутся в ближайшее время.


"О, твой парень, Макс репортер, после этого фильма стал знаменитостью, его видели на хороших вечеринках, и он этим пользовался."


"Поговори с ним, убедись, что он не проболтается".


"Да, у нас есть острое желание следить за ним".


"А Гвинея?" Я спросил.


"Волки и несколько человек из "Эхо" хорошо осмотрели одно место, затем туда прибыло новое подразделение королевских ВВС, и SAS плюс "Волки" должны напасть на это место ... я думаю, сегодня ночью. Возможно, рассвет. Капитан Моран там, внизу, подполковник Сандерсон руководит шоу."


"Приятно знать, что они могут действовать без меня".


"Да, это так, поскольку мы не совсем знаем, на кого вы работаете".


Ой. Если ты говоришь, что я вернусь, я возвращаюсь. Мне оставаться или возвращаться, босс?"


"Тебе придется остаться, потому что нам нужно, чтобы ЦРУ было на борту, а Томск передавал нам наводки".


"Ну вот, в конце концов, я работаю на тебя".


"И ты рассказываешь мне обо всем, что делаешь, например, как ты добрался с Ямайки в Мексику незамеченным?"


"Черт возьми, нет, ты бы потерял много сна".


"Тогда правдоподобное отрицание действительно так же хорошо, как снотворное".


"Так и есть".


В тот вечер я разослал небольшие патрули во все стороны света, за ночь было убито восемь вооруженных людей, четыре пары по двое, поэтому Лобо любили посылать людей парами - вероятно, для того, чтобы мужчины присматривали друг за другом. Мы восстановили несколько спутниковых телефонов, но, по словам Лэнгли, ни на один из них не поступали звонки из США.


Утром я сидел на стене с Сашей, ветер стих, и выглянуло солнце. К северу земля была плоской на протяжении 200 ярдов, прежде чем пошла под уклон, и я не мог видеть ни нашу скрытую позицию, ни колючую проволоку дальше. Я мог видеть низкие холмы по направлению к границе, эти холмы мягкие по своей природе и их легко преодолеть усталому мигранту в конце долгого путешествия на север.


К западу от меня земля снова была плоской на протяжении 200 ярдов, затем начался устойчивый подъем к высокой точке примерно в 800 ярдах отсюда, но эта высокая точка находилась здесь чуть более чем в 30 футах над землей.


К востоку от меня тянулось 100 ярдов ровной местности, затем небольшие гряды, наконец, крутой подъем с плоской вершиной, и я мог почти все видеть поверх него, но не мог разглядеть, где стояли украденные джипы, ни где мы вступили в бой с людьми, которые прибыли на этих джипах.


К югу от меня грунтовая дорога змеилась вниз по пологому склону, левая сторона отмечена неприятным оврагом. Человек мог бы пересечь этот овраг местами, но транспортное средство - никогда. На противоположной стороне дороги было несколько скалистых выступов, но не слишком подходящих мест для укрытия подлого снайпера.


Прямо на юг я мог видеть дома и главную дорогу в миле от нас, высокие холмы за долиной, в которой проходила дорога, дорога, идущая с востока на запад.


Мой телефон зазвонил, когда я сидел там, изучая топографию. "Это Миллер, ты можешь говорить?"


"Продолжайте, я просто сижу на стене, обозревая поле боя".


"Мы получили сообщение о перехвате, нескромном разговоре, вертолет правительственной полиции направляется к вам, чтобы взглянуть украдкой".


"Мне нужно идти, позвони мне позже".


Я передал: "Всем командам, спускайтесь и прячьтесь, к нам приближается полицейский вертолет. Накиньте на себя пончо, заберитесь в овраг, накройте себя кустами и спрячьтесь. Не стреляйте по вертолету!"


Мы с Сашей бросились вниз и попросили Рокко и Риццо спрятать молодых солдат в хижине. Рада! Отогнать большинство джипов на юг, подождать несколько часов, сюда направляется полицейский вертолет. Принесите стулья, мужчины сели вокруг и курили, никакого оружия! Шевелись!"


Были отданы приказы, джипы сели и помчались на юг, вынесли стулья, мужчины сели, когда я повел Сашу к сараю, и мы спрятались внутри него, держа оружие наготове - на всякий случай.


Пятнадцать минут спустя был слышен гул вертолета на высоте 500 футов, и вскоре его было видно через щель в двери, когда он кружил. Он хорошо выглядел, сделал три круга, Рада помахала ему рукой, прежде чем он улетел.


Выйдя на улицу, я осмотрел небо и прислушался, пока шел к Раде. "Хорошо, возвращайте свои джипы, все как обычно".


"Как ты узнал об этом?"


"У меня есть друзья в плохих местах".


Риццо и Роко вывели молодых солдат на командные маневры и стрельбу из винтовки в глубокой долине на северо-западе, и, надеюсь, их не заметили бандиты, когда я снова взбирался на стену с Сашей.


Свон взобрался наверх, его олень, и он опустился на колени, осматривая горизонт в поисках лиц, наблюдающих за нами.


Звонил Карлос. "Над вами пролетал полицейский вертолет...?"


"Да, но он не видел ничего, о чем можно было бы сообщить, так что они будут сбиты с толку".


"Ты получил известие ... откуда?"


"Посты прослушивания АНБ информируют ЦРУ, они информируют меня".


"У вас с ними хорошая договоренность ..."


Номера спутниковых телефонов, которые я снял с приближавшихся к нам людей, я передал в ЦРУ, которое отследило их вплоть до Лос-Анджелеса, где ФБР арестовало высокопоставленного человека Лобоса, замешанного в отмывании денег. Они украли у Лобоса сто миллионов долларов, кредит достался ЦРУ. Они не помогают мне просто так."


"На самом деле нет, за это всегда есть цена. И чего, в частности, вы думаете, они желают?"


"Новые аресты Лобоса в Штатах, несколько хороших заголовков в газетах. И если вы выиграете, то выиграет и Томск, а ЦРУ получит небольшой процент от торговли своим ... кофе и сахаром."


"Кофе и сахар дорогие, да".


"Не волнуйся, я играл в эту игру долгое время, и я хорош в ней. Мы садимся и разговариваем, мы не стреляем."


"Не начинай это снова".


"Как малыш?"


"Я покормила его сегодня, леди - все еще нет грудного молока. Но из города приезжает женщина с новорожденным ребенком, и она кормит его грудью. Крупная дама."


"Большие сиськи?"


"Я не заметил".


Улыбаясь, я убираю телефон.


В 16:00, после ужина, приготовленного дядей-поваром Рады для одного из солдат, прибыли грузовики, еще несколько джипов, выгруженные ящики, которые отправились тем же маршрутом, что и наркотики.


С помощью многих рук мы достали коробочное питание и боеприпасы, гранатометы - с сигнальными ракетами, походные сигнальные ракеты сотнями и сигнальные ракеты ручного срабатывания. Я спрятал сигнальные ракеты для этих людей, а также гранатометы, и теперь мы могли нанести некоторый урон людям, подкрадывающимся к нам.


Сегодня вечером Риццо должен был взять Эдвардо и шестерых человек в патруль, Рокко должен был пойти противоположным путем с Эдмундо и шестью людьми, чтобы научить тактике, понаблюдать за профессионалами. Но пульс у молодых солдат был бы учащенным, поскольку они знали о людях, которых мы убили в этом районе, и они очень боялись этих холмов. Предстояло приобрести ценный опыт.


В 11 вечера я сидел на стене с Сашей и Свон, тепло закутанный, в куртках, футболках, надетых под рубашки, в перчатках. Ночью температура резко упала, и я задался вопросом, как мигранты спали на склонах холмов при таких температурах. Из того, что я видел до сих пор, на этих мигрантах было немного больше, чем футболки, и одеяло, которым они были укутаны для тепла. Многие были замечены в сандалиях с открытым носком.


Сигнальная ракета ожила и описала дугу над западным укрытием, прозвучали два выстрела.


"Сообщите о стрельбе".


"Это натяжка, и у нас есть два дилетанта. Остальные наши парни спят."


Я улыбнулся. "Вас понял. И сделай несколько отжиманий, если тебе холодно."


В полночь с позиции Николсона вылетела сигнальная ракета, за которой последовали два выстрела.


"Сообщите о стрельбе".


"Это Томо, и у нас двое, двое, которых пропустил Стретч".


"Чушь собачья!" - вырвалось у Стретча.


Я столкнулся с темным силуэтом Саши. "Они все еще посылают людей, как некий обряд посвящения, проверяющий мужественность наемных убийц".


"Мужчины не возвращаются, так что ... возможно, добровольцы не знают о мужчинах, которые ушли раньше".


"Ты можешь быть чертовски уверен в этом, мой друг".


Взрыв заставил меня нырнуть вниз, вскоре я скатился с дорожки и приземлился на ноги, когда с нескольких сторон донеслись крики. Взорвался джип, припаркованный справа внутри главных ворот, в здании выбиты окна, этот джип сейчас горит.


Я встретил Раду возле него, когда огонь ревел и потрескивал. Он начал: "Бомба под джипом".


"Обыщите их всех и здания!"


Я приказал тем русским, которые все еще были внутри, обыскать хижины, и они сделали это с некоторым трепетом. Мы с Сашей использовали фонарик, чтобы проверить за хижинами и под ними, провели тщательный обыск.


Мой телефон зазвонил. "Это Николсон, мы услышали глухой удар, не смогли связаться с вами по радио".


"Кто-то подложил бомбу под джип".


"Это неприлично. Спецы проснулись и приступили к работе?"


"Теперь я думаю, что они".


Рокко возглавил свой патруль в 2 часа ночи, один раненый, царапина, с которой нужно было разобраться, молодой человек уехал - джипы проверили еще раз, прежде чем они получили назначенных водителей. Он сообщил: "Патруль примерно из двенадцати человек, но не включен, мы слышали их издалека. Я приказал мальчикам распределиться парами, линией на гребне, и мы ждали, пока они не перевалят через гребень - силуэты, стрельба менее чем с двадцати ярдов, все быстро."


"А твой раненый мужчина?"


"Когда мы возвращались, чтобы обойти раненого, он выпустил очередь".


"Повезло. Я бы остался лежать полчаса, чтобы ты мог научить их преимуществам ожидания на холодном ветру."


"Мы ждали пятнадцать минут, несколько стонов умирающих, а потом ничего".


Приведите их в порядок, накормите, почистите оружие, тогда они смогут поспать. И обыщите хижину, у нас ранее была бомба под джипом."


Он привел их в их хижину.


В 11 утра заехал Карлос, внимательно осмотрел сгоревший джип и разрушенное здание, прежде чем подойти и сесть со мной за столики, расставленные снаружи нашим шеф-поваром. "Люди Лобоса, без сомнения", - отметил он.


"Они подбираются все ближе".


"Я издал инструкции, чтобы все джипы обыскивали по десять раз в день, но раньше люди были осторожны".


"Инсайдер?"


"Я бы надеялся, что нет, но ... за хорошие деньги можно купить хорошую помощь".


"Прошлой ночью мы убили еще двадцать человек, но они продолжают приближаться".


"Они не посмеют потерять лицо, люди бы знали, так что есть только один способ справиться с вами ... и это сражаться до последнего".


"У них кончатся люди раньше, чем у нас кончатся пули", - указал я.


Он кивнул. "Ты отвлекаешь моих людей от перемещения тел. Но в каждом из здешних городов есть хорошее похоронное бюро - как вы можете себе представить."


Я улыбнулся. "Да, растущая торговля, и устойчивая в этих краях. Много ли это тебе стоит?"


"Мы отдаем тела и винтовки, поэтому они берут часы, золото и продают оружие. Это плата за захоронение или сожжение тел; здесь мертвые сами оплачивают свои похороны."


"И какова ваша ... репутация в этих краях?"


"Это растет, да, люди думают, что Лобо слабы, но они также знают, что ты здесь, и они ни о чем другом не говорят. Это дошло до правительства в Мехико, которое обсуждает это."


"Пошлют ли они за мной армию?" Я дразнил.


"Если они это сделают, я думаю, ты быстро пересечешь границу. Но, если вы убиваете Лобоса, я думаю, они подождут некоторое время. Лобос убил министра правительства, изнасиловал его жену и дочь и поджег их."


Мой телефон зазвонил. "Извините меня".


"Это я", - вышло в Томске на русском.


"Привет, босс".


"Ко мне приходил эмиссар Лобос".


"И?"


"Он угрожал мне в лицо, на глазах у людей. Итак, я повесил его."


"Им действительно не хватает навыков ведения переговоров".


"Ты трахаешь этих идиотов ради меня, проси то, что тебе нужно. Я сказал людям в моем клубе, что уничтожу Лобоса, так что теперь я должен это исправить."


"Они посылают по двадцать человек за ночь, и мы их хороним. ЦРУ перехватывает их телефоны, где только может, поэтому я тоже получил предупреждения."


"А, хорошо. Но, знаешь, работай быстрее, да."


"Я посмотрю, что я могу сделать. Босс."


Отложив телефон, я сказал Карлосу: "Лобос угрожал убить Томска, поэтому он объявил войну".


Карлос широко пожал плечами. "Они не будут говорить, единственный способ - убить их. Теперь, когда Лобо угрожают, они должны сражаться до конца, иначе потеряют лицо. Глупый, одни яйца и никаких мозгов - как говорит мой сын." Он указал на нескольких молодых солдат. "Как у них дела?"


"Они быстро учатся, проницательны и преданны - пока что, и теперь они получают опыт военных патрулей ночью, так что они быстро повзрослеют".


"Мы думаем, что нашли человека, который заложил бомбу, мы наблюдаем за ним, прослушиваем звонки".


"Ты можешь достать для меня вертолеты?"


Он пожал плечами. "Мы можем достать все, что угодно. Здесь решают деньги."


"Несколько "Хьюи" с пилотами и транспортный самолет с грузовой рампой сзади, "Скайвэн" подошел бы."


"Скайван, я видел одного, да, годится для груза, они приземляются в десяти метрах. Я спрашиваю."


"И еще несколько глав RPG".


"Не так-то просто найти, но их можно купить".


"Я попрошу Томск прислать еще, не волнуйся. У него их тысячи."


"У тебя уже есть много ..." - озадачился он.


"У меня есть на примете работа. Но расскажи мне о городе, которым управляют Лобо ..."


"Как и в моем городе, они являются партнерами в каждом бизнесе, в каждом магазине".


"Можешь достать мне карту этого города?"


"У меня где-то есть несколько штук, я их нахожу".


Когда Карло ушел, Рада нашла мне карту, и я сидел, изучая ее с Сашей, Рокко и Риццо присоединились ко мне, когда они приостановили обучение молодых людей.


Я постучал по карте. Чегали. Дом картеля Лобоса, люди, которых мы убиваем, посланы ими. Они только что пригрозили убить Томска, так что ... это война. Я попросил транспортные самолеты, Хьюи, побольше РПГ-головок."


"Отнеси это им", - одобрил Риццо.


"В чем мы можем быть уверены ... заключается в том, что если мы разозлим их, они должны отреагировать, чтобы сохранить лицо, а это значит бросить на нас много людей открытым строем в горах."


"Или они нанимают хороших помощников", - предостерег Роко.


"Да, они могли нанять солдат, федералов, американских наемников. Хороший снайпер мог бы подкрасться к нам незаметно."


Риццо отметил: "У него потом болели яйца, в этой грязи повсюду маленькие камешки. И для него, блядь, есть вся обложка."


"Сегодня же установите сигнальные ракеты в пятидесяти ярдах за колючей проволокой, создайте зону поражения и убедитесь, что все знают, где находятся сигнальные ракеты. Нам также скоро придется отправить людей на юг. У Карлоса там люди, но эти люди охраняют дорогу, а не темные склоны холмов. Мы могли бы получить массовую атаку здесь."


"Тогда будь как Аламо", - одобрил Риццо.


"Э-э, Риццо, все в Аламо погибли".


Саша посмеялся над ним.


"Они сделали?" он озадачил. "Не в том фильме, который я видел".


"Это был не Аламо, поверь мне. В любом случае, разруливайте RPG и учите молодых парней, поднимайте шум. Тогда коробочное питание, мы можем использовать коробочное питание в качестве оружия подавления территории, если на нас здесь нападет много людей."


Час спустя зазвонил мой телефон, Миллер. "Как дела?" он спросил.


"Мы обманули вертолет, но они все еще посылают людей. И Лобос угрожал убить Томска, так что теперь это тотальная война."


"Лобос хочет убить Томска? Это ... изменило бы игровое поле, поэтому мы не можем этого допустить, Томск чертовски полезен."


"Продолжайте получать перехваты, но скоро я вступлю с ними в бой".


"Я посмотрю, смогу ли я раздобыть вам какие-нибудь активы, мы не хотим, чтобы Lobos росли или распространялись больше, чем они сделали. Я обсуждал вашего друга Карлоса выше по званию, и мы видим смысл в том, чтобы Томск и Карлос были на месте, а аресты в Лос-Анджелесе порадовали многих в коридорах власти - мы захватили деньги."


"Попытайся раздобыть мне информацию о главных людях Лобоса и о том, где они живут".


"У каждого из них есть несколько домов, и они передвигаются по ним, на случай, если федералы придут за ними".


"Конечно, они были бы предупреждены?"


"Да, но то, что иногда делает мексиканское правительство, - это собирает большие силы, цель которых не указывается за десять минут до налета".


"О, они действительно осторожны и рассудительны".


"Переезды - это образ жизни наркобаронов, но не Томска. Я слышал, у него хорошая новая вилла."


"Действительно, очень мило: теннисные корты, поле для гольфа, бассейн".


"Он ведь не страдает, не так ли?" Я перезвоню тебе, нужно обсудить войну по порядку."


На закате позвонил заместитель начальника. "У нас есть информация, что Лобос нападет на Карлоса, похоже, ты их разозлил. Также получил сигналы разведки о том, что они хотят послать людей убить Томска. Те, кто выше меня, проявляют интерес, потому что это близко к дому, и они не хотят, чтобы Лобос победил здесь."


"Я прорежу их, не волнуйся".


"У меня на подходе несколько мужчин, все латиноамериканцы, есть с чем поиграть".


"Убедитесь, что их ждут, или их ждет теплый прием".


Да, вы получите уведомление. Послушай, перед моей следующей встречей расскажи мне вкратце о Карлосе."


"Карлос - котенок, а не Шакал. Его мама живет с ним, и он ее очень любит. Его сын, Мигель, получил образование в Штатах и внедрил американские методы работы, заполняемые формы, собрания команды, структуры управления. Он говорит своему отцу - челюсть, челюсть не война, война."


"Черчилль, да. Итак, парень оказывает хорошее влияние."


"Карлос разберется с тобой, ты мог бы открыть обратный канал через меня, и он передаст тебе людей Лобоса в Штатах - несколько хороших газетных полос".


"Лучше тот дьявол, которого ты знаешь", - заявил он. "Хорошо, мне будет что сказать на следующей встрече".


С наступлением темноты я повел большой патруль на восток, сопровождаемый шестью молодыми солдатами, Риццо, Сашей и командой Саши. Первую милю мы двигались осторожно, ни на кого не наткнулись, но затем ускорили шаг на грунтовой дороге, ведущей к дороге. Через дорогу я нашел хорошую тропу, небольшое укрытие для того, чтобы кто-нибудь устроил нам засаду, и в хорошем темпе двигаюсь на восток.


Через три часа мы были дальше на восток, чем заходили предыдущие патрули, остановились перекусить, отлить, выпить пива на старом заброшенном фермерском доме. Поворачивая на юг, к далеким огням, мы петляли по пологим холмам, избежали нескольких неприятных оврагов, потратили час, чтобы занять позицию над главной асфальтированной дорогой.


Дорога проходила через небольшой хребет, очевидное препятствие, и мы воспользовались низкими каменными стенами и высокими кустарниками, за которыми можно было спрятаться, когда я отправил двух мальчиков Саши на восток по дороге на 500 ярдов, поддерживая радиосвязь. Они спрятались и они ждали. Мы спрятались и целились вниз.


Полчаса спустя был замечен конвой, и, хотя люди Саши были ослеплены фарами, им удалось идентифицировать вооруженных людей в конвое - и что они не были федералами.


Когда конвой приблизился к нам, я объявил старт, мой первый выстрел попал в водителя первого джипа, который вильнул и покатился, затем кувыркнулся перед нами, взметнув грязь и раздав треск. Я целился в хвост и быстро стрелял по ветровым стеклам или по людям сзади.


Нескольким мужчинам удалось выбраться из своих джипов, их закрутило, они упали, их много раз ударили, и вскоре все было кончено. Я ждал, и мы целились вниз, когда колеса перевернутого джипа завертелись, один джип горел.


"Хорошо, спускайтесь туда, расчистите дорогу, уберите джипы с дороги, возьмите спутниковые телефоны, оставьте оружие - но выбросьте его в кустарник. И посмотри на тела, татуировки на груди."


Я подошел к краю разреза и посмотрел в обе стороны, пока парни спускались вниз, на дороге пока тихо. Тела вытаскивали и сбрасывали с дороги, винтовки бросали в грязь, джипы вскоре использовались как тараны, чтобы столкнуть горящий джип с дороги.


Я передал: "Припаркуйте джипы подальше от дороги, не сжигайте их, но простреливайте шины и двигатели. И быстро!"


Раздались выстрелы, когда были посыпаны песком решетки двигателя, лопнули шины, дорога вскоре расчистилась, последнее тело утащили, когда фары зафиксировали это. Из горящего джипа все еще шел дым, но он не был хорошо освещен.


"Иди в укрытие, возвращайся сюда!"


Одинокий джип проехал мимо, не снижая скорости, направляясь на восток. Мне пришлось остановиться и задаться вопросом, как можно вести нормальную жизнь в таком месте, как это, водить детей в "Макдональдс" на угощение.


Команды переформировались, присоединяйтесь ко мне, выпили воды. Глаза снова сфокусировались на далеком горизонте дороги.


Риццо отметил: "Татуировки на некоторых грудях, но ни одной на шеях, как вы сказали, у них могут быть".


"Никаких лейтенантов", - сказал я ему.


Мой телефон зазвонил. "Это Карлос, ты можешь говорить?"


"Да, в десяти милях к востоку на дороге обстреляли конвой".


"Один из моих контактов, близкий к семье Лобо, он поможет им переправить караван мигрантов через границу неподалеку отсюда, но десять человек - лобо, и они вооружены, если вы сможете использовать эту информацию с американцами".


"Карлос, твой сын оказывает на тебя хорошее влияние - ты становишься прагматиком".


"Не начинай это, я узнал это от него и его матери!"


Улыбаясь, я сказал: "Да, я воспользуюсь этой информацией и попрошу об одолжении. Когда они пересекутся?"


"Завтра вечером, недалеко от того места, где вы пересекли границу".


Я отошел от дороги и от команд и позвонил в Лэнгли. Экстренный доклад от майора Уилко, британская СПЕЦНАЗ, в настоящее время работает под прикрытием к югу от границы, доклад для дежурного офицера и заместителя начальника. Завтра ночью несколько человек из картеля Лобоса пересекут границу, двадцать, все вооруженные, и они убьют агентов пограничного патруля и полицию, чтобы ... преподать урок Белому дому, " солгал я.


"Преподашь нам урок? Преподай нам гребаный урок!"


"Месть за деньги, которые ты прихватил в Лос-Анджелесе. Быстро передай это по очереди, Уилко уберут."


Вернувшись к командам, я незаметно улыбался. Проехали одиночные машины, несколько грузовиков, сорок холодных минут до прибытия второй ночной колонны джипов, на этот раз состоящей из восьми джипов и двух грузовиков армейского образца.


"Приготовьтесь к стрельбе, сначала поражайте водителей, затем колеса и двигатели. Саша и команда, цельтесь в задние части грузовиков. Ожидание. Проверяйте журналы, используйте свежие." Я поменял свой, в нем еще около восьми патронов. "Люди с заставы, вы видите оружие?"


"Команда Аванпоста здесь. Готовность ... да, вооруженные люди на задних сиденьях джипов, черные балаклавы-маски для лица."


"Дважды проверьте, когда они пройдут, что они не федералы, выкрикните это."


"Вас понял."


Я опустился на колени и прицелился - что-то убегает через кусты, головной джип вскоре проезжает мимо наших людей на заставе, никаких новостей по радиосвязи, секунды идут, поэтому я выстрелил в ведущего водителя, слева от меня раздался грохот.


Джипы замедлялись или сворачивали, и вскоре я уже врезался в ветровое стекло грузовика, двое моих бойцов с аванпоста стреляли в задние части грузовиков, когда грузовик столкнул джип с дороги, этот грузовик съехал в кювет, его водителя и пассажира выбросило через разбитое ветровое стекло.


Несколько человек вышли из джипов и побежали, все изрубленные и поверженные, добитые на ходу.


"Двигайся вниз, дважды нажми, я хочу знать, что в кузовах этих грузовиков."


Когда мужчины двинулись вниз, я проверил дорогу на запад и внимательно изучил холм позади нас на предмет движения.


"Петров, " раздался голос Риццо. "Грузовики забиты боеприпасами, минометами, M60, боеприпасами, всем необходимым".


"Тот второй грузовик все еще работает?"


"Да."


"Укради хорошие вещи и погрузи их в тот грузовик, затем взорви поврежденный грузовик, подожги его. Работай быстро."


Пять минут спустя с запада появилась машина, но она выглядела как гражданская. Я сказал банде продолжать работать и прицелился в машину, но она просто проехала мимо, вскоре остались только красные задние огни.


Грузовик, который стоял носом вниз, загорелся десять минут спустя, Риццо объезжал его на втором грузовике.


Я передал: "Найдите работающий джип, все остальные в грузовике, мы уезжаем!" Люди с заставы, бегите сейчас же!"


Я съехал вниз по склону, расшвыривая россыпи камней, вскоре добрался до дороги и проверил в обе стороны, пока люди забирались в заднюю часть грузовика, джип был наготове, четверо мужчин сзади, Саша за рулем, кто-то, кого я не мог видеть, уступил ему место.


Я забрался в грузовик и подбодрил Риццо. Включив передачу, он тронулся с места, когда я высунулся из окна и оглянулся назад, никто не видел, как он бежал за нами, ни одного парня, оставшегося позади.


Я передал: "Команда Саши, отключите звук".


Все они были учтены.


"Есть раны?"


Сообщений об этом не поступало.


"Что, если мы встретим кого-нибудь лицом к лицу?" - Спросил Риццо.


"Мы протараним их или застрелим - мы чертовски уверены, что не обвиняем их."


Двадцать минут спокойной дороги привели нас к повороту на территорию лагеря, и через милю вверх по пологому склону мы встретили первый блокпост, люди Карлоса были настороже, молодой солдат объяснял нам, что к чему, - его знал человек, остановивший нас.


Проехав милю, мы снова были остановлены, четверо мужчин заглядывали в кузов грузовика, прежде чем нас пропустили, а на территории лагеря мы встретили еще четверых мужчин, но они уже были предупреждены и махали нам рукой, чтобы мы заходили.


Припарковавшись, я приказал обыскать джип на предмет бомб, сейчас нужно разгрузить грузовик, все открыть, грузовик на всякий случай вывести наружу. Вскоре у нас было восемь минометных орудий и много минометов, но половина минометов были сигнальными ракетами. Я обменялся взглядом с Риццо.


"Вспышки, " отметил он. "Немного дерзкий".


Теперь у нас было четыре М60 с большим количеством патронов, молодые солдаты были знакомы с ними, и несколько наполовину приличных ночных прицелов. Когда грузовик тронулся, я открыл и проверил ящики - и сложил их подальше от хижин.


На стене я передал: "Петров, всем командам. Мы остановили дорожную колонну примерно в двенадцати милях к востоку, я думаю, они направлялись сюда. У них были пулеметы M60, а также минометные трубы с сигнальными ракетами, так что плохие парни усиливают свою игру. Будь начеку."


Я проверил приборы ночного видения и вручил один Свон на стене, два для отправки Томо и Николсону.


Утром Карлос заехал и посидел со мной за чашкой кофе после осмотра минометных стволов и M60. "Мой контакт говорит, что Лобо сейчас очень злы, и что они подозревают утечку в своих рядах - из-за того, что потеряли так много людей и джипов. А теперь отдам вам это оружие, все дорогие предметы."


"Это хорошо, потому что они злы. Разгневанные мужчины совершают глупые ошибки. И они просто ездят по дороге на грузовиках, поэтому у них нет мозгов; их может остановить полиция."


Он покачал головой. "Когда полиция покидает казармы, Лобос знает, я знаю, и полиция берет деньги, чтобы оставаться в этих казармах".


"Некоторые новости из Америки. Они видят эту драку между Лобосом и печально известным Шакалом - " Он бросил на меня взгляд. "- и решают, что они не хотят, чтобы Лобос выиграл такой бой."


"Они будут действовать?" - недоумевал он.


"Они будут действовать ... за кулисами и тихо".


Мой телефон зазвонил, номер не высвечивался. "Алло?"


"Товарищ Петров".


Я закатил глаза. "Da!"


"Это наемник Бегущий Медведь. Один или два вертолета с наемниками на борту скоро приземлятся там, где вы находитесь. Какого приема мы можем ожидать?"


"Бобы в порядке, стейк неплох, можно выпить пива, койки не так уж плохи".


Приятно знать. И местные жители с зудящими пальцами на спусковых крючках?"


"Здесь никого нет. Земля к северу от поселения."


"Скоро увидимся".


"Земля?" Спросил Карлос, когда я убрала телефон.


"Вертолеты ЦРУ, наемники на борту".


Он казался осторожным. "И что они ... сделают?"


"Они сделают ... что я говорю им делать. Не волнуйся. И скажи своим людям, чтобы не стреляли." Я вскарабкался по стене. "Петров всем командам, приближаются дружественные вертолеты, не стреляйте".


Вернувшись, я выпил кофе с Карлосом, обсудил ночные действия, вскоре с севера донесся тяжелый резонирующий топот Хьюи, и мы направились к северным воротам. Два зеленых "Хьюи" громко приземлились, без опознавательных знаков, восемь человек с тяжелыми вещмешками, на плечах длинные снайперские винтовки.


Но мужчины были не в зеленом, у них был странный ассортимент одежды, в основном военного характера, смесь ремней. И все они были латиноамериканцами.


Когда Хьюи отъехали, гости вышли вперед, Бегущий Медведь улыбнулся мне.


"Ты остаешься в стороне от неприятностей?" - спросил он.


"Черт возьми, нет". Мы пожали друг другу руки. "Это Карлос, он владеет этим районом".


Они пожали друг другу руки, обменялись несколькими фразами на испанском, его семерых плохих парней повели внутрь.


Я столкнулся с Карлосом. "Может быть, ваши люди не могут спать здесь сейчас, они уступают свои кровати ..?"


"Я собирался предложить это, у меня уже есть другое действующее учреждение, к западу отсюда".


"Оставьте несколько человек, чтобы помочь нам, и людей в будущем".


Он кивнул, отдал распоряжения Раде, люди скоро будут собирать вещи - но не шеф-повар, он был слишком важен.


Когда все молодые люди проснулись, я представил наемников и попросил, чтобы все они запомнили лица, чтобы случайно не стрелять друг в друга. Я также попросил Риццо и одного из людей Бегущего Медведя взять шестерых молодых людей на снайперскую подготовку, пока я выводил Бегущего Медведя и остальных его людей за ворота и на юг по дороге.


"Здесь слева отвратительный овраг", - сказал я им, пока мы шли. "Местами колючая проволока, чтобы кто-нибудь не воспользовался ею ночью, чтобы подкрасться незаметно. Справа скалы, но пути к отступлению нет, если у вас там была позиция."


Я остановился через двести ярдов. "Южная сторона твоя, так где ты хочешь быть?"


Они осмотрели местность, заметив небольшую обложку. Бегущий Медведь указал налево, до самой высокой точки на нашей восточной стороне. "На гребне, окопайся. Оттуда мы можем видеть 180 градусов к югу и дорогу, так что мы получим предупреждение о неприятных сюрпризах."


Мы начали идти этим путем.


Я начал: "До сих пор мы видели, как эти странные пары мужчин пробирались внутрь. Мне сказали, что они приходят парами, чтобы один не струсил, и мужчинам сказано не возвращаться, если только это не с хорошими новостями. Мы убили десять пар из них."


"Картелю не нравятся неудачи, нет", - отметил Бегущий Медведь.


"У нас также было несколько команд из десяти или двенадцати человек, которые двигались по открытой местности, без скрытности. Прошлой ночью мы расстреляли конвой, и у него были минометы с сигнальными ракетами и M60."


"Бейте издалека, не высовывайтесь, когда кто-то приближается - кто-то, кто может проползти милю незамеченным, то есть здесь нет укрытия".


Мы взобрались по пологому склону на вершину, новички с живым интересом осматривали горизонт, винтовки пока наготове.


Бегущий медведь прорыл линию своим ботинком. "Мягкая земля, мы будем рыть траншеи, мы не ожидаем здесь никакой артиллерии или танков".


"У нас есть мешки с песком, колючая проволока, сигнальные ракеты, гранатометы, пистолетные ракеты и РПГ".


"Черт, ты пытаешься развязать войну, парень?" - он слегка пошутил.


"ЦРУ объявило войну Лобосу, а Лобос ... они посылают людей через границу, чтобы убивать ваших копов".


Бегущий Медведь потерял свою ухмылку. "Так и есть?"


"Сегодня вечером, но Лэнгли вовремя получил предупреждение".


"Тогда позже на границе могли быть использованы какие-нибудь грубые выражения".


"Теперь вы можете рыть траншеи, но меняйте команды только в сумерках и на рассвете, чтобы вас не заметили. Создайте счастливый дом, ребята."


Они вернулись со мной, болтая, и схватили лопаты, двое мужчин схватили моток колючей проволоки, другие схватили сигнальные ракеты и пистолетные. Я попросил нескольких молодых людей помочь им, поскольку у нас было мало времени, и я опасался какой-нибудь массовой атаки.


Забравшись на стену, я осмотрелся во всех направлениях, Свон карабкалась наверх с кофейником. "Что будет дальше, босс?"


Я отхлебнул из фляжки, сегодня потолок в низких облаках. "Они пытались проникнуть тайком, они пытались проникнуть с патрулями, и они послали минометы и сигнальные ракеты, так что ... следующим был полицейский рейд, полиция заплатила. Но мы можем быстро эвакуировать территорию, спрятать доказательства того, что мы были здесь, и большинство парней все равно спрятаны снаружи."


"А те наемники?"


ЦРУ, здесь, чтобы помочь. Они хотят разгромить картель Лобоса, и я получаю от них сигналы, разведданные."


"Трудно атаковать это место, трудно ползти на брюхе по этим камням. И если бы они пришли при дневном свете ..."


Раздались выстрелы.


"Ты что-то говорил?" Я дразнил. Мы выпрямились и посмотрели на север.


"Я говорил ... они должны быть глупыми".


Я передал: "Сообщите о стрельбе".


"Это Томо, и у нас есть два хитрых парня. И босс, с этими парнями было покончено, как с шевелящимся кустом."


"Но ты их заметил, значит, они не так уж хороши".


"Здесь чертовски плоско, вот почему! И у них были включены фары."


Мое внимание привлек дрон, и я на мгновение запаниковал: Хьюи приближался с юга. Затем я вспомнил, что сказал Карлос. Я передал: "Вертолеты заходят с юга, не стреляйте, но будьте готовы, мы заказали несколько для использования парнями".


Я спустился вниз и пошел к северным воротам, размышляя, где они могли бы расположиться, или они будут стрелять в нас сверху.


Вскоре я уже качал головой, когда один зеленый Хьюи громко приземлился, другой ярко-красный, Монстр качал головой в мою сторону.


Когда двигатели работали на холостом ходу, пилоты подошли ко мне, одетые в зеленые летные костюмы, солнцезащитные очки, кепки на головах, двое из них в ковбойских сапогах. "Вы Петров?" Мы говорим по-английски."


"Я есть". Мы пожали друг другу руки, Монстр "накрыл" моих гостей.


"Мы можем приземлиться здесь и доставить вас по местам, но ... у нас есть оборудование в двадцати милях южнее, так что ... мы не можем остановить двигатели здесь". Он извиняющимся жестом пожал плечами.


Я кивнул. "Вы понимаете, что мы находимся в состоянии войны с Лобосом ..."


"Мы слышали, что вы выигрываете эту войну". Он пожал плечами. "И мы не будем с ними работать, они животные. Раньше они хотели, чтобы мы сбрасывали людей с вертолетов над домами этих людей."


"Моя политика ... убивать любых вооруженных людей, которые не работают на Карлоса".


Они обменялись взглядами и равнодушно пожали плечами. Ведущий пилот заметил: "Я думаю, у вас закончатся патроны. Это единственное произведение здесь."


"Но что ты чувствуешь ... к таким мужчинам?"


Главный герой взглянул на своих коллег. "Я чувствую ... что я хотел бы, чтобы моя дочь выросла и вышла замуж."


"Моя маленькая война не исправит это место, но, возможно, мы сделаем его немного лучше".


"Боевики уже прячутся", - отметил пилот. "Слухи распространяются, и они прячутся, а не ходят с высоко поднятой головой, как раньше".


"У тебя есть топливо на час езды на восток?"


Они кивнули. Я схватил молодых людей, тренирующихся с Риццо и Рокко, выделил четыре М60, проверил и произвел пробный выстрел, зарядил много патронов, остальные молодые солдаты вооружились клапанами Valmets, по четыре на вертолет, Риццо в одном вертолете, я и Рокко в ярко-красном Huey, и, натянув страховочные тросы, с открытыми дверями, мы отправились на восток.


Теперь я оценил местность с воздуха, когда мои ноги болтались, волосы развевались, и мы быстро преодолели двенадцать миль на восток до места засады для грузовиков, грузовик и джипы все еще были там, теперь неподалеку остановилась полицейская машина. Надев запасные наушники, я сказал своему пилоту: "Следуйте боковыми дорогами, сбавляйте скорость возле колонн джипов, двигайтесь на юго-восток, выдерживайте примерно 600 футов, не ниже".


Пять минут спустя мы миновали холмы, которые были круче, чем те, что окружали резиденцию Карлоса, внизу виднелось много деревьев, были замечены водопад и ручей, а также конвой, поднимавшийся на холм. Они не были федералами, но они демонстрировали оружие, поэтому я заставил нашу машину сделать круг и свернуть, М60 вскоре выбивал патроны, когда я стрелял вниз, Рокко тоже сидел, откачивая патроны, латунные гильзы летели вниз.


Полный круг, и я мог видеть, как копируется зеленый "Хьюи", стекла джипов внизу теперь побелели, на дороге видны тела, видно, как люди бегут в укрытие.


"Иди по дороге в горы, посмотри, куда направлялись те люди".


Через две мили показался лагерь, скрытый деревьями на уровне земли, но видимый сверху, люди с винтовками в панике бегали вокруг. Я помахал молодому солдату, управлявшему M60, и он выпустил патроны, пока мы кружили, Рокко яростно стрелял вниз.


Что-то внизу загорелось, повалил черный дым, я увидел тела на полу, когда я посмотрел вниз, джип был замечен в огне, когда я стрелял по хижинам, М60 бросил бронзу в ноги Рокко, и я снова мог видеть, как бронза медленно падает на землю.


Теперь дым закрывал нам обзор, мы кружили, никто не двигался, тела были видны на деревьях лицом вниз.


"Хорошо, лети строго на юг, пожалуйста. Держитесь на высоте 1000 футов, ищите конвои и лаборатории."


"Я знаю одно место, где мне никогда не платили за работу".


Я широко улыбнулся, бросив взгляд на шлем пилота, когда мы мчались на юго-восток. Меняя магазины, молодые солдаты открыли коробки с патронами и тщательно заправили новую цепь, готовясь.


Через десять минут пришло: "Вот оно".


Я посмотрел вниз, увидев аккуратные ряды коричневых деревянных зданий, частично скрытых деревьями. Но как только мы открылись, я заметил джип с установленным fifty cal. К счастью, в тот момент на нем никого не было, и от десяти тщательно нацеленных выстрелов джип задымился, когда М60 выпустила очередь по хижинам, Рокко метко стрелял вниз.


Я видел убегающих женщин и на мгновение забеспокоился, мужчин тоже видели убегающими и зарубленными, дымящаяся хижина, два джипа в огне. Взрыв пламени, вырывающийся сбоку, и из хижины повалил черный дым.


Развернувшись, я увидел группу мужчин, целящихся вверх, и я направил М60 в их сторону, Рокко присоединился ко мне, когда я разрядил магазин из автомата в сторону мужчин, которые разбежались, большинство из них были замечены лицом вниз при следующем заходе. Зеленый Хьюи следовал за нами по пятам, откачивая патроны, когда он накренялся, израсходовав много боеприпасов.


"Хорошо, возвращайтесь, пожалуйста, на базу", - сказал я своему пилоту.


Потребовалось всего пятнадцать минут полета на низкой скорости, несколько небольших колонн джипов были замечены, но проигнорированы, мы болтали ногами, нас обдувал прохладный ветер. Мы вспыхнули, когда приближались к поселению, вскоре упали, страховочный трос отсоединился.


Я сказал пилоту: "Возвращайся после наступления темноты, мы идем навестить Сегали".


"Они не будут счастливы", - предупредил пилот.


"Если ты не хочешь этого делать ... ничего страшного".


Они обменялись взглядами. "Нет, мы делаем это, деньги хорошие".


Бросив взгляд на пол кабины, покрытый латунными накладками, я спрыгнул вниз и присоединился к остальным, наши красные и зеленые Хьюи громко оторвались и, скользя по земле, полетели на восток, затем на юг.


"Так-то лучше", - одобрил Роко. "Наши собственные вертолеты. Но попробуй взять зеленую, а не ебаный красный цвет."


Саша был у северных ворот. Он остановил нас плоской ладонью. "Чтобы попасть внутрь, ты должен сказать ... птица, птица, птица ... Птица - это слово".


Я улыбнулся Рокко, и мы начали петь, когда вошли, пританцовывая, молодые солдаты смеялись и присоединялись к нам.


Эдвардо отметил: "Эта песня глупая, единственное слово - "птица". Это не имеет смысла."


"Имеет ли смысл великий классик делать вах дидди ...?" Я бросил вызов.


Карлос позвонил мне в 6 вечера, когда начало смеркаться. "Вы напали на два комплекса на юго-востоке, так что теперь я продаю их покупателям, по крайней мере посредникам. Мои люди будут заняты завтра, хорошие заказы, большие заказы, хорошая цена."


"Помоги заплатить за вертолеты".


"Томск платит за них напрямую".


Так что, если кто-нибудь спросит о них" обвинят Томск. Хорошо, я не хочу, чтобы Лобос напал на ваш город."


"Я слышал, у Лобоса не хватает людей, готовых напасть на нас здесь".


"А утром в новостях за американским завтраком раздается тревожный звонок?"


"Что ты имеешь в виду?"


"Смотрите завтра CNN".


После спокойной ночи, когда патрули не были перехвачены, но патруль, который Рокко вел на северо-восток, расстрелял конвой, мне позвонил Фрэнкс.


"Ты можешь говорить?"


"Да, благополучный конец, Бегущий Медведь сейчас здесь со своими плохими парнями".


"Мать дерьмового шторма" в новостях после ночных событий. Мы получили известие о людях Лобоса, и у нас была специальная тактическая группа ФБР и около сотни местных офицеров.


"Они остановили группу мигрантов, ложная тревога, затем заметили людей Лобоса и выпустили сигнальную ракету, люди Лобоса открыли огонь. Наши снайперы открыли огонь и убили всех мужчин из племени Лобос, плюс нескольких мигрантов, еще больше замечено убегающими дальше на юг, к границе.


"Но мы получили два ранения в ноги от случайного огня, возможно, это был даже дружественный огонь. Десять мужчин из племени Лобос, опознанных по татуировкам, остальным удалось скрыться."


"Разведданные могли ошибаться", - предположил я, поскольку эти данные были изменены и преувеличены мной.


"Все совпало, время и место, так что разведданные кажутся правильными".


"Как новости?"


"Громко, чертовски громко, возмущение распространилось от побережья до побережья".


"Ну, вчера я купил нам несколько "Хьюи", и мы накрыли две лаборатории по производству наркотиков и конвой. Говорят, у Лобоса заканчиваются увлеченные добровольцы, чтобы прийти и напасть на меня."


"Мексиканское правительство уже в курсе этого, но пока они просто сидят сложа руки", - сказал мне Фрэнкс. "Банды, ведущие войну за территорию за границей, не являются чем-то новым, это все равно что сообщать результаты футбольных матчей".


Продолжайте передавать мне информацию о сигналах, потому что Лобос попытается сделать что-нибудь подлое. Они попробовали прямой подход, затем следует хитрый подход. И Фрэнкс, птица - это слово."


"Какой пароль ..?"


Карлос прибыл в 5 вечера, патрулирует, загоняя Медведя в глубокую траншею, быстро проделанную в мягкой песчаной почве. Мы сидели за столами, еще несколько его людей были здесь.


"Я смотрел американские новости с Мигелем. Я доложил вам, что десять человек из племени Лобос перешли границу, вооруженные люди, не более того." Он ждал.


"Мой дорогой Шакал, тебе нужно знать, как устроен мир, как он на самом деле устроен. Если я сообщу британцам о каком-нибудь террористе, они могут просто тихо арестовать этого человека, или они могут удержать его. Но нет, они следят за тем, чтобы под рукой была сотня полицейских ... и двести репортеров.


"Человек, которого я предупредил в Англии, он хочет оправдать свою зарплату перед своими боссами, а его боссы хотят оправдать свой бюджет перед правительством, а правительство хочет хорошо выглядеть перед налогоплательщиками - избирателями. Они могли бы спокойно выполнить свою работу, но это никому бы не помогло.


"Во всем мире люди одинаковы, всегда хотят подняться по служебной лестнице и хорошо выглядеть, поэтому я выдал американцам то, что они больше всего хотели услышать, - тщательно продуманную ложь. Я мог бы отправиться на границу и сам убить этих людей и тихо похоронить их, но это ничего бы не дало.


"Сейчас американский народ разгневан и требует действий, действий против Лобоса, и я могу попросить больше помощи у ЦРУ. Вы видите, как это работает?"


Он кивнул. "Ты ясно видишь политику и знаешь, как играть с этими людьми, да. Может быть, ты когда-нибудь выставишь свою кандидатуру на выборах, а?"


Я улыбнулся. "Я думаю, что до этого я буду мертв или арестован. В любом случае, можешь принести мне немного свиного дерьма?"


" Свиное дерьмо? " недоуменно спросил он, широко раскрыв глаза.


"Я расстрою Лобо еще больше, достаточно, чтобы спровоцировать их на совершение ошибки".


"На юге есть свиноферма, люди здесь любят ветчину и бекон. Так что, я думаю, у них есть свиное дерьмо."


"Заплати фермеру за жидкое отфильтрованное свиное дерьмо, а затем достань мне самолет для уборки урожая".


Он приподнял бровь и покачал головой. "Ты обрызгаешь их свиным дерьмом, это очень сильное оскорбление. Они потеряют лицо перед своим народом."


"В этом, мой друг, и заключается идея. И сегодня вечером я их немного расстрою. Пусть вертолеты прибудут в 2 часа ночи, пожалуйста, я хочу, чтобы все спали и убрались с улиц, когда я посещу этот город."


"Я позвоню пилотам и скажу им, чтобы они немного поспали, готовые к ... чему бы вы ни попытались их спровоцировать".


"А Скайван?"


"Будет доступна с завтрашнего дня и будет проходить на той же полосе, что и вертолеты. И Томск присылает еще РПГ, а также гранаты, много. Он хочет войны."


"Он получит свою войну после того, как Лобо будут спровоцированы на совершение ошибки".


Он кивнул. "Все больше местных мужчин обращаются ко мне за снабжением, бизнес процветает. И у каждого мужчины есть информация на продажу, так что у меня есть хорошая идея о мужчинах Лобос в этом районе. Я знал о шести мужчинах в том городе, в который ты стрелял, поэтому я послал людей и убил их. Раньше я бы не рискнул, теперь люди шепчутся о том, что Лобос проиграл битву - и они шепчутся моим людям."


"Если тебе нужна помощь с группами Лобо ..."


Он покачал головой. "Мы можем справиться с ними, тебя бы заметили в городе. Но самый важный фактор - это ваше имя, которое произносят все в тавернах. Петров здесь, у Лобоса нет шансов против него."


"Надеюсь, мне никогда не придется соответствовать этой репутации, люди могут быть разочарованы".


"Ты сражаешься головой, это главное, и ты заводишь друзей среди таких людей, как ЦРУ. Мужчины Лобоса - бешеные собаки, они знают только агрессию, поэтому они терпят неудачу, потому что у них есть только страх, на который можно положиться, и с упоминанием вашего имени здесь - страх распространяется на людей."


"Тогда, может быть, я баллотируюсь здесь на должность, возможно, губернатора", - поддразнил я.


Он пожал плечами. "Мы могли бы сфальсифицировать такие выборы".


После ухода Карлоса позвонил заместитель начальника.


Я начал: "Как там на севере с этими янки?"


"Это был безумный день, но чертовски хороший во всех отношениях. Освещение событий от побережья до побережья, политики кричат о действиях против Лобоса, так что, если что-то из того, что вы там делаете, просочится, мы прикрыты, и моя задница прикрыта, если кто-то предположил, что наемники - наши люди."


"Хорошо, мы выигрываем войну в средствах массовой информации".


"Как ты часто говоришь, это единственное место, где можно выиграть войну. Итак, что будет дальше?"


"Я спровоцирую Лобоса, и, надеюсь, они сделают что-нибудь глупое. У нас есть люди, у нас есть оружие, нам просто нужно, чтобы они объединились для нас. О, утром получите разведданные о сигналах в городе Чегали и о сегодняшних действиях."


"Да, я проверю это".


В 2 часа ночи мы были готовы, двое мужчин стреляли в нескольких милях к северу, поэтому Лобос все еще отправлял пары. "Хьюи" с ревом въехали и приземлились, мы с Рокко забрали "ред Хьюи", Риццо и Стретч - "Грин Хьюи", с нами в каждом по два молодых солдата, тяжелые ящики, нагруженные множеством рук. Страховочный трос задействован и проверен, я надел наушники и подтолкнул пилотов.


"Идите прямо на юг, через холмы, не менее тысячи футов, затем в Чегали. Заходите с севера и медленно летите по главной дороге, скажем, тридцать узлов, но держитесь над этой дорогой на высоте около 300 футов."


300 футов? Магазины наверняка будут закрыты."


Я широко улыбнулся. "Мы разглядываем витрины".


"Хорошо, сейчас будет один вид на ночной город".


С ревом сбавляя скорость, мои волосы трепало и разбрасывало, мы скользили по земле всего в нескольких футах над кустарником, набирая скорость, вскоре набирая высоту, а внизу я мог видеть только черноту, пока не заметил далекую дорогу на юг и уличные фонари. Мне показалось, что я вижу поврежденный грузовик на обочине дороги, когда мы мчались на восток, и через пятнадцать минут мы оказались в холмах к северу от Чегали, пилот сообщил мне об особенностях ниже.


С высоты 1000 футов он опустил нос и прицелился в главную дорогу ярко освещенного города, пока мы снимали носовые колпачки с головок РПГ, которые стояли вертикально в коробках. Выстроившись на главной дороге, которая выглядела как шесть полос в поперечнике, я мог видеть свою цель, припаркованные джипы на обочине под оранжевыми уличными фонарями, кафе и бары, все закрыты, не видно никакого движения.


Наша поездка замедлилась, и я высунулся, чтобы посмотреть позади нас, зеленый Хьюи почти виден, огни не горят. Вскоре у меня в руках были две головки для РПГ, Рокко делал то же самое, молодой солдат с M60 наготове. Он получил приказ и знал, во что целиться; джипы, бары и кафе - никаких людей.


Мое сердце бешено колотилось, когда я держал РПГ, но я также улыбался. Это было очень незаконно, очень опасно, и если мы совершим аварийную посадку здесь, они порежут нас на куски. Но мне это нравилось; адреналин и прилив страха.


Взгляд на парня из M60, кивок, и он открыл огонь, когда я бросил первый РПГ, целясь в джипы внизу, видя, как многие окна джипов побелели, когда в них попали из M60. Взрыв, и моя РПГ вылетела на дорогу и разнесла в клочья несколько джипов.


Вторая RPG готова, Рокко бросает, и я вижу, как RPG Рокко приземляется на тротуар перед магазином, окна выбиты, джипы поблизости разбросаны, когда я бросил свою RPG в сторону того, что казалось пивным садом вместо бара, M60 с обеих сторон создают беспорядок из джипов и машин вдоль главной дороги.


Видя взрыв далеко позади нас, это, должно быть, был замыкающий Хьюи. Я развернул винтовку, когда Рокко бросал РПГ, и целился в бары на боковых улицах, попадали стекла, попадали джипы. И я улыбался как идиот, когда стрелял в неоновые вывески и стеклянные фасады магазинов.


В конце главной трассы мы свернули налево и двинулись на север, к трем крупным поселениям, которые, по слухам, использовались боссами картеля. Либо это, либо мы собирались нанести ущерб местному производителю мороженого.


Приближался первый лагерь, и я выстрелил из М60, десять джипов выстроились в линию перед нами, окна стали белыми, когда я прицелился в черепицу на крыше. Второй комплекс был достигнут всего через несколько секунд, и я снова выстрелил по плиткам, М60 разбил стекло на дюжине припаркованных джипов, второй Хьюи позади нас, брошенные РПГ, взрывы внутри комплекса, а также за стенами.


В третьем комплексе были люди с винтовками, целящиеся вверх, мой огонь попадал в землю и давал им некоторый рикошет, М60 выпускал патроны и убивал людей, Рокко сбил две головки РПГ. Когда мы покидали лагерь, взрывы наполнили двор дымом, и любой, кто стоял рядом, получил бы немного раскаленного металла в болезненное место.


"Хорошо, направляйтесь домой", - сказал я пилоту.


"Мы попали под небольшой обстрел там, я думаю, был нанесен некоторый ущерб".


"Сможем ли мы вернуться?" Я спросил, теперь обеспокоенный.


"Да, но нужно исправить некоторые повреждения на коже. Стекло в моей двери треснуло."


"Томск заплатит за ремонт, не волнуйся".


Я высунулся и оглянулся назад, увидев отставшего Хьюи, и он не был охвачен огнем. Мы тоже не были пособием, определенно пособием.


Приземлившись на территории комплекса, я поблагодарил пилотов, перенося несколько оставшихся головок РПГ обратно на территорию комплекса, Монстр ждал у ворот.


"Как все прошло?" он спросил.


Роко сказал ему: "Да, у нас было потрясающее время".


Улыбаясь, я сказал Монстру: "Мы расстреливали гражданские джипы и предприятия на главной дороге в крепости Лобос, и Лобос гарантируют защиту этим предприятиям, их репутация здесь на кону".


"Тогда владельцы бизнеса будут в бешенстве, страхового возмещения не будет", - заметил Монстр, входя с нами.


"И Лобо будут признаны слабыми, и поэтому им придется действовать".


"Итак, что они собираются бросить в нас?"


"Хороший вопрос, и я понятия не имею".


Полдень следующего дня, и теперь у меня появилась идея, бомба в Панама-Сити, записка, отправленная в прессу, что это были Лобосы, месть Петрову. Томск передал большую сумму наличных национальной газете, вознаграждение в миллион долларов за информацию о людях Лобоса в Панаме, новости государственного телевидения, передающие историю и вознаграждение.


Я был взбешен, а теперь обеспокоен тем, что пострадали невинные гражданские лица в Панама-Сити, мягкое подбрюшье, которое я не смог защитить.


Карлос позвонил в 14:00, когда я инспектировал и усиливал нашу защиту. "Есть сообщение от Сегали, много несчастных людей, Лобос теряет лицо - несколько публичных казней людей, допрашивающих Лобоса.


"В региональных новостях сообщили об ущербе, но мои источники сообщают мне, что сын и брат старшего офицера оба были убиты, многие лейтенанты ранены. Однако вы нанесли ущерб зданию местного регионального почтового отделения."


"Ах ... этого можно было избежать, да. Там кто-нибудь пострадал?"


"Нет, там никого не было, кроме ночного охранника".


"Кто-нибудь пострадал от моего нападения?"


"Я пока ни о ком не слышал, кроме Лобо в их поселении".


"По крайней мере, это уже что-то".


"Самолет из свиного дерьма скоро будет готов".


"Хорошо ли заплатили пилоту?"


"Он выполнит эту работу, затем уедет в Бразилию, чтобы не возвращаться".


"Я думаю, он уже выбрал пляжный отель, о котором мечтает".


"Скорее всего, да".


"Отправь его сразу после наступления темноты обрызгать главную дорогу с высоты 500 футов, не ниже".


С наступлением темноты Карлос снова включился. "Опрыскиватель урожая вернулся с работы, человек, который сейчас направляется в Бразилию, я думаю. Он пролетел по главной дороге на высоте тридцати футов - не 500 футов, и дважды пролетел мимо городских домов, от которых, я думаю, теперь дурно пахнет."


"Я думаю, что да".


"Он заметил много людей на улицах. Им понадобится душ и новая одежда."


"Конечно, да. Теперь мы ждем реакции, надеюсь, большой реакции."


"Я услышу об этом, когда это произойдет", - заверил он меня. "Мужчины в Сегали хотят перейти на другую сторону".


Почти все были начеку и спрятались, патрулировали на востоке и севере, и мы ждали, замерзая, пока я сидел на стене с Монстром и Сашей.


Утром мы все зевнули и потянулись, когда выглянуло солнце, тихая ночь заставила людей скучать - замерзать и заскучать.


Карлос позвонил в 11 утра, разбудив меня, когда я немного вздремнул. "У меня есть кое-какие новости, и они, как вы и ожидали, вызвали бурную реакцию. Бывший армейский майор, ныне работающий на того, кто больше заплатит, у него шестьдесят бывших солдат, двадцать американских наемников и шестьдесят или больше наемных убийц. У него также есть хорошее оружие."


"Где он базируется?"


"На юг, хорошо на юг, но теперь они путешествуют сюда".


"Уведите своих людей с дороги к поселению. Смотри, предупреди меня, но ни с кем не сражайся, защищай город и свою семью."


"Я получу сообщение, когда они приблизятся, если только они не прилетят и не приземлятся на дороге, что является обычным делом".


"Попробуй достать мне больше мешков с песком, больше лопат и, может быть, больше колючей проволоки".


"У нас есть много колючей проволоки, которую вы можете взять, да. Я отправлю ее."


Схватив металлический шест, который я видел, я собрал связанных молодых солдат и заставил их проделать отверстия в стенах, чтобы человек мог встать и стрелять из них. И теперь я действительно думал, что это был Аламо.


Другие были разбужены и отправлены заполнять оставшиеся мешки с песком, когда Свон выбил секции верха стены, чтобы люди могли вести огонь.


Я вышел в "Бегущий медведь" и обнаружил длинную траншею с пончо поверх, счастливый и уютный дом. Он посмотрел вверх. "Мы включились в игру. Бывший армейский майор и его люди, плюс несколько американских наемников, всего, по слухам, около двухсот человек, хорошо вооруженных и обученных. И теперь ему хорошо платят и у него хорошая мотивация."


Его люди посмотрели вверх и по сторонам.


"И, возможно, достаточно умен, чтобы просто не подойти и не попасть под пули", - отметил он.


"Мы должны получить предупреждение, но одной из тактик мог бы стать подход наркоторговца и посадка самолета на дороге".


"Они не высадят двести человек за один заход", - заметил Бегущий Медведь. "Нужен чертов Геркулес или два".


"Они могут позволить себе одного-двух Геркулесов". Я поднял палец. "Нам нужен какой-нибудь радар". Я отошел в сторону и позвонил Фрэнксу через видеопорношоп. "Слушай, мне нужна какая-нибудь обложка для радара".


"Достаточно просто, система АВАКс с этой стороны будет видеть в сотне миль к югу".


"Меня интересует что-нибудь вроде "Геркулеса", приземляющегося на дороге рядом со мной".


"Аэропорты известны, поэтому, если самолет пропадает с радаров, мы бы знали, что это не к добру".


"Пожалуйста, как только сможете, и - просто чтобы сделать вашу жизнь интереснее - была завербована большая группа американских наемников".


"Черт ... Гребаная пресса устроит нам неприятности. Но ..."


"Но что?"


"Некоторые из этих наемников обязательно будут в книгах. Я сделаю несколько звонков."


"Я могу дать взятку, много денег, так что используй этот факт".


"Я сделаю", - заверил он меня.


Я стоял и наблюдал, как молодые солдаты проделывают дыры, взбираются лебедем на стену и делают углубления в форме буквы "v", и мне стало интересно, делали ли они это в Аламо. Думая, думая о Сомали, я позвонил Карлосу. "Можешь достать мне двести пятьдесят кал с патронами?"


"Да, у нас здесь есть кое-что общее".


"Возможно, мой человек внутри этой группы придет за нами, мы можем получить своевременное предупреждение".


"Да, это поможет".


"Скажите пилотам вертолетов, чтобы они ждали, заправленные топливом, и спали рядом с вертолетами. Доставьте сюда пятьдесят кал, пожалуйста, сегодня. О, попросите пилотов включать двигатели каждые час или два."


"Хорошо, я сделаю несколько звонков".


Монстр зевнул и выглянул через дыру в стене. "Мы в гребаном Аламо?"


Я широко улыбнулся и покачал головой. "Это было в Техасе, и они все были убиты, но да - это гребаный Аламо. Проверьте ящики, достаньте оружие, разложите его вдоль стен под пончо и убедитесь, что все хорошо вооружены, проверьте боеприпасы. Затем проверьте кремень, трут и пушки."


Он бросил на меня взгляд, прежде чем побрел прочь.


Подошел Риццо. "Мы ожидаем, что они нападут здесь?"


"Двести бывших солдат и наемников в пути".


"Тогда достойный бой", - одобрил он.


"Нет, если я смогу остановить их до того, как они включат первую передачу. Американцы поднимут систему АВАКС, и если эти парни прилетят, мы получим какое-нибудь предупреждение. Помоги Монстру проверить наши запасы, приготовь патроны."


Мой телефон зазвонил, когда Риццо отошел. "Заместитель начальника, вы можете говорить?"


"Просто проверяю трут и кремень для наших пушек".


"Пушки?"


"У меня есть квадратное помещение, в стенах проделаны отверстия, готовые для мексиканской армии".


"Ах, Аламо. Это было в Техасе." Я закатил глаза. "Я получил новости из Сегали, двести джипов расстреляны, предприятия расстреляны, затем их обрызгали свиным дерьмом ..."


"Лобос гарантировал этим предприятиям их защиту".


"Ах, и теперь они сильно потеряли лицо. Вы запрашивали систему АВАКс?"


"У нас есть разведданные о больших силах, движущихся в нашу сторону, скорее всего, транспортном самолете или десятке, приземляющихся на дороге".


"И американские наемники в придачу ..."


"Их много".


"Мы звоним по старым номерам, чтобы узнать, кто отвечает и кто где находится".


"Если ваш радар заработает, я могу сбить их, когда они приземлятся, без свидетелей, без американских наемников на CNN".


"Это было бы плюсом, да. Система АВАКС будет на месте через несколько часов."


"Я думаю, высадка будет ночной, по какой-нибудь длинной прямой дороге в окрестностях без телеграфных столбов".


У AWACS хороший радиус действия, они заметят их издалека. Вы слышали о бомбе в Панаме?"


"Да, сколько убитых?"


"Не так много, но, возможно, сотня раненых".


"И каково там было на улице?"


"Телевизионные новости показывают это, гнев на Лобоса, никто не предлагает им сдать тебя, несколько резких слов в адрес мексиканцев - всех мексиканцев, от тамошних комментаторов".


"Это мягкая сторона живота, и использование моего имени причиняет боль".


"Ну, да, женщины и дети бьют во имя тебя. Я сделаю несколько звонков и проверю систему АВАКС и разведданные о сигналах; Белый дом внимательно следит за этим."


Я сидел и ел стейк с Эдвардо, болтая о его стремлениях и разочарованиях, и у него не было желания служить в мексиканской армии, но он рассматривал Аргентину - или Испанию.


Риццо подошел и сел, заказав еду у нашего шеф-повара. Боеприпасы на исходе, но их чертовы тонны. Ролевые игры готовы, их упаковывают."


Я кивнул, пока ел, джипы мешали нам, наши винтовки были прихвачены на всякий случай. Два здоровенных браунинга пятидесяти калибров были стащены вниз и отнесены в хижину, за ними последовали очень тяжелые боеприпасы, джипы уехали от нас - так что теперь мы могли продолжать есть.


"Для чего мы используем пятьдесят кал?" - Спросил Риццо.


"Я поставлю их на Хьюи".


"Устроить беспорядок в джипе или грузовике, да. Здесь ничего хорошего, если только они не сбились в кучу или не въехали на машине."


Фрэнкс позвонил, когда стемнело. Я отменил все патрули, но в миле к востоку было создано новое укрытие, в котором поселился монстр с четырьмя молодыми солдатами, включая Эдмундо для перевода. Два гражданских "Геркулеса" и один C-160 скоро взлетят, будут с вами около 3 часов ночи, приземлятся где-то к востоку от вас, но близко, затем люди выйдут и пойдут пешком - в самолетах нет джипов. Система АВАКС была поднята по тревоге, они рассчитают время для нас."


"У тебя внутри мужчина?"


"Мы позвонили людям, которые, по нашему мнению, могли быть причастны, нашли одного, предложили миллион долларов, так что он притворяется больным, хромает или что-то в этом роде и увольняется с работы".


"Они подозревают его..."


"Это его проблема".


"Мы будем готовы к трем часам ночи".


Я вышел на позицию Бегущего Медведя, радиосвязь установилась первой, когда стемнело. Опустившись на колени над их траншеей, откуда открывался вид на дорогу на юг, я сказал им: "У ЦРУ есть человек внутри группы, который собирается напасть на нас, три транспортных самолета приземляются в нескольких милях к востоку около 3 часов ночи. Я приготовлю им теплый прием, потому что, если я этого не сделаю, тогда вам всем придется зарабатывать себе на пропитание, прервав ваш сон."


"Здесь уютно", - сказал мужчина.


"Мы нужны тебе для засады?" - Спросил темный силуэт Бегущего Медведя.


"Нет, потому что мы можем упустить их, или они приземлятся раньше. Ваш AWACS запущен, чтобы засечь время для меня. Как у вас здесь с защитой?"


"В двухстах ярдах ниже находится провал с колючей проволокой, а в двадцати ярдах - сигнальные ракеты, так что, если они убегут в укрытие после попадания сигнальной ракеты, они зацепятся за колючую проволоку. Сигнальные ракеты также по бокам, в 300 ярдах вниз, где кто-то может войти."


"У нас двадцать два молодых солдата, и они отреагируют на любое нападение, так что мы можем обрушить на них огонь, много М60", - заверил я их. "И у нас есть минометы и сигнальные ракеты, так что зови, если увидишь большие силы, и мы ударим по ним из минометов".


"Здесь открытая местность", - отметил темный контур Бегущего Медведя. "Если бы до нас было чертовски трудно добраться, они потеряли бы много людей".


"Я не думаю, что Лобоса волнует потеря людей, просто потеря лица. начало в 3 часа ночи, слушайте вертолеты. Если транспорты приземлятся без сопротивления, они будут здесь на час или меньше позже, так что, если вам нужна закуска - возьмите ее сейчас и выпейте кофе до 3 часов ночи."


Я поплелся обратно, гадая, что могло пойти не так, и в чем заключался план Лобоса. Приземлиться и подойти к нам казалось глупым планом, поэтому у них, должно быть, есть план получше - я подумал, хитрый и хорошо продуманный план. Чтобы обойти нас со всех сторон и, возможно, измотать, используйте дым или CS-газ. Прилетая самолетом, у них не было бы тяжелых минометов.


Вернувшись в лагерь, я наблюдал, как Рокко и Риццо инструктировали молодых солдат по обращению с минометами, чистили трубки, проверяли штифты, протирали минометные гильзы, укладывали мешки с песком на круглые металлические опорные плиты, пока что минометы были нацелены на восток.


"У нас все готово?" Риццо спросил меня.


Служба АВАКС даст мне знать, когда сюда прибудут силы, тогда мы отправим сюда вертолеты, на них пятьдесят кал. Надеюсь, атака будет отменена до того, как она начнется."


Я позвонил Карлосу и попросил, чтобы вертолеты были готовы к вылету в 2.30 ночи. Сейчас он бы вздремнул, а позже проснулся бы с Мигелем. Стоя там, я попробовал прибор ночного видения, который дал мне Бегущий Медведь, и вскоре отчетливо различил темные участки территории в серо-зеленом цвете. Используя кусок бечевки, я повесил его себе на шею.


Я сказал Рокко и Риццо вздремнуть сейчас, после горячего напитка и еды, Саше тоже вздремнуть и быть готовой к трем часам ночи. Молодые солдаты были в хорошей форме, и они продолжали идти вперед. Я позаботился о том, чтобы кофе был доступен, и чтобы в хижинах было тепло, а не холодно снаружи.


Наверху, на стене, я установил радиосвязь с нашими аванпостами, все готово, русские солдаты из Томска готовы к развертыванию, но у нас было мало сил, чтобы противостоять двум сотням разъяренных людей. И, возможно, двести хорошо обученных мужчин.


Время тянулось, пока я ходил взад и вперед, и я хотел, чтобы часы шли быстрее; Я хотел знать, с чем я столкнулся, и справиться с этим. В десятый раз я взобрался на стену и выглянул наружу, прислушиваясь, гадая, что произойдет этой ночью. Мои мысли вернулись к Джону Уэйну в каком-то фильме об Аламо.


В 2.15 поступил звонок от Фрэнкса. Система АВАКС зафиксировала ваши сигналы, три большие птицы, низко и медленно. Должен приземлиться в 2.45 ночи."


"Наконец-то мы включились в игру", - сказал я ему. "Поговорим позже".


Я позвонил Карлосу, обнаружив, что он не спит, и попросил быстро прислать вертолеты. Не разговаривая по телефону, я разбудил Рокко, Риццо и Сашу, крича на них и пиная кровати, угостил их кофе, и вскоре в лагере кипела деятельность.


Пятнадцать минут спустя мы собрались за пределами северной части комплекса, вскоре услышав крики Хьюи, теперь пятьдесят кэлов тащат энергичные молодые солдаты, у них есть веревка, с помощью которой их можно подвесить к потолочной двери Хьюи. Если нет, нам придется задержать их - и надеяться на лучшее.


Зеленый и красный "Хьюи" с шумом сели, зажглись яркие огни, и мы быстро двинулись вперед, веревка была намотана на подходящий крюк, когда пилот оглянулся через плечо на то, что мы делали с его дорогим вертолетом, люди на борту, тяжелая цепь с боеприпасами на борту, пока я надевал наушники.


"Три транспортных самолета приземлятся на прямой дороге на восток через несколько минут. Если мы их найдем, ты получишь бонус. Проверь другой вертолет и лети быстро."


Взгляд влево, поднятый большой палец, и мы медленно продвигались вверх, мои ноги болтались, мои волосы были приглажены нисходящим потоком. Опустив нос, мы скользили над землей, набирая скорость, набирая высоту, когда погасли огни.


"Я знаю прямую дорогу на восток, и их не так много", - предложил пилот.


"Нажми для меня на кнопку радиопередачи".


"Э-э ... хорошо".


"Наземным подразделениям системы АВАКС на границе, прием, прием". Я ждал. "Наземным подразделениям системы АВАКС на границе, прием, прием".


"Система АВАКС для неизвестных наземных подразделений, назовите себя".


Я похлопал пилотов по плечу: "Наземным подразделениям - в систему АВАКС, мы ожидаем три транспортных самолета, безрезультатно, когда мы все должны быть в теплых постелях, прием".


"Система АВАКС наземным подразделениям не хватает ваших кроватей, три большие вспышки в шести милях точно к югу от места вероятной посадки, но у нас также есть два самолета, которые низко и медленно приближаются к этому месту с запада".


Я похлопал пилота по плечу. Наземные подразделения передислоцируются в два приема, готовясь к теплому приему. Нам нужен точный вектор к трем вспышкам, прием."


Система АВАКС, наземные подразделения, вы примерно на курсе, немного сбавьте скорость. В режиме ожидания."


Пилот откинул штурвал, и это доставляло беспокойство, лететь ночью, ни хрена не ориентируясь на местности, заставляя меня напрягаться, чтобы разглядеть искусственный горизонт и высотомер. Я снял свой прибор ночного видения и передал его второму пилоту, который осмотрел местность, делая быстрые комментарии на испанском.


Система АВАКС вызывает Хьюи, цели разделились, первые снижаются, за ними птицы, кружащие на восток по плотному кругу. Переключитесь на курс ноль-восемь-ноль, цель будет у вас по носу менее чем через минуту, сейчас на высоте 2000 футов и быстро снижается."


Взволнованный крик второго пилота, показанный палец, и я сказал: "Подведите нас к тому самолету, чтобы мы могли стрелять. Вперед! Быстро! Скажи второму Хьюи, чтобы он повернул направо и ждал."


С маниакальным посланием, выкрикнутым замыкающему Хьюи, мы резко накренились вправо, опустились ниже и обошли слева. Я повернулся и похлопал Рокко по руке, и он указал на пятидесятикалиберный, пока я готовил свою винтовку, автоматический комплект. Мы целились в темноту, пока ничего не видя.


Внезапное падение, наши желудки втягиваются в рот, выравниваемся, и пилот крикнул: "Вот они!"


Мы срочно вгляделись в темноту, сначала ничего не увидев, но потом я заметил огромный "Геркулес" под нами, когда гул его двигателей сотряс мою грудную клетку, чертов "Геркулес" достаточно близко, чтобы протянуть руку и коснуться, и вот-вот столкнется с нами. Мы собирались приземлиться на кончик его левого крыла.


Я выстрелил вниз, целясь в конец крыла и приближаясь, мой патрон попал в пятидесятый калибр. Роко передвинул пятидесятикалиберный так, чтобы он был направлен вниз под углом шестьдесят градусов, когда он открывал огонь, потянулись белые полосы, и он собирался отстрелить себе ноги, пятидесятикалиберный отскочил назад, Роко изо всех сил пытался контролировать его, стреляя короткими очередями.


Я прицелился в двигатели, увидел искры, вспышки, когда Роко выстрелил, крыло загорелось всего в пятидесяти ярдах от нас, и мы переместились за нос "Геркулеса", Роко всаживал патроны в кабину, "Геркулес" внезапно опустил нос.


Вспышка, и я не осознал, как низко мы были, когда "Геркулес" загорелся, приземлившись почти вертикально, что, несомненно, дало повод пассажирам на заднем сиденье пожаловаться.


"Обойди! Взбирайся!" Я крикнул, и мы повернули налево.


"Гребаный ад", - крикнул Роко с ухмылкой, когда его волосы были взъерошены, они обменялись взглядами в темноте, и он широко улыбнулся.


После полного разворота, набора высоты, мы посмотрели через плечо на горящий самолет, и я был уверен, что другой самолет теперь прекратит любую попытку посадки.


Поспешный разговор по радио, и пилот сказал мне: "Другой Хьюи тоже стреляет по транспортному самолету".


Пресс-трансляция. Система АВАКС, это наземное подразделение, один "Геркулес" совершил аварийную посадку, второй загорелся, где третий, прием?"


Система АВАКС, наземные подразделения, третий самолет кружит на высоте 3000 футов, сейчас направляется точно на запад."


Я похлопал второго пилота по плечу. "Используй свое ночное зрение, найди это!"


"Он быстрее нас", - предупредил пилот.


"Не в данный момент, он ищет место для приземления! Вперед!"


Как я заметил, циклическое управление было повернуто, и мы снизили скорость, второй пилот осторожно поглядывал вниз на холмы, а также на небо на юго-западе. Я посмотрел вниз, но ничего не смог разглядеть, беспокоился, очень беспокоился, пока не заметил джипы на дороге на юг.


"Я вижу это!" - крикнул второй пилот. Он начал тараторить по-испански, и мы изменили курс.


"Да, это низко и медленно, " подтвердил пилот. "Это поворот. Я думаю ... может быть, это относится к компаунду."


"Черт". Я схватил свой спутниковый телефон и позвонил Саше, призывая щелчок-щелчок и гудок набора номера поторопиться.


"Da!"


"Поступающий, немедленно эвакуируйте лагерь! Беги!"


"Хорошо!" - прозвучало в ответ.


Отложив телефон, я приготовил винтовку, вглядываясь в темноту, но не видя ничего ни вверху, ни внизу, пока снова не увидел южную дорогу в качестве ориентира, какое-то движение на ней в этот поздний час, мое сердце бешено колотилось, когда меня трясло от "Хьюи" и обдувало холодным нисходящим потоком.


Наблюдая за этой дорогой, мы, казалось, поворачивали на юго-запад и поднимались, и теперь я мог видеть огни на территории лагеря - мой разум кричал людям внизу, чтобы они выключили эти чертовы огни.


Пилот крикнул: "Над вами, справа. Это ниже."


Я срочно выглянул наружу и вверх, вскоре увидев черный контур на фоне низких облаков, прицелился и выстрелил, беспокоясь об угле - и попал по лопастям винта.


"Пилот, заваливайся, или мы прострелим лопасти винта!"


Он накренил нас, мой удар по руке Рокко вызвал взрыв, видны белые полосы, тянущиеся к самолету, видны искры, вскоре пламя, но когда я посмотрел вниз на комплекс, у меня перехватило дыхание от рябящих вспышек, вспышек слишком больших для РПГ или гранат.


Рокко продолжал стрелять, но прошло всего около четырех секунд, прежде чем его заклинило. Посмотрев вверх и назад, я увидел языки пламени в черном ночном небе, и этот самолет не смог бы вернуться туда, откуда он прилетел.


"Отпусти нас сейчас же!" Я крикнул, повернувшись лицом к пилоту, и мы быстро снизились, включили фары, пролетели мимо того, что осталось от комплекса, и погрузились в дым, наши винты разгоняли этот дым, когда мы прыгали вниз.


Я пробежал несколько ярдов, согнувшись пополам и выпрямившись, мое радио было включено. "Саша, ты там?"


"Здесь, на севере".


"Все выбрались?"


"У нас есть шеф-повар, но я не знаю о местных мужчинах".


"Возвращайся и начинай обыскивать развалины".


Я побежал обратно в "Хьюи" и надел наушники. "Подожди здесь, возможно, у нас есть раненые, которых нужно перевезти".


Я указал молодому солдату на пятьдесят кал, чтобы тот принес его, и побежал к лагерю, когда сбоку показались темные очертания. Зажег факел, я прошел через северные ворота, дым клубился, повсюду обломки, повсюду кратеры.


"Минометы", - подсказал Роко. "Они сбросили минометы, может быть, штук двадцать".


Я побежал к главным воротам, эта позиция часто охраняется охраной, но я не нашел внутренностей на стенах или разбросанных вокруг, вскоре я закричал в разрушенные здания, когда я использовал свой факел.


Звонок на испанском, и четверо мужчин вышли на дорогу. Они были в шоке, с широко раскрытыми глазами, но не ранены, Бегущий Медведь и трое его наемников ворвались внутрь.


"Кто-нибудь пострадал?" Кричал бегущий медведь.


" Пока ничего не найдено, " доложил я, выдыхая.


"Вы были прямо над нами, когда стреляли по тому самолету. Парни теперь понимают название "Капитан сумасшедший трах"."


Рада слышала.


"Полковник Крейзи Трах ... было бы лучше", - сказал я Бегущему Медведю, который осознал свою ошибку и отшутился, Рада была слишком потрясена, чтобы прямо сейчас сформулировать связную мысль.


Я кладу руку на плечо Рады. "Я хочу, чтобы к утру здесь было прибрано".


Он выдавил слабую улыбку, когда второй "Хьюи" с шумом вошел и приземлился, его яркие огни горели. Я направился обратно к вертолетам, огибая глубокие ямы в грязи.


Риццо встретил меня у северных ворот. Он с энтузиазмом, задыхаясь, выпалил: "Мы повредили тот второй самолет, но он сел, охваченный огнем, но люди выбрались - мы видели их в пламени, а затем стреляли по ним в течение пяти минут".


"Что ж, если они поднимутся на этот холм после всего, что они заслужили, они выиграют - и получат чертовски большой бонус".


"Да, они должны быть проницательными", - заметил Риццо.


Я убедился, что мы забрали пятьдесят кал и боеприпасы, пилоты поблагодарили и сказали, что получат хорошую премию, и отправили домой спать. Теперь, успокоившись, я позвонил Карлосу.


"Как дела?" он начал.


"Мы использовали вертолеты, чтобы сбить транспорт "Геркулес", никто не вышел. Затем мы повредили другой "Геркулес", который приземлился в огне. Мужчины вышли, но были обстреляны. Мы повредили третий самолет, но не раньше, чем он уничтожил комплекс."


"Были убиты люди?" он волновался.


"Нет, они вовремя выбрались. Никто не пострадал."


"Слава богу. И рассказов о тебе завтра будет в десять раз больше. Сбивать эти самолеты - с помощью вертолетов. Невероятно."


Поговорим завтра. О, как там малыш?"


"Сейчас я кормлю ребенка, доктор спит".


"Спокойной ночи". Я позвонил Фрэнксу через видеомагазин порно.


"Фрэнкс", пришел человек, которому нужно немного поспать.


"Это товарищ Петров. Один "Геркулес" сбит, один поврежден и вынужден сесть - остался горящим, люди убиты, но подбиты, последний самолет в огне и ... хуй знает, где он. Итак, утром кому-то придется оплатить большой счет, очень большой - "Геркулес" обходится недешево."


"Я уточню у службы АВАКС насчет последнего самолета. Так, я полагаю, нападение было отменено?"


Отложено, потому что Лобос попытается снова. О, я установил контакт с системой АВАКС, так что сгладь это."


"Какое имя ты использовал?" - забеспокоился он.


"Нет, я только что идентифицировал три приближающихся самолета, и они сотрудничали".


"Я упомяну об этом по порядку, поскольку мы не признаем, что там есть какие-либо наземные подразделения. Но ты говоришь как британец или канадец."


"Ага. Птица - это слово."


"Что..?"


Внутри комплекса шеф-повар обнаружил, что его кухня исчезла, кровати нет, спать негде. Рада сделала бы несколько звонков и достала палатки и джипы, чтобы мы могли спать в джипах, джипах, которые я украл, теперь все разорвано в клочья.


Фрэнкс перезвонил полчаса спустя. "Интересный поворот, и утром будет несколько громких голосов, но последний самолет - вы сказали, он был в огне?"


"Да".


"Он разбился на границе, на нашей стороне, в полумиле или меньше".


"Если бы этим занимались американские наемники ..."


"Мои команды уже в пути, прежде чем начнутся крики. К счастью, команда ФБР видела, как он разбился, прямо перед ними, промахнулся на 400 ярдов, было произнесено несколько громких слов."


Звонок закончился, я несколько секунд смотрел на телефон, а затем позвонил Бобу, не будя его - он уже встал и завтракал на своем балконе в лучах утреннего солнца. "Послушайте, сообщите какому-нибудь американскому информационному агентству, что силы специального назначения США, агенты ЦРУ на границе с Мексикой, сбили три транспортных самолета, набитых боевиками картеля Лобос, по пути в Тусон - рейд. Неназванный источник, подкупите нескольких человек."


"Это правда?"


"Нет, я их пристрелил, но я хочу разворошить это дерьмо. Приступайте к этому побыстрее, пожалуйста. "


"И скольких ты убил?.."


"Двести вооруженных людей, которые идут прервать мой сон и разрезать меня на куски".


"Держу пари, что отель "Гедонизм" сейчас выглядит неплохо".


"На самом деле, да, да, это так - я бы поменялся. Мое жилище здесь было разрушено, поэтому сегодня вечером у меня холодный земляной пол. Свяжись для меня с агентством Рейтер. Петров на свободе."


В полдень Карлос подъехал, его люди вышли из машины и осмотрели повреждения, комплекс был списан.


У меня были затуманенные глаза, когда я встретил его. "Прошлой ночью у нас была вечеринка, место нуждается в уборке".


"Я думаю, это больше, чем просто подметание".


"Есть ли полиция на месте крушения самолета?"


"Да, там федералы, много обгоревших тел, поймано и арестовано много раненых, в сгоревших самолетах найдено оружие. Этот армейский майор выжил, но без ноги. Он предстанет перед судом в Мехико со своими людьми, правительство устроит из этого шоу."


"Вероятно, во время суда он будет сидеть, а не стоять", - съязвил я.


И люди говорят о большой потере Лобоса - мне звонят многие, и все они теперь хотят иметь дело со мной, Чегали все еще воняет свиным дерьмом. Что ты будешь делать дальше?"


"Я мог бы уйти, потому что власти проявят интерес, и местные телевизионные новости. Нам нужен тихий район, свободный от репортеров. Можете ли вы отправить доктора обратно в Панаму, когда она поправится?"


"Я скоро сделаю, да, Томск организует для нее клинику". Он выпрямился и посмотрел мне прямо в лицо. "И в эту субботу Национальный Петров день", - добавил он с усмешкой.


"Какой сегодня день?" Я спросил.


"Вторник".


"Тогда я, возможно, вернусь в Панаму на празднование. Ваши молодые солдаты могут взять здесь верх, они хорошие люди."


Когда Карлос ушел, вошел Бегущий Медведь. "Нам приказали тихо убираться, нас заберут после наступления темноты, в ШТАТАХ бушуют бури из-за дерьма в средствах массовой информации, президент угрожает отправить танки через границу сюда".


Я притворился невежественным. "Какого хрена?"


В новостях неверно передали разведданные, сказали, что эти люди на транспортах направлялись в Тусон - вторжение. Один разбился на нашей стороне границы, пресса повсюду, тела и оружие, намек на то, что мы его сбили, президент собирается сделать заявление." Он вздохнул. "Еще одна тихая и малозаметная операция Уилко".


Улыбаясь, я отошла, когда зазвонил мой телефон. "Da!"


"Заместитель начальника. Послушайте, Белый дом вот-вот засветит мне фонариком в задницу, так что, черт возьми, произошло?"


Лобос отправил три транспортных самолета, полных вооруженных людей, включая американских наемников. У меня был пятидесятикалиберный пулемет, установленный на двух Хьюи, поэтому мы сбили их, когда они заходили на посадку. Один был поврежден, когда сбрасывал минометы на мою территорию, которая сейчас сровнена с землей - никто не пострадал, и он улетел и разбился над границей, вероятно, неуправляемый."


"Гребаная пресса думает, что они направлялись в Штаты!"


"Они не были, но ... Подобные спекуляции в прессе помогают вашему бюджету".


"Это так, но у нас не было разрешения для людей к югу от границы".


"Затем вы скажете президенту, что я был здесь в ходе британской операции, и попросите его не упоминать об этом в прессе. Или ... ты говоришь ему, что Петров из Панамы был здесь."


"Ему не понравится точка зрения Петрова, поэтому мы будем винить тебя. Но после того фильма о базе Верблюжий носок он понравится Белому дому. Что будет дальше?"


"Я, вероятно, уйду, пресса и федералы ползают повсюду, так что запланируйте мне эвакуацию на север, может быть, на Чинук".


"Мы можем высадить вас на военной базе, никто вас не увидит".


Я вызвал русских мужчин после разговора с Томском, и они останутся на некоторое время, тренируя молодых солдат и защищая Карлоса - плюс защищая эту насыпь из щебня на вершине холма, если кто-нибудь захочет повредить ее дальше. Я сказал им, чтобы они наслаждались удобствами на каком-нибудь громком и красочном языке.


В джипе, на котором мы приехали, теперь немного помятом, была найдена готовая одежда для меня и Саши, наши чемоданы и зеленые холщовые сумки для британских парней были почти целыми, несколько дырок, несколько следов ожогов.


В 16:00 я позвонил Карлосу. "За нами летит вертолет, так что будь осторожен. И продолжайте говорить людям, что я в этом районе. Здесь есть русские солдаты, они будут обучать ваших людей, так что слухи можно поддерживать."


"Если они подумают, что ты здесь, они могут напасть снова, но теперь у них проблемы посерьезнее, я слышал, владелец этих самолетов недоволен, требовались какие-то деньги".


"Эти самолеты могут превысить триста миллионов долларов".


"Да, дорогостоящая операция, чтобы потерять их - я думаю, без страховки".


"Мы оставим оружие, так что сообщите об этом Томску, может быть, отошлем ему что-нибудь обратно или продадим".


"Да, я поговорю с ним".


"И упомяни, что я пообещал пилотам вертолетов премию за поиск транспортов, они проделали хорошую работу".


"Я позабочусь о том, чтобы о них хорошо заботились, да. Это был странный опыт - встретиться с вами после прослушивания историй и обнаружить, что вы более умны, чем изображают эти истории."


"Для меня тоже было странным знакомством с тобой, бешеным шакалом, который на самом деле использует свой мозг, кормит детей и является прагматиком".


"Я ненавижу свою репутацию, но мужчины говорят, что это заставляет людей бояться меня, так что, возможно, это немного работает".


"Ты всегда будешь для меня Котенком Карлосом".


"Я предпочитаю шакала".


"Нет, котенок". Я повесил трубку, ухмыляясь.


Переодевшись в гражданскую одежду, русские, занимающие передовые посты, Эдвардо и Эдмундо были опечалены нашим отъездом.


"Усердно тренируйтесь, усердно работайте", - сказал я им. "У вас есть несколько хороших людей, так что создайте хорошую команду. Не убивайте ради забавы, не причиняйте вреда женщинам и детям, но стреляйте в любого мужчину, у которого есть оружие."


Рокко и монстр, Риццо и Стрейч, теперь они были в штатском, футболка Риццо частично сгорела. Свон, Николсон и Томо тащили свои зеленые холщовые сумки, у Томо в них была дырка. Саше и его команде удалось найти свою одежду под обломками, но теперь она выглядела пыльной и грязной, Саша скулил на меня.


"Убедитесь, что при вас нет никаких улик, ничего противозаконного!" Я закричал.


"Куда мы направляемся?" - Спросил Томо. "Панама?"


"Вегас", - сказал я им.


"Вегас хорош", - одобрил Монстр, остальные согласились.


Я позвонил в Томск и попросил комнаты в Вегасе на мое английское имя, несколько дорожных чеков, чтобы забрать.


"Ты уходишь? А как же Лобос, я говорил людям, что буду их хорошенько трахать?" он жаловался.


"Мы уложили несколько сотен человек, мы расстреливали их автоколонны и крали их оружие, затем я сбил три больших транспортных самолета с наемными боевиками на борту, почти двести человек убито или ранено. Ты знаешь, чего стоит "Геркулес", и они потеряли троих таких."


"Дорого, да, очень дорого".


"И я пролетел над Чегали, их цитаделью, и обстрелял их, уничтожив сотню джипов, и мы расстреляли все витрины магазинов, потому что Лобос гарантировал защиту этих магазинов. Затем мы пролетели на опрыскивателе над этим городом и разбрызгали повсюду жидкое свиное дерьмо."


Он рассмеялся. "Я могу рассказать людям в клубе, что я сделал".


"Все зависело от тебя", - согласился я. "Так что дои его".


С наступлением темноты Бегущий Медведь повел своих людей внутрь, без сменной одежды, оружие в сумках, и через десять минут "Чинук" громко объявил о своем прибытии, трап опущен, все мы бежим на борт. Съезд закрывается, свет выключен, и мы поднялись, задница кверху, нос вниз, когда мы набирали скорость над холмами, и через пять минут мы пересекли границу, огни снова включились.


Десять минут спустя мы врезались в военную базу, катились по ней и поворачивали, прежде чем остановиться, вскоре спускаясь по трапу к Фрэнксу и Дику, вокруг было много военной полиции. Они проводили нас в комнату под башней, когда Бегущий Медведь прощался - оскорбления выкрикивались взад и вперед, мое британское удостоверение личности передали вместе с Сашиным и проверили, когда вошел полковник с адъютантом.


Уперев руки в бока, он начал: "Тебя здесь никогда не было, "шумный Чинук" не приземлялся, и ты, черт возьми, уверен, что не был к югу от границы. Верно?"


"Верно", - сказал ему Фрэнкс. "Вы бы не хотели, чтобы вас направили в Антарктиду, полковник".


"Ни хрена себе, там холодно".


Когда полковник ушел, я сказал Фрэнксу: "Перевезти в Вегас?"


"Вам, британцам, нужно достать карту, Вегас примерно в четырехстах милях отсюда".


"Ночной автобус?" Я предложил. "Мы можем поспать".


"Я должен был бы пойти с тобой, уберечь тебя от неприятностей".


Я твердо посмотрел ему в глаза. "В Томске забронировано несколько люксов, деньги ждут..."


"Тогда нам определенно нужно сопровождать вас, да. Я найму для нас автобус, хороший, за который счет выставят тебе, а не нам. Отдохни немного."


Взяв стулья, принесли кофе, Монстр спросил: "Каков план?"


"Автобус в пути, отвезет нас в Вегас, пока мы спим, завтра мы снимем хороший номер в отеле, немного времени, чтобы расслабиться - наличные для азартных игр".


"Звучит заманчиво", - одобрил Роко. "И бонусы..?"


"Когда мы вернемся".


"Мы оставили багаж у того парня в Панаме", - отметил Монстр.


"Я отправлю это обратно в Великобританию, не волнуйся".


"В Вегасе есть танцевальные бары на коленях?" - Спросил Риццо.


"Вы просто зовете девушку к себе в комнату", - сказал я им. "Тысячи симпатичных проституток. И я уверен, что у Томо будет два."


"Чертовски верно", - сказал он. "Неделю пролежал в яме в земле".


Я повернулся лицом к Саше и стал ждать.


"Я посмотрю шоу, никаких девушек", - запротестовал он.


Они называли его "Киска".


Автобусу потребовался час, чтобы прибыть, но когда он прибыл, мы обнаружили, что это был огромный автобус с затемненными окнами, двумя туалетами и мини-кинотеатром, а также мини-баром. Выпив, когда мы тронулись в путь, парни напомнили о деталях для Фрэнкса и Дика.


В полночь я все еще не спал, Фрэнкс проснулся, потому что он спал днем.


Фрэнкс начал: "В средствах массовой информации разразилась настоящая буря дерьма, но властям это нравится, Белому дому это нравится. Все объединились против Лобоса, который достаточно туп, чтобы ничего не отрицать и даже угрожать. В новостях людей Лобоса остановили на границе, затем самолеты, так что все выглядит так, будто Лобос направлялись на север.


"И чем больше мы отрицаем присутствие людей к югу от границы, тем больше они верят, что мы это сделали, но никого это не волнует - избиратели твердо поддерживают расстрел Лобоса, даже отправку танков к границе.


"Гребаное мексиканское правительство прямо сейчас находится под тонной дерьма, федеральная мексиканская оперативная группа собирается для преследования Лобоса, так что Лобос будет отброшен назад".


"Они должны около трехсот миллионов долларов за эти самолеты, плюс другой ущерб, который я им причинил".


"Это больше денег, чем они стоят, поэтому им понадобится ссуда", - отметил Фрэнкс.


"Когда я попал в местные лаборатории по производству наркотиков, Карлос заработал больше денег и укрепил свое положение. И в течение следующих нескольких недель он будет убеждать людей, что я все еще там. Местные жители приобрели репутацию полного дерьма и сплетничают."


"Ты высунулся из двери "Хьюи" с пятидесятикалорийным пистолетом и сбил "Геркулес", - отметил он, подняв брови.


"Не так сложно, не так сложно, как вы могли подумать, вам просто нужно быть достаточно сумасшедшим, чтобы сделать это. И Лобос, они просто водили конвои по дороге ... потому что до сих пор никто не был достаточно сумасшедшим, чтобы бросить им вызов."


"Теперь им нужно пересмотреть свою стратегию".


Я кивнул. "Беспокойство в том, что они снова нападут на Панама-Сити".


Полиция задержала восьмерых мужчин из племени Лобос, и я не думаю, что с ними будут обращаться хорошо, совсем не хорошо. Не похоже, что посольство Мексики будет им помогать. Также не сложно заметить татуировки у них на груди. Тупые ублюдки."


"Легко заметить у бассейна отеля", - сказал я с усмешкой.


"Что это за полевая разведка ╧ 1?"


"Одинокие волки плюс 14 разведчиков - плюс любые нерегулярные солдаты, которые у нас есть, будут сидеть в нем, в их обязанности входит нерегулярная разведка во время войны плюс немного солдат в полевых условиях, разведка в тылу. Эхо - это отряд, так что Волки были отрядом из отрядов, там, на грани, политики не уверены, как с ними обращаться, так что теперь они выглядят как регулярная армия, им платят как регулярной армии."


Фрэнкс кивнул. Отбирается еще одна группа одиноких волков - или Лобо-одиночек, и они начали с трехсот, потом их стало чуть больше сотни, несколько психов в составе, жаждущих каких-то действий. Задействованы оригинальные инструкторы, поэтому они знают, на что обратить внимание, и они применяют ваши методы.


"Новобранцы проводят пять дней, дважды в день сменяя строй, совершая долгие прогулки, а в конце все они пьют пиво, много пива, болтая небольшими группами".


Я одобрительно кивнул. "Посмотрим, кто из нас псих в процессе становления. Хорошо, прорежь их."


"В Лондоне все еще происходят аресты ..."


"Да", - вздохнул я. "Домашние идиоты, левая рука не знала, что делает правая".


"Не причинил вреда вашему новому премьер-министру, его рейтинг одобрения значительно вырос."


"Так что, может быть, я смогу попросить его об одолжении. Я встречался с ним дважды, но не при хороших обстоятельствах, все это дерьмо с the old boy network."


"Когда Аль-Каида нанесла удар по тому банку ..." Он покачал головой.


"Я ничего не знаю об этом, кроме того факта, что я получил наводку с Ближнего Востока и передал ее дальше".


Он бросил на меня взгляд. "Странное совпадение, да. Но пауэрс был доволен, хорошая статья для Delta Force. Ничто так не нравится воротилам власти, как неприятности, и мы, разбирающиеся с этими неприятностями в прессе. Делает NRA счастливой."


Я улыбнулся. "Они продают больше оружия напуганным людям в Орегоне. Было много нападений Аль-Каиды в Орегоне?"


"Пока никого, слишком много деревьев".


"Итак ... ваша граница с Канадой?"


"Линия, нарисованная на дороге, знак и просвет в деревьях, не столько проверка паспорта".


"Я был удивлен, обнаружив, что ваша граница с территорией Лобос представляет собой всего лишь ржавый кусок проволоки".


"Они никогда этого не исправят, но, сказав это, сейчас раздается куча дерьмовых призывов к ограждению, громких призывов. Даже заставил группу людей съездить и установить провод за свой счет. Эти люди протягивают проволоку на мексиканской стороне?"


"Я попросил Карлоса сделать это, потому что знал, что это вызовет смех в Лэнгли".


"Там были несколько очень озадаченных людей".


В 8 утра мы вышли из "Белладжио", холщовые сумки, которые тащили усталые мужчины, были размещены на тележке для багажа. На стойке регистрации я назвал свое имя, было забронировано шесть люксов, каждый с несколькими комнатами и несколькими кроватями, мне вручили дорожные чеки и расписались за них.


Пока парни стояли в ожидании, я обналичил чеки, предъявив удостоверение личности - мой паспорт Майкла Милтона, каждому раздали доллары, по пять тысяч каждому для начала. Поднявшись на шикарном лифте, мы нашли наш этаж и номера, держа ключи в руках.


Я бы делил с Сашей, Фрэнксом и Диком две комнаты с двумя односпальными кроватями в каждой, но кровати были намного больше, чем британские односпальные кровати.


Сбросив снаряжение, я повел своих соседей по комнате вниз на столь необходимый завтрак, несколько парней спустились, несколько спали.


В 10 утра я сидел с Сашей в почти пустом крытом бассейне, солнце било в окна, прохладный ветер не дул снаружи. "Ты все еще жив", - сказал я ему. "Наслаждайся этим, немного отдохни".


"Мы возвращаемся, чтобы посмотреть Томск?"


"Возможно, сразу улетаю обратно, но в эту субботу в Панаме Национальный Петров день".


"Это так?"


"Томск организовал это, и это разозлит DEA".


Он улыбнулся. "Да, но также много рекламы, не столько в тени, а."


"Мне трудно оставаться незаметным", - сказал я ему, заставив его рассмеяться.


Выходя из воды позже, мы шокировали служащего бассейна и одного раннего гостя.


Вернувшись в наши комнаты, мы обнаружили, что нас ждет ФБР, теперь моя очередь быть шокированным.


"Майор Уилко?"


"Да..?"


"Нам поручено сопровождать вас. Как долго ты здесь пробудешь?"


"Не уверен, несколько дней". Я вручил им доллары. "Принеси мне немного еды".


"Хорошо с вашей стороны, сэр. Но, вы знаете, нам не разрешается признавать такие советы."


"Я ничего не буду говорить".


После переодевания раздался стук в дверь. Я осторожно открыла ее, обнаружив сотрудников ФБР, а также менеджера отеля, седого старика с суровым лицом.


Он начал: "Возможно, вы можете объяснить, сэр, почему эти головорезы из ФБР беспокоят моих гостей".


"Ты видел этот фильм "Битва за базу верблюжьей лапки"?"


"Да?"


"Я британский майор, Уилко, а это мои люди".


Он обдумал это и кивнул. "Я позабочусь о том, чтобы у тебя было все, что тебе нужно, несколько фишек для казино".


"Если бы кто-нибудь из моих парней был достаточно умен, чтобы считать карты, я был бы чертовски впечатлен и произвел бы их в офицеры, так что не волнуйся".


"Я сомневаюсь, что это будет проблемой. Приятного пребывания, майор."


Десять минут спустя позвонил Миллер. "Ты в Вегасе", - отметил он, когда я стоял, выглядывая в окно.


"В "Белладжио", расслабляюсь и расслабляюсь".


"Мои боссы счастливы, очень счастливы, безумно счастливы, вы настроили всю страну против наркокартелей. Эти картели, очевидно, не были популярны, но вокруг царила большая апатия, а теперь и хорошо направленный гнев."


"Я здесь, чтобы служить", - съязвил я.


"Наводка о двадцати мужчинах Лобоса ..."


"Я знал, что ты хотел услышать".


"И статья в прессе о самолете ..."


"Опять же, я знал, что вы хотели услышать, и я немного растянул это".


"Ты делаешь нашу работу лучше, чем мы делаем ее".


"Я уже некоторое время играю в эту игру", - отметил я.


"Итак, что будет дальше?" - спросил он.


"После того, как я вернусь, я проверю и реорганизоваю своих людей, затем мы посмотрим на Йемен".


"Банк больше не является проблемой, там не осталось игроков, так что для вас все должно быть спокойно".


"А Ричард Деводен?"


"Ах, мы кое-что слышали, он в Южной Африке".


"Я пошлю несколько человек поздороваться, несколько львов покормить".


У Великобритании есть ордера на его арест, так что, если он всплывет, его все равно схватят. Это ваши люди убирали дом в Европе?"


"Да, там меньше незакрытых концов".


"Я почти уверен, что это была не Ми-6 и не французская разведка, так что ... кто это?"


"У меня хорошая команда на континенте, не ищите их - они стреляют".


"Просто любопытно, поскольку хорошим командам требуется время, чтобы набирать, создавать, обучать и действовать".


"Да, они это делают".


"А Шакал Карлос?"


У него двадцать хороших молодых солдат, я его немного обучил, а русские из Томска все еще там и помогают. И Карлос ответит мне по телефону, так что, если тебе что-то понадобится, спроси меня."


"Наводки о мужчинах Лобоса?"


"Они все равно пришли бы ко мне, тебе не нужно их искать".


"Что ж, наслаждайся своим отелем. О, фотографии этих разбившихся самолетов только что попали в новости, здесь задают вопросы о том, кто их сбил, CNN предполагает, что это были наши военно-воздушные силы, Белый дом отрицает это, а правительство Мексики ссылается на большое количество погибших в регионе."


После дневного сна мы объединили усилия в 6 вечера и отправились в один из многочисленных ресторанов, этот большой стейк-ресторан открытой планировки - вся мебель из дорогого лакированного дерева, наши сотрудники ФБР и охрана отеля на некотором расстоянии.


Были заказаны чудовищные стейки с картошкой фри и пивом, парни были в хорошем настроении, а затем попробовали яблочный пирог для тех, у кого еще оставалось место, чтобы его запихнуть.


С полными желудками мы направились к кассе и купили чипсы, вскоре направляясь к столам. Я сидел с Сашей за столом для игры в блэкджек и начал выигрывать после неудачного начала, считая старшие карты и тихо болтая с Сашей.


Мы перешли на рулетку, прежде чем они заметили, что я считаю карты, и Саша случайно выиграл по-крупному, тысяча долларов превратилась в тридцать пять тысяч долларов. Он выводил деньги и возвращался к нам, парни гадали, куда он пропал, пока я продолжал играть, медленно проигрывая свои фишки в течение получаса.


Саша вернулся с пятью тысячами долларов фишками в руке.


"Куда ты ходил?" Риццо спросил его.


"Я положил тридцать тысяч долларов в свою комнату, и у меня все еще есть стартовые деньги. Так что у меня есть дополнительный бонус, нет."


"Киска", - пронеслось вокруг парней.


Поскольку ребятам стало скучно, мы перешли к гигантским игровым автоматам, и вскоре Риццо держал в руках огромный бумажный стаканчик, полный монет, когда они с Рокко пытались выиграть миллион долларов, Монстр выиграл по-крупному, но монет всего на 50 долларов. Так что теперь у него тоже была полная чаша.


Довольно скоро все потянулись к бару, заказали напитки на ключи от номера, Николсон примерял их с девушками из колледжа, Томо поднялся в свой номер с сопровождающими.


Томо присоединился к нам позже с этими двумя сопровождающими, обоим по двадцать пять, стройные и симпатичные. Я испытывал искушение, но не настолько. Когда Николсон перешел к дамам за тридцать, я присоединился к нему, Саша не хотел разговаривать ни с кем из присутствующих здесь дам.


Дамы были подтянутыми, обе с Украины, по крайней мере, они так сказали, но их русский был похож на мой - выученный по книге. Я подыграл им, сказав, что мы аналитики рисков в нефтяной отрасли, отдохнули от Центральной Америки и работаем в Западной Африке, посетили несколько учебных курсов.


Одна из дам напрямую спросила меня, был ли я в Панаме.


"В Панаме нет нефти, есть несколько шахт", - сказал я ей.


"Я слышал, в Панаме дела улучшаются", - она подначивала меня, и делала это умело.


"Похоже, что в Мексике все катится под откос, все эти бандитские разборки, даже люди Лобоса пересекают границу".


"Да, шокирует. Где они пересеклись?"


"По-техасски", - сказал я ей.


Вторая леди вмешалась: "Я слышала, это было недалеко от Тусона".


"Как далеко до Тусона?" Я спросил. "Я хотел увидеть Аламо".


"До Тусона около четырехсот миль, а Аламо находится в Техасе".


"У вас хорошая география, вы родом с Украины", - отметил я. По-русски я начал: "В каком городе на Украине?"


"Киев", - ответила первая леди.


"В каком районе?"


Она колебалась. "Район 5".


"Так близко от аэропорта".


"Да".


"Округ 5 находится на северо-западе, аэропорт в двадцати километрах к юго-востоку". Я ждал, пока она покраснеет. Когда она пошла встать, я заблокировал ее, помахав рукой ФБР. Когда моя девушка собралась уходить, я схватил ее за волосы и отправил в ее приятеля, Николсон в шоке, парни оглядываются.


К нам примчалось ФБР. Я сказал им: "Они фальшивки, работающие под прикрытием".


Женщин схватили, сумки отобрали под громкие протесты, из одной из сумок извлекли значок ФБР и показали мне.


Я подобрался к дамам. "Я сомневаюсь, что у тебя было разрешение Белого дома пытаться шпионить за мной, так что ожидай какого-нибудь дерьма".


Когда их уводили, я позвонил Фрэнксу, который играл на игровых автоматах, и он прибежал, охрана отеля интересовалась, что случилось. "Только что две женщины-агента ФБР пытались подобраться ко мне поближе. Быстро разберись в этом." Я указал на дам.


Он пошел за ними, когда подошел менеджер. "Проблемы, сэр?"


"Две дамы из ФБР, работающие под прикрытием".


Разгневанный и озадаченный, он пошел вслед за Фрэнксом к дамам.


Фрэнкс вернулся пятнадцатью минутами позже. "Они говорят, что они здесь ради богатых русских, что действительно происходит".


Чушь собачья. Их русский был дерьмовым, их легенда прикрытия была дерьмовой, и богатый русский быстро убил бы их, так что копайте глубже - и быстро. Кто-то может знать, что я и мои люди здесь, это риск."


Он вернулся к людям из ФБР, вытащив телефон.


Десять минут спустя подошел старший агент ФБР. "Эти дамы с нами, мы их проверили".


"Их знания русского языка были дерьмовыми, их прикрытие - дерьмовым, и это не то, как ФБР отправляет женщин-агентов на верную смерть, не так ли?"


"Нет. У моей коллеги, у нее была русская бабушка, идеальный акцент, годы изучения предыстории, прежде чем ее выпустили".


"Так кто же выпустил этих двоих на свободу?"


"У меня есть связи с высокопоставленными лицами, мы это выясним".


Теперь все ребята были заинтригованы, выдвинули несколько странных теорий, и наш представитель ФБР вернулся полчаса спустя. "Обе эти дамы были арестованы. Агенты, за которых они себя выдают, уехали по болезни и из Портленда!"


Я помахал менеджеру, когда он проходил мимо. "Те дамы из ФБР были подделками, так что ... тебя собираются надуть или ограбить?"


Он взглянул на представителя ФБР. "Год назад команда фальшивых копов ограбила банкомат; если вы хотите получить большую кучу наличных, вам нужно проявить изобретательность в наши дни. Я предупрежу местную оперативную группу, прежде чем мы переведем какие-либо наличные, пришлю дополнительных людей. Как ты их заметил?"


"Я говорю по-русски и работаю под прикрытием; я знаю хорошую историю, когда мне ее рассказывают". Ухмыляясь, я указал на представителя ФБР. "Проверь его, на случай, если он украдет какие-нибудь столовые приборы".


"Я знаю его в лицо", - сказал мне менеджер. "В прошлом году он сменил специального агента Полози".


Я смотрел мимо них. "О боже, грядут неприятности".


Они обернулись и увидели Саломею, идущую с чемоданом на колесиках, без лифчика, с болтающимися из стороны в сторону сиськами в свободном топе.


"Кто она?" - спросили в ФБР.


"Израильтянин".


Парни засекли ее, Саша ухмылялась мне. Она подняла уровень.


"Саломея, какой приятный сюрприз".


Она взглянула на сотрудников ФБР и менеджера. "Ты закончил свою другую работу?"


"Да, немного свободного времени для команды".


Менеджер бросил ей несколько предложений на иврите, удивив меня, но вскоре показалось, что они поладили. Он дал ей несколько фишек, чтобы она проиграла на столах, прежде чем уйти.


"У меня пока нет комнаты", - сказала она мне, когда Саша приблизился.


Саша сказал ей: "Ты можешь занять мою кровать, я снимаю другую комнату".


Я показал ему указательный палец. "Ты останешься на месте". Я вручил ей две тысячи долларов. "Сними хорошую комнату".


Она взяла деньги и пожала плечами. "Когда ты уезжаешь?"


"Пока нет, но мы только что раскопали нескольких шпионов, притворяющихся сотрудниками ФБР".


"Да?" - недоумевала она. "Зачем?"


Вмешалась Саша: "Это ты послал их присматривать за ним?"


Она бросила на него взгляд.


"Мы обратились к ним, а не наоборот, так что ... Я не думаю, что они здесь ради меня и моих людей. И ты, ты проделал весь этот путь из Нью-Йорка, чтобы увидеть меня..."


"Я была в Лос-Анджелесе несколько дней", - сообщила она нам.


"И ты знал, где мы были ... как?"


"Твое имя в компьютере. Слоппи, тебе нужно поддельное удостоверение личности. Где Тайни?"


"Все еще в Панаме".


"В Мексике никто не пострадал?"


"Нет".


"И самолеты были сбиты?"


"Я скоро введу вас в курс дела. А пока возьмите белое вино, но не израильское белое вино."


Она покосилась на меня. "Откуда ты знаешь, что я не люблю израильское вино?"


"Потому что никто не любит израильское белое вино".


Она не смогла скрыть усмешку, заказывая напиток. "Мы отправляем это евреям в Европе. Они чувствуют себя обязанными выпить это, чтобы помочь нам."


Позже, когда Саломея болтала с кем-то из парней, Рокко спросил: "Ты и израильская птица ..."


"Нет, между нами ничего нет".


"Вкусная птичка", - намекнул он.


"Попробуй, если хочешь, но остерегайся грубого хука справа".


"Неподалеку есть улица, где можно найти девушек, и бар, о котором нам рассказал официант".


"Будь осторожен и держись групп, они ограбят тебя вслепую".


Успех, и мы все смотрели, человек, недовольный игровым автоматом. Он подошел к нам в баре, когда охрана закрылась, и он был крупным мужчиной с густой черной бородой. Он уложил первого охранника джебом, ударом ноги в колено второго охранника. Я вскочил, расстояние между нами было всего шагов десять или около того.


Я расталкивал людей и сокращал разрыв, преграждая ему путь. Он остановился, оценивая меня.


Вы все не стояли бы там вот так, если бы не знали, о чем вы все. Итак, парень, ты оцениваешь свои шансы?"


"Я дам тебе шансы сто к одному".


Он двинулся для удара, финта, но я мог видеть, что его бедра были в неправильном положении, его правая рука поднялась, второй финт, но я схватил его за запястье обеими руками и потащил его, потеряв равновесие, мимо меня. Он выкатился как профессионал. Как борец.


Теперь я был там, где стоял он, а он был в моем прежнем положении. И он улыбался. Ровно до тех пор, пока Саломея не ударила его бутылкой по голове, заставив упасть и отключиться.


"Я все предусмотрел", - сказал я ей, получив пожатие плеч, когда охрана схватила мужчину, а также их раненых коллег.


Появился менеджер, жужжало радио. Он, наконец, столкнулся с Саломеей. "Нам понадобится заявление".


"Нет", - сказал я ему. "Она из Моссада".


Он тяжело вздохнул, пробормотав что-то на иврите, но она просто пожала плечами, наш борец затянулся, спокойно восстанавливая штангу.


"Бар на крыше", - сказал я ей, уводя ее вместе с кейсом и всем прочим.


"Снимайте комнату, вы двое", - крикнула Саша, парни засмеялись.


На стойке регистрации она зарегистрировалась, нашла номер и заплатила наличными, и мы бросили в него ее чемодан, вскоре поднялись на лифте в тихий бар на крыше, наслаждаясь видом на прохладном бризе, купили свежие напитки и поставили в мой номер.


"Итак, у тебя была здесь какая-то шпионская работа?" Я начал с того, что осмотрел фонтаны внизу.


"Нет, мой отец хотел, чтобы я повидался с несколькими родственниками. У нас большая семейная ферма, частично принадлежащая нескольким людям, и он хочет ее продать. Ему нужны их подписи."


"Приводит ли он свои дела в порядок?"


Она нахмурилась, глядя на меня. "Он не болен. По крайней мере ... он ничего не сказал."


"А стал бы он?"


"Нет, наверное, нет, он держит все при себе".


"Тогда, может быть, тебе стоит провести с ним немного времени, пока он все еще рядом".


Она мгновение изучала меня. "Ты скучаешь по своему отцу?"


"Сейчас больше, чем когда он был жив. Я считал само собой разумеющимся, что он будет там, затем в один прекрасный день он ушел - никакого финального разговора. Мы не были близки, но я бы предпочел, чтобы он был жив."


Мы сидели.


"Расскажи мне о Мексике."


Я улыбнулся. "Как романтично с твоей стороны думать о работе. Вот мы и здесь, под звездами в Вегасе, и вы все работаете, работаете, работаете."


"Ты не проявляешь ко мне никакого интереса", - пожаловалась она.


"Это потому, что нам нужно работать вместе, и я бы не стал рисковать твоей жизнью, если бы мы были ... близки, романтически".


"И если бы мы не работали вместе ..."


"Ты симпатичная леди, а я живу в норе под землей, и большую часть времени в меня стреляют. Чтобы удовлетворить меня, не нужно многого, так что тебе не нужно быть настоящей находкой, чтобы быть со мной."


"Итак ... Мексика", - подтолкнула она, и я рассказал ей историю за несколькими кружками пива, несколько парней подошли полюбоваться видом, прежде чем отправиться обратно вниз.


В конце концов она сказала: "Ты больше думаешь о политике, чем о сражениях".


"Борьба ... это всегда политика, проявляющаяся в физическом, а не словесном проявлении; говорят, что война - это политическое насилие. Если я стреляю в террориста, тогда я по закону убиваю человека за то, что он верит во что-то отличное от веры моего правительства."


"И какую сторону вы принимаете на Ближнем Востоке и в палестинцах?"


"Ваши отцы-основатели были идиотами".


Она выпрямилась, оскорбленная.


Я продолжил: "Вы должны были столкнуть арабов через реку Иордан, дать им в руки немного денег, улыбнуться и помахать рукой - пришлите нам открытку и не сердитесь. Вместо этого ты пытался управлять ими, глупец. Израиль похож на развод мужа и жены, которые бьют друг друга, а затем живут в одном доме и надеются на лучшее.


"Каждая новая американская и европейская администрация пытается найти способ для мужа и жены примириться и жить вместе, но все мы знаем, насколько невозможно для разведенных пар примириться - даже ради детей.


"Решение арабо-израильского конфликта заключается в признании того, что решения нет, просто новая повязка на старую рану, которая никогда не заживет. А палестинцы, они остаются в доме просто назло вам, что не является лучшим для их будущего или того, что лучше для детей. Им нужно признать поражение и двигаться дальше, но они этого не сделают - слишком трудно произнести эти слова.


"И так будет продолжаться в течение следующих ста лет, смерть и страдания, благонамеренные политики, предлагающие новые идеи о том, как можно передвинуть мебель, чтобы все стало лучше, и что разведенная пара должна уважать друг друга, обниматься перед сном".


"Ты говоришь как мой отец".


"И как бы вы это исправили?" Я нажал.


"Как и ты, я не вижу решения".


"И все же ты постоянно рискуешь своей жизнью ради своей половины дома, так что ты такой же глупый, как и все остальное твое население и твои политики, сражаясь в войне, которую невозможно выиграть".


"И почему ты сражаешься?"


"Большую часть времени я сражаюсь просто с группой заложников - или с какими-то подлыми людьми, пытающимися отобрать нефть у бедных жителей деревни, не заплатив. Большую часть времени я извлекаю выгоду из четкого морального выбора.


"Но если бы здешние краснокожие индейцы хотели взорвать бомбы и убить полицейских, у меня были бы проблемы с тем, чтобы стрелять в них; это их земля - по вашим стандартам.


"Но в отличие от ваших основателей, американцы вырезали индейцев и украли землю, так что, по крайней мере, вы лучше, чем были они. Или нет ... если учесть долгосрочные страдания, вызванные разделением земли Израиля. Вы помещаете своих индейцев в резервации с высокими стенами, и они все еще находятся в этих резервациях. "


"Вы не согласны с нашим правом на землю?" - с вызовом спросила она.


"Если бы мы вернули границы мира к тому, как они выглядели две тысячи лет назад ... мир был бы совсем другим местом, римляне управляли бы большей частью Европы. Тем не менее, римляне дали нам бетонные и прямые дороги, так что Европа, вероятно, выглядела бы довольно мило. Трафик был бы меньшей проблемой, и я думаю, преступность была бы низкой."


Вошла пара и села, и я заметил их краем глаза.


"Пара", - тихо заметила Саломея.


Я кивнул. "Встань, затем сядь". Я стоял, она стояла. Я наклонился и поцеловал ее, удивив ее, хорошенько потрогав грудь, прежде чем забрать пустые стаканы и направиться к бару. "Немедленно позовите менеджера и охрану, а также моих людей из ФБР снизу - я майор британской армии".


Персонал бара искоса поглядывал на других гостей, когда раздавался радиовызов, и казалось, что они не только обучены этому, но и привыкли к этому.


Я сел обратно, четыре охранника вышли две минуты спустя и зависли возле бара, вскоре появились сотрудники ФБР и бросились ко мне.


Я поднял глаза. И указал на пару. "Подделки".


Теперь, когда пара выглядела обеспокоенной, ФБР подошло к ним и сверкнуло значками, вынув пистолеты. Были произнесены слова, еще слова, показан значок, за которым следуют другие слова. Мужчина встал, вскоре повалился, его дама убежала - прямо в ногу Саломее, приятное лицо ударилось о твердый пол, виден окровавленный нос, когда ее схватили.


Фрэнкс вошел вместе с Диком и встал рядом с нами, пока они изучали сцену, когда мужчине и женщине надевают наручники, появляется менеджер.


Я встал и повернулся лицом к менеджеру. "Сегодня вечером что-то произойдет, и тебе это не понравится". Я столкнулся с Фрэнксом. "Приведи сюда кавалерию, пока не началась стрельба".


Обеспокоенный, он схватил главного агента ФБР и был настойчив в своем тоне и выборе языка.


Я столкнулся с менеджером. "Вам нужно, чтобы каждого гостя проверили в ФБР, затем обыскали каждую комнату, прежде чем вы окажетесь по колено в телах".


"И эти люди..?"


"Возможно, ты будешь здесь ради меня".


Он выбежал, прижимая рацию ко рту. Я налил себе новую порцию выпивки и сел, гадая, что же происходит. "Две пары шпионов были любителями", - сказал я Саломее, размышляя вслух.


"Против нас, да, но никто другой не заподозрил бы их".


"Так что ... может быть, они здесь не из-за меня, просто очень странное совпадение".


"Или ты должен был причинить им вред, и тебя увидели за этим занятием - поймали за этим".


"Большой человек, спускающийся по лестнице ..." Я задавался вопросом вслух. "Все взаимосвязано? Но почему? Здесь ФБР, ЦРУ, повсюду камеры. Если я причиню кому-то боль ... есть свидетели. Подставлять кого-то ... Это плохое место, охрана строгая." Я широко развел руки. "Это Вегас; они привыкли к мошенникам. Посмотрите на персонал бара, они совсем не волновались."


Я повел ее обратно вниз, в бар, предупредив парней, что что-то не так, но вскоре вокруг нас была разбросана вооруженная охрана отеля плюс местная полиция, вскоре появился один или два фургона с группами тактического реагирования, чтобы беспокоить гостей.


Главный агент ФБР пришел и нашел меня час спустя. "Мы нашли тело в фургоне, связанном с парой фальшивых полицейских, которых мы поймали в баре на крыше. Тело принадлежит младшему саудовскому дипломату."


"А ... чушь собачья". Я отошел, достал телефон и позвонил сестре Лондон. "Это Уилко, в Вегасе, Америка, в отеле "Белладжио". Я раскрыл двух фальшивых агентов ФБР в этом отеле, затем двух фальшивых полицейских, и мы только что нашли тело мертвого саудовского дипломата."


"Саудовец? Иисус. И ты все еще в отпуске, я полагаю?"


"Да, немного расслабимся у бассейна. Обновите Дэвида Финча и Кабинет министров, а также саудовцев. У меня создается впечатление, что кто-то хочет меня подставить ... и выглядеть плохо перед саудовцами."


Я остался в баре с большинством парней, за исключением тех, кто был за пределами отеля.


Миллер позвонил полчаса спустя. "Что, черт возьми, происходит в этом отеле?"


Я дал ему основы.


"Я получил тревожный звонок и перехваченные сообщения от ФБР. Поддельные агенты ФБР выслеживают офис в Вашингтоне, но не известное агентство, поэтому ФБР проводит там рейд, пока мы говорим. Но у нас также есть телефонная связь с магазином рыболовных принадлежностей с таксофона в Торонто, недалеко от Торонто, в маленькой деревушке, и она ведет к бывшему менеджеру ЦРУ, который мертв уже десять лет."


"Возможно, вы захотите проверить его пульс, потому что я думаю, что он все еще рыбачит по выходным, а не является разлагающимся трупом".


"Будь он проклят, если он жив, он был признан мертвым некоторыми высокопоставленными людьми в ЦРУ".


"Он работал над Секретными материалами?" Я дразнил.


"Секретных материалов" не существует. И это ФБР в телесериале. Если бы существовали секретные материалы ... Я бы возглавил ее."


"Итак, что им движет ... и кто им движет. Он работает на ... Не такое уж глубокое состояние? Поверхностное состояние ... возможно?"


"Тебе не доставляет удовольствия дразнить меня, не так ли, засранец!" Он фыркнул. "Я тебе перезвоню".


Я убедился, что парни легли спать, проституткам разрешено находиться в комнатах, но у нас была полиция в обоих концах коридора, а ФБР пило кофе внизу и расхаживало по комнате.


В постели, Саша в своей постели рядом со мной, Саша начал: "Так чего эти люди хотят от тебя? Или с нами?"


"Похоже, из-за разногласий с Саудовской Аравией вина ложится на меня".


"У вас здесь двадцать свидетелей?.." - недоумевал он. "И ЦРУ помогло бы тебе".


"Плохие парни никогда не знали, что, когда они бросились сюда за командами, и, возможно, второсортными командами, тело в фургоне. Мое имя было в компьютере отеля, а эти отели проверяют полицию и ФБР на предмет преступников, так что кто-то увидел, как вспыхнуло мое имя."


"Кто-то, кто полагал, что мы были в Мексике и можем оказаться в каком-нибудь американском городе недалеко от границы?"


"Ну, да, они могли бы подготовить команду в Тусоне".


Сон не приходил легко, и я уставился в потолок, обдумывая сценарии.


После завтрака позвонил Миллер. "Нашего друга, мертвого менеджера ЦРУ, только что задержали в Вашингтоне, но сначала я направил к нему команду, так что мы заставим его говорить - у нас нет права хранить молчание.


"В его офисе был обыск, были обнаружены всевозможные странные контакты. У него была прямая линия связи с беспересадочным коммутатором в Цюрихе и банковский счет на Каймановых островах."


"У вас есть его послужной список?"


"У меня здесь краткое содержание".


"Есть какие-нибудь публикации на Ближнем Востоке?"


"Пять лет в Саудовской Аравии, прежде чем он умер".


"Он работает на саудовцев, а не против них. Они подозревают мою причастность к убийству их принца в Цюрихе."


"Ты ударил того парня?"


"Нет", - солгал я, не собираясь здесь ни в чем признаваться. "Но в него попали из Valmet, и он заплатил за то, чтобы "Пески пустыни" были сбиты, так что для них все это прекрасно подходит".


"Мы поговорим с ними, мы не хотим, чтобы они пытались застрелить вас".


"Они могли застрелить меня здесь вчера, но не хотели обвинять, так что ... они разработали глупый план, по крайней мере, он это сделал. И мертвый дипломат, вероятно, был кем-то, кого они хотели убрать с дороги. Но из-за этого мне трудно отправиться в Йемен и пролететь над их воздушным пространством."


"Мы разберемся с этим, поверь мне, у нас есть контакты на высоком уровне, их глубинное состояние совпадает с нашим".


"И их люди не смогли остановить нападение на Пески пустыни ..?"


"У них странная организация, и с принцами спокойно говорят о плохих поступках, а не бросают в тюрьму. Но мы вместе делаем хорошую работу по всему региону."


"Дайте мне знать, чем я им интересен, потому что мне нужно пролететь над их территорией".


Час спустя позвонил заместитель начальника. "Уилко, ты все еще цел?"


"На данный момент, да, мужчины отдыхают у бассейна, пьют и едят, немного играют, конечно".


"У меня есть все, что есть у ФБР на подставных агентов и нашего не такого уж мертвого бывшего сотрудника. Он в бегах." Я ничего не сказал. "Но мы только что получили сообщение из посольства Саудовской Аравии, и считалось, что этот мертвый саудовец направлялся предупредить вас о чем-то ... и за это был убит".


"Какого хрена ... саудовцу захотелось бы меня о чем-то предупредить?" И разве у него нет работающего телефона?"


"Мы не знаем, и они ведут себя уклончиво, и когда дело доходит до них, мы не можем настаивать".


Я вздохнул. "Можете ли вы организовать рейсы на завтра, обратно в Великобританию?"


"Я запихну тебя в C5, они приземляются в Фэрфорде каждый день".


"Я полагаю, это лучше, чем ничего".


Следующим позвонил Дэвид Финч. "Мы говорили с саудовцами, и они не знают, что происходит".


"Я верю. Бывший менеджер ЦРУ, работавший в Саудовской Аравии в течение пяти лет, взял деньги, чтобы инсценировать свою смерть и присоединиться к саудовской версии Deep State - вашингтонскому отделению, где он работал последние десять лет. Саудовский дипломат низкого ранга направлялся предупредить меня о чем-то, но был перехвачен и убит.


"В отеле я встретил пару фальшивых агентов ФБР, дерьмовые истории для прикрытия, затем фальшивую полицию, такая же ерунда, так что ... понятия не имею, зачем они ошивались поблизости, разве что для того, чтобы подбросить тело в мой номер, чтобы его нашла горничная и обвинила меня".


"Как странно. И да, это вообще не имеет смысла - в отеле есть камеры, это казино, строгая охрана."


"Единственное, о чем я могу думать, это о том, что они спешили и допускали ошибки, агенты второго эшелона подключились вместо хороших команд".


"Хорошо обученная команда и хороший план окупаются, да. Когда ты вернешься?"


"Полет ВВС США, первый класс, завтра".


"Я не думаю, что у них все первоклассно", - съязвил он. "Когда вы вернетесь, премьер-министр захочет поговорить, возможно, громко поговорить; он получил благодарность от Белого дома за то, что вы находитесь к югу от границы, что стало для него неожиданностью".


"Я куплю ему коробку шоколадных конфет", - предложила я.


"Возможно, потребуется нечто большее", - съязвил Дэвид. "И когда ты вернешься ... что будет дальше?"


"Немного тренировок, реорганизация команд, затем Йемен".


"Ваш негодяй сайдфик, капитан Моран, случайно вернулся из Гвинеи с большим мешком кровавых алмазов и сообщил нам об этом потихоньку через О'Лири".


"И..?"


"И ... нам было интересно, знаете ли вы, как их разгрузить?"


Я широко улыбнулся. "Томск примет их".


"В таком случае, я отправлю их дипломатической почтой в Панаму. Никто не заподозрит, что предметы ввозятся контрабандой в Панаму."


"Пусть человек с бриллиантами забронирует номер в милом отеле Томска, где проживает некая леди-агент по имени Тини".


"Ах да, она. И как долго ты собираешься держать ее там?"


"Я оставляю это на ваше усмотрение, поскольку она демонстрирует хороший потенциал для вашей партии".


Я позвонил в Томск. "Послушай, я распоряжусь, чтобы большой мешок с кровавыми бриллиантами подбросили в твой отель в Панама-Сити".


"А, хорошо".


"Организуй Тайни встречу с контактером, он будет из британского посольства. Завтра или послезавтра."


"Теперь у меня хорошие контакты с огранщиками и продавцами алмазов, и тот большой бриллиант, который вы получили из Либерии, - я продал его за сорок шесть миллионов долларов частному коллекционеру".


"Продай эти новые бриллианты и положи нашу огранку на банковский счет для Spectre. Но вы в долгу; мы не использовали деньги, которые вы прислали. О, и, может быть, немного бесплатного пива для людей в Петров день, а!"


"У меня есть немного пива в очереди, да, более миллиона бутылок".


"Миллион бутылок?"


"Мы раздадим их на улице", - засмеялся он.


"Босс, управление по борьбе с наркотиками будет зол на тебя".


"Я надеюсь на это, да, и здешняя католическая церковь тоже".


Тот вечер прошел без происшествий, Томо примерял это к Саломее и ничего не добился - вплоть до того момента, когда она выкрутила ему руку и швырнула его через стол. После того, как я извинился перед менеджером и предложил несколько долларов за беспорядок, Калм вернул себе бар.


Утром сотрудники ФБР сопроводили нас в автобусе на базу ВВС Неллис, добираться туда меньше часа, нас ждал "Геркулес". Загрузив снаряжение, мы сели на скамейки, прислонившись к сеткам, и вскоре с ревом и вибрацией покатились по взлетно-посадочной полосе и улетели. Руки были сложены, ноги скрещены, но я знал, что полет будет коротким, и поэтому выглянул в окно.


Приземлился, ребята удивились, некоторые проснулись от толчка локтем - мы еще почти на месте, и нас отвели к автобусу ВВС, в миле по периметру трассы к ожидающему С5, но нам пришлось сидеть и ждать час, прежде чем прибыла команда и поприветствовала нас, погрузка закончилась.


Долгий перелет привел нас на военно-воздушную базу Эндрюс, штат Вашингтон, нам пришлось выйти из самолета - под холодным дождем - пока он заправлялся, и вскоре мы направились на северо-восток, чтобы совершить чудовищный десятичасовой перелет на авиабазу RAF Fairford в Глостершире.


Но, по крайней мере, мы могли встать и прогуляться по этому рейсу и поболтать с большим экипажем, капитан вернулся, чтобы поболтать со мной - и он догадался, что мы были к югу от границы. Он был техасцем, родился и вырос, собирался переехать на Аляску подышать свежим воздухом.


В Фэйрфорде мне пришлось многих будить, Саломея была не в себе и жаловалась, автобусы застревали под холодным дождем - пришлось ждать наш багаж, за нами приехал полицейский эскорт - член парламента Пит ждал, и мы отправились на юг, в сторону Глостер-Сити, в темноте, большинство парней не знали, какой сегодня день и в какую сторону ехать.


Вернувшись на базу, когда холодный дождь утих, я спустился со своим багажом и обнаружил, что Свифти проснулся и был в форме, выглядевшей усталой, когда член парламента Пит проводил меня внутрь.


"Ты ждал меня?" Я спросил Свифти.


"Как и ты, я спал в самолете, вернулся около четырех часов назад, я думаю. Скоро рассвет. Я думаю, не уверен."


Мы поставили чайник, в доме тепло.


"Откуда ты прилетел?" Я спросил.


"Из Сьерра-Леоне. Я наблюдал за волками, прошел некоторую подготовку, когда они не были на работе в Гвинее."


"Есть раненые?"


"Получил неприятную царапину, но он вернется к ней через несколько недель. Камень рикошетом попал парню в ноги, без драмы, одно попадание по яйцам - но они спасли яичко."


"Отвратительный".


" Ты знаешь о ... посылке? " спросил он, взглянув на члена парламента Пита.


"Моран вернул это обратно ..."


Свифти кивнул. "Уже передан Лондону".


"Бонусов будет предостаточно", - заверил я его. "А тот лагерь повстанцев в Гвинее?"


"У нас было семьдесят человек, которые подкрались незаметно, а затем открыли огонь после того, как те маленькие самолеты королевских ВВС разбомбили это место; мы попали им в трусы, когда они бегали вокруг - чертовски неловко".


"Семьдесят человек?" Я озадачен.


"Обычные спецназовцы, американцы, следопыты, множество теплых тел и увлеченных добровольцев. Джинджер возглавлял отряд волков, Моран возглавлял нашу группу - некоторых из них, а я остался на базе, тренируя парней, руководя боевой комиссией с майором Харрисом."


"Харрис? Он устроил себе путешествие, да."


"Должно быть, хотел побыть вдали от жены".


Я улыбнулся. "Я получу полный отчет".


" А ты?.. " он подтолкнул локтем.


"Солнечная Ямайка, солнечная Панама, затем Солнечная Мексика".


Член парламента Пит вмешался: "Это ты был на мексиканской границе?"


Я повернулся к нему. "Что здесь сообщили в новостях?"


"Это было во всех новостях в течение двух дней, эти наркокартели пересекают границу, самолеты терпят крушение".


"Я был в Акапулько, на пляже, и ни разу не выстрелил в гневе", - сказал я ему с невозмутимым лицом.


"Ha!" Он направился к выходу, чтобы проверить несколько заборов.


"Так что же произошло?" Свифти нажал.


Большая шишка из ЦРУ был похищен на Ямайке мексиканской бандой наркоторговцев, я добился его освобождения, затем перевел команды в Мексику; Рокко и Риццо, Стретч и Монстр, снайперы, Саша и его команда. Наш ведущий, Карлос Шакал, которого следует называть Карлосом Киской, помог нам напасть на картель Лобоса и других, чтобы продвинуть Карлоса, потому что мой друг в Панаме, Томск, поставляет наркотики через него.


"И этот картель, они крутые в городе, гадят ночью на склоне холма. Мы застрелили несколько сотен, затем взяли Хьюи и обстреляли их город, затем они послали на нас три "Геркулеса", полных вооруженных людей. Но мы получили наводку, Рокко и Риццо тусуются в "Хьюи", каждый с пятьюдесятью кал. Мы подобрались так близко к "Геркулесу", что могли бы протянуть руку и дотронуться до них, но мы открылись и сбили их с ног."


"Рокко будет доволен, выйдя на пенсию", - отметил Свифти.


"Он ухмылялся как идиот. В любом случае, мне ненадолго нужно принять душ и лечь в постель."


"Я мог бы сначала дождаться столовой и перекусить, я хорошо выспался в самолете".


Я встал. "Все вернулись сюда?"


"В основном, да, тоже вернулся из отпуска".


"Какой сегодня день?"


"Суббота".


"Национальный день Петрова в Панаме, сегодня, позже".


"Немного громко сказано?" - отметил он.


"Да, это должно вывести из себя Управление по борьбе с наркотиками", - сказал я с усмешкой. В своей комнате я позвонил сестре и уведомил их, что я на базе, если я кому-нибудь понадоблюсь, но собираюсь спать.


В 14:00 я проснулся, а вместе с ним и Свифти, который спал, когда я выходил из дома, дождь прекратился, но над головой было чертовски холодно и серо. В столовой я сидел с Мораном, Джинджер и Генри, Николсон почти проснулся и потягивал кофе, многие Волки были внутри и ели.


Моран вкратце описал мне операцию по добыче алмазов, причем Дикки был тем, кто нашел их и незаметно похитил, чтобы никто не заметил - не американские команды.


Моран оставил людей Тобо на складе с долларами в руках, и они должны были патрулировать северную границу, а также вести патрульные группы к деревням, которые они хорошо знали.


В 16:00 я позвонил Бобу Стейнсу и попросил, чтобы он перевез немного наличных, чтобы воспользоваться охраняемым фургоном. Сидя в отделе разведки, я нашел четырех дежурных сотрудников и просмотрел доски объявлений, все команды вернулись в Великобританию, несколько человек отмечены как раненые после операции в Гвинее.


В 17:00 я рискнул зайти в большую хижину для отдыха, поболтать со многими Волками о том, чем они занимались, некоторые пропустили действие и были в отпуске, у некоторых был темный загар. Тиллер и Брейс пропустили действие, отправившись на отдых в Египет, ныряя с аквалангом и трахая туристских девушек.


Пятеро американских волков вернулись к нам, плюс Грини, и большинство из этих парней были в отпуске по Европе. Грини отправился на Сицилию после Рима, тогда как Мерфи отправился в Рим, встретил американскую студентку и поехал с ней в Германию. Теперь они были предметом, сообщил он, его яйца в порядке.


"Перелет в Германию всего в часе езды от лондонского аэропорта Лутон, так что ты можешь навещать ее по выходным", - сказал я ему.


"Она приезжает сюда, в Англию, на шесть недель, сэр, специальность "геология". Какое-то место в Девоне."


"Яйца в порядке?"


Не на 100%, сэр, но я могу ими воспользоваться. По крайней мере, один из них."


"Я тоже", - съязвил я.


Грини рассказал мне о своей поездке на Сицилию, чтобы найти место, где его дед погиб во время Второй мировой войны. Оказалось, что его прародитель работал над джипом, который упал на него, а не был застрелен в бою.


Грини нашел заросшее место захоронения только для того, чтобы подружиться со смотрителем, у которого были родственники в Штатах, и племянница смотрителя, хорошо обеспеченная молодая леди, схватила Грини и не отпускала, пока ему не пришлось улетать, леди хотела получить американский паспорт и американского мужа в придачу. Но, похоже, наличие мужа было вторичным по отношению к паспорту. Он предложил написать, показав мне полароидные снимки девушки, у нее чертовски красивая фигура.


Свифти встретил меня позже в баре, его биологические часы полетели ко всем чертям, многие мужчины все еще в разных часовых поясах.


Когда зазвонил мой телефон, я пошел в тихое место; Миллер. Он начал: "Наш друг Дикинсон, не такой уж мертвый менеджер ЦРУ, говорит, уже потеряв несколько пальцев".


"Это может повлиять на его способность держать удочку".


"Так и будет. Ты был прав, как всегда. Он работает на саудовское глубинное государство, поэтому мы злимся на них. Дипломат собирался кое о чем сообщить и направлялся к вам своим ходом после того, как Дикинсон только что сказал ему мимоходом, что вы в Вегасе.


"Дикинсон переместил команды, и они убили дипломата, чтобы использовать вас для того, чтобы подставить вас за убийство парня - что имеет мало смысла, потому что были сотни свидетелей. Мы знаем, что репортер был там наготове, чтобы приукрасить историю, этого репортера поймали по надуманному обвинению, и теперь ему грозит тюремный срок.


"И приказ подставить вас исходил не от саудовцев, по крайней мере, мы так не думаем, потому что перехват предполагал иное".


"Мистер Миллер, вы работаете с не совсем честными людьми", - съязвил я.


"Это бремя".


"Так о чем этот парень собирался меня предупредить?" Я озадачен.


"Мы не знаем, и Дикинсон не знает".


"Может быть, саудовцы думают, что я убил их человека в Цюрихе, и хотят моей смерти, спланировав убийство, когда я отправлюсь в Оман".


"Мы ведем переговоры на высоком уровне, и этот вопрос будет решен очень скоро. Мы почти уверены, что они не винят тебя и не хотят твоей смерти."


"Но это осьминог со многими ногами ..."


"Да, у них может быть много мнений по какому-либо вопросу, но обычно они оставляют грязную работу за нами - или всю грязную работу за нами; саудовцы не любят делать что-то сами. Ты все еще поедешь в Йемен?"


"Я могу летать в воздушном пространстве Саудовской Аравии. На земле они ко мне не приблизятся."


"А если они предупредят плохих парней о вашем запланированном нападении?"


"Мы все равно выиграли бы помолвку, не беспокойся".


"Уверенный в себе человек", - отметил он.


"Войны вести легче, когда тебе не навязывают дурацких правил, дурацких планов, не тратят время на взятие пленных, не оказывают первую помощь, нет расписания, нет земли, за которую можно держаться до тех пор, пока не придет облегчение".


"Быстрая и свободная война, но в вашем случае - санкционированное убийство боевиков, без последующего судебного разбирательства".


Дэвид позвонил в 6 вечера, когда я сидела дома со Свифти, моей соседкой по дому, которая сегодня чувствовала себя немного лучше. "Похоже ... что сегодня в Панаме Национальный день Петрова".


"Да, я слышал. Принимает ли участие наш посол?" Я дразнил.


"Нет, черт возьми, это точно не так. И ваш спонсор, Томск, кажется, раздал бесплатное пиво каждому гражданину."


"Это сделает его популярным".


"Это сделает ваше альтер эго популярным, не в последнюю очередь потому, что в телевизионных новостях показали историю о том, как вы спасли беременную женщину-мигрантку на склоне холма, а ведущая была вся в слезах".


"Ну, ты ожидаешь, что майор армии Ее Величества оставит беременную женщину одну на склоне холма?"


"Нет, но вы могли бы отвезти ее в больницу, а не лететь самолетом в Панаму с телевизионной командой на буксире".


"Все это помогает репутации Петрова, которая помогает Томску и Карлосу Шакалу, и они снабжают меня информацией, которая заставляет тебя выглядеть хорошо".


"Мы не снижаем ценность информации, просто надеемся на более низкий профиль, намного ниже, скажем ... 2% от текущего уровня?"


"На это мало шансов. Я действительно стараюсь не высовываться, но события просто продолжают происходить."


"Банда Лобоса все еще получает много эфирного времени в ШТАТАХ, задается много вопросов о том, что произошло к югу от границы".


"Со мной были сотрудники ЦРУ, так что вы можете констатировать этот факт, и они руководили шоу, команда связных на том конце провода. Что вы сказали премьер-министру?"


"Возможно, я немного приврал, сказав ему, что ЦРУ попросило тебя взаймы на несколько недель. Он знал, что тебя время от времени отдавали им в аренду, и он мог бы остановить это, но не сделал - отсюда подразумеваемое разрешение. И теперь, когда вы вернулись, Парламентский комитет по отбору хочет поболтать."


"Они хотят мою голову на блюде?"


"Нет, все сильно изменилось, и они хотят получить ответы о лорде Майклзе - как это было. У них есть большая часть истории от полиции и прессы, несколько вопросов к вам."


"Я буду уклончив", - предупредил я его.


"Я сомневаюсь, что они доставят тебе неприятности. Большинство составляют лейбористы, и прямо сейчас лейбористы лидируют в опросах общественного мнения с самым большим отрывом в истории Великобритании. И они знают, что публика тебя поддерживает."


"Мне нужно разобраться с вещами в течение нескольких дней, потом я мог бы приехать".


"Я скажу им, что ты перенес смену часовых поясов, дам тебе несколько дней. Когда я сказал им, что ты в отпуске, они совсем не были впечатлены."


В тот вечер я разослал по округе члена парламента Пита и его банду, чтобы они провели перекличку тех, кто был здесь, и предупредили их всех, чтобы утром они были бодры. "Эхо" собиралось в 9 утра, полевая разведка ╧ 1 - в 10 утра, Разведданные - в 11 утра.


Перед полуночью прибыла карета, полная американских волков, использованные казармы плюс новые деревянные хижины, чтобы люди Тобо никогда не возвращались в них. И теперь у нас было двенадцать хижин, так что места было предостаточно. Британские волки предпочитали жить в одноместных комнатах, американцы - в общих хижинах или бараках, поскольку они не собирались оставаться здесь надолго. Им сказали, что они придут на собрание в 10 утра.


Я достаточно хорошо выспался, в 7 утра съел плотный завтрак, множество британских волков были внутри и ели - и задавали вопросы о том, чем я занимался в Мексике. Кто-то уже проболтался, и почти все скоро узнают.


В 8 утра я схватил Рокко и удостоверился, что он знает время встречи, но оно уже было записано в его планшете. Я сидел в офицерской столовой с Харрисом и О'Лири плюс 14 капитанами разведки, поболтали перед собраниями, Саломея приехала за рулем, побывав в Лондоне - еще родственники, чтобы подписать формы.


В 8.50 утра люди начали прибывать в большую комнату для брифингов на первом этаже, ребята из Панамы теперь с этим и проснулись, те, кто был в Гвинее, воспользовались трехдневным отдыхом здесь. Я поздоровался со многими, быстро переговорил, когда были заняты места, Билли занял центральное место со своими файлами и заметками, Рокко стоял с подстриженными усами в виде блокнота.


В комнате были только люди Эхо, британские волки, которые теперь входят в состав Полевой разведки ╧ 1, так что у нас было больше места. Команда intel стояла в стороне, поскольку кое-что из того, что мы обсуждали, могло иметь отношение к ним, но Сандерсона на встрече не было. Я поздоровался с Паркером, Тиллером и Брейсом, вскоре крикнув людям заткнуться и сесть.


Стоя впереди, рядом с Билли, когда он сидел с Мораном, Митчем и Джинджер, я начал: "Хорошо, у всех вас было несколько дней, чтобы восстановиться после долгих перелетов, так что сегодня начинается работа. О любых травмах или сексуальных заболеваниях сообщайте сегодня утром. Томо, проверь себя."


Они смеялись над ним.


"Для тех, кто может спросить о бонусах за определенные задания, наличные должны поступить сегодня. Все мужчины получат небольшой бонус благодаря Дикки." Они взглянули на него, когда он ухмыльнулся. "И мы не будем обсуждать, почему".


"Нарушаем ли мы здесь какие-либо законы?" - Спросил Билли.


"Многие, но Лондон знает об этом. Я предлагаю не записывать это."


Он бросил на меня взгляд, напомнивший мне майора Брэдли.


"Те, кто был в Центральной Америке, получают дополнительный бонус".


Томо поднял руку. "Не забудь о премии, которую ты мне обещал, я застрелил двенадцать человек за двадцать четыре секунды".


"Ты сделал, да". Я столкнулся с Рокко. "Выставьте ему счет за использование дорогих боеприпасов".


Под смех парней Томо запротестовал.


"Хорошо, сержант Крэб, припасы готовы?"


Мы были там на выходных, проверили, все рассортировали. Полевая разведка ╧ 1, у них большая часть, и майор Сандерсон заказал форму и снаряжение, так что хватит на всех, зеленое и коричневое. И Хомяк говорит, что теперь у нас достаточно Valmet."


Я столкнулся с Хомяком. "Технически, вы сейчас являетесь частью полевой разведки ╧ 1, но можете посещать эти собрания, чтобы знать, когда и где мы можем развернуться".


Он сказал мне: "Снаружи есть большой стальной ящик, новый".


"Да, я это видел".


"Там хранятся винтовки без затворов, поэтому они берут у меня затворы и патроны, а затем берут винтовки снаружи. Если парням нужно побегать с винтовкой, они могут получить ключи в магазинах, в оружии нет защелок."


Я кивнул. "Ладно, хорошо. Следующая работа может быть в Йемене, жарко днем и холодно в горах ночью, носить коричневую форму в пустыне, коричневые винтовки и магазины, коричневые пончо. Магазины, проверьте, достаточно ли у нас. Придут волки, возможно, и 14 разведчиков, для них это хороший опыт.


"Мы пока не поедем, у меня есть дела в Лондоне, а вам всем нужно немного потренироваться. Ладно, Монстр, Паркер, Тиллер и Брейс, Новичок, в твоей подготовке есть пробелы по сравнению с остальными ребятами.


"Риццо, я хочу круто учиться, занимай их весь день. Начните со всего имеющегося у нас оружия, затем минометов и РПГ, затем работы с пистолетом и дома убийств, приемов чтения карт и тестов, оказания первой помощи свиньям. Саломея, ты присоединяешься к этой группе и узнаешь, как мы все делаем.


"У вас у всех должно быть две недели, так что втисните это. Некоторые еще не закончили "Фабрику", поэтому им нужно добавить это в список - но всего на три дня вперед. Слайдер, я хочу, чтобы остальные ходили и бегали каждый день, готовые к Йемену, к занятиям в спортзале. Я также хочу, чтобы кто-нибудь из ребят обучил 14 Intel и поработал с Волками."


Я столкнулся со Свифти. "Я хочу, чтобы были сделаны оценки, проверены на пригодность, отмечены травмы. Ты должен присутствовать на следующей встрече с ними. Тогда это то обучение, которое вы считаете лучшим, но помните, что у нас здесь американцы - так что много теплых тел, и у лондонской разведки могут быть какие-то идеи относительно курсов, поддерживайте связь также с подполковником Сандерсоном, это его шоу.


"Американские волки находятся здесь на пристройке, имейте это в виду, никакая разведка у них не работает, но на фабрике все в порядке, первая помощь, чтение карты, долгие прогулки. Постарайся не подвернуть лодыжки перед Йеменом."


Я указал на Краба. Поддерживай форму и займись кое-чем с оружием, ты будешь с нами в Йемене, прояви интерес к тренировке американских волков, поговори об этом с Сандерсоном. И все вы, уточните у Рокко об объектах и о том, кто чем пользуется, у него есть основной список, так что вы заказываете их через него, а не просто приходите и предполагаете, что место пустует."


Генри поднял руку. "Придут ли сюда люди Тобо?"


"Нет, разве что для тренировочного упражнения. Их рабочие места - и их семьи - находятся в Сьерра-Леоне и Гвинее."


"Я тренирую их больше?" - спросил он.


Может быть, в Сьерра-Леоне, но не здесь. Они уже хорошие люди."


Он широко, по-галльски, пожал плечами.


Билли повернул голову ко мне. "Будут ли эти чернокожие солдаты постоянно фигурировать в наших книгах?"


"Технически нет, они нужны нам при штабе во Фритауне, и они должны помогать всем без исключения группам спецназа на стандартных маршрутах патрулирования. Я бы не взял их с собой в какое-нибудь место вроде Йемена, но для работы в Анголе или Конго я мог бы, да."


"Тогда лучше держать их в качестве отряда, готовых к нам - по мере необходимости; Штаб-квартира во Фритауне просто облажается и не будет знать, что с ними делать. На данный момент они указаны как вакансии по обмену, известные министерству обороны - зарплата и медицинское обслуживание, так что мы могли бы оставить все как есть и контролировать их отсюда - мы все равно получаем вопросы о тамошних командах."


"Отлично", - сказал я ему. "Я бы хотел, чтобы они были сразу же, если мы отправимся в Анголу или в страну чернокожих".


Краб отметил: "У них есть наше снаряжение, выданное отсюда, и винтовки".


"Сохраните документы, в которых говорится, что они находятся на развертывании, тогда оставьте их на доске наверху. Хорошо, мальчики и девочки, вы знаете, что делать. У тебя был отпуск, так что возвращайся к тяжелой работе и тренировкам."


"Подождите", - крикнул Билл, - бланки для раздачи нескольким мужчинам, заявления о пенсионных выплатах, несколько потерянных вещей, забитые туалеты в хижине, тренажерный зал по дороге, доступный в определенные дни.


Ребята, наконец, разошлись, когда я повел Билли и Морана наверх. Мы полчаса сидели, разбираясь с бумагами перед следующей встречей, полевой разведкой ╧ 1, внизу, объединенные силы "Волков" в основном стояли и все столпились сзади.


За первым столом сидел подполковник. Сандерсон, майор Харрис, капитаны разведки и два 14 капитана Разведки в стороне, Свифти в первом ряду с Крабом и Даффи, плюс офицеры и сержанты American Wolf, два офицера и три сержанта. Британские волки сидели, две наши оставшиеся дамы из 14 Intel плюс несколько их коллег-мужчин сидели, несколько американцев сидели, остальные стояли сзади. Двое наших шпионов из полиции КТ сидели в стороне.


Я стоял и болтал со многими, прежде чем они успокоились, затем я встал впереди. "Добро пожаловать обратно ... для тех, кто путешествовал вдоль и поперек. Американские волки, есть какие-нибудь травмы, о которых мы не знаем?"


Капитан доложил: "Мужчина разбил свою машину, он не вернется, позвоночник поврежден".


"Жаль. Сообщите нам его имя для доски наверху. Есть еще вопросы?"


"Уволился человек, не знаю почему".


Четырнадцатилетний капитан разведки вставил: "У нас уволились двое мужчин".


" И причины?.. " подтолкнула я.


"Они чувствовали, что все это было слишком опасно".


Я широко развел руки. "На что, черт возьми, они подписались, на какие-то тренировочные упражнения?" Неужели они не знают, что может случиться, если начнется война?"


"Очевидно, что нет", - усмехнулся Сандерсон. "Трусы".


Капитану разведки 14-го это не понравилось, но он прикусил язык. "Мы модифицируем наш процесс найма с помощью профилирования, разработанного Ми-6, уже нескольких кандидатов".


"Внимательно проверь их, прежде чем они ступят на эту базу", - настаивал я. "Они тренируются с тобой и показывают себя, прежде чем придут сюда и потратят наше чертово время".


Он кивнул.


"А Тайни?" - подтолкнул капитан разведки 14-го ранга.


"Находится на задании от Intel, ему ничего не угрожает, но он получает хороший опыт. Она вернется через несколько недель. И для протокола ... если у вас есть команды с нами здесь, то их могут призвать на разведывательную работу за границей, а также где-нибудь в конфликте. Вы, два капитана, увидите действие, как только я смогу что-нибудь придумать. Если это тебя беспокоит ... уходи скорее. Вы в форме, чтобы сражаться, а не просто оформлять документы."


"Верно, сэр", - подтвердили они оба.


Сандерсон спросил: "Долгосрочное размещение американских команд здесь?"


"Они будут меняться, сэр, пока мы говорим, набираются новые команды. Их боссам в Пентагоне нравится, когда их размещают здесь, потому что я могу отправить людей сражаться без разрешения Белого дома. У них со мной контракт по обмену, так что они идут драться туда, где дерусь я - хорошие газетные полосы для тех, кто остался дома."


Я широким жестом указал на то, что американские волки встали. "Вы все в конечном итоге вернетесь в Штаты, под контроль полковника Мэтьюза или адмирала Джейкобса, но ... для развертывания может потребоваться письменное разрешение Белого дома, а это может быть долгим процессом.


"Одна идея ... заключается в том, что вы остаетесь за пределами Штатов, в Африке или здесь, переезжаете, у вас есть свободное время на праздники, но вы всегда можете заняться какой-нибудь работой, когда это необходимо. Адмирал Джейкобс хотел бы, чтобы многие из вас базировались в районе Красного моря. Если у вас, ребята, есть обязательства дома, если вас ждет девушка, вам нужно сообщить своим боссам."


Я вгляделся в их лица. "Поднимите руки, если пребывание за границей в течение нескольких месяцев является проблемой".


Никто не поднял руки.


Мерфи выразился так: "Сэр, мы все достаточно тупы, чтобы любить это дерьмо". Они засмеялись.


Я спросил: "А кто здесь сообщил ребятам дома, что они были на базе Кэмел Тоу?"


Они снова засмеялись.


Мерфи вставил: "В Риме я купил несколько бесплатных напитков у американских туристов, сэр".


Все смеялись.


"Мерфи, если нам когда-нибудь понадобится человек для работы под прикрытием, не вызывайся добровольцем - ты теперь знаменитость". Я столкнулся с ними. "У всех вас, у нас есть две недели здесь, а затем, возможно, работа в Йемене, жарко днем и холодно ночью. Я планирую взять всех вас с собой, опыта на 14 разведданных, и нам понадобятся цифры.


"Начни заниматься фитнесом, мы будем гулять по горам."


"Мы оставим Сьерра-Леоне пустой?" - Спросил Сандерсон.


"Есть ли срочная необходимость в волках там, внизу, сэр?"


"Как и когда возникают какие-то проблемы", - отметил он. "Что бывает часто".


"Работа в Йемене - дело громкое, и влиятельные лица хотят хорошего шоу, а мне нужны люди. Но в качестве общего правила я бы сказал, что у нас в Сьерра-Леоне всегда наготове десять волков, да. Такие вакансии, как в Йемене, появляются не так часто."


"Как долго ты там пробудешь?"


"Трудно сказать, но я бы сказал, две недели или меньше. Мы приезжали в тренировочный лагерь и уходили."


Майор Харрис повернулся ко мне. "Я изучал подразделения Аль-Каиды в Йемене, и в восточно-центральном регионе есть три лагеря, в каждом по шестьсот человек, невозможно сказать, кто из них Аль-Каида, а кто просто поддерживает их и готовит чай".


"Всего в мире насчитывается менее двухсот членов "Аль-Каиды", - сказал я ему. "Остальные - это просто мужчины, слоняющиеся без дела".


"У нас уже есть план?"


"Я был занят и ждал, когда ты придумаешь план", - поддразнила я.


Сандерсон спросил: "Какую цель заявили Лондон и Вашингтон?"


"Нанесите удар по Аль-Каиде в регионе, ничего более сложного, чем это. Остальное зависит от нас. Аль-Каида атакует автобусы с туристами, взрывает бомбы, но если их не остановить, они могут разрастись - а мы не хотим, чтобы они разрастались."


"Там есть пещеры", - предупредил Харрис. "Воздушные удары были бы ограничены".


"Мы войдем и посмотрим поближе", - сказал я ему. "Через Оман, который будет полностью сотрудничать с материально-технической поддержкой - вертолетами и джипами".


"Это помогает", - отметил Сандерсон. "О, пока тебя не было, они повесили какого-то парня в Омане, большого толстого парня, у которого оторвалась голова, когда они открыли люк, небольшой беспорядок. Затем они застрелили его обезглавленное туловище."


"Этот человек ... был посредником, который убил моего отца".


Они обменялись взглядами.


Сандерсон отметил: "И он просто случайно оказался в Омане ..."


"Забавный старый мир, не так ли".


Он бросил на меня взгляд, также напомнивший мне майора Брэдли.


Я столкнулся с мужчинами. "Хорошо, ты знаешь, что у нас запланирован Йемен, поэтому здесь, в холодной Англии, много тренировок. Убедитесь, что у всех вас есть набор desert brown." Я столкнулся с Сандерсоном. "Мне нужно, чтобы ваша разведгруппа знала целевой район лучше, чем они знают эту базу, долины к востоку от Омана, местные племена и принадлежности, источники воды".


Он кивнул. "Мы будем готовы".


Следующая встреча была для сотрудников Intel и проходила в главном зале Intel, люди в основном сидели по краям. Я похвалил Мутча за то, что он выглядит подтянутым, а персонал смеялся.


"Хорошо, сначала я хочу, чтобы GCHQ подумал о сигналах разведки в районе Карлоса Шакала на мексиканской границе с Америкой, о текущей операции". Я столкнулся с Тинкер. "Отправьте мой официальный запрос. Я заинтересован в том, чтобы Лобос напал на него, поскольку Карлос-Шакал, который живет со своей мамой, теперь в состоянии предоставить этим милым парням в ЦРУ информацию о бандах Лобоса к северу от границы.


"Эту информацию ищут ЦРУ и Белый дом, и, как мы все знаем, ЦРУ и Белый дом - полезные друзья, которых полезно иметь, друзья, оказывающие чрезмерное влияние на нашего собственного премьер-министра. Это следующее задание, в Йемене, было выполнено по просьбе - сначала - израильтян, затем американцев, но оно соответствует британским интересам, потому что мы все хотим, чтобы "Аль-Каида" была разгромлена."


Харрис заметил: "Или следующим они могут напасть на банк Barclays в Сайренсестере".


Лица прятали ухмылки.


Я сказал ему. "Если они действительно нападут на банк Barclays в Сайренсестере, нам не придется далеко ехать. Но домашняя компьютерная томография возложена на обычные SAS и новые полицейские подразделения."


Сандерсон отметил: "Теперь они практикуют методы прорыва ..."


Я кивнул. "В какой-то момент они сами разберутся со своими серьезными ситуациями, а не просто мужчина, держащий свою жену в заложниках, потому что она сожгла его тост".


Харрис спросил, взглянув на Сандерсона: "От имени многих из нас, есть ли у вас мнение ... о том, как все обернется в Лондоне и с такими людьми, как покойный лорд Майклз?"


Я обдумал свой ответ. "Я склонен полагать, что 95% тех, кто был вовлечен в противоправные действия, были арестованы, убиты или сбежали. С лордом Майклзом и посредниками NordGas в Африке были жестко разобрались, и вероятность вооруженных инцидентов в Сьерра-Леоне и Либерии значительно снизилась.


"Те люди, которых мотивировал и которым платил банк Commertz, больше не мотивируются этим банком, банк потерпел ряд неудач и ... в конце концов сгорел дотла, очень плохой эпизод в истории этой страны и Европы, люди, играющие в бога, богатые люди сидели за закрытыми дверями и думали, что - поскольку они были богаты и с хорошими связями - они должны приложить руку к решению проблем, а также заработать несколько фунтов, нарушив закон.


"В течение тридцати лет NordGas инвестировала в государственные перевороты и незаконные сделки в Африке, у бедных людей под ногами отбирали наследство. Я предполагаю, что после первого раза, когда они незаконно захватили шахту и никто не оспорил это, они продолжали идти, становясь все более и более уверенными, пока не решили, что могут даже справиться с британским правительством и нашей армией.


"Что раздражает ... так это то, что начальники нашей собственной разведки сказали мне, что лорд Майклз вне подозрений и что не следует предпринимать никаких действий."


"Чертовски нелепо", - отметил Сандерсон. "Никто не выше закона".


Харрис отметил: "Это был урок - для таких людей, как лорд Майклс, - о том, что может случиться, когда играешь с огнем. Но скажи мне, сколько нападений на нас здесь и на ФОБ было совершено из-за банка?"


"Почти все они через доверенных лиц", - сказал я ему.


Харрис сказал мне: "Моя жена хотела бы догнать их. Беспокоиться о террористах - это одно, но беспокоиться о наших собственных лордах и пэрах ..."


"Да, предательство", - сказал я им. "И самая глупая ситуация, в которую эта страна попала за последнее время, когда левая рука нападает на правую".


"А Лесли?" - спросила женщина-капитан.


"За ее похищением стоял банк", - сказал я ей. "Но мы упустили один трюк, когда вернулись к нигерийцам, потому что они были достаточно правдоподобны как плохие парни, чтобы мы не искали дальше. Но нигерийцы занимали деньги в банке, это был толчок со стороны банка напасть на нас. Это ... урок для всех вас, на будущее.


"Вы можете найти стрелка, но кто его менеджер? И этот менеджер, кто его босс, и что им движет? Вы должны подняться по строке до самого верха, чтобы получить окончательный ответ. На нас напали люди из Кот-д'Ивуара, которые продавали товары на условиях FOB, мотивированные компанией, эта компания мотивирована NordGas, NordGas мотивирован банком."


Я указал на Мутча. "Тот объект в Нигере, где работал ваш друг, тот, на котором произошел несчастный случай. Все это было оплачено банком через Изиллиена, но мы по ошибке остановились на Изиллиене и решили, что он просто хотел заняться нефтью в Либерии."


Я широко развел руки. "Заминированный автомобиль на складе, в котором бывший сотрудник SAS привез его к нам ... этому способствовали Сэндлайн и Боб Литтлвуд, непосредственно от имени лорда Майклза - чтобы помочь банку добраться до нефти".


Я вздохнул. "Дамы и господа, мы потратили годы впустую, сражаясь не с теми людьми по неправильным причинам, не зная, что происходит на самом деле. В будущем нам нужно быть умнее."


"Мы многому научились", - настаивал Харрис. "Мы выжили, и мы лучше оснащены, у нас больше людей, у нас есть опыт, поэтому я думаю, что в следующий раз, если будет следующий раз, мы разберемся с мелкими засранцами".


Мой телефон зазвонил, и я вышел.


"Это Миллер, ты можешь говорить?"


"Только что вернулся на базу, разбираюсь с командами".


"Плохие новости. Мы получили сообщение о перехвате, и парни в Йемене знают, что вы приближаетесь, они готовятся."


"Хорошо, это помогает".


"Это помогает! Как, черт возьми, это помогает!"


"Они будут двигаться предсказуемыми путями, я знаю, что они будут делать, и я могу сыграть с ними. У них есть временные рамки и цель, поэтому у них слабая рука. У меня нет временных рамок, нет цели, нет давления ради результата, и я могу составить свой собственный план."


"Я собираюсь записать это и вспомнить, кто из нас здесь военный гений. О, и они получили свежее оружие и боеприпасы."


Я улыбнулся. "Расслабься, мы их побьем". Вернувшись в дом, я взглянул на их лица, когда они выжидающе смотрели. Я объявил: "Аль-Каида в Йемене знает о нашем приближении и расставляет ловушки".


Громкий хор голосов прокатился по комнате.


Я указал на Харриса. "Ты говорил...?"


"Что ты будешь делать?" - спросил он.


"Отправляйся в Йемен. Теперь, почему бы тебе не рассказать мне, почему у нас здесь преимущество ..."


Харрис взглянул на Сандерсона. В конце концов он сказал: "Ты знаешь, в чем заключается их план, они не знают твоего плана, у нас преимущество".


"Правильно. Итак, мы планируем по ходу дела, зная, что они сидят и ждут нас."


Харрис столкнулся с Сандерсоном. "Я собираюсь принести свой набор шахмат".


"Не прикидывайся жестянщиком, у него это здорово получается", - предупредил я.


"Мутч играет хорошо", - сказала мне Тинкер.


Я столкнулся с Матчем. "Я слышал, что это был сквош ..."


Уилко:

Одинокий волк


Книга 14


Возвращаясь из Джорджии, на бреющем полете над Черным морем, мне пришлось столкнуться с кризисом, ребята теперь беспокоились о том, что просочилось в прессу, а также о плохом состоянии дрянного старого самолета, на котором мы сейчас летели. И человек, который предположительно слил эту информацию, он был - будем надеяться - мертв и сожжен на прекрасной старой винодельне, на которую мы только что напали.


К сожалению для нас, он отправил прессе кое-что перед тем, как покинуть Великобританию, до того, как его взорвали и сожгли, это досье теперь в руках газеты The Telegraph, и, возвращаясь на авиабазу Инджирлик, я должен был задаться вопросом, что он знал.


Он работал в "Русском доме", совместной группе русскоговорящих сотрудников Ми-6 и Ми-5, которая стала несколько избыточной после окончания холодной войны. Он наверняка встречался и разговаривал с Сашей, и он знал о Каспере, так что в какие неприятности мы попали - мне пришлось подумать.


Во время холодной войны мы принимали перебежчиков, но в данном случае мы принимали членов преступных группировок и обращали их на свою сторону, игнорируя прошлые преступления. Мне было интересно, какова правовая позиция, но ни один из мужчин не совершал преступлений на территории Великобритании, так что только Интерпол был бы недоволен нами.


Затем было ФБР, которое наверняка заинтересовалось Каспером, не в последнюю очередь потому, что у него были черты лица Петрова, сфотографированного в Нигерии.


Приземлившись на авиабазе Инджирлик в потрепанном старом двухвинтовом самолете, я достал свой спутниковый телефон и позвонил Бобу Стейнсу, когда нас встречали сотрудники военной полиции США. "Мы вернулись в Инджирлик, но я только что получил известие из Лондона, что наш агент-шпион отправил досье в газету The Telegraph".


"О, черт. В каком отделе он был?"


"Русский дом".


"Значит, он знал Сашу наверняка".


"На какую критику мы могли бы нарваться ... принимаешь Сашу?"


"Что ж ... на самом деле, нет, в прошлом мы принимали у себя перебежчиков, даже если у них было криминальное прошлое, и мы предоставляли иммунитет террористам, если они помогали нам."


"А Каспер?"


"Если ФБР думает, что он Петров, то это будет международная буря дерьма, но они должны доказать, что это он. И если премьер-министр скажет, что это не он - к черту все, что может сделать ФБР."


"Новый премьер-министр еще не знает о том, что я - Петров".


"Американцы будут оказывать на него давление, не волнуйся. Петров - золотой козырь, за ним внимательно следят Саша и Каспер."


"Итак, все сводится к тому, что еще этот парень знал о наших операциях ..?"


"Они болтают за ланчем, как старые леди, так что он, вполне возможно, многое знал. Ми-6 ничем не отличается от SAS; скажи человеку, что это секрет, и это распространится быстрее, чем служебная записка!"


Я вздохнул. "Телеграф находится на Флит-стрит, да".


"Да, но они планируют установить новые печатные станки подальше от города".


"Мне нужно, чтобы ты провел человека в их здание".


"В моем жребии будет один или два человека внутри, они всегда так делают".


"У тебя есть старые контакты, люди, которые не знают, что ты на свободе?"


"Да, я мог бы попробовать их".


"Предложите мужчине немного хороших денег, чтобы он зашел внутрь однажды вечером, когда все будут дома, все компьютеры включены, и включил разбрызгиватели".


Он рассмеялся. "Это обошлось бы им очень дорого, и они были бы изъяты из обращения на неделю или две, чтобы министр внутренних дел успел получить несколько уведомлений".


"Сделай это, но постарайся получить доступ к резервуару для воды или трубам, нам нужно немного красного клея для дерева там".


Он рассмеялся. "Это разозлило бы их, но продемонстрировало бы связь с Нигерией".


"В этом весь смысл", - сказал я ему. "Дайте мне домашний адрес редактора, и я хочу знать, кто владельцы. Возвращайся ко мне, работай быстро, мы оставим Лондон в стороне от этого. Ну, глупо так говорить, ты всегда не учитываешь Лондон, в этом весь смысл."


Я позвонил в Лондон и попросил срочный обратный рейс, затем позвонил Максу. "Слушай, у меня есть история. Помнишь мою гражданскую работницу, которую пытали, Лесли?"


"Да, я опубликовал историю".


"Подробности, от которых она отказалась, были отправлены в The Telegraph, они собираются их использовать", - солгал я.


"Какие маленькие засранцы".


"Дайте им немного дерьма, пока не подадите на себя в суд".


"С удовольствием".


И цитата от меня: любой, у кого есть хоть капля достоинства, должен перестать покупать The Telegraph. Любая газета, которая использует информацию, полученную в результате пыток женщины, недостойна презрения. Министр внутренних дел должен действовать, чтобы остановить разглашение секретов, полученных с помощью пыток и убийств."


Сидя со своими ребятами в нашей транзитной будке, где американские полицейские караулили снаружи, я сказал им: "Если этот парень знал о вас - Саше, а также Каспере, то это мокрый кальмар, потому что мы можем легально принимать перебежчиков, даже если у них есть судимость. Вопрос в том... что еще он знал. Скорее всего, он получил сплетни из третьих рук, которые были преувеличены. Итак ... поживем-увидим, но у меня есть люди, выстроившиеся в очередь, чтобы поиметь эту газету."


Мы проспали большую часть обратного пути, частный самолет, который незаметно высадил нас в Брайз Нортон в 4 утра, нас было немного, автобус ждал, вооруженные полицейские на посту поздоровались и спросили, как база Кэмел Тоу.


Мне удалось поспать два часа после беспокойной ночи, думая о том, что наш друг-шпион раскрыл прессе. Я знал, что виноват во многих вещах, но я делал все это ради Лондона, поэтому я не чувствовал себя виноватым. В основном. Вроде того. Не считая того факта, что мы только что убили полный дом людей в Джорджии.


Я поел в столовой с несколькими парнями, охрана все еще была усилена после недавнего нападения здесь, и в 8.30 утра я сел с майором, чтобы разобраться с некоторыми документами, включая аттестацию персонала, а также рекомендацию на медаль для двух Волков, которые расстреляли нигерийских артиллеристов.


Звонил Дэвид Финч. "История, опубликованная этим утром в Sun, очень приятна: Телеграф был оклеветан Би-би-си и большинством других".


"А документы?"


"Предполагается, что мы не должны знать о них, но министр внутренних дел может, по крайней мере, задавать вопросы сейчас".


"Есть какие-нибудь подсказки относительно того, что они говорят?"


"Все, что мы пока знаем, это то, что Саша подробно описана, и ваша предполагаемая политика стрельбы на поражение".


"Мало кого в Великобритании беспокоит моя политика "стрелять на поражение", это старые новости, и Великобритании разрешено принимать перебежчиков".


"Тогда мы подождем и посмотрим, есть ли в них что-то существенное".


В 10 утра генерал Деннет позвонил на городской телефон. "Ваш местный член парламента подал жалобу в Министерство обороны и полицию на то, что вы использовали тяжелое оружие для отражения вашего последнего нападения".


"Мы сделали, сэр. Минометы и крупнокалиберный пулемет."


"Стрельба из минометов по гражданским лицам запрещена, даже если они террористы, поэтому ведется расследование Министерства обороны".


"Тогда, сэр, скажите болванам наверху, чтобы они перестали терять время, потому что все тяжелое оружие было использовано на территории Министерства обороны, ни одно не попало на частную землю".


"Вы выпустили их через свой забор!"


"Сэр, за моим забором находится собственность Министерства обороны, простирающаяся еще на милю, сданная обратно фермеру".


"Это так?"


"Да, сэр, и поскольку вы МОД, я полагал, что у вас должна быть карта и описания этого места".


"Не нужно издеваться, капитан, и я собираюсь избить нескольких человек до бесчувствия и проверить карту". Он повесил трубку.


Час спустя майору позвонили, местный депутат хотел встретиться с начальниками полиции Глостера и Оксфорда. Министр обороны, по-видимому, предоставил ему доступ этим утром, и ему сказали, что мы будем сотрудничать.


"Ничего особенного, сэр", - сказал я майору, когда он держал руку над телефонной трубкой. "Впусти их".


В полдень прибыл ожидаемый конвой, по нему никто не стрелял, и я помахал им рукой возле столовой. Член парламента с кислым лицом вышел из полицейской машины, мужчине за пятьдесят, присутствовало не менее шести старших офицеров, двое из которых были главными констеблями.


Джентльмены, добро пожаловать в GL4. И позвольте мне сначала сказать, что я не могу гарантировать вашу безопасность здесь. Если произойдет нападение, мы будем отстреливаться, но - вы знаете - заминированные автомобили и тому подобное не всегда замечают."


"Вы ожидаете еще одного нападения?" - недовольно спросил главный констебль.


"В окрестностях этого места? Всегда. Следуйте за мной, пожалуйста. " Я провел их несколько шагов к казармам и вверх по лестнице на крышу. С крыши они внимательно осмотрели базу, а также внимательно наблюдали за двумя Волками с Николсоном, винтовками в руках.


Я указал на юг. "Первый снайпер был замечен в тех лесах на следующий день после взрыва автомобиля на севере ... и французский журналист с взорвавшейся машиной и взорвавшимся телефоном."


"Взрывающийся телефон?" - спросил полицейский.


"Мы отобрали у него телефон после того, как застрелили его, но он показался мне слишком тяжелым, поэтому я бросил его, и когда он приземлился, он взорвался. Был полон Семтекса."


"Не припоминаю этого в отчете", - подтолкнул локтем главный констебль Глостера.


"Это должно было быть в отчете министерства обороны, но я не принимал в этом участия. Члены парламента их записывают."


Член парламента начал: "И вы обстреливали из минометов поля фермеров ..."


"С твоей стороны было бы разумно проверить факты, прежде чем открывать рот, потому что мои друзья из газеты The Sun собираются тебя распять." Он моргнул, когда я указал на юг. "Собственность Министерства обороны здесь простирается на милю во всех направлениях, сдана обратно фермеру по соглашению, и если бы у вас была хоть капля гребаных мозгов, вы бы сначала спросили, прежде чем выдвигать обвинения".


" Это земля МОД? " повторил главный констебль.


"Это так, и с любым, кто делает заявления или комментарии, будут разбираться в прессе или в судах".


Тот же человек спросил: "Вы пытались удержать наших офицеров от этого, но это Великобритания, а не Африка, это наш участок".


"И что, черт возьми, безоружный офицер мог сделать против обученного русского снайпера с штурмовой винтовкой?" Я огрызнулся на него. "Попробуй так обращаться с людьми, и у тебя будет кладбище, полное офицеров!"


"Люди, которые пытаются убить меня, - это не местные домушники с отверткой, у них есть мощные штурмовые винтовки и бомбы Semtex. Как ты думаешь, какие, блядь, у тебя были бы шансы против них? Я тренирую ваших вооруженных офицеров по борьбе с терроризмом, и они могли бы пережить столкновение, ваш местный бобби не доживет до того, чтобы рассказать об этом, поэтому я пытался уберечь вас от этого.


"В Херефорде я сообщил о подозрительной машине, подъехали ваши офицеры, и им снесли головы, блядь. На трассе М4 недалеко от Суиндона ваши офицеры остановили нигерийцев и были убиты. Что будет в следующий раз? Если я получу сообщение о том, что за мной идут вооруженные до зубов люди, мы готовимся и встречаем их лицом к лицу, только мы вооружены тяжелее, чем они, и вы не объясняете гибель ваших офицеров скорбящим семьям.


"И Лондон знал о моем решении и не сделал ничего, чтобы ему противоречить. Мы обучены, экипированы и нам платят за это, ваши офицеры спасают кошек с деревьев. Так что давайте делать то, в чем мы хороши, а вы все не ходите в бронежилетах с винтовками и не пугаете британское население. Если только вы не хотите, чтобы каждый полицейский был вооружен ..?"


"Нет, мы не знаем", - вмешался главный констебль Оксфорда. "И это вы должны иметь дело с такими людьми, а не наш местный деревенский бобби, поэтому у меня нет проблем с тем, чтобы вы взяли на себя инициативу в таких вопросах. Мы просто все хотим более спокойной жизни."


"Вы могли бы попросить премьер-министра прекратить посылать моих людей за границу ..." - забавлялся я. "Оставь нескольких заложников гнить".


"Мы здесь не на противоположных сторонах", - подчеркнул он. "И ваши люди проделали отличную работу по возвращению заложников домой к их семьям, мы этого не отрицаем".


"И пока мы продолжаем это делать, несколько террористов захотят нам отомстить".


"И это последнее нападение, кто стоял за ним?"


"Российский посредник, который поставлял оружие исламистам в Нигерии, чтобы использовать против нас. Ему заплатили, чтобы он отправил сюда людей."


"Оплачено кем?"


"Ты знаешь, что я не могу ответить на этот вопрос. Спросите Ми-6. " Я указал на политика. "Приведи свой мозг в порядок, прежде чем открывать рот". Офицерам я сказал: "Вам всем рады здесь в любое время, чтобы осмотреться, составить планы, и мы можем отправить ваших офицеров на полигоны".


"Любезно с твоей стороны. С этого момента я буду регулярно присылать назначенного нами офицера по борьбе с терроризмом ", - сказал мне главный констебль Оксфорда, обменявшись кивком с партнером из Глостера.


Я повел их вниз по лестнице, мне задали несколько практических вопросов, договорились о более тесном сотрудничестве, политик на этот раз потерял дар речи. Я поблагодарил их за команды SOCO и офицеров и отмахнулся от них.


Майор подъехал на своей машине, направляясь домой. "Все в порядке?"


"Да, сэр, полиция в порядке, а этому политику надерут яйца. Все как обычно."


"Постарайся перестать расстраивать людей, или нам понадобится забор гораздо большего размера".


"Хорошо, сэр", - сказал я с улыбкой, когда он отстранился.


Мне позвонили в 5 вечера, полиция прибыла в офис The Telegraph, нужно было задать вопросы. Но мне тут же сообщили, что газета может задержать полицию и, вероятно, сможет напечатать подробности на законных основаниях. Помешать британской газете напечатать что-либо было тяжелой работой для местных властей; уведомление D должно было быть действительным и могло быть оспорено в суде - результат независимой правовой системы, которой гордились британцы.


В 19:00 майор Уитворт позвонил с базы Кэмел Тоу.


"Как там дела, сэр?"


"Это был ад, у меня был соблазн забрать своих людей отсюда и послать Лондон к черту, но французы пригласили больше медиков и около миллиона мешков для трупов, и некоторые из моих парней вызвались добровольцами - в перчатках и масках. Они сложили тела в мешки, присыпав их порошком, затем все мешки погрузили на бульдозеры и оттащили на юг примерно на милю, джипы тоже тащили тела, а потом появился Красный Крест и решил заработать на пропитание.


"Но Красный Крест жалуется, что вы забрали удостоверения личности и что они не могут опознать тела, поэтому мы не сказали им, что мы также забрали удостоверения личности и телефоны и отправили их французским разведчикам".


"Эти удостоверения личности важны, сэр, они оправдывают смерть наших людей".


"Да, какой-то полковник из Разведки зашел со своим французским коллегой, и мы выпили по чашечке чая и поболтали. И французские парни, они выкопали бассейн и сделали бетонные бортики. Говорят, это для хранения воды, но мы все плаваем в нем, почти двадцати метров длиной. Первым делом утром становится чертовски холодно, идеально около 3 часов дня."


Я рассмеялся. "Ваши люди станут мягкотелыми, сэр".


"Теперь они будут, американские инженеры высадились с миллионом тонн бетона, металлическими опорами, тридцатью людьми, так что у них есть высокая башня с огневыми точками и шестью ящиками с дот примерно на двести ярдов во всех направлениях, пятьдесят кэл внутри, так что мы хорошо прикрыты".


"Были какие-нибудь нападения?"


"Мы получаем ракеты каждую вторую ночь; раненых пока нет, мы все спим в канализации. О, сегодня было стадо верблюдов, странных животных, и они двадцать минут пили из пруда. Мы кормили их нарезанными фруктами, и им это понравилось."


"Значит, в поле зрения не осталось тел?"


"Нет, мы перетащили их всех на юг и упаковали оружие".


"Сделай мне одолжение, идентифицируй наши винтовки Valmet, коробчатые и гранатометные установки и отправь их в Сьерра-Леоне. Возьмите четыре гранатомета и немного патронов к ним. МОД хочет вернуть остальное. Есть также два ящика АК47 в хорошем состоянии -"


"Да, я их видел".


"Отправьте их в Сьерра-Леоне, сэр, а затем пусть ваши люди проверят и почистят те, что сняты с убитых, и когда они будут готовы, они тоже отправятся в Сьерра-Леоне".


"Хорошо, это дает нам возможность заняться чем-то другим, кроме как запекать, а затем остывать".


"ВМС США все еще там?"


"Нет, они ушли, осталось двадцать пять рейнджеров, главный майор, парень, родившийся в шотландской семье, но в Калифорнии".


"Будьте начеку, майор, они проверят вас, как только немного придут в себя".


"У нас новая башня, и в ней есть электроника, маленький радар наверху, так что янки уверены, что они увидят неприятности издалека. Там также есть радио для самолета."


В 9 вечера, когда мы сидели со Свифти и смотрели телевизор, моему новому сержанту стало скучно на рыбалке, у меня зазвонил телефон. "Уилко".


"Это Дэвид Финч, и, похоже, Пожарная команда направляется к офису The Telegraph ..."


"Возможно, кто-то из курящих включил пожарную сигнализацию".


"Они сообщают, что разбрызгиватели сработали, но с отвратительной красной жидкостью ..."


"Все мои люди на учете, это были не мы, вы можете быть в этом совершенно уверены".


"Приятно знать, на всякий случай, если кто-нибудь проводит параллель с бедной компанией в Нигерии".


"Кого обвинили в том несчастном случае в Нигерии?"


"Исламисты".


"Должно быть, в Лондоне есть несколько исламистов". Положив трубку, я сказал Свифти: "Эта газета; какая-то пизда только что включила свои разбрызгиватели".


Он потягивал чай, сосредоточившись на телевизоре. "Испортил бы их компьютеры".


Я кивнул. "Да".


"Может быть, даже убьет электрическим током нескольких человек".


"Да, мы можем только надеяться".


Мой телефон зазвонил. Уилко, это Макс. Кто-нибудь из твоих парней замышляет недоброе в Лондоне?" - спросил он нараспев.


"Нет, все учтено. Почему?"


"Действительно, странно, но в The Telegraph сработали разбрызгиватели, но оттуда вытекла красная вонючая жидкость, такая же, как в Нигерии".


"Я сам виню исламистов, они повсюду".


"Так и есть", - сказал он, смеясь.


Положив трубку, я сказал Свифти: "Готова к встрече с волками?"


Он воспользовался моментом, все еще сосредоточенный на телевизоре. "Когда я ходил на рыбалку... часть меня хотела все бросить, убраться отсюда, пока я еще жив, с конечностями на месте. Но я поговорил с несколькими мужчинами на рыбалке - об их жизни, скучной жизни, все они жаловались, и однажды ночью я зашел в паб, увидел милую девушку - она улыбнулась, затем банда здоровенных мужланов захотела запугать меня, и без пистолета под мышкой я почувствовал себя голым.


"У меня не было выбора, кроме как уйти оттуда, вернуться в отель и уснуть, как последний трус. Как нормальный человек. Альтернативой было сразиться с шестью из них, все больше тебя. И если бы я не служил в полку, я бы сидел в пабах с такими людьми, как этот. И если бы меня не было... хуй знает, что бы я делал."


Я сказал ему: "Нет ничего плохого в том, чтобы бросить курить, пристроив конечности, но это немного дерьмовая страна. Если бы меня не было, я был бы где-нибудь за границей или где угодно. Это нация жалких ублюдков, которые агрессивны друг к другу."


"Ты прав, но мне потребовалась эта неделя, чтобы осознать это. Мне не двадцать один, и я собираюсь пойти в клуб, так что... Я был бы одиночкой и бродягой, сидел бы вечерами перед телевизором."


"Как Рэмбо", - сказал я ему. "Здесь ты кто-то, с навыками, летающий по всему миру и выпрыгивающий из самолетов, снаружи ... ты никто. Вот почему так много солдат заканчивают тем, что прикладываются к бутылке или попадают в тюрьму. Итак ... ты можешь справиться с дрессировкой Волков?"


"Легко, пока у меня под мышкой пистолет".


"Я не думаю, что им нужно угрожать ..."


"Я имею в виду, я не хочу когда-либо где-либо появляться без пистолета под мышкой".


"Добро пожаловать в мой мир", - съязвил я.


На следующий день мне позвонили, и меня попросили сделать официальное заявление в Кабинете министров о том, что я не имею никакого отношения к происшествию в The Telegraph.


Будучи записанным на пленку и засвидетельствованным, я начал так: "Ни я, ни кто-либо из моих людей не были вовлечены, я не отдавал такого приказа никому из моих людей, и у меня нет сведений о том, что кто-либо из моих людей был вовлечен - и вы можете быть абсолютно уверены, что здесь ничего не происходит без моего разрешения. Многие из моих людей получили ранения или находятся в отпуске, поэтому я не могу говорить за них всех, но они никогда бы не сделали такого без моего согласия, как бы ни были огорчены смертью Лесли."


"И знаете ли вы что-нибудь о ком-либо из вовлеченного в это разведывательного сообщества?"


"Нет, я не знаю, и они позвонили мне и задали те же вопросы, которые вы сейчас задаете. Мои контакты там беспокоились, что я мог приложить к этому руку."


"И если Ми-6 попросит тебя об этом... приложил к этому руку?"


"Тогда я бы выполнял приказы, как это делают военнослужащие. Но здешние камеры и персонал ворот зафиксировали мое местонахождение прошлой ночью, свидетелей предостаточно."


Режиссер позвонил мне, обеспокоенный. Я сказал ей: "Не я или мои люди, вероятно, призрак или spectre, ты знаешь, каков Лондон для призраков, со всеми этими старыми зданиями".


"И есть ли какие-либо нерешенные вопросы с любым ... незаконченные дела?"


"Нет, на самом деле концы так чертовски туго затянуты, что они забыли, что значит свободно. Я бы откинулся на спинку стула и расслабился, мэм."


На следующее утро новости были хорошими и плохими. Би-би-си сообщала о "нападении" на свободную и независимую британскую газету, перечисляя ущерб в миллиарды долларов, непригодное для жилья здание, большую потерю компьютеров, наборных машин и печатных станков. Полиция проводила расследование, отказываясь приближаться к зданию, там было немного вонюче.


И четыреста журналистов пытались оттереть красную вонючую дрянь с рук, лиц и волос, женский персонал был травмирован, в то время как премьер-министр обещал провести далеко идущее расследование.


Я позвонил Бобу. "╧ 1, ты немного повозился".


Боб рассмеялся. "Я смотрел новости, они заставляли меня смеяться целый час".


"Старайся не слишком наслаждаться работой и властью".


"Нужно немного повеселиться".


"И человек ... твой мужчина?"


"Покрытый красной материей и требующий компенсации от своих работодателей вместе со всеми остальными. Человек, который залез в цистерны с водой, находится в Голландии, с мешком наличных, чтобы помочь ему в путешествии. Он уезжает в Таиланд на шесть месяцев."


"Я думаю, ему, возможно, понадобится обследование, когда он вернется".


Боб рассмеялся. "И отдохнуть, да".


В субботу днем полиция прибыла после предварительного звонка Донохью и Морриса из SO13. Я повел их в служебные помещения ангара, общая комната наверху была пуста, Повозившись с одним из офицеров армейской разведки, поскольку у нас всегда был по крайней мере один человек, отвечающий за телефоны.


Донохью начал так: "Мы добились значительного прогресса с нашими командами, но новый министр внутренних дел кое-что откладывает. У нас почти годовой опыт использования огнестрельного оружия на улицах Лондона, пока никаких серьезных промахов, но много жалоб и запросов - они всегда жалуются, и всегда есть расследование."


"То же самое с SAS, когда они стреляют из оружия на территории Великобритании", - отметил я, готовя чай.


"Вторая партия полицейских, которых вы обучили, все готовы к спусковому крючку", - указал Донохью. "После Сьерра-Леоне они все равно думают, что они трахающиеся Рэмбо".


"Они преуспели там, выжили в суровых условиях, стреляли в гневе", - указал я.


"Мы часто пользуемся фабрикой и местом в Эссексе, старой фабрикой".


"И какова причина этого визита..?"


"Министр внутренних дел не намерен ... поручать нам осаду заложников или работу террористов".


"Еще только начало, и я бы не поддержал, если бы вы набросились на террористов. Но шансы на то, что большая группа террористов прибудет на эти берега, невелики. И, кроме того, они пришли бы за мной."


"Все наши парни сменяются здесь, и все они потом получают пристальный взгляд в тысячу ярдов!" Сказал Моррис с улыбкой. "Они говорят, что в Сьерра-Леоне было тяжело, но здесь их нервы подвергаются испытанию. Говорят: 99% играют в карты или выгуливают собак, 1% устраивают кровавую баню."


"Мне придется перестать расстраивать людей", - съязвил я. "Так чего же ты на самом деле добиваешься?"


"Наша собственная команда по захвату заложников, или, по крайней мере, движение к этому".


"Если дело в том, что банковская операция пошла не так, как надо, тогда я не вижу причин вызывать SAS, пока это двое мужчин с пистолетами или обрезами", - сказал я им. Но давайте введем ваших людей в курс дела с противоположными заявками, затем я напишу новому министру внутренних дел - при условии, что он меня выслушает. С ним еще не встречался, но я познакомился с новым министром обороны."


"Что у the Telegraph есть на тебя?" Спросил Донохью.


"Не уверен, но мы знаем, что у них есть досье, так что вас могут послать арестовать меня".


"Я не думаю, что у нас найдутся добровольцы, которые попытаются вас арестовать", - отметил Донохью. "Не могли бы вы ... подойти тихо?"


"Я бы исчез и пошел работать на янки".


"Та неудача, от которой пострадала газета ..." Моррис подтолкнул локтем.


"Что насчет этого?"


"То же самое произошло в Нигерии, с компанией, которая напала на вас в Сенегале ..."


"Я не был связан ни с тем, ни с другим, но, очевидно, я не могу говорить за Ми-6".


Когда гости уходили, позвонил Боб Стейнс. "Я немного покопался, нашел человека, который знал человека в The Telegraph, и ... Я отправил Максу в The Sun факс, который невозможно отследить. Похоже, что в здании газеты есть некоторые серьезные конструктивные недостатки, которые страховщики скрыли от них, и что владельцы хотели закрыть эти офисы и переехать в новое помещение, но стоимость старого здания была слишком высока, чтобы отремонтировать его и продать."


"╧ 1, я говорил это раньше, но ты дерьмо мирового класса".


"Я знаю. Спасибо." И он имел в виду именно это.


На следующий день дерьмо не просто попало на вентилятор, оно полностью перевернуло вентилятор, владельцам газеты теперь грозит уголовное расследование, моя глупая ухмылка не сходила с моего лица большую часть дня, пока Би-би-си убивала газету и ее владельцев.


Пол Макманнерс позвонил в полдень. "Ты можешь появиться через три дня?" Грандиозный поединок с ЦРУ и французской разведкой."


"Босс - Мак, просто скажи мне, что мне нужно быть там, и я буду там".


"Я продолжаю делать вид, что вы на нас не работаете. Помогает мне лучше спать."


Я улыбнулся. "Я буду там".


И ... на мой стол попала кое-какая информация из Джорджии. Сводный брат Бельчов жив, но сильно обгорел при пожаре в каком-то доме, примерно сорок процентов ожогов, удалены пальцы, уши, левая нога, так что, я думаю, он не принимает активного участия в торговле оружием в данный момент или ... довольно активен во всем, кроме писания через трубку. Полиция обнаружила там тела его семьи и телохранителей, а также неназванного британца.


"Они сотрудничают, чтобы скрыть британца от прессы, его тело, которое доставят самолетом обратно для анализа ДНК, то, что осталось от бедняги".


"Похоже, эти люди оказались замешаны в нехорошем деле. Те, кто живет мечом ..."


"Действительно".


После звонка я пошел в новый развлекательный центр, рядом с хижинами парней. Стены были обшиты металлом, снаружи окрашены в цвет желтой магнолии, высокая крыша около десяти футов и много места. Строители применяли изоляцию и гипсокартон, которые не были нужны, если бы это было просто для складов, но это было необходимо, чтобы людям было тепло во время холодных британских зим.


Пол был из оргалита на металлическом каркасе, и он казался твердым под ногами, голубые ковровые плитки были скреплены степлером. Когда я стоял у двери, слева была кухня, справа - подключенный туалет, но ребятам не нужно было далеко ходить, чтобы воспользоваться туалетом в их собственной хижине.


Главная комната была, возможно, ярдов восемьдесят в ширину и ярдов двадцать в длину, достаточно большая, чтобы ребята из Echo могли расслабиться, и они не все были бы здесь одновременно. Но скоро у нас будут постоянные ветераны-волки и рекруты The Wolf, как британские, так и американские, и когда эти британские парни закончат свое обучение, они будут базироваться здесь, по крайней мере, вдвое больше нас.


Выйдя на улицу, я посмотрела на часы и позвонила Саше.


В тот вечер на окраине Кишинева, Молдова, Саша и его команда пробрались в устаревшую православную церковь, которая была приобретена при сомнительных обстоятельствах и превращена в ночной клуб. Если бы первоначальные спонсоры церкви могли видеть танцующих обнаженных дам, они бы перевернулись в своих могилах, местах упокоения, которые были залиты бетоном и асфальтом для создания новой автостоянки.


Саша взглянул на сверкающие белые стены, голубые округлые шпили, освещенные теперь прожекторами, покрытые золотом шпили, и он был впечатлен декором этого ночного клуба - пока не понял, что это была захваченная церковь.


"Это была гребаная церковь", - прошептал он Касперу.


"И что?"


"Я христианин, и это отвратительно".


"Ты ходишь в церковь, а, молишься за тех, кого убиваешь?" Каспер усмехнулся.


"Нет, но я был воспитан христианином, и я бы не стал использовать церковь как ночной клуб или бордель".


"Тогда это божественное возмездие, нет".


Саша улыбнулась. "Да, я полагаю, это так".


Каспер щелкнул выключателем, загорелась машина, дорогой Мерседес. Потребовалась минута, чтобы кто-то заметил, охрана вскоре выбежала, говорили в запястья, держали наушники, вызвали пожарную команду.


С балкона, расположенного между двумя шпилями и оборудованного стеклянной стеной с синим оттенком высотой в один метр, Полчок вышел в сопровождении двух телохранителей и посмотрел вниз на горящую машину на своей автостоянке.


"Гребаный любитель", - выругался Каспер, прицеливаясь. Плечевой ремень был обернут вокруг его левого предплечья, приклад винтовки врезался в его щеку, он смотрел в прицел, и с такого расстояния он мог бы отстрелить ухо, не убив Полчка. Эта мысль на мгновение пришла ему в голову, заставив его улыбнуться.


Легкое нажатие на спусковой крючок, и голова Полчка взорвалась, белые стены забрызгало кровью и мозгами. Раздались трески, люди из службы безопасности убиты, в телах остались большие дыры, команда вскоре отступила, так как начался дождь.


Час спустя, в часе езды к северу от клуба под легким дождем, команда была готова. Надетая черная униформа с ремнями безопасности, пистолетные кобуры на бедрах, как у команды SAS по прорыву, винтовки проверены, и они парами направились к задней части большого ангара, прикрывая друг друга, на взлетно-посадочной полосе теперь тихо, охранники у ворот совершенно мертвы.


Кропотливые пятнадцать минут были потрачены на то, чтобы определить позицию на складе, уже изученном в мельчайших деталях, с известными номерами охраны и позициями. Подан сигнал ожидания, отсчитан обратный отсчет, вскоре послышались тихие трески, охранники согнулись вдвое или были отправлены в полет, тела дважды постучали, авиамеханик оказался не в том месте и работал сверхурочно не в тот день; его дополнительная плата никогда не будет взыскана.


Ворвавшись в огромный ангар, Саша выстрелил в крыльевой бак самолета An12, ожидавшего внимания, вскоре топливо вытекло. Подбежав к другому флангу, его товарищ по команде был с ним, он выстрелил снова, топливо снова вытекло. Он побежал ко входу в ангар, бросил взгляд на темную площадку и увидел тени, движущиеся вокруг отсыревшего самолета An12.


Вспышка, и топливо в самолете загорелось. Саша вбежал обратно и бросил свою светошумовую шашку во французском стиле в лужу топлива, вскоре убежав, его периферийное зрение уловило вспышку.


"Подойди к конечному зданию! Там заложник!" - донеслось по радио.


Саша взглянул на темные очертания своего товарища по команде, когда они бежали. "Заложник?"


Они пробежали мимо второго горящего Ан12, мимо нескольких больших сараев и к небольшому зданию с включенным светом. Каспер вышел на свет как раз в тот момент, когда Саша вошла в комнату, двое охранников были мертвы и творили беспорядок на полу, повсюду были разбросаны ящики, женщина лет тридцати была привязана к стулу, ее лицо было окровавлено, одежда разорвана, грудь обнажена, женщины были едва в сознании.


"Что нам с ней делать?" - спросил один из русскоговорящих агентов.


"Оставь ее, они найдут ее", - предложил Каспер.


" Подожди, " позвала она по-русски, низко опустив голову. "У меня есть ... ценный ... информация."


Саша сказала: "Может быть, она знает об операции Полчка".


"Приведи ее. Быстро, " неохотно согласился Каспер, женщину развязали и вытащили, она едва могла стоять.


Когда они проходили через дыру в заборе, Саша позвал меня. "Мы подожгли здесь два самолета Полка, убили его охрану, но мы нашли связанную и избитую женщину, она с нами. Она говорит, что у нее есть информация."


"Окажи ей помощь, расспроси ее, возможно, она знает что-то о Польчоке, чего не знаем мы."


У машин Саша протянул женщине куртку. Он был слишком большим, но это согрело бы ее. Отъезжая на север, оглянувшись на горящий самолет, Саша заметила спящую женщину.


Час спустя, когда ворота конспиративной квартиры закрылись за машинами, леди внесли внутрь, пожилая пара, управляющая конспиративной квартирой, передала задачу по оказанию первой помощи и приведению в порядок своей гостьи, пока команда укладывала аптечки в багажники. Со всеми предметами, которые могут представлять интерес для полиции, в сундуках, за исключением нескольких незарегистрированных пистолетов, сундуки были вывезены глубокой ночью хорошо оплачиваемым местным жителем.


Саша села, пока женщина - теперь их гостья в чьем-то позаимствованном джемпере - потягивала кофе. "Ты работал на Полчка?"


Женщина смотрела в ответ черно-синим лицом, глаза опухли. "Двое из ваших людей не русские, возможно, британцы, говорящие по-русски". Она ждала.


Саша тоже ждал. "Мы можем помочь тебе, если ты что-то знаешь".


"На кого ты работаешь?"


"Имеет ли это значение? Ты жив и свободен, так помоги нам."


"Возможно, для человека такого рода деятельности у тебя доброе сердце... женщина, ожидающая тебя дома."


Саша воспользовался моментом. "А ты? Тебя кто-то ждет?"


"Никто особенный". Она взглянула на Каспера, когда он проходил мимо. "Интересный шрам у него на верхней губе".


Саша посмотрела вслед Касперу. "Еще одно подобное озарение, и ты получишь неглубокую могилу ... есть ли у меня доброе сердце или нет."


"Он не Петров, не так ли..."


Саша посмотрела на окровавленное лицо женщины. "Нет".


"Ты отвечаешь на этот вопрос так, как будто знаешь наверняка, значит, ты знаешь настоящего Петрова. Что для тебя значит GL4?"


Саша приподнял бровь и подавил усмешку. "Это то, где мы живем".


"Тогда я в безопасности, и ты не отправил бы меня в ту неглубокую могилу. Скажи Уилко, что меня нужно вытащить."


Саша ухмыльнулся и достал свой телефон. И позвонил мне. "Леди, которую мы спасли, она знает, кто мы и кто ты. Я соединяю вас." Он передал трубку.


"Алло?" - раздалось в трубке по-английски.


"Говори быстрее", - сказал я ей.


"Я работаю на Лэнгли".


"Ты всегда начинаешь разговор со лжи?" Попробуй еще раз."


" Откуда ты знаешь, где Лэнгли размещает своих людей? " с вызовом спросила она.


"Если бы они были так хороши, как предполагают все эти романы, я был бы без работы. Но они не настолько хороши, и вы не из ЦРУ, и американцы мало знают о Польчоке. Так скажи мне, почему я не должен приказывать своим людям застрелить тебя."


"Весенним утром я люблю прогуляться по садам Кенсингтонского дворца".


"А". Она была из Моссада. "Оденьте мужчину".


"Алло?" - послышалось от Саши.


"Помоги ей, дай ей денег, переправь ее через границу, а затем заставь ее проиграть в каком-нибудь общественном месте. Убедись, что ей не причинили вреда."


"Хорошо. Подожди, она хочет поговорить с тобой снова."


Она начала: "Полчок мертв?"


"Спроси человека перед тобой".


Я мог слышать чат на заднем плане.


В конце концов она сказала: "Ты испортил десять лет работы, придурок!"


"Если ты собираешься обзывать меня, нам, по крайней мере, сначала нужно встретиться и расстаться. А что касается вашей операции, пусть ваши боссы отправят моим боссам список активных операций, и мы будем избегать вас."


"Ha. Идиот."


"Будь благодарен, что мы спасли тебя, прежде чем они убили тебя, любитель". Я прервал разговор как раз в тот момент, когда она выругалась в трубку, и набрал номер Дэвида Финча.


"Алло?"


"Это Уилко".


"Проблемы?"


Ходят слухи, что этому парню Полчоку снесло голову, его самолеты подожгли, но из его лап была спасена женщина, которую сильно избили и держали на взлетно-посадочной полосе. Оказывается, она из Моссада, и ее действительно разозлило, что кто-то убил ее марка."


Он громко вздохнул. "Я уже чувствую множество нежных жалоб и нытья, покусывающих мои лодыжки".


"Спокойной ночи, босс", - сказал я с улыбкой.


На следующий день полковник Дин прилетел, буквально прилетел на полковом вертолете, с ним был новый старший сержант Бейкер. Оба мужчины направились ко мне, одетые в джемперы, с полковыми ремнями на талиях. Я отдал честь и поприветствовал полковника на перроне, проводил его внутрь и наверх, к майору, по дороге поговорил о базе Кэмел Тоу; на этой неделе у него там был отряд эскадрильи "G".


Сидя в кабинете майора, полковник начал: "Причина визита... это место растет, и Министерство обороны осознает, что количество людей, базирующихся здесь, скоро удвоится по сравнению с тем, что было, плюс временные мужчины, которые используют его, магазины и т.д."


"У нас есть новый центр отдыха", - вмешался я. На самом деле их двое. Они не все пойдут в паб холодным вечером."


Он кивнул и отхлебнул чаю. "У мода есть правила, и базы определенного размера требуют большего, чем майор во главе."


Я поднял бровь, глядя на майора. "Вас подталкивают к отставке, сэр?"


"Я чертовски на это надеюсь", - съязвил майор.


Я столкнулся с полковником Дином. "Что имеет в виду Министерство обороны, поскольку у нас во главе полковник, вы?"


"Я здесь нечасто бываю, и я не указываю тебе, что делать".


"Если бы армия попыталась указывать мне, что делать, у лондонской разведки возникли бы проблемы с этим ..."


"Расскажу вам, что делать, когда вы здесь и используете возможности MOD", - пояснил он. "Хотя они не стали бы вмешиваться в операции ... есть те, кто хотел бы внести свой вклад."


"И вина, если все пойдет не так, плюс слава, если все пойдет как надо?" Я играл. "Мы работаем на разведку, сэр, а не на армию, вот почему мы действуем так, как мы делаем, вот почему нас подставили. Любой армейский генерал, предлагающий натянуть поводок, был бы найден лицом вниз в Темзе."


Он кивнул. "Они знают историю, и я не думаю, что найдется кто-то настолько глупый, чтобы пойти против Ми-6. Тем не менее, слышны ворчливые звуки, сильнее, чем обычно."


"И перейдем к делу, сэр?" Я подтолкнул.


"Директорат ЮКСФ чувствует себя немного бесполезным, вы обходите их, и с такой работой, как последняя, с вами были другие подразделения, убитые и раненые".


"Если они думают, что необходим надзор ... тогда я бы согласился с ними; я так устал в последний день, что забыл, кто из людей куда летит на самолетах. Если бы был кто-то с белой доской, на которой подробно описывались все люди, снаряжение и транспорт - кто-то с горячей линией связи с королевскими ВВС и министерством обороны, а также французами и американцами, это помогло бы.


"Я планирую работу, делаю звонки, но если бы меня ранили, пришлось бы заполнить пробел, не в последнюю очередь в intel; мне весь день звонят из разных агентств Intel, своевременная информация. Мой страх... в том, что если я буду ранен, то будет упущена важная информация, а люди убиты. К сожалению, многие источники информации будут говорить со мной и только со мной."


"Немного странно", - нахмурившись, заметил Бейкер.


"Я развился ... личные отношения с разными людьми, большинство из которых не работают ни на одно правительство, многие скрываются от ФБР. " Он поднял бровь. "Не спрашивай, это дело разведки".


Полковник Дин спросил: "А если тебя убьют?"


"Восемьдесят процентов текущей жизненно важной информации, которую получает Лондон, исчезнет", - холодно заявил я.


" Чертовски глупое положение, в котором ты оказался, " громко заметил Бейкер. "Глупо для Лондона подвергать себя такому большому риску, когда ходят слухи, что ты расстроил нескольких человек".


"Один или два", - съязвил майор.


Я столкнулся с полковником Дином. "Чего они хотят, и что они примут?"


"То, что они примут ... бригадир контролирует это место, чего они хотят ... они никогда не смогут настолько забыть об этом."


"У них есть кандидатура на примете, сэр?" Я спросил.


"Да. Я".


"Ты!" - спросили одновременно я и майор.


"Я буду наверстан через месяц, уйду из полка".


"И Министерство обороны знает, что ты единственный человек, которому я доверяю и с которым мне хорошо работать".


"Они такие же коварные, как змеи в Разведке", - сказал нам полковник.


Майор сказал мне: "Это многое связало бы воедино. Отряд - с присутствующими здесь постоянными сотрудниками SAS, Волками, полицейской подготовкой, эскадрильей "Е", территориями и складами."


"Да, это растет", - согласился я. И что необходимо, так это круглосуточный мониторинг. Если я устал или ранен, кто-то должен доставлять самолеты, сортировать раненых и различные посольства. На данный момент я делаю звонки и подталкиваю МОД, когда думаю это сделать."


Полковник Дин вставил: "Лондон также получал подталкивания от американцев, по поводу этого места, по поводу ваших операций. Лондону твердо сказали, что то, что вы делаете, слишком важно, чтобы его не финансировали и не поддерживали должным образом."


Я отступил назад и повернулся лицом к майору. "Проделал долгий путь из Северной Ирландии, сэр".


"Ты позволил себя похитить! Это меня встревожило, потом ты перестрелял половину мужчин в провинции."


"Как мое последнее деяние в качестве полковника, ты теперь майор", - сказал мне полковник.


"Вы, должно быть, сумасшедший, если думаете, что я сижу за письменным столом, сэр. Лондон хочет, чтобы я был за границей пять недель из каждых четырех, на случай, если ты не заметил."


Он кивнул. "Я заметил, и ты был бы майором, помогающим координировать группы, а не привязанным к рабочему столу".


Я обменялся взглядом с майором и вздохнул. Оказавшись лицом к лицу с полковником Дином, я начал: "Скажите Лондону, что я думаю, что это хорошая идея, и чтобы он просто продолжал и делал это, а я разберусь с Ми-6, когда они начнут скулить".


"Ты единственный, кто мог бы с ними справиться", - отметил полковник. "И когда я здесь ... здесь меньше нападений, да."


Я подался вперед. "Сэр, когда вы здесь, у вас есть время на стрельбу, вы носите пистолет, у вас есть телохранитель, и вы держите свою гребаную голову опущенной".


Он обменялся взглядом с RSM. "Ну, по крайней мере, это не будет скучно".


"Где вы будете жить, сэр?" - спросил майор.


"Дом, в котором я нахожусь, современный, и у моей сестры есть дом недалеко отсюда, она сдавала его профессорам Оксфорда. У меня это будет несколько лет."


"Или пока тебя не застрелят или не похитят", - съязвил я. "Вы окажетесь на горячем месте, и, надеюсь, часть вины ляжет на вас, мировые террористы нацелятся на кого-то другого".


Он поднял бровь, глядя на меня. "Я буду скрывать свое существование от прессы, никаких публичных заявлений".


Когда полковник ушел, я позвонил Дэвиду Финчу. "Послушайте, босс, произошли некоторые изменения. Министерство обороны недовольно административным контролем над этой базой и различными группировками здесь, и не в восторге от того, что у них нет особого права голоса, когда я ввожу различные армейские подразделения и убиваю и раню людей.


"Итак, полковник Дин скоро станет бригадиром и будет руководить этой базой, административной частью, чтобы МОД был доволен, и я рад, что он здесь, это облегчает мне жизнь; на последнем задании я так устал, что забыл, какие самолеты каких людей куда везут. Я надеюсь, что этот аспект будет тщательно отслеживаться в будущем."


"Есть ли у армии здесь повестка дня?"


"Они хотят более жесткого контроля, но они также понимают природу того, что я делаю, и почему мы начали, так что это выдумка, промежуточный шаг к удовлетворению Объединенного комитета начальников штабов и одновременному удовлетворению моих административных потребностей. О, и они сделают меня майором."


"Что ж, она значительно выросла, и вы привлекаете различные команды разработчиков, так что отлаженная работа военной части должна быть хорошей вещью. Они ожидают, что мы официально попросим ваших людей?"


"Нет, но вы можете поговорить с полковником Дином, он хороший человек, и он хорошо знает ситуацию, у него нет ни плана, ни корысти. И если мы хотим, чтобы Министерство обороны было довольным, а новый министр обороны, то то, что министерство верит, что у них есть вклад и контроль, - это хорошо."


"А волки?"


"Технически они являются армейскими, так что полковник Дин будет осуществлять надзор, и он будет помогать со здешними складами SAS и обучением полиции, так что он свяжет все это воедино".


"Как я уже сказал, он значительно вырос по сравнению с вашим первым небольшим отрядом".


Полковник Дин ни во что не будет вмешиваться, так что это обычное дело. Не волнуйся."


Два дня спустя я вошел в здание Министерства обороны в форме, а не в гражданской одежде, мое звание майора теперь на месте; Я хотел сделать заявление, что я был в армии.


При входе мистер К. Лоуренс снова приветствовал меня. "Песок размыло, сэр? Майор."


"Когда-нибудь, Кларенс, у Министерства обороны здесь на ресепшене будет симпатичная девушка с приятной улыбкой, а не мужчина с лицом, которое пугает детей на улице".


Его коллеги рассмеялись, но отвели глаза, когда на них уставился недовольный К. Лоуренс.


Несколько человек подняли брови, увидев мою зеленую форму, и мне пришлось задаться вопросом, почему, Дэвид Финч нахмурился, увидев форму, но, по крайней мере, она была выглажена и чиста. Он привел меня в большой конференц-зал, множество белых досок, установленных на мольбертах, изобилие диаграмм, комната была наполовину заполнена, так как входило все больше людей, высокопоставленные американские военные офицеры в форме, два французских офицера в форме, так что это был не только я.


Я пожал руку менеджеру DGSE, который был на одном уровне с Полом Макманнером, человеком, который ободряюще говорил со мной в Мавритании.


"Вы в порядке, капитан? Извини, теперь майор."


"На этом последнем задании никаких травм, только порез на голове".


Он кивнул. "Мы произвели более двухсот арестов и случайно нашли несколько пистолетов. Они должны были использоваться для торговли наркотиками, но мы называем их террористами."


Я улыбнулся и кивнул. "Помогает поддерживать ваш бюджет на должном уровне".


"Конечно, - сказал он, пряча улыбку. "А брат Бельчова на больничной койке и, я думаю, не встанет с этой койки. Когда он поправится, ФБР захочет его экстрадировать."


Я кивнул. Двигаясь дальше, я пожал руку полковнику Мэтьюзу. "Ваша голова все еще при вас, сэр?"


"Получил охуенно большое похлопывание по спине, дополнительный персонал, " сказал он с ухмылкой. "Они вознаграждают хорошие результаты в СМИ".


"У меня есть некоторый опыт в том, о чем ты говоришь, " передразнил я, заставив его рассмеяться. "А адмирал Джейкобс?"


"Должен быть здесь, и он претендует на часть заслуг, поскольку это его территория, и он настаивает на том, чтобы "Морские котики" находились там по ротации, по крайней мере, в одной команде, но все затихло, всего несколько ракет."


"На данный момент всего несколько ракет, но через несколько месяцев мы увидим, как арабские боевики возьмутся за дело."


"ЦРУ довольны, несколько арестов в Штатах, и файлы переданы в ФБР, в списке разыскиваемых около двухсот имен. Но есть одна загвоздка, проблема для тебя."


Мой лоб нахмурен. "Для меня ..?"


"Американские СМИ узнали легенду о капитане Уилко. На какой-то взлетно-посадочной полосе в Нью-Мексико находится съемочная группа, снимается реконструкция битвы на базе Кэмел Тоу, наши военные полностью сотрудничают - даже отправили несколько верблюдов. У некоторых мужчин, участвовавших в битве, были взяты интервью, и я не могу этому помешать."


Я отвел взгляд и кивнул, на мгновение задумавшись над проблемами. "Мне понадобится забор повыше на моей базе".


"ЦРУ и Госдепартамент направили вашему правительству дерьмовую записку о вашей безопасности здесь, в Великобритании, после последнего нападения на вас."


"Зачем беспокоиться о моей безопасности здесь... когда я постоянно отправляюсь на опасные задания. Возьму ли я телохранителя, когда в следующий раз появлюсь в каком-нибудь месте?"


"Хорошая мысль, " сказал он, ухмыляясь.


Полковник Дин вошел, приглашенный мной, а не Intel, несколько человек озадачены его присутствием. Я познакомил его с полковником Мэтьюзом.


"Это полковник Дин, глава британской SAS."


"Мы обменялись сообщениями", - отметил полковник Мэтьюз.


Я сказал ему: "Полковник Дин станет главой Echo и the Wolves, что касается надзора, так что вы будете в прямом контакте". Я оставил их, чтобы поболтать, перекинуться парой слов с Дэвидом Финчем и Полом Макманнером, поболтать с адмиралом Джейкобсом, когда он вошел, перекинуться парой слов с заместителем главы ЦРУ, когда он вошел со своим помощником, и, наконец, я прошептал несколько вещей директору, когда она вошла, кивнув директору GCHQ.


Она призвала к порядку и подтолкнула людей к большому овальному столу, помощники с блокнотами сидели позади своих начальников, несколько человек сели в стороне. Ручки и бумага были отрегулированы, налита вода. "Спасибо вам всем за то, что пришли сюда сегодня, некоторые путешествовали дальше, чем другие, и я уверен, что некоторые из вас смогут сделать кое-какие покупки, находясь здесь".


Лица за столом улыбались.


Адмирал Джейкобс сказал: "Сказал моей внучке, что я буду пить чай с королевой. Тем не менее, ей пять лет, ее можно обмануть."


Режиссер улыбнулся и кивнул. "Мы здесь, чтобы обсудить элементы действия на базе Кэмел Тоу, упоминание, которое, как я понимаю, американские СМИ находят забавным, но подразумевалось не таким образом.


"Мы все можем быть уверены, что план сработал так, как задумывалось, и что преимущества разведки были значительными, и в какой-то мере оправдывают смерть наших людей и раненых. Капитан, извините - майор, не могли бы вы дать нам откровенный обзор операции?"


Я встал, увидев чистую белую доску, и поправил ее. "На последней встрече с ЦРУ, где мы обсуждали как раз такую операцию, как база "Верблюжий нос", я нарисовал схему." Я нарисовал форму пирамиды. "В основе у нас пехотинцы, над ними у нас региональные командиры, затем национальные командиры, над ними казначеи. На стороне у нас есть торговцы оружием, поставщики оружия, тренировочные базы, мотивы, история и возможности."


Я указал на заместителя главы ЦРУ. Некоторое время назад было высказано предположение, что ЦРУ хотело бы увидеть картину в целом, прежде чем действовать, и я имел это в виду во время этой операции, наиболее важные части которой происходили на заднем плане.


"Как большинство из вас знает ... У меня прямой личный контакт с российскими бандами и торговцами оружием, и я ясно дал им понять, что если они помогут мне с разведданными, мы уберем их конкурентов для них.


"Что мы увидели в плане практических результатов, так это то, что один торговец оружием своевременно добыл мне информацию о сопернике, и я передал ее адмиралу Джейкобсу, который захватил в Гвинее два самолета An12, набитых оружием, что вызвало большой резонанс в газетах.


"Этот аспект сработал хорошо, и я своевременно получал предупреждения о нападениях на земле, благодаря чему мои люди выглядели намного лучше, чем мы есть на самом деле ". Многие смеялись. "Почти перед всеми подготовительными атаками мне позвонили, и я узнал подробности. Единственным сюрпризом были три самолета-камикадзе, но они не причинили никаких потерь.


"Целью этой операции было попытаться получить деталь, пирамиду." Я постучал по доске. "Я знал, что если мы поднимем флаг в плохом месте, то местные экстремисты выйдут и нападут на нас, и я позаботился о том, чтобы местные нигерийские СМИ опубликовали эту историю.


"Я намеренно приказал принести флагштоки, сделать бетонные основания, и мы подняли флаги на рассвете, о чем сообщили СМИ, что стало серьезным оскорблением для местных исламистских экстремистов - основной цели этой операции.


"Нам удалось вывести их из себя - не только тем, что мы спели песню Монти Пайтона, и они вышли посмотреть. Я спрятал команды, и в начале у меня было всего несколько человек, которые отстреливались; Я хотел скрыть общее количество людей, скрыть наши возможности.


"Я хотел и ожидал, что неорганизованное собрание разрозненных групп соберется вместе и разработает неудачный план нападения на нас, а именно ... шел по открытой местности, чтобы добраться до нас.


"Частью операции было уничтожение всех местных исламистских группировок, а также группировок из соседних стран, и мы надеялись, что некоторые из них могут прибыть из-за рубежа. Для меня было неожиданностью, если не сказать больше, когда я обнаружил среди трупов дантиста из Брэдфорда. Для французов не стало неожиданностью, что дюжина французских алжирцев охотно пошла стрелять во французских солдат.


"Если план состоял в том, чтобы уменьшить возможности местных экстремистов, добиться большого количества убитых, справедливо будет сказать, что мы выполнили план." Они смеялись. "Это было вторично, но ... необходимо. Важным было то, что я впервые сделал в Северной Ирландии давным-давно. Я застрелил террориста, но получил его удостоверение личности и телефон, а также отследил информацию.


"С того первого раза, в Северной Ирландии, я понял ценность не просто убийства террориста, но и получения его удостоверения личности и обратного отслеживания. В этом случае мы получили удостоверения личности многих различных групп, которые были родом из региона, а также арабских боевиков и европейских мусульман.


"И, как прямое следствие действий таких людей, как GCHQ, мы сопоставили имена и номера телефонов, получили схемы, и мы получили региональных командиров и национальных командиров и продвинулись к казначеям, перевозчикам оружия и поставщикам оружия; имейте в виду, что это две отдельные группы. Правительства России и Украины поставляют оружие, они его не отправляют.


"Конечным результатом нашей кампании стало более четкое представление о том, как все это работает, и - надеюсь - лучшее понимание того, как все это работает. В качестве техники будущего у нас есть проверенный метод, но дорогостоящий как в материалах, так и в жизни мужчин.


"Мы могли бы поднять флаг в другом месте и повторить операцию, после того как подсчитаем риски для вознаграждений, преимущества в разведданных, полученные за счет убитых и раненых.


"И для тех, кто не совсем в курсе, несколько торговцев оружием, участвовавших в этой последней операции, встретили ужасный конец от рук неизвестных нападавших, за другими, пока мы говорим, охотятся Интерпол и ФБР.


"Но ... некоторые люди, занимающиеся торговлей оружием, получили благодарственное письмо вместо интереса полиции, и я ожидаю и надеюсь продолжать получать от них своевременную информацию в будущем." Они обменялись взглядами.


Режиссер спросил: "Как сработали сплоченность и сотрудничество команды?"


"С самого начала у них не было эго или проблем, все они следовали моему примеру, и я уже знал многие команды. Я лично знал команду "Дельта", конечно, я знал французское эхо, я знал людей из "Следопытов", и все они ладили и выполняли работу без жалоб, несмотря на сильную жару и песок."


"А личный состав королевских ВВС? " подтолкнула она.


"Их медики много раз работали с нами, и все они солидны, если не немного сумасшедшие, раз добровольно берутся за такого рода работу. Они устали как собаки, но все же улыбались и шутили, и когда пришло время, они работали 24 часа подряд, оказывая помощь раненым.


"Полк королевских ВВС, по крайней мере, 2-ю эскадрилью, следует добавить в состав Управления ВВС ВЕЛИКОБРИТАНИИ в качестве актива, поскольку я выставил бы их парней против обычных SAS. У них нет такой глубины подготовки и опыта, как у SAS, но они очень подтянуты, очень увлечены и очень дисциплинированны."


Полковник Дин вставил: "Королевские ВВС поднимали шум о них на высоком уровне. И исторически сложилось так, что мы забрали много людей из полка королевских ВВС."


"А Следопыты?" она толкнула локтем.


"Они способны, подтянуты и хорошо обучены, но им чего-то не хватает, и я думаю, что это лидерства. Похоже, проблема в их офицерах, которые сдерживают их ". Она сделала пометку. "Они могли бы сделать больше, и ими лучше руководить. На данный момент я бы сказал, что они были недостаточно использованы."


"Американские команды?" - подтолкнула она, продолжая писать.


"Дельта не должна была быть там, это не то, для чего их готовили, но мы все согласились, что это был бы отличный опыт для них. Это специализированная команда по спасению заложников, но им время от времени нужно выходить и стрелять в гневе, чтобы оставаться начеку, как и всем солдатам.


"Зеленые береты были более подходящими, они отправились в пустыню без проблем, справились хорошо, у меня нет жалоб. Для американцев это то же самое, что было для нас в начале, в том смысле, что небольшая война помогает мужчинам изменить свое отношение и дает им опыт. Это делает сержанта следующего года лучшим сержантом."


"А одинокие волки?"


"Я ездил в Штаты, чтобы посмотреть их первоначальный отбор - у меня было несколько предложений, и мы нашли несколько неподходящих мужчин и избавились от них. Затем я перевел новобранцев в Марокко, несколько преувеличив риски, чтобы они беспокоились, и я заплатил марокканскому пилоту, чтобы он убедил людей в задней части, что вертолет горит и падает, и чтобы кандидаты прыгали."


Они смеялись.


"У меня получилось несколько красочных выражений, когда они узнали, что это был трюк, но он сделал свое дело и напугал их - сержантов больше, чем новобранцев. Но что я также сделал, так это разместил своих младших людей с новобранцами и поболтал один на один у лагерного костра.


"Несколько американских новобранцев признались в сильном желании убивать, убивать кого угодно, просто ради забавы, убивать ниггеров, а один предположил, что хотел бы изнасиловать маленьких черных девочек."


"Господи, " выдохнул адмирал Джейкобс.


"Этих людей отправили обратно, сэр", - сказал я ему. Затем мы перевезли новобранцев вместе с британскими рекрутами в Мавританию, любезно принятую нашими французскими кузенами. Все новобранцы прошли большую жесткую подготовку, очень много прыжков с парашютом, немного свободного падения, и они случайно увидели какое-то действие, несколько громких ударов в пустыне, и ни один из них не треснул.


"Мы переехали на базу "Кэмел Ту" после того, как я проконсультировался здесь с полковником Мэтьюзом. Идея заключалась в том, что новобранцев будут проверять под сильным давлением, чтобы увидеть, из чего они сделаны." Я указал на Дэвида Финча. "Следует отдать должное процессу отбора, разработанному британской разведкой и психиатрами, потому что все мужчины выступили очень хорошо, никто не сломался, никто не застрелил свою пару".


"Кажется, это сработало очень хорошо", - отметил полковник Мэтьюз. "Процент отсева намного ниже, чем кто-либо из нас предполагал, но один бросил учебу после некоторого времени, проведенного с семьей, а у двоих возникли осложнения от полученных ран".


"Дамы и господа, " позвал я. "У нас есть испытанный метод поиска и подготовки людей, подходящих для роли в спецназе, и он сработал лучше, чем все мы предполагали, и это то, что следует использовать в дальнейшем, извлекая уроки на будущее, а также для отбора в SAS".


Полковник Дин начал: "Мы не составляем психологический портрет человека, мы предполагаем, что если он прослужил в армии восемь лет и получил повышение, то он не псих. Но ... мы были очень смущены действиями нескольких психов и довольно большого количества бывших солдат, которые стали наемниками и ... преступниками.


"В моей новой роли главы GL4 и Echo, одной ногой в директорате UKSF, я буду настаивать на применении такого же профилирования в надежде избавить нас от некоторых затруднений в будущем. Набор в SAS никогда не был таким высоким, поэтому мы можем быть избирательными, чертовски избирательными."


Дэвид Финч ответил: "Помогает нам всем, когда мужчины не возвращаются домой и не стреляют в своих родственников".


Режиссер подняла ко мне лицо. "Британские волки?"


"Свидетельство этой техники профилирования; нет таких, которые я бы не перенес вперед, и есть несколько, которые я бы использовал в Echo. Процент отсева британских мужчин, раскрывающих темную сторону, составляет ... ноль."


"Таким образом, мы можем сократить количество поступающих", - отметила она. Учитывая низкий процент отсева. Ты потерял нескольких человек ..?"


"У меня есть дополнительные люди, которые могут вмешаться, и я могу взять двух Одиноких Волков. Они доступны для вас, если они вам понадобятся."


"И следующий шаг с ними?" - Спросил Мэтьюз.


"Как мы обсуждали, сэр, Сьерра-Леоне, после классной работы. У многих все еще есть швы, так что сначала мы зайдем в класс. После Сьерра-Леоне они готовы к финальному тестированию или простым заданиям."


"И эти простые задания?" Адмирал Джейкобс подтолкнул локтем.


"Они были бы доступны вам, сэр, но я бы создал несколько сценариев и сначала проверил их, несколько одиночных миссий дальнего действия. Но если миссия состояла в том, чтобы сойти на берег, пройти сорок миль, осмотреть какое-нибудь место и вернуться незамеченными, они могут это сделать. Чего вы хотите, так это уверенности в том, что они смогут сделать это без плохого газетного заголовка, а для этого требуется отбор и дальнейшее обучение."


"Временные рамки? " спросил он.


"Примерно через год, сэр, возможно, через шесть месяцев. Некоторые будут готовы раньше других, в этом составе есть несколько суперзвезд, как среди британцев, так и среди американцев. Но... " я поднял палец. "- существует разительная разница между британцами и американцами, когда дело доходит до дисциплины."


"Нашим не хватает дисциплины?" он озадачил.


"Нет, сэр, совсем наоборот, они следуют букве закона, когда им нужно думать самостоятельно. Британский парень посмотрит на опасную миссию и скажет офицеру отвалить, американский парень выполнит приказ. Правильная вещь - подвергнуть сомнению дерьмовые планы и отказаться от миссии."


"Не в нашей культуре", - заметил полковник Мэтьюз.


"Вам нужна хорошая миссия, хороший заголовок в газете, вам нужен человек, который думает сам за себя ... и к черту план миссии."


"Как ты этому научил?" Адмирал Джейкобс жаловался.


"Хитрые задания на бумаге, сэр, у нас они уже подробно описаны. Для наших первых британских волков мы дали им бумажные тесты, затем накричали на них, и они, наконец, поняли это. Один парень сказал офицеру: ты хочешь, чтобы я прошел по этой долине на карте, держи меня, блядь, за руку, пока я иду."


Они смеялись.


"Смена культуры", - отметил Мэтьюз.


Заместитель начальника спросил: "А для миссий, где требуется простой набор для прослушивания?"


"Это часть их основной роли в военное время, и они пройдут специальную подготовку". Я указал на директора GCHQ. "Мы одалживаем этому джентльмену наших парней, и они устанавливают для него устройства. На базу Кэмел Ту ветераны британских волков пришли с такими устройствами, вышли и установили их, и это дало нам ранние предупреждения.


"Все британские и американские волки пройдут подготовку у таких, как GCHQ, чтобы попытаться выполнить предназначенную им роль в военное время. Второй частью этой роли будут вставки на дальние дистанции с целью разведки, последним элементом которых будет вставка на дальние дистанции с целью стрельбы по ценной цели или установки бомбы.


"В мирное время роль Волков будет заключаться в небольших войнах плюс нерегулярный сбор разведданных, для чего потребуется человек на месте, осматривающий какое-то место, возможно, убийство ключевой фигуры. Многие американские волки выросли в сельской местности и начали стрелять в молодом возрасте, а теперь стреляют, как Дэйви Крокетт.


"Они могли бы появиться в каком-нибудь месте в Африке, пройти сорок миль, застрелить кого-нибудь с расстояния в тысячу ярдов и благополучно вернуться на побережье."


"Именно такой профиль миссии меня интересует", - отметил адмирал. "У нас дерьмовая куча целей в Красном море, у Белого дома не хватает духу послать команду. Посылаю одного человека ... может получить разрешение. У меня есть целая авианосная боевая группа, высококвалифицированные люди, вертолеты, но, черт возьми, если я смогу заставить белый дом одобрить простую миссию."


"Если бы ваши американские волки были на обмене со мной... тогда к черту разрешение, сэр."


"Забавно, что ты это говоришь, потому что обвинение тебя написано на белой доске в моем кабинете".


Они рассмеялись, Режиссер посмотрел на адмирала.


Я начал: "Есть вопрос, который американцы хотят задать, но боятся задать". Я ждал, пока люди обменивались взглядами. "Может ли операция "Верблюжья лапка" повториться на Ближнем Востоке?"


Мужчины обменялись взглядами, нерешительными взглядами.


"Увидел бы более энергичную атаку", - отметил полковник Дин. "Больше жертв, сложнее вставить и пополнить запасы".


"Но информация получше", - вставил заместитель шефа. "Просто вопрос о ... цена в человеческих жизнях."


"Давайте внесем ясность", - громко начал я. "Французов и британцев на самом деле не так сильно волнует Ближний Восток, как различных идиотов, которые сидели в Белом доме на протяжении многих лет. Западная Африка находится в нигде, если верить идиотам в Белом доме, которые не умеют читать карту, а Ближний Восток - центр вселенной." Я ждал.


Заместитель начальника начал, отступая назад и вздыхая: "Это наше слабое место, где начинается и заканчивается все дерьмо, где погибают карьеры, когда мы год за годом ничего не можем изменить на местах".


Я повернулся к режиссеру: "Все ли в этой комнате допущены к определенным темам?"


"Да".


"Адмирал?"


Она повернулась к нему лицом. "У тебя был инструктаж по Петрову?"


"Я сделал, да, и это заставило меня рассмеяться. У меня весь день была глупая ухмылка. Тем не менее, я всегда считал ЦРУ таким же нечестным, как и люди, на которых они охотятся."


"Спасибо", - сказал ему заместитель начальника, люди прятали ухмылки.


Полковник Дин заявил: "Вчера у меня был брифинг, Уилко никогда не выдавал этого. И я могу понять, почему у нас было так много нападений на GL4. " Он повернулся к директору и твердо посмотрел ему в глаза. "От имени британской армии мы хотели бы, чтобы Уилко был жив и здоров и тренировал людей еще много лет. Мы считаем, что это его лучшее применение."


"Так принято к сведению", - сказала она после ледяной паузы.


Я сказал им, пока сидел: "У персонажа Петрова есть вакансии на Ближнем Востоке. Просто вопрос ... приоритетов."


"Это наш главный приоритет", - вставил заместитель начальника.


Режиссер обдумал это и, наконец, повернулся ко мне. "У тебя есть идея?"


"Это очень незаконно, и нам нужно, чтобы ФБР немного отступило". Я повернулся лицом к заместителю шефа и стал ждать.


"Это нелегкий разговор, но... скоро нам понадобится этот разговор. Если вы думаете, что можете добыть информацию о Ближнем Востоке, тогда стоит поговорить об этом по телефону, а затем с ФБР. И нам нужно было бы привлечь израильтян, если бы вы не споткнулись об одного из их агентов под прикрытием. Снова."


"Тогда давайте в ближайшее время встретимся с израильтянами и разработаем план", - подбодрил я, режиссер кивнул. "Ты разберись с ФБР, прежде чем я сделаю ход. Но, чтобы Петров выглядел правдоподобно, его должно разыскивать ФБР, просто ... не пойман."


Заместитель шефа выглядел подавленным. "Я чувствую то же самое, что и тогда, когда поняла, что у моей дочери был серьезный парень. Я слишком долго был в отрицании. Я был добр, надеясь, что она останется девственницей до тридцати, а не потеряет это в пятнадцать."


Лица расплылись в улыбках.


"Давай поболтаем после этой встречи, только с людьми из разведки", - сказал я ему.


Директор GCHQ начал: "Мы серьезно рассматриваем возможность создания базы верблюжьей лапки ... в каком-нибудь месте вроде Йемена?"


Заместитель начальника сказал ему: "Хочешь поймать дьявола, иди туда, где живет дьявол".


"И вы теряете много людей", - язвительно заметил директор GCHQ.


"У меня есть несколько идей, которые ... менее прямолинейно, " сказал я ему.


Заместитель начальника добавил, обращаясь к директору GCHQ: "Вы видели качество информации, которой мы располагаем".


"И было бы хорошо, если бы информация поступала постоянно, агент был жив и здоров", - последовало сразу же в ответ.


Полковник Дин многозначительно вмешался: "Британская армия также хотела бы видеть агента живым и здоровым ... и обучение сержантского состава в следующем году."


Директор вмешался: "Мы только что получили информацию за десять лет от одной небольшой операции, так что все мы знаем ценность операции и потенциал на будущее, но нам нужно сбалансировать риск и вознаграждение, что, я уверен, мы и сделаем в ближайшем будущем".


Я начал: "Есть еще один фактор, который следует учитывать, и это возмездие. Мы видели несколько заминированных автомобилей и нападений на посольство после базы Кэмел Тоу, но аналогичная операция на Ближнем Востоке может повлечь за собой ответные действия на государственном уровне." Я столкнулся с заместителем шефа. "Вы могли видеть, как в ответ поражаются слабые цели, так что упоминайте об этом в конце строки, когда воспеваете преимущества продвижения на Ближний Восток".


"Мы ожидаем, что будут поражены слабые цели, мы всегда бдительны", - заверил он меня. "Но да, это была бы совсем другая игра, чем в Западной Африке".


"Тогда, может быть, следующая операция - в Центральной Африке, затем в Сомали, прежде чем двинуться на Ближний Восток", - предположил я, люди обменялись взглядами.


Адмирал Джейкобс вставил: "В регионе Красного моря достаточно дерьма, чтобы занять нас всех до пенсии. Сомали, Эритрея, Эфиопия, Джибути."


Менеджер французской разведки вставил: "Разве приоритетом для Британии и Франции не являются люди, которые нападают на Европу из Африки?"


"Так и есть", - заверил его Режиссер. "Трубопроводы, с которыми мы теперь лучше справляемся".


Французский полковник прямо спросил меня: "Как наши люди справились в Кэмел Тоу?"


"С вашими людьми всегда приятно работать, никогда не возникает проблем, я сплю спокойно, зная, что они рядом. Тебе нечего менять, так что ничего не делай."


"Нет, я беру отпуск".


Лица снова расплылись в улыбках.


Я сказал: "Можем ли мы все согласиться с тем, что мы сохраним базу в Верблюжьей Лапе, и что следующая база, возможно, будет в Чаде или Сомали. У меня хорошие рабочие отношения с Айдидом в Сомали, и пополнять запасы по воздуху и на корабле несложно."


"Мы довольны Сомали", - отметил адмирал Джейкобс.


"Я тоже", - отметил полковник Мэтьюз.


"Это был бы шаг в правильном направлении", - отметил заместитель начальника.


Я покосился на него. "Это был ужасный каламбур".


"Какой каламбур?" он притворялся.


Директор закрыла свой блокнот: "Сотрудники Intel остаются, пожалуйста, остальным из вас - спасибо, что пришли, и для некоторых организованы частные встречи, и, без сомнения, несколько концертов в Вест-Энде и кое-какие покупки".


Десять минут спустя остались только ЦРУ, французская разведка, GCHQ, Mi6 и я.


"Так в чем твоя идея?" заместитель шефа решительно подтолкнул его локтем.


"С помощью французов и ... других, мы создали несколько поддельных персонажей, и эти люди будут покупать и продавать оружие. Для начала в Африку, затем, возможно, на Ближний Восток, первоначальное знакомство с русскими продавцами оружия и перевозчиками оружия, сделанное Петровым. Как мы поступили с Томском и наркотиками, так мы можем поступить и с оружием."


"Мне это уже нравится", - вмешался заместитель начальника. И да, ФБР будет проблемой. Но если у нас есть человек, поставляющий оружие террористическим группам, мы можем установить маячки или привести заряды в действие заранее."


Я столкнулся с режиссером. "Ему это нравится, так что, я надеюсь, у тебя есть список покупок".


"Мы делаем", - сказала она ему, взглядом, который говорил, что она заставит его глаза увлажниться.


Час спустя я встретился с сотрудниками директората UKSF, полковником Дином, приехавшим бригадным генералом Дином, чтобы бывать здесь один день в неделю и поддерживать постоянный контакт с бригадным генералом-резидентом. И его преемником был бы не кто иной, как подполковник. Марш из 2 параграфа, человек, с которым я тесно сотрудничал во время кампании в Либерии, человек, получивший скромную известность благодаря британским СМИ.


С нами был генерал, отвечающий за британскую пехоту и силы специального назначения, и его адъютант.


Сев за стол, я начал: "Чтобы внести ясность, прежде всего, я не обхожу вас стороной, это делает Ми-6, и некоторые задания, которые я выполняю для них, очень незаконны, и о них не следует знать Армии. И давайте внесем ясность: Отряд Эхо был дочерью ныне покойного Боба Стейнса из Ми-6, его усилия и идеи по ее созданию и продвижению вперед - его заслуга.


Это подразделение было создано" потому что Ми-6 хотела иметь собственную маленькую частную армию, и эскадрилья "Е" лишь частично выполняла эту роль. Прежнее отношение SAS было проблемой, бойцов эскадрильи "Е" часто можно было встретить в местном отделении для пьяных или в местной тюрьме - теперь исправленной и намного лучшей.


С тех пор все изменилось, и полковник Роулсон проделал хорошую работу по исправлению плохого отношения, старожилы ушли на пенсию, а полковник Дин с самого начала поддерживал хорошее отношение к реформе. К сожалению, реальная власть в Креденхилле принадлежит сержанту, а не полковнику во главе.


Затем мы добавили в боевой порядок "Одиноких волков", опять же игрушку для Ми-6, с которой можно поиграть, и "Волки" сами по себе превратились в силу, и да - они могут отнимать задания у SAS, но я знаю, что ребятам из SAS не нравятся одиночные хитроумные миссии Ми-6, поэтому они не будут кричать в сержантской столовой в Креденхилле.


"Когда полковник Дин предложил ему возглавить GL4, у меня вообще не было проблем, поскольку меня часто тянуло в шести направлениях и я забывал, какой сегодня день. Что необходимо, перед следующей миссией за границу, так это небольшая команда в GL4, которая работает параллельно здесь, с доской и бланками, следит за тем, где находятся мои люди, припасы и транспорт, где находятся Волки.


"Если одного из Волков передадут Ми-6 для работы, тогда это будет солдат, которого передают, нельзя, чтобы Волки работали на Ми-6, потому что политики поднимут шум. И команда, проводящая мониторинг, должна задавать вопросы: где люди, какие у них припасы, кто ранен, какой транспорт доступен, каков прогноз погоды для того места, где они находятся.


"Большую часть времени я справляюсь с этим достаточно хорошо, но если я был ранен, тогда кто-то должен немедленно вмешаться и вывести людей, а также уведомить различные группы и нации, вовлеченные в это. Ми-6 занимается кое-чем из этого, но было бы лучше собрать все это в одном месте, так что поручить полковнику Дину завершить работу - отличная идея."


Я смотрел на лица, когда они смотрели в ответ. "Джентльмены, французы и американцы также заинтересованы в этом, и давайте не будем обманывать себя по поводу влияния американцев. Если они попросят нашего премьер-министра о моей помощи, он скажет "да", я ухожу, и никто ничего не сможет с этим поделать.


"То, чего хочет ЦРУ, - это то, чего хочет Белый дом, который всегда касается Ближнего Востока, и они настаивают на том, чтобы моя команда участвовала на Ближнем Востоке. Как прямой результат недавней встречи, наиболее вероятно, что Сомали станет моей следующей областью интересов, поскольку это почти на Ближнем Востоке ... и имеет канал арабских террористов, направляющихся на запад.


"И да, прежде чем ты начнешь жаловаться, вряд ли это солдатская работа, вряд ли это наша борьба, но мы все работаем на хорошего человека с Даунинг-стрит, дом 10. SAS созданы для того, чтобы служить на "зеленых полях", мой отряд - для более нерегулярной работы, но в случае небольшой войны, такой как в Либерии, мы объединяемся по краям и в основном выполняем солдатскую часть."


Бригадный генерал ФБР спросил: "Вы обсуждали новый шаг с Ми-6?"


"Да, сэр, и они не выдвигали никаких возражений и не предъявляли никаких жалоб. Они понимают, что задействовано больше людей, больше припасов и что переезд необходим, и я сказал им, что это необходимо. Я не вижу проблем с тем, что они жалуются на это в Кабинете министров."


"Приятно знать", - съязвил он.


Полковник Дин спросил: "Что касается резидента "Волков", какой будет модель их обучения?"


"Близко к вашей территории, сэр, прогулки на большие расстояния и чтение карты, работа на полигоне, десантирование. Я бы часто отправлял их в Северную Африку, на тесты по чтению карт на большие расстояния. У них также будет время на фабрике, продвинутый взлом домов, наблюдение и контрнаблюдение, навыки выживания. Их роль в военное время была бы очень близка к роли территориалов SAS."


Я указал на генерала. "В обычной войне, сэр, они использовались бы для тайных миссий в тылу, SAS использовались бы для атакующих миссий в тылу".


Он кивнул. "Доступны для нас, да, как они были в Либерии, и скоро их станет много".


"Около тридцати, сэр, и значительная сила, очень способные. Отправь их всех в одно место, и они нанесут серьезный ущерб."


"У нас все еще есть присутствие на кенийско-сомалийской границе", - начал он. "Они могли бы патрулировать там, чтобы предупредить нас заранее. Время от времени мы получаем минометы и ракеты, люди ранены."


"Да, сэр, просто их работа такая. И я тоже скоро вернусь в Сомали. Новая партия рекрутов могла бы патрулировать границу."


"Новобранцы?" он задал вопрос.


"Все они высокого уровня, сэр, все много лет служили в своих родительских подразделениях, все достаточно хорошо управлялись с базой верблюжьего носка, так что они знают, как справляться с пустыней".


Он кивнул. "Как поживали Следопыты и Парас в пустыне?"


"Отлично, сэр, никаких проблем".


"И как вы оцениваете "Следопытов"?"


"У них есть несколько хороших людей, но, как я недавно сказал, им не хватает руководства, их офицеры сдерживают их".


"Как же так?"


"Офицеры полка королевских ВВС звонят мне и спрашивают, есть ли у меня война, на которой они могли бы сражаться, офицеры "Следопытов" жалуются на ранения и хотят, чтобы их люди оставались дома".


"Чертовски смешно", - отметил полковник Дин. "Какого черта они там делают?" Они усердно работают, чтобы отобрать хороших людей, тренируются, как SAS, и что потом? Стрелять по бумажным мишеням и чистить им ботинки?"


Генерал сделал пометку. "Я избавлюсь от нескольких тамошних офицеров, найду свежую кровь".


"Капитаны в порядке, майор, с которым я имею дело, настоящая заноза в заднице".


"Его не будет на этой неделе", - заверил меня генерал. "Я в ужасе, получив подобный отчет от подразделения вроде "Следопытов"".


Я сказал ему: "Полк 2-й эскадрильи королевских ВВС следует добавить в список команд специального назначения, сэр, они могут действовать в одиночку и противостоять SAS лучше, чем "Следопыты". У них хорошая культура, и теперь внедрены медики и команда снайперов. Когда они на позиции, я не беспокоюсь о нападениях на проволоку."


"Они видели много боев", - отметил бригадир. "Был с тобой на большинстве миссий".


"Да, сэр, они прошли долгий путь, но их главное достоинство - острое желание выйти на улицу и сражаться, а не маршировать взад-вперед. Эта культура - их величайшее достояние, которое стоит изучить."


Мужчины делали заметки.


Возвращаясь с депутатом Питером, я позвонил Бобу. На русском я начал: "Привет, ╧1, как дела в империи зла?"


"У меня есть кое-какие зацепки по друзьям и соратникам Польчока".


"Как насчет персонажей?"


"Мой русский друг-таксист не очень стремился заниматься чем-либо, кроме вождения такси, но у моего французского знакомого был мужчина из их старого аналога нашего Русского дома, с глубоким голосом, похожим на парня из " Звездных войн".


"Он увлечен, его разместили неподалеку, проинструктировали и он готов, занят изучением оружия и географии. Мы назвали его Мэлон Убель, что на нескольких языках означает дьявол, или злой дух."


Подходящее название. Когда он будет готов?"


"Теперь в любой день".


"Тогда я поговорю со Стеффаном в СВР сегодня вечером, а ты подготовь своего человека, чтобы он позвонил Стеффану завтра".


"Хорошо, я вернусь к легенде вместе с ним, но он отличный актер, он работает на сцене, помнит свои реплики, у него было несколько эпизодических ролей в фильмах - конечно, он играл плохого парня".


"Моим следующим шагом будет Сомали, так что держи ухо востро относительно этого региона".


"Хорошо, сойдет".


Когда мы ехали по трассе М4 под дождем, я позвонил в Томск. "Привет, Наполеон".


"Ах, Петров, что ты задумал, а?"


"У меня есть новый проект, ты можешь заработать немного денег, и мы снимем с тебя это давление. Есть бумага и ручка?" Я ждал. "Мы создали фальшивую личность, Мэлона Убела, поэтому я хочу, чтобы вы случайно рассказали всем, что он намного богаче вас, что вы знали о нем двадцать лет, но что он очень скрытный, что он работает за пределами Европы и раньше жил на Северном Кипре.


"Этот вымышленный человек будет покупать и продавать оружие, вы можете заработать немного денег, и вы также можете заставить ФБР поверить, что он важнее вас".


"Это было бы хорошо, да".


"Распространяйте информацию осторожно, но говорите людям, что он опасен, связан со старыми деньгами в Европе, а также с итальянской мафией, но является русским, родившимся в Восточной Германии, который раньше пытал людей для тайной полиции".


"Хорошо, я начинаю, и у меня есть люди, которые шепчутся с Управлением по борьбе с наркотиками по всему региону, я их заинтересовываю".


"Ты поддерживаешь форму?"


"Что ж ... Я пытаюсь. Я читал об этой базе верблюдов, и ты хорошенько облажался с теми арабами, у меня на стене висит фотография."


"Мы проредили их, да, с вашей любезной помощью. И я убил Полчка и ранил Бельчова, так что пусть Либинтов знает, что это были мы."


"Дела у нашей авиакомпании идут хорошо, сейчас мы летаем во многие места и перевозим грузы по всему региону. В Монровии я построил склады и ангары в аэропорту, скоро там появится большой отель, улучшится обслуживание судов."


"Как идут дела с нефтью?"


"Сейчас доходы панамского правительства увеличились как минимум в три раза, и ему задают вопросы о том, где оно добывает нефть, а не столько ответы на эти вопросы. В Панама-Сити я купил огромный отель, отремонтировал его, устроил грандиозное открытие с тамошним президентом-идиотом."


"Ты был там?" Я дразнил.


"Не на камеру, нет, прячусь сзади. Там есть бассейн на крыше, бар на крыше, приятно, когда нет дождя."


"Я попробую это, когда приеду в следующий раз".


"Ты скоро приходишь, э, ты не навещаешь, всегда в какой-нибудь дыре, в которую стреляют".


"Поверь мне, я бы предпочел быть в твоем отеле, чем в пустыне, но они заставляют меня быть занятым".


"А номер2?"


"Жив и здоров, и Каспер сейчас работает с нами. Он больше не убийца-одиночка, он командный игрок."


"У меня есть несколько хороших людей, но они не видят столько действия, сколько видели, когда ты был здесь, сейчас достаточно тихо".


"Хорошо. Тишина - это хорошо."


Вернувшись на базу, мы начали готовиться к прибытию "Волков", наших гостей, которые начнут прибывать в это воскресенье днем и вечером, "Американских волков", которые изменят свое предыдущее путешествие и приземлятся обратно на рейфе королевских ВВС Фэрфорда.


В пятницу днем я захватил Свифти, сержанта Краба, Рокко и капитана О'Лири с блокнотами наготове, когда мы воспользовались небольшой общей зоной за пределами кабинета майора и рядом с кабинетом О'Лири.


Я начал: "Волки здесь в воскресенье, и мы должны быть готовы к встрече с ними к настоящему времени. Старший сержант, перепроверьте все и следите за всеми программами." Я отступил назад с ручкой в руке. Хорошо, следующей частью обучения новобранцев будет аудиторная работа, пока они продолжают заживлять эти швы.


"Как и в случае с оригинальными британскими волками, им потребуется обучение распознаванию с воздуха, продвинутому чтению карт и планированию миссий со всеми приемами. Откопайте те же детали, которые мы использовали раньше, попросите их всех пройти через это в группах - привлеките капитана Харриса. Когда они не в классе, они используют полигоны или ходят и бегают.


"Когда я рад, что у них все улажено, мы летим в Сьерра-Леоне на тренировку в джунглях. Сержант Крэб, вам отводится главная роль в этом обучении.


"Мистер О'Лири, Свифти, вы будете контролировать волков-ветеранов. Прежде всего, их роль в военное время такая же, как и у территориалов; вставка дальнего действия. Итак, им нужно читать карты, планировать миссии, подолгу ходить по маякам, долго ходить по пустыне, долго ходить по джунглям, тренироваться на выживание, прыгать с парашютом и выполнять обычную работу на полигоне.


"Главным приоритетом и ключевыми предметами являются планирование миссии, чтение карты и создание эскизов, оценка расстояния. Мы хотим, чтобы они могли найти место, понаблюдать за ним, сделать наброски, отметить расстояния и вернуться живыми.


"Свифти, отведи их на гору над долиной после того, как подсчитаешь расстояния, пусть они оценивают расстояния в милях и ярдах. Как далеко находится деревня? Две мили или три? Заставляйте их практиковаться в подобных вещах.


"Мистер О'Лири, устройте встречу с их линейным менеджером в SIS и спросите его, какими основными предметами он хочет заниматься, пусть Свифти сядет с этим человеком и перечислит, какое обучение он хочет пройти."


Я столкнулся со Свифти. "Если этот человек хочет, чтобы обучение шпионов закончилось, вы просто отдаете людей на день, но всегда разъясняйте этому человеку, что политики здесь должны верить, что Волки - это армия, а не Разведка.


"Все вы, когда будет готова следующая партия британских волков, они будут базироваться здесь, так что нужно накормить больше ртов, разделить время в столовой, и они войдут в программу обучения, которую я только что изложил. Занимайте их, держите в уме, придумывайте новые сценарии. Свифти, выводи их на прогулку в горы почаще, на ночь, им нужны крепкие ноги, 24-часовой скоростной марш-бросок раз в месяц.


"Ключевым элементом для волков является способность ходить и ориентироваться, затем наблюдать за местом или стрелять в кого-то, а затем возвращаться. И когда эти новые центры отдыха будут готовы, позвольте им пользоваться хижинами, а вы - Свифти и Краб - пообщайтесь с ними, прислушиваясь к тому, нет ли среди них психов."


"Они кажутся прочными, " отметил Краб. "Там также есть настоящие звезды".


"Я имею в виду, что Тиллер и Брейс присоединяются к Echo, у нас не хватает нескольких парней в отряде Слайдера, но у нас есть русскоговорящие".


О'Лири вставил: "Мы получили письмо, ошиблись адресом, но оно дошло сюда, от парня из инженеров. Он набрал 92% за ваши три дня, он прошел паракурс "Продвинутая первая помощь" и свободно говорит по-французски - отслужил год во французском пехотном полку."


Я скорчил гримасу и обдумал это. "Приведи его сюда поболтать".


О'Лири сделал пометку.


"Свифти, начинай придумывать программы обучения, запроси здесь помещения у сержант-майора, внешнее обучение через майора, и скоро с нами будет бригадир, который будет за все отвечать".


"Мы будем?" Рокко озадачен.


Полковник Дин из SAS станет бригадиром и будет руководить этой базой вместо майора и его преемника; вы будете работать непосредственно с бригадиром. Он свяжет воедино различные подразделения."


"Я несколько раз встречался с полковником Дином", - сказал Роко, кивнув. "Он серьезный офицер, а не придурок из государственной школы".


"Свифти, если у полковника Дина есть идеи о том, что делать с Волками ... он босс, держи линию."


В дверях появился Билли, старый старший сержант, теперь майор, его новое звание выставлено напоказ. Все встали.


"Ты заблудился?" Я спросил. "Это где люди делают настоящую работу, а не складывают одеяла?"


"Отвали", - сказал он с улыбкой. "Кто-то должен это сделать".


Я столкнулся со Свифти. "Новый квартирмейстер территориалов, майор Коулридж".


Билли указал пальцем на Краба. "Зови меня Билли, и я надеру тебе гребаную задницу".


"Я называл тебя Билли четырнадцать лет", - пожаловался Крэб. "Майор". Сначала Уилко, теперь ты, все продались."


Билли спросил: "Могу я одолжить Рокко?"


"Конечно. Иди, организуй укладку одеял."


Майор Коулридж вывел Рокко наружу, показав при этом мне средний палец.


Сев, я поделился со Свифти некоторыми идеями по дрессировке и несколькими забавными занятиями для волков. О'Лири дважды проверял комнаты и одеяла - сложенные или нет.


В воскресенье днем начали появляться новобранцы из "британских волков", ни у кого из них не было повязки на голове, некоторые показывали нам свои шрамы. Они поселились в казармах, их приветствовали товарищи-рекруты, рассказывали истории о пустыне, рассказывали анекдоты.


В 8 часов вечера прибыли автобусы королевских ВВС, два из них в сопровождении полиции и члена парламента, американские волки разместились наверху, в казармах, горстка внизу, их инструкторы в домах и хижинах, и с нами были знакомые капитан и лейтенант, люди из начального этапа отбора в Нью-Мексико.


Я поселил их в доме, прежде чем повести в паб, поужинать и выпить пива с Мораном и Митчем, несколькими ребятами из Echo, которые живут здесь и выпивают, вернувшись с каникул. В 11 вечера я проверил у Крэба и Даффи, все ли у нас в списке, и Рокко следил за тем, чтобы все шло гладко.


Я сказал волкам "отбой" и немного отдохнуть, и мы оставили их наедине с этим, Волки-ветераны на крыше казармы с полицией КТ и внимательно следили за происходящим.


Утром я встретился с новобранцами "Волка" в большом зале для брифингов на первом этаже в 8.30 утра, Крэбб и Даффи были здесь с Рокко, американские сержанты и офицеры поодаль. "Джентльмены, добро пожаловать в GL4 для тех, кто не был здесь раньше, тихую сельскую заводь в тихой сельской Англии".


Они смеялись.


"Почему это смешно?" - Спросил я, широко разведя руки.


" Я проинформировал их, " вставил Краб.


"Тогда они все знают, что нужно быть осторожными, и быть осторожными здесь, и быть осторожными, выходя за пределы базы. Инструкторы, носите пистолеты, и если кто-то стреляет в вас - стреляйте в ответ." Я указал на Рокко. "Это сержант-майор Роко, старший сержант базы, с которым не стоит связываться. Он прострелит тебе ногу, если ты его разозлишь. Сержанты, офицеры, вы спрашиваете его об услугах, и он может вам их предоставить.


"Рокко здесь служил с Echo в течение многих долгих тяжелых лет, до этого Парас и Следопыты, и у него больше подтвержденных убийств, чем у всех вас когда-либо будет, вместе взятых. Если у вас есть вопрос, задайте его, он ветеран спецназа и участвовал в боевых действиях в большинстве стран мира.


"Верно, отведенное вам время приема пищи на час отстает от остальных, так что вы будете есть с 9 до 10 утра, возможно, успеете пробежаться до этого времени. Обед с 14:00 до 15:00, а ужин в любое удобное для вас время, но старайтесь после 19:00.


"Рядом со столовой есть два новых центра отдыха, большой желтый сарай, обшитый металлом, и переносная кабина рядом с ним. Вам разрешено ими пользоваться, и у них есть чай и кофе, бильярдный стол, книги и кинопроектор. Старайся не ходить в паб и не напиваться, за это тебя могут выгнать с курса. И, если вы, пошатываясь, пойдете по дороге пьяным и не остановитесь перед полицейскими, они пристрелят вас насмерть."


Я позволил им подумать об этом, обменявшись взглядами.


"Хорошо, вы будете разделены на группы для практичности, и мы можем собрать двенадцать человек в комнате наверху одновременно, которые сядут за столы для чтения карты и планирования миссии, для других важных вещей. Пожалуйста, оставайтесь в этих группах для обучения здесь. В свободное от занятий время вы будете находиться на полигонах, бегать по трассе, водить машину или в других местах, таких как фабрика.


"Итак, вы все преуспели в Мавритании и на базе "Кэмел Тоу", и мы надеемся, что у вас было время подумать о будущем, пока вы залечивали свои раны. Если у вас есть сомнения или оговорки, приходите и спросите нас, или если у вас есть вопросы о том, что вы могли бы делать в будущем.


"В этом будущем вы, возможно, будете проводить время в таких гламурных местах, как база верблюжьей лапки". Они смеялись. Или в каком-нибудь месте" которое еще хуже. Как только мы закончим занятия здесь, мы отправимся в Сьерра-Леоне для обучения в джунглях, и вы будете весь день мокрые и покрытые грязью, вдали от пустыни."


Новобранец поднял руку. "Что случилось с козой, сэр?"


Я улыбнулся. "Живой, здоровый и сытый, это талисман".


Другой спросил: "Это правда, сэр, что об этом снимают фильм?"


"Да, в Аризоне, как мы говорим. У них есть Том Круз, чтобы сыграть тебя ". Новобранцы смеялись над этим человеком. "Когда она будет готова, мы надеемся получить копию, и мы надеемся, что на большом экране мы не будем выглядеть полными гребаными идиотами".


Я воспользовался моментом. "То, чего вы многие не знаете ... то, что мы получили удостоверения личности и телефоны большинства погибших, и Разведка проделала хорошую работу по отслеживанию местных командиров, региональных командиров, торговцев оружием и казначеев, произведено много арестов, несколько человек ... разобрался.


"Мы потеряли несколько человек, и вы все получили ранения, но это была цена, которую мы заплатили, чтобы получить эту сокровищницу информации и уничтожить местных боевиков. Благодаря вашим усилиям в этом регионе сейчас тихо, так что вы можете гордиться тем, что вы сделали, и тем, что наши мертвые люди помогли нам получить необходимую информацию.


"Теперь, как бывало и раньше, вам будут задавать вопросы психиатры - просто будьте честны с ними о том, что вы чувствуете, что вы хотите сделать в плане карьеры, что вам нравится и не нравится. Хорошо, первые двенадцать человек, выходите за дверь и, пожалуйста, поднимитесь наверх ". Я их сосчитал. "Следующие двенадцать оставайтесь здесь, тренируйтесь с оружием, отдыхайте снаружи с сержантом Крэбом".


В 9 утра обычные участники брифинга собрались наверху, Эхо плюс команды разведки, плюс Бонго и его молодой помощник, офицеры сидели впереди, но теперь у нас были еще и волки-ветераны.


"Хорошо, слушайте", - начал я. "Довольно много всего произошло с тех пор, как вы все отправились в приятный отпуск, и я надеюсь, что ни у кого из вас нет серьезной болезни". Они смеялись. "Риццо, проверяйся".


"Я держал это в штанах", - сказал он нам.


Майор спросил: "Ты становишься мягкотелым, старший сержант?"


"Старею, сэр".


Я сказал им: "Вы заметите, что я теперь майор, так что мне платят намного больше и у меня автомобиль Mercedes с шофером".


Они засмеялись, когда майор сказал: "Я думаю, вы получили неправильный инструктаж о том, как быть майором в британской армии".


Кроме того, мы скоро потеряем майора Брэдли, но получим нового ответственного офицера, бригадира. Нынешний полковник, отвечающий за SAS, полковник Дин, прибудет сюда, чтобы присматривать за нами, после повышения до бригадного генерала. Он будет присматривать за Волками, бойцами эскадрильи "Е", здешними складами, территориями и многим другим, что происходит здесь в эти дни. Ты проявишь должное уважение или получишь от меня удар по голове.


"Как большинство из вас знает, ветераны "Одиноких волков" теперь базируются здесь - избавьте их от проблем в своих родительских подразделениях, и они, вероятно, будут сопровождать нас на большинстве выполняемых нами заданий. И среди следующей партии британских волков есть несколько чертовски горячих парней, которые могут присоединиться к Echo. Слайдер, я знаю, что у тебя не хватает нескольких человек, и русскоговорящие могут пока вмешаться, если потребуется."


Я указал на Генри. "Жак?"


"Да, он уволился из армии. По крайней мере, его время указано на бумаге."


"Анри, у тебя на голове заканчиваются места, в которые можно попасть пулей".


Пока ребята смеялись, Генри дотронулся до своей покрытой шрамами лысины. "Нет, я получу парик".


Я кивнул. "Хорошо, нам понадобятся дополнительные тела, и, если возникнет необходимость, у нас есть внештатные сотрудники из полка королевских ВВС и наших "Волков". И, после моих жалоб, офицеры "Следопытов" будут заменены на тех, кто хочет видеть действие, а не просто маршировать взад-вперед."


"Давно, блядь, пора", - хрипло заметил Роко. "Они не справляются со своей задачей".


"Мы надеемся, что они будут делать это в будущем", - сказал я ему.


Риццо спросил: "Эта газета все еще собирается напечатать какую-то хрень о нас?"


"Я думаю, у них сейчас на уме другие вещи", - сказал я ему, поймав взгляд майора, несколько парней захихикали. "Они потерпели неудачу, их офисы были разрушены. И, пока обсуждаем СМИ, в Америке снимают фильм о базе верблюжьего носка. Риццо, они не смогли найти никого на твою роль."


Парни громко смеялись над Риццо.


"Кто играет с нами?" Спросила Джинджер.


"Я бы предположил, что британские актеры", - сказал я ему. "Мы ждем, чтобы увидеть, как они нас изобразят". Я столкнулся с мужчинами. "Хорошо, большинство из вас помогают "Волкам", но когда у вас будет немного времени, я хочу, чтобы вы позанимались физической подготовкой. Сержант-майор, подтяни физическую форму для этой ленивой кучки, готовься к Сьерра-Леоне, я хочу несколько кругов. Ветеран "Одиноких волков", ты со Свифти, который теперь за тебя отвечает старший сержант, сержант Крэб - 2ic.


"Разведданные остаются, остальные отправляйтесь и займитесь какой-нибудь работой." Я подождал, пока они с шумом вышли, сотрудники Разведки заняли места, оставшиеся теплыми после парней. Сотрудникам армейской разведки я сказал: "Полковник Дин скоро будет с нами в качестве бригадира, один день в неделю в Директорате UKSF, и вы будете отчитываться перед ним".


"Почему сейсмический сдвиг?" Майор Сандерсон деликатно подтолкнул локтем.


Я вздохнул. Армия хотела бы контролировать эту базу и находящихся здесь людей, но мы были созданы Intel для Intel, и заслуга Intel в том, что она продвигала нас вперед. Директорат UKSF отодвинут на второй план, и лондонская разведка напрямую предоставляет нам работу, несмотря на то, что не должна, так что это шаг к умиротворению армии, а также признание того, что база такого размера с таким количеством команд нуждается в большем надзоре.


"Сейчас у нас здесь есть "Волки", скоро их будет тридцать человек, и это не взвод, это слишком много даже для отряда, и у нас есть территории, использующие это место и здешние склады, так что нужно связать много незакрепленных концов, сэр. "


"Вы позвонили ему, сэр, " отметил майор.


"Что?"


"Ты теперь майор, смирись с этим."


"Верно, сэр, " сказал я, поймав взгляд майора. Пряча ухмылку, я сказал: "Хорошо, у нас есть несколько новых разработок, а именно "Волки". Если разведка считает, что необходимо тщательное наблюдение за местом, возможно, у плохих парней есть заложники, возможно, там тренировочный лагерь террористов, тогда Волков можно и нужно использовать для подглядывания, так что имейте это в виду.


"Армия уже запросила их на кенийско-сомалийской границе, так что мы, вероятно, отправим их. То, что нужно ... поддержка администраторов для них здесь и поддержка intel. Если они на границе, то передайте им информацию и проверьте их прогресс, и нам нужен центр командования и управления, работающий 24 часа в сутки, готовый выслать спасательную команду для Волка, попавшего в беду.


"Я хочу, чтобы армейская разведка взяла на себя это бремя, работая рука об руку с Ми-6, потому что нельзя допустить, чтобы Ми-6 слишком сильно контролировала передвижения Волков. Итак, если вы думаете, что в определенной деревне могут быть заложники, попросите одного или двух волков пойти посмотреть, спланировать их транспортировку - и их спасение, если потребуется.


"И скоро их будет тридцать, значительная сила, и команда из четырех человек может пойти посмотреть на какое-нибудь место для вас. Если на определенной дороге происходит много похищений или перестрелок, вы можете попросить разместить команду над этой дорогой на несколько недель, так что не стесняйтесь.


"Теперь американцы хотели бы, чтобы мы снова посмотрели на Сомали, решительно подталкивая в этом направлении, и мы, вероятно, проведем операцию, подобную базе Кэмел Тоу на сомалийской земле, так что начните изучать разведданные там и вдоль кенийско-сомалийской границы."


Вставил Матч: "На севере Сьерра-Леоне наблюдается повышенная активность, на гвинейской стороне тусуются банды, которых нужно застрелить и похоронить, несколько похищений шахтеров на западе, требований пока нет".


"Хорошо, давайте сделаем это по правилам. Вы составляете отчет вместе с предложением действий, отправляете его полковнику Дину и директорату UKSF и мне, все три имени вверху. Пусть полковник Дин и директорат UKSF посмотрят на карту "Люди в Сьерра-Леоне" и запросят наших людей или волков.


Джентльмены, в отсутствие панического телефонного звонка ... именно так мы и должны это сделать, и если нам больше нечего делать, то давайте сделаем это таким образом и оставим МОД довольным. И я буду в Сьерра-Леоне через две недели, и новобранцы смогут поскрежетать зубами, так что все прошло гладко."


Майор Сандерсон сказал: "Немного шокирован, вы все делаете по правилам".


"Теперь он майор", - вмешался майор Брэдли. "Должно быть, он думает как волк".


Я столкнулся с Сандерсоном. "Если бы система работала так, как должна, я бы никогда никого не обходил и не нарушал правила. В прошлом ... на планирование освобождения заложников ушел год, а затем не удалось сдвинуться с мертвой точки. То, что произошло здесь в последние годы, было вызвано двумя причинами. Во-первых, желание Ми-6 создать хороший заголовок в газете. Второе, мое желание вернуть заложников домой, к их семьям. Эта синергия сработала хорошо, и все стороны получили то, что хотели.


"Итак, сегодня у нас есть мнение американцев и французов, Кабинета министров, другая игра в мяч, больше внимания уделяется каждому моему движению, люди используют такие фразы, как общая картина. Этот следующий шаг, в Сомали, политически обусловлен, во главе с американской политикой. Кое-кто из высокопоставленных лиц хочет, чтобы я тратил время на преследование неуловимых террористических групп, а не на спасение дюжины шахтеров."


"А если ты поддашься этому давлению?" - Спросил капитан Харрис.


"Я надеюсь... что the Wolves, Echo lads, French Echo и другие готовы отправиться за заложниками, на которых я, возможно, смотрел. Дело в том, что армия хочет, чтобы я преподавал солдатское дело на зеленых полях, Разведка хочет, чтобы я печатал для них хорошие заголовки в газетах, но мало кто хочет, чтобы я спасал заложников, кроме семей. Мое время распределено по-разному, но с большим количеством людей я могу сделать больше, я могу спланировать миссию и отправить команду вместо того, чтобы каждый раз посылать себя."


"Боже мой, он думает как майор", - съязвил майор Брэдли.


Я улыбнулся. "Вы оказали мне большую помощь, сэр". Он бросил на меня взгляд. "Хорошо, команды разведки, я хочу, чтобы был установлен график работы на 24 часа, я хочу, чтобы был составлен список телефонных номеров, мне нужны индивидуальные номера спутниковых телефонов мужчин и "Волков", королевских ВВС, французов, американцев. Подумайте так, как если бы вам предстояло провести еще одну операцию, подобную базе верблюжьей лапки, и в Сомали вы могли бы.


"Вы должны всегда знать, где находится каждый человек на этой базе. Если Волка одалживают Intel, его имя помечается, список изменяется, и, возможно, у нас шесть волков в Intel и четыре в Кении. В любой момент времени вы должны точно знать, где они находятся, а не только в какой стране они находятся; Мне нужны координаты на карте, состояние припасов, раны.


То же самое для моих людей, нам нужна доска перемещений, как военно-морскому флоту во время Второй мировой войны, так что будьте организованны, и я хочу, чтобы каждый день в Директорат UKSF отправлялось резюме, даже если там просто написано "никаких изменений" по сравнению со вчерашним днем.


"Дамы и господа, через несколько недель у нас может сложиться ситуация, когда у нас будут Волки на трех разных работах, моя группа на двух разных работах, и все это потребует тщательного планирования. Для каждой команды на каждом задании нам нужны местные данные и местная погода. Полковник Дин внесет свой вклад в то, как вы это проведете."


"Будет держать нас занятыми и активными", - отметил капитан Харрис.


Я сказал ему: "Развесь большие карты по стенам, большой стол, чтобы расставлять модели, игрушечных солдатиков, начни думать, как во время Второй мировой войны, и давай избежим той лажи, когда мы где-нибудь оставим человека. Вы также должны учитывать французскую базу в Мавритании, FOB и команды в Сьерра-Леоне и команды в Либерии, а также текущую базу Camel Toe.


"В любой момент МО или полковник захотят знать, кто где находится, что происходит, в чем проблемы. Свяжись с Креденхиллом относительно их людей, которые будут поочередно направлены на перечисленные базы, и пока мы разговариваем, на базе Кэмел Тоу находится отряд эскадрильи "G", наслаждающийся бассейном." Они смеялись. "Нет, серьезно, они сделали двадцатиметровый бассейн".


"Они сделали?" - Поинтересовался капитан Харрис.


"Да, и это пробел в ваших знаниях, что вы никогда не знали этого важного факта. Позвони туда старшему британскому офицеру, получай ежедневную сводку, то же самое для FOB и Мавритании."


"Это будет занимать нас", - пожаловался Харрис.


"В отличие от твоих жалоб на то, что у тебя мало дел и что я исключаю тебя из цикла разведданных ..?"


"Ты действительно бросаешь нас", - пожаловался он.


"Если вам нужно больше людей, привлеките больше людей, МОД не скажет "нет", - сказал я ему. "И все вы, потренируйтесь с пистолетами и будьте начеку, дамы и все остальные, не рискуйте здесь, и когда выедете отсюда, езжайте альтернативными маршрутами, ходите кругами, никогда не езжайте прямо домой".


Час спустя, когда я сидел и обсуждал документы с майором и Мораном, вошел О'Лири. "Зеленый берет у ворот, говорит, что теперь он на посту здесь".


"Ах, я действительно спрашивал, да - парень, который может управлять вертолетом Ми-8. Приведи его сюда."


Моран спросил: "Он проверен на Ми-8?"


"Сотни часов", - ответил я, вставая. "Но я все еще хочу, чтобы вы летали, Сессны и вертолеты, хорошо, что с нами есть пилоты".


Снаружи ангара остановилась машина, и я узнал человека с базы Кэмел Тоу. "Вы не торопились, добираясь сюда, сержант", - сказал я, когда он вышел.


"У меня был отпуск, нужно было залечить несколько швов, сэр".


Я помахал Рокко, когда он шел к нам. Сержант-майор, отведите комнату в хижине для этого человека, он будет работать с Эхо, отрядом Слайдера. Я хочу для него комплект в британском стиле, инструктаж по этой базе ". Новичку я сказал: "Как они тебя называют?"


"Моби".


"Мы будем звать тебя Грини, будь проще. Это сержант-майор Роко, не тот человек, с которым можно трахаться, делай, как тебе говорят. Перегоняй свою машину, разбирайся, мы поговорим позже, когда ты устроишься. Найди Слайдера, теперь ты в его отряде."


"Слайдера я помню, высокого парня".


"Да. Спасибо вам, старший сержант."


"Сэр", - прозвучало в ответ, странно слышать это от Рокко.


Вернувшись в кабинет майора, я сказал О'Лири: "Верни тот вертолет Ми-8, тот, что в Эссексе, уроки для новичка и капитана Морана".


"Есть Волк, который умеет летать, Intel также давала ему уроки вертолетостроения".


"Отлично, подключи и его к этому".


Сев, Моран сказал, не поднимая головы от папки: "Куда бы мы ни пошли, везде Ми-8, стреляющая в нас или доступная нам".


Я кивнул. "Если бы у нас был такой в Африке, хороший пилот, мои русскоговорящие могли бы прилететь в нужное место и выглядеть законно".


В 16:00 я нашел нашего новичка в британской зеленой форме, но в его собственных отличительных ботинках, новобранцы Wolf пробегали мимо группой. "Устроился?"


"У меня есть комната, сэр, есть униформа и ремни, и скоро у меня будет немного времени на Valmets".


"Вы знаете о съемочной группе в Нью-Мексико, воссоздании битвы при Кэмел-Ту?"


"Да, двое наших парней играют самих себя, Армия из кожи вон лезет, чтобы сотрудничать".


"Кто играет со мной?" Я спросил.


"Они сказали, что у меня есть какой-то новозеландский парень, похожий на британца".


"И насколько точным это будет?"


"Они получили график с точностью до минуты от Пентагона, который поставляет людей и машины и оплачивает топливо".


"Голливудская пропагандистская машина", - съязвил я.


"Люди не понимают, сэр, что у ВВС есть офис в Лос-Анджелесе, пятьдесят сотрудников, которые помогают студиям".


"Пока американские военные имеют право голоса в этом ..!"


"Конечно, и если им не нравится сценарий, студии приходится нанимать все оборудование по максимуму. Если студия изменяет сценарий, она получает все необходимое оборудование бесплатно."


"Наши собственные военные действуют таким образом, они любят покрасоваться, что хорошо для вербовки".


"В Штатах показывали двухчасовой специальный выпуск о высадке британцев в Либерии".


"Человек, который руководил этим, подполковник. Марш, очень скоро станет главой SAS, нашим здешним домовладельцем."


"Было бы приятно встретиться с ним после просмотра фильма. Итак, каков план, сэр, насколько я понимаю?"


"Теперь ты часть команды, ты идешь туда, куда идем мы, ты получаешь задание, подобное Верблюжьей лапе, каждый месяц".


"Каждый месяц? Черт..."


"Мы не сидим сложа руки, сержант. О, и к нам прибудет Ми-8, на котором вы сможете попрактиковаться, мой капитан Моран летает на нем, но не настолько хорошо. Ты можешь помочь ему."


В 8 вечера я сел в своей гостиной и присоединился к Swifty. "Как дела?" Я спросил его.


"Я обновил все файлы о том, на чем они специализируются, и я никогда не знал, в каких странных вещах они были хороши. Один из них охрененно разбирается в компьютерах, и Intel учит его красть информацию с компьютеров. Еще один охрененно разбирается в радиоприемниках, все они говорят на одном языке, один даже говорит по-сербохорватски, а четверо прошли углубленные уроки по изготовлению бомб и обезвреживанию."


"В следующий раз, когда мы будем выполнять работу, напомни мне об этих навыках, мы могли бы их использовать".


"Они хорошая компания, счастливы оказаться вдали от своих старых полков, но простой факт таков... им нравится работать с нами, а не на одинокую работу в Intel."


"Для них это будет смесь командной работы и нескольких одиночных миссий".


"Я выбрал маршрут через Грин, зону высадки десанта, очень ровный и без каких-либо особенностей. Им придется ходить зигзагами и находить оставленные предметы, считать шаги, оценивать расстояния."


"Хорошо".


И я заказал автобусы для поездки в Брекон в среду утром, вечером и обратно в четверг, чтобы хорошенько размять ноги. Я помню маршрут, которым я шел, когда впервые попал в Херефорд, маршрут, которым они пользуются в форте Ваннабе."


"Сегодня прибыл зеленый берет, тот же парень, что был в Кэмел Тоу, и он может управлять Ми-8".


"Ах, это было бы удобно, да".


В 9 вечера я повел Свифти в большой развлекательный центр, где нашел парней из Echo, бездельничающих или играющих в бильярд на деньги, нескольких здешних Волков-ветеранов.


Николсон сказал мне: "Томо - немного бильярдная акула, но Генри забирает его деньги".


Я заглянул в зону чая и кофе, обнаружив, что она хорошо укомплектована, а в задней части большой комнаты стояли видеомагнитофон и проектор, группа парней смотрела какой-то старый фильм о войне во Вьетнаме. Сбоку стояла книжная полка, заставленная подержанными книгами в мягких обложках, купленными в Оксфорде, большинство из которых были военной фантастикой, но полка была отведена для технических книг и учебников по языкам. На стене висела большая карта Северной Африки, шесть футов в поперечнике.


В меньшем рекреационном центре, portakabin, я обнаружил дюжину новобранцев Wolf, которые усердно занимались. "Не вставайте", - сказал я им. Я заглянул в их домашнее задание. "У вас есть грузовик, который развивает скорость 20 миль в час, топлива на 3 часа, двенадцать человек, двое ранены ..." Я улыбнулся, вспомнив сценарий.


Я похлопал рукой по плечу новобранца Мерфи. "Все зажило, Мерфи?"


"Да, сэр, но они сказали не предпринимать ничего слишком сложного до следующей недели или около того".


"Вся работа над книгой на этой неделе, затем первая помощь, так что у вас еще есть время на выздоровление".


"Ребята с киностудии пришли и взяли интервью у меня, сэр, и у ВВС, о фильме, который они снимают. Сказал, что мне приказали сотрудничать."


"Фильм в Нью-Мексико, да. Надеюсь, они все сделают правильно и оставят тела с торчащими вверх руками."


Все новобранцы тихо смеялись, когда выполняли домашнее задание.


На следующий день я наблюдал, как майор Сандерсон организовывал в главной комнате разведки, теперь оживленном центре, большой центральный стол с картой Северной Африки, такой же большой, как та, что висела на стене в центре отдыха. Маленькие модели изображали базы в Мавритании, Сьерра-Леоне, Либерии, а также базу верблюжьего носка.


На стене теперь висели три белые доски от края до края, люди перечислены зеленым фломастером, слева - Эхо, затем - Волки, в колонках указаны ранения; отпуск, активная позиция и специальные навыки. Рядом с Волками они подробно описали различные языки и навыки.


К стенам были приколоты списки телефонных номеров, в которых были указаны основные номера министерства обороны, королевских ВВС, а также различных баз в Африке. Это начинало выглядеть организованным.


Капитан Харрис сказал мне: "Со следующей недели у нас будет новый график работы на 24 часа, на данный момент немного нестандартный. И у нас будут раскладушки по соседству на случай, если появится работа."


"Как дела с..?"


Он неловко ответил, оглядываясь по сторонам: "У нас новый дом, чтобы занять нас, она не упоминает здесь проблемы безопасности".


"Может, она надеется, что тебя пристрелят", - поддразнил я.


Женщина-капитан неподалеку засмеялась и отвернулась, поймав взгляд Харриса. "Надеюсь, что нет, это все, что я скажу. Дела обстоят так... стабильная."


Перед уходом я высказал несколько предложений относительно боевой доски и ее планирования.


После обеда позвонил Дэвид Финч. "Мы думаем, что было бы лучше, если бы линейный менеджер " Волков" был там, внизу, поскольку вы создаете центр командования и контроля. Он здесь немного отстраненный."


"Он холост или в трудном браке?"


"Давайте просто скажем, что у него нет проблем с тем, чтобы покидать супружеский дом в течение недели".


Я широко улыбнулся. "У нас есть дом, и у нас есть бесплатные хижины".


"Я приближаюсь к бесплатной аренде".


"Я не могу допустить, чтобы он был со своими ребятами, он босс, так что у него есть дом, и он может пользоваться офицерской столовой".


"Да, кажется подходящим".


"Что-нибудь происходит в газете "Телеграф"?"


Полиция не думает, что владельцы газеты имеют к этому какое-либо отношение, но в любом случае доказательств нет. Проблемы со страховкой достаточно, чтобы подорвать их финансовое положение, поэтому они ведут переговоры с покупателем, но все еще находятся вне обращения - и причиняют вред. Что касается досье, которое они получили, они, похоже, положили его не на то место."


"Ну, ты знаешь, как легко потерять важные досье".


"На самом деле, да, работая здесь, я это делаю. Они пропадают чаще, чем вы думаете, их находят позже, когда они были собраны в архив. Иранский документ был зарегистрирован в Персии молодой женщиной-клерком."


"Да, это простая ошибка".


"О, шурин Белчов получил предложение от ФБР. Если он расскажет все, он получит высококачественное лечение от ожогов в Штатах бесплатно, так что он согласен и будет переведен."


"Хороший результат, да. И тот... мужчина, представляющий интерес?"


"Его тело вернулось сюда, вскрытие произведено. Он был сильно обожжен, голень оторвана, предплечье оторвано, в него стреляли двенадцать раз, осколки стекла усеяли его тело, легкие обожжены, но убил его, по-видимому, CS-газ. Не самый приятный путь, когда ты ранен. Тем не менее, они болтают здесь у кулера с водой о том, что происходит с людьми, которые предают свою страну."


"Тогда прозвучало хорошее предупреждение".


"Нам нравится сообщать сотрудникам, что происходит, когда они не достигают своих ежемесячных ключевых показателей эффективности", - пошутил он.


"Ключевые показатели эффективности"?


"Ключевые показатели эффективности. Отраслевой термин, из Штатов. Это влияет на бонусы и рекламные акции."


Утром появилась всегда прекрасная капитан Саманта Хедж со своей командой, нужно было провести интервью, на декольте, несомненно, можно было поглазеть. Я пообедал с ней в переполненной офицерской столовой, а после обеда обнаружил, что меня ждет рослый капитан военной полиции. Он отдал честь.


"Капитан?" Я спросил и ждал.


"Теперь я назначен к ней, сэр, МО хочет, чтобы безопасность была пересмотрена и усилена".


"О, точно. Почему ты выглядишь знакомо?"


"Ты был на курсе по ближней защите, который проходил я".


"Боже, это было так давно".


"Для нас обоих, сэр".


Я поднял палец. "В несчастливом браке, нужна комната?"


"Счастлив в браке, имеет двоих детей, родился и вырос недалеко от Суиндона, так что это мой родной участок. Я буду приезжать каждый день, мы живем с престарелой матерью моей жены, но она замечательная пожилая леди и никаких проблем."


"Тогда я оставлю вас, чтобы вы осмотрели это место и внесли несколько предложений".


"Этот забор хорош, сэр?"


"Это своего рода пуленепробиваемый материал".


"Своего рода?"


"Планки прозрачные, но достаточно прочные, чтобы остановить 9-миллиметровый снаряд, а для винтовочного патрона они отклонят пулю и разнесут ее в стороны".


"Слабое место - это вход, люди въезжают и выезжают".


"Не стесняйтесь подстригать изгородь".


"Я думал о подъездной дороге на север, которая могла бы присоединиться к этой полосе, и люди входили и выходили, не проезжая деревню".


"Это может быть только к лучшему, так что сходи к майору Брэдли и попроси МО проложить для нас дорогу".


Он отправился делать именно это, пока я искал Бонго в оружейной, моего старого соседа по комнате в его обычном промасленном сером комбинезоне, и выглядел он толстым. Я спросил его: "Вы получили опись из Сьерра-Леоне?"


"Да, и я надеюсь, что оружие не покрыто грязью", - пожаловался он. "Хотя она и не полная".


"Американцы захватили несколько слоновых ружей".


"Четверых не хватает, так что я запишу их как одолженных янки".


"Одолжен на неопределенный срок, да. А гранатометы находятся на базе Верблюжьей лапки."


"Четверых не хватает в списке. И я отправил факс в Мавританию, на эту базу, и вы также оставили там дерьмовую кучу оружия!"


Я протянул ему ровную руку. "Для нас, чтобы использовать, и для британских мужчин, чтобы тренироваться, да".


"Они также указаны в списке, как взятые напрокат".


"У нас достаточно камердинеров для нас и для волков?"


"Если бы у каждого мужчины здесь был такой... почти. Десять отданы в аренду полку королевских ВВС, десять - Следопытам."


"Возьми еще двадцать, на всякий случай. У нас достаточно боеприпасов на следующие две недели, а потом Сьерра-Леоне?"


"В Сьерра-Леоне есть два ящика с боеприпасами, здесь их почти достаточно".


"Отправь еще в Сьерра-Леоне".


"Там было три ящика, но одним воспользовались люди на складе, у них там автоматы AK47".


"Возможно, этим пользовались обычные SAS", - предположил я.


"Нет, молодые британские солдаты немного потренировались с АК47, они использовали его".


"Тогда убедитесь, что МОД знает, кто это использовал".


"Я, черт возьми, делаю! Они часто проверяют это место."


Выйдя из оружейной, я задался вопросом, почему МО было так заинтересовано в нашей проверке.


В среду рано утром и Свифти сели в автобус королевских ВВС вместе с ветеранами "Волков", запланирована приятная двухдневная прогулка по Брекон Биконз с вооруженным полицейским в автобусе.


В 14:00 он позвонил, когда я стоял снаружи ангара, и голос его звучал безумно. "Прогремели выстрелы, человек ранен!"


"Где ты?" Я был озадачен, думая, что он на задании, и раздражен, когда не мог вспомнить деталей задания.


"Южная сторона Пен-и-фана, в лесах", - прозвучало запыхавшись, заставив меня нахмуриться. "Мы заметили человека в боевых действиях, пытающегося следовать за нами, поэтому мы устроили ловушку. У волков были пистолеты, последний человек спрятался и ждал, сделал предупредительные выстрелы, и этот парень выстрелил в ответ. Наш человек ранен, боевики мертвы, но я узнаю его, он был в эскадрилье "D", его звали Митчелл."


Ого ... дерьмо." Я потер лоб. "Вы можете спуститься к дороге, в нескольких милях к востоку есть паб".


"Я это знаю".


Отведите раненого туда, но занимайте позицию вокруг тела, круговая оборона, следите за другими. Возьми бумагу и ручку." Я ждал. "Позвони по этому номеру". Я подробно описал номер дежурного офицера в SIS. "Заставь его отследить местоположение твоего спутникового телефона, заставь его вызвать скорую помощь в тот паб. Сделай это сейчас. Насколько сильно пострадал наш человек?"


"Насквозь, не прокачивает, и он в хороших руках". "Пусть четверо мужчин схватят его, остальные оставайтесь на месте. Позвони по этому номеру."


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Это Уилко. Бывший солдат SAS только что застрелил одного из наших волков на Брекон Биконс, наши люди застрелили его насмерть."


Ого ... Христос, а не еще один."


"Приступайте к сдерживанию, проверьте землю, это общественная земля, но у министерства обороны есть права, так что, возможно, полиция сможет с этим справиться. Южная сторона Пен-и-фана, лес возле водохранилища, я думаю, Свифти сейчас звонит на ваш коммутатор, отследите местоположение."


Я бросилась внутрь и вверх по лестнице. Обращаясь к О'Лири, я громко заявил: "Бывший солдат SAS только что выстрелил и ранил Волка, они застрелили его насмерть!"


"Оу ... гребаный бред!"


В переполненной комнате разведки я крикнул: "Слушайте внимательно. Бывший солдат SAS только что застрелил Волка в Брекон Биконс, на южной стороне Пен-и-фана, Свифти сообщает местоположение в SIS, так что узнай местоположение, возьми карту, вызови полицейских из Сеннибриджа туда, свяжись с местной полицией и убедись, что скорая помощь уже в пути, в паб в двух милях к востоку. Достань мне карту!"


Линейный менеджер Wolves выглядел испуганным, когда люди хватали телефоны или выкрикивали комментарии, найденная карта. Я указал на паб на карте - люди хватают телефоны, а затем на место стрельбы.


Свифти перезвонил мне. Мужчины спускаются в тот паб, я на месте преступления. И у этого парня есть табельный пистолет."


"Я сейчас его проверю, оставайся на месте, полиция в пути, приготовь пиво".


Мы все услышали, как приземлился вертолет, поэтому я бросился вниз, думая, что, возможно, я мог бы захватить вертолет королевских ВВС. Это был полковой вертолет, полковник, бригадный генерал из RSM и подполковник. Марш. Я вышел к ним, и они могли видеть выражение моего лица.


Не потрудившись отдать честь, я громко заявил: "Вы выбрали не ту гребаную неделю, чтобы уволиться, сэр, следовало уйти на прошлой неделе. Бывший солдат только что застрелил и ранил нескольких моих на Брекон Биконс, мы застрелили его насмерть."


Его лицо вытянулось, а плечи опустились. "О боже, только не снова".


"Лондон захочет, чтобы вам выложили яйца на тарелку, сэр, так что приготовьтесь к этому телефонному звонку". Я столкнулся с подполковником Маршем. "Добро пожаловать в мир политики и дерьма, сэр". Я пожал ему руку и повел их внутрь. Обращаясь к RSM, я сказал: "Вы знали человека по имени Митчелл?"


"Да, я хорошо его знал, он был хорошим человеком, счастливо женат, дети, уехал оказывать первую помощь за границу, в экспедиции".


"Какие-нибудь контакты в последнее время?"


"Он устраивает встречи выпускников, популярный человек".


"Теперь мужчина мертв, его жена вдова".


"Иисус. Я много раз встречался с его женой."


Я повел их вверх по лестнице в кабинет майора. Бригадному генералу Дину я сказал: "Вы можете воспользоваться телефоном вон там, сэр".


Он повел RSM внутрь, пока я готовил пиво для подполковника Марша. "В самом конце, сэр".


"Я знаю все о проблемах с бывшими солдатами, так что это первый урок, и громкий".


"Меня пытались убить больше бывших солдат, чем вражеских солдат".


"Как мы делали в Сьерра-Леоне", - отметил он. "Этот парень получил двадцать пять лет, так ему и надо".


Я поставил две кружки чая перед бригадиром, пока он разговаривал по телефону, и удалился.


RSM наконец-то вышел на нас, воспользовавшись телефоном О'Лири. "Недавно у Митчелла были проблемы, его бизнес разорился, жена съехала неделю назад".


Я спросил: "Так зачем стрелять в людей, которые выглядят как солдаты SAS?" У него была обида?"


"Нет, никогда, я бы никогда в это не поверил".


"И все же мы здесь", - отметил Марш.


Капитан Харрис проходил мимо и остановился, когда увидел меня. "Мы отвлекли "Пуму" королевских ВВС, чтобы с минуты на минуту найти раненого. Они отвезут его в больницу Абергавенни, полет займет пять минут."


Я кивнул. "Хорошо".


"Полицейские из Сеннибриджа будут доставлены на место происшествия по воздуху".


"Все, что мы можем сделать на данный момент". Я позвонил Свифти.


Он начал: "Пума здесь, жужжит вокруг, я думаю, она подобрала нашего раненого".


"Позвони людям, которые пошли с ним, вызови их, дождись полицейских. Человек, который стрелял, он сдает свой пистолет, но он не делает заявления без присутствия адвоката, он может сделать краткое заявление перед членами парламента. И ничего страшного, если гражданская полиция заберет его пистолет и пистолет, который был у Митчелла, и, конечно, тело. Мы доставим вас обратно сюда, договоримся о чем-нибудь с полицейскими."


"Хорошо, мы подождем здесь".


Повесив трубку, бригадир вышел и присоединился к нам. "Все, кто знал Митчелла, ошеломлены, что совсем не в его характере. Они поговорят с его друзьями, а капитан Мурхаус и его команда займутся расследованием."


Я сказал: "Его бизнес рухнул, жена выгнала его".


"Недостаточно, чтобы хотеть убивать", - настаивал RSM.


"Ваши люди в порядке?" - спросил меня бригадир.


"Теперь ваши люди, сэр. Один насквозь, несерьезно, Пума королевских ВВС отвлеклась, полиция в пути, ничего не осталось, кроме как разобраться с дерьмовым расследованием ... и попытайся выяснить, что заставило его сорваться."


Дин столкнулся с Маршем. "Открывающий тебе глаза".


"Первый урок и быстрый удар по яйцам", - отметил Марш.


"В любом случае, добро пожаловать за границу, сэр", - сказал я, заставив Марша рассмеяться. Я показал Маршу комнату разведки, представил людей, объяснил его новую роль, и он хорошо знал майора Сандерсона. Экскурсия по офисам завершена, мы все сидели во внешней зоне майора, молодой капрал-администратор готовил свежее пиво.


"Когда вы вступаете во владение, сэр?" Я спросил Марша.


"Есть период передачи", - начал он. "Пару недель, хотя в прошлом некоторые полковники никогда не встречались и не инструктировали своих заместителей, это относилось к другим званиям. Итак, кроме бывших солдат-убийц, о чем мне нужно беспокоиться?"


"Вы видели там таблицу с картами и моделями, и теперь у нас есть команды по борьбе с терроризмом и спасению заложников в Мавритании, на старом складе в Сьерра-Леоне, Либерии, и технически база Кэмел Ту, хотя на самом деле это не база для запуска миссий.


"У вас там будут команды по ротации, в Кении меньше людей, чем было традиционно, а на кенийско-сомалийской границе все еще неспокойно и ей нужно несколько человек."


Бригадный генерал Дин сказал: "Сейчас там нет команды, официального запроса пока нет, и я думаю, они имеют в виду, что ваши люди будут патрулировать небольшими группами".


"Да, сэр, вероятно, Волки смешались с кем-то из моих".


Марш спросил меня: "А эта проблема с амбициозным полицейским контртеррористическим подразделением?"


"Их люди прошли долгий путь, сэр, и вы не хотите, чтобы ваши люди выполняли работу, где мужчина держит свою жену в заложниках с помощью ножа для хлеба".


"Ни хрена себе, пустая трата времени".


"Но они жалуются, что министр внутренних дел исключил их из числа подозреваемых в террористической деятельности, по крайней мере, пока. Факт в том, что они первыми прибыли на место происшествия, и мы знаем, что это террористический акт, только когда десять полицейских внезапно были застрелены."


"Насколько хороши их люди?" он спросил.


"Очень хорошо, и у большинства из них есть опыт работы в Сьерра-Леоне, выстрелы в гневе, и они работают здесь на ночных дежурствах, этого достаточно, чтобы вырастить мужчину с присущими ему опасностями. Когда дело доходит до неудачной банковской операции, они готовы к этому, домашний инцидент, человек с мечом, и давайте посмотрим правде в глаза ... мы видим очень мало террористических актов в Лондоне, подобных осаде иранского посольства."


"Здесь все действие в твоих руках!" - отметил он.


"Да, сэр, и это хорошо, никаких мертвых копов. Мы отстреливаемся."


Он кивнул. "Пусть лучше они встретят тебя, чем какого-нибудь местного бобби".


"У вас будет огромная фора, сэр, перед присутствующим здесь бригадиром Дином, а также передо мной. И помогает то, что мы оба тебя знаем и ты нам нравишься, не надо спешить - оставь свой храп на БРЕЛОКЕ."


Бейкер рассмеялся, бригадир улыбнулся.


"Я был старшим офицером на земле, так что, если я захочу храпеть, я, блядь, буду храпеть!"


"Верно, сэр", - насмешливо согласился я.


Он отхлебнул чаю. "Те фильмы, которые они сняли, в документальном стиле, это утроило набор, так что Министерство обороны было счастливо, а я получил две медали и благодарность".


"И утверждал, что сбил тот вертолет Ми-8 ..." - поддразнила я.


"Я попал в цель, как и другие, но мне нравится думать, что мой выстрел нанес урон".


"Я поддерживаю ваше утверждение, сэр".


"Итак, какие проблемы стоят за проблемами с этим психом, стреляющим в ваших людей?"


"Те люди - и политики - которые думают, что у нас не должно быть SAS, выйдут на свободу, еще один пример инцидента с Рэмбо, новое правительство тренирует свои мускулы и публично поливает нас дерьмом, в то время как за дверьми мягко разговаривает с нами".


"Так они играют на руку прессе".


"Всегда, сэр, всегда".


"Хммм." Он отхлебнул чаю. "Я помню, как ты предупреждал меня о прессе в Сьерра-Леоне, и с тех пор я посещал курсы о том, как бороться со стервятниками в прессе".


"Это палка о двух концах, сэр. Мы используем прессу для наших целей, и они помогают с вербовкой, но они также кусают нас за задницу в такие моменты, как этот. Следствие спросит, почему у этого человека дома был пистолет, а у большинства бывших солдат SAS дома есть пистолет, что совершенно незаконно."


Дин повернулся к Маршу. "Эти люди утверждают, что они являются мишенями для террористов, и, учитывая здешние нападения, у них есть боеприпасы, подтверждающие это утверждение, а сменявшие друг друга полковники закрывали глаза на пистолеты для бывших солдат".


Я столкнулся с Маршем. "После войны в Персидском заливе полиция в Херефорде организовала амнистию, большой металлический контейнер в изолированном месте, и он был заполнен оружием, гранатами, одним-двумя РПГ".


" Господи, " выдохнул Марш. "Все это хранится в домах мужчин, детей и жен, смотрящих телевизор в гостиной. Тем не менее, после Фолклендской войны нам пришлось конфисковать трофейное оружие."


"Вы столкнетесь с проблемой на следующей неделе, сэр, так как насчет еще одной амнистии. Твой первый поступок."


"Да", - сказал он со вздохом. "Пожалуйста, сдайте свои базуки, парни".


Бригадный генерал Дин отметил: "Это сложный вопрос, потому что существует реальная угроза для мужчин".


Марш заметил: "Я не думаю, что им нужна RPG дома".


"Нет, не РПГ, а пистолет на два года, пока выполнял приказы, который должен быть возвращен".


Я спросил Дина: "Вы заставляли кого-нибудь возвращать их, сэр?"


"Мне советовали не делать этого", - признался он.


"И мне то же самое посоветуют", - угрюмо заметил Марш. "Всемогущий сержантский беспорядок". Он задержал свой взгляд на RSM.


Старший сержант начал так: "Давняя традиция, сэр, и сержанты отбывают свой срок, когда офицеры сменяются каждые два года. Заходи, отлить и отвали - как говорят мужчины о молодых офицерах."


Я вставил: "Сейчас все лучше, но... Я никогда не смог бы реинтегрироваться, между нами все еще существует пропасть, все еще время от времени какое-то отношение."


"А SBS?" - Спросил Марш.


"У их босса голова в заднице, он хочет, чтобы они плыли по течению, а не ввязывались в маленькие войны, о чем он впоследствии пожалеет. У меня здесь есть люди, выполняющие работу, которую они могли бы выполнять и должны выполнять."


"И ты попробовал себя в "Следопытах" ..?"


"Их майор не хотел, чтобы они сражались в маленьких войнах".


"Какой дурак", - сказал Марш. "Я знаю этого человека, и он разрушил свою собственную карьеру; я не могу понять, для чего, по его мнению, он здесь. Я воочию увидел твое волшебное прикосновение в Сьерра-Леоне, и ты был прав - я понял это позже. Вовлекайте мужчин в небольшие войны, привлекайте прессу, заставляйте мужчин гордиться, приобретайте у них опыт. Это сформировало мое мышление, да.


"И после Либерии отношение было в десять раз лучше, чем раньше, мужчины стремились поддерживать форму и усердно работать, серьезный шаг вперед в передачах, да. И набор в Парас утроился за одну ночь. Управляемая маленькая война, я думаю, вы назвали это. Блестяще с точки зрения морали и вербовки."


Я начал: "В полку королевских ВВС сейчас хорошая культура. Они говорят: вы присоединились, чтобы напугать бумажную мишень или подраться. И все они внимательно изучают оказание первой помощи на очень высоком уровне, потому что знают, что она им понадобится."


"Да, конечно", - согласился Марш. "Кто-то говорит вам, что в следующем году разразится война, вы организуетесь. Они знают, что вы возьмете их на работу, поэтому готовятся."


Бейкер вставил: "У нас тоже была смена, начиная с таблички на стене, которую повесил Уилко: мы пришли сражаться, а не читать об этом. Это разозлило многих мужчин, которым пришлось остановиться и подвести итоги, почему они присоединились. Отношение сейчас лучше, и мужчины понимают, что они увидят действие, и они готовятся к нему, и многие добровольно участвуют в маленьких войнах Уилко. Майор Уилко, извините, " добавил он с усмешкой.


Марш спросил меня напрямую. "Они лучше, чем в 1982 году?"


"Да, сэр, намного лучше, они у меня с собой на большинстве работ, в наши дни проблем нет. В начале они складывали руки, когда я давал им инструкции, подвергали сомнению мои приказы, старались избегать раненых."


RSM вставил: "Они знают, что работа для Уилко означает фейерверк, но они все равно добровольцы".


Марш фыркнул. "Они записались добровольцами в SAS, а не в местный кружок вязания, так что я чертовски надеюсь, что они записались сражаться!"


Я сказал ему: "В те далекие времена человек мог видеть бой раз в год, и ран следовало избегать. Некоторые прошли всю свою карьеру и ни разу не убили человека. Старый старший сержант, Коулридж, думает, что, возможно, он ранил нескольких в бою, но подтвержденных убийств не было, и он отсидел свои двадцать два года.


"Как это можно сравнить со Второй мировой войной, где некоторые мужчины сражались годами и никогда не проявляли чванства, они просто справлялись с этим. Наши деды посмеялись бы над современными SAS, над людьми, которые совершают несколько патрулей, стреляют и ранят одного человека, а затем хвастаются ими."


"Люди прыгали с парашютами в тылу в День высадки", - начал Марш. "Сражался каждый день в течение нескольких месяцев, никогда не писал об этом книгу, как эти современные солдаты. Они всего лишь силы специального назначения в мирное время. На войне они на самом деле видели бы меньше действий, чем пехотинец, используемый выборочно."


"Должен ли я устроить вам экскурсию за десять долларов, сэр?"


"Да, причина визита".


"Мне нужно сделать несколько звонков", - сказал нам Дин, когда мы встали, и я вывел Марша на улицу, показывая особенности, в частности, его складские помещения. На крыше казармы он встретил дежурную полицию штата Коннектикут, короткая беседа, прежде чем я указал на особенности.


"Конечно, лучше, чем моя новая база, у вас есть взлетно-посадочная полоса и большой радиус действия", - отметил он, выглядывая наружу на прохладный ветерок.


"Имейте в виду, сэр, что мы - технически - работаем на вас, так же как и Волки, поэтому не стесняйтесь вносить свой вклад, и эта база - база вашего отряда, ваши возможности для использования".


Он кивнул. "А Ми-6? О чем мне нужно беспокоиться?"


"Им нравится думать об этом месте как о своем собственном, это была их идея, но политики не позволят им контролировать это, и они это знают; они используют меня, потому что ваши предшественники были занозой в заднице. Бессмысленные попытки убедить Ми-6 использовать ваших людей для шпионской работы, придерживаться солдатской службы на зеленых полях, поддерживать моих людей в маленьких войнах, игнорировать СБС.


"Ключ к взаимодействию с сильными мира сего в Лондоне: приведите в пример небольшие войны и Либерию и те выгоды, которые мы получили, и это всегда будет радовать сильные мира сего. Они хотят хороших оценок, им все равно, как они их получат."


"Да, я узнал это от тебя в Сьерра-Леоне". Он кивнул, размышляя, вертолет возвращается.


Свифти и Волки вернулись в 17:00 на автобусе королевских ВВС, один человек был доставлен по воздуху в больницу, министерство обороны по делу. Я поприветствовал их у тренера и снова выслушал историю, отчитывая их за то, что они не закончили упражнение, и заставляя их смеяться.


Капитан Мурхауз позвонил в 6 вечера. "Полиция забрала тело, у них оба пистолета, сфотографировали место происшествия. Мне задавали несколько вопросов о том, почему ваши люди устроили ловушку, но я объяснил уровень террористической угрозы и что они были осторожны. Завтра прибудут полицейские, чтобы допросить ваших людей, адвокаты в пути, все рассчитывают на 11 утра."


"Хорошо, мы будем здесь. Есть какие-нибудь подсказки об этом психе?"


"Его бизнес потерпел крах, он приложился к бутылке, затем ударил свою жену, она выгнала его, подключилась полиция, он снял квартиру, и соседи видели, что он вел себя странно, не просто был пьян. Похоже на полный крах. Они проверят его кровь на алкоголь и наркотики, полиция обнаружила у него алкоголь."


"Дай мне знать, если это нечто большее, чем просто нервный срыв".


"Я разговаривал с командиром его полка, и он был ошеломлен этим, говорит, что это совершенно не в его характере".


"У всех нас бывают переломные моменты, и отсутствие денег и семьи является переломным моментом для многих мужчин", - указал я.


В тот вечер Свифти снова посвятил меня в детали за пивом с Рокко и Риццо, а Риццо знал Митчелла как хорошего, тихого человека. Наш Волк выкрикнул предупреждение, не заметив пистолета, пока не стало слишком поздно, раздались выстрелы, наш Волк всадил четыре пули в грудь Митчелла. По словам Свифти, это была хорошая группировка, так что, по крайней мере, наши волки были хорошо обучены.


В 11 утра на следующий день прибыли адвокаты, очень милая женщина-капитан в составе, как раз перед прибытием полицейских, все наши волки опрошены, сделаны заявления, опрошен Свифти - он отдал приказ установить ловушку и применить смертельную силу. И до сих пор я не звонил Максу, стремясь сохранить это в тайне от прессы.


В 13:00 адвокаты и члены парламента ушли, и позвонил Дэвид Финч. "У нас есть токсикологический отчет об этом парне Митчелле, и в нем содержится наркотик, вызывающий психотические эпизоды".


"Придешь снова?"


Препарат был разработан ЦРУ десятилетия назад и использовался Ми-5. Это берет кого-то, у кого нервный срыв, и усиливает паранойю и другие эмоции, и толкает их через край."


"Для чего, черт возьми, Ми-5 использовала это?"


"Подставляли людей, если хотели от них избавиться. Это было использовано один раз, только по-настоящему, и человек, от которого мы хотели избавиться, ехал на своей машине со скоростью 100 миль в час и покончил с собой, когда полиция пустилась в погоню. Токсикологический отчет этого не показал. В наши дни они ищут наркотики, в том числе психоделическую гамму, чем пользуются дети, так что это проявилось."


Итак... Ми-5 хотела подтолкнуть этого человека к краю? Почему?"


"Мы не можем придумать причину, и если бы им это удалось, он, скорее всего, напал бы на соседа или причинил вред самому себе, а не поднялся бы на гору вооруженным. И он никак не мог знать, что твои люди будут там."


"Я не думаю, что это о нас, Свифти спланировала эту поездку всего за несколько дней до этого. Мог ли он взять что-то, что купил в местном пабе?"


"Нет, это очень специализированное издание, поэтому мы хотим посмотреть, у кого был доступ. 14 У Intel действительно был доступ для использования в Северной Ирландии, и им пользовались один или два раза; какой-то бедняга выбросился с высокого здания."


"Если бы этот наркотик был где-то там ..." - предостерег я.


"Да, серьезная проблема, поэтому на Ми-5 оказывается давление, чтобы отследить ее использование".


"Ладно, никакой большой паники для нас, просто еще один запрос, чтобы сесть".


"Нашему менеджеру "Волков" нужно было спокойно посидеть, бедняга, он был в шоке".


"Ему придется присутствовать на следствии".


Я позвонил бригадиру Дину. "Сэр, держите это при себе, но этому парню Митчеллу намеренно дали психотропный препарат, и у Ми-5 и 14 Intel есть кое-что на полке".


"Дорогой бог. Но что они выиграют?"


"Это тихо расследуется, возможно, мы скоро узнаем, сэр".


"В каком мире мы живем".


"По крайней мере, здесь никогда не бывает скучно, сэр. Спокойной ночи."


Я воздержался от рассказа кому-либо на базе, они сделали бы выводы, и я не хотел, чтобы кто-нибудь разозлился, пока я не узнаю всю историю. И история, стоящая за историей.


Утро четверга, и ярко раскрашенная Ми-8 громко объявила о своем прибытии, Моран присоединился к Грини для уроков, громких уроков.


Через час, остановившись на кофе-брейк, я спросил коммерческого пилота об уровнях квалификации.


"Американский парень хорош, ваш капитан нервничает и ему нужно больше часов".


"Поработайте с ними усердно и выполните несколько упражнений: труднодоступные места для приземления, боковой ветер и т.д., Чтение карты. Деньги - это не объект."


"Парню, который владеет этим, больше не разрешается на нем летать".


"Почему?"


"Он полный придурок, вот почему. Он разбил ворота на свадьбе друга, разрушил шатер и оборвал линию электропередачи, подвергая опасности жизни."


"Когда я впервые встретил его, я подумал, что он гей".


"Он такой, я его терпеть не могу".


Мы обменялись взглядами, и наступил неловкий момент.


В 16:00 мне позвонили на мой спутниковый телефон с моей собственной базы. Здесь был солдат по имени Паркер, инженер, человек, написавший письмо. Я вернулся в ангар и обнаружил человека в форме, капрала, рядом с ним был член парламента Пит. Паркер отдал честь.


"Следуй за мной", - сказал я ему и подвел его к О'Лири. Я указал на О'Лири. "Отдай капитану свое подразделение, своего командира".


Паркер рассказал подробности.


Я сказал О'Лири: "Позвони сейчас, убедись, что он тот, за кого себя выдает, чтобы нам не пришлось в него стрелять, узнай подробности и мнение".


Паркер не выглядел обеспокоенным. "Сэр, у меня есть письмо от моей мамы, в котором говорится, что я хороший мальчик".


"Моя мама тоже бы так сказала. Ты думаешь, я хороший мальчик?"


"Ну, нет, Майор".


Я привел его в кабинет майора, сейчас пустой. "Итак, ты хочешь, чтобы тебе отстрелили яйца в каком-нибудь экзотическом месте ..."


"Я бы предпочел умереть с ними рядом, сэр, никогда не знать - загробной жизни".


Я спрятал свою усмешку. "Думал о SAS?"


"Да, сэр, но мой сержант был в деле, и он предупредил меня, учитывая, на что они похожи".


Я кивнул. "В наши дни они стали лучше, но все еще придерживаются странного отношения, да. Так как получилось, что ты проводил время с французами?"


"В детстве я говорил по-французски, отчим был французом и хорошим парнем, и когда мои родители развелись, я оставался на связи, проводил каникулы во Франции. Несколько лет назад они попросили людей для перекрестной рассылки, и, похоже, только пять солдат во всей британской армии говорили по-французски."


"У нас здесь есть несколько франкоговорящих и, конечно, французские солдаты. Всегда полезно знать язык. Так что ты ищешь, Паркер?"


"Нечто большее, чем просто инженеры, и не SAS. Я хорош в том, что я делаю, и я хорошо справился с вашим трехдневным заданием, просто ... мне скучно там, где я нахожусь, сэр."


"Жена, дети?"


"Не повторяйте этого, сэр, но меня ударили по яйцам на начальной подготовке, я не могу иметь детей, и у меня возникли некоторые проблемы с этим. Я ... на самом деле я даже не утруждаю себя тем, чтобы встречаться с девушками. Несколько лет назад познакомился с милой девушкой, вроде как все было нормально, но однажды она захотела детей, и я признал проблему."


Я кивнул. "Итак, ты изгой, не отвлекайся. Некоторые из моих мужчин предпочитают драться, а не трахаться, так что ты не будешь лишним. На что похожа ваша первая помощь?"


"Чертовски круто, сэр, я много читал, прошел все возможные курсы оказания первой помощи".


"Твоя винтовка целилась?"


"Я участвовал в соревнованиях в Бисли, как в армии, так и на гражданке, сэр".


"О престарелых родителях, о которых нужно заботиться?"


"Мать умерла, настоящий отец ... где-то, отчим во Франции, все еще на связи, но не близко, сэр. Он повторно женился, на азиатской девушке вдвое моложе его или даже меньше."


Я улыбнулся. "Надейся на меня, когда я состарюсь".


"Вы так долго не проживете, сэр", - нахально сказал он мне.


"Наверное, нет, нет. А ты останавливаешься, чтобы подумать о своей собственной смертности?"


"Это все риск, сэр, и у меня было несколько промахов. Лучший друг был убит сигнальной ракетой, которая попала ему в шею во время тренировки."


"Обожженная ткань на шее вызывает отек и давление на артерии".


"Я знал это, сэр, не в последнюю очередь потому, что хотел знать, мог ли я что-нибудь сделать".


"Нет, это ответ, даже если бы он был на столе хирурга. Нежная штука - шея."


Вмешался О'Лири. "Его командир поет ему дифирамбы и теперь смертельно обеспокоен, почему мы проявляем интерес к капралу. Не хочет его терять."


Я кивнул, размышляя. "Если мы дадим тебе испытание, когда ты сможешь начать?"


"Комплект в машине, сэр".


"Вы подстраховались от своих ставок?"


"Да, сэр. Подумывал уволиться или попробовать себя в SAS."


"Почему ты так сыт по горло?"


"Мы пришли сражаться, а не читать об этом", - осторожно заявил Паркер.


Я улыбнулся О'Лири. "Запишите его, возможно, его убьют на его первой работе. Отдай его Слайдеру. И скажи своему боссу: крутое дерьмо."


В пятницу днем, когда новобранцы "Волка" бегали по трассе, позвонил Дэвид Финч. "Ми-5 произвела арест, одного из них".


"Это будет больно. Им придется скорректировать некоторые ключевые показатели эффективности."


"Они будут, да. Кажется, этот человек из Mi5 был назначен в SAS много лет назад, входил в разведывательную группу по борьбе с терроризмом, но этот Митчелл плохо поработал с ним после того, как разведданные пошли не так."


"Ах, месть, мощный мотиватор".


Я пошел и нашел Свифти и сообщил ему подробности, которые он не должен был передавать, а затем я проинформировал бригадира Дина, что на базе все идет как обычно.


На этой неделе новобранцы Wolf изучали чтение карт, планирование миссий, прокладывание маршрутов, аэрофотосъемку, и они выполняли задания с трюками, хорошо понимая, что с ними связано. Их оценка расстояния была намного лучше, и все они могли делать рисунки по контурам карты.


"Если бы вы стояли в этих координатах карты, лицом строго на запад, нарисуйте то, что вы бы увидели ..."


Они начали плохо, но по прошествии недели становились все лучше, у британцев все хорошо, румпель и брейс-дерьмо горячее. И все они теперь знали, что могут отказаться от плохого плана или изменить его. Завтра, в субботу, мы увидим, как они оценивают расстояние с холма в Чилтернсе к северу от нас, а в понедельник прибудут врачи мистера Мортена, привезут живых свиней, и впереди будет неделя интенсивной первой помощи.


По совету Свифти я произвел двух волков-ветеранов в капралы, мужчин -прирожденных лидеров, и у них были бы некоторые надзорные полномочия, которые можно было бы использовать.


В понедельник новобранцы Wolf лечили свиней успокоительными, на них часто кричали, некоторые швы были немного дерьмовыми.


"Ты был учеником доктора Франкенштейна!" прозвучало несколько раз.


Они должны были проверить пульс свиньи и контролировать кровяное давление, просто было очень странно думать о том, чтобы проделывать такие вещи с храпящей 200-фунтовой свиньей с дерьмовой задницей и прилипшими к ней кусочками соломы.


Свифти отвел волков обратно в Брекон-Биконс, были выпущены предупреждения о стрельбе в людей, команды новобранцев Wolf на стрельбище или в Доме убийств, техника улучшалась, пока Саша доставлял позаимствованный БТР, его команда тренировалась - вместе с некоторыми ребятами из Echo.


Наш новичок хотел попробовать и вел себя естественно, плавно передвигаясь, плавно переключая передачи. Казалось, что его работа в Ми-8 подготовила его к странному российскому контролю.


К сожалению, пресса пронюхала об инциденте на Брекон Биконс и сначала сообщила, что один из моих людей убил обычного бойца SAS в ссоре. Звонков было много, и они были громкими, так что мне пришлось рассказать Максу правдивую историю, но это оставило SAS в плохом свете, что, несомненно, вызвало недовольство нескольких человек в сельской местности Херефордшира и подпитывало воссоединения ерундой.


Никто не упоминал о наркотиках в системе Митчелла - до сих пор, так что на данный момент Ми-5 была избавлена от смущения, правительство ни на кого не кричало - пока. Но было бы расследование, и это расследование могло бы раскрыть правду голодным ордам прессы. Тем не менее, до такого расследования оставались месяцы.


В те выходные мне предстояло сделать выбор, когда отправиться в путешествие. У четверых из них все еще были новобранцы со шрамами, которым требовалось время для заживления, поэтому я отложил переезд в Сьерра-Леоне на неделю.


Сидя с Рокко, Крабом и Свифти в те выходные, мы разработали программу, и на следующей неделе новобранцев Wolf проверяли на спусковом крючке, пейнтбольном спусковом крючке, днем и ночью, здесь и на заводе.


И, при хорошем прогнозе погоды, все волки-ветераны-резиденты будут отправлены в Шотландию для прогулок по холмам и тренировок по выживанию, а несколько постоянных ветеранов SAS будут обучены аспектам выживания. Мои снайперы пошли бы с ними, Томо, Николсон и Свон, и я включил Смитти, который был хорошим снайпером, но не таким хорошим, как Николсон. Никто не был так хорош, как Николсон.


Когда я записывал "Леггит", мне пришлось вычеркнуть название, и я потратил минуту - или десять - на то, чтобы посмотреть в окно.


В понедельник половина новобранцев была на различных полигонах, а когда не на полигонах, пары должны были померяться силами в северном лесу, составив таблицу показателей. Другая половина была на фабрике со многими ребятами из Echo.


Во вторник приземлилась "Сессна", Моран и Грини отправились на уроки, Грини летал на маленьких самолетах на Аляске. Митч умел летать, но был не в себе, поэтому его включили в тренировку, и в среду Пит приземлился с парашютом на своем "Скайване", те же люди, чтобы немного попрактиковаться, стали свидетелями нескольких неудачных приземлений.


В четверг бригадный генерал Дин официально прибыл с коробками и занял пустой кабинет рядом с майором, которым мы с Мораном иногда пользовались. Его стандартные формы, используемые в Креденхилле, будут использоваться здесь: люди, материалы, вопросы дисциплины, обзоры персонала, директивы и обучение. Это было все то же самое, что и Креденхилл, просто другие названия и никаких эскадрилий.


У него был компьютер, которым он мог пользоваться, факс, и он делал обзор расходов и материалов, бюджета обучения и арсенала. Роко будет тесно сотрудничать с ним, и Роко будет его глазами и ушами, майор, который должен уйти в конце месяца, пока не упоминается, кто заменит майора, и нужна ли вообще замена теперь, когда бригадир был здесь.


Сидя в кабинете бригадира Дина с чашкой кофе в руке, он спросил меня: "Какой у нас здесь план?" - вопрос, который мне задавали все.


Я откинулась назад, уставившись в свою кружку с чаем. "Вначале это подразделение было частной армией Ми-6 - сомнительная работа, но я соблазнил покойного Боба Стейнса на спасение заложников, и ему понравилась реклама, когда все прошло нормально. Чем больше заложников, тем больше газетных полос, тем больше у него было влияния, и он получил повышение; у него был большой бюджет и еще большее эго.


"Мы выросли в размерах, министерство обороны счастливо видеть, как растет роль заложников, затем начались маленькие войны, в которых мы участвовали, появилось больше хороших газетных статей. В середине фильма меня попросили сыграть Петрова, потому что я говорил по-русски и у меня были шрамы на теле, которые трудно воспроизвести.


"Я выполнял несколько нелегальных заданий в окрестностях Лондона, и я создал предысторию Петрова, в конце концов меня попросили внедриться в банду в Панаме, русских торговцев оружием и наркотиками. Это размещение было ... в лучшем случае расплывчато. Они попросили меня внедриться в банду, выяснить все, что я смогу, оставив детали на мое усмотрение.


"Как вы знаете, британский закон не разрешает британскому агенту под прикрытием убивать, не официально, но я убивал конкурирующих наркоторговцев. Это само по себе было хорошо, это было правильно, и я наслаждался этим - меньше отморозков на свободе, а люди, которых я убил, были сумасшедшими колумбийскими наркоторговцами, которые зарубили бы семью конкурента.


Обучая русских солдат и убивая соперников" я помог создать босса банды, невысокого толстого русского, которому нравились высокие проститутки, настоящую карикатуру на мужчину. Когда мы напали на коммунистов, ФАРК, я знал, что делаю доброе дело, но для плохой банды. Итак, мне пришла в голову идея оповестить Британию и Америку, не в последнюю очередь для того, чтобы я мог открыть каналы связи.


"Я начал наводить Боба Стейнса на конкурирующих наркоторговцев и наркотики на лодках, и военно-морской флот в Карибском море был занят и старался выглядеть хорошо, так же как военно-морской флот США и ЦРУ - они получили свои наводки. Главарь банды набирал силу и деньги и стал очень богатым.


"Когда мой вертолет был сбит ракетой с тепловой наводкой, выпущенной FARC, военно-морской флот спас меня - и Лондон не хотел, чтобы я возвращался к банде, я был нужен здесь. Но я оставался на связи, и я все еще на связи, и сеть контактов расширилась благодаря моей работе в Сьерра-Леоне и Либерии.


"Я поехал и встретился с президентом Либерии, когда мы с Петровым заключали сделки, а во время войны в Либерии я командовал, и этот президент помог выставить американцев в выгодном свете, организовав спасение. Некоторые из тех спасений, которые мы совершили - я знал всю историю заранее, мог бы спасти заложников без фанфар, но освещение в прессе - это ключ, ключ ко всему, причина, по которой мы здесь.


"На базе Кэмел Тоу мне звонили торговцы оружием и рассказывали, сколько ракет они доставили исламистам, и я мог бы узнать серийные номера выпущенных по нам ракет. У меня хорошая сеть контактов, которая скоро будет расширена, и я постоянно отвечаю на звонки из ЦРУ и французской разведки.


"Эти страны много вложили в нас, и эти страны будут оказывать давление на правительство Великобритании и на вас по поводу того, что я делаю, и как я это делаю. Они хотят остановить террористов, конечно, но они также хотят хорошо выглядеть, сделать карьеру, хорошие заголовки в газетах.


"Что касается будущего, плана, то это зависит от американцев в такой же степени, как и от кого-либо другого, и они хотят, чтобы мои навыки использовались для борьбы с террористическими группировками Ближнего Востока, а не для спасения шахтеров в Западной Африке, и они предоставят в мое распоряжение авианосную боевую группу, немалая ответственность ляжет на мои плечи".


Он кивнул. "Это ответственность на ваших плечах, да, и беспрецедентная. ЦРУ не должно напрямую звонить британскому военнослужащему, ни французам, ни вам, контактирующим с бандами наркоторговцев, так что все это чертовски нерегулярно, но важно и жизненно. Итак, мы делаем, что можем, на имеющемся у нас игровом поле, возвращаем нескольких заложников домой к семье, делаем американцев счастливыми, сражаемся в маленьких войнах."


"Мы начинаем ... маленькие войны, сэр, мы их не ждем."


"И Либерия была срежиссирована для камер?"


"Именно так, сэр, и это принесло огромную пользу британским военным. Набор на работу, фактор хорошего самочувствия повышен, и, несмотря на то, что некоторые думают об игре перед камерами, сотрудничестве со съемочными группами, моем разговоре с газетой Sun, эта известность дает мне власть, и я могу использовать ее для большего количества людей, большего снаряжения, лучшего бюджета, и пойти сделать что-то хорошее, захватить несколько заложников.


"И чего люди не понимают, так это того, что наркоторговец в Панаме предложил мне сто миллионов фунтов, чтобы я остался с ним".


Брови бригадира взлетели вверх.


"Да, сэр, и у меня есть секретный фонд с этой суммой, который используется для сомнительных заданий для Ми-6".


"Ходят слухи о том, что ты платишь за приемы и вечеринки для своих мужчин ..."


"Деньги, которые я снимаю с мертвых наркоторговцев и торговцев оружием, деньги из Панамы и другие, все в высшей степени незаконные, но также трудно доказуемые. На базе Кэмел Тоу мне срочно понадобились противопехотные мины, но МОД не был заинтересован в минах. Я позвонил российскому поставщику оружия, он позвонил своему напарнику, и в тот вечер я получил тысячу нелегальных мин-прыгунов, доставленных на базу Кэмел Ту российским транспортом в кредит."


"Иисус Христос. Я полагаю, что я должен держаться подальше от тюрьмы ... верно?"


Я улыбнулся. "Итак, вы видите, сэр, мы не так хороши, как кажемся, мы получаем помощь от моих друзей в плохих местах".


Он покачал головой. "И твой ... особые желания на будущее?"


"Вернем домой как можно больше заложников, закопаем в землю как можно больше боевиков". Я пожал плечами. "Это цель, желание. Мне нравится тренировать людей, формировать команды, так что я мог бы сделать что-то хорошее здесь, прежде чем схлопочу пулю."


"Ты беспокоишься... о том, чтобы схлопотать пулю?"


"Не так сильно, как следовало бы. Чудо, что я продержался так долго, так что... Я беру каждую неделю такой, какая она есть, не планирую уходить на пенсию, как майор."


"Каждая группа использует тебя в своих целях, оставляя несколько дополнительных шрамов на твоем теле. Тебя это не беспокоит?"


"Нет, сэр, потому что я все понял; я использую средства массовой информации для своих целей, они получают свою выгоду. ЦРУ использует меня, я использую их, когда мне это удобно, мы все получаем то, что хотим. И прекращение действия яда в Париже было хорошим примером того, что я могу сделать. Этот яд мог сбить дюжину самолетов, убить тысячи в Париже. Если я снова займусь подобной работой и меня убьют, то, по крайней мере, я сделаю что-то стоящее, что изменит ситуацию."


"Мало кто думает так, как ты, мало кто попадает в то положение, в котором находишься ты, и я не знаю, как ты спишь по ночам".


Я улыбнулся. "Уинстон Черчилль всегда говорил,пошли они все, и ложился в постель. Я тоже."


Он ухмыльнулся. "Сотри с себя дневные мысли". Он кивнул. "Иногда я ворочаюсь всю ночь, беспокоясь о разных вещах, так что хрен знает, как ты справляешься".


"Я говорю себе: еще одна неделя, еще одна работа, к черту все остальное. Это помогает, сэр."


"А ваша дочь?"


"Если бы я позволил себе остановиться и подумать о ней, это, вероятно, причинило бы боль, поэтому я вижу ее раз или два в месяц, посылаю деньги. У меня холодные отношения с матерью. Вы никогда не были женаты, сэр?"


Обычно я не обсуждаю это, но ... Я была замужем, хороший брак, замечательная леди, но она заболела раком и ... Я провел три года, наблюдая, как она умирает. Я не потерплю, чтобы леди снова жила со мной."


Я кивнул. "Когда мой лучший друг уволился и покончил с собой, это было тяжело, и я винил себя. Если бы он был убит в бою, это одно, но покончить с собой - это... указал на проблему, с которой сталкиваются такие люди, как я, и кем бы мы были в гражданской жизни."


"Я не стремлюсь к гражданской жизни, не уверен, как бы я справился. Когда я получаю выходной и хожу по магазинам в поисках новой полки, я чувствую себя как рыба, вытащенная из воды, в чужом мире."


Я улыбнулся. "Мне знакомо это чувство, сэр. Когда я лечу, я смотрю вниз на крошечные домики и задаюсь вопросом, что делают люди, ну, вы знаете, нормальные люди."


Он рассмеялся. "Мне тоже интересно, каково это - быть гражданским. Приятно осознавать, что не только у меня все в порядке с головой."


"Сэр, каждый человек на этой базе такой же, как мы, особенно Рокко. Он боится великого снаружи."


"Хорошая работа, что психологические оценки не являются стандартными для нас, не то что у Волков, мы бы все потерпели неудачу".


"Давным-давно было сказано, что ... хорошие люди хорошо спят по ночам, потому что плохие люди патрулируют границы ..."


К концу недели все новобранцы подкрадывались друг к другу, причиняли друг другу боль с помощью высокоскоростных шариков с краской, и у нас было несколько звездочек, несколько из тех, кто находился в нижней части шкалы, были прирожденными браконьерами и чувствовали себя как дома, бесшумно пробираясь через кусты. Кто-нибудь из американских новобранцев мог подойти к насторожившейся лисе и дернуть ее за хвост.


Снаряжение проверено, ящики упакованы, мы сели в автобусы королевских ВВС в воскресенье днем, бригадир здесь, чтобы проводить нас, наши 24-часовые сотрудники Разведки обновляют боевое табло, чтобы показать, что мы все летели на юг, но на двух отдельных коммерческих самолетах 737 из аэропорта Бристоля. В местном пабе снова стало бы тихо.


На рассвете я вышел из нашего 737-го, разминая свое ноющее тело, наполняя легкие теплым и ароматным африканским воздухом, уже одетый в мою зеленую одежду в полоску джунглей. Я прошел по влажному асфальту, через лужи, к ожидающему отряду и отдал честь командующему полковнику, новому человеку, не полковнику Марчанту.


" С возвращением, " сказал он после ответного приветствия. "Мы ... ожидаешь неприятностей?"


"Да, сэр, небольшая проблема на северной границе, с которой нужно разобраться, несколько заложников. Остальное время будет занято тренировками."


"Хорошо, если вам что-нибудь понадобится, дайте нам знать, но брелок хорошо укомплектован, и они ожидают вас, всегда команда SAS и несколько американцев там, и французский взвод".


"Чинуки" имеются, сэр?"


"Они будут через час, ты почему-то рано".


Я сказал ему: "Разница во времени, сэр, вы знаете, что такое МОДА на сложение и вычитание".


Он поднял бровь, глядя на меня.


Мужчины собрались группами на летном поле, подсчитали численность персонала, ящики сложили, и прибыл джип с банкой стандартного дерьмового армейского чая. Пока мы стояли и болтали, все получили по чашечке, но мы сделали это в паутине, оружие заряжено и перекинуто через плечо, пистолеты проверены - одинокий 737-й стоял на перроне, ожидая нескольких местных платных пассажиров. Было странно думать, что самолетом управляли Либинтов и Томский.


Работники аэропорта поглядывали на нас, когда начинали свой день; мы выглядели так, словно были готовы начать войну, когда Краб вспомнил историю о том, как мы забрались на крышу терминала и стреляли вниз.


Рев заводимых двигателей "Чинуков" был слышен с этой стороны аэропорта, поэтому неудивительно, когда они, наконец, подъехали к нам, некоторые из наших ящиков уже были отправлены вперед на джипах и грузовиках.


Я погрузил людей и ящики, сначала "Эхо", и мы отправились на восток, на низкой высоте и высокой скорости, осматривая знакомую местность, видели детей, пасущих овец и коз, маленькие деревни, проносящиеся мимо, замеченные грунтовые дороги, редкие дороги, трущобы с ржавыми металлическими крышами, и, наконец, мы сбавили скорость, задрав нос, и нас занесло на красную грунтовую взлетно-посадочную полосу.


Ящики вынесли на задний двор, было приятно вернуться сюда, и здесь ничего не изменилось - его не покрасили, окна по-прежнему были заколочены как попало. Мы проехали мимо нескольких зеленых джипов и грузовиков, высокого худощавого капитана, ожидающего со своим штабом, и я заметил зеленые палатки, разбросанные повсюду. Несколько дополнительных кустов, казалось, проросли, большие зеленые листья казались пластиковыми.


Он отдал честь, я кивнул. "Капитан Брайт, инженеры, постоянный командир еще на шесть недель, майор".


"Рад видеть, что ты это не нарисовал".


"Поверьте мне, у нас было сильное искушение немного почистить его".


"Кто здесь постоянный?" Я спросил.


Одна из команд SAS ушла вчера, другая прибывает сегодня, там взвод французских парней, а американские "Котики" сменяются каждые две недели, расставляя палатки сзади. В наши дни палатки стали лучше, они водонепроницаемые и уютные. Армия прислала за вами поваров, и здесь должно быть несколько медиков."


"Боеприпасы?"


"Внутри ящики и коробочки, и мы посмотрели, и там короткие патроны калибра 7,62 мм".


"Это будет для нас".


Также получил около десяти тысяч старых АК47, большинство в аэропорту, отправленных с вашей базы в Верблюжьей лапе. Нам поручено научить всех пользоваться АК47."


"Все это хороший опыт для молодых парней. Верхние комнаты пусты?"


"Теперь они есть, они сказали, что ты захочешь их".


Мы со Свифти втащили свой ящик внутрь, поднялись по знакомым голым бетонным ступеням, и мы заняли нашу старую комнату, Моран и Митч присоединились к нам, поскольку другие комнаты были шумно заняты. Достав из ящиков необходимый набор, мы сложили ящики у стены зелеными резиновыми ковриками.


"Палатка для столовой здесь", - сказал я им. "Оставь приготовление пищи".


Внизу я нашел место для волков-ветеранов, но новобранцы будут на деревьях, те новобранцы, которые сейчас приземляются на "громком Чинуке". Построившись, я повел новобранцев и сержантов вместе с сержантом Крабом к пышной зеленой роще, влажные листья которой блестели, был выбран участок джунглей, новобранцев разбили на пары и создали команды по четыре человека, подняли мухобойки, расстелили пончо, создали счастливый дом.


Рота выстроилась, пары были расставлены на страже, оружие наготове, когда я показывал новобранцам древесную лягушку.


"Не рискуйте", - сказал я новобранцам. "Здесь в любой момент на вас могут напасть с ракетами и минометами или просто пьяный местный житель с винтовкой. Никогда не теряй бдительности. Те, кто не начеку - приготовьте пиво, свежую воду в здании и самодельный душ за домом.


"Здесь есть палатка для столовой, и ты пользуешься ею, когда я тебе разрешаю. Инструкторы и офицеры, вы, конечно, можете им пользоваться, а офицеры могут спать в здании; это обычный голый бетон, но у него есть крыша. Все вы надевайте перчатки и маски для лица, когда спите, иначе что-нибудь заползет вам в нос и укусит вас ... и ты умрешь.


"Когда в джунглях, смотри, куда идешь и к чему прикасаешься, там есть старые боеприпасы, и одному из моих оторвало руку, когда он до чего-то дотронулся. Старайтесь не наступать на мины, это повреждает ваши ботинки."


Они смеялись, но выглядели нервными, проверяя землю вокруг своих ног на наличие опасных животных.


"Сегодня ты акклиматизируешься к жаре и влажности, получишь несколько уроков от сержанта Крэба и моих коллег по выживанию в джунглях и гигиене джунглей, завтра поработаешь с оружием, а потом мы отправимся на патрулирование".


Снова пересекая полосу грязи, я мог видеть установленные мишени, теперь покрытые грязью, обозначенные расстояния, созданную надлежащую дальность стрельбы, но "Геркулес" все еще мог приземлиться здесь. В столовой я обнаружил, что мои ребята из Echo выстроились в очередь. Внутри я обнаружил знакомого сержанта-повара.


"Ты все еще здесь, сержант?"


"Ах, ты. Что ж, сэр, майор, я вернулся на равнину Солсбери на шесть месяцев, вернулся к вам месяц назад. Мы, э-э, ожидаем неприятностей, сэр?"


"На севере, не здесь, так что расслабься".


"Вы говорили это в прошлый раз, сэр", - упомянул он, изучая свои ноги.


Наверху, на крыше, я нашел двух инженеров с винтовками, молодых парней, жаждущих поболтать со мной о прошлых действиях здесь. Я поднялся по лестнице, наверху никого не было, и я сидел, глядя на пышную зелень, листья размером с человека, стаю длиннохвостых красных попугаев, пронзительно кричащих мимо. Это не изменилось, и это вызвало улыбку на моем лице.


Отступая, я разместил двух парней из Echo на крыше, на всякий случай; мне не нужно было, чтобы новобранцев застрелили, и объяснять это. Я созвонился с капитаном Харрисом, который командовал боевой частью в GL4, поскольку не было особой необходимости в его присутствии здесь лично.


Я подтолкнул Свифти, так как он сказал, что не спит и согласен с этим, и он собрал свою стаю волков, проверил припасы, рации, долил воды, и они отправились по старой западной дороге. Робби сказал, что его ребята готовы идти, поэтому они отправились по восточному тракту.


В полдень вошли Морские котики, покрытые грязью, с потными лицами, и я узнал человека, возглавлявшего патруль: он держал зеленую винтовку М4, его подсумки высоко на груди.


"Было весело?" Я спросил.


"Еще раз здравствуйте, сэр. И весело? Прошлой ночью шел дождь, он шел боком, принося с собой пули. В этом месте идет дождь из слизней, чертовски раздражающий."


Я улыбнулся. "Ты получаешь какую-нибудь полезную практику?"


"Мы все следуем перечисленным вами стандартным маршрутам патрулирования, сэр, и теперь нам нужно сделать наброски нескольких мест, которые мы видели, - или никакой еды. Что касается полезной практики... это лучше, чем быть на корабле, чертовски зрелищнее, и все такое."


"Был на базе Кэмел Тоу?"


"Мы записаны на него через несколько недель, сэр, с нетерпением ждем плавательный бассейн".


"Остерегайтесь больших пауков, прячущихся в песке. Ядовитый."


Мужчины обменялись обеспокоенными взглядами, направляясь внутрь.


Час спустя появился перепачканный французский патруль, 1ST Батальон, знакомые лица.


"Сумасшедший трах в стиле Кэп-и-тан, нет". Они насмешливо отдавали честь.


"Теперь главный сумасшедший трах".


"Майор эх, мы чистим ботинки". Мужчины посмотрели на свои заляпанные грязью ботинки и рассмеялись.


"Где ты был?"


"Вверх по мертвой деревне, теперь там живут несколько человек, в шести милях, разбейте лагерь, возвращайтесь. Патрулирование первого маршрута, как говорят твои люди, браво."


"Все 1ST Батальон сейчас придет сюда?"


"Ах да, и патрули в Мавритании и Либерии, так что мы не маршируем по холодной Франции".


"А основание верблюжьего носка?"


"Мы отправляемся в следующем месяце, через четыре недели".


"Надеюсь, для тебя найдется какое-нибудь действие".


"Мы не надеемся на это, нет, мы надеемся на спокойный сон, майор".


"Ленивые ублюдки", - сказал я с улыбкой.


"Ах, но это традиция, солдат не пойдет добровольцем ни на какое дерьмо, нет".


Я улыбнулся, когда уходил от них.


На линии деревьев группы разделились: Риццо с одной группой делал ловушки для животных, Краб читал лекции о гигиене и антисептическом креме, Слайдер с группой говорил о камуфляже - не прятаться за кустом, кусты не были пуленепробиваемыми. Новичок Паркер слушал, но у Грини была своя команда из шести новобранцев, которым он читал лекции.


В тот вечер многие из нас сидели в столовой, где готовили сами, либерийские женщины не готовили для нас, чай готовила армия, американские офицеры и сержанты выслушивали историю о том, что здесь произошло, и что случилось со стеной, у которой они теперь сидели.


Когда зазвонил мой телефон, я вышел, знакомый номер. "Da!"


"Это Либинтов".


"Как продвигается бизнес авиакомпаний?" Я видел 737-й в аэропорту Фритауна."


"Да, это растет, и теперь также перевозит законный груз".


"А твои соперники..?"


"Полчок разбрызгал мозги по всему своему ночному клубу. Это был ты?"


"Один из моих людей, да. Моему мужчине не понравился тот факт, что старая церковь теперь использовалась как бордель."


Либинтов рассмеялся. "Все ваши люди - добрые христиане, да?"


"Один есть".


"А Бельчов?"


"Мы попали в его милый дом".


"Беспорядок, да, и никаких улик не осталось. Говорят, он сильно обгорел."


"ФБР заключило с ним сделку, чтобы обеспечить ему лечение в Америке и амнистию, если он расскажет все, что знает".


"Ну, он знает обо мне, так что я должен быть осторожен".


"Всегда стоит быть осторожным, да".


Причина звонка в том, что один из моих соперников только что снабдил группу в Гвинее оружием, так что я подумал, может ли кто-нибудь из ваших знакомых забрать его. Вторая партия за три дня." Он дал мне название взлетно-посадочной полосы.


"Думаю, я смогу что-нибудь устроить, да".


"Это оружие будет использовано для того, чтобы устроить ловушку для нескольких английских солдат".


Мое сердце остановилось. "Ты уверен?"


"Да. Клейморы и мины вокруг заложников."


"И человек, стоящий за этим?"


Этого я пока не знаю. "Бегущий с оружием" - Амадов, мелкий, обычно работает в Конго, высокий худой мужчина из Белоруссии."


"Найди человека, который стоит за ним, я сам наведу кое-какие справки и убью Амадова для тебя".


"Хорошо, одним соперником меньше".


Вызов снят, я был разгневан, задаваясь вопросом, как мои движения просочились. Эта поездка была запланирована в течение некоторого времени, американцы знали, но я отложил ее на неделю. Кто-то во Фритауне разговаривал, возможно, кто-то в аэропорту.


Я позвонил Дэвиду Финчу. "У меня проблема, босс. Только что добрался до Сьерра-Леоне, но повстанцы на севере знали о передвижениях, для меня был запланирован теплый прием, доставлено новое оружие, мины и клейморы."


"Как, черт возьми, они могли знать?"


"Предположим, что кто-то во Фритаунском аэропорту следит за передвижениями, пошлите людей задать вопросы работникам аэропорта, и пусть GCHQ проверит всю северную Сьерра-Леоне и Гвинею, использует спутниковый телефон и начнет искать человека по имени Амадов, торговца оружием, который обычно работает в Конго, он вовлечен".


"Я немедленно соберу команду для этого и воспользуюсь вашими возможностями в GL4, там много талантов".


"Да, именно для этого они и существуют".


"Что ты будешь делать?"


"Сделайте несколько громких выстрелов, убейте каждого ублюдка с оружием, затем убейте человека, который их послал. Есть вопросы... что касается плана?"


"Кажется, охватывает все аспекты. Будь осторожен."


Я позвонил капитану Харрису и устроил ему разнос, шокировав его. Тем не менее, команде было бы чем заняться.


Следующий звонок был Бобу Стейнсу. "Вы знаете человека по имени Амадов?"


"Да, мелкий торговец оружием в Конго и Руанде".


Выясни все, что сможешь, я собираюсь убить его. Я только что приземлился в Сьерра-Леоне с командой, и он вооружает людей на севере, которые готовят мне теплый прием."


"Как они узнали о твоих передвижениях?"


"Хороший вопрос. Кто-нибудь в аэропорту может узнать мою команду, но мы только что прибыли сюда. Эта поездка была отложена, запланирована несколько недель назад, кто-то здесь, возможно, упомянул об этом не тому человеку, Лондон проведет расследование. Но я хочу, чтобы вы посмотрели, кто за этим стоит."


"Пятьдесят фунтов на нигерийцев".


Я вздохнул. "Да, достаточно безопасная ставка. Свяжись со мной, если что-нибудь найдешь. О, а как насчет Мэлона Убела?"


"Французы придумали предысторию, и Леон убедил нескольких человек, что Мэлон стоял за нападением на саудовца в Цюрихе, а сам Мэлон разговаривал со Стеффаном и СВР прошлой ночью".


"Хорошо, значит, все складывается. Попросите Мэлона поговорить с Либинтовым сегодня."


"Хорошо. Вы знаете, он наряжается и накладывает макияж, чтобы помочь войти в образ, смотрится в зеркало."


"Если это поможет, отлично - настоящий профессионал".


Я проверил номер в своем списке и обновил DGSE, следующий звонок - полковнику Мэтьюзу.


"Привет, Уилко, как поживают мои волки?"


"Мы только что приземлились в Сьерра-Леоне, сэр, но есть загвоздка. Я получил информацию о заложниках на севере, и поэтому отправился бы за ними, возможно, используя Волков, но я только что получил наводку, что это ловушка."


"Ловушка? Как они узнали, что ты пойдешь за заложниками, там есть "Котики", французские солдаты?"


Где-то произошла утечка, возможно, здесь, во Фритауне, мы проведем расследование. Но это Африка, и деньги открывают рты."


"Что ты будешь делать?"


"Иди, захлопни капкан, издай несколько громких звуков".


"Я чувствую, что скоро будет специальный выпуск CNN".


Я с трудом подавил улыбку. "Вызовите сюда ФБР - они могут захватить оружие, которое мы найдем, и репортера, и отправьте сообщение адмиралу Джейкобсу, чтобы он прислал сюда еще людей".


"Не пойми меня неправильно, но у меня становится твердый член, когда я говорю с тобой о миссиях".


"Сэр, пожалуйста, не повторяйте этого снова".


Он рассмеялся, и я отключила звонок, качая головой. Вернувшись в дом, я крикнул: "Слушайте, у нас компания! Собери больше людей на оленя и достань GPMGS, 66 мм, если они у нас есть! Будьте организованы!"


Парни из "Эхо" выбежали, Моран спрашивал обеспокоенный персонал-резидента о 66 мм, вскрытых коробках. Вскоре у нас было два GPMG на крыше, люди на верхней башне, американцы и французы экипированы, но им велели спать в полной боевой готовности.


Стоял возле двери, мужчины бегали взад и вперед, Моран и Митч выровнялись. "Что у нас есть?" Моран небрежно спросил.


"Заложники на севере, наводка о заложниках на севере, банда вооруженных людей на севере, расставляющая для нас ловушки, мины и клейморы".


"Это неприлично", - заявил Моран. "Как, черт возьми, они узнали, что мы здесь?"


"Возможно, утечка в аэропорту".


"А информация о заложниках?"


"Несколько недель назад".


"Значит, кто-то решил, что спасать будем мы?" - Поинтересовался Моран. "Эта работа была бы передана обычным сотрудникам SAS".


"Я не прошел задание, хотел получить его для рекрутов "Волка", но никто не знал об этом, кроме меня и ... меня".


"Они решили, что это будем мы", - отметил Митч. "У меня здесь послужной список".


Я сказал ему: "Здешние морские котики дали интервью гребаному CNN!"


"Ну, да, это бы помогло", - согласился он. "Так для кого же на самом деле эта ловушка?"


Мы обменялись взглядами.


"Я предположил, что это было для нас", - сказал я им, но сам звучал неубедительно. "И мой источник говорит, что ловушка предназначена для британских солдат, а не для американских".


"Ловушка для обычного SAS", - удивился Моран.


"Я не люблю совпадений", - сказал я им. "Мы добираемся сюда, теперь это". "Да, это немного странно", - согласился Моран. "И мы являемся ценными целями".


К нам подошел Слайдер. "У меня есть несколько 66-миллиметровых на крыше и с парнями, и там есть РПГ от Camel Toe".


Я сказал ему: "Люди на севере расставляют для нас ловушки, пока мы разговариваем, ловушки вокруг заложников".


"Немного дерзкий. Итак, мы нападаем на них сзади."


"Сначала мы украдкой посмотрим, включены ли они", - сказал я ему. "Подготовьте к утру разведгруппу из четырех человек".


Он кивнул и ушел, я позвонил капитану Харрису и попросил "Чинук" на утро, после чего подробно изложил план. С этого момента эта картографическая доска в GL4 будет использоваться должным образом.


Утром мы отправили команду из четырех человек на "громком Чинуке", Генри возглавил ее вместе с Николсоном, Томо и Смитти, людьми, находящимися на дежурстве, поскольку Волки проходили обучение движениям небольшими группами и тактике.


В 11 утра без предупреждения прибыл "Чинук", ответственный полковник ушел в отставку вместе с капитаном плюс двумя вооруженными полицейскими.


Я отдал честь Морану. "Добро пожаловать на брелок, сэр".


Он отдал салют, двигатели "Чинука" работали на холостом ходу. "Прошлой ночью Лондон надрал мне задницу, и мои офицеры переворачивают все вокруг в поисках утечки".


"Я не думаю, что кто-то в Лондоне общается здесь с вооруженными бандами, сэр", - указал я.


"Нет, я бы так не подумал, поэтому мы расспрашиваем тех, кто знал о ваших передвижениях, но, похоже, ваше прибытие было обычной сплетней в течение трех недель".


"Урок, который следует усвоить на будущее, сэр, мы являемся ценными объектами, цена за наши головы".


"Трудно остановить сплетничающих солдат", - пожаловался он.


"Тогда я сделаю свои поездки сюда более скрытными, сэр. Но скажите мне, вы информируете здешнее правительство?"


"Да, два раза в неделю совещания по безопасности, сотрудники посольства в курсе".


"Значит, местный министр обороны знал бы о моем приезде ..?"


"Да, конечно. Но я полагаю, ему можно доверять."


"Сэр, предыдущий президент здесь был в ударе и разговаривал с плохими парнями, и если президент сможет это сделать ... министр обороны тоже может. Люди, которые хотят нашей смерти, предлагают миллионы, а это зарплата за десять жизней для здешнего министра обороны."


"Ну, да, искушение, но это их страна, а мы гости".


"Возможно, вы могли бы обратиться за советом по этому вопросу на будущее и исключить упоминание о нас из брифингов ..."


"Я поговорю с Лондоном, да. Так что ты будешь делать, когда эта угроза висит поблизости?"


"Мы отправили команду, сэр, они посмотрят, мы попытаемся освободить заложников без кровопролития".


"Они знают, что ты идешь!"


"Да, сэр, но мы все еще можем победить здесь, если будем осторожны".


"Кажется, чертовски рискованно..."


"Это мое решение, сэр". Я ждал.


"Вероятно ли, что мы увидим здесь расширение масштабов действий, репрессии, как раньше?"


"Никакого расширения действий, только репрессии ... возможно, так что лучше быть готовым, сэр. Я введу вас в курс дела, но - вы знаете - это обновление не подлежит передаче дальше."


"Я усилю меры безопасности повсюду".


"Но, сэр, мы не хотим, чтобы они были предупреждены, и мы совершенно определенно не хотим, чтобы был предупрежден министр обороны".


Он кивнул, спросил о припасах и покинул нас.


Позвонила наша команда с севера, они шли через кустарник, контакта пока нет.


В 5 вечера Николсон позвонил мне. "Мы нашли место, хорошие очертания, так что найти его не сложно. Мы на холме, на другой стороне долины, под нами какое-то мерзкое дерьмо, затем болото и река, затем оно поднимается до ровной местности, хижины и забор, из кухни идет дым, две дюжины дерьмовых местных жителей разгуливают в зеленой форме и черных резиновых ботинках. На одной были красные ботинки, и я уверен, что это женские резиновые сапоги."


"Есть какие-нибудь признаки заложников?"


"Я видел белого человека, которого водили из одной хижины в другую, пинали ногами, так что, похоже, они жестоко обращаются со своими заложниками".


"Общее количество вооруженных людей?"


"В маленьком лагере, меньше тридцати, но там высокие деревья, затем поляна, затем деревня и дорога, затем грунтовая взлетно-посадочная полоса, взлетел какой-то маленький самолет".


"Не подходи близко, говорят, они посадили клейморы на деревья".


"Я могу видеть клеймор через прицел, и мы бы их заметили, но передвижение ночью может стать проблемой. Мне показалось, что я вижу также противопехотную мину, так что подход с этой стороны исключен."


"Будь очень осторожен там, где находишься, проверь, нет ли проводов, они могли расставить ловушки дальше.


"Я читаю почву под ногами, как и вы, босс, и нога никого здесь не ступала, никогда".


"Хорошо, 24 часа в режиме ожидания, разбуди меня, если произойдет что-то интересное".


В 7 вечера мне позвонил Леон. Я спросил его: "У тебя в руке есть хороший бокал красного?"


"Не в моей руке, но рядом, да. Как там мой мальчик?"


"Мы в Сьерра-Леоне..."


"Я знаю причину звонка. Я услышал слух, проследил за ним. и Боб упомянул Амадова, и это заставило звенеть колокола. Амадов поставлял оружие в Гвинею, но чего большинство не понимает, так это того, что Амадов работает в СВР, а его торговля оружием - прикрытие."


"Интересно", - отметил я. "Я собирался убить его".


"Лучше всего делать это как Уилко, а не как Петров".


"Он помогал здешним людям расставлять ловушки для британца Уилко".


"Я слышал, да, это ловушка, расставленная Москвой".


"А, что ж, в этом есть смысл; они продают оружие, и я сильно помешал их продажам".


"Что ты будешь делать?"


"Иди по тонкой грани", - сказал я ему.


"Как дела у Каспера?"


"Недавно он был в Молдове..."


"Полчок..?"


"Да, и теперь он в джунглях, наслаждается совместной работой".


Приятно знать, что он действует не в одиночку. Постарайся уберечь его от неприятностей, а?"


"На это мало шансов, он бы никогда не позволил мне удержать его".


"Нет, этого бы он не сделал".


Мой следующий звонок был капитану Харрису. "Это Уилко. Сообщаю всем, ловушка была расставлена Москвой."


"Москва!"


"Они продают оружие, и в последнее время я сократил продажи оружия".


"Ну, да, но ... черт, теперь у тебя есть русские, которые хотят твоей смерти!"


"У меня есть идея, так что расслабься. Иди, введи всех в курс дела."


Дэвид Финч позвонил мне полчаса спустя. "У тебя проблемы с Москвой?"


"Амадов - российский агент, торговля оружием - это прикрытие, чтобы он мог видеть, что здесь происходит, и Москва устроила ловушку, чтобы убить мою команду, по крайней мере, в их сознании они могли убить кого-то из моей команды."


"Я должен проинформировать нового премьер-министра, это серьезно, Москва пытается убить британских и американских солдат. Нужно будет уведомить Белый дом."


"Вопрос в том, получил ли Амадов разрешение сверху, только своего босса, или это приказ Москвы?"


"Учитывая, какой ущерб вы нанесли торговле их незаконным оружием... Я бы сказал, что они это заказали."


"У меня есть несколько идей, так что пока не начинайте Третью мировую войну. У меня есть телефон, который намного эффективнее винтовки."


Я посмотрел номер, перевел дыхание, стоя возле полосы, и позвонил Стеффану, агенту СВР.


"Da!"


"Это Петров".


"Ах, я недавно разговаривал с Мэлоном Убелом, я собирался позвонить тебе, чтобы проверить его".


"Проверил его? Он знает, что ты ел на завтрак. У него больше денег, чем в Томске, больше связей, чем у банкира, просто он прячется и использует другие имена."


"Каково его прошлое?"


"Родился у русских родителей в старой Восточной Германии, вырос там в военном лагере, служил национальной безопасности, затем работал на Штази, пытал людей. Когда пала Берлинская стена, он занялся зарабатыванием денег, торговлей оружием, но он связан с итальянской мафией, владеет несколькими старыми замками, проводит странные масонские ритуалы, - соврал я.


"Ах, он связан с ними".


"Я знаю его почти двадцать лет, и я работал на него до Томска. Он очень честный, придерживается сделки, платит."


"Он думает, что сможет перевезти для нас кое-какое оружие ..."


"Он был свидетелем событий в Западной Африке, приложил руку к тому, что нескольких соперников поймали и убили. Он передаст вам оружие, и его никогда не поймают."


"И не могли бы вы знать, кто убил Полчка?"


"Команда ЦРУ хотела его смерти, так что, возможно, они."


"У тебя есть слух ... для операций ЦРУ?"


"Как вы думаете, кто поддерживал Томска, и чьи наркотики, как вы думаете, Томск поставляет безнаказанно?"


"Ах, у нас были свои подозрения".


"Они более нечестные, чем люди, на которых они охотятся, что подводит нас к вашей следующей проблеме, с которой вы вряд ли справитесь".


"Маловероятно ... чтобы выжить?"


"Амадов поставлял оружие группе в Гвинее, недалеко от границы со Сьерра-Леоне, вторая партия за три дня".


"Вы раздражающе хорошо информированный человек".


Амадов работает на вас, но он неаккуратен. Большинство здешних наемников знают о нем."


"Это ... это разочарование."


"Это наименьшая из твоих забот. Люди, которых он поставлял, захватили заложников, чтобы привлечь внимание британцев, этот капитан Уилко, который только что высадился в Сьерра-Леоне. Для него расставлены ловушки, заложники окружены взрывчаткой, Москва недовольна тем, что он так сильно сорвал продажу оружия."


"Повторяюсь, вы раздражающе хорошо информированный человек".


"ЦРУ пронюхало об этом, британская разведка знает об этом, поэтому американские солдаты захлопнут ловушку и будут ранены и убиты - без предупреждения со стороны ЦРУ, затем Белый дом обвиняет Москву, и Россия получает санкции от Америки и Европы, и от вас ... ты будешь объяснять это Москве, возможно, пуля в затылок."


После долгой паузы последовало: "ЦРУ позволит убить своих людей". Это было утверждение.


"Одобрила ли Москва операцию?"


"Так и есть ... уровень оплаты выше моего."


"Лучше тебе предупредить их, а потом - если тебе нужна моя помощь, я переверну ловушку".


"Вы в состоянии помочь?"


"Мои люди наблюдают за этим лагерем, в четырех ярдах от вооруженной охраны, они были там несколько дней".


"Похоже, слухи о способностях ваших людей оправданы. Я скоро свяжусь с тобой - "


"Вскоре ФБР приземляется в Сьерра-Леоне, чтобы собрать улики и сфабриковать некоторые доказательства".


"Я вернусь к тебе завтра ..."


"Вот предложение. Пусть завтра заложников перевезут на грузовике на восток, поближе к границе. Я позабочусь об остальном, задержу ФБР."


"Переехал на восток на грузовике. Позвольте мне вернуться к вам."


Улыбаясь, я нашел номер и позвонил в Лэнгли, заместителю шефа.


"Привет, Уилко, ты звонишь мне, значит, у тебя есть работа".


"Я в Сьерра-Леоне, и тебе понадобится выпить чего-нибудь покрепче".


"О, черт. Стреляй."


"Ты получил записку из Лондона?"


"Пока нет".


"Торговец оружием Амадов на самом деле российский агент, и Москва устроила ловушку, чтобы убить моих людей, разозленная тем, что мы прекратили торговлю оружием здесь."


"Москва? Москва отдала приказ расставить ловушку?"


"Ага".


"Господи, это грандиозно".


"Петров только что предупредил их, и ты знаешь, что это ловушка".


"Он сделал? Какого черта?"


"Ты сам во всем разбираешься. Когда сюда прибудет ФБР?"


"Завтра".


"Мне нужна услуга, чтобы доставить Петрова поближе к Москве. Мне нужно, чтобы ФБР потерпело несколько неудач, не смертельных, но громких и грязных. У тебя есть мужчина во Фритауне?"


"Конечно".


"Тогда устрой несколько неудач, и мы перевезем Петрова поближе к Москве".


"Если бы моего парня поймали ...?"


"Неудачи, засорившийся туалет, а не война со стрельбой. Продолжайте, я объясню позже."


Следующий звонок был адмиралу Джейкобсу, сначала он вызвал нескольких человек. "Уилко, это ты?"


"Да, сэр. Слушай, где сейчас твоя ванна?"


"Моя ванна недалеко от Сомали".


"Есть какое-нибудь оборудование из Сьерра-Леоне?"


"Вертолетоносец морской пехоты и морских котиков и корабли поддержки".


"Хорошо. Предупредите их об освобождении заложников завтра в полдень на северной границе Сьерра-Леоне, скажем, десять западных заложников. У меня пока нет точного места."


"Они будут готовы, но у вас есть команда морских котиков в стране?"


"Я попытаюсь использовать их, сэр, возможно, для штурма и операции по зачистке".


Отключив телефон, я обошел палатку "Тюленей", заметив стену из мешков с песком, развешанные фонари, мужчин на оленях. "Слушайте внимательно. Завтра будет освобождение заложников, вертолеты из вашей ванны, вы, вероятно, будете задействованы во втором этапе атаки и зачистки, будьте готовы к 8 утра, мы ждем окончательных данных, но у меня есть люди, которые следят за заложниками, пока мы разговариваем."


"Чего мы ожидаем, сэр, прогулки по джунглям или перестрелки?"


"Перестрелка. И в этом районе есть шахты и болота, так что смотрите, куда идете."


Я оставил нескольких мужчин, выглядевших обеспокоенными, готовиться к тому, с чем они могут столкнуться утром. Внутри я предупредил Свифти, чтобы он приготовил своих волков, пока изучал карту, прослеживая дорогу на восток от того места, где Николсон сидел, наблюдая за заложниками. Я заказал чинука, но вместо этого мне предложили двух французских пум, они были на дежурстве.


Я указал дорогу к Свифти. "Я хочу, чтобы вы распределились парами, на расстоянии полумили друг от друга, с удобных позиций для наблюдения за дорогой и, если понадобится, прострелить шины колонне, завтра около полудня. Сегодня вы с ребятами спите по очереди. Проверьте припасы, вертолеты прибывают. Приземляйтесь в нескольких милях к югу, заходите внутрь, разделяйтесь."


Он кивнул и сложил свою карту, положив ее в пластиковый пакет, и десять минут спустя Пумы громко объявили о своем прибытии, включив свет. Когда они взлетели, по пять или более человек в каждом вертолете, я собрал новобранцев-Волков на линии деревьев, бушующий пожар отбрасывал немного света, горели лампы, лица были оранжевыми от мерцающего пламени.


"Волки-ветераны только что отправились на север, чтобы 24 часа присматривать за дорогой-целью к северу от границы. Ранее мы отправили команду из четырех человек понаблюдать за лагерем с заложниками, расположенным сразу за границей с Гвинеей. Эти люди в лагере предполагают, что мы попытаемся спасти заложников, поэтому они установили для нас мины и клейморы."


Новобранцы обменялись взглядами, когда я прихлопнул крупного мотылька, намеревавшегося сесть мне на нос.


"Но мы не настолько глупы, чтобы попасться на уловку, и завтра мы должны увидеть фейерверки на севере, возможно, вы будете в этом замешаны. Инструкторы, убедитесь, что они хорошо выспались ночью, возможно, это понадобится. И не волнуйся, ты намного лучше мужчин, с которыми сталкиваешься, тебе просто нужно в это верить."


Вернувшись в здание, я проинформировал всех, но мне пришлось быть расплывчатым в плане.


В моей комнате, с Мораном и Митчем, мы приготовились немного поспать, и я взял зеленый коврик Свифти. Мой телефон зазвонил, поэтому я придвинулась ближе к окну. "Уилко".


"Это Николсон, и тебе это не понравится".


"Например, что?" - Спросил я, когда Моран и Митч прислушались.


"У них есть белый наемник, который консультирует их".


Я вздохнул. "Вряд ли это здесь сюрприз. Как он одет?"


"Гражданская одежда, но Генри кажется, что он узнает этого человека. У парня умный спутниковый телефон."


"У тебя есть четкое представление?"


"Мы с Томо на дереве, примерно на высоте сорока метров, нужен гребаный парашют, чтобы спуститься обратно. У них в хижинах горит свет, мы можем видеть каждую деталь. Мы насчитали двадцать четыре вооруженных человека и девять заложников. Мы также можем видеть провода на деревьях вон там, высоко, от них исходит свет."


"Место заминировано на случай взрыва, так что не подходи близко".


"У нас есть наш насест на ночь, босс. Надеюсь, дождя не будет."


Я позвонил Тинкер. "Ты не спишь?"


"В офисе был мой распорядок дня, но несколько человек пришли, началась паника".


"В лагере цели есть французский наемник. Позвони Николсону, попроси его перезвонить тебе, узнай его местоположение, лагерь в двухстах ярдах к северу. Попробуй отследить того наемника, он, вероятно, поддерживает связь с Амадовым в Конго."


"Это упрощает задачу, мы можем искать конкретные данные".


"Заложников могут перевезти завтра, американские вертолеты отправятся за ними, мы ждем окончательных данных".


Я вышел на крышу и успокоил дежурных инженеров, но сказал им оставаться начеку, Самбо составит им компанию.


На рассвете я встал и проверил припасы, приготовил ранний завтрак, проверил защиту брелка на всякий случай. Свифти позвонил как раз в тот момент, когда туман начал подниматься с деревьев, его люди были на месте, и он предположил, что у них будет хороший обзор - когда туман там, наверху, рассеется.


Николсон позвонил, когда солнце угрожало пробиться сквозь туман. "Босс, у нас компания".


"Патруль ищет тебя?" Я задавался вопросом.


"Не уверен, это простой ответ, потому что подо мной патруль примерно из двенадцати чернокожих, но эти ребята хорошо обучены".


"Хорошо обученные черные? Это было бы впервые."


Их ведет сержант, они изучают местность, прикрывая пары, Чарли в хвосте, идущий задом наперед и прикрывающий тыл.


"Теперь я обеспокоен. Этот гребаный французский наемник обучал их!"


"Забавно, что они пришли с юга, я заметил, как они крадучись перебирались через ручей, и они стараются не попадаться на глаза мужчинам в лагере".


"Хорошо, теперь я в замешательстве. Есть ли у них какие-нибудь знаки отличия?"


"Не то, чтобы мы могли видеть, но они двигаются как солдаты, а не обычный сброд".


"Они нашли твои следы?"


"Мы оставили ложные следы, обошли дерево, взобрались на одно дерево и наткнулись на другое просто потому, что так было легче, а не потому, что мы хотели кого-то обмануть. Они смотрят вверх, но они никогда не заметят нас и не ударят в нас."


"Но ты не можешь неделю сидеть на дереве".


"У нас есть веревка, мы можем добраться до следующего дерева, может быть, даже незамеченными".


"А Генри и Смитти?" Я нажал.


"Они не так высоко, но патруль их уже упустил".


"Оставьте патруль в покое, ведите себя тихо, наблюдайте за лагерем, дайте мне знать, если заложников переведут около полудня".


"Вы экстрасенс или что-то в этом роде, босс? Как вы узнали, что их перевезут в то время?"


"У меня есть свои источники. О, Свифти и Волки в нескольких милях к востоку, могут добраться до вас, если понадобится, и я собираюсь привести команду, мне любопытно узнать об этом патруле, и есть ли там еще такие."


Я стоял, размышляя, минут десять, может, дольше, новобранцы завтракали, другие мужчины пользовались палаткой-столовой, когда день разогревался. Чинук позвонил, я собрал большую часть Эхо, тюленей и 1ST Батальон, вскоре все экипированы так, как будто отправляются на войну. Крэбу и Даффи пришлось бы тренировать новобранцев с американскими сержантами, остальным из нас пришлось бы какое-то время быть связанными.


Подумав, я оставил команду Саши тренировать новобранцев; Касперу нравилось учить.


Паркер подошел ко мне. "Вы хотите, чтобы я этим занялся, босс?"


Я остановился, чтобы обдумать это. "Нет, оставайся с волками, потому что один неверный шаг, и ты можешь подорваться на мине, у тебя еще нет глаза джунглей, так что поработай над этим глазом джунглей, не спеши, чтобы тебе не оторвало ноги".


"Я не спешу, босс", - заверил он меня.


Грини спросил: "Ты хочешь, чтобы я участвовал в этом?"


"Да, потому что ты должен знать, как передвигаться в джунглях. Ты ... уверен в себе?"


О том, чтобы продираться сквозь кусты? Да."


"Оставайтесь рядом со своим партнером, в своей команде, действуйте как одно целое".


Полчаса спустя чавыча громко потревожила дикую природу, Эхо взбежала на борт, остальные последовали за нами. Мы летели низко, скользя над деревьями, море зелени мелькало в окнах, короткая поездка к раскопанному участку красной грязи в нескольких милях от границы.


Спускаемся с вертолета, оружие взведено, люди распределяются по группам, занимают позиции на линии деревьев. И мы ждали, пока все стихнет, радио проверено, местных поблизости нет.


Чавыча вернулась менее чем через полчаса с тюленями и 1ST Батальон, люди ранены, опустились на колени, когда "Чинук" с ревом умчался прочь, а я стоял над ними без маски для лица.


"Слушайте внимательно. В двух милях к северу проходит граница с Гвинеей, но там нет забора, просто ручей. Мы собираемся двинуться на север, а затем разделиться. В четырех милях к северу от границы находится лагерь с заложниками, деревня, небольшая взлетно-посадочная полоса. Задача - захватить заложников, затем убить каждого чернокожего, у которого есть оружие.


"Где-то впереди нас находится взвод хорошо обученных чернокожих солдат, понятия не имею, кто они и что задумали, но они пробирались тайком и избегали лагеря заложников, так что они могли быть гвинейскими солдатами. Мы не хотим их убивать. Также ... их консультирует французский наемник. Попробуй взять его живым."


Я столкнулся с 1ST Батальон. "Ты можешь ранить его, если хочешь".


"Да, нам нравится", - сказал мне сержант их отряда с возмущенным выражением лица.


"Морские котики, следуйте за Эхо", 1ST Батальон следует за ними, медленно и тихо, глаза повсюду, пальцы на спусковых крючках, пока вам не захочется кого-нибудь убить. Старшие, подключитесь к моей частоте радиосвязи."


Когда они прослушали мою частоту, я вызвал Echo, и мы двинулись на север, к линии деревьев и вскоре направились вдоль ручья в нужном направлении.


В полуденную жару мы все быстро согрелись, вспотев в масках для лица, затем погрузились в рутину, наши глаза-джунгли приспособились. Я приучил свои глаза не обращать внимания на кусты и ветви передо мной и смотреть на деревья и контуры. Я читаю контуры, а не кусты.


Я смотрел вперед на двадцать ярдов, планировал маршрут, отмечал доступное укрытие, затем двигался. Останавливаясь, я оценивал местность впереди, еще один мини-маршрут, намеченный для моих ботинок, принюхиваясь по пути, прислушиваясь к потревоженным птицам впереди - птицам, потревоженным кем-то, кроме нас.


Прошел час, и я объявил перерыв, многие мужчины наслаждались широким потоком прохладной воды, поскольку птицы над нами кричали от досады, что их потревожили. Двигаясь дальше, мой телефон зазвонил, нечетный номер. Я объявил привал, все встали на колени.


"Da!"


"Это Стеффан".


"И что ты выяснил?"


"Что те, кто выше меня, не всегда делятся информацией".


"Москва заказала ловушку?"


"Да".


"Плохой ход, потому что ЦРУ знает об этом".


"Они, должно быть, мало разбираются в уликах ..."


"Вероятно, недостаточно доказательств, чтобы передать их в Белый дом, нет, если только они не схватят Амадова и не заставят его говорить".


"Его отозвали. Что касается вашего предложения, мы попросили захватчиков перевезти заложников на восток около полудня в город примерно в двадцати милях отсюда, где их встретят. Что ... что с ними случится?"


"Я сообщу французам, они захватывают заложников, хорошая история для газет".


"Почему ... французы?"


"Я убиваю для них людей по всей Африке, они достают мне хорошие фальшивые документы, чтобы Интерпол держался подальше от моей задницы".


"Используя тебя ... они избегли бы обвинений, и, скорее всего, вина досталась бы нам, поскольку вы русский."


"Да".


"А я думал, что мои боссы хитрые ..."


"Вы уверены, что заложники будут перемещены?"


Запрос отправлен, но я не могу говорить за этих черных. О, наш человек во Фритауне говорит, что там сейчас находится ФБР."


"Да, но у меня там есть человек десять, которые будут с ними шутить и немного повеселятся".


"А ЦРУ?.."


"Будете разочарованы".


"Я понимаю. Что ж, удачи нам обоим сегодня."


"Удача не нужна, просто мотивация и удачное время".


Отложив телефон, Моран изучал меня через маску для лица. "Ну?"


"Игра начинается", - сказал я ему.


"Шерлок Холмс?" - Поинтересовался Моран.


"Нет. Попробуй еще раз. Возможно, вы наткнулись на это в книге Артура Конан Дойла, но это был Шекспир, король Генрих."


"Ты знаешь Шекспира?" Моран рассмеялся.


"Ни хрена себе, это было написано на коврике для пива в пабе". Я позвонил Свифти. "Это я. Оставьте двух человек на запад по этой дороге, остальных подготовьте к засаде на машины около полудня, направляющиеся на восток, детали будут предоставлены Николсоном. У тебя есть его номер?"


"Да".


"Позвони ему, включи сигнал, когда эти грузовики и джипы отъедут, предупреди меня, "Морские котики", чтобы захватили заложников с помощью вертолета. После этого вы идете прямо на запад, чтобы встретиться с Николсоном, но остерегайтесь хорошо обученных чернокожих солдат - "


"Хорошо обученные черные?"


"Возможно, это завсегдатаи из Гвинеи, и они включены, так что будьте осторожны, игра начинается".


"Твоя нога - это что?.."


Следующим звонком был адмирал Джейкобс, звонка он ждал. "Сэр, мы все еще ждем полдня, должны быть в состоянии рассчитать время достаточно хорошо. На данный момент все, что я могу сказать, это девять заложников и до двадцати чернокожих боевиков. Позже я получу более подробную информацию. Ваша зона действия будет в нескольких милях к востоку от целевого лагеря, скажем, в восьми милях, для подтверждения, у меня есть люди на месте."


"Хорошо, мы готовы".


Я позвонил Николсону. "Свифти скоро позвонит тебе, ты перезвони ему, когда и если заложники будут перемещены, дай ему описание грузовиков и джипов, чтобы он остановил нужные машины".


Я услышал зевок. "Верно, босс".


"Тяжелая ночь?"


"Я только что проснулся, поспал несколько часов на жесткой ветке, вокруг меня обвилась веревка, и эта маленькая гребаная обезьянка захотела подзатыльника ночью. Серьезно, я пробил это."


"Ты ударил обезьяну?" Черт возьми, солдат, используй нож!"


"Не хотел создавать слишком много шума или убивать его, это было мило. И мы его накормили."


"Если ты его накормил, зачем ты его ударил?"


"Продолжал дергать меня, пытаясь сорвать с моего лица маску".


"Приготовь напиток и проснись, будь готов после 11 утра. Уилко на свободе."


Моран сказал: "Он ударил обезьяну?"


"Маленький, который его раздражал".


"Немного несправедливо бить маленькую обезьянку", - пожаловался Моран, когда мы встали. "Я оштрафую его за это".


Улыбаясь, я повел их вокруг высоких деревьев и под огромными кустами, листья которых были шириной в три фута.


В 10 утра я стоял на высоком гребне, в просвете между деревьями, долина внизу была покрыта густыми деревьями и кустарниками, а в 800 ярдах через долину росло высокое дерево, Николсон и Томо сидели на нем, радиосвязь установлена.


Я вызвал морских котиков на свою позицию. "То высокое дерево, это примерно в 200 ярдах к югу от лагеря с заложниками, но мы думаем, что заложников перевезут в течение нескольких часов, и у нас есть засада на дороге на восток. Между этим деревом и лагерем находится долина, полная глинистых пород и шахт, так что не подходите к ней близко.


"Я хочу, чтобы ты пошел налево и обогнул, по крайней мере, в 600 ярдах от этого дерева - используй его как ориентир, продолжай идти, пока не увидишь дорогу, деревню или взлетно-посадочную полосу. Ваша цель - взлетно-посадочная полоса, чтобы повредить любой самолет или вертолеты, никаких боев крупным планом. И если ты наткнешься на патруль чернокожих, позвони мне, без героизма.


"Как только стрельба закончится, возвращайтесь тем путем, которым пришли, на эту позицию, чтобы встретиться с нами. И когда вы подойдете ближе, избегайте следов, ищите провода. Ступай."


Они тихо двинулись на запад. Я вызвал 1ST Батальон, чтобы они могли взглянуть, и я повторил большую часть деталей, но они должны были пройти на восток 600 ярдов и вокруг, войти в лагерь и убить черных, возможно, чтобы заполучить французского наемника. Они тихо двинулись на восток.


Я повернулся лицом на север и принюхался. Улыбаясь, я помахал Митчу и Морану. "Чувствуешь это?"


"Готовлю", - сказал Митч.


"Нет", - возразил Моран. "Пятеро мужчин, курящих сигареты".


"Это сигаретный дым, африканские сигареты, похожие на те ужасные французские сигареты", - сказал я Митчу. "Запомни запах, однажды от этого может зависеть твоя жизнь". Я указал вниз и немного вправо. Головы кивали, когда я уводил их. Я передал: "Британское эхо, слушайте, у нас есть компания, патруль впереди нас в двухстах ярдах, прямо на север. Смертельно медленно, глаза повсюду, окружите их, никаких смертельных выстрелов, пока я не скажу, что это могут быть солдаты из Гвинеи - на нашей стороне."


Моран передал: "И здешнее правительство будет здорово разозлено на нас, если мы пристрелим их людей".


Джинджер передала: "Возможно, это их версия SAS".


"Возможно, ты прав", - сказал я ему. "Так что остерегайтесь стервозных мужчин во главе с необразованным сержантом с раздутым эго".


Тихо смеясь, мы спускались очень медленно, каждый шаг был размеренным, и я все еще чувствовал запах сигаретного дыма. Найдя большое поваленное дерево, я выглянул из-за него, прицелился, заметил человека. Он был скрытным, бдительным, но курил.


Я передал: "Они в пятидесяти ярдах к северу от этого упавшего дерева. Слайдер, иди направо. Риццо, иди налево. Смотрите в оба, никакого риска, пока никаких выстрелов. Не подходи близко. Смертельно медленно, мертвая тишина, и мы не хотим трогать их до тех пор, пока заложники не будут перемещены, так что это ... больше часа."


Моран, Митч и Джинджер заняли позиции слева и справа от меня, винтовки нацелены на север, в то время как небольшие группы медленно отходили, согнувшись пополам. Я вспомнил о своем телефоне и поэтому поставил его на вибрацию, чтобы он не звонил. Стоя там, в поле зрения чернокожего солдата, я позвонил Николсону.


Я начал шепотом: "Мы примерно в 500 ярдах к югу от вас, и этот патруль чернокожих здесь, делают перерыв, похоже, они готовят еду или разбили лагерь. Если стрельба начнется здесь, ты целишься в этот лагерь и убиваешь охрану. Морские котики слева от вас в 600 ярдах, направляются к взлетно-посадочной полосе, французы справа от вас и движутся в обход лагеря, чтобы войти в лагерь, так что следите за огнем."


"Хорошо, мы готовы. И звонил Свифти. В лагере ремонтируют грузовик, достаточно большой, чтобы вместить всех заложников, что-то вроде серо-зеленого мерседеса."


"Мне нужно знать, в какую минуту заложники будут загружены".


"Правильный босс. Но он может проехать всего милю, прежде чем сломается!"


"Понял".


Я расслабился и отпил воды.


Моран успокоился. "Мы ждем?"


"Тогда мы подождем, пока не переведут заложников ... затем я иду поболтать с этими черными." Я стащил огромную многоножку.


"Немного безрассудные, они могут быть кем угодно! Возможно, тебя ищут, назначена награда за твою голову!"


Николсон сказал, что патруль, восемь человек. Я думаю, капитан, что любой, кто хочет поймать меня, отправил бы больше. Иначе я был бы оскорблен."


Он снял маску и вытер лоб. "Казалось бы, немного дешево, всего восемь человек. И нас всегда тридцать, так кто бы послал восемь человек против тридцати? Восемь человек - разведывательный патруль."


Я кивнул. "Чтобы разведать, что и для кого?"


"Разведайте тот лагерь".


Я покачал головой. "Они избежали этого. Теперь они сидят здесь сзади, вне прямой видимости."


"Как будто они ждут, что кто-то или что-то произойдет", - отметил Моран, опустив ботинок на огромную многоножку.


Я вздохнул. "Где-то здесь может быть их целая гребаная компания. Это их страна, помни."


"У них есть хорошая компания солдат?" Моран бросил вызов.


"Ни хрена себе. Они ожидают, что мы будем патрулировать их границы для них."


В липкую жару мы по очереди наблюдали за неподвижным черным патрулем, ожидающим в густых кустах, когда сам патруль чего-то ждал. Слайдер сообщил, что у патруля подняты летательные аппараты, люди отдыхают внизу, выставлена бдительная охрана, но, очевидно, не настолько.


Николсон наконец позвонил. "Один потрепанный старый грузовик, серо-зеленый, с брезентом на кузове, один зеленый армейский джип, одна белая "Тойота", которые сейчас уезжают с заложниками".


"Ожидание".


Я позвонил Свифти. "Конвой направляется к вам. Серо-зеленый грузовик Мерседес, зеленый брезент на кузове, зеленый армейский джип, белый пикап Тойота. Прострели шины, расстреляй черных, затем собери заложников, дождись вертолетов, доложи о раненых - и сообщи мне точную информацию о том, где ты находишься."


"Легко найти решение. Дорога вьется над большой излучиной реки, холмы к югу, к северу в полумиле небольшой холм, обработанная земля, маленькая деревянная церковь - и у нее есть колокольня."


"ОК, хорошо, жди, пятнадцать минут или меньше, пока они доберутся до тебя".


Я позвонил адмиралу Джейкобсу и сообщил ему координаты, попросив его вертолеты немедленно взлететь. Отложив телефон, я приподнялся и посмотрел на север, обнаружив чернокожего солдата с лоснящимся лицом на олене. Я передал: "Приготовьтесь к стрельбе, но я хочу, чтобы были поражены деревья, ни один человек не пострадал. Тридцать секунд стрельбы, затем полная остановка. Защищайтесь, спускайтесь, никакого риска, и они нужны мне живыми. В режиме ожидания."


Моран, Митч и Джинджер заняли позицию, когда я снял ремень безопасности и патронташ, держа в руках рацию.


Я передал: "Кому нужно время, чтобы занять позицию, скажите об этом сейчас". Пока я вглядывался в густую листву, никаких запросов не поступало. "Приготовиться к стрельбе. Трое ... двое ... один ... огонь!"


Раздались трески, адский рев, возникший на небольшом пространстве с высокими деревьями, и я нырнул под упавшее дерево, считая. После двадцати, сбившись со счета, я крикнул: "Прекращение огня!"


Стрельба прекратилась. Радио в моем кармане, я тяжело вздохнул и пошел вперед, подняв руки.


Через двадцать ярдов на меня уставилось испуганное лицо, направленное на меня из винтовки. Я медленно приближался к нему, мои руки подняты, при мне нет оружия или снаряжения, пока я не нашел поляну, которую они использовали.


"Выходите, оружие на землю, мы не причиним вам вреда!" Я закричал. "Выходи сейчас же!"


Несколько лиц появилось из-за деревьев и кустов, крупный сержант встал и пошел вперед, глаза повсюду, АК47 направлен вниз.


Я опустил руки. "Сержант, вы говорите по-английски?"


"Да, сэр".


"Кто ты, сержант?"


"Мы - солдаты Гвинеи, сэр, в разведке".


"Мои люди повсюду, так что опустите оружие". Они сделали, как просили, глаза повсюду. "Что ты делаешь здесь, рядом с этим лагерем?"


"Мы ... нас послали на разведку местности, сэр."


"Попробуйте еще раз и перестаньте лгать мне, или вы все будете убиты очень быстро. Что ты здесь делаешь?"


Они обменялись взглядами.


"Нас послали искать человека из России, сэр".


Мое сердце пропустило удар, глаза расширились. "Ты знаешь имя этого человека?"


"Нет, сэр".


"Его зовут Петров".


Глаза сержанта расширились, его люди перешептывались друг с другом.


"Вы думаете, что могли бы захватить Петрова? Он бы убил вас всех за пять секунд. Кто тебя послал?"


"Майор Мкеле, сэр".


"И его майор выполнял приказы вашего правительства, сержант?"


Сержант опустил голову. "Нет, сэр, я думаю, может быть, и нет".


"Он взял деньги?"


Сержант опустил голову еще ниже. "Да, сэр".


"Этот майор послал ваших людей на смерть, вы ему ничего не должны".


"Кто вы такой, сэр?"


"Меня зовут Уилко".


"Вилко! Мы знаем это имя, английский капитан из газет и телевидения. Что вы здесь делаете, сэр?"


"В лагере к северу от нас есть заложники".


Он кивнул. "Нам сказали не приближаться к лагерю, а искать русских, которые прячутся здесь".


"Тебе понадобится больше тренировок, сержант, чтобы поймать этого, и мои люди окружили тебя так, что ты и не заметил. Итак, у кого этот майор брал деньги?"


"Я не знаю, сэр, но он часть армии, которая захватит власть".


"Возьми власть... в Гвинее?"


"Да, сэр?"


"Армия отнимет власть у правительства?" Я озадачен.


"Да, сэр, полковник Лобанго сделал это так".


"Звучит не так, как будто вы согласны с этим, или как полковник ..."


"Он плохой человек, любит наркотики и девушек, убивает без причины. Мои люди говорят, что мы, возможно, отправимся куда-нибудь еще."


"Сколько мужчин с тобой?"


"В двух милях к западу находится наш лагерь, двадцать человек, восемь будут здесь, сэр".


"И вы лучшие солдаты в Гвинее?"


"Да, сэр, Разведывательная рота".


"Французские инструкторы?"


"Да, сэр".


"Возможно, у меня найдется для вас кое-какая работа, сержант, честная работа. Собирайся, бери своих людей, следуй за мной."


Вернувшись к поваленному дереву, я поднял рацию. "Пальцы прочь со спусковых крючков, эти парни сдаются, все расслабьтесь, но будьте осторожны, это могут быть мужчины из лагеря, вышедшие на приятную прогулку. Отойдите к упавшему дереву."


Когда я снова надел снаряжение, шеренга потных чернокожих один за другим нырнула под дерево, все настороженные, моя команда прикрывала их, но с винтовками, направленными вниз, когда парни из Echo появились с боков.


Я отошел, когда Моран представился сержанту, и позвал Свифти.


Запыхавшийся Свифти ответил: "Да?"


"Это я, ты занят?"


"Застрелил водителей, захватил заложников, но нам приходится тащить этих чертовых заложников, все они чертовски слабы и недоедают".


"Отведите их подальше от дороги и ждите, вертолеты приближаются".


"Пробки на гребаной дороге!"


"Сколько с тобой мужчин?"


"Шестеро плюс я, десять заложников".


"Десять, а не девять?"


"Десять".


"Хорошо, жди там вертолеты, звони, если возникнут проблемы".


Я позвонил Николсону. "Это я. Ты сказал девять заложников?"


"Да, пересчитал их, ясно как божий день".


"Как они были одеты?"


"Все в футболках и шортах. Мы слышали стрельбу, это был ты?"


"Да, мы поймали тех чернокожих, о которых вы сообщили. Что происходит в лагере?"


"Сейчас в буквальном смысле мертвая тишина. Мы убили всех черных, которых смогли увидеть, сейчас никакого движения."


"Будь начеку, что-то здесь дурно пахнет, оставайся на месте, наблюдай за окрестностями, а не только за лагерем".


Я постучал телефоном по подбородку, задаваясь вопросом, кто мог послать этих черных за Петровым, кто был казначеем. Я сообщил о своих людях Стеффану, людям Петрова, и теперь эти чернокожие искали русских мужчин. Я позвонил Свифти.


"Да?"


"Как одеты заложники?"


"Шорты и футболки, они выглядят странно, но я думаю, что это теплая, очень теплая комната, чтобы сидеть взаперти".


"Есть ли заложник, который не так одет, выглядит немного лучше, чем другие?"


"Да, один парень, длинные джинсы, выглядит прилично, грязная рубашка, порез на лице".


"Наставьте на него пистолет, свяжите его, обыщите и отведите в сторону, он идет ко мне".


"Кто он?"


"Не заложник, так что будь осторожен. И обыщите их всех, прежде чем они сядут в вертолет. О, как далеко ты от их грузовика?"


"Тридцать ярдов".


"Уберите грузовик, он может быть подключен к взрыву! И быстро!"


"Над этим".


Отключив телефон, я посмотрел на чернокожих, пока они болтали с некоторыми из наших парней. Мой телефон зазвонил, Николсон.


"Зафиксировано движение на северо-запад, патруль чернокожих солдат, около тридцати человек, во главе с офицером".


"Убейте офицера и второго по старшинству".


Я посмотрел номер сержанта из отряда морских котиков.


Шепчущий голос произнес: "Катовски".


"Это Уилко, у тебя есть компания?"


"Да, только что заметил их, патруль приближался с севера - подождите - человек, ведущий их, только что получил пулю между глаз, человек позади него, кажется, держится за яйца ..?"


Я с трудом подавил улыбку. "Отходи на юг, быстро, возвращайся ко мне. И будь осторожен, в миле к западу от тебя двадцать человек, они еще не должны были двигаться. Пойте, если есть проблема."


Я посмотрел номер, я позвонил сержанту, ответственному за 1ST Батальонный патруль.


"Oui?"


"Это Уилко, где ты?"


"Мы выходим на дорогу, ведущую к лагерю, но видим спрятавшихся людей".


"Отходите ко мне, быстро, будьте осторожны". По радио я сказал: "Круговая оборона, у нас компания!" Я усадил чернокожих группой. Сержанту я сказал: "Чернокожий офицер возглавляет патруль из тридцати человек, с северо-запада, юга ..."


Он был озадачен этим. "Они не говорят, что они здесь, сэр".


Я отошел в сторону и позвонил Николсону. "Это Уилко".


"Мы слышим вертолеты".


Я поднял глаза и огляделся. Янки направляются к заложникам. Что делает этот патруль?"


"Они развернулись и убежали после того, как мы случайно застрелили восьмерых из них. Томо получил четыре вольфрамовых патрона."


Хорошая работа. Теперь атакуйте клейморы и шахты, затем найдите людей, спрятанных вокруг этого лагеря, и убейте их всех."


"Верно, босс".


Я сказал Морану: "Один из заложников был подложным - не уверен, что он сделал бы на американском авианосце, и они знали, что мы напали на лагерь, расставили ловушки. Кто-то пытается разыграть меня."


"Кто-то из разведки?" Моран озадачен.


"Кто-то из русской разведки".


"СВР? Из-за этого довольно сложно понять, кому доверять, учитывая, что они наши враги! " раздраженно отметил он.


"Не враг Петрова", - сказал я ему.


"Кто-то с двойными намерениями?"


"Всегда, капитан, всегда", - сказал я со вздохом.


Сидя в ожидании, мы услышали глухие взрывы за деревьями, люди оглядывались по сторонам. Я передал: "Это Уилко. Николсон и Томо стреляют в клейморов недалеко от лагеря, так что расслабься."


Пока древесные лягушки щебетали друг на друга, мы ждали во влажных джунглях, защищаясь со всех сторон, и через десять минут позвонил Свифти. Заложников нет, небольшая пробка на дороге, зрители смотрят шоу. Этот парень все еще с нами."


"Что он сказал?"


"Что он польский рабочий на шахте. При нем удостоверение личности, польское, но ни у кого другого его не было."


"Больше похож на русского агента, но мне пиздец, если я знаю, что он хотел сделать, когда его удерживали американцы. Мы в миле к югу от того лагеря, быстро добирайтесь сюда, но будьте осторожны, там патрули черных солдат." Я услышал взрыв. "Что это было?"


"Грузовик, в котором находились заложники, и взрыв убил около десяти гражданских, стоявших вокруг!"


"Беги на юго-запад, сейчас же! Собери других волков!"


Положив трубку, Моран спросил: "Что это было?"


"Грузовик, в котором находились заложники, был заминирован, чтобы взорвать, и один из заложников - растение".


Митч и Джинджер обменялись озадаченными взглядами.


Мой телефон зазвонил. "Это Николсон, и мы заметили и убили около семи человек, спрятавшихся, теперь с севера приближается большой патруль чернокожих солдат".


"Те же люди, что и раньше?"


"Нет, другой комплект".


"Возьмите людей за главного, затем спускайтесь и возвращайтесь сюда". Я столкнулся с Мораном. Еще один большой патруль чернокожих солдат приближается с севера, надеясь поймать нас. Или ... поймал мое альтер эго." Я отошел в сторону и позвонил Стеффану. "Это Петров".


"Что случилось с заложниками?" он настойчиво интересовался.


"Теперь с американцами, так что вы можете посмотреть это на CNN".


"И поэтому никакой вины на нас ..."


"Ну, Стеффан, вот в чем дело: я подумываю найти тебя и убить", - сказал я, наблюдая, как большой черный тарантул ползет по дереву.


После долгой паузы последовал вопрос: "Почему?"


"Я говорил вам, что мои люди были недалеко от лагеря, а затем появился патруль чернокожих солдат, которые искали моих людей. Конечно, все эти чернокожие были убиты, некоторых пытали для получения информации. Затем заложником оказалось растение, которого сейчас держат мои люди, собираясь замучить до смерти. Затем лагерь был окружен чернокожими солдатами, которые искали русских мужчин, моих людей, тех черных солдат, которые сейчас разлагают трупы на жаре. Итак, видишь, Стеффан, я подумываю о том, чтобы убить тебя."


"Я ни к чему не имел отношения в том лагере".


"Но..."


"Но... есть те, кто выше меня, со своими собственными планами."


"Возможно, вам нужно упомянуть Москве, что я мог бы заблокировать ваши продажи оружия в Африку или помочь вам. Одно слово от меня, и Либинтов, и Мэлон Убел, и другие прекратят поставки и продажу вашего оружия. Итак, вам нужно подумать, кто над вами играет в игры, и прислушивается ли к ним президент."


"Я не думаю, что президент прислушивается к их мнению, он ваш поклонник".


"Тогда отправь ему отчет. Если это опасно для тебя, я могу устроить тебе жизнь на Западе, новое удостоверение личности, пластическую операцию."


"Спасибо за предложение, но я лоялен Москве", - настаивал он.


"Тогда отправляйся в Москву, потому что в нынешнем виде твое положение дерьмовое, твоя жизнь ничего не стоит".


После долгой паузы последовало: "Я тебе перезвоню".


Звонок закончился, мой телефон сразу же зазвонил. "Это Николсон, и мы приклеили черных, взяли офицеров, и они отступили".


"Хорошо, благополучно спускайся и пройди милю прямо на юг. Попрощайся с этой обезьяной!"


"Сейчас двигаемся".


Я подошел к сержанту разведки. "Вы говорите, что армия Гвинеи двинется на тамошнего президента?"


"Да, сэр, через три дня".


"Хороший ли президент человек?"


"Нет, он брал деньги для своей семьи, его дети учились во Франции".


"Итак, президент никуда не годится, и этот полковник никуда не годится ..."


Сержант пожал плечами и выглядел опустошенным, его угольно-черное лицо блестело от пота.


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Послушайте, в Гвинее вот-вот произойдет переворот, к власти придет полковник. Передай это по очереди и узнай, хочешь ли ты, чтобы мы остановили переворот."


"Да, мы чертовски хотим, чтобы вы остановили переворот, у нас есть интересы в этом! Франция тоже! И нам не нужен нестабильный сосед, окружающий Сьерра-Леоне с двух сторон."


"Возможно, мне понадобится еще несколько человек. Пусть людей из Мавритании и Либерии незаметно перевезут в аэропорт Сьерра-Леоне, вроде как сразу."


"Оставь это мне".


Я помахал своей команде, и мы встали в круг. "Сержант здесь говорит мне, что его полковник собирается свергнуть президента Гвинеи, а Лондон и Париж этого не хотят, так что... мы призовем больше людей и попытаемся остановить переворот. Тем временем, вокруг лагеря расставлены ловушки и патрули, так что они могут трахаться сколько угодно, мы уходим."


"Сколько людей в распоряжении этого полковника?" Спросила Джинджер.


Я помахал сержанту. "Сколько у вашего полковника людей, которые последуют за ним?"


"Почти вся армия последует за ним, сэр. Шесть тысяч человек."


Моран поднял брови. "Нам понадобится больше людей", - сказал он мне.


Джинджер начала: "Кто поддерживает этот переворот?"


"Это ... вот в чем вопрос: " Я сказал им. "Двадцать фунтов на нигерийцев".


Моран увел меня от остальных. "Русские бесятся здесь, в том лагере, пытаясь убить ваше альтер эго и нас, поэтому у них есть некоторое влияние на людей, которые появились - гвинейских солдат, так что... есть ли у Москвы какие-то планы в связи с этим переворотом?"


"Они выбыли из игры на десятилетие, Советского Союза больше нет, денег не так много, чтобы ссать", - начал я.


"Но они любят распродавать свои старые запасы оружия, и наличие здесь плацдарма помогло бы этому!"


Я окинул взглядом пышные зеленые джунгли, задумался и скорчил гримасу. "Если Москва ссыт здесь, то плохо будет всем вокруг. Единственное, что можно сказать хорошего, это то, что у них нет ни рабочей силы, которая когда-то была у КГБ, ни людей на месте. Нет, я бы сказал, что им может понравиться идея, но они ограничены в ресурсах."


Моран возразил: "А если они просто поставляли оружие этому полковнику ..?"


Я кивнул. "Это могло бы склонить чашу весов в пользу полковника, но, похоже, вся армия на его стороне, так что... им пришлось бы противостоять двадцати полицейским и нескольким вооруженным телохранителям. Помощь из Москвы здесь вряд ли нужна."


Николсон и Томо пришли с Генри и Смитти, рассказали о том, что они видели и делали. Мы ждали прибытия Котиков, наконец, 1ST Батальон, и я повел их на юг в хорошем темпе, прямо обратно в LZ, наш новый взвод гвинейских разведчиков следовал за нами. Круговая оборона занята, мы ждали, пока я несколькими звонками направлял Свифти, две пары Волков звонили, поскольку они двигались независимо.


Первыми прибыли две пары, потные и перепачканные, но все улыбающиеся, и, наконец, команда Свифти, их пленник, покрытый кровью и грязью.


"Что с ним случилось?" - Спросил я, когда они бросили его на землю.


"Он не хотел идти", - сообщил Свифти. "Пнул нас, пытался убежать".


Я стоял над человеком. По-русски я начал так: "Скажи мне правду, и, может быть, я позволю тебе уйти отсюда".


Он поднял удивленный взгляд.


Я продолжил: "Менеджеры среднего звена в вашей СВР не имели разрешения от вашего президента пытаться захватить и убить Петрова или разгуливать здесь и убивать британских солдат. Некоторые из нижних чинов в СВР сообщили в Москву о том, что произошло, и о тех, кто к этому причастен ... все, кто вовлечен, заплатят свою цену.


"И если я хочу твоей смерти, все, что мне нужно сделать, это отпустить тебя, вернуться в Москву и предстать перед внутренним расследованием. Я слышал, что российские тюрьмы - не очень приятные места."


Мужчина уставился вверх. "Ты отпускаешь меня?" Здесь?"


"Вы можете вернуться пешком, здесь нет львов или тигров. Должно быть лучше того, что Москва сделает с тобой. Итак ... на кого ты работал?"


Он обдумывал свои варианты, и его окровавленное лицо выдавало тот факт, что он знал, что облажался. "Я работаю на Абрамова, начальника африканской базы, но он неохотно получает приказы от генерала Торопова".


"А переворот в Гвинее?"


"Да, за этим стоит Москва".


"Но Москва не стоит ни за какой попыткой убить Петрова".


"Откуда ты все это знаешь?"


"I"m Petrov." Я поднял оглушенного мужчину, развязал его и отправил гулять на север. Он несколько раз оглядывался назад, но я жестом велел ему продолжать. Через двадцать ярдов, когда он приблизился к линии деревьев, я встретился взглядом со Свифти. Свифти поднял винтовку, подождал, пока наш гость дойдет до линии деревьев, прицелился и всадил пулю в голову нашего гостя, мало кто отреагировал.


Пока мы ждали Чинука, я позвонил Стеффану.


"Da!"


"У меня есть для тебя кое-какая информация. Начальник вашей африканской резидентуры, Абрамов, неохотно принял приказ генерала Торопова попытаться убить меня, а также убить британских и американских солдат."


"Откуда ты это знаешь?"


"Я захватил в плен нескольких ваших людей, пытал их, а затем убил. Меньшее, что я мог сделать, когда их послали убить меня. И теперь, когда вы знаете, кто эти игроки, вы можете отправить свой отчет."


"Я так и сделаю".


"Мои люди покидают этот район, так что... никому не нужно посылать черных, чтобы попытаться найти их. И ... хорошего дня."


С приближением "Чавычи" я отослал морских котиков, французов и Волков, Эхо, чтобы они остались, поскольку это было просто искушением судьбы собрать нас всех вместе.


Когда жужжание "Чинука" стихло, я позвал Дэвида, мужчины лениво сидели вокруг в высокой траве. "Некоторые новости. Начальник Африканского отделения СВР Абрамов неохотно принял приказ генерала Торопова из Москвы попытаться найти и убить этого парня Петрова после того, как мой контакт в СВР сообщил о присутствии Петрова и его людей вблизи этого лагеря в Гвинее.


"Москва ... не хотел, чтобы Петрова убивали, но неясно, хотела ли Москва убийства британских солдат. Что верно, так это то, что Москва стоит за переворотом в Гвинее, который произойдет через три дня."


"Дорогой бог. Если бы кто-нибудь, кроме вас, прислал подобный отчет, я мог бы усомниться в этом, но вместо этого мне, как всегда, нужно выпить чего-нибудь покрепче. Сообщения были отправлены в Мавританию и Либерию, и SAS в Кении перейдет к вам, и были отправлены записки американцам."


"И предполагается, что мы переедем в Гвинею незамеченными, потому что, если лидер переворота узнает о наших передвижениях, он просто отложит переворот на несколько недель".


"Ну, да, я думаю, он бы так и сделал, так что нам нужно было бы рассчитать время - не может же большой отряд сидеть там шесть месяцев".


"Нужно очень тщательно рассчитать время, но у меня есть несколько новых друзей, и они могут помочь. Я завербовал несколько гвинейских солдат, чтобы они работали на нас, их элитную разведывательную роту, восемь человек."


"Ты... завербовал их?"


"Им не нравится их президент, а этот полковник еще меньше, так что... они открыты для вариантов."


"Чинук" вернулся, потный и грязный Эхо поднялся на борт вместе с разведывательной компанией, наши гости выглядели взволнованными. Тем не менее, они профессионально обезопасили свое оружие перед тем, как подняться на борт, и даже моя команда этого не сделала.


Я спустился на брелок и собрал черных, и я не пытался их разоружить. "Если вы, мужчины, хотите работать с нами, вы можете стать частью британской армии, вам будут хорошо платить и пенсия, хорошая еда, хорошие врачи. Или вы можете вернуться в Гвинею, вам не причинят вреда. Потратьте день на то, чтобы подумать об этом, поговорить между собой." Я привел их в столовую палатку, все мужчины нуждались в хорошей еде, за которой следовало чертовски хорошее мытье.


Я поговорил с капитаном, управляющим брелоком, и у него была палатка, достаточно большая для восьми человек. Я сказал ему, что гвинейские солдаты находятся на обменном пункте и что за ними нужно присматривать, а медики должны осмотреть их - после хорошего душа.


Десять минут спустя зазвонил мой телефон, адмирал Джейкобс. Он начал: "У нас есть заложники, телевизионщики в руках, по всему агентству Рейтер уже. Тебе нужна помощь в уборке?"


"Мне нужны все, кого вы можете выделить, с корабля, и ваши люди в Мавритании и Либерии, и на базе Кэмел Тоу".


"Какого черта?"


"Это совершенно секретно, но в соседней Гвинее произойдет переворот при поддержке Москвы".


"Москва! Черт..."


"Нам нужно попасть туда, когда все начнется, или они просто будут ждать, поэтому мне нужны вертолеты наготове".


"Поблизости есть другие корабли, я направлю их к вам, затем свяжусь с Вашингтоном".


После того, как я перекусил и поболтал со своим новым сержантом Тобо, позвонил полковник Мэтьюз.


"Уилко, что за паника?"


"По соседству со Сьерра-Леоне находится Гвинея, и Москва поддерживает там государственный переворот".


"Русские? Они не смогли бы выдержать маленькую пару грудей! Они разорены!"


"У них избыток оружия, и их нужно только сдать".


"Ну, да, похоже, у них действительно есть острое желание наводнить Африку старыми винтовками".


"У нас есть три дня до того, как этот переворот должен начаться, достаточно долго, чтобы Белый дом принял решение".


"А если они скажут "уходи"?"


"У нас есть несколько шпионов, которых можно использовать внутри страны, чтобы засечь это для нас. Затем мы переезжаем границу, это недалеко, вертолеты из ваших ванн, и мы немного пошумим, с несколькими репортерами под рукой."


"Я займусь этим сегодня". Он повесил трубку, оставив меня размышлять о бюстгальтерах для маленькой груди. Маленькая грудь не нуждалась в бюстгальтерах.


Внутри я созвал старших мужчин, разложил карту, изучил Гвинею.


"Ах... гребаный бред", - выдыхаю я.


" Что? " недоумевал потный и перепачканный грязью Моран.


Я тыкаю пальцем в узкую полоску земли. "Это столица, и прямо в конце находится Президентский дворец".


Вмешался Джинджер с чашкой чая в руке: "Десять человек могли бы перекрыть эту дорогу и отрезать гребаную столицу!"


Я кивнул, выглядя угрюмым для окружающих.


Моран отметил: "Лидер переворота отрежет столицу, возможно, люди в лодках окружат Президентский дворец. Все будет кончено через десять минут."


Митч заметил. Такую узкую полоску земли хорошо оборонять, если мы первыми займем позицию, сбежим и пополним запасы морем. Десять человек могли бы удержать эту дорогу, и десять человек также могли бы остановить их. Что это, двести ярдов в поперечнике вот в этом месте?"


"Чертовски узко", - заметила Джинджер.


" И план в том...? " подтолкнул локтем Моран с беспокойством в голосе.


Я начал: "Мы группируем наших людей здесь, всего короткий перелет до района цели, мы отправляем наших новых чернокожих солдат в гражданской одежде следить за дорогами и засекать время для нас, и когда армия выдвигается и вступает в бой - не возвращаясь в казармы, мы приземляемся и устраиваем засаду, старшие убиты, остальные быстро убираются, когда ВМС США издают громкий шум над головой".


Джинджер сказал: "Они бы обосрались, когда над ними пролетают американские самолеты, они, вероятно, никогда их не видели!"


Я кивнул. "У нас есть хороший план - и мы в хорошем положении, все сводится к выбору времени. Если мы доберемся туда слишком рано, или если этот полковник-будущий президент пронюхает, он подождет месяц и попытается снова."


Моран спросил: "А Лондон?"


"Боится потерять статус-кво по соседству", - сказал я ему. "Мы получим людей и ресурсы, о которых просим".


"По крайней мере, это уже что-то", - согласился он. "И нам не нужен какой-то идиот-диктатор по соседству, который мочится здесь".


"А волки?" Спросил Свифти.


"Они дерутся", - сказал я ему. "Иди, введи их в курс дела, британцев".


Он направился к выходу. Я вышел за дверь и позвал Риццо и Слайдера. Риццо был на заднем дворе, срал, Слайдер бегал трусцой по грязной полосе.


"Что случилось?" - Спросил Риццо, застегивая брюки и повесив винтовку на плечо.


"У тебя дерьмо на ботинках", - сказал я ему.


"Жидкое дерьмо и противно", - пожаловался он, бросив взгляд вниз.


"Подготовьте echo к развертыванию, живое задание в Гвинее, но мы думаем, что это будет через три дня. И все янки идут с нами. Слайдер, иди, скажи им, и инструкторы тоже будут сражаться."


"Что случилось?" - недоумевал он.


"Армия в Гвинее по соседству собирается двинуться на столицу, Лондон хочет, чтобы президент-идиот остался у власти, здесь курсирует флот США, и тогда весь ад на земле будет развязан".


"Вот и все для тихой тренировки ..." - выдохнул он, поворачиваясь и убегая трусцой.


Мой телефон зазвонил, бригадир. "Уилко, ты опять вляпался в дерьмо?"


"Риццо по самые уши в жидком дерьме".


"Дерьмо в джунглях, достаточно распространенное. Что за паника?"


"Армия в Гвинее готовит переворот через три дня, Лондон хочет их остановить".


"Так вот почему Херефорд настороже. Я только что говорил с Маршем, и он мобилизует всех, кто может ходить. А как насчет твоей внешности?"


"Мне нужно столько людей, сколько мы сможем собрать, сэр, но это должно быть сделано тихо, без толпы, передвижения только ночью. Полк королевских ВВС, медики, следопыты."


"Сейчас я сделаю звонки, уточню рейсы и разрешения".


"Это будет иметь первостепенное значение, сэр, Кабинет министров будет обделываться из-за переворота".


"Если в Гвинее станет плохо, они будут представлять опасность для наших людей в Сьерра-Леоне и Либерии и для наших интересов там, так что да - обделываются прямо сейчас. Я сделаю это по правилам, поскольку я работаю в директорате UKSF в целом."


Я улыбнулся. "Абсолютно, сэр".


Мой телефон зазвонил сразу после того, как я прервал звонок.


" Уилко, это адмирал Джейкобс ...


"Именно тот мужчина, которого я хотела. Сэр, сколько человек вы могли бы перебросить за час?"


"Оттуда, где ты находишься, в ... куда?"


"Отсюда до Конакри, столицы Гвинеи?"


"Я только что взглянул на карту, и вы примерно в шестидесяти милях к югу от нее, так что ... скажем, восемь доступных птиц, шестьдесят человек переброшены за один час".


"У нас также есть два чинука и две французские пумы, так что это еще по меньшей мере шестьдесят человек, сэр".


"Сколько человек нужно перевезти?" - спросил он.


"Двести или триста, сэр, в зависимости от того, доберутся ли они сюда вовремя".


"Итак, две или три поездки".


"Первые люди, оказавшиеся внизу, будут немного уязвимы, сэр, но они смогут продержаться час".


"Вам нужны наши морские пехотинцы?"


"Да, сэр, сколько у вас их?"


"Двести из них скучали на корабле!"


"Подготовьте их все для вставки через три дня, но это целевое время может измениться, зависит от полковника-переворота и его расписания игры в гольф на этой неделе".


"Он играет в гольф?"


"Он хочет этого весь день напролет".


"Да, ну, Вашингтон хочет расстроить его планы, мы только что услышали".


"Кто у вас на базе Кэмел Тоу, сэр?"


"У меня есть люди, которые собираются смениться, так что вы можете взять людей, предназначенных для этого, свежих людей, они только что приземлились в Нигерии. Сорок зеленых беретов."


"Убедитесь, что они все держат язык за зубами, сэр, и придумайте какую-нибудь историю, скормите ее нигерийцам, какие-нибудь неприятности на Ближнем Востоке, куда они направляются".


"Хорошо, я сделаю несколько звонков сейчас. А "Морские котики" базируются там, где ты сейчас?"


"Они заслужат свое содержание, сэр".


"Причина звонка, у меня есть два "Геркулеса" в Мавритании, которыми вы можете воспользоваться - гребаная съемочная группа сидела там, ожидая какого-нибудь действия, загорая".


"Тогда, я думаю, вашим котикам следует занять для меня позицию сзади, включив камеры. Они могут проложить мне дорогу."


"Ценю это. Я пошлю птиц."


"Не делай этого, их увидят. Рассчитайте время так, чтобы они приземлились и заправились после наступления темноты в день акции, а затем на моем FOB - не в здешнем аэропорту."


"Хорошо, я проинструктирую их сегодня, но они не под моим командованием, ваш полковник Мэтьюз должен это подписать".


"Я поговорю с ним о них, сэр. Как насчет маленьких лодок?"


"У нас дерьмовая куча надувных лодок, но нет десантного катера".


"Поставьте перед отрядом морской пехоты задачу высадиться на берег на надувных лодках, сэр, если позволит погода, с фотоаппаратом под рукой, сэкономьте на необходимых вертолетах".


"Они справились с этим, никаких проблем с береговыми рейдами, они провели два учения у берегов Мавритании, рядом с теми нефтяными платформами, которые мы спасли".


"Превосходно, сэр, у нас есть начало плана".


"И план в том...?"


"Мы подождем, пока Гвинейская армия будет задействована, мы проникнем внутрь, убьем старших офицеров, а остальная армия очень быстро уберется восвояси. Земля выгодна нам тем, что город похож на Манхэттен, длинный и тонкий, и мы можем провести поперек него линию."


"Я видел карту, да, и если бы тамошняя армия окопалась в том городе, у нас было бы дерьмовое время, пытаясь их оттуда вывести".


"Если вы найдете Президентский дворец на карте, к западу есть открытое место, где можно высадиться, какой-нибудь причал".


"Парни сейчас этим занимаются", - заверил он меня.


"Я чувствую, что скоро будет двухчасовой специальный выпуск CNN, сэр".


Он рассмеялся. "Чертовски надеюсь на это!"


Я подошел к американским волкам и инструкторам, когда они собрались вместе, разговаривая со Слайдером, новичком здесь с Паркером. Все они повернулись ко мне, когда я приблизился к ним. "Хорошо, поднимите руки те, кто думает, что я подстроил этот кризис, чтобы вы пошли сражаться?"


Они все подняли руки, но при этом ухмыльнулись, Слайдер засмеялся - его рука была поднята.


"Мы получили информацию, что плохо оплачиваемая и плохо руководимая армия в соседней Гвинее хочет нового президента, не обращая внимания на выбор избирателей, поэтому они намерены двинуться на столицу. Лондон и Вашингтон хотят их остановить, и я уверен, что Париж тоже этого хочет, иначе наши люди здесь окажутся в опасности. Итак ... мы идем сражаться."


Я указал на Волка. "Как остановить патруль африканских чернокожих?"


"Выстрелите ответственному офицеру в яйца, сэр".


Они смеялись.


"Правильно", - сказал я им. "Пристрели главного, а остальные быстро отваливают. Итак, когда придет время, стреляйте в офицеров, стреляйте в сержантов, затем стреляйте в любого, кто выглядит увлеченным, оставьте мужчин убегать домой к толстым женам. Все просто."


"Когда мы приступаем к развертыванию?" - спросил командующий капитан, который все еще выглядел обеспокоенным, несмотря на свой опыт на базе Кэмел Тоу.


"Три дня, с тех пор как полковник, ответственный за этот переворот, получил свое блестящее новое оружие и немного боеприпасов для стрельбы. Сюда направляются другие подразделения, сорок "Зеленых беретов", плюс двести ваших увлеченных молодых морских пехотинцев с короткими стрижками, готовых присоединиться, "Морские котики" здесь, плюс французская команда. У нас должно быть триста человек или больше."


"Сколько у них ...?" - настаивал капитан.


На бумаге - шесть тысяч.


Они обменялись взглядами.


Вставил Слайдер: "Узкие улицы, крыши, стрельба на расстоянии, они нас не увидят и не успеют выстрелить, и как только главный умрет, они все уберутся восвояси. Не похоже, что это открытое поле, а это Ватерлоо."


" Вода в туалете чего? " послышался американский акцент.


Слайдер покачал головой. "Битва при Ватерлоо, ты, гребаный крестьянин. Прочитайте книгу!"


"1815", - вставил новобранец Мерфи. "Наполеону надрали задницу".


"Отличная работа, Мерфи", - похвалил я. "Стоит прочитать эти книги в мягкой обложке в самолете". Я поднял голову. "Старшие, забудьте о тренировках в джунглях, я хочу снайперскую стрельбу на расстоянии, командную работу, много израсходованных патронов, немного фитнеса, хорошую выпивку каждый вечер, много еды, проверяйте ноги, проверяйте, нет ли дерьма. Когда мы что-нибудь узнаем ... ты что-нибудь узнаешь."


Я оставил их наедине с этим и пошел обратно к зданию, теперь вокруг брелка виднелась толпа мужчин.


Моран вышел, увидел меня и изменил направление. "А как насчет РПГ и 66 мм?"


"У них будут грузовики, джипы, возможно, несколько бронетранспортеров, но никаких танков". Я поднял палец и перезвонил Тинкер на GL4. "Тинкер, достань мне статистику по Армии Гвинеи ..."


"Есть это здесь".


"У них есть танки?"


"Старый Т55, несколько дюжин, несколько французских легких танков, которые действительно могли бы подойти, несколько 105-мм на джипах".


"Сколько человек?"


"На бумаге девять тысяч, лучшая из которых - Республиканская гвардия, шестьсот хорошо обученных людей, привыкших подавлять любую политическую оппозицию в сельской местности, люди вокруг столицы лояльны президенту".


"И эти люди верны президенту?"


"И да, и нет. Да, они - приспешники, используемые для подавления масс, но полковник, которого вы упомянули, был главой этого, пока его не сдвинули с места несколько месяцев назад, и разведка говорит, что его старые приятели верны этому полковнику."


"Самолет?"


"Несколько старых французских вертолетов, не вооруженных, несколько старых Ми-8 с ракетами".


"Расположение солдат?"


"Большинство из них находятся на севере страны, держа сельских жителей в узде, сомневаюсь, что они оставили бы сельскую местность в покое и отправились бы в столицу на фестиваль сосисок".


Я улыбнулся. "Праздник сосисок?"


"Любимый термин Рокко для черных", - сказала мне Тинкер.


"Просмотрите армейский инвентарь, особенно то, что находится вокруг столицы, перезвоните мне завтра." Положив трубку, я сказал Морану: "Какой-нибудь старый T55, какой-нибудь старый Mi8".


"T55? Я мог бы остановить T55 с помощью пистолета, " усмехнулся он, уходя.


Час спустя шумно прибыли "Чинуки", пятьдесят французов 1ST Батальон уходит со своим снаряжением, людей грубо выволокли со своей базы на востоке Либерии. Я поприветствовал их майора и его капитанов, многие лица мне знакомы, затем извинился за отсутствие палаток - людям предстояло провести два дня на линии деревьев. Но, по крайней мере, у нас была для них палатка-столовая.


С людьми на линии деревьев я сгруппировал офицеров и объяснил ситуацию, обеспокоенный тем, что сержант валлийской гвардии предложил нам палатки - они только что прибыли.


"Ну, черт возьми, британская армия организована для разнообразия", - сказал я сержанту. "Пусть они расположатся здесь, возле линии деревьев".


Французские солдаты расположились лагерем, установили шесть старых зеленых палаток, но они не были бы очень водонепроницаемыми, если бы у нас был шторм, некоторые мужчины решили использовать мухобойки на деревьях.


Генри подошел ко мне с телефоном в руке, когда брелок начал выглядеть занятым. "Французское эхо": два отряда из Мавритании, один отряд из Кэмел Тоу, и один отряд в Либерии, но все они "подхватили дизентерию".


Риццо тоже, поэтому мы обходимся. А Либан?"


"Он родом из Парижа, вышел из-за письменного стола", - сказал Генри с усмешкой.


Мой телефон зазвонил, когда я стоял, наблюдая, как французы устраиваются поудобнее.


"Это Мортен, ты на брелоке?"


"Да. Когда ты путешествуешь?"


"Скоро "Тристар" отправится в Мавританию, тебе "Геркулес" - приземлиться на ФОБ в кромешной тьме!"


"Нам нужна секретность, и полоса здесь в порядке, не паникуйте. Кто с тобой?"


"Большая часть из 2-й эскадрильи, около шестнадцати моих, и те парни из "Следопытов" - их около двенадцати".


"Тогда увидимся позже, наслаждайся поездкой на Геркулесе".


"Ha! Чушь собачья!"


Я подошел к палатке столовой, где были замечены наши новые чернокожие рекруты, пользующиеся душем. Я нырнул внутрь, в темный салон. "Старший мужчина!"


"Здесь, сэр".


"Доберись до Фритауна, раздобудь дополнительные припасы, которых хватит на триста человек, или купи их в местном городе".


"Нам доставляют это каждое утро, яйца и цыплят, муку и хлеб".


"Тогда возьми еще, будь готов к полуночи".


"Мы ... э-э ... ожидаем неприятностей, сэр?"


"Не здесь, мы все уедем в Гвинею через несколько дней. Тогда тебе придется какое-то время кормить всего дюжину человек."


"Оу. Верно, сэр."


Я оставил их с обеспокоенным видом и поднял голову на яркое солнце: американские волки двигались и стреляли в конце нашей взлетно-посадочной полосы на полигоне.


Мой телефон зазвонил. "Уилко, это Кастилия".


"Капитан Кастилия, вы уже вымыли песок?"


Это заняло некоторое время, а потом нам всем стало по-настоящему скучно здесь" на Кипре. Тем не менее, несколько хороших пляжей, немного холодного пива."


"Ты спускаешься?"


"Заправил самолет "Гольфстрим", скоро вылетаю".


"Приземляйся в аэропорту FOB, не попадайся на глаза".


"Мне придется приставить пистолет к голове пилота".


"Сделайте это, но у вас небольшой отряд, поэтому, если вы приземлитесь в аэропорту, об этом могут не сообщить плохим парням".


"Сейчас я поговорю с пилотом, сообщу ему плохие новости. Полагаю, у пожарной машины нет посадочных огней ..?"


"Ни хрена себе, но мы можем разводить костры в нескольких местах. И у нас есть палатка для столовой."


"Что ж, пока у вас есть палатка для столовой, мы совершим аварийную посадку как раз вовремя, чтобы перекусить".


"ОРЕОЛ внутри, ленивые ублюдки". Я отключил звонок.


Внутри, на столе с картами, Моран указал. Аэропорт находится в нескольких милях от Президентского дворца, в начале полуострова, и они захотят захватить его - помешать любому вылету. Итак, там сосредоточены большие силы."


"Да", - согласился я. "Я бы хотел захватить это, а также местные теле- и радиостанции, чтобы они были разделены".


"А главный человек?" Митч настаивал. "Где он был, координируя все это?"


"Я говорю о телевизионной станции", - сказал я им. "Заявлять о победе перед старым президентом - значит остывать в земле".


Моран предложил: "Итак, у нас есть снайперы возле телестанции, снимайте его, пока он накладывает грим".


"Ружья для слонов", - предложил я. "Сбил его машину".


Джинджер спросила: "Есть какие-нибудь высотные здания?"


"Понятия не имею", - сказал я им. Я послал за сержантом Тобо. Он приветствовал меня, когда прибыл. Указывая на карту Конакри, я спросил: "Есть высокие здания?"


"Некоторые апартаменты на десяти этажах, сэр, телебашня высокая, но металлическая. В большинстве случаев три на четыре этажа, сэр. "


"Ты знаешь телевизионную станцию?"


"Да, сэр". Он указал на это, в центре города.


Я встретился с ним лицом к лицу. "Ты хочешь вступить в британскую армию, твои люди обсуждали это?"


"Да, сэр, мы счастливы быть с вами".


"Тогда твоя первая работа будет нашими глазами и ушами в городе. Мы достанем тебе гражданскую одежду, немного денег и завтра отправим в город, посмотреть телестанцию, главные дороги в город и Президентский дворец - плюс казармы, конечно."


Я восемь раз записал свой номер спутникового телефона и номер телефона капитана Морана на клочках бумаги и передал их. "Ваши люди пользуются местными телефонами, чтобы звонить по этому номеру и докладывать, но я достану вам также несколько спутниковых телефонов".


"Да, сэр".


"Ты хорошо знаешь город?"


"Да, сэр, большинство солдат ди родом из Ди-Сити, сэр, а не за его пределами".


Я достал тысячу долларов мелкими купюрами и протянул их, его глаза расширились. "Обмен на местные деньги ..."


"Доллар был бы лучше, сэр".


"Дайте своим людям денег на еду и питье, монеты на телефон, мы высадим вас недалеко от границы на рассвете".


Он отдал честь и ловко повернулся.


"Местная разведка", - одобрила Джинджер. "Что ты будешь делать с этими людьми потом?"


"Сейчас они часть Echo, но базироваться будут здесь. Когда мы выполняем работу ... на них в первую очередь обращают внимание."


Митч заметил: "Нельзя посылать бледнолицего в джунгли посидеть в местном кафе, кроме Самбо, - и он бы до смерти напугал местных".


Я кивнул. "Все эти чернокожие также проходили парашютную подготовку".


Моран отвернул голову к стене, затем снова повернулся ко мне, нахмурившись. "Американские волки, мы снова бросаем их в дерьмо, и предполагается, что это тренировка для них".


"Это тренировка", - сказал я ему. "Обучение без отрыва от производства".


"Городские уличные бои", - пожаловался Моран. "Предполагалось, что это тренировка в джунглях!"


"Так и есть", - настаивал Митч. "Бетонные джунгли".


В сумерках "Геркулес" ВВС США с грохотом приземлился, люди первыми выехали на грунтовую полосу, и сорок "Зеленых беретов" спустились с большим количеством снаряжения, Зеленщик приветствовал их - и дразнил своих старых приятелей.


Когда "Геркулес" отключили, мужчин повели к палаткам - для всех не хватило места, Грини привлек мое внимание. "Главный майор - настоящий придурок. Вест-Пойнт, засунь голову ему в задницу, следи за ним, сэр."


Я кивнул, когда мы потеряли свет, вскоре найдя несколько комнат для его офицеров и унтер-офицеров, эти люди вскоре стояли вокруг стола с картами, когда был предложен дерьмовый британский чай.


Майор-новичок, Моргенсен, холодно посмотрел на меня и заметил: "У вас есть оперативный контроль на местах ..." На вид ему было чуть за тридцать, на его приятном лице не было никаких отметин; он никогда не подвергался ударам. Я мог представить его стоящим с коктейлем в руке.


"Я делаю то, что делал на базе Кэмел Тоу, и на моем телефоне есть прямой набор номера на E Ring и в Лэнгли". Я ждал.


Через мгновение он выпятил подбородок и спросил: "И какой здесь план?"


Я постучал по карте. По данным разведки, полковник, командующий частью Гвинейской армии" готов совершить переворот, а в здешних краях переворот - такое же обычное дело, как заваривание чая. Предполагается, что он переедет через три дня, что согласуется с полученными нами сообщениями о доставке оружия в то время.


План состоит в том, чтобы собрать как можно больше людей здесь, на ФОБ, затем, когда мы увидим движение вокруг Конакри - столицы Гвинеи, - мы полчаса летим на север и приземляемся, размещаемся в высоких зданиях и стреляем в руководителей переворота. Когда полковник и его старшие сотрудники будут мертвы, рядовые уберутся восвояси - как мы много раз видели в Африке. У них не очень хорошая мотивация."


Он обдумал это. "И где бы ты хотел, чтобы мои люди?" Они были его людьми.


"Есть несколько ключевых мест, но я не буду принимать решение, пока у нас не будет представления о том, где находится армия. Если они застрелят президента до того, как мы наденем ботинки, всему конец.


"Вот телевизионная станция, которую, как мы думаем, возглавит полковник-переворотчик, захваченный аэропорт, чтобы помешать вылету президента, Президентский дворец, затем контрольный пункт. Люди, оказавшиеся в критическом положении, отключат президента и изолируют его - если только у президента нет яхты или скоростного катера.


"Если бы я был полковником повстанцев, я бы захватил аэропорт одновременно с теле- и радиостанциями, и я бы отрезал Президентский дворец, быстрый ход, чтобы захватить президента для красивого показательного процесса.


"Скорее всего, мы увидим лазутчиков, передвигающихся на гражданских грузовиках перед главной атакой, но у нас есть козырь в рукаве - отряд гвинейских солдат, завербованных на нашу сторону. Завтра они отправятся в город и доложат нам.


"Что касается ваших людей, мы хотим, чтобы хорошие снайперы занимали высокие посты в командах, им был отдан приказ стрелять в старших армейских офицеров и сержантов, просто так".


"А если они застрелят не тех людей?" он нажал.


"Тогда Гвинейской армии нужно будет набрать еще несколько офицеров", - съязвил я. "Но мы бы идентифицировали этих людей ... как ведущих своих солдат к Президентскому дворцу и пугающих местных жителей, а не стоящих на блокпостах для защиты Президентского дворца. План состоит в том, чтобы поговорить с действующим президентом до начала акции и попытаться определить, кто с кем сражается."


"Похоже, мы могли напасть не на тех офицеров".


"Мы могли бы." Я ждал.


Он изучал лица. "И нас бы потом призвали к ответу".


"Вашингтон, Лондон и Париж приказывают нам сделать это, у нас мало информации, но у нас есть свои мозги, чтобы использовать их. Мы делаем все, что в наших силах, используя то, что у нас есть, и то, что мы знаем, именно так это всегда и получается. Как в Сомали, 1993, хорошо спланированный провал."


Он надулся. "Я был там, потерял нескольких хороших людей".


"Тогда, может быть, ты кое-что узнал о хаосе войны", - нахально сказал я ему. "Мы составляем план, когда видим движение на земле, и грандиозный план здесь был бы выброшен в окно в ту же секунду, как армия высадится на лодке, а не въедет на автомобиле".


"У них есть лодки?"


"Хуй знает, разведданные невелики, и никто не знает, что на уме у лидера переворота".


"Мы могли бы приземлиться и защитить президента, отпугнуть незваного гостя".


"И как долго ты бы ждал? Неделя, шесть месяцев? У Вашингтона есть терпение к тому, что в солдат-миротворцев стреляют каждый день в течение года, не так ли? Проверь это на букву "Е", дай мне знать, чем это у тебя закончится."


Он бросил на меня раздраженный взгляд. "Я проверю линию".


"Не трать свое время, они просто направят тебя обратно ко мне. Но если у тебя есть сомнения ... Я оставлю твоих людей здесь, пока мы пойдем выполнять твою работу за тебя. Ты мог бы загореть." Я ждал.


Митч вставил: "У людей Уилко есть девиз подразделения, сэр. Мы пришли сражаться, а не читать об этом в мягкой обложке."


Я мог видеть, как капитаны-новички бросают взгляды на своего майора.


"Как я уже сказал, я проверю линию", - с несчастным видом заявил он и вышел.


Прибыло больше палаток, что было хорошо, но также начался дождь, что было плохо. Мне позвонили из аэропорта в 2 часа ночи, когда я спал, "Гольфстрим" кружил, облачность была низкой, пилот не был счастливым зайчиком. Я включил все фары, припарковал джипы там, где их фары могли бы принести хоть какую-то пользу, а "Гольфстрим" пролетел над нами и хорошо все рассмотрел. Поскольку дождя сейчас не было, я надеялся, но на полосе были лужи.


Он выровнялся, покачнулся, просто миновал деревья и благополучно сел. Десять минут спустя ко мне подошла вереница мужчин, Кастилия впереди, самолет стоял там с включенными огнями.


"Мы не можем развернуть самолет", - начинался его темный силуэт. "И его нельзя отбуксировать назад, его нужно толкать".


"Нам нужна эта полоска для большего количества мужчин и наша вставка, так что, если понадобится, я выброшу ее в гребаную реку. Вернитесь назад и посмотрите, есть ли у пилота какие-нибудь идеи."


Он повел своих людей обратно после того, как кит был брошен возле брелка. В конце концов он сообщил: "Если достаточное количество людей надавит на переднее крыло, все будет в порядке, ослабьте ее прямо сзади".


"Ты будешь популярен", - предупредил я его, а затем разбудил американских волков, офицеров и сержантов. С помощью нескольких валлийских охранников мы все оттолкнули тяжелый самолет назад, пилот управлял носовым колесом, полчаса израсходовано, приближается "Геркулес".


Теперь, с некоторым отчаянием, мы позвали больше людей и оттолкнулись сильнее, прямо к деревьям, двигатели ожили, когда "Геркулес" пошел на снижение. "Геркулес" велел "Гольфстриму" сидеть смирно и чуть не подрезал "Гольфстриму" хвост, когда тот приземлялся. Мужчины и экипировка вышли, плюс женщины-медики, "Геркулес" легко отключился и исчез.


Рев с запада, яркие огни, и пустой "Гольфстрим" набрал ход, разбудив тех, кто все еще спал, выключил тормоза, и он с ревом пронесся мимо меня и задрал нос, вскоре превратившись в просто мигающий огонек в темном небе.


Я повернулся, выдохнул с облегчением и поприветствовал Мортена и его команду, объяснив, что для них нет комнат - к большому нытью, и даже палаток - к еще большему нытью. Я поселил их в их старых комнатах после выселения новеньких офицеров, капитанов, объяснив, что врачи имеют приоритет.


2-ю эскадрилью приветствовали, провели краткий инструктаж, и они захватили участок леса в дальнем конце, Следопыты были рядом с ними.


Джип у главных ворот, и мне позвонили, мужчина предложил нам гражданскую одежду, Самбо поздно вечером отправился за покупками в своей собственной гражданской одежде.


Я заплатил за одежду долларами, которых хватило бы на двадцать человек, и отослал местных, Самбо и валлийских охранников заносить одежду внутрь. Я разбудил наших шпионов, и, будучи с любопытством замеченными в командной рубке, они сняли свою форму и надели одежду, но все мои шпионы оставили свои ботинки, чтобы надеть их обратно.


Готово, выданы дополнительные деньги, нет спутниковых телефонов для раздачи, кроме одного для сержанта Тобо, я дал им свои инструкции, люди разделились на пары, и они должны были навестить родственников в городе, многие из этих родственников с высокими квартирами на хорошем посту, телефонные линии, которые будут использоваться, поскольку сплетни дома были подхвачены.


Французская "Пума" приземлилась, координаты на карте указаны, члены экипажа озадачены тем, что чернокожие в штатском сейчас поднимаются на борт, и с нее взлетели.


"Они безоружны?" Спросил Слайдер, стоя рядом со мной.


"Пистолеты под мышками, вот и все", - сказал я ему. "Они не могут разгуливать в штатском с автоматами AK47".


"Ты доверяешь этим людям?"


"Не на 100%, нет, но мы подождем и увидим". Я встретился с ним лицом к лицу. "Посмотрим, переметнули ли их на нашу сторону хорошая еда, душ и немного денег от правительства Ее Величества".


"Должно быть, это лучше, чем работать там за гребаные десять долларов в месяц!"


На рассвете подъехали грузовики, три палатки были разгружены множеством рук, и это были палатки-монстры с алюминиевыми ребрами жесткости. Зевая, мы размещаем их за палаткой столовой, рядом со 2-м эскадроном. Это заняло час, но монтаж шел прямо вперед, готовые палатки были немного покосившимися, но огромными. Я выделил одну палатку 2-му эскадрону и "Следопытам", одну - "Зеленым" - мужчинам для поочередного сна и оленеводства, одну палатку выделили французам.


Рядом со мной появился Моран. "Одна большая бомба прикончит многих из нас".


Я кивнул, обеспокоенный приведенными здесь цифрами. У меня был 2 эскадрон, который начал охоту на реке, на юге Франции, мой отряд патрулировал север, американские волки расставили точки засады на северной линии деревьев и на дороге.


На вершине Николсон только начал свой оленьий поход, я заметил оживленного Фоба, теперь обеспокоенного, но, по крайней мере, все мужчины были разбросаны по территории шириной в тысячу ярдов, многие на патрулировании.


Когда "Чинук" приземлился, это был бригадир Дин, плюс несколько мандаринов МОД и ДЖИК. Я громко вздохнул, обменявшись взглядом с Николсоном, прежде чем спуститься вниз. Я отсалютовал бригадиру перед брелоком, когда он тащил свой зеленый вещмешок, бригадир теперь в зеленой боевой форме, с пистолетом на бедре.


"Сэр..?"


Он оглянулся на сотрудников JIC. "Лондон почувствовал, что это была ... крупная операция и она могла выйти из-под контроля".


Я кивнул. "И они почувствовали, что я могу никого не оставить там в живых".


Он насторожился, когда JIC приблизился, старики выглядели разгоряченными и обеспокоенными.


"Проходите внутрь, джентльмены", - сказал я им. "Мы попытаемся найти немного места, но пространство сейчас на вес золота, много теплых тел. Нет обслуживания в номерах, нет мини-бара."


Медики предложили пойти со 2-й эскадрильей, поскольку большая часть 2-й эскадрильи все равно была на связи, места освободились, раскладушки заняли мужчины, более подходящие для лондонских кафе.


За столом с картами я представил бригадира тем, кого он не знал, затем указал на особенности города Конакри, JIC весь внимание.


Наконец-то офицер JIC спросил, и я мог бы засечь время: "И какой у вас план, майор?"


План состоит в том, чтобы действовать, когда мы узнаем, какова ситуация на местах. У нас есть американские вертолеты в море, некоторые из наших здесь, и мы можем быстро перебросить большое количество людей в Гвинею, на шестьдесят миль.


"Этим утром мы внедрили шпионов в столицу, и они предупредят нас о передвижении, но мы знаем, что послезавтра полковнику, стоящему за переворотом, будет доставлено оружие, которое, вероятно, немного лучше, чем старые ржавые винтовки, которые у них сейчас есть. Итак, это предполагает несколько дней, прежде чем он сделает свой ход.


"Когда он сделает свой ход, он захочет захватить аэропорт, теле- и радиостанции, затем Президентский дворец - прямо здесь, в конце узкой полосы".


"Эту узкую полосу, похоже, легко защищать", - заметил толстый старый мандарин из JIC. И он ждал.


"Вы хотите, чтобы мои люди сидели там следующие десять лет, готовые к этому перевороту и тем, что последуют?"


"Ну ... нет, это было бы пустой тратой вашего времени ..."


"Итак, мы рассчитываем время правильно, выдвигаемся, на один день действуем, возвращаемся".


"А если ты не рассчитаешь время правильно?"


"Затем в соседней стране одного продажного идиота заменяют вторым продажным идиотом". Я задержал на нем свой пристальный взгляд.


"Нам нравятся существующие продажные идиоты", - раздраженно отметил он.


Я взглянул на бригадира. "А мои приказы из Лондона..?"


"У вас есть оперативный контроль на местах, но мы хотим видеть план - в деталях, - потому что в нем участвуют многие подразделения и гражданские лица на линии огня".


"У меня должно быть лучшее представление о том, в чем заключается план ... завтра", - сказал я им.


Я показал бригадиру душевые - предлог, чтобы побыть с ним наедине. "Итак, какова здесь реальная история, сэр?" Я спросил его.


Он вздохнул, оглядел палатки и скорчил гримасу. "Они уверены в тебе, но это будет большое шоу, я думаю, здесь будет самая большая группа мужчин со времен войны, люди нервничают из-за американского вмешательства".


"Нервничаешь из-за игры в вину", - подтолкнула я.


"Ты знаешь, как это работает, и на что похожи политики, ты был тем, кто учил меня этому, когда я принял командование полком".


"И сдерживание в Лондоне, пустые разговоры?"


"Предполагается, что это совершенно секретно, но здесь много подразделений, так что вероятность ошибки реальна".


"У меня есть наблюдение в городе, так что мы получим некоторое предупреждение о движении. Они ... доверяют мне?"


"Глупый вопрос. Они доверяют вам гораздо больше, чем следовало бы, чем должен быть любой мужчина, но это не маленькое спасение заложников."


"Они беспокоятся, что я оставлю большое количество трупов?"


"Взгляните на репортажи прессы из Camel Toe! Люди, читающие новости за завтраком, думают, что ты в одиночку убил тысячу человек, некоторых своими зубами!"


Я кивнул, оглядывая линию деревьев и французских мужчин там. "Я всегда знал, что моя искаженная репутация станет проблемой, просто не уверен, чем эта работа отличается от других ..."


"Вы едете в многолюдный город с миллионным населением, поэтому Лондон обеспокоен не столько вами и вашей командой, сколько другими подразделениями, стреляющими по гражданским".


Проходя мимо, мужчины отдавали честь бригадиру и мне.


"Где завсегдатаи?" он спросил.


"Сел в Мавритании, команды из Кении на пути сюда".


"Тогда давайте надеяться, что никто из этой компании не разбрызгает это повсюду".


"Полковник Марш поджарит их заживо, если они это сделают, он ни хрена не потерпит в Лондоне из-за людей".


Я кивнул. Полковник Ричардс никогда не был таким. Возможно, ему следовало быть."


"Роулсон был жесток с ними, поэтому мне не нужно было быть плохим парнем", - отметил он. "И Марш приказал этим бывшим членам, находящимся под двухлетним арестом, сдать пистолеты - или вызвать полицию. Поддерживаете ли вы связь с президентом Гвинеи?"


"Нет".


"Нет?" - спросил он, широко раскрыв глаза.


"Не могу доверять этому ублюдку. Один глоток этого, и он опустошает банки и улетает со своей семьей."


"И это тот клоун, ради которого мы рискуем людьми?" - с несчастным видом спросил он.


"Да, сэр, точно так же, как бывший президент здесь. Он взял деньги, и все они нечестные."


"И когда ты приземлишься на лужайке Президентского дворца..?"


Я улыбнулся. "Тогда старик мог бы заметить нас, да".


"И Лондон ничего ему не сказал?"


"Я просил их не делать этого, и я надеюсь, что нет, потому что у нас будет только один шанс убить полковника переворота. И некоторые из ближайших помощников президента, должно быть, передают полковнику, совершившему переворот, обещанные деньги в банке."


"Да, это было бы рискованно", - согласился он. "Просто чертовски странно, что мы не доверяем парню, которого собираемся защищать!"


Я проверил нашу защиту, на всякий случай, прогулявшись по периметру, прежде чем урвать два часа. кип. Когда я проснулся, мой телефон зазвонил, когда я сидел в нашей комнате, Свифти готовил пиво, его волки вышли на патрулирование.


" Алло? " раздался бас-баритон африканца. "Майор Вилко?"


"Да".


"Сержант Тобо, сэр".


"Ваши люди на месте?"


"Да, сэр, но президент, он идет на телевизионную станцию, и теперь снаружи стреляют".


"Ах... черт". Свифти обеспокоенно поднял голову. "Попробуй подобраться поближе, узнай, как обстоят дела, перезванивай мне каждые полчаса или если что-то случится". Я встал, отложив телефон. "Верните всех сюда и приготовьтесь к выходу!"


Внизу я крикнул: "Отзывайте все группы, будьте готовы задействовать всех людей, когда сюда прибудут вертолеты, переворот только начался!" Я вышел на улицу и позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, переворот начался рано, мне нужны эти вертолеты, задержите морских пехотинцев, но держите их наготове, президент там может быть мертв через несколько минут, он заперт на телевизионной станции и принимает на себя встречный огонь".


"Что ты будешь делать?"


"Придумаем это по ходу дела, может, просто развернемся, сэр. Дайте мне вертолеты!"


Я позвал капитана Харриса, когда мимо меня проносились люди. "Это Уилко, и там сражаются за город, Конакри, президент заперт на телестанции, сражаясь снаружи. Заправь мне "Чинуков" для полета и французских "Пум", как можно быстрее, и пусть Лондон посмотрит новости из Гвинеи, мы можем добраться туда слишком поздно."


Я поспешно набрал цифры, когда новички начали выстраиваться, французы вступали, американские волки были готовы, Дельты формировались как команда.


"Кабинет министров".


"Это Уилко в Сьерра-Леоне. Немедленно отправляйтесь к премьер-министру, переворот начался рано, президент заперт в здании телестанции. Мне нужно подтверждение сигнала "Вперед" и что делать, если президента убьют. Перезвони мне быстро". Я повесил трубку.


Бригадир вышел ко мне. "Что ты будешь делать?"


"Соберите большую команду на крышах возле телестанции, и если президент все еще жив - а я смогу с ним связаться - мы нападем на солдат и измотаем их, а потом будем судить по ходу дела. Я попросил премьер-министра подтвердить сигнал "Вперед" и что делать, если президент уже поджарен."


"Боже, что за ситуация", - пожаловался он. "Такая крупная операция, как эта, требует планирования, и вот мы ее проводим".


"Плохие парни в мире не ждут, пока мы подготовимся, сэр, мы работаем по их расписанию. Ты можешь заставить дрочил там потише?"


"Если премьер-министр не возражает, к черту все, что они могут сделать. Они работают на него!"


Я позвонил Морану и сказал ему удвоить время, то же самое для Риццо из деревни наркоманов в деревню мертвецов. Десять минут спустя я получил уведомление о "Чинуках" в пути, "Пумах" на задании в Либерии - это вывело меня из себя; они должны были быть у меня в распоряжении. Затем послышался гул "Геркулеса", и мы все посмотрели вверх и по сторонам.


Они выстроились в линию как раз в тот момент, когда появились "Чинуки", и сели, "Чинуки" отклонились и приземлились рядом с палатками, несколько нервничающих солдат и офицеров ожидали столкновения.


"Гребаные болваны!" Я выдыхаю со вздохом.


С "Геркулеса" прибыла эскадрилья "Б" из Кении, выглядевшая как все они. Я помахал им рукой, затем побежал к "Чинукам". Поднявшись по трапу, я побежал в кабину пилотов, опустился на колени, надел запасные наушники. "Послушайте, в Гвинее произошел переворот, работа, ради которой мы все здесь, но вас, возможно, не проинформировали ..."


Пилот повернул голову в своем большом зеленом шлеме. "Лондон сказал нам, чтобы мы выбирали посадочные площадки в Конакри потихоньку".


"Хорошо, затем, когда мы загрузимся, мы направляемся к центру города и телевизионной станции, ты высаживаешь нас на крыше."


"Крыша?"


"Любая крыша, зависай и уходи, выбора нет. Двигайтесь на полосу, я распределю команды, жду премьер-министра."


Вернувшись на улицу, когда людей формировали в команды и подразделения, проверяли снаряжение, я крикнул майору-новичку: "Ждите вторую волну вертолетов, приведите своих людей, когда у меня будет место для посадки. Президент зажат на телестанции, в центре города, под огнем, мы собираемся взглянуть, может быть, просто вернемся. Будьте готовы, пожалуйста. "


"Чинуки" проскользнули вперед к полосе и развернулись, нацелившись задом на команды. В моем распоряжении была половина Echo, ветераны "Британских волков", взвод французов и смешанные британские и американские рекруты "Волков".


"Слушайте внимательно, " прокричал я сквозь гул "Чинуков". Переворот в Гвинее начался рано, некогда ссать, тамошний президент заперт на телестанции, поэтому мы перебрасываем небольшие силы на близлежащие крыши, чтобы стрелять по повстанцам.


"Люди-эхо, первый чинук. Вперед!" Они бежали вперед и дальше. "С ними волки-ветераны, один французский отряд". Волки и французская команда взбежали на борт, их трудно отличить друг от друга, у всех у них было одинаковое снаряжение и винтовки, 1ST Батальон принял Valmet.


"Американские волки и инструкторы, второй Чинук, поднимайтесь на борт!" Они вбежали, оружие в безопасности, Краб и Даффи вошли последними. Остальные, ждите моего звонка, поговорите со здешним бригадиром, капитан Моран возвращается. Кастилия, держись крепче."


Я взбежал на борт первого "Чинука", срочный сигнал экипажа "большой палец вверх" для взлета, и мы заскользили по полосе, набирая скорость, нос задран, задница задирается еще выше, крутой крен вокруг. Я прошел вперед к кабине пилотов и надел наушники. "Послушай, вылети в море на милю, а затем на север, старайся, чтобы тебя не заметили, избегай городов и деревень".


""Лучший способ, легко ориентироваться", - прозвучало в ответ, и вскоре мы увидели далекий океан.


Я вернулся. Со мной был Свифти слева со своими волками, одиннадцать из них. Справа были Слайдер и Джинджер, Генри, Самбо и Свон, Николсон и Томо, Моури и Дикки, Паркер и Грини, плюс двое парней Робби, за ними французский взвод.


Мне пришлось задуматься о том, что Паркер здесь, и я немного волновался, даже больше, чем я уже волновался. Это был провал, который должен был произойти, но у нас был приказ: оставить президента-идиота на своем посту.


Сел, взглянул на лица, когда они держали винтовки вертикально, Грини поднял сумку, чтобы я мог видеть, затем достал гранату. Я кивнул, показывая большой палец. Стоя на коленях перед Анри, я кричал ему в ухо в течение пяти минут, прежде чем он подошел, чтобы крикнуть в уши французу.


Время тянулось, пока наш аттракцион вибрировал, и многие парни выглядели скучающими, немногие - обеспокоенными, французы выглядели обеспокоенными, но настороженными.


Взглянув на часы, прошло полчаса, я пошел вперед и надел наушники, когда мы проносились мимо корабля, вибрация передавалась через мое колено. "Как мы выглядим?"


"Почти пришли, вот и все впереди".


"Поднимитесь в центр города, примерно по северо-восточной дороге, найдите высокую телевизионную станцию с антеннами наверху, затем найдите плоскую крышу как можно ближе и высадитесь. Скажи идущему следом Чинуку, чтобы он сел на другой крыше, не на нашей, как можно ближе к телевизионной станции.


"Затем, когда вы взлетите, облетите город на высоте более тысячи футов, и быстро, высматривайте армейские грузовики, сообщите нам об этом. Позвони в аэропорт и посмотри, то же самое с птицей позади нас."


Они связались с идущим следом "Чинуком", когда я осматривал маленькие острова впереди слева, и вскоре мы повернули направо, слева виднелся причал с высокими кранами для обслуживания ожидающих кораблей, вскоре появились жилые дома, в основном одноэтажные, затем здания повыше, затем чок пойнт - дорога в ее центре, и теперь город вырисовывался большими, уныло-серыми и белыми жилыми домами - и у всех, казалось, на крышах сушилось белье.


"Если на крыше есть белье, снеси его и высади нас, не мочись".


Они обменялись взглядами, обеспокоенными взглядами.


Минуту спустя второй пилот указал. "Это все?"


"Должно быть. И там, слева, большая гребаная плоская крыша."


"Там есть веревки для одежды".


"Найди свободное место", - настаивал я, напрягаясь, чтобы изучить оживленные улицы внизу, те, что ближе всего к телевизионной станции. В нескольких местах я заметил зеленые армейские грузовики. Вернувшись в тыл, я подал сигнал на одну минуту, люди готовы, но держатся крепко.


Задрав нос, мы развернулись влево, перевернулись и выровнялись, видно, как несколько толстых местных дам бросились прочь, когда их красивое чистое белье сдуло со здания, и мы врезались в светло-серый бетон, разрезанный на квадраты и, казалось, смешанный с черной смолой. Я вышел последним, показав большой палец членам экипажа, чтобы он убирался подальше, команды становились на колени либо у стены, либо возле лестницы.


Я побежал вперед, наступив на чье-то красивое чистое белье, и к той стороне стены, откуда открывался вид на улицу, которая лежала между нами и телевизионной станцией, но когда я поравнялся с входной дверью - в нее вбежала толстая домохозяйка, появились чернокожие солдаты с широко раскрытыми глазами, в наших ушах раздался рев второго "Чинука", когда он приземлился примерно в трехстах ярдах от нас, в другом многоквартирном доме - одежда разлетелась во все стороны.


Я выпустил четыре пули от бедра по испуганным лицам, внезапно позади меня раздался рев огня, солдаты у входа попали дюжину раз. Я шагнул вперед и прицелился вниз, выпустив патроны, прежде чем прижаться спиной к стене. "Гранаты сюда!"


Грини вбежал со своей сумкой, но Джинджер уже держала одну в руке наготове, выдернула булавку, и она с грохотом покатилась вниз по лестнице, отдаваясь громким эхом, когда мы нырнули прочь. Грини начал бросать, и он бросил три в быстрой последовательности. Поднявшись, Грини вбежал, прицелился вниз и выпустил громкие, отдающиеся эхом пули.


"Джинджер, Дикки, Моури, убейте всех черных солдат на этой лестнице, это наш путь к отступлению!" Я подбежал к стене и выглянул за борт, теперь в тени телевизионной станции, пиная старую ржавую банку из-под краски.


Этот многоквартирный дом был пятиэтажным, что давало мне хороший обзор происходящего внизу, большинство зданий в округе такой же высоты, на одно или два выше и, похоже, были хорошо отделаны для их более богатых обитателей. У меня был вид на воду в обоих направлениях, были видны корабли.


Вокруг главного входа в здание телевидения лежали тела и раненые мужчины, солдаты за машинами и громко стреляли наружу из старых зеркальных фотокамер FN. Я посмотрел налево и направо, и в двухстах ярдах по обе стороны стояли зеленые армейские грузовики, люди выходили и прятались за машинами - и стреляли в нашу сторону. И на дороге внизу были мертвые гражданские, включая женщин, машины, припаркованные под странными углами и брошенные.


Я включил радио и быстро окинул взглядом горизонт - и здания вокруг нас. "Слушайте, это телевизионная станция перед нами, внизу изображены лояльные солдаты, солдаты повстанцев слева и справа в 200 ярдах. Убейте солдат повстанцев, и быстро!"


По радио я крикнул: "Томо, Свон, Николсон, осмотрите каждую крышу, где кто-то может в нас стрелять, и удвоьте скорость!" Я приподнялся и посмотрел на юг, заметив движение. "Сержант Крэб, вы меня слышите?"


"Мы слышали, что вы передали, сейчас снимаем".


"Хороший человек. Проверьте лестничный колодец, четверо мужчин спускаются по нему, охраняют его. Уилко на свободе."


Под трель моего телефона я сидела спиной к стене, Томо стоял, стреляя в кого-то в соседнем здании из своего Слоновьего ружья, пока я изучала огромный бюстгальтер, оставленный лежать, 38DD, по крайней мере. "Уилко".


"Это адмирал Джейкобс. Не смог связаться с вами, вертолеты на палубе ждали вас на вашей базе в джунглях. Куда мы их отправили?"


"Я бы сказал, в аэропорт, чтобы обезопасить его, но пусть они сначала проверят, нет ли в аэропорту солдат. Альтернативная зона находится к западу от Президентского дворца, но президент здесь, на телевизионной станции, со мной, надеюсь, все еще жив."


"Хорошо, значит, аэропорт".


Звонок закончился, он раздался сразу. "Уилко, главный секретарь Кабинета ... Это стрельба?"


"Да, но поговорить можно".


"Соединяю вас с залом заседаний КОБРЫ".


"Майор Уилко, это премьер-министр".


"Продолжайте, сэр".


Выстрелы были выпущены из трех слоновьих ружей.


"Где ты, черт возьми, находишься?"


"Мы проникли на крышу напротив телевизионной станции в столице Гвинеи, и президент, как предполагается, был заперт внутри. Его верные люди снаружи, все еще сражаются, так что, я думаю, старик все еще жив."


"Я только что разговаривал с ним по телефону, и да - заперт внутри. Я бы дал тебе добро, но они не смогли до тебя дозвониться. Что вы запланировали для его своевременного побега?"


"Мы убьем всех мятежников, сэр, это единственный способ, по крайней мере, их офицеров. Без этих офицеров люди возвращаются в казармы."


По крайней мере, на какое-то время. Меня озадачивает, как президент мог доверять им впоследствии."


"Это Африка, сэр, странная обстановка".


"Очень странно. Хорошо, звони, если тебе что-нибудь понадобится, я понимаю, что на подходе еще люди, и американцы."


"Да, сэр, но слишком рано называть это. Уилко на свободе."


Положив трубку, я увидел, как Слайдер автоматически опустошает магазин, и я подошел к нему, заглядывая через край.


Он сообщил: "Грузовик, полный людей, теперь немного убитых и раненых. Мы наткнулись на кучу ублюдков; они пока не могут нас вычислить."


"Со временем они это сделают, и у них шесть тысяч человек", - предупредил я.


"Тогда хорошо, что с нами Томо", - съязвил он.


Дрон, и я поднял глаза, чтобы увидеть, как "Чинук" кружит, приближается второй. "Чинук для Уилко. Прием окончен?"


"Уилко, Чинук, вперед".


В аэропорту нет солдат, но они скопились по дороге из аэропорта, пятьдесят грузовиков в длинной очереди. Не вижу много зеленых грузовиков по городу, и мы позвонили в Президентский дворец, и там тихо, не намного южнее вас. Чинук вышел, сейчас уходит."


Они опустили носы и унеслись в море и на юго-восток, когда я заметил, что их силуэты уменьшаются, скорость стрельбы на выход снизилась. Но я слышал треск снарядов над головой, приближающийся огонь.


Свифти перебежал через крышу длиной в двести ярдов. Опустившись коленом на чью-то красную рубашку, он начал: "Черт возьми, теперь во всех осталось стрелять, некоторые убежали".


"Ты слышал отчет "Чинука"?"


"Да, так сколько еще сюда ехать?"


Я бы сказал, час, если они двигаются. Но если они получат отчеты о нас здесь, они могут изменить ситуацию, попытаться обойти нас с фланга."


"Мы могли бы дойти до критической точки".


"Две мили узких улочек, полных гражданских", - предупредил я, бросив взгляд на юг.


"Все гражданские в домах, улицы пусты", - сообщил Свифти. "Они не ходят по магазинам под звуки выстрелов в ушах".


Я кивнул, бросив взгляд через плечо на телевизионную станцию. "Мы могли бы убрать президента, добраться до критической точки, но это оставляет нарушителя вещать то, что ему нравится, и удерживать большую часть города, важные части города, в то время как мы защищаем небольшую территорию. И если президент не может выйти в город, он хромая утка."


Свифти задрал детскую футболку. "Так о чем ты думаешь?"


"Здесь слишком много людей для одной крыши, поэтому они переходят две улицы, та же сделка, разделяем рекрутов "Волка", по двадцать человек на крышу, и когда придет следующая группа людей, мы захватим еще четыре крыши, восточную и западную".


"Они не смогут пройти мимо нас, город разрезан пополам", - отметил Свифти, выразительно кивнув. "Но если мы не поймаем главного героя, как долго мы останемся здесь?"


"Мы можем поднять вертолеты на эти крыши, так что я пока не беспокоюсь о пополнении запасов и раненых, а новички двинутся на аэропорт. Остаются морские пехотинцы США и то, где их высадить."


Свифти вытер лоб детской футболкой и отбросил ее. "Аэропорт - слабое место, но если у нас есть аэропорт и полгорода, здешняя телевизионная станция, то этот полковник сидит и играет в карты, ни хрена не делая".


Я кивком согласился. "Это половина плана. Отведи своих волков вниз по лестнице - пара парней уже там, несколькими улицами западнее и выше. Звоните, если возникнут проблемы или вы будете ранены."


Он побежал за своими волками.


"Слайдер", - позвал я, и он повернулся и опустился на колени. "Мы удержим эту крышу с французами, Свифти и Волки-ветераны получат другую крышу".


Он кивнул и начал передвигать людей по кругу. Я стоял во весь рост. "Сержант Крэб, вы меня слышите?"


"Давай, босс, к черту все, в кого осталось стрелять".


Разделите своих людей на две части, вторая группа отправится на восток на несколько улиц, найдет новую крышу, сделка та же. Они передвигаются парами, опустив головы, без риска."


"Разберись с этим сейчас, босс".


Николсон, стоя на коленях у стены, выстрелил.


Я подошел к нему, низко опустив голову. "К чему ты стремишься?"


Он обернулся. "На расстоянии добрых восьмисот ярдов небольшой патруль, старший офицер, теперь немного мертвый, ранил человека позади него".


"Хорошая работа, продолжай в том же духе".


Мой телефон зазвонил.


"Майор Вилко, это сержант Тобо, говорит по телефону."


Я широко улыбнулся. "Продолжай".


"Вы на крыше, сэр?"


"Да, и мы убили людей, напавших на президента, по крайней мере, пока".


"От вас, в пяти кварталах к северу, по шоссе западного побережья идут солдаты, сэр".


"Эта дорога ведет прямо к Президентскому дворцу?"


"Да, сэр".


"Хорошо, спасибо, продолжайте получать отчеты". Я побежал трусцой на запад и осмотрелся, дорога была видна, и я изучил планировку улиц; все это выглядело как одинаковые квадраты. Дорога была в тысяче ярдов от меня, мой обзор был загроможден множеством бельевых веревок. Я включил свое радио. "Свифти, ты меня слышишь?"


"Вот-вот, плохой сигнал".


"Где ты?"


"Держись". Мгновение спустя раздается: "Мы уже на улице".


Я посмотрел вниз. "Ты меня слышишь?"


"Да, хороший сигнал".


"Я вижу тебя. Переходите, идите налево, один квартал на юг, идите на запад пять кварталов или около того, найдите жилой дом оранжевого цвета, поднимитесь на него и начните обстреливать прибрежную дорогу, армия продвигается по ней. Дважды."


"Перемещение".


"Уилко, прием", - прохрипело у меня в ухе, плохой сигнал.


Я стоял во весь рост. "Уилко, отправитель, неверный сигнал". Я услышал гул и огляделся, думая, что это Морские ястребы, но приближались две французские пумы.


"Уилко, принимающий" прозвучало снова, более отчетливо.


"Уилко здесь, продолжай".


"Это эскадрилья "Б", где мы приземляемся?"


"Не приземляйся, вместо этого зарабатывай себе на пропитание. Продолжайте следовать этим курсом, пока не проедете город и не упретесь в океан, берег правый, прибрежная дорога на северо-восток забита зелеными армейскими грузовиками, приклейте их сверху, попытайтесь перекрыть эту дорогу."


"У нас есть GPMG, так что они получат шок".


Я наблюдал, как две Пумы прошли над головой и продолжили движение, Слайдер смотрел вверх, когда я присоединился к нему у восточной стены.


Моури выскочил из двери лестничной клетки с чем-то на подносе. "Шкипер, лестница свободна, и милая леди угостила нас жареным цыпленком".


Он положил ее к моим ногам, отщипнув немного курицы, Слайдер схватил немного. Появился Дикки с большим куриным крылышком и принялся жевать.


"Не обращай на нас внимания", - сказал я ему. "Ты останавливаешься пообедать".


"Не в кого больше стрелять, босс".


Появился Грини, но без цыпленка. "Я заплатил нескольким местным парням за велосипеды, и они отправились на поиски солдат".


"Хорошая мысль", - похвалила я, беря немного курицы.


Десять минут спустя появился запыхавшийся Свифти: "Свифти для Уилко".


Я стоял во весь рост. "Продолжай".


"Мы в том здании, хороший обзор, но там две "Пумы" обстреливают повстанцев".


"Это эскадрилья "Б". Любые грузовики, в которые вы можете попасть, бейте по ним с расстояния, сообщайте о передвижениях."


"Конвой остановился, люди вышли, два грузовика в огне".


"Преследуй этих людей".


"Займись ими сейчас, когда мы восстановим дыхание - мы воспользовались лестницей!"


Мой телефон зазвонил. "Уилко, майор Моргенсен слушает".


"Продолжай".


"Мы в аэропорту, охраняем основные здания, как тебе там?"


"Мы рассредоточены по четырем крышам, все солдаты повстанцев здесь мертвы или ранены, центр города и телевизионная станция сейчас спокойны. Основная группа повстанцев была к северу от вас в нескольких милях, но они обогнули и движутся по дороге на северо-западное побережье - мы только что обстреляли их с вертолета, сейчас по ним стреляют снайперы. План состоит в том, чтобы держать их подальше от аэропорта, от телевизионной станции, разрезать город пополам."


"Морские пехотинцы хотят действий ..."


"Пусть они вылетят с автоматчиками, чтобы поразить только что описанную колонну, затем лететь на север и искать колонны зеленых грузовиков. Убедись, что они не нанесут удар по нашим позициям."


"Я свяжусь с ними сейчас. А основные силы морской пехоты?"


"Они должны высадиться в доках рядом с Президентским дворцом и двигаться на север вдоль дорог, ведущих к узкому мысу, и удерживать территорию к югу от узкого мыса".


"Понял".


"Дельты с тобой?" Я озадачен.


"Им было приказано защищать наше посольство здесь".


"По приказу ... кого?"


"Пентагон, я полагаю".


Отключив телефон, я повернулся к Слайдеру. "Гребаный Пентагон переназначил Дельты, мне не звонят".


"Американцы всегда поступают по-своему", - усмехнулся Слайдер.


Пять минут спустя зазвонил телефон. "Уилко, это подозрительно, что там внизу происходит?"


"Ты в Мавритании?"


"Да, но они сказали, что война началась рано".


"Это произошло, теперь мы в городе. Аэропорт был взят под охрану американцами, так что вы можете приземлиться там. Убедитесь, что пилот сначала уточнил у диспетчера воздушного движения условия на земле, да. "


"Чертовски верно". Он повесил трубку.


Сел, мне понравилась курица, вскоре раздался крик Томо. "Уилко, приближаются гребаные танки!"


Я вскочил со Слайдером, и мы побежали к северной стене, вглядываясь в улицу и видя маленькие французские бронированные машины с 30-миллиметровым вооружением. "Их всего тридцать миллионов, и я сомневаюсь, что они будут стрелять по этим зданиям".


"У нас нет RPG", - пожаловался Николсон.


"Николсон, ты трус", - сказал я ему.


"Что я сделал?"


"Эти шины резиновые, придурок".


"Ах..."


Томо, Николсон и Свон приготовились, все ухмыляясь, и громко выстрелили, две бронированные машины съехали на обочину и остановились. Люк открыт, голова взорвалась в красном тумане, человек, отвечающий за транспортное средство позади, такой же глупый, выстрел в грудь убивает беднягу.


"БТР!" Николсон крикнул, и в трех кварталах от нас из-за угла выехали четыре БТР, двигаясь лоб в лоб с севера на юг. Шины снова были резиновыми, но из прочной резины, в которую трудно попасть под этим углом.


"Все мужчины на этой стороне", - крикнул я. Целься в водительский люк, он открыт. А рикошет - сука."


Слайдер прицелился вниз и выпустил патрон, но безрезультатно. Свон выстрелил, передний БТР вильнул и врезался в машины, прежде чем остановиться, перегородив дорогу.


Сержант появился сзади, мертвый секундой позже. Появился еще один человек и посмотрел прямо на нас, спустя мгновение он был мертв.


"Эти мальчики ходили в школу?" Слайдер никого конкретно не спрашивал. "Или это было домашнее воспитание на ферме?"


Замыкающие бронетранспортеры выпустили клубы черного дыма, выехали на тротуар, объехали своего раненого приятеля и двинулись дальше, будучи обстрелянными верными солдатами, все еще находившимися возле телестанции.


Посмотрев направо, я увидел разбитые окна на телевизионной станции почти на одном уровне с нами, чернокожие солдаты, как теперь видно, стреляли по бронетранспортеру, но безрезультатно. Поскольку у этих бронетранспортеров не было башенных орудий, они мало что могли здесь сделать, кроме, может быть, тарана передних дверей телевизионной станции. Теперь это казалось возможным.


Минутой позже три БТРА припарковались под нами, на боковой улице, а не на главной улице телевизионной станции, и не на линии выстрела лояльных солдат.


"Все, гранаты, но засекайте время! Бросай их, не бросай!" Поднявшись, я понял, что опустился на колени в мягкую расплавленную смолу на крыше, проклиная черное липкое месиво у себя на колене.


Вбежал Грини, его сумка звенела, многие руки вскоре были полны гранат, когда мы посмотрели вниз. Вскинув винтовку, я нажал на чеку, остальные парни подражают, обмениваются взглядами, вскоре внизу открывается задняя дверь.


"Тупые пезды", - выдохнул Слайдер.


"Держи это..." Я предупредил, вскоре восемь человек вышли, опустились на колени и выстроились внизу.


Второй бронетранспортер открыт, люди вышли, они выстроились в почти приличную схему прикрытия. Третья дверь открыта.


"Сейчас!"


Мы все упали одновременно - множество "пингов", когда ручки отлетели, а пружинные ударники ударили по предохранителям, как раз в тот момент, когда к нам повернулось блестящее черное лицо. Он увидел, что граната летит прямо на него, и по причинам, известным только ему самому, он поднял винтовку на гранату как раз перед взрывом, вскоре раздался десяток перекрывающих друг друга взрывов, внизу кричали люди, оружие побросали, лица держались, люди спотыкались.


Слайдер перегнулся через борт и разрядил обойму на тротуар, беднягам внизу досталось немного камня, чтобы усугубить их страдания.


Послышались французские слова, и мы посмотрели налево как раз в тот момент, когда двое французских парней напряглись, чтобы перекинуть две бетонные плиты через борт и спуститься вниз. Мы все посмотрели вниз, одна плита отрезала ногу раненого человека, вторая врезалась углом вперед в спину раненого человека.


"Отвратительно", - отметил Слайдер.


Следующие два французских солдата с громким ворчанием выдвинули свои плиты дальше, БТР врезался, поднялся адский шум, эхом отразившийся от зданий. Французский солдат сказал: "Вы не делитесь гранатами, эгоистичные английские свиньи".


"Ребята", - позвал я. "В следующий раз поделись с французами, ха".


"Тьфу!"


Раздался взрыв, часть стены снесло, и цемент разлился по крыше, к счастью, никто не пострадал, французские бетонометальщики теперь на животах. Мы посмотрели вниз, и мы смотрели в ствол 30-мм пушки, направленный вверх.


"Вернись!" Я закричал и побежал, вскоре рухнула еще одна секция стены, на нас посыпались обломки. К счастью, это была большая крыша. "Снайперы, спуститесь на два этажа, найдите окно, убейте этого идиота, у него должен быть открыт прицельный люк".


Они втроем убежали.


Паркер подбежал. "Сэр, люди на крыше со 105-мм пушками, черные солдаты". Он указал на северо-восток, за телевизионную станцию, и описал здание, но я видел, как двигались люди.


"Все вы, попытайтесь попасть в этих людей!"


Когда французы встали на колени, мы открыли огонь с некоторой поспешностью, первый 105-мм снаряд попал в телевизионную станцию и выбил окна.


"Они здесь не для нас!" Слайдер перекрикивал шум уходящих. "Они хотят поджечь телевизионную станцию!"


Я сел спиной к стене и позвонил в Кабинет министров, когда раздались выстрелы. "Это Уилко в Гвинее. Премьер-министр некоторое время назад разговаривал с президентом Гвинеи, ему нужно позвонить ему сейчас и сказать, чтобы он уезжал на юг, юг безопасен, здание, в котором он находится, скоро будет разрушено. Понял?"


"Да, понял".


Я отключил звонок, опустился на колени и выглянул наружу: 105-миллиметровая команда спряталась за лестничным колодцем и не была видна нам.


"Вольф Мерфи для майора Уилко, прием окончен".


"Это Уилко, продолжай".


"Мы видим 105-мм пушку, сэр, сейчас она перемещается".


"Отличная работа, Уилко на свободе".


Телевизионная станция подверглась четырем обстрелам, один этаж был полностью загорелся, что вызвало вопрос о том, как злоумышленник будет транслировать политическую чушь своей партии в массы.


Посмотрев вниз, мы теперь могли видеть загружающиеся машины и фургоны, президента и его окружение, которые на большой скорости поехали на юг, улицы для них были совершенно пусты - никакого движения.


"И что теперь?" - Спросил Слайдер, опускаясь на колени.


"Мы ждем наступления темноты, когда они соберутся всей массой, или мы берем главного человека до этого. Он должен знать, что мы отрезали город и удерживаем аэропорт, так чего же он добивается?"


Мой телефон зазвонил.


Уилко, это симпатичные герои эскадрильи "Б". Мы в аэропорту, заправляемся топливом. Какова наша задача?"


"Опять то же самое, дорога вдоль побережья, затем возможные цели. Лети на север и вокруг, посмотри, какие колонны движутся. Президент направляется в свой уютный дворец, морские пехотинцы США высаживаются на берег, так что, я думаю, переворот отменен."


"Хорошо, сойдет. Я имею в виду Уилла-ко."


Я перезвонил мистеру Мортену на брелок, спрашивая бригадира. Он передал телефон, и я подробно описал все, что мы сделали и что мы знали.


"Так почему лидер переворота не убегает?" - наконец спросил бригадир.


"Должно быть, он думает, что может выиграть, сэр, какой-нибудь туз в рукаве. Или он просто упрямый. Не могли бы вы позвонить в GL4 и обновить их, сэр."


"Сойдет".


Я позвонил полковнику Мэтьюзу и провел продолжительную беседу, и у него была готова карта, люди из ЦРУ в этом городе получали некоторую информацию, а также сотрудники посольства США здесь использовали низкотехнологичные бинокли из частных резиденций. Один чернокожий сотрудник посольства США ездил по городу на такси и обратил внимание на действия и передвижения.


Тинкер появилась, когда солнце висело низко. "Уилко, мы наконец получили информацию о сигналах, кто-то нескромно разговаривает по старому спутниковому телефону без шифрования. Полковник, ответственный за переворот, находится примерно в десяти милях к северо-востоку от аэропорта, собирает своих людей."


"Сколько?"


"Шесть тысяч".


"Ах, в таком случае нам понадобится помощь, или мы убежим. Американцы в аэропорту также уязвимы. Продолжайте поступать отчеты."


Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, нам нужно сделать кое-какой выбор. Мы спасли действующего президента, он к настоящему времени вернулся в свой дворец, мы расстреляли многих повстанцев в центре города, мы взяли под контроль аэропорт и половину города, но полковник повстанцев жив и здоров, в десяти милях к северо-востоку от аэропорта и окружен шестью тысячами человек. Ваши люди в аэропорту уязвимы, так что будьте готовы вызволить их, сэр."


"Мой авианосец приближается, но пока недостаточно близко, доступно фиксированное крыло".


"Не очень хорошо сбрасывать бомбы на оживленные городские улицы, сэр, нам нужна подходящая цель на открытой местности".


"Конечно, но если они соберутся в кучу, мы сможем поразить их. Неподвижное крыло должно быть в зоне досягаемости до рассвета."


"Позвольте мне взглянуть на карту и подумать, сэр".


Я взглянул на карту, но никаких замечательных идей в голову не приходило. Главная дорога, N1, проходила мимо аэропорта на северо-восток, и аэропорт был уязвим для нападения с этой дороги.


"Почему президент здесь ничего не делает?" Слайдер жаловался.


Я посмотрел на высокие телевизионные антенны, огонь в здании погас, поднимался дым. "Слайдер, ты гений".


"Что я сделал?" - недоумевал он, когда я достал телефон и позвонил сестре.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко в солнечной Гвинее. Мне нужно, чтобы вы связались здесь с президентом и попросили его выступить с обращением к гражданам, чтобы они вышли на улицы возле аэропорта и перекрыли дороги легковыми и грузовыми автомобилями, чтобы остановить захват власти полковником-путчистом. Сделай это быстро, пожалуйста. "


Десять минут спустя был показан Дэвид Финч. "Уилко, премьер-министр только что говорил с президентом там, внизу, этот человек сейчас в безопасности в своем дворце, и президент проведет трансляцию по телефону. Но на что здесь надеяться?"


Есть только три дороги, которыми могли воспользоваться повстанцы, узкие городские улицы, так что их можно заблокировать, чтобы выиграть нам немного времени, чтобы доставить людей и снаряжение на место. Аэропорт уязвим, сорок американцев против шести тысяч повстанцев."


"Я понимаю, что у американцев есть вертолеты, доступные для эвакуации, теперь несколько небольших лодок на береговой линии".


"Это помогает, но им нужно тяжелое оружие".


Две пумы с грохотом пронеслись мимо и на север, в дверных проемах виднелись люди.


"Надо идти". Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, на вашем вертолетоносце в море есть какое-нибудь тяжелое вооружение для морской пехоты?"


"Конечно. У них пятьдесят пулеметов Cal, минометы, 66 мм, я думаю."


"Нужно быстро доставить это в аэропорт, ваши люди там уязвимы. Вверх по дороге от аэропорта находится основная армия повстанцев, которая собирается двигаться на юг, просто забор, чтобы не пустить их в аэропорт."


"Я сейчас с этим разберусь, но мы готовы вызволить людей, если потребуется".


Я перезвонил майору Моргенсену. "Это Уилко. Можете ли вы описать планировку аэропорта и дорогу к западу от вас?"


"Я на крыше, как и большинство парней. Дорога, скажем, в четырехстах ярдах отсюда, с хорошим забором, затем канава, полная дерьмово-зеленой воды, достаточно широкая, чтобы замедлить приближающегося человека. Позади нас грязь и вода, так что подхода нет. С севера начинается забор и канава, больше похожая на небольшое устье реки вон там, первое слабое место - дорога здесь передо мной, подъездная дорога шириной в четыре полосы. К югу от этого продолжается канава и забор, затем заканчивается."


"У них есть БТР, легкие танки, так что они могли бы достаточно легко пройти по этой дороге. Я попросил для вас тяжелое вооружение, пятьдесят калибров и минометы, и морские пехотинцы должны скоро доставить их вам."


"Подождите". Он продолжил: "Работники аэропорта сообщают, что действующий президент призывает горожан к народному восстанию".


"Да, мы подтолкнули его, чтобы перекрыть улицы. Если поджигать машины, то армия повстанцев быстро никуда не денется. Дай мне знать, если увидишь большую колонну грузовиков, движущуюся на юг мимо тебя. Уилко на свободе."


Солнце начало садиться, свет угасал, и теперь наше преимущество было бы потеряно, если бы уличные фонари не оставались включенными. Я повернулся к Слайдеру. "Я не хочу быть здесь ночью, когда по улицам крадется многочисленная армия".


"Мы разбросаны по всему миру", - согласился он.


Я вздохнул. "С наступлением темноты мы двигаемся на юг, к узкому месту, мы просто не сможем удерживать эту линию с таким количеством людей".


"Свифти для Уилко".


Я стоял во весь рост. "Продолжай".


"Люди выходят из грузовиков и подкрадываются ближе, похоже, они направляются туда, где ты находишься, и к тому зданию телевидения".


"Всем командам, это Уилко, приготовиться к отходу на юг с наступлением темноты, выставьте людей на улицу, не попадитесь в ловушку".


"Как далеко эта точка отсечения?" - Спросил Слайдер, глядя на юг.


"Пробежка в две мили".


Томо, Николсон и Свон выскочили из лестничного колодца, подбежали и опустились на колени. "У нас есть бронированная машина, к черту все остальное, чтобы посмотреть сейчас".


"Идите на западную сторону, цельтесь на северо-запад, ищите нерегулярных отрядов, пробирающихся сюда".


Они обежали здание с лестничной клеткой, Томо схватил огромный бюстгальтер и осмотрел его.


Были слышны вертолеты, затем их можно было увидеть над водой на востоке, "Морские ястребы" направлялись в аэропорт и обратно, некоторые садились в доках к югу от нас.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


Сержант Катовски, "Морские котики", мы были на складе, сэр, а теперь у президента к югу от вас, здесь морские пехотинцы, так что этот вот неизбранный президент, должно быть, прямо сейчас чувствует тепло и любовь."


"Берегите его, но если там достаточно людей, тогда доберитесь до узкого места в миле к северу, вы увидите сужение полуострова. Удерживай эту позицию, но возьми немного тяжелого вооружения."


"У морских пехотинцев есть М60 и несколько 66-мм, так что мы потащим этих парней с собой".


Мы присоединимся к вам там через час, проверьте свой костер. Уилко на свободе."


"Чинук, Уилко, принимаете?"


Я расслабился и огляделся. "Уилко здесь".


"Чинук, Уилко, мы взяли остальных твоих людей, где мы их высаживаем?"


"Пожалуйста, на той же крыше". Теперь я мог видеть приближающихся "Чинуков", вскоре раздалось громкое объявление об их прибытии взволнованным горожанам внизу, рев над головой и порыв ветра с запахом бензина, и Моран вывел людей наружу, вскоре они встали на колени у стены, с ними был взвод французов плюс люди Робби - но их было всего шестеро.


Второй "Чинук" приблизился с дальней стороны крыши, тридцать французских 1ST Батальон выдвинулся, многие с длинными снайперскими винтовками, плюс команда Саши. Я понятия не имел, где были Следопыты.


Когда "крикливые Чинуки" улетали, они передали: "Чинуки, Уилко, теперь мы прикомандированы к здешнему аэропорту в знак поддержки американцев".


"Понял", - сказал я.


"Что здесь произошло?" Моран спросил, Риццо допрашивал Слайдера.


Я перечислил: "Бесполезные гребаные повстанцы были застрелены и сбежали, мы захватили это здание телевидения, вывезли президента - он на юге, в своем дворце, янки приземлились в аэропорту, "Котики" во дворце с морскими пехотинцами, "Дельты" в посольстве США".


"Значит, дело зашито".


"Ни хрена себе", - сказал я ему. "В десяти милях к северу от аэропорта находится колонна грузовиков длиной в пять миль, которые ждут, чтобы спуститься сюда и перестрелять нас насквозь, шесть тысяч человек. В аэропорту только сорок зеленых!"


"Могут ли они перекрыть дорогу?" Моран размышлял вслух.


"Президент попросил местных жителей сделать это, чтобы остановить переворот. Я собираюсь отвести нас на юг, к контрольной точке, мы не можем сражаться в городе ночью."


"Ни хрена себе, мы понесем потери".


"Где 2-я эскадрилья?"


"Защищая брелок. Ты ... хотел, чтобы они были здесь?"


"Ну ... возможно. Но какой-нибудь ублюдок может клюнуть на брелок, это недалеко от границы с Гвинеей." Я постучал телефоном по подбородку под наблюдением Морана и Митча, затем набрал номер. "Капитан Харрис, прикажите 2-му эскадрону и медикам переместиться с базы в Президентский дворец, когда будут доступны вертолеты. И следопыты. Спасибо."


"Там, внизу, для них достаточно безопасно, они могут уплыть, если возникнут проблемы", - предложил Митч.


Ответный огонь нашего снайпера привлек внимание новичка. Моран спросил: "Там все еще есть мятежники?"


"Пробираюсь на северо-запад".


Они отправились посмотреть и немного повеселиться, принимая пот-шоты. Я поручил южную стену шестерке Робби, двое из которых заболели дизентерией и сейчас во Фритауне.


Мой телефон зазвонил. "Это Тинкер, и в некоторых частях города происходит восстание".


"Восстание?"


"Президент попросил людей перекрыть улицы, что они и сделали местами, но группы борются с другими группами".


"Сомневаюсь, что здешний президент настолько популярен", - сказал я со вздохом, заметив погнутые телевизионные антенны, установленные на лестничной клетке.


Тинкер сообщила: "Дорога в аэропорт перекрыта, янки переместили бензовоз и взорвали его, пламя высотой в милю, рядом с ним горит какой-то большой грузовик, так что шоссе N1 перекрыто. Дальше на юг люди переворачивают автобусы и перекрывают дороги, подожгли шины. Ты ... надеешься передвигаться по этому городу?"


"Ни хрена себе, мы на крыше, доступны вертолеты".


"Так же хорошо".


"Есть информация о лидере переворота?"


"Сообщается, что он был в позитивном настроении, каким-то образом сделал свою собственную передачу".


"Тогда ночь может быть долгой".


Отложив телефон, я любовался заходящим солнцем. Уилко всем командам, мы не уходим, мы остаемся на месте. Дороги к северу от нас перекрыты, так что никаких крупных перемещений на юг по крайней мере до завтрашнего рассвета. Защищайте свои лестничные клетки, продолжайте стрелять по солдатам повстанцев - но не по тем солдатам, которые все еще защищают телестанцию!"


Я позвонил мистеру Мортену, и он передал дело бригадиру. "Сэр, мы пока остаемся на крышах. Я беспокоился о том, что окажусь здесь после наступления темноты на узких городских улицах, но дороги на север перекрыты, и ни один грузовик повстанцев не поедет в этом направлении. Если они хотят напасть на нас, им нужно пройти пятнадцать миль пешком - или они плывут."


"Звучит разумно, да. Но если они проедут по заблокированным дорогам?"


"Мы отходим на две мили южнее и присоединяемся к американцам в узком месте".


"Ваши люди могут пробежать это расстояние за десять минут!" - отметил он. "А как насчет раненых?"


"Пока никого, сэр, и у нас есть вертолеты".


" И 2-я эскадрилья и медики?.. " раздался осторожный тон.


"Будет в Президентском дворце, в окружении американцев".


"Меньший риск для них - да, но аэропорт открыт?"


"Это так, но американцы перебрасывают тяжелое вооружение, пятьдесят калибров и минометы".


"Минометы в городе?"


"Открытые пространства вокруг аэропорта, сэр, устье реки с одной стороны. У них есть забор и заполненный водой ров, но огромный периметр, который нужно охранять."


"А план?"


План состоит в том, чтобы не дать лидеру переворота и его людям продвинуться так далеко на юг. Если он не может контролировать телевизионную станцию и Президентский дворец, он неудачливый подражатель на периферии."


"Хорошо, держите меня в курсе, и я разговариваю с Лондоном каждый час, пока никаких жалоб".


Встав, я поболтал с новичками о том, что здесь произошло, пока две громкие пумы не приблизились и не сели, а завсегдатаи не вышли, двое парней с GMP и поясами. "Пумы" взлетели и улетели, когда сержанты эскадрильи "Б" неспешно подошли в свое время, поглядывая вниз на улицу внизу.


"Правильные парни. Это где происходит действие? " спросил первый, Слайдер приблизился к Джинджер, Слайдер свирепо смотрел на мужчин.


Я начал: "Джентльмены, как бы мы ни были рады, что с нами есть несколько настоящих героев, вы, долбоебы, меняете позицию, когда я вам говорю, а не когда вы сами решаете".


Они потеряли свой самодовольный вид.


"Я главный, и вы могли потерять "Пуму" от вражеского огня, не спросив сначала, вы все сгорели дотла. В следующий раз, уточни у меня, мы могли бы принять пятьдесят входящих кэлов, на соседней крыше могли быть люди с РПГ.


"Теперь собери своих людей, вниз по лестнице, в двух кварталах к западу", - указал я. "- и в тот многоквартирный дом с сохнущими красными одеялами, на крышу, люди на лестничной клетке, устраивайтесь поудобнее, чередуйте сон и жратву, ищите черных солдат в зеленой форме, пробирающихся внутрь ... и стреляйте в ублюдков. Не стреляйте в мирных жителей, а если сомневаетесь, спросите меня. И раздобудь мою радиочастоту. Ясно?"


"Да, босс", - донеслось в ответ, называя имена, когда они выходили на лестничную клетку, Джинджер качал им головой.


Я помахал рукой Морану. Соберите французов, всех их здесь - здесь слишком много мужчин, и отправьте их на северо-запад, там есть недостроенный квартал такой же высоты, как этот. Скажи им, чтобы удерживали верхние уровни, но я хочу, чтобы большинство из них были на первом этаже и высматривали дерзких парней, которые пробираются сюда тайком. Отправь с ними Генри и Самбо для связи."


Он подбежал к французам.


"Слишком много на этой чертовой крыше", - согласился Слайдер. "Если у них есть танк - у нас проблема".


"У них есть танки Т55, дюжина".


" Т55, " повторил Риццо. "Они старше моего отца!"


Я принюхался. "Риццо, вымой свои ботинки".


Французы вышли и спустились по лестнице, пока парни насмехались над Риццо.


"Что это?" - Спросил Слайдер, указывая на солнце, которое теперь стало оранжевым пятном за облаками.


Я посмотрел на север по дороге, между зданиями, увидел пожары, машины в огне в нескольких милях от нас. Но также и здание. "Местные жители начинают действовать. Президент попросил их перекрыть дороги и помешать полковнику-путчисту приятно прокатиться сюда."


Слайдер спросил: "Он просил крестьян поджигать здания?"


Мы обменялись взглядом, осторожным взглядом.


На западной стороне мои снайперы теперь сидели и готовили пиво в темноте, я выглянул, когда ветер донес треск. Во всех зданиях горел свет, уличные фонари работали, и поэтому для опытного снайпера было достаточно освещения, мало мест, где можно было спрятаться на случай приближения патруля.


Внизу брели несколько пешеходов, пожилые дамы с сумками с покупками и желтые такси, нахально делавшие свое дело, и это, конечно, не было пустынно, несмотря на спорадическую стрельбу на ветру.


"Уилко для Свифти, ты там?"


"Продолжай".


"Что ты видишь?"


"Большинство действий происходит с французами в этом частично законченном здании, открытая площадка позади них, несколько черных подкрадываются незаметно. И, Уилко, отсюда я могу видеть север, и там горит дюжина зданий."


"Местные жители начинают действовать. Полагаю, некоторые поддерживают лидера переворота."


"Эскадрилья "Б" для Уилко".


"Продолжай".


"Мы видим, как несколько чернокожих гражданских совершают налет на магазин и крадут товары. Мы можем их пристрелить?"


"Отрицательно, гражданские лица не подвергаются нападению, если только у них нет винтовки и они не направляют ее на вас. Но вы можете отпугнуть их, стреляя по дороге и окнам, но будьте осторожны, или вы сядете на допрос."


"Мы выйдем на взлетную полосу, напугаем их".


"Краб для Уилко".


"Продолжай".


"У меня парень идет на женщину с мачете".


"Стреляй ему только в ногу, будь осторожен, когда целишься".


Минуту спустя пришло сообщение: "Это сержант Крэб, и этот парень сейчас сходит с ума".


Я покачал головой, когда парни засмеялись в темноте.


Краб вернулся позже. "Краб для Уилко. Три женщины только что обезглавили того парня. Мы должны были прогуляться по этим гребаным улицам или как?"


Оставайся на крыше, охраняй лестничный колодец, мы не собираемся спускаться туда пешком. И, сержант, это шикарный конец города, где живут представители среднего класса."


"Если это шикарный конец, я не собираюсь жить в суровом районе!"


Мой телефон зазвонил. "Уилко, это майор Моргенсен".


"Как там дела?"


"Мы перекрыли дорогу, но час спустя местные бунтовщики перекрыли ее дальше на юг, но танк или джип могли местами проехать по траве и объехать блокпосты".


"У вас есть тяжелое оружие?"


"Да, морские пехотинцы передали их нам, минометы и пятьдесят кал. У нас есть пятьдесят кэлов, натренированных на подъездной дороге, у них хороший угол обстрела, и у нас много М60. Но причина звонка в том, что мы эвакуировали часть сотрудников посольства на корабли у побережья, и западные посольства находятся в готовности к отъезду, но все они находятся к югу от вас и в данный момент хорошо защищены, боевых действий не замечено."


"Приземлился ли какой-нибудь "Геркулес"?"


"Мы получили известие, что они скоро появятся. Кто они?"


"Французские силы специального назначения и британские SAS".


"Куда вы хотите, чтобы их отправили?" он спросил.


"Насколько безопасно ты чувствуешь себя там, где ты есть?" Я возразил с.


"У нас здесь хорошие силы, и повстанцам пришлось бы преодолевать большую открытую местность, а у нас шестьдесят морских пехотинцев".


"У них есть несколько старых танков и шесть тысяч человек в их распоряжении ..."


"И хочет ли лидер переворота унаследовать аэропорт или тлеющие развалины ..?"


"Ты прав, в том, что парень хочет унаследовать город с нескольких выстрелов, я бы так и сделал, но он может впасть в отчаяние и сделать что-нибудь глупое".


"Например, расстрелять совершенно новый дорогой аэропорт!"


"Да, если он достаточно туп".


У нас есть морские пехотинцы на быстроходных лодках на берегу и вертолеты здесь, так что, если мы увидим танки, или если этот человек настолько глуп, чтобы повредить свой собственный желанный аэропорт, мы сможем быстро смыться отсюда. Мой инстинкт - остаться."


"Тогда я тебя поддерживаю. Когда вы увидите, что колонна приближается к вам, используйте минометы на расстоянии, перекройте дорогу, пешие они не будут представлять большой угрозы. А пока, как насчет того, чтобы пристрелить минометные стволы на траве рядом с дорогой на север."


"Хорошая идея", - одобрил он.


"Дайте мне знать, когда сюда прибудут войска, и если эта колонна прибудет, то отзовите самолеты, они смогут приземлиться в Сьерра-Леоне и в любом случае быстро будут здесь".


"Очень хорошо".


"Уилко на свободе". Положив трубку, я сказал: "Он не так уж плох".


"Кто это?" Спросил Моран, когда мы сидели и готовили пиво.


"Новички" Майор. Меня предупреждали, что он придурок, придурок из Вест-Пойнта."


"Он отменил что-нибудь из того, что вы заказывали?" - Спросила Джинджер из темноты.


"Нет, но пока никаких выстрелов не было. Он мог скоро почувствовать жару и оказаться под давлением целого подразделения людей, приближающихся к нему."


Звонил полковник Мэтьюз, так что с пивом в руке я отошел в сторону и устроил длинную беседу, обсуждая оставленное белье и медленно ходя кругами. Наконец он спросил: "Нет способа получить призовую индейку?"


"Его окружают шесть тысяч человек, немного брони".


"F18 будут в зоне досягаемости на рассвете".


"Мы не знаем, где он, и, скорее всего, вокруг него гражданские, так что держите эти F18 наготове, сэр, или мы оба столкнемся с расследованием".


"Вероятно ли, что их призовут, есть ли вообще хорошие цели?"


Они могли бы пригодиться в аэропорту, на дороге к западу от аэропорта. Они могут обстрелять его, если армия повстанцев пойдет этим маршрутом на юг."


"Ты сказал, что он заблокирован".


"Да, но есть травяные грани, которые они могут использовать, если они действительно хотят продвинуть дело. И сейчас, когда темно, самое время это сделать."


"Они вне досягаемости", - вздохнул он. "О, Госдепартамент разговаривал там с президентом, так что, я думаю, прямо сейчас он чувствует, что его ценят и он популярен".


"Сотрудники вашего посольства уходят?"


"На данный момент они в безопасности, на связи с другими посольствами поблизости, с ними морские пехотинцы и морские котики, по всему Си-эн-эн".


Отложив телефон, я позвонила Максу.


"Уилко, ты дерьмо, ты в Гвинее, на войне, и ты ни разу не позвонил мне!"


"Это произошло быстро, не было запланировано", - заверил я его. "Есть бумага и ручка".


"Стреляй", - раздраженно сказал он.


Я подробно рассказал ему о политике и технических деталях подразделений, и к утру у него был готов разворот на четыре страницы.


Посидели десять минут, попробовали еще один напиток, позвонила Тинкер. "Уилко, у тебя проблема".


"Я делаю?"


Призыв президента к гражданам перекрыть дороги был услышан, и к северу от вас почти все дороги перекрыты, но соперничающие банды сражаются друг с другом, нужно свести счеты. Некоторые думают, что президент был убит, некоторые думают, что американцы вывезли его из страны, а Уилко - число погибших уже перевалило за тысячу."


" Черт... " выдыхаю я, темные лица поворачиваются ко мне. "Это все, что нам нужно, чтобы оказаться в эпицентре гражданской войны. Есть что-нибудь о полковнике-перевороте?"


"Он готовится к выступлению, и он верит, что народное восстание должно поддержать его".


"Так ли это?"


"Нет, тут вроде как пятьдесят на пятьдесят".


"Держите меня в курсе". Положив трубку, я встал и посмотрел на север, видя много далеких огней.


"Гражданская война?" Моран повторил.


"Не здесь, по крайней мере, пока, но в трущобах идет тотальная война, фракция против фракции".


Полчаса спустя позвонил Моргенсен и сказал, что приземлились два "Геркулеса", "Чинуки" должны доставить мне французское Эхо и людей из эскадрильи "А".


"Чинуки" с ревом ворвались всего через несколько минут, сверкая огнями, и они с шумом выгрузили Либана и его людей первыми, три отряда, второй "Чинук" высадил около тридцати человек из эскадрильи "А", но в некоторых я узнал эскадрилью "D", когда "Чинуки" с грохотом унеслись прочь.


Темный силуэт Либана спросил: "Люди живут здесь, внизу?"


"И да, и нет - мы у них не популярны, но одна пожилая леди угостила нас цыпленком".


"Ах, ну, если у нас есть курица, то она вкусная, нет."


Я подвел его и его капитанов к стене и подробно описал телевизионную станцию, затем двинулся на запад, чтобы подробно описать различные команды на крышах. "Ты ведешь своих людей на северо-восток, через два квартала и один северный, на крышу и удерживаешь ее, удерживаешь лестничный колодец, а на той крыше несколько 105-миллиметровых орудий - мы расстреляли операторов".


"И план таков?"


"Здесь мы разрезали город пополам, чтобы остановить продвижение повстанцев на юг. На юге находятся посольства, затем Президентский дворец."


"Ах, мы хорошо защищаем богатых людей, нет, нас, крестьян".


"Oui!" Я посмеялся, и он повел свою команду, Риццо крикнул "Иди поработай, а". Я наблюдал, как они переходили дорогу, теперь здесь нет верных солдат, а французские команды прятались за легковушками и грузовиками, обходя здания.


"А как же мы?" Спросил Фиши.


Я обратился. "Прости, забыл, что ты здесь". Я указал. "Видишь то здание к востоку, в десяти кварталах отсюда, в двух от кромки воды. Приступай к делу, но будь осторожен на улицах, вокруг повстанцы, а также изворотливые местные женщины с мачете. Вперед."


Он вывел постоянных посетителей, когда Саша приблизился, и мы стояли, болтая по-русски в течение десяти минут, Каспер и команда, назначенная на юго-западную сторону.


Пятнадцать минут спустя я увидел движение на 105-миллиметровой крыше. "Уилко для Либана, ты меня слышишь?"


Да, хороший сигнал. Здесь несколько убитых, несколько раненых, и у нас есть 105-мм пушки и гранаты, немного РПГ. И две чернокожие дамы, они предлагают нам немного секса."


"Я думаю, что эти дамы более опасны, чем гранаты, подполковник".


"Я тоже так думаю, но высокие дамы, выше меня".


"Большинство людей выше тебя", - сказал я ему, парни смеялись в темноте.


"Соси мой член, майор".


В нас влетел РПГ, и мы пригнулись, когда он пролетел над головой.


"Либан, это были твои люди?" Я дразнил. "Я приношу извинения за то, что назвал тебя коротышкой!"


"Нет, позади нас, мы сейчас посмотрим".


Послышались отдаленные раскаты.


"Там все еще есть мятежники", - заметил Моран, выглядывая из-за стены.


"Уилко", - позвал Паркер. "Сюда".


Я побежал трусцой на юг и поравнялся с ним.


"Этот РПГ попал в здание, сэр, раненых выносят, здание в огне".


"Черт". Я смотрел на женщин и детей, кричащих, когда они преодолевали лестничный колодец, поднимая клубы дыма. К северу от нас, в трущобах, они все вцепились друг другу в глотки. Уже тысячи погибших, и политическая составляющая ситуации выйдет из-под контроля."


"Как же так, сэр?"


"Это место - хороший пример для тебя. У нас есть действующий президент - коррумпированный ублюдок, который подавляет свой народ, у нас есть недовольный полковник, который хочет власти - ради собственного богатства, мы все оказались посередине, и нам поручено сражаться за дьявола, которого мы знаем, а не за нарушителя. Тебе хочется получить ранение из-за одного из этих уколов?"


"Не совсем, нет, неясно, кто здесь прав, а кто нет".


"Это политика, которая делает солдатскую службу тяжелой", - сказал я со вздохом. "Так что оставь это Лондону, ты делаешь свою работу как можно лучше в небольшой команде, и именно так ты оцениваешь себя, даже если эта операция провалена".


"Это будет полный провал, сэр?"


"Скорее всего, потому что какой бы идиот ни победил ... бедные угнетенные люди здесь страдают от перекрестного огня".


Гражданская война здесь может начаться в любой момент. Это не наша вина."


"Правильно. Это не наша вина, но виноваты средства массовой информации, помните об этом."


Мури принесла нам еще цыпленка, за который заплатили моими долларами США, и большинству парней достался вкусный цыпленок. Чтобы не отставать, Грини отправил своих детей-шпионов, и они вернулись с кебабами и банками фанты, плюс один большой пакет яблок.


Стрельба утихла, сейчас почти ничего не происходит, поэтому я велел людям отдохнуть и организовать ротации оленей.


Час спустя, надевая куртки, поскольку все быстро остывало, мы услышали автоматную очередь. Заглянув за борт, мы увидели предприимчивую группу гражданских мужчин, совершивших налет на то, что выглядело как ювелирный магазин.


"Рани их", " приказал я и засыпал перцем их машину для запланированного побега, чтобы они никуда не ехали быстро, когда их поездка начнет набирать обороты.


Потенциальные грабители были ранены в ступню, и вскоре четверо мужчин катались или уползали.


Я передал: "Это Уилко всем командам. Закон и порядок рушатся, и это влияет на нас и нашу миссию здесь - так что раньте любых преступников или отпугните их, не убивайте."


Десять минут спустя я услышал крики и выглянул из-за стены как раз вовремя, чтобы увидеть, как сбили конный "фифти кэл", человека, управлявшего пулеметом, отправили в полет, водитель и пассажир погибли, когда ветровое стекло побелело.


"Они выглядели как штатские!" Моран предупреждал.


Я крикнул: "Любой штатский с пятьюдесятью кал - убейте ублюдка!"


Каспер подошел. "Внизу есть БТР, мы их используем?"


"Мы никуда не денемся, мы хотим разрезать город пополам".


"Затем мы блокируем ими дорогу, я снимаю предохранители и оставляю их у себя".


"Да, сделай это".


Он увел русскоязычную команду.


Я передал: "Это Уилко, мы собираемся передислоцировать БТР, никто не стреляет в наших людей". Я подошел к северной стороне и посмотрел вниз. Каспер выбежал и открыл дверь первого бронетранспортера - взгляд на кровь и тела на асфальте, вскоре внутри, когда Саша направился ко второму бронетранспортеру. Вскоре двигатели зарычали, изрыгая черный дым, и Каспер тронулся с места, проехав целый квартал, прежде чем развернул БТР поперек центра дороги, перед конным "фифти кэл".


Выйдя из БТР, он нацелился на пятьдесят километров, вытащил тела, запрыгнул внутрь и поехал к нам.


Радиосвязь из эскадрильи "Б", и они спросили, могут ли конные пятьдесят кэлов отправиться к французам, в здании, в котором находились французы, были пандусы для строительных материалов.


Каспер и второй мужчина сели в седло, описали круг и помчались на запад, пока мы смотрели вниз, и через три квартала он въехал на строительную площадку. Мы мельком увидели свет фар на первом этаже, затем на втором.


Он вернулся трусцой со своим приятелем десять минут спустя.


Каспер появился на лестнице, запыхавшись. "Три дороги перекрыты".


"Хорошая работа, вы заработали себе немного цыпленка".


"Ты съел всю курицу!"


"Остались кое-какие объедки".


Он выругался по-русски, когда появилась его команда, теперь весь потный. Громкое эхо стука-та-та-та, и французы 1ST Батальон бил кого-то кулаками возле прибрежной дороги, но с того места, где мы находились, мало что было видно.


Полчаса спустя, еще более спокойные полчаса, и Моргенсен был включен. Уилко, мы на связи с той колонной, сейчас обстреливаем их из минометов, они в миле вверх по дороге, но в поле зрения, на краю аэродрома. Они остановились, не в последнюю очередь потому, что мы выпустили по ним хорошую плотную группу минометов."


"Превосходно. Дай мне знать, если они обойдут тебя с фланга, или если ты увидишь, что они используют другие дороги и направляются сюда."


"Кажется, что все дороги перекрыты, происходит что-то вроде беспорядков, к аэропорту даже подходили несколько человек с мачете".


"Что ты сделал с теми людьми?" - Спросил я, обеспокоенный.


"Мы сделали предупредительные выстрелы".


"Мы убивали здесь вооруженных гражданских, но они были вооружены навесным пистолетом fifty cal".


"Если они знают, как пользоваться пятидесятикалорийными, то они не гражданские, а солдаты в джинсах".


"Да, вероятно, и я предупредил своих людей о гибели мирных жителей, но внизу люди мародерствуют, поэтому мы их отпугиваем, нам не нужен разрушенный город вокруг нас".


"С того места, где я стою, горит целая миля жестяных лачуг, к утру от них ничего не останется, так что, возможно, они начнут все сначала с какого-нибудь нового жилья".


"Ha! Как будто здешний президент стал бы тратить деньги. Он будет просить взаймы у вашего правительства! Уилко на свободе."


Когда зазвонил мой телефон, это был Хейнс. "Где ты?" Я спросил его.


"Посольский ряд, к югу от вас, бродячие патрули, несколько идиотов с мачете отпугнули, несколько убитых".


"Убит?"


"Они остановили машину посольства, показали пистолет, мы убили их".


"Хорошо, но будь осторожен со смертями среди гражданского населения здесь, чертовски осторожен".


"Если большой черный мужчина идет на меня с мачете - я стреляю, а не стою, мило улыбаясь".


"Да, но имейте в виду последующее расследование ..."


"Поговорил с моим боссом и командующим ВВС, и у нас есть правила ведения боевых действий, которые включают самооборону. Как там, наверху?"


"Сейчас в основном гражданские с оружием, немного мародерствуют, но мы большая сила, мы заняли высоту, мы остановили несколько бронетранспортеров, ранее спасли президента, ждем основные силы повстанцев, но они застряли возле аэропорта, дорога перекрыта".


"А если они справятся?"


"На тебя нападут шесть тысяч человек".


"Мы бы убежали и добрались до него вплавь. О, кто-то спросил, безопасна ли дорога отсюда до аэропорта."


"Ни хрена себе, предостереги всех от его использования. Здесь достаточно тихо, если у вас есть вооруженный эскорт, вокруг аэропорта - ад на земле, полномасштабное восстание, здания в огне. Любая эвакуация сотрудников посольства должна осуществляться вертолетом."


"Я дам им знать".


Дэвид Финч появился пятнадцатью минутами позже. "Уилко, дорога в аэропорт перекрыта?"


"Чертовски хорошо заблокировано, тебе понадобится танк, чтобы прорваться".


"Мы все за своими столами, проблема с персоналом посольства, а также с нашими интересами в Гвинее. Мы планировали переброску по воздуху в аэропорт, но американцы в аэропорту поддерживают контакт с повстанцами."


"В последний раз, когда я разговаривал там с американским майором, он сообщил, что повстанцы не открывали огонь".


"Хорошо, я уточню у них. Как там, где ты находишься?"


"Достаточно тихо, спасите мародеров внизу, но мы раним их или отпугнем".


"Там нет фракционных боев?"


"Нет, все тихо. Все проблемы в трущобах к западу от аэропорта."


"У нас есть человек к северу от вас, который собирает отчеты, чернокожий местный парень, от которого есть какая-то польза".


"У меня тоже есть свои шпионы".


Когда Дэвид ушел, я перезвонил сержанту Тобо. "Это майор Уилко".


"Ах, сэр, здесь все стихло".


"Где именно ты находишься?"


"Скажем, от телевизионной станции ... в шести кварталах к северу и трех к западу. Окна квартиры моего брата выходят на запад, сэр, и теперь его сын следит за дорогами."


"Что вы слышали о восстании?"


"Ах, нехорошо, многие думают, что президент покинул страну, и многие хотят сражаться".


"Твоя семья в безопасности?"


"Да, сэр".


"А остальные члены вашей команды?"


"Они звонят мне из разных домов, сэр, некоторые близко к северу и наблюдают за боем снаружи, но сражающиеся не солдаты, сэр".


"Я понимаю, присмотри за своей семьей, Уилко вон".


"Что это было?" - Спросил темный силуэт Морана.


"К северу от нас много боев, все домохозяйки и никаких повстанцев".


"Так что же делают повстанцы, сидели и играли в карты?"


"Дороги перекрыты, так что они запутались до рассвета - и некоторые расчищенные дороги".


"Уилко!" Позвонил Томо, и мы с Мораном подбежали. Он указал, мы посмотрели, и мужчина и женщина в квартире усердно занимались этим, съемочная группа из двух человек снимала действие.


"Зачем снимать порно?" Моран усмехнулся. "Просто купи это в Штатах".


"Должно быть, они думают, что у них есть рынок сбыта", - отметил я. Я указал на улицу. "Что этот парень делает?"


Николсон прицелился вниз. "У него рация в наушниках, пистолетная выпуклость".


"Оторви несколько пальцев с его ноги", - приказал я.


Николсон выпустил патрон, мужчина упал.


"Почему бы не убить его?" - Поинтересовался Моран.


"Мог быть местным полицейским или чьим-то разведчиком".


"Может быть, разведчик лидера переворота", - запротестовал Моран.


"Тогда сходи за ним, мы поболтаем".


Моран обзывался и побежал к лестнице. Они нашли нашего человека лежащим на животе и ползущим, нанесли хороший удар ногой, отобрали пистолет, рацию и оттащили его назад.


Возле лестничного колодца они сбросили его вниз, мужчина в агонии, у него не хватает многих пальцев на ногах, в ботинке большая дыра.


Я сказал им: "Снимите с него обувь, сожгите ему ступни".


"Подожди", - прозвучало на приличном английском.


"Кто ты!" - потребовал Моран, схватив мужчину за горло.


"Я работаю на генерала Кибили".


"Лоялен ли он президенту?" Я спросил.


"Нет".


"Он перешел на сторону полковника повстанцев?"


"Нет".


"Нет?" Моран закричал. "Так почему он послал тебя?"


"Он хочет убить президента, да, но он также хочет убить полковника", - процедил мужчина.


"Что за дерьмовое место", - выдохнул Моран.


"Что ты здесь делал?" Я спросил.


"Мы пытаемся проникнуть на телестанцию, поэтому, когда кто-то выступит завтра, мы убьем его".


"Поблизости есть другие мужчины?" - Спросил Моран.


" Да, " ответил напряженный шепот.


"Как они вооружены?" Я спросил.


"Пистолеты и гранаты".


"И одетый, как ты, не в форму?" Я нажал.


"Да, да".


Я столкнулся с командой Каспера. "Сбрось его за борт".


Пока мужчина умолял, Каспер и его команда потащили его, высоко подняли и запустили на южную улицу.


" Дерьмо, - вырвалось у Саши, когда он посмотрел вниз.


Мы подошли ближе и посмотрели вниз. Мужчина приземлился на крышу автомобиля и был все еще жив и двигался.


Каспер прицелился вниз и размазал мозги по всему ветровому стеклу. Мужчина выбежал, подняв руки вверх, когда увидел, в каком состоянии его машина. Мы все отошли от края.


"Ни в чем не признавайся", - предложил я. "Тело, какое тело".


У Саши было радио. "Я прислушиваюсь, может быть, мы поймаем остальных".


Я позвонил сестре Лондон. "Это Уилко в Гвинее, проинформируйте все заинтересованные стороны, генерал Кибили замышляет убить президента и лидера повстанцев, он сам хочет власти".


"О, черт возьми", - прозвучало в телефонной трубке.


"Уилко на свободе".


Полчаса спустя, когда многие сидели у стен, Дэвид Финч снова включился.


"Работаете допоздна, босс?"


"Занимайся этим всю ночь. Мы проверили генерала Кибили, и он пропал. Большинство высокопоставленных правительственных чиновников находятся в Президентском дворце или поблизости, они живут поблизости, но хороший генерал ... в другом месте. Президент теперь в курсе заговора."


"И сколько еще его сотрудников хотят получить его работу, и доживет ли он до утра?"


"Вокруг него морские пехотинцы США, которые не доверяют его собственным телохранителям".


"Звучит как разумный подход, сохранить старика в живых подольше".


"Тихо там, где ты?"


"Да, наступила мертвая тишина, население сидело и смотрело мыльные оперы".


"Свифти для Уилко" вышла десятью минутами позже.


Я стоял во весь рост. "Иди головой".


"Мы видим группу солдат, в нескольких кварталах к югу, в каком-то офисном здании, горит свет, но там есть старшие офицеры и полиция, и они выглядят как не повстанцы".


"Я сделаю несколько звонков. Ты видишь, что написано на здании?"


"Рыбалка на побережье. И водопровод."


"Рыбалка и водопровод? Это отделка и сантехника?"


"Держись, да".


"Наркотик".


Джинджер настаивала: "Это сантехника, проводка ... затем отделка!"


Я позвонил Дэвиду Финчу, когда команда обсуждала методы отделки дома. "Босс, к юго-западу от моей позиции, в нескольких кварталах отсюда, старшие армейские офицеры встречаются, чтобы пощекотать нервы, в магазине под названием Costa Finishing and Planning. Проверь это быстро, это может быть еще один претендент на трон."


"Там не должно быть высокопоставленных сотрудников, а вокруг Президентского дворца находится верная армия. Я бы сказал, что они были враждебны."


"Сначала проверьте, пожалуйста".


"Я тебе перезвоню".


Я передал: "Французские подразделения, подполковник Либан".


"Вот".


"Я хочу, чтобы здесь побыстрее появились RPG".


"Мы сказали некоторым "да", посылая людей сейчас".


"И пятьдесят конных кэлов пригнали сюда. Я пошлю людей встретить его. Саша, твоя команда, иди за пятьюдесятью кал, встретимся внизу. Паркер, Грини, оставайтесь здесь и смотрите на все четыре стороны." Ребята рассмеялись. "Остальные за мой счет. Паркер, мы вернемся примерно через полчаса."


"Верно, босс".


На лестничной клетке мы проходили мимо незаинтересованных жильцов, дети видели нас и убегали, улыбаясь, а на первом этаже мы проверили тихую улицу, вскоре услышав шаги двух французских парней, которые принесли гранатометы RPG и два тяжелых мешка с головами.


Я сказал им: "Вы идете с нами", - и повел команду на запад, ожидая в пятидесяти километрах езды верхом. Этот джип появился несколькими минутами позже - лобовое стекло теперь отсутствует, он мчался к нам и дальше, ожидая на перекрестке.


Быстрым шагом я провел команды через три квартала, два на юг, затем дальше на запад, пока искал отделку Costa и сантехнику, вскоре увидев ярко-синюю фасаду в двух кварталах от нас, когда местные жители разбежались. Я дважды развернулся, и мы нырнули в недостроенное здание, парни были спрятаны, джип припаркован - и выглядел очень приметно.


Поднявшись на стену, я посмотрел в прицел и увидел четырехзвездного генерала с потным лицом, который сидел и болтал с двадцатью армейскими офицерами и сержантами, а также с ними со старшим полицейским составом.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Дэвид, и это дело связано с начальником полиции, который пропал без вести, подозреваемый в дружбе с генералом Кибили".


"Прямо передо мной сидит четырехзвездный генерал".


"Ну, его там быть не должно, им всем приказано вернуться в Президентский дворец".


"Это может пойти совсем не так ..."


"Ну, ты здесь для того, чтобы сохранить жизнь президенту, а эти люди замышляют его убить".


"Мы не можем быть уверены в этом на 100%. Возможно, они просто хотят создать новую политическую партию, свободных и честных выборов."


"Действующий президент никогда бы этого не допустил".


"И вот мы здесь, поддерживаем жестяного диктатора, американская демократия любит британскую ..."


"Ты знаешь, как это работает, поэтому ... делай то, что считаешь лучшим в данной ситуации".


"Я думаю, что Каспер и Петров получат всю вину, я видел камеру".


"Это было бы приемлемо".


Положив трубку, я передал: "Наденьте маски и перчатки, чтобы вас не видели и не опознали, без необходимости не разговаривайте. Саша, твоя команда кричать по-русски. Каспер, впереди - после того, как ты обрушишь на здание пятьдесят кал. И Каспер, найди раненого, который будет жить - и говори по-русски. Приготовьтесь к атаке."


По радио я сказал: "Моран, поверни направо и перекрой улицу. Слайдер, залезай сюда повыше и стреляй вниз, снайперы здесь. Николсон, позови туда генерала, Томо разобьет стекло."


Мужчины бросились прочь, джип завелся и двинулся по кругу, готовый. Я как раз нацепил глушитель, когда из-за угла, тихо беседуя, вышли четверо солдат. Я поразил двух середнячков, кто-то другой поразил двух последних солдат.


"Мы преданы", - передал я. "Иди, сейчас же!"


Джип набрал обороты и помчался по улице, остановившись на углу, вскоре поднялся адский грохот, вызванный оглушительным "стук-та-та-та", звон бьющегося стекла. Я побежал за ним, сверху свистели пули, и на углу я разрядил обойму в стеклянный фасад здания, вскоре повернув налево и попав в машины, когда я заметил, что в этих машинах сидели чернокожие солдаты.


Когда я перезаряжал оружие, ветровые стекла побелели, теперь поднялся адский шум, беспокоящий местных жителей, и я махнул Касперу вниз и вперед, указывая на камеру. Он нагло двинулся вперед, стреляя от бедра, пауза под камерой на три секунды, шагнул внутрь и через разбитое оконное стекло, когда его команда последовала за ним.


"Это Николсон, и генерал мертв, остальные ранены, некоторые прячутся".


По-русски я крикнул: "Прикончите их!" По радио я передал: "Отходите, прикрывая огнем, ждите наших людей, которые внутри".


Мы с Мораном забились в темный угол, люди смотрят на нас сверху вниз из квартир, Каспер и его команда наконец-то выбегают. Он протянул мне спутниковый телефон.


"А, хорошо", - похвалил я, выводя их на пробежку.


"Что мы будем с этим делать?" Французы жаловались на свои тяжелые РПГ.


"Выстрели в них, быстро, два выстрела, остальные возвращаются к Либану".


Они опустились на колени, приготовились, когда мы уходили, и ворвались в витрину магазина, оставив помещение окутанным дымом. Они побежали, чтобы догнать нас, и мы проверили углы, возвращаясь к телевизионной башне, моему навигационному пособию.


Каспер подбежал трусцой.


"Ты ушел из "фифти кэл"?" Я спросил.


"Патронов нет", - отметил он.


"Ты с кем-то говорил?"


"Да. Я сказал ему: Петров передает привет."


"Однажды из-за тебя у меня будут неприятности", - пошутил я, и его команда рассмеялась.


Вернувшись на крышу, мы поприветствовали Паркера и Грини.


"Мы слышали действие", - отметил Грини. "Не мог этого видеть".


Я передал: "Уилко, всем командам, установите оленя и получите немного кипы". Я позвонил Дэвиду Финчу. "Все еще не спишь?"


"Здесь не так уж поздно".


"Встреча четырехзвездного генерала и его последователей была грубо прервана, и они больше никогда никого не побеспокоят".


"Приятно знать".


"Уилко на свободе".


Я позвонил сестре по взятому напрокат спутниковому телефону. "Это Уилко в Гвинее, отследите этот номер телефона, пожалуйста, как можно быстрее, все контакты сообщайте Дэвиду Финчу".


Сев у стены, я попытался устроиться поудобнее, скрестил ноги и зевнул. Но через десять минут я уже не мог заснуть, поэтому бродил вокруг.


"Уилко!" - раздался крик, и я двинулся к Томо с Мораном и Слайдером на буксире. "Посмотри на съемочную группу порнофильма. В них есть что-то чертовски странное."


Как мы наблюдали, голый мужчина с огромным твердым членом, поднял нож, женщина кричала, и начал наносить ей удары.


"Стреляй нахуй!" Моран отдал приказ, раздались взрывы, окно выбито, нападавший, а также его режиссер и звукооператор превратились в кровавое месиво.


Обнаженная чернокожая женщина вскочила, вытерла фальшивую кровь, хмуро проверила сценарий, затем выбежала.


Я взглянул на Морана, когда он посмотрел на меня, Слайдер недоуменно нахмурился, Николсон разинул рот, остальные парни уставились на странную сцену.


Моран обошел меня и несколько раз ударил Томо плоской ладонью. "Ты, гребаный болван!"


"Откуда мне было знать", - запротестовал Томо, получив пинок от Морана.


Слайдер наконец сказал: "Давай не будем делать репортаж о сегодняшнем вечере, а?"


"Ни хрена себе", - сказал я ему.


Слайдер спросил: "Что это был за фильм?" Порно с убийством?"


"Выдуманный ... снафф-фильм, я полагаю".


"Хреновая страна или что", - вздохнул Слайдер.


Я снова успокоился, но мой телефон зазвонил. Тинкер. "Мы отследили этот телефон, и он принадлежит сыну генерала Кибили".


"Я позаимствовал это у генерала".


"О, точно, потому что он в нашем списке плохих парней".


"Вычеркни его, потому что я вырвал это из его все еще теплых мертвых рук".


"Ах. Ну, он поддерживает контакт с некоторыми нигерийцами."


"В этом нет ничего удивительного".


"Один всего в пятидесяти ярдах от тебя".


Я расслабился. "Можешь достать мне дозу?"


"Сомневаюсь, исправление не настолько точное".


"Жук. В каком направлении?"


"Северо-Восток".


"Хорошо, в любом случае спасибо". Я взглянул на целевое здание, но в нем предлагалось сто квартир. Но ... но из окна было удобно выходить на телевизионную станцию.


Я крикнул: "Снайперов ко мне", и они прибежали. "В том здании сидит дерзкий парень из Нигерии, наблюдающий за телевизионной станцией. Попробуй найти его."


Они опустились на колени и прицелились, болтая об этажах, каждый человек выделил этаж.


Через десять минут мне позвонили. Николсон начал: "Верхний этаж, среднего типа, свет погашен, шторы раздвинуты, парень сидел и курил".


"Разбей его окно, не бей его", - приказал я, Свон разбила стекло.


"Он пригнулся", - отметила Свон.


"Краб для Уилко".


"Продолжай".


"Мы видим, как кто-то взбирается на телевизионную мачту".


Мы пристально вглядывались в темную башню, наконец, заметив человека в десяти ярдах от начала башни.


"Он может быть ремонтником", - предупредил я. "Телевизионная станция сейчас в прямом эфире, полно людей, нужно разобраться с некоторыми ... ночными ремонтными работами".


"Или у него есть бомба, и он разрушит башню", - предположил Моран. "Как ты себя чувствуешь, насколько тебе повезло?"


Я вздохнул. "Отведи нескольких человек через улицу, спроси босса телестанции".


Он обзывался и выбежал на лестничную клетку. Минуту спустя мы увидели, как он перебежал улицу.


"Свон", - крикнул я, - "Следи за тем окном".


Через несколько минут пришло сообщение: "Моран для Уилко, его там не должно быть!"


"Николсон, пристрели его!"


Николсон прицелился и выпустил патрон. Мужчина упал, но держался, все еще двигаясь. Николсон выстрелил снова, теперь мужчина повис за лодыжку.


Вспышка, и мы все отвернулись, ныряя вниз, взрывная волна обрушилась на нас, мое тело ударилось о жесткую крышу, из меня вышибло дух.


" Уилко, ты в порядке? " раздался голос.


Я застонал и перевернулся, или кто-то перевернул меня. "Да, хорошо, нет ... Я думаю, никакой шрапнели".


Пьяные мужчины успокоились, когда радио сошло с ума.


"Моран для Уилко, докладывай!"


"У нас все в порядке, пластиковая взрывчатка, осколков нет".


"Осторожно, башня падает!" - раздался крик.


Кто-то схватил меня и потащил к лестнице, позади меня раздался оглушительный металлический лязг, и мы оглянулись.


Слайдер наконец сказал: "Что ж, это чертовски удобно".


Глядя широко раскрытыми глазами на разрушенную стену, у нас теперь был мост к телевизионной станции, если мы будем достаточно глупы, чтобы захотеть им воспользоваться. Металлическая башня сломалась, отвалилась, застряла своим основанием на вершине здания и наклонилась к нам.


"Больше никакого телевидения", - отметил Слайдер.


"Уилко для Морана, ты в порядке?"


"Да, и менеджер телевизионной станции говорит, что служба вещания в порядке".


Я озадаченно взглянул на Слайдера. "Как сервис может быть в порядке, когда эта гребаная башня разрушена?" Я передал.


"Эта башня используется только для мобильных телефонов, передача осуществляется через спутник".


"И тупой ублюдок, который все испортил ..?" - настаивал я.


"Ничего не знал о здешней обстановке", - передал Моран.


Риццо выступил вперед. "Это позорно! Неужели у них нет хороших парней, а!"


Я встретился с ним лицом к лицу. "Во время войны в Персидском заливе вы напали на радиоустановку, которая за неделю до этого подверглась бомбардировке янки и была выведена из строя!"


"Ну, да, но мы выполняли приказы. Это не наша вина."


Слайдер сказал ему: "Человек-паук там тоже выполнял приказы, просто не очень хорошие".


Я позвонил Тинкеру и сообщил ему последние новости, заставив его рассмеяться, затем снова уселся, а парни осматривали наш новый мост.


"Мне нужно выпить чего-нибудь покрепче", - сказал мне Слайдер, усаживаясь рядом со мной. "Здесь все вверх дном".


"Спи с этим. А утром все будет солнечно и ярко."


"Ha!"


Моргенсен позвонил час спустя, когда я сидел у стены. "Уилко, мы отбросили их назад. Мы ударили по ним из минометов и пятидесяти кал на джипе."


"На джипе?"


"Мы сели на один из пятидесяти кэлов в аэропортовский джип, обычно используемый для буксировки багажных тележек, подъехали на нем так далеко, как только осмелились, и открыли огонь по колонне. Сейчас не вижу никакого движения."


"А дороги к западу от вас, по другую сторону домов?"


"Как и нам, им нужно было бы уметь видеть сквозь дым, чтобы вести машину. Похоже, там перекрыты все дороги."


"Хорошо, отлично. И у вашего флота на рассвете будут наготове F18, так что громкий пролет отпугнет повстанцев."


"Должно подойти, да".


Когда рассвет начал давать о себе знать, я пошевелился, и мне пригодились чьи-то брошенные выстиранные одеяла, чтобы лечь на них. Паркер проснулся, сел, скрестив ноги, рядом с Николсоном, и он протянул мне свой напиток.


"Хороший человек. Ты далеко пойдешь в Ехо, если всегда будешь подавать мне пиво на рассвете."


"Работа Свифти", - отметил Николсон.


Я потягивал чай и сидел, прислонившись к стене, небо было темно-серым, над зданиями висел туман. "Что-нибудь происходит?"


"К черту все происходящее сейчас, босс", - доложил Николсон. "И видимость дерьмовая".


Слайдер вскочил, внезапно проснувшись. "Черт".


"Плохой сон?" Я спросил.


Он потер лицо. "Я был ... женат, еще в Великобритании, и Томо был моим сыном".


Те, кто был в пределах слышимости, громко рассмеялись.


"Кошмар", - согласился я. "Но ты его отец, так что ... вроде как ожидаемо".


Он покачал головой. "Он что-то натворил в школе, и меня обвиняли".


"Сжег школу дотла", - предположил Николсон. "Нет, на самом деле, он поджег, по крайней мере частично, немного краски, и это вышло из-под контроля, спалил сарай магазина и несколько зданий".


"В моей старой школе, " начал я, не выключая кухонную плиту, " в холле были такие каменные лица, как у ангелов, на этих колоннах, так что я пробирался туда тайком, мазал их помадой, изо рта торчали сигареты, на них были парики. Учитель не замечал этого до середины собрания, пока все дети не начинали хихикать."


Слайдер посмотрел мне прямо в глаза. "Мне трудно видеть тебя ребенком".


"Я был милым маленьким уголком", - притворно запротестовал я. "И бывший полковник Ричардс, он был моим ближайшим соседом. Так это началось, мой интерес к военным. Он отвез меня на пастбище в Росс-он-Уай."


Мой телефон зазвонил. "Поехали", - сказал я им.


"Уилко, это Тинкер".


"У тебя усталый голос".


"Я застал несколько часов, у некоторых здесь вытянутые лица, все потягивают кофе, как будто от этого зависит их жизнь. В любом случае, у тебя проблемы. Силы повстанцев начали движение час назад, на машинах и пешком по вест-сайду, они будут с вами через несколько часов, большинство идут пешком."


"Сколько?"


"Тысячи".


"О, тогда мне лучше придумать отличный план. Продолжайте получать информацию." Положив трубку, я разглядел их выжидающие лица в тусклом сером свете рассвета. "Приготовь еще пива, немного жратвы, день будет долгим, у нас несколько тысяч человек, занятых этим делом. Разбуди всех."


Я позвонил сержанту Тобо.


" Алло? " раздался сонный голос.


"Это майор Уилко, проснись и выпей кофе, повстанцы выдвигаются, предупреди меня".


"Хорошо, сэр, теперь я вызываю ди мен".


Я позвонил Хейнсу.


Такой же сонный голос произнес: "Алло?"


"Это Уилко. Разбуди всех, приготовь кофе, затем собирайся. Через два часа несколько тысяч разъяренных чернокожих мужчин будут там, где вы находитесь. Выведите сотрудников посольства, но в Сьерра-Леоне или в аэропорту, аэропорт пока свободен."


"Черт. Хорошо, я займусь этим."


Я стоял во весь рост. Всем командам, это Уилко. Разбудите всех, приготовьте еду, выпейте кофе, через час у нас будет компания, несколько тысяч человек движутся к нам на юг. Будьте готовы, перекрыть все подъездные пути, будьте начеку."


Я позвонил Моргенсену, позвал сержанта. "Сержант, предупредите вертолеты, где вы находитесь, что нам, возможно, потребуется эвакуация через час или два, то же самое для сотрудников посольства, повстанцы идут пешком по западной стороне, все шесть тысяч из них".


"Иисус".


"Приступайте к делу, сержант".


Я стоял у северной стены, вглядываясь в тихую и затянутую туманом серую улицу, Саша на олене, пока никаких признаков неприятностей, две вороны каркали над нами неподалеку.


"Они приближаются?" он лениво спросил.


"Кажется, пешком, так что добираться сюда часа три, зависит от того, когда они покинули казармы". Я глубоко вздохнул. "Итак, как нам замедлить их?"


"Они не могут проходить сквозь стены или летать, они используют эти дороги, мы видим их и стреляем в них, многие из нас, мужчин, здесь".


"Но у нас будут потери, и они могут подняться по лестнице. Они также заберутся на крыши других зданий."


"Если мы будем бить офицеров и сержантов, как ты сказал ..."


"Да, они потеряют веру, но эта вера зависит от ободряющей речи. Они думают, что народ на их стороне и что президент сбежал."


Он кивнул. "У них могут быть мотивы".


Я позвонил в GL4 и попросил, чтобы они где-нибудь поблизости нашли боеприпасы и гранаты и доставили их нам, и как можно скорее, плюс кирки. Последняя часть нуждалась в разъяснении.


Я позвонил Слайдеру. На первом этаже был магазин со строительными инструментами" который я видел прошлой ночью. Разбей стекло, если понадобится, взломай замок, принеси мне большие молотки и кирки, если они у них есть, молоток и зубила. Иди."


Он обзывался и направился вниз по лестнице.


"Что ты делаешь?" Саша озадачен.


"Люди, стреляющие через эти стены, видны, поэтому мы делаем отверстия".


"Ах, да. Лучше."


Я передал: "Уилко, всем командам, постарайтесь проделать в стенах отверстия для ведения огня, если сможете, разбейте секции. В стенах есть большие дренажные отверстия, воспользуйтесь ими. Я хочу, чтобы людям выделили охрану улиц, охватили все углы, и мы ударим по ним с расстояния 600 ярдов. На каждом углу улицы есть человек, назначенный прикрывать его. Для начала они придут с северо-запада. Приготовься."


"Эскадрилья "Б" для Уилко".


"Продолжай".


"Мы стоим здесь и сражаемся со всей их гребаной армией?"


"Я скоро свяжусь с Лондоном, узнаю, каковы наши приказы, но нас очень много, и эта армия - сброд усталых голодных людей, которым не платили шесть месяцев. Мы расстреливаем офицеров и сержантов, а затем смотрим, насколько решительно они настроены обойти нас. И эти люди, они избежали сорока "Зеленых беретов" в аэропорту, потому что американцы стреляли в них. У них нет духа для борьбы."


Десять минут спустя, когда Слайдер вернулся с инструментами, а мужчины уже долбили дыры в полуразрушенных старых бетонных стенах, я позвонил в GL4 и попросил их связаться с бригадиром и попросить его перезвонить мне; Бригадира не было в моем списке спутниковых телефонов.


Он позвонил десять минут спустя, голос его звучал устало. "Уилко?"


"Да, сэр. Ты проснулся и смирился с этим?"


"Не совсем".


"Выпей кофе и перезвони мне, нужно принять важные решения".


"Хорошо, дай мне несколько минут".


Я наблюдал, как Томо разбил низкую секцию стены, затем посмотрел вниз. "Извините!" - крикнул он кому-то внизу.


"Что это было?" Я спросил.


Обломки упали на какого-то парня. И его машина."


"К концу дня в его машине будет несколько дырок от пуль".


Моран сказал: "Мы эвакуируем гражданских из этого здания?"


"Куда идти?" Я бросил вызов. "Где безопасно, по какой дороге, в каком здании?" И они бы нас не послушали."


"Может быть, мы свяжемся с Лондоном ..."


"Я жду звонка", - сказал я ему. После паузы я позвонил в Кабинет министров. "Это Уилко в Гвинее, мне нужен премьер-министр или министр обороны".


"Я проверю и перезвоню тебе, ПМ все равно рано встает".


Бригадир позвонил первым. "Уилко, ты в порядке?"


"Послушайте, сэр, армия повстанцев движется к нам по северо-западной дороге, шесть тысяч человек".


"Иисус".


"Мне нужно решение о том, остаемся мы или уходим, или меняем позицию".


"Куда бы ты переместился?"


"Юг, контрольный пункт, защити посольства и президента".


"С таким количеством солдат в движении президент, вероятно, вылетел бы, а также сотрудники посольства, конечно, когда началась стрельба. И если вы возьметесь за этих людей, у вас будут потери, такие же, как у вас сейчас. По крайней мере, теперь вы рассредоточены по крышам, и они не могут до вас добраться."


"Наша нынешняя позиция хороша, сэр, я не слишком беспокоюсь, но они могут забраться на крыши, и мы будем измотаны, и если у них есть РПГ и пятьдесят автоматов, мы понесем потери, но, как я только что всем сказал, они сброд, а не армия".


"Да, я сомневаюсь, что ими хорошо руководят или они хорошо вооружены. Какое решение ты хочешь, чтобы я принял?"


"Просто второе мнение, сэр, поскольку некоторые из здешних завсегдатаев нервничают по поводу этого плана".


"Вы могли бы улететь и оставить население на растерзание, вы стоите и сражаетесь там, где находитесь, или в критической точке, вы понесете потери в любом случае. Приказы из Лондона направлены на защиту президента, но также и на подавление восстания, они были очень ясны в этом. Вы должны остановить продвижение повстанцев к городу, и сейчас я официально передаю этот приказ."


"Очень хорошо, сэр, но передайте это также полковнику Маршу и поговорите со 2-й эскадрильей - чтобы все они знали, какая у нас задача, никаких несогласных голосов".


"Сейчас я сделаю несколько звонков, все перепроверю".


"Благодарю вас, сэр".


Звонок закончился, раздался сигнал, поэтому я перезвонил в Кабинет министров, соединил с премьер-министром.


"Майор Уилко, есть проблема?"


"Шесть тысяч солдат повстанцев идут на юг, к нам".


"Ого! Тебе угрожает опасность там, где ты находишься?"


"Не совсем, но у нас будет перестрелка в течение нескольких часов, люди будут ранены и убиты".


"А альтернативы?"


"Мы отступаем к посольствам или уходим".


"Ну, мы послали тебя туда не для того, чтобы просто уйти, и нам нужно защитить наши интересы. Как ты оцениваешь свои шансы?"


"Я рад, что у нас достаточно людей и хорошая позиция, но все может измениться, люди убиты и взяты в плен, туман войны. Чего я хотел, сэр, так это разъяснения моих приказов. Бригадный генерал Дин заявил, что мы защищаем президента, посольства, но также и то, что мы подавили восстание солдат-повстанцев. Вы подтверждаете эти приказы, сэр?"


"Да, это то, что мы обсуждали здесь и передали моду".


"Очень хорошо, сэр, пожелайте нам удачи".


"Вам не нужна удача, майор, вы вытащите кролика из шляпы, я в вас уверен".


"Благодарю вас, сэр. Поговорим позже в тот же день." Отложив телефон, я смотрел на северную дорогу, где внизу бродили несколько местных жителей, несколько женщин на крышах раскладывали белье для просушки, с любопытством поглядывали в нашу сторону, когда мои парни громко проделывали дыры.


Оглянувшись через правое плечо, я увидел, что Американские волки разрушили секции стены на своей крыше. Городские власти были бы недовольны, но вскоре у них появился бы чертовски большой счет за уборку после боев на улицах внизу.


Я передал: "Уилко, всем командам, нам приказано оставаться здесь и сражаться, чтобы остановить восстание и сдержать мятежников. Бойцы эскадрильи "Б" и другие регулярные части, вы подпадаете под эти приказы, и я только что говорил с бригадным генералом, а также с премьер-министром. Бойцы эскадрильи "А", у вас есть выход вон там?"


"Это подозрительно, и у нас под нами низкая крыша, еще одна под ней, мы можем спуститься и перебраться в другие здания, если понадобится. Это прочное здание, и у нас закрыта лестничная клетка, а на всех окнах на первом этаже есть решетки, входная дверь тоже прочная."


"Это Уилко, для эвакуации доступны вертолеты, а при необходимости - морские пехотинцы США на лодках. Я сообщу вам позже, если будут какие-нибудь новости."


"Уилко!" Звонил Свон, теперь целясь в квартиру подозреваемого нигерийца. Я подбежал к нему. "Мужчина в той квартире со спутниковым телефоном".


"Убей его, если у тебя будет шанс".


Подошел Моран, и не с его счастливым лицом. "А гражданские в этом квартале?"


"Ты хочешь постучать в двери, солдата с пистолетом, разбудить их и сказать им, чтобы они уходили - при условии, что они понимают твой английский и твой правильный смысл, что ты здесь не для того, чтобы насиловать и убивать их?"


"Что ж, это была бы тяжелая работа, но некоторые могли бы сбежать. Но если повстанцы обстреляют этот квартал из РПГ и промахнутся по нам, им достанутся женщины и дети."


"Если эти женщины - дети не из того племени или фракции, они будут убиты, если их поймают на городских улицах", - подчеркнул я.


"Они убьют женщин?"


"Они были чертовски правы, и тысячи людей погибли за ночь к северу от нас в междоусобных боях". Я испустил громкий вздох. "Возьми человека, спустись на верхний этаж, попробуй кого-нибудь разбудить, затем пусть эти люди предупредят остальных, дай мне знать, если это удастся".


Он ушел.


Свон сделал выпад, поэтому я шагнул к нему. Он почувствовал мое присутствие. "Ударь его в плечо, чтобы он истек кровью".


"Может быть больше, чем один, будьте начеку и осмотрите другие квартиры".


" Уилко, " позвала Джинджер, опустившись на колени рядом с Митчем и прицеливаясь. "Человек с биноклем смотрит прямо на нас, выстрел на 400 ярдов".


"Сделай выстрел".


Он выстрелил несколькими секундами позже. "Бедняга, у него лицо, полное бетона".


"Продолжайте искать дилдеров", - громко подбадривал я мужчин. Я передал: "Всем командам, люди на крышах наблюдают за нами в бинокли, найдите их и убейте".


Появилась Мури с пакетами, полными шоколада и печенья. "У меня были те доллары, которые ты дал Слайдеру, он сказал пройтись по магазинам, так что мы купили шоколад". Он раздавал мужчинам батончики.


"Сколько долларов осталось?" Я спросил его.


"Много, здесь все чертовски дешево, шкипер".


"Тогда возьми человека или двух и принеси воды в бутылках, немного консервированного кофе".


"В магазине хороший ассортимент", - похвалил он, прежде чем снова отправиться в путь.


Я передал: "Подполковник Либан, я хочу, чтобы вы были здесь для координации действий французских групп и снабжения".


"Хорошо, я подхожу".


"Прикройте его", - сказал я тем парням поблизости.


Он появился на крыше одновременно с возвращением Мури, Грини и Дикки, мои парни ходили по магазинам, сложив бутылки с водой и Нескафе в банки.


Либан улыбнулся, глядя на припасы, и повесил винтовку на плечо. "Мои люди приготовили еду прошлой ночью, старый солдат, который говорит по-французски. Он готовит нам кофе французской обжарки."


"А политические убеждения этого человека..?"


"Он ненавидит всех политиков", - сказал Либан, пожимая плечами.


Я подвел его к северной стене и указал. "Они придут по этой улице, так как же нам их задержать?"


"Притормози или пристрели их?"


"Притормози, затем пристрели их, не дай им броситься на нас".


"У них" хватает смелости броситься на нас, у этих черных? Нет, я так не думаю."


"Они думают, что президент сбежал, и что народ их поддерживает, и что им хорошо заплатят".


Либан скорчил гримасу. "Ну, может быть, несколько мотивированных мужчин. Мы видим, я сомневаюсь в этих черных." Он указал. "Мы можем передвигать машины".


"Местным это не понравится".


"Им меньше нравится с дырками от пуль", - указал он.


"Свяжитесь со своими людьми на строительной площадке, пожалуйста, спросите, готовы ли они".


Он подошел к западной стене и воспользовался своим радио для десятиминутного разговора. Обращаясь ко мне, он сказал: "Рядом с ними колючая проволока, ее достаточно, чтобы перекрыть несколько улиц".


"Пусть они используют это быстро, чтобы остановить любого, кто бежит на их позицию".


Он отошел, чтобы отдать приказ, и десять минут спустя я увидел людей на уровне улицы в двух кварталах впереди. Они натянули колючую проволоку и привязали ее к заборам, местные жители расспрашивали, что делают эти люди, местные жители вскоре бежали на юг, когда им сообщили о повстанцах.


Грини похлопал меня по руке, и я обернулся. Он подарил мне дымящуюся чашку горячего кофе в кружке. У парня был водонагреватель, под ним горел уголь. Водопроводный кран вон там."


Я мог видеть установку водонагревателя, поднимающийся дым, парней, обслуживающих его. Я понюхал кофе и отхлебнул. "Хорошо, не дай нам уснуть".


"Есть молоко и сахар", - добавил он с усмешкой.


Стоя там и глядя вниз на французов, я отхлебнул кофе, затем поделился им с Либаном, видя, как многие мужчины теперь держат в руках кружку, откусывая кусочек шоколада.


Появился Моран и подошел к нам. "Вы были правы в том, что они были в ужасе от меня и захлопнули двери, но одна дама была школьной учительницей, и она призывает людей оттуда уйти".


Я кивнул и передал: "Уилко, всем командам, пусть двое мужчин спустятся в квартиры под вами и попросят их уйти, потому что там будет стрельба, бомбы и ракеты. Попросите любого, кто настроен дружелюбно, рассказать другим жителям, что мы сделали это здесь."


Проделав множество отверстий, парни в основном лежали, подстелив под себя чье-то белье, чтобы смягчить их, вытащив журналы и сложив их стопкой наготове; теперь мы могли стрелять в людей на улицах внизу, не попадая сами.


Когда я принялся за вторую чашку кофе, зазвонил мой телефон, ребята позаимствовали маленький раскладной столик и три стула, чтобы устроить кофейню, откуда-то появился торт, Робби сидел и наслаждался им. Я указал на него, затем на свои губы и ухмыльнулся - он вытер подбородок, когда я покачал ему головой.


"Уилко, это адмирал Джейкобс".


"Проснулся и чувствуешь запах кофе, сэр?"


"У меня есть пять часов, сейчас я чувствую себя хорошо, по самые брови в кофе. Послушайте, мы получили ваш запрос на предметы первой необходимости - "


"Никакого экстренного запроса не отправлялось, сэр, просто обычный запрос".


"Ну, они сформулировали так, будто это было срочно, вертолеты прибывают. У них есть пайки, гранаты, немного 66 мм, вода."


"Мы в порядке с пайками и водой, которые нам продают местные жители, но больше всего нам понравятся гранаты и 66-миллиметровые. Забрось это на первую крышу к западу от телестанции, мы будем распространять это отсюда, но пилоты увидят людей на многих крышах."


"Хорошо, они скоро будут там".


"Вы эвакуируете сотрудников своего посольства, сэр?"


Ответ - пока нет, потому что у нас рядом с ними есть лодки и чертова куча вертолетов, так что решение будете принимать - вы - когда повстанцы доберутся до вас. Я понимаю, что они движутся на юг, к вам."


"Это информация, сэр, но поскольку они идут пешком, это может занять несколько часов. И, сэр, некоторые могли бы обойти нас и двинуться на юг."


"На какой-то дамбе стоят британские и французские солдаты, они заблокировали ее, у них тяжелое вооружение. Повстанцам нужно будет преодолеть это."


"Да, сэр, точка отсчета".


"Удачи, скоро поговорим".


"Печати для майора Уилко, прием".


Слайдер, Моран и я посмотрели вверх и по сторонам, вертолетов не было видно. "Майор Уилко здесь, где ты?"


"Еду на телестанцию, сэр".


Мы все посмотрели на ист-сайд и вниз, и колонна гражданских джипов и автобусов теперь двигалась по дороге.


Я передал: "Всем командам, проверьте свой огонь, товарищеские игры приближаются с юга. Морские котики, какие будут приказы?"


"Нам приказано присоединиться к вам, сэр. Тридцать с чем-то морских котиков и два взвода крутых морских пехотинцев, сэр. "


"Продолжайте приходить на телестанцию, и это здание телестанции ваше, чтобы удержать. Заходите внутрь и поднимите людей на крышу, здесь есть удобный мост, ведущий к нам."


"Теперь мы это видим. Поблизости есть враги?"


"Здесь есть люди, продающие кофе, пирожные и цыпленка, но нет врагов".


"Кофе и пирожное были бы очень кстати, сэр".


Я отвернулся от стены. "Митч, Грини, спускайтесь и поприветствуйте их, отведите их на телевизионную станцию".


Митч и Грини выбежали на лестничную клетку и исчезли. Многие из нас выглядывали за борт и вниз, когда джипы и автобусы останавливались, мужчины выходили, таща снаряжение, и они бежали на телестанцию - достаточно взглянуть на кровь и тела, все еще лежащие у входа. Когда все люди вышли, джипы и автобусы остались там, просто блокируя одну сторону дороги.


Я взглянул на Морана, когда он, нахмурившись, смотрел на брошенные машины. Передавая, я начал: "Уилко для тюленей".


"Продолжай".


"Что ты делаешь с этими автобусами?"


"Ну, сэр, мы могли бы вернуть их вроде как завтра".


"Отправьте людей назад, чтобы они отогнали их на север на квартал, туда, где стоят брошенные бронетранспортеры, и перекрыли ими дороги. Pronto!"


"Хорошо, сэр, выдвигаемся".


Мужчины побежали обратно к автобусам, только на этот раз без тяжелых вещевых мешков. Автобусы взревели и изрыгнули дым, вскоре двигаясь на север, объезжая брошенные машины, и за один квартал до БТР. Один автобус повернул налево, вскоре появился второй, последний автобус грубо врезался задним ходом в чью-то гражданскую машину, прежде чем вклиниться между раздавленной машиной и БТР. Солдату пришлось перелезть через машину, чтобы вернуться к нам.


Либан отметил: "Мы немного замедляем их. 1ST Батальон, у них есть колючая проволока на пяти улицах и нескольких переулках, и они хотят сообщить вам, что если ситуация будет плохой - они "могут сбрасывать цемент в мешках".


Я громко смеялся вместе со Слайдером и Риццо.


Стрейч прошел мимо с тремя 66-миллиметровыми патронами и швырнул их на землю.


"Ты забираешь все 66 мм?" Я спросил его.


"Другие парни - лучшие снайперы, так что я попаду в этот автобус, когда его окружат воги".


Я повернулся к Касперу. По-русски я начал: "Привет, наемный убийца. Ты знаешь, как сливать топливо из БТР?"


"Конечно".


"Тогда иди зарабатывай свой кофе, а?"


Жалуясь, он повел свою команду вниз.


Я сказал стретчу: "Топливо для БТР будет подтекать".


"Это дизельное топливо, без вспышки и взрыва", - пожаловался Стретч.


"Свифти для Уилко".


Продолжай."


"Мы видим колонну людей, все еще на расстоянии мили".


"Сколько человек?"


"Их, блядь, сотни".


"Всем командам, это Уилко, у вас есть двадцать минут, чтобы выпить кофе, посрать и собраться!"


"Котики для Уилко, посмотри телестанцию".


Я обернулся и вскоре увидел мужчин, которые размахивали руками, разбивая окна. Я передал: "Я хочу, чтобы старшие мужчины были в сборе и на этой частоте".


"Большинство здесь, сэр, и сержанты морской пехоты установили частоту".


"Те, кто на телестанции, слушайте внимательно. Это здание - главная цель для повстанцев, они захотят сделать трансляцию, так что вы будете видеть пробные атаки весь день. Вам также нужно пройти этаж за этажом, чтобы проверить, нет ли шпионов, которые были на свободе прошлой ночью, у них есть пистолеты и гранаты.


"Вы, кто стоит передо мной, повернитесь направо". Они сделали. "Хорошо, это северный тип. К северо-востоку от вас, в одном квартале, находится французский спецназ "Эхо". К востоку от вас, в десяти кварталах, находятся британские подразделения SAS. Позади вас, справа и слева - американские и британские волки-одиночки, отличные снайперы.


Запад, это здание, - "Британское эхо". Два квартала к северу и два к западу - это французский 1ST Батальон, к югу от них - британская SAS, к западу в восьми кварталах - британские "Волки-одиночки", так что мы рассредоточены, по крайней мере, по двадцать человек на группу на крышах, на некоторых крышах больше тридцати человек.


"Мы специально отрезали центр города и окружили телевизионную станцию, чтобы остановить их продвижение на юг и помешать им двигаться к телевизионной станции. Морские котики и пехотинцы, не целитесь в крыши, целитесь вниз, на улицы, в чернокожих солдат в зеленом, в АК47 и старые зеркальные фотокамеры FN, и, возможно, некоторые из них в гражданской одежде. Поставьте людей внутри главной двери, людей на лестничной клетке, людей на разных этажах на прицел, по всем сторонам света. Сержант Крэб, вы меня слышите?"


"Продолжай, босс".


"Пусть несколько ваших людей перекроют тротуар телевизионной станции со всех сторон".


"Об этом уже говорилось".


"Хороший человек. "Морские котики" и морские пехотинцы, не беспокойтесь об уровне улиц под вами, это наша работа. Каждая команда, которая находится здесь на крыше, стреляет на уличном уровне других команд, мы прикрываем друг друга."


" А как насчет здешних гражданских, сэр? " послышался американский акцент.


"Гражданские? Какие гражданские?"


"Телевизионщики, сэр, их около двухсот человек, они спали за своими столами".


"Черт. Попросите их уйти."


"Мы предлагали это, сэр, но они не хотят идти, а некоторые хотят снять действие".


"Что ж ... вы не можете заставить их уйти под дулом пистолета, но укажите на опасности. И не позволяй им снимать наши лица!"


"Я еще поговорю с здешним боссом, сэр, но он действительно принес нам кофе и пончики".


Мужчины вокруг меня смеялись.


"Солдат, тебя подкупили кофе и пончиками?"


"Я не позавтракал, сэр, поэтому был слаб и поддался искушению".


"Устраивайтесь, у вас есть пятнадцать минут до первого выстрела".


"Митч ради Уилко, мы остаемся здесь?"


"Отправь Грини обратно, сам оставайся там и поддерживай связь со мной, ты знаешь нашу тактику. Приготовьте их, хороших снайперов, расположитесь высоко и смотрите на север и северо-запад. Окна уже разбиты."


Гул "Морских ястребов" заставил нас всех посмотреть на юг, приближалась очередь.


"Освободите для них место!" Я закричал. "Встань на колени и приготовься взять аптечку и припасы!"


Первый вертолет громко ударил нас при посадке, зеленые вещмешки были выброшены, тяжелые сумки поставлены на пол, всего двенадцать, большой палец вверх от члена экипажа, и он скользнул вперед и оторвался, пробыв на крыше всего десять секунд.


Мои парни схватили сумки и быстро оттащили их в сторону, второй вертолет уже врезался в нас, нормальный разговор смолк, еще дюжина зеленых вещевых мешков набита битком, некоторые очень тяжелые.


Третий вертолет, майор и капитан спустились с тяжелым снаряжением, и они, согнувшись пополам, двинулись к стене, вскоре опустившись на колени. Когда вертолет отчалил, мы схватили сумки с вещами, и я направился к мужчинам.


"Кто ты?" Я закричал.


"Пресса, но обычные морские пехотинцы".


"Ты в зоне боевых действий! Здесь будет очень скверно!"


"Адмирал Джейкобс послал нас, сказал, что вы присмотрите за нами".


"Да, и кто будет присматривать за мной так, как я присматриваю за тобой, а?" Я покачал головой, глядя на них. "Спуститесь по лестнице, перейдите улицу к телевизионной станции, в здании "Американские морские котики". Вперед!"


Они перетащили свое тяжелое снаряжение через крышу на лестничную клетку перед следующим ударом вертолета, сумки с снаряжением были аккуратно уложены, видно 66 мм, и теперь крыша выглядела загроможденной.


Следующий вертолет разгрузил много сумок, но также двух мужчин без винтовок, двух сержантов. Я помахал им рукой. "Майор, мы санитары".


"Хорошо, что всегда есть медики, оставайтесь здесь, но остальные "Котики" и морские пехотинцы находятся в том здании".


Они подняли головы, чтобы взглянуть на телевизионную станцию.


Последний вертолет доставил зеленые канистры с водой, которые вряд ли были нужны, и вскоре стало тихо, когда парни открыли сумки. Гранаты были как нельзя кстати, и я сложил их и пересчитал, вскоре отправив людей отнести сумки с гранатами другим командам на крыше, Либан позвал своих людей прийти за гранатами. И теперь у нас были сотни гранат.


Похоже, у нас также были боевые пайки - мало кто из моих парней хотел их получить, зеленые мухобойки - от них мало толку, аптечки первой помощи - всегда под рукой, и вода. У Слайдера было шесть пакетов по 66 мм в ряд, так что у нас был хороший запас, пришел Стретч, чтобы захватить еще один или два пакета.


Двух медиков вывели на лестничную клетку. Я сказал им: "Это ваша зона сортировки".


"Это кровь?"


"Вчера мы застрелили местных чернокожих солдат, возможно, вы захотите убрать это. Их тела ... где-то там, внизу. За этим корпусом есть водопроводный кран, кофе и пирожные, так что не все так плохо."


Они приступили к мытью пространства внутри лестничного колодца, их снаряжение сложили снаружи.


Я шагнул к стене. "Уилко для Митча".


"Продолжай".


"Отправь нескольких парней за припасами; у нас есть гранаты 66 мм и ужасные пайки янки".


"Обойдись без пайков, босс, у нас здесь есть сэндвичи, свежие сэндвичи".


Отголосок уходящего огня французов заставил нас посмотреть на северо-запад, сообщает Liban 1ST Батальон стреляет по колоннам повстанцев на прибрежной дороге.


Мой телефон зазвонил. "Майор Вилко, сэр, это сержант Тобо, говорит по телефону".


Я улыбнулся. "Продолжайте, сержант".


"Мы видим, как приходит солдат, сейчас в пяти кварталах к северу от телевизионной станции "да".


"Сколько?"


"О, теперь, может быть, только сотня человек, сэр".


"Вы видите какие-нибудь танки или артиллерию?"


"Нет, сэр, только человек-ди на тротуаре, сэр".


"Спасибо, у нас здесь много людей, и мы готовы". Я передал: "Уилко, всем командам, колонна солдат повстанцев в пяти кварталах к северу и движется на юг, сто человек".


Я подошел к восточной стене и посмотрел на север вдоль улицы, вскоре увидев их.


"Это Николсон, я вижу их, идущих с винтовками на плечах и засунутыми в задницы большими пальцами".


Снайперам приготовиться, надеть глушители, я хочу, чтобы они остановились в трех кварталах, не зная, где мы находимся! Сначала стреляйте в офицеров и сержантов."


"Митч для Уилко, наши снайперы видят колонну".


"Подождите, пока мы откроем огонь первыми, прикажите своим людям стрелять по офицерам и сержантам".


"Вас понял".


Подо мной я мог видеть пешеходов, беззаботно бродящих вокруг, но те гражданские, которые заметили колонну, убежали, машины проносились мимо нас на юг.


"Уилко всем командам, одиночные меткие выстрелы, не тратьте патроны, день будет долгим!"


"Свифти для Уилко".


"Продолжай".


"Французские наемники на прибрежной дороге, так что эти колонны на прибрежной дороге продвинулись вглубь на квартал, теперь продвигаются извилисто".


"Они в пределах досягаемости твоих парней?"


"Скоро будет, да".


"Пусть французы привлекут их внимание, затем бейте по колонне сзади и сбоку, с глушителями. Эскадрилья "Б", те же приказы."


"Это эскадрилья "Б", мы их видим".


"Пусть французы на строительной площадке сначала откроют огонь, пять или десять минут, затем ударят по повстанцам сбоку". Я встретился взглядом с Либаном. Он кивнул и включил радио.


Когда французы начали увеличивать скорострельность, не используя глушители, мой телефон зазвонил. "Уилко, это полковник Мэтьюз, что происходит на земле?"


Прибыли "Морские котики" и морские пехотинцы, скажем, человек сорок, они на телевизионной станции, плюс несколько ваших сотрудников из пресс-службы. Повстанцы в четырех кварталах к северу и северо-западу и приближаются, мы собираемся вступить с ними в бой."


"Ты достал припасы?"


"Да, сэр, у нас хороший запас, есть свежий кофе и пирожные, местные заботятся о нас".


"Я слежу за ходом событий, отчеты с позиций к югу от вас, несколько шпионов в городе к северу от вас".


"Были какие-нибудь ночные сообщения о столкновениях между группировками, сэр?"


"По оценкам, шесть тысяч погибших, дома сожжены дотла".


"Черт..."


"Это была расплата по картам, несколько недовольных избирателей в том городе".


"Если бы их голоса имели значение, они не были бы так чертовски несчастны", - указал я.


"Черт возьми, да. Кричи, если тебе что-нибудь понадобится, у нас в зоне досягаемости F18."


"Сэр, держите чертовы F18 подальше отсюда, мы не собираемся бомбить мирных жителей".


"Конечно. В аэропорту тихо, семьи сотрудников посольства покинуты Геркулесом. Поговорим позже."


Я подошел к северной стене, две ее секции разрушены от 30-миллиметровых попаданий, шесть парней стоят по углам лицом к северу, вырыты ямы, мужчины выглядят хорошо защищенными от попадания и от любого рикошета. У многих под ногами были разложены гранаты.


На юго-западной стороне я обнаружил Паркера, целящегося туда-сюда с Робби. Паркер поднял голову. "Это тихая сторона, сэр?"


"Пока они не обойдут нас стороной, тогда это будет громкая сторона".


"Им нужно десять минут, чтобы обойти нас", - усмехнулся Робби.


"Или меньше", - сказал я им. "Тем не менее, у нас есть кофе и много торта на твоем лице".


Паркер рассмеялся, когда Робби снова вытер лицо.


Робби сказал мне: "Шоколадный торт, и чертовски вкусный".


"Паркер, отгони от него мух позже".


В юго-восточном углу я нашел четырех парней Робби, двое из которых жаловались на дерьмо.


"Продолжайте наливать воду", - убеждал я их. "От кофе ты обосрешься еще больше".


Я посмотрел на юг и увидел шесть дыр в стене крыши жилого дома, американские волки целились на север. Мы были готовы, и мне пришлось задуматься о решимости идиотов, идущих к нам, и о том, насколько хороша была их ободряющая речь.


Посмотрев на восток, я увидел двух мужчин, работающих над машиной, один из которых полировал ее. "Какого хрена..." Я прицелился и попал в тротуар рядом с ними. Они нырнули вниз. "Убери свою гребаную машину!" Я закричал.


Казалось, они услышали меня и умчались.


"Что это было?" - Спросила Джинджер, когда он поравнялся с ней.


"Двое мужчин полируют свою красивую дорогую машину".


"Сейчас не самое подходящее место для машины".


Я встретился с ним лицом к лицу. "У тебя есть фиксированная позиция?"


"Да, но мне нравится бродить вокруг и выглядывать".


"Когда начнется стрельба, время от времени бродите вокруг и ищите раненых, а при скоплении людей объявляйте об этом. Я сделаю то же самое. Продолжайте проверять лестничный колодец."


Размышляя о лестничной клетке, по которой я бродил. Два санитара сидели наготове, спиной к стене, и внутри я нашел Грини, Моури и Дикки.


Грини указал на груду гранат, уложенных рядами, сорок штук. "Мы положили на лестницу внизу влажный старый матрас, это замедлит их продвижение, не в последнюю очередь потому, что он пахнет мочой".


Я кивнул. "Они будут пытаться проникнуть".


Дикки сказал: "Если мы выстрелим вниз, рикошетом вниз будет сука, бетонный пол, металлические перила".


"Да, тогда смотри, как этот чертов рикошет ударит здесь, наверху".


Грини с улыбкой сказал: "Старик, который подарил нам водонагреватель, у него есть горячее масло, готовое разлиться по лестничной клетке".


"Не забывай, нам, возможно, придется эвакуироваться оттуда, раненых несут, мы не воспользуемся этим мостом. РПГ может поджечь этот квартал."


Грини покачал головой. Поливали из шланга каждый этаж, и мы спускались вниз и тушили некоторые пожары, спасая их от горения. В основном просто бетонные полы, без вентиляционных отверстий между этажами, так что не сильно распространяйся, босс. Мой брат - пожарный, он меня кое-чему научил."


"Скрестив пальцы". Я посмотрел вниз на пять этажей, кто-то на самом нижнем уровне поднимался по лестнице, рука виднелась на перилах.


На северной стороне я мог слышать отдаленные трески, Либан стоял, вглядываясь в сторону 1ST Батальон. Либан объяснил: "Черные сейчас на расстоянии 300 метров. Мы стреляем, но не пытаемся убить многих, мы приглашаем их подойти поближе, нет."


"Уилко для Свифти".


"Продолжай".


"Что ты видишь?"


"Тридцать человек подкрадываются к французам, в 300 ярдах от нас, могут расправиться с ними в любой момент".


"Подожди пока. Эскадрилья "Б", что у вас есть?"


"Те же люди, могли бы поразить их гранатой отсюда".


"Жди, пока тебя не заметят и они не повернут в твою сторону".


"Это Николсон, и они подходят к автобусу, перегородившему дорогу".


Бейте только по офицерам и сержантам, затем подождите и оцените. Открыть огонь."


Раздались выстрелы, громкие, несмотря на глушители, потому что это были ружья для слонов.


"Это Митч, и я видел, как трое мужчин были ранены одним и тем же выстрелом! Восемь человек убиты, лидеры убиты."


"Что делают остальные?" Я спросил.


Они нырнули в несколько магазинов, сейчас их видно не так много. Ребятам нужно купить обувь."


"Вольф Мерфи для майора Уилко".


"Продолжай".


"У меня тут двое парней на мотоцикле, в черной коже, в черных шлемах с опущенными солнцезащитными козырьками, просто ездят по кругу".


"Садись на мотоцикл, наблюдай за мужчинами. Увидев оружие, убейте их."


Раздался треск, и вскоре я увидел двух мужчин, убегающих на юг в своих бросающихся в глаза черных кожаных костюмах. Взгляд вверх - солнца не было, облако висело на высоте около трех тысяч футов.


Рев огня на северо-западе, и было очевидно, что у французов было полно дел.


"Свифти, докладывай!"


"Повстанцы сосредоточились и ведут огонь по французам".


"Доберись до них!"


Отдаленное кудахтанье усиливалось в течение тридцати секунд, прежде чем стихло, эхом разносясь по улицам, что вызвало еще большую панику у местных жителей, когда они бежали, женщины с большими свертками, балансирующими на головах, были замечены быстро идущими на юг.


"Это быстро, и мы наклеили их, тридцать-сорок мертвых негров на дороге, еще больше приближается с севера".


Всем командам стрелять по всем, кто находится в радиусе 300 ярдов, поражайте офицеров и сержантов с максимальной дистанции. Открыть огонь!"


Мои снайперы метко стреляли, поэтому я опустился на колени позади них, рядом с Мораном, Каспером и Сашей, стремясь поразить кого-нибудь на расстоянии.


Увидев открытую дверь лестничной клетки на крыше впереди, я предупредил Морана, и мы оба тщательно прицелились. Высунулось лицо, ударилось секундой позже, его мозги размазались по белой стене лестничного колодца.


"Достаточно близко, чтобы стать проблемой", - предупредил Моран. "Если только он не собирался развесить белье".


Я побежал налево и к западной стороне, увидев черное лицо в двух кварталах от меня, из которого торчал конец его винтовки. Тщательно целясь, стоя на высоком колене, я снес ему часть головы.


"Каспер, Саша, следите за крышами, там появляются вооруженные люди!"


Они пригнулись, когда их часть стены была обстреляна, Каспер вскоре поднялся и начал стрелять быстрыми, меткими одиночными выстрелами. "Квартира!" - крикнул он.


Вернувшись к Морану, он бросил на меня взгляд. "Откуда, черт возьми, нам знать, кто есть кто?" - пожаловался он.


"Мы стреляем в любого, кто стреляет в нас. Все просто."


Стрейч расслабился, сжал три пальца и выпустил свою 66-мм ракету, пригнув голову, но вскоре выглянув наружу. Он улетел параллельно дороге и продолжал лететь, в конце концов врезавшись в машину и вызвав пожар.


"Что это было?" Я спросил его.


"Прикидываю дальность", - прокричал он в ответ, перекрикивая исходящий сигнал. "Теряет точность после тысячи ярдов. Меньше."


"Гораздо меньше", - предостерег я его. "Это не РПГ".


Он выбросил пустой пластиковый гранатомет за борт.


Николсон повернул голову. "У нас есть офицеры и сержанты, но они все еще идут. На той телестанции есть золото или что-то в этом роде?"


"Возможно, им предложили награду за поимку", - согласился я.


"RPG!" - раздался крик.


Я поднял голову и увидел, как он плывет к нам, но он снизился и ударился о квартиры внизу, бетон, на котором мы стояли, затрясся. "Кто-то другой проверяет его дальность стрельбы", - сказал я Стрейчу, когда дым поплыл мимо.


"Направление ветра?" - Спросил Стрейч, готовя еще один тюбик.


Я взглянул на телевизионную станцию, где развевались три флага. "На берегу, с юга на север. Позади тебя."


"Ну вот и все". Он прицелился и выстрелил, грубо, и когда я поднял голову, я увидел, как рядом с автобусом врезалась машина.


"Ты врезался в машину справа. Все в огне."


"Дым попадет им в глаза", - предположил он.


"Сэм Кук", - заявил Риццо.


Мы ждали. "Что?"


"Тот же Кук, Дым попадает тебе в глаза, песня".


"Ты выпивал?" Моран спросил Риццо, качая головой.


С ухмылкой, высунув кончик языка, Стрейч выпустил еще одну ракету, на этот раз попав в колесную арку автобуса, был виден пожар. Французское Эхо выстрелило из своего 105-мм орудия, автобус разнесло пополам, он был очищен и ревел в огне.


"Гребаные выпендрежники!" Стретч жаловался.


"Бронетранспортеры!" - донеслось из Томо, два бронетранспортера вскоре были замечены на дороге с севера.


"Французские подразделения, БТР приближаются, у вас есть тридцать секунд!" Я передал.


Пятьдесят пуль калибра cal прошили стену перед нами, раздались громкие удары, когда мы пригнулись, каменная кладка отлетела. Поднявшись, я обменялся с Мораном обеспокоенным взглядом, я заметил дыру и так пригляделся к ней, моя рука на грубой бетонной стене, моя перекинутая через плечо винтовка стучит о стену.


Скоро БТР будет на этом перекрестке. Предполагается, что во французском языке есть свой угол зрения."


Стрейч был полон решимости во что-нибудь попасть, поэтому выстрелил снова, целясь высоко. Он врезался в машину рядом со встречным бронетранспортером, поджег машину. "Я напугал их", - настаивал он, Моран жаловался на потраченные впустую ракеты.


БТР проехал дальше, но остановился на перекрестке, как мог бы любой хороший водитель. Мы услышали взрыв 105-мм снаряда, шина БТР разлетелась в клочья, когда БТР тряхнуло, люди внутри, без сомнения, были потрясены, а когда дым рассеялся, мы увидели горящую шину, людей, выбегающих из задней части, - и многие пострадали, когда бежали в панике.


Как я заметил, чернокожий мужчина в белой рубашке вбежал слева и поливал солдат, выходящих из БТР, длинной автоматной очередью, прежде чем был застрелен.


Я отодвинулся от глазницы. "Гражданские только что расстреляли солдат из этого бронетранспортера!"


"Другая фракция", - предположил Моран. "Или он не представляет себе лидера повстанцев в качестве нового короля на троне".


Я снова пригляделся к дыре, пока мои снайперы медленно и метко стреляли каждые двадцать секунд или около того. Появился второй БТР, но у этого была турельная пушка, что было проблемой для нас, если машина была хорошо расположена.


Он остановился за первым бронетранспортером, его водитель, по-видимому, не хотел переезжать через своих мертвых и раненых товарищей и раздавить их, но, как я заметил, мужчина выбежал из магазинов, бросив сумку с покупками под бронетранспортер, прежде чем он побежал обратно. Взрывом БТР подняло, вскоре мой обзор заволокло дымом, а когда дым рассеялся, люди вываливались из кузова, вскоре на руках и коленях - головы вскоре разлетались при попадании высокоскоростных снарядов, дорога превратилась в кровавое месиво.


"Гребаный ад", - выдохнул Стретч. "Ты видишь это?"


"Да". Я повернулся лицом к Морану, когда Джинджер подошла и опустилась на колени. "Гражданские только что бросили бомбу под второй бронетранспортер. Они делают нашу работу за нас."


Джинджер сказала: "Они голосуют ногами, в африканском стиле - хороший удар!"


Моран заметил: "Если это происходит по всему городу, то эти шесть тысяч человек далеко не уйдут".


"Митч за Уилко, я вижу женщину в лифчике и трусиках, стреляющую из АК47 в повстанцев".


Они обменялись взглядами и улыбками.


"Молодец, не стреляй, на повстанцев нападают мирные жители, у них есть второй БТР, фактически идет восстание - но это фракция против фракции, а не против нас или президента, по крайней мере пока".


Я отступил и позвонил в GL4 с обновлением, которое должно быть передано всем заинтересованным сторонам.


После глотка моей теплой воды пришло: "Краб для Уилко".


"Продолжай".


"Они приближаются с востока, крадутся, их чертовски много".


"Всем командам, следите за восточной дорогой, не попадите во фланг! Эскадрилья "А", ты видишь их?"


"Это подозрительно, и мы видим их только тогда, когда в зданиях есть проломы".


"Митч, подключи к этому несколько человек, у тебя преимущество".


"Вас понял".


Я двинулся согнувшись вдвое на юго-восточную сторону, Каспер и Саша вбежали внутрь.


"Дальше 800 метров", - отметила Саша. Тем не менее, они прицелились и выстрелили.


"Быстро всем командам, юго-западное здание с голубой башней, чертова куча солдат выходит из здания".


Я побежал на запад с командой Саши, Паркер и Робби поднялись, и мы все опустились на колени и навели прицел на синюю башню, прежде чем прицелиться вниз. Когда патруль переходил улицу в двух кварталах от нас, мы все открыли огонь, повстанцы разлетелись в стороны, но у нас был только участок улицы, в который можно было целиться.


Мятежники в зеленой форме врываются на крышу здания с синей башней, движение очевидно и замечено сразу, все мы разряжаем патроны, восемь человек быстро убиты.


"Успокойтесь", - призвал я всех. "У них больше людей, чем у нас пуль!"


" Уилко! " раздалось от Грини на лестничной клетке. "Местные хотят с тобой поговорить".


"Приведи его!"


Появился старик с пищащим радио CB в руке, широко улыбаясь нам. "Я был солдатом, и я был другом Ди с радио ди. Мы помогаем, нет."


"Конечно, что у тебя есть?"


Он отвел нас обратно к южной стене и начал что-то бормотать. Указывая, он передал патрули повстанцев и их численность. "Мои друзья будут здесь и здесь ... и здесь ... и здесь".


"Да, мы поняли", - сказал ему Робби.


Входящее сообщение, и старик указал на здание в двух кварталах к югу.


Я передал: "Сержант Краб, здание к западу от вас! Движение на крыше!"


Я видел, как Краб и Даффи стояли у стены и отстреливались, к ним присоединился третий человек.


"Робби, присмотри за этим парнем, узнай новости", - крикнул я, бегом возвращаясь на север к своим снайперам, наши американские санитары еще не задействованы.


"Кто он?" - Спросил Моран.


"Местный помешанный на радио Си-би-эс, хочет помочь, друзья по всему городу, новости в прямом эфире".


"Это удобно", - одобрил Стрейч. "Разрушитель, разрушитель".


Пятьдесят пуль калибра кэл просвистели над головой и попали в стену лестничного колодца, мы все пригнулись. Я приник глазом к той же дыре. Автобус горел, машина тоже, дым пока от нас уносило ветром, и я мог видеть блестящие черные лица, выглядывающие из-за машин, в руках АК47 и несколько старых зеркальных фотокамер FN.


Я крикнул: "Снайперы, берегите патроны только для офицеров и сержантов, заставляйте их считать".


"Мы окружены?" - Спросил Моран.


"Да, со всех сторон".


" А после наступления темноты? " подтолкнул он.


"Сначала побеспокойся о следующих нескольких часах", - предложил я, как только раздался свист. "Приближается!" Мужчины пригнулись, прикрывая головы.


Опустив головы, мы почувствовали взрыв, миномет пробил нашу крышу, но с озадаченными лицами пытались понять, почему они все еще живы. Моран побежал туда, куда попал миномет, дым поднимался вверх по западной стене, и вскоре побежал обратно, опустив голову.


"Раствор прошел сквозь бетон и взорвался внизу!"


"Иногда такое случается", - заметил Либан. "Медленный взрыв - да".


" К счастью для нас, " заметила Джинджер, выдыхая.


Раздался свистящий звук, раздались крики, но снаряд попал в здание напротив нас на севере, в квартире выбило окна, повалил дым.


Риццо выглянул из-за стены. "На улице есть какой-то парень, который только что сидел в кресле и смотрел телевизор, а теперь уткнулся головой в ветровое стекло машины".


Три свистящих крика заставили нас пригнуться, но все мы знали, как звучит дымовая мортира при попадании. Подняв голову и посмотрев, можно было заметить, что дорога на север быстро заволоклась густым белым дымом и выглядела так, словно какой-то великан вылил на дорогу взбитые сливки.


Я стоял во весь рост. Всем командам, это Уилко, они стреляют из минометов наугад, плюс дымовые минометы, они намереваются подобраться поближе к телевизионной станции. Морские котики, забаррикадируйте дверь и лестничный колодец, и быстро!" Я пригнулся, когда Риццо рискнул взглянуть на дым.


"Оно не поднимается и не движется сильно", - сообщил он.


Подумав, обменявшись взглядом с Мораном и Либаном, я передал: "Саша, отведи свою команду вниз на два этажа, в северо-восточную квартиру, проникни внутрь, разбей окна, смотри, слушай и стреляй, но возьми побольше гранат. Вперед!"


Я видел, как они выбежали на лестничную клетку.


Вбежал Слайдер и протянул Николсону магазин с вольфрамовыми патронами.


"Забыл, что у меня есть свой", - сказал я Морану, вскоре передав свой Свон, Моран - Томо, а Риццо - Николсону.


Моран высунул голову из-за стены, держа гранату наготове. "От того места, где они были, до этого, скажем ... минута, чтобы покрыть землю".


"Это эскадрилья "Б", и мы переводим людей на первый этаж".


"Вас понял".


"Митч для Уилко".


"Продолжай".


"У ребят здесь есть немного бензина CS".


"Бросайте оружие, когда видите движение, да, ветер медленно дует с юга на север - учтите это, но, возможно, его лучше всего использовать в вестибюле вашего здания".


Я посмотрел через стену и вниз с помощью Слайдера, на белый дым на перекрестке и не закрывающий вход на телевизионную станцию. Вскинув винтовку, достав гранату, я подождал, приземлилось еще больше дымовых минометов, но они отскочили от северной стороны телевизионной станции, вскоре начав заполнять улицу, ведущую на восток.


Ползунок направлен вниз. "Янки заблокировали нижний уровень, похоже на столы".


Увидев солдата-повстанца с закрытым ртом, я сильно бросил свою гранату, и она взорвалась в нескольких футах перед его лодыжками, солдат вскоре согнулся. "Это Уилко, какие-то люди крадутся за дымом, на северной улице от телевизионной станции".


Две гранаты взорвались глубоко в дыму, до меня донеслись крики невидимых людей.


Прошла минута, тихая минута, дым рассеялся, вскоре послышалось рычание БТР.


БТР спускается за дымом, приготовьтесь. Потянись, попробуй в этот раз попасть, а?"


Я мог видеть, как он наклонился и прицелился вниз, несмотря на странный треск над головой, и когда дым закружился вокруг БТР, он выстрелил. Прямое попадание, взрыв на крыше, но безрезультатно.


"Бесполезное гребаное британское дерьмо!" - заорал он, отбросив пластиковую трубку. Схватив второй 66-миллиметровый, он выдвинул чеку вперед, прицелился, нажал тремя пальцами и попал в колесо, разнеся его в клочья. БТР повернул в сторону телевизионной станции, открылись задние двери.


Просто дым рассеялся, и когда появились люди, их разорвало в клочья так же легко, как и покрышку, восемь человек попали по шесть раз каждый, когда я, Слайдер и Риццо выстрелили вниз. Запаниковавший водитель развернулся, переехав через убитых, и поехал на юг - сильная тряска, вызванная оторвавшейся шиной, вскоре скрылась из виду.


Раздался свисток, часть телевизионной станции взорвалась, обломки посыпались на восточную улицу и разбили окна автомобиля.


Моран появился рядом со мной, всматриваясь через стену. "Они хотят транслировать с него или уничтожить его!"


"Я сомневаюсь, что они отправились в Гринвич, капитан". Я передал: "Митч, с вами там все в порядке?"


"Миномет попал в помещение с телевизионщиками, несколько убитых и раненых".


"Отведите их к лестничной клетке или к южной стороне. И напомни глупым ублюдкам о достоинствах оставаться на месте, а!"


Когда дым на улице рассеялся, я перегнулся через борт и прицелился вниз под углом 45 градусов, вскоре обнаружив людей, вокруг которых было меньше дыма, чем им хотелось бы, и я начал снимать их, другие парни из "Эхо" стреляли, и к тому времени, когда дым рассеялся, повстанцы бежали - те, кто остался в живых, тридцать тел на тротуарах на углу, десять добавились к этому быстро, поскольку убегающие люди получили ранения в спину, все легкие цели отсюда, а для команды Саши эти люди были всего в пятидесяти ярдах.


Наступила тишина, затишье, случайный минометный обстрел случайного гражданского здания в течение двадцати минут.


"Какой смысл в этих гребаных минометах?" Слайдер никого конкретно не спрашивал. "Они владеют строительной компанией или что-то в этом роде?" Хочешь немного подработать после того, как это дерьмо закончится? В кого они пытаются попасть?"


Мой телефон зазвонил, лица повернулись ко мне. "Майор Вилко, к телефону сержант Тобо".


Я улыбнулся. "Продолжай".


"Мои люди говорят, что приближается вертолет".


"Сколько?"


"Двое?"


"Это старые российские вертолеты Ми-8?"


"Я не разбираюсь в вертолетах, сэр. Они черные, сэр."


"Хорошо, спасибо за обновление". Я передал: "Всем командам, вертолеты на подходе с севера, спрячьтесь и приготовьтесь, если понадобится, отправьте людей на нижние этажи. Снайперы и люди со слоновьими ружьями или fifty cal, приготовьтесь. Французские команды, приготовьте 105-мм ружья и РПГ, возможно, вам повезет."


Я повернулся к Либану, и он выкрикивал инструкции, высовывая голову из-за стены.


Пять минут спустя я увидел их, грозную пару Ми-8 в миле к северо-востоку.


"Николсон, у них есть ракетные отсеки?"


"Да, босс. Двери тоже открываются."


Уилко всем командам, на вертолетах есть ракеты, так что отправляйтесь в укрытие. Митч, ты мог бы стать целью."


"Это Митч. Они хотят захватить это гребаное здание или снести его?"


"Я не уверен, кто здесь командует, возможно, произошел некоторый сбой в коммуникациях с фракциями", - сказал я ему. "Конечно, идиоты с минометами хотят уничтожить вас, но пешие люди хотят захватить здания - так что хрен его знает".


Я крикнул: "Робби и твоя команда, спускайтесь вниз. Растягивайся, приготовь 66 мм, они могут пролететь над головой. Снайперов к западной стене!"


Я перешел с большинством остальных к западной стене, и мы опустились на колени - дым все еще поднимался от минометного обстрела, снайперы готовились, когда Ми-8 летел на низкой высоте на юг с западной стороны, но по трассе, которая позволила бы им пройти над Свифти.


Приближаясь, они немного замедлили ход и повернули в нашу сторону, их ракеты теперь нацелены на нас - если мы были целью. Но ракеты либо попали бы во внешнюю стену, либо пролетели бы над нашими головами, так что я немного расслабился.


Николсон громко выстрелил первыми вольфрамовыми снарядами, вскоре за ним последовали Свон и Томо, вертолеты приближались, и теперь на расстоянии четырехсот ярдов все мои снайперы стреляли по головному Ми-8 по три раза каждый, когда громкий резонирующий гул поразил нас - без сомнения, напугав местных жителей.


Когда я высунул голову за борт, он немного накренился вправо, были выпущены две ракеты, эти ракеты пролетели над нашими головами и с грохотом врезались в жилой дом к югу от телестанции, выбив окна.


Я повернул голову, чтобы проследить за ракетами, и теперь были выпущены еще две ракеты, которые прошли над сержантом Крабом и попали в жилой дом южнее.


"Берегись!" - закричали несколько человек, когда я повернулся назад, ведущий Ми-8 терял высоту, и я увидел, что стекло его кабины местами побелело.


"Черт возьми..." Я вскрикнул, когда нырнул вниз, толкая Джинджер вниз, Ми-8 подрезает крышу жилого дома к западу от нас и разрушает стену крыши, прежде чем врезаться в наш жилой дом этажом ниже нас, здание трясется, как землетрясение, языки пламени вырываются вверх, злой черный дым поднимается вверх по стене здания.


"Отойди!" Я крикнул, и мы побежали, рев второго Ми-8 звенел у нас в ушах, вскоре заполнив поле нашего зрения, когда он медленно пролетел мимо нас на север и, сделав вираж, вскоре направился прямо на север, всего в пятидесяти метрах над жилыми домами и достаточно низко, чтобы задеть телевизионные антенны.


Вспышка и взрыв, и у него отломился хвост, в него влетели две РПГ, одна попала в цель, а подбитый Ми-8 спикировал носом в квартал к северу от нас и взорвался, подняв огромное облако черного дыма.


Моран, Джинджер, Стрейч и Риццо, спускайтесь к камину внизу и потушите его, в коридорах есть пожарные шланги! Вперед!"


Они бросились прочь, когда мои снайперы поднялись и выглянули за борт, дым оттеснил нас обратно на восточную сторону.


"Митч для Уилко, у тебя есть раненые?"


"Не думаю так, но могли пострадать гражданские. Уилко для Робби, докладывай!"


"Мы живы, задыхаемся от гребаного дыма, мы сбежали вниз по лестнице".


"Поднимайтесь и тушите огонь, проверьте, нет ли раненых гражданских!"


"Двигаемся!"


"Остальные", - позвал я, но не по радио. "Проверяй дороги". Я посмотрел вниз на вход в телевизионную станцию, и все было тихо, на северной дороге пока тихо. Эскадрон "А", что вы видите?"


"Все еще большая группа направляется к Крабу, к черту все остальное, несколько человек далеко на севере, но вне пределов досягаемости".


"Свифти, что ты видишь?"


"Грузовики едут на юг, скажем, десять, сзади зеленый брезент. Они на дороге вдоль побережья."


Я выбежал на лестничную клетку, где обнаружил двух санитаров, ухаживающих за одним из парней Робби, у которого была ужасная рана на голове. "Он в порядке?" - Спросил я, опускаясь на колени.


"Просто рикошет от какого-то камня", - заявили санитары. "Это ... э-э ... это здание рухнет или сгорит дотла вместе с нами, сэр?"


"Мы боремся с огнем, но день еще не закончился, позже будет шумно".


Я оставил их с очень обеспокоенным видом и вышел на лестничную клетку, когда поднялся дым, вскоре спустился на следующий уровень, Дикки и Моури были здесь с Грини, Грини заправлял шланг. Он проткнул им разрушенную стену, целясь в огонь, верхняя четверть коридора была заполнена черным дымом.


Люди начали покидать свои квартиры, некоторые явно пострадали. "Перенесите раненых на крышу!" И я помог даме с переломом головы подняться по лестнице, передав ее санитарам. "Паркер!" Я позвал, и он вбежал. "Практикуйтесь в оказании первой помощи".


Появились двое стариков и один ребенок, ребенок плакал, все сели у стены лестничного колодца, все пока в надежных руках, их раны незначительные. Я направился обратно вниз.


Дым теперь был белым, что, по словам Грини, было хорошим знаком, но возгорание масла из вертолета стало бы проблемой. Джинджер рывком распахнула запертую дверь, заглянула внутрь, когда повалил дым, а затем закричала. Он отскочил назад, когда пол затрясся, стены удерживались парнями, и когда я заглянул в дыру, которую поливал из шланга Грини, обломки Ми-8 заскользили назад и вниз.


Мощный взрыв, и мы шатались от одной стены к другой, Грини вскоре подтащил свой шланг к открытой двери и залил горящую мебель. Когда я стоял позади него и помогал, он прицелился в разрушенную стену, так что вода попала на горящий остов Ми-8, а дым поднялся вверх по стене здания.


"Гунне нужна покраска", - заметил Риццо.


"Выведите раненых гражданских, затем возвращайтесь туда, день еще не закончился", - приказал я.


На лестничной клетке старик с радиоприемником диким взглядом смотрел в конец коридора.


"Ты в порядке?" Я спросил его.


"Мой друг жил в той квартире".


"Если он был в этом, он мертв, весь сгоревший изнутри".


"О ... нет, нет". Он покачал головой.


Наверху, на крыше, я нашел пятерых гражданских с легкими ранениями, и я некоторое время помогал им, пока парни наконец не поднялись. Я сказал санитарам: "Если они могут идти пешком, пусть идут на юг, там безопаснее, чем здесь".


Мой телефон зазвонил, когда многие парни приготовили пиво, а у нас еще оставалось немного курицы, мясных консервов и шоколадных батончиков.


"Майор Вилко, к телефону сержант Тобо".


Я не мог удержаться от улыбки. "Продолжай".


"Оттуда, где я нахожусь, я вижу минометчиков, а теперь еще минометные орудия, сэр".


"Где они расположились?"


"В парке, сэр, скажем, в десяти кварталах или больше к северу от вас".


"Я посмотрю на карте. О, сержант, насколько велик этот парк?"


"Большой, как тир, сэр, может быть, 500 метров в поперечнике".


"Где минометные трубы?"


"Они посередине, сэр, на деревьях, а к западу находится озеро".


"Есть ли квартиры вокруг парка?"


"Кое-что, сэр, но в основном магазины Ди и бизнес ди, а также большое почтовое отделение и государственное управление ди по пенсиям, сэр".


"Есть ли люди в парке?"


"Нет, сэр, только солдат Ди, грузовик ди и минометы ди".


"Хорошо, спасибо, не спускайте глаз с этих минометов".


Положив трубку, Моран сказал: "У тебя есть данные о них?"


"Да, парк, и он достаточно большой, чтобы сбросить бомбу, не слишком много гражданских вокруг, так что, я думаю, мы запустим F18".


"А если бомба не долетит до цели?" Моран подтолкнул локтем.


"А если минометы продолжат бить по здешним гражданским?" Я возразил с. "Они просто установили больше трубок".


"Если у них есть еще трубки, - начал Риццо, " они намерены их использовать".


Джинджер вставила: "Случайные минометы - это оружие террора, для устрашения людей, не имеющее военной ценности".


Я кивнул, подумав, и позвонил Тинкер. "Есть какие-нибудь новости о полковнике переворота".


"Он совсем не счастливый кролик, многие из его людей, по-видимому, мертвы, никакого прогресса в продвижении к Президентскому дворцу".


"Он устанавливает минометные орудия к северу от нас, так что он обстреляет пригород среднего класса, в котором мы находимся".


"Он угрожает расстрелять своих офицеров, если они в ближайшее время не добьются какого-либо прогресса".


"Отлично", - выругался я со вздохом. "Уилко на свободе". Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, мне нужен авиаудар, вероятность жертв среди гражданского населения невелика, если только ваши парни не окажутся далеко".


"Мы стремимся нанести удар по этим ублюдкам, по оценкам, на севере погибло двадцать тысяч".


"Есть карта?"


"Продолжай".


"Посмотри, где я на телестанции, иди на север по главной дороге кварталов через десять или около того, и слева ты увидишь большой парк, единственный парк, подобный этому".


"Да, давай".


"Там есть озеро, затем деревья в центре, минометные орудия в центре, нам нужно по ним попасть. Ваши парни заходят с запада, целятся в озеро, а затем сразу за озером начинаются деревья. Все просто."


"Я задам им задание сейчас, но мне нужны ваши гарантии, что поблизости нет гражданских".


"Поблизости, в 300 ярдах, есть квартиры, в основном магазины и предприятия, почти все прячутся из-за стрельбы. Никаких сообщений о гражданских лицах в парке, выгуливающих своих собак, только солдаты повстанцев."


"Хорошо, я позвоню сейчас".


Положив трубку, Моран сказал: "Надеюсь, все пройдет хорошо".


"Пилоты-янки, блядь, всегда промахиваются", - выплюнул Риццо. "Они хорошо используют эти 20-миллиметровые пушки, но бомбы, похоже, никогда не попадают туда, куда ты хочешь!"


"Они врезались в взлетно-посадочную полосу в Кот-д'Ивуаре", - заверил я его. "И мы собираемся получить десять тонн минометов на наши головы, так что у нас вроде как ограниченный выбор. Лидер повстанцев пригрозил расстрелять своих офицеров, если они не смогут пройти мимо нас."


"Свифти для Уилко".


Я стоял во весь рост. "Продолжай".


"Эти грузовики остановились вне зоны досягаемости, двадцать грузовиков чего-то ждали, несколько человек вышли".


"Мы знаем, что они устанавливают больше минометных орудий, так что, возможно, они надеются немного смягчить нас. Возможно, перейти на более низкий уровень."


"Хорошо, теперь двигаемся".


"Краб для Уилко".


"Продолжай".


"Должны ли мы опускаться ниже?"


"Оставьте несколько человек наверху, но также занимайте квартиры по углам, к нам могут подойти минометы".


Слайдер потер щетину на своей цепи и покачал головой. "Минометы против города. Черт возьми..."


"На данный момент погибло двадцать тысяч гражданских", - сказал я им, обменявшись усталыми взглядами. "Нашим приказом должно было быть пойти и убить полковника переворота в его постели, а не защищать президента. Таким образом ... меньше фракционных разборок."


"Возможно", - заметил Моран. "Но эти ребята уже давно вцепились друг другу в глотки. Не мы это начинали."


Десять минут спустя подоспели минометы, и они начали с дымовых минометов, их было дюжина, из-за чего у нас пропала видимость улиц внизу. Последовала стрельба из дюжины обычных минометов, но они не дотянули, убив своих людей на северной дороге, повредив здания и подожгв их, разрушив и подожгнув машины. По крайней мере, резня удержала бы повстанцев от продвижения на юг.


"Кто управляет шоу?" Риццо жаловался. "Сначала дым - чтобы расшевелить людей, потом они сами расшатывают свои гребаные позиции!"


" Спускайся вниз, " громко приказал я. Я выпрямился и передал: "Всем командам немедленно слезать с крыш!"


Я был в залитом водой коридоре, когда загремели минометы, люди смотрели вверх, наша крыша пострадала, здание затряслось. После залпа я подбежал и посмотрел: многие близлежащие здания в огне или дымятся, телевизионная станция выглядит так, как будто в ней не прошел косметический ремонт, секции внешней стены просели, но не упали на улицу.


"Уилко для Митча, ты в порядке?"


"Меня сбило с ног. Не самые лучшие дни."


Следующий залп должен быть на юге. Уилко, для одиноких волков, спускайся на более низкие уровни сейчас!"


Я выбежал обратно на лестничную клетку и спустился вниз, грохоча по ходу движения. И я был прав, следующая дюжина минометов приземлилась южнее, так что в схеме наведения была определенная логика.


Когда зазвонил мой телефон, это был адмирал Джейкобс. "Уилко, пять минут до времени у цели".


"Вас понял, сэр, и будут ли они оценивать ущерб после этого?"


"Они всегда так делают".


"Уилко на свободе".


"Что это?" - Спросил Стрейч, стоя в воде, вода стекала по ступенькам.


"Американцы ударят по минометным орудиям через несколько минут." Я стоял у окна лестничной клетки, представлял опасность, и позвал сержанта Тобо. Сержант, это майор Уилко. Что ты можешь увидеть в парке?" Спросила я, заметив детей, выглядывающих из окон.


"Минометы стреляли, сэр, они стреляли четыре раза".


"Они бьют по зданиям рядом с нами, да. Оставайся на линии, скажи мне, что ты видишь, посмотри на запад в поисках самолетов."


"Запад для самолетов ... Хорошо, сэр, я сейчас смотрю". Минуту спустя пришло: "Я что-то вижу, белый след самолета под облаком. Теперь я что-то слышу ... Боже мой."


"Сержант? Сержант?"


"Я в порядке, сэр, просто в шоке. Парк, деревья, все в дыму, большой взрыв. Боже мой, еще один большой взрыв, сэр."


"Были ли уничтожены минометные орудия, сержант?"


"Да, сэр, там будет большая яма и коричневая грязь, и все деревья повалены, сэр, деревьев больше нет".


"Убиты какие-нибудь гражданские лица, сержант?"


"Я так не думаю, сэр, я не вижу гражданского в Ди парке, сэр. Боже мой ... еще один большой взрыв, и грузовики Ди, сэр, грузовики ди взлетают в воздух и ... падают. Я вижу, как убивают Ди Уайта."


"Белый человек?"


"Это настоящие русские мужчины, сэр".


"Спасибо, сержант, докладывайте мне о любых крупных перемещениях. Уилко на свободе." У меня было восемь выжидающих лиц. "Минометные орудия, люди и грузовики уничтожены, жертв среди гражданского населения нет". Я позвонил адмиралу Джейкобсу и передал ему отчет, порадовав его. Но я не упомянул мертвых русских советников. Вернитесь наверх, джентльмены, день еще не закончился. Давай, отрабатывай свое содержание, а!"


На нашей жалкого вида крыше, теперь в ней большая воронка, я передал: "Всем командам, это Уилко, минометы были уничтожены F18 ВМС США. Вернитесь к этому и поищите пехотинцев ниже."


Я стоял рядом с Томо, когда мы заглядывали вниз через большую дыру в чью-то разрушенную квартиру. Он выглядел пустым, так что, по крайней мере, это было.


"Свифти для Уилко".


"Продолжай".


"Иисус Христос!"


Мы услышали кудахтанье, визг реактивных двигателей и все посмотрели на запад, F18 пронесся мимо нас достаточно близко, чтобы разглядеть пилота, штурмовик у нас в ушах, второй F18 на его крыле и выше. Они свернули и направились на северо-восток.


"Свифти, докладывай!"


Янки только что разнесли в клочья те грузовики, о которых я сообщал, теперь они превратились в щепки, повсюду части тел, грузовики в огне. Наступление приостановлено, им понадобится пара повязок."


"Понял". Раздраженный, я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, отзовите свой гребаный самолет или координируйте действия со мной! Ваши самолеты только что сбили грузовики повстанцев, но у меня есть люди поблизости, и никто сначала не связался со мной!"


"Сейчас я немного покричу, я никогда не отдавал такого приказа. Ты в порядке?"


"Раненых нет, но это мог быть плохой заголовок в газете!"


"Что вы хотите, чтобы им поручили?"


"Громкие пролеты на низком уровне пугают повстанцев, и то же самое с вертолетами, заставляют их думать, что высаживаются морские пехотинцы".


"Да, хорошая идея, держись крепче, а я проверю прицеливание".


"Что случилось?" - Спросил Риццо.


"Янки обстреляли грузовики повстанцев, и это хорошо, но они никогда не спрашивали меня, где наши люди, где они".


"Они чертовски счастливы, когда срабатывают триггеры", - пожаловался Риццо.


"Они врезались в грузовики?" - Поинтересовался Моран.


"Да, гражданские не пострадали - к счастью". Я посмотрел вниз на улицу рядом с телевизионной станцией, на сцену разрушения, но там не было никакого движения, совсем никакого, дорога на север тихая. Я передал: "Уилко, всем командам, приготовьтесь. Все команды, перерыв на чай!"


" Перерыв на чай! " прозвучало в ответ с американским акцентом, послышался смех.


Водонагреватель не был поврежден, парни включили его, вскоре раздали кружки кофе с шоколадом, Слайдер жевал яблоко. Я потягивал кофе и смотрел на северную дорогу, на дым, поднимающийся от дюжины костров, на гражданских, бегущих в укрытие через дорогу.


Я все еще мог слышать странный треск на ветру, и, подойдя к северной стороне, я посмотрел на восток, еще одна сцена разрушения, видно, как несколько гражданских толкают машину, собаки лают ни на что конкретно.


"RPG!" - послышался американский акцент, и я нырнул вниз, Николсон и Свон скопировали это действие, и наше здание затряслось.


Я встал и передал: "Это майор Уилко, тому, кто стрелял из этого РПГ. Я объявил перерыв на чай, и у нас осталось пятнадцать минут!"


Пока мои ребята громко смеялись, Митч продолжил: "Для человека, стреляющего из РПГ, у британской армии есть давняя традиция делать перерывы на чай во время боя, ритуал, начатый в Индии. Они остановились выпить чаю во время высадки в День "Д"."


"Отвали, Янки", - Пришло от Риццо.


Я сидел с Мораном и Джинджер, спиной к стене, и наслаждался тишиной, относительной тишиной.


"И что они будут делать дальше?" Лениво поинтересовался Моран, скрестив ноги, с шоколадкой в руке.


"На их месте я бы обошел нас стороной и набросился на президента".


"Они не могут использовать лодки, там ВМС США", - тихо заметил Моран. "И точка отсечения пройдена".


Полчаса спустя я постоял, потягиваясь в течение минуты, чтобы по очереди взглянуть вниз на улицы, но там действительно не было солдат повстанцев. Я позвонил в GL4 и подробно проинформировал об этом, чтобы передать бригадиру и другим.


Тинкер перезвонила мне через пять минут. "Мы получаем сообщения о том, что лидер переворота бежал на север".


"Хорошо, это положит конец этому безумию". Я передал: "Всем командам, это Уилко, мы получаем сообщения о том, что лидер переворота свалил на север, так что боевые действия могут прекратиться, по крайней мере, приказы посылать сюда людей должны прекратиться".


Я позвонил майору Моргенсену. "Мы получаем сообщения о том, что лидер переворота бежал на север".


"А, ну тогда на этом все должно закончиться. Здесь все затихло, только странный автомобиль, полный разъяренных недовольных граждан, желающих выплеснуть немного гнева. Когда мой сержант остановил их у выхода из аэропорта, он сказал им, что они не могут войти, если у них нет билетов на самолет." Я широко улыбнулся. "И они остановились и обдумали это, затем уехали".


"Сотрудники посольства ушли?"


"Пока нет, только несколько семей ... это ответ. До сих пор у нас была готовность к эвакуации каждые десять минут в течение всего дня, чертовски раздражающая."


"Мы остановились пообедать, здесь тихо. Уилко на свободе." Я повернулся лицом к своей команде и помахал Грини с лестницы. "Наверху, в аэропорту, джип, набитый вооруженными до зубов людьми, подъехал к выходу из аэропорта, поэтому сержант-новичок остановил их и сказал, что они не могут войти, если у них нет билета на самолет".


Воздух наполнился смехом.


Я посмотрел на Грини, когда он ухмыльнулся. "Не только мы, британцы, совсем охуели".


Визг усилился, лица подняты, четыре F18 проносятся мимо.


"Что они бомбят сейчас?" Обеспокоенно спросил Риццо.


"Больше никаких бомбардировок, они летят низко, чтобы напугать повстанцев".


"Они пугают меня", - проворчал Риццо.


Два "Чинука" с грохотом пронеслись мимо, сопровождаемые не менее чем девятью "Морскими ястребами", и любые мятежники, оставшиеся там внизу и не решившие, что делать, к настоящему времени уже разбежались бы, думая, что высаживается вся американская армия.


Полчаса спустя зазвонил мой телефон.


"Уилко, это Хейнс", - раздался безумный голос, на заднем плане слышались крики.


Я вскочил, лица повернулись ко мне. "Что случилось?"


"Два американских F18 подрезали друг друга, один разбился".


"Пилот катапультировался вовремя?"


"Да, он был на земле и с нами через несколько секунд, но, Уилко, F18 попал в Президентский дворец".


"Это поразило гребаный дворец!"


"На скорости врезался в нижний уровень, взорвал нижний уровень, повсюду пламя, затем верхний уровень рухнул вниз. Уилко, выживших нет!"


"Кто ... кто был в здании?"


"Президент, его семья, его военный штаб, его кабинет, дюжина политиков ..."


"Иисус. Что насчет наших людей?"


"Я был там с Мортеном десять минут назад, мы только что ушли. Наши люди на страже на улице, внутри только черные охранники, кроме четырех морских пехотинцев."


"Морские пехотинцы были внутри?"


"Да", - неохотно подтвердил он.


"Есть еще какие-нибудь белые лица?"


"Я никого не видел, когда уходил".


"Мортен там?"


"Подожди".


" Уилко? " раздался голос Мортена.


"Есть ли шанс, что выживших можно вытащить из-под обломков?"


"Нет, никаких, это точно. В здании было много стекла, похожего на старое колониальное здание, дерева и немного кирпича."


"Иисус. Раненый поблизости?"


"Несколько осколков, несколько ожогов, ничего серьезного. К чему это нас приводит?"


"Оставляет нас в дерьме. Я вернусь к тебе."


Все стояли, теперь ожидая, и они могли видеть мой взгляд. Я тяжело вздохнул. "Мы по уши в дерьме. Два F18 подрезали друг друга, один врезался прямо в Президентский дворец, и это уничтожило президента и его семью, весь руководящий персонал. Больше некому управлять этой гребаной страной."


Широко раскрыв глаза, они обменялись взглядами


"Итак ... что нам теперь делать?" - Спросил Слайдер. "Мы пришли сюда, чтобы защитить этого придурка, нет, он мертв и похоронен!"


Я поднял плоскую ладонь. "Я позвоню в Лондон и ... тогда посмотрим".


"Будь анархией", - сказал мне Моран. "Фракция против фракции, мы в центре!"


Я указал на Либана. "Обновить Париж". Он отошел, достав телефон. Я также отошел в сторону и позвонил сестре, пока за моей спиной бушевали дебаты.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко на Гвинее. Экстренный отчет, который будет отправлен всем заинтересованным сторонам. Столкнулись два американских истребителя F18, один врезался в Президентский дворец - "


"Что!"


"Президент и все его старшие сотрудники и помощники мертвы, и некому больше управлять страной ..."


"Иисус".


"Проинформируйте Кабинет министров, мне нужно быстро принять решение - мы остаемся или уходим".


Я позвонил адмиралу Джейкобсу. "Сэр, это Уилко".


"Что-нибудь происходит на земле?"


"Просто ваша карьера быстро катится под откос, сэр".


"Что? Что, черт возьми, вы имеете в виду, говоря, бомбили ли они мирных жителей?"


"Не совсем. Два ваших F18 подрезали друг друга, один пилот благополучно катапультировался, но его самолет врезался в Президентский дворец - "


"Он разбился? В резиденцию президента?"


"Да, сэр, и это убило президента, весь его высокопоставленный персонал и его семью, не осталось никого, кто мог бы управлять страной. Плюс четверо ваших морских пехотинцев."


"О ... мать твою ..."


"Я попросил Лондон принять решение о том, остаемся мы или уходим, потому что дальше будет гражданская война, сэр. Поговорите с Пентагоном и перезвоните мне, сэр. Уилко на свободе."


Выглянув за борт, я издал вздох и увидел четырех человек, несущих старую леди на носилках. Когда они боролись, двое случайных прохожих подбежали и помогли. "Добрые самаритяне", - выдыхаю я.


Старик с радиоприемником Си-би-эс все еще был здесь, все еще что-то бормотал, подкидывая мне идею. Я постоял, уставившись на него с минуту, затем подошел к нему. "Поступили кое-какие новости". Он был весь внимание. "Лидер переворота, полковник, бежал на север, и его солдаты покидают город".


"Да, это хорошая новость".


"Но также был убит и нынешний президент".


"Это тоже хорошая новость", - сказал он с кривой улыбкой, сильно нуждаясь в стоматологе.


"Не могли бы вы ... распространить эту новость и попросить, чтобы ваши друзья также рассказали своим соседям".


"О, да, я рассказываю многим людям". И он это сделал, он начал что-то бормотать.


Когда я уходил, моя улыбка была такой же кривой, как у старика.


"Что ты наделал?" - Спросил Моран, теперь с подозрением.


"Я использую слухи". Я передал: "Всем командам приготовиться к объявлению, держите ухо востро. Всем командам приготовиться." Я ждал и тяжело вздохнул, все смотрели в мою сторону. "Уилко всем командам, самолет F18 ВМС США потерпел крушение на юге, но он попал в Президентский дворец, поэтому нынешний президент, его армейские чины и все члены его кабинета были убиты, и мы также потеряли убитыми четырех морских пехотинцев США.


"Это оставляет нас в странной ситуации: некому управлять страной, нет явного преемника, лидер переворота бежал на север. Хорошо то, что повстанцы в замешательстве, и мы можем увидеть меньше убитых и раненых мирных жителей. Мы ждем указаний из Лондона, Парижа и Вашингтона относительно того, что мы здесь делаем. Тем временем, будьте все начеку. Свифти, верни своих людей сюда. Эскадрон "А", вы меня слышите?"


"Продолжай".


"Возвращайся в это здание".


"Перемещение".


"Митч, ты меня слышишь?"


"Продолжай".


"Идите и сообщите менеджеру телестанции и вещателям, они имеют право знать, что происходит".


"К закату будет гребаная гражданская война!"


"Может быть, нет, может быть, люди здесь лучше, чем мы думаем, и, может быть, они поймут, что нуждаются друг в друге, и что сотрудничать лучше, чем сражаться. И, может быть, они найдут менее коррумпированного лидера, того, кто действительно заботится о своем народе. Поживем-увидим."


Риццо подошел с натяжкой. "Итак, что мы делаем?" - Спросил Риццо.


"Жду в Лондоне, может быть, вертолет в аэропорт или обратно в Сьерра-Леоне".


"Там безопаснее, чем здесь!" Растяжка отмечена.


Мужчины сидели вокруг с пивом в руках, некоторые закрыли глаза, другие болтали небольшими группами после того, как к нам присоединились "Одинокие волки Свифти" и завсегдатаи, но полчаса спустя я был у южной стены, когда послышалась музыка, и я мог видеть людей на улице внизу, намного больше, чем было раньше.


У восточной стены Смитти сидел передохнув, но потирал запястье.


"Ты в порядке?" Я небрежно спросил, стоя над ним.


"Запястье болит, босс, но я не помню, чтобы напрягал его".


Тяжелое ружье, регулярное использование, повторяющиеся травмы от перенапряжения, RSI - они подкрадываются незаметно. Перевяжи его, успокойся, прикладывай к нему лед по десять минут за раз, затем перерыв на час, и возвращайся на базу, никаких отжиманий или силовых тренировок в течение месяца."


"Месяц?"


Для заживления сухожилий требуется время. Если ты не уделишь этому времени, это будет мучением на долгие годы, поверь мне. Им требуется целая вечность, чтобы зажить, так что пусть это заживет."


"Мне нравятся мои силовые тренировки, босс".


И, вероятно, именно здесь ты напрягся. Сколько ты весишь сейчас?"


"Пятнадцать камней".


"Толстый ублюдок". Он рассмеялся. "Сколько ты весил, когда присоединился к нам?"


"Одиннадцать с половиной".


"Ты прошел долгий путь от неуклюжего тощего молодого солдата".


"Я был, и моя семья до сих пор смотрит на меня дважды, когда я прихожу домой. Пару недель назад я вернулся, поколотил своего брата ..."


"За что ты ударил своего брата?"


"Мы с ним занимались этим годами. Он был на год старше, всегда придирался ко мне, и он занимался карате и Кинг-фу, когда был молод, но теперь я могу легко справиться с ним. И когда я вернулся, я зашел в местный паб, просто в футболке, и несколько мужланов, которых я знал в школе, захотели пойти, поэтому я пригласил их на улицу, шестерых из них, и наклеил их."


"Не попадись под арест, мне пришлось бы внести за тебя залог", - поддразнила я.


"Ну, как говорит Рокко, если ты боишься пары идиотов в пабе, каким ты будешь, когда они окажутся вражескими солдатами, идущими на тебя".


"Верно, очень верно, и я никогда не был известен тем, что уклонялся от драки".


"Ну вот, босс, я подражаю вам", - сказал он с дерзкой ухмылкой.


"Только не получи шрамов", - съязвил я.


Я подошел к юго-западному углу, Робби и Паркер стояли и смотрели.


Паркер сказал, указывая: "Вечеринка началась несколько минут назад".


Робби заметил: "Я думаю, этот президент мудак был не настолько популярен".


"Выглядит не так. Старичок с радио Си-би-эс был рад узнать о кончине президента."


"Уилко!"


Я обернулся, на лестнице появились три женщины с подносами в руках. Они раздали жареного цыпленка ребятам, не без интереса со стороны команды. Затем появился ящик пива, но я предупредил мужчин, чтобы они пока ничего не пили.


Моран с ухмылкой отметил: "Они счастливы, что их президент мертв. Мы должны были застрелить его, а не защищать."


"У нас были заказы", - отметила я, пробуя курицу.


"Краб для Уилко".


"Продолжай".


"Там люди поднимаются на крышу, играют музыку и танцуют".


Собери своих людей в одном месте, приготовься выдвигаться. Французская команда на строительной площадке, присоединяйтесь к другим французам."


Либан прошел мимо меня, кивнул и отправился присоединиться к своим людям на северо-восток.


Я позвонил Хейнсу и дозвонился до Мортена. "Я хочу, чтобы вы взяли вертолет и прилетели сюда со своими медиками и палатками, чтобы немного отдохнуть душой и разумом. Стрельба прекратилась, наступает мир. Как можно быстрее и захвати с собой столько наличных, сколько сможешь достать."


Я схватил Паркера, и мы с грохотом спустились по лестнице на улицу, люди махали нам. Мы помахали в ответ и улыбнулись. Я вошел в хозяйственный магазин, замок был сбит слайдером. Трое местных мужчин настороженно смотрели на нас за прилавком.


Я сказал им: "Мы взяли некоторые из ваших инструментов, они на крыше, вы можете забрать их". Я передал 500 долларов. "А это за сломанную дверь".


Они смотрели широко раскрытыми глазами на деньги, больше, чем они заработали за месяц, я был уверен.


"Спасибо, спасибо тебе. Кто ты такой?"


"Мы - Британская империя, королева Виктория послала нас, мы пришли, чтобы остановить боевые действия. Теперь это безопасно."


Когда мы вернулись на улицу, к нам подбежали дети, схватили нас за руки и что-то бормотали. На крыше в разгаре была вечеринка, вся моя компания с винтовками на плечах и жирной курицей во рту - и жирной курицей на щеках.


Бросив взгляд на телевизионную станцию, я увидел, как люди в красивых рубашках и костюмах приходят и уходят, а также нескольких танцующих женщин.


"Уилко от имени Митча, прикажи морским пехотинцам подойти к главному входу с винтовками наготове и убеди общественность, что они в безопасности, начинай процесс зачистки".


Звонил Дэвид Финч. "Только что вернулся со встречи КОБРЫ, и у нас на примете кандидат в президенты, генерал, который находится в больнице в Гане, умеренный, прозападный, судя по всему, не такой кровожадный или коррумпированный. Французы и американцы согласились поддержать его."


"Достаточно ли он здоров, чтобы путешествовать?"


"Да, у него была только операция на геморрое".


"Что ж, будем надеяться, что тогда он не окажется занозой в заднице, а?"


Я мог слышать вздох. "Это уже разошлось по офису, так что, пожалуйста, продолжайте стрелять в людей".


Я рассмеялся. "Каковы мои приказы?"


"Пока оставайся на месте, сохраняй мир".


"Я попросил медиков, немного сердец и разумов".


"Да, звучит как хорошая идея".


Следующим позвонил Тинкер. "Некоторые странные новости. Во-первых, эта телевизионная станция транслировала новости, так что каждый в Гвинее знает, что происходит, и, во-вторых, человек на этой телевизионной станции записал все ваши радиосообщения и расшифровал их, они обсуждаются в прямом эфире по телевидению."


Я сильно нахмурился. "Что ж ... Я ... не думаю, что я сказал что-то компрометирующее, я осторожен с радио, возможно, какие-то нецензурные выражения. У нас проблемы?"


"Не так далеко, они перечислили приказы не стрелять по гражданским лицам - и прослушали ваши сообщения. Они не нападают на вас, скорее используют вас как пример, вы знаете, солдаты не стреляют в мирных жителей."


"Ha! Где-то здесь солдаты рубят мирных жителей мачете."


"Отсюда и сравнение".


"А лидер переворота?"


"Чуть не забыл - его застрелил один из его капитанов".


"Так что мне не нужно идти за ним. Прекрасно."


Морской ястреб громко заявлял о своем присутствии, гражданские и солдаты на крыше освобождали место, и как только я спустился, я помог медикам Мортена спуститься, выгрузив много больших зеленых аптечек и две палатки.


Когда "Морской ястреб" улетел, уровень шума вернулся к норме - медики ломали голову над нашим очень странным мостом из переплетенного металла, я отправил Мортена на улицу перед телевизионной станцией, выделив шестерых волков-ветеранов для их защиты - двух наших санитаров, отправленных вместе.


Вскоре местные жители увидели большую зеленую палатку с красными крестами на белом фоне, и их не нужно было подталкивать; за пять минут у нас было двадцать раненых, весть распространилась как лесной пожар - как радиопередача Си-би-ЭС.


"Паркер, Грини, идите, окажите первую помощь!" Я закричал. Я передал: "Уилко для Митча, я хочу, чтобы на улице были все котики, которым можно оказать первую помощь".


"Вас понял".


"Майор Либан, я хочу, чтобы ваши медики были на улице".


"Хорошо, мы отправим их".


"Уилко для краба".


"Продолжай".


"Я хочу, чтобы ваши люди прочесали улицу перед телестанцией в поисках вооруженных людей, создающих проблемы, но будьте чертовски осторожны, чтобы не задеть мирных жителей".


"Вас понял. Но здесь у нас в ушах звучит музыка!"


Я столкнулся с Мораном. "Доберись до Мортена, забери деньги, которые у него есть, и скажи ему, чтобы он раздал несколько долларов каждому раненому гражданскому лицу, затем найди людей, чьи квартиры пострадали, и передай им немного денег на еду, возьми несколько человек и будь осторожен".


"Мы полностью посвящаем часть "Сердца и разума"?"


"Почему бы и нет, нам нужно, чтобы они были на нашей стороне и не стреляли в нас, а в Лондоне появился новый человек на пост президента, который в настоящее время находится в Гане и ему удаляют геморрой".


"Ой", - с усмешкой заметил Моран. "Тогда он будет часто вставать, ходить и приветствовать массы - пока они не пристрелят его".


Я похлопал его по плечу, когда он обзывался, и направился вниз.


С заходом солнца я схватил Свифти и его оставшихся волков, и мы направились вниз, вскоре к палаткам - и нашли оживленную зону сортировки тротуаров. Видя камеры местного телевидения, мы надели маски для лица, но это немного беспокоило местных женщин. Тем не менее, я убедился, что винтовки были наготове, когда приближался к Мортену.


Он узнал меня, даже несмотря на мою маску для лица. "Мы уже залатали двадцать человек, еще больше в очереди, несколько серьезных ожогов и осколочных ранений, несколько вчерашних огнестрельных ранений - и мы собираемся принять роды".


Я мог видеть, как два моих санитара усердно работают над этим, плюс французские медики - многие из местных говорят по-французски, офицеры Американской пресс-службы тоже усердно работают над этим - и все снимают.


"Все еще цел?" Я спросил их.


Капитан взглянул на мое погонное звание. Майор Уилко. И да, но я был на волосок от этих чертовых минометов, думал, что здание рухнет." Он указал вверх. "Мне тоже не нравится находиться рядом с этой чертовой башней. Там, наверху, не совсем безопасно."


"Тогда быстро снимайте своих морских пехотинцев, "Тюленей" сзади, выводите их и доите".


"Мы уже разослали достаточно для двухчасового специального выпуска, у них внутри был комплект и передатчик, так что мы разослали несколько часов пленки. Мы засняли атаку БТР и вертолета, минометный обстрел, и это транслировалось по CNN час назад."


"А лица моих людей?" Я нажал.


"Пентагон сказал нам, что мы столкнемся с расстрельной командой, так что расслабьтесь, сэр, все выстрелы на расстоянии. Ты знаешь, что они перехватили твои радиосообщения?"


"Да, я слышал. Есть какие-нибудь ... проблемы?"


"Совсем наоборот, они любят тебя!" - сказал он с улыбкой.


"Что?"


"Они цитировали вас, когда вы угрожали людям расследованием за стрельбу по гражданским лицам. Они подготовили получасовой фрагмент и распространили его среди всех африканских стран. Если действие происходит на крыше, ваши слова произносятся, а затем расшифровываются ниже."


"О". Я взглянул на Свифти в его маске.


"Там было несколько ругательств", - отметил Свифти.


"Отредактировано, африканцы не любят ругательств", - сказал нам капитан.


Свифти сказал ему: "Хотя им нравится кромсать друг друга гребаными мачете!"


"Мы засняли на пленку несколько убийств, гражданские убивали друг друга, но это никогда не выйдет в эфир".


"Осторожно!" - раздался крик.


Я повернул голову влево, черный с блестящим лицом и пистолетом, и он был направлен прямо на нас. Секундой позже его голова взорвалась, тело отбросило в сторону, женщины закричали.


"Краб для Уилко, ты там внизу в порядке?"


"Да, и спасибо. Будь начеку."


Медики перенесли тело и упаковали в мешки, и на улицах воцарилось спокойствие, Свифти держал пистолет наготове, его винтовка была перекинута через плечо.


На меня указали, приближался невысокий толстый местный мужчина в костюме. "Майор Вилко, я начальник станции". Он энергично пожал мне руку обеими своими. "Спасибо вам, майор, спасибо вам, вы спасли нас".


"Мы получили приказ, так что поблагодарите британское правительство".


Он поднял указательный палец. "Мы сообщили о ваших спасениях в Сьерра-Леоне, Либерии и Мавритании. Большое удовольствие наконец-то познакомиться с вами."


"Тогда сделай кое-что для меня. Пусть ваши люди обойдут и проверят каждую квартиру поблизости, поищут раненых гражданских лиц и составят реестр имен и адресов, а также пропавших людей."


"Мы сделаем это, да, у меня много людей". И он побежал прочь, крикнув своей съемочной группе, которая затем сосредоточилась на мне. Я сосредоточился на Паркере, когда он вытаскивал длинный металлический осколок из раны на плече, начали накладывать швы.


Я услышал плач ребенка, многие лица обернулись, женщина-медик, капрал королевских ВВС, вынесла ребенка в маленьком одеяльце и - как ни странно - вручила его мне с улыбкой, приближалась чертова телевизионная команда.


Сияющий местный житель, отец, спросил, как меня зовут.


"Майкл".


"После ангела, да. Я назову его Майклом."


Я показал ребенка телекамере. Отдав ребенка обратно, я вручил отцу 200 долларов. "Ради еды, ради ребенка".


Он был ошеломлен, но все равно положил деньги в карман.


Мой телефон зазвонил, так что я нашел тихое местечко, Свифти и парни окружили меня, глаза повсюду. "Уилко".


"Это адмирал Джейкобс".


"Сколько дерьма было брошено в вашу сторону, сэр?"


"Несколько тонн, и это продолжает прибывать".


"Что ж, ожидайте поворота судьбы, потому что здесь воцарился мир, ваши военные репортеры отсняли многочасовые кадры - это показывают в новостях в Штатах, и репортеры местного телевидения безумно любят нас, не в последнюю очередь потому, что мои люди оказывают первую помощь и принимают роды".


"Что ж, это уже кое-что, да, нет худа без добра".


"А F18..?"


"Много повышенных голосов, крики из Пентагона, Белый дом готов кого-то застрелить, но они успокоились, мало что они могли сделать. Пилот отстранен от службы, он получит тонну дерьма. Опытные мужчины, они оба, никогда не должны были подрезать друг друга."


"Замена президента в пути, из Ганы, я просто надеюсь, что он понравится людям".


"Как там дела?"


"Люди танцуют на улицах, моим людям предлагают пиво", - доложил я.


"Что ж, это уже кое-что, заставляет нас выглядеть желанными гостями - и у нас точно нет истории, когда нас радушно принимали в странах Третьего мира!"


"Есть кое-что, чего вы не знаете, и держите это при себе и полковнике Мэтьюзе, но когда ваши самолеты попали под минометный обстрел - вы убили русских советников".


"Какого хрена они там делали?"


"Замыслил недоброе, теперь мертв и похоронен".


"Ну и ладно, пошли они к черту. Москва обожглась на этом."


"Надеюсь, они усвоили урок, и дорогостоящий".


"ЦРУ здесь обсуждает это, их участие, но мы мало что можем сделать".


"Мы можем держать их подальше от региона, и, возможно, тогда это будет более спокойный регион".


"Ha! Поговорим позже, майор."


Полчаса спустя морские пехотинцы высадили полевой госпиталь, расположенный на первом этаже телевизионной станции, и когда я просунул голову туда после наступления темноты, там трудилась дюжина врачей и хирургов, за местными жителями хорошо присматривали - работали телекамеры. Надев маску, я спросил о местной больнице, и менеджер телестанции сказал мне, что это дорого - и что все богатые врачи сбежали.


Вернувшись на нашу крышу, я пригласил волков-ветеранов на мальчишник и запретил им пить, пока остальные пробовали местное пиво и многочисленные блюда домашней кухни, играла музыка. Риццо видели с местной девушкой, симпатичной, с пышными формами, и он исчез на час, Слайдер покачал головой - и сообщил мне, что у Риццо всегда были презервативы за пазухой.


Стоя рядом со Свифти, я ревновал к Риццо, мы оба ревновали, но мы согласились, что африканских девушек, больных СПИДом, следует избегать, независимо от того, есть презервативы или нет.


После полуночи местные жители начали расходиться по домам, и мы все попытались немного отдохнуть, пожертвовав несколько одеял и подушек, а дождь прекратился.


В 2 часа ночи раздались выстрелы, мародеры были ранены, а в 4 часа утра двое вооруженных мужчин были застрелены на улице. Я не был слишком обеспокоен, учитывая происходящие здесь фракционные бои.


Рассвет застал меня на ногах, когда я писала, моя моча попадала в водосток на крыше, но когда я выглянула из-за стены, она попала в машину внизу. "Извините", - тихо сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь, и бросил взгляд на наш самодельный мост через дорогу к телевизионной станции. В конце концов морские пехотинцы закрепили ее веревкой, но я не был уверен, что их веревка удержит башню во время шторма.


Люди начали шевелиться с восходом солнца, и сегодня должен был быть первый солнечный день. Кроме того, в "бризе" действительно отсутствовала стрельба.


После завтрака Каспер отогнал бронетранспортеры, сгоревший автобус отодвинули в сторону, другие автобусы припарковали возле телестанции, чтобы морские пехотинцы могли воспользоваться ими, когда они уйдут.


Я стоял с пивом в руке, когда раздался взрыв, и, посмотрев на север, я увидел улицу, окутанную дымом, огромный взрыв заминированного автомобиля прогремел в трех кварталах от меня. Взрыв слышали все в радиусе десяти миль. А минуту назад улица была заполнена ранними утренними покупателями, гражданскими лицами.


Когда люди с криками разбегались, я передал: "Уилко, всем командам, спускайтесь туда и доставьте раненых обратно сюда. Шевелись!" Обернувшись, я крикнул: "Британские волки остаются здесь, снайперы здесь, ищите неприятности!"


Остальные побежали к лестнице и вниз.


Я позвонил сестре. "Это Уилко в Гвинее. Обновление для всех заинтересованных сторон, рядом с нами взорвалась большая заминированная машина, сотня раненых мирных жителей. Скажи всем в Гвинее, чтобы были начеку. И спроси, каковы наши гребаные приказы, потому что в той заминированной машине могли погибнуть некоторые из моих людей! Мы остаемся или уходим, потому что здесь дело сделано."


Наблюдая с крыши, я мог видеть, как входят раненые, некоторых выносят, тела доставляют в полевой госпиталь, Мортен и его команда внезапно стали очень заняты, американские медики суетятся вокруг.


Когда зазвонил мой телефон, это был Дэвид. "Мы анализируем ситуацию и опасаемся заминированного автомобиля, но ваши люди на крышах".


"На этой гребаной улице тридцать медиков!"


"И мы бы предпочли, чтобы они не пострадали, поэтому премьер-министру дают рекомендации, пока мы говорим. Можем ли мы ... переместить этих медиков?"


"После того, как они избавятся от текущих раненых, да, вернемся на юг, если там будет безопаснее от внезапных нападений".


"Так и должно быть, есть препятствия".


Я наблюдал, как раненых несли по улице, мои люди возвращались на крышу небольшими группами, многие смывали кровь.


Моран подошел ко мне. "Там адский беспорядок, повсюду части тела, руки и ноги. Убитых больше, чем во время здешних боев."


"Я подтолкнул Лондон, чтобы он вытащил нас, а также медиков внизу".


"В той заминированной машине могли погибнуть медики, все они", - отметил Моран, и мы обменялись обеспокоенными взглядами.


Полчаса спустя был показан премьер-министр. "Майор, какова ситуация на местах?"


"Ситуация такова ... что сейчас мы играем в полицейских во время мятежа и вот-вот потеряем много людей, наш премьер-министр вот-вот получит тонну дерьма из СМИ, его рейтинги полетят в унитаз".


"Не сдерживайтесь, майор, говорите, что у вас на уме".


"Я всегда так делаю, сэр, и вы вот-вот получите серьезное дерьмо от Африканского союза за построение империи здесь, внизу. Многие пытались, но все потерпели неудачу."


"Здесь было сказано несколько громких слов именно по этому поводу".


"У меня все еще есть оперативный контроль на местах, сэр?"


"Да".


"Тогда мы уходим. Уилко на свободе." Я прервал звонок и дозвонился до капитана Харриса. "Организуйте вертолеты или самолеты для вывода войск, как можно быстрее, мы уезжаем - обратно в Сьерра-Леоне".


"Хорошо, я займусь этим".


Я передал: "Уилко, всем командам, мы отступаем, группируйтесь и приготовьтесь, подготовьте автобусы под нами к использованию. Американские волки едут на юг, автобусы возвращаются, как только все будет готово.


Морские пехотинцы" помогающие американским медикам собирать снаряжение. Всех раненых, которые все еще находятся под нашей опекой, отправляют автобусом на юг или в местную больницу. Двигайтесь быстрее, все."


Я наблюдал с улицы, как раненых на носилках помещали в два оставшихся автобуса, американские медики жаловались на то, что им приходится перевозить своих пациентов. Один был подполковником и хирургом, а не счастливым кроликом.


Я крикнул: "Мистер, если вы все еще будете стоять там, через час вы будете мертвы, ваши внутренности будут на гребаной стене. Тогда кто позаботится о раненых в этом автобусе? Шевелись, или я прострелю тебе ногу!"


Он призвал свою команду, морских пехотинцев и морских котиков присоединиться, и с автобусами, полными раненых - джипами, позаимствованными у сотрудников телевидения, а также у добрых местных жителей, конвой отправился на юг, осталось преодолеть всего несколько миль.


Мортен и его команда собирали вещи, но все еще работали с ранеными, поскольку раненые в основном добирались к нам сами, многие с простыми травмами рук или порезами головы. Французы вошли одной большой группой и, пока ждали, нырнули в телевизионную станцию, и я насчитал пятерых мужчин с повязками на головах, у нескольких были связаны руки.


Вернувшись на крышу, я приказал своим снайперам проверить местность, но там было тихо.


"Чья заминированная машина?" Митч позировал.


"Какой-то армейский офицер, желающий власти в нынешнем вакууме и думающий, что лучший способ достичь этого - держать людей в страхе, нарушил здешнюю повседневную жизнь. Это менталитет уличной банды. Но это район среднего класса, и они, вероятно, голосуют за другого кандидата, чем люди в трущобах. Кандидаты из левого и правого крыла, одни и те же по всему миру."


"И где эта гребаная пожарная команда?" Риццо жаловался. "Они спят?"


"Нет, они избегают быть убитыми - и прячутся под кроватью", - сказал я ему.


Мой телефон зазвонил. Горсков. "Da!"


"У меня есть кое-какая информация, и я надеялся получить за нее немного ... денег".


"Зависит от информации, но если это кому-то поможет, то этот кто-то заплатит, я уверен".


"У меня есть человек, который раздобыл мне кое-какую информацию о наладчике в Греции, незаконных трубопроводах, контрабанде людей, наркотиках и всем остальном. Я подключил к сборнику жучки, думая, что это может дать мне что-нибудь полезное. Есть грузовик, название на боку - ЕвроТранс, синий грузовик, проезжает через Швейцарию, вскоре направляется в Париж, бомба на борту."


"Ты только что заработал себе немного денег. Я скоро свяжусь с тобой."


Я позвонил сестре. "Это Уилко в Гвинее, экстренное сообщение для французского правительства. Синий грузовик с надписью "ЕвроТранс" на боку, проезжающий через Швейцарию в Париж, с бомбой на борту. Немедленно свяжитесь с ними. Скажи Дэвиду Финчу, что информация поступила от моих друзей из неблагонадежных мест."


Я обернулся и увидел, что Генри и Самбо вернулись к нам. "Я только что получил наводку, грузовик с бомбой, направляющийся в Париж, прибыл из Греции".


"Связано с боями здесь?" - озадаченно нахмурившись, спросил он.


"Нет, я бы так не подумал".


Десять минут спустя, посоветовавшись со мной, французы двинулись на юг двумя длинными рядами, на расстоянии друг от друга, оружие наготове, глаза повсюду. Я попросил американских волков прийти ко мне, пока мы ждали несколько вертолетов.


Визг был тихим, не напоминающим мне минометный, три здания к северу от нас поражены, сильные взрывы, мои люди вскоре падают лицом вниз. Звук чего-то металлического, ударившегося о нашу крышу, заставил меня подняться и посмотреть, как остановился хвостовой плавник.


"Это ракеты, в семи милях от цели!" Я закричал. Я стоял во весь рост. "Американские волки, следуйте за французами по дороге на юг, и удвоьте время! Сержант Крэб, шевелись! Завсегдатаи SAS следуют за нами, передайте людей медикам!


Мы столкнулись плечами, когда выбегали на лестничную клетку, оставив позади сложенные припасы, вскоре с грохотом спустились по лестнице и, наконец, оказались на улице, медики королевских ВВС собирали вещи, морские пехотинцы и морские котики выходили из телевизионной станции.


Я накричал на них. "Формируйте команды, двигайтесь на юг двойным ходом! Вперед!"


Они собрали своих людей, многие с огромными рюкзаками и двумя винтовками, и отправились на юг в погоню за волками. "Морские котики" вышли последними, подсчет численности закончен, мои ветераны-волки теперь отправляются на юг - перерыв между командами, морские котики идут с тяжелыми сумками - и жалуются на нехватку транспортных средств или вертолетов.


Мортен все еще ухаживал за ранеными, поэтому я велел Эхо разделиться по обе стороны улицы, пока мы ждали, пока женщины-медики собирали аптечку.


"Оставьте палатки и раскладушки", - сказал я им. "Мы вернемся за ними или добьемся, чтобы их отправили вниз".


Взрыв заставил нас спикировать вниз, и ракета приземлилась всего в ста ярдах к северу, окна были выбиты, машины подожжены, местные жители были замечены убегающими.


Я расслабился. "Мистер Мортен, у вас есть примерно семь минут, следующий залп должен приземлиться прямо там, где вы стоите".


Он отправил двух последних раненых, но они все равно стремились покинуть этот район, менеджер телестанции предложил помощь, вокруг разъезжал джип. Походные кровати, аптечки и наспех свернутая палатка были брошены в кузов, на ней сидели три женщины-медика, и машина умчалась на юг.


"Уилко всем, кто остается возле телестанции, отходите на юг по удвоенной, подсчитайте численность ваших команд".


Я вывел их на середину дороги и установил темп быстрой ходьбы, медики были нагружены тяжелыми рюкзаками.


"Mister Morten. Те упражнения, которые вы делаете, ходьба с тяжелыми рюкзаками, ну, они как раз на этот случай. Так что немного попотейте."


Многие из моих парней забрали аптечку у медиков, и мы неплохо провели время, осматривая углы, нервно оглядываясь на крыши, когда местные жители нервно поглядывали на нас, дети махали руками, несколько пешеходов остановились поглазеть.


"Мы это пропустили", - крикнул Свифти.


"Что?" Я озадачен.


Он указал. Неоновая вывеска гласила "Массажный салон". "Массаж со счастливым концом", - прокричал он.


Я крикнул в ответ: "Счастливым концом было бы, если бы твои часы все еще были на месте и никакой болезни!"


В трехстах ярдах дальше по дороге зажужжало мое радио. "Чинук для Уилко".


"Уилко здесь, отмахнись, отмахнись, покидай район, приближаются ракеты!"


"Чинук, Уилко, вас понял".


"Уилко, Чинук, встретимся на юге у перевала через полчаса".


"Чинук, Уилко, вас понял".


Я мог видеть, как они пролетели над нами, к югу от нас, и развернулись, возвращаясь в аэропорт. Взрывы заставили нас опуститься на колени, и, оглянувшись через плечо, я увидел, что вход в телевизионную станцию окутан дымом, а наша первоначальная крыша была разрушена.


"Удачное время", - отметил Мортен. Но он выглядел испуганным, когда сказал это, борясь со своим тяжелым рюкзаком. "Я пропустил тот самолет, врезавшийся в дом президента, на десять минут, пропустил ту заминированную машину, пропустил те ракеты на семь минут. Временной интервал становится все меньше."


"Прибавь ходу!" Я кричал на отставших, но наш темп задавали медики.


По истечении семи минут я приказал им разойтись по входам в магазины и боковым улицам, взрывы обрушились на крыши домов к северу от нас, местные жители получили травмы. Двигаясь дальше, мы вскоре увидели высокие жилые дома к югу и востоку, здания начали редеть, были видны парки, даже играющие дети, люди, занимающиеся своей повседневной жизнью, как будто ничего не случилось.


Следующий залп не последовал за нами на юг, а снова попал в район телестанции, и к тому времени, когда мы достигли контрольной точки, я потерял счет количеству ракет.


Многие команды ждали нас на клочке пустыря, и когда я приблизился, "Чинуки" вернулись, но с четырьмя "Морскими ястребами".


Уилко, "Чинукс", отведите французские команды обратно в аэропорт. Французские команды, распределитесь по вертолетам - и спасибо вам за вашу помощь здесь. Путешествуйте безопасно."


"Либан для Уилко, где моя бутылка вина, а?"


Там же, где твой поцелуй в щеку. Отправляй своих людей в аэропорт и звони в Париж. Морские котики и пехотинцы, любое место в вертолетах для вас - но я понятия не имею, куда вы направляетесь дальше. "


"Морские котики для Уилко, мы на некоторое время остановимся в посольствах".


"Спасибо за вашу помощь, и поблагодарите медиков от моего имени".


Я остановил "Ребят из Эхо", увидев грязно-коричневое устье реки, как и мутно-коричневый океан на другой стороне, легкий запах нечистот на ветру. Пришли "Чинуки" и забрали французов, всех французов на борт, только двух "Чинуков".


"Морские ястребы, Уилко, прием".


"Уилко, морские ястребы, вперед".


"Морские ястребы, Уилко, куда мы тебя везем?"


"Уилко, морские ястребы, мы ждем, когда нас подвезут до Сьерра-Леоне".


"Морские ястребы", Уилко, мы полностью заправлены, мы можем отвезти тебя. В режиме ожидания."


Я передал: "Американские волки, по восемь человек на вертолет, садитесь последовательно и отчаливайте, остальные остаются здесь. И берегите свои гребаные винтовки!"


Я мог видеть, как Волки встали на колени в ряд, когда "Морские ястребы" приземлились на дороге, на борту каждого вертолета насчитали восемь волков, видели, как Краб поднимался на борт. Когда стало тихо, я посмотрел на север, увидел поднимающийся дым.


"Почему мы уходим?" - Спросил Митч.


Я взглянул на него. "Мы не полицейские, и нам никогда не следовало быть здесь. Сколько жестяных диктаторов в Африке не в ладах со своим народом, сколько переворотов по всей Африке, и на чью сторону мы встанем - все они такие же плохие, как и друг друга?


"Когда я сообщил местным жителям, что нынешний президент мертв, с этого и началась уличная вечеринка. Так как же нам выбрать, на чьей стороне, когда обе стороны - отморозки?"


"Да, нелегкое дело, поэтому мы просто выполняем приказы".


"Моим приказом ... была оценка ситуации, и мне напомнили, что я осуществлял оперативный контроль на местах. Итак, мы сваливаем и прекращаем играть арбитра между двумя змеями." Я указал на север. "Мы могли потерять десять человек из-за попадания ракеты или миномета или потерять тридцать человек из-за заминированного автомобиля".


Я покачал головой. Оправдана политика или нет, мы - небольшая команда специалистов, поэтому мы не разбрасываемся жизнями и не рискуем ими. Посмотрите на команду Махони, все погибли одним ударом."


Ребята стояли вокруг и болтали небольшими группами, но мы были достаточно рассредоточены: несколько земляных холмиков для укрытия, если нам это было нужно, каменная стена вокруг полуразрушенных качелей на детской площадке, за которыми можно было спрятаться.


"Чинуки" вскоре вернулись, постоянных сотрудников отправили в аэропорт после того, как их поблагодарили - и после того, как мои ребята были с ними соответственно грубы, команда Мортена вернулась в посольства со 2 эскадрильей.


Когда "Чинуки" вернулись, я приказал им взять оставшихся американских и британских волков-рекрутов, плюс моих волков-ветеранов, и они полетят в Сьерра-Леоне, что займет не менее часа обратного пути. Мы сидели у каменной стены и пили пиво, пока мимо проезжали машины, Саша и Каспер рядом со мной со своей командой - Каспер попробовал детские качели.


Полчаса спустя зазвонил мой телефон. "Это Дэвид. Мы послали французам вашу наводку, и я предполагаю, что у них были люди на границе со Швейцарией, но ... грузовик был замечен как раз в тот момент, когда он собирался выехать из туннеля и приблизиться к контрольно-пропускному пункту, поэтому водитель взорвал бомбу - в туннеле."


"Черт".


"Французы оценивают в триста погибших".


Мое лицо вытянулось, все парни сосредоточились на мне. "Я думаю, французы, возможно, захотят узнать источник информации".


"Да, они уже отправили запрос".


Источником был Горсков, и он хочет немного денег за информацию. Он прослушивал кого-то, чтобы получить это, греческого трубопроводчика, или, по крайней мере, этот человек находится в Греции. Посмотрим, что еще я смогу выяснить."


Положив трубку, я взглянул на их выжидающие лица и остановился на Генри. "В туннеле на границе Франции и Швейцарии взорвалась бомба в грузовике, триста погибших".


Он вскинул руки в воздух и выругался.


Я встал и ушел, позвонив Горскову. "Это Петров".


"Вам удалось продать информацию?"


"Да, вам заплатят, но когда грузовик был остановлен, он взорвался, триста мирных жителей погибли".


После долгой паузы последовало: "Я никогда не знал, насколько велика бомба, у меня было только то, что я тебе сказал".


"Французское правительство будет очень усердно искать людей, стоящих за этим, очень усердно".


"Я попытаюсь выяснить, что смогу, но этот человек в Греции просто снабжает грузовик поддельными номерами и документами, чтобы перевозить вещи, я не думаю, что он знал, что его грузовик взорвут, может быть, просто кто-то перевозил маленькую бомбу, а затем куда-то ее положил".


"Чтобы пойти на такой риск с бомбой, ему, должно быть, хорошо заплатили. Собери о нем всю информацию, какую сможешь, французы попросят меня ... навестить тебя."


"Эй, я пришел к тебе с этим!"


"Да, и я ценю это, но триста погибших - это не то, что проходит бесследно. Выясни все, что сможешь, и свяжись со мной."


"Хорошо, я звоню своему человеку там, в Афинах".


Я сидел и болтал с ребятами о бомбе в грузовике, но заверил их, что это не имеет никакого отношения к нашей операции здесь, внизу.


Горсков быстро вернулся к работе. "У моего человека есть больше информации. Водитель был египтянином, это все, что он знает о грузовике. Но есть еще один грузовик, зеленый, с пивом "Баухаузер" на борту, на корабле в Англию. В ней есть что-то незаконное."


"Что-то незаконное?"


"Никаких упоминаний о бомбе, и этот человек весь день перевозит грузовики, так что это может быть что угодно".


"Включая бомбу. Греческий мужчина?"


"Он из Македонии, его зовут Спиро Гантер". Он подробно назвал адрес, который я записал.


Я позвонил сестре. "Это Уилко. Человек по имени Спиро Гантер, родился в Македонии, сейчас действует по этому адресу в Афинах." Я подробно описал адрес. "Он посредник трубопровода, который нанял грузовик с бомбой. Он знал, что на борту была бомба, но не знал, как и где она будет использована - конечно, не для уничтожения его собственного грузовика. Водитель был египтянином. Передайте это Дэвиду Финчу и французам.


Во-вторых, на корабле или пароме, направляющемся в Великобританию, есть зеленый грузовик с пивом Bauhauser с надписью на боку, так что предупредите все порты. В ней есть что-то незаконное."


"Что-то незаконное ..?"


Это может быть большая бомба или свинина, срок годности которой истек. Полученная информация просто утверждает, что в ней содержится что-то незаконное."


"А источник информации?"


"То же, что бомба во французском грузовике".


"Итак, мы можем предположить, что это чертовски большая бомба!"


"Я бы допустил ошибку в сторону осторожности - и паники. Уилко на свободе." Обращаясь к командам, я сказал: "Теперь в грузовике, направляющемся в Великобританию, заложена бомба. К счастью, у нас есть Ла-Манш."


Моран начал: "И это не касается нашей операции здесь?"


"Все главные игроки мертвы, так что ... кто на нас злится?" Я позировал.


"Кто выпустил те ракеты?" Риццо позировал.


"Кто здесь казначей", - представил Митч, и мы обменялись взглядами.


Я сказал им: "По слухам, казначей здешнего полковника-переворота был нигерийцем, но гребаные нигерийцы никогда бы не пошли на Париж и Лондон, они бы получили ядерную бомбу в задницу. Водитель французского грузовика был египтянином, и он подорвал себя."


"Это Аль-Каида", - отметил Моран. "Нигерийцы не взрывают сами себя".


В приятном солнечном свете мы сидели и ждали, Риццо пробовал замахи и сломал один, "Чинуки" наконец вернулись за нами, Эхо разделилось на двух "Чинуков", и мы двинулись вдоль побережья, за тридцать пять минут до старта, вниз и вниз, американские волки теперь вернулись в густую зелень деревьев.


Высокий худой капитан приблизился ко мне. Прежде чем он смог что-либо сказать, я громко потребовал: "Кто здесь?"


"Взвод валлийских гвардейцев, еще несколько человек, ваши люди только что вернулись, сэр".


Я обернулся и позвал сержанта Краба. Когда он подбежал трусцой, я сказал: "Я хочу, чтобы половина людей была на "олене", половина - в патрулировании района, сменитесь сегодня вечером, будьте начеку".


"Мы ожидаем неприятностей?"


"Да, двигай этим".


Взволнованный сержант Краб убежал трусцой.


"Снайперы!" Я позвал, когда они направились к зданию. "Наверху, поворачивай оленя, оставайся начеку. Свифти, несколько волков на воротах, достань что-нибудь 66-мм или РПГ."


"Здесь есть кое-что из тех RPG-штучек", - сообщил мне обеспокоенный капитан.


"Подготовь место для засады на дороге", - сказал я Джинджер.


Мой телефон зазвонил. "Это Дэвид, и мы в панике из-за этого грузовика".


"Может быть, ничего, может быть, нелегалов перевозят в Великобританию на этом грузовике".


"Учитывая то, что произошло во Франции, мы мобилизуем полицию и обезвреживание бомб, порты готовы, все зеленые грузовики должны быть изолированы. Мы связались с Кале, и они ищут, и со всеми паромами, которые должны были причалить, связались по радио, персонал ищет этот грузовик."


"Может ли это быть связано с нашей здешней операцией?" Я позировал.


"Что ж ... ваша операция там была внезапной, прошло всего несколько дней, и перевозка бомб в грузовиках потребовала бы некоторого планирования, поэтому я бы сказал, что грузовики отправлялись неделю назад, планы были готовы до этого. Кроме того, вы сообщили, что водитель был египтянином."


"Да, но, возможно, кто-то играл его, того водителя".


"Я вижу, да, неудачника. Что ж, у нас мало что впереди. Французы получили подробную информацию о парне с трубопроводом в Афинах, французская команда летит вниз, GIGN, но они пока мало что говорят грекам на случай, если парень с трубопроводом подкупил чиновников."


"Это Афины, он наверняка подкупил полицию!"


"Да, вполне".


"И парень с конвейера, Спиро, вероятно, знал об этом все, черт возьми. Что ж..."


"Что ж ... что?"


"Мне кажется странным, что он связался со взрывчаткой".


"Действительно кажется очень странным, да, он знал, что гнев французов обрушится на него".


"Должно быть, ему хорошо заплатили, или мы что-то упускаем".


"Чего не хватает ... Это опасный момент".


"Может быть, французы смогут добраться до него и выяснить".


Я позвонил Бобу Стейнсу и посвятил его в детали.


Боб отметил: "Да, кажется странным связываться с терроризмом. Он должен был бы заработать достаточно денег, чтобы уехать навсегда, пластическую операцию и большую дозу удачи."


"Обнюхай все вокруг, посмотри, что ты сможешь выяснить".


"Я сделаю, да".


Позже в столовой было много народу, всех накормили, но большинство хорошо поели накануне вечером. Я сидел в своей старой комнате, Свифти и Моран присоединились ко мне, еда была в обеих жестяных банках. Мы сидели, скрестив ноги, на голом бетоне и ели.


"Патрули выведены", - отметил Свифти. "Проверил каждую точку компаса".


Я кивнул.


"У ворот и в месте засады на дороге есть РПГ", - добавил он.


Я снова кивнул.


Мой телефон зазвонил. "Это Дэвид, и наш друг Спиро был найден мертвым вместе со всеми своими сотрудниками, его склад был разграблен".


"Итак, кто добрался туда раньше нас?" Я позировал.


"GIGN и французская разведка уже там, и они проводят экспертизу. О, и в Париже введен карантин."


"Перебор", - фыркнула я. "Президент Франции знает, что это хорошо для голосов!"


"Я не мог с этим поспорить. Подожди. "Я ждал. "Наш зеленый грузовик на пароме в Харвич. Сначала они разгрузят пассажиров."


"Если водитель пронюхает об этом, он потопит этот паром!"


"Мы могли бы подключить SBS к работе, они были предупреждены".


"Пусть капитан судна сообщит, что идущий впереди паром задел стенку причала, набирая воду, небольшая задержка - на час или два".


"Да, хорошая идея".


"SBS нужно держать водителя подальше от этого грузовика".


"Я проверю, где они, вертолеты королевских ВВС перевозили их в сторону Дувра из Пула".


Положив трубку, я сообщил своей команде: "SBS на пути к тому, чтобы заработать себе на пропитание, грузовик с бомбой на пароме".


"Они никогда не делали этого по-настоящему", - вставил Моран. "Это может быть первое".


Я кивнул, пока ел свою еду. "У них есть магнитные зажимы, на руках и коленях, чтобы забраться на борт корабля с аквалангом. Дикки и Моури обычно пробовали это." Я поднял голову. "Кто-нибудь видел бригадира?"


"Не здесь", - сказал мне Моран. И мандарины "ДЖИК" тоже. Возможно, они вернулись в Великобританию."


Я позвонил капитану Харрису. "Теперь мы все вернулись к игре FOB, так что обновите белые доски, но где Бригадир?"


"Во Фритауне, в аэропорту, он почувствовал опасность, находясь всего с одним взводом валлийских гвардейцев".


"Я бы тоже И что случилось со Следопытами?"


Прикреплен к британскому посольству в Конакри. Они позвонили, когда ты улетел, и МОД отвлек их."


"МОД никогда не сообщал мне об этом и не спрашивал меня ..!"


"Они - министерство обороны, мы работаем на них, помни".


Положив трубку, я немного надулся. "Гребаный МОД переназначил Следопытов, даже не позвонив мне".


"Грубо", - отметил Моран. "Ты здесь главный, принимаешь поспешные решения, от которых зависят жизни. Отсутствие связи - это то, из-за чего гибнут люди." Он встретился с ней взглядом. "Что Лондон хотел, чтобы мы сделали, наши приказы, прежде чем вы вытащили нас?"


"Они хотят, чтобы мы поддерживали мир, поэтому я сказал премьер-министру отвалить. Я спросил, сохраняю ли я все еще оперативный контроль на местах, он сказал "да", поэтому я сказал, что мы уходим."


"Чертовски верно", - согласился Свифти. "Такой большой город, нас двести."


"Еще час, и у нас осталось бы несколько человек плюс медики", - отметил Моран. "Нам повезло, чертовски повезло". Он снова посмотрел мне в глаза. "Были ли какие-нибудь из этих ракет и минометов направлены в нас?"


"Что ж ... Я бы сказал "нет", я бы сказал, что они хотели нанести удар по телестанции и напугать средний класс, но они знали, что мы были там, так что ... возможно, они имели в виду и нас, но взрывчатка в машине могла быть заложена лучше - поэтому я бы сказал, что они были дезорганизованы."


Час спустя, когда стемнело, я стоял возле FOB, наблюдая, как Бригадир приземляется во французской Puma со своим снаряжением, но без сотрудников JIC на буксире.


"Как прошло поле для гольфа, сэр?" Я дразнил.


"Было бы неплохо, если бы у меня нашлось на это немного времени". Он передал свой вещмешок капитану-резиденту, и мы полчаса болтали в тусклом свете о том, что произошло в Гвинее, плюс о бомбах в грузовиках в Европе.


Звонила Тинкер. "Уилко, SBS приземлилась на том пароме после того, как член экипажа ударил водителя грузовика и вырубил его. Они обыскали грузовик, пока пассажиры не знали ..."


"Идиоты!"


"Да. И они нашли кумулятивные термитные заряды, восемнадцать штук."


"Термитный снаряд не убьет много людей, его используют для разрушения зданий".


"Лондон теперь обеспокоен тем, что кто-то нацелился на здание".


"Террористы? Нацеливание термита на здание? Нравится, блядь. Ищите связь с разведывательными службами или иностранным правительством."


Отложив телефон, я объяснил это бригадиру.


"Снести здание?" он озадачил. "Ну, если бы это были террористы, разрушение здания было бы переворотом, особенно высотного здания в Лондоне".


"Они бетонные, а термит против бетона не годится, вам нужно здание с металлическим каркасом, их мало в Европе, в Лондоне таких не видели".


Он направился внутрь, когда я перезвонил Тинкер. "Слушай, найди мне какие-нибудь британские здания с металлическим каркасом, без бетона или с небольшим количеством бетона".


"Есть только один, только что законченный, принадлежащий королевской семье Омана - об этом была статья в дополнительном выпуске Sunday Times; первые пять этажей полностью из стекла и металла".


"Скажите Лондону, что это наше здание, и, чтобы не было паники, тихое удвоение охраны, вооруженная охрана, немедленная проверка всего обслуживающего персонала и подрядчиков по обслуживанию здания".


Я позвонил Бобу Стейнсу, когда вдали застрекотали сверчки. "Это я. Слушайте, займитесь делом и спросите всех, знают ли они о каких-либо заговорах против королевской семьи Омана."


"SAS защищали их в течение тридцати лет, они благоволят нашим парням, бывшие солдаты SAS часто попадают туда на службу."


"Выясните, кто на них злится, каковы локальные конфликты и кто хотел бы взорвать их милое новое здание в Лондоне. Работай быстро, подкупай людей."


"Для начала я поговорю с банкиром. Что мы делаем с Мэлоном Убелом?"


"Сначала мне нужно позвонить, я тебе перезвоню". Я нашел номер и позвонил президенту Либерии. "Это Петров".


"А, как поживаешь, мой друг?"


"Мне нужна услуга для Томска и других. Я хочу, чтобы вы создали безопасное хранилище рядом с аэропортом, недалеко от взлетно-посадочной полосы, для хранения оружия. Мы будем хранить их там, прежде чем продавать дальше, возможно, большое количество оружия."


"Есть большой сарай, я могу его отремонтировать, сделать его безопасным, да".


"Бетонные стены внутри, пуленепробиваемые, безопасные, без пожаров".


"Хорошо, я поручу людям поработать над этим, у нас есть голландская компания, которая ремонтирует аэропорт".


"Тогда я надеюсь, что вы строго относитесь к охране и не доверяете им".


"Они мало что знают, а мы говорим о гражданских рейсах".


"Хорошо. Скоро поговорим."


Я перезвонил Бобу. "В Монровии есть склад для хранения, так что пусть Мэлон Убель купит у русских немного оружия и хранит его там - просто для пущего эффекта, мы найдем покупателей позже.


"Я хочу, чтобы он был поближе к Стеффану, агенту СВР, но этот парень, Стеффан, может быть застрелен со дня на день - возможно, мной, он мочился в Гвинее и пытался устроить ловушку для моих людей, по крайней мере, его босс был, неясно, знал ли российский президент. Это моя следующая головная боль."


Звонок снят, я тяжело вздохнула и набрала номер Стеффана.


"Da!"


"Это Петров, я только что вернулся из Гвинеи".


"И ... что вы конкретно делали ... в Гвинее?"


"Я убил генерала Кибили по контракту и нескольких других".


"Это ты устроил крушение самолета ...?" - поддразнил он.


"Нет, даже я не могу этого сделать. Итак, Стеффан, у тебя все еще есть голова на плечах ..?"


"Да. Генерал Торопов был смещен, некоторые другие, а теперь это фиаско в Гвинее, так что ... Москва действует осторожно."


"Я уверен, это мудрый ход. В любом случае, я думаю, Мэлон Убел хочет купить какое-нибудь оружие, так что жди звонка."


"И в конечном итоге ФБР арестует их ..?"


"Ни за что".


"Ты говоришь это с поразительной уверенностью".


"Я знаю, да. Спокойной ночи."


В полночь я совершал обход, древесные лягушки громко пели нам серенаду, те люди, которых разместили на олене, были настороже. Когда я стоял на крыше, у меня зазвонил телефон.


"Это Тинкер".


"Ты поздно встал?"


"Я немного вздремнул, здесь еще много дел, всего три крупных проекта на ходу", - заныл он. "В любом случае, Оман. Пограничный спор с Йеменом был улажен в прошлом году, они поцеловались и помирились, все тихо, никаких проблем, ни намека на неприятности. Но ... Малли был здесь, и он работал там, и он говорит, что правящая семья вцепилась друг другу в глотки, угрозы удержали прессу. Есть двадцать принцев, и все они хотят получить высшую должность! Кто-то стрелял в наследника престола несколько месяцев назад."


Продолжайте копать, я хочу знать все об этой семье. О, кому принадлежит это здание в Лондоне?"


"Ну, правительство Омана делает, в партнерстве с консорциумом, который финансировал это, я думаю, им принадлежит 40%, но это было спроектировано и построено наследником престола, и он собрал деньги у саудовцев и других".


"Итак ... если бы это здание рухнуло, он получил бы от кого-нибудь пинок в зубы, был бы немного дискредитирован, из своего кармана".


"Не из собственного кармана, лондонская компания Lloyds это страхует. Город остался бы без средств."


"Интересно. Продолжайте копать."


Когда серые предрассветные сумерки дали о себе знать, я расслабился, чертовски напряженный, Свифти и Митч спали, Моран куда-то ушел. Я нашел его внизу с напитком, который мне вручили, когда двое валлийских охранников сидели с сонным видом.


"Все тихо?" Я спросил.


"Пока", - язвительно заметил он. "В Гвинее все еще продолжаются уличные бои".


"Были какие-нибудь проблемы с посольствами?"


"Не сообщается, нет. Просто локальные бои."


Я позвонил адмиралу Джейкобсу, поскольку он плавал у берегов Сомали в своей ванне и опередил меня на несколько часов, полковник Мэтьюз, вероятно, сейчас крепко спит. После моего доклада он согласился, что оставаться в центре города было рискованно, и он был доволен освещением в Штатах - одна небольшая ошибка с F18.


После хорошего завтрака, яичницы с беконом и еще одного пива, я совершил обход, вполне довольный защитой.


В 7 утра с ревом влетели две пумы, убиты люди из эскадрильи "D", отряд, назначенный сюда на две недели для прохождения стандартных маршрутов патрулирования. У нас было много пустых палаток, поэтому я указал им на одну - выброшенная змея, предупреждение об уровне угрозы, и у их палатки постоянно будет мужчина на оленях.


Я болтал полчаса, рассказывая о том, что произошло в Гвинее, потревоженный садящимися морскими ястребами, возвращающимися тюленями.


"Сержант Катовски?"


"Мы так и не прошли стандартные маршруты патрулирования, сэр, поэтому мы вернулись".


"Британские спецназовцы здесь для этого, так что координируйте действия, иначе вы будете спотыкаться друг о друга".


Я нашел им палатку и поселил их. На другой стороне полосы я нашел Краба и капитана, ответственного за новобранцев American Wolf. "У нас есть дополнительные люди, и они пройдут стандартные маршруты патрулирования, так что вам не придется патрулировать эти районы, поэтому я хочу, чтобы половина волков прошла обучение в джунглях, остальные на оленьих упряжках, и пусть мои люди отведут их на патрулирование - в какое-нибудь место в глуши и подальше от стандартных маршрутов патрулирования".


"Самое время вернуться к этому", - пожаловался Крэб. "Нас всегда отзывают, мы никогда не заканчиваем заданную программу".


"Сколько раненых?" Я спросил.


"Шесть с рикошетом", - доложил капитан. "Ничего опасного для жизни".


"Пусть они остаются здесь, в подвале, и выздоравливают, пусть медики ежедневно проверяют их на наличие инфекции".


Тинкер позвонила час спустя, когда начался дождь, причем дождь шел сбоку. "Британское правительство решило не информировать правительство Омана о ваших идеях", - сказал он нараспев.


"Ну, это просто идеи, никаких твердых доказательств. Может быть, террористы хотят разрушить мост. В Великобритании много стальных!"


"Да, и некоторым из них по сто лет".


"Составь для меня список, на всякий случай. Есть какие-нибудь результаты экспертизы термита?"


"Коммерческий австралийский термит, законно используемый для разрушения зданий, сейчас они изучают химический состав, чтобы определить точную партию поставляемого - и кому".


"Просто чтобы расстроить Лондон, найдите мне связь между австралийскими компаниями по сносу зданий и Оманом".


"Хорошо", - он зевнул. "Дай мне несколько часов, я измотан".


Каспер пришел и застал меня во время ланча. "Мне позвонил на мой старый спутниковый телефон бельгийский наемник, бывший член Иностранного легиона, у него была для меня кое-какая работа, поэтому я притворился заинтересованным. Он упомянул человека, наполовину араба, наполовину француза, служившего в Иностранном легионе, а теперь наемного убийцу, и этот человек обеспечивает поддержку еще двум мужчинам, которые убьют кого-то в Англии через несколько дней."


Мои глаза расширились. "И что он хотел, чтобы ты сделал?"


"Устроить диверсию, занять полицию в Англии, где-нибудь в Севен-Триз".


"Семь дубов?"


"Да".


"Свяжись с ним, скажи, что принимаешь, поторгуйся с деньгами, скажи, что ты в Нидерландах, так что можешь быстро пересечь границу. Сделай этот звонок сейчас!"


Сначала я позвонил Тинкер. "Найди мне связь между Севен Оукс в Кенте и Оманом. Я лечу обратно, кто-то только что пытался нанять Каспера для убийства на территории Великобритании."


Я позвонил сестре Лондон второй. "Это Уилко в Сьерра-Леоне, мне нужен быстрый самолет, чтобы доставить команду обратно в Великобританию. Посмотри, что есть в наличии, свяжись со мной". Я передал: "Николсона и Томо, Генри, Сашу и Каспера ко мне".


Когда они прибыли - Каспер разговаривал по телефону - я приготовил их к отъезду, ящики и все остальное, и попросил у капитана Харриса Пуму. Сестренка перезвонила мне, чтобы сказать, что "Тристар" вылетит из Фритауна через час. Я настоял, чтобы он придержал ее для нас.


Позвонил Дэвид Финч, когда наша Пума была привязана, Моран остался отвечать за дрессировку волков. "Ты летишь обратно, в спешке?"


"Кто-то только что позвонил Касперу на его старый спутниковый телефон, нанял его убить кого-то в Великобритании, наконец-то занять полицию, когда команда совершила убийство".


"О, черт. Что ж, по крайней мере, он на нашей стороне."


"К тому времени, как я вернусь, у нас должна быть цель и время. Команда из двух человек, поэтому я использую небольшую команду, чтобы убрать их тихо." Пума с ревом ворвалась внутрь. "Мне пора, "Пума" в аэропорт, затем "Тристар" обратно в Великобританию, поговорим, когда я приземлюсь, доставь меня в Лондон - меня ждет вертолет на GL4, достаточно большой для шести человек".


Я повел свою команду к темной полосе, ящики были подняты на борт, люди на посадке, короткий перелет до аэропорта, и мы приземлились рядом с ожидающим нас "Тристаром", багажное отделение которого все еще открыто. Ящики доставлены, я накричал на парней, и они раздали гранаты, наземные обработчики королевских ВВС не обрадовались кроликам, когда они стояли с ярко-оранжевыми защитными накладками на макушках голов, не прикрывающими уши. Лямки проверили, у нас больше не было гранат, и мы поднялись на борт, оставив винтовки в трюме.


Как и ожидалось, мы привлекли несколько странных взглядов, когда нырнули внутрь, из-за нашей странной одежды, и Парас, вращающийся на верблюжьей подошве - очень загорелый Парас, поприветствовал меня. Найдя места рядом с ними, мы сидели и болтали, пока экипаж готовился, и когда нос самолета поднялся, многие руки были сложены, а многие глаза закрыты.


Я не мог уснуть, да мне и не нужно было спать, поэтому я сменил позицию и поболтал со многими группами, несколькими армейскими медиками на борту. Это помогло ускорить перелет, и все полеты были утомительными.


После нескольких часов спокойных размышлений и некоторых сомнений с моей стороны, мы приземлились в Брайз Нортон в темноте, мой автобус сопровождал полицейский эскорт, и мы отправились в GL4 под дождем. Дождь прекратился, как только мы приехали, и асфальтовое покрытие стало сиять. Капитан Харрис и большая часть команды все еще были в офисах, сообщая, что "Пума" будет доступна через сорок минут.


Тинкер положила трубку и повернулась ко мне. "Существует связь между Оманом и Севен Оукс, сын наследного принца учится там в шикарной государственной школе Грин Парк Скул".


Я столкнулся с капитаном Харрисом. "Свяжитесь с Креденхиллом. Я хочу, чтобы дежурная команда криминалистов из казарм Челси немедленно отправилась в полицейский участок Севен Оукс, готовая к неприятностям, но они двигаются тихо. Предупредите полицию в Кенте. Вот куда я направляюсь."


Выбегая, команда ждала меня, держа комплект. "Быстро прими душ и смени носки и штаны, запасись пайками, консервными банками и шоколадом, возьми мухоморы. Здесь лето, но по ночам холодно, и мы могли бы проводить операцию несколько дней, так что лучше всего, если у вас есть моя снайперская одежда. Каспер, не одевайся как мы, постарайся выглядеть соответственно, надень джинсы. Иди быстрее, я задержу транспорт."


Они разбежались по своим хижинам и домам, пока меня подвозил к моему дому член парламента Пит, эффективный и готовый с удобным ключом. Я сбросила свои грязные нашивки из джунглей, пока он ставил чайник. Наверху я принял пятиминутный душ, надел чистое нижнее белье и носки, мой малоиспользуемый снайперский комплект, снова надел грязные вонючие ботинки.


На кухне я обнаружил, что член парламента Пит засунул мою грязную одежду в стиральную машину. "Я распоряжусь, чтобы кто-нибудь постирал твой набор", - предложил он, протягивая мне пиво.


Я отпила чай и поставила его на стол, достала из буфета банки со спамом и томатным супом, а также запаковала свои формочки для каши и тесемки. У меня было несколько шоколадных батончиков, и я бросил их туда. Пистолет проверен, кобура надета, я проверил запасные магазины, патронташ надет, лямки опущены, и я вернулся к своему напитку.


"Куда ты так спешишь?" - спросил он.


"Несколько вооруженных людей направляются в Великобританию".


"Идешь сюда?" - громко спросил он.


"Нет, но все равно будь начеку".


"Здесь всегда все чертовски четко", - пожаловался он. "У нас новый капитан, шесть полицейских и четверо полицейских!"


"Как дела у этого нового капитана?"


"Он острый и бдительный, не доставляет нам хлопот, но он расставляет точки над i и зачеркивает т".


"Хорошо, тебе тоже следует!"


"Мы не осмеливаемся уйти на минуту раньше", - пожаловался он.


Когда я допивал пиво, проглотив плитку шоколада, "Пума" с шумом приземлилась рядом с ангаром. Я дважды проверил, все ли у меня есть, прежде чем Пит повез меня по городу, "Пума" работала на холостом ходу.


Мой телефон зазвонил, когда команда вошла. "Уилко".


"Это Дэвид, и мы беспокоимся о молодом человеке из Севен Оукс. Если бы его убили на территории Великобритании, премьер-министру, без сомнения, пришлось бы много унижаться, встать на колени перед правителем Омана и извиниться."


"Я буду там через час, операция за пределами школы, полиции не видно. Любое изменение распорядка дня, и они повторяют попытку в следующем месяце."


"Я ... не уверен, что нам нравится такой подход, у половины МО сыновья учатся в этой школе, и сын директора учится там".


"А ... чушь собачья". Я тяжело вздохнул, когда член экипажа "Пумы" направился к нам. "Это ее дело, но разве мы их отпугиваем, держа полицию в этой школе месяцами?"


"Нам нужны люди внутри здания".


Я обдумывал это. "Хорошо, но могли ли они быть спрятаны, просто учителя знали о них?" Стрелки наверняка наблюдают за школой, и ребенок может подать сигнал, тогда мы будем скучать по ним до следующего месяца - или месяца через три."


"А казначей?"


"Незавершенная работа".


"Если бы ты его поймал, на парня не было бы покушения".


"У меня есть козырь в рукаве с Каспером, так что мы можем быстро вернуться и найти посредников. И, босс, важно, чтобы королевская семья Омана не знала об этом."


"Почему, черт возьми, нет?" Они имеют право забрать своего мальчика домой!"


"Потому что я ставлю деньги на то, что кто-то из членов семьи организует это".


После долгой паузы последовало: "Было покушение на наследника, и теперь ваши теории о его здании, теперь его сын стал мишенью. Слишком много совпадений."


"Если ты отправишь мальчика домой, это избавит нас от неприятностей, но мальчик будет убит".


"Готовы ли вы взять на себя ответственность за то, что происходит?"


Это был странный вопрос, но актуальный.


"Да, это я. Это моя информация, моя операция. Пришлите мне записку на этот счет и о том, что мы разошлись во мнениях по поводу политики."


"Очень хорошо, но мне нужно обсудить это с режиссером и премьер-министром".


"Поторопись, часы тикают. И спросите премьер-министра, что бы он сделал, если бы рухнул небоскреб в Лондоне, городские улицы были бы перекрыты на месяцы, а Lloyds of London обанкротился."


"Он совершенно справедливо испачкал бы свои брюки, а также несколько других".


"Я направляюсь в полицейский участок Севен Оукс".


"Высаживайтесь на Биггин-Хилл, я попрошу контртеррористическую полицию Кента встретить вас там".


Отложив телефон, капитан Харрис и Рокко ждали. Я повернулся к Рокко, помолчал, затем спросил: "Твой пистолет у тебя?"


Он похлопал себя по левой подмышке.


"Ты идешь с нами, у меня есть для тебя работа. Где тебе нужно быть?"


"Ни хрена себе".


Я столкнулся с капитаном Харрисом. "Установите связь с офицерами из Кентского криминалистического центра и немедленно отправьте компьютерную команду SAS в Биггин Хилл. И я хочу, чтобы здесь был круглосуточный репортаж! И никаких мигалок на полицейских машинах в Биггин Хилл!"


Команда была в сборе, и я проверил их, все, кроме Каспера и Саши, были в моей снайперской одежде, чтобы команде было тепло. У нас были мухобойки и зеленые резиновые коврики, пайки, так что нас распределили. Оружие не было заряжено, поэтому мне не нужно было проверять, я направил его на Пуму с помощью Рокко.


Сидя внутри, Томо прокричал что-то Рокко о выходе на пенсию и получил в ответ тычок пальцем. Закрыв дверь, я написал "Аэродром Биггин Хилл" в своем блокноте и показал члену экипажа, и он кивнул, когда наша машина развернулась, вскоре скользнув по траве и набирая высоту, и вскоре направилась на юго-восток.


Я увидел автомагистраль М4, когда мы на скорости проезжали по ней, улицы и дома, которые вскоре замелькали мимо, и у меня возникли сомнения по этому поводу - и по поводу того, почему Дэвид Финч хотел, чтобы я взял на себя ответственность. Он должен был обсудить это с премьер-министром, так что тогда у меня были бы приказы, и я немного расслабился.


Но если бы я допустил ошибку и мальчика убили, они захотели бы мою голову, и что бы я тогда сделал? Я обдумал это, и решил, что пойду работать на Spectre, а не буду руководить им. Французы и американцы будут сотрудничать, просто Министерство обороны не сможет защитить меня от расследования и убийства сына наследника престола Омана.


Через тридцать минут после взлета мы приземлились на мокрой площадке у Биггин Хилл, под башней, нас ждали полицейские машины плюс два фургона. И Донохью стоял там и ждал.


"Это твоя нашивка?" Я дразнил.


"Технически, вся Великобритания - мой участок, за исключением Шотландии и Северной Ирландии". Мы пожали друг другу руки, двое полицейских из КТ, которых я обучал, стояли позади него в черной униформе, с наброшенными черными вальметами. "Ты хорошо с этим справляешься?" Я спросил их.


"Немного попрактиковался", - ответил с дерзкой ухмылкой.


Направленный внутрь, было оборудовано помещение, достаточно большое для пятидесяти человек, столовая в углу и вывеска туалета, уже двадцать офицеров сидели, некоторые с компьютерами, другие с радиоприемниками, я даже видел спутниковые телефоны. И несколько милых женщин-офицеров.


Донохью начал: "Мы воспользуемся этим, потому что эта школа находится достаточно близко, а местный полицейский участок привлечет внимание". Он представил инспектора компьютерной томографии Кента, человека, одетого в черную форму, с пистолетом на бедре. "Это Дуг Джексон, мы раньше работали вместе".


Я пожал руку мужчине, когда моя команда встала позади меня. "Обычные SAS уже здесь?"


"Они в пути", - сообщил он мне. "Но кто здесь осуществляет оперативный контроль?"


"Я верю, на данный момент, поскольку силы обсуждают это. Информация поступила от одного из моих источников, и моя команда проделала всю работу. И у нас внутри есть человек."


"Внутри?"


"Часть команды убийц, и он укажет нам время. Я разберусь с плохими парнями, потому что из-за тебя погибнет дюжина офицеров."


Он выпрямился, оскорбленный.


Я придвинулся ближе. "Идущие люди ничем не хуже меня, солдаты спецназа, с автоматическими винтовками. Ты хочешь встретить кого-то вроде меня ... в темном лесу?"


Он взглянул на Донохью. "Кто бы они ни были, у нас есть процедуры и цепочка командования, и это мой патч".


"Тогда мы подождем, пока министр внутренних дел примет решение, но без моей информации вы бы не знали, куда идти и когда". Я встретился лицом к лицу со своими ребятами. "Возьми пива. Рокко, ты наш связной здесь, не терпи дерьма, особенно от постоянных клиентов. Устраивайся поудобнее, это может затянуться."


Он кивнул и отправился исследовать здание.


У Каспера зазвонил телефон, и он вышел. Через пять минут он вернулся. По-русски он начал: "Завтра вечером, ровно в 9 вечера, я должен быть на перекрестке, чтобы остановить полицию, предупредить о том, что кто-то приближается, у меня есть контактный номер". Он дал мне номер, когда полиция осмотрела нас за то, что мы говорили по-русски.


Я позвонил сестре. "Это Уилко из Биггин-Хилл. Отследите этот номер, как можно быстрее, это посредник в команде убийц ". Я дважды прочитал номер. Отложив телефон, я крикнул: "Слушайте!"


Они прекратили то, что делали, и повернулись в мою сторону, многие выглядели недовольными тем, что на них кричат. "Я майор Уилко, подразделение SAS "Эхо", и эта симпатичная кучка плохих парней - мои люди. Завтра вечером, ровно в 9 вечера, команда иностранных плохих парней нападет на школу, и мы знаем это, потому что у нас внутри есть человек - команда убийц, а не школа.


"Цель состоит в том, чтобы остановить их, и я не имею в виду арестовать их. Теперь я вижу, что у вас с этим проблемы, поэтому позвольте мне объяснить это. Приближающиеся люди - бывшие бойцы спецназа, и им похуй ... скольких британских копов они убьют, скольких мирных жителей встретят на своем пути, а они не сдадутся и позволят себя арестовать, они сначала пустят себе пулю в лоб или выдернут чеку из гранаты.


"У них будет оружие, подобное нашему, и они убьют ваших офицеров на расстоянии тысячи ярдов, а ваши машины будут пробиты, так что нет смысла прятаться за одной из них. Если у них кончатся патроны, они спрячутся и будут сражаться ножом, или руками, или зубами. Они не придут просто так, тихо.


"Если вы хотите, чтобы ваши офицеры отправились домой к женам, тогда включите свои гребаные мозги и осознайте, с кем, блядь, вы имеете дело ... до того, как криминалисты заполнят мешки для трупов. Попробуй представить, что человек там, в лесу, - это я, и твои шансы найти меня и поймать.


"Несколько недель назад ... Я получил немного дерьма за то, что не привлек полицию во время нападения на мою базу. Нападавшие пришли с высокоскоростными винтовками и семтексом, и они бы с радостью убили полицейских - и с расстояния в 600 ярдов.


"Против таких людей у моей команды наилучшие шансы, за ней следуют обычные SAS, за ними - те из ваших офицеров, которых я обучал. Не спешите брать на себя ответственность и брать инициативу в свои руки. Есть разница между тем, чтобы быть храбрым ... и быть глупым."


Я указал на одного из сотрудников компьютерной томографии, которого я обучал. "Ты уверен, что пойдешь в лес и вытащишь этих плохих парней?"


"Ни хрена себе".


Я столкнулся с Донохью. "Вы бы послали команду в лес?"


"Только если бы у меня не было другого выбора, но я бы предпочел, чтобы они были где-нибудь, кроме глубокого темного леса, но здесь вокруг нет ничего, кроме глубокого темного леса".


Я столкнулся с командиром Кента, штат Коннектикут. Я тихо сказал ему: "Не наполняй эти мешки для трупов из-за неуместной гордости".


Он неохотно кивнул и отступил.


Приземлились две "Пумы", команда SAS CT из казарм "Челси" разгромлена, по крайней мере, часть команды, десять человек.


Войсковой сержант Мастерс улыбнулся и кивнул. "Верно, босс. Они заставляют тебя быть чертовски занятым, не так ли!"


"Так и есть", - согласился я. "Но у меня есть хотя бы пять минут, чтобы принять душ".


Мастерс настоял на том, чтобы у него была своя комната, одна нашлась поблизости, его команда поселилась. Когда они сели, я начал: "Что нам известно, так это то, что сын наследника престола в Омане учится в школе в нескольких милях отсюда. Мы также знаем, что в адрес его отца поступали угрозы со стороны родственников мужа в Омане.


"Мы также перехватили термит в грузовике, предназначенном, как мы думаем, для разрушения здания в Лондоне, финансируемого тем же наследником престола. Затем мы получили наводку от моего друга, которого завербовали в команду, которая завтра вечером попытается убить мальчика в школе."


Я тяжело вздохнул. "Но у нас проблема. В этой школе полно шикарных ребят, включая сына директора Ми-6. Они обменялись взглядами. "Плюс сыновья лондонской элиты, сыновья генералов и министров, так что в случае неудачи здесь будет проведено чертовски серьезное расследование, потребуются головы".


"Я назначаю тебя главным", - предложил солдат, остальные засмеялись.


"Кажется, я главный", - сказал я ему.


"И какой здесь план?" Мастерс подтолкнул.


"Я отправлю свою команду на территорию школы сегодня вечером, и до рассвета вы займетесь постом внутри школы, но скрытно, чтобы дети не узнали, тогда вас никто не окликнет. Плохие парни будут наблюдать за школой, так что вам нужно проникнуть тихо. Если мы их отпугнем, они попытаются снова в следующем месяце.


"Когда они приблизятся к школе завтра вечером, мои люди случайно проделают в них полные дыры, затем мы отправимся за посредником и казначеем".


"Если не допустить ошибок", - указал Мастерс.


"При условии, что не будет кровавой бани и мертвых солдат", - парировал я.


"Давайте обойдемся без последней части, а", - предложил солдат.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Передаю тебя режиссеру". После паузы прозвучало: "Уилко?"


"Продолжай".


"Я отправляю своего старшего туда, где ты, Биггин Хилл".


"Старейший...?" У меня был образ очень старого полевого агента с седыми волосами и тростью.


"Ему девятнадцать, но он учился в этой школе и знает расположение. Наш дом недалеко от Биггин-Хилл."


"Ты ... уверен в моем плане?"


После паузы последовало: "Если бы это был чей-то другой сын, да, но это вызывает большое беспокойство".


"Ваш парень не является целью, и у них будет какой-то способ вытащить оманского парня наружу. Я не вижу, чтобы они штурмовали школу и вызывали регистр!"


"Нет, это кажется маловероятным".


"Говорил ли Дэвид с премьер-министром?"


"Да, и премьер-министр согласился, что у вас есть оперативный контроль здесь, над полицией, министр внутренних дел и министр обороны подписали это, у меня есть копия".


"Но..."


"Но ... Я не смогу уснуть, пока это не закончится."


"Если твоего мальчика завтра заберут из школы, извини, что заболела мать, никто не заметит".


"А другие мальчики? Как бы я посмотрел в глаза их родителям, если бы что-то случилось?"


"Хорошее замечание, да, вам платят за охрану границ страны".


Премьер-министр позвонил мне и спросил, знаю ли я кого-нибудь еще, кого угодно в мире, кто защитил бы этих мальчиков лучше, чем ты. Так что я надеюсь, что ты свеж после Гвинеи и на высоте своей игры."


"Я достану стрелков, не волнуйся. И, мэм, если бы я не нарушал правила и не занимался своими делами, мы бы никогда об этом не узнали. Твой парень, возможно, попал под перекрестный огонь."


"Итак, мы все благодарим Петрова. Снова. Поговорим позже, я всю ночь в офисе."


После кофе и беседы с Донохью о его командах зашла небольшая группа сотрудников Ми-5, высокопоставленных сотрудников, лица которых я узнал. Донохью познакомил нас. Я вывел старшего мужчину на влажную площадку, Сесснас припарковался под огнями. И у меня все еще была моя винтовка, перекинутая через плечо.


Я сказал ему: "Касперу позвонили, чтобы он поддержал группу захвата".


Он кивнул и оглянулся через плечо. "А команда?"


"Небольшая группа стрелков, бывший солдат Иностранного легиона в их поддержку, Касперу поручено расстреливать все британские полицейские машины, которые подвернутся".


Он поднял брови. "Значит, этим людям похуй, в кого они стреляют!"


Я покачал головой. "Я бы сказал, команда из четырех человек и какой-нибудь способ вытащить мальчика наружу, скажем ... Телефонный звонок из посольства, машина в пути, больной отец".


Он кивнул. "Они не заходили внутрь, из общежития в общежитие, мальчики прятались, также большая старая школа, много выходов. Было бы плохим планом, если бы они зашли внутрь. Им хорошо платят и они хорошо мотивированы?"


"У нас мало что впереди, но термит был тем же самым казначеем, так что он организован".


"Не так уж и умно попасться..."


"Горсков прослушивал греческого трубопроводчика, нелегальное содержимое грузовиков, ему повезло с этим, он подслушал секретный разговор".


Он кивнул. "Это была удача. И кто за этим стоит?"


"Один из принцев в королевском доме Омана".


Он поднял брови. "Мы не смеем обвинять их! За это придется чертовски дорого заплатить!"


Я кивнул.


Он добавил: "У нас в Сандхерсте большинство их лучших офицеров, и мы продаем им оружие! British Aerospace проводит огромную работу!"


Я снова кивнул, глядя на сырые и холодные "Сессны", которые сидели в ожидании внимания.


"Черт..." - выдохнул он. "Здесь мы должны соблюдать тонкую грань. Если ты получишь стрелков, что ж ... нам это там не нужно."


"Мальчики в школе увидят, что мои люди, учителя и Кабинет министров знают, и они все сливают".


Он вздохнул, опустошенный. "И все же, если есть какой-то способ, которым тела могли исчезнуть ..."


"Я буду иметь это в виду".


"Это должно было пройти через нас. Было время, когда мы указывали SAS, что делать... террористы на территории Великобритании!"


"И у меня нет с этим проблем, просто это произошло быстро и ... мои источники информации не могут быть объяснены при расследовании, как и Каспер не объяснил".


Он кивнул. "Отличное качество, но чертовски трудно объяснить. Так что же произошло в Гвинее?"


В течение пятнадцати минут я давал ему версию в горшочке, прежде чем мы вернулись внутрь. Десять минут спустя полиция привела рыжеволосого худощавого подростка с красными щеками и в клетчатой рубашке под деревенским пиджаком.


"Меня послала моя мать", - сказал он мне, удостоившись множества странных взглядов от собравшихся офицеров.


"Хорошо, бумага и ручка для этого парня". Я столкнулся с парнем. "Мне нужны рисунки школы, территории, затем я хочу, чтобы вы рассказали мне, как команда похитителей может подобраться к школе и проникнуть внутрь". Я избегал упоминания команды убийц.


"Только в одну сторону, в южные леса", - сообщил он с шикарным акцентом. Север - это открытая площадка, запад - поле для регби и футбольное поле, восток - поле для крикета. В Южном лесу вы находитесь в сотне ярдов от кухонь, и как староста я всегда забирал оттуда мальчиков помладше, которые, как всегда, курили. Вы могли бы найти много дупел на дереве, набитых пластиковыми пачками от сигарет."


"Ты знаешь мальчика из Омана?"


"Да, Мустафа, дымит, как труба. Приятный парень, с легким акцентом, большим крючковатым носом, как у орла, отлично играет в крикет. Сейчас он был бы на четвертом курсе."


"И что такого важного в том, что завтра в 9 вечера?"


"В 9 вечера вечерние занятия и игры в помещении заканчиваются, затем наступает свободное время".


"Есть ли игры на свежем воздухе?"


"Прожектор летом, когда прохладно, наша версия сенсорного регби".


"Он играет?"


"Черт возьми, нет, он всегда избегал таких видов спорта".


"Где он будет завтра в 9 вечера?"


"Завтра среда, так что поиграй в rugger до 9 вечера". Он улыбнулся. "Мустафа будет со своей бандой на деревьях, курить, пока префекты не соберут их в 9.15 вечера".


"И легкая добыча", - сказал я Донохью. Я столкнулся с парнем. "Ты пойдешь со мной в школу. Они знают тебя, и ты можешь их успокоить. Теперь нарисуй мне территорию школы."


Я вышел на улицу и позвонил сестре, которую соединили с режиссером. "Я хочу взять твоего старшего с собой сегодня вечером, чтобы успокоить учителей, он их знает".


"Он действительно знает их всех, да, он был там более десяти лет. Но ... это дополнительный риск."


"Чем он хочет заниматься, когда вырастет?"


"Ему дали назначение в армию, университет спонсирует".


"Значит, ему нужно встретиться лицом к лицу с опасностью, сейчас или через три года".


"Я ... не могу удержать его от этого, нет".


"Это тебе решать, но я мог бы воспользоваться его помощью, и его информация уже нацелена на точку атаки. Я даже напишу письмо в армию по этому поводу."


"Ну, это помогло бы его карьере, да. И, как вы сказали, он достаточно скоро столкнется с опасностью, он занимается парашютным спортом. Хорошо, но будь осторожен."


"Он не будет находиться рядом с чем-либо опасным".


Вернувшись в дом, парень был занят рисованием эскизов и рассказывал Донохью, где что находится. Я не подумал спросить его имя, которое оказалось Тристеном. Я спрятал свою усмешку.


Отведя Каспера в сторону к старшему сотруднику Ми-5, я сказал: "Вы ждете здесь с Рокко. Когда тебе позвонят, иди туда, куда тебе скажут, сначала предупреди меня. После 9 вечера, если у тебя будет возможность, убей команду или франко-арабского ублюдка, о котором ты упоминал, затем сообщи об этом мне или Саше и не высовывайся, пока мы не доберемся до тебя. И если там будет двадцать стрелков, предупреди нас, а."


"Или я просто перестреляю их всех", - язвительно заметил он.


"Если они живы, мне нужна информация, прежде чем они покинут этот мир, поэтому расспроси их".


Каспер кивнул.


Я столкнулся с нашим парнем из Ми-5. "Организуйте дискретный транспорт, очень дискретный".


Он кивнул.


Эскизы сделаны, транспорт организован, моя команда загрузила пассажирский фургон, завсегдатаев предупредили, чтобы они были готовы к 3 часам ночи, Тристен выглядел немного растерянным, когда я указал ему на фургон. Я сказал полиции забыть об эскорте, и вскоре мы выехали на главную дорогу, мои парни проверяли винтовки и заряжали их, наш полицейский водитель нервничал.


"Ты знаешь эту школу?" Я спросил нашего водителя.


"Да, здешняя знаменитость, там сняли несколько фильмов, таких как "Прощай, мистер Чипс".


"Ты что?" - Спросил Томо.


Водитель объяснил: "Фильм о шикарной государственной школе".


"Я ходил в общеобразовательную школу", - сказал ему Томо.


Тристен спросил: "Эти ружья для слонов?"


"Так и есть", - сказал ему Николсон. Длинная гильза калибра 7,62 мм убьет человека на расстоянии мили - и проделает очень большую дыру. Томо здесь, он застрелил офицера повстанцев в Гвинее, убил двух мужчин позади. Это экономит на боеприпасах."


"Трое с одной пулей?" поинтересовался наш водитель.


Я сказал ему: "Мы видели это несколько раз с этими винтовками. Они проходят, и они продолжают идти. Valmet мощный, но ружье для слонов пробьет двигатель автомобиля. Подумай, что это сделает с твоей головой."


Пятнадцать минут спустя мы увидели указатель на школу, но продолжали ехать, дорога была тихой, и мы остановились рядом с темным лесом, все быстро вышли, фургон отъехал.


" Смотри в оба, со всех сторон, " прошептал я.


Томо и Николсон вглядывались в свои прицелы, в огни с дороги и из домов, чтобы помочь нам, и мы ждали десять минут, пока я принюхивался к воздуху. Если мальчики курили, то их не было поблизости. Я посмотрел на часы, было 8.15 вечера.


"Ладно, за мной, мертвая медлительность, мертвая тишина".


Николсон ведет нас, Томо позади. Я шел следующим с Тристеном, Генри и Сашей позади, и Тристену удалось тихо пройти через влажный британский смешанный лес, издалека было слышно лай лисы.


Через каждые сто ярдов я останавливал их и прислушивался, затем снова тихо двигался дальше, и мы, наконец, достигли опушки леса, откуда открывался вид на школу. Я почувствовал запах сигаретного дыма.


Повернувшись к Тристену, я сказал: "Мальчики курят".


"Предоставь их мне", - прошептал он. Шагнув вперед, он крикнул: "Эй, ребята! Немедленно возвращайся в школу, или я спущу с тебя шкуру!"


Пятеро мальчиков бросились бежать, Тристен вернулся к нам.


Я спросил: "Что они сообщат?"


"Они не посмели бы ничего сказать, или им пришлось бы объясняться, и для префекта нормально прогонять их."


"Сюда войдет префект?"


"Возможно, да, но если они подсчитают численность персонала, они не будут беспокоиться".


"Отойдите на сто ярдов", - прошептал я, команда развернулась и тихо двинулась назад. Мы нашли густые заросли и забрались внутрь, подняв летные доспехи и опустив пончо. И мы ждали, Николсон сидел на низкой ветке и выглядывал наружу.


Полчаса спустя на опушке леса осветили факелом, что-то крикнули, мальчик с факелом отступал. Было видно, что он отступает.


"Это нормально?" Я спросил Тристена.


"Да, и сегодня вечером больше не будет никаких проверок".


После проверки радиосвязи я отправил Николсона и Томо понаблюдать за школой, пока мы готовили пиво, мои разговоры с Сашей по-русски заинтересовали Тристена, не в последнюю очередь акцент Генри, поэтому я объяснил происхождение членов команды.


Тристен рассказал Анри по-французски о своих каникулах на Юге Франции.


Час спустя пришло сообщение: "Николсон для Уилко, здесь бродит мерзкий барсук".


"Генри убьет его тихо, или это расстроит наши планы". Я отправил Генри на тот свет, включив глушитель.


Треск раздался десять минут спустя, за ним последовали еще два.


"Генри, докладывай!"


"Их трое, один сбежал".


"Хорошо, возвращайся".


Когда он прибыл, я предложил, чтобы завтра на рассвете он спрятал мертвых барсуков.


Смотрю на часы, было 10.15 вечера, свет в школе все еще горел, обычно свет выключают в 11 вечера. Мне нужно было рассчитать время так, чтобы мальчики были в кроватях, а учителя запирали двери.


Я столкнулся с темным силуэтом Тристена. "Учителя ездят домой на машине?"


"Некоторые делают это в 6 вечера, но многие являются пансионерами".


"Где останавливаются учителя?"


Пристройка слева, когда вы смотрели на школу, современная пристройка, но сделанная так, чтобы выглядеть оригинально. Два этажа, дамы наверху."


"У них есть общая комната?"


"Двое, по одному на каждом этаже".


"А твой младший брат?"


"В Йорк-холле, на дальней стороне", - сообщил его темный силуэт.


"Он будет удивлен, увидев тебя".


"Ну, я полагаю, мы неплохо ладим, но я был старостой и иногда наказывал его, но в конце концов он остепенился и достаточно усердно учился".


В 10.45 вечера я повел команду на север, к опушке леса, которую нашли Томо и Николсон. "Тристен, придут ли завтра какие-нибудь мальчики в эти леса?"


"Черт возьми, да. Курю, смотрю порнографические журналы, пью пиво, все виды."


"Тогда это план", - сказал я темным очертаниям моей команды. "Я буду внутри школы, обычные спецназовцы тихо заходят в 3 часа ночи с маршрута, по которому мы пошли. В 3 часа ночи я хочу, чтобы Томо и Николсон забрались на дерево, Саша и Генри вернулись к дороге и скрылись, наблюдая за дорогой.


"После рассвета вы все отходите на дорогу и прячетесь, избегайте людей, сообщайте о любых подозрительных транспортных средствах или пеших мужчинах. завтра в 9 вечера будет время фейерверков, поэтому после наступления темноты тебе нужно быть в этом лесу, но избегать курящих мальчиков.


"Томо, Николсон, вы остаетесь на дороге, и если появятся плохие парни, вы сначала стреляете, а потом спрашиваете, но сначала предупредите остальных и меня. Саша и Генри, спрячьтесь на дереве, скажем ... в пятидесяти ярдах, не показывайтесь мальчикам курящими. Увидишь, что кто-то пробирается внутрь, предупреди по радио, открывай огонь."


Я столкнулся с черным контуром Тристена. "На что похожа крыша?"


"Старая дорожка вокруг балюстрады, дверь всегда заперта, отличное место для стрельбы наружу".


"Какой высоты балюстрада?"


"По крайней мере, по пояс".


"Хорошо. Хорошо, Каспер будет на перекрестке дорог, предположительно, той, что ведет обратно по этой дороге. Вы слышите стрельбу, доносящуюся оттуда, вы сообщаете об этом и идете к нему на помощь. Я предупрежу его, чтобы он не ходил этим путем, чтобы мы не подстрелили его по ошибке. Устраивайтесь поудобнее, меняйте позу и будьте готовы отправиться завтра в 9 вечера."


Я провел Тристена через территорию и ушел, свет все еще горел, никого не было видно ни на темной территории, ни снаружи здания.


Он прошептал: "Это приложение для учителей-мужчин. Дверь сбоку будет открыта до 11 вечера, по правилам пожарной безопасности, затем заперта, но с помощью одной из этих нажимных противопожарных дверей."


Я повел его по кругу, увидел общую комнату, видел мужчин, которые сидели вокруг.


"Эй, ты там!" - раздался шикарный голос. "Что ты делаешь так поздно?"


Мы приблизились, вышли на свет, и мое появление потрясло мужчину. Это и моя винтовка.


"Тристен?" он был озадачен, стоял с широко раскрытыми глазами, уронив сигарету.


"Мистер Чарльз, сэр, это майор Уилко, SAS".


"Уилко? SAS?"


"Иди внутрь", - сказал я ему. "Собери учителей". Я подтолкнул его к двери и последовал за ним внутрь. Другой мужчина увидел меня и в шоке выпрямился, и я махнул ему в общую комнату, бросив взгляд в коридор, прежде чем войти внутрь и закрыть дверь, мужчины там спрашивали о внезапном возвращении своего старого ученика. Они пришли в ужас, когда увидели мою винтовку.


"Заткнись и слушай!" Я закричал. Я привлек их внимание. "Меня зовут Уилко, SAS, я только что вернулся из Гвинеи в Западной Африке. Вокруг этой школы мои люди, и еще больше солдат SAS присоединятся к нам в 3 часа ночи.


"Наше пребывание здесь было одобрено премьер-министром, министром внутренних дел и министром обороны, так что пока вы все работаете на меня и будете делать в точности то, что я скажу". Я указал на ближайшего учителя. "Иди, найди оманского мальчика, Мустафу, приведи его сюда под любым предлогом, никому больше ничего не говори, или твоей карьере сегодня ночью придет конец. Иди".


Он вышел, выглядя обеспокоенным.


"Это о Мустафе?" - спросил толстый старик. "Угроза в его адрес? Ты знаешь, что он член тамошней королевской семьи."


"Мы знаем, и да - это о нем, обученные убийцы должны быть здесь завтра вечером в 9 вечера".


Они обменялись испуганными взглядами.


"Мои люди встретятся с этими убийцами и ... тихо поговорят. Тем временем вы все будете полностью сотрудничать или получите хороший длительный тюремный срок по надуманному обвинению."


Толстый старик повернулся к Тристену. "Твоя мать?"


"Меня послали сюда, сэр. Майор Уилко работает с ней."


"Черт возьми, все это немного серьезно", - заявил толстый старик. "А как насчет местной полиции?"


"А что насчет них?" Я возразил с. "Офицеры по борьбе с терроризмом из Кента разбили лагерь неподалеку под моим командованием, как и SO13 из Лондона".


"Довольно полная комната", - сказал им Тристен.


"И что именно мы должны делать?" - пожаловался другой мужчина.


"Ты ведешь себя нормально, мы ловим убийц. Есть план получше?"


"Как насчет того, чтобы вооруженная полиция была здесь, чтобы отпугнуть этих парней?"


"И что потом?" Я ждал.


"Ну ... тогда они не пытаются похитить мальчика".


"Они идут, чтобы убить его, а не похитить. И как долго вооруженная полиция патрулирует снаружи. Неделю, месяц? Вы бы никогда не получили полицейское прикрытие в течение месяца, поэтому убийцы просто ждут, пока полиции не надоест, тогда они убивают его. " И снова я ждал.


"Ну, должно же быть что-то, что власти могут сделать".


"Есть. Они вызвали Mi5, Mi6, SO13 и SAS, все были наготове за счет налогоплательщиков, вместе с сотней полицейских, обычная процедура для террористического акта.


"Контроль на местах передан мне, и моя оценка такова, что мы прячем и ловим убийц, а не сдерживаем их до следующего месяца, этот план утвержден премьер-министром и его кабинетом. Кто-нибудь ... хочет спросить, что мы делаем?"


Они обменялись взглядами, но ни у кого не было хороших идей или особых возражений.


Учитель вернулся с Мустафой, мальчик был потрясен, увидев солдата с винтовкой. Когда дверь закрылась, я начал по-арабски: "Меня зовут майор Уилко, подразделение SAS "Эхо". Британская разведка получила информацию, что кто-то попытается убить тебя завтра ночью, когда ты возьмешь сигарету в лесу, поэтому мои люди повсюду, и мы защитим тебя.


"Я прошу тебя не звонить своему отцу или в посольство, мы хотим сохранить это в тайне, пока не поймаем их. Ты готов мне доверять?"


Он кивнул и улыбнулся. "Я вырос с телохранителями SAS, они научили меня стрелять. Я все прочитал о тебе, и когда я возвращаюсь домой, английские телохранители рассказывают о твоих подвигах. Для меня большая честь познакомиться с вами."


Я пожал ему руку. На английском я сказал: "Боюсь, сегодня ты переночуешь здесь, но завтра, если хочешь, можешь пойти на уроки, чтобы соблюсти приличия".


"У меня есть время на спорт и учебу одновременно, так что никто не будет скучать по мне", - сказал он с дерзкой улыбкой, а учитель рассмеялся. Я указал Мустафе на стул, учитель предложил ему чашку чая, толстый старый учитель очень извинялся перед мальчиком, зная, кто его отец.


Я столкнулся с учителем, который привел мальчика. "Иди, найди младшего брата Тристена, приведи его сюда".


Мужчина взглянул на Тристена и направился к выходу.


- Спросил Мустаф по-арабски. "Ты знаешь ... этих людей, которые пришли за мной?"


Я пристально смотрела на него, заставляя его волноваться. "Мы думаем, что это кто-то из вашей семьи".


Он кивнул. "Кто-то пытался убить моего отца, и это мог быть только тот, у кого был доступ во дворец".


"Я защищу тебя или умру, пытаясь". Он улыбнулся. "Кто директор?" Я спросил учителей.


"Он живет дальше по дороге", - мне сообщили. "Будь здесь в 8.30 утра".


" Мы можем отложить оповещение женщин-учителей до утра, " предложила я.


"Да, поменьше паники", - предложил толстый старый учитель и сел обратно, предложив место Тристену. Указывая на Тристена, он добавил: "Знаешь, он был хорошим учеником, также хорош в спорте, неудивительно, что он получил назначение в армию".


Я улыбнулся и кивнул, затем приказал задернуть шторы, а учителям сделать обход и запереть все двери.


Приехал младший брат Тристена, Генри, пораженный, увидев меня, и еще больше пораженный, увидев своего брата. "Тристен?"


"Объясни это", - сказал я Тристену. "Тогда позвоните своей матери, вы оба. Это приказ."


Они отошли в дальний конец и разговаривали вполголоса, пока я угощался печеньем, учителям не терпелось услышать о Гвинее. Я позвонил сестре и оставил ситреп для команды в Биггин Хилл, снял паутину и устроился в большом удобном кресле, положив винтовку на колени.


Учителя отправились спать, но один из учителей, который завтра не работал, предложил остаться, и он принес одеяла для Мустафы, Тристена и Генри, трех парней, которые вскоре подружились, как воры, и болтали в уголке с обилием чая и печенья.


В полночь ребята спали, учитель сидел и читал, поэтому я махнул ему рукой, чтобы он выходил. Мы оставили дверь приоткрытой. " Покажи мне окрестности, " прошептала я.


Он провел меня по вымощенному камнем коридору в большой вестибюль, по устаревшей деревянной лестнице, вьющейся вверх мимо серых каменных стен, украшенных картинами, изображавшими, по-видимому, бывших директоров школ - всех мужчин. "Три этажа, и все они пересекаются здесь, так что любой, у кого здесь есть оружие, контролирует школу. Главная дверь из цельного дуба, так что вам понадобится бомба, чтобы открыть ее. Есть новые противопожарные двери, из безопасного стекла, думаю, их достаточно легко открыть эксперту. Несколько окон внизу, но их немного, старые стекла, их легко разбить."


"Есть ли комната на крыше?"


"Комната? О, там есть неиспользуемый уровень, я полагаю, только с внутренней стороны крыши, пыльный и полный голубей."


"Доступ на крышу?"


"Просто продолжай подниматься по этой лестнице, маленькая дверь и на чердак, дверь справа на крышу, немного похоже на старый замок, я полагаю".


"Хорошее тактическое построение", - одобрил я.


Вернувшись в общую комнату, я уселся, взглянув на часы. Когда зазвонил мой телефон, это был смеющийся Саша. "Это я", - начал он по-русски. "Генри в центре небольшой войны с дюжиной барсуков. Я не уверен, что он побеждает, и один укусил его за ботинок."


"Скажи ему, чтобы перевез тела до рассвета, а?" И иди помоги ему."


"Ах, это лишило бы меня всего удовольствия". Он повесил трубку.


"Тела?" в ужасе спросил учитель. Он преподавал русский язык.


"Барсуки".


"Ах, в лесу есть нора, они чертовски опасны, одна укусила мальчика, который курил. Сетт, я думаю, они называют их "два т"."


"Они напали на моих людей, поэтому мои люди убили их - мы заявим, что это была самооборона".


"А, ну что ж, тоже неплохо. Мы собирались заправить съемочную площадку газом, но местные жители воспротивились этому."


В 2 часа ночи я позвонил сестре и попросил командира отряда, Мастерса, позвонить мне.


Он перезвонил через десять минут. "Уилко, как мы все уладили?"


"Отправляйся на фургоне в южный лес, очень быстро и на север, в лес. Идите на север к школе, не стреляйте в моих людей, или они будут стрелять в ответ. Идите к игровым полям, через дорогу к школе, с левой стороны и вокруг, дверь будет открыта, я буду там ровно в 3 часа ночи. Веди себя как можно тише."


"Сейчас готовлюсь, так что ставь чайник".


По телефону я видел, как мальчики зашевелились, учитель все еще не спал. "Другая команда будет здесь в 3 часа ночи, ты проводишь их на чердак".


Он кивнул и зевнул. "Никогда раньше здесь не было такого ажиотажа, но у нас были регулярные проверки безопасности, поскольку здесь все сыновья министров, сыновья иностранных сановников".


В 14:45 мне позвонил Николсон, солдаты вышли из фургона и двинулись, а в 3 часа ночи я стоял и наблюдал, как они идут вдоль стены вокруг меня.


"Внутри", - прошептала я. "В первую открытую дверь справа от вас". Я их сосчитал, их было десять. В общей комнате мальчики уже проснулись, учитель предлагал солдатам чай и кофе. Я сказал Мастерсу, держа наготове его MP5: "Когда будешь готов, поднимайся по лестнице до упора, в комнату на чердаке, завтра веди себя тихо. Если возникнут проблемы, вы спускаетесь по лестнице, по два человека на каждом этаже, всего три этажа, несколько человек осталось на крыше.


"Держись подальше от крыши при дневном свете, потому что тебя заметят, и никаких тяжелых шагов, иначе они подумают, что там, наверху, большие голуби. Спи днем, будь готов к 8 вечера завтрашнего дня, или ... если тебя ждет неприятный сюрприз. Подключись к моей частоте радиосвязи."


Они протестировали радиоприемники, выпили пива, затем отщипнули подушки от сидений и потащили их вверх по лестнице, все на цыпочках и тихо. Я услышал, как дверь на чердак со щелчком закрылась и учитель спустился обратно.


"Уилко для хозяев".


"Продолжай".


"Тебе уютно?"


"Не так уж плохо, дождя нет, прекрасный вид. И там есть водопроводный кран, где-нибудь можно помочиться."


"Понадобится что-нибудь, и мы сможем это принести, я разберу еду утром. А теперь помолчите, мальчики, спящие под вами."


"Здесь чертова куча голубей, поднимающих шум".


"Тихо воркуй". В общей комнате я снова сел и даже сам зевнул, пока мальчики пытались уснуть.


Сложив руки на груди, я закрыл глаза и, вздрогнув, проснулся два часа спустя, удивляясь, почему мое радио выключено. Учитель спал на своем стуле, мальчики все еще спали, никакой стрельбы на ветру. Я тихо открыл дверь и вышел.


"Уилко для голубей с чердака", кто-нибудь слушает?"


"Это Ники, все тихо, кроме этих гребаных надоедливых голубей. Мы собираемся нарезать у них яйца и приготовить их."


"Есть кто-нибудь на крыше?"


"Да, четверо парней сидели тихо, дождя уже не было, хороший вид, и твои парни в лесу переговаривались по радио. Они забрались на дерево и могут видеть какой-то перекресток."


"Радуйся, что ты не на дереве".


Радио снова выключилось, я повернулся, чтобы увидеть призрака, и остановился, чтобы посмотреть на него. Через двадцать секунд оно повторило свое движение, словно проекция, поэтому я подошел к нему ближе, не боясь и не веря в призраков. Я увидел точку проекции и опустился на колени, открывая шкаф. Проектор был там, подключенный к портативному компьютеру, таймер отсчитывал время на ноутбуке.


Улыбаясь, я встал и помочился на ноутбук, который выключился. "Подумайте об этом, ребята".


Вернувшись в общую комнату, учитель зашевелился.


"Я только что видел призрака", - сказал я ему.


"Только не снова. У мальчиков есть проектор."


"Не волнуйся, меня это не испугало".


"Это было сделано, чтобы напугать префектов примерно в 11: 30 вечера, и это произошло, и слухов о призраке все еще предостаточно".


"Дети, да", - съязвил я.


"Ты когда-нибудь спишь?" - спросил он.


"Не часто. И потом, я чутко сплю."


В 5 утра я проснулся и сделал себе кофе после растяжки, ребята проснулись около 6 утра, когда свет проник сквозь занавески. Они направились в туалет и вернулись пятнадцать минут спустя. Я сказал Генри, что он может посещать уроки или смотреть, как я стреляю в людей, поэтому он решительно выбрал стрельбу.


Толстый старый учитель появился в 7.30 утра. "Мы все еще в безопасности, не так ли?"


"Ночью никакой стрельбы, спасите моих людей, убивающих целое семейство барсуков".


"О, отличное шоу на эту тему, они чертовски опасны!"


"На чердаке есть солдаты SAS, которые воруют голубиные яйца, чтобы приготовить их."


"Пусть они убьют также голубей, они создают чертов беспорядок".


"Я хочу, чтобы вы собрали учительниц и ввели их в курс дела, и предупредили их, что любые звонки снаружи, любые разговоры с мальчиками - и их уволят и отправят в тюрьму".


"Да, я поговорю сейчас, и они будут волноваться".


"Когда сюда придет директор, приведите его ко мне, пожалуйста".


" Да, да, " и он ушел.


Один из учителей принес мне завтрак на подносе, то же самое для мальчиков, и мы тихо сидели и ели, пока учителя приходили и уходили, те учителя, которые не сидели здесь, все были шокированы, увидев меня.


В 9 утра вошел директор в развевающейся мантии, и я не потрудился постоять за него. Он был седым, с избыточным весом и красными щеками, что говорило о высоком кровяном давлении. Я указал ему на стул, когда он возмущенно уставился на меня сверху вниз.


"Мне нужно снять с тебя наручники?" Я спросил его, мальчики слушали.


Он взглянул на Тристена. "Нет, черт возьми, ты этого не знаешь, но это моя школа, моя ответственность".


"Это британская земля, я несу ответственность за работу по борьбе с терроризмом, не забывайте об этом. На чердаке есть SAS, еще больше в лесу, сотня полицейских сидели в ожидании, несколько нервничающих людей в Mi5 и Mi6 сидели в ожидании, премьер-министр сидел, скрестив пальцы. Министр внутренних дел передал командование на местах мне."


"И что именно мы должны делать?" - спросил он с несчастным видом.


"По нашей информации, в 9 вечера, когда Мустафа должен курить в южном лесу, команда попытается его убить. Его там не будет, ты убедишься, что там нет мальчиков, и мы разберемся с любыми вооруженными людьми, пробирающимися через лес. Не отменяйте матч по регби, но сделайте так, чтобы он закончился ровно в 8:30 вечера под каким-нибудь предлогом, раздался свисток, все мальчики внутри, вызывается регистрация."


"Ты хочешь, чтобы мальчики играли в регби, когда в лесу вооруженные люди!"


"Если они не будут играть в регби, то попытка может быть отложена до следующей недели, и меня здесь не будет на следующей неделе, вы будете предоставлены сами себе", - осторожно объяснил я. "Если боевики не видят нормальности, они уходят и пытаются снова позже".


"И почему мы не разрешаем Мустафе улететь домой?"


Я взглянул на мальчика, когда он уставился на меня в ответ. "Потому что мы достаточно уверены, что это дальний родственник, пытающийся его убить. Отправив его домой, вы, вероятно, убьете его." Я столкнулся с директором. "Если мы поймаем этих людей, проведем экспертизу, тогда мы сможем найти посредника и казначея, и на этом все должно закончиться. Мы надеемся."


Директор посмотрел на Мустафу. "Мы можем пригласить консультантов, если вы обеспокоены, не спите".


"Мне не нужен советник, сэр, мне нужен майор Уилко, чтобы снести им головы".


Директор моргнул. "Ну, да, вполне".


Я сказал ему: "Мне нужно, чтобы ты сегодня был настороже, прислушивался к любым разговорам и жестко сдерживался, чтобы все выглядело нормально, никаких звонков, потому что мы не знаем, кто здесь рассказывает о Мустафе". Я посмотрел на Мустафу, нахмурившись. "Кто, помимо школы, знает о твоих передвижениях, твоих занятиях - и твоей привычке курить?"


Он ответил: "Команда безопасности приходит раз в месяц поболтать, они знают все".


"Кто они?"


"Люди моего отца, плюс двое британцев, бывшие телохранители SAS для моей семьи в Лондоне. Они всегда живут в нашем доме в Лондоне, возят нас."


"Кто-нибудь еще?"


"Здесь мальчики, учителя".


Я столкнулся с директором. "Будем надеяться, что никто из учителей не взял взятку".


"Следует чертовски надеяться, что нет!"


"Извините меня", - сказал я, вставая, и, подойдя к окну, уставился наружу, доставая свой спутниковый телефон. Я позвонил сестре. "Это Уилко из школы Грин-Парк, Севен-Оукс. У оманского мальчика Мустафа есть два бывших телохранителя из SAS в семейном доме в Лондоне, и раз в месяц его навещают двое оманцев для проверки безопасности. Мне нужно, чтобы этих людей проверили очень быстро, проверили звонки из дома и их мобильные."


"Мы не получили бы разрешения проверять звонки наследного принца Омана".


"Такой пробел в разведданных может привести к гибели его сына, так что я не думаю, что он будет возражать или премьер-министр, так что принимайтесь за дело. Уилко на свободе."


Вернувшись к Мустафу, я спросил о бывших бойцах SAS. Их звали Высокий Билли и Джеко Лейн. Я позвонил капитану Харрису, и он выследил Малли.


"Мэлли, это Уилко".


"Я слышал, ты вернулся".


"Да. Слушай, ты знаешь Долговязого Билли?"


"Да, мы возвращаемся к прошлому".


"Подумай хорошенько. Если бы кто-нибудь предложил ему несколько миллионов фунтов, продался бы он?"


"Не он, нет".


"А как насчет Джеко Лейна?"


"Он! Он продал бы собственную мать."


"Сделай мне одолжение, поговори с О'Лири и поспрашивай о Джеко Лейне, и побыстрее, у тебя есть всего несколько часов".


"Хорошо, я займусь этим".


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Это Уилко, и я только что узнал, что один из телохранителей Мустафа - бывший солдат SAS по имени Джеко Лейн. Ходят слухи, что он продал бы собственную мать за несколько фунтов, поэтому мне интересно, откуда стрелки так много знали о передвижениях ребенка. Пусть Джеко проверят в два раза быстрее."


"Я сделаю, да, он мог бы сильно смутить нас. Режиссеру звонили ее сыновья прошлой ночью, и еще раз сегодня утром, и, как сообщается, они настроены бодро, но хотят посмотреть, как вы кого-нибудь застрелите."


Я рассмеялся. "Они мальчики-подростки".


"Все ли мы ... на верном пути?"


"Да, но я думаю о том, как они узнали изнутри, где будет Мустафа сегодня вечером ровно в 9 вечера. Но почти каждый ребенок и учитель обвиняли его в том, что он курил в южном лесу, когда играли в тач-регби."


"Общеизвестно, да, но у стрелков должен был быть кто-то рядом. Я быстро посмотрю на этого парня Джеко и свяжусь с тобой."


После приятного обеда позвонил О'Лири. "Уилко, этот ублюдок Джеко Лейн, он только что купил новый дом, сказал, что выиграл деньги в лотерею".


"Чушь собачья, он выиграл деньги. Отправляйся в Лондон и быстро найди его!"


Я позвонил Рокко, чтобы узнать, чем он занимается, и он остался на ночь в местной гостинице типа "постель и завтрак" с Каспером, выпил несколько кружек пива и отведал вкусной еды, оплаченной Донохью. Теперь им было скучно, они сидели без дела и ждали. Он передал меня Донохью.


Донохью начал: "Мы переводим бригады на склад в промышленной зоне всего в миле от вас. План состоит в том, чтобы все были готовы после 19 вечера, выйти в 8.45 вечера и быть на дорожке возле школы в 9 вечера."


"Убедитесь, что эта полоса не находится близко к дороге на юг!"


"Это на северо-запад, и там есть частная дорога прямо к школе, так что мы откроем ворота и въедем внутрь при выключенном свете".


"Хорошо, так-то лучше".


"Машины скорой помощи будут приведены в боевую готовность, обезвреживание бомб, вертолету поручено оказать помощь. Есть свежие данные?"


"Мы все еще в движении".


"Мы будем готовы, мы хорошо выспались ночью", - заверил меня Донохью.


Я позвонил Морану и проверил, не было ли проблем с брелоком. Все было тихо, Волки усердно тренировались.


Мой телефон зазвонил десять минут спустя, полковник Мэтьюз. "Как дела, сэр?" Я спросил.


"Этот F18 вызвал много повышенных голосов, и будет настоящий скандал с расследованием, и у нас даже есть некоторые африканские страны, утверждающие, что это было преднамеренно".


"Намеренно убил своих собственных морских пехотинцев?"


"Именно. Но телевизионное освещение было огромным, прайм-тайм весь день в течение четырех дней, несколько превосходных репортажей от наших сотрудников прессы. Я мог бы видеть, как ваши люди сбивают Ми-8, это лучше, чем в чертовом фильме!"


"Мы сделали это, имея в виду вас, сэр".


Он рассмеялся. "Набор в армию завершен, и теперь все сосредоточены на войне в средствах массовой информации".


"Есть только одна война, и это война в средствах массовой информации", - язвительно заметил я.


"Черт возьми, да. Тела вернулись, морские пехотинцы вернулись сегодня, что-то вроде церемонии, но пресса никому ничего не рассказывает."


"По крайней мере, это уже что-то".


"Они сказали, что ты вернулся в Великобританию".


"Да, я получил наводку от моих друзей из лоу плейс, это хит здесь, в Великобритании, так что мы спрятались в лесу, поджидая плохих парней".


"А волки?"


"Наконец-то получаю некоторую подготовку в джунглях".


" А после этого? " подтолкнул он.


"Я планирую тренировочные миссии на большие расстояния, довольно сложные, и все они попадают в HALO и выходят обратно. После этого они готовы, но они готовы сейчас, хорошая компания."


"Я организую для них время простоя в Штатах", - предложил он.


После вкусного сыра и крекеров мне стало скучно, и я регулярно поглядывал на часы. Звонила Тинкер. "Этот парень, Джеко, не выиграл в лотерею, какие-то странные выплаты".


"Чушь собачья ..."


Учителя во время обеденного перерыва посмотрели на меня.


Тинкер добавила: "Ми-5 ищет его, но его нет в доме. У полиции есть команда возле дома, снайперы, телескопы."


"Кто-нибудь в гостях?"


"Нет, только арабские телохранители, повар и горничные".


"Хорошо, держи меня в курсе".


Час спустя Тинкер снова включилась. "Они нашли тело этого парня, Долговязого Билли".


"Черт ... это поставит нас в неловкое положение".


"Я только что говорил с Лондоном и ... это мягко сказано, они обосрались. Наследный принц должен посетить нас на следующей неделе, чтобы пообщаться с British Aerospace."


"Чертовски вовремя", - пожаловался я и потер лоб.


"Встреча КОБРЫ продолжается, я уверен, что некоторые повышают голос".


Я позвонил Николсону. "Тебе уютно?"


"Мы провели ночь с видом на дорогу, поворачивали ее, а на рассвете забрались на этот огромный дуб. Я могу видеть верхушку школы, и я достаточно ясно передаю завсегдатаев по своему радио, поэтому я их обновляю. Я почти вижу перекресток, дом в другой стороне, так что они не выйдут из машины незаметно для нас."


"Хорошо. Но есть кое-какие новости, бывшие телохранители мальчика из SAS. Один продан, другой найден мертвым."


"Черт..."


"Будьте начеку и следите за любыми белыми мужчинами, которые ведут себя странно, за любыми гражданскими лицами".


"Хорошо, босс".


Каспер позвонил час спустя, в 16:00, вскоре он должен был отправиться в "перекресток", сделка была согласована. Ему было приказано расстреливать все полицейские машины около 9 вечера, расстреливать все прибывающие полицейские машины и мешать работе полиции.


"Где я могу найти посредника?" Я спросил.


"Он работает в Брюсселе, Бельгия, но он прячется и переезжает".


"Что ему нравится, какие пороки?"


"Ему нравятся высокие белые девушки, русские проститутки, любит выпить. Зовут Анри Фук, но у него темная кожа, как у алжирца."


"В какой части города он, скорее всего, находится?"


"Ему нравятся высокие апартаменты, кондоминиумы, джакузи. Ему нравятся две девушки с ним, две русские проститутки, но они, должно быть, очень бледные и белокожие."


"Что он любит есть?"


"Алжирская кухня".


"Ладно, удачи позже".


"Тьфу! Мне не нужна удача!"


Улыбаясь, я позвонила Тинкер. "Слушай, какие новости по телефону посредника?"


"Данных немного, включается нечасто".


"Хорошо, Каспер принят на работу, выдвигается на позицию, сообщи всем".


Я постучал телефоном по подбородку, затем позвонил Бобу Стейнсу. "Это я. Есть бумага и ручка? Средний человек в Брюсселе, Анри Фук, бельгиец из алжирских приличных или иммигрантских родителей, выглядит алжирцем. Ему нравятся высокие русские проститутки, которые бледны, и алжирская еда, которую, я думаю, доставляют. Ему нравятся пентхаусы с джакузи, вероятно, платит наличными, ежемесячно. Приложите все усилия, чтобы найти его, схватите и допросите, но если вы его найдете, то не забирайте его до 9 вечера сегодня."


"В Брюсселе есть большая команда людей, которых мы знаем, несколько хороших людей с хорошими связями. Я быстро выслежу русских проституток, для них есть два выхода, для политиков ЕС."


"Действуй быстро, найди его. О, и бывший солдат SAS по имени Джеко Лейн, в бегах, попытайтесь также найти его, он связан с этим алжирцем, взял деньги у оманца, желающего убить наследника престола, а теперь и его сына."


"Ладно, мне нужно сделать дюжину звонков, готов кофе".


Прежде чем свет начал меркнуть, я задернул шторы и проверил их, воспользовавшись комнатой учителя, чтобы умыться и сходить в туалет. Вернувшись в общую комнату, мальчики смотрели на часы и перешептывались, готовые к некоторому волнению.


Режиссер позвонила, и я успокоил ее. Но у меня самого были сомнения, зная, сколько людей будет вовлечено в расследование здесь.


В 8 вечера я сделал дюжину звонков и проверил у всех, готовы ли они. Рокко был на складе и давал советы, полиция КТ ему известна - и предупреждал всех, что Рокко может прострелить им ногу.


Боб Стейнс перезвонил мне. "Этот алжирец был найден мертвым два часа назад".


"Мертв? Итак ... кто-то заставил его замолчать или ... он расстроил проститутку."


"Дважды убит выстрелом в грудь".


"Значит, не проститутка".


"Кто-то заметает следы?" Боб позировал.


"Но кто и почему?"


"Вы сказали, что покушение будет скоро, люди на месте, так что больше нет необходимости в этом посреднике, стрелки преданы делу".


"Мне нужно идти". Я постоял, глядя на мальчиков мгновение. "Пойдем со мной на крышу".


"На лестнице мальчишки, старосты на каждом углу", - указал Тристен.


Я посмотрел на часы. "Ничего не поделаешь, осталось меньше часа". Я вывел их, молодые парни были шокированы, увидев меня, несколько удивились, увидев Тристена и поздоровавшись. Я повел троицу вверх по лестнице, за мной наблюдали с тяжелыми хмурыми взглядами.


На чердаке я нашел много солдат, которые сидели на старых деревянных ящиках и готовили пиво. "Послушай, кое-что здесь не так, так что будь готов к паре сюрпризов".


"Мне не нравится, как это звучит", - произнес Мастерс.


"Следи за этой лестницей", - приказал я. "И эти трое мальчиков". Я вышел на крышу, все еще было много света, солнце опускалось за далекие облака. Я прошел мимо солдата, который поздоровался со мной, и я прошел в середину школы.


"Уилко для Николсона".


"Продолжай, босс".


Проверь свой тыл, посмотри, не подкрадывается ли кто-нибудь к тебе. Генри, Саша, смените позицию, спрячьтесь за что-нибудь надежное, не рискуйте."


"Мы двигаемся сейчас", - пришло от Саши.


Я смотрел на темный лес, видел мальчиков, играющих в тач-регби подо мной, но все они, казалось, в конечном итоге прыгали друг на друга в огромной схватке, а те, кто был на боковой линии, громко подбадривали своих одноклассников.


8.20 вечера, раздался свисток, мальчики вошли внутрь и скрылись из виду. Территория вскоре была расчищена, когда стемнело, и ветерок донес крик лисы.


Я услышал крики фазанов и увидел, как два улетели, вскоре еще два. "Это Уилко, движение к западу от вас, приготовьтесь!"


Пять минут спустя Мастерс и еще несколько человек, которые сейчас со мной, и им любопытно, Николсон вещает: "Николсон от имени Уилко и команды, мы видим, как двое дерзких парней крадутся в двухстах ярдах к западу, в двадцати ярдах от дороги".


Я передал: "Саша, Анри, тихо смените позицию, приготовьтесь. Николсон, дай Генри шестьдесят секунд, затем открывай огонь, но сначала проверь свой тыл."


Через несколько секунд пришло сообщение: "Николсон для Уилко, у нас есть еще два дерзких парня, в трехстах ярдах к югу".


Николсон, уводи людей на юг, Томо уводи людей на запад - или вы оба трусы. Сосчитайте до десяти и откройте огонь." Я вернулся на чердак, взяв с собой всех солдат, кроме одного. Внутри я столкнулся с Мастерами. "Что-то не так. Эти люди, пробирающиеся сюда, пытаются убить моих людей, а не мальчика!"


"Приманка?" Мастерс позировал, и мы обменивались взглядами в течение многих секунд.


"Если это приманка, - начал я, - то главное событие произойдет здесь".


Мастерс открыл дверь, люди были наготове, дымовые и светошумовые гранаты были под рукой. Увидев, как солдат проверяет свой пистолет, я попросил пистолет, и он передал его. Я столкнулся с Тристеном. "Ты пользовался одним из них раньше?"


"Много раз, дядя - полковник, он часто брал меня с собой на полигоны".


Я проверил пистолет. "Это заряжено и взведено, держи палец подальше от спускового крючка, если ты не готов кого-то убить. Положи это в карман своей куртки."


Он осторожно положил ее в правый карман куртки, когда мое радио затрещало, искажаясь.


Солдат с крыши вбежал внутрь. "Ваши люди убили четырех рентген!"


Я достал свой спутниковый телефон и позвонил Рокко. "Это Уилко, на четыре рентгена меньше, но они были приманкой. Немедленно отправьте полицию с включенными фарами, включенными сиренами, вертолет, чтобы поискать тепловые признаки на деревьях."


Я столкнулся с Мастерами. "Двое мужчин на крыше, положитесь на меня. Тристен, крикни мальчикам, чтобы возвращались в общежитие. Мустаф, держись поближе ко мне."


Дверь открылась, винтовка взята, я повел команду вниз по каменной лестнице, и на первой площадке Тристен крикнул мальчикам, чтобы они шли в общежития, и я начал подбадривать старост поторапливаться. Мальчики бросились по коридорам в комнаты, когда я разместил здесь двух солдат.


Это повторилось на следующем уровне, громкие властные слова Тристена эхом разнеслись по лестнице, вид вооруженных солдат стал проблемой. На первом уровне у меня осталось четверо солдат, но те, кто был выше, имели ясный и командный обзор вниз и могли прикрывать друг друга - и нас.


Поставив солдата у закрытой главной двери - предупредив его о предстоящем прибытии полиции, я приказал двум последним солдатам и Мастерам занять центр первого этажа, под лестницей. "Будь начеку, никому не доверяй".


В общей комнате я нашел нескольких учителей.


"Все тихо?" - спросил по-русски учитель, который сидел со мной.


"Не совсем", - ответил я по-английски. "Мы убили четырех человек, пробиравшихся внутрь".


Он посмотрел на Мустафу, и я поймал этот взгляд, моя винтовка теперь на плече, пистолет спрятан. Я попытался отбросить свои опасения; у этого человека не было бы возможности сбежать, и он не был похож на самурая-самоубийцу, скорее на тощего учителя географии.


Он приготовил нам чашки чая, пока учителя задавали вопросы о стрельбе. Я отвлекся и промахнулся по пистолету. Раздался крик Мустафа. Когда я поворачивался, меня ранили в грудь, но пуля попала в магазин и развернула меня, выбив воздух из моих легких.


Четыре быстрых выстрела, и я подумал, не умер ли я, но вскоре увидел, как учитель русского языка отлетел в кровавое месиво, Тристен стрелял из кармана, учителя ныряли в укрытие.


Дверь распахнулась, Мастера прицелились внутрь, вскоре сосредоточившись на мертвом учителе. Сирены зарегистрированы.


"Отойди", - сказал я Мастерсу, потирая грудь. Я проверил тело. "Отличная работа, Тристен, тебе полагается медаль".


"Я? Вот это да."


Я посмотрел на толстого старого учителя, когда он расслабился, покраснев. "Как долго этот человек был с вами?"


"Три месяца, закончил подготовительную школу, отличная квалификация, очевидно, прошел проверку биографии".


Я достал бумажник мужчины и хорошенько рассмотрел, как вошел Донохью в сопровождении дюжины полицейских из КТ.


Он начал: "Мы оцепили территорию. Что здесь произошло?"


"Люди снаружи были там, чтобы попытаться убить моих людей, а не мальчика, и этот учитель - говорящий по-русски - хотел убить меня больше, чем мальчика".


"Крот? Трахни меня!"


Я подошел к окну и позвал сестренку. "Это Уилко из Севен Оукс. Четверо мужчин пытались проникнуть внутрь и убить моих людей, не мальчика. Учитель, русскоговорящий крот, только что пытался убить меня."


"Крот? Русский? Иисус."


Я подробно описал имя этого человека, его род занятий и адрес, банковскую карту. "Приложи к нему все усилия, выясни все, что сможешь. О, и мальчик в безопасности, сын режиссера, Тристен, застрелил крота."


"Он ... что?"


"Проинформируй ее", - сказал я с усмешкой. Сказав мальчикам сидеть, Тристену держать пистолет и быть начеку, я вышел с Донохью, зона главного входа теперь полна полицейских. Снаружи дюжина полицейских машин и фургонов освещали дорогу.


Я увел Донохью прочь. "Что-то здесь воняет".


"Русский крот. Не видел ничего подобного в течение десятилетия!"


"Этот крот ... мог убить мальчика в любое время, это было бы легко".


"Итак ... зачем он был здесь?"


"Я бы сказал, что он был здесь из-за чьего-то сына, может быть, чтобы угрожать или шантажировать отца, может быть, даже из-за Мустафы, но когда я попал сюда, план изменился, я думаю. Похоже, что казначей хотел смерти мальчика, но также и меня и моей команды."


"Ты кого-нибудь расстроил?" - поддразнил он.


"Да, несколько", - сказал я с улыбкой.


Донохью ответил на звонок, его лицо вытянулось. "Твой мужчина, Каспер, он ... мертв".


Я на мгновение застыл в шоке, затем указал Донохью на машину, и мы с визгом проехали по кругу и вниз по дороге всего 600 ярдов, пока мое сердце бешено колотилось. Там я нашел дюжину полицейских возле кустов, офицеров грубо протолкнули, чтобы добраться до Каспера, в руках у них были факелы.


Я опустился на колени и изучал его безжизненные глаза. Его горло было проколото. Увидев, что его рубашка расстегнута, я распахнула ее, подыскивая слова.


Донохью сказал: "Это ... придурок?"


"Нет", - тихо ответил я. "Здесь написано "Банкир". Я встал и тяжело вздохнул. "Слушайте внимательно! У нас есть информация о бомбе, так что все убирайтесь нахуй назад, очистите этот район! Шевелись!"


Офицеры бросились прочь, когда я повел Донохью обратно к машине.


" Бомба? " переспросил он.


"Мне нужно время, чтобы кое-что организовать. Драйв."


Пока мы ехали обратно в школу, я смотрел вперед, размышляя. Выйдя из машины у главного входа, я отошел в сторону и позвонил Дэвиду Финчу. "Это Уилко".


"Мустафа в порядке?"


"Да, и он никогда не был целью".


"Не цель?"


"Нет, мишенями были я и Каспер. Я получил пулю в грудь, попала в магазин, но ... Каспер мертв."


"Мертв?"


"Да. Я сказал полиции, что там бомба, чтобы дать нам время вывезти его тело. Но что мы здесь делаем? Мы могли бы сказать, что он Петров, агент ФБР."


"Да, у нас был такой план. Черт возьми. Позвольте мне обсудить это с режиссером. О, ее старший сын действительно застрелил человека?"


"Да, он спас мне жизнь".


"Черт возьми", - повторил он.


"Думай быстро".


Я позвонил Тинкер. "Это Уилко. Обновите те, которые имеют отношение ... Каспер мертв."


"О, черт".


Мои четверо парней вошли пешком в сопровождении полицейского эскорта. Я отвел их в сторону, и они могли видеть мое настроение. Я вгляделся в их лица. "Каспер мертв".


"Мертв?" Саша ахнула.


"Нож к горлу".


Они обменялись взглядами.


Саша начал: "Если это был нож, то убийца очень хорош, или кто-то, кого он хорошо знал и кому доверял. Каспер бы не повернулся к кому-то спиной!"


Я сказал им: "Посредник, который его нанял, был убит несколько часов назад, чтобы заставить его замолчать. Это никогда не было связано с мальчиком, я думаю, они хотели убить меня и Каспера."


"За твою голову назначена большая награда", - заметил Генри. И Каспер тоже. Итак, кто собирает эти деньги? Мы идем искать его."


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Тинкер, и Джеко Лейн найден мертвым в своей квартире в Лидсе, был мертв несколько дней, может быть, шесть, должен был навестить семью поблизости".


"Хорошо, спасибо", - сказал я со вздохом. Я отошел в сторону и сообщил Бобу о Каспере, шокировав его. Мой следующий звонок был банкиру.


"Ах, Петров, как дела в Гвинее?" - прозвучало с приятной мелодичностью.


"Боюсь, у меня для тебя плохие новости".


После долгой паузы последовало: "Каспер".


"Да".


"Он ... мертв".


"Да, убит кем-то, кого он знал, подстава, но это не то, что не даст тебе уснуть сегодня ночью".


"Есть ... что-то хуже ... чем смерть моего мальчика?"


"Кто-то вырезал слово у него на груди. Банкир."


После очередной долгой паузы последовало: "Кто-то хотел отправить мне сообщение, в его смерти была моя вина".


"Это не твоя вина, Каспер знал, что делал. Вам нужно составить список людей, которые, возможно, захотят вам отомстить, и работать по списку. Я никогда не говорил британской разведке, что он был вашим приемным сыном, ни французам, ни американцам, знал только Саша, и они были как братья. Томск знал, никто другой, мои люди понятия не имеют, кто ты.


"Но есть одна вещь. Каспер сказал мне, что его однажды нанял бельгийский наемник-посредник, чтобы убить меня. Я никогда не знал, кто был казначеем. Каспер прыгнул с парашютом в Сьерра-Леоне, но не покушался на меня, он ушел, а затем убил посредника после того, как ему заплатили."


"Плохой способ ведения бизнеса, и казначей хотел отомстить".


"Если бы он это сделал, он бы убил Каспера, а не написал свое имя. Но Каспер сказал мне, что в Нигерии он убил Изиллиен, чтобы помочь тебе, и кто-то должен был знать о связи. Не то, чтобы вы его усыновили, но, возможно, он работал на вас или помогал вам."


"Мне ... нужно составить список, и я найду казначея, и я столкнусь с ним лицом к лицу, прежде чем убью его". Он прервал звонок.


Глядя на черные игровые поля на севере, на синие огни, вспыхивающие позади меня, я позвонил капитану Харрису и попросил двух пум или одного чинука. Он бы вернулся ко мне.


Внутри, посреди рукопашной, я сказал Мустафе быстро собрать вещи, Тристену присмотреть за ним с одним солдатом. Я приготовил себе чай и проигнорировал вопросы.


Полчаса спустя Донохью получил сообщение, что четверо стрелявших были обысканы, у всех у них были молдавские удостоверения личности.


"Черт", - прошипел я. Выйдя из главного входа, я позвонил Дэвиду Финчу. "Послушайте, стрелявшие были молдаванами, учитель, который пытался убить меня, говорил по-русски, поэтому нам нужно найти связь между ними и принцами в Омане. Но если бы я был подозрительным человеком, я бы задался вопросом, не замешана ли Москва."


"С молдавскими наемными убийцами, да, это возможно, и здесь очень тревожный поворот".


"Я собираюсь забрать мальчика, Мустафу, обратно в GL4 на несколько дней, для него здесь небезопасно".


"Хорошо, но мы связываемся с его отцом по официальным каналам".


"Со мной он будет в безопасности".


Рокко вышел из полицейской машины и направился к нам. "Немного не в себе?"


"Мы ... мы потеряли Каспера".


Рокко остановился как вкопанный. "В него стреляли?"


"Нож в шею".


"Нож? Каспер никогда бы никого не подпустил так близко!"


"Должно быть, это был кто-то, кого он знал", - предположил я, и Рокко присоединился к команде.


С новостями о том, что две "Пумы" доставили саперов, я схватил Мустафу и его сумку, моя команда плюс Рокко, и мы встретились с вертолетами на игровых полях к северу, рассредоточились на двух вертолетах и вскоре направились на запад, короткий полет до GL4, потемневшие лица вытянулись, обменялись взглядами, ничего не сказали. Когда мимо проносились оранжевые огни автомагистрали М4, мои мысли были далеко, черты моего лица застыли.


Я мог видеть гражданскую полицию, когда мы заходили на посадку, удар, двери распахнулись, и я помог Мустафе спуститься с его сумкой на мокрый асфальт. В ангарах я сказал: "Старший сержант, круглосуточно охраняй этого парня, приготовь постель наверху - там есть раскладушки, его ни в коем случае нельзя оставлять одного".


"Хорошо, босс", - угрюмо предложил Роко, уводя мальчика в ангар.


Я столкнулся с командой. "Отдохни немного, поешь, может быть, мы вернемся на склад, но мне, вероятно, придется остаться здесь - будет расследование".


Высокий сержант, которого я знал, из эскадрильи "G", вышел из ангара. "Ах, майор. До меня дошли слухи, что нас здесь двадцать, чтобы использовать полигоны, пока вас не было."


"Начинай череду оленей, ожидай неприятностей".


Его лицо вытянулось. "Здесь?"


"Да, здесь. Я хочу, чтобы один человек постоянно находился у этой двери, другой - в офисах, третий - на крыше казармы."


- Черт ... - выдохнул он, направляясь к столовой.


В главном помещении разведки все остановились, когда увидели меня, майора Сандерсона, работающего допоздна и выходящего.


Я начал: "Стрелявшие были молдаванами, учитель, который пытался убить меня, говорил по-русски, двое бывших телохранителей оманского принца из SAS были убиты, а посредника в Брюсселе заставили замолчать. Это не только о мальчике, так что думайте и работайте, здесь происходит нечто большее, что мы видим."


Тинкер сообщил без всякой энергии в голосе: "Это здание в Лондоне охраняется скрытыми вооруженными офицерами, как и дом принца, которому теперь сообщили. Телевизионные новости только что начали сообщать об инциденте."


Я кивнул, чувствуя себя опустошенным. "Лучшая зацепка, которая у нас есть, - этот учитель. Что-нибудь происходит в Гвинее?"


Майор Сандерсон подался вперед. "Только что получил подробную информацию о проблеме, только что отправленную сию минуту. Красный Крест и некоторые европейские новостные агентства утверждают, что американцы в аэропорту обстреливали из минометов мирных жителей, их жестяные лачуги и стреляли из травки в проезжающих мимо гражданских лиц."


Я громко вздохнул. "Неужели они?"


"Без понятия", - пришло в ответ.


"Я не получал никаких сообщений об этом, когда был там", - сказал я ему, достал свой спутниковый телефон и вышел в коридор. "Полковник Мэтьюз, это Уилко".


"Ты слышал, что говорят в гребаном Красном Кресте?"


"Да, и я думаю, что это дерьмо".


"Наши люди стреляли из минометов и использовали пятьдесят калибров".


"Есть ли у нас какие-либо доказательства того, что они действовали так злонамеренно, сэр?"


"Пока нет, и я собираюсь позвонить майору Моргенсену".


"Я нашел его разумным человеком, не фанатичным и не жаждущим крови".


"Я перезвоню тебе позже".


Я сидел с Мустафой и Рокко, поджаривал тосты, добавлял сыр, и мы говорили об Омане и первоначальных проблемах 1970-х годов.


Когда позвонил полковник Мэтьюз, он начал так: "Майор Моргенсен отрицает, что нападал на гражданских, но говорит, что вы приказали ему обстрелять колонну повстанцев из минометов".


"Я сделал".


"Та дорога, на которую они напали, была всего в ста ярдах от жестяных лачуг".


"Сэр, в Африке всегда есть жестяные лачуги, но нам пришлось остановить шесть тысяч человек, двигавшихся на юг и убивавших людей, включая меня и моих людей. Несколько человек, раненных в жестяной хижине, - это сопутствующий ущерб, а не бессмысленный поступок."


"Красный Крест утверждает, что было выпущено более пятидесяти минометов, Моргенсен говорит, что всего восемь".


"Понятия не имею, сэр, меня там не было".


"Есть еще генерал морской пехоты, который хочет твою шкуру. Он послал тех медиков, а вы отменили его приказ и велели им уйти, угрожая прострелить ногу старшему офицеру."


"Верно по обоим пунктам, сэр, и полчаса спустя эти медики были бы убиты или ранены, если бы прилетели ракеты".


"Будет расследование, Уилко", - предупредил он.


"Я немного посидел", - возразил я. "И я осуществлял оперативный контроль на местах, ваши силы попросили оказать помощь. Кроме того, у меня есть проблемы поважнее. Я думаю, что Москва могла быть причастна к другому покушению на меня, один из моих людей был убит."


"Господи, во что, черт возьми, они играют?" Они просят у нас взаймы!"


"На данный момент это просто теория, сэр". Разговор закончился, я сильно выдохнул.


"Проблемы?" Спросил Рокко, Мустафа весь внимание.


"Красный Крест сообщает, что американцы в аэропорту обстреляли из минометов гражданские лачуги".


"Неужели они?"


"Может быть, один заблудившийся минометчик".


"Какой-то ублюдок несет чушь", - прорычал Роко.


Я немного подумал над этим и позвонил Максу, попросив его зайти утром.


После часа в комнате разведки, где я проверил Мустафу, солдат эскадрильи "G" сидел и рассказывал об Омане, парень был счастлив быть здесь.


В моем пустом доме я принял душ и переоделся в зеленую одежду, но вернулся в ангар пешком. Поставив раскладушку рядом с Мустафой в свободном кабинете, я несколько часов сидел и болтал с ним, мы оба устали, и в полночь нам нужно было немного поспать.


В 5 утра я проснулся, но некоторое время лежал и слышал дыхание мальчика. Принося чай из общей комнаты intel, я обнаружил, что несколько человек находятся там и отвечают по телефонам, среди них милая женщина-капитан, которая мне приятно улыбнулась.


Я проверил белые доски, список незначительных ранений, запланированные перемещения транспорта, и я поприветствовал майора, когда он появился в 8.30 утра.


Когда зазвонил мой телефон, это был Дэвид Финч. "На самом деле у нас есть проблема... несколько. Прежде всего, несколько старших армейских офицеров кричат об опасностях, которым подвергались их дети, требуется полное и официальное расследование, несколько громких слов в МО, направленных против Кабинета министров, несколько громких слов из Кабинета министров и JIC, направленных против нас и Mi5.


У двух правительственных министров там были сыновья, и они сходят с ума и призывают к тому, чтобы полетели головы. Кроме того, новость распространилась повсюду ... и в нескольких дружественных арабских странах мальчики учатся в школе и подали официальные жалобы на то, что их не проинформировали об опасности."


"Обычная чушь", - сказал я ему. "Я стою на том, что я сделал, это была лучшая политика для мальчика и школы. Этот учитель мог сжечь это место дотла или взорвать его. Но пока ты слушаешь, составь мне список иностранных детей и кто их отцы, потому что этого учителя не было рядом с Мустафой."


"Хорошо. И, наконец, Кабинет министров согласился, что безопасность мальчика, Мустафа, возложена на Ми-5. Они высылают машину, чтобы забрать его на конспиративную квартиру в Лондоне. Они подали официальную жалобу на то, что вы забрали его в GL4."


"Это самое безопасное место, которое я знаю ..."


"Учитывая количество нападений там, другие не согласны".


"Я полагаю. А режиссер?"


"Счастлива, что ее сыновья вернулись, довольна тем, что сделал ее старший - после того, как сильно выпила и первоначальный шок прошел. Но молодой человек выдержит расследование. Технически, он младший лейтенант в армии."


"Я поддержу его в расследовании, не волнуйся".


"Я беспокоюсь не о нем ..."


"Не беспокойся обо мне. Что вы сделали с телом Каспера?"


"После некоторых ночных торгов с Ми-5, нескольких громких слов премьер-министра, Ми-5 получила тело, они будут отрицать, что это Петров, в то же время распространяя информацию о том, что это он, ФБР уже предупредило и хочет получить доступ".


"Я ... знаю кое-кого, кто будет очень расстроен обращением с телом".


"Кто?"


"Его отец".


"Кто его отец?"


"Я не могу сказать, но будет расплата, он захочет найти убийцу".


"Ты не можешь сказать ... даже мне?"


Лучше пока промолчать, все равно от этого мало толку. Итак ... каковы мои приказы?"


"Побродите по Великобритании, будьте готовы к запросам, министерство обороны уже поднимает шум".


"Они работают на премьер-министра, так что пусть он скажет им прекратить издавать звуки. Завтра я подойду и поговорю со всеми заинтересованными сторонами. Расслабься."


Вернувшись к майору, я сообщил ему новости, майор разозлился на многих людей. Он предложил мне позвонить бригадиру, что я и сделал, пятнадцатиминутная беседа о ситуации, бригадир пообещал вернуться следующим рейсом.


Макс прибыл в 9.30 утра, и я также посвятил его в детали, пропустив несколько моментов, затем я немного подкрутил его, плюс цитату, которая, как я знал, была ложью - и, несомненно, вызвала некоторые повышенные голоса. Министр правительства: "Мне плевать на других мальчиков, мой сын был в опасности!"


Я совершил короткую прогулку до северного поля, обдуваемый прохладным ветерком и угрозой дождя, и я наполнил свои легкие чистым британским воздухом, овцы смотрели на меня, пока они жевали траву. Я лениво собирал овечью шерсть с забора, пока член парламента Пит не проехал мимо.


Он начал: "Скоро приедут полицейские, чтобы забрать мальчика".


Я рассеянно кивнул, позволив овечьей шерсти развеваться на ветру. Я шел обратно в ангар, держа руку в кармане, обдумывая все, здесь и Гвинею, готовый к расследованию.


Майор Сандерсон приближался. "Вы знаете, у нас есть подробная хронология событий в Гвинее, если это поможет".


"Это так, да. Если бы я добавлял свои рассуждения на каждом шаге, это заставило бы замолчать JIC и других."


"Я сделаю копию в текстовом редакторе, затем вы сможете добавлять решения и приказы, диктовать их, это не займет много времени".


"Да, хорошая идея, сэр".


Он бросил на меня взгляд, прежде чем зайти внутрь. Я забрал Мустафу, его сумка была упакована, не то чтобы он ее распаковывал, и я проводил его с Рокко и командиром эскадрильи "G".


У ворот появился мини-автобус с полицейской машиной на буксире, и они подъехали ко мне, дождь прекратился.


"Теперь будь осторожен", - сказал я Мустафе.


"После университета я поеду в Сандхерст, так что, возможно, мы встретимся снова. Ты будешь генералом."


"Ха!" - вырвалось у Рокко. "Он будет мертв до этого".


"Спасибо вам, сержант-майор, " сказал я ему.


Полицейская машина повернула по кругу, внутри двое полицейских в форме, мини-карета развернулась и остановилась, из нее вышел официозного вида мужчина в зеленой восковой куртке, внутри уже сидели двое мужчин.


Он кивнул, я кивнул, и Мустафа взобрался на борт со своей сумкой. Взмах, и микроавтобус развернулся, следуя за полицейской машиной. Они прошли не более ста ярдов, когда оглушительный взрыв заставил меня толкнуть Рокко вниз, тяжелые металлические детали врезались в землю рядом с нами.


Ослабляя давление, поднимая клубы дыма, я мог видеть, как сержант эскадрильи "G" ослабляет давление, кровь на его лице, моя команда выбегает из столовой.


"Мальчик!" Рокко кричал, но я, казалось, был под водой, у меня заложило уши.


Я ступил на траву и опустился на колени, сам не зная почему, уставившись на мини-автобус, от которого остались только шасси, почерневшие и обгоревшие, тела и части тел разбросаны повсюду, рука и нога всего в нескольких ярдах от меня. И там, в десяти ярдах от нас, на краю дороги лежало обезглавленное туловище, без ног, школьная форма была чистой.


Шаги предшествовали тому, как многие люди выбегали из ангара, моя команда добиралась до полицейской машины из столовой, офицеров вытаскивали, раненых, но живых. И я заметил, что Макс все еще здесь.


"Уилко, ты в порядке?" - крикнул майор и помог мне подняться, мои уши все еще болели.


"Мальчик", - крикнул Роко, прозвучавший как отдаленное эхо.


Я снова мог чувствовать прохладный ветерок на своей щеке, и мимо пролетала овечья шерсть, когда я смотрел на нее сверху вниз. Я, наконец, обратился к Майору. Он что-то сказал, но я понятия не имел, что. Тихо, без всякой энергии в голосе, я сказал: "Они никогда бы не смогли этого сделать, если бы кто-то из высокопоставленных сотрудников Intel не сдал нас. Наша информация."


Майор в ужасе смотрел на сцену резни.


Уилко:

Одинокий волк


Книга 9


Джефф Волак


Эта книга исторически очень точна местами, технически корректна по большей части, но все же это вымысел, действительно вымысел, определенно вымысел, и любое сходство с реальными людьми или реальными событиями - хотя и случайное - вероятно, намеренное. Некоторые персонажи в этой книге могут быть основаны на некоторых дрочерах, с которыми я либо работал, либо, к сожалению, встречался на протяжении многих лет.


Прекрати стрелять в меня


На следующий день после возвращения из Сьерра-Леоне я проснулся в полдень, но чертовски окоченел. Выглянул в окно, было серо и шел дождь, но холодный дождь, не похожий на теплый дождь в Сьерра-Леоне. После душа, никаких признаков Свифти, я тепло укутался и побежал трусцой в столовую, обнаружив там нескольких парней, выглядевших полумертвыми.


Я посидел с Бонго, Генри и Дикки и съел обильный завтрак, который на самом деле был обедом, и, наконец, побрел в ангар.


Майор как раз уходил. "А, ты проснулся", - отметил он.


"Зайдете в пятницу, сэр?"


"Меня не было до конца недели, поэтому сегодня я начал оформлять документы".


Я кивнул. "Тогда до понедельника, сэр, никаких драм, о которых я могу думать в данный момент".


Я сидел с О'Лири в течение часа и просматривал анкеты, в основном касающиеся кита, за чашкой чая с виски, который только что вернулся из Ботсваны. Моран прошел мимо меня, когда я выходил из ангара, и пообещал оформить кое-какие документы. Слова казались сильнее человека.


В понедельник утром в 9 утра все собрались, все в штатском, Свон и Леггит теперь с нами, этот шаг одобрен Лондоном. Лэсси ушла, как и Слэйд, но настроение не было испорчено, и никто не упоминал об их отсутствии.


"Успокойся", - крикнул я, Крэбб и Даффи отошли в сторонку с Виски, майор слева от меня, Моран справа. "Хорошо, как и раньше, каждый из вас получит по две тысячи, и на следующей неделе выходной, так что ... иди куда-нибудь отдохнуть. Когда ты вернешься, мы сходим в туалет и поужинаем где-нибудь, на средства каких-нибудь милых нигерийских полевых командиров."


Они смеялись и приветствовали, майор бросил на меня неодобрительный взгляд.


"Подпишите форму, возьмите деньги и ... отвали."


Когда комната наконец опустела, я повернулся к Виски и сказал: "У тебя есть еще неделя отпуска, если ты этого хочешь".


"Уезжаю в Корнуолл, семейное дело".


Я столкнулся с Бонго. У тебя тоже есть свободное время, но я хочу протестировать эти новые винтовки. Приготовь несколько мешков с песком, позови кого-нибудь на помощь, нажми на спусковой крючок и вставь двадцать полных обойм в автоматический, посмотри, не взорвется ли ствол, затем посмотри, нет ли износа."


"Нужно чем-то заняться", - согласился он. "Мне было так скучно, что я подумал о посещении тренажерного зала".


"Ты ходил в спортзал?" - спросил майор.


"Я сказал, что думал об этом, сэр", - ответил он, заставив нас смеяться, когда он уходил, майор покачал головой.


Я столкнулся с Мораном. "Ты куда-нибудь собрался?"


"Португалия, вылет в 4 часа дня из Бристоля. Немного солнца, немного прогулки по холмам, несколько кружек холодного пива."


Мы вышли поболтать.


Я говорил с Дэвидом Финчем по телефону и собирался встретиться с ним утром, выезжая сегодня вечером, мой обычный отель забронирован. Но я также разговаривал с министром обороны и нахально попросил о встрече с определенными людьми перед другими посмертными встречами.


Утром, после получасовой беседы с Дэвидом, мы присоединились к более широкому собранию в здании Министерства обороны. На встрече присутствовали министр обороны и его помощники, мой знакомый ДЖИК мандарин, бригадный генерал, отвечающий за управление ВВС ВЕЛИКОБРИТАНИИ, плюс полковник Дин, командующий ВВС, генерал Деннет и полковник Клиффорд, глава армейской разведки Лондона, глава GCHQ и некоторые из его сотрудников. Потребовалось почти полчаса приветствий и болтовни, прежде чем они устроились.


" Джентльмены, " позвал я. "Я попросил об этой встрече, встрече, которую мы назовем - Почти облажавшаяся встреча". Я наблюдал за их озадаченными лицами и вопросительными взглядами. "Сьерра-Леоне прошла хорошо, отличная реклама, но мы были на волосок от крупного провала и серьезной гибели людей. Тот факт, что никто не знает за пределами этой комнаты, и что этого никогда не происходило, не должен помешать вскрытию почти крупного провала и очень плохому заголовку в газете.


"Определенных неудач удалось избежать благодаря везению, иначе многие в этом зале чувствовали бы накал страстей, задавали бы трудные вопросы, газеты хотели поджарить некоторых из вас. Итак, во-первых, бывшие солдаты SAS пытались убить меня." Я широко развел руки. Громко я начал: "Сколько еще раз мне придется иметь дело с бывшими бойцами SAS, пытающимися меня, блядь, убить?" У меня было больше промахов от бывших солдат, чем вражеских пуль, черт возьми!"


"Предполагается, что СИБ следит за ними", - начал генерал Деннет, когда несколько человек заговорили одновременно - и громко.


"Предполагается, что в моей заднице, сэр!" Я прорвался с.


"Им надерут задницы ..." - начал он, когда остальные громко заворчали.


Дэвид вмешался, подняв ручку: "В прошлом нас прямо предупреждали - не шпионить за бывшими солдатами".


"Чушь собачья", - вставил министр обороны. "Ты шпионишь за ними, а это подразделение СИБ - утроь его размеры и снабди зубами. У нас было достаточно неприятностей с полковником Роучем, теперь еще и с заминированным автомобилем. Если кто-то стоит у тебя на пути - скажи мне. " Он повернул голову к полковнику Дину.


Полковник начал: "Я не могу говорить за своих предшественников, но я хотел бы видеть, как таких людей расстреливают и хоронят, поэтому шпионьте за ублюдками любыми способами".


"Что необходимо, - вмешиваюсь я, - так это чтобы, когда человек покидает SAS, оценка отправлялась в SIS или в эту команду SIB. Может быть, парень женат, у него трое детей, собирается преподавать первую помощь, может быть, он псих. Это отправная точка."


"Я рад реализовать это", - вставил полковник Дин. "Они смущают нас больше всего".


"Мой человек, капитан О'Лири, знает большинство из них", - начал я. "С ним следует посоветоваться и выделить бюджет, чтобы пойти угостить кого-нибудь пивом, когда ему захочется, прислушаться к земле, дешевый способ избежать большой потери жизней. Если бы взорвалась та заминированная машина... Эхо прекратило бы свое существование."


"И все деньги и обучение потрачены впустую", - отметил министр обороны.


"Я буду следить за прогрессом в этом", - пригрозил Деннет. "Я хочу, чтобы это дерьмо убралось с улиц". Другие согласились с ним, кивая головами.


Я перевел дыхание. "Хорошо, следующий выпуск. Почти на каждом задании, за которое берется моя команда, нас атакует вертолет. Существует ли такая вещь, как переносной радар?"


Командующий ВВС ответил: "Недостаточно маленький, не такой маленький, как вам хотелось бы. У американцев есть кое-какое снаряжение, его можно привезти или вывезти вертолетом, размером со шкаф, и это даст вам десятимильную дальность действия."


"Я хочу одного на оценку, второго на оценку со 2-й эскадрильей, третьего с SAS. 2 Эскадрилья поддерживает моих людей, они держат брелок, так что у них должен быть радар на здании."


Дэвид вставил: "Есть набор размером с большой чемодан, с ограниченным временем автономной работы, может иметь внешний генератор".


"Можем ли мы получить одного или двух на оценку?" Я нажал.


"Да".


"Если это даст мне предупреждение за шестьдесят секунд, это может спасти жизни. В Сьерра-Леоне я получил половину отчета от ВМС США о возможном контакте с радаром, и я назвал это правильным - и запаниковал. Без этого контакта с радаром мы могли бы потерять тридцать человек убитыми, крупную неудачу и плохой заголовок в газете. Я бы хотел получить ее в ближайшее время, потому что скоро у нас может появиться работа, и вы можете поспорить, что какой-нибудь засранец из Ми-8 будет летать вокруг, пытаясь остановить меня."


"Сделай это приоритетом", - сказал министр обороны Дэвиду.


"Далее, я знаю, что в армии есть радар, который определяет, когда и откуда прилетают артиллерийские снаряды".


Генерал Деннет вставил: "Да, и это работает хорошо, но на данный момент это громоздко".


"На некоторых работах, сэр, мы могли бы использовать это, и должны рассмотреть это для FOBs в будущем. Если мы подвергнемся минометному обстрелу, нам не помешало бы знать, где они находятся. Хорошо, следующий - радиообнаружение." Я указал на главу GCHQ. "Откуда мне знать, есть ли в миле отсюда человек с рацией".


"Наши люди были с вашим капитаном Харрисом, и мы сбросили свертки с вертолета. Они цепляются за деревья, улавливают сигналы и отправляют их. У нас также есть небольшое устройство, которое сообщит вам об активном радиоприемнике и приблизительном направлении, но расстояние указано неточно."


"Если я в пустыне или джунглях, мне просто нужно знать, что кто-то активен".


"Это он может сделать".


"Я бы хотел немного, и обучение, и немного для SAS, и немного для 2-й эскадрильи, пожалуйста".


"Мы можем это организовать".


"С этими двумя элементами, радаром и радио, я мог бы устранить ... почти все аспекты миссии были испорчены, поэтому они важны и срочны. И, работая на GCHQ и Intel, "призраки" проделали хорошую работу по спасению моей задницы в прошлом ... отслеживая спутниковые телефоны, используемые плохими парнями. Этот аспект следует только продвигать вперед, но это подводит нас к моей следующей проблеме.


В свое время Ми-6 в основном поручали шпионить за русскими, затем за ИРА, и я часто чувствую, что их направление таково... устарело. Шансы на конфликт с Россией невелики, шансы на продолжение действий в Либерии - абсолютная уверенность. Правительству необходимо выделять средства на пассивную разведку в регионе до тех пор, пока британские войска находятся на местах, а GCHQ играет гораздо более важную роль в мониторинге соседних стран.


"Джентльмены, мы должны были знать о Кот-д'Ивуаре, и мы были очень близки к большому количеству жертв, потому что мы не знали об этой базе".


"У нас не было полномочий", - вставил босс GCHQ. "Мы следуем нашей компетенции".


"Я понимаю, и мой взгляд направлен на историческую позицию нашего правительства. Это нужно изменить, и сегодня, потому что вы можете быть абсолютно уверены ... что прямо сейчас несколько плохих парней сидят в Кот-д'Ивуаре и гадают, что им делать дальше."


"Я могу взглянуть на это с некоторой срочностью", - согласился министр обороны, делая пометку. "Краткосрочная операция с ограниченным бюджетом, пока мы не уйдем".


"И аналогичный подход в Марокко, Конго и любом другом месте, где мы можем в конечном итоге действовать", - предположил я. "Если Echo отправляется в страну, GCHQ должен быть немедленно уведомлен и смотреть на пассивную информацию. В Мали они передали нам сигналы разведки о нападавших на шахте. Отлично. Просто нам нужно больше этого, чтобы избежать жертв.


"Далее, я хотел бы попросить, чтобы 2-ю эскадрилью немного увеличили и создали снайперскую команду".


"Думал в этом направлении", - сказал мне командир ВВС.


"Я бы также предложил, чтобы медики тренировались с ними, и чтобы группа медиков базировалась с ними и практиковалась в прыжках с парашютом в определенном месте".


"Я думаю, у нас есть восемь квалифицированных".


"Внедрение медиков спасает жизни", - сказал я всем. "И это дает им возможность заняться чем-нибудь интересным".


"Эта проблема с эскадрильей "G"", - начал бригадир, отвечающий за UKSF. "Это был провал?"


"Нет, сэр, это был героический поступок. О чем я не подумал... заключалось в том, что шестьсот повстанцев, включая их лучших людей, разбежались бы при первом выстреле. Они все побежали на юг, и прямо на пятьдесят человек из эскадрильи "G". SAS выпустили так много снарядов, что у них закончились патроны, и они размозжили головы нескольким чернокожим из своих винтовок, затем подобрали АК47 у убитых и продолжили бой.


"Урок, черт возьми, состоял в том, что если бы у них изначально были АК47, они могли бы просто забрать магазины у мертвых, как это делают мои люди".


"Это уже обсуждалось", - вставил полковник Дин. "И ты делаешь это по уважительной причине. Если вы находитесь в тылу, забрать боеприпасы у убитых - чертовски хорошая идея."


"SAS все еще предпочитает M16?" - Спросил генерал Деннет.


"Да, сэр", - ответил полковник Дин.


"А эти новые винтовки?" Генерал Деннет спросил меня.


"Оказывается, чертовски превосходно, сэр. Мужчины обнаружили, что они стреляют в одного человека и убивают того, кто сзади, - это экономит на боеприпасах. Они наносят удар и чертовски точны на расстоянии. Было бы разумно рассмотреть их для армейских снайперских команд, сэр."


"Мы получим кое-что при оценке", - согласился он, делая пометку.


Министр обороны указал на полковника Клиффорда. "Ты был там все время?"


"За столом планирования, да. И мы трижды увернулись от пули, мы все должны были быть убиты. И радар был бы хорош, потому что без Рыси этот парад мог обернуться катастрофой. Вертолеты и стационарное крыло прибыли из Кот-д'Ивуара и застали нас врасплох. Неплохо было бы предупредить кого-нибудь, иначе мы могли бы потерять сбитый "Чинук", тридцать человек в тылу убитыми, множество парас, убитых на земле."


"Я бы назвал это провалом разведки", - отметил министр обороны.


"У нас нет активов в Кот-д'Ивуаре, министр", - вставил Дэвид, защищаясь. "Мало в Африке, много на Ближнем Востоке", - нахально добавил он.


"Как было предложено, краткосрочный бюджет должен сопровождать наших солдат", - повторил министр. "Или мы все получили бы какое-нибудь дерьмо вместо похвалы, которую мы получили".


Мандарин из JIC сказал: "Роль Америки в Либерии... для многих это было загадкой."


"Для меня все еще загадка", - ответил я. "В основном, им нужен хороший заголовок в газете, и они анализируют то, что делает моя команда, и извлекают из этого уроки".


"Дерзкие ублюдки", - выпалил министр обороны. "Они достаточно облажались в своих собственных операциях. Сомали, Ливан."


Я кивнул. "Да, сэр, поэтому я организовываю для них спасательные операции, а они притворяются, что мы никогда не помогали".


"Зачем с этим мириться?" - спросил бригадир из UKSF.


"Во-первых, премьер-министр сказал мне, чтобы я делал их счастливыми. Во-вторых, мы хорошо использовали их радар и самолет, так что кое-что из этого получилось. Они заложили бомбы на взлетно-посадочной полосе для нас, так что... отлично. А на Борнео они помогали напрямую."


"Потому что это отвечало их интересам", - вставил мандарин из JIC.


"Если бы они попросили что-то, ничего не предлагая, я бы сказал им, куда идти", - сказал я сотруднику JIC. "И я вызываю Дэвида сюда, чтобы обсудить, чего хотят американцы, если только это не сопряжено с риском, а потом я ему все расскажу".


Они засмеялись, Дэвид стрельнул в меня взглядом.


"Правдоподобное отрицание", - сказал им Дэвид.


"И как вы видите развитие этих отношений?" - настаивал сотрудник JIC.


"Они захотят больше работы, где их люди участвуют в спасении. Мои люди делают тяжелую работу, идут на риск, они получают известность."


Генерал Деннет встретился взглядом с министром обороны. "И нас это устраивает?"


Он вздохнул. "Это политика, не основанная на здравом военном суждении. Но они возвращают, так что... мы сотрудничаем."


Мандарин из JIC спросил меня: "А они пытались соблазнить тебя уйти от нас?"


"Я им отказал".


"Дерзкие ублюдки", - выпалил министр обороны.


"Не волнуйтесь, сэр, когда я закончу с Echo, я вернусь к управлению Air Commodore здесь. Простое число."


"Жена продолжает спрашивать, она беспокоится за меня".


Я столкнулся с министром обороны. "Должен ли я продолжать выставлять американцев в выгодном свете, сэр?"


"Да, они нужны нам на борту. И у этих чертовых французов с тобой два человека, но они утверждают, что на работе всегда пятьдесят на пятьдесят!"


Многие смеялись.


"У меня также есть новозеландец, сэр, но пока правительство Новой Зеландии не претендует на признание заслуг ни в одном из спасений".


"И русский?" - Спросил генерал Деннет.


"Нет, сэр, у него просто сильный акцент. Он из ... Камбрия."


Генерал Деннет поднял бровь, глядя на меня.


"А полиция?" - подтолкнул локтем министр обороны.


"Теперь они хорошо обучены и почти готовы. Но ... было высказано предположение, что у них где-то есть база, что они носят боевые доспехи и что они тренируются как SAS, когда не выполняют полицейскую работу с заложниками. Они могут использовать мою базу для тренировок и фабрику в Леоминстере.


"Таким образом, сэр, я могу вводить и выводить своих людей, и SAS, и мы предлагаем поддержку в качестве активов. Если полиция планирует работу и хочет двух снайперов, я одалживаю им двух снайперов."


"Взаимозаменяемые люди", - отметил министр обороны.


"Это сделало бы все гладко", - вставил полковник Дин. "Они спрашивают о моих людях, когда и когда, и мы иногда тренируемся вместе".


"И вы счастливы сделать это и отказаться от этой роли?" - спросил министр обороны полковника Дина.


"Да, сэр, вернемся к тому, чтобы служить на нашем зеленом поле, а не сидеть в Лондоне, теряя время".


"Чертовски верно", - вставил генерал Деннет.


Мандарин JIC начал так: "Но как общественность отреагирует на полицейских в форме с большим оружием?"


"Это мы должны увидеть", - сказал ему министр обороны.


Когда министр обороны ушел, мы приготовили пиво и поболтали. Я поблагодарил босса GCHQ перед его уходом и обсудил увеличение 2-й эскадрильи с командующим ВВС и генералом Деннетом.


В конце полковник Клиффорд сказал: "Я часто задаюсь вопросом, что вами движет, и я наблюдал за вами в Сьерра-Леоне, и вы просто хотели выполнить работу, а теперь требуете инструментов для ее выполнения. Замечательные качества."


"Благодарю вас, сэр. Политики и дерьма там уже достаточно и без того, чтобы я к этому добавлял."


"В то время я не волновался, но по ночам я вспоминаю, как близок был к тому, чтобы быть убитым. Влияет ли это на тебя?"


"Нет, сэр, я всегда пытаюсь все исправить, так что переходи к следующей работе, нет времени на это зацикливаться".


Следующее собрание было допросом, я сидел перед всем правлением JIC, американский делегат присутствовал на нем, как всегда, и я отвечал на вопросы в течение часа, и они часто допрашивали меня, как будто я начал эту чертову кампанию. Мне пришлось напомнить им, что я консультировался с премьер-министром почти каждый день.


Позже я съел карри с членом парламента Питом, выпил много пива и вернулся в свой гостиничный номер до полуночи. Позвонив в Томск после того, как посидел у себя в комнате за чашкой чая, я попросил его купить пятьдесят винтовок Valmet и пожертвовать их британской SAS в качестве благодарности.


"Это хорошие винтовки?"


"Лучший, особенно для снайперской работы".


"Тогда я куплю немного для своих людей здесь".


"Если они продадут их тебе!"


"Я знаю людей в Финляндии, я как-то их понимаю".


Утром мы поехали обратно в здание министерства обороны, теперь снова встреча с королевскими ВВС и командующим ВВС, командир 2-й эскадрильи и Хейнс на встрече, старшие офицеры парашколы, а также Мортен. Потребовалось довольно много времени, чтобы успокоиться после всех приветствий.


Я предложил увеличить численность 2-й эскадрильи, что, по словам командующего ВВС, теперь несомненно, и он согласился разместить восемь медиков во 2-й эскадрилье. 2-я эскадрилья также получит комплект радара и радиообнаружения.


Мортен рассказал о том, что сделала его команда, и о том, как набор и процедуры могут быть улучшены в будущем. В целом он был очень доволен своей командой, и все они залечили серьезные раны. Они даже приняли роды.


Это привело нас к инструкторам парашколы. Я начал: "Я думаю, что дебаты об инструкторах без опыта были прекращены, и я создам комитет по объединенным силам HALO, и мы будем регулярно встречаться и уходить вместе". Я столкнулся с командиром эскадрильи. "Не могли бы вы начать оформление документов, сэр, и назначить встречу примерно на три недели вперед?" Мой удел, SAS, SBS, Следопыты, твой удел."


Он сделал пометку.


Я добавил: "Если они будут работать вместе и тренироваться вместе, то не будет никакого нытья, и мы сможем улучшить технику".


Он кивнул. "Да, конечно. И мы получили много выпадений HALO в Сьерра-Леоне и Либерии, все мужчины закалены работой в джунглях и тяжелой жизнью."


"Они должны тренироваться со 2-й эскадрильей на регулярной основе, наземные учения, сэр".


"В движении", - вставил командующий ВВС. "Зимой они будут вести себя как солдаты".


"Если вы направите несколько эскадрилий в Сьерра-Леоне, сэр, это поможет приобрести опыт".


"Да, скоро собираюсь вернуть 37-ю эскадрилью и отправить других. Прямо сейчас некоторые из бойцов 37-й эскадрильи патрулируют джунгли, набираясь опыта."


Мы обсудили формат предстоящего шоу в Brize Norton, что там будет Navy Lynx, вертолеты Westland Commando и американские F15. В каждом подразделении, принимавшем участие, должны были присутствовать мужчины, и почти все из 1-го и 2-го парадов должны были пройти парадом с морскими пехотинцами, валлийскими гвардейцами и драгунами. Тренировочный ангар для пара будет задействован на случай дождя, и да - они сказали мне, что там будут хот-доги.


"Если не будет хот-догов, я не пойду", - пригрозил я.


После обеда у меня была встреча с командой пропаганды - как я их называл, кадровым подразделением Министерства обороны. Они спросили, где находятся подразделения и что они делают, и показали мне фрагменты фильмов, которые я прокомментировал. Я потратил час на проверку фактов, дат и времени, и они были достаточно довольны. Я не смотрел часовой выпуск, поэтому мы с членом парламента Питом его просмотрели.


Они соединили кадры с "Рысью" с кадрами изнутри "Геркулеса", плюс поддельные кадры с "Чинука", идущего встречным курсом, чтобы все выглядело так, как будто мы были на волосок от гибели, что так оно и было. И теперь подполковник Марш был знаменит. Они упоминали моих людей, но как SAS, изображения хорошо замаскированных мужчин, пробирающихся через джунгли.


Утром, после еще одного карри и большого количества пива, состоялась заключительная встреча с представителями Кабинета министров и Министерства обороны, и они хотели получить пошаговый график, рассуждая на каждом этапе, кто что сделал и почему. Я ушел в 14:00, чтобы вернуться.


Когда я вернулся в GL4, мне позвонили, и Донохью захотел встретиться, поэтому на следующий день я вернулся в Лондон, чтобы встретиться с ним и его боссами, дать оценку его людям, составить планы, провести обучение и переподготовку, использовать снаряжение. Для начала они должны были базироваться в Эссексе, на одной старой армейской базе, с доступом к близлежащим хребтам. У них также была бы команда в RAF Northolt, RAF Puma, всегда находящаяся в режиме ожидания, и три небольшие команды в Лондоне, одна в центре и две на севере и юге.


К запланированной дате старта, через три недели с этого момента, с ними на ротации будут четыре SAS.


Вернувшись в GL4, я отправил письмо министру внутренних дел, в котором говорилось, что я доволен полицейским подразделением, но что мы будем работать бок о бок с ними в течение года.


На следующее утро подъехали грузовики с винтовками от Valmet.


"Мы заказывали еще?" - озадачился майор.


"Нет, сэр". Я просмотрел накладную, в которой ничего не говорилось о Томске. Я прочитал вслух: "От анонимного британского бизнесмена, хорошо зарекомендовавшего себя в Либерии". Мы обменялись взглядами. "Сто винтовок".


"Что случилось с пятьюдесятью, которые у нас есть?"


"У каждого парня по одному, и у волков".


"Так что, черт возьми, нам делать с этой кучей?"


"Отправьте десять человек во 2-ю эскадрилью, сэр, десять в "Следопыты", тридцать в Креденхилл и ... десять - в школу армейских снайперов в Бреконе. Отдохни в оружейной."


"Если в этом чертовом арсенале еще осталось место!"


Он давал инструкции О'Лири и нашему капралу-администратору, когда подъехала машина, из которой вышли двое мужчин в костюмах.


"Капитан Уилко?"


"Да..?"


"Я капитан Мурхаус, СИБ, это Тед из SIS. Мы из нового подразделения по розыску бывших солдат."


Я испытал облегчение от того, что они были здесь не для того, чтобы арестовать меня. "Заходи в дом, мы поставим чайник".


"Здесь тихо", - отметил Мурхауз.


"Все в отпуске, заслуженный отдых".


Приготовленный чай, мы составили план, и этот план включал в себя мое "общение" с людьми там, где это было необходимо, они даже держали кого-то под наблюдением. Я попросил номер телефона этого человека, и они неохотно передали его. Я позвонил ему.


"Эта птичка? Сержант Берд?"


"Да..?"


"Уилко, Эхо отряда".


"Уилко?"


"Да, теперь слушай внимательно. Ты планируешь небольшую работенку в Африке, не разрешенную через Лондон, поэтому я и несколько моих парней планируем навестить тебя в Ноттингеме, после чего ты больше никогда не будешь ходить. Если, конечно, ты не хочешь продолжать пользоваться своими ногами. Ну что, Птичка, ты бы хотела сохранить возможность пользоваться своими ногами?"


"Да, я бы так и сделал".


"Если тебя устраивает работа в Лондоне, то и меня это устраивает. Так что проверяй. В противном случае ... Я немного болезненно отношусь к бывшим солдатам, писающим где попало в Африке, некоторые пытались убить меня и моих парней. Было приятно поболтать. О, и твой телефон прослушивается, почта открыта, электронные письма прочитаны, люди наблюдают за тобой. " Я повесил трубку.


"Прямо и по существу", - отметил Мурхаус.


И это экономит время, потраченное на слежку за ними повсюду. Кто-нибудь еще в таком же духе, дайте мне поговорить с ними, и если они все еще ссут, я пойду к ним. Это экономит на испытании."


"Ты не можешь взять закон в свои руки", - раздраженно сказал мне Мурхаус. "Я где-то читал, что это было незаконно".


"Меня не поймают, так что позволь мне беспокоиться об этом".


Они обменялись взглядами.


Позже меня уведомили, что "Французское эхо" уже в пути, и что я размещу их в казармах в воскресенье днем. О'Лири позвонил домой обслуживающим дамам, и они приедут в воскресенье в полном составе с утра понедельника и далее.


Саша и некоторые из его команды вернулись в пятницу после поездки на Украину и некоторой практики русского языка. По их словам, они также практиковались на некоторых местных дамах. В тот вечер мы вместе поужинали в пабе, хозяин был доволен нашим бизнесом, поскольку "во время войны" там было тихо, как он выразился.


В субботу в обеденный перерыв мне позвонили, когда я шел по летному полю, неизвестный номер, но я предположил, что это насчет Петрова.


"Da!"


"Мой русский - ржавый", - прозвучало с американским акцентом. "Но я понимаю, что ты достаточно хорошо говоришь по-английски".


"Да".


"У меня есть кое-какая информация, и я хочу, чтобы три миллиона долларов наличными были доставлены на взлетно-посадочную полосу в Никарагуа".


"Что, по-твоему, ты можешь продать?" Я сказал с акцентом.


"Итак, мы заключили сделку?"


"Мой босс всегда хорошо платит тем, кто ему помогает".


"Так я слышал, иначе мы могли бы и не разговаривать".


"Итак, что ты знаешь?"


"Завтра на рассвете УБН приземлится на его лужайке, четыре вертолета, двадцать человек".


"Ах... это интересно. Если информация верна, вы получите свои деньги без проблем. Дай мне кодовое слово, чтобы я знал, что это ты."


Кодовое слово - ... Филби."


Филби. Хорошо."


Звонок прервался, и я убрал телефон. Идя дальше, я сказал себе: "Филби был шпионом, работал на русских, будучи в Ми-5. Знал ли этот человек об этом? У него должны быть хорошие связи, чтобы получить информацию ... так что да, он знал это. Но зачем использовать имя британского предателя, работающего на русских ..? И как этот маленький засранец узнал номер моего телефона?"


Я подошел к верхнему полю, чувствуя, что здесь что-то не так. Управление по борьбе с наркотиками никогда не получит разрешения двинуться на Томск, и если бы они вылетели на вертолетах, Томск узнал бы, и атака превратилась бы в кровавую баню. Нет, что-то в этом было очень вонючее.


Я пошел, нашел Сашу и вывел его на улицу. "Я попросил кое-кого позвонить мне, позвонить Петрову, американцу, и предупредить меня, что УБН приземлится на лужайке Томска завтра на рассвете".


"Правительство Панамы наверняка предупредило бы Томска".


"Да, можно так подумать".


"И люди на вилле открыли бы огонь. Управление по борьбе с наркотиками было бы убито."


Я кивнул. "Да. Итак ... что-то здесь воняет."


"Ты не доверяешь этой наводке?"


"Нет. У DEA не было бы разрешения на это, но есть кое-что еще. Что, если какой-нибудь шутник в Штатах узнает, что я Петров, и позвонит на мой телефон. Если я сообщу Томску, они придут за мной."


"Если все УБН будут убиты... они также придут за тобой."


Я остановился и на мгновение уставился на него. "Так что я облажался в любом случае".


"Раньше ты рассказывал мне об этой даме из Ми-5. Это то же самое, нет? Кто-то хочет убрать тебя с дороги."


Я вздохнул и окинул взглядом темные сердитые тучи над головой. "Да, это так ... вся политика и чушь собачья. Как обычно. Точно так же, как выиграть марафон."


"Что ты будешь делать?"


"Ты помнишь номер бара в Ла-Пальме?"


"Да, я жил над этим некоторое время".


"Позвони им и передай срочное сообщение в Томск, чтобы они перезвонили мне на новый спутниковый телефон, чтобы я звонил на твой мобильный".


Саша позвонил, бар в Пальме закрывался в этот час, и он разбудил менеджера - и напугал его громкими угрозами. Мы дошли до моего дома и пока ждали, готовили пиво, обсуждая этот странный поворот событий - и кто хотел, чтобы я убрался с дороги.


Томский позвонил Саше на мобильный, и Саша передал его. "Петров?"


"Да. Слушай внимательно: я получил наводку от американца, он хочет, чтобы три миллиона долларов были переведены в Никарагуа, если информация окажется достоверной."


"Какая информация?"


"Что УБН приземлится на твоей лужайке завтра на рассвете".


"Управление по борьбе с наркотиками? Придешь за мной? В Панама-Сити есть команда коммандос из Управления по борьбе с наркотиками, мои люди следят за ними. Завтра они должны приземлиться на вилле, принадлежащей какому-то мелкому дельцу."


"Это уловка, и они придут за тобой".


"У меня здесь тридцать человек с автоматами ..."


"Если вы кого-нибудь застрелите, американские СМИ разбудят Белый дом, и тогда высадится морская пехота США".


Итак... Я облажаюсь, если пристрелю их, и, возможно, кто-нибудь это знает."


"Я тебе перезвоню. Начинаем вывозить ценные вещи с виллы и оружие, но они будут следить за дорогами. Отнесите материал на деревья и спрячьте. Никаких резких движений, они будут наблюдать. Я тебе перезвоню."


Звонок снят, я столкнулся с Сашей. "Завтра на рассвете команда УБН собирается напасть на другую виллу".


"И кто-то меняет цель в последнюю минуту", - отметила Саша. "УБН убиты, морские пехотинцы США идут на Томск".


"Кто-то выполнил свою домашнюю работу, и они избавляются и от меня за мою роль в этом".


"Итак, что нам делать?"


"Мы победили их в их собственной игре. Этот рейд на Томск не санкционирован Вашингтоном."


"Итак, вы предупредили Вашингтон".


"О чем?" Я спросил. "О предполагаемой ошибке при чтении карты? Нет, мне нужно, чтобы этот рейд состоялся ... и чтобы его снимали и фотографировали."


"Что ж... сначала мы вытащим Томска с этой чертовой виллы, да?"


Я кивнул. "И может быть ... пригласите кого-нибудь другого." Я перезвонил в Томск. "Возьми бумагу и ручку. Хорошо. Теперь слушай внимательно, не соверши здесь ошибку, или ты получишь оранжевый комбинезон. Запишите это тщательно, шаг за шагом.


"Сначала подкупи команду телевизионных новостей, отправь их в Ла Пальму и несколько человек с хорошими камерами. Во-вторых, достань несколько пулеметов М16 или М60 ..."


Саша смотрела на меня как на сумасшедшую, когда я подробно описывал свой план для Томска.


Анри вернулся в субботу вечером, что было хорошо, учитывая, что его соотечественники прибудут на следующий день. В тот вечер я ужинал с ним и Жаком в пабе, несколько парней вернулись, некоторые загорелые, а утром мы сортировали постельные принадлежности для казарм, Краб и Даффи вернулись и помогают.


В 14:00 в воскресенье французский C-160 приземлился, как и было условлено, полицейские проверили взлетно-посадочную полосу на предмет обломков. Французское Эхо было одето в обычную зеленую одежду, тяжелые сумки тащили на себе короткое расстояние до знакомой казармы.


Одевшись, я повел их в столовую, дамы ждали, полный английский завтрак для наших посетителей. Я сидел с майором Либаном, Моран болтал по-французски с капитаном, и мы рассказали о том, что они сделали в Либерии, французы хотели услышать, что мы сделали в Кот-д'Ивуаре.


В 17:00 Саше позвонили, она пришла и нашла меня, ухмыляющуюся. Он передал мне телефон после того, как перезвонил в Томск.


"Ах, Петров, это сработало хорошо, теперь это показывают все здешние телеканалы, правительство Панамы в ярости, официальный протест американцам ... Прости, если я сомневался в тебе."


"Ты сомневался во мне?" Я дразнил. "Ты, блядь, сомневался во мне?"


"Я сказал "прости", э".


Томский объяснил, что на рассвете команда DEA отправилась в путь, рассчитывая схватить мелкого российского торговца оружием и наркотиками, у которого, по сообщениям, было только семь сонных охранников - чтобы не привлекать к себе внимания. Местоположение было изменено в последнюю минуту, и бывшие военные американские пилоты ничего не узнали.


Они приземлились на лужайке у океана после того, как был сброшен дым и CS-газ, и вбежали внутрь с оружием наготове. Заложенные заряды пробили стекло во внутреннем дворике, пока скрытые телевизионщики и фотографы снимали происходящее с деревьев.


Коммандос DEA обнаружили дом престарелых, визжащих медсестер и стариков, пахнущих мочой, несколько раненых осколками стекла и травмированных. Грубый обыск помещений показал, где это должно быть ... дом престарелых, управление по борьбе с наркотиками отступает под крики оскорблений со стороны врачей и медсестер. Они поспешно - и смущенно - отступают.


Когда они взлетели, люди, спрятанные в конце сада, открыли огонь из М16, вилла подверглась обстрелу, местные врачи и медсестры не слишком обрадовались, когда их допросили, все свидетельствовали о том, что эти жестокие янки из DEA стреляли со своих вертолетов, когда они уходили.


Новости за завтраком в Панаме получили полную информацию, возмущение населения зашкаливает, и это после последнего эпизода с DEA. Начальник отдела по борьбе с наркотиками, должно быть, смотрел новости с недоверием, фильм отправлен в Штаты, сейчас его транслирует CNN, посол США в Панаме снят на пленку, когда его вызывает президент Панамы.


Пришло время для второго шага. Томск подкупил несколько человек, и я узнал номер, позвонив по нему. Я также был проинформирован о том, что выяснил Томск, были переданы наличные, много наличных. Несколько человек в Панаме получили бы новый дом и машину, новую стиральную машину и широкоэкранный телевизор - и все это было бы оплачено наличными, испорченными кокаином.


"Да?" - раздался сердитый голос.


"Этот Майк Престон, бывший сержант Престон, морская пехота США".


"Так и есть. Кто ты, блядь, такой!"


"Я работаю в электронном кольце Пентагона".


" Ты говоришь как канадец, " раздался более спокойный голос.


"Я получил военную стипендию от дяди Сэма, отсидел два года после этого, остался, встретил местную леди и женился".


"Так какого хрена ты хочешь?"


"Не говори, просто слушай. Рейд, в котором ты участвовал, был подстроен, но не для того, чтобы смутить тебя. Несколько недель назад старшие агенты ФБР встретились с высокопоставленными сотрудниками DEA, включая начальника вашего участка, и придумали способ увеличить свой бюджет - и раззадорить Белый дом по поводу Панамы. Вилла, на которую вы напали, их предупредили, и они уехали, поселив стариков ..."


"Значит, это была та самая чертова вилла ..."


"Да. Но если бы вы попали туда днем раньше, вы бы встретили тридцать вооруженных до зубов людей, пятьдесят пулеметов cal, РПГ, ракеты класса "земля-воздух". Ты знаешь, кто там живет?"


"Нет..."


"Петров".


"Петров!" - взорвался мужчина.


"Да, и ты, и твои люди ... ты был бы уже мертв, если бы не некий полковник из E-Ring Пентагона. Он пронюхал о планах ФБР и рискнул своей карьерой, сообщив русским наркоторговцам."


"Зачем так предупреждать русских?"


"Когда проблемы возникают из-за ФБР, к кому еще вы обращаетесь?" Послушайте, ЦРУ записало разговор, достаточный, чтобы отправить начальника вашего участка на электрический стул, но ... ЦРУ должно быть осторожным, чтобы никто не увидел, как они ссорятся с ФБР из-за бюджетов и обязанностей, в прошлом в этой области было достаточно дерьма.


Сержант, ты жив, потому что мой полковник - солдат и патриот, и он не пошлет бывших солдат на смерть просто так. Что происходит дальше ... решать вам."


Я закончил разговор.


Что произошло дальше, так это то, что Престон и его люди рассказали правду начальнику своего участка, госпитализировали этого человека и разгромили его офисы, при этом все паковали вещи и бронировали авиабилеты домой. Один мужчина позвонил своей сестре, которая работала в Washington Post.


В тот вечер я повел французов группой в бар, короткая прогулка, и наш местный хозяин внезапно оказался завален. У меня были наличные, поэтому я купил всем пива, настроение вскоре поднялось хриплое, французские парни всегда поют, когда пьяны. Саша и его мальчики тоже часто пели, когда были пьяны, но на этот раз они оставили это дело французам.


Многие парни из Echo вернулись, и в пабе было полно народу, хозяин вел оживленную торговлю, некоторые из наших набились во второй бар, чтобы расстроить тех немногих седовласых стариков-местных жителей, которые пришли сегодня вечером.


Домовладелец несколько раз звонил во время, потом просто сдался и выключил свет. Хорошо охраняемая группа пьяниц возвращалась под легким дождем, полиция предупреждена.


Утром в столовой было оживленно, автобусы подъезжали в 10 утра, оба, Эхо и французы, были в чистых и отутюженных боевых костюмах, но не в парадной форме ╧ 1. Майор был в первых рядах, как и капитан Харрис и его команда, старшие французские офицеры, появившиеся в элегантной форме и садившиеся с нами в автобусы. У всех моих людей были маски в карманах, на всякий случай, и простые зеленые кепки на головах.


Главные ворота в Брайз-Нортон хорошо охранялись, гражданским указывали, куда идти, многие районы были оцеплены лентой, многие дороги теперь перекрыты. Мы остановились возле главного ангара школы Пара и построились, французы образовали более плотный блок, чем моя группа, и мы неторопливо обошли его.


Внутри ангара я заметил подиум, многочисленные белые палатки по бокам, мольберты с картами и фотографиями, но вокруг пока никого не было.


За ангаром мы обнаружили металлические ограждения, напоминающие о Лондонском марафоне, до нас донесся запах хот-догов и лука, и мы прошли мимо большого шатра к стендам с самолетами: три Lynx, три Westland Commandos, два Chinook, два Hercules и три F18 - что заставило меня задуматься, откуда они взялись. В конце ряда также стояли два F15, а за ними сидело много Hercules, два Tristar.


Напротив них стояли танки, джипы и позиции из мешков с песком с гранатометами, вокруг бродило много солдат и летчиков, много гражданских, несколько детей. Мы бродили, разглядывая самолеты, несколько человек из моей компании прервались, чтобы купить хот-доги, и у F18 мы остановились, бомбы и ракеты были симметрично разложены под самолетом.


Я позвал члена экипажа. "Вы были в Либерии?"


"Черт возьми, нет, мы прилетели из Италии, учебное крыло. В каком ты полку?"


"SAS".


"Ах, ты был там, мы читали об этом".


"Это бомба весом 2000 фунтов?" Спросил Свифти.


"Ага".


"Мы видели, как они врезались в взлетно-посадочную полосу с расстояния в триста ярдов".


"Близко, ребята, чертовски близко".


"Они устроили хороший беспорядок на взлетно-посадочной полосе", - добавил Свифти. "Где я могу его купить?"


Член экипажа рассмеялся. "Тяжело нести домой. И это не живые."


Бродя дальше, мы нашли парней из 2 эскадрилий в боевой форме, а не в форме ╧ 1, и у них была стойка, большая палатка. У нас был нюх внутри. По соседству мы нашли Мортена и его медиков в палатке, все здоровались.


На 2 параграфе была выставлена палатка, мешки с песком и гранаты, парашют, подвешенный и находящийся в опасности отлететь и потянуть за собой крепления палатки.


Я поздоровался с капитаном. "Надеешься завербовать нескольких молодых парней?"


"Это отчасти вербовка, отчасти для семей. Большинство парней, которые были там ... они пригласили семью с собой. Вылет в 14:00, погода должна сохраниться."


У морских пехотинцев была палатка, у валлийских гвардейцев, гуркхов были джипы с установленными GPS, а в соседнем огромном шатре стоял огромный экран, на котором показывали кадры из фильма из Либерии, дети сидели и смотрели на него - будущие солдаты.


Либан приблизился, жуя хот-дог.


"Изысканная французская кухня", - съязвил я.


"Это хорошо, нет".


Я дал Свифти немного денег, чтобы он раздобыл их нам.


Либан сказал с набитым ртом: "Мое правительство, они ревнивы и безумны, этот фильм сняли ваши люди. Они хотели бы, чтобы мы вот так сдались."


"Это увидят новобранцы следующего года".


"Конечно, да, поэтому они чертовски злы".


Я рассмеялся. "И что случилось с Elf Oil после?"


"Многие высокопоставленные лица ушли, некоторые арестованы". Он пожал плечами, на его щеках выступила горчица. "Мы все равно ненавидим эту гребаную компанию".


"За этим стоит нигериец. У него был очень дорогой вертолет, стоявший на взлетно-посадочной полосе, поэтому мы подняли его в воздух."


"Ах, плохой спорт - стрелять в его прекрасный вертолет".


"Наши вертолеты Lynx уничтожили два транспортных самолета AN12".


"Очень дорого, нет. Кто-нибудь будет на тебя зол."


Свифти вернулся, протянув мне хот-дог с луком, и мы побрели дальше, потеряв большую часть Эхо. В последней палатке я нашел много старших офицеров, шампанское со льдом, охрану у двери. Эта палатка предназначалась бы для местных высокопоставленных лиц.


Мимо прошел начальник станции. " А, Уилко, мой мальчик, - выдохнул он, когда я отдал честь. "Хорошо это показать".


"Выглядит впечатляюще, сэр. И хот-доги вкусные."


"Я только что встретил ту леди с телевидения, Джоанну Ламли".


"Что она здесь делает?" Я озадачен.


"Ее отец был офицером в гуркхах, она была там ребенком".


"В чем она участвовала?" Свифти озадачен.


"Новые мстители", - сказал я ему.


"Ах, да", - понял Свифти. "Вкусная птичка".


"Очень", - согласился Капитан группы. "Так что держи своих людей подальше от нее, а", - сказал он, бросаясь посещать то, что он организовывал.


Я поздоровался со многими знакомыми лицами, зал начал заполняться, группа репетировала, прибывали старшие офицеры, полковник Дин поздоровался и десять минут поболтал с новым RSM, без беретов SAS.


Затем сержант королевских ВВС сообщил мне, что в ангаре есть палатка для Echo, и что мы должны были быть там в 13:00. Я отправил Свифти рассказать всем, и, по крайней мере, в продаже не было алкоголя.


В полдень различные подразделения начали формироваться, снова заиграл оркестр, теперь за барьерами собралась плотная толпа семей, несколько моих парней направлялись к нашей палатке. Я стоял с Мораном и майором у входа в ангар, Парас строились, один или два уоррент-офицера громко отдавали приказы, работали телекамеры.


Другие подразделения вошли и заняли позиции в десяти разных кварталах, подъезжали машины с флагами, старшие офицеры уходили в отставку. Самолет премьер-министра коснулся земли, это сигнал для солдат, летчиков и рядовых флота выйти из ангара и сделать большой круг. Старшие офицеры приветствовали меня, многие после этого заняли места на подиуме, оркестр королевских ВВС громко играл.


Я завел оставшихся внутрь, к палатке, и мы встали у входа. Регулярные подразделения SAS находились по соседству, 2 эскадрильи, морские пехотинцы, люди из каждого развернутого подразделения, плюс различные команды RAF. Премьер-министр, министр обороны и Объединенный комитет начальников штабов вошли через боковую дверь и поднялись на трибуну, когда музыка эхом разнеслась по огромному ангару.


Звуки ударов сапог по бетону отдавались эхом, становясь все ближе, раздавались громкие приказы, и это напомнило мне о базовой подготовке. Подполковник Марш появился во главе своих людей, вошел и остановился блоком, на расстоянии 1 пункта в сторону, а различные другие подразделения остановились на заранее подготовленных позициях, оркестр остановился у входа и продолжал играть.


Когда последняя группа мужчин заняла свои места, музыка смолкла, и премьер-министр обратился к микрофону с десятиминутной речью о том, как нация гордится своими прекрасными молодыми людьми. Пилотов "Рыси" призвали, вручили благодарственные письма в стеклянных рамках, засверкали камеры прессы. Подполковник Марш также получил письмо в рамке.


При включившихся телекамерах премьер-министр вышел и поболтал с подполковником Маршем и его старшим штабом, перейдя к рядовым, и он обошел каждый квартал, потратив на это сорок минут.


Когда оркестр снова заиграл, различные группы людей развернулись и вышли, премьер-министр и его команда занялись палатками, а различные группы, разосланные телевизионщиками, вышли. Мы просмотрели фотографии, изучили карты, и ему потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до нас, группа сейчас играла на некотором расстоянии.


"С вашими людьми все в порядке?" - спросил он, когда мы пожали друг другу руки.


"На этот раз только одно серьезное ранение, сэр, человек потерял руку".


"И я слышал, что все они получили отпуск".


"Да, сэр, немного денег и передышка после нескольких тяжелых недель".


"Заслуженный отдых, да, после ночевки в джунглях".


Он перешел к майору Либану, несколько старших офицеров остановились, чтобы задать мне вопросы приглушенным тоном. Когда вечер закончился, мы вернулись на улицу, пролет начался с "Геркулеса", казалось, что теперь здесь тысячи детей, гордый отец в форме стоял рядом с каждой семьей, толпы сгустились, воздух наполнился запахом лука, патриотизмом и запахом авиационного топлива.


Пока мы бродили, Свифти взяла еще один хот-дог, и мы наткнулись на Макса.


"Что ты здесь делаешь?" Я спросил. "У тебя уже есть история".


"Дополнительные фотографии для моей книги".


"Книга?"


"Я собрал книгу, большую вещь формата А4 с большим количеством фотографий и хронологией кампании. Моя газета продаст ее, часть выручки пойдет в Благотворительный фонд армии."


"Пришлите нам копию", - сказал я ему. "Мы в этом участвуем?"


"Да, но я был осторожен. И Клиффорд публикует свою книгу о тебе."


"Он такой?" Я волновался.


"Та, что о Боснии".


"Скажи ему, чтобы прислал мне копию, или я всажу в него пулю".


"Он собирается отправить ее вам, да, он хочет получить от вас несколько комментариев".


Я обменялся взглядом со Свифти. "Я прочту это первым".


Валлийские охранники схватили меня, все хотели сфотографироваться, поэтому я надел маску, когда они меня фотографировали.


Мы со Свифти бродили от палатки к палатке, болтали со знакомыми, и в 16:00 я собрал большинство парней, некоторых не нашел, и мы отправились обратно. Французы вернулись в 5 часов вечера на автобусах - некоторые из наших с ними и почему-то пьяные, самолет возвращался за французами, при посадке они обменивались оскорблениями.


В 7 вечера мне позвонили с электронного звонка Пентагона. "Капитан Уилко, полковник Мэтьюз".


"Да, сэр?"


"У меня сегодня странный день, чертовски странный день, и поскольку все это касается Панамы, я решил позвонить тебе. Я не в курсе всего, что произошло в Панаме, или что там происходит, но я знаю достаточно.


Ходят слухи... то, что ЦРУ засняло, как ФБР и Управление по борьбе с наркотиками планировали массовое убийство граждан США, а в здешних телевизионных новостях не показывают ничего, кроме этого, приводит президента не просто в ярость.


"За последние несколько часов было обнаружено, что Управление по борьбе с наркотиками скрыло детали рейда от Вашингтона, так что некоторые люди отправятся в тюрьму после длительного слушания и большого смущения для всех, кого это касается. Начальника отделения УБН отзовут в ШТАТЫ - когда он выйдет из больницы


"Теперь мои хорошие приятели в ЦРУ уверены ... что они никогда не записывали встречу ФБР и УБН на пленку, и что они никогда никому не сообщали. Лидер штурмовой группы, однако, сказал, что узнал правду от канадского офицера в E-Ring, что странно, учитывая, что единственная канадка здесь - дама из администрации.


"По-видимому, какой-то полковник предупредил Томск, чтобы спасти жизни американцев, и здесь три полковника, я и двое других, а остальные работают в логистике и исследованиях. Итак, сегодня у меня было несколько странных звонков... и несколько благодарственных писем, отличная головоломка для меня. Меня также вызвал мой босс. Итак ... если тебе что-то известно, я был бы признателен за небольшую помощь."


"Полковник, сэр, я всего лишь скромный капитан, я продолжаю говорить вам это".


"Ты также полон дерьма и, по слухам, являешься самым ценным разведывательным ресурсом в мире".


"Поскольку вы никому ничего не сообщали, сэр, и этому нет доказательств, вам не о чем беспокоиться".


"Когда я впервые говорил с тобой по телефону, мне показалось, что ты говоришь немного по-канадски. Легко совершить ошибку."


"Будьте уверены, полковник, я всегда принимаю близко к сердцу только ваши интересы ... и что американские СМИ любят истории с добавлением к ним определенной приправы."


Итак... палец подозрения, направленный на меня, заставляет меня ... пикантность этой истории?"


"Вы можете подумать, сэр, что я никак не могу прокомментировать это. Хорошего дня." Я отключил звонок и подумал, не позвонить ли Дэвиду. Я решил немного подождать, предоставив ему возможность отрицать.


Клиффорд появился в GL4 на следующий день, передав копию своей рукописи вместе с фотографиями. "Я надеялся на несколько цитат".


"Сначала я прочитаю это, а потом решу, дать тебе цитату или пристрелить тебя".


"Ну, юридически МО не может помешать нам опубликовать это".


"Ну, по закону, когда я убиваю людей, не остается никаких улик", - сказал я ему, просматривая это.


"У меня на примете сербский парень, он здесь, в Великобритании".


Я уставился на него на мгновение. "Не уверен, что я чувствую по поводу того, что прошло какое-то время, все сдвинулось с мертвой точки. Позвольте мне прочитать это и вернуться к вам."


"Как скоро?"


"Скоро".


Я забрал книгу домой, сказав людям не беспокоить меня, если это не срочно. Ребятам было поручено поддерживать форму, вернуть наших ПТИ, а затем потренироваться с новыми винтовками. Радар и комплект радиосвязи были в пути, с инструкторами.


Прошел час чтения книги, а мои мысли вернулись в тот лес, и я все еще не был уверен, что я чувствую по этому поводу. Я внес несколько исправлений красной ручкой, я даже заметил несколько опечаток и исправил некоторые технические детали. Там, где Клиффорд проникал в суть моих мыслей, я вносил коррективы.


Свифти вернулся в 17.30 вечера. "Как это выглядит?" - спросил он, готовя пиво.


"Это точно и справедливо, так что злиться особо не из-за чего. И получается, что я страдал - что я и сделал, и что они страдали, и что врагом были люди, загнавшие нас в тот лес."


"Похоже на правду; войны развязывают не солдаты, а политики".


Я все еще читал в полночь, вставал в 5.30 утра и возвращался к ней, и закончил ее к 14:00. Книга выставила меня жертвой, а не агрессором, и она повесила смерть сербов не на меня, а на их офицеров-идиотов. Но настоящая история была о молодом сербском парне, который никогда не хотел быть солдатом, и у которого была тайная девушка-мусульманка, на которой он женился после побега в Лондон.


Я позвонил Клиффорду и согласился дать ему несколько цитат и встретиться с парнем в Лондоне.


На следующий день, написав несколько страниц текста, я отправился в путь с депутатом Питером, и по дороге мы обсуждали Боснию, о многом из которой он не знал. Я позвонил Дэвиду Финчу, и его люди уже украли копию черновика, прочитали его и не увидели никаких угроз безопасности.


Я встретил Клиффорда в вестибюле "Ньюс Интернэшнл" в Уоппинге, Пит был рядом, и он повел нас в офисы, Макс поздоровался, редактор хотел немного поболтать. Я передал Клиффорду страницы, и он был рад, что я так много написал. В боковой комнате мы нашли парня, о котором шла речь, женщину с маленьким ребенком и мужчину постарше - возможно, лет пятидесяти.


"Марко, это Уилко, призрак". "Призрак" - так называлась книга, и так сербы называли меня в то время.


Я пожал парню руку. "Я ранил тебя?"


"В ногу. В то время я был так напуган, что не заметил, но когда я побежал, я упал и увидел кровь."


Я улыбнулся и пожал руку леди, взглянул на ребенка и пожал руку пожилому мужчине.


"Это мой отец", - объяснил парень. "Он недавно покинул Боснию, теперь у него здесь дом. Здесь нет пуль и бомб." Мы сидели.


Я сказал ему: "Эта книга... это больше о тебе, чем обо мне. У тебя был счастливый конец, я все еще сражаюсь."


"Я все время читаю о тебе в газетах, и я не знаю, что я чувствую к тебе. Я не думаю, что ненавижу тебя, но я ненавидел находиться в том лесу и видеть, как убивают всех моих друзей."


Если он пытался заставить меня чувствовать себя плохо, у него это получалось. "Мы оба были втянуты в войну, которую ни один из нас не выбирал. Но после Боснии я научился убивать без сожаления, и мне это нравится, и я ни о чем не жалею."


Они казались шокированными.


"В Боснии я обнаружил, что сербы насилуют и убивают женщин, и я спас нескольких, а позже они приехали в Лондон, леди, которую я спас, сейчас с ребенком.


"В Африке я с удовольствием убиваю плохих людей и спасаю хороших людей, столько, сколько могу. Моя борьба... это борьба добра со злом, а Босния забрала мой страх и дала мне способность ясно видеть и убивать без угрызений совести, и это помогает.


"Я спас огромное количество людей из многих стран, и это здорово видеть их дома со своими семьями. Это делает то, что я делаю, приятным и особенным. Я убиваю большинство каждую неделю, но я убиваю мужчин с оружием в руках, мужчин, которые насилуют и убивают ради развлечения.


"Большинство людей встают по утрам и идут на работу за дерьмовую зарплату, некоторые берут в руки оружие и берут то, что хотят. Я убиваю тех людей, и мне нравится то, что я делаю, потому что это похоже на спасение мусульманской женщины, которую я спас в том лесу, и позже я снова встретился с ее ребенком."


Они терпеливо слушали.


Я добавил: "После Боснии я сожалел, видя молодых людей, которых я застрелил, их идиотов-офицеров, отправляющих их туда. Затем я наткнулся на сербов, насилующих и убивающих, тела, брошенные в неглубокие могилы, и я перестал испытывать к ним жалость. Я больше не сожалею о тех, кого застрелил, и Босния наставила меня на правильный путь."


Я взглянула на Клиффорда, и он открыл дверь, вошли мои неожиданные гости. Все встали. "Это леди, которую я спас".


Женщина, о которой идет речь, стояла, улыбаясь, с малышом на руках, муж рядом с ней. Мусульманская жена Марко начала что-то бормотать на сербохорватском, вскоре полились слезы, обменялись объятиями, старик обнял мужа, даже Марко в слезах, Клиффорд делает снимки.


В конце концов я сказал им: "Раньше я беспокоился о Боснии, о том, что я сделал, о людях, которых я убил и ранил, но я смирился с этим, и я благодарен за этот опыт, и благодарен за то, что он избавил меня от страха. Я надеюсь, ты избавишься от ночных кошмаров и... может быть, эта семья поможет."


Я забрал Пита на улице, кивнул редактору, который украдкой поглядывал на плачущие семьи, и похлопал Клиффорда по руке. "У тебя есть твоя цитата, и ты можешь напечатать ее без того, чтобы я тебя пристрелил".


Выйдя на улицу, я вдохнул холодный воздух и указал члену парламента Питу на Воксхолл. Я позвонил Дэвиду и попросил о срочной встрече с ним и Режиссером, заставив его волноваться, очень волноваться.


В шикарном кабинете режиссера, с видом на дерьмово-коричневую реку Темзу внизу, она налила мне чай. "Ты был занят, возясь в Панаме?" - спросила она, протягивая мне чашку.


"Я подумал, что ты захочешь правдоподобного отрицания".


"Это всегда помогает. Так что же ты сделал?"


Я рассказала ей историю, ее глаза расширились, Дэвид сидел и слушал.


" И деньги были выплачены? " наконец спросила она.


"Да".


"Что ж... рада, что все это было неофициально, да, " добавила она. "Президент США чувствует накал страстей, но ... ему бы тоже пришлось несладко из-за двадцати мертвых агентов DEA. Я предпочитаю твой путь и чтобы мы соблюдали субординацию - по крайней мере, для Управления по борьбе с наркотиками. Она бросила на меня взгляд.


Дэвид начал: "Итак, как ЦРУ узнало об этом?"


" Должно быть, они прослушивали Управление по борьбе с наркотиками в Панаме, " вставил я. "Единственный способ, которым они могли узнать, и какой-то работник среднего звена воспользовался информацией и удалил записи, парень теперь на три миллиона богаче и скоро уйдет на пенсию. ЦРУ, должно быть, наблюдало за DEA в Панаме после моей последней встречи с DEA."


"Кое-что, что они отрицали", - отметил Режиссер. "Рад знать, что не только мы, британцы, ссоримся как дети".


Я улыбнулся. "Мэм, когда мы, британцы, наносим кому-то удар в спину, мы потом вежливо извиняемся и выпиваем чашечку хорошего чая".


" Полковнику Мэтьюзу предстоит слушание в Сенате, " вставил Дэвид. И он ждал моей реакции.


"Его обвиняют в спасении жизней американцев", - сказал я им. "Если его выгонят, СМИ распнут их. Если он останется ... он осмелеет."


"И поскольку он был в постоянном контакте с вами ..." Режиссер поплыл.


"Это могло бы только укрепить наши рабочие отношения, мэм".


Она улыбнулась и кивнула. "Тебе что-нибудь нужно?"


"Немного лучшей погоды ..?"


"Этот человек, который предупредил тебя... использовал имя Филби, значит, он знает о тебе", - выпалил Дэвид.


Я вздохнула, окидывая их взглядами. "Да, беспокойство, потому что он открыт для подкупа. И у него был номер моего спутникового телефона!"


На обратном пути я размышлял и о Боснии, и о Панаме, но никогда еще не был так уверен, что то, что я делал, было правильно.


На следующее утро в Sun появилась история двух боснийских семей размером в страницу, продолжение будущей книги, часть истории Боснии, рассказы о семьях, которые избежали ужасов и которые воссоединились.


Echo получила поставку большого радара, маленького радара и нескольких изящных маленьких устройств для улавливания радиопереговоров, все присутствующие на лекциях. Ближе к концу дня мы послали сержанта Крэба в лес, и мы установили устройство на северной ограде, и оно загоралось и издавало звуковой сигнал, когда Крэб пользовался своим радио, давая приблизительное направление.


Новый набор пришелся бы очень кстати, и мы брали бы с собой на каждое задание предметы поменьше, а радар большего размера годился только для джипов или доставлялся компанией "Чинук". У 2-й эскадрильи было несколько больших радарных установок, и они должны были их обслуживать, их людям предстояло пройти множество уроков. У них были винтовки, которые я прислал, и они проверяли каждого человека, чтобы найти восемь лучших стрелков для снайперской команды.


Креденхилл принял поставку винтовок Valmet, полковник Дин сообщил о людях, стремящихся ими воспользоваться. Завсегдатаи также получили большой радарный комплект и комплект поменьше, уроки продолжаются.


Эскадрилья "G" видела, как несколько человек вернулись, другие все еще занимались пересадкой кожи, но посещали базу и курсы.


В четверг, после ухода майора, я собрал большинство парней на крыше казармы, чтобы они стреляли по мишени, установленной в северном лесу, с расстояния 1200 ярдов. Сержант Крэб находился за одной из бревенчатых стен, так что в достаточной безопасности, с рацией в руке.


Используя увеличенные прицелы, я поражаю десять быков на десять, хорошая кучность, доволен новыми винтовками, но я придумал новшество, и Бонго собрал то, что я хотел.


На следующее утро, когда мы с ребятами отправились на стрельбище, я продемонстрировал нам журналы Innovation, Crab и Duffy для загрузки.


"Я изготовил обойму для магазина с правой стороны цевья, перед рычагом взведения. Идея в том... когда мы знаем, что собираемся напасть на кого-то из засады, вы кладете туда магазин для быстрой перезарядки.


"Правильно, Рокко и Риццо, вперед, два магазина всего на пять патронов. Загружай одну, вторая в обойме." Они заряжены. "Встань на колени и прицелись. Правильно, тебе не разрешается двигать левой рукой или отводить взгляд от цели, ты используешь правую руку. Щелчок "пусто", большой палец извлекает магазин, вставляет новый, взводит курок и стреляет снова, все делается быстро. Режим ожидания ... вперед."


Они быстро выпустили пять патронов, щелкнули пустыми, бросили магазины, выхватили новый из обоймы и вставили, оружие взведено, и еще пять выстрелов. Они, наконец, выстояли.


"Достаточно быстро?" Я спросил их.


"Да, экономит несколько секунд", - согласился Роко. "Это также избавляет тебя от необходимости смотреть на кого-то".


Риццо сказал: "Шестьдесят выстрелов в одно и то же место, более чем достаточно".


Я хочу, чтобы все это практиковали, и я подготовлю несколько подходящих клипов. Продолжайте, штаб-сержанты."


Я нарисовал, добавил немного текста и отправил Валмету факс. Они сразу же прислали ответ по факсу, чтобы сказать, что скоро получат ее, и спасибо за весь бизнес. Я должен был задаться вопросом, покупал ли Томск винтовки для своих друзей в неблагополучных местах, беспокоился; я мог наткнуться на них и оказаться на том конце провода.


О'Лири сообщил мне, что звонил полковник Дин, поэтому я перезвонил полковнику. "За мной, сэр?"


"Да, есть проблема с капитаном Хэмблом".


"Проблема, сэр?"


"Его просто пытают. Действительно жаль, он хороший офицер и солдат."


"Тогда за что его убивают, сэр?"


"Банда головорезов напала на него на железнодорожном вокзале Ньюпорта; он направлялся повидаться со своими родителями. Он выбил из них все дерьмо, ушел, затем вернулся и растоптал их - все это зафиксировано проходящими мимо полицейскими и камерами видеонаблюдения, мы мало что можем сделать. Ему грозит небольшой тюремный срок. Я подумал, что он может тебе пригодиться."


"Я сделаю звонок, сэр, оставьте это мне".


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Это Уилко. Обычного капитана SAS Хэмбла, хорошего человека, выгоняют из SAS после избиения нескольких головорезов. Я мог бы использовать его."


"Он получил хороший балл за твои три дня?"


"Да, и он был с нами на большинстве заданий, у него есть опыт".


"Я помню, что видел это название несколько раз. Ему грозят действия полиции?"


"Да, но я был бы свидетелем о характере".


"Если бы ты выступил в суде, его бы никогда не осудили, нет. Хорошо, переведи его через дорогу, я узнаю, что говорит полиция".


Я перезвонил полковнику Дину, и мы отправили бы Хэмбла вниз, и у нас был бы новый капитан отряда Робби. Хэмбл приехал после 18 вечера с пакетами, и я приготовил ему отвар у себя дома. Он казался отстраненным.


"Ты в порядке?"


Он скорчил гримасу. "Глупая ошибка".


"Мы все их делали. В Либерии ты возглавил безумную атаку, теперь ты сходишь с ума от каких-то головорезов. Происходит что-нибудь, о чем мне следует знать?"


Он воспользовался моментом. "Жена разводится со мной".


"Ах, ну, если это тебя не разозлит, то ничто не разозлит. Ты скучаешь по ней?"


"Нет, она шлюха".


"Но..."


"Она изменяла; загорелый грек с черными волосами и цепочкой на шее".


"Ах, и ты ранен не только ее изменой, но и тем подонком, с которым она изменяла".


"Что-то вроде этого".


"Что ж, мы сравняем счет и немного повеселимся".


"Что ты имел в виду?"


"Парни любят делать такие вещи, так что Коста попадет в аварию, а у вашей жены будут проблемы с машиной, с домом, ее арестуют по незначительным обвинениям. Поверь мне, после этого ты почувствуешь себя лучше."


"Хорошо, если мы сможем сделать это так, чтобы нас не поймали".


"Мы можем, и когда начнется ваш суд, я объясню присяжным, что вы были ранены в Либерии и находились в состоянии стресса. В лучшем случае ты получишь условный срок - у меня есть друзья в низких кругах."


Он отхлебнул чаю. "Когда я ухожу из Echo, начинается гражданская жизнь".


Я рассмеялся. "Что заставляет тебя думать, что ты проживешь достаточно долго, чтобы беспокоиться об этом".


Он закашлялся от смеха. "Пизда".


"Поверь мне, максимум через год тебя убьют".


Я выделил ему старый дом Робби, и он все равно знал, где что находится. Через несколько дверей я сообщил Морану, что у нас появился новый капитан отряда.


"А, хорошо, кто-нибудь, кто поможет мне с документами".


"Я помогаю тебе с документами".


"Я имел в виду настоящего офицера".


"Ой", - притворился я.


Вернувшись в дом, позвонил полковник Мэтьюз. "Все еще не спишь?" - спросил он меня.


"Здесь не так уж поздно, сэр".


"Я только что вышел из зала слушаний в Сенате и получил аплодисменты стоя за то, чего я никогда не делал, чего никто раньше не видел. Сам президент похвалил меня, и у меня дюжина приглашений на хорошие званые обеды."


Я рассмеялся. "Звучит забавно, сэр".


"Не желая, чтобы ты в чем-то признавался, я просто хотел бы сказать спасибо, но, полагаю, в конечном итоге придется пойти на компромисс".


"Это зависит, сэр, от того, кто я; скромный капитан или шпион".


"Значит, компромисс".


"Ты мог бы оказать мне одну маленькую услугу". И я подробно описал это.


Утром ребята взглянули на Хэмбла, но он бывал здесь много раз раньше.


"Хорошо, теперь с нами капитан Хэмбл, который присоединился к нам после того, как его выгнали из регулярных войск, и он будет капитаном отряда Робби, что немного выравнивает ситуацию. Если кто-то возражает против его присутствия здесь ... охуенное дерьмо, ты знаешь, где врата."


"За что его выгнали?" Рокко грубо спросил.


"Он выбил дерьмо из нескольких головорезов на железнодорожной станции Ньюпорта, съел сэндвич, затем вернулся и растоптал их".


"И они выгоняют людей за это?" Роко усмехнулся.


"Это дело офицера", - сказал ему Моран. "Не предполагается, что его арестуют по серьезным обвинениям или ... отправляйся в тюрьму."


"В любом случае, вы все знаете капитана Хэмбла, и он выполнял с нами большинство заданий, и да- Робби, вы можете называть его за глаза Кровожадным маньяком".


Они смеялись.


"Капитан Маньяк", - отметил Роко. "Хорошо вписываюсь в здешние условия".


"Почему?" Я бросил вызов. "Я абсолютно в здравом уме".


Они засмеялись, когда я обменялся взглядом с Мораном. Я столкнулся с Леггитом и Свон, когда они сидели вместе. "Вы двое устроились?"


"Первая ночь, и старший сержант "Болван" Роко посадил меня рядом с Бонго".


Они громко смеялись.


"Старший сержант, это был очень жестокий поступок".


"Эй, я прямо здесь", - запротестовал Бонго.


"Теперь ты устроился?" Я спросил Свон.


"Да, босс, хорошие комнаты, достаточно далеко от Бонго, хорошая еда."


"Я все равно мог бы снять жилье с моей птицей вне базы", - пригрозил Бонго.


"Тогда три дополнительные комнаты", - отметил Моран. "Меньше структурных повреждений и больше пищи для всех остальных".


"За что вы все ко мне придираетесь?" Бонго запротестовал.


"Потому что ты храпишь, как черт!" Моран рассказал ему.


"Не моя вина ..." - тихо запротестовал Бонго.


"Хорошо, в понедельник рано утром мы едем в Сеннибридж, у нас есть движущиеся цели на день. Будет соревнование, и те, кто придет последними, получат круги, много кругов. все в 7 утра, столовая будет открыта в 6 утра. Капитан Хэмбл, вы в курсе дела с винтовкой Valmet?"


"Использовал это в Либерии каждый день, так что да".


"Бонго провел над ним несколько тестов и не смог его взломать, так что мы можем на него положиться".


Бонго сообщил: "Я всадил в него четыреста пуль, никаких заеданий, затем внимательно осмотрел. Ствол прочный, из хорошего металла, но я думаю, что кулачок для выпуска магазина может износиться."


"Тогда проведите для этого тест, и если он пройдет - дайте знать Valmet, они смертельно хотят нам угодить".


После брифинга, когда многие парни отправились на тренировку в понедельник, заехал Малли.


"Ты только что вернулся?" Я спросил его, когда он выбрался из своей побитой старой машины.


"Да, неделя отдыха, потом снова туда".


"Там, внизу, происходит что-нибудь интересное?"


"Стало тихо, но все еще много парней из джунглей, которых время от времени можно подстрелить. У морских пехотинцев было несколько раненых парней недалеко от границы с Кот-д'Ивуаром, небольшая группа, крупных активных групп нет. Армия Монровии сейчас рассредоточена, контрольные пункты на всех дорогах. Британцы ведут поиски, парни из Монровии держат дороги, и британцы платят за кое-какой ремонт и прочее, какие-то медики занимаются старыми сердцами и умами."


"Еще год, и все вернется на круги своя".


"Хорошо, мне там нравится, и я получаю дополнительную оплату - условия военного времени. Есть также местная птица, черная полукровка."


"Осторожно, куда ты это втыкаешь, там, внизу, распространен СПИД".


"Она медсестра, поэтому я думаю, что она включилась".


"Тогда что она с тобой делает?"


"Меня поражает", - сказал он с усмешкой.


Обнаружив, что Виски тут ни при чем, я спросил, не будет ли он преподавать выживание в джунглях Либерии, и он был заинтересован. Собрав вещи, он отправился в более теплый климат.


В воскресенье днем, после двухчасовой поездки в Лейкенхит королевских ВВС, моя любезность со стороны полковника Мэтьюза вот-вот должна была осуществиться, меня приветствовал сам командир базы. После получасовой лекции по технике безопасности, полчаса примерки одежды и снаряжения, я был пристегнут к F15.


Десять минут спустя мы взлетели, быстро направляясь на северо-восток к Северному морю, а затем вверх по восточному побережью на низкой высоте и высокой скорости, корабли проносились мимо как в тумане. У шотландской границы мы полетели вглубь страны, вскоре оказались в глубоких долинах и начали стандартный тренировочный курс для истребителей, на высокой скорости и на малой высоте.


Половину времени мы были на боку или перевернутыми, редко прямыми и ровными, когда мы преодолевали узкие долины с серыми склонами. В какой-то момент я отчетливо увидел оленя, гордо стоявшего на хребте.


После одного крутого разворота пилот выкрикнул "Дерьмо" и немного задрал нос, и мы обогнали "Чинук" королевских ВВС на тренировочном пробеге, хотя и в более медленном темпе. "Другие самолеты используют эти долины", - сказал он мне.


Поднявшись на тысячу футов над вершинами холмов, он сбросил скорость и позволил мне попробовать. Я петлял по долинам, никогда не опасаясь ни во что врезаться, и я вспомнил свое время в Cessna для моего пилота.


Вернувшись в Лейкенхит, все пилоты были заинтересованы в деталях специальных операций и Берега Слоновой Кости, поэтому я подробно описал белую доску со спасением заложников там, вскоре рассказав о Рыси. Они пожелали мне всего наилучшего и поняли, что меня нельзя фотографировать, поэтому они надели мне на голову шлем с опущенным забралом и все выстроились в очередь для позирования.


В понедельник утром мы все поели рано, плотно позавтракали перед посадкой в два автобуса с тонированными стеклами, штатский полицейский эскорт впереди, полицейские сзади.


В Сеннибридже я поприветствовал смотрителя полигона в 8.30 утра, Крэба и Даффи в диспетчерской, мишени тестировались, вверх и вниз, влево и вправо на рельсах. Цели не нужно было исправлять слишком часто, попадание регистрировалось еще в диспетчерской. Вы, конечно, могли бы пустить пулю через то же самое маленькое отверстие, но они посчитали, что ударная волна зафиксирует попадание.


Я сказал Крэбу, чего я хочу, и каждый участник должен был пройти десятиминутный тест, использовав четыре магазина. Рокко поднялся первым, его оружие проверено, нужно использовать прицел. Я отметил место в пятидесяти ярдах, и он выбрал это место, чтобы стрелкам было чем компенсировать сильный холодный боковой ветер с запада.


Вернувшись в командный пункт, Моран и Хэмбл вошли вместе со мной, я схватил микрофон, и остальные ребята - теперь укрывшиеся от ветра - услышали бы мою трансляцию.


У стрелка четыре магазина по тридцать патронов. Удары в один раунд должны регистрироваться. Если цель не падает, вы можете выстрелить снова. Вам будут представлены цели в сто, двести и триста, часто несколько сразу. Порази столько, сколько сможешь, и формат теста будет одинаковым для всех шутеров. Приготовься."


Краб провел пальцем по моей инструкции и начал подбрасывать мишени, стреляя по Рокко. Когда он закончил, Рокко набрал 112 очков из 120, счет, который можно было побить.


Риццо пошел следующим и набрал на очко меньше, Свифти на очко больше. Стретч был на 106-м месте, его отчитывали и оскорбляли, Слайдер - на 114-м. Махони нанес 115 ударов, Моран сравнял его, Хэмбл с первой попытки набрал 111 очков.


Николсон превзошел Махони по уровню рисования 116, Леггит, Свон - 115, Томо - 114. Дикки набрал приличные 109 очков, Моури - 113. Я был последним и набрал 115 очков; я не терял хватки со времен Боснии.


Упакованные ланчи были съедены, армейские снайперы явились с чайниками и поболтать, не в последнюю очередь потому, что они играли с винтовками Valmet, которые я им прислал.


Во втором тайме Рокко набрал очко, как и Риццо, Махони набрал 116 очков, сравнявшись с Николсоном, Моран потерял очко, Николсон вырвался вперед со 117 очками, Свон и Леггит по 116, Томо по 115. Я снова пошел последним и сделал усилие, как будто от этого зависела моя жизнь, и набрал 116. Я заставил Крэба и Даффи попробовать, оба набрали 104 балла.


Когда мы потеряли свет, я отправил людей за чипсами, и после того, как чипсы были съедены, поднялся ветер и начался дождь, мы включили свет для последнего раунда. Условия были плохие, освещение скудное, испытание подходящее.


Николсон занял первое место со 109 очками, Свон и Леггит отстали на одно очко, а я набрал 106 очков. Осталось проехать несколько кругов. Крэб и Даффи были под подпиской, но они не были членами Echo. Холодные люди с холодными носами и холодными пальцами садились в автобусы, Рокко жаловался, что ему было бы лучше в более теплом климате.


На следующее утро, при западном ветре со скоростью 20 миль в час, я велел ребятам ловить бекасов с дистанции 600 ярдов на нашем базовом полигоне, проводилось соревнование, и когда майор ушел, я велел им ловить бекасов из казарм с дистанции 1200 ярдов, результаты подсчитывались на всеобщее обозрение, Николсон лидировал, за ним следовали Свон и Леггит, Томо, я и Свифти, Слайдер следовал за нами - никаких особых сюрпризов не было.


Следующим был тир с пистолетом, и на следующий день Томо попал примерно на 99%, Рокко и Риццо преуспели после меня, Николсон, Свон и Леггит не очень хорошо обращались с пистолетом.


Набрав шесть очков за стрельбу из винтовки, я отправил их обратно в Сеннибридж на дневную тренировку; Стретча, Дикки, Генри и троих из команды Саши. Саша метил хорошо, но он не был суперзвездой.


В 17 вечера мне неожиданно позвонил Майк Папа.


"Господин президент", - ответил я.


"У меня есть кое-какая информация о заложниках, двенадцати заложниках, несколько европейцев, но, как мы думаем, только двое американцев. Один из них - американский солдат."


Я нахмурил брови. "Что ты только что сказал?" Солдат?"


"Да, солдат".


"Это ... очень странно. Где они?"


"На юге Мали, недалеко от границы с Нигером".


"И кто их держит?"


"Исламистская сепаратистская группировка".


"Сколько вооруженных людей?"


"Больше сотни в маленьком городке".


"Взлетно-посадочная полоса?"


"Насколько я знаю, нет".


Я записал имя и ссылку на сетку, которая у него была. "Хорошо, я дам знать американцам и британцам, они будут благодарны. Как дела в Либерии?"


"Да, мы сотрудничаем, и впервые за десять лет у меня нет групп к северу от меня".


"С нефтью все в порядке?"


"Да, мы отправляем ее в Панаму, теперь возвращаются хорошие деньги".


"Спасибо за информацию, но продолжайте искать других заложников".


"Я сделаю, да".


"Папа Виктор на свободе". Я позвонил полковнику Мэтьюзу.


"Уилко?"


"Да, сэр. Послушайте, вы потеряли солдата в Мали, Западная Африка, или поблизости?"


"Пропал солдат, нет".


"Вы уверены, что какая-то операция ЦРУ не пошла наперекосяк?"


"Нет, почему?"


"У меня есть информация о задержанном американском солдате".


"Военнослужащий США или официальное лицо США?"


"Военнослужащий".


"Если только кто-то не скрыл это, в этом регионе никто не пропал без вести".


"Идите, проверьте внимательно, сэр, крикните в ЦРУ и дайте мне знать. Тогда учтите, что заложников двенадцать, и хотите ли вы участвовать."


"Мы определенно хотим участвовать. Где они?"


"Южная оконечность Мали, недалеко от границы с Нигером. В Нигере есть французское присутствие, так что они могли бы помочь."


"Если бы это был военнослужащий США, то у его семьи были бы желтые ленточки вокруг деревьев, а пресса поливала бы нас дерьмом. Я скоро свяжусь с тобой."


Я позвонил Дэвиду Финчу.


"Американский солдат ... в Мали?" - недоумевал он. "Мы бы знали".


"ЦРУ?"


Возможно, но солдат в форме? Очень странно."


"Здесь двенадцать заложников, двое американцев, большинство европейцев. Мы идем за ними?"


"Я передам это в Кабинет министров".


"Американцы увлечены".


"Организованное мероприятие?"


"Почему нет?"


"Я скоро свяжусь с тобой".


Полковник Мэтьюз перезвонил мне час спустя. "Мы не теряем ни одного человека".


"Мог ли кто-то скрыть это?"


"Я тот парень, который рассылает их и прикрывает это - так что нет. Возможно, они неправильно его опознали, зеленая футболка и брюки цвета хаки. Люди на сафари одеваются подобным образом, так что, возможно, у кого-то сложилось неправильное представление."


"Собачьи жетоны, сэр".


"Здешние дети носят собачьи жетоны".


"Вы все равно хотите напасть на них, сэр?"


"Да, так что придумай план. Тем временем мы хотели бы, чтобы с вами тренировалась команда."


"Под холодным мокрым дождем? Это пустая трата времени, сэр. Мы должны тренироваться непосредственно перед операцией."


"Хорошо, так где бы это могло быть - не предупредив их?"


"Позвольте мне взглянуть на карту, сэр, и вернуться к вам".


"В Лондоне есть дельты, которые пьют твое теплое моченое пиво, они будут с тобой через несколько дней - после того, как протрезвеют".


"Теплое моченое пиво, сэр? Мы, британцы, любим прохладное пиво."


"Ага. Я вырос на глубоком юге, и пиво было таким холодным, что в стакане оставался лед."


"Полагаю, все относительно, сэр, и большую часть года здесь чертовски холодно. Я подготовлю холодные сырые казармы для твоих людей."


На утреннем брифинге я снова подробно рассказал о потенциальной работе в Мали, о заложниках и о том, что янки уже в пути, Махони спросил, какая команда прибывает.


"Понятия не имею", - сказал я ему. "Для меня один янки похож на другого. Краб, Даффи, готовьте казармы. Остальные, я хочу пеших прогулок и снайперской стрельбы, фитнеса и тира, забудьте о пистолетах."


Сидя с капитаном Харрисом и его командой, они раскладывали большую карту, Моран и Хэмбл стояли рядом со мной. Я указал место, где находятся заложники.


"Редкая популяция", - отметил капитан Харрис. "Несколько хороших дорог, но также хороши для того, чтобы устроить засаду".


"Есть последняя информация о Мали?" Я спросил.


"Мы, конечно, знаем, мы в ударе в эти дни". Он стоял, зачитывая факты, местные племена и ссоры, нападения исламистских сепаратистов, стили нападений, виденное оружие.


"Все как обычно", - отметил Моран. "Но как нам подобраться незаметно?"


Хэмбл сказал: "Это в двух часах полета от Сьерра-Леоне".


Я обменялся взглядом с Мораном.


Моран сказал: "Геркулес на дороге. Все просто."


Я кивнул. "ОРЕОЛ входит, Геркулес выходит". Но я бы лучше поговорил с французами, это их задний двор."


"Чей Геркулес?" Спросил Харрис. "Британец или американец?"


Я скорчил гримасу. Для нас это не имеет значения, но МОД может захотеть высказать свое мнение. Начните строить планы так, как будто все получится, мы скоро узнаем."


Я обсудил операцию с майором, и мы проделывали все это раньше, не было ничего нового.


Дэвид Финч перезвонил мне в 18 вечера. "Встречался с премьер-министром, и он рад, что вы помогаете американцам, но мы хотим хорошо выглядеть из этого".


Итак... как насчет британского Геркулеса, который высаживает нас и забирает за собой, члена экипажа с видеокамерой. Мы можем упомянуть королевские ВВС."


"Да, это было бы хорошо. Ты бы прыгнул с парашютом?"


"Как для практики, так и для практичности, но нам все равно нужен тихий вход. О, Дельты в Лондоне, они придут сюда, но нам нужно немедленно отправляться в Сьерра-Леоне, в холодном климате нет хорошей тренировки."


"Сьерра-Леоне?"


"Двухчасовой перелет к заложникам".


"Это так? Мне придется взглянуть на карту."


"Я подумал, что мы возьмем несколько французских парней, всего четверых, поскольку у них есть люди в Нигере, и они могли бы прийти нам на помощь, если понадобится".


"Я сейчас отправлю им записку. У них есть базы поблизости?"


"Внутри шестидесяти миль".


"Чтобы их вертолеты могли прилететь. Хорошо, я обсудлю это с ними."


Он перезвонил позже. "За два часа вы доберетесь до юго-западной оконечности Мали, но эти заложники в 800 милях от Фритауна, так что "Геркулес" будет медленным, четыре часа или чуть меньше".


"Четыре часа - это не проблема для Геркулеса, просто не так удобно на заднем сиденье".


Утром я позвонил в парашколу в Брайз Нортон. "Сэр, у меня есть работа, вставка HALO в Африке, пока совершенно секретно. Через несколько дней мне понадобятся мои парашюты и сумки и, скажем, восемь твоих людей. Они бы уехали на неделю."


"Парашюты на сколько человек?"


"Сначала парашюты для большой практики, затем, возможно, тридцать человек на вставке".


"Хорошо, я начну наводить порядок".


"И запишите это как тренировку, сэр, все молчат".


"Сойдет".


Майор отправил факс, чтобы предупредить королевские ВВС о том, что нам понадобится один-два "Геркулеса" во Фритауне для оперативной операции через несколько дней.


"Командующий ВВС" вышел в эфир в 17:00. "Уилко, у тебя есть работа?"


"Да, сэр, но никто из ваших парней не нужен".


"Нет?"


"Мы войдем в ОРЕОЛ после полета туда, без брелка".


"Медики?"


"Они могли бы выйти из самолета, который нас заберет, да, но если этот самолет упадет в неудачном месте ..."


"Второй самолет за ним, сел наготове".


"Справедливо, сэр, подготовьте своих медиков. И я беру твоих парней из парашколы, чтобы они немного потренировались."


"Хорошо, хорошо. Полк королевских ВВС не нужен?"


"Не то, что я могу придумать, сэр. Но все может измениться."


В тот вечер я ужинал с Сашей в пабе, болтая об этой предстоящей операции - а также о Панаме. В Лондоне у него была девушка, украинка, и он подумал, что из этого может что-нибудь получиться - при условии, что она никогда не будет задавать слишком много вопросов. Я так громко смеялась, что он обзывал меня грубыми словами.


"Если найдешь девушку, которая никогда не задает вопросов, скажи мне, с какой она, блядь, планеты".


Хэмбл забрел в 9:30 вечера, так что я встал, сказав Саше, что мне нужно поболтать с Хэмблом.


"Это он ... Хорошо?" Саша тихо спросил по-русски.


"Жена изменяла, теперь разводится с ним".


"Ах..."


"Подожди, пока ты женишься, и она начнет задавать вопросы." Я обратился к Хэмблу. "Тебе нужно пива?"


"В последнее время я бегаю намного больше, всего проехал шесть кругов, и я нахожу, что это помогает мне успокоиться. Если я пытаюсь уснуть после пробежки, я не могу, я все еще гудю."


"Одна из причин, по которой я бегаю по утрам".


"Я похудел, и теперь я намного здоровее, и - что ж - если я с тобой, мне нужно быть в хорошей форме".


"Вы пройдете стандартные тесты на пригодность, и это определит вашу физическую форму. Но ты останешься, даже если не справишься с ними достаточно хорошо."


"Я пройду их все", - уверенно заявил он. "Никогда не был в лучшей форме".


"Развод сделает это с мужчиной", - язвительно заметила я. "Любой ... новости?"


"Это прогрессирует, глупые письма туда и обратно адвокатам. У меня есть машина на финансовом, которая, как она думает, мне принадлежит. Я все еще должен за это три штуки."


Я кивнул.


"Ты все еще ходишь к тому доктору?" он спросил.


"Не очень часто, это отвлекало бы меня. Она время от времени присылает фотографии нашей дочери, но они меня немного расстраивают, и я их прячу. Но на званых обедах она хвастается мной и говорит так, как будто мы женаты и видимся каждый день."


"Женщины, да".


"Оставайся солдатом, так намного проще".


В четверг утром Дельты приехали в наемном экипаже, всего десять человек в большом экипаже, все одеты в гражданское, и тренер выгрузил нескольких человек из старой команды Махони.


Я пожал руку капитану Кастилии. "Как там теплое моченое пиво в Лондоне?"


"Некоторым парням это нравится, но я сам член Книги Рекордов Гиннесса".


Махони вышел. "Ты пришел забрать меня, потому что они не отдают меня обратно?"


"Мы слышали, тебе здесь нравится", - съязвил Кастилия. И теплое пиво. В любом случае, ты больше не лейтенант."


"Я не такой?" Махони озадачен.


"В следующем месяце ты капитан Махони, некоторое время будешь в ШТАТАХ".


"Офис и письменный стол?" Я дразнил.


"Надеюсь, что нет, пока нет", - ответил Махони, выглядя обеспокоенным.


Мы привели наших гостей в казарму, отопление было включено, сумки свалены в знакомых комнатах.


"Ваши подтвержденные убийства?" Кастилия спросил Махони.


"Должно быть ... хуй знает. Более трехсот, даже больше. Я не в счет."


"Ты наработал кучу заданий в реальном времени, все в твоем досье, и теперь это толстое досье", - проинформировал Кастилия Махони. "Скоро они захотят, чтобы ты преподавал".


"Ну, это было своего рода неизбежно", - выдохнул Махони.


Сложив сумки, мы повели их в столовую выпить чего-нибудь теплого, многие поужинали рано, пока мы болтали о Либерии и Кот-д'Ивуаре.


После обеда они сидели в комнате для совещаний с моими старшими ребятами за рисунком, сделанным на белой доске.


Стоя впереди, я начал: "Насколько нам известно, у нас двенадцать заложников, и информация из очень надежного источника. Они в маленьком городке или рядом с ним, очень маленьком городке, кругом пустыня, пустынное шоссе, до сотни вооруженных людей с ограниченной подготовкой.


"Ближайшая дружественная база находится в Нигере, в шестидесяти милях, французский аванпост, вертолет или два ..."


"Хорошие безопасные французские вертолеты", - усмехнулся Роко.


"В безопасности, как всегда, что не настолько безопасно", - отметил я. "И все же, когда в тебя стреляют и ты истекаешь кровью, стоит рискнуть".


"Французские вертолеты плохо обслуживаются?" Спросил Кастиль.


"Мы видели свою долю аварий, но когда вы толкаете вертолеты в пустыне, они ломаются".


Кастилия сказал: "В пустыне наши вертолеты ломаются каждый чертов день".


"Французская база - это преимущество, которое можно использовать в случае необходимости", - сказал я им. "План ... заключается в том, что мы все скоро полетим в Сьерра-Леоне и попрактикуемся в HALO. Когда мы будем счастливы, мы полетим на самолете королевских ВВС "Геркулес" к цели и приземлимся, подкрадемся и посмотрим, разработаем четкий план и отправимся за заложниками.


У нас нет фотографий здания, вообще ничего, поэтому мы придумываем его по ходу дела. Если мы прервем операцию, или если нас ранят, или если мы освободим несколько заложников, "Геркулес" приземлится на дороге. Я подниму этот самолет в воздух за час до того, как мы достигнем цели, готовый приземлиться на дороге в нескольких милях отсюда.


Я уберу большую часть Echo, но команда вставки, вероятно, будет состоять из десяти Echo, плюс наши дельты здесь, плюс четыре француза - французы еще не определились. Итак, все достаточно просто, но любой, кто сломает лодыжку на следующей неделе, будет уволен с работы.


"Когда мы упадем, "Геркулес" будет кружить в течение пятнадцати минут, и если у нас сломаны ноги, мы прервемся, и нас подберут ... и вернитесь, может быть, через несколько дней. Заложники были там некоторое время, и они никуда не денутся в ближайшее время. Дельтас, ты возьмешь на вооружение наши новые винтовки и будешь практиковаться с ними, а не с теми пи-стрелялками, которые ты часто носишь с собой."


"Новые винтовки?"


"Специально разработан для меня на основе нашего стандартного AKML, который вы все использовали в прошлый раз. Эти новые винтовки обладают мощным ударом, великолепны на расстоянии, очень надежны."


Риццо повернул голову к Кастилии. "Я попал парню в живот, ранил двух мужчин позади него".


Я сказал Кастилии: "Мои ребята тренируются на дистанции 1200 ярдов и бьют точно в центр. Ты тоже."


"Сколько у нас пустынных коричневых?" Спросил Рокко.


"Недостаточно, поэтому мы можем покрасить некоторые из зеленых", - ответил я. "Посчитай сегодня, достань краску. Итак ... сегодня мы дадим нашим гостям немного попрактиковаться с новыми винтовками, много попрактиковаться, пока я организую для нас самолет."


Поскольку у меня была необходимость обучать полицию, я организовал Краба и Даффи, а также Соленых, чтобы они провели некоторое время с полицией, пока я был в отъезде. Я поболтал с Дэвидом Финчем и оставил Сашу и его команду позади; им нужно было заняться кое-какой шпионской подготовкой. Отряд Робби все еще был постоянным, и ему предстояло пройти курсы, так что их не будет две недели.


Остался капитан Хэмбл и что с ним делать. Я пошел, нашел его и привел в тихое место. "Я не беру тебя на эту работу, ты можешь помогать обучать полицию или проходить тесты на пригодность, если хочешь".


"Оу. И по какой причине ты меня не берешь?"


"Потому что ты зол и хочешь кого-то убить, в то время как мои ребята убьют кого-нибудь, не злясь из-за этого. Мне не нужен ни твой героизм, ни разгневанный мужчина, когда требуется тонкое нажатие на спусковой крючок. Но ... если ты можешь посмотреть мне в глаза и сказать, что ты не злишься ..."


Он смотрел мимо меня. Возможно, потребуется время, чтобы немного успокоиться. Я проведу тесты на пригодность, сохраню концентрацию."


"Ты хороший человек и хороший офицер, и скоро станешь хорошим солдатом, но тебе нужно нажать на курок по правильной причине - и гнев не является такой причиной, не для спасения заложников".


Он воспользовался моментом. "Я не мог с этим поспорить".


"Сначала разберись с головой, у тебя полно времени".


К 17 часам вечера я забронировал билеты на "Тристар", и, забронировав билеты на утро, всем сказали взять с собой снаряжение для пустыни, но носить зеленую одежду во время пребывания в Сьерра-Леоне. Ящики были доставлены, в ангаре и оружейной царила суматоха, но, по крайней мере, краска, которую мы использовали для винтовок, быстро сохла. Рокко насчитал двадцать винтовок Брауна, затем правильно сосчитал двадцать две и нарисовал еще десять, как ни странно, достаточно журналов Desert brown.


И Бонго, просто чтобы быть полезным, подготовил десять журнальных вырезок, пока мы ждали подходящих от Valmet.


Я позаботился о том, чтобы у нас была коричневая ткань и пустынная одежда для наших гостей, а также пустынные маски для лица и пончо. Немного зеленого не было проблемой, и у нас не было достаточного количества коричневых кепок. Я оставил майору записку, чтобы он срочно раздобыл побольше коричневой одежды и переслал ее нам.


К 9 вечера мы проверили и сложили снаряжение и ящики, пайки или вода нам не понадобились, мы могли бы взять их там. Но я убедился, что у нас было достаточно боеприпасов. Некоторые из наших сумок HALO были здесь, некоторые - в парашколе, и мы использовали наши французские парашюты.


Я опустошил свою большую аптечку первой помощи и проверил ее, а также убедился, что у каждой дельты есть и жгут, и тампоны. Я упаковал карту в пластик, вторую карту для Морана, третью для Кастилии, раздал дополнительные девятивольтовые батарейки.


Анри получил вызов, и несколько парней из французского "Эхо" должны были встретить нас во Фритауне, чтобы отрядом отправиться в Нигер и ждать сигнала.


В 10 вечера мы были готовы, и все отправились проверять личное снаряжение и рано ложиться спать холодной сырой ночью. Я почистил пистолет на кухонном столе, проверил свою маленькую аптечку первой помощи, разложил зелень на утро, и все было готово. Я лег спать, слушая, как адский ливень барабанит в мое окно.


Я разбудил Свифти в 6 утра, мой сосед по дому хныкал, и мы наслаждались ранним завтраком со многими ребятами, некоторые из которых были не совсем свежими. Последняя проверка снаряжения, и мы стояли в ожидании автобусов королевских ВВС, которые опаздывали. Сопровождение на месте, майор пожелал нам всего наилучшего, мы наконец отправились в Брайз Нортон, и на этот раз они ожидали нас и оформили документы. Маленькие чудеса, королевские ВВС, наконец, организовались.


Поднявшись на борт, мы обнаружили сотню военнослужащих, направляющихся вниз для поддержания мира и патрулирования. Наша форма приобрела странный вид, американский акцент вызывал недоуменные взгляды, но они оставили нас в покое, многие из моих парней задремали, пока мы летели вниз.


Я занялся картой и записной книжкой, отмечая расстояния и пеленги по компасу для целевого района, названия деревень, направления дорог. К тому времени, как мы добрались туда, у меня все это было в голове, а также записано.


Двери открылись навстречу приятному солнечному свету и теплому ветерку.


"Это больше похоже на правду", - воодушевился Рокко. "Давай жить на ФОБ круглый год, а?"


"Что ты сделаешь на пиво?" Моран дразнил нас, когда мы уходили.


"Нужно установить бар".


Полковник Марчант подъехал, и я отдал честь. "Так скоро вернулся?" он спросил меня.


"Немного парашютной подготовки, сэр, затем небольшая работа вдали от дома, о которой вы не должны знать".


"У нас есть комнаты для вас здесь, как вы просили". Он заметил Дельты. "Американцы?"


"Да, сэр, совместная миссия".


Автобус отвез нас к недавно реквизированному штабному отелю британской армии, бывшему трехзвездочному отелю, нуждающемуся в некоторой реконструкции. Но, по крайней мере, это место хорошо охранялось. Капрал дал нам номера комнат, чтобы мы могли жить вместе, ключей нет, так как по какой-то причине они сняли все замки.


В нашей устаревшей и обветшалой комнате Свифти сказал: "Ставь стул к чертовой двери на ночь", - когда он заглядывал в потрескавшееся и пыльное окно. Он положил смайлик в пыль. "Горничная в этом году не работает, а этим туалетом в последний раз пользовались в 1852 году, когда его установили".


Вернувшись на улицу, мы подождали наши ящики, но они последовали за нами без сучка и задоринки и вскоре были выгружены. С моим патронташем, пристегнутым ремнем, заряженной винтовкой я чувствовал себя лучше - я всегда так чувствовал. Повесив винтовки, мы перенесли личные вещи и ящики с снаряжением внутрь, в этот маленький отель только для нас, а капитан Харрис и его команда снимали свои старые комнаты в старом французском здании. Медики королевских ВВС закончили с остальным персоналом королевских ВВС.


"Немного нырнул", - заметил Кастилия, краска на стенах облупилась.


"Это шаг вперед по сравнению с нашим обычным местом здесь, внизу", - сказал я ему. "Будь счастлив; это роскошь".


Внизу я нашел столовую, обозначенную как "Столовая".


"Это должна быть столовая?" Свифти озадачен.


Сержант-повар вышел и остановился как вкопанный. Я остановился как вкопанный и уставился в ответ. Затем ухмыльнулся.


"Сэр, любые бомбы или пули поблизости, и вы сами готовите себе гребаные блюда".


"Мы здесь для парашютной подготовки, война закончилась, сержант, так что расслабься".


Он не выглядел убежденным, когда уходил.


"Что с ним такое?" Спросил Свифти, когда мы наливали себе холодного апельсинового сока.


"Его повара были на складе, и их несколько раз бомбили".


"Эй, вот меню", - воодушевился Свифти и показал мне.


Ребята собрались, и к нам вышел капрал-повар. "Не стоит заглядывать в меню, у нас есть то, что есть. Хочешь поскорее?"


"Пожалуйста", - сказал я ему.


И десять минут спустя они начали выносить тарелки; стейк, чипсы, зеленый горошек и кетчуп, хлеб на боковой тарелке.


Несчастный сержант вышел. "С едой немного неладно, сэр, но завтрак - это нормально, но мы получаем то, что получаем на ужин".


"Я уверен, что все в порядке", - сказал я ему. "Но не могли бы вы тайком принести немного пива".


Он воспользовался моментом. "Возможно, я знаю место, где их можно раздобыть".


"У меня есть наличные", - сказал я ему. "Доллары США".


"Ах, ну, они предпочитают это здешним британским фунтам. Но есть правила ..."


"Мы не скажем, если ты не скажешь, сержант. И, конечно, каждая десятая бутылка оставалась для твоих парней."


Он кивнул и удалился, его парни принесли нам еду, все принялись за еду, в "столовой" вскоре стало шумно, когда мы выключили свет.


После "чау-чау", как называли это дельты, я прогулялся с Мораном и реквизировал джип с опытным водителем, который отвез нас к главному терминалу, резиденции королевских ВВС.


"А вот и неприятности", - крикнул пилот цементного бомбардировщика, когда я вошел в их командный пункт, лица повернулись, появились улыбки, раздались приветствия.


"Мальчики из парашколы здесь?" Я спросил.


"Должен прибыть сегодня вечером", - сообщили мне.


"Какие экипажи "Геркулеса" были закреплены за мной?"


"Пока никого". Они обменялись взглядами. "Какие требования?"


"Несколько дней практики в HALO, затем вставка HALO на большом расстоянии, спасение заложников, плюс высадка на дороге".


"Мы готовы к этому", - горячо предложили цементные бомбардировщики.


Проверьте листы, посмотрите, не прилетели ли еще птицы, а затем решайте между собой. Первый шаг, ОРЕОЛ."


Короткая прогулка снаружи к одноэтажным кирпичным зданиям, и мы вошли в старую комнату Intel, которая все еще была комнатой Intel, просто с несколькими другими лицами. Я поприветствовал всех и спросил о местных мероприятиях, но сейчас было достаточно тихо.


Еще одна короткая прогулка, и мы вошли в комнату, используемую 37-й эскадрильей.


"Уилко!" прозвучало от нескольких сержантов. "Я имею в виду офицера, воровавшего пиво, сэр".


Мы пожали друг другу руки. "Кажется, это было оченьдавно, Эр-Рияд".


"Пять лет".


Ушел нынешний командир, который в то время был лейтенантом авиации. "Клянусь богом, Уилко, прошла целая вечность".


Мы пожали друг другу руки. "Ты получил работу босса".


"Он ушел в отставку, оставил это мне. Так почему же ты так и не заглянул в прошлом месяце?"


"Был чертовски занят, вот почему. Мне нужно было вести войну."


Я подробно рассказал им о спасении заложников в Кот-д'Ивуаре, множество увлеченных молодых лиц ловили каждое мое слово, и один из них принес мне пиво, все смеялись.


"Это противоречит правилам на этой базе", - сказали они мне.


"Правила? Ваше здоровье, - сказал я, прежде чем сделать глоток.


Час спустя мы оставили шумную компанию и остановили джип, чтобы нас подвезли обратно, большинство парней просто сидели в "закусочной".


Я сказал им: "Парашютисты и инструкторы прибудут сюда сегодня вечером, так что завтра мы могли бы немного попрактиковаться". Я устроился в своей комнате со Свифти, стул у двери, пистолеты на всякий случай, несколько подозрительно выглядящих пауков убиты в углах и под кроватями.


Свифти поджег свернутую газету, потому что мы уже могли слышать пение моззи, вентиляционное отверстие без вентилятора, пропускающее их внутрь, вскоре было забито туалетной бумагой. С дымом в ноздрях, в маске и перчатках на лице, мы попытались немного поспать.


Я проснулся, когда в 5 утра вошел Геркулес.


"Какой-то офицерский ублюдок запросил "Геркулес"?" Свифти пожаловался.


"Не знаю, кто бы это мог быть". Я расслабился и потянулся, сняв маску и перчатки. "Это геккон?" Потому что они должны есть пауков и моззи вместо нас."


Воспользовавшись устаревшим туалетом, я спустился вниз, оставив Свифти лежать, а устаревший бачок медленно наполнялся - и производил шум.


"Завтрак начинается в 7 утра, сэр", - сказал мне сварливый повар еще до того, как я успел открыть рот.


"Прекрасно". Я выпил немного холодной воды из шумного холодильника, а затем отправился в путь, совершив долгую прогулку по рулежной дорожке в сером свете рассвета, где остановил джип. В комнате королевских ВВС я обнаружил недавно прибывших пилотов.


"Ах, Уилко, мы здесь ради твоей операции".


"Несколько дней ореола, потом мы уходим".


"Сейчас нам нужно отдохнуть, восемь часов. Можно было бы сходить ночью."


"Этот Скайван все еще здесь, так что мы можем использовать его или одного из других Геркулесов".


"Где работа?"


"Мали, но держи это в секрете". Я показал им карту.


"Три часа, в зависимости от встречного ветра", - сказали они мне.


"В Нигере находятся французские войска, так что посмотрите на запасные аэродромы для посадки и сделайте пометку, вы могли бы приземлиться там или заправиться. План состоит в том, чтобы улететь отсюда, сбросить HALO night, затем вы задержитесь на пятнадцать минут. Если у нас сломаны лодыжки, вы подбираете нас на дороге. Когда у нас будут заложники, ты подберешь нас на дороге."


"Забрать тебя под огнем?"


"Я сомневаюсь, что мы будем под огнем".


"Должны ли мы иметь GPMG в дверях?" - спросили они.


"Не мог причинить никакого вреда".


"Наш член экипажа теперь мастер своего дела с GPMG, как и все они".


"У вас также будут медики сзади, для заложников, плюс любые раненые. Plus ... мужчина с видеокамерой, так что без просчетов."


"Еще один документальный фильм?" - спросили они.


"Все хорошо для вербовки. А пока помалкивай о работе."


Завтрак действительно начался ровно в 7 утра, парни спустились после того, как я постучал в дверь. После хорошего завтрака, растянувшегося на час, и большого количества кофе, я заставил ребят согнуться и растянуться перед входом и приготовиться.


Наши парашюты были на месте, но ребята из парашколы спали, поэтому я захватил "Скайван" и его увлеченных коммерческих пилотов, обоих чернокожих кенийцев, и мы достаточно легко нашли наше снаряжение по соседству с командным пунктом королевских ВВС, парни проверили его. Сумки с ГАЛО были составлены так, как будто для настоящей работы, первые три команды готовились, капитан Харрис предупредил БРЕЛОК о нашем предстоящем прибытии.


Я предупредил диспетчеров королевских ВВС на "Чинуках" о нашей высадке, а они предупредили военно-морской флот, так что я был почти счастлив, что мы не сядем на винты вертолета на аэродроме FOB.


Не было необходимости тренировать дельты, они переняли нашу технику после того, как я изначально позаимствовал идею у американцев.


Час спустя, на высоте 15 000 футов, я положил руку на плечо Махони, Свифти положил свою руку на мою, и мы покатились к разорванному облаку, вскоре установив устойчивый строй, и я считал в уме, когда смотрел вниз сквозь разорванное облако. Эти слои облаков дали нам ощущение огромной скорости, когда мы проходили мимо белых пушистых комочков. Звуковой сигнал начался в тот момент, когда мы не видели брелок из-за облачности, и при непрерывном звуке мы прервались.


"Тысяча... две тысячи ... три тысячи ..." Я нажал на спусковой крючок, когда прорвался сквозь облака, странно видеть БРЕЛОК отсюда. Посмотрев вверх и по сторонам, я увидел три желоба - и что мы не собирались запутываться. Посмотрев вниз, я увидел, как сумка дрейфует, и поэтому последовал за ней. Но поскольку сумка захотела поплавать в реке, я изменил курс и приземлился посреди полосы, солдаты побежали за сумкой.


Моя команда вскочила на ноги, все, казалось бы, В порядке, множество рук хватались за наши парашюты, когда мы отстегивали ремни безопасности.


"Вы все в порядке?" Я закричал.


Они оглядели друг друга.


"Ничего не сломано", - доложил Моран.


Когда я вел их к зданию, на меня смотрела целая толпа, я поднял глаза, чтобы увидеть следующую четверку, команду Рокко, за которой должен был следовать Риццо.


Сумка Рокко также направлялась к реке, и он приземлился в конце полосы, без травм. Сумка Риццо выглядела так, будто могла спуститься на полосу, но зацепилась за деревья. Пока мы стояли там с пивом в руках, к нам подвезли Риццо с вывихнутой лодыжкой.


"Тупой ублюдок", - сказал ему Роко. "Сейчас же увольняйся с работы".


"Через несколько дней все будет в порядке", - настаивал Риццо.


"Чушь собачья", - сказал я ему. "Ты увольняешься с работы".


С остальными ребятами все было в порядке, так что мы сидели и обедали, пока ждали, погрузив парашюты и сумки в грузовик.


После обеда первую команду "Дельты" занесло, и их сумка упала на полосу, один из них зацепился за дерево, но никто не вывихнул лодыжки. Вторая команда наступала на пятки своим приятелям, сумка ударилась о крышу ФОБА, Дельта сплющила палатку, вызвав всеобщий смех и издевательства, несколько человек в это время спали в ней.


Последние две дельты были со Смитти, разбитое облако все еще оставалось проблемой, и Смитти напугал всех, открыв свой парашют в двухстах футах от палубы, Рокко кричал на него. Все они были открыты низко, неисправен тональный высотомер.


Погрузив грузовики, мы поехали обратно, прибыв на место после наступления темноты. Комплект передали параинструкторам, которые уже проснулись, мы забронировали ночную высадку теми же командами, и я решил снова воспользоваться "Скайваном", "Геркулесом", забронированным на утро.


В "закусочной" нам подали рыбу со стейком и горошком, думая, что повара издеваются.


"Не вините нас, местные поставки немного дерьмовые, и фритюрница сломалась".


Стейк был неплох, и мы наелись хлеба, посидели несколько часов, прежде чем я повел их куда-нибудь, Риццо сорвался с места. Свон не участвовал в дневном дропе, поэтому теперь сделает шаг вперед, ни он, ни Леггит не выполнили много дропов HALO.


Час спустя моя рука снова лежала на плече Махони, Свифти держал меня за плечо, и мы снова выбрались наружу, заняв устойчивое положение после короткого толчка. Я мог видеть огни города к северо-западу от ФОБА, и мне показалось, что я мог видеть огни на самом ФОБЕ.


Разорванные облака обрушились на нас, как будто кто-то включал и выключал огни внизу, внезапная темнота, за которой внезапно снова появляются огни внизу. Это было чертовски обнадеживающе, когда снова зажегся свет.


Звуковой сигнал начался вовремя, синхронно с моим счетом, и мы вовремя остановились, парашюты были выпущены по очереди.


Я передал: "Отключите звук".


"Моран слушает".


"Махони слушает".


"Свифти все еще жив. Но где эта чертова сумка?"


Фонарь в сумке вышел из строя, и поэтому нам пришлось дрейфовать. Я заметил темную полосу и передал исправления, и мы приземлились достаточно удачно. Множество рук снова схватили наши парашюты и помогли нам.


"Ваша сумка на деревьях, сэр", - доложил мужчина. "Сейчас они пытаются покончить с этим".


"Ублюдок", - выдыхаю я.


Стоя в тусклом желтом свете лампочки брелка, мы посмотрели вверх, сумка Рокко тоже направлялась к деревьям.


Вытянув шею вверх, я передал: "Рокко, ты дрейфуешь на юг, развернись, оставь сумку, она на деревьях".


Они приземлились перед нами, молодые рядовые хватаются за парашюты, сообщений о пострадавших нет, первая команда "Дельты" по рации спрашивает, куда направляется их сумка.


"Он дрейфует на юг, как и остальные, поворачивайте на север и ищите полосу", - передал я.


Они врезались с глухим стуком и проклятиями в темноте, ничего не разбилось, для нас приготовили напиток, пока мы стояли и болтали. Две последние команды спустились живыми, их сумки также отнесло на юг, Смитти открылся с приличной высоты, Анри теперь с ушибленным локтем.


Мы вернулись в 1 час ночи, и большинство сразу отправились спать, но я убедился, что все сумки на месте, парашюты на месте и что королевские ВВС не жужжат. Но утром, когда они замечали половину леса с парашютами, они начинали скулить.


Поскольку Свифти уже спал, я придвинул стул к двери и зажег газету, выпустив много дыма, чтобы разозлить моззи, когда они попытались полакомиться нами. Всю ночь я слышал жужжание.


Я проснулся в 7 утра и удивился, почему, вскоре поднял Свифти и направился вниз завтракать. После того, как я поел, я отправил Николсона наверх стучать в двери, спустились последние, среди них Риццо, Стретч, Рокко и Слайдер - как и ожидалось, Риццо сильно хромал.


После завтрака Анри поприветствовал четырех своих коллег из французского Echo - все лица нам известны, и двое отправятся с нами. Кастиль и его люди представились. Я принес французам кофе и кое-какие остатки еды, прежде чем мы отправились в путь, и нам вручили ящик, полный коричневых масок и перчаток, коричневых брюк и кепок - любезно предоставленный майором.


Мальчики из парашколы теперь были увлечены и выбрали новую зону высадки, ближе к Фритауну, с мягкой травой и грязью. Британские военнослужащие уже были там и проверяли это.


Французские парни были знакомы с нашими сумками, но Анри проделал с ними обычную работу, и все четверо пока отказались от участия в команде. Также были отправлены две команды параинструкторов, просто для практики, и наша команда пропаганды МО была под рукой, видеокамеры проверены.


Подготовившись, молодые военнослужащие помогли нам погрузить снаряжение на буксируемое пугало, и мы направились к громкому "Геркулесу" с работающими двигателями, рядом с нами были инструкторы-парамедики. Трап закрылся, все сели, и мы развернулись и мягко взлетели, кружась в течение десяти минут, чтобы набрать высоту, трап открылся и впустил яркий солнечный свет, члены экипажа в ремнях безопасности смотрели вниз.


Команды формировались, но уходили только по одной, потому что мы не могли управлять сумками. Моя команда снова была первой, загорелся зеленый свет - видеокамеры сфокусировались на нас сзади, инструкторы по парапланеризму махали нам, и мы вылетели на высоте 14 000 футов, сегодня было мало облаков. Я начал считать в уме, сохранив хорошую позицию, и я мог видеть Фритаун и эстуарий вдалеке.


На гудке мы прервались, и я отсчитал по радио, наконец-то вытащив свой релиз. Резкий рывок, и я посмотрела вверх, с облегчением обнаружив открытый желоб. Оглядываясь по сторонам, я мог видеть остальных, все они поворачивались ко мне.


Посмотрев вниз, я увидел зеленый квадрат травы, в который мы должны были целиться, а затем линию джипов и грузовиков. Поскольку сумка целилась в джипы, я последовал за ней, пытаясь определить направление ветра.


Сумка, обладающая собственным разумом, заставила меня улыбнуться, когда солдаты бросились врассыпную, сумка ударилась о капот джипа, ветровое стекло разбилось. Я все еще ухмылялся, когда приземлился, множество рук помогали мне.


Сняв маску, я крикнул: "Кто оставил там свой джип!"


"Ты не можешь управлять этой чертовой штукой?" - спросил капитан, осматривавший повреждения.


"Нет!"


Свифти, Моран и Махони медленно подошли с тяжелыми свертками, улыбаясь джипу.


Сумка Рокко приземлилась в приличном месте, его команда прямо рядом с ней, команда Риццо - без Риццо, а теперь со Свон - приземлилась немного севернее нас. Кастилия обеспокоила армию очередным промахом и несколькими ругательствами, второй команде "Дельты" удалось зацепить свой рюкзак за единственное дерево на милю в любом направлении - и получить несколько серьезных насмешек.


Когда все команды выбыли, а французская команда провела безупречный дроп, мы отправились в более короткий обратный путь во Фритаун. Вернувшись на аэродром, королевские ВВС воспользовались парашютами, и я решил больше не посылать Эхо ввысь и не рисковать лодыжками. Свон и мои снайперы вернулись бы наверх, как и французы. С этими новостями инструкторы-парализаторы снарядили больше своих людей для высадки.


Я отправил парней обратно в наш полуразрушенный отель, сам и Моран остались, и к 5 часам вечера французы и мои снайперы выполнили еще две высадки, не переломав костей, ночная высадка была запланирована для них, параинструкторы тоже должны были высадиться.


Эхо сидело за игрой в карты или чисткой оружия после ужина, французские парни и мои снайперы вернулись в 11 вечера после двух высадок, один французский парень вывихнул лодыжку. Это оставило трех французских парней доступными для самой высадки.


Утром я, Моран и Кастилия встретились с королевскими ВВС, мы составили план, и Королевские ВВС должны были ввести нас сегодня вечером. Один "Геркулес" высадит нас, другой будет наготове на случай, если первому "Геркулесу" придется приземлиться где-нибудь в негостеприимном месте.


Факт был в том, что большая часть Мали была цивилизованной, особенно юг, и что полиции и армии там можно было доверять, это было всего лишь несколько районов, где царило беззаконие, несколько банд похищали людей, так что "Геркулес" не был в большой опасности - как указал им капитан Харрис.


Все запасные аэродромы были отмечены, как и главный аэропорт в Буркина-Фасо, и дорога рядом с зоной высадки, изолированная для посадки.


"Хорошо", - наконец начал я. "Мы выезжаем отсюда в 10 вечера и настраиваем скорость по своему усмотрению, намереваясь снизиться в час ночи или позже над целевой зоной, в четырех милях к востоку от города. Второй "Геркулес" прибудет через пять минут, на радиосвязи, медики и полк королевских ВВС на борту, снаряжение для выживания под рукой. "Геркулес" будет слоняться без дела, пока мы все не упадем, сигнал подан мной, спутниковый телефонный звонок экипажу ведущего самолета - протестируйте эту чертову штуку сегодня.


"Мы высаживаемся, направляясь на восток по целевой дороге, в полумиле к северу от этой дороги. Команды будут готовы к выходу на рампу, сбрасываясь с интервалом не менее трех секунд, все за один заход. Когда команды приземляются, они идут на юг, пока не увидят дорогу, затем на запад ко мне.


"Каждая команда позвонит мне по спутниковому телефону, чтобы подтвердить отсутствие переломов, затем мы отправим Геркулеса обратно, так что... допустим, это займет примерно пятнадцать минут. Затем у нас есть 24 часа, чтобы осмотреть место и составить план.


"Если и когда мы захватим заложников или прервем операцию, целевым временем будет где-то после рассвета следующего дня, чтобы забрать их на дороге. Однако нам нужно, чтобы вы прибыли незадолго до этого и слонялись без дела. Цель состоит в том, чтобы начать нашу атаку, когда мы знаем, что вы уже в пути. Итак ... пилоты и экипаж, сегодня немного поспите. Есть вопросы?"


"Альтернативная точка посадки?" - спросил пилот.


"Такого нет", - сказал я ему. "У нас есть десять миль прямой дороги, и это все. Если что-то пойдет не так, у нас есть французские вертолеты, или мы крадем грузовик и едем к границе, но, как указал капитан Харрис, это все равно не вражеская территория."


Королевские ВВС получили номер телефона французской базы, и пилот, говорящий по-французски, поболтал с ними, поменявшись радиочастотами. На французской базе было два вертолета "Пума", пехота, а теперь и взвод французских "Эхо", которые были втянуты прямо в перестрелку в нескольких милях к северу. У них также было несколько медиков, околачивающихся на их базе.


Эта база находилась всего в пятнадцати минутах летного времени от нашего целевого города, в часе езды, но дорога, как сообщалось, была "бандит-сентрал". Я просто надеялся, что эти бандиты будут спать, когда мы приземлимся рядом с их палатками и козами.


Вернувшись в Echo, я сказал им пойти на пробежку, согнуться и размяться, проверить все снаряжение, а затем лечь спать с 15:00 до 20:00, когда будет тепло. Я заскочил к полковнику Марчанту и ввел его в курс операции, поболтал о миротворческой операции в Либерии - теперь это его сфера компетенции, а также Сьерра-Леоне.


Вернувшись в отель, где кто-то написал "Башни Фолти" на стене после британского комедийного ситкома, я быстро съел немного ланча и выпил много воды, и в 4 часа дня я опустил голову, Свифти уже дремал.


Я проснулся в 7 вечера, вскоре окончательно проснулся, поэтому тихо встал и оставил Свифти лежать на его кровати. Внизу я обнаружил, что все тихо, и налил себе холодной воды, прежде чем отправиться в путь. В командном пункте королевских ВВС я проверил наличие обновлений, и все было по плану, экипажи должны были спать до 9 вечера.


В отделе разведки я обнаружил всего несколько офицеров, капитан Харрис спал и собирался дежурить всю ночь. Только тогда женщина-капитан сообщила мне, что у GCHQ есть разведданные о сигналах из этого района, и хотел бы я их получить.


"Конечно, я, блядь, хочу их!" Я рассказал ей, напугав ее. "Когда они пришли?"


"Полчаса назад".


"И что они говорят?" Я раздраженно спросил.


"Они разместили три устройства вокруг этого города и триангулировали сигналы в одно здание на окраине". Она открыла карту улиц города. "Это здание, юго-восточная сторона. Слово "заложник" было записано, переводы продолжаются."


Я выдохся. "Сколько еще существует подобных карт?"


"У нас их трое".


"Я возьму два. Свяжитесь с GCHQ сейчас... и следите за обновлениями, перед нашим отъездом будет заключительный брифинг. Какая у них оценка чисел?"


Она прочитала подробности. "Использование радиосвязи предполагает наличие двух отдельных групп в двух зданиях, несколько человек на страже на дорогах, командир и его заместитель идентифицированы по имени".


"Отправьте номер моего спутникового телефона в GCHQ и попросите о любых важных обновлениях приходить ко мне, или к вашим людям здесь, а затем ко мне. Я хочу знать, проснулись ли плохие парни и передвигаются ли они после того, как мы приземлимся."


Я вышел на улицу и позвонил Дэвиду Финчу. "Знаете ли вы, что GCHQ разместил устройства рядом с моей целью в Мали?"


"Я только сегодня получил записку об этом, передает информацию, которую нужно передать армейской разведке во Фритауне".


"Я только что узнал подробности, за несколько гребаных часов до нашего отъезда. Было бы неплохо узнать, какого хрена они запланировали."


"Они сами по себе закон, и их агенты, как правило, сообщают о внедренных устройствах только после этого".


"Хорошо иметь информацию, но, возможно, было бы неплохо провести какое-то совместное планирование. И если бы одного из них поймали, я мог бы попасть в засаду."


"Если бы одного из них поймали, я не уверен, что они признались бы в этом".


"Чертовски изумительно. Как приятно видеть, что вы все так хорошо сотрудничаете."


"Просто будь благодарен, что они помогают. У тебя все готово?"


"Да, заканчиваю около 10 вечера. Задание кажется достаточно простым, французский наготове, но с этой информацией я могу заняться заложниками сегодня вечером."


Я включил Echo, the French и Deltas, все мужчины получили немного холодной воды и сэндвич, всем советовали не есть много. Личный набор был проверен перед тем, как я повел их на инструктаж. В командном центре королевских ВВС я занял место у белой доски, большая часть Echo стояла сзади, капитан Харрис и его команда - сбоку, параинструкторы внимательно слушали.


"Хорошо, теперь у нас есть свежая информация ... итак, мы можем отправиться за заложниками сегодня вечером; у призраков есть устройства рядом с этим городом, и они отслеживают местные разговоры. Мы знаем, в каком здании находятся заложники, и где тусуются вооруженные люди, мы также получим некоторое предупреждение о засаде


"Геркулес, мне нужно, чтобы ты вернулся сюда и заправился, а затем был готов до рассвета. Если мы тебя не позвоним, ты отдохнешь днем. Если все будет выглядеть нормально, мы захватим заложников, позвонив вам за час до того, как двинемся. Это дает нам два часа, чтобы выполнить задание, освободиться и отправиться в путь.


"Если нет, мы изучаем место в течение 24 часов, затем заходим, чтобы все было так, как планировалось ранее. Информация ... Я хочу, чтобы эти обновления были регулярными, если они обсуждают что-нибудь еще, кроме погоды."


Леди-капитан подняла простыню. Свежая информация. В ней сообщается, что главный мужчина направляется сегодня вечером на свадьбу в соседний город."


"Таким образом, численность будет сокращена", - отметил я. "Хорошо, итак, я склоняюсь к тому, чтобы пойти за заложниками сегодня вечером". Я нарисовал на белой доске детали, взятые из карты улиц, которую я изучал. "Хорошо, главное шоссе проходит на юго-восток в сторону Нигера, но недалеко от города оно проходит прямо на восток, а в миле к северу есть невысокие холмы - постарайтесь не приземляться на них.


"После приземления все команды идут на запад ко мне, мы строимся и двигаемся на юг через дорогу. Одна команда из четырех человек займет позицию на виду у северо-восточного угла города, не спуская глаз с дороги. Остальные движутся на юго-запад и по кругу, пока мы не попадаем на небольшую дорогу, ведущую на северо-запад.


"Эта дорога ведет прямо мимо главного целевого здания, но поблизости есть домашние жилища, поэтому мы должны вести себя тихо и осторожно. Мы перейдем к главному зданию и попытаемся разглядеть заложников. Примерно в четырехстах ярдах к северо-западу есть второе здание, в котором находятся вооруженные люди, но, возможно, также находятся заложники - мы проведем оценку в то время.


Окончательный план атаки будет определен в то время. Если мы захватим заложников, мы меняем курс, но следите за грузовиками, которые можно угнать. Мы отходим к точке в миле к востоку, и, возможно, нам придется нести раненых заложников и других людей. Встреча с "Геркулесом" будет зависеть от хорошего участка расчищенной дороги и от того, что за нами не будут следить.


"Если за нами следят, то мы прерываем "Геркулес" и просим французские вертолеты. Ладно, моя задача: проверить комплект, спутниковые телефоны и радиоприемники, батарейки, сейчас же долейте воды, сходите в туалет. Приготовься. Анри, убедись, что у еще двух французских парней есть подходящее снаряжение и рации."


Когда параинструкторы и пилоты приготовились, Echo ушла, задав мне несколько заключительных вопросов, и я подтолкнул их к раннему взлету, свадьбе, чтобы отвлечь наших захватчиков заложников, хотя я полагал, что они не будут пьяны.


Парашюты надеты, у нас была одна команда из трех человек, что было нормально, один член команды держал сумку правой рукой, чтобы выровнять разброс. Два Дельта могли упасть со Смитти, два французских парня упали со Стретчем.


Увидев команду из трех человек, инструктор по парапланеризму предложил ему присоединиться. Он был на Борнео и был в тылу здесь, так что я спросил его старшего лейтенанта, который поморщился, подумал, но потом, наконец, согласился.


Я попросил Морана вернуться и отпереть наши ящики с инструктором по парапланеризму, передал дополнительное ружье и аптечку, инструктор по парапланеризму сначала надел патронташ, а вскоре запихнул в него магазины, захватил запасной комплект ремней, пайки, воду из холодильника, маленькую аптечку первой помощи, немного коричневой ткани.


Они вернулись пятнадцать минут спустя, мужчина потребовал парашют и проверил его после того, как я проверил его снаряжение, прежде чем положить его в сумку группы HALO. Схватив его Valmet, я разобрал его и посмотрел, и прокрутил слайд дюжину раз, наконец, оставшись доволен. "Никакого героизма", - сказал я ему, указывая пальцем.


Офицеры пропаганды Министерства обороны подошли ко мне. "У меня есть видеокамера и фотокамеры. Ты можешь их взять?"


"Взять их, да, пережить высадку - не знаю". Я положил их в свою сумку HALO, но вручил Кастилии маленькую камеру.


"У меня есть одна", - сказал он, возвращая ее. "Я положил это в свою сумку".


С сумками HALO на буксируемых тележках, при помощи множества рук, мы добрались до "Геркулеса" по освещенной площадке, два самолета стояли с работающими двигателями на холостом ходу, парни из 37-й эскадрильи махали мне. Сидя на каркасных сиденьях "Геркулеса", я обнаружил множество бутылок с водой, сложенных в ящик и привязанных, плюс двое медиков Мортена выглядели нервничающими. Я приветствовал обоих с улыбкой, пожав плечами.


Когда все команды расселись, раздали защитные очки "желтые уши", самолет начал движение, трап медленно закрылся, и я заметил нескольких членов команды пропаганды. Включи питание, задери нос, и мы уехали, мельком взглянув вниз на дорогу с оранжевыми уличными фонарями, вскоре внизу была только тьма, когда мы повернули на север. Я вытянул ноги, скрестил руки и отключил свой мозг.


Час спустя мигающий огонек на моей груди сигнализировал о звонке на мой спутниковый телефон. Номер был для капитана Харриса. Я подношу телефон к уху защитников. "Ты меня слышишь?" Я спросил.


"Примерно, да. Послушайте, французские вертолеты в действии, могут быть недоступны в течение нескольких часов, идут бои."


"Ладно, понял".


"Ты хочешь прервать?"


"Нет, мы можем украсть грузовик. Держи меня в курсе. Уилко на свободе."


По телефону мне пришлось задуматься, правильно ли я поступаю, поскольку наше подкрепление завязло в перестрелке, и французское Эхо, вероятно, тоже было завязано. Может быть, они были бы свободны к рассвету. У нас был "Геркулес", и со мной было двадцать восемь человек, так что мы были большой силой.


Прошел еще час, и я прошел вперед к кабине пилота и схватил запасные наушники. "Как у нас дела?" Я спросил.


"Недалеко, показываю хорошее время", - сообщил пилот, взглянув на меня.


"Послушайте, французы сомневаются, что они могли бы помочь, но я не собираюсь прерывать. Итак ... скрестим пальцы за твое возвращение, иначе мы уходим оттуда."


"Много бандитов в этом районе?" - спросил второй пилот.


"Не сообщается, что нет, и со мной много людей".


Сев обратно, я коротал время, обдумывая особенности карты, разговор внутри "Геркулеса" был практически невозможен.


В конце концов член экипажа подал знак людям встать, и все начали надевать маски и перчатки при приглушенном освещении и собираться в команды, надев бескислородные маски и закрепив внутри радиомикрофоны. Я озвучил свою команду, следующая команда копирует. На лицах были маски, пластиковые очки, видеокамеры с низкой освещенностью теперь были направлены на парней - раздавались приветственные взмахи, опускался трап, загорелся красный свет.


Зажегся зеленый, и моя команда двинулась к краю пандуса, держа сумку левой рукой, две команды по бокам от нас, держась за плечи друг друга, головы повернуты к свету. Вспыхнул зеленый свет, и мы вывалились наружу, толкая друг друга в плечи, пока движение воздуха не помешало соприкосновению, вскоре нас окутал черный рев, маски на лицах развевались. Если бы все прошло хорошо, другие команды были бы далеко от нас.


Посмотрев вверх, я увидел точки зеленого света, обозначающие другие команды, и они были достаточно далеко, и я почувствовал облегчение. Посмотрев вниз, где облака не мешали обзору, я смог разглядеть город, но еще не дорогу.


Через несколько секунд, считая в уме, мне показалось, что я вижу машину на той дороге, и постепенно черные очертания дороги стали отчетливыми, а пустыня - светлее.


Зазвучал сигнал, и мы сломались. "Тысяча... две тысячи ... три тысячи." Я нажал на четыре, внезапный рывок и момент, чтобы успокоиться. Посмотрев вверх, я увидел три зеленых огонька и желоба, довольный тем, что мы не собирались запутаться и покончить с собой.


Посмотрев вниз, я увидел тусклый свет мешка через зеленый желоб. Я повернулся к нему, и он был значительно севернее дороги, и, судя по его виду, дрейфовал дальше на север. Я мог видеть темные холмы, но они были недостаточно близко, чтобы вызывать беспокойство.


Поскольку грузовик на дороге под моими ногами давал мне некоторое представление о высоте, я согнул колени и приготовился следовать за своей сумкой. Сумка ударилась с отчетливым стуком, и мгновение спустя я приземлился на ее трепещущий желоб.


С трудом поднявшись на ноги, я окинул взглядом плоское пространство и передал: "Это Уилко, все в порядке, хорошая позиция к северу от дороги, поблизости никого".


Глухие удары вокруг меня означали, что моя команда врезалась в твердую песчаную почву.


"Кто-нибудь пострадал?" Я спросил громким голосом, не получив ответа в темноте, когда я заправлял свой парашют и завязывал его в узел. Сумка открылась, свет погас, я схватил патронташ, затем свою лямку - белая полоска на ней показывает, что это мое, наконец, поднял винтовку, когда Свифти появился у моего плеча.


Я вручил ему патронташ, который он надел, когда вошли Моран и Махони. Я зарядил и взвел курок своего ружья, увидев желоба к востоку от меня. Тем не менее, дорога была достаточно далеко на юге.


"Уилко для Рокко".


"Продолжай".


"Ты внизу в безопасности?"


"Никаких сломанных лодыжек".


"Стретч, ты ранен?"


"Только что приземлился, пока все в порядке".


"Когда будете готовы, двигайтесь на запад, мы зажжем факел".


Моран держал свой фонарик наготове, пока я осматривал местность, а Рокко пришел через пять минут, когда я сообщал капитану Харрису по телефону последние новости.


В темноте раздались два тихих треска.


"Сообщите о стрельбе!" Я передал.


"Это Томо, я уронил козьего пастуха".


"Проверь тело на предмет телефона, а затем спрячь его, проверь местность на наличие других".


"Сейчас двигаемся".


Вскоре к нам присоединился Стретч и сел на песчаном гребне, Генри и его команда были рядом. Я достал видеокамеру с низкой освещенностью и теперь снимал, как приближаются Дельты, и, наконец, вбежали Томо и мои снайперы.


"Уилко?" донеслось из темноты, когда я упаковывал фотоаппарат в лямки, а фотоаппарат для фотосъемки - в патронташ.


"Сюда", - ответил я.


"Только один парень, без телефона", - сообщил Томо. "Затащил его в овраг и засыпал песком".


"Его будет не хватать, так что мы работаем круглосуточно", - сказал я тем, кто сидел рядом. Я передал: "Постройтесь в команды, вы знаете последовательность, следуйте за мной. И, Томо, в следующий раз, сбей его с ног и свяжи, он всего лишь гребаный гражданский, а не охранник или похититель."


"Верно, босс".


Я направился на юг, к дальней дороге, и к старой каменной стене, которая давала нам некоторое укрытие от посторонних взглядов. Движение было небольшим, но устойчивым. Увидев овраг, я двинулся на запад и спустился в него, небольшие кусты помогли нам спрятаться. У дороги я согнулся вдвое, остальные повторили, и мы остановились всего в двадцати ярдах от дороги.


"Соберись в кучу, сблизься, приготовься бежать".


Посмотрев налево, я подождал, пока проедет грузовик - его фары освещали пустыню, - а затем перебежал дорогу и оказался на орошаемой территории с низкими каменными стенами и высокими плодородиями, вскоре спрятавшись за стеной, когда проезжали команды. Вместе со всеми я медленно двинулся в темноту, опасаясь фермеров, охраняющих свой урожай в этом районе.


Сотня ярдов придорожного земледелия привела к песку и кустарникам, и я стал более доволен местностью, огнями далекого города в моем положении на три часа.


Пройдя пятьсот ярдов, никем не замеченные, мы наткнулись на заброшенное здание, вокруг были разбросаны ржавые транспортные средства, валялись ржавые бочки из-под масла. Используя свой фонарик, я проверил наличие следов, но здесь не было никаких свежих следов, которые могли бы меня обеспокоить.


Я передал: "Стрейч, твоя команда остается здесь, свяжись с кем-нибудь наверху, сообщай о любых крупных колоннах на этой дороге или местном движении".


"Понял", - прозвучало в ответ, когда я повел команды на юго-запад.


Я чувствовал запах дыма из города, легкий ветерок дул нам прямо в лицо, вскоре до нас донесся запах готовящейся еды, когда начали появляться затемненные хижины и жилища. Найдя поле с такими же колючками, я двинулся вглубь него и дальше по центру, избегая колючек, растущих на растениях, похожих на кактусы.


Перелезая через низкую каменную стену на дорожку, я пересек дорожку и перелез через следующую стену, вскоре оказавшись в саду с небольшими деревьями. Заблеяла коза, и мы все опустились на колени, направив на нее винтовки. Он был связан и один, поэтому мы продолжили, и теперь я мог видеть темные очертания главного здания цели вдалеке.


У следующей стены мы обнаружили городскую мусорную свалку, и вскоре под ногами у нас что-то хрустело, когда мы пересекали вонючий мыс. Собака залаяла - мы замерли, - но она убежала, никакого человеческого ответа из близлежащих домов не последовало.


Найдя линию частично разрушенных домов с отсутствующими крышами, я переместил команды внутрь и из одного пустого корпуса в другой, откуда открывался вид на целевое здание из окон без стекол. Остановившись, я приказал командам занять огневые позиции, а сам взобрался на стену и посмотрел на запад.


Я передал: "Снайперская команда, справа есть водяная колонка, здание с плоской крышей, поднимитесь на нее и приготовьтесь, наденьте глушители".


Я слышал, как они прошли мимо меня, и вскоре увидел темные очертания, удаляющиеся вправо. Вспомнив о видеокамере с низкой освещенностью, я вытащил ее и заснял Дельт, когда они вглядывались в целевое здание. "Прицеливайтесь, выглядите профессионально перед камерой", - сказал я людям и двинулся вдоль очереди.


Через пять минут пришло сообщение: "Это Томо, я вижу город и главное здание. Внутри этого здания вооруженные люди, а в правом нижнем углу есть окно с прочной металлической решеткой, внутри белые лица, но с сексуальными длинными мужскими бородами."


Я ответил: "Месяцы в неволе дадут тебе бороду, да. Кто-нибудь на крыше?"


"Двое мужчин на крыше, стояли и болтали, держа оружие наготове".


"Это Николсон. На северной боковой улице выстроились в ряд джипы, полдюжины мужчин стояли и болтали."


"Это Свон. На южной боковой улице четверо мужчин сидят на кирпичах, горит костер, судя по виду, играют в карты, дальше маленькое кафе, дюжина штатских сидят и курят шашлык."


Я передал: "Всем командам, эти поврежденные дома - наша резервная позиция и точка сбора. Двое дополнительных французских парней и два запасных Дельта остаются здесь, наблюдают за нашим тылом и по бокам, прикрывают нас, если мы отступим под огнем, выходят вперед, если позовут.


"Снайперская команда: первый выстрел, и вы убиваете всех вооруженных людей или любого, кто движется к главному зданию, оставьте гражданских. Начните с людей на крыше.


"Рокко, правая сторона твоя; я хочу, чтобы украли несколько джипов, если и когда они нам понадобятся. Вторая команда Дельты, левая сторона ваша, чтобы удерживать эту улицу. Все ... глоток воды, проверка снаряжения и винтовок, дубль десять. Николсон, изучи это здание ... и лучший способ проникнуть внутрь."


Я потягивал воду из своего стакана, вглядываясь в далекое здание. Я слышал шум уличного движения и запах готовящейся еды, вдалеке лаяли собаки.


"На что это похоже?" Спросил темный силуэт Кастилии, и он не имел в виду вид.


"Мы можем убрать людей снаружи, но я бы предпочел сделать это, когда мы будем рядом с комнатой для заложников".


"А если некоторые из заложников удерживаются в другом месте?"


"Тогда это полный провал, но мы все равно посчитаем тех, кого сможем увидеть".


Зазвонил мой спутниковый телефон; капитан Харрис. "Уилко".


"Получил несколько свежих сигналов из GCHQ. Сообщается о обычном движении, главный сейчас на свадьбе, больной заложник просит врача."


"Хорошо, мы разбили лагерь на виду у заложников, видны белые лица. Позвони мне, когда "Геркулес" вернется к тебе."


Полчаса спустя, когда большинство мужчин сидели спиной к стенам, у меня зазвонил телефон. "Это капитан Харрис. Французы все еще связаны."


"Хорошо, тогда скрестим пальцы".


"Что это было?" Темный силуэт Кастилии тихо спросил.


"Наши французские спасатели нуждаются в том, чтобы спасти самих себя. Свифти, Махони, идите, посмотрите в окна, очень медленно." Я передал: "Снайперская группа, люди выдвигаются вперед для скрытого пикирования, прикройте их, следите за охранниками на крыше".


"Вас понял", - пришло в ответ от Николсона.


Десять минут спустя Николсон передал: "Кто рядом со стеной, справа?"


"Я, Свифти".


"Как думаешь, ты смог бы взобраться на эту низкую крышу?"


Я приподнялся и посмотрел на главное здание, не увидев Свифти.


"Приготовься", - раздался голос Свифти. Через пять минут пришло сообщение: "Это Свифти, я на низкой крыше, с этой стороны окон нет, меня скрывают кондиционеры. Я вижу территорию, несколько джипов и грузовиков, все еще играющих детей, шестерых вооруженных мужчин, бродящих вокруг. Сзади есть одноэтажная комната, кухня, мужчины сидят и едят, похоже на общежитие."


"Сколько места там, где ты находишься?" Я спросил.


"Здесь легко можно спрятать еще двух человек".


"Махони, поднимись туда, если сможешь".


"Теперь двигаемся вверх".


"Свифти?" Я передал. "Ты осмотрел комнату с заложниками?"


"Да, но я видел только дюжину пар ног на ковре, все сидели спиной к внешней стене. Лиц разглядеть не удалось, но на них была западная одежда. Один скучающий охранник сидел на стуле. Другая комната была туалетом, одна была кухней, в ней было несколько старушек. Махони теперь со мной."


"Оставайся там, выкрикни это".


" Подожди ... " позвал Свифти, и я подождал. Махони нашел трещину в крыше, присмотрелся к ней. Двенадцать западных заложников, эта большая комната справа от вас, дверь во внутренний двор."


Выключив радио, я сказал: "Мы можем переехать сейчас, пока они на свадьбе, или подождать, пока они вернутся - и все уснут. Проблема в том... когда они уснут, дверь будет заперта, но сейчас ... люди приходят и уходят, замечено менее двадцати вооруженных людей."


Темный силуэт Кастилии говорил: "Сейчас шансы были бы лучше, но мы должны немного подождать".


"Или мы угоняем джипы", - сказал ему Моран. "Геркулес может подобрать нас на любой дороге".


"Что ж... похоже, удача теперь на нашей стороне", - отметил Кастилия. "Позже у нас будут запертые двери и намного больше мужчин".


"Итак, мы уходим сейчас", - предложил я. Я встал. Передавая, я сказал: "Всем командам приготовиться, мы скоро выдвигаемся, пока основная часть плохих парней отсутствует. Когда я двигаюсь вперед, Рокко перемещается на правую сторону, чтобы поразить людей там и пройти мимо двери с той стороны. Рокко, держи эту улицу.


"Свифти, Махони, цельтесь в казарму, а не в общежитие. Снайперы, бейте по людям на крыше, только если нас заметят, или при первом выстреле, затем по любому, кого сможете увидеть. Вторая группа "Дельта", левая сторона, прикройте эту улицу. Рокко, я и Моран будем рядом с тобой, команда "Дельта-Один", чтобы зайти внутрь за заложниками. Ожидание."


Я позвонил Стрейчу, его номер на листе бумаги, телефон Риццо.


"Алло?"


"Это Уилко, мы собираемся штурмовать это место через пять минут, затем проходим мимо вас на выходе. Вам нужно будет пробежать на юг триста ярдов, когда увидите фары автомобиля."


"Хорошо, здесь все тихо".


Убрав телефон, темные очертания теперь выпрямились и были готовы, я повел Морана и Дельты вперед, четыре Дельты сломали двойной левый бент. Я тихо ступал, согнувшись вдвое, и мы добрались до небольшого флигеля. Я отправил Рокко в другое небольшое здание справа. Когда он добрался туда, раздались два тихих треска.


"Черт", - прошипела я, разворачиваясь и убегая. "На меня!" Я выстрелил от бедра в группу мужчин возле джипов, десять выстрелов без глушителя, прежде чем врезался в стену, выглядывая из-за угла, когда со всех сторон раздался треск. Рокко и его команда побежали по дороге, стреляя на ходу, остановились и опустились на колени, когда я вбежал в боковую дверь.


Я только что поднял винтовку на уровень, когда появились двое мужчин. Два выстрела пробили им брюхо с расстояния двух дюймов, и они согнулись, когда я протискивался мимо, пули просвистели надо мной, должно быть, Свифти и Махони.


Подняв винтовку, понятия не имею, заперта дверь или нет, я разнес замок на куски пятью выстрелами и пинком распахнул его, Кастилья ввалился внутрь, две пули были выпущены от бедра. Я развернулся и опустился на колени, Моран уже стоял на коленях и стрелял через территорию лагеря. Я увидел движение слева и быстро выстрелил, два темных силуэта попали в цель, когда они появились из дверного проема.


Наступила тишина.


"Немедленно выводите заложников!" Я крикнул, и Кастилия вывел их мгновение спустя, длинную вереницу мужчин, в основном босых, у многих из них были длинные бороды.


"Я был солдатом", - послышался американский акцент, заложником. "Я умею драться".


"Шевелись!" Я закричал и вытолкал его за дверь. Когда последняя Дельта прошла мимо меня, я быстро осмотрел комнату с заложниками, увидел одного мертвого охранника и ретировался, забрав Морана.


Выйдя за ворота и направо, я последовал за линией заложников обратно к запасной позиции. "Свифти, Махони, ложись сейчас же! Рокко, джипы есть?"


"Держись".


Зажглись фары, три джипа выехали вперед и развернулись.


Я передал: "Заложники на задних сиденьях джипов".


"Недостаточно гребаных джипов!" Моран закричал. Он побежал по боковой улице, когда Свифти приземлился рядом со мной.


"Иди с Мораном!" Я рассказал Свифти, Махони последовал за мной.


Позади меня заложников заталкивали в джипы. Когда они сели, я выбежал на боковую улицу и посмотрел вниз, грузовик двигался вперед, фары включились как раз перед тем, как он чуть не сбил меня.


Я бежал рядом с ним. Вторая команда "Дельта", за мной, садитесь в грузовик! Кто-нибудь еще, садитесь в грузовик!" Я передал: "Снайперская команда, теперь к нам. Все садитесь в машину!"


Свифти, Моран и Махони забрались на борт грузовика с дельтами, вскоре нацелив оружие.


"Это Уилко, есть кто-нибудь, кто не на грузовике или джипе?"


"Подожди!" Томо кричал и смеялся. Он забрался в грузовик вместе с остальными членами снайперской команды. Я бросился к переднему джипу и открыл дверцу, вскидывая винтовку и становясь на пороге. "Идите налево по этой дорожке, медленно и уверенно".


Мы тронулись с места, Слайдер вел машину, и я вгляделся в переулок, когда мы поравнялись с ним, женщины и дети вышли и задавались вопросом, что это была за стрельба, лаяли собаки, но никаких вооруженных людей по улице не было.


Джип, на котором я ехал, подпрыгивал на песчаной дороге, грузовик следовал в двадцати ярдах позади последнего джипа, и мы неуклонно продвигались вперед, городские огни уменьшались. Движение слева, и вбежали четыре темные фигуры.


"Садись в грузовик!" Я кричал на Стретча.


Перевалив через хребет, мы начали спускаться с другой стороны, и трасса немного улучшилась, скорость увеличилась. Держась одной рукой, я передал: "Есть раненые заложники, которым нужна помощь?"


"Это Кастилия, они все в порядке, без ран".


Проехав милю, я объявил остановку, перенося заложника обратно во второй джип, чтобы уравнять их. Держась за борт грузовика, я приказал конвою двигаться вперед. Трасса повернула на юг, и мы выехали на дорогу получше, хорошая скорость сохранялась в течение часа, прежде чем грузовик умер прямо на нас. Я остановил джипы на обочине дороги, вокруг нас было ровное пространство.


"Мы не можем все поместиться в джипах", - заметил Моран, когда пришел и нашел меня.


" Неа, " выдыхаю я, осматривая темный горизонт.


"Эта дорога достаточно прямая для Геркулеса, вон она".


"Геркулес в нескольких часах езды", - сказал я. "Я попробую поговорить с французами после того, как определю позицию. Все вон! Приготовьте зелье для заложников!"


Я отошел на песок и позвал капитана Харриса. "Это Уилко, у нас заложники, мы на полпути к Нигеру, но наш транспорт только что сломался".


"Да, что ж, есть плохие новости по "Геркулесу". У одного лопнула шина при посадке, большая работа по ее замене, а у другого вышел из строя двигатель. Третий Геркулес на полпути назад из Кении."


"А французы?"


"Не уверен".


"Зафиксируй это положение, затем свяжись с ними".


"Хорошо, дай мне десять минут".


Глядя на темные очертания, когда они стояли возле джипов, я решил пока ничего не говорить заложникам. Я передал: "Слушайте внимательно. "Геркулес" выведен из строя на данный момент, по крайней мере, на несколько часов, и французы охвачены небольшим восстанием, так что здесь только мы, но не беспокойте заложников, скажите им, что мы ждем наши вертолеты."


Я отозвал Кастилию и Морана в сторону.


"Геркулес не придет?" Спросил Кастиль.


"У одного лопнула шина, у другого отказал двигатель, еще один на пути из Кении, так что в семи или восьми часах езды от нас. И французы связаны."


"Где именно мы находимся?" Спросил Кастиль.


"Сейчас мы находимся к юго-востоку от этого города, примерно в тридцати милях от границы с Нигером. Смог бы пройти это."


"У некоторых заложников нет обуви, и они старые", - отметил Кастилия, когда я достал видеокамеру и начал снимать, как заложники разбивают лагерь. Я снял джипы и грузовик, прежде чем спрятал камеру.


Когда разгорелось несколько костров, мужчины расселись вокруг этих костров, была установлена ротация оленей, и мужчины разместились, Томо забрался на кабину грузовика. Я сидел с первой группой, их лица мерцали оранжевым от пламени, маленькие сухие кусты теперь горели.


Самый молодой из присутствующих, счастливо улыбаясь, сказал мне: "Вы могли бы использовать меня там, я был морским пехотинцем".


Кастилия стрельнула в меня взглядом. "Немного молод ... быть морским пехотинцем."


"Это увлажняющий крем, которым я пользуюсь, он сохраняет мне молодость. Это и мои исследования Библии. Отец - пастор."


Я начал: "И твой отец не возражал против того, чтобы ты присоединился?"


"Мы говорили об этом, да. Я работал в OTC в колледже, так что он привык, что я в отъезде или в форме."


Кастилия снова стрельнула в меня взглядом. "Не мог отсидеть полных шесть лет".


Молодой парень быстро разозлился, но затем отогнал это. Я перешел к ... работа под прикрытием. Именно этим я здесь и занимался, когда меня поймали."


Я мог видеть взгляды других заложников.


"Чушь собачья", - тихо выдохнул мужчина.


Я расслабился и проверил другие группы. Десять минут спустя я возвращался в Кастилию, когда один из его людей опустился на колени рядом с ним. Молодой парень двигался быстро, выхватил пистолет, сделал пять выстрелов, прежде чем я успел среагировать. Я всадил в парня две пули, Рокко добавил четыре.


"Человек ранен! Человек ранен!" - вырвалось из нескольких пар легких, когда я ворвался внутрь с винтовкой наготове и аптечкой первой помощи.


Заложник, которого я передал, был мертв, с хорошим попаданием в сердце, поэтому я оставил его, когда ворвались люди. У следующего заложника была рана в плече, в мягком месте, его глаза были широко раскрыты. "Тебя случайно ударили в так называемое мягкое место, в плечо, чтобы ударить человека, не убив его. Это будет больно, но у тебя нет шансов умереть."


"Нет?"


"Нет, так что успокойся".


Я перешел к следующему мужчине, обнаружив, что это Махони, и мое сердце пропустило удар. Рубашка задрана, патронташ и лямки расстегнуты, его живот был залит кровью. "Отойди назад, дай мне немного света здесь!"


Я проверил первую рану при свете полудюжины факелов. "Это царапина на ребрах, не смертельная, но, возможно, пробито легкое. Если ты хрипишь при дыхании, кричи об этом. " Ниже я осмотрел рану в животе. Направив свой нос прямо на это, я принюхался. "Ни желчи, ни дерьма нет, значит, кишечник в порядке, и он не перекачивается, ты будешь жить. Махони, в Боснии у меня было хуже, тебе осталось несколько дней."


Я засунул тампон в рану на животе, вызвав у моего пациента напряженный вздох, и забинтовал ее. Смазав соскоб с ребер кремом, я наложила марлю, тампон и туго заклеила его. Достав портсигар, я приготовил иглу. "Кто-нибудь еще попал?"


Кастилия сказал: "Дэйви мертв".


Я взглянул на тело, затем на мертвого парня. "Что, черт возьми, это было?"


Заложник вставил: "Знал, что он полон дерьма и совершенно неуравновешен. Его чертова история менялась каждый день, и он начал извергать Библию на нас."


После инъекции Махони я помог ему встать, и они облегчили ему подъем. "Дыши нормально", - сказал я ему. "Но если ты почувствуешь, что раздражаешься, скажи мне". Я повернулся к ближайшему заложнику. "Как его звали, того парня?"


"Сказал, что это был Билли Кремер, если верить всему, что он сказал".


Я отошел, вытирая окровавленные руки о брюки, и позвонил полковнику Мэтьюзу.


"Уилко?"


"У меня плохие новости, сэр. Операция прошла хорошо, быстро, но заложник схватил пистолет и убил двух человек."


"Он ... что!"


"Молодой парень, сказал, что он морской пехотинец, но другие заложники сказали, что он просто полон дерьма, так что это был наш солдат-заложник".


"Его имя?"


"Сказал, что его зовут Билли Кремер ..."


"Билли гребаный Кремер!" - раздался крик.


"Ты его знаешь?"


Гребаный засранец попался на пересечении границы с Северной Кореей" когда ему было всего шестнадцать, нам пришлось его вытаскивать, затем его депортировали из России, а затем арестовали на границе с Израилем. Он сертифицирован."


"Он тоже мертв, сэр".


"Мертв?"


"Мы застрелили его".


"Иисус, его отец - миллиардер, разбирающий Библию".


"Один из ваших бойцов "Дельта Форс" мертв, один ранен, один заложник мертв, второй ранен, и наш транспорт потерпел неудачу. Мы по уши в дерьме, сэр."


"Рядом с вами у нас ничего нет, нам потребовалось бы восемь часов, чтобы добраться туда!"


"Тогда мы могли бы идти на юго-восток от этой позиции, сэр. Французы могут прислать грузовики или вертолет. Уилко на свободе." Я позвонил капитану Харрису. "Мы в дерьме, двое убитых, двое раненых".


"Что случилось?"


"Парень-заложник, страдающий психическими расстройствами, схватил пистолет и начал стрелять".


"Заложник ... стрелял в людей?"


"Махони ранен, сержант "Дельты" мертв, заложник мертв, второй ранен, но они стабильны, в порядке в течение нескольких часов или больше".


"У меня есть идея, оставайся на месте, не двигайся". Звонок был прерван.


Моран и Свифти приблизились. "Итак, каков план?" Спросил Моран.


"План таков ... у нас мало вариантов, поэтому мы остаемся здесь, пока они что-нибудь не пришлют. Капитан Харрис, казалось, думал, что сможет что-то организовать."


"Этот Скайван там", - вставил Свифти.


"Недостаточно большой для всех нас", - сказал я ему.


"Можно было бы увести заложников и раненых, остальные пошли пешком, всего тридцать миль", - предложил Свифти.


"Неплохая идея, но до Скайвана четыре часа езды. Итак ... мы немного подождем. Приготовь что-нибудь поесть, потому что мы никуда быстро не денемся."


"Раненые?" Спросил Моран, когда мы разгребали песок по направлению к лагерным кострам.


"У них есть несколько дней до того, как им понадобится больница".


Еда приготовлена, я проверил наших раненых, тело Кремера завернули в пончо и отодвинули в сторону, мертвого Дельту завернули в его пончо, его снаряжение сняли с тела и положили на землю. Дельта, который снял комплект, встал, уставился на пончо, прикрывавшее Кремера, а затем несколько раз пнул тело, возможно, пятьдесят раз, пока заложники смотрели на странную сцену.


"Ну, если он не мертв, - начал Роко, - то утром у него будет синяк".


Дельта, наконец, села.


Я начал: "Мертвец, твой приятель?"


Он на короткое мгновение поднял голову. "Мы начинали вместе".


"А если бы он пошел на обход по делу?" Я спросил.


"Такова моя работа, и я принимаю риск, но это ... это за гранью безумия."


"Этот парень, Кремер, был арестован в Северной Корее, когда ему было шестнадцать, вашему Государственному департаменту пришлось вернуть его".


"Я помню это", - отметила Дельта.


"И он был арестован в России и Израиле", - добавил я. "У парня был пунктик по поводу пересечения границ".


" О нем был документальный фильм, " вставил Кастилье. "Но я не узнал его; ребенок с отцом-пастором. Они сказали, что он сделал это, чтобы заставить своего отца признать его."


"Недостаточно объятий перед сном", - заметил Роко.


"Все шло хорошо", - отметил Кастилия. "Быстрое спасение, чертовски быстрое. Ты сделал так, чтобы это выглядело просто. Теперь это дерьмо."


"Лучшие продуманные планы", - съязвил я. "Вот почему часто лучше не иметь жестких планов. Ты видишь землю перед собой... тогда тебе решать."


Я проверил Махони, но он был в хорошем настроении, и на данный момент его дыхание было чистым. Наш раненый заложник хныкал, но состояние стабильное, и, чтобы заставить его замолчать, я позволил ему воспользоваться моим спутниковым телефоном, чтобы позвонить своей жене. Я должен был слушать, потому что он рассказал ей о том, как Кремер застрелил его, и что мы застрелили Кремера насмерть.


Николсон сообщил мне позже.


Я тяжело вздохнул. "Мы ничего не можем сделать сейчас, и нам разрешено застрелить того, кто стреляет в нас".


Зазвонил мой спутниковый телефон; капитан Харрис. "Какие-нибудь хорошие новости?" Я спросил.


"Геркулес" в пути, должен быть с вами через несколько часов, они воспользуются радио, у них есть ваше местоположение".


"Мы можем продержаться так долго, и есть дорога на восток, по которой они могут приземлиться. К тому времени будет уже светать." Я сообщил всем о нашем транспорте, но десять минут спустя на северо-западе были замечены огни приближающихся джипов.


"Снайперская секция, залезайте в этот грузовик, и я хочу, чтобы головной джип был остановлен на расстоянии 1200 ярдов ... только ударом по решетке двигателя, или я удерживаю вашу зарплату".


Они побежали к грузовику.


"Почему бы не пристрелить ублюдков?" Спросил Рокко.


"Потому что они могут быть просто фермерами, направляющимися собирать свой гребаный урожай", - сказал я ему.


Пять минут спустя раздался треск, за которым последовали еще два.


"Они остановились", - донеслось по радио. "Держитесь, дюжина вооруженных плохих парней".


Я передал: "Тогда отрабатывай свое содержание и стреляй в ублюдков".


"С нами все будет в порядке?" - спросил взволнованный заложник, по-британски.


"Конечно, с тобой все будет в порядке", - сказал я ему. "Потому что эти четверо парней могут показаться немного легкомысленными, но они одни из лучших снайперов в мире, и в их руках лучшая в мире винтовка".


Послышались расколы.


"Где тебя похитили?" Я спросил нервного мужчину.


"На севере Мали я был на шахте. Я инженер-химик."


"Ты получишь хорошую выплату?" Роко спросил его.


"Ну, я не уверен".


"Как долго тебя держали?" Я спросил.


"Я думаю... три месяца, не уверен, через некоторое время один день похож на другой."


"Семья?" Я спросил.


"Да, и они знают, я говорил с ними".


"Ты говорил с ними?" Я поинтересовался.


"Наши любезные хозяева заставили нас позвонить семье и попросить перевести им деньги. Некоторые заплатили и были освобождены, но моя жена сказала им оставить меня."


Рокко и парни громко и грубо рассмеялись над нашим заложником, и я не смог удержаться от широкой ухмылки.


"Так что ты будешь делать, когда вернешься, кроме того, что разведешься с ней?" - Спросил я, когда послышался треск.


"Что ж... Я мечтал поскорее уйти на пенсию, сейчас мне пятьдесят семь, и перебраться в Корнуолл. Немного порыбачим."


"Должно быть, это безопаснее, чем работать здесь", - сказал я ему.


Томо пришел и нашел меня у лагерного костра пятнадцать минут спустя. "Мы убили двенадцать, разбили их джипы и теперь ни хрена не видим, босс".


"Возможно, они идут этим путем", - предположил я.


"Они не настолько храбры, босс", - сказал Томо, уходя.


Когда темная ночь начала синеть, мы сидели и тихо болтали, несколько заложников спали на песке, джип проехал мимо нас без остановки, и мы в него не стреляли.


"Геркулес для Уилко", - прозвучало у нас в ушах.


"Уилко здесь, продолжай".


"Сейчас приближаюсь к вашей позиции".


Я встал и услышал их, прежде чем увидел. "Ты идешь прямо на юг, точно по следу. Вы увидите дорогу, ведущую прямо на восток, приземляйтесь на нее."


Парни встали и потянулись, вскоре грубо пиная спящих заложников и помогая подняться Махони и нашему раненому заложнику.


Я стоял, уставившись на приближающийся "Геркулес", затем обменялся взглядом с Рокко и Мораном.


"Кто-то отбелил нашего Геркулеса?" Спросил Рокко.


Белый "Геркулес" кружил к западу от нас.


"Это коммерческий Геркулес", - сказал я им. "Должно быть, позаимствовал". Я передал: "Уилко для "Геркулеса", что за дурацкая белая цветовая гамма?"


"Мы позаимствовали это, это коммерческая птица".


Рокко передал: "Ты мог бы сначала нарисовать это, ты не можешь застать нас в этом!"


"Просто будь благодарен, что мы вообще здесь", - прозвучало в ответ.


Я велел всем идти к более прямому участку дороги, один Дельта нес своего мертвого приятеля, Слайдер нес мертвого заложника, но я намеренно оставил тело Кремера, когда Кастилия упомянул об этом.


"Береги все оружие!" Я передал и выгрузил свой.


Оглянувшись, я увидел приближающуюся большую белую птицу, она пронеслась над нашими головами и с визгом ударилась, вскоре остановившись, опустив хвост, когда мы шли к ней. Медики ушли, Махони передали вместе с нашим заложником, когда я крикнул всем быстро подниматься на борт, был произведен простой подсчет персонала.


Я передал: "Посчитайте свои команды по головам!"


Последний взгляд назад, и я поднялся на борт, рампа закрылась. Всплеск энергии, и мы тронулись в путь прежде, чем люди успели рассесться. Я держался за проволочную клетку, когда мы поднимались и сворачивали вправо; этот "Геркулес" обычно использовался для безопасной доставки посылок, несколько небольших посылок все еще были в клетках - задержка доставки.


Выровнявшись, я пошел вперед, чтобы найти пилотов королевских ВВС в их зеленых летных костюмах в коммерческом "Геркулесе". "Так откуда это взялось?"


"Он был сел на аэродроме, и полковник Марчант использовал военные полномочия, чтобы реквизировать его, предложив звонкую монету ... или пуля в голову."


Я улыбнулся. "Сделал свое дело, но держу пари, что МОД не будет снимать эту гребаную штуку, когда она приземлится".


"Ну, нет, наверное, нет. В любом случае, мы направляемся в Буркина-Фасо, и там нас встретит "Геркулес" из Кении, так что вы прибудете на "Геркулесе" королевских ВВС."


"Нам придется выгружать раненых, иначе нас будут критиковать, поэтому по рации вызовите две машины скорой помощи и сотрудников посольств Великобритании и США".


Сел, защитных устройств для ушей не видно, мой телефон вспыхнул. "Алло?" Я закричал.


Уилко, полковник Мэтьюз. Ты в самолете?"


"Да, сэр, Геркулес. Пусть ваши официальные лица встретят нас в Буркина-Фасо, машины скорой помощи, сотрудники посольства."


"Хорошо, я разберусь с этим сейчас. Еще какие-нибудь проблемы?"


"Нет, сэр, у нас все в порядке. Позвони в посольство, мы будем там через час или меньше."


Я мог видеть, как над Махони хлопочут две женщины-медика королевских ВВС, двое медиков с нашим раненым заложником, устанавливают капельницы, два тела прикрывают пончо. Я шагнул к Дельте, которая несла это тело. Прокричав ему в ухо, я сказал: "Мы приземлимся в аэропорту Буркина-Фасо, сотрудники посольства США, тело доставят обратно самолетом".


Он кивнул, выглядя уставшим, как собака.


Я достал видеокамеру и показал ее ему. Он поднял взгляд, а затем пожал плечами. Я заснял тело и сделал снимки неподвижной камерой.


Чуть меньше часа спустя мы приземлились и вырулили в море мигающих синих огней, полиции и машин скорой помощи. Пандус опущен, медики отнесли раненых к тележкам, наши пациенты согласились сотрудничать и легли, тела вынесли и поместили на тележки, мужчины в костюмах стояли рядом, за ними две дюжины местных полицейских.


И там, на летном поле, сидел самолет королевских ВВС "Геркулес" с включенными двигателями, поэтому я повел всех к нему, пока Кастилия приближался к своему "амбассадору", нашей большой белой птице, которую нужно было заправить и отправить обратно, с нами ехали медики с тяжелыми сумками. Я снял "Геркулеса" на камеру, а также полицию и машины скорой помощи.


Кастилия присоединилась к нам десять минут спустя, а еще через десять минут после этого мы были в воздухе и направлялись на юго-запад - на этот раз защитники ушей были одеты, наши заложники теперь в безопасности - и официально переданы, больше не моя ответственность. Большинство из тех, кто был на борту, быстро уснули.


Заходя на посадку, я велел почти всем надеть маски, а видеокамеру передал медику. Когда спускался трап, этот медик снимал нас, и он ушел первым, снимая нас, когда мы спускались по трапу с оружием в руках.


За пределами комнаты королевских ВВС я встретил капитана Харриса, который попросил грузовик или автобус для парней. Позвонив Морану и Кастилии, мы вмешались и провели мини-брифинг в присутствии полковника Марчанта и его старших сотрудников. Я передал видеокамеру команде пропаганды keen MOD.


Используя белую доску, я подробно описал первоначальный план, затем измененный план, наконец, что мы на самом деле сделали. "Мы проехали тридцать миль на юг, затем грузовик сломался, иначе мы добрались бы до Нигера. Но затем заложник с известными психическими проблемами схватил пистолет и застрелил двух мужчин, ранив еще двоих. Этот парень ... его удерживали в Северной Корее, России и Израиле за незаконный въезд, и о нем даже сняли документальный фильм."


Полковник Марчант начал: "Итак, без этого психа и грузовика, который продержался час, это была бы быстрая операция по учебнику, без жертв".


"Наилучшие планы, сэр. И давайте договоримся не упоминать этого белого Геркулеса."


Они смеялись.


"Фильм будет смонтирован", - крикнул офицер сзади.


Вернувшись в отель, ребята сели ужинать, я позвонил Максу. "Что там по Рейтер о спасении заложников США в Мали?"


"Подожди... Силы специального назначения США и Великобритании спасают двенадцать заложников в Мали, но заложник Билли Кремер, ранее находившийся в заключении в Северной Корее, России и Израиле, схватил пистолет и застрелил американского солдата и одного заложника. Заложники были отпущены в свои национальные посольства в Буркина-Фасо после медицинского осмотра, один раненый американский солдат и один раненый заложник доставлены в больницу. Это был ты?"


"Да, и этот чокнутый мальчишка ранил Махони".


"Черт ... что ты хочешь, чтобы я запустил?"


"У меня есть для тебя несколько снимков, но дай этому парню плохую оценку. Проведи о нем кое-какие исследования, его зовут Билли Кремер."


"Хорошо, сойдет".


Я поел с ребятами, отпуская грубые шутки, несмотря на смерти, но вскоре все они отправились спать, чтобы через несколько часов быть разбуженными капралом, а "Тристар" будет доступен нам через несколько часов.


Зевая, я подумал о том, как трудно было бы разбудить этих людей. "Когда следующая после этой?"


"Два дня спустя, сэр".


"Запиши нас на это". Я вернулся в постель.


На следующее утро ко мне пришел полковник Марчант и вывел меня на улицу. "В одном городке на севере начались дебоши, в наших парней несколько раз стреляли. Не повстанцы, просто ... беззаконный."


"Я возьму несколько парней сегодня вечером, сэр, организую какой-нибудь транспорт, но ... ничего не записано, вопросов не задано. здесь 6 вечера."


Он кивнул и направился прочь.


В 6.15 вечера прибыл наш транспорт, и я отобрал свою снайперскую команду плюс Свифти, но также потащил с собой Кастилию. Его люди медленно приходили в себя, из угрюмых и несчастных они превратились в уставших и несчастных "просто план".


"Куда мы направляемся?" - спросил он.


"Подожди и увидишь", - сказал я ему.


Через час езды по плохим дорогам мы подъехали к горному хребту, водители должны были вернуться за нами в час ночи. Выйдя из джипов, мы надели маски и перчатки, проверили оружие, прежде чем я повел их прочь, как на патрулирование. Перевалив через хребет, мы нашли город, и, обогнув прямо вдоль хребта, вышли на возвышенность над городом, мыс, выступающий в город, с доступными нам высокими деревьями.


Я сказал команде залезть на деревья и занять хорошую огневую позицию, Кастилию - быть со мной и Свифти. Повесив винтовки, я взобрался на большое дерево с множеством лиан в помощь и нашел ветку подходящей формы. Достав зеленую веревку, я привязал ее к ветке выше и сделал для нас три большие петли.


Свифти был ниже меня, Кастилия справа от меня, и мы все пытались устроиться поудобнее, что никогда не давалось легко. Я передал: "Хорошо, слушайте: это сто долларов США за лучший снимок или самый изобретательный выстрел. Любой идиот там, внизу, с пистолетом или мачете - честная добыча, этот город известен своим беззаконием и стрельбой по нашим мальчикам, когда они проходят мимо. Теперь вы все назначены мной, городским шерифом."


Раздался треск.


"Кто это был?" Я спросил.


"Я, босс", - сказал Томо.


"Я не закончил свою речь. В кого ты стрелял?"


"Выстрелил парню в задницу".


"Почему ... ты выстрелил ему в задницу?"


"У него была винтовка на ремне".


"Достаточно справедливо. Ладно, всем удачной охоты. Можешь начинать."


"Удачной охоты?" Кастиль повторил, прицеливаясь.


"Найдите кого-нибудь, кого стоит пристрелить, затем решите, хотите ли вы пристрелить его - и скажите мне, почему".


Минуту спустя он сказал: "Четверо мужчин стояли и курили у своих джипов, слева от парка", - сказал Кастилия, услышав треск.


"И зачем в них стрелять?" Я нажал.


"Вооруженные люди, вероятно, торговцы наркотиками, плохие парни и пугающие местных".


"И если они умрут... сколько людей будут жить в мире", - задал я вопрос. "Ваш выстрел, капитан".


Он ударил первого человека, Свифти - второго, а я ударил третьего. Кастилия произвел еще четыре выстрела, добивая мужчин. Прохожие оглядывались по сторонам, понятия не имея, откуда стреляли, а с нашими глушителями они бы никогда не узнали.


Две минуты спустя Свифти сказал: "Резко направо, красная крыша, иди направо, белая блестящая машина".


Я сосредоточился на мужчине, трахающем девушку сзади, с ножом у ее горла. "Мистер Кастилия, пожалуйста, выстрелите в голову".


Кастилия выстрелил, голова мужчины дернулась назад, кровь забрызгала стену. Девушка подняла трусики и огляделась, затем побежала.


"Добро пожаловать в джунгли, мистер Кастилия, где добро и зло - это черное и белое, и такие люди, как мы, могут изменить ситуацию".


Пять минут спустя я заглядывал в окна квартир, вскоре обнаружив группу плохих парней, делящих кокаин, с автоматами AK47 наготове. Я передал: "Хорошо, все, посмотрите на белый жилой дом в позиции "десять часов", левая сторона, четвертый этаж, посередине, четверо мужчин сидели за кофейным столиком. Николсон, разбей окно, никого не задев. Томо, возьми бутылку Пепси."


Свифти громко рассмеялся.


Треск, и окно разлетелось вдребезги, второй треск, и большая бутылка колы взорвалась.


" Босс, " раздался голос Томо. "Они добавляют Пепси в свою кока-колу, значит, это Пепси-кола?"


Я мог слышать смех сквозь деревья. "Если бы так делали coca-cola, это было бы очень дорого, но и очень популярно".


"Они не слишком счастливы", - добавил Томо.


Я мог видеть, как мужчины сейчас в безумном порыве спасают как можно больше кокаина, один из них направляет свою винтовку в окно. "Снайперская команда ... убейте ублюдков."


Человек в окне внезапно лишился затылка, его друзья вздрогнули, увидев, что они покрыты мозгами и кровью, их кокаин также был отравлен. Их удивление длилось недолго, три выстрела в голову окрасили комнату в красный цвет.


Кастилия отметил: "Бизнес закрыт на сегодня. Хотя горничной придется потрудиться."


" Главная площадь, " позвал Свифти пятнадцать минут спустя.


Я посмотрел в прицел и увидел восьмерых вооруженных людей. Они перешли дорогу, чтобы осмотреть четырех мертвых мужчин, чьи вещи уже были дочиста обобраны - в основном детьми. Я передал: "Когда я стреляю, ты стреляешь. Кастилия - главный человек. Свифти - здоровяк справа от него, Николсон - крайний слева, парень, стоящий на коленях перед Томо, двое сзади для Свон и Леггита, но ... вам разрешено бить их только по ногам."


Сквозь темноту до меня донесся смех.


"В режиме ожидания. Целься ... и огонь!"


Трещины раздавались в четком порядке, и вскоре наши цели сошли с ума.


"Никому не говори этого", - передал я.


"Босс, они сходят с ума", - послышался голос Томо и быстрый смех.


"Хорошо, Николсон, любой из этих людей ... только указательный палец правой руки."


Минуту спустя раздался треск, человек потерял два пальца.


"Это было два пальца", - пожаловался Свифти по радио. "Ты трусы".


"Томо", - позвал я. "Яички".


Прозвучало пять ударов, наши жертвы катались по полу, держась за яйца, но у всех были смертельные ранения внутренней поверхности бедра, из которых текла кровь.


"Уничтожьте их джипы", " передал я и выстрелил сам, попав в шину и решетку двигателя.


Становилось тихо, некоторое время вооруженных людей не было видно. Свифти выстрелил.


"Что это было?" Я спросил его.


"Парень с отвратительной собакой, пугающий ею людей. Я ударил собаку."


Я осмотрел домашние дома, чуть больше жестяных лачуг, кастильская стрельба. "Что-то, капитан?"


"Парень избивает свою женщину, затем он берет свое мачете. Я ударила его по руке, так что, надеюсь, она простит его и приготовит для него, потому что какое-то время он не будет готовить жаркое."


Томо передал: "У меня лучший выстрел".


"Как же так?" Я бросил вызов.


"Эта проститутка шла по дороге, а этот парень прошел мимо и покачал ей головой, поэтому она ограбила его - приставив нож к его горлу. Я отрезал ей нос, так что больше не буду продавать ей вкусности, теперь это немного уродливо."


Кастиль передал: "Ты только что втянул ее в преступную жизнь, тупица, у нее больше нет постоянного дохода".


"Может быть, она увидит свет и станет монахиней", - предположил Томо, заставив меня покачать головой.


"Поехали", - сказал Свифти и выстрелил. "Папа заставлял свою маленькую принцессу сосать его член, но она сопротивлялась".


"И что теперь?.." - спросил я.


"И теперь его мозги вылетели из головы, и она сбежала".


Прошло полчаса, выстрелов не последовало, глаза отдохнули, древесные лягушки поют нам серенаду.


"Внимание!" - написал Николсон. "Правая сторона, главная дорога".


Я посмотрел в прицел и увидел, что там была установленная Душка, с ней два джипа, шел жаркий спор. "Итак, джентльмены, дополнительный приз, если вы подожжете этот джип. Сначала убей всех этих людей."


Трещины потревожили ночных созданий, вооруженные люди разлетелись в стороны, головы откинулись назад, джипы забрызгало кровью. Я ударил по ветровому стеклу и шинам, а затем сосредоточился на двигателе.


"РПГ!" - крикнул кто-то, мужчина, замеченный возле джипов с РПГ. Мгновение спустя он был ранен в голову сбоку, выстрелил из РПГ. Опустив винтовку, я последовал за ракетной головкой, и она попала в жилой дом, сноп искр осветил улицу, люди побежали в укрытие.


Кто-то прикончил нашего человека из РПГ выстрелом в грудь, пока я изучал дом, из которого он вышел. Я передал: "В том доме, из которого он вышел, несколько плохих парней шныряют повсюду." Я прицелился и выстрелил, стекло разбилось, человек попал.


Кто-то пробежал по переулку и остановился, мой выстрел отбросил его голову набок. Две трещины, и задняя часть дома взорвалась, яркая вспышка, летящие искры.


"Хорошо, кто это был?"


"Я, босс", - ответил Томо.


"К чему ты стремился?"


"Газовый баллон".


Кастилия спросил: "Как они теперь собираются готовить ужин, а?"


В полночь у нас закончились люди для стрельбы, и мы спустились вниз, возвращаясь к дороге.


"Итак, кто получит сто долларов?" Спросил Томо.


"Я верю", - сказал Кастилия.


"Почему?" Томо бросил вызов.


"Я целился в этого парня с отвратительной собакой, случайно отстрелил псу яйца. Он с визгом убежал."


"Достаточно справедливо", - сказал Томо. "Это собачьи яйца", заставляющие нас смеяться.


"То, что я сказал, собачьи яйца", - отметил Кастилия.


"В Англии, - начал я, - собачьи яйца означают, что это вкусно".


"Это так? Такая странная нация слабоумных..."


У дороги мы нашли укромное место для ожидания.


"Джентльмены", - начал я. "То, что вы только что сделали, было, вероятно, лучшим, что некоторые из вас когда-либо сделают в своей военной карьере. Мистер Кастилия, меня считают лучшим, так что подумайте о полученном уроке и о том, что вы только что сделали.


"Перед тем, как мы вышли, я сказал капитану Хэмблу, что не возьму его с собой. Он разводится и злится, а я не хочу, чтобы злые мужчины нажимали на спусковой крючок. Кто-то из вас нажимает на курок, чтобы доставить мне удовольствие, кто-то, чтобы попытаться посоревноваться со своими товарищами, кто-то потому, что вы хотите быть хорошими солдатами - и заслужить уважение.


"Меня не всегда волнует, почему ты нажимаешь на курок, но было бы неплохо, если бы ты иногда понимал, почему, и видел политику в таком месте, как это. Там, внизу, и в сотне городов, подобных этому, какой-то парень принуждает девятилетнюю девочку к сексу, вероятно, чтобы потом перерезать ей горло. Если вы застрелите его, вы окажете нашей планете большую услугу.


"Это джунгли и закон джунглей: собака ест собаку. Но в нескольких милях к западу находится Гана, и там девочки бегут в школу рука об руку, даже не думая о какой-либо опасности. Люди там улыбаются, здороваются и идут по своим делам, оружия не видно. Эти отморозки выбирают оружие в качестве карьеры, и если вы оборвете их карьеру, вы окажете Африке услугу.


"Я не в первый раз играю в шерифа, и я был бы счастлив делать это каждый день, в городах прямо по всей Сьерра-Леоне и Либерии. Там, в Великобритании, различные разведывательные агентства ссорятся, как дети, и таких людей, как мы, иногда убивают, потому что какой-то парень хочет продвинуться по службе.


"Здесь все черно-белое, никакой офисной политики, просто правильное и неправильное, и вы все можете отличить хорошее от неправильного в таком месте, как это. Понимаете ли вы, что вы здесь делаете, или нет, вы только что совершили отличную вещь, правильную вещь, и у людей в этом городе может появиться шанс на жизнь на короткое время.


"То, что мы сделали, было незаконно, никогда не обсуждай это, но то, что мы сделали, было также необходимо, правильно и благородно вместе с этим. Вот почему я мирюсь с политикой и всем этим дерьмом... и раны на моем теле, чтобы я мог быть в таком месте, как это, и что-то изменить.


"Когда я недавно встретил сербского парня, которого я ранил в Боснии, я сказал ему, что Босния изменила меня, что я перестал бояться смерти, и что я привык убивать людей, и что я благодарен за это. Босния помогла мне сделать это без сочувствия к тем, в кого я стреляю, и без всякого страха, но Босния также расставила акценты.


"Я спас группу людей, которых собирались казнить, а позже они сбежали в Лондон, женщина из группы была беременна, и недавно я снова встретился с ними. Она ... все это для меня в фокусе, почему я это делаю и почему мне это нравится - когда некоторые люди думают, что мне нужно проверить свою голову.


"Мне нравится убивать плохих парней, и я делаю это сейчас, не раздумывая и не испытывая угрызений совести, тем не менее, вы - мистер Кастилья - все еще пытаетесь понять, как все это работает, расстроены потерей вашего человека, беспокоитесь о том, что скажет ваш босс.


"Для меня это работает по-другому. Каждый раз, когда я приезжаю сюда, в каждую следующую поездку, я играю в шерифа и еще раз что-то меняю. Что вы должны учитывать, мистер Кастиль, так это то, что мотивирует вас продолжать в том же духе. Мило улыбайся, терпи дерьмо, пока у тебя есть шанс еще раз поиграть в шерифа.


"Обычные солдаты испытывают стресс. У меня нет стресса, я вижу это ясно, и мне это нравится. Когда вы, наконец, сосредотачиваетесь на всем этом, стресс проходит. К черту своего босса, к черту военных, играйте в их игру, пока они позволяют вам играть в вашу."


Вмешался Свифти: "Если бы ты попросил Дэвида Финча провести здесь несколько недель для тренировок, он бы сказал "да", и мы могли бы навести здесь порядок".


"Хорошее отношение", - похвалил я. "Николсон, ты ... ты когда-нибудь думал о людях, которых убиваешь?"


"Я доверяю тебе, поэтому, если ты скажешь "стреляй" ... Я стреляю. Но ты объяснял все раньше, и теперь я понимаю лучше: мы играем в шерифа, а какая-то сука там, внизу, не насилует и не убивает девушку."


"Лебедь?"


"Когда я впервые нажал на курок по-настоящему, мне стало жаль парня, но ты часто объяснял причину, почему мы были на работе. И да, мне это тоже нравится; там меньше гребаных отморозков. Я люблю этот старый фильм Чарльза Бронсона - "Мститель"."


"Легитим?"


"Когда я впервые убил человека, я чертовски волновался, что меня могут арестовать или что-то в этом роде, но теперь у меня все в порядке в голове. Регулярная армия говорит: застрелите этого человека. Сначала ты объясняешь суть задания."


"Транспорт скоро должен быть здесь", - отметил я.


"Ты не спрашивал меня", - заметил Томо.


"Tomo ... Я часто сомневаюсь, что у вас есть способность мыслить, не говоря уже о рационализации сложной эмоциональной темы."


Они смеялись над ним.


"Я знаю, почему я это делаю", - запротестовал он. "Ты дал мне несколько советов, когда я перешел на другую сторону, наставил меня на правильный путь, сказал мне использовать свой гнев для правильных целей - и всегда стрелять им по яйцам".


Ребята засмеялись, когда я покачал головой, глядя на Томо. "Мистер Кастилия, Томо здесь не такой, как все мы, некоторые из моих парней почти в здравом уме".


- Почти, " повторил Кастилье.


Два дня спустя мы приземлились обратно рано утром, и шел дождь, но ледяной, Виски успел вернуться с нами. Мы все должны были достать куртки из ящиков, иначе замерзнем до смерти. Мы прощаемся с Дельтами, наши гости возвращаются в Лондон, чтобы выпить теплого мочового пива.


Короткая обратная поездка сопровождалась угрозами расправы в адрес водителя, если он не включит обогрев, и водитель был рад видеть нас сзади.


Член парламента Пит оставил мне записку. "Сегодня будет воскресенье, молоко в холодильнике".


Я включил чайник, пока Свифти возился с отоплением в доме, и мы сидели, накинув пальто поверх курток, с чайными кружками в руках, дрожа. В конце концов я сказал: "Холодный старый дом".


Свифти кивнул, уставившись в свой чай. "Нужно попросить Пита включить отопление".


"Я бы догадался об этом, так почему же он этого не сделал?"


"Это было на автомате, должно было начаться через полчаса".


"Ах..." - Я отхлебнул горячего чая.


"Жаль того парня из "Дельты"", - заметил Свифти.


Я кивнул. "Застрелен гребаным заложником. Но предполагается, что дельты связывают своих заложников, стандартная практика, Хельсинкский синдром, так что ... я думаю, мы все виноваты."


"Есть о чем подумать на следующей работе; кабельные стяжки".


Я кивнул и полчаса спустя отправился в холодную постель.


Я проснулся в 10 утра, и мне пришлось некоторое время ломать над этим голову, пока я не понял, что отправился спать в 4 утра. В доме было тепло, хотелось принять горячий душ, и, по крайней мере, дождь прекратился. Одевшись потеплее, я побежал трусцой к завтраку, немного о себе, наш PTI ждет какой-нибудь сделки.


Они пришли и сели рядом со мной. "Эти параинструкторы проходят обучение владению оружием, так почему бы нам этого не сделать? Мы использовали стрельбище в Креденхилле и на полигоне Росса."


"У меня с этим нет проблем, поговорите с сержантом Крэбом, когда он будет здесь, и освободитесь, или хватайте всех, кто поблизости, и просите их использовать дистанции. Лишние люди всегда полезны."


"И если мы... преуспел в обращении с оружием?"


Я нахмурился, глядя на них. "Чего ты добиваешься?"


"Мы в отличной форме, так что... если мы так же хорошо владеем оружием, мы могли бы пойти на работу."


"Ребята, если вы пройдете тесты и получите оценку ... тогда ты получишь оценку. Просто. Если ты пройдешь мои три дня и получишь хороший балл, я помогу тебе отстрелить яйца, где-нибудь в неглубокой могиле."


"Ну, мы бы хотели избежать части с неглубокой могилой".


"Тогда тебе нужно быть более удачливым, чем хорошим. Поговори с Николсоном, попроси его приятелей пригласить тебя на трехдневный сеанс ... через месяц. Даю тебе время потренироваться с оружием."


"Тогда мы поговорим с Николсоном".


В переносной кабине я нашел О'Лири. "Зайдешь в воскресенье?"


"Ко мне приходят несколько старожилов. Как все прошло?"


"Учебник, и простой, пока заложник не схватил пистолет и не начал стрелять в людей".


"Да, я слышал. Жаль того парня из "Дельты". О, Дэвид Финч сказал, что сегодня вечером будет что-то о спасении. Документальный фильм Би-би-си."


"Уже?" Я озадачен. "Должно быть, МОД скормил мне пленку, которую я снял. Немного увлекательные, не так ли?"


В 9 вечера я сел со Свифти, Мораном и Сашей к нам, приготовили чай, Моран теперь живет один в своем доме, говорили о переезде Хэмбла. Документальный фильм действительно содержал мои кадры, а также те, что были сняты отделом пропаганды Министерства обороны. Они заставили нас подняться на борт "Геркулеса" - инструкторы по парапланеризму суетились над снаряжением, группами покидали самолет, затем кадры, которые я снимал.


Затем они показали фотографию Кремера, увеличив его лицо и зловещие глаза, когда описывали его странные выходки по всему миру, фотографии, на которых он предстает перед судом в Северной Корее, и кадр с актерами - один хватает пистолет и собирается выстрелить. Вы слышали выстрелы, но ничего не видели, за ними последовал мой фильм о телах в пончо, полиции и машинах скорой помощи в Буркина-Фасо, пять минут о жизни сержанта Дэвида Герша из "Дельта Форс" и его скорбящих родителях.


Моран сказал: "Политику можно разрезать ножом, она такая толстая".


"Малыш был засранцем", - вставил Свифти. "Так что пошли его нахуй".


Уставившись в телевизор, мне пришлось ломать голову над истинным смыслом фильма и над тем, что задумал МОД; фильм заставил бы Сталина гордиться. Все это было правдой, но тон был очень странным, и они увеличили изображение людей для драматического эффекта. Мне было интересно, чего пытался достичь продюсер.


Мы хорошо справились, все было героически и драматично, но, как и ожидалось, все закончилось тем, что нами руководили Дельты, а не мы. Мы были "в поддержке".


В понедельник утром мы собрались на брифинг в 9 вечера, темой недели была отложенная встреча HALO в Брайз Нортон. Я был бы ключевым докладчиком. На этой неделе мы также увидим прибытие нескольких усыпленных свиней - и нескольких врачей, проводящих обучение оказанию первой помощи, чтению карты и планированию маршрута в помещении, поскольку прогнозировался дождь.


Робби и его отряд все еще были на тренировках, Краб, Даффи и Соленые все еще были с полицией, а капитан Хэмбл завершил десятимильный и двадцатимильный забеги и сделал приличное количество кругов в 24-часовом скоростном марше, доводя себя до обморока. На этой неделе Хэмбл должен был побывать на стрельбище и в Доме убийств, где из-за холодного дождя пройдут недельные мероприятия.


В среду утром старшие сотрудники отправились на короткое расстояние в Брайз Нортон, майор вместе с полковником Дином и его командой, чтобы встретить нас там со следопытами, SBS и 2-й эскадрильей. 2 Эскадрилья обычно не обучалась HALO, но многие прыгали со мной, и поэтому они будут включены.


Генерал Деннет послал человека следить за прогрессом, и мы все узнали друг друга за чашкой чая, прежде чем все началось, болтая небольшими группами, Риццо все еще хромал - его травма была актуальной травмой ОРЕОЛА, в комнате находилось сто человек.


Командир парашколы, наконец, поднялся на трибуну в комнате, за его спиной была белая доска, и он подробно рассказал о недавних выпадениях HALO в Либерии, Сьерра-Леоне и Мали, а также об использованном наборе. Он перечислил известные неисправности комплекта, и в моем отчете к этому добавились неисправность фонаря в сумке, сбой тонального высотомера. Он, наконец, позвонил мне.


Я начал: "Джентльмены, целью этих встреч будет планирование развития британского военного ореола и организация нескольких практических занятий. Поскольку погода на улице типичная для Великобритании, давайте попробуем договориться о дате групповой поездки в Сьерра-Леоне, нескольких каплях - и поболтаем об этих каплях, и я думаю, что это все ... инструкторы парашколы должны вести учет совершенных прыжков и где, чтобы они могли выполнять различные падения.


"В основном, я думаю, что все должны совершить как минимум четыре высадки HALO в Либерии, ночью в джунглях, десятимильную прогулку обратно - с заряженным оружием. За этим должны последовать четыре высадки где-нибудь в пустыне, аналогичный сценарий, после которого мы все можем быть уверены, что у них есть опыт ... и знаю, о чем они говорят - как многие сейчас знают.


"Я также хотел бы надеяться, что затем они придумают новые методы и новые части снаряжения, которые могут помочь нам в будущем. Я знаю, что ребятам из SBS не хватает прыжков, поэтому Сьерра-Леоне должна быть для них приоритетом, и нескольким следопытам прыжки тоже нужны.


"Парням из 2-й эскадрильи - официально - прыжки не нужны, но моим внешним членам из 2-й эскадрильи нужны, и с имеющимся комплектом, сумками HALO и Skyvan я не вижу причин, почему бы всей 2-й эскадрилье не совершить несколько прыжков в Сьерра-Леоне. Итак, кто-то записал это карандашом, скажем, двенадцать человек одновременно отправляются в тюрьму на пять дней.


"Нам также нужно раз в год отправлять несколько человек в Штаты, чтобы посмотреть, какой у них новый комплект. Сумки HALO, которые я использую, появились по идее, увиденной в журнале об американских военных командах HALO.


"Хорошо, пока мы в Сьерра-Леоне, у нас есть возможность немного потренироваться зимой, и я не вижу причин, по которым Парашкола не проводит курсы в Сьерра-Леоне, пока у нас есть военное присутствие.


И это военное присутствие" вероятно, продлится менее шести месяцев. Если у вас есть двадцать человек, выстроившихся в очередь на следующий курс, вы могли бы пройти его этой зимой в Сьерра-Леоне, и это избавит мужчин от необходимости сидеть сложа руки в ожидании хорошего дня.


"На данный момент мы большую часть года используем базу во Франции, но Сьерра-Леоне предлагает боевые условия, все еще несколько плохих парней прячутся за деревьями.


Кстати, для тех из вас, кто спрашивал и видел это в газетах, американское управление по борьбе с наркотиками в Панаме организовало рейд на прошлой неделе, четыре вертолета "Хьюи" и двадцать человек, все хорошо вооруженные, по последнему слову техники. Вертолет сбросил газ CS и дым, когда команды профессионально приземлились, и они использовали пластик, чтобы выбить несколько окон - все очень профессионально и, без сомнения, отрепетировано заранее.


"К сожалению, вместо налета на виллу наркобарона... они по ошибке напали на местный дом престарелых."


Комната разразилась громким смехом.


"Просто будь благодарен, что никто из нас этого не сделал, это было бы ... по меньшей мере, неловко."


Командир эскадрильи поднял руку, все еще улыбаясь. "У нас была просьба от французов использовать Сьерра-Леоне для практики".


"Отлично, сэр, мы можем организовать несколько совместных заходов, некоторое сотрудничество между нами. И Марокко успокоилось, так что мы можем использовать французские базы там для высадки. Хорошо, далее мы посмотрим видео с военнослужащими США и их снаряжением, после чего у нас будет торт и чай, идея в том, чтобы поболтать небольшими группами."


После просмотра видео командир эскадрильи и человек генерала Деннета составили список подразделений и их потенциальных потребностей в Сьерра-Леоне и Марокко, согласованный краткосрочный план. Те люди, у которых нет номеров прыжков, были бы приоритетом.


Я поболтал с Хейнсом и его командиром, затем с SBS, которые чувствовали себя обделенными - и которые хотели каких-то действий. Многие из них в любом случае отправились бы в Либерию для патрулирования джунглей, трехнедельное развертывание.


Объявился командир ВВС, он застрял в пробке - так что я подшутил над ним по поводу его водителя, и мы обсудили организацию курсов HALO в Сьерра-Леоне и Марокко. Он был увлечен, и я попросил, чтобы его медики немного поторопились.


Полковник Дин говорил со многими группами, и мы обсуждали отправку его новых парней в Сьерра-Леоне для тренировки в статической линии и HALO. В эскадрилью "G" вернулось несколько дополнительных человек, более половины из которых сейчас в форме.


"Капитан Хэмбл устроился?" Спросил полковник Дин.


"Да, сэр, но я исключил его из операции по спасению Мали, ему нужно немного выплеснуть гнев; его леди-жена разводится с ним. Но он усердно работает над всеми тестами на пригодность, и он прошел их все достаточно хорошо, и на этой неделе он на пистолетах и первой помощи."


"И это подразделение СИБ растет, я встретился с ними, и мы будем сотрудничать", - сказал мне полковник Дин. "Надеюсь, в будущем будет меньше дерьма".


Я театрально вздохнул. "Я не буду задерживать дыхание, сэр, там полно старожилов".


"Парень из эскадрильи "Б" спросил нас, может ли он подойти к вам, набрал 93 балла за ваши три дня".


"Тогда у него есть потенциал, но у нас есть полные войска".


"Он бегло говорит по-испански и не ладит со своим сержантом или капитаном отряда. Немного одиночка."


"Ах... тогда он может понравиться Intel, сэр. Пришли его ко мне. Как его зовут?"


"Блейк, они называют его Пушок".


"Пушок?"


"Отсидел год копом, прежде чем его вышвырнули, а вышвырнули потому, что ему слишком нравилось пинать гражданских".


Я улыбнулся и кивнул.


"Этот рейд DEA звучал болезненно", - отметил полковник Дин.


"Это попало в новости в прайм-тайм, сэр, Белый дом взбешен до чертиков".


"Где-то произошла ошибка в разведданных".


Я кивнул. "Определенно, сэр. Определенно."


Рано утром в пятницу прибыл "Пушок" с сумками в руках, и мы нашли ему комнату в хижинах. На данный момент он был назначен к Рокко. Он был выше большинства - около шести футов, с черными волосами и суровыми чертами лица, и выглядел так, как будто ему было больно - или просто неудобно.


На утреннем брифинге я начал так: "Теперь с нами Фаз, чье настоящее имя Блейк, но когда-то он был копом - отсюда и Фаз. Он набрал 93 балла за три дня, так что он не замедлит нас. Также сообщается, что он настоящий необщительный неудачник ... так что он хорошо впишется в нашу компанию, но его еще не выгнали из постоянных игроков.


"На этой неделе я хочу, чтобы он был на стрельбищах, Валмет, затем все оружие. На следующей неделе тесты на пригодность, и давайте выделим его для поездки в Сьерра-Леоне, немного static line и HALO, несколько патрулей. После этого ... в основном он должен быть в курсе.


"Фазз, ты приложишь усилия, чтобы вписаться и поладить с людьми здесь, или ты выйдешь за ворота. Если ты будешь ссать, это не похоже на регулярную армию или SAS, я выбью из тебя дерьмо, прострелю ногу и устрою так, что полиция найдет у тебя наркотики. Трахни меня ... и это будет больно, " сказал я ему, майор стрельнул в меня взглядом.


"Верно, сэр".


"Вы обращаетесь к майору "сэр", ко мне "капитан" или "Уилко", у остальных есть прозвища, кроме Николсона, Свона и Леггита - слишком прямые для прозвищ".


После брифинга я позвонил Дэвиду Финчу. "Верно, босс. Слушай, у меня новый парень из SAS, очень хороший результат за три дня, свободно говорит по-испански, социальный маргинал и одиночка."


"Ах... что ж, тогда посмотрим. Я пошлю человека вниз."


"Имя Блейк, они называют его Фазз".


В тот вечер мне позвонили, код города Вашингтон. "Уилко здесь".


Заместитель начальника полиции Лэнгли. Ты можешь говорить?"


"Продолжай".


"Я только что говорил с Дэвидом, и он согласился, чтобы я позвонил тебе. Мне нужен ответ на вопрос, чтобы предотвратить отправку некоторых людей в тюрьму здесь. УБН стреляло по той вилле?"


"Нет, ни одного выстрела".


"Ты уверен в этом?"


"Положительный".


"Что ж, это помогает. А отверстия от пуль видели?"


"Томск сделал их для телекамер".


"Чтобы смутить нас".


"Да".


"Дэвид снабдил нас подробностями, потому что это серьезная проблема для нас. Кто-то из моих получил три миллиона долларов?"


"Да, брошен в Никарагуа".


"Это сужает круг поисков, но пока никого не видели в новеньком блестящем красном Феррари".


"Он уберет это подальше, опустит голову, а затем уйдет".


"У мужчины нет документов?"


"Нет. Но он старший, он знал обо мне и Петрове."


"Он сделал? Что ж ... это сужает круг поисков."


"Парень никогда не говорил, что он из ЦРУ, он мог быть УБН".


"Никто из тамошнего управления по борьбе с наркотиками не знает о тебе - я надеюсь".


"Ты злишься из-за денег, потому что ты должен парню благодарность?" У вас могло быть двадцать мертвых агентов DEA."


"Это было бы проблемой, да. И вы приняли решение вмешаться, не посоветовавшись с Дэвидом ..."


"Так будет лучше, вина ляжет на меня, а не на правительство".


"И твои рассуждения?


"Двадцать мертвецов, которым не нужно было умирать, просто это".


"Тогда я не могу придраться к твоим рассуждениям. Но если бы мы захотели когда-нибудь двинуться на Томск?"


"Я бы последовал указаниям моего правительства в этом, а не пошел против них. Я склонен принимать решения, потому что у Лондонцев нет плана как такового, это область, в которой они не могут играть."


"Мы тоже, мы все почувствовали бы жар. И отлично сработано в Мали, отличная работа, если не считать этого чокнутого парня. Здесь был показан фильм в документальном стиле, получивший хорошие оценки, и Пентагон подробно проанализировал Либерию - как ни странно, с точки зрения вербовки. Это было срежиссировано?"


"В основном, но там была подлинная угроза и подлинная потребность".


"Эта большая пара-капля ..."


"Не обязательно, но это подстегнуло вербовку".


"Итак, я учился, да. И ваш друг в Монровии помогал и предоставлял информацию."


"Да, и Томск принял непосредственное участие и подкупил русских торговцев оружием, и это помогло".


"Итак, эти отношения окупились".


"Очень даже, и ваш сенатор помог этим отношениям, когда я отвел его на встречу с президентом Либерии, который думает, что Петров является частью какого-то зловещего внутреннего круга, который тайно контролирует мир".


Невероятно" что он в это верит, потому что я не могу заставить своих ребят сбалансировать свои расходы, не говоря уже о том, чтобы контролировать мир. Вчера один из них случайно переехал сам себя ... на собственной машине."


"Эти стояночные тормоза необходимы", - съязвил я.


"Я скоро поговорю с Дэвидом, мы заинтересованы в том, чтобы российское оружие попало в Сирию и Газу, нам нужен Петров".


"Сообщите мне подробности, и я сделаю несколько звонков".


"Скоро подойдет, да. Пока."


"Ты должен сказать ... Пояснение."


"Ах, это были разговоры британских шпионов времен холодной войны, та-та-та пока. Они все еще используют это?"


"Надеюсь, что нет".


Он рассмеялся и отключил связь.


На следующей неделе ко мне пришел человек, после того как Чак из ЦРУ позвонил мне из Лондона, страница с подробностями о российских контрабандистах оружия. Было 4 часа дня, и я привел мужчину к себе домой, моего гостя, работающего на Дэвида Финча, но базирующегося на Кипре, где у GCHQ был аванпост на холме, обращенном к Сирии.


Я позвонил в Томск, узнал о Большом Саше. "Наполеон проснулся?"


"Только что встал. Держись."


"Петров?"


"Ты только что встал?"


"Пьянство поздней ночью".


"Тебе не подходит".


"Мне нужно управлять клубом!"


"Теперь клуб, а не бар?"


"Я купил большое место, теперь это хороший клуб. Местные панамские чиновники ходят туда, бордель сзади, отдельная дверь."


"После этого вы останавливались в каких-нибудь отелях?"


"Да, уже четыре, большие, отлично подходят для отмывания денег".


"Послушайте, что вы знаете о секретных поставках оружия в Газу, Израиль?"


Забавно" что ты так говоришь, потому что этот большой жирный ублюдок Хесна здесь, проезжает мимо. Он упомянул человека по имени Спутта, который замешан в этом, сумасшедший трах, пережил несколько покушений."


Я записал имя. "Янки заинтересованы в этом, так что, если вы сможете что-нибудь выяснить, сделайте это, но тихо".


"Этот жирный неряха Хесна знает все о Спутте, они были партнерами, до сих пор кое с кем общаются".


"Звучит так, будто он тебе не нравится".


"Вчера он был груб и причинил боль девушке. Большой ублюдок весит 300 фунтов. Еще."


"Куда он направляется после того, как бросил тебя?"


"Эквадор".


"Пусть несколько человек доберутся туда раньше него и будут пытать жирного ублюдка, выяснят, что ему известно, затем обставят это как местную хрень, перережут горло, подожгут".


"С удовольствием. А если я найду что-нибудь хорошее..?"


"Вы делаете американцев счастливыми".


"Ты сказал это в прошлый раз, и эти говнюки из DEA хотят приземлиться на моей лужайке!"


"Те, кто наверху, знают о нашей сделке, менеджеры среднего звена - нет, и все они хотят облапошить друг друга ради повышения. Но Управление по борьбе с наркотиками не будет беспокоить вас долгое время. И я получил твое чертово предупреждение!"


"Ha! Я заплатил три миллиона за это чертово предупреждение!"


"Без этого предупреждения ты был бы уже мертв, так что будь счастлив, а."


"А британцы в Либерии?"


"Они стабилизируют ситуацию в стране, и тогда вы заработаете на покупке земли. После ухода этого идиотского диктатора санкции будут сняты, торговля нефтью станет нормальной, британцы и французы захотят туда войти."


"Он продал мне землю по дешевке, недалеко от аэропорта, с пляжем напротив. Я строю отель, несколько парков и, возможно, несколько кондоминиумов."


"Если там все наладится, это принесет хорошие деньги".


"И я получаю бриллианты. Я плачу скромную сумму и зарабатываю в десять раз больше, когда они сокращаются. Нефть сейчас хорошая, две поставки в неделю. Здешнее гребаное правительство любит меня, они получают хорошую цену."


"Ты вернулся на свою виллу?"


"Нет, у меня есть другое место, побольше, место, которое ты прихватил для меня. И я сажаю высокие деревья, чтобы ни один вертолет не смог приземлиться!"


Я громко рассмеялся. "Хорошая идея. О, пока я думаю об этом, человек по имени Кросво."


"Ах... этот гребаный идиот; он все еще должен мне деньги. Он на Северном Кипре, у него небольшой отель "Спарта"."


"Спарта, на Северном Кипре?" Это греческое имя. Он пытается их разозлить?"


"Спарта - это греческая?"


"Да, их знаменитые солдаты до Иисуса".


"У него жена из местных, турецкое имя, турецкие документы".


"Дай мне знать о жирном уебке, а?"


"Да, да, когда он уйдет - что, я надеюсь, скоро".


"Надеюсь, ты больше не торгуешь оружием?" Я спросил.


"Нет, я держусь подальше от этого дерьма, меньше хлопот".


"Хорошо".


Отложив телефон, я встретился с человеком Дэвида и передал ему свои записи.


"Мы передадим это израильтянам и американцам, так мы будем выглядеть лучше".


"У меня будет информация о поставках в Газу через несколько дней".


"Я могу понять, почему все это неофициально", - язвительно заметил он. "Тем не менее, это очень ценная связь, которая у вас есть". У него зачирикал телефон. "Прости". Он зашел в соседнюю дверь, чтобы забрать ее. Я мог слышать: "Теперь я с ним".


Вернувшись ко мне минуту спустя, он сказал: "В Монровии есть кое-кто, за кем охотятся американцы".


"Чем занимается этот человек... или все-таки сделал?"


"Торговец оружием, но он снабжал исламистские группировки в Западной Африке, так что, я думаю, французам тоже может понравиться это слово".


"Имя?"


"Олег Паша".


Я назвал Майка папой. "Господин президент, это папа Виктор".


"А, как дела?"


"Хорошо. Слушай, с тобой мужчина, Олег Паша?"


"Я бы спросил, как вы узнали, но у вас хорошие связи. Да, он здесь."


"Ты ценишь его?"


"Что ж... в прошлом он поставлял кое-какое оружие, сейчас скрывается, заключил несколько сделок для работы."


"Он нужен американцам, и может разозлиться, если вы будете его защищать".


"А, понятно. Ну, в данный момент он не представляет никакой ценности, и наша прошлая дружба не стоит того, чтобы расстраивать кого-то на большом американском линкоре."


"Ты помнишь, что мы сделали, когда впервые встретились?"


"Да, действительно. Итак ... американцы не хотят, чтобы его передавали, они хотят высадиться на вертолете."


"Именно. Так есть ли где-нибудь тихое место, куда он может пойти?"


"Он собирается осмотреть алмазный рудник, у него есть документы, чтобы показать британским солдатам, что он инженер-ассенизатор из Украины. Имя Дмитрий Чайкосков."


Я записал имя. "Когда?"


"Завтра он поедет туда на полдень".


Я записал название деревни рядом с шахтой. "Никто никогда не узнает, что вы сделали это, господин президент, только мы. И мы благодарны."


"Я рад помочь".


Положив трубку, я повернулся к своему гостю, который улыбался, и набрал номер электронного звонка Пентагона, наконец дозвонившись до полковника Мэтьюза.


"Уилко?"


"У вас есть бумага и ручка, сэр?"


"Стреляй дальше".


"Завтра, Либерия, в полдень, в этом месте". Я произнес название деревни по буквам. "Неподалеку есть алмазный рудник. Человек с украинскими документами, Дмитрий Чайкосков, на самом деле российский торговец оружием, разыскиваемый ФБР. Настоящее имя Олег Паша. Пусть морские пехотинцы отправятся за ним, и если на вертолете была камера ..."


Я слышал смех. "Мы достанем его".


"О, и из вежливости сообщите британцам за полчаса до того, как начнете действовать".


"Конечно".


Отложив телефон, я повернулся к своему гостю. "Тебе бы лучше также проинформировать Дэвида. И я думаю, газеты сообщат, что британские спецназовцы выслеживали этого человека ..."


"Итак, мы все заслуживаем похвалы", - сказал он, вставая.


Позже, в пабе, я спросил Рокко, как дела у Фаза, когда мы сидели с Риццо, лодыжке Риццо стало лучше.


"Да, он в порядке, подтянут, хороший стрелок, достаточно быстро схватывает все на лету, также хорош с пистолетом".


"Ладит ли он с людьми?"


"Время от времени он кажется неуклюжим, но теперь он лучший друг в команде снайперов, и он хороший снайпер".


Риццо вставил: "Полиция на фабрике?"


"На этой неделе, да", - сказал я им. "Здесь, внизу, воскресной ночью, Убивающий дом".


"Итак, когда мы отправимся куда-нибудь в теплое место?" Роко пожаловался.


"Скоро, поскольку мы мало что успеем сделать в такую погоду, мы не будем тренироваться для Северной Ирландии".


Мой телефон зазвонил, и я отступил.


"Это Дэвид, в Панаме произошел инцидент, бомба".


"Я сейчас позвоню".


Я позвонил в Томск со своего спутникового телефона. "Ты все еще жив?"


"Я, да, бомба была нацелена на здешнее правительство, погибло, блядь, пятьдесят человек".


"Вы знаете, кто стоял за этим?"


Мы думаем, что картель Кали. Я предупредил американцев и местную полицию, и они остановили несколько крупных поставок, принадлежащих картелю Кали - десять человек арестованы, некоторые высокопоставленные. Эти идиоты угрожали расправой."


"Они могут прийти за тобой".


"Позволь им, я разберусь с ними".


Я позвонил Дэвиду. "Это был картель Кали, репрессии за то, что их грузы были конфискованы".


"Сегодня картель Кали убил двух колумбийских министров, ранил четырех солдат".


"Тогда, может быть, вы пообщаетесь с заинтересованными сторонами, и мы с ними разберемся".


"Отправить Эхо?"


"Нет, пошли Петрова и его парней".


"Я обсудлю это с заинтересованными сторонами, но разве картель Кали не пойдет на Томск?"


"Надеюсь, да, и он приветствовал бы эту попытку". Сев обратно, я сказал: "В конце концов, это может быть работа где-нибудь в тепле. В Колумбии буйствуют ублюдки."


"Мило и тепло", - похвалил Роко. "Те коммунисты, которых мы уничтожили?"


"Нет, наркобароны. Они убили нескольких министров правительства."


Риццо сказал: "Всякий раз, когда мы выполняем подобную работу, провал команды всегда хорошо финансируется". Он ждал.


Я улыбнулся. "Я часто нахожу деньги просто валяющимися где попало, у одного нерадивого владельца".


Фазз появился со снайперами, так что я схватил его. "Как у тебя дела?"


"Пока все хорошо, босс, здесь несколько хороших парней, и Рокко не морочит мне голову, он очень спокойный. Там, в Херефорде, им нравится соревноваться и быть хитрыми, но здесь с парнями все в порядке."


"Комната в порядке?"


"Да, прекрасно, и еда хорошая, и я экономлю деньги, так что все хорошо. Парни предложили мне спать по соседству с Бонго, и я сделал это, выиграл пари. Я как Рокко, и как только я засыпаю, я ничего не слышу."


"Не лучшая черта для джунглей", - сказал я ему.


"Ну, нет, мне нужно было бы бодрствовать, иначе кто-нибудь подкрадется ко мне".


Позже я отвел Сашу в сторону. "Возможно, найду работу в Панаме".


Его глаза расширились. "Мы бы вернулись?"


"Ты не обязан, но картель Кали взрывает бомбы".


"Что ж... а как насчет Томска? Что я должен сказать?"


"Он все знает, и с ним все будет в порядке. Скажи, что твоя девушка беременна, но он не даст мне ни хрена, он слишком многим мне обязан."


"Что ж... было бы странно возвращаться назад."


"Всего несколько дней, а потом мы нападем на картель Кали".


"Это будет нелегко, у этих картелей глаза на каждом углу".


"Мы не сядем там на местный автобус, не волнуйся. Но ... если ты не хочешь идти, я совсем не возражаю, я бы взял только нескольких парней."


Готовясь ко сну, зазвонил мой спутниковый телефон; Томск. "Da!"


"Я только что разговаривал по телефону с тем министром, с которым имею дело, и он намекнул, что вы преследуете картель Кали, и что они будут благодарны".


"Я уже обсуждал это с британцами, ожидая услышать, что они скажут. Проблема в том, чтобы добраться туда незамеченным."


"У нас есть вертолеты".


"Черт возьми, это четыреста миль, вертолет никуда не годится, а приземляться с корабля будет непросто. Мне нужна помощь британцев или американцев, но нельзя, чтобы они помогали в этом."


"Итак, как нам доставить туда несколько человек?"


"Я подумаю, взгляну на карту. Поговори со своими партнерами там, внизу, узнай названия вилл."


"У всех этих ублюдков из Кали есть виллы на холмах над городом, к западу от него, многие в одном поместье со стеной и охраной".


"Хорошо для нас, мы можем нападать на виллы. Но будь осторожен, потому что, если они узнают, что мы приближаемся, ты потеряешь своих людей."


"Да, да, я осторожен".


На следующий день Дэвид позвонил мне после обеда. "Премьер-министр не стремится участвовать по очевидным причинам, это риск, но он осознает ценность отношений и его связей в Либерии. Он хотел бы дать отпор бандам наркоторговцев и помочь правительству Панамы, но мы не можем предложить им помощь, ничего не отдавая, так что это ... неловко."


"А американцы?"


"Похожая позиция, в которой они хотели бы, но не любят рисковать".


"Ты упускаешь один момент. Позвольте мне позвонить."


В 17:00 я связался с полковником Марчантом, а затем с агентством Рейтер. Я позвонил полковнику Мэтьюзу, Пентагон.


"Ах, Уилко, мы поймали парня, у ФБР прямо сейчас начинается стояк, об этом сообщают в новостях телевидения".


"И я хотел поговорить о ФБР, сэр. Картель Кали взорвал бомбу в Панаме -"


"Да, я получил отчет, как только это произошло. Бомба и в Боготе тоже."


"Да, и многие заинтересованные стороны хотели бы что-то с ними сделать, но не все хотели бы, чтобы их видели ... чтобы что-то с ними делать."


"У меня такое чувство, что ты знаешь нескольких парней, которые могли бы помочь".


"Что ж... да, но это все равно было бы трудной миссией. Вот тут-то и вступает в дело ФБР. У вас есть там какие-нибудь контакты, сэр?"


"Да, мы регулярно встречаемся с их командой по борьбе с терроризмом и командой по борьбе с наркотиками в Центральной Америке".


"Тогда, может быть, вы могли бы встретиться в ближайшее время и упомянуть, что если некие плохие парни нанесут удар по картелю Кали, то несколько старших лидеров будут взяты живыми, их заберет один из ваших вертолетов".


"И ФБР было бы чертовски счастливо, не в последнюю очередь после того дерьма, которое они недавно получили".


Проблема в том... моим плохим парням нужна помощь, чтобы добраться из Панамы в Кали и обратно незамеченными."


"Ванна с вертолетами помогла бы, да. Думаю, мне нужно поговорить."


"Будьте осторожны, сэр, это покер с высокими ставками".


"Я просто шепчу кое-кому на ухо идею. После этого, если Белый дом скажет "да", я получу разрешение, и мы начнем."


"Вы должны упомянуть, сэр, что если что-то пойдет не так, вина ляжет на плохих парней, а вас там никогда не было. Они не будут американскими сапогами на земле."


"Я скоро свяжусь с тобой".


Я дал Максу материал для публикации, и на следующий день SBS, а не SAS, похвалили за то, что они выслеживали нашего торговца оружием в Либерии, что стало неожиданностью для SBS на FOB.


Дэвид Финч позвонил мне в 5 вечера. "Американцы сейчас гораздо острее хотят что-то сделать, если это что-то может привести к тому, что несколько главарей картеля Кали окажутся за решеткой - за несколько погибших граждан США придется отвечать. Поговорим о материальной помощи."


"Что ж... что ты думаешь?" Я позировал, пытаясь заставить его почувствовать себя вовлеченным; он не был похож на Боба Стейнса.


"Я думаю, они будут оказывать давление на Петрова, чтобы тот вмешался".


"Если ты хочешь, чтобы я ушел, я уйду, но если цель - нанести удар по картелю Кали, тогда мне нужны несколько моих парней и четкий план. Эти боссы картеля хорошо охраняются, за ними повсюду следят. Это будет нелегко."


"А если тебя поймают?"


Бывшие наемники SAS, плюс Петров, капитан Уилко, умерший от ранения, подобран в Либерии, кремирован, очень печально. Но ты думаешь, британской общественности будет не все равно, если они узнают, что я охотился на наркобаронов? Нет, вряд ли. И SAS уже участвовала в выслеживании наркобаронов до сих пор, и ЦРУ, в этом нет ничего нового."


"Верно, итак, Режиссер сказал, что это зависит от вас, и что, если что-то пойдет не так, мы обвиним вас в том, что вы немного подрабатываете фрилансером".


Я рассмеялся. "Я знаю риски и как это работает, так что не волнуйся".


"Ты бы хотел взять что-нибудь из "Эхо"?"


"Несколько, да, чтобы увеличить мои шансы. Но как насчет Саши и его команды?"


"Ты думаешь, они могли бы провернуть это?"


Томску на них будет наплевать, и он не причинит им вреда, даже если бы знал, он последует моему примеру. Я бы взял Сашу, остальные члены команды были бы просто для практики."


"А Кит?"


"В Томске можно достать все, что мне нужно. Но мне нужен способ попасть в Панаму без документов, так что организуйте переправку в Белиз в качестве солдат, Томск сможет затем провести нас в Панаму."


На следующий день премьер-министр получил решительный толчок от американцев и отправил Дэвиду записку, в которой говорилось, что мне дали зеленый свет.


Я пошел и нашел Сашу. "Они хотят, чтобы я вернулся, но... не слишком ли я тороплюсь? Это риск."


Он пожал плечами. "Каждая работа - это риск, каждая работа с парашютом. Это сложнее?"


"Есть вещи, которые могут пойти не так, но... если они узнают о нас, они пошлют десять идиотов-стрелков без военного опыта, и мы окажемся в джунглях на холмах."


"Никто не найдет тебя в джунглях, не только бандиты, ты убиваешь их. Они хороши на городских улицах и переулках, а не в горах. Вы должны посмотреть этот фильм с Харрисом Фордом."


"Харрисон Форд", - поправил я его. "А, та, в которой американские военные отправляются в Колумбию, да. Их предали, и высокопоставленные люди в Вашингтоне были арестованы, так что давайте надеяться, что это не похоже."


Я собрал Echo в 5 вечера, после того, как они обучили полицию. "В ближайшие несколько дней или около того мы все отправимся в Белиз, где будет теплая погода, потому что Рокко пожаловался премьер-министру на здешнюю погоду".


Они смеялись.


"Некоторые из вас будут продолжать делать грязную работу, пока мы будем в регионе. Те, кого не выбрали, не жалуйтесь, это будет грязная и рискованная работа, раны, которые нужно залечивать. Капитан Моран и Хэмбл, вы организуете упражнения по чтению карты джунглей, а также немного свободного времени для ребят, возможно, вы пробудете там несколько недель.


"Каждый, приготовьте свой набор для джунглей и возьмите зеленые винтовки, побольше патронов, мухобойки и т.д." Хорошо, следующие люди остаются, остальные могут принести немного еды. Рокко, Риццо, снайперы без прикрас, Саша. Остальные из вас ... ступай."


Когда осталось всего семь, я сел на парту впереди. "В ближайшее время предстоит грязная работа, но она сопряжена с некоторым риском. Во-первых, если ты случайно проболтаешься об этом, ты вылетаешь из отделения и попадаешь в камеру." Я позволяю им подумать об этом. Во-вторых, велик риск быть убитым или пойманным. Если тебя поймают, они разрежут тебя на куски и подожгут.


Причина, по которой я хочу, чтобы вы, Рокко и Риццо были с нами, заключается в том, что нам нужно тренировать еще нескольких парней. Что касается моих снайперов, вы пригодитесь, чтобы прикрывать меня, когда я буду делать глупости. Саша уже был там, куда мы направляемся, и знает местность. План еще не разработан, но у нас должна быть американская помощь, корабль и несколько вертолетов.


"Если работа пойдет не так, правительство откажет в отправке нас и обвинит меня в том, что я вышел за рамки своей компетенции. Они не придут вытаскивать тебя из тюремной камеры."


"Вы рисуете не очень хорошую картину, босс", - съязвил Томо. "Но если меня там не будет, работа обречена на провал".


Снайперы рассмеялись, поймав взгляды Рокко и Риццо.


"Шутки в сторону, немного подумайте, потому что риски высоки, но ... как указала Саша, нам придется столкнуться с гражданскими боевиками без военной подготовки, без камуфляжа, и мы будем в джунглях".


"У них нет ни единого гребаного шанса", - усмехнулся Роко. "Гражданские!"


Они начали внушать мне, что работа была легкой, и это ничем не отличалось от ограбления вилл для Томска, но картель Кали стоил миллиарды - и у них повсюду были шпионы. Нам нужно быть везучими и чертовски умными, чтобы входить и выходить незамеченными.


"Джентльмены, у людей, с которыми мы столкнулись, дерьмовая куча денег, они могли бы даже послать сюда людей за нами. Когда у тебя много денег, ты можешь позволить себе хорошую помощь. Они могут послать кого-нибудь за нами."


"Если они потом еще будут живы", - вставил Риццо.


"Верно", - отметил я. "Рокко, Риццо, Саша, останьтесь, остальные уходите". Я ждал, когда уйдут снайперы. Сев на стол, я уставился на своих штабных сержантов. "На этой работе ... мы можем наткнуться на кучу наличных в сумке. Если есть способ вернуть что-то здесь, не отправляя нас всех в тюрьму... тогда я найду этот путь. Но если у меня есть сомнения насчет вас двоих с большим мешком наличных в руках ... Я не позволю запятнать это подразделение. Я всажу в тебя пулю и сообщу, что ты убит в бою. Является любой частью этого ... неясно?"


Они обменялись взглядами. "Достаточно ясно", - согласился Роко.


Возможно, есть способ вернуть немного денег, а это значит передать их кому-то другому, кому я доверяю, и он вернет часть их здесь, более чем достаточно для хорошего отдыха, посиделок, может быть, на новую машину для нескольких человек. В прошлом я был в ситуации, когда у меня в руках была сумка, в которой было двадцать миллионов фунтов."


" Черт... " выдохнул Риццо. "И ты вернулся?"


"Да, я вернулся. И если я сомневаюсь, что ты вернешься, я, блядь, пристрелю тебя. Но я не думаю, что ты хочешь уезжать отсюда, потому что ты в любой момент можешь пойти работать наемником и получать отличную зарплату, просто упомянув мое имя. Итак ... почему ты этого не делаешь?"


"Игра Мага", - сказал Роко. Хорошая выплата, потратьте ее, следующее задание и вас убьют или поймают. Я знаю, что некоторые пошли этим путем."


"Значит, я могу доверить тебе мешок наличных?" Я позировал так, как стоял.


Они выстояли. Роко начал: "Если ты говоришь, что можешь вернуть что-то здесь, без всяких условий, тогда да - мы избежим тюремной камеры и купим новую машину. Но я бы предпочел наличные, бывшая жена обескровила меня."


"Если с работой все пройдет нормально, то, думаю, я смогу раздобыть немного наличных для твоей бывшей жены, да".


Они посмотрели на Сашу. "А он?" Спросил Рокко.


"Я могу доверить ему свою жизнь и не думать о мешках с деньгами".


Позже тем вечером, когда я сидел дома и изучал карту Центральной Америки, пришел Свифти и сел рядом со мной.


"Ты не хочешь, чтобы я участвовал в этой грязной работе?"


Я поднял глаза. "Ты говоришь по-русски или по-испански?"


"Нет. Но ни Рокко, ни Риццо этого не делают."


Я вернулся к изучению карты. "Они выглядят как надо, бывшие парни из SAS, и снайперы, которые мне нужны для прикрытия нашего побега, а Саша много работал в регионе и знает тамошних людей. Итак ... маленькая команда. " Я тяжело вздохнул и отступил назад. "Это глупо и опасно".


"Так зачем это делать? Нам приказали уходить?"


"Это серая зона. Этого хотят американцы, этого вроде как хочет премьер-министр, и это правильно - играть в шерифа."


Свифти постучал пальцем по карте. "Торговцы наркотиками".


"Да, их много, они хорошо организованы, с большим количеством людей".


"Даже колумбийское правительство никогда не предпринимало никаких попыток бороться с этой кучей".


"Они ... им не разрешается просто убивать людей с расстояния в шестьсот ярдов."


"Мы тоже..."


"Но я буду выдавать себя за кого-то другого, так что все в порядке. И я делал это раньше."


"Ты сомневаешься в этом?"


Я уставился на карту. "Когда я думаю о том, насколько хорошо они организованы, это кажется безрассудством. Но потом я думаю, что окажусь в джунглях, и люди в синих джинсах и белых шляпах придут за мной ..."


"У них не было бы шансов".


"Вот именно, именно поэтому я в раздумьях. Пока мы избегаем города, у нас все в порядке, джунгли до самого побережья, несколько взлетно-посадочных полос, американцы готовы забрать нас на вертолете."


"И как попасть внутрь?"


"ОРЕОЛ внутри, возможно, коммерческий рейс "Геркулес", никто не узнает".


"Вы бы сообщили колумбийскому правительству?" Спросил Свифти.


"Ни хрена себе. Дай этим ублюдкам знать после того, как работа будет сделана!"


"Да, они бы продали информацию".


Когда Свифти ушел, я позвонил в Томск. "Возьми бумагу и ручку".


"Подожди. хорошо."


"Вы все еще пользуетесь той взлетно-посадочной полосой в джунглях?"


"Да".


"Это достаточно безопасно?"


"Никто не приближается к нему, кроме моих мальчиков, почему?"


"Когда я был там в последний раз, на том аэродроме на северном побережье, недалеко, была парашютная школа".


"Да, некоторые мальчики пользуются этим".


"Хорошо заплатите инструкторам по парашютному спорту за то, чтобы они заткнули свои рты, отделались несколькими угрозами и перевели свой самолет на взлетно-посадочную полосу, а также заставили их купить много парашютов французского производства. Запишите это." Я перечислил марку и тип, а также город с фабрикой. "Сколько у вас людей, прошедших парашютную подготовку?"


"Скажем, тридцать".


"Пусть они все начнут практиковаться, дневные падения в течение нескольких дней, затем ночные падения, дневное свободное падение с высоты 14 000 футов, затем ночью. Возьмите несколько стробоскопов; инструкторы по парашютному спорту знают, где их взять. Вы видите их сверху, но не на земле."


"Парни прыгнули бы с парашютом в Колумбию?"


Единственный способ быть уверенным, и мы меняем место высадки в последнюю минуту. Не доверяй ни одному ублюдку."


"Ты пойдешь с ними?"


"Да, и я приведу нескольких наемников, которых я знаю, и одолжу несколько британских солдат".


"Они позволят это?"


"Американцы хотят разобраться с картелем Кали, и они оказывают давление на британцев, и когда дело доходит до вас, они спрашивают меня, что делать, и я прошу кое-что для этой работы, и у американцев будут военные корабли в море".


"Итак, мы хорошенько трахнем картель Кали, нет".


"Таков план. Итак, начинайте обучение, но будьте очень скрытны."


"У меня есть информация о Кали, человеке, который раньше работал на них, теперь у него не хватает одной руки и одного глаза - уродливый ублюдок, но он ненавидит их, поэтому рисует мне карты и перечисляет места".


"У них есть заводы по переработке наркотиков в горах?"


"В двадцати милях к западу, но в основном фермеры выращивают наркотики и продают по фиксированной цене, поэтому Картель не владеет землей и не занимается выращиванием - они платят за килограмм марихуаны или кокаина. То же самое для меня здесь, в Панаме."


"Ты раздобыл несколько таких винтовок?"


"Да, сотня, мальчики их любят. Зеленые."


"У них есть глушители?"


"Нет, они не стали бы продавать глушители".


"Я принесу немного, не волнуйся. А большие линзы?"


"Да, у нас есть немного".


"Доставайте эти парашюты в спешке и попросите прийти упаковщиков парашютов, предложите лучшие деньги, все очень тихо. Затем посмотрите на грузовые рейсы в Кали-Сити из Панамы на самолете C130 и возьмите напрокат небольшой самолет под названием Skyvan, с которого мы практикуемся в прыжках с парашютом. О, и раздобудь немного пластиковой взрывчатки хорошего качества, таймеры и детонаторы - но будь осторожен. Попросите панамского министра достать их."


"Хорошо, а составь список".


"Попросите детонаторы американского образца и защелкните предохранители - тридцать секунд и одну минуту. Достаточно для десяти прочных дверей и десяти ворот."


"Хорошо, что ты это спланировал. Но ... ваше здоровье?"


"Пока не слишком много идет не так, я в порядке. Жесткая посадка на парашюте, и они найдут мое тело."


"А номер2?"


"Я мог бы привести его, но сейчас у него есть девушка, я думаю, беременная, ему нравится Англия, старинные церкви и замки".


"Он не злится на меня?"


"Нет, ты ничего не мог бы сделать. Но он потратил шесть месяцев на то, чтобы научиться ходить, сейчас вполне здоров, сменил несколько мест работы в Африке."


"До тех пор, пока он ничего не скажет здешним людям ..."


Расслабься, он следует моему примеру, и у меня к тебе вообще нет никаких претензий. Я знал о риске, и ты никогда не запускал эту чертову ракету. Так что расслабься, а, или у тебя случится сердечный приступ, прежде чем картель Кали убьет тебя!"


На следующий день я загнал О'Лири в угол. "Я хочу тридцать зеленых глушителей от Valmet, тридцать оптических прицелов поменьше, и в спешке, но счет идет Дэвиду - специальный проект. Я хочу тридцать масок для лица в джунглях с перчатками, тридцать флайшитов - эластичных, тридцать зеленых патронташей, все большого размера. "


"Я займусь этим", - предложил он. "Но у нас здесь есть большая часть этого?"


"Это не вернется, так что организуй это немедленно".


Следующим был сержант Крэб. "Начинайте упаковывать все наши сумки HALO для Brize Norton, возьмите все наши французские парашюты от Brize, любые запасные сумки HALO, которые у них есть, высотомеры и фонари.


"Ты будешь практиковать HALO в Белизе?"


"Это цель. Итак, я хочу знать цифры."


Думая о прыжках с парашютом, я позвонил начальнику парашколы Брайзу Нортону. "Это Уилко, сэр. Мои люди отправляются в Белиз для некоторой подготовки, и мы сделаем несколько заходов в джунгли, пока будем там, могли бы пригодиться несколько ваших парней."


"Конечно, сколько?"


"Скажем, шесть или восемь, что-нибудь для них сделать, несколько капель для них".


"Да, определенно. Когда?"


"Скажем, через три-пять дней, сэр".


Я начал с майора. "Сэр, не могли бы вы уточнить у Бризе Нортон, отправится ли самолет в Белиз через три-четыре дня, возможно, будет регулярный рейс".


"Если это запланировано, то там полно отрядов, они не летают пустыми".


"Это приоритет, МОД подтолкнет их, если потребуется".


В тот же день, в 17:00, позвонил Дэвид. "Американцы заинтересованы в развитии команды Саши, и премьер-министр не против этого, так что вы можете взять их".


"Они попадут в горячую точку и будут сражаться ..."


"Это рискованно, но ... их блеф с кем-то - это тоже риск. Для них это хороший опыт."


"Хорошо, я поговорю с ними. И я попросил самолет в Белиз на три дня, начиная с этого момента."


"Ты заказал глушители ..?"


"Ты хочешь, чтобы эта миссия увенчалась успехом?" Я раздраженно спросил.


"Ну, да, но ты передаешь их боевикам".


"Я также проведу для этих боевиков некоторую подготовку, как я делал раньше. Пока ... они ни на кого не нападали."


"Нам придется записать это как потерянную коробку где-то в Белизе, и они действительно из Финляндии, так что, по крайней мере, они не наши".


"Отлично", - сказал я. "Я даже могу достать тебе денег на них из Томска, если хочешь".


"Ну, на этом счете миллионы, так что мы скорректируем баланс".


"Сказано как настоящий счетчик бобов. Ты еще станешь режиссером."


"Возможно".


Я пошел и нашел Сашу, который сидел и ел со своей командой. По-русски я начал так: "Вам всем было поручено отправиться со мной в Панаму и выполнить задание по борьбе с картелем".


Другие в столовой привыкли, что говорят по-русски, и не задавали вопросов.


"Мы попытаемся обмануть русских?" - спросил один из парней.


"Им будет все равно, кто ты. Я ручаюсь за тебя. Все просто."


Они обменялись взглядами.


"Мы бы ежедневно общались с русскими мужчинами, и они бы спрашивали о нас".


"Что ж... легенда достаточно хороша или нет? Я скажу им, что ты работаешь на британцев, так что им предстоит выяснить - что я говорил правду? Вы рассказываете о воспитании в Казахстане, годах в Англии, а остальное - в легенде. Что нужно помнить, так это... никогда не пытайся слишком сильно объяснить это или что-то доказать, это всегда выглядит подозрительно."


"Что мы будем делать ... конкретно?" - спросил один.


"После некоторой подготовки в Центральной Америке мы отправимся в джунгли Колумбии и постреляем в нескольких людях, ВМС США на шельфе. У людей, с которыми мы столкнулись, много денег и несколько хороших людей, но мы будем в джунглях ... и у них нет людей, обученных джунглям."


"Итак, мы не будем пытаться разыгрывать персонажей на улицах ..."


"Нет, ты будешь сражаться, как в Сьерра-Леоне".


"Достаточно просто", - сказал один, остальные закивали.


"Для вас, ребята, будет особое задание, и оно будет заключаться в разборке любых больших мешков с наличными, которые мы найдем. Военно-морским силам США и ФБР не обязательно знать о них, поэтому мы спрячем их для последующего ознакомления. Сохрани это в строжайшем секрете, никто из присутствующих здесь парней не должен поддаваться искушению."


Они кивнули.


"И если кто-нибудь из вас испытает искушение... Я всажу в тебя пулю и оставлю в джунглях." Я оставил их с этой мыслью.


В тот вечер в 9 вечера дежурный офицер SIS позвонил мне. "Была еще одна бомба в Панаме, одна в Боготе, как и раньше. Шестеро убитых в Панама-Сити, полиция, десять убитых в Боготе, двадцать раненых, несколько американских туристов оказались в этом замешаны."


"Были ли целью американские туристы?"


"Нет, их автобус остановился возле полицейского поста, иначе они бы его пропустили".


"Хорошо, спасибо".


Томский позвонил полчаса спустя. "Мне снова звонил министр ..."


"Скажи ему, что я вылетаю обратно через три дня, и он должен будет убедиться, что мой самолет не будет остановлен. Скажи ему, что я привожу хороших людей, специалистов, и мы отправимся за картелем Кали в течение нескольких дней."


"Хорошо, я звоню ему сейчас, он на меня ворчит".


"Я также купил тебе несколько глушителей".


"А, хорошо".


На следующее утро майор предложил мне два рейса, и один был завтра вечером, так что я воспользовался этим и предупредил парней. Ангар превратился в сумасшедший дом из выкрикиваемых вопросов и лязгающих металлических ящиков, когда мы убедились, что у нас есть все. Парашюты из Брайза будут упакованы в Брайзе, наши ящики должны быть отправлены пораньше.


"Мы тебе не нужны?" - Спросил капитан Харрис.


"Это не работа вживую, это тренировка. Если только ты не хочешь немного потренироваться в джунглях?"


"Что ж... в этом нет острой необходимости, нет. Но ты, кажется, носишь с собой боевые патроны и глушители ..."


"Может быть, это и неприятная работа, но ты не сможешь помочь".


"Нет?" - недоумевал он.


"В Никарагуа действует банда наркоторговцев, за которую мы можем взяться. Есть какая-нибудь информация?"


"Не колбасу, нет, и вряд ли ее получишь. Возможно, у американцев что-то есть."


"Они будут вовлечены. Но ... держи это в секрете."


К 18:00 мы были почти готовы, списки комплектов зачитаны и перепроверены. Мои маски для лица, патронташи, мухобойки и перчатки нашлись, глушителей пока нет. Я оставил записку на столе О'Лири, чтобы он отправил их дальше, если их не будет здесь утром.


Вернувшись домой, я позвонил в Томск. "Послушай, мы вылетаем завтра ночью в Белиз, мы прибудем туда на рассвете следующего дня. Попросите министра о военном геркулесе, чтобы приземлиться на британской военной базе в Белизе, для совместных учений или еще чего-нибудь. Я разберусь с британцами. Скажи ему, чтобы он приземлился при дневном свете, но чтобы мы приземлились на твоей полосе после полуночи."


"Хорошо, я позвоню ему, он будет рад узнать, что дела продвигаются, перестань ему жаловаться".


"Как насчет грузовых рейсов в Кали?"


"Я могу захватить кое-что из Панама-Сити, русские пилоты, одну из тех штуковин С130, о которых вы упоминали. Они могут приземлиться на моей полосе, забрать тебя и улететь дальше, со всем обычным грузом. Если они пронюхают об этом, они обыщут его и ничего не найдут."


"Сначала мы потренируем ваших людей на ночных высотах".


"Ты делаешь это? Ты прыгал с парашютом с высоты?"


"Да, с британцами, чтобы я мог проникать в места, которые никто не видел. Я привезу парашютный комплект и специалистов."


"Хорошо иметь связи в британском правительстве, да, надлежащее оборудование и подготовку".


Я заскочил к Морану, с которым сейчас живет капитан Хэмбл, и просмотрел список тренировочных мероприятий для парней в Белизе. Они должны были провести упражнение, ночное падение ореола и последующее упражнение по чтению карты на большом расстоянии. Я оставил детали на их усмотрение, но сказал им также провести немного времени на пляже.


Возвращаясь на короткое расстояние к своему дому, я почувствовал запах дыма, ветер дул с полей, а вокруг этих домов никто не курил. Я нырнул вниз и перекатился, пистолет вынут и взведен, и я побежал, согнувшись пополам, к концу моего дома. Это было снова, тот запах, но лес был слишком далеко, чтобы кто-то мог там курить. Тот, кто курил, должен был быть ближе, а также быть рядовым любителем.


Успокоившись, я достал телефон и позвонил на свою базу.


" Алло? " подошел один из полицейских, стоявший всего в сорока ярдах от нас.


Я начал шепотом: "Это Уилко, стрелок за моим домом, предупредите несколько человек, прежде чем поднимать тревогу, идите сюда с винтовками".


Я, леопард, подполз к забору по влажной траве. Забор был невысоким, но за ним тянулась колючая проволока, и человеку было бы нелегко или быстро его преодолеть. Там также были камеры, направленные в эту сторону, так что кто-то не обратил внимания.


Движение. Слева от меня в тридцати ярдах, дым на моих двенадцати часах. Их было двое, и теперь я был по уши в дерьме, просто под рукой был пистолет. Я ждал.


Тридцать секунд спустя темный предмет поднялся в воздух, раздалась автоматная очередь по дому Морана. Они ошиблись домом, кривая улыбка появляется на моем лице, когда я выстрелил четыре раза, мужчина отлетает назад, одна из моих пуль отскакивает от забора.


Слева раздался взрыв и вырвал траву вокруг меня, теперь звучит сигнал тревоги на базе, и я перекатился на бок, увидев движущийся темный силуэт. Я сделал шесть выстрелов, уверен, что попал в человека.


Раздались быстрые выстрелы, SA80 в действии, кто-то целится в мужчину слева от меня.


Движение позади меня.


"Лежать!" Я закричал. "По крайней мере, двое из них, я убил их обоих".


Свифти опустился рядом со мной.


Я сказал ему: "Прямо по курсу, двадцать ярдов, плюс десять часов тридцать ярдов".


Джип с ревом въехал, его фары осветили поля, видно тело, раздается еще больше тресков.


Я перекатился на бок и вызвал номер сестры милосердия, выдавая свое местоположение по огоньку телефона.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко. Террористическая атака в процессе в GL4, двое злоумышленников застрелены, дайте нам несколько полицейских вертолетов!"


Положив трубку, Свифти сказал: "Гребаные наркобароны знают, что ты придешь".


"Если они это сделают... тогда работа откладывается, пока я не найду способ, при котором меня не убьют."


Член парламента Пит подбежал и опустился на колени. "Два тела. Больше ничего не вижу."


"Нужно прочесать весь периметр", - спокойно предложил я. "Мы вооружим парней и объединим их".


Моран и Хэмбл подбежали, согнувшись пополам, и нырнули на влажную траву, держа пистолеты наготове. "Они разгромили мой гребаный дом!" Моран сплюнул.


"Перебирайся в запасной", - сказал я.


"Почему ты улыбаешься?" Моран сердито спросил меня.


"Поскольку они не разрушали мой дом, они взяли не тот, если только это не бывшая жена Хэмбла".


"Ублюдок", - выругался Моран.


"Моя бывшая жена не стала бы скучать по мне", - заметил Хэмбл, быстро рассмеявшись.


Свифти сказал: "Публика, читающая газеты, на самом деле думает, что мы хладнокровные профессионалы".


Несколько минут спустя мы услышали шаги на дорожке по периметру, вбегали парни с винтовками наготове. Первой была моя снайперская команда.


"Вы четверо, выходите за ворота с полицейскими, прикрывайте их, пока они смотрят на тела". Я поднялся и вернулся к передней части моего дома, моя одежда теперь промокла от травы, на базе теперь горит свет, завывает сигнализация, член парламента Пит уводит снайперов в спринте.


Подбежали Анри и Жак, Саша и его мальчики в группе позади.


"Саша, ангар и за ним, обыщи внимательно".


Они пересекают летное поле.


"Генри, здесь, у забора, прикрой наших парней, они выходят наружу". Они подбежали к забору и опустились на колени. "Стремительный. Поставь чайник."


"Хорошая идея", - согласился Свифти, скривив губы, глядя на свои мокрые грязные колени.


Я привел Морана и Хэмбла обратно в их счастливый дом, посмотреть на ущерб.


Хэмбл начал: "Это напоминает мне мой брак - полный дыр".


"Вот это настрой", - похвалил я, улыбаясь. "Смейся в лицо невзгодам - и дорогим письмам адвоката".


Задние стекла были разбиты, в потолке пробоины, в стенах пробоины, в двери салона виднелись дыры. Я старался не слишком много улыбаться. "Поменяйтесь домами, когда мы вернемся, или попросите полицейских перевезти ваши вещи, пока нас не будет", - предложил я.


Вернувшись к себе домой, я оставил дверь открытой и сел со Свифти, теперь с пивом в руке, нас обдувал холодный ветерок.


Рокко появился вместе с Риццо. "Немного не в себе?" - спросил он, входя с винтовкой в руках.


" Бывшая жена капитана Хэмбла преследовала его, " предположил я.


Свифти сказал им: "Они напали на дом Морана, не на этот".


"Так кого же он расстроил?" - Спросил Риццо.


Я сказал им: "Организуйте ребят, тщательный поиск, будьте осторожны. Ищет бомбы."


"Эти плохие парни, они ... знаешь откуда?" Спросил Рокко.


"Если это так, то завтра мы никуда не пойдем", - сказал я ему.


"Полиция в казармах", - пожаловался Риццо. "Это их гребаная работа".


"Я совсем забыл о них. Да, вооружи их, попроси у них здесь старшего персонала SO13, передай это им, убедись, что наши парни хорошо отдохнут ночью."


Когда Рокко и Риццо ушли, Свифти сказал: "Факт таков ... это их гребаная работа. Теперь они ребята из антитеррористической группы."


Я кивнул и сделал глоток чая, вскоре услышав низко над головой шум вертолета. Мигающие синие огни осветили мой коридор десять минут спустя, полицейские из Брайз Нортон, за которыми следовала местная вооруженная полиция.


Член парламента Пит вошел в мой дом с чьим-то удостоверением личности в руке. "Они черные".


"Черные?" Свифти озадачен.


"Насколько черный?" Я спросил.


"Чертовски черный", - сообщил нам Пит, передавая удостоверение.


"Это нигерийское имя, удостоверение личности из Ганы, так что, вероятно, это подделка".


"Нет... знаешь кто?" Свифти позировал.


"Нет, этих мальчиков послал человек, который потерял дорогой вертолет в Кот-д'Ивуаре". Я подняла лицо к Питу. "Там будет машина и человек из прикрытия, пусть вертолеты отправятся на поиски".


Он вышел.


Вмешался другой член парламента с собакой на буксире, уже не щенком. Человек вытер ноги, собака - нет. "Первое тело было ранено в шею и лицо, сэр, у второго человека было с десяток ран, так что понятия не имею, что его убило или кто его ударил. Оставь это для вскрытия."


Я кивнул и погладил почти взрослую овчарку. "Пусть криминалисты убирают тела, но завтра я заберу свой пистолет с собой". Полицейский вышел, таща за собой собаку.


Мой телефон зазвонил; Дэвид. "Верно, босс".


"На вас было нападение на базе?"


"Двое нигерийцев, очень мертвые, машина еще не найдена. Но, по крайней мере, это новое полицейское подразделение здесь ... и зарабатывают себе на пропитание."


"Новое полицейское подразделение?"


"Тот, кого я тренирую".


"Ах, да, хорошо ... полагаю, это их работа. Держись ... Черт возьми, разрази его гром."


"Что?"


"Полицейский застрелен на трассе М4 рядом с вами, после того, как они остановили автомобиль за превышение скорости. Двое чернокожих застрелены в машине."


Я тяжело вздохнул. "В какой-то момент нам придется иметь дело с нигерийцами".


"Я добавлю это к списку", - съязвил он. "Но я осмелюсь сказать, что это вызовет утреннюю встречу КОБРЫ, призыв к действию".


"Достань мне список подозреваемых нигерийцев, прежде чем я пойду на встречу с нашим другом".


"Что ж... да, это может предложить форму решения. Я обсудлю это с премьер-министром."


Положив трубку, я уставился на Свифти. "Машина для побега, двое чернокожих, застрелили местного полицейского".


"Чертов элл", - выдохнул он. "Все, что нужно сделать этим ублюдкам, чтобы найти нас, это спросить любого гражданина Великобритании или просто почитать газеты. А если ты ударишь этих парней с наркотиками ..?"


Я откинулся назад, уставившись в пол. "Я уже предупредил нескольких человек, что они могут прийти за нами. Если нам не удастся заполучить их или большую часть руководства, они нанесут ответный удар." Я поднял голову. "Посмотри на эту неделю: они передали полиции несколько наркотиков ... и бомбы взрываются. На что они будут похожи, если потеряют кого-то из своих старших людей? Хорошо то, что часть моего плана состоит в том, чтобы обвинить российские банды, и российские банды не будут этого отрицать - они хотят драки."


"По крайней мере, это у нас есть".


В полночь я велел всем ребятам из "Эхо" спать и предупредил всех копов, что они будут дежурить всю ночь, было заметно некоторое нытье, не в последнюю очередь потому, что теперь шел дождь. Но у нас были дополнительные полицейские из Брайз Нортон и местной полиции, так что мы были хорошо прикрыты.


Я подошел к караульному помещению и осведомился о камерах, криминалисты сейчас в поле, установлены фонари, над телами установлены белые палатки. Провод камеры был перерезан за полчаса до нападения, ошибка, о которой сообщалось утром. "Ребята, в следующий раз, когда камера сработает, предполагайте худшее и усиливайте патрулирование, а?"


"Верно, босс. Но у нас была дюжина проблем, которые нужно было исправить."


"Тогда я покричу на соответствующих людей и достану несколько чертовых камер получше".


Вертолет с шумом приземлился, четверо мужчин вышли, и мы настороженно приветствовали их, держа винтовки в руках полицейских.


Первый мужчина показал значок. ИТАК, 13. Лондон довольно твердо сказал нам зарабатывать на свое гребаное содержание, так что это официально наша первая работа с новой командой - даже если трупы замерзнут и промокнут."


"Тогда к тебе, я ухожу спать, завтра мы вылетаем, живая работа".


"У нас есть двадцать вооруженных людей, которых ты тренируешь, и если они не справятся с этим, начнутся вопросы, чертовски громкие вопросы".


"Твои ребята теперь хороши, я могу доверять им в реальной работе".


"А ублюдки, которые пришли сюда?"


"Нигерийцы, недовольные тем, что мы вытеснили их из Либерии".


"Черт ... это серьезная вещь. Международный, " вставил второй мужчина.


"И местный полицейский был убит на трассе М4 водителем, убегавшим".


"Христос", - выдохнул первый человек. "Нам нужно усилить наш мониторинг нигерийцев, и больше не только на предмет отмывания денег и наркотиков".


Я оставил их обсуждать этот вопрос на холодном ночном воздухе и перекусил перед тем, как отправиться спать, мой пистолет разобран и вычищен, вставлен второй магазин.


Мне удалось вздремнуть несколько часов и, проснувшись в 5 утра, я увидел, что наши копы все еще патрулируют окрестности, полицейские машины все еще здесь. После чашки чая я рискнул выйти, дождь прекратился. Криминалисты ушли, забрав свои белые палатки, тела убрали.


В комнате охраны я обнаружил группу хладнокровных местных офицеров. "Ты выглядишь замерзшим".


"Жуткий мороз, был включен большую часть ночи, скоро выключусь".


"Тот твой коллега на М4 ..."


"Сержант Майк Дерби, женат, три девушки", - холодно заявил мужчина. "Должен был уйти в отставку в следующем году".


Один спросил меня: "Эти нигерийцы, чего они добиваются?"


"Они стояли за переворотом в Либерии, чтобы незаконно добыть нефть, и наши солдаты вытеснили их... и мне приписывали планирование операции ... и люди знают, где находится эта база."


"Они проиграли, так какого хрена это дает?"


"Вам нужно понять менталитет наркоторговца и члена банды. Речь идет о сохранении лица и мести, а не о какой-то практической выгоде."


"Значит, эти придурки хотят показать другим бандам, какие они крутые?" - прорычал второй полицейский.


"В значительной степени", - сказал я ему, поглаживая овчарку. "Нападение здесь не выведет британские и французские войска из Либерии. Это менталитет ИРА. Но после того, как я вернусь, я спрошу премьер-министра, можем ли мы навестить некоторых из этих мальчиков, где они живут."


Я проверил ангар и убедился, что в переносных кабинах не было взломано ни дверей, ни окон, затем небольшие здания, склады SAS TA и, наконец, направился на ранний завтрак, дамы заверили, что здесь им ничего не угрожает. Я пообещал им шоколад, они попросили поужинать.


"Попробуйте капитана Хэмбла, он сейчас холост", - сказал я им. Поскольку всем дамам было за пятьдесят, я не оценивал их шансы с Хэмблом, и я не оценивал шансы Хэмбла, если он их расстроит.


Моран забрел внутрь и присоединился ко мне.


"Где ты спал?" Я спросил его.


"Тот же дом, пластиковые окна закрыты скотчем, шторы задернуты, дверь в гостиную закрыта, в остальном в доме все было в порядке. Хотя у двери моей спальни стоял стул с пистолетом наготове."


"Добро пожаловать в мой мир", - съязвил я.


"Есть новости?"


"Вы слышали об инциденте на трассе М4?"


"Нет?"


"Водитель, убегавший, застрелил полицейского местной дорожной полиции, двое чернокожих застрелены".


Он покачал головой. "Нам нужно разобраться с этими мальчиками".


"У меня есть кое-что на уме, предоставь это мне. Но ... эта отвратительная работа в Центральной Америке, если что-то пойдет не так, за нами придет больше, чем просто несколько чернокожих."


"Здесь нужно усилить меры безопасности".


Я поднял палец, затем сделал звонок, разбудив Макса. "Послушай, на нас здесь напали, так что спускайся сюда, история для тебя". Я сказал, убирая телефон: "Две атаки, и мы убили их всех, так что... Я могу это преувеличить."


"Так что же именно произошло прошлой ночью?" Моран озадачен.


"Когда я выходил из твоего дома, я почувствовал запах сигаретного дыма".


"Они курили! Бесполезные ублюдки."


"Они бы никогда не перелезли через забор, поэтому план состоял в том, чтобы просто выстрелить в нас, возможно, когда группа проходила мимо".


"Этот забор не обходят полностью!"


"Да, но они этого не знают", - поддразнила я, заметив взгляд. Размышляя вслух, я начал: "Они пришли сюда, а не в Креденхилл, поэтому им помог бывший солдат".


"Таких много по всей Африке, и все хотят несколько фунтов".


После завтрака, стоя на холодном ветру, я позвонил СИБ, капитану Мурхаусу. "Это Уилко".


"Ах, только что услышал о вашем инциденте".


"Да, тогда включайся в работу, потому что им помог бывший солдат. Они знали, что мы были здесь, а не в Креденхилле."


"Я пойду к людям, которые это расследуют, попрошу доступ и попытаюсь отследить".


"Сделай это ... и быстро, " пригрозил я.


Когда О'Лири прибыл в переносные кабины, я сказал: "Хорошо, бумага и ручка". Он был готов. "Я хочу башню у ворот, на моей стороне дороги, высотой футов тридцать или около того, с крышей для плохой погоды, а отделение для мужчин должно быть пуленепробиваемым. Подумай ... Северная Ирландия.


"Далее, я хочу небольшую штуковину типа теплицы на крыше казармы, ночные прицелы на креплении, большой бинокль на креплении, и ... обогреватель для чая и кофе, когда чертовски холодно. И я хочу получить их в ближайшие несколько дней. Затем попросите местное вооруженное подразделение объезжать территорию базы по дорогам каждый час после наступления темноты - постоянно."


Он приподнял брови, когда записывал это. "Есть что-то вроде зеленого забора с рейками внутри, но он пуленепробиваемый и достаточно дешевый. Ты можешь видеть насквозь, но не стрелять насквозь."


"Отлично, натяните его за домами, высотой в десять футов. И камера на крыше старого дома Робби, выходящая на фермерские поля, подключенная к караульному помещению."


"Семьи могут быть обеспокоены", - отметил он. "Вторая атака".


"Если они есть ... крутое дерьмо, они переезжают куда-то еще; это Эхо, а не гребаный питомник. И подумайте, какими бы они были, если бы жили на базе!"


Парни появлялись группами, снаряжение проверялось, наше полицейское подразделение по борьбе с терроризмом сейчас спит в казармах и ни в малейшей степени не защищает нашу базу и ничего не расследует, но в 10 утра Донохью приземлился со своим напарником на шикарном вертолете Augusta. Мы пожали друг другу руки, и я принес ему чашку чая в комнату для брифингов.


"Мы разбираемся с некоторыми аспектами дела", - сказал он мне. "Задействована МИ-5, их территория, сестренка, конечно, потому что это международная встреча КОБРЫ сейчас".


"Как насчет того, чтобы мы убили двух зайцев одним выстрелом, и чтобы несколько ваших людей всегда были здесь и помогали в контртеррористических патрулях и расследованиях на местах".


"Мы можем это сделать", - горячо вставили они. "Готова вторая группа людей, тридцать два человека, те же критерии, что и в прошлый раз".


"Мы запустим их здесь, а потом отправимся на фабрику", - предложил я. "Думаю, я могу немного усовершенствовать процесс, ускорить его".


"Если наши люди здесь, это настоящая операция", - отметил Донохью. "Министр внутренних дел должен называть это так".


"Если он этого не сделает, я его подтолкну", - заверил я их.


К полудню мы были готовы к отъезду, все снаряжение рассортировано и упаковано в ящики, но затем внезапно прибыли глушители, так что нам пришлось открыть ящик и положить их внутрь, не хватило места, открылся второй ящик. Пока не было никаких признаков оптических прицелов.


Макс заехал с усталым видом. Я угостил его кофе и подробно рассказал историю, затем подробно изложил вторую историю, которая в любом случае стала бы правдой через несколько дней. Я позволил ему сфотографировать сержанта Краба в снаряжении и с оружием - и опустился на колени возле нашего забора в маске на лице.


Прежде чем он ушел, я отвел Макса в сторону. "Начните исследовать картель Кали в Колумбии".


"Я знаю человека, который написал об этом книгу!"


"Вовлеки его, сделай домашнее задание, начни сочинять истории, но пока ни одной истории, ни слова о моем интересе к ним".


"Ты пойдешь за ними?"


"Может быть, когда-нибудь, когда придет разрешение", - солгал я. "Но подготовьте исследование".


В 16:00 подъехали автобусы, плюс наш полицейский эскорт, копы сегодня нервные. Я убедился, что у нескольких парней были пистолеты под рукой. Член парламента Пит тоже будет сопровождать нас, хорошо вооруженный.


О'Лири и Харрис пожелали нам всего наилучшего, и мы отправились в Брайз под дождем, по дороге в нас никто не стрелял, только влажная зеленая английская сельская местность, на которую можно смотреть. Но, как обычно, королевские ВВС понятия не имели, что мы прибываем, и бросились искать документы.


Мы поднялись на борт после того, как было сделано несколько звонков, тридцать один из нас, обнаружив, что сотня пара отправилась на тренировку в джунгли.


"А вот и неприятности", - громко заявил знакомый майор, поднимаясь со своего места.


Мы пожали друг другу руки. "Вы все оправились после Либерии, сэр?" Я спросил, и все пара посмотрели в мою сторону.


"Несколько раненых все еще на свободе, горстку нам пришлось отпустить, некоторые ожидают медицинской помощи. Отправляешься на тренировку в джунгли?"


"Какой-то ОРЕОЛ в джунглях, да, сэр. Смена обстановки."


"И это нападение на вашу базу?"


"Мы заметили их, мы всегда так делаем, и мы убили их. Парни из Либерии, сэр."


Его глаза расширились. "Они пришли за тобой?"


Я кивнул. "В какой-то момент нам скоро придется с ними разобраться".


"Они хотели отомстить?"


"Да, сэр. И могут быть дальнейшие нападения."


"А как насчет нас? О нас много писали в прессе."


"Стоит немного подтянуть свои базы, сэр".


Он сел, выглядя обеспокоенным, вокруг него вспыхивали споры шепотом.


Полет был чертовски долгим - десять часов, но я развеял скуку, поболтав с группами парашютистов, которым не терпелось услышать о моих прошлых подвигах, поболтать с инструкторами парашколы, некоторые из которых в эти дни считали себя солдатами, и я проспал пять часов. Мы приземлились в темноте, ранним утром, автобусы отвезли нас на тренировочную базу в британских джунглях. Два часа спустя мы прибыли, солнце уже взошло, и снаряжение было выгружено, пока мои ребята разминали ноющие спины.


Я попросил свою команду собрать их личное снаряжение и проверить его, затем снова упаковать в два ящика, отложив шестьдесят парашютов в сторону, плюс десять пакетов HALO, высотомеры и фонари. Я упаковал глушители, запасные маски для лица и перчатки, мухобойки и убедился, что у нас есть рации плюс несколько запасных - хороший запас 9-вольтовых батареек. Во всяком случае, у русских парней в Ла Пальме были хорошие рации, я убедился в этом, когда тренировал их.


Я передал Морану свое удостоверение личности, копию моей команды, и мы проверили друг друга на предмет чего-либо, что могло бы нас идентифицировать. Саша раздавал пустые пачки из-под российских сигарет, рубли и российские презервативы, наши инструкторы-парамедики недоумевали, куда мы направляемся.


Я проинформировал Морана, посмотрел на часы и сел в автобус обратно в аэропорт. В аэропорту, день был теплый, ребята поели в закусочной для работников аэропорта, поскольку нас держали в стороне, человек из британского посольства здесь, чтобы присматривать за всем.


Панамский C130 приземлился почти вовремя и теперь должен был заправиться. Пилоты направились в зону обслуживания коммерческих пилотов и, без сомнения, в туалет, за которым последовал холодный напиток. Мы тоже ждали, сидя на жестких деревянных скамейках, положив ноги на наши ящики, потолочные вентиляторы жужжали у нас над головами. Я велел парням надеть патронташи, спрятать пистолеты.


"Слушайте сюда", - крикнул я и огляделся вокруг, пока мы смотрели через стекло на самолет на перроне. Пилотам этой птицы мы должны доверять, но если я не думаю, что мы направляемся в нужное место" мы застрелим второго пилота и заставим их приземлиться.


"Рокко, проверяй свой телефон каждые полчаса, записывай привязку к сетке и дай мне посмотреть. Взгляните на карту и получите представление о том, где мы находимся и где находится Панама-Сити. Мы приземлимся к югу от города в пятидесяти милях.


"Когда мы приземлимся, вы увидите несколько странных вещей, солдат и полицию, состоящих на жалованье у наркобаронов, русских наркобаронов, всех плохих парней. Всегда будь начеку, пистолет в руке, но постарайся ни в кого не стрелять и не вступать в спор. Никто не должен пытаться тебя разоружить, так что не позволяй им.


С этого момента ты никогда не используешь имя Уилко. Если ты это сделаешь, нас всех могут убить. Ты увидишь некоторые странные вещи, не реагируй. Если хочешь выпить, выпей, не напивайся перед ними. Если тебе предложат девушку, соглашайся, но используй этот презерватив."


"Они предложат нам девушек?" - Спросил Риццо.


"Нормально для того места, куда мы направляемся".


"Чертовски да", - выдохнул Риццо с улыбкой.


Помните, Рокко и Риццо, вы бывшие наемники SAS, которым лондонская разведка заплатила за обучение русских и преследование наркокартеля Кали. Скажи им... ты получаешь две тысячи в неделю."


"Это больше похоже на правду", - сказал Роко.


"Мы действительно получаем здесь две тысячи в неделю?" - Спросил Риццо.


"Нет, тупица. Команда Саши притворится русскими, которые сейчас работают на лондонскую разведку. Скажи, что ты работал с ними однажды в Либерии, и с ними все было в порядке, не более того. Не показывайте, что вы их хорошо знаете, не общайтесь друг с другом.


Снайперы, вы обычный спецназовец, нанятый лондонской разведкой для нападения на картель Кали. Рокко, Риццо, снайперы, обращайтесь ко мне "Товарищ" или "Папа Виктор" - мое кодовое имя, или просто "Босс". Во время полета повторяйте эту деталь снова и снова, потому что промах означает перерезанное горло и неглубокую могилу.


"Все вы ... не реагируй, если эти плохие парни узнают меня и ... что я, похоже, главный и руковожу шоу."


Они озадаченно нахмурились и обменялись взглядами.


"Я говорю по-русски, и когда я там, я не Уилко, я папа Виктор. Если ты все испортишь, то уготовишь всем нам неглубокую могилу. Подумайте о том, чтобы вас раздели догола и подожгли, затем держите свои ловушки закрытыми.


И, по нашему возвращению, вы не должны обсуждать то, что здесь происходит, или Лондон запрет вас навсегда. Много времени и денег ушло на определенный проект, и в нем участвует ЦРУ, и если вы проболтаетесь, то нигде на планете вы не будете в безопасности.


"Если ты допустишь ошибку, тогда скажи, что капитан Уилко вернулся в Великобританию, хороший парень, присматривает за своими людьми, скажи, что ты его знаешь. Допустим, Рокко создает о нем впечатление."


"Только одна девушка?" - Спросил Риццо. "Или несколько подобных?"


Я покачал головой, Саша смеялась над Риццо. "Начинай заучивать план, или нас всех убьют - и медленно".


Час спустя мы поднялись на борт, ящики несли мы, мусорные мешки загружались вилочным погрузчиком и группой работников аэропорта. Я убедился, что все было на борту, два грузчика все это закрепили и по большей части игнорировали нас. Двигатели заработали, трап, наконец, закрылся, и я посмотрел на часы; мы приземлимся после наступления темноты.


Я сидел с остальными, грузчики игнорировали нас, и мы выруливали, ощущая вибрацию в ботинках, рев в ушах, легкий запах авиационного газа, вскоре вырулили на взлетно-посадочную полосу и по большому кругу повернули на запад, пока не оказались лицом к юго-востоку.


Выровнявшись пятнадцать минут спустя, я прошел вперед под наблюдением грузчиков и, опустившись на колени, схватил запасные наушники, пилот оглянулся на меня, его консоль оживилась едва заметными зелеными огоньками.


"Я полагаю, вы говорите по-английски, будучи пилотом".


"Да, конечно".


"Эти люди и это оборудование будут использованы для преследования членов картеля Кали через границу по просьбе вашего правительства. Американская и британская разведки помогают этому, потому что они хотят, чтобы картель был остановлен, чтобы было меньше бомб. И через несколько недель, если вы не будете говорить об этом грузе, вы получите кое-что для своих семей."


"Спасибо, но если эти люди сражаются с отбросами Кали ... Я отдаю им деньги из своего кармана и свои часы!"


"Не обязательно, мой друг, мой босс хорошо их вознаградит. Скажи мне, когда у нас будет тридцать минут выхода, пожалуйста. "


"Ты тот самый?"


Я уставился на него в ответ. "Тот самый?"


"Солдат особого назначения, который убил всех наркоторговцев и боевиков на востоке".


"Я тот самый. Как поступают люди ... подумай обо мне?"


"Они знают, кто ты, но ты также национальный герой. Преступность низка, убийств за наркотики больше нет, только эти колумбийские говнюки."


"Скоро колумбийское дерьмо будет меньше беспокоить тебя, мой друг. Но ... что происходит с этими людьми из DEA, а?"


"Ах, не говори об этом дерьме! Они здесь не для того, чтобы помочь нам, они делают только хуже. Все брали взятки, трахали девушек, были под кайфом от наркотиков. Мы хотим, чтобы это дерьмо исчезло! Чертовы американцы думают, что мы все еще колония!"


Я кивнул. "Когда я был мальчиком, мой отец всегда говорил: те, кто громче всех поет в церкви... это гребаные маленькие мальчики."


Они громко смеялись. "Хорошая русская пословица, да, но она хорошо подходит к Панаме".


Я сел и выглянул в окно, виднелась береговая линия, Рокко вглядывался в карту. Я сел рядом с ним и провел пальцем по нашему маршруту. "Пять часов!" Я крикнул, и он кивнул, защитников для ушей нам не предложили.


Несколько парней спали, некоторые читали книги в ярком солнечном свете, льющемся из маленьких окон в виде иллюминаторов. Я сидел и думал о своем возвращении в Панаму и о том, что это заставило меня чувствовать. Если я позволю себе быть правдивым, я скучал по месту и работе - по роли шерифа. И теперь мое альтер-эго было своего рода национальным героем. Я с нетерпением ждал этого.


Время тянулось, небо снаружи потемнело, и, по моим подсчетам, мы приземлились бы около 6 вечера, а не, как планировалось, примерно через шесть часов - если бы Томск действительно мог определять время. Все равно было бы темно.


Я мог видеть Панама-Сити и воду с обеих сторон, и я знал, что мы на верном пути. Рокко был доволен показаниями своего спутникового телефона, и вскоре мы начали спуск, член экипажа делал мне знаки рукой, и через десять минут я смог разглядеть оранжевые уличные фонари за высокими деревьями, несколько домов с включенным светом, затем грунтовую полосу с прожекторами, и мы врезались в землю.


Сбавив скорость, парни открыли ящики и, схватив винтовки, зарядили их. Я схватил свою винтовку и проверил ее, затем повесил на плечо, наша машина развернулась, прежде чем остановиться, пандус опустился, видны джипы, теплый ароматный воздух проникает в трюм. Я подошел к пандусу и, наконец, спустился, когда мы остановились, ожидая грузовиков, около тридцати человек ждали.


Я подошел к ним. "Так я учил тебя держать гребаную винтовку?" Я закричал на знакомое лицо по-русски. Он поправил хватку, улыбаясь.


╧3 протянул руки, и мы обнялись, расцеловавшись в щеки. "Слишком долго, Петров, слишком долго".


"Я никогда не знал, как сильно ненавижу жару и насекомых, пока не вернулся в Англию, но теперь я вдыхаю воздух, и мне это нравится".


Мужчины похлопывали меня по плечу и улыбались.


"Быстро забирайте снаряжение с самолета!" Я закричал. "Будь осторожен с этим!"


Дюжина мужчин бросилась вперед.


Я столкнулся с номером 3. "У меня есть глушители для финских винтовок, высшего качества".


"А, хорошо".


"Тебе нравится Valmet?"


"Отличные винтовки, да, вы рекомендовали их для Томска?"


"Я разработал это, сказал британской армии, чего я хочу, они прислали детали".


"У меня появилась идея", - сказал он с улыбкой. "Очень точный на большом расстоянии. Но вы и британцы?.. " Он кивнул Рокко и Риццо.


"Мой ребенок там, поэтому я убиваю людей ради них, они думают, что контролируют меня. Но я украл у англичан секретные планы бурения нефтяных скважин на шельфе Либерии и передал их Томску."


"Он зарабатывает на этом хорошие деньги! Это был ты?" Он рассмеялся. "Кто эти люди?"


Я указал на Рокко и Риццо. Бывшие инструкторы спецназа, лучшие, какие только есть. Они также обучают прыжкам с парашютом на большой высоте."


"Боже мой, неужели это ... ╧2?"


Вошла Саша, улыбаясь, и они обнялись.


В номере 3 говорилось: "Я слышал, ты был жив после крушения вертолета".


Саша указала на меня. "Он вытолкнул меня и прыгнул до того, как попала ракета, и мы приземлились на деревья".


"Черт возьми..."


Саша задрал рубашку ╧ 3, морщась от шрама.


Я указал на своих снайперов. "Британские снайперы-специалисты, лучшие, что есть, лучше меня".


"Лучше тебя?" Черт! А эти?"


"Русские, выросшие в Казахстане, теперь британские агенты, но обученные лучше, чем вы все. Они прыгают с парашютом, подкрадываются к месту, стреляют в кого-то и уходят."


"Настоящие шпионы, да". Он кивнул. "И они работают с нами против Кали?"


"В этом вся идея. Но если Кали узнает, что мы придем... никто из нас не выживет, мы будем медленно сгорать."


Он перестал улыбаться и теперь выглядел очень обеспокоенным. "Я надеюсь, у тебя есть немного магии, потому что эта работа беспокоит мальчиков".


"У побережья есть американский авианосец, который нас поддержит".


Его глаза расширились. "Американцы?"


"Все они хотят остановить картель Кали, так что пока мы все лучшие друзья, и мы притворяемся, что нравимся друг другу".


Погрузив снаряжение на джипы и грузовики, англичане на джипах, мы выехали за ворота, сопровождаемые местной полицией для пятнадцатиминутной поездки на виллу, которую, как я помнил, я заделал пулевыми отверстиями. В Томске еще не было высоких деревьев, как он угрожал.


Грузовики развернулись, как и многие джипы, и тронулись с места, когда остальные из нас заехали внутрь, Томск стоял на шикарных мраморных ступенях и ждал.


Я спустился вниз и шагнул к нему. "Вам нужна лучшая охрана, вы впускаете любую бродячую собаку".


Он обнял меня за плечи. "Слишком долго, старый друг".


"Я бы расцеловал тебя в щеки, но ты чертовски маленький и уродливый".


Он рассмеялся. "Пошел ты тоже".


Англичане, сгруппировавшиеся под номером 2, подошли.


"Ах, ╧ 2, ты выглядишь ... ну, - заикаясь, начал Томкс.


"Я потратил шесть месяцев на то, чтобы научиться ходить, но теперь я в порядке. Не волнуйся, это была не твоя вина."


"И ... Англия?"


"Холодно и мокро, но очень красиво. И никто в меня не стрелял!"


"Но ты пришел сражаться, нет?"


"Да, я должен, иначе британцам это не понравится".


Я сказал с усмешкой: "Он не рассказывает своей девушке, чем занимается".


"А, ну, это было бы ... сложно", - согласился Томский. Он посмотрел мимо ╧ 2. "И это британцы?"


"Пятеро русских, работающих на британцев, два инструктора, четыре снайпера - лучшие в мире, лучше меня".


"Да? Тогда они хороши."


"У тебя чайник включен, приятель?" Томо громко спросил. "Немного еды?"


"Заходите внутрь", - предложил всем Томский и провел нас по роскошной вилле, на которую, как я помнил, совершал набеги.


"Разряжайте свое оружие!" Я рассказал всем, и по мере нашего продвижения они лязгали, подбирали незакрепленные патроны.


"Чертовски хорошая площадка", - отметил Роко.


На своей огромной кухне Большой Саша ждал, готовя еду.


" Привет, Большой болван, " предложил я.


Томский выругался и передал сотню долларов Большому Саше, который стоял, ухмыляясь. Опустив винтовки, мы собрались и сели за стол, приготовленный в основном для британцев: бургеры, блинчики, курица, стейк, пиво.


"Заправляйтесь", - сказал я англичанам и сел в конце длинного стола, недалеко от Томска.


"Эти русские ..?" - подтолкнул Томский.


На русском я начал: "Они выросли в Казахстане, в офицерских семьях, в шикарной школе, все получили дипломы по английскому языку. Тогда Старая Советская армия готовила их быть шпионами на Западе... все пошло насмарку. У них не было денег, поэтому они пытались продавать оружие, их разоблачили, они сбежали, их подобрали где-то вроде Турции, я думаю, Интерпол их арестовал, британцы их вытащили."


"Когда распался Советский Союз, я продавал все, что попадалось мне под руку. Плохие времена." Он покачал головой.


"Если их убьют, британцы не будут счастливы, они лучшие агенты."


"Я мог бы ... использовать их в будущем?"


"Какого хрена?"


"Они прекрасно говорят по-английски?"


"Да..?"


"Итак, они сидят рядом с каким-нибудь русским, который думает, что они англичане, и слушают ..."


"Ну, если информация была полезна Лондону, то да".


"У меня есть несколько человек в Европе, которых я хочу трахнуть ..."


"Во что они вовлечены?"


"Оружие".


"Тогда Лондон наверняка одолжит вам этих людей. Скажи мне, как здесь насчет парашютной подготовки?"


"Они занимались этим день и ночь, да, я думаю, у некоторых повредились лодыжки".


"Я проведу оценку завтра, затем мы пойдем. Чем дольше мы ждем, тем больше шансов, что нас раскроют. Но сначала... возьми бумагу и ручку."


Большой Саша принес блокнот и бумагу. "Найди трех мужчин, которые тебе не нравятся, латиноамериканцев, хорошо им заплати, пусть едут в Кали и снимают квартиры, все законно. Кали проверит их, поймет, что это ты, и будет следить за ними - или убьет их."


"И отвлекись от прыжка с парашютом!" Томск отметил.


"Тогда отправь двух своих лучших латиноамериканцев и найди безопасный дом на побережье, изолированный, к западу от Кали".


Он сделал пометку. "У меня есть карты по соседству и информация для тебя, чтобы изучить. Этот самолет летает каждые два дня."


Я кивнул, когда принялся за курицу.


"Здесь хорошая еда", - сказал Томо Рокко, все принялись за еду, потягивая холодное пиво.


Я столкнулся с Томском. "А если они узнают ..?"


Он немного подумал над этим. "Мы сражаемся".


"Несколько бомб в Ла-Пальме?"


"Я надеюсь, что нет, но если мы уничтожим Кали, то у Медельина будет большая доля, больше денег для меня, меньше проблем здесь".


"Если я наткнусь на виллу и там будут деньги, Номер 2 доставит их в безопасное место".


Томский кивнул.


"А их наркотики?" Я спросил.


Томский скорчил гримасу. "Уничтожь это, мы бы не вернули это сюда".


"Мы могли бы достать это ... где-то."


Он обдумал это. "Нужно несколько человек и несколько грузовиков".


Я покачал головой. Вертолеты, но только после того, как я доберусь до руководства. После этого становится легко. Найди кого-нибудь."


Он снова кивнул. "А если там будет десять тонн...?"


"Нам понадобилось бы несколько грузовиков. Наймите лодку, надежную команду, чтобы высадиться на побережье где-нибудь в уединенном месте, через два дня после того, как я нападу на них."


Он указал на британских парней, когда они заправлялись. "Им нужно платить?"


"Нет, Лондон заплатил им. Но если я доставлю тебе немного наличных в этот безопасный дом, я хочу немного для Лондона. Скажем ... 20%?"


Он поднял брови. "Лондон хочет 20%?"


"Они используют деньги для такого рода операций, что заставляет меня выглядеть хорошо. Я получу 10% от их 20%, если только ... вы можете незаметно перевезти немного наличных в Великобританию."


"Я могу это сделать. Таким образом, вы получаете только 10%. Гребаный британец, да."


"В любом случае, это не для меня".


"Я знаю, в этом смысле ты глуп! Ты мог бы разбогатеть!"


"И что с этим делать?" Я усмехнулся.


После обильной трапезы и нескольких кружек пива ребятам показали барак в задней части дома, хорошие комнаты, несколько парней делят их и им приходится решать вопрос о том, что делать с двадцатью выстроившимися дамами - Рокко и Риццо не прочь заняться сексом друг перед другом.


Мои штабные сержанты схватили трех дам на двоих и увели их, не раздумывая, следующим Томо забрал двух дам сам, мои снайперы сначала были немного сдержанны, пока я не подтолкнул их локтем, Саша и его парни болтали по-русски с русскими проститутками. Саша отказалась и вернулась со мной.


"У тебя постоянная девушка, ╧ 2", - отметил Томский.


Я сидел и потягивал пиво. "Ты слышал об этом нападении в Англии?"


Фрэнк, УБН упоминал об этом, он был здесь вчера. Чертовы нигерийцы."


"Скоро у меня будут их подробности, и тогда ты сможешь потратить часть тех денег, которые я не беру". Я достал свой спутниковый телефон и позвонил сестре, спрашивая, не оставил ли Дэвид что-нибудь для меня. Я записал детали. "Спасибо. Ситреп: пьем пиво с Томском, английские парни с проститутками, все в цель. Конец."


Я показал Томску детали. "Очень незаконно, что они рассказали вам это, мне пришлось их подразнить".


Он изучил имена, достал свой спутниковый телефон и набрал номера. "Да, это я. Слушай, найди все, что сможешь, о Delta Oil в Нигерии, и о безопасности Delta Sands, и Обалло Нгуенте - как бы ты это, блядь, ни произносил. Мне нужен его домашний адрес, офис, машина, все. И быстро."


Я сказал ему: "Это люди, которые хотят заменить вашу нефтяную вышку на их".


"Как черт. Я перережу глотки их черным ублюдкам!"


"Убедись, что ты никогда не упоминаешь, откуда это взялось, гребаный британец отправится в тюрьму".


Он кивнул, и Большая Саша закрыла страницу.


Томск сосредоточился на ╧2. "Ты ... больно, когда ты двигаешься?"


╧ 2 снял свою зеленую рубашку и продемонстрировал шрамы, Томский поморщился. "Я не хочу больше никаких операций, правда, повидал достаточно гребаных врачей, чтобы хватило на всю жизнь".


"Ты помнишь тот день?" Томский спросил его.


"Образы того, как тебя выталкивают из вертолета, яркие, но после этого все как в тумане. Я несколько раз просыпался, связанный, наложивший в штаны, вода из соломинки, затем поездка на грузовике, от которой меня затошнило, затем дерьмовая квартира, полицейский рейд, но потом тюрьма была в порядке - я был в медицинском крыле, потом меня перевели в частную больницу, и мужчина сказал "Комплименты от друзей Петрова". Когда я достаточно поправился, меня отправили в Англию, накачали успокоительными, а затем провели множество операций, чтобы все исправить.


"Когда мне стало лучше, они спросили, буду ли я работать с Петровым, и он пришел навестить меня в больнице. Я подумал, что они могут убить меня, поэтому я сказал "да", но ... работать с Петровым хорошо, и у меня есть дом, деньги и машина. Возвращение было не из-за тебя, а из-за жары и джунглей."


"Мне нравится мой кондиционер", - согласился Томский. "И когда ты уйдешь, у меня есть кое-что для тебя. Компенсация."


"Спасибо, босс".


"Звучит странно, ты снова меня так называешь".


Мой телефон зазвонил. "Алло?" - Сказал я по-английски, узнав номер.


"Дежурный офицер, Лондон, для вас новости. Час назад в американское посольство в Боготе был нанесен удар из РПГ через окно, секретарь убит, несколько ранено, начался пожар. Профессиональная работа, чистый побег, поэтому американцы думают, что это картель Кали."


"Зачем винить картель Кали, они не настолько глупы?"


"Мужчины, арестованные в Панаме, должны быть экстрадированы в Штаты".


"Ах... ОК. Что-нибудь еще?"


"Просто чтобы сказать, что твой дядя Сэм жаждет какого-нибудь действия".


"Хорошо, спасибо". Трубку сняли, они ждали. Я сказал Томску: "Картель Кали обстрелял из РПГ американское посольство в Боготе, убила девушку, ранили еще нескольких".


"Почему, ради всего святого?"


"Арестованные здесь люди подлежат экстрадиции".


"Тот священник сказал, что попытается заблокировать это, отсрочить это!"


"Плохая идея". Я посмотрел номер и позвонил министру. "Это Петров, сейчас в Ла Пальме".


"А, ты вернулся. Хорошо."


"Послушайте, вы затягиваете экстрадицию людей из картеля Кали".


"Да..?"


"Плохая идея, они взорвут бомбы в Панаме. Избавьтесь от этих людей вдвойне быстро, или некоторые дети получат бомбу, а не урок."


"Это беспокоило нас, да. Хорошо, завтра я поговорю со своими коллегами. И когда ты это сделаешь ... сделать что-нибудь?"


"Скоро к нам прибудут люди и оборудование, но мы должны быть уверены, что не допустим ошибок, второго шанса у нас не будет".


"Да, они не дураки. Удачи."


Положив трубку, Томский сказал: "Вы советуете ему выдать этих людей?"


Я кивнул. "Если нет, Кали взорвала здесь еще больше бомб. Пусть Кали нападет на гребаных американцев."


Большой Саша спросил: "Американцы нанесут по ним удар?"


Я покачал головой, глядя на него. "Они потеряли много людей, убитых картелями, но ничего не сделали. Когда Картель замешан на людях, вам нужна полиция, а не авианосцы."


"Они бы никогда не поехали в Колумбию?" Большая Саша настаивала.


"Нет, но они годами посылали советников, и проект ЦРУ "Центр Спайк" был там годами, пытаясь наладить радиосвязь с телефонами картеля, но у них ничего не получалось. Каждый раз, когда они получали какую-то информацию, гребаная колумбийская армия продавала ее картелям. В городах они сообщают о незнакомцах. Никто не мог подобраться к ним близко в городе, вся полиция на зарплате."


"И когда ты их ударил...?" - Томск позировал.


"Нам нужно занять полицию", - сказал я ему. Я указал на его блокнот. Потратьте немного денег, соберите команду умных людей, начните собирать улики по Кали, начиная с десятилетий, все полицейские записи, которые сможете найти. Подкупите людей, поймайте их, сведите всех вместе, затем подкупите свидетелей и полицию, которые раньше были рядом с картелем."


Он начал делать заметки. "Я знаю человека, который подошел бы для этого; он пишет книгу о жертвах".


"Когда мы захватим руководство, нам нужно убедиться, что они будут приговорены, поэтому нам нужны веские доказательства, очевидцы. Если таковые имеются, оплатите им перелет в Штаты."


"Здесь, в Панаме, многие прячутся".


"Предложите деньги, соберите их, попросите их дать показания в Америке, предложите хорошие деньги за переселение. И сделай это очень быстро."


"Они пытали бармена в моем клубе, он знает, где зарыты некоторые тела".


"Хорошо. Затем, после того, как мы получим руководство, и если все пойдет хорошо, отправь его откопать эти тела. Нам нужно, чтобы они были осуждены, но я думаю, что у американцев в любом случае достаточно доказательств."


Я взял кофе и пошел в соседнюю комнату, разложил карты, отчеты разведки и начал пытаться разобраться во всем этом - информации было много. Номер 2 помог, Томск пожелал спокойной ночи, и Номер 2, наконец, вернулся через час.


Я отметил на карте известные крепости и предприятия Кали, но все они находились в черте города.


Ходили "слухи" о фабриках по производству наркотиков в определенных местах, и через час единственное, в чем можно было быть уверенным, - это то, что определенные дороги использовались для перевозки наркотиков, незнакомцев останавливала полиция, так что у меня было хорошее представление о том, где находились лаборатории по производству наркотиков, но это была горно-лесистая местность с узкими извилистыми дорогами и тропинками, и каждый гражданин был информатором.


Один из таких информаторов, парень с отрубленной картелем рукой, работал в подпольной лаборатории, не уверен, где именно, потому что они всегда ездили на работу на крытом грузовике. Он нарисовал карту, и она соответствовала другой информации, но это могло быть в миле отсюда, в миле густых джунглей и высоких деревьев.


Там была заметка о том, что цементный завод "возможно" принадлежит картелю, но я полагал, что они все равно владели половиной предприятий в городе, так что какая польза была от этой информации.


Несколько информаторов указали на поместья на склонах холмов над городом, к западу от города, и что никому не разрешалось туда заходить. Поместья были довольно большими, и, казалось, их было несколько, постоянно строились новые. Я мог попасть не в то поместье и не в те дома, и у нас было всего несколько дней, чтобы определиться с целями.


Я был уверен, что при некоторой удаче мы сможем найти лаборатории по производству наркотиков и уничтожить их, и это выведет на чистую воду боевиков, и, возможно, кто-нибудь проболтается, когда русские парни пытали его. Но что потом? Они бы знали, что мы рядом.


От предполагаемой позиции нарколабораторий до поместий было двадцать миль непроходимых джунглей и холмов, так что я мог покрыть это расстояние за ночь и день. Это была бы моя временная шкала, но я полагал, что тревога будет поднята внутри этого временного интервала.


Зазвонил мой телефон, британский номер. "Алло?"


"Папа Виктор? Это GCHQ. Ты можешь говорить?"


"Продолжай".


"Нам было поручено помогать. На самом деле, они упомянули, что нам могут поручить помощь, так что мы все равно вмешались. Вот видишь ... много лет назад мы запускали совместный проект с АНБ по попытке триангуляции мобильных и спутниковых телефонов, но тогда компьютеры были не на высоте. Они сейчас.


"Итак, что у нас есть, так это хитроумное программное обеспечение, которое сканирует отложенные пакеты определения местоположения спутника, и мы можем получать данные, не запрашивая их и никого не предупреждая, так что, конечно, им уже несколько месяцев. И мы получили данные из Колумбии и запустили программное обеспечение, которое мы сначала протестировали в Великобритании на наших сотрудниках.


"Мы также получили данные с вышек мобильной связи из Колумбии, которые американцы украли, пообещав, что они никогда их не украдут. После анализа мы получаем закономерности, и у нас есть то, что, по нашему мнению, будет вам очень полезно. Есть бумага и ручка?"


"Да".


"Карта Кали?"


"Только что комментировал одну из них с помощью местных разведданных".


"Справа, к западу от города, расположены пять поместий в форме полумесяца".


"Поймал их".


"Нижний, действует с бандитами низкого ранга, верхний такой же".


Я пометил карту.


Средний, самое большое поместье, работники низкого ранга, не вовлеченные в ночные занятия - если вы понимаете, к чему я клоню. Второй снизу, персонал среднего звена, высоко на холмах к западу находится тупик, и именно там живут старшие сотрудники."


"И ты все это знаешь ... как?"


"Ночные действия. Мы полагали, что старшие сотрудники будут спать по ночам со своими женами."


Я рассмеялся. "Да, они бы не хотели, чтобы их беспокоили".


"Мы нашли схемы, по которым мог произойти инцидент, в отчетах местной полиции, такие как "Джон Смит застрелен на Акация-лейн". После стрельбы на мобильные телефоны будут сделаны звонки сотрудникам среднего звена, которые вызовут полицию или работников низшего звена. Если до 11 вечера они звонили в главное поместье, никогда позже, никогда раньше 9 утра.


"Мы использовали теорию в дюжине инцидентов, и схема была той же самой. Когда произошло обычное дорожно-транспортное происшествие, не было никакой закономерности, только убийства в банде."


"Отличная работа".


"На вашей карте, если смотреть на среднее поместье, есть дорога в шестистах ярдах к северу, извивающаяся на запад. Там, где вы видите крутой поворот, в двухстах ярдах выше есть ... что-то, чем обычно пользуются по телефону, но на карте там ничего не написано, на старых спутниковых снимках видны джунгли.


"Над поместьем с руководством, телефоном и радио пользуются всю ночь напролет, в ста ярдах вверх по холму ..."


"Стражи".


"Да. И что-то в четырехстах ярдах к западу, узел."


Я пометил карту.


"Хорошо, есть карта большего масштаба?"


"Да".


"Посмотри на запад на двенадцать миль, перекресток, похожий на распятие".


"Хорошо, понял".


"Две мили к югу, дорога заканчивается, начинается трасса. В миле к югу, в четырехстах ярдах к западу небольшое озеро. От озера идите на север в шестистах ярдах, там большое сооружение, на спутнике только деревья."


"Под землей".


"Возвращаемся к распятию, идем на восток по дороге, второй поворот на юг, по этой дороге до упора, след ведет на запад. Где эта тропа заканчивается, вернитесь на четыреста ярдов, идите на юг на четыреста ярдов, что-то там."


"Продолжайте, и пока что ваши данные соответствуют местной информации, но эта информация была расплывчатой".


"А, хорошо. Ну, от того последнего дорожного перекрестка, где она вела на юг, пройдите две мили на восток и увидите прямой участок. Конец прямого участка, идите прямо на юг милю, скалы указаны на карте. Что-то в этом есть."


"Пещеры?"


"Спутник ничего не показывает. Ладно, вернемся к поместьям, карта лучшего масштаба, что у вас есть."


"Хорошо, продолжай".


Вошел Большой Саша, жестом подал знак принести кофе.


"Чай", - сказал я ему, затем вернулся к телефону.


"Поместье старшего персонала, нарисуйте набросок пяти вилл с севера на юг. Нижняя вилла, наименьший приоритет, затем верхняя вилла, затем вторая по старшинству, две средние - старшие, их разбудили меньше всего, им звонят только по нескольким избранным номерам."


"Может быть, они просто ленивы".


"Далее, к югу от города, находится цементный завод ..."


"Получил местную информацию о том, что они владеют этим".


"Да, много обращений к этому бизнесу, но в миле к югу есть что-то особенное, изолированное здание, так называют его пожилые люди".


Я пометил карту. "Возможно, это мишень для меня, рядом с ней джунгли".


"В городе много интересных зданий, они тебе нужны?"


"Маловероятно, черт возьми, что мы останемся в джунглях".


"Очень хорошо".


"Ваша информация подтверждает местную разведку, но точно указывает цели. Иначе я бы прочесал милю джунглей."


"Далее, у нас есть текущие данные спутникового телефона, и у них есть люди рядом - и в - Ла Пальме, очевидно, некоторые за пределами города".


"Назови мне позиции". Я записал ссылки на сетку.


"У нас есть одно активное движение. Подожди... это всего в четырехстах ярдах от тебя - "


"Саша!" Я закричал. Он прибежал. "Разбуди всех, картель Кали идет сюда!"


Он выбежал.


"У тебя есть координаты?" Я поспешно спросил.


"В четырехстах ярдах к западу от вас".


"Я вернусь к тебе. Следите за обновлениями, поступающими на этот спутниковый телефон."


Я схватил свою винтовку и взвел курок под крики мужчин, нацепил патронташ, в спешке накинул лямки, и побежал к бараку, стуча в двери. "Британские снайперы, приготовьтесь, у нас гости!" Сапоги надеть, винтовки наизготовку! Наружу!"


Вернувшись на виллу, я нашел Томска в халате.


"Что это?" - спросил он.


"Британская разведка отследила спутниковый телефон в Калифорнии, в четырехстах метрах к западу от нас".


"Они кого-то посылают", - отметил он, широко раскрыв глаза.


Я собрал охранников и выкрикнул инструкции, свет выключили, ночная охрана насчитывала более двадцати человек. Я взял шесть и подождал своих снайперов, которые собрались все вместе, надевая снаряжение по-прежнему.


"Вы, англичане, прямо за мной. Вы, шестеро охранников, в ста ярдах к западу, будьте осторожны, в кого стреляете." Я надеваю маску и перчатки, снайперы копируют. "Завяжи шнурки на ботинках!" Я сказал Томо с акцентом.


Русские охранники уведомили старшего по рации, когда я повел их к воротам. Выйдя за ворота, я повернул направо вдоль стены, строго на запад, и в деревья в быстром темпе, опасный темп, но я решил, что у меня есть несколько сотен ярдов, чтобы поиграть.


На расстоянии ста ярдов я оставил охранников, расположив их по эту сторону прохода, и повел своих парней дальше через темные джунгли, без раций в ушах. Пройдя тридцать ярдов, я сказал: "Мертвая тишина, мертвая медлительность, они приближаются к нам, так что позволь им".


"Кто это?" Спросил Томо.


"Боевики из Кали и, возможно, любители, но будьте начеку".


Найдя ручей и отверстие, я попросил Николсона взобраться на дерево, Томо - внизу, Леггита и Свона отослали на пятьдесят ярдов на север, справа от меня. И мы ждали, джунгли были полны криков насекомых.


Мой пот остыл, сердцебиение успокоилось. Только тогда я переключил свой телефон на вибрацию, а не на слышимую трель.


"Что ты думаешь?" Прошептал Томо.


"Небольшая команда, хорошие снайперы. Но им понадобилась бы RPG, чтобы нанести некоторый урон. Снайпер никуда не годится, когда гребаная цель лежит в постели."


"Мои птички были вкусными и очень хотели услужить", - прошептал он. "Пока все хорошо, босс".


"Не привыкай к этому, через неделю возвращайся в Великобританию".


"Но мы могли бы регулярно навещать, как ..."


Я незаметно улыбнулся под своей маской. "Ты забрал двух девушек?"


"Да, одну увлажнить, а другую трахнуть".


"Я ... есть идея, что это значит, и да - мне действительно нужно чаще выбираться наружу."


Десять минут спустя маленькая веточка ударила меня по голове. Я взглянул вверх; это был сигнал. "Приготовься", - прошептал я Томо.


Зашуршали кусты, тихо хрустнули ветки, и на другой стороне ручья, примерно в тридцати ярдах от нас, появилась темная фигура, и слабый лунный свет проиллюстрировал ее крадущиеся очертания. Он был замаскирован и носил паутину. Я нахмурился, услышав это, теперь обеспокоенный.


Появились дополнительные темные фигуры, все вскоре опустились на колени, подали сигналы руками, все очень профессионально. Их M16 меня сильно беспокоили; могло ли это быть операцией американского спецназа, о которой я не знал? Если бы это было так, я бы получил длительный тюремный срок. Затем я подумал о панамской армии, и не хочет ли кто-нибудь там немного подзаработать, новую машину, чтобы произвести впечатление на свою жену.


Все темные фигуры были невысокими, не высокими, и это немного успокоило мой разум. Махони и Кастилия были выше.


Свон и Леггит открыли огонь, и две фигуры упали, огонь вернулся на север. Я включил автоматический режим, потому что было темно, и мы находились в густых джунглях, и теперь я выпустил длинную очередь слева направо и обратно, сразу же открыв огонь по деревьям позади, когда со стороны Томо и Николсона надо мной раздались трески, темные фигуры пока еще стреляли в сторону Свон и Леггита.


Стрельба ослабла, и я поменял магазины, когда прятался за деревом, немного огня летело в мою сторону. Готово, я опрыскал деревья слева направо и обратно, Томо копировал, и вскоре я взялся за свой третий журнал.


"Прекращение огня!" Я кричал в темноте.


Наступила тишина, остались только древесные лягушки, которые не собирались прерывать поиски пары только ради нас.


Стон раненого человека.


"Николсон, пригнись. За мной!"


Свон и Леггит вбежали и опустились на колени.


"Ты попал?" Я спросил.


"Нет, босс, все хорошо. Кем они были?"


"Я думаю... Панамским солдатам нужны дополнительные деньги на новый диван."


"Это нужно для оплаты больничных счетов сейчас", - вставил Томо.


Николсон соскользнул по виноградной лозе, перекинув винтовку. Он опустился на колени, его винтовка вскоре была принята на вооружение.


"Ладно, за мой счет", - прошептал я, и мы медленно вернулись тем же путем, каким пришли, потратив полчаса. "Ты там?" Я закричал по-русски, когда нашел то, что, по моему мнению, было правильным местом.


"Сюда!"


"Опустите свои винтовки, или я прострелю вам гребаные яйца!" Я крикнул в ответ по-русски.


Мы двинулись вперед сквозь темноту и встретились с двумя группами черных фигур.


"Ты убил их?" - спросил голос.


"Не все из них, некоторые сбежали".


"Кем они были?"


"Я думаю, панамские солдаты; по крайней мере, они выглядели как они. Возвращайтесь на виллу, дождитесь рассвета, прежде чем искать."


Я повел их назад, медленно и уверенно, прислушиваясь, принюхиваясь к воздуху, и мы достигли огней виллы и стены, подъезжающих джипов. Теперь внутри стен я отправил снайперов спать, сказав им поставить стул у двери, винтовки наготове - но немного поспать.


"Теперь все зашумели", - сказал мне Томо. "Собираюсь разбудить своих птичек и трахнуть их до бесчувствия".


Рокко ходил вокруг с Риццо, держа винтовки наготове. "Немного не в себе?"


"Теперь разобрались, возвращайтесь, расслабьтесь", - сказал я им с акцентом.


"Картель Кали?" - Спросил Риццо.


"Да, наемные убийцы", - сказал я ему. "Теперь немного мертв".


"Наемники", - возразил Роко. "Самые высокооплачиваемые люди на кладбище!"


Томск ждал на кухне с ╧2 и Большим Сашей. Я снял ботинки, теперь в вонючих зеленых носках. "Ну?" Спросил Томский, все еще выглядя обеспокоенным.


"Я думаю, что это были местные солдаты, которым заплатили за нападение. Выглядел точно так же, как панамские солдаты."


"Они бы никогда не пошли против меня!"


"Сколько, блядь, денег у Кали, а!" Я закричал.


"Что ж... возможно, " тихо ответил он.


"Ищите на рассвете, найдите тела, опознайте их".


"Почему не сейчас?"


"Раненый человек в джунглях убьет нескольких ваших мальчиков. Пусть они умрут первыми, перекройте дороги."


"Некоторым удалось сбежать?"


"Трудно сказать, я никогда не приближался к ним, просто пристрелил ублюдков".


Мой телефон завибрировал. Это был GCHQ. "Папа Виктор здесь".


"Ты все еще цел и невредим?"


"Да, ваша информация была очень полезной, мы благодарны. Мы застрелили их. Если появится дополнительная информация, дайте мне знать."


"С указанного спутникового телефона только что поступил звонок, несколько секунд назад, но его местоположение не изменилось за последние полчаса или более".


"Откуда он звонил?"


"Номер местного спутникового телефона, Ла Тойя".


"Ла Тойя", - повторил я Томску. "У тебя есть решетка". Я это записал. "Спасибо, теперь я сплю". Я прервал звонок и принес карту из соседнего дома ╧ 2, которая помогла мне определить местоположение. Я пометил карту. Томску я сказал: "Вон то здание на окраине Ла Тойи, сейчас же отправьте людей".


Томск позвонил мужчине в Ла Тойя и описал здание, когда я держал на нем палец. Очевидно, это был мотель, мужчины были в пути.


Когда Томск закончил разговор, я сидел с холодным пивом, грязными коленями и вспотевший. "После того, как ты лег спать, мне позвонили. Британцы взломали телефонные схемы картеля Кали, теперь у меня на карте все их дома и нарколаборатории."


"Хороши, очень хороши, да".


"Чертовски хорош. Когда я беседовал с британцами, они заметили прямую телефонную связь вот с этими мужчинами."


"Сколько человек?"


"Скажем ... двенадцать".


"Они бы не попали внутрь!" Томский усмехнулся.


"У хороших солдат, хорошо вооруженных, возможно, была взрывчатка. И, возможно, вторая команда где-то там, на востоке или севере."


"Что ж... возможно, причинил некоторый ущерб, да, " признал Томский. "Завтра мы их опознаем". У него зазвонил телефон. "Da!" Он слушал, поглядывая на меня. Положив трубку, он сказал: "Раненый мужчина, пойманный на дороге, и он спецназовец полиции Никарагуа".


"Нанят для работы", - отметил я и отхлебнул пива. "Люди из другой области. Но они прислали бы больше двенадцати." Я позвонил панамскому министру, разбудил его.


"Министр, Петров".


"Ты знаешь, который час!"


"Вы знаете, что пятьдесят хорошо вооруженных спецназовцев полиции Никарагуа прямо сейчас атакуют Томск".


"Что?"


"Да, так ... поищи их, пожалуйста. Мы уже застрелили двенадцать."


"Никарагуанская полиция! Я, блядь, сам их повешу!" Он прервал звонок.


Я столкнулся с Томском. "Предупредите своих людей, что местные власти будут искать этих людей... и они очень расстроены. Пусть они зарабатывают себе на пропитание, а?"


"Ты думаешь, они знают, что ты собираешься напасть на них?" Обеспокоенно спросил Томск.


Я скорчил гримасу. "Они могут подумать, что ты хочешь добраться до них, что ты предупредил полицию здесь, но ехать в Кали?" Я покачал головой. "Нет".


Вошел ╧ 3, Томск кричал о грязных ботинках. "Прости. Что мы делаем? Мы остаемся здесь или идем искать их?"


"Оставайся здесь, местная полиция ищет", - сказал ему Томск.


Номер 3 посвящен мне. "Ты застрелил их?"


"Может быть, двенадцать".


Он улыбнулся, вытащил свернутую пластиковую табличку и протянул ее мне. "Это было в придорожном баре".


"Петров получает кредит, УБН платит наличными". Это было на испанском, английские слова внизу.


Я улыбнулся и показал Томску.


Держа ее в руках, он сказал: "Я посылаю по одной в каждый гребаный бар".


"Не нужно", - сказал ему номер 3. "Кто-то уже это сделал".


Я позвонил сестре Лондон оттуда, где сидел, все еще улыбаясь, ╧ 2 держал табличку.


"Дежурный офицер".


"Папа Виктор, в Панаме. Sitrep: группа коммандос никарагуанской полиции только что напала на Томска на его вилле недалеко от Ла Пальмы, большинство убито выстрелами, у этих британцев ранений нет. Конец сообщения. Конец." Я столкнулся с Томском. "Утром посол Никарагуа почувствует жару. У вас есть люди в средствах массовой информации, да?"


Томский кивнул.


"Подтолкни их сейчас, расскажи им историю. Новости на завтрак, нет?"


Томск позвонил, человек на другом конце провода, казалось, проснулся и сообщил подробности на английском. "Я пошел спать, если, черт возьми, смогу уснуть", - пожаловался он.


Я вернулся к своим картам, зевнул и направился в отведенную мне комнату наверху, посчитав ее чересчур роскошной для человека в камуфляже джунглей с грязными коленями. Набор на стул, ружье вниз, вонючая одежда снята, я принял прохладный душ, затем улегся на огромную двуспальную кровать с хрустящим белым постельным бельем, пахнущим великолепно, моя комната выглядела как пятизвездочный отель.


Я забыл задернуть шторы, все равно там были планки, но свет разбудил меня в 5.30 утра. Заглянув под планки, я увидел, что это пуленепробиваемое стекло. Я направился обратно в душ, на этот раз теплый, и снова надел свою вонючую зелень, мои ботинки где-то внизу. Перекинув сумку через плечо, я спустился вниз и нашел свои ботинки, вскоре присоединившись к ночному персоналу, чтобы поесть и поболтать.


Раненых никарагуанцев подобрали, местная полиция задержала группу, направлявшуюся на север, на дорогах установлены блокпосты. Их было тридцать два, но сообщалось, что некоторые из них были бывшими солдатами Панамы. Мужчины спустились по побережью на корабле, высадились на берег после наступления темноты в уединенном месте и прошли двадцать миль по лесу, совершив впечатляющий подвиг. И они знали, что Томск был здесь, и что Томск недавно переехал в другое место.


После завтрака я вернулся к своим картам, встал и уставился на изображения и контуры. Теперь у меня была большая карта Кали-Сити и окрестностей, прикрепленная скотчем к стене, и с чашкой кофе в руке я пристально рассматривал ее в течение часа.


Мои снайперы прибыли с номером 2 в 7.30 утра, завтрак был подан, мои штабные сержанты спали. Рокко и Риццо появились в 8.30 утра, после утреннего перепихона - как они громко сообщили, Томо заявил о четырех "выстрелах" со своими девушками, один из которых пришелся девушке по лицу.


Томск пришел и присоединился ко мне с моими картами. "У тебя есть план?"


"Теперь знаю. Тот же план, что и раньше, но теперь у меня есть детали, которые мне нужны. Мы прыгнем с парашютом в уединенное место, не торопясь доберемся до поместья, где живут лидеры. Мне придется иметь дело с охраной, множеством охранников, затем тихонько подстрелить охрану вилл и ворваться на виллы, заполучить руководство и утащить их."


"Утащить их?"


"Передайте их американцам для показательных процессов".


"Было бы проще просто убить их и убежать".


"Мы никогда не могли бегать достаточно быстро. Нет, нам нужно остаться на некоторое время и разобраться с бандитами. Я переправлю лидеров туда, где американцы смогут их забрать, затем я двинусь на запад и уничтожу лаборатории по производству наркотиков, возможно, вывезу наркотики. Они пошлют за нами всех своих лучших стрелков, что является основной частью этого, чтобы убить их. "Тогда... затем мы слоняемся вокруг и смотрим, кто придет за нами, и убиваем ублюдков. Идея в том, чтобы уйти, когда нас никто не преследует." Я указал. На цементном заводе к югу от города есть какое-то скрытое здание, люди там, я подумаю о том, чтобы заехать и туда, но в сам город я не пойду.


"Затем вы сообщите Медельину, что мы сделали, попросите их прислать людей и оценить город. Они возьмут верх?"


"Если будет убито достаточное количество старого руководства, деньги и наркотики будут забраны ... они не могут платить персоналу ", - отметил Томск.


"У картеля Кали есть деньги в американских банках, несколько миллиардов долларов".


Я велел британским ребятам собрать вещи, и те русские, которых отобрали в команду вставки, отправились с нами в лагерь в джунглях на джипе, и он немного разросся, теперь местами с хорошим забором и несколькими каменными зданиями. Британским ребятам выделили комнату, Саше и его команде вторую комнату, а мне достались номера 3 и 5, достаточно хорошие помещения.


Десять минут спустя я собрал команду Russian insert, и мы стояли на открытой площадке, большой центральной травянистой площадке базы, мужчины окружили меня кругом, щурясь от яркого солнечного света. Прошлой ночью на нас напал картель Кали, они прислали людей из Никарагуа. Может быть, они знают, что мы приближаемся, но это им не сильно поможет.


"Что также произошло прошлой ночью ... заключалось в том, что британцы отследили телефоны, используемые картелем Кали, и связали их все вместе, и получили координаты всех их домов, сооружений и подпольных лабораторий по производству наркотиков. Теперь у меня есть очень подробная карта, я точно знаю, где они находятся.


"План таков ... что мы обучаем вас использованию высотного парашютного комплекта, а затем мы садимся на гражданский транспорт с задней рампой, регулярный рейс. Они открывают рампу на высоте 14 000 футов над джунглями недалеко от Кали-Сити, и мы снижаемся, оставаясь незамеченными. Мы объединяемся и двигаемся на восток, чтобы напасть на руководство Кали на их виллах, пока они спят.


"Я знаю, на каких виллах живут боссы, где находится охрана, где находятся командные пункты в джунглях. У них могут быть камеры, сенсоры, мы увидим, когда доберемся туда. Мы быстро и тихо разберемся с охраной и двинемся к главным виллам при содействии британских снайперов.


"Эти четверо мужчин - лучшие, что есть, лучше меня; они попадут человеку между глаз с тысячи ярдов. В дополнение к британскому у нас есть американский вертолетоносец в открытом море - "


"Почему американцы помогают нам?" - озадачился мужчина.


"Они хотят, чтобы мы делали за них грязную работу", - сказал я ему, и между нами вспыхнули разговоры шепотом. "Не в последнюю очередь потому, что они никогда не останавливали картели, и их посольство подверглось нападению картеля Кали".


"Так зачем им помогать?"


"Потому что у них есть вертолеты и врачи, и мы будем чертовски далеки от какой-либо помощи". Я позволяю им подумать об этом. "Тебя подстрелят там, в джунглях, ты остаешься там и умираешь. Или мы используем американцев." Я широко развел руки. "Никаких долбаных вертолетов, прилетающих из Томска с доктором на борту.


"Итак, мы нападаем на виллы и хватаем лидеров, не убивая их, связываем их, тащим в горы, и если все пойдет хорошо, я вызываю американцев, и они высылают вертолеты с телекамерами в руках, и хватают лидеров, делая вид, что это их героический поступок".


Громкий хор ворчания прокатился вокруг мужчин.


Я позволил им разобраться. "То, что некоторые из вас уже знают ... заключается в том, что я заключил сделку с американцами раньше. Они оставляют нас в покое, если мы оставляем их в покое, и мы сообщаем им о конкурентах, они арестовывают мужчин и выставляют себя в лучшем свете. Если и когда закончится эта сделка с американцами... вас всех убьют или бросят в американскую тюрьму строгого режима на всю оставшуюся жизнь."


Я дал им подумать об этом, и они обменялись обеспокоенными взглядами. "Итак, после того, как американцы захватят лидеров, мы двинемся к лабораториям по производству наркотиков и устроим засаду на боевиков из Кали, пользующихся дорогами, а дорог не так много - это джунгли и горы. И как эти вооруженные люди собираются найти нас в джунглях?" Я широко развел руки.


Я продолжил: "У нас есть хорошие винтовки, хороший камуфляж, припасы. Они не найдут нас, и мы убьем их. Если мы вернем их деньги и наркотики сюда, для всех вас будут хорошие бонусы.


Итак, сегодня мы научим вас свободному падению в группах с нашими специальными сумками для снаряжения, и вы будете практиковаться. Когда ты будешь готов ... мы идем. Если это завтра, мы отправляемся завтра."


Я подвел их к Рокко и Риццо, которые разгружали ящики и наполняли пакеты HALO. Я попросил Сашу перевести, и я позволил Рокко и Риццо рассказать о технике. Полчаса спустя команды были сформированы, сумки в руках, плечи подняты.


"Бип-бип ... бип-бип-бип, " начал Роко. "Бееееееееееееее. Перерыв! Одна тысяча ... две тысячи ... три тысячи ... четыре! Смотрите вверх и по сторонам, ищите огни, держитесь подальше друг от друга. Найди сумку, следуй за ней. Не вижу сумки, просто дрейфую."


Команда перестроилась и проделала все это снова, остальные вскоре скопировали, и каждый повторил это по меньшей мере десять раз. "Скайван" был здесь наготове, на полосе, и я разбил своих парней на пары с русскими парнями, сформировал три команды и снарядил их, парашюты проверены, запасы проверены, сумки с ГАЛО перенесены.


Пятнадцать минут спустя те, кто был на земле, посмотрели вверх, Томск теперь здесь, и я мог видеть формацию, когда она проходила мимо разорванного облака. Они разделяются, видны четыре зеленых парашюта, вскоре за сумкой следует палка из четырех открытых парашютов.


"Хорошо", - сказал я Томскому.


Первая команда приземлилась, не сломав лодыжек, парашюты были скатаны многими руками, хорошо оплачиваемые французские упаковщики парашютов стояли, курили и смотрели, как прибывают другие команды. Один русский потерял контроль над сумкой, но остался рядом, вырвавшись вовремя, что не было большой проблемой. Пара чуть не сцепилась, но вовремя отвернулась, и, кроме того, это был хороший первый тест, готовятся следующие три команды.


Второй выброс прошел нормально, но еще один русский потерял контроль - все приземлились, не убившись, и к 15:00 вся команда insert приземлилась без серьезных инцидентов. Я отпустил людей спать в жару, Томск отправлялся в путь, и теперь мы хотели попробовать ночные высадки, ветер пока в порядке, погода нам благоприятствует.


Я позвонил Дэвиду в Лондон.


"Как дела?" он спросил.


"Мужчины здесь, и снаряжение здесь, и мы только что практиковались в сбрасывании мешков с ореолом, все в целости и сохранности. Сегодня вечером мы повторим это снова, несколько русских выпустили сумку."


"И это нападение прошлой ночью, о котором я, как ни странно, узнал из GCHQ ..?"


"GCHQ решил вмешаться, чтобы покрасоваться, и обнаружил закономерности в использовании телефонов картелем Кали, и они точно указали мне виллы и лаборатории по производству наркотиков, иначе эта работа могла быть прервана. Их данные соответствовали местной информации, но с точными привязками к сетке."


"Ну, в конце концов, мы все в одной команде, и это их работа. Когда ты съезжаешь?"


"Если сегодня все пройдет хорошо, может быть, завтра".


"Ходят слухи, что панамцы ускорят экстрадицию своих заключенных".


"Я подтолкнул их, я не хочу, чтобы здесь взрывались бомбы. Как только эти люди окажутся в американской тюрьме, картель перестанет злиться."


"Американцы дали нам толчок, второй. Они рассматривают возможность действий, но они никогда не высадятся в Колумбии."


"Как я сказал кое-кому прошлой ночью... авианосец бесполезен против преступников в городе."


"Нет, вполне".


"Скоро у них появятся корабли в море?"


"Сел неподалеку, вертолеты наготове".


"Скажи им, что все идет по плану. Первым делом им нужно будет забрать всех боссов Кали на холмах к западу от города, плюс раненых. Убедись, что у меня есть прямой номер этого гребаного корабля, время будет критическим."


"Сейчас я отправлю записку".


Я отдохнул час в жару, но потом окончательно проснулся, вскоре бродил по тихой базе, воспоминания возвращались. Я поздоровался со знакомыми лицами и остановился поболтать, посмотреть на ассортимент; он не сильно изменился.


В 5 вечера мы все поели в столовой базы, курица была вкусной, в 7 вечера мы проверили набор, так как погас свет. Я заставил их всех повторить процедуру снова и снова - стоять со своими сумками, и мы дважды проверили фонари на сумках, личные фонари и высотомеры, и я сказал им всем считать при падении и вовремя остановиться.


Рации проверены, микрофоны установлены на бескислородные кислородные маски, и мы были готовы. Я не прыгал, не желая рисковать лодыжкой перед началом работы. Рокко и Риццо снова были бы с русскими, мои снайперы снова разделились.


Я пожелал им всего наилучшего, когда они отправились на короткое расстояние до полосы, подъезжая к Томску, и мы стояли с холодными напитками в руках, глядя в небо. "Скайван" подошел с включенными посадочными огнями, чтобы мы могли его видеть, но разглядеть команды было невозможно.


Мы ждали.


В моем ухе послышался треск радиоприемника, скоро "Перерыв!" на русском и отсчет, когда я вытянул шею к небу, и я смог увидеть четыре парашюта, вскоре пятый, когда открылся парашют для мешка. Сумку отнесло к деревьям, поэтому я радировал команде, чтобы она не следовала за ней.


Первая команда приземлилась на траве перед нами, Риццо первым упал, парашюты вскоре были упакованы, людей послали за сумкой. Вторая команда также дрейфовала, но вовремя развернулась, русский был замечен хромающим. Возможно, сейчас он уволен с работы.


Третья команда потеряла свою сумку, но все приземлились прямо перед нами, никаких переломов. Мы ждали, болтая, пока "Скайван" забирал следующую загрузку, после телефонного звонка, сообщающего, что он выключен.


Час спустя все команды благополучно приземлились, маршрут Skyvan был скорректирован, на этот раз сумки упали на травяную тренировочную площадку, одна попала в крышу хижины.


Я сказал Томску: "Они достаточно хороши, чтобы безопасно приземлиться, так что организуйте этот самолет".


"Завтра ночью он улетает".


"Дважды проверьте пилотов, персонал аэропорта, задавайте вопросы, или мы все погибнем, когда какой-нибудь ублюдок подложит бомбу в этот самолет".


Пилотам предложили хорошие деньги или медленную смерть. Им можно доверять."


"В любом случае, пусть за ними следят. Пусть люди следят за этим самолетом каждую минуту, пока он находится здесь, на земле, ищите любой странный груз."


Он кивнул. "У тебя есть все, что тебе нужно?"


"Все, что нам сейчас нужно, - это немного удачи. И проверь погоду над Кали на завтрашний вечер. И не забудь тот корабль, мы могли бы использовать его, чтобы сбежать, если понадобится."


"У меня есть много кораблей, которыми я могу воспользоваться, один из них поблизости", - заверил меня Томск.


Все отправились спать, Рокко и Риццо спрашивали о девушках и были разочарованы. Они бы просто составили друг другу компанию.


У меня зазвонил телефон, наши панамские священники ╧ 3 и ╧ 5 сидели напротив меня и пили пиво. "Министр?"


"Мы захватили многих из этих никарагуанцев, они предстанут перед судом за терроризм. Но это плохой день, некоторые служили офицерами. Но причина звонка не в этом - сын священника был похищен."


"Картель Кали?"


"Мы пока не знаем, но это кажется наиболее вероятным".


"Сколько лет?"


"Пятнадцать. Его водитель был застрелен, профессиональная работа, никаких любителей."


"Оставь это мне. Я верну его или вручу вам отрезанную голову человека, который это заказал."


"Спасибо". Я позвонил в Томск. "Слушай, гребаный картель Кали только что схватил сына здешнего священника. Сделай несколько звонков, приложи большие усилия, чтобы найти их, но я думаю, что они отправились в Колумбию. Если мы схватим лидеров, мы договоримся за него."


"Сейчас я сообщаю всем, предлагаю большую награду, проверяю корабли на наличие этих ублюдков".


Я позвонил в Лондон, номера 3 и 5 прослушивали. "Это папа Виктор. Ситреп: Сын министра правительства Панамы, похищенный картелем Кали, возможно, переехал на юг. Запроси у GCHQ телефонные перехваты между местом похищения и Кали. Аутом."


╧ 3 выглядел озадаченным. "Вы просите британцев перехватывать телефоны?"


"Нет, они ищут любой телефон, с которого был похищен мальчик, соединяющий его с Кали-Сити. Все это проходит через компьютер. Те люди, которые приходили прошлой ночью из Лондона, заметили телефон и предупредили меня."


"Вы так тесно сотрудничаете с Лондоном", - отметил ╧ 5. И ждал.


Я пожал плечами. "Иногда ЦРУ, французская разведка".


"Почему они все работают с тобой?" - настаивал он.


"Я человек посередине, и меня нельзя подкупить или запугать. Я делаю их грязную работу, передаю сообщения, поддерживаю связь с такими людьми, как Томск, Лондон защищает меня от гребаного ФБР и Интерпола и позволяет мне видеть мою женщину и ребенка. Но факт в том, что ... Мне нравится эта работа. Чем, черт возьми, еще я мог заниматься? Работа на фабрике, сидение на пляже?"


"И осколки пули в твоей голове ...?" - рискнул ╧3.


Я скорчил гримасу. "Два года назад они дали мне жить самое большее три месяца".


"Гребаные врачи, эх".


Я пожал плечами. "Когда я падаю... Я падаю. И если бы я прекратил эту работу и сел тихо, я бы быстро умер."


"Может быть, ты ... надейся на пулю..." ╧3 деликатно подтолкнул.


Я обдумал это и скорчил гримасу. "Может быть". Я встал и снял свою пропотевшую рубашку, чтобы постирать.


"Блядь", выпускается номер 5. "Ты ходячий мертвец, мой друг".


"Ничто не может убить его", - непреклонно заявил ╧ 3. "Только сам Бог может покончить с его жизнью".


В конце концов, они успокоились, пока я изучал карты, которые принес с собой, и я нормально выспался ночью, вокруг жужжали моззи.


Я проснулся рано, ╧ 5 храпел, или, может быть, это был Риццо по соседству, подумал я с улыбкой. Тихо одевшись, я вышел на тихий рассвет, вокруг деревьев был туман, и я подошел к забору, чтобы отлить, охранники патрулировали - и махали мне.


Стоя там и мочась, я заметил маленького оленя на пастбище. Оно заметило меня и убежало, но остановилось как вкопанное у линии деревьев, что-то его напугало. Он отбежал назад, а затем в сторону. Убирайся, я махнул охранникам, и они вбежали.


"Разбуди всех потихоньку, у нас компания. Один человек, идите, остальные приготовьтесь, в конце дистанции кто-то есть." Когда один человек побежал к хижинам, вбежали другие охранники и встали на колени за кустами.


"Вы четверо, идите к деревьям, в двадцати ярдах от полигона, очень медленно, очень тихо, продвиньтесь на сотню ярдов и остановитесь, подготовьте огневые позиции для засады. Идите. Отдохните со мной".


Я пригнулся, и леопард пополз справа от меня, чтобы занять угол, заросший травой, чтобы спрятать нас, и я забрался под скамейку в стиле барбекю, высокая трава скрыла меня. Мое зрение было базовым Valmet, но все еще достаточно хорошим. Я устроился поудобнее и посмотрел в прицел на расстоянии шестисот ярдов до дальней линии деревьев, слева от прикладов и мишеней.


Лицо, камуфляжная раскраска, зеленые и черные полосы. Мужчина рядом с ним, третий слева. Движение, люди перемещаются справа налево. Потревоженные птицы покинули деревья, прорываясь сквозь висящий туман. Я оглянулся через плечо, видел мужчин, бегущих в незастегнутых ботинках, расстегнутых рубашках, с висящими патронташами. К счастью, у наших посетителей не было прямой видимости хижин и людей - иначе их не впечатлил бы наш растрепанный вид.


Я ждал.


╧ 3 подполз с двумя мужчинами. "Что это?"


Солдаты в камуфляже. По меньшей мере дюжина, но если они пришли сюда, то их шестьдесят."


"Шестьдесят!"


Пройдите мимо меня, двигайтесь дальше, займите хорошую позицию, оставайтесь внизу, пока не смотрите вверх!" Я прошептал.


╧3 провел четверых мужчин мимо меня и дальше, к кустарнику. Они притаились в кустах.


Томо и Николсон подбежали и пригнулись. "Ко мне!" Я прошептал. Они, леопарды, переползли. "Вот, займи эту позицию, посмотри влево от мишеней для прикладов. Приготовься." Я отступил назад и позволил им залезть под скамейку, глушители установлены, оружие взведено и проверено, магазины вставлены, прицелы отрегулированы.


"Их чертовски много", - отметил Томо.


Другие мужчины теперь лежали слева от меня. Я подал им сигналы рукой, чтобы они шли в обход, через деревья. "╧ 3, возьми большую часть людей, выходи за ворота, быстро поднимись по тропе на тысячу ярдов, зайди в деревья и спускайся. Отойди от них. Вперед!"


Он отполз, затем встал и побежал, зовя людей за собой, двадцать человек выбежали за ворота, когда Саша и его команда побежали, согнувшись пополам.


"Саша, медленно, как леопард, проползи прямо мимо меня и отойди на шестьдесят ярдов".


Он повел свою команду быстрым леопардовым ползком, утренняя роса намочила их ноги и руки, и они прошли мимо меня и продолжили идти, наконец, к другой скамейке и под ней или рядом с ней высокой траве, чтобы спрятаться. Свон и Леггит появились рядом со мной.


"Займите хорошую позицию за Сашей, люди слева от задниц там, внизу", - сказал я им, и они попрактиковались в старом добром обходе леопарда британской армии, которому каждый новобранец учится в первые несколько недель. Будучи сержантами снайперской школы, они справлялись с этим, профессионально держа винтовки в руках.


Мой телефон зазвонил; Томск.


"Da!" Я прошептал.


"На тебя там напали?"


"Мы скоро будем, они выдвигаются на позицию в конце диапазона".


"У меня есть еще люди, которые придут к вам, местная полиция и армия".


"Пусть они рассредоточатся вдоль трассы, группами двигаются на восток, к деревьям", - прошептал я.


"Хорошо, я скажу им сейчас. Мы перерезали дороги, но как эти ублюдки проникли внутрь?"


"Они хорошие солдаты, и ночью они медленно пробирались через джунгли. Они не пользовались дорогами."


"Ты можешь справиться с ними?"


"Они не знают, что мы их заметили, у нас есть преимущество. Не помешали бы минометы."


"Есть РПГ, их много".


"Не так уж много пользы от людей в густых джунглях. Дай мне знать, когда люди отправятся в путь." Я отключаю звонок и убираю телефон, сонные мужчины все еще появляются, никаких признаков Рокко и Риццо пока нет. И все же я подумал, что стрельба может разбудить их, когда она начнется, и на мгновение улыбнулся про себя.


Но теперь вопрос был... они видели, как мы прыгали с парашютом?


Я ждал, и казалось, что наши посетители никуда не спешили. Они подкрадывались очень профессионально и делали это медленно и тихо. Этот маленький олень и моя привычка рано вставать спасли нам жизни. Возможно, ╧ 3 был прав - меня нельзя было убить, моя жизнь в руках богов, либо как Петрова, либо как Уилко.


"Тсссс", - пришло от Томо. Я придвинулся ближе. "Там внизу парень с мешком за спиной, на нем провода. Его подруга посмотрела на нее, на мгновение вспыхнув красными кнопками."


"Бомба. Ты думаешь, ты сможешь попасть в нее?"


"Да".


"Вы оба, сосчитайте до пяти и стреляйте, затем остановитесь". Я решительно прошептал остальным лежащим ничком мужчинам: "Не стрелять, не стрелять, если произойдет взрыв. Передай это дальше."


По очереди передавались сообщения, передаваемые шепотом. Я только что повернулся лицом вперед, когда с интервалом всего в миллисекунду раздались тихие трески, вспышка осветила темные участки внутри линии деревьев, стена белого тумана устремилась ко мне.


"Ложись!" Я закричал по-английски, и взрывная волна захлестнула меня, как удар ногой в голову и грудь одновременно. "Черт". Я покачал головой и посмотрел вверх, части тела летели по воздуху, головы, ноги и руки. Это была большая бомба, может быть, килограммов двадцать пластика, деревья теперь на боку, повернутые вверх, миллион птиц разлетелся во всех направлениях.


"Я думаю, что что-то взорвалось", - съязвил Томо, когда рядом со мной упала отрубленная голова с зелеными и черными полосами на лице, испаноязычная. "У этого парня был плохой день", - заметил Томо, оглядываясь через плечо.


"Николсон, что ты видишь?" Я спросил.


"Много дыма и тумана. Подожди ... какой-то парень без руки бродит вокруг, на лице кровь, больше ничего. Подожди ... группа примерно из десяти человек, на полпути к нам, направляется прочь."


"Убейте ублюдков!" Послышались расколы. "Открыть огонь!" Я кричал по-русски.


Среди деревьев эхом отдавались автоматные очереди, насколько я мог заметить, никакого приближающегося огня, наши посетители находились слишком близко к своей собственной бомбе и теперь ошеломлены ею.


"Саша, иди направо и в обход." Он увел свою команду. Я включил автомат и поливал деревья короткими очередями, дым задерживался. Русские, крайние слева от меня, копировали, многие опустились на колени или даже стояли и стреляли.


Отступив назад и опустившись на колени, я позвонил в Томск.


"Был большой взрыв?" - Спросил Томский, запаниковав.


"Эти английские снайперы увидели человека с бомбой, выстрелили с расстояния в семьсот ярдов и привели ее в действие".


"Мой ... бог".


Большинство нападавших были ранены, остальные были ошеломлены, мы расстреляли отставших. Но, может быть, они видели прыжки с парашютом ..."


"Ах, да, проблема".


"Мы можем изменить зону высадки, но вы защищаете этот гребаный самолет и обыскиваете его. Пусть полиция обыщет его, собаки-ищейки бомб."


"Да, я это организую".


Звонок прерван, я вспомнил номер сестры. "Это папа Виктор. Ситреп: большие силы двинулись на базу в джунглях Томска, но были убиты, английские парни не пострадали, некоторые из них проспали это. Миссия все еще продолжается, но они могут знать, что мы идем. Папа Виктор на свободе."


Я вернулся к хижинам, когда русские двинулись вперед, к деревьям, Рокко и Риццо, наконец, поднялись.


"Что-то случилось?" Спросил Роко, рассматривая части тела.


"Большие силы двинулись в атаку, я заметил их, так что... ты относись к этому спокойно."


"Во сколько завтрак?" - Спросил Риццо.


Я покачал головой. "Я горжусь вами двоими, вы это знаете".


Рокко посмотрел на часы. "Сейчас как будто ... 6 утра", - отметил он. "Черт".


"Завтрак в 8 утра, я думаю", - сказал я ему. "Но будь начеку, до завтрака может быть еще несколько сюрпризов".


"Эти ублюдки знают, что мы приближаемся", - настаивал Роко.


"Нет, они знают, что Томск был ответственен за информирование полиции и арест членов картеля - так что они злы на него, и у них есть несколько лишних фунтов. Если бы они знали, что мы придем, они бы оставили людей ждать внизу, а не послали сюда."


Я приготовил себе кофе в командирской рубке, и никакие выстрелы не потревожили меня, когда я сидел на крыльце, положив винтовку на колени. Подъехали джипы, мужчины выпрыгивали, осматривали части тел.


Полчаса спустя подъехал Номер 3 и подошел ко мне. Он вытер лоб. "Мы застрелили, может быть, восьмерых, но в основном они были ранены. Никаких признаков того, что там кто-то остался в живых, большая гребаная дыра в лесу, внутренности на деревьях."


"Есть какие-нибудь удостоверения личности?"


Он достал две пластиковые карточки, на них была кровь. "Регулярные войска гондурасской армии, силы специального назначения".


"Когда у тебя много денег, ты можешь нанять хороших помощников, и это еще не все".


"Они присылают еще?"


"Они будут посылать все больше и больше, пока мы все не умрем".


╧ 3 выглядел обеспокоенным и снова уставился на меня сверху вниз. "Если мы не поймаем их, они рано или поздно доберутся до нас".


"Да, мой друг, они, безусловно, будут. И очень скоро."


"Это была не очень хорошая идея - связываться с ними ... Томск допустил ошибку, нет."


"Его ошибка будет стоить нескольких жизней, да".


╧ 3 поколебался, как будто хотел что-то сказать, затем отошел, выглядя рассерженным.


Томск прибыл часом позже, несколько минут смотрел на полигон, прежде чем присоединиться ко мне в командной рубке. "Они все мертвы?"


"Возможно, некоторым удалось сбежать", - сказал я, пожимая плечами. "И в одном я уверен ... это в том, что наш C130 взорвется вскоре после взлета".


"Ты думаешь, они знают?"


"Берем ли мы на себя риск?" Я возразил с.


"Есть ли другой способ добраться туда?"


"Есть, но нам нужна помощь Управления воздушного движения и этого министра. Попытайтесь найти другой груз C130, русских пилотов, доставьте его в Панаму, на полосу. Я поговорю со священником позже, посмотрим, поможет ли он."


"Он сделает все, что в его силах", - заверил меня Томский.


"Тогда купи дюжину секс-кукол большого размера, которые можно взорвать?"


"Секс-куклы! Какого хрена?"


"Послание для мальчиков из Кали; мы оденем кукол в зелень джунглей и комплект одежды и посадим их в этот самолет".


"Когда он приземлится ... они обыскивают его", - отметил Томский. "И найди послание". Он улыбнулся. "Это грубо, мне это нравится".


Я позвонил сестре Лондон. "Это папа Виктор, просит об одолжении. Просочитесь в прессу, что британские SAS могут быть развернуты в Боготе в ближайшие недели. Окончание просьбы об одолжении. Конец."


После завтрака я посмотрел на часы и позвонил министру. "Это Петров".


"Я слышал, у тебя был еще один приступ".


"Да, гондурасский спецназ, но я их заметил".


"Тогда они не так хороши, как вы, как и никарагуанцы. Пресса, они делают карикатуру, ты против тридцати никарагуанцев, со словами: "нечестный бой, у никарагуанцев не было шансов"."


Я рассмеялся. "Возможно, когда-нибудь мне придется оправдать свою раздутую репутацию. Послушайте, не мог бы я позаимствовать "Геркулес" у ваших ВВС для ночных учений и из-за какой-то неполадки в двигателе он оказался над колумбийским побережьем."


"Что бы это сделало ... конкретно?"


"Это было бы обычное тренировочное упражнение на побережье, в тридцати милях от берега. Около Кали он сообщал о неисправности двигателя и просил приземлиться в Кали, затем, когда он пролетал над побережьем, он раскрывал заднюю часть, и мы выпрыгивали с парашютом. Рампа закрыта, проблема с двигателем внезапно устраняется, и он летит домой."


"Это достаточно просто, но если ты приземлишься, вина падет на нас".


Там будет несколько самолетов-приманки, все C130 Hercules. Вина ляжет на кого-то другого, и никто не поверит, что вы сбросили людей с высоты 14 000 футов."


"Ну, тогда, кажется, все в порядке, и я не думаю, что кому-то здесь похуй, как и в Колумбии - еще одна бомба взорвалась в Боготе. Один из них был найден и обезврежен."


"Тогда мы уходим сегодня вечером и покончим с этим, министр".


"Да, чем скорее, тем лучше, и вся Панама будет с тобой".


"Дайте мне знать об этом Геркулесе в ближайшее время, но нам нужна максимальная безопасность, чем меньше людей будет знать, тем лучше".


"Я разбираюсь с этим сам, сразу к пилотам. Тебе нужно какое-нибудь специальное снаряжение?"


"Нет, просто немного хорошей погоды и немного удачи".


"Я также проверю погоду", - заверил он меня.


Я собрал британский контингент. "Это была вторая атака, и будут еще, пока мы не отправимся пинать мячи. Итак, мы летим сегодня вечером, но я изменил план. На предполагаемом самолете у нас будут секс-куклы, одетые как солдаты."


Они смеялись.


Мы будем на том же "Геркулесе", который доставил нас сюда. Я также попытаюсь организовать другие приманки, чтобы занять плохих парней. Если мы не можем подобраться к ответственным людям, мы нападаем на лаборатории по производству наркотиков, легкие мишени, затем ждем ответа, цель которого - убить любого ублюдка с оружием.


"Но пойми сейчас... что некоторые из плохих парней будут офицерами местной полиции. Старайся не убивать их, бей их по ногам, но если придется - убивай ублюдков, потому что они передадут тебя картелям. Там, куда мы направляемся, каждый гражданин в радиусе ста миль сдаст вас, включая врачей и полицию. Никому не доверяй. Ты сегодня спишь с 15:00 до 20:00, потом мы уходим."


Я собрал русскую команду по вставкам и повторил эту деталь: люди почувствовали себя лучше после "Геркулеса" панамских ВВС.


Томск вернулся в полдень. "Люди, которых я отправил в Кали, были схвачены".


Я кивнул. Как и ожидалось. А конспиративная квартира на побережье?"


"С ними все в порядке, да. Корабль готов, фактически три, но они сообщили, что американские вертолеты и самолеты жужжат поблизости."


"Нам нужны эти американские вертолеты, такие хорошие. И сегодня вечером, после взлета C130, сообщите картелю Кали, что на борту находятся солдаты, и что они будут тайно вывезены из аэропорта."


"Они поджидают самолет и окружают его", - отметил он.


Я кивнул. "Это надежда. О, какие-нибудь другие самолеты летят в ту сторону?"


"Да, но не с рампой".


Приготовьте несколько больших коробок, наполненных тряпьем, погрузите их в самолет, но под надежной охраной, положите внутрь несколько секс-кукол, а затем сообщите, когда самолет приблизится к Кали. То же самое для C130, не давайте им слишком много времени на планирование. Пусть самолеты-приманки приземлятся около ... часа ночи, мы их утомим."


"Мы заставляем их быть занятыми, нет".


"Если они узнают, что мы прыгнули с парашютом... тогда руководство скроется, и тогда мы нападем на лаборатории по производству наркотиков, и это дорого им обойдется. Невозможно узнать, пока мы не доберемся туда, но британцы увидят телефонные звонки."


Русские зачистили базу, складывая тела и части тел в мешки, как я наблюдал, Томск угрожал вырубить деревья. Ну, эти деревья скрывали базу, так что это было бы контрпродуктивно, я сказал ему.


Я бродил по полю обломков, повсюду были кровь и кишки, деревья повалены набок, повсюду валялись мертвые птицы. Перебирая чьи-то перепонки, я нашел то, что выглядело как телефон, но на самом деле было дистанционным детонатором. Стоя там, я ломал голову над этим. Каков был их план?


Попытались бы они поднести бомбу поближе, изъяли, а затем взорвали ее, заставили бы нас шататься, как пьяных, пока они нападали? Подходить близко к месту взрыва было рискованно, и это досталось бы не всем, кирпичные здания были надежными, а в некоторых были мешки с песком, и они находились в сотне ярдов от линии деревьев.


Мужчинам, все еще прочесывающим местность, я крикнул, чтобы они быстро двигались к дороге. Я побежал обратно по полигону и крикнул, чтобы базу эвакуировали, а людям спуститься по тропе к дороге и вдоль ручья, спуститься и ждать. Я приказал джипам отъехать по дороге, всем им, британский контингент тоже был отправлен, ╧ 3 рядом со мной и озадаченный странным движением.


Я поднял детонатор и показал ему. "Это было не для той бомбы".


"Кто-то устанавливает здесь бомбу?"


"Может быть. Сейчас посмотрим." Я вывел его на тропу и спрятал за большими деревьями, остальные укрылись там. Стоя за деревом, я обхватил дерево рукой, поднял спусковой механизм и нажал.


Взрыв подбросил грузовик на сотню футов в воздух, выбило окна, грузовик упал кучей, его обломки разлетелись по воздуху и дождем посыпались вниз.


Я повернулся к ╧ 3. "Нам нужно обыскать базу", - раздраженно сказал я ему. "Верните людей, обыщите все".


Я вернулся, перешагивая через металлические детали, дым затянулся, обломки грузовика тлели, и я направился в командный пункт, окна которого были выбиты. Я нашел кусок подвески грузовика, врезанный в стену, когда ставил чайник.


Томск вернулся час спустя, когда мужчины пытались уснуть, окна теперь были заклеены скотчем. "Какого хрена теперь!"


"Я нашел детонатор на полу, вывел людей, щелкнул выключателем. Бум. Кто-то здесь подложил бомбу в грузовик."


"Охранник?" Сердито спросил Томск, оглядываясь вокруг.


"Трудно сказать. Нужно найти, где был этот грузовик, кто им управлял."


"Посмотри на гребаный ущерб, нанесенный хижинам!"


"Потратьте немного гребаных денег, исправьте это. Стекло можно заменить, хорошие люди не могут. И если мы не остановим Кали... это будет происходить здесь каждый гребаный день! У тебя ничего не останется."


Он развел руки в стороны и позволил им упасть. "Возможно, мне не стоило пытаться трахаться с ними".


"Может быть, и нет", - согласился я. "Они существуют долгое время, и они богаты".


"У меня есть несколько человек, направляющихся в Кали, их тоже не остановишь, и когда ты скажешь ... они издают какой-то шум."


"Если все пойдет хорошо... это будет около 5 утра. Пусть они пораньше лягут спать."


После того, как сварливый Томск снова уехал, я перезвонил в GCHQ, наконец-то дозвонившись до человека, который мне звонил.


"Я только что вернулся в офис, встреча в Лондоне. Чем я могу помочь?"


"После того, как мы прыгнем с парашютом сегодня вечером, мне нужно знать, предупреждены ли они об этом".


"Ах, это мы можем сделать, да. У нас шестьдесят четыре номера, так что внезапный всплеск активности - и мы бы поняли, что что-то случилось. Я буду за своим столом, когда ты приземлишься, объединяйся со мной и ... есть кое-что еще. Нам не разрешили пытаться взломать аргентинскую спутниковую телефонную систему, равно как и китайскую, так что... мы этого не делали, если об этом попросит специальный комитет.


"У нас есть, из другого источника, несколько прямых перехватов, но только чиновники среднего звена ..."


"Они подобрали сегодня троих мужчин?"


"Как, черт возьми, ты это узнал?"


"Хорошая догадка".


"Да, они действительно подобрали их и отвезли в здание к югу от цементного завода, которое они назвали "Мясной склад". Уму непостижимо."


"Сегодня вечером я хочу, чтобы эти прямые трансляции были перехвачены, чтобы знать, о чем они говорят. Никакой внезапной активности, никаких сообщений о десантниках, не нужно мне звонить."


"У нас будет готовая команда, готов кофе. Есть кое-что еще, несколько парней хотят проверить свои лингвистические навыки, у нас даже есть двое парней, которые имитируют колумбийский акцент. Они могли позвонить по номеру и оставить ложное сообщение."


Я рассмеялся. "Когда начнется действие, пусть они попрактикуются в своих навыках, уведите людей из этих поместий. Не могли бы вы сымитировать стрельбу на заднем плане?"


"Да, я должен так думать".


"Сделай так, чтобы казалось, что к северу от города идет перестрелка. И звоните в полицию с десятками ложных сообщений о вооруженных людях и взрывах на восточной стороне и севере."


"Завтра должно стать интересно, сегодня потренируемся".


"Спасибо, теперь я, возможно, вернусь живым".


Я подумал о сне и лег в послеполуденную жару, один в командной рубке, но мой телефон зазвонил через десять минут, министр. "Петров слушает".


"Самолет будет готов".


"Пусть он приземлится на нашей полосе и заправится еще топливом, плохая идея садиться полностью заправленным".


"Пилоты говорили то же самое, но что с пустым трюмом это нормально".


"Прекрасно. Забери нас, скажем, в 9 вечера, чтобы мы были в Кали до полуночи."


"Я разберусь с этим сейчас. 9 вечера. Панаму ждет судьба."


Положив трубку, я скривил губы и сказал: "Судьба ждет?" Они возлагали на нас свои надежды, и это был большой груз на моих плечах, который мне сейчас был не нужен. Я снова уселся, думая о Дне Высадки 1944 года. Мой телефон зазвонил десять минут спустя, и я вздохнула, поднимая трубку.


Это был номер Пентагона. "Алло?"


"Ты можешь говорить?" - Спросил полковник Мэтьюз.


"Да, сэр, продолжайте".


"У меня только что был секретный брифинг по проекту "Петров", так что я в курсе, но все еще немного ошеломлен. Прямо сейчас меня больше всего беспокоит то, что если мы подберем лидеров Кали... кто, черт возьми, как мы говорим, передал их нам? Гребаный Санта-Клаус?"


"Как насчет... Британский SAS с несколькими встроенными дельтами."


"Но нападение русских будет во всех гребаных новостях!"


"Доказательств этому будет очень мало, и вы опубликуете встречную историю или подождете, пока не увидите новости, а затем отреагируете. Их передадут британские спецназовцы, если будут какие-либо лидеры, которых нужно передать, так что это то, о чем вы сообщаете. Отдых - не твоя забота; британцы позвали тебя, чтобы подбирать мужчин."


"Кое-кто здесь предположил, что мы все равно будем винить вас, британцев. Но послушай, у тебя уже было два приступа за два дня? Ты собираешься дожить до вечера?"


Я улыбнулся. "Да, и если мы в ближайшее время не двинемся на Кали, подобных нападений будет намного больше".


"Люди здесь хотят отомстить, так что хороший показательный процесс поможет".


"Посмотрим, что я смогу наколдовать".


"Когда ты зайдешь?"


"День или два", - солгал я, не уверенный, насколько безопасным был их конец. "У тебя есть номер ванны на берегу?"


"Какой-то парень из ЦРУ по имени Фрэнкс в ванной, предположительно, знает тебя".


"Да, мы работали вместе".


"Это число".


Я записал это, задаваясь вопросом, почему Фрэнкс преследовал меня по всему миру. "Хорошо, я сообщу тебе, когда мы отправимся, но пусть они будут готовы через час, на случай, если мы отправимся раньше".


"У них есть вертолеты и морские пехотинцы, а теперь "Морские котики", большая команда, целая авианосная боевая группа".


"Пусть ваше начальство подумает об этом, если мы добьемся успеха... вы спрашиваете колумбийцев об операции "запрет на территорию" и патрулируете джунгли, освобожденные картелем Кали, но пока не обсуждайте это с колумбийцами - они продадут эту информацию."


ЦРУ не будет доверять колумбийцам, и все они знают, что мы бряцаем оружием. Белый дом не пошлет туда мальчиков."


"Белый дом может ... если ваших парней не будет беспокоить ничего, кроме мертвых тел, а моя команда удержит периметр."


"Да, я буду обсуждать это по ходу дела".


"Я дам тебе знать, когда мы отправимся", - пообещал я и отключил звонок.


Я откинулся назад, держа винтовку наготове и направив ее на дверь, и провалился в сон на несколько часов, разбуженный хлопаньем дверей джипа. Успокоившись, я открыла холодильник, выпила бутылку холодной воды, плеснула себе в лицо. После дерьма, и радуясь, что это вышло из моей системы, я вымыл подмышки, проверил свой набор и вышел.


У меня были карты, у ╧ 3 были карты, как и у Саши и ╧ 5, так что мы были прикрыты, если кто-то заблудился в джунглях. У многих русских были спутниковые телефоны, как и у британцев, так что мы могли позвонить друг другу, если бы приземлились порознь в темноте.


Я подошел к джипам и грузовикам в свете прожекторов, ╧ 3 заверил меня, что все упаковано и перепроверено. Я проверил британский контингент, радуясь, что Рокко и Риццо выглядели свежими и с этим, и мы сели на попутки для короткого путешествия, но мы сделали это с заряженным оружием, направленным в окна - на всякий случай.


Я позволил себе один взгляд назад на базу, которую я создал, и я подумал, вернусь ли я когда-нибудь.


Мы добрались до полосы в целости и сохранности, миновали множество блокпостов и остановились, вскоре разгрузив снаряжение. Я выстроил в ряд и открыл сумки с ОРЕОЛОМ, назвал предметы, положил туда винтовки. Команды сгруппировались и выстроились на полосе, и я попросил их протестировать свои маленькие зеленые огоньки, свои рации, каждый человек отсчитывал мне - на английском или на русском.


Пистолеты были изъяты и проверены, и я убедился, что ни у кого не было при себе документов, удостоверяющих личность, и что у британских парней были с собой русские продукты - не в последнюю очередь русские пайки, которые состояли в основном из местных галет и местной солонины.


Я собрал британскую группу, Сашу для перевода, и обратился к русским. "Мы полетим на "Геркулесе" панамских ВВС, без малейшего шанса быть преданными. Мы высадимся в месте, известном только мне - и это большая территория, так что они никак не могут ждать. Я скажу пилотам, когда мы подойдем близко.


"Если мы доберемся до вилл лидеров, мы нападем на них и захватим, если нет, мы убьем столько боевиков, сколько сможем, и останемся там, уничтожая лаборатории по производству наркотиков и убивая боевиков, пока никого не останется.


"Этого хочет Томск, этого хочет народ Панамы, этого хотят жители города Кали, этого хочет ЦРУ, британское и колумбийское правительство... итак, то, что мы делаем, не получит никакой критики. Мы идем сейчас делать то, за что нам платит Томск, но мы также делаем это для людей, которые хотят, чтобы это дерьмо исчезло.


"Я уверен в наших шансах, так же как и вы должны быть. У меня есть точные сведения о том, где они все живут, где находятся лаборатории по производству наркотиков, и у нас есть люди в Кали-Сити для диверсий. У нас также есть номера всех их домашних и мобильных телефонов, и некоторые люди немного позабавятся с ними позже.


"Есть два самолета, направляющихся в Кали помимо нашей поездки, и Кали будет проинформирована о них до того, как они приземлятся, самолет с секс-куклами, одетыми как солдаты".


Они смеялись.


"Джентльмены, у нас на руках все карты, и мы собираемся их перехитрить!"


Они агрессивно приветствовали, грубые слова были направлены в адрес картеля Кали.


Я наконец-то был доволен комплектом, и, поскольку звук нашей поездки становился все громче, я велел им всем взять парашюты и запасные части и надеть их, оставив ремни для ног расстегнутыми.


У каждого человека было двадцать ярдов крепкого зеленого шнура, чтобы использовать его, если они приземлятся на дерево, привязать его и соскользнуть вниз, если понадобится, и у всех были ножи в карманах, чтобы вырезать запутанный желоб в дереве.


Из хижины я захватил бутылки с холодной водой и поставил их на полосу, когда подъехал Томск - наш бесстрашный лидер под усиленной охраной. Рев нарастал, наша машина медленно снижалась и касалась земли, проезжая мимо нас, разворачиваясь в конце полосы и возвращаясь к нам с ревом двигателя и выбросом выхлопных газов.


Когда трап был опущен, грузчики сошли, я указал им на бутылки с водой, и они понесли воду, когда команды гуськом поднимались на борт C130, места были заняты в этих командах, сумки HALO оставлены сзади. Я был последним на "волне" в Томске, и мы были полны решимости добиться успеха, частично благодаря вере Картеля в то, что мы никогда не будем настолько глупы, чтобы сделать это, частично благодаря самолетам-приманкам, а частично благодаря моему случайному выбору зоны высадки.


Трап закрылся, я сел, в трюме темнело, лишь немного света проникало из маленьких иллюминаторов, и мы двинулись вниз по полосе, поворот, шестидесятисекундное ожидание, включение, тормоза выключены, и мы тронулись, вскоре набирая высоту. Когда мы поднимались, я мельком увидел Томска, стоявшего рядом с джипом.


Десять минут спустя, после выравнивания, я оставил свой парашют на сиденье и двинулся вперед к кабине пилотов, опускаясь на колени, чтобы увидеть знакомое лицо, когда надевал наушники.


"Ты отрабатываешь свою зарплату в этом месяце", - сказал я пилоту, когда он огляделся.


"Мы рады помочь с этим, прежде чем взорвутся новые бомбы".


Направляйтесь вдоль побережья к Кали, по крайней мере, в тридцати милях от берега, и когда поравняетесь с Кали, поверните строго на восток и свяжитесь с аэропортом Кали" сообщив о неисправности двигателя. Поднимитесь на 14 000 футов задолго до этого. Я дам тебе место, чтобы открыть рампу, мы уйдем через тридцать секунд. Затем вы сообщаете, что двигатели в порядке, и поворачиваетесь, говорите им "спасибо" и "спокойной ночи"."


"Да, это просто".


"Посмотрите на карте на Керемал, маленькую деревню. Будьте в миле к югу от него и откройте пандус за пять миль до него. Когда вы думаете, что огни деревни в миле к востоку, мы идем. Он будет на вашей десятичасовой позиции, на северной стороне Калифорнии впереди."


"Мы внимательно проверим карту, не волнуйся. Но затем вы проделываете долгий путь?"


"Несколько миль, десять или около того. Пожелайте нам удачи."


"Тебе не нужна удача, Кали нужна удача этой ночью".


"Ты получил прогноз погоды?"


"Да, легкий ветер с севера, возможно, немного дождя позже".


Я снова сел, накинув ремни парашюта на плечи, задаваясь вопросом, знал ли картель Кали о нас, и что именно они знали. Я был уверен, что высадка пройдет без проблем, но если бы они заметили нас, они могли бы собрать много людей, не говоря уже о местной полиции.


Я также задавался вопросом, о чем сейчас думает Лондон, зная о здешних рисках, и я был уверен, что, если что-то пойдет не так, они обвинят меня; у меня не было четких приказов, ничего записанного. Если люди умирали, виноват был я, а не Лондон.


Сидя там в темноте, я задавался вопросом, почему я это сделал, почему я пошел на риск, почему я рисковал парнями. Но потом я понял почему; это был вызов, завершить миссию, это похлопывание по спине, эта дерьмовая репутация. Что касается парней, они были настолько глупы, что любили такую работу. Я улыбнулся и незаметно покачал головой.


Час спустя я вглядывался в далекую береговую линию, довольный навигацией пилота, и по истечении двух часов начальник загрузки вызвал меня вперед. Я опустился на колени позади пилотов и надел наушники.


"Там, внизу, много американских кораблей, они дважды вызывают нас по радио".


"Возможно, просто вышел немного потренироваться", - соврал я.


"Тебе лучше приготовиться, десять минут, и мы повернем на восток".


Я вернулся, сел и должным образом надел парашют, пристегнул ремни на ногах, лицевую маску в наушниках на месте, кислородную маску с микрофоном на месте, перчатки надел, пластиковую маску для глаз на месте и затянул. Те, кто был ближе всего, скопировали, вскоре все скопировали, и я отошел в тыл и ждал с членами моей команды, просто на красный свет, чтобы видеть, мои ремни проверены, перепроверены и отрегулированы.


Я неловко опустился на колени и проверил высотомер сумки и свет, когда команды выстроились вокруг своих сумок - мириады зеленых огоньков, похожих на светлячков, но это было то, что мы много раз практиковали на земле.


Встав, я указал на свой наушник, все мужчины проверяли свои рации, и я включил свою рацию, надеясь, что это не будет мешать работе бортового радио. Я указал на свою темную сбившуюся в кучу команду. "Отключи звук".


Они назвали свои позывные, прежде чем я указал через тусклый красный свет на вторую команду, самолет на данный момент достаточно устойчив, чтобы мы могли стоять, не падая.


Когда все команды отзвучали, я сказал: "Слушайте внимательно. Нам всем нужно уйти поближе друг к другу, но не убивая друг друга. Первые три команды на рампе, плечи подняты. В последовательности, которую мы практиковали, с интервалом в три секунды, не больше и не меньше.


"Когда одна команда выходит, та, что позади, быстро продвигается вперед, готовая. Сохраняйте спокойствие, не торопитесь, помните упражнения, рассчитывайте на спуске, ломайте и считайте, убедитесь, что вы не собираетесь запутаться."


Загорелся зеленый свет, рампа отключилась, образовался сквозняк. Когда пандус был спущен, команды медленно двинулись вперед к краю, неся сумки, держась за плечи, и я мог видеть огни далеких деревень внизу, машины на дорогах, но не мог видеть город Кали, который был впереди нас.


Повернув головы, широко расставив ноги, расправив плечи, мы внимательно наблюдали за сигнальным огоньком - и я остановился, чтобы подумать, почему мужчины так поступают. Были ли это острые ощущения, деньги, адреналиновый кайф, детское хвастовство перед следующим мужчиной, уважение, или это была комбинация всех этих вещей? Я вздохнул про себя; мы все сошли с ума, оказавшись здесь.


Индикатор отправки вспыхнул зеленым, и я медленно вывел свою команду наружу, вскоре вокруг моей маски для лица и кислородной маски послышался рев воздуха. Я держал плечо как можно дольше, а теперь принял устойчивое положение, подсветка сумки в порядке, замигали зеленые огоньки.


Теперь я мог видеть яркие огни Кали, и это выглядело тревожно близко, но на самом деле было более чем в шести милях от меня. Я мог видеть целевую деревню, и мы были значительно южнее нее - как и планировалось и на что надеялись.


"Мы в правильном положении!" Я передавал, считая в уме.


Слишком скоро начались звуковые сигналы. При непрерывном звуке я крикнул: "Перерыв! Одна тысяча ... две тысячи ... три тысячи ... четыре тысячи." Я вытащил свой релиз, вскоре получив резкий рывок вверх.


Я только устроился, когда услышал, как внизу открылся мусоропровод, и я сразу же нашел свет. Посмотрев вверх и по сторонам, я обнаружил три зеленых огонька, ни один из которых не выглядел так, как будто они собирались сцепиться. "Отключи звук".


Они назвали свои кодовые номера в последовательности, и я посмотрел вниз, оценивая наш дрейф. Если бы пилот был прав насчет погоды, мы бы дрейфовали на юг, прочь от деревни. Проблема была в том, что подо мной было темно, как в аду, ни признаков, ни дорог.


"Будь осторожен, внизу темно", - сказал я по-русски. "Следи за сумкой, я говорю тебе, когда она попадет. Поищи фонарь в сумке, если сможешь."


Десять секунд спустя странный шум указал на то, что сумка обо что-то ударилась, но я не смог разглядеть никаких особенностей.


"Мешок спущен!"


Я согнул колени, повернул на север и нажал на рычаги, замедляя спуск. В последний момент я увидел что-то блестящее и медленно врезался в пластиковую теплицу, мягко приземлившись на пластиковые горшки на деревянной скамейке, с которой я свалился.


"Черт..."


В безумной панике отстегнув ремни парашюта, выхватив пистолет, я с шумом рванул на юг через чью-то заботливо застеленную полиэтиленовой пленкой теплицу, давя продукты, создавая настоящий бардак. Я снес вторую теплицу, обойти было невозможно - она была слишком длинной, и я заметил свет от пакета.


Разобрав последнюю теплицу, я добрался до мешка, оттащил его от желоба и открыл. Патронташ надет, лямки на месте, винтовка наготове, я был счастлив. Винтовка заряжена и взведена, глушитель надет, я слышал, как моя команда устроила беспорядок в этой сельскохозяйственной установке.


"Сюда", - прошептал я, мой зеленый огонек все еще горел, и они пошли по моему разрушительному следу.


В ╧ 3 говорилось: "Гребаный фермер утром не будет доволен".


"Он, конечно, не будет, но, возможно, он не будет проходить этим путем каждый день".


Номер 3 был снаряжен, когда двое оставшихся членов моей команды прорвались ко мне. Я заставил себя убрать ухмылку; профессионалы в моей заднице.


Все снаряжены, выпита вода из бутылок в сумке, набиты дополнительные патроны, мы отправляемся вдоль линии пластика, двигаясь на восток, оставив включенными зеленые огни.


В двухстах ярдах ниже мы услышали те же звуки бессмысленного разрушения, доносящиеся из темноты, и я позвал команду. Они, наконец, проложили себе путь ко мне, прежде чем я повел их дальше.


В четырехстах ярдах дальше по линии из пластика я услышал другую команду, и по радио мы договорились двигаться на восток, зеленый свет погас.


"Любой англичанин, слышащий это, мы движемся на восток по пластиковым теплицам".


"Это Рокко, у меня помидор в заднице, но в остальном у нас все в порядке. Двигаемся на восток."


"Это Риццо. Я тебя почти слышу, мы на реке, широкой гребаной реке тоже."


"Подожди здесь", - сказал я ему.


В конце пластикового участка мы нашли забор, и десять человек, потянув за него, снесли его и сломали бетонный столб забора. Мы нашли реку и повернули на юг, обнаружив, что Рокко и Риццо теперь вместе, установлен радиоконтакт с Томо и его русской командой, все теперь движутся на юг вдоль реки.


Я услышал два тихих щелчка и опустился на колени, остальные подражали. "Сообщите о стрельбе!"


"Это Леггит, поймал ночного сторожа, надеюсь, он был один".


"Хорошо, двигайся на юг вдоль реки".


Риццо передал: "Они найдут парашюты утром".


"Да, но это гражданские парашюты, и мы надеемся закончить первую работу к утру", - ответил я. "И если бы те теплицы были стеклянными, мы бы все сейчас были в жопе".


"Лебедь приземлился в ручье, он весь в грязи", - сообщил Томо с нотками ритма в голосе.


"Это высохнет достаточно быстро или смоется, если пойдет дождь", - передал я. Отключив телефон, я позвонил сестре Лондон. "Это папа Виктор, только что приземлился в Колумбии, все в порядке, приземлился в учебнике". Я мог слышать смех в темноте. "Сейчас двигаемся в сторону Кали-Сити. Конец."


Я шел вдоль берега реки, пока мы не нашли лес. "В ваших парах, в ваших командах, будьте начеку. Я хочу, чтобы ваши команды находились на расстоянии не менее десяти ярдов друг от друга. Нам осталось пройти шесть-восемь миль, четыре часа, поэтому мы идем медленно и бесшумно."


Я выбрал путь среди деревьев и поддерживал устойчивый темп, прислушиваясь к любым странным звукам или запахам, и вскоре мы начали круто взбираться. Но, по крайней мере, у нас был прохладный ветерок. Через пятнадцать минут деревья поредели, и я сошел с трассы, следуя контурам холма, и мы увидели яркий город внизу, в долине с крутыми склонами, движение на дороге.


Обогнув холм, мы спустились и снова взобрались на следующий холм, обойдя его вровень с контурами, несколько чистых участков, чтобы помочь нашему продвижению. Я продолжал мельком видеть дорогу, которая вела из города к лабораториям по производству наркотиков, и за следующим холмом я обнаружил ее под собой. Я повел команды на восток, и мы осторожно спустились по крутому склону вниз, подальше от скрытого поста охраны, о котором я знал.


Внизу, у дороги, мы спрятались за деревьями, перебегая парами, прошло десять минут, никто не попал в свет автомобильных фар. Когда я благополучно пересек границу, мне помогали ориентироваться яркие огни города, но холмы здесь были крутыми. К счастью, я нашел множество следов, обнимающих контуры, но следы, которые не использовались ни для чего, кроме, возможно, перерывов на огонь.


Неспешный час привел нас к высокому пику, под нами две долины, а затем моя цель. Увидев далекий аэропорт и приземляющийся самолет, я позвонил в Томск, зная, что он будет бодрствовать - или, по крайней мере, спать с телефоном.


" Да! " раздался сонный голос.


"Это я. Мы все внизу, в безопасности, над Кали. Что-нибудь происходит?"


"Они обыскали оба самолета, много полиции, но ничего не нашли. Пилоты сказали, что полиция смеялась над секс-куклами в униформе, а затем пилоты сказали, что им заплатили хорошие деньги, чтобы забрать их, и полиция не стреляла в пилотов."


"Хорошо, пока все хорошо, мы выдвигаемся на виллы в 4 или 5 утра, как и планировалось".


Я позвонил в GCHQ. "Это папа Виктор в Колумбии. Что-нибудь?"


"Была бурная деятельность, связанная с посадкой двух самолетов, странное сообщение о секс-куклах, одетых как солдаты".


"Да, очень странно. Что-нибудь еще?"


"Все стихло, разговоры о вечеринке ранее на виллах босса, о каком-то дне рождения. Примерно так."


"Хорошо, я отправлюсь на виллы около 4-5 утра, если мы доберемся туда незамеченными. Папа Виктор на свободе."


До сих пор мы хорошо проводили время, нам не приходилось пробираться сквозь густые джунгли, и контурные трассы оказались очень полезными. Но подо мной были высокие деревья и, казалось бы, мало тропинок, несколько неприятных хребтов, которые нам нужно было пересечь или, может быть, следовать на юг и в обход.


Вдалеке я мог видеть линию хребта и деревья, подсвеченные городом позади, а под этими деревьями приютились виллы, и в этих деревьях спряталось множество вооруженных людей. Вопрос был в том, как далеко они ушли в патрулирование темной ночью - и знали ли они, что мы приближаемся?


После отдыха команд я двинулся вниз по хребту по диагонали, не ломая лодыжки при спуске прямо, и любой, у кого там есть хорошая тепловизионная линза, заметил бы нас. Приближаясь к подножию хребта, мы заметили свет далеких фар, медленно приближающихся к нам, поэтому я поспешил укрыть команды в густых деревьях, заняв огневые позиции.


Автомобиль подпрыгнул на неровной поверхности и остановился. Мужчина вышел, один вошел. Бинго, у меня была статичная позиция охранника. Машина проехала четыреста ярдов и остановилась, пассажир вышел, еще один мужчина сел. Он развернулся и направился прочь, поэтому я запомнил позиции неподвижных охранников, как мог.


Но мы были в двух долинах от вилл, так что же они здесь делали? Я двинулся на юг, подальше от неподвижных охранников, изучая местность настолько хорошо, насколько мог в темноте.


Принюхался, и я остановился. Кулинария. Я включил радио. "На дне долины есть подземная установка. Мертвая тишина."


Мы все еще находились в сотне ярдов вверх по склону и были в достаточной безопасности, когда я снова повел команды на юг, подальше от установки и статичных ограждений, и это был счастливый случай. Если бы я прошел вдоль подножия долины, мы могли бы столкнуться лицом к лицу с вооруженным человеком - хорошо накормленным вооруженным человеком, судя по запаху готовящейся пищи.


Теперь у меня была стратегия, и я избегал дна долины и придерживался крутых склонов. Мы брели дальше, деревья были густыми, движение медленным, и, обнаружив большую группу деревьев посреди долины, я спустился к ним, внимательно прислушиваясь, нюхая воздух.


Этот комок находился на возвышенности над долиной, и он перерезал долину; никакой джип не мог здесь проехать. Я медленно огибал высокие деревья, поглядывая на север долины, и, к счастью, ни разу не столкнулся лицом к лицу с неподвижным охранником. Почувствовав облегчение, я начал подниматься по склону по диагонали, но на юг, прочь от подземной установки.


Поднявшись на гребень, я остановился и посмотрел вниз, еще один гребень к виллам. Я замер; оранжевая точка, охранник курит. Через пять минут я заметил еще одну оранжевую точку.


Я передал: "Внизу, в долине, есть люди, спрятанные, но они курят, я их вижу. Будьте здесь очень осторожны. Мы идем на юг и в обход, медленно и тихо, через хребет, подальше от этих людей." Я повторил это по-английски.


Я отступил за этот гребень, чтобы нас не увидели и не услышали, и мы прошли вдоль гребня на юг четыреста ярдов, местами с трудом продвигаясь, несколько кустов пробивались почти незаметно.


Выбравшись на чистый гребень, я остановился, чтобы выглянуть и посмотреть вниз. Слева в сотне ярдов виднелись силуэты двух охранников, которые стояли и болтали. Пока что видели шестерых мужчин, значит, где-то здесь было по меньшей мере двенадцать. Вопрос был в том, было ли это нормально, или они увеличили свои роты безопасности?


Посмотрев дальше на юг, я увидел, что эта долина заканчивается крутым склоном, покрытым густыми деревьями, так что, должно быть, там мы и пересекли ее. Все, что мне было нужно, это переправить команду через реку, а затем ворваться на виллы, даже если была поднята тревога. То место, где я сейчас стоял на коленях, было менее чем в пятистах ярдах от этих вилл, мы могли бы пробежать его.


"Это Томо, на дереве что-то блестит, похоже на фотоаппарат".


Запомни" где это, ударь по нему, когда мы будем на другой стороне. Все вы, потратьте пять минут и поищите камеры и провода."


Две минуты спустя пришло сообщение: "Это Суон, я вижу клеймор, я думаю, дерево у подножия этого склона, с этой стороны".


"Хорошая работа, тогда мы туда не пойдем".


"Это Николсон, там есть что-то квадратное, слева, дальше по долине, может быть, укрытие, двести ярдов. Держись ... кто-то курит неподалеку."


"Запомни позицию, это твоя цель, когда я скажу. Томо, в какую сторону направлена эта камера?"


"Центр дна долины".


Донесся отдаленный взрыв, отдающийся эхом. В течение тридцати секунд я увидел, как четверо мужчин зашевелились, их рации были проверены. После бурной деятельности они вернулись в тень.


Я предположил, что взрыв произошел в Томске, но почему он прогремел сейчас? Я посмотрел на часы, и было 3.25 ночи. Кто-то пришел раньше. Тем не менее, это имело значение; теперь я знал, где расположились четыре статичных охранника.


Медленно переваливая через хребет, я повел команды дальше на юг, медленным движением всего через двести ярдов темных деревьев, все время проверяя голенью дорогу впереди и надеясь, что не встретится клейморов.


Я добрался до запланированной точки поворота живым, не израненным, и я вздохнул, теперь потный - и напряженный. Повернув на восток, я медленно повел свою команду сквозь густые деревья, вглядываясь в долину, и мы продвинулись к последнему гребню.


Добравшись до последнего куста перед открытой местностью, я теперь мог видеть подстриженную траву, простиравшуюся до большого поместья примерно в пятистах ярдах к юго-востоку, и большая часть земли подо мной напоминала ухоженные газоны. Я даже мог видеть разбрызгиватели. Если бы я был пьян, я бы подумал, что это поле для гольфа под очень крутым углом, мячи катятся вниз по склону для невезучих игроков.


Посмотрев налево, я смог увидеть виллы моей цели - все большие и дорогие, и они были соблазнительно близко, их окружала стена, ухоженные клумбы, было видно несколько охранников, в нескольких окнах все еще горел свет. Побеленные стены привели к коричневым черепичным крышам, на окнах виднелись металлические решетки. Каждая вилла была построена на склоне холма, в несколько этажей, с красивыми черепичными крышами, балконами, некоторые с плоскими крышами, видны охранники.


"Хорошо, слушайте. Целевые виллы слева и ниже, всего в нескольких сотнях ярдов. Там стена, несколько охранников. Сначала мы двигаемся налево вдоль этого хребта, выстраиваясь в линию. Мы стреляем в людей позади нас, затем в охрану дома, затем врываемся на виллы, двое мужчин помогают друг другу перелезать через стены, но в некоторых местах это низко."


По-английски я сказал: "Томо, Николсон, теперь идите вперед, очень медленно и тихо. Саша и твоя команда, тихо продвигайтесь вперед."


Саша добрался до меня первым. Я сказал ему: "Это твоя позиция. Поразите охранников вон там, слева, затем прицельтесь в другое поместье, справа, стреляйте в любых охранников. Один человек следит за тылом и за этой долиной - не стреляйте в темные тени, это можем быть мы."


Он повел свою команду вправо.


Когда Томо догнал меня с Николсоном, я сказал: "Идите налево вдоль этого хребта, очень медленно, там могут быть охранники. Если придется... стреляй, но если сможешь - прикладом винтовки в затылок. Иди, скажи ... триста ярдов, пока не увидите дорогу. Твоя работа - эта дорога, плюс любая охрана, которую ты сможешь увидеть, это укрытие и камера на дереве, если ты сможешь попасть в нее.


"Если полицейские машины выедут на эту дорогу, задень двигатели, шины, покалечи их. Любой другой, вооруженный - убейте их, бросьте женщин и детей, очевидно. Ступай."


Они прошли мимо меня и дальше, а я следовал в десяти ярдах позади, вызывая вперед команды. Справа от меня я мельком увидел виллы, огни, патрулирующих охранников - и пока что они были не самой включенной группой.


Медленно и тихо продвигаясь вперед, я почувствовал разочарование и задался вопросом, почему. До сих пор все было достаточно просто, но они не ожидали нас, и люди, охранявшие эти холмы, не были солдатами, они были женатыми мужчинами с семьями дома, и они годами охраняли этот район без проблем, поэтому они были небрежны.


Никто из них не думал, что небольшая группа солдат придет за руководством картеля Кали, они полагали, что ни один здравомыслящий человек никогда этого не сделает, и они, вероятно, были правы. Казалось, что так далеко я зашел не столько из-за своих навыков и планирования, сколько из-за отсутствия у них обоих этих аспектов.


Вскоре мы были у места, где, как я знал, внизу висел неподвижный охранник, чуть более чем в тридцати-сорока ярдах под нами. Я остановился и подождал, вглядываясь вниз, и увидел, как стражник движется в долину. Справа появилось другое темное изображение, и они стояли, болтая.


Высказав молчаливую критику их способности мыслить, я медленно двинулся дальше. Пройдя двадцать ярдов, я услышал глухой удар, и он был достаточно громким, чтобы услышали охранники из-за помех. Я развернулся и прицелился вниз, в долину.


"Это Томо", - раздался шепот. "Поймал какого-то парня".


Две темные тени двинулись к Томо. Ничего не оставалось делать. Я прицелился и выпустил четыре пули с глушителем.


"Прячься сейчас!" Я зашипел по радио.


Раздались четыре треска, призыв на испанском, еще два тихих треска, еще два тихих треска.


Наступила тишина.


"Томо, докладывай".


"Мы сбили двух человек в долине и в укрытии. Больше никого не вижу."


"Двигайтесь на свою позицию, они могут выйти на нас через несколько минут." По-русски я сказал: "Все, немного прибавьте скорость. Шестая команда, следите за долиной, спускайтесь туда и ждите, прячьтесь и слушайте! Вперед!"


Всероссийская команда из четырех человек спустилась вниз, когда я достал свой телефон и набрал номер.


"Да?" - вырвалось у Большого Саши.


" Это Петров, " прошептала я. "Начинайте отвлекаться прямо сейчас!"


"Хорошо, я делаю это, он спит".


Я в спешке позвонил в GCHQ. "Это папа Виктор, начинай веселиться прямо сейчас, быстро".


Последний звонок, когда я стоял на коленях в темноте, был Фрэнксу, его номер был запрограммирован.


" Алло? " насторожился Фрэнкс.


"Это я, резервные вертолеты, которые заберут вас в течение часа. Мы выдвигаемся через пять минут."


"Вас понял".


Я повел другие команды на сотню ярдов и повернул к виллам, как раз в тот момент, когда заметили двух охранников, которые приближались. Это было настолько хорошо, насколько могло быть, мое сердце бешено колотилось, но я был счастлив, что мы зашли так далеко.


"Всем командам на гребне, прицелиться в охранников, приготовиться открыть огонь через десять секунд - после того, как я перестану говорить, затем также стреляйте по окнам. Когда мы выдвигаемся, вторая и третья команды оставляют виллу, четвертая и пятая команды - правую виллу, те англичане позади меня - среднюю виллу. Убейте охранников, захватите стариков живыми, затем атакуйте последние две виллы. Ожидание."


Я прицелился в приближающихся двух охранников, считая в уме, и на цифре "восемь" я открыл огонь, оба мужчины попали в грудь, без сомнения, большая часть их сердечной мышцы и большой кусок позвоночника смещены, позади осталась большая дыра. Со всех сторон раздавались трески, охранники падали или их сбивали с крыш, приземляясь с глухим стуком внизу, также в их груди были большие дыры.


Через четыре секунды в живых не осталось ни одного охранника, по крайней мере, насколько мы могли видеть. Я встал. "Вперед!" Я повторил это по-русски.


Поднялся рев, люди ломились сквозь кусты и стреляли с бедра, и мы побежали вниз по склону. Было очевидное место, чтобы запрыгнуть на стену, и большинство из нас стремилось к нему. Я перепрыгнул с крутого склона на широкую стену, спустился на плоскую крышу, перекатился и пролетел шесть футов до травы.


Приводя себя в порядок, я смотрел на чью-то шикарную кухню и дальше по коридору, снимая глушитель. Держа винтовку на уровне пояса, я сделал шесть выстрелов, громко разбив окна, другие скопировали, беспорядок, устроенный из хороших кухонных принадлежностей внутри.


Я побежал налево и вокруг, проверил мертвого охранника, пуля попала ему в грудь для верности, и я достиг внутреннего дворика с большими стеклянными дверями. Я выстрелил до пустоты и поменял магазин, моя команда разбила стекло и вошла внутрь, некоторые целились вверх и попали в окна спальни, настоящий бардак, устроенный на этой очень дорогой вилле.


Бросая газовые гранаты во французском стиле CS, команда двигалась влево и вправо, чтобы избежать дыма и газа. Я последовал за ним и направился к лестнице. Целясь вслепую, я выстрелил четыре раза, шум здесь оглушительный из-за всего этого гладкого мрамора, кого-то наверху зацепило рикошетом, женщины и дети теперь кричат за закрытыми дверями.


Номер 3 был рядом со мной, когда я поднимался по лестнице, и, заметив движение, я выстрелил в потолок, мои пули громко просвистели вокруг того, кто был там, наверху. На уровне головы с лестничной площадки первого этажа я высоко поднял винтовку и попал в раненого. Темная фигура шевельнулась, я прицелился и выстрелил три раза, раздался стон, пистолет выпал.


Дверь слегка приоткрылась. Я четыре раза выстрелил в крэк. Дверь открылась шире, раздалась автоматная очередь, но небольшого калибра, возможно, из пистолета-пулемета. ╧3 выстрелил дважды, мужчина попал, раздался звон, когда оружие мужчины упало на мраморный пол.


Женщина кричала по-испански, возможно, прося пощады.


Мы вшестером поднимались по лестнице, прикрывая углы, открывая двери.


Я крикнул по-английски: "Мужчины сдаются, женщины и дети освобождаются. Будь большим человеком, ты получишь тюрьму, а не смерть ". Закончив это, я громко выстрелил в двери.


" Подожди, " раздался голос с акцентом. Когда зажегся свет, появился мужчина в мантии, пожилой мужчина, но все еще с черными волосами.


"Надень одежду и обувь", - сказал я ему с акцентом. "Позовите других людей, или мы используем взрывчатку".


Появился старик, одетый как другие мужчины, некоторые молодые, все выглядели стойкими и уверенными, если не вызывающими.


"Ты далеко не уйдешь", - сказал мне один на хорошем английском, снаружи послышались трески.


"Нас шестьдесят", - сказал я ему. "Четыре тысячи морских пехотинцев США, вертолеты в пути".


Он перестал самодовольно ухмыляться.


Появился старик, теперь одетый и выглядящий уверенно. "Почему вы носите маски?" - поддразнил он.


"Мы уродливы", - сказал я ему, ╧3 засмеялся.


"Ты говоришь... Британский."


"I"m Petrov."


"Ах".


Снаружи раздавались выстрелы, регистрировались отдаленные взрывы.


"Ваша полиция будет немного занята сегодня вечером, но, пожалуйста, позвоните кому хотите, попросите их прийти сюда. Продолжай, я тебе позволяю."


Он обеспокоенно уставился на меня, но затем достал телефон, находясь под наблюдением своей обеспокоенной семьи. Звонок сделан, ему не понравилось то, что он услышал на другом конце.


"Внизу! Вперед!" Я закричал.


Мы столкнули шестерых мужчин вниз и на кухню, Риццо и Рокко побросали оружие и связали наших заложников. Рокко стащил у старика красивые часы, заставив меня улыбнуться.


"Это третья команда, мы убиваем шестерых, берем в плен четверых".


"Приведи их", - передал я.


"Это пятая команда, они заперты в надежной комнате, некоторые из них. У нас двое раненых пленников, остальные мертвы."


Сквозь разбитое стекло донесся треск, когда я тащил старика в кабинет, включил свет. "Деньги или наркотики, пожалуйста, нам много не платят".


"Я мог бы предложить тебе многое ... уйти, " самодовольно предположил он.


"Наличными или чеком?" Я спросил, Рокко засмеялся.


Мужчина открыл шкаф ключом, большая коробка с наличными стояла на его красивом столе, несмотря на то, что его запястья были связаны.


"Возьми это", - сказал я Рокко. "Найди сумку".


Рокко вытащил коробку наружу.


"Здесь должны быть документы, банковские реквизиты", - сказал я ╧3 по-английски. "Приведите девушек, мы изнасилуем и убьем их здесь, он отдаст нам документы".


" Подожди, - позвал старик, когда номер 3 начал двигаться. Он передвинул картину, чтобы открыть сейф.


"Как оригинально", - съязвила я, поймав смущенный взгляд мужчины. Открыв сейф, он разложил бумаги, все на испанском, как бы призывая нас разобраться в них. Но я знал, что такое банковский код. Я схватил дебетовые карты и пролистал бумаги, нашел то, что хотел, и положил это в карман.


Я, наконец, встретился лицом к лицу со стариком. "Сын панамского министра. Я меняю его ради безопасности девочек наверху."


Он на мгновение уставился на меня. "В горах". Я кивнул. "Эти документы вернутся ко мне до рассвета", - твердо сказал мне старик.


"У меня для тебя сюрприз", - сказал я ему. "Американцы здесь".


Он перестал самодовольно ухмыляться и выпрямился. "У них нет улик против меня".


"Затем, после нескольких приятных лет, они освобождают тебя!" Я вытолкал его на улицу, но остался обыскивать комнату с Риццо, снимая замки и открывая ящики.


Риццо нашел потайное отделение, набитое бриллиантами. "Очень мило", - отметил он, заворачивая их и засовывая в лямки.


"Не попадайся с ними, я обращу их в наличные", - заверил я его. "Ты получишь небольшой порез или длительный тюремный срок".


Были слышны взрывы, и я выбежал на улицу и к следующей вилле. Из разбитых окон валил дым.


Русский сказал: "Мы взорвем дверь безопасной комнаты, но... может быть, мы просто доставляем им головную боль."


Женщина, спотыкаясь, вышла, как пьяная, с окровавленным лицом, вскоре мужчина закашлялся от дыма.


"Хватайте мужчин, связывайте их, спрашивайте о деньгах и драгоценностях. Обыщите это место."


Теперь команды переместились на последнюю виллу. Я перешел дорогу и вышел на открытую травянистую площадку и посмотрел вниз на город внизу. Я выпустил несколько очередей по этому городу, русские смеялись и копировали.


"Это Томо, приближаются полицейские машины, трое".


"Бейте по двигателям и шинам, затем по ветровому стеклу с максимальной дистанции".


╧6 тащил тяжелые сумки ко мне. "Наличные, доллары США и евро".


Я заглянул в сумки, и там было много денег. Я поместил его рядом с пленниками, когда они сидели, перешептываясь друг с другом. Зарегистрирован отдаленный взрыв, и я мог видеть по крайней мере три дымовых трубы над городом внизу. "Над вашим городом нужно будет немного поработать", - сказал я пленникам.


Я достал свой спутниковый телефон и позвонил Фрэнксу. "Это я, отметьте это точное местоположение, пришлите вертолеты, как только будете готовы, ваши пленники сидят на траве в ожидании, хорошая посадочная площадка, вражеского огня поблизости в данный момент нет, и мы занимаем их".


"Птицы уже готовы, я сейчас их пришлю".


Отложив телефон, я хорошо рассмотрел заложников. Я указал на молодого человека. "Чем ты занимаешься? Работа?"


"Ортодонт".


"Твой отец здесь?"


Он указал на человека, сидевшего на траве.


Я развязал ортодонта. "Иди к стене, перелезай, беги, не оглядывайся".


Отец подбодрил его, и мужчина подбежал к стене и перелез через нее, вскоре исчезнув.


Я указал на отца этого человека. "Укажи на кого-нибудь, кто не занимается семейным бизнесом".


Он огляделся вокруг и кивнул мужчине помоложе. "Он занимается только финансами, инвестирует в местный бизнес, экологически чистую энергию".


Я развязал мужчину и отпустил его, потому что не хотел, чтобы ФБР выглядело глупо - и чтобы американцы ныли на меня за то, что я схватил местного дантиста.


Когда наличные были перенесены на деревья, Номер 7 прибежал с документами и мешком драгоценностей. Под уличным фонарем, слыша тихие трески, я рассмотрел детали. Мой испанский был плох, но большая часть этого была на английском; тонны, названия судов и деньги.


Там был список банковских кодов, зашифрованный, но, возможно, GCHQ смог бы что-то из этого извлечь. Я спрятал это, но остальные бумаги должны были достаться американцам в качестве доказательства. Я положил это доказательство под уличный фонарь, прикрыв его камнем, и подошел к стене, чтобы осмотреть город.


"Это Томо, им скоро понадобятся новые машины".


"Что они делают?"


"Пешком, прячутся, некоторые пытаются подкрасться".


"Это Саша, мы убили, может быть, двадцать, сейчас несколько человек спускаются по склону, но они не очень хороши, мы убиваем их на расстоянии".


"Пришлите ко мне двух человек".


Я обернулся и смог узнать Рокко и Риццо даже с их масками на лицах. "Вы двое, попробуйте найти что-нибудь интересное в городе внизу".


Они спустились и выглянули из-за стены, где она была достаточно низкой, прицелились и начали смеяться, стреляя по удаленным целям.


"Почему ты говоришь по-английски с этими людьми?" - спросил меня мужчина постарше, когда я поднялся наверх, других заключенных теперь тащили ко мне, но, похоже, они были оглушены взрывчаткой.


Я опустился на колени рядом с мужчиной. "Вот в чем дело, старина", - передразнил я с изысканным английским акцентом. "Если эта работа пойдет не так, мы - члены русской банды. Если все пройдет нормально, мы - британский и американский спецназ. Все зависит от точки зрения газет. И мы попали сюда после прыжка с парашютом с высоты 25 000 футов, используя кислород, с американского C130, радар заклинило."


Его глаза расширились.


"Видишь ли, мой друг, ты разозлил очень многих людей, и все они хотят, чтобы ты ушел, и прямо сейчас большинство телефонов в городе не работают должным образом, а те, что работают, перехватываются. Ты, наконец, завел мир слишком далеко."


Вбежал русский. "Номер 17 серьезно ранен, он не выживет."


Я встал. Прикончите его, заберите его винтовку и патроны, все, что пригодится, уничтожьте его рацию. И если я буду ранен здесь - сделай это для меня, и не колеблясь."


Мужчина убежал, когда прибыло больше заключенных. Я развязал двух молодых людей и отослал их, предупредив Рокко и Риццо, чтобы они не стреляли в них.


Я указал на отца ортодонта. "Ты, человек чести, кто-нибудь из этих людей невиновен?"


"Не по крови, но некоторые с нами не работают, просто в семейном бизнесе - не в наркотиках".


"Выбери двоих".


Он указал на двух мужчин. "На их руках нет крови".


Я развязал их и отослал прочь.


"Что вы за человек, сеньор Петров?" - спросил отец. "Ты отправляешь на тот свет невинных людей, но при этом у тебя репутация хладнокровного убийцы".


"Я никогда не убивал невинного человека, разве что случайно, и не убью. И ни одно из твоих денег или драгоценностей не попадет в мой карман."


"Ты действительно человек чести".


"Я мужчина ... с осколками пули в черепе. Много лет назад мне сказали, что жить мне осталось недели, но я все еще здесь, ничего не боюсь, ни в чем не нуждаюсь."


"Ах, ты в одном шаге от Божьего суда, благодатного места, которое немногие находят, не говоря уже о том, чтобы жить в нем годами. Скажи мне, что ждет нас впереди?"


"Суд в Америке; вас не убьют. Если тебя признают невиновным, ты возвращаешься домой. Все просто."


Он кивнул. "Страшный суд ждал нас долгое время".


Зазвонил мой спутниковый телефон. "Продолжай".


"Это Фрэнкс, вертолеты приближаются, какова ситуация?"


"Территория чиста, какой-то далекий огонь, мы будем держать периметр для вас, трогайте и уходите. Приземляйтесь на лужайках поместья - никакой стрельбы."


"Хорошо, они скоро будут там".


Вбежал русский с тяжелыми сумками наличных. Одного я положил рядом с нашими гостями, второго потащил вверх по склону. Другой русский принес бриллианты и наркотики, поэтому я распорядился, чтобы наркотики тоже были убраны. По радио я приказал всем русским отойти к линии деревьев.


На английском я передал: "Слушайте, американские вертолеты приближаются, прикройте их, держите периметр".


Риццо передал: "Они забирают лакомства?"


"Некоторые, в качестве доказательства, расслабляются".


Послышались тихие раскаты. "Сообщите о стрельбе", - сказал я по-английски.


"Это Лебедь, какие-то люди поднимаются по склону, но он широко открыт. Мы их уничтожаем."


"Если ты можешь врезаться в какие-нибудь машины, сделай это, устрой беспорядок".


Теперь все русские вернулись на склон, три женщины сидели на ступеньках роскошной виллы, оглушенные взрывчаткой, остальная территория была пуста. Двое мужчин Саши поджигали виллу ради меня.


Те несколько хороших машин, припаркованных на дорогах, а не в огромных гаражах, теперь тоже подверглись обстрелу со стороны Свон и Леггита.


Зарегистрировался гул, тяжелый гул вертолетов, и я, вскинув винтовку, встал над уликами, около двадцати пяти связанных заключенных, и, стоя там, я сомневался, что улики подтвердятся. Хитрость заключалась бы в том, чтобы ослабить мертвую хватку картеля на населении и заставить местных жителей дать показания. Тогда открылись бы шлюзы.


Рев нарастал, вскоре из-за южных холмов появилась стая морских ястребов, направлявшихся прямо на меня, впечатляющее зрелище. Я стоял, размахивая руками, первый морской ястреб собирался ударить меня по голове, прежде чем я опустился на колени. Его передние колеса врезались в ухоженный газон, и морские пехотинцы выскочили и побежали ко мне.


Я схватил мужчину и прокричал ему в ухо, указывая на пакеты: "Улики!"


Он схватил сумку, подав сигнал своему напарнику взять вторую сумку, и они потащили сумки прочь, в то время как другие морские пехотинцы хватали пленных, таща согнутых вдвое мужчин. Загрузилось около семи человек, и вертолет оторвался, надо мной пронесся поток воздуха, и второй вертолет опустился, вереница вертолетов зависла, я мог видеть по меньшей мере десять, жители города стали свидетелями удивительного зрелища - несколько провинившихся жителей обделались прямо сейчас.


Второй загруженный вертолет взлетел и поднялся над холмом, и все в Кали-Сити, должно быть, были разбужены шумом и подумали, что это полномасштабное вторжение.


Четвертый вертолет, который приземлился, захватил последних нескольких пленников, и когда он улетел, остальные вертолеты с шумом последовали за ним вокруг холмов, поднялся оглушительный гул, но вскоре он снова затих.


Я передал: "Русские возвращаются, Шестая команда остается с деньгами. Подожги эти гребаные виллы, но сначала выведи всех отсюда, а?"


Я спустился к стене, Рокко и Риццо вернулись к снайперской стрельбе. "Есть хорошие цели?"


"Я добрался на автобусе", - гордо заявил Риццо. "И он врезался в магазин, чертов адский беспорядок".


"Я врезался в какую-то радиомачту", - сообщил мне Рокко. "Утром никакого телевизора".


Вспышка, и мы услышали взрыв много секунд спустя, около шести пожаров бушевали по всему городу, повсюду вспыхивали синие огни.


"Посмотри на это", - сказал Роко. "Посмотри на пожарную машину ближе всех".


Я посмотрел вниз, этот двигатель находился по меньшей мере в 1500 метрах от меня, "Рокко" стрелял, видно, как люди убегали - и не следили за огнем. Риццо выстрелил, попав в окна высотного офисного здания, создав беспорядок.


"Это Томо, я вижу грузовики и джипы, разгружающие людей, в тысяче ярдов ниже, частично скрытые. Их, блядь, сотни."


Я передал: "Свон и Леггит, также прикройте дорогу. Первая и вторая команды, ложитесь со мной на стену. Остальные из вас ... обыщите эти виллы в поисках денег, затем подожгите их, сначала выведите женщин и отправьте их дальше по дороге. И быстро!"


Моя русская команда появилась рядом со мной и приготовилась.


"Там", - сказал Риццо, целясь влево.


"Позволь им подойти ближе", - сказал я ему, когда мужчины приготовились.


Крики предшествовали женщинам и девочкам на дороге, плюс нескольким старым бабушкам, вскоре они целой вереницей шли по дороге к воротам, с ними было несколько молодых парней. Вспыхнуло пламя, и машина в гараже загорелась, гараж вскоре полностью загорелся, когда мимо пробежали женщины, некоторые босиком.


Вбежал русский с коробкой магазинов русского стандарта калибра 7,62 мм. "Они были в гараже".


Я положил их позади парней и проверил журналы. Заменив свой магазин, я вставил длинный изогнутый магазин на тридцать два патрона и стал стрелять очередями по городу, довольный качеством боеприпасов. Жители внизу, вероятно, были недовольны, но я был.


Я повесил журналы на стену рядом с парнями. "Сначала воспользуйся этим".


"Это Николсон. Я убил главного, выстрел в голову, тысяча двести ярдов."


"Отличная работа", - похвалил я.


"Томо ударил своего заместителя по командованию по яйцам", - добавил Николсон, мои штабные сержанты засмеялись вместе со многими русскими, которые немного понимали по-английски.


"Это шестая команда, мы только что сбили четырех человек, идущих сзади!"


Рассредоточьтесь, ведите себя тихо, устройте им засаду. Томо, оглянись назад!"


Мимо пробежали еще женщины, проклиная нас на ходу, также подавая грубые сигналы руками, теперь горит вторая вилла, горит джип. Проходя мимо, десятилетняя девочка в ночной рубашке сердито показала мне палец, ╧3 смеялась.


Вбежал русский с тяжелым ящиком, его винтовка была перекинута через плечо. Я опустился на колени и заглянул под уличный фонарь. "Сертификаты акций", - отметил я. "Хорошо, мы оставим их. Пока оставь их там."


Роко сказал: "Вот они идут. Они тоже рассредоточены, но некоторые из этих ублюдков выглядят так, будто у них Uzis. Вряд ли ганна сильно этим увлекся."


"Как далеко?" Я спросил.


"Скажи ... шестьсот и внутри."


"Дайте им дойти до четырехсот, не ближе, не тратьте патроны, ночь может быть долгой". Я передал по-русски: "Не трать патроны, мы можем задержаться здесь надолго".


"Чего мы ждем?" - спросил ╧ 3.


"Большое количество убитых", - сказал я ему. "Или кто-нибудь из тех людей, что внизу, придет искать нас на холме".


"Это Томо. Мы сбили троих мужчин на трассе позади нас, к северу, скажем, в четырехстах ярдах. Остальные сбежали."


"Хорошо, не попадайся сзади".


"Мы на гребаном дереве, так что это было бы сложно, товарищ".


" Товарищ? " повторил номер 3. "Не гребаные Советы!"


"Саша, что ты видишь?"


"Группы, пытающиеся подкрасться. Они могут зайти так далеко, но тогда это просто скошенная трава. Это поле для гольфа?"


"Да, гольф для людей, чьи мячи не скатываются по крутым склонам!"


╧3 рассмеялся.


"Это похоже на гребаное поле для гольфа!" - пожаловалась Саша.


"Следи за нашим правым флангом и тылом, они попытаются обойти нас с фланга".


Роко выстрелил.


"Кто-то близкий?" Я спросил.


"Нет, просто этот ублюдок шел прямо, как будто нас здесь не было. Насколько это было грубо, а?"


Я выглянул из-за стены и посмотрел вниз по темному склону. Частично это были ухоженные газоны, несколько участков находились в стадии строительства, несколько участков заросли кустарником. У нас была возвышенность и преимущество. Я отхлебнул воды.


Свон и Леггит уволены.


"Что-нибудь?" Я случайно спросил.


"Мужчина, возглавляющий группу, приказывающий им продолжать".


Взрыв, и мы все обернулись, красивый Mercedes охвачен пламенем, теперь горят четыре виллы.


Я передал: "Те из вас, кто поджигает виллы, найдите одну или две машины и столкните их вниз по склону - сначала подожгите. Быстро."


Две минуты спустя мимо к воротам проехал огромный черный джип, из которого выпрыгнули мужчины. Прогремели выстрелы, бак был подожжен, что-то заклинило на педали газа. Он поехал по дороге, свернул с дороги, ударился и полетел, приземлился, выпуская горящее топливо, как из огнемета, замедлился, ускорился и перелетел через подъем, сделал сальто, разбрызгивая горящее топливо, и приземлился в кустах, была видна вспышка пламени.


"Чертовски круто", - с энтузиазмом похвалил Риццо.


Рокко добавил: "И ублюдки там внизу теперь немного подсвечены".


Вторая машина, серебристый Мерседес, просто медленно катилась вниз по склону.


"Ну, это чертовски скучно", - заметил Риццо. "Даже не в огне".


Он остановился, затем разлетелся на части, повсюду разлетелись искры.


"Больше похоже на это", - похвалил Роко. "Мальчишки подложили в него заряды".


"Это Томо. Мы уже можем пристрелить этих ублюдков?"


"Да, открыть огонь. Всем командам открыть огонь."


Раздались удары, Свон и Леггит били людей за шестьсот ярдов, людей, которые думали, что они в безопасности. Несколько пуль просвистели над головой или отскочили от стены, уличный фонарь рядом со мной разбился, но мы все были за стеной и в достаточной безопасности.


Учитывая те уличные фонари, я расстрелял оставшиеся семь, чтобы людям внутри поместья было безопаснее, если не считать света, исходящего от бушующих пожаров, которые были. По крайней мере, поместье лидера, сейчас охваченное огнем, было символом для людей в городе внизу; Картель не был всемогущим.


Десять минут спустя тридцать человек лежали мертвыми внизу на склоне, остальные еще не хотели сдаваться, или, может быть, они знали, что их убьют, если они сдадутся. Итак, они продолжали приближаться, и мы продолжали легко наносить им удары, и полчаса спустя отставшие убежали, полиция видела, как они убегали.


"Что дальше?" Спросил Роко, потягивая воду.


"Следующий... Я надеюсь, что они попытаются обойти нас с фланга, я хочу, чтобы погибло больше из них. Но ... может быть, сначала мы найдем хорошее местечко в джунглях. Объединяйтесь в команды!" Я передал это по-русски. "Мы уходим, подсчитайте численность ваших команд".


"Один человек мертв", - отмечено в ╧ 3. "Только одна маленькая рана".


"Да, все прошло хорошо", - согласился я. "Но мы еще не дома".


Команды медленно поднимались по склону через развевающиеся дымовые шашки и коробки, крыши вилл рушились, ярко-оранжевые искры улетали в темную ночь. Через стену и вверх по склону, к линии деревьев, и мы объединились с шестой командой.


Оглядываясь назад, я мог видеть миллион маленьких оранжевых угольков, уплывающих в темное ночное небо. Но было ли это символом, концом этого картеля, пусть даже всего на одну ночь. Или, если бы они перегруппировались, подумал я, появился бы кто-нибудь другой?


Я передал: "Саша, ты и твоя команда несете наличные и драгоценности, распределите между вами. Ты отнесешь это на конспиративную квартиру для меня."


"Это много?" - спросил ╧ 3 из темноты.


"Не так много, не так много, как десять тонн наркотиков в горах. Если мы доставим это на побережье ... бонусы для всех."


Саша разложил наличные по рюкзакам, у каждого теперь был тяжелый груз, и мы вернулись по своим следам, Томо и Николсон остались на некоторое время. Шестеро русских тащили тяжелые сумки, из-за чего им было трудно опуститься на колени и при необходимости открыть огонь.


На другой стороне мы пробрались сквозь темноту на один уровень с Томо и Николсоном.


"Томо, докладывай".


"Никто не поднимается по склону".


"Спускайся, возвращайся по своим следам, мы прикроем тебя отсюда".


"Перемещение".


Свон, Леггит, Рокко, Риццо. Ты помнишь то подземелье?"


"Да", - первым пришло от Свон.


"Иди, найди это, иди вперед, через одну долину, к северу четыреста ярдов".


Они поднялись и прошли мимо, направляясь к следующей долине, параллельной нам.


Я подождал, пока Томо подаст сигнал, а затем последовал за Рокко и Риццо, в точности изменив наш маршрут. На гребне холма начался небольшой дождь, вскоре в дуновении ветра послышались выстрелы, тихие трески и регулярная автоматная очередь. Я продвигался вперед сквозь темноту.


"Это Рокко, предъяви обвинения".


"Скоро буду, что у тебя есть?"


"Убил людей в долине, но под землей есть звуки".


"Хорошо, приготовьтесь". По радио я сказал: "Номер 3, у тебя есть подопечные?"


"Я никогда не использовал свой".


Я ускорил шаг, за шесть минут добрался до дна долины и темных очертаний Рокко.


Рокко топнул ногой. "Дверь-ловушка".


╧ 3 опустился на колени, предохранитель сломан. "Беги", - тихо предложил он, и последовал безумный рывок, когда люди побежали к деревьям. Взрыв был небольшим, без шрапнели, и когда дым рассеялся, луч света проник сквозь дым и достиг небес. Риццо бросил светошумовую шашку CS, Рокко на секунду.


"Ищи второй выход!" Я закричал. "Рассредоточиться".


Свет, движение, и мы выстрелили в человека, наполовину высунувшегося из люка в пятидесяти ярдах от нас. Я подбежал к нему и выстрелил, рядом со мной был ╧ 3. Он щелкнул предохранителем заряда и бросил его. Мы отошли назад и опустились на колени.


Приглушенный взрыв выдул дым из люка, но любой, кто был внутри, теперь бы спотыкался. Я выпустил очередь внутрь, послышались крики.


Когда дым рассеялся, я сунул руку с винтовкой внутрь и выстрелил в направлении долины, опустошив магазин. Когда я поднялся, ╧ 3 повторил это упражнение.


Подождав пять минут, мы решили взглянуть. Сложив винтовки, достав пистолеты, я просунул голову внутрь и прикончил троих раненых, не видя никого другого. Я быстро спустился и опустился на колени за столом, двигаясь вперед и проверяя углы, мимо кухни открытой планировки, мужчины позади меня.


Один человек был еще жив, с ранением в плечо.


"Говоришь по-английски?" Я спросил его, когда опустился коленом на его пах, мужчина громко кричал.


"Немного".


"Сын министра Панамы?"


"Холмы... Лагерь Белайо."


"Как далеко, по какому компасу?"


"Пять миль... на юго-западе, рядом со скалами."


"Ладно, хорошо". Я приставил пистолет к его глазу и нажал на курок.


Порывшись, я нашел расписание за последние годы, имена мужчин, картотечный шкаф, а также листы с адресами. Я засунул его в свой патронташ - это была хорошая улика. Отобрав несколько магазинов, я вывел людей наружу и повел вверх по лестнице, винтовки были извлечены и проверены.


"Подожди", - крикнул ╧ 3, затем быстро вскарабкался наверх. "Я подбрасываю дрова в огонь".


"Объединяйтесь в команды, готовые к выступлению. Следуй за мной."


Мы поднимались вверх, медленно, многие мужчины падали под тяжестью, дождь то прекращался, то начинался. Я зигзагами преодолевал горные хребты и вел команды все выше, пока нам не открылся потрясающий вид на город - и на горящие виллы. Я стоял, тяжело дыша и обливаясь потом, как и остальные.


"На этих виллах нет пожарных машин", - заметил Риццо, когда мы стояли на прохладном ветру, глядя вниз.


"Вот, смотри", - сказал Роко. "Эта подземная штука. Все в огне."


Далеко под нами я мог видеть пламя, но решил, что из-за нехватки воздуха огонь должен был потушиться. Должно было быть много отверстий, раздувающих пламя.


Мой телефон зазвонил; Томск. "А, теперь ты проснулся", - поддразнила я.


"Чертов Саша, дай мне проспать это".


"Не волнуйся, все прошло хорошо, убит только один человек".


"Так что же именно произошло?"


"Мы застрелили охранников, совершили налет на виллы, связали стариков, забрали немного денег и драгоценностей, а также кое-какие улики для американцев и убили, может быть, восемьдесят их людей. Мы подожгли их виллы после того, как пришли американцы и забрали боссов картеля."


"Значит, теперь им пиздец..?"


"Мне все еще нужно убить много их людей и уничтожить наркотики".


"Я прикинул, что у меня готов маленький вертолет... вытащу тебя оттуда, если возникнут проблемы."


"Это так мило ..." - поддразнила я. "Пусть он подойдет к высоким хребтам над горящими виллами, скажем, в четырех километрах строго на запад, соберет несколько тяжелых сумок. Мы подаем сигнал факелом."


"Я отправляю это сейчас, жди там".


Когда пот остыл, я сказал всем отдохнуть. Были открыты банки с мясом, и я сам расправился с одной.


Пятнадцать минут спустя шумный "Джет Рейнджер" сделал круг, и мы сигнализировали об этом факелами. Он приземлился на небольшой плоской площадке на вершине хребта, было мало места для ошибки, поскольку мы опустились на колени неподалеку, и мы загрузили акции плюс несколько мешков с деньгами, но я попросил команду Саши оставить свои наличные. Я сохранил банковские реквизиты. Все остальное было загружено, вертолет быстро оторвался и направился на север.


Поскольку у него был ограниченный радиус действия, я подумал, что он может отправиться в район безопасного дома. Либо это, либо пилот теперь был богат и находился в бегах.


Сидя там, на рассвете, я позвонил Саше и показал ему карту. "Вы отправляетесь, ваша команда, направляйтесь в безопасное место. Доберись до этого места, затем позвони в Томск и узнай точное местоположение, медленно и неуклонно, не попадись. Никаких дорог, избегайте людей, не торопитесь."


Он похлопал меня по плечу. "Удачи с лабораториями по производству наркотиков".


╧ 3 задал вопрос о его уходе, который я объяснил, задаваясь вопросом, о чем на самом деле думал ╧ 3.


Я передал: "Слушайте внимательно. Нам осталось меньше трех миль, чтобы добраться до места, где удерживают заложника, после этого мы отдыхаем. Пятнадцать минут на то, чтобы поесть, посрать, потом мы уходим."


Пока они ели, я изучал карту, освещение становилось все ярче, и я решил, что смогу разглядеть долину моей цели на юго-западе, и когда все было готово, я повел их вдоль вершины хребта, на котором мы находились, и вниз по диагонали, последний взгляд на город Кали, дым, поднимающийся из десяти мест, а также из поместья лидеров.


Мой телефон зазвонил. "Это GCHQ. Ты можешь говорить?"


"Да, продолжай".


"Ну, мы были заняты, сейчас все немного вымотаны, но это сделало свое дело. Похоже, что кто-то взорвал небольшие бомбы во многих местах, но с небольшими жертвами, в полицию поступило множество сообщений о стрельбе и разбитых окнах. Бедные девушки в полицейском управлении перестали отвечать на телефонные звонки, не в последнюю очередь потому, что мы отправили их офицеров на север в погоню за дикими гусями.


Но теперь глава службы безопасности Картеля, Торгуа, взял на себя ответственность и собирает людей. К несчастью для него, мы слушаем и отменяем его приказы. Он немного напряжен и сбит с толку, угрожает многим людям.


"С положительной стороны, многие члены картеля низкого ранга распространяют слух, что американцы захватили лидерство, и что все кончено - пора уезжать из города".


"Сделай мне одолжение, продолжай рассказывать эти истории. Нам нужны разочарованные рядовые. А также сообщает, что нападавшие улетели на вертолете. Сейчас мы движемся к целевым скалам, в пяти милях к юго-западу, сообщается, что там заложник. Сосредоточься на этом месте, затем сообщи мне."


"Хорошо, о, сойдет".


Положив трубку, я издевательски сказал: "Точно, о."


"Какие новости?" - спросил ╧ 3 у меня за спиной.


Глава службы безопасности картеля взял на себя ответственность."


"Ах, он хочет лучшую работу, нет".


"Пока он не встретит нас", - пригрозил я.


День прояснился, над головой были разорванные облака, по долине дул прохладный ветерок, и час тяжелого пробирания сквозь густые деревья привели нас к высокому хребту, и, посмотрев вниз, я смог увидеть утесы, но ничего больше. Что бы там ни было внизу, оно было хорошо спрятано.


Я медленно спускался по склону долины, и нам потребовалось полчаса, чтобы достичь безопасного расстояния от скал. Вторая команда, идите налево и в обход, очень медленно и тихо. Третья группа, обойдите справа, постарайтесь занять высокую огневую позицию, чтобы прикрыть долину. Вперед."


Команды двинулись в путь, все настороже, когда я всмотрелся в пышную зеленую долину, на некоторых кустах листья были в ярд шириной.


Грузовик, приближавшийся ко мне, в шестистах ярдах вниз по долине, но я не мог видеть дорогу, по которой он ехал, поэтому дорогу пришлось покрасить в зеленый цвет. Он остановился в четырехстах ярдах от меня, люди спускались, громко спорили с другими мужчинами, много размахивали руками и указывали. В рядах был разлад - на этой неделе зарплату не будут выплачивать, корпоративная вечеринка будет отменена.


Он развернулся и уехал, подавая грубые сигналы руками в обе стороны, выкрикивая слова. Грубые люди пешком вернулись на свою скрытую базу справа, и теперь я точно знал, где эта база находилась.


"Слушайте, скрытая база находится в скалах справа, в четырехстах ярдах вверх. У них могут быть камеры, статические ограждения, растяжки, так что будьте осторожны. Томо, Николсон, идите налево, поднимитесь выше, цельтесь в вход, просканируйте местность. Идите."


Через плечо я увидел, как они убегают в сторону восточного хребта, и я подождал десять минут, прежде чем медленно двинулся вперед через низкие кусты и высокие деревья. Я двинулся направо, на запад, в лучшее укрытие.


"Это Томо, я вижу вход, зеленую дверь под навесом, вторую зеленую дверь, достаточно большую для грузовика, окно наверху, горит свет, вокруг ходят люди".


"Ищите камеры и провода впереди нас".


Через пять минут пришло сообщение: "Это Томо, здесь ряд камер, скажем, шесть, направленных во все стороны, все вместе".


"У них есть общий провод или коробка?"


"Да, большой плотный завиток этого, затем коробка".


"Подключись к кабелю и коробке, затем сообщи об их реакции".


Я опустился на колени и ждал, теперь всего в сотне ярдов от этих зеленых дверей. Я видел, как вышел человек, даже без оружия. Он посмотрел на камеры, прикрыв глаза рукой, вскинул руки в воздух и вернулся внутрь. Минуту спустя появились двое мужчин, вооруженных, но с винтовками наготове. Они дошли до середины долины и сели на бревно, закуривая сигареты.


"Томо, убей этих двух идиотов".


Через несколько секунд раздался тихий треск, двое мужчин резко сорвались со своего насеста. Я двинулся вперед, надеясь, что камер не было, и вдоль края обрыва к двери гаража. Я приник глазом к дверной щели, увидев длинную и хорошо освещенную пещеру, достаточно большую для грузовиков и простирающуюся вглубь на сотню ярдов или больше.


Там были люди, загружавшие грузовики и джипы, тюки марихуаны, стопки белого порошка в пластике, столы и шкафы, мужчина сидел, подводя итоги и выкрикивая инструкции, виднелись боковые пещеры. Даже учитывая то, что произошло прошлой ночью, они продолжали вести себя как обычно. Я догадался, что страх удерживал их за партами, а слухи игнорировались.


Отступив назад, я изучил дверь, увидев внутренний засов. Я передал: "У кого есть обвинения, приведите их вперед".


Трое мужчин вышли вперед, три заряда были направлены на большие зеленые двери, один - на маленькую зеленую дверь. Кивок голов, и мы все сломали предохранители - и побежали.


"Томо и Николсон, вторая команда, открывайте огонь, когда двери исчезнут".


Я спрятался за скалой со своей командой, Рокко и Риццо позади нас, вскоре взрывы эхом разносятся по долине, сопровождаемые десятками перекрывающихся тихих трещин. Я побежал обратно к дверям. "Прекращение огня, если у вас нет хорошей цели!"


Опустился на колени рядом с расколотыми дверями, повалил дым, изнутри доносились вспышки огня. ╧ 3 вручил мне светошумовую шашку CS, и я со всей силы швырнул ее внутрь, вскоре последовала вторая.


Вторая команда, следите за утесами наверху, это может быть туннель для побега. Третья команда, докладывайте."


"Мы наверху, сбоку, мы увидим их, если они откуда-нибудь выйдут".


Продолжали регистрироваться вспышки огня, но также и тихие щелчки моих снайперов.


"Это Томо, у нас их около десяти, сейчас мало кто ходит".


"Ожидание". Я прошептал: "За мной, беги быстро", - и бросился через проем к двери поменьше. Стреляя с бедра, я выпустил десять громких пуль по проходу у двери поменьше, пули со звоном отскакивали от камней. Я вошел внутрь, подбежал к шкафу и опустился на колени, за моей спиной послышались голоса мужчин, легкий запах CS-газа был заметен на ветру.


Впереди меня резной туннель разветвлялся налево, открывая проход направо к гаражу. Воздух наполнился стонами. Я приподнялся и высунул голову из-за угла, увидев несколько офисов за стеклянными панелями, все ярко освещенные. Я также увидел несколько голов, выглядывающих из-за столов.


Выставив винтовку за угол, но не своим телом, я громко разбил стекло, латунные гильзы звякнули о бетонный пол. "Сдавайся... ты гуляешь, мы принимаем наркотики. Картеля Кали больше нет, русские здесь!"


"Не стреляйте в нас", - прозвучало в ответ.


Вскинув винтовку, вытащив пистолет, поменяв магазин, ╧ 3 последовал за мной со своим пистолетом, остальные мужчины медленно продвигались в гараж и немедленно добивали раненых.


Я держал пистолет на уровне, ╧ 3 рядом со мной, пятеро перепуганных мужчин стояли с поднятыми руками, один совсем молодой, двое пожилых, один в белом лабораторном халате, столы были завалены набором для тестирования на наркотики и компьютерами.


Я вошел внутрь, заключенные притихли. И они больше походили на техников, чем на наемных убийц. Но пока я стоял там, до меня донеслись всевозможные запахи, один из которых - запах гниющей плоти. Слева от меня была дверь, я повернул ручку и осторожно открыл ее, обнаружив большую комнату, шкафы и аптечку, а на столе было ... что-то маленькое и серое - и похожее на мертвого инопланетянина.


Я зашел внутрь и присмотрелся повнимательнее, обнаружив в мусорном ведре отрезанные руки и ноги, покрытые пластиком, но все еще пахнущие, и там на столе лежал мальчик-подросток, запах был ужасающим.


"Трахни меня", - ╧3 вышел из двери, уткнувшись носом в сгиб локтя.


У мальчика были отрезаны обе руки ниже локтя, обе ноги ниже колен, и когда он лежал там голый, я мог видеть, что он был кастрирован, у него отсутствовали глаза. Возле его головы покоился дорогой фотоаппарат.


Я повернул голову к пятерым мужчинам, стоявшим с поднятыми руками. "Он сын панамского министра?" Мужчина кивнул, но не парень в белом лабораторном халате, он опустил взгляд. Я прошел мимо номера 3, Риццо сейчас просматривает образцы наркотиков.


Я остановился и приставил пистолет к горлу человека, который кивнул. "Этот человек в белом халате причинил боль мальчику?"


Я получил пристыженный кивок, поэтому нажал на курок без угрызений совести. Мужчина упал на спину, булькая, когда пытался дышать. Я выстрелил второму человеку в горло, ╧3 попал в третьего.


Я ударил человека в лабораторном халате в нос своим пистолетом. "Он возвращается с нами", - сказал я, когда ╧ 3 убил четвертого человека, причем всем четверым потребовалось много времени, чтобы умереть. "Риццо, свяжи его, выведи наружу".


Риццо положил свои образцы наркотиков, и с белым порошком на перчатках он схватил окровавленного мужчину и вытащил его. Вернувшись к мальчику, ╧ 3 у двери, я посмотрел вниз на изломанное тело, приставил пистолет к уху мальчика и ослабил его боль.


"Он был сыном министра в Панаме?" - спросил ╧ 3, держась на расстоянии от запаха.


Я кивнул, глядя на тело.


"Не удалось спастись?"


"Ты бы хотел продолжать в таком виде?"


"Я, блядь, нет. Ни глаз, ни члена. Фу."


Вздохнув, я наконец повернулся и повел ╧ 3 в гараж, пока команды искали.


"На грузовиках", - сказал мне ╧ 7, его слова немного перекликались. "Много наркотиков, немного кокаина, немного марихуаны".


"Выведи их всех наружу, проверь топливо", - крикнул я. "Добавь еще наркотиков".


"Сколько это стоит?" Спросил Рокко, когда мы вышли на дневной свет, под оглушительный рев двигателей в пещере.


"На улицах Лондона, двадцать миллионов фунтов. Но здесь это стоило бы, скажем, миллион."


"Каждый ублюдок получает по заслугам", - заметил Роко. "Цена растет с каждым шагом".


"Ага". Выйдя на улицу, я взглянул на карту, когда грузовики и джипы выстроились в ряд, проверил уровень топлива и громко вздохнул.


"Проблема?" - Спросил Риццо, когда Рокко приблизился.


"Эта дорога может быть кишащей людьми или пустой", - начал я. "Это в десяти милях от того места, куда я хочу пойти, и ... никто не знает, что это мы в грузовиках - "


"Они не откроют огонь по своим собственным грузовикам", - предположил Роко.


Итак... берем ли мы на себя риск?" Я думал вслух.


"Мы получим бонус?" - Спросил Риццо.


"Если мы вернем все это... да, но бонус не принесет пользы, если вы мертвы ", - сказал я им, убирая карту. "Я хочу украсть наркотики или уничтожить их, но я также хочу преодолеть любые препятствия на этом пути... и убей ублюдков."


"Хватит с нас", - подбодрил Роко. "Брезент сзади, они нас не увидят, мы вырезали отверстия для стрельбы".


"Тогда поднимайтесь на борт, проделайте отверстия, первый грузовик - боевой фургон". Они ушли. По-русски я крикнул: "Возвращайся внутрь и принеси какой-нибудь металлический лист или толстую древесину, пуленепробиваемую, для грузовиков".


Кто-то дважды выстрелил. "Сообщите о стрельбе!"


"Это Томо, кто-то крадется по обочине той дороги".


"Стража выставлена вдоль дороги", - передал я. "Будь начеку".


Мужчины вбежали внутрь, когда третья команда спустилась с холма, Томо и Николсон наблюдали за дорогой, и через пять минут у нас был толстый деревянный стол со снятыми ножками, два металлических стола с прикрепленными ножками и несколько металлических листов. Это должно было бы сработать.


Взгляд через плечо, театральный вздох, и я достал свой телефон.


"Фрэнки".


"Это я. Запомните эти координаты, пришлите вертолеты и найдите тело и части тела подростка в пещерном учреждении - он сын священника в Панаме. Тем, кто восстанавливает тело, понадобятся маски для лица и перчатки."


"Иисус..."


"Тогда соберите доказательства, здесь документы, детали доставки. Но поторопись. О, здесь никого не осталось в живых."


"Я это понял. Хорошо, я сниму вертолеты."


"И если ты сможешь взорвать это место... тем лучше."


Стоя там, я бросил взгляд на гараж, но затем повернулся к грузовикам. "Достань какие-нибудь наркотики, разбросай их повсюду, открой их".


Озадаченные парни сделали, как просили, и вскоре в грязи появился белый порошок.


Я велел Риццо снять с него паутину и надеть куртку, принадлежащую мертвому телу, и я велел заключенному ехать впереди, вытирая его лицо от крови. Я забрался в кузов первого грузовика, металлические столы сзади, металлические пластины сбоку, деревянный стол спереди, но у нас все еще было много пробелов.


В этом грузовике были проделаны отверстия, как для наблюдения, так и для стрельбы, для десяти человек. Я постучал по крыше кабины, и мы отъехали. Я передал: "Российские команды, численность". Я мог видеть британцев, они все были здесь, со мной.


Четыре грузовика и два джипа катили по гладкой дороге, выкрашенной в зеленый цвет, полмили, вскоре выехав на черную асфальтированную дорогу, на обочине которой стояла полицейская машина.


Я сказал: "Рани полицейских".


Когда мы свернули на асфальтированную дорогу, раздался треск, полицейские ударили по ногам и плечу, Риццо тронулся с места и набрал скорость, а также выключил передачу, Рокко выкрикивал оскорбления в адрес нашего водителя.


Через десять минут по извилистой дороге мимо нас проехало несколько машин, несколько сельскохозяйственных машин, но пока не было большого скопления людей, готовых перехватить нас, вообще никаких блокпостов.


За следующим поворотом мы заметили тело на обочине дороги, свежий труп. Кто-то сравнял счет здесь, в горах, или, возможно, кто-то был наказан - из страха перед другими, теми, кто слышал слухи.


Пока мы ехали дальше, я не мог выбросить этого мальчика из головы, но я был уверен, что поступил правильно; у него была обширная инфекция, и он бы не выжил. И если бы он это сделал, он был бы на специальной кровати всю оставшуюся жизнь, его кормили с ложечки, катетер для члена.


Я сделал звонок.


"Hola?"


"Министр, это Петров".


"Ах, новости пестрят этой историей, все руководство картеля арестовано, много боев в Кали-Сити, много погибших. Дома боссов были сожжены дотла?"


"Да, министр, и мы сейчас уничтожаем их лаборатории по производству наркотиков. Но ... Я нашел мальчика."


После долгого молчания прозвучал вопрос: "Он мертв?"


"Хуже, чем мертвый. Мы можем обсудить это, когда я вернусь. Скажи его отцу, что его сын мертв, я видел тело, и что американцы могут забрать тело сегодня."


"Я так и сделаю, я знаю этого человека всю свою жизнь".


"Я возвращаю человека, который его убил, для суда или ... иначе".


"Я понимаю, просите о любой помощи, в которой вы нуждаетесь".


Убирая телефон, я не мог выбросить образ этого мальчика из головы; то, через что прошел этот мальчик, должно быть, было невообразимо. И они пытали его в назидание другим, держа камеру наготове. Если вы управляли картелем, ключевым фактором был страх, а не угроза урезать чью-то зарплату - письменный выговор в the post.


Проехали четыре мили, и до сих пор мы видели только бытовое или сельскохозяйственное движение, но, когда мы сбавили скорость на крутом подъеме, за контурами холма я увидел что-то вроде дорожного заграждения.


"Приготовься!" Я закричал и взял свою собственную винтовку. Я передал: "Риццо, в соседней долине блокпост, так что всем улыбаться, сбавьте скорость, а затем проезжайте мимо них".


"В любом случае, он похож на мексиканского бандита", - отметил Томо.


"Это Колумбия, Дурман", - сказал ему Николсон.


"Все гребаные шпики", - пожаловался Томо.


Мы обогнули холм, крутой обрыв слева, и увидели четыре джипа с десятью вооруженными людьми, которые все оживились, увидев нас.


"Они счастливы", - сказал Николсон, глядя в прицел.


"Дружелюбные лица в трудную минуту", - отметил я. "Они хотят уверенности в том, что жизнь, какой она была, будет продолжаться".


Я подождал, пока мы завернем за внутренний угол и окажемся лицом к лицу с ними, их джипы были примерно в семидесяти ярдах от нас. "Приготовиться ... непрерывно ... огонь!" Я нажал на спусковой крючок и сбил человека с ног, все остальные мужчины были быстро убиты, ни у кого не было винтовок наготове, большинство стояли с винтовками наготове, улыбаясь и ожидая нас.


Мы медленно проехали мимо них, Риццо на малой скорости налетел на тела и раздавил нескольких парней.


"Если они и не были мертвы, то сейчас мертвы", - заметил Роко, когда мы завернули за угол.


Проехав две мили, я велел Риццо свернуть и направиться на север, намереваясь добраться до главного наркокомплекса с юга. Проблема была в том, что на карте была линия для трассы, а не хорошая дорога; подъездная дорога была на севере.


Наш конвой начал спускаться по пологому склону, все еще по асфальтированной дороге, и петлял через затемненную пещеру, образованную высокими деревьями, нависающими над дорогой, и мы преодолели две мили - но медленно. На этом наша удача иссякла, впереди была грунтовая дорога. Я заставил грузовики как можно лучше следовать по трассе еще милю, затем остановиться, всех нас трясло - и не только от вождения Риццо.


Спрятав грузовики и джипы на деревьях, набросав на них веток, мы бросили их, наш пленник был хорошо связан, а также привязан к кузову грузовика.


Разделившись на группы, я повел их вверх по тропе, но поскольку холм предлагал передышку для стрельбы, я последовал за ними, и пятнадцать минут спустя я увидел охранников картеля, которые стояли, болтая, с винтовками наготове. В этих краях вид вооруженных людей был достаточным средством устрашения, но для солдат это была живая мишень, напрашивающаяся на пулю.


Я повел команды к деревьям, замедляя движение, и заметил двух других мужчин на востоке. "Томо, Николсон, поднимитесь на гребень слева, в ста ярдах, не показывайтесь. Вторая команда, идите направо и в обход, впереди четыре охранника, могут быть другие."


Стоя на коленях, я наблюдал, как мужчины отходили, и я дал им время занять позицию.


"Это Томо, я вижу четверых впереди тебя, двое дальше по долине, затем несколько деревьев, затем куча грузовиков и людей".


Томо, Николсон, будьте наготове, чтобы поймать удаленную пару. Вторая команда, что вы видите?"


"Мы видим четверых".


"По моей команде ... убей четверых, британцы получат двоих. Приготовьтесь... огонь."


Послышался тихий треск, поэтому я быстро двинулся вперед, проверяя все кусты и темные участки, хватая журналы с тел, прежде чем двинуться дальше. Приближаясь к отдаленной паре, оба мужчины были уже мертвы, я мог слышать грузовики и серьезную деятельность по распространению наркотиков за деревьями, эти люди все еще действовали без руководства, или, возможно, кто-то меньшего ранга взял на себя ответственность.


"Томо, Николсон, идите влево, займите позицию. Свон, Леггит, идите высоко справа. Мы ждем. Вторая команда, крайняя справа от меня, Третья команда справа от меня, Четвертая и пятая команды слева от меня. Медленно продвигайтесь вперед, выстраивайтесь в линию."


Когда все были на своих местах, я передал: "Сделайте глоток воды, проверьте магазины, достаньте следующий полный магазин, проверьте винтовки, ошибок нет." Я дал им две минуты. "В режиме ожидания. Те, кто справа, наемные убийцы справа. Те ушли, наемные убийцы ушли. Русский, бей лидеров. Ожидание."


Впереди меня, за густыми деревьями, стояли двое охранников, курили, винтовки висели на плечах, а за ними открытая площадка, очевидное подземное сооружение - судя по грузовикам. Вход, казалось, был за деревьями слева, и на открытом месте стояло около тридцати человек, загружавших грузовики, было видно десять охранников.


"Сначала бейте по охране, затем по лидерам, в режиме ожидания. Открыть огонь!"


Люди рядом со мной выстрелили, двое охранников впереди развернулись и отлетели в сторону, и, когда я наблюдал сквозь деревья, люди передо мной исполнили небольшой танец или отлетели назад или вбок, казалось, что всех прихлопнула гигантская невидимая рука - рука возмездия.


Грузчики опустились на колени, но вскоре головы взорвались, кровь забрызгала колеса или траву. Несколько человек побежали, но недалеко, и через десять секунд все было кончено.


"Кто может видеть вход?" Я передал.


"Это Свон, мы это видим. Ожидание." Послышались расколы. "Двое мужчин стояли на коленях у входа".


"Прикрой это. У кого-нибудь остались заряды?"


"Здесь", - пришло по-русски.


"Двигайтесь вперед, все вы, дважды нажмите, будьте осторожны".


Я повел свою команду через густой кустарник к открытой погрузочной площадке, тела дважды проверили, грузовики проверили, и двое русских с оставшимися зарядами направились ко входу. "Должны быть пути отхода, будьте осторожны!"


Я опустился на колени рядом с грузовиком, когда щелкнули предохранители и внутрь бросили заряды. Двое русских отошли назад.


От входа повалил дым, и у любого внутри теперь немного разболелась бы голова, порошок кокаина был введен в легкие, чтобы облегчить боль.


"Я вижу дым!" Томо сказал. "Перед вами в ста ярдах, налево в тридцати ярдах, среди деревьев".


"Приступай к делу!"


"Это Свон, позади тебя в пятидесяти ярдах!"


Я развернулся, посылая Вторую команду на дубль.


Из маленьких отверстий, невидимых до сих пор, начал подниматься дым, и оттуда, кашляя, вышла женщина в тонкой футболке, не скрывающей ее колышущуюся грудь. Она подняла руки и побежала, что, как я понял, было контрпродуктивно, учитывая восторженный свист и крики мужчин.


Стараясь не улыбаться, я сказал: "Отпусти женщин, отправь их на север!" Медленно появилась очередь из молодых женщин, немногие были в лифчиках или прикрыты, руки подняты, вскоре появилось несколько стариков. "Отпусти стариков, отправь их на север".


"Все они немного вкусные", - отметил Риццо.


"Это теплая страна, и под землей чертовски тепло", - сказал я ему.


Женщины бежали, старики медленно следовали за ними, все в ужасе от солдат в зеленых масках.


"Это Томо, у нас их трое, теперь несколько вкусных птичек взбираются наверх".


"Отправь женщин на север по дороге. И сосредоточься на работе". Я услышал тихие щелчки позади меня. "Докладывает вторая команда".


"Мы убиваем двух вооруженных мужчин, теперь подходят какие-то женщины".


"Отправьте женщин сюда. Остальные, проверьте грузовики, но будьте начеку, вокруг могут быть еще вооруженные люди. Английские снайперы, оставайтесь на высоте и будьте начеку. Кто-нибудь, следите за дорогой на север."


Пять минут спустя Роко сказал: "В грузовиках дерьмовая куча наркотиков".


Я кивнул, как раз в тот момент, когда зазвонил мой телефон; Томск.


"У меня есть еще один вертолет", - начал он. "Теперь меня легко заполучить, все думают, что картелю Кали пришел конец, они уважают меня".


"Что это?"


"Ми-8".


"Посмотри на картах расположение главной лаборатории по производству наркотиков, отправь это быстро. Подожди, где она, черт возьми, находится, Панама?"


"Нет, всего в десяти милях от тебя!"


"Хорошо, отправляй это, я сделаю дым, мы, скажем, в десяти милях к западу от вилл, которые мы сожгли. Поторопись, мы перевозим кое-какие наркотики на конспиративную квартиру."


"Нет, у меня есть корабль, я оставляю его на корабле".


"Ладно, хорошо. Отправь это сейчас."


Размышляя, делая глоток воды, когда мимо проходили женщины и старики, я позвонил Фрэнксу. "Послушай, я использую вертолет Ми-8, припасы с корабля у побережья. Убедитесь, что ваши люди не перехватят его."


"Хорошо, я предупрежу их сейчас. Они забрали тело и улики и разрушили то место."


"Хорошо. Убедитесь, что тело доставлено самолетом в Панаму, завернутое во флаг C130, в присутствии старших офицеров и дипломатического персонала. Попробуйте каким-нибудь образом навести мосты с Панамой, эх, они вас всех чертовски ненавидят."


"Я передам это предложение по очереди".


"Оу ... как насчет авиаудара?"


"Воздушный удар?"


О лаборатории по производству наркотиков, в которой никого не осталось в живых, чтобы показать, что вы выигрываете войну с наркотиками. Отследи эти координаты, но дай нам час."


"Я отправлю это по очереди".


"Не бомбите, пока мы не уйдем, а!"


"Я вернусь к тебе", - сказал он, смеясь.


"Рокко, Риццо, отогнать грузовик, затем подожгите его в качестве сигнала".


Через пять минут, когда работниц больше не было видно, я отправил туда русскую команду с пистолетами в руках. Они появились, чтобы сказать, что убили только двух человек, лаборатория тихая, но огромная, много наркотиков.


"Надевайте маски, начинайте перевозить наркотики, но только если они в пластике!" Я отправил две команды.


Рокко и Риццо вернулись, теперь без масок, грузовик на деревьях теперь в огне.


"Что, черт возьми, ты наделал!" Я закричал на них, все, кто был поблизости, сосредоточились на моих штабных сержантах.


Они посмотрели друг на друга, перевели взгляд на грузовик, приняли озадаченные хмурые выражения.


"Что?" - Спросил Риццо.


"Вы сначала проверили, что было в гребаном кузове, идиоты!"


Они посмотрели на грузовик, когда повалил белый дым.


Роко повернулся ко мне. "Это марихуана?"


"Да, ты гребаный болван! Каждая обезьяна и птица в радиусе десяти миль будут взлетать, как воздушный змей! Вы только что подожгли дом на миллион фунтов!" Я покачал головой, когда они засмеялись.


"Это Свон, кто-то курит травку там, внизу?"


Болван Риццо поджег грузовик, не проверив заднюю часть. Не вдыхай это, поменяй позу, или ты скоро уснешь."


"Это большой косяк!" Томо передавал, ╧ 3 и моя команда смеялась.


"Мы не говорим Томску, нет", - съязвил ╧ 3.


Полчаса усердного труда, без масок и с потными лицами, и у нас были грузовики, загруженные двадцатью тоннами кокаина - и таким же количеством марихуаны. Двигатели протестированы, уровень топлива проверен, я отправил команды обратно за другими нашими грузовиками, и мы ждали, пока водители подгоняли наши оригинальные грузовики по неровным дорогам, как раз в тот момент, когда Ми-8 решил громко прибыть.


Я махнул рукой, и люди начали ее загружать, белые русские пилоты и белый русский сзади. Когда они больше ничего не хотели предпринимать, он поднялся и направился на север.


"Мы ждем?" - спросил ╧ 3.


"Нет", - сказал я. "Сложите здесь немного кокаина, они могут сами его загрузить, и разбросайте немного по округе, когда сюда доберутся американцы".


За десять минут труда многих рук была возведена стена из пластиковых кирпичей высотой в четыре фута, и я уже подумывал о том, чтобы уехать, когда Ми-8 появился снова. Приземлившись рядом со стеной из кокаиновых кирпичей, множество рук забросали кирпичи на борт, вскоре вертолет снова поднялся в воздух.


"Хорошо, мы ждем", - сказал я ╧3.


Ми-8 возвращалась каждые двенадцать минут, так что она не уходила далеко, и когда она добралась туда, она, должно быть, просто выбросила кирпичи. Мы находились примерно в десяти милях от побережья, так что корабль, должно быть, стоял на якоре недалеко от берега. Я надеялся, что американцы этого не наблюдают.


Когда сладко пахнущий белый дым от горящего грузовика Риццо начал приближаться, я передвинул все грузовики на пятьсот ярдов на север, оставив позади много кокаина, и теперь у меня была колонна из двенадцати грузовиков, которую нужно было рассмотреть для перемещения. Вряд ли это было незаметно.


Когда я шел на север, вспышка огня заставила меня нырнуть вниз, последовали тихие трески. Я развернулся вправо, пропущенный охранник теперь мертв, но также и один из моих, русский. Я подбежал и опустился на колени. "Черт. Забери его винтовку, патроны, рацию! Быстрее!"


Оглянувшись на тело, несколько человек присоединились ко мне в этом мрачном движении, я повел команды прочь, приказав снайперам двигаться вдоль хребтов - и оставаться начеку.


Когда я был во главе грузовиков, Фрэнкс перезвонил мне. "Мы можем нанести воздушный удар".


"Почему вдруг так увлеклись тем, чего никогда не было в прошлом?"


"Реклама очень хорошая, все хорошо освещается, Белый дом доволен".


"Отлично, нанесите удар по этой базе, осмотрев ее, избегайте моего вертолета Ми-8, затем посадите вертолеты и получите доказательства, документы. О, и маски, которые нужно носить, много наркотиков, и мы подожгли курган марихуаны."


"Ты устроил пожар... к куче марихуаны? Господи, мальчики будут под кайфом!"


"Да, так что будьте осторожны при приземлении".


Я позвонил в Томск. "Сколько у вас людей на конспиративной квартире?"


"Было два, потом я отправляю еще десять".


"Мы постараемся добраться туда по дороге в ближайшее время, если не встретим никаких блокпостов".


"У тебя есть какие-нибудь наркотики?"


"У нас двенадцать полных грузовиков".


"Боже мой".


"О, этот маленький вертолет все еще где-то поблизости?"


"Да, на конспиративной квартире".


"Отправь это по дорогам от конспиративной квартиры туда, где нахожусь я, ищи блокпосты".


"Хорошо, я отправляю это сейчас".


"И передайте в Ми-8, что у нее есть самое большее полчаса до прибытия американцев. Там все еще есть какие-то наркотики, не так много."


"Что будут делать американцы?"


"Взорвите это, скажите, что они уничтожили наркотики".


"Ах, да, хорошо".


Стоял там, размышляя, я понимал, что людям нужен отдых, а не крупная перестрелка на дороге. Итак, я ждал, говоря мужчинам поесть и налить пива на деревьях, грузовики представляли собой странное зрелище, там был очень ценный урожай наркотиков.


Я услышал, затем увидел, как Ми-8 заходил на посадку, резонирующий гул, когда он был на земле, и вскоре он пролетел над нами, схватившись за белые кирпичи, его дверь открыта, человек смотрит вниз. Его гул рассеялся, он затих среди деревьев, но покой внезапно был нарушен визгом реактивного самолета.


"Черт!" - Я схватился за рацию. "В укрытие! Укройся, пригнись, спрячься за что-нибудь твердое!" Я повторил это по-русски, когда нырнул за деревья со своей командой.


Земля сдвинулась, и две секунды спустя мы почувствовали взрыв, мимо нас прошла стена белого тумана, птиц сорвало с веток. После того, как я поднялся, я выбежал и посмотрел вниз, в сторону лаборатории по производству наркотиков, поднимался огромный столб дыма, рядом приземлилось несколько белых кирпичей.


"Все в порядке", - передал я. "Это должно было случиться".


"Это Томо, самолет приближается!"


Я обернулся, чтобы увидеть F18 в атаке, на моих грузовиках. "Нет! Ты глупый ..." Я побежал и нырнул за деревья, когда тридцатимиллиметровая пушка громко разнесла грузовики, несколько подожгли, раздался визг отрывающегося реактивного двигателя, второй F18 завершил работу - наши грузовики разлетелись в клочья. F18 набрали высоту и улетели.


Томо передал: "Все могло бы пройти лучше. Сейчас мы идем."


"Что за хрень ..!" - вырвалось у ╧ 3, когда он поднялся, люди вышли из-за деревьев, чтобы посмотреть на ущерб.


Вряд ли я мог позвонить Фрэнксу и пожаловаться. Вздохнув, я позвонил в Томск. "Послушайте, гребаные американские самолеты только что расстреляли все грузовики".


"Они ... что?"


"Отправьте Ми-8 обратно, чтобы попытаться достать наркотики, здесь все еще много наркотиков. Я направляюсь в другую лабораторию по производству наркотиков, но сначала дам отдых людям."


"Ми-8 уже получила хороший груз на корабль, я отправляю его вам обратно".


"Отправь это к горящим грузовикам, чтобы захватить все, что сможешь, не беспокойся об этом маленьком вертолете и дорогах".


Рокко и Риццо появились рядом со мной. "Значит, никаких бонусов", - сказал Роко со вздохом.


"У нас уже есть хороший груз: наличные, драгоценности, акции", - сказал я им. Я передал: "Стройтесь в группы, мы уходим на восток".


"Что насчет пленника?" - Спросил Риццо.


"Что? Черт!" Я подбежал к первому тлеющему грузовику и опустил крышку багажника. Пара испуганных глаз смотрела на меня в ответ, когда я вытаскивал его сквозь дым из грузовика.


"Чертовски повезло", - отметил Роко.


"Он не будет таким, когда мы доставим его в Панаму".


Я позвонил в Томск, заказал поездку для нашего друга. Я должен был настоять на том, чтобы пленник вернулся живым; мне нужно было отдать голову, чтобы сдержать обещание.


Я повел команды на север, люди оглядывались на горящие грузовики, и мы пересекли долину, высматривая F18, поднялись на склон, чтобы встретиться со Свон и Леггитом, и перевалили через хребет.


Ми-8 приземлился один раз и загрузился, "Джет Рейнджер" забрал моего пленника, но когда мы пересекли хребет, я увидел линию "Морских ястребов" в миле к западу. Я покачал головой, вздохнул и пошел дальше вниз по склону. Наркотики на сто миллионов фунтов превратились в дым.


Это разрушение было тем, чего хотел капитан Уилко, чего хотел Лондон, но не тем, чего хотел Петров. И я тоже хотел получить бонус за это, наличные для парней, какой-нибудь новый комплект.


Обнаружив густые джунгли в тесной долине, я приказал командам немного рассредоточиться и отдохнуть, каждому второму человеку по четыре часа сна, была установлена ротация оленей.


Я прислонился спиной к бревну и, посмотрев на часы, позвонил Дэвиду Финчу.


"А, Петров", - сказал он, не "Уилко". "Как дела?"


"Мы уничтожили две лаборатории по производству наркотиков, и я договорился с американцами, чтобы они приземлились и взяли на себя ответственность, а они только что подложили 2000-фунтовую бомбу в одну лабораторию по производству наркотиков, обстреляли длинную вереницу грузовиков с наркотиками, так что они получили хороший заголовок ".


"Ранен?"


"Двое русских мертвы, остальные в порядке".


"Итак, хороший результат во всех отношениях. ПМ очень доволен, газеты намекают на наших людей на местах, но официальных комментариев пока нет, в новостях полно этого, американцы более чем немного счастливы. В Кали-Сити происходит что-то вроде восстания, кровопролитие."


"Да, я могу себе представить".


"Итак, что дальше?" - спросил он.


"Мы посетим еще несколько лабораторий по производству наркотиков, а потом посмотрим, кто выйдет поиграть".


"Уже формируется новый мини-картель из старых членов".


"Вакуум всегда так делает".


Отключив телефон, я сидел, уставившись вперед, постукивая телефоном по подбородку, пока моя команда готовила. Я позвонил Фрэнксу. "Послушай, где сейчас заключенные?"


"На посудине, направляющейся на север".


"Свяжись по спутниковому телефону с лидером, прямо сейчас, мне нужно поговорить. На карту поставлены жизни."


"Я попытаюсь ..."


"Сделай так, чтобы это произошло, или я немного повышу голос!"


"Оставь это мне".


Я готовил со своей командой, выпил чаю, съел мясные консервы, и полчаса спустя мой телефон зазвонил. "Алло?"


"Это старший помощник на борту "Бостона". Ты тот парень, которому нужно поговорить с боссом картеля?"


"Да, соедини его".


"Подожди".


" Алло? " раздался знакомый голос.


"Это Петров. Я только что уничтожил ваши основные лаборатории по производству наркотиков и забрал все ваши наркотики, но я звоню не поэтому. У меня есть для тебя предложение."


"Сделка?"


"Да, вы признаетесь во всем, на видео, сегодня, а позже в суде".


"И в ответ ... за эту очень странную капитуляцию?"


"Сегодня вечером вы отвезете свои семьи в аэропорт, я доставлю их в Панаму, новая личность, и после этого они будут жить в Америке и посещать вас или Европу. Если нет... они будут мертвы в течение нескольких дней, может быть, часов; город - зона боевых действий, люди хотят мести."


"Я хотел бы сделать звонок".


"Соедини старпома".


Алло?" - раздалось с американским акцентом.


"Слушайте внимательно. Семью этого парня собираются сжечь заживо вместе с семьями других лидеров картеля. Я работаю над сделкой, по которой они признаются во всем, их семьи получают новые удостоверения личности и паспорта, права на посещение Штатов. В противном случае женщины и дети умрут, а ваш суд над этими мужчинами затянется и провалится.


"Что мне нужно, чтобы ты сделал, это позволил парню сделать несколько звонков, но попросил кого-нибудь, кто говорит по-испански, сесть поблизости, а затем попросить его перезвонить мне. Не совершите ошибку здесь, вы будете объяснять это комиссии по расследованию."


"Это всего лишь несколько звонков, как ты и сказал".


"Вернись ко мне. Конец."


Я позвонил нашему священнику в Панаму. "Это Петров. Приготовьте два C130 к наступлению темноты, чтобы забрать семьи картеля из аэропорта Кали."


"Собрать их ... семьи?"


"Я хочу для них новых личностей и защиты. Взамен они признаются во всем."


"Ах... суд был бы трудным, да, у них есть деньги на хороших адвокатов. Они будут придерживаться сделки?"


"Позволишь ли ты сотне женщин и детей умереть, даже их детям?"


После паузы последовало: "Мы будем готовы".


Позвонив, Номер 3 сказал: "Вы заключаете сделку, но сработает ли она?"


"У них мало выбора, Кали горит. Сначала отдохни, потом поменяемся местами."


Я отошел после того, как съел банку мяса, моя очередь играть в оленя, поэтому трель моего телефона не разбудила мою команду. "Привет".


" Я соединяю тебя с боссом картеля, " послышался американский акцент.


" Алло? " раздался тот же голос.


"Мы договорились?" Я спросил.


"Я поговорил с другими людьми, большинство высказалось "за", и у нас мало выбора. Да, мы заключили сделку, но если бы это был кто-то другой, а не ты, я бы подумал, что это уловка."


"Отправьте свои семьи в аэропорт после наступления темноты, заставьте их спрятаться, подкупите кого придется. Должно быть по крайней мере два самолета, достаточных для перевозки двухсот или более человек."


"Я устрою это сейчас, в Колумбии на данный момент есть несколько мест, безопасных для них".


"Верни того парня обратно".


" Алло? " послышался американский акцент.


"Слушай внимательно. Пусть он сделает столько звонков, сколько захочет, достанет видеокамеру, а затем запишет его признание на пленку, пусть старшие офицеры засвидетельствуют это. У тебя есть какой-нибудь "ЯГУАР"?"


"Да".


"Попросите их представлять заключенных, рассказать им об их правах. Тогда добейся признания. И, исполнительный директор, ваш президент будет внимательно следить, так что сегодня никаких промахов."


"Я сейчас приведу сюда офицера JAG".


"Если возникнут проблемы, звоните по этому номеру".


"Вы британский агент?"


"Зависит от дня недели. Папа Виктор на свободе."


Стоя там, глядя на долину, я решил, что лучше всего мне рассказать Дэвиду, и поэтому позвонил ему. "Это я. Послушай, я заключил сделку с лидерами картеля."


"Сделка?"


"Они признаются во всем, уходят тихо, я вывожу их семьи из Кали. Правительство Панамы окажет помощь, они высылают самолеты. Пока держи это в секрете, но что говорят колумбийцы?"


"Они были ошеломлены действием, довольны за закрытыми дверями и имеют просроченное разрешение SAS на въезд в страну. Они не могли мириться с захватом людей и поджогом их домов, поскольку не было ордеров на арест - и даже тогда вам не разрешается сжигать дома людей дотла, поэтому они тихо жаловались на это.


"У них одно лицо для нас, другое для их собственного народа и их прессы. Они притворяются, что мы зашли слишком далеко."


"Это понятно. А американское разрешение?"


"У них ничего нет, и какой-то высокопоставленный американский чиновник сказал колумбийскому правительству... идите и засуньте это им в задницы."


Я улыбнулся. "Старая добрая американская дипломатия канонерок. Рядом со мной есть колумбийские федералы или армия?"


"Они были переведены в режим ожидания, чтобы навести порядок в городе, но... Я подозреваю, что они разрешат кровопускание в некоторой степени, по крайней мере, на несколько дней. На данный момент ваша конкретная территория для них недоступна, не то чтобы они когда-либо особо утруждали себя тем, чтобы рисковать там в прошлом."


"У меня было двенадцать грузовиков с наркотиками, выстроенных в линию на дороге, готовых к отправке в Томск, но американцы обстреляли конвой".


"Кто-нибудь пострадал?"


"Нет, в то время мы были на деревьях".


"Ты бы отдал эту партию?"


"Я должен сыграть свою роль, помни. И Томск отправит немного денег в Великобританию для меня, так что это покроет отпуск для ребят. Я достал ему пятьдесят миллионов всяких вкусностей, плюс кучу наркотиков, сертификаты акций, но банковские коды Картеля ... они все еще на мне."


"Ах. И что ты будешь с ними делать?"


"Что бы ты хотел, чтобы я с ними сделал?"


"Если бы мы украли деньги, это всплыло бы в суде. Тем не менее, мы могли бы придержать это какое-то время."


Я широко улыбнулся. "Если я вернусь, ты можешь их получить".


"У нас недалеко есть корабль. Я переставлю это. У него есть рысь, которую можно использовать для медикаментозного лечения."


"Да, хорошая идея, но кое-кто здесь сомневается в моих связях с западными разведывательными агентствами".


"Ты в опасности?"


"Ни в малейшей степени, что немного разочаровывает".


"Мог бы использовать эту Рысь, чтобы получить эти банковские реквизиты ..."


Я рассмеялся. "Установи это, дай мне знать".


Четыре часа спустя я разбудил ╧ 3 пинком и лег как раз в тот момент, когда зазвонил мой телефон. "Папа Виктор здесь".


Заместитель начальника полиции Лэнгли. Ты можешь говорить?"


"Да, продолжай".


"Белый дом был удивлен тем, что наши заключенные давали признательные показания на видео, и тем, как это произошло. Ты отработал сделку?"


"Да, иначе их семьи были бы вырезаны".


"Несколько ошеломленных людей в коридорах власти, которым задают деликатные вопросы, поскольку стало известно, что наш друг Петров заключил сделку. И, поскольку он самый разыскиваемый человек в мире - это тот, с кем мы никогда не могли иметь дело, - в коридорах власти царит большая неразбериха."


"Пусть пыль осядет, тогда мы сможем состряпать историю. Я попрошу картель забыть о присутствии русских и упомянуть британских солдат. Тогда это капитан Уилко."


"Они будут сотрудничать?"


"Мы можем только подождать и посмотреть, но, как я выяснил, когда совершил набег на их виллы, их семьи - это их слабое место; они быстро сдались, когда мы пригрозили семьям. Объясните ФБР, что если семьи смогут посещать Штаты или даже проживать там, то боссы картеля будут сотрудничать."


"Сойдет. И в этом запросе, о теле сына панамского министра, мы видим логику, и мы поднимем большой шум из-за этого, да, наведем кое-какие мосты после фиаско DEA. Но настоящая опасность здесь в огласке и в том, что роль Петрова выходит наружу."


"Тогда постарайся не дать этому выйти наружу, ты отвечаешь за крупнейшее и лучшее в мире разведывательное управление".


"Если бы мы были настолько хороши.... Я бы узнал, кто взял мой степлер!"


Улыбаясь, я отключил звонок и немного отдохнул, проснувшись после наступления темноты. После глотка воды я разбудил всех пинками, Рокко и Риццо отдохнули почти восемь часов. Мы сформировали команды, подсчитали численность персонала, и я повел команды на северо-восток, осталось нанести удар по одной крупной лаборатории по производству наркотиков, но если бы они все еще были на месте, они должны были бы быть самыми тупыми людьми в мире.


Медленный час подъема и спуска по крутым хребтам заставил меня свериться с картой; найти скрытую базу ночью в джунглях было бы нелегко. Я проверил телефон Рокко, посчитал и изменил курс, считая шаги и оценивая расстояния, насколько мог.


Мы взобрались на холм и посмотрели вниз, и то, что здесь раньше было, теперь ярко пылало. Там не было горящих грузовиков или джипов, так что это не было нападением. Они уехали, по пути уничтожив улики.


Я повел команды на север вдоль хребта, все смотрели вниз на пожары в долине внизу, и жаркий час привел нас к дороге, где было видно регулярное движение, а также вооруженный конвой. Мы отошли на расстояние четырехсот ярдов от дороги и направились на восток, обратно в Кали, и не только несколько русских подвергли сомнению логику этого шага.


Но я знал, что должен был разобраться с оставшимися боевиками, нанести смертельный удар, или они быстро перестроятся - и направятся на север, к Ла Пальме, чтобы атаковать Томск.


Еще час неспешного движения параллельно дороге, и я нашел место, которое искал, место, указанное GCHQ. А внизу стояли двадцать джипов, больше, чем просто случайное сборище.


Я позвонил в GCHQ и попросил любую информацию о дорожном движении в моем ближайшем районе. Они вернулись через десять минут, этот человек, Торгуа, организовывал людей внизу, много людей. Каким-то образом у него были наркотики и наличные, чтобы платить людям. Он хотел добраться до оставшихся лабораторий по производству наркотиков раньше нас и, по-видимому, планировал "разобраться" с нами.


Я передал: "Британские снайперы, уничтожьте джипы внизу; шины, двигатели и ветровые стекла. Всем остальным укрыться за чем-нибудь надежным, на хороших огневых позициях."


Спрятавшись за деревом, ╧ 3 с другой стороны от него, раздался тихий треск, вскоре взорвались шины, видно, как люди убегают в укрытие. Открыли ответный огонь, но они понятия не имели, где мы были. Несколько пуль отскочили от ветвей высоко надо мной.


"Это Николсон, у меня есть главный".


"Хорошо, теперь поищи второго в команде".


После десяти минут бессмысленного разрушения все стихло, боевики убежали на север, несколько убитых - те, кто стрелял в нашу сторону.


- И что теперь? - спросил ╧ 3, отступая назад.


"Мы ставим ловушки, мы изматываем их, или они приходят в Ла Пальму в поисках нас".


"Лучше мы закончим их здесь, чем когда я буду спать", - отметил ╧ 3.


Я передал: "Располагайтесь на ночь, выделите по оленю на упряжку, приготовьте летательные аппараты на случай дождя, следите за дорогой и нашим тылом, мы будем здесь до завтрашнего рассвета".


Я нашел хорошее место со своей командой и соорудил эластичную мухоловку, достаточно большую для десяти человек, без пончо, с подставкой для оленя.


Час спустя пришло сообщение: "Это Томо. Я вижу дверь, и когда они открывают ее, выходит свет."


"Стреляй в них, если хочешь".


Странная машина проехала мимо, не останавливаясь, и вскоре начался дождь, но тяжелый гул "Геркулеса" привлек мое внимание. Звуки рассеялись, затем усилились пятнадцать минут спустя, и я увидел трех, а не двух "Геркулесов", поднимающихся на север; спасение семей прошло, как и планировалось.


Я позвонил панамскому министру.


"Ах, Петров, мы только что получили сообщение, что наши самолеты подобрали семьи".


"Три самолета".


"Нет, два, но там был и гражданский "Геркулес", несколько самолетов поменьше".


"Все ли семьи сбежали?"


"Да, только вооруженные люди остались наблюдать из джипов".


"Если возникнут издержки, я достану тебе деньги".


"Это была миссия милосердия, и вся Панама скоро узнает глубину нашего сострадания, и что право на нашей стороне. И по национальному телевидению прозвучал призыв ко всем, кто потерял родственников из-за картеля, выйти вперед и дать показания."


"Это поможет в суде, да, и, возможно, будут найдены несколько тел".


"Да, это надежда. Ты все еще в Колумбии?"


"Я закончу работу и убью бандитов, прежде чем уйду".


"Мы благодарны".


Я позвонил Фрэнксу. "Пусть кто-нибудь скажет боссам картеля, что воздушный транспорт прошел нормально, все семьи в аэропорту вылетели воздушным транспортом".


"Большинство из них дали видео-признания и признают себя виновными, поэтому судебные процессы не должны затянуться. Где ты сейчас?"


Только что расстрелял над дорогой вооруженную группу, ожидавшую рассвета, чтобы отправиться на охоту. Новая группа уже сформировалась, поэтому нам нужно разобраться с ними до того, как они разберутся с нами."


Прошло два часа, и Фрэнкс снова включился. "У меня плохие новости. Один из "Геркулесов" с семьями на борту был сбит."


"Застрелен ... повержен? Как, черт возьми, ты сбиваешь "Геркулес" на высоте?"


"Это было прямо над сушей, на границе, на территории ФАРК".


"ФАРК? Черт, у этих ублюдков все еще оставалась ракета."


"И нужно свести счеты с картелем Кали; у них есть история".


"В какого Геркулеса попали?"


"Очевидно, не две птицы панамских ВВС".


"Пусть босс картеля позвонит мне. Сделай это сейчас."


Десять минут спустя мне позвонили, мужчина казался усталым. "Послушайте, два "Геркулеса" панамских ВВС забрали ваши семьи сегодня вечером, но третий самолет, гражданский самолет, также забрал семьи".


"Да, организованный нами".


"У меня плохие новости ..."


" Что? " последовало после долгой паузы.


"Когда он перелетал границу, в него попала ракета класса "земля-воздух"".


"ФАРК". Я мог слышать вздох. "Они давно хотели отомстить".


"Они нарушили данное мной обещание, поэтому я пойду за ними. Я достану вам список семей на первых двух планах - "


Семьи старших мужчин летали на самолетах ВВС, они разрешили нам звонить раньше, я говорил со своей женой. На последнем самолете это были семьи сотрудников."


"Тогда, возможно, я выполнил свою часть сделки. Так что сделай мне одолжение и скажи, что тебя схватили всего лишь британские солдаты."


"Один человек спрашивал меня об этом ранее, и я подумал, что ты не хотел бы, чтобы на тебя падал свет, поэтому мы мало говорили".


"Спасибо, я буду оказывать давление на правительство Панамы, чтобы оно хорошо обращалось с вашими семьями, и с американцами тоже".


"Ваши отношения с этими группами - загадка для многих, но я думаю, что понимаю. Ты делаешь за них грязную работу, их руки умыты от вины, если что-то пойдет не так."


"У тебя острый ум, да. Вещи никогда не бывают такими, какими кажутся. И, как я недавно говорил некоторым пилотам: те, кто громче всех поет в церкви ... это гребаные маленькие мальчики."


Он рассмеялся. "Мир ... с точки зрения таких людей, как мы, да."


"Я помогу тебе поговорить с твоей семьей завтра, но после того, как ты доберешься до Штатов, у меня будет меньше влияния".


"И что ваш работодатель, мистер Томск, хотел с нами сделать?"


"Он хотел твоей смерти".


"Ты бросил ему вызов".


"У нас есть некоторая свобода действий в наших рабочих отношениях".


"Как я уже понял, да".


"На том корабле нормально кормят?"


"На удивление хорош".


"Спокойной ночи".


"Подожди", - позвал он. "В данный момент это никто не слушает. Ты думаешь, этот телефон прослушивается?"


"Если это прослушивается американцами, возникнет проблема высокого уровня".


"У меня есть деньги в Панаме, спрятанные. Я бы хотел, чтобы это каким-то образом дошло до моей семьи. Я бы предложил ... десять процентов."


"Мне не нужны деньги. Итак ... если вы организуете, чтобы тела исчезнувших были найдены Красным Крестом, я мог бы увидеть, что деньги попадут туда, куда им положено."


"Ваша мотивация - большая загадка для меня, великая загадка. Хорошо, мы перечислим локации. В следующем месте есть братская могила."


"Подожди". Я достал блокнот и ручку, фонарик. "Хорошо, продолжай". Он рассказал мне подробности. "Я пошлю туда людей, и если они найдут тела, твоя семья получит пятьдесят процентов денег".


"А остальные пятьдесят процентов идут на..?"


"Семьи, потерявшие мужей".


"Ах... Я понимаю. Тогда пятьдесят процентов, поскольку я не в том положении, чтобы торговаться." Он подробно описал местоположение в Панаме, роскошную квартиру с фальшивой стеной. "А если американцы подслушивают?"


"Они получают деньги, а затем получают больше дерьма, чем когда-либо хотели. Это не стоило бы того, чтобы они расстраивали меня."


"Тогда я жду вестей от своей семьи".


"Я вернусь в Панаму через неделю, после того, как убью твоего человека Торгуа?"


"Торгуа? Он стремится к власти?"


"Да".


"Он мне никогда не нравился, и он не лидер. Убей засранца."


"С удовольствием. Папа Виктор на свободе."


Я позвонил Фрэнксу. "Запишите это место". Я посвятил его в детали. "Пусть морские пехотинцы высадятся завтра, доктора, это братская могила. Если ваше правительство проведет анализ ДНК, вы получите благосклонность очень многих людей здесь."


"Сколько там тел?" Спросил Фрэнкс.


"Сколько человек исчезло за последние двадцать лет?"


"Тысячи!"


"Займись этим для меня, высший приоритет".


"Сейчас в этом чане Си-эн-эн, Вашингтон Пост и несколько других".


"Идеально, пусть они приземлятся после того, как будет найдено первое тело".


Когда взошел рассвет, я сидел и смотрел на большого паука, медленно приближающегося к лягушке, но я решил, что лягушка ядовита, по крайней мере, для нас, людей. Я расставил своих снайперов прикрывать дорогу, команды теперь готовили еду.


"Это Николсон. Мы ожидаем колумбийскую армию?"


"Нет, мы, блядь, не такие!" Я передал ответ. "Опиши, что ты видишь".


"Длинная вереница грузовиков, несколько джипов впереди, все еще в миле отсюда и поднимаются на холм".


"В режиме ожидания. Всем приготовиться к движению, занять огневые позиции, быстро!"


Последовала безумная суматоха, когда я позвонил в Лондон, и они были впереди нас за своими столами. "Дэвид, ко мне движется колонна солдат".


"Какого цвета их униформа?"


"Пока не вижу, почему?"


"Национальная армия - это зеленые, и они к северо-востоку от Кали. Местная милиция сине-серая, и они платят зарплату картелю."


"А если это местное ополчение, мы открываем огонь?"


"Что ж... Я бы сказал, что вы, по крайней мере, защищаете себя, в конце концов, они действуют незаконно."


"Позвони гребаным колумбийцам прямо сейчас, выясни, кто они такие - едут по главной дороге к западу от Кали-Сити. Действуй быстро!"


Команды упаковали кулинарные наборы и разобрали мухобойки, готовясь.


Я передал: "Всем командам, кроме снайперов, подняться по гребню на вершину и занять позицию за гребнем, готовые к бегству. Двигайся сейчас же!"


Я подождал, пока мой мухобойный лист свернут и засунут в лямки, затем повел свою команду в спринте вверх по гребню на сто ярдов и более, вскоре обернувшись и посмотрев вниз. Но я еще не мог увидеть колонку.


Мой телефон зазвонил. "Да!"


"Это Дэвид. У этих солдат нет полномочий передвигаться, поэтому они платят за наркотики. Колумбийцы предположили, что вы их ранили."


"Хорошо, но если они придут за нами, это может оказаться чем-то вроде драки".


Положив трубку, номер 3 спросил: "Они не из армии?"


"Они - местное ополчение, которым платит картель, а теперь им платит новый лидер".


"Это Николсон. Они появятся из-за поворота через несколько минут, шестнадцать грузовиков."


"Убедись, что у тебя есть возможность отступить", - сказал я ему. "Свон, ты там?"


"Продолжай".


"Когда ведущий джип доберется до тебя, нажми на шины, затем на шины ведущего грузовика".


"Вас понял".


"Мы сражаемся с ними?" - спросил ╧ 3.


"Если мы этого не сделаем, они придут за нами. Лучше сначала устроить им засаду, ранить нескольких."


Внизу показались головные джипы, они притормозили рядом с джипами, которые мы повредили ночью, грузовики проехали мимо и остановились в линию, не доезжая до Суона. Солдаты в серо-голубой форме спрыгнули вниз, но они не были настороже и не ожидали неприятностей. Сержанты сформировали беспорядочные группы людей.


"Это Рокко. Они на наркотиках или что-то в этом роде? Или просто чертовски тупой?"


"Просто глупо", - ответил я.


"Это Свон. Я присмотрел за главным человеком в дальнем конце грузовиков, у него на плечах много кос."


"По моей команде ... стреляйте в ступни и только в ноги, затем в шины грузовиков и джипов, попробуйте попасть в топливные баки." Я повторил это по-русски. "В режиме ожидания. Свон, займись главным и его сержантами, раны на ногах. Итак, все ... открываем огонь!"


Раздался треск, когда я ударил сержанта в спину по икроножной мышце, и он потерял бы эту ногу. Кварталы людей разбежались, грузовик загорелся, когда я пробил шины. И кто-то слишком сильно надавил на шины, потому что они с силой взорвались, ранив людей поблизости.


Прошло двадцать секунд, прежде чем кто-то там, внизу, открыл по нам огонь, но они яростно палили по деревьям под нами, а затем из М16 без оптических прицелов. Второй и третий грузовики загорелись, ветровые стекла джипа разбиты. Раненые должны были выходить из долины.


Вскоре я мог видеть, как многие люди ползут вперед, другие катаются - нога в воздухе, несколько скачут на север.


Когда я объявил о прекращении огня, мое внимание привлекло движение на холме напротив, люди в камуфляже с длинными винтовками. Всем снайперам, посмотрите на холм напротив, в трехстах ярдах вверх по склону, там снайперы! Схвати их! Команды два и четыре, разворачивайтесь, смотрите позади нас, спускайтесь по склону. Быстро! Всем оставаться на местах, поблизости снайперы."


Минуту спустя раздалось: "Это Свон, у нас два снайпера - их движение выдало их".


"Это Томо, у нас тоже двое, больше пока не видно".


"Продолжай искать!" Я развернулся и посмотрел сквозь деревья на холм позади нас, примерно в шестистах ярдах от нас. Ничего, нас не обошли с флангов, по крайней мере, пока.


"Это Николсон. Половина горожан едет по этой дороге."


"Грузовики или джипы?"


"Джипы, вооруженные люди сзади".


"Бей мужчин в спину на расстоянии, ты тоже, Томо. Свон, Леггит, следите за тем холмом."


"Они окружают нас", - предостерегал ╧ 3.


"Кто кого окружает", - ответил я. "Они посылают гражданских лиц, боевиков на полставки".


Мой телефон зазвонил. "Да!"


"Это GCHQ -"


"Немного поздно говорить нам, что мы окружены тысячами мужчин".


"Ну что ж... да, я полагаю, это так."


"Не волнуйся, у нас пока нет проблем. Папа Виктор на свободе. Постукивая телефоном по подбородку, я позвонил Фрэнксу. "Есть ли вероятность авиаудара по участку дороги?"


"Следует так думать, и детали для этого массового захоронения скоро появятся".


"Там есть дорога, которая ведет из города на запад, в холмы. Отъезжайте на милю от города, когда на нем нет машин, затем на несколько миль вглубь страны, в нескольких местах срежьте дорогу."


"Достаточно просто".


"И у тебя есть десять минут".


"Десять минут? Черт." Он прервал звонок.


Минуту спустя пришло сообщение: "Это Томо, мы остановили колонну джипов, они идут пешком, но немного разбиты".


"Сколько?"


"Скажи ... от шестидесяти до восьмидесяти."


"Бей лидеров", - приказал я.


"Уже сделал".


Мой телефон зазвонил. "Это GCHQ, ты можешь говорить?"


"Да, продолжай".


"Только что получил сообщение, что Торгуа мертв".


"Хорошие новости, и боссам картеля он все равно никогда не нравился. Кто сейчас главный?"


"Никто, это беспорядок, отчасти благодаря тому, что мы исказили несколько сообщений".


"Опубликуйте историю о том, что тысячи солдат национальной армии входят в город, чтобы объявить военное положение".


"Хорошо, мы можем это сделать. Но ... будут ли они в любом случае?"


"Да, скоро".


Положив трубку, я услышал визг реактивного самолета и увидел круговой след над головой, внезапно откуда-то донесся взрыв, эхом отразившийся от холмов.


"Это Николсон. Американский реактивный самолет только что проделал чертовски большую дыру в дороге там внизу. Нерегулярные войска сами себя обделывают."


Визг, и дорога к западу от нас взлетела в воздух, позади осталась дыра диаметром в сотню ярдов, взрыв зарегистрировали несколькими секундами позже.


"Почему они бомбят?" - в панике спросил ╧ 3.


"Потому что я попросил их сократить этот путь. Теперь люди там, внизу, думают, что американцы приближаются."


"Они?" ╧3 напряженный, обеспокоенный.


"Нет, они сбрасывают бомбы только там, где нет людей".


"Ни один джип еще долго, блядь, не проедет по этой дороге!" - отметил ╧ 3, глядя широко раскрытыми глазами через гребень.


"Да, это идея".


"Это Николсон. Нерегулярные войска убегают."


"Собери столько, сколько сможешь. Быстро." Я посмотрел вниз на раненых ополченцев внизу, многие теперь помогали друг другу прятаться за грузовиками, некоторые все еще стреляли по деревьям. Мне было жаль их, были ли они на зарплате или нет. Я позвонил Фрэнксу.


"Послушайте, вы можете организовать медицинскую помощь для раненых колумбийских солдат?" Они были не на той стороне, брали деньги, но были всего лишь пешками в этой игре. Попросите колумбийскую армию присоединиться к вам, по-видимому, они разбили лагерь к северо-востоку от города. Может быть, у них есть Хьюи или два?"


"Я упомяну об этом сейчас. Где раненые?"


"Прямо между тем местом, куда вы сбросили две бомбы, но вы их не ранили - мы прострелили им ноги. Не берите их на борт корабля, высадите в аэропорту - некоторые из этих парней попали не в ту команду."


"Хорошо, и они начали выкапывать тела в том месте, было нетрудно их найти - там могли быть сотни. Мы будем летать в составе команд Красного Креста и ООН."


Положив трубку, я передал: "Мы уходим! Всем командам увеличить численность, снайперов ко мне!"


"Что дальше?" - спросил ╧ 3.


"Следующий... Я оцениваю нанесенный ущерб." Я позвонил в GCHQ. "Мне нужна оценка оставшихся действующих групп в течение часа. Тогда я смогу составить план."


"Происходит что-то вроде массового бегства, на улицах ходят слухи, что армия войдет и объявит военное положение - как вы и предлагали нам распространить, но также наблюдается массовое движение, и теперь Торгуа мертв, американцы видели, как сбрасывали бомбы, слышно по всему городу".


"Тогда я мог бы просто закруглиться, вместо того чтобы испытывать судьбу. Папа Виктор на свободе."


Я стоял на гребне холма, глядя на ту небольшую часть города с серыми зданиями, которую мог видеть, и позвонил Фрэнксу. "Послушай, в городе происходит массовый исход плохих парней, они вот-вот сломаются. Организуйте облет, громкий, на реактивных самолетах и вертолетах, убедите их, что затевается что-то грандиозное, в течение десяти минут. Этого должно быть достаточно для большинства боевиков, чтобы сбежать из Додж-Сити и устроиться на дневную работу где-нибудь в 7-11."


"Достаточно просто, я могу это разрешить". После паузы последовало: "7-11?"


Я повел команды на запад, и через милю мы пересекли дорогу на север, направляясь на северо-запад, когда над нами с грохотом проносились вертолеты, пронзительно свистя реактивными двигателями. Даже с того места, где мы находились, казалось, что разворачивается Третья мировая война, так что оставшиеся в городе боевики, должно быть, обделались.


Дэвид позвонил, когда мы перевалили через хребет, и подтолкнул меня к банковским кодам, так что я рискнул напасть на Рысь. Он приземлился полчаса спустя, банковские счета переданы, ╧ 3 больше, чем просто любопытно, и его общение с другими русскими теперь вызывало беспокойство, не в последнюю очередь из-за отсутствия уважения к Томску. Он даже предположил, что из меня получился бы лучший лидер, поскольку я заботился о жизнях людей.


Долгими, жаркими, десятью часами позже мы вошли в безопасный дом, большую ферму, Саша и его команда приветствовали нас, предлагали холодные напитки, предлагали кровати, пиво лилось рекой, вскоре группа хриплых мужчин произносила тосты друг за друга, ╧ 3 учил Рокко русским ругательствам.


Ми-8 приземлилась, восьмерых пьяных русских и их снаряжение доставили на корабль, который находился неподалеку, и этот процесс продолжался до тех пор, пока не остались только британцы с домашней охраной. Выехав на рассвете, когда большинство парней все еще были в полусне, мы проехали короткую милю до прямого участка дороги - Рокко и Риццо почти несли, "Скайван" ждал, и мы в спешке сели на борт - прежде чем нас заметили, и полетели на низкой высоте через холмы и вдоль побережья.


Приближаясь к границе, я приказал пилотам вылететь в море, на всякий случай, плохая погода помогала нам в наших попытках не быть замеченными, а также заставляла всех нервничать - некоторые позеленели и вот-вот заболеют.


Час спустя мы выехали на знакомую полосу, дождь прекратился в нескольких милях назад, и Томск стоял в ожидании.


"Нам всем нужно помыться", - сказал я ему, приближаясь.


"Без сомнения, да. Пойдемте, поешьте и отдохните, вы все выглядите ... ужасно."


"Нелегкий перелет назад", - отметил я.


На вилле мы потребовали кровати и душ, или сначала душ, а потом кровати, Томо тащил своих дам в душ. Нельзя было недооценивать его энтузиазм.


Я сидел с Томском, Большой Саша готовил. "У меня есть детали наличных картеля, спрятанных здесь, в Панаме. Я заключил с ними сделку по этому поводу."


"Сделка?"


"Сначала я заключил сделку, чтобы освободить их семьи, если они признаются".


"Они ... признались?"


"Да, и они признают себя виновными, правительство Панамы позаботится о семьях".


"Я слышал некоторые странные вещи, теперь это имеет смысл", - отметил Томский. "Но если бы у них были хорошие адвокаты в Америке, они могли бы уйти, так что... думаю, так будет лучше. И эти деньги?"


"Они предложили мне 10%, но я сказал, что отдам 50% их семьям, 50% людям, которые потеряли родственников из-за картеля".


"Они все были в новостях", - сказал мне Томск. "Сотни семей, в которых были убиты мужчины".


"Если я получу деньги, они получат немного денег. Сколько ты получил, вернувшись сюда?"


"Наличных было около ста двадцати миллионов долларов, драгоценностей было много - может быть, шестьдесят миллионов, акции были очень хорошими, стоили много, и на моем корабле, возможно, уличной стоимости двести миллионов долларов кокаина".


"Придумай число, моя доля. Большая часть достанется семьям, остальное - моей команде в Англии."


"Команда?"


"Саша и эти русские, еще десять человек, я тренирую их. Я покупаю хороший набор; британцы не любят тратить деньги. Доставь немного наличных в Англию, но так, чтобы гребаные британцы об этом не знали."


"Да, да, я забочусь о тебе, кое-что для этих британских мужчин. И цена на кокаин удвоилась на этой неделе!"


"Полезно для бизнеса", - отметил я, пока ел.


Я принял душ в своей комнате, разложил для меня свежую зелень и заполз в постель, выключенный как свет.


Я проснулся в 10 утра, проспав десять часов, и был чертовски окоченевшим, требовался долгий горячий душ. Одевшись, я направился вниз.


"А, ты проснулся. Крепкого тебе сна, " заметил Томский на кухне, Большой Саша протягивал мне кофе.


"Да, я устал". Отхлебнув кофе, я принялся за омлет.


Десять минут спустя вошел бывший сотрудник УБН Фрэнк с газетой в руке. "Петров", - холодно признал он.


Я кивнул. "Фрэнк".


"В утренних телевизионных новостях полно сообщений о репатриации сына министра", - сообщил мне Фрэнк.


Я повернул голову к Томску. "Мой пленник?"


"В лагере, в ожидании. Что ты с ним сделаешь?"


"Передай его отцу мальчика".


"Господи", - выдохнул Фрэнк. "Он забьет человека до смерти".


"Для него это был его сын", - отметил я.


Фрэнк добавил: "Вертолеты приземлились с корабля, присутствовали высокопоставленные лица США, передача тела, множество солдат выстроились в шеренгу, большой конвой, когда они везли тело в город, люди на тротуаре".


Я поднял голову, чтобы посмотреть на Фрэнка. "Я нашел парня живым, у него все еще билось сердце, но ... они отрезали ему руки и ноги, кастрировали его, глаза исчезли."


" Господи... " выдохнул Фрэнк. "Держу пари, они не выпустят это после вскрытия".


"Надеюсь, что нет", - тихо добавила я. Я столкнулся с Томском. "Собери команду, и мы отправимся за этими деньгами сегодня, если сможем". Он кивнул.


Появился ╧ 3, услышанный прежде, чем быть увиденным, я стоял к нему спиной, и мне предстояло сделать выбор, все взвесить; миссия здесь - или кто-то, кто когда-то был другом.


Я уже знал, каким будет ответ, когда достал пистолет и поднес его поближе к телу, когда Томский внезапно забеспокоился. Я развернулся и всадил три пули в ╧ 3 всего в нескольких футах от себя, его глаза расширились от крайнего шока и удивления, ╧ 5 отскочил назад, охрана дома вбежала, но остановилась.


Я сидел, убрав пистолет, Фрэнк смотрел широко раскрытыми глазами, Большой Саша теперь с пистолетом в руке, в комнате стояла мертвая тишина. Я вернулась к своему омлету.


Томский наконец начал: "Возникла проблема... с номером 3?"


Я мельком взглянул на него, пока ел. "Он хотел, чтобы я выступил против тебя".


Томский несколько секунд смотрел на тело, затем тихо приказал охране дома убрать тело. Он сел. "Он хотел, чтобы ты убил меня?" - тихо спросил он.


"Я уезжаю завтра", - сказал я Томскому, Саша убирал пистолет.


"Есть и другие ... нравится он?" Томск тихо нажимал.


"Может быть, они все думали, что вы глупы, нападая на картель Кали подобным образом, вы могли потерять много людей убитыми".


"Делали ли другие ... скажи что-нибудь?"


"Нет, насколько я слышал, нет, но все люди, которые работают на вас, считали ваш шаг против картеля Кали глупым". Я задержал на нем свой пристальный взгляд. "Если бы меня не было здесь, ты бы потерял половину своих людей, а потом они бы добрались до тебя. Они бы отвезли тебя обратно в Кали, выставили напоказ по улицам, чтобы население увидело, очень медленную смерть."


Томск бледнел. "Все получилось хорошо... в конце концов, так что ..."


Я кричал: "Все получилось хорошо, потому что я был здесь! Два дня спустя и ты, и Большой Саша были бы мертвы или схвачены, это место сожжено дотла, твои люди убиты. И я забочусь о жизнях этих людей, их нельзя выбрасывать на ветер! Ты был чертовски близок к тому, чтобы потерять все!


"Ты крупный игрок на мировой арене, и то, что ты делаешь, имеет последствия. Расстрои любую из десяти групп, и они придут за тобой, а ты уже расстроил сотню групп. И теперь Медельинский картель будет обеспокоен, и, возможно, они объединятся с другими картелями и решат избавиться от вас."


Я вернулся к своей еде. Успокоившись, я сказал: "Ты король замка, и все хотят твою голову на гребаном блюде. Добро пожаловать на эту работу, я бы не хотел ее."


Томский тихо сидел на высоком табурете с испуганным видом, а теперь вздохнул. "Это была не лучшая идея - напасть на Кали. Когда я был мелким, все было проще."


"Сначала тебе нужно подумать и позвонить мне, прежде чем нападать на кого-то. Если Медельин - это проблема ... мы расправляемся с ними жестко и быстро, без предупреждения. И единственный способ уйти с этой работы - это в клетке или оранжевом тюремном костюме. Вы не будете тихо удаляться на какой-то остров."


"Я получаю двойника, инсценируй мою смерть", - съязвил он, но я мог сказать, что он был серьезен. "Скажи мне... солдаты в лагере."


"С ними все в порядке, с ними все будет в порядке. Других плохих слов я не слышал. Заплати им хорошо, дай отпуск, они скоро вернутся и захотят еще поработать."


Два часа спустя мы подъехали к лагерю в джунглях, потребовалось пять минут ожидания, прежде чем сели два Хьюи, наш дружелюбный священник с солдатами, а также отец мальчика, мужчина с седыми волосами, одетый в простую рубашку с коротким рукавом и джинсы. Они перешли на другую сторону, двигатели "Хьюи" замедлились, наш пленник был привязан к дереву неподалеку.


Я стоял с Сашей и несколькими солдатами, четырьмя панамскими солдатами позади дружественного министра. Я пожал ему руку, затем просто уставился на отца мальчика, а он в ответ уставился на меня. Наконец я сказал: "У вас есть подробности о том, как умер ваш мальчик?"


"Они случайно сообщили мне об этом большинстве ... часть частей тела была возвращена." Он ждал.


"Ты имеешь право знать, но я предлагаю тебе оставить это и двигаться дальше".


"Двигаться дальше?" - прорычал он.


Я уставился на него в ответ, держа винтовку наготове. "Когда я добрался до твоего "Скоро", у него все еще билось сердце".


Глаза отца расширились. "Он был жив?"


Я кивнул.


"Его могли забрать американские вертолеты ..."


Я поднял руку и прервал его, бросив взгляд на дружелюбного священника, когда он положил руку на плечо своего друга. "У меня медицинское образование, но я не поэтому оборвал его жизнь".


"Тогда почему!" - сердито потребовал отец.


"Потому что я знаю вашу культуру. Они были ... отрезал ему руки и ноги, кастрировал его, вырезал глаза."


Отец сохранял свою разгневанную позу в течение нескольких секунд, но я мог видеть, как его глаза опухли, и он рухнул в кучу, подхваченный министром и двумя солдатами, на минуту поднялся ужасный шум, когда люди отвернулись, двигатели Huey все еще ревели на базе.


Они, наконец, привели в чувство министра, который пытался успокоиться, и он сосредоточился на нашем заключенном.


"Это он сделал это с моим сыном?"


"Так и есть. Он может предстать перед судом, или ... ты делаешь все, что тебе нравится."


Отец пошел вперед, и мы последовали за ним. Наш заключенный выглядел явно нервным, и теперь от него воняло - в одной и той же одежде несколько дней. Отец задавал краткие вопросы, получая умоляющие ответы.


Наш дружелюбный священник прошептал мне: "Он говорит, что просто выполнял приказы".


Отец нанес хороший удар, затем второй, и он продолжал бить, пока не потерял сознание; в конце концов, ему было за шестьдесят. Ему помогли подняться, он попросил у солдата пистолет, взвел курок и проверил его. Тщательно прицелившись, он всадил пулю в ногу нашего пленника, раздался крик, вскоре вторая нога, левое колено, правое колено, пистолет отдан назад, когда наш пленник завыл.


Штаны спущены, нож передан, наш заключенный потерял свой член, хлещет кровь, пенис отброшен на деревья, ужасный шум, издаваемый бывшим владельцем этого члена.


Отец произнес несколько предложений на испанском и, наконец, повернулся ко мне. "Оставь его умирать медленно, затем брось его тело в джунглях на съедение животным".


Я кивнул.


Отец приблизился. "Я есть ... со стыдом признаю, что вы правы, я бы не приветствовал возвращение моего сына как менее цельного и сильного человека. Я ... не ненавижу тебя за то, что ты сделал." Он опустил голову и повернулся.


"Если ты проведешь остаток своей жизни под влиянием этого, тогда они выиграли, а ты проиграл. Если ты хочешь победить их, выведи свою жену, держи голову высоко, позаботься о своей оставшейся семье. Бросьте вызов горю, бросьте вызов картелю."


Теперь он поднял глаза. "Ты мудр для молодого человека. И от имени народа Панамы и моей семьи... Я благодарю тебя за то, что ты сделал."


"А семьи картеля?.."


"Я ... борюсь с тем, что они здесь, но мы не такие животные, как они, мы проявим сострадание, и лучше всего добиться суда - мы не хотим, чтобы они возвращались домой". Он внимательно рассматривал меня. "Вы странный человек, старший Петров". Он пожал мне руку, прежде чем направился к ожидающим Хьюи.


Когда наши гости ушли, я выстроил солдат, смерть ╧ 3 была видна на их лицах. Я начал так: "Я застрелил ╧ 3, потому что он попросил меня переехать в Томск. Я убил его не потому, что Томск попросил меня об этом, или чтобы защитить Томска. Я убил его ... потому что он осмелился попросить меня выступить против человека, который мне платит, дает мне кров и кормит меня. У меня есть честь, и я никогда не сделаю ничего подобного.


"Если кто-нибудь здесь попросит меня выступить против Томска, я убью этого человека. Если тебе не нравится здесь работать... не возвращайтесь из отпуска, идите тихо, никому ничего не говорите. Если ты уйдешь и заговоришь, я приду и найду тебя, и ты будешь медленно умирать. Ты зарабатываешь здесь хорошие деньги, так что будь благодарен за эту работу."


После наступления темноты из шикарного особняка в западной части Панама-Сити увели охранника здания, приставили пистолет к его шее, вручили деньги, отключили видеонаблюдение. Дюжина мужчин с тяжелым снаряжением последовали за мной и Сашей в пентхаус, дверь была открыта, никаких других квартир на этом этаже, о которых стоило беспокоиться.


Внутри мы обнаружили, что там местами пыльно, в нескольких местах недавно прибрано, график уборки оставлен на виду, чтобы отсутствующие владельцы могли просмотреть его при посещении. Я подошел к камину, руки в боки. "Хорошо, разбирайся спокойно".


Стукнул чайник, Саша заварила чай, когда стена была снесена, не так тихо, как я желал. Мы с Сашей стояли, любуясь городскими огнями, из этого пентхауса открывался великолепный вид на его отсутствующих владельцев.


"Сюда", - позвал мужчина, латиноамериканец.


Я подошел, поставил чай, и он вытащил пыльную сумку, покрытую пластиком. Пластиковые слои срезаны, сумка открыта, я осмотрел наличные, все крупные долларовые купюры. Десять пакетов спустя, и у нас была большая дыра, мусор по всему красивому мраморному полу. В расписании уборки я написал: "Нужно немного подмести".


Вернувшись на виллу, я приказал британцам выстроиться перед бараком. "Слушайте внимательно. Если у тебя есть с собой что-то, чего тебе не следует... отдай это сейчас, потому что по приземлении в Белизе полицейские тебя разденут, обыщут и сожгут твою задницу. Ящики будут исследованы в мельчайших деталях."


Они обменялись взглядами.


Риццо передал сумку с бриллиантами. "Я забыл о них, в моей паутине, как."


"Конечно", - съязвил я. "Что-нибудь еще?"


Томо передал пачку долларов. "Шел к людям, помогающим кошкам".


"Я уверен, что так и было. Что-нибудь еще?"


Они обменялись взглядами.


Я сказал: "Это будут бонусы для тебя по возвращении в Великобританию, не волнуйся. Но если у вас при себе есть наркотики, что угодно еще, это длительный тюремный срок. Подумайте об этом, прежде чем завтра сесть в самолет."


Пять минут спустя я передал бриллианты Томскому. "Это было у британцев, преврати их в наличные".


"Они были у солдат?"


"Да, но они никогда не узнают, как их продать". Я положил на стол пачку долларов. "Не давайте им ничего, что можно было бы забрать обратно, пусть это доставят в Великобританию. Нас всех обыщут, когда мы вернемся."


Томский кивнул.


Появилась Деа Фрэнк, снова с газетой в руке. "История о тебе в "Вашингтон пост"". Он протянул мне газету. Я прочитал: "Петров: самый разыскиваемый в мире, или национальный герой в Панаме?"


Я прочитал подробности Томску.


Фрэнк сказал: "Правительство Панамы никогда бы не передало тебя ФБР. Разговоры о президентском помиловании за прошлые преступления."


Я пожал плечами и скорчил гримасу. "Приятно быть популярным".


"Проблема в том, - начал Фрэнк, - что люди в ШТАТАХ ставят под сомнение вашу роль в рейде картеля. Некоторые газеты утверждают, что это были британские солдаты, некоторые говорят, что это были вы и русские."


"Боссы картеля скажут, что это были британские солдаты", - сказал я Фрэнку. "Часть моей сделки с ними".


Один из охранников дома вошел и остановился. "Эти деньги, восемьдесят миллионов долларов. Документы на отель."


"А, еще один отель, неплохо", - отметил Томский.


Я столкнулся с Томском. Сорок миллионов семье картеля, остальные - благотворительному фонду жертв. Поговори со священником, убедись, что семьи получат деньги."


Фрэнк вставил: "Некоторые уже отправились в Европу, некоторые в Канаду. ФБР обнаружило триста миллионов долларов в банках США и присвоило их. Боссы картеля приземляются сегодня в Сан-Диего."


"Конец эпохи", - отметил я. "Конец всемогущим наркокартелям".


Вставил Фрэнк: "Армия контролирует город Кали. И когда-нибудь тебе придется рассказать мне, как ты координировал свои действия с ЦРУ и нашими военными."


Не глядя на Фрэнка, я сказал: "Если ты когда-нибудь обнаружишь это, у меня не будет другого выбора, кроме как всадить в тебя пулю". Только в конце я встретился с ним взглядом.


"Я не сую нос в чужие дела", - настаивал он, теперь обеспокоенный.


"Ты ... вылетать в 3 часа дня?" Томский спросил, словно ребенок, спрашивающий своего отца о нежелательном отсутствии.


Я кивнул на Томск. "Я на том конце провода. Есть идеи... позвони мне."


"Я буду, да, а ты навещай чаще, да".


Я кивнул.


"И у этих шпионов у меня есть имена людей в Европе".


Я снова кивнул. "Конечно, мы разберемся с этими людьми".


В 14:00 мне пришлось отрывать британских парней от проституток, повышая голос, угрожая. Мы проверили снаряжение, проверили ящики, приняли душ с проститутками, попрощались с дамами, и мы совершили короткую поездку на взлетно-посадочную полосу.


Там ждал дружелюбный министр, "Геркулес" с включенными двигателями и шестьдесят панамских солдат. Сержант призвал солдат к вниманию, министр пожал мне руку, солдаты, похоже, были почетным караулом при моем отъезде - странный ход.


"Отличная работа, и спасибо тебе. Мы позаботились о том, чтобы семьи картеля получили эти деньги и жертвы, так что не беспокойтесь об этом, все улажено. Мы отправляем команду в Кали, и они помогают найти тела, сейчас, возможно, сотня человек на том месте, обнаружено второе место."


"Может быть, несколько семей наконец-то получат какое-то завершение. А как поживает отец мальчика?"


"Он похоронит своего сына завтра, многие люди ожидали, вся полиция и солдаты при исполнении служебных обязанностей для этого. Мы объявим национальный день траура, за которым последует национальный день празднования того, что картеля больше нет. Они создавали нам проблемы на протяжении многих лет, многие семьи здесь в изгнании, теперь конец - возможно, пауза для таких типов мужчин."


"Если какие-либо репортеры спросят обо мне, особенно американцы, скажите, что я был убит десять лет назад, и что вы были свидетелем моей смерти".


Он широко улыбнулся. "Я сделаю это, но с улыбкой".


Теперь парни были на борту самолета, поэтому я помахал Томску рукой и поднялся на борт, бросив последний взгляд назад, когда трап закрылся.


Пять часов спустя мы приземлились в Белизе в темноте - пилоты поблагодарили как родных, их встретили два мандарина из JIC и несколько парней из Кабинета министров. Я тяжело вздохнул, мои плечи опустились. По крайней мере, у парней не было при себе контрабанды, и у меня тоже. По крайней мере, я надеялся, что у них нет контрабанды, о которой я думал, отправляя парней на базу. Казалось, мне нужно было ответить на несколько вопросов.


Сидел в отдельной комнате, охранник у двери, они приготовили мне кофе, спрашивали о пострадавших, все очень вежливо. Но вскоре меня усадили напротив четырех мужчин, один против четырех, и я спокойно возразил против этого; я ответил Дэвиду Финчу. Но поскольку он отвечал перед JIC и Кабинетом министров, они были его боссами, так что технически они были и моими боссами.


"У нас есть несколько вопросов, так что... Надеюсь, ты не устал, " начал сотрудник JIC с фальшивой улыбкой.


"Нет, я в порядке".


"Во-первых, если вы могли бы, дайте нам откровенную оценку того, в чем заключалась ваша миссия ... в точности".


Томский назвал меня своим альтер эго и упомянул о проблемах с картелем Кали. Я упомянул об этом сестре, которая передала это по линии, премьер-министр не стремился участвовать, но давление со стороны Штатов изменило это. Мне сказали пойти помочь Томску -"


"И тем самым сохранить его положение, как наркобарона номер один в этих краях".


"Я думаю, что мотивацией было остановить картель Кали, взрывающий бомбы и убивающий людей больше, чем поддержка Томска", - предположил я. "Когда был нанесен удар по посольству США, Лондон получил сильный толчок".


"Чтобы делать за них грязную работу..?"


"Как хочешь, так и скажи. Месть ... Я думаю, это то, к чему призывали - сохранить лицо на международной арене. Обычная чушь."


Мужчина приподнял бровь. "Я понимаю. И план был..."


"Текучий. И в основном мне оставалось планировать и выполнять, многие что, если в плане, оценивать по ходу дела."


"И вы посчитали, что дерзкий рейд против картеля Кали с целью захвата новостей был наилучшей политикой для британской армии ..."


"Я обсудил это с Лондоном и Вашингтоном, затем разработал план нападения на Кали как Петров, по крайней мере, как Петров, пока работа не пойдет хорошо, а затем как британский SAS".


"Итак, если бы работа пошла не так... обвинили бы русскую банду?" он озадачил.


"Да, и это обсуждалось с американцами".


"И что именно ты сделал ..?"


"Я обеспечил русским парашютную подготовку HALO, снарядил их, затем организовал несколько самолетов-приманек, когда мы прилетели на "Геркулесе" панамских ВВС, снижаясь с высоты 14 000 футов".


"И правительство Панамы ..."


"Помогал Петрову, который им нравится".


"Они ... нравится?"


"Он своего рода национальный герой, его вывешивают в барах. Разговоры о президентском помиловании за прошлые преступления в Панаме."


"Как необычно. И они одолжили тебе "Геркулеса"?"


"Да. И мы высадились к северо-западу от Кали-Сити и пробрались внутрь, затем нанесли удар по виллам, где размещались главные силы после того, как GCHQ проделал отличную работу по взлому их телефонов."


"Парашюты были найдены", - вставил мужчина. "Поступили жалобы на ущерб, нанесенный, по-видимому, теплицам".


Парень из JIC продолжил: "Роль GCHQ заключалась в ... что?"


"Они проанализировали телефонные звонки и точно определили скопления в джунглях, секретные базы. Они также точно определили виллы руководства, что очень помогло миссии."


"И поджигать виллы..?"


"В моем официальном отчете будет сказано, что мы ушли после того, как американцы забрали пленных, толпа поднималась на холм".


"И ... неофициально?"


Неофициально ... Я даже никогда там не был."


Ребята из Кабинета министров улыбнулись, в отличие от людей из JIC.


"Я понимаю. А лаборатории по производству наркотиков?"


"Мы нашли их, ударили по ним, отпустили женщин и стариков, пришли американцы и взорвали их после того, как мы ушли".


"Местное ополчение подверглось нападению, многие были ранены, несколько убитых ..?"


"Лондон связался с Боготой, которая сказала, что эти люди находятся на жалованье у картеля, и что я должен ранить их, если они приблизятся ко мне". Я пожал плечами. "Они подошли ко мне".


"И американцы оказали помощь этим людям ..."


"После того, как я попросил их сделать это".


"А братская могила?" - спросил парень из Кабинета министров.


"Я заключил сделку с боссами картеля. Я подумал, что судебный процесс может сорваться, и мне сообщили, что за их семьями охотятся разгневанные граждане, поэтому я заключил сделку. Они признались, и я попросил ВВС Панамы забрать семьи, что они и сделали."


"Ты ... заключил сделку?"


"Да... маленький старый я. С этим проблемы?"


"Просто любопытно, на кого ты работал, потому что я по глупости поверил, что это были мы".


Я улыбнулась ему. "Это называется правдоподобное отрицание. И от меня, как от офицера армии ее Величества, ожидают, что я проявлю некоторую инициативу."


"Вполне", - сказал он с фальшивой улыбкой. "И кто, по мнению американцев, организовал эти сделки и воздушные удары?"


"ЦРУ знает обо мне, рядовые понятия не имеют, у некоторых был контакт с капитаном Уилко, у некоторых был контакт с товарищем Петровым. Официальная американская версия такова, что британская SAS схватила картель и передала их, русских не видели и русских слов не слышали."


"Найдена какая-нибудь ... добыча или наркотики?"


"Много, передано Томску, как поступило бы мое альтер эго, некоторые переданы американцам в качестве доказательств".


"И ваши люди не поддались искушению?" он дразнил.


"Я обыскал их и забрал оскорбительные предметы, которые случайно попали в их паутину. Обыщите их, если хотите, на них ничего нет."


"Но у них действительно был ...?"


"Докажи это". Я уставился на него.


"И как в результате всего этого складываются отношения Петрова с Томском?"


"Он скучает по мне, хочет, чтобы я вернулся".


"Итак, отношения будут продолжаться ..."


"Если это то, чего хочет премьер-министр, то да", - сказал я, намеренно обходя голову мужчины.


"Вполне".


Я добавил: "И если премьер-министр захочет этого, я уничтожу и Медельинский картель".


"Больше никаких наркобаронов?" - поддразнил он. "Кроме Томска, конечно".


"Придут другие, но, возможно, они будут менее ... организованными".


"Пока вы были заняты, в Нигерии взорвалась бомба, фактически три бомбы. Одна бомба убила все правление "Дельта Ойл", одна бомба убила их главу службы безопасности - и его семью. Есть какие-нибудь подсказки ..?"


"Совсем ничего, я был занят. Нигерия, где это, где-то в Африке?"


Парни из Кабинета министров ухмыльнулись.


"Люди, которые умерли ... были непосредственно замешаны в попытке государственного переворота и нападениях на наших людей в Либерии, пока вы были там."


"Неужели? Хорошо, что тогда они мертвы, это избавляет меня от работы."


Парень из Кабинета министров вмешался: "В чем здесь опасность, насколько известно прессе?"


Опасность в том, что кто-то в Штатах упоминает имя Петрова. Я думаю, в Панаме достаточно безопасно, в Томске безопасно, просто кто-то в Штатах мог перепутать фамилию Петров с капитаном Уилко. Но я думаю, что Белый дом пойдет на многое, чтобы опровергнуть любое упоминание о Петрове."


"А твои люди?"


"Они знают, что нельзя болтать, и ... они слишком глупы, чтобы понимать политику и ее последствия."


Второй сотрудник Кабинета министров спросил: "Томск когда-нибудь предлагал вам деньги - чтобы вы остались?"


"Да".


"И..?"


"Миллионы. Несколько дней назад у меня на руках было двести миллионов долларов, банковские коды на миллиард, и я передал все это - чтобы ответить на ваш вопрос. Когда я впервые работал на Томска, он предложил мне двадцать процентов от нескольких сотен миллионов долларов."


"Эти банковские коды?" - подтолкнул второй мандарин из JIC.


"Пока мы разговариваем, на борту одного из кораблей Ее Величества, который, без сомнения, скоро отправится в Лондон с какой-нибудь дипломатической почтой".


"Было бы интересно посмотреть, что они раскрывают", - отметил первый мандарин JIC.


"Американцы захотят получить любые деньги в рамках расследования", - сказал я им.


"Знают ли американцы о кодах?" - спросил первый сотрудник Кабинета министров.


"Нет".


"Тогда пошли они нахуй", - бросил он, поймав взгляд людей из JIC.


После получасового обсуждения деталей меня сопровождала военная полиция на тренировочную базу, прибывшая, когда Эхо возвращалась с ужина.


Моран сказал: "Парни, которых ты взял на работу, держатся на молчании".


"Да? Тогда это больше, чем я им приписывал. Соберите всех, пожалуйста. "


Все парни втиснулись в одну хижину, но там было достаточно места.


"Слушайте внимательно. Как некоторые из вас уже поняли ... я и несколько парней были в Колумбии, и британским спецназовцам достанется заслуга в захвате руководства картеля Кали. Что это значит ... заключается в том, что на базе нам понадобится забор получше."


Я позволил им подумать об этом, обменявшись взглядами.


"Тем, кто пришел со мной, было сказано не обсуждать это, остальным из вас настоящим сказано не спрашивать. Не спрашивать о проститутках, которых они взяли, по две на человека - "


Хор бормотания прокатился по комнате.


"- и пиво, и хорошая еда, и бонус, который они получат, когда мы вернемся."


Рокко и Риццо выглядели самодовольными.


"Томо, я восхищаюсь твоей физической подготовкой, или, на самом деле, твоим сексуальным отчаянием, поскольку после долгой тяжелой работы в джунглях ты взял с собой в душ трех девушек".


Томо ухмылялся, когда люди задавали ему вопросы, все чертовски ревнивые.


"Разве здешняя британская армия не снабжала остальных из вас проститутками?" Я дразнил.


"Нет!" - твердо прозвучало в ответ.


"Вы все можете быть счастливы ... зная, что бонусы будут выплачены всем вам, благодаря тем парням, которые пришли на эту работу."


"Больше похоже на это", - заметил Слайдер.


"Если кто-нибудь спросит ... да, ты был в Колумбии, нет ... вы не можете сообщить подробности, и что Рокко и Риццо проспали два отдельных нападения."


Они смеялись и издевались над моими штабными сержантами.


"Все те, кто на работе... Когда вернемся, навестим доктора королевских ВВС, проверим члены!"


Они смеялись.


"Свободны до утра", - сказал я им и сел с Мораном и Хэмблом, проходя через то, через что прошли остальные ребята. "Пушок вписывается?" Я спросил.


"Он не прошел курс HALO, поэтому они взяли его наверх, пять прыжков с помощью рук, так что теперь у него есть некоторый опыт", - объяснил Моран. "Он усердно работает, хочет преуспеть, так что я не вижу проблем".


Все остальные ребята выполнили четыре высадки HALO, две дневные высадки и две ночные высадки, все в джунглях, а затем длительное патрулирование, и все выполнили упражнения по чтению карты на большом расстоянии, некоторые упражнения на дальность. Но у меня был приготовлен сюрприз для команды.


Утром ребята собрали снаряжение, но оставили ящики на безопасном складе, и без параинструкторов мы отправились на автобусе с кондиционером в уединенный пляжный отель, принадлежащий Томску, единственные постояльцы в этом отеле на сто номеров с усиленной охраной.


Я собрал всех у автобуса. "Послушайте, этот отель предназначен только для нас на несколько дней, все бесплатно, и да - я организую несколько дам. Сними комнату, в комнатах ты найдешь плавки и халаты, и ... расслабься и расслабься."


Озадаченную группу увели Томо, Риццо и Рокко, которые были менее озадачены и стремились получить комнаты.


В тот вечер я сидел на балконе своего роскошного номера, завернувшись в белые пушистые халаты, Хэмбл и Моран, белое вино в ведерке со льдом, наслаждался закатом; мой балкон выходил вглубь материка, на запад.


Я повернулся к Хэмблу. "Твоей голове лучше?"


"Лучше, когда я далеко, не просыпаюсь каждое утро в ожидании очередного письма. Я подумываю об убийстве почтальона."


Я кивнул. "Ты переживешь это". В номере зазвонил телефон, горничная принесла трубку. "Алло?"


"Сэр, к вам гости".


"Распределите комнаты, я сейчас спущусь". Я вернул телефон своей личной горничной.


Пять минут спустя Фрэнкс уже разглядывал мои белые пушистые тапочки и халат. "Это мой босс, Рик Джейкобсон".


Я пожал руку мужчине, когда он улыбнулся моей одежде.


Позади него обернулся американский полковник в форме, рядом с ним были два помощника, один из которых был аппетитной женщиной-капитаном. "Итак, мы наконец встретились", - заявил полковник Мэтьюз, и мы пожали друг другу руки. Он был коренастым, с квадратной челюстью и квадратной лысой головой.


" Этот отель?.. " начал Фрэнкс.


"Принадлежит российскому наркобарону, так что ... ничего не записано", - сказал я с улыбкой.


"Господи", - выдохнул его босс.


Вошли два парня из Кабинета министров с пакетами, наших JIC mandarins не было, вероятно, потому, что я никогда не рассказывал им об этом месте. Я пожал им руки и снял комнаты.


Час спустя, уже одетый, я сидел за большим круглым столом, пока мои гости доедали третье блюдо в сопровождении официантов.


"И это все бесплатно?" - Спросил полковник Мэтьюз.


"Да", - сказал я ему с усмешкой. "И поскольку мы все сейчас здесь, и накормлены, и выпили немного пива, перейдем к делу". Я вгляделся в их лица. "Если бы работа пошла не так, мы бы обвинили русскую банду, и двое русских были бы убиты, а тела остались бы позади. На телах нет опознавательных знаков, но ДНК можно было бы сопоставить, если бы кто-то захотел поискать достаточно внимательно.


Вопрос в том... что дальше, поскольку мы уничтожили картель, который все считали неприкасаемым. Что еще ... может ли хорошо обученная команда атаковать?"


Полковник Мэтьюз начал: "Вы думаете, что больше картелей падет?"


"Конечно, но со временем их заменили бы, так что это замок из песка на пляже".


" ФАРК? " вставил Фрэнкс.


"Было бы достаточно легко уменьшить их численность на границе", - сказал я ему. "Но они распространены повсюду".


"Банды в Никарагуа, люди с трубопровода", - вставил его босс. "И все сделано с отрицанием".


"Пока я был занят с картелем Кали, Томский был занят убийством тех нигерийцев, которые напали на британских солдат - и он был бы рад помочь таким образом в будущем, чтобы ни к кому из нас не было возврата".


"Опасность в том, что..." - начал один из парней из моего Кабинета министров, вытирая рот. "- что Томск и его люди будут иметь власть над нами."


"Так же, как мы справились с ними", - указал я. "Томск в ужасе от появления авианосца у побережья. Джентльмены и леди, здесь есть шанс уничтожить несколько групп. Кто знает, какой будет ситуация в следующем году. И давайте внесем ясность - каждая успешная атака будет расценена как успех Америки, поэтому составьте список покупок и давайте посмотрим на него."


"Я знаю, что скажет Белый дом", - со вздохом сказал полковник Мэтьюз. "Перенаправить ресурсы на Ближний Восток".


"Не так уж много совпадений с Ближним Востоком", - отметил я. "У нас есть возможность здесь и сейчас, и это было бы пустой тратой времени, чтобы ... что ж, пропади оно пропадом."


"Эта роль в GCHQ?" Спросил Фрэнкс.


"У них есть несколько умных людей, которые могут найти закономерности в использовании телефона и выяснить, кто есть кто, где находятся основы", - сказал я им. "Когда я вернусь, я подтолкну их, у этого есть много применений. Они дали мне точные координаты секретных баз и сказали, на каких виллах содержались высокопоставленные лица.


"Ты знаешь, как они вычислили, где живут пожилые люди?" Я заметил их выжидательные взгляды. "Они решили, что после инцидента пожилых людей меньше всего будут беспокоить поздно ночью".


Сидящие за столом улыбнулись.


"Нужно переговорить с АНБ", - сказал Фрэнкс своему боссу, который кивнул, выглядя раздраженным. "Иногда ... простое решение - лучшее."


Позже, стоя в переполненном баре, Рокко и Риццо указали, что их не обыскивали.


"Я сказал Бриз, а не Белиз", - солгал я.


Они не были уверены в том, что я сказал, и поэтому ушли, бросая на меня взгляды.


Я загнал Фазза в угол. "Ты набираешь скорость?"


"Я не жалуюсь, босс, но это действительно странное подразделение, которым вы здесь руководите".


Я улыбнулся. "У нас есть свой собственный стиль, да. Думаешь, ты останешься?"


"Ты не смог бы оттолкнуть меня, босс", - пригрозил он.


Свифти приблизился. "Кто такие янки?"


"Электронное кольцо ЦРУ и Пентагона, которое похоже на наше управление ФБР Великобритании - только они хорошо с этим справляются".


"Рокко и Риццо повеселились", - отметил он.


В этом Джоб разочаровал... эти боссы картеля были просто старыми женатыми мужчинами в одном доме, а не безжалостными убийцами, которых я ожидал. Легко снять телефонную трубку и приказать кого-то убить, не так-то просто этим старикам сделать это самим. Они были в ужасе от того, что мы причиним вред их семьям, и поэтому сдались."


Свифти кивнул. "Они придут за тобой?"


"Нет, на самом деле у нас сейчас хорошие отношения. Я вывез их семьи из Колумбии и раздобыл им немного сомнительных денег. Нигерийцы могут прийти за нами."


"Почему?" Свифти озадачен.


"Кто-то привел в действие бомбу в комнате, где содержались люди, стоявшие за переворотом в Либерии, выживших нет".


"Кто-то... тогда можно было бы обвинить", - отметил Свифти. "Мы возвращаемся?"


"Не спеши, несколько дней здесь, небольшой перерыв. Парни усердно работают и их убивают за дохуя денег, так что они заслуживают нескольких льгот."


"Чертовски верно. Моран говорил с майором, забор на GL4 был улучшен, башни, GPMG, работы. Теперь назовите это Кольдицем."


"К сожалению, это необходимо", - сказал я со вздохом. "Сейчас больше, чем когда-либо".


У меня был разговор один на один с полковником Мэтьюзом в течение часа, аналогичный разговор один на один с Фрэнксом и его боссом, и я бы не стал сообщать о массажных услугах в номере, которые получили несколько джентльменов.


Парни из Кабинета министров покинули нас на следующий день, а также полковник Мэтьюз и его команда, Фрэнкс и его босс не торопились, и в полдень прибыл автобус, прибыло много русских проституток из Ла Пальмы, плюс набор предположительно высококлассных проституток, оплаченных Томском, многие из которых местные в Белизе.


Томо схватил двух знакомых девушек и увел их, Рокко и Риццо схватили своих девушек.


Позже, сидя на балконе, Моран спросил: "Чья это задница?"


Мы посмотрели вниз на изгородь вокруг бассейна, где кто-то энергично трахал проститутку.


"Похоже на задницу Слайдера, я наложил эти швы", - отметил я. Я столкнулся с Хэмблом. "Ты не ходишь на массаж?"


"Нет..." он вздохнул. "Моя голова еще не там".


"Будь мертв через месяц", - сказал я ему. "Дерзай".


"Что ж... возможно, " согласился он.


Моран отметил: "До того, как я встретил тебя, я был офицером с карьерой, думающим о женитьбе. Сейчас я в отеле наркоторговца с проститутками."


"Что ты предпочитаешь?" Я дразнил.


"Я бы никогда не смог вернуться за письменный стол", - со вздохом сказал Моран. "Регулярная армия была бы такой ручной, стреляющей холостыми".


Всего через два дня мне пришлось кричать, чтобы парни оделись и были готовы к отъезду, и чтобы лица были побриты. С очевидным загаром мы вернулись в тренировочный лагерь, собрали и проверили снаряжение, проверили ящики на наличие бомб и направились в аэропорт на обратный рейс, наш долгий обратный перелет. Тем не менее, это был ночной полет, и поэтому большинство ребят всю дорогу спали.


Мы вернулись в "Кольдиц" около полудня, небо серое, дул холодный ветер, у ворот наша контртеррористическая полиция, заметили новую вышку, осмотрели новый забор.


В доме я нашел записку от члена парламента Питера. "Сегодня вторник, молоко и хлеб готовы, отопление включено".


"Хороший человек", - тихо похвалила я, постучав по чайнику.


"А?" - Спросил Свифти, усаживая Кита на землю.


"Член парламента Пит оставил хлеб и молоко", - сказал я ему. Вскоре я сидел с пивом в руке, без ботинок, с набором по всему полу.


"Кажется, у меня солнечный ожог", - лениво заметила Свифти.


"Намажься кремом перед сном", - мягко ответила я. "Вот Савлон, используй его".


Он кивнул. "Придут ли за тобой эти колумбийские ублюдки?"


"Нет. Другие могли бы, нигерийцы, но не картель."


"Местные жители могут быть недовольны дополнительной охраной".


"Что ж... они не видят здесь, дальше по дороге."


"Я слышал, что местная вооруженная полиция много разъезжает", - заметил Свифти.


"Ах... ну, я думаю, они бы это поняли. Тем не менее, это необходимо."


Я не так уж устал, поэтому оставил Свифти отдыхать, а сам обошел ангар, поболтал с майором перед его уходом, поболтал с О'Лири, вскоре состоялся спор с Крабом и Даффи о следующей партии полицейских новобранцев.


Я согласился, что большая часть обучения будет проводиться в Сьерра-Леоне, что является элементом риска, а также реализма.


Я пообедал с Генри и Дикки и несколькими другими по поводу спасения отряда постоянных игроков, используя наш пистолетный тир и "Дом убийств", и направился обратно в дом, прихватив снаряжение для чистки.


Поворот на дороге


В 8 вечера, когда я почувствовал усталость, мне позвонил Томск. "Уже проблемы?" Я спросил его с улыбкой.


"Вчера мне доставили файл с курьером, и в нем есть вся история вашей жизни".


Я перестал улыбаться и затаил дыхание, на моем лице вспыхнул румянец, внезапно испугавшись, а затем осознав, что до Томска еще далеко. Страх быстро прошел по мере нарастания гнева; это был повторный Лондонский марафон.


Томский продолжил: "Вы капитан британской армии. Я был настроен скептически, поэтому тщательно проверил и получил фотографии Лондонского марафона, и на них вы."


Я глубоко вздохнул. "Да, это я. Капитан Майкл Милтон, известный как Уилко."


"Ты знаменит в Британии, все эти спасения, и я спросил Фрэнка, и он большой поклонник этого капитана Уилко, но Фрэнк еще не знает о досье".


"Лучше никому не говори, что я тебя одурачил, ты можешь потерять доверие".


"Ну, да, это есть", - мягко согласился он. "Но скажи мне, почему ты пришел ко мне?" И где настоящий Петров?"


"Настоящий Петров мертв, его тело на льду в Лондоне. Я был похож на него, шрамы от ранений в Боснии -"


"Я узнал все о Боснии и от некоторых сербских солдат. Они назвали тебя Призраком."


"Да, и скоро об этом выйдет книга".


"Они послали за тобой целую пехотную дивизию, и ты ушел один, с огромным количеством убитых сербов, но меня это не удивило. И настоящая причина, по которой ты пришел ко мне?"


"Лондон хотел, чтобы в вашу организацию проникли и уничтожили, а вас посадили в тюрьму".


Итак... почему ты этого не сделал?" - недоумевал он.


"Сначала я хотел выждать время и выяснить все, что смогу, но мне нравилось тренировать людей и руководить ими, возможно, даже слишком сильно, а потом у меня появилась идея напасть на коммунистов и сообщить Лондону о наркотиках. После того, как ты начал это делать, они не так сильно хотели, чтобы ты сидел в тюрьме, а затем мы начали наводить американцев, и они сотрудничали, чтобы оставить тебя в покое."


"Ты решил сделать это, а не в Лондоне?"


"Да, мой выбор. Лондон ничего не знал до первого сообщения, потом я убедил их, что это хорошо."


"Ты спас мне жизнь, верни меня туда, где я есть! Почему?"


"События развивались, у меня не было плана, но для меня имело смысл иметь кого-то на месте, кто согласился бы сотрудничать, и после того, как это началось, Лондон был доволен сделкой и хотел, чтобы она была сохранена".


"Фрэнк все еще говорит, что британцам не разрешается убивать людей!"


"Это правда, и когда-нибудь я, возможно, отвечу за это и за длинный список других вещей, которые я совершил".


"Ты актер мирового класса, но это меня не удивляет, ты настоящий шпион, лучше, чем этот гребаный идиот Джеймс Бонд по телевизору. Но зачем так сильно помогать мне?"


"Вы с Большой Сашей теперь как семья, и мне нравятся солдаты, которых я тренировал. Я бы сопротивлялся, если бы они хотели напасть на тебя."


"А теперь... если они захотят напасть на меня?"


"Сначала я дам тебе знать, а о том, что они сделают со мной, побеспокоюсь позже".


"Ты капитан, ты должен выполнять приказы!"


"Итак, они продолжают напоминать мне".


"И ... что происходит теперь, когда я знаю?" Спросил Томский.


"Ничего не происходит, пока не всплывут подробности, но тогда ты можешь выглядеть глупо".


"Я говорю, что знал все это время, и многие люди думают, что ты каким-то странным образом связан с Лондоном и Вашингтоном в любом случае".


"Будут ли мне по-прежнему рады в гости?"


"Да, конечно, я всем тебе обязан".


"Сделай мне одолжение, положи это досье в пакет, заклей его скотчем, адресуй капитану Уилко, SAS, и передай в британское посольство. На нем могут быть отпечатки пальцев, и я смогу выяснить, какой маленький засранец хочет моей смерти."


"Я делаю это, да".


"Опиши это мне".


Он перечислил фотографии, и некоторые, похоже, были неподвижными снимками, сделанными в здании Министерства обороны, затем он описал фотографию моей дочери с Кейт, подробно описав на обороте ее детскую, и по мне пробежал холодок, за которым последовало больше гнева, чем я мог контролировать. Мне пришлось сжать кулак и контролировать свое дыхание.


"Ладно, собирайся, сдавай все, может быть, я найду этих ублюдков. Попытайтесь выяснить, кто доставил это, отследите курьерскую компанию, дайте мне их номер телефона. "


"Хорошо, и если тебе понадобится помощь, дай мне знать. Эти говнюки хотят твоей смерти, я хочу тебя живым. Но скажи мне, эти шрамы на твоем теле?"


"Из Боснии и других сражений".


"А ваша реальная зарплата?"


"Около 24 000 фунтов стерлингов в год".


"Боже мой, какой же ты дурак".


Я закашлялся от смеха. "Спасибо, но я занимаюсь этим не из-за денег".


"Это несомненно, да. Я пошлю своему другу в Лондон немного денег для тебя, но заберут ли их британцы?"


"Нет, я дам своей команде бонус".


"Эти солдаты, они работали на вас?"


"Да, я завербовал и обучил их".


"После того, как я прочитал о вас как о капитане Уилко, я почувствовал себя лучше, зная, что меня одурачили лучшие".


"Странный комплимент. И ты продолжаешь пользоваться этой беговой дорожкой, да."


"Теперь ты говоришь как Большой Саша. Но я немного теряю вес. Скажи мне, ╧ 2..?"


"Он не знал, кто я такой, пока я не спас ему жизнь, и он очнулся на британском военном корабле, очень тяжело раненный. Мне потребовалось несколько недель, чтобы убедить его работать на меня, но у него никогда не было проблем с тобой, только жара и жуки. Лондон предложил ему шанс поработать со мной."


"Я знаю, что солдаты предпочитают работать с вами больше, чем со мной".


"Они солдаты, я солдат, но они не ненавидят тебя".


"И ╧ 3..?"


"Да, он выступил бы против тебя".


"Лондон хотел, чтобы его остановили?"


"Они когда-либо знали".


" О... " прозвучало после долгой паузы.


"Если бы о том, что я сделал, стало известно в Лондоне, это было бы большой проблемой для меня".


"Тогда мы будем вести себя тихо, да. А президент Либерии?"


"Я сделал то, что считал лучшим, и потом рассказал Лондону".


"Твой гребаный босс, должно быть, любит тебя!"


"Да, я устроил ему несколько бессонных ночей".


После звонка я некоторое время смотрел в окно, кипя от гнева, и, наконец, позвонил в Лондон. Режиссер сама перезвонила мне.


"Мэм, Томский получил файл с подробным описанием того, кто я на самом деле, он знает правду. И из того, что он описал в файле, это был один из наших, который отправил это."


"Христос. Он позвонил тебе и бросил вызов?"


"Не совсем, мы все еще лучшие друзья, статус-кво на месте".


"Ты все еще ... в дружеских отношениях?" она озадачивала.


"Да, мэм, он благодарен за все, что я сделал, и не злится на меня".


"Как необычно. Тем не менее, я думаю, это хорошо, и утром я начну расследование на высоком уровне."


"Я думаю, это Mi5".


"Возможно, кто-то затаил обиду, да. У одного из наших не было бы причин. Вы рассматривали американцев?"


"В файле есть еще изображения с камер в здании министерства обороны."


"А, значит, один из наших. Я сообщу Дэвиду утром."


Мой второй звонок был в Mi5, и их директор перезвонил мне после того, как по телефону прозвучали громкие угрозы расправой.


"Уилко, почему ты угрожаешь моему персоналу?" - сердито потребовал мужчина.


"Заткнись и слушай, пока ты все еще на работе, которая может продлиться недолго. Кто-то ... отправил Томску подробный файл о том, кто я на самом деле."


"Оу ... чертов ад, " донесся шепот.


В этом файле все еще есть изображения с камеры из сборки мода, так что я думаю, что за этим стоит один из твоих маленьких засранцев. Начните расследование, пока премьер-министр не вышвырнул вас на улицу."


"Если за этим стоит кто-то из моих... Я позабочусь о том, чтобы они получили по заслугам, прежде чем потеряю работу, можешь быть уверен в этом." Линия прервалась.


Час спустя Томск снова был включен, в отдел курьерской компании. Я посмотрел на часы и позвонил.


" Si? " раздался женский голос.


"Вы говорите по-английски или по-русски?"


После паузы вышел мужчина. "Алло? Я говорю по-английски."


"Я хочу поговорить с главным человеком".


"А ты кто такой?"


"Петров из Ла-Пальмы".


После долгой паузы последовало: "Тот Петров, русский солдат?"


"Да".


"Большая честь. Момент."


После очередной задержки пришло: "Здравствуйте, я сеньор Баррата, чем я могу вам помочь, сеньор Петров?"


"Вчера вы доставили посылку в магазин в Ла-Пальме".


"Да, я помню, это была необычная просьба".


"Люди, которые послали это, пытались меня убить".


"Ах... это нехорошо."


"Ты можешь рассказать мне что-нибудь об этом, о них?"


"Это пришло от курьерской компании в Белизе".


Образы сотрудников JIC и их помощников вспыхнули в моем сознании. Но также Фрэнкс и ЦРУ. "Когда это было отправлено?"


"Это было отправлено через два дня после передачи, особая просьба отложить это. Четыре дня назад."


"Спасибо тебе, возможно, ты помогла мне прожить немного дольше".


"Большая честь, сеньор, действительно большая честь".


Я спустился туда, где жил Саша, двое из его команды сидели и смотрели телевизор. Я вывел его на улицу, на холодный вечерний воздух.


"Проблема?" - спросил он, когда мы стояли на его бетонной дорожке, и он знал, как меня понять.


Я застегнул свою куртку. "Кто-то из лондонской разведки отправил Томску файл о том, кто я на самом деле?"


"Он знает правду?" Саша ахнул, его дыхание застыло. "А обо мне?"


"Он все это знает, но его это устраивает, и у него нет особого выбора".


"Он боится тебя, да, но ... но что мы скажем, если увидим его снова?"


"Мы говорим правду. Он знает, что ты его не ненавидишь, и я сказал ему, что тебе не нравятся жара и насекомые."


"Это правда!"


Я отпихнул улитку. "Значит, у вас с ним нет проблем".


"Что сказал Дэвид Финч?" Спросила Саша.


"Я сообщил об этом, они проведут расследование". Я выдохнул, увидев свое дыхание в холодном ночном воздухе. "Интересно, сколько еще этого дерьма я смогу вынести, прежде чем брошу".


Саша изучал меня. И ждал.


"Я думаю, что за этим стоят люди из JIC, наши боссы, люди, которые руководят разведывательными службами".


"Если вы знаете, кто, тогда вводят какие-то наркотики, это похоже на инсульт".


Я кивнул. "Возможно, но это будет расследовано, они важные люди".


"Ты ... хочешь бросить?"


Я уставился на другой конец летного поля. "Мои боссы отправили фотографии моей дочери в Томск, надеясь, что он может причинить ей вред".


Саша громко вздохнула. "Ублюдки, да, и предупреждение для меня о работе с такими людьми".


"Ты не знаменит", - съязвил я. "Никто не хочет урезать тебя до нужного размера".


"Но то, что ты делаешь... Лондон говорит тебе сделать это. Почему у них с тобой проблемы?"


"Когда ты поймешь это... дай мне знать."


"Чем более известным ты становишься, тем больше людей хотят подставить тебе подножку, нет".


Я кивнул, холодный вечерний воздух охладил мое лицо.


Я ничего не сказал Свифти и лег спать, гадая, какой маленький засранец хотел меня разоблачить и почему, мои мысли снова были о Лондонском марафоне. Я был так зол, что мог бы убить кого-нибудь прямо здесь и сейчас голыми руками, так что о сне не могло быть и речи.


Утром Дэвид позвонил мне рано, в его голосе звучал ужас от того, что история отношений с Томском становится общественным достоянием, но затем он был вдвойне оскорблен, когда я указал на JIC.


"Нам не нужно это в публичном зале суда", - подчеркнул он.


"Тогда давайте попробуем и убедимся, что это не дойдет до зала суда".


"Эти люди - JIC, у них есть сила и влияние, и их будет не хватать, требуется тщательное расследование".


"У меня есть друзья на высоких должностях, некоторые - на низких, так что пришло время немного встряхнуть их и попросить об одолжении двоих. Сегодня я еду в Лондон, скоро уезжаю."


Я схватил члена парламента Пита, сказал Свифти сообщить тем, кто остался на базе, что меня не будет, и мы отправились в путь, когда начался дождь. Я видел, как Свифти смотрит мне вслед; он знал, что что-то не так.


"Устал?" - Спросил Пит через некоторое время.


"Просто отъебался. Не спрашивай."


Большую часть пути мы ехали в тишине, радио было включено, слушали дрянные старые мелодии, новости, лондонские пробки сегодня бесят меня еще больше. Некоторые из этих пассажиров были в небольшом шаге от того, чтобы я их застрелил.


Мы направились к зданию MI5, Пит высадил меня и направился на парковку и завтрак в кафе. Внутри они были озадачены моим требованием встретиться с Режиссером, и я ждал, расхаживая взад-вперед. В конце концов меня провели внутрь и наверх, в мягкий и тихий зал для совещаний, где двое суровых на вид мужчин стояли на страже, возможно, на случай, если я застрелю директора, а дама с папками, прикрывающими грудь, маячила в коридоре.


"Сегодня утром я хорошенько покричал", - начал он, явно разозленный. "Все они сейчас ведут расследование".


"Кажется, я знаю, кто это был".


"Кто?" - недоумевал он.


"ДЖИК".


"Что?" - прошипел он. "Вы не можете обвинять их, они контролируют нас и говорят нам, что делать! Расскажу тебе, что делать!"


"Четыре дня назад два мандарина из JIC были в Белизе, чтобы встретиться со мной. Файл был отправлен из Белиза в тот день. Можете ли вы узнать их имена и есть ли у них помощники? Вот так ... сейчас."


Он снял трубку с одинокого настольного телефона и сделал звонок, записывая имена. Он сделал паузу на имени, подчеркнул его и сделал второй звонок. Он, наконец, посмотрел мне в лицо. "Мартин Доббс, JIC, был в Белизе, но несколько недель назад кто-то упомянул, что он провел кое-какие проверки вашего прошлого. Ничего необычного, и мы помогаем с такими вещами, и им это позволено. Это не вызвало бы тревоги.


"Было передано подробное досье, по крайней мере, его копия, там фотографии, и не удивляйтесь - у нас очень толстое досье на вас и на многих других сотрудников SAS, это обычная процедура".


"Я бы в любом случае догадался об этом", - сказал я ему, разглядывая мягкие стены из магнолии. "Что его беспокоит?"


"Трудно сказать, но он виновен в передаче секретных материалов преступной группировке, так что много лет в камере. Проблемой будет публичный суд и то, что он может сказать на этом публичном суде. На подобных процессах в прошлом присутствовало всего трое судей, и ни присяжных, ни прессы, все хранили молчание."


Я кивнул, достал свой телефон и набрал номер, дозваниваясь до главного секретаря кабинета министров, в то время как за мной с любопытством наблюдали. "Это капитан Уилко, мне нужно поговорить с премьер-министром сегодня".


Режиссер приподнял бровь.


"Он очень занят ..."


"Он покинет свой пост, когда появятся новости, так что найдите место для меня".


"Где ты сейчас?"


"Здание МИ-5".


"А теперь приходи в себя, у него весь день послы ЕС".


Отложив телефон, я спросил: "Ты можешь пойти со мной?"


Он скорчил гримасу, встал и вывел меня наружу, вскоре к нему присоединился отряд, мы надели пальто, носильщики с тонированными стеклами отвезли нас на небольшое расстояние, полицейские впереди. Я не чувствовал себя польщенным или привилегированным, я сам испытывал отвращение ко всей лондонской сцене и хотел быть подальше отсюда.


"Ты в порядке?" - спросил он, окна немного запотели.


Не отвлекаясь от моего изучения серых лондонских улиц, я сказал: "Меня тошнит".


Через мгновение он сказал: "Полагаю, не из-за автомобильной болезни".


"Нет, надоело рисковать своей жизнью и своими людьми ради вас, кучки говнюков".


Водитель оглянулся на меня.


"Ну, в межведомственном соперничестве нет ничего нового, ни здесь, ни за рубежом, и временами оно может быть неприятным. Но ты звездный парень, поэтому многие хотят отрезать тебе ноги. Я боюсь человеческой природы."


"Было время, когда я бы просто набросился на человека и разобрался с ним, но теперь я капитан, я стараюсь делать это немного больше по правилам. Может быть, это то, что раздражает меня больше, судебный процесс, а не то, что я режу парня на куски."


"Что ж... приятно осознавать, что ты используешь систему и субординацию, что свидетельствует о зрелости."


"Похоже, моим внутренностям не нравится зрелость".


"У тебя сильная позиция, завидная позиция, люди этому завидуют. Сколько других армейских капитанов звонили сегодня премьер-министру и пугали его до смерти?"


За ╧ 10 нас провели внутрь, в комнату с КОБРАМИ, которая, как я только тогда заметил, не имела ничего общего со змеями. Это расшифровывалось как комната совещаний Кабинета министров "А".


Сообщение о ПМ появилось пять минут спустя. Мы выстояли. Он позвонил директору Ми-5, но без его счастливого лица, приветствовал меня с холодной официальностью и сел. "Есть проблема?"


Я начал: "Четыре дня назад член JIC отправил русской банде в Панаме файл с подробным описанием моей истинной личности".


"Он ... что? " прошептал премьер-министр, выглядя так, словно вот-вот упадет в обморок.


"Не волнуйся, Томск уже знал", - солгал я. "Эти отношения все еще сильны".


"Это?" - одновременно спросили Режиссер и премьер-министр.


Я кивнул. Премьер-министру я сказал: "Проблема будет в том, что парень из JIC скажет в зале суда".


"Черт возьми, да", - выдохнул премьер-министр и отступил назад, качая головой. "Что за маленькое дерьмо". Он повернулся к режиссеру. "Есть какие-нибудь зацепки относительно мотива?"


"Пока нет, премьер-министр. И ... как вам известно, нам не разрешено их расследовать."


"Обычно нет, но ты получишь от меня записку в течение часа. Вы делаете все, что считаете необходимым, задавайте вопросы и ответы всем членам JIC и вспомогательному персоналу, но при этом все организует главный секретарь Кабинета министров."


Директор Ми-5 кивнул.


Я вставил: "Американцам не понравится, что один из наших попытался провалить операцию в Панаме".


"Нет, они, черт возьми, этого не сделают", - подчеркнул премьер-министр.


"Итак, мы используем это", - добавил я. "Как насчет того, что этого парня экстрадируют в Штаты?"


Премьер-министр начал так: "Если бы выдали государственного служащего, среди остальных государственных служащих поднялся бы шум, с которыми они все ходили в школу. Они бы распяли меня."


Я предложил: "Я могу устроить так, чтобы этого парня обвинили в серьезных преступлениях здесь и за рубежом, но как нам помешать ему раскрыть все на свидетельской трибуне?"


"Мы можем организовать специальное судебное разбирательство с тремя судьями", - отметил премьер-министр, размышляя про себя. Он столкнулся с режиссером. "Ты знаешь, что делать, и делай это быстро, и убедись, что уведомление D на месте, и что у него нет времени отправлять файл журналисту".


Премьер встал, и мы встали вместе с ним. "Я могу только извиниться за то, что сделал этот маленький засранец, и за опасность, которой это тебя подвергло".


Я бесстрастно смотрел на лидера нашей нации. "Он прислал сведения о моей дочери из детского сада".


"Мой ... боже, какой ублюдок." Он покачал головой. Повернувшись к режиссеру, он сказал: "Убедитесь, что он никогда не выйдет из тюрьмы и ни с кем не заговорит". Он повернулся и ушел.


Когда мы меняли маршрут, Режиссер сказал: "Это будет сложно, есть способы, которыми он мог бы раскрыть некоторые детали. Тем не менее, мужчины его возраста постоянно страдают от сердечных приступов."


"Это так", - согласился я.


Пока мы ехали, он начал: "У нас есть полевые агенты, которым не помешало бы пройти некоторую подготовку, и они время от времени ездят за границу, несмотря на то, что думают некоторые люди".


"Я рад помочь, у меня нет проблем с вашей компанией, никогда не было, не считая Памелы. Отправь их, скажи мне, чего ты хочешь достичь."


"Хочу закалить их и получить навыки на случай, если что-то пойдет не так. Время от времени они забираются на здания, совершают кражи со взломом, проникают через окно отеля, пересекают границу незамеченными."


"Я могу помочь со всем этим".


"И ... Дэвид Финч?"


"Это толкатель перьев, и половина того человека, которым был Боб Стейнс. Ему нужно больше агрессии. Такие люди, как JIC, поливают меня дерьмом за операции, которыми я руковожу, и все же мне следует сказать ... что делать шаг за шагом."


Мы обменялись взглядами.


У здания Ми-5 я встретил члена парламента Пита, и мы проехали небольшое расстояние до здания Министерства обороны, и я поднялся по знакомой лестнице, чтобы встретиться с Дэвидом.


"Я только что встречался с премьер-министром и директором Five", - сказал я, садясь, без энергии в голосе, Дэвид сидел со старым помощником Боба. "Полиция скоро выйдет на этого человека, Мартина Доббса".


"Пять... опознал мужчину?" Дэвид озадачен.


"Нет, Томск отследил курьерскую компанию, я говорил с курьерской компанией как Петров, и они помогли, сказали мне, что посылка пришла из Белиза четыре дня назад".


"И JIC были в Белизе", - отметил Дэвид.


"Этот человек, Мартин Доббс, недавно получал подробную информацию обо мне из файлов Mi5".


"Здесь могли быть замешаны и другие", - отметил Дэвид, кивая самому себе. "И мы бы предпочли, чтобы вы не брали дело в свои руки".


Я выдохся. "Я испытываю искушение. Инъекция под волосы, без публичного разбирательства, но Пятеро намекнули, что могут устроить сердечный приступ."


"Да, это делалось раньше". Он отступил назад. "И ваша встреча с полковником Мэтьюзом и ЦРУ ..?"


"Я хотел узнать их мнение о томской системе, поскольку, пока она существует, ее можно использовать - и ее следует использовать. У них есть несколько идей относительно целей в Центральной Америке и... мои отношения с Томском могут испортиться в следующем году."


"Но Томск на тебя не злится?"


"Нет, он безумно любит меня. О, я собираюсь заработать немного денег, как Петров, несколько бонусов для парней, небольшие деньги для тебя, немного денег на экипировку для моей команды. Наличные."


"Если это наличные, то проще, мы предоставим вам сопровождение, все неофициально". Он взглянул на своего помощника, который кивнул.


"Есть какая-нибудь хрень из Нигерии?" Я спросил.


"Все главные игроки мертвы, так что ... нет. Но нигерийское правительство проводит расследование, насколько оно компетентно, и они считают, что за взрывом стоял наш хороший друг Петров. Похоже, что кто-то взял на себя ответственность как Петров - намеренно."


"Отводит вину от правительства Великобритании".


"Ну, поскольку мы не были вовлечены, это хорошо".


Я возразил: "Но ты был вовлечен в свои желания, выраженные косвенно через меня, и я работаю на тебя".


"Ну ... да. Но Томск нанес удар по ним, чтобы спасти свою нефтяную сделку, а не в угоду нам."


Я кивнул. "Есть ли у меня какие-либо распоряжения... как далеко простираются Панама и Либерия?"


"Ну, на самом деле ничего не изменилось, американцы очень счастливы, и мы получаем выгоду. Любой конфликт с идиотом в Монровии - и наши рядовые окажутся на линии огня. Кроме того, это был крупнейший переворот в разведке с тех пор ... навсегда. Просто все это крайне необычно и противоречит правилам. Итак, это случай ... они нуждаются в нас, а мы нуждаемся в них. Пока."


Вернувшись в GL4, многие ребята ушли на перерыв, здесь, на базе, но не было видно, чтобы они тренировались под холодным дождем, все те, кто был в Колумбии, получили некоторое время отпуска. Я попросил О'Лири достать сейф и поместить его в прочный металлический навес рядом с кабинкой администратора, ключи для него и Майора. И чтобы получить ее побыстрее.


В тот вечер я позвонил в Томск, и он дал мне имя и адрес человека, к которому можно было съездить и попросить денег, имя показалось знакомым. Я позвонил мужчине и спросил, когда смогу забрать немного наличных. Он кое-что приготовил для меня, на большее уйдет несколько дней.


Я собрал команду из четырех парней-полицейских с пистолетами, плюс члена парламента Пита в гражданской одежде, который нанял микроавтобус нашего подразделения, и мы отправились в путь в 6 вечера. По дороге я позвонил Дэвиду, и он распорядился, чтобы нас встретили двое мужчин плюс полицейская машина сопровождения.


В фургоне я поболтал с копами о прогрессе, и им дали их первую настоящую работу: команда из четырех человек расправилась с человеком, размахивающим дробовиком. Они были в режиме ожидания, с винтовками Valmet наготове, но не стреляли в гневе, ситуация разрядилась - как всегда было в 99% случаев.


"Вы использовали наши винтовки?" Я озадачен.


"Нет, они купили несколько штук, хранятся в Лондоне".


"О", - сказал я. "Всегда приятно, когда я узнаю об этом после того, что случилось. И никогда не забывай, что с помощью Valmet твоя пуля пройдет сквозь беднягу, в которого ты целишься, и убьет его жену. Тщательно выбирай кадр."


"Один из наших застрелил из пистолета собаку породы питбуль, отбросил ее на двадцать ярдов дальше по улице, повсюду кровь. Местные жители обвинили его в том, что он стрелял из дробовика в бедную собаку, которая только что покусала десять детей, но когда ты стреляешь в опасную собаку, каждый ублюдок на улице против тебя."


"Считайте, что вам повезло", - начал я. "В Боснии я пересекал поле, раненый, несколько раз раненный и полумертвый, и в четырехстах ярдах от себя я вижу двадцать кинологов и двадцать собак. Следующим делом кинологи выпустили овчарок с криком "убей!". Когда вы видите двадцать разъяренных овчарок, бросающихся на вас, вы паникуете. Я выстрелил последней собаке в горло из своего последнего патрона, когда она укусила мой пистолет, или они разорвали бы меня на части."


"Босс, у вас действительно есть какие-нибудь приятные истории?" спросил мужчина, и они громко рассмеялись. "Ты знаешь, счастливый конец, светит солнце, в Красную Шапочку не стреляют, не закалывают и не режут на куски?"


Я рассказывал им о темном лесу в течение двадцати минут.


Тот же человек сказал: "Все, сегодня ночью мне определенно снятся кошмары".


Я сказал ему: "Если ты подкрадываешься к месту ночью, внутри вооруженный человек, у него может быть собака - или шесть, и он выпустит их на волю. Будьте всегда готовы к собакам - как мы вас обучали на Фабрике."


"Этот парень, которого я поймал, жил на десятом этаже, с ним были четыре овчарки. Мы обосрались, прежде чем были готовы выбить дверь, и когда мы это сделали, собаки были прямо там. Мой сержант сказал "сидеть!", и они сели."


Фургон сотрясался от смеха.


У Риджентс-парка мы встретили двух мужчин из SIS, полицейскую машину за углом, и я отвел двух мужчин из SIS наверх, оставив остальных в фургоне, совершенно незаконно припаркованном.


Прозвенел звонок, дверь открылась, я поприветствовал мужчину - невысокого и лысого, и узнал его здесь, в Лондоне, человека, известного Юрию. В углу стояли двое здоровенных русских, вероятно, вооруженных.


"Ты хорошо выступил против картеля Кали, Ла Пальма полна сплетен - Томский не говорил, пока я не спросил об этом".


"Они были стариками, беспокоившимися о своих семьях, а не закаленными бойцами", - сказал я своему хозяину. "Легко снять телефонную трубку и приказать кого-то убить".


"Да, конечно". Он указал на несколько больших вещевых мешков. "Пять миллионов англичан, еще больше впереди".


"Не беспокойтесь о полиции и британской разведке, вы в полной безопасности. И если у вас возникнут какие-либо проблемы... позвони мне."


"Я чист, это специально, я бухгалтер и банкир. Даже деньги чистые, просто вопрос ... налога, в зависимости от того, как они используются."


"Они будут использованы для финансирования операций, подобных той, что привела к захвату картеля Кали, так что налоги не проблема". Я схватил две тяжелые сумки, ребята из SIS схватили сумки. Я поблагодарил своего хозяина и сказал, что вернусь на следующей неделе - и, возможно, для того, чтобы спокойно выпить.


Внизу нас окружила полиция, фургон был загружен, короткая поездка до здания Министерства обороны с полицейской машиной у фонтана и на подземную парковку, четыре сумки отнесли помощнику Дэвида, одну оставили в фургоне.


"Проверь это на наличие бомб и жучков, пересчитай", - сказал я ему, и он начал доставать пачки. Должно быть четыре миллиона. У меня в фургоне есть еще одна сумка на миллион, она будет в сейфе в GL4. На следующей неделе получу еще денег. Эти четыре миллиона твои, так что ... может быть, выходной для персонала."


"Выходной для персонала?" - усмехнулся он. "У персонала никогда не было свободного дня для гребаных счетчиков модных бобов! Я сам приношу на работу свой гребаный чай и кофе!"


Вернувшись в фургон, я открыл последнюю сумку и проверил, нет ли бомб, радуясь, что их там не было, и мы отправились обратно, но без полицейского сопровождения. Но мой сопровождающий заметил наличные и спросил.


" Джентльмены, " позвал я. Добро пожаловать в мир шпионажа и интриг. Первое правило ... не болтай об этом. Если вы это сделаете, то вас никогда не возьмут на хорошую работу, и вы все готовы к сомнительной работе под прикрытием, если захотите, в смокинге и Aston Martin."


Они были увлечены спором о плюсах и минусах такой работы, пока мы ехали обратно в легком потоке машин.


Я сказал им: "Ребята, вы можете выйти против психа с опасной собакой ... или выслеживать вражеского шпиона в окрестностях Лондона."


"Следить за шпионом", - все они согласились.


Вернувшись в GL4, мы поехали в оружейную, и я открыл тяжелые двери, сумка пока заперта в металлическом шкафу, после того как я достал несколько пачек и пересчитал их. Арсенал заперт и проверен, полицейские поблагодарили - дали чаевые и разошлись, я вернулся с Питом, болтая по пути, но сначала нырнул в дом Рокко.


Слайдер сидел и смотрел телевизор, поэтому я молча вручил Рокко несколько пачек, и он побежал наверх, убедившись, что Слайдер этого не видел.


В компании с Риццо Стретч был в душе, поэтому я вручил ему его пачки, такие же, как у Рокко, за 20 000 фунтов, приложив палец к губам. Он кивнул, а затем спрятал деньги.


Утром обнаружился металлический ящик размером с большой шкаф, но сейфа здесь еще не было. Я сидел и подсчитывал деньги, майор отвечал за наличность вместе с О'Лири, и все это было бы учтено счетчиком Бина Брэдли.


В комнате для брифингов, где всех попросили присутствовать, в том числе нескольких парней из Колумбии в штатском, я начал: "Хорошо, как вы уже знаете, за успешную операцию в Колумбии выплачиваются бонусы. Эти деньги получены от правительства, которое конфисковало фонды на наркотики, так что не расстраивайтесь из-за того, что наслаждаетесь ими. Снайперская команда, впереди и в центре."


Они выстроились в очередь, всем вручили по 10 000 фунтов стерлингов и сказали сидеть. Саша и его команда получили то же самое, и, наконец, Рокко и Риццо получили еще по 10 000 фунтов стерлингов и поблагодарили меня - за реализм перед остальными. Каждый из оставшихся получил хорошую выплату в размере 4000 фунтов стерлингов, отмеченную майором и О'Лири.


Я дал каждому сотруднику Intel премию в размере 2000 фунтов стерлингов, столько же для магазинов, даже Бонго получил немного денег. Остальные деньги будут храниться в металлическом ящике до прибытия сейфа, баланс будет зарегистрирован, окончательные выплаты будут для О'Лири, майора и нашего капрала-администратора - капрал получит 1000 фунтов стерлингов.


Завершив дела, я поехал в Челтенхэм, в детский сад, где персонал узнал меня по предыдущему визиту. Целый час я рисовал пальцами, сидя на полу, пока не пришла Кейт, удивленная моим появлением - и количеством краски на мне.


"У меня было немного свободного времени, проходил мимо", - сказал я ей, умылся и вручил ей подарок, толстый пакет jiffy.


Она приподняла бровь, увидев деньги.


"Быть вверенным доверию, когда маленькому монстру исполнится двадцать один. Меня не будет рядом."


Кейт на мгновение казалась опечаленной, но ее отвлекло маленькое чудовище с краской в волосах.


Возвращаясь, я получил звонок, как только запер свою машину.


"Это Дэвид. У нашего друга случился сердечный приступ, он мертв."


"Я пришлю цветы".


"Остальная часть JIC была передана, могу добавить, слишком жестко, и у всех были вопросы и ответы, и все они теперь знают об этом, все в ужасе от обвинений - и от того, что вы можете с ними сделать".


"Я буду избегать их некоторое время, они могут следовать цепочке командования и действовать через вас или полковника Дина. Это, в конце концов, то, что они должны делать."


Свифти поинтересовался краской у меня под ногтями, когда я готовила кофе.


На следующий день, в субботу, я проверил планы для новой группы полицейских стажеров, казармы теперь освободились, но четверо офицеров SO13 останутся, используя дом, и эти офицеры будут расследовать интересующих местных жителей - любого местного, проявляющего интерес к этому месту, местная полиция, чтобы сотрудничать с ними.


Воскресный вечер, Крэб и Даффи помогали, О'Лири присутствовал, новобранцы из полиции прибыли и были зарегистрированы, им выдали комплекты, и когда все они были здесь, меня позвали, мужчины собрались в комнате для совещаний в 9 вечера - обогреватели включены.


Я стоял впереди после того, как Краб крикнул им, чтобы они заткнулись. "Меня зовут капитан Милтон, но они зовут меня Уилко. Вы обращаетесь к офицерам как к боссу или по званию и фамилии, руководите персоналом как персоналом, и вы будете вести себя так, как будто это базовая подготовка и ваш первый день в полиции.


"Первую партию копов, которые прошли здесь, вышвырнули; их интересовал паб, и мало что еще. Итак, мы изменили процесс отбора, и следующая партия прошла намного лучше, четверо все еще здесь и охраняют это место, пока вы спите.


"Небольшое предупреждение. Это GL4, и есть отличный шанс, что кто-нибудь выстрелит в вас здесь, заложит бомбу под вашу машину. Здесь было несколько нападений, будут и другие, поэтому всегда соблюдайте осторожность. Не ходи во сне, мы тебя пристрелим!" Я позволяю им подумать об этом, мужчины обмениваются взглядами.


"Вас всех учат идти навстречу опасности, так что привыкайте к этому. И если тебя это беспокоит... отвали обратно на кабинетную работу. Просто. Итак, о физической подготовке идет речь, но вам не нужно быть в форме, чтобы кого-то застрелить. Вы должны быть в хорошей форме, чтобы взобраться на здание и проникнуть в какое-то место, да, но также ... вы должны быть способны преодолеть болевой барьер и продолжать идти вперед.


"Возможно, когда-нибудь скоро вы окажетесь в осаде заложников, вход воспротивится, раздадутся выстрелы. Человек слева от тебя может быть убит, у человека справа мозги на стене, ты ранен в живот. Ожидается, что вы будете продолжать идти. Вот где пригодность и решительность вступают в силу.


"Теперь, в отличие от предыдущих курсов, вы пройдете здесь основы, а затем отправитесь в Сьерра-Леоне и Либерию, и в течение нескольких дней по прибытии туда вы убьете человека, пытающегося убить вас".


Они обменялись обеспокоенными взглядами.


"Да, вы подвергнетесь риску в джунглях, это отличный способ вас потренировать и посмотреть, на что вы способны, потому что, получив квалификацию, вы можете стать частью команды взломщиков, проникнуть в здание с вооруженными людьми внутри. Тебе нужно сделать это без паники, не останавливаясь, когда твоя пара убита. Есть какие-то сомнения ... уходи скорее раньше, чем позже."


Я оставил их обеспокоенными, сержант Краб организовал для них набор, но я слишком рано заговорил об опасностях здесь, в Gl4.


В 10 вечера, как раз когда я сидел и смотрел телевизор со Свифти, раздались выстрелы, за которыми последовал громкий треск пулемета, выбивающего патроны с соседней вышки. Достав пистолеты, мы выбежали из дома к воротам, когда прозвучал сигнал тревоги и зажегся свет.


За воротами я нашел машину, которая была разорвана в клочья, двигатель работал, из него вырывались выхлопные газы, член парламента Пит и его приятель стояли на коленях с винтовками наготове.


"Они не смогли остановиться, протаранили ворота, а затем развернулись!" Пит сообщил мне.


Я прошел вперед и наклонился, чтобы заглянуть внутрь, обнаружив двух парней-подростков, устроивших адский беспорядок. "Черт". Я выпрямился, обменявшись со Свифти испуганным взглядом. Я повернулся и крикнул: "Отбой тревоги, тревога отключена!"


Протянув руку, я проверил пульс и проверил раны, уверенный, что никто ничего не мог сделать для мальчиков, оба получили ранения в голову, шею и верхнюю часть груди по десять раз каждый.


Возвращаясь, я остановился перед Питом. И вздохнул. "Два подростка-наездника радости".


Его лицо вытянулось, винтовка опустилась.


Я добавил: "Наверное, пил сидр или что-то в этом роде. Не кори себя за это, правильно быть осторожным в этом гребаном месте." Отключили телефон, вбежали мужчины, я позвонил сестре.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко из GL4. Мы только что застрелили двух подростков-джой райдеров, которые протаранили наши ворота."


"О Боже..."


"Ты знаешь, что делать". Положив трубку, я отвел Свифти назад, сказав парням отойти. В башне я вскарабкался по крутым металлическим ступеням, обнаружив члена парламента и одного из моих парней из SO13, тепло укутанных. "Послушай, ты не сделал ничего плохого, но... они были двумя подростками-джой райдерами."


Их темные силуэты обменялись испуганными взглядами.


То, как они ехали по той дороге" мы решили, что это нападение. И мы выстрелили только после первого выстрела!"


Я кивнул. "Ведите себя как обычно, но будет расследование, и, возможно, они поставят под сомнение использование GPMG, но это могли быть нигерийцы или колумбийцы, так что будьте начеку и не отвлекайтесь. И если кто-нибудь спросит ... вы не были уверены, откуда был сделан первый выстрел, от нас или от них."


Отступая, многие парни ошивались поблизости - и теперь вооруженные, я позвонил Максу и рассказал ему историю. Было время вставить ее перед отправкой в печать.


В казармах Крэб собрал новых стажеров, все выглядели более чем немного обеспокоенными.


"Слушайте внимательно", - громко начал я. "Два подростка-джой райдера только что промчались по нашей дороге, несмотря на предупреждающие знаки, и врезались в наши ворота. Они просто дурачились, может быть, пьяные, и теперь ... они оба очень мертвы. У нас здесь хорошая охрана, и не без оснований.


"Сегодня ночью ты можешь лечь спать, зная, что наша служба безопасности могла бы ... пусть эти люди придут сюда, чтобы застрелить тебя. Если это тебя беспокоит, тогда иди и найди работу за письменным столом."


Из моего дома я мог видеть криминалиста у машины, мигающие синие огни, выстроившиеся машины скорой помощи. Мы бы не пользовались популярностью у местных.


Свифти сказал: "Теперь ни один ублюдок не приблизится к этому месту, почтальон выбросит эту гребаную почту на дорогу!" А что, если Томо сядет за руль пьяным?"


"Я установлю новый протокол, никакой стрельбы, если не обнаружено оружие или не произведены выстрелы".


"Это должно помочь, да. Это будет настоящая буря дерьма, эти дети выглядят так, как будто им по тринадцать лет!"


Я тяжело вздохнул, не ожидая ответов на вопросы. Или публичность.


Утром я позвонил полковнику Дину, у которого, вероятно, возникли бы вопросы по поводу инцидента. Технически, мы действительно работали на него. Дэвид позвонил рано, в ужасе от инцидента, задавал вопросы о правилах ведения боевых действий. Я изложил ему свои новые правила ведения боевых действий.


Донохью вылетел с командой, поскольку их люди были вовлечены, и им было поручено помогать в расследовании, их человек в GPMG - хотя и отвечал за поставку боеприпасов - теперь отстранен от работы на полном окладе, как обычно.


Старшие армейские офицеры пришли к полковнику Беннету после того, как я позвонил ему. Он был здесь не для того, чтобы помочь мне, а для того, чтобы помочь члену парламента Питу, и они долго сидели один на один, делая заметки.


Я схватил Пита, когда объявили перерыв, и привел его к себе домой, кеттл постучал. "Ты коришь себя за это?"


"Дети были того же возраста, что и мальчики моего брата".


"Я случайно убивал гражданских", - сказал я ему. "Но прекращаю ли я из-за этого делать то, что я делаю?" Нет, потому что есть несколько заложников, которым нужна моя помощь, поэтому я думаю о них. Я не хочу, чтобы ты уходил от меня."


"Я в порядке, но ... меня выворачивает наизнанку, и на дознании я столкнусь с родителями. Не заглядывая в будущее."


Я кивнула, ставя чай. "Послушай, у меня сейчас есть несколько собственных проблем, и мне не нужно менять тебя на нового водителя".


"Я буду там, когда понадоблюсь, они не отстранили меня, как штатского полицейского".


"Если они попытаются, дай мне знать, я потяну за кое-какие ниточки". Я отхлебнул чаю. "В Боснии, когда я был полумертвым, я обошел дерево, увидел человека и убил его, но он был просто лесным работником, стариком, с фляжкой и сэндвичем и женой, которая скучала бы по нему, может быть, с несколькими детьми.


"Если ты позволишь этому, это задурит тебе голову, но я продолжаю, потому что людям нужно, чтобы я продолжал. У меня есть еще много хорошей работы, я продолжаю говорить себе это."


"Ты был немного подавлен после Колумбии ..?"


Я громко вздохнул. "Кто-то в лондонской разведке пытался подставить меня и убить".


"Почему?" - недоумевал он.


"Чертовски хороший вопрос. Никакой финансовой выгоды, просто ... ревность."


"Ты работаешь с некоторыми странными типами".


"Вот почему мне нужно, чтобы меня отвез мой лучший мужчина".


Позже я сидел с полковником Беннетом и его командой, и они обсудили проблемы, и все свелось к проверке разумности, учитывая уровень угрозы. И, поскольку уровень угрозы был очень высок, нам могло сойти с рук то, что мы дергались.


Мы обсуждали новые правила ведения боевых действий, но они все равно были серой зоной. Это была земля модов, можно утверждать, что дорога проходила за пределами земель модов до врат, поэтому применялись два разных правила. Я поблагодарил его, и он уехал.


В 6 вечера я смотрела теленовости со Свифти, и они не были добры к нам. Но, по крайней мере, любой, кто думал прийти за мной сейчас, знал о здешней охране. Газета Sun была добрее к нам, их история в основном касалась безопасности, которую мы предложили, а не печальной потери двух детей-подростков.


Дэвид позвонил мне в 7 вечера. "Эти мальчики были цыганами, под кайфом от наркотиков и алкоголя, оба сироты, живущие с бабушкой и дедушкой. И машина досталась пенсионеру с переделкой, так что не совсем маленькие святые."


"Новости Би-би-си были суровы по отношению к нам".


"Да, здесь есть несколько сложных вопросов, за которыми нужно следить".


После звонка я связался с Максом и сообщил ему подробности.


На следующее утро, когда новые полицейские стажеры были на полигоне, майор показал мне газету Sun, фотографию пенсионеров, над которыми работали дети, список их правонарушений в округе.


Майор начал: "Макс уехал в город, но если бы они были моими детьми - вели бы себя подобным образом - я бы обратился к ним с помощью GPMG".


"Как поживает ваш парень, сэр?"


"Экзамены летом, ожидается, что все пройдет очень хорошо. Старшая школа здесь или в Новой Зеландии. Его сестра очень умная, от нее ожидают, что она будет преуспевать, она думает о медицине."


"Еще один доктор", - сказал я со вздохом.


"Как поживает ваша дочь?"


"Она быстро схватывает все на лету, пополняет словарный запас, но она уже говорит как ее мама".


"Это Кейт ... встречаешься с кем-нибудь? - спросил майор.


"Не то, чтобы я знал об этом ... или заботился об этом, сэр".


"В последнее время ты был немного подавлен ..." - Он подождал.


"Что-то случилось, сэр, не могу сказать, что. Просто ... еще один засранец, пытающийся подставить мне подножку."


Позвонил Дэвид, и я вышел. "Томск положил больше денег на этот счет, он добавил десять миллионов".


"Тогда я подумаю, как я мог бы использовать это, пока я еще жив".


После прогулки на полигон и обратно, чтобы проветрить голову, я схватил капитанов О'Лири, Харриса, Хэмбла и Морана, а также Свифти и майора, и мы сели в комнате для брифингов. "Джентльмены, у нас больший бюджет, мы... мог бы сделать больше. Итак, чего мы не делаем из того, что могли бы делать?"


Свифти сказал: "Мы могли бы быть где-нибудь в тепле и тренироваться, а не отмораживать здесь свои яйца".


Я кивнул. "Скоро мы отправимся с полицией в Сьерра-Леоне".


Капитан Харрис сказал: "Я рассмотрел один аспект. В Борнмуте есть гражданское подразделение, которое выдает предупреждения компаниям, сотрудники которых находятся в опасных местах, о риске похищения. Они также записывают похищения. Дело в том, что похищение чернокожего местного жителя здесь не попадает в новости, но указывает на действующую банду. И когда и если этот черный выйдет, мы могли бы получить информацию."


"Отличная идея", - похвалил я. Я повернулся к О'Лири, который сидел с ручкой и бумагой наготове. "Я хочу большой сарай для транспортных средств, построенный на скорую руку, и, чтобы вывезти их отсюда, здесь еще одна переносная кабина". Он сделал пометку. Министерство иностранных дел могло бы прислать нам человека с компьютером, и эта гражданская компания была бы рада сотрудничать с нами, так что попросите у них еще и человека.


Джентльмены, если у нас будет карта всех зон риска, всех похищений, то это принесет нам большую пользу, потому что, если нас посылают в место, мы хотим получить эту информацию. Возможно, мы не возьмемся за многие банды похитителей, но если нам поручат, мы могли бы быть лучше подготовлены."


Майор сказал: "Зачем ждать Лондона? Если у нас есть информация в режиме реального времени, то сообщите об этом в Лондон, потому что они могут получить сообщение об этом неделю спустя - а к тому времени след простынет."


Я кивнул. "Если западные заложники будут захвачены, и мы узнаем об этом первыми, тогда да".


О'Лири сказал: "Министерство финансов и нефтяные компании сотрудничают подобным образом постоянно, в этом нет ничего нового. И нефтяные компании часто снабжают FCO информацией, просто им нужно, чтобы все это было в одном месте и своевременно."


"Жаль, что у нас нет подходящего кирпичного здания", - сказал я О'Лири.


"Там есть переносная кабина, которая соединяется в одну большую - как две рядом стоящие. Поместился бы здесь и блокировал бы ветер от входа в ангар."


"Как насчет... есть что-нибудь, чтобы снизить высоту входа до восьми футов?" Я спросил.


"Достаточно просто", - предположил О'Лири. Я свяжусь с королевскими ВВС по этому поводу. Будь немного теплее."


Майор сказал: "Как насчет большого набора двойных дверей, которые можно запирать?"


"Даже лучше", - отметил я, пока О'Лири делал пометки. "И пусть они заделают все маленькие отверстия в стенах, установят большой вентилятор. Когда ты сможешь достать эти переносные кабины?"


"Их можно нанять в течение дня и доставить".


"Пока оставьте транспортные средства снаружи, кроме джипов с длинной осью", - предложил я. "Но начни с сарая".


"Итак, мы отправляемся на поиски работы", - отметил Моран.


"Мы находим работу, затем спрашиваем Лондон", - поправил я его. "Если мы спланируем работу и она будет выглядеть прямолинейно, они вряд ли скажут "нет", и у нас здесь расширенная роль Intel". Я столкнулся с Харрисом. "Свяжитесь со своим боссом в Лондоне, обсудите это".


Он кивнул и сделал пометку.


"И я хочу встретиться с парнем, который занимается безопасностью нефтяной компании, и ответственным за это сотрудником FCO", - сказал я О'Лири.


" Как насчет групп по рассредоточению, " выпалил Хэмбл. "Обычный SAS с командой в Сьерра-Леоне, готовой к вылету, или Мали, по вызову, команда в Кении такая же".


"Я скажу об этом полковнику Дину", - сказал я ему. "Но такие ротации добавляют опыта вдали от Великобритании, так что все это хорошо".


Мы составили план, обменялись идеями, и все стремились приступить к работе; мы хотели взять на себя ответственность за некоторые из наших собственных разведданных.


После собрания я позвонил Дэвиду. "Могу ли я взять с нами мужчину на постоянной основе, того, кто будет путешествовать с нами - но вашего мужчину, моего посредника для принятия быстрых решений, кого-то, кто не боится тяжелых условий?"


"Не понимаю, почему бы и нет. Но будет ли полковник Дин подвергать сомнению свою роль?"


"Не после того, как он увидит, что я делаю".


"Что ты делаешь?"


"Подожди и увидишь... пришли мне этого человека."


"У JIC могут возникнуть проблемы с персоналом SIS на месте ..."


"Не тогда, когда они видят, что я делаю, так что поверь мне".


Следующий звонок был из GCHQ. Я сказал их дружелюбному директору, что мне нужен человек в аренду, и он был заинтересован, но это должно быть согласовано с JIC. Я сказал обратиться за разрешением, и резко.


На следующий день появились наши переносные кабины, наши транспортные средства переехали, краны использовались для неуклюжего размещения новых зданий внутри ангара. К 15:00 новая двухместная кабина была на месте, их соединяли две двери, никаких щелей или дуновения ветерка, внутренние окна заколочены. Столы были собраны, мои ребята помогали, новые стулья были сняты с защищающего их картона.


В 16:00 приземлился вертолет, двое мужчин прилетели, чтобы найти меня. Один был из Министерства иностранных дел и отвечал за уровни террористической угрозы, другой делал то же самое для нефтяных и горнодобывающих компаний. Я принес им чай в комнату для совещаний.


"У нас есть идея, что вы здесь запланировали", - начал парень из FCO. И мы более чем рады помочь. В прошлом мы были разочарованы ... скажем так. Мы знали, что это за банды, и они остались безнаказанными."


"Я хорошо переношу наказания", - сказал я ему.


"Мы знаем, ты оставляешь в живых немногих, чтобы беспокоить нас позже", - вставил парень из нефтяной компании. "Но будет ли Лондон посылать тебя куда-нибудь чаще?"


"Да, это простой ответ, в том смысле, что когда я показываю на заложников - и что моим ребятам скучно - они не возражают. Чего я хочу от вас обоих, так это чтобы мужчина или женщина сидели здесь и помогали с разведкой и планированием."


"Это мы можем сделать", - согласился парень из FCO, когда мы сидели с кружками чая. "Облегчает мою жизнь. И если ты сможешь заставить другие агентства вести себя хорошо ..."


"Я единственный, кто мог заставить их вести себя хорошо", - сказал я ему. "А также американцы и французы".


"Это то, на что мы надеялись, потому что они не делятся информацией, и заложников оставляют гнить".


Они снова сели в свой аттракцион двадцать минут спустя, пообещав двум теплым телам жить здесь или поблизости.


Капитан Харрис пришел и нашел меня в 7 вечера в моем доме. "Я поговорил с Лондоном об этом новом подходе, и ... они отправляют майора в отставку."


"Они ... не доверяют тебе?" Я озадачен.


"Они хотят расширенную роль".


"О". Я обменялся взглядом со Свифти.


Харрис добавил: "Они конкурируют так же, как и другие агентства, и они хотят быть в центре внимания".


"Если этот человек помогает, тогда прекрасно. Ты их знаешь?"


"Да, и человек, о котором идет речь, хороший офицер".


" Но ... " подтолкнул Свифти.


Харрис скорчил гримасу. "Никаких "но", просто ... что этого не ожидали."


"Если он представляет проблему, я избавлюсь от него, это моя база", - заверил я Харриса. "Мы будем действовать день за днем, и этот парень будет сидеть здесь, пока ты будешь с нами за границей".


На следующее утро, когда полиция бегала по трассе, появился человек из GCHQ с коробками, вскоре установивший свой компьютер и факс, поставив кружку с кофе на свой стол. Я говорил с капитаном Харрисом, и двое из его команды переедут в новое здание, и им будет поручено собирать информацию о похищениях по всему миру.


Я сидел напротив моего парня из GCHQ, Тинкера, парня, на котором было написано "ботаник". "Тебя зовут Тинкер?"


Он улыбнулся. "Прозвище. Лудильщик, портной, солдат, шпион."


Я кивнул. "То, что я запланировал для этого здания, - это новый проект, центр для похищения intel по всему миру. Где появляешься ты ... получает радиоперехваты, когда у нас есть хоть какое-то представление о действующей банде."


"Как раз по моей части", - согласился он с улыбкой.


"Наступит ли это кому-нибудь на пятки... если бы ты раздобыл комплект и помог моим ребятам подбросить этот комплект для радиоперехвата в нужное место?"


"У нас есть несколько бывших SAS, которые делают это сейчас, но я бы проверил линию".


"Я хочу, чтобы моих ребят научили, как пользоваться набором и как его расположить".


"Это я могу сделать, да. Сам делал это достаточно часто." Он воспользовался моментом. "Они немного рассказали мне о Панаме, и ... чертовщина. Ты Петров?"


"Я есть".


"Потрясающая часть работы под прикрытием, которая. Многие пытаются, но мало у кого получается."


"Мне не повезло настолько, что у меня остались шрамы из Боснии".


"Я начал читать книгу".


"Это доступно?" Я озадачен.


Газета "Сан" настаивает на этом. Вы можете заказать ее по телефону."


"Я прочитал черновик. Итак, устраивайтесь, а затем сосредоточьтесь на любых похищениях по всему миру, приоритетными являются британцы и американцы, а также в Африке. Скоро у тебя будет много помощников."


"Когда мой факсимильный аппарат будет настроен, он будет принимать факсы каждый час от нефтяных и горнодобывающих компаний, а также от нескольких других, таких как Красный Крест".


"Повесьте на стены несколько карт, выделите горячие точки. Где ты живешь?"


"В двадцати минутах езды отсюда".


"Хорошо. И ... никаких упоминаний о Петрове, никому, даже здесь - они не знают. И ... охрана усилена, будьте осторожны."


"Я надеюсь, что меня не будет поблизости поздно ночью, и я не буду таранить ворота, если это так!"


Следующим, кто прибыл в тот вечер, был парень моей сестры, с багажом в руках, по имени Хант. Он был высоким, подтянутым, с седыми волосами и симпатичным.


"Я удивлен, что человек вашего возраста и положения переехал сюда, так что ... ты развелся?"


"Сука, я обескровлен, дети в чертовски дорогой школе-интернате".


"Добро пожаловать в клуб, несколько несчастных душ вокруг этой базы. Ты хорошо впишешься."


Я показал ему столовую и принес ему поесть, затем показал ему его новый и очень пустой офис. "Вы полевой агент, мистер Хант?"


"Я был хорош в этом, получил удар в ногу, так что после этого был привязан к столу".


"Если мы развернем операцию, ты пойдешь с нами", - предупредил я.


Он кивнул. "Только не жди, что я выпаду из гребаного самолета".


"Здесь есть парень из GCHQ, и завтра ты начинаешь работать с ним, собирая любую информацию о группах похитителей".


И моя точная роль - как вы ее видите, поскольку Дэвид ... Дэвид."


"У вас будет последний звонок по сигналу "идти запрещено", информация для планов, некоторые связи с местными посольствами".


"Ты беспокоишься о вине?" - прямо спросил он.


"Не так сильно, как, вероятно, следовало бы, и ... Дэвид есть Дэвид. Ему нужно больше кричать."


"Это он делает, да. Я в курсе событий в Панаме и Либерии, и вы справились очень хорошо, но если бы вы когда-нибудь попросили разрешения на то или другое, вам было бы отказано."


"Ты отказался бы от этого?" Я позировал.


"Ах, начнем с действительно охуенно сложных вопросов справа от. Ответ таков ... не уверен. Если бы это было по правилам, я бы сказал "нет" таким операциям. Но, как это часто бывает, хороший конечный результат оправдывает нарушение правил. И теперь Лондон боится расстроить ЦРУ, так что ... необходима свобода действий."


В тот вечер я пригласил его в паб для долгой беседы, и мы сошлись во мнениях по большинству вопросов. И было хорошо иметь кого-то вроде него, с кем можно было поболтать, поскольку Дэвид был моим боссом, но не с кем посидеть и поболтать или выпить пинту. Хант был серьезным парнем, который мог ударить любого на своем пути.


На данный момент он был в комнате в хижине, но у него не было с этим никаких проблем, не в последнюю очередь потому, что она была бесплатной. Его первой задачей было позвонить Дэвиду и попросить соединить его с офицером французской разведки по связям и офицером "Дельта Форс", обязательно задав вопросы в JIC, громкие вопросы.


В пятницу я приветствовал нашего нового майора разведки, Сандерсона, мужчину с приятным лицом и слегка избыточным весом, с приятными манерами. Я усадил его с майором Брэдли.


С чаем в руке я повернулся к нашему гостю. "Сэр, возможно, вы будете настолько любезны, чтобы рассказать нам, почему они на самом деле послали вас". Я ждал.


"Ничего зловещего, просто мы немного потеряли доверие, когда ты ушел из SAS и захватил все хорошие заголовки. Мои боссы хотят, чтобы мы делали то, что должны делать, и оправдывали наши зарплаты."


"Тогда, сэр, вы можете начать с того, что возглавите новую команду, которая должна собрать все мировые данные о заложниках и бандах похитителей, чтобы мы могли выбрать кого-нибудь из них и предложить план Лондону".


"Это я могу сделать, да".


"Есть парень из GCHQ, и он поможет моим ребятам установить подслушивающие устройства, и есть парень по имени Хант из SIS, который будет предлагать решения на местах от имени Лондона. Он доступен для использования в вашей команде, на подходе новые теплые тела."


"Я устроюсь и поболтаю с командой, составлю кое-какие планы".


"Вы знаете, как парни из SAS будут обращаться с вами, сэр".


"Да, не проблема, давным-давно я был молодым капитаном в Херефорде. Одиннадцать лет назад."


"До моего времени", - отметил Брэдли.


Я оставил их двоих, чтобы поболтать и сблизиться, вскоре поприветствовав леди из FCO, умную и привлекательную тридцатипятилетнюю Лесли.


"Почему они послали тебя?" Я спросил.


"Леди?" - она забавлялась.


"Нет, почему ты, и где ты живешь?"


"Я живу или делаю большую часть времени недалеко от Бристоля, так что я буду ездить на работу, и я ... потому что Западная Африка - это моя область."


Я кивнул. "Мы охватим весь мир, но справедливо будет сказать, что Западная Африка будет сильно влиять на то, что мы делаем". Я познакомил ее с Тинкером и Хантом, и мы обнаружили, что собираются новые столы.


Ее коллега из нефтяной промышленности, мужчина лет сорока по странной фамилии Мутч - монстр шести футов шести дюймов жира, появился час спустя, и он снимал комнату в доме - после того, как я спросил о храпе. По общему мнению, он храпел громче Бонго.


В 17:00 я собрал новую команду с существующими офицерами разведки в комнате для брифингов, Моран и Хэмбл пришли на собрание.


"Хорошо", - начал я. "У нас есть несколько новых лиц, которых мы должны приветствовать и с которыми нужно познакомиться. Во-первых, несколько слов о безопасности. Если ты будешь мочиться здесь, охранники застрелят тебя насмерть. Всегда будьте осторожны, особенно поздно ночью, сообщайте обо всем подозрительном, обо всех, кто задает вопросы. Большинство из вас уже знают правила игры.


"Далее вы можете ожидать прибытия дополнительной помощи, но, пожалуйста, спросите, что вам нужно или кто вам нужен для выполнения работы. Эта работа под контролем присутствующего здесь майора Сандерсона будет заключаться в сборе, сопоставлении, сортировке и оценке любых данных о заложниках, бандах похитителей, людях, нападающих на шахты или британские интересы по всему миру, сотрудниках посольств, которым угрожает опасность.


"Возможно, мы получим толчок из Лондона, чтобы пойти поработать. Если да, то чего я хочу от вас, так это точной и своевременной информации, размещения радиоустройств, размещения агентов, если необходимо, операций, созданных моими ребятами до того, как план будет составлен, утвержден и введен в действие.


"Или ... ты находишь мне заложников, составляешь план, мы представляем его Лондону, и они говорят "да", и мы идем за этими заложниками. Если заложников нет, но группа нападает на наши интересы, мы снова разрабатываем план, и мои люди идут убивать плохих парней, делая вид, что это похоже на спасение заложников.


"Может случиться так, что в ближайшем будущем у нас будет команда, постоянно находящаяся в резерве в Сьерра-Леоне, готовая к полетам на скоростных самолетах, команда в Кении. Пока мы обсуждаем эту тему, может кто-нибудь узнать, какой маленький самолет самый быстрый, сколько стоит нанять и у кого, вариант на рассмотрении. Если кого-то схватили, нам нужно действовать быстро, но обычно мы восемнадцать часов сидим в рейф-Брайз-Нортон, ожидая, когда нас куда-нибудь подвезут."


Сестренка Хант сказала: "Маленький реактивный самолет чертовски дешевле, чем гребаный "Тристар", и намного быстрее. Если бы здесь был один, цитата, он доставил бы вас в Сьерра-Леоне за четыре часа - по крайней мере, десять человек сделали бы это."


"Тогда нам нужно знать, как его получить, настроить учетную запись. МОД будет рад, что мы не привязываем Тристар."


Нефтяник Матч вставил: "Я знаю людей, знаю, как заключить выгодную сделку, и все, что им нужно, это одобрение FCO, и они выставят нам счет позже по хорошим ценам. Если у них есть один сб, остывающий на какой-нибудь взлетно-посадочной полосе, они будут рады деньгам, но проблема в пилотах, их труднее достать, чем проклятые самолеты."


"Как насчет", - начал я. "В начале каждой недели вы отправляете факс с вопросом, какие самолеты и пилоты где находятся, и у нас есть преимущество".


"Я могу это сделать. И где-то ежедневно публикуется список."


Я указал на него. "Они сказали тебе, что ты обязан пройти парашютную подготовку ..."


Его лицо опустилось. "Что?"


Я улыбнулся, разразившись смехом.


"Ублюдок, у меня сердце замирает. И у тебя не было бы достаточно большого парашюта для меня!"


"Итак, все, нам нужны карты, нам нужны разговорники, нам нужны списки плохих парней. Начните с утра."


Мутч поднял ручку. "У меня есть несколько заложников. Я имею в виду, там много заложников, но я знаю парня, которого схватили на прошлой неделе, нефтяника."


Тинкер повернул голову. "Почему нефтяная компания не платит выкуп?"


"Его уволили за несколько дней до того, как его схватили. Им не все равно, они объявили его пропавшим без вести, но они не заплатят."


"Где он?" Я спросил.


"Niger."


"Собери информацию, составь план, представь его, как только будешь готов".


"Завтра в полдень".


"Суббота?" Спросил майор Сандерсон.


Я громко позвал: "Те, кто хочет помочь, поработайте сегодня вечером или утром. Я не ожидаю, что рабочие будут работать 24 часа в сутки, но время от времени будет паника, за которой последуют выходные - как с моими людьми. По всему миру тысячи заложников, поэтому мы делаем, что можем, с тем, что у нас есть. "


Несколько человек предложили прийти в 9 утра. Те, кто живет на базе, сегодня вечером составили бы план.


После встречи я позвонил полковнику Дину. "Есть время выпить пива, сэр?"


"Да, ничего не планировалось. Я спущусь к тебе, повидаюсь с семьей после, они продолжают ворчать."


Он встретил меня в пабе час спустя, в гражданской одежде, несколько парней были шокированы, увидев его. С пивом в руках я подробно описал новую команду в течение пятнадцати минут.


"О чем я думаю, сэр, так это о том, что у вас есть отряд наготове рядом со мной, готовый отправиться куда угодно на маленьком реактивном самолете, группа поддержки под рукой или отряд в Сьерра-Леоне, один в Кении".


"У нас в Кении всегда есть мужчины, поэтому иметь там команду наготове достаточно легко, а в Сьерра-Леоне у нас постоянно есть мужчины на ротации, так что особых трудностей нет. Значит, эта новая команда получит свежую информацию?"


"Информация уже есть, сэр, просто хранится во многих пыльных местах. У FCO этого много. Идея в том, что я выбираю спасателей и сообщаю об этом Лондону после того, как у нас будет план, когда нам больше нечего будет делать в холодные британские зимы."


"Много хороших заголовков", - отметил он. "И если ты выберешь заложников, у тебя будет больше шансов, чем если бы их выбрали за тебя".


"Идея, также, состоит в том, чтобы собрать информацию о бандах, а затем пойти и ударить по ним".


"Я был бы рад привлечь команды, да, мы делаем шаг назад по сравнению с Лондоном в борьбе с терроризмом, и им нравится работать с вами".


"Тогда соберите хорошую команду в Сьерра-Леоне, на аэродроме, в режиме ожидания двадцать четыре часа, а затем подойдет следующая команда. Все, что вам нужно знать, это где находятся частные самолеты и сколько они стоят. Возможно, некоторые в Гане и Гвинее."


"В Сьерра-Леоне тоже всегда был Геркулесом", - отметил он. "Думаю, я бы больше доверял информации, исходящей от тебя, и плану. Меньше шансов облажаться."


"Вы отправляли каких-либо территориальных агентов в Сьерра-Леоне, сэр?"


"Территориальные? Нет."


"Если ты сможешь собрать группу, я буду там через несколько недель".


"Ну, для них это было бы хорошо, да. Запланировано рождественское упражнение. И они, черт возьми, предпочли бы Сьерра-Леоне Брекону!"


Вошел капитан Хэмбл и, прежде чем взять выпивку, бросил шокированный взгляд на полковника Дина.


"Как у него дела?" Спросил полковник Дин.


"Прекрасно, сэр, но я не разрешил ему работать вживую, пока он не придет в себя. Он зол, хочет разнести пулеметное гнездо, но со временем успокоится. Или... он уничтожит пулеметное гнездо и получит медаль посмертно."


"У меня было много неудобных вопросов о Колумбии, я просто сказал, что она засекречена. Даже несколько генералов спросили об этом, и их не впечатлило, что я был уклончив. Одному я просто сказал, что ты пристрелишь меня, если я раскрою подробности."


Я рассмеялся. "Это было неофициально, и все еще остается, из этого все еще может выйти много дерьма, если люди узнают".


"Ты нарушил несколько законов ..."


"Чертовски хорошо их одолел, сэр".


"В газете Sun не было никакой конкретной статьи, просто упомяните, что вы, возможно, были там, так что сдерживание было хорошим. Вы знаете, почему JIC сейчас недовольны?"


Я взглянул на него. "Один из их членов был пойман при попытке меня убить".


" Черт возьми... " Он отхлебнул из своего стакана.


"Их всех задержали и допросили".


"Когда я разговаривал с ними на этой неделе, у них были кислые лица и сдержанность, не обычная большая группа. Это объясняет почему."


Мутч и Хант появились в 9 вечера, хорошо закутанные от холода, и подошли, Хант узнал полковника Дина.


Мутч сказал: "У нас есть разведданные и половина плана, самолет на месте". Он показал мне карту. Деревня находится по другую сторону хребта, дорога проходит через этот хребет, главная дорога - это место, где хватают людей. Шаг первый - это радиоприемник на том хребте.


Тинкер позвонил своим людям, у них есть человек в радиусе ста миль, так что он скоро это сделает. Это должно подтвердить, находится ли мой друг в той деревне, или они перевели его дальше."


"Плохие парни?" Я спросил.


"Исламисты, но эта группа отделилась от основной группы после перестрелки на какой-то свадьбе".


"Жених недоволен своей невестой?" Спросил полковник Дин.


"Наверное, увидел ее впервые", - съязвил Матч. "Достаточная причина, чтобы начать стрелять!"


"Сколько?" Спросил я, улыбаясь.


"Меньше двадцати, одно похищение каждые три месяца или около того, сообщается, что удерживают трех человек. Небольшая операция."


Полковник Дин повернул голову ко мне. "Моя группа могла бы попробовать, у меня полно мужчин в Сьерра-Леоне ..."


"Затем тихо отправьте хорошую команду в Нигер, отправьте записку в посольство и Министерство иностранных дел, попросите начать операцию в JIC только для прикрытия баз. Вы же не хотите, чтобы эти кислые лица были красными и злыми, сэр. "


"Я позвоню сегодня вечером и разберусь с этим". Он встал, и мы последовали за ним.


"Шаг за шагом, сэр. Сначала разведка, затем наблюдение, затем план."


"Отправь все, что у тебя есть, в Сьерра-Леоне утром, но не стесняйся дать им план".


Когда полковник ушел, мы сели.


Хант сказал: "Ты ... пропускаешь это мимо ушей?"


"Мы все на одной стороне и предполагается, что у нас все гладко. Мне нужен Херефорд, они поддерживают нас. И это небольшая работа."


"А если они перестреляют всех в той деревне ..?"


"Тогда полковник Дин пристрелит ублюдков. Те времена прошли, они знают правила и риски, в наши дни они стали лучше."


"Моему приятелю могут отстрелить яйца", - пожаловался Мутч.


Я протянул ему плоскую ладонь. "Я спланирую это, проверю информацию, предупрежу команду. И один из моих отрядов - регулярные войска, треть моей команды - регулярные SAS. И если бы это был твой брат, я бы сделал это сам. Так откуда ты вообще знаешь этого парня?"


"Когда-то вместе работали в нефтяной отрасли, на буровых установках в дельте Нигера. Мы были известны как ужасные близнецы."


"Почему?" Охота прекращена.


"Я ужасно храплю, он тоже, но мы оба крепко спим. Кто-то однажды записал нас на пленку, и временами мы были синхронны!"


Мы смеялись.


Я сказал ему: "Ты не пойдешь с нами в поле, ты останешься здесь".


Хант сказал: "Нам нужно радио, которое будет улавливать громкий храп!"


Мутч добавил с улыбкой: "В любом случае, они, вероятно, уже забили его до смерти или задушили".


"Его собственная камера", - отметил Хант. "Подальше от всех остальных!"


В понедельник я получил еще пять миллионов фунтов от человека Тома в Лондоне, но я также попросил главного секретаря кабинета встретиться со мной в здании Министерства обороны, удивив Дэвида и его сотрудников.


"Это мои деньги, и это то, что я хочу с ними сделать", - нахально начал я. "Один миллион Ми-5, один миллион GCHQ, один миллион SIS, один миллион новому полицейскому подразделению, один миллион Креденхиллу. Каждое подразделение должно использовать деньги для обучения вне офиса, при условии, что в этом есть какой-то элемент веселья. Скалолазание, гребля на каноэ, подводное плавание, языковая практика за границей, поездки в соответствующие достопримечательности, отели и питание."


"Похоже, это разумное использование денег", - предложил главный секретарь Кабинета. "И мы скроем источник". Он смотрел мне прямо в глаза. "Ни одного для вашей компании?"


"У нас было кое-что, выплачены бонусы, и это еще не все".


"Мог бы взять это и сбежать ..."


И что с этим делать? Сидеть на пляже? Я бы продержался неделю."


"Тебе так нужно хобби", - сказал он мне перед моим уходом.


На следующий день полковник Дин был в эфире, благодарил меня за деньги, и у него уже было несколько парней, выстроившихся в очередь для подводного плавания на Тенерифе. Глава GCHQ позвонил и поблагодарил меня, и рассказал о своей благодарности от премьер-министра, который посетил и поблагодарил команду за Колумбию.


"Куда ты отправишь своих сотрудников?" Я спросил его.


"Первая поездка, шахматный турнир против русских взломщиков кодов в Берлине, смертельного врага, который был. У нас отличная шахматная команда, и мы сражались с ними раньше. И мы часто организуем поездки в винодельческие регионы, так что персонал будет доволен."


"В первую очередь, пожалуйста, уделите приоритетное внимание сотрудникам, которые работали над телефонным взломом в Колумбии, они помогли спасти мою задницу".


"Да, они все знают о деньгах. Мой парень зарабатывает себе на пропитание там, внизу?"


"Да, пока они все ведут себя хорошо".


Во вторник я попросил Echo подготовиться к ожидаемому переезду в Сьерра-Леоне и посидел с расширенной командой Intel. "Хорошо, что у нас есть по Нигеру?" Я спросил.


Майор Сандерсон кивнул Мутчу.


Мутч начал: "Парень из GCHQ разместил устройство поздно вечером в субботу, протестированное и работающее, а в воскресенье они упомянули заложников. Пока нет исправлений с камерой для заложников, но болтовня есть."


"Числа?"


Он взглянул на Лесли, когда она сидела, скрестив ноги. "Мы потеряли троих на той дороге за три месяца, двух местных чернокожих рабочих поблизости, всего может быть шестеро. Одно требование выкупа, отправленное не той нефтяной компании, запрошенный миллион долларов, но только за одного человека, второго схватили. И это все, что они сообщили."


"Итак, мы не знаем о заложниках, " начал я, " но мы знаем, что эти плохие парни в бизнесе, и их следует убрать из этого бизнеса, поэтому я рад заняться ими. Пока мы говорим, в Нигере находится обычная команда SAS, и я дам им задание сегодня, провести две операции над деревней, не спускать глаз. Продолжайте проверять информацию о сигналах, и если меня не будет поблизости, передайте это Креденхиллу, пожалуйста.


"Эхо" скоро переместится в Сьерра-Леоне, так что, пока мы там, поищите поблизости каких-нибудь заложников: Гвинею, Либерию, Кот-д'Ивуар. У нас там есть работа с новой группой полицейских, но мы могли бы также послать команду спасателей. И если операция в Нигере нуждается в расширении, мы могли бы полететь туда. Составьте список доступных самолетов."


Мой телефон зазвонил. "Извините". Я обернулся. "Уилко".


"Главный секретарь кабинета министров. Британский посол в Колумбии, его сын был похищен."


"Как, черт возьми, это произошло?" Я закричал.


"Визит к стоматологу сегодня рано утром и хорошо выполненный маневр".


Я вздохнул. "Сейчас я сделаю несколько звонков".


"Мы хотим, чтобы он вернулся, отправлено Эхо".


"В этом регионе у меня есть люди, более подходящие".


"Ну, твое шоу".


"Оставь это мне". Разговор закончился, я взглянул на их выжидающие лица. "Сын британского посла в Колумбии схвачен, Echo могут задействовать". Я указал на Тинкер. "Бери свою машину, мы собираемся осмотреть вашу стоянку. Остальные, сосредоточьтесь пока на Африке, пожалуйста. "


Я вышел на улицу и посмотрел на часы. Томск спал бы; в Ла-Пальме было бы 9 утра. Я все равно позвонил. Трубку снял Большой Саша. "Это Петров, он спит?"


"Возможно, но он не гулял допоздна, у него желудочная болезнь".


"Как только он встанет, мне нужно, чтобы он позвонил, у меня проблема".


"Я сейчас проверю, как он".


Мой следующий звонок был министру в Панаме, когда Тинкер сидел в своей машине и ждал. "Это Петров".


"А, как поживаешь, мой хороший друг?"


"Послушайте, сын британского посла был похищен в Боготе".


"Ах, кто-то хочет отомстить, нет".


"Я в долгу перед британцами, они помогли с картелем".


"Если вы должны британцам, то и мы тоже. Я сделаю несколько звонков, у нас есть несколько человек в Колумбии, они могут что-то знать, и у нас есть двойной агент внутри FARC, возможно, это были они."


"Спасибо, позвони мне, если что-нибудь узнаешь. Что происходит с картелем?"


"Большая команда ФБР сейчас здесь, заявления от всех членов семей пропавших мужчин, более двухсот семей, регулярные обращения в новостях за информацией о пропавших людях. Над этим работает команда из шестидесяти человек, найдено более трехсот тел, предстоит провести анализ ДНК, команда Красного Креста."


"Может быть, завершение для некоторых".


Я схватил члена парламента Пита, и мы последовали за Тинкер в сторону Челтенхэма.


Пятнадцать минут спустя Томск перезвонил мне. "Петров?"


На русском я начал: "Да, послушай. Сын британского посла был схвачен в Боготе, так что, возможно, кого-то из картеля мы упустили."


"Возможно, да, поэтому нам нужно найти этого человека - и убить".


"Сделайте несколько звонков, несколько угроз, предложите несколько взяток. Если кто-то пытается захватить власть, мы идем за ним. И спроси медельинцев, знают ли они что-нибудь."


"У них не было бы причин хватать мальчика".


"Все равно спрашивай".


"Хорошо, сегодня я сделаю несколько звонков".


"Как твой желудок?"


"Нехорошо, мне нужен доктор".


"Подгоревший тост, углерод успокаивает желудок".


"Да? Я пытаюсь это сделать."


Следующий звонок был Фрэнксу из ЦРУ. "Это Уилко, где ты?"


"В Штатах, свободное время".


"Верните время вспять, сын британского посла схвачен в Боготе. Я хочу поговорить с боссом картеля."


"Теперь все сложно, он в федеральной тюрьме".


"Сделай так, чтобы это произошло, или я немного накричу на твоего босса".


"Оставь это мне", - последовало после вздоха.


"И быстро!"


Мы добрались до странного здания GCHQ в форме пончика и зарегистрировались, вскоре оказавшись в большой комнате, полной теплых тел, директор вошел, когда я призвал к порядку. Все смотрели на меня, человека в униформе, в море белых рубашек и блузок.


"Слушайте внимательно. Сын британского посла был схвачен в Боготе. Теперь это ваш главный приоритет, премьер-министр хочет вернуть парня, но на самом деле ему двадцать два года, и он молодой армейский офицер. Я встречался с ним однажды. Это может быть FARC, дело может быть в деньгах или - что наиболее вероятно - кто-то из картеля Кали, желающий отомстить за роль британии в Колумбии.


"У вас есть телефонные номера, у вас есть фальшивые персонажи, так что начните звонить и посмотрите, знает ли кто-нибудь что-нибудь".


Были названы имена, и команда переехала в соседнюю дверь.


"Остальные, вы можете узнать точное местоположение, откуда был похищен парень, позвоните в посольство в Боготе и попытайтесь получить данные телефона с этой улицы".


"Я займусь этим", - предложил Режиссер, поворачиваясь и уходя.


"Кто-нибудь, приготовьте кофе, день будет долгий", - сказал я остальным.


Панамский министр был первым, кто перезвонил мне. Я подошел к окну и посмотрел вниз на огромную круглую автостоянку. "Министр?"


"Наш человек в ФАРК говорит, что это были не они. Это не помогает, но устраняет их."


"Спасибо, и если что-нибудь еще, дайте мне знать".


"У нас есть свои люди из разведки, занимающиеся этим, возможно, им повезет".


Десять минут спустя над белой доской была повешена увеличенная карта улиц Боготы с указанием местоположения стоматолога.


Вошел мужчина. "Разговаривал с некоторыми людьми в Кали, понятия не имею о сыне посла".


Жаль, потому что, если это неизвестная группа" это усложняет мою работу. Продолжайте попытки, возможно, кто-то что-то слышал."


Мой телефон отключился, Томск. "Привет, босс".


"Не совсем твой босс, да. Послушайте, я говорил с картелем Медельина, и они были удивлены, они думают, что за этим может стоять кто-то из Кали."


"Британцы разговаривали с мужчинами из Кали, выдававшими себя за других мужчин из Кали, и они понятия не имеют об этом".


"Какой-то другой картель?"


"Возможно, или просто группа, желающая немного денег. Это не FARC, мы это знаем. Британцы сейчас просматривают записи телефонных разговоров."


"Я сделаю еще несколько звонков, посмотрим, что я смогу выяснить", - пообещал Томский.


Хант позвонил мне из GL4. "У нас есть своего рода зацепка, по крайней мере, что-то, с чем GCHQ может поиграть. Уборщицу в здании дантиста подобрали, чистую, пока не проверили за подушками его дивана и не нашли наличные."


"Он спрятал наличные ... на диване?" Я повторил.


"Не самая яркая искра. У нас есть номер его мобильного от колумбийской полиции." Он зачитал ее.


"Спасибо, мы займемся этим". Я повернулся и крикнул, номер вскоре ввели в компьютер, поскольку все супер-ботаники пришли в восторг.


"Мы взломали компьютер в Metrotel", - объяснил мужчина.


"Кто?" Я спросил.


"Оператор мобильной связи в Боготе. И их компьютерная система старше, чем я. Это MS-DOS."


Мужчины засмеялись, как будто это было забавно, оставив меня качать головой.


Через десять минут у нас был список сделанных и принятых звонков, проверены коды регионов.


Человек с его лицом на экране сказал: "Это странно, звонки из Боливии. Один сегодня утром, рано. Одна последняя ночь. Остальные - местные."


Они начали звонить на местные номера, в то время как мужчина с колумбийским акцентом набирал номер в Боливии. Мы знали имя уборщицы, задержанной полицией, и после пяти минут разговора за стеклянной перегородкой, когда мы долго махали руками, звонок был прерван.


Наш имитатор вышел, ухмыляясь. Уборщице заплатили за то, чтобы она сделала что-нибудь неприличное, да, может быть, впустила кого-нибудь. Я притворился, что нахожусь в бегах, полиция преследует меня. Но мне сказали встретиться в обычном месте в полночь, так что... понятия не имею, где это."


"А человек с другого конца?" Я нажал.


"Хладнокровный профессионал, но лейтенант, а не босс, наверняка с боливийским акцентом".


"Какой город в Боливии?"


"Ла-Пас, столица".


"Отследи телефон этого человека, высший приоритет".


Я отошел в сторону и позвонил в Томск. "Что вы знаете о картеле в Боливии?"


"Их два, публичный и тайный".


"Публично? У них есть офисы, реклама на телевидении?" Я дразнил.


"Первый - это полицейский рейд, просто прикрытие, тайный, спрятанный, которым руководит кто-то, кого никто никогда не встречает и о ком никто не знает, очень скрытный".


"Как долго они были в бизнесе?"


"Долгое время, тридцать или сорок лет".


"Значит, они знают, что делают. Они употребляют наркотики?"


"Да, крупный поставщик".


"Связан с картелем Кали?"


"Я бы так не подумал, в этом нет необходимости, эти боливийские мальчики очень скрытные. Они продают оптом другим, в Перу, Аргентине и Бразилии, у них нет трубопроводов."


"Никаких контактов с ними?"


"Нет, просто слухи. Ты хочешь, чтобы я спросил людей в Боливии?"


"Нет, они могут прийти за тобой!"


"Хорошо, я оставлю их в покое, если они оставят меня в покое, да".


"Хороший план. Держи это в секрете."


Я позвонил Ханту в GL4. "Мне нужно знать все о торговле наркотиками в Боливии, и быстро".


"Я знаю человека, я попрошу его приехать".


"Вертолет! Действуй быстро."


Мой телефон отключился после того, как я приняла кофе. "Это Фрэнкс, жди звонка через несколько минут, но ты Моррис, британская разведка".


"Моррис, хорошо".


Десять минут спустя в комнате царила суматоха, мой телефон зазвонил, набирая американский номер. "Моррис слушает".


"Подожди. Помогаю тебе пройти."


" Алло? " раздался низкий голос с акцентом.


"Это человек, которого ты встретила на своей лужайке той ночью".


"Ах. Они сказали, что это был британец."


"Дымовая завеса". С твоей семьей все в порядке?"


"Они здесь, в Штатах, с некоторыми другими, мы заключили сделку".


"Хорошо. Послушай, что ты знаешь о тайном картеле в Боливии?"


"Что они очень скрытные, да, их не ловят, личности никогда не известны. Я встречался с их лидером однажды, двадцать лет назад, но мы так и не договорились. Странный мужчина, высокий, кажется, немец, у него сгорела половина лица, обожжена рука."


"Они схватили сына британского посла, так что... почему?"


"Кажется странным, что они рискнули бы чем-то громким, они очень скрытные и тихие. Совсем на них не похоже."


"Есть имя, город, вообще какие-нибудь подробности?"


"Кажется, его звали Майкл, он любил старые машины, немецкие автомобили. Имел винодельню или что-то в этом роде, увлекался виноделием."


"Спасибо, это может помочь. Как там у вас с едой?"


"Ужасно!"


Мы смеялись.


"Оранжевый комбинезон?"


"Да", - вздохнул он. "Мой портной в Кали умер бы, если бы увидел меня".


"Если вам нужна какая-либо помощь с вашей семьей на улице, свяжитесь с нашим другом в Ла Пальме".


"Спасибо тебе. Они получили деньги, которые ты отправил, и другую провизию, так что пока с ними все в порядке."


"Я провел время в камере, я знаю, через что ты проходишь. Тебе нужно отключиться от окружающего мира и почитать книгу."


"Как я уже делаю, да".


"Поймай Папиллиона".


Он рассмеялся, и я отключил звонок.


Повернувшись, я крикнул: "Все!" Они успокоились. "Все усилия направлены на боливийца, говорящего по-немецки или немецкого происхождения, с ожогами на лице и руке, любящего вино или управляющего винодельней в окрестностях Ла-Паса, коллекционирующего старинные автомобили, возможно, немецкого происхождения".


Главный комментировал белую доску, пока я сидел и наблюдал, детали известны. "Хорошо, команда номер один: я хочу, чтобы все дилерские центры классических автомобилей в Ла-Пасе. Вторая команда: Я хочу, чтобы все газеты в Боливии проверяли на предмет продажи классических автомобилей. Третья команда: Мне нужен список виноделен, импортеров и экспортеров вина. Для начала."


Команды собрались вместе, все очень эффективно вносили предложения и заканчивали предложения друг друга, когда Режиссер вернулся, было установлено больше белых досок.


"Есть прогресс?" он спросил.


За захватом стоит тайный картель в Боливии. Вопрос в том... почему?"


Режиссер скорчил гримасу. "Британские усилия по борьбе с наркотиками в Боливии были ограничены образовательными программами в горных деревнях, а не солдатами на местах. Посольство там может что-то знать."


Один человек дал мне номер посольства, и я позвонил. "Капитан Уилко, SAS, мне нужен посол. Итак."


"Мгновение".


"Дэвид Фенстер, заместитель посла".


"Фенстер" - немецкое слово, обозначающее окно?"


"Да, и я также говорю по-немецки, некоторые здесь говорят. Вы капитан Уилко?"


"Да. Послушайте, посол Великобритании в Боготе, его сын был похищен ..."


"Да, мы получили предупреждение".


"Мы нашли связь с тайным боливийским наркокартелем".


"Я знаю людей, которых вы имеете в виду, и они были бы последними, кто ввязался бы во что-то подобное. И они не оставили бы никаких улик."


"Звучит так, будто ты ими восхищаешься?"


Не восхищаюсь ими, но они представляют для нас интерес, просто очень расстраивают. Они здесь замешаны во всем, так что никто никогда не напал бы на их след, они были бы предупреждены. Политики здесь на зарплате, полиция, все. Но, в отличие от картелей в Колумбии, они не совершают уличных убийств и наказаний, но люди действительно исчезают."


"Очень постарайся придумать связь, даже диковинную".


"Я был бы ошеломлен, если бы они были замешаны, и нет никакой связи, кроме того факта, что они являются экспортерами наркотиков, а Колумбия полна наркокартелей".


Британским спецназовцам приписывали поимку картеля Кали. Могло ли это кого-нибудь встревожить?"


"Не здесь, внизу, нет. Они были бы рады видеть, что картель Кали исчез."


"Я только что говорил с боссом Кали, у них не было никаких сделок".


"Ты говорил ... боссу из Кали, в тюрьме в Америке?"


"Да, у меня есть ... связи".


"Вот это да".


Следующий вопрос. Кого ты знаешь, богатого местного жителя, который говорит по-немецки, владеет виноградником, любит классические старые машины."


"Есть группа таких людей, хорошо зарекомендовавших себя в бизнесе где-то здесь. Все виноградники расположены к югу от Ла-Паса, ближе к побережью, и я видел, как проводилась пара выставок классических автомобилей."


"Есть список?"


"Мог бы завести одного".


"У вас есть тридцать минут, и ни слова больше никому в посольстве, пожалуйста. Нужно ли мне заставить премьер-министра немного покричать?"


"Нет, я рад помочь. Но я думаю, что это пустая трата вашего времени."


"Пожалуйста, просто сделай это, подробности в GCHQ Челтенхэм. Спасибо."


Я обратился к координатору команды. "К югу от Ла-Паса, по направлению к побережью, есть виноградники, несколько владельцев, говорящих по-немецки, странная встреча на классических автомобилях".


"У нас есть несколько объявлений в газетах о продаже классических автомобилей. Они перечисляют телефонные номера и коды городов, так что все это вводится в компьютер. Скоро будет образец. И у нас есть местоположение этого телефона и близлежащих мачт."


"Сопоставьте его местоположение с известными винодельческими районами", - предложил я.


Я позвонил сестре в Лондон. "Это Уилко, SAS. Мне нужно, чтобы ваш исследовательский отдел нашел какие-либо связи между британским правительством и Боливией, что-нибудь законное, кого-нибудь арестовали или удерживают здесь, в Лондоне. Срочно перезвони мне."


Тинкер подошла и села со мной. "Это захватывающая штука, в реальном времени. Обычно здесь немного скучновато."


"Похоже, боливийская банда схватила сына посла".


Мой телефон зазвонил, снова американский номер. "Уилко".


Заместитель начальника полиции Лэнгли. Есть минутка?"


"Стреляй дальше".


"ФБР прослушало тот звонок боссу картеля, который теперь задает неудобные вопросы, понятия не имеет, кто такой Моррис, работает на британскую разведку, и теперь очень интересуется этим боливийцем. Мы тоже, он убил одного из наших, но пока все, что мы можем доказать, это то, что он существует, больше о нем ничего не известно. Ты... планируешь нанести ему визит?"


"Если у него сын британского посла, тогда да".


"Ты знаешь, кто он?"


"Пока нет, но мы приближаемся к нему".


"Что ж, мы окажем давление на ваше правительство. Он нам нужен, и мы, конечно, поможем вам его заполучить."


"Моя цель - вернуть сына посла, вы можете забрать его похитителей".


"Если ты что-нибудь узнаешь, дай нам знать".


"Если я что-нибудь узнаю, я поставлю сына посла первым, на случай, если ты спугнешь этого человека или двинешься на него. Надеюсь, я ясно выражаюсь."


"Ты всегда прямолинеен и по существу, в отличие от тех, на кого ты работаешь. Будь на связи."


Я столкнулся с Тинкер. ЦРУ недовольно, им нужен этот парень. Еще одна вещь, которая усложнит мою жизнь."


Час спустя исследователя SIS привели ко мне после полета на вертолете. Мы пожали друг другу руки. Он начал: "Вы интересуетесь этой боливийской бандой".


Я собрал всех участников, тридцать мужчин и две дамы сели лицом вперед, парень из SIS на месте, но он знал свое дело, прочитал двадцатиминутную лекцию о нашей банде, их известных действиях и аффилированных лицах.


Мой телефон зазвонил. "Всем тихо!" Я закричал. "Уилко".


СЕСТРЕНКА, Лондон. Вы искали ссылку на Боливию, что ж, мы ее нашли. Двадцатитрехлетний мужчина с немецким паспортом, говорящий по-испански, прилетел из Бразилии, но далее из Ла-Паса, Боливия, рядом с ним сидел мужчина, тоже из Ла-Паса, подозрительный, известный сообщниками в торговле наркотиками."


"Что у вас есть на этого молодого человека?"


"Ничего серьезного, но американцам нужен его попутчик, и они попросили нас подержать его. У них обоих были номера в одном отеле, достаточная связь, но наркотиков при них не нашли."


Итак... его выпустили бы?"


"Американцы могут его экстрадировать".


"Мне нужны его данные, в частности, его отец, и номер его телефона".


"В паспорте указаны два ближайших родственника".


Я записал их и номер. "Мне нужно будет поговорить с этим парнем сегодня".


"Хитрый".


"Организуй это, или сын посла мертв. Отправь это по очереди." Звонок прерван, я повернулся лицом к банде. "Молодого парня удерживают в Лондоне, немецкий паспорт, но из Ла-Паса, а его попутчик грязный, его разыскивают американцы, этого молодого парня собираются экстрадировать или допросить американцы. Итак, я думаю, что его отец схватил сына нашего посла, и это не имеет никакого отношения к картелю Кали."


Я зачитываю подробности, безумную борьбу, чтобы добраться до компьютеров. Десять минут спустя у нас был домашний адрес парня, винодельня, рядом с номером мобильного телефона, который они отслеживали. Они взяли имя отца и прогнали его через Интерпол и другие базы данных, мужчина чист, настолько чист, что у него даже никогда не было штрафа за неправильную парковку. Кроме имени, не было никаких доказательств того, что он вообще существовал.


Ко мне подошел мужчина. "У человека в Боливии, который разговаривал с уборщицей у дантистов, есть телефон Nokia, и мы можем его взломать. Что нужно, так это чтобы он позвонил кому-то важному."


"Пусть кто-нибудь с колумбийским акцентом позвонит ему и спросит, знает ли он, как связаться с Петровым, просто это, затем повесьте трубку".


Они добрались до этого, до человека за стеклянной перегородкой. Этот человек в конце концов вышел к нам. "Это напугало его".


Мы стояли позади другого мужчины, склонившегося над компьютером, экран которого был заполнен мигающими списками. В конце концов он ткнул пальцем в цифру. Номер отмечен, его проследили до виноградника, того, где жил немецкий парень - виноградника Эль-Пасо. Теперь у нас был отец парня и, возможно, высокопоставленная фигура в картеле.


После проверки в Интерполе выяснилось, что у этого человека не было паспорта и он нигде не бывал, что делало его еще более подозреваемым, если он вообще существовал, в чем теперь сомневались.


Я нашел тихое местечко и позвонил в Лэнгли.


" Уилко? " спросил заместитель начальника.


"Да. И это время компромисса."


"Что ты знаешь?"


"Что парень, которого держат в Лондоне для экстрадиции в Штаты, является сыном высокопоставленной фигуры в этом боливийском картеле".


"Итак, у нас есть рычаги воздействия".


"Нет, если я убедлю моего премьер-министра отпустить парня. Помните, у них сын нашего посла."


"Ваше правительство не поддалось бы на подкуп со стороны банды наркоторговцев".


"Пока не было отправлено никаких требований, и нет никаких улик против этого парня. Его могут освободить."


После паузы последовал вопрос: "В чем здесь компромисс?"


"Ты веришь, что я добьюсь хорошего результата?"


"Конечно".


"Готовность отказаться от экстрадиции".


"Я сделаю несколько звонков, узнаю, для чего разыскивается молодой человек".


"Если это касается сына посла или наших будущих рабочих отношений, я спасу сына".


"Не совсем вижу общую картину, но это меня не удивляет. Если мы поссоримся из-за этого, больше не будет доступа в Томск?"


"Может быть, мы сможем взять наш пирог и съесть его. Поверь мне."


Я позвонил Дэвиду Финчу. "Есть немецкий парень, находящийся под стражей в ожидании экстрадиции".


"Да, я получил записку о вашем запросе".


"Мне нужно поговорить с ним по телефону".


"Можно сказать, что это адвокат".


"Как прямо сейчас".


"Я попрошу их позвонить тебе из тюрьмы, думаю, это займет полчаса".


"Я попросил Лэнгли отменить экстрадицию, и Петров выходит на сцену".


"Этот молодой человек - причина, по которой был схвачен сын нашего посла? Потому что они никогда бы не стали торговать, по крайней мере, никогда бы не увидели, что они торгуют."


"Нет необходимости торговаться, никаких улик на парня, пока никаких требований. Ты просто спокойно отпускаешь его."


"И Петров обеспечит сделку?"


"Можно было бы отвести одну-две угрозы, нанести визит в Боливию. Если они не освободят нашего человека, Петров захватит кого-нибудь из них."


"Я притворюсь, что никогда этого не слышал".


"После того, как парень позвонит мне, позвольте ему позвонить домой, частный звонок".


"Рад, что JIC боятся тебя на этой неделе".


Я сидел с Тинкер, пока люди суетились вокруг. "Делаю успехи", - предположил я.


"Мы получаем другие номера, привязанные к этому мобильному".


"Возможно, мне нужно спуститься туда и поговорить наедине".


Он приподнял бровь. "Тихое слово?"


"Иногда ... все, что вам нужно, это блефовать."


Они принесли мне поесть в столовой, и когда мы вернулись в наш переполненный командный пункт, мой спутниковый телефон зазвонил - неизвестный лондонский номер.


"Алло?"


"Ваш клиент здесь, чтобы поговорить. Подожди."


" Алло? " раздался голос с акцентом.


Я начал по-немецки: "Этот звонок может быть прослушан, поэтому будьте осторожны с тем, что говорите".


"Кто ты?" было на немецком. "Ты не немец".


"Меня зовут Петров".


После паузы последовало: "Петров из Ла-Пальмы, Панама?"


"Да, тот самый Петров".


"Что ... чего ты хочешь от меня?"


"Я убедил американцев отозвать запрос об экстрадиции, и британцы отпустят тебя. После этого вы будете под моей опекой, или, скажем так ... моей заботой. Видишь ли, твой отец схватил сына британского посла в Боготе, а ты... ты хрюша посередине. Если сыну посла причинят вред, вас отправят домой по одному пальцу за раз.


"Теперь запиши этот номер и попроси своего папу позвонить мне с виноградника Эль-Пасо, к югу от Ла-Паса". Я назвал номер спутникового телефона. "Я узнаю номер твоего отца, иначе я могу не ответить на звонок. Кажется, она заканчивается на 477. Позвони сейчас, тебе позволят."


Я обрываю звонок, лица в ожидании. "Пришло время немного поиграть. Мне нужны фоновые шумы, которые предполагают, что я на авианосце. Приступай к этому."


Дэвид Финч появился на пять минут позже. "Этот немец звонил в Боливию".


"Хорошо, я жду звонка. Пожалуйста, отключитесь от линии, босс." Звонок прерван, я ждал в комнате с видеомагнитофоном, в аппарате была VHS-копия Top Gun, палец завис над кнопкой. Я взял видеофрагмент, а затем погрозил кулаком нескольким людям. Они опустили головы и выглядели смущенными.


Десять минут спустя зазвонил мой спутниковый телефон, и я узнал код страны Боливии. В комнате воцарилась тишина, все взгляды были прикованы ко мне, когда я вошел в кабинку, оператор сидел рядом с видеомагнитофоном.


"Hallo?"


"Петров?"


"Ага".


На скромном ломаном русском он начал: "Вы убедили британские власти разрешить моему сыну поговорить с вами, это очень впечатляюще, но также и очень странно".


На немецком я ответил: "Вещи никогда не бывают такими, какими кажутся, а Петров, он умер много лет назад. Я занял его место."


"И ты...?"


"Британский агент".


"А Томск - идиот, который никогда не смог бы добраться туда, где он сейчас, без большой помощи. Я был бы удивлен, если бы он сам завязал шнурки на своих ботинках."


"Так поступило бы большинство людей".


"Ты помогал ему".


"Давайте просто скажем, что у нас есть понимание. Он регулирует наркотрафик, мы получаем информацию о поставках наркотиков и регулярных арестах и конфискациях."


"И у американцев с ним странные отношения, которые я наблюдал. УБН регулярно атакует Томска, но никогда не ловит его. А тот налет на дом престарелых?"


"ЦРУ организовало это, чтобы поставить в неловкое положение Управление по борьбе с наркотиками".


"Как кошки и собаки. А кто держит твою морду?"


Я похлопал своего парня по голове. "Я работаю на британцев с благословения Вашингтона". Я махнул рукой, убавляя громкость, потряс кулаком как раз перед тем, как Том Круз что-то сказал.


"Это ты ... на авианосце?"


"У берегов Колумбии, направляюсь на юг в Боливию, нужно уничтожить несколько виноградников. Если, конечно, ты не хочешь заключить сделку."


И это ... сделка?"


"Я увижу, как твой сын вернется домой, сын посла вернется домой".


"И ты просто забудешь обо всем этом..."


"Нет, теперь ты у нас на радаре. Итак, после того, как двое мужчин вернутся домой к своим семьям, мы либо заключаем сделку ... или вы получите грубый тревожный звонок, когда мои люди приземлятся."


"Русские, которые не знают, кто на самом деле тянет их за цепи".


"Ты умный человек, я уверен, ты можешь понять, как на самом деле устроен мир".


Приход Томска к власти был большой загадкой, но я с подозрением относился к тому, кто ему помогал, и у меня было собрано много информации о вас. Еще несколько лет назад ты был неизвестен, а потом вдруг вся эта активность. О тебе даже сообщалось в двух местах одновременно!"


"Предыстория".


"И какую сделку мы заключим?"


"Сделка такова ... что мы оставим вас в покое, если вы будете сотрудничать, регулярные сообщения о небольших партиях наркотиков, изъятых военно-морским флотом США и береговой охраной. И сделка начнется с сына посла, которого вы разместите в безопасном доме на юге Колумбии, на побережье, несколько человек, которые вам не нравятся, будут его охранять, а американцы высадятся и заберут его."


"И получите их историю на CNN!"


"Конечно".


"Это то, что их действительно мотивирует?"


"Это то, что делает политиков счастливыми".


"Такие дети".


"Итак, мы заключили сделку, или мне раздеть тебя догола и медленно сжечь оставшуюся кожу, пока ты будешь наблюдать, как убивают твою семью?"


После паузы последовал вопрос: "Как ты меня нашел?"


"Ваш человек, который заплатил уборщице у дантиста в Боготе, был очень неаккуратен".


"Спасибо тебе за это, но он женат на моей племяннице - я не могу забить его до смерти. Идиота отодвинут в сторону и поместят туда, где он не сможет причинить вреда - например, стоять на виноградине!"


Я рассмеялся. "Сын посла..?"


"Завтра будем на побережье, я сообщу тебе местоположение".


"Если ты сможешь это переварить, позвони в Томск, заведи друзей, упомяни меня, может быть, у тебя есть какие-нибудь сделки".


"Я унижу себя до того, что назову этого карлика советским тупицей, да. Тег."


Я вышел, все ждали. "Завтра американцы спасут сына посла, мы знаем, где он". Они приветствовали. "Все молодцы, отличная работа и быстрая". Я указал на своего специалиста по звуковым эффектам. "Все деньги, которые есть в этом заведении, и ты снимаешь гребаное видео Top Gun?"


Я позвонил Дэвиду, когда люди праздновали. "Я заключил сделку, завтра я узнаю местонахождение сына посла на побережье Колумбии, я попрошу американцев организовать спасательную операцию".


"Кровавый ад ..."


"Мне нужно освободить этого немецкого парня, или сделки не будет. Немедленно передайте это в личку."


"Уже отправил записку, и мальчик чист, кроме как по связи, просто вопрос об американцах, но мы могли бы поставить точку в неправильном месте в форме выдачи. И апелляция на экстрадицию занимает три месяца, парень может свободно разгуливать по Лондону."


"Я уверен, что его отец мог достать ему фальшивый паспорт".


Следующий звонок был в Лэнгли и заместителю шефа. "Завтра я узнаю местонахождение сына посла на побережье Колумбии, ваши люди проведут рейд и схватят его, а также разберутся с горсткой никчемных охранников".


"Как, черт возьми, ты это устроил?" И так быстро!"


"За бокалом боливийского вина. Приготовьте ванну, южная оконечность Колумбии, телевизионщики на борту. О, и премьер-министр испортит ваши документы об экстрадиции для немецкого парня."


"У тебя есть информация об этом картеле в Боливии?"


"Ну, вот в чем дело... ты знаешь, что я сделал с Томском."


"Что! Ты заключил гребаную сделку!"


"Регулярные наводки и изъятия наркотиков".


"Господи, если бы кто-нибудь узнал, они бы меня повесили! Или пристрели меня! Или повесьте меня, а затем пристрелите! Гребаное ФБР посадило бы меня навсегда! Ты солдат, ты должен, блядь, стрелять в плохих парней, а не заключать сделки и помогать им! "


Притворись, что у нас никогда не было этого разговора, поставь ванну на место. И ... хорошего дня." Я отключил звонок, ухмыляясь, удивляясь, почему мне нравилось дразнить его.


В беседе с режиссером я выпил чашку чая, обсудил события дня, прежде чем забрать Тинкер и отправиться в путь, многие из супер-ботаников теперь с ослабленными галстуками и закатанными рукавами.


В GL4 приближалось 17:00, состоялось вскрытие, но только с участием определенных людей, некоторые детали утаены, Тинкер поклялась хранить тайну о Петрове. Завтра "Эхо" вылетало в Сьерра-Леоне, моя новая команда разведчиков искала заложников, пока нас не было, SAS ожидала сигнала "Вперед" в Нигере.


Я позвонил главному секретарю кабинета министров и сказал ему, что сын посла был обнаружен - это ошеломило его, и что американцы начнут спасательную операцию - это вывело его из себя.


Поздно вечером, когда я как раз выключал телевизор, поступил звонок, его подробности заставили меня улыбнуться, Свифти хохотал во все горло, когда я это объяснил.


Утром мы все собрались в комнате для брифингов, многие стояли сзади, теперь здесь не нужен обогреватель.


"Хорошо, мы все должны быть готовы к вылету в Сьерра-Леоне в 4 часа дня", - начал я. Я указал на Мутча. "Твоя пара была спасена, жива и здорова".


"Не видел факс об этом?" - пожаловался большой комок.


"SAS не отправляют факсы. Теперь подробности спасения войдут в анналы великой боевой истории этой великой нации ... как большой успех спасения. Но ... точные подробности не разглашаются.


"Прошлой ночью захватившие заложников решили перевести своих заложников, всего шестерых, двое белых в группе. Два сотрудника SAS наблюдали за перемещением, поскольку перемещение было пешим ... и прямо мимо одного из их операций - примерно в шести футах, если быть точным.


"Захватившие заложников погрузили заложников в два джипа, ожидавших на дороге, но видели, как эти джипы отъехали, захватившие заложников бежали за ними и кричали, что их бросили, за рулем были два парня из SAS, одетые как бедуины".


Комната взорвалась смехом.


Захватившие заложников, разозленные тем, что их бросили те, кого они считали своими товарищами, вернулись на гребень и ... все были быстро застрелены, потерь в SAS не было.


"SAS отвезли заложников на французскую базу примерно в двадцати милях отсюда, где их арестовали, раздели и держали ..."


В комнате снова раздался смех.


" - один заложник выпрыгнул из джипа незамеченным и сообщил о похитителях, управлявших транспортными средствами. Оставшуюся команду SAS подобрал французский вертолет и, приземлившись, обнаружил, что их товарищи связаны, перебросившись несколькими грубыми словами. Заложники теперь утверждают, что SAS ничего не делала, и что захватившие заложников просто выгнали их на свободу на французской базе."


Смех потряс здание.


"Будьте уверены, что я передам репортеру Максу правильную версию истории, разумеется, упустив некоторые детали, и что мы будем бесконечно злиться, когда увидим команду SAS в Сьерра-Леоне".


Майор Сандерсон спросил: "Как мы напишем это?"


"Всегда как великая победа, сэр, даже когда мы все облажаемся", - сказал я ему. "Хорошо, готовьтесь к отправке в Сьерра-Леоне, небольшая группа разведчиков с нами, некоторые здесь, ищут заложников".


"А сын британского посла?" Охота подтолкнула.


"Мы знаем, где он, благодаря GCHQ, и ВМС США отправят команду сегодня вечером".


Ожидая в Брайз Нортон, мне позвонили с боливийской винодельни, записали привязку к сети и название деревни в изолированном месте и передали это полковнику Мэтьюзу в Пентагоне, попросив его записать это как информацию ЦРУ.


Мне перезвонили десять минут спустя, когда мы сидели в ожидании нашей отложенной поездки.


"Уилко, это заместитель шефа, ты можешь говорить?"


"Да, просто жду самолет, который опаздывает".


"Полковник Мэтьюз прислал нам информацию и упомянул, что она поступила от нас, странный способ ведения дел. Но причина звонка ... мы знаем о Мартине Гиббсе из JIC, покойном Мартине Гиббсе."


"И..."


"Мы послали записку нашему человеку в комитете, и он передал ее комитету. Я знаю, что ты им не нравишься, и что они рвут на себе волосы из-за того, что ты вытворяешь, но ... им сказали, что любой, кто вмешается в наши операции, будет экстрадирован в Штаты."


Я вздохнул. "Теперь я буду еще популярнее".


"Может быть, тебе стоит какое-то время просто придерживаться линии".


"Тогда бы мало что удалось сделать. Для сына посла я сделал то, что было необходимо, и быстро, и я буду беспокоиться о последствиях позже. Я встретил этого парня и его отца, поужинал с ними."


"Живет ли Лондон ... не дать тебе четкого направления?"


"Не совсем, нет. Боб Стейнс был хорошим человеком, амбициозным и агрессивным. Дэвид Финч - любитель подтолкнуть перо. Если бы я ждал твердых приказов, я бы мало что сделал."


"Ну, ты работаешь в серой зоне, и здесь есть несколько человек, которые теряют сон из-за твоих операций".


"И какова настоящая причина этого звонка?"


"Просто сказать, что мы прикрываем твою спину, значит, что Лондон тебя не ценит".


"Я бы никогда не покинул свою команду, разве что на короткое время, но мое разочарование по отношению к Лондону растет".


"Я никогда не предлагал тебе работу, просто ... что мы прикроем тебя, если тебе это понадобится."


"Приятно знать".


"Где-нибудь в хорошем месте?"


"Только что в Сьерра-Леоне, чтобы обучить несколько групп".


"Я слышал, да, об этой политике обучения мужчин в опасных районах. Тем не менее, судя по всему, все работает очень хорошо. И мы получили новости о спасении в Нигере."


"Да, еще один блестяще дерзкий рейд SAS".


"Заложники говорят, что их просто отпустили..?"


"SAS учат входить и выходить так, чтобы их никто не видел, и сейчас... теперь их учат спасать людей, которые даже не знают, что их спасают."


"О чем ты мне не договариваешь?"


Двое парней из SAS, переодетых бедуинами, убили двух водителей джипов и заняли их места, и просто увезли заложников без единого выстрела. Но они не смогли показать свои белые лица или заговорить по-английски с бывшими пленниками."


"Блестящий в своей дерзости и типично британский. Итак ... это была хорошая операция, да?"


"Они не смогли показать свои лица, поэтому заложники думают, что их похитители просто отпустили их".


"Ах..."


Во время полета вниз многие из моих парней спали, многие из новобранцев полиции спали, много молодых солдат с проницательными лицами находились в хвостовой части самолета, направляясь в миротворческую миссию. Я не собирался совершать обход и на меня пялились, никаких автографов или фотографий в этом полете.


Когда двери самолета наконец открылись, я наклонил голову и вышел на теплый ароматный воздух, но я мог сказать, что дождь шел в течение получаса. Нас встретил не жаркий воздух, но он был чертовски заметно теплее, чем в Великобритании, и я улыбнулся - рад быть вдали от Великобритании по нескольким причинам. Или множество причин.


Нас снова встретил полковник Марчант под высокими желтыми прожекторами, автобусы были приготовлены для короткой поездки в зал ожидания, пока разгружали снаряжение. На этот раз у них были холодные напитки и чай в урне; прогресс был достигнут.


Когда наше снаряжение было готово, мы сели на два "Чинука", пристегнутые ремнями безопасности, с винтовками наготове, и через несколько минут приземлились в знакомом месте, где нас приветствовал лейтенант летного состава полка королевских ВВС, присутствовала 16-я эскадрилья, палатки в тылу, джипы и грузовики наготове.


"Почему твоя эскадрилья здесь?" Я был озадачен, когда парни прошли мимо меня внутрь, полиция следовала за ними, сержант Краб организовывал с Даффи, Виски уже где-то здесь.


"Мы поспорили с модом, получили этот БРЕЛОК в свое распоряжение на некоторое время, на обучение и ротацию. Последние две недели был группой следопытов, перед этим SBS, перед этим SAS и несколько морских пехотинцев. Все они следуют стандартным маршрутам патрулирования. Мы используем палатки, у вас есть здание, но у нас теперь на палатках пластик - здесь льет как из ведра."


"Какие-нибудь действия?"


Время от времени в Либерии. Здесь мы время от времени видим идиотов с оружием, но они не организованы и всегда убегают." Он провел меня внутрь, в серых бетонных комнатах царила суматоха, сержант полка королевских ВВС что-то организовывал, теперь на кухне лучше.


Я положил свою винтовку на стол с картой, карта местности также теперь на месте, списки магазинов и людей. "Никаких армейских поваров?"


"Некоторые в аэропорту, некоторые на передовой базе".


"Я думал, это передовая база?" Я дразнил.


"В Либерии на место, на которое ты нападал дюжину раз".


"Да? Мне следовало оставить несколько зданий стоять."


"Больное место, и твое имя часто и громко проклинают за то, что ты не оставил водопровода, работающих туалетов или зданий без дыр в них!"


Я пожал плечами. План состоял в том, чтобы уничтожить это проклятое место, а не оккупировать его. Сколько человек ты можешь накормить за раз?"


"Столики сразу на восемь персон".


Я вышел в коридор. "Сержант Крэб?"


"Здесь!"


"Восемь человек одновременно, еда в столовой, максимум двадцать минут".


"Первые восемь копов", - позвал он. "Вас много, и вас четверо".


Вернувшись к столу с картами, я указал на рождественскую елку.


"Скоро Рождество, сэр", - сказал мне сержант.


Мне пришлось остановиться и подумать, а до этого оставалось десять дней. Я был бы здесь, моя семья была бы ... в другом месте. Я старался не думать об этом.


Поднявшись по лестнице, я нашел своих ребят в знакомых комнатах и за привычными занятиями, смеющимися и шутящими, а на плоской крыше я нашел улучшенное гнездо GPMG, деревянные скамейки внутри мешков с песком и крышу для расположившихся здесь людей.


"Это выглядит уютно".


"Теперь лучше, сэр, мы знаем, как это было раньше, когда парни лежали под дождем".


"А траншеи?"


"Все полно воды, сэр, несколько лягушек. Теперь у нас есть несколько наземных позиций."


"Мы ожидаем каких-либо действий, сэр?"


"Нет, мы здесь, чтобы обучать полицейских снайперов".


"Нам сказали никогда не верить ни единому вашему слову о таких вещах, сэр".


Я улыбнулся. "Не моя вина, если неприятности придут и найдут меня".


"Не могли бы вы, знаете, уехать прямо перед Рождеством - они обещали нам вкусную индейку, без бомбежек".


Я рассмеялся. "Я постараюсь убедиться, что ты получишь эту индейку и сможешь спокойно ее съесть".


В своей комнате я обнаружил, что Свифти принес для меня резиновый коврик, и я сел напротив Хэмбла и Морана, пока они готовили еду. Внизу готовят, если ты захочешь чего-нибудь попозже. Там одновременно восемь человек."


"Съешь что-нибудь утром", - предложил Моран, подогревая воду. Мне пришлось дважды взглянуть на Хэмбла, ожидая увидеть Махони.


Хэмбл начал: "Что эти идиоты сделали не так в Нигере?"


Я сказал ему: "Они уехали, не подумав. Следовало пройти милю и остановиться, встретиться с оперативниками."


"Гребаные дуболомы", - выдохнул Свифти. "Кем они были?"


"Ребята из эскадрильи "Б", мало опыта", - сказал я команде. "Сержант отряда провел годы, ни одного офицера рядом, только один спутниковый телефон".


"Только один?" Моран повторил. "А если бы он сломался, и они были бы чертовски ранены?"


Я пожал плечами и сел, скрестив ноги.


Моран добавил: "Кому-то нужно немного покричать".


"Было небольшое вскрытие, и полковник Дин сказал слово, громкое слово".


"Есть причина, по которой мы добиваемся успеха", - начал Свифти. "Мы берем запасные батарейки и проверяем вещи, прежде чем выезжать. Насколько это сложно?"


"Мы постоянно рискуем своими жизнями, поэтому проверяем", - предложил я.


Утром мне позвонили рано, в 7 утра, но я уже проснулся и был сыт, и я уже объехал окрестные края, время, проведенное просто за созерцанием пышного зеленого леса и множества интересных существ, которых здесь можно встретить.


"Это полковник Мэтьюз".


"Допоздна, сэр?"


"Был долгий день и долгая ночь, но мы поймали сына вашего посла, который, как я только что узнал, является свежим молодым армейским офицером. Он был невредим, в добром здравии.


"У нас были морские котики на ваннах, так что они высадили команду в пяти милях отсюда и вошли, заняли хорошую позицию, пересчитали охрану. Ночью пленника охраняли всего трое мужчин, по общему мнению, немного неаккуратно, убили быстро, прибыли вертолеты, потерь с нашей стороны нет."


"Тогда хорошая операция".


"Уже во всех новостях, на Рейтер, Белый дом очень доволен. Я могу немного поспать, зная, что не было никаких ошибок. О, колумбийцы жаловались на то, что мы начинаем операции, не предупредив их."


"Пошли они на хрен".


"Это то, что я сказал их министру обороны час назад".


Я рассмеялся. "Старая добрая американская дипломатия".


"Но в данный момент мы ведем себя прилично, более сотни человек лежат на земле у этой братской могилы, некоторые у второй и третьей братских могил, команды копают там, где, по словам местных жителей, были похоронены мужчины".


"Тысячи пропали без вести за десятилетия".


"Мы знаем, что вы могли бы сами вернуть своего человека, поэтому мы благодарны за хорошую рекламу".


"Ему понравится находиться на борту лодки, для него это небольшая передышка. Жаль, что я не смог вернуть сына панамского министра; я встретил его отца."


"Он вернул своего мальчика по кусочкам; должно быть, немного потрепал его по голове".


"Давайте просто скажем, что у него было десять минут наедине с человеком, который убил его сына".


"Да? Что ж, полагаю, это завершение. А человек, который убил своего мальчика?"


"Его кусочки были съедены дикими животными в джунглях".


"Иисус, южноамериканское правосудие. А группа, которая похитила сына посла?"


"Пока вне досягаемости и в секрете - так что уклоняйся от любых вопросов, сделай так, чтобы это выглядело как колумбийская группа, если кто-нибудь спросит".


"Если это то, чего ты хочешь, конечно".


"Приятных снов, сэр. Никакого храпа."


"Кто, черт возьми, сказал тебе, что я храплю!"


Я отключил звонок, улыбаясь.


После завтрака, обычного времени завтрака, а не моего, я разделил полицию на три команды, все выстроились снаружи, новобранцы полиции выглядели точно так же, как мои люди, комплект тот же.


"Рокко, маленькая команда, возьми Первую полицейскую команду под свое крыло. Я хочу пистолеты, винтовки, SA80, GPMG. Я хочу регулярные пробежки, мне нужны снаряжение и камуфляж, патруль через несколько дней, или когда они будут готовы. Риццо, вторая команда. Сержант Крэб, возьмите несколько оставшихся людей и возьмите Третью команду, работайте с ними усердно, никаких патрулей, пока мы не убедимся, что они вернутся живыми - без случайных выстрелов!


"Саша, твоя команда, небольшие патрули на юге, займись физическими упражнениями, потренируйся с оружием. Робби, патрулируй ист-сайд, ночную прогулку и обратно. Убедитесь, что у вас есть спутниковый телефон, протестируйте его. Соленый, возьми четыре полка королевских ВВС, проверь их снаряжение, по западной трассе, ночью выходи. Когда ты будешь готов. Уволен!"


Я обратился к Морану. "Возьми Фуза на несколько часов, научи его, как мы это делаем, выдели несколько упражнений, выдели ему человека. Капитан Хэмбл, проверьте все снаряжение и магазины, которые у нас есть, что здесь есть, что нам нужно. Если вам скучно, обучите полк королевских ВВС небольшим патрулям. Капитан Харрис, я бы не стал убивать вас, чтобы немного потренироваться и поработать с оружием."


"Ты не можешь быть в этом уверен", - сказал он мне, Хант смеялся. Я отвел Ханта выпить кофе и кратко рассказал ему обо всем, что произошло здесь за эти годы, и о политике, которая была с этим связана.


Час спустя вошел Виски, мокрый и перепачканный грязью, за ним патруль легкой пехоты, офицер и сержант впереди. Я встретил его на стрип-стрит.


"Как все прошло?" - Спросил я, когда грязный патруль остановился и сбился в кучу.


"Выстрелов не было, но парня укусили, сегодня ему нужен врач. Вчера был ужасный ливень, размыло дороги."


Я пожал руку промокшему капитану, когда он приблизился.


"Мы встретились в Гринвиче", - предложил он. "На верном пути".


"Как у вас дела, ребята?"


"Для большинства это был первый живой патруль, и они справились нормально, несмотря на погоду. Это было похоже на один из фильмов о войне во Вьетнаме; половину времени мы были по пояс в воде."


Сержанту я сказал: "Пожалуйста, прикажите им подстраховаться".


"Создавайте безопасное оружие!" - крикнул он.


"Ты участвуешь в спасении?" - спросил меня капитан, когда он убирал свое оружие.


"Нет, тренирую полицейских по борьбе с терроризмом, вторая партия".


Пуля просвистела в воздухе, на молодого человека кричали.


Капитан сказал: "Такое случается с этими винтовками, вам нужно заглянуть в чертов казенник. Я сделал это."


"Гребаные писающие стрелки", - выругался я.


Пока его патруль ждал прибытия джипа, чтобы отвезти их в аэропорт, на свою базу, я приказал им использовать свой Valmet на сгоревшем корпусе вертолета на взлетно-посадочной полосе.


Стандартные бумажные мишени были сняты и установлены в конце полосы, дистанции размечены, команды полицейских начали стрелять.


Утром полицейские команды снова прошли тренировку с боевой стрельбой, но в 16:00 Рокко вернулся со странными новостями. "Мы нашли тело, солдата, белого парня, как мы думаем. Хороший набор." Он протянул мне грязный вариант снайперской винтовки М4, выкрашенный в зеленый цвет, и бумажник мужчины.


"Никто не числится пропавшим без вести", - озадачился я. "Ни мы, ни французы". Я встал рядом с Хантом и открыл бумажник, найдя корешок билета на что-то по-французски, за прошлый год. Примерно год назад, когда мы сражались с полковником Роучем. Но этот парень канадец."


"Канадско-французский, Квебек", - отметил Хант, изучая пластиковое удостоверение личности.


"Назови его имя", - предложил я Ханту. Томо подошел и вручил мне грязный и заплесневелый рюкзак из нашего тела. Я начал просматривать ее, вытащив лягушку.


Хант сделал звонок и принял свой обеспокоенный вид, когда вернулся ко мне. "Он из ЦРУ".


Я посмотрел в ответ, прежде чем поднять свою фотографию. "Снайпер ЦРУ, с моей фотографией?"


Хант схватил черно-белое изображение. "Черт..."


Я достал свой телефон, проверил время и позвонил в Лэнгли.


"Заместитель начальника".


"Это Уилко, у него проблема. Год назад я был в Сьерра-Леоне, боролся с попыткой государственного переворота, которую поддерживал покойный полковник Роуч."


"Это свежо в моей памяти".


"Назови мне имя: Генри Гоорт".


"Подожди... он отмечен ... он ... АНБ."


"Уверен?"


"Да, почему?"


"Его тело только что нашли на моей базе в Сьерра-Леоне, он мертв уже год. При нем была снайперская винтовка ... и моя фотография."


Я мог слышать громкий вздох. "Знаешь, у меня был хороший день, пока ты не позвонил. Теперь это."


"Поговори с АНБ и добудь мне ответы на некоторые вопросы. Ты сказал, что прикроешь меня, так докажи это."


"Я тебе перезвоню".


Отложив телефон, Хант начал: "Могли ли французы желать вашей смерти или кто-то из французских разведывательных служб?"


"Простой ответ таков ... да, я немного наступил им на пятки. И раньше они были здесь колониальной державой, а теперь мы, британцы." Я набрал номер. "Тинкер? Возьми бумагу и ручку." Я дал ему имя потенциального убийцы, адрес и данные о билетах в бумажнике. "Я хочу знать все о его парне, и о его движении год назад и раньше. Он был сотрудником АНБ."


"АНБ? Почему тебя заинтересовал один из них?"


"Только что нашли его тело здесь, внизу, снайперскую винтовку и мою фотографию".


"Кровавый ад".


"Я хочу, чтобы этим занималась команда, я хочу знать все".


"Как только я начну искать, они узнают и спросят".


"Действительно, они будут. Я жду звонка."


Положив трубку, Хант спросил: "Почему вы поручаете это GCHQ?"


"Во-первых, у них есть несколько хороших людей, а во-вторых, я думаю, если бы АНБ сказало Дэвиду хранить это в тайне, он бы так и сделал".


"Может быть, об этом следует помалкивать! Парень мертв, задание провалено."


Вопрос в том... кто послал его и почему? И эти засранцы все еще проблема?"


"Я не могу представить, чтобы АНБ заинтересовалось тобой. У них не было бы причин."


"У них есть полевые агенты?" Мужчины, отправленные за границу?"


"У них есть люди вроде GCHQ, которые размещают подслушивающие устройства по всему миру".


Я кивнул. "Рокко!" Он подошел. "Не могли бы вы снова найти это тело?"


"Да, мы оставили грязный след. В пятистах ярдах отсюда. Нашел его винтовку в двадцати ярдах отсюда."


"Не на теле?"


"Нет".


"Есть какие-нибудь признаки того, что его убило?"


"Похоже, его что-то грызло, так что трудно сказать. Не было видно никаких пулевых отверстий, а здесь, внизу, в прошлом году мы стреляли по деревьям. Возможно, его настигло удачное попадание. Когда те самолеты и вертолеты атаковали, мы выпустили тысячи пуль, так что одна попала в него, когда он сидел и срал ". Он улыбнулся. "Его брюки были спущены. Так что либо он посрал, либо обезьяны его достали."


"Хорошо". Я вызвал своих снайперов. "в 7 утра будь готов к отъезду". Я также предупредил Свифти и Морана, чтобы они были готовы.


Хант вытер пот со лба и спросил: "Отправляешься за телом?"


"Может быть больше, чем одно тело", - ответил я.


Хант кивнул. "Я не думаю, что обезьяна его достала".


Я бросил взгляд на Ханта.


Час спустя Тинкер снова включилась. "Я же говорил тебе. Как только мы опубликовали название, под которым они были, теперь разразился настоящий шквал дерьмовых угроз о сохранении этого в тайне. Ожидайте звонков."


"Чертовски чудесно". Я только что отключил звонок, когда он зазвонил; Лэнгли.


Уилко, это заместитель шефа. Нам нужны любые подробности, касающиеся этого тела, всех эффектов. И тело, конечно."


"Это разлагалось в джунглях в течение года, осталось немного. Я ухожу утром, я принесу ее обратно и любые другие, которые мы найдем."


"Другие?"


"Прошел ли он сорок миль по джунглям в одиночку?.."


"Я понимаю, что ты имеешь в виду. АНБ недовольно, но я нажал на эту проблему, и они потеряли контакт со своим человеком, и он был под следствием после того, как пропал без вести из-за связей с французской разведкой."


"Я бы лучше спал, зная, что французская разведка хотела моей смерти, а не АНБ".


"Странный перекос во взглядах на вещи, но АНБ вами бы не заинтересовалось, в этом я уверен. В любом случае, ожидайте, что завтра за телом придут какие-нибудь посетители."


"Агент Манштейн?" Я играл.


"Нет, Морские котики. Мы будем держать это подальше от ФБР."


"Проясните свои отношения с Лондоном, или они могут просто получить винтовкой по носу и убраться восвояси".


"Сейчас я отправлю записку".


Положив трубку, я вышел на охоту. "Морские котики США на пути к тому, чтобы забрать это тело и любые улики, так что свяжитесь с Лондоном, пока я никого не расстроил".


Он поднял брови. "В самом конце, крупный международный инцидент во время моей первой поездки".


"Пора отрабатывать свою зарплату", - сказал я ему.


В 7 утра, после раннего завтрака, я повел свой патруль прочь, Томо помнил дорогу в общих чертах, но по их следам было легко идти. У тела я приказал им остановиться и разойтись веером в любом направлении, кроме севера, Моран аккуратно завернул то, что осталось от нашего убийцы, в пончо и направился обратно с телом через плечо.


Ребята ничего не нашли к югу от тела, поэтому я попросил их следовать за мной, когда я двинулся на север и дальше того места, где вчера ступил Рокко. Следы закончились, но я нашел вмятины в запекшейся грязи, и я мог идти по следу; только один человек в сапогах когда-либо посещал эту часть джунглей в последнее время.


"Он спотыкался", - сказал я Свифти.


"Ранен?"


"Возможно, и его брюки были спущены".


"Посрать или оказать первую помощь при ране на бедре?"


"Плохое место для оказания первой помощи своими руками, но, возможно, он направлялся к нам за помощью. Винтовка была брошена, так что, возможно, он был в бреду."


"Истекающий кровью", - предположил Свифти.


Я пошел по тропе на север, почти увидев вмятины.


"Черт!" Свифти выпустил, и я огляделся, проследил за его взглядом и поднял глаза. Парашют. "Он заглянул сюда. И это французский, как и наш, комплект HALO! Ублюдок в ореоле джунглей."


"Храбрый, чтобы сделать это в одиночку", - отметил я.


"Безумно делать это!"


"Николсон!" Я позвал, и он побежал вперед. "На это дерево, я хочу серийный номер на обратной стороне пряжки. Остальные, ищите вокруг."


В результате часовых поисков ничего не найдено, никаких следов, кроме тех, что ведут на юг.


Свифти сказал: "Он упал, сломал ногу и умер". Он указал. "Сломанная ветка, старая".


Я посмотрел. "Острые концы, засохшая кровь. Когда кровь высыхает, она остается на месте."


"И именно поэтому мы не отправляемся в джунгли в одиночку!" Сказал Свифти.


Мы отправились в обратный путь, тщательно проверяя лесную подстилку по пути, но это было время иголки в стоге сена.


Вернувшись на полосу, я обнаружил, что шесть морских котиков стоят в ожидании. Хант начал: "Это лейтенант Харли".


Мы пожали друг другу руки.


" У нас есть тело, " начал Харли. "И рюкзак, и винтовка, теперь бумажник. Что-нибудь еще есть?"


"Его парашют".


"Парашют? Он заглянул?"


"Он упал с высоты, один, ночью, раненный при приземлении, истек кровью".


"Сумасшедший ублюдок", - выдохнул Харли.


Вопрос остается... что касается того, кто его послал."


"Не спрашивай меня, мне платят недостаточно, чтобы я думал".


Я убедился, что у Харли и его людей было немного еды, прежде чем прилетел их "Морской ястреб" и забрал их, одно сильно разложившееся тело в пончо. Когда вертолет улетал, я позвонил Тинкеру и дал ему серийный номер парашюта.


"Мы добились прогресса", - сказал он. "Американцы попросили нас прекратить это дело, поэтому мы привлекли к нему большую команду".


Я рассмеялся. "Хороший человек. Что ты знаешь?"


"Он был во Франции, затем в Сенегале, до этого в Канаде - несколько раз проезжал через Лондон, профессия указана как консультант ООН и W.H.O., работа в Африке, благотворительность - легенда прикрытия. Нашел его фотографию в журнале Красного Креста Мали двухлетней давности.


"Все это история для прикрытия АНБ, и хорошая, но он допустил одну ошибку; у него был билет на парижское метро на день, когда они бастовали. Итак, он купил это, или кто-то сделал, чтобы сказать, что он был там в тот день, но они бастовали за день до и после, так что никто, кроме тупого туриста, не купил бы билет - или агента, каким-то образом сфабриковавшего билет.


"Мы забронировали несколько отелей, дерьмовых отелей в Африке, позвонили им, представившись Интерполом, получили номер его мобильного телефона и список людей, находившихся в отеле в то же время. Дважды он был в соседней комнате с одним и тем же человеком, и мы связали его звонки с этим человеком, франко-алжирцем. Сейчас мы работаем над этим человеком."


"Я могу понять, что алжирцы хотели моей смерти, но не четырнадцать месяцев назад - если только они не связаны с Мавританией".


"Скоро у нас будет больше".


"Лондон предупредил тебя, чтобы ты не исследовал это?"


"Не уверен, что кто-то согласовал это с Лондоном, режиссер сказал, что можно продолжать".


"Если GCHQ запретят вести расследование, продолжайте в любом случае, это может продлить мне жизнь".


"У меня есть источники, так что я могу продолжать в том же духе".


"Хороший человек".


Я сидел со своей командой в нашей комнате, пока мы готовили. "Франко-алжирский мужчина связан с нашим телом, но мы никогда не расстраивали алжирцев до того, как он умер".


"Посредник для кого-то другого?" Хэмбл лениво прокомментировал.


"Может быть", - ответил я. "Это мог быть Роуч".


"Парень мертв больше года", - отметил Свифти. "Кто бы ни послал его, мы, вероятно, уже убили их".


"Меня беспокоит вот что... это тот, кого мы упустили."


"Прошел год", - отметил Моран. "Если бы они были живы, они предприняли бы еще одну попытку".


"Возможно, у них была другая попытка", - сказал я им. "И мы ошибочно подумали, что это кто-то другой".


"Это чертовски длинный список", - пожаловался Свифти.


"Чего я не понимаю, - сказал я, кипятив воду, - так это почему человек такого калибра предал АНБ, чтобы взять деньги у кого-то другого. Человек, который может появиться в каком-нибудь месте ночью, чтобы выполнить работу, - это мой приятель по пиву."


"Карточные долги, жена и дети, любовница, все сходится", - отметил Моран.


"АНБ очень тщательно отбирает своих людей", - настаивал я.


"Значит, кто-то предложил ему дерьмовую кучу денег", - предположил Свифти.


"Отлично, за нами охотится богатый ублюдок".


"Не мы, ты", - настаивал Свифти. "Если поблизости есть какие-нибудь убийцы, мы выдвигаем вас вперед". Моран и Хэмбл рассмеялись, когда я бросил взгляд на Свифти.


На следующий день я наблюдал, как полиция добивается прогресса, наши новобранцы раздеваются, чистятся и стреляют до тех пор, пока у них не заболят пальцы, и работают до седьмого пота.


Рокко расставил мишени в джунглях к северу от нас, и каждый новобранец полиции должен был бегать по деревьям, стреляя при виде цели, перезаряжая магазин - не более шести патронов на магазин, меняя его на пистолет, когда заканчивались патроны для винтовок.


"Как ты это находишь?" Я спросил одного, когда он стоял весь в поту, его ноги были в грязи.


"Напряги свое сердце, босс, это совсем не похоже на бумажные мишени на стрельбище в Великобритании. Привыкаем считать патроны, перезаряжать оружие, всегда помнить о пальце на спусковом крючке - на нас часто кричат по этому поводу. "


"Лучше, когда на тебя кричат ... чем убить своего лучшего друга, " сказал я ему.


Из-за деревьев вышли двое мужчин, совсем не счастливые кролики, Краб кричал на одного из них.


"Что случилось?" Я спросил.


Краб показал мне поврежденную перепонку. "Всадил пулю в перепонку своей подруги".


Я встретился лицом к лицу с виновным человеком. "Сделай это снова на несколько дюймов ... и ты столкнешься с его родителями на дознании и на похоронах, и тебе придется извиниться."


Двое мужчин обменялись тревожными взглядами, прежде чем Крэб увел их.


Час спустя мне позвонила Тинкер. "Мы были заняты, и присутствующие здесь люди помогли нам провести мозговой штурм. Раздобыл несколько старых записей Интерпола, и наш франко-алжирец связан с французской разведкой, да, но также отсидел срок - три месяца, и если бы он был им полезен, он бы не отсидел срок, так что что-то здесь не сходится.


"Он также связан с очень богатым и респектабельным франко-алжирцем, который был связан с французской разведкой. Этот плохой парень когда-то был его водителем и состоял на жалованье в охранной компании в Алжире, даже находясь в тюрьме. Эта компания принадлежит богатому парню Хаммаду."


"Чем занимается богатый парень?"


"Химикаты, пестициды в Африке и на Ближнем Востоке", награжден президентом Франции за высокое качество производства, офисы и фабрики во Франции."


"Все сводится к тому, что французская разведка использовала этого человека, чтобы нанять нашего убийцу".


"Нам нужно заполнить несколько пробелов. И этот парень, Хаммад, в настоящее время он в немилости у Пэрис после того, как его компанию обвинили в случайном отравлении воды в Египте, в результате чего многие люди погибли или заболели. Хаммад в последнее время употребил несколько резких слов в адрес Парижа."


"Есть ли у этого несчастного парня какие-нибудь интересы, на которые я напал?" Сьерра-Леоне, Либерия, Мавритания?"


"Насколько мы можем судить, нет, но его компания действительно продает там".


" Убиты члены семьи? Может быть, у него был сын, который стал террористом, и я застрелил его."


"Да, мы проверим эту теорию".


"Пока никакого давления из Лондона?"


"Пока нет".


После звонка, теперь мне стало любопытно, я позвонил Дэвиду. "Ты в курсе дела нашего мертвого и разлагающегося убийцы?"


"Да, видел записку от американцев. У вас новая команда, занимающаяся этим?"


"Я полагал, что вы уступите давлению из Вашингтона и откажетесь от расследования".


"Только потому, что он был из АНБ, это не причина для нас отступать. Мы тоже хотим получить ответы, только это ... мы не хотим расстраивать Вашингтон, так что это тонкая грань."


"В любом случае, ему заплатил богатый франко-алжирец по имени Хаммад, специалист по пестицидам".


Это имя мелькнуло у меня на столе. Он мог предстать перед судом, отравленная вода. И это британская фирма, собирающая доказательства против его компании."


"Почему это должно было оказаться на вашем столе?"


"Компания - это прикрытие для нас, способ побродить по Ближнему Востоку, и один из наших был убит - люди Хаммада являются подозреваемыми".


"Вы исследуете отравленную воду, чтобы попытаться надуть этого парня?"


"Нет, вовсе нет, их призвали, а не мы выбирали".


"Мы думаем, что Хаммад связан с французской разведкой".


"Мы думаем, что раньше был, потом поссорились", - поправил меня Дэвид.


"Когда они поссорились?"


"Восемнадцать месяцев назад в Мали была отравлена вода - крупный благотворительный проект, оплаченный французским правительством".


"Все еще не объясняю его интерес ко мне, но я тогда был в Мали - стрелял там в полицию, стрелял в боевиков на той шахте".


"Я попытаюсь найти связь с тем, что ты сделал в Мали, но если этот человек преследовал тебя ... новых попыток предпринято не было."


"Никаких новых попыток, о которых мы знаем или которые связаны с ним, пока нет. И учтите полковника Роуча; наш разлагающийся убийца появился в то время, когда я сражался с Роучем."


"Хорошо, я свяжусь с некоторыми людьми по этому поводу, но я действительно думаю, что все, что произошло, осталось в прошлом".


В тот вечер, сидя в своей комнате, пока ребята готовили, я начал: "Наш убийца связан с человеком, который поссорился с французской разведкой, производит пестициды для Африки и, возможно, связан с покойным полковником Роучем".


"В прошлом", - отметил Хэмбл. "Все остыло, все игроки на земле".


"Я все еще хотел бы знать", - настаивал я. "Этот парень-казначей все еще жив и здоров и потягивает шампанское, поэтому я хочу, чтобы он был у меня на виду - не наслаждался своими деньгами и не дожил до глубокой старости".


Вошел Генри с телефоном в руке. "Это для тебя, Пэрис".


" А ... " сказал я, вставая, и обменялся взглядом с парнями. Я взял телефон. "Капитан Уилко, слушаю".


"Мы уже говорили раньше, по-моему, дважды. Я занимаю позицию, аналогичную позиции Дэвида Финча."


"И чем я могу тебе помочь?"


"Вы расследуете дело Мохаммеда Али Хаммада ..."


"Это не я, это Лондон. Я всего лишь скромный солдат."


"Я говорил с Дэвидом пять минут назад, он знает, что я звоню тебе".


"Тогда как я могу помочь?" Я спросил с фальшивой вежливостью.


"Вы нашли тело, франко-канадца".


"Да, он прыгнул с парашютом в Сьерра-Леоне год назад, снаряжение американского спецназа, французский парашют, но, похоже, он был ранен и истек кровью до смерти, прежде чем смог выстрелить в меня".


"У него была твоя фотография".


"Да".


"Этот человек не работал на нас, но мы следили за ним, потому что знали, что он из АНБ. Он внедрялся в группу Хаммада."


"Почему в эту группу нужно внедриться?"


У Хаммада был отец-пакистанец, и некоторые из его связей были ... менее чем желательно. Итак, Пэрис беспокоился об этом человеке, поскольку он становился все богаче."


"Ты отравил немного воды?" Я играл.


"Нет, это были несчастные случаи с его собственным персоналом".


"Если только АНБ не отравило его воду".


"Это возможно, но у нас нет доказательств. У нас есть доказательства того, что этот человек из АНБ брал деньги у Хаммада."


"Прийти и пристрелить меня".


"Мы так не думаем. После получения денег некоторые улики против Хаммада исчезли, были найдены другие доказательства, которые помогли ему в суде."


"Есть идеи, почему он прыгнул с парашютом на мою базу?" Или кто управлял самолетом?"


"Нет, но мы изучаем это. Мы полагали, что он вернулся в Канаду и сменил личность."


"Есть ли у Хаммада какие-либо интересы, на которые я напал?"


"Насколько нам известно, нет".


"Если вы составите список всех его деловых интересов и свяжете их с моими спасениями, вы можете найти причину, по которой был послан этот человек, и я буду лучше спать по ночам. Может быть, ссылка на полковника Роуча."


"Мы посмотрим, да. И я хочу четко заявить, что мы ... я не посылал его за тобой."


Приятно знать. Дай мне знать, что выяснишь. "Звонок прерван, я вернул телефон Генри и сел, ребята ждали, Генри ждал. Французская разведка говорит, что они не посылали этого человека, но теперь у нас есть ключ к разгадке, кто это сделал. Вопрос в том... почему? Этот человек не имеет никакого отношения ни к чему, что я когда-либо делал."


Хэмбл сказал: "След простыл".


"Вы навещали ночью новую молодую жену этого человека?" Спросил Генри с намеком на улыбку, ребята засмеялись. "Может быть, она была врачом и занозой в заднице".


Ребята засмеялись, когда я показал Анри указательный палец.


На следующий день я разослал полицию по фиктивным патрулям, моя снайперская команда отправилась вперед и установила цели. Они также установили несколько растяжек, соединенных с жестяными банками и сигнальными лампами.


Донохью приземлился вместе со своим боссом, на некоторое время отлучившись из офиса, за час до возвращения первого полицейского патруля, сержант Крэб возглавлял патруль сыщиков.


"Как они справились, сержант?" Я спросил.


"Бесполезная кучка гребаных хуесосов. Все они оборвали провода, у большинства в стволе была грязь, полдюжины осечек, а один застрелил обезьяну, которая напугала его! И стрельба в ту обезьяну была единственной демонстрацией какого-либо мастерства этой кучке бесполезных ублюдков!"


Босс Донохью выглядел так, будто хотел убить своих людей. Он шагнул вперед. "Разберись со своим кровавым поступком. Предыдущая партия у тебя получилась лучше, и ты тоже можешь!"


"Приведите себя в порядок", - сказал я группе подавленных, Краб повел их прочь.


Я столкнулся с Донохью и его боссом. "Возможно, мы слишком рано их уничтожили".


"Они все проходили обучение владению оружием, они знают, что такое спусковой крючок!" - сердито заявил он, наблюдая за удаляющимся патрулем.


"Мы будем заставлять их заниматься этим день за днем", - сказал я со вздохом. "Еще рано. Как дела у остальных?"


"У них есть зрелость и хорошее отношение", - сказал мне Донохью. "Никаких ошибок при спуске на лондонской улице. Пока нет. У них за плечами несколько простых заданий."


"У этих людей было всего десять дней, они быстро поправятся", - заверил я своих гостей и повел их вниз по стрипу, некоторые из их парней раздевали и чистили разнообразное оружие, передавая приветствия. Мои гости полчаса наблюдали за своими мужчинами, прежде чем я принес им немного еды в столовой.


"Это место не изменилось", - отметил Донохью, рассматривая серые бетонные стены. "В помещениях пока нет водопровода".


"Я слежу за тем, чтобы они придерживались элементарных правил", - проинформировал я своих гостей. "Лучше для дрессировки".


"А как насчет поездов и самолетов? Возражали против вступления?" Донохью позировал.


"SAS практиковались в этом, никогда не делали этого по-настоящему. Возьмите одного из их старых инструкторов по борьбе с терроризмом, возьмите руководство, создайте команду и практикуйтесь. Ничто не мешает тебе вытащить какого-нибудь старого ублюдка из паба и нанять его на неполный рабочий день. Тогда, в 1980-х, они были более активными."


"Да, мы посмотрим на это", - предложил босс Донохью.


Когда мои гости вернулись во Фритаун, и, без сомнения, в хороший отель, я накричал на нескольких человек, и полиция теперь отрабатывала упражнения для манекенов - как случайно не выстрелить. И они делали это до 10 вечера!


На следующее утро полиция выглядела уставшей, я организовал длительные патрулирования, полиции не разрешалось взводить оружие. Они вернулись в 9 вечера, мокрые, грязные, вспотевшие и измученные, рано легли спать, немного поев.


Робби и Соленые, тем временем, прошли пешком весь путь до базы в Либерии, на которую мы напали, в десяти милях к северу, застрелили нескольких вооруженных людей и прошли весь обратный путь пешком. Они также были перепачканы и уставшие, но в хорошем настроении, шутили о людях, которых они застрелили.


В 11 вечера, как раз когда мы устраивались поудобнее, Генри снова принес мне свой телефон.


"Капитан Уилко", - заявил я.


" Капитан, " послышался французский акцент. "Мы думаем, что теперь у нас есть зацепка. Во-первых, Хаммада не видели много месяцев. Во-вторых, сообщалось, что он был зол на вашу операцию в Анголе - "


"Angola? Как он связан с этим?"


"Нелегальный золотой рудник для одного, и этот рудник связан с группой, которая переправляла кровавые алмазы из Гвинеи. Вы убили людей из этой группы, или многих из них. Они связаны с русским Горсковым, замешанным в торговле кровавыми алмазами, но он всегда остается на шаг за пределами закона. В Анголе элитная бригада защищала его интересы."


"Ах, да, я, возможно, ранил некоторых из них".


"Мы не уверены, кто здесь главный, Хаммад или Горсков, и оба никогда не были арестованы".


"Итак, один или оба были злы на меня из-за Анголы и из-за того, что я остановил банды кровавых алмазоносцев в Сьерра-Леоне и Либерии, и они послали человека. Но после этого они никого не послали."


"Возможно, они потеряли интерес или просто рассматривали тебя ... трудно убить."


Я улыбнулся. "Может быть, да".


"Мы спрашиваем Лондон, можем ли мы ... одолжить тебя".


"Отправиться за ними?"


"Нет, чтобы исследовать окрестности Африки. У тебя есть ... связи. У нас убили человека, теперь я уверен, что это был Горсков. И если Хаммад проиграет свои судебные баталии, то французские страховые компании оплатят счета на миллиарды евро, поэтому нам нужны ответы на некоторые вопросы. Кто-то отравил воду, так почему?"


"Пошли человека с тем, что ты знаешь, я поговорю со своими друзьями в низких местах - после того, как поговорю с Лондоном, конечно".


"Конечно. Спокойной ночи."


Я позвонил в Томск, когда вышел на улицу в темноту. "Привет, босс".


"Все еще звучит странно, когда ты это говоришь".


"Послушай, ты знаешь человека по фамилии Горсков?"


"Ах, он. Никогда его не встречал, он прожил в Африке десять лет, не знаю, как он мог переварить это место. Очень скрытный, довольно богатый, я полагаю, бриллианты и золото, немного оружия."


"Он зол на меня, потому что я остановил торговлю кровавыми алмазами и расстрелял его людей".


"Злюсь на тебя ... Ты английский капитан?"


"Да".


"Он не звонил мне по поводу Петрова, так что... он не знает."


"Наведите о нем некоторые отдельные справки, где он живет".


"У него есть дом в Лагосе, Нигерия, и какое-то большое ранчо в Серене, что-то в этом роде".


"Серенгети? Tanzania?"


"Да, это оно".


"Если он связан с нигерийской нефтью, возможно, он еще один человек, которого следует избегать".


"Хах! Я засуну бомбу ему в задницу."


"Как продвигается бизнес?"


Цены на кокаин стабилизировались, но все еще растут. Когда она подорожала, я переложил накопившееся, заработал много денег, купил больше отелей. О, американцы схватили сына британского посла."


"Да, я указал им местоположение".


"Тот министр, который потерял своего сына, он был на телевидении, говорил о сыне британского посла, радовался, что мальчик вернулся невредимым. Они устроили небольшой праздник."


"Вы делаете правительство счастливым?"


"Я купил у Америки несколько панамских долгов, и теперь они должны мне всего 1%, чтобы вернуть".


"Осторожно, если они убьют тебя, им не придется платить!" Я дразнил.


"У нас все хорошо, преступность снижена, люди счастливы. И отделу по борьбе с наркотиками запретили возвращаться."


"На самом деле, не могу понять почему. Ты встань на эту беговую дорожку!"


"Я был в эфире этим утром! Я пью кофе, гуляю, затем принимаю душ."


"Молодец".


Мой следующий звонок был Майку Папе, живущему недалеко отсюда, в Монровии.


"А, Петров, как дела?"


"Я в Гвинее, так что могу заглянуть. Слушай, ты знаешь русского по фамилии Горсков?"


"Да, он активен здесь, в Африке, занимается добычей алмазов и нелегальной добычей золота в Анголе".


"Почему добыча золота незаконна?" Я озадачен.


"Временное правительство в Анголе издало закон о том, что золото должно поступать правительству по установленному курсу".


"Но это не так", - предположил я.


"Не на востоке, где находятся лучшие золотые прииски, они попадают на черный рынок".


"И он живет в Лагосе ..."


"Я думаю, что да. Я встречался с ним однажды, давным-давно. Он очень скрытный. Почему ваши партнеры интересуются им?"


"Он убил французских агентов, мы хотим знать почему".


"Обычно он сдержан, поэтому я удивлен, если он убивает людей открыто".


"У него есть интересы в Алжире или Франции?" Есть какие-нибудь работы с пестицидами?"


"Не то, что я могу придумать. Вы хотите, чтобы я поинтересовался?"


"Нет, это заставило бы его насторожиться. Я пойду навестить его."


"Возможно, он не очень-то обрадуется, обнаружив тебя у своей двери".


"То, что мы делаем, имеет последствия, и то, что он сделал, повлечет за собой последствия".


После звонка я уставился на черную линию деревьев, посмотрел на часы и позвонил Тинкер. "Ты спишь?"


"Пока нет".


"Послушай, назови имя, Горсков ..."


"Ангола, незаконная добыча золота".


"Ты умный парень. В любом случае, он каким-то образом связан с Хаммадом, так что ищите связь."


"Есть один, химические вещества".


"Как же так... химикаты?"


"У Горскова есть интересы в Гвинее, в добыче алюминия, и он покупает химикаты у дочерней компании Хаммада. Но Горсков, похоже, не владеет заводом в Гвинее, но мы знаем, что это так."


"Значит, они будут деловыми партнерами?"


"Поставщик и покупатель, но они, вероятно, поужинали".


"У Горскова есть причина желать моей смерти. Его операцию в Анголе, вероятно, защищали идиоты, которых я убил, так что начинайте присматриваться к Горскову."


"Он послал человека больше года назад, так что, возможно, он простил тебя".


"Суть в том... Я не простил его. О, и французы официально хотят, чтобы это расследовалось ... нами, включая операции на местах."


"Я пошлю режиссеру записку, я имею в виду вашего режиссера".


Внутри я схватил Ханта, вывел его на улицу и рассказал ему подробности.


Хант начал: "Если Лондон уступит давлению Франции, тогда мы пойдем и внимательно посмотрим на Горскова и Хаммада, где бы Хаммад ни прятался - и сможем ли мы его найти. Что касается Горскова, ты планируешь поездку в Анголу?"


"Это зависит от Лондона, но если они хотят его смерти, я пойду за ним. Большую часть времени он живет в Лагосе, так что, если бы я отправился за ним, то Ангола была бы предпочтительнее для перестрелки, чтобы это выглядело как спасение заложников."


Хант кивнул. "Моя первая неделя, и это захватывающий материал. Лондон может быть занят исследованиями несколько месяцев."


На следующий день, в хорошую погоду и без дождя, полиция усердно работала над оружием утром, командной тактикой днем, планировала ночное патрулирование.


Я наблюдал, как они тремя командами вышли в 10 вечера, чтобы вернуться к рассвету, как им предстояло разобраться с ночными тварями, со странными звуками на фоне тихого рева.


Когда они вернулись, я был на ногах - тихий рассвет - мое любимое время суток здесь, никто случайно не застрелил свою пару, но команда Рокко убила свинью, приготовила ее и съела.


Возвращаясь в здание, я увидел, как Хант встал рано и воспользовался своим спутниковым телефоном. Остановившись, я оглянулся через плечо на линию деревьев. "У моего убийцы не было телефона?" Я сказал себе.


Я схватил Свифти, Морана и Хэмбла, десять парней из полка королевских ВВС, и повел их туда, где было найдено тело. "Постройтесь в линию, на расстоянии двух шагов друг от друга". Я ждал, пока они выстраивались в очередь. "Ладно, не торопись, разбирай ногами мусор, раздвигай кусты, найди спутниковый телефон!" Вперед!"


Я проверил местность вокруг того места, где было найдено тело, медленно продвигаясь на север.


Прошло полчаса, а ничего не найдено. Мы добрались до парашюта, и я приказал им расстелить его. Я отправил Свифти на дерево. Я сказал ему: "Попробуй выяснить, где он мог обронить телефон".


Свифти крикнул вниз несколько минут спустя, и несколько из нас переместились, чтобы быть прямо под ним. Мы начали разгребать мусор ботинками.


"Здесь!" Моран позвонил и снял грязную трубку спутникового телефона.


С него смыли грязь, налили воды, протерли телефон, мы заменили батарею и удерживали нажатой зеленую кнопку. Это ворвалось в жизнь.


Из нее я позвонил сестре Лондон.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко в Сьерра-Леоне. Этот спутниковый телефон принадлежал мертвому и разлагающемуся убийце, которого мы нашли, так что проверьте, кому он звонил с него, и перезвоните мне."


"Будет сделано", - пообещал мужчина.


Я позвонил Тинкеру и дал ему номер, прежде чем повести людей обратно. В телефоне были запрограммированы номера, но я не собирался им звонить. Я выключил его.


Час спустя, когда в тишине, если не считать парней из полка королевских ВВС, зазвонил мой телефон.


"Это Тинкер. Лондон передал этот номер в GCHQ, мы отслеживали сделанные звонки и данные о местоположении пакетов. Двигаясь назад от вашего БРЕЛКА, он был в Кот-д'Ивуаре - "


"В этом нет ничего удивительного".


"- и в Гвинее. Он прилетел с берега Слоновой Кости на ваш ФОБ, это его последнее путешествие. До Гвинеи он был в Мали, до этого в Марокко, до этого в Египте, на Кипре, на Корсике, во Франции - в нескольких разных местах во Франции, затем в Канаде - Квебеке."


"Сделай мне одолжение, попробуй связать эти даты с тем, когда вода была отравлена".


"Зачем бы ему это делать?"


"Просто проверь. Были какие-нибудь звонки в Лагос или Анголу?"


"Нет, но несколько звонков на китайский спутниковый телефон были зафиксированы в Швейцарии. И этот китайский телефон, он не сделал ничего, кроме как сидеть в Швейцарии и отвечать на его звонки."


"Оставь письмо без ответа", - сказал я.


"Да, старая школа".


"Есть местоположение этого телефона?"


"Отель, Цюрих, невозможно определить, в каком номере".


"Значит, кто-то знает его шпионское ремесло".


"Они делают, что предполагает агентство, а не какого-то любителя".


"Хорошо, продолжай копать".


Я вытащил Ханта на улицу. "У нашего незадачливого убийцы был спутниковый телефон, с которого он звонил на китайский спутниковый телефон в отеле в Швейцарии, и номер, с которого он звонил, использовался только для того, чтобы поболтать с ним".


"Умная штука, хорошее полевое мастерство", - отметил он.


Итак... агентство, а не любитель."


АНБ никогда бы не отправило кого-то за вами. Возможно, на Горскова работает какой-нибудь бывший сотрудник КГБ. Там полно безработных. Они знают свое дело."


Я кивнул, размышляя. "Итак, кто что сделал и почему? Хаммад просил Горскова прийти за мной или наоборот? У Горскова есть мотив, Хаммад нанял этого человека на свою зарплату."


"Они поужинали, придумали план, набросали на салфетке".


"Набросок на салфетке?" Я дразнил.


"Ты не знаешь эту историю? Еще во времена холодной войны два французских агента сидели в кафе в Восточном Берлине и составили план облавы на офисы и изъятия файлов, все на салфетке. Когда они уходили, официантка забрала салфетку, только позже увидев детали, вызвала полицию, мужчины пойманы с поличным."


Я рассмеялся. "Рад, что это был не один из наших".


"То, что сделали наши, было хуже. Один агент, он хотел спрятать пистолет в бачке туалета, поэтому открыл его, хлынула вода, не смог ее выключить, отель затопило, полиция на месте происшествия, несколько наших схвачены, человек из ЦРУ случайно пойман."


"И все же люди думают, что все наши агенты похожи на Джеймса Бонда".


"Один парень, который запаниковал, вылез из окна в снежную бурю, съехал по крыше на лед, за борт, приземлился на машину КГБ и проломил крышу - в то время внутри было КГБ".


Я громко рассмеялся, вспоминая образы Лорел и Харди.


Хант сказал: "Это то, чему нас учат с самого начала; чего не следует делать, чтобы не выглядеть полным гребаным идиотом. Бест был парнем из КГБ в Канаде. Он позвонил секретарю полковника канадской разведки, попросил выслать файлы по указанному адресу ... и они были! Первый класс!"


"Этому парню я бы дал премию!"


Утром, когда полиция уже отдохнула, мы провели соревнование, отметили результаты. Те, кто был внизу, прошли дополнительную подготовку по стрельбе из винтовки или пистолета, тех, кто был наверху, отправили в дневное патрулирование за старую деревню наркоманов. И когда поступило сообщение о неприятностях на границе с берегом Слоновой Кости, я отправил с ними Робби и Соленых, Морана и Хэмбла.


Виски был занят обучением полка королевских ВВС, поэтому я оставил его этим заниматься, а сам несколько часов просидел на крыше, наслаждаясь видом.


Тинкер позвонила около 3 часов дня. "Ты был прав, и наш человек мог отравить воду".


"Я не думаю, что Хаммад заплатил своему человеку, чтобы тот отравил воду, из-за которой его могли арестовать".


"Нет, так что ... возможно, АНБ отравило воду."


"Кто-нибудь умер?"


"Несколько стариков, большинство были просто больны, у них выпадали волосы".


"Попробуй тот отель в Цюрихе", - настаивал я.


"Достать их записи чертовски сложно, швейцарцы ничего не выпускают".


"Тогда иди и укради это".


"Израильтяне хороши в этом, у них большая команда в Цюрихе".


"Они делают?" Я озадачен. "Что ж... попроси об одолжении."


"Да, мы можем отправить это по каналам".


Звонок прервался, я сидел на крыше, уставившись на телефон, и, наконец, позвонил в Лэнгли.


"Заместитель начальника".


"Это Уилко. У меня есть кое-какая информация, но она тебе не понравится."


"Ударь меня".


Ударил меня?Ты играешь в карты в Вегасе?"


Я полагаю, это не тот термин, который вы, британцы, используете. Итак, что у тебя есть?"


"Похоже, именно наш друг из АНБ отравил воду; мы можем каждый раз видеть его на месте преступления".


"Это ... нехорошо. Знаете, когда вы жалуетесь, что одно агентство не сотрудничает с другим, и что отделы не сотрудничают, ну, я думаю, это один из тех случаев - какой-то маленький засранец устраивает свое собственное шоу. Есть веские доказательства?"


"Пока нет".


"В качестве одолжения для нас, подавите это, если вы это получите. Парень мертв, дело сделано, или было сделано год назад или больше."


"Меня интересует только то, кто послал этого человека, поэтому я буду держать это в секрете".


Положив трубку, я постучал телефоном по подбородку, парни из полка королевских ВВС наблюдали за мной. Я позвонил Тинкер. "Была ли отравлена какая-нибудь вода за последний год?"


"Да, но случайно - так кажется".


"Так что, возможно, это был не наш парень, или, возможно, кто-то сменил его после того, как он не смог позвонить".


"Большинство улик указывает на то, что прорвало ржавую трубу, химикаты попали в грунтовые воды".


"Ржавые трубы можно подтолкнуть. Продолжай в том же духе."


Внизу капитан Харрис сказал: "Майор Сандерсон был на связи. Они обнаружили признаки какой-то активности на юге Нигера, не слишком далеко отсюда. Ты хочешь заняться этим сам или обычные игроки?"


"Изложи мне суть дела, и мы решим".


Харрис и его помощник развернули карту на столе с картами. "Три похищения, похищены белые лица, местные жители отпущены, в каждом описан один и тот же джип, даже есть номерные знаки".


"Не самая умная компания", - съязвил я.


"Нет, и мы знаем, где этот джип паркуется холодной ночью". Он постучал по карте. "Здесь, на южной окраине маленького городка, старые водные сооружения".


"Сколько человек?"


"Никогда не видел больше десяти, но в этом городе могло быть намного больше".


"Простая работа".


Он выпрямился. "Французы жаловались по каналам".


"О чем?" Я озадачен.


"Это их задний двор, у них там есть люди, и что мы не должны начинать там операции без них".


Я вздохнул и кивнул. "Пусть Анри передаст это французскому Echo, и давайте порадуем наших французских кузенов. По крайней мере, для одного рейда."


"Мы пропускаем это мимо ушей?" Недовольно поинтересовался Харрис.


Я широко развел руки. "Это все политика и чушь собачья, ты это знаешь. Итак, да - мы проходим эту. Следующая работа - французы не умеют ныть. И прямо сейчас нам нужно, чтобы французская разведка хорошо справилась с другой работой, более важной." Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это майор Сандерсон".


"Сэр?"


"У нас есть два новых теплых тела, французский парень и американский парень, оба из гражданских агентств. Мы нашли для них столы и заказали компьютеры и факсимильные аппараты. Пока у них есть настольные телефоны. О, я поселил их в офицерской столовой, достаточно милые комнаты.


Также несколько дней назад заходил ваш друг, командир ВВС, проходил мимо и, я полагаю, хотел с вами поболтать. Он поговорил со специалистом по оборудованию королевских ВВС об этом ангаре и был недоволен - "


"Не доволен? О чем?"


Пока мы говорим, переносные кабины, поэтому они возводят металлический каркас, а сверху будет мезонин, похожий на пистолетный тир, с офисами на этом этаже. Когда мы будем там, переносные кабины уберут, затем они начнут с офисов на первом этаже."


"Ну что ж... так звучит лучше, сэр."


"Должны быть офисы получше, да, будьте готовы быстро. Он сказал, что у него была команда, которая делала то же самое во многих ангарах королевских ВВС, так что они знали, что делать."


"Я не против, сэр".


"А как насчет наших новых гостей? И ... безопасность?"


"Скажите нашим мальчикам и девочкам, чтобы они были осторожны, сэр, но речь идет о спасении заложников, никаких секретов, которыми нельзя не делиться, и с нами французские солдаты, и с нами был американец. Пусть француз свяжется с Парижем относительно Хаммада и Горскова, это сейчас приоритет для всех нас. О, выясни, где в Гвинее у Горскова производство алюминия."


"Хорошо, скоро перезвоню тебе. И эта информация о Нигере - "


"Будет передано французам, чтобы они были довольны, сэр".


"Я разбираюсь в политике".


Генри пришел и нашел меня в 5 вечера. "Французское эхо" начнет операцию в Нигере, у них есть информация. Они были в Мали, по крайней мере, половина из них, я думаю."


"Скоро мы отправимся в Гвинею, затем в Анголу. Может вызвать некоторое французское эхо, поскольку ваше правительство настаивает на этом."


Сандерсон позвонил капитану Харрису, и Харрис позвал меня в столовую и к столу с картами.


"Производство алюминия", - сказал он, ткнув пальцем в карту. "Близко к границе. Десять миль."


"Забронируй "Чинук" на утро, чтобы подбросить меня ... здесь ошибка при чтении карты, ожидание решения проблемы."


Харрис взглянул на парней из полка королевских ВВС из-под бровей. "Правительство Гвинеи может и не быть ... очень доволен."


"Они дали нам разрешение действовать в их стране", - настаивал я.


"Только на северо-востоке, и в прошлом году!" Харрис напомнил мне.


Я пожал плечами. "Итак, мы немного растягиваем это разрешение".


"А Лондон?.."


"Будет предоставлено своевременное обновление после моего возвращения".


Пока капитан Харрис качал головой, я пошел, нашел Ханта и вывел его наружу. "Я собираюсь отойти на десять миль от границы с Гвинеей и поговорить с некоторыми людьми на алюминиевом руднике, принадлежащем этому парню Горскову. Я дам Лондону знать после, так что держи это в секрете. Они хотят результатов, не придавая большого значения деталям относительно того, как я получаю эти результаты."


"Десять миль, ошибка при чтении карты. Как Северная Ирландия."


"Есть ли какие-либо доказательства ... что я отправился к югу от границы в Северной Ирландии?" Я бросил вызов.


"Нет, не сосиска, просто подозрение".


"Ну, меня же не могут посадить за подозрение, не так ли?"


Утром я собрал свою команду, в которую должны были войти я, Анри, Саша и его команда, а также мои снайперы. Всем сказали оставить документы, и Саша раздал пустые пачки из-под русских сигарет, по несколько рублей. Пока ребята из "Эхо" ныли из-за того, что их не было на работе, я попросил Рокко составить команду спасателей, чтобы они были наготове.


Риццо спрашивал о денежных бонусах, пока не получил от меня угрожающий тычок пальцем.


"Чинук" подобрал нас в 8 утра, и мы пролетели всю территорию Сьерра-Леоне с востока на запад, пересекли границу, избегая городов и деревень, и оказались в уединенном месте. Сорвавшись с места и убегая, я помахал рукой члену экипажа, прежде чем "Чинук" с ревом описал круг и унесся прочь.


Оружие взведено, я велел всем надеть маски. "Английские мальчики, без разговоров".


На русском Томо сказал: "Твоя гребаная мать сосет мой набухший неряшливый член", Саша и его команда громко смеялись.


"Хорошее произношение", - похвалил я. "Если русский бросит тебе вызов, используй это - но ожидай драки. На мне тестовые радиостанции." Я увел их, сформировал команды, и мы двинулись на запад по трассе в хорошем темпе, не ожидая здесь никаких проблем, кроме потасовки с любыми русскими, которых мы встретили.


Я избегал ферм, людей и деревень, несколько маленьких мальчиков остановились поглазеть на нас в какой-то момент, и мы увидели шахту за много миль, когда поднялись на гребень. Это была обширная горно-обогатительная фабрика, посредине которой протекала река.


Двигаясь с севера в течение получаса, я выбрал то, что выглядело как главное здание, и часовое изучение показало, что это действительно было главное здание, офис на верхнем этаже выглядел очень вычурно, были видны белые мужчины, но в большом кресле сидел чернокожий мужчина.


Генри похлопал меня по руке. "Там, пожарная лестница, лицом к деревьям, людей нет".


Я кивнул. "За мной, не снимайте маски", - тихо позвал я и повел команду вниз. Найдя заброшенный бетонный каркас здания напротив офиса главного менеджера, я приказал своим снайперам занять позиции.


Пробираясь сквозь густые кусты, останавливаясь, когда внизу замечалось движение, мы обошли здание сбоку, у входной двери заметили охранника. Скрытые от посторонних глаз, но передвигающиеся при дневном свете, мы воспользовались своевременным ливнем и поэтому поспешили к металлическому пожарному выходу.


Саша взобрался наверх и освободил ступеньки в клетке, и они спустились вниз, в безумной суматохе взбегая по ним, гремя при нашем движении и почти так же бесшумно, как стадо слонов.


На крыше я починил свой глушитель, когда дождь хлынул сбоку сплошным потоком, сзади доносились громкие проклятия по поводу погоды, и я тихо отстрелил замок, команда сыщиков вскоре последовала за мной по темной лестнице и спустилась на верхний этаж.


Испуганный старый охранник получил винтовкой по носу, молодая чернокожая леди взвизгнула и уронила свои папки. Обоих затолкали в кабинет главного, мокрые грязные отпечатки, оставленные моей командой.


Белый мужчина стоял с чернокожим во главе, оба были в ужасе, увидев нас, с поднятыми руками.


Я обошел огромный стол и подошел к ним. Опустив винтовку, промокший насквозь, когда они наблюдали, как я устраиваю беспорядок, я молча схватил блокнот и бумагу и записал номер своего спутникового телефона. "Попросите мистера Горскова позвонить мне".


"Кто ... кто ты?" - прозвучало по-английски от белого человека, но с акцентом, очевидно, русского.


"Петров".


"Петров!"


По-русски я сказал: "Если мистер Горсков не позвонит в течение одного дня, мы уничтожим это место, убьем всех". Я положил в карман красивую ручку, замеченную элегантно одетым чернокожим парнем, и вышел из офиса. На крыше мы снова промокли, вскоре с грохотом скатились по пожарной лестнице на гравийную дорогу и на бегу хлюпали по лужам.


Я оглянулся из кустов, но никого за мной не было. Я включил свое радио. "Снайперы, прострелите шины нескольким автомобилям". Я повел команду вверх по илистому берегу на дубле.


Когда снайперы приблизились, раздался взрыв. "Сообщите о взрыве".


"Это Томо. Когда мы врезаемся в огромные колеса грузовика, они красиво взрываются."


"Пять минут, затем отступаем. Кто-нибудь преследует нас?"


"Пока нет, несколько человек смотрят в окна".


Я повел остальных вверх по хребту, вызвав снайперов, наш маршрут поменялся местами.


В пункте сбора экипаж "Чинука" не был впечатлен нашим грязным состоянием, но эта грязь была почти сухой, когда мы приземлились на FOB. Нам всем нужна была сухая одежда и чашка чая, все пахли сыростью.


Хант стоял в ожидании с Харрисом снаружи здания. "Как все прошло?" - Спросил Хант.


"Отлично, работа выполнена, никто из нас не стрелял, никто из нас не ранен". Зазвонил мой спутниковый телефон, нечетный номер. Я поднял палец и отступил. "Da!"


"Я Горсков. Ты хотел поговорить со мной?"


"У меня был контракт убить тебя и разрушить твою операцию, но... может быть, мы придем к взаимопониманию."


"Заключен контракт ... кем? Томск?"


"Нет. У меня есть ... другие казначеи."


"Ты думаешь, что найдешь меня?"


"Да. Но сначала я выясню ваши деловые интересы, Гвинею и Анголу. После чего ... вам не хватит нескольких долларов."


И это ... понимание?"


"Сначала расскажи мне о Хаммаде".


"Так вот в чем дело, этот идиот! Я не видел его год, не разговаривал с ним шесть месяцев!"


"Что ты знаешь об отравленной воде?"


"Хаммад думал, что кто-то делает это, чтобы погубить его, он даже верил, что кто-то отравил его, его здоровье пошатнулось".


"После того, как британцы и французы спасли заложников в Анголе, Хаммад отправил двойного агента АНБ - Генри Гоорта - в Сьерра-Леоне, чтобы убить британского офицера".


"Вы хорошо информированы. Этот человек взял деньги и сбежал."


"Нет, я убил его по контракту".


"Оу ... и кто оплатил этот контракт?"


"Ты знаешь, что я бы никогда этого не раскрыл. Вы убили французских агентов DGSE?"


"Нет, никогда, я сдержанный. Но я думаю, что либо сын Хаммада, либо водитель сына убил человека, который шпионил."


"В чем состояло ваше деловое соглашение с Хаммадом?"


"Он поставлял химикаты, я узнал его - ему нравились его пороки, поездка в Лагос, молодые черные девушки - девственницы. Ты знаешь, как эти гребаные арабы относятся к девственницам. Он также помогал отправлять товары в Европу, у него был надежный трубопровод."


"Потому что он какое-то время был в постели с французской разведкой".


"Да, они смотрели в другую сторону, потом все прекратилось".


"Зачем преследовать этого британского офицера?"


"Здешний президент, президент повстанцев Унита на востоке, он хотел сохранить лицо, показать своим людям, что он организовал. Этот человек добывает золото, я очищаю его и продаю."


"Сколько покушений он совершил на этого британского офицера?"


"Почему это так интересно?"


"Просто ответь на вопрос".


После паузы последовало: "Только то, о чем я знаю. Здешний президент, у него плохое здоровье и он умирает, так что ему сейчас есть о чем подумать."


"Ты подтвердил то, во что мы верили", - солгал я. "Так что мы не будем нападать на тебя".


"Ты прострелил шины у двадцати грузовиков!"


"Мне нужно было привлечь твое внимание".


"Я отправлю Томску гребаный счет!"


"Если вы хотите разобраться с Томском, позвоните ему, возможно, он сможет вам помочь в нескольких вещах, он вполне доступен".


"Они говорят, что он невысокий толстый идиот ..?"


Я подавил улыбку. "Это всего лишь прикрытие. Он человек с острым умом. И он зарабатывает три миллиарда долларов в год, так что кое-что он делает правильно."


"Ну, может быть, я поговорю с ним, попрошу у него немного денег на новые гребаные шины!"


Я отключил звонок и вернулся к Ханту, когда он стоял у входа в здание. "Это был Горсков, и он не имел к этому никакого отношения, по крайней мере, не очень. Он добывает золото в Восточной Анголе и платит тамошнему президенту, а самопровозглашенный президент потерял свою элитную бригаду из-за меня - желая отомстить, чтобы сохранить лицо. Горсков поговорил с Хаммадом, который предложил своего человека - двойного агента АНБ."


"Ты только что позвонил ему ... и поболтали?"


"Почему нет?"


"Ты болтал как Петров", - отметил он, и я кивнул. Он сдулся. "Если бы это было сделано по правилам, и я зарабатывал себе на жизнь, операция через границу не была бы разрешена, или вы напрямую вызывали подозреваемого. Но это всегда серая зона, и я могу понять, почему ты расстраиваешься из-за того, где проходит грань - трудно сказать, где проходит грань, даже для меня."


"Лондон хочет результатов, но они никогда не разбираются в том, как именно добиться этих результатов".


Я схватил Генри и рассказал ему историю, чтобы обновить Пэрис, и я обновил Тинкер, прежде чем переодеться в мокрую одежду и перекусить.


Пэрис позвонила час спустя. "Вы говорили с этим человеком Горсковым?"


"Да, и он вполне доступен. Он не высовывается и не хочет неприятностей, и он не стрелял в вашего человека. Он думает, что у сына Хаммада есть водитель-телохранитель, и что он застрелил вашего человека, пойманного за шпионажем за ними. Это не звучит преднамеренно.


"А Хаммад где-то в больнице, у него трубка в заднице; вот почему его не видели много месяцев. Кто-то отравил его."


"Вчера произошел еще один инцидент, не несчастный случай, в Мали работают установки по опреснению соленой воды - они финансируются нами, застрахованы нами".


"Ты все еще веришь, что кто-то хочет тебе отомстить?"


"Да".


"Опреснение?" Я озадачен. "В Мали нет океана?"


"У них огромные соленые озера".


"А, ладно. Я пойду искать Хаммада, может быть, на той больничной койке."


Я позвонил Тинкер. "Забудьте о Горскове, приложите все усилия к тому, чтобы узнать, где находится Хаммад, и он, возможно, получит медицинскую помощь. Нужно знать, к какому врачу он обращался, что с ним не так, затем, где он находится."


"Израильтяне не были заинтересованы, пока я не упомянул Хаммад, а теперь они очень заинтересованы".


"Могли ли гребаные израильтяне отравить воду?" Это просто арабы, ставшие мишенью."


"Они не хотели бы расстраивать Париж, а французы в ужасе от окончательного страхового счета. И некоторые страховщики - еврейские компании!"


Вчера был нанесен удар по одному месту в Мали, так что попросите француза раздобыть подробности и предоставить мне к ним доступ. Составьте список людей, пользующихся близлежащими отелями или автозаправочными станциями, чем угодно, посмотрите, был ли призрак Хаммада в его синем больничном халате - задница видна - где-нибудь поблизости, опросите всех об этом, затем достаньте мне список водопроводных сооружений, спонсируемых французским правительством, и попытайтесь определить хорошую следующую цель, а."


"Я поручу Интерполу искать человека в синем больничном халате, блуждающего по пустыням Мали!"


Я позвонил в аэропорт и попросил "Геркулес" в качестве экстренного рейса. У них там сидел один. По просьбе Чинука я собрал команду. Свифти был здесь, и я схватил его, а также Генри и моих снайперов.


Хант спросил: "Зачем идти в это место?" Они будут давно в прошлом."


"Следы, улики, и я хочу знать, был ли это несчастный случай, сотрудник или кто-то перелез через забор".


Я попросил капитана Харриса держать оборону, прежде чем мы поднимемся на борт "Чинука", все вооруженные, как на войну. В аэропорту я позвонил Тинкеру и узнал местоположение опреснительной установки в Мали, местоположение передали пилотам, которые подумали, что я шучу, когда я сказал, что мы направляемся в Тимбукту, разрешение на планирование было получено по пути, наш рейс был зарегистрирован и отмечен Лондоном постфактум.


"Геркулес" был уже подготовлен и проверен, и мы быстро взлетели, вскоре взяв курс на север.


Я прошел вперед и надел запасные наушники, пилоты оглядывались по сторонам. "Ты слышишь меня?"


"Да. И на нашей карте нет аэродрома, куда мы направляемся, так что... куда, черт возьми, мы направляемся?"


"На опреснительной установке есть полоса, которая должна быть достаточно большой. Это место находится в долбаных милях отовсюду, так что я думаю о поставках самолетом."


"Сначала нам придется взглянуть на это глазами. Связаться с ними невозможно, если не использовать стандартные частоты."


"Дай мне знать, когда мы подойдем близко".


"Мы ждем тебя?"


"Нет, приходи через несколько часов, жди моего звонка".


Я снова сел, несколько парней сложили руки на груди и закрыли глаза, но это было всего через два часа, наша цель к югу от Тимбукту.


Член экипажа похлопал меня по руке два часа и двадцать минут спустя, и я пошел вперед.


Надев наушники, пилот сказал мне: "Полоса впереди, мужчина в машине с радио. Мы определили направление и длину ветра, кажется, все в порядке."


"Тогда мы идем". Я опустился на колени и наблюдал, как мы выстроились в линию: озеро под нами, завод справа, множество высоких блестящих металлических конструкций, трубы, уходящие в землю.


"Тебе не разрешается стоять там на коленях, когда мы приземляемся", - съязвил второй пилот.


"Мне тоже не разрешается убивать людей", - коротко ответил я, сел на раскладное кресло члена экипажа и пристегнулся, на всякий случай.


Приземление прошло достаточно гладко, задняя дверь вскоре открылась, и я вывел команду на яркое послеполуденное солнце после того, как мы остановились. Мы ступили на то, что казалось хрустящей сушеной солью, пока я не понял, что это действительно сухая соль.


Вереница джипов стояла в ожидании, французский менеджер в белой рубашке стоял в ожидании. Пока Генри болтал с тем человеком, парни претендовали на места в джипах, я наблюдал, как наша машина развернулась в облаке пыли и выехала на взлетно-посадочную полосу и тронулась с места.


После рукопожатия с французским менеджером я сел в седло и настоял, чтобы мы немедленно отправились на место вмешательства - нет времени на кофе.


Это была короткая поездка под или вокруг огромных труб, многие люди в ботинках и касках работали на этих трубах, и к изолированной части операции. Томо попытался оскорбить по-русски нашего водителя-араба, но это осталось незамеченным.


Мы ступили на песчаную почву, и передо мной лежало маленькое мерцающее озеро с ужасным запахом, склад с грузовиками вдалеке, труба, уходящая в песок, три маленьких корпуса насоса.


Менеджер-француз начал на ломаном английском с сильным акцентом: "Вот, мы" - с выводом. Хорошая вода, не очень хорошая, и для сельского хозяйства. Хорошая вода в пластиковой бутылке, немного воды по трубе в город, плохая вода для сельского хозяйства, труба в восточном районе."


"Хорошая вода была отравлена", - отметил я.


Он увел нас, парни лениво держали оружие. Но опять же, и я тоже. С завода по розливу появился еще один француз, и после нескольких слов они показали мне банку, примерно литров на пять. Его перелили в выходной резервуар, клапаны открыли и снова запечатали, других улик осталось немного - за исключением очень очевидной банки с ядом.


Я спросил, сняла ли полиция отпечатки пальцев, получив грубый ответ от французского менеджера.


"Так что нет. Генри, я хочу, чтобы этот барабан был завернут в пластиковый пакет или пончо, вернулся к нам - сначала его нужно вымыть!" Я указал на второго менеджера. "Белая бумага, пожалуйста, немного дизельного масла или смазки".


Он пожал плечами и принес блокнот формата А4, маленькую баночку масла.


Николсон, вскинь винтовку. Обмакните палец в масло, нанесите ровным слоем на бумагу, как будто вы не хотите, чтобы оно попало на нее, минимальным количеством, но по всему. Передай мне листы, когда будешь готов. Свон, помоги ему."


Французы наблюдали за нами, как за сумасшедшими, внимательно наблюдая, как я положил промасленную бумагу на ствол и осторожно потер ее. Медленно и осторожно сняв бумагу, я положил на нее чистый лист и сделал бумажный сэндвич, чтобы забрать обратно, четыре листа, использованные на стволе.


Французы подхватили идею и помогли нам снять отпечатки пальцев с клапанов и области вокруг резервуара для воды.


Управляющему шахтой я сказал: "Никого не видели?"


Он покачал головой. "Нет".


"Замок был сломан?"


"Oui!"


Я использовал засаленную бумагу на двери, прежде чем осмотреть местность. К северо-востоку, в полумиле отсюда, располагались сельскохозяйственные угодья и дорога. Я провел Свифти и Генри вокруг задней части завода по розливу, обнаружены следы. Я опустился на колени. "Шесть человек, и вам не нужно шесть человек для этого, поэтому я думаю о вооруженной охране под рукой. И это городская обувь, а не ботинки."


Я шел по следам в песке, вверх и вниз по небольшим дюнам. Я взвел курок своего оружия. Остальные скопировали.


Пройдя двести ярдов, я нашел пачку сигарет, внутри оставалось еще пять сигарет. "Не выброшен, брошен ночью. Курильщики не выбрасывают хорошие сигареты." Я приподнял пакет, чтобы не испортить отпечатки. "Алжирец. Что означает, что они пришли сами, вместо того, чтобы нанять кого-то."


Следы вели дальше, и мы шли по ним, местами их было трудно найти; ветер прошлой ночью нам нисколько не помог. Приближаясь к дороге, я увидел мужчин, работающих в полях, и они могли видеть нас. Остановившись и опустившись на колени в песок, я увидел следы от джипа, только это были не следы от джипа.


"Свифти, на что это похоже?"


"Автомобильные следы. BMW, у меня когда-то был такой."


"Они приехали из Алжира не на одной, так что, возможно, они наняли местные машины, две из них". Я указал. "Поехали".


Свифти улыбнулся. "Кто-то посрал".


Найдя пакет с хрустящей корочкой, я собрала засохшие комочки и положила их в карман.


"Вот почему SAS забирают свое дерьмо с собой", - заметил Свифти.


Я встал. "Они въехали с юга, с юга, так что... не Тимбукту."


Возвращаясь домой, я позвонил во Фритаун и попросил нашего Геркулеса забрать нас в полдень следующего дня. Добравшись до завода по розливу, где ждали мои снайперы, я сказал французскому менеджеру, что мне нужны джипы или грузовик для поездки в Тимбукту, в британское консульство, которое, как я знал, было там.


Он махнул нам рукой, указывая на свои джипы, и мы снова двинулись по трубам, на этот раз к административному зданию, выделив водителей и джипы. Я велел ребятам положить винтовки на пол машин, снять ремни, патронташи, пистолеты наготове. Довольные тем, что местная полиция не пристрелила нас на месте, мы отправились на север, когда солнце висело низко над горизонтом.


Я позвонил Ханту. "Пусть британское консульство в Тимбукту ожидает нас с кофе".


"Нашел что-нибудь?"


"Дерьмо".


"Дерьмо?"


"Засохшее дерьмо".


"Ах, улика ДНК".


"Сообщите французскому консульству в Тимбукту, что мы направляемся с доказательствами".


"Хорошо, я позвоню новому французу из GL4. Он может начать зарабатывать себе на пропитание."


Через полчаса езды плоские пространства превратились в сельскохозяйственные районы, небольшие деревни, а затем в коричневые дома из сырцового кирпича Тимбукту. Но в древнем городе была и более современная часть, и наш местный водитель знал дорогу туда, где находились консульства.


В конце концов мы нашли закрытое и охраняемое британское консульство, куда нас впустили после того, как нам в лица посветили факелами. Припарковавшись, двое британцев вышли и направились к нам.


"Капитан Уилко?"


"Да".


"Не уверен, что от нас ожидают, чтобы помочь вам, но нам сказали помочь вам, так что ..."


"Нужно, чтобы ты отправил несколько надежных посылок, и ... у вас есть ксерокс?"


"Да, ксерокс внутри. Пойдем."


Я привел команду в найденную для них комнату, Николсон передал листы. Я сказал своим хозяевам: "Грубые отпечатки пальцев. Если вы сделаете фотокопию листов, вы часто получаете отпечатки, так что попробуйте, а затем отправьте их в SIS London первым классом. И еще... " я протянула ему пакет с чипсами. "Засохшее дерьмо".


"Засохшее дерьмо"?


"От террориста".


"Ах. Несомненно, его отправят в Лондон, а не просто к кому-то, кто тебе не нравится."


Я улыбнулся. СЕСТРЕНКА Лондон, попроси у меня анализ ДНК. Также есть пачка сигарет, чтобы снять отпечатки."


Появились французские официальные лица, их приветствовали, приготовили кофе, мои ребята уселись в боковой комнате, предложили торт и сэндвичи. На фотокопиях были обнаружены слабые отпечатки, и они были отправлены по факсу в SIS London, копия - во французскую разведку.


Я спросил своих хозяев, где я могу взять напрокат BMW поблизости. Они не знали ни одного места в Тимбукту, поэтому я попросил их найти место к югу от завода и попросил их задержаться.


Через полчаса и британцы, и французы согласились, что единственное место, где можно взять напрокат BMW, - это Барамко, столица, расположенная в долгой поездке на юго-запад.


"Карту, пожалуйста", - позвал я, и они принесли карту, весь персонал теперь внимательно наблюдал, и у меня сложилось впечатление, что они мало что делали здесь вечером.


Ткнув пальцем в карту, я сказал: "Заправочная станция здесь, найдите местную информацию, позвоните им, спросите о двух позавчерашних BMW, шести элегантно одетых мужчинах-арабах. Теперь, пожалуйста."


Обменявшись взглядами, они приступили к работе, в общей сложности в списке было восемь заправочных станций, на которые нужно было позвонить. Двоих сбили одни и те же мужчины, шесть элегантно одетых арабов, два черных BMW. И никому из мужчин не было больше двадцати пяти, так что Хаммада не было с ними во время этого акта вандализма.


"Джентльмены, я хочу, чтобы утром местная контртеррористическая полиция прибыла в дилерский центр BMW, чтобы все записи были просмотрены". Я позвонил Тинкер. "Ты не спишь?"


"Как ты думаешь, во сколько я ложусь спать?"


Просто проверяю. Послушайте, мне нужны все пассажирские декларации на самолет, Барамко в Мали, летевший на север в любое арабское государство или во Францию, вчера и позавчера, затем в отели прошлой ночью."


Это будет нелегко, придется послать кого-нибудь на стойку регистрации авиакомпании за документами; потребуется шесть месяцев, чтобы их зарегистрировал Интерпол. У французов там есть люди, я отправлю их парня заняться этим утром."


"Хорошо, надавите. Ищу шестерых молодых людей, элегантно одетых арабов. И мы только что отправили сестре Лондон по факсу их отпечатки. Сначала попробуй сына Хаммада."


"Хорошо, сойдет. Я сейчас отправлю им электронное письмо."


"Электронная почта? Все новейшие технологии, да."


"Это быстро и безопасно, в отличие от письма по почте".


По телефону я сказал своим хозяевам, что нам нужно где-то остановиться. У британцев не было комнат, но у французов были комнаты, поэтому мы направились туда после того, как я поблагодарил моих британских хозяев.


Недалеко отсюда, примерно в ста ярдах, нам выделили комнаты во французском консульстве, гораздо больше, чем в британском, всем нам пришлось жить по двое, нескольким на этаже, Генри раздавал еду и воду в бутылках.


Несколько из нас отважились подняться на плоскую крышу, вскипятили воду для чая, как будто мы были в пустыне, и мы сели у стены под звездами, разглядывая древний Тимбукту.


Свифти лениво прокомментировал: "Эти шестеро мужчин, они не самые заядлые террористы".


"Нет, любители", - согласился я.


Генри вставил: "Здесь, внизу, они ожидают плохой и медленной работы полиции".


"И они были чертовски правы", - отметил Свифти. "Мы делали за них их работу!"


Когда мы допили чай и сидели, глядя на мерцающие огни города, на плоскую крышу вышел французский чиновник. "А, вот и ты. Пэрис сравнил отпечаток пальца с сыном Мохаммеда Али Хаммада, его звали Джиллил Али Хаммад."


"Попроси Пэриса сделать его самым разыскиваемым человеком Интерпола", - сказал я нашему ведущему в темноте. "И немедленно".


Мужчина убежал.


"Почему сын это делает?" Свифти задумался. "Чтобы разозлить своего отца, разрушить семейный бизнес? У него не будет наследства."


"Это странно", - согласился я. "Но сыновья часто ссорятся со своими отцами".


" Не в арабском мире, " вставил Генри. "Первый сын - это все. Семья - это все."


"Так почему?" Спросил Свифти.


"Мы спросим его после того, как я его убью", - предложил я, парни засмеялись. "Чтобы найти его, много времени не потребуется, он идиот, он оставил след, по которому может пойти любой".


"Любой, у кого есть хоть какая-то подготовка", - парировал Свифти. И острое желание вставать с постели по утрам, а не какой-нибудь местный полицейский" которому на все насрать. Если бы он что-то отравил в Европе, его бы поймали в первый же день."


"Дело в том, - начал я, - что он нацелен только на французские благотворительные проекты, так что... у него проблемы с французским колониальным отношением."


"Конечно", - вставил Генри. "Он алжирец, так что счеты нужно свести".


"Он вырос в Париже", - отметила я.


"Это не помешало бы ему ненавидеть нас", - заметил Генри. "В детстве над ним издевались, его обзывали белые дети".


"Он не беспокоится о том, что его поймают", - подумал я вслух. "Молодой человек, у которого вся жизнь была впереди, мог бы разбогатеть, так что ... что у него на уме?"


"Религия и месть", - вставил Генри. "Он стал религиозным и считает своим долгом дать отпор, сражаться не на жизнь, а на смерть".


"Так почему бы не отравить воду в Париже?" Свифти задумался.


"Это хорошо охраняется, проверено", - предположил Генри. "Здесь он создает разрыв между нами и теми, кому мы пытаемся помочь. Он хочет, чтобы арабы не доверяли Парижу, а не смерти французских граждан."


"И французские страховщики платят определенную цену", - отметил я.


Когда мы собирались немного поспать, постучал и вошел высокопоставленный французский чиновник. Он выглядел встревоженным. "Морг в Париже теперь опознал тело Джиллил Хаммад после того, как отпечатки были распространены снова, по некоторой оплошности. Его тело было найдено в реке, и он был мертв шесть недель."


Я обменялся озадаченным взглядом с озадаченным Генри и озадаченным Свифти. "Сын мертв, отец пропал, так кто, черт возьми, отравляет воду?"


"И как получилось, что призрак этого придурка оставляет здесь отпечатки?" Спросил Свифти.


Генри сказал: "Если Хаммад болен, а его сын мертв, ему нечего терять. Он посылает людей."


"Чтобы уничтожить свою собственную компанию?" Спросил Свифти. "И винить в этом собственного сына?"


"Ему больше не о чем беспокоиться", - настаивал Генри. "Его единственный сын мертв".


"Что-то воняет", - сказал я им. "Либо тело не Джаллил, и DGSE просто охуевает, либо кто-то охуевает из-за отпечатков, которые мы отправили. В любом случае, мы не можем доверять разведданным из Парижа в этом."


" Тьфу! " выдохнул Генри. "У DGSE здесь тоже есть повестка дня, они никому не говорят".


Утром мы поели с сотрудниками французского консульства, прежде чем отправиться обратно в британское консульство.


Старший мужчина сказал мне: "Полиция движется к тому автосалону, о котором мы говорим, и к аэропорту. Возможно, скоро получу ответы на некоторые вопросы."


"Джиллил, сын, очевидно, мертв, пролежал шесть недель на льду в Париже".


"Тогда... кто наш таинственный мужчина?"


"Возможно, узнаете в автосалоне или аэропорту".


После кофе и беседы они организовали для нас автобус с тонированными стеклами, и мы отправились на юг по тихим дорогам, за час добравшись до изолированной полосы, полосы уплотненной белой соли. Мы нашли парня, который сидел в джипе с авиационным радиоприемником, и я позвонил во Фритаун, чтобы подтвердить, что за нами приедут в полдень.


Стоя там, я заметил человека, который раскуривал трубку, мужчина слишком часто поглядывал в нашу сторону - на голове у него не было каски. Николсон, посмотри поверх плеча Томо, парень, работающий с трубой. Взгляните на его ботинки. Дискретно." Я тихо взвел курок своего ружья, остальные подражают, внезапно взгляды устремились отовсюду.


"Босс, на нем кроссовки", - написал Николсон.


"Приготовься", - предупредил я. "Томо, собирайся, опусти винтовку, бросок на двести ярдов, чтобы достать торговца, только из пистолета, он мне нужен живым. Остальные, когда я скажу, рассредоточьтесь и ложитесь, круговая оборона. Ожидание." Томо снял свое снаряжение, кивнув в мою сторону, когда будет готов. "По вашим следам ... готовьтесь ... Вперед!"


Томо побежал, я опустился на колени, целясь в человека на трубе, все остальные бежали и ныряли вниз, человек по радио самолета интересовался, что случилось.


Торговец не заметил Томо до ста ярдов, затем запаниковал и побежал, но был медленным, несмотря на свои кроссовки. Я всадил пулю в землю перед мужчиной, и он остановился, упав. Томо был там, когда мужчина поднялся, и нанес удар ногой в живот. Быстрый обыск, изъят пистолет, и Томо привел мужчину обратно, причем мужчину избили вместе с его собственным пистолетом.


Вернувшись к нам, я прижал нашего пленника, когда человек в джипе звонил по спутниковому телефону. Я выкручивал руки нашему пленнику, пока он не закричал - насколько это было возможно с лицом, забрызганным солью и песком, и задавал вопросы по-арабски. Я не получал ответов.


"Ты поедешь с нами во Францию", - сказал я ему. "Если только ты не хочешь заключить сделку".


"Они убьют меня".


"Они не узнают!"


"Этот человек с ними".


"Радист!" Я закричал, Генри бросился к джипу, две пули попали в решетку двигателя.


Вскоре мы поймали двух человек.


"Джипы приближаются!" Николсон кричал. "Вооруженные люди".


"Приготовься!" Я закричал. "Бей по джипам на расстоянии!" Я завел радиста и наступил ему на лодыжку; он никуда не собирался уходить. Лежа на спине в соли, я достал свой спутниковый телефон и набрал знакомый номер.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, мы на взлетно-посадочной полосе французского завода по опреснению воды в Мали, отследите это местоположение. Ситреп: двое вражеских пленных в плену, в контакте с враждебной силой, Геркулес приближается. Свяжитесь с французскими военными в Мали, и быстро!"


Убрав телефон, я прицелился, когда раздался треск, и попал в ветровое стекло, остановив джип. Мужчины выскочили из джипов, несколько попали и закрутились. Снаряды трещали над головой, соль и песок вокруг нас плевались в нас. Я тщательно прицелился, успокоил дыхание и попал в человека, стоявшего на коленях за джипом и пытавшегося взвести курок своей винтовки.


Мужчина встал и убежал, раненный в спину, второй мужчина убегал, но был ранен в голову. Остался только один человек, лежащий и целеустремленно стреляющий в нас, пока кто-нибудь не попал ему по макушке. Наступила тишина.


"Генри, иди налево и вокруг, не высовывайся! Томо, иди направо, отойди на сто ярдов, дважды нажми!"


Анри побежал вперед, опустился на колено и выстрелил, Томо сделал то же самое, пока мы прикрывали их. Когда Генри добрался до джипа, Свифти подбежал к нему, и я поднял свой телефон, когда опустился на колени, мои пленники оба плакали от боли. Я бью ближайшего прикладом винтовки в лицо, разбивая ему нос.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко в Мали. Прогремели выстрелы, восемь человек убито, потерь с нашей стороны нет. Обновите Дэвида Финча и GL4, а также французов здесь. Уилко на свободе."


Свифти вернулся. "Не очень-то похоже на засаду", - пожаловался он. "Гребаные любители".


"Как и люди, отравлявшие воду", - отметил я. "Странная, блядь, кучка террористов выходного дня".


Пятнадцать минут спустя мы заметили еще несколько джипов, это были полицейские или охрана. Мы приготовились, но я вовремя заметил управляющего шахтой и его помощника.


"Не стрелять!"


Их конвой остановился возле других джипов, и вскоре они вышли, потрясенные телами, и, наконец, подошли к нам, когда мы тащили наших пленников к джипам, наших перепачканных солью и кровью пленников.


Генри кричал на управляющего шахтой, размахивая руками. Казалось, что Генри не был впечатлен здешней безопасностью и не собирался стесняться в своих мнениях. Оружие было собрано, удостоверения личности, наши пленники связаны - оба мужчины теперь хромают, а десять минут спустя влетела Пума, сделала круг и приземлилась, молодые французские солдаты выбежали. Генри приветствовал их, когда "Пума" отъехала в облаке пыли.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это Дэвид, ты в порядке?"


"Да, неудачная попытка устроить нам засаду, восемь человек, все мертвы. У нас также есть двое заключенных, так что надавите на местные власти, чтобы они опознали мужчин и заставили их заговорить."


"Как они узнали, что ты был там?"


"Мы приземлились вчера, на ночь во французском консульстве, так что у них было время. Кто-то в учреждении был с ними."


"Таким образом, этот объект не был выбран случайным образом".


"Нет, у них была какая-то внутренняя помощь. По крайней мере, здесь."


"Предполагает наличие организованной банды, разбросанной по нескольким странам".


"У Хаммада были люди во многих местах, так что эти люди могли быть у него на жалованье".


"Я только что получил заметку о его сыне, которая исключает его, а Хаммада не видели много месяцев. Так что, возможно, кто-то еще из компании Хаммада делает это."


"Кто-то, кто не смог получить свою рождественскую премию в прошлом году, хочет разрушить компанию и разозлить французов?"


"Это мусульманская компания, поэтому я не думаю, что они выплачивают рождественские бонусы".


Я рассмеялся. "Мы возвращаемся в Сьерра-Леоне. И босс, отнеситесь к любой информации, поступающей из Парижа, со щепоткой соли; мертвецы не оставляют отпечатков пальцев."


"Да, я понимаю. И американцы спрашивали о спутниковом телефоне сотрудника АНБ - и почему вы никогда не передавали его."


"Я вернулся через день, и мы снова искали и нашли это. Ничего зловещего."


"А Горсков?"


"Хочет спокойной жизни, без выстрелов. Он не замешан."


"Но он подтвердил, что казначей убийцы был президентом Унита?"


"Да".


"Что ж, это закрывает одну главу, и мы знаем, что ни американцы, ни французы не хотели твоей смерти. Все, что нам сейчас нужно, это остановить загрязнение воды - и найти призрак Джиллил."


"Всплывает много информации, мы быстро добьемся прогресса. Эти парни - дерьмо."


"Мне интересно, почему французы добились небольшого прогресса, учитывая, чего им это стоило, но если, как вы говорите, Париж консервативен в отношении доказательств, то у них здесь есть план".


"Они не мыслят нестандартно, я мыслю. И мне нужно обратиться к Петрову."


Услышав звук регистрации нашей поездки, я подбежал к джипу, сел внутрь и схватил радио. Уилко для Геркулеса. Прием, прием?"


"Геркулес для Уилко", прием. Что там произошло внизу?"


"Несколько местных плохих парней пытались устроить нам засаду, все убиты, благополучно приземлились, французская армия сейчас здесь".


"Вас понял, на подходе".


Выйдя из джипа, я крикнул ребятам, и они побежали через дорогу, а Генри обменялся последними словами как с управляющим шахтой, так и с солдатами. Кто-то похлопал по плечу, помахал рукой, когда Генри подбежал к нам.


Когда "Геркулес" рухнул в грязь, я приказал людям подстраховаться, и мы погнались за нашим аттракционом - соль посыпалась нам в лицо, внутрь, как только открылась дверь, и мы тронулись в путь, вскоре забравшись подальше, и теперь в безопасности от любителей с наполовину выдуманной идеей. Когда мы выровнялись, я думал о французской DGSE и о том, что они задумали, действительно задумали. Мне также было любопытно узнать о белых остатках соли на моих ботинках, не разъест ли она их?


Я также думал о том, каким странным все это внезапно показалось, мои мысли вернулись к Брайз Нортон, Кэттерику и базовому обучению. Я перестал быть никем и просто попросил предоставить в мое распоряжение Геркулеса. Времена изменились, и теперь я задавался вопросом, почему это было так рутинно.


Там, в Каттерике, это казалось невозможным, но здесь я был, даже не рад иметь в своем распоряжении Геркулеса, беспокоился о рисках и последствиях, о риске для моих людей и о придурках, пытающихся подставить мне подножку или возложить вину.


Удовольствие от этого занятия было хорошо и по-настоящему выжато придурками надо мной, и то, что должно было быть захватывающим, теперь стало просто рутиной. Мне пришлось остановиться и задаться вопросом, почему я это сделал, почему я все еще это делаю. Это было мечтой каждого подростка, но придуркам надо мной - таким, как JIC, - удалось извлечь из этого удовольствие, каждую каплю веселья.


Я сидел и думал о том, что однажды сказал Рокко: "Ты сражаешься за своих товарищей, а не за королеву и страну, не за придурков, на которых ты работаешь". Возможно, в конце концов, было какое-то оправдание тому старому отношению SAS, по крайней мере, несколько более ясных причин для отношения, с которым я теперь разобрался.


Мы приземлились во Фритауне во время ливня, разбившегося при заходе на посадку. Я поблагодарил пилотов, собрал команду и спустился в белых просоленных ботинках, джипы ждали, короткая поездка на "Чинуке" с вращающимися винтами - сюрприз в его эффективности, и мы помчались по знакомой местности к дому, на ФОБ. И, как ни странно, я чувствовал себя здесь как дома.


Капитан Харрис и мистер Хант стояли и ждали. "Ты столкнулся с какими-то неприятностями?" - Спросил Хант, когда я подошел к ним.


"Кто-то... сообщал о плохих парнях и помогал им кто-то на самом заводе. Двоих мы взяли живыми, еще восьмерых застрелили. Также есть несколько отпечатков пальцев и улик ДНК, и наводка на тех самых отравителей-любителей. К сожалению, Пэрис лжет нам."


Я остановил Генри, когда он направлялся внутрь. "Позвони в Пэрис и скажи им, что, если они не прекратят лгать о Джиллил, я прекращу всякое гребаное сотрудничество".


Он вскинул руки в воздух и выругался по-французски, доставая телефон и отступая.


Капитан Харрис спросил: "В чем проблема с Пэрис?"


"Мы нашли отпечатки, предположительно принадлежащие Джиллилу, сыну Хаммада. Затем нам сказали, что Джиллил умерла несколько недель назад, тело на льду в Париже."


"DGSE охуевает", - отметил Хант. "Левая рука не знает, что делает правая".


Я прибрался и сел с Хантом и Харрисом за поздний ужин, который подали парни из полка королевских ВВС, Генри все еще ругался на многих разных людей.


После захода солнца Пэрис позвонила Анри, и он пришел ко мне. Он подтолкнул меня локтем к охоте снаружи. Предполагалось, что Хаммад и Джиллил сотрудничают с DGSE три года назад. Год назад у Джиллила были проблемы с наркотиками и машиной, и ему помогли, изменив его отпечатки в записях - использовали отпечатки другого человека, сотрудника с алиби."


"Итак, этот сотрудник был в Мали", - отметил Хант. "И полный гребаный любитель".


Анри продолжил: "Пэрис просит прощения за путаницу".


Я разобрался с Генри. "Почему ... помогал ли им Парис?"


"Хаммад знал об этих людях из "Аль-Каиды", которые нужны американцам".


"У Аль-Каиды хорошо обученные люди", - отметил Хант. Значит, они не связаны с этой бандой. И они будут нацелены на американцев, а не на арабов."


Я достал свой телефон. "Посмотрим, знает ли что-нибудь Горсков". Я отошел в сторону и при тусклом свете лампочки вспомнил номер.


"Da?"


"Это Петров".


"Я надеялся, что больше не получу от тебя вестей".


"Теперь задействовано ЦРУ", - солгал я.


"Что! Почему?"


"Хаммад связан с Аль-Каидой".


"Это чушь! У него был дядя, с которым были связаны несколько двоюродных братьев, в лучшем случае слабая связь. Я думаю, Хаммад замахнулся морковкой, чтобы добиться расположения французов."


"Люди все еще думают, что вы были замешаны, и вчера в Мали произошло отравление, сегодня там была перестрелка, люди Хаммада убиты и пойманы. Пэрис подтвердила, что Джиллил умерла шесть недель назад, но никто не может найти Хаммада на его больничной койке."


"У него было место, о котором он упоминал, на побережье Марокко, недалеко от южной границы, большая вилла. Если он болен и умирает, он может быть там, там похоронены некоторые из его семьи - они были изгнаны из Алжира. Он хотел, чтобы его там похоронили, тупой ублюдок."


"Если они его поймают, это лишит тебя интереса".


"Почему они интересуются мной?"


"Они не думают, что Хаммад смог бы справиться с этим без чьей-либо хорошей помощи", - солгал я.


"Что ж... ДА... он гребаный любитель. Да, я это вижу."


"Я отведу их от тебя, не волнуйся".


"Зачем быть таким полезным?"


"Возможно, в будущем мне понадобится услуга. Мертвый ты мне не нужен."


"Что ж... по крайней мере, ты профессионал."


"Ты знаешь, где Хаммад берет яд?"


"С его фабрик, без сомнения. У него две семьи во Франции, одна в Алжире, одна в Судане."


"Судан? Почему Судан?"


"Без понятия, грязное место. Спроси его, когда увидишь."


"В любом случае, спасибо".


Я вернулся на охоту. У Хаммада семейный дом на юге Марокко и завод по производству пестицидов в Судане."


"Судан! Мы бы и близко к этому не подошли!"


"Возможно, Хаммад рассчитывает на это. И это заставляет задуматься, почему французы заинтересованы в том, чтобы моя команда расследовала это ..."


"Они думают, что вы могли бы попасть в Судан, и мало кому это удалось бы".


Я кивнул. "Хорошо, возьми бумагу и ручку, запиши размеры одежды моих парней, затем отправляйся во Фритаун и возьми немного денег в посольстве, и быстро купи нам какую-нибудь дешевую гражданскую одежду. Тогда я хочу арабскую одежду, фальшивые бороды и все такое прочее. Мы отправляемся в солнечное Марокко."


"Фальшивые бороды?"


"Будь в порядке, когда тебя видят из проезжающей машины", - сказал я с ухмылкой. Я позвонил в Лондон.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко. Мне нужно знать, есть ли у ВМС какие-либо корабли у берегов Марокко, и моя команда отправится в Марокко завтра, в гражданской одежде, для тщательной разведки прибрежной виллы, не сообщая марокканскому правительству о наших планах. Обнови, Дэвид, подготовлены ли какие-либо человеческие ресурсы в этом районе."


Я позвонил Морану. "Тебе весело?"


"Вставил две маленькие группы".


Возвращайтесь завтра утром, вы с Хэмблом, оставьте отряд Робби и Соленых там. Нет, подожди, оставь Хэмбла за нашу компанию. Мы отправляемся на работу, накладные бороды и сандалии."


"Фальшивые бороды и сандалии..?"


Я отключаю звонок, улыбаясь при мысли о том, как он, должно быть, хмуро смотрит на телефон прямо сейчас.


Утром ребята собрали свои ящики, пистолеты оставили, и Хант вернулся с тремя армейскими офицерами из Фритауна, с сумками в руках, множеством сумок. У большинства парней в ящиках были кроссовки, поэтому, когда появились импортные поддельные джинсы dodgy, мы надели эти кроссовки.


У восьмерых из нас были футболки одинакового стиля с одинаковым логотипом. У Рокко была футболка с Led Zeppelin, но Свон каким-то образом раздобыла футболку с Кайлом Миноуг.


" Фазз, " позвал я, останавливая его, когда он переодевался из формы. "Ты можешь пойти с нами и, вероятно, подолгу сидеть без дела, или отправиться на границу и получить свою карточку для забивания".


Томо сказал ему: "Граница, приятель, постреляй там".


"Граница", - согласился Фазз.


" Смитти, иди с ним, " приказал я. "Повидайся с капитаном Харрисом, поймай там попутку, доложись Дикки и поезжай с ним".


Мы все обзавелись мешковатыми рубашками, под которыми удобно прятать пистолеты, у некоторых из нас были коричневые кепки вместо голов, и у всех у нас были дешевые пластиковые солнцезащитные очки. Мы выглядели достаточно подозрительно, чтобы каждый гаишник остановил нас.


Изучая карту с капитаном Харрисом, мы отметили, что в Западной Сахаре была французская база, которая находилась достаточно близко. Генри отправил сообщение по линии, поэтому я заказал "Чинук" и "Геркулес".


Звонил Дэвид. "Ты отправляешься в Марокко".


"Из в Западную Сахару, на французскую базу, затем мы тайком пересекаем границу и смотрим на несколько милых вилл на побережье".


"У меня есть мужчина, местный, и пока мы разговариваем, он едет по прибрежной дороге".


"Когда он приблизится к границе, попросите его спросить о машинах скорой помощи или местных врачах, кого-нибудь лечат дома, а затем поискать хорошо охраняемые роскошные виллы с надгробиями поблизости или на территории".


"Ладно, все это понял. И мимо проходит корабль ее величества "Кардифф", он получил задание и будет болтаться поблизости. У нее есть рысь. Но каков здесь план?"


"Попытайтесь найти Хаммада, возьмите его живым, если возможно, если нет... убейте всех на вилле, получите документы, не оставляйте никаких улик о нас."


"Марокканцы будут не очень довольны нами, если все пойдет не так".


"Решать тебе, босс. Но мы оба знаем, что, предоставив принимать решения на местах мне, ты можешь отказаться посылать меня."


"Тогда я оставляю решение за тобой. Просите то, что вам нужно."


Я покачал головой, отключая звонок.


Подошел сержант Крэб. "Ты свободен?"


"Нашел работу на несколько дней. Продолжайте усердно работать в полиции, продолжайте патрулировать все дольше и дольше, но парней вокруг останется немного. Захвати какой-нибудь полк королевских ВВС, чтобы помочь, и виски."


"Они понемногу становятся лучше, копы".


"Устройте им выходные в том отеле, который мы использовали в аэропорту. Проверьте ступни на наличие гнили и язв."


"Сойдет".


Появилась дополнительная одежда, кое-что позаимствованное у полиции, и мы были почти готовы.


Генри позвонили. Он сказал мне: "В Мавритании есть новая большая установка по опреснению воды, частично финансируемая моим правительством. Это выйдет онлайн через два дня, большое шоу. Мы идем?"


Я положил руки на бедра и обдумал это. "Хаммад настолько глуп, чтобы попытаться сорвать церемонию открытия?"


"Я говорю "да", - сказал мне Генри.


Я кивнул. "Тогда мы отправимся туда первыми, это по пути".


Внутри я ввел Харриса в курс дела и позвонил Тинкер для долгой беседы. Команда GL4 будет искать завод по производству пестицидов Хаммада в Судане, а также врачей, перечисленных в южной части Марокко.


Тинкер перезвонила час спустя, когда мы ждали нашего "Чинука". Французы только что сообщили нам, длинный факс, потребовалось двадцать минут, чтобы прочитать все. Они идентифицировали мужчин, которых вы застрелили, как местных плохих парней, а не работников завода. Двое мужчин, взятых живыми, работали на заводе, но признались во всем после хорошего избиения и угрозы быть повешенными.


Второй человек в команде Хаммада, Седан, платил им и руководил ими, предлагал много денег, не столько по политическим или религиозным мотивам. Мужчины хотели новый дом, а не быть мучениками.


"Два BMW были прослежены, отпечатки были сняты, камеры видеонаблюдения зафиксировали шестерых мужчин и в аэропорту. Все они улетели обратно в Алжир, а теперь исчезли, алжирская полиция обнаружила, что их квартиры обчистили. Все шесть человек были в компании Хаммада в Алжире, были с ним годами, никаких политических связей пока не обнаружено.


Итак... этот парень в Седане платит людям за отравление воды, чтобы расстроить Францию и обошелся французским страховщикам в несколько фунтов, от имени Хаммада, который пропал без вести. Френч перечислил деньги, пропавшие из его компании, но его следующий аудит не состоится, следующие счета еще не должны быть оплачены, и после аудита компания, вероятно, закроется.


"И Хаммад взял новые кредиты девять месяцев назад, первый дефолт по погашению произошел в этом месяце. Так что ему похуй."


"Он болен и умирает. Но если он платит за отравление, кто его отравил? И кто убил Джиллил?"


"Хороший вопрос, поскольку французы это отрицают".


"Добился ли Моссад каких-либо результатов?" Я нажал.


"Пока нет".


"Я собираюсь сесть на "Чинук", затем на "Геркулес", направляющийся в Мавританию, и немного оторваться. Итак, как команда устраивается в любом случае?"


"Отлично, нам это нравится, никогда еще не было так много дел, и это захватывающе. Майор Брэдли тоже заглядывает по утрам поболтать. О, сейчас здесь много строительных работ, металлический каркас установлен и скреплен болтами, мужчины начинают с мезонина. Возможно, к твоему возвращению у тебя будет несколько подходящих офисов."


"Каково отношение GCHQ к тому, чтобы помогать мне?"


"Хочу помочь, чертовски хочу. Они не видят в тебе сотрудника Mi5 или SIS, просто тебя таким, какой ты есть. Они часто спрашивают, как у тебя дела и чем ты занимаешься."


"Приятно знать, что между агентствами стало меньше ссор".


"Я этого не говорил, я сказал, что ты им понравился", - добавил он со смехом. "О, королевские ВВС сбросили несколько радиодетекторов вдоль границы с берегом Слоновой Кости, получая от них информацию, ваши парни перехватывали патрули повстанцев. Регулярные войска SAS перебросили два отряда на эту полосу, кладбище вертолетов."


После последнего разговора с сержантом Крэбом, помахав рукой полиции поблизости, мы схватили металлические ящики и потащили их, "Чинук" нарушал покой, пока пятнадцать из нас ждали. Погрузив вещи на борт, мы отправляемся в путь, вскоре направляясь на запад, короткая поездка до аэропорта Фритауна, на терминале которого все еще видны пулевые отверстия.


Снимаем снаряжение с "Чинука", садимся на ожидающий нас "Геркулес", перекидываемся парой слов с пилотами о том, куда мы направляемся - в Мавританию, а не в Западную Сахару, и мы взлетаем, направляясь навстречу заходящему солнцу.


Ребята расположились, скрестив руки, вытянув ноги, закрыв глаза, и мы должны были лететь почти четыре часа.


Натыкаясь в темноте, я велел всем надеть патронташи и тесемки поверх гражданской одежды. Нас встретила французская DGSE, что не было хорошим знаком, но майор Либан был с ними - более позитивный знак. Они стояли под высокими огнями небольшой полосы, грузовики и джипы стояли в ожидании.


"Пришел поработать?" Я спросил его.


"Тьфу! Приходите убедиться, что вы не разрушите это место!" Мы пожали друг другу руки.


"Ваши люди взяли заложников в Нигере?"


"Да, мы использовали вашу информацию, легкая работа, хорошая статья в газете". Он повел нас к грузовикам, мы перетаскивали ящики, несколько французских солдат помогали. Погрузив снаряжение на грузовики, я сел в джип с майором Либаном, и только сейчас он представил двух сотрудников DGSE, обменявшихся кивками в темноте.


Они отвезли нас за десять миль на опреснительную установку и в изолированную секцию, в большой склад с металлическими стенами, двери которого закрылись за нами. В углу за столами сидели мужчины, мигали компьютеры, радио, а вдоль стены стояло великое множество раскладушек.


Выгружаясь из грузовиков, которые с грохотом приземлялись рядом с раскладушками и отдавались эхом, мы создали счастливый дом.


"Когда начинается прокачка?" Я спросил DGSE.


"Послезавтра, но они проверяют это сейчас".


"Ты знаешь, куда лучше всего положить яд?"


"Да".


"Тогда у нас есть люди там сегодня вечером, прячущиеся весь день, сменятся завтра ночью".


Он пожал плечами и кивнул.


Я обратился. Томо, Николсон, Риццо, Стрейч, снова надеваем форму, маски и перчатки, куртки, оружие, воду, пайки, спутниковый телефон. Рокко, человек на посту все время у этой двери, поворачивай ее с этого момента - здесь нельзя рисковать." Я повернулся к Морану. "Посмотри, что есть у этих французских парней: люди, снаряжение, рации".


Моран подошел к радистам и начал болтать по-французски, Либан был рядом с ним.


"Генри, карта завода", - подтолкнул я, и он подтолкнул DGSE, чтобы он достал нам одну.


Изучая карту, мы в настоящее время находились на нашем складе на севере, побережье было западным, лучшее место для отравления воды находилось в полумиле к югу. На востоке были только песчаные дюны."


Когда Риццо был готов, я показал ему карту, дал ориентиры - океан на западе, дюны и холмы на востоке - и DGSE отвезет команду к насосной станции. Обычная охрана была бы отозвана.


Риццо я сказал: "Найдите место подальше от насосной станции, но на линии видимости, в ста ярдах, спрячьтесь. Позвони мне, если кто-нибудь придет вынюхивать. Вооруженные люди, позвоните мне, а затем застрелите их. Двое мужчин бодрствуют, двое спят. Переместитесь на рассвете, если ваша операция неудачна. Вернусь сюда завтра после наступления темноты."


Джип выехал, большие двери снова с лязгом закрылись. Я сидел с Анри и майором Либаном, и мы изучали планировку завода. "Откуда лучше всего подойти?" Я спросил.


"Если у них есть внутренняя помощь, они загнаны внутрь", - отметил Генри.


Я кивнул. "Здесь, в миле к востоку, есть тропа. Оттуда они могут пройти незамеченными через дюны и внутрь."


"Завтра вечером мы отправим туда команду", - предложил он, и я снова кивнул.


Я столкнулся с Либаном. "Твои люди?"


"Все еще в Нигере. Я всего лишь посредник."


"Вы - армия из одного человека, обученная мной", - настаивал я, Анри смеялся, Либан поднял руку, чтобы напрячь бицепс.


Появился джип, блюда в фольге, которые вкусно пахли. "Не трогайте это", - сказал я своим ребятам. "Исходит от людей, которым нравится немного отравляться. Пусть французы это съедят."


DGSE и майор Либан понюхали еду, обменялись взглядами и неохотно отправили все обратно, при этом радисты громко жаловались. Я сел со Свифти и Мораном, и мы начали готовить пайки, немного для майора Либана.


"Жаль той жратвы", - заметил Моран. "Цыпленок".


"У них наверняка есть свой человек внутри", - предупредил я его. "И, может быть, он знает, что мы здесь".


Моран покачал головой: "Френч добрался сюда после наступления темноты, и только менеджер знает. Они тоже не доверяют этим ублюдкам."


"Это так", - предположил Либан.


"Тот, кто готовил эти блюда, теперь знает, что здесь десятки солдат, Дурень", - сказал я ему.


"Ну, может быть".


Зазвонил мой спутниковый телефон. "Это Робби. Ты можешь говорить?"


"Да, продолжай".


"Капитан Хэмбл только что ударил парня из эскадрильи "Б" винтовкой по лицу, угрожая застрелить его".


Я громко вздохнул. "Был ли этот человек дерзким?"


"Да, очень дерзкий".


"Тогда я не против. Я поговорю с полковником. А пока скажи сержанту эскадрильи "Б", что еще немного дерьма, и они все вернутся, спасений больше не будет."


Он тоже вздохнул, тоже громко. "Хорошо".


"Что это было?" Спросил Моран.


"Бешеный пес Хэмбл... попал в завсегдатая из его винтовки." Я позвонил Креденхиллу.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко. Попросите полковника перезвонить мне, пожалуйста. "


"Он здесь, работает допоздна".


Пять минут спустя зазвонил мой телефон. "Уилко здесь".


"Это полковник Дин".


"Небольшая проблема, сэр. Капитан Хэмбл ударил одного из ваших своей винтовкой за дерзость. Человек не сильно пострадал."


"Как правило, офицеры так не поступают".


"Я мог бы держать своих людей отдельно от ваших, сэр", - пригрозил я.


"Мы этого не хотим, но Хэмблу нужно немного самоконтроля".


"Почему, я никогда этого не делал?" Французы так не разговаривают с офицерами, никто так не разговаривает, только с вами."


"Я немного покричу, оставь это при мне".


"Благодарю вас, сэр".


Свифти сказал, убирая телефонную трубку: "Тогда Хэмбл все еще был взвинчен".


"Он казался прекрасным", - отметил Моран. "У нас было две встречи, и он не ушел ни на одной. Отряд Робби хорошо к нему относится."


Я сказал: "Я не могу осуждать его за то, что я делал достаточно часто". Мы рассказали Либану историю.


После приготовления пайков ребята сели поболтать, но я не позволил никому из них уснуть до 11 вечера, и в полночь я лег сам, DGSE спал, Либан спал в джипе, несколько французских парней остались на радио и компьютерах.


Когда взошел рассвет, я был на мальчишнике с Сашей, патрулировал наш ближайший район, пока было еще тихо, скоро подадут завтрак. В нашем жестяном сарае похолодало, и хотелось немного размяться.


В полдень в жестяном сарае было душно, парни жаловались, двери открылись, чтобы впустить ветерок, а в 3 часа дня почти все спали от жары.


В 5 часов вечера мои парни были в форме под присмотром Либана, снаряжение протестировано, рации протестированы, команды сформированы. Рокко заменит Риццо, его командой будут Слайдер, Анри и Жак. Мои снайперы были бы в дюнах, а моя собственная команда была бы на востоке, на изолированной трассе, Риццо наготове в жестяном сарае, который мы называли домом.


Когда полностью стемнело, я повел свою команду на восток, вскоре оказался в дюнах и вскоре сбавил скорость, песок здесь очень мелкий, дюны крутые. Мне пришлось делать зигзаги и следовать по ложбинам, а не пытаться подняться и перебраться через проклятые дюны.


Потребовалось сорок минут, чтобы взглянуть на трассу, высокие дюны скрыты, парням разрешили выпить пива, выставили охрану.


"Как ты думаешь, во сколько они придут?" Темный силуэт Свифти лениво поинтересовался, пока кипятил нам воду. Парни были черными пятнами на темно-коричневом фоне, их было легко разглядеть.


"За полночь", - предположил я.


Температура резко упала, горячий чай помог, куртки надели, маски на лица не снимали. И мы ждали, песок был достаточно удобным. И мы остыли.


В 11 вечера пришло "Псссттт" от Саши. Оружие было проверено, магазины вынуты и вставлены, бриджи проверены, прицелы проверены. Все черные очертания команды поползли на восток, к вершинам дюн. Вдалеке показались две машины, катящиеся по песчаной дорожке с потушенными фарами. Они, наконец, остановились.


"Может быть, просто трахаются на верблюдах", - заметил Свифти, мужчины тихо рассмеялись.


Кем бы они ни были, их было восемь, и они явно вооружены. Набор достали из багажника, это был длительный процесс, прежде чем они, наконец, направились к дюнам. По заданному ими курсу они должны были пройти мимо нас на юг, примерно в тридцати ярдах.


Я включил радио. "Рассредоточиться, линия лицом на юг. Вперед". Я двигался со Свифти, мы съехали с дюны на животах, вскочили и побежали, вскоре неловко пытаясь взобраться на другую дюну и целясь поверх вершины.


У наших незваных гостей тоже были трудности, они медленно продвигались по дюнам, поступали жалобы на песок в обуви.


"В режиме ожидания", - передал я.


"Уилко", - позвал Свифти. "Что там с последним человеком?"


Я хорошо рассмотрел того человека, который держался позади. "На нем респиратор".


"На нем полный гребаный резиновый костюм!" Свифти зашипел.


Мы наблюдали за человеком, передний конец их колонны уже поравнялся с нами.


Я передал: "Слушайте, последний человек носит яд, и он в защитном костюме, так что не стреляйте в его рюкзак, ради всего святого. Если ему нужен костюм, то в нем есть испарители. Свифти, последний человек, выстрел в голову. Все остальные, приготовьтесь. Приготовиться... огонь!"


Раздался треск, из колонны не было времени на крики, все быстро умерли. Стало тихо, и мы ждали.


"На меня!" Я наконец позвонил и повел команду влево и вокруг дюны, медленно продвигаясь по мягкому песку.


"Кто-нибудь остался в машинах?" Спросил Свифти.


"Нет", - сказал я, но затем остановился, чтобы изучить их. Я передал: "Стреляйте по окнам машины".


Раздался треск, бьющееся стекло, и если бы кто-то остался в машинах, он бы уже разозлился. Прокатная компания тоже была бы недовольна нами.


На первом теле, последнем человеке в колонне, я посветил своим фонариком. "Черт, она протекает. Немедленно отойди!"


Мы сбежали.


"В какую сторону дует ветер?" Я закричал.


"Прочь от воды!" - раздался голос.


Я побежал обратно на север и вокруг, спотыкаясь о песок, и вскоре направился на запад, к океану, ядовитые пары которого уносились вглубь материка. Я позвонил Николсону и сообщил ему последние новости, но сказал ему оставаться на месте, позвонил Рокко и сказал ему также оставаться на месте, на всякий случай.


Долгие сорок пять минут ходьбы по мягкому песку, прохладный океанский бриз в лицо, и мы вернулись в металлический сарай, обнаружив Стретча на олене. Внутри DGSE с нетерпением ждали нашего неожиданного раннего возвращения.


Я доложил: "Восемь человек, мы убили их. Но яд просачивался, так что будьте осторожны, когда выходите туда."


Они пожали плечами. "Мы посылаем людей на объект, они разбираются в химикатах".


"Скажи им, чтобы были осторожны, ядовитые пары".


DGSE сделал вызов


Либан сказал: "Эти люди глупы, они приходят сюда после того, как вы убиваете людей в Мали".


"Если бы они знали о другой операции", - возразил я. "Возможно, эти люди не алжирцы, просто нанятые местные мужчины, люди, которые никогда не знали о Мали или о чем-либо другом, кроме этой единственной хорошо оплачиваемой работы".


Либан скорчил гримасу и пожал плечами. "Ты сейчас уходишь?"


"Утром, до Западной Сахары". Я позвонил в Лондон. "Это Уилко, на французском опреснительном заводе на побережье в Мавритании. Мы только что застрелили восьмерых непослушных парней, которые пришли сюда, чтобы отравить воду, так что получите результаты экспертизы у местной полиции и французов. Завтра мы отправляемся в Западную Сахару."


Ребята улеглись, не снимая масок, и устроились поудобнее, предвкушая еще одну холодную ночь в жестяном сарае, но нам было определенно удобнее, чем моим снайперам и команде Рокко, спрятавшимся в холодном песке.


Я позвонил в королевские ВВС во Фритауне и попросил подвезти нас, но они не захотели, учитывая расстояние, предложив местный самолет. Они связались бы с французами. Затем я поговорил с сотрудниками DGSE, и они указали на французскую военную базу неподалеку, C160, которая может отвезти нас на север. Я попросил их организовать самолет на утро, коротко указав, что мои люди выполняют за них их работу.


На рассвете я встал и согрел воду, один из парней Саши на мальчишнике, и я разделил с ним свой чай. Мужчины, наконец, зашевелились, потягиваясь и зевая.


В 8 утра подъехал джип, какой-то французский менеджер по обслуживанию заходит внутрь. Он начал кричать по-французски сотрудникам DGSE, размахивая руками.


Я приблизился к Либану. "Что это?"


"Они послали людей к телам в респираторах и перчатках, но все они умерли".


"Разве они не знают, как обращаться с опасными химикатами?" Я жаловался.


"Готовятся еще люди, в респираторах".


"Тупые ублюдки", - выругался я.


Час спустя мы выехали, полчаса ехали по прямым дорогам до французской базы, оружие наготове - на всякий случай. Остановившись возле самолета С160, мы вручную сняли ящики и сложили их, французские летчики загрузили их для нас. Наша пара DGSE пристроилась позади нас на джипе, захватив с собой рюкзаки. Казалось, что они приближаются, майор Либан тоже.


Первый человек сказал: "Еще двое мужчин умерли от яда. Туда направляется специальная команда."


Я столкнулся с майором Либаном. "Люди, которым заплатили за то, чтобы они подсыпали яд в воду, они были бы убиты - возможно, даже парень в резиновом костюме".


"Значит, босс мужчин не хочет им платить, да", - заметил Либан.


Я постучал телефоном по подбородку, Либан наблюдал за мной, и позвонил в Лондон. "Это Уилко. Мне нужно поговорить со специалистом из Porton Down labs, и прямо сейчас. Перезвони мне."


"Что-нибудь?" - Спросил Либан.


"Что-то здесь не так", - сказал я ему, когда мы сидели в ожидании нескольких пилотов.


Мой телефон зазвонил десять минут спустя. "Это капитан Уилко?"


"Так и есть. Вы эксперт по ядам и химикатам?"


"Более или менее, стреляй".


"Я в Мавритании, Западная Африка, выслеживаю группу, которая отравляла французские опреснительные установки, чтобы позлить французов. Несколько раз им это удавалось, особенно в Египте, многие люди заболели, несколько стариков умерли.


"Эту последнюю группу людей мы застрелили до того, как они смогли отравить воду, но из канистры вытекал пар, поэтому мы отступили ..."


"Если из канистры вытекает пар, то она вообще не годится для отравления воды. Какая была температура воздуха?"


"Ночью чертовски холодно".


"Очень странно. Если бы они налили его в воду, то оно бы просто испарилось. Яд, подходящий для воды, достаточно стабилен, чтобы мыть в нем руки без вредных последствий, его нужно принимать в достаточных количествах. Твои вещи звучат совсем не так."


"Что, если они опустили канистру в воду, закрыли люк трубы, и она медленно протекает?"


"Да, хорошая идея, яд распространяется со временем, но он все равно испаряется".


"Трубы запечатаны".


"Да, но у всех них есть маленькие воздушные карманы, иначе вода не вытекала бы, они создавали бы эффект всасывания. Яд должен быть в воздухе где-нибудь на перекрестке."


"Может быть, кто-нибудь был в воде?" Я спросил.


"Да, на короткое время, но если вы нальете его в чашку, то большая часть его испарится перед употреблением".


"Люди подошли к контейнеру в респираторах и умерли".


"Они сделали? Что ж ... это означает, что это вещество обладает контактными свойствами, при контакте с кожей, так что это не яд."


"Вторая группа людей была в полном снаряжении, и они тоже погибли".


"Черт возьми, это странно. Но определенные пары будут проходить через дешевый коммерческий респиратор. Нужен приличный респиратор. У нас есть команда для такого рода вещей, так что я собираюсь отправить их. Я хотел бы знать, что, черт возьми, это такое, особенно если это в руках террористов. Это и тот факт, что у нас, черт возьми, столько дел на этой неделе."


Я улыбнулся. Поговори с сестрой, узнай подробности. Уилко на свободе." Я столкнулся с Либаном и Анри, пока они ждали. "Это не яд, он был рассчитан на кратковременный эффект. Та опреснительная установка, была бы большая церемония открытия?"


"Да, конечно", - предположил Либан.


"Посол Франции хочет попробовать хорошей чистой воды?"


"Да".


"Президент?"


"Я так не думаю, они бы сказали".


После того, как механик осмотрел самолет, что не было хорошим предзнаменованием, мы наконец сели и взлетели, проделав достаточно короткий путь на север - чуть меньше трех часов, вскоре подпрыгивая на другой базовой полосе. Из окон я видел, как обрабатывали двух французских пум, и ряд хижин с солдатами, слоняющимися вокруг, одна группа маршировала.


Нас встретили автобусы, банда загрузилась, короткая поездка к хижинам на пыльной земле, окруженным далекими оранжевыми горами, нам выделили две хижины. На кроватях были матрасы, и между каждой кроватью стоял деревянный шкаф, к каждой кровати был приставлен стул, так что все было не так уж плохо. Вода в бутылках была наготове.


"Ви "ав зи столовая", - сказал нам наш водитель автобуса-солдат и указал на кирпичное здание.


"Капитан Моран, сходите, пожалуйста, поинтересуйтесь временем приема пищи. А также исправные и надежные вертолеты."


Я взглянул на карту, и мы были менее чем в часе летного времени от марокканской границы. Но моя карта очень мало показывала городов или деревень вблизи границы. В некотором смысле это облегчало поиск хорошей виллы - их было немного поблизости.


Когда зазвонил мой телефон, это был Дэвид. "Команда Портон Даун в пути, они вырвали несколько дней из офиса".


"Они сказали, что им было скучно".


"Французская команда наконец-то поместила канистру в безопасный контейнер, но на всякий случай они сожгут тела рядом с местом происшествия, что, по-видимому, вызвало возмущение местных жителей. Местные работники подозревают нечестную игру."


"Это была нечестная игра ..."


"Я имею в виду, с французской стороны - не выдавать тела".


"Проблема Франции, не наша".


"Итак, каков план?"


"Если и когда мы решим, что у нас есть подходящая вилла, мы переедем границу, а если мы ее не найдем, то подъедем к границе и посмотрим. Проблемой будут полицейские контрольно-пропускные пункты."


"В этой части Марокко они останавливаются и обыскивают, так что будьте осторожны".


"А твой человек в этом районе?" Я нажал.


"Он прибыл недалеко от границы, расспрашивал окружающих. Выше по границе есть один маленький городок, гавань, несколько симпатичных вилл поблизости."


"Дайте мне знать, если он что-нибудь найдет, босс". Я позвонил Тинкер. "Сейчас я нахожусь недалеко от марокканской границы. Пусть CCHQ работает на всех телефонах, попробуйте соединить один с границей южного побережья Марокко, и быстро."


"Сойдет".


Мы зашли в столовую в 16:00, еда вкусная, парни шумные и в хорошем настроении, Риццо спрашивает о поездке на Лансароте, всего в тридцати милях от побережья.


"У тебя здесь песок", - сказал я ему. "Чего ты еще хочешь?"


"Пиво, девочки..." - перечислил он.


"Капитан Моран, попробуйте найти ведро и лопату для этого человека, это помогает поддерживать боевой дух", - проинструктировал я, парни смеялись над Риццо.


В 5 вечера, когда я все еще сидел в столовой и потягивал кофе, мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это снова Дэвид. У нас проблема. Французская команда в Мавритании провела эксперимент, и они были чертовски рады, что у них получилось. Они смешали пары яда с резиновой перчаткой, и она разъела резину."


"Это как бы затрудняет работу с материалом - или его анализ".


"Они заметили липкую белую субстанцию молочного цвета с прозрачной жидкостью сверху, поэтому они думают, что она состоит из нескольких частей: одна часть разъедает резиновые костюмы, вторая часть отравляет человека, третья часть отравляет воду".


"Они не делали этого в Египте или Мали", - указал я.


Насколько мы знаем, нет, но следов не осталось бы. Возможно, они активизировали свою игру, потому что знают, что мы за ними следим."


"Чтобы на вилле могла быть мина-ловушка. Отлично."


"Тебе тоже не стоит пользоваться респираторами. Просто нужно держаться с подветренной стороны."


"Хорошо, мы будем осторожны, мы будем стрелять в ублюдков с расстояния".


Той ночью мы ждали в хижинах, ожидая какой-нибудь информации и плана, который был лучше, чем просто разъезжать по окрестностям, разглядывая красивые виллы.


Тинкер позвонила в 9 вечера.


"Работаешь допоздна?" Я спросил.


"Мы все такие. В любом случае, у GCHQ появилась идея, и они отследили фамилию Хаммада, нашли его дедушку - сосланного в Марокко - и у нас есть захоронение, зарегистрированное в Марракеше, для могилы в городе у границы."


Хорошая работа, потому что Хаммад будет в миле от этой могилы. Отправь команду в SIS, у них есть человек поблизости."


У GCHQ там тоже есть свой человек, он был ... в другом месте и переехал. Арабский джентльмен. Пока мы говорим, он на кладбище."


"Отличная работа, дай мне знать, что он найдет". Подумав, я позвонил Ханту. "Послушайте, мы можем задержаться здесь ненадолго, поэтому вам с капитаном Харрисом следует прилететь сюда".


"Хорошо, я посмотрю, какой транспорт доступен".


Я проинформировал команду о том, что мы знали, и о том, что мы, возможно, скоро узнаем. Все мы переоделись в гражданское, чтобы быть готовыми, но потом просто сидели и болтали, взяв в руки несколько книг в мягких обложках, передавали старые и изношенные газеты.


В 9 вечера Дэвид снова включился. Я спросил: "Вы тоже работаете допоздна, босс?"


"Здесь паника, упал самолет с тремя сотнями человек на борту. Пилоты сообщали, что пассажиры заболевали и умирали, стюардессы падали в обморок, ощущали странный запах." Меня пробрал озноб. Дэвид продолжил: "Пилоты были в кислородных масках, но погибли, самолет врезался в пригород недалеко от Касабланки. И он вылетел из Алжира."


"Значит, у одного из этих идиотов-отравителей это было при себе, в гребаной хижине?"


"Похоже на то, или что они намеревались сбить самолет".


"Скорее всего, их глупость!"


Европейские министры в затруднении, встреча COBRA только что закончилась. Призовите любые ресурсы, которые вам нужны, нам нужно их найти и остановить. Французы подавлены, в стране объявлена тревога, все водные объекты должны охраняться."


"Пока что эти тупые ублюдки нацелились только на Северную Африку. Если бы они могли нанести удар по Парижу, они бы это сделали. И действительно ли Лондон санкционирует рейд в Судан?"


"Вчера я бы сказал "нет", но это кардинально меняет ситуацию".


"Подтолкните GCHQ, приложите все усилия к объединению телефонов".


"Сейчас я отправлю записку".


"О, и у GCHQ есть человек прямо через границу. Он нашел семейную могилу Хаммада."


Дэвид вздохнул. "Они действительно держат свои карты при себе".


Следующий звонок был Креденхиллу. "Это Уилко, мне срочно нужны два отряда в Западную Сахару для контртеррористической работы, больше в режиме ожидания. Те, кто в Кении, предупредите их, что мы можем начать рейд в Судан."


"Судан! Ты что, с ума сошел?!"


"ПМ санкционировал это".


"У него есть? Черт возьми. У них большая армия, реактивные самолеты, вертолеты, ракеты класса "земля-воздух"!"


"Просто нужно прокрасться туда и обратно. Обновите полковника."


Я собрал всех мужчин в одной хижине, майор Либан был с нами. "Слушайте внимательно. Идиоты с ядом летели коммерческим рейсом, но произошла утечка яда, погибли все в самолете, включая пилотов, и он врезался в землю.


"Французы обделались, все водопроводные станции охраняются, в Европе большая паника. И что мы теперь знаем, так это ... не приближайтесь ни к одному из этих идиотов. У них есть смертельный яд, просто они не настолько умны, чтобы закрывать банку крышкой. Если мы совершим налет на виллу, будь чертовски осторожен, подходи против ветра. Видеть любые химикаты, пары, бегать изо всех сил."


"А как насчет респираторов?" - Спросил Риццо.


"Химикат был разработан, чтобы разъедать резину".


Они обменялись обеспокоенными взглядами.


Я добавил: "Возможно, к утру разведка даст нам адрес виллы или поздно вечером. Выпей побольше воды, ляг и кипятись, мы можем внезапно исчезнуть."


Минуту спустя пришли двое сотрудников DGSE и нашли меня. "Французское эхо, они приходят сюда, чтобы работать с тобой".


Я обменялся взглядом с Анри и майором Либаном. "Кто осуществляет оперативный контроль?"


"Ты делаешь ... но после консультаций с нами."


Либан пожал плечами и скорчил гримасу. "Я проверяю несколько хижин на предмет своих людей, нет", - сказал он, выходя.


Дэвид перезвонил полчаса спустя.


"Господи, босс, ты получаешь двойное вознаграждение за эти дополнительные часы?"


"Хотел бы я быть таким. Послушайте, сотрудники посольства США низкого ранга на том сбитом рейсе, так что ФБР теперь в игре, большая команда на пути в Марокко и к вам ... чтобы получить всю известную информацию."


"И предполагается, что я должен просто проинформировать их о том, что мы знаем, а они уйдут и провалят какой-нибудь рейд по аресту Хаммада ..?"


"Хоть раз поиграй по-хорошему с ФБР, или я получу по шее сверху, после того как они получат по шее из Вашингтона".


"И у кого здесь юрисдикция?" Я громко нажал.


"ФБР думает, что у них есть юрисдикция над всем миром, ты это знаешь".


"А если они попросят нас не идти в рейд?"


"Не говори им, куда ты идешь. Скажи им, что ты отправляешься на тренировку."


"С боевыми патронами?"


"Используй свое воображение".


"Или я просто пристрелю их".


"Это намного усложнило бы мою жизнь".


Я вздохнул. "Спишь сегодня за своим столом?"


"Я в шикарном отеле, хорошее обслуживание в номерах, так что не все так плохо".


"Я в старой пыльной хижине времен последней войны".


"Каждому свое". Он повесил трубку.


"Каждому свое?" Я повторил, нахмурившись.


Я брел в темноте мимо столовой и нашел сотрудников DGSE, которых теперь было восемь человек. Они размножались, как кролики. "Американцы были на алжирском самолете, который потерпел крушение, так что... ФБР уже в пути. Нам приказано передать то, что мы знаем."


Руки были подняты в воздух, также были произнесены громкие проклятия. Я отвернулся, ухмыляясь, и вернулся на свою кровать.


Утром DGSE вырос до десяти - две из них теперь аппетитные дамы на каблуках, и французское эхо теперь здесь, база гудит.


После завтрака у меня зазвонил телефон. "Уилко".


"Мы говорили по телефону, доктор Саммерс".


"Результаты моего теста хорошие, сыпи на члене нет?"


"Что? О, да, забавно. Портон-Даун, а не клиника клэпа. Мы в Мавритании, на опреснительной установке, в изолированном месте. Мы прибыли ночью, установили палатки, сразу приступили к работе, позже немного поспим."


"Веселый денек вне офиса для тебя", - отметил я.


"Во времена холодной войны мы часто этим занимались, но в наши дни это упражнение проводится раз в год - если проводится вообще. Наши палатки были немного пыльными."


"Нашел что-нибудь?"


"Химическая смесь разлагается, предполагая, что срок ее хранения ограничен, но пока это удивительная находка, что-то совершенно новое - и очень смертоносное".


"Какой-то вид нервно-паралитического вещества?" Я спросил.


"Нет. Как следует из названия, нервно-паралитическое вещество поражает нервную систему, вызывая спазмы, подгонку и быструю смерть. У погибших мужчин были боли в груди и симптомы сердечного приступа, затрудненное дыхание, поэтому они были совсем другими. Мы раздобыли несколько местных грызунов и цыплят, скоро будем тестировать."


"Просто чтобы сделать вашу жизнь еще веселее... ФБР на пути к тому, чтобы взять на себя ответственность."


"О, ну, мы выполняем приказы из Лондона".


"И Лондон хочет, чтобы мы все вели себя хорошо".


"О, я понимаю. Ну, я думаю, сначала мы обсудим это с Лондоном, но мы провели несколько совместных упражнений с янки."


"Сможете ли вы сказать, откуда взялось это химическое вещество?"


"Не совсем, нет".


"Или кто это сделал?"


"Не похоже ни на что, что мы видели раньше, так что... не совсем."


"Чертовски чудесно", - выругался я. "Что ж, если ты можешь что-нибудь мне сказать, позвони. О, почему произошла утечка пара?"


Жесть проржавела, неудачный выбор контейнера. У него было резиновое покрытие, непроницаемое для воздуха, но резина тоже была проедена насквозь."


"И сколько времени это займет?"


"Трудно сказать".


"Попробуй", - настаивал я. "Если я найду канистру, через сколько времени она начнет протекать".


"Ну, столько, сколько потребовалось террористам, чтобы прибыть сюда из ... откуда бы они ни пришли."


"Попробуй это сделать".


"Дай мне подумать над этим. Я мог бы положить немного в жестянку и посмотреть, что получится, измерить это."


"Сделай это, пожалуйста, дай мне знать".


Самолет C160 с ревом приземлился, когда я наблюдал это, а Генри, Хант и Харрис вскоре подъехали к нам на джипе с сумками в руках.


"Охота началась", поговорим об этом в "В глубине". Это во всех новостях, Лондон охвачен паникой, Париж травмирован, все опасаются падения долбаного самолета. Теперь ФБР водит всех за нос."


" Но хорошая вещь в том, что ... " начал я. "- Я могу винить тебя."


Генри рассмеялся, Хант не выглядел довольным. "Есть какая-нибудь чертова еда?" - Спросил Хант.


Я указал на кирпичную столовую. "Это здание, еда в порядке. Затем найдите хижину. У нас есть несколько свободных кроватей."


Мой телефон зазвонил, и я отошел.


"Это Тинкер".


"Что у тебя есть?"


"У нас есть вилла Хаммада, примерно в двадцати милях вверх по побережью, и однажды наш парень спросил - все местные сразу узнали ее и указали на нее".


"Подожди". Вернувшись в хижины, я схватил свой блокнот и сел на кровать. "Хорошо, дай мне название места и его координаты". Подробно описав, я сказал: "Спасибо. Как насчет отслеживания телефонных звонков."


"Верно, последняя группа, которую вы застрелили в Мавритании, они сначала сняли телефоны с тел и, используя кончик карандаша, набрали у каждого номер DGSE, и французы сообщили нам номера - неожиданно более полезные, чем когда-либо.


"Мы отследили звонки до города в Алжире, где в Хаммаде была большая фабрика, и все телефоны были оплачены заранее с одного и того же рынка, владельца забрала алжирская полиция, но толку от них было немного. Были сделаны звонки на оживленные рынки, так что особой пользы пока не было. Один обычный звонок во Францию, в Париж, но трудно определить улицу. Тем не менее, это своего рода зацепка. По мере продвижения мы расширяем сеть."


"А Судан?"


"Фабрика была указана в телефонной книге".


Я рассмеялся. "Простые решения - лучшие".


"Это обычная фабрика по производству пестицидов, получившая несколько наград, на ней работает много людей, все очень открыты и ... что ж ... не спрятан."


"У кого-то на задворках фабрики есть комната, где он производит яд", - предположил я. "Как называется и адрес этой фабрики?"


Он перечислил это для меня.


"У нас есть несколько фотографий, даже аэрофотоснимок от ЦРУ".


Я нахмурил брови. "Почему у ЦРУ была эта фотография?"


"Понятия не имею".


"Если у них была такая фотография, значит, они уже смотрели на фабрику раньше. Нажми на них, отправь это по очереди. И отправьте фотографии в газету The Sun, пока они не засекречены, Максу, скажите, что они от меня."


"Это ... мудрый?"


"Доверься мне, сделай это". Вызов снят, я набираю номера из своего списка, максимум. "Я тебя разбудил?"


"Да!"


"Возьми бумагу и ручку, Ворчун". Я подробно описал фабрику в Судане и авиакатастрофу, немного растянув информацию, совсем немного.


"Большая история", - согласился он.


Фотографии на пути к вам. Сделай мне одолжение, переборщи с обвинениями."


"Оу ... Хорошо."


"Тогда садись на самолет в Западную Сахару. Позвони на мою базу и спроси местоположение."


"Что-то серьезное?"


"Мы идем за людьми, стоящими за ядом на том самолете".


"Черт ... Я уже в пути."


"И опубликуй эту историю в агентстве Рейтер".


Звонок закончился, я брел по песчаным дорожкам под ярким солнцем к зданию DGSE. "Кто старший мужчина?"


"Я есть", - сказал седовласый мужчина, который, похоже, испытывал сильную боль - после бессонной ночи и без завтрака. Он не был самым красивым из парней.


"У меня есть местоположение Хаммада, мы отправимся туда, когда у вас будут вертолеты. Высадите нас в нескольких милях от берега, мы войдем пешком. Вертолеты вернутся позже."


"А французские солдаты?"


"Мы возьмем французское эхо, если это то, чего ты хочешь".


"Да, конечно".


"О, у вас есть действующее разрешение на проведение контртеррористических рейдов в Марокко?"


"Да, но теперь мы должны сказать им, но ... мы идем. Пэрис хочет яд."


Посмотрите, какие вертолеты доступны, но C160 может приземлиться на дороге. Карта есть?"


Они привели меня к столу, на котором была разложена карта этой местности. Я поставил стрелку рядом с виллой, изолированное место в миле от деревни, плоская земля, холмы в миле от берега.


"Здесь", - указал я. "Прямая дорога, без людей. C160 высаживает нас. Мы проходим три или четыре мили."


"На рассвете?" - они позировали.


Я пожал плечами. "Они могут уйти сегодня, так что мы не можем терять время".


Все кивнули головами, самолеты должны быть готовы, два самолета.


Вернувшись в Echo, я подготовил их, но ради этого мы все были бы в "зеленых". Многие мужчины носили, по крайней мере, коричневые футболки и кепки. Вошел майор Либан, докладывая, что его люди готовы.


Мой телефон зазвонил, и я вышел из прохладного темного нутра хижины на яркий солнечный свет. Это был номер, который я не узнал. "Привет..?"


На арабском было написано: "Я работаю в Челтенхеме. У меня есть отчет."


"Продолжай", - ответил я по-арабски.


Вилла расположена на побережье, в пятистах ярдах от моря. В пятистах ярдах позади, в глубине страны, проходит главное шоссе. Примерно в четырехстах ярдах к северу от виллы есть поворот, дорога, затем тропинка. Под дорогой также есть туннель, старое русло реки.


К югу от виллы находится старая летняя резиденция, теперь вся разрушенная, рядом с ней кладбище и ухоженные сады. Там в хижине живет мужчина, смотритель сада.


"У виллы есть стены, вооруженные люди на страже, собаки. Я не мог подобраться к нему близко, но я и не показывался."


"Ты уверен, что это то самое место?"


"Я нашел похожее кладбище в десяти милях отсюда, взял имя и посетил здешние могилы, старик объяснил мою ошибку - не то место. Я поблагодарил его и ушел, выпив чаю. Однажды заговорив, я не смог заставить его замолчать. Это Хаммад, который болен в постели и больше не навещает могилу ... и забывал платить смотрителю своего участка в течение многих месяцев."


"Хорошая работа, посмотрим сегодня вечером", - солгал я, не уверенный, доверяю ли я этому парню. "Пожалуйста, покиньте этот район".


Отключив телефон, я отправился в комнату DGSE и обновил их.


Вбежал мужчина, предложение было произнесено по-французски, но я понял часть "ФБР".


Всей группой мы вышли на улицу, прищурившись, глядя на садящийся маленький самолет, Cessna Citation с реактивным двигателем.


"Теперь начинается самое интересное", - сказал я им, но им было не до смеха. "Что сказал Пэрис?"


Кислые лица сообщили: "Да, мы делимся некоторой информацией".


"Приготовьте C160, мы скоро уезжаем", - сказал я, прежде чем вернуться к хижинам. Расспрашивая о Ханте, я вспомнил, что отправил его в столовую, поэтому поплелся туда с винтовкой на плече. Внутри я стоял рядом с ним. "ФБР только что приземлилось".


"Отлично", - сказал он, пережевывая еду. "Вы ожидаете, что я введу их в курс дела? Как, блядь, мне объяснить, откуда взялась информация?"


Если хотите, я дам им краткий обзор, им не обязательно знать наши источники информации. Доедай свою жратву."


"Я должен быть там", - настаивал он, вставая, не доев свой ужин.


"Насколько ты знаешь, ФБР сначала хочет принять душ, посрать и поесть".


"Да, верно". Он снова сел. "Мог бы прилететь из Штатов".


Я поплелся обратно к хижине, джипы подъехали через пять минут. Вот тебе и душ, дерьмо и еда.


Агент Манштейн ушел в отставку с четырьмя коллегами, все в бежевых жилетах, на головах кепки, на очках солнцезащитные очки. " Капитан Уилко, - выдавил он так вежливо, как только мог, что было не так уж много.


"Агент Манштейн. Какое неожиданное удовольствие." Мы не потрудились пожать друг другу руки. "Чем я могу помочь вам в это прекрасное утро?"


"Ваше правительство сказало нам, что вы проинформируете нас, поскольку вы - по-видимому - ведете это расследование".


"Даю тебе десять минут, потом я ухожу на работу".


"Какая работа?"


"Секретная работа, так что читайте об этом в газетах".


"Ваше правительство обещало сотрудничество!"


"Об информации, имеющей отношение к яду, или о деталях оперативных операций британской разведки? Потому что я сомневаюсь, что они имели в виду, что у вас был доступ к секретным миссиям."


"Имеет ли это отношение к отравителям?" Манштейн настаивал.


"Мы идем по следу, место к югу..." - солгал я. " - это может дать кое-какие улики, возможно, даже пленника."


"Если вы собираетесь арестовать кого-то, кто замешан в этом деле, то требуется надлежащая процедура ..."


"Как у русских торговцев оружием, которых я передал вам, вообще не применяя должной процедуры ..?"


Они обменялись взглядами. Манштейн сказал: "Мы не хотим, чтобы какой-нибудь умный адвокат, который может доказать, что ваш арест был незаконным, провалил судебное разбирательство".


Я театрально кивнул головой. "В таком случае мы никого не будем арестовывать. Просто. В любом случае, просто разведка."


Мои парни начали группироваться позади меня, вошла французская Эхо.


"Просто разведка", - повторил Манштейн. "Пятьдесят вооруженных до зубов людей на разведке".


"Большинство из этих парней - новички, и это тренировка для них".


"Да, они выглядят как новички".


"Ты хочешь краткое изложение сейчас, потому что меня могут убить позже ..?"


" Если вас не затруднит, " с наигранной вежливостью начал Манштейн. Были изъяты блокноты.


Я начал: "На складе в Сьерра-Леоне, где вы были, мы нашли разлагающееся тело годовалого Генри Гоорта, франко-канадца, работающего на АНБ, посланного убить меня".


"Кажется диковинным".


"Хорошо. Парень, которого ЦРУ называет сотрудником АНБ... у него была снайперская винтовка, моя фотография и парашют. Итак, он направлялся в Парижский Диснейленд, я полагаю. Мне продолжать?"


"Пожалуйста".


"Убийца из АНБ... считалось, что он состоял на жалованье у Хаммада или был своего рода двойным агентом. Что мы точно знаем, так это то, что он оказался в нужном месте в нужное время, чтобы отравить немного воды. За дальнейшими подробностями спросите гребаное АНБ. Вы найдете их где-нибудь в Америке."


"А Горсков?"


"Лондон считает, что он имел дело с Хаммадом, трубопроводом в Европу для необработанных алмазов и золота, но Лондон уверен, что Горсков ни в чем не был замешан. Мы также уверены, что DGSE раньше был в постели с Хаммадом, потому что Хаммад хвастался, что его дальний родственник был в "Аль-Каиде", очень дальний родственник.


"DGSE устроила так, что Джиллилу, ныне покойному сыну Хаммада, сошло с рук несколько правонарушений, связанных с вождением в нетрезвом виде, обменялись отпечатками пальцев, но год назад Париж отказался от Хаммада. Вскоре после этого вода была отравлена, начиная с Египта.


Сообщается, что Хаммад болен и умирает, никто не знает, где он, а Джиллил находится в морге в Париже, речная вода все еще в его легких. Люди, которые отравили воду в Мали, были прослежены до Алжира - у нас есть имена, фотографии и отпечатки пальцев, а также двое заключенных и восемь тел - мои люди застрелили их.


"У нас также есть восемь тел, или было до сжигания, в Мавритании, и у нас есть образец яда, который настолько смертоносен, что вас не защитит даже резиновый костюм. И это возвращает нас к сегодняшнему дню."


"А Судан?" - настаивали они.


У Хаммада там фабрика, а также заводы в Алжире и Франции. Пока нет доказательств того, откуда взялся яд."


"К нам прибывает команда, чтобы взглянуть на яд", - пригрозил Манштейн.


"Скажи им, чтобы были осторожны, потому что пятеро мужчин в резиновых костюмах и респираторах погибли, пытаясь подобраться к этому материалу".


"Ты не берешь респираторы в это ... путешествие?" Манштейн отметил.


"Они бы не сработали, если бы мы это сделали. Теперь, если ты меня извинишь..." Я увел Эхо, французское Эхо последовало за нами. Проходя мимо, Томо попробовал свой русский язык на Манштейне, который понял, что было сказано, заставив меня улыбнуться.


Мы добрели до площадки, где стояли два C160 с включенными двигателями. "Создавайте безопасное оружие!" Я крикнул и разрядил оружие, наблюдая за парнями. Скопировано французское эхо. Я помахал Либану и его капитанам. "Мы приземляемся на дороге в двадцати милях к северу от границы, проходим три мили на запад и совершаем налет на виллу. Просто. Вертолеты готовы к эвакуации."


Они кивнули. "Сколько мужчин на этой вилле?"


"Может быть, четверо гражданских охранников, несколько собак".


Член экипажа помахал нам рукой, и мы поднялись на борт, британское эхо на первом самолете, французское Эхо позади, и в самолетах было достаточно места только для нас. Я прошел вперед и опустился на колени позади пилотов. Перед вторым пилотом лежала карта, поэтому я указал на нее, и он поднял ее. Я указал пальцем, куда приземлиться, и он кивнул. Это было простое короткое путешествие.


Разгон, теперь все сидят, я кивнул Свон, Томо вступил в какой-то жаркий спор с Леггитом рядом со мной, Свифти что-то прокричал на ухо Морану напротив, и мы развернулись, пауза, питание включено, тормоза выключены, и мы тронулись с места, задрав нос.


Я посмотрел через окна на прокаленный солнцем песок внизу и мельком увидел синий и манящий океан. Мы так и не поднялись выше трех тысяч футов, а пятнадцать минут спустя вспыхнули огни. Я указал всем держаться.


Крутой крен, нос вниз, выпрямление, трап распахнулся, яркий солнечный свет вторгся в темный трюм, удар, и мы оказались внизу, люди поднялись и двинулись. Вложив магазины, взведя курок, я пробежал по песку двадцать ярдов и опустился на колени, быстро осмотревшись, прищурившись, но не увидев местных жителей.


Взрыв энергии позади нас, и наша машина тронулась с места, не прошло и секунды, как второй C160 приземлился, его занесло на песчаной дороге, съехал пандус, сработали тормоза, и "Французское эхо" выбежало и опустилось на колени, держа оружие наготове. Еще один рев двигателя, и второй C160 тронулся с места.


"На меня!" Я закричал и побежал к песчаной гряде, пробежал четыреста ярдов до низкой гряды, дальше крутые холмы. Я махнул всем за хребет, подключилось французское Эхо, и я осмотрел дорогу и близлежащую местность. Я никого не видел поблизости.


Повернувшись, я прошел в начало колонны, бросил взгляд на Свифти, он поднялся и последовал за мной. У нас было то преимущество, что мы находились за песчаным хребтом, скрытым от дороги, и поэтому я быстрым шагом двинулся вдоль хребта на запад. "Радиопробы", - позвал я.


Через полчаса, поднявшись на более высокий песчаный гребень, я увидел внизу прибрежное шоссе, движущийся транспорт и огромный и бесконечный голубой океан. И это было бы лучше сделать ночью, на какой-нибудь открытой местности, чтобы сейчас укрыться.


Слева от меня были низкие холмы, ведущие к прибрежному шоссе, справа проходила дорога, на которой мы приземлились, соединяясь с прибрежным шоссе в шестистах ярдах к северу, а подо мной находилось высохшее русло реки и ее туннель под дорогой.


На моем месте в десять часов была видна привлекательная вилла с белыми стенами марокканского периода, еще дальше - сады и руины. К счастью, движение на шоссе не было интенсивным, просто проезжал какой-то грузовик.


Я передал: "Снайперская группа, вверх по холмам слева, подойдите как можно ближе, оставаясь незамеченным, займите позицию на вилле. Вперед".


Я бросил взгляд налево через плечо, когда Томо повел их в спринте, поднимая пыль. Повернувшись лицом к остальной части Echo, я сказал: "Ничего не поделаешь, мы должны рискнуть быть замеченными, но снайперы уберут охрану". Я двинулся вверх и перевалил через гребень, волна в Либане, и мы поднимали пыль, когда бежали вниз.


Оказавшись в высохшем русле реки, я почувствовал себя счастливее, нам предоставили какое-то укрытие, а грузовики двигались слишком быстро, чтобы водители могли взглянуть в нашу сторону. С другой стороны, интересно, кому бы они сообщили о нас.


Я добрался до туннеля, когда грузовик с грохотом пронесся мимо нас над головой, и мы пробежали по нему, вскоре увидев океан и пустынный участок береговой линии. Повернув налево, я смог разглядеть небольшое полуразрушенное здание со стороны русла реки, и поэтому повел людей, согнувшихся пополам, к нему, вскоре все сгруппировались за ним. До виллы осталось всего двести ярдов.


"Николсон, ты там?"


"Здесь, босс, хорошая позиция, узкий небольшой овраг. Мы в сотне ярдов от дороги, спрятаны, видим двух охранников с собаками, винтовки наготове, внутри виллы еще люди, всего, может быть, пятеро."


Наденьте глушители, затем стреляйте в двух мужчин с собаками, затем в собак, затем ждите и докладывайте. Когда будете готовы, откройте огонь."


Мне показалось, что я слышал треск, пока мы ждали.


"Двое убиты, собаки ранены. Подожди ... мужчины выходят."


"Бей и их тоже". Я ждал, теперь я уверен, что услышал тихие трески.


"Пятеро мужчин убиты, теперь можно повидаться с несколькими женщинами".


"Видишь телефонную линию?"


"Да".


"Попади в центр".


Минуту спустя пришло сообщение: "Мы врезались в телефонную будку рядом с виллой и на столбе, линия перерезана".


"Есть еще какие-нибудь движения?"


"Просто несколько женщин на втором этаже".


Рокко, Риццо, идите направо и в обход. Вперед!" Четверо мужчин сбежали. "Все остальные, за мной!" Я обежал руины, песок местами замедлял меня, и, не доходя до красивых побеленных стен виллы, я остановился, вскоре стреляя из окон. Мужчины рядом со мной присоединились, все окна громко вылетели.


Добежав до стены и повернув налево, я подошел к богато украшенным главным воротам и обнаружил, что они открыты. Внутри я побежал к главной двери, обогнув несколько тел, дверь тоже открыта, и выстрелил внутрь, окна с этой стороны виллы теперь выбиты. Изнутри доносились крики.


Я взбежал по двум ступенькам в затемненный интерьер, Свифти и Моран последовали за мной, и мы проверили первую комнату налево, обнаружив красиво оформленную гостиную с низкими подушками и резными серебряными украшениями, типично марокканскими. Пятясь, Либан поднимался по лестнице со своими людьми, пока я двигался по коридору. Обмен кивками, и я влетаю в комнату, никого не обнаруживая дома.


Пробежав по большой кухне, мы обнаружили девочку-подростка под столом.


На арабском я сказал: "Иди по дороге, тебе не причинят вреда. "А теперь иди, позови других женщин. Где Хаммад?"


"В его спальне", - сказала она, убегая.


Я передал: "Девушка уходит, не стреляйте в нее!" Возвращаясь по выложенному плиткой коридору, я оставил команду Саши у подножия лестницы с оставшимися французами, и мы побежали вверх по двое за раз, крики доносились с нескольких сторон, женщин в вуалях гнали вниз.


Появился доктор в белом лабораторном халате, с поднятыми руками.


Я начал по-арабски: "Расскажи мне, как он заболел. Сейчас же, или я подожгу тебя!"


"Яд. Мы не знаем, какого типа."


"Когда?"


"Год назад, но я думаю, что его несколько раз отравляли".


"Будет ли он жить?"


"Нет, я думаю, осталось всего несколько месяцев".


"Что вы знаете о том, как он отравлял других?"


"Другие? Нравится он? Здесь нет других подобных ему, которые были отравлены."


"И его месть ..?"


"Месть?"


"Его люди сбили тот самолет!"


Доктор озадаченно оглянулся через плечо. "Зачем ему это делать?"


"Седан сделал это".


"Седан? Его забанили отсюда шесть месяцев назад. Он утверждал, что за ядом стояли израильтяне и французы, и он хотел отомстить."


"Является ли Хаммад последовательным?" Я настаивал, когда женщины бросились вниз по лестнице, а французские солдаты обыскивали комнаты.


"Нет, не в течение четырех месяцев".


"Четыре месяца, значит, он не отдавал приказа о недавних нападениях", - понял я.


"Какие приступы?" - спросил доктор, все еще держа руки поднятыми.


"В Мали и Мавритании. Яд с фабрики Хаммада убил бы тысячи арабов, женщин и детей, но только с водой из французских водных растений."


"Хаммад бы такого не сделал."


"А Джиллил?"


"Он исчез много месяцев назад".


"У вас есть образцы крови Хаммада?"


"Да".


"Принеси их мне".


Он привел меня в большую спальню, майор Либан шумно рыскал по комнате с тремя мужчинами, Хаммад лежал на больничной кровати, подальше от старинной деревянной кровати с балдахином, наш главный подозреваемый был подключен к аппаратам. Неприятный запах ударил меня, когда доктор вручил мне образцы в пластиковой коробке, я передал их Либану.


"Убедитесь, что ваше правительство анализирует кровь на наличие использованного яда".


Либан попросил солдата положить образцы в его ремень безопасности.


Я столкнулся с доктором. "Я не уверен, виновен Хаммад или нет, но я не могу рисковать". Вскидываю винтовку, Френч отступает, я всаживаю четыре громкие пули в грудь Хаммаду через его одеяло и громко расстреливаю устройства, к которым он был подключен, видны искры.


Повернувшись лицом к съежившемуся доктору, я сказал: "Уходите сейчас, вам не причинят вреда. Но любой, кто, как известно, связан с Хаммадом, будет выслежен и убит, так что идите далеко. Вперед!" Я передал: "Пусть доктор уйдет".


Когда доктор ушел, Либан сказал: "Хаммад не отдавал приказов, не таким образом".


"Нет, не в течение многих месяцев. Но, возможно, он начал исследование о яде." Я пожал плечами. "Все вон!"


Выйдя на улицу, я повел команды обратно через главные ворота. Остановившись, я повернулся и выстрелил в красивую резьбу, затем в стены дома, к которым присоединились французы. Снаружи я передал: "Стреляйте по машинам, стреляйте по стенам, разрушайте это гребаное место!"


С расстояния в сто ярдов я поливал красивые побеленные стены, и с каждым попаданием белая штукатурка сдиралась, открывая темно-коричневую дыру, и к тому времени, когда мы закончили обстрел виллы, ее стены выглядели как у ребенка, заболевшего корью.


Я наконец отвернулся, женщины выстроились в очередь на обочине главной дороги и наблюдали за нами, когда мы разрушали их бывший счастливый дом.


"Уилко!" - раздался крик, и Свифти побежал. Приближалась машина. Свифти опустился на колени и выстрелил в решетку двигателя, затем в ветровое стекло, когда я рванулся вперед, поднимая песок, а люди следовали за мной по пятам.


Свифти первым оказался у водительской двери, оттуда вытащили мужчину. "У него пистолет".


Я ударил коленом в спину человека, когда он упал лицом в грязь. "Обыщите машину!" Стаскивая с мужчины ботинки, кольцо французских солдат опустилось на колени вокруг нашего водителя. "Зажигалка для сигарет".


Вошел французский солдат, стало легче, когда я снял носки. Ногу схватили и подняли, а маленький палец поджарили до очень громких криков.


Я начал по-арабски: "Что ты знаешь о Седане?"


"Ничего, я просто водитель".


"Уилко", - позвал Свифти. "У него есть карты Мали и Мавритании, квитанции на бензин из Мали!"


"Заберем все это с собой". Я кивнул французскому солдату с зажигалкой, кожа которого вскоре запеклась от громких криков. "Скажи мне кое-что, и я позволю тебе уйти". Еще один палец был обожжен. "Где Седан?"


"Он отправился на корабле на Корсику", - пытался вырваться заключенный.


"Откуда?"


"Из Туниса".


"Что он будет делать на Корсике?"


"Он отправляется во Францию с химикатом".


"Что он будет делать во Франции?"


"Он не доверил мне это".


Взгляд на французского солдата, и еще один палец на ноге был поджарен под громкие крики.


"Где производится яд?"


"Я не знаю".


"Судан?"


"Я не знаю".


"Сколько в нем яда?"


"Бочки с этим, я видел это, металлическая бочка внутри стеклянной витрины с металлической рамой".


"Здесь планируются новые нападения?"


"Нет ... они запаниковали ... убитые мужчины ... они ушли."


"Ушел откуда?"


"С базы в Алжире, на юге, Аль-Хад".


Я кивнул и встал.


Моран сказал: "У нас есть аудитория".


Я взглянул на женщин на дороге. "Мне нужна аудитория для этого". Я поднял заключенного. "Иди. иди".


Он прихрамывал, одна нога немного болела.


"Расстрельная команда, установить автоматы, прицелиться!" Двадцать человек прицелились. Я тоже.


Наш хромающий пленник обернулся, внезапно ужаснувшись тому, что он увидел.


"Огонь!"


Когда я стрелял, я видел, как нашего пленника отбросило назад и подбросило в воздух, судя по виду, в него попало более сотни раз. Когда стрельба утихла, я сказал: "Кто-нибудь, проверьте его пульс", - смеялись французы.


Либан приблизился, положив руку мне на плечо. "Яд, он отправляется во Францию?"


Я торжественно и извиняющимся кивнул ему.


Либан обменялся взглядом с Анри. "Будет много мертвых, если мы их не найдем".


"Итак, давайте найдем их, а потом пообедаем". Я увел команды, машина взлетела на воздух, когда мы уезжали.


Моран сказал, когда мы подняли пыль: "Немного ... громко и публично там, сзади."


"В течение часа агентство Рейтер сообщит, что самолет был сбит ядом, изготовленным в Судане, алжирцами, компанией Хаммад. И в том самолете и на земле погибли в основном марокканцы. В этих краях жаждут мести и ее ценят. Кроме того, эти женщины заявят, что мы французы, и французская общественность будет более чем довольна нанесенным здесь ущербом."


Мы выбрали русло реки и побрели по туннелю. Либан позвонил из туннеля, наши попутчики вернутся через сорок минут. Я вызвал наших снайперов.


Вернувшись на полосу, я направился прямо в комнату DGSE, где меня ждали сотрудники ФБР. Я проигнорировал Манштейна. "Яд был перевезен на корабле из Туниса на Корсику, чтобы быть доставленным во Францию. Обнови Париж сейчас."


Они были в ужасе.


"Организуйте для нас транспорт, быстрые реактивные самолеты, такие как самолет ФБР. Два или три самолета, и быстрые самолеты."


Манштейн приблизился. "Продуктивная миссия, капитан?"


Яд на пути во Францию. Бочки этого."


"Что!" Он достал свой телефон и вышел на улицу, DGSE также на их телефонах.


Выйдя на улицу, я позвал Дэвида Финча, когда Хант и Харрис приблизились. Они слушали, щурясь от яркого солнечного света. "Это Уилко. Яд, несколько бочек с веществом, отплыл из Туниса на Корсику, не знаю когда, по пути во Францию. Я попросил у французов транспорт, маленькие быстрые самолеты. Если мы получим зацепку, нам нужно быть там быстро."


"Я посмотрю, что есть в вашем районе, и найму это, в нефтяной промышленности есть несколько".


"У моего парня из GL4, Мутча, есть список таких".


"Сначала я попробую его с ними".


"Убедись, что я смогу быстро добраться из пункта "А" в пункт "Б", запасные пилоты, самолеты всегда заправлены топливом".


"Хорошо. О, статья на Reuters - "


Я попросил Макса опубликовать историю. Если это место в Судане производит яд, то местная полиция устроит там облаву, суданцы не захотят брать на себя вину за крушение самолета."


"Черт возьми, нет, будет несколько резких слов позже в ООН".


"Достань мне этот транспорт".


"Займись этим сейчас. О, скоро к вам присоединятся обычные SAS."


"Хорошо".


Вернувшись в хижину, я крикнул: "Будь готов двигаться, но сиди и жди!


Моран спросил: "А как насчет остальных наших людей в Сьерра-Леоне?"


Я поднял палец и достал свой телефон. "Хэмбл, где ты?"


"Вернулся на БРЕЛОК, разбитый".


"Ты участвовал в кулачном бою?"


"Нет! Мы наткнулись на большие силы, несколько раненых."


"Какие раны?" Насколько все плохо?"


Пара царапин, несколько заноз и осколков. Никто смертельно не ранен, но восемь из нас выбыли из строя."


"Это все вы!"


"Пушок прошел через все".


"Черт. Все равно, хороший у него шрам. Мы отправляемся на Корсику в погоне за отравителями, возможно, за тобой ... поезжай домой и выздоравливай, а. А как насчет постоянных игроков?"


"У них тоже есть кое-что из дерьма, от начала до конца или два".


"Хорошо". Я отступил к Морану. Хэмбл и регулярные войска, плюс Соленые, столкнулись с большим отрядом, все ранены. Пушок прошел насквозь, ни один человек не остался на ногах."


" Черт... " выдохнул Моран. "Вот тебе и подкрепление".


Приземлился "Геркулес". "Поговорим о прикрытии". Я прогулялся с Мораном по перрону, нашел Фиши и его парней из эскадрильи "А". Они махали руками и кричали.


На оживленном перроне мы поприветствовали капитанов их войск, когда выгружали их снаряжение, а вместе с ними несколько сигналов и разведданные. Я сказал им: "Устройте здесь счастливый дом, убедитесь, что у вас всегда есть машина, заправленная и готовая отправиться в путь в любой момент, и если где-то поблизости произойдет еще одно нападение, вы уезжаете, или если мы получим информацию. Мы могли бы полететь на Корсику или во Францию за плохими парнями, но это дело французов, это их территория. О, у тебя есть какая-нибудь гражданская одежда?"


"Да, в ящиках".


"Нам нужно немного позаимствовать, поэтому просите пожертвования. Обувь, теплые куртки или джемперы. Во Франции холодно."


Я повел Морана на охоту, когда Харрис приблизился к своим коллегам. Забрав Ханта, я подошел к старшему агенту DGSE, когда он закончил разговор. "Какие у нас приказы из Парижа?"


"Они хотят, чтобы ты продолжал преследовать этих людей".


"Даже во Франции?"


Он скорчил гримасу и пожал плечами. "Вы стреляете в них, мы стреляем в них".


"Будем ли мы наступать кому-нибудь на пятки?" Я нажал. "Как ДЖИН".


"Это ... странно, но Пэрис доверяет тебе, и ты быстро получаешь эту информацию".


"И виноват кто-то из британцев", - коротко вставил Моран.


Наш хозяин пожал плечами. "Ты знаешь, как устроен Париж".


Я обменялся взглядом с Мораном. Повернувшись к Ханту, я сказал: "Обнови Лондон. Похоже, мы будем преследовать Седана, куда бы он нас ни завел. Если он спрячется в парижском Диснейленде, мы разгромим это место."


Либан появился рядом со мной. Я сказал ему: "У ваших людей гражданская одежда?"


"Oui!"


Пусть они сейчас переоденутся, мы поедем на Корсику. Пистолеты при них, оружие и паутина в ящиках."


Он взглянул на агента DGSE, который кивнул.


"У вас есть фотография Седана?" Я спросил, и они передали мне одну. Я попросил ксерокопии и забрал десять экземпляров.


Мой телефон зазвонил, набирая номер "001". "Уилко".


Заместитель начальника. Ты можешь говорить?"


"Да, только что вернулся с работы".


"Послушай, Судан, есть ли какие-нибудь улики против них?"


"Ни малейшего".


"И эта история в "Рейтер"?"


"Возможно, это правда, но теперь суданцы пойдут посмотреть на завод по производству пестицидов и сделают за нас нашу работу".


"С тобой ФБР?"


"Да, и мы все ведем себя прилично".


"Кроме того, что ты не сказал им нескольких вещей ..."


"Ну, несколько вещей, которые я просмотрел, да."


"И в чем здесь опасность?"


"Я пытал парня, и он увидел несколько больших бочек готового яда, который был отправлен на Корсику из Туниса по пути во Францию, его было достаточно, чтобы убить половину населения Парижа".


Объявлена тревога в посольстве, но мы не хотим начинать панику, из-за которой французы вцепятся нам в глотки. Что тебе поручено?"


"Мне поручено делать то, о чем меня просят французы, и теперь это означает, что я иду по следу до самой Франции".


"Кажется странным, что ты делаешь это, когда они должны этим заниматься".


"Возможно, они хотят, чтобы кто-то обвинил их, если что-то пойдет не так".


"Возможно, так зачем соглашаться с этим?"


"Лондон согласился на это, и у меня больше ничего нет на эту неделю".


"Ты использовал своих друзей в неблагонадежных кругах, чтобы добыть информацию?"


"Да, и это помогло, иначе мы бы не узнали о вилле, на которую мы только что напали, а затем о яде, направлявшемся во Францию".


"У тебя там очень ценный актив. И у нас была наводка о крупном движении за наркотики, бразильской банде, из Томска."


"Не из Томска, это пришло бы от моего нового друга из Боливии".


"Ах ... да. Если все получится, у нас будет еще один ценный источник информации, так что ... будьте осторожны. Мы не хотим потерять вас в какой-нибудь перестрелке."


"В первую очередь я солдат, во вторую - Петров. И после того, как я умру, ты сможешь разобраться с Томском напрямую."


"И все же, с нашей собственной эгоистичной точки зрения, мы бы предпочли, чтобы вы ограничили риски".


"Сейчас у меня повсюду теплое сияющее чувство".


Он рассмеялся: "Отвали. И будь осторожен."


В затемненной хижине я раздал фотокопии и проверил свой набор, пока мы ждали попутку.


Моран поднял голову. "Тогда ты был немного откровенен, пытая какого-то парня на глазах у свидетелей".


Ребята повернулись ко мне.


Я начал: "Если идиоты с ядом случайно бросят его в нужное место, умрут сто тысяч человек; женщины и дети. У меня нет времени ссать по пустякам. И если это моя карьера, променянная на сто тысяч гражданских, так тому и быть. Мы можем спасти пятьдесят человек за год, но если мы не поймаем этих идиотов, то это будет пятьдесят тысяч погибших."


"Это не наша вина", - запротестовал Риццо.


Я сказал ему: "Лондон поручил нам это, я не сказал "нет", так что... это зависит от нас, лучших людей для этой работы."


"Гребаный Рокко виноват", - сказал Свифти.


"Что я сделал?" Роко запротестовал.


"Вы обнаружили это тело на шесть месяцев позже, чем следовало, иначе у нас уже были бы эти мальчики".


Я кивнул. "Старший сержант, в следующий раз найдите тела раньше".


Роко запротестовал: "Не моя вина, что какой-то ублюдок умирает со спущенными штанами".


"Все вы", - позвал я. "Если кто-то стоит у тебя на пути, вышвырни его с дороги или пристрели, следующая часть важна. Мы действуем быстро и жестко, и мы находим этих парней - в его работе нет правил.


"Если Свифти или Моран будут застрелены или ранены, я оставлю их и продолжу, потому что это два человека, и мы могли бы читать газетный заголовок, в котором говорится, что погибло пятьдесят тысяч. Нет ничего важнее, чем получить этот яд. Ничего."


Они обменялись обеспокоенными взглядами.


Полчаса спустя приземлился самолет Learjet, в котором было достаточно места для двадцати человек, поэтому я погрузил свою команду плюс Либана и Ханта. Теперь мы все были в гражданской одежде, многие в кроссовках. Я выбрал сапоги, зная, что на Корсике будет мягко, но во Франции будет чертовски холодно.


Ящики в трюме, несколько сложенных вдвое, несколько оставшихся с эскадрильей "А", и мы выруливаем на взлетно-посадочную полосу после того, как я сказал двум коммерческим французским пилотам поторапливаться.


Я сидел в кресле "племянница магнолии", обычно используемом каким-нибудь нефтяным менеджером, задаваясь вопросом, во что обойдется эта поездка. Было так удобно, что я начал дремать, как и многие ребята. И пилоты, если бы они знали, не были бы впечатлены тем, что у всех нас были при себе пистолеты.


Майор Либан отметил: "GIGN будет зол на нас, очень зол, потому что нам не разрешают нормально действовать во Франции".


Моран ответил: "Тогда маленький лучик солнца в этой работе", - смеясь, ответили Либан и Анри.


Всего три часа спустя, срезав путь через Алжир из всех мест, мы спустились в аэропорт имени Наполеона Бонапарта на Корсике, плавное приземление, линия мигающих синих огней ждет нас.


Когда ребята вышли из самолета на сильный прохладный ветерок, я подошел к пилотам. "Заправляйся, будь готов к вылету".


"Ви не могу, ви отработала зи часов".


"Смотрите, мы преследуем банду алжирцев с ядом, людей, которые сбили самолет в Марракеше. У них достаточно яда, чтобы убить всех в Париже. Ты хочешь, чтобы я нашел их - или пусть все в Париже умрут?"


Они обменялись взглядами. "Ви изменит свои записи, но также ви поищет другую команду пилотов".


"Сделай это, быстро".


Спускаясь по узким ступенькам, парни грузили ящики в автобус с тонированными стеклами для поездки в доки Аяччо, видневшиеся на другом берегу залива.


Глава местной контртеррористической полиции представился, его местная команда состояла из двенадцати человек. И все двенадцать были теперь здесь.


Я сказал ему: "Мы пойдем в доки, к управляющему доком, и, может быть, нам повезет. Что тебе сказал Пэрис?"


"Не очень".


"Цифры".


Сев в автобус, я позвонил Тинкер. "Мы на Корсике. Подтолкни французов, все корабли, отправляющиеся из Туниса сюда в последние несколько дней, затем все корабли, направляющиеся в Марсель. И быстро."


"Мы подключили спутниковый телефон, и он появился на Корсике три дня назад. Я никогда не был на вилле Хаммада, но был на его фабрике на юге Алжира."


"Эл был?"


"Ты хорошо информированный маленький засранец, не так ли. Я должен тебе кое-что рассказать."


"Этот спутниковый телефон появился где-нибудь во Франции?"


"Пока нет, он держит это выключенным, кем бы он ни был".


"Где на Корсике это проявилось?"


"Есть ручка?" Он дал мне адрес.


"В ту минуту, когда во Франции заработает спутниковый телефон, я хочу знать. Спасибо." Выйдя из автобуса, я дал адрес нашему местному начальнику компьютерной томографии. "Сюда, быстро, сопровождение".


Раздались крики, мы вскочили в седла, десять полицейских машин замигали синими огнями, выводя наш автобус из аэропорта через боковые ворота, несколько машин пронеслись вперед, чтобы освободить для нас перекрестки.


Я повернулся, чтобы поохотиться. Прослушивается спутниковый телефон, время от времени включается. Может, с этим повезет."


"Куда мы направлялись?"


"Последнее известное местоположение этого спутникового телефона может дать подсказку - или MacDonalds".


Мы катались по заливу, и до сих пор я был очень впечатлен пейзажем, холмами, пляжами с белым песком и лазурной водой, двадцатиминутной поездкой до города - наш водитель был сумасшедшим, горожане и зимние туристы сегодня испытывали большие неудобства из-за нас.


На скорости мы миновали несколько причалов, огромный круизный лайнер, промчались по узким улочкам, вдоль которых выстроились старинные каменные здания, и вышли на небольшую площадь, окруженную полицейскими машинами. Я сказал ребятам подождать, но позвал Морана, Ханта и Либана. Выйдя из автобуса, я вышел на маленькую площадь, пораженные старики смотрели на нас.


В середине квадрата я встал и описал полный круг, командир КТ рядом со мной. Я указал. "Вот, телефон-автомат, набери номер".


Людей отправили в спешке.


"Отследите все звонки трехдневной давности, особенно звонки в Алжир или Францию".


Наш командир КТ позвонил, когда люди таращились на нас.


Я перечислил: "Кафе, забегаловка, химчистка, почта, кафе, еще одно кафе, аптека. Давайте пойдем по часовой стрелке." Я повел мужчин в аптеку, двадцать местных полицейских последовали за мной.


Внутри аптеки весь персонал выглядывал из окон, чтобы посмотреть, что случилось, я показал им свое изображение Седана, Либан кричал на персонал. Все было хорошо рассмотрено.


"Да", - сказала дама средних лет.


Либан объяснил: "Он купил кое-какие наркотики. Она найдет квитанцию."


Надев очки, она изучала компьютер, наконец-то объяснив что-то Либану. Он сказал мне: "У него язва желудка".


"Как он заплатил?" Я спросил.


"Наличные" вернулись.


"С ним кто-нибудь был?"


Двое мужчин" вернулись. "Все нарядно одеты".


"Запроси запись с камер видеонаблюдения". Я указал на камеру, прежде чем подтолкнуть мужчин к выходу. Командиру КТ я сказал: "Достань камеры видеонаблюдения", и я вернулся на площадь.


"Где находится контейнерный порт?" Я спросил Либана.


"Здесь никого нет".


"Я видел большую лодку?"


"Паром - да, но не большое грузовое судно".


"Итак, они приехали на маленькой лодке, или паруснике, или на машине на пароме, химикаты в машине, но я не думаю, что они приплыли сюда на маленькой лодке, а не на трех арабах в костюмах".


Либан сказал: "Парома из Туниса нет".


"Позвони в Париж, спроси, была ли у Хаммада роскошная яхта". Он поднял свой телефон. Морану я сказал: "Спроси полицию о коммерческих судах, пришвартовывающихся здесь".


Моран вернулся ко мне со словами: "Коммерческие суда причаливают на юге, Бонифачо".


"Так зачем приходить сюда только за порцией Алкасельцера?" Я бросил вызов.


"Отправляйся отсюда на пароме в Тулон", - сообщил мне Моран. "Отсюда они уехали, возможно, на взятой напрокат машине или фургоне".


"Слишком много канистр для машины, должен быть фургон". Я схватил командира СТ, когда его офицеры слонялись вокруг, выглядя бесполезными. "Проверьте все паромы, отправлявшиеся отсюда в Тулон три или два дня назад, списки пассажиров. Быстро. Люди с мини-фургонами или грузовиками."


Он снова поднес телефон к уху.


Подошел Либан. "У Хаммада была яхта, она пришвартована в Марселе, сейчас конфискована, а также небольшая флотилия лодок для перевозки химикатов".


"Мне нужен список этих лодок, и чтобы Пэрис проверила, какая из них причалила три дня назад". Стоя там, я похлопал Морана по плечу и указал на боковую улицу. Теперь он мог видеть то, что видел я, и мы быстро пошли к этому.


За пределами кафе сидели пожилые мужчины с чашками кофе, алжирцы. Я показал первому фотографию Седана, но он не стал прилагать усилий, чтобы взглянуть на нее. Пистолет вынут и взведен, Моран копирует, я разбил кофейную чашку мужчины своим пистолетом, шокировав старика.


По-арабски я начал: "Это человек, который подсыпал яд в самолет, разбившийся в Марракеше, и у меня нет проблем с тем, чтобы разбить тебе лицо".


"Он был здесь несколько дней назад, он был много раз".


"Много раз. У него здесь есть семья?"


"Старая мать, квартира где-то здесь, наверху".


Я вошел внутрь с пистолетом в одной руке, фотографией в другой и опрокинул пустой стол, подняв шум. Все старики повернулись ко мне. Я поднял фотографию. "Этого человека зовут Седан, алжирец, который отравляет воду других арабов, человек, который отравил самолет, разбившийся в Марракеше, убив невинных алжирцев. Если нам придется отвести каждого из вас в камеру и избить, мы это сделаем."


Лица, обращенные к мужчине. Он встал. "Я его дядя".


"Твоя семья всегда будет жить со стыдом за то, что он сделал."


"Мы отречемся от него, мы не оправдываем это убийство!" сопровождалось указующим перстом.


"Он был здесь три дня назад?"


"Да, повидаться с моей матерью, его любимой тетей".


"Куда он направлялся?"


"На материк, по делам".


"Если он преуспеет в своем бизнесе, народ Франции разорвет тебя на части. Он хочет отравить Париж."


"Мы больше не желаем иметь с ним ничего общего!" - запротестовал мужчина, все взгляды были устремлены на него.


Командир КТ появился рядом со мной. Я сказал: "Возьмите его, он родственник Седана, семья неподалеку".


Я вывел Морана, Ханта и Либана наружу и вернул на площадь.


Моран начал: "Итак, он был здесь, сел на паром в транспортном средстве с химикатами три дня назад. В Тулон."


"По крайней мере, теперь мы знаем", - отметил Хант.


Когда протестующего старика увели, к нам присоединился командир КТ. Я сказал ему: "Нам может помочь этот телефон-автомат, а также телефон его семьи. Это приоритеты, так что нарушай некоторые правила и делай это быстро. Отвези нас обратно в аэропорт, пожалуйста."


Сев на лошадей, мы снова тронулись в путь, повсюду были синие мигалки, и я встал в проходе между рядами, чтобы проинструктировать парней. В аэропорту мы подошли к нашему аттракциону, пилотов не было видно, дверь заперта. Офицер был отправлен в комнату отдыха пилотов, вскоре вернулся с нашими двумя пилотами.


"Я хочу поехать в Тулон. Прямо сейчас."


"Это всего лишь один час, Ви может это сделать".


Ключ в замке, дверь открыта, парни заняли места, которые едва успели остыть, когда наши ящики были загружены заново. Меня окликнули снаружи, самолет выруливал к нам. Из нее вышли сотрудники DGSE из Западной Сахары, и я направился к ним.


Я начал: "Седан был здесь, навещал семью, семью, захваченную местной полицией. Он пользовался аптекой и, возможно, телефоном-автоматом, так что они проверяют записи. Он сел на паром до Тулона, так что мы летим туда."


"За пределами Тулона есть военный аэродром, мы встретим вас там".


"Поговорите с местной полицией обо всем, что могла сказать семья, о записях домашних телефонных разговоров. И снимите камеры видеонаблюдения с паромного терминала в Тулоне!"


Они кивнули, когда я отвернулся. Вернувшись на борт, я опустился на колени позади пилотов, когда они проводили предполетную проверку. "За пределами Тулона есть военный аэродром".


"Да, я знаю это, я был военным офицером", - сообщил мне пилот.


"Иди туда, скажи им, что мы британские и французские силы специального назначения и DGSE. И побыстрее, пожалуйста. " Я столкнулся с Мораном. "Откройте ящики, если можете, всем нужно надеть куртки для поездки на материк".


"Здесь довольно холодно!" - пожаловался он, все мы в рубашках поверх футболок.


Подсчет голов закончен - теперь надеты боевые куртки, дверь наконец закрыта, двигатели с воем ожили, и я мог видеть, как убирают колесные упоры, люди с оранжевыми жезлами стояли наготове. Мы начали двигаться.


"Что дальше?" - Спросил Хант.


"К завтрашнему утру у нас должно быть что-нибудь, может быть, телефон для отслеживания, может быть, регистрация транспортного средства".


"У них трехдневная фора перед нами", - предупредил он.


"Они должны найти место для смешивания химикатов, потому что я уверен, что они не совершали трудного морского путешествия с этим веществом в готовом виде. Итак, это означает лабораторию, возможно, принадлежащую Хаммаду."


"Френч использовал все свои активы", - заявил Хант, когда мы выехали на взлетно-посадочную полосу и включили двигатель.


"Тогда Седану нужна лаборатория для работы, а их нелегко найти и нанять на желтых страницах".


"Если только все это не было спланировано некоторое время назад", - предупредил Хант, когда мы задрали нос.


"Думаю, я расстроил его планы в Африке, поэтому сомневаюсь, что он хорошо подготовлен здесь. Человек, которого я допрашивал, сказал, что он бежал в панике после того, как мы убили его людей в Мавритании."


"Почему мы не можем достать такой самолет?" Сзади пожаловался Риццо. "Лучше, чем гребаные королевские ВВС".


Многие ребята выразили свое согласие с этой идеей.


"Я попросил, чтобы был доступен такой, и это дешевле, чем Tristar", - сказал я им. "Так, может быть, мы получим одного на Рождество".


"Через два дня", - напомнил мне Моран, и мне пришлось остановиться и подумать об этом.


Час спустя, когда солнце уже клонилось к горизонту, мы приземлились на базе, где стояли военные реактивные самолеты Этендарда и "Пумы", ожидала военная охрана, мигали фары джипов.


Выйдя из самолета, оставив на нем снаряжение, пилоты попросили переночевать в каком-нибудь местном отеле, который я им предложил, мы сели на несколько мини-фургонов и вскоре выехали с базы в сторону Тулона, гражданская полиция впереди, мигалки.


"Мы собираемся остановиться перекусить?" - Спросил Хант.


"После портвейна мы ляжем спать, так что, надеюсь, да. Нужна информация, чтобы найти ублюдков."


Потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до ворот порта, не останавливаясь, и до главных офисов.


Выйдя из мини-вэнов - и под пристальным взглядом, я сказал Либану, что нам нужен начальник службы безопасности и записи с камер видеонаблюдения. Вопросы задавались громко, и нас проводили внутрь, длинная очередь мужчин в военных куртках следовала за мной, вверх по трем лестничным пролетам и в офис открытой планировки, несколько дежурных сотрудников были не просто немного удивлены, увидев нас.


Либан выкрикивал вопросы и представил мужчину.


"Я немного говорю по-английски", - начал он. "Я учился в Эдинбурге. Пэрис звонила по поводу записи с камер видеонаблюдения, мы ее здесь прослушали."


"Я хочу посмотреть это, все паромы с Корсики три дня назад, покидают Корсику после полудня".


"Паром в 13:00, так что они добираются сюда в 17:00, нет".


Он наблюдал за видеомагнитофоном, когда я записывал изображение Седана. Когда я был готов, он показал мне стул, так что я усадил Морана, нашего начальника службы безопасности, вскоре на вторую машину, где сидел Либан, а я сел за третью.


"О, не могли бы вы принести нам немного еды, мы были в пути весь день".


"Конечно".


Пока ребята сидели на сиденьях и раздражали персонал, пытающийся работать, трое из нас изучали записи камер видеонаблюдения, множество глаз наблюдали за изображениями сзади, когда раздавали кофе. И через двадцать минут у меня заболели глаза, Хант взял верх, когда мне вручили багет.


"Здесь!" Либан позвонил полчаса спустя, и я закрылся. Он приложил палец к экрану, трое мужчин стояли рядом с небольшим грузовиком, полиция смотрела внутрь грузовика и на бумажную работу.


"Да", - согласился я. "Обратите внимание на регистрацию".


Мы почти разобрались с регистрацией по зернистым изображениям. Я дал номер Генри, который позвонил в Париж. "Я хочу, чтобы эта регистрация была у каждого полицейского во Франции! И сегодня вечером."


Мой телефон зазвонил. "Это Тинкер".


Я сказал ему: "Мы только что получили транспортное средство, используемое Седаном, только что обновили Пэрис".


"А, хорошо. Мы получили совпадение по тому спутниковому телефону, который находится в Лионе." Он дал мне адрес. "В том месте есть отель, так что, возможно, он там остановился".


"Остался там?


"Попадание было сделано вчера утром, мы только что нашли данные для него. Такое случается, а иногда и с задержкой."


"Хорошо, мы продолжим утром, может повезти. Запроси у французов всю информацию, собранную на Корсике, это могло бы нам помочь, там был телефон-автомат, и у его семьи тоже были телефоны."


"Может быть, он звонит своей маме каждый день", - съязвила Тинкер.


"Он заскочил повидаться со своей любимой тетей, так почему бы и нет". Отложив телефон, я сказал: "Возвращайся на аэродром!" Немного успокоившись, я сказал Либану: "Мы отправляемся в Лион".


"Я это хорошо знаю", - проинформировал меня Либан. Он перестал улыбаться. "У меня там есть сестра. Стоит ли мне немного волноваться?"


"Если ты позвонишь ей, и она эвакуируется, они запрут тебя навсегда".


" Иииии, " выдохнул он.


Я поблагодарил начальника охраны и вывел скучающую банду на улицу, многие из которых все еще жевали багеты.


"Это не так уж плохо, босс", - сказал мне Томо. "Острый цыпленок".


"Все мои блюда - гребаный салат", - пожаловалась Свон.


Саша поменялась местами, увлеченная салатом.


Мы снова сели в мини-вэны, снова в сопровождении полицейских, и через двадцать минут вернулись на базу, где майор Либан спросил о комнатах. Они отвезли нас в барачный блок, внутри было уютно и тепло, несколько солдат на первом уровне озадачили нас, и повели наверх. Мы нашли кровати с матрасами, одеяла стопками, простыни стопками, так что у нас получился счастливый дом.


Договорившись, я послал Либана за водой в бутылках, шампунем и дополнительной едой.


У меня зазвонил телефон, Дэвид Финч. "Работаете допоздна, босс?"


Не так уж поздно, 8.30 вечера. Где ты?"


Военная база под Тулоном. Мы только что получили регистрацию автомобиля, который Седан использует для перевозки химикатов, и запись на его телефон в Лионе."


"Я поговорил со своим коллегой в Париже, и его сотрудники не могут за вами угнаться. Вы собрали для них кучу доказательств, они изо всех сил пытаются все это осмыслить, но они довольны вашим прогрессом."


"Будь добр, перезвони ему, пусть проверит все лаборатории во Франции, которые могли смешивать опасные химикаты, и отправит по факсу копию лица Седана".


"Хорошо, понял, я отправлю записку. Что ты будешь делать дальше?"


Отдохни немного, а завтра мы отправимся в Лион и пойдем по следу. Итак, проверьте наш транспорт на рассвете, из Тулона в Лион."


"Хорошо, я сделаю это сейчас. Остальная часть "Французского эха" была отозвана с Корсики и направляется к вам."


"Убедись, что у обычного SAS и остальной части моей группы есть транспорт, ожидающий в Западной Сахаре. Если мы получим наводку на что-то там, внизу, им придется с этим разобраться."


"Есть самолет, достаточно большой для тридцати человек. Теперь скажи мне, эта вилла Хаммада; она попала в новости в Марокко."


"Что они говорят?"


"Они обвиняют Хаммада в падении самолета".


"Он не имеет к этому никакого отношения, он был в коме несколько месяцев, все это было из-за Седана".


"Ну, его обвиняют, его и его компанию, и марокканское телевидение показало ту виллу, назвав ее обстрелянной французскими коммандос. Ты нанес довольно большой урон ..."


Преднамеренный и инсценированный спектакль для марокканцев, которые почувствуют, что месть свершилась по справедливости. Я понимаю их образ мыслей."


"И все же ты работаешь на нас ..."


"Это сделали французы, так что вини их".


"Марокканское телевидение показывает человека, в которого стреляли более шестидесяти раз, беднягу".


"Должно быть, это французская фишка".


"А Хаммад?"


"На его кровати, подключенной к аппаратам, но, к сожалению, он скончался, когда мы прострелили в нем множество дырок".


"Я понимаю. И информация о вилле была полезной?"


"Привел нас на Корсику, так что да - очень полезно".


"А Корсика?"


"GCHQ подключил спутниковый телефон, и это привело меня к его тете и дяде, он навестил их. Может быть, получу там дополнительную информацию. Здесь, в Тулоне, мы изучили записи камер видеонаблюдения, получили седан и регистрацию транспортного средства, передали это в полицию. Следующий ход - Лион, телефонный удар."


"Итак, он направляется на север, в сторону Парижа. Это вызывает беспокойство."


"Если он увидит препятствие на дороге, он просто откроет банки и покончит с этим. Как бы это ни обернулось ... это плохо кончится."


"Что ж, надеюсь, вы не подвергнетесь никакой критике, иначе французская общественность спросит, почему вам удалось сделать то, чего до сих пор не удалось всей их полиции".


"Это есть, да. Пожалуйста, проверьте еще раз, как я доберусь до Лиона на рассвете."


"Займись этим сейчас".


Звонок прерван, он зазвонил сразу. "Уилко".


"Это Макс, где ты, черт возьми?"


"Ах... у нас появилась зацепка, и поэтому нам пришлось улететь и попытаться проследить за зацепкой. Мы во Франции."


"Франция! Я пролетел над Францией до гребаной Западной Сахары! И они не пускают меня на эту базу."


"Я позвоню им сейчас. Смотрите, сфотографируйте SAS, базу, но пока придержите фотографии, если не хотите опубликовать историю в духе того, как SAS выслеживает отравителей в Западной Африке."


"Ну, могло бы подойти, да. Что ты задумал?"


"Ты не должен ... скажи еще, пойми!"


"Хорошо, не снимай трусики. Так почему ты во Франции?"


"У алжирцев есть полтонны нового смертельного яда, которого раньше не видели, и они надеются сбросить его в водопровод в Париже или каком-нибудь другом французском городе".


"Кровавый... ад. Была бы паника!"


"Вот почему ты будешь держать это в секрете, и я серьезно, пока даже не разговаривай со своим редактором. Если это просочится, мы все окажемся в дерьме."


"Потом я получу эксклюзив?"


"Конечно, ты наш человек".


"Должен ли я попасть во Францию?"


"Конечно, только не пей эту гребаную воду. Отправляйся в Париж, ты можешь быть там, когда начнется паника. Держите в своем гостиничном номере немного воды в бутылках."


"Господи, это серьезно".


"Да, так что пока держи это в секрете".


Я позаботился о том, чтобы каждый из парней принял теплый душ и получил дополнительные бутерброды, и когда мы расположились, нас потревожило прибытие French Echo, все в форме, с ними DGSE. Мы объяснили ранний отъезд большим нытьем, и я сказал им умыться и лечь спать в 10 вечера. Несколько человек были с нами, остальные внизу.


Я спросил сотрудника DGSE о GIGN.


"В Париже четыре небольшие группы, вертолеты наготове. Они защищают Париж."


"У вас есть команда, чтобы разобраться с химикатами?"


"Да, они сидят рядом с вертолетами, к югу от Парижа".


"Пусть завтра их команда отправится в Лион, на всякий случай".


"Будет нелегко, правительство беспокоится о Париже", - сказал он с хмурым видом.


"Попробуй и достань их", - настаивал я. "Возможно, целью был не Париж".


Я получил звонок от сестренки, когда скользил в теплую и уютную постель, и наша поездка должна была стартовать в 5.45 утра. Я попросил включить будильник в 5 утра и лег на спину.


В 4 утра я проснулся, в комнате было темно и тихо. Я тихо оделся, никого не потревожив, Риццо тихо похрапывал. Сходив в туалет, я быстро вымыл подмышки остатками шампуня и на цыпочках вышел наружу, где меня ждало холодное утро и джип военной полиции, двое вооруженных мужчин с опаской смотрели на меня.


"Говоришь по-английски?"


Они покачали головами.


"Кофе?"


Они указали на здание с включенными огнями, и я побрел туда, застегивая воротник. Внутри я обнаружил одного из сотрудников DGSE, который в одиночестве сидел за умным ноутбуком. Он кивнул мне и выдавил слабую улыбку, прежде чем я взяла себе кофе и пирожное.


Я сидел с ним. "Есть что-нибудь новое?"


"Много информации с Корсики, вся семья Седан под вопросом, есть места для квартир и домов в Париже. Сейчас на них совершается набег GIGN."


"Если они совершат набег на нужный дом... все СУЩЕСТВА будут убиты, химикат высвобожден", - твердо подчеркнул я.


Мужчина пожал плечами. "Париж хочет действия".


Я достал свой телефон и набрал SIS, находясь под пристальным наблюдением.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко во Франции. Отправьте записку от меня руководителю оперативного отдела DGSE во Франции. Сообщение гласит: любой силовой налет на дом или квартиру с Седаном внутри приведет к тому, что он выпустит химикат, МУЖЧИНА убит, полиция снаружи вся убита, соседи убиты. Требуется скрытность и использование снайперов, иначе рабочие места будут потеряны, а карьера закончена."


"Ты хочешь, чтобы там была последняя часть?"


"Да. Отправьте это прямо сейчас."


"Ранним утром удар по яйцам, эх".


Отложив телефон, усталый сотрудник DGSE сказал: "Ты можешь сказать это ... Меня бы застрелили, повесили, а затем отправили на Эльбу!"


"Elba? Ах, где держали Наполеона. Говорят, это хороший остров."


"Не так уж много пива и девочек, эх".


"Были ли какие-нибудь звонки с таксофона на Корсике?"


Он, прищурившись, изучал свой экран. Мгновение, я действительно видел ... что-то. Вот, звонок в Бретань, из телефона-автомата. Ренн, марокканское кафе."


"Какая-то наемная прислуга, но далеко от Парижа. Если бы это был он."


Выпив пирожное и кофе, я пошел обратно сквозь холодный рассветный воздух, кивнув охране. Я лег полностью одетый, размышляя, и в 4.50 утра посмотрел на часы, вскоре пинал кровати, зажегся свет, парни ругались, Либан ругался - но по-французски. "Вставай, прими горячий душ, двигайся!" Я закричал.


Спустившись вниз, я включил свет и стукнул по столешнице. "Просыпайся, просыпайся, нужно делать свою работу".


Я оставил после себя много грубых французских слов, направленных в мою сторону. У джипа службы безопасности я сказал: "Кофе, солдат, много".


Им пришла в голову идея, и они уехали, вернувшись через десять минут с двумя большими зелеными банками обжигающе горячего кофе, один для нас наверху, только один пластиковый стаканчик и пакетик сахара. Кофе с сахаром в чашке, много сахара, я навещал каждого мужчину - некоторые еще в постели, каждый получил по глотку, когда я подтолкнул их приготовиться. Я открыл окна, чтобы впустить холодный воздух.


Одет, бутылки с водой допиты, кофе допит, я проверил мужчин, большинство сейчас в ботинках, джинсах, боевых куртках поверх рубашек - на кобурах пистолеты, под куртками только футболки. Этого должно было хватить, но мы выглядели как кучка смутьянов, которых наверняка остановила бы полиция на дороге, если бы не наши сопровождающие.


Внизу я нашел "Французское эхо" почти готовым, но все в форме, с ремнями и винтовками в руках. Это была их страна, поэтому меня не слишком беспокоило, как отреагирует местное французское население, увидев их.


Прибыли автобусы, чудо французской оперативности, и обе команды Echo сели на борт для короткой поездки на перрон, вниз и обратно рядом с нашим самолетом, теперь покрытым инеем и сверкающим. Роко нарисовал смайлик на крыле инея.


Комната была открыта, кофе был доступен, обогреватели включены, все набились внутрь на десять минут, прежде чем прибыла наземная команда, а вскоре и пилоты. Три самолета были проверены, двигатели запущены, длительный процесс в течение тридцати минут, пока нас не позвали вперед, освободив места.


"Вот так надо ходить на работу", - одобрил Роко, усаживаясь в плюшевое кресло.


Второй пилот закрыл дверь, видно, что были сняты подпорки, и мы медленно двинулись вперед, поворачивая налево, набирая скорость, джипы с оранжевыми мигалками сопровождали нас. Джипы подъехали и остановились, когда мы выехали на рулежную дорожку, вытянувшись бесконечными рядами синих и зеленых огней. Включилась мощность, и мы пронеслись по взлетно-посадочной полосе и взлетели, резкий правый поворот.


Час спустя мы приземлились на военном аэродроме к востоку от Лиона, приземление было плавным, и мы вырулили на море мигающих синих огней. Люди в оранжевых жилетах и с оранжевыми защитными щитками для ушей поставили отбойники, и дверь наконец открылась, холодный ветер приветствовал меня, когда я спустился.


Морану я сказал: "Принеси ящики из трюма, ремни и оружие только для четырех снайперов".


Французское Эхо подрулило к нам и остановилось, третий самолет коснулся земли. Когда французское Эхо садилось в автобус и выглядело так, словно они собирались начать войну, мы ждали DGSE.


Главные люди шагнули ко мне. "Каков твой план?"


Это было очень странно слышать, стоя на летном поле французской военной базы во Франции, в окружении французских солдат и французских чиновников.


"Мы отправляемся туда, где использовался телефон, осматриваемся, может быть, нам повезет - как на Корсике".


Он одобрительно кивнул, прежде чем мы все сели в автобусы, и вскоре мы выехали из ворот в составе колонны, совершив долгую сорокаминутную поездку в пригород Лиона, пока пассажиры направлялись на работу вокруг нас.


Прибыв на указанную улицу, я вывел Эхо из автобуса, жители выглядывали из окон, люди на тротуаре глазели на всю эту активность и мигающие синие огни.


"Поблизости есть три отеля, так что, возможно, они остановились в одном", - сказал я руководителю команды DGSE, когда "Французское эхо" начало пугать женщин и детей. Я указал. "Этот самый близкий, поэтому мы начнем оттуда".


Всей группой мы направились к нему, четырехэтажному старинному зданию с кафе на первом этаже. Вверх по ступенькам, через дверь, и те, кто был в вестибюле, замерли при виде нас. Я положил свою ксерокопию "Седана" на стол администратора, нажал на медный звонок - вызвав недоуменный и раздраженный взгляд элегантно одетого старика, стоявшего прямо за ним, - и попросил Генри перевести.


"Я говорю по-английски", - предложил мужчина. "И, пожалуйста, не нажимай на чертов звонок".


"Этот человек был здесь?" Несколько дней назад?"


Мужчина взглянул на картинку. "Да, с шестью другими, четыре комнаты".


Трое арабов в костюмах вышли из зала для завтраков, мой пистолет был наготове, когда поднялись крики, вскоре десять пистолетов были направлены на мужчин.


Я спросил по-арабски: "Откуда ты?"


"Алжир", - ответили они, подняв руки.


Я показал им изображение Седана. "Ты его знаешь?"


"Он был здесь два дня назад, алжирец - мы знали его акцент, но он был груб и игнорировал нас, не хотел с нами разговаривать".


"Прошу прощения, но вы все сейчас задержаны как свидетели". Я обратился к DGSE. "Задержите их как свидетелей!"


На несчастных алжирцев, оказавшихся не в том отеле не в то время, надели наручники и увели.


Я вернулся к человеку, который мне помогал, и он оказался менеджером. Теперь потрясенный и встревоженный менеджер. "У тех шестерых мужчин были тяжелые сумки?"


"Да, большой и тяжелый".


"В них была взрывчатка", - солгал я.


"Что!" Краска покинула его лицо.


"Эвакуируйте отель! Сейчас! Ты остаешься." Я обратился к DGSE. "Вызовите полицию снаружи, чтобы эвакуировать этот отель, комнату за комнатой, перекройте близлежащие улицы и вызовите команду химиков из Парижа!"


Раздавались панические приказы, жители отеля были подавлены.


Я вышел наружу, на холод, через столпотворение, повсюду вспыхивали синие огни. "Французское эхо", внутри, обыщите каждую комнату, начните сверху и двигайтесь вниз, эвакуируйте отель! Шевелись!"


Они побежали гуськом, держа в руках винтовки Valmet, и вверх по лестнице, сопровождаемые полицейскими в форме, доставляющими неудобства постояльцам отеля, вытолкнутым на холод.


Вернувшись в дом, я подошел к менеджеру, который стоял, бледный и испуганный. "Они делали какие-нибудь звонки из комнат?"


"Мгновение". Он проверил свой компьютер, распечатанный и переданный перепуганной женщиной лист.


Я изучал ее с Генри. "Это алжирские цифры", - отметил я. "Один из них местный", - указал Генри.


Я передал лист менеджеру. "Позвони по этому номеру, скажи, что это этот отель, позвони ожидающему, по-французски".


"Я знаю этот номер". Он указал поверх моей головы. "Китайский ресторан, через улицу, многие наши гости ходят туда. Несколько дней назад там была рождественская вечеринка нашего персонала." Он пожал плечами и скорчил гримасу. "Хорошая еда".


"Нет, они заказывают еду на вынос", - со вздохом сказал Либан.


Я указываю пальцем на время: 11.25 утра. "Только не в 11 утра, они этого не делают. Какой сегодня день?"


"Понедельник".


Я столкнулся с менеджером. "Люди заказывают столики в этом заведении?"


"Только для групповых бронирований вы не можете зарезервировать столик, но он никогда не бывает занят. Теперь она закрыта до Нового года."


"Закрыто ... с каких пор?"


"Я думаю, несколько дней".


"На меня!" Я позвал и выбежал через двери, грубо расталкивая гостей. Выйдя на улицу, я собрал остатки "Британского эха" и побежал через дорогу вниз по боковой улице, полиция следовала за нами.


"Вот так!" Крикнул Генри, китайский ресторан с красной фацией, единственный. Мы побежали к этому. Внутри я увидел мужчину и женщину, которые убирались, свет был выключен, на стеклянной двери висела табличка "ЗАКРЫТО". Достав пистолет, я выпустил три пули в стекло, разбив его, когда вбегал внутрь.


Женщина выглядела испуганной и перестала чистить крышку бара, мужчина отошел в сторону. Я убрал изображение Седана. "Ты его знаешь?"


По ее реакции я мог сказать, что да, но она покачала головой. Я потянулся и схватил ее за руку, пистолетом вниз, и взялся за палец, загибая его назад и ломая с громким пронзительным криком. "Что ты знаешь? Ты отправишься в тюрьму на всю оставшуюся жизнь!"


Генри прокричал перевод, раздались рыдания, голова затряслась, так что я сломала второй палец под пронзительные крики.


Либан выстрелил в ряд бутылок и накричал на даму, когда я сломал третий палец.


"В задней части магазина. Коробки", - кричала она сквозь слезы.


Я поднял ее над перекладиной, с глухим стуком бросил лицом вниз и оттащил в тыл, Анри пнул ее товарища по яйцам. Я провел ее через пластиковые половинки дверей, покрытые китайскими надписями, вскоре в кладовую. Она указала на большую коробку на тележке, прочную пластиковую коробку.


Я застыл. "Дерьмо".


Анри бросил на меня испуганный взгляд, Либан сглотнул.


Я тряс леди, как тряпичную куклу. "Что ты должен был сделать с коробкой?"


"Завтра мы отправляемся в Париж".


"Почему завтра?" Я спросил.


"Рождество", - отметил Генри.


"Все вон!" - Крикнул я, проталкивая леди через пластик. "Все наружу".


Убрав пистолет, я передал ее офицеру в форме, китайца выволокли наружу - и немного пнули.


Выйдя на улицу, я обнаружил, что DGSE бежит ко мне. Химикаты внутри, на складе. Покинуть это место, пятьсот ярдов! Вызовите специальное химическое подразделение из Парижа! И быстро!"


Они взялись за свои телефоны, улица полна вооруженных людей и офицеров, мои снайперы наготове. Я повел свою команду обратно к отелю, желая оказаться подальше от яда.


Анри сказал: "Они просят кого-нибудь отвезти яд в Париж, кого-нибудь не арабского, и тогда он оказывается у них в Париже".


Я кивнул, пока мы шли, холодный ветер обдувал наши лица, и мы нашли Ханта и главного инспектора DGSE возле отеля. "Яд в китайском ресторане, люди оттуда заплатили, чтобы доставить его в Париж".


"Хорошая уловка", - отметил сотрудник DGSE. "Мы ищем арабов".


"Это все из-за яда?" - Спросил Хант.


"Нет", - сказал я ему. "Судя по описанию, которое я получил в Марокко, может быть, треть или меньше".


"Они звонили из своей комнаты, так что не самая умная компания", - отметил Хант.


"Они не обученные шпионы", - подчеркнул я. "Но они начинают думать, хорошая идея с китайцами. И кто бы отследил звонок в китайский ресторан?"


"Мы отстаем от них всего на день или около того", - отметил Хант. "Итак, что дальше?"


"Мы ждем, чтобы увидеть, что говорит разведка, что китайцы говорят о месте высадки". Я поднял палец, повернулся и увидел, как китайца ведут в фургон. Я подбежал к нему, оттолкнул полицию и сел рядом с плачущей женщиной. "Ты говоришь, мы заключаем сделку, тебя не повесят. Понимаешь?"


Она кивнула, всхлипывая.


"Где была высадка?"


"Записано в кассе на синей бумаге. Рождество, 16:00. Гараж. Мы покидаем ван."


"Какой фургон?"


"На улице".


"Где ключи?"


"В кассе наличными".


"Хорошо, спасибо, сучка". Я ударил ее кулаком в ответ, когда уходил, полицейские в форме стояли у дверей, шокированные моим поступком, но я был холоден и взбешен. Я подошел к DGSE и встал рядом с Хантом. "Найдите действующих китайских полицейских, мужчину и женщину, и соберите команду внутри китайского фургона - завтра отвезите его в Париж. Адрес на синей бумаге в кассе, ключи в кассе."


Несколько сотрудников DGSE побежали обратно в ресторан, когда шеф сделал звонок.


"Расставил ловушку", - отметил Моран. "Следопыт в фургоне"?


"Или просто схвати пикапера и пытай ублюдка", - предложил я, прежде чем привести "Бритиш Эхо" обратно в отель. Узнав номера комнат, в которых останавливались алжирцы, плюс ключи, я отправил парней на поиски - тщательно, снайперам пока оставаться в вестибюле, поскольку перепуганные постояльцы продолжали стекаться по лестнице и выходить из отеля.


Я позвонил Тинкеру и сообщил ему последние новости, а затем Дэвиду Финчу. Когда все постояльцы отеля разошлись, я сел в опустевшем кафе и налил себе кофе с пирожным, Хант присоединился ко мне, когда мы садились.


Десять минут спустя Дэвид Финч снова включился. Он начал: "Французы счастливы, что вы нашли химикаты, хотя и крайне огорчены тем, что теперь мы знаем, что целью является Париж и что там еще больше химикатов. И это канун Рождества!"


"Они воспользовались Рождеством, чтобы проникнуть в Париж, хорошая тактика".


"Рождество в Париже будет тихим, но там будут большие сборища, а шопинг в День Подарков будет маниакальным. Французы думают о трехдневном комендантском часе, закрытых магазинах, но это вызвало бы панику. Сегодня они собираются объявить предупреждение об угрозе взрыва, все полицейские вылеты отменены, армия наготове под Парижем."


У нас есть зацепка по одному месту в Ренне, так что можно попробовать это. Нам нет смысла ехать в Париж, пока у нас не будет надежной зацепки, GIGN там."


"Я видел записку, которую ты отправил, и теперь они очень обеспокоены стрельбой в Седане. Они поняли сообщение громко и ясно благодаря твоему тонкому тону."


Я улыбнулся. "Им нужна была проверка реальностью".


По телефону я столкнулся с Хантом. "Если те химикаты в китайском ресторане являются частью груза, тогда... возможно, у них есть та же идея с другими людьми - заставить их внедрить ее. Мы могли бы рассмотреть две или три другие группы, которые будут водить фургоны, и ни одна из них не будет арабской."


"Иголка в стоге сена", - сказал он со вздохом.


"У нас есть одна игла, и это Ренн. Если мы найдем водителя, тогда... там меньше химии."


"Мы отправляемся туда, оставляем Париж напоследок", - сказал он, пожимая плечами.


Анри и Либан пришли и сели, взяв кофе.


"Отель сейчас пуст", - отметил Генри.


Вошел Риццо. "Проверил те комнаты. Багаж от вновь прибывших, к черту все остальное, никаких бомб или вообще ничего."


Я помахал директору DGSE, когда увидел его в вестибюле. "Мы отправимся в Ренн, пойдем по следу, оставим Париж на произвол судьбы".


Он кивнул. "Пять тысяч солдат мобилизованы и направляются в Париж".


Вертолет Puma с шумом приземлился на маленькой площади снаружи, окна кафе зазвенели, люди в желтых скафандрах спустились вниз.


"Это разорвано, пресса узнает, что это яд", - сказал я.


"Мы отдали распоряжения прессе", - сообщил мне наш сотрудник DGSE. "Чрезвычайные полномочия".


Я встал. "Следующая остановка, Ренн". Генри я сказал: "Укради для нас немного этого торта".


Я собрал "Британское эхо", подсчет численности завершен, майор Либан пересчитал своих людей по головам, прежде чем мы быстро направились обратно к вагонам, многие обеспокоенные лица выглядывали из ближайших окон. Оказавшись на борту, наш конвой преодолел несколько полицейских блокпостов на дороге, направляясь на восток к аэродрому, чем доставил неудобства пассажирам утренних рейсов.


Потребовалось сорок минут, чтобы вернуться, затем тридцать минут сидения в комнате, прежде чем холодные самолеты и холодные пилоты были готовы, а места вновь заняли команды. Мы взлетели, когда начался дождь, день потемнел, и наш маленький самолет какое-то время сильно трясло, обеспокоенные парни, которые никогда не были так уверены во французской авиации.


Чуть более часа спустя мы приземлились в международном аэропорту Ренна, к юго-западу от города, большом современном аэропорту, и, выруливая на остановку, увидели еще одно море мигающих синих огней. Тормоза сработали, амортизаторы на месте, дверь открыта, и холодный ветер ворвался в салон. Надев куртки, потирая руки, мы пять минут стояли снаружи, пока не прибыли автобусы.


Главный сотрудник DGSE принял вызов, приближаясь после звонка, когда я стоял с Мораном, Либаном и Хантом. "Команда по опасным материалам, они перевозят химикат из Лиона на вертолете в карьер и закапывают его в двухметровый слой бетона".


Я обменялся взглядом с остальными. "Один из способов справиться с этим".


"Будет ли утечка информации с годами?" Моран задумался.


"Нет, он разлагается, так сказал человек из Портон-Дауна. Тем не менее, этому бетону потребуется тысяча лет, чтобы разрушиться."


Погрузившись в автобусы, мы отправляемся в путь, полчаса езды до пригорода привлекательного французского города, остановка на боковой улочке. Спустившись с автобуса, я подождал людей из DGSE, попросив своих снайперов пока оставаться в автобусе. Но, увидев, как французское Эхо пугает местных, я отправил своих снайперов с нами.


За углом мы нашли арабское кафе, мужчины сидели снаружи, несмотря на температуру воздуха. Внутри я разглядела испуганные лица и сосредоточилась на испуганном владельце.


Я поднял смятую фотографию Седана. По-арабски я начал: "Этот человек подсыпал яд в алжирский самолет, который потерпел крушение в Марракеше, погибли алжирцы. Вы считаете его героем?"


"Герой? Нет!"


"Вчера он был здесь со своими людьми", - догадался я.


"Я не видел этого человека".


Я громко объявил: "Каждый человек здесь будет допрошен в течение семи дней. Если только кто-нибудь не сможет рассказать мне о грузовике или фургоне, который можно нанять для поездки в Париж завтра."


"У меня есть фургон, я нанял его, чтобы завтра поехать в Париж, мой племянник поедет пораньше", - вызвался пожилой мужчина, когда полицейские в форме выстроились вдоль тротуара снаружи.


"Кто его нанял?"


"Алжирские мужчины, да".


"Ваш племянник берется за незаконную работу?"


Старик пожал плечами. "Некоторые вещи, которые лучше не афишировать, но никаких наркотиков или оружия".


"Что он принимает?"


"Срок годности сыра истек, на нем нет этикеток или документов".


"Где я могу его найти?"


"За углом", - указал он. "Дальше по улице, направо, синий фургон у дома. Двенадцатая квартира."


Я увидел человека с мобильным телефоном под столом, мой пистолет в руке, другой пистолет вытащен. Я ворвался, получил удар по голове, телефон отобрали, мужчину тащил Анри. "Какая связь между этим человеком и вашим племянником?"


"Он не здешний, он водитель, иногда навещает", - объяснил старик, глядя широко раскрытыми глазами на мужчину, когда Генри пнул нашу жертву, прежде чем обыскать его, приставив пистолет к горлу мужчины.


Я записал номер, который был введен и по которому еще не звонили, написав на верхней панели. Я позвонил Тинкер с мобильного подозреваемого, находясь под наблюдением обеспокоенных лиц. "Это Уилко, отследи номер этого мобильного, сообщи в Париж, высший приоритет".


Вспомнив последние номера, по которым звонили или которые получили, я записал их, но когда люди начали перешептываться, я сказал, что следующий, кто произнесет хоть слово, будет застрелен. Они затыкаются, полицейские лица заглядывают снаружи, те, кто внутри, в ужасе.


Главный специалист DGSE появился рядом со мной, когда я записывал цифры. Когда закончил, я передал страницу ему. "Высший приоритет". Он вышел наружу.


Я направил пистолет на старика. "Вы идете с нами, остальным нужно ответить на несколько вопросов, ночь в камере". Снаружи я сказал второму сотруднику DGSE допросить всех здесь. Он позвонил в фургоны, когда я вел старика по улице, на нем была застегнутая куртка и надета шляпа для тепла.


Дойдя до угла, я увидел синий фургон. "Снайперы!"


Они бросились вперед, женщины хватали детей и в панике убегали.


"Прячьтесь за машинами, следите за тем зданием напротив". Я столкнулся лицом к лицу со стариком. "Какой этаж?"


"Третий этаж", - сказал он, указывая.


Я осмотрел здание, и на балконы было достаточно легко взобраться. "Свифти, Моран, поднимитесь снаружи вон того здания, на третий этаж". Они перебежали дорогу. "Рокко, Риццо, растяжка, Слайдер, противодействующий вход, когда Свифти и Моран на месте. Саша, держи эту улицу."


Я повел старика через улицу, и если бы кто-нибудь в квартире смотрел в окно, они бы нас увидели. У главной двери я попросил старика нажать на звонок, парни прижались к стенам. "Скажи ему, что у его фургона спустило колесо".


"Алло?" прозвучало на арабском.


"Моша, это Дав. У вашего фургона спустило колесо."


"Да? Хорошо, я спускаюсь."


Я спрятался, но любой быстрый взгляд на улицу был бы проблемой. Лица выглядывали из близлежащих квартир. Дверь, наконец, открылась, и я ворвался внутрь, нацелив пистолет, прижавшись плечом к двери, схватившись за горло, тощий молодой человек сильно повалился на тротуар, вскоре получив коленом в спину. Я повернул голову к ребятам. "Заходи внутрь, квартира двенадцать".


Тяжелые шаги эхом отдавались вокруг меня, когда я причинил Моше сильную боль. "Ты уже взял сыр?"


"Да, это в фургоне", - процедил он, сплевывая кровь на тротуар.


"Это не сыр, идиот, это нервно-паралитический газ, которого достаточно, чтобы убить всех в этом городе, и это означает, что ты умрешь в тюрьме стариком".


"Я не знал", - взмолился он и начал плакать, когда я поднял его.


"Ключи от фургона?"


Он нащупал их в кармане, чтобы достать. Подняв глаза, я теперь мог видеть множество приближающихся офицеров в форме. Повернувшись к Либану, я отдал ему ключи. "Выезжайте на фургоне из города, медленно, с открытыми окнами, в какое-нибудь изолированное место, оставьте его".


Либан сглотнул, обменялся взглядом с Анри и отпер дверь. Сев внутри, он оглянулся через плечо и опустил окна. Анри крикнул полицейским в форме, требуя сопровождения, и через минуту машина с визгом остановилась, Либан вскоре последовал за ней - но медленно, за ней три полицейские машины, пока команда DGSE бежала ко мне.


Я крикнул: "Пусть команда химиков следует за тем фургоном!" и повернулся к моему пленнику, его лицо было окровавлено от удара об асфальт. На арабском я сказал: "Ты можешь говорить со мной, или я позабочусь о том, чтобы они никогда не нашли части твоего тела. Как они узнали, что нужно связаться с вами?"


"Мой дядя, он связался со мной", - вырвалось у перепуганного молодого человека, который теперь дрожал от холода. На нем была только футболка сверху.


"Тебе знакомо это имя, Седан?"


"Я слышал это раньше, богатый человек, работает в крупной корпорации к югу от Парижа - я спросил о работе водителя там".


"У вас репутация водителя нелегальных автомобилей?"


"Нет, но я и раньше водил кое-что, например, нелицензионные фейерверки".


"Куда ты должен был отвести фургон?"


"Rue de Gul, off Rue de Pasteur. Я должен был оставить фургон с ключами в нем завтра в 6 вечера."


"Я все это понял", - сказал мне сотрудник DGSE по-арабски.


"Возьми фургон, подобный этому, с людьми внутри". Он кивнул. "Парень больше ничего не будет знать. Возьми его."


Офицеры в форме схватили мужчину и надели на него наручники, когда Свифти выводил плачущую девочку-подростка и женщину средних лет.


"Возьми их в плен!" Я кричал на полицию.


Моран вышел. "Там нет больших канистр, ребята сейчас ищут".


"Пустая трата времени, сходи за ними, пожалуйста".


Моран вбежал обратно.


Человек из DGSE, который говорил по-арабски, спросил по-арабски: "Сколько там еще?"


"Трудно сказать. Насколько удачливым ты себя чувствуешь?"


Он приподнял брови.


Я позвонил Тинкеру и сообщил ему последние новости, пока стоял на холодном ветру, вскоре перейдя к Дэвиду. Когда вся команда была в сборе, подсчет персонала закончен, я указал им на тренеров, но чего я хотел, так это операционной базы, где можно было бы задержаться на день. DGSE указал армейскую базу на северо-востоке, поэтому мы направились туда, в пятнадцати минутах езды, удивив охрану на воротах, когда мы прибыли.


Была найдена комната, хижины, столовая, и ребята получили горячую еду, которую так ценят. Я только сел, когда услышал низкий рев вертолетов, по крайней мере четырех.


Генри выглянул в окно и вернулся к своей еде. "Начало".


Мужчины в черной компьютерной форме вошли через пять минут, пистолеты на бедрах, седовласый мужчина подошел посидеть с нами.


"Я говорю по-английски", - начал он, мужчина с жестким и измученным обветренным лицом. "Командир Дюбонэ, ДЖИН".


"Зачем приходить сюда, мы нашли яд?"


"Министр внутренних дел сказал мне... на это я отвечаю тебе сегодня", - закончил он, как будто произнося эти слова с неохотой.


"Я всего лишь капитан, поэтому не буду отдавать вам никаких приказов, но могу вежливо попросить вас о помощи. Передай соль."


Те, кто был в пределах слышимости, засмеялись, когда мужчина поднял соль и положил ее рядом со мной.


"Отличный прогресс в англо-французских отношениях", - похвалил я.


Вмешался Либан.


Я повернула к нему голову. "Ты в порядке?"


"Думаю, мне нужно новое нижнее белье". Он сел. "Дюбонэ", - отметил он. "Что за... итак, ты здесь."


Генри рассмеялся, когда я продолжила есть.


Я сказал майору Либану: "Коммандер Дюбонэ здесь, чтобы помочь нам".


"Ах, тогда мы учимся у профессионалов, нет".


Дюбонэ проигнорировал Либана. "Сколько там еще яда?"


Я прожевал свою еду. "Человек в Марокко, которого мы допрашивали, сказал, что в стеклянном ящике было несколько бочек. Этот чемодан был достаточно мал, чтобы его поместили в фургон с Корсики и несли шестеро мужчин, так что... Я говорю, что у нас уже есть половина или меньше. Начиная с сегодняшней полуночи, вы должны останавливать каждый фургон и фуру, въезжающие в Париж. И не ищите арабов, они заплатили китайской паре, чтобы та подвезла немного."


"Вокруг Парижа тысячи солдат, вся полиция на дежурстве, мы можем завтра оцепить Париж и ввести комендантский час".


Я вздохнул. "Что будет потом... когда они видят твое стальное кольцо, это значит, что они открывают яд в городе, десять тысяч убитых. Ваша единственная надежда в том, что остальные химикаты уже находятся у водителей, а не у алжирцев. Водители не открывают контейнеры. И Седан не узнает до завтрашнего полудня о перехвате фургонов."


"Сколько еще фургонов?"


"Я говорю два. Приближаемся к Парижу с юга и запада, потому что химикаты, вероятно, уже были переданы водителям где-то по пути из Тулона сюда."


"Стальное кольцо-, как вы говорите, найдет эти фургоны, водители которых не подозревают о том, что у них есть".


Я кивнул. "Будем надеяться на это".


Вошел главный сотрудник DGSE, тепло закутанный, кивнув командиру GIGN. Он сообщил мне: "У нас есть номера мобильных телефонов. Есть несколько, которые могут представлять интерес."


"Можете ли вы достать нам несколько машин без опознавательных знаков?" Если мы хотим поймать Седана, нам нужно подкрадываться к нему небольшими группами."


"Я сейчас организую машины, или мы просто наймем несколько". Он вышел. Я повернулся к Либану. "В каждой машине один из ваших за рулем, трое моих сзади". Я повернулся к Генри. "Вы с Жаком водите по одному".


Генри кивнул. "Эти люди, ты думаешь, они где-то поблизости отсюда?"


"Может быть, потому что я думаю, что это была последняя остановка. Дальше просто океан." Я столкнулся с нашим командиром GIGN. "Если ты останешься со своими людьми, с вертолетами, ты сможешь быстро присоединиться к нам, если мы что-нибудь найдем. Дай мне свой номер телефона."


Он записал это для меня. Я убедился, что у Либана и Анри есть копии.


"Мы ждем?" - Спросил Дюбонэ.


"Мы ждем какой-нибудь информации от британской или французской разведки, затем мы уходим. У нас есть номера мобильных телефонов человека, который, я думаю, был замешан в этом, так что DGSE может узнать местоположение того, кому он звонил, и скоро."


Дюбонэ со своими людьми раздобыл немного еды, пока мы ждали, фляга была полна.


Полчаса спустя прибыл и наш транспорт, дюжина заправленных седанов Audi, готовых к отправке, четыре мини-вэна с тонированными стеклами. Столовая стала центром управления, ребята из DGSE принимали звонки и совершали обзвоны, изучали портативные компьютеры. По крайней мере, пока мы ждали, еда была вкусной, теплый яблочный пирог и холодное мороженое очень понравились - они заняли несколько секунд.


Когда зазвонил мой телефон, многие лица повернулись ко мне. "Уилко".


"Это Тинкер. Мы получили сообщение по этому спутниковому телефону, но это было в 2 часа ночи сегодня. Есть бумага и ручка?"


Я подготовил свой блокнот. "Хорошо, продолжай". Он дал мне координаты и название деревни. "Спасибо". Положив трубку, я обратился к ребятам из DGSE. "У вас есть карта этого района?"


Они нашли одного в кабинете администратора здесь, на базе, вернувшегося ко мне через десять минут.


Я разложил это на столе и нашел местоположение по координатам. Это была просто дорога, к северо-востоку от нас. Майору Либану я сказал: "Возьмите свою команду на машинах и фургонах, по этой дороге, поверните направо на перекрестке, осмотритесь в поисках чего-нибудь неуместного, что-нибудь может прийти в голову. На перекрестке я пойду налево. Пусть кто-нибудь из ваших людей отправится в эту деревню и осмотрится, расспросит об арабах."


"Что-то?" - спросил DGSE.


"Набрал номер телефона к северо-востоку отсюда, но это всего лишь дорога; они звонили из машины. Мы осмотримся и зададим вопросы, вернемся сюда через час и подождем чего-нибудь серьезного."


Они кивнули, уткнувшись носами в свои ноутбуки. Увидев, что мои четыре снайпера сидят со своими винтовками, я велел им подождать здесь.


Снаружи Анри и Жак схватили Ауди, двое людей Либана в форме схватили еще двоих, и мы сели на них. Я был с Генри, Свифти и Мораном на заднем сиденье. Позади нас я мог видеть Либана, Жака за рулем, Рокко и Слайдера сзади. Я помахал им рукой, когда мы развернулись, направляясь к воротам, колонной из четырех машин.


Пока я читал карту, мы обогнули Ренн с севера и через двадцать минут выехали на указанную дорогу, вскоре направляясь на северо-восток. Я смотрел в окно, пока мы продвигались, заметил мотель, возможно, чтобы заглянуть на обратном пути.


Мы проезжали мимо безобидных фабрик, домов, ферм, не видели арабов с опасными химикатами, и достигли заданных координат, притормозив на обочине дороги, вокруг нас были только фермы, местность плоская. Я вышел и выпрямился во весь рост, обозревая поля, трактор и далекие леса, другие выходили из своих машин.


Услышав ровный гул, я огляделся и, наконец, увидел легкий самолет, садящийся за деревьями. Нанесите на карту, вот он, небольшой аэродром в нескольких милях к северо-востоку отсюда.


Я махнул парням, чтобы они возвращались в свои машины, и сел сам. "К северо-востоку есть аэродром, так что, возможно, Седан улетел с чемоданом, полным наличных, потому что я не думаю, что он планирует стать мучеником".


" Тьфу! " выдохнул Генри. "Он платит другим за выполнение его грязной работы, он не боец, этот человек".


Мы тронулись с места, и я направил Генри налево на следующем перекрестке, проверив, что позади нас все еще три машины. Проехав милю, я увидел заходящую на посадку "Сессну", и мы снова повернули налево, следуя небольшим указателям аэродрома, и вскоре сквозь деревья мелькнул оранжевый ветрозащитный щит, взлетно-посадочная полоса, ангары по другую сторону взлетно-посадочной полосы, несколько легких самолетов, разбросанных вокруг.


"Остановись!" Я закричал, и Анри ударил по тормозам, парни сзади были почти впереди - и жаловались. Я выглянул из окна Генри на вывеску. "Здесь вывеска для компании, и это одна из компаний Хаммада!"


"Это на аэродроме", - отметил Генри.


Я махнул Генри рукой, чтобы он ехал дальше, вдоль края летного поля, но когда мы проезжали сквозь густые деревья, я велел ему остановиться на обочине дороги. Я выскочил, перепрыгнул через низкий забор и побежал, мужчины за мной. На опушке леса я опустился на колени, мгновение спустя там появились Свифти и Моран.


"Маленькая фабрика", - отметил Моран.


Мы вглядывались через четыреста ярдов полей в угол летного поля, но не заметили никакого движения.


"Вот так", - сказал Свифти. "Это алжирец?"


"Да", - сказал я, увидев мужчину в элегантном костюме, но, очевидно, гражданина Магриба. Он проверил машину, соблюдая осторожность.


"Мы не можем пойти на охоту", - предупредил Моран. "Возможно, у них есть кое-что из этого дерьма с собой. И их шестеро или больше, вероятно, вооруженных."


"Мы зайдем им за спину", - сказал я, вставая. "Назад к машинам!" Я крикнул, и мы побежали, перелезая через забор. Внутри, Генри ждал за рулем, я направил его дальше, но медленно, так как я позвонил сестре Лондон.


"Это Уилко, во Франции. Отследите эту позицию, это небольшой аэродром к северо-востоку от Ренна. Сообщите французам, что Седан здесь, оцепите территорию в миле отсюда, но не приближайтесь, никаких вертолетов. Я попытаюсь проникнуть тихо. Уилко на свободе."


Дорога была обсажена деревьями, так что это давало нам некоторое прикрытие от того, что нас заметили, когда мы ехали параллельно взлетно-посадочной полосе, мелькая за деревьями. Мы потеряли из виду заводские здания и, наконец, повернули налево, остановившись в нескольких сотнях ярдов по узкой дороге.


Притормозив, я выскочил, махнув всем рукой, чтобы выходили. "Постройтесь в линию, в ваших командах, в ваших парах!"


Увидев двух людей Либана в форме, я побежал обратно к ним, пока Саша готовил троих из своей команды, которые втиснулись на единственное заднее сиденье. "Какое оружие у тебя есть?"


"Валмет", - ответил первый мужчина, доставая винтовку из багажника. Патронташ на ремне, он приготовился, его коллега присоединился к нему.


"Держитесь позади меня", - сказал я им.


Я приказал командам перелезть через небольшой забор и укрыться за деревьями, выстроившись в линию: Саша и его команда слева от меня, Рокко, Риццо справа, Моран и Свифти справа, солдаты позади меня. Я махнул им рукой, проверяя свой пистолет, готовя запасной магазин, и я знал, что недавно сделал три выстрела.


Густые деревья уступили место кустарникам, а высокий забор увенчан колючей проволокой. Я опустился на колени, теперь благодарный за камуфляжную куртку. Все команды опустились на колени, и теперь я пожалел, что со мной нет моих снайперов.


По другую сторону забора тянулась сотня ярдов бетона, никакого укрытия, затем низкие одноэтажные здания и сараи. Я изучал окна, только один раз заметив движение, обычные рабочие, все на рождественских каникулах, без сомнения.


Взглянув направо, я увидел путь с лучшим укрытием, поэтому я двинулся, согнувшись вдвое, в ту сторону, команды следовали в линию. Дойдя до угла забора, я увидел, что в сараях не было окон.


"Поднимите забор", - прошептал я.


Моран и Свифти, Анри и Жак, вбежали внутрь и схватились за нижнюю часть проволочного заграждения, пока я прикрывал их, солдаты целились из винтовок Valmet в сараи. Забор поднят, я проскользнул под ним и побежал к сараю, вскоре моя спина прижалась к стене, когда все парни вошли внутрь, двое последних мужчин держали забор для Саши.


Двигаясь направо и вокруг части инсталляции, которую мы еще не видели, я обнаружил множество укрытий и несколько окон. В конце зданий я опустился на колени, и за углом здания теперь я мог видеть два черных BMW. Глядя в боковое окно одной машины, как в зеркало, я мог видеть третью машину.


Передо мной расстилался фартук, в сотне ярдов до первой холодной "Сессны", припаркованной там. За "Сессной" завелся двигатель.


Отступив назад, я посмотрела вверх, увидев, что мы можем забраться на плоскую крышу. Хлопнула дверца машины. Я бросился в угол и выглянул. Это был Седан, он стоял там, с ним было четверо мужчин, двое несли что-то похожее на складные автоматы ak47. Я подавал сигналы руками, которые могли видеть все команды.


Выглянув из-за стены, Седан и его люди все посмотрели вверх, когда взлетел самолет, бело-голубой "Чероки". Мое сердце пропустило удар, когда я узнала слово "Удачи".


"Моран", - прошипела я. "Беги назад, под забор, к дороге и дальше, посмотри, в каком направлении летит самолет. Вперед!"


Он бросился прочь с пистолетом в руке.


"Анри, позвони в Париж, скажи им, чтобы они остановили все легкие самолеты, приближающиеся к Парижу!"


Генри мог видеть мой взгляд, взгляд, который он вскоре перенял, когда достал свой телефон. Я махнул рукой командам Рокко и Риццо вперед. "Мы бросаемся на них. Приготовься. Бросок на двадцать ярдов."


Я встал, выглянул из-за стены - мужчины стояли, болтая, двери машины были открыты. "Сейчас!" - Прошептал я и побежал вдоль стены, согнувшись вдвое и приподнявшись, и побежал. Они увидели меня слишком поздно, мой пистолет был поднят, когда я притормозил, две пули попали в испуганный седан, отбросив его назад, по одной пуле на двоих вооруженных людей с ним.


Вокруг меня раздались трески, Седан снова врезался в машину, когда он съезжал с нее, вооруженные люди ударили несколько раз. Повернувшись налево, я увидел испуганного мужчину, выходящего из дверного проема, и выстрелил одновременно со Свифти, мужчина попал четыре раза.


"На меня!" Я закричал и побежал к двери, прямо по коридору с блестящим полом - мои ботинки отдавались эхом, мужчина выходил из комнаты - и ударил, он был так близко. Я резко остановился и развернулся, выпустив две пули, когда Свифти также всадил две пули в мужчину, мы оба меняем магазины. "Идите парами из комнаты в комнату!" Я закричал.


Свифти последовала за мной в первую комнату, обнаружила пустые столы, никто не прятался, из коридора доносились шаги. Вернувшись в коридор, команды пробегали мимо, мы присоединились к ним, пока все не разошлись по комнатам, и я вышиб дверь, вскоре оказался внутри и опустился на колени, держа пистолет на уровне. Это было ясно.


Четыре комнаты спустя, и мы нашли очень пустое здание.


Риццо прибежал. "Уилко!" - закричал он в панике. "Там двое мужчин в гребаных скафандрах с канистрами!"


"Покажи мне", - настаивала я, и мы побежали обратно по коридору. Риццо провел меня в комнату и подошел к окну. Сквозь жалюзи был промежуток в двадцать ярдов до другого здания, и в нем я мог видеть двух мужчин в полных химических костюмах в соседнем здании, переносящих трехлитровую канистру в контейнер побольше. "Черт..." Я обернулся. "Но они не слышали стрельбы".


Вставил Свифти: "Мы привлекаем французских специалистов".


Я кивнул. "Но если двое все еще живы, я хочу, чтобы они были живы, чтобы допросить их. На мне."


Выбежав из комнаты и налево, мы побежали к двери, через которую вошли, окровавленные тела все еще были там. "Обыщите машины!" Я закричал. "Карты, документы, телефоны. Возьмите их мобильные телефоны, возьмите спутниковый телефон Седана!"


Пока переворачивали машины и тела, я украдкой выглянул из-за угла здания. Я мог видеть окно, о котором идет речь, но не внутри под этим углом. Раздался тяжелый вздох, и я решил, что мне придется рискнуть. Один взгляд на Свифти, и мы бросились к двери. Обмен сигналами, и Свифти открыл мне дверь.


Я ворвался внутрь, выставив вперед пистолет, молодой человек в костюме шел ко мне, вскинув винтовку. Я целился ему в грудь, но затем попал в мягкое место. Бросившись на него, я сбил его с ног, отобрал у него винтовку и ударил коленом ему в пах, вызвав громкий стон. Опустив пистолет, я схватил его за запястье и выкручивал, пока он не закричал, затем сломал ему запястье.


Я начал по-арабски: "Каков был план здесь?" Есть ли химикаты где-нибудь еще или только здесь?"


"Сюда", - крикнул он. Я всадил пулю ему в колено.


"Скажи мне то, что я хочу знать, и ты получишь скорую помощь и больницу. В самолете, который взлетел, был яд?"


"Да..."


"Некоторых поведут китайцы, некоторых поведет алжирский мальчик из Ренна? Да?"


"Да ..." Он напрягся, чтобы высвободиться.


"Есть еще водители?"


"Нет..."


Я схватил его за оставшееся здоровым запястье и сильно вывернул. "Нужно отвезти всего две партии яда?"


" Да ... " выдавил он из себя.


Открылась дверь, и я увидел луч света. Свифти выстрелил прежде, чем я успел крикнуть ему, чтобы он этого не делал. Человек в желтом скафандре получил удар в грудь и упал на спину. Свифти вскочил и побежал, выбил дверь ногой, прозвучали два выстрела.


"Черт!" Он захлопнул дверь и опустился на колени, раздался взрыв. "У него была граната!"


Я вскочил и, перелезая через молодого человека, побежал к двери. Я открыл ее и обнаружил, что один космонавт лежит на спине, другой упал в кресло, окно выбито, из баллона выходит пар. Я хлопнул дверью. "Беги", - сказал я, подталкивая Свифти вперед. "Это протекает. Хватай его!"


Мы схватили раненого мужчину и подняли его, вытаскивая наружу, когда в дверном проеме показались лица.


"Убирайся!" Я закричал. Из-за двери я крикнул: "Все отойдите сейчас же, яд вытекает!"


Навстречу нам мчалась машина и с визгом остановилась, за рулем был Моран. Я помог Свифти перенести нашего раненого подозреваемого в кузов.


"В какую сторону дует ветер?" - Спросила я, выпрямляясь. Мы все повернулись к ветровому носку. " На запад, - сказал Свифти.


"Нам нужно держаться с подветренной стороны", - сказал я всем.


"С подветренной стороны?" Почему?" - Спросил Моран, выходя из машины.


"Чертовы химикаты внутри, и они протекают", - сказал я ему.


"По ту сторону тех деревьев - гребаный город", - крикнул Моран. "Я пробегал мимо и увидел это".


Я повернулся к Генри. "Вызовите сюда команду специалистов по химическим веществам! Быстро! И эвакуируйте этот район." Командам я сказал: "Двигайтесь на восток, над взлетно-посадочной полосой. Жак, иди скажи здешним пилотам, чтобы они эвакуировались, и объясни почему!"


Жак побежал к ангарам, остальные двинулись к взлетно-посадочной полосе лицом к холодному свежему ветру, Моран медленно повел машину в ту сторону. Мы шли за ним, оглядываясь назад.


Генри крикнул: "У команды химиков проблема с вертолетом, они садятся. Команда из Парижа - это один час!"


Я остановился. "Через час это дерьмо будет в городе, окно исчезло".


"О чем, черт возьми, ты думаешь?" Спросил Свифти, и не с его счастливым лицом.


"Нам нужно что-то сделать", - сказал я ему.


"Например, что, черт возьми! Мы не были бы в безопасности даже в костюме!"


Я посмотрел на здания и указал на здание, которое ремонтировалось. "Строительные материалы! Цемент!" Я сбежал.


- Цемент! - раздалось сзади, когда Свифти последовал за мной.


"В цементе есть известь, она нейтрализует химические яды!"


Я добрался до здания, отстрелил замок и ворвался внутрь. Мы нашли голые бетонные стены и полы, инструменты, оставленные для праздничных мероприятий, и шесть мешков цемента. Я разорвал одну из них, поднял и вылил ее на себя, задерживая дыхание.


Отложив сумку, я покачал лицом и потер руки. Наклонившись, я схватил полную сумку и выбежал обратно, грубо оттолкнув Генри плечом с дороги, когда я уходил, вонь цементного порошка ударила мне в ноздри и в горло.


Десять ярдов, и я прошел мимо пятна крови на полу к двери в конце коридора, затаив дыхание, повернул дверную ручку. Я, не раздумывая, разорвал пакет над канистрой, образовалось огромное облако серого цементного порошка, закрывшее канистру.


Вытряхнув пакет и создав облако серой пыли, которое окутало тело в кресле, я побежал назад, собираясь закрыть дверь, когда в меня врезался серый предмет, теперь мои глаза почти закрыты.


Проходя мимо меня, серый объект разорвал свою собственную сумку и высыпал содержимое, но по всей комнате, когда он пролетел. Я придержал дверь, когда он вышел вслед за мной. Я закрыл дверь, кашлял и отплевывался, вскоре раздался крик, и меня оттолкнули в сторону, дверь снова открылась, двое серых мужчин ворвались внутрь, комната теперь полна цементного порошка, видимость сведена к нулю.


Сумки разорваны и разбросаны повсюду, двое серых мужчин, спотыкаясь, направились ко мне, поэтому я схватил их и оттолкнул от себя, пока крошил цементный порошок. Дверь наконец закрылась, поэтому я крикнул им, чтобы они бежали, пока они разделывали свой завтрак.


Мы выбрались на дневной свет, все взлохмаченные, с едва функционирующими глазами.


"Помогите нам!" Я закричал. "Двигайся по ветру! Закрой глаза!"


Чья-то рука схватила меня и потащила прочь, и вскоре мы уже бежали.


"Чертов ад", - сказал Риццо. "Ты куришь серый гребаный цемент, как будто ты в огне".


Мы остановились, и кто-то врезался в меня. Я моргнул и открыл глаза. "Не смывайте воду с глаз!" Я снял куртку и задрал рубашку, вытирая лицо. Наклонившись, я взъерошил волосы, поднялось облако серой пыли, поблизости рубились люди, но мои глаза снова были в основном закрыты.


Снова вытирая лицо, теперь уже футболкой, я наконец смог открыть глаза и, приподнявшись, вдохнул долгожданный прохладный воздух. Я мог видеть Свифти, Генри и Морана, всех покрытых цементом.


"Что, черт возьми, все это значило?" Роко спросил меня.


В цементном порошке содержится известь, которая помогла бы нейтрализовать химическое вещество. В противном случае местный городок теряет своих жителей."


"Тупая пизда", - сказал Стретч. "Мог быть убит".


Моран вытер лицо с некоторой помощью и кашлянул.


Я спросил его: "Тот самолет, в какую сторону он улетел?"


"Север".


"На север? Ты уверен?"


Солнце на западе, так что да. Прямой курс, пока я больше не мог этого видеть. Север."


"Черт". Я покачал головой, образовав серое облако, и хлопнул в ладоши, чтобы стряхнуть с них пыль. "Анри, позвони в Париж, скажи им, что на самолете, направляющемся на север, яд. Это был легкий самолет "Чероки", частичная регистрация была G-15."


Он смотрел в ответ из-под серой маски. "В самолете есть что-нибудь?"


"Да".


Он достал свой телефон, когда я достала свой, и без куртки я быстро замерзла. Я позвонил сестре Лондон. "Это Уилко, на ранее описанной взлетно-посадочной полосе. Мы убили Седана и его людей, но самолет взлетел с химикатом на борту, и он летит прямо на север отсюда.


"Если он направляется в Великобританию, то достигнет побережья Корнуолла через час. Я хочу, чтобы каждый полицейский в Девоне и Корнуолле на побережье взял бинокли и искал этот самолет.


- Это моноплан с низким крылом, "Чероки", сине-белый, частичная регистрация G-15, это все, что у меня есть ...


"Ты думаешь, это направляется к нам?"


"Хрен знает, куда он направляется, может быть, на Джерси или Гернси, или он мог повернуть на восток, к Парижу, но он улетел прямо на север, не разворачиваясь. Обновите Дэвида и режиссера! Сейчас!"


Я запомнил номер и позвонил командующему ВВС.


" Алло? " подошла его жена.


"Барбара, это Уилко, соедини меня с командиром авиации!" Сейчас!"


"Подожди", - раздался взволнованный голос.


Я слышал музыку.


" Уилко? " раздался другой обеспокоенный голос.


"Принесите бумагу и ручку, сэр, быстро".


"Подожди. Хорошо, что не так?"


"Я во Франции, преследую банду алжирцев, которые отравляли воду в Северной Африке ..."


"Я видел это в новостях".


"Они направлялись в Париж ..."


"Ах, это объясняет то, что я видел в новостях, солдаты в Париже".


"Они загрузили немного химического яда в самолет. Запишите это." Я рассказал все подробно. "Этот самолет вылетел на север из Ренна во Франции пятнадцать минут назад, направляясь строго на север".


"На север? На это ушло бы... Плимут."


"Да, сэр, и на борту достаточно нервно-паралитического вещества, чтобы убить всех в Плимуте!" Вы должны перехватить этот самолет и сбить его."


"Пристрелить его?"


"Да, сэр. Расследование, которое мы переживем, но жители Плимута не переживут выброс нервно-паралитического вещества из самолета. Сэр, перехватите этот гребаный самолет любой ценой! Ты меня понимаешь?" Я закричал.


"Я над этим работаю, я тебе перезвоню".


Когда я закончил разговор, ко мне подошел Генри с серым лицом, машину с нашим раненым человеком везли по взлетно-посадочной полосе, а мы все медленно шли по ней. Они развернут истребители вокруг Парижа. Они ищут тот самолет."


"Заключенный сказал, что на пути в Париж больше не было фургонов. Я думаю, что это все. И некоторые в этом плане."


Моран вытер лицо задранной футболкой. "Это был глупый поступок".


"Очень глупо, капитан, так что больше никаких подобных глупых идей", - сказал я ему, парни смеялись над Мораном, Свифти все еще рубил.


Свифти спросил: "Цементный порошок ядовит?"


"Да", - сказал я ему. "Но, по крайней мере, какое-то время ты будешь срать твердыми кусками".


Машины ворвались на летное поле, фургоны позади, и помчались к нам, с визгом останавливаясь.


Подбежал майор Либан, потрясенный тем, что четверо из нас поседели. "Что с тобой случилось?"


"Цементный порошок", - сказал я ему. "Слушай, позвони в Париж, эвакуируй город неподалеку отсюда, десятимильная зона. Быстрее!"


"Да, есть блокпосты, несколько эвакуаций", - сказал он, поднимая телефон.


Мой телефон зазвонил. " Капитан Уилко? " раздался голос с акцентом.


"Да".


"Министр внутренних дел".


"Сэр?"


"Что вы можете нам рассказать?"


"Мы нашли Седана и его людей, одного взяли живым, остальные убиты, но один человек выдернул чеку из гранаты, которая повредила контейнер с ядом. Течет, так что эвакуируйте это место, но мы засыпали его цементным порошком."


"Ты зашел внутрь здания ... с протекающей канистрой?"


"Да, сэр, и разбросайте цементный порошок по комнате. Это должно было помочь, но самолет взлетел, и мы не смогли его остановить. Он направляется на север."


"У нас есть самолеты, защищающие Париж ..."


"Министр, что сделает с вами британский народ, если этот самолет достигнет британского города?"


После долгой паузы последовало: "Мы найдем его и пристрелим". Линия оборвалась.


Я сказал Либану убрать его транспортные средства отсюда, и мы сели в мини-вэны, наше государство было предметом многих вопросов и нескольких жалоб, когда мы возвращались на военную базу, на этот раз проезжая через город, с мигалками спереди, и к настоящему времени средний гражданин Франции, должно быть, был здорово взбешен беспорядками, которые мы вызывали.


Вернувшись в столовую, я захотел кофе, мое грязное состояние вызвало шокированные взгляды у официанток.


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это сестра Лондон. Обновление: радар в Джерси зафиксировал самолет, направляющийся на север на высоте пятисот футов."


"Я получил звонок в Королевские ВВС, так что, надеюсь, они его перехватят".


"Здесь станции паники, идет встреча с КОБРОЙ, на всех британских военных базах черный цвет, костюмы NBC отряхиваются".


"Хорошая практика для них".


"И французы только что закрыли все дороги в Париж и из Него, все легкие самолеты запрещены на семь дней".


"Спасибо". Я столкнулся с Генри. "Я сказал вашему правительству, что больше нет гребаных фургонов, но они перекрыли Париж".


Он пожал плечами. "Они не рискуют".


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Командир авиации. У нас в воздухе два самолета "Нимрод" королевских ВВС Сент-Могана, а "Торнадос" летит вниз, пока мы разговариваем. Любой Торнадо, который может летать, прямо сейчас стирается с лица земли, и на поиски отправлены два "Геркулеса". Также был фрегат, который собирался зайти в Плимут, поэтому он развернулся и направляется на юг, эсминец развернулся и получил задание."


"Я попросил французов также помочь с его перехватом, сэр".


"Ну, ты за один раз перевернул вверх дном все базы королевских ВВС, да еще в канун Рождества, так что ты не будешь популярен, но это может сорвать паутину с нескольких подразделений. Я вернусь к тебе."


"Благодарю вас, сэр".


Пять минут спустя, когда я мыла лицо в туалете, а мои волосы были на грани того, чтобы превратиться в сплошную массу, мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Передаю тебя премьер-министру".


"Капитан Уилко?"


"Да, сэр".


"Что мы знаем об этом самолете, направляющемся к нам?"


"Я был там, когда он взлетел, и раненый подозреваемый предположил, что он перевозил химическое вещество".


"Можем ли мы быть в этом уверены?"


"Можете ли вы позволить себе рискнуть, сэр?" Я коротко спросил.


"Нет, учитывая то, что было сообщено. И мы только что услышали, что французы запустили почти все имеющиеся у них самолеты. В Париже карантин, так что полетят головы, если здесь будут допущены ошибки. Тем не менее, я только что санкционировал сбитие этого самолета."


"Один человек в самолете - это трагедия, сэр, но сто тысяч погибших в Плимуте - это холокост".


"Да, вполне. Так что будем надеяться, что ВВС перехватят его. Говорите скорее, и хорошо поработали над расследованием, быстрая работа и хорошая работа, как мне кажется."


"Благодарю вас, сэр".


Минуту спустя мой телефон зазвонил снова. "Уилко".


"Это сержант Крэб, вы возвращаетесь или как?"


"Мы отвлеклись из-за небольшой проблемы, сейчас разобрались, вернемся через день. Чем ты занимался?"


"У них были выходные, и теперь я назначил в помощь десять парней из полка королевских ВВС, так что я усердно работаю с ними".


"Хорошая работа, сержант, скоро вернусь".


Я взяла немного теплого яблочного пирога и холодного мороженого, пока в столовой царила суета, сотрудники DGSE и их ноутбуки выглядели измученными, мои ногти нуждались в хорошей чистке.


Когда зазвонил мой телефон, это был Нортхолт королевских ВВС, Аварийный командный центр. "Мы обнаружили самолет, зафиксировали его на радаре с эсминца, "Рысь" в воздухе и вооружена, Четыре самолета "Торнадо" кружат на низкой высоте, но радар также показывает кружение дюжины французских самолетов. Мы приказали самолету повернуть назад, но французы не позволят ему вернуться, они пригрозили сбить его."


"Подождите, сэр". Я опустил телефон и повернулся лицом к DGSE, когда они повернулись в мою сторону. "Британские и французские истребители обнаружили этот самолет, а также британский эсминец, и вертолет Lynx находится на станции". Я снял трубку. "Иди головой".


"У нас есть новости... пилоту приказано снова повернуть назад, все еще на курсе, французы все еще угрожают ему. Подожди ... репортаж с "Рыси": пилот легкого самолета выстрелил себе в подбородок, самолет упал в море, приближается эсминец. Я вернусь к тебе."


"Благодарю вас, сэр". Я опустил телефон, многие выжидающие лица застыли в ожидании. "Пилот легкого самолета выстрелил себе в голову, и самолет упал в море". Я указал на старшего сотрудника DGSE, который сидел напротив Ханта. "Мне нужен транспорт обратно в Сьерра-Леоне".


"Все кончено?" - спросил сотрудник DGSE.


"Я думаю, что да".


"Слава богу, моя жена разведется со мной, если я буду чаще отсутствовать!"


Многие мужчины рассмеялись с явным облегчением, но когда Либан похлопал Анри по спине, тот поднял облако серой пыли, что не понравилось тем, кто был поблизости.


Мой телефон снова зазвонил. "Это Макс".


"Где ты?"


"Париж, в отеле, миллион гребаных солдат и копов, бегающих вокруг. Нам сказали не выходить на улицу, блядь, паниковать здесь."


Схватив свою серую, заляпанную цементом куртку, я вышел на улицу и начал подробно рассказывать историю с самого начала. Полчаса спустя мне стало холодно.


Макс наконец сказал: "Ты вбежал в комнату с утечкой нервно-паралитического вещества?" Тупой ублюдок. Если ты умрешь, я больше не получу историй."


"Макс, твоя забота о моем благополучии согревает сердце, это действительно так".


"Я могу запустить это?"


"Да, ты можешь управлять этим".


"Кто стоял за этим?"


"Аль-Каида", - солгал я. "Вини этих ублюдков".


Когда Макс ушел, я вернулась внутрь, в теплую суету, и мне захотелось выпить чего-нибудь горячего.


Подошел глава DGSE. "Президент хотел бы поговорить с вами и вашими людьми в Париже".


Я пожал плечами, на самом деле не в том положении, чтобы сказать "нет". "Конечно. Пока мы снимаем хороший отель и меняем гребаную одежду."


Он оглядел меня с ног до головы. "Вот так, встретиться с президентом, было бы не так хорошо, нет. И министр внутренних дел желает заслушать отчет."


Я снова кивнул. Я собрал команды, и мы отправились в аэропорт в нашем воняющем цементом мини-фургоне.


"Куда мы теперь направляемся?" Риццо жаловался.


"Париж, хороший отель, немного пива".


Они приветствовали. "Это, блядь, больше нравится", - похвалил Слайдер.


После получаса сидения без дела, десяти минут стояния на холоде, мы поднялись на борт нашего самолета, наши ящики все еще были в трюме, второго пилота наше состояние не впечатлило.


Дверь закрылась, из вентиляционных отверстий повеяло теплым воздухом, я расслабился и вздохнул. Повернув мою голову к Свифти, я увидел, что он выглядел так, будто у него серая подводка для глаз. Я отметил: "Ты последовал за мной в то здание".


"Глупый поступок, да. Ты, блядь, у меня в долгу, засранец."


"Я знаю, почему я это сделал, но почему ты это сделал?"


"Почему? Ты должен мне четыре фунта за хлеб и молоко дома. Если тебя убьют, я не получу это обратно ", - сказал он, и Моран засмеялся.


"Приятно знать, что твоя мотивация там, где она должна быть".


Риццо жаловался: "Почему на этих самолетах нет симпатичных стюардесс? В фильмах так и делают."


"Некоторым людям не угодишь", - сказал я со вздохом.


Воняя цементом, мы включили питание, вскоре задрав нос, и ребята задремали. Я смотрел вниз на города и деревни, зная, почему я побежал в ту комнату; это было ради них - женщин и детей там, внизу. Я просто подумал, оценят ли когда-нибудь маленькие ублюдки то, что сделали мои мужчины, и я понял, что они никогда этого не оценят.


Чуть более часа спустя мы увидели Париж.


"Чертов ад", - выдыхаю я, поворачивая головы. "На дорогах ни одной машины, они пустынны!"


"Раньше его не видели", - отметил Генри, вглядываясь вниз.


"И людей тоже нет!" Я добавил.


Моран отметил: "Сегодня канун Рождества и чертовски холодно, так что не составит особого труда уговорить людей оставаться внутри. Большинство все равно были бы дома."


Я повернулся к нему: "Капитан, у вас седые брови, примите душ".


Он потер брови.


После приземления мы прорулили, как нам показалось, пять миль, наконец остановившись рядом с фургонами, автобусами - и миллионом полицейских машин с мигалками. Спустившись с самолета, ящики тащили в холодном воздухе, мы взяли автобус, ящики в багажном отделении и отправились под конвоем, двадцать минут езды по пустынным улицам, когда стемнело, и до отеля, без проблем припарковавшись.


Выйдя из автобуса, человек из DGSE подошел ко мне из своей машины. "Там был один этаж, недавно отделанный, без гостей, но без ковров в комнатах. Ты здесь, с нами."


"Мы справимся. Как насчет одежды?"


"Да, мы ожидаем, что кто-то придет".


Ящики втащили внутрь, выдали ключи - постоянные постояльцы отеля были встревожены нашим присутствием, и мы подняли ящики в лифтах. Я потребовал номер без ковра, но все остальное было более или менее в порядке, синяя пластиковая пленка все еще была на кондиционере и туалете. Там были две односпальные кровати, так что мы со Свифти могли бы спать вместе, наш ящик открылся.


Я сказал ему, что надену форму, если мне предстоит встреча с какими-либо официальными лицами, и вскоре я отправился в душ, менеджер отеля скоро разозлится из-за беспорядка, который я устроил, зацементировав отверстие для затычки.


Пока я одевался, Свифти отправился в душ, громко жалуясь на беспорядок, который я оставил. Я рассчитывал на обслуживание в номер, поэтому заказал сэндвичи и кофе, и к тому времени, как Свифти перестал жаловаться и был одет, появилась тележка. Я подписался как коммандер Дюбонэ, GIGN, ни слова не сказал молодому парню.


Свифти заткнулся, когда ел, и после того, как салат был извлечен из сэндвичей. "Как долго мы здесь?"


"Мне нужно проинформировать французских разведчиков, так что день или два."


"Пока мы не балуемся нервно-паралитическим веществом, я счастлив. Радуйся, что вернулся в гребаные джунгли. Попасть под пулю - это одно, но эта фигня с нервно-паралитическим веществом пугает меня до чертиков. У меня на коже нарисовались фурункулы."


"Нам все еще нужно найти, где они это сделали, и остановить их".


"Проблема с французским языком".


"Этот самолет направлялся в Великобританию, так что это наша проблема", - настаивал я.


"Я не хочу штурмовать какую-то фабрику, полную этого дерьма!"


"Мы будем стрелять издалека, разрушим место с подветренной стороны и убежим. Несколько РПГ, и ублюдки внутри не будут смешивать нестабильные химикаты." Я поднял палец, пока жевал, схватил телефон и посмотрел номер в своем блокноте. "Тот самый доктор Саммерс?"


"Да?"


Уилко. Узнал что-нибудь полезное?"


"Ну, мы думаем, что у нас есть параметры распада, и мы бы сказали, что прошло двенадцать часов с того момента, как вы застрелили тех людей".


"Недостаточно времени, чтобы приехать из Судана".


"Нет, мы так не думаем".


"Хорошо, спасибо".


"Что происходит в конце?"


"Мы расстреляли или взяли в плен тех, кто участвовал в этом, нашли самолет, направлявшийся в Великобританию - королевские ВВС перехватили его. Сейчас мы в Париже, улицы пустынны, город на карантине."


"Черт возьми, мне нужно посмотреть новости".


"Никуда не уходи, ты нам понадобишься, когда мы совершим набег на место, где производились химикаты. Уилко на свободе." Я кладу трубку. "Химикаты поступали из Аль-Хада на юге Алжира, а не из Судана".


"Хорошо, потому что рейд в Судан - чертовски плохая идея в любой день недели".


Я потягивал кофе и жевал сэндвич. "Канун Рождества, да. Я ничего не купил для своей дочери."


"Кейт, вероятно, получит свои порции, побалуй ее, скажи, что некоторые из них от тебя".


"Я дал ей достаточно денег", - пожаловался я.


Полчаса спустя раздался стук в дверь, один из сотрудников DGSE. "А, вот и ты. Можете ли вы прийти на встречу с министром внутренних дел?"


"Конечно". Я надеваю куртку. Свифти я сказал: "Выпей в баре. Уложите парней."


"У меня нет гребаных денег!"


"Повесьте это на комнату", - сказал я ему.


Выйдя на улицу, мы смело окунулись в холодный ночной воздух, мигали синие огни, и я сел на заднее сиденье Audi седан, вскоре мы мчались по Парижу, мотоциклисты впереди нас, но там было мало пробок, о которых стоило беспокоиться, Париж был городом-призраком.


В Министерстве внутренних дел мы проскочили через ворота, под двумя арками, и к двери подошло множество вооруженных охранников, замерзающих с лицами, закрытыми балаклавами. Меня провели внутрь, в тепло, вверх по старым каменным ступеням, по коридору и в большую комнату, где было разложено множество белых досок и карт, дюжина высокопоставленных чиновников стояли и болтали, двадцать мужчин и женщин сидели за экранами компьютеров.


"А, Кэп-и-тан", - приветствовали меня. Я пожал руку министру внутренних дел, кивнул старшему сотруднику DGSE, которого представил его босс. "Мы хотели бы получить пошаговый анализ, если вы не возражаете. Но сначала, как вы думаете, здесь, во Франции, больше химии?" "Здесь нет, но они могли бы привезти это из Алжира".


"Это было из Алжира?" Не Судан?"


"Из Аль-Хада, южный Алжир, мы подтвердили это. Наши ученые разработали химическую задержку, и у нее не было времени прибыть из Судана."


Они обменялись взглядами, произнесли слова. Затем меня подтолкнули к белой доске, и я начал с самого начала, переводчик стоял сбоку от меня, дама, похожая на судебного секретаря, записывала все, что я говорил - беспокойство.


Я начал с тела в Сьерра-Леоне и работал над ним более часа, получив ответы на несколько вопросов.


Министр внутренних дел, теперь без пиджака и ослабленного галстука, сказал: "Вы использовали сомнительные источники, вы пытали показания подозреваемых, и вы извлекли выгоду из отслеживания телефонных разговоров британского GCHQ - сомнительной законности". Он ждал.


Я пожал плечами. "Я бы сделал что угодно, чтобы остановить химикат, вообще что угодно. Моя карьера и моя жизнь не стоят смерти пятидесяти тысяч французских граждан."


Он встал и начал хлопать. "Браво, Кэп-и-тан, браво". Остальные присоединились, оставив меня стоять, чувствуя себя глупо, впереди.


После того, как они устроились, предложили кофе, мужчина что-то прошептал на ухо министру.


Министр начал: "У агентства Рейтер есть эта история, и британская пресса..."


"Я дал им версию истории, да, просто на случай, если появится другая версия".


Британская пресса описывает вашу команду как наполовину французскую, наполовину английскую, пятьдесят на пятьдесят, так что нам не на что жаловаться. Но почему в этом обвиняют "Аль-Каиду"?"


"Я полагал, что вы захотите обвинить посторонних, а не граждан французского происхождения".


Он улыбнулся. "Ты должен работать в моем офисе, со мной. Но была ли связь между Аль-Каидой и eda?"


"Ничего не найдено. Если вам нужен мотив, то молодой человек, которого мы захватили на аэродроме в Ренне, мог бы вам помочь. Хаммад не стоял за этим, он никогда не знал."


Марокканцы приветствовали то, что вы сделали на его вилле, и мы не недовольны тем, что нас обвинили. Жители Парижа травмированы, но все же видят эту виллу и радуются, что месть свершилась. Не могли бы вы остаться в Париже, президент пожелает встретиться с мужчинами завтра?"


Я кивнул. "Да, сэр. Но у моих людей грязная одежда и униформа. Ногти на пальцах тоже не слишком хороши."


"Не волнуйся, он поймет".


Вернувшись в отель, я обнаружил в баре британское и французское эхо, большинство в униформе, происходит что-то вроде вечеринки, гости кажутся достаточно счастливыми. В толпе было даже несколько аппетитных дам, которые болтали с командами.


Я приблизился к Морану. "Постояльцев отеля мы не беспокоим?"


"Мы объяснили, кто мы такие и что произошло, заверили их, что с угрозой разобрались, так что они все чертовски довольны".


Я купил пиво в номере моей комнаты.


"Ах, Уилко, иди сюда!" Либан крикнул, и я присоединился к его группе, все стояли в форме.


"Я только что встретился с вашим министром внутренних дел, кратко рассказал ему о том, что мы сделали", - сказал я им. "Итак, теперь мы все в беде". Они смеялись. "Завтра мы все встречаемся с президентом".


"Ах, мы чистим свои ботинки, нет", - заметил Либан.


Я поднял свой бокал. "Чтобы расстроить GIGN".


Они громко приветствовали и чокались бокалами, больше пива пролилось на пол, чем в глотки.


Либан сказал: "Они будут очень расстроены из-за нас, очень расстроены, поэтому я буду спать с глупой улыбкой на лице, да".


Генри протиснулся внутрь. "Некоторые люди говорят, что нас показывают в новостях, французское эхо". Они снова приветствовали. "Нам приписывают обнаружение яда и борьбу с ним", - добавил Генри. "Не GIGN".


"Я поместил всю историю в британские газеты", - сказал я им. "У них в нашей команде пятьдесят на пятьдесят британцев и французов".


"Нас больше, чем вас!" Заявил Либан, его люди смеялись.


"Мы сделали больше!" - Крикнул я в ответ с улыбкой.


"Ах, нечестно!"


"Когда мы вошли в здание с ядом, там были один француз и трое британцев!" Я добавил.


"Нет, нет, капитан Моран говорит по-французски, так что пятьдесят на пятьдесят".


Я схватил Либана за голову и вылил пиво ему на лицо.


Рокко и Риццо подошли полчаса спустя. "Где проститутки?"


"Извините, ребята, сегодня вечером вам придется самим найти себя. Хотя здесь есть несколько милых дам."


"Здесь есть местная лавка стукачей?" Спросил Рокко.


"Вам запрещено выходить на улицы", - сказал я им. Карантин и комендантский час. Но у тебя есть удобный отель и немного пива, никто в тебя не стреляет, чего еще ты хочешь?"


"Несколько проституток!"


"Не пей слишком много, завтра встреча с президентом".


"Президент чего?" - Спросил Риццо.


Я покачал головой, глядя на него. "Президент Диснейленда, наркоман".


На перерыве в туалете зазвонил мой телефон; Повозись. " Привет, приятель, " предложил я.


"Где ты?" - спросил он.


"В баре отеля, выпиваю немного".


"Да, мы тоже, немного празднуем, впереди тяжелая неделя работы. Это всегда так, работать на тебя?"


"Да, к сожалению".


"Для нас это было адское начало. О, они добились значительного прогресса с новыми офисами, начинают обретать форму, когда будут готовы, должно получиться неплохо, одна большая комната, достаточно большая для брифингов, кухня и все такое."


"Что в британских новостях?"


"Ничего, кроме яда и самолета, направляющегося в Плимут".


"Это было на курсе на Плимут?" Я спросил.


"Более или менее. В новостях показали, как "Нимродс" взлетают, низко пролетая над Корнуоллом, на пленке торнадо королевских ВВС с визгом проносятся над южным побережьем, каждая база в боевой готовности, охранники у ворот в костюмах NBC. Много фильмов о солдатах в респираторах в Лондоне, гребаное население немного обеспокоено.


"Ты знаешь, у этого маленького гребаного легкого самолета было двадцать два готовых реактивных самолета, один "Рысь" и два военных корабля с нацеленными на него ракетами".


"Он выстрелил себе в голову".


"К тому же, это экономит нам расходы на ракету. Там эсминец с французским военным кораблем, над местом, водолазы готовы спуститься."


"Это была бы плохая идея, химикат может просочиться".


"Говорят, они все взорвали", - проинформировала меня Тинкер.


"Это звучит как план получше".


"Мои источники сообщают мне, что сегодня вечером тревога будет снята, но они будут следить за каналом".


"Передай всем от меня благодарность и пожелай немного отдохнуть, но скоро мы займемся химическим заводом в Алжире".


"Это уединенное место, но я бы не хотел стрелять из ружья внутри или заходить внутрь".


"Ну, да, это может быть непросто". Положив трубку, он зазвонил. "Уилко", - сказала я, когда Хант проходил мимо, похлопав меня по плечу.


"Заместитель начальника, вы можете говорить?"


"Да, просто выпиваю в баре отеля".


"Отличная работа по получению химиката и людей, еще один хороший результат для вашей команды. Но ты помнишь тот наш разговор... о том, что ты не разбрасываешься своей жизнью ..."


Я рассмеялся. "Я забыл. В следующий раз."


"Вы вошли в здание с утечкой нервно-паралитического газа, покрытое цементом ..?"


Цементный порошок содержит известь, и это помогает нейтрализовать химикаты, поэтому мы покрыли себя ею и вбежали внутрь, цементный порошок попал на канистру, которая протекала. Возможно, это имело значение."


"Они эвакуировали тот город, пока никто не заболел, так что, возможно, это действительно имело значение. Скажи мне, есть ли там еще что-нибудь?"


"Там целая фабрика всего этого, его может быть много".


"Здесь хаос с путешествиями, все рейсы в Париж отменены - и во время праздников тоже!"


"Французы хотели большого шоу, хорошего для голосов на выборах в мае следующего года".


"Как цинично с твоей стороны, но ты не ошибаешься. И обвиняли "Аль-Каиду", это были французы?"


"Нет, это сделал я. Я полагал, что они не захотят признать, что это был доморощенный терроризм - или алжирский."


"Ты должен работать здесь со мной".


"Это то, что только что сказал министр внутренних дел Франции".


"Что бы он тебе ни предложил, мы удвоим это", - пошутил он.


"Пока я остаюсь там, где я есть. О, что случилось с той бразильской наводкой?"


"Полностью омраченный Парижем, едва ли попал в новости, но огромный улов - DEA рады переменам. Десять тонн кокаина, так что кто-то пострадает и поправит бухгалтерские книги, несколько работников уволены на Рождество."


"Я думаю, что наш боливийский друг сравнял счет и устранил некоторых конкурентов".


Телефон, наконец, отключился, он снова зазвонил. Я узнал номер. По-русски я сказал: "Привет, босс".


"Я не твой босс, и я только что посмотрел новости в Европе. Говорят, это ты выследил этих алжирцев."


"Да".


"К тому же, я ненавижу арабов. Но до меня дошли слухи, поэтому я заплатил немного денег. На корабле с названием "Джиллил II" есть какой-то яд, направляющийся в Бейрут."


У меня вытянулось лицо. "Когда он отплыл?"


"Сегодня как-нибудь".


"Если еще что-нибудь подобное случится, дай мне знать. Поговорим позже, и спасибо." Я перезвонил в Лэнгли.


"Уилко?"


"Слушай внимательно, корабль под названием "Джиллил II", принадлежащий Хаммаду, отплыл сегодня в Бейрут, возможно, из Туниса, и на борту у него яд".


"Иисус..."


"Перехватите его, сэр!"


"Я буду повсюду снаружи". Он перерезал линию.


Я позвонил снова, сестре Лондон. "Это Уилко. Корабль под названием "Джиллил II" сегодня отплыл из Северной Африки, направляясь в Бейрут, и на борту у него яд. Предупредите гребаных израильтян, я уведомил американцев, прямо сейчас отправьте записку французам - у меня сегодня выходной."


Отложив телефон, я присоединился к вечеринке. Я приблизился к Морану. "Сегодня в Бейрут отплыл корабль с химикатами на борту".


"Там еще больше этого дерьма", - отметил он.


Я кивнул. "Нам нужно попасть на эту фабрику, или где бы это ни производилось, потому что я сомневаюсь, что это там, где, как мы думаем, это производится. Может быть, в какое-нибудь место поближе к фабрике."


Час спустя за мной приехала машина, которую я наполовину ожидал, и мы снова помчались через Париж, вскоре вернувшись в тот же офис. Людей было меньше, но министр внутренних дел все еще был здесь.


"У нас есть новости о большем количестве химикатов, на этот раз на корабле", - начал он.


"Информация поступила от одного из моих источников".


"Ах. Что ж, этот корабль уже на полпути, и я думаю, что израильские военно-воздушные силы будут крайне недовольны грузом. Я поговорил там со своим коллегой по номеру, и они это перехватят. Я попросил алжирские власти перенести объект в Эль-Хаде, но они настаивают, что его проверили неделю назад, опасных химикатов нет."


Я кивнул. Неподалеку будет скрытое сооружение. У меня есть телефонная починка из этого района, это будет то самое место."


"Тогда мы совершим налет на него, ты и французское эхо".


Все взгляды были прикованы ко мне. Я бросил на него разочарованный взгляд. "Министр, мой чиновник... рекомендуется, чтобы несколько сотен французских десантников приземлились рядом с телекамерой. Мы должны быть ... тщательно."


Он спрятал улыбку, глядя в ответ. "Действительно, мы должны быть ... тщательно."


"Мои люди высадятся в полночь, ваши люди высадятся на рассвете, вертолеты пересекут границу, наземные транспортные средства с экспертами-химиками последуют за ними".


"Ничто меньшее не положит этому конец, да". Он кивнул. "Сейчас я поговорю с президентом".


Когда меня вывели, я позвонил Креденхиллу. "Это Уилко. Пусть ваши люди в Западной Сахаре приготовятся к высадке HALO в южном Алжире, совместной операции с французами. Переместите команды из Кении, возьмите парашюты и пару "Геркулесов". Напиши мне завтра."


"Это гребаное Рождество!"


"Они могут съесть немного индейки после того, как работа будет сделана".


Я позвонил сестре Лондон, пока стоял возле машин. "Это Уилко. Французы скоро начнут крупномасштабный рейд Paras на юг Алжира, британское и французское Echo запросили HALO in, регулярные SAS для HALO in, нужен Hercules. Срочно отправьте это по очереди. И я знаю, что у GCHQ есть спутниковый телефон в Аль-Хаде, Алжир. Мне нужно, чтобы это было подтверждено."


"Ты понимаешь, что это Рождество?"


"Люди недавно напоминали мне, да. Уилко на свободе."


Вернувшись в бар отеля, я схватил Либана и отвел его в сторону. "Корабль направляется в Бейрут с ядом на борту".


"Они все еще активны?" Либан озадачен. "Мы упустили некоторых людей".


"Мы упустили нескольких человек, поэтому ваше правительство пошлет большой десантный отряд в Южный Алжир, мы возглавим его".


"Надеюсь, не сегодня вечером", - сказал мне Либан.


Я улыбнулся. "Я чертовски надеюсь, что нет, мои ребята пьяны".


В час ночи я вернулся в свой номер, заказал доставку еды и напитков в номер. Мой телефон зазвонил, Лэнгли. "Уилко здесь".


"Эта лодка была остановлена, израильские самолеты развернули ее после попадания в нее из 30-мм пушки, проделав несколько пробоин. Несколько наших эсминцев приближаются, так что к рассвету мы будем знать, что у него на борту."


"Тогда мы ждем рассвета".


Сидел там, постукивая телефоном по подбородку, Свифти все еще был внизу, я позвонил в Томск. "Есть ли какие-нибудь русские, связанные с этим ядом?"


"Российская компания изготовила специальные контейнеры из стекла и какого-то особого металла для транспортировки этого материала. Им пришлось взять с собой человека, потому что гребаные арабы так беспокоились об утечке. "


"Израильтяне стреляли по этому катеру, ВМС США двигались на перехват".


"Значит, они все у меня в долгу".


"Что они и делают. И эта бразильская наводка."


"От твоего друга, немца. Но я немного покопался, и кокаин поступил из Перу, от его конкурентов - так что ты делаешь за него грязную работу."


"Перуанская банда на мели", - отметил я.


"Им будет очень больно, они потеряли трехмесячный запас. Я могу предложить им помощь."


"Вряд ли они могут сказать "нет" прямо сейчас".


"У них большой отель на Большом Каймане, мне это нравится".


Я рассмеялся. "Почему бы и нет. И я думаю, вы получите хорошую цену. Но не встречайся с ними лицом к лицу."


"Эй, я больше не повторю эту ошибку. Послушайте, один из моих друзей был арестован в Майами, как вы думаете, американцы могли бы его отпустить?"


"Я могу спросить, но ЦРУ не имеет такого большого влияния в местных тюрьмах. Как его зовут?" Я сделал пометку и позвонил в Лэнгли, где меня соединили с частным домом.


"Так скоро снова в деле?" - начал заместитель начальника.


"Есть бумага и ручка?"


"Стреляй дальше".


Я рассказал все подробно. "Я хочу, чтобы его выпустили из тюрьмы, имитировали сердечный приступ, сожгли тело какого-нибудь бродяги на самолете в Панаму, или больше никаких наводок".


"Эй, приятель, ты на нашей стороне, не должен нас вооружать".


"У тебя есть корабль, у тебя есть Бразилия, теперь вытяни палец и заставь одного парня исчезнуть из системы - или ты станешь герлскаутскими штанишками".


"Трусики для девочек-скаутов? Ой."


"Иди, сымитируй сердечный приступ, а затем подумай, каково было бы, если бы я работал на тебя каждый день. Это нечто большее, чем пропавший степлер, о котором вам пришлось бы беспокоиться."


Он вздохнул. "Оставь это мне".


Я проснулся и обнаружил, что в газете "Сан" был разворот на шесть страниц, полная история, хронология событий из Сьерра-Леоне, и что в телевизионных новостях больше ничего не показывали.


Позвонив в SIS, они сообщили мне, что корабль "Джиллил Лил II" поднялся на борт только для того, чтобы снять экипаж, корабль затонул после попадания ракеты, военно-морской флот США не захотел разбрасываться химикатами. Единственной веской уликой, которая у них была, был таинственный русский мужчина, который не мог объяснить свою цель на корабле, пока ему не предложили электрический стул.


Просто чтобы расстроить очень многих французских солдат, 1ST Батальон и почти все подразделения, которые были у французов, были на призыве, многие уже на самолете - Турция осталась позади, семьи остались позади.


Я позвонил командующему ВВС пораньше, и он в спешке организовывал "Тристар", полный парашютистов и параинструкторов. Креденхилл отправил всю эскадрилью "D" из Кении, так что я решил, что полковник хотел некоторой известности для себя.


Я позвонил Максу и сказал ему ехать в Западную Сахару, и что мы встретимся с ним там.


"Ни одно гребаное такси не ходит!"


"Позволь мне позвонить и отвезти тебя в аэропорт".


"Никакие долбаные самолеты не летают!"


"Нет? Приезжай в мой отель." Я посвятил его в детали. "Иди, если тебе придется, скажи им, что ты работаешь на меня".


"Эй, ты живешь через улицу от меня", - понял он.


"Тогда собирайся и спускайся, объяснись с полицией у двери".


Час спустя Макса впустили, но не дали комнату, так как мы уезжали. Я объяснил его DGSE, и он отправился с нами во Дворец, болтая с ребятами о том, что произошло. Я позаимствовал боевую куртку у Слайдера, а он стащил французскую, так как ничего из обещанной одежды пока не появилось.


С больными головами ребята выглядывали из окон на холодные пустые улицы.


"Гребаное Рождество", - пожаловался Слайдер.


"Тебе есть куда пойти?" Я спросил.


"Я должен быть дома со своими родителями, моя мама готовит, все племянники вокруг".


"Знают ли они, чем ты занимаешься?"


"Они думают, что я все еще в морской пехоте. Ты часто видишь своего клыка?"


"Не очень, нет, я бы предпочел быть занятым и не думать об этом". Я поднял голову. "Риццо, что ты обычно делаешь на Рождество?"


"Избегай моей гребаной семьи. Мама вечно налегает на выпивку, младший брат - тюремная пташка, двоюродный брат умер от героина - они настоящая гребаная семья."


И все же... у тебя все получилось хорошо, " сказал я, парни засмеялись


"Что со мной не так?" Риццо запротестовал.


"Ты зарабатываешь на жизнь убийством людей", - сказал ему Свифти.


Моран заметил: "Нам всем нужно проверить наши гребаные головы".


"Там, куда мы идем, есть какая-нибудь выпивка?" - Спросил Риццо.


"Нет, но, может быть, чашечку чая. Мы отправляемся на встречу с президентом Франции, так что веди себя наилучшим образом - или тебе урежут зарплату примерно на шесть месяцев после удара по голове. И если он попытается поцеловать тебя в щеки ... не бей его, блядь!"


Мы проехали по пустынным Елисейским полям, ребята узнали это по телевизору, и повернули направо, мимо парков, вскоре подъехав к высоким металлическим воротам - под усиленной охраной, охранник в традиционной одежде напомнил мне Букингемский дворец. Мы замедлили ход, чтобы миновать узкие ворота, внутри и вокруг через арку, и остановились, увидев, что французское Эхо выстроилось в блок, многие старшие офицеры стояли в ожидании.


Мой неряшливый сброд стал меньше беспокоиться, когда я увидел, что французское Эхо тоже участвует в боях. Я вывел свой сброд из вагона, и мы присоединились к "Французскому эху" или, по крайней мере, стояли рядом с ними, выглядя как сброд, Макс с камерой наготове, пока к нему не подошел билетер и не спросил, кто он такой. Я объяснил, что Макс был нашим официальным фотографом подразделения.


Через пять минут нас подтолкнули внутрь, майор в форме провел нас внутрь, по коридорам с высокими потолками, вдоль стен которых висели картины с изображениями людей на лошадях - лошади все на двух ногах, а не на четырех, и мы вошли в теплую комнату, стол в конце, огромное зеркало, еще картины, и сотня сановников и офицеров стояли вокруг в официальной одежде - и на Рождество.


Министр внутренних дел приветствовал меня рукопожатием - без поцелуев, и приказал моим ребятам выстроиться с одной стороны. Французское эхо выстроилось под углом, несколько фотографов стояли наготове. Я просто надеялся, что они знали, что нас не надо фотографировать.


Человек замкнулся в себе. " Британский посол, " объявил он, и мы пожали друг другу руки. "Отличная работа, хорошее шоу, не в последнюю очередь потому, что моя семья здесь, в Париже. Таит в себе опасность... действительно прошел?"


"Мы совершим налет на фабрику в Алжире, тогда мы узнаем, есть ли там еще какие-нибудь химикаты".


А алжирцы - нет ... смотришь на это место?"


"Да, но поблизости есть секретное место, которое нам еще предстоит найти".


"Ах".


Большие двери открылись, билетеры придержали их, президент и его команда вошли в темно-синих костюмах, в центре комнаты для него поставили стол, на нем много коробок и бумаг. Фотографы сфотографировали его, а не нас.


Президент взглянул на лица, когда все они смотрели на него в ожидании, и он начал говорить. Посол начал тихо переводить для меня.


"Эта неделя была травмирующей для граждан Франции и Парижа ... но мы победили ... право и справедливость на нашей стороне. Мы все очень благодарны за нашу полицию и армию... и специалисты по безопасности. В частности... мы, мы собрались здесь сегодня, чтобы поблагодарить подразделение Echo France ... которые отличились в Северной Африке ... и они пошли по следу террористов на Корсику и во Францию ... но давайте не будем забывать, что в их команде были задействованы британские элементы ... за что мы все очень благодарны."


Я спрятал улыбку, бросив взгляд на Морана.


"Мы должны выразить огромную благодарность ... британским разведывательным службам за их вклад в это начинание ... и британскому правительству за использование их людей-специалистов ... Солдаты британского эха ... которые часто работают рука об руку с Echo France.


"Эхо Франции" теперь получит звание подразделения и будет преобразовано в официальное подразделение -бригаду. Майор Либан."


Либан выступил вперед, получив кивок, поскольку на нем не было головного убора, и вручил бумажную награду.


Посол прошептал: "Теперь он подполковник, глава этого нового расширенного подразделения".


Высокопоставленные лица зааплодировали, и я присоединился к ним, Моран теперь переводил для ребят. Я надеялся, что Риццо не будет по-волчьи насвистывать, пока Либан болтал с президентом, отвечая на вопросы. Он, наконец, встал с одной стороны стола.


Президент повернулся ко мне.


"Можем ли мы позвать капитана Уилко", - прошептал посол. "Капитан Морган, сержант Генри Гатт, сержант Свифт".


Я улыбнулся неправильному произношению имен, взглянул на парней, о которых шла речь, и повел их через улицу, Макс приближался. Мы все вытянулись по стойке смирно и кивнули, фотографы теперь позади нас и щелкают, посол стоял рядом.


Президент начал, посол переводил: "Капитан, ваши подвиги достигли ушей большинства граждан Франции... и мы все очень благодарны за многих французских заложников, которых спасли ваши люди ... в частности, в Анголе и Конго ... и мы очень благодарны за то, что ваша команда возглавила преследование террористов ... от Северной Африки до Франции.


"Я склонен полагать, что именно ваши личные решения привели к тому, что террористы были найдены и ... разобрался. Более того... когда вы обнаружили отравляющий газ, вы были серьезно обеспокоены безопасностью французских граждан в соседнем городе ... и что вы вбежали в здание, из которого вытекал нервно-паралитический газ ... очевидно, с мешками цемента, чтобы попытаться нейтрализовать его ... очень большой риск, на который пошли ради наших граждан."


Он открыл коробку, внутри была медаль из красной ткани, зеленый клевер и что-то похожее на букет цветов зеленого цвета, такая же, как моя предыдущая медаль от него.


"Капитан... за многочисленные индивидуальные поступки, которые принесли пользу нашей стране... для принятия личных решений ... и за то, что забежал в здание с нервно-паралитическим газом ... Я счастлив наградить вас нашим орденом Почетного легиона, Большим крестом." Он обошел вокруг и приколол его к моей боевой куртке, высокопоставленные лица и офицеры аплодировали, когда мы пожимали друг другу руки, мой статус медали переместился с пятой степени на вторую.


Следующим был Моран, ответы на вопросы по-французски, долгая беседа, похожая медаль, приколотая к его груди, затем Анри - еще больше вопросов, ответы по-французски, наконец, быстро, поскольку Макс сфотографировал мою медаль крупным планом, моего лица в кадре не было.


Президент повернул голову, и офицер принес четыре наши стандартные маски для лица. Озадаченные, мы надели их, когда президент подошел, чтобы поравняться с нами, фотографы сделали много снимков, Макс на переднем плане.


Сняв маски, я повел своих парней обратно туда, где мы стояли, президент начал награждать "Французское эхо" медалями, но, похоже, это не были медали Почетного легиона, которые мы получили. Затем президент подошел к моему сброду, что вызывало беспокойство, было передано больше коробок, приколоты медали, вопросов не задано - что было хорошо, потому что было бы трудно объяснить Саше.


Посол объяснил: "Это медали благодарности". Наконец он объяснил: "Теперь мы все должны переехать в соседнюю дверь".


Я махнул своим ребятам следовать за мной, после того как президент ушел, и мы последовали за French Echo в другую комнату, где была накрыта еда, и я подумал, насколько разозлился бы британский премьер-министр из-за того, что французы доят это.


Я взял кофе и немного печенья, посол переводил, пока старшие французские офицеры задавали подробные вопросы об операции и запланированном рейде в Алжир, Моран в полном разгаре с французскими офицерами.


Либан, наконец, приблизился. "Теперь ты национальный герой, нет", - поддразнил он.


"Я бы предпочел немного наличных", - прошептал я, заставив его рассмеяться.


"Генри - один из немногих сержантов, получивших эту награду", - сообщил он мне.


"И тебя повысили, так что мне придется проявлять больше уважения, да".


"Тьфу! И теперь у меня, может быть, есть письменный стол. Но, по крайней мере, GIGN будет расстроен - теперь они никогда не получат работу в Северной Африке."


Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Это я", - раздался голос Кейт.


"Оу ... I"m ... в Елисейском дворце, с президентом Франции."


"Я смотрел это в новостях. Ты очень старался, чтобы тебя убили на этой неделе ..."


"Что-нибудь ждет меня по возвращении в Англию?" Я кратко ответил.


"Давай больше не будем об этом говорить. Держись."


"Папа?"


"Привет, принцесса, ты получила много подарков на Рождество?"


"Да!" И она перечислила почти все из этого.


Кейт вернулась. "Теперь у нее тоже есть щенок по имени Дигери - не спрашивай".


"Ты подарил ей что-нибудь от меня?"


"Да, конечно, она думает, что ты подарил ей пазл с лошадками и пони и набор для раскрашивания лошадок и пони".


"Значит, склоняешься ко всему лошадиному".


"Она в процессе становления - маленькая любительница шоу".


"Звучит опасно".


"Возможно, она похожа на тебя, любителя острых ощущений. Так ты будешь заглядывать?"


"Мне нужно закончить работу, это может занять неделю".


"Ну, попробуй заскочить и повидаться с ней, она действительно спрашивает о тебе".


"Я сделаю, да. Пока."


Либан ждал, когда я закончу звонить. "Никогда не бывает легко совмещать семью и работу. У меня две бывшие жены и три дочери, так что я знаю."


"Легче пойти сражаться на войну, чем ладить с женщинами в нашей жизни", - заметил я.


"Мы отправляемся через час", - сообщил он мне. "Сначала для Западной Сахары. Они обставили развертывание как запланированные учения и сообщили прессе, что мы будем выслеживать отравителей в Мавритании - без упоминания Алжира."


Я кивнул. "Я сомневаюсь, что это место охраняет много вооруженных людей, но нам нужно захватить ученых живыми".


Медали в карманах, вскоре мы были в автобусах, направляющихся в аэропорт, самолет для возврата, пилоты отдохнули, но, вероятно, не были рады работать сегодня. Ребята заняли знакомые места, наша одежда нуждалась в хорошей стирке, и, когда мы поднимались из необычно тихого аэропорта в необычно тихий Париж, мои мысли были о моей дочери, образе ее верхом на пони.


Хант повернулся ко мне. "Хорошая работа, у меня нет семьи, о которой нужно беспокоиться, или, по крайней мере, никто из родных не ждет меня на Рождество. Моя первая неделя с тобой... и вы переворачиваете Европу с ног на голову."


"Подожди вторую неделю", - съязвил я. "Возможно, у меня к тебе есть несколько трудных вопросов".


"Я чувствовал себя довольно бесполезным на этой неделе. И большинство принятых решений были ... правильно, но незаконно или против правил. Если бы JIC узнал об этом, они бы всех нас посадили. Так что хуй знает, в чем моя компетенция, потому что останавливать тебя, нарушающего гребаные правила, в нее не входит."


"Ты бы остановил меня в любой момент?" Я нажал.


"Ну ... нет, я со всем этим согласился, и когда кучка террористов собирается убить тысячи, ты делаешь то, что должно быть сделано. Проблема в том, что спустя годы люди анализируют это и призывают вас к ответу. Единственная хорошая вещь в том, что ... ни один суд присяжных никогда не осудит вас, ни в чем. Я говорил с сотрудниками SIS, и британские СМИ обвиняют вас в том, что вы в одиночку остановили террориста, прежде чем он уничтожил Британию!"


Моран вставил: "Он принимал решения, он нарушал правила, он получает признание - и расследование".


"А ты?" Охота подтолкнула.


"Мне хотелось бы думать, что я принял бы те же решения, но, во-первых, у меня нет друзей в низких кругах, и я бы не стал ни у кого выпытывать информацию, так что... Я бы не смог остановить Седан."


"Со временем, капитан", - сказал я ему. "И когда пришло время, ты последовал за мной в то здание. Я буду подталкивать премьер-министра к медали для тебя."


Моран обдумал это. Было время, когда такая медаль что-то значила бы. Теперь карьерный рост кажется неуместным, важнее отстрел террористов."


"Мы уже почти на месте?" - спросил Томо, парни засмеялись.


Я покачал головой. "Знаешь, иногда я действительно беспокоюсь о безопасности таких людей, как Томо".


"Почему?" Свифти бросил вызов. "Он слишком глуп, чтобы оценить это".


Хант спросил меня: "Насколько хорош Томо?"


"Солдат мирового класса", - ответил я. "В двадцатке лучших в Великобритании. Он может вести себя по-другому, но когда начинается действие, его сердце и голова находятся в нужных местах."


" А твоя медаль?.. " подтолкнул Хант.


Я скорчил гримасу. "Приятно, когда тебя ценят, но немного наличных и хороший отпуск были бы лучше".


" Чертовски верно, " вставил Свифти.


Я добавил: "Не то чтобы я когда-нибудь собирался надевать эту штуку в паб". Я посмотрел через спинку своего сиденья на Сашу. "Ты получил медаль от президента Франции".


"Это первый раз для разыскиваемого стрелка, не так ли?" - сказал он с улыбкой, парни засмеялись.


"Если бы он знал... и если пресса узнает, чертовски дорого заплатит."


Мы приземлились после наступления темноты, большинство парней дремали - не в последнюю очередь потому, что у них было похмелье. Дверь открыта, в кабину ворвался свежий теплый воздух, и мы вышли, чтобы найти капитана Харриса с кем-то из команды Sigint из Креденхилла, полоса была очень оживленной, там сидели четыре C160, один Hercules.


Я сказал Харрису: "Нам нужно немного поесть, помыться и немного поспать".


"Хижина ждет, подразделение полевой кулинарии тоже здесь, чертова куча французских блюд".


"Постоянные сотрудники SAS здесь?"


Эскадрилья "А" была здесь, пока вас не было, эскадрилья "Д" должна приземлиться сегодня вечером."


Джипы отвезли нас и наши ящики в знакомую хижину, и мы бросили снаряжение, заняв знакомые кровати.


В дверях появилось новое лицо в зеленой униформе. "Капитан Уилко", - заявил он, глядя в глаза, с американским акцентом. "Они показали мне твою фотографию, так что я знал, что узнаю тебя".


Я шагнул к нему, надеясь, что он не убийца. Он был такого же роста, как я, не такой широкий в плечах, на плечах у него были лейтенантские нашивки, и он выглядел подтянутым. "И ты...?"


"Митчелл, они называют меня Митчем. Я должен заменить Махони, который теперь капитан."


"Ах. А раны Махони?"


"Несерьезно, все зажило".


"И они пустили тебя на эту базу?" Я озадачен.


Прилетел и приземлился с другими парнями из ФБР, нашел ваших офицеров SAS и почувствовал себя как дома. Вчера разговаривал с каким-то отстойным писакой по имени Дэвид Финч."


"Он наш босс, по крайней мере, он дает нам больше указаний, чем большинство. Да, я немного увлекаюсь пером, оставляю трудные решения за мной, так что вина ложится на меня."


"Да, это понятно".


"Ты по уши увяз, Митч..?"


Месяц назад я отрабатывал твои "три дня", набрал 93%, и я в курсе дела с Valmet, разумеется, натренирован HALO.


"Ты одеваешься не как Дельта".


"Воздушно-десантные рейнджеры. Я был в Брэге, преподавал, поднялся по служебной лестнице, как Махони. Они попросили добровольцев попробовать ваши три дня, и после этого меня попросили заменить Махони."


"Глупый поступок", - сказал я ему. "Если бы вы видели, что мы делали на прошлой неделе, вы могли бы пересмотреть это".


"Следил за новостями, и ... Я бы предпочел не связываться с нервно-паралитическим веществом, нет."


"Ты согласен на вставку с живым ОРЕОЛОМ?"


"Я преподавал HALO, использовал технику мешка десять лет назад".


"Я увидел технику в журнале "Солдаты США", так что, возможно, я позаимствовал идею у вас. Где твой набор?"


"Некоторые в Великобритании, некоторые в палатках SAS".


"Принеси это сюда, с этого момента ты ешь и спишь с нами".


Он кивнул. "Дай мне час".


После того, как он ушел, я позвонила сестре. "Это Уилко. Ко мне приставлен новый американский офицер, Митчелл. Я хочу, чтобы его удостоверение личности было трижды проверено, описание внешности, все остальное, и дважды уточните у ЦРУ о нем - известные партнеры, финансы, на всякий случай."


"Вы подозреваете его?"


"Нет, просто стараюсь быть доскональным. Сделай это быстро, пожалуйста. "


После ужина в переполненной столовой Митч вернулся к нам.


"Все", - позвал я. "Это Митч, Рейнджеры США, пришел заменить Махони. Он набрал 93% за три дня, так что он нас ничуть не замедлит, и он преподавал HALO в Штатах - так что мы могли бы кое-чему у него научиться. Капитан Моран, ты можешь подружиться с ним."


Митч схватил кровать и бросил свой набор, Томо задавал вопросы, глупые вопросы. Митч объяснил, что Рэмбо - это просто фильм, и нет - он никогда не встречал этого парня.


Позже, когда я стоял снаружи хижины, наблюдая за посадкой самолета, рядом со мной появился Митч. "Я выполняю следующую часть задания?"


"Да, просто держись Морана".


"Этот парень Томо..?"


"Обгонит тебя, перестреляет, и у него сотни подтвержденных убийств, десятки вставок с живыми ореолами, ему просто нравится играть в мальчишку".


"Он выстрелил какому-то африканскому офицеру в яйца?"


Я улыбнулся. "Он часто так делает. И его отношение ... это правильный вариант, потому что у него никогда не будет стресса. Для него это игра, и это то, чего я хочу, а не кто-то встревоженный и беспокоящийся о собственной смертности. Парни соревнуются за наибольшее количество убийств, за лучшие убийства, они не испытывают стресса до и после работы."


"Мой старик вернулся из Вьетнама со стрессом, так и не оправившись от него".


"Он никогда не знал, за что сражался", - заявил я. Не то чтобы это было хорошей причиной для начала. Я подбадриваю своих ребят рассказами о хорошей работе, которую они делают, но настоящая причина, по которой они сражаются, - это помочь своим товарищам и быть частью команды, семьи. Почему ты делаешь это, Митч?"


"Не уверен" - это простой ответ. Я люблю тренировки, я люблю учить молодых парней, люблю смотреть старые фильмы о войне, ненавижу свой выходной."


"Если ты ненавидишь свой выходной, тогда у тебя есть надежда как у суперсолдата. Но если вы останетесь с нами, вы увидите много экшена. Прямо сейчас ожидаемая продолжительность вашей жизни составляет максимум год."


"Ты потерял много людей?"


"Ранено больше, чем убито; если пуля раздробит кость, твоей карьере конец. Двое убиты в прошлом году, один потерял руку, один потерял палец и уволился, двое других с серьезными ранами и отпущены. Мой лучший друг, он был ранен, не смог продолжать, уволился и покончил с собой. Это случается с нами."


"Мой приятель в Штатах сломал спину при падении над пустыней, а год спустя вышиб себе мозги - первая возможность, которая у него появилась после больницы. От лучшего в классе до парализованного - чертовски большой шаг вниз."


Я кивнул. "Я бы не хотел вот так слоняться без дела. Так что же все-таки делает Махони?"


"Последнее, что я слышал, он был на курсах, курсах капитана".


"Я сделал несколько таких после того, как меня сделали капитаном".


"Ты прошел через служебную карьеру?"


"Я быстро поднялся по служебной лестнице, когда попал в SAS. В SAS платный сержант - это тот, кто получает сержантское жалованье, но не носит нашивки. Но я планировал миссии и руководил ими, поэтому они сделали меня капитаном. Здесь у меня есть оперативный контроль, даже над полковниками."


"Немного странно..."


Я кивнул. "Да, это так".


"И этот русский..?"


"Трудно объяснить, но я могу доверить ему свою жизнь, как и ты". Мой телефон зазвонил. "Уилко".


"Дежурный офицер, SIS, Лондон. У нас есть исправление в использовании телефона в Седане, и мы передали его французам по каналам. Есть бумага и ручка?"


"Держись".


Я опустился на колени и достал свой маленький блокнот и ручку. "Хорошо". Я записал две координаты. "Спасибо".


Я схватил Морана и повел Митча в комнату DGSE, найдя карту целевой области. На карте я мог видеть главный химический завод, но эти два телефона были в миле отсюда, в горах. На карте были показаны здания и дорожки, но не то, чем они были.


Я столкнулся с главным человеком DGSE. "У вас готовы французские параши для заброса на рассвете?"


"Рассвет? Некоторые только что добрались сюда!"


"Сегодня ночью они немного поспят, несколько часов, после проверки снаряжения. У тебя есть парашюты?"


"Да".


"Организуйте всех сейчас, целевое время высадки - завтра на рассвете".


Он обменялся взглядом со своими коллегами и начал выкрикивать приказы, когда я вышел. Мы втроем пробежались к палаткам SAS, обнаружив, что вокруг слоняются парни из эскадрильи "D".


Я подобрался к майору Хорроксу. "Сэр, у вас есть снаряжение HALO?"


"Да, мы принесли это с собой. Есть идеи, что у французов на уме?"


"Они передали оперативный контроль на местах мне".


Его глаза расширились. "У них есть?"


"Да, сэр, значит, мы отправимся сегодня вечером, если у нас будет достаточно парашютов. Проверьте все парашюты, сформируйте команды, приготовьте сумки с ГАЛО, и через час у нас будет командное собрание."


"Час?"


"Час, сэр, или химикаты могут быть перевезены в другое место, и это пустая трата времени на поездку".


"Ну, да".


Я нашел Фиши и предупредил его о дропе, вскоре началась безумная паника, чтобы подготовить снаряжение среди отряда "А". Найдя капитана Харриса с Хантом, они направили нас в ангар, где были выставлены оба парашюта - и большая группа персонала парашколы королевских ВВС, которая только что прибыла.


"Давай будем с тобой!" Я кричал, мои слова отдавались эхом. "Сегодня вечером мы включаем HALO gear для Echo!"


Люди приблизились.


Я подошел к командиру эскадрильи, и мы пожали друг другу руки. "Сколько парашютов, сэр?"


"У нас есть ваши запасы, плюс много чего еще".


"Отправь кого-нибудь из своих парней на высадку, они могут собирать парашюты".


"И ... опасности?"


"Не для них, они хорошо оправятся после любой стрельбы".


"Что ж, хороший опыт для них".


"Мы вернемся чуть больше чем через час за снаряжением".


Следующей остановкой было французское эхо, всем сказали приготовить снаряжение HALO, мы собирались вечером, скоро будет безумная драка.


"В самом конце", - отметил Митч.


"Не вдыхайте никаких нервно-паралитических веществ, или ваше пребывание у нас будет коротким и болезненным".


Он обменялся взглядом с Мораном, когда мы направлялись обратно в нашу хижину.


"Хорошо, слушайте!" Я закричал. "Сегодня вечером мы выходим в свет. Собрание командования через сорок минут или меньше, Рокко и Риццо, остальные переместятся в ангар и получат снаряжение. Проверь весь комплект сейчас." Я повернулся к Морану. "Сбегай вокруг и посмотри, есть ли у кого-нибудь для нас десерт браунс, а?"


Он направился к выходу.


"Саша, ты и твоя команда остаетесь здесь, присмотрите за нашим снаряжением".


Я сел и почистил свою винтовку, проверил магазины, пистолет, фонарик, спутниковый телефон, запасную батарею, радио проверил.


В конце концов, Саша села рядом со мной. "Мы не беремся за это следующее задание?"


"Во-первых, мне никогда не следовало брать тебя во Францию, было бы очень трудно объяснить тебе. А если бы вы были ранены, оказались в больнице, сняли отпечатки пальцев ..?"


"Да, проблема".


"В Сьерра-Леоне это контролируется британскими военными, так что проблем меньше. Но напомни мне быть осторожным, куда я тебя веду."


Он кивнул.


Моран вернулся с охапкой одежды, дезерт браун, французский сержант позади него держал еще больше. Я взял брюки и рубашку - они были подходящего размера, так что мы все переоделись, Митч нашел брюки, которые ему подошли. Мой патронташ и тесьма все еще были зелеными, но этого должно было хватить, моя кепка пока все еще зеленая, куртки - цвета джунглей. Это должно было бы сработать.


Когда Митч и Моран были готовы, я повел их обратно в комнату DGSE, где уже собрались французские офицеры, SAS и RAF. Когда здесь собрались почти все, кто, по моему мнению, должен был быть здесь, я встал на стул.


"Джентльмены". Они успокоились. "Мы не знаем, остались ли там химикаты и когда их перевезут, поэтому мы отправляемся сегодня вечером. Если химикатов там нет, мы ищем доказательства того, куда они были отправлены. Все ... держись с подветренной стороны. Френч, какой прогноз погоды для целевого района?"


"Легкий ветер, дующий с северо-запада".


"Тогда мы приземлимся на юго-востоке, в нескольких милях отсюда, и войдем. Всем оставаться на юго-востоке, постоянно помнить о ветре. Если они выпускают химикаты, вы в безопасности, если находитесь с подветренной стороны.


"Британское Echo, французское Echo и SAS выйдут в HALO, команды SAS будут определены, но я хочу, чтобы команда осталась здесь, чтобы отреагировать на разведданные - возможно, плохие парни где-то еще. Британское и французское Echo выдвинутся для тщательного осмотра, SAS будет удерживать периметр и перекрывать дороги, и не даст алжирцам приблизиться к нашему тылу.


Фиши, твои люди будут на подъездной дороге, удерживая эту дорогу, взгляни на карту. Эскадрилья "D", мне нужны две группы вставки - если вы можете помочь нам с этим. Один проходит милю точно на запад и удерживает позицию, другой - милю точно на восток и удерживает позицию до того, как на рассвете высадятся французские десантники. Эти две команды будут нашими глазами и ушами, убедитесь, что у них есть спутниковые телефоны.


"Французские параши, ты падаешь на рассвете. На карте вы увидите долину, химический завод на юго-западном хребте, дорогу вниз по центру долины. Приземляйтесь рядом с дорогой, постройтесь, перережьте дорогу, рассредоточьтесь, не позволяйте никому въезжать или выезжать, окружите химический завод, но не заходите внутрь. Люди из Портон-Дауна?"


"Здесь". Седовласый мужчина махнул рукой.


"Вы прилетаете на вертолете и осматриваетесь, но, скорее всего, ваша цель будет на севере, через долину. Тем не менее, все записи и все области должны быть проверены. С вами французская химическая команда, без риска, в полном снаряжении.


"Остальные ваши команды, тяжелое оборудование, дополнительные французские солдаты, все они передвигаются на грузовиках. Им нужно поскорее уехать, чтобы быть на месте где-то завтра. Погрузите свое тяжелое снаряжение на грузовики и отправьте их с сопровождением. Им не обязательно быть там до рассвета.


"Французские десантники, отправляйте своих людей, как пожелаете, одной или двумя группами, это не будет быстрой операцией, мы пробудем там много дней. А к западу в нескольких милях есть дорога, длинная и прямая, по ней можно посадить С-160, также можно использовать главную дорогу в долине, проверьте ее сначала, пожалуйста.


"Французское эхо, британское эхо, отведите своих людей на площадку, достаньте парашюты, мы выходим после полуночи или когда будем готовы". Я посмотрел на часы. "Сейчас 10 вечера, так что у нас есть время. Френч, подготовьте все C-160 через час для вставок, пожалуйста."


Я ушел в отставку, когда начались разговоры, и к майору Хорроксу. "Сколько человек вы можете уничтожить сегодня вечером, сэр?"


"Они полагают, что три команды по восемь человек, одна команда здесь наготове, множество запасных тел болтается поблизости для поддержки".


"Подготовьте три команды к выступлению, сэр, убедитесь, что у них есть спутниковые телефоны с моим номером - и база здесь. Они высаживаются в середине долины и держат эту дорогу, достаточно простую, и с простой навигацией - это широкая песчаная долина."


Он кивнул и повел своих капитанов к выходу.


Вернувшись в свою хижину, я крикнул мужчинам "подъем", "воду спускай", и мы побежали трусцой к перрону и в ангар с парашколой. Сумки с ГАЛО загружены, парашюты надеты Во время оказания помощи наши ремни безопасности были проверены экспертами, Митч проверял свои собственные ремни безопасности.


Маски для лица готовы, пластиковые очки готовы, мы бы не стали использовать шлемы. Радионаушник включен, сигналы поданы, я по очереди проверил рацию у каждого мужчины, у Митча ее не было.


Можно было видеть, как французское Эхо садилось в их самолет. Либан подошел, его сбруя была ослаблена, очки висели у него на шее. "Нет, ты готов".


"Мы готовы. Мы приземляемся, выстраиваемся в середине долины, идем на север. Просто. Я хочу, чтобы ты был к западу от меня, то же самое, когда мы достигнем целевого района. Регулярные подразделения SAS будут в пути, прикрывая наш тыл."


Он кивнул. "У нас есть оператор. И маленькая камера для моего сержанта, он будет снимать."


"Ты будешь кинозвездой, нет, подполковник", - передразнил я.


"Тьфу, на мне маска". Он развернулся на каблуках и зашагал к своему самолету.


Перекинувшись парой слов с офицером ВВС Франции в переполненном ангаре "Рот", нам указали на нашу машину с включенными двигателями.


Я присоединился к команде. "Давай будем с тобой!" Сумки с ореолом схватили и неловко потащили, я увел их, подсчитал численность персонала, проверил лица.


Мой спутниковый телефон зазвонил, поэтому я остановился на перроне, моей команде пришлось тащить сумку без меня. "Уилко".


"Это Дэвид Финч".


"Допоздна, босс?


"Здесь безумие. Слушай, мы проверили того американца, Митчелла, все совпадает, и ЦРУ быстро проверило, ничего не нашли. Что тебя беспокоит в нем?"


"Только то, что кто-то, возможно, предложил ему дерьмовую кучу денег".


"Никаких доказательств этого, но если бы он был хорошим агентом, мы бы не знали".


"Тогда давайте надеяться, что у него правильная мотивация. Я собираюсь сесть с ним на самолет, который вылетит в Юго-западный Алжир сегодня вечером. HALO."


"Удачи".


Я шел так быстро, как только мог в своей сбруе, вверх по пандусу, вскоре указав на сумки HALO. Каждая команда знала, где была их сумка, вроде как, Риццо не уверен. Свифти указал на нашу.


Я повернул голову к ожидающему начальнику загрузки и показал ему поднятый большой палец. На лице маска, очки, парни скопировали, когда я сел рядом с Митчем. Теперь он был в моей команде, так что, если он работал на кого-то другого, это был серьезный риск. Доказательств этому не было, поэтому я выбросил эту мысль из головы.


Пандус начал закрываться, и вскоре мы тронулись с места, маленькие окна пропускали немного света, открывался вид на перрон, и мы выруливали в течение пяти минут, пауза, поворот направо на 180 градусов, пауза, включение, и мы набрали скорость, вскоре задрав нос.


Я включил радио и прикрыл микрофон рукой. "Слушайте внимательно. Когда мы приземлимся, мы будем в долине, которая тянется с востока на запад, холмы на севере, холмы на юге, дорога посередине. Мы объединяемся, двигаемся на север, пытаемся найти цель на карте, смотрим, ждем французских паразитов и команду химиков.


Главная цель здесь - остановить любого, кто приходит или уходит, и допросить людей там, если мы сможем, тогда chemical boys посмотрят. Я не ожидаю, что нас встретят вооруженные люди, может быть, несколько вооруженных охранников, но давайте не будем рисковать. Ветер дует на северо-запад, держись за ним, с подветренной стороны.


"Когда мы приземлимся, на северо-западе будет город, это твой ориентир. Не приземляйся на гребаный город."


"Мы едем в Судан после этого?" Спросил Томо.


"Вряд ли, нет", - сказал я ему. "Назад в Сьерра-Леоне. Я сказал сержанту Крабу, что нас не будет всего день."


Мужчины смеялись, покачивая головами.


"Хорошо, процедура высадки будет следующей - потому что у нас нет с собой звуковых высотомеров. Ведущий считает в уме или оценивает местность, сначала отрывается, включает радио, считает, а затем тянет. Убедитесь, что вы все отошли, затем следуйте за сумкой как обычно или просто дрейфуйте. Команды выпадают каждые три секунды, не раньше."


Меньше чем через час вспыхнул свет, и мы встали, моя команда, чтобы быть рядом с командой Рокко, сумки сдвинуты назад, руки держатся за плечи. У нас не было зеленых лампочек на груди, но у нас была подсветка сумки, которая теперь горит.


Трап опустился, и мы двинулись обратно, теперь все команды встали и держат свои сумки, Митч знаком с техникой - он впервые применил ее, прочитав об экспериментальном сбрасывании ОРЕОЛА во время Второй мировой войны.


Загорелся зеленый свет, и мы выбыли, команда Рокко отстала на три секунды. Я стабилизировался и сориентировался, вглядываясь в город внизу и полагая, что мы были в нужном месте. Посмотрев вверх, я подумал, что смогу увидеть команду Рокко.


Я считал в уме, и у целевого числа - города, который сейчас находится за горным хребтом, - я отпускаю руку, выставляю ее вперед, нажимаю кнопку микрофона. "Сейчас же перерыв! Тысяча - две тысячи - три тысячи - четыре тысячи." Я потянул за освобождение, почувствовав успокаивающий рывок вверх.


Посмотрев вниз, я увидел, как ожил мусоропровод, а посмотрев вверх, я отчетливо увидел три других мусоропровода. Я повернулся к мусоропроводу и пошел по нему, ребята, надеюсь, последовали за мной.


Я мог видеть химический завод на юге, видны были тускло-желтые уличные фонари, одно офисное здание использовалось, и казалось, что оно находится в миле от меня. Подо мной была черная дорога, сумка дрейфовала к северу от нее.


Мы перешли дорогу, и когда я услышал удар сумки, я согнул колени и потянул за направляющие, мягко приземлившись прямо рядом с сумкой, пытаясь снять ремни безопасности, раздался глухой удар и проклятие, вскоре второй глухой удар.


Оторвав парашют от сумки, я открыла сумку и схватила патронташ, когда кто-то подошел ко мне.


"Я приземлился на камень", - пожаловался Свифти.


"Можно прогуляться?" Я спросил.


"Да, но у меня вся задница в синяках".


Две темные фигуры приблизились, когда я раздавал снаряжение.


Глухой удар, и сумка Роко приземлилась в двадцати ярдах от нас, когда мы надевали ремни, вынимали и заряжали винтовки, взводили курки и проверяли. Оставив парашюты трепетать, я повел свою команду на север на пятьдесят ярдов к углублению, и мы спрятались в нем.


"Это Рокко, есть кто-нибудь поблизости?"


"Иди на север", - сказал я ему. "Мы в канаве".


"Это Риццо, мы приземлились, я вижу твои парашюты".


"Иди на север от желобов".


Команда Рока съехала в канаву, и мы подождали команду Риццо. Все, теперь здесь, мы посмотрели вверх, когда были видны другие парашюты.


"Это Уилко на земле для тех, кто заходит на посадку. Ты слышишь меня?


"Это подозрительно".


"Ты вот-вот свалишься нам на головы - так что ты в нужном месте. Постройтесь и идите на юг, к дороге."


Глухие удары указывали на то, что мешки упали к западу от нас, сигнал вести мои команды на север.


Через пять минут зазвонил мой телефон. "Уилко здесь".


"Это Либан, где ты?"


"Середина долины движется на север".


"Мы у стены, немного продуктов, мы ждем тебя здесь, мы на севере".


"Вас понял".


Поднимая песок, мы направились к Блэк-хиллз, огней не было видно, и, преодолев триста ярдов, я смог разглядеть возделанную территорию, вскоре различив линию черных пятен на фоне более светлой стены. Я насвистывал отрывок из французского национального гимна, когда мы приближались.


Либан ушел. "Теперь вы верные подданные, нет".


"Получил медаль, чтобы доказать это", - сказал я ему, и мы рассмеялись. "Следуйте за мной, но по крайней мере в пятидесяти ярдах налево, рассредоточьтесь в линию налево".


"Хорошо".


Я двинулся вправо и обогнул продуктовую лавку, следуя по песчаной дорожке. Команды медленно пересекли низкие каменные стены, и мы начали взбираться на пологий гребень, прохладный ветерок сзади придавал уверенности.


Прошло четыреста ярдов, и теперь впереди можно было разглядеть огни. Я посмотрела налево и смогла разглядеть ближайшего ко мне француза, когда мы приблизились к каменным стенам высотой по пояс. Перелезая через стены, мы сразу замедлились, теперь переходим от корки к корке.


Я опустился на колени и позвал Либана.


"Да!" - раздался шепот.


"Это Уилко. Подожди здесь, я собираюсь внимательно посмотреть."


"Хорошо".


Я передал: "Слушайте внимательно. Рокко слева от меня, Риццо справа, в десяти ярдах от меня, очень медленно, очень тихо. Продвигайтесь."


Я повел Свифти вперед, Моран и Митч следовали за мной и немного вправо, тропа пересеклась, и, оказавшись над ней, я немного изменил курс влево. Теперь можно было разглядеть черные очертания отдаленных зданий, но пока никаких признаков жизни.


Приблизившись к источнику света, я теперь мог видеть, что это была тусклая лампочка в лачуге, что-то вроде сторожевого поста. Я подошел прямо к нему, заглянул в окно, мужчина сидел и читал порножурнал - или, по крайней мере, рассматривал картинки.


"Оставайся здесь, прикрой меня", - прошептала я, вскоре мягко обойдя вокруг к двери. У двери я встал, прислонившись спиной к стене, бросил взгляд на темную дорогу, увидел здания, свет не горел.


Глазок на двери, и она не была заперта на засов и не выглядела запертой. Приглядевшись к замочной скважине, мужчина оказался без оружия под рукой. Спокойно прицелившись, я достал свой пистолет, повернул рукоятку и ворвался внутрь, застав мужчину врасплох, ударив пистолетом по лицу, бросив его на пол лицом вниз. Я приземлился на него, ударив коленом по ребрам, издав болезненное бульканье.


Убрав пистолет, Свифти теперь у двери и опустившись на колени, я оторвал мужчине ухо, издав пронзительный крик. Я начал по-арабски: "Что ты знаешь о Седане?" Говори!"


"Иногда он приходит", - выкрикнул мужчина.


"Что находится в здешних зданиях?"


"Хранение", - взмолился он.


Я придвинулся ближе к его окровавленному уху. Седан стоял за химическим веществом, выпущенным в самолете, который потерпел крушение, погибли алжирцы и марокканцы. Я собираюсь передать тебя марокканцам, чтобы они тебя повесили."


"Нет, я ничего об этом не знаю, я просто охраняю ворота!" Пожалуйста!"


"Расскажи мне что-нибудь полезное о химикатах, ядах, грузовиках, движущихся ночью".


Грузовики уехали ночью два дня назад, с тех пор ничего, никакого движения, здесь нет людей. Седана не было здесь много недель."


"Что находится в этих зданиях?"


"Хранилище", я не заглядываю внутрь, я просто нахожусь здесь ночью. Пожалуйста, у меня есть семья."


"Ты стоял на страже, когда перевозили яды для убийства арабов, твоя семья тебя больше никогда не увидит".


"Я могу тебе помочь, пожалуйста. Там есть шахта, туннель, мы не должны были знать об этом, но однажды я видел это на рисунке. В двух километрах к востоку от долины, там что-то ценное - они заставили всех молчать об этом."


"Есть ли в этих зданиях мужчины?"


"Нет, сейчас все пусто".


"Если ты лжешь, я сожгу тебя заживо, и медленно".


"Пожалуйста, я не лгу, я просто работаю здесь по ночам".


Подняв его, я швырнул его на стул, снимая с него ботинки и носки, мой зеленый шнур для гамака использовался, чтобы привязать его к стулу, стул к столу, пока он истекал кровью по рубашке.


"Снаружи сотни французских солдат, так что не пытайтесь никуда уходить".


Снаружи, в темноте, я позвонил Либану. "Это Уилко. Я нашел человека и допросил его, и эти здания пусты, возможно, склад, но в двух километрах к востоку есть секретный туннель. Пусть одна команда останется здесь для поисков, остальные пойдут со мной. Поднимайся сейчас."


"Хорошо, мы идем".


Я позвонил капитану Харрису. "Это Уилко. Мы получили информацию от местных жителей о подозрительном движении на секретной шахте в двух кликах к востоку от места обнаружения телефона. Проинформируй всех, мы сейчас на пути туда."


Положив трубку, я передал: "Слушайте, в двух щелчках на восток есть туннель, мы направляемся туда, когда сюда доберется "Французское эхо"".


Митч и Моран были рядом. Митч начал: "Эффективный допрос этого парня ..."


"Я бы сжег его заживо, чтобы получить то, что я хочу, и беспокоился бы о последствиях позже; это не обычная операция. В Северной Ирландии я бы этого не сделал, но здесь - если эти говнюки раздобудут яд где-нибудь полезное, умрет много людей."


Французское эхо можно было увидеть в виде черных сгустков, затем услышать команду, посланную в сторону темных зданий, когда я быстрым шагом повел свои команды на восток. Я считал свои шаги и просил других делать то же самое.


Десять минут спустя я все еще поддерживал быстрый темп, теперь уже немного вспотев, и не слишком беспокоился о приемной комиссии. Но, досчитав до 1500, я передал: "По одному, в ваших парах, в ваших командах, приготовьтесь, возможно, от нас в горах осталось несколько плохих парней".


Я брел дальше, мягкий песок сменялся неровной почвой, скалистые обнажения огибали местность. Что-то привлекло мой взгляд, вспышка света, и я опустился на колени. Все, кто был позади меня, тоже опустились на колени. Посмотрев налево, на моих десяти часах, я увидел янтарный огонек сигареты.


Я передал: "Там охранник, пятьдесят ярдов, десять часов. Томо, Николсон, наденьте глушители, двигайтесь налево медленно и тихо."


Они двинулись вверх и мимо меня, в скалы и вокруг валунов.


Десять минут спустя раздался шепот: "Это Николсон, двое мужчин сидели в джипе".


"Кто-нибудь еще поблизости?"


"Не то, что мы можем видеть. В ста ярдах слева находится та шахта, о которой ты говорил, одно здание, без света."


"Окно их джипа опущено?"


"Да".


"Пристрелите ублюдков".


Минуту спустя раздались два тихих щелчка.


"На меня!" Прошептала я и бросилась вперед. Я нашел Томо и Николсона за джипом. "Идите проверьте то здание", - сказал я им, и они убежали.


Залез в джип, я обыскал первого мужчину, нашел спутниковый телефон. На передней части джипа, скрытой от шахты, я ввел номер.


"Дежурный офицер".


"Это Уилко, отследи этот номер, все недавние обращения, и быстро. Уилко на свободе." Я выключил телефон и сунул его в патронташ. Согнувшись вдвое, я прошептал: "На меня!"


На полпути к зданию, расположенному справа от трассы, теперь над нами черные холмы, я опустился на колени и стал ждать.


"Это Николсон", - донесся шепот по радио. "Это здание заперто, массивная дверь, не слышно никакого движения внутри".


"Иди в шахту, медленно и тихо".


"Перемещение".


Когда их черные капли двинулись вперед, я повел команды к зданию, и мы спрятались за его стеной.


"Уилко, это Томо, нам понадобится десять тонн взрывчатки, чтобы проникнуть в это место".


"Какие-нибудь звуки?"


"Ничего, мертвая тишина, я прислушался к этому".


Я передал: "Круговая оборона, но приготовьте что-нибудь, мы здесь задержимся".


Сказав своей команде оставаться на месте, я вышел обратно и нашел Либана. "Там есть туннель, но двери прочные. Займи позицию здесь, но приготовь пиво." Я поднял свой спутниковый телефон и набрал номер.


"Капитан Харрис слушает".


"Это Уилко. Пусть французы достанут взрывчатку, чтобы взорвать стальную дверь, и в это место, в двух щелчках мыши к востоку от того места, где установлен телефон. Не спеши."


"Я поговорю с ними сейчас".


Я вернулся в свою команду и теперь сидел в темноте, вода кипела, мой телефон трезвонил. "Уилко".


"Дежурный офицер, сестренка. Этот спутниковый телефон отслеживается в нескольких местах в соседнем городе и в Седане три дня назад."


"Были какие-нибудь международные звонки в последнее время?"


"За последние два дня - нет".


"Если вы можете опознать людей в городе, передайте это алжирцам, пожалуйста".


"Сойдет".


"Моя позиция: сидел, поджидая взрывчатку у входа в шахту".


После чашки чая, тихо поболтав, мы нашли удобные места, где можно посидеть, и стали ждать. Я позвонил майору Хорроксу, который не спал, и вместе с ним его люди удерживали дороги, пока все тихо. Фиши позвал его, все было тихо там, где расположилась группа "А".


Звезды померкли, черная ночь стала темно-синей, затем серой, несколько человек по очереди спали, пока мы ждали.


Телефонное сообщение, и Парас были в пути, поэтому мы все пошли за джипом и его мертвыми телами и осмотрели рассветное небо.


Сначала был слышен гул, замечен самолет, заходящий с запада на высоте 800 футов, четыре самолета парами, вскоре было видно, как раскрываются парашюты, много-много парашютов. Самолет пролетел мимо нас и накренился вправо, набирая высоту, покинув долину, полную Пара, и когда Пара приземлился, я отметил, как было тихо. Я просто надеялся, что отснятый материал будет более драматичным для среднего гражданина Франции, когда они его увидят.


Десять минут спустя, и Либан указал, патруль Пара на прямой линии для нас. Остальные собрали парашюты и построились, двигаясь к химическому заводу, законному заводу.


Рядом со мной появился Томо. "Я посветил фонариком в тот туннель, несколько грузовиков в сотне ярдов, к черту все остальное".


Я подошел к Либану. "Что ваши люди нашли в первую очередь?"


"Просто хранилище, ничего больше".


"Итак, мы до сих пор не знаем, где они это приготовили и смешали".


"В туннеле?"


"Вы бы стали смешивать химикаты в туннеле?"


"Ах... ну, нет."


Парапатруль в конце концов добрался до нас, двое мужчин были экспертами по сносу. Я схватил Стретча и твердо сказал им, что мы хотим, чтобы двери были открыты, но внутри ничего не пострадало, когда я вел их к туннелю.


Стретч подошел ко мне пять минут спустя. "Двери прочные, запираются изнутри на засов, маленькая дверь для человека, замок с ключом. Лучше всего подойдет тот замок с ключом или петли, которые выглядят старыми и изношенными."


"Тебе решать", - сказал я ему. "Но мы не хотим, чтобы внутри была волна давления".


Подошел Томо. "Разрешите кое-что попробовать", - попросил он.


"Например, что?"


"Посмотри на это". Он шагнул к дверям и махнул французам, чтобы они возвращались. Целясь под углом, он выпустил шесть пуль, проделав отверстия. Повернувшись, он сказал: "Этот верхний фрагмент не такой уж и сложный".


Я повернулся и указал на Пара с GPMG, махнув ему, чтобы он проходил. Мужчина приготовился, прицелился от бедра и выстрелил в верхнюю часть двери, использовав ремень, дверь посыпалась перцем.


Томо прицелился и сделал десять выстрелов, пытаясь соединить точки, Николсон присоединился, вскоре Свон и Леггит. Роко вошел и встал спиной к двери, Томо ослабил хватку, вскоре встал на плечи Роко, Томо колотил по металлу прикладом винтовки, секция поддалась.


GPMG, теперь пустой, был передан, и Томо ударил по металлу, и буква "L" стала свободной. Он снял куртку с ремня, положил ее на острые края и просунул внутрь голову, вскоре плечи оказались по пояс, ноги исчезли. Мы ждали. Лязг, второй лязг, и левая дверь со скрипом открылась.


" Старший сержант Рокко, - громко позвал я, когда мы двинулись вперед. "Предъявите этому человеку счет за порчу куртки".


Парни засмеялись, когда Томо запротестовал.


Внутри я нашел выключатель света и рискнул. Ничего не взорвалось, когда я включил его, тусклый желтый свет был виден в конце туннеля. Сняв перчатку, подняв мокрый палец, я сказал: "В туннеле дует ветер, значит, где-то внизу есть вентиляционные отверстия".


У первого грузовика я быстро заглянул в кузов. Блестящие стволы. "Все вон!" Они побежали, я побежал за ними, и мы не останавливались, пока не оказались за джипом.


Я сказал Либану: "Яд есть, но где они его смешали?"


"Мы все испортим?" - спросил он.


"Нет, мы оставляем это экспертам. Пусть этот взвод останется здесь, чтобы охранять это. Я обернулся. Николсон, Томо, отстрелите замок на двери того здания, посмотрите, что внутри. Сообщайте о любых контейнерах, никаких рисков."


Они ушли.


Сняв трубку, я позвонил капитану Харрису. "Это Уилко, мы нашли грузовики с ядом в кузове, пока нет никаких признаков того, где они его смешали. Пусть люди из Портон-Дауна сначала придут сюда."


"Хорошо, вертолеты уже в пути".


Я столкнулся со своей командой. "Завтрак". Мы сели на песок и вырыли небольшую ямку, скрестив ноги вокруг нее. "Митч, мы делаем это по очереди, и ты будешь дружить с капитаном Мораном. Ты скоро привыкнешь к нашему способу ведения дел."


"Эта сделка - немного сырой кальмар, никакой стрельбы", - отметил он.


"Будь благодарен", - сказал я ему. Целью было найти смесительный завод и выяснить, не осталось ли там какого-нибудь яда. Мы нашли яд, так что пока полдела сделано."


Пятнадцать минут спустя Николсон подошел и опустился на колени с бумагами в руке. На арабском, босс, был в запертом шкафу. К черту все остальное. На большинстве из них был годовой слой пыли."


"Спасибо". Я начал читать, когда Николсон ушел. "Здесь есть химикаты, использованные для изготовления материала, партии уничтожены или не готовы, партии хранятся. Но в этом нет ключевой информации, ни имен, ни телефонных номеров."


Я читаю дальше. "Ах..." Я поднял глаза, когда они уставились на меня в ответ, прервав трапезу. "Судан. Здесь говорится, что они повторили бы там какой-то процесс."


"Мы отправляемся в Судан?" Спросил Свифти, теперь обеспокоенный.


"Нет, если мы хотим выбраться живыми, нет", - сказал я ему. "ЦРУ может взглянуть на это". Я убрал бумаги, и мы закончили завтрак, болтая с Митчем о его ранних годах.


Когда солнце стояло высоко, было слышно вертолеты, два приземлились на дороге под нами, примерно в тысяче ярдов от нас, два приземлились неподалеку, космонавты спускались и ковыляли через облако песка, таща сумки. Но когда они вышли из облака, вертолеты поднялись в воздух, я увидел, что они несли усовершенствованные воздушные фильтры, шланг к их костюмам.


Им указали внутрь и заверили, что контейнеры кажутся безопасными - на данный момент. Мы ждали.


Двадцать минут спустя появился космонавт и направился ко мне. "Кто такой капитан Уилко?"


"Я есть".


"Бочки на грузовиках выглядят в хорошем состоянии, утечек не обнаружено, а дальше по туннелю находится зона смешивания".


"А", - кивнул я. "Двух зайцев одним выстрелом. Там есть кто-нибудь?"


"Ну ... нет. Ты проверил это перед тем, как мы вошли ..?"


"Нет". Ребята рассмеялись. "Итак, каков план?" Я спросил его.


"Мы все сфотографируем, достанем документы, тогда у нас есть компьютер или два... не уверен, мог бы все испортить."


"Мы тебе для этого не нужны", - сказал я ему. "Итак, мы уходим". Я столкнулся с Либаном. Приведите сюда побольше паразитов, установите периметр. Попроси палатки для этих парней. Доложите Парижу, что здесь происходит, я возвращаюсь в Сьерра-Леоне, вы можете справиться с любыми проблемами здесь, подполковник." Я шутливо отсалютовал ему.


Он хлопнул меня по плечу, когда я проходил мимо, улыбаясь, доставая телефон, пока я вел Эхо вниз по склону.


"Босс", - позвал Томо. "Я вернул ту куртку, не нужно выставлять мне счет".


"Она порвана?"


"Я зашью это".


"Когда ты научился вышивать?" Свифти усмехнулся.


"Сшивание - это просто", - настаивал Томо.


"Мы увидим конечный результат", - пригрозил Моран.


Когда C-160 приземлился на дороге, палатки и снаряжение эксперта-химика были выгружены, мы сели в машину, и час спустя сотрудники DGSE были удивлены, увидев нас снова на базе.


"Ты возвращаешься?"


"У нас есть химикат, у нас есть место, где его изготовили, у нас есть бумажная работа, а у вас там сотни людей и французское эхо". Я передал ему бумаги, которые у меня были. "Если мы вам понадобимся, нас могут доставить самолетом, но у меня есть обязательства в другом месте".


"Конечно, и мы благодарны".


"Мне нужно съездить в Сьерра-Леоне".


"Этот британский самолет?"


Я отправил Николсона на разведку, когда мы возвращались в нашу хижину, Саша приветствовал нас, а ребятам нужно было немного поспать, чтобы наверстать упущенное. Когда Николсон вернулся, он сообщил мне, что самолет должен был подождать, чтобы забрать инструкторов para обратно, но тем временем может доставить нас в Сьерра-Леоне.


Хант появился, когда я сидела на кровати, разбирая набор. "Ты рано вернулся".


"Там нет людей, чтобы сражаться, мы нашли яд и где они его смешали. Что дальше, так это анализ документов, чтобы увидеть, был ли какой-либо яд отправлен куда-то еще, и какие игроки там остались. Это работа французов и разведчиков, на самом деле не наша работа. Если увидишь капитана Харриса, скажи ему, что мы возвращаемся в Сьерра-Леоне. И собирайся, если тебе есть что собирать."


Он кивнул и направился к выходу, пока я проверял свой ящик со Свифти.


Когда зазвонил мой телефон, это был Дэвид Финч. "Ты вернулся в Западную Сахару?"


"Да, работа выполнена, по крайней мере, наша часть. Я вернусь в Сьерра-Леоне и буду обучать полицию, не в последнюю очередь потому, что у нас не осталось никаких зацепок по поводу яда, которые можно было бы расследовать."


"Новости только начали сообщать об этом".


"Отправьте французам записку, в которой укажите, что в отсутствие дальнейших зацепок и надежной информации или конкретной работы, требующей моих людей, у нас есть обязательства в другом месте".


"Подойдет, не в последнюю очередь потому, что я думал так с самого первого дня".


Долгими десятью часами позже мы приземлились во Фритауне, на "Чинуке" добравшись до ФОБА, где нас ждал сержант Крэб.


" Мило с твоей стороны присоединиться к нам, " предложил Краб. "Где, черт возьми, ты был?"


"Рождественские каникулы в Великобритании", - сказал я ему, когда "Чинук" с шумом удалился, мужчины прошли мимо меня и вошли внутрь. "Индейка, пиво и девочки".


"У нас есть газеты, почитайте об этом. Полиция потратила больше времени на звонки обеспокоенной семье в Великобритании, чем на обучение. Теперь все улажено?"


"Да, вернемся к тишине и покою. Как у них дела?"


"Помогал полк королевских ВВС, проводил учения и все такое. Все копы теперь хорошо управляются с GPMG и SA80, и все они провели дюжину патрулей, отсыпались. Работа с АК47 хороша, и теперь они случайно не разряжаются, я выбил это из них."


"Отлично, мы рассмотрим их утром".


Я поприветствовал офицеров полка королевских ВВС в столовой, прежде чем занять свою старую комнату с командой. Вскоре мы сидели, скрестив ноги, и грели воду, а Моран инструктировал Митча насчет британских пайков.


Я сказал: "Я продолжаю ожидать увидеть, что Махони сидит там, но потом я привык к капитану Хэмблу".


"С кем мне стать партнером?" Спросил Моран.


"Я бы сказал, Митч, потому что Хэмбл, вероятно, должен быть со своим отрядом".


"Где он?" Моран задумался.


Вероятно, вернулся в Великобританию, выздоравливает. Они получили удар, много ран."


В дверях появился Дикки. "Значит, ты вернулся".


"Сколько из вас прямоходящих?"


"Двое из нас, двое из отряда Робби".


"А Робби?"


"В нем есть несколько больших заноз, он вернулся".


Я кивнул. "Копы на подходе?"


"Мы заставили их попрактиковаться в перемещении без разрядки, теперь намного лучше".


"Постоянные посетители на границе с Кот-д'Ивуаром?"


"Нет, морские пехотинцы сейчас там, обычные выведены - несколько незначительных ранений".


Я сказал ему: "Вся эскадрилья "D" отправилась в Западную Сахару, многие HALO высадились в Алжире. Должно быть, уже заканчивает. О, это Митч, он заменяет Махони."


Дикки кивнул.


"Дикки - SBS, как и ваши морские котики, взят напрокат".


"Ты должен вернуть меня неповрежденным", - напомнил мне Дикки, прежде чем уйти.


Появился Смитти. "Верно, босс, повеселились?"


"Что случилось с Фаззом?" Я спросил.


"Проник насквозь. Это была отвратительная драка. Но обычные SAS, они плохо координировались, делали свое дело."


Я обменялся взглядом с Мораном. Смитти я сказал: "Ты пострадал?"


"Несколько эпизодов, без драмы".


- Спросил Митч, пробуя свою смесь. "Что это за дерьмо должно быть?"


"Не спрашивай, просто съешь это", - сказал ему Моран.


"Полный витаминов", - сказал ему Свифти. "Молодец, парень!"


Митч покачал головой. "Я думал, что наши рационы питания были плохими".


"Ты привыкнешь к ним", - заверил я его.


На рассвете следующего дня я стоял на крыше, наблюдая за пролетающей стаей зеленых попугаев, а когда туман рассеялся, мне открылся вид на пышный зеленый лес, и я улыбнулся; мне здесь нравилось. Стараясь не думать о Рождестве или о своей дочери, я обошел вокруг, этот брелок стал для меня большим домом, чем когда-либо был Брайз Нортон, большим, чем база GL4. Здесь я чувствовал, что я соответствую, что я принадлежу.


С восходом солнца, когда парни тренировали полицию, я, наконец, поддался мучительному сомнению, которое мучило меня, и я заказал "Чинук" с веревкой, Свифти и Морана со мной, Митч остался позади, когда мы отряхивались от пыли со стрип.


В пятистах ярдах к северу мы посмотрели вниз, когда "Чинук" кружил, и нашли старый желоб. Расширяя круг, я не был удивлен, когда мы нашли второй желоб и спустились к нему на веревке, "Чинук" отчалил и вернулся во Фритаун.


Не было никаких признаков тела, и час поисков ничего не дал.


Свифти наконец сказал: "Итак, парень вышел из джунглей, даже не выстрелив в тебя".


Моран отметил: "Это означает, что он все еще где-то там".


Я сказал им: "Если он вышел отсюда, значит, у него есть связи, люди, которые могут достать поддельные документы, не в последнюю очередь, чтобы спрятать его от своего казначея, который был бы зол на него и желал бы его смерти за то, что он не застрелил меня".


"Тот придурок в Анголе?" Свифти озадачен.


"Может быть, или, может быть, кто-то другой", - сказал я им. Они обменялись взглядами, прежде чем мы отправились обратно.